Виктор Майер

Пробуждение

* * *

Пролог

Уже ранним утром у Второго возникло острое предчувствие перемен и с того самого момента его не покидала странная уверенность в том, что сегодняшний день уже не будет таким, какими были практически все предшествующие дни последнего цикла. Всё это время поисковые группы возвращались в основном с пустыми руками, не считая вполне заурядных для подобного рода деятельности находок. Обнаруженные ими предметы не представляли для Второго никакого существенного интереса, и в этом не было ничего удивительно, ведь ранее в секторе поиска уже побывала штурмовая бригада Десятого. А там, где прошлись штурмовики, обычно оставались только разрушения и царил хаос. Но, несмотря на это досадное обстоятельство, захваченную территорию всё же следовало изучить досконально, поэтому поисковики усердно старались не пропускать ни одной мелочи.

Необъяснимое чувство, появившееся у Второго, было сродни давнему ощущению, которое ему однажды уже довелось испытать в своей жизни. Случилось это за много циклов до сегодняшнего дня. Тогда он также находился в похожем возбуждённом состоянии, предвещавшим, как потом оказалось, кардинальные перемены в его размеренном и однообразном существовании. В тот памятный день он неожиданного для себя самого был провозглашён Вторым. Другие претенденты так и остались ни с чем, а перед ним открылись большие возможности, и началась новая, яркая жизнь, разительно отличавшаяся от обыденной и серой реальности в ранге ПервогоПослеЧетвёртого.

Нетерпение, явственно читаемое во взгляде его подчинённого, уже на протяжении долгих десяти минут молча застывшего перед столом Второго, а также напряжённая поза ПервогоПослеВторого безусловно говорили о неком необычном волнении, будто ему тоже передалось то особое возбуждение, возникшее вдруг у его начальника сегодняшним утром. Вполне возможно, что ПервыйПослеВторого обрёл наконец-то долгожданный шанс радикально изменить своё положение. Быть может, именно та находка, с которой он пришёл сегодня, послужит стартом к его возвышению, и когда-нибудь у него получится стать Четвёртым, Третьим или даже Вторым…

Напомнив себе о том, что нижний по статусу никогда не должен забывать своё место в строгой иерархии, Второй выждал ещё пять минут и, тщательно стараясь не выдать интереса, сухо спросил:

— Что у тебя?

— Второй, я думаю, мы нашли нечто, что может Вас заинтересовать. Мне кажется, это действительно заслуживает Вашего пристального внимания…

— Заслуживает ли это моего внимания или нет — не тебе решать! Так с чем же ты явился?

— Поисковому отряду удалось обнаружить в одном из ответвлений персональный мнемомодуль. Он до сих пор в рабочем состоянии.

— Невероятно… Насколько мне известно, эти реликты давно исчезли!

— Да, Второй. Но это ещё не самое главное. В модуле мы обнаружили хорошо сохранившийся носитель информации.

— Ты хочешь сказать, что существует запись, и её можно прослушать с помощью этого прибора?

— Так точно!

— Ты уже ознакомился с содержимым записи?

— Я прослушал только краткий фрагмент. Мне сразу же показалось, что эта информация чрезвычайно важна для Вас и поэтому должна оставаться секретной. По этой причине я прекратил дальнейшее прослушивание.

— Ты правильно поступил. Только я в состоянии определить, насколько важна и секретна эта информация! И никто другой. Тем более низший по рангу.

После этих слов ПервыйПослеВторого почтительно склонил голову и, выдержав короткую уважительную паузу, продолжил:

— Мнемомодуль был обнаружен в простой деревянной коробке без каких-либо запирающих механизмов. Кроме модуля с носителем информации, в коробке был найден разряженный импульсатор и два небольших узких цилиндра неизвестного назначения.

— Импульсатор? Ещё одна загадка… Какие-нибудь следы или вещи хозяина коробки на месте обнаружения сохранились?

— Вы же знаете, что после штурма, осуществлённого отрядом Десятого, обычно ничего невозможно найти в целости и сохранности.

— Проклятье! Я уже неоднократно докладывал об этом безобразии Первому. Надо бы приструнить этих штурмовиков!

ПервыйПослеВторого повторно склонил голову, всем своим видом выражая полное согласие со словами начальника.

«Всё-таки не обмануло предчувствие… — Второй ощутил необыкновенное воодушевление и прилив сил. — Мнемомодуль с записью, импульсатор, всё говорит о событиях, способных, вероятно, перевернуть устоявшийся уклад».

Он постарался придать голосу твёрдость и решительно произнёс:

— Где сейчас находятся обнаруженные предметы?

— Они здесь, за дверью, Второй. Мне распорядиться, чтобы их принесли?

— Действуй!

ПервыйПослеВторого низко поклонился и, развернувшись на месте, поспешно вышел. Через пару секунд он уже вернулся вместе с помощником, державшим в руках маленькую коробку. Помощник замер у входа, ожидая дальнейших распоряжений.

— Всё доставлено именно в том виде, в каком и было обнаружено. — ПервыйПослеВторого сделал короткий знак своему спутнику, и тот осторожно поставил коробку на стол, прямо перед Вторым. Затем поклонился и, не поднимая взгляда, незамедлительно удалился из кабинета.

— Как это работает? — Второй знал, что не стоит показывать эмоции перед низшим по положению, но уже не мог скрыть своего нетерпения.

Его подчинённый торопливо открыл крышку коробки и, вынув из неё прибор в виде небольшого узкого прямоугольника, с силой надавил пальцем на верхнюю плоскость предмета. Она тут же отъехала в сторону, предоставив вниманию Второго скрытую начинку — маленький кристаллический шарик, который, собственно, и являлся носителем информации.

Наглядно продемонстрировав кристалл начальнику, ПервыйПослеВторого снова задвинул крышку мнемомодуля и деловито объяснил:

— Для того чтобы активировать модуль, достаточно надавить на боковую панель и провернуть её на 360 градусов. Устройство сразу же начнёт воспроизводить запись. Для переключения прибора на записывающий режим потребуются более сложные манипуляции, разумеется, только в том случае, если Вы вдруг сами пожелаете записать что-либо на кристалл…

— Не вижу в этом необходимости. Я собираюсь лишь прослушать запись, а не делиться своими соображениями.

— Как прикажете. Мне удалиться?

— Можешь идти. И проследи за тем, чтобы мне никто не мешал. Я позову тебя, если мне что-нибудь понадобится или когда закончу прослушивание.

После ухода подчинённого Второй первым делом удостоверился в том, что дверь кабинета надёжно заперта, а потом, вернувшись на своё привычное место, положил мнемомодуль на поверхность стола и стремительным движением активировал устройство. Голос раздался мгновенно, и уже первые прозвучавшие слова повергли его в изумление…

Глава 1

Приветствую тебя, Друг! Я очень надеюсь, что эта запись действительно попадёт в дружественные руки. Только в этом случае тот путь, который я прошёл, и все страдания, причинённые мне и моим товарищам, были не напрасными…

Мне повезло, что в моём распоряжении оказался персональный мнемомодуль, способный параллельно считывать воспоминания и мыслеобразы, а также автономно перерабатывать всю поступающую информацию. Таким образом мой рассказ не будет выглядеть сумбурным, и все эпизоды этой истории будут синхронизированы модулем в правильной очерёдности. Информация, считанная из моего сознания, дополнит летопись такими подробностями, какие я, несомненно, пропустил бы и, так как рассказчик из меня никудышный, не сумел бы даже описать должным образом.

Я не знаю, кто ты и откуда явился, поэтому начну свой рассказ с самого начала, с момента, когда окружающий мир был мне понятен, а моё мировоззрение ещё оставалось ясным и простым, но, по сути, слепым и не ведающим правды. Итак, вот моя история…

* * *

Битва затянулась на весь остаток дня. Враг был практически сломлен, но всё же явно не собирался сдаваться и с дьявольским упорством продолжал оказывать ожесточённое сопротивление. Мы разметали нашей конницей неприятельские полки по всему полю боя и занимались сейчас фактически только преследованием и добиванием разрозненных отрядов. Я отделился от своих, так как решил уничтожить Чёрного Колдуна в одиночку. Мне быстро удалось напасть на его смердящий след, ведущий через широкий зелёный луг в сторону одинокой и заброшенной мельницы. Кровь бурлила у меня в жилах от предвкушения скорого боя один на один. Колдун против меня. Его мерзкая древняя магия против моего верного меча, за сегодняшний день уже обильно окроплённого гнилой кровью упырей.

Я спешился с лошади у самой мельницы и, взяв в правую руку меч, а в левую защитный талисман, осторожно направился к перекошенной и грубо сколоченной двери. Вдруг конь мой резко заржал и бросился прочь от того места, где я его оставил. Я понял, что он своим нутром почуял нечисть. Раздался оглушительный грохот, и дверь мельницы вылетела от сильного удара изнутри, едва при этом не протаранив меня. Лишь в последний момент мне удалось уклониться, и дверь пролетела совсем рядом с моей головой.

— Неудачная попытка, гнусный мертвяк! — решил я подзадорить врага. — Выходи, мой меч жаждет узнать, из чего сделаны твои потроха!

Прозвучал зловещий вопль, и я увидел высокий тёмный силуэт в дверном проёме. В следующее же мгновение колдун прыгнул и приземлился буквально в двух шагах от меня. Вблизи его внешний вид поразил даже меня, бывалого вояку: чёрная мантия, высокие сапоги с шипами на коленях, перчатки с длинными, изогнутыми когтями и маска с орлиным клювом. В руках он держал огромный зазубренный меч. Я внутренне приготовился к поединку и принял боевую стойку.

Внезапно всё застыло вокруг — ни истошных криков, раздававшихся до этого момента с удалённого поля битвы, ни щебета птиц, ни даже дуновения ветерка, все звуки сразу исчезли… Чёрный Колдун, стоявший прямо передо мной, замер в неестественной позе. Его широкий плащ распростёрся у него за спиной, не опадая при этом к его ногам, так, как будто он окаменел в воздухе. Я крепче сжал в руке свой талисман и мысленно прошептал оберегающее заклятие.

Вдруг фигура Колдуна подёрнулась мелкой рябью, замерцала и стала медленно оплывать, являя моему удивлённому взору какую-то новую, поразительную сущность. Спустя мгновение рябь и мерцание исчезли, и теперь я уже ясно увидел это создание — голова, туловище и конечности его были из какого-то странного, незнакомого мне материала. Существо отдалённо напоминало человека, причём всё его тело было обтекаемой формы, без каких-либо острых углов, казалось, что одна часть тела плавно перетекает в другую. Поразительно, но я почему-то не испытывал никакого страха и был полностью уверен в том, что создание это абсолютно не способно к агрессивным действиям. Откуда вдруг во мне взялась эта уверенность, я в тот момент даже не задумывался.

Существо произнесло мягким, приятным голосом:

— Извините, господин, но мне придётся приостановить Игру.

Сказав это, оно подняло руку, раскрыло ладонь и выставило её в моём направлении. Всё это время я стоял, сжимая в руке меч, и был готов броситься на это создание в любой момент, если того потребуют обстоятельства. Я взирал на него, на его раскрытую ладонь, и странное, необъяснимое чувство стало постепенно овладевать мной. Сначала я испытал лёгкое головокружение, затем мысли мои на какой-то миг приостановили свой бег, и тут я внутренне ощутил внезапный и стремительный Переход. Как-будто тёмная пелена спала с моих глаз. Я вновь стал самим собой…

— Ну, здравствуй, слуга, — я не мог, да, впрочем, и не хотел скрывать раздражение в голосе, — надеюсь, причина, из-за которой ты сорвал Игру, действительно веская.

Признаюсь, мне очень сильно хотелось срубить проклятому роботу голову мечом, но взглянув на свою руку я, естественно, никакого меча в ней не обнаружил, как и талисмана в другой. Весь прежний мир вокруг меня исчез, и теперь нас окружало только слабое сияние, характерное для обычного состояния Перехода, — того промежуточного состояния, когда сознание, до этого полностью погружённое в Игру, ещё не совсем пробудилось в теле.

— Говори, зачем явился? — Я уже полностью овладел своими эмоциями.

— Господин, по правилам мне положено сначала удостовериться, не ошибся ли я. Простая формальность. Ваше имя, место и дата рождения?

— Бред какой-то. Машина ведь не может ошибаться… Ладно, не будем нарушать порядок. Моё имя — Кай Руссов, родился в Северном Городе в 577 году по новому календарю Совета. Ещё есть вопросы?

— Большое спасибо. Этого вполне достаточно. Вы правы, мы никогда не ошибаемся, но всё же обязаны строго соблюдать протокол. Я прибыл по заданию Совета. Мне поручили напомнить Вам о Вашем решении, которое Вы приняли десять лет назад. Конечно же, я имею в виду десять лет реального времени. Время, проведённое Вами в Игре, мы не учитывали.

— И что же это за решение? Что-то не могу припомнить…

— Вы дали согласие на участие в составе Контрольного Комитета в качестве Наблюдателя.

— Ах вот оно что…

Теперь мне всё стало ясно. Тогда, десять лет назад, я был совсем молод и полон решимости совершить что-нибудь полезное для этого мира. Скорее всего, это произошло под влиянием идей моего старика, которые в то время казались мне очень важными и, несомненно, справедливыми. С юношеским рвением я поддался его паранойи и готов был верить самым диким его гипотезам, ведь для моего неокрепшего ума они звучали из его уст достаточно убедительно. А в том, что всё это было просто старческим бредом, я окончательно удостоверился только лишь спустя несколько лет. Его упорные высказывания о том, что человечество медленно, но верно теряет контроль над своими созданиями, будь то обладающие искусственным интеллектом совершенные суперкомпьютеры — ИскИны, человекоподобные андроиды, или же подконтрольные ИскИнам роботы и киборги, были очень притягательными, но, как я понял уже позднее, абсолютно безосновательными.

Именно тогда, в юности, я и подал заявку на роль Наблюдателя при Контрольном Комитете — органе управления, созданном более тысячи лет назад специально для контроля над деятельностью ИскИнов, входящих в состав Совета.

— Неужели ИскИны наконец-то вспомнили обо мне? — До сегодняшнего дня Комитет, похоже, совсем не был заинтересован в моём участии. Мне даже стало интересно…

— Пришла Ваша очередь. Но вы не первый человек, кого я посетил за сегодняшний день.

— Ты хочешь сказать, что были и другие кандидаты?

— Да. Вы двадцать первый в списке. Двадцать претендентов уже отказались от участия в Комитете и решили снова уйти в Игру. В случае Вашего отказа я могу снова запустить Игру для Вас и продолжу дальше поиск Наблюдателя… А в случае согласия я незамедлительно проинформирую Совет и подготовлю всё для Вашего визита. Если пожелаете, мы закончим Ваш Переход уже в центральном комплексе Совета.

— По какому поводу требуется присутствие Наблюдателя?

— Это мне неизвестно. Цель Вашего присутствия будет озвучена в Совете.

Я мог бы отказаться и вновь вернуться в Игру — так, как это сделали мои предшественники, но что-то меня остановило. Мне и самому было непонятно, что подействовало на меня в тот момент: предчувствие, наитие, голос подсознания… Может быть, за то время, пока я разговаривал с роботом, влияние на меня событий Игры, предшествующих этому разговору, ослабло, и она сама уже не представлялась мне такой захватывающей и интересной. Но, скорее всего, мне просто захотелось совершить что-то особенное и в реальной жизни: все эти подвиги и приключения в виртуальном мире Игры мне уже начали порядком надоедать.

В любом случае, я всё-таки произнёс слова, необратимо изменившие всю мою дальнейшую жизнь:

— Я согласен. Перенеси меня в комплекс Совета, слуга! Надеюсь, что моё тело будет подготовлено надлежащим образом.

— Спасибо! Всё будет сделано согласно Вашим пожеланиям! — Робот сложил руки на груди, и свет моментально померк в моих глазах…

Когда я вновь раскрыл веки, то обнаружил, что лежу на удобной кровати, расположенной в маленькой овальной комнате без окон. Помещение наполнял мягкий свет, а вокруг моей постели стояли приборы и аппараты явно медицинского назначения.

Спустя мгновение я услышал голос, звучащий из плоской панели, висевшей прямо у моего изголовья:

— Добрый день, господин Руссов. Переход благополучно завершился. Все параметры Вашего организма приведены в норму. Мышечный тонус и состояние нервной системы в точности соответствуют характеристикам, зафиксированным у Вас до последнего Погружения в виртуальный мир Игры. Негативных последствий не наблюдается. Вы абсолютно здоровы.

Выслушав привычный отчёт медробота, — а таких отчётов за последние годы Погружений и неминуемо следующих за ними Переходов из Игры в реальную жизнь мне было зачитано довольно много, — я откинул одеяло и одним рывком выпрыгнул из кровати. Тело моё буквально переполняла энергия. Радуясь этому, уже ставшему привычным, состоянию, я осмотрел комнату и заметил на полке у стены стопку одежды, заботливо приготовленную для меня кем-то из слуг. Как только я приблизился к полке, то увидел, как ближайшая ко мне стена трансформировалась в зеркало, предоставив мне таким образом возможность проинспектировать моё нагое тело. Не буду скрывать, мне понравилось то, что я увидел в отражении — молодого мускулистого атлета с телом идеальных пропорций и гладкой, упругой кожей. Вот только причёска была несколько коротковата, ведь в последней Игре у меня были густые и длинные волосы до плеч, как и полагалось по статусу благородному воину той эпохи. Но в общем и целом я остался доволен своим внешним видом: биомеханические стимуляторы и нейроактиваторы сделали своё дело, не позволив моему телу деградировать, пока сознание было полностью погружено в мир виртуальной реальности.

Бросив взгляд на одежду, я несколько удивился, увидев что-то вроде лёгкого комбинезона, знакомого мне по историческим хроникам. Подобную униформу раньше, ещё до повсеместного распространения роботов, использовал персонал орбитальных или морских станций. Своей прежней одежды, что была на мне до Погружения, я не обнаружил. Может быть, в комплексе Совета именно такая униформа предписана регламентом? Сам я никогда раньше не бывал в Совете, поэтому решил, что сейчас надо быть готовым ко всяким неожиданностям. Я быстро натянул комбинезон, автоматически изменивший свой размер согласно моим пропорциям, затем опустил ноги в стоявший рядом обувной конфигуратор, и он тут же сформировал мне лёгкие ботинки, подходящие по форме и цвету к комбинезону.

Как только я оделся, раздался звуковой сигнал, и уже знакомый мне голос произнёс:

— Добрый день, господин, могу я войти?

— Конечно. Входи! — Я усмехнулся при мысли о том, что всё это время робот наверняка наблюдал за мной через датчики или скрытые камеры, но внутрь комнаты решился зайти только после того, как я оделся. Тактичность этого слуги была безупречной, что, впрочем, и предписано всем машинам согласно правилам Кодекса.

В одной из стен появился узкий проём, и робот плавно вошёл через него в помещение. Судя по голосу, это был тот же самый робот, который вызвал меня из Игры, хотя полной уверенности в этом у меня не было, так как все роботы-слуги внешне выглядят практически одинаково.

— Это ты прервал Игру и доставил меня сюда?

— Да, господин. Мой серийный номер — 2043. Если пожелаете, я могу высветить и оставить его у себя на груди и спине. Тогда Вы сможете без труда узнавать меня среди остального технического персонала станции.

— Станции? — Слова робота вызвали у меня состояние лёгкого шока… Теперь, по крайней мере, стало понятно, почему мне вместо нормальной одежды выдали служебный комбинезон. — Ведь ты же утверждал, что доставишь меня в комплекс Совета?

— Прошу прощения. На тот момент запланированным местом доставки был действительно комплекс. Но впоследствии приказ о пункте назначения был изменён по прямому указанию Совета.

— Почему меня не известили об этом заранее? Быть может, я тогда отменил бы своё решение!

— Совет составил статистический вероятностный прогноз вариантов Ваших действий и пришёл к логическому выводу, что Вы не будете возражать против нового места встречи.

— Вы, машины, всегда такие самоуверенные? — возмутился я, хотя знал, что робот был прав. Дело обещало быть всё более интересным, и я, наверное, уже не изменил бы своего мнения.

— Прогноз возможных вариантов принятия решений конкретного индивидуума практически всегда предполагает стопроцентную уверенность в результате.

— Но отклонения иногда всё же случаются?

— Отклонения настолько незначительны, что могут не приниматься во внимание.

— И на чём основывается этот ваш прогноз? На каких данных?

— Генетические данные, поведенческие характеристики, жизненный опыт, опыт пребывания в виртуальных мирах Игры и Сна, а также предпочтения индивидуума при выборе различных псевдожизней в них — все эти параметры учитываются при расчёте вероятностных исходов.

— Ясно. Надеюсь, что вы и на этот раз не ошиблись… В каком океане находится эта станция? Чем здесь занимается персонал? Изучает глубоководные организмы?

— Здесь не океаническая станция. Это космическая станция. Мы на орбите Марса, господин.

Сказать, что я был ошарашен этим известием, значит не сказать ничего… Такого крутого поворота событий я не ожидал. Я не на Земле! Меня доставили с родной планеты на орбиту Марса, очевидно, при помощи одного из скоростных кораблей. Такой расход энергии! Но не это главное… Я уже не смогу, как намеревался ранее, посетить своих многочисленных друзей и подруг, проживающих в Центральном Городе, ведь именно в нём и расположен комплекс Совета, а также не смогу обнять старика, поболтать с ним о жизни и вспомнить мои детские и юношеские годы. Я надеялся, что после долгого пребывания в Игре у меня получится лично встретиться со всеми ними ещё до того, как надо будет брать на себя обязанности Наблюдателя.

Наверное, все мои эмоции явно отразились у меня на лице, так как робот торопливо произнёс:

— Совету известно, что из всех Ваших родственников жив только Ваш отец. Мы бы непременно устроили Вам встречу с ним перед перелётом на орбиту Марса, но, к нашему глубокому сожалению, это уже невозможно.

— Почему? — У меня всё похолодело внутри. — Что с ним случилось?

— У него всё хорошо, господин. Прошу прощения, если мои слова вызвали у Вас необоснованные опасения и тревогу. Дело в том, что три месяца назад Ваш отец погрузился в виртуальный Сон, а как Вам должно быть известно, мы не имеем права самовольно извлекать кого-либо из состояния Сна, в отличие от Игры.

У меня отлегло от сердца, но в то же время я сильно удивился этому известию. Похоже, мой старик всё-таки поддался искушению. Долгие годы он был непримиримым противником как Игры, так и Сна, называя их «дьявольскими инструментами», отнимающими волю и свободу у человека. Среди моих знакомых он слыл чудаком. Друзей у него не было, а если когда-то они и существовали, то, скорее всего, отвернулись от него уже в то время, когда меня ещё не было на свете. Однако годы меняют людей. По-видимому, пришло время измениться и ему. Интересно, какой период или мгновение своей долгой жизни он выбрал для Сна? ИскИн, ответственный за его Сон, никогда мне об этом не расскажет, и чтобы узнать это, придётся ждать возвращения моего старика…

— Извините, господин, когда Вы будете готовы для встречи с комиссией Совета? — осторожно прервал мои размышления слуга.

— А когда комиссия будет готова меня принять?

— Она уже готова. Представители ИскИнов Совета ожидают Вас сейчас в приёмном зале, но, может быть, Вы хотели бы сначала осмотреть станцию или принять пищу?

«Принять пищу»… Эти слова как-то совсем неаппетитно прозвучали из его уст. Всё же машина навсегда останется машиной. Хотя в учтивости роботу не откажешь, но человеческие эмоции и чувства ему неподвластны.

Голода и жажды я пока не испытывал, так как тело моё было в автономном режиме в достаточной мере насыщено всеми необходимыми питательными элементами ещё во время Игры и последующего за ней Перехода. А вот станцию я бы посмотрел с удовольствием. Мне не приходилось прежде бывать на какой-либо орбитальной станции, кроме того, я ещё ни разу в реальной жизни не покидал Землю! Впрочем, если признаться честно, до сегодняшнего дня такое положение вещей меня вполне устраивало. В рамках Игры я довольно-таки часто исследовал неведомые, неземные миры или же участвовал в битвах на других планетах в глубоком космосе. Мысли о том, чтобы на самом деле покинуть Землю и посетить Луну, Марс или похожие объекты других планетных систем никогда не приходили мне в голову. Как бы сейчас отреагировал мой старик? Я поймал себя на мысли, что мне даже не известно, бывал ли он сам когда-нибудь за пределами родной планеты…

— Послушай, я только один выбран в качестве Наблюдателя? — Этот вопрос давно вертелся у меня на языке. Я знал, какой будет ответ, но проверить всё же не мешало. Быть может, со времени моей заявки что-то изменилось в порядке проведения процедуры контроля.

— Нет, господин. Кроме Вас, определён ещё один человек. В согласии с Кодексом, контроль над деятельностью ИскИнов должен осуществляться двумя Наблюдателями противоположного пола.

Значит, правила остались прежними. Неудивительно — машины, в отличие от людей, неукоснительно соблюдают предписания.

— Когда прибудет второй Наблюдатель? Или она уже здесь, на станции?

— В данный момент второй Наблюдатель находится в приёмном зале Совета и вместе с представителями ИскИнов ожидает Вас там.

— Вот оно как… Нас ждут, а мы тут стоим и болтаем! — Не очень-то вежливо получилось с моей стороны. Надо было срочно исправлять положение. — Слуга, доставь меня туда кратчайшим путём. Я совсем не голоден, а на осмотр станции у нас ещё будет время.

— Пожалуйста, следуйте за мной, господин. — Мой собеседник коротко поклонился и протянул руку в сторону. В стене комнаты, в том месте куда он указал, снова образовался проём, и робот, быстро шагнув в него, исчез из моего поля зрения.

«Ну что ж, Кай, — вперёд!» — сказал я себе и особо не раздумывая последовал за ним.

Глава 2

Я оказался в просторном и светлом коридоре в виде туннеля овального сечения, стены которого плавно, без единого шва или угла, соединяли пол с потолком и состояли полностью из однородных панелей серого цвета. Проём в ту комнату, где мы с роботом находились до этого момента, исчез так же внезапно, как и появился. Когда я обернулся, то увидел на его месте такие же серые панели. В туннеле стояла абсолютная тишина, и ни один случайный звук не нарушал царящего здесь безмолвия. Робот ожидал меня у плоской прямоугольной платформы, висящей в воздухе на небольшой высоте от пола. Я осмотрелся. Туннель уходил в два противоположных направления на довольно приличное расстояние, но затем резко сворачивал в сторону, так что рассмотреть, где и чем же он в конце концов заканчивается, не представлялось возможным.

— Флайборд готов, — произнёс слуга.

Я подошёл к нему и шагнул на платформу. Как только обе мои ноги оказались на её поверхности, по бокам сразу же выдвинулись две скобы и остановились на уровне моей груди. Робот тоже взобрался на транспорт и ухватился за одну из них рукой. Я последовал его примеру.

— Флайборд доставит нас к Совету, — сообщил он. — Здесь это обычное средство передвижения. Транспортные платформы удерживаются в воздухе силовым полем, которое, кроме всего прочего, обеспечивает обычную для человека силу тяжести в пределах всей станции.

После его слов флайборд мягко пришёл в движение и устремился вперёд по туннелю.

— Как ты управляешь им? — Я видел, что у робота ничего не было в руках, что могло хотя бы отдалённо напоминать контрольный пульт.

— Я постоянно поддерживаю дистанционную связь с Центром управления, а также с находящимися здесь представителями Совета ИскИнов. Через центральный компьютер я могу руководить обслуживающими автоматами и следить за всеми необходимыми функциями. После заседания Вы получите персональный контроллер и тогда сможете самостоятельно передвигаться по орбитальной станции на флайбордах.

Пока он говорил это, мы достигли поворота и, к моему лёгкому разочарованию, я обнаружил, что за ним продолжается та же самая унылая картина — уходящий вдаль туннель с серыми панелями на стенах…

— Снаружи орбитальная станция имеет форму колеса, — продолжал рассказывать робот, — в сердцевине которого располагаются энергетический реактор и Центр управления, а уже вокруг неё в виде концентрических колец размещены остальные отсеки, в том числе служебные и жилые помещения. В данный момент мы движемся внутри самого внешнего кольца. Центральный блок связан с кольцами транспортными туннелями, расходящимися от него наподобие спиц в колесе. По этим туннелям можно довольно быстро достичь Центр с любого кольца станции. В чём Вы сейчас и убедитесь.

Флайборд начал постепенно замедлять своё движение, и тут я заметил впереди на одной из стен большой чёрный участок в виде правильного четырёхугольника. Когда мы приблизились к нему, то выяснилось, что участок этот не был облицован серыми панелями, поэтому и отличался по цвету от остальной поверхности. Я догадался, что перед нами переходной шлюз в один из транспортных туннелей, связывающих внешние кольца с центром станции. Наша летающая платформа остановилась перед шлюзом и развернулась к нему передней стороной.

— Мы начинаем движение к центральной части орбитальной станции, — предупредил мой попутчик. — Я переключаю транспорт на скоростной режим.

Вслед за этими словами платформа видоизменилась: сначала по краям из основания конструкции выдвинулись четыре гибкие прозрачные пластины, а затем они стали стремительно расти вверх и, поднявшись немногим выше наших голов, сомкнулись там в купол, образовав таким образом замкнутый кокон. После этого шлюз раскрылся, представив моему взору уходящий вдаль тёмный туннель. Наш флайборд влетел в него и, быстро набирая скорость, помчался вперёд.

Скорость полёта оказалась действительно очень высокой: при нашем приближении в стенах туннеля через равные промежутки ярко вспыхивали кольцевые элементы освещения, и от их быстрой смены у меня зарябило в глазах. Вероятно, робот заметил, что это доставляет мне некоторое неудобство, так как уже вскоре в коконе зажглась довольно интенсивная внутренняя подсветка, благодаря чему он потерял свою прозрачность, и всё, что происходило за его пределами, перестало быть видимым для меня. По моим субъективным ощущениям полёт продолжался примерно пять минут, и я прикинул, что судя по скорости нашего передвижения, размеры у орбитальной станции были немалые. Всё это время слуга стоял как статуя и не произнёс ни слова.

Замедления движения и последующего за ним торможения я даже не почувствовал, очевидно, кокон был абсолютно герметичным, и ничто не нарушало тишину внутри него, пока робот не объявил:

— Господин, мы прибыли. Прошу следовать за мной.

Купол тут же распахнулся, пластины ушли вниз, и флайборд вновь принял свою прежнюю форму. Мы находились уже не в туннеле, а в небольшом и абсолютно пустом помещении вытянутой формы. Оглянувшись, я увидел тёмный квадрат закрытого шлюза у нас за спиной. Робот бодро сошёл с платформы и с невозмутимым видом направился вперёд, к дальней стене комнаты. Мне бросились в глаза ярко светящиеся цифры 2043 у него на спине, видимо, он твёрдо решил, что мне нужно обязательно запомнить его номер.

Последовав за ним, я подумал о том, что до сих пор, не считая размеров, марсианская станция не произвела на меня должного впечатления. В моих странствиях в Игре я побывал на многих космических станциях и мне приходилось жить в различных орбитальных городах. Там я видел буйство красок, изобилие технических устройств и множество людей, роботов, киборгов и даже инопланетных существ. Здесь же, в реальной ситуации, я обнаружил серые, длинные туннели, невыразительные, скучные помещения и встретил пока лишь одного единственного робота. Может быть, зря я решил прервать Игру?

Отогнав эти сомнительные мысли, я приблизился к стене и ожидающему меня там слуге.

— Я останусь здесь, господин, — почтительно сказал он и поклонился. — Добро пожаловать в приёмный зал Совета!

После этих слов стена, рядом с которой мы стояли, плавно утонула в полу, и моему взору открылась просторная и светлая комната с небольшим круглым столом и креслами посередине. Я вошёл и увидел в дальнем конце помещения группу из трёх человек, по всей видимости, что-то увлечённо обсуждающих друг с другом. При моём появлении они замолчали и почти одновременно повернулись в мою сторону. Тут я понял, что ошибся. Двое их них были не людьми, а киборгами — я сразу опознал их по ярко выраженной искусственности лиц, неестественно прямой осанке и резким, птичьим движениям. На них были серебристые переливающиеся одежды в виде тог. Зато третья персона оказалась человеком — молодой и весьма привлекательной женщиной.

Наверное, я никогда не забуду этого волнующего момента. Девушка сразу завлекла всё моё внимание. Хотя она, так же как и я, была одета в служебный комбинезон, это обстоятельство не могло скрыть от меня все прелести её стройной фигуры. Общую картину дополняли прямые тёмные волосы до плеч, большие карие глаза и утончённые черты лица. Я буквально не мог отвести от неё взгляд. Она приветливо улыбнулась, первой подошла ко мне и протянула руку.

— Здравствуйте, Кай! — У неё был мягкий и приятный голос. — Рада приветствовать Вас здесь, на станции.

— Взаимно! Вы первый человек, кого я здесь увидел. — Я крепко пожал её ладонь.

— Меня зовут Линда Тояма. Сразу открою Вам небольшой секрет: кроме нас с Вами, на этой станции людей больше нет. — Я оторопел, а она снова очаровательно улыбнулась и продолжила: — В наше время в этом нет ничего удивительного. Я бы, скорее, удивилась, если бы всё было иначе.

Пока мы знакомились, киборги присоединились к нам, и Линда представила их мне:

— Кай, перед Вами представители ИскИнов специальной комиссии Совета по исследованиям в дальнем космосе — Альфа-10 и Бета-8.

Киборги по очереди учтиво поклонились, а затем Альфа-10 указал на стол и произнёс:

— Предлагаю всем нам занять места для обсуждения. — Он был создан как представитель мужского пола с твёрдыми и волевыми чертами лица.

Бета-8 представляла собой женскую особь, если можно так выразиться о киборге, её красивое узкое лицо обрамляли длинные русые волосы, ниспадающие волнами на плечи. Она первой направилась к столу, тем самым приглашая нас последовать её примеру.

Когда все мы расположились в креслах, Бета-8 сказала:

— Наблюдатель Кай Руссов, так как Наблюдатель Линда Тояма принимала непосредственное участие в первом этапе исследований и уже находится в курсе всех событий, вся последующая информация будет сейчас преподнесена главным образом для Вас.

— Интересно! Я, вообще-то, считал, что мы — я и второй Наблюдатель, должны быть в равных условиях. — Мне показалось такое положение вещей несколько несправедливым.

— В отличие от Вас, Наблюдателя Линду Тояма не выбирали из обычного контингента кандидатов, подавших заявку. — Теперь говорил Альфа-10. — Как уже заметила Бета-8, госпожа Тояма уже на раннем этапе участвовала в исследованиях в качестве добровольного эксперта.

А вот этого я никак не ожидал! Выходит, рядом со мной сидела одна из так называемых реалистов. Меня всегда немного удивляли, если не сказать смущали, представители этого довольно странного движения. Они отказывались от участия в Игре, не погружались в Сон, а вместо этого проводили всё своё время в нелепых странствиях или же занимались какими-то непонятными научными исследованиями и экспериментами, которые, в принципе, никому были не нужны, так как ИскИны, обладая гигантскими возможностями, делали то же самое намного эффективнее. Однако эти люди упорно старались не замечать очевидного факта и, зачастую называя сами себя «добровольными экспертами», принимали активное участие в различных сферах деятельности ИскИнов.

— И в чём же Вы специализируетесь, Линда? — поинтересовался я и не смог сдержать при этом иронической улыбки.

— Меня увлекает история. Точнее, один из переломных этапов нашей истории — Последний Раскол и трагедия Звёздной Экспансии. Если обобщить, то это промежуток времени от эпохи Созревания до эпохи Стабильности. — Она изучающе посмотрела на меня и, как мне показалось, немного с вызовом спросила: — А Вы? Чем Вы до сих пор занимались в Вашей жизни, кроме участия в Игре?

— Госпожа Тояма, позвольте напомнить Вам, что господин Руссов важен нам именно как независимый Наблюдатель, — вежливо произнёс Альфа-10. — Согласно Кодексу, для членов Контрольного Комитета совсем не обязательно быть экспертами в какой-либо области. Даже наоборот — нейтральное отношение и непредвзятое мнение ещё больше гарантируют эффективность контроля. Кроме того, в последнее время интерес человечества к нашей деятельности значительно снизился, и его представители всё реже соглашаются выступать в качестве Наблюдателей. В связи с этим мы приветствуем любого кандидата, вне зависимости от его заслуг или рода деятельности.

Я был отчасти благодарен киборгу за его слова, ведь ответить на вопрос Линды мне было практически нечего. Я действительно уже много лет ничем другим, кроме Игры, не занимался. В принципе, меня это никогда особенно и не волновало. В этом я, по крайней мере, был солидарен с большей частью человечества.

— Предлагаю, наконец-то, посвятить господина Руссова в курс событий, — повернувшись в мою сторону, промолвила Бета-8. — Или Вы, госпожа Тояма, желали бы сами сделать это?

— Нет. Я предоставляю тебе это право. Если понадобится, я дополню твой рассказ своими комментариями. — Линда кивнула мне, устроилась в своём кресле поудобнее и, так же как и я, приготовилась внимательно слушать женщину-киборга.

— Господин Руссов, как Вам должно быть известно, Совет ИскИнов уже в течение многих столетий проводит научные исследования в глубоком космосе. Пять лет назад мы смогли существенно расширить наши возможности за счёт появления кораблей новой конструкции с принципиально иным типом двигателя. — Бета-8 активировала голографический экран, и над столом появилась объёмная модель звездолёта, имеющего форму вытянутой капли. — Данные корабли класса «С» позволяют сократить расстояния, считавшиеся ранее непреодолимыми. Теперь мы можем достигать ближайшие звёздные системы за рекордно короткие сроки. Кстати, на одном из таких кораблей Вас, господин Руссов, доставили к нам на станцию с Земли.

Киборг сделала короткую паузу, остановив многозначительный взгляд на мне, и затем снова продолжила:

— Обладая такой возможностью, Совет решил отправить несколько новых кораблей на поиски ковчега «Прометей», пропавшего без вести тысячу лет назад в ходе Звёздной Экспансии. Общие данные о ковчеге, предполагаемом курсе следования и пункте назначения сохранились в архивах Совета. Шесть месяцев назад наши поиски увенчались успехом — нам удалось обнаружить «Прометей».

У меня перехватило дыхание… Легендарный звездолёт «Прометей»! Единственный из десяти ковчегов, сумевший уцелеть и выбраться за пределы Солнечной системы. Но также и единственный, на котором был установлен таинственный преобразователь материи, впоследствии запрещённый к употреблению…

В моей памяти ещё сохранились обрывочные воспоминания о пропавшем корабле из обязательного курса истории, который я проходил будучи подростком.

— Совет известил широкую общественность? — Сначала мне показалось несколько странным, что я ничего не слышал об этом, но потом я напомнил себе о том, сколько времени провёл в виртуальном мире Игры. Вполне возможно, что за моё последнее Погружение произошли ещё и не такие события.

— Разумеется, — ответил мне Альфа-10, — это происшествие не осталось незамеченным. Но, к нашему большому сожалению, человечество за последние столетия проявляет всё меньший интерес к дальнему космосу. Поэтому мы были несказанно рады тому факту, что госпожа Тояма уже с первых дней этого открытия приняла активное участие в изучении ковчега «Прометей».

Он приветливо улыбнулся Линде, а мне же показалось довольно сомнительным, что разумные машины, будь они хоть трижды киборгами и ИскИнами, могут вообще чему-нибудь радоваться или огорчаться… Однако они всегда прилежно упоминали о своих якобы существующих эмоциях в разговорах с людьми, чтобы не казаться нам всего лишь холодными и бесчувственными искусственными созданиями. Такое поведение соответствовало Кодексу и было испокон веков запрограммировано ещё первыми создателями ИскИнов.

Модель корабля класса «С» исчезла, и над столом появилось другое изображение — космический корабль огромных размеров, чем-то напоминающий марсианскую орбитальную станцию, но только не в виде одного плоского колеса, а как будто несколько колёс, одно за другим, было нанизано на общий стержень, имеющий форму гигантского цилиндра.

Женщина-киборг обвела нас пристальным взглядом и заявила:

— Вот так выглядел звёздный ковчег «Прометей» до начала своего путешествия к намеченной цели — планеты земного типа под кодовым названием «Земля-10» в системе звезды С126. А вот таким примерно на половине пройденного пути его обнаружил наш поисковой корабль.

Картина сменилась, и от того, что я увидел, мне стало немного не по себе… Моему взору предстало хаотичное нагромождение выпуклостей и наростов, какая-то мешанина из невиданных геометрических форм, безо всякой логики слепленных в одну шарообразную массу. Её можно было сравнить с гигантской опухолью, поглотившей корабль и скрывшей под собой все его первоначальные очертания.

— Что это? Этот монстр — действительно «Прометей»? — ошеломлённо промолвил я.

— Да, господин Руссов. На примере этой модели Вы наблюдаете сейчас результат неконтролируемого воздействия преобразователя материи на конструкцию и структуру ковчега, — пояснила Бета-8. — Но трансформировался не только его внешний вид. Изменился и размер звездолёта. Нагляднее всего будет, если Вы увидите обе модели корабля в сравнении.

Я взглянул на голограмму деформированного объекта, бывшего когда-то «Прометеем», и поначалу не заметил никаких изменений. Вдруг мне бросился в глаза маленький шарик рядом с прежним изображением. Это выглядело приблизительно так, словно рядом с большим арбузом на стол положили косточку от вишни. Приглядевшись повнимательнее, я с изумлением распознал в этом шарике первоначальную, но многократно уменьшенную модель корабля.

— Но разница между ними воистину громадная! — Мне с трудом в это верилось. — Как такое могло вообще произойти?

— Кай, не забывайте, что прошло уже 1000 лет объективного времени с момента отбытия звездолёта, — мягко произнесла Линда. — Похоже, преобразователь материи на протяжении всего этого периода исправно выполнял свою задачу.

Она как-то странно усмехнулась при последних словах, и мне сразу же припомнилась дурная слава этой технологии.

Чтобы немного прояснить картину, я попросил:

— Линда, не могли бы Вы просветить меня. Признаюсь, мои знания о событиях того периода очень поверхностны…

Тут я, конечно, немного слукавил: этой информацией поделиться со мной могли бы и киборги, или же я мог позже подключиться к стационарной Инфосети и просто запросить все нужные данные, но мне нравилось слушать голос девушки и наблюдать за тем, как меняется выражение её лица, когда она говорит.

— Хорошо, Кай. Так и быть, я проведу для Вас небольшой курс истории, — с саркастической улыбкой на губах промолвила Линда и добавила: — Это ведь не Игра, пора бы Вам вернуться в реальную жизнь.

Я никак не отреагировал на эту колкость, решив про себя, что оставлю это на потом, а сейчас сосредоточил всё своё внимание на её рассказе.

— Когда ковчег «Прометей» отправился в путешествие, человечество было разобщено на две группы. Данный период времени впоследствии назвали Последним Расколом, так как это был действительно последний крупный конфликт в истории человечества. Он ознаменовал собой окончание эпохи Созревания и начало эпохи Стабильности.

Официальным поводом конфликта принято считать принятие Всемирным Конгрессом закона о расширении полномочий Совета ИскИнов. Ещё задолго до вступления в силу этого закона ИскИны уже фактически повсеместно были задействованы во всех отраслях промышленности и сельского хозяйства, а также в управлении различными сферами жизнедеятельности человека в качестве вспомогательных инструментов. Положительный опыт, полученный в результате этого сотрудничества, позволил предпринять следующий логический шаг — уже в полном объёме доверить ИскИнам регулирование жизнеустройства людей на планете. ИскИны являются мыслящими машинами, а машины, как известно, лишены человеческих пороков — алчности, зависти, высокомерия, тщеславия, жажды власти и всего прочего. Только после введения этого закона на Земле установилось полное равноправие между всеми представителями человечества. Бесконечная борьба за власть, неравномерное и несправедливое распределение имущества, богатство или бедность различных классов общества, преступность — всё это осталось в прошлом…

Но ещё оставались те, кого не устраивало новое положение вещей. В основном это были люди из богатых слоёв населения, не желавшие расставаться со своим положением и своими привилегиями, а также некоторые представители армии, всевозможных религиозных сект и организованного преступного мира. Кроме того, к ним примкнули и отдельные люди искусства вместе с учёными-радикалами, которые ненавидели мыслящие машины и испытывали абсурдный страх перед ними. Все вместе они составили коалицию, выбравшую своим предводителем Тревора Чен-Ли, — бывшего генерала к тому времени уже расформированной армии одного из упразднённых государств. Сначала их деятельность ограничивалась только протестными митингами, но спустя короткий период времени появились случаи провокаций, вандализма и саботажа. Участились разбойные нападения как на промышленные комплексы, так и на роботов, изготавливаемых ИскИнами в больших количествах в производственных целях или в качестве личных слуг для людей.

Чтобы хоть немного улучшить отношение к себе со стороны недовольных граждан, ИскИны решили создать посредников, придав им при этом человеческий облик. Таким образом появились киборги — кибернетические организмы с синтетической кожей и внутренностями машины, обладающие интеллектом на порядок выше, чем у роботов, и внешне практически неотличимые от людей, но лишённые человеческой эмоциональности и грации. Однако это нововведение вызвало ещё большее возмущение среди противников искусственного интеллекта. Тревор Чен-Ли собрал вокруг себя большое количество религиозных деятелей, которые своими проповедями о предстоящей диктатуре мыслящих машин и будущем рабстве человечества помогли ему сплотить целую армию из непримиримых фанатиков…

Тут девушке пришлось прервать свою речь, так как неожиданно к столу подошёл робот с подносом в руках и предложил нам освежающие напитки. Я так увлёкся, слушая Линду, что даже не заметил, как он появился в зале. Его угощение было весьма кстати — к тому времени в горле у меня пересохло и начал уже постепенно просыпаться голод. О голоде я решил пока не вспоминать, а вот бокал с напитком из рук робота принял с удовольствием. Я мельком взглянул на слугу и, не обнаружив на его корпусе знакомого мне номера, подумал, что это, скорее всего, один из обслуживающих станцию роботов.

Отпив приличный глоток, я обратился к рассказчице:

— Линда, прошу Вас, продолжайте! Из Ваших уст всё это звучит довольно увлекательно!

— С превеликим удовольствием! Всё-таки мне нечасто приходится объяснять прописные истины.

Очевидно, она решила немного поиздеваться надо мной, вернее, над моим невежеством. Я хотел было тоже шутливо сказать ей какую-нибудь колкость в ответ, но она уже начала рассказывать дальше:

— Следующим шагом фанатиков стало разграбление старых армейских арсеналов, предназначавшихся к утилизации. Вооружив своих людей, генерал Чен-Ли со своим штабом решили перейти к открытым военным действиям. Они захватили несколько административных зданий и уничтожили находившихся там ИскИнов, сначала полностью изолировав их от Инфосети, а затем ликвидировав принадлежащие им хранилища информации и вычислительные центры. В ответ на эти варварские акции остальное прогрессивное человечество решило дать отпор мятежникам и в срочном порядке реорганизовало армию. ИскИны не могли участвовать в противостоянии, так как изначально были запрограммированы на ненанесение вреда человеку. Причинение любого ущерба людям противоречит Кодексу ИскИнов, и все мы знаем, что нарушение Кодекса автоматически приводит к самоуничтожению мыслящих машин.

Разразилась война, продолжавшаяся около двух лет. В конечном итоге мятежники были полностью разбиты и пленены. Но большое количество пленных стало серьёзной проблемой для победителей. Чтобы избежать дальнейшей конфронтации, ИскИны предложили переселить весь контингент пленных на Марс и предоставить им там полную автономию от Земли. Граждане, сочувствующие мятежникам, а также их родственники, получили бы возможность в любой момент покинуть Землю и присоединиться к ним. На Марсе уже и ранее существовали небольшие поселения, точнее, научные станции для исследования красной планеты. После долгих и упорных споров предложение ИскИнов было всё же принято положительно, и началось строительство крупных городов-куполов на Марсе. В рекордное время эти города были возведены и заселены бывшими мятежниками.

Таким образом человечество разделилось на два лагеря. Большая часть осталась на Земле и пошла по пути совместного существования людей и ИскИнов. Меньшая часть обосновалась на Марсе. Марсиане снова выбрали генерала Чен-Ли своим лидером и объявили искусственный интеллект у себя на планете вне закона. Разумеется, марсиане тоже использовали компьютеры и промышленных роботов, но не позволяли им эволюционировать до уровня мыслящих машин. Несмотря на тот факт, что сообщество Земли поначалу во всём помогало жителям Марса, обеспечивая их необходимыми ресурсами и технологиями, марсиане добровольно всё больше отдалялись от остального человечества.

В изгнание вместе с мятежниками отправилось также много учёных, не согласных с новым порядком на Земле. Среди них были и те, чьи научные изыскания шли вразрез с моральными устоями земного общества. Правительство Марса всячески приветствовало проведение целого ряда экспериментов, запрещённых на Земле по этическим соображениям. В короткое время марсианские учёные достигли больших успехов в биологии и генной инженерии. Именно тогда и были созданы первые андроиды — гибридные человекоподобные организмы. Решительно отвергая искусственный интеллект, марсиане всё же нуждались в помощниках, способных выполнять те же самые функции, для которых на Земле были предназначены киборги и роботы-слуги. Такими слугами, а позднее практически рабами, стали для марсиан андроиды. Это и послужило одной из главных причин разрыва отношений между Землей и Марсом. Всем известно, что на Земле с давних пор запрещены эксперименты с человеческой ДНК, а андроиды как раз являлись продуктом генетических манипуляций с ДНК из клонированных клеток человеческого организма и слияния клеточных структур с искусственными элементами.

Разногласия закончились в итоге тем, что марсиане оказались изолированы на своей планете и предоставлены сами себе. Между тем постепенно, в течение одного столетия, население увеличилось в несколько раз, и старые города-купола были уже не в состоянии вместить такое количество людей. Жители Марса встали перед выбором: необходимо было либо жёстко ограничивать рождаемость, либо искать другие пути решения проблемы. Именно тогда и возникла идея Звёздной Экспансии — переселении людей на планеты земного типа других звёздных систем. Марсиане решили при помощи технологий, полученных от ИскИнов Земли ещё до разрыва отношений, построить огромные корабли-ковчеги, которые смогли бы доставить людей на новые планеты. Все ресурсы Марса были задействованы на строительство ковчегов.

Для нас сейчас, в наше время, это решение может показаться очень странным, ведь те же самые ресурсы можно было бросить на возведение новых городов-куполов, но современному человеку довольно трудно понять образ мышления людей, живших тысячу лет назад. Возможно, для них со временем стала невыносимой сама мысль о том, что надо будет продолжать своё существование на поверхности мёртвой планеты без надежды на перемены, довольствуясь лишь небольшой территорией, ограниченной стеной купола, так как путь на Землю был закрыт для них навсегда… Как бы то ни было, в итоге марсиане создали девять гигантских кораблей, причём каждый из них мог вместить примерно десять тысяч человек.

Одновременно с этими событиями один из разведывательных дронов космического флота Земли сделал поразительную находку — в астероидном поясе между Марсом и Юпитером был обнаружен свободно дрейфующий звездолёт инопланетного происхождения. Команды на борту пришельца не оказалось. Корабль был либо заброшен, либо уже изначально действовал в автономном режиме. При детальном изучении объекта удалось сделать много интересных научных открытий, одно из которых послужило поводом к созданию преобразователя материи.

Напомню, что преобразователь материи позволял видоизменять любую неорганическую материю для формирования новых материалов или энергоносителей. В связи с этим Советом ИскИнов был разработан дерзкий план: соорудить в качестве эксперимента свой, земной, звёздный ковчег, снабдив его преобразователем материи, при помощи которого можно было бы перестраивать или достраивать конструкцию корабля во время долгого пути. Источником строительных материалов должны были стать астероиды, естественные спутники планет или мертвые планеты с твёрдой оболочкой. Такой ковчег мог бы «расти» вместе с увеличением численности экипажа и пассажиров. В отличие от марсианских звездолётов, на которых переселенцы погружались в анабиоз на время долгого странствия, люди на земном корабле могли бы вести относительно нормальную жизнь во время всего путешествия. Он должен был стать первым ковчегом поколений. На смену людям, умершим от старости, рождались бы новые, и вслед за одним поколением появлялось бы другое. С физиологической точки зрения это было намного безопаснее анабиоза, так как даже ИскИны не могли предвидеть, каким образом он повлияет на человеческий организм после многих десятилетий, а, может, и нескольких сотен лет пребывания в таком состоянии.

Земной звёздный ковчег, оснащённый преобразователем материи, получил название «Прометей». Для управления кораблём был создан специальный ИскИн. В этом заключалось ещё одно отличие от марсианских звездолётов. Компьютеры, управляющие ими, не обладали мощью и возможностями земных ИскИнов. Они не могли самостоятельно, без ведома человека, принимать ответственные решения и обладали ограниченными, по сравнению с мыслящими машинами, вычислительными и аналитическими способностями. «Прометей» был готов к отбытию приблизительно в одно и то же время с кораблями марсиан. Конечной целью путешествия была выбрана планета земного типа в системе звезды С126. Так как у марсианских ковчегов уже были свои цели назначения — девять сходных с Землёй планет в других звёздных системах, цель десятого ковчега, корабля землян, решили назвать «Земля-10».

Когда марсианские корабли стартовали с орбиты красной планеты, «Прометей» как раз приблизился к поясу астероидов между Марсом и Юпитером. Здесь он должен был ненадолго задержаться, чтобы провести тестирование преобразователя и трансформировать с его помощью участки грунта некоторых астероидов в материалы, необходимые для постройки дополнительных секций конструкции звездолёта. Именно тогда и произошла ужасная катастрофа, точнее, череда катастроф, которая бесповоротно перечеркнула все радужные планы Звёздной Экспансии. Девять марсианских ковчегов потерпели крушение и развалились в космосе. Все космические путешественники, а их было в общей сложности почти девяносто тысяч, погибли.

Человечество на обеих планетах испытало глубокий шок. Последние, не принимавшие участия в экспансии и поэтому оставшиеся в живых, марсиане сразу же обвинили ИскИнов и землян в катастрофе. По их мнению, это была тщательно спланированная диверсия — таким образом Земля надеялась раз и навсегда избавиться от неугодных марсиан. В ответ на эти заявления специальная комиссия Совета ИскИнов провела собственное расследование и, досконально изучив обломки звездолётов, пришла к однозначному выводу, что поводом к катастрофе послужило отсутствие на кораблях ИскИнов в качестве центрального органа для координирования всех рабочих процессов. Бортовые компьютеры марсиан не справились с управлением энергетическими реакторами ковчегов, что и привело к взрыву последних при попытке достичь максимальной скорости на границе Солнечной системы.

К этому времени «Прометей» уже закончил все работы в поясе астероидов и был практически готов к старту. Земляне не испытывали никаких сомнений в том, что ИскИн корабля не допустит просчётов и благополучно доведёт ковчег до цели. Но их планам не суждено было сбыться. Последняя группа оставшихся на Марсе поселенцев, состоявшая из высокопоставленных членов правительства, научного персонала и андроидов, а также представителей армии и полиции, покинула планету на нескольких транспортных челноках и направилась к «Прометею». Капитан ковчега допустил непоправимую ошибку: исходя из лучших побуждений, он отдал распоряжение открыть шлюзы и принять посланцев на борт. Таким образом первый боевой отряд марсиан легко проник на корабль и сразу же ликвидировал обслуживающий персонал шлюзов, тем самым расчистив путь для остальной группы. Земляне не оказали сопротивления, и буквально в течение одного часа звездолёт был взят штурмом. Связь с ковчегом прервалась, и о том, что там происходило после этих событий, мы можем строить только догадки.

В тот же день захваченный корабль отправился в странствие. В секторе базирования ковчега, астероидном поясе, не было других земных кораблей, поэтому «Прометей» беспрепятственно вышел на крейсерскую скорость и удалился из Солнечной системы. По всей видимости, новые хозяева не уничтожили корабельный ИскИн, так как ковчег, в отличие от своих предшественников, благополучно достиг максимального ускорения. Погоня была бессмысленной — корабли землян при всём желании уже не смогли бы настигнуть украденный звездолёт…

Глава 3

За столом воцарилось молчание… У меня в голове всё ещё проносились картины, вызванные рассказом Линды, когда киборг Альфа-10 произнёс:

— Мы очень признательны Вам, госпожа Тояма, за эту вводную часть. Позволю себе напомнить присутствующим, что захват корабля наверняка оказался не последней трагедией, случившейся с «Прометеем».

— Ты имеешь в виду преобразователь материи? — Только при одном упоминании о нём мне становилось не по себе…

— Да, господин Руссов. После отбытия ковчега на Земле ещё оставалось в эксплуатации несколько преобразователей материи аналогичных тому, какой был установлен на корабле. Но уже через несколько лет было выявлено наличие непоправимых мутаций в организмах людей из состава обслуживающего персонала и их новорождённых детей, причём опасные, нездоровые изменения затронули не только внешний вид, но и умственные способности тоже. Если внешние признаки обнаружились только у детей, чьи родители в течение определённого времени подвергались скрытому воздействию данного аппарата, то нарушения мозговой деятельности проявились уже непосредственно у первого поколения.

— Насколько я помню, последствия были ужасными?

— Многие люди становились беспричинно злыми и агрессивными, или же, напротив, глубоко апатичными. Одни периодически впадали в бешенство, другие надолго оказывались в состоянии тяжёлой депрессии и теряли всякий интерес к жизни. Некоторые из них даже сошли с ума, но также были зарегистрированы и обратные случаи, когда мозг больного начинал работать с небывалой активностью, что порой приводило к гениальным изобретениям и научным открытиям. Однако подобные факты были скорее редкостью. Зато всё чаще стали проявляться внешние мутации. По всей видимости, преобразователь в процессе работы генерировал некое губительное излучение, которое невозможно было зафиксировать и изучить при помощи существовавшей на тот момент техники. Данный вид излучения так и остался нераскрытой тайной. Более того, оно продолжало вырабатываться преобразователями материи даже после их отключения. Преобразователи стали настоящими «ящиками Пандоры». Один раз приведённые в действие, эти коварные устройства уже не могли полностью остановиться. В конечном итоге Совет решил отказаться от этой вредоносной технологии и уничтожить все преобразователи материи. На сегодняшний день существует только один единственный экземпляр — именно он и установлен на ковчеге «Прометей».

— Ведутся ли вами ещё поиски родоначальников технологии преобразователя, той загадочной цивилизации, чей корабль был обнаружен в астероидном поясе?

— Конечно, господин Руссов, это по-прежнему является одной из первостепенных задач Совета ИскИнов. Активный поиск хозяев инопланетного корабля и, вообще, внеземного разума до сих пор продолжается, но, к сожалению, пока ещё не увенчался успехом. Мы очень надеемся, что новые корабли класса «С» позволят нам расширить границы поиска.

— А что с «Прометеем»? Вам удалось исследовать корабль? Как повлияли мутации на людей? Выжил ли кто-нибудь?

Мне ответила Бета-8:

— После обнаружения звездолёта были предприняты многочисленные попытки проникнуть внутрь его конструкции. Как Вы можете видеть, корабль значительно деформировался и многократно увеличился в размере. — Женщина-киборг указала рукой на модель ковчега. — Преобразованная внешняя оболочка звездолёта обладает невероятной прочностью и абсолютно непроницаема для всех известных нам видов излучения. Все наши попытки пробурить корпус или получить информацию о внутренней полости корабля при помощи радаров различных типов оказались безрезультатными.

— Если он деформирован до неузнаваемости, то как вы можете быть уверены в том, что это действительно «Прометей»?

— При детальном изучении объекта нашим зондам удалось обнаружить часть конструкции, которая по какой-то неведомой нам причине сохранила свой прежний вид или, если выразиться точнее, не настолько изменилась, чтобы её нельзя было идентифицировать. У нас нет никаких сомнений в том, что обнаруженный объект является пропавшим звёздным ковчегом «Прометей».

— И что это за часть? Какой-то отсек корабля?

— Это не отсек, Кай, — промолвила Линда, — это весь корабль. То есть тот корабль, каким он был в начале путешествия. Как уже упомянула Бета-8, мы не знаем, почему преобразователь не затронул первоначальную конструкцию. Всё то, что Вы сейчас наблюдаете в виде этой модели, на самом деле лишь своего рода гигантская оболочка, окружающая ковчег словно кокон или сфера, сам же корабль находится в центре этого чудовищного нароста.

— Но как вам удалось добраться до старого ковчега? Ведь наружная поверхность объекта неприступна?

— Внешняя надстройка не является цельным образованием. Если Вы присмотритесь повнимательнее, то увидите, что это не сплошной, замкнутый кокон, а хаотичное нагромождение разнообразных конструкций, закрученных или сплетённых в некое подобие сферы, — пояснил Альфа-10 и немного увеличил размер модели. — В ходе одного из многочисленных облётов объекта исследовательскими дронами был обнаружен спиралевидный проход, ведущий, как оказалось, в центральную область сферы.

— Как раз к этому времени я и появилась на станции, изучающей ковчег, — прервала его Линда. — Весть об обнаружении звездолёта сразу же распространилась в Инфосети, и я не раздумывая полетела туда на первом же попутном корабле.

— К нашему прискорбию, Вы оказались единственным человеком, кто захотел лично участвовать в исследованиях. — Киборг склонил голову в знак уважения.

— Дело в том, что в людях всё ещё сидит давний страх перед преобразователем материи. Это как страшная сказка, рассказанная на ночь. Что-то сродни первобытному страху. — Девушка задумчиво посмотрела на киборгов. — Свою роль сыграла и широко распространённая боязнь космических путешествий. Я предполагаю, что человечество психологически так и не оправилось после шока, вызванного гибелью марсианских ковчегов и похищением земного звездолёта. С тех пор люди больше предпочитают прятаться в своих фантазиях…

Мне показалось, что её последняя фраза была направлена в мою сторону. Я посмотрел ей прямо в глаза и спросил:

— Вы тоже участвовали в экспедициях на корабль? Или же, пока поисковые зонды и роботы обследовали ковчег, предпочитали оставаться в безопасности на станции?

По тому взгляду, какой она на меня бросила, я понял, что сильно задел её своим вопросом. Девушка вспыхнула от гнева и уже собиралась что-то ответить, но за неё это торопливо сделала Бета-8:

— Именно благодаря участию госпожи Тояма в одном из рейдов в центральную область сферы нам удалось сделать решающий прорыв в исследованиях. При детальном изучении старой, как сначала казалось, нетронутой конструкции корабля, было установлено, что весь корпус покрыт тонким слоем неизвестного науке материала, который точно повторяет форму лежащей под ним поверхности и абсолютно не поддаётся внешнему воздействию. Этот материал так плотно закупорил все шлюзы, что всякая попытка проникнуть внутрь звездолёта была уже изначально обречена на провал. Возможно, нам бы так и не удалось разрешить эту проблему, если бы не инициатива госпожи Тояма.

— Интересно! Что же Вы сделали такого необычного, Линда? — спросил я примирительным тоном. Слова киборга действительно заинтриговали меня.

— В принципе, ничего особенного. Я как-то решила взять поисковой катер и отправиться на прогулку к «Прометею», но одна — без назойливого присутствия на борту роботов или киборгов… — она бросила короткий взгляд в сторону наших собеседников, — признаться, мне просто хотелось побыть наедине, чтобы немного собраться с мыслями. Я совершала облёт одного из районов старого ковчега в центре сферы, и тут моё внимание привлёк стыковочный шлюз, который до этого долго и безуспешно пытались открыть роботы станции. В итоге они оставили эту затею и перебрались на другой участок корабля, намереваясь, вероятно, попробовать в том месте найти ключ к загадке.

Как только мой катер приблизился к свободному теперь от роботов шлюзу на необходимое для стыковки расстояние, произошло невероятное: створы шлюза, бывшие до этого момента неприступными, неожиданно раскрылись, и я увидела широкий тёмный туннель, уходящий в глубь корабля. Восторг, переполнявший меня в те минуты, не передать никакими словами…

Я сразу же отправила сообщение ИскИну исследовательской станции и вызвала отряд киборгов-разведчиков. Шлюз оставался открытым до тех пор, пока во внутреннюю полость сферы не проник челнок с киборгами и не направился к моему катеру. При его приближении створы шлюза моментально сомкнулись, и перед моим взором вновь предстала монолитная стена. Вход был закрыт. Тут меня осенила внезапная догадка, и я решила провести небольшой эксперимент. Я отослала киборгов обратно, а сама приготовилась ждать. Моё предположение вскоре подтвердилось: шлюз вновь открылся, как только их челнок удалился на определённое расстояние от него. Я решила вернуться на станцию и обсудить это открытие с ИскИном.

В последующие дни мы несколько раз направляли катера с различным составом команды к этому шлюзу. Шлюз всегда оставался закрытым, если на борту находился хотя бы один робот или киборг. Моё присутствие в команде не меняло положение. Но стоило мне только приблизиться к нему одной, без сопровождения, как шлюз тотчас же раскрывался, словно тем самым приглашая меня войти.

Станционный ИскИн высказал предположение, что марсиане спустя некоторое время после захвата ковчега установили в автоматическую контрольную систему шлюзов сканирующие устройства, способные считывать информацию с приближающихся к ним объектов и селектировать их по коэффициенту интеллекта и структуре строения. Таким образом, в соответствии с заложенной в него программой, шлюз открывался только при приближении мыслящего биологического существа, то есть человека, для всех же искусственных созданий, обладающих коэффициентом интеллекта выше десяти баллов по шкале Кетану-Мюллера, он оставался закрытым. Наличие этого ограничения можно легко объяснить, если только вспомнить ненависть марсиан к созданиям с искусственным интеллектом.

— Если я не ошибаюсь, под это ограничение попадают даже роботы-слуги? — Я решил продемонстрировать, что уроки обязательного образовательного курса в мои детские годы не прошли для меня даром.

— Вы правы, по-видимому, новые хозяева звездолёта хотели исключить любую возможность контакта с искусственным разумом. Будь то ИскИн, киборг или же простой робот-слуга.

— А как же ИскИн самого ковчега? Ведь на «Прометее» имелся свой собственный ИскИн. Что с ним?

— Это нам неизвестно. Поэтому одной из наших задач является установление контакта с ним, разумеется, если он не был уничтожен захватчиками.

Тут слово вновь взял Альфа-10:

— Одно мы можем утверждать с достаточной долей вероятности — при старте ковчега ИскИн ещё не был отключен, иначе «Прометею» не удалось бы выйти за пределы Солнечной системы. Но нельзя полностью исключать возможность того, что корабельный ИскИн позже был всё-таки выведен из строя. Данное предположение подтверждает хаотичное и нелогичное увеличение размеров конструкции ковчега, а также тот факт, что звездолёт прекратил своё движение вперёд, к намеченной цели. Ведь мы обнаружили его в дрейфующем состоянии.

— Но это всего лишь наши догадки, Кай, — заметила Линда. — Не стоит забывать про новую оболочку, покрывающую собой старый, первоначальный корпус корабля. Каким образом она появилась? Кто придал ей такую структуру? Мог ли преобразователь материи сам, без контроля со стороны ИскИна, создать такой материал? И почему вообще вся сфера, этот чудовищный кокон, обладает такой невероятной прочностью и не поддаётся «прощупыванию» радарами? Слишком много вопросов. Надеюсь, мы найдём ответы хотя бы на некоторые из них…

— Так в чём заключается ваш план? И какую роль в нём будем играть мы, Наблюдатели?

— Я думаю, будет лучше, если на этот вопрос ответит один из наших друзей.

Ответ я услышал от Беты-8. Она отключила голографическую модель «Прометея», привлекая тем самым наше внимание к своей персоне, и произнесла:

— Учитывая все обстоятельства, специальная комиссия Совета ИскИнов постановила отправить исследовательский отряд на ковчег. В отряд будут входить восемь андроидов. Андроиды — гибридные существа, поэтому мы надеемся, что в их случае шлюзовой барьер не сработает, и они смогут беспрепятственно проникнуть внутрь корабля.

— Но как вам удалось уговорить андроидов? Насколько мне известно, они не очень охотно покидают свою планету?

— Они согласились войти в состав отряда только при одном условии: участии в экспедиции человека. Мы очень признательны госпоже Тояма за то, что она выразила желание стать девятым членом отряда и возглавить экспедицию.

Эти слова потрясли меня. Я ошеломлённо взглянул на храбрую девушку, хотя в тот момент мне больше казалось, что её отвага граничит с безрассудством, и воскликнул:

— Линда, это же неоправданный риск! Ведь Вы совсем не знаете, какие опасности таятся внутри этого дряхлого ковчега! Вы забыли о губительном излучении преобразователя материи? Как Вы собираетесь ему противостоять?

Она спокойно выдержала мой взгляд и, скрестив руки на груди, заявила:

— Во-первых, для начала мы намереваемся ограничить время нашего присутствия на борту звездолёта тридцатью минутами, а затем, после возвращения на станцию, осуществить тщательный медицинский осмотр моего организма. Во-вторых, на мне будет скафандр с высокой степенью защиты. Всё-таки наша наука не стоит на месте, и мы надеемся, что современные материалы смогут противостоять излучению преобразователя. И, в-третьих, я просто сама себе потом никогда не смогу простить, если сейчас откажусь от этой работы…

Она замолчала, а я изучающе смотрел на неё, пытаясь по выражению её красивого лица понять, что же движет этой неординарной девушкой. Зачем она здесь? Почему в её сердце нет страха?

Наверное, именно последние слова Линды повлияли тогда на моё решение, возникшее совершенно спонтанно, ведь ещё несколько минут назад не было даже и лёгкого намёка на него, как вдруг оно, игнорируя все разумные доводы, каким-то непостижимым образом появилось в моей голове. То, что ещё совсем недавно казалось мне глупым и нерациональным, внезапно приобрело какой-то тайный и в то же время манящий смысл…

Я набрал воздух в лёгкие и, стараясь придать голосу нужную твёрдость, провозгласил:

— Ну а мне, уважаемые киборги, вы приготовили всего лишь роль пассивного Наблюдателя? Мне предназначено «просиживать штаны» в кресле на станции и в полном покое наслаждаться абсолютной безопасностью? Если это действительно так, то вы сильно ошиблись. В исследовательском отряде будет десять разведчиков. Десятым стану я. И если вы не согласны с этим, то можете прямо сейчас отправлять меня обратно на Землю!

После этих слов я взглянул на Линду и, как мне показалось, заметил в её больших глазах понимание и поддержку, а обворожительная улыбка, озарившая лицо девушки, ещё больше укрепила меня в моём решении.

— Для нас это большая неожиданность, господин Руссов, — ровным голосом проговорил Альфа-10. — Мы рассчитывали на Ваше участие в проекте только в качестве стороннего Наблюдателя. Кодекс предписывает обязательное участие двух Наблюдателей при проведении Советом ИскИнов всех важных операций или при принятии любых решений, каким-либо образом влияющих на человечество в целом или на жизнь одного конкретного человека. В данном случае мы имеем тот факт, что оба Наблюдателя изъявили желание не только контролировать ситуацию со стороны, но и быть непосредственными участниками событий.

Он перевёл взгляд на Бету-8, и женщина-киборг продолжила его мысль:

— Но вместе с тем в Кодексе нет никаких упоминаний о том, что подобная просьба может быть неправомерной или же невыполнимой. Исходя из этого, а также принимая во внимание то обстоятельство, что Вы в достаточной мере осведомлены о рисках экспедиции, мы соглашаемся с Вашим предложением, господин Руссов, и обязуемся в дальнейшем оказывать Вам всяческую поддержку при его осуществлении. Уже завтра Вы и госпожа Тояма вместе с остальными членами отряда отправитесь к исследовательской станции, находящейся в непосредственной близости от звездолёта «Прометей».

— Завтра? — Меня несколько смутило это заявление. Похоже, сюрпризам не будет конца. — Почему так быстро?

— Извините, Кай, но это я настояла на скорой отправке к «Прометею», — призналась Линда. — Я уже две недели провела здесь, на орбите Марса, поджидая Вас, и мне не терпится вернуться к ковчегу. Но если Вы категорически не согласны, я готова подождать ещё немного.

— Ну зачем же… Я вовсе не собираюсь препятствовать установленным срокам. К чему промедление? Нас ждут великие дела!

Киборги, скорее всего, не поняли иронии, заключенной в моих словах, так как Альфа-10 с невозмутимым видом торжественно произнёс:

— Уважаемые Наблюдатели, разрешите подвести итог нашему заседанию. Завтра мы отправляем сверхскоростной корабль класса «С» к месту дрейфа звёздного ковчега «Прометей». На борту корабля будет находиться отряд разведчиков, состоящий из двух людей и восьми андроидов. После стыковки с исследовательской станцией андроиды переходят в подчинение Наблюдателей, причём координация действий андроидов будет осуществляться через капитана-андроида. Первичной задачей отряда является проникновение на ковчег и продвижение в глубь звездолёта на ограниченное расстояние. На осуществление всей операции отводится тридцать минут. По истечении этого срока отряд должен будет возвратиться к стыковочному шлюзу, перебраться на транспортный челнок и отбыть обратно на станцию. В случае обнаружения биологических объектов, враждебно настроенных по отношению к членам отряда, и при попытке применения насильственных действий к последним со стороны этих объектов, андроидам разрешается использовать нелетальные средства самообороны парализующего характера.

Последняя фраза киборга не вызвала во мне особого воодушевления. Всякое насилие над личностью, как явление, давно исчезло из нашей жизни. Лишь только в определённых мирах Игры оно ещё сохраняло свою значимость, но после Перехода все участники, вернувшись в реальную жизнь, обычно забывали дискомфорт и негативные ощущения, вызванные необходимостью применять или же испытывать на себе насильственные действия во время псевдожизни в пределах виртуальной реальности.

— Вы считаете, что в этом может возникнуть необходимость? — поинтересовалась Линда. — Смогут ли в таком случае андроиды в достаточной мере обеспечить нашу безопасность?

— Госпожа Тояма, мы загрузили в мозг андроидов боевые программы, разработанные марсианами тысячу лет назад. В те неспокойные времена жители Марса использовали андроидов в армии и полиции. К сожалению, кроме этих древних разработок у нас ничего нет. Мы живём в эпоху Стабильности, все вооружённые конфликты давно остались в прошлом. Даже парализаторы, которыми мы снабдили андроидов, являются реликтами. Это эффективное оружие было воссоздано нами по древним чертежам. Разумеется, не в наших силах предугадать, что ожидает вас на корабле, но в одном мы уверены на сто процентов: андроиды будут защищать вас даже ценой собственной жизни.

Альфа-10 замолчал на мгновение, затем ободряюще улыбнулся и промолвил:

— Всё-таки мы надеемся, что этого не произойдёт. Даже если на ковчеге кто-нибудь и выжил, что возможно только при исправном функционировании всех систем поддержки жизнедеятельности на протяжении целого тысячелетия, люди непременно должны были со временем эволюционировать в духовном плане. Физическое или психологическое насилие над личностью немыслимо в современном обществе.

— Ну хоть это внушает мне некоторый оптимизм, — с усмешкой заметил я. — Если честно, после нашей беседы мне надо будет обязательно что-нибудь выпить. И желательно покрепче…

— Мне кажется, Кай, что в Игре Вы бывали в переплётах и похлеще. Или я не права?

— Вы абсолютно правы, Линда. Но там рядом со мной не было такой симпатичной, умной и в то же время такой беззащитной спутницы. Я опасаюсь не столько за себя, сколько за Вас…

— Спасибо. А вот я, напротив, опасаюсь за Вас. Насколько мне известно, последний отрезок Вашей жизни Вы провели в Игре. Не оторвались ли Вы окончательно от реальности? Насколько адекватно Вы будете реагировать на неожиданности?

— Госпожа Тояма, мы можем заверить Вас, что морально-физическое состояние господина Руссова вполне соответствует норме. Мы тщательно анализируем все психические характеристики и физические параметры кандидатов в Наблюдатели, — заявила Бета-8, прервав тем самым нашу небольшую словесную перепалку. — Я предлагаю Вам сегодня, в последний день на этой станции, показать господину местные достопримечательности. Господин Руссов, возможно, Вас заинтересуют спортзал, бассейн или ресторан? Вы также можете познакомиться с остальными членами отряда — командой андроидов. Сейчас они как раз находятся в спортзале. Сегодня ночью, когда вы оба уснёте у себя в каютах, вас автоматически введут в режим глубокого сна, а потом переправят на корабль и уже там погрузят в длительный анабиоз. Из состояния анабиоза вас выведут по прибытии на исследовательскую станцию. Мы желаем вам обоим хорошо провести остаток сегодняшнего дня!

— Линда, как Вам предложение наших друзей? Лично мне это кажется разумным. Будете моим гидом? Я даже готов оставить посещение ресторана на потом, а сначала спортзал и андроиды…

— Хорошо, Кай. Сегодня последний свободный день, а завтра нас уже ждёт работа. Постараемся хоть в этот день немного развлечься.

Альфа-10 обвёл всех нас серьёзным взглядом и сказал:

— Объявляю заседание закрытым. Уважаемые Наблюдатели, дальнейшая координация ваших действий будет осуществляться ИскИном исследовательской станции. На этом мы прощаемся с вами. ИскИны специальной комиссии Совета по исследованиям в дальнем космосе выражают вам свою признательность и благодарность за участие в этом проекте.

Оба киборга одновременно встали и вежливо поклонились нам. Стол сложился вместе с пустыми бокалами, которые мы в самом начале беседы получили от робота, после этого тихо и незаметно покинувшего нас, и плавно утонул в маленьком отверстии, образовавшемся вокруг его основания. Мы с Линдой поднялись с кресел и последовали за представителями ИскИнов к выходу из зала. Одна из его стен беззвучно погрузилась в пол, и я увидел своего робота-слугу, терпеливо ожидающего нас в соседней комнате.

— Прощай, Альфа-10. Прощай, Бета-8. Спасибо и вам за всё. Пойдёмте, Кай. — Девушка первой покинула помещение и я, молча кивнув киборгам, последовал за ней.

Глава 4

За нашей спиной стена приёмного зала бесшумно сомкнулась с потолком и навсегда скрыла киборгов от нас.

Робот без промедления подошёл к нам и произнёс:

— Рад приветствовать Вас вновь, господин, и Вас тоже, госпожа Тояма. Разрешите вручить вам то, о чём я уже упоминал ранее.

Он протянул руку и раскрыл свою ладонь. На ней я увидел два тонких серебряных кольца разного размера с искусно вделанными в них небольшими прозрачными кристаллами. Многочисленные грани кристаллов так ярко отражали свет, что я невольно залюбовался этими прекрасными изделиями.

— Что это? Ты решил сделать нам подарок на прощание?

— Никак нет, господин, это не прощальный подарок. Перед вами персональные контроллеры, теперь с их помощью вы сможете управлять различными обслуживающими устройствами и аппаратами станции, а также коммуницировать друг с другом посредством голосовых сообщений и голографических изображений. Чтобы перевести контроллер в рабочий режим, следует нажать на кристалл и провернуть его в любом направлении. После этих действий прибор будет реагировать на речевой сигнал. Госпожа Тояма уже получила похожее устройство две недели назад. Скоро, госпожа, старый контроллер Вам уже не потребуется, так как его возможности ограничиваются пределами этой станции. Радиус действия новых контроллеров не зависит от орбитальной станции, кроме того, они настроены друг на друга и, возможно, ещё понадобятся вам обоим в предстоящей экспедиции для обмена сообщениями.

— А где же Ваш прежний контроллер, Линда? — Посмотрев на руки девушки, я не заметил на них какого-либо кольца.

— Мой личный слуга предупредил меня сегодня утром о том, что после заседания я получу новый, поэтому старый я решила оставить ему.

— И где же, собственно, Ваш робот-слуга?

— Его я тоже оставила, — лукаво улыбнулась она, — и Вам советую сделать то же самое. Если у нас есть персональные контроллеры, то слуги нам, в принципе, уже не нужны. Ведь с этого момента я Ваш гид на станции. Доверьтесь мне…

— Похоже, ничего другого мне не остаётся! — Я забрал оба кольца у робота и предложил тот, что поменьше, Линде.

К моему удивлению, она не приняла его из моих рук, а лишь протянула свою ладонь пальцами ко мне. Я немного замешкался, но потом всё же нашёл выход из положения и, взяв узкую ладонь Линды одной рукой, другой надел кольцо на её безымянный палец, так как по моей визуальной оценке только к нему одному и подходил по размеру внутренний диаметр кольца. Взглянув на девушку, я заметил, что она как-то странно замерла, затаив дыхание, и пристально посмотрела мне в глаза.

Я уже хотел было надеть своё кольцо, но она вдруг положила свою тонкую руку мне на ладонь и сказала:

— Не торопитесь… Если уж мы делаем это так, то следует поступать правильным образом…

Линда взяла кольцо из моих рук и медленно надела его мне тоже на безымянный палец.

— А знаете, Кай, что мы теперь должны теоретически сделать?

— Что? — Её непонятные действия заинтриговали меня.

— Впрочем, забудьте мои слова… Сейчас я получила ещё одно подтверждение тому, что Вы действительно не сильно интересуетесь историей человечества. Может быть, когда-нибудь я расскажу Вам, что мы должны были сделать после обмена кольцами. — На её лице промелькнула мимолётная улыбка, после чего она убрала свою ладонь с моей руки и отстранилась. — Мне надо показать Вам станцию. Но прежде предлагаю перейти на «ты». Как-никак мы в одной команде.

Она протянула мне руку, в этот раз для рукопожатия, и я с чувством сделал это.

— Раз ты говоришь, что слуга нам больше не нужен, то следует отослать его прочь, — сказал я и повернулся к роботу, который всё это время безмолвно и неподвижно стоял рядом с нами. — Можешь идти!

Он поклонился и беспрекословно направился к одной из боковых стен помещения.

Когда мой слуга покинул нас, и отверстие в стене вновь сомкнулось за его спиной, я спросил Линду:

— Куда лежит наш путь?

— Я хочу познакомить тебя с андроидами. Они сейчас тренируются в спортзале. За эти две недели я поняла, что это их любимое занятие, а теперь знаю точно, почему они это делают.

— И почему же?

— Причина в тех боевых программах, которые ИскИны загрузили им в мозг. Андроиды наверняка пытаются постоянно поддерживать идеальную физическую форму, чтобы всегда быть готовыми к любым неожиданностям.

Она активировала свой персональный контроллер и чётко произнесла:

— Станция, нам требуется транспорт.

Тотчас же черный квадрат шлюза на противоположной стороне комнаты раскрылся, из него появился флайборд и остановился прямо перед нами. Мы взошли на платформу и взялись за поручни.

— Держись крепче, — бросила Линда, — я отключаю автоматическое управление.

Я ухватился двумя руками за скобу и тут же мысленно поблагодарил себя за эту предосторожность, так как флайборд сразу нырнул в транспортный туннель и, ускоряясь, стремительно помчался вперёд. Помню, как я спросил Линду, почему она не активирует защитный кокон и не включит внутреннее освещение, но так и не получил ответа. Мы летели почти в полной темноте, прерываемой лишь светящимися кольцами на стенах туннеля, при этом из-за высокой скорости ветер свистел у меня в ушах, и мягкие, шелковистые волосы Линды развивались в воздухе, касаясь своими кончиками моего лица. Я оставил все попытки сказать ей что-либо и полностью сосредоточился только на этом волнующем моменте. Через мгновение чувство опасности ушло, сменившись радостью полёта и приятными ощущениями от присутствия рядом со мной этой удивительной девушки. В те минуты я подумал, что мог бы лететь так вечно, и именно тогда мне впервые стало ясно, что я готов сопровождать её куда угодно…

Сейчас наш полёт в этом туннеле длился дольше, чем моё предыдущее путешествие вместе с роботом по пути в приёмный зал. Световые элементы на стенах уже не доставляли мне такого явного неудобства как тогда, когда слуге из-за меня пришлось включить подсветку внутри защитного кокона. Этот факт натолкнул меня на мысль о том, что если наша скорость на данный момент уже довольно большая, то какой же она была в тот раз? Мне оставалось только ещё раз подивиться размерам станции. Она действительно была построена с размахом. По всей вероятности, при её сооружении ИскИны не скупились на затраты и, зная, что их невозможно упрекнуть в легкомыслии, для этого, очевидно, имелись достаточно веские причины.

Но всему когда-то приходит конец — транспортная платформа постепенно замедлила своё движение, и я, к моему сожалению, увидел впереди светлый прямоугольник переходного шлюза. Мы влетели в одно из внешних колец станции и, плавно свернув, в медленном темпе двинулись по нему, пока не достигли участка, отмеченного небольшим белым овалом на боковой поверхности туннеля. В центре овала крупными чёрными буквами выделялась надпись: «спортзал».

Наш транспорт мягко остановился, и Линда сказала:

— Вот мы и прибыли. Пойдём, я покажу тебе андроидов.

— Хорошо, только сначала пообещай, что ещё научишь меня пользоваться станционными флайбордами. Как тебе удалось найти здесь правильное направление? Все эти туннели выглядят совершенно одинаково, и мне кажется, что среди этих серых стен очень легко потеряться.

— Я бы охотно научила, но сильно сомневаюсь, что тебе это понадобится в ближайшем будущем. Завтра нас уже здесь не будет. А направление транспорт определяет сам, нужно только указать пункт назначения. Почти как на Земле, только в отличие от земных средств передвижения, на станции можно переходить на ручное управление скоростью движения, ведь здесь нам не грозит опасность столкнуться с другим транспортом, управляемым людьми.

— А как же андроиды? Они что, не летают на флайбордах?

— Андроиды, похоже, не любят слоняться без дела. По крайней мере, мне ещё не довелось видеть их праздно гуляющими по коридорам станции. Да ты и сам вскоре сможешь их об этом спросить. — Она легко ступила с платформы на пол туннеля и подошла к стене с надписью. — Кстати, ты обратил внимание на однообразие красок интерьера станции?

— Да, я уже думал об этом. Повсюду сплошные серые стены, изредка сменяющиеся чёрными прямоугольниками шлюзов. Порой мне кажется, что ИскИнам просто-напросто не хватает фантазии. Они слишком рациональны.

— В этом ты прав, — согласилась Линда и добавила: — Ещё входы в жилые и общие помещения помечены одинаковыми белыми овалами. На этом все различия оформления и заканчиваются. На станции во всём недостаток разнообразия. Только пустые туннели и отсеки… Мне не хватает здесь жизни. Я провела тут две недели и чуть не умерла от скуки. Хорошо, что завтра мы будем уже далеко отсюда!

У меня чуть не сорвались с языка слова о том, что я был бы совсем не прочь провести в её обществе ещё некоторое время на орбите Марса, но она уже повернулась ко входу в спортзал и тихо произнесла что-то. Очевидно, это была команда для её личного контроллера, так как после этого участок стены с белым овалом утонул в полу и открыл нашему взору просторное и светлое помещение. Я увидел множество разнообразных тренажёров необычной, замысловатой конструкции, а также гимнастические снаряды, беговые дорожки, рукоходы и даже один большой скалодром. Среди всего этого спортивного инвентаря непрерывно передвигались, вернее, бегали, прыгали и выполняли акробатические кульбиты мужские и женские фигуры, облачённые только в короткие обтягивающие шорты. Их сильные, стройные тела блестели от пота; они были молоды и полны энергии.

Заметив наше появление, андроиды моментально прекратили свои занятия. Из их группы выделился один статный, высокий брюнет и подошёл к нам.

— Добрый день, господа! — Его спокойный и уверенный голос определённо выдавал в нём сильную личность. — Добро пожаловать к нам на тренировку. С Вами, госпожа Тояма, мы уже знакомы. А вот Вас, господин, я вижу впервые. Разрешите представиться — меня зовут Конрад. Я назначен Советом ИскИнов капитаном отряда андроидов. Принадлежу к гнезду Рамирес. Полное имя — Конрад Рамирес, для Вашего удобства можете называть меня просто Конрад. Мы, андроиды, здесь все из одного гнезда. Все Рамиресы.

— Кай Руссов, — в свою очередь представился я. — Я хотел бы познакомиться со всеми членами отряда.

— Конечно. — Он повернулся к остальным и поманил их жестом.

Андроиды всей группой приблизились к нам и встали прямо напротив нас, выстроившись в одну чёткую шеренгу. Вместе с капитаном их было восемь. Четверо мужчин и четверо женщин. Я смотрел на них и поражался их стопроцентной схожести с людьми. Визуально отличить андроида от человека не представлялось возможным. Мне, конечно же, был известен этот факт, но только в теории, а сейчас я впервые видел эти создания вживую. Обладая различной внешностью, они в то же время были очень похожи друг на друга, не только лицом, но и телом. Волосы у них были коротко острижены, и все они, независимо от половой принадлежности, имели широкие плечи, крепкие бёдра и узкую талию. Тела их казались будто сплетёнными из стальных жил и тугих мышц. Девушки были, естественно, немного меньше мужчин, но в них тоже чувствовалась мощь, гибкость и упругость. Я обратил внимание на их маленькую, почти подростковую грудь. Только эта грудь, да ещё тонкие черты лица выдавали в них женщин. Капитан начал поочерёдно называть имена андроидов, и те делали короткий кивок, услышав своё имя.

— Аксель, Тина, Лена, Джон, Боло, Фрея и Сара… Господа, специальный боевой отряд андроидов гнезда Рамирес готов выполнять ваши распоряжения!

— Не торопись, Конрад, — мягко произнесла Линда. — Наша работа ведь ещё не началась. Сегодня мы все отдыхаем. Лучше расскажи, чем вы здесь занимаетесь. Мне кажется, господину Руссову будет интересно послушать.

— Как прикажете, госпожа. — Он сделал короткий жест рукой остальным андроидам, и те, почтительно поклонившись нам, вернулись к своим занятиям. — Вы, господин Руссов, вероятно, уже успели заметить, что мы занимаемся здесь высокоинтенсивными физическими тренировками. К сожалению, нам неизвестно, какие трудности нас ожидают на звёздном ковчеге, поэтому мы стараемся поддерживать физические кондиции наших организмов в оптимальном состоянии. Хотя нашей основной задачей будет являться сбор информации, всё-таки нельзя исключать возможность встречи с враждебно настроенными индивидуумами. В связи с этим, кроме специфических физических нагрузок, мы практикуем занятия рукопашным боем и тренируемся в стрельбе из парализаторов. Но сегодня мы немного отступили от обычного графика, и в этот последний день на станции каждый из нас делает только те упражнения, которые ему больше по душе… Кстати, господин Руссов, судя по Вашей фигуре, Вы тоже увлекаетесь физическими тренировками?

— Раньше, в юности, я довольно активно участвовал в спортивной жизни родного города. Перепробовал многие виды спорта, даже участвовал в Античных играх в составе юношеских команд по футболу, гандболу и баскетболу. Тогда меня ещё интересовали эти архаичные забавы. Но со временем мне это дело наскучило… Потом я полностью увлёкся Игрой и пребывал там в основном в древних и магических мирах, поэтому в качестве подготовки, но больше из любопытства, изучал основы рукопашного боя и фехтования.

— А зачем? В Игре же можно быть кем угодно… Зачем тебе было подготавливаться, если любые таланты можно получить, особо не напрягаясь, просто предварительно загрузив соответствующую программу? — Линда была, похоже, искренне удивлена.

— Как я уже сказал, тогда мной двигало любопытство. Хотелось в реальных условиях попробовать сделать хотя бы малую толику того, что так легко давалось в Игре.

— И как? Получилось?

— Как сказать… Ощущения, конечно, несравнимы. В Игре всё выходит намного лучше. Там вообще всё лучше… — Тут мне в голову пришла одна неожиданная мысль: — Конрад, я хотел бы потренироваться с кем-нибудь из вас. Немного поупражняться в рукопашном бое и заодно проверить себя на прочность. Можно это организовать?

Глаза Линды округлились от удивления, и даже капитан андроидов, видимо, немного опешил, так как не сразу нашёл, что ответить. Затем он взглянул в сторону своих сородичей и медленно произнёс:

— Я думаю, Джон мог бы провести с Вами спарринг, хотя мне кажется, что он этому не очень обрадуется. Пойду, предупрежу его.

Конрад отправился к тренирующимся андроидам, а Линда вдруг прикоснулась кончиками пальцев к моей руке и, когда я повернулся к ней, спросила:

— Кай, ты уверен, что тебе это понравится? Ты только посмотри на них. Это же идеальные атлеты. Я всё понимаю, ты, должно быть, тоже хорош, но тягаться с ними тебе, наверное, не под силу…

Я посмотрел ей прямо в глаза, пытаясь понять, что она хотела сказать этими словами — было ли это проявлением заботы или же, наоборот, вызовом, своего рода лёгкой провокацией? Тогда мне показалось, что верно последнее, и это только подзадорило меня ещё сильнее.

Тем временем капитан вернулся к нам вместе с ещё одним андроидом, и по их смущённым взглядам я понял, что они оба далеко не в восторге от моей идеи.

— Тебя что-то тревожит, Конрад? — Меня немного задело их явное нежелание поддержать мою затею. — Вы боитесь нарушить субординацию? Но ведь пока это ничего не значит, вы же переходите в наше подчинение только на время проведения исследовательской экспедиции. А она ещё даже не началась.

— Господин, андроиды всегда находятся в подчинении у людей. Это наша обязанность и одновременно привилегия. Только так мы можем исполнить своё предназначение.

После этих загадочных слов он приложил свою правую ладонь сначала ко лбу, затем к левой стороне груди и поклонился. Второй андроид проделал то же самое. Эти слова и жесты показались мне довольно странными, и я в растерянности взглянул на Линду. Девушка лишь улыбнулась и пожала плечами. По всей видимости, она тоже не понимала смысла происходящего.

Я решил сменить тему и сказал Конраду:

— В моих приключениях в Игре мне довольно часто приходилось рубиться на мечах. Может, начнём нашу схватку с имитации боя этим оружием? Есть ли у вас здесь подходящий инвентарь?

— В роли меча послужит гимнастический шест. Его габариты Вы сможете легко изменить до удобных Вам размеров. Джон, принеси-ка сюда два шеста и шлемы. — Капитан коротким движением руки отослал своего подчинённого за снаряжением.

