Шторм Милана

Осколки: на грани войны. Книга 1

Пролог

Кабинет был белым. Даже слепяще-белым. Отделка из эко-пластика, стол из этого же материала, на котором лежал белый же планшет с быстро сменяющимися протоколами на контрастно-черном экране. Лия едва сдерживалась, чтобы не скосить глаза. Опыт главы отдела информационной безопасности позволил бы ей определить, что именно ищут «есбы», но проявить интерес — подписать себе смертный приговор. Поэтому Лия расправила плечи, продолжая смотреть допрашивающему ее солдату прямо в глаза.

— Так вы утверждаете, что за последние пятнадцать стандартных дней вы не заметили ни одного признака заговора, зреющего внутри организации? — одетый в черное солдат смахнул с плеча несуществующую пылинку.

Лия моргнула. Если она продолжит изображать из себя полную дуру, может и нарваться.

— Я замечала странные зашифрованные сообщения, идущие в адрес Глэйга Морали, но не более, — управляющий мертв, ему уже все равно, а Лия еще хочет жить. Если она скажет, что не просто «ловила» шифровки, но и лично направляла их по нужному адресу, ее убьют.

Невидимая пылинка, очевидно, вернулась на свое место, потому что солдат попытался стряхнуть ее вновь. Эти щелчки пальцев раздражали. Как и необходимость смотреть на него, а не на экран, где сейчас происходило все самое интересное!

— Вчера вы об этом не упоминали, — солдат перестал делать вид, что допрос ему наскучил и, прищурившись, склонился над Лией.

— Вчера вы об этом не спрашивали, — парировала Лия. Надо вести себя нагло. Тогда есть шанс выбраться из этой передряги живой.

«Еэсбэшник» прищурился еще сильней, его глаза превратились в две маленькие щелочки, но Лия продолжала нагло смотреть прямо в них. Она ни в чем не виновата. Она — законопослушный гражданин города Мармера — столицы планетарной системы Солль. Она не нарушала законы Империи. Именно так все и должны подумать.

— Слушай, девчонка, ты, кажется, не понимаешь, во что вы все тут влезли, — прошипел солдат. — Твой начальник мертв, а знаешь, за что его убили? Он показался Императору ненадежным. Ты же не хочешь показаться такой же?

Конечно, не хочет. Она хочет жить.

— Я не знала ни о каких диверсиях, — медленно ответила она. — По каналам связи не проходило ничего подозрительного, кроме нескольких шифрованных писем. О них я вам уже сообщила. Я отвечаю за информационную безопасность комплекса, в основном за то, чтобы наши разработки не достались конкурентам. Вы пытаетесь повесить на меня измену? Так вот: я люблю Империю. Благодаря ей я смогла реализовать себя. Поэтому ваши намеки и обвинения беспочвенны, солдат.

Главное, самой в это верить. Любить Империю, любить Императора. Любить Императрицу, чей отряд прибыл на Солль после чьего-то доноса.

«Еэсбэшник» перестал дышать ей в лицо и отстранился.

— Ваш муж тоже любит Империю? — на его лице появилась самодовольная усмешка, когда он увидел тревогу в ее глазах.

— Мой муж — врач, — стараясь не дрожать, ответила Лия. — Он здесь уж точно ни при чем.

— А вы, значит, при чем? — ухватился за ее оговорку солдат. Его черная форма настолько контрастировала с окружающей ее белизной, что Лия при всем желании не могла отвести от него глаз.

— Я уже сказала, все, что знала. Поверьте, мои полномочия не настолько широки.

— Верить я вам не намерен, — солдат отвернулся от нее и принялся изучать вид за окном. Пользуясь случаем, Лия скосила глаза на планшет.

Черный экран, зеленые строчки протоколов, для многих это — просто набор непонятных символов, но Лия даже с немалого расстояния смогла увидеть нечто, что заставило ее похолодеть. Символ, который в среде хакеров называли «черным вестником», похожий на пятилапого паука и говорящий о том, что в системе произошел некий сбой. Обычно это было связано с вредоносными программами или промышленным шпионажем, но Лия в свое время на спор перекроила всю систему безопасности, и теперь «вестник» мог появиться только в случае запуска протокола самоуничтожения. Система скоро перестанет существовать. А вместе с ней и научный комплекс «РИАС», потому что взрывчатка была заложена за день до прибытия на планету людей из ЕСБ.

Когда они это планировали, они как-то не предполагали, что в момент взрыва будут находиться внутри. Кто запустил протокол?

Надо признать, если бы Лия могла, она бы сама это сделала. Империи не должно достаться то, что создали ученые «РИАСа». Сплав металлов, легкий и без радиоактивного фона легко мог бы заменить эко-пластик в изготовлении оружия, а главное брони. Потому что пластик все-таки был в какой-то мере хрупок, а катон, как ученые назвали свое детище, был идеально прочен.

Император не должен получить доступ к их изобретению.

Кто на них донес? Солль — мирная планета и в список неблагонадежных не входит: даже в момент установления Империи население не устраивало масштабные бунты, предпочтя смириться с положением дел, тем более, кроме пары-тройки научных комплексов здесь ничего не было. Удаленность Солля от центральных систем и особенности климата делали свое дело: все лучшие кадры отправлялись во Внутреннее Кольцо: десятку планетарных систем, с развитой инфраструктурой.

Лия услышала шум дождя, наверное, последнего в ее жизни. Скоро комплекс взорвется. И она вместе с ним. Жаль, что Вилт, ее муж, уже вторые стандартные сутки находится на дежурстве, даже не зная, что на планету явился отряд Императрицы.

Страх за мужа заставил ее встрепенуться. Если комплекс взорвется сейчас, когда внутри находятся «есбы», город обречен: его просто зачистят, уничтожат напалмом, как Эристу, область на планете Зорд, жители которой вздумали оказать армии Императора сопротивление при попытке арестовать тамошнего мэра, или как у зорданцев называется глава муниципалитета?

Мармер обречен. А это значит, что Вилт и Айн тоже обречены. Брат сегодня работает, он за городом, но увидев взрывы, обязательно ввяжется в драку с людьми Императора и погибнет.

Надо их предупредить.

Символ повторялся все чаще, и в голове Лии начался обратный отсчет.

Сто.

— Знаете, Лия, я ненавижу, когда мне врут, — устав рассматривать синие пейзажи Мармера, солдат повернулся к ней. Второй «еэсбэшник» молчал, он что-то набивал на принесенном с собой планшете, очевидно, вел протокол допроса.

Девяносто пять.

— Вы — глава отдела информационной безопасности. Неважно, какие у вас полномочия. Важно то, что не заметить готовящийся заговор против Империи вы не могли. А это значит — вы его часть. Не хотите говорить со мной по-хорошему и умереть быстро? Я умею разговаривать по-другому.

Лия выпрямилась на белом пластиковом стуле и тряхнула головой.

Восемьдесят.

«Еэсбэшник» подошел к ней и вновь склонился, вперив в нее свои серые как лед глаза.

— Я вас уверяю, что по нашим каналам не проходило…

— Мне надоели ваши ответы ни о чем! — взорвался солдат, и Лия почувствовала капельку слюны у себя на подбородке. Стало противно.

Семьдесят пять.

— Хватит с ней церемониться, — заметил ведущий протокол. — Отправь ее к нашим умельцам, пусть поработают. Девка определенно что-то знает.

Семьдесят.

Ее схватили за плечо и резко подняли со стула, едва не вывихнув сустав. От боли глаза заслезились, но солдат принял это за попытку надавить на жалость.

— Страшно стало, не так ли? Ничего это только начало твоего страха, поверь.

Шестьдесят пять.

Он схватил ее за запястья и заставил завести руки за спину, нависая над ней и паскудно ухмыляясь. Положение стало совсем безнадежным, заставляя ежится от странного ощущения какого-то предвкушения. Хотя, почему какого-то? Скоро ее разорвет на куски.

Видя, что Лия не реагирует на попытки ее запугать, солдат перехватил ее под локоть и потащил прочь из комнаты ожидания, которую «есбы» использовали в качестве допросной. Он тащил ее по коридорам, и Лия видела испуганные лица рядовых сотрудников, которые боялись, что с ними сделают то же самое, не зная, что скоро они все погибнут. Тот, кто запустил протокол самоуничтожения, не додумался оповестить тех, кто еще мог уйти. Хотя, куда идти, если город обречен?

Пятьдесят.

Миновав прозрачные двери, солдат вытащил ее под дождь. Лия отрешенно отметила, что сегодня он был синим. После такого дождя устанавливается жаркая погода, они с Вилтом могли бы отправиться в гости к Айну, посидеть у огня, немного отдохнуть от городской суеты. Жаль, что им больше не суждено увидеться.

Военный катер, на котором отряд Императрицы прибыл с крейсера, оставшегося на орбите, стоял посреди окруженной силовыми ограждениями территории комплекса, «еэсбэшники» сразу обозначили свою позицию: соблюдать законы о неприкосновенности частной территории они не собираются. Да и не действовали они на них. Армейцы могли явиться в любой момент, в любую из организаций, в любой дом. И уничтожать все, что покажется им неблагонадежным.

Сорок.

Код доступа, набранный солдатом на дверной панели, был длинным, но у Лии всегда была хорошая память на числа. Вопрос только в том, зачем он ей? Да, теперь взрыв, возможно, ее не достанет, но вряд ли она останется в живых после того, как подозрения в измене оправдаются. Она не выйдет из этого катера уже никогда.

Тридцать пять.

Солдат протащил ее по длинному коридору, стены которого мигали разноцветными огнями. Корабельная сигнализация была совершенно недоступна ее пониманию, поэтому она без интереса наблюдала за этим желто-красно-синим танцем, слепящим глаза. Набрав еще один код, он втолкнул ее в небольшое помещение.

— Здесь нам будет лучше, — ухмыльнулся он.

Десять.

«Еэсбэшник» поднял руку и нажал кнопку вызова на своем браслете связи. Лия наблюдала, как на вспыхнувшем голоэкране он выбирает адресата, как экран исчезает, а солдат, ухмылявшийся с каждой секундой все противнее, начинает говорить:

— Я тут вам клиента привел. Несговорчивая особа, да. Думаю, стоит ей объяснить, что молчание не всегда приносит хорошие плоды. Захвати коллапсор, я думаю, ей понравится. Да, симпатичная. Замужем, да. А, это для тебя неважно. Хорошо. Жду. И не забудь… что?

Ноль.

Когда они закладывали взрывчатку, рассчитывали, что уничтожен будет только комплекс со всем его содержимым. Неподалеку от здания «РИАСа» находились жилые блоки, не хотелось случайных жертв, но взрывная волна все равно была сильной. Лия успела забиться в угол, и это спасло ее от падения, а вот не ожидашему подобного солдату повезло меньше.

Пытаясь удержаться на ногах, он шагнул вперед, но второй толчок заставил его пошатнуться и впечататься головой в стену. Застонав, он замотал головой, пытаясь прийти в себя, но Лия решила, что это ее шанс.

Подбадривая себя диким криком, она подлетела к солдату сзади и со всей силы ударила его между ног. Мужчина заорал от боли и согнулся, но Лия только начала. Дрожащими руками, она вытащила бластер у него из кобуры и, стараясь не думать, что именно она сейчас делает, выстрелила ему прямо в голову. Кровь брызнула ей в лицо.

Следующий толчок был сильнее первых двух, но Лия ждала его, поэтому успела вновь забиться в угол, чтобы не упасть. Дождавшись четвертого — последнего — она быстро набрала сообщение для Вилта на своем браслете связи, отправила его и подошла к двери.

Код все-таки ей пригодился. Возможно, она не сможет выбраться из всего этого, но теперь шанс появился хотя бы у мужа.

В ее сообщении было всего семь слов.

«Беги из города. Прости. Я люблю тебя».

Глава 1. Побег

За матовым стеклом угадывалось движение. Вилт зевнул, наблюдая за тем, как забавно, словно огромные амебы в аквариуме, перемещаются туда-сюда цветные пятна. Хотя цветов было мало. Преобладали черные. Вездесущий Моран еще вчера передал, что в здании ЕСБ, правда, этим и ограничился. Ничего странного в сообщении Вилт не усматривал. Профессор Берго, который уже месяц пытался не умереть в Центральном мармерском госпитале имени Первого Императорского указа (который прежде носил имя лидера старого Союза), был, как-никак, не только светилом науки, но и лордом. Правда, после переворота его лордство приравняли к титулу учтивости. Конечно, речь не о том, что Берго — младший в роду и ему достался лишь отголосок знатности собственной семьи. О нет, этот занудный мужик был самым настоящим лордом, в каком-то колене родственный королевской династии Кармегира, главой рода, старшим из наследников. Отсюда и все вытекающие в виде раздутого самомнения, вечно снисходительного взгляда и не менее снисходительного тона в любом разговоре. Вилт помнил, каково было сдавать Берго экзамен по нейрохирургии. Славный шестой курс! Он чуть не свихнулся и Лия похитила его из общаги, подговорив парочку сокурсников: эти придурки помогли ей связать Вилта и упаковать в багажник аэрона… Вывезли за пределы Мармера, в Долину Камней и бросили там. Спасибо, открыли багажник и оставили у машины две бутылки с водой да набор первой помощи… А то, может, и не стала бы Лия Вилту женой. Долина Камней — гиблое место. Какие были времена! Они были юны, а он, к тому же, сходил с ума от любви.

Ох, Лия, я сейчас как никогда близок к тому, чтобы совершить какую-нибудь глупость.

Так вот, Берго, кавалер Ордена Мира и бывший кормегирский посол, после переворота был лишен двух третей своего имущества и сослан на Мармер. За ним сохранили лишь локальный титул учтивости, не признанный общеимперским и не включенный в Единый Аристократический Реестр, а то быть бы ему теперь каким-нибудь Берксего. Также профессор мог занимать руководящие должности, заниматься преподаванием (правда, не реже, чем раз в год он представал перед Комиссией Порядка), но не мог покинуть Мармер даже ради Галактического Медицинского Форума. Правда, на форуме он все равно выступал, удаленно. С пафосной речью о том, что медицина в империи в упадке, врачам не хватает мотивации, а в молодежной среде — в связи с ростом протестных настроений — обесценивается такой важный элемент социального взаимодействия, как альтруизм.

Вилт с отвращением бросил картонный стаканчик в энергозатор. «Экономия и утилитарность!» гласила светящаяся надпись на стекле… Даже производя отходы они не забывали о благе имперского госпиталя: обеспечивали материал для производства энергии. Десять стаканов кофе в день — три минуты освещения всего госпиталя. Хочешь — не хочешь, а начинаешь ощущать свою значимость и место в больничной иерархии, а выражение «светило науки» приобретает новый оттенок, с признаками сарказма.

Чистилищем называли комнату ожидания перед дезинфицирующей камерой, которая отсекала операционный блок от остального пространства больницы. Последний барьер, за который не допускались ни родственники, ни даже «еэсбэшники». В операционной мог находиться только медперсонал.

Если Берго все же преставится из вредности — их всех под белы рученьки проводят в тюрьму? Вилт мрачно ухмыльнулся. Да пожалуйста, там, по крайней мере, можно будет выспаться. За последние четыре дня ему удалось подремать в совокупности часов пять, и вчера он получил выговор от прим-доктора Эскеля. Сам Вилт в свои тридцать пять уже в четвертый раз подавал прошение на перевод его в прим-доктора, сдавал экзамены, писал научные статьи и брал дополнительные смены, чтобы получить больше «позитивных часов», повышающих уровень его статуса лояльности… но все без толку. В примы его не переводили и все, что он мог — ассистировать Эскелю, хотя, по факту, они прилагали равные усилия во время операций.

бычно Вилт воспринимал свое положение философски, а придирки Эскеля — с юмором. Но сегодня он, видимо, усталость взяла свое.

Он провел три сложнейших операции, два дня не разговаривал с Лией. Пытался дозвониться, но она не ответила: видно тоже была занята на работе.

Он не знал, как обстоит ситуация с холерой. Моран написал, что число обращений в муниципальные поликлиники растет.

Он постепенно превращался в старого ворчуна, который хочет домой, под крылышко к жене, а не вот это вот все.

Перерыв скоро закончится, и нужно будет возвращаться, чтобы сменить Эскеля. Они бесполезно наблюдали за показаниями приборов, дожидаясь, стабилизации, которая позволит провести операцию. Будь на месте Берго кто-нибудь другой, не возглавляющий одно из управлений в рамках Научного Ведомства, персонал не суетился бы вокруг него с самого утра. В госпитале было полно больных: острая вспышка солльской холеры, о которой уже лет пятнадцать никто не слышал. Тем более, в подобных масштабах. А они не имеют права не засвидетельствовать момент, когда Берго преставится! Кто-то должен взять на себя ответственность. Эскель потому и дергается. Тот случай, когда прим-доктором быть уже не так приятно, а? Вилт невольно усмехнулся.

Пол вдруг качнулся. В отдалении послышался грохот. Пятна за стеклом заметались. Из палаты донесся панический писк приборов и взвинченная ругань Эскеля. Вилт услышал сигнал — ему пришло сообщение на личный коммуникатор. Возможно, Моран предупреждал, что это всего лишь землетрясение и уже выяснил, во сколько баллов его оценили…

Эскель проверял показания приборов, на вошедшего в палату Вилта он взглянул недовольно. Берго оставался безучастен ко всему происходящему.

— В таких условиях невозможно работать! — прошипел Эскель и, пожалуй, впервые за последние пять часов они с Вилтом были солидарны. В прочем, судя по показаниям приборов, операция в любом случае была невозможна.

Вилт вывел на экран браслета-коммуникатора ровно за две секунды до того, как Центральный мармерский госпиталь содрогнулся от взрыва.

* * *

Сигнал тревоги бил по ушам. Выбираясь из-под рухнувших приборов, Вилт оценил всю иронию ситуации: было бы весьма символично погибнуть от удара аппаратом жизнеобеспечения. Зато, глядишь, в учебники бы попал. Как пример статистической погрешности. Система жизнеобеспечения «Арта» обладает двумя автономными энергоблоками, устойчива к механическим повреждениям, а процент системных ошибок составляет 0,000… Быть десятитысячной долей процента, упомянутой в учебнике, который одобрит Цензурный комитет — немалое достижение в масштабах Империи.

Шум в голове стихал. Вилт достаточно пришел в себя, чтобы осознать отсутствие Эскеля, мигание красных лампочек на экранах опрокинувшихся на пол приборов, дым, проникающий в палату сквозь поврежденное стекло повышенной прочности…

Вилт прошел Чистилище и попал в ад. В стене прямо перед ним зияла огромная дыра. Потолок рухнул, заблокировав коридор… Едкий дым застилал глаза, откуда-то сверху лилась вода. Поблизости никого не наблюдалось, но издалека слышались крики и грохот.

Ободрав ладони, он выбрался через дыру в стене во двор госпиталя. Его тут же окатило холодным дождем. Лето нынче не задалось. Земля содрогнулась, и Вилт едва не упал. Он заворожено смотрел на огненный столб, вырастающий в самой гуще зданий городского центра. Должно быть, мэрия перестала существовать.

Вилт оттолкнулся от стены и пошел вперед. Он не осознавал до конца сути происходящего, пока не увидел бегущих людей. Медперсонал в белой и зеленой униформе, посетители в одноразовых стерильных халатах…

Никто не пытался организовать эвакуацию. Зато кто-то стрелял прямо по бегущим. Впереди мелькнула фигура в черном кителе ЕСБ. Сверкнули на солнце серебряные нашивки. Каратели.

Беги из города.

Вилт нырнул за статую Императора. Люди говорили, что в Мармере достаточно и одного монумента правителю, установленного по всем требованиям, на главной площади, от которой госпиталь, кстати, всего в нескольких кварталах. Ну, вот, оказывается, и на второй памятник не зря потратились… По крайней мере, Вилт оценил.

Он думал, что в госпитале устроили террористический акт. От Старой Гвардии вполне можно было ожидать попытки покушения: Берго слишком демонстративно поддерживал новый режим. Как, впрочем, и большинство ученых, трудившихся в Научном комплексе. Куда им всем деваться, когда за ними следит Комиссия Порядка.

Но то, что происходит сейчас, больше похоже на военный налет. Вилт видел уже три столба огня, и все — в районе городской администрации.

Я люблю тебя. Прости.

Если бы Лия узнала о готовящейся атаке, она бы предупредила. А это — больше похоже на прощание…

Нельзя стоять на месте. Рано или поздно его заметят. В госпитале было полно красочных плакатов, предупреждавших об угрозе терактов со стороны Старой Гвардии. Но ни один плакат не содержал инструкции на случай расстрела мирных граждан Единой Службой Безопасности.

Сверху загрохотало и заскрежетало. Вилт поднял голову. Ему приходилось видеть последствия аварий и оперировать жертв неосторожного вождения. Но ни одной аварии он не наблюдал вживую до сегодняшнего дня. Аэроны — самый безопасный транспорт, если верить рекламе — падали с неба кусками оплавленного, искореженного, все еще хваченного пламенем металлопластика. Похоже, стоянка на крыше госпиталя разгромлена, отстраненно подумал Вилт. Сквозь грохот он едва различил испуганный вопль. Неподалеку к стене госпиталя прижималась молодая медсестра. Вилт знал ее имя, Манти, они часто пересекались у кофейного аппарата во время ночных дежурств. Девушка была в панике и, заметив Вилта, бросилась к нему. Вдвоем в хаосе как-то спокойней?

— Стреляют по медперсоналу! — выдохнула Манти, вроде как предупредила и даже перестала выглядеть перепуганной до безумия. Вилт предпочел ничему не удивляться.

— Давай к складу.

Медсестра кивнула. В ее взгляде, кажется, даже промелькнула досада: мол, как это она сама не подумала. За отдельно стоящим зданием склада в ограде была чудесная дыра. Ее каждый год тайком прорезали интерны-новички. Традиция такая. Раньше символизировала борьбу со строгими порядками в госпитале, сейчас, скорее всего, не символизировала уже ничего, кроме того, что дурной пример особенно заразителен, а глупые обычаи держатся дольше любых других. Когда-то Вилт сам прорезал дыру за складом. В те времена ограда была еще сеткой из укрепленного экопластика.

Дыра в ограде вела прямиком на улицу Восходную. И там, всего через два перекрестка от госпиталя, располагалась крытая долгосрочная стоянка.

Судя по взорванным зданиям городской администрации, за пределами госпиталя было небезопасно. И там, скорее всего, стреляли не только в медперсонал.

Беги из города.

Вилт не участвовал в военных действиях: он не записался в имперский космофлот, хотя там не хватало медиков и зарплаты были баснословными. Переворот для Солля был, по сути, всего лишь новостью по интервидению. Сюда докатилось лишь эхо боев, развернувшихся на центральных планетах, как-то само собой получилось, что Солль де-факто стал местом ссылки для нужных Империи, но неблагонадежных ученых всех мастей. Мармерский научный комплекс оказался головным центром крупнейшего в империи научного концерна, генеральным директором которого выступал сам Император. Большая часть разработок «РИАСа» была засекречена… Если и есть сейчас в Мармере безопасное место — то это научный комплекс.

Так что означает послание от Лии? Коммуникатор Вилта был цел, но звонки не проходили, Вилт на бегу поставил номер жены на дозвон.

У склада они буквально столкнулись с Мораном.

— Стэр! — выдохнул он. — Проклятье… Живучая ты скотина! Думал, тебя уже убили… Снимай халат! — это он Манти, медсестра без лишних слов избавилась от слишком заметной части больничной униформы. Вилт по-прежнему оставался в зеленом костюме, какие носили все врачи.

Они выбрались за ограду. Здесь тоже было достаточно бегущих людей, но стрельба и взрывы слышались пока лишь в отдалении. Они на всякий случай держались в стороне от дороги, пробираясь переулками. Моран на ходу рассказывал:

— За тобой пришли еще утром, дежурили у операционной. Запретили сообщать.

«За мной?»

У Вилта мелькнула мысль, что Эскель таки нашел способ спихнуть ответственность за смерть Берго на него. Ну, да, и вызвал для этого карателей…

— Если бы не Научный корпус, подозреваю, нас бы уже размазали в лужу. Там, — Моран выразительно ткнул пальцем в небо, — сейчас крейсер Императрицы. Но к нам выслали пока только пару бомбардировщиков.

Вилт слушал отстраненно, кажется, так до сих пор и не восприняв новости всерьез.

Прости.

Лия знала о готовящемся налете или в самом Научном комплексе что-то произошло? Жена не отвечала на звонки со вчерашнего дня. Но сообщение прислала только сегодня.

И по-прежнему не отвечала на звонки.

Айн? Все, что мог предположить Вилт: шурин ввязался-таки в сопротивление, и Лия…

Аэроны сновали по воздушной магистрали. Люди спешили убраться подальше от городского центра. Поможет или нет?

Когда они втроем добрались до стоянки, не обнаружили даже сторожа, но ворота открылись. У Морана оказалась карточка клиента.

— У меня здесь аэроцикл, — пояснил он. — Все никак не мог найти время обновить права…

Тут они одновременно услышали какой-то шум, и Моран вскинул руку, предупреждая Манти молчать. Из переулка, через который они только что преодолели, вышла женщина, крепко держащая за руку мальчика-подростка. Женщина была в панике. Вполне возможно, она заметила униформу Вилта и сочла, что рядом с врачом будет хоть какая-то надежда на помощь… Моран закатил глаза.

— Но аэроцикла нам явно будет мало, — заключил он, хотя и так ясно: аэроцикла было бы мало и для них троих.

— Дай мне, — попросил Вилт. Моран внимательно на него посмотрел. Даже если Научный комплекс не бомбят, гражданских туда не пустят. Там ЕСБ все контролирует почти наверняка. Даже странно, если не так. Лия бы отвечала…

— Нужно выбираться из города, — сказал Моран. Дельная мысль.

Вилт кивнул и Моран протянул ему электронный ключ, перенастроив допуск. Сам он выбрал спортивный аэрон, на вид — весьма дорогой. Приложив к панели свое медицинское удостоверение, четко произнес свое имя и регистрационный номер, а также кодовую фразу о конфискации транспорта в интересах спасения человеческой жизни.

— А твой номер поди уже заблокирован, — хмыкнул он, когда дверь аэрона открылась. — Поздравляю, ты теперь не только без документов, но и без денег.

Вполне вероятно, отстраненно подумал Вилт. Сейчас важнее было другое. Не дождавшись ответа от Лии, он попытался дозвониться до Айна, но и взбалмошный братец жены не отзывался.

— Включить геолокацию. Запрашиваю местонахождение Лии Стэр, — Личный допуск.

Было страшно. Если бы местонахождение Лии не определилось системой геолокации… Но на голоэкране отразилась карта Мармера и на ней — спустя целую мучительную секунду — вспыхнула крохотная зеленая точка.

Лия была жива: зеленая точка двигалась куда-то на север от Научного комплекса…

* * *

Браслет перестал вибрировать когда она добралась до северного пункта контроля. Используемый в качестве «черного хода» этот КПП был безлюден, несмотря на хаос, творившийся вокруг. Взрыв поглотил и похоронил под обломками почти полтысячи человек, среди которых были и «есбы», но их было не жалко. Если бы не их появление, обошлось бы без жертв.

Охранники были мертвы, но не из-за взрыва. Судя по тому, что края обгорелых дыр в головах были уже холодными — убили их давно. Пожалуй, еще до того, как Лию повели на допрос. Это что-то значило, да, значило, но думать об этом сейчас было некогда. Ей нужно было выбраться отсюда незамеченной, найти мужа и брата, а потом… А что делать потом они подумают вместе. Если успеют придумать, прежде чем их убьют. И если смогут встретиться.

Новая вибрация. Вилт. Муж начал звонить почти сразу, как она отправила сообщение, и это было совершенно неудивительно: она тоже, получив такой бред, начала бы названивать. Но отвечать было некогда. Она потом ему все объяснит, если сможет. Главное, чтобы он воспринял это сообщение всерьез и не оставался в Мармере. Потому что город обречен.

Паники не было, потому что паниковать было некому. Абсолютное большинство сотрудников «РИАСа» были внутри в момент взрыва, их больше нет. Больше нет. Да, сквозь пыль, дым и дождевые струи Лия видела смутные фигуры вдалеке: выжившие «еэсбэшники», которые охраняли внешний периметр, но их были единицы. Сжав в руке украденный бластер, Лия поспешила прочь.

Северный КПП не зря был малолюдным: он стоял со стороны Центрального парка, за которым располагалось огромное озеро Лайс. Говорят, его можно разглядеть из космоса, но Лия никогда не бывала в космосе, ее не привлекали даже экскурсии на Хару — луну Солля. В любом случае, мало кто приходил на работу отсюда, но КПП был.

За внешним периметром ей вдруг стало легче дышать. На краю разума забрезжила надежда, что она выберется и сможет встретиться с Вилтом. И Айн. Надо найти Айна. Брат — последний, кто у нее остался, больше родственников нет. Отец погиб еще десять стандартных лет назад, по глупости ввязавшись в уличную драку между сторонниками Империи и теми, кто до последнего сражался за Галактический Союз. Но Союз пал, надо было с этим смириться, а отец не мог. Мама сгорела от горя за год, не стандартный — Солля. Восемь стандартных месяцев. Лия и Айн остались одни. Был еще Вилт — друг детства, тогда еще будущий муж. Она заканчивала старшую школу, а Айн пытался не вылететь из летного училища, совмещая заботу о ней, тогда еще несовершеннолетней, учебу и работу в агрокомплексе, чтобы хоть как-то прокормиться. Вилт, отказавшийся покинуть планету вместе с родителями, отправившимися на Шен (окраинную планету, настолько малоперспективную, что туда, кажется, даже новости поступали с перебоями), ради продолжения учебы, всегда оставался рядом. А когда умерла мама Лии и Айна — предложил поселиться втроем. Так они и сделали. Вилт продал свое жилище, и на вырученные деньги они смогли пережить времена, когда все трое были студентами. Пожалуй, именно этот поступок и заставил ее выйти за него замуж, когда он, немного заикаясь, ей это предложил. Ему тогда было двадцать четыре, он только закончил интернатуру и получил место ассистента в Центральном госпитале Мармера. Ей было двадцать. И она уже тогда любила пробираться сквозь паутины защитных систем и в строках бесконечных реестров, бегущих по экранам мониторов и голопроекций, находить то, что недоступно простому обывателю. Например, частоты военных каналов космосвязи. Пароли и отзывы. Не то, чтобы она планировала это использовать: до недавнего времени она не собиралась ввязываться в пустую борьбу. Уже тогда она начала стричься коротко и ассиметрично, как это было модно в среде хакеров. Они носили эти прически, как отличительные знаки, будто были тайным обществом. Любила ли она Вилта, когда выходила за него замуж, или это была лишь благодарность? Лия так и не смогла этого понять. Но в том, что она любила его сейчас, не было никаких сомнений.

И только поэтому она не отвечала на его настойчивые звонки. Потому что он не знал о ее делах в «РИАСе».

И узнать не должен. Она не хотела, чтобы он хоть как-то пострадал. Его не должны заподозрить в измене. А то, что уничтожение образцов катона и всех данных о нем — измена было несомненным.

Эхо далекого взрыва оглушительной силы заставил ее упасть на колени и зажмуриться. Тонкая ткань колгот порвалась, хотя производитель уверял, что она будет устойчива к подобным испытаниям. Подождав немного и убедившись, что она все еще жива, Лия подняла голову и посмотрела в сторону, откуда пришла волна.

Центр города. Возможно, мэрия. И туда они взрывчатку точно не закладывали. Это значило лишь одно: отряд Императрицы начал зачистку. Уничтожение научного комплекса и гибель собратьев определенно разозлили солдат. Лия поднялась на ноги, бросила взгляд туда, где находился госпиталь, и с ужасом обнаружила столб дыма в той стороне. Нет, не может быть! «Есбэшники» не настолько тупы, они должны осознавать, что зачистка — это карательная мера, они же не собираются полностью уничтожить Мармер? Убить пару сотен человек — да, но оставлять город без средств к существованию это другое!

Вилт жив. Жив.

Надо связаться с ним. Кажется, для Империи они теперь все изменники, скрываться друг от друга смысла нет, так получается?

В голове зашумело, и Лия не сразу сообразила, что этот шум исходит не изнутри. Там, за пределами парка, стреляли. Она с ужасом поняла, что сейчас те, в кого стреляют, ломанутся в парк: здесь масса укромных мест, где можно спрятаться! И вслед за ними придут те, кто стреляет.

Надо добраться до озера. Возможно, она успеет первой, возможно у нее получится найти катерок и убраться на другой берег, прежде чем вода Лайса окрасится в цвет крови. Она должна успеть!

Браслет больше не вибрировал, вгоняя Лию в состояние паники. Неужели Вилт уже мертв? Неужели она навсегда потеряла его? Неужели их попытка не дать Императору стать еще сильней привела к этому? Мозг совершенно не хотел этого осознавать. Двигаясь будто во сне, Лия побрела в сторону озера.

Ставить браслет на дозвон было откровенно страшно.

Геолокатор! Точно! Как она могла вообще о нем забыть? Дрожащей рукой Лия нажала кнопку активации, продолжая двигаться.

— Включить геолокатор. Цель — Вилт Стэр, — как можно тверже и внятней проговорила она.

Функция не работала. Нет, судя по значку вверху голограммы, ее местонахождение определялось, но поиск не осуществлялся. Это могло значить две вещи: либо Вилт похоронен под завалами госпиталя, либо чей-то браслет — ее или Вилта — поврежден…

Она очень надеялась на второй вариант.

Шум нарастал, она уже слышала топот сотен ног, стрельба была все ближе, но она продолжала медленно идти, стараясь понять, что ей делать дальше. Попытаться спастись от зачистки на озере, или найти транспорт и отправиться на поиски мужа. Или сразу отправиться к брату? Что делать?

Поток горячего воздуха ударил ее сзади, и она, пошатнувшись, вновь упала на колени. Ощущение полной безысходности заполнило ее. Она не успела. Не успела даже решить, что ей нужно делать, судьба все решила за нее. Она склонила голову и уставилась в черно-серые камни парковой дорожки.

Аэроцикл, сбивший ее с ног, резко остановился и, судя по звукам, начал разворачиваться.

— Лия! Ты ранена? Сможешь встать?

Это был голос Вилта.

* * *

Сороковая попытка попасть пустой бутылкой в мусорку вновь оказалась неудачной. Размышляя о том, что надо бы немного смягчить условия и попробовать проделать это с более близкого расстояния, Айн отхлебнул зеленой жидкости из «резервной» фляги и поплелся поднимать свой не долетевший снаряд.

С начала рабочего дня на учебной площадке не появилось ни души, вогнав его в черную меланхолию. Палящее с утра солнце сменилось прохладой надвигающегося дождя, убив этим последнюю надежду развлечься, наблюдая за курсантами-пилотами, пытающимися поднять в воздух малые учебные катера. Айн всегда веселили их неуклюжие попытки, которые даже в страшном сне трудно было назвать пилотированием. Он никогда не был таким. Казалось, что он всегда знал, куда нажимать, как вывернуть рычаг, и что значат бесконечные ряды разноцветных огоньков на передней панели.

Один из лучших курсантов на первых курсах, он с трудом смог закончить летное училище, скатившись из-за работы, потому что иначе им с Лией было бы нечего есть. Да, прошло некоторое время, и Вилт перебрался к ним, подкинув средств, но к тому моменту Айн совершенно отвык учиться. Практика давалась легко, он шутя проходил все испытания, только вот, к сожалению, практическими занятиями обучение не ограничивалось.

Он был на грани исключения, совершенно потерял надежду получить диплом, практически скатился на самое дно, когда один из преподавателей, старик Заин Анторре, подошел к нему и заявил, что не позволит пропасть такому таланту. Вообще-то Айн не был уверен, что у него есть талант. Многие мальчишки мечтают стать космическими пилотами, а поэтому играют в симуляторы в вирту-шлемах или на голо-коммах, теша свое самолюбие и якобы наращивая опыт. Только вот не все в самый важный момент подают заявку на поступление в летное училище.

Старик упрямо заставлял Айна пересдавать финальный тест по теории в обход всех правил училища, которые гласили: если курсант не прошел итоговую аттестацию с третьего раза, он должен быть исключен. Восстановиться можно, но только на курс младше, а это еще один учебный год. И дополнительные кредиты, а этого Айн себе позволить не мог.

В итоге, тест он все-таки сдал. С шестого раза. Случайно.

Только зачем ему диплом? Все нормальные места на крупных предприятиях достались отличникам, а в военные структуры, куда брали всех подряд, Айн идти не захотел. Потому что при мысли о том, что ему придется работать на Империю, отнявшую у него отца и мать, хотелось что-нибудь разрушить. Или кого-нибудь убить.

На собственный кораблик, пусть маленький и полудохлый, денег не было, иначе он обязательно попробовал бы себя в стезе наемника. Брал бы частные заказы на перевозку небольших партий грузов, возможно не всегда законную, почувствовал бы свободу и бескрайность открытого космоса… а вместо этого он вынужден прозябать на учебной площадке, наблюдая за малолетними идиотами, впервые севшими за штурвал.

Вот только сегодня не было даже их.

Подняв бутылку, Айн закинул ее в мусорку (забава с метанием «снарядов» успела ему порядком надоесть) и с тоской посмотрел на затянутое дождевыми тучами небо.

Сновавшие туда-сюда орбитальные катера его не настораживали. Мало ли, какие там учения придумал мэр.

Он бездумно прошелся по пустой площадке, поразмышлял о том, что надо бы подмести налетевшие с окружавших площадку зеленых посадок листья. Все равно заняться больше нечем.

Катера продолжали сновать, разбивая плотную ткань облаков, и их сигнальные огни начинали потихоньку раздражать Айна. Он завидовал каждому из сидевших за штурвалами пилоту, мечтая оказаться на месте одного из них… пока не осознал, что некоторые из огней совсем даже не сигнальные. Приглядевшись, он понял, что вместе с дождем на Мармер спускаются не только и не столько катера.

Не может быть… этого просто не может быть…

Эта мысль билась где-то на краю сознания, а на поверхности его властвовал безграничный ужас.

Сестра в городе! В городе, который обстреливают с воздуха!

Что могло послужить поводом для зачистки Айн себе не мог даже представить, но если Лия погибнет… он почувствовал, как по спине побежали мурашки.

Если Император отберет у него еще и сестру, он сделает все. Он найдет способ прорваться во Внутреннее Кольцо, он найдет место, где живет эта тварь и убьет ее! И пусть это будет последнее, что он сделает.

Айн схватился за левое запястье и обнаружил, что браслета связи на нем нет. Он забыл надеть его, когда собирался на дежурство? Вполне может быть и так: в последнее время он стал чересчур рассеянным. Тупая работа постепенно делала его аморфным, совершенно не питая мозг.

Выругавшись, он бросился к краю огороженной территории летного поля, туда, где стоял его старенький аэроцикл.

Ему нужно найти сестру.

Он не знал, как именно, но он обязательно ее найдет…

* * *

Теперь, когда Лия была с ним, Вилт подумал об Айне, Он был за городом, осталась надежда, что учебную площадку, которую горожане частенько коротко именовали летодромом не тронули хотя бы пока, и брат Лии жив, а на звонки не отвечает по своей привычной безалаберности. Это и раздражало, но в то же время — дарило надежду. С Айном вечно приключалось что-нибудь, но он всегда каким-то чудом умудрялся выходить сухим из воды.

За чертой города стало привычно безлюдно и тихо. Если не оглядываться, нипочем не догадаешься, что начался конец света. Летодром, подразделение летного училища, будто забыли предупредить о случившемся. В прочем, училище — какой-никакой, а полувоенный объект, может, его вообще не тронут. И тогда Айн в безопасности. Какая ирония — даже сейчас история игнорирует человека, который определенно намеревался оставить в ней свой след и вполне мог реализовать свои стремления, если бы не наступила Золотая эпоха Солля.

Ну, название — это так, в шутку. Периферийная планетка, в которой не было ничего особенного. Ресурсы были, да, но до обидного мало, чтобы в Союзе оценили и наделили особым статусом. Ничего такого Мармер и не мог предложить своему государству. Люди здесь так привыкли, что на них не обращают внимания, что и сами не слишком интересовались политикой. Скорее всего, о том, что они теперь живут в Империи, некоторые узнали спустя несколько дней, когда начали проявляться первые изменения. Сняли прежнюю администрацию и часть руководства забрали в столицу. Ни один не вернулся. Зато взамен — щедро посыпались лозунги и громкие слова о процветании и наступлении новой эры, эры, в которой император помнит о каждом птенце, что находится под его крылом…

Правда, Мармер, скорее, стал местом, куда из-под крыла Императора выталкивали гадких утят. Торговые пути поменяли направление. Там, где работает новый мощный научный комплекс, незачем устраивать ярмарки с постоянно снующими тут и там незнакомцами.

Вилту было все равно. Врачи всегда нужны. Госпиталь даже получил дополнительные средства и смог закупить кое-какое новое оборудование и медикаменты.

Лия нашла себя в новом, развивающемся научном секторе.

А вот Айн оказался тем, кто, больше всех стремясь к переменам, не смог смириться с новой системой. Он с трудом терпел политкурсы, ставшие обязательными, пропаганду, которая внедрялась в лекции преподавателей, которые казались ему образцами стойкости раньше… На глазах Айна рушились его представления о силе Союза. Если бы на Мармере всерьез существовала ячейка сопротивления, серьезная, не сводящаяся только к обсуждениям того, как стало паршиво теперь и как было хорошо раньше, Айн был бы там.

Вилт сбросил скорость только когда впереди показалась летная площадка, обнесенная забором. Никто не вышел к ним навстречу. Лия перестала прижиматься к нему, но он на удивление успокоился за время полета. Она была жива, с ней ничего не случилось. Остальное — потом. Он подумает о том, что сбежал из госпиталя, ничего не предприняв, даже не подумав позаботиться о пациентах. Одного того, что он видел, как расстреливают его коллег, хватило, чтобы сосредоточиться на спасении собственной жизни. Да, он не один сообразил, что другого выхода нет. От этого вряд ли будет легче.

Но сейчас: главное, что Лия жива. Осталось только найти Айна, потому что все мысли жены наверняка о нем. Лия слишком опекает этого оболтуса, оттого он никогда особенно и не заботился о последствиях своих действий.

Аэроцикл опустился на землю перед одноэтажным зданием наблюдательного центра, в котором жили работники летодрома в перерывах между дежурствами. Краску на стенах давно следовало бы обновить, а одно из окон треснуло, но весь ремонт состоял в том, что кто-то налепил поперек нанесенного повреждения несколько полос крепежной липкой ленты. Поразительно популярное средство при ремонтах любой сложности. Вилт прекрасно помнил ту трещину в стене второго больничного корпуса, которая образовалась после сильного землетрясения. Полгода ту трещину украшала стяжка из такой же серебристой ленты. Пока лента не лопнула, выявив опасное продолжение разрушения и администрации пришлось раскошелиться на дорогостоящий ремонт.

— Лия, погоди, — попытался Вилт предостеречь жену, бросившуюся к дверям, но тут же вспомнил, что она — спец по безопасности. Пусть компьютерной, но, в отличие от него, Лия умела обращаться с оружием. Она даже военные сборы проходила во время учебы. В тот год уверенность Вилта в том, что он добьется этой девушки, всерьез пошатнулась.

Если бы здесь были солдаты, они давно открыли бы огонь. Выходит, повезло и летодром действительно посчитали малозначимым объектом.

Или это — свидетельство какого-то плана? Вилт оглянулся в сторону города. Лучше бы не смотрел. Они вошли в здание — дверь была распахнута настежь. Внутри никого не оказалось.

Так никого и не обнаружив, они достигли жилого блока, а затем и комнатки Айна.

— Это его, — Лия взяла со стола, поверхность которого пятнали кофейные кляксы, браслет коммуникатора.

— Хорошо, — пытаясь собраться с мыслями, произнес Вилт. — Это всего лишь значит, что он ушел сам.

Его не увели каратели — этого он так и не добавил. Вопрос: «Что дальше?» повис между ними. Ждать было рискованно. Да и потом — Айн ведь не мог не видеть то, что происходит с городом. И он ни за что не бросил бы Лию…

— Он поехал туда, — подтвердила она. Вилт на мгновение прикрыл глаза. Они только что выбрались из города, по которому, как щупальца гигантского чудовища, расползались огонь и паника.

Безумие! Разве люди в здравом уме принимают такие решения?

— Да, скорее всего, — стараясь сохранять спокойствие, согласился Вилт. — Я поеду за ним, а ты…

— С тобой, — отрезала Лия.

— Но…

— С тобой, — с нажимом повторила она. Вилт кивнул. Возражения ни к чему не приведут. И даже если он найдет Айна, кто гарантирует, что они вернутся не на разрушенный летодром? В таких ситуациях нет лучшего решения. Ну, разве что улететь как можно дальше.

Но только всем вместе. Втроем.

— Мы неплохо справлялись, — решил Вилт. — Дальше будет также.

«Ты сам себе не веришь», — подсказал внутренний голос. Лучше бы выдал что-нибудь дельное. Гениальный план, который позволил бы избежать возвращения в город. Но внутренний голос оказался на подобное не способен и потому пристыженно затих.

* * *

Сжав браслет брата так сильно, что побелели костяшки, Лия отвернулась от мужа, чтобы скрыть от него выражение своего лица. Вилт выглядел растерянно, но после сегодняшнего его выверта, когда он кинулся в самую гущу огня, накрывшего город десятками тысяч выстрелов с земли и воздуха, чтобы найти ее, она была уверена, что они справятся. Вместе.

Надо только найти этого оболтуса, который исчез с рабочего места. Который однозначно отправился в город, обстреливаемый со всех сторон, чтобы найти их.

Вот только они здесь.

Это была бы очень смешная шутка, если бы не тот факт, что найти его без коммуникатора они не смогут. А он не сможет найти их. На что надеялся этот идиот? О чем он только думал?

Вилт тихонько подошел к ней и легко обнял за плечи.

— Мы найдем его, Ли. Найдем. Чего бы нам это ни стоило. Мы живы. И он жив, я точно это знаю.

В голосе его сквозила неуверенность, и это было страшно. По телу пробежала предательская дрожь, и Лия почувствовала, что плачет. Резко развернувшись, она уткнулась носом в воротник мужа и позорно разрыдалась.

Вилт молчал, сжимая ее в объятиях, просто гладил по голове, время от времени прижимался губами к ее виску. Но молчал, и за это Лия была ему благодарна. Так она быстрее успокоится, а время дорого. Надо возвращаться в гибнущий Мармер, надо попытаться найти Айна… а потом прибить его окончательно, чтобы не забывал коммуникатор дома!

Абсурдность мысли внезапно рассмешила ее, и она начала глупо хихикать, попутно всхлипывая, чем очень встревожила мужа.

— Ли, пожалуйста, перестань! Только истерики нам сейчас не хватает! — умоляюще прошептал он, крепко держа ее за плечи и заглядывая в глаза.

Надо остановиться, надо. Собраться. Они теряют драгоценное время… из-за нее… ей бы не помешала сейчас инъекция успокоительного…

Глубоко вздохнув, Лия резко выдохнула в попытке прекратить смеяться и плакать одновременно. Вроде получилось.

— Прости, — виновато прошептала она. — Прости меня. Я не знаю, что на меня нашло.

На самом деле, она догадывалась о причинах своего срыва: в отличие от Вилта, который был не при делах, она сначала варилась в этой истории с катоном, потом ее два дня допрашивали «еэсбэшники», а потом…

Некогда себя жалеть. Она оказалась плохой сестрой: в момент, когда нужно было собраться, чтобы спасти Айна, она совершенно раскисла.

Вилт еще раз прижал ее к себе, а затем отпустил.

— Мы справимся, — ласково сказал он.

Еще раз глубоко вздохнув, Лия расправила плечи и направилась к выходу из каморки, в которой жил брат.

Здание было старым, и полы, выполненные из стилизованного под камень пластика, сопровождали скрипом каждый их шаг.

Шагам Лии вторили шаги Вилта, идущего позади, и она не сразу сообразила, что скрипа уж очень много. Остановившись, она подала знак мужу сделать то же самое. Шум не прекратился.

Кто-то крался по коридору, и, судя по всему, двигался прямо на них по одному из ответвлений.

Лия бесшумно вытащила бластер из широкого кармана своего старенького жилета (сегодня, зная, что ее ждет допрос, она попыталась одеться как можно проще и безвкусней, дабы не привлекать ненужного внимания) и крепко сжала его в руке.

Если это каратели, она дорого продаст свою жизнь.

Шаги в тишине коридора стали осторожнее, возможно неизвестный (или неизвестные?) ощутил их присутствие.

Лия затаила дыхание, чувствуя, как по телу пробегает леденящая кровь дрожь. Будь ее волосы короче, они бы точно встали дыбом, а так она лишь ощущала странную щекотку на затылке, будто кто-то дышал ей на волосы. Но Вилт стоял слишком далеко, чтобы это можно было бы объяснить его присутствием.

Нет. Это нервы.

Всего лишь нервы.

Стоило фигуре человека, одетого в костюм из черной эко-кожи, блестящей, как праздничная обертка, вынырнуть из поворота, она выстрелила.

И только потом осознала, что это был Айн.

* * *

Следуя за Лией по коридору, Вилт размышлял о том, что, вероятнее всего, эта поездка будет напрасной. А еще — она безнадежна. Так подсказывал здравый смысл. Второй раз им так не повезет. Инфраструктура Мармера наверняка уже разрушена, и если отыскать Айна по личному коммуникатору еще была возможность, то без него надежда остается только на ЛИГ — личный индикатор гражданина, биомаркировку, осуществляемую при рождении. Но для начала придется подать заявку в регистрационном центре. В целом все просто, вот только кто примет и обработает ее сейчас? А ведь когда-то все эти заявки казались раздражающе долгой бюрократической волокитой. Оказывается: смотря с чем сравнивать. Если бы сейчас была возможность…

Пока Вилт осмыслял безысходную, в сущности, ситуацию, эта самая ситуация кардинально изменилась. Настолько стремительно, что он даже не успел придумать, как будет помогать Лие защищаться: в рукопашной от него было бы немного толку, тем более, если речь шла о сражении с вооруженными карателями.

Но нападавший был один. И он каким-то невообразимым нырком умудрился уклониться от выстрела с близкого расстояния.

— С ума сошла?

Вот говорят: дуракам везет. И Айн — прямое доказательство, что правило работает! Потому что Лия стреляла именно в него. И как это они не подумали, что Айн вовсе мог никуда не уезжать. Он мог быть, например, на летодроме, проверять технику… или спал где-нибудь в одном из ангаров… Это же Айн!

— Поговори мне еще! — выдохнула Лия. — Ты где был?! Мы из-за тебя чуть в город не вернулись! Я думала, тебя убили уже!

— Да никто даже не пытался! Я-то здесь в безопасности! — возмутился ее непрошибаемый братец. — Откуда мне было знать, что вы сюда доберетесь?!

Они стояли друг напротив друга, в одинаковых позах — чуть наклонясь вперед, со сжатыми кулаками, с яростью во взглядах. Сразу видно — брат и сестра. Вилт даже не пытался спасти Айна от праведного гнева Лии, хотя понимал, что она вряд ли полностью отошла от только что случившейся с ней истерики, под финал которой она едва не застрелила самого последнего своего родственника. И, возможно, в таком полуадекватном состоянии вообще неправильно доверять ей оружие.

Интересно, что будет, если попробовать его отобрать?

В такие моменты, когда брат с сестрой разбирались между собой, их отношения становились настолько личными, что Вилт оказывался как будто за гранью невидимого круга. Он ощущал это всегда и предпочитал дождаться, пока гроза пройдет. Потому что любая попытка поддержать одну из сторон для него была заведомо провальной. Если он соглашался с Лией, она потом начинала подозревать, что он это делает потому, что предвзят к Айну, если Айна — и того хуже… хотя мнение Айна оказывалось взвешенным и жизнеспособным весьма редко.

— А позвонить — не судьба? — со злостью в голосе поинтересовалась Лия. — Ах, да! Ты же забыл свой коммуникатор, ты… ты… как маленький! Вечно лень подумать головой!

— Да я и подумал, потому и вернулся! Я поехал за тобой, а тут коммуникатор этот дурацкий!

