Квернадзе Гиорги

Победитель?

Победитель? / Том 1

Пролог / Глава 1

Пролог

Находясь перед тяжелым выбором, глаза Марка разбегались между артиллерией и танковой техникой. Переводя мышку то в одно место, то в другое, он определился. Леопард. Немецкий танк, прославившийся на весь мир своей огневой мощью и надёжностью. Более того, помимо основных качеств, своими малыми габаритами и мобильностью он идеально подходил для городских сражений.

— Опять ты со своими Леопардами?! Неужели не надоело? Мы все уже прекрасно помним, что ты король сражений, но дай нам хоть небольшую фору. Сам же попросил сыграть в "Победителя".

— Дааа. Хватит уничтожать нас, мы даже экономику не развили, а ты уже со своими Леопардами бегаешь! Нечестноооо.

— Ладно, ладно… Я больше так не буду. Просто я уже давно не играл и захотелось как то развеяться. Универ и работа из меня последние соки выжимают, я даже не могу нормально позадротить. Вот что по-настоящему нечестно. Вы двое гуляете со своими девушками, а мне приходится днями напролёт работать. Эх… Жизнь такая сложная вещь…

— Боже, хватит ныть "Победитель". У тебя тоже есть достижение в жизни, ты был признан лучшим игроком в этой игре. Чем тебе не заслуга а?

— Опять ты за старое. Как тебе не стыдно? Бедного Марка подкалываешь, а ведь он правда смог получить звание лучшего игрока "Победителя". Эх… Ладно, хватит с меня игр на сегодня. Лучше пойду покатаюсь на машине, да и с девушкой хочется встретиться. Адье парни…

— На машине покататься? Хех, мы то знаем, чего ты хочешь, да Денис? Денис? Он что тоже вышел? Даже не попрощался, вот гад… Ладно, конец так конец. — Подтянувшись, Марк встал с компьютерного стула и немного размял кости. Непрерывная игра требует немало сил, особенно когда ты продумываешь каждую деталь.

"Еды как обычно дома нет… Вот беда, а еще нужно закончить план по бизнес развитию иначе с меня шкуру сдерут. Но как же мне лень…"

Выпив немного воды, Марк еще раз прошелся по только что сыгранной игре. Хоть его соперники не были сильны, но это не имело значения, ведь он просто проверял свои навыки. Марк периодично так делал, ведь игра "Победители" была неотъемлемой частью его жизни.

&lt;Вам пришло новое сообщение&gt; Сев за компьютер и открыв личные сообщения, Марк увидел странное письмо.

&lt;Системное оповещение: Вам доступно повышение статуса. &lt;&lt;Согласиться&gt;&gt; &lt;&lt;Отказаться&gt;&gt;

"Повышение статуса? А почему бы и нет, раз системное оповещение то наверное что, то важное." Нажав на кнопку &lt;&lt;Согласиться&gt;&gt; мир перед Марком погрузился во тьму.

…

— Что случилось с его величеством? Почему он упал в обморок? — Открыв глаза, Марк увидел двух стражников, одетых в легкую броню, которые о чем-то спорили между собой.

— Откуда мне знать? Он съел кусок рыбы и сразу же потерял сознание. Нужно немедленно отвезти его в лазарет к лекарям…

"Какой еще лазарет? Где, я и почему у меня так сильно болит голова? Такс… Вспоминаем последние события. Я согласился на повышение, а потом пустота."

— Что за шум? Что тут происходит? — В обеденную комнату внезапно вошел еще один человек. Он явно отличался от этих стражников по статусу. Это можно было понять просто взглянув на его одежду. Высокий мужчина был одет в серую Камзоль с инкрустированными драгоценностями.

— Герцог Мадеус, как хорошо что вы здесь, с его величеством беда. Он только что потерял сознание! — Стражники были рады увидеть Мадеуса. Обычно этот мужчина был главным советником и помощником короля, так что их реакция не удивительна.

— Король потерял сознание?! Как такое случилось? Немедленно позовите лекарей, я проверю его пульс. — На лице Мадеуса можно было увидеть панику. Если с королём что-то случится, то это может повлечь за собой большие неприятности.

"Такс. Спокойствие, только спокойствие. Походу они приняли меня за своего короля, это странно. Странно, но пока я не пойму что случилось, будет лучше подыграть им."

— В… Всё в норме. Я просто переутомился… Не стоит переживать. — Медленно сев на стул, Марк попытался использовать все свои навыки актёра. Только вот стражников это мало интересовало, они со счастливыми лицами смотрели на своего короля.

— Вы в порядке! Мы до смерти перепугались! Ваше величество, пожалуйста заботьтесь о себе. После начала вашего правления, дела королевства пошли в гору. Каждый житель прекрасно видит это, но прошу не давите на себя! — Слушая слова стражника Марк сделал несколько выводов. Во-первых, человек за кого его приняли, был неплохим монархом, хоть и правил совсем недолго. Это можно понять по эмоциям, которые подчинённые испытали, узнав что с ним всё в порядке.

Будь он плохим правителем, то стражники не испытали бы облегчения, а в данном случае они без какого либо притворства переживали о короле.

— Рад что вы так сильно обо мне беспокоитесь, но не стоит, я в порядке. Сейчас государственные дела важнее моей усталости. Нужно поднимать страну с колен, так что небольшая головная боль малая плата за успех. — Пока Марк не разберётся со всеми делами, нельзя чтобы его раскрыли до этого момента.

— Ваше величество что вы говорите, мы горды служить под вашим началом. — Стражники были невероятно рады, а вот Герцог Мадеус выглядел немного шокированным. Марк мелком заметил это, и он сразу же напрягся.

— Я тоже горд имея таких подчинённых, а что касается моей трапезы, то прошу узнать кто его приготовил и привести в мои покои. И да, не выкидывайте еду. Заверните всё для меня, нужно проверить кое-что.

Смотря на жареную рыбу, у Марка, появились странные мысли. Однако вдруг он заметил очень интересную и необычную вещь. В самом углу его зрения, была небольшая иконка, которая невероятно сильно напоминала стартовое меню из игры "Победитель".

Глава 1

Увидев иконку Марк сначала не поверил своим глазам. Он несколько раз провёл рукой перед собой, чтобы убедиться в реальности событий.

«Неужели это то что я думаю? Но как его активировать?» Подумав несколько секунд, Марк попытался нажать на иконку, однако эти действия не дали никакого результата.

— Ваше величество, с вами всё в порядке? Вы минуту смотрите в одно и то же место. Простите за дерзость, но может быть нам всё же стоит вызвать лекаря? — Стражники как раз хотели уйти, но поведение Марка напрягло их.

— Не стоит переживать, я в полном порядке, просто задумался о чем то. Вам стоит исполнить мой приказ, а мне вернутся в свои покои. Герцог, пожалуйста сопроводите меня до комнаты. — Мадеус не смел противиться слово монарха. Он просто кивнул и пошел к покоям короля, а Марк медленно последовал за ним.

Приказ сопроводить его до покоев был отдан не ради того, чтобы показать превосходство, главной целью Марка было добраться до своей комнаты, ведь он ничего не знал об этом месте. Всё, начиная от его поведения, заканчивая манерой речи, было лишь игрой. Никто не должен узнать о том, что Марк не настоящий король, иначе это может вызвать опасные последствия.

— Ваше величество, вы правда уверены что с вами всё хорошо? Не сочтите за грубость, но несколько минут назад вы упали в обморок. Перед стражниками было тяжело признать слабость, но со мной вы можете быть открыты. Если этот визир может чем-то помочь, лишь прикажите и я гарантирую успех. — Слова Мадеуса звучали приято для ушей, однако Марк не собирался доверять никому.

«Кто поверит словам самого приближенного к королю аристократа? Может ты хочешь завладеть троном и пытаешься мною манипулировать? Нет… Со мной такое не прокатит.»

— Спасибо за преданность герцог. Я очень сильно ценю это. Лишь благодаря вашей помощи мне удалось достичь хоть какого то успеха. Народ не забудет ваших заслуг. — Марк специально подбирал такие слова, чтобы к ним невозможно было придраться. Например, если бы его предшественник ничего не делал, то герцог посчитал бы эти слова простым хвастовством.

— Этот везир рад служить его величеству и народу. Однако я не могу понять, зачем вы приказали доставить повара в ваши покои. Прошу просветить этого слугу… — Шагая по мраморной плитке дворца, герцог и король общались друг с другом. Множество дорогих картин и изысканных скульптур были разбросаны по всему дворцу. Смотря на всё это богатство Марк понятия не имел сколько это всё могло стоить.

— Мадеус, позвольте задать один вопрос. По вашему мнению всем ли нравиться моё правление? — Этот вопрос заставил герцога вмиг замереть на месте. Медленно обернувшись он посмотрел на Марка, спокойно стоявшего и ожидающего ответа.

— Не посчитайте это грубостью, но я думаю что в высших эшелонах королевства найдутся люди, которые так скажем, не особо одобряют ваши решения. — Если говорить честно, то Марк не ожидал подобного прямого ответа, однако не растерявшись он сумел сохранить спокойствие.

— Это честный ответ. Очень честный и я удивлён что вы мне его дали. Этот король тоже уверен в том, что есть некоторые люди не одобряющих мои решения. Только вот меня это мало волнует. Герцог Мадеус, я хочу попросить вас. Сделайте детальный отчет всех моих проведенных реформ. Мне хочется увидеть всю картину в целом. Надеюсь я, смогу положиться на вас в этом вопросе. — Марк понятия не имел о намерениях герцога, однако лишь с этим аристократом у него были хоть какие-то отношения.

— Можете рассчитывать на меня. Я сделаю всё что в моих силах. Отчеты будут готовы через неделю. Вы провели немало реформ, так что мне придётся потратить некоторое время для детального анализа.

— Нет проблем. Неделя так неделя. Я доверяю вам и не сомневаюсь в качестве проделанной работы. А теперь продолжим путь, мне хочется немного отдохнуть. — Дойдя до царских покоев, Марк отпустил герцога и один вошел внутрь. Ему нужно было многое обдумать и решить, но стоило ему войти в комнату как перед ним предстала странная картина.

«Что за дичь тут происходит?» Несколько голых девушек смирно стояли и ожидали его появления. От такого у молодого Марка закружилась голова. Ни то чтобы он не видел голых девушек в своем мире, однако не таких красивых и не в таком количестве.

— Ваше величество, вы уже вернулись с трапезы? — Смотря на настоящих богинь воплоти, Марк и не знал что ответить. Он на несколько секунд замер и просто наслаждался картиной.

— С вами всё в порядке ваше величество? — Видя что король не отвечает, девушки забеспокоились, но Марк к этому времени успел взять себя в руки.

— Всё хорошо, я просто переутомился. Барышни, пожалуйста оденьтесь и покиньте мою комнату, сегодня ваши услуги не понадобиться. — Не нужно быть гением, чтобы понять чем именно эти девушки занимались. Марк конечно хотел поразвлечься с этими богоподобными красавицами, однако сейчас не время и не место для таких дел.

«Сначала нужно разобраться с тем, куда я попал. Та иконка меня сильно интересует. Надеюсь что оно откроет систему из «Победителя» иначе я обижусь.»

Девушки без промедлений исполнили приказ. Они не собирались да и не смели ослушаться приказа.

Оставшись наедине с самим собой, Марк начал думать над ситуацией. Он оказался в другом мире, в теле какого то короля. Однако это еще не самая плохая новость. Хуже всего-то, что Марк не обладает никакими знаниями касательно этого мира.

«Так как же мне нажать на ту иконку? Может стоить сказать какое-то ключевое слово?»

— Активация. Система. Пуск. Меню… — Попытавшись несколько десятков раз, Марк всё равно не нашел нужное слово. Однако интерес к иконке никуда не исчез, напротив с каждой секундой он нарастал всё больше и больше.

«Хм… Может нужен специальный жест? Рукой вниз или вверх… Или…» После нескольких минут попыток, Марк вспомнил про одну маленькую хитрость, которую он довольно часто использовал во время игры. Он назывался щелчком, точнее сам парень так его называл. Предназначалась данная функция для быстрого использования и открытия информации нации.