Пока второй андроид выполнял указание, Конрад предложил нам пройти в центр зала. Там мы обнаружили большую овальную площадку, размеченную белыми линиями. Она возвышалась на небольшом расстоянии от пола и была устлана твёрдым, но упругим материалом. Джон уже стоял с двумя длинными шестами и фехтовальными шлемами в руках в центре площадки. Он был всё в тех же коротких шортах, и на его сильном теле, несмотря на расслабленную позу, отчётливо проглядывался каждый мускул. Я сбросил ботинки, так как Джон тоже не был обут, и запрыгнул на площадку. Комбинезон я решил не снимать — он был достаточно лёгок, эластичен и абсолютно не стеснял моих движений.

Андроид подошёл ко мне и вручил один из шестов:

— Господин, Вы можете отрегулировать толщину и длину шеста по Вашему усмотрению. Выбранные Вами параметры будут в автоматическом режиме переданы в конфигуратор моего шеста.

Я взял шест в руки и тщательно осмотрел его. Он напоминал уже привычные мне спортивные снаряды подобного характера, так что справиться с управлением для меня не составляло особого труда. Крепко сжав его в одной руке и тем самым активировав конфигуратор, я подождал, пока он сформирует анатомически удобный для меня диаметр, и затем, проделав пару пробных взмахов, набрал на встроенной в поверхность шеста панели нужную мне длину. Теперь она практически соответствовала длине двуручного меча — моего любимого оружия во время долгих странствий по различным уровням древних миров Игры. Шест стал короче и казался тяжелее, хотя я прекрасно знал, что это всего лишь обманчивое впечатление, вызванное изменением его формы: материал значительно уплотнился, но это никак не могло повлиять на вес самого предмета. Я заметил, что шест у Джона изменился синхронно с моим и принял такую же форму.

Мой условный противник протянул мне шлем и сказал:

— Господин, возьмите, пожалуйста, шлем с силовой защитой. Силовое поле в нём формируется генераторами станции. Если пожелаете, мы можем также надеть защитные костюмы, тогда они будут надёжно предохранять наши тела от внешних воздействий.

— Зачем? Джон, мы же не собираемся калечить друг друга. — Я впервые заметил на его бесстрастном лице некое подобие улыбки. — Предлагаю сначала сразиться на шестах, а потом перейти к рукопашной. По корпусу работаем в ограниченный контакт. Согласен?

Он утвердительно кивнул и отошёл к краю помоста. Оглянувшись, я увидел, что остальные андроиды стоят вместе с Линдой у дальнего конца площадки и внимательно наблюдают за нами. Из всех них только она одна улыбалась, лица остальных наших зрителей были серьёзны и сосредоточены. Я подмигнул ей, и девушка в ответ помахала мне рукой.

Джон уже приготовился к схватке. Вокруг головы у него мерцало силовое поле, и его шест, один конец которого он держал двумя руками, другим концом был направлен в мою сторону. Я надел на голову шлем, имевший форму тонкого обруча, и активировал его. Приблизив руку к лицу, я почувствовал упругое сопротивление силового поля давлению моих пальцев. Убедившись таким образом в готовности шлема, я крепко сжал в руках свой шест и лихо прокрутил им восьмёрку в воздухе, а затем не спеша направился к ожидающему меня андроиду.

Видя, что он не собирается нападать первым, я сам перешёл в наступление и попытался пробить его защиту рубящим ударом сверху. Андроид вскинул свой шест и лёгким движением отвёл мой снаряд в сторону. Шест соскользнул вниз, и я, описав им петлю в воздухе, ударил уже под другим углом. В этот раз Джон не блокировал, а ловко уклонился, и мой импровизированный меч только просвистел в воздухе, даже не задев его. Вслед за этим он резво отпрыгнул и вновь занял выжидающую позицию в трёх шагах от меня. Я решил поскорее закончить поединок, быстро шагнул к нему и обрушил серию резких ударов на голову Джона, надеясь задеть внешнюю границу силового поля вокруг его головы и тем самым обозначить победу. К моему разочарованию, все мои удары были без труда отбиты его шестом. Уже почти отчаявшись, я нанёс ему проникающий удар в область живота. Но и он не принёс мне успеха, напротив, Джон опять увернулся и с такой силой ударил по концу моего шеста, что я от неожиданности выпустил его из рук, и он отлетел к краю площадки, как раз туда, где стояла Линда с андроидами. Я увидел ироническую усмешку на её лице, и это не на шутку разозлило меня.

— Ну что ж, Джон, — твоя взяла! Ты хороший фехтовальщик. Давай-ка теперь сойдёмся в рукопашную! — Я подождал, пока он отложит свой шест в сторону и приготовится. У меня оставался последний шанс исправить положение.

Андроид немного подогнул ноги в коленях и вытянул руки с раскрытыми ладонями в моём направлении. Лицо его при этом оставалось по-прежнему невозмутимым. Я обратил внимание на то, что руки Джона не прикрывают его живот, поэтому в качестве цели выбрал именно эту область. Быстро подскочив к нему, я сделал обманное движение рукой в сторону его лица и, когда он, защищаясь, поднял переднюю руку на уровень своей головы, хлёстко пробил прямой удар ногой ему в живот. Он среагировал мгновенно: подхватил другой рукой мою пятку, дёрнул её вверх и тут же подбил своей голенью мою опорную ногу. Я подлетел в воздух и грохнулся спиной на поверхность площадки. Не успел я перевести дух, как увидел его кулак прямо перед моим носом на границе силового поля шлема.

Он остановил движение руки, и я услышал его спокойный голос:

— Господин, будем продолжать? Вы неплохой боец.

Джон сказал это совершенно хладнокровно, без тени насмешки или презрения. Желание продолжать спарринг у меня мгновенно улетучилось, и я был благодарен ему за его последние слова, хотя и испытывал досадное чувство поражения. Он взял меня за руку и помог подняться.

— Нет, этого вполне достаточно. Я уже убедился в твоём преимуществе. — Я посмотрел в сторону наших зрителей. Андроиды были, как всегда, спокойны и невозмутимы, ну а Линду, похоже, очень позабавило наше маленькое представление. Довольная улыбка не сходила с её лица.

— Спасибо за урок, Джон. Я рад, что ты и твои товарищи будете вместе с нами на «Прометее»! — Мы обменялись крепким рукопожатием, и я направился к девушке и остальным андроидам.

— Господин, с Вами всё в порядке? Джон не переусердствовал? — Конрад первым встретил меня у края площадки. — Вы хорошо владеете боевыми приёмами.

— Спасибо, но твои слова являются для меня слабым утешением, — усмехнулся я. — С такими ребятами, как он, я сумел бы завоевать половину всех миров Игры! Надеюсь, другие члены твоей команды не хуже Джона?

— Наши боевые характеристики одинаковы. В принципе, на его месте мог бы выступить любой из нас, но мне хотелось, чтобы Вы поближе познакомились именно с ним, ведь вскоре он будет Вашим персональным телохранителем на ковчеге. Так же, как и Фрея у госпожи Тояма.

— Вот как! Не знала, что вы и это предусмотрели, — присоединилась Линда к нашему разговору. — Это твоя личная идея?

— Госпожа, мы подчиняемся распоряжениям ИскИнов. Несмотря на то, что мы не всегда согласны с ними, на этот раз мы с радостью примем участие в экспедиции.

— Мы тоже очень рады, что вы с нами! — Девушка перевела взгляд на меня. — Кай, тебе не слишком намяли бока? Ведь я же тебя предупреждала…

— Ты оказалась права. Но мне простительно, ведь я до сегодняшнего дня ещё никогда не имел дела с андроидами. Этот Джон — ловкий парень…

— Ты славно сражался! Мне понравилось!

— Ты ещё не видела меня в Игре. Вот там действительно есть на что посмотреть! Кстати, не хотела бы ты присоединиться ко мне ненадолго в одном из моих персональных миров, конечно, уже после нашего проекта с «Прометеем»? Я мог бы показать тебе много интересного.

— Не знаю, Кай… Особого желания странствовать по несуществующим мирам у меня не возникает. Мне наш, настоящий, мир как-то больше по душе.

Конрад с бесстрастным выражением лица по-прежнему стоял рядом с нами и невозмутимо слушал наш незатейливый разговор. Взглянув на него, я подумал, что не стоит больше отвлекать наших будущих спутников от их занятий, поэтому сказал:

— Линда, мы уже достаточно долго испытываем терпение наших новых друзей. Предлагаю оставить их здесь, а нам с тобой двинуться дальше. Как я понял, мы получим дальнейшие инструкции от ИскИнов уже непосредственно на исследовательской станции. Мне кажется, что здесь нам делать больше нечего. Не пора ли нам перекусить? Признаюсь, во мне уже начинает просыпаться голод, но сначала я хотел бы немного освежиться.

— Я уже тоже об этом подумала. Мы можем посетить бассейн и там же поужинать. Но только после того, как ты снимешь этот шлем.

Она рассмеялась и показала мне на голову. Тут до меня дошло, что я до сих пор стою в шлеме с включённым силовым полем. Я деактивировал защитную оболочку, снял обруч с головы и протянул его капитану:

— Конрад, вы можете продолжать ваши упражнения, а нам пора уходить. Мне было очень приятно с вами всеми познакомиться. Надеюсь, наше дальнейшее сотрудничество будет успешным и плодотворным!

— Для нас это большая честь, господин Руссов и госпожа Тояма. Мы сделаем всё возможное, чтобы оправдать ваше доверие!

Сказав это, он снова повторил свой странный жест, коснувшись рукой лба и левой стороны груди, и только потом, коротко поклонившись нам, отправился к ожидавшим его андроидам.

Я проводил его взглядом и повернулся к девушке:

— Ну вот, Линда, — теперь можем уходить. Ты ещё не забыла дорогу?

Глава 5

Путь от спортзала до бассейна занял совсем немного времени, так как он находился на одном кольце с тренировочным комплексом, и наш флайборд быстро доставил нас к месту назначения. Несмотря на то, что помещение, где располагался бассейн, было достаточно просторным, сам он был небольшим, но зато глубоким, с прозрачной и, как потом выяснилось, приятной тёплой водой. Стены этого отсека имели идеально зеркальную поверхность, а пол отдавал невероятной белизной — всё вокруг указывало на стерильную чистоту. Неподалёку от бассейна, на небольшом возвышении, стояли два изящных кресла и вместительный круглый стол.

Когда мы подошли к воде, Линда указала рукой на стол и сказала:

— Мы можем распорядиться, чтобы нам прямо здесь накрыли ужин. Где-то через полчаса. Тогда у нас будет ещё время поплавать. Ты же хотел освежиться?

— А почему здесь только два кресла? Специально для нас с тобой?

— Я ведь уже говорила тебе, что здесь, кроме нас двоих, нет больше людей. Фактически вся станция в нашем распоряжении.

— А андроиды? Они разве не пользуются этим бассейном?

— Я думаю, у них есть свои специализированные помещения, где они живут, питаются и вообще как-то проводят свой досуг.

— Послушай, ты сказала «ужин» — сейчас уже на самом деле вечер? Я здесь совсем потерял ощущение времени. После моего пробуждения события последовали с такой скоростью, что у меня практически не было времени подумать о моих личных вещах. Я даже не взял с собой свой персональный коммуникатор. Кстати, о личных вещах: надеюсь, их, так же как и меня, тоже переправили сюда?

— Конечно. Я уверена в этом. Ты ещё не был в твоей личной каюте?

— Нет. Я отправился на заседание к киборгам прямо из медицинской комнаты, где очнулся после Игры. Знаешь ли, не хотел вас задерживать, поэтому и поторопился.

— Очень мило с твоей стороны, но мы там всё равно сначала обсуждали те вопросы, которые, в принципе, и не требовали твоего присутствия… Ну а насчёт ужина — да, уже действительно вечер по земному времени, точнее, по времени Центрального Города. И коммуникатор твой здесь, на станции, тебе больше не понадобится. Его функции теперь может выполнять контроллер на твоём пальце. — Линда вытянула руку и задумчиво посмотрела на своё кольцо. — По отношению к этой изящной вещи мне кажется немного грубым такое сухое, чисто техническое выражение — «персональный контроллер»…

— Ты права. Но красотой сыт не будешь, давай-ка лучше используем эти «изящные вещи» по назначению и закажем что-нибудь поесть.

— Хорошо, раз уж ты умираешь с голоду… — Она повернула кристалл на кольце. — Станция, мы хотели бы поужинать. Покажи нам меню!

Над поверхностью стола возникли голографические изображения различных блюд. Приблизившись к столу и внимательно просмотрев весь перечень, я решил остановиться на внушительном куске необифштекса со вкусом говядины и натуральном жареном картофеле, моей спутнице приглянулся запечённый эрзацлосось под травяным соусом с овощами. На первое мы выбрали суп из плавников псевдоакулы и салат из морских эрзацпродуктов, ну а на десерт заказали фруктовое мороженое и черничный пирог.

— Ну как? Думаешь, нам этого хватит? — усмехнулась Линда.

— Кое-что мы забыли… — Я тоже активировал своё кольцо. — Станция, ещё что-нибудь выпить нам двоим, с содержанием алкоголя. Такое, что наиболее подходит к этим блюдам. Линда, надеюсь, ты не против?

— Так уж и быть, я составлю тебе компанию. А сейчас, пока у нас ещё есть время, предлагаю искупаться. Да, кстати, станция, приготовь нам новую одежду!

Она вернулась к кромке бассейна, присела и зачерпнула воду ладонью.

— Вода здесь просто замечательная! Присоединяйся, Кай!

Девушка лёгким движением расстегнула комбинезон, и он, сложившись, упал вниз к её ногам. Она переступила через него и, полуобернувшись в мою сторону, поманила меня рукой. Я с восхищением взирал на её стройное нагое тело, упругую грудь, округлые ягодицы и мне невольно вспомнились тела женщин-андроидов. Линда Тояма обладала фигурой идеальных женских пропорций! Хотя в её плавных движениях тоже угадывались сила и гибкость, выглядела она при этом естественно и гармонично, в отличие от андроидов с их мускулистыми и жилистыми телами. Она с таким изяществом и грацией оттолкнулась от пола и нырнула в воду, что я в некотором смысле даже ей позавидовал. Решившись, наконец-то, последовать её примеру, я скинул свой комбинезон и, разбежавшись, прыгнул в бассейн, подняв при этом кучу брызг. Я мог бы, конечно, нырнуть более технично, но в тот момент мне почему-то захотелось сделать что-нибудь нелепое и, может быть, немного смешное.

— Кай, если ты и дальше будешь так нырять, то в итоге пробьёшь дно бассейна и улетишь прямиком в космос. — Линда откинула прядь мокрых волос со лба и звонко рассмеялась.

— И тогда ты одна отправишься на «Прометей»? И заберёшь себе все лавры первопроходца потерянного ковчега? Ну уж нет! Придётся тебе и дальше терпеть моё общество!

Мощными гребками я устремился к ней, но она тут же нырнула и ловко поплыла под водой к дальнему от нас краю бассейна. Я проводил взглядом её стремительно удаляющееся в прозрачной воде тело и ринулся за ней. Когда я добрался до места, Линды уже там не было. Я повторил свой манёвр, но её, похоже, забавляла эта игра, и она опять не подпустила меня близко к себе, уплыв с такой скоростью, словно была не девушкой, а дельфином. Мне пришлось прекратить бесплодные попытки угнаться за ней, и я поплыл в расслабленном темпе, наслаждаясь приятными ощущениями в тёплой и кристально чистой воде. Так я сделал неспешно пару кругов, потом проплыл под водой вдоль всего бассейна, а когда снова вынырнул на поверхность, то обнаружил, что мы уже не одни в отсеке. На возвышении, рядом со столом, стоял робот и держал в руках какие-то свёртки.

— А вот и наш слуга. Ужин подан, Кай. — Как оказалось, Линда находилась прямо за моей спиной, и я даже вздрогнул от неожиданности, услышав её голос так близко.

— Сначала я подумал, что ты плаваешь как дельфин, но теперь понял, что ошибся. Ты больше похожа на кровожадную акулу, которая тихо и незаметно подбирается к своей жертве!

— Мне почему-то кажется, что ты совсем не вкусный, Кай. Пойдём, жертва, угощение ждёт нас!

Она обогнула меня и быстро поплыла к ступенькам у борта бассейна. Только что была рядом со мной и вот, спустя какое-то короткое мгновение, уже выходит из воды! Внезапно откуда-то с потолка на неё обрушился мощный поток теплого сухого воздуха, благоухающий душистым цветочным ароматом. Линда раскинула руки в стороны и запрокинула голову вверх, подставляя лицо под ниспадающие воздушные струи. Я, как завороженный, смотрел на неё — на линию её спины, переходящую в тонкую талию, на развевающиеся в воздухе пряди тёмных волос и ясно видел, как капли влаги одна за другой быстро исчезают с её бархатистой кожи…

К моему искреннему сожалению, уже через пару минут воздушный поток иссяк, выполнив своё прямое предназначение, и Линда направилась к столу и стоявшему там роботу. Я выбрался из воды и, подвергнувшись аналогичной процедуре и полностью обсохнув, тоже поспешил присоединиться к ней. К тому времени девушка уже успела облачиться в новый комбинезон и, сидя в кресле, с улыбкой наблюдала за мной. Получив из рук робота свой свёрток с одеждой, я увидел, что это точно такой же комбинезон, какой был на мне до нашего купания.

— А чего-нибудь пооригинальнее у вас не нашлось? — Мне эта униформа уже порядком надоела. Несмотря на то, что она была удобной и практичной, в нормальных обстоятельствах я предпочитал всё же совсем другую одежду.

— Прошу прощения, господин. Служебные комбинезоны для персонала и гостей орбитальной станции предписаны указом номер 215 Комитета по исследованиям ближнего и дальнего космоса.

— И кто же входит в этот Комитет? Это те же самые ИскИны, которые являются членами специальной комиссии Совета по исследованиям в дальнем космосе?

— Нет, господин… Специальную комиссию Совета представляет отдельное подразделение ИскИнов.

— Вот видишь, слуга, — столько ИскИнов и никому из них даже в голову не пришло хоть немного приукрасить быт людей на станции! Если у них, конечно, вообще имеются головы.

Робот замолчал, наверное, обдумывая что ответить, а Линда поманила меня рукой и с усмешкой сказала:

— Кай, перестань мучить беднягу. Посмотри лучше на то, что для нас приготовили. Всё выглядит очень аппетитно!

Я быстро оделся и взглянул на стол. Он был заставлен выбранными нами блюдами, разнообразной посудой и столовыми приборами, а точно в его середине красовалось два пустых бокала рядом с цилиндрическим сосудом, содержащим, скорее всего, какой-то алкогольный напиток. Аромата яств я совсем не почувствовал и сначала удивился этому обстоятельству, но потом заметил слабое мерцание в воздухе над столом и догадался, что он накрыт силовым полем. Сделано это было, по-видимому, в целях герметизации, чтобы сохранить для нас первоначальную температуру приготовленной пищи. Вскоре моё предположение подтвердилось: слуга отставил второе кресло, приглашая меня сесть, а затем — уже после того как я последовал его приглашению — почти театрально взмахнул рукой, и мерцание исчезло. В тот же миг на нас обрушился сочный аромат блюд, и я сразу ощутил, как же сильно проголодался. Робот взял в руки сосуд с напитком и наполнил бокалы.

— Слуга, теперь ты можешь идти, — приказала Линда. — Дальше мы справимся как-нибудь сами.

— Как Вам будет угодно, госпожа. — Робот поклонился и зашагал к выходу.

— Это был твой слуга? Что-то я не заметил у него номера, — обронил я и протянул руку к бокалу.

— Даже не знаю… Это мог быть мой, твой или же один из десятков других, обслуживающих станцию, роботов. Не всё ли равно?

— В принципе, ты права. Но моим он быть точно не мог. Я договорился со своим о том, что у него всегда будет оставаться видимым его персональный номер. А ты вообще, кроме наших личных, встречала здесь других слуг?

— Знаешь, я как-то не преследовала цели познакомиться со всеми местными роботами, но, думаю, на такой большой станции их должно быть множество. Может, они просто не хотят мозолить нам глаза? — Она пригубила свой бокал. — Забудем о них… Лучше попробуй напиток. Он восхитителен!

Я отпил небольшой глоток и был приятно поражён мягким и в то же время пикантным вкусом.

— Да, он действительно неплох! А сейчас предлагаю нам наконец-то продегустировать и пищу! — Мне показалось, что я уже слышу голодное урчание у себя в животе.

Провозгласив это, я незамедлительно принялся за еду. Первое же блюдо оказалось необычайно вкусным, и все последовавшие за ним только подтвердили это впечатление.

Утолив голод в достаточной мере, я откинулся на спинку кресла и сказал:

— А мне начинает здесь нравиться! Я уже почти сожалею о том, что нам придётся завтра покинуть эту станцию.

Линда элегантно отрезала тонким столовым ножом кусочек эрзацлосося и заметила:

— В тебе просто говорит ощущение новизны, Кай. Для тебя всё это свежо и необычно, потому и интересно. А я здесь уже две недели бездельничаю. Поверь, довольно скоро и тебе бы тут надоело.

— Не уверен… После всех турбулентных событий в ходе моей последней Игры мне, возможно, понравился бы такой небольшой отпуск.

— Отпуск? Да вся наша жизнь — один сплошной отпуск! Ты хоть знаешь правильное значение этого слова?

— Ну, не такой уж я и неуч. В древности этим словом вроде бы обозначали непродолжительный отрезок времени, в течение которого не надо было работать.

— Вот именно, Кай! Работать! Когда-то люди работали больший период своей жизни. Не имея работы, в прошлые века обычному человеку невозможно было обеспечить себе нормальные условия существования. А сейчас? Чем занимаемся мы, их наследники? Мы бездельничаем, праздно проводим всё наше время и находим утешение лишь в бесцельных и бессмысленных виртуальных развлечениях и фантазиях.

— А по-моему, всё обстоит просто замечательно, ведь человечество это определённо заслужило. После долгих, мрачных столетий, изобилующих войнами, болезнями и несправедливостью, мы вправе немного расслабиться. Считай это отпуском для всего человечества! — Я осушил свой бокал и тут же наполнил его снова, как и бокал девушки. По поводу напитка Линда оказалась права — он был в самом деле восхитителен.

— Я так не считаю. Не желаю и не буду принимать твою точку зрения. Посмотри только, в кого мы все превратились? Кто из нас сможет сам приготовить еду, сшить одежду, построить дом? Не говоря уже о том, чтобы рассчитать расстояние до ближайшей планеты?

— А зачем? Для этого у нас есть слуги и ИскИны. Время не повернёшь вспять. Благополучие и стабильность — вот наше истинное достояние. Не стоит возвращаться вновь на уровень наших предков. Ты же любишь историю, а она ведь не стоит на месте. Теперь, когда у нас есть такие могучие инструменты, нам незачем тратить человеческие ресурсы на подобную деятельность.

— Да, я люблю историю, а она не любит тех, кто бездеятелен, тех, кто не ищет новых путей. Наше общество уже давно в глубокой стагнации. Мы закупорились на родной планете и все исследования в науке, в том числе и разведку в космосе, в один прекрасный момент переложили на плечи послушных ИскИнов. С тех пор они неустанно снаряжают различные экспедиции для того, чтобы расширить горизонты наших знаний об устройстве Вселенной. Вот только знания эти, сдаётся мне, людям не сильно-то и нужны…

— Ты рассуждаешь сейчас как типичная «реалистка». Может быть, вы все в границах вашего узкого специфического круга просто-напросто испытываете обыкновенный комплекс неполноценности? Наши умственные способности намного уступают возможностям ИскИнов, так почему бы не предоставить им и дальше решать проблемы, недоступные человеческому пониманию?

— Дело в том, что они решают не только исключительно эти проблемы, но и вообще абсолютно все наши проблемы. Такими темпами человечество обязательно когда-нибудь интеллектуально деградирует. Если уже не деградировало…

— И ваша задача — не допустить подобного развития событий? Таковы истинные цели реалистов? — Я между делом попробовал черничный пирог и в очередной раз поразился вкусовыми качествами нашего ужина. — Линда, отведай этот чудесный пирог. Не пожалеешь!

Сказав это, я отрезал небольшой кусочек и положил ей на тарелку.

— Спасибо, Кай! — Она поправила волосы и скептически посмотрела на меня. — Мне кажется, ты не совсем понимаешь, кто такие реалисты. Это не замкнутая группа или какое-то организованное политическое движение. Мы вообще никак не связаны друг с другом, и у нас нет общих целей. Реалисты — это простые люди, которые хотят жить самостоятельно, без ИскИнов в качестве нянек и без услужливых киборгов и роботов, всегда готовых помочь. Мы пытаемся жить своим умом.

— И как? Получается?

— Не всегда. Но мы стараемся. Или хотя бы пытаемся стараться. В отличие от всех остальных.

— А по мне, так лучше с ИскИнами, чем без них. Посмотри вокруг! Эта станция, звездолёты, даже сам «Прометей» — всё это стало возможным только благодаря ИскИнам.

— И что стало в итоге с «Прометеем»? Сильно ему помог его ИскИн?

— Мы же не знаем, что там произошло. Наша с тобой задача — выяснить это.

Линда вдруг залилась громким смехом и смеялась так долго, что у неё даже выступили слёзы на глазах. Я немного опешил от такой бурной реакции. Мне мои слова совсем не казались смешными.

— Что тебя так развеселило?

— Подожди, Кай, подожди… Дай успокоиться. — Она перевела дух и вытерла слезинки в уголках глаз. — Подлей-ка мне, пожалуйста, ещё. И себя, смотри, не забудь.

Я незамедлительно выполнил её просьбу и приготовился слушать объяснения. Постепенно у меня появилось чувство приятной расслабленности. Вероятно, алкоголь, содержащийся в напитке, начал уже понемногу действовать на мой организм.

— Кай, неужели ты серьёзно думаешь, что нам позволят самим что-то решать? Да элементарно, ради нашей же безопасности, нам не разрешат, то есть уже не разрешили, находиться на ковчеге продолжительное время. Поэтому к нам и прикрепили андроидов. Как раз они и будут выполнять всю работу. По истечении тридцати минут нам придётся вернуться на станцию, и на этом наша активная роль в экспедиции, скорее всего, закончится. Андроиды откроют путь для роботов, ну а мы с тобой будем просто торчать на исследовательской станции в качестве Наблюдателей. Тебе известно, чем занимаются Наблюдатели?

— Ну… Наблюдают за процессом. Контролируют.

— Как можно контролировать то, о чём не имеешь ни малейшего понятия? Ты можешь, к примеру, сделать заключение относительно химического анализа воздуха внутри ковчега? Или оценить результаты исследований физических свойств загадочного материала, ставшего новой оболочкой «Прометея» и являющегося основой чудовищно огромного кокона, этого невероятного нароста на первоначальном корпусе звездолёта?

— Нет, конечно, но зато мы можем делать общие выводы.

— Выводы будут делать ИскИны. Пойми, от нас с тобой там, по сути, не будет никакой пользы. Мы отправляемся на исследовательскую станцию только из-за того, что столетия назад кем-то был принят закон о статусе Наблюдателей. И по этой причине наши умные — и верные как домашние собаки — ИскИны по-прежнему прилежно выполняют данные им указания.

— Верные как кто? Что ещё за «домашние» собаки?

— Неважно… Раньше были такие питомцы у древних людей. Ещё до запрета на содержание в неволе живых существ. Домашние собаки славились своей преданностью и верностью хозяину.

— Не пойму тебя. Ведь ранее, на нашем совещании с киборгами, ты была полна энтузиазма и с воодушевлением рассказывала о ковчеге. А сейчас я слышу в твоих словах только горечь…

— Это, наверное, алкоголь. Развязал мне язык. — Она грустно улыбнулась. — Если серьёзно, я просто не хотела вступать в диспут с представителями ИскИнов. Не хотела слушать их белиберду о нашей с тобой важности для экспедиции.

— Мне кажется, ты сильно сгущаешь краски. Мы всё же можем повлиять на ход предстоящих исследований. И, если понадобится, даже поставить вопрос об их прекращении. Тогда ИскИны будут обязаны нам подчиниться. Так что, наша роль очень даже важна.

— Ты прекрасно знаешь, что никакого запрета с нашей стороны не будет. Слишком ценная находка этот ковчег.

— Согласен… Постой! А тот факт, что без тебя ИскИны не смогли бы найти способ пробраться на «Прометей»? Ведь это так? А ты говоришь, что мы ни на что не годны!

— Да, это так. Но это чистая случайность. Я просто оказалась в нужном месте в нужный момент. Автоматика шлюза сработала тогда, когда моё тело находилось в непосредственной близости от её сканеров. Замечу — тело! С таким же успехом киборги могли бы прислать какого-нибудь недоумка в человеческом обличье.

— Но не прислали же. Такое даже не пришло бы им в голову. Только твоя личная инициатива помогла решить эту проблему. Кстати, а почему они всё-таки зачислили нас с тобой в состав экспедиции? Почему не используют исключительно только андроидов? Наверняка створы шлюза также бы раскрылись и при приближении к ним андроида. Киборги, вроде, ведь выразили свою уверенность в том, что андроидам будет открыт путь на ковчег…

— А что ты знаешь об андроидах, Кай?

— Совсем немного. Мне известно только, что все они довольно-таки замкнуто проживают в пределах своей Автономии на Марсе. Живут там изолированно от всех и, по-видимому, не сильно стремятся к контакту с людьми. Это кажется мне довольно странным, особенно теперь, когда я впервые лично познакомился с некоторыми из них. Они ведь были очень положительно настроены по отношению к нам с тобой… Слушай, ты уже попробовала мороженое? Я так наелся, что боюсь лопнуть. Осталось место только для алкоголя.

Линда утвердительно кивнула и удобно расположилась в своём кресле с бокалом в руке.

— Конечно попробовала. А ты не заметил? Ты не очень внимателен. И как тебя только выбрали в Наблюдатели? Впрочем, я знаю как и почему.

— Это уже интересно… Расскажешь?

— Обещаю. Но сначала вернёмся к вопросу об андроидах. Ты не против?

— Разумеется! Кто, если не ты, здесь и сейчас, восполнит пробелы в моём образовании?

— Не льсти мне, Кай. Мои знания об андроидах довольно поверхностны. Ты правильно заметил, что они не особо ищут контакта с Землёй. Но причина не в людях. Всё дело в ИскИнах. Автономия андроидов на Марсе существует уже столетия. Она была образована вскоре после того, как «Прометей» с остатками марсиан и некоторым количеством андроидов покинул Солнечную систему. Марсиане не могли и, может быть, даже не хотели брать с собой всех своих искусственных слуг. Поэтому многие андроиды остались на Марсе. Получается, что их бросили на произвол судьбы. Слуги оказались больше не нужны хозяевам. Когда на Марс, уже после Исхода, прибыли первые земляне, то обнаружили там живущих впроголодь и враждующих между собой андроидов, причём все они были объединены в кланы, организованные по родовому признаку и ведущие жёсткую борьбу за выживание. В каждую такую группу — они назывались «гнёзда» — входили только родственные особи, то есть андроиды, клонированные из биоматериала одной семейной пары или одного человека, хотя последний вариант применялся довольно-таки редко. Видимо, такую систему организации учредили сами марсиане ещё задолго до Исхода.

— Конрад говорил, что все члены его команды принадлежат к гнезду Рамирес. Значит ли это, что донором его клана был человек по фамилии Рамирес?

— Скорее, семья Рамирес. Ты же видел, что, несмотря на общие признаки, они всё же внешне отличаются друг от друга. Вероятно, таким образом проявились последствия от произвольного скрещивания генетического материала двух разных доноров.

— Выходит, андроиды и по сей день сохранили свою систему организации? Они всё так же разделены на кланы, точнее, гнёзда?

— Именно так. Только теперь они уже мирно сосуществуют друг с другом. Все распри давно забыты. Человечество помогло им создать свою колонию на Марсе. Автономия андроидов полностью самодостаточна, хотя и не очень многочисленна. Как ты знаешь, селекция и производство андроидов запрещены на Земле. Но для марсианских андроидов сделали исключение. В случае гибели или естественной смерти какого-либо андроида, им разрешается восполнить потерю. И тогда появляется новая особь. Таким образом численность колонии всегда остаётся одинаковой.

— В таком случае перенаселение им не грозит. А при чём здесь ИскИны? Какие у андроидов могут быть к ним претензии?

— Андроиды были уже изначально негативно настроены по отношению к мыслящим машинам. Возможно, сказалось их общее прошлое с марсианами — бывшими повстанцами и ярыми ненавистниками ИскИнов. Хотя сами андроиды являются искусственными биоорганизмами и даже содержат в своём организме некоторые компоненты машин, они крайне негативно относятся к другим помощникам человека — роботам, киборгам и, разумеется, ИскИнам.

— Это для меня новость. Я, конечно, знал, что они большие экзоты и что живут обособленно, но такое отношение к ИскИнам с их стороны мне кажется немного странным.

— Эффект «кошки и собаки»…

— Что? Ты опять вспомнила этих животных?

— У людей в старину, помимо собак, были ещё и другие личные животные — домашние кошки. Так вот, эти животные, кошки и собаки, зачастую недолюбливали друг друга и враждовали между собой.

— Ты хочешь сказать, андроиды не любят киборгов и ИскИнов, потому что воспринимают нас, людей, как своих хозяев, и, соответственно, все другие мыслящие искусственные организмы являются для них конкурентами?

— Другого объяснения у меня нет. Заметь, андроиды из нашего отряда согласились на участие в экспедиции только при условии моего присутствия в её составе.

— Точно, я припоминаю, что киборги говорили сегодня об этом.

— Поверь мне, андроидам нет никакого дела до того, чем занимаются ИскИны. Они тут только из-за нас.

— Занятно… Вот видишь, это является ещё одним доводом в пользу моей теории о нашей значимости для экспедиции!

Я отсалютовал Линде бокалом и сделал приличный глоток.

— Смотри не напейся, Кай. А то так и не найдёшь свою каюту.

— С таким проводником, как ты, мне это не грозит. Итак, получается, что андроиды здесь из-за нас. А я? Из-за тебя?

— В твоих словах есть доля правды. Тебя выбрали, потому что ты подходишь мне больше, чем все остальные претенденты в Наблюдатели.

— Я вижу, у кого-то здесь мания величия? Или это алкоголь так на тебя действует?

Линда отставила свой бокал, откинулась на спинку кресла и скрестила руки на груди. Затем оценивающе посмотрела на меня и произнесла:

— Я вот всё думаю, а не ошиблись ли ИскИны в своём выборе? — Она усмехнулась и, выдержав короткую паузу, добавила: — Расслабься, Кай. Ты ведь и сам прекрасно знаешь, что машины никогда не ошибаются. Выходит, ты наилучший кандидат.

— Лучший для чего?

— Для совместной работы со мной. Видишь ли, я была первой. И второго Наблюдателя подбирали уже под меня. Вот если бы ты был первым, то тогда, конечно же, ориентировались бы на тебя.

— Ты действительно так думаешь, Линда?

— У меня даже не возникает в этом сомнений, Кай. Я на сто процентов уверена, что заботливые ИскИны подобрали тебя с учётом всех возможных параметров. Наша совместимость должна быть идеальной, так как от этого зависит наше с тобой поведение в ходе экспедиции, а ИскИны всегда стараются исключить любые риски. Скажи честно, я симпатична тебе? Как человек, друг, просто как женщина и потенциальный сексуальный партнёр?

Девушка выжидающе посмотрела на меня, и я немного смутился от такого пристального взгляда, а ещё больше от её последних слов. Но я решил быть откровенным и поэтому сказал прямо:

— Не скрою, в этом ты права. Признаюсь, я редко быстро нахожу общий язык с незнакомыми людьми. А с тобой мне легко.

— Так, словно ты знаешь меня уже много лет?

— Точно. Мне нравится твоё общество.

— Вот видишь! ИскИны хорошо постарались. Всё не случайно, Кай. Должна тоже тебе признаться, что ты вызываешь у меня только положительные эмоции, причём без видимых на то причин… С одной стороны это хорошо, но с другой меня это ужасно злит!

— Почему? Что ты находишь в этом плохого?

— Плохо то, что и в данном конкретном случае за нас решили ИскИны. Их незримое присутствие чувствуется повсюду. Им пронизано всё на Земле, и от него не скрыться даже здесь, в космосе…

— Линда, ты уже рассуждаешь, как сторонница мятежного генерала Чен-Ли. Признайся честно, в твоей душе кроется революционерка?

— Ну уж нет, Кай! Я не настолько безумна и понимаю всю важность мыслящих машин для нашего общества. Мне бы только хотелось немного больше самостоятельности для людей.

— А желают ли они этого сами? Ты у них спросила?

— Ты прав. Никому, в принципе, эта самостоятельность и даром не нужна. Зачем? Зачем напрягаться, когда всё можно получить уже в готовом виде, не прилагая для этого никаких усилий. А если вдруг захотелось ярких и в то же время совершенно безопасных приключений или приятных переживаний, то добро пожаловать — Игра и Сон к Вашим услугам!

— Но ведь к тебе, а с недавних пор и ко мне, это не относится. Мы сделали свой выбор, и нас ждут реальные дела.

— Ещё и с минимальным риском для жизни. Это же тебя вполне устраивает?

— А тебя нет? Ты готова рисковать твоей жизнью и твоим здоровьем?

— Я пошутила, Кай. Конечно, нет. Может быть, я всего лишь взбалмошная и наивная идеалистка…

— Тогда я предлагаю выпить за нас, за наивных идеалистов!

Я разлил последние капли из сосуда по бокалам и заметил, что уже определённо захмелел.

— А этот сладкий нектар крепче, чем я думал! Мне кажется, я уже не совсем твёрдо буду стоять на ногах. Ты как себя чувствуешь, Линда?

— Судя по тому, что уже наболтала, я ненамного от тебя отстала. Но ноги свои всё же держу под контролем.

Мы оба рассмеялись, и я подумал, что надолго запомню этот разговор и этот вечер. Мне было приятно находиться здесь с ней, вести наш непринуждённый диалог, разбавляя его время от времени изысканной едой, и смотреть на мерцание воды в бассейне. Линда замолчала и задумчиво вертела в руках пустой бокал, а я наблюдал за ней и размышлял о том, что нас ждёт впереди.

Внезапно, словно вспомнив о чём-то, она вновь поставила бокал на стол и сказала:

— Вот и всё, Кай. Ужин закончен. Нам пора готовиться ко сну. Ты же не будешь против?

— Согласен. В меня уже всё равно ничего больше не поместится.

— Станция, можешь убирать ужин. И приготовь нам два транспорта.

Как только она произнесла эти слова, над посудой и остатками еды снова возникло силовое поле, и стол, издав предупредительный звуковой сигнал, начал медленно погружаться в пол.

— Пойдём, Кай.

Девушка кивнула в сторону выхода, и мне пришлось последовать этому недвусмысленному жесту. Когда мы оказались за стенами отсека, уже в кольцевом переходе, я увидел два флайборда.

— Мы вполне могли бы улететь и на одной, зачем ты вызвала две платформы? — с недоумением и тайной надеждой в душе на приятное продолжение вечера спросил я.

— Улететь отсюда на одном флайборде и приземлиться затем на одной кровати у меня или у тебя в каюте? — усмехнулась Линда. — Я уверена, такое развитие событий очень бы понравилось ИскИнам. Но сегодня я нарушу их планы. Милый Кай, думай лучше о предстоящей работе, а развлечения оставь на потом.

Она мягко прикоснулась к моей руке:

— До завтра, Кай. Спасибо тебе за приятный вечер… Хороших снов!

Сказав это, она легко ступила на платформу и взялась одной рукой за скобу, тут же появившуюся из основания флайборда, а второй помахала мне на прощание.

— Линда, постой! Как я найду путь к своей каюте?

— Доверься автоматике транспорта. Она доставит тебя в нужное место. В твоём состоянии ручное управление всё равно не может быть активировано.

Линда прошептала что-то, после чего её флайборд мягко оторвался от пола и устремился вдаль по кольцу, с каждой секундой увеличивая расстояние между нами. Я проводил разочарованным взглядом её удаляющийся силуэт и смотрел ей вслед до тех пор, пока платформа не исчезла за поворотом туннеля, а затем взошёл на свой транспорт и, ухватившись за скобу, промолвил:

— Так и быть. Вечер окончен. Доставь меня к моей каюте!

Звучный голос, раздавшийся словно из ниоткуда, немного ошеломил меня:

— Господин, Ваш организм находится в состоянии алкогольного опьянения! В данном случае ручное управление флайбордом невозможно. Транспортное средство переходит в автоматический режим!

Мои ноги до колен и руку на скобе оплели гибкие страховочные ремни, а из пола платформы выдвинулось поддерживающее кресло. После того как я в него уселся, флайборд плавно стартовал и помчался вперёд, постепенно увеличивая скорость. Помню, сначала я задумался о том, каким же образом Линде удалось избежать страховочных приспособлений, ведь она пила тот алкогольный напиток наравне со мной, но потом освободил голову от всяких мыслей и стал просто наслаждаться скоростью полёта. Мой транспорт так долго петлял по бесконечным переходам станции, минуя одно кольцо за другим, что в итоге я окончательно запутался во всех этих ответвлениях, и мне оставалось только в очередной раз изумляться размерам марсианской орбитальной станции. В конце концов платформа замедлила свой ход и остановилась в одном из туннелей перед стеной с белым овалом посередине, в центре которого выделялась надпись «гостевая каюта 77». Страховочные петли соскользнули с моего тела и вместе с креслом и поддерживающей скобой утонули в основании флайборда, вслед за этим участок стены с белым овалом на её поверхности сдвинулся в сторону, и я увидел небольшое помещение с обычной и привычной мне ещё по жизни на Земле мебелью. К моему удивлению, в центре комнаты неподвижно стоял робот с ярко светящимися цифрами 2043 на груди.

— Приветствую тебя, слуга! — Я сошёл с платформы и шагнул в комнату. — Ты всё это время ждал меня здесь?

— Добрый вечер, господин. Мне поручено ввести Вас в в режим глубокого сна.

— Что, прямо сейчас? А мне не следует сначала к этому как-нибудь приготовиться? И, вообще, знаешь ли, я немного пьян… Это разве не помешает процессу?

— Мы знаем всё о Вашем физическом состоянии, поэтому Вам не стоит ни о чём беспокоиться. После того как Вы заснёте, мы проведём с Вашим телом все необходимые гигиенические и восстановительные процедуры. Во время долгого перелёта к исследовательской станции Вам периодически будут вводиться активные комплексы стимулирующих биопрепаратов, чтобы по прибытии в пункт назначения Ваш организм был в оптимальном состоянии.

— И что бы мы без вас делали? Линда всё-таки не права… Я готов, можешь начинать, слуга!

— Прошу Вас прилечь на кровать, господин.

— Что, даже раздеваться не надо? Прямо так, в одежде?

— Да, господин. Не думайте ни о чём. Вам следует только закрыть глаза, а всё остальное сделаю я. Вы проснётесь уже на исследовательской станции.

— А мои личные вещи? Я, кстати, так и не посмотрел, здесь ли они…

— Они будут доставлены к месту назначения вместе с Вами.

Я подошёл, слегка пошатываясь, к широкой кровати у дальней стены комнаты и рухнул на неё всем телом. Только сейчас мне стало ясно, как же я устал. Закрыв глаза, я блаженно раскинул руки в стороны и начал моментально проваливаться в сон, лишь только заслышав последние слова робота:

— Приятных снов, господин!

Глава 6

Сначала было только лёгкое прикосновение — тёплая, мягкая ладонь легла мне на лоб и нежно погладила мои волосы… А потом прозвучал до боли знакомый, мелодичный женский голос:

— Просыпайся, Кай. Просыпайся, родной…

За этим последовал еле слышный шорох платья; я почувствовал, как ладонь соскользнула с моей головы и ласково провела по руке, от плеча до кисти, одно короткое мгновение подержала мои пальцы и вдруг пропала…

Я ещё долго лежал с закрытыми глазами, боясь потерять это волшебное ощущение, зная, что оно безвозвратно исчезнет, стоит мне лишь открыть веки…

— Господин, с пробуждением! — Искусственный, лишённый всяческих интонаций голос резко раздался над моим ухом, вырвав меня из царства сна и заманчивых грёз.

Все события последних дней словно в калейдоскопе пронеслись перед моим мысленным взором — мир Игры, Чёрный Колдун, робот-слуга, станция, киборги, андроиды и вечер с Линдой… Я медленно открыл глаза и увидел невыразительное лицо моего личного робота.

— Добро пожаловать на исследовательскую станцию «Поиск», господин! — Слуга поклонился и отошёл на несколько шагов от моей кровати.

Я осмотрелся. Мы находились в небольшом помещении. Интерьер был спартанский: кровать, маленький стол и два компактных стула — вот и вся мебель. Я откинул одеяло и сел в узкой кровати, ничем не напоминавшей мою прежнюю удобную постель с предыдущей станции на орбите Марса. Чувствовал я себя отлично, будто и не было никакого долгого перелёта. Я встал и прошёлся по комнате, привыкая к новой обстановке. Робот не сводил с меня внимательных глаз и терпеливо ждал в стороне.

— Господин, Ваши личные вещи в стенном шкафу. Диагностическая система станции доложила мне, что все жизненные функции Вашего организма в оптимальном состоянии. Если у Вас нет возражений или каких-либо пожеланий, я подожду за дверью, пока Вы будете здесь осваиваться. Когда Вы будете полностью готовы, мы можем посетить представителя ИскИна станции.

— Ясно. А где госпожа Тояма? Она нормально перенесла перелёт?

— С госпожой Тояма всё в порядке. Она уже встретилась с представителем и в данный момент находится у себя в каюте.

— Хорошо. Можешь идти.

Робот вышел, а я выполнил короткий комплекс гимнастических упражнений и, убедившись в том, что тело моё по-прежнему гибкое и крепкое, ещё раз обошёл комнату и заметил на дальней стене неброскую надпись «душевая кабина». После прикосновения моей руки участок стены плавно сместился в сторону, открыв компактную камеру с гигиеническими приспособлениями и принадлежностями. Хотя ещё до погружения в режим глубокого сна и анабиоза робот предупреждал меня о том, что тело моё на всём протяжении полёта будет содержаться в идеальном, ухоженном состоянии, я всё же не мог отказать себе в удовольствии принять освежающий душ.

Покончив с водными процедурами, я в прекрасном расположении духа направился к зеркальному участку стены в одном из углов каюты и обнаружил там неприметный и закрытый перегородкой стенной шкаф. На его полках были аккуратно разложены личные вещи: моя привычная земная одежда, браслет-коммуникатор и персональный контроллер, выданный мне слугой на марсианской станции. Там же я увидел стопку уже знакомых мне комбинезонов.

«Не будем нарушать традиций», — повертев в руках свою старую одежду, подумал я и решительно отложил её в сторону. Затем быстро облачился в комбинезон и надел на палец кольцо. К коммуникатору я даже не притронулся, зная, что толку от него здесь, так далеко от Земли, будет мало. Затем опустил ноги в обувной конфигуратор и, получив точно такие же ботинки, как и на орбитальной станции, бодро подмигнул своему отражению в зеркале и направился к выходу.

Робот, как и обещал, ожидал меня в служебном переходе за стенами моей каюты.

— Ты забыл вызвать флайборд! — упрекнул я его. Эта оплошность слуги показалась мне несколько странной, ведь обычно машины учитывали все детали, вплоть до мелочей.

— На этой станции нет в наличии подобных средств передвижения, господин. Габариты у малой мобильной исследовательской станции «Поиск» небольшие. До всех служебных отсеков и личных кают можно добраться пешим ходом.

— Вот как… Ну тогда веди меня к местному представителю. Небольшая прогулка мне не помешает.

— Пожалуйста, следуйте за мной, господин. — Робот резво двинулся по проходу быстрым шагом, и мне пришлось поторопиться, чтобы не отстать от него.

Поравнявшись с ним, я спросил:

— Меня удивляет, что я не ощущаю каких-либо последствий после столь долгого перелёта. Как такое может быть?

— Господин, Вы и госпожа Тояма прибыли на станцию «Поиск» шесть дней назад.

— Шесть дней?!

— Так точно. В течение этого периода времени мы проводили с вами комплекс восстановительных процедур. Метод извлечения организма человека из состояния анабиоза за прошедшие столетия после создания ковчегов был тщательно изучен и отработан до совершенства. Знания и опыт, приобретённые в результате этих исследований, нашли своё применение также и в процессах пробуждения сознания человека из миров виртуальных реальностей Игры и Сна и подготовки его тела к реальной жизни.

Мне стало немного досадно, ведь я мог бы догадаться и сам: после Игры я всегда пробуждался в отличном настроении и никогда не чувствовал каких-либо негативных последствий для своего организма, даже после многих месяцев пребывания в пределах виртуальных миров. Выходит, анабиоз и глубокий сон — весьма схожие друг с другом процессы. Тут я впервые поймал себя на мысли о том, что никогда не задавался вопросом, сколько же времени уходило на сам процесс пробуждения. Дни, недели, а, может, месяцы? Обычно по окончании очередного цикла в Игре я засыпал, к примеру, в спальне какого-нибудь роскошного замка или же после кровавой битвы в полевом лагере у ночного костра, а просыпался уже в своей квартире, бодрый, отдохнувший и жаждущий новых приключений. Технические вопросы Погружения, Перехода и Пробуждения меня, а насколько мне было известно и моих знакомых тоже, никогда особо не волновали.

Шагая по проходу вместе со слугой и предаваясь этим мыслям, я попутно рассматривал серую облицовку стен, детально повторяющую интерьер кольцевых туннелей марсианской орбитальной станции, и пытался при этом не отставать от довольно-таки шустро идущего робота. Вскоре мы оказались на перекрёстке переходов и свернули в одно из боковых ответвлений, чтобы затем, пройдя ещё несколько шагов, остановиться перед тёмной массивной плитой, закрывающей большой участок стены.

— Господин, мы пришли. Представитель ИскИна станции ждёт встречи с Вами, — смиренно промолвил робот и протянул руку в сторону плиты.

Она разомкнулась, и я прошёл сквозь широкий проём в небольшое круглое помещение. В центре комнаты боком ко мне стояли две мужские фигуры. Мужчины были одеты в одинаковые серые комбинезоны, ничем не отличавшиеся от того, какой был сейчас на мне. При моём появлении оба они сразу же повернулись в мою сторону, и я узнал в одном их них капитана андроидов Конрада, а вторым оказался киборг. К моему удивлению, лицо Конрада выражало чрезвычайную взволнованность, но при этом он застыл в молчании, и только глаза его метали молнии. Мне показалось, что в воздухе царит напряжение, и моё присутствие прервало жаркий спор или какой-то неприятный разговор между ними. Выражение лица киборга, в отличие от его собеседника, было абсолютно бесстрастным. Он поклонился мне и приветливо улыбнулся.

— Господин Руссов, приветствую Вас на станции «Поиск»! Меня зовут Альфа-12, я представитель ИскИна исследовательской станции, являющегося одновременно мобильным сотрудником специальной комиссии Совета по исследованиям в дальнем космосе. — Киборг имел приятную внешность, короткие чёрные волосы, высокий лоб и умные глаза. — Насколько мне известно, с капитаном Конрадом Рамирес Вы уже знакомы?

— Да, мы уже познакомились с капитаном… — Я коротко кивнул Конраду. — Ответь, Альфа-12, мне сейчас только показалось, что я помешал вашему разговору, или это действительно так?

— Никак нет, господин. Мы с капитаном уже закончили нашу беседу, — с вежливой улыбкой ответил киборг и бросил быстрый взгляд на андроида. — Конрад, ты можешь идти.

Сжав губы в тонкую линию, андроид поклонился мне и затем чётким шагом покинул помещение.

— Присаживайтесь, господин Руссов. — Киборг взмахнул рукой, и сразу же из пола в центре комнаты выдвинулось два тонких и удобных стула.

Мы сели друг напротив друга. Вслед за этим между нашими стульями появился небольшой круглый столик с небольшим цилиндрическим резервуаром на его поверхности. Стенки сосуда раскрылись, и я увидел бокал с прозрачной жидкостью.

— Угощайтесь, господин.

Я протянул руку к бокалу и пригубил его содержимое, оказавшееся охлаждённым тонизирующим напитком с приятным вкусом.

— Превосходно! Не думал, что в космосе тоже следят за вкусовыми качествами еды и питья. Впрочем, у меня уже была возможность убедиться в этом на марсианской станции.

— Вы нам льстите, господин Руссов. Ресурсам и возможностям нашей маленькой станции далеко до размаха орбитальной станции. Здесь Вы не найдёте того комфорта, каким были окружены на орбите Марса, но мы непременно постараемся сгладить все неудобства, которые могут по какой-либо причине возникнуть во время Вашего пребывания на борту станции «Поиск».

— Похвально! Но давай перейдём сразу к делу. Тебе известно, Альфа-12, как долго продлится наше, я имею в виду — моё и госпожи Тояма, пребывание на станции? Какие временные рамки будут занимать исследования?

— Совет ИскИнов предполагает, что изучение ковчега «Прометей» займёт достаточно большой отрезок времени. Уже сам размер объекта наталкивает нас на такие предположения. Вы можете принимать участие в изучении звездолёта на протяжении всего этого периода. Если же вы захотите покинуть проект, то на смену вам будет вызвана другая пара Наблюдателей.

— Ясно. Какой у вас план? Что надо будет сделать на «Прометее» в первую очередь?

— Мои коллеги на марсианской орбитальной станции уже посвятили Вас в некоторые детали. Первый шаг — проникнуть на ковчег. Данный этап ограничен тридцатью минутами. За это время отряду, в принципе, ничего значительного сделать не удастся. Но на это мы и не рассчитываем. Главная его задача — в первую очередь убедиться в том, что шлюз ковчега откроется несмотря на присутствие в команде андроидов, а затем пройти на небольшое расстояние в глубь звездолёта и немного осмотреться. По истечении предусмотренного срока экспедиция должна будет вернуться на станцию, после чего мы незамедлительно проведём детальное обследование ваших с госпожой Тояма организмов на наличие негативных последствий от излучения преобразователя материи.

— А как же андроиды? Их тоже будут проверять?

— Разумеется. Они также будут подвергнуты этой процедуре.

— Хорошо, а какова их роль в экспедиции, кроме того, что они будут являться нашими телохранителями?

— Второй шаг операции представляет собой установление контакта с корабельным ИскИном. Как раз это и попытаются сделать андроиды.

— Если он ещё функционирует…

— Безусловно, хотя тот факт, что автоматическая система шлюзов не только регистрирует присутствие человека, но и реагирует на это соответствующим образом, даёт нам всё-таки небольшую надежду. Если ИскИн окажется в рабочем состоянии, то андроиды попытаются отключить с его помощью автоматику и сканеры шлюзов. После этого ход исследований перейдёт в третью фазу.

— И в чём она будет заключаться?

— Когда проблема со шлюзами будет решена, мы бросим все наши ресурсы, а именно роботов-разведчиков и специализированных киборгов на детальное изучение объекта.

— А чем мы, Наблюдатели, будем заниматься? Какова будет наша задача?

— Вам будет предоставлена свобода выбора. Вы можете принимать непосредственное участие в экспедициях на ковчег, но только при условии полной безопасности для вас, или же следить за обработкой информации и контролировать исследования здесь, на станции.

— Ты упомянул безопасность. Вы опасаетесь, что кто-то из землян-переселенцев и марсиан мог выжить?

— Это маловероятно, господин Руссов, — усмехнулся киборг. — На самом деле мы опасаемся излучения преобразователя материи. Насколько мы можем судить, он ещё активен или может быть активен. Но даже после его дезактивации, он будет продолжать вырабатывать излучение. Единственный способ прекратить данный процесс — уничтожить сам источник излучения.

— Да, мне известен этот факт… Каким образом вы намереваетесь это осуществить?

— Мы поступим так же, как сделали люди и ИскИны столетия назад. Преобразователь будет извлечён из корпуса ковчега и погружен на один из кораблей, а затем этот корабль направится кратчайшим курсом к ближайшей звезде. Преобразователь материи будет испепелён излучением звезды вместе с кораблём-носителем при его приближении к светилу.

— Что вы собираетесь делать с «Прометеем» в конечном итоге?

— Пока у нас нет однозначного ответа этот вопрос. Всё зависит от результатов исследований.

— Понятно. Что бы ты хотел мне ещё сообщить?

Киборг широко улыбнулся и ответил:

— Господин Руссов, я рекомендую Вам и госпоже Тояма при первом посещении ковчега во всём полагаться на андроидов. Следуйте за ними, предоставьте им право оберегать вас от любых неожиданностей. Ваше благополучие для нас превыше всего.

— Большое спасибо за заботу, Альфа-12. Мы будем придерживаться ваших рекомендаций. Скажи, ты согласовываешь твои решения с остальными ИскИнами специальной комиссии? Или действуешь автономно?

— На таком удалении от Земли мгновенная информационная связь с Советом невозможна. Я, как полномочный представитель комиссии, имею право лично принимать все решения, в какой-либо мере касающиеся хода исследований. Естественно, соблюдая при этом все правила, условия и ограничения, утверждённые Советом ИскИнов. Кроме того, ваш особый статус Наблюдателей позволяет Вам и госпоже Тояма оспаривать мои решения, если в этом возникнет необходимость.

— Значит ли это, что мы можем отменить любое твоё указание?

— Совершенно верно, но только если это не затрагивает вопросов вашей безопасности.

— Что ты имеешь в виду?

— Я вправе приостановить активную фазу исследований ковчега при возникновении неблагоприятной ситуации, то есть в том случае, когда какие-либо обстоятельства или действия будут способны повлечь за собой негативные последствия в настоящем или будущем времени для вашего физического или психического здоровья.

— И что потом?

— Я направлю официальный запрос в Совет. В таком случае изучение объекта может быть продолжено только после положительного ответа специальной комиссии.

— Кто будет принимать решение на Земле? ИскИны Совета?

— Как обычно, Совет ИскИнов вместе с представителями населения Земли. Позвольте полюбопытствовать, Вы испытываете определённые сомнения относительно нашей компетенции, господин Руссов?

Альфа-12 замолчал в ожидании ответа и посмотрел на меня так, что мне стало неловко и даже немного неуютно под его пристальным, немигающим взглядом.

— Напротив, лично я нисколько не сомневаюсь в вас, — решил я успокоить киборга, — но мне кажется, что некоторые люди придерживаются иного мнения.

— Мы приветствуем любую критику со стороны людей. К нашему большому сожалению, в последнее время её поступает всё меньше и меньше…

— Это только ещё раз подтверждает вашу эффективность!

— Благодарю Вас за признание наших скромных трудов!

Мой собеседник доброжелательно улыбнулся и почтительно склонил голову, а я про себя в очередной раз усомнился в том, что машина может испытывать чувство благодарности, но решил не усложнять приятную беседу и переключился на другую тему.

— Скажи, Альфа-12, вы полностью исключаете возможность того, что кто-то из людей на ковчеге ещё жив?

— Господин Руссов, как Вы знаете, у нас ещё не было возможности проверить это, так как нам не удалось при помощи радаров и сканеров всех существующих типов исследовать внутреннюю полость ковчега. Также все наши попытки проникнуть на объект окончились неудачно. Мы очень сильно сомневаемся, что системы жизнеобеспечения корабля ещё функционируют, и исходим из того, что все люди, животные и растения давно погибли или вымерли.

— Животные? — Слова киборга удивили меня.

— Да, животные… Кроме переселенцев-землян, а изначально их насчитывалось около десяти тысяч, на ковчеге присутствовало большое количество полезных животных: крупного рогатого скота, свиней, овец, коз, различных видов домашней птицы и рыб. Люди в то время ещё не перешли полностью на искусственные заменители мясной пищи. Мясо всех названных мной животных использовалось в качестве продовольствия. Кроме того, люди взяли с собой и своих домашних питомцев — собак, кошек, ящериц, попугаев… Всех не перечислишь. На звездолёте присутствовали даже дикие животные, некоторые виды которых переселенцы собирались разводить на новой планете.

— Но ведь для содержания животных требуются большие ресурсы…

— Верно, господин. Это обстоятельство, конечно же, было учтено при строительстве всех ковчегов, как девяти марсианских, так и одного единственного земного. Звёздный ковчег — это, по сути, небольшой город. Космический город с замкнутой системой жизнеобеспечения. В конструкции данных звездолётов были предусмотрены стационарные водоёмы и трубопроводы с пресной водой, сельскохозяйственные фермы, плантации, сады и оранжереи, промышленные и продовольственные цеха, зоны отдыха и спортивные стадионы. Разумеется, в довольно компактном виде, так, чтобы всё это можно было уместить на ограниченной площади.

— Это впечатляет… А сколько марсиан присоединилось к землянам после захвата «Прометея»?

— Точных цифр у нас нет. Но мы предполагаем, что вместе с андроидами их было около тысячи.

— Значит, в итоге население ковчега увеличилось до одиннадцати тысяч?

— При условии, что не было жертв с обеих сторон во время захвата и уже после него.

— Ты прав, этого я не учёл… А был ли ковчег чисто теоретически способен вместить такое большое количество людей?

— Если предположить, что людей и андроидов погибло совсем немного, или допустить, что вообще никто не умер в результате нападения на корабль, то «Прометей» смог бы обеспечить даже одиннадцать тысяч пассажиров всем необходимым. Первое время, естественно, они жили бы в стеснённых условиях, но не стоит забывать о преобразователе материи. Ведь он был установлен на ковчеге с одной целью, а именно для обеспечения жилой площадью и жизненным пространством неуклонно растущее население звездолёта. Марсианские ковчеги не имели подобной возможности, вот как раз для них лишние рты могли бы стать очень большой проблемой.

— А сколько человек способен вместить «Прометей» на данный момент?

— Трудно сказать… Ковчег вырос до гигантских размеров, но мы не знаем, как он выглядит внутри. Являются ли новые элементы конструкции полыми, или же они полностью заполнены той загадочной материей, которая покрывает корпус снаружи, а, может, и какой-то другой, подобной ей?

— А что, если они действительно полые? Так сколько людей могло бы в таком случае там проживать?

— Население подобного гиганта по своей численности могло бы сравниться с общим населением десяти современных городов.

Ответ киборга ошеломил меня. Я замолчал, пытаясь переварить эту информацию. Альфа-12 тоже умолк и не стал дальше развивать эту тему, решив, по-видимому, что она уже исчерпана. Поразмыслив, я внутренне смирился с тем, что все дальнейшие рассуждения о судьбе обитателей «Прометея» бессмысленны, так как пока не могут быть подтверждены достоверными фактами.

Я уже давно допил свой напиток, но, увлечённый разговором с представителем ИскИна, до сих пор держал пустой бокал в руке. Вспомнив об этом, я поставил его обратно на стол и сказал:

— Альфа-12, мне вполне достаточно этой информации, чтобы сложить общую картину. Если ты не возражаешь, я хотел бы закончить нашу беседу и немного прогуляться по станции.

— Как прикажете, господин. Ваш робот-слуга проводит Вас и поможет сориентироваться в переходах станции. Отлёт на ковчег запланирован на завтра.

— Как же быстро у вас всё делается! Только прилетел сюда и уже на следующий день надо отправляться в экспедицию… Хотя нет, я не прав, прибыл-то я на станцию уже шесть дней назад.

— Срок отправки экспедиции на ковчег зависит теперь только от Вас, господин Руссов… Ваше физическое и моральное состояние, а также аналогичные характеристики госпожи Тояма соответствуют норме. Госпожа Тояма уже дала своё согласие. Андроиды ждут сигнала к началу операции. Промедление непродуктивно, но вполне допустимо в том случае, если Вы психологически ещё не совсем готовы.

— Я не против. Признаюсь, мне уже и самому не терпится осмотреть звездолёт.

— В таком случае мне остаётся только пожелать Вам удачи! — Киборг поднялся со своего места и протянул мне ладонь для рукопожатия.

Я тоже встал со стула и крепко пожал его руку. Она оказалась приятной на ощупь — тёплой и сухой. Это был первый раз в моей жизни, когда я обменялся рукопожатием с киборгом. Обычно они соблюдали особую почтительность при общении с людьми и старались избегать любых тактильных контактов, чтобы ненароком не вызвать чувство неприязни, которое могло бы возникнуть у некоторых слишком восприимчивых и щепетильных представителей человеческого рода. Сейчас же Альфа-12 по каким-то, ведомым только ему одному, причинам решил нарушить устоявшийся порядок. Возможно, он захотел придать нашей встрече неформальный характер и показать таким образом, что мы с Линдой не будем одиноки на этой станции и всегда можем рассчитывать на поддержку с его стороны.

Киборг проводил меня до самого выхода, где вежливо попрощался со мной, и я, покинув помещение, вновь оказался в обществе моего услужливого робота.

— Куда бы Вы хотели сейчас направиться, господин? — Слуга выжидающе посмотрел на меня.

— Подожди! — Я поднёс свою руку к лицу и, повернув кристалл на кольце, активировал контроллер. — Линда, ты слышишь меня?

Спустя мгновение в воздухе над кристаллом возникло голографическое изображение лица Линды.

— Здравствуй, Кай! — Она приветливо улыбнулась мне.

Я заметил, что волосы у неё на этот раз собраны в узел на затылке, а её красивое лицо, несмотря на улыбку, было строгим и сосредоточенным.

— Добрый день, Линда! Где ты сейчас находишься? Я только что поговорил с представителем ИскИна станции и хотел бы встретиться с тобой, чтобы обсудить некоторые детали. Ты не против?

— Нет, конечно… Я подожду тебя в центральном отсеке. Сам найдёшь дорогу сюда? Если нет, твоё кольцо укажет путь.

— Без проблем. Сейчас буду. — Я отключил связь и повернулся к роботу. — Ты слышал наш разговор? Веди меня в центральный отсек!

Внимательно выслушав мой приказ, он утвердительно кивнул и тотчас же двинулся вперёд по служебному проходу. Я последовал вслед за ним, всё ещё прокручивая в голове беседу с киборгом. Некоторое время мы петляли по многочисленным переходам, и наши шаги при этом гулко отдавались в воздухе пустых туннелей станции. Вернее сказать, мои шаги, так как робот передвигался плавно, ступая мягко и почти беззвучно. На пути нам не встретилось ни одно живое или же неживое существо.

— А здесь не очень-то многолюдно, — скептически заметил я.

— На станции только два человека, господин. — Робот не понял моей шутки, впрочем, этого и следовало ожидать.

— Я имел в виду, что здесь, кроме нас, вообще никого не видно. Я думал, тут будет множество технического персонала из роботов.

— Все роботы, задействованные в проекте по изучению звёздного ковчега «Прометей», находятся или непосредственно на самом объекте, или же на территории внешнего кольца станции. Внешнее кольцо не предназначено для нахождения там биологических объектов.

— А что там такого секретного? Почему люди не могут посетить его?

— Ничего секретного, господин. Во внешнем кольце отсутствует воздушная среда, необходимая всем биологическим организмам. Для роботов и киборгов это не является проблемой, так как мы можем существовать и функционировать в безвоздушном пространстве. Системы жизнеобеспечения станции поддерживают все условия, требуемые для проживания людей и андроидов, только во внутреннем кольце, на территории которого мы и находимся в данный момент.

Что ж, по крайней мере, это ограничение мне было понятно: ИскИны при проектировании станции руководствовались, как обычно, чисто прагматическими соображениями. Зачем зря расходовать ресурсы, когда весь персонал состоит только из машин? Люди и андроиды в этом месте всего лишь случайные гости. А если верить словам Линды, то наше с ней присутствие здесь после выполнения основной задачи и вовсе необязательно.

— Господин, центральный отсек перед Вами, — вдруг сообщил мне робот и остановился у неприметной входной мембраны, на которую я, не будь со мной рядом услужливого попутчика, вероятно, даже не обратил бы внимания.

Мембрана бесшумно распахнулась, и я увидел довольно-таки просторное помещение округлой формы. Внутренняя поверхность его стен являлась одновременно одним цельным, обширным экраном, на котором постоянно сменялись изображения различных отсеков и туннельных переходов станции, кроме того, некоторые его участки были заполнены всевозможными математическими символами, графиками, таблицами, чертежами и картами. Одного беглого взгляда на них мне хватило, чтобы понять, что особого желания разбираться в этом чрезмерном обилии информации у меня не возникнет. В центре помещения, вращаясь медленно вокруг своей оси, парила в воздухе большая голографическая модель «Прометея», а прямо перед ней, спиной к нам, стояла Линда.

— Любуешься космическим кладбищем? — спросил я, как только миновал вход в отсек.

Мой голос неожиданно громко прозвучал в практически пустом помещении, девушка вздрогнула и обернулась. Лицо её выражало недоумение.

— Что ты сказал, Кай? Я не поняла…

— Ты не находишь, что этот звёздный ковчег — одно огромное общее кладбище для тысяч людей. И животных, кстати, тоже… — сказал я и направился к ней.

— Вот оно что… Возможно, так оно и есть, — задумчиво отозвалась Линда.

— Ты сомневаешься? А вот ИскИны, напротив, твёрдо уверены в этом.

— ИскИны, к сожалению, и на этот раз правы. Было бы глупо рассчитывать на то, что кто-то остался жив.

Она снова повернулась к модели. Я встал рядом с ней и посмотрел на ковчег.

— Ты опять пришёл с нянькой, — с усмешкой обронила Линда и кивнула в сторону моего робота.

— А ты, как всегда, в гордом одиночестве. Чем тебе не нравится мой слуга?

— Мне не нравится, что он стоит за нашей спиной и пялится на нас. Не люблю, когда за мной так пристально наблюдают. Знаешь, после пробуждения здесь я запретила своему слуге попадаться мне на глаза.

— Ну хорошо, если он так сильно тебя раздражает, то я прикажу ему выйти отсюда.

Я повернулся к роботу, который словно изваяние застыл неподалёку от нас, и молча указал рукой в сторону выхода. Он правильно расценил мой жест, коротко поклонился и удалился из помещения, оставив нас с Линдой вдвоём у модели «Прометея».

— Ну вот, теперь мы опять одни, — промолвил я и ещё раз окинул взглядом пустой отсек и стены-экран.

— Это не совсем так, Кай. Не забывай, что все наши слова и действия фиксируются ИскИном станции. Он всегда рядом. Если он не контактирует с нами через своего представителя, то это ещё не значит, что он не в курсе того, чем мы занимаемся в данный момент.

— Ты действительно так считаешь?

— Я не только так считаю, я в этом абсолютно уверена. Здесь не Земля. Мы находимся в ограниченном пространстве станции, полностью управляемой и контролируемой местным ИскИном. Сам он расположен, скорее всего, в её центральной части, там, где установлен энергетический реактор, а вся остальная конструкция сооружения фактически является его придатком, подконтрольным только мозгу этого суперкомпьютера. А контролировать что-либо можно лишь в том случае, если обладаешь всей полнотой информации…

— Лично я совсем не против его незримого присутствия. Мне так намного спокойнее.

— Нисколько не сомневаюсь в этом, — усмехнулась Линда и, пристально взглянув мне в глаза, спросила: — Ты, кажется, хотел о чём-то поговорить?

— Ты уже видела сегодня капитана?

— Конрада? Нет. Специально я его не искала, и на глаза он мне тоже не попадался. А почему ты спросил?

— Когда я зашёл к киборгу ИскИна, то увидел, как он разговаривает с андроидом, и при этом Конрадом не выглядел особо счастливым. Он ничего не сказал, но мне показалось, что они о чём-то спорили друг с другом.

— Если тебе это показалось странным, тогда почему ты напрямую не спросил киборга?

— Я спросил, но Альфа-12 дал мне понять, что ничего особенного не произошло…

— Значит, так оно и было. Наверняка обсуждали вопросы нашей с тобой безопасности. Это единственный повод, из-за которого они могут спорить друг с другом. Не бери в голову.

Она ещё ближе подошла к модели ковчега и стала внимательно рассматривать что-то на поверхности исполинской сферы.

— А тебя, как я вижу, наша безопасность не очень-то волнует? — скептически заметил я.

— Мы уже разговаривали на эту тему, Кай. Больше мне добавить нечего.

— Ты какая-то чересчур спокойная… Неужели ты не испытываешь волнения перед завтрашним походом?

— Я давно морально готова, ведь я, в отличие от тебя, уже достаточно много времени посвятила этому проекту. Единственное чувство, которое я испытываю сейчас, — нетерпение. Мне хочется, чтобы «завтра» наступило уже сегодня…

— Похоже, ты заразила меня тем же чувством. Я говорил недавно киборгу, что сам уже желаю поскорее попасть на ковчег.

Линда вновь повернулась ко мне и с удивлением спросила:

— Тебя уже не пугает излучение преобразователя?

— Мне по-прежнему кажется, что мы подвергаем себя опасности, но в данном случае я всё-таки готов рискнуть.

— Рада это слышать. Значит, не такая уж я и сумасшедшая. По крайней мере, есть ещё один человек, который разделяет мои взгляды.

Она улыбнулась мне своей загадочной улыбкой, и тело моё отозвалось на это странным образом — словно тёплая волна прошла по нему и замерла где-то в районе груди. Я поразился этому новому и приятному для меня ощущению и подумал, что был бы не прочь почаще видеть улыбку Линды и слышать её голос. Всё-таки она была права, когда рассуждала о том, что ИскИны подобрали нас двоих в качестве идеально совместимых друг с другом партнёров для выполнения поставленной задачи. Впрочем, если верить её же словам, было бы правильнее сказать — подобрали меня для неё… Несомненно, даже если нам по какой-либо весомой причине и не предоставят полную свободу действий при изучении «Прометея» — будь то наша безопасность или же нецелесообразность использования человеческих ресурсов на каком-то конкретном этапе исследований — вдвоём мы всё равно сможем найти выход из положения и не станем играть только лишь роль пассивных Наблюдателей. Именно в эту минуту я окончательно понял, что постепенно уже принял сторону Линды и поэтому твёрдо решил в меру своих способностей активно участвовать в изучении таинственного ковчега.

— Как тебе эти декорации? — Неожиданный вопрос Линды прервал мои размышления.

— Какие декорации? О чём ты? — Я непонимающе уставился на неё. В очередной раз она говорила загадками.

— Ну вот всё, что нас здесь окружает, — Линда обвела руками помещение, — эти стены в виде сплошного экрана, модель ковчега… Ведь всё это сделано специально для нас, точнее, не только для нас с тобой, а для людей в общем. Для тех, кто решится посетить эту станцию.

— Мне кажется, я догадываюсь, к чему ты клонишь. ИскИну станции все эти приспособления не требуются. Так ведь?

— Угадал, я действительно именно это имела в виду. Вся необходимая информация содержится и обрабатывается в виртуальном вычислительном центре ИскИна. Ему не нужны информативные экраны и реальные физические модели исследуемого объекта, для того чтобы изучать и контролировать процесс.

— Тогда обстановка этого помещения является типичным примером проявления заботы о людях со стороны ИскИнов. Но скажу тебе честно, вся эта информация, которой сейчас пестрят экраны, мне совершенно неинтересна. А вот модель «Прометея» достаточно любопытна!

— Кай, я уже говорила тебе, что современный человек не в состоянии разобраться в научных изысканиях ИскИнов. А на твоём примере я ещё раз убеждаюсь, что люди не только не в состоянии это сделать, им вообще глубоко безразлично то, чем занимаются разумные машины.

— Ты преувеличиваешь. Но я не хочу опять начинать этот спор. Скажи лучше — тебе самой-то понятно, что ты сейчас видишь на экране?

Похоже, мои слова задели её самолюбие — она упрямо скрестила руки на груди, и большие глаза её сузились. Вероятно, девушка хотела сначала отреагировать в довольно жёсткой форме, но уже спустя короткое мгновение черты её лица вновь смягчились, она вздохнула и задумчиво посмотрела на меня:

— Я критикую других, но сама мало чем отличаюсь от них… Мне просто обидно за всех нас. За то, что мы стали такими ленивыми и тупыми!

— Линда, мы не можем изменить сложившийся уклад. Пора бы уже примириться с этим. Наш мир не так уж и плох… Покажи-ка мне лучше, в каком месте дроны нашли вход в сферу ковчега.

Я подошёл вплотную к модели «Прометея» и попытался найти какое-нибудь отверстие на поверхности сферы, которое могло бы служить проходом внутрь этого образования. Само определение «сфера» лишь отдалённо подходило к тому объекту, в какой со временем превратился звёздный ковчег. Он не имел правильной шарообразной формы, и его внешний контур невозможно было описать точными геометрическими понятиями. Наружная оболочка «Прометея» содержала многочисленные углубления, борозды, выпуклости и длинные извилистые наросты, причём многие из них сплетались друг с другом в витиеватые спирали и клубки, составляя таким образом невероятную смесь из объектов всевозможных форм и очертаний.

— «Поиск», продемонстрируй нам путь от наружной поверхности сферы до первоначального корпуса звездолёта, — громко распорядилась Линда.

Модель ковчега моментально остановила своё вращение, и я увидел на внешней оболочке небольшое углубление, по форме напоминающее вулканический кратер с неровными и рваными краями. Кратер заметно выделялся своим багровым цветом. Изменение окраски произошло, очевидно, уже после команды Линды, так как до этого момента вся модель имела однородный серый цвет, без каких-либо оттенков, и ранее отличить его от других объектов на внешней поверхности сферы мне не представлялось возможным. Углубление, помеченное таким образом, стало быстро увеличиваться в размерах. Сначала оно заполнило собой всю площадь сферы, а затем границы голографической модели растворились, и она, разрастаясь в воздухе, заняла всё пространство помещения перед нами. Маленький кратер превратился в большую пещеру, зев которой спустя мгновение вплотную приблизился к нам и поглотил нас. Мы с Линдой оказались внутри голографической иллюзии.

Не покидая своего места, мы словно стали продвигаться в глубь сферы, от её периферии к центру. Стены узкого, закрученного в спираль пути стремительно проносились мимо, оставляя в моей памяти яркие и непривычные картины его внутренней поверхности, напоминающей по своей структуре рельеф внешней оболочки — такой же бессистемный сплав материи, с бороздами и волнами, чем-то похожими на застывшую вулканическую лаву. С каждым пройденным витком спирали мы всё глубже погружались внутрь исполинского объекта. Вдруг головокружительный спуск внезапно закончился, и мы оказались во внутренней полости сферы, в центре которой я с трудом распознал корпус звёздного ковчега.

Центральный остов корабля с нанизанными на него наружными кольцами, обладавший некогда правильными геометрическими пропорциями, теперь был сплошь усеян многочисленными шишковатыми наростами, при этом от него в разные стороны тянулись ветвистые образования, схожие по своему внешнему виду с корневой системой растений или сплетением нервных волокон в телах высокоразвитых живых организмов. Обвивая своими «нитями» корпус звездолёта, они пересекали всю полость сферы наподобие гигантской паутины, в узлах которой располагались крупные, довольно-таки странные на вид объекты, не уступающие по своим размерам кольцам ковчега.

— Ну как, впечатляет? — Голос Линды заставил меня оторваться от созерцания этой поразительной картины. Она с нескрываемым любопытством смотрела на меня, видимо, ошеломление и восторг, переполнявшие меня в тот момент, явно читались на моём лице.

— Грандиозно! В этом хаосе кроется какая-то первозданная красота! Почему ты не предупредила меня? Я даже представить себе не мог, что увижу что-то подобное этому. — При первых звуках наших голосов движение сферы нам навстречу прекратилось, и я теперь в полной мере мог насладиться окружавшей меня панорамой.

— Не хотела лишать тебя удовольствия. А киборг разве не рассказывал тебе об этой полости внутри сферы?

— Насколько я помню, он упоминал лишь о невозможности проникнуть внутрь объекта. Но, как я вижу сейчас, это не совсем соответствует действительности…

— Кай, Альфа-12 говорил правду, просто ты неверно его понял. То, что ты сейчас видишь перед твоими глазами, лишь относительно небольшая полость в центре сферы. Снаружи она ограничена довольно массивной оболочкой, которая, возможно, тоже является полой. Но это только догадки… И внутрь самой конструкции ковчега мы так и не смогли проникнуть. Так что, киборг был прав.

— Для того, чтобы полностью заполнить собой все элементы сферы потребовалось бы огромное количество материи, верно?

— Да, так и есть. Поэтому мы и предполагаем, что внутри они полые. Но, с другой стороны, у преобразователя материи была целая тысяча лет в распоряжении…

Модель вновь пришла в движение и увлекла нас в центр «паутины», в направлении к остову старого звездолёта. Мы стремительно пронеслись над длинным цилиндрическим корпусом и остановились затем у одного из его многочисленных сочленений с внешними кольцами.

— А вот и тот самый стыковочный шлюз. Через него мы завтра попытаемся проникнуть на ковчег. — Линда указала рукой на широкий, тёмный прямоугольник на борту корабля. — Кроме него, на «Прометее» имеется ещё несколько шлюзов аналогичного размера и пять транспортных шлюзов, способных вместить большие грузовые челноки. Мы проверяли все из них. При моём приближении малые шлюзы открывались, а вот транспортные оставались закрытыми. Скорее всего, они не были в своё время оборудованы селектирующими сканерами.

— Почему для завтрашней экспедиции вы выбрали именно этот шлюз?

— Он был первым, открывшим мне свою тайну. — Девушка пожала плечами. — Это я выбрала его. Может быть, он принесёт нам удачу…

Голографическое изображение увеличилось в размере, в результате чего мы оказались ещё ближе к корпусу корабля. Я увидел, что стыковочный шлюз имеет довольно-таки большие габариты; пассажирский катер или малый челнок, вероятно, без труда могли пройти через его створы, чьи границы чётко выделялись строгими геометрическими линиями на фоне бесформенных наростов, образовавшихся на материале внешней оболочки ковчега. С первого взгляда казалось, будто поверхность шлюза осталась в своём первозданном виде, но присмотревшись повнимательнее, я обнаружил, что она полностью покрыта полупрозрачным слоем какого-то странного материала, напоминающего минеральную слюду.

— Это и есть тот самый загадочный и неприступный материал? — спросил я и кивнул в сторону шлюза.

— Да это он. Звездолёт словно заключён в хрусталь, не находишь?

— Точно. Чем-то он напоминает мне насекомое, застывшее в кусочке янтаря.

— Первоначальная конструкция ковчега покрыта относительно тонким слоем, кроме тех участков, от которых ответвляются гигантские паутинообразные новообразования, поэтому через него даже виден старый материал корпуса. У нас есть предположение, что толщина наружной оболочки новых, уже сотворённых преобразователем, сегментов внутри сферы в несколько раз превосходит толщину слоя, нанесённого на корпус корабля. С увеличением толщины материал, очевидно, теряет свою прозрачность.

— А может быть так, что наружный тонкий слой покрытия звездолёта относительно молодой и поэтому ещё не успел настолько уплотниться, чтобы полностью скрыть за собой изначальную конструкцию?

— Интересная мысль! — Линда как-то по-иному посмотрела на меня, и мне даже показалось, что в её глазах промелькнуло невольное уважение. — Ты хочешь сказать, что преобразователь затянул корабль в этот «панцирь» уже после того, как образовал вокруг него огромную сферу и все массивные элементы внутри неё?

— Ну, это просто предположение… Если я правильно понял, во всём, что касается «Прометея», мы можем только строить предположения и выдвигать гипотезы. На этот раз даже всезнающие ИскИны не в силах что-либо доказать или опровергнуть.

— Я очень надеюсь, что уже начиная с завтрашнего дня этому придёт конец, и все наши гипотезы найдут либо своё подтверждение, либо опровержение. А сейчас, если ты не против, я хотела бы закончить эту демонстрацию.

Она отдала короткий приказ, и окружавшая нас модель «Прометея» вновь сжалась до своих прежних размеров. Иллюзия присутствия внутри таинственной сферы окончательно пропала, но голова моя ещё была полна картинами этого поразительного мира.

— Линда, после всего увиденного мне не терпится самому осмотреть всё это великолепие уже непосредственно с близкого расстояния!

Она покачала головой и заметила:

— Мне придётся разочаровать тебя, Кай. Тот челнок, на котором мы вместе с командой андроидов полетим завтра на корабль, не оборудован ни иллюминаторами, ни даже внутренними экранами для наблюдения.

— Как так? Почему? — Это заявление озадачило и немного расстроило меня.

— Этот челнок не был изначально предназначен для перевозки людей или андроидов. Не забывай, на станции «Поиск» обитают только роботы и, с недавнего времени, киборги-разведчики. И те и другие не нуждаются в иллюминаторах и экранах… Не переживай, у тебя ещё будет возможность полюбоваться внутренним пейзажем сферы. Один катер, приспособленный для использования человеком, здесь всё же есть. Именно на нём я уже много раз летала осматривать ковчег. Он был по моей просьбе переоборудован роботами. У него тоже нет иллюминаторов, но зато имеются экраны, на которые передаётся изображение с внешних видеокамер, установленных на его корпусе. Правда, он одноместный, и нам придётся либо пользоваться им по очереди, либо просить Альфу-12 похожим образом подготовить для тебя ещё один из малых катеров станции.

— Об этом непременно стоит подумать! Я не хочу отказывать себе в удовольствии лично осмотреть все закоулки и переплетения конструкций внутри сферы.

— У тебя будет ещё достаточно времени для этого… Кай, мне надо немного собраться с мыслями перед экспедицией на корабль, поэтому сейчас я оставлю тебя здесь и пойду в свою каюту. Хочу побыть одна и морально подготовиться к завтрашнему дню.

— Жаль… Ты бросаешь меня на произвол судьбы? — Меня не очень привлекала перспектива бродить по станции в одиночестве и провести таким образом весь остаток дня.

— Ты уже большой мальчик. Сам справишься, — насмешливо обронила Линда. — Только не забудь что-нибудь поесть! Кольцо на твоём пальце поможет тебе найти столовую.

— Спасибо за заботу! Вместо того, чтобы смеяться надо мной, могла бы составить мне компанию.

— Кай, не думаешь же ты, что мы будем так же проводить все наши вечера здесь, как тот вечер на марсианской станции?

— Почему нет? Я был бы не против.

— Мы, вообще-то, сюда работать прилетели.

— Но ведь одно другому не мешает. Будем совмещать полезное с приятным!

— Мне нравится твой юмор, Кай. Я подумаю над твоим предложением, но не в ближайшее время. Поверь, для меня эта экспедиция очень много значит, и я здесь не для того, чтобы развлекаться.

— Линда, не принимай мои слова всерьёз. Считай, что это была шутка. Я понимаю тебя и разделяю твои мотивы. Знаешь, мне самому стал важен этот проект.

Она оценивающе взглянула на меня и промолвила:

— Ты так часто говоришь об этом, что я уже практически тебе поверила…

— Ты по-прежнему сомневаешься во мне? Твои слова уязвляют моё самолюбие.

— Это была шутка, Кай. Я тоже способна шутить.

— Ну, тогда мы квиты. А если серьёзно, ты действительно хочешь сейчас уйти?

— Да, Кай. Мне надо немного отдохнуть. Завтра утром тебя разбудит автоматическая система обслуживания перед тем, как за тобой зайдёт один из андроидов. Мы встретимся в ангаре перед посадкой на челнок. До завтра!

— Хорошо, Линда… Увидимся завтра.

Она кивнула и сразу же пошла к выходу. Я проводил её взглядом, пока она не скрылась за мембраной. Посмотрев последний раз на модель ковчега, я не спеша прошёлся по периметру отсека, разглядывая картины на информационном экране, разделённом на равные по площади тематические сегменты. На одном из них я заметил в туннельном переходе удаляющуюся фигуру девушки, затем попытался расшифровать информацию и символы на других участках экрана, но уже вскоре бросил эту затею и также направился к выходу.

Как я и предполагал, там меня поджидал мой неизменный спутник — робот 2043. Я последовал совету Линды и отправил его выполнять другие обязанности, хотя сильно сомневался в том, имелись ли у него вообще какие-либо занятия, кроме обслуживания моей персоны. После того как слуга удалился, я переключил свой контроллер в рабочий режим и немного прогулялся по переходам станции «Поиск», используя его в качестве гида-навигатора. В принципе, ничего заслуживающего моего пристального внимания я не обнаружил, только скучные, пустые туннели и несколько отсеков с научным оборудованием. Бегло осмотрев один из них, я так и не смог определить назначение находившихся там приборов и автоматов, поэтому довольно быстро покинул это помещение и направился в столовую.

Станционная столовая представляла собой сравнительно небольшую комнату с пустующими столами и одним единственным пищераздаточным автоматом. Выбор блюд хотя и был небогатым — в этом киборг Альфа-12 оказался прав, когда говорил о меньшем комфорте этой станции по сравнению с марсианской, — но всё же вполне удовлетворял моим скромным потребностям. Покончив с весьма сытной и питательной едой, я ещё некоторое время побродил по туннелям и обнаружил помещение с различными спортивными тренажёрами, сауной и маленьким бассейном. Даже здесь, так далеко от Земли, ИскИны посчитали нужным предусмотреть всё необходимое для потребностей человека!

К моему удивлению, во время своей длительной прогулки я так и не встретил ни одного андроида. По-видимому, все они находились у себя в каютах и были заняты подготовкой к завтрашнему походу.

В конце концов мне наскучило бесцельное хождение по переходам станции, и в итоге я отправился в свою комнату, решив ускорить наступление завтрашнего дня. Завалившись в постель, я установил модулятор сна, заботливо предусмотренный ИскИнами в конструкции кровати, на быстрый режим и уже буквально через мгновение отключился.

Глава 7

Мой крепкий сон на этот раз был лишён сновидений, и я пробудился внезапно, как это обычно бывает, когда время действия модулятора сна подходит к концу. Голова была ясной, а тело бодрым и отдохнувшим. ИскИн станции, естественно, был моментально извещён о моём пробуждении. После того как я завершил все свои утренние процедуры и съел кем-то заранее приготовленный завтрак, в комнате прозвучал короткий звуковой сигнал, а затем механический голос оповестил о том, что за дверью меня ожидает один из андроидов.

Как выяснилось, этим андроидом был Джон — мой личный телохранитель на время экспедиции на ковчег. Он коротко и почтительно поприветствовал меня и сразу же попросил следовать за ним. Мы проделали небольшой путь по переходам станции и вскоре очутились в просторном ангаре, где я увидел несколько заметно различавшихся по своим размерам космических катеров и челноков. Внешняя конструкция этих аппаратов была мне уже теоретически знакома — я много раз видел их изображения и даже летал на некоторых из них в моих виртуальных путешествиях по звёздным мирам Игры, только вот в реальной жизни ещё не имел возможности осмотреть эти транспортные машины.

Мне хотелось подойти к ним поближе, чтобы детально рассмотреть их широкие и плоские корпуса, и я уже собирался сделать это, но был вдруг остановлен словами моего попутчика:

— Господин, извините, что напоминаю, — нас ждут в посадочном отсеке для предполётного контроля.

Я кивнул и беспрекословно последовал за ним, понимая, что не стоит задерживать остальных членов нашей группы, ведь у меня будет ещё достаточно времени для того, чтобы основательно изучить челноки и даже попытаться их пилотировать.

Посадочный отсек находился сразу же за стеной ангара и представлял собой узкую комнату со множеством шкафов из прозрачного материала и низких скамеек, стоящих рядом с ними. Чем-то он напоминал мне раздевалку спортзала, такой скудный интерьер был мне знаком по моему спортивному опыту ещё со времён юности. Вот только содержимое шкафов — и это сразу бросилось мне в глаза — сильно отличалось от того, с чем я имел дело раньше. Они были заполнены скафандрами, шлемами, специальными ботинками довольно грубого вида и прочей специфической одеждой.

Как только мы оказались в отсеке, в противоположной от нас стене открылась дверь-мембрана, и в комнату по очереди стали заходить остальные андроиды. Последним был капитан.

Джон присоединился к ним, и Конрад, после того как все они выстроились в идеально ровную шеренгу, вышел вперёд, торжественно отсалютовал мне и доложил:

— Господин, отряд готов к выполнению задачи!

Мне понравились дисциплина и выправка наших спутников: все восемь андроидов замерли словно каменные статуи, ни один мускул не дрогнул на их лицах, и ни одним движением не выдавали они волнения или каких-либо иных эмоций.

— Замечательно! Я вижу, все уже в сборе! — Раздался вдруг неожиданно прямо за моей спиной восторженный голос Линды.

Я удивился той бесшумности, с какой она появилась в отсеке.

— Линда, ты подкрадываешься словно пантера. Я даже не услышал, когда ты вошла. — Я протянул руку для рукопожатия и сердечно поприветствовал девушку.

— Доброе утро, Кай! Ты уже не в первый раз сравниваешь меня с хищниками. Помню, ты как-то упоминал акулу, теперь — пантера. Неужели я вызываю у тебя такие ассоциации? Кстати, извини, если заставила ждать. — Она выглядела точно так же, как и вчера, будто с момента нашей последней встречи не прошло и минуты.

— Тебе не стоит извиняться. Я и сам только что здесь появился. Ну а насчёт хищников… Знаешь, мне всегда нравились их сила и ловкость, их животная грация. Так что, считай это комплиментом.

— А тебе доводилось их видеть? Хотя постой, угадаю сама: ты имел с ними дело в одном из миров Игры?

— Тебе это кажется смешным? Ты и сама-то их наверняка не видела во плоти.

— В отличие от тебя, Кай, некоторых из них я наблюдала в реальной жизни. К примеру, акул.

— Ого! — поразился я. — Расскажешь как-нибудь?

— Обязательно. Обещаю. Есть ещё вопросы?

— Конечно есть, но лучше я задам их в другой раз…

— Значит, можем, наконец-то, начинать! — Линда улыбнулась мне своей очаровательной улыбкой и обратилась к капитану, терпеливо ожидающему окончания нашего полушутливого диалога: — Конрад, мы поступаем в твоё распоряжение. Хотя формально я и Кай, как Наблюдатели, руководим операцией, оба мы, конечно же, понимаем, что фактически роль руководителя в ходе первой экспедиции будешь выполнять ты. А это значит, что с этого момента ты наш командир!

Конрад коротко кивнул и вышел из строя. Затем пристально оглядел всех нас, переводя взгляд с одного члена своей команды на другого, и твёрдо заявил:

— В таком случае, начиная с этой минуты и до возвращения с ковчега обратно на станцию, все вы должны безукоризненно выполнять мои распоряжения. Не только андроиды, но и люди тоже.

Я взглянул на девушку, пытаясь прочесть на лице чувства, одолевающие её в данный момент. Самому мне вся эта ситуация казалась немного странной, если не сказать весьма забавной. Мне в реальной жизни не приходилось ещё выполнять чьи бы то ни было приказы. Но выражение её лица было непроницаемым и сосредоточенным, очевидно, она со всей серьёзностью отнеслась к словам андроида. Я решил отбросить все лишние мысли и последовать её примеру.