— Башка у тебя дурацкая! — буркнула Лия, чуть успокаиваясь. Возможно, по отношению к Айну она всегда чуть перегибала палку, теряя грань между заботой и гиперопекой. А братец, скорее всего, до конца не сознавал, насколько она от него зависима. И только Вилт, оказываясь сторонним наблюдателем, никак не мог отделаться от зависти и налета сожаления. Он любил Лию, но она до сих пор не подпускала его близко. Он научился угадывать ее чувства по выражению лица, жестам, по мимолетным сигналам тела, которые Лия не успела проконтролировать и скрыть достаточно быстро. Ему доставало того, что между ними установилось взаимопонимание, пусть даже основанное на том, что Лия — человек привычки и любит все просчитать наперед. Далеко не сразу прошли времена, когда на очередном трехдневном дежурстве в госпитале он мучительно размышлял о том, что Лия там, в самом сердце научного комплекса, видит куда более успешных и довольных жизнью людей. Причины пребывания на Солле большинства в такие моменты не имели для него значения. Эти люди просто могли однажды оказаться для Лии привычней, чем он, а главное — предложить ей больше.

Да, часть ее души, ее мыслей, принадлежала ему. Другу семьи, который, по сути, не оставил Лие выбора, когда пообещал поддержку их осиротевшей семье. Ему правда казалось — этого достаточно. Жаль только, тогда он не понимал до конца, что сам себя загнал в ловушку. Или точнее, решил, что это — достойная цена исполнению его собственных желаний. И вот, получив Лию, спустя годы, он до сих пор не был уверен, что ее привязанность основана на чем-то хоть чуточку большем, чем благодарность за помощь в тот момент, когда она была на самом краю…

А теперь? Все то, что казалось важным, самым существенным в их маленьком мире, выстроенные связи, все это — оказалось разрушено в один день. За часы, прошедшие с начала нападения на Мармер. Будучи врачом, Вилт не питал иллюзий насчет жизненных гарантий: одна нелепая случайность могла превратить человека в овощ, прикованный к аппарату жизнеобеспечения или прекратить его существование.

Но почему-то никогда не примеряешь подобные мысли на себя, даже если смерть прошла рядом, правда?

— Ладно, — примирительно сказал Вилт, осознав, что эти двое еще долго могут буравить друг друга взглядом и молчать. — Нужно что-то делать дальше. Здесь оставаться нельзя, рано или поздно они сюда доберутся.

— Что вообще творится? — вырвалось у Айна. Вовремя задался жизненно важным вопросом, нечего сказать.

— Кто бы знал. Карательная операция. В госпитале расстреливали персонал, — произнес Вилт. И подумал: может, пациентам все же повезло? Если бы карательная операция имела целью уничтожить весь город, «еэсбэшники» провели бы массированный удар с воздуха. Они вообще не спускались бы на планету… А то, что происходит — это чушь какая-то из третьесортной драмы. Вероятно, Лия могла что-то объяснить. Но важнее сейчас было решить вопрос с тем, куда бежать. И главное — как.

* * *

Если бы кто-нибудь спросил Айна, каким образом он успел увернуться от выстрела практически в упор, он бы не смог ответить даже под угрозой жизни. Мгновенная реакция никогда не была его коньком, но в этот раз он воспринимал все так, будто кто-то записал все происходящее на голокристалл и включил в замедленном действии.

Он никогда не знал, что можно за один миг испытать столько противоречивых эмоций: облегчение, страх, опять облегчение, гнев, смущение. Именно в таком порядке.

Тот факт, что Лия и Вилт стояли перед ним живые и относительно невредимые (порванный рукав на врачебной робе Вилта и некую общую потрепанность сестры во внимание он не принимал), более того, что они стояли здесь, в относительной безопасности, вырвавшись из огненного плена погибающего Мармера, никак не укладывался у него в голове и первые несколько своих реплик Айн выдал на автомате, совершенно не понимая, что он несет. Впрочем, шок быстро прошел и он обнаружил себя всматривающимся в темно-зеленые, как и у него, глаза Лии, которая смотрела на него с яростью желтокрылого тиграуна, которому наступили на хвост.

Кто дал этой малявке бластер?

Не то, чтобы Айн не осознавал, что его сестра уже давно не маленькая девочка (маленькие девочки не выходят замуж за лучших друзей и не становятся начальниками отделов информационной безопасности в одной из самых престижных контор планеты), но с оружием увидел ее впервые. И капли крови, бурой, щедро присыпанной пылью, осевшие на лице, явно принадлежали не ей.

С трудом оторвав взгляд от чумазого лица сестры, Айн посмотрел на друга, который что-то говорил о необходимости убираться отсюда, а потом про каких-то пациентов, которых расстреляли. Вот только ответа на вопрос «что же творится?» Айн так и не услышал. Или не понял: несмотря на постепенно расходившийся туман, голова все равно соображала не очень хорошо.

Убираться надо, вот только куда? Например, скрыться в густых лесах к северу от Мармера. Вариант неплох: в разгаре лето, у Лии есть бластер, они вполне могут скрываться до самой осени, а там уж вся эта беготня должна немного поутихнуть (не будут же «есбы», или кто там эту зачистку проводит, расстреливать все, что движется на протяжении двух месяцев?).

— Надо убираться с этой планеты, — он постарался говорить это как можно уверенней, тем более, что разум, проясняясь, начал выдавать одну идею за другой.

— Ты что, пил сегодня? — прищурилась Лия, перехватывая бластер поудобнее, и Айну на миг показалось, что она хочет повторить попытку его убить. — Получше идеи нет?

Но Айну его идея плохой совершенно не казалась. Просто Лия кое-чего о нем не знала. Да и с Вилтом он про некоторые свои дела не говорил.

— Лия, ты забыла, что я дипломированный пилот Д-класса?

— Который ни разу не сидел за настоящим штурвалом!

Айн побагровел.

— Вообще-то, у нас были учебные вылеты на орбиту, — гневно прошипел он, стараясь теперь не смотреть в сторону друга. Почему-то перед ним было намного более стыдно, чем перед сестрой. Может, потому что именно Вилт теперь ее содержал, а он, Айн, в итоге завис на этой помойке?

— На двухместных катерках… — Лия вздохнула и немного сбавила тон. — Айн, я была на всех твоих практических зачетах, и признаю, что летаешь ты, вроде бы, неплохо. Но убраться с планеты на орбитальном катере у нас не получится. Нужен корабль.

— Так я про корабль и говорю! — взорвался Айн. — Ты меня совсем за идиота принимаешь?

Что-то такое в глазах Лии мелькнуло, но тут же угасло. Она неловко запихнула бластер в карман своего бесформенного жилета, и брат только сейчас осознал, насколько же нелепо одета его сестра.

Черная облегающая блуза «под горло», на которую накинут серебристый жилет, вручную связанный из синтетических волокон. Испачканные шортики, которые в начале этого дня были, наверное, белыми, одетые поверх черных лоснящихся колгот, порванных на коленках. Удобные ботиночки, тяжелые лишь на вид, а по сути — просто стилизация "под армию", завершали облик. Даже Вилт в изгвазданном зеленом костюме выглядел приличней.

— Перестаньте спорить, — друг все-таки решил вмешаться. — Может, найдем для этого местечко поукромней? Я боюсь, что скоро про летодром все-таки вспомнят, и у нас могут появиться очередные проблемы.

Как этому… прекрасному человеку удается говорить и выглядеть так спокойно в сложившейся ситуации? Вилт даже в измазанной робе умудрялся быть величественным и бесстрастным, что, честно говоря, немного бесило. Всегда бесило.

— Есть у меня одно местечко на примете, — кивнул Айн, вновь принимая уверенный вид. — Недалеко. Даже аэроциклы не понадобятся. Хотя, наверное, на них будет быстрей.

Муж с женой переглянулись. Сомнение в их глазах ему совсем не понравилось, но он решил сделать вид, что ничего не заметил.

Быстро отвернулся и пошел по коридору в сторону выхода, очень надеясь, что Вилт и Лия без вопросов последуют за ним. В любом случае, выбора у них нет. Не сидеть же здесь до прихода военных.

Скрипучие шаги позади него немного успокоили: значит, решили все-таки довериться непутевому Айну.

Ничего, он еще сможет их удивить. Возможно, это его шанс вернуть себе авторитет хотя бы в глазах друга и сестры. И он им воспользуется.

Оседлав аэроцикл, он дождался, пока Вилт и Лия, оставившие свой транспорт по другую сторону от здания, присоединятся к нему, и указал на противоположный конец летной площадки.

— Летим туда. Будьте строго за мной. Не знаю, как ваша развалюха, а моя уж точно через забор не перелетит: мощности не хватит. Там дыра, не очень большая, но мы протиснемся. Даже на аэроциклах. А дальше просто верьте мне и следуйте за мной. Хорошо?

Лия и Вилт опять переглянулись, взбесив Айна до шума в ушах, но тем не менее, согласно кивнули.

И на том спасибо.

Дыра в ограждении действительно позволила им выбраться за пределы площадки, не слезая с аэроциклов, а дальше — дело техники. Не прошло и пятнадцати стандартных минут, как они, миновав густой лес, на поверку оказавшийся обыкновенной посадкой (впрочем, Айн и так это знал, удивились только Лия и Вилт), оказались на широком травяном лугу. Цветов почти не было, но зелень и синь вполне подходили для маскировки.

— Слезайте, — остановив свой аэроцикл, Айн немедленно слез с него, оглядываясь.

— Это, по-твоему, укромное местечко? Мы тут как на ладони! — скептически подняла бровь Лия.

— Заткнись, — буркнул Айн. Обычно он бывал здесь ночью, при свете дня он ощущал себя черным жуком, ползущим по белому листу бумаги. Или по сине-зеленому, какая разница?

Но нужно было идти до конца. Если он провалится, он упустит последнюю возможность вернуть себе уважение сестры. Насчет Вилта он не беспокоился, ему почему-то казалось, что друг верит в него. А вот младшая сестра…

— Айн, слушай, давай хотя бы под деревьями спрячемся, пролетит кто-нибудь…

— За мной! — наконец, сориентировавшись, махнул рукой Айн и двинулся вперед.

— Айн!

— Молчи. Поверь. Просто поверь, я знаю, что делаю.

Лия замолкла. Видимо, решила, что с сумасшедшими спорить — себе дороже.

Шли недолго, минуты три, и все это время Айн пытался не слышать гневного сопения сестры у себя за спиной. И все-таки, как Вилт умудряется оставаться спокойным? Айн чувствовал, как его терпение начинает иссякать. Или это он за время, что они жили раздельно, отвык от вечно чем-то недовольной Лии?

Остановившись в нужном месте, он присел на корточки и провел рукой по траве. Здесь она была такой же густой и высокой, как и везде, вот только цвет у нее был немного другой. Небольшое отклонение, совершенно не бросающееся в глаза, если ты, конечно, не знаешь, что искать.

— Айн, объясни, что ты ищешь?

— Я уже нашел, — он «расчесал» траву, коснулся руками теплой земли… слишком уж теплой и сухой для столь густых зарослей и, вцепившись пальцами в основания тоненьких стебельков, резко рванул руку вверх.

Повисло ошеломленное молчание.

— Что это? — почему-то шепотом спросила Лия.

— Ход для контрабандистов, — вставая с корточек, пояснил Айн. — Он выведет нас в закрытый ангар, там есть корабли… точнее корабль, о котором никто не вспомнит.

Груз должны были вывозить завтра, если Айн правильно помнил, но что-то он сомневался, что хоть кто-нибудь из его «незаконных друзей» вспомнит про него в свете сложившихся обстоятельств. Сейчас бы свою шкуру спасти. И в отличие от Айна, у его приятелей были нормальные быстроходные машины, способные не просто выйти на орбиту, но и покинуть ее. Он очень надеялся, что та развалюха, официально принадлежавшая городу и официально же служащая для вывоза на орбитальные станции продуктов питания (потому что никто не верил, что такое старье способно прыгнуть в гиперпространство) все еще стоит на месте.

Тем временем, Вилту пришел в голову вполне логичный вопрос.

— До ближайшего космодрома около тридцати километров. Мы же не пойдем пешком?

Айн позволил себе снисходительно улыбнуться.

— Там есть транспортер. Залезайте!

Привычно переглянувшись, но не сказав больше ни слова возражения, Лия и Вилт по очереди спустились в темноту хода. Айн последовал за ними, и уже захлопывая люк, понял, что именно не давало ему покоя всю дорогу сюда. Лия была права. Он действительно никогда не сидел за настоящим штурвалом настоящего корабля.

Он глубоко вздохнул, нажал на панель освещения и включил транспортер, пытаясь не думать, что ему предстоит.

* * *

Тайный ход действительно привел их в просторный ангар. Надо заметить, контрабандисты устроились основательно, почти с комфортом… Айн ухмыльнулся: мол, ну, что я говорил? Он закрыл люк и притянул брезент, чтобы воссоздать исходную картину.

Очень скоро выяснилось, что в ангаре они не одни: космодром предсказуемо контролировался "еэсбэшниками". Огромные, во всю стену, ворота, были открыты. Однако пока беглецам удавалось скрываться. Айн вел их путем, скрытым от наблюдения. Вилт до сих пор не мог поверить, что на космодроме есть места, куда не залетают боты-наблюдатели. Хотя здравый смысл подсказывал, что сами же пилоты или кто-то из обслуживающего персонажа (а скорее всего, все вместе, по обоюдному согласию и с благословения начальства) позаботился о расчистке коридора для контрабанды. Выгодное дельце на Солле? Дайте два! От такого не отказываются… И как это Айн до сих пор не сколотил маленького подпольного состояния? От сестры он не стал бы скрывать. Видать и тут его взрывной характер помешал — ненадежному человеку разве доверишь рискованный заработок? Тут не знаешь: плакать или смеяться.

И наверняка, есть корабль с дополнительным, специально выделенным местом для контрабанды. Которая попадает на корабль уже после размещения легального груза. Странно, что Айн все же знает, который из кораблей — нужный. Выходит, в чем-то на него все же готовы положиться… или держат под рукой, чтобы свалить вину, если вдруг схема вскроется?

Надеюсь, ты хоть раз задумался об этом, парень.

Они слышали шум вдали, несколько раз мимо проходили люди в форме. Айн словно чувствовал опасность и всякий раз успевал предупреждающе поднять руку. Тогда трое беглецов замирали. Они прошли вдоль сравнительно небольшого старого грузовоза: обшивка его была вся испещрена шрамами от столкновения с мелкими метеоритами. Грузовоз был установлен на ремонтные платформы.

Айн двигался к дальней стене ангара — туда, где стояли небольшие корабли. Логично: в маленькую цель попасть сложнее. Хотя даже если и так… на орбите планеты как минимум один крейсер, системы наведения которого вряд ли столь несовершенны.

Грузовоз закончился. Теперь, чтобы добраться до цели, им нужно было пересечь открытое пространство. Айн остановился, будто выбирая подходящее время. Лия толкнула его в бок, указала на появившийся бот-наблюдатель. Айн беззвучно выругался. Бот сонно полз по стене под самым потолком, подсвечивая себе путь красным диодом. Рано или поздно он зафиксирует присутствие посторонних.

«Все-таки, плохая была идея», — промелькнуло в голове у Вилта. Айн попятился, тесня сестру назад. Они прошли между платформами, и Айн уверенно направлялся к небольшому люку грузовоза, который Вилт даже не сразу разглядел.

Как будто по заказу, как раз в этот момент в ангаре появились еще люди… Айн открыл люк и махнул Лие рукой, чтобы забиралась поскорей. Следом забрались и мужчины.

— Ты уверен? — шепотом спросила Лия. На корабле вполне могли быть люди… А ведь Айн — пилот только на словах! Корабль в ремонте и еще вопрос, сможет ли лететь. Однако грузовой отсек, в котором они оказались, был сплошь заставлен коробками и контейнерами, на некоторых из них Вилт заметил знак радиационной опасности… Они громоздились повсюду, закрепленные фиксирующими скобами и тросами. Корабль определенно должен был куда-то лететь… если, конечно, не поступил в ремонт сразу после посадки, а груз на Солль прибыл, а не готовился к вывозу.

— Я же говорил, что знаю, что делаю, — отозвался Айн.

В рубке он на какое-то время замер, разглядывая панель управления и вереницы рубильников.

— Сможешь завести? — спросил Вилт, стараясь сохранять нейтральный тон. Айн дотронулся до панели, и корабль ожил, наполняясь светом и гудением.

— Надеюсь, он заправлен, — пробормотал Айн, сосредоточившийся на хаосе разом вспыхнувших на панели управления показателей. По мнению Вилта, преобладание красных сигналов было плохим знаком. Однако брат Лии потянул на себя пилотское кресло, закрепленное на рельсе, чтобы передвигаться вдоль панели управления при необходимости.

— Скоро они поймут, что мы здесь, — предупредил Айн. Он, как фокусник, задержал ладони над панелью, будто намеревался вытащить из нее кроликов… Потом начал нажимать на сенсоры.

— Пилот, идентифицируйте себя и свой уровень доступа, — безразлично предложила система.

— Что за… — Айн выругался, будто не ожидал такого поворота событий. Разве не очевидно, пилот должен быть идентифицирован?!

— Они заметили, — предупредила Лия. Она смотрела в открывшийся лобовой экран. Было видно, что в ангаре возникло оживление. Каратели подталкивали к маленькому орбитальному катеру с десяток людей в гражданском. Вилту показалось — напуганных. Не удивительно, кто бы не испугался, даже если это такая спасительная операция. Наверняка, какие-нибудь особенно выдающиеся светила науки, которых жалко было пустить в расход. Часть карателей осталась с людьми, остальные — без лишней суеты направились в сторону грузовоза.

— Ну и помаши им ручкой, — посоветовал Айн, быстро нажимая какие-то кнопки на панели управления. Грузовоз тронулся с места, оставляя за собой сдвинутые панели и опрокинутую технику…

— А если перехватят управление? — напряженно спросила Лия.

— Ага, пусть пожалеют, что зажимали финансирование. Я на ручник перешел. Этот корабль, наверное, еще освоение Солля застал!..

Прозвучало как-то не особо обнадеживающе. Скорее, как: следите, чтобы от нас детали при движении не отваливались, а то мало ли, развалюху явно на раскопках археологи нашли!

— Но даже так — я знаю, где ключ-карта! — объявил Айн, определенно довольный собой, и картинно взмахнул рукой, между пальцами его появилась тонкая металлическая пластинка…

— Откуда? — спросил Вилт. Айн хмыкнул.

— Информация сия секретна…

— Сейчас как она у тебя оказалась? — уточнил Вилт.

— А! По пути достал. Как бы мы еще отсюда улетели?

Планирующий что-то наперед Айн вдруг показался куда более опасным парнем, чем тот разгильдяй, что раньше прислушивался лишь к мнению своей левой пятки.

— Сядьте уже!

Вилт потянул жену к свободному креслу. Сам занял оставшееся.

— Чем помочь? — спросила Лия.

— При ручном управлении? Может, кто молитву вспомнит, — ответствовал ее братец. Похоже, адреналин уже кружил ему голову. А они пока только двигались к выезду из ангара. Бесконечно длинное взлетное поле приближалось.

— Ну, разве я не молодец? — пробормотал Айн. — И где эта чертова кроличья лапка?

Некоторое время спустя, когда этот взлет перейдет в разряд воспоминаний, о которых забавно вспоминать, но никогда не придет в голову мысль: «Хорошие были времена» или «В другой раз я бы…», Вилт вспомнит об этом и спросит, зачем Айну тогда понадобилась кроличья лапка. И Айн на полном серьезе ответит, что читал в старых научпопжурналах, что первые космические пилоты эпохи начала освоения космоса использовали кроличью лапку как оберег в полете. Она приносила им удачу. Конечно, лапка была ненастоящая, без особой уверенности добавит Айн. И Вилт только покачает головой.

А в тот момент было все равно, что говорит Айн. Он мог бы даже петь — психологи утверждают, что это успокаивает неопытных пилотов во время первых вылетов…

По кораблю начали стрелять, когда он уже выезжал на взлетное поле. Отключенная система регулировки полета молчала, но целая россыпь красных сигналов показала, что грузовоз вовсе не рассчитан на боевые условия.

Корабль слегка тряхнуло, он завис над площадкой на время разворота двигателей, а потом пошел на взлет.

— Странно, что не добили, — заметила Лия.

— А зачем? — отозвался Айн почти весело и указал пальцем вверх. — Нас там ждет тяжелая артиллерия!

Вилт только сейчас задумался о том, что «еэсбэшники» должны были прилететь не на прогулочном лайнере…

Выходит, затея была убийственная с самого начала… В прочем, разве они этого не понимали?

Надеюсь, ты понимаешь, что творишь, парень.

Грузовоз так трясло при выходе из атмосферы, что, казалось, его вот-вот разорвет. Обшивка скрипела и скрежетала, и Вилту на миг показалось, что от корабля действительно что-то отвалилось.

А говорят, полеты в космосе — сплошная романтика! Какая уж тут романтика, когда прямо по курсу боевой имперский крейсер…

* * *

Сжавшись в кресле, Лия действительно пыталась вспомнить какую-нибудь молитву, потому что, в отличие от мужа, прекрасно видела как у Айна дрожат руки. Он бравировал, бурчал что-то про кроличью лапку и про то, что он молодец, но уверенность в его голосе была наигранной. Напряженная спина, неловкие повороты головы, когда брат высматривал что-то в игре разноцветных огоньков, неуверенные движения рук, он действительно поднял этот корабль с земли и даже провел его через атмосферу, но впереди их ждало кое-что действительно страшное. Крейсер. Боевой корабль Империи, и одного выстрела хватит, чтобы эта развалюха рассыпалась на куски.

Верить в брата получалось плохо. И не потому что она думала, будто он ни на что не годен, нет. Просто любой талант должен поддерживаться практикой, и именно ее у Айна не было. Симуляторы — это не настоящий корабль. И, судя по все более очевидной дрожи, Айн прекрасно это понимал.

На что они надеялись? Надо было спрятаться в лесах. Или попробовать уехать в соседнюю область, Варрак, ближайший город располагался в пятистах километрах, на аэроциклах подобное расстояние они покрыли бы за один день, возможно там им удалось бы спрятаться, попробовать наладить жизнь… вот только на их ЛИГах записано, что они граждане города Мармера, а перерегистрацию пройти в их ситуации было бы проблематично.

ЛИГ…

Мысль промелькнула и попыталась трусливо спрятаться где-нибудь подальше, но Лия ухватилась за нее, думать о чем-то было полезнее, чем бессмысленно пялиться в обзорные экраны, на которых все явственнее проступали очертания огромной махины боевого корабля. Орбитальные катера (а может, и истребители?) летали возле с крейсера, и на таком расстоянии больше напоминали блох, прыгающих по огромной туше желтокрылого тиграуна — огромной черной кошки с длиннющим хвостом и двумя желтыми липкими выростами на спине, с помощью которых она носила добычу с собой, постепенно поедая, и оставляя падальщикам только кости.

Лия все-таки смогла рассмотреть капризную мысль до конца и это привело ее в состояние ужаса, почище того, что она испытала, когда поняла, что Мармер обречен.

— В…Вилт… — прохрипела она.

— Лия! — муж, рассматривающий крейсер с каким-то апатичным спокойствием, перевел взнляд на нее и побледнел. Путаясь в ремнях безопасности, которыми он уже успел пристегнуться, он выскочил из своего кресла и кинулся к ней. — Что с тобой!?

— Все хорошо, — громко ответила она, специально для тревожно обернувшегося брата. А потом склонилась к уху Вилта и прошептала: — Мы обречены, понимаешь? Даже если мы вырвемся, наши данные, я уверена, уже сейчас считывают с ЛИГов, стоит нам сесть на любую обитаемую планету, и нас схватит местное отделение СВП, понимаешь? Нам не скрыться, Вилт.

Муж побледнел еще сильней. Обернулся на сосредоточенного Айна.

— Мы минуем атмосферу через пару минут, — заметил Айн. — И начнется самое интересное. Гравитатор барахлит, в любой момент мы можем оказаться в невесомости, лучше пристегнитесь.

Вместо ответа, Вилт оглядел рубку, а затем широким шагом пересек ее и скрылся в одном из проходов.

— Эй! Вилт! Я же сказал пристегнуться, а не гулять по кораблю!

Лия дрожащими руками схватила ремни безопасности и щелкнула замком, пусть и не видела в этом особого смысла. Сев на этот корабль они просто отсрочили свою смерть, даже если эта развалина и прыгнет в гиперпространство, надолго их везения не хватит. Данные с ЛИГов будут переданы в координационный центр, а оттуда во все подразделения СВП, их схватят при посадке.

Интересно, а по галактическому новостному каналу будут транслироваться их голографии с надписью: «Разыскивается»?

Глупая мысль. Очень глупая. Подобная практика применяется только в отношении тех, кто избавился от ЛИГа, вот только сделать это можно только одним путем…

Корабль затрясло, хотя Лия была уверена, что после выхода из атмосферы такого быть не должно. Они вроде бы уже в космосе, так? Или еще нет?

— Вот ты тварь вонючая, — выругался Айн, лихорадочно щелкая какими-то тумблерами. Панель управления пришла в движение и начала видоизменяться: сенсоры исчезли, вместо них появились обыкновенные кнопки и переключатели. Что за древность?

— Что происходит? — сквозь нарастающий из недр старого грузовика рокот проорала Лия.

— Электромагнитный разряд. Скорее всего. Похоже, — голос Айна звучал глухо, но она все равно услышала в нем неуверенно-панические нотки. — Хорошо, что я на ручнике…

Не может быть! Они же в космосе, здесь просто нечему проводить электричество, разве нет? В любом случае, кажется, Лия поняла, что брат имел в виду: каким-то образом их лишили управления кораблем.

— Все нормально, — напряженный голос брата пробился сквозь грохот. Кажется, он кричал. — Резервное управление так просто из строя не вывести. Выберемся, я обещаю. Обе… — видимо, он снизил тон, и теперь Лия его уже не слышала.

Она откинулась на кресле и закрыла глаза, трусливо надеясь, что умрет быстро. Судя по грохоту, они действительно разваливались на куски. То есть разваливался корабль, естественно, но разницы в последствиях все равно нет.

Они обречены.

Легкое прикосновение к ее руке заставило ее открыть глаза. Вилт стоял перед ней с какой-то коробкой в руках, а его глаза лихорадочно сверкали.

— Держи, — он сунул коробку ей, заставив сжать ее, пока он ее открывал. Внутри оказался набор медицинских инструментов.

Вилт порылся в них, вытащил сверкающий скальпель и упаковку быстро-пластырей, применяющихся для быстрой остановки кровотечения.

— Что ты задумал? — спросила Лия.

— Айн, ты сможешь отвлечься от управления хотя бы на пару минут? — вместо ответа проорал Вилт.

Брат обернулся.

— Могу. Пока маневр не закончен, а что? — отрывисто спросил он.

— ЛИГ. Его нужно вырезать и уничтожить. Иначе все наши трепыхания — просто агония перед смертью, — отозвался Вилт.

Айн побледнел, а у Лии закружилась голова.

Вилт собирается изъять ЛИГ? Вырезать его? На живую? Но…

Грохот, как и тряска, внезапно прекратились, и в рубке повисла звенящая тишина.

ЛИГ размещался на левом запястье и, насколько Лия знала, для его удаления при замене (всякое бывает, даже самые надежные вещи подвержены поломкам, а что уж говорить про микрочип, размером с ноготь на мизинце новорожденного?) использовался специальный лазер, чтобы не повредить вены, а здесь… скальпель? Серьезно?

Но Айн лишь сглотнул и протянул руку.

— Только быстро, дружище, и постарайся не заляпать моей кровью панель, хорошо?

Не дав Лие опомниться, Вилт шагнул к Айну и быстрым движением рассек кожу, стараясь делать все быстро, но смотреть она на это все равно не могла, понимая, что свой чип муж будет удалять последним, а значит, она — следующая. Не то, чтобы она сильно боялась крови или боли, но безумие этого дня давало о себе знать: она вновь чувствовала приближающуюся истерику, вторую за последние несколько часов.

— Быстро, — услышала она голос брата.

Вилт шагнул к ней.

— Потерпи, хорошо? — попросил он, виновато глядя на нее. — Ты молодец, такая молодец, вспомнила про ЛИГи, теперь у нас будет шанс, понимаешь? Спрятаться. Мы угнали грузовой корабль, и даже если сейчас они успели считать данные, им останется только крутить наши лица по новостным каналам, потому что по-другому они найти нас не смогут. Ты молодец, девочка моя, молодец.

Лезвие коснулось ее левого запястья, полоснуло ее острой болью, но Лия не издала ни звука, чтобы не волновать мужа. Она не думала, что он когда-либо делал это так, без анестезии, причиняя страдания пациенту, и всеми силами сдерживала рвущийся наружу стон. Опять закрыла глаза и начала считать до десяти, надеясь, что к концу счета мучения закончились.

Семь.

Боль сменилась кратковременным облегчением, а затем превратилась из острой в ноющую, а это значило, что Вилт закончил и наложил быстро-пластырь.

Пока она решалась открыть глаза, он успел изъять ЛИГ и у себя.

— Ты там закончил? — Айн потянул к себе штурвал. — Ребята, видимо поняли, что лишить меня управления у них не получилось. Попробую уклониться. Пристегнись, в конце концов, я же говорю, что гравитатор барахлит!

Вилт наложил пластырь, кинул уже бесполезный для Империи микрочип на пол и с наслаждением раздавил его ногой. Уселся в кресло и застегнул ремни.

А Лия подумала, что раздающий указания Айн выглядит непривычно. И страшно. Почему-то вдруг вспомнились времена, когда она была совсем маленькой, а он везде таскал ее за собой, потому что родители были слишком заняты на работе. Он приводил ее в компанию к своим многочисленным друзьям-мальчишкам, и они бегали на местный космодром, смотреть на корабли. Мальчишки визжали от восторга при каждом взлете, а Лия скучала, уткнувшись в свой старенький игровой планшет.

— Айн…

Когда он стал для нее не братом-покровителем, а братом-идиотом?

— Айн, ты это видишь?

Наверное, в тот момент, когда в ее жизни появился Вилт. Тот, кто вытащил со дна, не попросив ничего взамен.

— Айн, эта штука нас просто раздавит!

Очнувшись от крика мужа, Лия посмотрела на обзорный экран и поняла, что все их метания были пустой тратой времени. Крейсер не стал тратить заряды. Огромная махина надвигалась на них, и Лия была уверена, что он просто идет на таран. Действительно: бронированное покрытие против полуразвалившейся колымаги, на обшивке крейсера, наверное и царапин не останется.

Брат выпрямился в кресле и очередной раз щелкнул каким-то тумблером.

Послышалось гудение, грузовик завибрировал, и Лия почувствовала, что ее волосы электризуются.

— Простите меня, — внезапно сказал Айн. — Я рискну, но не знаю, получится ли. Теоретически, это возможно, Салерно проворачивали такое в свои лучшие времена, но я… я впервые за штурвалом, а «финт Салерно» пока что никому не удавалось повторить. Но я попробую.

— О чем-ты говоришь? — Вилт не отрывал взгляд от обзорного экрана: крейсер заслонил собой все, и теперь космоса не было. Нет, не было, была только смерть. И она была неотвратима.

Надо что-то сказать. Сказать, как она любит их обоих.

— Вот об этом, — сказал Айн, одной рукой вцепившись в штурвал, а другой набирая какой-то цифровой код на небольшом экранчике, расположившемся на панели управления.

Не код. Координаты.

— Айн, это невозможно! — успел крикнуть Вилт, но Лия этого уже не слышала, потому что все ее чувства были поглощены бездной пространственного прыжка.

Глава 2. Затишье перед…

Орту была похожа на цветастый платок. Старый, с безвкусным аляповатым узором, местами выгоревшим на солнце. Орту была похожа на причудливый вирус, который должен был бы убивать организм, а вместо этого поддерживает его и обеспечивает вполне сносное существование.

Орту было поселением вне закона, прибежищем проходимцев всех мастей, мифическим городом свободы или просто такой дырой, куда брезговали обращаться взгляды императорских войск.

Официально Орту была перевалочной станцией, этакой базарной площадью и выживала за счет обеспечения ремонтных работ и заправки пролетающих мимо транспортников, следующих с еще более далеких промышленных станций и заснеженных планет, откуда привозят самые диковинные драгоценные камни. В Орту много крошки таких камней. Можно даже сравнительно недорого приобрести песочные часы, в которых искрится и переливается пыль, оставшаяся после изготовления кристаллов для украшений столичных модников.

По имперским реестрам Орту — это двести жителей. По факту здесь такая мешанина и текучка, что население колеблется временами до нескольких тысяч… а потом словно растворяется в местных болотах. Болота — местная достопримечательность. Их полно по всей Кронте, и когда-то планета обещала стать союзной здравницей. Но разочарование оказалось велико — якобы лечебная грязь, как выяснилось со временем, давала побочные эффекты, проявлявшиеся не раньше, чем через несколько лет, а местная вода была так насыщена тяжелыми элементами, что ее употребление без тройной очистки грозило появлением мутаций в потомстве… что, собственно, на планете имело место быть. В Орту — мутантов было не так уж много, но, как говорили, в отдаленных поселениях их куда больше.

Никому не было до этого дела, потому что официально на Кронте не существовало других поселений, кроме Орту. Ортинцев же не интересует социальная справедливость, гуманность и Полный свод законов Империи.

Зато здесь никто не задал вопрос, откуда взялись трое странных оборванцев, у них не проверили ЛИГ ни при пересечении городской границы, ни при заселении в один из многочисленных клоповников, которые здесь упрямо именовали гостиницами, с комнатушками-пеналами, по большей части без окон, зато с двухъярусными кроватям, привинченными к стене… интересно, кто-то всерьез пытался украсть хоть одно спальное место? Ну, зато — дешево и сердито. Даже можно разжиться едой в баре, расположившемся в подвале. Оттуда всегда несется музыка. Они расплатились не имперскими кредитами, а какими-то деталями панели управления, которые Айн свинтил перед уходом. Корабль достался местным болотам и опасной воде, увязнув ровно наполовину, а также весьма колоритной живности, населяющей местные тропики. Наверное, лучше всего было утопить корабль окончательно. Вилт сильно сомневался, что каратели всерьез будут искать их троих. Ну, что они сделали, в самом деле? Правда, Лия сказала, что ей вроде как угрожали его причастностью к взрывам в Мармере. Но, рассудив здраво, они решили, что это была всего лишь попытка давления. И еще — на корабле остался груз, весьма интересный. Не весь он был опасным, в части контейнеров оказались медикаменты и медицинское оборудование. Вилт даже не сдержался, матерно высказавшись в том плане, что знай он о содержании груза, не делал бы операцию по удалению индентификационных чипов на скорую руку, угрожая лишить кого-нибудь из пациентов подвижности суставов или занести инфекцию, а равно — обеспечив всех троих весьма примечательными шрамами. Открытая одежда теперь не для них. В Орту, может, никто и не обратит внимания. Но они ведь не собирались оставаться здесь вечно…

Контрабанда включала те же лекарства, но упакованные в обычные пакетики и Вилту пришлось достаточно долго провозиться с их сортировкой и идентификацией. Благо, перечень все же имелся. Часть лекарств имела только цифровое обозначение и, скорее всего, относилась к наркотикам.

Им нужно было прийти в себя и решить, что делать дальше. Успокоиться и принять случившееся.

Перестать вздрагивать по ночам от внезапно накатившего чувства, что они все еще в скрежещущей, несущейся сквозь подпространственное ничто, посудине, которую словно сминает надвигающаяся со всех сторон пустота, от воспоминаний о том, как прогибается обшивка, словно снаружи мифическое хтоническое чудовище водит по ней когтями в надежде прорваться к такой легкой добыче. От ощущения бесконечного падения, завершившегося в болотах, от того, как позорно подгибаются ноги, и в голове шумит.

Преодолеть мысль: «Я не хочу всего этого, верните мне мою хреновую, но относительно стабильную жизнь», наконец! И перестать думать о том, сколько людей погибло… в Мармере, в госпитале… там, откуда Вилт попросту сбежал. Хоть он и понимал, что у него бы не было шансов, если вспомнить, что расстреливали персонал… может, пациентов не тронули. Может, большинство оставили в покое… Тешься надеждой успокоить свою совесть, Вилт Стэр!

Он находил успокоение в том, что Лия рядом. И Айн, дурак такой, жив и даже смог вывезти их… из одной дыры в другую. Здесь стреляют только по ночам и только ради добычи, философски заметил как-то братец жены и обиделся, получив от Лии по шее.

Они перестали быть законопослушными гражданами. Без ЛИГов они вообще не были гражданами, и стоило подумать о том, как восстановить идентификаторы и получить при этом новые личности… история превращалась в какой-то бандитский боевик и пока к мысли о новых ЛИГах Вилт относился как-то отстраненно, как будто это скорее фантазии. Хотя в Орту, должно быть, все возможно. При наличии платежных средств. Но они не могут просто так размахивать дорогими лекарствами или баллонами с каким-то неведомым, но явно ядовитым содержимым без каких-либо пояснительных документов, идентификационной маркировки… Во-первых, привлекут к себе внимание. Во-вторых… кто сказал, что им с радостью заплатят за груз? Не проще ли будет избавиться от них и прибрать к рукам внезапную добычу?

Поэтому пока они втроем искали способы заработать, не выделяясь. Прежде, конечно, обзавелись местной одеждой — влажная душная атмосфера Кронты быстро начинала досаждать. Люди здесь предпочитали либо экономить на одежде, иногда ограничиваясь цветными шортами до колен, либо костюмами из легких тканей и без привязки к конкретному размеру… Зато обуви в Орту уделяли особое внимание, сапоги здесь шили даже вручную, а ортинцам не казалось забавным щеголять в шортах и сапогах. Все дело в паразитах, обитавших в местной почве. Чуть зазеваешься — они уже пытаются прикинуть, как воспользоваться твоим телом в качестве собственной комфортной экосистемы. Удивительно, что даже они не очень любили местную воду.

Вилт на протяжении первых двух дней тщательно осматривал послеоперационные швы Лии и Айна, обрабатывал антисептиком. И вроде, все было нормально. Ну, кроме наличия самих шрамов. Убрать их — не проблема. Это можно сделать в любой клинике. Другое дело — объяснить, откуда эти шрамы взялись и куда делись ЛИГи. Тут нужны не самые законопослушные врачи. Невольно начнешь задумываться об услугах бандитов или сопротивленцев. В Орту, скорее найдутся первые. Но… возвращаемся к пункту, где им троим нечем заплатить за молчание и нет желания привлекать к себе излишнее внимание.

Невольно начнешь задумываться о том, как жаль, что Айн и правда не занялся контрабандой в полной мере. Сейчас бы дернул за ниточки при наличии связей…

Непонятное существование, лишенное определенности, продолжалось несколько дней. Наверное, примерно так должна себя чувствовать гусеница в коконе, ожидающая неминуемых перемен. В номере не было голоэкрана, они до сих пор не обзавелись новыми средствами связи, которые не были бы связаны с их прежними личностями. А в баре предпочитали спортивные новости любым другим.

Рано или поздно все должно было завершиться.

Оставив пока в стороне самые подозрительные контейнеры, Вилт и Айн понемногу сбывали контрабанду и приборы с грузовоза. То, что Вилт вспомнил свою давнюю привычку курить почему-то придавало его облику значимости и стало «счастливым билетом»: первых клиентов он нашел именно попросив сигаретку (в Орту в ходу были «традиционные» курительные средства — табак, смола… даже какие-то сушеные грибы). Наркотики они отложили, хотя, скорее всего, на них нашлось бы немало покупателей. Лия обычно держалась в стороне и наблюдала за периметром. Первое время у них все шло очень даже неплохо и средства копились.

До тех самых пор, пока Лия не сказала:

— За вами следили. Вчера я их тоже видела.

— Кто? — спросил Айн. Кажется, он был оскорблен тем, что не заметил слежку. Вилт пытался вспомнить людей, с которыми они встречались до и после сделки… Нет, ничего.

— Двое. Мужчина и женщина, — пояснила Лия. — Просто присматривались.

— Бандиты? — предположил Вилт. Рано или поздно кто-то начал бы интересоваться теми, кто что-то продает в Орту и не выплачивает процент в местный общак… Лия пожала плечами.

— Кто их тут разберет. Мне показалось, военные. Выправка…

— Твою флотилию, — пробормотал Айн. — Этого только не хватало. Думаешь, нашли?

— Кому мы нужны? — проворчала Лия.

— А думаешь, «есбам» свидетели нужны? Как они объяснят бомбардировку Ма… — ее брат многозначительно поднял брови.

— Антиправительственным заговором, — напомнила Лия. Они уже это обсуждали — собрали по крупицам то, что было известно каждому из троих. Немного, но стало ясно, почему каратели прибыли в Мармер.

— Чушь звездная!

— Слушай, не нагнетай, а? Они могут здесь заниматься тем же, что и мы. Сбывать товар… в противном случае тут бы был целый отряд.

— И арестовывали бы всех, — добавил Вилт.

После известия о слежке сложно было справиться с собой и заставить не оглядываться. Вилт старался сохранять спокойствие, но неизвестность нервировала. Лия и Айн восприняли факт обнаруженной слежки куда спокойней. Айна, кажется, даже охватило злое веселье. Главное, чтобы это не было признаком его излишней уверенности в себе. Брат Лии мог поверить, что, после того как их не размазало по имперскому крейсеру, они неуязвимы.

— Придется сменить гостиницу, — заметила Лия. — Раз нас заметили, могут там и накрыть.

За вещами они не возвращались. Собственно, не было их, этих вещей. Не успели еще разжиться. А вот заработанные кредиты приходилось держать при себе, хоть это и было опасно. Но не опасней, чем оставлять в номере, куда может забраться кто угодно.

Прежде, чем выбрать новую гостиницу, они порядком побродили по Орту. Лия несколько раз отставала, чтобы убедиться в отсутствии преследователей. В такие моменты Вилт весь внутренне подбирался и не успокаивался, пока жена не появлялась вновь. Лия вела себя так, будто просто выполняла работу. А он слишком опасался за ее безопасность, но сознавал, что сейчас они не могут остановиться и устроить семейные разборки, чтобы выяснить, кто должен рисковать, а кто нет. Это было бы бесполезно. Он понимал: Лия знает, что делает. Но это не успокаивало.

Гостиницы в Орту были похожи одна на другую. Судя по всему, как снаружи, так и внутри. По крайней мере, они выбрались в другую часть города, а такое ощущение, что им выдали их прежний номер. Такой вот сервис для клиентов — перебросили все, включая сероватое от бесконечных стирок постельное белье. Единственное отличие — пахло здесь как-то по-другому. Используют ароматизатор? Вот уж неожиданность. Лучше бы голоэкран на стену повесили…

Чтобы не привлекать внимание они заселились по очереди — сначала Вилт с Лией. Ее брат появился где-то через пару часов. И весь остаток вечера простоял сбоку от окна, чуть сдвинув жалюзи, которые Лия первым делом опустила, чтобы исключить возможность наблюдения.

— Похоже, оторвались.

— Вряд ли надолго, — заметила Лия. — Наверное, пора прикрывать торговлю. Нам хватит, чтобы нанять корабль?

Айн пожал плечами.

— Маловато, конечно, но должно хватить. Заберем часть груза с собой.

Да уж, следует подумать о том, чтобы обеспечить себя средствами на будущее. Законная работа и соцпакет в ближайшее время им вряд ли светят. А смогут ли они купить новые личности? Или придется теперь всю жизнь провести в таких вот полулегальных поселениях?

«Глупости. Периферийных планет много, обустроимся как-нибудь», — решил Вилт. В конце концов, они же могут завести натуральное хозяйство и…

Какая нелепость! Думал ли он, что когда-нибудь будет планировать подобное? И это — та жизнь, которую он хотел обеспечить для Лии?

Вилт вздохнул, притянув жену к себе. Айн покосился на них и буркнул:

— Схожу за едой.

— Не светись только сильно! — в спину предупредила Лия, а когда за братом закрылась дверь, добавила: — Смотри, какой деликатный стал. Можно подумать, нам сейчас только дел, что…

Вилт поцеловал ее. Все правда: сейчас не время и не место. Но… это просто как сдаться обстоятельствам!

«Я люблю тебя».

— Мы справимся.

— Да.

Звучало как заклинание. По крайней мере, никто из них не собирается так легко смириться.

— Куда мы можем отсюда улететь? — спросил Вилт. Лия задумалась.

— Вряд ли у нас будет большой выбор.

Это правда. Чем дальше планета, на которую они захотят попасть, тем больше кредитов понадобится заплатить. А они ограничены в средствах. Что же… есть ведь планеты вроде Шен, на которую в свое время улетели его родители. На таких планетах, как правило, работа тяжелая, в основном — добыча и переработка ресурсов. Но врачи нужны везде, даже если речь идет о практике без лицензий. Кроме того, там не всегда смотрят на ЛИГи — лишь бы работники были хорошие. А потом, когда они смогут добыть новые личности…

Похоже, Лия думала примерно о том же.

— Веллион, например, — проговорила она. О да, плантации… куда лучше, чем рудники.

— Всю жизнь мечтал работать на свежем воздухе, — улыбнулся Вилт. Лия хмыкнула.

Через некоторое время раздался стук в дверь — вернулся Айн. По крайней мере, никакого другого варианта Вилт не предполагал, открывая дверь. Даже после того, как они поняли, что за ними следят. Все же, в Мармере они жили слишком спокойно, совсем не привыкли быть все время начеку.

Как только замок был открыт, в дверь снаружи с силой ударили. Если бы здесь были движущиеся панели, ничего подобного у нападавших не получилось бы. Дверь врезалась в Вилта, он отлетел назад и едва не упал. В комнату ввалились четверо незнакомцев, заняв практически все свободное пространство. Все вооружены ножами и бластерами. Вилт загородил Лию собой. У нее есть оружие, но противников-то четверо…

— Ну что, — не тратя время на лишние угрозы, как-то даже благодушно сказал один из пришельцев; голос у него был хриплый, прокуренный, — пора делиться?

«Выходит, все же местные», — мелькнуло в голове.

— А это лучше отдай, — сказал вдруг хриплый Лие. Должно быть, она попыталась использовать бластер. — Иначе быть беде.

Стреляй, хотел сказать Вилт, но не смог. Послышался характерный звук активированного бластера. У кого-то из четверки он тоже был.

Судя по тому, что никто не прибежал на шум, стрельба тоже вряд ли кого-то сподвигнет оказать помощь. Скорее, наоборот, все попрячутся, чтобы не задело. Не исключено, что администратор вообще был предупрежден заранее и ничего против нападения не имел. Может, человек в доле. Удобно.

Лия, помедлив, отдала свой бластер. Бандитам надоело ждать какого-то вразумительного ответа, или они пришли к выводу, что теперь вообще можно со Стэрами не считаться, и сами приступили к обыску. Подушки и матрасы полетели на пол. Предсказуемо, ничего найдено не было и бандитов это огорчило. То есть, кредиты у Вилта и Лии они забрали, но этого им явно казалось мало.

— Досадно, — сказал хриплый. — А мы столько времени потратили…

— Вы уже получили деньги, — заметил Вилт. — Уходите.

— Не раньше, чем убедимся, что товара больше не осталось… Расклад такой, крошка, — бандит обратился к Лие, и Вилту это совсем не понравилось. — Убивать твоего паренька сразу мы, конечно, не будем. Он сразу видно здоровый, а это, значит, его печенка или почки кому-нибудь, да сгодятся. Но руки-ноги переломаем. А можем и отрезать. Потом подумаем, что с тобой сделать. Но если шепнешь, где товар, оставим тебя в покое. Просто потому, что я уважаю красивых баб, которые не боятся взять в руки бластер.

Впору смеяться — речь вышла, как будто из дешевого сериала, какие часто смотрела его мать. Вот только что-то не смешно. Даже если бандит действительно пародировал кого-то из сериальных персонажей.

— Я знаю, где товар, — стараясь сохранить крупицы спокойствия, произнес Вилт. — Только ее не трогайте.

— А разве с тобой тут кто-то разговаривает? — спросил хриплый. Вилт не ответил. Понятно, что любое его слово будет воспринято как вызов. Ну и ситуация!

И куда подевался Айн? Не попался на глаза этим типам или они его уже схватили?

Балаган увял сам собой. Как будто бандиты вдруг решили, что хватит с них и пора уже заняться серьезными делами. Вилта и Лию связали и вывели из гостиницы. Никто не попался им по пути, а администратор обнаружился за конторкой, отгороженной пластостеклянной стеной от посетителей. Скорее всего, пластостекло было укрепленное. Вилт подумал: а ведь гостиницы местные авторитеты наверняка крышуют в первую очередь. В обмен на оперативное информирование о новых клиентах. За ними даже не требовалось следить после того, как они покинули предыдущее пристанище — просто подождать, пока трое новых постояльцев проявится где-то еще… конечно, была вероятность, что они покинут Орту насовсем. И надо было сделать именно так. Но… они просто не были готовы.

У гостиницы ждал вместительный аэрон, возле которого курил водитель.

— Ну что? — спросил он.

— Что-что, — весело сказал хриплый. — Девку не так-то просто напугать. Так что с вас по три кредита.

— У нее все же был бластер, — подал голос один из бандитов.

— Ну и? — пожал плечами хриплый. — Никого ж не убила. А спорили, кто первый расколется, где товар. Так что завали хайло и раскошеливайся.

Бред какой-то, отстраненно подумал Вилт. Искаженное общество. Порядки, правила — все нивелировано… Их с Лией затолкнули в аэрон. Внутри обнаружился Айн, связанный и с разбитым лицом. Он бросил на Вилта злой взгляд, как будто Стэр действительно мог что-то противопоставить четверым вооруженным бандитам.

Сидения в аэроне располагались вдоль стен, Лию и Вилта усадили напротив Айна. Между сидениями было достаточно места, чтобы расположить груз и ремни для его закрепления… Пока пленники обменивались взглядами, бандиты, словно забыв о них, действительно отдавали хриплому кредиты. Тот спрятал выигрыш за пазуху и подмигнул Лие, будто в гостинице она ему подыграла. Вилт почувствовал бессильный гнев.

Потом один из бандитов схватил Вилта за шиворот, заставляя подняться.

— Стойте! — попыталась воспротивиться Лия. Айн тоже выдал что-то возмущенное, но выбитая челюсть помешала ему высказаться внятно.

— Заткнулись! — прикрикнул на них хриплый. — А ты, давай, показывай дорогу, раз вызвался.

Вилта подтолкнули вперед — поближе к водителю. Он попытался обернуться, чтобы взглянуть на Лию, и получил предупреждающий тычок в плечо. Пока все нормально, убеждал он себя.

Кажется, путь к кораблю занял вдвое меньше времени, чем обычно. Хотя Вилт бы предпочел, чтобы аэрон заглох по пути. Хоть какая-то отсрочка. И шанс сбежать…

Но шанса пока не выдавалось. Аэрон приземлился на ковер из местной болотной низкорослой травы, жесткой, будто из пластика. Полузатонувший корабль располагался чуть в стороне. Вилта снова дернули, заставляя подняться с места.

— Ну, пошли, посмотрим, что у вас там такое.

На этот раз никаких киношных фраз типа «И без фокусов, иначе у твоих друзей поуменьшится конечностей» никто не произносил. Все было ясно и так. Вилту все же удалось оглянуться и перехватить встревоженный взгляд Лии.

Да… надо найти шанс сбежать. Пока бандиты осматривают корабль, им ведь будет не до Лии и Айна? Тем более что за легкой добычей отправилось трое бандитов, так что возле аэрона остались лишь двое.

Пока они добрались до корабля, все изгваздались в грязи. Вилт — потому что бандиты подгоняли и периодически сталкивали с тропинки в болотную жижу, сами бандиты вроде и приглядывались к тому, что у них там под ногами, но все равно периодически оступались. Ближе к кораблю болото стало глубже, а спутники Вилта — осторожнее. В конце концов, они добрались до люка. Который оказался открыт. Бандитов это, может и не насторожило, а вот Вилта — очень даже. Когда они с Лией и Айном последний раз приходили сюда, точно закрывали за собой. Какие обитатели болота обладают интеллектом, позволившим справиться с замком?

Вилт не стал предупреждать о настораживающем факте. Если заинтересовалась одна местная банда, вполне возможно, конкуренты подсуетились и опередили… вот пусть и разбираются между собой!

* * *

Смотреть на брата было больно, но Лия смотрела. Потому что разглядывать ту парочку придурков, которые остались их охранять совершенно не хотелось, а других объектов наблюдения не было. В салоне аэрона пахло весьма своеобразно: жареным мясом и помоями одновременно. Честно говоря, от этого дурного запаха Лию уже подташнивало.