Щелкнув пальцами, перед Марком в ту же секунду появились несколько графиков и таблиц, которые прям точь-в-точь копировали игровую систему из «Победителя», однако заядлый игроман и яростный фанат данной серии не мог упустить из виду некоторые различия.

&lt;&lt;Приветствуем вас Король Марк Колхидский. Как монарху страны, вам доступна полная информация и статистика вашего царства.&gt;&gt;

&lt;Королевство первого уровня: Колхида

Количество городов: 1 (4 Уровень) — Население 21 514 жителя

Количество армии — 975 человек

Уровень развития Гаида — Античность. Доступные технологии можете увидеть в самом Гаиде.

Прирост города — 365 человек в год

Экономика — Слабая. Рост 1,3%

Основная направленность: Земледелье, животноводство.

Наличие ключевых ресурсов: Вода (+), Дерево (+), Еда(+), Железо (-)

Стратегические ресурсы: Пока не изучены либо не обнаружены

(Для дополнительной информации откройте классовое меню.)

Глава 2 / Гаид

Глава 2

Отойдя от столбняка, что вызвало неожиданное появление системного окна прямо перед глазами нашего героя, Марк усердно потёр виски подушечками пальцев, стараясь как следует сконцентрироваться, ведь это были уже далеко не шутки, прямо сейчас перед ним предстало целое государство, правда, оцифрованное, и в достаточно упрощенном для понимания, виде. Марку потребовалось затратить не мало времени, чтобы абстрагироваться от нахлынувшего ощущения серьёзной ответственности. Если бы вас сию же секунду короновали, предоставив, а точнее сказать, нагрузив вас полномочиями и обязанностями по управлению целой страной, сложно представить того человека, у кого голова не пошла бы кругом, но наш парень держался молодцом, вернув хладнокровие уже через несколько минут.

«Система, что за «Гаид»? И как его использовать, скажи как можно понятнее.» — не имея информации о том, насколько разумна система, и может ли угадывать его подсознательные предпочтения, Марк постарался выражать свои приказы куда более ясно в мысленно — словесном эквиваленте.

На его вопрос панель немного переменилась, выделяя синей строкой слово «Гаид», словно мышь на рабочем компьютере, а затем данное слово немного увеличилось в размерах, начав выплывать из строчек на передний план, совместно с активировавшимся голосом системы.

[У каждой страны есть свое дерево технологий. Оно называется Гаидом. Если страна изучает какую — нибудь технологию, то после завершения исследования оно записывается в Гаид. Без этой информации невозможно создать что-то новое. Таким образом можно было бы называть Гаид информационным древом технологий. Желаете открыть классовое меню, чтобы зайти в дополнительные настройки?]

Да, система развития оказалась практически такой же, как и в той игре, что одновременно смутило, и обрадовало главного героя.

«Если я перенёсся в тело короля, имея с самого начала игровую систему, является ли этот мир сам огромной игрой, где я, на самом деле, не умру, если меня убить? Точки сохранения? Сюжетные задания? Действующий сценарий событий? Необходимо всё это срочным образом проверить, чтобы не возникло глупых ситуаций, как же я не люблю выглядеть дураком…»

[Желаете открыть классовое меню….?]

Система опять дала о себе знать продолжительным бездействием своего пользователя, на что Марк осёкся, и твёрдо решил пока что вернуться к полному изучению системных окон, ибо на данный момент, это было его самым прямым и действенным способом получить первоочередную информацию, а на себя он найдёт время и после. Приняв удобное положение в кроваво — бархатном кресле, Марк сложил руки в замок на груди, немного прикрыв глаза, желая тем самым проверить, работает ли система в подобном случае.

«Отчего зависит экономика, и как повысить её уровень?» — данный вопрос показался Марку наиболее актуальным, ведь развитая экономика в стране — это основа благополучия, что напрямую повлияет и на него самого. Как выяснилось, система действительно без труда работала, когда у нашего героя были закрыты глаза, но вот к появлению всплывающих окон он всё ещё должен был постепенно привыкнуть.

[Экономика стран напрямую зависит от численности населения, а точнее от уровня безработицы. Чем больше и счастливее ваши граждане, тем быстрее будет увеличиваться общий процент роста экономики. Также её уровень зависит от внутренних и внешних финансовых операций, проводимых на основе заключения торговых соглашений и внутриполитических реформ.]

Такое объяснение удовлетворило интерес Марка, так что он решил по — точнее разузнать об основных ресурсах, и как с ними можно было взаимодействовать с помощью подвластной ему системы. Марку уже не терпелось заключить пару выгодных торговых сделок, а также провести несколько реформ, чтобы поднять уровень экономики.

«Расскажи мне о доступных и не доступных ресурсах, и как проводить реформы, а также заключать торговые договоры с соседями?» — на первом месте для Марка стояла собственная страна, и поэтому первым делом он решил провести внутренние реформы, прежде чем замахиваться на торговлю, по всей видимости, ограниченным числом доступных ресурсов.

Для создания всех предметов нужны начальные ресурсы — это камень, дерево, вода, еда. Абсолютно всё связано с этими четырьмя ресурсными элементами.

[Ключевые ресурсы — это Вода, Еда, Дерево и Железо. Знак + или — означает наличие данного ресурса на подконтрольной вам территории, если провзаимодействовать с названием ресурса, вам откроется количество его добытых единиц, доступное для взаимодействия, такого как торговля, дополнительные строения, и так далее. В связи с естественным приростом населения, на данный момент на увеличение площади города в пассивном режиме затрачивается определённое количество каждого из имеющихся ресурсов, вы можете ограничить их использование, также провзаимодействовав…]

Погружение в изучение тонкостей системы у Марка прошло просто отлично, так, что он даже умудрился уснуть в мягком кресле, находясь без движения около трёх часов, и практически всё это время, над его величеством бдел Мадеус, что то и дело склонялся своей козлиной бородкой к носу правителя, проверяя, дышит ли тот во сне, ведь мало ли что могло произойти, а у Марка ещё была намечена встреча с министрами внутренних дел, что по всей видимости, пройдёт намного позже, чем это было запланировано, ведь прежний правитель никогда не изменял своей привычке, провести долгое время в компании девушек, перед тем, как перейти к государственным делам, а сейчас этот график неожиданно смещался, утопая в крепком беспробудном сне, где Марку мерещилось, как две реальности, прошлая и настоящая, для него, сливаются воедино.

Глава 3 / Общая информация

Глава 3. (Победитель)

[…Для того, чтобы усилить армию, ваше королевство должно изучать новые технологии, а также развивать экономику. Самостоятельно ваша армия сможет повысить свои характеристики одерживая победы в сражениях, за участие в сражении лидера государства, её войскам начисляются пассивные бонусы к атаке и обороне. Улучшение мастерства бойцов происходит исключительно на поле боя, и без постоянных тренировок показатель их эффективности будет стремительно понижаться.]

С переходом королевства в новую эпоху развития, или же с открытием определённой технологии, войска могут единовременно получить как отдельное улучшение экипировки, так и общую модернизацию.

Разделяя сознание между сном и работой, Марк насильно уверил себя в том, что в ближайшие пару часов ему ничего не угрожает, чтобы он мог потратить это время на внезапно нахлынувшее желание поспать. Его разум был перегружен.

Система, пост короля, туманное будущее, которое только предстояло начать исследовать, мозг нашего героя слишком переутомился от разового потока информации, в буквальном смысле запросив срочный отгул. Но в тот момент, когда Марк подумал, что больше не контролирует Систему, его ожидания опровергались всё также продолжающими висеть где — то глубоко на задворках мозга, что в данный момент раскладывал всё по полочкам, информационными окнами. Система всё ещё была активна, и продолжала давать развёрнутую информацию Марку, в то время, как он отдыхал.

«Покажите мне карту мира.» — король хотел полностью видеть, как выглядит мир, в котором он оказался, и такая функция должна была быть у его системных окон, так как он являлся правителем целой страны. Почему «его системных окон»? Да потому что не один король имел в своём распоряжении возможность взаимодействовать с подконтрольными землями.

Системные окна были также и у тех, кто находился ниже в правящей иерархии, но с каждым рангом ниже, площадь подконтрольных аристократам земель стремительно сокращалась, а ранги знати располагались следующим образом: Король&gt; Кронпринц&gt; Великий герцог&gt; Князь императорской крови&gt; Герцог &gt; Маркиз &gt; Граф &gt; Барон &gt; Рыцарь. Но, тем не менее, данная система имела несколько особенностей, например, если Барон правил на своей земле более разумно и эффективно, он вполне мог стать богаче Графа, что справлялся со своими обязанностями не настолько хорошо.

Такая разность могла привести в итоге к тому, что успешный Барон менялся местами с Маркизом, перенимая его должность и полномочия, но данный процесс не мог пройти автоматически, так как только король мог определять и контролировать число и положение знати, и если Великий герцог хотел посвятить угодного ему простолюдина в Рыцари, то прежде всего он должен был отправить прошение королю, и только после Его одобрения, руки развязывались.

На данный момент в королевстве Колхида имелся один король (Марк Колхидский), Кронпринцы, Великие герцоги и Князи императорской крови были заблокированы, в связи с малым размером государства, а также отсутствия политического брака с представителем высшей аристократии любого другого государства, а все рождённые от наложниц дети автоматически становились бастардами — Рыцарями, и «отпадали» от ветки престолонаследования, данное правило показалось Марку сперва достаточно странным, ведь дети не виноваты, что родились не от политического брака, и всё же становились изгоями, но для этого мира, и этой системы это считалось базовым принципом, который нельзя было изменить, отчего Марк, пока что, твёрдо решил обойтись без детей от наложниц, или же официальных жён из своей страны, которых, кстати сказать, у него пока не было.

[Статус короля позволяет увидеть текущее семейное положение. На данный момент Король Марк Колхидский имеет:

0 политических жён;

0 официальных жён;

0 любовниц на стороне;

27 наложниц;

8 бастардов (6 мертвы);

0 внуков;

0 правнуков.]

После открытия «дополнительных настроек», которые уже множество раз прорекламировала ему Система, Марк смог увидеть то, что доставило ему немного радости, а именно, собственное семейное положение!

«Ах если бы я ещё мог видеть полные характеристики лояльности каждого из людей в этом мире… Но увы, к сожалению система предусмотрела лишь общий уровень счастья в стране, а с этим не особо развернёшься, для сугубо личных целей…»

Марк также мельком обратил внимание на показатель «бастардов», коих за всё то, по — видимому, недолгое время правления у прошлого короля набралось уже целых восемь, а убиты тем или иным образом были уже шестеро! Такое положение дел нисколько не радовало Марка, и он всё же решил в дальнейшем узнать причины их смерти, и не «официальные», а именно правдивые версии, так или иначе здесь кругом замешана политика и закулисные игры, он не мог править эффективно, не зная всех тонкостей нового мира, и это сейчас не про континенты и сам мир в целом, здесь имелась ввиду паутина власти.

— Ваше величество! Простите, что бужу вас, этого смиренного слугу послали сообщить вам, что министры по внутренним делам прибыли. — дрожащий голос молодого слуги раздался неподалёку от ушей нашего героя, что сразу открыл глаза, чтобы увидеть, склонившегося пред ним на оба колена, парня с русым конским хвостом на затылке. По тону парнишки можно было на подсознательном уровне подумать, что этот человек признаёт власть перед ним сидящего, и совершенно не представляет угрозы для Марка, но это не усмирило бдительности героя ни на грамм, ведь он понимал, что в его положении даже спать надо куда меньше, чем работающие дни напролёт крестьяне, ведь каким — то же образом умер предыдущий владелец этого симпатичного тела, и пока Марк не найдёт убийцу, или не поднимет уровень счастья в королевстве до определённого уровня, придётся работать в поте лица, и как раз — таки это ему предстояло сейчас сделать.