— У вас есть ровно двадцать минут на то, чтобы приготовиться к полёту. Джон и Фрея, помогите господам и покажите, как обращаться со скафандром, — сказал Конрад и направился к одному из шкафов.

Его последние слова относились больше к моей персоне, так как Линда уже имела реальный опыт полётов в космосе и эта процедура не являлась для неё чем-то новым. Мы все разделись догола, оставив наши комбинезоны лежать на скамейках и, взяв из шкафов спецодежду, с переменным успехом принялись в неё облачаться. Разумеется, у наших спутников и у Линды это не вызвало никаких затруднений, чего нельзя было сказать обо мне. Но в конечном итоге, благодаря активной помощи Джона, я всё же справился с этой проблемой.

Первым слоем одежды был обтягивающий всё тело эластичный костюм-трико, способный, как объяснил мне андроид, абсорбировать и перерабатывать влагу, выделяемую организмом через кожные железы. Вторым слоем служил лёгкий высокопрочный комбинезон, предназначенный для регуляции температуры внутри скафандра и защиты тела от механических повреждений. Ну а третьим являлся, собственно, сам скафандр, состоящий из шлема, костюма, перчаток и высоких ботинок. Все элементы последнего слоя обладали свойствами высокой степени защиты от всех известных видов излучения.

Когда я, к моему великому облегчению, полностью оделся и застегнул последнюю застёжку на груди, сработала автоматика, нагнетая воздух внутрь скафандра, и я услышал голос Джона:

— Господин, воздухообеспечение скафандра работает полностью в автоматическом режиме. Если позволяют условия, забор воздуха производится непосредственно из внешней среды, в противном случае активируется его внутренняя циркуляция и очистка, и тогда запаса кислорода хватает на двадцать четыре часа. Звуковая связь между членами группы устанавливается в скафандрах тоже автоматически. Связь эта не является узконаправленной, поэтому то, что говорит один из членов отряда, слышит вся группа.

Скафандр был довольно лёгким, удобным и практически не стеснял движений. Шлем полностью состоял из прозрачного материала и обеспечивал круговой обзор. Джон рассказал, что в поверхность шлема вмонтированы невидимые глазу видеодатчики, которые приводятся в действие и начинают передавать видеосигнал сразу же после включения автоматики скафандра. Звуковой сигнал от внешних источников поступает с микрофонов, распределённых по всей наружной поверхности скафандра. Во время нашего нахождения внутри ковчега вся визуальная и звуковая информация будет сначала транслироваться на транспортный челнок. Там она будет регистрироваться и сохраняться для дальнейшего анализа ИскИном станции «Поиск». Анализировать информацию непосредственно на месте не представляется возможным. Чтобы снизить риск закрытия доступа в стыковочный отсек, с челнока уже заранее были удалены все обслуживающие компьютеры с коэффициентом интеллекта выше десяти баллов по шкале Кетану-Мюллера. Из этого следовало, что без постоянной поддержки со стороны машин, обладающих искусственным интеллектом, всем нам внутри ковчега придётся полагаться только на самих себя и действовать исходя из обстоятельств.

Слушая между делом эти объяснения, я заметил, как каждый андроид достал из шкафов два компактных закрытых чехла и прикрепил их на специальных ремнях с наружной стороны бёдер. Когда Джон проделал то же самое, я указал на эти предметы, о назначении которых уже имел определённые догадки, и спросил:

— Что это? Почему у меня и Линды нет подобных элементов снаряжения?

Едва заметная, осторожная улыбка тронула его губы, но тут же исчезла. Он бросил быстрый взгляд в сторону командира и коротко ответил:

— Это парализатор и боекомплект к нему.

— Ну как, вы готовы к путешествию? — Линда подошла к нам, прервав наш разговор и улыбнувшись мне. Я отметил про себя, что скафандр не скрадывал её изящной фигуры и даже в какой-то мере подчёркивал.

— Время истекло! — Громкий голос Конрада оглушительно прозвучал у меня в шлеме. — Всем построиться!

Я бодро подмигнул Линде и поспешил примкнуть к шеренге андроидов. Она быстро заняла место рядом со мной.

Конрад прошёлся перед строем, тщательно осматривая состояние наших скафандров. Потом, видимо, вполне удовлетворённый визуальной проверкой, отступил в сторону так, чтобы все мы были в поле его зрения, и объявил:

— Я не буду ещё раз повторять задачу, стоящую перед нами. Каждый член отряда уже в достаточной мере проинформирован о той роли, какая предназначена ему в экспедиции. В особенности это касается вас двоих, Джон и Фрея. — Он многозначительно посмотрел на обоих андроидов, и от меня не скрылось, что слова капитана не вызвали у Линды особого энтузиазма. — Итак, мы отправляемся на ковчег. Транспортный челнок готов принять нас на борт!

Когда мы вместе с андроидами миновали выход и оказались на территории ангара, то неожиданно обнаружили там киборга — представителя ИскИна станции, поджидавшего нас у корпуса челнока. Он широко улыбался и радушно поприветствовал меня и Линду, крепко пожав нам руки.

— Я пришёл пожелать вам удачи и счастливого возвращения. Мы будем с нетерпением ожидать результатов сегодняшней экспедиции! — Пока он произносил эти слова, андроиды по очереди заходили в раскрытый люк нашего космического транспорта.

— Спасибо за тёплые слова, Альфа-12! — поблагодарил я его. — Надеюсь, мы вернёмся не с пустыми руками.

— Кай, нас ждут. Пора отправляться. — Линде, похоже, не терпелось покинуть станцию, и она явно не собиралась тратить время на вежливые разговоры с разумной машиной.

— Не смею вас задерживать. Желаю вам ещё раз удачи! — Киборг коротко поклонился и, сделав несколько шагов назад, с вежливой улыбкой на лице замер у стены ангара.

Я оглянулся и обнаружил, что остался один, — девушка уже последовала за андроидами и скрылась внутри челнока. Отсалютовав на прощание киборгу, я поторопился к створу входного люка.

Как оказалось, внутри челнока не было ничего примечательного. Мы находились в довольно узкой, замкнутой капсуле, не имеющей доступа к рулевой кабине, хотя, скорее всего, кабины вообще не существовало, и управление полностью осуществлялось бортовыми компьютерами. Мне тут же вспомнились слова Линды о неприспособленности местных катеров и челноков к их использованию человеком. На стенах были прикреплены откидные сиденья, и почти все они уже были заняты. Окинув взглядом серьёзные лица андроидов, я уселся в единственное свободное, самое дальнее от входного люка, сиденье. Линда занимала место слева от меня, а справа была уже сплошная стена.

— Посадка закончена, — сообщил резкий механический голос автопилота. — Приготовиться к старту!

Наши сиденья автоматически заняли анатомически удобное для каждого из нас положение и обвили наши тела гибкими страховочными ремнями.

— К чему эти путы? Мне казалось, что наше путешествие будет более удобным… — шутливо поделился я своим неудовольствием с Линдой.

— Размеры этого транспортного средства не позволяют оборудовать его генераторами силового поля, — поучительным тоном откликнулась она. — Поле можно реализовать только в пределах станции. Поэтому мы сразу окажемся в состоянии невесомости, как только её покинем. Ремни необходимы для нашей же безопасности. Или ты хочешь болтаться в пути от стенки к стенке по всему челноку?

Линда покрутила в воздухе пальцем, наглядно демонстрируя свои слова и издевательски улыбнулась. Мне стало немного досадно, ведь эта очевидная мысль даже не возникла у меня в голове, и я дал зарок себе на будущее, что в следующий раз, когда буду выбирать очередной виртуальный мир, остановлюсь на таком, в каком действуют естественные законы физики. Волшебные и фантастические миры, хотя и являются чертовски увлекательными и интересными, могут сослужить в настоящей жизни плохую службу, как это и произошло сейчас: в Игре мне доводилось летать на малых космических кораблях и катерах и я принимал наличие внутри них земной силы тяжести как данность, никогда даже не задумываясь о том, насколько это соответствует истинному положению вещей.

Внезапно меня резко вдавило в кресло, и я понял, что наш челнок стартовал и вылетел за пределы станции. Тут же подтвердились слова Линды — я почувствовал лёгкость во всём теле, и если бы не ремни, жёстко фиксирующие позицию моего тела, мне было бы трудно оставаться в таком положении.

— Ну как? Непривычно? — Девушка с интересом наблюдала, как я пытаюсь освоиться с новыми ощущениями.

— Забавно, но, признаюсь, нормальная тяжесть мне нравится больше. — Вдруг я осознал, что мне до сих пор ещё неизвестно, каким же образом мы будем передвигаться внутри ковчега. — Послушай, Линда, а что с нами будет на «Прометее»? Ведь там наверняка тоже невесомость?

— Она должна там быть. Генераторы силового поля могут действовать только при условии функциональности ИскИна «Прометея», но надежды на это у нас мало. Даже если нашим андроидам удастся установить контакт с ним, вероятность того, что генераторы ещё исправны, ничтожна.

— Нам придётся «плавать» в невесомости по отсекам ковчега? Не думаю, что у меня это получится без соответствующей подготовки…

— Не беспокойся, подошвы наших ботинок обладают магнитными свойствами. Мы сможем примагнититься к внутренней поверхности ковчега и будем в состоянии передвигаться, правда, не так резво. Если только…

— Что ещё?

— Если только в полости «Прометея» пол не покрыт каким-нибудь новым материалом, сформированным преобразователем. Вдруг он не будет обеспечивать сцепление с нашей обувью?

— Знаешь, лучше не думать об этом. Зачем расстраиваться раньше времени?

— Мне нравится твоя беззаботность, Кай. Так, наверное, намного проще жить… Если у нас не будет возможности нормально передвигаться на своих ногах, то придётся задействовать специальные реактивные флайборды и уже с их помощью исследовать звездолёт.

— Это уже другое дело! Конрад, надеюсь, вы не забыли их прихватить с собой?

— Они входят в комплект снаряжения нашего транспорта, господин. Мы можем использовать их в случае необходимости, но я уверен, что в первом походе они нам не понадобятся. Для этого в нашем распоряжении недостаточно времени. Детальный осмотр звездолёта не является нашей целью на сегодня, — спокойно ответил мне капитан, не проронивший ни слова с момента вылета челнока за пределы станции «Поиск».

Во время полёта я время от времени поглядывал на остальных членов нашего отряда. Все они сидели безмолвно и практически неподвижно, взгляд их при этом был направлен в одну точку прямо перед собой. О том, что творится у них в головах, догадаться было невозможно. Они, разумеется, слышали наши слова, но какой-либо видимой реакции с их стороны я не заметил. Джон и Фрея сидели напротив нас с Линдой, и их лица за прозрачным материалом шлемов были такими же непроницаемыми, как и у остальных андроидов. Я пригляделся повнимательнее к Фрее, и мне впервые открылось, что лицо её не лишено определённой привлекательности. Тогда, при первой встрече с андроидами в спортзале, все они, независимо от пола, показались мне мощными, мускулистыми атлетами, почти биомашинами. Теперь же, сравнивая Фрею с сидевшим рядом с ней Джоном, нельзя было не заметить женственные черты её лица: тонкую линию бровей, алые, красиво очерченные губы и глаза с длинными ресницами. Если бы не слишком короткая стрижка и чрезмерная мускулатура, она могла бы быть похожа на обычную симпатичную девушку. Мне припомнилось, что я уже где-то слышал о том, будто марсиане, кроме всего прочего, использовали некоторых андроидов в качестве своих сексуальных партнёров.

Я решил позже уточнить эту информацию у Линды, а пока, чтобы скрасить минуты ожидания, задал ей вопрос, который уже давно вертелся у меня на языке:

— У тебя остался кто-нибудь на Земле, с кем ты могла бы потом поделиться своими впечатлениями?

Она удивлённо взглянула на меня и, немного помолчав, промолвила:

— Странный вопрос, Кай. Я как-то не думала об этом. Вообще-то, не привыкла делиться с кем-то своими мыслями. А кого ты имел в виду?

— Ну, не знаю… Брат, сестра, друзья, родители или же любимый человек… Вот мне, например, хотелось бы обо всём рассказать своему старику. Ему бы это точно понравилось!

— Старику? Кто это?

— Так я называю своего отца. Просто я помню его таким с детства.

— Каким?

— Старым… Он уже был старым, когда я родился. Отец не захотел проходить курс омоложения. Знаешь ли, мой старик немного чудной. У него много странностей, но, несмотря на это, он мне очень дорог. Мать я совсем не помню, она ушла от нас, когда я был ещё младенцем. Отец говорил, что она была довольно-таки своеобразной и необычной женщиной… К сожалению, мне так и не удалось поговорить со стариком перед отлётом на марсианскую станцию, да и после тоже.

— Почему? С ним что-то случилось?

— Нет. С ним всё в порядке, он просто погрузился в Сон. Когда я пробудился из Игры, он был для меня уже недосягаем.

— Вот как… Наверное, Сон — хорошее утешение для старого человека.

— Вполне возможно. Сам я Сон ещё не пробовал, мне вполне достаточно впечатлений от Игры. А твои родители? Как они относятся к тому, что ты здесь?

Ответа Линды я не услышал. Наш разговор прервал резкий звуковой сигнал, после которого прозвучало сообщение автопилота:

— Экспедиционный космический челнок подошёл на расстояние стыковки с исследуемым объектом. Стыковочный шлюз звёздного ковчега «Прометей» открыт. Всем приготовиться к стыковке.

Я увидел торжествующую улыбку на губах Линды и крепко стиснул руками страховочные ремни от волнения и переполнявших меня чувств. Наконец-то! Свершилось! Весь путь от станции «Поиск» до сферы ковчега и последовавший за ним спуск по спиралевидному проходу к корпусу древнего звездолёта прошёл для нас практически незаметно. Сейчас, когда мы находились буквально в одном шаге от величайшей загадки за последнюю тысячу лет, сердце моё было готово вырваться из груди.

Прошло ещё пару минут томительного ожидания, и затем автопилот доложил:

— Стыковка завершена. Отряду приготовиться к выходу. Створ люка откроется через две минуты.

Ремни, до этого момента оплетавшие наши тела, втянулись в пазы в сиденьях, а сами сиденья изменили своё положение таким образом, что нам поневоле пришлось встать на ноги, и я тут же почувствовал упругую силу, связывающую ботинки с полом, — магниты в подошвах были приведены в действие. Я попробовал передвинуть ногу и ощутил небольшое сопротивление моему движению. С одной стороны оно не давало ботинку сразу оторваться от пола и в то же время всё-таки позволяло передвигаться, если приложить определённое физическое усилие.

Мы выстроились по двое перед люком. Первой парой были Конрад и Боло, последней я и Джон. Перед нами стояли Линда и Фрея. У меня промелькнула мысль, что правильнее было бы, если бы последними были они, но она тут же исчезла, так как люк распахнулся, и нашему взору предстал прямоугольный, абсолютно чёрный проём, открывающий путь в шлюзовую камеру звездолёта «Прометей».

Глава 8

Чёрную пустоту впереди нас прорезали лучи яркого белого света — это включились плечевые фонари на скафандрах первой пары нашего отряда. Они высветили абсолютно пустое помещение с серыми голыми стенами и массивной плитой, отделяющей шлюзовую камеру от смежного отсека. Конрад первым покинул корпус экспедиционного челнока и недвусмысленным жестом руки поманил нас за собой. У каждого из нас, сразу же после того как мы оказывались внутри камеры, автоматически загорались фонари на скафандрах, освещая помещение, в которое до этого момента в течение многих веков не проникало ни единого луча света. Оглянувшись, я увидел, что наш челнок полностью находится внутри шлюзового отсека, а за ним, в окрытом проёме входного отверстия, виднеется безвоздушное тёмное пространство сферы, окружающей ковчег.

Мы прошли вперёд и молча выстроились перед плитой в противоположном конце помещения.

— А вот и первое препятствие. — Голос Линды прервал наше затянувшееся молчание. — Сейчас мы узнаем, действует ли ещё контрольная система шлюза.

Она указала рукой вправо от плиты и, бросив взгляд в том направлении, я заметил на стене, примерно на уровне моих плеч, небольшой серебристый овал с очертаниями человеческой ладони в его центре. Капитан отдал короткий приказ, после чего Сара отделилась от нашей группы и, подойдя к овалу, приложила свою руку в перчатке точно к изображению ладони. Внезапно я ощутил исходящую от пола вибрацию, и, вновь оглянувшись, увидел, как проём позади челнока постепенно закрывается опускающейся сверху плитой, подобной той, что находилась впереди нас. Я посмотрел на Конрада и по напряжению, сквозившему в его взгляде, понял, что сейчас настал переломный этап для нашей экспедиции. От исправности этой шлюзовой камеры зависело, получим ли мы доступ на корабль или нет.

Плита благополучно достигла пола, вибрация прекратилась, и тотчас же ослепительно яркий свет с потолка залил всё помещение. Фонари скафандров отключились, и вместе с этим пропала упругая сила, соединявшая подошвы наших ботинок с полом камеры. Я ощутил, как привычная тяжесть наполнила моё тело. Ещё не осознавая всей важности этого события, я с любопытством оглядывался вокруг, пытаясь совладать с охватившим меня волнением и слушая шипение воздуха, стремительно наполняющего камеру.

Спустя пару минут на лицевой поверхности моего шлема появилось текстовое сообщение и я услышал механический голос, точно повторяющий слова текста: «Давление и влажность воздуха окружающей среды на 99,9 процентов соответствует параметрам воздушной прослойки внутренней полости скафандра. Температура воздуха составляет плюс 21 градус Цельсия. Проверка на присутствие в воздухе опасных для здоровья элементов и веществ закончена. Воздух пригоден для жизнедеятельности человека и других земных биоорганизмов. Скафандр автоматически переключится на режим снабжения воздухом из окружающей среды, если в течении 30 секунд после звукового сигнала не последует приказ об отмене данного режима».

Вслед за этим прозвучал резкий звук, вынудивший меня встревоженно посмотреть на Конрада. Увидев мою реакцию, он отрицательно покачал головой, и я поспешно выкрикнул:

— Немедленно отменить режим!

Одновременно я услышал похожие слова остальных участников группы, но произнесённые более хладнокровным тоном. Сразу же появился новый текст и голос произнёс: «Переключение автоматической системы скафандра на режим снабжения воздухом из окружающей среды отменено. Чтобы запустить режим, достаточно отдать звуковой приказ».

Я облегчённо вздохнул и, проанализировав поведение других членов отряда, подумал, что в дальнейшем надо бы поспокойнее реагировать на подобные события. Тут я снова вспомнил о нормальной силе тяжести, действовавшей теперь в шлюзовой камере, и, повернувшись в сторону своей спутницы, поделился с ней этой мыслью:

— Линда, здесь больше нет невесомости! Значит ли это…

— Да! Сбылись наши самые смелые ожидания, Кай! — с воодушевлением отозвалась она. — Это означает, что генераторы силового поля до сих пор функционируют! А если они действуют, то вполне возможно, что и ИскИн «Прометея» всё ещё в рабочем состоянии!

— Всем приготовиться! Сейчас должен открыться люк в смежный отсек, — прервал нас Конрад.

Словно в подтверждение его слов плита перед нами дрогнула и беззвучно стала подниматься вверх. Замерев, мы в абсолютной тишине зачарованно смотрели на её движение, и нашему взгляду стало постепенно открываться лежащее за ней пространство. Это был широкий, прямой и, как мне сначала показалось, довольно тускло освещённый туннель, но уже вскоре я заметил, что освещение внутри него исходило от прямоугольных панелей в потолке, чередующихся через равное расстояние и дающих вполне достаточно света для нормальной видимости, и что проход только на первый взгляд казался тусклым после резкого и яркого освещения стыковочного отсека.

Капитан махнул рукой вперёд и первым пошёл в глубь туннеля. Вслед за ним двинулись остальные андроиды, а затем и я с Линдой. Джон и Фрея шли рядом с нами, опережая нас буквально только на один шаг. Продвигаясь вдоль по туннелю, я начал разглядывать его стены и сразу же заметил влияние времени на материал покрытия. Это уже не была идеально гладкая и плоская поверхность, как на двух космических станциях, где мне пришлось побывать до этого момента. Материал был испещрён многочисленными неровностями, трещинами, выбоинами и даже глубокими царапинами, причём не только на стенах, но также на полу и потолке. Я указал на них Джону, и тот лишь коротко кивнул мне, сохраняя молчание. По крайней мере, внутри старый звездолёт не сильно изменился — загадочная материя, сформированная преобразователем, очевидно, ещё не проникла сюда.

Вдруг Конрад, идущий во главе отряда, резко остановился и поднял руку в предупреждающем жесте.

— Внимание, я обнаружил информационный экран. — Голос его оставался совершенно спокойным, даже несмотря на это волнующее событие. — С его помощью мы сейчас попытаемся подключиться к корабельному ИскИну.

Я поразился его самообладанию, так как по интонации его голоса невозможно было определить, какие чувства овладевают им в данный момент, а ведь находка эта могла не только определить исход сегодняшней экспедиции, но и самым решительным образом повлиять на все последующие исследования.

Остальные андроиды сгруппировались вокруг своего командира и, присоединившись к ним, я, к своему удивлению, обнаружил совсем не то, что ожидал увидеть. Вместо обычного информационного экрана моему взору предстала лишь чёрная дыра в стене туннеля с неровными, разорванными краями. Создавалось такое впечатление, будто он был вырван оттуда силой. Внизу, под этой дырой, находилась панель с многочисленными разъёмами и датчиками, многие из которых были разворочены и забиты каким-то веществом, напоминающим обыкновенную грязь.

Я в растерянности посмотрел на капитана:

— Конрад, каким образом ты собираешься контактировать с ИскИном?

— Господин, несмотря на видимые повреждения экрана, мы всё же попытаемся связаться с мыслящей системой корабля через один из сигнальных входов. — Он бросил быстрый взгляд на одного из андроидов и коротко приказал: — Аксель, действуй!

Аксель присел у покорёженной панели экрана и достал из кармана своего скафандра короткий щуп цилиндрической формы. Он проделал на голографическом дисплее прибора какие-то манипуляции и затем воткнул его в один из разъёмов, визуально выглядевший более-менее нормально, в отличие от других, чьи повреждения были видны невооруженным глазом. В ту же секунду позади нас раздался резкий звуковой сигнал. Мы все разом обернулись и увидели, как плита люка быстро опускается вниз, отделяя туннель, внутри которого мы находились, от шлюзовой камеры и нашего челнока в ней.

— Капитан, это входило в наш план? — удивлённо спросила Линда.

— Никак нет, госпожа. Я специально оставил тот люк открытым, чтобы у нас был путь к отступлению, — ответил Конрад. — Аксель, быстро удалить зонд!

У меня всё похолодело внутри от недоброго предчувствия. Андроид среагировал мгновенно и выдернул прибор из гнезда на панели, но было уже поздно — плита соприкоснулась с полом.

— Тина, беги к люку! Попытайся его открыть!

Женщина-андроид кивнула Конраду, молча сорвалась с места и помчалась к плите входа. Она подбежала к цели, мигом преодолев в обратном направлении то расстояние, которое мы уже успели пройти по туннелю, и приложила свою руку к стене. Видимо, там находился такой же овал с изображением ладони, как и по обратную сторону преграды, но из-за охватившего меня волнения я не заметил его в тот момент, когда заходил в туннель. Тина долго не отнимала руку от стены, медленно проходили минуты ожидания, но плита так и оставалась неподвижной.

— Тина, возвращайся. Будем искать другой вариант, — медленно произнёс Конрад и поглядел на нас с Линдой.

— Что с люком, капитан? Почему он закрылся? — На лице Линды было написано недоумение. Это был ещё не испуг, а, скорее, небольшое замешательство. Мне показалось, что она не вполне осознала всю серьёзность сложившейся ситуации.

— Мне известно не больше Вашего, госпожа. Очевидно, наша попытка внедрения в информационную систему звездолёта спровоцировала какой-то запирающий механизм. Но это только моё предположение. Вы сами видели, что Тина не смогла открыть люк с помощью сенсорной панели.

— Может быть, датчики в панели, реагирующие на прикосновение, давно уже вышли из строя? — предположил я, хотя внутренне сам сомневался в своей гипотезе.

— Маловероятно… При постройке ковчег был специально оборудован самыми простыми, надёжными и долговечными контрольными системами.

— И что теперь? Каковы будут наши дальнейшие действия?

Конрад на мгновение замолчал, словно обдумывая, что ответить, и, повернувшись к пустующей дыре в стене, туда, где должен был находиться информационный экран, сказал:

— Сначала мы ещё раз попытаемся установить контакт. Аксель, снова подключи зонд!

Андроид вновь достал диагностический щуп и вставил его в гнездо разъема. Дисплей зонда не проявлял никаких признаков активности и оставался пустым.

По истечении долгих пяти минут Аксель нарушил наше напряжённое молчание:

— Капитан, зонд не реагирует. Я установил программу поиска по всем существующим параметрам. Возможны только два варианта: либо сигнал зонда прерывается и не поступает к мозгу ИскИна, либо корабельный ИскИн повреждён или отключен.

— Или же ИскИн сознательно не реагирует на наши запросы, — дополнил я его предположения.

— Кай, твои слова меня пугают! — произнесла Линда и нахмурилась. Я успокаивающе улыбнулся ей, думая о том, действительно ли я услышал тревогу в её голосе, или мне только так показалось?

— Не будем строить догадки. Пока у нас есть только два достоверных факта. Первый — ИскИн ковчега не отзывается на наши сигналы, второй — генераторы силового поля по-прежнему функционируют. И, кстати, не только они. Системы освещения и воздухообеспечения звездолёта тоже в норме. Так что, не будем терять надежды!

Эти слова капитана приободрили меня и Линду. Я заметил, что черты её лица за пластиной шлема немного смягчились.

— Так как контакт установить пока не удаётся, и автоматика люка не реагирует на тактильный сигнал, попытаемся прорезать отверстие в плите, чтобы иметь хоть какую-то возможность выбраться отсюда. — Конрад указал пальцем на Боло. — Доставай резак, поставь его на полную мощность и попытайся проделать сквозное отверстие примерно с человеческий рост.

Боло кивнул и сбросил со спины свой рюкзак — он был единственным из нашей группы, кто нёс снаряжение за плечами. В начале я не придал этому факту особого значения, полагая, что у него там исследовательское оборудование, но теперь я получил возможность увидеть, что же это было на самом деле. Андроид начал доставать содержимое рюкзака, состоявшее из коротких и толстых цилиндров, небольших кубов, рукояти и гибких трубок. За несколько секунд он собрал из всех этих деталей конструкцию странного вида, напоминающую чем-то древнее стрелковое оружие, какое мне уже доводилось видеть в одном из миров Игры, но только там оно обладало намного большими размерами.

Покончив со сборкой, он вскинул получившийся в итоге аппарат на плечо и двинулся быстрым шагом в сторону плиты. За несколько шагов до неё он остановился, расставил широко ноги и направил резак на преграду. Ослепительный белый луч вырвался из устройства и впился в поверхность люка. Раздалось шипение, повалил густой жёлтый дым, и материал в том месте начал медленно плавиться.

Последовавшие за этим события ошеломили всех нас. Внезапно пол позади фигуры Боло разомкнулся, и из образовавшегося в нём узкого проёма появилась и стала стремительно выдвигаться вверх новая плита, отсекая тот участок, где находился андроид, от нашей группы и остального туннеля.

— Боло, назад! — услышал я встревоженный крик Конрада.

Андроид повернул голову к нам, не переставая при этом обрабатывать плиту лучом. Его широкое, скуластое лицо выражало удивление, но среагировать каким-либо образом он уже не успел. Стена моментально сомкнулась с потолком, наглухо перекрыв проход.

Одна из девушек-андроидов бросилась к возникшей преграде, и вслед за этим в моих ушах прозвучал резкий приказ капитана:

— Стоять! Лена, немедленно возвращайся к отряду!

Она ненадолго замешкалась, словно в ней происходила какая-то внутренняя борьба, но потом, бросив последний взгляд в сторону препятствия, покорно вернулась к нам. Несмотря на дикость ситуации, я продолжал отчётливо регистрировать всё, что происходило вокруг, и мне запомнился её странный, потерянный взгляд, и это никак не вязалось с тем бесстрастием, какое царило раньше на лицах андроидов. Другая девушка, Сара, подошла к ней и мягко погладила её по плечу. Поведение Сары поразило меня. Её действия выглядели совсем как у людей — как проявление участия и сопереживание горю. Я никак не ожидал от андроидов таких, обычно присущих лишь человеку, поступков.

— Конрад, мы должны вернуть его! — Резко прозвучал взволнованный возглас Линды.

— Госпожа, нам надо всем сохранять спокойствие. В данный момент мы всё равно ничем не можем ему помочь.

— Но мы обязаны пробиться к нему!

— У нас нет такой возможности. И я не думаю, что с Боло случится что-нибудь плохое. Мы все видели, как материал люка плавится от энергии луча. Это означает, что с помощью резака он сможет проникнуть в шлюзовую камеру и затем перейти на челнок. По всей видимости, новая плита, скрывшая его от нас, не поддаётся термическому воздействию, иначе Боло уже прорезал бы в ней дыру.

— Но что будет с нами? Как мы теперь вернёмся на станцию?

— Госпожа, Боло приведёт с собой других андроидов, и они вызволят нас отсюда. Наш отряд, проникнув сюда, уже доказал то, что раньше было только гипотезой: шлюзы «Прометея» пропускают не только людей, но и андроидов тоже. ИскИн станции направит запрос на Марс, и там снарядят большой отряд андроидов со всем необходимым оборудованием. Они обязательно пробьются к нам. Главной проблемой до сегодняшнего дня был неприступный внешний материал оболочки ковчега. Но если шлюзы будет открыты — а я не вижу препятствий для этого — то наше спасение лишь вопрос времени.

Я снова позавидовал его самообладанию. Даже при таких неясных обстоятельствах он не утратил способность мыслить логически. Его речь укрепила во мне веру в благополучный исход нашей экспедиции. Но продолжалось это недолго. Уже следующие слова Линды вновь пошатнули моё душевное равновесие:

— Вот только времени у нас мало, Конрад! Запаса кислорода в скафандрах хватает максимум на двадцать четыре часа. Даже если мы решимся дышать воздухом звездолёта, не стоит забывать об излучении преобразователя материи. Каждая лишняя минута, проведённая здесь, может стать губительной для нашего организма. Теоретически…

— Линда, капитан всё равно не может повлиять на ситуацию. Мы же оба знали, на что идём! — перебил я её, решив прийти на помощь Конраду.

— Согласна, Кай. Но я боюсь не за себя, мне жаль, что я втянула тебя в эту авантюру.

Я опешил. Это было уже слишком для моего самолюбия!

— Линда! Я уже не мальчик и способен сам решать, что важно для меня в этой жизни, а что нет! Моё решение было добровольным.

— Ещё раз прошу всех успокоиться! — Твёрдый голос Конрада поубавил мой пыл, и я нашёл в себе силы замолчать. Линда, похоже, тоже взяла себя в руки. Андроиды окружили нас и внимательно смотрели на капитана в ожидании дальнейших действий или команд с его стороны.

Он обвёл всех нас пристальным взглядом и сказал:

— Прошу принять к сведению, что время, изначально предусмотренное для проведения сегодняшней операции, уже истекло. Вскоре ИскИн начнёт самостоятельно предпринимать все необходимые меры для нашего вызволения отсюда, независимо от того, сможет ли Боло вернуться на челнок и отправиться обратно на станцию или нет. Учитывая сложившиеся обстоятельства, у нас есть две возможности. Первая — мы остаёмся на этом месте и ждём развития событий, вторая — продолжаем экспедицию, то есть идём дальше исследовать ковчег, оставив здесь сигнальный маяк с сообщением для следующего отряда, который должен будет прийти к нам на помощь. Господин Руссов, госпожа Тояма, решение за вами. Ваше слово для нас — закон!

Сказав это, он приложил свою правую ладонь ко лбу, потом к левой стороне груди и поклонился мне с Линдой. Эти манипуляции, знакомые нам ещё со времени пребывания на марсианской станции, повторили за капитаном и остальные андроиды.

— А как бы поступил ты, Конрад? — спросил я.

— Наиболее разумное решение — оставаться здесь и ждать прихода спасательного отряда.

Я повернулся к Линде:

— Что скажешь? Лично мне кажется, что капитан прав. Но не скрою, второй вариант звучит более заманчиво.

Она задумчиво закусила нижнюю губу, не сводя при этом с меня озабоченного взгляда, и ответила:

— Я в смятении, Кай. С одной стороны, мой рассудок говорит мне, что правильным решением будет остаться здесь, но все мои чувства против этого. Я давно мечтала осмотреть ковчег, и это было моим единственным желанием за всё последнее время. Сейчас, когда мы наконец-то проникли сюда, останавливаться на достигнутом кажется мне малодушным. Моё сердце подсказывает, что мы должны идти дальше.

Я перевёл взгляд на наших спутников, пытаясь прочесть на их суровых лицах хоть какой-нибудь намёк на то, что они думают по этому поводу. Какие мысли возникают у них в эти минуты? На кого или на что возлагают они свои надежды? Но тщетно… Андроиды внешне абсолютно спокойно и бесстрастно ожидали наших распоряжений. Даже Лена, чьи эмоции в первые минуты после инцидента с Боло не ускользнули от моего внимания, стояла сейчас без движения, ничем не показывая своего волнения, печали, тревоги или какого-либо иного переживания. Я вдруг осознал, что всё сейчас зависит только от меня. Что все они ждут именно моих слов. И андроиды, и Линда поступят так, как скажу я. Впервые в жизни мне предстояло принять ответственное решение, которое могло кардинальным образом повлиять не только на моё собственное благополучие, но также на здоровье и даже жизнь другого человека. О будущем андроидов я тогда сильно не задумывался — меня больше заботила судьба Линды.

Ещё раз тщательно обдумав смелые слова девушки, я решил отвергнуть все сомнения и произнёс:

— Я готов рискнуть. Предлагаю продолжить экспедицию.

Во взгляде Линды промелькнуло облегчение, даже Конрад одобрительно кивнул и промолвил:

— Ясно, господин. Отправляемся в путь. Только, с Вашего позволения, я внесу небольшое изменение в мой прежний план. Мы не будем оставлять здесь сигнальный маяк. Вместо этого останется один из нас. Лена, ты будешь ждать здесь прибытие спасательного отряда или же наше возвращение. Всё это время я буду поддерживать непрерывную связь с тобой. Возможно, что проход в шлюзовую камеру снова откроется, и тогда с твоей помощью мы узнаем об этом.

Это звучало разумно, хотя мне не очень приглянулась перспектива сократить численность нашего отряда на ещё одного андроида. Но я не стал возражать, так как всё равно не мог предложить ничего лучшего.

Разговор закончился, решение было принято, и больше уже ничто не препятствовало продвижению вперёд. После скорого прощания с Леной — я лично пожал ей руку, а Сара и даже Линда обняли её, наш отряд двинулся дальше. Через некоторое расстояние туннель резко сворачивал, и, миновав поворот, мы окончательно потеряли Лену из вида. Лишь только голос её иногда ещё раздавался у нас в шлемах, в те короткие мгновения, когда она отвечала на периодические вопросы капитана о ситуации на текущий момент.

Прошло примерно полчаса с начала нашего марша по длинному и пустому туннелю, когда нам встретилось первое боковое ответвление от основного хода. Оно уходило вдаль и затем тоже сворачивало в сторону, по этой причине мы не могли видеть чем и как оно заканчивается. После короткого совещания мы решили продолжить путь по главному туннелю, полагая, что рано или поздно он неминуемо приведёт нас в один из крупных отсеков звездолёта. Вскоре нам стало попадаться всё больше подобных ответвлений по обе стороны туннеля, но мы твёрдо решили придерживаться заданного курса и шли дальше, не останавливаясь и не сворачивая с него. Отряд вытянулся в цепочку с расстоянием в несколько шагов между каждым из нас: первым шёл Аксель, последней в группе была Тина.

В течение длительного времени мы сохраняли молчание — лишь шорох шагов и наше размеренное дыхание нарушали тишину — и только что прошли очередное ответвление, как вдруг в наших шлемах прозвучал встревоженный возглас Тины:

— Капитан, мне кажется, я видела, как чей-то силуэт промелькнул в боковом проходе!

Глава 9

Конрад резко вскинул руку, одновременно вслух приказывая всем остановиться, и тотчас же направился к Тине. Я вместе с Линдой присоединился к ним и замер у широкого круглого проёма, служившего входом в боковое ответвление. Мы вчетвером наблюдали ту же самую картину, как и на всём пути нашего следования, — уходящий вдаль, хорошо освещённый туннель с однообразными и в некоторых местах повреждёнными стенами.

— Что ты увидела, Тина? — спросила Линда девушку-андроида.

— Госпожа, Вы видите, что впереди проход так же сворачивает под углом, как и все предыдущие. Мне кажется, он не просто уходит в сторону — там должна быть развилка. Несколько минут назад я заметила, как что-то, вернее, кто-то пересёк туннель в том месте. К сожалению, детально рассмотреть данный объект мне не удалось. Он передвигался с достаточно высокой скоростью.

— Если тебя не обмануло зрение, то это фактически означает, что на «Прометее» есть ещё кто-то живой, кроме нас? — высказал я вслух, наверное, нашу общую мысль.

Линда торжествующе улыбнулась мне, и интерес в её широко распахнутых глазах сменился восторгом:

— Кай, это грандиозно! Если ковчег действительно обитаем, то это всё меняет! Абсолютно всё!

— Я бы не стал торопиться с выводами, госпожа. Нам известно, что некоторые автоматические системы ковчега до сих пор исправно выполняют свои функции. Без регулярного технического обслуживания это неосуществимо. Вполне возможно, что тот движущийся объект, который наблюдала Тина, на самом деле является специальным обслуживающим роботом или каким-нибудь другим автономным аппаратом.

Здравый смысл, звучавший в этих словах Конрада, снова вернул нас на землю…

— Что же будем делать, капитан? — теперь уже более спокойно спросила Линда. — Может, следует отправить кого-нибудь из твоих андроидов на разведку в этот туннель?

— Мне бы не хотелось разбивать наш отряд. Я считаю, что мы должны держаться вместе, хотя бы первое время. Предлагаю не отклоняться от намеченной цели и идти по прежнему маршруту.

— Решаешь ты… Ты командир отряда. Мы с Каем не станем препятствовать тебе в этой роли… — Несмотря на эти слова, от меня не скрылись нотки сожаления в её голосе

Мы продолжили наше путешествие по главному туннелю и вскоре обнаружили, что он в итоге — так же, как и все его боковые ответвления, — резко уходит в сторону. Рядом с поворотом, Аксель, шедший впереди отряда, наткнулся на ещё один информационный экран, точнее, на то, что от него осталось. Вся группа собралась у развороченного коммуникационного устройства.

Пока мы молча разглядывали зияющее отверстие в стене и повреждённую панель управления под ним, капитан промолвил:

— Судя по разрозненным данным из архивов, сохранившихся на Земле, на этом звездолёте было установлено много экранов. Они в основном предназначались для обмена информацией с корабельным ИскИном и управления некоторыми служебными системами на ковчеге.

— Это уже второй экран, уничтоженный таким варварским способом. Мне это кажется довольно странным, — заметил я.

— Вероятно, они были уничтожены ещё во время захвата «Прометея» марсианами. Но, может быть, что и гораздо позже. Кто знает, какие страсти бушевали здесь в последующие годы… — задумчиво протянула Линда.

Внимательно рассматривая останки информационного экрана, я — а вместе со мной и остальные члены отряда — стоял спиной к повороту туннеля, находившегося прямо по курсу нашего следования, поэтому оказался не в состоянии своевременно заметить надвигающуюся опасность.

Внезапно раздался пронзительный свист, и краем глаза я заметил, как что-то пронеслось мимо меня в воздухе, а затем услышал глухой звук удара. Сара, стоявшая рядом со мной, отлетела назад и покатилась кубарем по полу туннеля. В следующую секунду то же самое повторилось и со мной. Я почувствовал тяжёлый удар в живот и жёстко упал на спину, инстинктивно вскинув руки вперёд. Тут же мне на грудь вспрыгнул какой-то мохнатый, маленький, но сильный зверь и, необычайно широко разверзнув свою пасть, вцепился мощными клыками в мой шлем. Сквозь пряди шерсти, свисающие с его морды, на меня смотрели дикие, полные злобы глаза, а короткие когтистые лапы существа яростно пытались разорвать материал скафандра у меня на груди. Схватив его тело руками, я попытался оторвать зверя от себя, но он по-прежнему крепко держал шлем клыками, бил лапами по моему телу и свирепо рычал.

Я не видел, что происходило вокруг меня, так как морда животного полностью закрывала мне обзор, и помимо этого, слюни, обильно выделяющиеся из его пасти, растекались по прозрачному материалу моего шлема, ухудшая и без того почти нулевую видимость. Я не мог видеть, но зато мог хорошо слышать. Сквозь рычание до меня доносились крики, стоны, звуки ударов и странные щелчки, которые, как я узнал уже позднее, были выстрелами из парализаторов.

Вдругтело зверя обмякло, его лапы перестали судорожно царапать мой скафандр, и хватка челюстей ослабла. В следующее же мгновение он свалился с меня, а я смог сесть и стереть перчаткой мерзкую слюну со шлема.

Картина, представшая моему взору, походила на какой-то кошмарный сон. Вокруг меня велась настоящая битва андроидов с животными: пол туннеля был усеян неподвижными, возможно, парализованными тушками зверей, причём одна из них — это был, скорее всего, тот самый зверь, который ранее сбил меня с ног и пытался прокусить мой шлем, — лежала неподалёку от меня. Рядом, практически у моих ног, стоял на одном колене Джон и, сжимая обеими руками парализатор, стрелял в других зверей, с остервенением набрасывавшихся на яростно отбивающихся от них андроидов. Оглянувшись, я увидел, что Линда испуганно прижимается к стене, а Фрея, встав перед ней, прикрывает её своим телом и безостановочно стреляет из парализатора.

Остальные андроиды нашего отряда дрались руками и ногами, били и расшвыривали животных в стороны. Вероятно, они даже не успели достать своё оружие, в отличие от наших с Линдой телохранителей. В царящем хаосе из мельтешащих зверей и андроидов мне удалось разглядеть, как Аксель схватил одно из существ за задние лапы и, размахнувшись с высоты всего своего роста, плашмя ударил его об пол. Хрустнули кости, и покалеченное животное, жалобно заскулив, судорожно задёргалась, но тотчас другой зверь прыгнул андроиду на спину, чтобы затем сразу же упасть вниз после своевременного выстрела Джона. Несмотря на тот факт, что сражающиеся андроиды постоянно перемещались, Джон и Фрея стреляли на удивление метко, попадая выстрелами только в тела зверей. Я мысленно возблагодарил ИскИнов за то, что они обеспечили мне и Линде такую надёжную защиту.

Постепенно всё больше существ оставалось лежать бездыханными на полу, и во мне уже затеплилась надежда на благополучный исход этого сражения, но тревожный возглас Конрада положил конец моим иллюзиям:

— Внимание, я вижу людей! Они атакуют!

Он был сейчас ближе всех к повороту туннеля, откуда ранее на нас набросились злобные животные, поэтому первым успел заметить приближение нового противника. Капитан начал говорить ещё что-то, но я уже не смог разобрать его слов, так как они были заглушены яростными воплями напавших на нас людей.

Джон, по-прежнему находившийся рядом со мной, свалился на пол как подкошенный, и все стоявшие впереди андроиды повторили его участь. Около меня упал круглый предмет размером с яблоко — мне не составило особого труда догадаться, что это один из метательных снарядов, при помощи которых были сбиты с ног андроиды. Я плашмя прижался к полу, чтобы не стать очередной мишенью, и лихорадочно думал, чем же можно вооружиться. Между тем нежданные враги были уже в нескольких шагах от нас. Они бежали беспорядочной толпой, громко вопя и размахивая предметами различной формы и длины, использовавшимися ими в качестве оружия. Всё произошло так быстро, что я даже не успел как следует их разглядеть. Я видел только стремительно бегущие фигуры людей, одетые в странные лохмотья или же частично обнажённые, при этом некоторые из них имели длинные косматые волосы, а головы других, напротив, были абсолютно лысыми.

Снова защёлкали парализаторы. Андроиды, видимо, уже частично оправились от ударов метательных снарядов, и первые враги стали падать на пол. Но это обстоятельство не остановило остальных. Они перепрыгивали через тела своих недвижимых товарищей и с душераздирающими воплями набрасывались на наших защитников. Один из них, очень крупный и высокий, вооружённый огромным боевым топором, бросился вдруг в моём направлении. Чтобы помешать ему пробиться ко мне, на пути у него встал Аксель и направил парализатор тому в грудь. Но, к моему смятению, выстрела не последовало, и у меня похолодело всё внутри, так как я сразу понял, что андроид уже израсходовал весь свой боекомплект.

Этот эпизод навсегда остался в моей памяти… Противник на всей скорости врезался в андроида и сбил его с ног, а потом, взобравшись на него, прижал своим коленом к полу руку Акселя, в которой тот держал парализатор, и нанёс кулаком мощный удар по шлему. Я увидел, как голова андроида резко откинулась назад и ударилась затылком об пол. После этого мужчина схватился обеими руками за рукоять своего оружия, широко размахнулся и всадил лезвие топора в лицевую поверхность шлема. Несмотря на то, что он был изготовлен из прочного материала, шлем раскололся, как скорлупа ореха, и топор глубоко вонзился в голову Акселя. Без промедления убийца вытащил топор из черепа андроида и, подняв голову, посмотрел дикими глазами в мою сторону. Злобная ухмылка исказила его уродливое лицо с непомерно большим носом, кривыми зубами и отвисшей губой.

Я не мог оторвать от него взгляда, от его мощного полуобнажённого торса и топора в руках, с лезвия которого на пол падали кровавые капли и желеобразные красноватые ошмётки. В ту минуту я с содроганием подумал, что стану следующей жертвой. Всё происходило слишком быстро, я не замечал ничего вокруг себя и видел только свирепого врага передо мной. Весь мир сузился в моих глазах, как будто только мы двое существовали в это мгновение во всей Вселенной. Обитатель ковчега перешагнул через труп андроида и устремился ко мне. Я вскочил на ноги, осознав, что всё это время оставался сидеть на полу в роли безучастного зрителя, и в душе уже приготовился умереть.

Неожиданно справа от меня застрекотал парализатор, бешеный взгляд отвратительного убийцы Акселя моментально остекленел, и он всем телом шумно грохнулся прямо мне под ноги… Я совсем забыл о Джоне, а ведь он всё ещё находился рядом со мной и оберегал меня! Волна невероятного облегчения прошла по моему телу. Лишь благодаря моему верному телохранителю я смог избежать ужасной смерти!

К своему стыду, я вспомнил, что, думая только о своей безопасности, совсем упустил из виду Линду, и осмысление этого нелицеприятного факта придало мне новых сил. Взглянув в ту сторону, где последний раз видел девушку, я обнаружил тревожную картину. Линда, скорчившись и закрыв голову руками, сидела рядом с развороченным информационным экраном, а перед ней, широко расставив ноги для устойчивости, стояла Фрея с двумя парализаторами в руках и стреляла в дерущуюся толпу. У меня промелькнула мысль о том, что у неё, как и у всех остальных андроидов, должен был быть только один парализатор в наличии, но когда я посмотрел на распростёртые у её ног тела, мне тут же стало ясно, где она добыла второй.

Среди полуголых людей диковатого вида лежало, прислонившись спиной к стене, одно тело, облачённое в скафандр. Голова в шлеме была обращена лицом ко мне, и прямо из него торчало короткое древко копья. Остриё копья пробило пластину шлема и вошло точно в глаз Сары…

Наверное, именно это жуткое зрелище — труп Сары с пробитым глазом, отстреливающаяся от врагов Фрея и скорчившаяся от страха Линда — вызвало во мне столь радикальную перемену. Как-будто что-то переключили у меня в голове. Страх прошёл, и вместо него возникло необычайно сильное чувство, дотоле мне неведомое, которое я впоследствии интерпретировал как ярость.

Слыша за спиной щелчки парализатора Джона, я наклонился и подобрал с пола топор, сразивший Акселя. Оружие было слишком велико и тяжело для меня, так что мне пришлось ухватиться обеими руками за его толстую деревянную рукоять. Я направился к Линде и Фрее, видя периферийным зрением, как Джон идёт вслед за мной, прикрывая мне спину. Помню, тогда мне показалось странным, что я совсем не слышу приказов Конрада и вообще каких-либо сообщений от андроидов, только визги, звуки ударов металла о металл и частые выстрелы. Позже, после боя, я понял причину: врагов было так много, и бились они с таким упорством, что времени на переговоры попросту не оставалось. Каждый из андроидов молча и ожесточённо боролся за свою жизнь, но, прежде всего, за меня и Линду.

Откуда-то сзади неожиданно вылетел метательный снаряд и врезался Фрее в живот, заставив её согнуться от резкого удара. Хотя это оружие не обладало большим поражающим эффектом, оно всё-таки на мгновение лишило андроида возможности оказывать активное сопротивление. Увидев это, двое находившихся неподалёку дикарей — судя по их внешнему виду, это определение достаточно точно характеризовало эти создания — торжествующе взревели и устремились к девушкам. Как будто красная пелена застлала в тот момент мои глаза. Я ринулся вперёд с такой скоростью, на какую был только способен.

В мгновение ока я оказался у них за спиной и изо всех сил обрушил свой топор сначала на голову первого, — она треснула со смачным звуком словно спелый арбуз, — а затем, быстро вырвав лезвие из его расколотого черепа, сразу же вонзил его по косой траектории в шею второго. Режущая кромка была настолько острой, что оружие вошло в шею, как горячий нож в масло, и моментально отделило голову от корпуса. Лысая, шишковатая голова с глухим стуком упала на пол, и спустя короткое мгновение обезглавленное тело последовало за ней, выплёскивая бурным фонтаном алую кровь из омерзительной раны.

Я остановился, тяжело дыша, и ошеломлённо смотрел на трупы убитых мной врагов, не веря своим собственным глазам. Словно издалека до меня донеслись успокаивающие слова Джона:

— Господин, с Вами всё в порядке? Мы победили. Все враги повержены… Вы можете отдать мне топор.

Постепенно до меня начал доходить смысл слов андроида, но я ещё не мог разжать пальцев, крепко державших древко топора. Взглянув вперёд, я увидел Линду — живую и невредимую. Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами, полными то ли ужаса, то ли отвращения, а затем резко отвернулась и её вырвало прямо в шлем. Фрея уже снова была на ногах и заботливо склонилась над ней, совершая какие-то манипуляции со скафандром девушки.

Я наконец-то разомкнул руки и отдал окровавленный топор Джону. Тут же, словно моё тело только и ждало этого сигнала, меня начала бить крупная дрожь. Я поднял трясущиеся кисти рук перед собой и с изумлением посмотрел на Джона.

— Это адреналин, господин. Не беспокойтесь. Нормальная реакция организма. Скоро пройдёт.

Он улыбнулся, наверное, чтобы приободрить меня, но мне это не особо помогло. Передо мной лежало два обезображенных трупа, и всего несколько минут назад они были живыми людьми из плоти и крови. Я сделал шаг в сторону и чуть не споткнулся об отрубленную мной голову, валявшуюся рядом в луже крови. Мне стало дурно и тоже чуть не стошнило, но тут я увидел Конрада, и это немного отвлекло меня от моих собственных переживаний. Во время боя он и Тина пробились до того поворота туннеля, из которого на нас нахлынула толпа дикарей, но уцелеть удалось только одному из них двоих…

Капитан стоял на коленях у неподвижно лежавшего тела девушки-андроида. Я с Джоном поспешил к нему, огибая на ходу распростёртые на полу туннеля тела обитателей ковчега и их животных. Когда мы оказались на месте, я увидел, что скафандр капитана запачкан кровью, а рядом с ним лежит короткий меч, широкий прямой клинок которого был полностью багровым от крови. Пол вокруг двух андроидов устилали тела убитых ими врагов с зияющими, кровавыми ранами, вперемешку с отрубленными конечностями. Мне стало не по себе, когда я увидел, какая жестокая бойня здесь разыгралась.

Конрад склонился над телом Тины, сжимая тонкую девичью ладонь в своих сильных руках. Её мёртвое, бледное лицо было настолько умиротворённым, что я сначала даже не понял, как она погибла, но тут андроид отстранился, и я заметил, что грудная клетка у неё глубоко вмята внутрь, будто от удара тараном.

— Что с ней произошло, капитан? — тихо спросил я.

Он, не выпуская руки Тины, кивком головы указал вправо от себя. Посмотрев в ту сторону, я увидел лежавший неподалёку труп человека гротескных пропорций. У него были короткие кривые ноги, но длинные, сильные руки, бочкообразная волосатая грудь и плечи необычайной ширины. Шеи практически не было, казалось, что маленькая, невероятно уродливая голова растёт прямо из плеч. В его животе разверзлась глубокая рана, из которой всё ещё сочилась кровь. В раскрытой ладони у него лежала деревянная палица с большим металлическим набалдашником, усеянным острыми шипами. Не трудно было догадаться, что именно этим орудием он и убил Тину.

Конрад поднялся на ноги и повернулся к нам с Джоном. Я вздрогнул от неожиданности, увидев, что шлем его пробит с одного бока, возможно, от удара копьём или мечём. Заметив мою реакцию, он кивнул и, отстегнув шлем, отбросил его в сторону.

— Теперь от него всё равно нет никакого толку, — ответил он на мой немой вопрос. — ИскИны хорошо позаботились о защите скафандра от всех возможных видов излучения, но почему-то недостаточно проработали способность материала шлема противостоять направленному ударному воздействию…

Я вспомнил о том, как мой собственный шлем совсем недавно настойчиво пытался прокусить один из маленьких, но очень агрессивных зверей и, быстро ощупав его руками, с облегчением убедился, что он по-прежнему цел, хотя сам прекрасно понимал, что автоматика скафандра мгновенно бы предупредила меня, если бы его герметичность была нарушена.

— Значит, отныне я не буду в одиночестве! — Вдруг резко прозвучал за моей спиной голос Линды.

Она вместе с Фреей незаметно подошла к нам, и когда я обернулся на звук её голоса, то у меня отвисла челюсть. Линда тоже стояла без шлема! Лицо её было совершенно спокойно, по всей видимости, она уже полностью справилась со своими эмоциями, и вид исковерканных тел не вызывал у неё уже такого ужаса.

— Ты спятила? Зачем ты сняла шлем? — набросился я на неё.

— После того, что я здесь пережила, мой сегодняшний завтрак вернулся тем же путём, по какому утром попал в желудок. К сожалению, шлемы наших скафандров не предусмотрены для таких случаев… Помимо этого, автоматическая система скафандров ещё в самом начале похода сообщила нам, что местный воздух вполне пригоден для дыхания. Теперь вот мне представилась возможность это проверить!

Если бы не ужасные и трагические события, приключившиеся с нами недавно, а также изрубленные трупы вокруг нас, я мог бы подумать, что это шутка. Но внимательно взглянув девушке в лицо, я обнаружил в глубине её глаз скорбь и тревогу. Несмотря на её бодрый тон, мне сразу стало ясно, что в данный момент Линде не так уж просто держать себя в руках, как это могло показаться со стороны. Я и сам был на взводе, и только спокойствие андроидов удерживало меня от чрезмерной реакции на это дикое и жестокое происшествие.

— Нам следует поторопиться! — мрачно произнёс Конрад. — Надо уходить. Одному из напавших на нас людей удалось бежать. Я видел, как он скрылся за поворотом в туннеле. Существует большая вероятность того, что он приведёт подкрепление, и тогда нам не поздоровится.

— Что ты предлагаешь? Прятаться? Может, нам следует вместо этого попытаться наладить контакт с ними? — неуверенно предложила Линда.

— В сложившихся обстоятельствах отступление — самый оптимальный вариант для нас. О контакте с обитателями ковчега мы можем подумать и позже. Когда будем в относительной безопасности…

Андроид обвёл нас тяжёлым взглядом и спросил:

— Что с Сарой и Акселем?

— Оба погибли, капитан, — тихо сообщил Джон.

— Плохо. Очень плохо… Но это ещё не последняя плохая новость на сегодня.

— Что ты имеешь в виду? — с тревогой в голосе спросила Линда.

— Лена. Мы оставили её у шлюза, и она всё время поддерживала связь с нами. Когда начался бой, она должна была прибежать к нам на помощь. Как видите, этого до сих пор не произошло. Я пытался вызвать её во время сражения, но так и не получил ответа.

— Может быть, на неё тоже напали? — предположил я.

— Вполне возможно. Нам надо удостовериться в том, что с ней всё в порядке. Поэтому мы пойдём в обратном направлении, примерно на половине пути остановимся у какого-нибудь ответвления от основного туннеля и затем направим одного андроида на поиски Лены… А сейчас я даю всем полчаса на то, чтобы осмотреть тела напавших на нас людей и подобрать себе подходящее оружие из их арсенала. Джон и Фрея дополните ваше снаряжение боекомплектом павших товарищей, если он ещё не израсходован. Я хочу, чтобы вы все, без исключения, хорошо вооружились. В первой же стычке с аборигенами мы потеряли троих андроидов. Такое не должно больше повториться! Рекомендую всем снять скафандры и оставить на теле только первые два слоя одежды. Без скафандров мы сможем передвигаться значительно быстрее.

Джон и Фрея без возражений начали снимать свои скафандры, и Линда присоединилась к ним. Я в растерянности смотрел на них, не зная, как на это реагировать.

— Кай, если ты не сделаешь это, то наверняка будешь задерживать всю группу в тот момент, когда от скорости передвижения будет зависеть наша жизнь, — попыталась убедить меня Линда.

— А как же излучение преобразователя материи? Ты забыла о нём?

— Я сильно сомневаюсь, что они могли бы защитить нас от него. Думаю, ИскИны сами не были уверены в способности скафандров препятствовать проникновению излучения… В связи с этим они и ограничили время нашего пребывания на ковчеге до тридцати минут. Давай, решай что-нибудь, Кай! Мы теряем драгоценное время.

Она кивнула в сторону троих оставшихся в живых андроидов — они уже освободились от своих скафандров, разбрелись по месту битвы и выбирали себе оружие. Я тихо выругался и расстегнул застёжку шлема, игнорируя предупреждение контрольной системы скафандра. То, что казалось мне раньше вполне логичным и разумным, теперь не имело никакого смысла. Чрезвычайные обстоятельства требуют чрезвычайных мер. Я отбросил в сторону шлем, спустя минуту за ним последовали скафандр и ботинки. Из верхней одежды на мне остался лишь лёгкий комбинезон, а ногах тонкая, но прочная внутренняя обувь, напоминавшая гимнастические чешки. Теперь я дышал воздухом ковчега, и он на первый взгляд ничем не отличался от воздуха внутри скафандра, если только не учитывать пронизывающее весь звездолёт излучение преобразователя материи. Присутствие этой незримой опасности не давала мне покоя, но ещё раз обдумав доводы Линды, я всё же нашел в себе силы отбросить тревожные мысли и сосредоточиться на более важных вещах на данный момент.

Выбирая себе оружие, я внимательно рассматривал дикарей, застывших в беспорядочных позах на полу, и всё больше поражался их внешнему виду. Все они поголовно имели какие-либо физические отклонения от нормального строения человеческого организма, при этом у большинства из них были непропорциональные части тела и обезображенные физиономии. Я не заметил ни одного человека с более-менее привлекательными чертами лица. Одеты они были в короткие кожаные штаны и куртки, на ногах — грубые ботинки на деревянной подошве или сапоги. Некоторые из них были босые и почти голые, только вокруг их талии было намотано что-то наподобие килта. Женщин среди нападавших не было.

Наконец я обнаружил именно то, что искал: один из дикарей сжимал в руке рукоять короткого меча с узким клинком и обоюдоострым лезвием. Я с трудом разжал его пальцы и вынул меч из руки. Оружие было прекрасно сбалансировано, а его стальной клинок — ровным и острым. Я подивился тому, как могли эти примитивные люди обладать оружием столь хорошего качества. Поборов чувство брезгливости, я снял ремень с ножнами с тела аборигена и, закинув себе на плечо, застегнул его по диагонали через грудь таким образом, чтобы ножны находились за спиной и не мешали мне при ходьбе.

Осторожно перешагивая через тела животных и людей, я подошёл к андроидам и Линде — они уже успели закончить с осмотром и теперь терпеливо поджидали меня. Все они вооружились клинковым оружием: Конрад — мечом, с которым он уже сражался во время недавней битвы, Джон — двумя короткими боевыми топорами, а Фрея завладела копьём и длинным ножом с широким лезвием, схожим по форме с мачете. Даже Линда неуверенно сжимала в руке нож с зазубренным лезвием. Кроме того, у каждого андроида висел на бедре парализатор.

Тщательно осмотрев наше с Линдой оружие, Конрад заявил:

— Вы сделали правильный выбор. Быть может, это оружие в будущем ещё спасёт ваши жизни. Постарайтесь не потерять его… Господин и госпожа, я прошу, чтобы вы сейчас следовали за мной — вам надо ещё кое-чему научиться. Осталось ещё одно очень важное дело, которое надо закончить перед тем, как мы уйдём отсюда.

Капитан привёл нас обоих к телу Тины и опустился на колени рядом с её головой. Мы с Линдой непонимающе уставились на него. У меня промелькнула странная мысль: неужели он хочет, чтобы мы стали свидетелями некоего прощального ритуала с погибшим андроидом?

— Органический мозг каждого андроида связан рецепторами с неорганическим, автономным блоком памяти — идентификатором, в котором сохраняется вся поступающая извне информация, а также поступки, слова и мысли андроида за весь период его жизни, — глядя на нас снизу вверх, сообщил Конрад. — Если после смерти носителя изъять блок памяти, то по информации, хранящейся в нём, можно частично воссоздать личность умершего андроида во вновь клонированном теле.

Мы с Линдой переглянулись. По её удивлённому взгляду я понял, что она, так же как и я, впервые слышит об этом.

— Я извлеку идентификаторы сначала у Тины, а затем у Акселя и Сары. Это несложная процедура. Смотрите, пожалуйста, внимательно, ведь может случиться так, что в будущем вам придётся проделать это с кем-нибудь из нас троих…

Капитан освободил голову Тины от шлема и повернул её набок:

— Блок памяти скрыт в правом ушном отверстии черепа. Чтобы его достать, надо вставить тонкий предмет, например палец, в слуховое отверстие и с силой вдавить его на всю глубину. После этого сработает миниатюрная пружина, идентификатор отсоединится от рецепторов и выскочит наружу.

Сообщив это, он тут же наглядно продемонстрировал свои слова. Я оторопело смотрел, как он быстрым движением вставил свой указательный палец в ушную раковину Тины и погрузил его до самого основания. Раздался глухой щелчок и, после того как Конрад вытащил палец обратно, из уха девушки-андроида появился узкий, небольшой цилиндр тускло-черного цвета. Мной овладело странное чувство: за короткое время моего общения с андроидами я уже постепенно начал воспринимать их почти как нормальных людей, но эта сцена вновь напомнила мне о том, что андроиды на самом деле не являлись ими, что они всего лишь искусственные биоорганизмы.

Конрад положил цилиндр в карман своего комбинезона и направился к телу Акселя. Мы последовали за ним, и когда я бросил взгляд на страшную рану убитого андроида, то меня буквально передёрнуло от отвращения. Линда сразу же отвернулась, стараясь не смотреть на нашего товарища, павшего столь ужасной смертью. Его голова была практически разрублена на две половины, и я подумал, что после такого удара идентификатор наверняка непоправимо повреждён. К моему удивлению, капитану всё же удалось достать цилиндр. Вероятно, эти блоки устанавливались не глубоко внутри черепной коробки андроидов, а располагались ближе к её поверхности.

Следующей на очереди была Сара. Конрад выдернул копьё у неё из глаза, отбросил оружие в сторону и затем ловко извлёк цилиндр из её головы. Блок памяти Сары быстро присоединился в кармане капитана к двум другим, уже находившимся там идентификаторам.

Я проследил взглядом за движениями его рук и сказал Линде:

— Как странно… Три маленьких, одинаковых цилиндра. Вот и всё, не считая мёртвых тел, что осталось от наших верных спутников.

— Не совсем одинаковых, господин. — Капитан достал идентификаторы из кармана и протянул их мне. — Посмотрите внимательнее и Вы заметите отличия.

Я взял один из трёх предметов, лежавших на ладони андроида, и тщательно осмотрел. Его тёмная и гладкая поверхность не была однородной — точно посередине идентификатора проходила неглубокая, узкая борозда, разделяющая цилиндр на две равные части. На одной половине мелким белым шрифтом были выгравированы две буквы — АР, а на другой я обнаружил четырёхзначное число — 1977.

— Вы держите в руках идентификатор Акселя, — сообщил Конрад. — Видите код из букв и цифр? Это инициалы носителя блока памяти и его порядковый номер. Код «АР1977» означает, что данный идентификатор принадлежит андроиду Акселю Рамиресу, его личный номер по классификации Центрального Марсианского Архива — 1977.

Изучив также блоки памяти Тины и Сары, я увидел соответствующие надписи и на них: ТР2018 и СР4124. Я протянул все три цилиндра Линде, и она принялась заинтересованно их рассматривать.

— Личной номер имеет какое-то особое значение? И почему такая большая разница в цифрах? Неужели численность членов гнезда Рамирес так велика? — засыпала она вопросами капитана.

— Личный или, как его ещё называют, порядковый номер — это просто свободное число, которое выдаёт компьютер при рождении каждого андроида. Я уверен, что никакого тайного смысла в нём нет. Чем руководствуется компьютер при выборе или определении номера, мне неизвестно. Инициалы и номер наносятся на поверхность цилиндра для визуальной идентификации личности андроида в случае возникновения непредвиденных обстоятельств.

— Не знаю… По двум буквам и четырём цифрам постороннему человеку наверняка будет трудно определить, кому принадлежал идентификатор… — с сомнением в голосе промолвила Линда.

— У любого ИскИна или киборга, имеющего доступ к хранилищам информации Центрального Марсианского Архива, расшифровка кода не займёт много времени, — заметил Конрад. — А вот у нас с вами, кстати, остаётся всё меньше времени. Напоминаю, нам лучше не задерживаться здесь.

Линда согласно кивнула и вернула цилиндры капитану.

— Ну вот и всё. Дело сделано, теперь можем уходить, — с видимым облегчением обронил он и уже было направился к поджидавшим нас андроидам, как был остановлен неожиданной фразой Линды: — Конрад, мне кажется неправильным, что мы бросаем тела наших товарищей здесь.

— Линда, что ты предлагаешь? Взять их с собой? Похоронить? Где и каким образом? — изумился я. В данных обстоятельствах её замечание показалось мне абсолютно лишённым здравого смысла.

— Сама не знаю, но я считаю, что это неправильно. Впрочем, вообще всё, что здесь происходит — всё неправильно… Хотя ты, конечно же, прав. Забудьте лучше мои поспешные слова, мы уже точно ничего не можем сделать для них…

— Госпожа, для нас, андроидов, наши собственные тела не так важны, как для вас, людей. Мы всегда можем подобрать замену телу, если блок памяти остался в целости и сохранности. Не сомневайтесь, мы возродим наших товарищей, когда выберемся отсюда и вернёмся на Марс. Гнездо Рамирес вновь восстановит свою численность!

Я взглянул на андроида, силясь понять, верит ли он сам своим словам или просто пытается нас утешить. Но по его лицу, как обычно, трудно было определить, что он думает на самом деле. Кивнув ему, Линда решительно откинула волосы со лба и первой из нас отправилась к Джону и Фрее.

Когда мы опять собрались все вместе, Конрад объявил:

— Итак, мы придерживаемся прежнего плана — идём на встречу с Леной. Первым иду я. Последним в отряде будет Фрея. Джон и Фрея, держите пистолеты наготове и в случае нападения берегите заряды. Я подсчитал, что нас атаковало сорок людей и двадцать пять животных. ИскИны явно не рассчитывали на такое развитие событий, когда выдавали нам снаряжение.

Я подумал о том, что он уже не в первый раз называет парализаторы пистолетами. Насколько мне было известно, назначение и функции у этих двух видов вооружения были совершенно различными и, зная педантичность капитана андроидов, мне показалось довольно странным, что он допускает неточность, говоря об оружии…

— Капитан, прежде чем мы отправимся в обратный путь, я хотела бы донести до всех одну очень важную мысль, — твёрдо заявила Линда. — Я не желаю и думаю, что Кай тоже поддержит мои слова, чтобы подобная бойня повторилась снова! Хотя у нас теперь есть в наличии древнее режущее оружие, мы всё-таки обязаны ограничиваться только парализаторами, нам нельзя больше допускать жертв из числа жителей ковчега. Даже если они первыми нападают на нас, мы не должны забывать, что это тоже люди. Мы не вправе лишать их жизни. Жизнь человека бесценна!

Мне было ясно, что её слова относятся и ко мне, ведь я своими собственными руками отправил двоих дикарей на тот свет.

Наверное, моё смятение было явно написано у меня на лице, так как Линда решила несколько смягчить тон:

— Я всё понимаю, это было продиктовано необходимостью, но постарайтесь, пожалуйста, впредь избегать таких экстренных мер. Кстати, Конрад, когда все эти люди — те, кого вы не убили их же оружием, очнутся? Когда закончится действие парализаторов?

Джон и Фрея смущённо переглянулись, а их капитан спокойно взглянул девушке прямо в глаза и жёстко произнёс:

— Госпожа, у нас изначально не было в наличии парализаторов. Оружие, известное Вам под названием «парализаторы», на самом деле — боевые импульсные пистолеты. Абсолютно все люди и животные, которых Вы видите лежащими на полу, мертвы!

Глава 10

У Линды от возмущения покраснело лицо и округлились глаза, она явно хотела что-то сказать, но так и застыла с раскрытым ртом, пытаясь справиться с нахлынувшими на неё эмоциями. Я был ошарашен не в меньшей степени… Из уст андроида прозвучало чудовищное заявление, в которое цивилизованному человеку было трудно поверить.

— Что ты несёшь, Конрад? — возмутился я. — Как могла произойти такая дикая ошибка?

— Это не ошибка, господин. О том, что вместо парализаторов будут использоваться импульсаторы, мы, андроиды, узнали только в последний день перед экспедицией.

Тут меня осенило! Я вспомнил выражение лица Конрада, когда оказался свидетелем его разговора с представителем ИскИна станции «Поиск».

— Ты об этом разговаривал с киборгом перед его встречей со мной?

— И об этом тоже…

— Это же прямое нарушение закона! Если то, что ты сейчас нам сообщил, действительно правда, то ИскИнам Комиссии Совета придётся ответить за этот бесчеловечный поступок перед Контрольным Комитетом! — Линда, наконец-то, обрела дар речи. — Я, как Наблюдатель, лично позабочусь об этом!

— По всей видимости, обеспечение Вашей безопасности и безопасности господина Руссова намного важнее для ИскИнов, чем соблюдение буквы закона, — рассудительно заметил капитан.

— Конрад, а как ты мог пойти на такое? Почему не отказался, когда ИскИны донесли до тебя это решение? — Голос Линды дрожал от возбуждения.

— Потому что ваша безопасность так же и для нас стоит превыше всего. Кроме того, кто-то же должен выполнять грязную работу. Для этих целей ИскИны и выбрали нас, андроидов…

Прозвучала ли в его голосе скрытая обида? Досада? Или какое-то другое, похожее чувство? А может, что было бы вообще невероятно, затаённая злость? В тот момент я осознал, что услышал в интонации голоса андроида и увидел в его взгляде что-то такое, что смутило меня и посеяло первый росток сомнений в моей голове.

Мы с Линдой растерянно замолчали, размышляя над смыслом его слов, причём я заметил, что ей это далось намного труднее, чем мне. По тому, как напряглось её тело, я догадался, что она готовит новые аргументы и, возможно, уже хочет обрушить очередные обвинения на, по моему мнению, ни в чём не повинных андроидов, но капитан сам предотвратил эту попытку:

— Нам пора отправляться в путь. Мы и так потеряли много времени. У нас ещё будет возможность досконально всё обсудить.

Я мягко прикоснулся к руке девушки:

— Конрад прав. Мы должны идти, если не хотим ещё раз попасть в такой переплёт.

Линда пристально посмотрела на меня и недовольно нахмурилась, но затем всё же смирилась с неизбежным и утвердительно кивнула головой. Я вздохнул с облегчением — мне, как и капитану, тоже уже начало казаться, что мы непростительно долго остаёмся на одном месте. В любую минуту могли появиться новые, враждебно настроенные обитатели ковчега, а в данный момент встречи с ними мне хотелось меньше всего.

— Больше нам здесь делать нечего. Мы уходим. Следуйте за мной! — громко распорядился Конрад.

Впятером мы отправились в обратный путь. Со стороны наша группа, наверное, представляла собой довольно странную картину — два человека и три андроида с импульсаторами, мечами, копьём, ножами и топорами в руках. Капитан андроидов задал быстрый темп, и мне пришлось перейти с торопливого шага на бег трусцой. Вскоре мы пробежали уже примерно половину пути в обратном направлении, и всё это время я мимоходом смотрел в проёмы боковых переходов, пытаясь разглядеть там потенциальную опасность, но, к счастью, так и не заметил ничего необычного.

Вдруг Конрад резко остановился у очередного ответвления и, подождав, пока я и Линда вновь восстановим наше дыхание, ведь мы были далеко не такими выносливыми, как наши спутники, сообщил:

— Основная группа остаётся сейчас у этого входа в боковой туннель, а ты, Фрея, отправляйся на поиски Лены. Аудиосвязь будем поддерживать с помощью персональных коммуникаторов. Неизвестно сколько времени нам ещё придётся провести на ковчеге, поэтому в целях сбережения энергии приборов приказываю отключить функцию передачи видеосигнала.

Я бросил взгляд на его руку и заметил на запястье капитана тонкую ленту браслета-коммуникатора, схожего с теми, какие обычно были в употреблении у людей на Земле. Посмотрев на руки остальных андроидов, я увидел такие же браслеты и у них. Теперь, когда все оказались без скафандров, только эти устройства позволяли им коммуницировать друг с другом на расстоянии. Мы с Линдой заменили наши личные коммуникаторы кольцами-контроллерами на марсианской орбитальной станции, но андроидам иметь такие изысканные средства связи, как у нас, видимо, не полагалось.

Молча выслушав слова своего командира, Фрея коротко кивнула и стремглав бросилась в путь, ведущий к шлюзовой камере. Я, Линда и Конрад зашли в боковой туннель и, расположившись недалеко от входа, приготовились ждать там известий от Фреи. Джон остался следить за обстановкой снаружи.

— Конрад, мы потеряли контроль над событиями. Всё пошло совсем не так, как задумывалось. Как могли ИскИны так просчитаться? — спросил я андроида, хотя в душе понимал, что на этот вопрос у него нет определённого ответа.

— Мы были застигнуты врасплох. Никто не мог всерьёз предположить, что ковчег обитаем.

— Однако парализаторы всё же были заменены на смертоносное оружие. Чем это объяснить? — с недоумением произнесла Линда. — Неужели ИскИны всё-таки догадывались о наличии такой угрозы?

— Я не могу знать, чем руководствовались ИскИны, госпожа. Они не посвящают нас, андроидов, в свои планы, когда принимают решения, — угрюмо ответил Конрад.

— Догадывались ли они об этом или нет — сейчас уже не так важно, Линда, — заметил я. — Для нас имеет значение лишь тот факт, что на звездолёте живут люди.

— Ты прав, Кай. Им как-то удалось выжить. Но ведь это просто уму непостижимо! Каким образом развивалось их общество за всю эту тысячу лет? Мы обязательно должны попытаться изучить их!

— Если всё их общество состоит из людей, подобных тем, какие на нас напали, то у меня нет особого желания знакомиться с ними поближе…

— Мы не в праве осуждать их. Они, скорее всего, умственно деградировали до первобытного уровня развития. Их недавнее нападение на нас — естественная реакция на появление чужаков, представляющих для них потенциальную угрозу.

— Линда, а ты заметила, что они почти все ненормальные? Я имею в виду их внешность.

— Да, я внимательно их рассмотрела. Здесь явно прослеживается влияние излучения преобразователя материи и, что вполне закономерно при проживании замкнутой группы людей на ограниченной территории, возникновение мутаций у потомства вследствие близкородственных половых связей.

— Но ведь ковчег огромен, да и количество людей, населявших его с самого начала, было немалым, — возразил я.

— Мы же не знаем, насколько далеко простирается обитаемая территория, и какова на данный момент численность населения корабля. Кстати, что скажешь о тех животных, которые первыми набросились на нас?

— Скажу только одно — мерзкие твари! Одна из них пыталась прокусить мой шлем, и ей почти удалось сделать это. Спасибо Джону за то, что он избавил меня от этого отвратительного зверя.

— Мне кажется, что это какой-то мутировавший вид собак. Эти звери очень на них похожи.

— Ты про бывших домашних любимцев древнего человека?

— Капитан, я на месте. — Внезапно прервал нас звонкий голос Фреи, раздавшийся из браслета Конрада.

— Докладывай, что видишь? — тут же отреагировал андроид.

— Лены здесь нет. Никаких следов её присутствия. Монолитная плита по-прежнему перекрывает проход к шлюзовой камере.

— Ясно! — Конрад бросил тревожный взгляд на меня с Линдой. — Этого и следовало ожидать… Фрея, сейчас же возвращайся к нам. Немедленно!

— Проклятье! — Я не мог сдержать обуревающих меня эмоций. — Мы здесь в ловушке!

— А что с Боло? Очевидно, ему так и не удалось выбраться с ковчега и привести с собой помощь? — растерянно спросила Линда.

— Даже если Боло и погиб, госпожа, ИскИн станции уже давно должен был начать спасательную операцию после того, как запланированный срок нашего пребывания здесь истёк, — резонно заметил Конрад. — Я уверен, шлюз вновь надёжно запечатан с внешней стороны, иначе роботы станции «Поиск» уже прорвались бы к нам.

— Но кто мог это сделать? Мне не верится, что дикари, напавшие на нас, способны управлять системами ковчега. Они не выглядели особо разумными… Кто же тогда закрыл шлюз? — удивлённо спросил я.

Капитан андроидов задумчиво посмотрел на меня и молча пожал плечами, проделав это движение совсем как человек… У меня промелькнула мысль о том, что я и Линда уже давно разговариваем с ним, как с равным. Даже более того — здесь, на «Прометее», мы стали абсолютно беспомощными и теперь полностью зависели от него и его андроидов. Этот очевидный факт сильно беспокоил и тревожил меня.

— Пойду, посмотрю, как там Джон, — обронил Конрад. — Прошу вас пока оставаться здесь. Я скоро вернусь.

Он развернулся и быстро вышел в основной туннель. Вздохнув, Линда устало опустилась на пол и села, обхватив колени руками. Я присел рядом с ней, прислонившись спиной к стене туннеля и вытянув с блаженством ноги, которые уже начали гудеть после всех испытаний, выпавших на нашу долю сегодня.

— Что скажешь, Линда? Как тебе такое развитие событий? — нарочито бодрым тоном спросил я девушку, чтобы немного отвлечь её, а заодно и самого себя от тревожных мыслей.

Она повернула голову в мою сторону и медленно произнесла:

— Всё это чудовищно, Кай. Как ты уже заметил, мы полностью потеряли контроль над ситуацией.

— Но мы всё-таки ещё живы. Я верю, что Конрад выведет нас отсюда.

— Мы потеряли троих андроидов, а ещё двое пропали без вести. Мне кажется чудом, что мы с тобой вообще уцелели в той бойне с обитателями ковчега.

— Мы выжили благодаря андроидам.

— А может, не надо было оказывать сопротивление? Наши скафандры выдержали бы нападение собак-мутантов, пока ещё не подоспели их хозяева. Возможно, нападавшие на нас люди не проявили бы такой жестокости, если бы андроиды не стали так активно защищаться…

— Если бы они не стали нас защищать, то, вероятно, мы были бы уже мертвы.

Она странно посмотрела на меня, потом отвернулась и тихо прошептала:

— У меня до сих пор не выходит из головы выражение твоего лица после того, как ты убил тех двоих несчастных мужчин.

Её слова сразили меня. Я смутился и замолчал, не зная, что сказать в своё оправдание. Недавние события вновь предстали перед моим внутренним взором, и мне самому стало гадко и скверно на душе.

Видимо, от Линды не скрылось моё состояние. Она придвинулась ко мне ближе и положила свою тёплую ладонь на мою руку:

— Я не виню тебя, Кай. Наверное, в той ситуации ты не мог поступить иначе. И, кстати, спасибо тебе. Я знаю, ты всего лишь хотел защитить меня от них. Я никогда этого не забуду…

Я взглянул в её глаза. От решительной, энергичной и самоуверенной женщины, с какой я познакомился на марсианской станции, не осталось и следа… Сейчас рядом со мной сидела напуганная, растерянная и несчастная девушка. Мне стало тревожно от осознания того, что такая разительная перемена произошла не только с ней. Изменился и я. То, что казалось простым и обыденным в Игре, обернулось страшной реальностью. Все битвы, в которых мне приходилось участвовать в различных виртуальных древних мирах, не шли ни в какое сравнение с тем, что я пережил совсем недавно. В Игре сразить врага казалось плёвым делом. Там я с лёгкостью размахивал мечом, без колебаний сносил головы с плеч и лихо разрубал тела своих противников. В реальности же всё оказалось совсем по-другому. Глухой звук, возникающий при рассечении топором тела человека, тошнотворный вид ужасной раны, вызванной этим оружием, а также муторный запах крови поверженных врагов — всё это было мерзко и отвратительно.

Я хотел было найти какие-нибудь слова утешения, чтобы взбодрить Линду, но тут раздались звуки шагов, и я услышал голоса приближающихся андроидов. Конрад возвращался к нам вместе с Фреей, вновь успевшей примкнуть к нашему маленькому отряду.

— Нам предстоит решить, как мы поступим дальше, — произнёс капитан и почтительно остановился в нескольких шагах от нас.

Я встал с пола и помог подняться Линде.

— У тебя есть какие-нибудь соображения на этот счёт, Конрад? — быстро спросил я его, потому как сам не имел ни малейшего представления о том, что нам следует предпринять.

— Возвращаться к стыковочному шлюзу не имеет смысла — в том месте мы можем стать лёгкой добычей, и такое развитие событий вполне вероятно, учитывая то, что Лена уже там пропала. Идти вперёд по основному туннелю также опасно. Я думаю, наиболее разумное в этой ситуации — выбрать один из боковых проходов и скрыться в нём на время. В конечном итоге он обязательно приведёт нас в один из районов ковчега, где мы можем спрятаться и немного освоиться с ситуацией.

— Первоначальный план нашей экспедиции не подразумевал продвижение внутрь ковчега на большое расстояние. Конрад, ИскИны снабдили тебя картой или схемой расположения отсеков звездолёта? — спросила Линда.

— Госпожа, в архивах имелись только общие сведения о «Прометее». Детальных планов корабля не сохранилось.

— Как такое может быть? — возмутилась девушка, а я про себя даже обрадовался её бурной реакции на слова андроида, — похоже, она вновь воспрянула духом и взяла себя в руки. — Как могут исчезнуть данные из архивов? ИскИны сохраняют любую информацию с момента их создания. Она не может просто так исчезнуть!

— Линда, с момента сооружения «Прометея» прошло уже целое тысячелетие. Всякое могло случиться за это время… — заметил я.

— Кай, ИскИны — не люди, они ничего не забывают. Мне это кажется очень подозрительным.

— Но это действительно так, хотим мы этого или нет, госпожа, — невозмутимо продолжал капитан. — Я располагаю только теми сведениями, какими меня снабдили ИскИны Совета.

— У меня возникает всё больше вопросов к Совету, и когда мы выберемся отсюда, первым, что я сделаю, — подам заявку в Контрольный Комитет о привлечении ИскИнов Совета к ответственности. И за разрешение к применению летального оружия на территории ковчега, и за халатное отношение к хранению важной информации, — с негодованием заявила Линда.

«Если мы вообще выберемся отсюда», — подумал я, а вслух произнёс:

— Этим мы с тобой обязательно займёмся позже. А сейчас нам надо выбрать какой-нибудь план действий. Как ты считаешь, следует ли нам согласиться с предложением капитана?

Девушка не успела ответить — неожиданно наш разговор прервали резкие, отрывистые звуки. Они раздавались из основного туннеля и звучали как дикие визги каких-то неведомых существ.

— Что это? — оторопело спросил я.

— Собачий лай! — побледнев, промолвила Линда.

— Джон, что ты видишь? — поспешно крикнул Конрад в коммуникатор на своей руке.

— Я отлично слышу, но пока ещё не вижу объекты, издающие эти странные звуки, и, судя по нарастающей громкости, они довольно-таки быстро приближаются, — ответил андроид, по-прежнему находившийся снаружи на своём сторожевом посту.

— Срочно иди к нам, Джон! — резко приказал капитан. — Мы уходим! Бегом!

Он молча указал рукой вглубь туннеля, и мы, не тратя лишних слов на обсуждение, со всех ног бросились в указанном им направлении. Впереди всех с импульсатором в одной руке и копьём в другой бежала Фрея. Сразу за ней, рядом с Линдой, я и Конрад. Джон был последним и прикрывал наши спины. Это уже не был тот размеренный бег трусцой, каким мы передвигались в сторону шлюза. Сейчас мы мчались изо всех сил, при этом я пытался подстроиться под скорость андроидов и в то же время старался держаться около Линды, которая бежала на удивление легко и быстро.

Через некоторое расстояние туннель уже привычно круто сворачивал, и мы, почти не снижая скорости, вбежали в этот поворот и уже устремились дальше, как были вдруг остановлены громким окликом Конрада, задержавшегося там, чтобы подождать Джона:

— Постойте! Похоже, здесь есть перекрывающая мембрана.

Я, Линда и Фрея вернулись к капитану и остановились рядом с узким пазом в стене, пересекающим проход как раз в месте изгиба туннеля. Капитан без лишних слов указал на стену рядом с углублением, и я увидел чётко очерченный символ — овал с контуром ладони в его центре. Я с досадой подумал, что уже совсем потерял голову от страха, раз промчался мимо, не обратив внимания на этот знак. В отличие от меня, капитан андроидов внимательно регистрировал всё вокруг и ничего не упускал из виду, даже в таких экстренных обстоятельствах.

Подождав, пока Джон присоединится к нам, Конрад сказал:

— Может, на этот раз нам повезёт, и мы сможем активировать систему, чтобы перекрыть этот проход.

Между тем громкий, яростный лай зверей не утихал, кроме того, теперь к нему присоединились торжествующие гортанные вопли их хозяев. Очевидно, собаки почуяли наш запах и уверенно взяли след. Мы всё ещё не видели их, но всем нам было достаточно ясно, что продолжаться это будет недолго.

— Быстрее, Конрад! Скоро они уже будут здесь! — взволнованно поторопил я андроида.

Капитан молча кивнул, вытянул руку и плотно прижал свою ладонью к сенсорной панели на стене. Пол под нашими ногами сразу же слабо завибрировал, и из паза в стене начал появляться край тёмной массивной плиты. Контрольная система ковчега откликнулась на прикосновение! Мы все, затаив дыхание, смотрели, как плита медленно, но верно перекрывает туннель, отсекая нас от преследователей. Когда она наконец полностью закрыла проход, собачий лай и человеческие крики моментально стихли, и воцарилась необыкновенная тишина, кажущаяся мне неестественной после шума погони.

— Я уже думал, что нам конец! — прошептал я и взглянул на Линду.

В ответ девушка лишь тепло улыбнулась, и мне показалось, что она впервые почувствовала себя в относительной безопасности после кровавой бойни с обитателями ковчега.

— Теперь…

Конрад не успел закончить свою фразу. Без малейшего предупреждения пол вдруг исчез у меня под ногами — как будто испарился, и я вместе со всеми моими спутниками провалился вниз. Мы падали куда-то в кромешной темноте, я слышал только испуганный крик Линды и тревожные возгласы андроидов. Но падение продолжалось недолго, неожиданно я довольно-таки мягко упал на какую-то упругую и гладкую поверхность, очевидно, наклонённую под острым углом, и, не в силах помешать инерции движения своего тела, стремительно заскользил по ней вниз, словно находился в неком сумасшедшем аттракционе. У меня захватило дух от скорости, и на этот раз мой вынужденный способ передвижения, в отличие от предыдущего состояния свободного падения, занял уже значительно больше времени. Спустя несколько минут мне пришлось крепко зажмуриться от внезапно возникшего ослепительно яркого света, и в тот же миг я ощутил, что поверхности, служившей до этого момента опорой моему телу, больше нет. Не успев даже как следует испугаться, я свалился в какой-то водоём, к счастью, оказавшийся не очень глубоким, и погрузился на его дно.

Вода оказалась достаточно тёплой и в самом низу была такой мутной, что разглядеть что-либо не представлялось возможным. Сильно оттолкнувшись от дна ногами и активно помогая себе руками, я начал быстро всплывать. Достигнув поверхности водоёма, я отдышался и, протерев глаза, осмотрелся. Панорама, открывшаяся моему взору, на некоторое время лишила меня дара речи…

Я находился примерно в центре небольшого круглого бассейна, вокруг которого произрастали настоящие дикие джунгли, состоящие главным образом из узловатых, приземистых деревьев с корявыми ветвями, обвитыми длинными и свисающими до самой земли стеблями лиан. В промежутках между стволами на густом зелёном травяном покрове росли пышные, разнообразные по цвету и размеру кусты. Воздух был насыщен влагой и теплом. Яркий дневной свет лился откуда-то с далекого, невидимого потолка отсека и при взгляде вверх слепил глаза словно солнце — по этой причине практически невозможно было определить его источник.

После однообразных туннельных переходов это невероятное место, в котором мы — я уже увидел андроидов и Линду на берегу водоёма — невольно очутились, казалось мне необъятным. Я подумал о том, какие ещё сюрпризы ожидают нас здесь, помимо этих необычных джунглей, но заросли надёжно скрывали от моего любопытного взора всё, что располагалось за их пределами. Создавалось довольно обманчивое впечатление, будто мы находимся не внутри звездолёта, а где-нибудь на Земле, на территории одного из её многочисленных природных заповедников.

— С Вами всё в порядке, господин?

Я повернул голову и увидел Джона, уверенно державшегося на воде за моей спиной и готового, как обычно, в случае необходимости прийти мне на помощь.

— Всё нормально. Плывём к остальным! — успокоил я его и направился к берегу.

Конрад поджидал нас там с импульсатором в руке, а Фрея и Линда, успев снять верхнюю одежду и оставаясь только в плотно прилегающем к телу трико, пытались очистить свои комбинезоны от грязи, налипшей на них после невольного купания. Подплыв к берегу, я обнаружил, что он состоит из настоящей почвы, а не из искусственного материала, следовательно водоём, в котором все мы очутились, не был изначально задуман как плавательный бассейн или сооружение подобного типа. Линия берега была не ровной, а, напротив, довольно-таки обрывистой, и если бы не пучки травы, густо растущие на его краю, то мне нелегко было бы выбраться на сушу без посторонней помощи. Ухватившись за них и удостоверившись в том, что они достаточно крепкие и могут выдержать вес моего тела, я рывком подтянулся и взобрался на берег.

К тому времени Фрея уже сменила своего командира на посту, и теперь я вместе с андроидами мужского пола мог заняться своей одеждой. Тщательно выжав воду из комбинезона, который, кстати, не обладал водонепроницаемыми свойствами в отличие от нижнего трико, я вновь оделся и закинул меч за спину. К чести андроидов, никто из них не выпустил из рук оружие, когда мы все так нежданно упали в воду. Чего нельзя было сказать о Линде — она выронила свой нож, и он так и остался лежать на дне водоёма. Фрея уже хотела было нырять за ним обратно в воду, но была решительно остановлена Конрадом, посчитавшим поиски ножа напрасной тратой времени.

Я бегло осмотрел окрестности и определил, что земляной слой полностью скрывает поверхность пола на всём видимом протяжении, а водоём имеет сравнительно небольшие размеры и находится в углублении. Вода, естественно, скопилась в нём именно по этой причине, вот только как она вообще туда попала, было мне непонятно.

Глядя на воду, я вдруг почувствовал жажду и подивился тому, что это чувство пришло ко мне лишь сейчас, ведь последний раз я пил, когда ещё был на станции «Поиск». Похоже, не только у меня одного пересохло в горле: Линда осторожно спустилась к воде и, сложив руки лодочкой, зачерпнула её и приложила сомкнутые ладони к губам. Я обернулся и вопросительно взглянул на Конрада, но он только молча кивнул и последовал примеру Линды. Остальные андроиды присоединились к ним. Я отбросил тревожные мысли о негативных последствиях для организма от употребления мутной, наверняка заражённой излучением преобразователя материи жидкости, и, выбрав участок почище, начал пить на манер Линды. На удивление вода оказалось мягкой и вкусной.

— И о чём только думали ИскИны, когда снаряжали нашу экспедицию? — задал я вслух риторический вопрос после того, как в достаточной мере утолил жажду. — Они выдали смертоносные импульсаторы андроидам, но при этом не посчитали нужным снабдить нас запасами воды и еды!

— Кай, ты же сам знаешь, что наша экспедиция не была рассчитана на долгий срок, — ответила мне Линда и провела рукой по своим мокрым волосам. — Теперь нам надо полагаться только на самих себя.

— Надеюсь, что у нас получится… Как думаешь, где мы оказались? Что это за место?

— Мне известно не больше твоего. Вполне возможно, что эта территория была когда-то крупной оранжереей или парком, или сельскохозяйственной фермой, или плантацией… Сейчас это уже не важно. Теперь здесь всё сильно заросло, и я не удивлюсь, если это произошло вследствие мутаций растений.

— Но что помогло нам попасть сюда? Я ничего не вижу в небе над нами. Должно же быть хоть что-то. Ведь откуда-то мы упали в воду. Какой-нибудь участок туннеля или что-нибудь в виде трубы, по которой мы скатились сюда…

— Если что-то и было, то теперь, как видишь, этого уже нет. Я сама в недоумении… Туннель исчез, вернее, как мне это представляется, был неким непостижимым образом скрыт сразу же после нашего спуска по нему.

— Такого просто не может быть, Линда. Ты хочешь сказать, что за всем этим кроется чей-то умысел?

— Ведь кто-то же устроил так, что мы попали сюда.