Айн держался молодцом, Лия даже гордилась им: не пытался вырваться, сидел тихо, только глазами водил, будто пытался разглядеть что-то за пределами душегубки, в которой они оказались. Возможно, продумывал план побега… только вот Лия сомневалась, что в данной ситуации они могут что-то сделать.

Их надзиратели занимались тем, что, устроившись на каких-то полупустых баках, извлеченных из-под сидений, играли в «раскинь-расколи»: древнюю, как мир игру, которая требовала лишь сноровки в выбрасывании костей. Позы бандитов были нарочито расслабленны, но Лия видела, что они ни на миг не теряют из вида своих пленников.

Время превратилось в вязкую болотную жижу, тянулось, словно жевательный протеиновый батончик, убийственно медленно. Сколько прошло? Минута? Час? Вилт уже довел своих спутников до корабля? Что они с ним сделали? Что они сделают с Айном и Лией, когда получат вожделенный груз?

Что-то Лия сомневалась, что их отпустят с миром…

Лицо Айна наливалось синевой, брату наверняка было очень больно, но он молчал, не издавал не звука, только вот глаза с каждой минутой становились все более тусклыми. Лия начала опасаться, что он потеряет сознание.

Они влипли. Как же они влипли! Ну почему их жизнь буквально за несколько дней превратилась в это? Чем они заслужили подобное? За что? Лия прекрасно понимала, что не будь она замешана в истории с катоном, это мало что изменило бы. Это не изменило бы ничего. Их город разрушен, планета наверняка вновь получила статус «неблагонадежной», а они… они влипли. Но они живы.

Пока.

Тишина разбивалась лишь дробным стуком раскидываемых костей и редкими возгласами бандитов, и спустя некоторое время Лия ощутила, что расслабляется. На нее накатила полная апатия. Они ничего не могут изменить, шансов выбраться живыми из этой передряги у них нет. Пожалуй, она даже задремала.

Поэтому непонятный свист и звуки падающих тел заставили ее буквально подскочить. Она распахнула глаза, слезящиеся от отвратного запаха и часто заморгала, пытаясь понять, что происходит.

Аэрон слегка качнулся, и в салон забрался какой-то человек, укутанный в черную накидку, державший в руках пневмопистолет, стреляющий капсулами с ядом или снотворным. Лицо человека было скрыто под полумаской, скрывающей губы и нос, а на голову была повязана черная бандана. Что-то в его фигуре показалось Лие знакомым, но что именно она сразу понять не смогла.

Лия повернула голову и обнаружила, что бандиты лежат на полу. Один еще продолжал конвульсивно дергаться, но она все равно надеялась, что в капсулах было все-таки снотворное..

Что все это значит? Разборки банд? Замечательно! Теперь они точно обречены.

Человек тем временем закончил осмотр нехитрой обстановки в салоне, а затем повернулся к Айну и склонился над ним.

— Да уж, хорошо они тебя отшлепали, парень, — голос был женским, и Лия поняла, почему фигура показалась ей знакомой. Выправка. Военная выправка. Это была та женщина, что следила за ними. С ней был еще мужчина, где он?

Получается, что следили за ними одни, а схватили другие?

Женщина присела перед Айном на корточки и положила пневмопистолет на пол. Рукой в перчатке легонько схватила брата Лии за подбородок.

Айн застонал.

— Жаль, — заключила женщина. — С мужчинами я как-то быстрее общий язык нахожу.

Она стащила с себя бандану и тряхнула короткими, недостающими до плеч, светлыми волосами. Схватив пистолет, она переместилась поближе к Лие.

— Ты-то со мной поговорить сможешь? — немного раздраженно спросила она.

У нее были глубокие карие глаза, и сейчас Лия видела в них лишь… заинтересованность?

— Я… да, могу, — Лия сглотнула.

Женщина стянула полумаску, полностью открыв лицо.

— Кто он тебе? — женщина на несколько мгновений повернула голову к Айну. — Я советую говорить правду.

Странный вопрос. Какая ей разница-то?

— Брат, — коротко ответила Лия, бросив взгляд на Айна.

С ним происходило что-то странное, пожалуй, Лия никогда не видела у него такого удивленного взгляда. Он во все глаза разглядывал их неожиданную спасительницу (спасительницу ли?), и несмотря на расплывающуюся по его лицу синеву пытался… улыбнуться?

— Как тебя зовут? — продолжила допрос женщина.

— Лия Стэр.

— А его?

— Айн Морино.

— Почему у вас разные фамилии?

— Я замужем.

— Как зовут мужа?

— Вилт Стэр.

И все-таки вопросы были странные. Зачем этой женщине ее родословная? Но Лия предпочла об этом не задумываться. А еще ее мучила мысль: если эта женщина ведет себя так расслабленно, значит, не боится тех, кто ушел к кораблю? Что же тогда с Вилтом?

— Откуда вы прилетели на Кронту?

— С Солля.

— Город?

— Мармер.

Женщина улыбнулась. Ей явно понравились короткие ответы Лии. Она придвинулась к ней поближе, а затем приставила пневмопистолет к ее шее.

— А теперь самый главный вопрос, Лия Стэр. Я советую ответить на него так же коротко. И правдиво. Почему на Кронту вы прилетели на «Веселом дельфине»?

Лия нахмурилась. Какой еще веселый дельфин? Или это так называется развалюха, которая утонула в болоте?

— Я… не понимаю.

Давление пистолета начинало причинять боль.

— Не разочаровывай меня, девочка. Корабль. Сюда вы прилетели на грузовозе, который сейчас тонет в болоте. Да, по прибытию сюда накладные и документы не требуют, но неужели их не проверили при вылете с Солля? И хочешь сказать, что ты не знала, как называется эта посудина?

Лия сглотнула.

— Мы… бежали от «есбов». Мы… он просто попался нам под руку. И с диспетчерской мы не связывались. Взлет нам никто не разрешал. Айн управлял кораблем вручную, поэтому задержать нас не смогли.

Женщина немного ослабила давление, и Лия украдкой перевела дух.

— Твой брат — пилот?

— Да.

— Повезло вам.

— Да.

Она встала, перестав прижимать к горлу Лии оружие, и повернулась к Айну, который так и сидел с совершенно безумным видом, разглядывая эту женщину.

— Жаль, что ты говорить не можешь, парень. Вот к тебе у меня основная часть вопросов. Например, откуда ты взял ключ-карту. И откуда знал, что в день захвата Мармера этот кораблик будет готов к взлету. Но я подожду, пока твою челюсть вправят. И тогда от разговора ты не отвертишься.

Она вернула оружие в кобуру, но не успела Лия этому обрадоваться, вытащила нож из голенища сапога. Разрезала путы сначала Айна, а затем и Лии.

Непринужденно поиграв лезвием, пропустив его между пальцев, она легким движение отправила нож на место и положила руку на кобуру.

— Выходите. Давайте-ка прогуляемся. Заодно и познакомимся поближе. Меня, кстати, зовут Ней.

Стараясь не думать о том, куда они отправятся «прогуляться», Лия, под прицелом внимательных глаз их освободительницы, выбралась из аэрона и помогла Айну. Помимо вывихнутой челюсти Лия обнаружила неглубокие порезы на его шее, да и двигался брат очень неуверенно. Кое-как распрямившись на мгновение, он вновь ссутулился и обхватил себя руками.

Неужто ребра поломали? Такое вполне могло произойти.

Ней уже стояла на тропе, вытащив пистолет, но на Лию и Айна оружие не направляла, видимо не считала нужным. Да и что они могли сделать против нее? Сбежать? Только вот Айн еле стоял, а без него Лия бежать не собиралась. А еще: судя по всему, Ней собиралась идти к кораблю, а там… туда увели Вилта.

— Прошу! — Ней слегка посторонилась и указала на тропку.

Лия подошла к брату, обняла его и заставила опереться на свое плечо.

— Все будет хорошо, — прошептала она, сама не зная, кому больше нужны были эти слова. Наверное, обоим.

Они медленно двинулись по знакомому маршруту: Лия и Айн впереди, Ней за ними. Пистолет на них она так и не направила, но Лия понимала, что вздумай они отклониться от выбранного Ней маршрута, им несдобровать. Да и некуда было идти: вокруг непролазные болота.

Вопреки предложению познакомиться поближе, все трое молчали. Лия, возможно, и попыталась бы завести разговор, чтобы попробовать сразу узнать обстановку, но с каждым шагом Айн сильнее заваливался на нее, дышал все чаще и тяжелее, а вести разговоры с тем, кто находится за твоей спиной, к кому ты даже обернуться нормально не можешь, было совершенно неудобно.

Где-то на полпути Айн споткнулся и чуть не упал, потянув Лию в сторону, и если бы не неожиданная поддержка со стороны Ней, сегодняшний день уж точно стал бы последним в их жизни. Не успела Лия открыть рот, чтобы сказать слова благодарности, как женщина перехватила Айна с другой стороны.

— Мы так до вечера топтаться будем. Объясни мне, почему твой брат избит до полусмерти, когда ты — совершенно цела? — голос Ней звучал раздраженно, что было совершенно неудивительно: пистолет держать ей теперь было явно неудобно.

Лия прокашлялась.

— Нас по отдельности схватили. Видимо, Айн сопротивлялся.

— А ты нет? — хмыкнула Ней.

Лия подумала, что женщина все-таки не похожа на бандитку. Возможно, она связана с контрабандным грузом, что должен был прибыть на «Веселом дельфине»? Скорее всего. Это объясняло вопросы, почему на корабле прилетели именно они. Осталось узнать лишь одно: что они (а в том, что Ней явно не одна, Лия была абсолютно уверена) собираются сделать с тройкой нежелательных свидетелей. Мысль о том, что Вилт уже мертв, Лия старательно отгоняла.

Может, сжалятся и отпустят с миром? Хотя, в данной ситуации это им не поможет: они лишились накопленных денег, а следовательно, и надежды нанять корабль, чтобы убраться с Кронты. И что-то подсказывало Лие, что на этой планете им спокойной жизни не найти… особенно, если те, кто их схватил, все-таки живы.

— Мы… мой муж более спокоен. То есть, он опирается на здравый смысл, а не на инстинкты.

Попытка выведать у Ней, что стало с Вилтом, с треском провалилась. Женщина ничего не ответила на это, и дальнейший путь они продолжили в молчании.

Айн как-то совсем притих, просто переставлял ноги, опираясь на поддерживающих его с двух сторон Лию и Ней, а взгляд его с каждой минутой становился все более стеклянным. Он определенно отключался.

Лие стало страшно. Что будет когда брат потеряет сознание?

Шаг. Шаг. Еще шаг.

Надо дойти. Дойти до корабля. Если Вилт еще жив, если ему позволят осмотреть Айна, у них есть шанс дотянуть до вечера.

Шаг. Шаг. Еще шаг.

Возможно, даже до завтра.

Шаг. Шаг. Еще шаг.

Они справятся. Справятся, если будут вместе. Если им дадут быть вместе. Если Вилт жив.

Шаг. Шаг. Вот-вот покажется небольшая площадка сухой земли, мимо которой Айн промахнулся при посадке. Надо идти. Идти.

Шаг. Еще шаг.

Вилт жив.

Да, Вилт был жив, и Лия, увидев его, первым делом захотела придушить. Просто потому, что его вид возмутил ее до глубины души.

Троица бандитов, которые увели его сюда, рядком лежали у корабля, на самом краю безопасного пространства. Руки их были связаны. Выходит, живы. Вопрос в том, почему Ней тогда не связала их сообщников в аэроне? Забыла?

Большую часть площадки занимал груз: те самые контейнеры с непонятной маркировкой и знаками опасности. Видимо, именно он и был нужен бандитам. Интересно, что это?

Вилт сидел на одном из контейнеров и курил, опустив голову, а неподалеку, направив на него бластер, расположился еще один человек, и Лия узнала в нем мужчину, который следил за ними вместе с Ней. Значит, их двое? Только двое?

Может, они все же их отпустят, а?

Мужчина, наверное, услышал шаги первым, потому что поднял голову и широко улыбнулся, сверкнув идеально белыми зубами.

— Наконец-то! Я уже боялся, что они утопили тебя в болоте, Ни! И как?

— Как видишь, — буркнула Ней.

Вилт вскинулся, отбросил сигарету и рванулся было к Лие и Айну, но мужчина его остановил.

— Стоять! Мы еще не все выяснили. Ней?

— Совпало, — Ней аккуратно перенесла вес совершенно ничего не соображающего Айна на Лию и двинулась к сообщнику. — До слова. Все. Они не врут, Рикки. Я уверена.

Рикки улыбнулся и перестал направлять оружие на Вилта.

— Только без глупостей. Мы с вами не закончили. Иди, так уж и быть.

Вилт опасливо кивнул и кинулся к жене и другу.

— Ты как? — спросил он.

Лия почувствовала, что у нее дрожат губы.

— Все хорошо. Айн… мне кажется, у него ребра сломаны. И он… — вес брата перестал давить на нее: Вилт перехватил его и аккуратно опустил на землю.

— Он уже отключился, — Вилт пощупал пульс. Расстегнул рубаху Айна и аккуратно надавил в нескольких местах. Глубоко вздохнул. Поднялся и посмотрел в сторону Ней и Рикки. Те тихонько переговаривались, и если бы не давящий взгляд мужчины, направленный на них, Лия подумала бы, что про них забыли. — Оставайся здесь. Попрошу инструменты. Хоть какие-нибудь.

Лия кивнула. Надо быть сильной. Такой же сильной, как Вилт. Ради Айна.

Вилт кашлянул, якобы привлекая к себе внимание, и двинулся к Рикки и Ней.

— Мне нужны инструменты. На корабле они есть. Пожалуйста, разрешите мне их взять, моему другу нужна помощь.

Ней внимательно посмотрела сначала на Вилта, а затем бросила взгляд на Лию, держащую брата за руку, хотя он вряд ли это чувствовал. Что-то шепнула своему спутнику и скрылась в корабле, тогда как Рикки вновь направил оружие на Вилта.

И несмотря на застилающий глаза страх за брата, Лия вдруг поняла, что мужчина не выстрелит, если Вилт не нападет. Им не доверяли, только и всего. Судя по всему, эти двое напали на бандитов, допросили Вилта, а затем сравнили их ответы. И они совпали.

Выправка. Почему у этих двоих военная выправка? Раньше служили в СГП? Или служат до сих пор? Нет, вряд ли «сгопы» оставили бы в живых беглецов с Солля. Свидетелей зачистки. Увидевших изнанку Империи. Их бы ликвидировали сразу, а Ней их вела сюда. И даже помогла дотащить Айна.

Кто же они?

Рикки молчал. Вилт тоже. Тишина становилось невыносимой, давящей на разум, заставляющей сходить с ума. Хорошо, что Ней недолго провозилась на корабле.

— Это? — она метко кинула в Вилта знакомой увесистой коробкой, чуть не сбив его с ног.

— Да, спасибо, — Вилт сжал коробку и медленно, не делая резких движений, вернулся к Лие и Айну.

Ней, тем временем, подошла к сообщнику и вновь начала с ним тихий разговор. Судя по бросаемым взглядам, говорили про них.

Вилт достал из коробки пластиковый пакет с прозрачной жидкостью — фиксатор. При открытии пакета жидкость превращалась сначала в вязкую субстанцию, затем в растягивающееся полотно, а чуть позже затвердевала в нужном положении.

— Помоги мне снять с него рубаху, — попросил Вилт.

Вдвоем они кое-как стащили с Айна одежду, и Лия ужаснулась огромному количеству синяков и ссадин на его коже.

Идиот, зачем надо было ввязываться в безнадежную драку? Он ведь должен был понимать, что не выстоит!

Вилт ловким движением сорвал с пакета закупоривающий стикер и открыл образовавшееся отверстие пошире, чтобы жидкость побыстрее начала преобразования.

— Эй! Ты, которая Лия! Подойди сюда! — голос Ней вновь показался ей раздраженным.

Лия почувствовала, что дрожит.

— Иди, — Вилт казался спокойным. — Убивать они нас, вроде бы, не собираются, судя по тому, что разрешили подлечить Айна, так что…

— У них к нему какие-то вопросы… — прошептала Лия. — А вдруг, узнав все что им нужно, они от нас избавятся?

Вилт промолчал. Только побледнел еще сильней.

— Иди. Здесь я справлюсь сам, — ответил он.

Лия кивнула, глубоко вздохнула и нехотя отпустила безжизненную руку брата. В голове царила полная пустота.

Ней не спускала с нее глаз. Прищурившись, она наблюдала, как Лия поднимается и шаг за шагом приближается к ней. Казалось, что женщина расслаблена, но рука, покоившаяся на рукоятке пневмопистолета, не давала расслабиться уже Лие.

— Присаживайся, — Ней кивнула на один из контейнеров.

Знаки опасности на его каркасе внушали опасения, но Рикки тоже сидел на одном из таких. Интересно, а они знают, что внутри?

Лия присела на краешек и бросила взгляд в сторону Вилта, пытающегося привести ее брата в порядок.

— Надо же. Твой муж действительно врач. Не соврал, — Ней заметила ее взгляд и ухмыльнулась. — Вы вообще ребята интересные. Пилот, который умудрился ускользнуть из-под носа имперцев, врач, судя по всему, неплохой. А ты кто, Лия? Космический архитектор? Механик? Изобретательница? Вы представители планеты, которая стала этаким домом для ученых, твои друзья — не ученые, значит ты — да?

Лия вздохнула. Интересно, работа в «РИАСе» включает ее в круг ученых? А изобретателей?

— Я… — пошло оно все, лучше говорить правду, — была начальником отдела информационной безопасности одного из научных комплексов.

— В таком возрасте? Сколько тебе? — Ней устроилась на соседнем контейнере, как будто совершенно позабыв и про Рикки, стоявшего поодаль, и про Вилта с Айном.

— Стандартных или Солля?

— Не зли меня, девочка. Сколько тебе?

— Двадцать семь. Стандартных.

Ней почему-то расхохоталась. Потом повернулась к Рикки и своим странным раздраженным тоном сказала:

— Ты еще здесь? Я же сказала, что справлюсь с ними. Пора заканчивать. Тащи ту колымагу сюда, я уже устала дышать болотом.

— А вдруг этот врач поставит второго на ноги?

— И что? — подняла брови Ней. — Оружия у них нет. А у меня есть. Или ты забыл, кто из нас двоих пилот, а кто штурмовик?

Рикки хмыкнул, протянул руку и растрепал короткие волосы своей спутницы. В жесте сквозило столько нежности, что Лия поняла: эти двое — пара. И судя по некоторым признакам, вместе они уже давно. Их отношения неуловимо напоминали ее отношения с Вилтом. Интересно, они женаты?

Когда Рикки ушел, Ней вновь повернулась к Лие.

— Будем считать, что я тебе поверила. Раньше вы не врали. Да и не важно это все. Знаешь, что важно? А, начальник?

Тон ее неуловимо изменился, теперь кроме раздражения сквозило еще что-то. Жесткость. Да, именно она.

С каждым мгновением Лия все сильнее осознавала, что эти двое вряд ли имеют отношение к силовым структурам Империи. Но Ней ясно выразилась: она — штурмовик.

— Я… расскажу все. Только не убивайте нас. Мы… просто хотели выжить. И если это ваш корабль, мы…

Что они могут сделать? Вернуть его? Вот только эту развалюху из болота уже не вытащить. Вернуть груз? Так Ней и Рикки его уже взяли. Осталось только вывезти. Что Лия может предложить?

— Это не наш корабль, девочка, — Ней, видимо, поняла, что Лия в замешательстве. — Это корабль наших друзей. С которыми у нас был договор. И налаженный обмен товарами.

— Мы… то есть, если бы ваши друзья хотели прилететь сюда, они бы это сделали! Потому что… потому что…

Потому что Вилт, Айн и Лия потеряли много времени разыскивая друг друга в гибнущем Мармере. Если бы люди, доставляющие товар на Кронту, могли улететь на «Веселом дельфине», они бы это сделали до того, как в ангаре появилась целая армия «есбов». Но как объяснить это Ней?

Повисло молчание. Ней терпеливо ждала, когда Лия соберется с мыслями, Вилт колдовал над Айном, но повернуть к нему голову и посмотреть, как у него дела, Лия не решалась, смотря в глаза допрашивающей ее женщине.

Когда молчание совсем уж затянулось, Ней глубоко вздохнула, поднялась и прошла несколько шагов туда-обратно, видимо, разминая ноги.

— Расскажи про то, что случилось на Солле, — внезапно сказала она.

* * *

Сознание прояснялось медленно. Айн не мог понять, что вернулось раньше: боль или осознание того, что они попали в очередную переделку, а он позорно упал в обморок, оставив сестру разбираться в этой Ней в одиночку. Когда он перестал соображать? Когда боль сменилась странным клекотом в голове и утихла, подарив забытье?

Надо открыть глаза.

Страшно.

— Ты даже челюсть вправил, молодец, врач!

Незнакомый мужской голос. Точнее, знакомый, звучавший словно эхо из старых, счастливых времен.

— Это легко.

Голос друга. Вилт жив!

— Когда он придет в себя? В этой развалине зафиксировать его будет трудно.

Женский голос. Это Ней. Айн вспомнил, что испытал, когда увидел ее. Ничего подобного он прежде в жизни не чувствовал. Как будто мир взрывается на сотни тысяч осколков, и в каждом из них отражается лицо. Лицо этой женщины. Красивое. Невероятно красивое. Так хотелось к ней прикоснуться, несмотря на боль и тот факт, что она могла оказаться врагом.

— Мы удержим его.

Лия. Она жива. Жива!

Надо открыть глаза. Почему не получается?

— По-моему, ты совершаешь глупость, Ней. Не уверен я, что эта девчонка тебе всю правду выложила.

Снова этот голос. Нет, не из детства. Когда он его слышал? Надо вспомнить.

— Это не первый мой допрос, Рикки, заткнись.

Рикки.

«Помните, что каждый может такое. Надо просто перестать бояться. Раздвинуть границы. Перестать мыслить узко. И, конечно же, иметь хорошую реакцию!»

— Тогда оставайся здесь. Все равно это может оказаться подставой. А я поведу. Я надеюсь, тебе хватит благоразумия держать их на мушке?

Айн застонал и с трудом разлепил веки.

— Ты очнулся! — он почувствовал, как его обнимают родные руки сестры, а сам искал глазами обладателя знакомого-незнакомого мужского голоса.

И нашел. Темно-каштановые волосы, карие глаза, в которых даже после стольких лет осталась хитринка, улыбчивый рот, ямочка на подбородке и выступающий кадык.

Не может быть.

— Вы… вы из сопротивления, да? — прохрипел он, вытаращенными от изумления глазами разглядывая мужчину. Рикки. Надо же, Рикки!

— С чего ты взял? — в поле зрения появилась женщина. Ней. Красивая. Айн вновь почувствовал, что его мир катится куда-то в бездну сотен черных дыр.

— Я не знаю, кто ты, — голос постепенно возвращался, но челюсть болела, и внятно говорить получалось плохо. — Но он… его и всю его семью уничтожил Император, когда захватил власть. Уже десять лет он считается мертвым, а все, что когда-то ему принадлежало — является собственностью Императора. Но я вижу его перед собой. А значит вы из сопротивления. Я не думаю, что такой, как он стал бы обыкновенным бандитом.

Ней внезапно фыркнула, откинула свои невероятно светлые волосы и расхохоталась.

— Смотри-ка, а парень-то твой фанат, Рик!

Лия отстранилась от него и посмотрела в глаза.

— О чем ты, Айн?

— Лия, этот человек в свои семнадцать лет стал самым лучшим пилотом Союза. Именно он вдохновил меня. Из-за него я пошел в летное училище. Я хотел быть таким, как он. Это — Риксом Салерно.

Ней опять расхохоталась, а Риксом недовольно скривился.

— Салерно? — рядом с Айном опустился Вилт. — Финт которого ты повторил, когда мы убегали с Солля?

Айн кивнул. Аккуратно повернув голову, он огляделся. Они находились в салоне аэрона, в который их запихнули те ублюдки. Только теперь он был заполнен контейнерами со знаками опасности, содержимое которых они так и не смогли индентифицировать.

— Что? Ты провернул финт Салерно? — Рик резко подался вперед и отодвинув Лию и Вилта, опустился перед Айном. — Никто и никогда не мог повторить наш с Тиарой трюк. Не хватало смелости.

Айн сглотнул, глядя на своего кумира. Разница в возрасте у них была совсем небольшой, но сейчас он чувствовал себя несмышленышем, щенком, которого вот-вот тыкнут носом в напруженную лужу.

— Мне хватило, — ответил он. — К тому же, я сделал это лишь наполовину. Только уклонение в дно. Короткий прыжок нам был не нужен.

— И сколько же ты тренировался? — казалось, что тот факт, что Айн сделал финт не полностью, Салерно успокоил.

Айн помолчал.

— Я сидел за настоящим штурвалом впервые.

Челюсть Риксома упала вниз. Он вытаращил глаза и поднялся. Переглянулся с такой же ошарашенной Ней.

— Знаешь, парень, а ведь ты можешь нам пригодиться, — сдавленным голосом сказал он.

* * *

Можно ли считать, что им по-прежнему сопутствовала удача? По крайней мере, до сих пор они были живы. Даже Айн, которому непонятная пара разрешила оказать помощь. Непонятная, потому что ни Ней, ни Рикки не объясняли толком, как оказались на месте падения корабля и что они решили насчет Лии, Айна и Вилта. Легко было догадаться, что беглецы с Солля стали неприятным дополнением к грузу. Груз Ней и Рикки явно интересовал, а женщина распоряжалась на корабле привычно, будто не раз на нем летала.

На бандитов они были совсем не похожи. Но и на добропорядочных граждан Империи — тоже не очень. И вот теперь выясняется, что Рикки — не просто какой-то Рикки, а легендарный пилот из рода Салерно. Белая кость. Высшая знать старого Союза.

Да, вот только погибший. Все, как и сказал Айн. Ней и Рикки слушали его рассуждения с одинаковой иронией. Видимо, Айн — не первый поклонник гения Салерно.

Салерно так Салерно. Сопротивление — так сопротивление. Даже логично: где еще мог скрываться человек, объявленный погибшим? Выдающийся пилот… вот только как же он не боялся бродить по Кронте? Мало ли, кто еще, кроме Айна, мог его узнать. Может, все же ошибка, и эти двое просто развлекаются, слушая Айна? Не похоже. Вилт взглянул на Лию. Его посетило неприятное предчувствие.

— Вот как, — хмыкнула тем временем Ней. — Стоило парню попросить у тебя автограф, как ты сразу решил, что он пригодится?

— Ты первая им поверила, — возразил Рик.

— Я не поверила, а выяснила все обстоятельства и сделала выводы.

— Перед тобой парень, который утверждает, что первый раз пилотировал и повторил сложнейший прием в боевых условиях.

Ней усмехнулась.

— Кое-кто любит повторять, что дуракам везет. Признайся, тебя он тоже впечатлил.

— Допустим. А с ним — начальник отдела безопасности научного комплекса Мармера. Девчонка сопливая, — добавил Рик.

— Кто бы говорил, — хмыкнула Ней. — Она наверняка ничего не решала.

— Допустим, — повторил Рик. — Плюс врач, который умудрился вынуть ЛИГи при помощи инструментов из обычной аптечки…

— Не такая уж она и обычная.

— Точно. Я и забыл, что ее всегда Майло собирает. Точнее, постоянно забывает пополнить. Тем более, странно!

— Ну, операция-то так себе, — Ней указала на Айна, запястье которого всем было видно и воспаление вокруг раны, хоть и небольшое, но легко замечалось.

— Эй, — возмутился вдруг Айн. — Я бы посмотрел на ваших спецов, как они аккуратничают в боевых условиях!

Говорить ему было трудно, со стороны казалось — он сам не уверен в том, стоит ли Вилта защищать.

— Я же не предлагаю тебе тащить с собой всех троих. Но толковых пилотов всегда не хватает, сам знаешь, — с нажимом сказал Рик.

— Куда тащить? — спросил Вилт.

— В сопротивление, разумеется, — хмыкнула Ней. — Как будто у вас выбор большой. С этим, — она выразительно постучала пальцем по запястью, — вам теперь только в тюрьму. А если все, что вы рассказали — правда… всю жизнь будете прятаться. И если вы двое можете затеряться на какой-нибудь колонии типа Балу, среди фермеров… то что там будет делать пилот? Подумай сам, парень! Тем более, искать будут вас троих.

Вилт очень надеялся, что искать их не будут. Кому нужны трое выходцев с Солля?

— Контрабандисты из вас явно не получились, — поддержал женщину Рик. — Вот и выходит, что выбора у вас не остается. Погибнуть всем вместе или побарахтаться по отдельности.

— Пока мы неплохо выживали втроем, — заметил вдруг Айн, уверенно и жестко. Ней заинтересованно на него посмотрела.

— У нас тут что, биржа труда открылась?

— Высококлассный врач, — настаивал Айн. — И программист. Или связист. Можно подумать, у вас столько толковых людей, что вы перебираете!

— Айн! — очнулся, наконец, Вилт, сообразив, что происходит. — Мы не…

Они не свяжутся с сопротивлением. В глазах Айна горел незнакомый огонек. Да они ведь разговаривают с больным, который вряд ли может быть полностью адекватен! И у него, похоже, начинается лихорадка…

— Она права, — сказал Айн. — У нас не такой большой выбор.

Он шевельнул бровями.

Понятно.

Остаться на Кронте они не могут.

Денег, чтобы улететь, у них нет.

Это даже не выбор. Это какой-то сюрреалистический шанс выбраться из передряги…

«Чтобы тут же попасть в другую», — подсказал внутренний голос.

* * *

— Да все со мной нормально, — проворчал Айн, когда Вилт заговорил об осмотре. Ну, что за человек?! Стоило выбраться из передряги, как брат Лии снова превратился в бесшабашного парня, с пренебрежением относящегося к опасности.

— Лихорадка Элпо, — скучным голосом принялся перечислять Вилт то, что обычно пишут на голоплакатах в поликлиниках на всех планетах Империи. — Инкубационный период составляет от нескольких часов до недели. Протекает стремительно и приводит к поражениям кожных покровов, необратимому нарушению работы опорно-двигательного аппарата, повреждению легочных тканей. Возбудителем является аспергиллус ноктис или, говоря бытовым языком, ночная плесень. Поэтично, но весьма неприятно. Особенно когда всю жизнь избавляешься от последствий с мыслью, что при своевременной профилактике мог остаться здоров и бодр!

— Все-все, осматривай, только не нуди! — сдался Айн. Вилт услышал смешок. Разговор происходит в коридоре корабля и свидетельницей, как выяснилось, стала Ней.

— Да, пилот, опорно-двигательный аппарат надо беречь, — хмыкнула она, проходя мимо. — А плесневая лихорадка — не шутки. Вонять от тебя будет — мама дорогая…

— А все потому, что ночные аспергиллы отлично размножаются в легочной плевре, — подтвердил Вилт.

— Лучше бы жену свою почаще осматривал… — буркнул Айн. Перед его физиономией тут же появился кулак человека, не дрогнувшей рукой совершившего сотни операций.

Профилактическая мера возымела эффект, осмотр все же был произведен, а результаты его оказались удовлетворительными.

— И жену я осматриваю со всем вниманием, — уведомил Вилт. — Уж можешь мне поверить.

— Ну, я рад, что у вас по-прежнему все хорошо, — насмешливо отозвался Айн. Вилт вздохнул. Если бы он не мог терпеть выходки брата Лии, они бы давно поубивали друг дружку. Так что…

Спокойствие и безмятежность.

Только жутко курить хочется.

Их полет продолжался уже стандартных сорок часов. Большую часть этого времени Вилт провел в сомнениях.

Да, у них нет выбора. Во всяком случае, пока.

Но чем больше он думал о том, куда они летят, тем больше утверждался в мысли, что не желает связываться с сопротивлением. Вот только теперь они знают чересчур много. Ней и Рик подозрительно легко делились информацией. И, кажется, продолжали проверку на «лояльность». Наблюдали. Вроде не ограничивали их свободу, но Вилт был уверен — оба их спасителя были всегда готовы к нападению. Достаточно было вспомнить, что Ней — бывший штурмовик… Хотя почему бывший? Наверняка в сопротивлении она не только доставкой контрабанды занимается…

Корабль Ней и Рика был куда новее «Веселого дельфина». И покрупнее. Помимо обширного грузового отсека имелось несколько маленьких кают, а также кубрик, где они все и собирались, чтобы поесть и поговорить. Корабль управлялся автопилотом, которому, в отличие от Айна, Лии и Вилта в свое время, был известен конечный пункт путешествия. Но в рубку управления их не пускали. Да, Ней и Рик держались дружелюбно, но выдали только, что летят в некое место с фаталистическим названием «Последний Предел». И все пока, вроде как этого хватит. Закономерно, но слишком явно подчеркивало неравное положение людей на корабле. У корабля, кстати, было броское название — «Зведный бродяга».

Запасы продуктов были не слишком разнообразны. В основном, синтетические супы и каши с мясными сублиматами. Единственным исключением был кофе. Кофе, заверила Ней, самый настоящий. И Вилт тогда тоже с тоской подумал о сигаретах. Точнее, с каким наслаждением он бы выкурил целую пачку!

Он пытался не зацикливаться на том, что оказался полностью бессилен перед обстоятельствами. Если бы не вмешались Рик и Ней, что бы он сделал? Что бы он мог сделать, если бы бандиты били Лию… или того хуже. Айн хотя бы сопротивлялся. Вилт оказался не готов. Умом он понимал, что сопротивление при таком численном перевесе было бесполезно, но где-то в глубине души корил себя за бездействие.

В привычки доктора Стэра не входило постоянно изводить себя самокопанием, но зарубка на память получилась болезненная. Этакая ноющая гнойная заноза.

Что делать дальше — они подумают, когда это «дальше» наступит.

Так время и шло.

— Вам повезло, на самом деле, — сообщила Ней. — Мы уже собирались убираться с Кронты.

— На нас начали косо поглядывать, — поддержал ее Рик. — Срок встречи прошел. Нас не искали, мы решили, что у Майло и компании не получилось уйти с маршрута незамеченными. Иногда такое бывало. Накладно, но лекарства без рецепта нынче достать сложно.

Майло — один из тех самых друзей, с которыми собирались встретиться на Кронте Ней и Рик. Может быть, он просто не смог покинуть город, этот Майло. А может — был мертв.

— И тут мы узнаем, что совершенно случайно именно сейчас кто-то пытается сбыть партию «Оксимилона», — продолжил Салерно. — Не самое распространенное из анестетиков… Как раз такой, какой используют на Солле и именно в момент, когда наша встреча с Майло не состоялась. Мы, конечно, все проверили. И вышли на вас.

— Не слишком-то вы скрывались, — хмыкнула Ней. — Проследить было несложно. Странно, что никто не подсуетился раньше.

— Ну, идея сбывать товар на разных рынках города была не так уж плоха, — вступился за беглецов Рик. Айн поморщился.

— Все равно, огребли.

— Да. Вам до сих пор просто сказочно везло, — заключила Ней.

— Эй! — возмутился Айн. — Мы, между прочим, немало усилий приложили…

— Но вышло все равно, как в сказке, — заметил Рик. — Ней такие истории любит. Она у нас девочка романтичная.

Ней — нисколько не казавшаяся романтичной — развернулась и ткнула его кулаком в плечо. Рик засмеялся. Очевидно, эти двое были близки и хорошо друг друга понимали. Айн потянулся за печеньем и задел кружку Салерно. По столу потек тот самый настоящий кофе. И прежде, чем легендарный пилот сообразил, кипяток плеснул ему на ноги.

— Твою ж! — выдали они с Айном одновременно. Лия подхватила покатившуюся по столу кружку, Ней достала пару салфеток.

— Извини, — неловко буркнул Айн.

— С тебя уборка! — быстро сказала Ней. Она явно не была слишком хозяйственной. Айн вздохнул, когда Ней указала ему на кофейную лужу, успевшую образоваться на полу. Несмотря на достаточно новый корабль, автоматизированной системы уборки на нем было. Тут он что-то заметил, наклонился и вытащил из-под стола что-то блестящее, оказавшееся женской серьгой.

— Твое? — спросил он у Ней и выгнул бровь. Серьга была изящная (совсем маленькая), с пятью синими камешками, образующими звезду.

— Нет, — сказала Ней. Рик схватился за ворот куртки и вытащил из-под одежды обрывок цепочки. Тихо ругнулся.

— Дай сюда, — сказал он и, схватив серьгу, запоздало пояснил: — Это моей сестры.

Судя по тому, как он сжал серьгу в кулаке, серьга была воспоминанием. Дорогим, но, похоже, далеко не светлым.

— Точно, у тебя же есть сестра! Тиара, да? Она ведь тоже летала? Только я ее почти не помню, — вспомнил Айн. — Она…

— Ее убили, — резко оборвал Рик. Он почти со злостью засунул серьгу в нагрудный карман рубашки, а потом пошел к выходу.

— Извини, — вслед ему сказала Лия. Рик только рукой махнул.

— Дело прошлое, — произнесла Ней. — Но лишний раз лучше про семью с ним не говорить.

Наверное, в сопротивлении это вообще не самый популярный вопрос.

Оставшаяся часть пути прошла спокойно. Еще около двадцати часов размышлений и сомнений. Мысли о сигаретах навязчиво лезли в голову.

А еще: Вилт укреплялся в уверенности, что больше ни за что не допустит, чтобы Лия оказалась в опасности. Самонадеянно. Но теперь как минимум одна цель была ясна и отчетлива.

* * *

Севший за штурвал Риксом махнул рукой стоявшей в дверях Ней, и она, поджав губы, впустила троицу в рубку.

Они прибывали в пункт назначения.

Лия встала ровно позади кресла пилота и зачарованно следила за тем, что происходит на обзорном экране.

Нет. Это точно не «Последний Предел». За двое с половиной стандартных суток они все-таки разговорились со своими спасителями, и по некоторым намекам было ясно, что база сопротивления — это нечто большее, чем космическая станция, очертания которой Лия только начинала различать.

Нет. На базу их сразу не пустят, Лия это прекрасно понимала. Их ждут проверки. Допросы. Снова допросы.

Как они до этого дошли? Сопротивление? Серьезно? Нет, даже будучи замешанной в операции по уничтожению катона, Лия не думала про повстанцев. Слишком уж нереальным все это казалось. Потому что сопротивления по официальной версии не существовало. Но Лия умела работать с информацией, и кое-что в имперской Сети иногда проскальзывало… мельком, практически сразу исчезая. Взрывы на складах медикаментов во Внутреннем Кольце. Хищение «особого груза», какого-то мудреного топлива для космических кораблей из-под носа у «свипов» — представителей Службы Внутреннего Порядка, которых побаивались даже самые благоразумные и законопослушные граждане Империи.

За последние три года основная база имперского военного космофлота передислоцировалась шесть раз. Безо всяких причин. Только Лия и ей подобные, те, кто умел искать информацию, знали, что все дело в мелких уколах, практически безболезненных, но обидных, нанесенных эскадрильей без опознавательных знаков.

Сопротивление. Настоящее, действительно вступающее в борьбу. Не чета тому собранию недовольных, которые затеяли саботаж в Мармере.

Надо же!

Космическая станция своей формой больше всего напоминала десятилапого паука с раздутым до предела брюхом. В одну из «лап» Рик и направил корабль.

— Код четыре-восемь-пять. «Звездный бродяга» прибыл. Повторяю: код четыре-восемь пять.

Космос на обзорном экране постепенно сходил на нет, станция приближалась, закрывая собой звездный свет.

— Код четыре-восемь-пять. Запрашиваю разрешение на посадку. «Звездный бродяга» прибыл.

В эфире царила зловещая тишина, и Лия понимала, что это неправильно. Рик с каждым мгновением все больше мрачнел, но упрямо повторял, видимо, уповая, что сможет уклониться, ибо станция становилась все больше и скоро они могли с ней столкнуться.

— Код четыре-восемь-пять. Повторяю: код четыре-восемь-пять. Вы там что, заснули все?!

Лия сжала спинку кресла, изо всех сил пытаясь внушить высшей силе, если таковая имелась, что это совершенно несправедливо: так издеваться над ней и ее мужем. И братом.

Они заслужили немного хорошего, ведь так?

— Код четыре-восемь…

— Наконец-то! Я вас тут третий день жду! — голос, пронзивший молчавший до этого эфир, показался Лие хриплым и очень-очень недовольным.

— Л… Лек? Что ты делаешь в диспетчерской? — Риксом почему-то развеселился. Лие показалось, что он едва сдерживается, чтобы не захихикать.

— Десятый ангар. Пятая зона. Не задерживайтесь, — отрезал голос и отключился.

Ней, стоявшая позади Лии, цокнула языком.

— Совсем с ума сошел. Еще бы навстречу вылетел!

Рик, не удержавшись, расхохотался.

— Лучше найди этот несчастный ящик. Иначе он нас убьет! Видимо, у него совсем все кончилось!

Ней хмыкнула и вышла из рубки. А Лия зачарованно наблюдала, как корабль меняет курс, уходит влево, а затем легко и непринужденно вписывается в открывшуюся черную пасть ангара.

— Вот и прибыли, — услышала она бормотание Вилта. Муж выглядел спокойно, вот только был очень бледен. Из всех троих, пожалуй, именно он никогда не нарушал закон. И к сопротивлению никакого отношения не имел. Даже косвенного. Ведь получается, Лия и Айн пусть и отдаленно, но каким-то образом помогали тем, кто сейчас будет их проверять.

Допрашивать.

Как же Лия не хотела отвечать на вопросы! И не потому, что боялась сказать что-то неправильно. Просто после столкновения с "есбами" в ней что-то сломалось. Наверное, в тот момент, когда она выстрелила в голову, впервые убивая человека.

— Выходите! — Рик нажал пару кнопок на панели и встал с пилотского кресла. — Или вы ждете, что я вас в магнитки закую?

В магнитные наручники Лия совсем не хотела, поэтому послушно развернулась, шагнула к Вилту и сжала его руку, попутно подумав, что если и закуют, то пусть уж лучше их вдвоем. Чтобы она не могла его потерять. И еще почему-то пришло в голову, что они с момента побега с Солля нормально не говорили. А потом… потом она поняла, что Ней без раздумий оставила Рика с ними одного. При том, что Рик маневрировал вручную и не смог бы сопротивляться, вздумай они взбрыкнуть.

Что это значит?

Видимо, они каким-то образом заслужили доверие.

Знать бы еще, каким.

Она сжимала руку Вилта, ощущала левым плечом тепло руки брата и чувствовала себя почти счастливой. Почти — потому что боялась, что их разлучат. За последние дни она настолько привыкла к тому, что их снова трое, а не двое… а вдруг их вообще по одному поселят? Нет. Ей нужны оба. Так она чувствует себя в безопасности.

Задумавшись, она не заметила, как они прошли по коридорам «Бродяги» и спустились по трапу. Очнулась она уже на «земле», когда Айн убрал руку с ее плеча.

Перед ними стоял мужчина лет тридцати-тридцати пяти, одетый в черный мундир без опознавательных знаков, распахнутый на груди, белую рубашку и черные же брюки, заправленные в высокие сапоги из эко-кожи. Его темно-каштановые волосы были растрепаны, будто он не расчесывался уже неделю, а щетина говорила о том, что бритьем он себя утруждает не чаще, чем раз в три-четыре дня. Черные глаза были прищурены: этот тип явно не обрадовался появлению троих незнакомцев.

— Все свободны. Думаю, я способна обеспечить его безопасность, — объявила Ней, спускаясь по трапу следом. Обернувшись, Лия заметила, что она несет знакомый контейнер с расклеенными по нему знаками радиационной и химической опасности. Странно, они же все тяжелые! Лия точно помнила, что Вилт и Айн с трудом их таскали, а Ней удерживала свой буквально одной рукой.

Либо она очень сильная, либо этот контейнер отличается от остальных. Весом.

Лия сообразила, к кому обращается Ней, только когда тени в углах, обнаружив себя на мгновение, исчезли. Охрана.

Этого человека охраняют.

Мужчина прищурился еще сильней, а затем почесал свой горбатый нос указательным пальцем.

— Это оно? — зачарованно глядя на ношу Ней, спросил он.

— Оно, — усмехнулась блондинка. — Неужели все резервы истощил, братишка? Мы с Рикки даже удивились, что ты не вылетел нам навстречу, чтобы быстрее с этим воссоединиться!

— Заткнись, — буркнул мужчина. — Почему так долго? И кого вы с собой притащили?

Дождавшись, когда Ней опустит контейнер у его ног, он опустился на корточки и вытащил из кармана нож. — Я жду ответ!

— Я присылала тебе сообщение еще с Кронты, Лек, — Ней отошла и посмотрела на Лию и ее спутников. Рик куда-то пропал. — И причину задержки ты должен знать. Майло так и не объявился?

Они разговаривали так, будто были наедине, спокойно, свободно. Но Лия чувствовала, что все это — очередная проверка.

Возможно, она ошибалась.

Лек, если Лия правильно поняла его имя (странное, чего-то в нем не хватало, как и в имени Ней) смело воткнул нож в контейнер, попав прямо в знак радиационной опасности. Захотелось бежать.

Что он делает?

— Майло мертв. Но вот Тапа здесь. Утверждает, что не смог пробраться к «Веселому дельфину» и ему пришлось бежать. В этот раз на Солле было все серьезно. Его проверяют, — разодрав контейнер, мужчина извлек коробку без всяких надписей и знаков и с какой-то предвкушающей радостью воткнул нож теперь в нее.

— Эти трое — точно знают, что случилось на Солле, — сказала Ней. — Они оттуда. И именно они…

— Понятно, — оборвал ее Лек, извлекая из коробки… пачку сигарет. Лия почувствовала, как сжимающий ее руку Вилт сглотнул. — Показания сравним. Точнее, дашь задание, чтобы сравнили.

Поднявшись на ноги, мужчина торопливо извлек из пачки сигарету, сунул в зубы и (Лие показалось, что руки его дрожат) вытащил из другого кармана электрическую зажигалку.

Чирк!

Запахло дымом.

— Давайте знакомиться, — затянувшись пару раз, Лек явно подобрел и перестал щуриться. — Меня зовут Лек. И я…

— … здесь самый главный! — послышался за спиной у Лии голос Рика. — Брось, им сейчас не до тебя! Точнее, познакомишься с ними потом. Если они окажутся нам полезными.

«Самый главный» хмыкнул и еще раз с наслаждением затянулся.

— Так зачем вы тащили их сюда, раз не уверены в их полезности?

Странно. У Рика и Ней была военная выправка. А у Лека нет. Лия даже начала сомневаться насчет «самоглавности» этого человека. Не может глава сопротивления сутулиться. Не сильно, едва заметно, но все же…

— Этот, — Рик кивнул на Айна, — утверждает, что провернул мой трюк, пусть и не полностью, сидя за штурвалом впервые. Так как эта информация пошла не из его уст, я склонен ему поверить.

Сигарета закончилась, и Лек вытащил вторую.

— Предположим. Пилоты нам всегда нужны. А эти?

— Девчонка — программист. Говорит, что была начальником отдела информационной безопасности в одном из научных комплексов.

— Третий?

— Врач.

Чирк!

Лек профессионально пустил в верх колечко дыма, полюбовался им и вновь перевел взгляд на них троих.

— Предположим, — повторил он. Затем обернулся к стоявшей рядом Ней. — Ты в курсе, что вы с Риком не являетесь вербовщиками?

— Лек… — Ней поскучнела. — Они могут нам пригодиться.

— Могут, — мужчина согласно кивнул. — Вот только вы задержались. И сильно. Твои бойцы в отсутствие командира распоясались. В блоке силовиков творится полный…

— … я с ними разберусь, — Ней опасливо отодвинулась от брата. — Так каждый раз происходит, ты же знаешь! Но я…

— Мне нужен порядок, — отрезал Лек. — Отправишься со мной сегодня же. И если завтра в блоке будет тот же бардак…

— Все будет хорошо! — заверила Ней.

Айн вновь положил руку Лие на плечо. А она зачарованно разглядывала курившего мужчину. Как можно преображаться за мгновения? Только что она не верила в его власть, а теперь…

— Что до тебя, — Лек бросил красноречивый взгляд на Рика. — Поставь на место Ротэна, будь добр. И объясни ему, что статус ведущего «золотых» не позволяет ему мне указывать. Я устал от него.

Рик медленно подошел к Леку, выпрямился, а затем кивнул.

— Конечно. Я разберусь.

Лек докурил, бросил сигарету на пол и затушил сапогом. Внезапно улыбнулся.

— Наконец-то вы вернулись, — с чувством сказал он.

Рик вновь с чувством расхохотался.

— Ней, я чувствую, что следующий отпуск нам светит не скоро! — сквозь смех выдавил он.

Ней тоже улыбнулась, а Лия поняла, что этих троих связывает что-то очень крепкое. Что-то подобное, что связывает ее, Вилта и Айна. Еще она была уверена, что в полном имени Лека есть сочетание букв «кс», как и в имени Риксом. А еще, что полное имя Ней имеет окончание «ра». Древняя традиция: имена знати всегда должны были звучать по-особому. А то, что эти трое — бывшая знать старого Союза у нее сомнений не было.

* * *

Им дали отдохнуть с дороги. Разместили в сравнительно небольшом помещении, неуловимо напоминающем больничный бокс. Светло, тихо, но не проходит желание оказаться где-то в другом месте. Их не заперли, но ощущение постоянного наблюдения не проходило: на станции, которая была слишком мала, чтобы оказаться центром сопротивления, всюду была охрана и действовала система наблюдения.

От них как будто чего-то ждали. Вероятно, это была часть проверки. И Вилт понятия не имел, насколько успешно они эту проверку проходят. От встречи с Леком у него осталось смутное ощущение недосказанности. Этот человек выслушивал объяснения Ней и Рика, но сам уже как будто составил какое-то впечатление. Вилт перехватил задумчивый, оценивающий взгляд, брошенный сначала на Лию, потом на самого Вилта. Тогда очень хотелось загородить жену от чужого неприятного любопытства.

Для «сравнения показаний» их могли бы разделить. Но ничего такого не произошло. Оставалось сделать вывод, что бокс, куда их поместили, прослушивается. А может, и просматривается. Может, это подозрительность разыгралась, но Вилт не удержался от того, чтобы внимательно осмотреть помещение. Он так ничего и не нашел.

Им дали поесть. Но в пакет «гостевой» в сопротивлении не входили сигареты… и Вилт вынужден был признать, что возможно, его предубеждение к Леку возникло еще и на почве демонстрации превосходства. Лек курил при них таким видом, будто покрасоваться хотел. Впрочем, судя по раздражению, просто не смог держаться при виде сигарет. Вилт прекрасно его понимал.

— Не слишком впечатляет, — вынес, наконец, вердикт Айн.

— А ты ждал униформы с нашивками и плакатов с громкими лозунгами на каждой стене? — поинтересовался Вилт.

— Можно и не на каждой, — хмыкнул Айн, потом, задумавшись о чем-то, сменил тему: — Вы слышали про того типа, который тоже сбежал с Солля? Хотелось бы с ним поговорить.

Да, Лек ведь упомянул, что один из членов экипажа «Дельфина» добрался до базы. И, вполне возможно, может рассказать что-то о Мармере… они ведь ничего не знали о последствиях налета. На Кронте им было не до того, а вот теперь пришло осознание, что им остро не хватает информации. Сколько людей пострадали? Что теперь происходит на Солле? Остались ли там войска?..

И все же — Вилту не слишком нравился настрой Айна. Было в его словах что-то такое… словно решение уже было принято.

— Ты ведь не собрался здесь остаться? — спросил Вилт. Оба — и Айн, и Лия — посмотрели на него с одинаковым недоумением.

— А у тебя другие планы? — хмыкнул Айн. — Деваться-то нам некуда…

— Деваться нам было некуда на Кронте, — возразил Вилт. — Но сопротивление… думаешь присоединиться?

— Почему нет? — легко отозвался Айн. Вилт не зафиксировал момент, когда его начало раздражать поведение друга. Привычное: «Какой сознательности вы ждете от Айна Морино?» — на этот раз не сработало.

— Почему нет?! — стараясь не повышать голос, повторил Вилт. — Это люди, выступающие против Императора, Айн! Даже разговор с ними — это нарушение закона…

— Ха! — Айн тоже начал заводиться. — Может, скажешь, что раз уж «еэсбэшникам» вздумалось перестрелять людей, значит, на то были законные основания?!