— Слуга, имя скажи, и веди меня на кухню, министрам передайте, чтобы ожидали в зале совещаний, также подайте им закусок. — Марк уже построил первоочередные планы на парня прямо перед ним, ему нужна была собачонка, что будет выполнять приказы, которые в открытую выполнить не получится, и этот крепкий на вид слуга, мог бы стать в будущем подходящим инструментом.

— Прак, ваше величество, этот слуга сирота, и фамилии у него нет. — торопливо выговорив эти слова, Прак подскочил с места, и направился к двери, распахнув проход для Марка, а сам остался ждать с той её стороны. Краем глаза наш герой заметил, как парень подозвал другую слугу (девушку), которой предал приказ, упоминая слово «министры», а затем повёл уже полностью проснувшегося Марка дальше по коридорам, где достигнув большой винтовой лестницы, они оба начали спускаться вниз, при этом слуга сохранял полное молчание, и ступал настолько осторожно, чтобы даже лишних звуков не производить, настолько мягкий шаг, что даже сам Марк решил попробовать за его спиной точно также переставлять ноги, но всё же огромную разницу играло то, что на ногах правителя были надеты сандалии из дерева и шёлка, в то время, как на слуге была тканевая обувь, больше напоминая остроконечные домашние тапочки, но даже при этом, наш герой ненормально громыхал подошвами в безмолвном пространстве, вскоре отбросив идею научиться бесшумному шагу с первого раза, и всё же он был рад, что в тот момент никто не слышал его мыслей, кроме Системы, чтобы посмеяться над его поступком, который сам правитель через пару секунд уже считал сущей глупостью, ведь король не должен становиться ассассином, король должен управлять ассассинами.

— А ну расступись! Король идёт!! — стремительный крик Прака разнёсся по огромному помещению подземного этажа, где кухарки и поворята сновали то туда, то сюда, перенося на руках несоразмерные им металлические котлы и каменные сковороды, при этом перемещаясь между рядами отстроенных из качественной глины, печей и деревянных желобов, для рубки овощей, как единый и привычный их телам, механизм. Громкий шум шкварчащей посуды и болтовни кухарок сию же секунду будь — то бы накрыло медным тазом, а испуганные женщины похватали подростков с пути короля, образуя достаточно широкий коридор среди толпы работников кухни, что стояли, словно статуи, позабыв о приготовлении еды, когда по ним гулял медленный и оценивающий взгляд короля.

Марк не просто так явился в такое место, как кухня, собственной персоной. Его намерения были довольно просты, если он не хотел такой простой смерти, как отравление, ему необходимо было есть ту пищу, в безопасности которой он будет уверен, а именно, приготовит всё сам.

— Мне нужны примеры всех сырых продуктов, что у вас есть, сложите их на столе и отойдите, выполняйте живо. — стараясь не показаться тираном, но и при этом соблюдая грань поведения высшего аристократа, Марк привыкал говорить в несвойственном ему прежде, властном и приказном тоне.

Глава 4 / Как их зовут?

Глава 4

Сложно сказать с первого взгляда, сколько продуктов находилось на большом и начисто протёртом кухарками, деревянном столе. Каждый овощ и каждая мясная часть тела только — только забитого скота была предоставлена взору Марка, что не спешной походкой оценивал предложенные ему предметы провизии, что в умелых руках, в дальнейшем, могли превратиться в изысканные блюда высокой кухни.

«Система, можешь выявить отрицательные эффекты в данной еде?» — не сильно раздумывая над построением вопроса, Марк всё же удостоверился, как система в очередной раз молчала, не давая ему никакой детальной информации о том, что находится перед глазами её хозяина, всё же это была система управления страной, а не обнаружения ядов в еде или вине, что попадались на голодные глаза нашего героя, которому с небольшим усилием удавалось подавить хищные позывы пустого желудка, ведь вся еда присутствовала в неприготовленном виде, и один только взгляд на отрубленную свиную голову успешно отбивал весь аппетит на ближайшие несколько минут.

— Что здесь делает король?~

— Почему он оценивает ещё не приготовленную еду?~

— Не знаю, нас никто не предупреждал о визите его величества~

— А как же Мигель? Он всегда тебе говорит, когда к нам приходят с внеочередной проверкой?~

— Мой брат не может знать всё~…

Перешёптывания за спиной Марка начали его немного смущать, так как он уже десять минут собственными руками рылся в продуктах, ища последние «ресурсы», на которые он мог без посторонней помощи существовать.

По правую руку от героя уже лежала, найденная им под большой стопкой салата, горка куриных яиц, что были надёжно закованы в прочную скорлупу, и шанс отравить яйцо, как бы странно это не звучало, был неимоверно мал, если не была повреждена скорлупа, а также несколько пакетов гречневой крупы, которую оставалось хорошенько промыть кипячёной водой, и можно было запаривать в небольшом котелке, в дополнение ко всему, Марк откопал грецкие орехи, что также должны были помочь его диете, не сгубить организм за непродолжительное время царского поста, и хоть яды добавляли к еде цели уже на стадии подношения к столу, или же смазывали ядом столовые принадлежности, Марк желал свести к минимуму любое покушение на его жизнь, и по этому, на какое — то время решил пожертвовать пищевыми изысками, собственная жизнь для него была на первом месте.

— Отныне в мои покои завтрак, обед, и ужин должен подаваться следующим образом. Одно сырое яйцо, не колотые орехи и крупа, на час раньше, чем обычно. Также и на обед. На ужин подавать больше орехов, но без яиц. В моих покоях уже к вечеру должны стоять каменная печь для готовки с раскаленными в ней углями, ковры и лишние простыни убраны, а кровать опущена на пол, навес над постелью также убрать. Принести чан чистой воды и несколько котелков с серебряными приборами. Этим же вечером крупа должна быть у меня в покоях. — глядя на немного ошеломлённые лица всех присутствующих, Марк обращался как к Праку, так и к кухаркам, что всё ещё практически неподвижно и прямо стояли позади него на расстоянии нескольких метров, и по окончании речи, слуга тут же отчеканил без лишних вопросов.

— Будет сделано ваше величество.

В просторном прямоугольном зале, где среди множества не горящих свеч и наполненных графинов, располагался стол совещаний, группа людей различных телесных форм и полов предавалась небольшой трапезе, не спеша ожидая прибытия верховного владыки.

Министерство внутренних дел Колхиды состояло из пяти министров нижней палаты, а также трёх представителей верхней палаты, что возглавлялись ведущим министром внутренних дел, что в сумме составляло девять голов, отвечающих за внутренние реформы в стране.

Естественно, что без разрешения короля ни одного закона появиться не могло, так что если рассматривать общее положение каждого из людей в этой комнате, можно было понять, что никто из них не обладал истинной властью, а их работа заключалась в составлении законодательства, что далее шло на одобрение в верхнюю палату, или же на прямую к королю, за которым всегда значилось последнее слово, принимать тот или иной закон, или же распустить всех «помощников», что его составляли, и такое происходило довольно часто, по определённым причинам абсолютной власти в руках монарха.

Случись не понравиться взору владыки слишком мудрёному документу, как тот тут же мог заподозрить не ладное, и лишить должности, или даже жизни, министра, что не владел никакими землями, или же титулом, а если это был дворянин, то тут было уже куда больше шансов остаться в живых, и казни, за плохо оформленный документ можно не ждать, но опять же, всё зависело только от правителя, боялся он восстания аристократов, или же нет.

Уже кидая взгляд на салфетки, рослый мужчина, лет семидесяти на вид, железно соблюдая этикет высшего общества, заканчивал уплетать Жульен с куриными сердечками, что ещё даже не успел полностью остыть, так как его подали буквально пару минут назад, наслаждался прекрасным умением королевских поваров передавать всю суть составляющих блюда. Мужчина выглядел несколько расслабленно в отличие от остальных, более молодых министров, что ковырялись в своих закусках с некоторым подозрением, на что старик лишь украдкой посмеивался, ожидая прибытия задерживающегося короля.

— Небось опять наш владыка делами насущными занят, как думаете, долго нам ещё ждать его, господа слуги? — завершив трапезу, рослый старик слегка отодвинулся от общего стола, откинувшись на спинке своего стула. Казалось министр ничуть не боялся высказывать немного ядовитые фразы в адрес его величества, что заставило многих «новеньких» нахмурить брови и сморщить сальные лбы, оттого, что старик обращался даже не к ним, а к стоящим у дверей слугам, что были готовы исполнить любой доступный приказ министров.

— Его величество положил срочный визит, и нам, к сожалению, не известны помыслы Его величества, но думаем, что он прибудет к вам в скором времени. — один из слуг ответил сразу же за двоих, видимо, он был старшим слугой в этом зале, и говорить правильно и достойно в присутствии высокопоставленных лиц умел более свободно, нежели его напарник, что тут же расслабился, услышав, что за него уже подставлял голову другой слуга.

— Рибериус, твои мысли не являются тем, что ты должен озвучивать, либо замолкни, либо говори серьёзно, в кой — то веки. — исподлобья заметила девушка — министр, что, по всей видимости, уже была определённым образом знакома с характером старика — Иначе даже благосклонность его величества может рано или поздно закончиться. — добавила она уже с некоторым праведным нравоучением, после чего старик поубавил обороты, но сделал вид, что делает это по своей воле, а не потому, что мудрый голос девушки звучал достаточно убедительно, доходя до самых глубоких уголков разума.

— Графиня Киста, который раз вы хотите продвинуть свою программу по рабочим тюрьмам? — пролистывая большим пальцем правой руки толстые слои пергамента, один из министров нижней палаты прервал молчание, обратившись к ранее заговорившей девушке, что перевела тяжёлый и проникновенный взгляд на молодого мужчину, что глядел на неё, при этом вопросительно вскинув брови и поджав обвисшие губы, что стали такими от продолжительной скуки.

— Его величество здесь. — внезапно объявил Прак, входя в распахнутые двери зала совещаний, в тот самый момент, когда мужчина надеялся завязать разговор с девушкой — министром, что тут же переключила внимание на вошедшего правителя, в то время, как Марк аналогично пересёкся с ней взглядом, без возможности как следует рассмотреть остальных министров, что также погрузили зал в полную тишину после того, как синхронно поднялись со своих мест, приветствуя тем самым его величество.

Киста также поднялась со своего места, а складки на её тёмном платье тут же разгладились, когда его подолы плавно опустились на гладкий каменный пол.

Марк занял своё место во главе стола, при этом едва слышно приветствуя министров, после чего его взгляд переместился наконец от глубокого взгляда девушки, и наш герой тут же пришёл к мысли.

«Надо как — то выяснить их имена, точно, они же вроде должны подписывать свои проекты, посмотрю там.»

Глава 5 / Я не приму это

Глава 5

Не желая больше оттягивать, Марк обратился к министрам.

— Кто начнёт первым? Скажу сразу, я не в настроении, так что не удивляйтесь возможным конфузам, давайте по — скорее со всем разберёмся. — наш герой тут же обезопасил себя, сказав, что неважно себя чувствует, при таком положении дел, королю были обеспечены некоторые смягчающие обстоятельства, если Марк начнёт делать что — то не так. На данный момент древо технологий Гаида отображало окно перед глазами нашего героя, что уже изучил его насколько возможно.

Некоторые базовые технологии уже были изучены в королевстве Колхида, в то время как другие, только ожидали, пока правитель назначит их изучение. Осваивать две технологии за раз было нельзя, ровно, как и организовывать банки, до тех пор, пока не будет изучена технология широкого применения денег. Гаид не даст построить простой каменный барак, и назвать его банком, или же казармами, в мире функционировали как надо только здания, спроектированные и отстроенные с помощью Системы, так что идею со сверхэволюцией государства Марк сразу же посчитал провальной, и решил вернуться к реальным возможностям развития страны.

[Сельское хозяйство — изучено…

Животноводство — изучено…

Гончарное дело — изучено…

Стрельба из лука — в процессе…

Обработка камня — изучено…]

Всё же радовало, что прошлый король не сидел без дела, и открыл несколько базовых технологий, хоть на изучение каждой из них и требовалось всего несколько недель, всё же это было лучше, чем ничего. Марк рассматривал другие доступные технологии в Гаиде, раздумывая над тем, что же ему следует выбрать через шесть дней, когда «Стрельба из лука» завершит свою загрузку в Гаид.