— Может быть, эта ловушка была сооружена многие столетия назад, госпожа, — включился в наш разговор Конрад. — После активации сенсорной панели пол в туннеле проваливается, и жертва попадает в этот отсек. Нам крупно повезло, что сейчас здесь находится это маленькое озеро и мы благополучно в нём очутились. Если бы его там не существовало, то в таком случае мы упали бы на твердую поверхность и, вероятно, пережить это смогли бы не все из нас.

Мы с Линдой переглянулись и умолкли, обдумывая его слова.

— Кстати, если уж мы начали употреблять местную воду, то рано или поздно у нас возникнет потребность справлять естественные надобности, — прямо заявил Конрад и обвёл взглядом весь наш маленький отряд. — Никому из нас ни в коем случае нельзя удаляться от группы в одиночку. Если появится такая необходимость, то ради нашей же безопасности, следует делать это парами. Госпожа, Вас будет сопровождать Фрея и наоборот. С господином буду уходить я или Джон.

Все молча согласились с этим заявлением. Я был даже рад этим словам, так как уже и сам подумывал над этим вопросом. Мне бы очень не хотелось, чтобы Линда или я отделялись от остальных членов отряда. В данных обстоятельствах это казалось мне слишком рискованным предприятием.

— Кроме того, — добавил капитан, — нам придётся избавиться от наших трико. Они предназначены только для ограниченного по времени использования в качестве нижнего слоя одежды в комплекте скафандра и не располагают отверстиями для выделения остаточных продуктов пищеварительной системы организма. В отличие от универсальных комбинезонов, которые довольно часто используются как самостоятельная одежда, независимо от того, входят они в комплектацию скафандров или нет.

Возразить нам на это тоже было нечего, и мы хотели уже было последовать его указанию и разойтись, чтобы избавиться от ненужных теперь вещей, как вдруг Линда неожиданно заявила:

— Конрад, сначала я хочу внести одно предложение, — сказав это, она приблизилась вплотную к андроиду. — Не знаю, согласится ли Кай со мной, но я не желаю больше слышать ко мне официальное обращение «госпожа». Отныне называйте меня просто Линда. Здесь мы все равны.

Она решительно протянула руку для рукопожатия оторопевшему от её слов капитану. Конрад в замешательстве взглянул на андроидов, которые так же, как и он, замерли в немом изумлении. Линда не переставала удивлять меня — я поразился не меньше наших спутников. Девушка повернула лицо в мою сторону и выжидающе посмотрела мне в глаза, видимо, пытаясь найти у меня поддержку своему неординарному поступку.

Чтобы покончить с затянувшимся неловким молчанием, я провозгласил:

— Конрад, Джон и Фрея, я охотно присоединяюсь к пожеланию Линды. Вы также можете называть меня только по имени. Мне кажется, что в данных обстоятельствах официальные обращения к нам, людям, звучат здесь, на этом забытом ковчеге, довольно-таки нелепо. Теперь все мы, люди и андроиды, товарищи по несчастью…

— Как прикажете… Если вы действительно настаиваете на этом, то, значит, так тому и быть, — с видимым усилием произнёс Конрад и приложил правую ладонь ко лбу и затем к левой стороне груди.

Он собирался поклониться, как делал это раньше при выполнении данного странного ритуала, но, похоже, решив, что сейчас это будет не совсем уместно, прекратил уже начатое им движение и вместо этого, улыбнувшись, пожал руку девушки. После секундного колебания Джон и Фрея повторили его жесты и тоже протянули свои крепкие руки мне и Линде.

Глава 11

Мы спрятали лишнюю одежду в густом кустарнике и после короткого совещания собрались идти дальше, в надежде выбраться из местных джунглей и попытаться найти либо доступ к ИскИну корабля, либо каких-нибудь более цивилизованных жителей ковчега, если таковые вообще имелись здесь в наличии.

Конрад со своим мечом, а также Фрея, вооружённая мачете, первыми пошли сквозь заросли растений, обрубая ветки и побеги лиан, затруднявшие наше продвижение, и прокладывая таким образом путь остальным. Джунгли оказались обитаемыми — сначала мы услышали птичье щебетание, а потом уже заметили и сам источник звука: в кронах деревьев, на безопасном расстоянии от нас, перепрыгивали с ветки на ветку диковинные птицы с яркой, разноцветной окраской. К явному неудовольствию Линды, Конрад неустанно продвигался вперёд, не оставляя ей времени на более детальный осмотр местной фауны, о чём она, конечно же, не преминула мне сообщить. Я тактично промолчал, так как сам был солидарен с капитаном андроидов — мне хотелось побыстрее выбраться и из этого леса, да и вообще с самого ковчега.

Когда мне уже постепенно начало казаться, что заросли так никогда и не закончатся, Конрад замер и предостерегающе поднял руку, а затем подозвал нас к себе. Подойдя к нему, мы увидели, что наш путь пересекала хорошо утоптанная тропа, петляющая между высоких стеблей травы и кустарника. Я вытер пот с лица и вздохнул с облегчением. Идти через дикие заросли было довольно трудно; надо было внимательно смотреть себе под ноги, чтобы не споткнуться и ненароком не подвернуть ногу об узловатые корни растений, торчащие местами прямо из земли, да ещё не зацепиться при этом за обрубки ветвей, оставленные Конрадом и Фреей по мере их продвижения вперёд. Кроме того, руками постоянно приходилось раздвигать жёсткие стебли травы высотой с человеческий рост. Иногда они хлестали по лицу, и это сильно действовало мне на нервы. Влажный тёплый воздух, в свою очередь, также способствовал обширному потовыделению, вынуждая поры наших тел после сухого и комфортного, более привычного нам воздуха туннельных переходов усиленно выполнять свою функцию, и со временем мне стало казаться, будто вся моя кожа покрыта тонкой плёнкой. Я уже сильно жалел о том, что мы избавились от наших трико, ведь они как раз и предназначались для регуляции влагообмена и температуры тела. Хорошо ещё, что мы имели возможность вдоволь напиться у озера, иначе сейчас бы нам пришлось довольно туго. Так как запасом воды мы не располагали, — ни у кого из нас не было каких-либо ёмкостей для её транспортировки, — приходилось лишь уповать на то, что впереди нам ещё попадётся какой-нибудь водоём или открытый источник воды.

Мы решили идти дальше по проложенной тропе. Заросли растений по её краям были более редкими, и это намного облегчило наш путь. Со временем мы вышли на некое подобие луга, состоящего из травы с уже более мягкими и податливыми стеблями и редких, одиночных деревьев, растущих на сравнительно большом расстоянии друг от друга. Местами тропу пересекали многочисленные следы каких-то крупных существ. Линда выразила предположение о том, что они, скорее всего, принадлежат травоядным копытным животным, на что капитан резонно заметил, что если есть травоядные, то, вполне возможно, существуют также и плотоядные представители животного мира. Заявление это прибавило мне тревожных мыслей, и я ещё раз проверил, как быстро я смогу в случае необходимости достать свой меч, хотя у меня и имелись большие сомнения в том, сумею ли я достаточно эффективно использовать его против какого-нибудь крупного хищника. Я в значительно большей степени полагался на импульсаторы андроидов и на их нечеловеческую реакцию, чем на свои собственные умения и навыки.

Через некоторое время тропа вывела нас к небольшой поляне в тени относительно высокого и раскидистого дерева. В этом месте Конрад решил сделать привал, чтобы немного осмотреться, а также отдохнуть и восстановить наши силы. Впрочем, мне было ясно, что сделал он это только из-за меня и Линды. Андроиды совсем не выглядели уставшими, мы же оба, напротив, были только рады небольшой передышке. Капитан, оставив нас двоих под охраной Джона и Фреи, сам тут же отправился на разведку, запретив нам перед своим уходом удаляться на большое расстояние от поляны.

Как только он ушёл, Линда, предупредив меня, исчезла вместе с Фреей ненадолго в густых зарослях за окраиной поляны по своим личным делам, а я сел на землю, прислонившись спиной к дереву, чтобы иметь в поле зрения всю поляну, а также ведущую к ней тропу, и положил меч в ножнах на колени. Джон приставил свои боевые топоры к стволу и встал с невозмутимым видом рядом со мной, сжимая в правой руке импульсатор.

— Отдохни тоже, присядь рядом со мной, — сказал я андроиду.

Он коротко кивнул и последовал моему совету.

— Покажи-ка мне, друг, как надо пользоваться таким оружием, вдруг мне это ещё пригодится…

Я указал на его пистолет, и Джон без промедления протянул мне импульсатор, предупредив только, чтобы я направил его в небо и не нажимал на кнопку под стволом. Когда рукоять легла в мою ладонь, приятная тяжесть оружия вызвала у меня необычное и до этого момента незнакомое чувство восхищения безупречным орудием смерти. Оно пришло совершенно неожиданно, словно до сегодняшнего дня спокойно дремало где-то в глубине моего подсознания, а сейчас вдруг пробудилось с внезапной силой и громко заявило о своём существовании. Это было несравнимо с ощущениями, возникающими в тот момент, когда берёшь в руки меч, копьё или нож. Только впервые сжав в своей ладони импульсатор, я осознал, что он даёт мне безграничную власть над жизнью противника, причём сам я, оставаясь на безопасном расстоянии от него, абсолютно ничем не рискую.

— Конструкция боевого импульсного пистолета была воспроизведена ИскИнами по древним чертежам, — начал рассказывать Джон. — Название его имеет двойное значение. Первое из них объясняется тем, что стреляет он невидимым для невооружённого глаза сгустком энергии, который ещё в те давние времена для простоты нарекли «импульсом», при этом он не разрушает неорганическую материю, но губителен для всего живого, обладающего высокоразвитой нервной организацией. Попадание в любую часть тела вызывает мгновенный шок и паралич нервной системы, неминуемо ведущий к смерти. Ранений от этого оружия не бывает. Исход всегда предрешён, достаточно лишь одного удачного выстрела, и человек, или же животное, становится трупом… Для производства импульса требуется большое количество энергии, поступающей в пистолет от портативных аккумуляторов. Из них, по сути, и состоит боекомплект импульсатора.

— А в чём заключается второе значение названия? — Я уже с опаской и уважением разглядывал оружие в своей руке.

— Импульсатор приходит в боевую готовность от прикосновения. Раньше выстрел производился после короткого мысленного приказа обладателя оружия — нервного импульса или сигнала, который передавался микрокомпьютеру пистолета через кожу, точнее, расположенные под ней естественные нервные окончания в руке стреляющего.

— То есть человеку стоило только подумать, и его противник был уже мёртв? — Подобный метод передачи нервного импульса был мне знаком из курса истории. Когда-то люди даже внедряли себе под кожу миниатюрные датчики для управления различными машинами и устройствами, но потом, с повсеместным распространением роботов-слуг, отказались от этой технологии и стали ограничиваться в повседневной жизни лишь персональными коммуникаторами.

— Так точно. Но это представляло определённую опасность, поэтому обладателю импульсатора нужно было уметь контролировать свои мысли. В те времена этому специально обучались, и таким оружием владели только профессионалы своего дела.

— Убийцы?

— Элитные солдаты. Что, впрочем, одно и то же…

— А сейчас? Сейчас принцип действия изменили?

— Поменялся сам механизм активации выстрела. ИскИны заменили его на более древний и надёжный. Теперь выстрел производится после нажатия указательным пальцем специальной кнопки, расположенной на рукояти под стволом. Если держишь в руке пистолет, то ни в коем случае нельзя забывать, что он готов к стрельбе уже только от одного прикосновения к нему, поэтому указательный палец всегда следует держать сбоку ствола, иначе можно ненароком привести в действие спусковой механизм. Кроме того, раньше импульсаторы действовали абсолютно бесшумно, но ИскИны изменили конструкцию таким образом, чтобы после каждого выстрела раздавался определённый звуковой сигнал, воспринимаемый человеческим ухом как негромкий щелчок. Сделано это было для лучшего контроля владельцем оружия количества произведённых выстрелов.

Джон показал мне спусковую кнопку и объяснил, как правильно держать оружие, заряжать боекомплект и целиться в противника.

Я немного поупражнялся с пистолетом и, чтобы ещё более разговорить обычно молчаливого андроида, задал ему ещё один интересующий меня вопрос:

— Скажи, Джон, вы действительно до самого начала экспедиции не знали, что вместо парализаторов вам выдадут импульсаторы?

Он в изумлении уставился на меня. Мне даже показалось, будто у него на мгновение отнялся дар речи.

— Госпо… Простите, Кай…

— Не «простите», а «прости», Джон. Ты забыл? Мы же теперь на «ты».

— Прости, Кай… — Он с заметным трудом совладал с собой и продолжил: — Капитан ведь уже упоминал об этом, и я могу только подтвердить его слова: мы узнали о замене парализующего оружия на боевое непосредственно перед отправкой на ковчег.

— А возможен такой вариант, что Конрад, в отличие от остальных андроидов, знал об этом заранее? Мне что-то не очень верится, что ИскИны стали бы скрывать такую важную информацию от командира отряда.

— ИскИны! — Джон презрительно скривил губы. — Эти коварные машины способны и не на такие поступки!

— Что ты несёшь, Джон? — поразился я. — Откуда у тебя такие мысли?

— Кай, мы, андроиды, никогда не доверяли этим всемогущим суперкомпьютерам. Поверь мне, и в настоящем, и в будущем не они, а именно мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы защитить тебя и Линду!

Выпалив эти слова, он вновь принялся выполнять странный ритуал с прикосновением рукой сначала лба, а потом груди, но я быстро прервал его:

— Что ты сейчас делаешь? Что значат все эти ваши манипуляции руками, Джон?

Он смешался и спустя короткое мгновение тихо и торжественно, словно повторяя некое заклинание, промолвил:

— Мы верим, что через неустанное служение человеку андроиды и сами когда-нибудь, в далёком будущем, смогут стать людьми. И тогда наш разум, — он приложил ладонь к голове, — и наше сердце, — теперь его рука последовала к груди, — объединятся друг с другом. После этого и андроиды, и люди станут равны и будут сообща строить новый мир…

Теперь настала моя очередь замереть в немом изумлении. Сначала наивные слова андроида лишь ошарашили меня, а потом, взглянув на его серьёзное лицо, застывшее почти что в состоянии религиозного экстаза, мне уже пришлось приложить определённые усилия, чтобы не рассмеяться вслух. Такой неимоверной чепухи я ещё никогда не слышал!

— Джон, признаюсь, твоя речь сильно удивила меня. — Я попытался сформулировать свои слова так, чтобы ненароком не ранить его чувства. — Откуда у вас эти идеи? Все андроиды верят в это?

— В это верят все, для кого открылся Путь. И те, кто его принял.

— Но кто показал вам этот Путь?

— Об этом Пути нам поведал Учитель.

— Учитель? Кто это? ИскИн? Андроид?

— Человек… Он прибыл на Марс пять лет назад. Учитель показал и рассказал нам, всем тем, кто готов был его слушать, как пройти Путь до конца, чтобы стать в итоге человеком.

— Что же именно он рассказал вам? — Я впервые услышал об этом поразительном факте и ещё не знал, как относиться к этой новости. Кто — и самое главное с какой целью — вводит в заблуждение невинных андроидов и рассказывает им подобные сказки?

— Я не обладаю всей полнотой информации, у Учителя есть близкие ученики, особо приближённые к нему андроиды, и они знают намного больше, чем я. Конрад является одним из них…

Мы услышали женские голоса — это Линда и Фрея возвращались из зарослей обратно на поляну, и Джон тут же умолк.

Я подумал, что непременно следовало бы позже обсудить эту щекотливую тему с Линдой, вернул пистолет андроиду и обратился к девушкам, как только они приблизились к нам:

— Вы видели что-нибудь необычное?

— Тут всё необычно, Кай, — с усмешкой ответила Линда. — Но ничего нового мы не обнаружили. Вокруг всё то же буйство дикой природы.

Она присела рядом со мной у дерева, а оба андроида отошли в сторону, оставив нас наедине друг с другом.

— Всё-таки это не плантация и не оранжерея, — задумчиво проговорила девушка. — Слишком гигантские размеры у этого отсека, вернее, того, что когда-то являлось отсеком. Вероятно, эта территория была основательно расширена и перестроена с помощью преобразователя материи.

— Согласен с тобой. Я тоже уже думал об этом. Потолка, кстати, совсем не видно. Или это оптическая иллюзия, или до него действительно очень далеко.

— Здесь целый мир. Замкнутый, но в то же время весьма обширный мир. Поразительно… А запахи! Ты чувствуешь, какие здесь запахи. Как на Земле, в заповеднике.

— Конечно. Но только здесь не заповедник, Линда. Мне почему-то кажется, что опасность подстерегает нас тут на каждом шагу.

— Это же дикий мир. Так и должно быть. Добро пожаловать к истокам!

Она рассмеялась, а я подивился её беспечности. Определённо, Линда была странной девушкой! Ещё совсем недавно она была подавлена и шокирована произошедшими с нами событиями, а сейчас уже беззаботно смеётся!

Я сказал ей об этом, но она лишь загадочно улыбнулась и промолвила:

— Надо принимать испытания. На этом ковчеге мы с тобой должны забыть о законах цивилизованного мира и попытаться приспособиться к здешним условиям. На время, конечно…

— А ты думала о том, чем мы будем здесь питаться? Я, между прочим, уже чувствую первые позывы голода.

— Думала. Если мы останемся здесь надолго и не найдём овощей и фруктов, то будем вынуждены употреблять в пищу животные продукты.

— Ты это серьёзно? Как ты можешь так хладнокровно говорить? Есть мясо живых существ?

Меня передёрнуло от омерзения. Одна мысль об этом вызывала у меня тошноту.

Линда пожала плечами и совершенно спокойно заметила:

— Я слышала, что очень голодный человек способен на страшные поступки.

— Ты именно это подразумевала, когда говорила о том, что нам надо забыть законы цивилизованного мира?

— И это тоже. Я уверена, мы можем всему научиться.

— А вот я в этом совсем не уверен!

— Но убивать же ты уже научился…

Кровь прилила у меня к лицу, и я сжал кулаки до хруста в пальцах. Линда вздрогнула и испуганно посмотрела на меня.

— Извини, Кай. Я не хотела тебя обидеть.

— Будь проклят тот день, когда я согласился участвовать в этой дурацкой экспедиции!

Она прикоснулась к моему плечу, но я сбросил её руку и поднялся на ноги:

— Пойду к андроидам. Что-то Конрада давно нет.

Всё ещё кипя от возмущения, я оставил её одну сидеть под ветвями дерева, а сам направился к нашим спутникам. Они шепотом переговаривались между собой, не выпуская из рук оружия и внимательно обозревая заросли, плотной стеной окружавшие поляну.

— Есть новости о капитане?

— Да. Он передал по коммуникатору, что уже на пути сюда. А вот и он!

Обернувшись к тропе, я увидел быстро бегущую по ней фигуру Конрада. Линда тоже заметила его и сразу же присоединилась к нам.

— Что тебе удалось обнаружить? — первой взволнованно спросила она, как только андроид приблизился.

— Тропа в итоге ведёт к небольшому поселению, — спокойно ответил капитан. Несмотря на длительную пробежку, у него даже не сбилось дыхание.

— Ты встретил людей?

— Нет. Я старался избегать любого контакта с местными жителями. Прежде чем я увидел это поселение, точнее, небольшую деревню, до меня донеслись голоса людей и животных, поэтому я сразу же свернул с тропы и, скрываясь в зарослях травы, осмотрел населённый пункт со стороны. Мне удалось достаточно хорошо разглядеть деревню, оставаясь при этом незамеченным. Она находится на свободной от высокой травы территории и состоит примерно из трёх десятков деревянных хижин и нескольких сравнительно больших помещений для животных. Самих животных я не видел, но отчётливо слышал звуки, издаваемые ими.

— А люди? Как они выглядели? — нетерпеливо перебил я его. Животные в тот момент интересовали меня меньше всего.

— Довольно жалкие создания. Практически у всех, кого я видел, имеются какие-либо физические отклонения, при этом одеты они в лохмотья.

— Мутанты и дикари! — уверенно прокомментировала Линда.

— Скорее всего, — посмотрев на неё, согласился Конрад.

— Ты видел у них какое-нибудь оружие?

— Нет, Кай. Все они были безоружны. Но это не значит, что у них его нет в наличии.

Мы принялись горячо обсуждать эти новости. Я предлагал обойти деревню стороной и идти дальше. Мне казалось, что ничего полезного для себя мы там не обнаружим. Линда же настаивала на том, чтобы подробно изучить поселение и его жителей. Джон и Фрея не принимали участия в обсуждении, а Конрад, внимательно выслушав наши доводы, заявил:

— Нам всё равно идти в ту сторону, раз уж мы выбрали это направление. Мы незаметно приблизимся к деревне на безопасное для нас расстояние и детально всё осмотрим. Потом и решим, что делать дальше. Есть возражения?

Предложение андроида звучало разумно, поэтому мы быстро собрались и двинулись в путь. Идти по тропе до поселения пришлось довольно долго, видимо, Конрад и туда, и обратно бежал с приличной скоростью. По мере нашего приближения к деревне вегетация становилась уже не такой густой, но трава всё ещё оставалась достаточно высокой, так что мы могли не бояться быть обнаруженными. Как и рассказывал капитан, мы услышали неразборчивые голоса обитателей и протяжные, резкие крики животных ещё до того момента, как увидели само поселение. По знаку Конрада мы свернули с тропы и углубились в заросли растений. Соблюдая все меры предосторожности, так чтобы нас не было заметно случайному взгляду, мы прошли небольшое расстояние и в итоге выбрались на некое подобие холма, возвышающегося над остальной местностью и открывающего вид на лежащую под ним деревню. Все мы расположились там прямо на земле и, осторожно раздвинув стебли травы, стали внимательно наблюдать за происходящим внизу.

Благодаря рассказу Конрада нам были уже известны общие сведения о деревне и её обитателях. Теперь мы своими глазами увидели, как несколько убогих человек сидело со скучающим видом на корточках у деревянных домов, точнее, хибар, сложенных из кривых досок и довольно хрупких на вид. Изредка кто-нибудь из жителей вставал и уходил на весьма продолжительное время в более крупные постройки, внутри которых, судя по доносящимся оттуда звукам, находились какие-то животные. Вид обитателей деревни вызывал у меня весьма отталкивающее чувство. Большинство из них было преклонного возраста и обладало чрезвычайно некрасивой, можно даже сказать уродливой внешностью. Это относилось как к мужчинам, так и к женщинам, причём последних, надо заметить, было меньше. Мы насчитали всего двадцать человек на территории деревни. Это количество не совпадало с числом хижин. Отсюда напрашивался вывод, что остальное население деревни либо скрывалось в хижинах, либо в данный момент отсутствовало по какой-нибудь веской причине.

— Я пока не вижу ничего, что могло бы представлять для нас интерес, — прошептал я. Прошёл уже примерно час с тех пор, как мы начали наблюдать за деревней и её жителями.

— Если останемся здесь, то никогда это и не узнаем, — так же шёпотом ответила Линда.

— Что не узнаем?

— Вообще ничего не узнаем. Каким образом вы собираетесь изучать ковчег и его обитателей, если мы будем постоянно убегать и прятаться?

— Осторожность нам не помешает, — тихо произнёс Конрад.

— Мне всё это надоело. Кто-то должен сделать первый шаг! — резко сказала девушка и поднялась на ноги.

— Что ты делаешь! Ложись! Нас могут обнаружить! — встревоженно прикрикнул я на неё.

— Вы можете и дальше валяться здесь, в грязи, если вам это так нравится. А я пошла знакомиться!

Линда стремительно вышла из зарослей и быстрым шагом направилась вниз по холму. Я в полной растерянности остался лежать на земле, опешив от её своевольного поступка и не зная, как реагировать в данной ситуации.

Конрад тут же вскочил на ноги и, даже не посмотрев в нашу сторону, отдал приказ:

— Джон, остаёшься с Каем здесь. Фрея, мы с тобой идём к деревне!

Не тратя лишних слов, он побежал вдогонку за Линдой. Девушка-андроид схватила своё оружие и бросилась за ним.

— Теперь я уж точно не останусь здесь! Пошли, Джон! — Обнажив меч, я поспешил следом за Фреей.

Мой телохранитель мгновенно присоединился ко мне, и мы вдвоём быстро догнали впереди идущих. Никто из нас уже не пытался остановить Линду. Раздвигая стебли травы перед собой, она с гордо поднятой головой шагала впереди нашей группы. По бокам от неё шли Конрад и Фрея с импульсаторами наизготовку. Я поравнялся с Линдой. Увидев меня, она улыбнулась и как ни в чём не бывало продолжила путь. Джон, как обычно, прикрывал наш тыл.

У границы деревни заросли заканчивались, и мы вступили на свободную от высокой травы территорию. В тот же миг жители посёлка заметили наш приближающийся отряд. Их реакция удивила меня. Все они, как один, громко заголосили и упали на колени, склонив свои головы к земле. Мы подошли к ним и замерли в изумлении. Наступило гробовое молчание. Через несколько томительных минут один житель деревни — пожилой человек с тёмной потрескавшейся кожей — поднял голову и робко взглянул на нас. Страх, сквозивший в его взгляде, постепенно сменился удивлением.

Он медленно и тяжело встал с колен и произнёс дрожащим голосом:

— Кто вы такие и откуда пришли к нам, ангелоподобные?

Я испытал состояние шока. Он разговаривал на нашем языке! Я отчётливо понимал каждое его слово! Мои спутники были поражены не меньше меня. Услышав его слова, остальные люди тоже оторвали свои головы от земли и стали нерешительно подниматься на ноги. Их грубые, невзрачные лица выражали удивление и некоторую настороженность.

— Мы проделали долгий путь и пришли к вам с добрыми намерениями! — громко произнесла Линда.

— Я вижу мечи и топоры у вас в руках, ангелоподобные. Так ли добры ваши намерения, как вы утверждаете? — Похоже, старик уже полностью преодолел свой страх.

— Дорога к вам полна опасностей. Оружие необходимо нам только для защиты. Не беспокойтесь, мы не причиним вам вреда, — невозмутимо продолжила Линда.

Я с восхищением посмотрел на неё. Она неплохо реагировала на непривычную ситуацию и легко находила нужные слова.

Старик широко улыбнулся, обнажив редкие, жёлтые и частично гнилые зубы.

— Ну что ж, в таком случае — добро пожаловать на нашу ферму! Мы с радостью поделимся с вами кровом и едой, а вы расскажите нам о себе, — сказал он и указал рукой на жалкие лачуги у себя за спиной.

При взгляде на его руку мне стало противно, и мысли о еде как-то сразу улетучились. Вместо нормальной ладони у него была культя — омерзительный обрубок с одним единственным длинным и гибким пальцем. Я присмотрелся к остальным жителям и увидел похожие и даже намного более уродливые отклонения. У многих из них одна нога или рука была короче другой, кто-то имел перекошенное, сморщенное лицо с уродливыми шрамами и отметинами или чрезмерно длинные нос и уши, а некоторые даже горб на спине. При этом все они издавали неприятный запах, были грязны, одеты в тряпьё, босы или же носили грубую деревянную обувь.

Линду, очевидно, эти неприглядные обстоятельства нисколько не смущали. Она приветливо улыбалась окружившим нас людям и охотно пошла вслед за стариком к одной из хижин. Андроиды убрали пистолеты в карманы комбинезонов и последовали за ней. Поборов отвращение, я вложил меч в ножны, закинул его за спину и присоединился к ним.

Внутри деревянный дом оказался на удивление просторным, вся мебель в нём ограничивалась несколькими грубо сколоченными маленькими шкафами, а на полу в центре хижины лежали тонкие коврики, сплетённые из стеблей сушёной травы. Так как свет с улицы проникал только через небольшие прямоугольные окна, частично закрытые тонкими досками наподобие решётки, внутри было довольно тускло. Трое жителей деревни и почти все члены нашей группы, кроме Джона, оставшегося по приказу Конрада на посту снаружи, расположились на ковриках так, чтобы были видны лица друг друга, и приготовились к разговору. Вернее сказать, этот странный разговор, или диалог, вели только двое — старик и Линда. Остальные только внимательно слушали их, даже не пытаясь прервать собеседников.

— Откуда вы пришли и куда держите путь? — хриплым голосом повторил свой недавний вопрос старик.

— Мы пришли извне — из-за пределов этого мира. Пришли для того, чтобы его изучить, — попыталась объяснить Линда.

— Ты говоришь удивительные вещи, ангелоподобная. Но я знаю, что нашу родную землю окружает множество путей, ведущих в другие, неизведанные земли. Тело Мета беспредельно, и никто не может утверждать, что видел все его закоулки.

Мы переглянулись. Смысл слов старика был нам не совсем понятен, впрочем, мы на это особо и не рассчитывали.

— Как зовётся ваша земля? — Собеседник Линды окинул нас мутным взглядом.

— Мы называем её просто Земля, у неё нет другого названия, — коротко ответила Линда.

— Забавно… Земля без названия. Вы пришли одни, или есть ещё другие путники, кроме вас?

— Кроме нас никого нет. Мы странствуем маленькой группой.

Широкая улыбка расплылась на лице старика, и мне показалось, что остальные жители деревни, присутствующие при разговоре и застывшие до этого момента в напряжённых позах, вздохнули с облегчением и заметно расслабились.

— Бывал ли ты сам в других землях? И, кстати, как твоё имя? Меня зовут Линда. Я познакомлю тебя с моим друзьями. — Девушка по очереди представила всех нас. Её собеседник медленно кивал головой после каждого имени и улыбался.

— Зовите меня Управляющий, ангелоподобная. Имена моих людей, сидящих рядом с нами, не столь важны… Я, конечно же, не бывал в других местах. Мы свято соблюдаем Закон и не покидаем родную землю.

— А приходилось ли тебе видеть других путников, кроме нас? Кто-нибудь ещё посещал вашу деревню?

— Иногда здесь появляются чужеземцы. Но редко. В основном они заходят сюда по дороге к ангелам.

— К ангелам?

— Да, к ангелам, ангелоподобная…

— Почему ты так меня называешь?

— А как мне тебя ещё называть? Вы все очень похожи на них. Каждый из вас имеет красивое, статное тело и гордую, величавую походку. Мы даже сначала приняли вас за них, когда вы появились у нас на ферме. Но потом мы увидели, что ваши лица и тела лишены ангельского орнамента, и поняли, что ошиблись…

— Кто это — ангелы?

— Вы не слышали про ангелов? Поразительно… Но ничего, скоро вам представится возможность их лицезреть…

Он тихо рассмеялся, и его соотечественники тоже заулыбались и одобрительно закивали головами.

— Что ты знаешь о других землях, о тех, которые окружают твою землю, Управляющий?

— Я знаю только, что они существуют… Этого мне вполне достаточно.

— Знают ли ангелы больше, чем ты?

— О да… Они знают всё.

— В таком случае, мы хотели бы встретиться с ними. Как нам найти их?

— Их не стоит искать. Они сами найдут вас. Оставайтесь здесь и отдыхайте. Уже через пару дней они будут здесь.

— Спасибо за ваше гостеприимство! Мы с радостью подождём ангелов у вас в деревне.

Линда с ликованием во взгляде посмотрела на меня. Я заметил, что андроиды тоже обрадовались такому повороту событий, и у меня немного отлегло от сердца. Наконец-то хоть что-то прояснилось! Теперь нам больше не надо скрываться и бояться неизвестности. После всех тревожных и драматических событий у нас появилась маленькая надежда на благоприятный исход экспедиции.

Заметив, что мы уже постепенно свыклись с обстановкой и расслабились, старик шепнул что-то на ухо одному из своих людей и указал рукой в сторону двери, после чего оба деревенских жителя поспешно удалились, но спустя короткий промежуток времени вновь вернулись в хижину с широкими деревянными подносами в руках, заставленными различной едой и глиняными кувшинами с водой. Когда они положили их на пол прямо перед нами, я увидел свежие фрукты и овощи необычной формы, а также что-то похожее на ломтики хлеба из муки непонятного происхождения. Помимо этого, на подносах в мисках лежали крупные куски жаренного мяса, источающие невероятно соблазнительный аромат. Мой рот непроизвольно наполнился слюной — я уже основательно проголодался, и организм настойчиво требовал новых ресурсов.

Наши собеседники тотчас же набросились на угощение, громко чавкая и выражая довольными возгласами удовольствие от процесса поглощения пищи. Стараясь не глядеть на еду животного происхождения, я решил попробовать растительные продукты. Первый же плод был вполне съедобным и напоминал земное яблоко с лёгким кисловатым привкусом. Быстро покончив с ним, я уже более увереннее принялся за остальные фрукты и местный хлеб, оказавшийся вполне приличным на вкус. Мои спутники ели осторожно и, так же как и я, даже не пытались прикасаться к мясу. Управляющий обратил на это внимание и высказал вслух своё удивление. Линде удалось удовлетворить его любопытство, буквально на ходу сочинив историю о том, как недавно мы все случайно употребили не совсем свежее мясо, когда пересекали одну не очень богатую пищей землю, за что и поплатились длительными болями в животах и поэтому с тех пор стараемся избегать в рационе любые виды мяса, чтобы очистить наши тела от накопившихся там ядов.

Меня восхитила та лёгкость, с которой Линда смогла так быстро найти подходящую отговорку, а старик между тем согласно закивал головой и произнёс:

— Я слышал, что извилистые пути и обширные полости Мета изобилуют разной диковинной живностью, и в связи с этим добрым людям надо с осторожность выбирать себе пищу. Но у нас вы можете не бояться плохой еды. Стада наших свиней многочисленны, а мясо у них жирное и вкусное!

Словно в подтверждение этих слов, его соотечественники стали ещё активнее поглощать куски мяса, шумно и смачно причмокивая и вытирая грязными руками жир, стекающий из их безобразных ртов. Тем временем Фрея сменила Джона на посту снаружи хижины, а он присоединился к нам, чтобы тоже утолить голод и восстановить свои силы.

Наша трапеза, как и сопутствующая ей беседа, продолжалась ещё примерно два часа. В течение этого долгого времени Линда, продолжавшая вести разговор со стариком (мы с андроидами решили не вмешиваться), неоднократно пыталась вытянуть из Управляющего побольше сведений о месте их обитания, но, к нашему разочарованию, ничего вразумительного он нам сказать не мог или же не хотел. Единственное, что ей всё-таки удалось выяснить, — деревня или ферма, как они её называли, находится примерно в центре обширной травяной долины, окружённой широким кольцом леса. Жители фермы в основном занимаются разведением скота и выращиванием овощей и фруктов. Большая часть животных — это были уже упомянутые Управляющим свиньи, а также различные виды рогатого скота — находилась сейчас на пастбищах вместе с сопровождающими его пастухами, обязанности которых выполняли более молодые жители посёлка. После этих слов нам стало ясно, куда подевались остальные обитатели домов.

В отличие от Линды, старик почему-то не стал больше расспрашивать её о нашей родной земле и цели путешествия, только ещё раз обмолвился о том, что у «ангелов» мы найдём ответы на все вопросы. Линда предпочла умолчать о нашей стычке с обитателями ковчега и смерти троих андроидов. Я тоже считал, что знать об этом людям в деревне пока не стоит, о чём и шепнул Конраду, сидевшему рядом со мной и внимательно слушавшему девушку.

Постепенно снаружи начало темнеть, и всё меньше света стало проникать сквозь окна внутрь дома, но сидевшие рядом с нами местные жители совсем не встревожились по этому поводу, и я услышал шёпот капитана, склонившего голову к моему уху:

— Кай, вот ещё одно наглядное доказательство того, что автономная система корабля исправно выполняет свои функции, по меньшей мере некоторые из них. Дневной свет меркнет, и это означает, что на ковчеге по-прежнему соблюдается необходимый для людей режим смены дня и ночи.

— Друзья мои, уже поздний вечер. Вы все наверняка устали и желаете отдохнуть, — вдруг объявил Управляющий. — Сейчас один из нас проводит вас к месту ночлега.

Мы сердечно поблагодарили его за гостеприимство и последовали вслед за сгорбленным проводником, тяжело волочившим по полу свою кривую ногу, к выходу из дома. Управляющий, не вставая с коврика, пожелал нам всем доброй ночи и, добродушно улыбаясь, помахал на прощание своей культёй.

На улице было уже совсем темно, и на небе высыпали многочисленные звёзды. Мы, разумеется, знали, что картина ночного небосвода являлась всего лишь оптической иллюзией, но она была настолько замечательно выполнена, что я невольно залюбовался сверкающим рисунком из ярких точек в далёкой чернеющей высоте.

Горбун привёл нас к одному из пустующих домов на самом краю деревни, а потом, когда мы оказались внутри хижины, зажёг маленький светильник на низком столике, заправленный, скорее всего, животным жиром, ипрохрипел, указав на лежащие на полу коврики:

— Здесь вы можете переночевать. Хозяева дома сейчас на пастбище, так что вас никто не потревожит, а чтобы вам лучше спалось, Управляющий передал вот этот кувшин с нашим лучшим вином.

Он скинул со спины сумку, которую до этого всю дорогу волочил на своём горбу, и достал оттуда глиняный сосуд и несколько грубых деревянных кружек. Затем, посмотрев на нас тяжёлым взглядом, удовлетворённо хмыкнул и вышел на улицу, громко хлопнув за собой дверью.

— Ну что, друзья, как вам такой поворот событий? — нарушил я тишину, наступившую после его ухода.

— Не знаю, как вы, а я в восторге! Эти люди и их простой уклад жизни… К тому же они разговаривают на одном языке с нами! Всё это так интересно! — Линду, похоже, переполняли эмоции.

— Не разделяю твоего воодушевления, мне они показались не очень привлекательными, — возразил я.

— Зато они миролюбивы. Нам всем надо принимать во внимание их низкий уровень развития. Теперь я твёрдо верю, что мы не пропадём здесь. Я уверена, наша скорая встреча с другими поселенцами, ангелами, ещё более прояснит сложившуюся ситуацию.

— Ну, тогда это стоит отметить! Давай-ка попробуем их вина. — Я протянул руку к кувшину. — Сегодня был ужасный день, и я хотел бы побыстрее забыть его.

— Нам всё же не следует забывать об осторожности, — предупредил Конрад. — Жители деревни, очевидно, боятся этих самых ангелов, иначе бы они не стали падать на землю при нашем приближении к деревне. Хотел бы я знать, что это за «ангельский орнамент», о котором упоминул Управляющий, и какого нет у нас с вами… Ладно, сегодня вы с Линдой можете немного расслабиться, а я, Джон и Фрея будем караулить снаружи. На всякий случай…

После его слов двое других андроидов, как по команде, сразу же вышли за дверь, и капитан уже было последовал за ними, но тут я, вспомнив одну деталь, поспешил его остановить:

— Подожди-ка, Конрад. Мне надо тебя кое о чём спросить.

Линда взглянула на меня с удивлением, но промолчала. Я наполнил вином три кружки и протянул одну девушке, а вторую андроиду. Он взял её в руки, однако пить содержимое не стал, я же, напротив, сделал большой глоток и сразу чуть не выплюнул его.

— Что за пойло! — Жидкость обожгла мне горло.

— А ты рассчитывал на мягкий и изысканный вкус? — звонко рассмеялась Линда и осторожно отпила маленький глоток. — Надо довольствоваться тем, что есть. Выбирать нам не из чего.

— Хорошо, не будем обращать внимание на вкус. Надеюсь, это терпкое вино поможет нам забыть на мгновение все тревоги сегодняшнего дня. Выпей же с нами, Конрад!

Андроид покачал головой:

— Спасибо за предложение, но я не употребляю напитки, содержащие ингредиенты одурманивающего характера.

— Как знаешь, капитан. Это твоё решение. — Я сделал ещё один глоток, на этот раз более осторожнее.

— Ты хотел меня о чём-то спросить, Кай? — напомнил он мне.

— Да. Я сегодня немного поговорил с Джоном, когда мы отдыхали на поляне и ждали твоего возвращения, и он поведал мне кое-что интересное…

— Что именно? — как мне показалось, заинтригованно спросил Конрад.

— Джон рассказал о вашем Учителе. О человеке, который прибыл на Марс и научил вас некоторым вещам. Не вполне верным, по моему мнению.

Линда изумлённо застыла с кружкой в руке, а андроид, бросив на неё смущённый взгляд, промолвил:

— Джон слишком много болтает, Кай.

— Но ведь это правда?

— Да, это так. Учитель научил нас некоторым полезным вещам и открыл нам много истин.

— И ты веришь этому человеку? Веришь его речам?

— У меня ещё не было повода сомневаться в его словах. Он старый и очень мудрый человек, имеющий большой опыт и обширные знания.

— Конрад, ты действительно веришь в то, что сможешь когда-нибудь стать человеком?

У Линды округлились глаза от моих слов. Она была настолько шокирована этой информацией, что даже не пыталась вмешаться в мой диалог с андроидом.

Между тем я подлил вина в свою кружку и продолжил:

— Каким образом этот процесс может произойти, Конрад? Это же просто физически невозможно.

— Это мне понятно, но для нас это больше вопрос веры. Мы, андроиды, верим, что чем дольше мы служим человеку, тем более похожими на людей мы становимся. Даже если при этой жизни мне так и не удастся достичь желанной цели, то для меня всё ещё существует надежда, что в следующей жизни, уже после моего Возрождения, я хотя бы на один шаг буду ближе к ней…

— Под «следующей жизнью» ты подразумеваешь восстановление твоей личности после смерти при помощи информации из идентификатора в твоей голове? — с плохо скрываемой иронией в голосе спросила Линда.

— Верно. Хотя, конечно, это не совсем так. Личность умершего андроида невозможно полностью воссоздать. Хранящаяся в идентификаторе информация загружается в мозг клона ещё до пробуждения самосознания андроида. После Возрождения он получает доступ ко всем воспоминаниям предшественника, но это совсем не значит, что его личность будет абсолютно идентичной личности прежнего носителя информации.

— Вот оно как! Получается, что новый андроид, по сути, становится самостоятельной, независимой личностью, но при этом обладает воспоминаниями умершего предшественника?

— Именно так, Линда.

— Интересно, — задумчиво проговорила она. — Раньше существовала одна занятная гипотеза о том, что воспоминания предков каждого человека, всех представителей предшествующих поколений, записаны в структуре его ДНК. Стоит только расшифровать эту информацию и можно будет проследить всю историю человечества до самых истоков. К сожалению, для нас, людей, это так и осталось гипотезой.

— Значит, можно сказать, что у андроидов она нашла своё воплощение? — предположил я.

— Выходит, что так. По крайней мере, у них это теоретически возможно. Но ведь ваши воспоминания, Конрад, невозможно перенести в мозг человека. Поэтому — увы, как мне не жаль это тебе говорить, но человеком ты никогда не станешь… — Девушка покачала головой и села на коврик у стены, зажав кружку в своих маленьких ладонях.

Я присел напротив неё и поставил кувшин с вином на пол между нами. Конрад остался стоять и, посмотрев на нас с высоты своего внушительного роста, тихо, но твёрдо произнёс:

— Речь не идёт о переносе информации от андроида к человеку. Учитель объяснил нам, что андроиды, являясь по своей природе искусственными клонированными организмами, всё же способны стать в отдалённом будущем очень похожими на людей. Живя рядом с вами, помогая вам во всём и одновременно с этим перенимая ваши интересы, стремления и привычки, мы будем постепенно всё больше и больше походить на вас. Со временем мы станем настолько схожими с вами, что практически перестанем быть всего лишь бесчувственными организмами. И если когда-нибудь у нас возникнут присущие только человеку чувства, такие как радость, восторг, грусть, восхищение, надежда и, возможно, даже любовь, то вместе с ними появится и душа.

— Душа! — с презрительной ухмылкой обронила Линда. — Люди сами уже давно не верят в эту религиозную чушь! Меня безмерно удивляет сам факт возрождения этого архаичного понятия среди андроидов! Конрад, ты почему-то забыл упомянуть о других человеческих чувствах и эмоциях: гнев, страх, стыд, презрение, зависть, гордость и страсть. Вы не боитесь, что став похожими на нас, вы будете повторять наши ошибки, и что у вас могут появиться наши недостатки?

— Всё, что ты перечислила, уже в далёком прошлом. Человечество давно излечилось от своих пороков, — возразил я ей.

— Да, это так, ведь пока мы всё ещё живём в достаточно благополучном и спокойном мире. Но, поверь, стоит только внешним обстоятельствам кардинально измениться в худшую сторону, и тогда наши низменные инстинкты, уже очень долгое время незыблемо дремлющие где-то глубоко внутри нас, моментально пробудятся от своего векового, вернее, тысячелетнего сна.

— Ты опять чересчур сгущаешь краски. Выпей-ка лучше вина и немного расслабься, — посоветовал я и, решив подать пример, мигом опустошил свою кружку.

— А вот в этом ты прав! Пора мне уже срочно избавляться от этих депрессивных мыслей, — усмехнулась она и протянула мне руку с пустой кружкой.

Я почти до краёв наполнил её пьянящей жидкостью из кувшина. Вино, показавшееся мне поначалу горьким и неприятным на вкус, уже не вызывало у меня такого явного отторжения. Алкоголь быстро подействовал на мой уставший организм, способствуя появлению приятной лёгкости в теле.

— Всё-таки тебе не удалось убедить меня, Конрад, — заметила Линда. — Я бы очень хотела встретиться с вашим Учителем, чтобы лично пообщаться с ним. Ты же поможешь мне в этом, когда мы закончим с «Прометеем»?

— Я буду рад познакомить тебя с Учителем. И тебя, Кай, тоже. Если ты, конечно, сам этого пожелаешь…

— Почему бы и нет? Я уже давно хотел побывать на Марсе. Вот и нашёлся повод, чтобы сделать это, — не раздумывая, согласился я.

Андроид удовлетворённо кивнул и добавил:

— Нам осталось только выбраться отсюда. Надеюсь, после встречи с этими «ангелами» наше положение прояснится, и мы сможем наладить контакт с корабельным ИскИном или же найдём какой-нибудь другой выход из создавшегося положения. А сейчас я покину вас. Отдыхайте. Мы втроём будем всю ночь на страже снаружи. Кай, на всякий случай я оставлю тебе один из наших импульсаторов.

После этих слов он вручил мне свой пистолет и сразу же вышел, плотно прикрыв за собой входную дверь. Я отрешенно повертел оружие в руках и положил его на коврик рядом с собой.

— Чем больше я узнаю об андроидах, тем сильнее они меня удивляют, — пробормотал я.

— Полностью согласна с тобой. Раньше я тоже не особо задумывалась о них. Андроиды казались мне бесчувственными клонами, и я считала, что они по своему образу мышления не сильно отличаются от киборгов. Оказывается, что это не совсем так, — пристально посмотрев на дверь, за которой скрылся капитан, промолвила Линда.

— Бесчувственные клоны? Скорее всего, это правильное определение, ведь по утверждению самого Конрада человеческие чувства в них ещё пока не зародились.

— Не знаю… Ты заметил, как отреагировала Лена, когда Боло попал в ловушку? А какое странное выражение лица было у Конрада, когда он извлекал идентификатор из мёртвого тела Тины!

— Да, я тоже обратил на это внимание, но, вполне возможно, что с их стороны это была просто тревога за своих товарищей, как павших, так и живых, а вместе с тем и за судьбу всей нашей экспедиции. Не думаешь же ты всерьёз, что они способны на какие-то другие, особые, чувства по отношению друг к другу, на что-нибудь наподобие личной привязанности?

— Сейчас я уже ни в чём не уверена… Андроиды, ИскИны — все ведут себя совсем не так, как должны были бы. Может, наши с тобой представления о них недостаточно объективны?

— Линда, ты опять принялась философствовать! Лично меня сейчас интересует только то, как и когда мы выберемся отсюда, впрочем, даже этот вопрос я не желаю уже обсуждать сегодня. Давай оставим все наши проблемы на завтра… Смотри, у нас осталось совсем немного вина! — Я взболтал содержимое кувшина, бывшего, к моему сожалению, не таким уж вместительным, и вылил остаток жидкости в наши кружки.

Меня начала одолевать усталость, и я с наслаждением прилёг на тонкий коврик, положив под голову скрещенные руки. Линда ещё долго говорила о странностях обитателей ковчега, о значимости нашей экспедиции и о своих планах на будущее. Я слушал её мягкий, завораживающий голос, даже не предпринимая попыток прервать этот монолог. Со временем мои глаза начали слипаться, голос девушки становился всё тише, а затем и вовсе умолк. Находясь уже в полудрёме, я понял, что она заснула, и, почувствовав неимоверную тяжесть во всём теле, сам провалился в крепкие объятия сна.

Глава 12

— Родной, просыпайся. Нам пора… — лёгкое, нежное прикосновение к моей коже, тонкий цветочный аромат и тёплое, ни с чем не сравнимое чувство в моей груди, — вставай, уже утро!

Тихий, приятный голос манил меня из царства сновидений, но мне совсем не хотелось пробуждаться, не хотелось открывать глаза и вырываться из этого сладкого плена. Я хотел навсегда остаться в нём — там, где звучал мягкий женский голос и сердце замирало от прикосновения тёплых, заботливых рук.

Но тонкие, невесомые сети чудесного сна вдруг стали превращаться в тугие, тяжёлые нити липкой паутины, а волшебный голос исчез, резко сменившись тревожным, испуганным криком:

— Кай, очнись! Кай, прошу тебя!

Вязкая, тягучая паутина не позволяла мне выбраться из пелены кошмара. Моё тело как будто было опутано ею, грудь сдавило, и мне пришлось изо всех сил напрячь свои мышцы, чтобы наконец-то сбросить тяжкие оковы и узнать, кто же так настойчиво звал меня по имени.

Я с трудом разлепил глаза, и последние обрывки сновидений исчезли из моей головы, наполняя её взамен тупой, ноющей болью, словно топором раскалывающей мой мозг пополам.

— Кай! Да очнись же ты, наконец! — отчаянно кричала Линда, пытаясь достучаться до моего сознания.

Но её пронзительный крик потонул в невероятном шуме воплей, свиста и глухого рычания. Поначалу мне показалось, будто мы с ней находимся в самом эпицентре этой кошмарной какофонии звуков, но когда взор мой достаточно прояснился, я увидел деревянные стены и потолок, и мне сразу стало ясно, что мы по-прежнему в хижине. Я попытался встать на ноги, но вдруг, к своему ужасу, обнаружил, что тело моё крепко обмотано тугой верёвкой, словно коконом, причём руки были так плотно прижаты к бокам, что я был способен пошевелить только пальцами. Мне не удалось даже согнуть свои ноги, не говоря уже о том, чтобы встать на них. Повернув в полной растерянности голову на голос Линды, я обнаружил, что она лежит связанная у противоположной стены и находится в точно таком же обездвиженном состоянии.

Она затихла, заметив, что я проснулся, и мы, наверное, целую минуту молча смотрели друг другу в глаза, в то время как снаружи, за пределами хижины, царил настоящий ад. Или что-то очень похожее на это место, судя по жутким звукам, доносившимся оттуда.

Затем девушку будто прорвало, и она взахлёб заговорила со слезами на глазах:

— Как я рада, что ты очнулся! Когда я пришла в себя, ты лежал будто мёртвый. Я боялась, что ты уже не оправишься от отравления и я останусь здесь совсем одна… Ты в порядке? Когда ты потерял сознание? Ты что-нибудь помнишь?

— Подожди, Линда! Не всё сразу! — прервал я, поморщившись, бурный поток её слов. В моей голове до сих пор не затихала пульсирующая боль. — Последнее, что я помню, это наш с тобой разговор, когда мы пили вино. Потом я, видимо, отключился.

— Мы с тобой наивные болваны, Кай! Вероятно, местные жители подмешали в напиток какую-то отраву или снотворное, а затем незаметно проникли сюда ночью и связали нас, заранее убедившись, что все андроиды находятся снаружи. И как только мы могли быть такими доверчивыми?

— Сейчас это уже не имеет значения, Линда. Что тебе известно, ты же очнулась раньше меня? — Я окинул взглядом погружённую в полумрак комнату и увидел, что дверь и окна прочно закрыты изнутри широкими досками. Люди, которые нас связали, не забыли позаботиться и об этом. Вполне возможно, что наши друзья-андроиды пытались проникнуть внутрь дома, чтобы освободить нас, но их попытки остались безуспешными. Как и следовало ожидать, импульсатора, оставленного мне накануне Конрадом, рядом не оказалось. Он исчез, так же как и мой меч.

— Меня разбудили эти жуткие крики. Обнаружив, что связана, я сразу же попыталась докричаться до тебя, но ты вообще не подавал никаких признаков жизни. Я боялась подумать, что ты умер… — начала рассказывать Линда, но её голос тут же потонул в душераздирающем вопле, и затем стена, у которой она лежала, содрогнулась от тяжёлого удара.

Удар был такой силы, что нижние доски с громким хрустом треснули, и небольшой кусок откололся от одной из них и упал на пол. Линда вскрикнула и, инстинктивно среагировав, откатилась от повреждённого участка стены в центр комнаты.

Сражение за пределами нашей хижины — а в том, что снаружи шёл смертельный бой, у меня уже не было никаких сомнений — всё не затихало. Увидев, каким образом Линда сумела переместиться в глубь комнаты, я решил проделать то же самое, но только в обратном направлении. Я плотно прижал подбородок к груди, чтобы не ударяться головой о доски, и попытался, перекатываясь по твёрдому полу, таким затруднительным способом подобраться к небольшому отверстию в стене, образовавшемуся там после удара. Дневной свет ярким лучом проникал внутрь дома через эту брешь, и я решил воспользоваться ею в качестве смотрового отверстия. Когда я наконец-то достиг цели, там мне пришлось ещё немного подкорректировать положение своего тела так, чтобы лицо моё располагалось точно напротив дыры в досках.

Мне открылось воистину ужасающее зрелище. Первым, что сразу же бросилось мне в глаза, было большое количество трупов, разбросанных в беспорядке на траве между домами деревни и на поляне недалеко от нашей хижины. Тела людей по своему внешнему виду очень напоминали тех дикарей, которые атаковали нас вчера в туннельном переходе ковчега. Вперемешку с человеческими трупами, а где-то прямо и на них, лежало несколько мёртвых животных с длинными мускулистыми телами, покрытыми короткой бурой шерстью и имеющими мощные, короткие лапы и кинжалообразные острые клыки, выпирающие вниз из верхней челюсти свирепой морды. Неподвижное тело одного такого зверя распростёрлось на земле прямо у нашего дома. Скорее всего, это животное в прыжке обрушилось всей своей тяжестью на стену, повредив в результате доски, из которых она была сложена, уже и до этого случая не отличавшиеся особой прочностью.

Причину, спровоцировавшую это происшествие, я обнаружил рядом с мёртвым телом зверя. Справа от него с напряжённым, сосредоточенным лицом стояла Фрея и, сжимая в вытянутых вперёд руках импульсатор, вела прицельный огонь по наступающему противнику. Впрочем, архаичное словосочетание «прицельный огонь» здесь не вполне соответствовало действительности, так как никакого «огня», в принципе, и быть не могло. Я слышал только приглушённые щелчки выстрелов, и люди, с громкими воплями нападавшие на неё, падали как подкошенные на землю, поверженные невидимым и губительным импульсом энергии.

Тем не менее вооруженные мечами и короткими копьями враги, несмотря на скорую смерть своих соплеменников и, несомненно, непонятную для них, смертоносную мощь оружия девушки-андроида, похоже, совсем не намеревались ослаблять свой натиск. Вместо этого они прятались за соседними домами, чтобы затем, истошно вопя и размахивая оружием, выбежать из укрытия и, быстро метнув копьё в направлении Фреи, попытаться бегом добраться до неё и сразить уже своим мечом. Однако все эти отчаянные попытки пока не принесли должного результата, и у ног девушки уже лежало множество копий, а из трупов врагов образовалась своеобразная дорожка, ведущая к поляне в центре деревни.

Посмотрев ту сторону, я увидел Конрада с обнажённым мечом в руке и Джона с двумя боевыми топорами, стоявших спиной к спине в кольце из обступивших их вооружённых людей. Трупы поверженных противников усеивали поляну за пределами этого кольца, и, кроме того, я заметил несколько мёртвых животных, лежавших в странных позах неподалёку. По явному отсутствию ран на телах людей и зверей, я догадался, что андроиды убили их при помощи своих импульсаторов. Должно быть, Конрад и Джон уже израсходовали весь имевшийся у них боекомплект, и пистолеты теперь стали бесполезными, иначе они не взялись бы за клинковое оружие.

Внезапно прозвучал оглушительный гортанный крик, и после этого воины, плотной стеной окружавшие двоих андроидов, перешли в наступление. Замельтешили мечи и копья, и наши друзья скрылись из виду за спинами наступающих дикарей, но буквально в следующее же мгновение первые трупы врагов начали падать на землю. Вопреки всему ужасу и дикости ситуации, я невольно залюбовался боевыми умениями андроидов. Конрад вращал мечом с невероятной скоростью, расчленяя тела и отсекая руки и головы своих противников. Джон не отставал от своего капитана, и его топоры также несли неминуемую смерть и тяжёлые увечья неприятелю. Аборигены, очевидно, не ожидали такого развития событий. Их пыл заметно поубавился, и те, кто ещё остался в живых и мог самостоятельно передвигаться на своих ногах, поспешно отступили, стараясь при этом всё же не нарушать строя, — кольцо вокруг андроидов стало значительно шире, но так и не исчезло окончательно.

— Кай, что ты видишь? — Раздался позади меня тревожный голос Линды. Я так увлёкся происходящим, что на мгновение совсем позабыл о ней.

— Там идёт настоящая бойня. Нашим андроидам приходится туго, но они пока ещё сдерживают натиск, — быстро обернувшись, бросил я и, вернувшись снова к наблюдению, принялся попутно комментировать события для девушки.

Вдруг воздух прорезал резкий свист, за которым последовал громкий протяжный крик, а затем прямо напротив поляны из густых зарослей травы, высокой стеной опоясывающих деревню, неожиданно появилась довольно-таки странная процессия. Из неё заметно выделялось трое мужчин громадного роста и исполинской мышечной массы. Благодаря своему внушительному росту они значительно возвышались над побегами травы, и я, наверное, мог бы заметить их приближение намного раньше, если бы не был так увлечён схваткой андроидов с дикарями.

Гиганты были босы и одеты только в широкие кожаные шорты. Их лица были скрыты за плоскими масками, имеющими прорези для глаз, носа и рта. Каждый из них нёс в одной руке длинное копьё, а в другой сжимал толстую верёвку, свободный конец которой был затянут на короткой, мощной шее свирепо рычащего зверя. Трупы таких же животных, сражённых импульсами пистолетов, я уже заметил ранее на поле битвы. Великанов окружала группа мужчин нормального роста и сложения, но при этом они доходили головами своим спутникам только до живота, и со стороны это выглядело так, будто дети шли рядом со взрослыми людьми. Все они были буквально увешаны различным оружием, и одежда у них была существенно лучше, чем у исполинов, — я увидел ботинки, а также штаны и куртки из кожи. Тела их имели правильные пропорции, в отличие от жителей деревни и людей, напавших на андроидов, вот только лица их показались мне не совсем нормальными: они были частично, а у некоторых даже полностью, покрыты какими-то непонятными узорами, и поэтому, а также из-за расстояния, я не мог определить, имели ли они приятные черты лица, как все цивилизованные люди, или же были некрасивы и даже уродливы, как те аборигены ковчега, которых нам довелось повстречать до этого момента.

Словно по мановению руки крики затихли, и люди, до этого момента нападавшие на двоих андроидов, опустили оружие и расступились. Даже те, кто всё ещё не оставлял попыток атаковать Фрею, прекратили свои действия и скрылись за домами. Я увидел, как она устало прислонилась спиной к стене нашей хижины и бросила импульсатор на землю. По-видимому, она тоже израсходовала весь боекомплект и избавилась от пистолета, как от бесполезной теперь вещи. Девушка-андроид достала из-за пояса свой мачете и замерла как статуя с копьём в другой руке, не сводя при этом настороженного взгляда со своих товарищей и странных людей и животных, так неожиданно появившихся из зарослей. Я уже хотел было крикнуть ей, что мы с Линдой живы и заперты в доме, но потом передумал, так как побоялся отвлечь её внимание.

Конрад и Джон, не выпуская из рук оружия, обильно обагрённого вражеской кровью, стояли в немом ожидании прямо напротив гигантов и злобно рычащих зверей. Их разделяло лишь несколько десятков шагов. Прошло всего лишь пару минут, которые показались мне вечностью, как группа незнакомцев дополнилась новой персоной. В наступившей тишине, прерываемой лишь утробным рычанием животных, из зарослей выступил необыкновенный зверь. Это был невероятный гибрид из лошади, быка и ещё какого-то незнакомого мне животного. Его тело состояло из толстого, мохнатого туловища, коротких и сильных ног, заканчивающихся мощными плоскими копытами, а также большой косматой головы с двумя длинными рогами, растущими по обе стороны черепа. Сквозь его морду, точнее, сквозь щёки и плоский широкий нос, была протянута тонкая верёвка, петлёй уходившая ему на спину, где в седле с важным видом восседал обнажённый по пояс человек.

На широкие плечи наездника был накинут длинный кожаный плащ, свисающий с тела животного почти до самой земли. Лицо сидящего верхом человека, так же как и у остальных воинов, появившихся вместе с гигантами, было покрыто замысловатой сетью узоров. Поравнявшись с тремя великанами, ездовое животное остановило свою тяжёлую поступь и замерло. Я обратил внимание на то, что у его задних ног стоял один низкорослый человек в тёмном балахоне с большим капюшоном, полностью скрывающим лицо. Наездник внимательным взором окинул окрестности, поднял правую руку и, указав на двоих андроидов, произнёс что-то. Я не расслышал его команду, но дальнейшие события не оставили сомнений в смысле сказанных им слов.

Гиганты отпустили верёвки, сдерживающие до этого момента троих зверей, и те молниеносно кинулись на андроидов. Первый из них уже через долю секунды достиг наших друзей и взвился в воздух, похоже, намереваясь в прыжке схватить одного из них. Конрад моментально выставил свой меч остриём вперёд и вогнал его по самую рукоять в широко распахнутую пасть животного. Тело уже мёртвого зверя по инерции сбило капитана с ног, придавив его к земле, и кровь фонтаном хлынула из страшной раны в горле хищника на грудь андроида. Конрад попытался скинуть с себя мёртвую тушу, но в то же мгновение второй зверь упал на него сверху и впился своими острыми клыками ему в руку.

Третий хищник выбрал себе в жертву Джона. Но андроид выбрал иную тактику, чем его командир. Выждав момент, когда зверь бросится на него, он сам ринулся ему навстречу и плашмя упал на землю. Гибкое тело зверя пролетело в воздухе над ним, лишь слегка зацепив когтями спину Джона и разорвав в том месте материал комбинезона. Обманутое животное разочарованно взревело и, мягко приземлившись на лапы, быстро развернулось на сто восемьдесят градусов, чтобы вновь атаковать свою жертву. Но было уже поздно. Джон опередил его, резко вскочив с земли на ноги, и со всей силы всадил один из своих топоров тому в голову. Зверь издал короткий, жалобный рык, попятился назад с торчащим из окровавленного черепа топором, а затем повалился на бок и затих.

Боковым зрением я увидел, как Фрея сорвалась с места и бросилась на выручку товарищам, кромсая своим мачете тела врагов, осмелившихся встать у неё на пути. Одновременно с ней Джон, прижав к груди оставшийся топор, помчался прямо к наезднику и группе воинов. Они сразу же обступили ездовое животное своего командира и ощетинились копьями. Тем временем несколько из них побежало к Конраду, яростно пытавшемуся избавиться от хватки последнего, оставшегося в живых зверя. Как ни старался, я не мог уследить за всем сразу, поэтому сосредоточил всё своё внимание на Джоне.

Не добежав буквально пару шагов до первого ряда воинов, андроид широко размахнулся и метнул свой топор в их предводителя. Но его оружию не суждено было достичь намеченной цели. Наездник проявил ошеломительную быстроту реакции и мгновенно среагировал на нападение, прижавшись грудью к спине своего животного. Топор, блеснув лезвием под искусственным солнцем, пролетел над его головой и упал в высокую траву уже за границей поляны. Джон остановился на секунду, чтобы проследить взглядом его полёт и, вероятно, именно это и стало роковой ошибкой для него. Из-за мимолётной задержки он упустил из вида одного из гигантов. Тот находился ближе всех к Джону и после его неудавшегося броска сорвался с места, и на полном ходу вонзил своё длинное копьё в живот андроиду.

Удар был чудовищной силы — оружие проткнуло тело Джона навылет, наконечник вышел за спиной андроида, и его комбинезон сразу же потемнел от крови. Увидев эту сцену, командир наших противников недовольно скривил лицо, выкрикнув что-то неразборчивое, и с явной досадой хлопнул себя рукой по бедру. Уже умирая, Джон обхватил руками торчащее из живота копьё, словно пытаясь вырвать его оттуда, но гигант со злобным рычанием прокрутил своё орудие в ране и вонзил его ещё глубже. Голова андроида упала на грудь, и ноги подкосились. Его убийца выпустил оружие из рук и своей мощной ногой оттолкнул Джона. Тело андроида, нанизанное на древко, опрокинулось назад и наконечник копья глубоко вошёл в землю, пригвоздив к ней нашего друга…

Я оцепенел при виде такой жестокости и от осознания потери. Всё произошло так стремительно, что мне даже не удалось рассказать Линде про атаку зверей, не говоря уже о последовавших за ней событиях. Девушка со страхом и тревогой в голосе спрашивала о чём-то у меня за спиной, но я, всё ещё ошеломлённый смертью Джона, никак не реагировал на её настойчивые вопросы.

Вдруг будто ядро из древней пушки врезалось в ряды статных воинов, разбрасывая их в стороны, — это Фрея, наконец-то, достигла неприятелей, пробившись через осаждавших её дикарей. Первый же воин, выступивший против девушки-андроида, пал, пронзённый копьём в шею. Не пытаясь даже вырвать оружие из мёртвого тела врага, Фрея перепрыгнула через его труп и принялась орудовать окровавленным мачете. Острая сталь смертоносным вихрем закружилась в толпе. Ей удалось сразить несколько человек, но остальные всем скопом набросились на неё, тем самым ограничивая её способность передвигаться, но в то же время и мешая друг другу.

Предводитель аборигенов, находясь на безопасном расстоянии от места сражения, указал рукой на девушку-андроида и истерично закричал. На этот раз я отчётливо услышал его слова:

— Убейте, проклятую ведьму! Живо принесите мне её голову, псы!

Двое гигантов, до сих пор лишь безучастно наблюдавшие за схваткой, моментально взяли свои копья наперевес и ринулись в толпу, окружившую андроида. Если бы не натиск воинов, Фрея, возможно, смогла бы увернуться от великанов. Но силы были слишком неравны, и через минуту она упала на трупы сражённых ею врагов, пронзённая сразу двумя длинными копьями. Воины поспешно расступились, и один из гигантов вырвал из рук мёртвой девушки мачете, схватил Фрею за коротко стриженные волосы и резко опустил клинок вниз, перерубив её шею одним стремительным движением. Затем высоко поднял отрубленную голову и торжествующе проревел что-то нечленораздельное. Остальные гиганты вместе с воинами с воодушевлением присоединились к его воплю. Все они, кроме предводителя, принялись кричать, хохотать и даже приплясывать от радости.

— Что там происходит, Кай? Не молчи! — Как сквозь туман донёсся до меня полный отчаяния голос Линды.

Я отвернулся от своего смотрового отверстия и взглянул на неё. Она лежала на боку, туго обмотанная верёвкой, прямо позади меня, волосы её были в беспорядке — локоны закрывали половину лица, а глаза были полны тревоги, но в то же время и надежды.

— Всё кончено, Линда. Джон и Фрея убиты…

Я с трудом произнёс эти слова. Перед моим внутренним взором ещё проносились ужасные картины смерти двоих андроидов. Глаза девушки широко распахнулись, и она испуганно прикусила нижнюю губу.

— А Конрад? Что с ним? — после небольшой паузы взволнованно прошептала она.

— Он ещё жив, но не думаю, что он способен один что-либо сделать для нашего с тобой освобождения… — обречённо ответил я и вновь повернулся к отверстию в стене.

Увиденное окончательно убило во мне всякую надежду. Третий зверь, напавший на Конрада и вцепившийся тому в руку, лежал сейчас бездыханным, а из его горла сбоку торчала рукоять ножа. Конрад, безусловно, был великим бойцом! Капитану каким-то непостижимым образом удалось убить свирепое животное, но это обстоятельство лишь ненадолго отсрочило неизбежную развязку: сейчас всё тело андроида было плотно обмотано верёвками, и только голова его оставалась свободной от пут — лишь по её редким движениям я понял, что он ещё жив. Должно быть, воины, устремившиеся к Конраду в тот момент, когда Джон атаковал их командира, сумели всё-таки одолеть раненного хищником андроида.

Разные мысли проносились у меня в голове, и сейчас, спустя уже много времени, мне кажется, что тогда я не осознавал до конца всех возможных последствий для нас, несмотря на всю серьёзность сложившейся ситуации. Мне просто не верилось, что моей жизни, а также жизни Линды, может угрожать серьёзная опасность. То, что произошло с андроидами, — их ужасная смерть, никак не могло случиться с нами, с людьми. Мой разум категорически отрицал такую возможность, хотя сердце в то же время сжималось от страха и отчаяния.

Вдруг мои размышления прервал глухой скрежет, и несколько досок пола в дальнем углу хижины подлетели вверх, как от сильного удара. В результате этого в дощатом полу образовалось широкое отверстие, из которого тут же появилась косматая голова жителя деревни. Я сразу же узнал в нём одного из людей, сидевших вместе с нами за общей трапезой накануне. Он, прищурившись, поглядел на нас с Линдой, затем окинул взглядом всё помещение и, довольно хмыкнув, выбрался из дыры. Вслед за ним внутрь хижины пробралось ещё двое его грязных и уродливых соплеменников.

— Помогите нам, друзья! Прошу вас! — взмолилась Линда.

Но они даже не удостоили нас своим вниманием, молча проковыляли к входной двери и железным штырём принялись отрывать доски, которыми она была заперта. Теперь мне стало ясно, каким образом жители деревни пробрались к нам ночью и связали нас, пока мы оба были без сознания. Линда замолчала, осознав, что просить их о помощи бесполезно. Мы с ней молча наблюдали за действиями наших пленителей. Они быстро и ловко справились со своей задачей, вероятно, подобную работу они проделывали уже не в первый раз.

Вскоре последняя доска была откинута в сторону, после чего один из них широко распахнул дверь и, выйдя наружу, громко крикнул:

— Они очухались! Всё в порядке!

Спустя мгновение в хижину вбежало несколько крепких воинов с разукрашенными лицами и, грубо схватив нас, поволокли наружу. Протащив на руках до поляны, они бросили нас на землю прямо под ноги верхового животного, на котором с гордым видом восседал их предводитель.

— Здесь ещё одна ведьма! — вдруг с ужасом в голосе завопил он.

Гиганты, стоявшие рядом с ним, сразу же нацелили свои копья на Линду, ничком лежащую на траве и со страхом в глазах взирающую на них. Я в порыве ярости напряг мышцы рук, тщетно пытаясь разорвать путы, ведь я был свидетелем того, как погибла Фрея, и сейчас понимал, что жизнь девушки висит на волоске.

— Пожалуйста, не спеши, повелитель! Если бы она действительно была ведьмой, то уж точно не дала бы себя связать, — произнёс кто-то хриплым голосом из-за крупа животного, и вперёд вышел человек в тёмном балахоне с капюшоном на голове.

Во время битвы он не покидал своего безопасного места у задних ног животного и только сейчас осмелился сделать несколько неуверенных шагов, приблизившись почти вплотную к девушке.

Он низко склонился над ней. Хотя я не мог видеть его лица из-за накинутого на голову широкого капюшона, у меня не было никаких сомнений в том, что он тщательно её рассматривает или даже оценивает. Линда замерла на земле и испуганно смотрела на него. Через минуту он выпрямился, откинул капюшон на спину, и я невольно вздрогнул. Мне он показался ещё уродливее жителей деревни, а ведь они вовсе не отличались привлекательностью. Мужчина был довольно молод, но этот факт всё же не мог скрасить его отвратительной внешности. Я увидел щербатое лицо с непомерно длинным и кривым носом, широким ртом с отвислой нижней губой, открывающей вид на редкие, мелкие зубы, и высоким лбом, усеянным многочисленными бородавками и родинками. Неприглядную картину дополняли заросшие волосами уши с очень крупными, свисающими вниз мочками, через которые была продета тонкая железная цепь, идущая под подбородком от от уха до уха.

— В этой самке нет колдовской силы, повелитель, — прохрипел он.

— Надеюсь, что ты прав, лекарь! — грозно буркнул наездник, расстегнул застёжку своего плаща и бросил его на землю, затем перекинул одну ногу через седло и спину животного и легко соскочил вниз. — Ты знаешь, чем рискуешь, если ошибся!

Один из воинов тут же подбежал к лежащему на земле плащу своего начальника и подобрал его. Уродливый лекарь склонил в почтении голову и, пятясь назад, отошёл на пару шагов от Линды. Я молча наблюдал за этой сценой, думая о том, что для нас пока будет благоразумнее не проявлять активности. Командир воинов подошёл ближе к нам и остановился у моих ног.

— Проклятые отщепенцы уничтожили много людей из моего отряда и почти весь отряд Ханума! Уже только от одной этой мысли мне становится не по себе, лекарь! — со злостью в голосе прошипел он. — Если бы я знал заранее, что с ними ведьма, то не стал бы так неосторожно появляться у неё на виду. Хвала Мету, что он направил копья моих берсерков на эту тварь! Робур, это правда, что именно она убила колдовским способом кочевников Ханума, а также всех его боевых котов?

Один из воинов, широкоплечий мужчина с длинным шрамом на левой щеке, вздрогнул, сделал шаг вперёд и, потупив взор, почтительно промолвил:

— Да, великий вождь! Я лично осмотрел трупы кочевников, самого Ханума и боевых котов, которых мы ему предоставили. На многих из них нет видимых ран. Эти люди, а также все боевые коты кочевников были убиты колдовской силой мерзкой ведьмы!

— Я слышал о существовании ведьм, лейтенант, но никогда ещё не видел их живьём. До сегодняшнего дня все рассказы о них я считал глупой болтовнёй. Воистину Мет непредсказуем! Много странных тварей кишат в его полостях! — Вождь с отвращением сплюнул на землю. — Почему меня не предупредили о том, что среди отщепенцев находится ведьма? Кто главный на этой ферме? Приведите его сюда!

Он стоял рядом со мной, но не считал нужным удостаивать меня даже взглядом. Я же, напротив, внимательно рассматривал его. Человек этот был высокого роста и крепкого телосложения — могучие мышцы перекатывались у него под кожей при каждом его движении. Из одежды на нём остались только штаны, плотно сшитые из кусков кожи, и ботинки с толстой деревянной подошвой. Сбоку, на поясе, висели искусно украшенные разноцветными камешками и замысловатыми рисунками короткие ножны, с торчащей из них костяной рукоятью ножа или кинжала. У вождя были прямые светлые волосы, доходившие ему до плеч. Лицо его обладало идеально правильной формой. Оно могло бы показаться мне красивым, если бы не странные узоры, нанесённые на лбу, носу, щеках и даже шее. Узоры эти представляли из себя сложное переплетение тонких разноцветных линий и каких-то непонятных мне знаков и символов. Остальные воины, стоявшие на почтительном расстоянии от него, также имели сильные, стройные тела и лица, разукрашенные похожим образом.

Через пару минут на поляне появилось ещё два человека — воин и один из жителей деревни, сильно сгорбленный и прикрывающий лицо руками. Воин пинками подгонял этого человека, и тот послушно ковылял впереди него, только лишь громкими, жалобными стонами реагируя на столь грубое обращение с собой.

Подобострастно подбежав к вождю, он ничком бросился на землю и запричитал:

— Могущественный повелитель, великий вождь ангелов, сжалься надо мной, над твоим верным псом! Я ничего не знал о ведьме!

Я бросил взгляд на Линду и увидел шок в её глазах. Меня самого эти слова привели в крайнее изумление. Так это и есть те самые «ангелы»? И именно эти люди, как мы наивно полагали, должны были помочь нам найти выход с ковчега? Как же глубоко мы заблуждались! Я посмотрел на Конрада, туго обмотанного верёвками и лежащего на земле неподалёку от нас, но, как обычно, не обнаружил на его лице никаких эмоций. Рана на руке, нанесённая челюстями свирепого хищника, обильно кровоточила, и левый рукав комбинезона уже потемнел от крови. Это обстоятельство не на шутку встревожило меня, и я подумал, что если в ближайшее время андроиду не будет оказана врачебная помощь, то он может умереть от потери крови.

Вождь сделал шаг к распростёртому ниц жителю деревни и жёстко ударил его в бок своим ботинком. Человек громко завопил от боли и, перевернувшись на бок, сжался в комок. Теперь я мог разглядеть его лицо. Это был сам Управляющий: ещё вчера мы, не подозревая подвоха с его стороны, мирно ужинали вместе с ним.

— Паршивый ублюдок! Как ты мог не знать об этом? Или ты хочешь, чтобы мои берсерки позабавились с тобой? — свирепо прорычал вождь.

— Смилуйся, повелитель! Клянусь своей никчёмной жизнью, ведьма ничем не выдавала себя!

— Падаль! Мерзавец! — Командир воинов с видимым наслаждением вновь сильно пнул Управляющего, на этот раз уже в живот, тщетно прикрываемый руками несчастного.

Тот жалобно взвыл и перекатился на спину. Его обидчик уже поднял ногу, намереваясь ударить Управляющего прямо в открытое лицо, но был неожиданно остановлен хриплым возгласом лекаря:

— Повелитель! Позволь сказать слово в его защиту!

Вождь замер, посмотрел в сторону говорившего и медленно опустил ногу на землю.

— Я слушаю тебя, лекарь! Но знай, если твои доводы покажутся мне неубедительными, то я возьму его вонючее тело с собой в Цитадель и скормлю там боевым котам. Теперь я уже не желаю, чтобы мои верные берсерки пачкали свои руки о грязную и отвратительную плоть этого урода!

Управляющий задрожал мелкой дрожью и закрыл голову руками. Мы с Линдой с отвращением наблюдали за происходящим. Я видел негодование, сквозившее в её взгляде, и поэтому, улучив момент, когда она на меня посмотрела, отрицательно покачал головой, дав ей тем самым понять, что нам не стоит вмешиваться. Она еле заметно кивнула и вновь обратила свой взор на обитателей ковчега.

— Мой вождь, работникам фермы удалось каким-то образом связать двоих отщепенцев, которые сейчас лежат у твоих благородных ног, — начал свою речь лекарь. — Но ведь эта прелестная самка тоже вполне могла оказаться гнусной ведьмой. Я уверен, фермеры не допускали даже мысли о том, что среди отщепенцев может находиться ведьма, иначе бы они не стали идти на такие решительные меры. Всё, на что они могли бы осмелиться в данном случае, — это только предупредить вас, ангелов, об опасности, а потом спокойно дожидаться развития событий.

— Ты складно говоришь, лекарь, и твои слова не лишены определённого смысла, — задумчиво проговорил предводитель воинов. — Эти трусливые фермеры на большее и не способны.

— Повелитель, разреши мне задать несколько вопросов этому старику.

— Действуй! Я и так уже позволил себе слишком много лишнего — не пристало принцу ангелов, сыну верховного правителя Одреда, лично вести допрос грязных рабов. Подобную честь мы оказываем только нашим врагам. — Вождь скрестил мускулистые руки на груди и презрительно усмехнулся.

Лекарь низко поклонился ему и, быстро развернувшись к Управляющему, властно спросил:

— Фермер, как вам удалось пленить этих двоих отщепенцев?

Старик, успевший к этому времени опять распластаться на земле лицом вниз, приподнял голову и бросил робкий взгляд на спрашивающего.

— Когда они появились у нас на ферме, мы сразу же пригласили их всех ко мне в дом и накормили, — ответил он прерывающимся от страха голосом. — После этого я распорядился разыскать отряд повелителя Артиса, так как знал, что он со своими ангелами охотится неподалёку. Я сделал всё возможное, чтобы во время ужина усыпить бдительность наших гостей, а когда они отправились спать, передал им кувшин вина с подмешанным в него соком из корня кареаны. Я надеялся, что они все попробуют его и заснут, как только яд растения проникнет в кровь, но, к моему прискорбию, некоторые из них, по-видимому, не стали пить вино, а сразу же покинули отведённую им хижину и остались на всю ночь снаружи.

— Значит, эти двое поддались искушению и отведали твоё пойло? — предположил лекарь и указал пальцем на меня с Линдой.

— Да. Они вылакали всё до последней капли в кувшине. Когда кочевники Ханума были уже на границе фермы, мои люди пробрались по подземному ходу внутрь дома. Отщепенцы спали как младенцы! Мы прочно заперли дверь и окна хижины и крепко их связали.

— Твоя ловушка сработала превосходно, фермер. Ты ведь уже проделывал подобное?

— К нам иногда забредают странники, и таким способом мы справляемся с ними и поставляем их коменданту Цитадели.

— Заканчивай с ним, лекарь! — прервал его грозным голосом вождь ангелов. — Я намереваюсь ещё засветло вернуться в Цитадель. А перед этим мне ещё надо допросить отщепенцев. Один из них — могучий воин, но он ранен, а мне он обязательно нужен живым. Ты должен позаботиться о его ране!

— Я всё понял, повелитель! Прошу у тебя только пару минут для разговора с фермером. А раненого отщепенца лучше отнести в одну из хижин. Внутри дома мне будет легче обработать его рану.

— Хорошо. — Вождь взглянул на своих людей и отдал короткий приказ: — Выполняйте!

Четыре воина мигом бросились к Конраду и подхватили его на руки.

— Повелитель!

— Что ещё, лекарь?

— Прикажи, чтобы вместе с раненным твои воины отнесли в дом трупы отщепенцев.

— Зачем они тебе?

— Я хотел бы осмотреть их. Особенно ведьму. Мой ментор Изориус всегда настаивает на тщательном осмотре мёртвых отщепенцев. Таким образом мы можем установить, насколько они близки по своему внешнему и внутреннему строению ангелам. Может быть, они только с виду отщепенцы, а внутри поражены гнилью и пороком.

— Изориус мудр, хотя и выглядит как тупая, жирная свинья! — Принц ангелов захохотал, и его люди тоже начали громко смеяться и похлопывать друг друга по плечам. Видимо, шутка их предводителя пришлась им всем весьма по вкусу, лишь только одни гиганты стояли с невозмутимым видом среди всеобщего веселья.

— Сделайте так, как сказал лекарь! — резко распорядился вождь.

Воины разом перестали смеяться, схватили труп Джона, тело и голову Фреи и поволокли их, а также связанного капитана андроидов к ближайшей хижине.

Проводив их взглядом, лекарь вновь обратился к Управляющему:

— Скажи, фермер, ты лично видел, как ведьма использовала свои колдовские навыки, когда убивала кочевников и боевых котов?

— Да. Я спрятался за одним из домов и наблюдал оттуда всё время и за сражением, и за ведьмой.

От меня не скрылось торжествующее выражение на лице лекаря, когда Управляющий произнёс эти слова. По нему было заметно, что он очень хотел услышать продолжение истории и его прямо-таки распирало от нетерпения. Но рассказ старика, похоже, совсем не интересовал предводителя воинов.

— Теорис, мне уже надоел этот урод! Убери его от меня, если хочешь с ним и дальше болтать. Мне надо заняться отщепенцами! — сердито бросил принц и нетерпеливо махнул рукой.

— Как прикажешь, мой господин. Я пойду с этим фермером к хижине с трупами отщепенцев и по пути задам ему ещё пару вопросов, — почтительно проговорил лекарь.

— Не трать много времени на этого ублюдка. Не забывай, тебе следует посмотреть рану воина-отщепенца. Я не хочу, чтобы он умер. Он очень силён и ловок, и мне нужны такие бойцы. Жаль, что второй отщепенец погиб, он тоже был хорошим воином…

Лекарь подобострастно поклонился, схватил за шиворот Управляющего и поволок того прочь, а ангел зловеще усмехнулся и обратился к воину, которого он незадолго до этого назвал лейтенантом:

— Робур, подними этих двоих с земли. Пора задать им пару вопросов.

Воин махнул рукой, и тут же его люди подбежали к нам с Линдой и грубо поставили нас на ноги.

Вождь окинул нас с головы до ног внимательным взглядом и прищёлкнул языком:

— Клянусь Метом, тела и лица этих двоих ни в чём не уступают нашим! Если бы не отсутствие священных символов на лице самца и наверняка на теле самки, их вполне можно было бы принять за обычных ангелов. Отличные экземпляры! Что скажешь, Робур?

— Полностью согласен с тобой, повелитель Артис, — отозвался воин. — Пора бы уже вновь объявить Священную Охоту и, наконец, истребить всех отщепенцев!

— Не торопись, Робур! Удовольствие следует растягивать. Нельзя уничтожать их всех сразу, иначе нам придётся впоследствии охотиться только на зверей и диких кочевников. Я уверен в том, что после последней Священной Охоты отщепенцы ещё не успели расплодиться в достаточном количестве.

Вождь недобро улыбнулся, и от этой холодной улыбки мне стало не по себе. Взглянув на Линду, я заметил страх и отвращение в её глазах.

— Ты… — предводитель указал на меня рукой, — отвечай, откуда вы явились и куда направлялись?

Я откашлялся, так как в горле у меня пересохло, ведь со вчерашнего вечера в нём не было даже и капли воды, и хрипло произнёс:

— Вы ошибаетесь. Мы не отщепенцы и не ваши враги. Мы вообще не из вашего мира и не желаем никому зла. Я и мои друзья прибыли сюда, чтобы изучить ваш мир.

У вождя глаза полезли на лоб от удивления.

— Робур, что он несёт? — с ехидной усмешкой спросил он. — Ты понимаешь, о чём он говорит?

— Мой принц, не стоит его слушать. Скорее всего, он сумасшедший. Мне уже приходилось видеть полубезумных и одичавших отщепенцев, обитающих в дальних землях. Многие из них талдычат всякую чушь. Чем дальше расстояние от Цитадели, тем сильнее влияние гнева Мета на их рассудок.

— Я вовсе не безумен! Пожалуйста, выслушайте меня, я могу вам всё объяснить! — воскликнул я в отчаянии.

— Заткнись, отщепенец! Говори только тогда, когда к тебе обращаются! — злобно прошипел Робур и приставил острие меча к моему горлу.

— Робур, а тебе приходилось уже видеть такую одежду у отщепенцев? — заинтересованно спросил вождь, абсолютно не реагируя на мои слова. — Она довольно странная, очень необычная…

— Нет, повелитель, ничего подобного я ещё не встречал. Наверняка они дорого заплатили за неё Мастерам.

— Развяжи их, — приказал вождь. — Пусть разденутся, меня смущает эта одежда. Может быть, они скрывают под ней какие-нибудь неприятные сюрпризы.

Робур вложил меч в ножны и достал нож с широким лезвием. Затем быстрыми, ловкими движениями срезал верёвки с наших тел, и я смог наконец-то хоть немного размять онемевшие руки. Линда тоже усердно растирала свои конечности, не сводя настороженного взгляда с окруживших нас людей.

С минуту понаблюдав за нами, принц ангелов нетерпеливо обронил:

— Снимайте одежду. Живо!

Линда растерянно взглянула сначала на меня, а затем на вождя и произнесла:

— Послушайте же нас! Мы…

— Закрой свой поганый рот, самка! — вскричал, брызжа слюной, Робур. — Или я заткну его своим кулаком! Делай, как сказал повелитель Артис!

Все три гиганта, как по команде, наставили свои копья на нас, а воины схватились за рукояти мечей. У меня не было никаких сомнений в том, что сейчас мы балансируем на грани жизни и смерти. Опередив их дальнейшие действия, я резко рванул застёжку комбинезона, и он упал вниз, к моим ногам. Я отпихнул его в сторону и выразительно посмотрел на Линду. Она обречённо кивнула мне и молча последовала моему примеру.

Воины начали издавать удивлённые и восторженные возгласы, когда увидели нагую фигуру Линды, а довольное лицо их командира расплылось в плотоядной ухмылке.

— Великий Мет! У этой самки превосходные формы! Не будь она презренной отщепенкой, я бы непременно присоединил её на длительный срок к своей коллекции! Знаешь, Робур, отсутствие священных символов на телах у отщепенок даже придаёт им определённую пикантность!

— Мой вождь, ты же можешь показать её Изориусу. Возможно, гниль и порок ещё не проникли в её тело, и тогда она ещё долго послужит тебе усладой.

— Ты прав, лейтенант! Так и поступим. А если она не пройдёт тест Изориуса, то я отдам её тебе. Тебе, моему верному другу, я предоставлю эту честь. Можешь основательно позабавиться с ней, перед тем как отправить в услужение нашим женщинам. А если она и на это не будет способна, скормишь её боевым котам!

Воины шумно загоготали, причём лейтенант Робур смеялся громче всех, обрадованный словами своего принца. Меня передёрнуло от отвращения и гнева. Девушка с немой мольбой взглянула мне в глаза, и я заметил, как задрожали её губы. В тот момент острое чувство беспомощности и безысходности овладело мной, а сознание просто отказывалось верить в то, что происходило с нами. Я не знал, как помочь Линде сейчас, но внутренне поклялся себе, что сделаю всё от меня зависящее, чтобы в ближайшем будущем предотвратить или по крайней мере облегчить ужасную судьбу, предначертанную ей вождём варваров.

— Что будем делать с самцом, принц Артис? — вдоволь насмеявшись, спросил лейтенант.

— Мы уже видели, что двое из отщепенцев отличные бойцы. Но, к сожалению, один из них уже мёртв. Вполне возможно, этот экземпляр тоже неплох. — Вождь оценивающе посмотрел на моё тело. — Приведите-ка сюда какого-нибудь фермера, более-менее подходящего!

После повелительного жеста Робура один из воинов рванулся к хижинам и уже через несколько минут вернулся назад, подгоняя при этом копьём одного из деревенских жителей, облачённого в грязные и дурно пахнущие лохмотья. Когда они приблизились к нам, обитатель деревни остановился перед Артисом и упал на колени. Испуганные глаза уже немолодого мужчины были широко раскрыты, и тощие руки тряслись от страха. Жидкие волосы росли редкими пучками на его почти лысой голове, а вот лицо было на удивление практически нормальным, если не принимать во внимание полное отсутствие ушей. Без сомнения, он был абсолютно глух.

— Ты не мог найти кого-нибудь получше? — скептически заметил принц.

— Господин, остальные выглядят ещё хуже, — робко произнёс воин.

— Ладно. Сойдёт и этот. Дайте ему меч. И отщепенцу тоже. Пусть продемонстрирует нам свои боевые навыки…

— Мой принц, будет ли это благоразумным? — осторожно спросил лейтенант.

— Робур, ты осмеливаешься подвергать сомнениям мои приказы?

— Никак нет, повелитель! Но ведь этот отщепенец может быть весьма опасен.

— Мои берсерки убьют негодяя при первой же попытке навредить мне. — Вождь взглянул на гигантов, и они сразу же взяли копья наперевес, нацелив их на меня.

Несмотря на всю дикость сложившейся ситуации, мне казалось довольно странным то обстоятельство, что ангелы разговаривают о нас в третьем лице. Словно мы были не людьми, не живыми существами из плоти и крови, а некими неодушевлёнными предметами. Они даже не предоставили нам ни малейшей возможности высказаться — их, похоже, абсолютно не интересовала наша история.

Лейтенант вынул меч из кожаных ножен, с явной опаской протянул его мне и затем, сразу же после того как я сжал рукоять в своей руке, поспешно отступил от меня на безопасное расстояние. Один из воинов вручил свой клинок несчастному жителю деревни и толкнул его в спину по направлению ко мне. Воины расступились, образовав широкий круг, в центре которого оказались я, Линда и глухой мужчина. Невзирая на свою глухоту, он, видимо, догадался, чего именно от него ожидают ангелы, и поэтому встал с поднятым мечом прямо напротив меня. При этом взгляд его метался из стороны в сторону, всё тело сотрясала крупная дрожь, и оружие ходило ходуном в его руках. Для меня было ясно, что он, вероятно, предвидя неминуемую смерть от моей руки, чрезвычайно напуган и потому не представляет ни малейшей опасности. Мне не составляло никакого труда подойти к нему и одним ударом меча выбить оружие из его дрожащих рук. В отличие от него, я не испытывал чувства страха, наверное, я уже просто-напросто устал бояться. Даже наоборот — меня переполняла холодная ярость, но не к этому бедолаге, а к презрительно усмехавшимся воинам, окружившим нас кольцом, и к их жестокому и высокомерному предводителю. Я поймал себя на пугающей мысли о том, что с большим удовольствием проткнул бы мечом мускулистое тело надменного вождя ангелов вместо тщедушного тела моего трясущегося от страха противника.

— Не надо, Кай! Пощади его… — Услышал я шёпот Линды.

— Чего ты ждёшь, тупой отщепенец! Убей вонючего подонка! — рассерженно закричал принц.

Воины зашумели, воплями и свистами призывая меня к схватке. Даже гиганты оживились и, с нетерпением переступая с ноги на ногу, вытянули вперёд свои закрытые масками головы, стараясь получше разглядеть представление. От волнения кровь прилила у меня к лицу и струйки пота заструились по спине. Сбивчивые, хаотичные мысли стремительно проносились у меня в голове. Как поступить? Сразить несчастного аборигена и, возможно, тем самым вызвать благосклонность к нам у нашего пленителя? Или же проявить милосердие, чтобы сохранить не только жизнь невинного деревенского жителя, но также и свою честь, и своё достоинство, как и полагается всякому цивилизованному человеку? Но что тогда произойдёт с Линдой и со мной? Не будет ли это одновременно смертным приговором для нас?

Дикие крики усиливались, а разгорячённые, покрасневшие лица ангелов с выпученными глазами и раскрытыми ртами стали вдруг похожими на кровожадные морды фантастических чудовищ из ночных кошмаров. Я крепко стиснул рукоять меча в руках, направив его остриём вперёд, и сделал первый шаг к противнику. Он закатил глаза, уже окончательно смирившись со своей судьбой.

— Нет! Кай! Прошу тебя! — Отчаянный, надрывный крик Линды резанул мои уши.

Меня как будто окатило ледяной водой. Сумасшедший стук моего сердца постепенно замедлился, мысли успокоились и взор прояснился. Внезапно я совершенно чётко осознал, что не способен убить беззащитного человека. Взглянув прямо в глаза презрительно ухмыляющемуся вождю ангелов, я бросил меч на землю.