Он был прав и неправ одновременно. Вилт еще не был готов согласиться, хотя грудь жгло при одном упоминании о расстреле людей в Мармере. Вот только что сам Айн мог знать, если не был в больнице, не был там, на улицах города… Тогда бы его слова были подкреплены осознанием, а не желанием поспорить!

— Может, подумаешь о своей сестре?! — процедил Вилт. — Ей не место…

— Конечно, вам лучше отправиться в какую-нибудь колонию, выращивать картошку и ждать, пока все повторится!

— Ну, хватит! — решительно вмешалась Лия. — Что на вас обоих нашло?! Айн, заткнись. Просто молчи! Вилт… уйди. Проветрись. Слышишь меня?

Вилт сам не помнил, как оказался в коридоре. И только когда начал приходить в себя, понял, почему Лия выставила за дверь именно его. Оставлять Айна без присмотра было чревато. Вилт усмехнулся. Злость не желала проходить, так что он пошел прогуляться по станции. Хотя бы посмотрит, как далеко распространяются пределы их нынешней свободы.

На удивление, его никто не остановил даже когда он дошел до просторного холла, вместо стен в котором были огромные экраны. В углу были свалены небрежно металлические ящики. На них, привалившись спиной к экрану, сидел самый главный Лек и курил. Вилт поколебался, вспомнив об охране.

— Эй! — позвал Лек, меланхолично выдохнув дымное кольцо. — Чего шляешься? Шпионишь?

— Осматриваюсь, — отозвался Вилт и направился к ящикам. Лек покосился на него.

— Ломка? — поинтересовался он, вытащил старый, явно дорогой, портсигар с едва различимой под сетью царапин гравировкой, протянул Вилту. — По тебе заметно. Бери.

Вилт уселся на ящики. Лек не побрезговал предложить еще и зажигалку, которая при ближайшем рассмотрении оказалась куда проще портсигара. Самая обычная, фирмы «Искро», по всей Империи такие продают.

— Значит, ты Вилт Стэр, — проговорил Лек. С какой-то настораживающей интонацией.

Ответа не требовалось. Вилт с наслаждением затянулся. Сигарета оказалась не синтетическая, не было знакомого химического привкуса… он почувствовал легкое головокружение и одновременно облегчение.

— И с тобой твоя жена, — все с тем же выражением продолжил Лек. Вот тут Вилт нахмурился и взглянул на собеседника.

— И что? — спросил он.

— И ничего, — Леку явно нравились кольца из дыма, и, кажется, они его занимали куда больше, чем сам Вилт. Обманчивое, конечно, впечатление. — А ты уверен, что жена?

Да что за вопросы такие?! Вилту казалось, что к допросу он готов. Но это — нелепость какая-то, хотя ясно, что Лек не просто так спрашивает. Есть у него какой-то умысел…

— ЛИГов у нас больше нет, — сказал Вилт. — Но в базе регистрации браков можно найти сведения, если надо.

— А мы нашли, — лениво сообщил Лек. Вилт почувствовал на себе внимательный взгляд, но все еще не понял, к чему так настойчиво клонит этот тип. Лек хмыкнул, заметив его замешательство.

— Ну, а планы у вас какие, Вилт Стэр? — поинтересовался он. Поморщился, повел плечами. Судя по всему, сидел он здесь достаточно давно, и неудобная поза привела к болезненным ощущениям. При первой встрече не показалось — в его осанке есть что-то напряженное. Должно быть, грозный самый главный наплевательски относится к своему здоровью и игнорирует защемление нерва… Его дело, конечно, но, судя по сутулости, так и до кифоза недалеко.

— Неопределенные, — честно сказал Вилт. — Мы никак не связаны с сопротивлением.

— Были, — иронично вставил Лек.

Вилт кивнул.

— Были. То есть, не были. А теперь… Мой шурин, Айн, считает, что у нас нет выбора.

— Ну, это он поспешил с выводами.

— Мне тоже так кажется.

— Точно. Видишь, в чем штука, Стэр. У спутников твоих выбор есть. А вот у тебя — сильно сомневаюсь.

Вилт непонимающе молчал. Лек хмыкнул и вытащил из нагрудного кармана небольшой голопланшет. Включил, что-то нашел, протянул Вилту. Тот взял. На экране появилась новостная лента, пестрящая заголовками. «Мармерская трагедия». «На периферии требуется порядок. Император уже повысил финансирование на содержание Единой Службы Безопасности». «Нужно ли ужесточать профконтроль: как в медицинские учреждения проникают террористы?». «В Совете поднят вопрос о введении чрезвычайного положения на ряде планет». И прочее, и прочее. Много заголовков. Лек нажал на один из них, по экрану побежал текст.

«Террористическая акция, беспрецедентная по своей жестокости… взрывы гражданских объектов… бойцы так называемого сопротивления, которые утверждают, что для них на первом месте общественная безопасность, начали с Центрального мармерского госпиталя. Лишь потому, что госпиталь носит имя Его Величества Императора… в ответ… незамедлительное реагирование… сотрудникам Единой Службы Безопасности пришлось вступить в бой прямо на улицах города… пострадали невинные люди. Основной целью представителей сопротивления стал Мармерский научный комплекс… был основан еще… как известно, разработки… на благо Империи… что многократно усиливает лицемерие тех, кто выставляет себя защитниками граждан в условиях мнимого беззакония… среди глав мармерского восстания… а также Вилт Стэр, работавший хирургом в Центральном мармерском госпитале… цинично готовил площадку для массового убийства… Вилт Стэр признан психически неуравновешенным. Известно, что незадолго до происшествия он убил свою жену, Лию Стэр, которая была главой отдела информационной безопасности Мармерского научного комплекса. Отважная женщина, истинно верная Империи, узнала о планах мужа и даже пыталась передать информацию сотрудникам ЕСБ, однако… была зверски убита… Местонахождение Вилта Стэра на данный момент не установлено…»

Вилт ошарашено перечитал.

Потом еще раз.

И еще.

Но прочитанное все не укладывалось в голове.

Лек сказал:

— Ты звезда, Стэр. И знаешь, если хоть треть того, что там написано, правда, ты мне сильно не нравишься.

— Ни слова, — выдохнул Вилт.

Лек хищно улыбнулся.

— А вот это еще надо проверить.

Глава 3. Ложь в четвертой степени

Хэрри еще раз бегло просмотрел файлы-информационки по трем новоприбывшим и предвкушающе улыбнулся. Надо же, к ним прибыл парень, чья физиономия уже набила оскомину, фигурируя в каждом новостном выпуске. И который утверждает, что он не делал того, в чем его обвиняют.

Возможно, это так. Имперские новости давно уже превратились в дешевую комедию: бодрые голоса, вещающие о благостности и величии Императора, безупречные улыбки ведущих. И время от времени вот такие сюжеты: о том, как очередная ячейка злобных террористов-сопротивленцев безжалостно расстреливает людей. Заметают следы. Твари.

В том, что этот несчастный врач к налету и взрывам отношения не имеет, Хэрри не сомневался. Почти.

Почти — потому что нельзя быть беспечным на войне. Особенно, если воюешь против Нортена Эварро, бывшего полковника внутренней разведки старого Союза. Ведь за безликим «Император» скрывалось именно это имя.

Хэрри громогласно чихнул, устроился на жестком стуле поудобнее и нажал кнопку на своем браслете связи.

— Первого заводите, — приказал он.

Комната, которую он использовал для допросов, была обставлена просто: квадратный псевдо-металлический стол, два стула ему под стать и черный экран на одной из стен. Допрашиваемые сидели спиной к экрану. Всегда.

Хэрри легонько стукнул стилосом по небольшому планшету, запуская синхронизацию. Перед ним лежали три одноразовых инъектора с коллапсором — по сути, сывороткой правды. Микроскопические биороботы, растворенные в физрастворе, проникая в организм, считывали все его показатели, расшифровав которые можно было с уверенностью сказать, когда человек лжет.

Безболезненно. Безопасно. И главное — безошибочно.

Дверь отъехала в сторону, и в комнату ввели первого из троих: черноволосого парня лет тридцати. В инфо-файле было указано, что он назвал имя: Айн Морино.

Ну что ж, пора начинать…

… — Вы утверждаете, что вывезли своих спутников с Солля, сидя за штурвалом впервые.

— Утверждаю.

— Вы утверждаете, что были связаны с ячейкой сопротивления на Солле.

— Нет. Я думал, что они простые контрабандисты.

— Вы были знакомы с Майло Ридом?

— Нет.

— А Тапой Роммом?

— Нет. Я работал с Элиусом. Честно говоря, я связался с ними совсем недавно.

— Вы утверждаете, что являетесь братом женщины, прибывшей вместе с вами.

— Утверждаю.

— Как ее имя?

— Лия. Лия Стэр.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

Экран позади Айна Морино пестрел числовыми значениями и диаграммами. Желтая, красная и зеленая зоны. Но Айн Морино не мог видеть, в какой именно зоне находятся его показатели…

… — как вы объясните это? — Хэрри пролистал вкладки на планшете и передвинул его ближе к сидящей напротив женщине с ассиметричной стрижкой. На экране мерцало изображение длинноволосой блондинки лет двадцати пяти. Во всеимперской базе именно она проходила под именем «Лия Стэр». Миловидное личико, наивные глаза… и страшная смерть: под портретом была фотография изломанного тела. Этой несчастной перерезали горло, а затем скинули тело с двадцать пятого этажа жилого блока, в котором жили Стэры.

Реакция собеседницы Хэрри понравилась. Она полностью совпадала с реакцией Айна Морино. Отшатнулась, прикрыла глаза, а затем вгляделась, пытаясь понять, была ли она знакома с жертвой. Облегченный вздох. Не была.

— Это не я.

— Я вижу. Как ваше имя?

— Лия. Лия Стэр.

— Вы уверены?

— Какого ответа вы от меня ждете? Уверена ли я, что я — это я?

— Вы утверждаете, что вас допрашивали представители ЕСБ перед тем, как все началось.

— Да.

— Вы утверждаете, что ученые… как его?.. «РИАСа» изобрели новый сплав.

— Да.

— Что вы о нем знаете?

— Я не ученый. Я программист.

— Как ваше имя?

— Вы издеваетесь? Я Лия Стэр!..

… — Вы убили эту женщину?

Мужчина, лицо которого открывает и закрывает все информационные выпуски прищурился. Его реакция была более сдержанной, пожалуй, и не было ее, этой реакции. Вот только диаграммы и числа на экране за его спиной показывали Хэрри, что Стэр весьма взволнован.

— Нет.

— Вы знали ее?

— Нет.

— Это вы устроили террористический акт в мармерском госпитале?

— Нет.

— Вы знали о готовящейся акции?

— Нет.

Хэрри усмехнулся, глядя в нарочито бесстрастное лицо собеседника.

Его показатели оставались в зеленой зоне. Все. Он не лгал, как и его спутники. Предчувствия Хэрри подтвердились: перед ним сидела очередная жертва имперского произвола.

Жертва, которую объявили великим злом.

Пожалуй, Хэрри был рад за этих троих.

Ведь, пусть и случайно, но они оказались здесь. В месте, где их точно не найдут.

* * *

— Это просто какое-то издевательство! — бесновался Айн, расхаживая по боксу кругами. — Как, объясните мне, как они могли сделать такое? Зачем!? У меня такое впечатление, что я о вас двоих чего-то не знаю!

Пока они пропадали на допросах в боксе разместили информационный экран, но включать его Лия не спешила. Пусть иллюзия, что все происходящее — шутка сопротивленцев, еще немного поживет. Она сжалась в жестком кресле, обитом эко-кожей, и мечтала о душе и мягкой постели. Еще можно выпить что-нибудь горячительное. И заснуть. А проснувшись — надеть на себя чистую одежду, а не это тряпье, в котором они расхаживают с самой Кронты.

— Им нужно было как-то скрыть свой налет. Я совершенно не удивлен тому, что людям рассказали красивую сказку, — подал голос Вилт. Он стоял, прижавшись к двери и с опаской смотрел на черный прямоугольник экрана. Лия была уверена, что муж тоже не хочет его включать.

— Но почему ты? Почему Лия? И почему меня там нет?

— А ты бы хотел?

Айн осекся и перестал мельтешить. Повернулся к Лие и прищурился.

— Я, что бы ты об этом ни думала, не полный идиот. Естественно, я рад, что мою рожу не знает каждый житель Империи. Но почему меня там нет?

Лия виновато улыбнулась брату. Затем вновь перевела взгляд на пустой черный экран.

— Твой ЛИГ я уничтожил первым. А свой последним. Думаю, дело тут именно в этом, — Вилт вздохнул. — Уверен, они считывали наши данные уже в космосе во время маневров. Иначе я все это объяснить не могу. Возможно, они смогли считать только мои данные. А Лия… она моя жена, поэтому тоже попала под раздачу. Тебя же они просто не смогли идентифицировать.

Айн нахмурился.

— Они могли догадаться, что мы бежим вместе.

— Не могли, — Лия вновь посмотрела на брата. — У нас с тобой разные фамилии, более того, они наверняка наводили справки и узнали о том, что мы давно уже живем довольно далеко друг от друга. Про ход контрабандистов-то они не знают. Я уверена, что не знают. Потому что иначе ты бы тоже фигурировал как пособник Вилта. Или его жертвой.

Вилт заскрежетал зубами. Пожалуй, именно то, что его сделали безжалостным убийцей, раздражало его больше всего.

Айн хмыкнул и плюхнулся в кресло по соседству с Лией.

— Теперь у тебя нет выбора, дружище. Придется остаться здесь.

Вилт раздраженно фыркнул и посмотрел на Айна с непередаваемым выражением лица.

— А ты ведь рад, да? Рад, скажи? Теперь ты не останешься здесь один. Нам с Лией теперь тоже некуда деваться.

Лия напряглась. Вилт выглядел спокойным, впрочем, как всегда. Но в его тоне сквозило недовольство, если не бешенство. Не хватало им еще одной ссоры.

Остаться бы с ним наедине. Ко всему прочему, ей остро не хватало объятий мужа, хотелось обнять его, уткнуться губами в основание шеи, вдохнуть родной запах. Она никогда не позволяла себе бормотать ему в ухо всякие нежности — его невозмутимость часто граничила с абсолютным отсутствием эмоций — но сегодня она хотела именно этого.

Жаль, что они не одни. И дело даже не в присутствии Айна: она кожей чувствовала наблюдение со стороны. Их проверяли. До сих пор. Хотя допросы с применением коллапсора должны были развеять сомнения сопротивленцев, что Лия, Вилт и Айн говорят правду.

После резких слов Вилта повисло напряженное молчание. Лия пыталась сообразить, как разрядить обстановку, Вилт вновь уткнулся в погасший экран, а Айн…

Айн опустил глаза и, спустя пару минут, глухо произнес:

— Да. Я рад. Рад, что мне не придется отсюда уходить. Здесь я действительно что-то могу. Могу быть полезным. Могу быть пилотом, наконец! Но если бы вы решили уйти, я бы ушел вместе с вами. Потому что вы — моя семья. Единственное, что у меня осталось. И если ты думал, что я променял бы Лию и тебя на кучку сопротивленцев, то идиот здесь именно ты.

— Даже несмотря на то, что здесь твой кумир? — Вилт перевел взгляд на Айна. В его глазах Лия заметила облегчение и благодарность. То же самое она сейчас испытывала сама. Брат снова ее удивил.

А еще ей хотелось добавить: «Даже несмотря на Ней?» Глупое выражение, появляющееся на лице Айна, когда он смотрел на ту женщину, не оставляло сомнений, что он к ней неравнодушен.

Айн же поднял голову, встретился взглядом с другом, затем посмотрел на сестру. Усмехнулся.

— Точно. Придурки здесь именно вы оба, — улыбка расплывалась на его лице, делая почти мальчишеским. — Как приятно это осознавать!

Лия счастливо рассмеялась. Вилт тоже кусал губы, пытаясь сдержать улыбку. Пожалуй, именно этого им и не хватало. Осознания того, что они все еще вместе. Несмотря ни на что.

Пронзительный писк датчика запорного механизма заставил Вилта резко отпрянуть от двери и сделать шаг в сторону. Дверь отъехала и в проеме возник Риксом. В руках он держал два минипланшета и довольно объемистую мешковатую сумку.

— Поздравляю! — возвестил он, шагнув в бокс. — Проверки вы прошли и можете официально считать себя одними из нас.

Он бесцеремонно отодвинул Вилта и кинул сумку в угол.

— Там одежда, — пояснил он. Затем вручил один планшет Вилту, а другой Лие. — Заполните анкету. Она довольно длинная и скучная, но поможет решить, в какой блок вас распределить. Я, конечно, не сомневаюсь, что ты, врач, во врачебный блок и попадешь, но вдруг у тебя еще таланты имеются?

— А почему мне анкету не дали? — спросил Айн.

— А с тобой все ясно, — пояснил Рик, усаживаясь на белоснежную кушетку, стоявшую вдоль стены. — Ты — пилот, и даже если и обладаешь еще какими-то талантами, выбора у тебя нет. Толковых летунов скоро станет совсем мало. Надо тебя протестировать. Понять, так сказать, границы твоих возможностей.

Звучало это так, будто тестировать Айна Риксом собрался лично. Возможно, это было так.

Айн замялся.

— Я не уверен, что смогу еще раз повторить твой трюк, — неуверенно произнес он. — Пойми, тогда уклонение в дно было последней надеждой. А в летном училище нам втолковывали, что уклонение в дно — невозможно. Что вся твоя история — фикция. Что все твои трюки — просто экранные спецэффекты.

Риксом кивнул.

— Да, я знаю. К сожалению, такое говорят не только в летном училище твоего города. Так говорят во всей Империи. Но ты же это повторил. А значит, это возможно. Нужно просто в это поверить. Как поверил я.

Лия активировала планшет и пролистала вопросы. Всего их было пятьсот четырнадцать.

— Ничего себе! — воскликнул Вилт, сделавший то же самое. — Мы постареем, пока на все вопросы ответим!

Рик засмеялся.

— Вы уж постарайтесь не постареть. Времени вам — три часа. А я пока займусь тестированием Морино. Посмотрим, на что ты способен.

Айн просиял. Шанс вновь сесть за штурвал его обрадовал, и он вновь превратился в мальчишку, которому пообещали купить новую карту с играми для шлема виртуальной реальности (в детстве он обожал этот шлем, и у Лии очень редко выпадала возможность в него поиграть).

— Ах, да, — спохватился Рик, когда Айн уже покинул помещение. Вытащил из кармана электронный ключ и бросил его на кушетку. — Закончите с анкетами — отдадите планшеты Хэрри. Он знает, что с ними делать. Потом можете выбрать одежду и перебираться в нормальное жилище. Комната ваша — третья слева по коридору от экранного зала. У Морино будет соседняя. Там уютнее, чем в этом боксе: как минимум, есть душевая и мини-бар, но особо не располагайтесь. Завтра-послезавтра отправитесь в Последний Предел.

С этими словами он покинул бокс, оставив Вилта и Лию наедине.

Переглянувшись, муж и жена уткнулись в планшеты.

Лия уже предвкушала шутливую битву за душ.

* * *

Заполняя анкету, Вилт никак не мог избавиться от странного ощущения, что он теперь совсем другой человек. Чего ему там прежде не доставало? Должности прим-доктора? Да уж, теперь можно не беспокоиться — права заниматься медицинской практикой он лишился. А нелегально — кому какая разница, «прим» он там или не «прим»?

Как просто, оказывается, сменить жизненные приоритеты за пределами зоны комфорта. С новой одеждой и то сложнее…

Через три часа, когда анкеты были заполнены, Айн все еще не вернулся. Вилт пошел к Хэрри отдавать планшеты. Разговор с этим человеком оказался неприятным, хотя и не таким страшным, как рисовало воображение. Тем не менее, Вилту не хотелось, чтобы Хэрри лишний раз приближался к Лие, которая, кажется, успокоилась после того, как узнала, что она… перестала быть собой и вовсе оказалась вычеркнута из списков живых граждан Империи.

Может быть, это к лучшему. По крайней мере, никто не будет ее искать. Но внутренний голос подсказывал, что вряд ли ЕСБ трудилось над подменой личности Лии Стэр исключительно из благородных побуждений.

Все дело в ее работе в научном центре? Все случившееся в Мармере так или иначе должно было быть связанно с «РИАСом».

В кабинете, где проходили допросы, вместе с Хэрри оказался Лек. Оба замолчали, когда Вилт вошел. Стэр выложил перед Хэрри планшеты. Честно говоря, анкеты были странные. Ни дать, ни взять — нечто среднее между матрицей профориентации и тестом на вменяемость. Вилт-то рассчитывал, что каждый десятый вопрос будет звучать примерно так: «Не шпион ли вы?». В разных вариациях формулировок, конечно.

— Подожди, — сказал Вилту Хэрри. Пришлось остаться. Хэрри бегло просмотрел анкеты (похоже, пока просто убедился, что все ответы на месте), потом вывел на экраны планшетов графики, пестрящие показателями.

— Ну и? — спросил Лек нетерпеливо.

— Никаких психических отклонений.

— Угу.

— Я говорил, что в новостях ни слова правды, — не удержался Вилт.

— Дело шито белыми нитками, это было видно сразу, — заметил Лек.

— Нам, — недовольно уточнил Хэрри.

Лек хмыкнул.

— Так на нас и не рассчитывали. Главное, что теперь совет министров сам поставил перед Императором вопрос о чрезвычайном положении на периферийных планетах, — он посмотрел на Вилта в упор. — Потому что фанатичные безумцы пользуются отсутствием контроля, чтобы устроить хаос.

У Лека было свое видение происходящего. И вот теперь Вилт, наконец, почувствовал в нем лидера сопротивления, расчетливого и хладнокровного. Пока другие пытались справиться со своими эмоциями, этот человек делал выводы.

— И все же не понимаю, — решился Вилт. — Выбрать планету и убивать простых людей ради того, чтобы потом выдать случившееся за террористический акт… Слишком большой риск, кто-нибудь мог выложить в сеть записи…

— Кто-нибудь наверняка пытался, — хмыкнул Хэрри.

Раньше Вилт подобное замечание принял бы за мнительность. Есть такие люди, которым везде заговоры мерещатся. В Империи были строгие порядки, но, даже будучи недовольным, Вилт внутренне считал, что всему есть объяснение.

А теперь выходило — он этими объяснениями был недоволен.

— Ну, а мы? Сочинить про нас такую историю… это же нелепость! Даже если выбирали наугад, кого обвинить… Слишком грубый ход!

Лек достал из нагрудного кармана уже знакомый щеголеватый портсигар, вытащил сигарету, но, под суровым взглядом Хэрри, так и не закурил. Вилт подумал, что тоже не отказался бы. Лек заинтересованно выгнул бровь.

— Сам как думаешь? — поинтересовался он.

— Хм… — проговорил Вилт, невольно прикипая взглядом к сигарете. Честно говоря, он не рассчитывал, что его пригласят к беседе. Впрочем, это ведь может оказаться продолжением допроса и тогда все логично. — Скорее всего, дело связано с научным комплексом. Нет на Солле больше ничего, что привлекло бы внимание ЕСБ и потребовало бы присутствия крейсера Императрицы.

Лек едва заметно поморщился, но не возразил, дожидаясь продолжения. Вилт выдал следующее соображение.

— И появились они точно тогда, когда начались взрывы. Не думаю, что взрывы были устроены только для того, чтобы имитировать нападение. Скорее всего, это действительно был саботаж. А в госпитале — была попытка нападения. Все знали, что там находится Алер Берго, один из руководителей научного комплекса. Он еще пробивался в мармерскую администрацию, его не слишком любили, он был из имперских радикалов. Вероятно… «еэсбэшники» находились в Мармере с проверкой. Что-то случилось в центре, что привлекло их внимание. Не знаю, было ли это состояние Берго или вспышка солльской холеры в городе.

— Холеры? — переспросил Хэрри.

Вилт кивнул.

— Уже несколько дней в госпиталь поступали больные… и все — из нескольких районов. Искали, конечно, источник заражения, но, насколько мне известно, не нашли.

Он бы сам не поверил в эту чушь, если не обнаружил странность: о холере не было ни единого сообщения в глобальной сети. Хотя он сам читал посты в новостной ленте, пока не мог отлучиться из госпиталя.

В любой другой ситуации принял бы себя за параноика.

— Возможно… — медленно продолжил Вилт, — случившееся в Мармере было попыткой скрыть что-то, что произошло в научном комплексе. Всем известно, там проводятся секретные исследования. Какой-то выброс мог спровоцировать холеру. Но это все равно слишком…

— Ага, — произнес Лек. — А что вы знаете о грузе, который привезли?

Вилт снова невольно взглянул на сигарету.

— Там были контейнеры с предупреждающей маркировкой. Содержимое мы, естественно, не изучали.

— Видишь ли, это — результаты одного из тех самых секретных исследований. Плюс кое-какие документы. Несколько месяцев назад с нашими поставщиками с Солля связался кое-кто из «РИАСа», передал сведения о том, что начался новый проект по заказу военного министерства. Похоже, одна из разработок дала интересный побочный эффект, который собирались развивать. Через пару недель несколько ученых из комплекса погибли… твоя жена не рассказывала об этом?

— У нас дома было не принято обсуждать работу, — сказал Вилт. Лек кивнул.

— Разумно. В конце концов, она же подписку давала, да? Насколько нам известно, внутри комплекса образовалась группа недовольных. Мы пытались наладить контакты, но эти ребята были… радикально настроены. Собирались привлечь внимание к научному комплексу. Прежде я думал, речь только о взрыве. Но вспышка холеры — это интересно. Редкая болезнь?

— Раньше была распространена. Но с ней удалось справиться, все жители Солля прошли вакцинацию…

— Ага, — повторил Лек. — Так вот, до нас дошло не так много информации. Но ЕСБ обнаружили утечку. Уверен, будь это заранее спланированная акция, она была бы… более изящной. Но похоже, в Мармере пришлось действовать по обстоятельствам. И каратели наворотили дел… Ты, кстати, в курсе, что научного комплекса больше не существует? Расформировали из-за угрозы безопасности. А выживших ученых эвакуировали…

— Когда мы пробрались на космодром, видели там людей. Судя по одежде — сотрудников "РИАСа"… С ними были «еэсбэшники». Правда, это больше походило на арест. Может быть, ваших радикально настроенных и взяли…

— Может быть, — задумчиво проговорил Лек. — Или вывезли тех, кто причастен к секретным разработкам. Слишком уж подозрительный список погибших, в который попали все, кто занимался новым проектом.

— Почему никто из вас не сказал об этом? — спросил Хэрри почти возмущенно.

— Вы же не спрашивали, — пояснил Вилт.

Лек рассмеялся.

— Да, Хэрри, ты действительно не спрашивал. Непрофессионализм налицо. Теперь понятно, из-за кого к нам просачиваются шпионы.

— Лек! — Хэрри выглядел оскорбленным. — Ни одно мое заключение не было ошибочным. И я…

— Не понимаешь шуток.

— Нашел, о чем шутить! Лучше скажи-ка: по-твоему разумно выкладывать Стэру все вот так…

— Ты же сделал заключение, — поддразнил его Лек. — К тому же, он практически мой заместитель. Ты видел, какое вознаграждение назначили за его поимку? Всего на пару миллионов кредитов меньше, чем за меня. Даже Ней стоит дешевле. Выходит, он — второй по значимости лидер сопротивления.

— Скажешь тоже!

Лек снова рассмеялся. Хотя лично Вилт в сложившейся ситуации не видел ничего смешного. Он, конечно, уже знал про вознаграждение. Но про «второго по значимости» выяснил только сейчас.

— Если нас хотят найти как свидетелей, — проговорил он, — почему не ищут Айна? И зачем было объявлять Лию мертвой? Да еще эта история с убийством!

— А! Сомневаюсь, что проблема только в том, что вы свидетели. Насчет твоего шурина… как я понял, вы встретились не сразу. Ты и твоя жена писали сообщения, но Морино ни на одно не ответил. Скорее всего, ЕСБ посчитали, что вы сбежали вдвоем. К тому же, он не был ни в госпитале, ни в «РИАСе». Вероятно, это снижает его ценность как свидетеля. Что же до твоей жены… Ты что не слышал? Я же сказал, нам передали документы. «Еэсбэшники» уже знали об утечке, поэтому и взялись за твою жену. Она отвечала за информационную безопасность и с большой долей вероятности должна была быть замешана. Но расколоть ее не успели. А ваш побег лишь подтвердил подозрения. Заменив ее личность…

— Ее пытаются выманить? — предположил Вилт. Лек щелкнул пальцами.

— Ты теперь один из самых разыскиваемых парней в Империи. Может быть, вы этого и не осознаете, но скрываться постоянно — дело достаточно утомительное. А у твоей жены есть выбор. Она объявлена мертвой, ее биометрические данные заменены. Она может попытаться затеряться на какой-нибудь отдаленной планете и рано или поздно попытается сделать себе новый ЛИГ…

— Тут-то ее и возьмут, — добавил Хэрри.

Лек вновь щелкнул пальцами.

— По всему выходит, что твоей жене лучше тоже не высовываться. Стоит попасться наблюдательным ботам с системой биометрической оценки и…

— Я понял, — поморщился Вилт. — Подождите, а как же Салерно? Его считают мертвым, а он не слишком-то скрывается.

— А у Рика блат, — ухмыльнулся каким-то своим мыслям Лек. — Он, в отличие от нас всех, при желании может даже перед оградой императорского дворца пройтись… если, конечно, не будет задерживаться у ворот и кричать: «Долой!»

Хэрри предупреждающе кашлянул. Лек ухмыльнулся и сказал Вилту:

— В общем, добро пожаловать в сопротивление, заместитель!

— Дурацкая шутка, — вздохнул Хэрри.

— Я серьезен как никогда. Наконец, появился хоть кто-то, готовый разделить со мной всю тяжесть ответственности.

— Не готовый, — не удержался Вилт.

— А! — Лек взмахнул рукой и едва не выронил сигарету. — В этом-то вся прелесть. Твое мнение никого не интересует!

* * *

Корабль, на котором они летели в Последний Предел, назывался «Вектор» и по форме напоминал дельфириума — рыбу, обитающую в морях Солля, главной особенностью которой была вытянутая голова и огромное количество плавников.

Лия поплотнее запахнула накидку и положила руку на плечо брата, сидевшего в кресле первого пилота, пытаясь таким образом его поддержать. Они заходили на посадку.

— Расслабься, — посоветовал Рик, расположившийся во втором пилотском кресле.

Но расслабиться у Айна явно не получалось: падение на Кронту, а затем и две тренировки с Риксомом на перевалочной станции выявили, что с посадочными маневрами у Айна большие проблемы.

Впрочем, Рик не видел в этом ничего страшного. Даже доверил посадку сейчас.

Они попрощались с перевалочной станцией сопротивления двадцать три часа назад, и все это время Лия пыталась вообразить, что же представляет собой база тех, кто рискнул бросить вызов Императору. Она представляла себе огромную космическую станцию, висевшую в пустом космосе. Там, очевидно, всегда холодно, ведь наверняка свет звезд не греет ее. Наверняка там царят армейские порядки, об этом говорила одежда Лека — мундир, а точнее, заготовка мундира ЕСБ. Черный, как пустой космос.

«Еэсбэшники» носили форму с большим количеством нашивок — знаков отличия. На мундире главы сопротивления нашивки отсутствовали. Совсем. Да и носил он его вечно расстегнутым, открывая взору белоснежную рубашку.

Лия заворожено смотрела на обзорный экран, отказываясь верить в то, что она видела.

Потому что Последний Предел действительно оказался космической станцией. А если точнее — миниатюрной планетой искусственного происхождения, примерно пятьсот километров в диаметре. И здесь точно не было холодно: звезда, вокруг которой вращался Предел была желтым карликом, дававшим достаточно тепла.

— Давай, Айн, расслабься! — повторил Рик. — Видишь ту зону со скоплением огней? Там находятся ангары. Нам туда.

Айн кивнул и пробежался пальцами по панели управления, скорректировав курс.

В рубке царила напряженная тишина: оба пилота молчали, а Лия восторженно разглядывала место, куда они направлялись, поэтому тихие шаги Лека, вошедшего в рубку, показались ей громом.

— Прибываем? Хорошо, — он подошел к Рику и нажал кнопку связи на панели второго пилота: — Код четыре-восемь-пять. «Вектор». Допуск тринадцать-семь.

— Вас поняли, «Вектор», добро пожаловать домой! Лек, есть пожелания? — голос, ответивший им, был женским, а еще в нем сквозила неподдельная радость.

— Есть, — ответил Лек. — Чем ближе я окажусь к крайней зоне, тем лучше. На корабле специальный груз, более того, три новичка. Эри, это ты? Вызови Лайзу и Шарена.

— Принято, — голос из диспетчерской еще больше повеселел. — Ангар тридцать восемь, зона шестнадцать. Лайза и Шарен вас встретят.

— Конец связи, — буркнул Лек, отключаясь. Обернувшись, он внимательно посмотрел на Лию. — Впечатляет, Лия Стэр?

Лия могла только кивнуть. Еще бы! Такого она точно не ожидала.

Последний Предел надвигался на них, и теперь она могла разглядеть не только сигнальные огни ангаров. Теперь она видела очертания продолговатых зданий, извивающиеся линии дорог и зеленые насаждения! Это действительно была планета — дом, в котором можно было просто жить, со своей атмосферой и налаженным бытом.

Вот только сквозь восторг пробивалась вполне закономерная мысль: как это до сих пор не обнаружили? И на какие средства это построено?

Она решила, что обязательно это выяснит.

Глядя на трясущиеся руки брата, который определенно был уверен, что вновь запорет посадочный маневр, она думала о том, что им все-таки повезло: возможно, именно здесь им удастся выжить. И как-то наладить свою жизнь.

Главное не разбиться: кажется, Риксом поступил опрометчиво, доверив Айну штурвал.

— Ты нас сейчас раздавишь. Коррекция на три, курс восемь, — Рик был абсолютно спокоен, из чего Лия сделала вывод, что он полностью контролирует ситуацию. Либо уверен, что успеет все исправить.

Айн, спина которого была до предела напряжена, коротко кивнул и передвинул какие-то регуляторы. Корабль тряхнуло. Лия вспомнила, что именно так вел себя «Веселый дельфин» перед тем как упасть на Кронту.

Стало страшно.

— Медленно! — прошипел Рик. — Корректировку курса делай медленно! Дальше. Смотри на пульт. Ты еще что-то не сделал.

Айн повел головой. Выругался.

— Сейчас…

— Стоп. Сейчас ты упадешь. Вместе с нами. Сдавай назад. И запомни раз и навсегда: в момент входа в атмосферу первым делом включай маневровые.

— Да. Хорошо. Я извиняюсь, — отрывисто сказал Айн.

Рик хмыкнул.

— Я, когда имел твой опыт, забывал их вовремя выключать. Два раза меня чуть не расплющило. У каждого свои проблемы. Ничего, налетаешь еще свое.

Спина Айна немного расслабилась, а Лия почувствовала прилив благодарности к Риксому. И Леку, который смотрел на потуги ее брата с тревогой, но молчал.

… Посадка прошла хорошо. Почти. В последний момент корабль опять хорошенько тряхнуло, и вместо того, чтобы плавно опуститься, он бухнулся на пол ангара, издав громкий звенящий звук.

— Почти нормально. По крайней мере, ты нас не убил, — прокомментировал Рик. Потом вскочил с кресла и чуть ли не в припрыжку отправился прочь. На обзорном экране Лия видела, что их встречают трое. Одной из этих троих была Ней.

— Не задерживайтесь, — Лек тоже посмотрел на экран и отвернулся, двинувшись к выходу.

Молчали. Айн не спешил покидать кресло пилота. Возможно, приходил в себя.

— Где Вилт? — хрипло спросил он. — Я думал, ему будет интересно увидеть Последний Предел из космоса. Зрелище завораживающее, не находишь?

Лия ухмыльнулась.

— Он решил отдохнуть в каюте, пока ты… маневрируешь, — Вилт выразился по-другому, но Айну сейчас нужна была поддержка.

— Короче, он решил не смотреть, как я падаю, — перефразировал Айн, наблюдая, как Рик приближается к группе встречающих и сжимает Ней в объятиях, крепко целуя ее в губы. — А я так надеялся, что они просто друзья, — горько прокомментировал он.

Лия вздохнула, еще раз сжала его плечо и отправилась к мужу.

Пора узнать, что приготовил им сегодняшний день.

Айн ждал их у трапа, не спеша выходить в одиночку. Он был одет в черную кожаную куртку и кожаные штаны, и выглядел почти так же, как в тот день, когда их жизнь изменилась навсегда. На его лице застыло страдальческое выражение. И кажется, основной причиной была все-таки Ней.

Этот несуразный идиот даже влюбиться умудрился не вовремя… и не в ту женщину, которую решится завоевать…

Лек уже присоединился к встречающим теперь стоял рядом с девушкой, вид которой еще на экране поверг Лию в шок. Девушка была ее ровестницей, возможно, чуть младше. Одетая в черное платье до колен и строгие ботиночки, она держала в руках планшет, и вид имела бы весьма серьезный, если бы не длинные распущенные волосы нежно-розового цвета. На плече ее Лия заметила черную сумку, явно не очень легкую. По другую сторону от нее стоял парень с соломенными волосами, одетый в выцветшую куртку с капюшоном и потертые штаны болотно-зеленого цвета. У него было совершенно обаятельная улыбка. Лие очень захотелось улыбнуться ему в ответ.

— Добро пожаловать в Последний Предел, — Лек повел плечами в тщетной попытке безболезненно приосаниться. Поморщился, — Вам здесь понравится. Обещаю, — он нежно улыбнулся девушке рядом с ним и легонько потрепав ее розовые волосы, склонился и что-то прошептал ей на ухо. Та кивнула, скупо улыбнулась в ответ и уткнулась в планшет, что-то быстро набивая.

— Как дела в блоке силовиков? — повернувшись к Ней, Лек немного растерял благодушие. — Надеюсь, ты разобралась?

— Все в лучшем виде! — заверила Ней, обнимая Рика за талию. — Ребята просто немного соскучились.

— Я не собираюсь их развлекать каждый раз, когда ты улетаешь отсюда, — отрезал Лек. — Рик, не забудь разобраться с «золотыми». Шарен, — парень с соломенными волосами вытянулся, — проследи, чтобы груз разместили правильно. Утечка нам не нужна. Изучи документы. Я хочу конкретно знать, что в этих ящиках. Ты понял?

— Сделаем! — у парня оказался глубокий баритон.

— Надеюсь, — с каждым своим словом Лек все больше серьезнел. Лия начинала понимать, что «поход за сигаретами» на перевалочную станцию был для него своего рода отпуском. Сейчас он вел себя совершенно по-другому. Даже сутулился еще заметней, будто на него все сильней давил груз ответственности. — Будьте аккуратней. Ней, Рик! За мной. Есть разговор. Лайза, закончишь — зайди.

Лайза коротко кивнула и тряхнула своими розовыми волосами. И это нравится Леку? Серьезно? Лия как-то по-другому представляла его вкусы… с другой стороны, смотрелись они интересно. Даже очень. Лек, тем временем, подошел к Вилту и вытащил из кармана брюк пачку сигарет.

— Когда закончатся, можешь подойти за добавкой. Только не злоупотребляй. Запасы, знаешь ли, ограничены.

Вилт, просияв, кивнул.

— Спасибо, — сердечно поблагодарил он. — Вам надо… — муж замялся, — я мог бы вас осмотреть. Возможно, помочь. У вас же болит спина, ведь так?

Лек криво усмехнулся.

— Потом. Устраивайтесь. Лайза вам поможет. Удачи, заместитель, — он подмигнул. — И кстати. Здесь все называют друг друга на ты. Даже меня. Привыкайте.

И развернувшись, глава сопротивления направился к выходу из обширного ангара, заставленного кораблями разных мастей. Рик и Ней пошли вслед за ним.

Очень хотелось рассмотреть обстановку вокруг, но Лия не решалась. Вроде бы, они уже прошли проверки на лояльность. Но сейчас единственные люди, которые были им знакомы, ушли, и Лия вновь чувствовала себя как на допросе.

Шарен что-то проворчал в свой браслет связи и, бесцеремонно растолкав их, скрылся на корабле. Лайза же не сводила взора с экрана планшета, делая вид, что их не существует.

Лия и Вилт переглянулись. Айн стоял, не шелохнувшись, и смотрел только вперед. А точнее, на дверь, за которойскрылись Лек, Ней и Риксом. Казалось, что вся та уверенность в себе, которую он обрел в последнее время, покинула его.

— Айн Морино, — Лайза отлипла от экрана и посмотрела на них. — Кто из вас Айн Морино?

— Я, — брат шагнул вперед.

— Блок пилотов. Тебя назначают зеленым-восемь. Командир звена — Род Фаон, найдешь его, он все объяснит. Вилт Стэр — больничный блок, отделение хирургии. Лия Стэр — отдел безопасности Предела, — Лайза тараторила, было видно, что она хочет побыстрее закончить. — Морино, пилоты живут рядом с ангарами, я тебя сама отведу. Стэры — распределяю вас в жилой квадрат шесть, бокс триста двадцать девять. В шестом живут в основном служащие транспорта и ремонтники, но там вполне уютно. Дальше. Сейчас получаете у меня блокираторы ЛИГов и браслеты связи. Карта Предела в браслеты загружена. Там же отпечатан ваш нынешний уровень допуска. Пятый у Лии Стэр, шестой у остальных. К работе приступите завтра. Морино, ты — пилот, тебе нужна форма, напомни об этом своему командиру, он вечно о таком забывает…

— Нам не нужны блокираторы, — Лия с трудом вклинилась в быстрый поток слов. — ЛИГов у нас нет.

Лаза уставилась на них. На ее лице появились растерянность и интерес.

— Очень хорошо, — медленно ответила она. — Я найду вам двоим сопровождающего. Он отведет вас в шестой квадрат и… расскажет… что да как. Да. Точно. Добро… — она сглотнула и внезапно улыбнулась. — Добро пожаловать в Последний Предел!

* * *

Последний Предел оказался очень странным местом, полным контрастов. Здесь почти не было полноценной ночи, но души людей заполняла тьма. Жители Последнего Предела называли его в шутку суверенным государством, не зависящим от Империи, но официальные имперские новости Столичного канала обсуждались здесь каждодневно. Здесь не было магазинов, товары первой необходимости распределялись службой снабжения, она же занималась доставкой предметов, которые можно было заказать на средства «условного лимита» — местного аналога зарплаты. Обстановка в небольших квартирах и «семейных» домах была типичная — скромная, почти суровая. Все жили примерно одинаково, и лишь редкие предметы, сохранившиеся из «той» жизни, напоминали предельцам о прежних временах. С другой стороны, техническое оснащение всех служб оказалось на таком высоком уровне, словно новинки доставлялись сопротивлению первоочередно, еще на стадии тестовых разработок… Возможно, так оно и было. Если сопротивление поддерживало связь с «РИАСом» и другими научными центрами, то вполне могло получать нелегально то, что списывалось как неудачные и дефектные модели, вышедшее из строя оборудование…

Это была какая-то фантастическая община с подробными правилами совместного проживания и суровой техникой безопасности. В «Соседском уставе» имелось двадцать семь пунктов, посвященных экономии и разумной утилизации отходов.

Каждый знал свои обязанности на случай боевой тревоги.

График работы, как с удивлением обнаружил Вилт, был более чем щадящим. Утренние смены начинались с десяти и заканчивались в пять-тридцать.

— Просто пока у нас нет активных вылетов, сезонное затишье. Верхушка вырабатывает новую тактику, — пояснил заведующий госпиталем, прим-доктор, бывший профессор Межпланетной медицинской академии Лир Корбиг. Вилт помнил учебные пособия, написанные этим человеком. Все они были изъяты из академической библиотеки, а портрет профессора убрали из голографической галереи в центральном холле.

Доктор Корбиг был благодушен, порой впадал в педагогический азарт, но быстро спохватывался, имел привычку называть собеседника «милейший», а если кто-то вызвал его недовольство — «сударь мой». Он вовсе не подходил для главы медицинской службы сопротивления.

Корбиг показал Вилту приемные покои, палаты, хирургию, похвастался диагностическими перчатками и новыми реабилитационными тренажерами. В Центральном мармерском госпитале таких еще не было. Перчатки опробовали тут же, на одном из попавшихся на пути пациентов. Пока Вилт водил руками над замершим человеком, выдерживая расстояние в десять сантиметров, на экране медпланшета выстраивались столбцы данных.

— Что же ты себя запустил, милейший? — еще минут пять совестил подопытного Корбиг. Потом, отпустив несчастного, поинтересовался у Вилта: — Чувствуешь себя фокусником?

Недостатка в лекарствах, как выяснилось, тоже не наблюдалось, имелся даже портативный банк-синтезатор крови и тканеформирователи.

— Порой мне кажется, Рикки меня балует. Лекс, конечно, не признается, но он полностью попустительствует этому произволу, — признал Корбиг.

Эта не было случайно оговоркой, Корбиг всегда называл главу сопротивления Лексом, его сестру — Нейрой, а выдающегося пилота — не иначе, как «великовозрастный сорванец». Оказалось, до падения Союза Лир Корбиг был личным доктором семьи Димор, к которой принадлежали Лекс и Нейра, и наблюдал за тем, как росли будущий глава сопротивления и гениальный пилот. Они же, когда приказ об аресте уже вступил в силу, вывели Корбига из клиники, которой он руководил, практически под самым носом у «еэсбэшников».

— Вы знаете, Лекс за полгода до всего этого сам был травмирован, — рассказывал доктор. — Лихачил и разбился на аэроне. Мы его буквально по кусочкам собирали. Была назначена очередная операция, а тут… нагрузки ему тогда были противопоказаны…

Вилт-то полагал, что Лек был ранен, а оказывается — авария случилась еще до того, как он возглавил сопротивление. Эту историю доктор рассказал Вилту после того, как однажды Лек явился в госпиталь и заявил, будто его «заместитель» настаивал на осмотре.

Айна Вилт и Лия видели теперь довольно редко. Он постоянно был занят тренировками, симуляторы сменялись реальными вылетами, и если Айн ошибался (что случалось частенько), Риксом устраивал ему марафоны по симуляциям боевых ситуаций. Айн порой заходил поздно вечером — всклокоченный, голодный и злой. Уничтожал большую часть запасов продуктов, нашедшуюся в холодильнике Стэров, и жаловался на беспринципность наставника. Но его злость на Салерно быстро проходила, гораздо дольше Айн возмущался развитию «мармерской трагедии», которая довольно скоро во всех СМИ стала именоваться «мармерской бойней».

— Ваши имена продолжают полоскать! — заметил Айн однажды, и в голосе его слышалось отвращение. Вилт поморщился. Благодаря новостям его узнавали на улице, в госпитале… Везде. Поначалу даже подходили. Кто с желанием поддержать, кто — посочувствовать или найти сочувствия для себя. Некоторые посматривали настороженно. Лия тоже это замечала — к ней присматривались, будто до сих пор пытались найти несостыковки, подловить на оплошности, которая выдаст истинные намерения… Для начала ее направили на работу в техническую службу.

Мармерская история продолжала обрастать подробностями, и ее то и дело обсуждали в госпитале или в клубе, который, в отличие от магазинов, в Пределе был — он располагался в Центральной зоне, рядом с небольшим парком.

За особые заслуги по спасению людей во время «мармерской бойни» была награждена часть экипажа крейсера Императрицы. Все было обставлено торжественно и пышно, Император лично выступил с речью о самоотверженном труде имперских служб безопасности на страже покоя граждан. «Только благодаря этим отважным людям каждый из нас может быть уверен, что он под надежной защитой». Рядом с Императором стояла закутанная кроваво-красный плащ Императрица, рядом с мужем казавшаяся совсем тонкой. Она была почти на голову ниже Императора, и лицо ее закрывала изящная маска-вуаль, украшенная россыпью бриллиантов.

Когда показывали прямую трансляцию, Стэры и Айн как раз были в клубе. Там в то время вообще собиралось много народу. Айн тянул безалкогольное пиво. Вилт одной рукой держал стакан с энергетиком, а второй обнимал Лию за плечи. Вчера его назначили заведовать хирургическим отделением. Забавно, для того чтобы исполнилась мечта, нужно было всего лишь разорвать связи с прежней жизнью. Лия расслабленно прижималась к Вилту. Последние дни она ходила задумчивая и временами переставала замечать окружающих. Такое с ней бывало, если на работе появлялась сложная задача, которую Лия обдумывала, просчитывая в уме варианты. Обычно Вилт предпочитал ей не мешать, но теперь был рад тому, что она, наконец, смогла выкинуть из головы мучившую ее проблему.

Один из немногих еще остававшихся свободными столиков занимали Риксом и Нейра. Они здоровались с окружающими, Ней махнула рукой Стэрам и Айну. Морино заметно помрачнел. Похоже, его увлечение этой женщиной постепенно перерастало в диагноз. Интересно, что думали по этому поводу Риксом и сама Нейра? Или Айну каким-то чудом удавалось скрывать свои чувства, прикрываясь тем, что недоволен постоянными выговорами сурового наставника?

— Как дела, заместитель? — послышалось сбоку. Около столика обнаружился ухмыляющийся Лек. — Слышал, теперь и Корбига тоже замещаешь. Опасный ты тип!

Странно, что Вилт не заметил его появления раньше. Впрочем, в баре вообще мало кто обратил внимание на главнокомандующего: люди не вскакивали с мест и не кричали фанатично: «Во славу разрушения!» По мнению имперских СМИ именно такой лозунг использовало сопротивление. Об этом нередко вспоминали в связи с «мармерской бойней».

— Слышали, вы затеяли открытие дополнительного корпуса, — продолжал Лек, махнув рукой Риксому. Вилт кивнул. Корпус вовсе не был «дополнительным», просто в госпитале было слишком много складских помещений, и они с Корбигом решили рациональней использовать имеющееся пространство.

— Дополнительная энергоустановка… — медленно проговорил Лек.

— Это необходимо, резервных генераторов недостаточно уже сейчас. Доктор Корбиг еще полгода назад писал отчет… — произнес Вилт.

— Да помню я, не дергайся, генератор мы еще тогда закупили. Делайте, что задумали. Тогда не хватало времени. И не на кого было свалить эту работенку. А тут ты, — Лек подмигнул. — Но вообще, я не к тебе, а к твоей жене.

Вилт невольно напрягся. Лия отстранилась и вопросительно посмотрела на Лека. Тот пояснил:

— Насколько я понял, ты сама искала со мной встречи.

— Да… — Лия поколебалась. — Это касается внутренней коммуникационной сети. У меня возникли кое-какие вопросы. Но здесь неподходящее место для обсуждения работы.

Она замолчала. Лек некоторое время смотрел на нее, потом хмыкнул.

— Что за семейка! Ладно, заходи завтра с утра. Смогу выделить тебе пять минут.

Он хотел сказать еще что-то, но тут в зале зашумели и все обратили внимание на мелькающие на экранах картинки. Кто-то крикнул, чтобы прибавили звук. Это как раз началась трансляция. Император объявлял о заслугах ЕСБ, спасавших мармерцев от сопротивления, не гнушавшегося стрелять в спины гражданским… За его спиной развернулся голоэкран, на котором показывали записи из Мармера: вот горит здание администрации, вот люди бегут по центральному проспекту, прочь от разрушающихся зданий, вот с крыши здания падает искореженный аэрон.

Потом Император объявлял имена тех, кто удостоился награды «Во имя мира». Перед ним и Императрицей была небольшая стойка, на которой лежали ордена. Императрица поворачивалась к подходившим офицерам, прикалывала ордена к парадным мундирам. Все это продолжалось достаточно долго. Люди в баре неодобрительно шушукались.

— Надо же, — произнес Лекс. Вилт успел заметить, как глава сопротивления с явным трудом загоняет на лицо кривую ухмылку. Взгляд его был прикован к экрану.

Риксом и Нейра поднялись из-за стола. Риксом смахнул бутылку на пол и не обратил на это внимания. Ней взяла его за руку, и они ушли из бара, не оглядываясь.

Айн выругался.

— Их еще и наградили!

Кто-то крикнул:

— Императорская женушка могла бы ради праздничка и снять маску.

— Так ведь она страшная, как межзвездная война! — ответили с другого конца зала. Народ развеселился.

— Да нормальная она, просто боится рожу показать!

— Император ей запрещает. А знаете, что говорят? Будто это принцесса Тора Кармегирская. Ну, вроде как она сдала ему всю родню, кто где скрывался, а взамен — сама жива-здорова, в золоте вон ходит. Только покушений побаивается, вот и не отсвечивает.