На данный момент присутствовали такие неизученные технологии, как «Мореходство», «Письменность», «Охота», «Колесо», «Строительство» и «Обработка металлов», все они были достаточно хороши, и имели повышенное внимание в глазах Марка.

Мореходство открывало доступ к строительству портов и верфей, откуда небольшие суда могли отправляться в плавание в соседние страны, улучшался отлов рыбы и следственно, увеличивалось счастье и население в государстве.

Письменность открывала доступ к национальному языку и индивидуальному виду государственной письменности, ведь на данный момент в королевстве Колхида использовались варварские диалекты, и была развита лишь базовая письменность, а эта же технология давала широкие культурные перспективы, и почти гарантировано поднимало патриотический дух, из которого складывалось общее счастье граждан, также с точки зрения экономики письменность была одной из самых привлекательных технологий, что делало её распространение куда более широким, и хоть до строительства специальных школ было ещё очень и очень далеко, народ теперь худо — бедно умел бы писать, и заключать мелкие соглашения «на бумаге», что способствовало развитию бизнеса на данном этапе развития.

Охота открывала доступ к охоте на монстров, а также добыче редких шкур и других материалов, что пригодились бы в торговле, а также помогли бы населению по наступлению холодной зимы.

Колесо, и Строительство также были весьма полезны, развивая инфраструктуру городов, и улучшая связь между ними, но Обработка металлов всё никак не давала покоя Марку, начиная с того, что данная наука открывала доступ к такому ресурсу, как

Железо, а также значительно усиливало армию королевства, позволяя инвестировать казну в новое обмундирование из металла, что очень пригодилось бы, если вдруг на Колхиду совершат нападение соседние государства, или же кочевые племена, что изредка терроризировали деревни неподалёку от города.

Пока что данный вопрос наш герой отложил в своей голове, на принятие решения всё ещё было время, и не только на решение вопроса по изучаемой технологии, а на самой цели правления Марка. Чего он хотел добиваться, и какими методами? Что, как он считал, больше подходило для него, становление воинственного королевства, или же развитого торгового и культурного центра, который ни одно цивилизованное государство не осмелится тронуть. Но если уж на то пошло, Марк был не прочь начать войну в случае необходимости, или же убедительной выгоды.

Под эти мимолётные размышления на по правую руку от Марка собрались небольшие тома скреплённой нитями жёлтой бумаги, каждый из которых был заполнен особыми символами, которые, Марк надеялся, у него получится прочитать.

— Спасибо. — сухо поблагодарив министров, Марк взял в руки первое попавшееся скопление бумаг — Чьё это? — изображая крайнюю степень усталости, наш герой обратился к министрам, среди которых тут же подал голос симпатичный молодой человек, с вытянутым подбородком, длинными волосами шишечкой, и прямым носом с широкими и тонкими ноздрями — Это мой доклад, ваше величество. — не вставая с места, вежливо произнёс парень, не смея тянуть с ответом и задерживать его превосходительство.

По первому взгляду на бумаги Марк ничего не разобрал, но через несколько секунд, пока он аккуратно пролистывал листок за листком, перед ним выскочило небольшое сообщение.

[Данные о состоянии Королевства обновлены!

Краткая сводка:

В северной части центрального города найдено несколько трупов крестьян, стража напала на след убийцы, множественные свидетели происшествия привели к увеличению темпов раскрываемости, но немного понизило общий коэффициент радости в королевстве. Стражники постепенно осваивают новые луки, после окончания их тренировок ловить преступников и наводит порядок станет куда проще и эффективнее, а авторитет армии в глазах народа немного возрастёт.

Данные предоставил министр Удель Кадимский.]

Отложив бумаги на противоположный край стола, Марк без промедления принялся изучать остальные документы, ведь ему стало ясно, как это работает. Каждый месяц, когда организуется плановое собрание с министрами, данные по королевству в системе Марка обновляются, предоставляя свежую информацию, с которой ему предстоит работать весь следующий месяц, также, король мог созвать срочное собрание министров, чтобы обновить данные раньше срока, и пронаблюдать эффект принятых решений.

Tакая система показалась Марку не то, чтобы слишком не удобной, а скорее через чур реалистичной, он всё глубже и глубже осознавал связь системы со своим королевством.

[Данные о состоянии Королевства обновлены!

Краткая сводка:

Две столичные тюрьмы потребляют слишком много ресурсов, из — за чего жители негодуют, снижая общее счастье в королевстве. Предложение: одобрить предоставленный законопроект о принудительной занятости заключённых на городских строительных работах. Возможный эффект: снижение/повышение недовольства граждан, + 10 к числу рабочих 1 класса.

Данные предоставила председатель министров внутренних дел Киста Вальхонская.]

Рабочие являлись особым ресурсом в Системе королевства, способные строить здания из Гаида, а также способствующие росту городов и деревень. За счёт своего мастерства увеличивая престиж городов, что напрямую зависел от их внешнего вида, а также удобства расположения тех или иных построек. что также оказывало влияние на воинскую сферу, к примеру, если рабочий первого класса мастерства отстроит Арсенал по дальше от стен, то рабочий третьего класса мастерства уже построит это здание с учётом расположения относительно казарм, королевского дворца, и множества других факторов, что также могут оказаться ключевыми, при ведении боевых действий на территории города.

Есть пять классов рабочих, что прокачиваются по мере открытия новых технологий и совершенствования Гаида:

1 — Может строить здания из Гаида.

2 — Ускоряет строительство зданий из Гаида на 15 %, и вместе с этим дает дополнительную рабочюю силу +1

3 — Ускоряет строительство зданий из Гаида на 30 %, и дает +2 рабочей силы

4 — Ускоряет строительство зданий из Гаида на 50 %, и дает +4 рабочей силы

5 — Ускоряет строительство зданий из Гайда на 70 %, и дает +7 рабочей силы

С такими показателями иметь дополнительные 10 рабочих в окне города было довольно — таки манящим предложением, но почему же в эффектах было указано не только возможный рост, но и новое падение счастья населения? Марк серьёзно задумался над этим, падение доверия среди граждан ему сейчас было ой как не кстати.

[Королевство первого уровня: Колхида

Количество городов: 1 (4 Уровень) — Население 21 507 жителя

Количество армии — 975 человек(а)

Уровень развития Гаида — Античность. Доступные технологии можете увидеть в самом Гаиде.

Прирост города — 363 человек(а) в год

Золото: 137

Экономика — Слабая. Рост 1,3%

Основная направленность: Земледелие, животноводство.

Наличие ключевых ресурсов: Вода (+), Дерево (+), Еда(+), Железо (-), Камень (+).

Стратегические ресурсы: Пока не изучены, либо не обнаружены

Общий уровень счастья: 13%

Общее культурное развитие: 15

Общее религиозное развитие: Заблокировано

При понижении уровня счастья ниже 10 %, во всём государстве экономика урезалась до 50 % от текущей, а время на строительство любых зданий и изучение технологий увеличивалось на 50 %!!]

Что сулило только половину проблем для Марка, ведь когда народ несчастен, появлялась высокая вероятность восстания, и, если армия окажется в него втянута, или же не будет достаточно сильна, чтобы подавить бунтующих, правление Марка закончится быстрее, нежели он успеет сварить яйцо. Общее культурное развитие отображало степень развития искусства в государстве, и влияло на то, как соседние страны будут смотреть на ваше королевство, в основном влияло это на престиж и качество переговоров, в то время, как Общее религиозное развитие отвечало за боевой дух воинов, к которым шёл пассивный бонус от религии, и увеличивался он, если на поле битвы находились проповедники или миссионеры, что могли подавлять боевой дух врага, если у тех, конечно же, также не было с собой проповедников или миссионеров.

Кинув изподлобья тяжёлый взгляд на единственную представительницу женского пола среди министров, Марк произнёс твёрдым голосом.

— Я не приму это.

Глава 6 / Самоконтроль

Глава 6 (Победитель)

С тяжёлым хлопком толстая пачка дорогих бумаг была отброшена на край стола, вызвав небольшой диссонанс среди слуг, подумавших о том, что монарх разозлился, но Марк не желал рисковать всем ради возможного небольшого успеха, десяток рабочих к восьми уже имеющимся в городе хоть и выглядели заманчиво, но в то же время, наш герой понимал, что рискует всем, одобряя этот законопроект, и покуда у него не будет достаточно счастливых граждан в запасе, Марк не планировал принимать подобные предложения.

Уже ожидая тонну возражений со стороны той девушки, а наш герой полагал, что Вальхонская была на это способна, Марк несколько удивился, когда председатель министров словно через силу проглотила все свои возражения, с неким мимолётным отчаянием посмотрев на результат проделанной ею работы.

Либо она сейчас сдаётся, либо оформляет весь законопроект по новой, с превеликим шансом на то, что он снова окажется «не по ту сторону стола его величества». Молчание продлилось не долго, пока Марк рассматривал остальные доклады, Рибериус злорадствующе ухмыльнулся, заговаривая с его величеством, как — будь — то бы они с Марком были давними друзьями.

— Ваше величество, держу пари, мадмуазель Киста в который раз не может усвоить, что её законопроект никуда не годится. — в конце как — то даже по — доброму улыбнувшись, словно жалея угрюмую девушку, старик чуть развернулся на стуле по направлению к погружённому в системные окна, Марку, что тут же перевёл взгляд на Рибериуса.

— А, так значит твой проект по снижению налогов за счёт государственной казны лучше? — с сарказмом произнёс король, притворяясь тем самым, за кого его всё ещё принимало множество приближённых, и всё же, грань в голосе, указывающая на место говорившего, оставалась непоколебимой, да так, что Марк посчитал это своим первым достижением, как правителя, у него хорошо получалось вживаться в роль, отчего он пребывал в диком восторге, чего нельзя было сказать по немного осунувшемуся, и потерявшему гонор, лицу старика.

— Простите, ваше величество, я был не прав. — ни о каких спорах с монархом и речи быть не могло, что у его семьи, что у его друзей, что у его подчинённых. Монарх олицетворял абсолютную власть, определял, какие его слова звучали, как самая смешная шутка, а какие были призваны казнить без доли намёка на грозность, стоило лишь отдать небольшой намёк собственным поведением, чтобы остальные подстроились, и начали действовать соответствующе, и это не являлось безумным, бесхребетным, или же вопиющим недопущением, как раз — таки совсем наоборот, угождение его величеству, было самым первым правилом хорошего тона в любом государстве, в не зависимости от того, какое это было время, глубокая древность, или же прошлая современность Марка, что теперь чувствовал себя, чуть ли не богом, ведь его слово, имело вес, как никогда прежде.

Бах!

Законопроект Рибериуса улетел в стопку, рядом с бумагами девушки, для которой, Марк считал, что уже выступил достаточным героем, и больше не считал нужным даже пальцем шевелить в её сторону, или же ронять какие — то бессмысленные слова утешения, всё что надо, он уже показал своими действиями, и делал он это не ради Кисты, или кого — то ещё, он делал это ради возобновления своего статуса, и дабы преподать урока старику урок, указывая на то, что у короля отныне нет здесь любимчиков. Все были уравнены перед его величеством, королём Колхидским.

С другой стороны, законопроект Рибериуса Нина позволял с высокой вероятностью поднять общее счастье в стране до 20 %, но при условии, что казна будет урезана до 50 единиц золота следующие пол года, а такое состояние бюджета отнюдь не радовало Марка, ибо он собирался прямо сейчас отдать приказы системе о строительстве нескольких важных объектов, которые были достаточно важны, чтобы отказать законопроекту министра, что немного ошеломлённо потупил взгляд в стол, чувствуя на себе лёгкую ухмылку Кисты.

— Флотвинг, запиши мой приказ. Мне необходимо, чтобы в городе построили Ветряную Мельницу, лучше сразу возле производственного района, пусть делают запасы зерна и заполняют Амбар, на случай не урожая, нам понадобится куда больше еды, чем мы имеем сейчас.