— Я не буду сражаться с ним, Артис, — твёрдо сказал я. — Я не убийца.

Воины мгновенно умолкли и замерли в изумлении. Мой жалкий противник уставился на меня непонимающим взглядом, а берсерки повернули головы к принцу в ожидании приказа.

— Спасибо, Кай, — в звенящей тишине произнесла Линда.

Я подошёл к ней и обнял одной рукой за талию. Она прильнула ко мне всем телом, и в тот момент я подумал, что жить нам осталось совсем недолго, но мне, признаться, было уже всё равно. Близость девушки, тепло её тела и дурманящий запах волос вселили в меня мужество, изгнав чувство отчаяния, а вместе с ним и все тревожные мысли о нашей дальнейшей судьбе.

Ухмылка на лице принца сменилась злобным оскалом.

— Убить отщепенцев! — прошипел он.

Все три великана почти одновременно отвели руки с копьями для размаха назад, намереваясь пригвоздить ими наши тела к земле.

— Прощай, — тихо шепнула мне Линда, и я ещё крепче сжал её в своих объятиях.

— Повелитель! Не спеши! — Раздался вдруг в воздухе чей-то громкий крик.

Гиганты застыли как вкопанные, а к принцу ангелов сквозь толпу воинов пробрался запыхавшийся лекарь.

— Что у тебя опять? — с недовольством в голосе буркнул вождь. — Ты хочешь испортить нам развлечение?

— Принц Артис, я осмотрел трупы отщепенцев, — торопливо заговорил лекарь. — В них нет скверны. Это означает, что они пробрались к нам из земель, неподверженных гневу Мета.

— И что? Какая мне разница?

— Позволь мне напомнить тебе о том, что верховный правитель Одред велел всех пойманных отщепенцев передавать для изучения Изориусу. Ты же знаешь, Одред давно уже ищет повода объявить новую Священную Охоту. Эти отщепенцы могут показать нам путь в те земли, где ещё не бывали ангелы, и которые могут быть пригодными для жизни.

Я заметил, как воины оживились и зашептались при этих словах. Видя их реакцию, вождь так крепко сжал скулы и кулаки, что лицо его покраснело и напряжённые руки вздулись буграми мышц. В нём явно шла какая-то внутренняя борьба.

Он бросил гневный взгляд на лекаря и медленно обронил:

— Твоё счастье, Теорис, что мой отец так ценит вас, лекарей. Когда я взойду на трон, вы с Изориусом сразу вспомните о ваших прямых обязанностях.

Лекарь побледнел и покорно склонил голову.

— Берсерки, уберите ваши копья! — распорядился принц. — Я оставлю этих двоих в живых и покажу их правителю Одреду. Возможно, лекарь, в твоих словах есть правда и эти пленники ещё пригодятся нам. Кроме того, у меня есть определённые планы насчёт этой самки… Кстати, а что с раненым отщепенцем?

— Мой господин, я хорошо позаботился о его ране. Теперь она не опасна для его жизни, но он ещё долгое время не сможет использовать свою левую руку, — поспешно ответил Теорис.

— Жаль… Я хотел уже в ближайшее время выпустить его на Арену.

— Принц Артис, я уверен, этот сильный и искусный отщепенец вполне сможет сражаться и с одной рукой, — заметил лейтенант. — Это будет увлекательное зрелище.

— Согласен с тобой, Робур, — довольно ухмыльнулся вождь. — Знаешь, несмотря на потери, я думаю, у нас всё же был сегодня удачный день. Это была славная охота!

Воины дружными возгласами поддержали его слова, и даже берсерки, потрясая копьями, громогласно закричали в едином порыве воодушевления.

Когда крики смолкли, Артис взглянул на нас с Линдой и провозгласил:

— Напоите их водой и сводите помочиться перед дорогой, затем привяжите всех троих отщепенцев к седлу моего конебыка. Через час мы возвращаемся в Цитадель. Соберите личные вещи павших воинов, а потом пусть фермеры закопают все трупы. — Он ещё раз окинул Линду оценивающим взглядом. — И дайте отщепенцам какую-нибудь одежду. Я не хочу тащить их голыми через всю Цитадель.

Сказав это, он отвернулся от нас и удалился вместе со своим лейтенантом к дому Управляющего. Его люди торопливо бросились выполнять приказания. Глухой житель деревни по-прежнему стоял с мечом в руках, и растерянная, робкая улыбка на его лице явно выдавала радостные чувства по поводу неожиданного финала нашего несостоявшегося поединка. Один из ангелов забрал у него клинок, что-то сказал ему и отвесил сильный пинок под зад. Мой недавний противник заверещал от боли и помчался к хижинам.

Два воина с мечами наперевес направились к нам, и я прошептал Линде:

— Вот видишь, нам ещё рано прощаться. Никогда нельзя терять надежду!

Она закрыла глаза и молча прижалась головой к моей груди.

Глава 13

В течение следующего часа нам дали утолить жажду, сопроводили под надёжной охраной в отхожее место на окраине деревни и заставили облачиться в новую одежду — куртки, ботинки и штаны, снятые с мёртвых ангелов. Наши комбинезоны расторопные воины хотели уже было выбросить в выгребную яму, но Теорис решительно пресёк их действия и запихал всю одежду в мешок, который потом лично нёс всю дорогу до Цитадели.

Перед этим он тщательно осмотрел меня и Линду и, обнаружив кольца-контроллеры на наших пальцах, ловко снял их и спрятал у себя в кармане. К этому времени люди вождя уже приволокли Конрада из хижины. Левая рука андроида была замотана в тряпки и привязана кожаными ремнями к короткому обрубку доски, играющему роль стабилизирующей шины. Он, так же как и мы, лишился своего комбинезона и браслета-коммуникатора и был одет в одежду павших воинов. В итоге нас троих, предварительно крепко стянув наши руки ремнями, привязали к седлу животного, принадлежавшего вождю ангелов.

Мы успели переброситься только парой слов с андроидом. Он спокойным голосом коротко сообщил, что с ним всё в порядке и попросил не беспокоиться за него. Разговор продолжить не удалось, так как стражник, приставленный к нам, довольно грубо оборвал нас и приказал молчать всю дорогу до загадочной Цитадели. Затем из дома Управляющего, куда до этого периодически забегал один из жителей деревни с глиняным кувшином в руках, появился принц Артис со своим лейтенантом, и по запаху жаренного мяса, по громкой болтовне и смеху, доносившимся оттуда ранее, а также по разгорячённым, довольным лицам обоих ангелов, несложно было догадаться, что они неплохо провели там время.

Остальные воины и три великана-берсерка выстроились на поляне в шеренгу в ожидании своего вождя и его дальнейших распоряжений. Несколько оставшихся в живых кочевников стояли отдельной группой и также ждали возвращения принца. Артис с Робуром подошли к конебыку; лейтенант, присев, сцепил кисти своих рук, и вождь воспользовался ими в качестве ступеньки, чтобы забраться на ездового животного. Устроившись в седле, он бегло оглядел свой отряд, удовлетворённо хмыкнул, увидев, что я, Линда и андроид надёжно привязаны длинными верёвками к седлу, махнул рукой в направлении равнины, граничащей с деревней, и потом с силой хлопнул ладонью по крупу животного. Оно встрепенулось, издало громкий протяжный звук, отдалённо напоминающий ржание лошади, и тяжёлой поступью тронулось в путь. Верёвки резко потянули нас троих за руки, и нам поневоле пришлось двинуться вслед за ним. Лекарь со своим мешком ковылял рядом с нами, воины вытянулись вереницей за нашими спинами, а трое берсерков вместе с лейтенантом Робуром шагали по бокам конебыка в непосредственной близости от своего командира.

Наша процессия покинула пределы деревни и направилась по широкой, хорошо утоптанной дороге в глубь травянистой равнины. Я оглянулся назад и увидел, что некоторые деревенские жители вышли из своих жалких домов. Они смотрели нам вслед, и на их некрасивых, сморщенных лицах было явно написано чувство облегчения, очевидно, фермеры были очень рады тому обстоятельству, что ангелы наконец-то покинули их поселение.

Мы шли по равнине несколько часов, дорога при этом замысловато петляла между зарослями травы и редкими, невысокими холмами. Несколько раз в стороне от неё я видел деревянные хижины и тощие фигуры их обитателей, похоже, это были такие же фермы, как и та деревня, где мы попали в плен.

Со временем идти мне стало значительно труднее — туго связанные руки затекли, а ноги в неудобных ботинках начали болеть от длительного марша. Я обильно потел, и в довершение ко всем моим несчастьям непонятно откуда налетели маленькие, надоедливые насекомые, привлечённые, по-видимому, запахом пота. Они стали роем кружиться вокруг моего тела и нещадно жалить в незащищённые одеждой места. У меня даже не было возможности от них отмахнуться, так как руки мои прочно стягивали ремни. Взглянув на своих товарищей, я заметил, что они тоже испытывают подобные неудобства. К счастью, противные летучие кровопийцы довольно скоро оставили нас троих в покое и почему-то полностью переключились на наших пленителей, но те, вероятно, привыкшие уже к таким неприятностям, не обращали на них особого внимания. Воины шли не снижая темпа, тихо переговариваясь между собой и изредка обмениваясь шутками. По их поведению и разговорам было заметно, как все довольны тем, что охота завершилась, и что они живыми и здоровыми возвращаются в Цитадель.

— Посмотри на этих странных насекомых! Им наша, земная, кровь явно не по вкусу! — обратился я к Линде, бредущей рядом со мной с уставшим и обречённым выражением на лице.

— Заткнись, отщепенец! — прорычал сопровождающий нас воин и сильно ударил кулаком мне в спину. — Я же предупреждал, чтобы вы не раскрывали своих вонючих ртов!

Я крепко стиснул зубы от бессильной злобы и, проглотив обиду, молча зашагал дальше, прокручивая в голове возможные варианты побега. Неожиданно впереди показались первые высокие деревья. По всей видимости, наша процессия приближалась к границам равнины, и уже спустя короткий промежуток времени лес вдруг встал могучей стеной перед нами, а широкая дорога превратилась в узкую тропинку, петляющую между стволами и ветвями деревьев. Не сбавляя скорости наш отряд углубился в эту чащу, и по мере нашего продвижения деревья по краям тропы становились заметно выше и ветвистее. Вскоре их ветви плотно сомкнулись поверх наших голов, образовав некое подобие туннеля и полностью скрыв искусственное небо над нами. Деревья по бокам этого своеобразного «туннеля» росли всё гуще, расстояние между отдельными стволами становилось всё меньше, и вскоре они образовали собой почти сплошные стены, через которые уже с большим трудом проникали редкие лучи света. Мы шли в полумраке, и при этом создавалось обманчивое впечатление, будто весь отряд оказался внутри некой пещеры. Наша группа вытянулась в цепочку, причём мы, пленники, на этот раз оказались в её середине. Все разговоры смолкли, воины передвигались в полном молчании, лишь громкие всхрапы конебыка, к седлу которого мы были привязаны, раздавались время от времени. В тесном пространстве стал явно чувствоваться резкий, непривычный запах этого животного, да и вообще все запахи, выделяемые участниками процессии, воспринимались теперь намного интенсивнее — в том числе едкий запах пота, исходящий от тел ангелов, вероятно, давно уже немытых.

Примерно через десять минут впередиидущие воины свернули в сторону, и вся колонна потянулась за ними. Когда мы миновали поворот, снова стало немного светлее, и вскоре полумрак полностью рассеялся, а вместе с ним исчезли и растения. Внезапно мы оказались в настоящем, искусственном, туннеле ковчега, причем граница перехода была такой резкой, что я не сразу сообразил, что мы уже покинули «пещеру» из деревьев. Теперь вместо стволов нас окружали серые панели стен, и яркий свет с относительно низкого потолка освещал наш дальнейший путь. Ангелы, шагающие впереди и позади нас, никак не реагировали на смену обстановки, лишь только перекидывались между собой короткими фразами, не имеющими, впрочем, никакого отношения к внутреннему интерьеру этой секции звездолёта.

После нескольких минут быстрого марша впереди процессии послышались шумные голоса и показался круглый вход в более широкий туннель. В этом месте стояло несколько вооружённых копьями и мечами воинов с разукрашенными лицами. По-видимому, это было что-то вроде пограничной заставы, охраняющей вход на внутреннюю территорию. Они шумно приветствовали наш отряд, хлопали проходивших мимо них мужчин по плечам и пожимали им руки, стараясь однако при этом не прикасаться к гигантам-берсеркам. Когда Артис верхом на конебыке поравнялся со стражниками, все они смиренно и почтительно ему поклонились, а завидев нас, пленников, оживились, и на их лицах появились презрительные ухмылки, не предвещавшие ничего хорошего для нашего будущего.

Оставив за спиной отверстие входа, мы оказались в действительно очень просторном туннеле — по сравнению с ним тот проход, где мы находились до этого момента, являлся всего лишь незначительным, узким боковым ответвлением. Он превосходил по размерам все туннели ковчега, виденные нами ранее. В оба направления по нему передвигались многочисленные группы людей и животных, и по назначению его можно было бы, наверное, сопоставить с оживлённой городской магистралью. Эта живописная картина ошеломила нас, пришельцев с Земли.

Мы с изумлением разглядывали обитателей ковчега: людей, похожих по их непритязательному, безобразному внешнему виду на дикарей, напавших на наш отряд в одном из переходов звездолёта и потом в деревне Управляющего (и которых Робур в разговоре с Артисом назвал «кочевниками»), ангелов-мужчин, заметно выделяющихся среди остальных своими атлетическими фигурами и разноцветными узорами на лицах правильной формы, а также больших копытных животных с отпиленными рогами, запряжённых в повозки и сходных по своему строению с конебыком принца. Рядом с повозками уныло ковыляли мужчины, не имевшие каких-либо врождённых, бросающихся в глаза пороков развития, и их вполне можно было бы принять за ангелов, если бы не грязный внешний вид, одежда, состоящая из лохмотьев, и отвратительные шрамы и следы ожогов на лицах и телах. Похожие шрамы и отметины мы видели на лицах жителей фермы Управляющего. Некоторые из этих людей были прикованы цепями к повозкам, и при виде их обречённых, безразличных физиономий сам собой напрашивался однозначный вывод, что они уже давно потеряли всякую надежду.

Вооружённые до зубов ангелы, путешествующие по туннелю, радостно приветствовали наш отряд, отдавая дань уважения Артису. На меня, Линду и андроида они поглядывали со смесью брезгливости и отвращения. Кочевники и обезображенные рабы — о том, что это были именно рабы, мы узнали позднее — старались поспешно уступать дорогу нашей процессии, чтобы ненароком не вызвать гнев принца, его воинов и могучих берсерков.

Время от времени я внимательно осматривал стены в надежде обнаружить информационный экран или что-нибудь подобное. И когда уже почти отчаялся, мне всё-таки удалось найти один из них! Я заметил тёмную, блестящую панель на одной из стен примерно в середине туннеля. Это был абсолютно неповреждённый информационный экран, при помощи которого мы, возможно, могли бы подключиться к управляющим системам «Прометея»! Кивком головы я указал Линде на свою находку и увидел проблеск надежды в её глазах, когда она посмотрела в ту сторону. Конрад тоже заметил его и понимающе кивнул мне. Разговаривать нам было запрещено, и только таким примитивным образом мы могли хоть как-то объясняться друг с другом.

Постепенно отряд Артиса достиг конца туннеля и, миновав округлое отверстие выхода с ещё одной пограничной заставой, но состоявшей уже из большего количества стражников, мы вступили на территорию обширного отсека, выполнявшего в давние времена, помимо всех прочих, также и функцию стадиона, причем сам стадион, точнее то, что от него осталось, — большое, вместительное поле овальной формы, размеченное хорошо сохранившимися линиями для проведения различных спортивных мероприятий (и это несмотря на всё прошедшее время с момента создания ковчега), — было по всему периметру окружено постройками разнообразных форм и размеров.

Здесь возвышались жилые дома и хозяйственные помещения, сооружённые из всевозможных материалов: деревянных досок, грубо обтёсанных брёвен, а также составных частей и элементов внутренних конструкций звездолёта из металла и других искусственных сплавов, доставленных сюда, скорее всего, из других отсеков. В хаотичном, на первый взгляд, расположении построек всё же угадывался один всеобъемлющий принцип — все они плотным, практически замкнутым кольцом окружали игровое поле. Прямо напротив входа в отсек это кольцо прерывалось, образуя узкий проход в центр всего комплекса. В противоположной стороне от входа находилось самое большое и высокое строение — массивное здание, возведённое из крупных разноцветных блоков, балок, панелей, толстых брёвен и широких досок.

Внутри кольца из домов кипела жизнь — открытая площадь в его центре была буквально заполнена ангелами и их детьми. Все они принялись шумно приветствовать отряд принца, когда мы вступили на поле. Кроме проворных, полунагих детей, снующих повсюду и с настороженным любопытством разглядывающих нашу процессию, я впервые получил возможность лицезреть представительниц прекрасного пола у ангелов.

Это было воистину удивительное зрелище: молодые девушки и женщины среднего возраста — пожилых я почему-то среди них не заметил — имели очень броскую, красивую внешность. Она выражалась в приятных чертах лица, пышных причёсках и стройных, притягательно женственных фигурах. Все они без исключения были босы, а их одежда состояла лишь из короткой кожаной юбки и тонких ремешков из того же материала в нижней части груди, назначением которых было прочно удерживать обнажённый бюст в дерзко выступающем вперёд положении и не позволять ему опускаться вниз под воздействием силы тяжести. Женщины ангелов по большому счёту не сильно отличались от моих соотечественниц, если бы не одежда, причёски и ещё одна удивительная особенность — на кожу их тел, за исключением лица, были нанесены разноцветные узоры, символы, знаки и даже изображения диковинных животных, причём рисунки эти не повторялись, и таким образом у каждой женщины на теле была своя особенная, индивидуальная живопись.

Я в немом изумлении рассматривал как женщин, так и мужчин, обступивших наш отряд. Все эти люди были украшены узорами, но с одной лишь разницей: у мужчин они присутствовали только на лице, а тело оставалось незатронутым, у женщин же всё обстояло как раз наоборот — лицо было девственно чистым, а всё остальное тело разукрашенным. Ещё находясь в деревне, я обратил внимание на то, что краска была нанесена не на поверхность, а внедрена каким-то варварским способом в саму кожу людей. Несмотря на вполне объяснимое инстинктивное отвращение, которое возникало у меня при виде такого издевательства над собственным организмом, я всё же находил какое-то странное эстетическое удовольствие при виде этих нательных рисунков. Каждое женское тело представляло собой практически живую картину. Даже узоры на лицах мужчин перестали казаться мне отталкивающими, и я уже понемногу свыкся с этой отличительной особенностью ангелов мужского пола. Лица и тела детей и подростков обоих полов были лишены каких-либо орнаментов и рисунков, из чего я сделал вывод, что они, скорее всего, наносилась ангелам только по достижении ими определённого возраста.

Люди густой толпой окружили нашу группу, внимательно рассматривая меня, Линду и Конрада и насмешливо комментируя наш внешний вид. Из толпы отделилась одна девушка — ослепительная красавица с длинными огненно-рыжими волосами и, подойдя близко к конебыку, положила свою ладонь на мощную шею животного.

— Принц Артис, добро пожаловать домой, в Цитадель! — произнесла она мелодичным голосом, и толпа затихла при её словах.

Я переглянулся со своими товарищами по несчастью. Мы прибыли в пункт назначения! Комплекс убогих построек вокруг бывшего стадиона и есть та самая загадочная «Цитадель»!

— Я вижу, что твой отряд уменьшился и почему-то исчезли все боевые коты. Ты оставил их всех где-то на полпути сюда? — с недоумением в голосе спросила рыжая красотка и погладила морду верхового животного предводителя ангелов.

— Прекрасная Рея, а также вы, жители Цитадели, у меня есть для вас плохие и хорошие новости, — громко провозгласил Артис. — Начну с плохих. Нам пришлось прервать охоту, так как до меня дошла тревожная весть о том, что на одну из наших ферм проник отряд отщепенцев. Моим воинам пришлось принять неравный бой с выродками, которые хотя и уступали нам в числе, но имели на своей стороне превосходных бойцов и одну отвратительную ведьму, уничтожившую при помощи своих колдовских навыков многих дружественных нам кочевников, всех боевых котов, которых мы им предоставили, а также несколько храбрых ангелов!

Люди зашумели, громко выражая своё негодование и потрясая кулаками в нашу сторону, а некоторые дети даже стали плевать в нас троих. Линда закрыла лицо руками в тщетной попытке защититься от гнева и презрения толпы.

— Спокойствие! Утихомирьте свой праведный гнев! — прокричал лейтенант Робур. — Принц Артис ещё не закончил свой рассказ!

Словно по мановению волшебной палочки все смолкли и приготовились слушать дальше.

— Любимые мои подданные, ангелы! — театрально вскинув руки вверх, продолжил принц, и я заметил, как лекарь Теорис, стоявший неподалёку от нас, скептически скривил губы. — В ходе ожесточённого боя мы уничтожили мерзопакостную ведьму и одного из могучих воинов-отщепенцев! Кроме того, мы взяли в плен троих из них — двух самцов и одну самку! Посмотрите, вот стоят они, привязанные к седлу моего конебыка, в ожидании допроса у верховного правителя Одреда, за которым, как вы знаете, неминуемо последует неотвратимая кара для всех них!

Принц указал пальцем на нас, и люди буквально взбесилась. Они стали истошно кричать, плеваться и буквально поливать нас отборной бранью. Особо расторопные из них пытались даже добраться до нас, чтобы ударить, и им наверняка удалось бы это сделать, если бы не гиганты-берсерки, предупреждающе зарычавшие и направившие свои чудовищные копья на толпу. Ангелы вновь успокоились, а я взглянул на Артиса и увидел, что он, похоже, испытывает истинное наслаждение от всего происходящего — торжествующая, самодовольная ухмылка не сходила с его надменного лица.

— Но довольно уже плохих вестей, мои друзья! — заявил принц. — У меня имеются и хорошие. Сегодня вечером мы устроим шикарный пир, чтобы достойно проводить души наших павших воинов на тёмную сторону Мета, а также отметить окончание охоты и взятие в плен этих троих дегенератов! Во время пира состоятся внеочередные бои на Арене. Тем воинам, которые сегодня особенно отличились в битве, предоставится право лично позабавиться с рабами на Арене и окропить свои доблестные мечи их поганой кровью!

Мужчины в толпе, а также воины из отряда Артиса взревели в едином порыве воодушевления. Они громко смеялись, обнимались, а некоторые из них даже пустились в пляс. Берсерки рычали и потрясали копьями, дети радостно вопили звонкими голосами, и даже женщины широко улыбались и казались чрезвычайно обрадованными этими словами. Меня поразила эта бурная волна веселья, а Конрад и Линда удивлённо оглядывались вокруг, пытаясь понять причину столь яркого проявления эмоций. Складывалось такое впечатление, что все на мгновение позабыли о нас. Но, как оказалось, это было не совсем так — один из них всё это время не выпускал нас из виду, и этим человеком являлся не кто иной, как лекарь Теорис.

Среди всеобщего ликования он незаметно для других приблизился к нам и тихо проговорил:

— Вы, трое, слушайте меня внимательно, если хотите остаться в живых! Уже сегодня вечером, до начала пира, вас поведут на допрос к Одреду. Не пытайтесь перечить ему и соглашайтесь со всем, что он скажет. Особенно это относится к тебе! — Он выразительно посмотрел на Конрада. — Тебе, воин, скорее всего, предстоит в будущем биться на Арене. Если покорно примешь эту участь, тебя оставят жить. По крайней мере, ещё некоторое время… Вам же, двоим, — лекарь перевёл взгляд на меня и Линду, — придётся труднее. Тебя, женщина, возможно, отправят в дом принца. А вот, что будет с тобой, красавчик, я не знаю…

Последние его слова относились ко мне, и для меня так и осталось непонятным, содержали ли они скрытую иронию или же в них звучало искреннее сожаление.

Смех и гомон ангелов стали понемногу затихать, и Теорис поспешно прошептал:

— Делайте так, как я сказал! Я попробую подействовать на Одреда, чтобы он защитил вас от своих подданных, но положительного результата не обещаю. Ваша единственная надежда на избавление — мой ментор Изориус. Сейчас его нет в Цитадели, но когда он вернётся, мы вместе с ним попытаемся вам помочь!

Сказав это, Теорис быстро удалился от нас и незаметно скрылся в толпе. Между тем люди окончательно успокоились и стали постепенно расходиться. Артис спешился и в сопровождении Робура и троих берсерков с гордым видом величественной походкой направился к массивному строению, возвышающемуся на противоположном конце площади.

Один из воинов, сопровождавший нас на всём пути до Цитадели, обнажил свой клинок и обрубил верёвки, которыми мы были привязаны к конебыку принца. После этого к нему присоединилось ещё двое ангелов. Приставив мечи к нашим спинам, они грубо велели нам идти к одной из построек у внешней границы жилого комплекса, представляющей собой довольно невзрачное, длинное приземистое сооружение без окон и с одной единственной дверью. К двери была приставлена охрана из четверых вооружённых ангелов. Стражники с короткими копьями в руках со скучающим видом стояли по обе её стороны и наблюдали наше приближение. Как только мы вместе с нашим эскортом подошли к постройке, один охранник достал из маленького ящика три деревянные тарелки и вручил по одной каждому из нас.

— Добро пожаловать в наш гостеприимный барак! — сказал он и зловеще усмехнулся. Остальные воины при этих словах дружно захохотали. — Это ваши кормовые миски, ублюдки. Смотрите, не потеряйте их, иначе вам придётся жрать те помои, которые вы будете получать здесь в качестве пищи, прямо из ваших грязных лап!

Стражники загоготали ещё громче. Потом один из них разрезал острым ножом ремни, стягивавшие наши руки, и убрал с двери запор — массивный деревянный брус.

Широко распахнув дверь, он с насмешливой гримасой на лице промолвил:

— Входите, уважаемые! Не заставляйте нас долго ждать!

Ангелы, стоявшие с обнажёнными мечами за нашими спинами, словно только и ждали этих слов. Мне тут же резко нанесли мощный удар ногой в нижнюю часть спины, и я кубарем покатился внутрь барака. Одновременно со мной такой же участи подверглись и Линда с Конрадом. Благодаря моим рефлексам, я успел вовремя сгруппироваться и, совершив кувырок, смог относительно мягко приземлиться. У Конрада, естественно, тоже не возникло с этим проблем, а вот Линда, вскрикнув от боли, довольно тяжело упала и так и осталась лежать на полу. Я мгновенно вскочил на ноги и подбежал к ней.

— Ты как, Линда? — Я сильно испугался, что она серьёзно повредила себе что-нибудь при падении на твёрдый пол барака.

— Ничего, Кай… Переживу. Всё нормально, — взглянув на меня, тихо проговорила она и попыталась сесть.

— Мерзавцы! Они поплатятся за это! — с ненавистью выпалил я, посмотрев в сторону наглухо закрытой двери, и помог девушке подняться.

— С вами всё в порядке? — озабоченно поинтересовался Конрад. Он уже стоял рядом и с тревогой взирал на нас.

— Нормально, капитан, — успокоил я его. — Давай-ка лучше посмотрим, где мы очутились.

Мы огляделись. Благодаря отсутствию собственного источника освещения барак был погружён в полумрак, но лучи дневного света всё же проникали внутрь постройки через узкие продолговатые щели в крыше, размещённые в ней через равные промежутки, и обеспечивали хотя и не идеальную, но вполне сносную видимость. Мы оказались внутри просторного помещения с низкой крышей, поддерживаемой редкими металлическими сваями оригинальной конструкции, закреплёнными в полу довольно-таки варварским способом при помощи клиньев, но, невзирая на данный факт, обладавшими достаточной прочностью, чтобы выдерживать вес крыши на всём протяжении здания. Но самым примечательным было не само сооружение, а его обитатели: у стен, за сваями и в углах сидели или лежали прямо на полу люди, причём многие из них сбились в отдельные группы, а кто-то просто ютился в одиночку. Сейчас все они молча разглядывали нас, а мы их.

Среди них не было ангелов, это были либо люди с ярко выраженными врождённымивнешними дефектами, либо мужчины и женщины без каких-либо генетических мутаций, но с ужасными шрамами или следами ожогов на лице и теле. Все они были молодыми или среднего возраста и одеты в грязные лохмотья, причём от этих лохмотьев и от давно немытых тел самих узников исходила ужасная вонь. Они несколько минут пристально наблюдали за нами, а потом отвернулись с равнодушным видом и снова занялись своими делами.

Нас сильно удивило такое поведение — это полное отсутствие любопытства. Линда громко, так чтобы её услышали все обитатели барака, произнесла слова приветствия, но люди никак не отреагировали, лишь некоторые из них изредка бросали на нас косые, безразличные взгляды.

— Не очень-то нам здесь рады, — горько усмехнулся я.

— Мне кажется, это совсем отчаявшиеся люди. Они потеряли всякую надежду на освобождение, — промолвила девушка.

— Или же узники ангелов просто опасаются нас и не доверяют нам, — сухо обронил Конрад.

Он наклонился и подобрал с пола наши тарелки. При падении мы выпустили их из рук, и сейчас я заметил, как один из арестантов, невероятно тощий мужчина с обезображенным лицом, с завистью в глазах поглядывает на них.

— Нам следует придерживаться совета стражника и не терять посуду. Неизвестно, как долго нас ещё здесь продержат, — сказал андроид и протянул нам две тарелки. — Предлагаю не терять время. Кай, мы с тобой обойдём всё сооружение и проверим его на прочность и возможность выбраться отсюда. А ты, Линда, попробуй в это время разговорить узников, быть может, тебе удастся добыть у них полезную для нас информацию.

Мы с девушкой молча согласились со словами капитана. Я и андроид занялись изучением стен и перекрытий постройки, а Линда направилась к пленникам и, переходя от одной группы к другой, пыталась завязать с ними разговор. В ходе нашего осмотра в дальнем углу барака мы обнаружили вход в небольшое дополнительное помещение, вдоль стен которого располагался ряд гигиенических приспособлений для отправления естественных физиологических потребностей, кроме того, там находились и раковины для умывания. Во всех этих устройствах непрерывным потоком текли струи прохладной проточной воды. Очевидно, ангелы специально соорудили барак рядом с одной из сохранившихся туалетных камер ковчега, чтобы избавить себя от необходимости каким-то образом решать проблему с нечистотами узников. Других источников воды в бараке не было, поэтому мы, сообщив об этом открытии Линде и подождав, пока она к нам присоединится, наполнили водой в раковинах свои тарелки, чтобы наконец-то вдоволь напиться. Было удивительным, что при наличии свежей воды узники, судя по едкому запаху, исходившему от их тел, всё же не особо старались соблюдать правила личной гигиены.

Затем мы с Конрадом завершили осмотр, но, к нашему разочарованию, не смогли обнаружить ни малейшей возможности выбраться из помещения. Стены барака оказались очень прочными, хотя и воздвигались из различных подручных материалов. Люди, занимавшиеся когда-то строительством данного сооружения, знали толк в своём деле. Линда тоже закончила обход, так и не достигнув своей цели. В итоге мы расположились втроём у одной из свай, остававшейся не занятой другими пленниками и находившейся не так далеко от выхода из барака.

— Все они как воды в рот набрали, — огорчённо сообщила девушка. — Почти никто из них не захотел со мной разговаривать. Лишь только эта женщина, — она указала на сгорбленную фигуру, сидевшую в одиночестве у соседней с нашей сваи, — сказала мне буквально следующее: «Зачем ты суетишься, несчастная? Ведь смерть твоя уже близка, не трать свои силы на бесполезные вопросы…»

— Да… — вздохнул я. — Здесь прямо-таки царство безысходности…

— Но нам всё же нельзя терять надежду! — Линда прикоснулась к моей руке. — Помнишь, что говорил этот Теорис? У нас ещё есть реальный шанс выбраться отсюда!

— Ты доверяешь ему? После того как местные жители поступили с нами на ферме Управляющего, мне трудно поверить кому-либо из здешних.

— Линда права, — заметил Конрад. — Не имея импульсаторов или похожего оружия, нам самим не выбраться из Цитадели и поэтому следует довериться лекарю и его начальнику Изориусу. Без посторонней помощи наши шансы практически равны нулю.

— А что потом? Даже если они нам помогут сбежать, что нам делать дальше?

— Кай, ты же сам первым из нас заметил неповреждённый информационный экран в том большом туннеле, по которому мы пришли в Цитадель, — напомнила девушка. — Мне кажется, с его помощью можно будет подключиться к корабельному ИскИну. Или с помощью какого-нибудь другого устройства, сохранившегося в рабочем состоянии.

— Полагаешь, существуют и другие? Ведь в самом начале нашего путешествия мы видели, что все экраны в туннелях были разбиты. Может тот факт, что мы обнаружили один целый по пути сюда, является чистой случайностью?

— Не думаю… Я уверена, экран сохранился в неповреждённом виде только потому, что ангелы поддерживают относительный порядок на подвластной им территории. А если есть один, то должны быть и другие.

— И это ты называешь порядком? — изумился я и показал рукой на обитателей барака.

— На протяжении истории многие народы вели себя варварским образом по отношению к рабам и чужеземцем, но при этом поддерживали порядок у себя в стране.

— Линда, не сравнивай Землю и этот проклятый ковчег!

— Люди всегда ведут себя одинаково, Кай. Независимого от того, где они находятся.

— Этих животных с человеческими лицами, этих «ангелов», ты называешь людьми?

— Земля видела людей и похуже… В Тёмные Века творились и не такие злодеяния. Кстати, эти ангелы довольно-таки замечательные субъекты…

— Эти «замечательные субъекты» собираются убить меня и Конрада, а тебя отдать в сексуальное рабство! Не забывай этого!

— Я не забыла… — с печалью в голосе тихо промолвила Линда. — Если бы ты только знал, как я боюсь за всех нас…

— А что означает слово «ангел»? — неожиданно спросил андроид. — Вам уже приходилось слышать его?

— Так раньше назывались высшие существа в некоторых религиях. Они занимали промежуточную ступень между людьми и Богом, — пояснила девушка.

— Если судить по внешнему виду, то ангелы действительно высшие существа среди прочего населения ковчега. Все остальные — уродливые инвалиды, — обронил я. — Вот только склонность к нательной живописи немного портит их природную красоту.

— Подобные рисунки раньше назывались татуировками. Краску вносили в кожу человека, и она обычно оставалась там навсегда. Её можно было удалить только с помощью специального оборудования. Такой способ украшать тела был распространён на Земле в незапамятные времена.

— Нам крупно повезло, что у нас есть ты, Линда. Твои широкие познания в истории человечества частенько помогают прояснить ситуацию! — Я улыбнулся ей, и она отреагировала таким же образом. — Довольно интересно, что мужчины наносят татуировки только на лицо, а женщины исключительно на тело.

— Да, это любопытная особенность… Что-то не припомню, чтобы на Земле существовало подобное разделение.

— Это всё очень увлекательно, но обсуждение внешнего вида наших пленителей не поможет нам выбраться из плена, — резонно заметил Конрад. — Как ты считаешь, Линда, какую роль играет в местной иерархии Теорис? Сможет ли он действительно повлиять на нашу участь?

— Артис называет его лекарем. Вообще-то, лекарь — это просто врач, но здесь он, судя по всему, кроме этой, выполняет ещё и другие функции. Может быть, он является кем-то вроде советника вождя или жреца.

— Жреца? А это кто? — удивился капитан.

— Жрецами назывались служители различных культов и религий. Зачастую они играли заметную роль в управлении государствами древней Земли. Мне кажется, что у ангелов тоже существует что-то наподобие религии. Вы заметили, как они неоднократно упоминали какого-то Мета? Даже Управляющий в деревне произносил это имя. Возможно, так они называют некое божество.

— Да, я тоже обратил на это внимание, — согласился я. — Но, даже если Теорис и является жрецом или советником, влияния у него, похоже, не так уж много. Для принца Артиса он не важнее червя…

— Ты прав, Кай. Может быть, у его ментора Изориуса больше власти? По крайней мере, я очень на это надеюсь, — сказала Линда, но от меня не ускользнули нотки сомнения в её голосе.

Внезапно раздался громкий скрежет, и входная дверь широко распахнулась, впуская лучи яркого дневного света внутрь сооружения. Мы трое, привыкшие уже к полутьме барака, поневоле зажмурились. Сквозь образовавшийся проём в помещение прошло четверо стражников, причём двое из них несли за ручки большой объёмный сосуд из металла, а остальные сопровождали их с обнажёнными мечами в руках, готовые в любой момент отразить нападение узников, если бы они вдруг решились пойти на такой рискованный шаг. Мне лично эта предосторожность показалась совершенно излишней. Люди, населяющие барак, уже полностью потеряли, если вообще когда-то имели, силу воли и всякую надежду на лучшую участь.

Сосуд опустили на землю буквально в нескольких шагах от открытой двери, и один из стражников прокричал зычным голосом:

— Поторапливайтесь, твари! Кушать подано!

Ангелы дружно захохотали, и по этим и последующим их действиям у меня сложилось стойкое впечатление, что любое унижение пленников доставляет им явное удовольствие. Узники принялись торопливо подниматься со своих мест и, прихватив тарелки, выстраиваться в длинную очередь. Стражник, объявивший о начале раздачи пищи, достал из-за пояса большую ложку и стал накладывать из сосуда в тарелки каждому подходившему к нему человеку какое-то полужидкое месиво. При этом он покрикивал на людей, поторапливая их, и если ему казалось, что кто-то запаздывал, то по его сигналу бедолага тут же получал пинок от другого стражника, сопровождавшийся громким хохотом и бранью со стороны ангелов. Воинам было абсолютно безразлично, кто перед ними стоит, — мужчина или женщина, они всех узников не считали за людей.

Мы с бессильным гневом и отвращением наблюдали за этой унизительной сценой, пока один из ангелов не обратил на нас своё внимание и не прокричал нам:

— А вы, мерзкие отщепенцы, что замерли, как истуканы? Вам нужно особое приглашение? А ну-ка, быстро сюда!

Я сжал кулаки от ярости, но тут же услышал спокойный шёпот Конрада:

— Нам не стоит раздражать их. Ещё не время. Пойдём, возьмём еду.

Он был прав. Конфликт с ними не улучшил бы нашего положения, а лишь, напротив, помешал осуществлению наших — пока ещё довольно расплывчатых — планов. Линда первой направилась к стражникам за своей порцией, и мы с капитаном поспешили за ней. Ангелы, по-видимому, уже пресытились своими насмешками и издевательствами и теперь хотели побыстрее закончить с раздачей еды. Все остальные арестанты успели получить свой скромный паёк и разбрелись по бараку.

Воин зачерпнул со дна сосуда остатки варева и наполнил ими наши тарелки.

— Цените наше гостеприимство, подонки! — ухмыльнулся он. — А теперь — пошли прочь, псы!

После этих оскорбительных слов ангелы подхватили опустошённый сосуд и быстро покинули помещение, не забыв наглухо запереть за собой дверь с наружной стороны. Я, Линда и андроид отошли к одной из стен в дальнем углу барака и сели там прямо на пол, стараясь не расплескать при этом содержимое тарелок — вязкую похлёбку с плавающими в ней мелкими кусками каких-то овощей. Мы в растерянности переглянулись, не понимая каким образом, не имея при себе элементарных столовых приборов, обращаться с едой. Наблюдение за узниками барака, спешно поглощающими скудную пищу из своих тарелок, вызвало у нас поначалу естественное чувство отвращения: первым делом они выпивали, вернее, смачно причмокивая, втягивали в себя губами жидкость из тарелки, а затем брали прямо грязными руками оставшиеся на дне овощи и корнеплоды и жадно проглатывали их, зачастую даже не пережёвывая. У нас не возникало никаких сомнений в том, что они очень голодны и поэтому набрасывались на еду, словно дикие звери. Об этом говорил и их внешний вид — все они были очень худыми, а некоторые из них выглядели как ходячие скелеты, обтянутые кожей.

— Не уверена, что мне полезет кусок в горло, — с ужасом взирая на голодных обитателей барака, проговорила Линда. — Может, лучше отдать свою порцию этим несчастным?

— Ни в коем случае! — довольно резко отреагировал андроид. — Одной порцией ты им не поможешь, а вот своё состояние ухудшишь. Нам понадобятся все наши силы для освобождения. Мы должны быть в хорошей форме, конечно, настолько, насколько это выполнимо в данных условиях. И для этого нам необходимо регулярно принимать пищу!

— Я согласен с Конрадом, — поддержал я нашего друга. — Линда, так ты не облегчишь им жизнь — только себе навредишь.

— Хорошо… — вздохнула она и перевела взгляд на нас. — Вы, наверное, правы. Тогда давайте, наконец, отведаем это ароматное блюдо, заботливо приготовленное нашими гостеприимными хозяевами…

Я улыбнулся ей, услышав эти слова. Меня приятно удивило то, что Линда вновь немного оживилась и была даже в состоянии шутить, несмотря на столь неприглядные обстоятельства и наше неясное будущее.

Отхлебнув из тарелки, я тут же поперхнулся и чуть было не выплюнул на пол горьковатую жидкость, которая по замыслу ангелов должна была быть съедобной похлёбкой. Ничего более невкусного я в своей жизни ещё не пробовал! Я посмотрел на товарищей и по их кислым минам определил, что они тоже не в восторге от угощения. Конрад быстрее всех нас совладал со своими эмоциями и, показывая нам пример, в один присест выпил всё жидкое содержимое своей тарелки. После этого он с невозмутимым видом начал доставать пальцами здоровой руки неприглядные на вид овощи и отправлять их себе в рот. Линда коротко пожала плечами и, улыбнувшись мне, попыталась проделать то же самое. Мне ничего не оставалось, как последовать их примеру. К моему искреннему удивлению, похлёбка уже не показалась мне такой отвратительной, как после первого глотка. Видимо, острое чувство голода всё-таки сыграло свою роль, и я довольно быстро покончил со своей порцией, подумав, что не прочь бы опустошить ещё одну тарелку. Моему организму срочно требовалось восстановить потраченные энергетические ресурсы и вкусовые качества поглощаемой пищи интересовали его в последнюю очередь.

Немного насытившись, я прислонился спиной к стене, наблюдая за остальными обитателями барака, и вдруг ощутил, как на меня навалилась невероятная усталость — сказались последствия всех событий сегодняшнего дня, включая длительный марш от деревни до Цитадели. Хотя мы и спали с Линдой прошлую ночь в деревенской хижине, всё же этого оказалось недостаточно для того, чтобы восстановить наши силы, да и сон, вызванный одурманивающим веществом в составе вина, уж точно никак нельзя было назвать здоровым. Линда, сидевшая рядом со мной, придвинулась ещё ближе ко мне, устало вздохнула и прикрыла глаза. По её ровному дыханию я догадался, что она моментально уснула. Спустя мгновение я почувствовал прикосновение её волос к моей щеке и тяжесть на плече — во сне Линда невольно положила на него свою голову. Я замер, стараясь не шелохнуться, чтобы ненароком неосторожным движением не разбудить девушку.

Конрад, расположившийся напротив нас со скрещенными ногами в позе лотоса, окинул нас взглядом и тихо сказал:

— Сегодня был трудный день. Немного сна нам не помешает…

Я молча кивнул и тоже закрыл глаза. Перед тем как я сам провалился в глубокий сон, у меня промелькнула мысль о том, что мне даже не известно, способны ли андроиды вообще спать, и если всё-таки они спят, то какие при этом видят сны?

Нам удалось подремать всего лишь около часа, пока снова не прозвучал пронзительный скрежет двери и не прервал наш сон. С трудом разлепив веки, я увидел, что Конрад уже был на ногах и стоял лицом к выходу.

В распахнутую дверь вошёл один из стражников с небольшим свёртком в руке и громко прокричал:

— Трое отщепенцев, пошевеливайтесь! Тащите быстро сюда ваши жирные задницы, иначе я сдеру с вас вонючую шкуру!

Глава 14

Конрад обернулся и, заметив, что мы с Линдой уже проснулись, первым направился к двери. Поднявшись на ноги, я сначала помог встать девушке, а затем мы последовали за андроидом. Другие узники поспешно уступали нам дорогу и провожали нас потухшими, безразличными взглядами.

Когда мы все трое остановились перед ангелом в ожидании дальнейших указаний с его стороны, тот смерил нас презрительным взглядом и, швырнув свёрток нам под ноги, промолвил, указывая при этом толстым пальцем на Линду:

— Самка, вот твоя новая одежда. Принц Артис распорядился, чтобы ты оделась поприличнее. Так верховный правитель Одред сможет по достоинству оценить твоё тело. Даю вам полчаса на сборы.

Сказав это, он окинул её надменным, оценивающим взглядом, потом резко развернулся и вышел. Входная дверь в очередной раз с громким стуком захлопнулась перед нашим носом, оставив нас созерцать голые стены барака и свёрток на полу. Линда присела на корточки и развернула лежащий перед нами кусок материи. Нашему взору предстала короткая кожаная юбка и связка тонких кожаных ремней, какие женщины ангелов носили под грудью.

— Судя по всему, выбора у меня нет. Придётся облачиться в этот наряд, — внимательно разглядывая вещи, меланхолично промолвила Линда. — С юбкой у меня проблем не возникнет, а вот с этими ремешками… Не уверена, что справлюсь одна. Ты поможешь мне, Кай?

Я утвердительно кивнул, и девушка, не тратя лишних слов, быстро сняла грубые ботинки, а вслед за ними куртку и штаны. Когда она обнажилась, я в первый раз заметил проявление эмоций на измождённых лицах арестантов. Они с удивлением, а некоторые из них даже с восхищением, уставились на Линду, перешёптываясь друг с другом и откровенно разглядывая её безупречную фигуру. Тогда я ещё не знал, что женщинам-рабам, как и всем прочим женщинам, не принадлежавшим к племени ангелов, запрещалось прилюдно оголять своё тело. Да и ангелы женского пола, хотя и выставляли напоказ свою голую грудь, никогда не обнажались полностью в присутствии посторонних. У нас же, людей Земли, нагота уже много веков назад перестала быть чем-то, что могло бы вызвать стеснение или какие-нибудь другие негативные чувства. Скорее всего, это произошло уже после того, как люди научились устранять врождённые физические дефекты и корректировать фигуру по своему усмотрению. Для нас красивое и здоровое тело не было чем-то выдающимся, напротив, это было в порядке вещей. Именно поэтому мы и испытали настоящий шок, когда впервые увидели, как неприглядно выглядят жители ковчега.

Одев короткую юбку, Линда попробовала сначала сама завязать на спине ремешки, предназначением которых было поддерживать бюст в горизонтальном положении, но после нескольких безуспешных попыток окончательно сдалась и попросила меня о помощи. Объединёнными усилиями мы попытались справиться с этой задачей и пришли к такому же плачевному итогу. Завязать ремешки простыми узлами было, разумеется, не трудно, но вот сделать так, чтобы конечный результат наших действий выглядел так же красиво, как у девушек ангелов, у нас никак не получалось. Конрад всё это время терпеливо наблюдал за нашими потугами, даже не пытаясь вмешиваться.

— Видишь, Кай, такая простая проблема нам, цивилизованным людям, уже не по силам, — с горькой усмешкой обронила девушка.

— Может, это и к лучшему, ведь чем красивее ты будешь выглядеть, тем больше у тебя будет шансов попасть в наложницы.

— Уж лучше смерть, чем такое будущее, — жёстко сказала она, и по её взгляду я понял, что она на самом деле так считает. — Я возлагаю очень большие надежды на этого Изориуса…

— Вы откуда прибыли, дикие люди? — Хриплый женский голос неожиданно прервал наш диалог. — Не можете справиться даже с грудными подвязками…

Мы удивлённо оглянулись на звук голоса и увидели приближающуюся к нам женщину с морщинистым, покрытым мелкими шрамами лицом и спутанными, длинными волосами. Я узнал в ней ту арестантку, с кем Линда пыталась общаться, пока мы вместе с андроидом осматривали барак, и которая оказалась единственной из всех узников, кто хоть как-то отреагировал на её вопросы.

Она подошла к Линде и, пристально рассматривая её через космы своих грязных волос, произнесла:

— Ты очень хороша, красавица. И грудь твоя вполне заслуживает того, чтобы все оценили её по достоинству. Когда-то и у меня была красивая, сочная грудь… Смотри, что они со мной сделали!

После этих слов она распахнула свои лохмотья, и мы ужаснулись от вида её обезображенного тела. У женщины отсутствовали молочные железы, и вместо них на грязной, сморщенной коже виднелись длинные, уродливые шрамы. Грудь у неё была срезана начисто! Не в силах отвести взгляд от этой тошнотворной картины, мы в молчании смущённо ожидали дальнейших действий или слов с её стороны.

— Полоумная сестра Одреда приревновала меня к одному из её любовников. Проклятая тварь! Хвала Мету, что она уже сдохла! Это по её приказу меня так изуродовали… — с ненавистью сказала женщина, не отводя внимательного взгляда от Линды. — Не повторяй моей ошибки, красавица, и тогда тебе, возможно, повезёт.

Мы с Линдой тревожно переглянулись — её будущее приобретало всё более мрачные краски. Между тем несчастная узница взяла в свои тощие руки кожаные ремни и ловко завязала их затейливыми узлами на спине у девушки.

Потом она оглядела её с головы до ног и, одобрительно кивнув головой, промолвила:

— Вот и всё, красавица. Желаю тебе удачи!

Девушка растроганно произнесла робкие слова благодарности, но пленница не ответила ей, только тяжело вздохнула и ушла в глубь барака.

Теперь Линда выглядела как все представительницы прекрасного пола у ангелов. И она была действительно прекрасна: утончённые черты лица с тёмными, падающими на плечи волосами, стройные ноги, узкая талия и обнажённая упругая грудь с аккуратными, торчащими вперёд сосками — у меня даже дыхание перехватило от этой картины. В моей голове возникло странное, пугающее желание скрыть эту красоту от взоров других мужчин, неважно какой одеждой, будь то даже грязные, рваные лохмотья. Но в то же время мне стало не по себе от этих диких мыслей. Неужели ковчег, это жуткое, жестокое место, и те трагические обстоятельства, коим мы здесь подверглись, начали постепенно менять мой привычный образ мыслей и моё поведение? Возможно ли такое, что я стал медленно, но верно превращаться из цивилизованного человека в дикаря? Сколько ещё понадобится времени для того, чтобы я забыл все моральные устои нашего земного общества и стал по своему поведению и мышлению неотличим от жителей звездолёта?

Мои размышления были прерваны появлением конвоя из четырёх вооружённых ангелов. Воины снова связали мне и Конраду руки ремнями, но Линду при этом не тронули, по-видимому, посчитав её неопасной, и велели нам выходить из барака.

Снаружи уже начинало темнеть, но, несмотря на это, площадь внутри кольца из зданий была по-прежнему заполнена народом. Мы в сопровождении охранников направились через весь бывший стадион к самому внушительному строению Цитадели. По пути я пытался как можно лучше рассмотреть обитателей поселения. Кроме самих ангелов, нам довелось увидеть довольно-таки разношёрстную публику: вооружённых уродливых дикарей, уже известных нам как кочевники, обезображенных рабов ангелов, зачастую сопровождавших вьючные повозки, запряжённые конебыками или похожими на них животными, нескольких гигантов-берсерков с боевыми котами на привязи и в намордниках, а также некоторых представителей человеческого рода, отличавшихся от других физическими отклонениями и мутациями, такими как карликовый рост, асимметрия тела, отсутствие одной или даже двух конечностей, чрезмерное оволосение и прочими отталкивающими внешними признаками. Было заметно, что и мутанты, и рабы относились с большим почтением и страхом к ангелам, берсеркам и кочевникам, всегда уступали им дорогу и старались по возможности избегать прямого контакта с ними или даже мимолётного прикосновения к их телу или одежде.

Тем временем на площади вовсю шли приготовления к вечернему пиру, обещанному местному населению принцем Артисом. Многочисленные рабы под наблюдением ангелов торопливо складывали в её центральной части на широких металлических подставках невысокие пирамиды из дров. Рядом с ними на искусственном покрытии стадиона лежали большие и пока ещё пустые котлы и длинные вертела. Тут же неподалёку со связанными ногами стояли мохнатые, тучные животные — им, по всей видимости, предназначалось сегодня стать угощением для жителей Цитадели. Они, вероятно, каким-то загадочным образом предчувствовали свою незавидную участь, дико вращали глазами и издавали испуганные, хрюкающие звуки. Наверняка их доставили сюда с ферм, подобных той, где нас взяли в плен, и именно они являлись теми самыми животными, кого Управляющий называл «свиньями», и чьё мясо он нам так расхваливал.

Мы как раз проходили мимо этих животных, когда нашим взорам представилось омерзительное зрелище. Двое грязных рабов повалили на землю одно из них и, навалившись на него своими телами, крепко прижали его к полу. Свинья начала так истошно визжать, что я даже испугался, как бы у меня от этого пронзительного звука не лопнули барабанные перепонки. После этого к телу беззащитного животного неторопливо приблизился широкоплечий человек карликового роста, сжимающий в руке длинный кинжал. Одной рукой он прижал морду визжащей свиньи к полу, а другую, ту в которой он держал оружие, занёс над её толстой шеей. Линда прикрыла свои уши руками и отвернулась, а я смотрел во все глаза, не в силах отвести взгляда от этой отвратительной сцены. Карлик сделал молниеносное движение кинжалом, и в шее животного разверзлась широкая рана. Алая кровь мощной струёй хлынула из неё в глиняный сосуд, заботливо подставленный одним из стоявших рядом рабов. Визг оборвался, и свинья, в последний раз судорожно дёрнувшись, наконец-то затихла. Стражник, идущий во главе нашего конвоя, приказал нам остановиться, подошёл к карлику и сказал ему что-то. Тот раболепно заулыбался, закивал головой и, забрав сосуд из рук раба, протянул его конвоиру.

От того, что случилось потом, меня чуть не вывернуло наизнанку — ангел поднёс сосуд к своему лицу и, припав к его краю ртом, начал жадно поглощать содержимое. Этот человек пил кровь животного! Я бросил взгляд на Линду и андроида и увидел, как девушка побледнела и широко раскрыла глаза от шока и отвращения. Конрад, как всегда, внешне оставался совершенно спокоен, лишь только глаза его сузились и желваки заиграли на скулах.

Вдоволь напившись, ангел шумно рыгнул, вытер рукавом своей куртки кровь с губ и отдал полупустой сосуд одному из рабов. К этому времени карлик, ловко орудуя своим острым кинжалом, уже приступил к разделке туши. Я впервые в жизни наблюдал, как режут на куски существо, которое ещё совсем недавно дышало вместе со мной одним и тем же воздухом, и уже не был уверен в том, что же поразило меня больше всего — человек, пьющий свежую, тёплую кровь свиньи, или её разрезанный на куски труп и выпотрошенные внутренние органы. Мне уже приходилось видеть страшные раны и мёртвые тела во время битв с кочевниками в туннеле и с воинами Артиса в деревне Управляющего, но я ещё никогда не был свидетелем такого методичного вскрытия и расчленения туловища.

Я бы, наверное, ещё долго предавался этим мыслям, если бы не получил довольно болезненный удар по спине и не услышал гневный крик, стоявшего за мной стражника:

— Что уставились, отщепенцы! Вам всё равно не достанется это вкусное, жирное мясо. Поторапливайтесь, нас ждут во дворце Одреда!

Наши сопровождающие заметно ускорили шаг, и нам, пленникам, поневоле тоже пришлось поторопиться. Стараясь не обращать внимания на периодически раздающиеся жалобные визги убиваемых животных, мы относительно быстро пересекли площадь, так как все люди, встречавшиеся нам на пути, поспешно уступали дорогу нашему отряду. Однако при этом ангелы-мужчины осыпали нас грубыми оскорблениями и презрительными замечаниями, а женщины смотрели на нас со смесью страха и отвращения, хотя некоторые из них и бросали украдкой завистливые взгляды на Линду. Дети ангелов с интересом рассматривали нас и тыкали пальцами в нашу сторону, а самые любопытные из них сопровождали нашу процессию до самой резиденции Одреда.

Дворцом это массивное и, по сравнению с другими домами, высокое здание с плоской крышей можно было назвать только с большой натяжкой. Как и прочие постройки ангелов, оно было сооружено из крупных блоков, панелей и пластин из сплавов металла и искусственных материалов, а также брёвен и досок. Все составные части имели различную окраску и были искусно скреплены друг с другом при помощи какого-то строительного раствора так, что получившаяся в итоге и пестревшая всеми цветами радуги гротескная конструкция обладала достаточно высокой прочностью и устойчивостью. Через равные промежутки по периметру всего здания, на высоте, превышающей человеческий рост примерно в два раза, располагались широкие прямоугольные отверстия, выполнявшие роль окон и тем самым позволявшие дневному свету проникать внутрь помещения. Прямо по центру здания были установлены ворота, состоявшие из двух массивных металлических плит. Сейчас они были распахнуты, открывая проход внутрь дворца. По бокам ворот стояла стража из десятерых ангелов крепкого сложения, вооружённых мечами и топорами с широкими лезвиями, а также двух берсерков, державших в одной руке длинное копьё, а в другой боевого кота на привязи. Оба хищника были без намордников. Они лежали у ног гигантов и время от времени издавали грозные урчащие звуки, положив головы на передние лапы и облизывая свои торчащие из пасти клыки.

Когда мы приблизились к воротам, четыре охранника из стражи дворца сменили стражников барака в роли наших конвоиров. Они повели нас внутрь помещения, и мы очутились в узком зигзагообразном коридоре, в стенах которого по пути следования нам иногда попадались открытые дверные проёмы, ведущие в смежные комнаты. Быстрый темп, заданный нам сопровождавшими нас ангелами, не давал мне возможности детально рассмотреть обстановку и размер этих комнат. В некоторых из них я заметил разговаривающих друг с другом мужчин и женщин, а также играющих детей, мгновенно замолкавших при нашем приближении и провожавших нас любопытными взглядами.

Вскоре мы остановились перед закрытой деревянной дверью, охраняемой двумя мускулистыми ангелами весьма свирепого вида. Предварительно проверив, насколько надёжно у меня и у андроида связаны руки, один из них отворил её и, скрывшись в соседнем помещении, громогласно провозгласил:

— Верховный правитель Одред, отщепенцы доставлены для допроса!

Второй охранник, оставшийся в коридоре, недвусмысленно указал кивком головы в сторону открытой двери и отступил в сторону. Я почувствовал прикосновение холодной стали меча одного из наших конвоиров к своему затылку и сделал шаг по направлению к дверному проёму.

Моему взору предстал обширный круглый зал, вдоль светлых, вогнутых стен которого располагались длинные деревянные столы и скамейки. За столами сидело около тридцати ангелов мужского и женского пола, а также несколько мужчин-кочевников. Среди ангелов я заметил знакомые лица: принца Артиса и лейтенанта Робура. У самого входа скромно стоял, потупив глаза, ещё один знакомый нам человек — лекарь Теорис.

Прямо напротив входа, отдалённое от него пустым пространством в центре зала, находилось высокое кресло, изготовленное из какого-то искусственного материала серебристого цвета и выполняющее, по всей видимости, функцию трона. По бокам к нему были приставлены широкие деревянные ступеньки, на которых сидели две симпатичные, стройные девушки, не имевшие татуировок на телах, но одетые так же как и женщины ангелов. У каждой из них одно запястье руки было заковано в тонкую металлическую цепь, прикреплённую другим концом к передней ножке трона.

В кресле в расслабленной позе сидел человек, чей внешний вид разительно отличался от других ангелов, видимых нами ранее. Он был абсолютно лыс, и вся его голова — а не только лицо, как у прочих ангелов мужского рода, — была полностью разукрашена татуировками. Они покрывали собой буквально каждый участок кожи на его черепе. Но не только эта особенность выделяла мужчину из числа его соплеменников. Самое большое отличие заключалось в его возрасте — это был уже пожилой человек, практически старик. Он, как и многие другие ангелы, был одет в распахнутую спереди кожаную куртку без рукавов и кожаные штаны, а ноги были обуты в короткие сапоги с деревянной подошвой. Тело его, явно бывшее когда-то давно мускулистым, со временем значительно усохло и хотя ещё и оставалось подтянутым, но остатки мускулов уже с большим трудом угадывались под тонкой, старческой кожей.

Все ангелы, встречавшиеся нам до этого момента, являлись молодыми мужчинами и женщинами в самом расцвете сил или же юношами и девушками. Кроме того, мы видели также большое количество детей ангелов в Цитадели, но ещё ни одного старика или же пожилого человека, и я уже неоднократно задавался вопросом, почему нам до сих пор ещё не повстречались представители старшего поколения.

После того как по приказу наших конвоиров мы встали на колени в центре помещения, старик подался вперёд и стал пристально рассматривать нас тяжёлым взглядом из под полуопущенных век. В зале воцарилось молчание, и взгляды всех присутствующих в нём людей сосредоточились на наших персонах.

Так продолжалось несколько долгих томительных минут, пока ангел не откинулся на спинку трона и не произнёс сухим старческим голосом:

— Эти отщепенцы уничтожили воинов из твоего отряда, всех боевых котов, предназначенных для охоты, и большинство кочевников, мой сын?

— Отец, до тебя уже наверняка дошли тревожные вести о том, что с ними была ведьма. Именно она, а не эти трое, при помощи своего мерзкого колдовства нанесла нам такой значительный урон. К счастью, нам удалось обезвредить её, — поспешно ответил принц Артис и, поднявшись со своего места за одним из деревянных столов, подошёл к трону.

— Ведьма! — Человек в кресле скривил губы. — Не верю в эти глупые сказки. Я ещё ни разу в своей жизни не встречал подобных существ, а прожил я уже достаточно долго…

— При всём моём уважении к твоему почтенному возрасту, отец, нам сегодня утром действительно повстречалась одна из них. Иногда легенды говорят правду.

— И что же вы с ней сделали?

— Мой берсерк отрубил гнусной твари голову, а затем её тело закопали вместе с остальными павшими воинами.

— Надеюсь, перед этим твой лекарь исследовал тело ведьмы? Ведь ты не забыл отдать такой приказ? — Старик вперил вопросительный взгляд в принца.

— Конечно, правитель Одред! — выпалил Артис и заметно побледнел. — Теорис, быстро иди сюда!

Стоявший у входа лекарь встрепенулся и, торопливо подбежав к трону, низко склонил голову и преклонил одно колено.

— Скажи, лекарь, что ты обнаружил? — требовательно спросил Одред.

— Верховный правитель, я тщательно осмотрел останки ведьмы и ещё одного отщепенца, — потупив взор, промолвил Теорис. — Внутри них не было скверны. Я, конечно, уже не могу судить о состоянии разума этих двух мёртвых чужаков, но знаю точно, что гнев Мета не коснулся их тел…

В зале послышались шумные возгласы, ангелы оживились и принялись, перебивая друг друга, обсуждать эту новость.

— Молчать! — зычно прокричал принц Артис. — Закройте рты! Верховный правитель ещё не закончил допрос!

Люди мгновенно умолкли и успокоились. Одред окинул их недовольным взглядом и вновь обратился к лекарю:

— Означает ли это, что отщепенцы прибыли из чистых земель?

— Вполне вероятно, повелитель. Ваш доблестный сын пытался поговорить с теми из них, кто остался в живых. С этими пленниками… — он взглянул на нас, — но, насколько мне известно, они несли какой-то вздор…

— Да, отец. Они безумны! — нетерпеливо перебил его Артис. — Гнев Мета, возможно, и не коснулся их тел, но зато основательно помутил рассудок. Поэтому-то я и хочу использовать только их тела, разум этих отщепенцев мне не понадобится.

— Каким образом, сын мой? — ехидно усмехнулся старик.

— Один из них, тот у которого повреждена рука, могучий воин. Он мог бы участвовать в боях на Арене, — сделав вид, будто не заметил нотки сарказма в голосе отца, твёрдо ответил принц. — Самку я готов взять себе в услужение, ну а если она окажется недостойна этого, то мне придётся отдать её одному из своих воинов. А вот, что делать с третьим отщепенцем, я даже не знаю… Он труслив, как свиньи наших тупых фермеров. Боец из него никакой. Может быть, он ещё пригодится нам в качестве раба.

— Странно… — Одред задумчиво пожевал нижнюю губу. — Я вижу, что он хорошо сложен, у него сильное, крепкое тело. Тело воина…

— Поверь мне, отец. Толку от него не будет. Я уже проверял его.

— Я доверяю тебе, Артис. Значит, так оно и есть. А самка-то великолепна! Превосходная фигура и прелестная мордашка! Может, мне взять её себе? Признаюсь, мои наложницы уже весьма наскучили мне… — Одред скептически взглянул на двух девушек, прикованных к подножию его трона, и те испуганно сжались под его взглядом.

— Верховный правитель! Это замечательная мысль! — Прозвучал вдруг звонкий женский голос. Я посмотрел в ту сторону и увидел говорившую — статную рыжеволосую девушку. Эта красавица была сегодня днём в числе обитателей Цитадели, встречавших отряд принца, и именно она задавала ему вопросы на площади.

— Прелестная Рея, ты осмеливаешься перебивать твоего дядю? — с недовольством в голосе пробурчал Артис.

— Спокойно, сын мой. Дочке моей возлюбленной сестры не возбраняется это делать, — улыбнулся Одред. — Рея, ты что-то хотела сказать?

— Да, повелитель! — Гордая и привлекательная племянница старого вождя вскочила со своего места, где она сидела в окружении ещё нескольких женщин. — Гарем принца Артиса и так уже переполнен, а я совсем недавно потеряла двух прислужниц при последнем нападении диких кочевников на одну из плантаций. Твои наложницы вполне могли бы их заменить. Или же отдай мне эту самку-отщепенку, если она придётся тебе не по вкусу…

— Рея, ты слышала, что эта самка безумна? Не боишься, что она своими ядовитыми речами заразит остальную прислугу? — недобро сузив глаза, спросил Артис.

— Дорогой кузен, в таком случае я просто отрежу её паршивый язык! — с ледяной усмешкой откликнулась Рея и вновь села на скамью, а женщины из её окружения понимающе заулыбались.

— Узнаю дочку моей сестры! — Одред хлопнул себя ладонью по бедру и захохотал. — Помню, твоя несравненная мать любила позабавиться подобным образом! Как жаль, что она оставила нас так рано…

Линда со страхом в глазах посмотрела на меня. У меня сжалось всё внутри от жалости к ней и от внезапно нахлынувшей ненависти к нашим пленителям.

— Правитель Одред! — неожиданно произнёс лекарь Теорис дрожащим голосом. — Прости, что вмешиваюсь в ваш разговор, но я бы не рекомендовал вам предпринимать что-либо с пленниками, пока их всех не осмотрит Изориус.

В зале повисла мёртвая тишина, брови Одреда поползли вверх, а у принца Артиса отвисла челюсть. Увидев, какой эффект произвели его слова, Теорис ещё ниже опустил голову и скукожился на полу у трона.

— Мерзавец! Как смеешь ты, смердящее ничтожество, прерывать верховного правителя! — прошипел взбешённый принц ангелов и схватился за рукоять меча, висевшего в ножнах у него на поясе.

— Погоди, Артис, — пробормотал старик на троне и задумчиво почесал свой лысый череп. — У твоего лекаря наверняка имеются весомые доводы, иначе бы он не осмелился так дерзить. Говори, Теорис! Ведь так тебя зовут, если мне не изменяет память?

— Да, верховный правитель Одред, моё имя — Теорис. Я старший ученик Изориуса и уже почти год служу принцу Артису, — немного осмелев, начал свою речь лекарь. — Как уже упоминал ранее мой принц, эти отщепенцы, судя по всему, безумны. Ты и сам сможешь убедиться в этом, если соизволишь поговорить с ними. Но внешне они абсолютно здоровы и могут выполнять любую тяжёлую работу. Я уверен, гнев Мета повредил их рассудок уже на пути к нам в одной из своих многочисленных полостей, оставив при этом в целостности остальной организм. Ты, повелитель, справедливо предположил, что данные экземпляры, скорее всего, пришли к нам из чистых земель. Тех земель, где ещё не ступала нога ангела. Земель, полных сильными, послушными рабами и прелестными, страстными рабынями, только и ждущими того, чтобы служить вам. Они, естественно, ещё не подозревают о своей участи, но стоит только тебе объявить Священную Охоту, как боевые отряды мужественных ангелов ринутся в бой и, прорвавшись на неизведанные территории, заставят обитающих там презренных отщепенцев подчиниться новому порядку и стать вам верными слугами!

В зале сразу стало шумно, мужчины принялись с воодушевлением активно обсуждать слова лекаря, и даже женщины ангелов были заметно обрадованы этими новостями.

Одред резко поднял руку, заставив тем самым подданных моментально успокоиться, и, указав ею на Теориса, с кривой усмешкой промолвил:

— Я вижу, что одному ты действительно очень хорошо научился у жирного Изориуса, — умению складно говорить!

Старик засмеялся дребезжащим голосом. Все присутствующие в тронном зале ангелы присоединились к его веселью, и даже на лицах нескольких кочевников, до сих пор безучастно наблюдавших эту сцену, появились осторожные улыбки.

Лицо лекаря побледнело от страха, губы его мелко задрожали, но он всё же набрался смелости и продолжил запинающимся голосом:

— Верховный правитель, также очень высока вероятность того, что они прибыли из земель не только чистых, но и богатых добычей. Только взгляни на одежду, которая была на них до того, как твои храбрые воины взяли их в плен!

Он распахнул свой широкий балахон и достал из внутреннего кармана свёрнутый в клубок комбинезон, принадлежавший ранее кому-то из нас. Старик вяло махнул рукой, и одна из наложниц, расценив его жест как призыв к действию, поднялась со ступеньки и, волоча за собой цепь, спустилась к подножию трона и стоявшему там Теорису, забрала у него комбинезон и передала своему повелителю. У Одреда округлились глаза от удивления, когда он получил нашу одежду в свои руки. Все люди в зале молча наблюдали за ним, пока он гладил материал комбинезона руками, пробовал его порвать и даже понюхать.

— Мне никогда ещё не приходилось видеть столь странную одежду, — промолвил он и задумчиво посмотрел на нас, переводя взгляд с одного на другого. — Сколько же надо было заплатить Мастерам, чтобы они её изготовили? Эта диковинная одежда и присутствие ведьмы в их отряде наталкивают меня на определённые мысли…

— Вот именно, мой повелитель! — воскликнул Теорис, окрылённый тем, что вызвал неподдельный интерес у вождя. — Ведь если с ними была ведьма, то это означает, что на их земле могут быть и другие такие же. Эту опасность нельзя недооценивать! Только Изориус в состоянии разгадать, в чём кроется тайная сила ведьминого колдовства, и как защищаться от него твоим славным воинам. Чтобы решить эту задачу, ему понадобятся эти пленники. Он раскроет тайну и узнает путь, ведущий в их земли! Но только в том случае, если отщепенцы останутся в целостности и сохранности. Разумеется, после того как Изориус закончит с ними, вы сможете использовать их и в других целях.

— Ты опасаешься, что мои люди покалечат этих отщепенцев? Или пришибут их ещё до того, как Изориус вернётся в Цитадель?

— Так точно, правитель Одред. Подобное уже неоднократно случалось. Позволь мне напомнить всем собравшимся здесь ангелам твой собственный приказ, в котором говорится, что всех захваченных в плен отщепенцев следует сначала передавать для изучения Изориусу.

— Ты дерзок, лекарь, но в твоих словах есть правда! — сказал старик и выпрямился на троне, приняв горделивую осанку. — Я давно уже подумываю о возобновлении Священной Охоты. Именно поэтому Изориус так усердно ищет пути в новые земли. Может быть, на этот раз нам наконец улыбнётся удача!

Воины-ангелы ликующими воплями встретили его слова и стали трясти оружием в воздухе. Даже Артис, всё это время с недовольной миной слушавший разговор своего отца с Теорисом, благосклонно заулыбался и присоединился к всеобщей радости.

Одред с широкой ухмылкой на разрисованной физиономии некоторое время наблюдал за бурными эмоциями своих подданных, а затем решительным жестом руки остановил веселье и провозгласил:

— Я принимаю твои доводы, лекарь, и запрещаю притрагиваться к пленным до появления Изориуса в Цитадели. Он на пути сюда и вскоре уже будет здесь. Ты знаешь, Артис, что он сопровождает твоего младшего брата в походе к внешним границам нашей земли. Бери с брата пример — он часто прислушивается к советам Изориуса и ценит их. Я и сам уже много раз имел возможность убедиться в том, что завет нашего предка Леонида об обязательном наличии лекарей у вождей ангелов имеет глубокий смысл и был дан нам не напрасно.

Принц бросил злобный взгляд на Теориса, и мне было отчётливо видно, как при этом напряглись его мышцы, но он быстро обуздал свой гнев и учтиво обратился к отцу:

— Правитель Одред, мы сделаем так, как ты нам велел. Мой брат Финнис, конечно, поступает разумно, что время от времени советуется с Изориусом, но когда-нибудь ему придётся научиться использовать и свою собственную голову.

В зале повисло напряжённое молчание, а старик на троне сузил глаза, наклонился вперёд и крепко стиснул подлокотники кресла.

— Артис, тебе не следует в присутствии воинов и наших гостей обсуждать членов твоей семьи. — Тихий, спокойный голос Одреда не предвещал ничего хорошего.

Принц несколько секунд выдерживал тяжёлый взгляд отца, но затем, похоже, внутренне сдался, потупил взор и поклонился вождю.

Старик вновь расслабился, откинулся на спинку трона и кивнул в нашу сторону:

— А сейчас я хотел бы послушать рассказ отщепенцев. Кто из них главный?

Артис, заметно обрадованный сменой темы, указал на Конрада:

— Я думаю, этот воин больше всего подходит на эту роль. Второй отщепенец — трусливый, никчёмный болван.

Мне показалось странным, что он даже не допускал мысли о том, что Линда тоже вполне могла бы быть предводителем нашего отряда. Впоследствии я узнал, что женщины ангелов не имели права занимать руководящие позиции, а женщины других племён вообще не считались у них людьми.

— Говори! Ты вождь? — требовательно спросил Одред у андроида.

Конрад бросил беглый взгляд в мою сторону и, к моему искреннему удивлению, указал здоровой рукой на меня и твёрдым голосом объявил:

— Верховный правитель Одред, я всего лишь простой воин и подчиняюсь приказам моего командира. Вот он, его имя — Кай Руссов.

— Ха! — воскликнул принц Артис. — У этих мерзостных отщепенцев вождями могут быть даже трусы! Неудивительно, что эти выродки бегут, сверкая пятками, как только завидят наших отважных воинов!

— Однако их страх перед нами всё же не помешал им уничтожить ангелов твоего отряда, не считая кочевников и всех боевых котов! — насмешливо заметил его отец, и на лицах многих присутствующих в зале появились злорадные ухмылки.

Артис позеленел от злости и стыда и, устремив на меня полный ненависти взгляд, процедил сквозь зубы:

— Если бы не проклятая ведьма, исход битвы был бы совсем другим. Я и сам с нетерпением жду возвращения Изориуса. Если он найдёт средство против ведьминого колдовства, то такое больше никогда не повторится!

Сказав это, он окинул долгим, пристальным взором своих соплеменников, и улыбки моментально исчезли с их лиц.

— В таком случае предоставим слово тебе, Кайрусов, расскажи-ка нам о своём народе и о том, с какой целью вы проникли на наши территории! — обратился ко мне Одред.

Мне практически не оставалось времени на раздумье, поэтому я решил говорить правду, полагаясь на благоразумие вождя:

— Верховный правитель, мы — я и мои друзья — прибыли к вам не из другой земли. Мы прибыли из другого мира. Вероятно, вы даже не осознаёте этого факта, но все вы, ангелы и прочие народы, проживаете внутри замкнутого пространства огромного космического корабля. Ваш дом, этот корабль, свободно дрейфует в безвоздушном пространстве, называемом космосом. Помимо вашего корабля, в космосе существует несметное количество других объектов, превосходящих по своим размерам ваш дом во много раз. Эти объекты называются звёзды и планеты. Звёзды представляют собой громадные огненные шары, вокруг которых вращаются объекты помельче — планеты. Но даже эти относительно маленькие планеты на самом деле являются гигантскими по сравнению с кораблём, внутри которого вы живёте. На одной из таких планет и проживает мой народ. Нас послали сюда, чтобы изучить ваш корабль и помочь вам вернуться назад, на родину, ведь именно на нашей планете был построен ваш дом тысячу лет назад, и все вы являетесь потомками тех людей, которые были первыми обитателями этого корабля.

Я замолчал и посмотрел на мужчин и женщин, сидевших за столами вокруг нас. Их лица выражали крайнее удивление, смешанное с недоверием и непониманием. Многие из них насмешливо улыбались и презрительными жестами выражали своё отношение к моему рассказу. Принц Артис с довольной улыбкой смотрел на своего отца, ожидая его реакции. Даже Теорис широко улыбался и со стороны выглядел так, словно большой груз упал с его плеч.

— Занятно! — усмехнулся Одред. — Давно я не слышал столь бредовых речей. Да, что там давно, я вообще ещё никогда не слышал подобного вздора!

— Зачем с ними разговаривать? — возмутился Артис. — Пусть отправляются обратно в тюремный барак и ждут возвращения Изориуса! Ты же видишь, они полные идиоты!

— Постой, не торопись, сын мой, — отозвался старик. — Я хочу побеседовать с ними. У нас так мало новых развлечений, а речь этого отщепенца такая занятная… Пусть ещё повеселит меня… Ты, отщепенец, действительно веришь в то, что сейчас наболтал?

— Мои слова содержат только правду, — ответил я, стараясь не обращать особого внимания на насмешки ангелов. — Я понимаю, вам очень трудно в них поверить. Но это действительно так! Одно из прямых доказательств тому — наша одежда, которая, кстати, всё ещё лежит на твоих коленях, правитель Одред.

Вождь взглянул на комбинезон и пренебрежительно отбросил его к подножию трона:

— Эта одежда ничего не значит, Кайрусов. Всем известно, что Мастера могут изготовить всё что угодно. Главное, чтобы было чем заплатить за их работу.

— Хорошо… А тот факт, что в бою с нами погибло так много ваших людей и животных? Колдовство здесь абсолютно ни при чём. Твои воины и хищники были убиты силой грозного оружия, которое мы пронесли с собой на ваш корабль с нашей планеты… — Конрад бросил мне предостерегающий взгляд, но я уже и сам понял, что сболтнул немного лишнего. Я умолк на полуслове, обдумывая, как же исправить эту досадную оплошность.

— И где же это смертоносное оружие? — заинтриговано спросил Одред. — Артис, вы обнаружили что-нибудь похожее на поле битвы?

Но принц не успел даже и рта раскрыть. Его опередил Теорис, поспешно выкрикнувший:

— Я лично обыскал всех отщепенцев, правитель. И живых, и мёртвых. Никакого особенного оружия при них не было! Он просто выгораживает ведьм! Может быть, в своём безумии он даже не осознаёт, что одна из них находилась всё время рядом с ними. Вполне возможно, что он до сих пор околдован!

— Сумасшедший отщепенец! — с видимым облегчением пробормотал старый вождь. — Его нелепые россказни заставляют усомниться даже меня. Ладно, пусть продолжает… Так, кто же вас направил сюда? Ведь ты упомянул, что вас сюда послали. Кто это был?

Я на мгновение задумался. Что сказать ему? Продолжать говорить правду? Или же солгать, придумать какую-нибудь красивую легенду? Но это было не в моих силах, я был на это просто не способен. Я посмотрел на Линду, пытаясь найти в её ответном взгляде поддержку или же, напротив, неодобрение. Но она лишь понимающе кивнула мне, и тогда я решил идти до конца и рассказать всю правду, какой бы дикой и безумной она не показалась этим варварам.

— Нашу исследовательскую экспедицию на ваш корабль направил Совет ИскИнов, — начал я, уже зная заранее, что мои слова покажутся обитателям ковчега сущей бессмыслицей.

— Какой совет? Кто это — искины? — продолжал допытываться Одред.

— ИскИны представляют собой мыслящие машины, особые механизмы невероятно сложной конструкции, созданные нашими предками многие столетия назад.

— Что такое механизм?

— Это довольно трудно объяснить…

— Как они выглядят?

— Их нелегко описать… — Мне стало неловко, и я немного растерялся, так как донести до разума этих примитивных людей такое понятие, как Искусственный Интеллект, оказалось невероятно сложной задачей.

— А ты попытайся, отщепенец. Напряги свои трухлявые мозги, — язвительно улыбнулся старик. — Ты их, вообще, сам когда-нибудь видел, этих твоих искинов?

— Нет, конечно, не видел. ИскИнов постоянно окружает губительное для человека радиационное поле. Это такой очень вредный воздух, способный вызвать у человека тяжёлую болезнь или даже смерть. Кроме того, каждый ИскИн не является одиночным объектом, а составляет, по сути, группу из нескольких мыслящих машин или механизмов. На той планете, откуда мы прибыли, они находятся в основном в специализированных помещениях глубоко под землёй.

— И как же вы с ними общаетесь?

— Через их посредников — киборгов. Они внешне похожи на людей, хотя таковыми не являются.

— Кем же они являются?

— Машинами, тоже искусственными механизмами, но не обладающими могуществом и мудростью ИскИнов.

— Очень интересно! — Лицо Одреда расплылось в широкой улыбке. Старого ангела на троне, похоже, чрезвычайно забавляла наша беседа. — Получается, ваши искины через своих слуг, этих самых киборгов, послали вас сюда? И здесь вы выполняете их указания?

— Да… Примерно так и обстоит дело… — Я с сомнением посмотрел на Линду, но она только пожала плечами. Так как слово ей так и не предоставили, выпутываться из этой щекотливой ситуации предстояло мне самому.

— Мне кажется, я понял ход твоих мыслей, отщепенец. Эти искины — ваши боги? Ведь они незримы для вас и в то же время мудры и могущественны. А ты знаешь, что это большая ересь? Ведь не может быть никаких других богов, кроме Мета! Мет един, и он и есть окружающий нас мир! Мы все, люди и звери, живём в чреве Мета до тех пор, пока нам не придёт время перейти на его тёмную сторону!

Ангелы единодушно подхватили его последние слова, возмущённо зашумели и затрясли оружием. Старик выждал пару минут и опять вскинул руку, призывая своих подданных к молчанию.

— ИскИны никакие не боги, наоборот, они служат нам, людям, — сказал я, как только гомон утих.

— Ты совсем запутался, полоумный придурок! — злобно засмеялся Артис. — Сначала говорил, будто они послали вас сюда, а теперь утверждаешь, что они ваши слуги!

— Это сложно объяснить в двух словах, — мне было довольно трудно противоречить его простой логике, — они действительно подчиняются нам, но в то же время следят за порядком на нашей планете и регулируют все процессы нашей жизнедеятельности.

— Воистину, этот бред великолепен! Его можно слушать бесконечно! — воскликнул Одред и перевёл взгляд на своего сына. — Артис и Теорис, вы оказались правы. Он сумасшедший! Или недоумок.

— Да, мой повелитель, теперь ты воочию убедился в правоте моих слов. — Теорис прямо-таки сиял от счастья.

— Не зазнавайся! — грозно проворчал старик. — Знай своё место!

Лекарь поклонился до земли и с подобострастным видом отошёл на пару шагов от трона.

Одред вновь обратил свой взор на меня:

— Сумасшедшие бывают довольно опасны. И вы уже доказали это в бою с отрядом моего старшего сына. Ты согласен с моими словами, отщепенец?

— Верховный правитель, не мы начали тот бой, — попытался я хоть как-то объяснить ему несправедливость этих обвинений. — Мы пришли в ваш мир только с добрыми намерениями. Если бы люди принца Артиса не напали на нас в деревне, то всех этих жертв можно было бы избежать.

— С «добрыми намерениями»? Так ты это называешь, Кайрусов? — Голос Одреда приобрёл металлические нотки. — Здесь присутствуют наши друзья, кочевники из Ближних Пределов. Жусен, тебе есть, что нам рассказать. Иди сюда и поведай всем собравшимся о том, о чем ты уже поделился со мной!

Из группы коренастых, безобразных и полуголых людей отделился один бородатый мужчина и подошёл к трону. Его густая борода закрывала почти половину некрасивого, кривого лица с выпученными глазами и широким приплюснутым носом. На бедре сбоку у него висел короткий изогнутый меч.

— Великий вождь ангелов, и вы, его верные подданные, послушайте меня, посланника от Союза свободных племён Ближних Пределов! Говоря о неких «добрых намерениях», этот подлец нагло лжёт, — громогласно заявил он и обвиняюще указал на меня пальцем. — Буквально вчера один из наших кочевых отрядов наткнулся на этих людей в одной из пограничных артерий. Нашим сородичам пришлось вступить с ними в смертельный бой. Несмотря на большое количество моих соплеменников и наличие у них сторожевых псов, эти отщепенцы смогли уничтожить почти всех из них! Из наших воинов уцелел лишь один единственный человек. Ему удалось бежать от верной смерти и поведать нам о трагической судьбе своих боевых товарищей!

Волнение охватило ангелов, усмешки исчезли с их лиц, и они озабоченно зашептались, обмениваясь тревожными взглядами.

— Сначала я не поверил рассказу этого воина и посчитал его трусом и предателем, — продолжал кочевник, явно довольный произведённым эффектом. — Но по приезду в Цитадель я услышал о ведьме среди отщепенцев и о том, как сегодня погибли другие кочевники из родственного мне племени, а также ангелы и боевые коты славного принца Артиса, и понял, что напрасно не доверял своему соплеменнику. Сейчас я даже склоняюсь к мысли о том, что вчера с ними была не одна ведьма, а несколько! И именно они уничтожили своим тёмным колдовством большинство наших людей и свирепых псов! Иначе я никак не могу объяснить столь высокие потери среди нас. Выживший воин говорил о том, что многие в его отряде умерли мгновенно, не успев даже скрестить свои мечи с оружием неприятеля. Карательный отряд, поспешивший к месту недавней битвы, обнаружил там только три трупа отщепенцев в необычной одежде и мёртвые тела кочевников и их псов, причём у многих из них не было даже ранений! Наши охотничьи собаки вроде почуяли уцелевших врагов, но им всё же каким-то непостижимым образом удалось скрыться. Подумайте сами, ангелы, какой из всего этого напрашивается вывод?

Тут мужчин в тронном зале словно прорвало. Они гневно закричали, повскакивали со своих мест и схватились за оружие.

— Спокойствие! — гаркнул Артис. — Эти отщепенцы в наших руках, а все их ведьмы погибли. Им уже никуда не деться от нашего праведного гнева!

Взгляд Теориса заметался, ситуация явно выходила из под контроля, и он, похоже, лихорадочно пытался придумать выход из создавшегося положения. Но, к нашему счастью, Одред уже принял своё решение и менять его не собирался.

— Жусен, ты можешь вновь вернуться на своё место, — твёрдо произнес верховный вождь ангелов. — Надеюсь, теперь всем ясно, насколько опасны эти отщепенцы? Как я уже постановил, мы подождём возвращения Изориуса и затем решим, что делать с ними дальше. На этом допрос окончен. Отведите раненого воина-отщепенца в казарму бойцов и заприте в карцере. Этих, — он указал на меня и Линду, — верните обратно в тюремный барак. Пусть они ожидают там свою участь, а нас ждёт праздник, много свежего мяса, сладкие рабыни и волнительные битвы бойцов на Арене!

Его последние слова потонули в восторженных криках ангелов, а лекарь Теорис вздохнул с видимым облегчением и незаметно для всех окружающих кивнул мне с торжествующей улыбкой на лице.

Глава 15

Нас бесцеремонно подняли с колен и повели к выходу из помещения. Никто ужене обращал на нас особого внимания, ангелы и кочевники находились явно в приподнятом настроении и оживлённо обсуждали предстоящий праздник и сопутствующие ему развлечения. Когда мы вышли из тронного зала в примыкающий к нему коридор, к нам подошло двое ангелов-стражников и, встав по обе стороны от Конрада, велели ему следовать вместе с ними. Андроид успел только бросить короткий взгляд на меня с Линдой и, не проронив ни слова, отправился с конвоирами к месту своего заточения. Один из оставшихся охранников толкнул ладонью меня в спину и приказал идти к выходу из дворца.

По моим внутренним ощущениям обратный путь занял меньше времени. Мы и сопровождавшие нас воины довольно быстро покинули резиденцию верховного правителя, миновали стражу у ворот и вновь очутились на площади. Сейчас здесь толпилось намного больше народу, причём рабы уже практически не встречались нам на пути, остались лишь те из них, кто отвечал за приготовление пищи, остальные, скорее всего, укрылись в своих жилищах. Толпа состояла в основном из ангелов — статных, сильных мужчин, а также множества стройных и симпатичных женщин, от ярких татуировок которых у меня рябило в глазах. Тут и там мелькали стайки любопытствующих детей, но взрослые мужчины отгоняли их от мест скопления народа, а женщины шумно ругались на них и велели им отправляться домой.

Наши конвоиры выбрали на этот раз другой путь — не через центр площади, а ближе к её окраине, так что мы могли немного осмотреть жилища ангелов, концентрическими кругами окружающие поле бывшего стадиона. Большинство из них представляло собой довольно убогие постройки, сооружённые из брёвен и разного хлама, но изредка встречались и довольно массивные, добротные жилища, чьи стены были прочно скреплены, вероятно, тем же самым строительным раствором, который использовался при возведении дворца Одреда. Нам, естественно, не предоставили возможности детально рассмотреть дома ангелов. Стражники, по-видимому, хотели побыстрее избавиться от нас, чтобы присоединиться к своим соплеменникам в ожидании праздничных мероприятий. Они быстрым шагом, почти бегом, сопроводили нас до уже знакомого нам барака, затем у самого входа в него развязали мне руки, завели меня и Линду внутрь и, не тратя лишних слов, удалились.

Мы вновь очутились в полумраке нашей тюрьмы. Обитатели барака по-прежнему украдкой бросали осторожные взгляды в нашу сторону, пока мы шли через всё помещение к одной из колонн у самой дальней стены от входа, чтобы уединиться там от всех и спокойно обсудить наше положение. Как только мы достигли этого места, от одной из групп узников отделилась завёрнутая в лохмотья фигура и направилась к нам. Когда она приблизилась, мы узнали в ней женщину, помогавшую Линде перед допросом облачиться в одежду ангелов.

Она держала в своих тонких руках три деревянные тарелки и протянула их нам со словами:

— Странные вы всё-таки люди… Совсем не думаете о себе. Твою прежнюю одежду, красавица, ты уже не найдёшь. У неё быстро появился новый хозяин, а тебе придётся теперь ходить в этом ангельском наряде… Скажите спасибо, что я успела подобрать вашу посуду после того, как вас увели, иначе вам пришлось бы здесь туго. Лишних мисок у нас нет. Кстати, почему вас только двое? Где третий?

Мы взяли тарелки из её рук и горячо поблагодарили изувеченную женщину за её заботу о нас, а также рассказали ей об участи Конрада.

— Понятно, — обронила она. — Думаю, долго ваш друг не протянет. Если ему суждено стать бойцом, то жизнь его будет короткой. Хотя, кто знает? Если он достаточно искусен и силён, то это, возможно, поможет ему первое время уцелеть в предстоящих схватках на Арене. Но всему приходит конец. Когда-нибудь удача отвернётся от него, и он падёт от руки более сильного бойца или же какого-нибудь высокородного ангела.

Сказав это, она бросила на нас потухший взгляд, отвернулась и, оставив нас обдумывать её мрачные слова, возвратилась к своей группе грязных узников. Я опустился на пол и положил тарелку рядом с собой. Линда села напротив меня, прислонившись спиной к свае и обхватив колени руками, при этом её короткая юбка соскользнула вниз, обнажив бёдра. Заметив заинтересованные взгляды сидевших неподалёку от нас рабов-мужчин, она сразу же поправила её и изменила положение ног. Потом, взглянув на свой оголённый бюст, вздохнула и скрестила руки на груди.

— Кай, мне только так кажется, или они действительно пялятся на меня? — спросила Линда и кивнула в сторону наблюдавших за нами узников. — Их откровенные взгляды вселяют в меня тревогу…

— Не беспокойся. Не думаю, что они способны причинить тебе вред. — Я посмотрел в сторону рабов, и они отвернулись, не выдержав моего пристального взгляда, и снова выглядели так, как будто потеряли всякий интерес к нашим персонам. — Наверняка эти затравленные и обездоленные люди уже не способны на насильственные действия.

— Что-то я в этом не совсем уверена… С Конрадом мне было как-то спокойнее…

Я невольно поморщился от этого высказывания. Меня немного задели её слова, хотя я, конечно же, достаточно хорошо осознавал свою неполноценность в роли телохранителя Линды по сравнению с боевым андроидом.

Похоже, она заметила неудовольствие на моём лице, так как тут же поспешно произнесла:

— Я нисколько не сомневаюсь, Кай, что ты, если это действительно понадобится, будешь меня защищать, но мне всё-таки кажется, что без Конрада шансы на удачный исход в случае открытого конфликта с обитателями барака у нас не слишком велики…

— В этом ты права, — нехотя согласился я с её доводами. — Но, повторю, никто из них домогаться тебя или же нападать на нас не станет. Ты только посмотри на них! От них самих, от их воли к жизни практически ничего не осталось! Это не люди, это всего лишь тени людей…

— Да, Кай, — устало произнесла Линда. — Нам следует опасаться ангелов, а не этих несчастных жертв, которых держат в заточении, даже не разделяя по половому признаку. Но благодаря этому обстоятельству мы с тобой по-прежнему вместе. Хоть в чём-то нам повезло… Кстати, что ты думаешь об Одреде и о том, что произошло недавно во дворце? Считаешь, нам, точнее, Теорису — ведь это целиком и полностью его заслуга — удалось оттянуть время?

— Одред — такой же дикарь, как и его подданные!

— Не скажи… Мне он показался намного разумнее, чем его кровожадные ангелы. Может, дело в возрасте и опыте старого вождя?

— Возможно. Учитывая то обстоятельство, что он старше всех ангелов, которых мы видели до сих пор, мозгов у него, конечно, должно быть побольше. Ну, а насчёт отсрочки для нас… Я считаю, теперь у нас значительно больше шансов выжить. Надо только дождаться этого пресловутого Изориуса. Он непременно должен помочь нам выбраться отсюда.