— Да ну, брехня! Я слышал, это Лация Ли, ведущая «Шоу Любовь». Он ее еще до того, как Императором стал, охмурил.

— Ага! А грудь ее пятого размера куда делась?

— Дома осталась! Чтобы другие не заглядывались!

Грянул полупьяный хохот.

— Лек, а скажи, ты ж вроде крутился там, среди шишек правительственных. Может, видел ее личико?

Лек раздраженно отозвался:

— Я смотрю, вас только это интересует… Пошлите Императору петицию, он ведь должен реагировать на гражданские запросы. Может, покажет жену и без маски.

— А то и без еще чего! — поддакнул кто-то. И все снова захохотали.

Лек вновь улыбнулся через силу и побрел к выходу вслед за сестрой и другом. Его плечи были опущены.

В новостях уже показывали репортаж о лучших курортах Империи…

* * *

Оставив на столешнице мультикухни завтрак для Вилта, Лия быстро расчесала волосы, кинула беглый взгляд на свое отражение в зеркале и вышла из комнаты-студии номер триста двадцать девять. Когда Лайза сказала про бокс, Лия почему-то подумала о маленьком помещении, но их жилплощадь составляла около тридцати метров — насколько Лия знала, на некоторых густонаселенных планетах подобная роскошь была доступна не каждому.

Часы на браслете связи показывали шесть двадцать восемь утра стандартного галактического времени — Последний Предел жил по времени Соранты, города на центральной планете Ровелла, где располагалась резиденция Императора, а до этого и Кармегиров — правителей старого Союза.

И по примеру этих самых правителей Лек — а если быть точнее, Лекс Димор — весьма смутно представлял, что такое сон.

В технической службе отдела безопасности работали посменно: мало ли, что могло случиться, даже мелкий сбой в системе жизнеобеспечения или маскировки мог оказаться для Предела фатальным. За пятнадцать дней, что они находились здесь, Лия успела обнаружить две забавные особенности главы сопротивления: во-первых, он никогда не носил свой мундир застегнутым, а во-вторых — ненавидел режим, как понятие.

Небритый и растрепанный, вечно сутулившийся Лек мог одним цепким взглядом, одним хлестким словом заставить любого заткнуться. Командиры штурмовых отрядов — накачанные верзилы с необъятным торсом, ведущие звеньев эскадрильи — самоуверенные мужланы себе на уме, которые были убеждены, что им все что-то должны, — вытягивались в струнку, стоило ему выказать хоть какое-то недовольство их действиями. Каждый раз, когда Лия наблюдала подобную картину, ее разбирал нервный смех.

Нелюбовь «самого главного» к соблюдению режима сна и отдыха заставляла весь Центр управления даже в условно-ночные смены быть начеку: конечно, так оно и должно было быть всегда, но человеческий фактор исправлению не подлежит — время от времени даже из диспетчерской слышался храп. Хорошо хоть, что в эфир эти рулады не выдавались: Последний Предел функционировал в режиме полного радиомолчания, открываясь на передачу весьма кратковременно: при подлете кораблей, передающих код на определенной частоте. А вот на прием локаторы Предела работали постоянно: ловили сигналы не только на общих частотах, но и перехватывая часть секретных.

Естественно, что предельцы больше всего опасались обнаружения: большая часть людских и энергетических ресурсов была направлена именно в маскировочный комплекс. Первое очарование и восхищение размерами и уютной обстановкой планеты-базы прошло — теперь Лия знала, что жилой была лишь треть поверхности. Все остальное место занимали генераторные отсеки, мощности которых, надо признать, едва хватало. Система жизнеобеспечения, искусственная гравитация и климат, водоснабжение, электроэнергия, а самое главное — бесперебойная работа маскировки, все это требовало колоссальных энергозатрат.

Принцип работы «зеркала» — так предельцы называли свою маскировочную систему — был простым и сложным одновременно. Стоило одному из поисковых зондов-шпионов, раскиданных по всей Империи, приблизиться ближе чем на световой год, активизировался экранный комплекс, смещающий траекторию зонда на несколько сотых градуса — допустимую погрешность, характерную для любых приборов, — не позволяя Империи обнаружить планету-базу, нагло скрывающуюся под самым носом: планетарная система звезды УФ-368 находилась на расстоянии пяти парсеков от Виланны — планеты, входящей в состав Внутреннего Кольца.

Дорога не заняла много времени: Лек жил на территории Центра управления — огромного здания, в котором располагались все стратегически-важные службы: диспетчерская, технический отдел, отдел снабжения, отдел пропаганды и информации. Это было весьма удобно: в случае возникновения непредвиденных проблем, глава оказывался в нужном месте практически сразу, не тратя время на дорогу.

Если бы не вчерашняя его фраза про утро, произнесенная таким властным тоном, что Лия не нашла в себе силы возразить, она предпочла бы прийти ближе к вечеру: по расписанию у нее сегодня была ночная смена.

С другой стороны, точного времени он ей не назвал, а вдруг он спит? Интересно, он сильно разозлится, если она его разбудит?

В любом случае, из Предела не выгонит: те, кто попадал сюда, уйти уже не могли: все вылеты фиксировались, а предельцы с уровнем допуска ниже первого в принципе не имели права покидать базу. Только по особому разрешению.

Решив для начала поискать Лека в кабинете, Лия пересекла огромный круглый холл Центра, нажала кнопку лифта и огляделась. В это время здесь было тихо: основным источником шума и гвалта был отдел снабжения, а он начинал работу только с десяти. Но в холле она оказалась не одна: возле магнитной двери в коридор номер три, ведущий в помещения отдела информации и пропаганды, расположился Шарен.

— Привет! — увидев, что парень обратил на нее внимание, поздоровалась она. — Не спится?

— Типа того, — Шарен широко зевнул. — Только это моей госпоже не спится, она и вызвала меня с утра пораньше. И вот я здесь, а она? Наверняка ведь с Леком развлекается еще. Утренняя разминка, а? — он двусмысленно подмигнул Лие.

«Своей госпожой» Шарен называл Лайзу — начальницу отдела снабжения и любовницу Лека. Этому парню вообще нравилось давать людям идиотские прозвища. Так, Айн с его подачи стал Бешеным, Вилт — Киборгом, а Лия — Малявкой. Хорошо, что у Стэров прозвища не прижились, а то, что Айн — Бешеный, Лия знала уже давно.

Если Шарен прав, и Лек с Лайзой, то в кабинете его искать — пустое дело. С другой стороны, если она постучится в дверь его жилого блока — это будет верхом неприличия.

Значит, подождет у двери.

Кабинета, разумеется.

Махнув Шарену рукой, Лия вошла в открывшиеся створки лифта и нажала кнопку с цифрой «6».

Судя по тому, что возле двери в кабинет Лека стоял охранник (дань традиции — в Последнем Пределе главу охранять смысла не было), он все же был на месте. Порадовавшись этому факту, Лия поднесла свой браслет к идентификационной панели и, вежливо кивнув мужчине в военной форме, который, узнав ее, потерял к ней всякий интерес, шагнула в проем.

Кабинет у Лека был просторным: он часто собирал здесь начальников разных подразделений, отдавая им указания или просто совещаясь по тому или иному поводу. Обстановка была скудной: круглый стол для переговоров, несколько кресел, огромный экран-компьютер для вывода информации и выдвижная панель к нему. Лию уверяли, что из своего кабинета Лек может подключиться к любой системе Предела, к любой камере наружного и внутреннего наблюдения, даже к тем, что располагались в коридорах жилых блоков. Возможно это было так. Вот только Лия как-то сомневалась, что глава сопротивления в свободное время подглядывает за теми, кто ему доверился.

Он откровенно ее заинтересовал, она даже покопалась в архивах, пытаясь найти что-нибудь о человеке по имени Лекс Димор. И кое-что нашла. Даже больше, чем хотела. И не только о Леке.

Судя по парку, поднимающемуся от чашки, Лек проснулся совсем недавно. Тарелка, на которой лежало половина фиалкора — сладкого, сочного и очень полезного фрукта с планеты Верналь, три покрытых специями хрустящих галеты и пара стеблей даше (произраставшего на том же Вернале и обладающего свойствами природного энергетика) напомнила Лие, что она сама еще не завтракала. Впрочем, по утрам ее аппетит сводился к нулю.

— Рано ты, — подняв голову от планшета, на котором он, судя по всему, просматривал сводки новостей, Лек лукаво усмехнулся. — Нормальные люди в это время еще спят.

— Я — хакер, — Лия улыбнулась в ответ. — Нормальными нас не назовешь.

Лек рассеянно кивнул и вновь уткнулся в планшет.

— Присаживайся. Что ты там хотела мне рассказать? — не отрываясь от экрана, произнес он. — Только быстро. Через полчаса мне нужно быть в ангарах, а я еще не ел.

Лия опустилась в одно из кресел и положила руки на стол.

— Семь дней назад мне поручили протестировать систему статистического учета поступающих материалов, — глубоко вздохнув, начала она. — Ничего особенного, просто плановая проверка работоспособности. Покопавшись в системе, никаких сбоев я не обнаружила. Но обнаружила нечто иное. А именно: запароленный раздел. Сначала я подумала, что это нормально, в конце концов, мой уровень допуска не такой уж и высокий. Возможно, этот раздел был предназначен для передачи информации на главный терминал, который находится здесь, в твоем кабинете, но потом я сообразила, что кое-чего в этой директории не хватает. Протокола передачи. Раздел автономный — его содержание никуда не передается. Только накапливается. Я…

— Подожди, — прервал ее Лек, отрываясь от планшета. — Что ты хочешь этим сказать? Попроще, пожалуйста.

Лия поджала губы.

— Если проще — в одной из цифровых систем Предела существует некий раздел с ограниченным доступом. Содержимое этого раздела… разнообразно: от переписи населения Предела до подробной характеристики истребителя, на котором обычно летает Рик Салерно. Последнее меня поразило: переписан буквально каждый винтик. А если совсем прямо, Лек, то среди предельцев есть шпион. И автономность раздела, указывает на то, что уровень допуска у него не самый высокий — отменить режим радиомолчания, чтобы передать эту информацию, он не может. Объем данных довольно-таки большой, нужно не менее двух часов, чтобы передать их на общей частоте. Насколько я знаю, на такой срок база из тени не выходит.

Решившись посмотреть на Лека, Лия ощутила настоятельную потребность оказаться где-нибудь подальше от него.

Медленно, очень медленно, с грацией тиграуна, почуявшего добычу, он поднимался с кресла. Глаза его сверкали злобным торжеством, а на лице застыла кривая полуулыбка, больше похожая на оскал.

— Ты не до конца разобралась в системе информационной безопасности, — на удивление дружелюбно сказал он. — Я тебя не виню: тебе дали минимальный доступ, необходимый для работы в техслужбе. Передача данных с компьютеров Предела невозможна. Исключение составляет этот терминал, — он кивнул в сторону экрана. — И вот тут для тех, кто попал сюда по ошибке, начинаются проблемы. В мое отсутствие в кабинет не могут зайти даже Рик и Нейра. Простая система сканирования отпечатков, древняя, как мир.

— Хороший подход, — Лия повела плечами в тщетной попытке их расслабить. — А я все думала, почему тот, кто создал эту папку, не передавал информацию по частям. Файл с координатами базы совсем мал.

— Вот именно, — Лек вышел из-за стола и направился к экрану. Слегка коснулся его, заставив ожить.

Показался заснеженный пейзаж: высокое ветвистое дерево, сверкающее на солнце покрытыми инеем ветками, небольшая беседка под ним, почти полностью занесенная снегом, затянутый ярко-синей коркой льда небольшой пруд. По льду прыгали странные зверьки, похожие на крысюкатов — мелких вредителей, обитающих на Солле. Вот только крысюкаты были серыми, а эти — желтыми. Запись была короткой, всего на несколько секунд, а затем застыла, сделавшись статичной.

Лек погладил изображение одного из зверьков и вновь повернулся к Лие. Злоба и торжество из его глаз исчезли.

— Сколько тебе понадобилось, чтобы взломать защиту того раздела? — прищурившись, он склонил голову набок, внимательно разглядывая ее.

— Около часа.

— Насколько ты оценишь степень его защиты? — его тон неуловимо напоминал интонации Хэрри, человека, сообщившего, что ее, Лии Стэр, больше не существует.

— Средний.

— А уровень защиты Предела?

Лия подобралась, расправила плечи и положила руки на стол.

— Я могла бы обойти ограничения своего уровня доступа, если ты об этом, — осторожно ответила она. — Но на это у меня ушло намного больше времени. Ты думаешь, что я вру?

— Нет, — фыркнул Лек. — Я давно подозревал, что в Пределе поселился шпион. Обычно мы отсеиваем перевертышей еще на перевалочной базе, но кто-то смог проскочить даже сквозь сыворотку правды. К тому же, тебе нужно подтвердить свои слова о той директории. И если ее содержимое именно то, что ты говоришь — у тебя не получилось бы собрать столько информации за короткое время пребывания здесь. Но мне интересны границы твоих возможностей.

Лия переплела пальцы рук и уставилась в стол. Смотреть на главу сопротивления резко расхотелось.

— Ты сможешь определить максимальный уровень доступа, который есть у шпиона?

— Могу. Точнее, покопавшись в настройках, я смогу определить диапазон. Вряд ли горничные и уборщики с десятым уровнем имеют возможность создать запароленный раздел.

— Хорошо. Сколько времени тебе понадобится?

— Не знаю. Часа три. Это скурпулезная и нудная работа.

— Ты сможешь скопировать тот раздел и перенести его на мой терминал? Так, чтобы создатель этой директории ничего не заметил?

Лия бросила взгляд на экран. Картинка вновь ожила. Падающий снег, желтые крысюкаты на льду… странная тема.

— Да, конечно.

— Хорошо, — Лек торжествующе хлопнул в ладоши. — Займешься этим вечером отсюда, когда я освобожусь.

— Но… — Лия замялась. — У меня сегодня ночная смена.

Лек расхохотался. Оторвав взгляд от экрана, Лия с удивлением смотрела, как он умирает со смеху и решительно не понимала, почему. Он что, собирается освободить ее от работы? А не будет ли это выглядеть странно? Если она не явится в техслужбу, а пойдет сюда… Вилт тоже может все неправильно понять.

— Можешь об этом не беспокоиться, — сквозь смех выдавил Лек. — Есть у меня одна идея. Главное — правильно ее оформить. А пока иди.

Лия поднялась с кресла. Она шла сюда с твердым намерением рассказать Леку о возможном шпионаже. Только это… но любопытство все-таки взяло над ней верх.

— Лек… а можно спросить?

Он перестал смеяться и поднял бровь.

— Можно.

Лия закусила губу, пытаясь сформулировать вопрос.

— Я… кое-что раскопала про тебя. Вся эта информация в открытом доступе, уверяю, я…

— Ближе к делу, — веселость исчезала, уступая место сосредоточенности. Впервые за это утро Лия увидела, что он вновь опустил плечи.

— Твоя… твоя семья была очень близка к династии Кармегиров. Твой бывший дом находится на Ровелле, ведь так?

Кивок.

— Вы были очень богаты, — осмелев продолжила она. — Честно говоря, когда я увидела размер твоего состояния, у меня в глазах зарябило от количества нулей. Пожалуй, именно вы, Диморы, были вторыми, кто должен был погибнуть вслед за правителями. Как вам удалось выжить?

Взгляд Лека стал горьким.

— Не все выжили. Если ты изучала мою биографию, то должна об этом знать.

Лие вновь стало неуютно.

Вот что ей стоило просто молча уйти?!

— Прости. Это бестактно с моей стороны. Я в общем-то, хотела узнать… Все это — Последний Предел, перевалочная станция, где мы встретились… построено на средства семьи Димор? Ты отдал все, чтобы организовать борьбу с человеком, из-за которого погибла твоя жена? Или здесь что-то еще?

Лек вновь криво улыбнулся.

— Мы боремся с режимом, Лия. С режимом, а не с человеком. К сожалению, в случае с Нортеном Эварро, это одно и то же. Да, я спустил все свои деньги, чтобы сделать сопротивление именно таким. Силой, с которой считаются, а не кучкой недовольных, на которую можно не обращать внимания. У меня практически ничего не осталось, к тому же часть счетов была заморожена. Полностью свои активы я вывести не успел. Не забывай о том, что есть еще одна база — резервная. Я отдал все, Лия. Все. Но смерть моей жены… она здесь не при чем.

Он лгал: грубо и открыто, но Лия сделала вид, что поверила.

— Спасибо за ответ. Когда мне прийти?

Лек пару раз моргнул, будто резкая смена темы застала его врасплох, а затем повернулся к столу и схватил чашку.

— К семи. После ужина. По твоей милости позавтракать я уже не успею, Лия Стэр. Иди. И про меня молчи. Мало кто сподобился залезть так далеко. Большинство предельцев не знают, что вместе с титулом я потерял и жену. Пусть так остается. Договорились?

— Договорились, — кивнула Лия. Она развернулась и покинула кабинет с одной единственной мыслью: на вопрос, как Диморам удалось избежать участи Кармегиров, Лек так и не ответил.

* * *

Одним из плюсов работы в больнице Вилт считал тот факт, что самая короткая дорога домой пролегала через небольшой скверик. Надо признать, что создатели базы оказались весьма прозорливы: если бы Последний Предел был обыкновенной космической станцией — спустя пару лет люди бы начали добровольно уходить из жизни, не выдержав тоски. Да, здесь тоже были определенные проблемы: например, режим радиомолчания базы не позволял людям связаться с родными и близкими, оставшимися там, за Последним Пределом. Искусственная атмосфера тоже не придавала этому месту очарования — сухая, отдающая запахом серы и почему-то ржавчины.

Но наличие хоть каких-то развлечений и подобных сквериков, хотя бы слегка раскрашивающих серую жизнь в зеленый цвет, было весьма полезно. Вилт хотел бы встретиться с тем, кто это придумал и искренне пожать ему руку.

— Привет, заместитель!

Лек сидел прямо на земле, как будто не хотел, чтобы его заметили за пышными, но низкорослыми кустами. Можно подумать, его не выдавал сигаретный дым. Курящие кусты, конечно, не привлекают внимания. Рядом с Леком лежал открытый портсигар.

— Добрый вечер.

— Если ты начнешь разговаривать с кустами, тебя неправильно поймут. Так что, давай сюда.

Вилт предпочел принять условия маскировки. Ему нужно было поговорить с главой сопротивления, а в госпитале Лек не спешил появляться после того, как увидел программу терапевтических мероприятий, разработанных специально для него. В его представлении терапия, должно быть, сводилась к принятию таблеток, желательно разово, и чтобы это привело к чудодейственному исцелению. Типичный образ мысли для людей, которые не любят отвлекаться от дел на свое здоровье. А услышав словосочетание «лечебная гимнастика» и намек на отказ от вредных привычек, Лек, помнится, и вовсе изменился в лице, тут же начав язвить по поводу того, что сам доктор Стэр — не образец здорового образа жизни. В итоге — глава сопротивления решил уйти в подполье и саботировать собственное лечение. Хотя понятно же, что боли в спине причиняют ему неудобства. Вот и сейчас было заметно, что сидит Лек как-то скособочившись, и одно плечо у него выше другого…

— Только не начинай! — прозорливо хмыкнул Лек.

— Ты пропустил сегодняшние процедуры, — с упреком сказал Вилт, усаживаясь рядом.

— Времени не было, — глава сопротивления заметил, что он достал сигареты и махнул рукой: — Не трать, все равно моим запасом пользуешься.

Это была правда, Лек снабжал Вилта сигаретами, как и обещал. Но сейчас широкий жест слишком уж смахивал на отвлекающий маневр. Но Стэр переключаться на другую тему не собирался.

— А вчера? — спросил он настойчиво.

— Тоже. Слушай, не порти момент, дай отдохнуть!

Лек выпустил кольцо дыма.

— Как там новый генератор?

— Устанавливают. Спасибо за согласование, — искренне поблагодарил Вилт. Лек взглянул на него насмешливо.

— Забавно, как ты печешься о государственных преступниках. Неужто проникся общим фанатизмом и уверовал в праведность борьбы с Императором?

— Люди остаются людьми…

— Да ну? — Лек ткнул в его сторону сигаретой, зажатой между двумя пальцами. — Выходит, для тебя нет разницы — сопротивление или «еэсбэшники»… Это можно считать признанием и отправить тебя в изолятор?

При этом он даже не сдвинулся с места. Вот интересно, за какими кустами прячутся его телохранители? И прячутся ли? Представив себе перенаселение парковых кустов, Стэр невольно улыбнулся. Проникнуться серьезностью ситуации не получилось.

— А есть? — с неоправданной беззаботностью удивился он.

— Конечно! — воодушевился Лек. — Куда прикажешь девать зарвавшихся силовиков и подозреваемых в шпионаже? На месте расстреливать? Не-ет, мы за справедливость, поэтому об изоляторе позаботились в первую очередь!

— Понятно.

Лек рассмеялся и торжественно объявил:

— Обойдешься без изолятора, Стэр! Я не дурак отказываться от такого удобного заместителя.

Вот заладил! Вилт поморщился от досады. В чем удобство, он до сих пор не понимал. Кажется, Леку просто нравилась сама мысль, что он может спихнуть все дела на кого-то, кому это не понравится. Разумеется, на самом деле он ничего подобного не планировал, это Вилт понимал. Но главе сопротивления явно нравилось над ним подшучивать по этому поводу.

— Вот братец твоей жены вполне может там оказаться, если и дальше будет нарываться на драки, — добавил вдруг Лек.

Честно говоря, для Вилта было новостью, что поведение Айна настолько привлекает внимание. Хотя, вполне возможно, Лек услышал что-то от Салерно и просто решил предупредить на будущее. Айн и правда в последнее время стал агрессивен.

— Даже не верится, что Лия — его сестра, — продолжал между тем глава сопротивления, и мысли Вилта сами собой свернули в совершенно новое русло. В душе заскреблись коготки недовольства. Лек так легко назвал Лию по имени, словно они знакомы уже сто лет и неплохо ладят друг с другом… А на фоне того, что она работает в том же здании, где живет Лек…

Стоп! Ну, серьезно… Это же не ревность, правда?

— Почему? — спросил Вилт.

— Да потому что она хоть и лезет, куда не следует, но при этом проявляет благоразумие. А для того, чтобы быть таким, как Морино, нужны наследственные склонности. С другой стороны — они оба гении. Если уж берутся за что-то, жди сюрпризов. Рик до сих пор удивляется, как это вы живыми выбрались с Солля с таким-то пилотом, но, по его же словам, при нужной мотивации Айн способен выполнить сложнейшие маневры. Короче говоря, он у вас ленивый гаденыш, — Лек хмыкнул, видимо, эпитет был изобретен не им. — А вот Лия наоборот, внимательная. Ты знаешь, что она мне сегодня утром заявила про систему безопасности?

Вилт помнил, что вчера вечером Лек назначил Лие встречу, и она была явно по делу, но это не спасало от нарастающего недовольства.

— Она у тебя гений, — словно не замечая, добил Лек.

«Вот именно, у меня!!!»

— Имей в виду, такими кадрами я разбрасываться не намерен, — глава сопротивления хитро улыбнулся. В глазах его Вилт заметил озорные искорки. — Хочу предложить ей место своей помощницы. А что? Удобно. Прежде всего, для нее: если она права — придется много времени проводить в моем кабинете. Так хотя бы будет меньше идиотских слухов.

Вздохнув, Вилт призвал себя к спокойствию. Сомнительно, что слухов так легко удастся избежать. Судя по всему, на Последнем Пределе это был один из видов развлечения.

— Кстати, знаешь, что меня удивляет больше всего? — Лек затушил окурок и, не задумываясь, взял вторую сигарету. — Как ты умудрился сойтись с этими двумя? Мало того, что Лия с тобой уживается, так еще и с Морино неплохо ладишь, судя по всему.

«А тебе до всего есть дело?»

— Ты не поверишь, но раньше Айн был совсем другим, — задумчиво заметил Вилт.

Лек усмехнулся.

— Да уж, верится с трудом.

Вилт докурил сигарету и огляделся, раздумывая, куда деть окурок.

— Если я завтра не увижу тебя на процедурах — пеняй на себя. Когда у тебя вырастет горб, а до этого недалеко, поверь, я не буду тебе сочувствовать, — хмуро бросил он поднимаясь.

— Это угроза? — Лек еще сильнее прищурился.

— Думай, как хочешь.

Поставив таким образом в разговоре точку, Вилт отправился домой. Вполне возможно, Лию он там не застанет. И почему бы Леку с его чутьем на «кадры» не провалиться куда-нибудь?

Следующим утром Вилт, к своему удивлению, обнаружил Лека в госпитале. Осматривал главу сопротивления доктор Корбиг. Лек сидел на кушетке с таким видом, будто сам до сих пор не мог понять, что тут делает. Стоило Вилту войти в кабинет, как он провозгласил:

— Профессор, тебе совсем не обязательно на меня отвлекаться. У нас для этого есть универсальный заместитель! Который, похоже, не спешит на работу…

Рабочая смена должна была начаться еще только через семь минут, но Вилт почему-то почувствовал себя провинившимся школьником.

— Я проверял новый корпус, — начал оправдываться он и тут заметил, что Лек ухмыляется.

— Ты знаешь, что я всегда рад тебя видеть, — сказал Корбиг. Он правда очень тепло относился к Леку, как к любимому племяннику.

— Ну, я себя тоже рад видеть, хоть иногда мне кажется странным, что я все еще жив, — пробормотал Лек. Корбига насторожил его ворчливый настрой. Вскоре выяснилось, что боли в спине в последнее время усилились, а сегодня Лек и вовсе с трудом смог распрямиться, встав с постели.

— Ну, что же, этого следовало ожидать, — подытожил Корбиг, сканируя Лека при помощи перчаток. — Как ощущения здесь, сударь мой? — поинтересовался он и нажал в районе шестого и седьмого позвонков. Лек поморщился.

— Да здесь-то терпимо.

— А здесь?

— И здесь терпимо… Профессор, зачем мы тратились на эти штуки?! Не похоже, что они так уж нужны, раз ты все равно продолжаешь меня щупать при каждом удобном случае!

— Мальчишка! Поучи меня еще… Здесь?

— А-а! Ладно! Скажу, все скажу! И здесь, и ниже, и левее тоже… Как будто вчера хорошенько подрался.

Теперь Вилт не видел ничего странного в появлении Лека. Должно быть, боли действительно были нешуточные.

— Ну, ничего, это поправимо, — Корбиг утешал главу сопротивления, как маленького. — Но надо будет внести коррективы в курс лечения и начать уже сегодня. Непременно сегодня!

Но тут Лек внезапно пошел на попятные.

— Про курс мы уже говорили, — поскучнев, напомнил он. — Давайте, вы мне просто вколете какой-нибудь дряни, и я пойду? У меня встреча, — он глянул на коммуникатор, — через двадцать минут.

— Ты еще предложи позвонки тебе удалить. И заменить на титановые! — возмутился Корбиг.

— А это быстро?

— Лекс, послушай меня! Ты ведь не молодеешь, и эти постоянные нагрузки… Ты гробишь себя!

— Время идет, — напомнил глава сопротивления. — Ну, мы же тут обставили все по первому классу. Неужели нет никакого волшебного средства…

— Есть! — заявил Вилт, которому стало жаль бедного Корбига. Доктор удивленно оглянулся на него. Вилту понадобилось всего несколько минут, чтобы сходить в свой кабинет. Правда, он все равно опасался, что Лек успеет сбежать. Но нет, глава сопротивления все еще был в палате.

— Вот! — Вилт торжественно продемонстрировал Леку новую модель paзгpужaющe-кoppигиpующего корсета, белого с серебристыми вставками.

— Это еще что?! — ошарашенно спросил Лек.

— То самое волшебное средство, — отрезал Вилт. — Выправляет осанку и снимает напряжение…

— Так! — Лек попытался встать. — Я в ваши ролевые игры не играю.

— Да что за детский сад! — взорвался Стэр. — Это обычный медицинский корсет, Лек!

— Обычный?! Да он с кружавчиками!

— Это резиновые стяжки!

— А сколько позвонков надо удалить, чтобы ты ко мне больше с этим не приставал?!

Вилт уже успокоился и пожалел, что вспылил. Вздохнув, он твердо произнес:

— Либо корсет, либо процедуры.

Он, конечно, недоговаривал. Курс лечения Леку все равно необходим. Но добившись одной уступки, Стэр надеялся и на дальнейший успех.

— Вот ведь! — буркнул Лек. — Ладно, уговорили. Но теперь уже вечером. Мне действительно пора бежать.

Разумеется, бежать у него не получилось, так что он просто ушел, оставив разочарованного Вилта и вполне довольного Корбига раздумывать над дальнейшим планом действий.

— У него что, какая-то фобия? — вырвалось у Вилта.

— Ну… больницы Лекс действительно не жалует, — признал Корбиг со вздохом. — А ты хорошо справился. Я уже опасался, что придется звать на помощь Риксома. Единственный, кто хоть как-то способен повлиять на Лекса. Теперь вот еще и ты…

— Это еще не точно, — возразил Вилт.

Но Корбиг лишь загадочно усмехнулся.

Глава 4. Разбитое зеркало

— Карин сказала, что лорд Марк сказал, что ты сказал, — невинно заметила Оливия. — Так кто же лжет?

Лоис Макмастер Буджолд. Гражданская кампания

— Ты бы поменьше выпендривался. Пора научиться держать себя в руках, братишка, — Лия поставила перед ним тарелку с фаршированными овощами и села напротив.

Пахло невероятно вкусно, но Айн не спешил приниматься за еду. Хотелось продлить этот момент: в своем жилище он не часто баловал себя подобными изысками, да что там скрывать — он просто не умел готовить!

— В последнее время я вполне справляюсь, — ответил он. — Уже семь дней, как я ни с кем не дрался. Так что давай без нравоучений, хорошо?

— Прям достижение! — Лия саркастически подняла брови и скривилась. — Семь дней без драк! Да ты просто образец благоразумия и уравновешенности!

— Иди ты… — пока пикировка с сестрой полностью не испортила ему аппетит, Айн быстро схватил вилку и отправил в рот кусочек аппетитно пахнущего блюда.

Когда Лия все успевает? Вот уже две недели, как она стала личной помощницей Лека, ходит за ним, словно тень, уткнувшись в планшет, а глава сопротивления делает вид, что так и надо! Вот только это все неправильно! Айн не стал говорить Лие, что про нее первую неделю ходили неприличные слухи. Что Лек охладел к своей Лайзе, и теперь у него новое увлечение — жена заместителя главы местного госпиталя, Лия Стэр. И говорить сестре о том, что все его стычки с жителями Предела были именно по этому поводу Айн не собирался. Лия — умная девочка, сама все должна понимать.

Вообще, сегодня Айн пришел не к сестре, а к другу. Вечные тренировки, симуляторы, учебные вылеты с Риком не давали ему вырваться к Стэрам долгое время, поддевки приятелей-пилотов и слухи про сестру сделали его практически невменяемым, но Айн все-таки смог. Смог взять в себя в руки, перестать замечать шепотки за спиной по поводу того, что Салерно слишком уж долго возится с "зеленым-восемь", Айном Морино. Что это: зависть или насмешка? По всему выходило, что первое: Эрик, "синий-два", по секрету сообщил, что Риксом еще ни с кем так долго не занимался.

Если бы от этих занятий еще был толк…

Иногда Айну казалось, что с каждым днем он летает все хуже. Он уже начал сомневаться в том, что когда-то смог выполнить «финт Салерно». Да, с посадкой дела стали намного лучше, но все остальное… Впрочем зачем ему это «все остальное»? Он — восьмой пилот зеленого звена, самого слабого во флоте сопротивления. Звена, которое участвует в боевых вылетах только в качестве резервного. Бесполезнее, чем он, только «зеленый-замыкающий», чья роль — долететь до нужного места, зависнуть и прикрыть настоящие истребители беспорядочным огнем. По крайней мере, другой миссии у замыкающего зеленых Айн так и не увидел во время общих учебных вылетов всех семи звеньев.

— Так Вилт сегодня не придет домой? — прожевав последний кусочек, Айн благодарно кивнул сестре и отодвинул тарелку от себя. — Вы с ним вообще встречаетесь?

— Встречаемся, — буркнула Лия. — Ты слышал про аварию в генераторной зоне? Пятеро погибших, еще двадцать восемь в критическом состоянии. Весь медперсонал сейчас в госпитале. Вселенная не вертится вокруг нас, Айн. Тебе давно пора это понять.

Опять этот тон. Его младшая сестренка вновь разговаривает с ним, как с малолетним ребенком. Неужели он настолько жалок?

— Я давно уже это понял. Лия, я…

— Ты — везунчик, Айн! Здесь, в Последнем Пределе, ты можешь, наконец, обрести себя! У тебя для этого есть все! Но вместо того, чтобы работать над собой, ты предпочитаешь… я даже не знаю, как это сказать…

— Рефлексировать, — Айн решил ей помочь.

Да, во всем виноваты чувства. А точнее, одно чувство. То, в которое Айн никогда не верил.

Сталкиваться с Ней было тяжело: с каждой встречей Айн все сильнее ощущал свою неполноценность, свою беспомощность и несостоятельность. Но самой главной проблемой было то, что она с Риком. Как он мог? Как он мог объяснить Лие, что просто не в состоянии принимать советы от того, в чьих руках тает упругое спортивное тело Ней? Как он мог объяснить сестре, что сходит с ума? Что он хочет убить своего кумира, Риксома Салерно, который, будто издеваясь над ним, никак не оставит его в покое заставляя раз за разом садиться за штурвал, будь это симулятор или настоящий истребитель.

— Хорошее слово, — согласилась Лия. — Так вот, братишка…

— Я пойду, — Айн встал из-за стола и направился к двери. — Скажи Вилту, что я хочу с ним поговорить, ладно?

Да, несмотря на свои проблемы, он все еще помнит, что Вилт — его друг. Друг, которому сейчас очень тяжело: пусть это всего лишь слухи, но ему наверняка неприятно слушать о том, что глава сопротивления, возможно, ухлестывает за его женой. Айн поэтому и пришел: хотел немного расслабить этого киборгообразного вечно кажущегося покойным идиота, который наверняка мучается про себя, не решаясь поднять этот вопрос. Он все делает правильно: Лия — хорошая девочка, если она и стала личной помощницей Лека, то только потому что она талантлива и действительно может послужить сопротивлению. И Вилт — прекрасный врач, которого здесь явно раньше не хватало.

Ирония судьбы: Айн больше всех хотел оказаться в сопротивлении, больше всех подходил сопротивлению, вот только реальность оказалась жестокой. За очень короткое время Лия и Вилт, те, кто не горел желанием связывать себя с Последним Пределом, стали востребованы: Вилт, как врач, а Лия вообще теперь первая помощница Лека.

Только он, Айн, всего лишь «зеленый-восемь».

* * *

С тех пор как Лия стала помощницей Лека, она возвращалась домой едва ли не к утру. Спала по два-три часа — и вновь убегала на работу. Энтузиазма при этом было хоть отбавляй. Как врач Вилт мог с уверенностью сказать, что такой режим не может быть эффективен. Рано или поздно Лия попросту свалится. А прежде — может быть, пристрастится к энергетикам. За этим пришлось следить.

— Чем вы там занимаетесь? — не удержался Стэр как-то утром, когда Лия торопливо намазывала на сублимированный хлеб сырную пасту, а сам Вилт — раскладывал по тарелкам яичницу с беконом и вирданским перцем. По крайней мере, ни сон, ни аппетит у жены не пропали. На еду Лия набросилась так, будто яичница собиралась убегать и ее следовало поскорей взять в плен. Вилт заварил себе кофейный напиток, выбрав «тройную крепость». Он почти сутки провел в госпитале: случилась авария, почти два десятка человек были размещены в ожоговом отделении. Операции вчера шли одна за одной… На фоне собственной подавленности Вилт с еще большим сомнением отнесся к бодрости супруги.

— Военная тайна, — ответила Лия и улыбнулась. — Правда, не могу рассказать.

— Это опасно? — нахмурился Вилт. Госпиталь оказался самым настоящим накопителем слухов. А с некоторых пор — и их активным генератором. Байка про то, как Вилт преследовал Лека с требованием ходить на физиотерапию, стремительно обросла подробностями и превратилась в совершенно невероятную историю. В одной версии Вилт даже бегал следом за главной сопротивления по госпиталю. Вилт подозревал, что если в ближайшее время предельцам не надоест обсуждать эту тему, к погоне добавится еще и перестрелка.

— Мы в сопротивлении, — напомнила Лия. — Уже само это небезопасно.

— Ты понимаешь, о чем я, — Вилт укоризненно взглянул на нее. Лия улыбнулась. Нет, все же они с братом друг друга стоят. Просто не всегда это можно заметить. Разве что вот в такие моменты, когда глаза Лии блестели. Никогда она не относилась так к работе в Научном центре. Зато теперь, получив возможность сравнить, Вилт осознал, насколько замкнутой она была в последние месяцы до нападения на Мармер.

— Как насчет того, чтобы сегодня вечером сходить в клуб?

— А ты сегодня намереваешься закончить работу пораньше? — спросил Вилт.

— Не хотелось бы еще и с тобой поругаться. Хватает мне Айна.

Айн и правда бесился все больше, хоть уверял, что перестал ввязываться в драки. Он был разочарован — то ли отсутствием активных действий, то ли тем, что повстанцы оказались… разочаровывающе обычными людьми. Злость, страх, растерянность, неуверенность в завтрашнем дне были свойственны им так же, как и рядовым жителям Империи. Оказывается, идеалы и вера в освободительную борьбу не избавляют от сомнений.

— Айн просто не любит учиться, — сказал Вилт.

— Он не любит, когда ему указывают на ошибки, — фыркнула Лия. — Но он хотел с тобой поговорить.

Вилт кивнул.

— Не сказал, о чем?

— Нет.

— Ладно. Главное, застать его, когда он не на тренировках.

Они вышли из дома вместе, но потом их пути разошлись, и Вилт какое-то время смотрел вслед спешащей на работу жене. Она обернулась и помахала ему рукой. Ее улыбка стоила многого.

К тому моменту, когда Вилт пришел в госпиталь, Лек был уже там.

— Посмотрите-ка, опять опоздал! — приветствовал он.

— Я пришел вовремя, — спокойно ответил Стэр. Лек очевидно над ним подшучивал. Какая-то скверная у него выработалась привычка. Или просто Вилт не привык к такому отношению.

— Ну да, тогда почему я тебя опередил? — хмыкнул Лек. — За тобой, оказывается, контроль нужен. Ну пойдем, отчитаешься мне о введении в действие нового корпуса.

У Вилта теперь был свой кабинет. Туда они и направились.

— Корпус введен в эксплуатацию, палаты оснащены, все, что нужно…

— Да-да, я читал твой опус… Кстати, ты тот еще зануда, я надеялся, не так все плохо.

— Это называется «перфекционизм», — возразил Стэр.

— Который не исключает занудства, — гнул свое Лек. — Твоими отчетами можно врагов убивать! Ну да ладно. Вот, о чем я хотел поговорить. Ты теперь парень популярный. Так что если вдруг кто-то начнет набиваться тебе в приятели, сразу не отказывайся. Сначала послушай, что будут предлагать.

А, так Лек не только развлекался, называя его своим помощником.

— Хм, — сказал Вилт.

— Хм? — заинтересовался глава сопротивления. — Это согласие или отказ?

— Это сомнение. Мы тут новенькие. Какой смысл доверять нам больше, чем всем остальным? Я ведь могу оказаться шпионом.

Лек усмехнулся, но взгляд оставался серьезным.

— У меня такое ощущение, что ты вот прямо хочешь оказаться в изоляторе! Но я уже говорил — не дождешься. Сначала придется поработать.

Разговор получился странный и Вилту он совершенно не понравился. Конечно, глава сопротивления должен быть все время начеку. Было бы странно, если бы он действительно оказался безалаберным типом, каким иногда прикидывался.

Но Лия теперь была слишком близко к Леку. Это не могло не беспокоить. Так же, как и пришедшая внезапно мысль, что благодушие и разговорчивость доктора Корбига поначалу тоже могла объясняться тем, что он проверял Стэра…

После того, как Лек ушел, Вилт, разумеется, не принялся шарахаться от каждого, кто подходил к нему с вопросом. Но неприятный осадок остался. Стэр невольно возвращался в мыслях к просьбе Лека…

Вечером он пришел к зданию Центра управления. Лия пока не появилась, и он не знал, стоит ли заходить внутрь. Мяться у крыльца тоже было глупо. Пока Вилт размышлял, в дверях здания появились двое знакомых людей — женщина и мужчина. Обоих он видел от силы раза три. Лайза и Шарен. Оба выглядели уставшими.

— Это не твое дело, Шарен, — отрезала Лайза. — Еще одна подобная выходка, и я пойду к Леку.

— Как пожелает моя госпожа, — улыбнулся парень как можно дружелюбней, но Лайзу это только больше разозлило.

— А! Наш новый доктор, — заметив Вилта, улыбнулся Шарен. — Пришел за Лией? Я видел их с Леком в коридоре, они уже собирались уходить.

Вилт благодарно кивнул.

— Как дела в госпитале? — не унимался Шарен. — Слышал, вам с Корбигом удалось выбить новые генераторы.

— Они уже были закуплены, их просто не успевали установить…

— Ну да, рассказывай больше! Может, кто и поверит!

Лайза недовольно молчала и, видимо, поэтому Шарен решил, что лучше убраться с глаз долой. А Лайза осталась рядом с Вилтом. От нее веяло раздражением.

— Везде ему нужно залезть, — буркнула она. — Вот ведь… ну, а ты пришел проконтролировать женушку?

— Проконтролировать?

— Ага. Слышал, наверное, что про нее говорят. Шарену это кажется забавным. А мне, знаешь, не очень нравится, что меня с кем-то сравнивают. Как будто это вообще кого-то должно касаться!

Вилт не знал, что ответить, но Лайза, похоже, ничего от него и не ждала. Она вообще потеряла интерес к разговору, будто выдохлась, и ушла, не попрощавшись. Вскоре появилась и Лия в сопровождении Лека.

— Все, забирай ее, — заметив Вилта, сказал глава сопротивления. Он оглянулся, словно кого-то искал.

— Лайза только что ушла, — сказал Вилт.

— Вот как? — Лек взъерошил волосы, задумчиво глядя в пространство. Потом рассеянно добавил: — Ну, удачного вам вечера.

Ни о чем спрашивать он не стал. Оно и к лучшему. Отчего-то на душе у Вилта было паршиво.

* * *

Молчание, повисшее в кабинете Лека, казалось Лие громом после бурного обсуждения, оборвавшегося так резко, что казалось, одного из спорщиков настиг удар. Лия старалась быть как можно более незаметной: она подозревала, что разговор стал слишком личным, и чтобы поговорить начистоту, ее могут просто выгнать за дверь. Самым интересным во всем этом было то, что к началу разговора Лия опоздала, задержавшись на разговор с Лайзой, которая просила повлиять на Лека и разрешить передачу контейнеров, привезенных с Кронты, в химическую лабораторию. Влиять Лия не собиралась, ибо была совершенно согласна с Леком: вирусным штаммам не место в химическом отделе, где нет такой защиты, как в биологическом корпусе. Да, проведя ряд опытов, можно было использовать эти разработки для достижения целей сопротивления, но Лек, узнав, что именно скрывается в контейнерах, потерял к ним интерес. Нет, распылять неизвестные вирусы на планетах Внутреннего Кольца он не собирался.

— Ты не понимаешь, — голос Риксома звучал хрипло. — Такой шанс мы больше можем и не получить. Это не шутки, это шестьсот кубометров чистейшего катализатора для прыжковых двигателей. И мне лучше знать, что в Последнем Пределе катализатор почти закончился. Мы скоро не сможем вылетать отсюда на дальние расстояния, Лек.

— Риск слишком велик, — глава сопротивления очевидно устал спорить, вся его поза говорила об этом: от прижатой к глазам ладони до сгорбленных плеч. Сейчас он выглядел откровенно измученным, хотя Лия никак не могла понять, отчего.

— Риска как раз-таки почти нет! — воскликнул Рик. — Это будет идеальный день на Хорре! В любой другой изъять груз не получится!

Лек убрал руку от лица и хмуро посмотрел на друга.

— А ты уверен, что это не ловушка? Судя по материалам, найденным Лией, тебя хотят захватить.

— Ты преувеличиваешь, — возразил Рик. — Судя по тем материалам, они хотят мой корабль.

— Вместе с тобой!

— Это не точно! Великодушный космос, Лекс, ты просто параноик!

Лия попыталась стать совсем незаметной. Разговор неимоверно ее занимал, более того, разжигал невероятное любопытство: было ясно, что за словами двух старых друзей скрывается что-то еще, каждое сказанное ими слово имело два, а может, и три подтекста. Она очень хотела дослушать этот разговор до конца. Ко всему прочему, смотреть на такого Лека было приятно: большую часть времени он предпочитал быть забавным растрепой, рубахой-парнем, время от времени вводя Лию в ступор идиотскими выходками в духе Айна. Но кажется, предельцам нравилось, что их глава, несмотря на титул и богатство (отнятые, в прочем), не задирает нос и не смотрит на них свысока.

Они ему доверяли.

— Параноик, говоришь, — Лек поморщился, повел плечами в тщетной попытке их расправить и полез за сигаретами. — А по-моему, я прав. Рик, если хочешь, я организую вылазку на Хорру. Но ты останешься здесь. Ты — командир космического флота, лучший пилот галактики и мой друг.

— То есть, свою сестру ты туда посылать не боишься, а с меня собираешься пылинки сдувать?

Лицо главы сопротивления приобрело страдальческое выражение.

— Нейра — штурмовик. Воин, — Лек глубоко затянулся, — Это дело как раз для нее. Если что-то пойдет не так…

— …то им нужно будет убираться с планеты очень быстро. И я могу это обеспечить.

— Это обеспечить может любой мало-мальски обученный пилот! — не выдержав, рявкнул Лек.

Лия вжала голову в плечи. Разговор становился совсем плохим.

Вновь повисло молчание. Лек курил, стряхивая пепел прямо на пол, Рик сидел напротив друга и с каким-то остервенелым отвращением разглядывал заставку на экране. Крысюкаты на снегу ему определенно не нравились.

— Стэр, — Салерно внезапно обратился к ней, и Лия, подобравшись, прижала планшет, с которым теперь не расставалась, к груди, используя его как щит. — Ты же у нас спец по безопасности, ведь так?

— Кхм… по информационной… и не спец, а просто немного в этом соображаю, — осторожно подбирая слова, ответила она.

— Неважно! — мотнул головой Риксом, — Важно то, что Лекс прислушивается к тебе и твоему муженьку, и если в его дела со здоровьем я не лезу, то здесь… давай поговорим?

Чего он от нее хочет? Посмотрев в его глаза, Лия заметила в них огонек азарта, будто Рик был уверен, что, убедив Лию, он убедит и Лека.

— Давай, — кивнула она. А что еще она могла сказать?

Рик торжествующе взмахнул руками и откинулся на спинку стула так резко, что она заскрипела. Лия даже испугалась, что он сейчас упадет.

— Итак, ситуация: на одном очень охраняемом складе лежит то, что представляет для нас интерес, а именно катализатор для прыжковых двигателей, который в народе называют Х-топливом. Я думаю, из услышанного ты уже поняла, что Х-топливо нам очень нужно. Очень нужно, понимаешь?

Лия кивнула. Поняв, что выгонять ее пока не собираются, она немного расслабилась и положила планшет на стол. Взглянув на Лека, она отметила про себя, что он явно нервничает: в ход пошла уже третья сигарета.

— Так вот: склад этот охраняется весьма основательно, целой армией «свипов». Там просто муравейник СВП! Но мы-то армией не располагаем. У нас есть три штурмовых отряда по двадцать человек и куча новобранцев, которые пока что могут служить только пушечным мясом.

— Я не думаю, что на Хорру можно незаметно перебросить целых шестьдесят человек. Слишком близко ко Внутреннему Кольцу, — осторожно отметила Лия.

— Очень хорошо! — воскликнул Рик. — Рад, что это понятно не только мне. Так вот, получается, что нам не стоит и думать об извлечении груза, как бы он ни был нам нужен. Единственный способ — снять охрану. Точнее ослабить. Как, Стэр, ты со мной согласна?

Лия вновь кивнула, хотя совершенно не понимала, к чему же он все-таки клонит. Лишь отметила, что Лек взялся за четвертую сигарету. В кабинете повис тяжелый запах, надо было бы уже проветрить, но заикнуться об этом Лия так и не решилась.

— И вот тут начинается самое интересное. Дело в том, что через пятнадцать стандартных дней в одном из городов Хорры состоится феерическое мероприятие: открытие нового комплекса по сборке космических кораблей. Событие значимое, поговаривают, что в этом комплексе, ко всему прочему, будут проводиться разработки новых видов боевых истребителей. Интересно это все, я, честно говоря, сам не прочь поработать там… испытателем, конечно!.. но дело не в этом. Дело в том, что на открытие комплекса прибудет сама Императрица. А комплекс этот находится сравнительно недалеко от нужного нам склада. Ты понимаешь, к чему я клоню?

О да, Лия понимала. Очень хорошо понимала! Прибытие Императрицы на подобные мероприятия всегда сопровождаются торжественным шествием, на которое сгоняются все местные жители. Некоторым это не нравится, потому маршрут шествия тщательно охраняется, а значит, есть шанс, что часть охраны склада будет переброшена туда. И шанс весьма высокий: насколько Лия могла судить по размерам корабля, на котором обычно летала Императрица (крейсер не в счет: что-то подсказывало Лие, что на том крейсере сама лично жена Императора никогда и не была, как и не заправляла отрядом, носившем ее имя, хотя, кто его знает?), армию с собой она не привозила. Это значит, охрану будут набирать из местных.

Да, шанс был. И еще какой.

— Твой друг прав, — помолчав сказала Лия. — Тебе там делать нечего. С посадкой и взлетом на Хорру справится любой пилот.

Лек расхохотался, подавился дымом и раскашлялся.

— Вот видишь, — справившись, прохрипел он. — Кажется, ты в меньшинстве!

Рик одарил Лию разочарованным взглядом, а затем, фыркнув, сказал:

— Выйди.

Лия моргнула, не сразу осознав, что именно он сказал.

— Ты плохо слышишь, Стэр? Выйди. И закрой за собой дверь. Я хочу поговорить со своим другом более откровенно.

Лия схватила планшет и только затем посмотрела на Лека.

В его взгляде застыла обреченность. Он мелко кивнул, подтверждая, что он тоже хочет, чтобы она ушла и достал еще одну сигарету. Пятую.

Разозлившись, Лия искренне пожелала Риксому задохнуться клубами дыма и вышла из кабинета.

Что ей делать, она не знала: обычно Лек указывал если начиналось ее свободное время, поэтому она устроилась возле стены напротив двери и уткнулась в планшет. Несколько запросов и перекрестных ссылок дали ей ответ на главный вопрос: мероприятие на Хорре действительно намечалось грандиозное. Император выделил немалые суммы на постройку этого комплекса, а еще большие средства были вложены в его оснащение и подбор персонала. От известных имен рябило в глазах: судя по всему, корпорация «Салерно», которая до падения Союза была главным поставщиком лучших космических кораблей в галактике, окончательно потеряла доверие. Что ж, даже странно, что она столько просуществовала на старых условиях, если вспомнить, что последний представитель Салерно находится в сопротивлении, и ею уже десять лет управляли люди, которые приложили руку к уничтожению семьи, создавшей корпорацию.

Кстати, о Рике: не прошло и пяти минут, как он выскочил из кабинета, сияющий улыбкой и торжеством.

— Я это сделал! — провозгласил он, увидев Лию. — Все-таки я — гений дипломатии! Ха! Кстати, Стэр, на Хорру я собираюсь захватить и твоего братца.

— Зачем? — вытаращила глаза Лия. Заявление Риксома никак не вязалось с логикой: зачем брать на сложную операцию пилота-недоучку?

— Затем, что ему давно пора посадить корабль на настоящую планету. И затем, что я с ним еще не закончил, — Рик подмигнул ей и пружинистым шагом пошел прочь.

Лия покачала головой, так ничего и не поняв, и уткнулась в планшет. Сияющий заголовок на экране гласил: «Новое слово в кораблестроении! Комплекс «Эрно» откроет сама Императрица!»

* * *

— Ты знаешь, что затевается? — спросил Шарен.