Удель, прикажи войскам готовиться к скорому походу на варварское племя, приказываю задействовать разведчиков, чтобы те выследили местоположение их лагеря, а затем мы пойдём за их головами, доведите до сведения бойцов, что их в битве будет сопровождать сам король, что поведёт их мстить за разграбленные деревни, пускай воины готовятся изо всех сил. — Флотвинг Морройский отвечал за инфраструктуру городов, так что сообразнее было поручить ему постройку мельницы, и теперь Марку оставалось лишь наблюдать, как его показатели ресурсов подтаивают, переходя в отчеканенное «Да, мой король» со стороны Флотвинга.

[Золото: 57

Наличие ключевых ресурсов: Вода (40), Дерево (25), Еда (29), Железо (-), Камень (14).]

Целых 80 золота, а также 7 единиц дерева, и по 8 еды и воды, а также 1 исчезнувшую единицу камня Марк словно не заметил, он плакал по золоту, что ушло на строительство будущей мельницы, до завершения которого осталось ровно 7 дней с этой самой секунды, а медленно заполняющаяся иконка в окне города теперь держала его в курсе процесса работ.

Но за этим — то как раз наш герой и отдал второй приказ, о подготовке армии, чтобы поднять настрой граждан, прекратить набеги на и так немногочисленные деревни, что питали столицу, а также разграбить варварский лагерь, вот на что рассчитывал при победе Марк.

Отправлять войско в одиночку он решил не целесообразным, а отправляясь у него во главе, он не только даст воинам бонус от своего командования при атаке и защите, но и потренируется в управлении живыми людьми, где у него явно не хватало практического опыта, а получить его в сражении с мало организованной толпой варваров, считал хорошим одолжением, причём, если у него получится ещё и немного заработать, то это может компенсировать не только затраты на постройку мельницы, но и улучшить общее состояние государства, которое, на данный момент, нуждалось в срочном развитии.

— Да, мой король, будет исполнено. — отчитался второй министр, после чего все остальные, давно заметив отсутствие на столе у правителя не рассмотренных документов, разом поднялись со своих мест, и после непродолжительного ожидания, в ходе которого до Марка дошло, что министры просили у него разрешения покинуть зал, и получив от нашего героя немного нервный кивок, все они, друг за другом покинули зал, оставив Марка наедине со своими мыслями.

*Урчание живота*

Не продлив мысленные дилеммы Марка на слишком долгое время, желудок правителя сообщил о том, что наконец пора уже принять хоть какую — то пищу.

Совещание с министрами длилось несколько часов подряд, и пускай это было мало заметно ранее, когда Марк находился в состоянии стресса, сейчас же его организм не раз убедился, что в доступности у хозяина должна быть нормальная провизия, так что голодать Марк был более не намерен.

Быстрым шагом наш герой направился в свои покои, где уже всё было выполнено, строго с выданными ранее приказами Марка, что прошёл в практически пустую и, можно даже сказать, ограбленную опочивальню, где по центру помещения, прямо перед лишённой ножек, и опущенной строго на пол, «похудевшей» от перин, кровати, находилась небольшая округлая печь, сложенная из ровных камней и скреплённая снаружи ровным слоем качественной глины.

Располагаясь на каменной подставке, эта печь содержала в себе раскалённые угольки под красной от жара, металлической решёткой. Рядом в кучке располагались два небольших котелка, бочонок воды, а также продукты в плетёной корзине, что заставили Марка расширить зрачки и проглотить огромную порцию холодной слюны.

Он уже жалел о своём решении, когда раз за разом кипятил все приборы. а затем по новой кипятил уже саму предоставленную воду через раскалённую решётку, дабы наконец бросить в котелок сразу три самых больших яйца, проверив которые на целостность, Марк принялся опускать одно за другим в наполненный безопасной водой, стерильный котелок.

Булькк — к…

Булькк — к — Бульк…

Священные звуки удара скорлупы о дно котелка раздались в полностью тихой комнате, где голодный владыка с хищным и вызывающим жалость, ожиданием взирал на покрывающиеся мелкими пузырьками, поверхности своих беленьких богатств.

— Ваше величество?~

Дверь в спальню владыки с тонким скрипом приоткрылась, когда на пороге возникли те самые, и вновь полностью обнажённые девушки, чьи прелести чарующе покачивались, когда все они склонились в дверях пред правителем, что, крепко сжимая в своих побелевших руках серебряную ложку, взглянул на богинь глазами разъярённого зверя.

— УЙДИТЕ. — рыкнул Марк, после чего раздался мгновенный звук быстро закрывающейся двери, а взгляд короля медленно вернулся на закипевшую в котелке воду. В тот то момент Марк был возбуждён, как никогда прежде.

Глава 7 / Лаксосия

Глава 7

Государство Лаксосия соприкасалось с северными границами Колхиды, а также имела выход к Мировому Океану, называемому так из — за его продолжительности, водные пространства этого океана охватывали весть мир, и граничили абсолютно со всеми странами и государствами, за исключением королевства Колхида, что располагалось как раз по центру материка, не имея доступа к большим водным пространствам, за исключением нескольких протяжённых рек, на одной из которых и был основан центральный город.

Лаксосией же управлял король Мидгард Лаксоский, что на данный момент находился в очень неустойчивом положении. Не так давно взявшись за основание нового города, что должен был стать вторым большим городом в королевстве, казна Лаксосии потерпела значительные убытки в этом деле, и хоть им удалось в короткие сроки возвести город, и расширив границы, отрезать последний выход Колхиде на Мировой Океан.

Король Лаксоский немедленно попытался вернуть казне потраченные запасы, и немного повысив налоги, Мидгард направил свои тысячные войска, образованные из городского ополчения и регулярной армии к границам Айзентумии, соседней страны, у руля которой стояла королева Странтиппа.

Айзентумия соседствовала с Лаксосией, и также располагалась севернее Колхиды, также преграждая её от океана. Странтиппа вела свои дела подобно ледяной статуе, холодно и расчётливо прекрасная королева вложилась в преумножении разведывательных отрядов, что прочесывали местности её королевства до тех пор, пока не обнаружили всех ближайших соседей, а также нашли место залежей как драгоценных, так и уникальных металлов. После этого события, страна сделала выбор развития технологий в сторону металлообработки, а также мореходу.

Странтиппа Айзентумийская уже планировала наладить торговые отношения с Лаксосией, у которой также был в руках выход в Мировой Океан, и в дальнейшем, им пришлось бы делить с этой страной столь важную зону влияния, так что королева решила за ранее обеспечить дружеские отношения с королём Мидгардом Лаксоским, чтобы уберечь своё государство от конфликта в будущем.

Также Странтиппа обращала внимание на государство Маия, с которым у них сложились не совсем приятные отношения, так как множество рудных залежей железа находились как раз на границе с этой небольшой страной, и королева была уверена, что на их части также располагалось не мало полезных ископаемых. Этой и служило причиной того, почему ей предстояло решить вопрос с тем, в какую сторону развивать отношения с этой державой, ведь они могли нисколько не уступать Айзентумии в плане ресурсов, и быть вполне способными развязать военный конфликт со Странтиппой, и даже выиграть его.

Поэтому королева рассматривала Маию, как своего главного конкурента, а также потенциально — сильного торгового союзника, ведь если посчастливится, король Грэкхэм Маийский заключит с ней договор о сотрудничестве, в который войдёт торговый контракт, а также взаимный пакт о ненападении, что сыграло бы на руку королеве, но здесь присутствовала одна небольшая проблема…

— Моя королева! Разведка сообщает о приближении Лаксоских войск, они в трёх днях пути от наших границ! — вбежавший в приёмную королевы, где в данный момент Странтиппа, совместно с министром, составляла послание для короля Грэкхэма Маийского, полностью погрузившись в данный процесс, слуга погрузил приёмный кабинет в полную тишину на пару долгих секунд.

Вздрогнув от не сдерживаемо — громкого крика слуги, королева уже было решила, что лучше бы во дворце случился пожар, иначе она бы казнила выродка за такое поведение и тон, при обращении к своей неприкасаемой персоне, но осмыслив донесение слуги, Странтиппа на мгновение была застана врасплох. Как? Это нападение без объявления войны??

— Какая у них численность, они не посылали переговорщика?? — королева должна была убедиться во всех тонкостях ситуации, иначе сухую информацию о приближении к границам войск другого государства можно было легко воспринять не так, как следовало бы.

— Моя королева, докладывают, что численность их войск около трёх тысяч, и движутся они относительно неспешно. — слуга сам того не замечая, начал буквально тараторить в страхе перед настроением королевы, что в данный момент было обращено к нему в не самой благоприятной форме.

— А вооружение? Неужели все они обученные воины, откуда Мидгард вообще взял столько обученных людей!!?? — королева немного вышла из себя, ярость и непонимание одолевали её некогда холодный разум, слуга выглядел так, будь — то бы ему доложили о приближении многотысячной и хорошо вооружённой армии, а Странтиппа уже думала над тем, как ей придётся действовать, когда их разгромит такая сильная армия, ведь Айзентумия насчитывала не более пятисот воинов, и хоть все они были обучены воевать, после совместной с разведчиками зачистки варварских лагерей, против трёх тысяч им точно не выйти победителями.

— Разведчики тщательно всё проверили, войска Лаксосии состоят в основном из крестьянских полков, что движутся под прикрытием регулярной армии. — слуга вымолвил это, уже чуть ли не целуя губами каменный пол, но Странтиппа, услышав эти слова, вновь резко стала прежней, перед этим выразив на лице облегчение на самый краткий миг.

— Тогда собирайте войско, готовьтесь к осаде, и известите аристократов о приближении врага. Также переведите деревенских и все их запасы в пределы городских стен, они, вероятно, сожгут наши поля, и это очень важно, чтобы мы сохранили как можно больше запасов на зиму.

Слуга несколько раз извинился за своё поведение, расцарапав в кровь собственный лоб, после чего королева отправила его восвояси, всё же решив, что тот может отделаться лишением мизинцев на первый раз, в будущем этот слуга будет вести себя куда безэмоциональнее, как и любила Странтиппа.

— Миледи, вы думаете, что они действительно пошли на нас войной? — министр задал вопрос королеве, что в этот момент погрузила взгляд глубоко в дворцовые стены, раздумывая о чём — то своём.

— …Это вряд ли. — наконец подала голос девушка, всё также глядя в одну точку — Слишком не надёжная боевая мощь, если пойдут на наши стены, то скорее всего проиграют, похоже, что у этого похода иная цель, и мы ею не являемся.

— В таком случае, зачем они держат путь к нашим границам? — также раздумывая, проговорил помрачневший министр, что уже представлял себе долгие и крайне утомительные переговоры с другой стороной, на грани взаимного конфликта.

— Хотят переговоров, а войска прислали, как аргумент. Будем ждать их, и в любом случае подготовимся к худшему исходу. Министр, позаботьтесь о том, чтобы боевой дух солдат не упал, оповестите их о состоянии наступающей армии, бойцы должны верить, что мы можем победить.

— Разумеется, моя королева, наши воины достаточно вам преданы, чтобы не бояться сложить головы в бою, более того, скажу вам, что правите вы достаточно мудро, чтобы быть достойной выиграть любую битву, и солдаты это знают, ваш приказ будет исполнен мною в точности. — министр остановился у дверей, чтобы сказать последние слова, и после продолжительного молчания со стороны королевы, покинул зал совещаний.

В этот день в королевстве Айзентумия жители были оповещены государственными глашатаями о приближении вражеской армии, с предводителем которой проведутся переговоры, но в целях безопасности, королева повелела укрыть всех жителей в городских стенах, до разрешения этой ситуации, и что всем деревенским в срочном порядке необходимо собрать весь оставшийся урожай, и заполнить городской амбар, после чего им будет предоставлены места временного размещения в городе. В случае мирного разрешения конфликта все убытки возмещались гражданам, что потерпят их в ходе данных мероприятий, после чего началась массовая миграция населения в столицу, воины Айзентумии готовились сложить головы во славу королевы, и принести ей победу в этой битве.