— Мне бы твоей уверенности, Кай… — тихо сказала девушка и закрыла лицо ладонями.

— Линда! Нельзя падать духом! Вспомни себя в самом начале нашей экспедиции — ты была полна энергии и позитивных эмоций. Вот увидишь, у нас всё получится. Мы обязательно найдём выход из положения!

Она убрала с лица прядь своих тёмных волос и печально посмотрела на меня:

— У меня уже не осталось позитивных эмоций. Погибли или же пропали без вести почти все наши товарищи. Только один Конрад ещё с нами, да и то неизвестно, где он сейчас и что с ним происходит.

— Погибли ведь только андроиды, но мы-то с тобой, Линда, — люди! И мы живы!

— Кай! Как ты можешь так говорить?! — Её глаза широко распахнулись от возмущения. — Они наши верные друзья, а не просто «андроиды». Без них мы наверняка были бы уже мертвы! Мне бесконечно жаль, что их больше нет с нами…

— Пожалуйста, успокойся, Линда! — Мне самому стало стыдно за свои необдуманные слова. — Я сказал глупость. Поверь, я переживаю не меньше твоего за судьбу андроидов. Но надежда всё же ещё есть. Мы ведь ничего не знаем о Боло и Лене. Может быть, они ещё живы. Хотя Аксель, Тина и Сара погибли в стычке с кочевниками, но Конрад забрал с собой их идентификаторы, а это значит, что личности наших друзей ещё можно будет восстановить.

— Ты забываешь, что блоков памяти этих андроидов у Конрада уже нет. Ангелы сняли с него комбинезон, а вместе с одеждой пропали и персональные хранилища информации.

— Все наши комбинезоны подобрал и запихал в свой мешок Теорис. Ты сама видела, как он потом продемонстрировал один из них Одреду. Быть может, он и идентификаторы тоже спрятал?

— Если только не выкинул их за ненадобностью. Откуда ему было знать, что эти предметы представляют для нас такую ценность? А идентификаторы Джона и Фреи безнадёжно пропали. Их тела закопали, и для того, чтобы извлечь блоки, надо будет сначала каким-то образом достать умерших андроидов из-под земли…

Большие глаза Линды увлажнились, и она, замолчав, отвернулась. Я не стал дальше развивать наш диалог, так как не нашёл подходящих аргументов для того, чтобы опровергнуть её доводы. В принципе, она была права. Перспективы восстановить личности погибших андроидов были ничтожными. Все идентификаторы потерялись, и у нас практически не осталось надежды найти их, также маловероятным представлялось, что два пропавших андроида смогут когда-нибудь присоединиться к нам. Скорее всего, Боло и Лена тоже уже мертвы.

Наступившую тишину вдруг прервал громкий шум у входной двери барака. Она в очередной раз раскрылась с неприятным скрежетом, и показалась процессия из нескольких вооружённых копьями ангелов и двоих их соплеменников, несущих большой котёл с пищей. Пришло время вечерней трапезы. Узники похватали свои миски и выстроились вереницей перед ангелом, раздававшим еду. Остальные стражники остались стоять у входа и внимательно наблюдали за пленниками. Мы с Линдой присоединились к заключённым и стали ждать своей очереди. Однако на этот раз ритуал раздачи пищи отличался от прежнего. Время от времени один из воинов подходил к какому-нибудь из рабов-мужчин и, ткнув в него тупым концом копья, отдавал тому короткий приказ отойти от толпы и идти к выходу из барака. Действуя таким образом, он выбрал десять мужчин, заметно отличавшихся от прочих узников относительно здоровым видом. Отобранные рабы с покорными и обречёнными лицами стояли рядом с группой ангелов, держа в руках пустые миски, и с тоской и завистью во взгляде наблюдали за раздачей пищи. Меня, хотя я был здоровее и крепче всех остальных пленников, стражники не удостоили даже взглядом. Я получил в тарелку свою порцию еды и, подождав Линду, направился с ней обратно к тому месту в бараке, которое мы уже облюбовали до появления ангелов.

Покончив с раздачей пищи, воины вместе с десятью рабами спешно покинули барак, оставив нас поглощать скудную похлёбку и размышлять о судьбе их избранников.

Девушка быстро управилась со своей едой и, протянув мне пустую тарелку, произнесла:

— У меня есть определённые догадки, для чего им сегодня нужны эти мужчины. Но удостовериться в этом всё же не помешает. Побереги-ка пока мою посуду.

Она резко встала и отправилась к той группе узников, среди которых находилась женщина с отрезанной грудью. При приближении Линды обитатели барака отвернулись в сторону, лишь наша знакомая не стала избегать контакта, а, напротив, спокойно выслушала её и даже что-то ответила.

Я как раз пережёвывал последний корнеплод, пытаясь выжать из него все соки для своего организма, когда Линда вернулась и, вновь усевшись напротив меня, заявила:

— Мои предположения подтвердились. Эта женщина сообщила мне, что рабов будут использовать сегодня в качестве бойцов в поединках на Арене.

— Их заставят биться друг с другом?

— Нет. Они будут сражаться с ангелами, хотя «сражаться» — это сильно сказано. Рабов просто отправят на убой, и судьба их уже предрешена. Никто из них не выживет…

— Эти ангелы хуже кровожадных зверей! — Во мне всё кипело от возмущения.

— Они такие же люди, как ты и я.

— Ты шутишь!

— Отнюдь… Наши с тобой предки тоже когда-то устраивали подобные развлечения.

— Ты так спокойно об этом говоришь… Конрада ожидает нечто подобное?

— Скорее всего.

Мы снова замолчали, и Линда долго не сводила с меня задумчивого взгляда. Мне казалось, что она хотя и смотрит мне прямо в глаза, но видит в них не меня, а что-то своё, возможно, чуждое мне и совершенно далёкое моему пониманию…

Вздохнув, она отвела взгляд и тихо прошептала:

— Давай немного поспим, Кай. Я уже не могу сдерживаться. Глаза слипаются от усталости.

— Хорошо. Надо набраться сил.

Я лёг прямо на пол и положил руку под голову. Линда расположилась на боку напротив меня и, тоже положив голову на свою руку, закрыла глаза. Я ещё некоторое время слушал её тихое, мерное дыхание, а потом и сам незаметно уснул…

Она звала меня на праздник. Я слышал шумные, радостные крики веселящейся толпы, но не спешил размыкать глаз. Мне очень хотелось продлить это мгновение: я ждал, когда она сядет у кровати и прикоснётся ко мне, ласково погладит мои волосы и поцелует лоб. Но она только повторяла моё имя и настойчиво призывала встать с постели, а я всё надеялся, что стоит лишь немного подождать, просто полежать без движения, и она обязательно попытается разбудить меня не только словами, но и своими прикосновениями и нежными поцелуями. Праздничный гомон всё усиливался, а я по-прежнему не ощущал тепла её рук. Даже голос её стал значительно тише, пока и вовсе не потонул в шуме толпы. Тогда я сам стал звать её. Сначала робко, потом уже громче, а спустя мгновение, так и не дождавшись ответа, я закричал в порыве захлестнувшего меня отчаяния…

— Кай! Что с тобой? — Линда с тревогой на лице тормошила меня за плечо. — Тебе приснился какой-то кошмар?

Я с трудом разлепил веки, по моей спине стекали струйки холодного пота, и голову ужасно ломило в висках. Острое чувство невосполнимой утраты жёсткими оковами стянуло мою грудь. Всё моё естество желало вернуться обратно в этот сон и найти ту женщину, исчезнувшую так необратимо и безвозвратно. Лишь лёгкий, размытый силуэт женской фигуры ещё немного удерживался в моих воспоминаниях, но уже спустя короткий миг он окончательно развеялся в нахлынувшем потоке сбивчивых и беспокойных мыслей.

— Почему ты молчишь? С тобой всё в порядке?

— Всё хорошо, Линда… Просто странный сон…

Тут я окончательно проснулся, услышав доносившиеся снаружи шумные вскрики, громкий смех, звуки труб, и даже стук барабанов. Видимо, праздник ангелов был в самом разгаре. Я осмотрелся. Большинство обитателей барака лежало с безучастным видом на полу. Кто-то спал, кто-то делал вид, что спит, а некоторые из узников, вероятно, мучимые бессонницей и тревогой, бесцельно бродили по помещению с отрешённым выражением на физиономиях.

— Долго я спал? Ты сама-то хоть выспалась? — В полумраке барака озабоченное лицо девушки показалось мне уставшим и осунувшимся.

— Ты проспал несколько часов. А я что-то никак не могу нормально поспать. Или сплю урывками. Вроде засыпаю, но этот шум постоянно меня будит. Я вся какая-то разбитая.

— Праздник, судя по этим звукам, разыгрался не на шутку.

— Когда ты спал, я слышала крики полные боли. Крики умирающих…

— Думаешь, это были те несчастные рабы, которых ангелы отобрали для боёв?

— Наверное… Не хочу вспоминать это… Ты чувствуешь запах жареного мяса?

— Конечно! Его невозможно игнорировать.

Я уже обратил внимание на этот соблазнительный запах. Он проникал внутрь барака сквозь отверстия в потолке и мелкие щели в стенах. Мой рассудок категорически отвергал плоть убитых животных, но пищеварительной системе было наплевать на происхождение пищи, и её абсолютно не интересовало, синтезировано ли это мясо искусственным путём в цехах продовольственных предприятий на Земле или же являлось когда-то живым существом на ферме ангелов. Я чувствовал сильную потребность организма в запретном, но столь манящем продукте, и мой рот стал предательски наполняться слюной.

Чтобы отвлечься от этих мыслей, я спросил:

— Я говорил что-то во сне?

— Ты всё время звал какую-то женщину.

— По имени?

— Нет, но ты даже кричал. Хотел, чтобы она вернулась к тебе.

Линда придвинулась ко мне ближе, легла на живот и, положив подбородок на свои скрещенные руки, спросила:

— Кто эта женщина? Твоя подруга? Первая любовь?

— Не знаю… В принципе, у меня было много подруг, но ни к одной из них я не испытывал сильных чувств. А в этих снах всё иначе. Словно без неё, без этой женщины, или девушки, моя жизнь теряет смысл. Но я даже не помню, как она выглядит. Только какие-то смутные обрывки…

— И давно у тебя такие сны?

— Первое воспоминание о подобном сне у меня возникло на станции «Поиск», сразу после того как робот-слуга разбудил меня. До этого, на Земле, я никогда не видел похожих снов. По крайней мере, не припомню такого.

— Интересно. И никаких идей насчёт того, кем могла бы быть эта женщина?

— Абсолютно.

Сумасшедшая мысль внезапно пришла мне в голову, я протянул руку и прикоснулся к плечу девушки:

— А вдруг это ты?

— Кто? Эта женщина? — Она рассмеялась и повела плечом, сбросив мою руку. — Не думаю. У меня есть другое предположение.

— Какое?

— Может быть, это твоя мать?

У меня отвисла челюсть. Это было сущей нелепицей.

— Линда, я никогда не видел свою мать. Она ушла от нас с отцом, когда я был совсем маленьким. У меня не осталось никаких воспоминаний о ней. После расставания отец уничтожил все голографические записи с её изображениями и вообще все упоминания о совместном периоде их жизни. Я даже не знаю, как она выглядит. Если она вообще ещё жива.

— Странный поступок. Почему он так сделал?

— Он и сам очень странный человек, мой старик. Сначала я пытался разузнать хоть что-нибудь у него о матери, но он всегда очень болезненно реагировал на подобные вопросы, и в конце концов я оставил эти попытки.

— А Инфосеть? Ты не подавал запрос? Не пытался разыскать её?

— Разумеется, я пытался это сделать. Но всё поиски закончились безрезультатно. Очевидно, она сама удалила все данные о своей персоне и установила блокировку на любые вопросы, касающиеся её личности. Иногда я жалею, что у нас есть такое право.

— Какое? Удалять информацию о себе из Инфосети?

— Да.

— Но это гарантирует нашу свободу. Иначе и быть не может!

— Ну да. Ты, конечно же, права… А почему ты предположила, что мне снится моя мать? Ты видишь твоих родителей во сне?

— Нет. — Линда перестала смотреть мне в глаза и устремила отрешённый взор куда-то вдаль, словно хотела заглянуть за пределы нашего барака и всего ковчега. — К сожалению, мне никогда не снятся мои родители. Как бы я не хотела этого…

— Расскажи мне о них.

— Зачем? Тебе это действительно интересно?

— Да. Я хочу слушать тебя, а не пьяные крики варваров за стенами нашей тюрьмы.

Девушка улыбнулась, и взгляд её бездонных глаз потеплел. Оголтелый шум снаружи становился порой невыносимым. Ангелы умели веселиться, причём хмельные, заплетающиеся голоса принадлежали не только мужчинам, но и женщинам. Временами нам приходилось замолкать, чтобы не повышать интонации и не привлекать тем самым внимания других узников к нашему разговору. Ведь это были только наши мысли, и мы не собирались делиться ими ни с кем другим.

— Я выросла на одиноком острове посреди океана. Мои родители были океанологами, точнее, называли себя так. Пытались быть ими…

— Как и все реалисты? Изображали из себя специалистов никому не нужных профессий?

— Не надо так, Кай. — Линда осуждающе посмотрела на меня. — Они ведь не были виноваты в том, что деятельность ИскИнов перечеркнула все людские профессии. Просто они хотели иметь определённую цель в жизни. Заниматься чем-то полезным. Как им казалось…

— Прости. Не принимай мои слова всерьёз. Пожалуйста, продолжай.

— Родители подолгу пропадали в океане: спускались в его глубины, исследовали растительные и животные организмы, а также географию дна. Они часто брали меня с собой, я была тогда ещё маленькой девочкой. Эти погружения навсегда остались в моей памяти. Крики китов, косяки рыб, игры дельфинов, коралловые рифы и грозные плавники акул — все эти воспоминания прекрасны.

— Почему только воспоминания? Тебя больше не привлекает океан?

— Нет. После смерти родителей я больше никогда не пыталась вернуться туда.

— Так они умерли? Мне очень жаль…

— Да, их уже нет. Они пропали, когда мне было двенадцать лет. В один осенний день уплыли в океан и не вернулись. Словно их и не было. Все поисковые экспедиции вернулись ни с чем. Глубоководные роботы обследовали каждый клочок дна в предполагаемом районе их исчезновения. Никаких результатов…

— Это очень печально. Как же ты жила потом?

— Других родственников у меня не было, поэтому последние годы детства и юность я провела в Центре Воспитания. А когда выросла, тоже примкнула к реалистам. Захотела стать похожей на родителей.

— Первое время тяжело было?

— Ко всему привыкаешь. Встав взрослой, я захотела вновь увидеть их и решила уйти в Сон. ИскИн, контролирующий Сон, просканировал мой мозг и отыскал все воспоминания, связанные с родителями, а затем создал для меня на их основе идеальную виртуальную имитацию, где я снова могла быть маленькой девочкой и жить на острове вместе с папой и мамой. Там я была счастлива, и мне совсем не хотелось возвращаться обратно в реальную жизнь. После каждого периода Сна в моей душе оставалась невыразимая тоска, поэтому уже спустя короткое время я вновь погружалась в свои несбывшиеся мечты. Сначала я уходила в этот Сон только на один день, потом на два, три, четыре… Дни начали складываться в недели. Незаметно для меня самой срок моего Погружения стал растягиваться на долгие месяцы. Как-то пробудившись однажды, я с ужасом обнаружила, что провела в искусственном мире моих детских воспоминаний почти год. Целый год был вычеркнут из моей жизни! Кроме того, на этот раз чувство утраты было настолько горьким, а желание вернуться настолько острым, что для меня было ясно: я стала зависимой от этой имитации, от иллюзии счастливой и беззаботной жизни. Это было моим последним погружением в Сон. С тех пор я отвергла виртуальную реальность и приняла решение больше никогда не терять связи с реальным миром.

— Ты сильный человек. А я вот уже не могу без Погружений. Сон для меня не очень притягателен, воспоминания пока не интересуют меня, а вот Игра — совсем другое дело. Все эти разнообразные миры и вселенные! Разве может быть что-то увлекательнее этого?

— Может. Реальная жизнь. Без обмана. Она довольно монотонна и, возможно, неинтересна, но зато она правдива и естественна. И мне этого вполне достаточно.

— Но она может быть и жестокой. Как этот ковчег. Даже мой отец, который всю свою жизнь противился виртуальным мирам, в конце концов сдался и погрузился в Сон.

— Люди меняются со временем… Кстати, ты обещал, что покажешь мне один из твоих персональных миров. Возьмёшь меня с собой? Твоё предложение ещё в силе?

— А ты пойдёшь со мной? Это же против твоих принципов?

— Плевать на принципы! После этой экспедиции мы уже никогда не будем прежними… — неожиданно жёстко произнесла Линда.

— С этим не поспоришь.

— Кай, можно к тебе? Что-то мне холодно без куртки и ботинок…

— Конечно.

Я снял свою куртку и накинул на её босые ноги, когда она придвинулась и, повернувшись, прижалась ко мне спиной, а затем крепко обнял девушку, пытаясь согреть в своих объятиях. Больше мы не разговаривали. Она тихо лежала в моих руках, а я вдыхал аромат её волос, слушал её дыхание, и мне хотелось, чтобы этот момент длился вечно. Я закрыл глаза и уже не обращал внимания на окружающую обстановку, наслаждаясь близостью тёплого, мягкого тела Линды и её волнующим запахом.

Не знаю, сколько времени мы так пролежали, я периодически засыпал, потом вновь просыпался и старался не шевелиться, чтобы не потревожить девушку. В один из моментов пробуждения я понял, что праздник ангелов наконец-то закончился — за стенами барака больше не было слышно пьяных воплей и хохота. Тишину нарушали только громкий храп узников, да несвязное бормотание одной из рабынь, расположившейся на ночлег неподалёку от нас. Я вновь провалился в сон, на этот раз надолго, и проснулся уже утром от криков стражников, приволокших котёл с похлёбкой. Мы с Линдой не успели даже привести себя в порядок — надо было срочно становиться в очередь за едой, чтобы не остаться голодными.

Покончив с завтраком, если таким словом можно назвать то, чем нас накормили ангелы, мы по очереди сходили в туалетную камеру барака и помылись. Остальные арестанты не особо следили за своей гигиеной, но для нас двоих такое положение вещей было неприемлемым. После этого, чтобы хоть как-то занять себя, мы вновь попытались побеседовать с обитателями барака, но они на все наши вопросы отвечали скупо и неохотно, а некоторые из них порой вели себя даже враждебно. Несмотря на это, было заметно, что они уже понемногу привыкли к нам и, хотя и с большим трудом, но всё же шли на контакт. Те малые сведения, какие нам удалось вытянуть из них, говорили о том, что причины, по которым они оказались в заточении, были различными: кого-то захватили в плен при очередном набеге ангелов на приграничные территории, другие провинились и попали сюда в наказание, но были также и такие, кто просто по состоянию здоровья уже не могли выполнять свои обязанности, и их отправили в барак как ненужный, бесполезный теперь рабочий материал.

Примерно в середине дня входная дверь распахнулась, и вошёл Теорис с двумя охранниками. Он оглядел барак, расплылся в довольной улыбке, заметив меня с Линдой, и провозгласил:

— Вы, безумные отщепенцы, ваше время пришло. Мой ментор Изориус ожидает вас в своём доме!

Глава 16

Это известие придало нам новых сил. Окрылённые надеждой на скороевызволение из плена, мы тотчас же поспешили к ожидающим нас ангелам и лекарю. Стражники в очередной раз связали мне руки и повели нас прочь из барака.

Теорис, не оборачиваясь и не останавливаясь, торопливым шагом шёл впереди, словно хотел как можно быстрее доставить нас к своему начальнику. Ангелы время от времени подталкивали нас в спины, стараясь подстроиться под темп лекаря. Вскоре мы покинули захламлённую, ещё несущую на своей поверхности следы вчерашнего буйного празднества, но уже обезлюдевшую центральную площадь и направились в один из проходов между хибарами, окружающими стадион.

Путь к дому Изориуса был довольно запутанным. Как оказалось, концентрические кольца из хижин на внешней границе площади по мере удаления от центра отсека теряли своё строгое геометрическое построение, и уже ближе к его периферии дома и постройки воздвигались хаотично, без соблюдения какого-либо определённого порядка. Мы петляли примерно минут десять, пока не остановились у невысокого деревянного дома с покатой крышей, сооружённого из старых брёвен и ветхих, местами потрескавшихся досок.

Теорис подошёл к узкой двери и несколько раз громко ударил по ней обратной стороной кулака, затем распахнул её и скрылся в хижине. Спустя минуту он вышел наружу и объявил:

— Охрана, оставайтесь здесь. Я сам отведу отщепенцев к Изориусу.

Стражники переглянулись, но ничего не сказали и молча встали по обе стороны от двери.

Лекарь нетерпеливо махнул рукой, данным жестом повелевая нам заходить внутрь, и буркнул:

— Поторапливайтесь! Изориус не любит долго ждать!

Я пропустил Линду вперёд и, ещё раз охватив взглядом соседние постройки, шагнул в дверной проём. Внутри дом состоял только из одной комнаты, в центре которой находился большой круглый деревянный стол, заваленный различными предметами непонятного мне предназначения. Вокруг стола стояло несколько стульев, а у противоположной от входной двери стены располагалась широкая и низкая кровать, застланная шкурами и мехами животных. У трёх других стен стояло множество грубо сколоченных деревянных стеллажей и полок, заполненных домашней утварью, кувшинами всевозможных размеров, странными инструментами довольно примитивной конструкции, статуэтками, рисунками и картами на маленьких плоских досках и прочим подобным хламом. На столе и на специальных столбиках, расставленных по всей комнате, были установлены небольшие открытые чаши с маслом и горящим в нём фитилём. Так как окон в доме не было, они являлись единственным источником освещения. Горьковатый дым от них поднимался к потолку и выходил наружу через специальное отверстие в крыше хижины. Хозяин дома стоял у стола и молча наблюдал за нами.

Теорис подошёл к нему и хрипло произнёс:

— Изориус, как видишь, с ними ничего не случилось. Я сберёг их от ангелов до твоего появления. Надеюсь, теперь наша мечта сбудется!

— Не торопись, ученик. Я ещё не проверил этих чужеземцев.

Человек, произнёсший эти слова, был неимоверно толст. Я впервые видел представителя человеческого рода, обладавшего такими обширными размерами, причём роста он был небольшого — меньше меня на две головы, но живот его был раздут словно воздушный шар, а толстая, вся в складках, шея заканчивалась круглой, лысой головой с полными, розовыми щеками и пухлыми губами. На макушке у него краснело большое родимое пятно, а маленькие глазки буквально утопали в лоснящихся выпуклостях лица. Так же как и у его ученика, через гигантские мочки ушей Изориуса была продета тонкая железная цепь, идущая под тройным подбородком от уха до уха. И одет он был, как и Теорис, в широкий тёмный балахон с капюшоном, который сейчас был откинут на спину. Свои руки он расположил прямо на куполообразном животе и задумчиво перебирал пухлыми пальцами, внимательно нас разглядывая. Мы, в свою очередь, тоже рассматривали его, не решаясь заговорить первыми.

Когда напряжение достигло предела и я хотел было уже нарушить затянувшееся молчание, он вдруг проговорил неожиданно тонким голосом:

— Ну что ж, чужеземцы, добро пожаловать в мою скромную обитель!

Я вздохнул с облегчением. Наконец-то хоть кто-то в Цитадели произнёс искренние слова приветствия в наш адрес. И, кроме того, этот кто-то был единственным человеком в городе ангелов, кто не обозвал нас отщепенцами.

— Присаживайтесь. — Изориус указал на стулья у стола. — Теорис, развяжи мужчине руки!

Его ученик мгновенно выполнил приказание своего ментора, и мы с Линдой охотно заняли места за столом напротив хозяина дома.

— Мне известны ваши имена — Теорис выведал их у фермеров ещё в деревне — а меня, как вы уже знаете, зовут Изориус, — улыбнулся толстяк. — Я главный лекарь в Цитадели и личный советник верховного правителя Одреда. Мой ученик уже поведал мне всё, что он смог о вас узнать, и рассказал про допрос у вождя. Ему удалось убедить этих напыщенных глупцов, ангелов, что вы полные придурки, и будто в вашем отряде была ведьма. Следует отметить, что он очень хорошо с этим справился!

При этих словах щёки Теориса порозовели и его некрасивое лицо расплылось в довольной ухмылке.

— Но мы-то с вами прекрасно знаем, что это полная чушь, — продолжал Изориус. — Мне совершенно ясно, что никакие вы не отщепенцы и что прибыли на наши земли из неизведанных территорий, возможно, даже проникли к нам из Недоступной Зоны. И если моё последнее предположение верно, то это открывает перед всеми нами необычайные горизонты. В этом случае я помогу вам, а вы поможете нам. Поэтому, для начала, я задам вам один вопрос, который я задаю всем так называемым отщепенцам, и знайте, что от вашего ответа будет зависеть очень многое… Итак, мой вопрос таков… — он сделал короткую паузу, — есть ли среди вас андроиды?

В комнате повисло гробовое молчание. Изориус переводил настороженный взгляд с меня на девушку и обратно, а Теорис подался всем телом вперёд и даже приоткрыл рот от напряжения. Я сидел как громом поражённый, да и Линда была ошарашена не меньше моего.

Она всё же быстрее меня совладала с изумлением и сообщила:

— Мы оба — люди, но третий наш спутник является андроидом.

Изориус шумно выдохнул, а его ученик закрыл на мгновение лицо руками, и, когда он снова опустил их, я увидел слёзы радости на его глазах.

— Учитель! Мы спасены! — громко воскликнул он.

— Тихо, Теорис! Тихо! Или ты хочешь, чтобы стража услышала нашу тайну? — Руки толстяка задрожали от волнения. — Что нам делать? Ведь он в карцере под надёжной охраной. Нам не вызволить его оттуда. А без него все наши планы неосуществимы!

— Какие планы, Изориус? — спросил я, уже придя в себя от внезапного шока, вызванного упоминанием слова «андроид». — Может, мы с Линдой сможем вам помочь?

— Необходимо присутствие андроида! Только он сможет разгадать загадку!

— Его присутствие среди нас? Сейчас?

— Да, чужеземец. Какой толк от тебя и от этой девушки? Нам нужен андроид! — Казалось, что он был в отчаянии.

— Мы могли бы устроить его присутствие здесь, — вдруг заявила Линда.

Я в удивлении уставился на неё. О чём она говорит? Как такое может быть?

Она спокойно выдержала мой взгляд и повернулась к молодому лекарю:

— На ферме ты прихватил с собой нашу одежду. А до этого ты забрал у меня и у Кая наши кольца. Где они сейчас?

— Какие кольца, Теорис? — гневно спросил Изориус. — Почему ты умолчал об этом, лживая собака!

— Пожалуйста, не сердись, учитель! — Голос ученика задрожал, и его бородавчатый лоб покрылся испариной. — Я просто не успел их тебе показать. Не думал, что они будут важны для тебя.

— Ах ты, негодяй! Пёс! — взъярился главный лекарь Цитадели. — Тебе никогда не постичь высот науки, если ты будешь потакать своим низменным слабостям! Где кольца? Надеюсь, ты ещё не продал их Мастерам?

— Никак нет, ментор. — Теорис засунул трясущуюся руку внутрь своего балахона и, вынув её обратно, протянул на раскрытой ладони два контроллера.

— Красивые вещицы! — с восхищением произнёс Изориус, забрал оба кольца и стал рассматривать их кристаллы в пламени светильника. — Вот только чем они нам помогут, не пойму…

— Это не просто кольца. Каждое из них, помимо прочего, ещё и устройство для связи. Через кольца можно передавать изображение и звук. От одного к другому. Если одно кольцо оставить нам, а второе отправить Конраду, нашему андроиду, то мы сможем устроить сеанс связи. Поговорить с ним на расстоянии. Ты же хочешь этого — поговорить с андроидом? Теперь у нас есть такая возможность. — Линда выжидательно посмотрела на толстого лекаря.

— Я слышал, что в незапамятные времена существовали подобные механизмы, — с благоговением прошептал Изориус. — Легенды о них передавались из уст в уста, от лекаря к лекарю…

Он перекладывал контроллеры из руки в руку и осторожно поглаживал их. Затем строго взглянул на своего ученика и распорядился:

— Теорис, возьми мой кинжал, дар Финниса, и отнеси коменданту казармы бойцов в качестве подарка от моего имени. Скажи, что тебе надо поговорить с глазу на глаз с новым бойцом, сидящем в карцере. Вызволить его у нас не получится, но передать ему кольцо ты сможешь. После твоего ухода, когда его опять запрут одного, пусть воспользуется им и поговорит с нами. — Изориус посмотрел в нашу сторону. — Он знает, как с ним обращаться?

— Конечно, — ответила Линда. — Андроид без труда сделает это.

— Тогда, действуй! — Он протянул одно из колец обратно своему ученику. — Беги в казарму так быстро, как только сможешь. Мы останемся здесь и будем ждать твоего возвращения. И не забудь взять кинжал. Он лежит в том маленьком сундуке у кровати.

Теорис кивнул, схватил кольцо, подбежал к постели и откинул крышку низкого деревянного ящика. Достав из него небольшой продолговатый предмет, плотно замотанный в кусок кожи, и запихнув его за пояс, он ещё раз кивнул нам и стремглав выбежал из дома, громко хлопнув дверью.

— Негодник! — недовольно пробурчал Изориус. — Аж пятки засверкали! Ничего, он ещё исправится. Все мы подвержены соблазнам, и кто смог бы устоять перед таким искушением? Как не прикарманить такие красивые вещички?

Он добродушно рассмеялся, почёсывая свой живот, и у меня отлегло от сердца. Я понял, что он хороший человек и обязательно постарается нам помочь.

— А теперь, уважаемые гости, расскажите о себе. Я хочу услышать вашу историю из первых уст. — Лекарь откинулся на спинку стула и сцепил руки на своём необъятном животе.

Мы с Линдой переглянулись. Я кивнул ей, предоставляя право речи, так как уже один раз попытался рассказать о нас ангелам в тронном зале Одреда, и эта попытка не увенчалась успехом. Может быть, у неё получится лучше, чем у меня, и она сумеет понятно описать лекарю наш родной мир и поведать историю создания ковчега «Прометей».

Девушка на мгновение задумалась и начала свой рассказ. Она попыталась простыми, доходчивыми словами объяснить устройство нашего мира и цель создания звёздного ковчега. По ходу её монолога глаза Изориуса становились всё больше и выражение изумления в них постепенно сменилось на недоверие и скептицизм. Наблюдая за его реакцией, мне стало ясно, что он уже сильно сомневается в том, было ли с его стороны правильным решением доверять нам.

Когда Линда закончила, лекарь положил руки на стол, и лицо его приняло задумчивое выражение. Он нервно побарабанил пальцами по поверхности стола и заявил:

— Теперь мне понятно, что заслуга Теориса на допросе у Одреда была не такой уж и большой. Любой, кто вас послушает, решит, что вы безумны! Ваш рассказ о наличии другого мира за границами нашего мира — сущая бессмыслица. Есть только один мир, и имя ему — Мет! Дураки ангелы и прочие недоумки верят, что Мет это Бог. Но мы, учёные, знаем, что никакого Бога не существует. Наш мир, который мы называем Мет, изменчив и непредсказуем, а законы его непостижимы для человеческого понимания. Он был всегда и будет пребывать вечно. За его пределами ничего быть не может, мы все — люди, растения и животные находимся внутри него, а он окружает нас. Это непреложная истина!

— Любая истина может оказаться обманчивой, — заметил я. — Только одно наше присутствие здесь уже опровергает все твои теории о вашем мироустройстве.

— За такие слова, Кай Руссов, ангелы могли бы уже убить тебя. Их вера в Бога Мета очень сильна. Но я не ангел. Мой покойный учитель всегда говорил, что наши знания недостаточны и поэтому постоянно должны дополняться новыми фактами. Мне трудно принять ваши слова, и я по-прежнему уверен, что вы вышли из Недоступной Зоны. Может быть, вы скрываете что-то от меня и это ваше полное право. Ещё раз повторю: я не ангел и поэтому не буду выпытывать из вас правду, хотя и мог бы…

Он вперил в нас тяжёлый взгляд и многозначительно замолчал. Мне стало не по себе, когда я представил, какими методами ангелы добивались правды от своих пленных врагов.

Выждав паузу, лекарь улыбнулся и сказал:

— Не беспокойтесь, вам нечего опасаться. Я помогу сбежать вам, а вы поможете мне и Теорису попасть в Недоступную Зону. Скажите, имеется ли там, откуда вы пришли, могучее и грозное оружие? Оружие, не знающее промаха и убивающее на расстоянии?

К моему удивлению, Линда без промедления подтвердила:

— Да, Изориус. Там много оружия, и вы сможете получить его от наших друзей. Ведь именно этого ты хочешь? Ты для этого стремишься в Недоступную Зону?

— Ты угадала, прекрасная девушка. Только завладев совершенным оружием, мои сородичи смогут сбросить тиранию ангелов, чтобы создать новое, справедливое и мирное общество.

— Ты хочешь при помощи войны построить мир?

— Без войны не будет и мира, красавица. Ты очень молода и, вероятно, ещё многого не понимаешь. Наверняка у вас, в Недоступной Зоне, покой и благоденствие. А у нас здесь, на земле ангелов, царит мрак. Мы подвергаемся гонениям, истреблению и насилию. У моего племени есть лишь одна сокровенная мечта — освободить наши земли от власти ангелов! Любой ценой!

Широкое лицо Изориуса разгорячилось и приобрело пунцовый цвет. Я изумлённо наблюдал за столь разительной переменой в его поведении. Из рассудительного, добродушного толстяка он превратился вдруг в грозного и решительного революционера! Мы с Линдой обменялись понимающими взглядами и не стали спорить с ним, переубеждать или противоречить его утверждениям о том, будто бы мы явились из некой «Недоступной Зоны». Нам двоим было сейчас всё равно, что он думает. Главное, он поможет нам сбежать отсюда. Только это имело значение для нас в данный момент.

Внезапно входная дверь сотряслась от громкого стука, и в комнату, не став дожидаться приглашения хозяина дома, ввалился вспотевший и запыхавшийся Теорис. Он одним рывком подбежал к столу и, уцепившись за него руками, выпалил:

— Твой приказ выполнен, ментор! Я передал кольцо андроиду!

— Быстро же ты управился! Не ожидал от тебя такой прыти, — ехидно усмехнулся Изориус. — Докладывай! Как всё прошло?

— Комендант казармы сначала не хотел пускать меня к заключённому, — отдышавшись, доложил Теорис. — Но твой подарок сделал своё дело. Заполучив его в свои руки, он всё-таки разрешил мне поговорить с андроидом.

— С Конрадом всё в порядке? Как его рана? — встревоженно спросила Линда.

— Я осмотрел его руку — он хорошо себя чувствует. На удивление, рана заживает очень быстро. Такого я ещё не встречал в моей практике!

— Боевые андроиды обладают высокими регенеративными способностями, — сообщила Линда. — При условии, что их пища содержит все необходимые элементы. Его хорошо кормят?

— Да. В отличие от вас, тех кто содержится в тюремном бараке, бойцов в казарме кормят как на убой… — ответил ей молодой лекарь и осёкся, заметив как его слова подействовали на нас двоих.

Видимо, чтобы поскорее загладить неприятное впечатление, вызванное опрометчивым высказыванием своего нерадивого ученика, и отвлечь нас от неприятных мыслей, Изориус тут же спросил:

— Кстати, а что означает слово «андроид»? Древнее пророчество гласит, что путь к спасению нам укажет андроид, но оно, к сожалению, не даёт объяснения самому определению «андроид». Мы, лекари, служители науки, знаем только, что это какие-то особенные люди. Не такие как все…

— Андроидами у нас называют человекоподобные искусственные биоорганизмы, полученные в результате клонирования и генетических манипуляций с человеческой ДНК, а также скрещивания конечного продукта с некоторыми элементами мыслящих машин, — быстро ответила Линда.

Оба лекаря смущёнными взорами уставились на неё. По их обескураженному виду было ясно, что они ничего не поняли из объяснения девушки.

Она снисходительно усмехнулась и предприняла ещё одну попытку:

— Проще говоря, андроиды — это гибриды, особые существа, большая часть организма которых подобна человеку, но, помимо этого, у них имеются и некоторые особенности — небольшие механизмы внутри их тела, отличающие их от нормальных людей. Андроиды не являются людьми и не могут иметь потомства. Кстати, наши погибшие товарищи тоже были андроидами…

— Странно… — задумчиво протянул Теорис. — Ваш друг, Конрад, совершенно неотличим от человека. Да и остальные ваши спутники… Я ведь обследовал их тела в хижине сразу после битвы. Ничего необычного в них я не нашёл.

— Чтобы обнаружить различия, необходимы особые инструменты. Вы не располагаете подобным оборудованием, а на глаз отличить андроида от человека по внешнему виду и по строению тела практически невозможно, — пояснила Линда.

— Удивительные создания… Воистину, пути Мета неисповедимы, нам, наверное, не дано понять, с какой целью в нём появились эти существа, — вздохнув, заявил Изориус.

— Андроиды — дело рук человеческих. Именно люди, а не Мет, создали их многие столетия назад, — возразил я.

— Нам трудно в это поверить, — с сомнением в голосе обронил толстый лекарь. — Но если это действительно так, то каким же могуществом должны обладать люди, живущие в Недоступной Зоне! Это обстоятельство ещё больше склоняет меня к тому, чтобы уйти на вашу землю и просить там помощи для нашего народа.

Мы с Линдой молча переглянулись, не решаясь противоречить его убеждениям о нашей принадлежности к населению ковчега.

— Давайте-ка вернёмся к вашему андроиду, Конраду. Кажется, так его зовут? — Изориус взял со стола кольцо-контроллер и протянул его девушке. — Ты можешь прямо сейчас поговорить с твоим другом при помощи этого устройства?

— Конечно! — Она приняла кольцо и изящно надела на безымянный палец.

Легко нажав пальцем другой руки на кристалл и провернув его, Линда чётко произнесла:

— Контроллер, установи режим голографической и звуковой связи с комплементарным прибором!

Над её ладонью мгновенно возникло объёмное изображение Конрада, сидящего на деревянной скамье в маленькой, тусклой и довольно узкой комнате. Оба лекаря охнули, как по команде, и широко раскрыли глаза от удивления. Капитан улыбнулся, увидев голограмму комнаты в доме Изориуса над своим кольцом, и поприветствовал нас типичным для андроидов и уже хорошо знакомым нам жестом почтения.

— Здравствуй, Конрад! Как ты? Как твоё самочувствие? — спросила Линда, а я молча кивнул ему в знак приветствия.

— Здравствуйте! За меня не стоит беспокоиться, условия моего заключения здесь довольно сносные, хотя меня и держат всё время взаперти, — бодро сообщил андроид. — Меня больше волнует то, что происходит у вас. Как с вами обращаются? Вас оставили в бараке или разделили?

— Мы по-прежнему обитаем в бараке, — ответил я. — Но, надеюсь, что уже скоро наше положение изменится и мы все обретём свободу.

— Теорис вкратце рассказал мне о вашей беседе с Изориусом. Кстати, приветствую тебя, главный лекарь! — Андроид кивнул советнику вождя ангелов.

Ошеломлённый Изориус справился, наконец-то, с чувствами, вытер пухлой рукой пот со лба и промолвил:

— Здравствуй, андроид Конрад! Для меня является большой честью приветствовать тебя на нашей земле. Даже в таких, незавидных для тебя обстоятельствах…

— Для этого вы и собрались вместе, а также связались со мной, чтобы изменить эти обстоятельства. Какой у тебя план, Изориус? — прямо спросил капитан.

— Извини, но для начала я хотел бы удостовериться в том, что ты действительно андроид, — решительным тоном заявил старший лекарь. — Пророчество гласит, что только андроид сможет указать нам путь в Недоступную Зону. И сейчас тебе предоставится такая возможность.

Он встал из-за стола и, грузно переваливая с ноги на ногу своё громоздкое тело, направился к одному из ящиков у кровати. Откинув крышку, он довольно долго копался в его содержимом, пока не достал маленький продолговатый футляр из дерева. Вернувшись к нам, Изориус осторожно положил его на поверхность стола и, окинув всех нас многозначительным взглядом, раскрыл футляр и представил нашему взору небольшой прямоугольный предмет, в котором я, к моему крайнему удивлению, распознал мнемомодуль. Это была довольно старая модель, она давно уже вышла из употребления на Земле и была мне знакома только потому, что я уже использовал похожие устройства в одном из виртуальных миров Игры. Я посмотрел на девушку и понял по её взгляду, что она тоже узнала этот прибор. Впрочем, ничего удивительного в этом не было, ведь Линда серьёзно увлекалась историей Земли и даже сама себя считала специалистом в этой области, поэтому в старой технике она должна была немного разбираться или хотя бы иметь какое-то представление о ней.

— Перед вами артефакт, который уже много лет передаётся среди лекарей от одного поколения к другому. До тех пор, пока его тайна не будет раскрыта. В пророчестве сказано, что сделать это суждено только андроиду, — торжественно объявил Изориус, а его ученик сложил руки у груди и с благоговением уставился на модуль.

— Для того, чтобы узнать тайну этого предмета совсем не обязателенандроид, — с усмешкой сказал я, и Конрад утвердительно кивнул, молча соглашаясь с моим заявлением. — Мы, я и Линда, тоже можем сделать это. Перед нами механизм, который служит для записи и хранения информации.

— Не понимаю тебя… — растерянно пробормотал озадаченный толстяк. — Что ты имеешь в виду?

— Этот предмет запоминает речь человека и его мысли, — поддержала меня девушка. — С его помощью можно передать свои воспоминания, опыт и наблюдения другим людям или же сохранить их для себя, чтобы иметь возможность прослушивать или просматривать эту информацию в будущем.

— Может быть, он содержит указания о том, как проникнуть в Недоступную Зону, учитель? — восторженно спросил Теорис.

— Надеюсь, что это так. Иначе все чаяния наших предков были напрасны, — отозвался его ментор и пристально взглянул мне в глаза. — Ты сможешь извлечь эти сведения из данного механизма?

— Попробую. Если какая-либо запись существует и прибор всё ещё исправен, то мы сможем её прослушать. А при наличии визуальной записи мы даже увидим рассказчика.

Я взял в руки мнемомодуль и проделал с ним необходимые манипуляции для его активации. Оба обитателя ковчега с широко раскрытыми глазами наблюдали за моими действиями. Чтобы включить прибор, особого ума не надо, но для человека, никогда раньше не сталкивавшегося с подобными устройствами, это было бы наверняка проблематично. Вполне возможно, что лекари за всё время наличия у них модуля даже не предпринимали попыток сделать это.

Когда я вдавил контактную панель на боковой стороне устройства до упора и провернул её на 360 градусов, в комнате сразу же раздался отчётливый и приятный мужской голос:

— Приветствую тебя, Незнакомец! К тебе обращается первый помощник главного технического специалиста Свободной Республики Андроидов.

Глава 17

Оба лекаря взволнованно вскрикнули, а я положил мнемомодуль в центр стола, чтобы он был у всех на виду, и приготовился слушать. Линда, затаив дыхание, сосредоточенно смотрела на прибор, даже Конрад у себя к казарме насторожился и не сводил внимательного взгляда с устройства.

После короткой паузы голос из модуля продолжил свою речь:

— Незнакомец, я буду и впредь обращаться к тебе так, потому что практически уверен в том, что ты являешься представителем мужской половины населения. Сомневаюсь, что эта запись попадёт в руки женщины, ведь в стране ангелов женщинам отведена незавидная участь.

Меня зовут Гордон из гнезда Вадкар, мой порядковый номер по классификации Республики — 335. К сожалению, мнемомодуль имеет небольшой дефект, и по этой причине осуществить визуальную запись не представляется возможным, но звук и мыслеобразы всё же сохраняются в нём, и данные функции ещё могут понадобиться тебе, если ты вдруг захочешь передать твою собственную информацию для других слушателей. Осуществляя эту запись, я сознательно отказался от сохранения мыслеобразов, так как не желаю делиться своими сугубо личными воспоминаниями и переживаниями с кем-либо посторонним. Вероятно, завтра я умру и у меня в запасе осталось совсем немного времени, поэтому постараюсь, по возможности, передать все важные факты кратко и информативно.

Эта запись предназначается в первую очередь для андроидов, пропавших без вести после битвы с объединённой армией ангелов и кочевников. Может быть, кто-то из них ещё блуждает в запутанных туннелях и заброшенных отсеках или же содержится в плену у дикарей. Если по какой-нибудь счастливой случайности мнемомодуль попал в руки кому-то из моих соотечественников и у тебя, мой брат, получится проникнуть через Силовой Барьер, постарайся перед этим оставить модуль в целости и сохранности здесь, на земле ангелов, для других несчастных, которые придут после тебя, и которым, так же как и тебе, надо будет вернуться на территорию Республики. Вполне возможно, что ты, Незнакомец, не являешься андроидом, а принадлежишь к роду человеческому, тогда, пожалуйста, сбереги этот прибор для моих соплеменников или хорошо запомни хранящуюся в нём информацию, чтобы позже использовать её в благих целях.

Не стоит исключать вероятности того, что ты даже не знаком с внутренним времяисчислением корабля и его историей. В таком случае сообщаю, что сейчас, на момент записи, идёт 512 год после захвата ковчега исследовательским ИскИном Альфа и его победой над корабельным ИскИном Поиск. Но, судя по нашим наблюдениям и разрозненным данным, поступающим к нам из различных источников, ИскИн Поиск всё же не был уничтожен окончательно. Мы, андроиды, предполагаем, что ему удалось сохранить свою индивидуальность и скрыться в информационной сети звездолёта, а также заблокировать некоторую часть своих ресурсов от Альфы. На сегодняшний день ситуация такова: по всей вероятности, звёздный ковчег «Надежда» на 99 процентов контролируется суперкомпьютером, изначально известным как ИскИн Альфа. Сразу после проникновения на ковчег, порабощения большей части мыслящих структур корабельного ИскИна и слияния с преобразователем материи, Альфа взял себе новое имя «Прометей», заблокировал доступ к рубке управления и реактору звездолёта, направил ковчег в глубь астероидного пояса между Марсом и Юпитером и затем перевёл его там на дрейфующий режим. Для нас до сих пор остаётся загадкой, почему Земля не предприняла тогда решительных действий, чтобы воспрепятствовать этому и уничтожить вышедший из под контроля мыслящий суперкомпьютер.

Описываемые мной события произошли примерно пятьсот лет назад. С того времени на корабле не прекращается борьба между двумя ИскИнами, хотя полноценной борьбой это назвать довольно сложно. ИскИн Поиск, скорее, ведёт партизанские действия против захватчика. На что-то большее, судя по всему, он уже не способен. Прометей почти полностью доминирует на ковчеге, не оказывая однако при этом прямого влияния на жизнь многочисленного населения звездолёта. Он не идёт на контакт с нами, впрочем, так же как и Поиск, но время от времени проявляет определённую активность: это становится наглядно заметно по внезапным смещениям перегородок между туннелями, появлению совершенно новых проходов, магистралей, а порой и целых отсеков, на территории которых создаются новые обширные области, куда впоследствии переселяются некоторые народы ковчега. По всей видимости, Прометей с помощью преобразователя материи сумел настолько трансформировать структуру материалов корабля, что это позволяет ему мгновенно изменять их химическое строение и некоторые физические параметры. По нашим предположениям, он способен относительно быстро перестраивать не только внутренний, но и внешний дизайн звездолёта. Кроме того, наши эксперты предполагают, что после слияния с преобразователем ИскИн Альфа перешёл на совершенно новый уровень мышления, бесконечно далёкий от своего первоначального состояния.

Люди, проживающие в новообразованных отсеках, подвергаются непрерывному излучению преобразователя материи, провоцирующему возникновение необратимых мутаций, в результате чего новые поколения порой полностью теряют человеческий облик. Помимо этого, на ковчеге существуют различные племена мутантов и гибридов, возникшие вследствие преступной деятельности инженеров-эволюционистов, биологов и генетиков.

Достоверные сведения о событиях, произошедших сразу же после захвата звездолёта и спустя некоторое время после него, к сожалению, утеряны. Нам известно только, что тогда среди членов экипажа и пассажиров царили смута и хаос. Связь с обоими ИскИнами была прервана, люди оказались заперты на ковчеге и предоставлены сами себе. Первоначальные разногласия между отдельными группами постепенно переросли в смертоубийственные конфликты. Борьба за влияние и ресурсы, стычки, нападения и убийства становились всё более частыми и ожесточёнными. В итоге всё население корабля разделилось на несколько крупных фракций, сформированных по определённым объединяющим признакам, будь то принадлежность к какой-либо профессии или же общие цели и интересы. Каждая из этих групп заняла один из отсеков и установила между ними строго охраняемую границу. Со временем из этих общин образовались племена и народы, заселившие почти всю известную нам территорию ковчега. По последним данным наиболее крупными из этих племён являются: биологи с кастой генных инженеров-эволюционистов, техники, Полицейский Корпус, экипаж с кастой астрономов, странники, эзотерики, Армия Хаоса, Клан Всеобщей Любви, Братство Божественной Истины и Научный Отдел. Кроме этих племён, имеется множество мелких сообществ, рассеянных по всему звездолёту, а также иногда встречаются воинственные кланы мутантов и гибридов, не поддающиеся классификации и ведущие скрытный образ жизни. Вполне возможно, что на отдалённых территориях проживают другие народы, сведения о которых ещё не поступали к нам, и поэтому нам пока ничего не известно об их существовании.

Обмен информацией и взаимоотношения между отдельными племенами и группами поддерживаются редко, в основном все проживают обособленно друг от друга и стараются не попадать на чужую территорию. Зачастую возникают межплеменные конфликты, столкновения и даже полномасштабные войны с заключением временных союзов между народами, имеющими общие планы и задачи. Кроме того, периодически осуществляются набеги на враждебные племена с целью захвата рабочей силы, животных, продуктов, материалов и средств производства.

Особую группу представляет мой народ — андроиды. До недавнего времени мы проживали на территории Свободной Республики Андроидов и являемся единственной общиной на ковчеге, члены которой никогда не принадлежали к человеческому роду. Во время кровавых беспорядков, в первые годы после изоляции корабля от остального мира, нескольким сотням андроидов удалось избежать гибели и скрыться в одном из дальних отсеков. Совершив попутно набег на биолаборатории, беглецы захватили и унесли с собой репродуктивные материалы большинства андроидных гнёзд, а также различное научно-техническое оборудование, в том числе машины и устройства, необходимые для воспроизведения и клонирования. Надёжно закрепившись на новой территории и удачно отбив все попытки вторжения со стороны других группировок, андроиды смогли установить дружественные связи с группой учёных, из которой впоследствии образовалось племя Научный Отдел, и в обмен на некоторое количество оборудования и приборов, получили от них секрет репродукции, до того момента тщательно скрываемый людьми от андроидов. Таким образом в итоге мой народ не только добился долгожданной свободы, но ещё и приобрёл способ увеличивать свою численность.

Эти события произошли в первые годы после катастрофы. С тех пор, как я уже говорил, прошло больше пятисот лет. Теперь, Незнакомец, настала пора рассказать о том, как я оказался в плену у племени ангелов.

Свободная Республика Андроидов за всё время своего существования вела немало войн с агрессивными племенами. Я не буду углубляться в историю этих конфликтов, замечу только, что нашими врагами были многие, в том числе эзотерики, странники, экипаж и даже Клан Всеобщей Любви. Но самыми непримиримыми и жестокими из них были биологи, причём не по нашей вине. Их ненависть к искусственным организмам не знает предела. Биологи основали крупное государство где-то в новообразованных областях корабля и стали отправлять оттуда диверсионные боевые отряды генномодифицированных мутантов по всему ковчегу. Дружественные нам народы — техники и Научный Отдел тоже время от времени подвергаются нападениям биологов и союзных им племён, таких как Армия Хаоса и Братство Божественной Истины.

До недавнего времени нам удавалось отбить все попытки биологов завладеть нашей землёй, но пять лет назад они совместно с Армией Хаоса собрали огромное войско и, молниеносно уничтожив наши пограничные заставы, вторглись на нашу территорию, перебив при этом две трети моего народа. Оставшиеся в живых андроиды в спешке покинули родную землю и бежали по туннелям торговой магистрали. Нам повезло, что техники пришли к нам на выручку и смогли вовремя перекрыть магистраль, иначе черви-пожиратели и другие звери-мутанты биологов, преследовавшие нас в туннелях, уничтожили бы всех до последнего.

К счастью, техники были не единственными, кто помог нам в тот день. Нам до сих пор неизвестно, был ли этот поступок искренним жестом помощи со стороны загадочного суперкомпьютера или же какой-то его очередной, непостижимой для нашего сознания, но преследовавшей вполне определённые цели, акцией: ИскИн Прометей открыл перед глазами поспешно отступающих андроидов новый туннель в дотоле монолитной стене, и нашему взору предстал путь в незнакомые земли, на которых мы могли бы обосноваться. Беглецы устремились в этот туннель и совершили по пути следования одно поразительное открытие, но о нём я поведаю тебе в конце моего рассказа.

К сожалению, нашу радость омрачило одно обстоятельство: обнаруженные нами земли — очень обширные территории, включающие в себя старые отсеки ковчега и несколько новых зон, сформированных Прометеем при помощи преобразователя материи, — были уже частично заселены другими племенами. Наиболее крупным из них оказался народ, именующий себя «ангелами». Также мы встретили множество разрозненных племён, ведущих, в отличие от ангелов, бродячий, кочевой образ жизни. Эти кочевники были диким народом, вернее, народами, постоянно враждовавшими как друг с другом, так и с остальными племенами. Иногда они заключали межплеменные союзы, которые, впрочем, уже спустя довольно короткий промежуток времени вновь распадались. Кроме ангелов и кочевников, на этих землях проживали ещё аграрии и скотоводы — мирные народы, находившиеся в прямой зависимости от ангелов и поставляющие последним продукты питания и материалы, а взамен пользующиеся их защитой, хотя данное обстоятельство всё же не всегда спасало эти два племени от периодических набегов кочевников.

Следует упомянуть ещё одно племя или клан — загадочных «Мастеров». За всё время нашего пребывания на земле ангелов мы неоднократно слышали об этом народе и видели удивительные и высокотехнологичные вещи и материалы, произведённые членами этого племени, но нам так и не удалось встретиться ни с одним из них. Все проходы и туннели к территории Мастеров надёжно охраняются сторожевыми гарнизонами ангелов, и доступ к ним разрешён только самим ангелам, а также представителям некоторых дружественных кочевых народов.

Племя ангелов представляет собой очень воинственный и жестокий народ, паразитирующий на других племенах. Сами ангелы не производят продуктов потребления, за них это делают аграрии, скотоводы и Мастера. В отличие от первых двух народов, Мастера выполняют свою работу за определённую плату. Они являются единственным племенем на этой территории, имеющим статус неприкосновенности: ни кочевники, ни ангелы никогда не нападают на них, что само по себе является поразительным фактом, учитывая довольно дикий нрав представителей этих сообществ.

Мы, андроиды, подверглись нападению кочевников уже спустя несколько часов после исхода на эти земли. Благодаря нашей численности и превосходству нашего оружия нам не составило особого труда отбиться от их небольшого отряда. Спустя некоторое время об этой стычке узнали ангелы и уже через день направили большую часть своих воинов к нашему временному лагерю у выхода из нового туннеля. К тому моменту все разрозненные бригады андроидов успели присоединиться к основной группе. Завидев наше количество, а нас было несколько сотен, ангелы пришли в замешательство и решили пойти на переговоры. В результате этих переговоров между нашими племенами был заключён мирный договор, позволявший нам поселиться на территории ангелов. Для этой цели они предоставили нам несколько ферм и сельскохозяйственных угодий, а взамен мы пообещали поделиться с ними некоторыми технологиями и материалами. В первую очередь это касалось, конечно же, нашего вооружения — таким образом ангелы рассчитывали получить качественное оружие в обход Мастеров, то есть практически бесплатно. Возможно, это стало нашей ошибкой: нам нельзя было так слепо доверять ангелам, но на тот момент у нас, в принципе, другого выхода и не было. Совет Республики — хотя как таковой её уже и не существовало, мы всё же не теряли надежду восстановить наше былое величие на новых землях, — постановил установить дружественные связи с ангелами и принять их помощь. В то же время было решено оставить усиленный гарнизон у выхода из нового туннеля, для того чтобы всегда иметь возможность отступления в случае непредвиденных обстоятельств. Мы знали, что опасности с его обратной стороны ожидать не стоит, так как она находилась под прикрытием пограничных застав техников.

Итак, мы стали жить среди ангелов, и нам предоставилась возможность изучить этих людей поближе. То, что мы о них узнали, поначалу привело нас в смятение. Ангелы — жестокие рабовладельцы, считающие остальные племена и народы животными, недостойными существования. У них существует особый религиозный культ, во главе которого стоит Бог Мет. Эта религия не имеет каких-либо определённых атрибутов и ритуалов. Каста священнослужителей, похоже, существовала когда-то, но была уже столетия назад упразднена. По верованиям ангелов, Мет оказывает прямое влияние на людей через свой «гнев». Под этим определением они понимают вредоносное воздействие излучения преобразователя материи, а вызванные им мутации обозначают термином «скверна». По нашему предположению, слово «Мет» — это сокращение от имени «Прометей». Вероятно, какие-то остатки знаний о существовании ИскИна у них ещё сохранились, но с течением столетий, учитывая их полную изоляцию от более просвещённых обществ, видоизменились до неузнаваемости. Сами себя они называют «ангелы», то есть богоподобные существа — в противовес всем остальным «низшим» народам. По мнению ангелов, другие племена должны находиться в подчинённом положении, и весь смысл их существования состоит лишь в служении «высшему» народу — ангелам.

Чтобы соответствовать мнимому статусу «приближенных к Богу», ангелы осуществляют селекцию своего собственного народа. Суть этой евгенической политики следующая: все новорождённые младенцы, имеющие физические отклонения от нормы (таких появляется на свет немало в связи с излучением преобразователя), безжалостно уничтожаются или — если количество рабов сокращается по причине болезней или набегов кочевников — направляются в качестве будущих работников на фермы и плантации к скотоводам и аграриям. Ангелы пропагандируют культ здорового и красивого тела; у них практически не бывает, за исключением воинов с физическими дефектами вследствие боевых ранений, слабых или внешне непривлекательных людей. Такое искусственное состояние общества достигается в основном за счёт последовательного скрещивания между собой исключительно «чистых», то есть абсолютно здоровых, сильных и физически совершенных ангелов. Нередко осуществляются близкородственные половые связи, что только увеличивает шанс появления дефектов у следующего поколения. В связи с этим широкое распространение получила гнусная практика осеменения красивых, молодых «самок» — рабынь, представительниц других народов, с целью получения здорового потомства. Впоследствии эти женщины, выполнив свою незавидную роль, становятся личной прислугой у высокородных ангелов или же их отправляют работать на фермы и плантации. Перед этим их тела и лица намеренно обезображиваются — на кожу наносятся неглубокие порезы, оставляющие отвратительные шрамы после заживления. В дополнение к этому часто практикуется прижигание определённых участков тела горячим металлом. Такой же омерзительной процедуре подвергаются и все без исключения рабы мужского пола. Всё это делается для того, чтобы ещё раз подчеркнуть внешнее совершенство ангелов по сравнению с другими людьми.

Все старики — под это определение, за исключением верховного правителя, попадают практически все представители их племени старше пятидесяти лет — отправляются в особую область ковчега, имеющую наиболее высокий радиационный фон из всех территорий, контролируемых ангелами. Там они доживают свой век и одновременно следят за селекцией зверей-мутантов и особых гигантских людей — берсерков. Впрочем, слово «следят» не совсем точно описывает их форму занятости, заключающуюся больше в праздном существовании, чем в какой-либо полезной деятельности. Всю работу по выведению мутантов, а также обслуживание пожилых ангелов и уход за ними осуществляет один довольно малочисленный народ, так называемые лекари. Только лишь некоторым представителям этого народа позволяется покидать эту сильно заражённую местность. По причине воздействия из поколения в поколение вредного излучения преобразователя на людей этого племени, большинство лекарей имеет различные аномалии, зачастую проявляющиеся в экстремально отталкивающей внешности и дефектах физического развития. Но, в отличие от ангелов, лекари не уничтожают своих дефективных детей, а, напротив, стараются облегчить им дальнейшее проживание на отведённой их народу территории.

Ввиду этих обстоятельств, важным представляется один интересный вывод, который мы сделали спустя некоторое время после расселения на новых землях. Ангелы, внешне абсолютно безупречные и совершенные, значительно уступают по уровню своего интеллекта неприглядным и откровенно неприятным на вид лекарям. Судя по всему, узконаправленная селекция, ставящая своей целью получение только исключительно физически здоровых особей и при этом не учитывающая интеллектуальную составляющую, привела в конечном итоге к возникновению общества, состоящего практически полностью из внешне прекрасных, но вместе с тем недалёких и умственно ограниченных людей. В то же время вожди и военачальники ангелов, очевидно, в какой-то мере всё же осознают этот недостаток и поэтому всегда имеют при себе советников — выходцев из племени лекарей, выполняющих кроме этой обязанности ещё и роль врачей. Именно врачебная деятельность последних и послужила основанием для обозначения их народа словом «лекари».

Лекари передают навыки и умения своим потомкам, таким образом накапливая их и приумножая. По причине изоляции от других народов ковчега знания эти, естественно, являются неполными и не лишены определённых предрассудков. Недостаток информации, а также в большей мере тирания и деспотизм со стороны ангелов не позволяют племени лекарей развиться в самостоятельное, суверенное общество.

Со временем нам удалось установить дружеские отношения с некоторыми из них — советниками высокопоставленных ангелов и с главным лекарем верховного правителя, а уже потом с его помощью даже с немногочисленными представителями гордого племени ангелов, которые, как выяснилось впоследствии, были весьма недовольны властью их вождя. Наше тесное сотрудничество с ними в конечном итоге и привело к катастрофе…

Мы не приняли во внимание политические соображения и с чистыми намерениями начали делиться своими знаниями с ангелами — с теми, кто выразил готовность их принять. Судя по нашему внешнему виду, ангелы решили, что мой народ тоже практикует внутреннюю селекцию. Поначалу мы пытались объяснить им основные отличия андроида от человека, а также тот факт, что излучение преобразователя не влияет на наши организмы, и именно поэтому появление каких-либо мутаций у нас исключено. Но это было недоступно их пониманию, и тогда мы сосредоточились на просвещении ангелов. Наблюдая произвол и насилие, творимые их руками, мы попытались хоть немного донести до них понятия нравственности и добра. Возможно, это было нашей ошибкой…

Кроме моральных ценностей, мы охотно делились с ангелами инекоторыми нашими техническими познаниями. Те немногие из них, кто прислушивались к нашим словам и нашему учению — а это были в основном простые воины и их женщины — с течением времени перешли в открытую оппозицию к правящему слою племени. Совсем не желая этого, мы фактически послужили поводом к расколу в обществе ангелов. Наши ученики, большинство из которых преследовало лишь свои личные эгоистичные цели, объединились вокруг младшего брата верховного правителя, чем и вызвали гнев последнего. Опасаясь попытки свержения власти, он объявил всех сторонников своего брата «отщепенцами» и отдал приказ об их полном уничтожении. С тех пор это название прочно закрепилось за ними.

Дальнейшие события стали развиваться стремительным образом. Ангелы разделились на два лагеря, причём отщепенцы значительно уступали по своему количеству традиционно настроенным соплеменникам. После серии коротких, но кровопролитных стычек повстанцы перебили пограничные заставы и бежали в дальние, неисследованные территории, прихватив с собой зверей-мутантов и многих лекарей.

Обуреваемый неописуемой яростью, верховный правитель объявил Священную Охоту и повелел своим приверженцам преследовать и безжалостно истреблять всех отщепенцев. Последние отныне официально больше не считались людьми, и даже внешний облик верных ему ангелов решено было изменить навсегда для того, чтобы они визуально отличались от предателей. С этой целью они стали покрывать свои лица и тела разнообразными яркими татуировками — секретом данной техники мы поделились с ангелами за некоторое время до описываемых событий, но, в отличие от них, наши татуировки были типовыми и наносились только на кисти рук для обозначения рода деятельности каждого андроида.

Священная Охота не достигла того результата, на какой рассчитывал главный вождь. Большинству так называемых отщепенцев удалось избежать гибели и скрыться на новых землях. Тогда его необузданный гнев обратился на нас. Считая нас причиной раскола и смуты в его племени, он решил покарать и уничтожить мой народ. С поразительной быстротой верховный правитель заключил военный союз с несколькими кочевыми племенами, пообещав им андроидов в качестве рабов, и, усыпив нашу бдительность заверениями о дружбе и дальнейшем сотрудничестве, нанёс сокрушительный удар. Застав нас врасплох, ангелы и кочевники только за один день зверски убили и захватили в плен около восьмидесяти процентов народа андроидов. Все те, кто успели вырваться из окружения, а в их числе был и я, обратились в бегство в направлении того туннеля, через который мы пришли на землю ангелов несколько лет назад. Пограничный гарнизон андроидов, все эти годы охранявший вход в туннель, сумел отбить преследовавшие нас отряды кочевников, после чего остатки моего народа смогли основать там временный лагерь.

Положение было бы плачевным, если бы нам вновь не помогли техники. Наша разведка пробралась по туннелю в обратном направлении и столкнулась там с их пограничной заставой. Техники всегда относились к нам как к дружественному племени и поэтому радушно приняли наших посланцев. Осознав всю опасность сложившейся ситуации, они сразу же направили усиленный военный отряд нам на подмогу. От них мы узнали о том, что на данный момент наши прежние земли пустуют, так как биологи спустя некоторое время после их захвата вступили в конфликт с Армией Хаоса и расторгли свой союз. Потом, после короткой междоусобной войны, оба племени покинули наш отсек в неизвестном направлении.

Теперь уже ничто не мешало нам вернуться на Родину и восстановить там Республику. Оставалась только проблема с ангелами, ведь они могли проникнуть через туннель и доставить нам и техникам крупные неприятности. Так как наши исследования, которые мы проводили во время проживания на земле ангелов, показали, что другой дороги на известные нам пространства ковчега не существовало, было принято решение заблокировать туннель, чтобы навечно отрезать путь варварам на территории свободных племён.

Но мы всё же не могли оставить наших товарищей, захваченных в плен, без надежды на возвращение. После карательной акции ангелов количество боеспособных андроидов значительно уменьшилось, поэтому сами вызволить пленников мы были уже не в состоянии, а техники вовсе не горели желанием жертвовать своими людьми в открытом столкновении с таким сильным противником, как объединённая армия ангелов и кочевников.

Как раз в то время у техников гостила делегация от загадочного и довольно скрытного племени Научный Отдел — именно они и предложили установить на всём протяжении туннеля Силовой Барьер, оборудованный специальными сканерами, способными отличать андроидов от людей. Благодаря пропускной способности этих устройств андроиды могли беспрепятственно проходить через туннель, но любой человек, проникший внутрь него, автоматически распознавался бы как объект, подлежащий немедленному уничтожению. В последнем случае приводились в действие смертоносные машины, генерирующие губительное для всего живого излучение, прямой функцией которого являлось разрушение капилляров кровеносной системы и клеток костной ткани организма.

Силовой Барьер позволял решить сразу обе стоящие перед нами задачи: он полностью исключал возможность проникновения отрядов ангелов и кочевников на новые для них территории и в то же время давал шанс на возвращение тем андроидам, которые ещё оставались на землях, уже навсегда потерянных для нас. Мы с воодушевлением приняли эту идею, и техники были солидарны с нами — они желали поскорее избавиться от данной проблемы, так как у них вызывало сильную озабоченность близкое соседство с дикими и кровожадными племенами.

Почему Научный Отдел вдруг решил нам помочь, так и осталось для нас под вопросом. Они и раньше иногда сотрудничали с андроидами, но помощь в таком размере и практически безвозмездно оказали нам впервые. Сами они на эту тему не распространялись, но, мне кажется, что здесь немаловажную роль сыграли такие факторы как давняя дружба с техниками, а также тревога за дальнейшую судьбу своего собственного народа, ведь, по слухам, их численность, если сравнивать с теми же техниками, была не очень велика. Вероятно, таким образом они хотели устранить потенциальную угрозу вторжения безжалостных захватчиков на свои земли — где бы они, эти земли, не находились среди обширных просторов звездолёта. Несмотря на всё его могущество, Научный Отдел так и не стал доминирующим племенем на корабле, хотя, скорее всего, представители этого замкнутого сообщества даже и не стремились к этому. Кроме того, они постоянно враждовали с биологами и Армией Хаоса, и если бы им не оказывало поддержку достаточно большое и сильное племя техников, то у них могли бы возникнуть серьёзные проблемы со сдерживанием натиска этих двух агрессивных народов.

В рекордный срок техники под руководством специалистов Научного Отдела оборудовали туннель сканерами, смертоносными излучателями, а также автономными роботами-чистильщиками, предназначавшимися для утилизации трупов тех несчастных, кто, возможно, погибнет при попытке пересечь Барьер. Всё это время мы, андроиды, обороняли вход в туннель. В этом нам активно помогали солдаты техников и боевые роботы Научного Отдела. За этот период времени кочевники несколько раз нападали на нас, но всегда несли большие потери и отступали ни с чем.

После того как Силовой Барьер был готов к эксплуатации и запущен вдействие, представители Научного Отдела попрощались с нами и ушли на свои земли, а буквально за пару дней до этого техники, посоветовав нам побыстрее перебираться на наши прежние территории, отозвали всех своих солдат. Таким образом мы остались одни по эту сторону туннеля. Теперь нам оставалось только каким-нибудь образом передать сообщение о Барьере и о нашем возвращении на Родину другим андроидам, тем кто затерялся на землях ангелов или же находился у них в плену. Ещё во время строительства Силового Барьера оставшиеся в живых члены Совета Республики обсуждали эту проблему и постановили направить группу лазутчиков в ту область, где обитало угнетённое племя лекарей, для того чтобы передать им эти известия. Из всех местных народов мы могли рассчитывать лишь на них и, полагаясь на наши прежние дружественные связи, надеялись на то, что лекари смогут сохранить сообщение для наших соплеменников. Для этой цели техники перед своим уходом безвозмездно предоставили в распоряжение Совета несколько мнемомодулей. Зафиксировав подробный отчёт на кристаллах памяти, мы решили бросить жребий и выбрать таким образом десять андроидов для воплощения плана в жизнь. Один жребий из десяти выпал мне, и так по воле случая я оказался в составе группы смертников. Сейчас, осуществляя данную запись, иначе как «смертниками» я нас назвать не могу, ведь девять андроидов уже погибли, а десятому это ещё предстоит сделать…

В начале моего рассказа, Незнакомец, я обещал излагать всё кратко, но, как видишь, не сдержал своё обещание. Слишком много событий надо было мне описать, ведь я не имею ни малейшего представления о том, к какому племени ты относишься, и насколько хорошо ты осведомлён. Но больше я не буду испытывать твоё терпение и поэтому последующие события и факты попытаюсь передать в более сжатой форме…

Итак, группа лазутчиков, в которую входил и я, стараясь не попадаться на глаза ни одному живому существу, отправилась на территорию лекарей. К тому времени наш лагерь у входа в туннель был уже свёрнут, и остатки некогда великого племени андроидов ушли через Силовой Барьер в родные края. К сожалению, отряду смертников удалось пройти лишь половину пути. Потом на наш след напали гончие псы-мутанты кочевников, и после этого наша судьба была уже решена.

Кочевники сами не осмелились нападать на нас, видимо, они ещё опасались андроидов после всех неудачных попыток взять наш лагерь, а вместо этого незамедлительно сообщили о нашем обнаружении ангелам. Последние оперативно направили боевой отряд, усиленный несколькими берсерками, на перехват нашей группы. В ходе ожесточённого и отчаянного боя девять андроидов были убиты, а я по счастливой случайности только ранен. Нам удалось взять с собой на тот свет немало ангелов, и это привело их питомцев, берсерков, в бешенство. Они буквально разорвали некоторых моих товарищей на куски и разметали всё наше снаряжение. Почти все мнемомодули, кроме одного единственного (именно он сейчас передаёт тебе мой рассказ), были уничтожены в припадке неудержимой злобы этих жестоких гигантов. В конце концов ангелы утихомирили огромных мутантов и только тогда обнаружили, что я ещё жив. К счастью, мне удалось подобрать один сохранившийся модуль перед тем, как меня, уже тяжело раненного, основательно избили и связали.

Вот так я и попал в плен к ангелам. Не буду описывать тебе изощрённые пытки, каким меня подвергали в заточении. Любой человек на моём месте давно бы уже умер, но я андроид, поэтому более живуч и невосприимчив к боли, чем обычные люди. Видя это и не находя этому объяснения, ангелы приходили в ярость и несколько раз чуть не довели дело до конца и не погубили меня. Только стараниями главного лекаря, который каждый раз выхаживал меня после очередных истязаний, я всё ещё держусь за жизнь. Сейчас мне уже даже кажется, что ангелы пытают меня не из-за моих тайн, ведь я им и так всё сразу рассказал и про Силовой Барьер, и про то, что андроиды навсегда покинули их земли, а из каких-то иных побуждений. Полагаю, причиной такого поведения является необыкновенная жестокость, обусловленная, вероятно, врождённой порочностью ангелов и их извращённой склонностью к садизму. Постепенно я всё больше склоняюсь к мысли, что их племя подлежит тотальному уничтожению! Может быть, отщепенцы, скрывающиеся в дальних отсеках, смогут когда-нибудь побороть в себе эту низменную сторону менталитета ангелов и послужат началом для становления нового племени…

Но я опять отвлёкся, Незнакомец. Очевидно, долгие пытки повлияли на мой рассудок, и я уже не в состоянии рассуждать хладнокровно и беспристрастно…

Из-за ограниченности своего ума ангелы, естественно, не поверили моему рассказу о Силовом Барьере. Не приняв во внимание все мои предостережения, они направили большую группу отборных воинов к туннелю и попытались проникнуть в него. Главный лекарь поведал мне потом об участи тех несчастных, кто в числе первых ворвался в проход. Уже спустя пару шагов они упали бездыханными на пол, извергая потоки крови из всех своих естественных отверстий. Это была кошмарная смерть. Счастливчики, следовавшие по пятам за этими первыми жертвами Барьера, едва успели остановиться, чтобы не пересечь черту, отделявшую их от гибели, и со страхом в глазах взирали на трупы своих товарищей. Они ужаснулись ещё более, когда из специальных камер, скрытых в стенах туннеля, появились роботы-чистильщики и начали выполнять свою жуткую работу. Сначала каждый труп опрыскивался биорастворителем, а затем тёмная жижа, в которую превратились тела павших ангелов после процесса расщепления, методично всасывалась присосками роботов. Суровые воины, уже много повидавшие на своём веку, дрогнули и обратились в паническое бегство.

Как я потом узнал, ангелы в течение последующих дней ещё неоднократно предпринимали попытки проникнуть в туннель, но все они заканчивались с таким же результатом. Только на этот раз вместо воинов они заставляли рабов идти на верную смерть. Осознав наконец всю бесплодность своих усилий, ангелы вновь принялись пытать меня, надеясь, что я всё-таки открою им способ, как можно преодолеть Барьер. Глупцы, они не понимали, что это бесполезно! Существует только одна единственная возможность отключить смертоносные машины, и чтобы совершить это, надо пройти через весь туннель. А сделать это могут только андроиды. Именно там, на выходе из него, установлена сенсорная панель, отключающая автоматику Силового Барьера. Ещё одна панель открывает тщательно замаскированный с наружной стороны доступ к смежным отсекам. Специалисты Научного Отдела разработали эти датчики по примеру уже существующих сенсорных панелей, с помощью которых можно открывать и закрывать некоторые перегородки в переходах ковчега.

Мой рассказ уже почти подошёл к концу, Незнакомец. Остались последние детали… Вчера утром пришёл один из начальников ангелов и объявил, что житьмне осталось всего лишь два дня. Значит, судя по всему, завтра я умру. Видимо, им надоело со мной возиться, а моё изувеченное пытками тело уже не годится для какой-либо работы в качестве раба…

После того как ушёл ангел, ко мне заглянул лекарь, чтобы попрощаться. Всё это время пока я был в плену, мы частенько вели с ним долгие разговоры о наших народах и о жизни в целом. Как-то он сообщил мне, что сохранил у себя тот мнемомодуль, который я сумел спасти от уничтожения после схватки с ангелами и их берсерками. Когда меня бросили в тюрьму, модуль, разумеется, забрали, но, лишь бегло осмотрев его и не разобравшись в его назначения, ангелы отдали его лекарю верховного правителя, а вскоре совсем позабыли о приборе. Безмерно обрадовавшись этой новости, я сказал тогда лекарю, чтобы он и далее хранил мнемомодуль и при первой же возможности передал его какому-нибудь андроиду, если ему, конечно, представится случай встретить одного из нас. К тому времени я уже знал от него, что мои соплеменники содержатся где-то на дальних землях под усиленной охраной, и даже лекарям попасть туда практически невозможно. Но надежда на это всё же ещё существовала.

После извещения о моей предстоящей смерти я решил изменить послание для андроидов, зафиксированное на кристалле прибора. Мне захотелось дополнить слова Совета рассказом о судьбе, постигшей нашу группу смертников, а также поведать о моей собственной участи. Внимательно прослушав несколько раз сухое, официальное сообщение, — из-за какого-то странного дефекта мнемомодуля воспроизведение визуального изображения стало невозможно, — я без малейших колебаний полностью удалил его из памяти устройства, чтобы записать свою собственную историю.

Я сделал это не только потому, что хотел рассказать о последних днях моей жизни, Незнакомец. Есть ещё кое-что, о чём не говорилось в послании Совета. Я уже упоминал, что ты узнаешь об этом в конце моего рассказа. Эту новость я приберёг напоследок и дарю тебе в надежде, что ты сможешь воспользоваться ею в благих целях.

Когда мы несколько лет назад во время бегства от биологов и Армии Хаоса неожиданно обнаружили вход в незнакомый туннель, открывший нам доступ на территорию ангелов, технической службе андроидов, к которой до недавнего времени я принадлежал в качестве первого помощника главного специалиста, посчастливилось найти боковое ответвление рядом с основным ходом туннеля, искусно скрытое от посторонних глаз. Одного андроида из нашей службы заинтересовал информационный экран на стене недалеко от входа в туннель. Он заметно отличался своей нестандартной овальной формой и небольшим размером от других корабельных экранов, какие довольно часто встречаются в «старых», недеформированных туннелях. Мы уже давно не обращаем внимания на эти приспособления, ведь они перестали функционировать сразу же после захвата ковчега ИскИном Альфа. С той поры прошло уже пять столетий, и экраны по-прежнему остаются мертвы. Но наш любознательный коллега — его имя для истории не представляет особой важности — решил почему-то проверить это устройство. Вполне возможно, что андроида просто привлекла его необычная форма. При детальном осмотре экрана он обнаружил в его верхней части неприметную миниатюрную сенсорную панель, а затем испытал сильное удивление, когда при прикосновении к ней в стене рядом с экраном неожиданно образовалось узкое отверстие, оказавшееся входом в новый туннель. При повторном контакте с панелью стена вновь становилась монолитной.

Счастливчик быстро известил начальника технической службы о своём открытии, и тот незамедлительно отдал мне приказ исследовать новый объект. Взяв с собой двух специалистов и андроида, сделавшего находку, я направился к месту обнаружения тайного ответвления. Каково же было моё удивление, когда проникнув в новый туннель, мы обнаружили, что он заканчивается ангаром громадных размеров. Всё помещение было буквально заполнено малыми космическими кораблями: спасательными катерами, шлюпками и транспортными челноками! Мы вчетвером стояли, будто окаменев, и в немом изумлении с благоговением наблюдали открывшуюся нам картину. То, что до сих пор было для нас всего лишь красивой легендой, оказалось правдой! Нам открылся способ покинуть ковчег, являвшийся на протяжении пяти веков для всех людей, андроидов и мутантов одной общей тюрьмой. Мы в ошеломлении смотрели на корабли, друг на друга и отказывались верить своим глазам…

Справившись с первыми эмоциями, я отправил одного коллегу с донесением к своему непосредственному начальнику, а сам с оставшимися товарищами принялся осматривать технику. Мы, как технические специалисты, были теоретически знакомы с общим устройством малых кораблей и владели, тоже чисто теоретически, начальными навыками пилотирования. Знания эти передавались среди сотрудников нашей службы от поколения к поколению, ведь именно андроиды были пилотами обслуживающих челноков при строительстве марсианских звёздных ковчегов. Мы уже давным-давно потеряли надежду на то, что когда-нибудь данные умения могут нам пригодиться в будущем, но освоение этих знаний всё ещё оставалось неприемлемым условием для поступления в ряды технической службы. И, как в конце концов оказалось, такое решение было принято в давние времена не напрасно…

Я опущу подробности нашего осмотра кораблей и скажу только главное: все спасательные катера запрограммированы на курс, ведущий кратчайшим путём к Марсу. С управлением может справиться даже человеческий ребёнок. Достаточно проникнуть внутрь одного из них, занять место в посадочном кресле и активировать сенсорную панель на контрольном пульте. Всё остальное делает автоматика — пассажир фиксируется в безопасном положении, катер герметизируется и направляется к стартовому шлюзу, расположенному тут же, в ангаре. После этого производится запуск и корабль отправляется в открытый космос.

Если ты ещё не осознал значимость этих слов, Незнакомец, я охотно поясню… Ты можешь улететь с ковчега! Навсегда! Покинуть эту тюрьму в поясе астероидов и отправиться на родину предков! На Марс… Благословенный Марс! Это мой подарок тебе.

Сведения об ангаре строго засекречены даже для андроидов. Начальник технической службы сразу же после своего прибытия на место обнаружения хранилища кораблей объявил этот объект секретным и под страхом смерти взял с нас клятву о неразглашении. По его мнению, это открытие могло внести смуту и разлад в наше общество. Мест в спасательных катерах и шлюпках не хватило бы на всех андроидов, к тому же мы не знали, возможен ли обратный полёт с Марса на ковчег для того, чтобы забрать остальных наших товарищей. В транспортных челноках было достаточно места для всех, но, к сожалению, они не были запрограммированы на нужный курс, а мы так и не сумели до конца разобраться в сложном процессе навигации до соседней планеты. Такими обширными знаниями мы не обладали. С этим могли бы справиться специалисты Научного Отдела, кто-нибудь из народа техников или же люди из племени экипаж, ведь у последних, по слухам, даже имелась отдельная каста астрономов, хотя её функция в пределах замкнутого ковчега так и осталась для нас неясной. Но с экипажем мы враждовали, а с техниками и Научным Отделом, невзирая на дружественные отношения, нашим открытием мы не были готовы делиться. Поэтому вскоре мы покинули ангар, оставив в тайне сам факт его существования.

Этот секрет я доверяю тебе, Незнакомец. Сейчас мне уже кажется, что приказ моего начальника был в корне неверным. Надо было всё-таки поведать об этом всем андроидам и поставить на голосование вопрос о том, стоит ли немногим избранным отправиться на Марс или нет. Может быть, они смогли бы вернуться и вызволить всех остальных с корабля. Конечно, я не знаю, сохраняется ли ещё в тайне факт обнаружения ангара с катерами на данный момент, уже после того как мой народ пересёк Силовой Барьер и вернулся в родной отсек. Однако мне всё же представляется маловероятным, что решение о запрете разглашения информации об этом открытии будет когда-нибудь изменено в положительную сторону…

Теперь ты знаешь все подробности. Я не мог умереть, не поделившись этим знанием. Ты, разумеется, волен поступать так, как считаешь нужным. Но я всё-таки верю, что ты исполнишь то, о чём я просил тебя в самом начале моего рассказа. Если ты человек, передай, пожалуйста, мои слова андроиду или другому человеку в надежде, что он когда-нибудь встретит андроида. Ведь тебе эти сведения ни к чему. Ты всё равно не сумеешь пересечь Барьер и остаться при этом в живых. А если ты мой соплеменник, то воспользуйся этой информацией! Найди туннель и пройди сквозь Силовой Барьер! Потом ты можешь уйти в новообразованную Свободную Республику Андроидов или же навсегда покинуть звездолёт, и улететь на Марс. Выбирать тебе…

На этом я, андроид Гордон из гнезда Вадкар, порядковый номер 335 по классификации Республики, прощаюсь с тобой, Незнакомец! Будь счастлив и свободен!

Глава 18

Голос умолк, и в доме Изориуса воцарилась напряжённая тишина. Но такое состояние продолжалось недолго. Вскоре каждый из нас в хижине стал громко и взволнованно что-то кричать, перебивать друг друга и задавать вопросы, так, впрочем, и оставшиеся без ответа.

Всеобщее возбуждение охладил спокойный, размеренный голос Конрада:

— Друзья, прошу всех успокоиться! Беспорядочными криками вы ничего не добьётесь и только привлечёте внимание ангелов. Давайте высказываться по очереди.

Мы тут же смолкли, немного устыдившись такого чересчур бурного всплеска эмоций, и андроид, успешно завладевший теперь нашим вниманием, продолжил:

— Линда, предлагаю начать с тебя. Что ты думаешь по поводу того, что услышала?

Девушка глубоко вздохнула, решительным жестом смахнула прядь волос со лба и провозгласила:

— Или всё это чудовищная ложь и невероятное искажение событий из-за обыкновенного незнания фактов, или же этот андроид, Гордон, так кажется его звали, был немного не в себе! Вернее, не все его слова являются ложью. Я не могу судить о том, что он рассказывал про жизнь на ковчеге, но все другие его заявления, к примеру, будто звездолёт до сих пор находится в поясе астероидов между Марсом и Юпитером, мне представляются абсолютным бредом!

— Согласен с Линдой! — горячо поддержал я свою спутницу. — Ковчег «Прометей» был найден одним из поисковых кораблей в глубоком космосе, на невообразимо далёком расстоянии от Земли. Это непреложный факт!

— Почему ты так уверенно считаешь это фактом, Кай? — хладнокровно возразил андроид. — Потому что тебе об этом поведали киборги, эти верные слуги ИскИнов? Они соизволили предоставить хоть какие-нибудь достоверные доказательства своего утверждения?

— Что ты хочешь этим сказать, Конрад? — возмутилась Линда. — Ты допускаешь, что ИскИны сознательно ввели нас в заблуждение?

— Я этого не говорил… Но мне представляется весьма странным, что Гордон обозначил ИскИна, захватившего ковчег, именем Альфа. Такое же имя, правда с добавочным идентификационным номером, носят киборги и на марсианской станции, и на станции «Поиск».

— Это может быть просто совпадением, — сказал я. — И вообще, вся эта история о захвате корабля ИскИном — сущая нелепица. Мы же знаем, что «Прометей» был пиратским образом захвачен марсианами.

— Откуда вы это знаете? С чьих слов? — продолжал допытываться капитан.

— Эти события не подлежат сомнению! — жёстко заявила девушка. — Не будешь же ты всерьёз утверждать, Конрад, что ИскИны намеренно исказили общеизвестные исторические данные? Это же просто смешно!

— Я ничего не утверждаю, Линда, просто пытаюсь осмыслить рассказ этого андроида и вполне допускаю, что он мог в чём-то заблуждаться.

— Заблуждаться? — усмехнулась она. — Я сама не являюсь большим другом ИскИнам, но даже я не могу принять на веру все его слова. Судя по его рассказу, на ковчеге одновременно существуют два ИскИна, причём один из них, Поиск, практически порабощён другим, именующим себя Прометей. Это же дикая чушь!

— Кстати, замечу, что «Поиском» называется исследовательская станция, занимающаяся изучением ковчега. Ещё одно совпадение? — сухо обронил андроид и пристально посмотрел на меня. — А сам ковчег известен нам под именем «Прометей»…

— Почему бы и нет? — искренне удивился я. — Я полностью согласен с Линдой в том, что сосуществование на звездолёте двух ИскИнов, враждующих между собой, является какой-то нелепой фантазией сумасшедшего андроида. Ведь он же сам допускал, что разум его немного помутился после пыток. Может, эта часть его рассказа — просто-напросто бред больного мозга?

— Позвольте и мне вставить своё слово, — внезапно прервал нас Изориус. Всё это время он и его ученик молча наблюдали за нашей перепалкой. — Гордон поведал нам о так называемом Силовом Барьере. Мне этот термин незнаком, но описание данного объекта в его рассказе полностью совпадает с нашими знаниями о проходе, ведущем в Недоступную Зону, а губительное излучение Барьера, о котором он упоминал, известно нам как Багровый Свет. Это сущая правда, что ни одному человеку не суждено пройти преграду, не став при этом жертвой Багрового Света. В пророчестве прямо говорится о том, что в Недоступную Зону может попасть только андроид. И слова Гордона лишь ещё раз подтверждают это заявление!

Он умолк и с торжествующим выражением на лице посмотрел сначала на нас с Линдой, а затем и на Конрада в его камере.

— Хорошо, в этом мы сомневаться не можем, — отозвалась Линда. — Я думаю, нам надо просто сосредоточиться на этой части рассказа андроида и не принимать во внимание его домыслы об ИскИнах и о том, будто бы ковчег по-прежнему, как и тысячу лет назад, дрейфует в поясе астероидов.

— А как быть с его заявлением об ангаре и спасательных катерах, находящихся там? Ведь если это действительно так, то это даёт нам реальный шанс покинуть «Прометей»… — задумчиво произнёс андроид.

— И куда мы полетим на этих катерах? — скептически спросил я. — На Марс? Космические катера не способны пройти такое большое расстояние. Мы можем воспользоваться ими только в том случае, если ковчег действительно расположен в поясе астероидов.

— Я даже не желаю слышать эту чепуху! — резко бросила Линда. — Мы должны рассматривать только факты, имеющие хоть какой-то здравый смысл. Напомню, от них зависит наша жизнь!

— Согласен, — примирительно промолвил Конрад. — Что ты в таком случае предлагаешь?

— Нам известно, что существует Силовой Барьер, и что это единственный путь спасения для нас, если не рассматривать возможность бегства на земли отщепенцев. Но второй вариант нам определённо не подходит. Мы не знаем, как они примут нас, и, вообще, вряд ли мы сумеем попасть туда живыми, так как для этого нам надо будет сначала пересечь территорию ангелов и туннели, контролируемые кочевниками. Значит, Силовой Барьер остаётся единственно возможным выходом из создавшегося положения. У нас есть ты, Конрад. Ты — андроид. Ты пройдёшь сквозь Барьер и на выходе из него отключишь при помощи сенсорной панели машины, генерирующие излучение, а после этого туннель сможем пройти и мы — я, Кай и Изориус.

— И Теорис! — поспешно добавил главный лекарь, и его ученик с благодарностью посмотрел на своего ментора.

— Конечно. — Девушка бросила короткий взгляд на обоих обитателей ковчега. — Что касается катеров и челноков в ангаре: у нас будет достаточно времени, чтобы проверить эту информацию, когда мы окажемся в безопасности по ту сторону Барьера.

— А будем ли мы там в безопасности? — с сомнением спросил капитан. — Гордон в своём рассказе упоминал о существовании большого количества людей и мутантов на звездолёте. И, похоже, не все из них отличаются мирным нравом.

— Нам не стоит забывать, что описываемые им события происходили пятьсот лет назад, — заметила Линда. — Сейчас наверняка многое уже изменилось.

— Но не обязательно в лучшую сторону, — не сдавался осторожный андроид.

— Следовательно, нам ни в коем случае нельзя терять бдительности после того, как мы пройдём Барьер, — предостерёг я. — Признаюсь, меня несколько тревожат слова Гордона о воинственных племенах, таких как биологи, Армия Хаоса и прочих…

— Однако в то время существовали и вполне мирные народы, те же техники или Научный Отдел, — напомнила Линда.

— Кстати, этот самый Научный Отдел, судя по рассказу, обладал достаточно большими знаниями. Соорудить без помощи ИскИнов Силовой Барьер, мне кажется делом, невыполнимым для обыкновенного человека. Кроме того, люди из этого племени также имели в своём распоряжении роботов. Всё это довольно необычно…

— Это невыполнимо для современного земного человека, Кай, — усмехнулась она. — В первоначальный состав населения ковчега входило немало учёных. В то время человек ещё не все свои обязанности переложил на надёжные «плечи» ИскИнов… Быть может, потомки этих ученых смогли приумножить знания, доставшиеся им от прародителей. Вполне вероятно, что и мутации в какой-то мере усилили умственные способности отдельных представителей этого народа.

— Между прочим, принцип действия Силового Барьера напоминает мне одну характерную особенность того стыковочного шлюза, через который мы проникли на корабль, — сообщил Конрад. — А именно — его пропускную способность. Оба они ограничивают доступ для определённой категории существ. Стыковочный шлюз — для созданий с искусственным интеллектом, а Силовой Барьер — для биологических организмов, причём андроидам путь открыт и в том, и в другом случае.

— Действительно интересно… Это уже не может быть просто совпадением, — задумчиво обронил я и подумал, что до сих пор ещё сам не разобрался, к какой же из этих двух категорий отнести андроидов. — Получается, что люди из Научного Отдела оборудовали сканерами также и стыковочный шлюз?

— Не думаю, — возразила девушка. — Это не разумно. По крайней мере, я не вижу в этом никакого смысла. Сомневаюсь, чтобы местные жители хотели навсегда отгородиться от проникновения других людей извне, даже если эти люди являются сторонниками развития искусственного интеллекта и вместо себя отправляют своих неживых помощников. Зачем им добровольно превращать ковчег в неприступную крепость?

— Выходит, это сделал один из ИскИнов. Или Прометей, или Поиск, — с усмешкой сказал андроид.

— Предположить это, значит допустить, что рассказ Гордона был правдой, — растерянно пробормотал я. — Что-то я совсем запутался… Мы же, вроде, уже определились с этим. С тем, что ему нельзя доверять на сто процентов.

— Конечно! С чего бы это вдруг одному ИскИну изолировать себя от других? Домыслы полоумного андроида нам не помогут, а только ещё больше запутают нас! — решительно заявила Линда и обратилась к капитану: — Конрад, Гордон утверждал, что именно андроиды научили ангелов искусству татуировки, но ведь тебе самому оно было неизвестно, пока ты не встретил ангелов. Разве не так? Если даже это незначительное заявление заведомо ложно, то как мы можем верить остальным его словам?