— Ты всерьез спрашиваешь у меня? — скептически уточнил Вилт.

Шарен ухмыльнулся.

— Мне просто кажется, что Лек не мог одобрить эту авантюру, а Рик — не стал бы брать с собой на ответственное дело новичка. Ты уж не обижайся, но шурин твой не выглядит надежным парнем.

— Это ты не выглядишь надежным, трепло! — буркнула Лайза.

В последнее время, благодаря тому, что Лек вынужден был являться в госпиталь хотя бы раз в два дня, его помощники тоже приняли за правило по утрам ошиваться в приемном покое. И почему-то — советоваться с Вилтом, пока глава сопротивления был на приеме у Корбига. Лек, сообразив, что Стэр озадачен этим обстоятельством, ехидно намекнул, что обязанность заместителя — исполнять роль руководителя, пока сам глава сопротивления лишен такой возможности… «Кому мы все должны сказать спасибо?» — поинтересовался он, подмигнув.

Помощников Лека и просто страждущих прорваться к руководству, чтобы решить очередной жизненно важный вопрос, оказалось действительно непросто сдерживать. Должно быть, все секретари проходят подготовку в области психологии, риторики, а также изучают одно-два боевых искусства — для тех случаев, когда слова оказываются бессильны…

Еще одним побочным эффектом стало то, что люди, кажется, всерьез стали верить в «заместителя». С нескромными предложениями предать сопротивление, на которые, видимо, надеялся Лек, никто не подходил, но неудобные вопросы Стэр стал слышать чаще. С ним пытались посоветоваться или просто выведать дополнительную информацию. Или хотя бы — просто узнать его мнение по какому-нибудь спорному вопросу.

Шарен в последнее время выглядел расстроенным — они с Лайзой часто переругивались вполголоса. Хотя, насколько мог заметить Вилт, практически со всеми предельцами у Шарена сложились благожелательные отношения. Шарен был из тех обаятельных людей, кто автоматически становится твоим приятелем… если ты конечно не ревнивая женщина со склочным характером.

— С новичком все понятно. Его сестрица упросила Лека. А Рику теперь отдуваться, — тряхнув своими розовыми волосами, заявила Лайза.

По правде сказать, Вилт считал, что с ней вообще сложно договориться. Слишком уж вредный характер. Так что Шарену не стоило и стараться — Лайза попросту пользовалась ситуацией, чтобы сорвать на нем злость. На Вилта она тоже посматривала — выжидающе, со значением. Но Вилт, хоть внутри и шевельнулось недовольство, сдержался.

— Если и есть скрытый план, я не в курсе, — сказал он Шарену. Это оказался плохой ход. Лайза только больше разозлилась.

— Ты слишком спокоен для человека, чья жена путается с…

Вилт предупреждающе кашлянул.

— Лайза, ты уверена, что я нужен тебе как союзник? Спать с тобой, чтобы отомстить Леку за слухи, я не собираюсь.

Лайза фыркнула.

— Не много ли ты себе надумал?!

— Это ты слишком увлеклась слухами. Может, пора задуматься о том, почему ты совсем не доверяешь Леку?

— Ты хирург или психотерапевт? — зло оборвала его Лайза. — Со своими делами разберись для начала!

С этими словами она ушла, бросив Шарену, чтобы дожидался Лека один.

— Как прикажет моя госпожа! — послушно выдал тот, Лайза лишь презрительно скривилась. Глядя ей вслед, Шарен проговорил: — Вот ведь прихватило… Не обращай внимания. Лайза кругом видит конкуренток.

Вилт подумал, что отношения Лека и Лайзы — не его дело. Пусть сами разбираются. Но беспокойство никак не желало униматься. Это было сильнее Вилта. Он просто… смотрел, как Лайза бесится и невольно думал: чувствовала ли когда-нибудь Лия себя несчастной? Может быть, дожидаясь его домой, она тоже мучилась неуверенностью?

— Но, между прочим, кое в чем она права, — задумчиво проговорил Шарен. — То, что Риксом вынужден взять Морино на вылет под давлением, выглядит правдоподобно… Такие выводы может сделать не только Лайза.

К счастью, тут в коридор вышел Лек, избавив Вилта от необходимости отвечать на эту фразу.

— Ты что тут забыл? — спросил глава сопротивления, разочаровано уставившись на Шарена. Наверняка хотел еще немного поотлынивать от обязанностей «самого главного» и покурить с Вилтом согласно сложившейся маленькой традиции.

— Тебя жду, конечно. Пытаюсь быть в курсе всех событий. Ну, и еще — тут была Лайза.

— Вы бы тогда хоть с кофе ходили меня встречать, — проворчал Лек.

— Вредно! — отрезал Вилт.

Лек закатил глаза и с тоской сказал:

— Помру я так с вами. От перенапряжения, зато здоровый!

Он ушел, и Шарен последовал за ним. Вилт остался со своими мыслями. Настойчивые попытки Лайзы заставить его злиться не были такими уж тщетными… Нет, он не собирался прислушиваться к слухам, но сам факт их существования порядком его раздражал… и заставлял обращаться к проверенному средству, помогающему успокоиться. Лек как-то пошутил, что Вилт решил избавить его от вредного пристрастия к сигаретам, скурив весь запас. Да и Корбиг уже несколько раз делал замечания по поводу пропахшей сигаретным дымом одежды.

Вечером, встретившись с Лией, он спросил:

— Вылет, на который Салерно берет Айна, действительно такой опасный?

— Откуда ты знаешь?

— Слышал сегодня от Шарена.

Жена пожала плечами и с деланой небрежностью сказала:

— Я ведь уже говорила — это сопротивление. Любой вылет опасный.

— Но они летят не просто провианта закупить, так? Будет столкновение с ЕСБ?

— Судя по всему…

Лия явно не собиралась говорить все, что знала В ее глазах читалось беспокойство, которое она тщательно пыталась скрыть.

— Рано или поздно это случилось бы. Айн к этому и шел, — мягко сказал Вилт. Его слова звучали правильно и он понимал, что говорит очевидные вещи, понятные и Лие тоже. Но оказалось, что смириться с этой очевидностью не так-то просто. Временами Вилту начинало казаться, что Айн подсознательно ищет смерти. Не тихой и унылой, какая ждала бы его на Солле, а яркой, в бою.

Оказывается, тот период, когда Айн увлекся уличными гонками — был не так уж страшен. Все познается в сравнении.

— Да понимаю я, — вздохнула Лия. — Айн всегда стремился к опасности. Как будто реализоваться можно только рискуя своей дурной башкой!

Это было не так. Опасность не была для Айна самоцелью. Но, похоже, оказавшись в Последнем Пределе, он видел биение жизни только там, где существовал риск.

— Я пыталась с ним поговорить, — добавила вдруг жена. — Тебе стоит взглянуть на его довольную физиономию.

— Могу себе представить, — усмехнулся Вилт. — С ним будет Салерно. Он присмотрит. Может, научит его еще какому-нибудь трюку…

Лия вздохнула.

— Да уж, это будет кстати. Мне кажется, моему братцу до самой старости будет нужен строгий надзор! Знаешь, что меня больше всего пугает? Они летят туда, где будет Императрица… Айн бесится при одном упоминании ее имени! После того, что случилось…

Еще бы, при упоминании об Императрице, у Вилта тоже в памяти всплывало словосочетание «мармерская бойня». Императрица будет не одна, с ней будет личная охрана, ЕСБ… элитный отряд, между прочим! Беспокойство Лии действительно обосновано.

— Иногда даже мне странно, что вы с ним друзья, — заметила жена с усмешкой. — Знаешь, если бы на вылет взяли тебя, я бы так не волновалась. Ты осторожен и никогда не отключаешь голову. А вот Айн…

На самом деле, был случай, когда Вилт и Айн оказались втянуты в неприятности вдвоем и рисковали на равных. Кто из них тогда сохранял ясность мысли в тот момент — еще вопрос. Но Лия не знала подробностей, а Вилт предпочитал не рассказывать ей об этом хулиганском эпизоде.

— Отвлечь тебя семейным скандалом на тему: «Значит, он тебе дороже меня?» — предложил он.

— Вот спасибо! — хмыкнула Лия. — Без этого я уж точно обойдусь.

«Но люди все равно будут говорить о тебе и Леке», — мелькнула непрошеная мысль, которую Вилт постарался отогнать. Угораздило же главу сопротивления сделать своей помощницей именно его жену!

— Ты в курсе, что Лайза ревнует тебя к Леку? — поинтересовался он. — Она показалась мне сегодня немного… взвинченной. Точнее, у нее все признаки стресса.

— Мы с ней не так часто встречаемся, — поморщилась Лия. — Пожалуйста, давай не будем обсуждать слухи?

— Не будем, — согласился Вилт, хотя внутренний голос заметил: «Может, и стоило бы!»

* * *

Если бы кто-нибудь спросил Айна, что именно он думает о вылазке на Хорру за Х-топливом, он бы ответил: «Ничего». И не соврал. Потому что все мысли закончились в тот самый миг, когда он узнал, что руководить операцией будет Нейра.

Даже в ответственный момент взлета на глазах у десятков пришедших их проводить предельцев он мог думать только о женщине, которая стояла за спиной Рика, обосновавшегося в кресле второго пилота.

Вообще, было в этом всем что-то символичное, заставляющее Айна про себя усмехаться: главнокомандующий космическим флотом сопротивления был вторым пилотом, а «зеленый-восемь» — первым. И что бы ни говорили злые языки накануне: в этот раз Рик даже не включал резервную панель, полностью доверив Айну управление.

И Морино был абсолютно уверен: он взлетел идеально только благодаря находящейся в рубке Нейре. Если бы он был сосредоточен на пилотировании — обязательно бы напортачил. Пилотировать интуитивно, полагаясь не на мастерство, а на то, что многие называли «шестым чувством» у Айна всегда получалось лучше: вспомнить хотя бы обстоятельства, при которых он смог провернуть «финт Салерно». Пожалуй, трудно найти момент, в который он думал о нюансах управления кораблем меньше всего.

Всего на Хорру летело пятнадцать человек, и из них лишь десять были силовиками. Считая Ней. Лек, несмотря на то, что Салерно был откровенно против «лишних» в команде, отправил с ними врача — щуплого мужичка с жиденькой бородкой и громогласным именем Гротус Шэй, а также двух техников. Женщин. Имен их Айн не знал, да и они не жаждали тесного общения с пилотами и штурмовиками, сразу после взлета запершись в своей каюте. Оставалось надеяться, что места они распределили правильно, и та, что покрупнее заняла нижнюю полку: единственное, что бросилось Морино в глаза — это огромная разница в комплекции. Зачем в команде два технаря, Айн так и не понял, но спрашивать не стал. Леку виднее, в конце концов, не зря именно он — лидер сопротивления.

Система, в которой находилась Хорра, располагалась довольно далеко от Внутреннего Кольца, а следовательно и от Последнего Предела. Даже обуреваемый противоречивыми чувствами Айн смог углядеть в этом некую параллель с родным Соллем, ведь теперь именно Хорра должна была стать оплотом инновационного кораблестроения, как Солль когда-то — центром передового научного развития. Возникал справедливый вопрос: почему так далеко от Внутреннего Кольца, особенно в свете мармерских событий?

Хотя, ответ пришел почти сразу: в случае чего легче скрыть правду, если история Солля повторится.

— Катализатора у нас еще на пять прыжков, — произнес Риксом, когда Последний Предел сначала превратился в маленький шарик, а затем и вовсе исчез в бездне гиперпространства. — До Хорры хватит с избытком, но лучше не растрачивай Х-топливо зря: возможно придется убираться с планеты быстро, и не факт, что с добычей. Так что постарайся ограничиться тремя.

Айн моргнул, не сводя глаз с обзорного экрана, в котором переливающийся всеми цветами радуги космос вновь резко стал черным.

— Я постараюсь, — отрывисто ответил он. — Но может, лучше тебе рассчитать траекторию пути самому?

Линия, траектория, трасса — каждый называл это по-своему. К сожалению, возможности прыжковых двигателей были не безграничны: прыгнуть с одного края галактики на другой было невозможно, поэтому на дальние полеты разрабатывался график остановок, а после прыжка следовало перезагрузить двигатель, и эта операция занимала почти полные стандартные сутки, в течение которых корабль летел на простом топливе, не позволявшем развить сверхсветовую скорость. Пилоты называли эти сутки «Время В». Обычно при расчете старались, чтобы остановки происходили в обитаемых системах. Для подстраховки: мало ли, а вдруг во время прыжка у корабля выявится какая-нибудь неисправность. Техника иногда все-таки давала сбои, и время от времени космические корабли терпели бедствие.

Все чаще. И возможно, причина была не в неисправностях.

До прибытия Императрицы на Хорру оставалось шесть дней, но Нейра предупредила, что оказаться на планете нужно хотя бы за сутки до этого, чтобы успеть до закрытия воздушного пространства.

«А лучше за двое, — добавила она. — Своих ребят я спрячу, а пятерка туристов, прибывших на открытие нового комплекса не должна привлечь внимание. По крайней мере, я очень на это рассчитываю».

И теперь он, Айн, должен самостоятельно рассчитать курс, хотя опыта в этом у него нет? Кажется, операция по захвату запасов Х-топлива очень важная, более того весьма опасная! Так почему Рик хочет поручить это ему, новичку?

Очевидно, эти мысли отразились на его лице, потому что Риксом расхохотался.

— Не переживай. Я уже все рассчитал. И мы отправимся по моему маршруту. Но я хочу, чтобы ты попробовал составить свою. До следующего прыжка времени достаточно, держать штурвал правильно ты уже научился, пора приступать к следующему этапу обучения. Если ты хочешь водить корабли на дальние расстояния, ты должен знать космос как себя самого. Так что отправляйся в каюту и хорошенько поработай головой. А за тебя пока порулит автопилот.

Айну смешно не было, особенно, когда он увидел нетерпеливое ожидание в глазах своего учителя. Ему явно хотелось остаться в рубке наедине с Нейрой. И запереть ее изнутри.

Ругая себя за дурацкую одержимость самой недоступной для него женщиной галактики, Айн убрался в свою каюту, пытаясь не думать о том, что может происходить сейчас в рубке.

Не думать.

Не представлять.

Отправить в бездну свои чувства. В бездну чувства! Нужно сосредоточиться на деле.

Но получалось, чего уж говорить, плохо. Схватив планшет, Айн устроился на узкой койке, мимолетно порадовавшись тому, что ему досталась отдельная каюта, и, покопавшись, обнаружил в нем звездные карты, список обитаемых систем Империи (в него входили не только планеты с постоянным населением, но и промышленные мирки) и координаты так называемых торговых точек: космических станций, на которых можно было пополнить внезапно закончившиеся запасы, получить врачебную помощь, а так же починить корабль.

Планшет перед самым вылетом ему вручил Риксом.

Айн подавил в себе желание отправить учительский подарок в недалекий полет в стену и, стиснув зубы, начал читать, освежая знания. А потом считать.

«Современные методики космической навигации» никогда не были его любимым предметом, но иногда Айн его все-таки посещал.

* * *

Лайза и Шарен стояли друг напротив друга у ограды энергетического сектора. Они напоминали мультяшных персонажей, нарисованных на белом экране, а позы их были так выразительны, будто оба долго репетировали. Лайза была не просто недовольной — злой. На удивление, Шарен тоже выглядел напряженным, и не пытался по обыкновению умиротворить склочную начальницу.

— Лайза… — донеслось до Вилта. — Ты же понимаешь, что я могу…

Он тряхнул головой, заметил Вилта и замолчал.

— Это тебя не касается! — выпалила Лайза прежде, чем тоже заметила присутствие свидетеля. — Я смотрю, здесь прямо медом намазано! Давай, спроси у доктора, что он здесь делает!

Она повернулась и подозрительно взглянула на Стэра.

— Я иду к операционщикам. В новом корпусе возникла проблема с подачей энергии.

Лайза хмыкнула:

— А что, запрос послать не судьба?

— Посылал, но пока ответа нет, — спокойно сказал Вилт, уже в третий раз напомнивший себе о том, что эта женщина хоть и завхоз по сути, но, в отличие от него самого, работает в административном блоке и наверняка имеет полномочия осуществлять контроль. Ведь речь об энергоблоке на повстанческой базе. Здесь вообще охрана могла бы стоять и пропуска требовать — вдобавок к системе безопасности.

Лайза закусила губу. Внезапно на лице ее появилась презрительная улыбка. Шагнув к Вилту, женщина вцепилась в его рубашку.

— А что, может, ты тут следишь за кем-то? — поинтересовалась она с намеком. Вилт молча перехватил ее руку, заставив Лайзу отпустить его, и она, презрительно фыркнув, прошла мимо с целеустремленностью космического крейсера.

— Она в последнее время сама не своя, — вздохнул Шарен. — Знать бы еще, почему.

— Вы выбрали не лучшее место для выяснения отношений, — заметил Вилт.

Не то, чтобы Вилту было дело до Лайзы, но он в очередной раз невольно задумался: как она вообще оказалась в сопротивлении? Наверняка тоже какая-нибудь нелепая история. Не похожа она на идейную. Зато вполне может оказаться какой-нибудь благородной, которую тоже вовремя вывезли… чтобы не попала в число репрессированных. А теперь — не знают, что с ней делать.

По мнению Стэра реабилитационная палата Лайзе пригодилась бы куда больше, чем административная должность.

Вилт вернулся в госпиталь только спустя час. Доктор Корбиг встретил его в коридоре.

— Что случилось? — спросил он и, заметив недоуменный взгляд Вилта, улыбнулся: — Взгляни-ка!

Вилт опустил голову и увидел на рубашке — там, где схватилась Лайза — серое пятно, словно пальцы ее были в пыли.

— Пробивался в энергоблок с боем? — заинтересовался врач. Стэр вдруг легко представил себе, как Корбиг рассказывает какому-нибудь новичку эту историю через год-другой: «А вот был до тебя, сударь мой, у меня такой чудесный заместитель! Все мог. Да. Раз случилось, что в новом корпусе начались перебои с электричеством, и отчеты никого не интересовали. Такие были времена. Вот он лично пошел, представь себе. Так сказать, брать штурмом, вернулся весь оборванный, в грязи, но с победой!». Да уж!

— Недоразумение случилось, — поморщился Вилт.

— Такое, что понадобилось искать лазейку в ограде? — добродушно спросил Корбиг. Он не настаивал на ответе и говорил как будто несерьезно, но смотрел знакомо, как обычно смотрит Лек, когда во время разговора решает в уме задачу, просчитывая варианты. Если глава сопротивления поручил «заместителю» следить за странностями в госпитале, кто-то должен был следить за самим «заместителем». Логично, что это Корбиг.

— Я повстречал Лайзу и Шарена, — пояснил Вилт. — Лайза была не в настроении. Разговора у нас не получилось, и она сорвалась.

— Сорвалась? Лайза? — удивился Корбиг. — Мне казалось, она способна держать себя в руках.

— Видимо, не сегодня, — поморщившись, сказал Вилт. Ему уже казалась глупой собственная мысль о том, что Корбиг его проверял. Получается, он просто жаловался, что пассия Лека его недолюбливает… еще бы сказал, что она к нему пристает!

* * *

Под глазами у Лека залегли тени, да и вообще он выглядел близким к истощению. Глава Сопротивления крутил в пальцах сигарету.

— Ну, что, заместитель, были предложения продвинуться вверх по служебной лестнице? — иронично поинтересовался он, но во взгляде не было и признака веселья. Лек не делал и не говорил ничего бессмысленного, просто цели его не всегда можно было понять сразу. Но даже при этом Вилт неожиданно подумал, что роль главы освободительного движения Леку не подходит. Скорее уж коммивояжер… отказать ему действительно сложно!

— Разве что от доктора Корбига, — заметил он.

Лек мотнул головой.

— Корбиг меня не интересует.

— Ты делаешь на меня слишком большую ставку. Понятно же, что никто меня всерьез не воспринимает…

— Разве? — хмыкнул Лек. — Ну, это они зря. Так что там со сбоем в новом корпусе?

— Зафиксированы два случая временного отказа генераторов, но резервные справлялись.

Лек ждал, пока Вилт продолжит, продолжая вертеть в руках сигарету. В конце концов, не выдержав нарушения в эксплуатации она сломалась.

— Во второй раз сбой вывел из строя систему наблюдения. Ее восстановили только через семь минут, — добавил Вилт.

Лек усмехнулся, но в его взгляде мелькнуло беспокойство.

— А говоришь, не зануда.

— Мне эти сбои не нравятся. У нас там немало лежачих.

— И будет еще больше, — задумчиво проговорил Лек.

— Когда? — нахмурился Вилт.

— В ближайшей перспективе, — Лек отряхнул остатки сигареты с рубашки и брюк, достал из кармана новую и закурил. — Ты же не думаешь, что сможешь отсиживаться тут вечно?

— Судя по последним указам Императора, в его планы не входит дать нам такую возможность, — хмыкнул Вилт.

Не так давно вышедший закон «О Внешнем и Внутреннем Кольцах планет Империи» официально разделил все планеты в составе Империи на две неравные группы: планеты Внутреннего Кольца, в основном, были благополучны и спокойны. Там не было ячеек Сопротивления, они поддерживали Императора и потому платили меньший налог. Остальные планеты признавались зоной особого внимания, поскольку «требуют дополнительных мер по обеспечению защиты граждан, имеющих право, как и любой законопослушный житель Империи, на безопасность и достойное социальное обеспечение!», — как сказал один из министров, чья речь изобиловала лозунгами. На практике эти «дополнительные меры» подразумевали жесткие ограничения по возможности перемещения из «внешней зоны» во «внутреннюю». Проще говоря, внутренние планеты стали практически недосягаемы для жителей имперских окраин. Бумажная волокита занимала месяцы и не гарантировала получения разрешения, связь контролировалась, устанавливалась особая стоимость на звонки во «внутреннюю зону».

Конечно, все эти меры предпринимались против сопротивления, хотя на деле большинство чиновников предпочитало оперировать абстрактными терминами «угроза», «дестабилизирующие элементы» и типа того. Дестабилизация действительно имела место быть: поначалу на некоторых планетах, оказавшихся ближе остальных к границе «внутренней зоны» прошли митинги. Люди боялись, что их бросят на произвол судьбы…

И вот — в ответ на «глас народа, вопиющий о защите», вступил в силу закон «О дополнительных мерах на планетах с повышенным уровнем неблагонадежности», который быстро получил в народе куда более емкое название «О консервации».

На планетах, где якобы обнаруживались организованные очаги сопротивления, вскрывались факты спонсирования мятежников и прочие антиправительственные действия, создавались «усиливающие» базы карателей. Содержание их полностью ложилось на жителей планеты, превратившись в «налог на неблагонадежность». Если же ситуация на планете требовала введения особого положения, вступал в силу пункт «о консервации»: планета полностью изолировалась от остального мира, прерывалось внешнее сообщение, поставки велись только через особо установленные зоны, вылет жителей с планеты становился невозможным до отмены особого положения.

— Да… что-то затевается. Что ты заешь о Виртаре и Кансу? — спросил вдруг Лек. Вилт даже не сразу сообразил, что речь идет о планетах, которые недавно подверглись «консервации».

— Почти ничего. На Виртаре шахты…

— Вот-вот! Что, не рассматривали ее как убежище, когда выбирали, куда податься? — протянул Лек. — А тут шахты… рабочие места. Хотя какая разница, есть они или нет, если о планетах после консервации мы практически ничего не знаем. Новый научный комплекс можно было бы обустроить на любой. И продолжить начатое в «РИАСе».

Да уж, вот и пойти, угадай, о чем думает собеседник в следующий момент. Должно быть, Лек прав: если ученых действительно вывезли с Солля, удобнее их разместить там, где действует информационная блокада. Вот только зачем глава Сопротивления рассказывает это Вилту? Или он рассуждает, а Стэр просто поблизости оказался?

* * *

— Хм, — сказала вечером Лия. — Вообще, она Леку скандалов не закатывает. Во всяком случае, прилюдно.

«А при тебе, значит, закатывает?», — мелькнула в голове непрошенная мысль. Ну, вот, не хватало еще превратиться в ревнивца и караулить жену у порога административного центра. Чтобы после работы — никуда, кроме дома.

«Дом… да уж!»

Лия выглядела уставшей и слегка раздраженной. Говорить про Лайзу она явно не хотела. После отлета Айна она с каждым днем волновалась все больше.

— Слышал про Солль? — спросила жена вдруг. Вилт вздохнул. В столовой госпиталя был установлен экран (по мнению Стэра — совершенно зря), так что во время перерывов он успевал увидеть последние новости.

— Налог на неблагонадежность, — проговорил он. Лия фыркнула.

Солль избежал консервации, но мармерская бойня стала поводом для введения дополнительного гарнизона. Дикторша в новостях воодушевленно заявила о том, что «После введения дополнительных войск мир, наконец, вернулся на прекрасный Солль!».

Вилт попытался представить, как жители планеты проклинают его имя (в новостях, разумеется, не забыли упомянуть о «зачинщиках» беспорядков), когда получают отчеты о списании налоговых сумм со своих счетов, и без того не особенно богатых.

— От себя бы кого-нибудь защитили, — со знакомым ожесточением, которое обычно демонстрировал ее брат, буркнула Лия.

Сообщение об организации дополнительной базы карателей на Солле сопровождалось сюжетом о мирных демонстрациях, прошедших на некоторых планетах «внутренней зоны». Камера плавала между людьми с разноцветными фонариками и транспарантами: «Император заботится о нас», «Да здравствует Императрица!», «Мы за безопасность!», «Сохраним мир во внешней зоне планет!», «Пока мы живем спокойной жизнью, вирус мятежа губит внешнюю зону!». У некоторых брали интервью. Вилт помнил, как одна женщина рассказывала, что ее троюродная сестра живет на Феофано вместе с мужем и пятью детьми, как от них стали приходить «тревожные сообщения», как люди не чувствовали себя в безопасности, пока не законсервировали колонию на Латире II. Какие сообщения? Что беспокоило людей? Никакой конкретики. Но женщина с облегчением говорила, что теперь, по крайней мере, спокойна за родню. Дети ведь, вы понимаете! Надо было давно уговорить их всех переселиться поближе к столице, но климат на Феофано… тамошние плавающие сады! Какой курорт мог бы быть, если бы речь не шла о «внешней зоне» и близости Латирской колонии… «Никогда, ни за что не покину «внутренней зоны». Вы понимаете, сопротивленцы нас ведь специально разделяют! Лишают свободы в Империи! Поглядите, к чему мы пришли!»

«Да, поглядите», — подумал тогда Вилт, хотя выводы диктор сделала совершенно противоположные его собственным.

— Мармер расселили, — проговорила Лия, глядя в пустоту. — Трехсоткилометровая зона вокруг объявлена закрытой…

— Что, в Долину Камней, наконец, официально не пускают людей? — хмыкнул Вилт. Вышло невесело, но на лице Лии появился призрак улыбки. Воспоминания — вот что поддерживало их реальность.

Потом они выключили свет и сидели на широком подоконнике в их игрушечной квартирке на ненастоящей планете, и смотрели на звезды. Вилт прижимал к себе жену и рассеянно гладил ее волосы.

— О чем думаешь? — спросила Лия.

— Мммм… да так. Пытаюсь представить, что бы ты делала, если бы я тоже куда-нибудь улетел, — пояснил Вилт.

— Куда-то собрался? — насторожилась жена. — Лек ничего не говорил!

— Никуда. Это всего лишь допущение, — Вилт поцеловал плечико Лии, предварительно приспустив с него рукав рубашки. Поинтересовался: — Так что? Волновалась бы, как волнуешься за Айна?

— С какой стати? — фыркнула Лия. — В твоем-то благоразумии я совершенно уверена. Вот Айн…

— Угу, — Вилт расстегивал ее рубашку, но в процессе что-то пошло не так, и вот уже Вилт отвлекся на грудь жены, так что заниматься пуговицами пришлось ей самой.

— У тебя здесь слишком много работы, — добавила она рассудительно. — Корбиг ни за что не даст тебя куда-то отправить.

— Угу.

— И чтобы я этого больше не слышала!

— Угу.

— А это что должно означать? — уже почти возмущенно спросила Лия, развернувшись к мужу лицом. Он прикоснулся к ее щеке, медленно, с наслаждением поцеловал.

— Я люблю тебя, — сообщил он.

— Угу… — отозвалась Лия, требовательно отбирая следующий поцелуй.

Той ночью они больше ни о чем не разговаривали.

* * *

Не то, чтобы Лия была против, но прошедшая бурная ночь плавно перетекла в бурное утро, и поспать ей удалось от силы час-полтора.

Конечно, диагностикой системы энергообеспечения можно было бы и попозже заняться, но, к сожалению, Лия была помощницей главы сопротивления, который предпочитал контролировать ее работу. Или хотя бы начало этой работы. А еще он в последнее время совершенно забыл о том, что нормальным людям, а особенно тем, кто носится между ангарами, центром управления и силовым блоком, курит почти не переставая и забывает поесть, необходима такая полезная вещь, как сон.

Лия не знала, что именно тревожит Лека. Нет, понятно, что на Пределе не все гладко, а Рик с Нейрой и Айном улетели на операцию, которая вовсе не так уж безопасна, что бы ни говорил Рик. Но Лие казалось, что ее начальник знает еще что-то, о чем никому не говорит. Эти мысли заставляли беспокоиться, и немалого труда стоило — сохранить свои переживания в тайне от мужа.

Единственное, что до сих пор не давало ей сорваться — Лек все-таки позволил им улететь. Каждая жизнь важна, но для Лекса Димора жизни Нейры и Риксома явно стоили дороже остальных, и именно это немного успокаивало Лию.

Оставив мужа сладко досыпать, Лия кое-как натянула на себя одежду (лишь к обеду заметив, что рубашка вывернута наизнанку), откровенно посетовала про себя, что ее начальник — не доктор Корбиг, у которого можно было бы отпроситься на первую половину дня, и отправилась в энергоблок.

Часы показывали шесть сорок девять утра.

По правде говоря, она бы сама не отказалась от какой-нибудь подзарядки, но, выбирая между лишними десятью минутами сна и чашкой кофе, она предпочла первое и теперь страшно жалела об этом: глаза открываться отказывались. Наотрез. В итоге, уже почти достигнув ограждения энергетического сектора, Лия развернулась и, почти ничего не видя перед собой, отправилась в центр управления. Там, в отделе технической поддержки, ее ждал кофейный автомат.

До главного входа она добиралась чуть ли не ползком: время от времени опираясь о стену здания центра, чтобы не свалиться. Пожалуй, кофе ей не сильно поможет. Но в том же автомате можно было разжиться и энергетиком — выжимкой из стеблей даше, дополнительно обогащенной таурином и кофеином. Действенная смесь, но пульс после ее приема лучше не мерить.

Вырулив из-за угла, Лия обнаружила у главного входа в центр Лека и Лайзу. Глава сопротивления выглядел совсем уж изможденно: глаза запали, кожа приобрела сероватый оттенок, а мундир висел на нем, как на вешалке. Впрочем, Лек всегда был худощав, возможно, последнее Лие просто показалось. Лайза стояла напротив своего любовника и легонько поглаживала его по небритой щеке. К сожалению, она стояла спиной к Лие, и поэтому увидеть выражение ее лица было невозможно.

Лию эти двое не заметили. Она уже хотела кашлянуть, чтобы как-то обозначить свое присутствие, но слова Лайзы резко заставили ее передумать. Лия юркнула обратно за угол, однако голову все-таки высунула. Уж очень интересно было не только слышать, но и видеть.

— Ты мне не доверяешь. Никогда не доверял, — горько проронила Лайза, слегка мотнув головой, от чего ее розовые волосы рассыпались по плечам. А Лия подумала, что если бы не ядреный окрас — эта девушка воспринималась бы ею совсем по-другому. А так получалось, что та просто выделывается, чтобы все издалека узнавали ту, что время от времени проводит в постели лидера сопротивления.

Лек усмехнулся. Хозяйским жестом он обвил талию любовницы одной рукой и придвинул ее к себе.

— Не доверяю, — ответил он. — Ты прекрасно знаешь, что во всем Пределе едва ли найдется пятерка человек, в чьей преданности я не сомневаюсь. И один из них — я сам.

Лайза вздохнула и обвила руками шею Лека.

— Я с тобой уже три года, между прочим, — капризно протянула она. Затем, однако, добавила уже нормальным голосом: — Хотя, конечно, с Риком меня не сравнить. Прости. Я больше не буду поднимать этот вопрос.

Леку ее слова, очевидно понравились. Он одобрительно кивнул и крепче прижал ее к себе.

— Я предпочел бы, чтобы ты перестала ревновать меня к Стэрам, — заметил он.

Лайза вздернула подбородок и резко отстранилась от любовника. Лек не стал ее удерживать и покорно разжал руки. Взгляд его, однако, похолодел.

— Этот докторишка стал для тебя вторым Риком, а про его жену я вообще молчу! Ты проводишь с ней больше времени, чем со всеми остальными…

— … еще скажи «вместе взятыми», — насмешливо вставил Лек.

— … и больше, чем со мной! — взорвалась Лайза. Ей, очевидно, было совсем не смешно. — Да, я ревную, Лек, и, кажется, я имею на это право!

— Не имеешь, — Лекс поскучнел. Он сделал шаг назад, и расстояние между ними стало… наконец-то приличным. — Потому что три года назад мы с тобой договорились, что в наших отношениях не будет фальшивых вздохов и придуманной любви. Ты потеряла родителей, мужа… ребенка. Я тоже кое-кого потерял. Я точно знаю, что ты меня не любишь, Лайза. Я тебя тоже не люблю. Кажется, до этого момента нам это не мешало. Что изменилось сейчас?

Лайза по его примеру тоже сделала шаг назад.

— Изменилось то, что Лие Стэр ты доверяешь больше, чем мне! Почему?

Лек вновь нацепил на себя ухмылку. Даже с приличного расстояния Лия видела, что она фальшивая.

— Ты ошибаешься, — сказал он.

— Нет, — Лайза вновь тряхнула своими розовыми волосами. — Не ошибаюсь! Поэтому и ревную. Подумай об этом. Только сначала выспись.

Она выпрямила спину и, едва коснувшись щеки Лека пальцами, скрылась за дверью центра управления. Очевидно, сегодня ее рабочий день начнется раньше обычного.

Лек немного постоял, смотря перед собой невидящими ничего глазами. На его лице застыло отчаяние.

— Выспаться… Легко тебе говорить… — пробормотал он.

Без какого-либо выражения посмотрев на дверь, за которой скрылась Лайза, он глубоко вздохнул и шагнул в ту сторону, где скрывалась Лия.

Кажется, он решил отправиться в энергоблок…

* * *

— Профессор сказал, что без драки тебя вчера в энергоблок не пустили, — хмыкнул Лек. Сегодня он почти в приказном порядке забрал Вилта на перекур. Похоже, для того чтобы расспросить о случившемся. С учетом того, что Вилт сильно опоздал, проспав все на свете, перед Корбигом было неудобно. Вилт снова пожалел о том, что поведал доктору о встрече с Лайзой. И что вот теперь ответить Леку? Твоя любовница до сих пор уверена, что ты спишь с моей женой? Отличный выйдет разговор!

— Это так важно?

Лек уперся в Вилта задумчивым взглядом.

— Знаешь, временами я начинаю подозревать, что ты неумело притворяешься дурачком с окраинной планеты. Только неумелость эта показная.

Вилт понимал, что Лек задавал вопросы не из простого интереса, и ситуация нравилась ему все меньше и меньше. Глава сопротивления выглядел как охотничий пес, почуявший добычу. Очень уставший пес, надо сказать. И от того более злой.

— Вчера я встретил Шарена и Лайзу, — спокойно сообщил Стэр, — по пути в энергоблок. Лайза посчитала подозрительным, что я не отправил запрос, как это делают обычно, а пошел разбираться сам.

— Ну, а они там что делали? — спросил Лек.

— Не знаю. Мне показалось, Лайза была недовольна Шареном. А он пытался ее умиротворить. С чего все началось, я не слышал. Лайза сделала мне замечание, а потом они оба ушли.

— Ясно, — задумчиво произнес Лек, глядя куда-то в пространство. Вилт вздохнул: точно такой же взгляд бывал у Лии… не удивительно, что Лайза почувствовала угрозу — слишком уж быстро сработались эти двое.

— Лайза переносит личное на рабочие отношения, — заметил он. — Потому и срывается.

Лек снова хмыкнул, но ничего не сказал в ответ. На том разговор и завершился. После него остался неприятный осадок. К концу дня ощущение это сгладилось, почти растворилось, превратившись в неопределенное беспокойство.

А вечером, когда Вилт уже собирался уходить из госпиталя, его привлек шум в приемном покое. Посреди помещения стояла растрепанная, сама на себя не похожая Лайза. Она громко ругалась с медсестрой, мешавшей ей прорваться в больничный коридор, к процедурным кабинетам.

— Что тут происходит? — послышался голос Корбига. Он опередил с вопросом Вилта, так что Стэр просто молча зашел в приемный покой. Заметив его, Лайза сжала кулаки.

— А, вот и наш герой! — выкрикнула она. — Ну и как оно? Небось надеешься на медаль и повышение?!

Лайза была практически в истерике, и слова ее звучали бессмысленно. Вилт вовсе не собирался нянчиться с любовницей Лека. Но даже для Лайзы поведение было странным. А ощущение неправильности, оставшееся после разговора с главой сопротивления, внезапно усилилось.

— Лайза! — спокойно, не повышая голос, но и не пытаясь успокоить, произнес Вилт. — Что-то случилось?

— Случилось! — передразнила она. — Что ты наговорил Леку?! Из-за тебя Шарен в изоляторе!

Вилт все еще не понимал. Новость показалась ему нелепой. Изолятор в Пределе заменял тюрьму, потому Лек и грозил им Вилту, в шутку или для профилактики. Но при чем тут Шарен? Не могла же история о том, что он поругался с Лайзой у энергоблока, стать основанием для ареста.

Корбиг нахмурился и сделал медсестре знак.

— Между прочим, в энергоблоке есть камеры, — напомнил Вилт. — Лек все равно бы узнал, что вы там были. Что я, по-твоему, мог наговорить?

Лайза обхватила себя руками за плечи и вдруг успокоилась. Хотя медсестра уже достала на всякий случай инъектор с успокоительным…

— Ну, может, и ничего такого, — признала Лайза глухо. — Почему тогда взяли только его?

По спине тут же побежали мурашки. Вилт вдруг со всей ясностью осознал, что значат слова Лайзы. Если под подозрением любой пределец, но чем ближе ты к верхушке, тем больше возможностей устроить диверсию.

«Лия!»

Вилт с трудом заставил себя остаться на месте. Сглотнув, он тревожно посмотрел на взъерошенную Лайзу.

— В чем обвиняют Шарена? — спросил он.

Лайза взглянула на него с неприязнью. Потом на миг прикрыла глаза, будто не веря в происходящее.

— В саботаже. И это полный бред.

* * *

Посадка прошла прекрасно по всем пунктам: им без проблем выдали разрешение на приземление, а Айн смог, наконец, «сдать экзамен» не забыв вовремя включить маневровые и запустить процесс перезагрузки основного двигателя. Гравитация на Хорре была немного меньше стандартной, в то время как на Кронте, ставшей первой планетой, на которую он в итоге корабль уронил, — немного больше, и ее тоже надо было учитывать. И впервые у Айна получилось сесть просто идеально.

Наверняка из за Нейры, но «зеленый-восемь» предпочитал об этом не думать. За время, проведенное на корабле, они толком и не пересекались: Нейра много времени проводила в каюте женщин-техников, что-то с ними обсуждая, поэтому Айн смог немного успокоиться. Но при заходе на посадку она вновь появилась в рубке, и пилот опять был вынужден бороться со своим безумием.

Зато корабль посадил идеально.

И опять не запомнил, что же именно делал, действуя интуитивно.

Но Риксом остался доволен. Он щедро похвалил Айна, намекнув, что если так пойдет и дальше, то «зеленым-восемь» Морино будет недолго, и, захватив подругу, отправился на прогулку по городу с зубодробительным названием Борброшерг, в черте которого и появился новый кораблестроительный комплекс «Эрно».

Немного подумав, Айн решил последовать их примеру. На подлете к Хорре одна из техников (грузная брюнетка с двумя подбородками и недовольным выражением лица) выдала ему устройство, на вид не отличающееся от обыкновенного браслета связи. На самом деле оно не только блокировало действие ЛИГа (которого у Айна и не было), но и заменяло его. Теперь устройств идентификации личности можно было не опасаться: Айн превратился в некоего Дожа Нура, элитного пилота с планеты Виланна, входящей во Внутреннее Кольцо.

Такие же браслеты были и у Рика с Нейрой, а так же у женщин-техников, а вот десятке штурмовиков — подчиненных Ней — можно было только посочувствовать: их присутствие на корабле скрывалось простыми блокираторами ЛИГов. Потому что «пятерка туристов», прибывших на знаменательное событие вопросов вызвать не должны, а вот когда их пятнадцать… В общем, ребята были вынуждены сидеть в каютах и не рыпаться.

Их выход будет завтра, когда все силы местных «свипов» будут направлены на охрану периметра новоявленного комплекса и прибывшей жены Императора.

Интересно, Императрица явится на том же крейсере, что уничтожил Мармер? Отряд-то свой она точно с собой захватит. Убийц, что расстреливают женщин и детей по ее приказу. Обрушивают больницы и школы. Разрушают жизнь до основания. А потом находят того, кто будет «официальным злом». Такого, как Вилт.

Вспоминать Императрицу не стоило. Сознание поглотила жгучая ненависть, замешанная на отчаянии и безнадежности. Родители давно мертвы. Теперь, возможно, мертвы и друзья. Кроме Лии и Вилта у него никого не осталось.

И во всем этом виновата женщина, чье лицо никто и никогда не видел.

Про погибающий в огне Мармер тоже вспоминать не стоило, но, к сожалению, Борброшерг был копией родины Айна. Такие же широкие улицы, на каждой из которых можно было найти свой парк, такие же высотки, такие же магнитные трассы для аэронов, синими полосами пересекающие желтое небо Хорры.

Такие же бары на окраине, соседствующие с заведениями для космических дальнобойщиков, где уставшие путники могли найти развлечение на свой вкус: качалку, массаж, легкие наркотики или компанию молоденьких девочек и мальчиков, с которыми можно было приятно провести время.

Куда отправились Риксом и Нейра Айн не знал, да и не ставил себе целью тенью следовать за ними. Немного пошатавшись по улицам Борброшерга, он понял, что гулять ему противопоказано — в голову лезли идиотские идеи взорвать новый кораблестроительный комплекс или устроить покушение на Императрицу, или найти на Хорре людей, недовольных режимом и завербовать их в сопротивление. Все это было чушью, к тому же ему было строго-настрого приказано не заниматься самодеятельностью. Здесь у них лишь одна цель — пополнить запасы Х-топлива и ничего больше.

Смирившись с судьбой, Айн завалился в один из окраинных баров, где с удовольствием выпил пару стаканов местного пива: хотелось чего-нибудь покрепче, но, к сожалению, завтра был важный день. Когда он заказывал третий, на него обратила внимания одна из местных «девочек», сделав ему немалую скидку за свои услуги. Весьма качественные услуги, надо признать.

В итоге, на корабль он вернулся только утром, прекрасно проведя время и выспавшись в маленькой квартирке той самой «девочки», которой так понравилось «оказывать ему услуги», что она предложила продолжить у нее совершенно бесплатно. Айн согласился. И не пожалел.

Прибытие Императрицы ожидалось к середине дня, поэтому головомойки он не получил. Когда он вошел в рубку, Рик, сидевший в кресле первого пилота, только хмыкнул и прокомментировал:

— Я смотрю, ты оценил качество местных имперских шлюх.

Айну эти слова не понравились. Да, Дора была «девочкой», зарабатывающей на жизнь своим красивым телом, но слово «шлюха» ей не подходило. Хотя и было правильным. К тому же, в ее объятиях он хоть на несколько часов смог забыть про Нейру, и от того испытывал к проститутке благодарность.

Еле удержавшись от грубости, Айн криво усмехнулся и кивнул.

— Качество отменное, — в тон Рику ответил он. — Советую.

— Хочешь моей смерти? — хохотнул Салерно. — Боюсь, Нейра будет немного недовольна! А когда она чем-то недовольна, она отрывает головы. Так что я, пожалуй, воздержусь.

Айн вздрогнул. Нет, он не хотел смерти Рика. Смерти — нет. Он хотел, чтобы гениальный пилот просто исчез. Куда-нибудь.

Просто. Исчез.

— Надеюсь, ты выспался, и полон сил, — не замечая перекошенного лица Айна, продолжал Рик. — Нам пора выходить. Сейчас в порту многолюдно, Нейра со своими ребятами легко растворится в толпе, но и нам не стоит задерживаться. Яра и Элли останутся здесь: они наконец смогли подключиться к местной системе идентификации и слежения, и теперь мы точно знаем, сколько «свипов» осталось на складе. К тому же, они смогут предупредить команду Ней если что-то пойдет не так.

— А куда пойдем мы? — спросил Айн. Он не сразу сообразил, что Яра и Элли — это женщины-техники, и на несколько мгновений просто завис.

Рик, не переставая ослепительно улыбаться, поднялся с кресла.

— Мы пойдем туда, где будут все. На шествие Императрицы и открытие «Эрно».

— Зачем? — такого ответа Айн точно не ожидал.

Рик снисходительно похлопал Морино по плечу.

— Потому что официально мы прибыли сюда именно для этого. Не стоит искушать судьбу. К тому же, я хочу на нее посмотреть.

— На кого? — очевидно, он выспался не так хорошо, как ему думалось, потому что понять Риксома не представлялось возможным.

Салерно посерьезнел. На его лице появилось отвращение.

— На самую грязную из всех имперских шлюх. На Императрицу.

Айн удивленно поднял брови.

— А не лучше ли нам остаться здесь, ведь если что-то пойдет не так…

— Не лучше, — прервал его Рик. — Пошли. Иначе придется проталкиваться сквозь толпу, а я этого не люблю.

Айн перестал что-либо понимать в организации этой операции, но покорно двинулся вслед за Риком, покинувшего рубку чуть ли не бегом.

Город кипел и плавился от количества людей на улицах, а «свипов» было столько, что впору было думать, что стратегически-важный склад с Х-топливом вообще оставили без охраны. Ну что ж, это было только на руку тем, кто прибыл сюда его ограбить. Однако, Айн нервничал: он не очень понимал принцип действия браслета на его руке и опасался, что отсутствие у него ЛИГа будет раскрыто. «Свипы» действительно выборочно проверяли проходящих мимо них людей ручными устройствами пеленга. И только после того, как его просканировали два раза и ничего не предприняли, Айн смог успокоиться. Все-таки, правильно Лек настоял на присутствии в команде техников.

Комплекс «Эрно» был построен в центре Борброшерга и на вид весьма походил на уничтоженный «РИАС», впрочем, как и научный комплекс Мармера он был огражден, и внутрь никого толком не пускали. Впрочем, Рик туда и не рвался. Маршрут торжественного шествия Императрицы начинался на главной площади, куда вот-вот должен был приземлиться ее орбитальный катер, а заканчивался у ворот «Эрно», и Салерно хотел оказаться где-то на середине ее маршрута.

Айн без возражений шел позади Рика, оглядываясь по сторонам. Он так до конца и не понял смысла их вылазки. А если быть точнее — общей вылазки. Ведь если на складе что-то пойдет не так, то им придется спешно убираться с планеты, возможно даже с боем! Но оба пилота сейчас находились довольно далеко от порта, к тому же передвигались на своих двоих.

Если Рику так хотелось посмотреть на Императрицу, мог бы и один отправиться. Айн с удовольствием оставил бы его здесь, на Хорре, мотивируя это тем, что надо срочно улетать. Пусть бы и дальше жену Императора разглядывал, если ему надо!

Ожидание затягивалось. Толпа, основную часть которой согнали на это мероприятие принудительно, вела себя прилично, то есть никак. Люди тихо переговаривались между собой, создавая гудящий фон, и Айну начинало казаться, что происходящее вокруг ему снится. На самом деле, если бы он не знал, что люди сюда пришли в принудительном порядке, он бы подумал, что находится в центре какого-то праздника: городские власти расщедрились на воздушное шоу, и над Борброшергом вовсю летали истребители и легкие катера, пилоты которых изгалялись, показывая свое мастерство. Вот только народу это было не нужно. Им нужен был покой, кредиты на счету и глоток свободы. Этого Империя давать не собиралась.

От «городского праздника» воняло фальшью.

Пусть воздушное шоу Айну и нравилось, но он даже обрадовался, когда оно, наконец, закончилось. Небо очистилось, чтобы каждый человек мог увидеть, как на главную площадь спускается катер Императрицы.

Айн вновь почувствовал, как в его душе поднимает голову слепая ненависть, и он даже ощутил благодарность к Рику. Он тоже хотел посмотреть на самую грязную из имперских шлюх. Увидеть ее во плоти — ту, что уничтожила его жизнь до основания. Пусть эта жизнь не была радужной, пусть кто-то назвал бы ее пустой, но это была все-таки жизнь.

А не ее осколки.

Торжественное шествие началось. Императрице предстояло пройти около двух километров вдоль живого коридора, из «свипов», жителей города и прибывших инопланетников. Рик выбился в первый ряд, оставив Айна чуть позади, и подобное безрассудство убивало. Пустой космос, и это его обвиняют в том, что он идиот!? Да Риксом Салерно ему такую фору даст, что Айн его в жизни не догонит! Ведь не только он когда-то восхищался мастерством гениального пилота, во времена Союза молодой Рикки был звездой галактики. То, что его до сих пор не узнали в лицо, было чудом, а этот кретин еще и выдвинулся вперед. А если его заметит Императрица? Конечно, есть лишь малый шанс, что она будет разглядывать лица в толпе, но ведь в любом случае возможность имеется! А вдруг она… а что если они были знакомы?

Айн похолодел.

Салерно были представителями союзной знати, и пусть они не могли похвастаться близким родством с династией Кармегиров, но тоже жили на Ровелле — центральной планете сначала Союза, а потом и Империи. Да, под вуалью Императрицы вполне могла скрываться и женщина из низов, ведь Император и сам не был лордом, но мало ли.

Страх и ненависть смешались в Айне, будто забористый коктейль, заставляя сердце учащенно биться, а руки сжиматься в бессильной попытке держать себя в руках. В толпе куча «свипов» и «есбов» переодетых в гражданское, не стоит ему стоять с перекошенной физиономией, на которой только идиот не прочитает явной неприязни к той, что медленно, но все-таки приближается.

Императрица как всегда была одета ярко. Бесформенный балахон пурпурного цвета, усыпанный бриллиантами, скрывал ее фигуру, красный парик был уложен в высокую прическу, а серебристая вуаль сначала показалась Айну выполненной из металла. Открытыми оставались только лоб и глаза, густо подведенные ярко-синими тенями. В этой женщине не было ничего настоящего. Кукла. Кукла, бездушная и бессердечная. Жестокая. Безжалостная. Окруженная вооруженными до зубов охранниками.

Именно она уничтожила Мармер. Чужими руками, но суть от этого не меняется.

Айн увидел, что Рик напрягся. Салерно будто хотел, чтобы Императрица его заметила. И она заметила.

Поравнявшись с Риксомом, она чуть помедлила и слегка повернула голову, встретившись с ним взглядом. И почти сразу опустила глаза, двинувшись дальше. Айн затаил дыхание.

Но ничего не произошло.

Браслет Риксома тихонько тренькнул. Он посмотрел на него, и развернулся.

— Нам пора, — буркнул он.

На его лице читалось разочарование.

* * *

После странной истерики Лайзы, Вилт вернулся к свои делам. Попытался. В голову лезли самые страшные мысли, и сосредоточиться решительно не получалось. Корбиг, заметив его состояние, милостиво его отпустил, и впервые за уже довольно долгое пребывание здесь Стэру не было неудобно или стыдно.

Вилт встретил Лию в холле административного центра. С женой было все в порядке, а ведь на один страшный миг он вспомнил, как не мог отыскать ее там, в Мармере, и допустил — всего лишь в мыслях допустил, что никогда уже не увидит ее живой…

В этот раз Предел не гудел от новостей. Все было слишком обыденно, будто ничего и не происходило. Если бы не Лайза с ее истерикой и уже привычным стремлением сорвать на Вилте злость… Он бы мог ни о чем не подозревать.