Некоторые из деревенских же сами добровольно записались в ополчение, желая защитить свои семьи и близких, а обязательно участившихся происшествий со стороны преступности, что предполагали столь нестабильные времена, наблюдалось крайне и крайне мало. Странтиппа же в этот момент, сидя на своём троне, и без опаски прикладывая губы к золочёному кубку с терпким вином, с улыбкой смотрела на панель своего королевства, где Общий уровень счастья показывал 44 %.

Глава 8 / К варварам

Глава 8 (Победитель)

Осваивая новые, более изощрённые методы приготовления и употребления полностью пресных яиц, Марк возился со своей небольшой кухней до тех пор, пока последний уголёк в его печи окончательно не истлел, обратившись в чуть тёплую золу, после чего Марк торопливо отчистил скорлупу с давно готовых яиц, что терпеливо ожидали своей участи, пока наш герой закончит кипятить достаточный объём воды для своих последующих нужд, среди которых находилось также потребность в наличии питьевой воды, а также средств для поддержания личной гигиены.

Сняв последний котелок кипящей воды, Марк оставил его остывать на камни, а сам же, наконец, принялся за долгожданную трапезу. Три больших белых яйца в миг были прожёваны, и исчезли в глотке короля, что почувствовал толику насыщения лишь после того, как запил все яйца обильным количеством воды, и наконец позволил себе отдышаться, так как не в силах больше сдерживать себя, он смёл приготовленные продукты на одном дыхании. Время шло к ночи, когда Марк наконец замочил гречневую крупу в котелке, чтобы приготовить её себе на следующий день, и, тщательно проверив стражу у своих покоев, король запер дверь изнутри на толстый деревянный засов, после чего направился к долгожданной кровати.

Без множества подушек и перин данная конструкция пусть и не была столь уютна, но всё же это мало повлияло на жажду сна, которая напала на короля практически сразу, после скудного ужина.

Строительство первой Мельницы в Колхиде началось сразу, как только приказ его величества достиг рабочих, что тут же взялись за возведение фундамента, ведь местонахождение постройки уже было отчасти утверждено Марком, так что сам процесс строительства начался намного быстрее. Флотвинг Морройский получил чертежи из архивов Гаида, так что руководство строительством полностью перетекло в его руки.

— Поднимай! Поднимаай! — соорудительные краны, посредством физической силы приводили в движение центральную балку, с прикреплённой к ней длинной верёвкой, что обматывалась вокруг груза, а затем возносила его на верхние уровни, где рабочие принимали порцию уже обработанных досок, которые собирались вместе, словно конструктор, без единого гвоздя, так как все металлические изделия были в серьёзном дефиците, и лишь некоторые детали постройки вынужденно скреплялись длинными и толстыми металлическими штырями, что помогали конструкции не рухнуть, спустя продолжительное время её эксплуатации.

— Тяни! Подкладывай скорее! — работа кипела круглые сутки, рабочие, казалось, не уставали от многочасовой работы, а шум со стройки разносился на несколько кварталов вокруг, народ часто останавливался, чтобы понаблюдать за тем, как в столице возводят новое строение, что заставляло их думать о короле, а также о том, что город вокруг постепенно развивается, и становится лучше. Будущие перспективы всегда привлекали внимание простого народа, и в данном случае, Марк уже получал мизерную прибавку к уровню счастья, по мере того, как Мельница подходила к своему завершению.

— Бойся!! Кран рушится!! — не обходилось и без несчастных случаев, когда во время строительства возникал опасный момент, что мог повлечь за собой человеческие жертвы.

БАХ!! Трах!! БУмФ

— Ты живой там!?

— Кажись да!!

На этот раз всё обошлось, и никто не пострадал при крушении крана, которому также повезло сохранить целостность постройки, и не оставить на ней значительных повреждений. Флотвинг в тот момент волновался больше всех, ведь если кто — то из рабочих умрёт, или же сроки проекта затянутся, его величество за это явно его не похвалит, а по этому, благодаря удаче, мужчина довёл строительство Мельницы до самого конца, точно в указанный срок отобразив это на иконке Марка, что тут же явился на место, где должна была стоять новенькая мельница.

Уже запущенная в обиход, вращающаяся башня постройки ловила своими широкими лопастями потоки ветра, что привод или в движение её внутренние механизмы, заставляя уложенные внутри строения камни перемалывать зерно, превращая его, в хоть и достаточно крупную, но всё же муку, которую уже можно было использовать в различных пищевых целях.

На мельнице обрабатывалось куда больше зерна, нежели население делало это вручную, поэтому, выплачивая совсем небольшой налог, жители могли перемолоть за пару дней всё зерно, на обработку которого у них бы ушло несколько недель усердного труда.

[Строительство завершено!

Предположительный эффект от воспроизводства составит:

Рост экономики возрастёт на 2,5 %

Общий уровень счастья возрастёт на 1,8 %

Поздравляем!]

Было очень приятно прочесть это, одновременно наблюдая за исправно работающим сооружением, что сияло своей новизной. Вместе с этим радостным чувством Марк также испытывал некоторые сомнения. Не так давно он закончил изучать Систему, и помимо того, что он узнал много нового, всё же так и не смог обнаружить в окнах ни одной строчки, что упоминала бы об «Игре» или же о возможности «Сохранения».

Любой незначительный урон, любые ощущения, включая боль, всё это транслировалось через восприятие Марка, как нечто настолько реальное, что постепенно наш герой сам — собой убедился в том, что данный мир был далёк от благосклонности возродиться после смерти, или же начать заново с определённой временной точки, на всё про всё у нашего героя оставалась всего одна жизнь, одна жизнь и целое государство, зависящее от него.

— Смотри папа! Что это такое!? — сидя на плечах у мускулистого мужчины, маленькая девочка указывала миниатюрным пальчиком в сторону вращающихся лопастей мельницы, в то время, как мужчина держал при себе большие мешки, почти до краёв заполненные зерном.

— Это называется Мельница, милая. Она перемалывает наше зерно в муку, а бабушка потом делает из неё хлеб.

Никаких читов, шансов перезагрузится, если чего — то не получится сразу. Без права на ошибку, в постоянном стрессе и под гнётом требования постоянно развиваться, Марк попал в этот мир, в тело, чьё прошлое для него было туманным, и предполагало мало чего хорошего в будущем.

Помощи ждать было не откуда, ещё ни с одним из правителей соседствующих королевств не были налажены сколь — нибудь благоприятные связи, даже наоборот, создавалось впечатление, будь — то бы прежнего короля не заботила внешняя политика, и ему было всё — равно, когда Лаксосия забрала последний кусок свободных земель поблизости, основав новый город, это действительно расстроило Марка, ведь когда он раздумывал, какую технологию выбрать для изучения через два дня, когда закончится исследование Стрельбы из лука, благо, что он несколько раз внимательно изучил карту ближайших разведанных земель, прилегающих к границам королевства Колхида, и единственная река, что соединяла их столицу с Мировым Океаном, протекала как раз по границе территорий Маллесии и Лаксосии, с каждой из которых пришлось бы договариваться, чтобы те разрешили в полной мере пользоваться рекой Пасха, дабы суда Марка могли выходить в открытый океан.

А до тех пор, пока ему было нечего предложить взамен, нашему герою пришлось отказаться от исследования Мореходства на ближайший год, а значит, для выбора останутся только Письменность, Охота, Колесо, Строительство и Обработка металлов, а сам Марк всё больше склонялся к Обработке металлов, что позволит создать ему более боеспособную армию, которая станет хорошим подкреплением для переговоров в будущем, может быть, он сможет даже затребовать у некоторых государств играть по его правилам, если его армия будет достаточно сильна и многочисленна, но уходить в полную поддержку одной только армии Марк не желал, прежде всего необходимо было обращать внимание на показатель Общего уровня счастья, прежде чем предпринимать какие — либо решительные действия.

Приближалось время, когда люди в королевстве Марка освоят технологию луков, и вот тогда, вооружив и пополнив свою армию новыми юнитами, Марк направится по направлению варварских поселений, где по данным разведчиков, те остановились на привал, который продлится как минимум одну неделю, численность их составляла около двух тысяч, почти половина из которых являлась мужчинами, а значит, фактическими воинами и защитниками племени, будет сложно взять их укрепления одной только силой ближнего боя, Марку нужны были лучники, а на формирование их отрядов требовались средства, или же время, Марк выбрал время.

Глава 9 / Подготовка

Глава 9. (Победитель)

Новый день озарил первыми лучами солнечного света каменные стены столицы. По всей Колхиде давным — давно прошла весть о том, что войска собираются выступить походом на варварские племена. Люди были очень воодушевлены, и их громкие крики напутствий, а также бурные хлопки в ладоши, провожающие ряды славных воинов государства, восславляли их, сподвигая как на ратные подвиги, так и на скорейшее возвращение домой целыми и невредимыми.

Неспешным, но стройным маршем, новая армия Марка проходила сквозь коридор из народа, мерно спускаясь по мощёным улицам, прямо к распахнутым городским воротам. Слыша крики людей, что желали вернуться воинам целыми и невредимыми, наводила Марка на тяжёлую, но реалистичную мысль о том, что из этого похода живыми вернутся точно не все, будет хорошо, если они вообще победят, ведь Марк не был целиком и полностью уверен в своей способности командора, так что на всякий случай взял с собой в поход также и действующего генерала своих войск, что также следовал сразу за ним, возглавляя парадное шествие колонны по городу, возвышаясь на спинах вороных коней, чьи копыта отбивали чёткий, и немного раздражающий уши короля, ритм прямо по каменной мостовой.

Марк не умел ездить верхом в своей прошлой жизни, лишь пару раз его катали на цирковом пони, когда он был ещё совсем маленьким, так что узнав, каким образом будет протекать его путешествие, под предводительством всё того же генерала Амадеуса Нортинга, наш герой практиковался езде на настоящем коне, а также лошади последние пару дней. Как выяснилось, поведение жеребцов в корне отличается от характера лошадок, если последние везли своего седока без особых вопросов, подчиняясь любым его «приказам», тогда как кони являлись куда более характерными животными, и требовали от ездока твёрдости, силы, и настойчивости, но наличие данных качеств также не гарантировало вам полную покорность и удаль в обращении с жеребцом, ведь большинство из них чётко выполняло «команды» лишь своих первоначальных хозяев, и «чужую задницу», пускай и достаточно способную к верховой езде, каждый конь воспринимал индивидуально, вследствие чего выбор Марка очевидно пал на лошадок, на спине одной из которых он сейчас и покидал городские стены, и теперь перед ним простирались необъятные степи прямо по курсу, а густая лесополоса раскидывалась где — то далеко — далеко на горизонте. Сразу же по исхождению из стен города, войско Марка стало немедленно перестраиваться прямо на ходу, переправляя короля вместе с сопровождением в центр широкой колонны, тогда как вторым уровнем от центра расположились отряды лучников, а на внешнем, и самом многочисленном кольце выстроились воины, вооружённые самыми простыми одноручными клинками, а также небольшими деревянными щитами, что призваны были защитить их от варварских топоров.

Держа вожжи чуть натянутыми, Марк управлял лошадью, что послушно следовала за идущими впереди пехотинцами, рассветное солнце било правителю прямо в левый глаз, отчего тот щурился, пытаясь не потерять равновесие в седле. Научиться управлять таким животным оказалось не сложно, всё дело было в практике, и со временем, усвоив азы, Марк сможет уже уверенно чувствовать себя в седле, а не так, когда он заявил генералу, что позабыл уже, какого это, ездить в седле, и что ему требуется очередная практика, чтобы вспомнить былое.

Тогда эта отговорка может и звучала не слишком убедительно, но отчего — то генерал Нортинг воспринял это вполне спокойно, и без лишних слов взялся за повторное обучение его величества, вообще Амадеус был не многословным человеком, и практически всегда предпочитал отмалчиваться, нежели вступать в несерьёзные беседы, но любые разговоры с Марком для него таковыми не являлись, поэтому мужчина подробно объяснял и показывал нашему герою всё от и до, возбуждая в Марке чувство благодарности, и даже какого — то доверия по отношению к этому бесстрастному, и серьёзному человеку.