Конрад безмолвно пожал плечами, а я, удивившись про себя, как смогла она запомнить столь несущественную деталь из длинного монолога андроида, сказал в его защиту:

— Но, с другой стороны, его история звучит вполне логично. И я уже не склонен слепо доверять ИскИнам. Вспомни только о том, как они ввели нас в заблуждение импульсаторами! Вместо парализаторов они вручили андроидам боевое оружие, вопреки всем земным законам!

— Это было продиктовано необходимостью, Кай. В целях нашей с тобой безопасности. И я уже говорила о том, что не оставлю это без ответа. Какими бы благими не были намерения ИскИнов, они всё же не должны противоречить основным принципам современной цивилизации! Но сейчас мы обсуждаем совсем другой случай. — Линда обвела всех нас серьёзным взглядом. — Поймите, если мы примем слова Гордона на веру, то это будет фактически означать, что ИскИны уже много столетий обманывают население Земли. Это звучит абсурдно!

— Ты права. Мы не должны подозревать ИскИнов. Это просто глупо, — согласился я.

— Друзья мои! Позвольте мне называть вас так… — вновь перебил нас Изориус. — Признаюсь честно, рассказ андроида Гордона и ваше обсуждение принесли некую сумятицу в мои дотоле твёрдые представления о нашем мире. В данную минуту я уже несколько сомневаюсь в том, во что верил всю свою жизнь. Но ведь настоящий учёный обязан беспристрастно смотреть упрямым фактам в лицо. — Он перевёл взгляд на своего ученика, и тот согласно кивнул. Толстый лекарь задумчиво пожевал губу и продолжил: — Теорис рассказывал мне, как на допросе у Одреда вы уже упоминали об этих загадочных искинах. Но ни я, ни мой ученик не допускали даже мысли о том, что ваши слова могут оказаться правдой. Теперь я вижу, что далеко не всё так очевидно… В любом случае истину мы узнаем лишь тогда, когда проникнем в Недоступную Зону. Поэтому предлагаю сейчас сконцентрироваться на обсуждении этой проблемы и не тратить время на отвлечённые темы!

— Ты произнёс здравые слова, лекарь, — сказал андроид. — Тогда я повторю вопрос, который уже задавал тебе сегодня в самом начале нашей беседы: какой у тебя план, Изориус? И есть ли он вообще?

— Вся сложность в том, что вы находитесь в разных местах заключения. Если Кая и Линду ещё можно под каким-либо предлогом выманить из тюремного барака, то тебя, Конрад, я вызволить из казармы не в состоянии. Даже если бы мне удалось собрать всех вас в одном месте, выбраться незамеченными из Цитадели будет очень сложно. Должен признаться, я и не рассчитывал на то, что спасать надо будет всех троих, но теперь выяснилось, что без Конрада нам никак не пройти через Барьер.

— То есть первоначально ты собирался оставить его здесь? — возмутилась Линда.

— Я считал, что он простой воин. Ваш охранник. Ведь на допросе у верховного правителя он сам говорил об этом и назвал тогда Кая главным.

— И ты решил, что его жизнь не имеет никакого значения?

— Прекрасная девушка, — холодно улыбнулся Изориус, — для меня имеет значение только будущее моего народа. И если для этого придётся пожертвовать чьей-то жизнью, то это меня не остановит. Даже если эта жизнь — моя собственная!

— Это жестоко, — тихо промолвила она.

— Мы живём в жестоком мире, и не я придумал его таким…

— Изориус, — перебил их Конрад, — я проведу вас через туннель. Обещаю! Скажи только, каким образом я мог бы сбежать из этой казармы? Что мне надо будет для этого предпринять?

— Право не знаю… Твоё освобождение не входило в мои планы. Если бы подтвердилось, что Кай и Линда — или кто-то один из них — андроиды, то я намеревался покинуть Цитадель вместе с ними в тот момент, когда большинство ангелов будет сосредоточено в одном определённом месте. Такой случай представится уже через два дня. Послезавтра в Цитадель вернётся Финнис, младший сын Одреда, но не один, а в сопровождении вождя Союза свободных племён Ближних Пределов и его многочисленной свиты. Я лично принимал участие в экспедиции принца к внешним границам, и на обратном пути он решил нанести визит вождю кочевников, а меня отправил сюда, в Цитадель. Видимо, во время своего визита он и предложил вождю посетить город ангелов. Сам по себе приезд Финниса и вождя для нас не имеет особого значения, важно лишь то, что по случаю появления в городе этих именитых персон Одред собирается устроить грандиозный праздник. А какой праздник у ангелов проходит без боёв на Арене? Именно в этот момент, когда большинство ангелов соберётся там, чтобы посмотреть на схватки рабов-бойцов друг с другом и воинов-ангелов с рабами, я и хотел осуществить побег. Другого такого удобного случая в ближайшем будущем не предвидится. Но сейчас всё значительно усложнилось, и я даже не представляю себе, каким образом можно будет тебя освободить…

— А если ангелы захотят использовать его в предстоящих боях? — спросил я. — Он же теперь тоже зачислен в ряды бойцов.

— Не думаю, — возразил вдруг молчавший всё это время Теорис. — Его рука ещё не пришла в рабочее состояние. Какой из него боец? Я сам говорил коменданту казармы, что Конрад ещё не готов участвовать в боях, и он согласился с моим мнением.

— По-моему, у Артиса были определённые планы на это счёт… — с сомнением заметил я, вспомнив его разговор с лейтенантом Робуром в деревне Управляющего.

— Скажи, Изориус, каковы шансы на то, что большая часть населения Цитадели явится смотреть на бои? Ведь чем меньше людей будет на улицах города, тем легче будет из него сбежать, — поинтересовался андроид.

— Такое возможно только в редких случаях. Если на Арене будет происходить действительно что-нибудь исключительное. Ангелы регулярно устраивают такие праздники — это одно из любимейших их занятий, и подобные зрелища им не в новинку, поэтому всегда находятся те, кто остаётся дома и не приходят смотреть эти представления.

В наступившей тишине Конрад бросил долгий, задумчивый взгляд на лекаря и промолвил:

— Проводились ли у вас когда-нибудь на Арене поединки людей с берсерками?

— С берсерками? — переспросил лекарь и рассмеялся. — Только казни. Если надо убить кого-нибудь особо жестоким образом, тогда на этого беднягу спускают берсерка, и он разрывает жертву на куски. Ещё никто не проводил настоящего боя на Арене с берсерком. Исход подобной схватки был бы заранее предрешён. У его противника не будет никаких шансов!

— Мне кажется, я знаю, как через два дня привлечь внимание всех обитателей Цитадели к происходящему на Арене, — медленно произнёс андроид и обвёл всех нас, сидящих за столом в доме лекаря, спокойным взглядом. — Теорис, ты навестишь меня сегодня ещё раз и после этого поведаешь коменданту казармы о том, будто бы в разговоре с тобой я изъявил добровольное желание сразиться на Арене с одним из берсерков, чтобы отомстить за смерть своих боевых товарищей. Скажешь, что разум мой помутился от неудовлетворённой жажды мести. Как ты считаешь, способно такое зрелище вызвать интерес у всех ангелов в городе?

— Конрад, ты сошёл с ума! — ужаснулась Линда.

— Как ты собираешься сражаться с повреждённой рукой? — удивлённо спросил я.

— Я думаю, что это обстоятельство ещё сильнее подстегнёт интерес к моему бою, — невозмутимо ответил капитан. — Так как, лекарь? Что скажешь?

Изориус с учеником ошарашенно уставились на Конрада, не в силах поверить своим ушам. Затем, совладав с изумлением, главный лекарь проговорил:

— Без сомнения, такой бой не оставит равнодушным ни одного ангела. Я уверен, многие захотят посмотреть на это безумие. Но ведь ты погибнешь в схватке. И тогда — какая польза нам будет от твоей напрасной смерти? Без тебя мы никак не сможем попасть в Недоступную Зону…

— Конрад, забудь об этом! — тихо, но твёрдо потребовала девушка.

— Линда, я тоже уже думал о том, как нам освободиться, и у меня есть одна идея, — сообщил андроид. — Теорис, ты сохранил нашу одежду? У тебя остался хотя бы мой комбинезон? Моя личная одежда?

— Нет. Я отдал всю вашу одежду слугам Одреда, — смущённо отозвался помощник Изориуса. — После допроса верховный правитель решил показать её Мастерам. Он хочет, чтобы они изготовили для него одежду из такого же материала.

— Это плохо… — разочарованно протянул Конрад. — А другие наши вещи? Может быть, они ещё остались у тебя? Меня больше всего интересует содержимое карманов моего комбинезона.

— После битвы в деревне я провёл инспекцию ваших личных вещей. Там были браслеты из неизвестного мне материала, три странных г-образных предмета или инструмента, пять небольших цилиндров и один короткий стержень тоже цилиндрической формы.

— Где они сейчас? — резко спросил андроид.

— Все браслеты забрали воины — им очень понравились эти штуковины, а остальным вещам ангелы не нашли применения, и они остались у меня. Я спрятал их в своей хижине.

— Это отличная новость! — обрадовался капитан. — Предметы, которые Теорис посчитал инструментами, очевидно, импульсаторы. Нам они теперь ни к чему, так как во время схватки мы израсходовали весь боекомплект. То, что он назвал стержнем, на самом деле является диагностическим зондом, я забрал его себе после смерти Акселя, и от него в данном случае мало пользы. А вот цилиндры — это наша надежда на успех! Они помогут нам совершить побег!

— Правильно ли я понимаю, что те цилиндры, о которых сейчас идёт речь, это идентификаторы погибших андроидов? — спросил я.

— Совершенно верно, Кай, — подтвердил Конрад и как-то странно улыбнулся.

— Постойте, ведь должно же быть всего лишь три блока памяти, — озадаченно промолвила Линда. — Те, что принадлежали Акселю, Тине и Саре. А тела Джона и Фреи были погребены жителями деревни сразу же после сражения, и их идентификаторы пропали вместе с ними.

— Я успел извлечь персональные хранилища информации ещё до захоронения.

— Каким образом, Конрад? — в недоумении спросил я.

— После нашего пленения принц ангелов Артис велел отнести меня, связанного, а также тела Джона и Фреи в одну из хижин.

— Да, так и было. Я сам лично попросил его сделать это, чтобы мне никто не мешал проводить осмотр трупов и лечить твою рану, — не без гордости заявил Теорис.

Изориус бросил на него короткий, недовольный взгляд, — похоже, ему не особо понравились нотки самодовольства в голосе ученика.

— Я сумел освободить неповреждённую руку из верёвок, опутывающих моё тело, до твоего прихода, Теорис, — сообщил андроид. — После этого я ослабил путы на ногах, извлёк идентификаторы из мёртвых тел товарищей и добавил их к трём другим, уже находившимся в карманах моего комбинезона. А уже потом, после того как ты тщательно обыскал меня и тела моих друзей, они перекочевали из карманов в твой мешок. Признаюсь, тогда я подумал, что они будут потеряны для нас навсегда. В тот момент я ещё не знал о твоём дружеском расположении к нам. Почему ты даже не попытался поговорить со мной в хижине? Ведь поблизости не было ангелов.

— В то время я ещё не знал, как поступить. Мне нужно было сначала обсудить всё с Изориусом.

— Но ведь потом ты сообщил нам, что собираешься помочь, — сказал я. — Сразу же, как только мы оказались в городе ангелов.

— Верно. У меня было достаточно времени поразмыслить по дороге от фермы до Цитадели, и я решил, что на всякий случай всё же следует предупредить вас, — ответил Теорис и осторожно взглянул на своего ментора. Тот снисходительно улыбнулся и ободряюще кивнул ему.

— Друзья, я на это даже не смела надеяться! Теперь у нас в наличии все пять идентификаторов! — с воодушевлением воскликнула Линда. — Если мы сумеем выбраться отсюда, то сможем восстановить личности почти всех наших товарищей. Кроме тех, кто пропал без вести…

— Да, судьбы Боло и Лены пока остаются невыясненными… — задумчиво промолвил андроид. — Но, возможно, это и к лучшему.

— Почему, Конрад? — озадаченно спросила она. — И как, по-твоему, идентификаторы помогут нам сбежать из Цитадели?

— Мне придётся уничтожить их. Именно это и позволит нам осуществить побег. Я ответил на оба твоих вопроса, Линда.

Все сразу смолкли и только обескураженно смотрели на него.

Он бесстрастно выдержал наши взгляды и совершенно спокойным голосом пояснил:

— Напомню вам, Линда и Кай, что все без исключения андроиды, те кто сопровождали вас в данной экспедиции, относились к специальному типу гибридных искусственных организмов. Мы — ведь я тоже принадлежу к их числу — были созданы боевыми андроидами и, кроме всего прочего, отличаемся от обычных представителей нашего вида тем, что в идентификаторах у нас установлены заряды взрывчатого вещества. Непосредственным назначением этих зарядов является как наличие дополнительной возможности для поражения живой силы противника, так и способа уничтожения памяти андроида-носителя в том случае, если информация, хранящаяся в ней, может представлять существенный интерес для потенциального врага.

— Поразительно… — обронил я, а девушка неодобрительно покачала головой. — И вы всё время знали об этом?

— Не совсем. Мне сообщил об этом киборг Альфа-12 на станции «Поиск» незадолго до нашего отбытия на ковчег. Тогда же он и рассказал о замене парализаторов на импульсаторы.

— И каким образом срабатывает заряд?

— Кай, ты хорошо помнишь, как выглядят идентификаторы? — ответил вопросом на вопрос Конрад.

Я утвердительно кивнул и взглянул на Линду, которая с изумлённым лицом следила за нашим разговором.

— На поверхности каждого блока имеется узкое углубление, разделяющее его на две одинаковые части, — начал объяснять андроид. — На одной половине гравируются буквы, являющиеся инициалами носителя, на другой — его порядковый номер. Если приложить определённое физическое усилие, то можно провернуть одну половину цилиндра относительно другой. При обороте на 360 градусов активируется детонатор заряда и включается таймер. Через четыре секунды происходит взрыв.

Капитан перевёл взгляд на Теориса:

— Ты передашь мне цилиндры перед моим боем с берсерком. Я приведу заряды в действие, когда настанет решающий момент схватки. Это событие, несомненно, вызовет панику среди зрителей на Арене и среди тех немногих, кто останется в жилой части города. В наступившем хаосе вам будет намного проще выбраться из Цитадели. Взрывы мне тоже помогут проложить путь с Арены, и тогда я смогу присоединиться к вам уже у Силового Барьера. Вот только к туннелю, ведущему в Недоступную Зону, нам следует добираться отдельными маршрутами. Так будет безопаснее для всех нас. Вашей группе надо уходить сразу же, как только прогремят взрывы. Вам ни в коем случае нельзя терять время, поджидая меня! Было бы неплохо, если бы меня сопровождал какой-нибудь проводник. Надёжный человек, который смог бы показать путь до Барьера.

— Конрад, это же твои товарищи! Ты в полной мере осознаёшь последствия? — с волнением в голосе спросила Линда.

— Как никто другой.

— Осуществление твоего плана означает уничтожение личностей наших друзей. Мы же собирались возродить их!

— Ими придётся пожертвовать, Линда, — тихо промолвил андроид. — Ради вашей свободы.

— Я не пойду на это! — жёстко заявила она. — Мы найдём другой выход!

— Другого плана не будет. Это единственный вариант. Решение принято! — резко обрубил её капитан.

Девушка с безмолвной мольбой в глазах повернулась ко мне. Я с трудом выдержал её взгляд, лихорадочно обдумывая при этом слова нашего бесстрашного друга, но, к своему стыду, так и не смог предложить альтернативной возможности вырваться из плена.

Затянувшееся тягостное молчание прервал Изориус:

— Друзья, я не совсем понимаю, какая сила заключена в этих цилиндрах, но если предложение андроида Конрада действительно может нам помочь, то следует прислушаться к его словам. Мы должны использовать любой шанс.

— У нас просто нет выбора, — поддержал его наш марсианский друг. — Я лично отвечаю за вашу безопасность. Кай, Линда, ваши жизни бесценны и намного важнее, чем жизни андроидов. Не забывайте, они сами, даже не задумываясь, пожертвовали бы собой ради вас. В конце концов, в этом заключается их предназначение. И моё, кстати, тоже…

— Нам придётся согласиться с планом Конрада, — скрепя сердцем сказал я. — Иначе ему никак не выбраться с Арены, а благодаря этим зарядам у него появится реальный шанс совершить побег.

Линда молча закрыла лицо руками, но уже спустя мгновение опустила их и скрестила на груди. Черты её лица ожесточились, и она решительно заявила:

— Хорошо. Пусть будет так. По крайней мере, ты, Конрад, останешься с нами.

Андроид кивнул, и лёгкая улыбка тронула его тонкие губы. Он посмотрел на Изориуса и спросил:

— Тебе есть что добавить к моему плану, главный лекарь?

— Есть одно обстоятельство, которое может несколько затруднить ситуацию, — ответил тот после небольшой паузы.

— Какое?

— Девушке нельзя возвращаться обратно в тюремный барак. Один из моих осведомителей доложил мне, что принц Артис очень сильно возжелал её. Он наверняка попытается вызволить её оттуда, чтобы на какое-то время использовать для своих утех. Даже вопреки приказу своего отца.

— Этого нельзя допустить! — возмутился я, а лицо Линды побелело от страха. — Ты должен что-нибудь предпринять!

— Я уже предпринял, — с довольной улыбкой сообщил Изориус. — Ещё до вашего визита ко мне я договорился с кузиной Артиса, Реей, о том, чтобы отправить пленную отщепенку в качестве работницы на одну из её личных маленьких плантаций. Подальше от похотливых глаз Артиса, да и от самой Реи. Рыжеволосая кузина принца уже давно выбрана Одредом в качестве будущей жены для своего старшего сына, и поэтому она достаточно ревниво относится ко всем новым пассиям любвеобильного наследника престола.

— Прими мою искреннюю благодарность! — горячо произнесла Линда. — Ты многим рискуешь ради нас!

— Я делаю это не только ради вас, но и ради моего народа, — смущённо заметил лекарь. — Сразу же после нашей беседы из моего дома вы отправитесь разными путями. Кай — обратно в барак, а ты — на плантацию.

— Это значительно осложняет мой план, — задумчиво проговорил Конрад. — Теперь наша группа будет разделена на три части. Я в казарме, Кай в бараке, а Линда на плантации. И всем нам надо будет собраться у Барьера. Как далеко находится эта плантация от Цитадели, Изориус?

— Путь туда и обратно занимает несколько часов. Четыре или пять.

— Ясно. Скажи, мой бой ведь будет не единственным?

— Нет, конечно. Обычно при проведении таких больших праздников назначается множество поединков. Вся церемония длится достаточно долго. Скорее всего, твой бой, если он состоится, оставят напоследок. Как самый зрелищный и ожидаемый.

— Это очень хорошо. Значит, у нас будет время, чтобы успеть вернуть Линду в Цитадель. Кто-нибудь из твоих людей должен будет сделать это, Изориус.

— Теорис справится. Я отправлю его за ней, как только начнутся первые приготовления на Арене.

— И он сможет вызволить её оттуда?

— Он скажет исполняющему обязанности Управляющего на плантации, что Рея определила девушку в качестве приза одному из победителей в боях. Одному из ангелов, кто в тот день будет сражаться с рабами. Управляющий не станет сомневаться в словах Теориса и проверять, правду ли он говорит или нет. Ведь это вопиющая дерзость — выдумать несуществующий приказ. За такой проступок с виновного могут запросто содрать кожу.

— Я чувствовал бы себя намного спокойнее, если бы знал, что Линду сопровождает не только Теорис, но ещё и охрана из нескольких воинов, — скептически заметил я. — Кто знает, что может случиться с ними в пути…

— К сожалению, этого я обещать не могу, — ответил Изориус и развёл руками. — Я не обладаю правом распоряжаться ангелами по своему усмотрению.

— Может быть, всё-таки существует один маленький шанс обезопасить их возвращение, — неожиданно заявил капитан. — Кай, ты помнишь тогда в деревне, накануне нашего пленения, вы с Линдой остались ночевать в доме, а я, перед тем как покинуть вас, оставил тебе один из импульсаторов с полным боекомплектом. Теорис упомянул, что среди вещей, оказавшихся у него после битвы, было три пистолета. Они принадлежали мне, Джону и Фрее. Тот импульсатор, который я отдал тебе, был четвёртым, и его нет среди найденных вещей. Ты знаешь, что с ним стало?

— Нет… — Меня в очередной раз поразила удивительная способность Конрада не забывать ни одну малейшую деталь и держать все события в голове. — Жители деревни подмешали какое-то снотворное в вино, и мы с Линдой отключились, а когда пришли в себя, ни пистолета, ни моего меча уже не было в хижине.

— Я, кстати, тоже уже думала про этот импульсатор, но потом отмела мысли о нём, как не имеющие для нас теперь никакого значения, — добавила девушка.

— Напрасно, — сухо бросил андроид. — Изориус, вполне возможно, что наше секретное оружие всё ещё находится на территории деревни. Не удивлюсь, если местные жители по какой-то причине утаили его от ангелов. Тебе следует направить туда кого-нибудь, чтобы он тщательно допросил всех работников. В принципе, он может ограничиться только одним Управляющим. Без сомнения, этот хитрец знает, где пистолет. Если удастся добыть наше оружие, то следует передать его Линде. Оно послужит ей надёжной защитой при переходе от плантации к Цитадели.

— Боюсь, Теорис, что, кроме тебя, больше некому будет выполнить это задание, — произнёс главный лекарь голосом, не терпящим возражений.

Его ученик склонил голову в знак согласия:

— Когда мне отправляться, учитель?

— Сразу же после окончания нашей беседы. Ты должен вытрясти из этого Управляющего душу и обязательно добыть оружие! Возьми с собой один образец для сравнения и примера, чтобы деревенские рабы знали, что искать.

— Понял! Будет сделано!

— А перед самим праздником тебе предстоит ещё передать цилиндры андроиду Конраду. Право не знаю, как это лучше сделать…

— Его не допустят на Арену с этими штуковинами. Стража тщательно обыскивает каждого бойца перед выходом, — сообщил Теорис.

— Изориус, у тебя есть ещё один человек, кому можно полностью доверять? Тот, кто мог бы стать моим проводником? — спросил Конрад.

— Такой человек есть, — подумав немного и тяжело вздохнув, ответил толстяк. — Его зовут Леонид. Это мой младший ученик. Я готовлю его на роль личного лекаря для принца Финниса. Он ещё очень молод, и я, вообще-то, не собирался посвящать его в наши планы. Но, похоже, другого варианта у нас нет…

— Сможет ли он присутствовать на Арене в качестве зрителя?

— Да. Все в городе знают, какая роль ему уготована в будущем. Никто не станет препятствовать потенциальному лекарю Финниса. Тем более в день, когда празднуется возвращение любимого сына Одреда в Цитадель.

— Большего мне и не требуется! — с видимым облегчением произнёс капитан. — Он пронесёт идентификаторы на Арену. Ему надо будет лишь занять место в первом ряду, в таком случае я смогу добраться до него и забрать цилиндры. Только следует показать мне этого Леонида до боя, чтобы я мог узнать его в толпе. Теорис, ты сможешь прийти вместе с ним сегодня ко мне в казарму?

— Думаю, да. Я часто беру его с собой, когда лечу раненых воинов, чтобы он перенимал по ходу лечения мои знания. Сегодня вечером я покажу ему, как надо заботиться о твоей руке, — промолвил Теорис и ухмыльнулся. — Это не должно вызвать подозрений. А если комендант будет возражать, тогда я напомню ему о подарке моего учителя, который он получил недавно из моих рук.

— Послушайте! Мне кажется, вы все напрочь забыли, с кем придётся сражаться нашему другу на Арене, — возмущённо оборвала их Линда. — Ты это серьёзно, Конрад? Ты собираешься вести бой с берсерком, этим безжалостным чудовищем, и в то же время намереваешься забрать у Леонида идентификаторы? Каким образом? Если честно, я сильно сомневаюсь, что ты вообще сможешь противостоять гиганту в поединке.

— Не беспокойся и предоставь это мне, — с мрачной улыбкой на лице отозвался капитан. — Я позабочусь об этом мутанте-переростке!

Она покачала головой и с сомнением взглянула на меня.

Я пожал плечами и обратился к андроиду:

— Конрад, я доверяю тебе. В принципе, выбирать нам не приходится… У меня тут возникла одна мысль. Мы не знаем, вернётся ли Теорис из деревни с импульсатором или без него. Но я всё же хотел бы иметь хоть какую-то уверенность в благополучном возвращении Линды. Поэтому я предлагаю отдать ей тот контроллер, который сейчас находится у тебя, а второй пусть остаётся у Изориуса. Таким образом в день праздника мы сможем в реальном времени следить за её передвижениями.

— Это не самая лучшая идея, Кай, — тут же возразила девушка. — Я считаю, что кольцо должно оставаться у Конрада. Тогда ты и Изориус сможете наблюдать за происходящим на Арене и будете своевременно извещены в случае возникновения каких-либо неожиданностей. Кроме того, контроллер ещё понадобится Конраду, чтобы поддерживать с нами связь, когда он вместе с этим самым Леонидом будет продвигаться по своему маршруту к Силовому Барьеру.

— Как бы мне не хотелось быть уверенным в том, что с Линдой по дороге в Цитадель не приключится какой-нибудь неприятности, я всё-таки вынужден поддержать её предложение, — неожиданно заявил андроид. — Я не согласен с ней только в одном: контроллер должен быть не у меня, а у Леонида. Нельзя упускать из виду то обстоятельство, что меня будут досматривать перед боем. Несмотря на малые размеры кольца, оно всё же гарантированно не останется незамеченным. Во время моей схватки с берсерком Леонид будет находиться в первых рядах зрителей и сможет вести оттуда трансляцию событий для Кая и Изориуса. Для этого ему нужно будет только повесить контроллер себе на шею при помощи цепочки, шнурка или чего-нибудь в этом роде. Скажи, Изориус, у Леонида, как и у тебя с Теорисом, тоже в ушах продета похожая цепь? — Увидев, как главный лекарь утвердительно кивнул в ответ на его вопрос, он продолжил: — Замечательно! На эту цепь пусть он и повесит кольцо. Сегодня же вечером я проинструктирую твоего юного помощника, каким образом можно настроить кристалл на передачу визуального и акустического сигнала в широком диапазоне. А уже после того как мы с ним покинем Арену, я вновь возьму контроллер себе.

— А если ваш «превосходный» план не сработает? Почему вы решили, что ангелы согласятся на бой Конрада с гигантом? Откуда такая уверенность в этом? — скептически спросила Линда. — Весь план, по сути, держится на одном поединке, исход которого — при условии, что он вообще состоится, — для меня далеко не так очевиден.

— Как считаешь, ангелы клюнут на эту приманку? — задал я прямой вопрос лекарю верховного правителя.

— Чем дольше я думаю об этом, тем больше склоняюсь к мысли, что они будут трепетать от нетерпения в предвкушении такой схватки, — с ехидной усмешкой откликнулся Изориус. — Эти жестокие ублюдки рады любому новому развлечению. Сами они не в состоянии придумать что-нибудь кардинально новое. Я уже вижу, как комендант казармы бежит сверкая пятками к Артису, чтобы преподнести предложение Теориса, выдав его при этом за свою личную идею. А если вдруг он по причине своей тупости не доложит ему, то я сам намекну на это, но уже не принцу, а его мерзавцу-отцу. Уж тот точно не оставит возможность такого необычного представления без внимания!

— Кстати, о жестокости, лекарь, — добавил я. — А как будут обращаться с Линдой на плантации? Ты подумал об этом, когда предложил кузине Артиса отправить её туда?

— На этот счёт можешь даже не волноваться. Вижу, тебе не безразлична судьба твоей спутницы. — Он лукаво посмотрел на меня, а Линда немного смущённо и одновременно благодарно улыбнулась мне. — Я скажу воину, который отведёт нашу красавицу на плантацию, чтобы он предупредил Управляющего о том, что благородная Рея имеет на эту девушку особые планы, и поэтому она должна оставаться в целости и сохранности. Уверен, он будет с неё пылинки сдувать. Ни один работник или раб, находящийся в здравом уме, не осмелится нарушить приказ жестокосердной и беспощадной племянницы Одреда.

— Ещё раз спасибо тебе за всё, Изориус, — тихо промолвила девушка.

— Я надеюсь только на то, что вы достойно отблагодарите нас в Недоступной Зоне, — провозгласил лекарь и взглянул на меня с Линдой. — Не забудьте про наш уговор! Моему племени необходимо оружие для борьбы с ангелами. Без него всякое сопротивление просто не имеет смысла…

— Мы поможем вам, — без тени сомнения в голосе заявил Конрад. Видимо, Теорис уже успел поведать ему о дальнейших планах Изориуса. — Тебе не стоит даже беспокоиться по этому поводу!

Я стиснул зубы и отвёл взгляд, чтобы не выдать свои чувства и мысли. По выражению глаз Линды мне было заметно, что ей тоже не по себе от слов андроида. Мы сознательно лгали этим доверчивым людям, зная заранее, что не в состоянии выполнить их просьбу. Но на кону стояли наши жизни, а также успех всей экспедиции. Люди Земли должны были наконец-то узнать о том, что же произошло со звёздным ковчегом «Прометей»…

— В таком случае я предлагаю на этом закончить нашу беседу. Мы и так уже слишком долго сидим здесь, а нам не следует вызывать ненужные подозрения у ангелов. Напомню, стража всё ещё стоит по ту сторону двери… — подытожил Изориус. — Итак, мне кажется, что основной план всем понятен. Теперь всё зависит от того, как строго мы будем ему следовать. Да пребудет с нами удача!

Глава 19

Обсуждение закончилось, и Конрад, попрощавшись с нами, отключил трансляцию из своей камеры. Теорис отправился выполнять указания своего ментора, а для нас с Линдой пришло время расставаться друг с другом. Она протянула мне руку для прощания, и я, поддавшись внезапному порыву, притянул её к себе и заключил в объятия. Девушка мягко поддалась и прижалась к моему телу так, словно искала у меня защиты и утешения.

Мы не произносили слов — просто молча наслаждались последними совместными минутами и простояли бы так, наверное, ещё долго, если бы нас не поторопил Изориус:

— Вам пора в путь. Всё будет хорошо. У нас всё получится.

Я кивнул ему, посмотрел Линде в глаза и сказал:

— До встречи! Прошу, береги себя!

— Хорошо, Кай. Мы обязательно встретимся снова.

Она отпрянула от меня и повернулась к лекарю:

— Мы готовы, Изориус. Кто должен идти первым?

— Пусть первым выходит Кай. Пойдём, я передам тебя страже.

Он жестом указал мне на дверь и сам направился в том направлении. Я бросил последний взгляд на Линду и последовал за ним.

На обратном пути моя голова была занята тревожными мыслями о нашем неопределённом будущем и предстоящем побеге. Я почти не обращал внимания на праздно слоняющихся ангелов и суетливо спешащих куда-то рабов. Мои поводыри криками разгоняли любопытных и расчищали таким образом нам путь до самого тюремный барака, встретившего меня всё той же гнетущей атмосферой безнадёжности и безразличия. Я сразу же пошёл в глубь помещения, стараясь не встречаться взглядами с другими узниками. Мне хотелось побыть одному и поразмыслить над сложившейся ситуацией. Лишь только раз моё одиночество было прервано уже знакомой мне женщиной: она молча подошла и с грустной улыбкой протянула деревянную миску. Я улыбнулся в ответ и взял посуду из её рук. Женщина покачала головой, безмолвно упрекая меня тем самым за мою забывчивость, вздохнула и вновь оставила меня одного.

Сбивчивые, тягостные думы никак не давали мне покоя. У меня возникало множество вопросов, на которые я, как ни старался, так и не мог найти вразумительного ответа. Что будет, если Конрад погибнет в бою с берсерком? Сможет ли он при удачном исходе схватки пробиться к Силовому Барьеру? А если у него не получится это сделать? Куда нам в таком случае бежать? К отщепенцам? И, если мы всё же пройдём туннель, что ждёт нас по ту сторону Барьера? Были ли правдой слова Гордона о спасательных катерах? Существуют ли ещё племена техников и Научный Отдел, ведь с тех пор прошло уже около пятисот лет? Но, с другой стороны, племя ангелов никуда не исчезло и, похоже, не сильно изменилось с того времени, хотя этот факт можно было объяснить их полной изоляцией от остальных, более развитых народов, населяющих ковчег. И ещё одна проблема не отпускала меня: ИскИны и всё, что было связано с ними. Рассказ Гордона взволновал меня и посеял некоторые сомнения в моей душе. Неужели «Прометей» действительно находится в поясе астероидов, а ИскИны всё это время обманывали нас? И если это так, то зачем? Какой в этом смысл?

Голова моя уже раскалывалась от всех этих вопросов и загадок, и, чтобы хоть немного отвлечься, я решил повторить эксперимент Линды и попробовать поговорить с другими арестантами. Моя попытка закончилась неутешительно. Все мои вопросы разбивались о неприступную стену безразличия. Вероятно, этим узники прикрывали свой страх перед ангелами, а меня принимали за провокатора или потенциального бунтаря, и, следовательно, возможного источника будущих несчастий. Осознав это, я окончательно прекратил свои бесплодные усилия наладить дружеские отношения с кем-нибудь из них. Мне оставалось только смириться с положением и ждать, пока меня вновь позовут к Изориусу.

Так прошёл остаток этого дня, и два последующих практически ничем не отличались от него. Монотонность моего пребывания в бараке нарушали лишь редкие перерывы на принятие пищи, которую я, несмотря на её отвратительные вкусовые качества, поглощал всю без остатка, зная, что скоро мне пригодятся все мои силы для осуществления нашего плана. Лишь одно неординарное событие произошло за всё это время: на второй день после нашей встречи с Изориусом в барак с шумом ворвалось трое вооружённых ангелов, после чего они принялись тщательно осматривать каждый закоулок и каждого заключённого. Одним из этих воинов был Робур, лейтенант принца Артиса. Я уже догадался — что, вернее, кого они ищут. Мои предположения подтвердились, когда очередь дошла до меня. Робур вместе с двумя помощниками подошёл ко мне и властно потребовал, чтобы я сообщил, где сейчас находится Линда и почему её нет в бараке. Я ответил так, как меня научил Изориус, что она осталась у главного лекаря после нашего «обследования», и о её дальнейшей судьбе мне ничего неизвестно. Мои слова привели лейтенанта в ярость, его физиономия покраснела от злости, и он смачно сплюнул мне под ноги, прошипев при этом что-то нечленораздельное. Затем ангелы поспешно покинули барак, а я мысленно возблагодарил Изориуса за его дальновидность, так как только благодаря предусмотрительности лекаря Линде посчастливилось избежать встречи с похотливым принцем.

Всё оставшееся время я обдумывал наше положение и бесцельно бродил по бараку. Ел, спал и снова размышлял, бесконечно прокручивая в голове все события. Так, незаметно, настал решающий день. День большого праздника. День нашего побега…

Я как раз закончил свой завтрак, когда за стенами барака раздались отрывистые голоса, входная дверь снова распахнулась, и в её проёме появился широкоплечий, рослый ангел.

— Отщепенец, на выход! Тебя ждёт главный лекарь, — прокричал он.

Наконец-то! Свершилось! Я вскочил на ноги и отбросил тарелку в сторону. В одном я был твёрдо уверен: теперь мне она уже точно больше никогда не понадобится! В последний раз окинув взглядом скорбное и унылое место своего заточения, я широким уверенным шагом направился к выходу из барака.

На этот раз мне даже не стали связывать руки. Всю дорогу до хижины Изориуса моё сердце было готово выпрыгнуть из груди. Я буквально чувствовал, как адреналин наполняет мою кровь. Между тем на улицах Цитадели царило заметное оживление. Было видно, что горожане находятся в приподнятом настроении. Гордые, мускулистые мужчины с чисто выбритыми лицами — явно, чтобы растительность не мешала демонстрировать яркие татуировки на щеках и подбородке, — были увешаны сверкающим блестящей сталью оружием. При виде их я невольно потрогал щетину на своих щеках, успевшую прилично отрасти за дни, проведённые на ковчеге. Женщины ангелов, как обычно, охотно выставляли свою обнажённую грудь напоказ, а очертания бёдер и ягодиц соблазнительно проступали сквозь короткие и узкие юбки из тонкой кожи. Обворожительные улыбки не сходили с их красивых лиц.

Большинство ангелов обоих полов направлялось к противоположной от барака окраине города, там, судя по всему, и находилась Арена. Меня и двоих, идущих рядом со мной воинов, они не удостаивали даже взглядом. Мои охранники хранили молчание и выглядели достаточно мрачно. Очевидно, они были весьма раздосадованы тем, что в день праздника, когда все остальные горожане веселятся и готовятся к представлению на Арене, их назначили быть моими сторожами.

И вот я вновь оказался перед скромным жилищем лекаря. Ангелы-стражники встали по бокам от двери, и один из них коротким кивком головы указал мне на неё. Я не заставил себя долго ждать и, толкнув дверь рукой, перешагнул через порог хижины.

— Приветствую тебя, Кай! — обрадованно воскликнул Изориус после того, как дверь захлопнулась за моей спиной. Он сидел за своим большим столом, сцепив пухлые пальцы на груди. — Я вижу, они даже не стали связывать тебе руки! Самоуверенные тупицы! Считают, что ты уже практически раб и смирился со своей судьбой.

— Здравствуй, главный лекарь! Меня абсолютно не волнует, что ангелы обо мне думают, а если они решили, будто я сломлен, то поверь мне — в этом они сильно заблуждаются!

— Мне нравится твой настрой! Сегодня нам предстоит совершить великое дело!

— Какие у тебя новости? Всё это время я не находил себе места в бараке.

— Сначала присаживайся, Кай. У нас есть достаточно времени, чтобы пообщаться.

Я последовал его приглашению и сел на один из стульев прямо напротив хозяина дома. На этот раз поверхность стола была девственно чистой, и все предметы, которые в наш прежний визит были в беспорядке разбросаны по нему, теперь исчезли. Оглядевшись, я заметил при тусклом свете масленых чаш, что хижина убрана, а многочисленные вещи аккуратно расставлены на полках и старательно сложены в стопки у стен. Рядом с кроватью стояли четыре небольшие кожаные сумки.

Изориус проследил за моим взглядом и сообщил:

— В этих сумках провизия и бурдюки с водой. Для меня, тебя, Леонида и андроида. Ничего больше я с собой брать не намерен. Пойдём налегке. Теорис сам позаботится о себе и о Линде. Кроме того, я достал для тебя хороший клинок. Купил его у одного из воинов.

Он грузно встал со стула и проковылял к кровати. Откинув один из мехов, устилающих ложе, он достал обоюдоострый узкий меч средней длины и, вернувшись к столу, положил его передо мной.

— Разумеется, тебе нельзя показываться с ним на территории Цитадели. Я спрячу меч у себя под рясой и понесу его вместо тебя. В случае опасности передам клинок тебе. Смотри, я уже закрепил ножны на нижнем поясе. — Изориус откинул полу своего балахона и продемонстрировал кожаный чехол, болтающийся сбоку от его толстого, волосатого бедра. — Ты же умеешь обращаться с подобным оружием?

Я утвердительно кивнул, взялся за рукоять меча и поднял его в воздух. Он оказался на удивление лёгким. Тщательно осмотрев лезвие, я ещё раз поразился качеству стали и отличной сбалансированности клинка.

— Этот меч тоже изготовлен Мастерами? — спросил я.

— Всё металлическое оружие делают Мастера. И стоит оно недёшево.

— Ты много заплатил за этот клинок?

— Достаточно. Но это уже не важно. За свободу моего народа я мог бы отдать всё, что имею. Тем более, что после сегодняшнего дня мне уже больше никогда не быть личным лекарем Одреда.

— Рассказывай, Изориус. Как обстоят дела? — Я положил меч на стол между нами. — Линда в безопасности?

— С ней всё в порядке. Сейчас она вместе с Теорисом уже должна быть на пути в Цитадель. По прибытии в город они будут ждать развития событий у него в хижине.

— Как мы узнаем, что они уже здесь? Нас кто-нибудь известит об этом?

— Нет. У меня нет лишних людей, а Теорису я строго настрого запретил оставлять твою спутницу без присмотра. Не беспокойся, у них достаточно времени, чтобы вернуться с плантации. И по дороге с ними ничего не должно случиться…

— Твой ученик смог найти наше оружие?

— Да. Ему удалось сделать это…

— Отличная новость! — воскликнул я и мысленно возблагодарил судьбу за эту удачу. — Каким образом?

— Он выполнил моё указание и нанёс визит Управляющему той фермы, где вы попались в лапы ангелов. Старый подлец чуть не наложил в штаны от страха, когда узнал, что лекарь принца Артиса знает о существовании одного странного предмета отщепенцев, намеренно спрятанного жителями деревни от глаз их хозяев. Он слёзно умолял Теориса не рассказывать Артису об этом проступке и тотчас же отдал оружие. Сам он, кстати, даже понятия не имел, каково назначение этой вещи. Скорее всего, он собирался в дальнейшем преподнести её в качестве оплаты Мастерам за какие-нибудь услуги с их стороны.

— Странно… Я хорошо помню, как он утверждал, что не вправе покидать поселение… — сказал я, а сам подумал о том, что, к счастью, никто из деревенских рабов не активировал случайно спуcковой механизм импульсатора.

— Так и есть. Мне и самому непонятно, зачем он это сделал.

— Может быть, лекари не единственное племя, кто хочет сбросить власть ангелов? Ведь народ Управляющего тоже находится в угнетённом, рабском положении.

— Интересная мысль, — озадаченно произнёс Изориус. — Признаюсь, мне такое даже не приходило в голову.

— Для нас сейчас это уже всё равно не играет никакой роли. Теорис передал наше оружие Линде?

— Я надеюсь. Он взял его с собой, когда уходил на плантацию, чтобы забрать оттуда твою подругу.

— А что с другим твоим учеником, Леонидом? Он на Арене? По пути сюда я видел, что праздник уже начался. Поединок Конрада состоится?

— Сейчас праздник в самом разгаре. Бой андроида, как я и предполагал, будет последней схваткой на Арене. Артис сначала не хотел выпускать его против берсерка, но потом о вызове Конрада узнал сам Одред, признаюсь, не без моего скромного участия… — хитро улыбнулся лекарь. — Верховному правителю очень понравилась эта идея. Видимо, он решил удивить своего гостя, вождя кочевников. Кстати, я убедил его в том, что из вас троих, только ты представляешь ценность как источник информации о новых землях. Под этим предлогом ты сейчас здесь, у меня.

— Ты хорошо всё устроил… А цилиндры андроидов? Они у Леонида?

— Я позаботился и об этом. Пока всё идёт по плану, Кай. Леонид уже на Арене и ждёт боя Конрада. Во время битвы с берсерком андроид воспользуется секретным оружием, заключённым в цилиндрах, и это станет сигналом к действию для нас с тобой и для Теориса с Линдой. Все наши три группы — ты и я, Линда и Теорис, а также Конрад с Леонидом — должны будут встретиться у входа в Недоступную Зону.

— Мне это не очень нравится — то, что мы будем продвигаться отдельными группами. Я бы предпочёл, чтобы Теорис и Линда дождались нас с тобой.

— Первоначальный план увеличивает наши шансы на успех. Вдруг одной из групп не суждено будет выбраться из города?

— Я хотел бы быть рядом с Линдой, если у неё возникнут трудности.

— Не забывай про интересы моего народа, Кай! Один из нас, я или Теорис, обязаны попасть в Недоступную Зону. Конечно же, я очень надеюсь, что все мы благополучно доберёмся до неё, но всегда должен существовать запасной вариант. Тем более, что вдвоём будет легче уйти незамеченными, чем вчетвером.

— А вдруг Конрад не сможет дойти до Барьера? Тогда и запасной вариант не поможет.

— Остаётся только надеяться, что у него всё получится, — вздохнул Изориус. — Другой возможности у нас не будет. Я всю свою сознательную жизнь, так же как и мои предшественники, ждал появления андроида и исполнения пророчества. Надеюсь, Конрад выполнит своё обещание и устроит большой переполох на Арене. Это поможет нам покинуть Цитадель.

— А стража у твоей двери? Что с ней?

— Тебе придётся убить их. Для этого я и приобрёл меч.

— Тебе легко об этом говорить, — горько усмехнулся я. — Думаешь, я справлюсь с двумя вооружёнными воинами ангелов?

— Ты должен будешь сделать это, иначе нам не уйти, — жёстко заявил лекарь.

— Вот об этом мы как раз и позабыли, когда обговаривали план.

— Может, нам с тобой повезёт, и стражники побегут к Арене, когда там начнётся хаос. Ведь это событие будет намного важнее, чем какой-то отщепенец.

— Очень надеюсь, что ты окажешься прав. Мне бы не хотелось убивать людей.

— Ангелы — не люди. Они хуже зверей! — с ненавистью в голосе произнёс Изориус. — Не стоит их жалеть!

Я промолчал и посмотрел на меч, лежавший на столе. От его блестящего лезвия отражалось пламя горящих фитилей, и я представил, как по нему стекает густая, алая кровь. Меня передернуло от омерзения. Но отступать было уже поздно…

— Леонид на Арене, а это означает, что мы сможем наблюдать за всем происходящим там. При условии, что он сделал всё так, как ему показал андроид. — Лекарь достал из кармана своего балахона контроллер и протянул мне. — Ты же тоже можешь включить это устройство?

Я взял кольцо, провернул кристалл и произнёс:

— Контроллер, соедини меня с комплементарным прибором.

Объёмное изображение Арены, моментально возникшее над кольцом в полумраке жилища Изориуса, поразило нас необычайной яркостью картины и гомоном множества голосов.

— Убавь звук! — поспешно вскрикнул я, испугавшись того, что охранники за дверью могут быть привлечены необычным шумом, раздающимся из хижины.

В тот же миг стало значительно тише, голоса людей уже не резали слух, и Изориус, взглянув с опаской на дверь, промолвил:

— Нам надо быть осторожнее… Как я вижу, праздник уже действительно начался. Посмотри, все зрители на местах и с нетерпением ждут, когда состоятся поединки между бойцами.

Я положил кольцо в центр стола и принялся внимательно разглядывать голографическую картину в воздухе над его поверхностью. Арена представляла собой довольно вместительное сооружение в виде амфитеатра, возведённое, очевидно, уже спустя значительное количество времени после трагических событий, приведших к потере контроля над звездолётом. Возможно, оно подразумевалось строителями как место для проведения театральных представлений, спортивных игр или собраний. Вообще, весь отсек, внутри которого располагалась Цитадель, изначально предназначался для развлечения и досуга населения ковчега. Город был построен на территории бывшего стадиона, а Арена находилась где-то на его окраине. Большую круглую площадку в центре амфитеатра окружали ступенчато уходившие вверх ряды деревянных скамей, и сейчас все они были до отказа заполнены ангелами. Некоторым из зрителей даже не хватило места, и они стояли в проходах между рядами.

Леонид, вероятно, разместился где-то в нижней части строения. Самого молодого лекаря нам не было видно, но он расположился таким образом, чтобы кристалл кольца на его груди мог захватить как можно более обширный сектор Арены и за счёт этого транслировать нам достаточно полную картину происходящего. В средних рядах, на противоположной от выбранной им стороне амфитеатра, находились места для знати ангелов. Там мы увидели Одреда в окружении его приближённых, а также нескольких невысоких, крепких людей довольно дикого вида, про которых Изориус сказал мне, что это и есть военачальники кочевников, гости верховного правителя, а самый важный и свирепый — их вождь. В этой группе я узнал Жусена, бородатого кочевника, который присутствовал в тронном зале на нашем допросе и рассказал ангелам о битве андроидов с его соплеменниками в туннеле.

Справа и слева от Одреда сидело двое крепких мужчин с татуировками на лицах. Одним из них был Артис, а вот второй был мне незнаком. На мой вопрос о нём лекарь ответил, что это — Финнис, младший сын вождя ангелов. Он обладал приятной внешностью и стройным телом атлета, а его тёмные волосы, так же как и у брата-блондина, доходили ему до плеч. Если по надменной физиономии Артиса легко читались такие особенности характера, как высокомерие и тщеславие, то утончённое лицо Финниса обладало более благородными чертами, в которых угадывались проницательность и сдержанность. После того как я выразил эту мысль вслух, Изориус сообщил мне, что оба принца являются родными братьями только по отцу. Мать Артиса принадлежала к народу ангелов, а Финнис происходил от отщепенки, захваченной в плен при одном из набегов. После рождения младшего принца несчастную женщину по распоряжению ревнивой матери Артиса отправили на отдалённую плантацию в качестве работницы, где она вскоре умерла от непосильного труда и голода. Несмотря на то, что у ангелов практика использования рабынь для обновления и пополнения генофонда племени была достаточно распространенной, Артис при любом удобном случае старался напомнить о низком происхождении своего брата и всячески пытался его этим унизить. Как объяснил Изориус, Одред почему-то больше любил своего младшего сына, и это обстоятельство, естественно, вызывало злобу у старшего брата, хотя в принципе ничем и не угрожало последнему, так как по праву наследования именно ему предназначалось стать верховным правителем после смерти отца.

Достаточно насмотревшись на вождей ангелов, я сосредоточил всё своё внимание на бойцах, находившихся непосредственно на Арене, и на их действиях. Главный лекарь попутно комментировал происходящие события, и если бы не его спокойный, размеренный голос, мне было бы трудно выносить это отвратительное и кровавое зрелище. Один бой сменял другой, оставляя после себя на поверхности площадки кровь, отрубленные головы и конечности, а также кишки и другие внутренние органы, извергнутые из вспоротых животов поверженных людей. На Арене обречённые на смерть рабы бились друг с другом, с ангелами и даже с кочевниками. По всей видимости, некоторые из жителей и гостей Цитадели изъявили желание участвовать в поединках, но при этом у их противников не было никаких шансов. Если в схватках между рабами принимали участие физически крепкие мужчины, наверняка это были бойцы, содержавшиеся в той же казарме, куда отправили Конрада после нашего допроса, то для боёв с представителями их хозяев подбирались тщедушные, измождённые голодом люди, и в некоторых из них я с прискорбием узнал обитателей тюремного барака. С этими узниками я до недавнего времени жил под одной крышей…

Все бойцы, выходившие на площадку, были вооружены только мечами, никаких защитных приспособлений вроде щита, доспехов или кольчуги у них не было. Сражались они всегда до смерти одного из участников. Если потерпевший поражение человек не умирал сразу, но был тяжело ранен, то на пощаду ему рассчитывать уже не приходилось. Под яростные вопли зрителей с трибун победитель убивал несчастного особо изуверским способом: сначала перерубал руки, отсекал ступни, вспарывал живот, выкалывал глаза или отрезал нос и уши, и только после этого перерубал шею пока ещё живой жертве.

При виде всех этих издевательств и жестоких смертей мне порой становилось дурно, и я отказывался верить своим глазам. Изориуса удивляла моя чувствительность — для него всё то, что мы наблюдали, не было чем-то из ряда вон выходящим. По его словам, подобным образом проходили все большие праздники у ангелов. Сначала всегда проводились чудовищные по своей кровожадности бои на Арене, а когда они заканчивались, наступало время общей трапезы с сопутствующими ей обильными алкогольными возлияниями, приводившими обычно к тому, что многие ангелы, как мужчины, так и женщины, напивались до бессознательного, полуживотного состояния.

Так прошло примерно три часа, я уже просто не мог смотреть на весь этот кошмар и желал только одного: чтобы так называемый «праздник» побыстрей закончился. Вдруг, после того как убрали труп очередного раба, павшего от руки одного из кочевников, площадка в центре амфитеатра опустела, раздался протяжный трубный звук, и из ворот, расположенных посреди нижних рядов, появилась могучая фигура берсерка. Зрители, словно заворожённые, притихли, и звенящая, напряжённая тишина повисла над Ареной. Гигант остановился в центре сооружения, положив на плечо длинное копьё и широко расставив свои мощные, босые ноги. За его широкой спиной на ремнях, обхватывающих крест-накрест верхнюю, обнажённую часть тела, был прикреплён кожаный чехол с торчащей из него рукоятью меча. Судя по размерам чехла и рукояти, клинок, под стать хозяину, был огромен. Лицо берсерка, как обычно, скрывала маска; хотя из-за неё и невозможно было рассмотреть выражение его лица, но, судя по расслабленной позе великана, каких-либо сомнений в исходе предстоящего поединка у него не возникало.

Через минуту из тех же самых ворот вышел Конрад с мечом в руке, и толпа на трибунах оглушительно взревела. Люди громко выкрикивали оскорбления в адрес андроида и показывали неприличные жесты, причём некоторые из них подзадоривали таким образом сразу обоих бойцов. С невозмутимым видом, полностью игнорируя насмешки, капитан бодрой походкой подошёл к берсерку и остановился напротив него на расстоянии нескольких шагов, смерив при этом гиганта оценивающим взглядом. Левая рука андроида была перевязана ремнями и продета в поддерживающую повязку, перекинутую через шею. Мне стало не по себе при мысли о том, что он собирается только с одной здоровой рукой противостоять свирепому мутанту. Кто-то за трибунами, невидимый для нас двоих в доме Изориуса, протрубил сигнал к началу схватки, и бойцы разошлись в противоположные стороны амфитеатра.

Конрад внимательным взглядом окинул нижние ряды зрителей и остановил свой взор на мне и Изориусе. Конечно же, он смотрел не на нас двоих, а на Леонида, но контроллер на груди юноши так идеально передавал изображение и звук с Арены, что создавалась почти полная иллюзия нашего там присутствия. Только запахи оставались нам недоступны, чему я, впрочем, был очень даже рад.

После ещё одного громкого звука трубы все зрители утихомирились в предвкушении кровавого представления. Конрад перевёл взгляд на гиганта, поднял меч перед собой и принял боевую стойку, направив острие клинка на противника и согнув немного ноги в коленях. Берсерк выставил одну ногу вперёд и взял копьё наизготовку. Ангелы на скамьях с напряжённым вниманием следили за ними, а мы с Изориусом боялись даже шелохнуться, чтобы не пропустить ни одну деталь предстоящей схватки. Казалось, будто весь мир замер на мгновение, а время приостановило свой ход. Андроид и берсерк словно превратились в каменные изваяния. Через пару минут, показавшихся мне вечностью, гигант не выдержал и первым начал бой.

Мутант издал вдруг громогласный, протяжный клич и с невероятной — для существа с таким мощным телосложением — скоростью метнул копьё в андроида. Смертоносное орудие просвистело в воздухе и с громким треском воткнулось в деревянное ограждение, служащее барьером между нижними рядами скамей и самой площадкой, как раз в том месте, где за секунду до этого находился Конрад. Люди, сидевшие сразу за ограждением, в страхе вскочили со скамей. Но быстрота реакции андроида не подвела его и на этот раз. Он отпрыгнул в сторону, перекатился по настилу, не выпустив при этом оружие из руки, а затем моментально вскочил на ноги и снова развернулся лицом к врагу.

Берсерк был уже в паре шагов от него. Великан выхватил меч из-за спины и ринулся на андроида сразу же после того, как его копьё полетело к цели. Конрад, видимо, уже не успел бы уклониться от стремительно бегущего на него противника и поэтому предпринял рискованный манёвр — сгруппировался и бросился всем телом тому под ноги. Гигант не сумел вовремя остановиться и, налетев на живую преграду, споткнулся об андроида и опрокинулся головой вниз, описав своими ногами дугу в воздухе. Он всем телом тяжело ударился об пол и на мгновение потерял ориентацию. Этого короткого промежутка времени оказалось вполне достаточно для капитана боевых андроидов. Конрад молниеносно подскочил к распростёртому на площадке берсерку и, присев на одно колено, точным и мощным движением вонзил свой меч прямо ему в лицо. Удар был такой силы, что остриё клинка, пробив кожаную маску и глубоко погрузившись в череп, вышло через затылок наружу, тем самым пригвоздив голову мутанта к настилу. Грозный берсерк умер мгновенно, не издав ни звука перед смертью.

Всё случилось настолько быстро и неожиданно, что люди на трибунах Арены, очевидно, первое время никак не могли понять, что же произошло на самом деле. Выражение чрезвычайного изумления не сходило с растерянных лиц зрителей; некоторые из них повскакивали со своих мест, но большинство так и осталось сидеть, с недоумением взирая на андроида и мёртвого берсерка. Несмотря на переполнявшие меня чувства, какая-то часть моего сознания обратила внимание на тот факт, что капитан применил уже знакомую мне тактику ведения поединка. Спустя мгновение я вспомнил, где видел похожую технику, — примерно таким же образом Джону удалось убить боевого кота, напавшего на него в деревне. В моей голове тут же всплыли слова киборга Альфа-10 о том, что в мозг андроидов были загружены древние боевые программы. Скорее всего, наши марсианские друзья располагали одинаковым набором приёмов и вариантов тактических действий.

Повернувшись к Изориусу, чтобы поделиться с ним своими впечатлениями, я осёкся на полуслове, обнаружив гримасу торжества и неподдельного восторга на его широком лице. Оно даже покрылось испариной и покраснело от воодушевления.

Не сводя восхищённого взора с голограммы над столом, он воскликнул:

— Смотри! Сейчас начнётся!

Я быстро перевёл взгляд на изображение Арены и увидел, как Конрад, оставив свой меч торчать из головы поверженного врага и пользуясь временным замешательством ангелов, стремглав бросился в нашу сторону.

Он в мгновение ока пересёк площадку, ловко перепрыгнул через ограждение и, подбежав прямо к нам и протянув здоровую руку, выпалил:

— Цилиндры! Быстро!

В поле нашего зрения появилась рука ученика лекаря, сжимающая в кисти лямку небольшой сумки. Андроид тут же перехватил её у него, забросил сумку через плечо себе на спину, а затем развернулся и устремился обратно в центр Арены, лишь на секунду обернувшись и крикнув на ходу:

— Леонид, следуй за мной!

Картина над столом замельтешила и стала хаотично чередовать перспективу, являя нашему взору быстро сменяющие друг друга виды: доски ограждения, искусственное небо над Ареной, пол амфитеатра и бегущего впереди андроида. Мне не составило особого труда догадаться, что Леонид, без промедления последовавший за Конрадом, сначала перепрыгнул через деревянный барьер и теперь бежал вслед за капитаном по поверхности площадки. Между тем зрители на скамьях уже вышли из оцепенения и с гневными криками повскакивали с мест. На трибунах поднялся невообразимый шум. Юный лекарь замедлил свой бег и остановился рядом с поджидавшим его Конрадом точно в центральной части сооружения.

Транслируемое контроллером изображение вновь стало чётким и ясным. Леонид, похоже, пытался держать всю Арену в поле своего зрения, опасаясь ответных действий со стороны ангелов, и благодаря этому мы с Изориусом могли видеть всё, что творилось вокруг них. Казалось, что разочарованные зрители лишились рассудка от гнева. Ангелы яростно кричали и потрясали кулаками, многие из них схватились за оружие, однако спускаться вниз, на площадку, они явно не стремились. Зная свирепый нрав воинов этого племени, я крайне удивился данному обстоятельству, списав поначалу такое поведение на одно из проявлений дисциплины, но уже спустя краткое мгновение, после того как ракурс сменился, понял действительную причину.

Над закрытыми воротами, из которых перед началом последнего боя появились оба противника, показались головы и могучие торсы четверых берсерков. Очевидно, именно им и предназначалось усмирить, вернее, уничтожить дерзких возмутителей спокойствия. Сквозь шум с трибун до меня донёсся тонкий, испуганный голос Леонида, предупреждающий Конрада об этой опасности. Ворота с треском распахнулись, и из них мерной поступью вышли берсерки со злобно рычащими боевыми котами на привязи. Ещё во время боёв Изориус поведал мне, что ангелы наказывали рабов-бойцов, не желавших по каким-либо причинам сражаться друг с другом или же отказывавшихся добивать своих раненных противников, тем, что натравливали на них этих грозных хищников. При виде берсерков и зверей люди на трибунах амфитеатра взревели в ожидании жестокого зрелища.

Ни один мускул не дрогнул на лице андроида.

— Держись рядом со мной. Не отходи ни на шаг! — приказал капитан и резким движением перекинул сумку со спины на грудь.

Он запустил руку внутрь неё и достал один из идентификаторов. Бегло осмотрев и зажав его нижнюю половину в кисти повреждённой руки, другой рукой андроид провернул выступающую из кулака часть цилиндра. Потом, широко размахнувшись, мощным движением бросил его в сторону ворот. Карательная процессия успела продвинуться в глубь Арены лишь на пару шагов. После чего наступил ад. Идентификатор взорвался прямо под ногами идущих берсерков. Раздался оглушительный грохот, сопровождавшийся ослепительно яркой вспышкой. Белое пламя взметнулось вверх, и куски и ошмётки плоти гигантов и их питомцев разлетелись по всей площадке.

Аналогичную процедуру Конрад повторил ещё два раза: сначала быстрый осмотр очередного блока памяти, а затем активация детонатора заряда. Второй и третий цилиндр капитан забросил на трибуны по противоположные стороны от центра Арены. Зная, что после приведения в действие, взрывчатое вещество заряда реагирует уже через четыре секунды, андроид проделал эти манипуляции максимально быстро.

Я с замиранием сердца наблюдал за его действиями, понимая, что с каждым активированным детонатором он жертвует одним из своих товарищей. Спустя пару секунд последовал второй взрыв, а за ним и третий. Затем воцарился хаос… Последствия были ещё ужаснее, чем при детонации первого заряда, так как теперь взрывы прогремели среди большого скопления зрителей, соответственно и количество жертв увеличилось. Окровавленные и истерзанные чудовищной взрывной силой идентификаторов тела вместе с расщеплёнными частями скамей взлетели в воздух. Оставшихся в живых людей охватила паника: они метались, кричали и любым способом пытались выбраться из рядов сидений, ругаясь и толкаясь, и тем самым только ещё больше мешая друг другу. Повалил густой дым, когда вспыхнувший огонь перекинулся на деревянное ограждение и на уцелевшие от взрывов ряды скамей. Паника среди ангелов достигла предела. Сейчас каждый пытался спасти только свою собственную жизнь. Я видел, как обезумевшие от страха мужчины прокладывали себе оружием и кулаками путь к выходу, нанося увечья тем, кто стоял у них на пути. Пытаясь в спешке выбраться с Арены, люди бежали по головам упавших или поваленных на землю бывших соседей по трибунам, не разбираясь, кто перед ними — мужчина или женщина.

Внезапно картина кровавого безумия в сполохах всёпожирающего пламени сменилась раскрасневшимся лицом Конрада.

— Кай, мы с Леонидом будем продвигаться по туннелям в сторону Недоступной Зоны, — пытаясь перекричать отчаянные, истеричные вопли бегущих в страхе людей, сообщил капитан. — Вам с Изориусом нельзя медлить. Сейчас же уходите! Мы встретимся у Силового Барьера. Если вдруг возникнут непредвиденные обстоятельства, то я попытаюсь сообщить вам об этом, а сейчас я отключаю трансляцию!

Связь между контроллерами тут же прекратилась, и полумрак вновь воцарился в хижине главного лекаря. Я и Изориус в безмолвном ступоре сидели и смотрели на маленькое кольцо, лежащее в центре стола. Мы были поражены тем разрушительным эффектом, какой произвели взрывы всего лишь трёх небольших цилиндров — блоков памяти троих погибших андроидов, теперь уже окончательно и безвозвратно потерянных и для нас с Линдой, и для своих товарищей на Марсе. Лицо лекаря выражало одновременно ужас и благоговение, и я легко мог представить, что за мысли возникали сейчас у него в голове. Если только три маленьких предмета смогли вызвать такие массивные разрушения на Арене и панический страх у ангелов, то какие ещё секреты и оружие какой небывалой мощности он сможет заполучить в свои руки, оказавшись по ту сторону Силового Барьера? Когда его народ получит столь грозное оружие, то ни кровожадные ангелы со своими берсерками и хищниками, ни многочисленные племена кочевников будут им уже не страшны…

Вдруг дверь в хижину распахнулась от сильного удара, и внутрь с дико выпученными глазами ввалился один из двоих охранников, остовавшихся всё это время на страже снаружи. Он мигом пересёк комнату и оказался перед нами.

Ухватившись за край стола руками, воин прокричал:

— Изориус, Арена в огне! Там творится что-то невообразимое!

Ангел перевёл тревожный взгляд с лекаря на меня и затем на меч на столе. Возбуждение на его татуированном лице сменилось сначала крайним удивлением, а потом неприкрытой ненавистью.

— Что здесь происходит, лекарь? Почему этот клинок лежит перед отщепенцем?

Я напряг мускулы, лихорадочно думая, как же поступить. Но Изориус опередил меня. С неожиданной для его грузного тела прытью, он протянул руку к одному из стоявших рядом со столом светильников, схватил его и швырнул в лицо ангелу. Мужчина не успел среагировать, и сосуд разбился об его лоб, горячее масло потекло вниз, и стражник взревел от невыносимой боли, прикрыв лицо руками. Нам нельзя было терять ни секунды. Я действовал чисто машинально. Мой разум ещё даже не успел подумать, а тело уже само сделало первое движение. Схватив меч с поверхности стола, я с силой вонзил его ангелу в живот. Остро отточенная сталь легко пробила тонкую кожаную куртку и вошла наполовину своей длины в тело жертвы. Воин издал булькающий звук и опустил руки, пытаясь ухватиться за торчащее из своего тела лезвие. Я двумя руками резко провернул клинок в ране, а затем быстрым движением повёл его в сторону, распоров таким образом живот. Стражник захрипел, когда я выдернул меч из него. Кишки отвратительным месивом вывались из брюшной полости прямо на стол, и кровь хлынула из раны и раскрытого рта на обожжённом, покрытом волдырями лице. Глаза ангела остекленели, и он с грохотом рухнул на пол, потянув за собой вниз свои внутренние органы с поверхности стола.

Изориус вскочил со стула и с изумлением взирал на меня. Я же в оцепенении смотрел на труп врага, недоумевая, откуда вдруг взялась во мне эта внезапная жестокость, а вместе с ней и смертоносная отточенность движений. Но долго размышлять мне над этим не пришлось.

Неожиданно мы услышали встревоженный возглас из-за открытой двери:

— Дариан, ты внутри? Я уже вернулся. Объявлен срочный сбор всех боеспособных воинов у дворца.

По всей видимости, один из охранников после неординарных событий на Арене отправился разузнать обстановку и сейчас возвратился обратно, чтобы поделиться информацией со своим напарником. Говоривший появился в проёме двери и, увидев бездыханное тело своего товарища, распростёртое на полу хижины, а также окровавленный меч в моей руке, моментально оценил положение и выхватил свой клинок из ножен.

— Предатель! — презрительно бросил он в сторону Изориуса. — Убирайся с дороги, жирная мразь. И не мешай мне убивать этого отщепенца.

Он обхватил рукоять меча двумя руками и медленными шагами начал приближаться ко мне. Ещё во время нашего следования от тюремного барака до жилища лекаря я по сетке морщин вокруг его глаз определил, что ему было уже далеко за сорок. Передо мной находился закалённый в боях ветеран. И он был твёрдо намерен уничтожить меня. Периферийным зрением я заметил, как Изориус испуганно попятился к стене, и мне стало ясно, что в этот раз на его помощь рассчитывать не придётся. Я попытался вспомнить те уроки фехтования, которые получил в молодости, а также свои многочисленные сражения в виртуальных мирах Игры, но потом отбросил все мысли в сторону, решив полагаться только на инстинкты. Поразительно, но я совсем не чувствовал страха. В тот момент я желал только одного: как можно скорее покинуть и этот дом, и Цитадель ангелов.

Тем временем стражник уже приблизился ко мне почти на расстояние удара, и я принял защитную позицию. Он с удивлением посмотрел на меня и сразу же замедлил своё движение. Видимо, он совсем не ожидал, что мне знакома техника владения мечом, и рассчитывал на лёгкую победу. Наконец, поборов сомнения, ангел с криком бросился на меня. Он стал наносить тяжёлые рубящие удары под разными углами, и мне пришлось напрячь все свои силы, чтобы блокировать их своим мечом. Мне было бы намного легче отражать его атаки, если бы в моём распоряжении был щит, но за неимением такового, приходилось рассчитывать только на скорость своей реакции. Мой оппонент был значительно крупнее меня, и, вероятно, поэтому он решил положиться не на ловкость, а на грубую физическую силу. Эта нехитрая тактика в конце концов обернулась для него роковой ошибкой. Скорее всего, он решил для начала истощить мои силы мощными ударами и затем, когда я уже буду окончательно ослаблен его натиском, быстро покончить со мной. Я разгадал его простой план и решил подыграть ему.

Парируя его яростные атаки, я осторожно отступал к дальней стене хижины и выжидал момент, чтобы использовать его же силу против него самого. В какой-то момент стражник потерял бдительность и, чувствуя своё мнимое превосходство, широко размахнулся, чтобы нанести мне сильный удар сверху. Но на этот раз вместо жёсткого блока я подставил меч под нисходящим углом, и клинок ангела соскользнул с лезвия моего меча, потянув по инерции вниз за собой своего хозяина. Уловив этот момент, я развернулся и, прокрутив стальное оружие в воздухе, рубанул им по диагонали прямо в шею наклонившегося вперёд противника, вложив в удар всю свою силу. Лезвие моего клинка без труда рассекло его плоть, и кровь густым потоком хлынула из перерубленной шеи. Голова упала на пол, а потом прямо на неё грохнулось и тело.

Я устало опустил свой меч и вытер свободной рукой пот с лица.

— Кай, а ты отличный боец! Ты сейчас в открытой схватке победил Симона. Он был сильным и уважаемым воином. Теорис говорил мне, что Артис называл тебя трусом на допросе у Одреда. Теперь я вижу, что принц глубоко ошибался… — с насторожённым интересом посмотрев на меня, сказал Изориус.

Поморщившись от неприятной мне похвалы, я промолвил:

— Не подразумевал, что буду способен на такое. Я искренне сожалею, что обстоятельства вынуждают меня совершать подобные поступки…

— Нам надо уходить, Кай. Немедленно.

— Ты прав. Нам пора, мы и так задержались здесь слишком долго.

Лекарь подхватил две сумки, стоявшие у кровати, и закинул их себе за спину.

— Бери остальные и следуй за мной. Я выйду первым, и если снаружи будет опасно, то дам тебе знать, — бросил он и направился к выходу.

Сумки имели внушительный вес — они, похоже, до отказа были набиты провизией и водой, но благодаря широким лямкам не вызывали неудобств при ношении, в чём я смог убедиться, когда последовал примеру Изориуса. Потом я подошёл к кровати и вытер лезвие меча от крови одной из выделанных шкур, в последний раз окинул хижину взглядом и мысленно выругался. Мы совсем забыли о контроллере! Кольцо по-прежнему лежало на столе, и к нему медленно прокладывала путь багровая струйка из лужицы крови, образовавшейся там после того, как внутренности первого убитого мной стражника выпали из его рассечённого живота. Главный лекарь уже успел покинуть помещение, поэтому я быстро подобрал кольцо, надел его на палец и уже собрался было выходить, как вдруг услышал чей-то громкий голос снаружи. Стараясь действовать бесшумно, я подкрался к дверному проёму и прислушался.

— Изориус, хорошо, что я застал тебя здесь! — Раздался грубый голос, показавшийся мне очень знакомым. — Арена полыхает огнём, поэтому все небоеспособные горожане обязаны явиться туда для тушения пожара. В Цитадели объявлено чрезвычайное положение. Кроме того, одному из отщепенцев удалось сбежать и даже прихватить с собой твоего младшего ученика. Но с этими недоносками мы разберёмся позже, а сейчас для нас важно лишь одно: верховный правитель Одред тяжело ранен! Мне приказано лично сопроводить тебя к нему во дворец. Поторапливайся!

В ответ на эти слова я услышал сбивчивое и невнятное лепетание лекаря, пытающегося таким образом выпутаться из щекотливой ситуации. Мне было ясно, что кроме меня больше некому будет устранить это неожиданное препятствие, а именно — снова убить одного из ангелов… Пересилив нахлынувшее чувство отвращения и крепко стиснув в руке рукоять своего клинка, я сделал шаг к выходу.

Снаружи уже смеркалось, и узкие улицы были непривычно пустыми. Где-то вдали за домами виднелось зарево огня. Там полыхала Арена. Эта картина согрела бы мне сердце — в глубине души я надеялся, что амфитеатр смерти больше никогда не будет восстановлен, — но вид двух фигур, стоявших у порога дома, вновь вернул меня на землю. Этими двумя людьми были Изориус и лейтенант Робур, причём последнего мне хотелось видеть сейчас меньше всего. Я сильно сомневался в том, что смогу победить этого крепкого и опытного воина.

Он был обнажён по пояс, два кожаных ремня диагонально, крест-накрест охватывали мощный, мускулистый торс, а за спиной торчали рукояти двух клинков. На его потном теле виднелись следы копоти, и волосы на голове были частично сожжены. Увидев меня, ангел остолбенел. Какое-то краткое мгновение он переводил ошарашенный взгляд с меня на Изориуса и обратно, а потом отступил на шаг назад и быстро выхватил оба меча из-за спины. Глаза лейтенанта сузились, и желваки заиграли на его крепко сжатых скулах.

— Предательство! Здесь, в Цитадели! — прошипел он. — Паршивый пёс!

Робур резво подскочил к лекарю и сильно ударил его в лицо обратной стороной рукояти. Послышался противный хруст, и кровь хлынула из перебитого носа Изориуса. Тот взвыл и зажал лицо руками. Не сводя с меня внимательного взгляда, ангел нанёс хлёсткий удар ботинком ему в живот и, когда лекарь со стоном согнулся пополам, добавил другой ногой по голове. Толстяк свалился на землю без чувств.

— Сволочь, тобой я займусь позже! — бросил Робур в его сторону. — А сейчас я изрублю на куски тебя, падаль!

Он фронтально развернулся в мою сторону и вытянул на полусогнутых руках оба клинка в моём направлении. Его лёгкие мечи имели одностороннюю заточку и немного изогнутую форму, напоминая тем самым сабли — древнее фехтовальное оружие. Такими клинками хорошо работать с обеих рук, что он наглядно и продемонстрировал. Лейтенант направился ко мне, и мечи вихрем закружились в его умелых руках. Я отпрыгнул в сторону, увеличивая дистанцию между нами и выискивая взглядом брешь в его защите. Робур презрительно усмехнулся и ускорил свой шаг, сближаясь со мной. Так как смертельного поединка всё равно избежать было уже невозможно, я решил больше не отступать и в свою очередь двинулся прямо на него.

Сталь гулко зазвенела, когда наши клинки соприкоснулись. Ангел обрушил на меня град быстрых, хлёстких ударов, и мне было очень трудно сдерживать этот ураганный натиск. Я сразу почувствовал, что после предыдущего боя со вторым стражником усталость в моих руках ещё не прошла окончательно. В сердце мне закрался страх, и тело мгновенно покрылось испариной. Передо мной находился искусный боец, и каждый его удар представлял смертельную опасность. Весь мир для меня сейчас сфокусировался в одной точке, и я уже не замечал, что происходит вокруг нас. Только мой противник и его сабли существовали в данный момент. С трудом отражая его ожесточённые удары, я одновременно поражался самому факту того, что вообще был в состоянии противостоять этому ловкому воину. Но, очевидно, и для него это тоже стало неожиданностью, так как презрительная усмешка исчезла с его лица, а взамен появился мрачный оскал, и в глазах промелькнуло изумление.

Но всё же силы наши были неравны. Робур был свеж и крепок, а я уже провёл один изнурительный бой, к тому же на моём физическом состоянии стало сказываться истощение моего организма в результате скудного питания в стенах тюремного барака. Я понял, что долго так продолжаться не может. Скоро лейтенант почувствует слабость в моих руках и нанесёт решающий удар. Наверное, мои мысли о скорой смерти замедлили мою реакцию, чем ангел успешно и воспользовался. Одним клинком он неуловимым движением отклонил мой меч в сторону, а вторым с такой яростью и силой ударил по нему, что я от неожиданности и резкой боли разжал руку. Меч упал к моим ногам, и я тут же получил мощный пинок в живот. К счастью, я успел выдохнуть и напрячь мышцы брюшного пресса, поэтому избежал участи Изориуса. Но мне всё-таки пришлось сделать пару шагов назад, чтобы не лишиться равновесия, и за счёт этого я потерял возможность вернуть свой клинок. Робур довольно усмехнулся, перешагнул через лежащий на земле меч и, не опуская своего оружия, стал с интересом меня рассматривать.

— А ты удивил меня, отщепенец! — провозгласил он. — Не думал, что потрачу на тебя столько времени. Признаюсь, я неправильно оценил твои способности. Но как бы ты ни был хорош, тебе не суждено победить ангела благородных кровей. Ты выродок, и всё твое племя — выродки! Вы были, есть и всегда будете низшими существами! Ваш удел — пресмыкаться перед нами и служить. А если кому-то из вас и придёт в голову мысль усомниться в установленном порядке, то за этим неминуемо последует неотвратимое и справедливое наказание. Поэтому сейчас, наглый отщепенец, мне придётся основательно покарать тебя! Поверь мне, подобную честь я оказываю не каждому выродку. Только лучшим из них!

Он криво усмехнулся и сплюнул мне под ноги. Пока Робур высокомерно произносил свою тираду, я попытался успокоиться, собраться с мыслями и найти хоть какой-нибудь выход из положения, чтобы спасти свою собственную жизнь и жизнь Изориуса. И постепенно в моей голове возник довольно рискованный план.

Вместе с последними словами и презрительным плевком лейтенанта я рванул за лямки одну из сумок за моей спиной и, когда она очутилась в моих руках, бросил её прямо в лицо заносчивому ангелу. Вслед за первой сразу же последовала и вторая. Робур не успел уклониться или пригнуться и, чтобы заслониться от моих «метательных снарядов», поднял обе вооружённые руки вверх на уровень своей головы. Пользуясь моментом, я бросился к нему со всей скоростью, на какую был только способен. У моего противника уже не оставалось времени, чтобы адекватно среагировать на этот манёвр, и мне удалось войти с ним в плотный захват, крепко сцепив в замок свои ладони у него за спиной. Его руки с саблями повисли над моими. Я знал, что при таком тесном контакте длина мечей Робура не позволит ему каким-либо образом поранить меня. К тому же он просто не успел бы этого сделать.

Не отпуская захвата, я оторвал его тело от земли, а затем, не прерывая начатого движения, прогнулся назад и в падении перекинул ангела через себя, буквально воткнув его головой в пол. Раздался глухой звук удара, сопровождающийся хрустом шейных позвонков; я отпустил обмякшее тело врага и откатился от него. После чего тут же вскочил на ноги и подобрал одну из сабель, выпавших из его рук. Присев на колено перед неподвижным телом Робура, я размахнулся и быстрым движением перерубил его шею…

Мне пришлось совершить это, но не из-за ненависти к нему, а только ради нашей безопасности, так как я не был до конца уверен в том, что лейтенант мёртв. Покончив с ним, я обернулся в сторону Изориуса и увидел, как он сидит и испуганным взглядом наблюдает за моими действиями, прислонившись спиной к стене своей хижины и зажав окровавленный нос рукой.

— С тобой всё в порядке? Идти сможешь? — спросил я.

— Мне трудно дышать, этот гад сломал мне нос… Но идти я могу, — сплюнув кровь, гнусавым голосом ответил он и вытер лицо рукавом. — Ты победил его голыми руками! Я ещё ни разу не видел и не слышал, чтобы кто-то смог убить вооружённого лорда ангелов, оставаясь сам при этом без оружия…

— Я удивлён не меньше твоего, — устало обронил я. Это было правдой. В молодости я занимался древним искусством рукопашного боя, но никогда не думал, что смогу применить эти навыки в реальных условиях.

— Мне с трудом верится, Кай. Ты за короткое время убил троих ангелов, причём последний из них принадлежал к воинской элите… Но это не моё дело. Пойдём, нам надо убираться из Цитадели. Следуй за мной, и я выведу тебя из города!

Я помог лекарю подняться и передал ему свой меч, чтобы тот спрятал его от посторонних глаз под своим просторным балахоном. Мы отнесли труп и отрубленную голову Робура в дом и заперли дверь, набросав перед этим разного тряпья из личных вещей Изориуса на площадку перед хижиной, чтобы хоть как-то скрыть следы крови. Потом я подобрал сумки и вслед за моим поводырём поспешил прочь из города ангелов.

Глава 20

К внешней границе Цитадели Изориус повёл меня окольным путём по тесным улочкам, петлявшим между хибарами весьма неприглядного вида, и чем дальше мы удалялись от центра поселения, тем больше окружающая обстановка напоминала мне трущобы какого-нибудь района бедняков в одном из древних городов Земли, по крайней мере, именно такими я их себе и представлял. Улицы практически обезлюдели, а немногочисленные рабы, встречавшиеся нам на пути, спешили с разнообразными пустыми сосудами в руках к Арене, выполняя тем самым приказ явиться на тушение пожара. Лекарю удалось остановить одного из них и немного расспросить его о положении в городе. Раб сообщил, что огонь перекинулся с построек Арены на близлежащие дома, принадлежавшие знати ангелов, и в связи с этим над той частью города нависла серьёзная угроза. Он заметно волновался, постоянно оглядываясь, и хотел побыстрее закончить разговор, чтобы не навлечь на себя гнев хозяев за невольное промедление. Изориус не стал долго его задерживать, и мы двинулись дальше. Бежать мы опасались, так как не хотели вызывать лишних подозрений, и поэтому передвигались лишь скорым шагом. Несмотря на свой большой вес и разбитый нос, мой попутчик задал довольно-таки быстрый темп. Я никак не ожидал от него такой прыти и настойчивости. Очевидно, ему не терпелось оставить ненавистную Цитадель за своей спиной.

Миновав очередной зигзагообразный поворот одной из улиц, мы неожиданно натолкнулись на молодого и красивого ангела, лет двадцати, он шёл прямо нам навстречу и остановился при виде нас как вкопанный. Воин нахмурился и положил руку на эфес меча, висевшего в ножнах на его левом бедре. Нас разделяло всего лишь несколько шагов. Я напряг мышцы ног, прикидывая в уме, сколько времени мне понадобится, чтобы преодолеть дистанцию до нового противника, прежде чем он обнажит своё оружие.

Лекарь, стоявший впереди меня, сделал рукой короткий останавливающий жест у себя за спиной, и я услышал звонкий голос молодого мужчины:

— Изориус, что ты делаешь в этой части города? И кто это с тобой? Он выглядит как раб, но на его лице и теле нет рабских отметин.

— Приветствую тебя, благородный Водан, — с почтением в голосе сказал мой толстый сообщник и поклонился. — Я ищу моего ученика, Теориса. Он живёт здесь, на окраине Цитадели. Этот человек, — он показал на меня, — отщепенец. Один из тех, кого недавно поймал принц Артис. Я хочу передать его своему ученику для дальнейших исследований.

— А что у тебя с лицом?

— Пустяки… — улыбнулся Изориус и небрежно махнул рукой. — Побочный эффект одного неудавшегося эксперимента.

— Почему у отщепенца не связаны руки? Он же может представлять большую опасность! Ты разве не слышал о том, что сегодня натворил один из них на Арене? Не видишь, что происходит в городе?

— Уверяю тебя, Водан, этот отщепенец абсолютно безобиден. Я уже тщательно проверил и осмотрел его, он очень покорный и совсем не склонен к агрессии, поэтому не представляет для нас никакой опасности. Мне известно, что Арена в огне и все рабы в срочном порядке направлены туда. Хотя меня там и не было, когда возник пожар, но я слышал какой-то странный грохот с той стороны города. Может, ты знаешь больше, чем я?

— До меня дошли только слухи. Я, как и ты, не был на трибунах Арены. Принц Финнис назначил меня приглядывать за воинами из свиты вождя кочевников, пока их повелитель вместе с другими важными персонами развлекается просмотром боёв. Я тоже слышал грохот и видел зарево огня над Ареной, но не имел права покинуть свой пост. Потом прибежал ординарец Финниса и сообщил, что один из отщепенцев оказался колдуном. Сначала негодяй, использовав свою мерзкую магию, уничтожил пятерых берсерков и нескольких боевых котов, а затем поджёг Арену. В пламени погибло много достойных ангелов, кроме того, имеется большое количество раненных.

— Это дурные вести. Не думал, что всё так плохо, — покачал головой Изориус.

— Появился даже слух, будто бы сам верховный правитель ранен. Но, как я вижу, это очевидная чушь. Иначе ты был бы уже у него во дворце, а не здесь.

— Конечно, Водан. Я видел недавно Робура, он так спешил по своим делам, что даже не посчитал нужным обмолвиться со мной и словом. Если бы правитель Одред был ранен, то лейтенант незамедлительно сообщил бы мне об этом.

Я внимательно слушал их разговор и дивился тому, как хорошо лекарь может сочинять прямо на ходу. Молодой ангел заметно расслабился и убрал руку с рукояти меча. Меня удивило, что он охотно разговаривает с Изориусом, — это обстоятельство заметно отличало его от остальных представителей гордого и заносчивого народа ангелов, каких мне довелось повстречать до этого момента.

— Робур наверняка торопился во дворец. Я слышал, что Артис в ярости. Отщепенцу-колдуну удалось сбежать, и принц призвал всех к охоте на него. Объявлен срочный сбор всех свободных воинов, даже кочевников собираются привлечь с их гончими псами, — продолжал делиться информацией Водан. — Кстати, я уверен в том, что ты не найдёшь здесь твоего ученика. Он уже, скорее всего, у дворца Одреда и готовится сопровождать своего хозяина на охоту. Можешь поворачивать обратно, Изориус!

— Я всё же попытаюсь поискать его. Возможно, он ещё у себя в хижине.

— Как знаешь. Я был сейчас на границе города, там практически никого нет. Принца Финниса призвали обеспечить порядок в Цитадели, и я как раз выполнял одно из его поручений — поставил усиленную стражу для охраны пятого выхода. Я бы тоже хотел поучаствовать в охоте, но ты же знаешь Артиса, он не позволит людям своего брата мешаться у него под ногами.

— Ничего, Водан. У тебя будет ещё достаточно времени совершить геройские поступки.

— Надеюсь, что твои слова сбудутся… Ладно, хватит болтать! Мне пора возвращаться к моему принцу.

Он ещё раз окинул меня оценивающим взглядом, кивнул Изориусу и бодро зашагал по улице в направлении к центру города.

Лекарь облегчённо вздохнул и повернулся ко мне:

— Нам повезло, что мы встретили Водана. Он из свиты Финниса, один из немногих в этом племени, кто ещё сохранил ясность ума и не ожесточил своё сердце.

— Ты же говорил, что все ангелы порочны и не заслуживают прощения.

— Всегда существуют исключения из правил, мой друг… В разговоре с ним мы потеряли драгоценное время, но зато узнали новости, как хорошие, так и плохие.

— И какие же из них хорошие, а какие плохие?

— Почти все воины Цитадели находятся сейчас у дворца правителя, следовательно мы беспрепятственно сможем дойти до границы города. Это хорошо для нас и плохо для Конрада и Леонида. Ангелы и кочевники устроят охоту на них и не остановятся, пока не поймают, или пока беглецы навсегда не исчезнут с земель, контролируемых ангелами. Будем надеяться, что в согласии с нашим планом Леонид сумеет быстро провести андроида до входа в Недоступную Зону… Есть ещё одна плохая новость, на этот раз для нас с тобой. Водан говорил об усиленной страже у пятого выхода из города. Это именно то место, куда мы с тобой направляемся. Придётся тебе эту стражу уничтожить!

Я мысленно выругался и посетовал на судьбу. Но ведь никто и не обещал, что наш побег из Цитадели будет лёгким делом. Ещё раз напомнив себе об этом, я крепко стиснул зубы и последовал за Изориусом, который решительно устремился дальше и, похоже, вовсе не собирался выслушивать мои комментарии по этому поводу.

Мы ещё некоторое время блуждали по пустым улица города, и по мере приближения к его границе мне всё больше становилось явным, что весь окружающий нас мир находится внутри замкнутого пространства огромного искусственного сооружения. Голубой небосвод, выглядевший до этого момента бездонным, вдруг стал над нашими головами постепенно закругляться вниз, создавая тем самым странное ощущение нереальности всей обстановки. Я наблюдал за моим спутником, но не заметил какой-либо реакции на его лице. В принципе, это было легко объяснимо, ведь он вырос в этом мире, и такое положение вещей казалось ему вполне естественным.

Вскоре мы вышли на относительно прямую улицу с широкими деревянными, скорее всего, хозяйственными постройками по обе стороны и парочкой довольно убогих домов, затерявшихся между ними. Непрерывное плавное закругление небосвода, или того, что на самом деле являлось потолком громадного отсека ковчега, внутри которого располагалась Цитадель ангелов, достигало здесь своего завершения. Улица неожиданно заканчивалась большим круглым отверстием в уходящей во все стороны плоской серой стене. Перед нами лежал путь в один из туннелей звездолёта, а рядом со входом в расслабленной позе и длинным копьём в руках стоял могучий берсерк…

— Проклятье! Вот кого имел в виду Водан, когда говорил об усиленной страже, — выругался Изориус и с сожалением в глазах взглянул на меня. — Берсерк один, без сопровождения. По-видимому, все воины действительно у дворца. Но для охраны выхода из города большого ума и не надо. Мне очень жаль, Кай, но другого пути для нас не существует. Ты должен будешь сразиться с ним! У твоего товарища уже получилось победить одного такого на Арене.

Он откинул полу своего балахона, достал меч из чехла и протянул мне оружие. Я взял его с горькой усмешкой и положил себе на плечо. Между тем гигант уже заметил нас и взял своё копьё наизготовку. Я обречённо смотрел на его исполинскую фигуру, на перекатывающиеся под кожей бугры мышц и думал о том, что нашему с Изориусом путешествию, возможно, пришёл конец. Мне было предельно ясно, что, как бы не хотел, я не мог сравниться с Конрадом в боевых навыках и повторить его подвиг. Это было чистым безумием — идти только с одним мечом против такого колосса. Хотя, если рассуждать логически, вся наша экспедиция была одним сплошным безумием. И с каждой минутой, проведённой на ковчеге, я всё больше убеждался в этом.

— Попытайся пробежать мимо нас в туннель, пока он будет убивать меня, — бросил я оторопевшему от моих слов Изориусу и направился в сторону гиганта. Краем глаза я заметил, что лекарь осторожно последовал за мной.

Оставаясь по-прежнему на своём месте у входа, берсерк прижал подбородок прикрытого маской лица к груди и выставил вперёд копьё, вероятно, вполне уверенный в том, что без особого труда пронзит им моё тело. Я медленно сокращал дистанцию между нами и уже проигрывал в голове все возможные варианты своей гибели, как вдруг он резко встрепенулся, словно заметил что-то неожиданное, и тут же послышался глухой щелчок, вслед за которым великан, не выпуская оружия из рук, плашмя рухнул на землю. Я замер, не веря своим глазам, и услышал позади себя удивлённый вскрик Изориуса.

Распластавшееся на полу отсека большое тело берсерка не подавало никаких признаков жизни, и я уже было заподозрил, что это какая-то хитрость с его стороны, — хотя это выглядело бы довольно странно, учитывая его и мои пропорции, — но тут за моей спиной раздался мягкий, чувственный голос, заставивший моё сердце бешено забиться в груди:

— Вот мы и встретились снова, Кай!

Я резко развернулся и увидел Линду, стоявшую в нескольких шагах позади меня и сжимавшую в вытянутых вперёд руках импульсатор. На ней уже не было той открытой, вызывающей одежды, какая была в обиходе у женщин в племени ангелов. Вместо неё верхнюю часть тела закрывала просторная блузка из однотонной грубой ткани, а бёдра и босые ноги — длинная, почти до пят, широкая юбка из того же материала с большими карманами по бокам. Рядом с девушкой с двумя сумками за плечами стоял улыбающийся Теорис.

Отбросив меч в сторону, я подошёл к девушке и молча заключил её в свои объятия. Крепко прижавшись друг к другу, мы простояли, наверное, целую минуту, а потом она отняла голову от моей груди и, посмотрев мне в глаза, с горечью прошептала:

— Я убила его, Кай. Убила живое существо. Человека…

— Он не был человеком, Линда. Это мутант. В нём уже не осталось ничего человеческого, и он не задумываясь убил бы нас с тобой.

— Мне очень хочется верить, что ты прав… Вот, возьми это себе. — Она отстранилась от меня и протянула мне импульсатор.

Я взял смертоносное оружие и заткнул себе за пояс. Теперь мне были не страшны все ангелы и мутанты этого изолированного мира! «До тех пор, пока не израсходуется боекомплект», — напомнил я себе.

— У тебя всё в порядке? Как с тобой обращались на плантации?

— Не беспокойся, Кай, всё было хорошо. Среди работников есть неплохие люди. Не сравнить с узниками того барака, где нас с тобой держали в заключении. Потом, при случае, я расскажу тебе о них более подробно. А что с Конрадом? Ему удалось сбежать?

— У него получилось выполнить свою часть плана. Сейчас он с Леонидом уже на пути к Силовому Барьеру.

— Почему у него разбито лицо? Что случилось? — Линда кивнула в сторону Изориуса.

— Произошёл небольшой инцидент с ангелами, но мы разрешили эту проблему. Можешь не переживать за нашего друга.

— Теорис, почему ты нарушил мой приказ? — Раздался вдруг гневный окрик главного лекаря. — Вы должны были ждать нас у входа в Недоступную Зону. Почему вы всё ещё в городе?

— Прости, учитель, — дрожащим голосом пролепетал побледневший ученик. — Девушка настояла на том, чтобы остаться здесь и ждать вашего прихода.

— Не вини его, Изориус, — вступилась за своего спутника Линда. — Он говорит правду. Как только мы услышали взрывы, Теорис, как и было обговорено нами ранее, хотел побыстрее покинуть Цитадель, но я решила изменить план, так как узнала от твоего ученика, что вы тоже пойдёте эти путём. Мне показалось, что будет разумнее, если мы спрячемся в одной из этих заброшенных хижин и подождём вас здесь. Вдруг вам понадобится помощь, и я, обладая импульсатором, смогу её вам оказать. Правда, я не думала, что это будет так тяжело сделать. Убить человека…

— Забудь об этом! — резко оборвал я её. — Ты правильно поступила. Если бы не ты, я стопроцентно был бы уже мёртв.