Лия внешне сохраняла спокойствие, но Вилт легко угадывал признаки тревоги: эта складочка в уголке губ, а еще Лия имеет привычку теребить край воротника, когда ее что-то беспокоит. Появление Вилта ее удивило.

— Ты как? — спросил он, взяв ее за руки.

— Да мне-то что сделается? — вздохнула Лия. Она хотела сказать еще что-то, но тут в холле появился Лек. Обычно его охрана не была на виду, но сегодня за ним следовали двое крепких парней.

— О! Вот и заместитель, сам явился. А мы только что вспоминали.

В этих словах чувствовалась угроза. Или может, Вилту только так показалось. Он сам не заметил, как оттеснил Лию за спину. Во взгляде Лека появилось раздражение. Небритый, растрепанный, с залегшими под глазами тенями усталости, сейчас он выглядел как никогда опасным.

— Так-так, у нас тут раскрытие служебной информации, — с напускной веселостью произнес он.

— Я ничего не говорила! — возразила Лия.

— Да? — удивился Лек. — Тогда что происходит?

— Лайза пришла в госпиталь, — пояснил Вилт. — С ней случился приступ истерики прямо в приемном покое.

— Хм… — Лек задумчиво взглянул на него. — И что сказала?

— Не слишком много. Но ее слышало достаточно людей.

Лек потер переносицу, предположил:

— Она все еще в госпитале?

— Ей вкололи успокоительное. Сейчас она спит.

— Ясно. Ну, пошли. Расскажешь, что тебе известно.

Вилт оглянулся на Лию.

— С твоей женой уже говорили, — бросил Лек. Лия кивнула, подтверждая его слова. Глава сопротивления добавил, обращаясь к ней: — А ты жди здесь!

Лия явно была против, но, видимо, под разговором все же подразумевался допрос. Что еще мог рассказать Вилт? Оставалось только пойти следом за Леком и его сопровождением.

Они оказались в небольшой комнате без окон, но, вероятно, здесь была стена-экран, прозрачная только с одной стороны. По крайней мере, у Вилта никак не проходило ощущение, будто за ним наблюдают.

В комнате был стол, два стула и — все. Определенно, не гостиная для задушевных бесед и на кабинет для деловых переговоров не похоже. Лек сел на один из стульев, махнул рукой Вилту — садись, мол, напротив. Коснулся ладонью поверхности стола, над которой появился небольшой голоэкран. На экране высветился знакомый текст. Отчет о сбоях в системе энергообеспечения госпиталя.

— Когда случился первый сбой, был составлен акт, который подписали Корбиг, ты и Шарен как представитель администрации.

— Согласно инструкции, — согласился Вилт.

— Да, ты практически единственный, кто эти инструкции полностью соблюдает. Что в тот день Шарен делал в госпитале?

— Хм… не знаю, как-то не успел спросить, он просто подвернулся под руку. Наверное, пришел на прием.

— В журнале посещений это не зафиксировано.

— Во время второго сбоя его не было, — подумав, заметил Вилт.

— Точно… согласно отчету, были вызваны техники.

— Они проверили систему. Таковы…

— … правила в случае повторного сбоя работы генераторов… — Лек взмахнул рукой, сметая с голоэкрана отчет. Экран погас. Лек помолчал, потом спросил у Вилта:

— Ты сказал, что встретил Шарена и Лайзу у энергоблока, и они ссорились.

— Мне так показалось, — нехотя подтвердил Вилт. — Но какое это имеет…

— Слышал что-то из их разговора? — оборвал Лек. — В подробностях, Стэр. Что еще тебе там показалось?!

В голосе его прорезались злые нотки. От вечно подкалывающего Вилта балагура не осталось и следа. Но Вилт и сам невольно думал о странной встрече у энергоблока по пути сюда. Пытался восстановить события после обвинения Лайзы.

— Шарен сказал, что может что-то сделать, кажется… А Лайза ответила, что это не его дело. Потом они увидели меня.

Лек снова помассировал переносицу.

— Ясно…

Вилту ничего ясно не было.

— Там ведь есть камеры…

— Они не работали в момент вашей встречи. Сбой в навигации, — глава сопротивления усмехнулся, произнося слово «сбой».

«Да уж, — подумал Вилт, — что-то слишком много сбоев».

— Только в навигации? — спросил он.

— Если бы, — вздохнул Лек. — Если бы дело было в камерах. Но нет, поступил отчет об ошибке в системе работы экранирующих спутников.

Вот это уже прозвучало действительно пугающе. Система экранирования защищала Предел от обнаружения извне. А ведь поисковые дроны появлялись все чаще. Они патрулировали «пустые» квадранты космоса, на случай… если где-то обнаружится повстанческая база или несанкционированное присутствие космических кораблей… Контрабандисты, мятежники — для Империи не было особого различия.

Система экранирования также блокировала исходящие сигналы. Это означало, что если на Пределе завелся «крот», он не мог подать сигнал изнутри. Конечно, если он относится к тем людям, кто не имеет права покидать Предел…

— Диагностика показала, что была нарушена целостность экранирующего щита, — подтвердил предположение Вилта Лек. — Видишь ли, в систему попал саморазвивающийся вирус. Твоя жена его нашла сегодня утром, теперь оцениваем ущерб… Похоже, нужна была внеплановая проверка системы, чтобы вирус внедрился. И судя по всему, внедрился он как раз после того, как была проведена диагностика повреждений в госпитале.

Понятно. А для этого нужны были точечные сбои, достаточно разобщенные, чтобы их не увязали в одну цепочку. Или в их последовательности тоже был какой-то смысл? Нужно было, чтобы вирус прошел с отчетами о сбоях определенный путь?

Пока Стэр недоумевал, отчего вдруг глава сопротивления настолько с ним откровенен, тот задумчиво спросил:

— Как думаешь, с чего бы у Лайзы случилась истерика?

Вилт озадаченно нахмурился.

— Ее беспокоит арест Шарена.

— Да, но почему он ее настолько беспокоит? В конце концов, она была с ним у энергоблока.

— Хочешь сказать, у нее есть основания его подозревать? Но она обвиняла меня в том, что Шарен в изоляторе.

— Потому что ты их там застукал. Лайза об этой их стычке не рассказывала, знаешь ли. До сегодняшнего дня…

— Но если все так, и Шарен каким-то образом внедрил вирус при первом сбое в госпитале — какой ему смысл ходить возле энергоблока и привлекать к себе внимание? — Вилт по-прежнему ничего не понимал.

— Нужно было дождаться момента, пока откроется канал для проникновения в систему с протоколами проверки. Если бы вирус начал формироваться сразу — его бы обнаружили раньше. И скорее всего, радиус активационного сигнала был невелик, чтобы его не засекли. Возможно, это вообще какое-то чисто механическое воздействие.

— Бред какой-то, — заметил Вилт.

— Угу… — устало вздохнул Лек. — Только вот в чем дело: Шарен отказывается объяснять, что делал у энергоблока.

* * *

Зачем Риксом взял Айна с собой? И дело даже не в этой идиотской вылазке, чтобы посмотреть шествие Императрицы, а его участии в операции, где у каждого своя определенная роль. У каждого, кроме… самого Рика, который ни разу не сел в кресло первого пилота, а резервную панель второго даже не активировал! В чем смысл присутствия двух пилотов? Неужели Салерно действительно просто хотел еще раз потренировать Айна в реальных условиях?

Бред какой-то.

А этот безумный поступок на шествии? Зачем он полез в первый ряд? Да, в итоге, все обошлось, но ведь все могло бы быть по-другому! Пустой космос, и самый главный вопрос: почему Риксом так много времени тратит на то, чтобы обучить Айна? Почему именно Айн? Почему не кто-то из более опытных пилотов? Все из-за единственного раза, когда он смог провернуть «финт Салерно»? Но это была случайность, больше Айну повторить этот трюк не удалось.

Это все из за того, что гениальный пилот оказался никудышным учителем. Возможно, поэтому он и вцепился в того, кто хоть раз уже такое делал?

Риксом шел уверенным, но неспешным шагом, из чего Айн заключил, что в сообщении, которое тот получил, не было ничего тревожного или срочного. Улицы Борброшерга были пусты, и шаги отдавались от стен домов гулким эхом, заставляя все время оглядываться, потому что Айну настойчиво казалось, будто за ними кто-то идет.

Но никого не было.

Может, стоило дождаться окончания шествия и смешаться с толпой, чтобы не привлекать внимания? Только добравшись до космопорта Айн сообразил, что эта мысль была дурацкой: на улицах не было никого, в том числе и представителей СВП — людей согнали для обеспечения безопасности Императрицы. А камеры на улицах не так опасны: если ограбление склада с топливом прошло хорошо, то после его обнаружения им всем будет все равно, что их видели — они уже будут далеко.

Они уберутся с планеты сразу, как только в грузовой отсек загрузят последний баллон с катализатором…

Космопорт был так же безлюден, хотя кое-какая охрана там имелась, к тому же обширная диспетчерская, заправочные станции и гостиница работали круглосуточно. Система осталась еще со времен Союза — Айн был уверен, что однажды Император упразднит и это: заправляться и взлетать в любое время станет невозможным, а после закона «О консервации» в этом не стоило и сомневаться.

Империя, которая поначалу не казалась таким уж злом, все больше и больше утопала в тоталитарной системе.

Император был умен — постепенность ограничения свободы оказалась весьма выигрышной политикой: люди привыкали к новшествам и ограничениям прежде чем вводились новые. Недовольных хватало, но будь правитель галактики менее осмотрителен, их было бы в сотни раз больше.

Нейра нашлась в рубке. Она сидела на кресле второго пилота, уткнувшись в планшет и смотря запись трансляции шествия Императрицы.

— Идиот, — сказала она, когда Риксом вошел.

— Риск того стоил, — ухмыльнулся Салерно.

— Это еще не точно, — отрезала Ней. Айн заметил на ее щеке небольшой порез.

Рик, очевидно, тоже обнаружил, что его подруга ранена.

— Как все прошло? — перестав ухмыляться, спросил он.

Нейра шмыгнула носом и поднялась. Айн с ужасом понял, что ее зеленая форма (для маскировки она и ее отряд нарядились в представителей СВП) на правом боку изорвана, а сквозь дыру видна кровавая рана.

— Неплохо, — сдержанно ответила она. — Их было тридцать — нас десять, при этом жертвы есть только с их стороны.

— Бездна, Ней, да ты кровью истекаешь! — воскликнул Айн. Он едва сдержался, чтобы не броситься к этой невероятной женщине, которая явно испытывала сильную боль и при этом даже не морщилась.

Нейра покосилась на свой бок.

— Пустяки, — буркнула она. — Бывало и хуже.

Хуже? Правда? Айн никогда не считал ее слабой, но видеть ее кровь было невыносимо. Рик, будто очнувшись, подошел к своей возлюбленной и заставил опереться на него.

— Взлетай, — перекинув руку Нейры через свое плечо, приказал он «зеленому-восемь».

— Но… но ведь… а вы уверены, что нам дадут разрешение на взлет? То есть… мне прорываться? — растерялся Айн.

— Прорывайся, если что. Разрешение мы должны получить. Я скоро вернусь, — бросил Рик. — Какой треклятой бездны ты вообще сидела здесь? — обратился он к Нейре. — У нас на борту врач, если ты забыла!

— Он занят, — мрачно ответила Ней. — А я могу потерпеть.

— Вечно ты… — покачал головой Риксом и… поднял подругу на руки. — Значит, буду лечить тебя сам.

Нейра захихикала.

— Больно, — внезапно пожаловалась она.

— Я знаю, — в голосе Рика слышалась нежность. — Но раз Гротус занят — тобой займусь я. Врач из меня не очень, но я постараюсь сильно не напортачить.

Нейра криво усмехнулась. Она смотрела лишь на Рика, и в ее глазах Айн увидел то, что окончательно убило хлипкую надежду когда-нибудь попытаться… просто попытаться быть с ней.

Любовь.

Как долго они вместе? Айн не знал. Они встретились в сопротивлении? Нет: Нейра — сестра Лекса, они точно знают друг друга очень давно…

В любом случае, Айну ничего светит. Он должен забыть ее. Перестать думать о той, что никогда не упадет в его объятия. О той, которая никогда не посмотрит на него вот так.

Стараясь не выдать своего отчаяния, Айн уселся в кресло первого пилота и коснулся приборной панели.

— «Радужный Якорь». Запрашиваю разрешение на взлет, — включив передатчик, произнес он.

В диспетчерской бесконечные пять секунд было тихо.

— «Радужный Якорь», взлет разрешаю, — безразличным голосом ответили из диспетчерской.

Странно. Неужели никто еще не обнаружил ограбленный склад? По идее, им сейчас предстояло прорываться на ручнике.

Но добро на взлет дали, и Айн со спокойной совестью включил автоматику, радуясь тому, что ему не придется пробиваться сквозь воздушное пространство Хорры с боем.

Потому что единственное, что он сейчас видел — сияющие любовью глаза Ней.

Жаль, что смотрела она не на него…

* * *

Поговорив с Вилтом, Лек отправил его восвояси, а потом схватил Лию за плечо и потащил к себе в кабинет. Он вызвал к себе всех работников службы поддержки и приказал провести полную диагностику всех систем. Отрывистыми фразами на грани грубости глава сопротивления объявил о том, что до окончания проверки отдыхать никто не пойдет, чем довольно быстро добился того, что народ буквально улепетывал из его кабинета, стараясь пораньше начать, чтобы закончить хотя бы до утра.

Лие он приказал остаться. И выяснить, успел ли Шарен что-либо передать, пока вирус разрушал систему безопасности Предела.

Шарен… в голове не укладывалось! На самом деле, если кого и подозревать, то Лайзу — она к Леку ближе всех… логично же подложить «крота» лидеру в постель, правда? С другой стороны, Лайза часто была на виду — в отличие от того же Шарена, который разгуливал по ее поручениям по всему Пределу.

А что если они заодно?

Ну почему, почему Лия не проявила инициативу и не проверила систему раньше?! Ведь Вилт упоминал о проблемах с подачей энергии, почему она не насторожилась? С «многоклеткой», как хакеры называли вирус, поселившийся в системе Предела, она сталкивалась, и могла бы обнаружить его намного раньше. До того, как он закончил формироваться и заработал.

И оправдывать себя сейчас не хотелось.

Шарен, Лайза или кто-то другой, на кого никто не подумал, но этот человек добился своей цели. Несанкционированная передача была открыта всего минуту. Потом сработал резервный блокиратор, закрывший ее (и то, что он не был отключен говорило о том, что «крот» о нем не знал или надеялся успеть отправить сообщение), но кое-что в эфир все-таки ушло. На общей волне, безадресно, но долго эта информация в Сети просто так не пролежит.

Ее найдут.

Как Лия и предполагала, неизвестный (Шарен!) попытался передать ту самую скрытую директорию, где содержалась все информация по Пределу. И за короткие секунды открытой передачи в Сеть ушло самое главное.

Координаты базы.

Лек, когда она ему это сообщила, застонал и спрятал лицо в ладонях. Пока она копалась в системе, к нему в кабинет принесли два дымящихся стаканчика с кофе, один из которых явно предназначался ей. Но Лия и без того уже не хотела спать. Ужас сковал разум, когда она осознала, что Последний Предел, ставший для нее почти домом, скоро будет обнаружен.

— Как… что теперь делать? — прошептала она.

Лек, не отрывая ладоней от лица, помотал головой.

Лия отошла от терминала и села рядом с главой сопротивления. Мысли путались. Вспомнился панический побег с Солля, бандиты Кронты, полыхающее небо Мармера. Неужели все повторится?

Но теперь им совершенно точно некуда бежать! А как же Айн? Даже если на Хорре все прошло благополучно, обратный полет займет еще трое стандартных суток!

А есть ли смысл возвращаться сюда, если…

— Не паникуй, — Лек, наконец, перестал прятаться от действительности. Глубоко вздохнув, он потянулся за одним из стаканчиков. Отхлебнул.

— Но… если… когда базу обнаружат…

— Ты забыла? — голос главы сопротивления звучал холодно и равнодушно. — Я же говорил: есть резервная. Еще один Последний Предел… на этот раз действительно последний.

Лек горько усмехнулся. Что-то было в его голосе… неправильное. Если бы все было так просто, он должен был сейчас лихорадочно отдавать приказы об эвакуации, Лия знала, что в ангарах Предела хватает кораблей, чтобы вывезти с базы и людей, и ценное оборудование. Но Лек безучастно смотрел в одну точку, будто силы полностью оставили его.

— То есть… мы улетим? — осторожно спросила Лия.

Лек вздохнул. Поморщился, глядя в свой стакан.

— Хочется чего-нибудь покрепче, — проронил он. Застыл.

— Лек! — Лия испугалась. Почему-то ей стало еще страшнее, чем в тот момент, когда она решила, что надежды нет. Но она же есть!

Он вновь на миг спрятал лицо в ладонях, а затем глубоко вздохнул и посмотрел Лие в глаза. Усмехнулся, вот только от усмешки разило безнадежной горечью.

— Ты помнишь, зачем Рик отправился на Хорру? — спросил он.

Лия моргнула. Такого вопроса она точно не ожидала.

— Я не понимаю…

— Рик был прав, Х-топлива катастрофически мало. Сейчас наших запасов хватит лишь на треть имеющихся в наличии челноков. А это значит, что пока Рик не вернется с топливом, я могу эвакуировать лишь треть находящихся здесь людей. Людей, которые доверили мне свои жизни, — Лек невесело хохотнул. — Так что пока «Радужный Якорь» не вернется — полная эвакуация не состоится. По техническим причинам.

Теперь пришел черед Лии прятать лицо в ладонях.

Паники не было, нет. В голове царила полная пустота, будто все мысли выветрились. Поймать хоть одну из них не получалось, а уж озвучить…

— Нужно что-то делать, — Лия посмотрела на свои ладони, осознав, что дрожит.

— Нужно, — Лек оставался абсолютно спокоен. — Пожалуй, проверку систем я отменю. Смысла в ней больше нет.

Что? Причем здесь проверки? Они заперты на искусственной планете, а их координаты слиты в Сеть! Они должны… а что они должны? В панике бегать кругами? Кричать о том, что обречены?

— Пока Рик и Нейра не вернутся с Х-топливом, мы приготовимся к эвакуации, — продолжил Лек. — Все, что можно собрать и загрузить заранее — соберем и загрузим. Потом останется только заправить.

— Но… а если Империя явится сюда раньше? — спросила Лия.

Лек встал и подошел к экрану терминала. Коснулся, и на нем появились крысюкаты на льду. Вечная заставка, на которую глава сопротивления мог смотреть часами — Лия проверяла.

— На все нужно время, ты же это понимаешь? Информацию обнаружат не сразу. Быстро, но не сразу. Императору придется собрать флотилию, прежде чем явиться сюда. И необходимо время, чтобы сюда добраться. А у нас есть свои истребители. Если Рик опоздает — мы дадим им бой. Но надеюсь, до этого не дойдет. Иди к мужу, Лия. Отдохни. Подготовку к эвакуации я объявлю сам.

Лия встала.

— А как же Шарен? — спросила она.

Лек коснулся рукой одного из застывших крысюкатов.

— Им займутся. Завтра ему вколят коллапсор и допросят. Если он окажется имперским шпионом — умрет.

— У… умрет?

— Да. Если ты думаешь, что он первый, кто попытался нас уничтожить, то глубоко ошибаешься, — голос Лека звучал жестко. Лицо его исказила страдальческая гримаса.

Не говоря больше ни слова, Лия покинула кабинет главы сопротивления, размышляя о том, что она проклята. И навлекает проклятье на самых близких.

Им предстоит еще один побег.

Глава 5. Падение во тьму

Что вы делаете с любовью, когда тот, кого вы любили, умирает?

И с воспоминаниями, которые остаются?

Может, вы их упаковываете в картонные коробки и подписываете странными названиями?

И куда вы деваете их и остаток жизни, который вы собирались прожить с человеком, ушедшим без предупреждения?

Джонатан Кэролл. Свадьба палочек

Второй день они готовились к эвакуации. Люди были на взводе. Повсюду были хмурые взгляды, и, Вилт снова начал замечать, что к нему относятся с подозрением. Он старался не обращать на это внимания. Все объяснимо: в конце концов, его допрашивали и это как-то стало известно. Вместе с историей о предательстве Шарена и передачей в Сеть ненаправленного сигнала. Это как с Предела флагом помахать. Или транспарант вывесить: «Приходите, мы здесь!» И Шарен признал свою вину, что само по себе звучало невероятно. И пугало, слишком наглядно подтверждая тот факт, что доверять нельзя никому. Лия сказала: парень даже не стал ждать, пока его допросят с коллапсором.

Лек предупреждал, что близятся нелегкие времена, хотя вряд ли имел в виду именно обнаружение Предела Империей.

Пациентов в госпитале почти не осталось: все, кто мог стоять на ногах, присоединились к эвакуации. Остались только лежачие. И до недавнего времени была еще Лайза, которую Корбиг практически силком заставил остаться в стационаре. Ей кололи седативные препараты и, по крайней мере, теперь она не бросалась на Вилта. Хотя еще утром, столкнувшись с ним в коридоре, прошипела с неприязнью: «Лучше бы «кротом» оказалась твоя жена!». Бесцветно, будто и не соображала, что говорит. Тем не менее, она настаивала на том, что хочет приступить к своим обязанностям. Пришлось искать ей провожатого.

Эвакуация разворачивалась совсем не так, как в Мармере. Все-таки, Предел не подвергся нападению, и подготовка к отлету проходила организованно, не без суеты, но уж точно — без панических метаний. В Пределе была разношерстная публика, но дисциплина была на высоте.

Наверное, каждый обитатель станции хоть раз думал о том, что когда-нибудь придется в спешке бежать. Предел рано или поздно все равно нашли бы.

А Вилт ловил себя на мысли, что то и дело тянется к передатчику — чтобы связаться с Лией и удостовериться, что с ней все в порядке. Что от нее не придет больше сообщения «Беги», подразумевающего: «Беги без меня».

Он снова занимался резервными генераторами. Теперь их нужно было демонтировать. Корбиг составил перечень наиболее важного оборудования, которое требовало особой аккуратности в обращении. И еще нужно было упаковать лекарства. Лекарства нужны всегда.

В общем, Вилт крутился весь день, как белка в колесе. И только ближе к концу смены заглянул к Корбигу. В небольшом холле, через который можно было попасть в директорский кабинет, никого не оказалось. Дежурная медсестра, должно быть, тоже была занята каким-нибудь поручением.

Дверь в кабинет Корбига была закрыта неплотно, и до Вилта донеслись голоса. Профессор разговаривал с Леком. Вилт понятия не имел, что глава сопротивления в госпитале. Впрочем, в такой суматохе это и не удивительно.

— Моя вина, — сказал Лек ровно. — Я должен был заметить, что с ним что-то не так. А вместо этого…

— Твоей вины в этом нет, мальчик, — в голосе Корбига слышались непривычные мягкие нотки.

Ясное дело, говорили они о Шарене. Вилт не решился войти. Ему вообще следовало убраться из холла. Но он слишком поздно сообразил, что разговор прерывать не стоит, и теперь был слишком близко к двери. Боялся привлечь к себе ненужное внимание.

— Когда-то она сказала мне, что я привык к тому, что у меня все есть. И потому не слежу за тем, чем обладаю… кажется, я понял ее слова только теперь. Хотя мне казалось, поумнел давно, — Лек усмехнулся.

— Я видел, какими вы с Риксомом были прежде. Не худший вариант богатеньких балбесов, — заметил профессор. Лек фыркнул. — Прекрасные были времена. Я и сам вас ругал за легкомыслие, прекрасно помню. Я надеялся, что вы изменитесь к лучшему. Что из вас получатся настоящие, не пустые люди. И я вижу, какими вы стали. И ты, и Рик, и Нейра. Волевые, отважные… по-прежнему безрассудные, с этим не поспоришь. Но иногда я думаю, что будь у меня выбор, я не хотел бы увидеть вас такими. Ты взвалил на себя ответственность за свободу народа. За его историю.

— Влезать в истории — это про меня, — хмыкнул Лек. — Особенно, случайно.

Корбиг вздохнул.

— Беда в том, что история никому не прощает попыток ее изменить.

Повисла тишина, которой Вилт не выдержал и, кашлянув, обозначил свое присутствие. Когда он вошел, Лек стоял у окна, а Корбиг — сидел в кресле за столом, положив руки на подлокотники.

— Как там Лайза? — спросил глава сопротивления. Не прибавил привычного «а, заместитель».

— Рвется в бой, — проговорил Вилт. — По-моему, зря. В себя она толком не пришла.

— Было бы время ждать… — мрачно проговорил Лек. — Хорошо! Надеюсь, до завтра вы здесь закончите. По моим расчетам, «Радужный Якорь» должен прибыть черед двадцать-двадцать пять часов, — он кивнул Корбигу и направился к двери, но поравнявшись с Вилтом, остановился и предложил: — Пойдем, что ли, покурим, заместитель?

* * *

Для Лии все три дня эвакуации превратились в мучительно-длинный марафон бесконечных протоколов, бегущих строк, отсчитывающих проценты завершенного процесса копирования и вечно вибрирующего от сообщений Лека коммуникатора. Глава сопротивления бессовестно использовал свою помощницу в качестве записной книжки, и список дел с каждым часом все возрастал.

Сначала Лия хотела возмутиться: в техническом отделе трудилось чуть меньше сотни человек, а резервные копии всей информации, что хранилась на серверах Предела, предлагалось делать именно ей, будто никого больше не осталось, но потом поняла, что у Лека просто не было выбора. Выявив наличие на базе «крота», она заслужила место помощницы, а обнаружив «многоклетку» и выявив передачу координат Предела в Сеть — стала единственной из техников, кому Лек точно мог доверять. С одной стороны, это было лестно. С другой — времени на сон почти не оставалось.

А выписавшаяся из госпиталя Лайза добавила еще проблем, хотя должно было быть наоборот — как начальник отдела снабжения, она лучше всех знала, что, где и в каком количестве находится. Одежда, еда, оружие, средства внутренней связи, блокираторы ЛИГов — это то, что надо было равномерно распределить между пассажирскими кораблями перед тем, как отправлять их на новую базу. Грузовые корабли заполнялись более громоздкой техникой: разобранными генераторами, батареями, деталями космических кораблей и медицинским оборудованием.

Вот только Лек, помня, что Шарен был ближайшим помощником Лайзы, очевидно не мог сейчас полностью доверять своей любовнице. И оттого все ее действия должна была контролировать… Лия, у которой в связи с этим просто не осталось времени на все остальное!

Лайза, пусть и немного притихшая после пребывания в больнице, выливала на Лию тонны звериной ненависти молча. Лия даже немного сочувствовала ей. Лайза наверняка боялась, что потеряла крохи доверия Лека навсегда, а с учетом их отношений… возможно, она и не любила Лека, но некое чувство собственничества все равно присутствовало. А сейчас ей прямо указали на место. И от этого Лайза зверела еще сильней. Самым обидным для любовницы Лека было, пожалуй, то, что ее благородный порыв доказать свою преданность был грубо отвергнут. Едва выбравшись из госпиталя, она явилась к Леку и буквально умоляла его допросить ее с помощью коллапсора, чтобы глава сопротивления убедился, что она и не подозревала о предательстве Шарена. Но Лек лишь отмахнулся — на это просто не было времени. Хотя, что-то подсказывало Лие, что когда они прибудут в безопасное место, у Лайзы еще будет возможность испытать на себе действие «сыворотки правды». Сейчас же — кем бы она ни была, ее доступ был ограничен. Как и у всех остальных. Единственным обитателем Предела, у кого оставался первый уровень допуска, была Лия. И пожалуй, это бесило Лайзу больше всего.

Работать в паре с розововолосой снабженкой было откровенно невыносимо, но Лия старалась сдерживаться. Это кончится. Все это скоро закончится, и они улетят. Там им придется заново выстраивать быт, но над ними не будет висеть опасность уничтожения. По-крайней мере, до того момента, пока ту базу тоже не обнаружат. И Лия сделает все, чтобы этого не случилось!

Потому что она хочет жить.

Хотя бы так.

Лия почти не вспоминала про Айна, хотя именно его они ждали. Именно прибытие «Радужного Якоря» должно было стать точкой отсчета к окончанию эвакуации. Но у Лии было, над чем подумать и кроме брата. И дело было не в Лайзе.

Дело было в Шарене.

Когда Лек вызвал ее в изолятор, Лия не сразу сообразила, зачем понадобилась главе сопротивления — ведь в последние два дня они почти не пересекались, общаясь по коммуникаторам. Нет, она не думала, что у Лека внезапно появились подозрения насчет нее, но и то, что ждало ее возле комнаты, где держали предателя, она предугадать не могла.

Лек был хмур, как никогда, а вкупе с недосыпом, которым он страдал и до рокового дня, когда координаты Предела ушли в Сеть, это выглядело страшно. Казалось, что в его запавших глазах не осталось жизни, а плечи его были вновь опущены, будто стараниями Вилта и Корбига он не избавился от своих вечных болей. В одной руке у него был бластер, а в другой — странный контейнер, о содержимом которого можно было только догадываться. Он был один — Лия не заметила даже намека на охрану.

— Что случилось? — спросила Лия, опасливо покосившись на дверь, за которой сидел Шарен. Изоляционный блок был мрачен: скудное освещение, ряды серых металлические дверей, скрывающие маленькие камеры. Пустые.

Только одна была занята, и Лек намекал, что до начала эвакуации Шарен не доживет.

— Ничего, — голос главы сопротивления звучал хрипло. — Почти ничего. Я хочу, чтобы ты это видела.

Лие стало не по себе.

— Что я должна увидеть? — похолодев, спросила она, впрочем, уже зная ответ.

Лек опустил взгляд. Затем протянул ей оружие.

Лия отшатнулась. Он, что, хочет, чтобы она застрелила Шарена? Вспомнила свой первый опыт убийства и кровь того несчастного «еэсбэшника», жизнь которого она отняла, спасая свою. Нет. Она не хочет убивать еще раз. Даже того, кто окончательно разрушил осколки надежды.

— Бери, — властно повторил Лек. — Будешь моим прикрытием.

Лия сглотнула…

— Я… не думаю, что это хорошая идея… Лек, я не хочу это видеть!

Глава сопротивления сверкнул глазами и поджал губы.

— Ты ведь осуждаешь меня. С тех пор, как я сообщил тебе, что Шарен умрет, ты умело избегаешь моего общества. Виртуозно, я бы сказал, с учетом того, что ты моя помощница. И я хочу, чтобы ты кое-что поняла. Я могу простить многое. Даже предательство, если это касается лично меня. Но по вине человека за этой дверью могут погибнуть сотни. И такое прощать нельзя. Ты меня понимаешь?

— Я тебя не избегаю! — возмутилась Лия. — Если ты забыл — я единственная в Пределе, кто имеет первый уровень доступа, потому что всем остальным ты доступ ограничил! Я не успеваю ничего, и…

— Бери бластер, — третий раз сказал Лек. — Пора покончить с этим.

Когда рукоять оружия скользнула в ее ладонь, Лия почувствовала, что на нее накатывает паника. Она не хотела видеть, как Лек, которым она искренне восхищалась, совершает убийство. Он был прав: в глубине души она осуждала его решение. Разумом понимала, что другого исхода и не могло быть, но все равно не хотела, чтобы Шарен, веселый и обаятельный рубаха-парень умирал. Возможно, все было от того, что она до сих пор не поверила в его предательство?

Убедившись, что Лия крепко держит оружие, Лек повернулся к двери и набрал код разблокировки. Дверь бесшумно отодвинулась, и глава сопротивления уверенно шагнул в открывшийся проем. Лия последовала за ним.

В камере горел только один тусклый светильник, не позволяя толком рассмотреть обстановку. Шарен сидел за столом, который стоял ровно посередине помещения, и смотрел на свои руки. Даже появление Лека и Лии не заставили его поднять голову.

Было так тихо, что Лия слышала, как бьется ее сердце, слышала немного прерывистое дыхание Лека и совершенно спокойное дыхание Шарена. Вспомнив, что она — прикрытие Лека, она медленно подняла бластер и направила его на предателя.

— Ты пришел меня убить, Лек? — равнодушно спросил Шарен.

Глава сопротивления подошел к столу и поставил на него контейнер.

— Ты можешь сделать это сам, — немного помолчав, ответил он.

Шарен хмыкнул. Продолжая разглядывать свои ладони, он немного склонил голову набок. Приглядевшись, Лия увидела, что его руки едва заметно дрожат.

— Не хочешь мараться об меня, Лек?

Лек глубоко вздохнул.

— Я уже убивал таких, как ты, Шарен. Но всегда давал им шанс сделать это самостоятельно. В контейнере ты найдешь инъектор. В нем капсула со смертельной дозой снотворного. Я не Император, который расстреливает своих врагов. Ты просто уснешь. Возможно, перед смертью тебе приснится что-то хорошее. Хотя, я не исключаю и обратного.

Шарен положил ладони на стол и все-таки поднял голову. Заметил, что Лек пришел не один.

— Привет, Лия, — слегка улыбнулся он. На миг ей показалось, что в его взгляде проскользнула мольба о помощи, но при таком освещении что-то утверждать наверняка было нельзя.

Лия промолчала. Она понимала, что если что-нибудь скажет — обязательно расплачется. Да, Шарен оказался имперским шпионом, который желал им всем смерти.

Ведь желал, да? Иначе бы не слил координаты Предела в Сеть.

Шарен тем временем перевел взгляд на Лека.

— Знаешь, а ведь ты действительно невероятный человек, Лекс Димор. Даже такой мрази, как я ты даешь шанс уйти достойно, бросившись на меч, — он склонил голову, посмотрев на контейнер. — Что будет, если я откажусь убивать себя сам?

Лек сделал шаг назад.

— Будь обстоятельства иными — я бы сам всадил в твою шею этот укол. Быть палачом — не самое приятное занятие, но я никогда не заставлял убивать других. У тебя выбор небольшой. Вот-вот сюда нагрянет Империя. Кстати, по твоей наводке. Это место будет уничтожено. Поэтому у тебя два варианта — сделать инъекцию и спокойно заснуть или погибнуть в огне. Я не знаю, когда это случится. Но долго ждать не придется.

Шарен кивнул. Взглянул на контейнер перед собой.

— Умирать в огне, наверное, больнее, правда? — тихо сказал он. Потом рассмеялся. — Лекс, ты действительно хочешь мне легкой смерти?

— А ты хочешь мучений? — веско спросил Лек.

Шарен покачал головой. Он посмотрел на главу сопротивления, и в его глазах Лия заметила чувство вины.

Опустив взгляд, Шарен протянул руку, придвинул контейнер к себе и открыл. Внутри действительно лежал инъектор.

— Уходите, — безжизненно сказал он. — Я подумаю, какой именно смерти достоин. Спасибо, Лекс. Даже с такими, как я, ты умудряешься поступить по совести. Интересно, кто тебя этому научил?

Лек помолчал.

— Прощай, Шарен, — уронил он.

Потом развернулся и, кивнув Лие, покинул каморку. Дождавшись, когда Лия присоединится к нему, закрыл дверь и заблокировал ее.

— Бластер оставь себе, — буркнул он. — Иди, занимайся своими делами.

Сначала Лия не понимала, зачем он сделал ее свидетельницей произошедшего, а потом ей пришло в голову, что кроме Рика и Нейры у Лека никого нет. Он доверял Лие, потому что она, пусть и совершенно случайно, но доказала, что не может быть имперской шпионкой.

С одной стороны, это было хорошо. Потому что позволяло надеяться на то, что доверие распространится и на Вилта с Айном.

Лия очень хотела на это надеяться.

* * *

Лия вернулась поздно. Она прислала Вилту сообщение, чтобы не дожидался ее и возвращался домой один. Вилт прекрасно понимал, что Предел — слишком мал, чтобы заблудиться, но где-то на станции все еще могли быть сообщники Шарена. Интересно, готовя эвакуацию, Лек должен был как-то продумать этот момент. Ведь если есть второй «крот», он отправится вместе со всеми. И долго ли они пробудут в безопасности на новом месте?

Лия сейчас была слишком близко к Леку и секретным планам сопротивления, и Вилт не мог не беспокоиться. Он предлагал жене отправлять ему сообщения, когда она освободится — чтобы он мог встречать ее… Узнавший об этом Лек лишь хмыкнул: мол, ты, конечно, прости, заместитель, но телохранитель из тебя!.. И выделил Лие кого-то из собственной неуловимой охраны. По молчаливому согласию самой Лие об этом решили не говорить…

Жена положила свой вечный планшет на стол и начала раздеваться, стараясь не шуметь, чтобы не потревожить Вилта.

— Я не сплю, — сообщил он, взмахнув рукой. В стене рядом с ним возникло пятно приглушенного света — ночник. Он еще даже не думал ложиться. Слишком бурный день, вопреки возможным ожиданиям, привел к бессоннице.

Лия бросила на мужа странный взгляд, скинула обувь.

— Не спится? — спросила она.

— Слишком много кофе. Кажется, Корбиг не выдерживает напряжения. Как бы не язва желудка. Вот я сегодня и бегал…

Лия слушала как-то рассеяно, глядя в сторону. Вилт подошел ближе.

— Что случилось?

Лия вздохнула. Кажется, она правда хотела скрыть свое состояние. Не удивительно увидеть жену уставшей и расстроенной. Но все же — нынешнее состояние Лии Вилту не понравилось.

— Не спрашивай.

Последнее время она часто говорила подобное. Правило не обсуждать работу сложилось еще когда они жили в Мармере. Айн как-то в порыве нетрезвой злости заявил, что они как чужие люди, даже довериться друг другу не способны. Потом неделю названивал сестре — пытался извиниться. Доверие — это ведь не тот случай, когда раскрываешь дома секретную информацию.

— Вилт, ты знаешь, я убила человека. Еще в «РИАСе».

Вот тебе и тема для вечерней семейной беседы. Вилт остановился напротив жены. Задумчиво сказал:

— А я сбежал из госпиталя, оставив пациентов. Видел, что происходит, и все равно…

— Что ты мог сделать?! — резко возразила Лия. — Ты спасал свою жизнь!

— Как и ты — свою, — напомнил он.

— Ну да… впредь, возможно, придется убивать еще.

Вряд ли Лия осознала это только сейчас. Вилт начал понимать, что могло произойти. Нельзя сказать, что он отнесся спокойно к этим своим догадкам, но расспрашивать не стал.

— Наверное. Но мы ведь знали, на что шли.

— Ты пытался отговорить Айна!

— Не потому, что в сопротивлении пришлось бы убивать людей, Лия…

Наверное, он не должен был так думать. Жизнь — высшая ценность, и прежде, и сейчас для Вилта это оставалось аксиомой.

Он шагнул к жене, взял ее за руки, притянул к себе.

— Ты не должна чувствовать себя виноватой из-за того, что оказалась быстрей человека, который желал тебе смерти, — заметил он. — Думаю, ты и сама это понимаешь. Что бы сегодня ни случилось… другого выхода не было.

— Не уверена, — пробормотала Лия.

— Это нормально. Никто не говорил, что тебе должно понравиться убивать.

Лия снова вздохнула.

— Эй, разве это не ты должен приходить домой измотанный после очередной операции, а я — утешать тебя, что ты не всесилен и не можешь спасти всех? — беспомощно попыталась пошутить она.

«Обойдусь», — подумал Вилт.

Вслух же заметил:

— Странно, но я даже не знаю, кто на этот раз ввязался в самые большие неприятности: Айн или мы?

Лия тихо фыркнула.

— Да уж, теперь у него явная конкуренция!

* * *

Из-за ранения Нейра почти не выходила из каюты. Гротус, перевязав ее, строго настрого велел ей соблюдать постельный режим хотя бы до прибытия на Предел. Рик уверил доктора, что лично проследит за тем, чтобы его подруга не вылезала из постели. Это прозвучало настолько двусмысленно, что Айн, присутствовавший при этом разговоре, мысленно взвыл. Совершив первый прыжок, он собирался немного отдохнуть (не то, чтобы сильно устал, но торчать в рубке в одиночестве тоже смысла не было — корабль во время перезагрузки двигателя вполне нормально шел на автопилоте), а теперь… теперь ему надо было опять придумывать способы отвлечься. Не представлять. Не думать. Выкинуть из головы все мысли, связанные с Нейрой Димор.

Если бы это было так просто…

Риксом прямо сказал Айну, что до конца пути за штурвал он садиться не собирается, и Айн понимал, почему. И нет, дело явно было не в том, что Айн вдруг стал выдающимся пилотом. Просто теперь он мог провести «Радужный Якорь» до Предела самостоятельно и без риска куда-нибудь случайно упасть, а Рик, очевидно, решил этим воспользоваться и устроить себе внеплановый отпуск… с Нейрой.

В голову опять лезли вопросы, самым главным из которых был: зачем на «Радужном Якоре» два пилота, если справиться с управлением мог и один? Или Риксом летел на Хорру только для того, чтобы посмотреть на «самую грязную шлюху Империи», при этом едва не попавшись?

Айн прокручивал эти мысли сотни раз и никак не мог определиться: рад ли он, что его кумир, звезда галактики, тот, кого он боготворил и чьими успехами в свое время вдохновлялся, решил взять над ним шефство, или нет. Ведь, несмотря на все сомнения, Айн понимал: Рик просто решил провести для него экзамен в реальных условиях. Быстрое маневрирование, меткость и умение мгновенно оценивать ситуацию — это важные качества для пилота истребителя, но управлять тяжелым транспортником типа «Радужного Якоря» или грузовозом (не говоря уж о громоздких крейсерах) — совершенно иная наука. И Рик хотел, чтобы «зеленый-восемь» умел все. Правда, крейсеров у сопротивления не было. А жаль: Айн с удовольствием поучился бы и на них.

Три прыжка. Чуть больше трех стандартных суток в пути. И пустой бак с Х-топливом — на Предел «Радужный Якорь» прибудет уже неспособный лететь без дозаправки.

И для Айна это время тянулось бесконечно. И дело было не только в Нейре. Дело было не столько в Нейре. За время, проведенное в сопротивлении, Айн заработал себе репутацию бешеного. Шарен, парнишка из отдела снабжения, его так и называл. Бешеный. Драки, в которые он ввязывался из за грязных слухов про Лию и Лека, явная благосклонность Рика, упрямо тренирующего безымянного новичка, назначенного «зеленым-восемь», да что уж говорить — несдержанность в выражениях и словах — все это сделало Айна не самым популярным в Пределе. Пилоты откровенно завидовали вниманию легендарного Рика Салерно к его персоне, механики предпочитали не связываться (именно среди их братии были популярны сальные шутки про то, чем занимается Лек со своей новой помощницей, и именно им доставалось больше всего), а остальной маленький мир, созданный Лексом Димором для тех, кто уходил от Империи навсегда, для Айна ограничивался Лией, Вилтом и… Нейрой, о которой он старался не думать.

Айн часами сидел в капитанской рубке один. Гротус ухаживал за двумя ребятами из отряда Ней, пострадавшими при ограблении склада, Рик покидал каюту подруги только для того, чтобы поесть, женщины-техники с самого начала путешествия не баловали команду общительностью, а остальные штурмовики… Айн не знал, о чем с ними говорить.

Он чувствовал себя совершенно одиноким, и когда до последнего прыжка оставалось несколько минут, решил, что когда вернется, будет проводить больше времени с сестрой. И другом. Окунувшись в водоворот новой жизни, он почти забыл про них! Нет, не так. Посчитал, что он им не нужен — брат и шурин, который приходит в гости только для того, чтобы нормально поесть. Зависть — вот, что их разделило. И зависть эта принадлежала ему, Айну. Вилт, ставший незаменимым. Лия — личная помощница главы сопротивления… и Айн, до которого никому не было дела. Никому, кроме Лии и Вилта! А еще Риксома Салерно.

Зависть. Вот, что стало для Айна проклятием.

Он это исправит. Он перестанет быть Бешеным. Он сделает все, чтобы продвинуться и выйти из «зеленого» звена. Он станет лучшим. Может быть, после Рика, но он сделает все, чтобы стать «ведущим золотых».

Тем более что нынешний командир «золотого» звена не нравится и самому Рику. Может быть, поэтому он так возится с Айном? Ведь он прямо говорит, что у Морино есть потенциал.

«Подготовка к переходу в гиперпространство завершена. Внимание! Катализатор на исходе! Внимание! Катализатор на исходе! Внимание!…»

Да знает он, знает… на один прыжок хватит, и ладно. Айна немного раздражал механический голос корабельного искина — на своем истребителе во время тренировок он вообще отключал голосовые уведомления, предпочитая читать сообщения на информационной панели.

«Двигатель перезагружен. Внимание! Катализатор на исходе! Внимание!..»

— Не нуди. Запустить подачу катализатора в основной двигатель. Топливо на один-ноль выше первой отметки, — скомандовал Айн.

Дожил! Разговаривает с компьютером, потому что больше поговорить и не с кем! Обычно все команды он передавал с помощью кнопок на основной панели, считая общение с искусственным интеллектом ниже своего достоинства. Бортовой компьютер — всего лишь машина, а голосовые команды всегда казались ему ненадежными.

«Уровень основного топлива установлен на один-ноль выше первой отметки, — послушно сказал механический голос (женский и приятный, на самом деле, но Айн всегда слышал фальшивые ноты). — Катализатор запущен. Подготовка к прыжку завершена. Внимание!..»

— Да заткнись ты! — рассвирепел Айн и со злостью вырубил голосовое управление. — Без тебя знаю! Катализатора у нас целый грузовой отсек, идиотина!

Привычно пробежав пальцами по панели, он задал координаты и дал отсчет до прыжка.

Десять… девять… восемь… семь…

Когда дело дошло до единицы, Айн вдруг подумал, что при выполнении «финта Салерно» отсчета он не производил.

Может, все дело в этом?

Сам прыжок занимал несколько мгновений, и Айн никогда бы не променял возможность видеть нереальность и красоту разноцветной глубины гиперпространства на банальный отдых в каюте. Не будь он пилотом, он все равно бы проводил короткое время прыжков в рубке, он был уверен.

Сейчас космос вновь станет черным и пустым: он задал координаты на расстояние десяти световых минут от Предела, чтобы иметь время проверить маневровые — все-таки, посадка пока что не была его коньком… если никуда не торопиться они доберутся домой уже через час.

… и космос был черным и пустым. Тускло сияла УФ-368, с такого расстояния кажущаяся чуть ярче остальных звезд, и Айн даже пожалел, что вынырнул так далеко. Он остро ощутил тоску по сестре и другу и хотел увидеть их как можно скорее.

Проверка маневровых прошла успешно, и Айн даже почувствовал себя уверенней. Звезда постепенно приближалась, становясь маленьким солнцем, однако Предела видно еще не было — пока что, приглядевшись, можно было увидеть только маленькую звездочку, но скоро, совсем скоро, не пройдет и получаса как эта звездочка превратится в искусственную планету, где Айн и его близкие обрели дом.

Пока что корабль шел на автопилоте и Айн откинулся в пилотском кресле, расслабившись. Он неотрывно смотрел на звездочку-Предел, пытаясь представить, чем сейчас заняты Лия и Вилт. Он очень надеялся, что они будут рады его возвращению.

Надо обязательно вытащить друга в бар, чтобы напоить. Этому киборгу давно пора расслабиться, а Лия для этих целей не подходит — при жене друг предпочитает выглядеть героем, которому не нужен ни отдых, ни сон, ни возможность выпить в мужской компании…

Уже предвкушая, как захмелевший Стэр перестанет держать лицо и начнет травить врачебные байки (в лицах, подражая интонациям и вставляя безумно-смешные комментарии), Айн улыбнулся.

Он почти забыл о том, что Нейра Димор совсем близко…

— Что-то не так, — в рубку влетел Рик.

Не обращая внимания на мгновенно выпрямившегося Айна, Салерно сел в кресло второго пилота и включил передатчик. Айн собирался сделать это позже — все равно Предел функционирует в режиме радиомолчания. В эфире послышалось какое-то шипение и треск.

— Не так? — осторожно спросил Морино. — Что…

Рик отмахнулся от него, напряженно вслушиваясь в какофонию эфира. Треск сменился странными звуками, больше похожими на скрежет пилы по стальным толстым струнам. Выше — ниже. Выше — ниже.

От этого звука заныли зубы.

Рик обернулся к Айну и тот увидел, как беспокойство на его лице превращается в панику.

— Я решил проверить пространство на наличие зондов-шпионов, потому что был уверен, что ты про них забудешь. И знаешь, что обнаружил? Скопление малых тел вокруг базы.

Про зонды Айн действительно забыл. Выругавшись про себя, он сделал вид, что это не так, и спросил:

— Может, учебные вылеты какого-то из звеньев?

Рик оскалился.

— В звене четырнадцать истребителей. И это число вряд ли можно назвать «скоплением».

Спина Айна похолодела. Он почувствовал, как по его коже бегут мурашки.

Стоны эфира теперь звучали устрашающе.

— Что ты хочешь этим сказать? — прошелестел Морино.

Риксом прижал ладонь ко рту, будто пытаясь заставить себя замолчать. Будто не прозвучав, опасения не оправдаются.

— Рик!

Салерно убрал руку от лица.

— Либо Лекс решил устроить массовые учения в мое отсутствие, — сдавленно произнес он, — либо нас нашли…

* * *

Обычно Корбиг каждое утро делал обход, но сегодня не смог — слишком был слаб. Так что Вилт прошелся по всем отделениям сам, и как раз собирался успокоить профессора по поводу того, что в госпитале — идеальная дисциплина и порядок. Со стороны и не скажешь, что они ждут скорого появления карателей. Точнее, конечно, не ждут.

Вилт думал, как это будет: что случится, когда появятся имперские войска. Очень хотелось бы, чтобы к этому моменту Рик и Айн к этому времени вернулись со спасительным топливом, эвакуация была давно завершена и прибывшие каратели застали опустевшую базу… хотя, должно быть, Лек планирует уничтожить Последний Предел. Административный центр — уж точно.

И где-то в глубине души все же теплилась призрачная, еле ощутимая надежда на то, что отправленный в сеть сигнал все же не был обнаружен.

По крайней мере, Предел все еще оставался спокоен. В режиме тревожного ожидания. Это состояние уже даже становилось чуть-чуть привычным. Во всяком случае, не вызывало ужаса, как в первые часы.

К своему удивлению, Корбига Вилт обнаружил в коридоре, да еще и в компании главы сопротивления. Как Лек умудрился выкроить время, чтобы проведать профессора — оставалось только гадать. Ведь мог и вовсе не знать, что у Корбига приступ. Быть может, Лия рассказала? Или кто-то другой…

Лек, как и обычно в последнюю неделю, выглядел невыспавшимся, осунувшимся и раздраженным. Но сегодня, раздражение вызвал, похоже, именно Корбиг, по одному виду которого было очевидно, что разгуливать по коридорам ему сейчас не стоит, а стоит лежать подключенному к реабилитационной системе.

Вилт подошел ближе, проигнорировал возмущенный взгляд главы сопротивления: мол, что это ты не следишь? Строго спросил у Корбига:

— А как же лечение?

Щадя чувства профессора, он не озвучил напрямую, что покидать палату было неосмотрительным решением. Профессор сам все понимает, а Лек, несмотря на недовольство, вряд ли стерпел бы, что при нем Корбига натурально отчитывают.

— Не время сейчас! — раздосадовано взмахнул рукой профессор.

— Не время для реабилитации? — Вилт заподозрил, что Лек успел сказать Корбигу нечто, вызвавшее всплеск активности. Дурные вести? Кто бы сомневался… но стоило ли идти сразу к профессору? Понятно, что для реабилитационных процедур время неподходящее! Но кому будет лучше, если у Корбига случится очередной приступ?

— Ты, наконец, почувствовал желание сбежать из госпиталя? — хмыкнул Лек, перестав буравить Вилта недовольным взглядом.

— Не хочу встречать врага, лежа под одеялом, — с неожиданной воинственностью отозвался профессор. — Тебе даже не стоило тратить время на уговоры.

— Какие уговоры? — уточнил Вилт.

— Я пришел сказать, что пациентов пора вывозить с Предела. На одном из тех челноков, что полностью заправлены. И собирался отправить профессора в качестве сопровождения.

Вилт кивнул. Весьма разумное решение. Если бы только Корбиг не был так слаб… хотя: раз выбрался в коридор, значит, налицо улучшение состояния. Словно пытаясь опровергнуть только поставленный диагноз, Корбиг побледнел и покачнулся. Ну, ведь умный человек, со степенью!!

— Но вижу, что от профессора сейчас толку мало, — процедил Лек. — Значит, летишь ты.