— Разведка доложила, что существенных перемещений варвары не совершили, мы найдём их, если поторопимся, и будем останавливаться на привал дважды за день, а ещё один раз вставать лагерем на ночь. — выслушав словесное донесение от разведчика в сером плаще с капюшоном, генерал поравнял своего коня с лошадью Марка, после чего сообщил ему последнюю информацию, и изложил свои мысли.

— Людям хватит сил на сражение? Сколько дней займёт в общем наш переход до их лагеря? — наш герой часто сталкивался в фильмах с такой ситуацией, когда правители гнали свои войска без отдыха, после чего те быстро теряли свою боеспособность, и проигрывали бой даже ввиду наличия значительного численного преимущества.

— Всё пройдёт хорошо, если не подцепим на пути какую — нибудь заразу. — совершенно спокойно говорил Амадеус, глядя прямо перед собой, сейчас он представал перед Марком как учитель, науке которого наш герой страстно желал научиться, и поэтому, даже отложил свою дотошность и подозрения в сторону, выслушивая слова генерала — Солдаты должны сберечь провиант, это главное, если потеряем запасы, или случится пожар… да что угодно, воинам необходимо есть, пить, а также отдыхать не менее трёх раз за дневной переход, это ещё хорошо, что у наших воинов нет при себе тяжёлой брони, какую я видел на Айзентумийской границе, в таком случае я даже не могу точно сказать, сколько бы нам пришлось отдыхать, чтобы преодолеть хотя бы десяток километров, возможно три, а может даже четыре привала, такие расклады очень плохи, когда охотишься на племя кочевников, что перемещаются со скоростью ветра, и миграцией стай костерогих монстров. — генерал был нисколько не против беседовать с Марком, действительно погружаясь в роль некого наставника, хоть и был не намного старше самого парня.

— А о какой заразе вы говорили только — что? Неужели под королевством гуляет чума? — простое упоминание о чуме звучало как плохой суеверный бред, после чего люди обычно сплёвывали, чтобы не накликать беду, ведь вспышки болезней каждый год выкашивали какую — то часть населения, а само конкретное слово «Чума» находилось под запретом в простонародье, но из уст короля не может исходить скверны, и сам монарх имеет достаточную власть, чтобы не бояться ничего, в том числе и игнорировать любые суеверия.

— Чаще во время длительных переходов, ваше величество. Солдаты ослабевают, если находиться в дороге слишком долго, а после боя дак и вовсе, лучше отдохнуть день — другой, прежде чем выдвигаться в обратный путь.

Такой ответ устроил Марка, он сам прекрасно понимал логику таких действий, всё же солдаты тренируются, но не становятся при этом машинами, и к ним всё ещё необходимо даже большее внимание.

— …Воинам необходимо куда большее внимание, чем детям в колыбели, малейшее проявление эмоций солдата исходит от его терпеливого сердца, и если прислушаться, можно найти любой изъян, что помешает выиграть предстоящее сражение. — выразил немного сложную вещь генерал, прежде чем удостоиться запоздалого кивка от Марка, когда войско наконец — таки прибыло на свой первый привал.

Спешившись, Марк ощутил себя, словно находится на концерте известной рок-группы. Постоянный шум, болтовня и толчия. Отряды пытались расположиться как можно ближе друг к другу на слегка пожухлой траве, что стала их временным пристанищем, покуда они не пройдут через лес, и не встанут лагерем с той его стороны.

Сняв с бедра лошади небольшой узелок, Марк развязал его очень неторопливо, после чего чуть ослабив ворот своей тёплой одежды, уселся неподалёку от того места, где пара солдат привязала к вбитым в землю колышкам, ездовых животных, вместе с этим оставив у их ног по небольшому корыту с зерном, разбавленным какой-то неизвестной Марку жижей.

Молча поедая в тишине свои уже расколотые орехи в больших количествах, Марк наблюдал за ситуацией вокруг. Амадеус расхаживал вдоль рядов усевшихся воинов, следя при этом, чтобы никто из них не сидел на голой земле, а также постоянно принимал доклады от сменяющихся разведчиков, которые сообщали ему, что впереди, сзади, справа и слева всё чисто, после чего сам генерал уже докладывал Марку, что удовлетворительно кивал, мельком воображая внезапное нападение врага из леса, и предстоящий хаос сражения. Желая отвлечься от дурных мыслей, дабы сохранить настрой воодушевления и веры в себя, Марк вернулся к изучению обновившихся окон Системы.

[Королевство первого уровня: Колхида

Количество городов: 1 (4 Уровень) — Население 21 520 жителей

Количество армии — 1125 человек (975 воинов; 150 лучников)

Уровень развития Гаида — Античность. Доступные технологии можете увидеть в самом Гаиде.

Прирост города — 363 человек(а) в год

Золото: 57

Экономика — Слабая. Рост 3,8%

Основная направленность: Земледелие, животноводство.

Наличие ключевых ресурсов: Вода (+), Дерево (+), Еда(+), Железо (-), Камень (+).

Стратегические ресурсы: Пока не изучены, либо не обнаружены

Общий уровень счастья: 14,8%

Общее культурное развитие: 15

Общее религиозное развитие: Заблокировано]

Глава 10 / Это не наш горн!

Глава 10.

Базовые Казармы, после изучения технологии и её автоматической загрузки в Гаид, переименовались в Казармы, и открыли доступ к обучению группы юнитов Лучники, что обучались по пятьдесят человек каждые три дня, на что в очередной раз Мрак затратил значительное количество таких ресурсов как еда, дерево и вода, так что обучать их и дальше он пока не планировал, по крайней мере до тех пор, пока не вернётся обратно во дворец, и не проведёт перестройку нескольких деревень после очередного прироста населения в этом году, дабы восполнить утраченные запасы продовольствия.

Отдохнув не такое уж и длительное время, наш герой вновь оседлал лошадь, выдвинувшись в центре войска, навстречу редким, но довольно высоким и пышным деревьям, что являли собой одно из ответвлений великого континентального леса.

Жизнь и быт варварских племён состоял в основном из рутины. Простая жизнь, где всё устроено по — простому и не хитрому способу: куда добыча — туда и ты. В связи с ежегодно проходящей миграцией травоядных стад, мелкие и крупные племена не образовывали своих государств, за счёт привычного и относительно комфортного образа жизни, что позволял вождям племён жить, довольствуясь всеми доступными благами, коими обладает любой король. Постоянные пешие переходы на небольшие расстояния, а также житьё под открытым небом практически круглогодично, сохранили в варварах дух силы и доминирования над всем, что находилось за пределами королевств, подобных Колхиде.

В племя Уруса, которое как раз — таки и устраивало вынужденные набеги на деревни Марка, этим вечером возвращалась большая группа охотников. Под звёздным небом, купаясь в искрах горящего пламени, радостные соплеменники жарили скользкое и сочное мясо монстров, половину стада которых охотникам удалось загнать к небольшой реке, и пока половина стада топталась на месте, варвары забросали их своими каменными копьями, в итоге обеспечив провиантом большое племя на пару месяцев вперёд, что давало им неплохие шансы пережить зиму.

— Шарташ муль каа — кашас? — обратившись к Кашасу, вождю своего племени, шаман спросил у него, как быть с пленными из разграбленных деревень, ведь той еды, что добыли охотники теперь вполне хватало, чтобы пережить холода, и держать пленных, как альтернативу ей, было без надобности. Варвары часто ели себе подобных, так как охота редко заканчивалась удачно, чтобы устраивать праздник, подобно этому случаю, а набеги на деревни лишь вынужденная мера, чтобы добыть еды, и, если дело уж совсем плохо, захватить пленных. Сейчас же этих пленных необходимо было либо съесть первыми, чтобы не тратить на них ресурсы и время, либо отпустить, как только племя пойдёт дальше.

— Пиртуль йаАма, иум? — Кашасу уточнил у шамана, точно ли мяса хватит на всё племя, ведь вскоре у них ожидалось не малое прибавление, около сорока женщин были беременны, что также было не совсем хорошо для племени, ведь близилась зима, и в такое время обычно редко рожают более, чем десяток женщин.

— Картарк тиллит мо, ривия ассилис рим… — указывая грязным от засохшей крови животного, пальцем в сторону танцующих возле костра охотников, нацепивших на свои головы и спины свеже сдёрнутые шкуры убитых сегодня животных, шаман неуверенно качнул головой, произнося что — то вроде местной поговорки, смешанной с мало понятными Системе, наречиями, которые означали, что если духам будет угодно, то завтра прорежённая охотниками стая погибнет без вожака, и тогда, по их следам, воины вновь найдут стадо, и ещё раз пополнят запасы еды.

— Уль мах. — приложившись к чаше с молоком, вождь Кашасу сказал перед этим «Хоть бы так оно и было», после чего также добавил — Пирит йамов ушуль муль. — давая разрешение шаману отпустить пленных, если стадо будет истреблено, в противном же случае, пленники будут съедены. Покорное лицо шамана кивнуло вождю, признавая правильность его решения.

Уль — Уль — УУУЛЬ!!!

Вознося над кострами обглоданные кости животных, племя единовременно закричало только им понятный призыв к духам, чтобы те радовались вместе с ними удачной охоте, благоволя потомкам, которые продемонстрировали свою силу ради выживания, и теперь возносят им доказательства.

— УУУУЛЬ!!

— уУУЛЬ!!

Спешно подхватил вождь, а за ним подоспел и старый шаман, что также схватил нетронутую мясную часть тела добычи, и быстро надкусив, протянул в сторону полыхающего костра, в то время как вождь возносил свои кулаки к небу, показывая предкам, что племя всё ещё едино.

В ночной тишине, когда крики варваров разносились над широким холмом, где они разбили свой временный лагерь, раздавались тихие шорохи в высокой болотной траве, через которую медленно пробирались солдаты в лёгком кожаном обмундировании. Каждый из них ступал медленно и осторожно, придерживая одной рукой уздечку, а другой плотно накрывая рот своим лошадям, чтобы те преждевременно не выдали их местоположение своим внезапным ржанием.

Раздвинув высокий и густой камыш, на твёрдую землю вступили сандалии и копыта первых представителей войска Грэкхэма Маийского стали скапливаться у подножья соседнего холма, что преграждал видимость варваров на их конные отряды, а также лучников, что рассредоточивались по дуге вдоль холма, медленно выстраиваясь в линию, что будет затрагивать весь диаметр поселений варваров.

Сам король Грэкхэм также присутствовал среди бойцов конницы, облачённый в лёгкие металлические доспехи, этот парень имел полу — металлический лук за спиной, с полным колчаном стрел на левом бедре, а также небольшой клинок в свободной от коня руке. Брови парня были напряжены, а лоб слегка сморщен под забралом не отражающего лунный свет, из — за наличия на нём болотной грязи, нанесённой как маскировка, лёгкого шлема, из — за которого его нельзя было просто так, с первого взгляда, отличить от остальных всадников, чьи доспехи и лица также были покрыты тонкими слоями болотных жидкостей, заставляя их, и их лошадей сливаться с рельефом земли, который освещала крупная и яркая луна, что могла бы выдать их в любой момент, от любого серьёзного поблёскивания наконечника готовой к пуску стрелы.

— Грэкхэм, мы готовы атаковать. — шёпотом произнёс обычный солдат, что едва ли имел какое — то звание, но всё же он обязан был передать перешедшие с флангов жестовые сигналы своих соратников, что заняли исходные позиции и были готовы к дальнейшим действиям. Солдат при этом будь — то бы обращался к другому такому же соратнику, что сражается с ним плечом к плечу, также в словах всадника слышалось уважение, не то, которое демонстрируют раболепные слуги по отношению к своему хозяину, а то, которым преисполнен человек, доверяя тебе свою жизнь в предстоящем сражении, зная, что ты прикроешь ему спину, и он будет сражаться за тебя изо всех сил.

— Хорошо. — вместо того, чтобы просто кивнуть, король Грэкхэм полностью произнёс слово своего одобрения, по которому становилось понятно, что ему не терпится привести свой план в исполнение.