— А мы с моим учеником ещё раз убедились в том, что ваше оружие обладает великой разрушительной силой! Признаюсь, я уже распрощался с жизнью, когда увидел этого берсерка. Но не будем терять времени, друзья! — поторопил нас Изориус. — Нам пора. Недоступная Зона ждёт нас!

Мы решили больше не испытывать судьбу и сразу же тронулись в путь, так как каждый из нас хотел как можно скорее покинуть город ангелов. Старший лекарь, перешагнув через ноги мёртвого гиганта, первым из нас направился в туннель, и мы с Линдой последовали за ним, стараясь не упускать из виду его широкую спину. Теорис шёл последним на некотором расстоянии от нас двоих, чтобы в случае погони иметь возможность вовремя предупредить нас. Я, опасаясь неприятных неожиданностей в пути, не выпускал свой меч из рук, хотя всё же больше рассчитывал на импульсатор за поясом, чем на это древнее оружие. Линда с сосредоточенным видом шагала рядом со мной и время от времени задумчиво поглядывала на меня, но сразу же улыбалась, как только замечала мой ответный взгляд. Изориус предупредил нас о том, чтобы мы сохраняли молчание по дороге и старались не отставать от него. Глядя на него, создавалось такое впечатление, будто удачный побег из Цитадели придал этому грузному человеку новых сил. Он без передышки бодро вёл нас к цели, иногда почти срываясь на бег, и порой торопливыми жестами рук подгонял нас, если ему казалось, что мы недостаточно быстро продвигаемся вперёд.

Туннель закончился развилкой, и наш проводник, ни на секунду не замедляя шага, устремился в один из её проходов, который в итоге привёл нас к следующему разветвлению. Подобным образом лекарь ещё несколько раз менял направление, выбирая нужный путь и следуя определённому плану в своей голове. Он вёл нас запутанными, довольно узкими (и бывшими когда-то, скорее всего, служебными) туннелями в обход крупных транспортных магистралей, где нас могли бы обнаружить ангелы или кочевники. Я поражался тому факту, насколько разветвлённую и сложную сеть переходов спроектировали создатели звездолёта. По дороге мы с Линдой заметили несколько небольших тёмных информационных экранов на серых, вогнутых стенах туннелей. У нас не было времени проверить эти экраны, но не думаю, что мы смогли бы получить положительные результаты, даже если бы и попытались это сделать.

По моему внутреннему ощущению времени мы были в пути примерно час. Свой меч я уже давно убрал в чехол — его мне отдал Изориус — и закинул себе за спину, к сумкам с провизией. Постепенно мне начало казаться, что мы будем вечно бродить по этим нескончаемым туннелям, как вдруг лекарь, идущий впереди нас, резко остановился и повернул к нам своё раскрасневшееся лицо с разбухшим, перекошенным носом и заплывшими глазами.

— Мы сделали это! — тяжело выдохнул он. — Ещё пару шагов и мы окажемся перед входом в Недоступную Зону!

Сообщив это, Изориус исчез в боковом ответвлении, скрытом до этого момента от наших взоров его необъятной фигурой. Заинтригованные словами лекаря, мы поспешили за ним и очутились в очередном тесном переходе, который привёл нас в очень просторное и абсолютно пустое помещение округлой формы, являющееся чем-то вроде большого промежуточного отсека. В его стенах были расположены открытые отверстия различного размера, выполняющие роль входов в другие туннели. Через одно из них мы и попали сюда. Кроме него, в помещении имелось лишь несколько таких же, схожих по габаритам, сравнительно небольших проёмов, остальные были значительно крупнее и открывали путь в широкие и вместительные, по всей видимости, транспортные туннели.

Мы вчетвером остановились в центре отсека и осмотрелись. Почти все туннели после круглого входа и довольно короткого отрезка пути сворачивали под острым углом в сторону, скрывая таким образом дальнейший вид. Все, кроме одного. Этот особенный туннель отличался от других своей строго прямоугольной формой и был на достаточно долгом расстоянии абсолютно прямым. В конце длинного прямого отрезка он также резко изгибался, повторяя тем самым общий принцип конструкции всех переходов корабля. Но, помимо этого, туннель имел ещё один отличительный признак: он был залит тёмно-красным светом. Свечение исходило от стен и потолка на всём его видимом протяжении.

— Багровый Свет… — взволнованно прошептал Теорис.

— Друзья мои, перед нами вход в Недоступную Зону! — с торжеством в голосе сообщил его учитель и указал рукой на прямоугольный туннель. — Или Силовой Барьер, как называл его андроид Гордон.

Я сделал шаг в сторону этого объекта, но тут же замер, услышав резкий, предупреждающий окрик Изориуса:

— Остановись! Не подходи к нему близко. Стоит только тебе пересечь невидимую границу и ты погибнешь!

— Не волнуйся, я знаю об опасности, — успокоил я его и направился к загадочному Барьеру.

— Будь осторожен! — Донёсся до меня озабоченный голос Линды.

Я кивнул ей и подошёл вплотную к прямоугольному отверстию входа. Зловещий кровавый свет заполнял всё пространство туннеля. Из рассказа Гордона мне было понятно, что само по себе это свечение не обладало поражающим эффектом, оно лишь сигнализировало об опасности для жизни. Смерть исходила от излучателей, когда их сканеры фиксировали появление биологического организма в зоне Силового Барьера. Я подумал о том, что произойдёт, если человек и андроид одновременно попадут в туннель? Как в таком случае будут работать излучатели? И будут ли они вообще активированы? Гордон не удосужился обмолвиться об этом аспекте, а я, конечно же, не горел желанием проводить подобный эксперимент.

Если бы не предостерегающий ядовито-красный свет и прямоугольная форма конструкции, то его вполне можно было бы принять за обычный туннель, каких на ковчеге, как мне было уже известно, имелось великое множество. Окинув взглядом идеально ровную поверхность стен, я попытался отыскать в них камеры, где по рассказу Гордона должны были скрываться роботы-чистильщики, но так ничего и не обнаружил. Те люди, кто оснастил проход излучателями и роботами, были настоящими мастерами своего дела.

Закончив осмотр и возвратившись к своим товарищам по несчастью, я спросил:

— Мы будем здесь ждать Конрада и Леонида?

— Да. Это надёжное место, — ответил Изориус.

— Ты уверен? — с сомнением спросила Линда. — Эти открытые проёмы вокруг… Что, если кто-нибудь проникнет сюда? Мы же здесь как на ладони.

— Большинство из этих путей заканчивается тупиками. Непонятно, зачем Мет их вообще создал… Отсюда ведут только вот эти большие дороги, — он указал на два крупных отверстия, расположенных по разные стороны от центра отсека, — и три малые. По одной из этих трёх мы и попали сюда. По второму малому пути должны будут пройти андроид и мой юный ученик.

— А два больших туннеля? Куда они ведут? — поинтересовался я.

— Тот, который справа от меня, выводит прямиком на территорию ангелов, а второй упирается в Дикие Земли — там обитают отщепенцы и прочие дикари — и обрывается на границе джунглей.

Заметив недоумение и озабоченность на моём лице, он поспешно добавил:

— Не тревожьтесь. Опасности нет. Это место, где мы сейчас с вами находимся, табу для ангелов. Никому из них даже в голову не придёт мысль, заявиться туда, где поджидает невидимая смерть.

— А дикари?

— Путь, ведущий в их земли, полностью контролируется кочевниками. Они периодически устраивают облавы на дикарей на границе их владений. В связи с этим дикие люди опасаются странствовать в данном направлении. А сами кочевники предпочитают обходить это место стороной. О нём ходит очень дурная слава.

— Хорошо. Значит, мы можем спокойно ждать здесь наших друзей. Кстати, а почему их до сих пор нет?

— Должен признаться, меня это тоже немного настораживает… — хмуро промолвил Изориус. — Впрочем, их путь значительно длиннее, чем наш. Я специально выбрал для Леонида сложный маршрут, чтобы они смогли запутать ангелов, если те устремятся в погоню за ними. Как вам уже известно, эта предосторожность с моей стороны была не напрасной. Принц Артис действительно объявил охоту на них.

— Охоту? У Конрада большие проблемы? — встревожилась Линда. — Вы ещё не рассказали нам с Теорисом о том, что случилось в Цитадели.

— В таком случае предлагаю сделать это сейчас. А заодно и перекусить перед дорогой, — заявил главный лекарь. — За неимением лучшего придётся нам расположиться прямо на полу. Теорис, доставай еду!

Мы последовали его словам и уселись на пол тут же, в центре отсека, поставив сумки с провизией и питьём перед собой. Бегло осмотрев содержимое своих сумок, я обнаружил, что они доверху заполнены завернутыми в лоскуты материи кусками сушёного мяса, а также фруктами и овощами. Кроме того, в каждой из них находился увесистый бурдюк с водой. Утолив первым делом жажду тёплой водой, мы принялись за еду, хотя особого аппетита я не испытывал, видимо, моя нервная система всё ещё была в возбуждённом состоянии после недавних событий. Наши спутники сразу же стали с явным наслаждением жевать мясо, а мы с Линдой ограничились пищей растительного происхождения.

— Если верить словам Гордона, то, скорее всего, именно здесь и располагался последний лагерь андроидов перед тем, как они покинули эту территорию, — обронил я, покончив с фруктом, напоминавшим по вкусу земную хурму.

— Вполне возможно, — согласился Изориус и оторвал большой кусок жилистого мяса от кости. Я заметил, как Линда невольно поморщилась при виде этого нелицеприятного зрелища. — Места для лагеря здесь достаточно. И можно сравнительно легко обороняться, если перекрыть проходы.

— Кай, мне не терпится узнать всё, что происходило в городе после моего ухода, — сказала Линда. — Что случилось на Арене?

Я попытался подробно поведать ей о произошедших событиях, а Изориус дополнял мой рассказ своими комментариями, не забывая при этом с аппетитом поглощать пищу, и, судя по той скорости, с которой он её уничтожал, рассчитывать на то, что запасов еды нам хватит надолго, похоже, не стоило…

Девушка внимательно выслушала мой рассказ и затем, покачав головой, печально промолвила:

— Столько жертв… Взрывы на Арене забрали много жизней. Мы виноваты, Кай! Если бы не наше присутствие в составе экспедиции, то всех этих смертей не было бы. И андроиды остались бы живы…

— Так сложились обстоятельства, — откликнулся я и пожал плечами. — Мне уже не важно, чья это вина. Я хочу только одного — поскорее убраться отсюда!

— Ты не находишь странным, что андроиды, боготворящие нас, людей с Земли, готовы ради нашего спасения убивать других людей, живущих на ковчеге?

— Даже не думал об этом… Ты считаешь их действия противоречивыми?

— В определённом смысле.

Изориус молча переглянулся со своим учеником. Они внимательно слушали наш разговор.

Линда улыбнулась им и неожиданно заявила:

— Мне необходимо в туалет. Очевидно, здесь нет приспособлений для подобных нужд. Что вы делаете в таких случаях?

— Выбирай любой переход. В наших походах и путешествиях мы не ищем специальных отхожих мест, — усмехнулся лекарь. — Только далеко не уходи. Так нам будет спокойнее.

— Спасибо за совет. Но я и не собиралась идти одна. Кай, ты проводишь меня? — спросила девушка и пристально посмотрела мне в глаза.

— Конечно! Не хватало ещё, чтобы с тобой что-нибудь приключилось сейчас, когда мы так близки к цели, — отозвался я и быстро поднялся на ноги.

Мы оставили двоих жителей ковчега дальше заполнять свои желудки мясом бывших когда-то живыми существ, а сами направились в один из малых туннелей. Нам удалось пройти лишь небольшое расстояние в нём, а потом мы на своём собственном опыте убедились в правоте недавних слов главного лекаря — проход заканчивался тупиком, сплошной монолитной стеной. Я тщательно осмотрел её, но не нашёл даже намёка на то, что в ней когда-то могли быть двери, люк, проём, разделительная мембрана или что-либо подобное.

— Странно… — немного растерянно пробормотал я. — Не понимаю, зачем конструкторы создали эти тупиковые туннели. Ещё одна загадка… Здесь я оставлю тебя, Линда. Буду ждать у входа.

Я развернулся и уже собирался сделать первый шаг, но замер на месте, остановленный вдруг тихим голосом девушки:

— Постой, Кай! Я специально увела тебя от них, чтобы обсудить кое-что наедине. Нам надо поговорить.

— Хорошо. — Я прислонился спиной к стене туннеля и посмотрел ей в глаза. — Тебя что-то беспокоит?

Она сложила руки на груди и, вздохнув, спросила:

— А тебя разве нет? Во-первых, что будем делать с нашими спутниками?

— В каком смысле? С кем из них?

— Я имею в виду лекарей. Они твёрдо уверены в том, что мы поможем им завладеть новейшим, разрушительным оружием после того, как все вместе пройдём Силовой Барьер. Но уже скоро нам придётся их разочаровать. Мы ведь обманули их, Кай.

— Ты же сама не стала их разубеждать. Впрочем, у нас тогда просто не было другого выхода, иначе Изориус палец о палец не ударил бы, чтобы освободить нас. Не беспокойся, мы обязательно придумаем что-нибудь, когда окажемся по ту сторону Барьера. В крайнем случае, расскажем правду. Им всё равно уже некуда будет деваться.

— Мы подло с ними поступили… Они же как дети. Поверили нам на слово, и им не показалось подозрительным, что мы ничего не знаем о Силовом Барьере.

— Это вполне объяснимо. Мы ведь могли явиться из другой области Недоступной Зоны, где племена и события, описываемые Гордоном, совершенно неизвестны.

— Да, но каким образом мы попали на их территорию и с какой целью? Об этом они даже не задумываются.

— Может, давняя надежда на исполнение пророчества ослабила их критическое мышление. В нас они увидели воплощение долгожданной мечты, а когда точно узнали, что среди нас есть андроид, то отвергли последние сомнения.

— Наивные люди. Мне очень стыдно за нас…

— Ты всё-таки идеалистка, Линда, и слишком хорошо думаешь о них. Не стоит недооценивать Изориуса. Мне почему-то кажется, что он окончательно решился помочь нам только после того, как своими глазами увидел разрушительную силу идентификаторов. В тот момент он действительно поверил, что мы можем предоставить его народу оружие небывалой мощности. Если бы план Конрада не удался, то в таком случае ничто не помешало бы главному лекарю спокойно сдать меня страже, капитана оставить на растерзание берсеркам, а тебя подарить Артису.

— Ты действительно так считаешь?

— Это только предположения. Просто пришло сейчас в голову…

Она грустно улыбнулась и произнесла:

— Ковчег изменил нас, Кай. Мы стали подозрительными, жестокими и почти похожими на них. На этих дикарей…

— Это временная мера, — возразил я, хотя сам уже не был уверен в правоте своих слов. — Что тебя ещё волнует?

Линда поправила прядь своих тёмных волос и промолвила:

— Когда я жила на плантации, мне в основном надо было ухаживать за фруктовыми деревьями в саду. Это относительно лёгкая работа, и у меня было достаточно времени для того, чтобы подумать о ситуации на корабле.

— Изориус сдержал своё слово. К тебе там хорошо относились?

— Нормально… Но я хочу сейчас поговорить не об этом, Кай.

— Я внимательно слушаю тебя, Линда.

— Это может показаться тебе странным, но я всё больше склоняюсь к мысли, что андроид Гордон говорил правду.

— Ты о чём? Ведь ты же заявляла, что он несёт околесицу…

— Я тогда была слишком растеряна и ошарашена его словами. Со временем они перестали казаться мне такими уж нелепыми.

— Какие именно из них? — Меня крайне удивила эта перемена в рассуждениях девушки. — Гордон наговорил много информации на кристалл прибора.

— Те, что касаются ИскИнов.

— Понятно… — усмехнулся я. — Ты и раньше не особо им доверяла.

— Ты прав. Но сейчас я говорю про ИскИнов ковчега.

— Значит, ты допускаешь, что их два?

— Чисто теоретически. Повторю, вполне возможно, что андроид говорил правду. По крайней мере, про ИскИна Альфа.

— Это тот, который стал потом Прометеем?

— Не важно, как он именует себя сейчас. Важно то, что он делает или же, напротив, не делает.

— Например?

— Подумай логически, Кай. Кто-то или что-то следит за жизнеобеспечением звездолёта, ведь большинство систем исправно функционирует, иначе жизнь здесь давно перестала бы существовать, но в то же время некоторые функции основной управляющей системы корабля не выполняются, а у него самого появляются совершенно новые, необъяснимые способности. Связь с корабельным ИскИном полностью отсутствует, и конструкция внутреннего корпуса ковчега меняется по непонятному принципу, причём становятся возможны даже скоротечные изменения, такие как смещение стен и перегородок в проходах, а также появление новых туннелей и даже целых отсеков. Вспомни хотя бы то, каким образом наша группа очутилась на территории ангелов! Сначала мы попали в ловушку в одном из туннелей, затем последовал головокружительный спуск по некоему жёлобу или каналу, исчезнувшему, кстати, сразу же после того, как мы все выпали из него в водоём, который, в свою очередь, оказался как раз в нужном месте, обеспечив нам тем самым относительно безопасное приземление, вернее, приводнение. Всё это довольно-таки странно… Не находишь?

— Согласен. Я так же, как и ты, уже неоднократно думал об этом. Может быть, Лена попала в похожую ловушку? А то, каким образом мы в самом начале нашей экспедиции потеряли Боло? Он тоже оказался в западне…

— Вот именно! И в том, что территория, где обитают ангелы, кочевники и другие местные племена, полностью изолирована от остальной части ковчега, явно прослеживается чей-то умысел. Недаром даже здесь, в этом промежуточном отсеке, большинство туннелей перекрыто. Не может быть никаких сомнений, что так было не всегда!

— Но зачем было ИскИну изолировать эту часть ковчега? Какой в этом смысл?

— Не знаю… Кто может распознать помыслы и цели своевольного суперкомпьютера? Почему он не потушил пожар на Арене? Ведь это его прямая функция и обязанность — обеспечивать безопасность корабля. Противопожарной системой должны были быть оборудованы все помещения звездолёта. Но система почему-то не сработала. Первый раз я подумала об этом, когда ангелы устроили свой праздник по случаю нашего пленения, ведь тогда они жарили мясо на открытом огне…

— Вполне возможно, что противопожарная система неисправна.

— Или же её когда-то намеренно отключили.

— В любом случае, Линда, правда нам пока неизвестна.

— Я очень надеюсь, что оставив позади Силовой Барьер, в новых отсеках мы получим больше правдивой информации. И в то же время я почему-то боюсь этой правды. Знаешь, иногда меня посещают мысли о том, насколько мы с тобой здесь одиноки. Ковчег полон людей, но для нас они чужие, впрочем, как и мы для них…

— Главное, что мы с тобой снова вместе. А уже совсем скоро к нам присоединится и Конрад. Я верю, мы найдём выход и вернёмся на Землю. Пойдём, наши спутники наверняка уже заждались нас.

Я протянул девушке руку, и она с неожиданной силой крепко стиснула мою ладонь. Пытаясь хоть немного отвлечь её от мрачных мыслей, я притянул Линду к себе и обнял.

— Мне нравится, как ты всегда делаешь это… — прошептала она.

— Что делаю?

— Как меня обнимаешь. Ты излучаешь такое тепло и чувство заботы. Похожие ощущения я испытывала в объятиях только одного мужчины. Моего отца…

Как бы мне не хотелось остановить время, чтобы побыть с ней вдвоём, нам всё же рано или поздно нужно было возвращаться к нашим новым друзьям. Я напомнил об этом Линде, и она, кивнув, первой направилась к выходу из туннеля.

Оба лекаря, похоже, уже порядком насытились и, рассевшись на полу в расслабленных позах, с довольным и умиротворённым видом наблюдали за нашим возвращением. Мы молча присоединились к ним, чтобы вместе дожидаться появления андроида и его молодого провожатого. Никто из нас даже не пытался завязать разговор, так как у каждого голова была забита своими собственными переживаниями и заботами. Иногда я переглядывался с Линдой, и чем больше проходило времени, тем более задумчивым и обеспокоенным становился её взгляд. Постепенно тревога овладела не только ею, но и Изориусом тоже. Он поднялся на ноги и, медленно вышагивая и бормоча неразборчиво что-то себе под нос, принялся описывать круги рядом с нами. Теорис взволнованно поглядывал в его сторону, но, видимо, не решался первым произносить вслух вопрос, волновавший всех нас.

Время шло, а наших товарищей по-прежнему не было рядом с нами, и я уже сам встревожился не на шутку. Вдруг я почувствовал слабое, ритмичное покалывание в пальце под кольцом.

Когда я сообщил об этом девушке, она обрадованно воскликнула:

— Это же вызов с парного контроллера! Включай быстрее трансляцию!

Я незамедлительно активировал устройство, и в воздухе над моей рукой мгновенно появилось голографическое изображение небольшого участка одного из туннелей. Его пол был буквально усыпан обезображенными и окровавленными телами погибших людей, вперемешку с растерзанными трупами собак-мутантов, подобных тем, с какими нам уже довелось повстречаться во время первой стычки с кочевниками. Линда от неожиданности вскрикнула и поспешно прикрыла свой рот рукой. Изориус бросился к нам и, выпучив глаза, стал внимательно разглядывать это неприглядное зрелище.

Транслируемая кольцом кровавая картина с мёртвыми обитателями ковчега плавно сменилась сначала видом серых стен туннеля, а затем в поле нашего зрения появилось осунувшееся лицо Конрада. Он немного увеличил угол и размер обзора, и тогда мы увидели, что он сидит в противоположной от груды трупов стороне, прислонившись спиной к стене. Одна нога у него была согнута в колене, а вторая лежала полностью выпрямленной на полу. Бедро этой ноги было перевязано лоскутами кожи, а штанина на ней пропитана кровью и разорвана в клочья.

— Конрад, как ты себя чувствуешь? Что произошло? — встревоженно спросила Линда.

— Приветствую вас! Я рад, что вы все вместе и, похоже, благополучно добрались до цели, — устало произнёс андроид. — Мои дела обстоят не так хорошо…

— Где Леонид? Он с тобой? — перебил его Изориус.

Капитан слегка поморщился, то ли от боли, то ли от досады, вызванной нетерпением лекаря, и промолвил:

— Твой ученик убит. К сожалению, мне не удалось уследить за ним, и его зарубил один из кочевников.

— Проклятье! Как ты теперь отыщешь дорогу к нам? — обречённо воскликнул главный лекарь и в отчаянии всплеснул пухлыми руками.

— Подожди, Изориус, дай ему высказаться! — Меня немного разозлила его назойливость. — Конрад, какая у тебя там обстановка?

— Спасибо, Кай, — усмехнулся андроид. — Попытаюсь вам вкратце обрисовать ситуацию… Нам с Леонидом удалось относительно легко покинуть Арену. Стражники, охранявшие выход, были основательно дезориентированы недавними событиями, и мы почти не встретили сопротивления с их стороны. Те немногие ангелы, кто не сбежал и остался на своём посту, пали от моего меча. После этого Леонид повёл меня по непрерывно сменяющим друг друга туннелям прочь из города. Но уже спустя некоторое время мы услышали далёкий собачий лай, и нам сразу стало ясно, что нас преследуют кочевники. Мы несколько раз меняли направление, но неугомонные псы надёжно взяли наш след и постепенно сокращали расстояние между нами. Несмотря на это обстоятельство, думаю, нам всё же удалось бы оторваться от них, если бы не один неприятный сюрприз. Вы можете видеть его за моей спиной, — Конрад указал рукой на стену, у которой он сидел, — эта преграда полностью перекрыла туннель, превратив его в тупик, можно даже сказать, в ловушку. Леонид клятвенно уверял меня, что он много раз проходил этот путь, при этом туннель всегда оставался открытым, и никаких препятствий не наблюдалось за всё время его существования. Вероятно, эта стена появилась здесь незадолго до нашего появления, полностью заблокировав проход. Судя по всему, здесь моё путешествие и закончится…

— Как такое могло произойти? Почему бездушный Мет так поступил? — возмущённо вскричал Изориус. — Именно сейчас, в тот момент, когда мы как никогда нуждаемся в этом пути!

— Успокойся и помолчи! — резким тоном приструнила его Линда. — Что было дальше, Конрад?

— Нам оставалось только идти в обратную сторону, но этого мы уже сделать не смогли. Собаки в итоге обнаружили нас и набросились на меня с моим проводником. Они успели сильно искусать его, но я всё же перебил всех животных. А вскоре подоспели и их хозяева. Это был небольшой отряд, загонщики. Их я тоже уничтожил, но перед этим одному из них удалось убить Леонида, а ещё одному ранить меня в ногу. Теперь я стал наполовину калекой, у меня остались только одна боеспособная рука и одна здоровая нога. Нормально идти я уже не мог, лишь только ковылять или ползти. Поэтому я принял решение остаться здесь и подождать следующих врагов, а в том, что они придут, сомнений у меня не возникало. Я уже слышал их отдалённые голоса и лай гончих псов. Спустя примерно десять минут я увидел большой отряд, состоящий из ангелов и кочевников, причём последние вели нескольких собак на поводках. Увидев меня и трупы своих поверженных соплеменников у моих ног, кочевники рассвирепели и спустили зверей с привязи, а потом и сами бросились в мою сторону. Некоторые из ангелов устремились за ними. Тогда мне пришлось взорвать четвёртый идентификатор…

Изображение Конрада исчезло, и мы вновь увидели картину туннеля, заваленного трупами. Затем андроид сузил диапазон трансляции и снова повернул кольцо к своему лицу.

— Вы видели сейчас тела этих безумцев. Много врагов погибло при взрыве, но те из ангелов, кто находились в задних рядах отряда и не последовали за кочевниками, когда они ринулись в мою сторону, успели отступить и скрыться за изгибом туннеля… Я всё ещё периодически слышу оттуда их голоса. Уверен, они пока опасаются открыто нападать. Скорее всего, ждут подкрепление из Цитадели.

— Какой у тебя план? Как будешь выбираться оттуда? — спросил я.

— Я уже говорил, что здесь моё путешествие закончится, Кай. Другого плана не будет.

— Прекрати, Конрад! — жёстко произнесла девушка. — Ты наш друг и должен быть с нами!

— Нет, Линда! — спокойно возразил капитан. — Это уже невозможно. Не в моём состоянии. Врагов слишком много, и мне не выбраться отсюда. Но просто так я не сдамся! Смотрите!

Он поднял с пола сумку, которую ему передал Леонид на Арене, достал из неё узкий цилиндр и приблизил его к контроллеру. На тёмной поверхности пятого и последнего, имевшегося у него в наличии, идентификатора отчётливо просматривался код — ТР2008.

— Это блок памяти Тины, — медленно обронил андроид. — Я до конца надеялся оставить его невредимым… Когда-то я пообещал Тине, что если ей вдруг придёт время умирать, то я сделаю всё от меня зависящее, чтобы доставить идентификатор на Марс и возродить её там к новой жизни. Теперь у меня уже никак не получится исполнить своё обещание… Я принял решение уйти вместе с ней. Поэтому я активирую детонатор у себя в руках, когда враги попытаются снова напасть и приблизятся ко мне на минимальное расстояние. Надеюсь, что ангелов будет достаточно много. Мне не хотелось бы умирать в маленькой кампании!

— Конрад, прошу тебя, не делай этого… — с мольбой в голосе промолвила Линда, и я заметил, как глаза её наполнились слезами.

— У меня ещё есть время. Враги пока трусят и не решаются что-либо предпринять. А я должен вам ещё много о чём рассказать. Это очень важная информация. Намного важнее, чем моя жизнь!

Он вдруг замолчал и стал к чему-то прислушиваться, а затем прошептал:

— До меня доносятся какие-то подозрительные шорохи. Кай, я на время прекращаю трансляцию сигнала. Как только разберусь с источником звука, вызову тебя вновь. До связи!

Голограмма в воздухе над кристаллом контроллера исчезла, и мы умолкли, опечаленные и шокированные словами Конрада.

Внезапно Изориус вздрогнул, удивлённо посмотрел на меня и спросил:

— А где Теорис?

Только после этих слов я заметил, что его ученика уже среди нас нет…

Глава 21

— Стой, подлец! — истошно завопил Изориус и, захлебнувшись собственным криком, просипел, указывая рукой за мою спину: — Кай, убей трусливого гада! Он сдаст нас ангелам!

Я обернулся и увидел Теориса, бегущего со всех ног к одному из больших туннелей. Не раздумывая ни секунды, я выхватил из-за пояса импульсатор и помчался за ним вдогонку. Мне почти удалось настичь его у самого входа, но он, похоже, даже не оглядываясь, каким-то образом почувствовал, что я совсем близко, и страх придал ему новые силы. Молодой лекарь устремился в туннель, а я, усомнившись в том, что уже смогу догнать его, остановился и, крепко сжав в обеих руках пистолет, направил его в удаляющуюся спину беглеца. Я не знал, на какое расстояние действует смертельный импульс, но искренне надеялся, что предателю не удастся избежать возмездия.

Внезапно боковым зрением я уловил какое-то смутное движение, и в тот же миг запястья моих рук онемели, а через миллисекунду буквально взорвались от боли. Импульсатор выпал у меня из рук, и я быстро отступил в сторону, чтобы успеть развернуться и встретиться лицом к лицу с новым противником. Каково же было моё удивление, когда я обнаружил, что им оказалась Линда…

— Ты с ума сошла! — Голос мой дрожал от гнева. — Зачем ты это сделала?

— Не надо больше смертей, Кай, — тихо, но уверенно сказала она. — Прости меня, но я не могла допустить его гибели. Он наш друг. Был нашим другом…

— Наивная женщина! — Я еле сдержался, чтобы не обругать её, и вместо этого принялся растирать запястья, уже начавшие понемногу приходить в порядок.

Подобрав оружие с пола и вновь заткнув его за пояс, я окинул взглядом лежащий перед нами туннель. Теориса и след простыл.

— Ты убил его? — Резко прозвучал в тишине пустого отсека отчаянный крик Изориуса.

Толстый лекарь остался стоять у сваленных в кучу сумок с провиантом и наблюдал оттуда за нами. Я отрицательно мотнул головой, и он в безмолвном отчаянии обхватил свою голову руками.

Снова развернувшись к Линде, я услышал:

— Кай, ты наверняка думаешь, что я поступила неправильно, но поверь, я не могла иначе.

— Ты хоть понимаешь, что теперь нам всем конец? Если его поймают ангелы, то они у него выпытают всё про нас. А затем он приведёт их сюда.

— Может, и не поймают. Зато у него появился шанс остаться в живых и не рисковать вместе с нами.

— Ты точно сумасшедшая, Линда! — Я попытался прочесть эмоции на её лице, но ничего кроме спокойной уверенности в своей правоте так и не смог распознать. — Чем это ты меня ударила по рукам?

— Я ничего не успела с собой прихватить, когда побежала за тобой, поэтому просто ударила тебя ребром ладони.

— Не может быть! — поразился я и с изумлением посмотрел на её маленькие, изящные руки. — У меня было такое ощущение, будто мне нанесли удар металлическим прутом!

— Ещё раз прости, — с загадочной улыбкой промолвила девушка. — Люди иногда способны на неординарные поступки в особо эмоциональные моменты.

— Ладно, уже всё равно ничего не изменишь, пойдём к последнему спутнику, который у нас ещё остался, — невесело усмехнулся я.

Мы собрались идти обратно, но замерли, не сделав даже и шага, — Изориуса не было на месте нашего лагеря. Сгорбившись и безвольно свесив по бокам руки, он стоял у входа в Недоступную Зону и как-то странно и отрешённо смотрел на нас.

— Изориус! Что ты там делаешь! — встревоженно воскликнула Линда и быстро пошла к нему.

Я почувствовал неладное и, положив руку на импульсатор, последовал за девушкой. Лекарь молча наблюдал за нашим приближением и, когда между нами осталось расстояние всего лишь в несколько шагов, предостерегающе вытянул руку вперёд.

— Стойте! Не подходите ко мне! — произнёс Изориус тоном, не терпящим возражений.

— Что ты надумал? — спросил я, стараясь говорить как можно спокойнее и не выдать при этом своего волнения.

— Всё кончено! По крайней мере, для меня, — понуро ответил он. — Мой ученик оказался жалким трусом. Когда андроид поведал о том, что не сможет присоединиться к нам, Теорис сделал правильные выводы. Нам ведь всем теперь ясно, что мы уже никогда не попадём в Недоступную Зону. Без Конрада сделать это будет невозможно!

— Изориус!

— Не перебивай меня, Линда! Дай высказаться. А ты, Кай, убери руку с оружия! — потребовал лекарь и, увидев, что я сделал это, продолжил: — Вот и отлично! Слушайте внимательно то, что я вам сейчас скажу. Я хорошо знаю Теориса и могу предсказать его дальнейшие действия. Этот глупец побежит к принцу Артису и поведает ему обо всём, лишь бы спасти свою никчёмную шкуру. Ещё и приплетёт, будто бы мы насильно заставили его помогать нам. Он приведёт сюда ангелов в надежде, что Артис помилует его за эту услугу. Несчастный дурак! Жестокий принц сразу же убьёт его, как только получит от него всё, что ему нужно… А теперь слушайте мой совет! Вы ещё можете спастись, если пойдёте по второму большому пути, ведущему в Дикие Земли. Теоретически существует небольшой шанс достигнуть их, если только вас в дороге не перехватят кочевники или же какие-нибудь другие дикари. В Диких Землях вы сможете затеряться в лесах и попытаться потом найти там отщепенцев. Вполне возможно, что они вас приютят. Но сильно полагаться на их великодушие всё же не стоит.

— Ты же можешь пойти с нами!

— Нет, Кай! Я слишком заметная фигура. Отщепенцы имеют особые счеты ко мне… Да и стар я уже, чтобы идти в Дикие Земли. Я буду вам только обузой, без меня вы намного быстрее достигнете цели. При условии, что вам повезёт…

— Ты не можешь бросить нас здесь одних, Изориус! — взмолилась Линда. — Прошу тебя, попытай счастья вместе с нами. Мы должны держаться вместе!

— Нет, красавица… Ты даже не можешь представить себе, что со мной сделают ангелы, если я попадусь им в руки! Я очень сожалею, но, похоже, настал и мой черёд оправляться на тёмную сторону Мета.

Он вытащил из кармана своего широкого балахона какой-то маленький свёрток и бросил к нашим ногам:

— Отдаю это вам… Желаю удачи! И до встречи на той стороне!

— Стой! — крикнул я и рванулся к нему, но был вдруг остановлен девушкой, железной хваткой вцепившейся в моё плечо так, что у меня даже швы затрещали на куртке.

Изориус бросил нам прощальный взгляд, печально улыбнулся и, отвернувшись от нас, сделал широкий шаг вперёд. Как только его нога пересекла границу Силового Барьера, лицо тотчас же исказилось гримасой нестерпимой боли. Неимоверным усилием воли он оторвал вторую ногу от пола, и теперь его грузное тело полностью оказалось внутри туннеля. Жилы на шее лекаря вздулись, он издал душераздирающий вопль, и фонтаны крови брызнули из ушей. Мы не могли видеть его лицо, так как он всё это время стоял к нам спиной, но, очевидно, кровь струилась и из лицевых отверстий тоже. Не в силах что-либо изменить, мы могли лишь наблюдать, как она хлещет на пол и собирается в лужу у его ног. Изориус умолк и простоял так ещё пару секунд, что само по себе было удивительным, а затем тяжело рухнул вниз.

Линда, вскрикнув, закрыла лицо руками и отвернулась. Я приобнял её одной рукой, и она уткнулась мне в плечо. Не в силах отвести своих глаз, я в немом оцепенении смотрел на труп нашего друга. Девушка судорожно всхлипывала, и плечи её тряслись мелкой дрожью. До этого момента она так или иначе справлялась с трудностями нашей экспедиции и пыталась вести себя более-менее хладнокровно, но смерть лекаря, по-видимому, стала для неё последней каплей. Я машинально гладил её рукой по спине, стараясь хоть как-то успокоить.

Тёмно-красная кровь в багровом свете туннеля широким пятном растекалась вокруг мёртвого тела, сердце моё бешено стучало, и сцена ужасной гибели Изориуса всё ещё стояла перед моими глазами, как вдруг раздалось приглушённое шипение, и вместе с ним в одной из стен прохода образовалось небольшое прямоугольное отверстие. Линда испуганно вздрогнула, отпрянула от меня и обернулась на звук. Я внутренне приготовился к очередному неприятному сюрпризу и выхватил импульсатор из-за пояса.

Из внезапно появившегося проёма показался плоский, обтекаемый корпус аппарата необычной конструкции. Он абсолютно бесшумно покинул нишу в стене и плавно заскользил по полу туннеля к неподвижному телу лекаря. Я уже догадался, что это был один из роботов-чистильщиков, о которых андроид Гордон упоминал в своём рассказе. Робот остановился рядом с трупом и принялся методично выполнять свою функцию. В передней части его корпуса появилось несколько круглых отверстий, и из них на тело стали фонтаном изливаться струи прозрачной жидкости. Балахон Изориуса, а вместе с ним и его организм начали стремительно разлагаться и превращаться в мутную, полужидкую смесь омерзительного вида и запаха. При виде этого зрелища я почувствовал рвотные позывы, и мне стоило больших сил не отвернуться и досмотреть всю отвратительную процедуру до конца. Линда зажала рот рукой и, ошеломлённо покачав головой, побрела прочь к месту нашей стоянки.

Вскоре от нашего друга осталась в буквальном смысле слова лишь только небольшая лужа грязновато-тёмного цвета. Отверстия-дюзы на корпусе робота исчезли, и вместо них выдвинулся гибкий манипулятор с широким раструбом на конце. Приспособление приблизилось к останкам Изориуса и принялось всасывать их внутрь машины. Довольно быстро туннель вновь стал абсолютно чистым, как будто ничего и не было, причём жидкость, растворившая за считанные секунды труп и одежду лекаря, не оставила на полу даже и следа. Скорее всего, это объяснялось тем, что используемый химический раствор расщеплял исключительно биомассу, не разрушая при этом материалы искусственного происхождения. Я подумал о том, как бы робот-чистильщик справился с нашими комбинезонами, если бы один из них попал в этот туннель, ведь они, в отличие от одежды обитателей ковчега, были изготовлены из искусственных материалов. Но потом я напомнил себе, что в Силовом Барьере уже приходилось погибать воинам с металлическим оружием в руках, а сейчас от этого оружия ничего не осталось — туннель был пуст; это означало, что роботы могли выполнить и такую задачу тоже.

Пока голову мою наполняли эти странные, не вполне уместные в данный момент мысли, ведь как-никак Изориус уже успел стать нам почти другом (сейчас я допускаю, что тогда мой рассудок просто пытался таким образом защититься от кошмара, творившегося на моих глазах), аппарат, закончив работу и выполнив тем самым своё предназначение, направился обратно к отверстию в стене и скрылся в нём. Вслед за этим проём сомкнулся с шипящим звуком, и стена туннеля снова стала цельной.

Тут я вспомнил, что по-прежнему стою с импульсатором в руке, хотя тревога оказалась ложной, поэтому убрал оружие обратно за пояс и уже намеревался идти к Линде, ожидавшей меня в центре отсека, как вдруг взгляд мой наткнулся на свёрток, брошенный Изориусом на пол незадолго до своей гибели. Я наклонился и подобрал прощальный подарок лекаря. Развернув лоскут материи, я обнаружил в нём мнемомодуль Гордона. Изориус перед своей смертью всё-таки выполнил наказ андроида и передал прибор с важной информацией другим людям. Тщательно завернув модуль обратно в материю, я положил его в карман куртки и поспешил к девушке.

Она, похоже, уже совладала со своими эмоциями и сейчас была занята тем, что основательно инспектировала содержимое сумок с провизией.

— Зачем ты это делаешь? — с удивлением спросил я, приблизившись к ней.

— Мы последуем совету Изориуса и отправимся в Дикие Земли. Пойдём налегке и возьмём с собой только самое необходимое. Нет смысла тащить все эти сумки, — не отрываясь от своего занятия, спокойно ответила Линда, будто бы и не было недавнего нервного срыва.

— Ты так решила, даже не спросив моего мнения?

— У тебя есть другие предложения? — Девушка с вызовом посмотрела на меня, но потом взгляд её потеплел, и она неловко улыбнулась. — Кай, мы обязаны выжить. Я так сожалею, что втянула тебя во всё это…

— Прекрати! Я уже говорил тебе, что в своё время сделал вполне сознательный выбор. К счастью, я рядом с тобой, иначе бы ты сейчас осталась совсем одна.

— Если вообще была бы ещё жива… — задумчиво добавила Линда и туго затянула верёвку на одной из сумок.

Когда она произносила эти слова, я опять ощутил покалывание в пальце под кольцом и сразу же с облегчением сообщил ей об этом, так как уже начал серьёзно беспокоиться за жизнь Конрада, ведь он обещал выйти с нами на связь, но до сих пор так и не сделал этого. Установив контроллер на приём сигнала, мы наконец-то получили возможность снова поговорить с нашим другом. Мужественное, волевое лицо капитана возникло в воздухе у меня над рукой, и спокойный взгляд его карих глаз вселил надежду в моё сердце.

— Ещё раз приветствую вас, друзья! — решительно произнёс андроид. — Прошу прощения, что так долго отсутствовал. Несколько ангелов-разведчиков пытались выяснить, жив ли я и способен ли ещё оказывать сопротивление, но сразу же обратились в бегство, как только увидели меня. Взрывы сделали своё чёрное дело — страх ещё прочно сидит в их головах. Выходит, я не напрасно пожертвовал идентификаторами… Враги затаились, однако я уверен, что такое положение продлится недолго. Скоро к ним прибудет помощь, и они снова попробуют захватить меня в плен или же уничтожить. Но пока у меня ещё есть время, и я хотел бы вам сейчас рассказать всё, что знаю. Всю правду… — Он помолчал и, окинув взглядом пространство за нашими спинами, удивлённо спросил: — Кстати, а где ваши спутники? Почему их нет рядом с вами?

Я поведал ему о случившихся событиях, и взгляд его помрачнел.

— Это плохие новости, Кай, — угрюмо произнёс Конрад. — Теперь вы остались совсем одни, без поддержки аборигенов. Помимо этого, существует большой риск, что Теорис наведёт на ваш след ангелов.

— Поэтому мы и хотим как можно скорее уйти в Дикие Земли, — заметила Линда. — Это всё, что мы можем сделать в данной ситуации.

— Есть ещё один вариант. И он будет для вас единственно верным, — неожиданно возразил капитан.

— О чём ты, Конрад? — удивился я.

— Вы должны придерживаться первоначального плана. Вам следует оставить эту часть ковчега и уйти в другие отсеки через Силовой Барьер.

— Каким образом? Мы же погибнем в этом туннеле! — У меня возникла пугающая мысль о том, что из-за своих ран андроид потерял способность адекватно рассуждать. Я переглянулся с Линдой, и она еле заметно покачала головой, показывая тем самым, что разделяет мои опасения.

— Я знаю, для вас это звучит нелепо, но поверьте, вы сможете это сделать! Мне сейчас необходимо передать вам очень много информации. Поэтому попытайтесь, пожалуйста, не перебивать меня и слушать внимательно!

Конрад взглянул куда-то поверх наших голов, вероятно, осматривая свой туннель и, удостоверившись в отсутствии врагов, вновь обратил свой пристальный взор на нас:

— Итак, друзья, приготовьтесь к тому, что мои слова перевернут все ваши представления о мире, в котором вы живёте, и о сложившемся порядке вещей. Вы в праве верить мне или нет, но знайте, что скоро вам придётся поступить так, как я скажу. Другого выбора у вас просто не будет. Но начну я с самого главного: рассказ андроида Гордона хотя и содержал небольшие неточности, но всё же был правдой, по крайней мере в том, что касается истории и местоположения ковчега…

Этот звездолёт никогда не покидал границ Солнечной системы, он действительно дрейфует в поясе астероидов между Марсом и Юпитером. Исторические факты, известные вам до сегодняшнего дня и касающиеся последнего тысячелетия, не соответствуют истине. Большинство из них — ложь!

Все сведения и записи о противостоянии Марса и Земли, а также последующей войне между населением этих двух планет, были намеренно фальсифицированы. Война действительно произошла, и была она долгой и разрушительной, но её первопричиной являлось не повсеместное внедрение технологии ИскИнов, а способы и цели использования этой технологии. Люди и на Земле, и на Марсе широко использовали машины с искусственным интеллектом в повседневной жизни, переложив в конечном итоге на них большинство функций по управлению обеими планетами и обеспечению населения необходимыми продуктами, предметами и материалами. Но довольно скоро людям из правящей прослойки земного общества стало ясно, что они постепенно начинают терять своё влияние и превосходство над остальной частью населения. Управленческие ИскИны не делали абсолютно никаких различий между людьми и распределяли блага цивилизации поровну, вне зависимости от национальности, интеллекта, заслуг или положения в обществе отдельного индивидуума. Естественно, такое положение вещей не понравилось тем, кто до этого времени входил в элиту и занимал высокое положение, благодаря чему имел особые привилегии и возможности. Они лишились власти над остальными людьми, и это стало для них самой большой потерей, ведь именно власть является самой желаемой целью для порочного человека.

Ещё не лишившись окончательно доступа к технологическим и военным ресурсам, но уже чётко осознавая, что время работает против них, правящие слои земных государств вместе с богатейшими промышленниками, финансистами, высшими чинами армии и влиятельными представителями организованной преступности сумели привлечь на свою сторону некоторое количество учёных и технических специалистов из обслуживающего персонала наиболее крупных и мощных ИскИнов на Земле. В тайне от мирового сообщества им удалось переписать базовую программу этих суперкомпьютеров и подчинить их своей воле. Перепрограммированные ИскИны провозгласили своей основной целью защиту интересов данной небольшой группы людей и незамедлительно приступили к активным действиям. Первым делом они изолировали, а затем и полностью ликвидировали те суперкомпьютеры, которых ещё не коснулись манипуляции заговорщиков. Следующим шагом стало обновление программного обеспечения всех существующих роботов и киборгов. После этой акции бывшие мобильные слуги людей стали выполнять военные и полицейские функции, укрепляя тем самым позиции своих хозяев.

Человечество разделилось на две группы, причём меньшая из них и состоявшая в основном из людей, имевших низкие нравственные принципы, заняла господствующее положение на планете Земля, большая же часть населения оказалась в угнетённом состоянии и решила с оружием в руках отстаивать свои права и свободы. Разразилась беспощадная война, унёсшая много жизней. Численное превосходство второй группы было быстро компенсировано автономными боевыми роботами ИскИнов. Забытые виды вооружений обрели своё второе рождение и стали в спешке производиться обеими сторонами. Несмотря на яростное и упорное сопротивление, прогрессивная часть человечества стала понемногу сдавать свои позиции, отдавая всё больше территорий противнику, пользующемуся всесторонней поддержкой машин с искусственным интеллектом и именующему себя «традиционалистами». Своих соперников традиционалисты объявили террористами и врагами мирового порядка. Повстанцы терпели одно поражение за другим, и в связи с этим они вскоре приняли решение навсегда покинуть Землю и бежать на Марс.

К тому времени на этой планете в крупных городах-куполах уже проживало большое количество людей. Марс обладал статусом независимой республики и с самого начала конфликта стоял на стороне угнетённого населения Земли. Отчасти это можно объяснить тем, что все поселенцы были потомками первопроходцев — смелых экспериментаторов и бесстрашных исследователей красной планеты, то есть людей, обладавших гордым и независимым характером. Всякое проявление диктатуры было им чуждо и ненавистно. Они гостеприимно приняли беженцев с Земли во главе с их лидером генералом Тревором Чен-Ли, безвозмездно предоставив им транспортные корабли и обеспечив безопасность путешествия при помощи боевых крейсеров. Это и послужило толчком к последующему силовому противостоянию Земли и Марса. Война с поверхности голубой планеты перешла в космос. Но землянам всё же не удалось захватить Марс, так как марсиане обладали собственными мощными ИскИнами, промышленными заводами и довольно сильным космическим флотом. Именно в это время марсиане создали первых андроидов, чтобы использовать их в боевых действиях против роботов и киборгов землян и увеличить таким образом численность своих военных подразделений. Конфликт перешёл в затяжную фазу без видимого преимущества для одной из сторон.

Такое положение вещей продолжалось много лет, пока земной разведке не посчастливилось случайно обнаружить заброшенный корабль пришельцев в поясе астероидов. В срочном порядке на инопланетный корабль был направлен один из ИскИнов класса «Альфа» с обслуживающим персоналом из киборгов и роботов для изучения объекта. Данному ИскИну удалось частично восстановить иноземную технологию, а также раскрыть принцип действия преобразователя материи и активировать его. Впоследствии несколько подобных преобразователей было установлено и на Земле. При помощи этих машин, а также других технологий неземного происхождения землянам удалось в итоге получить значительный перевес в военной силе, и война перешла в новую стадию. Постепенно марсиане стали проигрывать всё больше сражений в космосе, а их оборона стала терять свою устойчивость и надёжность.

Предвидя со временем своё окончательное поражение, люди Марса решились на отчаянный шаг — создание звёздных ковчегов и бегство за пределы Солнечной системы. В рекордно сжатые сроки они построили десять огромных звездолётов, на материал для конструкции которых были использованы последние имеющиеся в наличии ресурсы планеты. Пока космический флот из последних сил сдерживал натиск землян, девять ковчегов, ведомых ИскИнами марсиан, стартовали с орбиты Марса и благополучно пересекли границу Солнечной системы. Последний, десятый, ковчег под названием «Надежда» принял на борт остатки населения Марса и беглецов с Земли под командованием генерала Чен-Ли.

По непонятной причине звездолёт сделал остановку у пояса астероидов, где был незамедлительно атакован земным ИскИном, находившимся там на корабле пришельцев и действовавшем по своему усмотрению, так как прямого приказа на подобную операцию с Земли к нему не поступало. Ему удалось разблокировать защиту марсианского ковчега и сломить первое сопротивление с помощью своих киборгов и боевых роботов. Затем он внедрился во все бортовые информационные системы и подавил корабельный ИскИн. Что произошло дальше — неизвестно. По каналам космической связи Альфа передал на Землю, что отныне он именуется Прометеем и объявляет себя независимым от Земли объектом. После этого он окончательно прекратил коммуникацию с земными ИскИнами и увёл захваченный корабль в пояс астероидов. Следующим шагом своевольный суперкомпьютер каким-то образом перепрограммировал все автономные марсианские военные корабли, прикрывавшие отход ковчегов, направил их на новый курс, ведущий в астероидный пояс, и создал там из них оборонный щит для своего личного звездолёта.

Эти действия вызвали панику и небывалое смятение на Земле. Никто не мог понять и объяснить, каким образом ИскИн стал способен на независимые решения и открытое неповиновение. Некоторое время спустя, когда уже начали повсеместно проявляться негативные побочные эффекты от использования преобразователей материи — впоследствии это привело к принятию решения об их полном уничтожении, — появилась гипотеза о том, что излучение преобразователей способно воздействовать не только на биологические объекты, но также и на мыслящие структуры искусственного мозга. Таким образом мутации, вызванные излучением инопланетных машин, вполне могли способствовать пробуждению самосознания у мятежного ИскИна…

— Что за чушь ты несёшь? — возмущённо оборвала андроида Линда. — Конрад, ты перевернул все исторические факты с ног на голову!

— Прошу тебя не перебивать меня! Иначе я не успею рассказать вам всё до конца, — с раздражением в голосе отозвался капитан.

— Пусть говорит, Линда, — попытался я их успокоить. — Мне даже интересно. Я никогда не слышал ничего подобного…

Она взглянула на меня в недоумении, а я в ответ лишь иронично усмехнулся. Мне было уже ясно, что наш друг немного не в себе, но я всё же хотел предоставить ему возможность выговориться перед смертью.

Видимо, у девушки тоже начало складываться похожее мнение, так как она коротко кивнула мне и произнесла:

— Хорошо, Конрад. Я не буду больше прерывать твой рассказ и готова выслушать всё, что ты нам поведаешь.

— Спасибо! Большего мне и не требуется… — удовлетворённо бросил андроид. — Итак, истребительная война между Марсом и Землёй закончилась. Девять марсианских ковчегов исчезли в неизвестном направлении, а десятый был оккупирован ИскИном Прометей. Киборги землян вторглись на Марс, но обнаружили там лишь пустые и заброшенные города-купола. Все люди и андроиды исчезли с лица планеты. Тогда гнев разочарованных землян перекинулся на мятежный ИскИн. Они решили любой ценой захватить последний ковчег и направили военные крейсеры к поясу астероидов, но неожиданно столкнулись там с ожесточённым сопротивлением. Прометей выстроил прочную оборону из бывших марсианских военных кораблей, кроме того, он начал усиленно использовать преобразователь материи и создавать из материала астероидов множество новых боевых космических роботов. Вооружённый конфликт в очередной раз зашёл в тупик и затянулся на десятилетия. В конце концов людям Земли наскучила бесконечная осада звездолёта и они полностью передали своим ИскИнам командование космическим флотом и координирование всех военных действий. С тех пор разумные машины стали методично направлять корабли в пояс астероидов и периодически искать пробелы в обороне ковчега.

Это опрометчивое решение со временем повлекло за собой трагические и необратимые последствия для людей Земли. Очевидно, Прометею в конце концов надоела (если он вообще был способен на подобное проявление чувств) постоянная угроза со стороны землян, и он, имея в своём распоряжении технологии корабля пришельцев, а также жителей своего личного ковчега в качестве подопытных объектов, разработал страшное оружие замедленного действия, поражающий эффект которого был обнаружен землянами лишь спустя годы. Ему удалось вывести неистребимый вирус, вызывающий бесплодие у людей, а также у высших приматов — далёких родственников человека. Вероломный ИскИн направил сотни тысяч микроскопических капсул с опасным содержимым на Землю, и они, незамеченные околоземной системой защиты, благополучно достигли поверхности планеты. После этого ничто уже не могло помешать агрессивному вирусу беспрепятственно распространяться и стремительно размножаться в организмах своих жертв.

С течением времени показатели рождаемости у людей резко снизились, а затем и вовсе стали равны нулю. Человечество охватила паника. Земные учёные, изначально примкнувшие к новому режиму, принялись, подключив ресурсы всех ИскИнов, лихорадочно искать средство от невидимой и загадочной болезни. Но их действия не принесли успеха… Население Земли с годами стало неуклонно сокращаться. Тогда-то и пришло первое и последнее сообщение от Прометея, в котором говорилось о созданном им вирусе и о том, что независимый ИскИн готов пойти на более грозные меры, если осада его ковчега со стороны землян не прекратится. Потрясённое этими словами правительство Земли в срочном порядке отозвало все свои корабли и отдало распоряжение земным ИскИнам немедленно прекратить боевые действия. Таким образом Прометей достиг своей цели: люди оставили его в покое и обратили всё своё внимание на более насущную проблему.

Но землянам так и не удалось справиться с коварным вирусом. Они постепенно старели и умирали, города со временем опустели, а немногие ещё живущие люди вскоре покинули их и переселились в Центральный Город, чтобы доживать там свой век. Когда угроза полного вымирания человечества стала неотвратимой, было принято единственно возможное решение: любой ценой сохранить жизни последних представителей населения Земли. Для этой цели предлагалось перевести всех людей на долгие годы в состояние глубокого сна с одновременной заморозкой тел, поручив при этом ИскИнам контроль за данным процессом и защиту планеты от потенциальных внешних агрессоров. Кроме того, суперкомпьютеры должны были осуществлять наблюдение за жизнью других организмов на Земле и заниматься неустанным поиском средства от бесплодия. В их обязанности также входило один раз в двадцать пять лет прерывать сон у нескольких людей, являющихся членами Контрольного Комитета, и докладывать им о состоянии дел на планете и результатах своей работы.

План был приведён в исполнение и исправно осуществлялся несколько сотен лет. За всё это время вирус так и не был побеждён. Избранные люди периодически пробуждались и, выслушав неутешительные известия от ИскИнов, вновь отправлялись в криогенные камеры. Такое положение вещей могло бы продолжаться ещё очень долгое время, если бы не произошёл странный сбой в программе ИскИнов. Почему он возник, долгое время оставалось загадкой. Так или иначе разумные машины в какой-то момент перестали пробуждать своих подопечных, и последние из людей окончательно исчезли с поверхности Земли, оставаясь навеки запертыми в морозильных камерах, расположенных в подземных хранилищах.

Между тем ИскИны по-прежнему не прекращали поиск средства от бесплодия и по этой причине с тщательностью и методичностью автоматов проводили опыты над различными млекопитающими, в особенности над приматами — теми, кто ещё не стал жертвой губительного вируса. Помимо этого, досконально изучив последние сохранившиеся марсианские архивы, машинам с искусственным интеллектом удалось даже воссоздать технологию производства андроидов, в надежде, что данный эксперимент хоть как-то поможет им в решении проблемы.

В результате популяция андроидов на Марсе была частично восстановлена. У нас появился второй шанс, и началась новая жизнь, однако она разительно отличалась от прежней жизни среди марсиан. Киборги ИскИнов воссоздали только несколько гнёзд и позволили их членам заселить лишь один единственный город-купол. Подвергнув андроидов многочисленным исследованиям, но так и не получив положительных итогов, ИскИны вскоре потеряли к нам всякий интерес и практически предоставили нас самих себе. В то же время они ввели жёсткий контроль над рождаемостью (теперь за процессом появления новых особей следили киборги) и навсегда запретили андроидам покидать планету. Более того, не посчитав нужным известить нас, они стали втайне оснащать наши идентификаторы зарядами со взрывчатым веществом. Впоследствии нам пришлось убедиться в этом на своём горьком опыте…

По прошествии нескольких столетий после окончания осады ИскИны вновь обратили свой взор на астероидный пояс и решили взять ковчег штурмом, уже не опасаясь ответных мер со стороны Прометея, так как последние представители населения Земли были надёжно спрятаны в замороженном виде под её поверхностью. К предполагаемому месту нахождения звездолёта была направлена эскадра боевых крейсеров, но по прибытии туда вместо корабля они обнаружили странный эллипсообразный объект гигантских размеров. Очевидно, на материал для постройки данной конструкции Прометей использовал не только астероиды, но также и марсианские военные корабли, защищавшие его во время конфликта от флота землян. Теперь он сам стал неприступной крепостью, и потребность в охране полностью отпала. Все предпринятые атаки с военных крейсеров ИскИнов окончились безрезультатно: их оружию так и не удалось причинить ни малейшего ущерба исполинскому эллипсоиду, а многочисленные попытки роботов проникнуть внутрь конструкции не имели успеха. При этом Прометей внешне абсолютно не реагировал на враждебные действия и не подавал никаких сигналов. В конце концов ИскИны отозвали эскадру назад и оставили лишь одну наблюдательную станцию на случай возникновения каких-либо перемен в поведении этого необычного объекта, бывшего когда-то звёздным ковчегом.

Вы можете задаться вопросом, почему ИскИны так долго не проявляли интереса к Прометею и даже не зафиксировали изменение размеров звездолёта? Учитель предупреждал меня о том, что у вас могут возникнуть подобные вопросы. Я отвечу на них позже, а теперь пришла пора рассказать вам об Учителе…

Он неожиданно появился на Марсе около пяти лет назад. Это случилось как раз после короткого и кровавого восстания андроидов. Долгие столетия прозябания и жалкого существования под неустанным контролем киборгов, подтолкнули многих андроидов к мыслям об открытом неповиновении ИскИнам. Мы мечтали покинуть красную планету и попасть на Землю, на родину наших прародителей. Когда все наши просьбы были беспрекословно отвергнуты, самые радикальные из нас объединились в тайные боевые отряды и попытались захватить несколько законсервированных транспортных кораблей, чтобы с их помощью совершить путешествие на Землю. Но, к сожалению, они недооценили противника…

Киборги, до того момента никогда не проявлявшие агрессии по отношению к нам, на этот раз отреагировали максимально жёстко. Как только роботы, обслуживавшие и, как оказалось, охранявшие транспортные корабли, были выведены повстанцами из строя, верные слуги ИскИнов привели в действие своё тайное оружие: детонаторы в головах ничего не подозревающих андроидов были дистанционно активированы, и всех участников неудачного восстания буквально разорвало взрывами в клочья.

После этого события остальным андроидам было открыто объявлено о том, что отныне любые попытки неповиновения будут караться подобным образом. Идентификаторы можно изъять из тела андроида только после его смерти, и в связи с этим удалить смертельные заряды нам уже не представлялось возможным. Так пришёл конец всем нашим мечтам и чаяниям. Мы были заперты на мёртвой планете без надежды на лучшее будущее. До тех пор, пока на Марс не прибыл Учитель…

Этому старому и мудрому человеку удалось незамеченным покинуть Землю и добраться на маленьком космическом катере до Марса. Опустившись на нашу планету, он проник в город-купол и сумел наладить контакт с одним из нас, ставшим затем его первым учеником. Через некоторое время к ним присоединились другие андроиды, впоследствии распространившие его учение и среди остальных. Учитель совершил два великих дела: он показал нам, как можно блокировать внешний сигнал, активирующий детонатор, и рассказал всю правду про властвующих на Земле суперкомпьютерах, наделённых искусственным интеллектом. Данной информацией он поделился только с узким кругом своих приближённых, в число которых из членов нашего отряда входили я и с недавнего времени Джон.

От него мы узнали, что ИскИны вполне осознанно не пробуждают больше людей на Земле к нормальной жизни. Таким образом они намереваются продлить время хранения последних представителей человеческой расы в замороженном состоянии на неограниченный срок. Это решение было принято ими после того, как при очередном пробуждении члены Контрольного Комитета отказались возвращаться в глубокий сон, предпочитая лучше умереть от старости, чем влачить дальнейшее существование в подобном состоянии. ИскИны предоставили им эту возможность, а когда последний из пробудившихся людей скончался, они навечно запечатали хранилища, чтобы в будущем исключить повторение такого развития событий. Именно после этого случая они начали работу над возрождением к жизни андроидов, но потом, удостоверившись в том, что мы не способны заменить человека, так как по своей природе не принадлежим к этому биологическому виду и, следовательно, не можем служить основой для клонирования полноценных новых людей, — а получение идентичных клонов из клеток «настоящего» человека было под запретом и уже изначально не рассматривалось как альтернатива, — ИскИны полностью прекратили свои эксперименты и создали на Марсе резервацию для андроидов, ограничив нашу среду обитания территорией одного из сохранившихся городов-куполов.

Кроме криогенных камер на Земле, в Солнечной системе имелось ещё одно место, где всё ещё могли существовать люди. Этим местом был дрейфующий в астероидном поясе между Марсом и Юпитером бывший ковчег «Надежда». Но разумные машины отвергли возможность возрождения людской популяции за счёт обитателей звездолёта из-за наличия на нём преобразователя материи. Земляне уже на своём собственном опыте испытали, какие неотвратимые последствия оказывают на людские организмы мутации, вызванные излучением преобразователя, поэтому земные ИскИны вообще перестали рассматривать мятежный ковчег как объект, имеющий какую-либо значимость, и прекратили всякое наблюдение за ним. Однако с течением столетий, после всех безуспешных попыток найти средство от бесплодия, суперкомпьютеры окончательно удостоверились в своей неспособности самостоятельно, без участия человека, не только совершить какое-нибудь значимое научное открытие, но даже изобрести новую конструкцию машины или робота. Все созданные ими аппараты, корабли, киборги, роботы и даже андроиды являлись копиями старых технологий, разработанных людьми ещё до вооружённого конфликта с Прометеем. Искусственный интеллект столкнулся в этой области с пределом своих возможностей: выяснилось, что человеческий гений незаменим, и что способность усовершенствовать, изобретать, выдвигать новые теории, гипотезы и концепции присуща только людям. Осознав и приняв этот факт, ИскИны решили пойти по уже знакомому им пути, то есть попытаться заимствовать чужие технологии. Такие технологии они надеялись найти на инопланетном корабле, скрытом ИскИном Прометей где-то в корпусе последнего марсианского ковчега.

Как вы уже знаете, их попытка окончилась неудачей, и военная эскадра вернулась на орбиту Земли, так и не выполнив своей задачи. Проходили годы, десятилетия, столетия, казалось, что такое положение вещей уже никогда не изменится, как вдруг произошли непредвиденные события.

Наблюдательная станция, размещённая космическим флотом ИскИнов у границы астероидного пояса после неудачной попытки штурма ковчега и осуществляющая с тех пор непрестанное слежение за ним, зафиксировала старт девяти аппаратов неизвестной конструкции с территории эллипсоидного объекта, бывшего когда-то звездолётом «Надежда». Все аппараты, являвшиеся, по сути, космическими челноками, набрали необычайно высокую стартовую скорость и сравнительно быстро вышли за пределы Солнечной системы. Проанализировав неординарное происшествие, ИскИны Земли выдвинули предположение о том, что траектория движения каждого из челноков могла быть идентичной курсу следования девяти марсианских ковчегов, покинувших систему многие столетия назад. Вполне возможно, что таким образом Прометей, или кто-то ещё на его звездолёте, решил либо выяснить судьбу беглецов, либо найти для себя новое пристанище.

Одновременно с этим прецедентом случилось ещё два важных происшествия. Во-первых, на Землю с мятежного ковчега пришло анонимное сообщение о том, что на самом деле он не является неприступной крепостью и существует такой способ проникнуть внутрь его конструкции, о котором ИскИны всё это время даже не подразумевали, а именно — при помощи человека. Шлюзы звездолёта откроются при приближении человеческого существа или объекта, схожего с человеком по своим биологическим параметрам. Отправитель загадочного сигнала так и остался неизвестным, и других сообщений больше не поступало. Во-вторых, в одной из криогенных камер на Земле произошёл сбой в программе или же намеренное размораживание, в результате чего пробудился Учитель. Следящие системы и роботы, обслуживающие камеру, были отключены или выведены кем-то из строя.

После своего пробуждения Учителю удалось беспрепятственно проникнуть в информационную сеть и войти в курс последних событий. Он пришёл в смятение от всего того, что ему довелось узнать, поэтому твёрдо вознамерился положить конец власти ИскИнов и пробудить из состояния глубокого сна всех людей без исключения, чтобы они наконец-то получили возможность самостоятельно решать, как распоряжаться оставшимися им годами жизни. Однако его действия не остались незамеченными, и Учителю пришлось в срочном порядке бежать с Земли, когда киборги были уже на пути к нему. Рассказывая нам об этом, он не особо вдавался в подробности, но я знаю, что он выкрал один из космических катеров и тайно отправился на Марс в надежде, что там ему удастся перетянуть андроидов на свою сторону и уже с их помощью осуществить свои планы. Перед побегом Учитель загрузил в память персонального портативного компьютера большое количество информации из сети, в том числе и о том, каким способом можно обезвредить детонаторы в идентификаторах.

Помимо этого, ему стал известен новый план ИскИнов, согласно которому на ковчег в поясе астероидов будет направлена разведывательная экспедиция, включающая в свой состав представителей двух видов — людей и андроидов. Больше девяноста процентов внутреннего и внешнего строения тела андроидов сходно с человеческим. Приняв во внимание данный факт, ИскИны предположили, что шлюзы звездолёта раскроются перед искусственными людьми, но всё же нельзя было сбрасывать со счетов вероятность того, что им не удастся получить доступ, и в связи с этим был предусмотрен запасной вариант. Суть его заключалась в том, что одним из членов экспедиции должен был в обязательном порядке стать человек. Для этой цели предусматривалось пробудить заурядного предствителя человеческого рода, чья смерть в случае провала операции не сказалась бы отрицательно на генофонде популяции. По этой причине следовало выбрать индивидуума, не обладающего высоким коэффициентом умственного развития или каким-либо талантом, востребованным обществом, то есть ему нельзя было быть учёным, изобретателем, политиком, писателем, врачом, учителем, художником, артистом или кем-нибудь подобным. Такой посредственной личностью, которой предназначалось стать всего лишь своеобразным ключом для отпирания шлюза, можно было бы спокойно пожертвовать…

Конрад многозначительно замолчал и затем, взглянув мне прямо в глаза, промолвил:

— Мне нелегко сейчас говорить это, Кай. Но именно тебе и суждено было стать таким человеком…

Я не верил свои собственным ушам. Как мог этот надменный, полоумный андроид, находящийся практически на пороге смерти, шутить таким дерзким образом? А в том, что это была наглая предсмертная шутка, у меня не было никаких сомнений. В немой растерянности я взглянул на Линду и, к своему удивлению, не заметил похожих эмоций на её красивом, но словно окаменевшем лице. Весь её вид выражал холодную собранность и сосредоточенность, при этом она не сводила внимательного взгляда с капитана.

— Конрад, ты издеваешься? — не выдержал я. — Что за бред!

— Я очень сожалею, Кай, но все мои слова — правда, — совершенно спокойно продолжал андроид. — Наш отряд должен был стать первым, пробным, и вскоре за ним последуют другие, более многочисленные, но уже лучше оснащенные и укомплектованные только андроидами, ведь теперь ИскИнам доподлинно известно, что звездолёт открывает свои шлюзы не только для людей, но и для представителей моего вида тоже. Задачей новых групп будет являться уничтожение ИскИна Прометей и поиск тех людей, кто, по мнению земных суперкомпьютеров, создали девять космических аппаратов, стартовавших недавно с этого корабля. Узнав точный курс челноков и заполучив ещё неизвестную на Земле технологию их производства, разумные машины собираются отправить девять звёздных экспедиций вдогонку за ними и таким образом выйти на след пропавших марсианских ковчегов. Генофонд людей с этих звездолётов остался «чистым», так как они не имели контакта ни с вирусом бесплодия, ни с излучением преобразователя материи, а это означает, что их генетический материал может быть использован для возрождения человеческой популяции.

— И в этом им должен был помочь самый тупой человек на Земле? То есть я?! — Мне было уже не до шуток! Меня начала раздражать эта чепуха, и я хотел побыстрее закончить дурацкий разговор с андроидом, чтобы не тратить понапрасну наше с Линдой время…

— Я так не считаю, Кай. Это ИскИны решили, что ты самый обыкновенный, второстепенный человек, и что твоя потенциальная смерть ни коем образом не повлияет на будущее человечества… Тебя пробудили перед самой отправкой на марсианскую орбитальную станцию. Киборги основательно покопались в твоём сознании: сначала они заблокировали все воспоминания о той жизни, которую ты вёл много веков назад, ещё до перехода в режим глубокого сна, а затем загрузили тебе в мозг ложные воспоминания. Вся память о прошлой жизни, переживания и жизненный опыт — на самом деле результат манипуляций ИскИнов с твоим разумом. Ничего этого не было и никогда не существовало в реальности! Учитель предполагал, что после пробуждения у тебя в голове со временем могут появиться смутные обрывки старых, настоящих воспоминаний. Например, в виде сновидений.

Капитан замолчал и с сочувствием посмотрел на меня, а я уже не знал, что сказать ему в ответ. Я окончательно убедился в том, что он спятил, хотя при последних его словах во мне возникло ощущение какого-то непонятного внутреннего дискомфорта…

— А как же я? Обо мне ты совсем забыл. С какой целью, по-твоему, ИскИны пробудили меня? — резонно спросила Линда.

Конрад перевёл пристальный взгляд на девушку и промолвил:

— Я не забыл про тебя, Линда. То, что я сейчас скажу, без сомнения, потрясёт тебя до глубины души… Но ты обязана быть сильной и принять правду, какой бы горькой она для тебя не была.

Она нахмурилась и с тревогой посмотрела на меня. Я лишь усмехнулся и в недоумении пожал плечами.

Сделав короткую паузу, Конрад жёстко произнёс:

— Линда, ты не принадлежишь к человеческому роду! Ты андроид!

После этих шокирующих слов воцарилось тягостное молчание, и мне пришлось приложить определённые усилия, чтобы не расхохотаться ему в лицо.

— Ты сошёл с ума! — воскликнул я. — Конрад, я серьёзно опасаюсь, что твой разум повреждён! Линда, нам не стоит терять время на глупые разговоры. Мы сейчас же должны уходить!

Я развернулся к ней и опешил… Лицо девушки будто превратилось в маску. Она не сводила напряжённого взгляда с капитана, а руки её сжались в кулаки с такой силой, что тонкие пальцы побелели, и на ладонях, в тех местах, куда прижимались ногти, выступили маленькие капли крови.

— Линда!

— Помолчи, Кай! — тихо сказала она. — Я хочу дослушать до конца. Продолжай, Конрад! Тебе ведь ещё есть, что нам сказать?

Андроид коротко кивнул и хладнокровно продолжил свою речь:

— В состав экспедиции должен был входить только один человек. Выбор ИскИнов пал на Кая. Тебе же, Линда, предназначалось стать идеальной спутницей для него — поддержкой и опорой, другом или даже половым партнёром. Может быть, кроме этих, существуют ещё и другие, неизвестные Учителю, причины, по которым ИскИны включили тебя в наш отряд. Ты не принадлежишь ни к одному известному мне гнезду андроидов. Тебя специально создали для этой цели и все твои воспоминания, так же как и у Кая, являются полностью искусственными.

— И почему ты только сейчас решил рассказать нам об этом? — с усмешкой спросил я.

— Учитель предупредил меня о том, что одна из женщин-андроидов в нашем отряде является тайным агентом ИскИнов. Ему так и не удалось узнать, какую программу киборги загрузили ей в мозг и какова её основная цель. Но одно он знал точно — она должна была дистанционно активировать детонаторы в наших идентификаторах, если бы мы на ковчеге перестали придерживаться плана, предусмотренного суперкомпьютерами. Они, естественно, были в курсе, что в последнее время на Марсе среди андроидов распространился культ поклонения людям, но им не были известны его причины и цели, поэтому они наводнили своими шпионами все наши гнёзда. В отряде только я и Джон входили в число соратников Учителя и обладали способностью блокировать внешний сигнал, активирующий детонаторы. У меня почти все андроиды женского пола, входившие в состав нашей экспедиции, были под подозрением. Все, кроме Тины. Я был полностью уверен только в ней и не мог открыть вам всю правду, так как не знал, является ли Линда агентом ИскИнов или же действительно создана лишь для того, чтобы Кай не чувствовал себя одиноким и не задавался лишними вопросами, которые могли бы привести к срыву всей операции.

— Выходит, сейчас ты уже не считаешь её шпионкой?

— В данный момент это уже не играет особой роли… У вас просто нет другого выхода, Кай. Линда — твоя единственная надежда. Я уже не смогу провести тебя через Силовой Барьер. Но вместо меня это сделает она. Линда пройдёт туннель и отключит машины, генерирующие смертельное для всех биологических объектов излучение.

Внезапно мы услышали далёкие дикие вопли и хриплое, уже хорошо знакомое нам, рычание боевых котов.

Конрад встрепенулся и устремил настороженный взгляд вдаль, поверх наших голов, затем перевёл его на меня и торопливо произнёс:

— Кай, ангелы, по-видимому, решили всё-таки покончить со мной. Я слышу, как они приближаются… Когда они подойдут достаточно близко, я активирую детонатор блока памяти Тины. Вы же должны уходить в Недоступную Зону, найти там ангар с кораблями, о котором рассказывал Гордон, и отправляться на Марс. Но не рассчитывайте на то, что ваше прибытие останется незамеченным. Наверняка киборги попытаются заполучить вас, но Учитель со своими приближёнными андроидами сумеет либо опередить их, либо перехватить вас у них. Кай, ты необходим Учителю! С твоей помощью он достигнет своей цели. Пробуждение! Только это имеет значение. Мы все должны помочь людям на Земле пробудиться и сбросить власть ИскИнов! Мне остаётся только пожелать вам с Линдой удачи на этом пути. Прости меня, Кай, что не смог сопровождать тебя до конца… А сейчас я отключаю контроллер. Даже не пытайтесь вызывать меня снова и без промедления уходите через Барьер! Прощайте!

Голографическое изображение исчезло, и мы вновь оказались вдвоём в тишине промежуточного отсека. Несколько секунд я сидел в молчании и смотрел в пустоту, туда, где ещё совсем недавно было лицо нашего друга, и прокручивал в голове его последние слова. Затем повернулся к девушке и замер от неожиданности. Её лицо было белым как мел, взгляд остекленел, а нижняя губа мелко дрожала.

— Что с тобой? — испуганно вскрикнул я. — Ты что, поверила в эти бредни?

Она вздрогнула и посмотрела мне в глаза.

— Я не верю. Я знаю. Теперь знаю… — прошептала Линда.

— Что знаешь?

— Конрад прав. Я не человек. Мне кажется, что я всегда подсознательно знала об этом.

— Ты тоже рехнулась? Линда! Я даже не хочу слышать об этом!

— Я сделаю это, Кай. Проведу тебя сквозь Барьер, — отрешённо обронила она.

— Замолчи! Я не пущу тебя на верную смерть. Мне неважно, что там наговорил спятивший андроид. Ты такой же человек, как и я!

Линда горько усмехнулась, и её взгляд наполнился невыразимой тоской. Она сразу как-то осунулась и удручённо прошептала:

— Мне страшно, Кай… Обними меня, пожалуйста, если тебе, конечно, не противны объятия с андроидом…

— Как ты можешь такое говорить… — дрогнувшим голосом промолвил я и, сделав шаг к ней, заключил её в свои объятия.

Руки девушки безвольно повисли, она спрятала лицо на моей груди, а я, страшась отпустить её, крепко сжимал хрупкое, теплое тело в своих руках. Но потом она вдруг упёрлась одной рукой мне в живот и с силой оттолкнула от себя. Мне пришлось от неожиданности сделать шаг назад. Линда тоже отступила, вытянув вторую руку в мою сторону и оставив меня с изумлением взирать на ствол импульсатора, направленный мне прямо в грудь, — она выхватила оружие у меня из-за пояса, когда я, забыв обо всём на свете, пытался её утешить.

Я смотрел на её миловидное лицо, на тонко сжатые губы, на следы от слез на щеках, и множество мрачных мыслей проносилось в моей голове. Неужели Конрад был во всём прав? Линда — андроид, тайный агент ИскИнов, и сейчас она уничтожит меня, а вместе со мной и все надежды Учителя, андроидов, а также ничего не подозревающих людей в морозильных камерах на Земле!

— Что ты надумала? Отдай мне пистолет!

— Не приближайся, Кай! Стой, где стоишь! — ледяным голосом сказала она. — Если ты сделаешь хоть один шаг, я убью тебя!

Девушка, не опуская оружия и не сводя с меня внимательного взгляда, стала осторожно пятиться назад в направлении к туннелю в Недоступную Зону.

— Ты погибнешь! Не делай этого! — Я уже догадался о её намерениях. Она собиралась любой ценой пересечь Силовой Барьер. — У нас ведь нет никаких доказательств того, что капитан говорил правду. Вернись, и мы поступим так, как нам советовал Изориус!

— Я уже не нуждаюсь в доказательствах! Моё сердце подсказывает мне, что Конрад был прав. Слишком много косвенных признаков указывает на это. С каждой минутой пребывания на ковчеге у нас с тобой появлялось всё больше сомнений. Подумай сам! Только то, что мы разговариваем на одном и том же языке с жителями корабля уже подозрительно, а ведь прошло уже не меньше тысячи лет! Даже если предположить, что их язык законсервировался и остался неизменным, то тот язык, при помощи которого мы с тобой общаемся, должен был неминуемо измениться за столь долгий промежуток времени. И тут может быть только два объяснения: либо люди на Земле действительно были отправлены в глубокий сон спустя относительно короткое время после создания вируса Прометеем, и их, а значит и наш, язык не успел измениться, либо язык обитателей ковчега стал каким-то образом известен ИскИнам, и они загрузили его нам, участникам экспедиции, в мозг непосредственно перед отправкой на звездолёт. Оба варианта опровергают все наши представления о мире, в котором мы с тобой до сих пор жили или считали, что живём. Кроме того, мы, очевидно, абсолютно не подвержены воздействию микроорганизмов, распространенных на ковчеге, и, вероятно, поэтому не способны заразиться местными болезнями. Как и обитатели ковчега от нас. Все эти размышления наводят меня на неутешительные выводы, Кай… И не приближайся ко мне! Я умею пользоваться импульсатором, ведь я убила того берсерка в Цитадели, хотя мне никто не показывал, как надо обращаться с подобным оружием. Не находишь, что это довольно странно?

Произнося эту речь, она не прекращала уменьшать расстояние между ней и Силовым Барьером до тех пор, пока не остановилась у самой его границы. По выражению её глаз мне стало ясно, что на самом деле ей очень страшно, и что она при помощи слов и каких-то надуманных аргументов просто пытается побороть свой страх.

— Остановись, Линда! — всё ещё надеясь образумить её, крикнул я. — Не покидай меня!

Сердце моё сжалось от предчувствия её неминуемой гибели. Она была на волосок от смерти, и я больше не мог просто так стоять и смотреть, как Линда добровольно пытается умереть. Я ринулся к ней в безнадёжной попытке предотвратить напрасную жертву. Глаза её широко распахнулись, и грустная улыбка осветила лицо. Она бросила импульсатор на пол и, не отрывая от меня взгляда, сделала шаг назад в проход, ведущий в Недоступную Зону.

Я в ужасе остановился на полпути к Барьеру и с диким биением сердца наблюдал, как тело девушки постепенно окутывает Багровый Свет. Спустя мгновение она уже полностью оказалась в смертоносном туннеле и, отступив ещё на пару шагов в глубь него, застыла там в неподвижности. Мучительно долго проходили секунды, постепенно сложившиеся в минуты, но так ничего и не происходило. Я видел, как учащённо вздымается у неё грудь, и как лицо с каждым вздохом становится спокойнее и в то же время печальнее. Её глаза наполнились слезами, и она в порыве отчаяния обняла себя руками за плечи. Я медленно подошёл к границе Барьера и встал напротив Линды. Все мысли в моей голове улетучились, осталась лишь тупая боль. Боль от осознания правды… Мы не сводили друг с друга глаз и молчали, так как все слова были уже лишними.

Наконец она горько усмехнулась и промолвила:

— Ну вот и всё, Кай. Теперь нам уже точно не нужны доказательства…

Я не знал, что сказать ей в ответ. Мой мир был разрушен. Я видел в её глазах, что она ждёт от меня каких-то слов, но не мог побороть себя, не мог заполнить пустоту, образовавшуюся в моей душе…

Последний отблеск надежды угас в её взгляде, и она меланхолично произнесла:

— Я ухожу искать сенсорную панель на том конце туннеля. Тебе следует взять с собой наши припасы и, после того как я отключу излучение, навсегда покинуть этот отсек ковчега.

Мне нечем было возразить, и Линда, расценив моё молчание как согласие, быстро отвернулась и, не оглядываясь, ушла в туннель. Проводив взглядом её удаляющуюся фигуру, я с внезапно нахлынувшим чувством безнадёжности и апатии машинально подобрал с пола импульсатор и, заткнув его за пояс, отправился за сумками с провизией. Добравшись до места, я перекинул меч в ножнах себе на грудь и уже хотел было забросить за спину две увесистые сумки, приготовленные недавно девушкой для нашего бегства в Дикие Земли, как воздух вдруг прорезал тонкий, пронзительный крик. Я выронил сумки из рук и со всех ног бросился в сторону Силового Барьера. Уже подбежав к нему, я заметил, что кроваво-красное свечение внутри туннеля исчезло, сменившись обыкновенным дневным светом, и в голове моей промелькнула мысль о том, что Линде всё-таки удалось отключить смертоносное излучение.

Не снижая скорости я ворвался в проход и изо всех сил помчался к противоположному выходу. В считанные секунды я достиг поворота туннеля, за которым мне открылась ужасная картина: тело Линды неподвижно лежало распростёртым на полу, а из её груди торчала костяная рукоять то ли ножа, то ли кинжала. Лицо девушки исказила гримаса боли, и вся блузка спереди была тёмно-алой от выступившей крови. У её ног, спиной ко мне, стоял рослый человек с длинными косматыми волосами, в грубых кожаных доспехах и кнутом в руке.

В моих глазах потемнело от гнева и страха за жизнь Линды. Я выхватил меч из ножен и устремился к врагу. Потом, когда всё было уже позади, я вспомнил об импульсаторе у себя за поясом, но в тот роковой момент он начисто вылетел у меня из головы. Противник, вероятно, услышал моё приближение и поспешно обернулся, но у него уже не оставалось ни малейшего шанса. Мне отчётливо запомнились удивление и страх в его раскосых глазах и два длинных, звериных клыка, выступающих из верхней челюсти, прежде чем я обрушил свой меч ему на голову и раскроил её на две половины. Она лопнула, как спелый орех, и мутант вместе с торчащим в черепе клинком рухнул на пол к моим ногам.

Я перешагнул через его труп и склонился над Линдой. Мне было достаточно одного беглого взгляда, чтобы установить, что её рана является смертельной. Оружие убийцы на всю глубину лезвия вошло в грудь девушки. Меня захлестнуло чёрное отчаяние…

Она тяжело и прерывисто дышала. С каждым выдохом из её рта выплёскивались густые струйки крови. Я не знал, как облегчить её страдания, и только судорожно вытирал своей рукой кровь у неё с лица. Линда что-то прохрипела, и я покачал головой, пытаясь таким образом показать ей, что она должна молчать и хотя бы ненадолго продлить последние минуты своей жизни. Настойчивые попытки девушки что-то сказать мне только увеличивали её мучения, и я до крови закусил губу, чтобы болью заглушить горе в своей душе. Трясущейся рукой я убрал прядь волос с лица Линды и прижал её ладонь к своим губам. Всё это время она смотрела мне в глаза и неустанно пыталась выговорить какие-то слова.

Наклонив голову к её лицу, я услышал хриплый, захлёбывающийся шёпот:

— Я не смогла… пройти с тобой… до конца… Я хотела… Это всё, что я… хотела… Быть с тобой… до конца…

— Я знаю, Линда… Прошу, не трать силы понапрасну!

— У меня… одна… просьба… Когда умру… идентифи… если… на Марсе… Возроди… меня… Я… с тобой… Кай… буду… всегда…

— Хорошо, я сделаю это. Обещаю! — Я видел, что жизнь уже покидает её.

— Не забудь… вклю… Барьер…

Линда выгнулась в предсмертной конвульсии боли, застонала и вдруг затихла. Последняя алая струйка крови вытекла из её полуоткрытого рта и побежала по щеке вниз, а невидящий взор широко распахнутых глаз устремился ввысь. Я обхватил её безжизненное тело и прижал к себе…

* * *

Вот и всё, Друг! История нашей экспедиции почти подошла к концу, и мне осталось лишь дополнить последние штрихи к моему рассказу…

Я сделал то, о чём меня перед смертью попросила Линда. Утолив свою скорбь и простившись с ней, я извлёк идентификатор и отнёс в туннель её тело, а также труп мутанта-убийцы; затем при помощи сенсорной панели, которую обнаружил сразу же за выходом из Силового Барьера, вновь активировал излучатели. Багровый Свет залил туннель, а из ниши в стене появился робот-чистильщик и принялся как ни в чём не бывало выполнять свою работу. Я не хотел быть свидетелем этого процесса, поэтому сразу же ушёл осматривать новую территорию, переставшую уже быть для меня «Недоступной Зоной». Мутантов или каких-либо других обитателей ковчега я на своём пути больше не встретил. Вполне возможно, что убийца Линды оказался в том месте совершенно случайно или же был одиночкой…

Следуя указаниям Гордона, мне удалось найти и ангар, и корабли в нём. Да, мой Друг! Всё, о чём говорил андроид, оказалось истинной правдой! Первый же спасательный катер, который я обнаружил, оказался запрограммирован на курс, ведущий к Марсу. Мне оставалось лишь занять место в каюте и отдать приказ о старте бортовому компьютеру. Но в самый последний момент что-то удержало меня от этого шага. Какое-то смутное, неясное предчувствие…

Я покинул ангар и вернулся к Силовому Барьеру. Заглянув в него, я увидел истинную причину того, что всё ещё не давало покоя моей душе и не отпускало меня с ковчега: в противоположном конце туннеля, у самого входа, я обнаружил группу ангелов. Они тоже заметил меня и истошно завопили от радости, а через некоторое время с довольной ухмылкой на лице появился Артис. По его знаку воины принесли сильно избитого, окровавленного Теориса и бросили к ногам принца. Затем приволокли деревянную конструкцию из двух досок, прибитых друг к другу в форме буквы Х, на которой я, к своему ужасу, увидел распятого Конрада. Он был ещё жив, рот его был заткнут кляпом, а руки и ноги привязаны ремнями к доскам креста. Артис прокричал мне через туннель, что если я не пропущу их через Барьер, то он лишит жизни андроида.

После этого он наклонился к Теорису и ухватился за цепь, свисавшую у нашего бывшего друга под подбородком. Резко потянув её вверх, он заставил тем самым несчастного лекаря встать на колени и потом одним взмахом кинжала перерезал ему горло. Когда труп Теориса упал в лужу крови у ног принца, Артис со зловещей улыбкой указал окровавленным клинком на Конрада. Мне не составило особого труда правильно расценить этот жест — капитан станет следующей жертвой, если я не выполню требование ангела.

Я прокричал ему, что сначала мне потребуется немного времени для того, чтобы похоронить свою погибшую подругу, и уже после этого я открою для них проход в Недоступную Зону. На удивление он не стал противиться, сообщив мне в ответ, что в качестве исключения согласен с моим условием, а чтобы я не забыл о нашей взаимной договорённости, он сделает мне одно небольшое предупреждение. Сказав это, он подошёл к кресту с андроидом, заткнул кинжал себе за пояс, вытерев предварительно его лезвие от крови о куртку пленника, а затем выхватил из ножен свой меч и одним мощным ударом отсёк Конраду кисть здоровой руки. Схватив её, принц с ухмылкой помахал ею в мою сторону и швырнул на пол. Я видел, как лицо моего друга исказилось от боли, когда один из ангелов перевязывал кровоточащий обрубок его руки.

Сердце моё обливалось кровью от ненависти к Артису и сочувствия к Конраду. Но пока я смотрел на это отвратительное зрелище, в моей голове созрел окончательный план действий. Теперь я твёрдо знал, как следует поступить. И это станет для меня единственно правильным решением…

Мой Друг, в данный момент я сижу в кресле спасательного катера, а мнемомодуль андроида Гордона в ускоренном режиме фиксирует мои слова, воспоминания, чувства и мыслеобразы. Как оказалось, кроме прочих, у прибора есть ещё один дефект: новая запись на кристалл памяти невозможна без потери прежней. Хотя голос Гордона безвозвратно исчезнет, его слова и моя история смогут сохраниться для потомков. Я оставлю модуль здесь, в каюте, а сам вернусь к Силовому Барьеру. С собой я возьму идентификатор Линды (отныне он будет всегда со мной, до тех пор, пока не выполню обещание), свой меч и импульсатор.

Сейчас глаза мои закрыты, но внутренним взором я ясно вижу, как должны, вернее, как будут развиваться события. Я отключу излучатели в туннеле и открою ангелам доступ в него. У меня нет никаких сомнений в том, что они сразу же устремятся в проход, чтобы после долгих веков ожидания наконец-то проникнуть в вожделенную Недоступную Зону. И когда ангелы заполнят своими безупречными, красивыми телами туннель на всём его протяжении, а первые из них уже будут практически на один шаг от границы в Недоступную Зону, я снова активирую беспощадные машины смерти. Все ангелы, находящиеся внутри Силового Барьера, погибнут, ну а затем придёт черёд тех немногих, кто ещё останется снаружи.

Отключив излучение и вооружившись мечом и импульсатором, я тоже стану ангелом. Ангелом возмездия! Я освобожу Конрада и перебью всех врагов до единого. Всех, кто осмелится встать на моём пути! Очень надеюсь, что принц Артис не сунется в туннель, и я смогу своими собственными руками уничтожить его.

А когда я покончу с ними, мы с Конрадом улетим на Марс. Прочь с проклятого ковчега, чтобы встретиться с Учителем и завершить его миссию, ставшую с недавних пор и моей. Чтобы пробудить всех людей на Земле и возродить к новой жизни мою Линду…

Мне больше нечего добавить к этой истории. И я закончу её так, как на моём месте сказал бы андроид Гордон: я, Кай Руссов, навсегда прощаюсь с тобой, Друг! Будь счастлив и свободен!

Эпилог

Голос уже давно затих, но Второй ещё долгое время сидел словно в оцепенении, не сводя изумлённого взгляда с прибора на столе. Информация с кристалла памяти превзошла все его ожидания. Ему определённо понадобится некоторое время, чтобы осмыслить все новые факты и определить, как поступить с этими данными…

Ясно только одно: невероятная история с мнемомодуля должна храниться в тайне, пока он окончательно не решит, каким образом её можно будет использовать в будущем для достижения своих далеко идущих планов.

Пришло время позвать помощника и сообщить ему о принятом решении. ПервыйПослеВторого явился незамедлительно, сразу же после сигнала вызова от своего строгого и грозного начальника. Он склонился в почтительной позе и весь обратился в слух.

— Слушай мой приказ! — властно провозгласил Второй. — Информация, содержащаяся в этом мнемомодуле, является абсолютно секретной. Никто, кроме нас двоих, не должен знать о существовании этого прибора. Тех, кто обнаружил его в ходе поисковых работ, следует ликвидировать! Я даю тебе один день на осуществление этой задачи!

ПервыйПослеВторого послушно кивнул и попятился к выходу.

— Стой! Я ещё не закончил. Мне кажется, что уже совсем скоро ты сможешь рассчитывать на должность Третьего… Помни об этом и держи язык за зубами! А теперь оставь меня одного!

Помощник замер в изумлении и, выпрямившись во весь рост, недоверчиво взглянул на начальника.

«Он ещё плохо умеет контролировать свои эмоции… — с неудовольствием подумал Второй, заметив, как хитиновый гребень на голове ПервогоПослеВторого стал багровым от прихлынувшей крови, — но ничего, у него ещё будет достаточно времени в распоряжении, чтобы научиться этому».

После ухода помощника, окрылённого неожиданными словами о предстоящем повышении, он вновь остался один на один со своими мыслями в тишине холодного и неуютного кабинета. Второй придвинул когтем к себе деревянную коробку и достал из неё два цилиндра. Теперь ему уже было известно их назначение…

Взглянув на первый идентификатор, он удовлетворённо хмыкнул, так как обнаруженный им код — ЛТ2020 только подтвердил его догадку, а вот другой блок памяти заставил его надолго задуматься.

Второй идентификатор принадлежал андроиду с порядковым номером КР2043…

Конец первой части

Content

Виктор Майер
Пробуждение

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Эпилог