Вилт даже не сразу понял, кто под этим «ты» подразумевался. Но, поскольку рядом больше никого не было, речь могла идти только о самом Стэре.

— Это правильное решение, — вынужден был признать Корбиг. — На новом месте придется в срочном порядке заниматься обустройством. И проследить за тем, чтобы никто из пациентов не сбежал до стабилизации после перелета. А то будет, как с Лексом в свое время…

Корбиг не закончил фразы: ему как будто дыхания не хватило.

Вилт все понимал. И он не жаждал оставаться в Пределе в ожидании имперцев… но слишком уж мрачным выглядел Лек. В душе всколыхнулось беспокойство. «Предвестие подставы», — так обычно говорит Айн. Вот, именно подставы Вилт сейчас и ожидал.

— Я полечу только с Лией, — твердо сказал он.

— Нет, ты просто полетишь, — отрезал Лек. — Ты подчиняешься приказам, как и она. У твоей жены еще есть здесь работа.

— Никуда я без нее не…

Сирена взвыла оглушительно. Звук бил по ушам, а тело само стремилось куда-то бежать. Двигаться, двигаться, нельзя стоять на месте. И Лия… нужно срочно разыскать Лию!

Но Лек остался спокоен, лишь активировал коммуникатор, стараясь услышать, что происходит. Сирена, наконец, стихла.

— У станции собираются поисковые спутники, — бесцветным голосом сообщил глава сопротивления. — Нас нашли.

По спине побежал холодок. Хотелось бежать на корабль. Лишь бы улететь, пока еще можно.

Но только вместе с Лией. Лек не заставит его покинуть жену.

— Я не единственный врач. До нашего прибытия справятся, здесь дела важнее, — вздохнув, произнес Вилт.

— Не справятся, — прошелестел Корбиг. Он, кажется, побледнел еще сильнее. Не стоило ему все же выходить из палаты. Вот только теперь-то что?

— Мне некогда с тобой спорить, — сказал Лек Вилту. — Если не пойдешь сам, тебя на корабль отведут в наручниках. Вызвать охрану?

Он ведь не шутил. Времени на шутки не осталось.

— Хотя все равно придется кого-то звать, чтобы помогли… профессор, ты уж держись, что ж ты так, — с досадой уронил глава сопротивления.

Снова взвывал сирена. Корбиг покачнулся. Лек и Вилт поддержали его с двух сторон, осторожно довели до палаты. Медленно, очень медленно, совсем не так, как призывал действовать сигнал тревоги. По счастью, треклятые завывания снова стихли.

— Все не вовремя, — досадливо пробормотал Корбиг, когда они уложили его на больничную койку и Вилт запустил систему диагностики. Лек мрачно взглянул на скачущие показатели. Да уж, если бы дело по-прежнему было в желудке. Нет, судя по показателям, сердце Корбига не выдерживало нагрузок. Должно быть, когда Лек и Рик спасали профессора от «еэсбэшников», состояние его было куда как лучше.

— Если бы нас спрашивали. Ничего, полежишь немного, и полетишь, — с досадой сказал глава сопротивления и, вдруг смягчившись, снова обратился к Вилту: — Я обещаю, что позабочусь о Лие. Скоро здесь будет Морино, твоя жена не будет одна. Она полетит вместе со мной, надолго мы тут не задержимся… только на время заправки. Ты и дальше собираешься испытывать мое терпение?

Корбиг тем временем завладел планшетом с показателями диагностики, задумчиво похмыкал и с преувеличенной бодростью заключил:

— Все, что мне требуется — несколько минут, чтобы прийти в себя. Улечу следующим кораблем…

— Но… — тут уже запротестовал Лек. — Потом начнется беготня…

— Кто-то должен завершить тут дела, — неожиданно жестко напомнил Корбиг. — А ты лишаешь меня единственного помощника.

Лек поморщился. Как раз в этот момент в палату заглянули несколько человек в форме охраны. Видимо, Лек все же вызвал их, чтобы помогли довести Корбига до ангаров.

Глава сопротивления бросил еще один взгляд на планшет, закусил губу, затем кивнул на Вилта и сказал пришедшим:

— Проводите его до корабля. И если что выкинет — разрешаю применить парализующее. Дотащите сами… Ладно, профессор, твоя взяла. Тоже полетишь со мной. Но чтобы никакой самодеятельности!

Корбиг кивнул.

— Иди, — сказал он Вилту. — Я прослежу за эвакуацией персонала. А ты проверь, чтобы все было правильно. Челноки не приспособлены быть лазаретами, сам знаешь.

Лек вовсе не намерен был продолжать спор. Да Стэр и сам понимал, насколько абсурдно сопротивляться, но… внутри все противилось принятому главой сопротивления решению.

«Я ее бросаю, — пронеслась в голове мысль. — Сам улечу, пока еще относительно спокойно, а у Лии будет куда меньше шансов. Тем более, рядом с Леком».

Ощущение беды было слишком ощутимым.

Пока они шли к ангарам, Вилт активировал передатчик. Лия долго не отвечала.

Он помнил, как получил от нее невнятное сообщение. Наверное, теперь уже никогда не забудет.

Беги из города. Я люблю тебя. Прости.

Нет, оставлять жену в неведении и перекладывать обязанность объяснить, что произошло, на Лека Вилт не собирался.

Одно ее слово и… Что и? Сбежит от охраны? А дальше?

Бред же!

Лия, наконец, приняла вызов.

— Вилт? Не беспокойся, это пока только поисковые…

— Я знаю. Госпиталь эвакуируют.

— Да, Лек сказал… что не так?

Лия тоже умела чувствовать его состояние. И то, что их сейчас разделяла половина станции, роли не играло.

— Корбиг не смог полететь, его состояние резко ухудшилось.

Лия молчала всего секунду.

— Лек отправляет тебя? — предположила он. Вилт кивнул.

— Я против, — сказал он.

— Сейчас не время препираться, — жена справилась с собой куда быстрее.

— Лия, я…

— Вилт, у меня много работы. Поговорим уже на новом месте, хорошо? — с успокаивающей убежденностью сказала она.

«Не оставляй ее!» — вопил внутренний голос. Вилт скрипнул зубами.

— Да… — выдохнул он. — Поговорим потом.

Когда Лия отключила связь, он твердо решил, что после того, как все это закончится, поговорит с женой начистоту.

* * *

Первый сигнал тревоги настиг Лию в химической лаборатории, заставив сердце, которое от огромного количества энергетика и так билось как сумасшедшее, буквально выпрыгнуть из груди. Выскочив из лаборатории, Лия бросилась в диспетчерскую: именно там сейчас можно было точно узнать, что происходит.

Мысль о том, что сейчас над ее головой собираются имперские истребители, внушала животный ужас.

Она уже это проходила не так давно.

В диспетчерской выяснилось, что пока что возле Предела вьются только три спутника-шпиона. Император решил сначала проверить информацию, вот только Лия сомневалась, что эта отсрочка будет долгой.

Громыхнула вторая сирена и, слушая ее оглушаюшие завывания, Лия подумала о том, что она так и не успела собрать немногочисленные пожитки, скопившиеся за время их недолгого проживания. Лек настолько ее загрузил, что она совершенно про это забыла. Это значило, что на новом месте вновь придется выпрашивать свежую одежду. И если ничего в иерархии не изменится — выдавать ее будет Лайза.

Внушив себе, что пока что она в безопасности, Лия вновь отправилась в химлабораторию — закончить дела.

Вот тогда-то с ней и связался Вилт, и слова его заставили Лию чуть ли не расплакаться.

Покидая обреченный Мармер, они были друг у друга: она, Вилт и Айн. Сейчас же… почему-то стало страшно оставаться на Пределе одной, без мужа, пусть он и был не рядом. Теперь же он улетит. А Айн все еще не вернулся. И топлива нет.

Лек все делал правильно — следовало эвакуировать тех, кто в защите Предела участия принимать не будет, на тех кораблях, что полностью заправлены, но ведь Айн может и не успеть…

Лия подумала о том, что ее привилегированный статус личной помощницы Лека сыграл с ней злую шутку — глава сопротивления будет держать ее рядом, и это значит, что если у тех, кто явится за ними, есть указание схватить его, а не уничтожить… а что лучше? Погибнуть или угодить в лапы ЕСБ? Лия уже испытывала на себе прелесть допросов, и надо признать, тогда «есбы» просто развлекались, не зная, что сидят в заминированном здании.

Страшно было подумать, как они себя ведут, когда действительно серьезны.

Химлаборатория, бывший склад мелкой техники, серверная… в диспетчерскую Лия вернулась только через три часа, обнаружив, что за время ее отсутствия многое изменилось: вокруг Предела начали появляться первые боевые корабли Империи, которые пока что не спешили обстреливать искусственную планету: развернутое вокруг Предела защитное поле делало эти действия бессмысленными. Пока — бессмысленными. Генераторов хватит максимум на шестнадцать часов, а дальше… дальше предельцы либо улетят, либо погибнут.

Хорошо, что Вилт улетел…

Огромное помещение диспетчерской, всегда полупустое, сегодня кишело народом: здесь собрались все, кто так или иначе был связан с обороной Предела. Помещение было условно разделено на девять секторов — из семи из них осуществлялась координация действий боевых звеньев Предела, и они назывались по цвету звена — золотой, красный, желтый, черный, серый, синий и зеленый. Был еще основной сектор, координирующий небоевые корабли, но Лека Лия обнаружила в девятом — центральном, откуда можно было увидеть полную картину. Возле главы сопротивления обнаружился доктор Корбиг и Лайза. Последняя выглядела испуганной: губы ее подрагивали, в глазах застыли беспомощные слезы, а розовые волосы, которые так раздражали Лию, были всклокочены, будто она не расчесывалась уже два дня.

— …к вылету готов…

— …готов…

— …синий-один…

— …золотой-восемь…

— …готов…

— …проверка завершена…

— …серый-три…

— …черный-девять…

Гвалт в диспетчерской стоял просто неимоверный, да и настроение у людей было обреченное. Все понимали, что если «Радужный Якорь» не явится в ближайшее время, они умрут.

Умрут, дав Императору свой последний бой.

— Сделала? — Лек, стоявший за спиной одного из диспетчеров, даже не обернулся, вглядываясь в огромную голограмму Предела, вокруг которого сверкали светящиеся точки — имперские корабли.

— Да, — Лия покосилась на Лайзу и Корбига.

— Хорошо. Пошли. Давон, когда возле Предела появятся крейсера — сообщишь.

Диспетчер, за спиной которого стоял Лек, кивнул.

— Если появится «Радужный Якорь» — тоже.

Еще один кивок.

Лек резко развернулся, схватил Лию за плечо и буквально поволок к выходу из диспетчерской, а она могла думать только об одном.

Лек сказал «если», а не «когда».

— Можешь меня не тащить, я и так знаю, что мы идем в твой кабинет, — заметила Лия, справившись с собой.

— Извини, — Лек отпустил ее. — Я просто немного на взводе.

Лия понимала. Все они сейчас были на взводе. И Лек был одним из тех, по кому этого сказать было нельзя. Несмотря на жуткую ситуацию, в которой они сейчас находились, внешне глава сопротивления был абсолютно спокоен.

Только изможден так, что это было видно невооруженным глазом.

Оказавшись в кабинете, Лек кивнул Лие на терминал, а сам залез под стол и выудил оттуда небольшой контейнер, который до боли напоминал тот, врученный Шарену. Вот только в этом оказался не инъектор, а несколько карт памяти. И не просто карт памяти, а мини-серверов. Несмотря на малый размер, они вмещали в себя около эксабайта информации. И все они уже были заполнены — собственно, этим и занималась Лия последние три дня.

— Бери, — Лек протянул ей одну из карт, очевидно, еще пустую. — Отсюда можно закончить. И… заставку мою не забудь.

Крысюкаты на льду? Серьезно?

Лия не стала задавать вопросов, а просто взяла карту у него из рук и вставила в разъем. Надо было завершить начатое — за время существования этого Последнего Предела на его серверах было сохранено слишком многое, и не только секретные разработки Империи и список «неблагонадежных» планет, где существовали, так называемые, «полевые ячейки сопротивления». И всю эту информацию нужно было сохранить.

Или уничтожить.

Генераторы работали на износ, закрывая Предел защитным полем, поэтому скорость передачи снизилась чуть ли не до нуля.

— Часов пять, — сказала Лия.

— Что? — Лек, севший за свой стол, поднял голову.

— Мне нужно часов пять. Это в лучшем случае. Скорость сильно упала.

Лек вздохнул.

— Будем надеяться, что они у нас есть, — равнодушно ответил он.

Глядя на практически стоящий на месте бегунок прогресса, Лия пыталась не думать об этом самом «если».

Пыталась не думать.

Не думать.

— Что будет, если Рик не прилетит? — не выдержав, спросила Лия. — Мы погибнем?

Лек оперся о стол локтями и сплел пальцы рук. Взгляд у него стал совершенно стеклянным.

— Ты не погибнешь. Я не погибну. Корбиг и Лайза тоже останутся живы, — совершенно ничего не выражающим голосом ответил он. — Еще повезет тем, на кого хватит места на двух оставшихся заправленных кораблях. Остальные обречены.

Бегунок прогресса слегка сдвинулся.

«Осталось 98 %»

Лия села напротив главы сопротивления.

— Что это значит? — спросила она.

Лек поджал губы.

— У меня есть катер, снабженный прыжковым двигателем. Места там на четверых. Он заправлен. Стоит в одном из ангаров, который числится пустым. Ты не думай, если бы было можно, я бы с удовольствием поменялся местами с кем-нибудь… вот только без меня все развалится.

Это-то Лия понимала.

— Я не считаю тебя трусом. И никто в Пределе не считает. Ты прав, без тебя все развалится…

— Я просто пытался спасти людей! — прорычал Лек. — Я не собирался организовывать оппозицию! Первый Предел был создан, как убежище, а не логово повстанцев, ты понимаешь? А потом… как так получилось, что мы стали опасны? И убежище превратилось в базу. Нужно было оставаться в тени, чтобы Император про нас забыл. Вспомнить бы еще, с чего началась вся история с сопротивлением…

Лия помолчала. Откровение Лека ударило ее обухом по голове.

— Ты же говорил, что борешься с режимом, — осторожно сказала она.

— Сейчас — да. Но изначально я просто хотел спрятаться. И спрятать других… однако, прятаться всю жизнь невозможно.

Лия скосила глаза на экран терминала.

«Осталось 97 %»

— Ты же доверяешь мне, Лек. Я могу закончить здесь сама. Мне кажется, людям, что тебе доверились, будет легче, если ты будешь с ними. Я имею в виду, ты можешь пойти в диспетчерскую, если хочешь, — предложила она.

Лек скривил губы в подобии улыбки и покачал головой.

— Давон — опытный координатор. Если запахнет жареным, он выпустит истребители с Предела, и мы дадим бой. Я там не нужен. Практически — я вообще не нужен. Никому, кроме друга и сестры… которые где-то застряли.

Это было до такой степени чушью, что Лия на миг потеряла дар речи.

— Ты сам говоришь, что эти люди доверили тебе свои жизни! — воскликнула она. — Ты стал их спасением! Как ты можешь такое говорить!

— Спасением их стали мои деньги. Те, что я смог вывести на левые счета, пока мои не были заморожены. Вот только у меня больше нет. Понимаешь, Лия? Больше — нет. Если мы все спасемся, то та база может стать нашей могилой. Потому что больше идти нам будет некуда. У меня нет средств построить еще одну резервную базу. У меня ничего нет.

Лия помолчала.

— У тебя есть мы, — просто ответила она. — Хватит жалеть себя, Лекс Димор. Я не думаю, что все эти люди преданы тебе потому, что раньше ты был богат. Ты стал для нас всех символом надежды. Не смей говорить, что у тебя ничего нет.

Лек одарил Лию странным взглядом.

Но промолчал.

… браслет связи тренькнул, когда на экране горело: «Осталось 68 %».

— «Якорь» явился! — воскликнул глава сопротивления. — Наконец-то!

Он вскочил.

— Я хочу пойти с тобой. Мне нужно увидеть брата, — Лия тоже встала, чувствуя, как в груди расцветает надежда. Они спасены! Все — спасены!

Лек на миг замер.

— Ладно, пошли, — теперь улыбка на его губах выглядела настоящей, а от некстати проявившейся хандры, казалось, не осталось и следа. — Заодно не дашь мне убить Риксома за то, что он не спешил.

Как Рику удалось провести транспортник сквозь боевые корабли Империи осталось для Лии загадкой, но что-то подсказывало ей: не все так просто. Скорее всего, наземные орудия Предела прикрыли «Радужный Якорь», забрав себе часть энергии генераторов, что вполне могло замедлить и так вялотекущий процесс копирования, но что еще хуже — сократить время действия защитного поля.

Ворвавшись в ангар, Лия не успела толком ничего сообразить, как оказалась в чьих-то объятиях.

— Айн! — она крепко сжала плечи брата в ответ.

— Рикки, где ты шлялся? — услышала она веселый голос Лека.

— Это ты мне скажи, как вам удалось так попасть, — сердито ответил Риксом. — Стоит мне отлучиться, и ты попадаешь в историю. Это даже не смешно, Лекс!

— Да пошел ты… Надеюсь, ты с топливом. Нам всем надо отсюда убираться.

Отстранившись от брата, Лия со все возрастающим ликованием наблюдала, как Рик, громко возмущаясь сложившейся ситуацией, помогает Нейре сойти с трапа. Сестра Лекса была немного бледна и явно не от волнения.

— Ее ранили, — прошептал Айн. — Где Вилт?

— Улетел. С больными. Еще до того, как боевые корабли появились.

— А ты что здесь делаешь? — брат нахмурился.

— А у меня еще дела. То есть, я еще не закончила.

О сути своих дел, кроме информационной составляющей, Лия брату не хотела говорить. Просто потому, что Лек запретил.

Айн грязно выругался.

— Я к своим, — выпустив пар, сказал он. — Когда заправка будет завершена, придется прикрывать отлет пассажирских челноков…

— Ты останешься, — с ними поравнялся Риксом, которого Лек уже ввел в курс дела. — Зеленое звено в этом не участвует. «Зеленые» пилоты сядут за штурвалы челноков. Иначе мы всех не вывезем.

Айн нахмурился, но кивнул.

— Хорошо, — отрывисто ответил он.

Лие очень хотелось, чтобы брат находился рядом с ней, но спустя несколько минут быстрых указаний, она вновь была вынуждена отправиться с Леком в кабинет, где он сам, впрочем остался недолго. Запустил Лию — и ушел.

«Осталось 42 %»

Быть одной в пустом помещении, когда там, в небе скоро начнется бой — а то, что Империя захочет помешать предельцам улететь сомневаться не приходилось — было откровенно жутко, но Лия не стала спорить с Леком.

Что она еще может сделать?

Кое-что еще может. И небольшой пульт в кармане говорил об этом весьма красноречиво.

Когда копирование будет завершено — она должна уничтожить всю информацию. Импульсные заряды, ею лично заложенные в каждый терминал Предела должны помешать Империи узнать, что было известно сопротивлению.

Второй пульт был у Лека. И он должен был активировать не импульсы.

Административный центр был заминирован.

«Осталось 25 %»

Как же медленно! Не выдержав неизвестности, Лия связалась с Леком и выяснила, что корабли заправлены, истребители покинули безопасную зону, и первые челноки уже готовятся к вылету.

Двадцать три корабля, из них девять грузовых, везущих оборудование.

И восемьдесят пять истребителей против двух сотен имперских во главе с тремя прибывшими крейсерами, обладающими огромной огневой мощью.

«Осталось 18 %»

Еще больше часа.

Она устала сидеть в кабинете одна.

Выйти отсюда можно было и без Лека, поэтому Лия просто открыла дверь и отправилась в диспетчерскую.

— … курс на тринадцать…

— … пятый пошел…

— … восьмой ушел в прыжок…

— … первый грузовой пошел…

— … Лекс, а ты уверен, что нам надо уходить? Я их сейчас сделаю!

Последние слова принадлежали Риксому, который пересел на истребитель и вместе с остальными прикрывал беспомощные грузовозы и пассажирские челноки.

— Ты давай не высовывайся, — рявкнул Лек. — И не лезь на рожон.

— Скучный ты, — Риксома явно захватил азарт.

Лек был там же, в центральном секторе, только кроме Лайзы и Корбига рядом с ним теперь были еще Нейра и Айн. Присутствие последнего для Лии было непонятно.

— Я буду пилотировать последний, — ответил брат на ее немой вопрос, когда она подошла к нему. — Тот, который увезет тех, кто сейчас находится здесь.

Лия кивнула.

— Стэр, у тебя разве дел нет? — Леку явно не понравилось, что она покинула его кабинет без разрешения.

— Там еще долго. Около часа. Мне… я лучше здесь постою. Среди людей как-то… спокойнее…

Лек покосился на нее, но ничего не сказал.

— … десятый пошел…

— … тринадцатый ушел…

— … прикрывай, прикрывай!..

— … «серый-десять» сбит!!!

— … «золотой-замыкающий» сбит!

— Лекс, ты там можешь поторопить всех, а? Мы теряем людей! — опять Риксом.

— А то я не вижу! Восемь кораблей осталось. И еще один, вот его вам придется подождать, лишившись диспетчеров.

— Как будто мы впервые будем летать вслепую. Так даже интереснее!

Лия подумала, что Риксом будто не осознает, что сейчас вокруг него гибнут люди. И не только предельцы — время от времени слух вырывал из гвалта десятков динамиков сообщения о сбитых истребителях Империи.

Пока что сопротивление вело в счете.

Лия прижалась спиной к широкой груди брата, чувствуя его ладони на своих плечах, и зачаровано смотрела, как вокруг голографии Предела вьются сотни точек. Она ничего не понимала в космической координации, но одна из точек вела себя… нагло. И Лия не сомневалась, что это — истребитель Салерно.

— … двадцать первый пошел…

— … осталось немного, ребята, держимся!

— … двадцать второй на взлет…

— … куда тебе несет, там же крейсер!

— … управление сбилось… сейчас…

— … сейчас тебя собьют, идиот! У вас была куча времени проверить все системы! — Рик орал так, что закладывало уши. — «Золотой-один», «черный-два», прикрывайте!

— …сбиты…

— … - Рик грязно выругался в переполненный эфир. — Ладно. Давненько я трюков не исполнял. Эй, Морино! Внимательно смотри, как выглядит настоящий «финт Салерно»! Когда еще придется так весело полетать!

Наглая точка внезапно исчезла… чтобы появиться там, где была нужна.

— Уклонение в дно и короткий прыжок, — голос Рика звучал наставительно. Он как будто читал лекцию, а не прикрывал отход предпоследнего пассажирского челнока. — Жаль, что…

Точка вновь исчезла, и Лия не сразу поняла, что это значит.

Пальцы брата больно впились в ее плечи, и сквозь осознание того, что второй раз за такое короткое время прыгнуть невозможно, ее слуха достиг полный боли и отчаяния крик Нейры.

— Не-е-е-е-ет!!!!!

* * *

Мертв. Риксом Салерно мертв. По-настоящему.

Сжимая плечи сестры, Айн бездумно смотрел на пустое место, в которое превратился истребитель Рика.

Погиб. Глупо подставился под удар.

Довыпендривался…

Ней упала на колени и, спрятав лицо в ладони, выла, словно раненый зверь. Переведя взгляд на Лека Айн обнаружил, что тот даже не шелохнулся. Он смотрел на голомодель Предела совершенно стеклянными глазами, будто все чувства и эмоции покинули его.

— Двадцать второй ушел в прыжок, — бесцветным голосом сказал он. Потом подошел к панели, нажал кнопку передачи и объявил: — Объявляю эвакуацию диспетчеров. Уходите отсюда.

На последнем слове его голос слегка сорвался, и Айн понял, что не будь Лек главой сопротивления, он тоже бы сейчас выл от боли потери лучшего друга. Но Лек главой был, и поэтому не мог позволить себе отдаться горю. Пока — не мог.

Лия развернулась и крепко обняла Айна, ища у него поддержки. Нет, она не была близко знакома с Салерно. Ей просто было страшно. Айн прижал ее к себе, уткнулся носом в макушку. От волос сестры пахло пылью и озоном. Да уж, в то время как он мечтал выпить с Вилтом, они здесь готовились к самому худшему. Ждали смерти.

— Морино, бери Лайзу и Корбига и марш за штурвал. Тебе придется тяжело: истребители остались без «глаз».

Лия прижалась к Айну еще плотней, а он поднял голову и посмотрел на Лека.

Руки его подрагивали, и это было единственным свидетельством того, что он только что потерял близкого человека.

— Ты слышал? — хриплым голосом спросил глава сопротивления. — Или мне повторить? Отпусти сестру и быстро за штурвал!

Сраженный его командным голосом, Айн разжал руки; только потом до него дошло, что Лек, похоже, не собирается садиться в последний пассажирский челнок. И Лию он хочет оставить рядом с собой.

Глядя на то, как диспетчерская стремительно пустеет, Айн во все глаза разглядывал Лека, стараясь понять, что все это значит. Переведя взгляд на Нейру, он обнаружил, что она кое-как справилась с собой и медленно поднимается на ноги. Губы ее дрожали, руки сжимались в кулаки, а взгляд был совершенно безумным.

Нет, она не справилась. Просто осознавала, что надо уходить. Протянув руку, она схватила брата за плечо, сжав его так сильно, что Лек поморщился.

— Я без сестры никуда не пойду, — стараясь оставаться спокойным, произнес Айн. — Ты слышишь? Лия полетит со мной.

Лек оскалился.

— Хочешь, чтобы из-за тебя погибли почти пятьдесят человек? Никто, кроме тебя не сможет увезти их отсюда.

— Я полечу только с Лией, — упрямо повторил Айн.

А вот, Лия, похоже, думала по-другому. Она тоже перестала цепляться за Айна и шагнула назад.

— Нужно кое-что закончить, — тонким голоском, в котором были слышны явные слезы, сказала она. — Айн… уходи.

Глядя на убийственно спокойного Лека, убитую горем Нейру, еле живую от страха Лайзу и держащегося за сердце Корбига, Айн пытался понять, что же именно его смущает во всем этом. Кроме того, что его сестра должна остаться рядом с главой сопротивления до конца.

И понял.

— Предположим, я брошу сестру и улечу. Вы закончите свои неведомые дела. А дальше что? — шок от осознания гибели Риксома сменился гневом. Айн чувствовал, как у него чешутся кулаки.

— Дальше — мы улетим вслед за тобой, — ответил Лек.

— Как?! — кулаки чесались все сильнее, хотелось хорошенько начистить рожу главы сопротивления, который собирался…

— На корабле. Здесь есть еще один, малогабаритный катер, — глядя на Айна как на полоумного, сказал Лекс.

— Как?! — прошипел сквозь зубы Айн. — Лия не умеет пилотировать, Нейра тоже…

— А я умею, — перебил его Лек. — Я закончил летную академию Ровеллы, Морино.

Айн моргнул. О том, что глава сопротивления имеет квалификацию пилота, он даже не догадывался.

— Но… — Айн растерялся.

Лек резко подался вперед и схватил Айна за грудки.

— Сейчас там, над нашими головами семьдесят девять уцелевших истребителей летают вслепую. Знаешь, чего они ждут? Когда ты перестанешь заниматься глупостями и выведешь последний пассажирский корабль на орбиту. Их там все меньше. Прямо сейчас они гибнут, а ты… стоишь здесь!

— Так полетели со мной! — Айн сбросил руки Лека. — Чего ты…

— Я должен закончить здесь, — прошипел Лек. — Я не дам Империи и шанса найти нас на новой базе. Уничтожу этот Предел… и для этого мне нужен человек, который сохранил ясность рассудка, — он повернул голову и красноречиво кивнул на совершенно невменяемую Нейру. — Я бы остался здесь со своей сестрой. Но, к сожалению, мне нужна твоя. Ней! Полетишь с Корбигом?

Нейра затрясла головой и вновь вцепилась в плечо брата.

Айн беспомощно посмотрел на Лию.

Сестра моргнула несколько раз, а потом одарила его решительным взглядом.

— Уходи, Айн. Все будет хорошо, — сказала она.

Вот только в ее глазах совсем не было уверенности…

* * *

К тому моменту, когда на экране зажглось: «Загрузка завершена», Нейра немного пришла в себя. Взгляд ее стал осмысленным, и она перестала цепляться за мундир Лека, который из-за этого не мог даже сесть за стол.

Сам глава сопротивления держался неплохо, но Лия, успевшая хорошо его изучить, видела, что он едва сдерживается, чтобы не завыть по примеру сестры. За несколько часов до этого он сказал о том, что не нужен никому, кроме друга и сестры.

И вот теперь друга нет.

— Я закончила, — сказала Лия, — теперь можно все взрывать.

— Сначала нам отсюда убраться надо, — заметил Лек. Обернувшись к сестре, он спросил: — Ну как? Сама дойдешь, или мне тебя понести?

Нейра покачала головой.

— Дойду, — прошелестела она.

— Хорошо, — Лек на миг прижался губами к ее щеке, а затем посмотрел на Лию. — Импульс пошлешь, когда доберемся до катера. А потом, когда я тебе скажу — взорвешь здесь все в бездну. Поняла?

Лия кивнула.

— Ну что ж, — Лек взял сестру за руку. — Пора уходить.

Когда они покинули административный центр, Лия почувствовала, как по ее спине ползут мурашки ужаса. Только сейчас на нее нахлынуло осознание, что на всем Пределе — на всей маленькой искусственной планетке — остались лишь они втроем. Шаги гулким эхом отдавались от стен зданий, разбивая могильную тишину. Вскинув голову к небу, Лия попыталась разглядеть, что же происходит там, за пределами защитного поля, но истребители были слишком малы, чтобы их можно было разглядеть. Взгляд зацепился лишь за два маленьких объекта — один был похож на кольцо, другой — на звезду, как их рисуют в мультфильмах. Имперские крейсера разных поколений. Отсюда их размер казался в половину ногтя на мизинце.

Из того, что все вокруг было тихо, Лия заключила, что даже их огневой мощи не хватит, чтобы пробить защитное поле. Это радовало.

— Скорей! — голос Лека показался Лие громом. — Чем быстрей мы уберемся отсюда, тем меньше людей погибнет.

Лия кивнула и ускорила шаг. Она думала о том, что даже не знает, удалось ли пробиться Айну на последнем пассажирском корабле, сколько истребителей Предела сбиты превосходящими силами противника, и сможет ли Лек увести катер в прыжок прежде, чем их уничтожат.

Лия вообще не понимала, как Лек мог оказаться пилотом — за то время, что она была с ним знакома, он ни разу не сел за штурвал. И на симуляторах не занимался, у него была куча других дел. Ей вообще казалось, он побаивается летать — что неудивительно: ведь когда-то он разбился на аэроне до такой степени, что его так и не смогли вылечить до конца.

Вилт говорил, что Леку до конца жизни предстоит возвращаться к лечебной терапии время от времени, чтобы поддерживать свое состояние. А еще он говорил, что полностью выправить осанку главе сопротивления не удастся никогда. Он обречен чуть сутулиться всю жизнь.

Добравшись до ангаров, Лек повел своих спутниц в один из них, и Лия увидела небольшой катер, который больше походил на прогулочный. Все ее немногочисленные знания твердили, что подобная машина прыжковым двигателем снабжена быть не может. Слишком маленькая.

— Стирай, — сказал Лек, остановившись у трапа.

— Что? — задумавшись, Лия не сразу сообразила, о чем он говорит.

— Посылай импульс. Стирай все, — повторил Лек. Потом повернулся к сестре, которая выглядела совершенно потерянной. Лие пришло в голову, что не будь рядом Лека, Нейра бы вела себя по-другому, и собралась бы. Она все-таки была солдатом. Но сейчас перед ними стояла женщина, которая только что потеряла человека, которого любила.

Лия достала пульт и с ощущением полной нереальности происходящего набрала код активации импульсных зарядов. Пошел отсчет.

Десять… девять… восемь…

— Ней, отпусти меня, — глядя на скачущие цифры отсчета, услышала Лия. — Мне надо быстро открыть шлюзы ангара, иначе мы не взлетим. — Идите в катер, я быстро.

…три… два… один…

Экран стал красным, и если Лия все сделала правильно, то сейчас все терминалы и сервера предела лишились самого главного — информации. Сначала идея уничтожить информацию, а затем все взорвать показалась Лие глупой, но теперь она понимала — Империя может послать сюда людей и собрать обломки того, что останется. Она сама умела извлекать информацию из казалось бы «убитых» носителей.

Все правильно.

Подняв голову от экрана, Лия обнаружила, что рядом стоит только Нейра — Лек ушел открывать шлюзы.

— Пойдем, — голос Ней сорвала, и теперь он звучал хрипло. — Надо успеть пристегнуться всем, чем только можно.

— Что?

Вместо ответа Нейра развернулась и пошла вверх по невысокому трапу. Немного помедлив, Лия последовала ее примеру.

Внутри было… тесно. Очевидно, этот катер изначально не предназначался для дальних перелетов, Лия обнаружила лишь две клетушки, которые можно было назвать каютами с большой натяжкой, а капитанская рубка была совмещена со столовой, и при этом просторным помещение назвать было нельзя. Позади пилотского кресла было еще три, и Лия вспомнила, что Лек говорил про то, что улететь можно вчетвером…

…некстати пришел в голову Шарен, о судьбе которого Лия ничего не знала. Принял ли он смертельную дозу снотворного или до сих пор жив?

Из за него погибло уже как минимум семеро.

Это он убил их. Это он убил Риксома Салерно.

Сев в одно из кресел, Лия дрожащими руками застегнула страховочные ремни и посмотрела на расположившуюся рядом Нейру. На лице блондинки гуляла странная улыбка — Ней будто не могла решить: она хочет успокоиться или все-таки продолжить плакать.

Ее слова про «пристегнуться всем, чем только можно» не давали Лие покоя.

— Лек вообще умеет летать? — сомнения в том, что глава сопротивления мог быть пилотом, вновь овладели Лией.

Нейра все-таки усмехнулась. И от этой усмешки веяла такой горечью, что у Лии зашевелились волосы.

— Умеет, — тихо ответила она. — Теоретически.

— Теоретически! — в ужасе воскликнула Лия. — Что значит, теоретически?

Ней на несколько секунд закрыла лицо руками. Они крупно дрожали, и Лия поняла, почему Лек не отпустил ее, Лию, вместе с братом. Ему нужен тот, кто активизирует заряды в тот момент, когда он будет за штурвалом. А Нейра сейчас на это не способна.

— Он… не любил учиться. Мы были богаты, помнишь? А у Лекса не было мозгов. Знаешь, что делают богатенькие мальчишки без мозгов? Они развлекаются. А потом покупают дипломы.

Звучало так, будто Лек в принципе не знает, куда нажимать. Да и слова Нейры о «мальчишках без мозгов» как-то не вязались с портретом главы сопротивления.

— Его учил Рик… — продолжила Нейра. — Уже после того, как мой братец получил диплом. Заставлял учиться. Но это не сделало Лекса хорошим пилотом. Он не любил, когда его заставляют. Даже если это делает лучший друг.

Слова о Риксоме вновь заставили Нейру расплакаться.

— Он был нашим… спасением. Тем, кто всегда… найдет выход из самой дурной ситуации… он был для нас всем… — сквозь слезы прошептала Нейра. — Тебе не понять, Стэр.

Лия понимала. У нее тоже был брат-пилот. А еще у нее был тот, кто однажды их спас. Только в отличие от Ней, Лия официально вышла за него замуж.

Послышалось шипение поднимающегося трапа и герметизации — Лек вошел в катер. Молча сел в пилотское кресло и вставил идентификационную ключ-карту в панель.

— Когда скажу — дашь отсчет на тридцать, — на колени Лии упал пульт-детонатор. — Погнали.

Крыша ангара поднималась медленно, очень медленно. Лия старалась не думать, что будет, если ее заклинит. Они — последние. На Пределе больше никого нет.

…никого живого…

…вновь вспомнился Шарен…

Лек взялся за штурвал одной рукой, другой защелкал какими-то тумблерами, и катерок, словно нехотя, слегка поднялся над полом. Лия почувствовала небольшую вибрацию, и ей вспомнился побег с Солля. Айн тогда сидел за штурвалом впервые.

Судя по словам Нейры, с Леком взлетать они будут так же весело.

Лек нажал кнопку передатчика.

— Код четыре-восемь-пять. Отменяю. Уходите, ребята…

Рубка заполнилась звуками эфира.

— Лек, ты уверен, что пройдешь их?

— … не будь я ведущим золотых!

— … уходить отсюда…

— … сумасшедший!..

Лек зашипел.

— Код. Четыре. Восемь. Пять. Отменяю. Уходите.

Он потянул штурвал на себя, и катер, хорошенько встряхнувшись (Лия едва удержала пульт в руках), начал взлетать.

— … надо тебя прикрыть…

— … будем рядом…

Лек грязно выругался.

— Вам повезло, что я плохо слышу, кто именно мне перечит. Иначе на новой базе вы угодили бы в изолятор! — рявкнул он. — Уходите, я сказал! Я не на громадине взлетаю, мне подготовка к прыжку не нужна! Я уйду сразу, как только покину зону действия поля! Быстро убирайтесь! Давай отсчет на тридцать! — это он уже Лие.

Лия активировала пульт, ввела код и…

… тридцать…

Катер опять тряхнуло.

— Ты хоть помнишь, как уходить в прыжок, братишка?

— Заткнись, Ней!

…двадцать пять…

Что-то стукнуло в недрах катера, и Лек вновь выругался.

— Мы точно улетим?

— Заткнись, Ней!

…пятнадцать…

Эфир перестал галдеть, и в нем воцарилась тишина. Лия поняла, что они остались даже без теоретического прикрытия.

Что будет, если Лек не сможет сразу уйти в гиперпространство?

…пять…

Лия зажмурилась.

Катер вновь тряхнуло.

Когда она открыла глаза, космос был черным. Предела не было видно, и она поняла, что проморгала все на свете.

— Красиво взорвалось, — заметил Лек. Он откинулся на кресле, глядя в обзорный экран.

— Все получилось, да? — руки задрожали, и уже бесполезный пульт упал на пол.

— Получилось, — ответил Лек. — До перезагрузки двигателя сутки. Можете отстегиваться и… отдохнуть.

Нейра молча покинула свое кресло и скрылась в одной из комнатушек.

— Сколько мы будем лететь? Я думала, что… здесь мы встретим кого-нибудь из своих… то есть… разве наши ребята не идут тем же путем?

— Каждый рассчитывает трассу по-своему. До нового Последнего Предела от семи до двенадцати прыжков. К тому же, мы сделаем небольшой крюк.

То есть, от семи до двенадцати дней полета. Лия очень надеялась, что на катере хватит еды.

* * *

Катер, который, как оказалось, носил имя «Птицелов» был слишком маленьким, чтобы почувствовать себя уединенно. Две каюты, в которых кроме жестких двухъярусных коек ничего и не вмещалось, навевали мысли о клаустрофобии, а столовая зона кроме как небольшого диванчика возле стола и нескольких контейнеров с сухпайками, тоже не радовала комфортом. Вода в душевой пахла герметиком, было ясно, что она здорово застоялась с тех пор, как ее залили в резервуар, но зато в одном из небольших шкафчиков санитарной зоны Лия нашла свежую одежду — свободные штаны из натуральных материалов и черную маечку. Одежда была на размер больше, но Лия была рада переодеться — за три дня подготовки к эвакуации она настолько забегалась, что после короткого сна надевала одно и тоже, не задумываясь.

Лек, увидев Лию в этом, помрачнел, но ничего не сказал. Сам он переодеваться, очевидно, был не намерен. Спать, впрочем, тоже.

Пять дней. Пять дней Лек не заходил в каюту, что по идее должен был делить с сестрой, практически не вылезая из пилотского кресла, глядя в черные недра космоса и изредка задремывая. А еще он курил. Практически не переставая, и Лие иногда казалось, что запах табака навеки въелся в ее кожу.

Нейра же наоборот, почти не выходила из каюты. Отдавшись горю, она часами рыдала в подушку, но на все попытки Лии ее утешить лишь огрызалась.

Лия чувствовала себя лишней, но деваться с этого маленького кораблика ей было некуда.

За пять дней они обменялись лишь десятком фраз.

А потом они прилетели. Но не на Последний Предел, а к одной из многочисленных космических торговых станций. И Лек сказал, что им надо туда.

К этому времени его уже шатало от недосыпа, а лицо превратилось в белую маску. Лия попыталась сначала остановить его от совершения откровенной глупости, затем выяснить причины, по которым он собирается засветиться, а когда он в очередной раз отмолчался — напоить его снотворным, разбавив капсулу в стакане воды.

Лек воду выпил. И даже задремал, вновь в кресле. Только через час, когда они уже подлетали к станции — проснулся.

Мрачно посмотрел на ошалевшую Лию, но промолчал. Зато заговорил с вышедшей из каюты Нейрой.

— Пожелания будут?

Ней села на диванчик и поджала ноги под себя. Ее глаза, как всегда, были опухшими.

— Нет, — просто ответила она.

Лек сжал переносицу двумя пальцами.

— Совсем?

— Мне все равно, Лекс. От него ничего не осталось. Мне без разницы, что будет изображено над пустой могилой.

— Я тебя понял, — глава сопротивления вновь посмотрел на Лию, глубоко вздохнул и скрылся в каюте. Вернулся оттуда через пятнадцать минут, полностью переодевшись.

Одежда была дорогой, и, судя по тому, что красная рубашка чересчур сильно облегала его фигуру — сохранилась с тех времен, когда он был… «мальчишкой без мозгов». Надо признать, Лия впервые видела его без мундира, и одежда здорово изменила облик Лека.

Поправив рукава, чтобы блокиратор ЛИГа не высовывался из-под манжет, Лек сел за штурвал, чтобы посадить корабль на станцию.

А Лия подумала, что Рику все равно. Ему все равно, будет ли у него могила — он мертв. Зачем рисковать всем, чтобы организовать надгробие, под которым ничего нет?

«Птицелов» здорово выделялся своими маленькими размерами среди тех кораблей, что оказались на стоянке, и сначала Лию, решившую отправиться вместе с главой сопротивления, это напрягло. Но потом она поняла, что в подобных местах всем друг на друга наплевать. До определенного момента.

А еще она подумала, что здесь полным-полно имперцев.

Нейра не стала сходить с «Птицелова», вновь отправившись в каюту.

Лекс заплатил за три часа стоянки и, немного побродив по многолюдным широким коридорам, направился в пункт связи. Он что, собирается просто с кем-то связаться и заказать для друга надгробие? Не слишком ли это опасно — так светиться? Лия была уверена, что все разговоры по Сети записываются. И прослушиваются. Потому что здесь, на официально зарегистрированной станции, явно не используют частоту, которой пользовался Предел.

Пункт связи представлял собой огромное помещение снабженное переговорными комнатами — несмотря на прослушку, о которой не догадывался разве что ребенок, сохранялась хотя бы видимость конспирации: соседи твой разговор не услышат. Подойдя к стойке администратора, Лек непринужденно облокотился на нее и небрежно бросил:

— Ровелла. Дворфран. Бар «Пятый угол». Адресат — Фелпс Виран.

Администратор, рыжий парень лет двадцати, одетый в оранжевую борцовку и такие же облегающие штаны, поднял голову.

— Изображение?

— Дорого, — Лек поморщился. — Хотя… с той стороны я бы на друга своего глянул.

— Тридцать пять кредитов минута, — сказал парень.

— Сойдет, — буркнул Лек.

— Терминал номер три, ожидайте соединения, — администратор легко пробежался по сенсорам, и над одной из комнат загорелся красный маячок.

— Пошли, — Лек кивнул Лие. — Зря ты за мной увязалась. Могла бы отдохнуть.

— Я уже пять дней отдыхаю, — возразила Лия. — В отличие от тебя. Тебе нужно поспать, ты же валишься с ног. Когда мы… прилетим, у тебя будет много дел.

— Посплю, — кивнул Лек. — Иначе в следующий раз ты можешь не рассчитать дозу.

Лия вжала голову в плечи.

— Прости… я… хотела, как лучше.

— Я знаю, — ответил Лек.

В комнате висел огромный экран, на котором уже горел бегунок прогресса соединения, а напротив стояли четыре стула. И все. В принципе, для переговорной комнаты большего и не надо.

Лек опустился на один из стульев, молча кивнув Лие на соседний.

Молчание продлилось недолго. Коротко тренькнув, экран ожил, и на нем показался мужчина, вид которого поверг Лию в шок.

Кажется, она начинала понимать, откуда Лайза попала на Предел. То, что мода столичной планеты ярко отличалась от других, она знала, но особо не вникала — не интересовалась она модными трендами.

Выкрашенные в ярко-красный цвет длинные волосы мужчины были собраны в высокий хвост, оставив на свободе косую челку, закрывающую один глаз. Одно ухо было свободным, а вот второе буквально усыпали серьги с разноцветными драгоценными камнями. Лицо его было гладко выбрито… включая брови, а одежда представляла собой вышитый золотой нитью изумрудный жилет на голое тело и облегающие штаны с низкой посадкой — того же цвета.

Лек глянул на вытаращившуюся на экран Лию и слегка усмехнулся.

— Привет, Фелпс, — сказал он.

Мужчина, у которого на экране изображения не было, на миг замер. Губы его дрогнули, а затем расплылись в счастливой улыбке.

— Лаки, дружище! Сколько лет! Как твои дела?

Улыбка была фальшивой, пусть Лия и не сразу это поняла. Сначала она испугалась, что Лек вызвал не того, а потом сообразила, что это притворство — для возможной прослушки.

— Меня выгнали из дома, — ответил Лек.

Улыбка Фелпса на миг увяла, но он быстро справился с собой.

— Вот незадача! Но тебе же не привыкать, Лаки, верно? Мамочка совсем тебя не любит…

— Не любит… — повторил Лек. — Ты передашь Хэрри? Он все-таки мой старый друг.

— Все будет в лучшем виде, Лаки! — заверил Фелпс. — Что-нибудь еще?

— Да. Рикки… ушел от меня. Навсегда.

В этот раз красноволосый мужчина не смог сохранить лицо. Подняв руку, он взъерошил челку.

— Я хочу, чтобы он был рядом с ней, — продолжил Лек.

Фелпс серьезно кивнул.

— Я распоряжусь, — ответил он.

— Рад был увидеть тебя, Фелпс, — сказал Лек. — Мне пора.

— Я тоже рад был услышать тебя… Лаки…

Лек протянул руку и выключил связь. На экране загорелось: «3:15. 140 кр. Благодарим за визит!»

— Вот и все… теперь можно поспать, — прошептал Лек. — Иначе меня похоронят рядом с женой и другом до того, как «мамочка» до меня доберется.

— Прости, Лек, — прошептала Лия. — Я совсем забыла про Хэрри!

Какой же надо быть дурой, чтобы не вспомнить про перевалочную станцию! Координаты ее в Сеть не ушли, но Хэрри и всем остальным ее обитателям все равно следовало поменять дислокацию! Лия думала, что Лек не спит из-за горя, думала, что он хочет рискнуть быть узнанным из-за пустой могилы, которая уже никому не нужна, но это было не так!

Лек хотел предупредить Хэрри.

Идиотка!

Лек встал со стула и, покачиваясь, направился прочь из комнаты. Лия старалась идти с ним вровень, чтобы подхватить его, если он вдруг упадет. А то, что он был близок к этому, сомневаться не приходилось.

Расплатившись, Лек направился прямиком в ангары, а вернувшись на «Птицелов», сразу же запросил разрешение на взлет.

И даже смог поднять катер.

Уйдя в прыжок, Лек откинулся на кресле и… захрапел.

Оставлять его в таком положении не хотелось, поэтому Лия позвала Нейру, и они вдвоем кое-как дотащили так и не проснувшегося главу сопротивления в каюту.

До нового Последнего Предела они добирались еще десять дней, которые слились для Лии в одно сплошное ожидание. Она думала о том, что Вилт и Айн не знают о запланированном крюке, и наверняка уже с ума сошли от волнения. Она тоже сходила с ума. Хотела увидеть их. Обнять. Уткнуться лицом в грудь мужа и просто… поплакать. Рассказать ему о том, как же ей было тяжело: знать, что вокруг заминировано, но молчать.

И сказать ему, как же она его любит. Попросить его никогда, никогда больше ее не покидать. Нет, последнее она говорить не будет. С их нынешней жизнью это прозвучит, как издевательство.

Первое, что бросилось ей в глаза — этот Последний Предел не был искусственной планетой. Он был простой космической станцией. А это значило: никакого неба, никаких парков и зеленых насаждений. Трудно будет называть это место домом.

Но другого дома у них больше нет.

Лек выглядел намного лучше — отоспавшись, он перестал напоминать живого мертвеца, а вот о Нейре такого сказать было нельзя. Нет, в последние три дня она почти не плакала, но теперь в ее взгляде нельзя было найти ничего, кроме гнева и злости. Что-то подсказывало Лие, что теперь Ней станет бешеной… не хуже Айна, который в нее по уши влюблен.

Мысль о том, что у брата появился призрачный шанс быть с этой женщиной, ударила словно обухом по голове.

А ведь попытается. Наверное.

— Код двенадцать — тридцать — сорок пять. «Птицелов» прибыл, — когда база была уже как на ладони, проговорил Лек в динамик, и Лия сначала удивилась, что он называет не тот код. Потом она вспомнила, про то, что предыдущий Лек отменил.

Все будет по-другому. Даже коды доступа.

— Лек! — заорали в ответ. — Великая бездна, ты живой! Мы уже думали о худшем.

— Не дождетесь, — ответил глава сопротивления, и в его голосе Лия услышала намек на улыбку. Лишь намек. На лице Лека улыбки не было.

Все будет по-другому.

— У меня есть одна идея, Лия, — направляя катер к станционным ангарам, произнес Лек. — И мне нужна твоя помощь.

— Какая?

— Мы слишком заигрались. Застоялись. И Император нас едва не поймал. Пора ответить, не так ли?

— Что ты хочешь?

Лек повернул голову к Лие, и она увидела, что улыбка все-таки была. И она была хищной.

— Открыть людям правду, — ответил он. — Пора хорошенько встряхнуть это «законсервированное» общество. Ты со мной?

Лия растянула губы, хотя весело ей совсем не было. А потом она вспомнила, что Вилт — «главный зачинщик Мармерской бойни».

— Я с тобой, — ответила она.

Едва «Птицелов» коснулся пола ангара, как Лия побежала к выходу. Внутри все просто переворачивалось от мысли, что она вот-вот обнимет их.

Быстрей, быстрей, быстрей!

С глухим звуком дверь разгерметизировалась и отъехала в сторону. Не став ждать, пока развернется трап, Лия воспользовалась маленьким размером катера и спрыгнула на пол, чуть подвернув ногу. Она видела Айна в толпе встречающих, и все ее внимание сфокусировалось на нем. Брат уже проталкивался к ней, работая локтями, а она… она тоже проталкивалась к нему, ведь он был так нужен ей!

— А где Вилт? — сжав брата в объятиях, спросила она. — Опять, небось, все на свете забыл со своей работой?

Айн напрягся.

Он осторожно отстранился от нее, и в его взгляде Лия увидела боль.

Нет.

— Лия…

Нет.

— Мне… жаль. Корабль, на котором он улетел… так и не прибыл…

Нет!

— Ну… они мог… ли за…держать…ся, — заикаясь произнесла Лия. — Мы… тоже… летели долго, все может быть…

— Нет, Лия. Дай закончить, — Айн взял ее за плечи. — Он не прилетит. Пять дней назад по всем имперским каналам прокатилось сообщение о неизвестном пассажирском челноке, потерпевшем крушение на планете Нортон. Мы… аккуратно поискали информацию… это… тот самый челнок…

НЕТ!!!

Лия подалась вперед, глядя брату в глаза, пытаясь найти там хоть что-то, что указало бы на неудачную шутку, но ничего не нашла.

— Мне жаль, Лия… — прошептал Айн.

Но она его уже не слышала.

Вместе с осознанием того, что ее муж, которого она лично отправила на якобы самом безопасном корабле, мертв, к ней пришла блаженная темнота.

КОНЕЦ ПЕРВОГО ТОМА

Content

Шторм Милана
Осколки: на грани войны. Книга 1

Пролог

Глава 1. Побег

Глава 2. Затишье перед…

Глава 3. Ложь в четвертой степени

Глава 4. Разбитое зеркало

Глава 5. Падение во тьму

КОНЕЦ ПЕРВОГО ТОМА