— Мы отыщем его, только дайте приказ к атаке. — приспуская забрало шлема до доступного максимума, всадник подтвердил передачу информации Грэкхэму вскинутой рукой, тем самым давая понять всем войскам, расположившимся в пределах холма, что в любой момент может прозвучать горн короля, приказывающий лучникам открыть огонь по позиции врага. Лучники расчехлили стрелы, и наложили их древки на уже туго натягивающуюся тетиву.

— Разведка точно уверена, что пленных нет на открытых пространствах? — под конец ещё раз убедился Грэкхэм, перед тем как уверенно поднести язычок горна к просохшим губам.

— Так точно. — подтвердил солдат, замерев в ожидании сигнала, как вдруг

ТУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУНН!!!

— Это не наш горн!

Глава 11 / ЗА КОЛХИДУ!!

Глава 11. (Победитель)

Марк несколько раз посылал разведчиков к окраине леса, где располагалось подножье холма племени варваров. Успешно ликвидировав два патруля, что двигались неподалёку друг от друга вдоль укреплений деревни, наш герой приказал задействовать для этого все три имеющихся у него отряда лучников, что должны были дать одновременный залп по, всего лишь, четверым варварам. Бойцы восприняли приказ Марка вполне сносно, при наличии достаточного запаса стрел в колчанах отрядов дальнего боя, они могли позволить себе пойти на столь жестокий шаг лишь ради того, чтобы их не обнаружили раньше времени из — за одной единственной оплошности.

Натянув тетиву, десятки лучников выгнули спины, высовываясь из — за старых исполинских деревьев, что помогали им не быть обнаруженными. Все свои припасы войско Марка оставило в тылу, дабы пойти на штурм без каких — либо сторонних помех.

Свист!

Десятки серых линий рассекли холодный ночной воздух, на огромной скорости преодолев расстояние в почти сотню метров, они градом обрушились на взятые с упреждением позиции варваров, отчего четверо ничего не подозревающих мужчин не успели произнести и звука, прежде чем их тела превратились в игольницы, а одежда из плотных шкур монстров была разорвана на клочки, сумев сломать об себя наконечники лишь нескольких, не очень качественных стрел.

— «Отлично» — расслабленно выдохнул наш герой, покуда генерал Нортинг отправил группу разведчиков ещё раз проверить тела убитых, а также собрать уцелевшие стрелы с земли, что всё ещё могли бы пригодиться в грядущей атаке. Марк рассматривал простую тактику при штурме вражеского лагеря, первое, это трёх залповый обстрел лучниками, что даст время пехотинцам добраться до их укреплений, а затем уже добить застигнутых врасплох варваров. Нортинг же согласился с планом нашего героя, за одним единственным исключением. Генерал считал, что тысячное войско варваров может оказать куда большее сопротивление, чем Марк предполагает, и посему следует войти в поселение также и отрядами лучников, что уже не смогут вести огонь, ввиду наличия в непосредственной близости от врага своих собственных сил, так что ими будет лучше распорядиться, отправив под прикрытием отряда воинов на зачистку поселения, где всё ещё очень пригодилась бы дальнобойная мощь колхидских стрел.

Обдумав план генерала, после чего согласившись с его словами, Марк дал сигнал к наступлению, подув в дважды изогнутый рог огромного козла.

Залп!

Вышедшие на передние позиции сразу перед холмом, лучники пустили по достаточно широкой дуге первую партию стрел, что невидимо обрушились на сидящих у своих костров, а также всё ещё пляшущих варваров. Услышав горн, а также ощутив резкое безжизненное падение соплеменников неподалёку, вождь, шаман, а также все остальные члены племени вначале перепугались, а затем в гневе, услышали громкий приказ вождя, что, казалось, игнорировал продолжающийся обстрел, не пытаясь спрятаться, или же найти хоть какое — то укрытие, чтобы спасти свою жизнь.

— ЧУЖАКИИ!! — члены племени уже хватали всё, что только могло попасться под руку, ножи, копья, кости больших частей тел убитых ими монстров, чтобы быть готовыми защищаться. Женщины оперативно были отправлены в хижины и палатки, чтобы защитить детей, в то время, как мужчины уже рванули неорганизованным строем прямо к выходам из поселения, готовясь к обороне.

Кашас развернулся на свист падающих стрел, чтобы определить место, откуда по ним вели огонь, оказалось, что враг находился у подножия священного леса, который они сами пересекали только во время охоты, или чтобы укрыться от сильных стихийных бедствий, и покуда его воины продолжали падать прямо на ходу, а вокруг их израненных тел возникали всё новые и новые древки стрел, вождь пригляделся ещё внимательнее, прежде чем также взять своё крепкое копьё из костей монстра, и уверенным шагом направиться в сторону той части лагеря, которая на данный момент была ближе всех к фронту атаки из леса. Добравшись до места целым и невредимым, сильный вождь оценил ущерб, уже понесённый его племенем. Приблизительно сотня мужчин и женщин были подстрелены в первую минуту атаки, сейчас же прошло уже около двух минут, так что почти одна десятая часть всего племени была потеряна, раненые вряд ли смогут восстановиться полностью, а те, что всё ещё могли сражаться, имея лишь поверхностные повреждения, не считались ранеными. Спрятавшись за укрытия из туго натянутых шкур травоядных, племя занимало оборону с южной стороны холма, прикрываясь за кожаными заслонами, что ловили на себя падающие стрелы, давая им как пробить себя, так и заглушить скорость стрел, которые щеповым дождём осыпались на спины пригнувшихся варваров. Кашас сам занял позицию за одним из таких навесов, его ум позволил оценить ситуацию, не иначе, как критическую, если у врага не кончатся стрелы, то вскоре они прорвут все их укрытия, и тогда им останется либо отступить, либо пойти в атаку, но опять же не было правильным поворачиваться «спиной к рагу», ведь таким образом моральный дух воинов падал, заставляя их отныне цепляться лишь за свои собственные жизни, а отступление также приводит к расколу членов племени, что также в будущем могло уменьшить, и даже пошатнуть власть вождя, так что Кашас принял решение сражаться, сражаться для того, чтобы удержать свой статус вождя.

— Распределиться! Передний край укреплений начнёт атаку по команде! Приготовиться!! — вождь отдал приказ всей линии обороны, его план состоял в том, чтобы передние ряды войска пошли в атаку на лучников, а те прекратили обстреливать поселение, следом в сражение бы вступила и остальная часть племени, разгромив врага в ближнем бою. — В АТАКУ!!! — зло заорал вождь, махнув рукой из — за укрытия в сторону леса, как бы подталкивая этим жестом тех, кто находился на переднем ряду. Воины варваров отреагировали сразу же, как получили приказ вождя. Все они множество раз находились на грани гибели, и сейчас опасность с небес, которую они даже толком не видели, пугала их не так сильно, чтобы струсить и отступить. Вскинув молоты, и ухватив покрепче заточенные ножами кости, строй варваров ринулся в атаку прямо на позиции Марка, где на данный момент выстроились уже устающие от непрерывной стрельбы, лучники.

Как и планировалось, воины Колхиды разделились на два отряда по триста и шестьсот человек, оставив меньшую их часть на охране лучников, а большую направив навстречу наступающим варварам, как только те выпрыгнули из — за своих укрытий. Бегущие к ним навстречу треугольным построением, воины Марка, выставили вперёд деревянные щиты, приготовившись вонзить в тело противников короткие мечи сразу, как только выпадет отличный шанс. Тяжелой поступью, солдат в первых рядах наблюдал, как по позициям варваров прекратили вести огонь, так как сами они уже находились к ним в непосредственной близости, а сверху к ним навстречу бежали с поднятыми дубинами, и готовыми к броску копьями, разодетые в шкуры, а также вопящие на неизвестном языке, варвары. Оставалось всего несколько метров до ближнего контакта, когда в построение солдат полетели деревянные и костяные копья, направленные по скату холма, полёт их приобрёл дополнительное ускорение, что с короткого расстояния буквально снесло с ног десятки пехотинцев. На землю брызнула первая кровь со стороны войска Марка, когда копья вошли в ноги, а также неудачно скользнули по щитам колхидцев, проникая сквозь одежду прямо в разгорячённую плоть воинов, что тут же падали, замертво, и, пусть и не нарочно, но всё же нещадно затаптывались сандалиями, следующих прямо за ними, бойцов, что также вскидывали перед собой щиты, с криками занимая место павших.

— ВУУУААААА!!!

С безумными лицами варварское войско стало разом покидать укрытия, устремившись вниз с холма по направлению к бойцам, что врезались первыми рядами в одиночно рассеявшихся варваров, сметая их с дороги буквально за считанные секунды, и даже не добивая, продолжили бежать по ним, навстречу основным силам противника. Варваров в зоне видимости пока что было около пятисот или шестисот человек, многие из которых всё ещё поджидали за укрытиями, с целью атаковать ослабнувшего противника, после того, как он понесёт потери в схватке с уже посланными вперёд, почти тремя сотнями воинов. Такая тактика была для них очень эффективна, ведь бонус от укреплений всё ещё действовал на каждого из воинов племени, а сюда входило и наличие возвышенности, и постройка защиты, а также командование вождя, что психологически внушал воинам некоторую уверенность, даже не заставляя их идти на смерть, они и так были не против.

— ЗА КОЛХИДУ!

Закричал воин со стороны леса, что поспевал окружить вместе со своими товарищами фронт сражения с первой волной варваров, и зайдя к тем с тыла, он с разбегу раскроил ребром щита лицо ближайшего варвара, опрокинув того на землю, а затем проткнув его грудь наконечником меча, что прошла сквозь защитную шкуру, только благодаря всем приложенным усилиям воина, который сам того не замечая, начинал постепенно уставать.

…..

Глава 12 / Новая страна

Глава 12.

— Это Колхидцы! — воскликнул один из приближённых Грэкхэма, что вместе с ним готовился пойти в атаку на поселение, но, к большой неожиданности для всех, в один момент раздался сигнал к атаке, принадлежащий королевскому дому Колхиды.

— Чёрт… ну мы на их территории, этого следовало ожидать. — раздражённый король подозвал к себе разведчика, что был поставлен наблюдать за поселением варваров.

— Ваше величество, деревню расстреливают из луков, множественные потери среди варваров, их войска заняли оборону. Войско Колхиды насчитывает примерно тысячу солдат, командующих не видно, скорее всего, они прячутся где — то в лесу. — больше не скрываясь, ибо разгорающийся бой и крики из лагеря варваров перекрывали все их переговоры, разведчик доложил это Грэкхэму, что уже готовился забраться в седло.

— По коням! Лучники отходите! Мы нападём на них с тыла, возьмём пленных и уберёмся оттуда!! Вам всё ясно!!?

— ДА!!

В ответ на приказ Грэкхэма громко выкрикнули бойцы, после чего всадники стали спешно и ловко седлать собственных скакунов, готовясь вывести их из — за прикрывающего холма. Король Маии не мог просто отступить без того, зачем проделал весь этот опасный путь, каких трудов ему только стоило потратить на переход по следам варваров, чтобы незаметно пересечь границу с войском! Этот поход его советники посчитали не целесообразным, и даже неприемлемым, но это не остановило Грэкхэма от осуществления подобной авантюры, более того, к нему также добровольно присоединилось множество его бойцов, с которыми у него были почти братские отношения, каждый из них мог сгинуть в таком длительном переходе, когда, с целью оставаться незамеченными, Грэкхэм со своими отрядами перемещался только по ночам, да и то со максимальной осторожностью, ведь ночные переходы верхом давались как всадникам, так и их лошадям очень тяжело, но никто из них пока не соизволил повернуть назад, и вот они были уже у цели, как все их планы и длительную подготовку нарушило беспощадное стечение обстоятельств. Прямо сейчас перед королём стоял выбор, либо сдаться, либо, рискуя быть обнаруженными, выполнить миссию.

— «Нельзя чтобы нас заметили, иначе мало того, что это принесёт нам проблемы, дак ещё и местный король захочет себе то, зачем мы пришли, и тогда миром уж точно ничего не решится».

Пришпорив своего коня, Грэкхэм поскакал в обход холма, ведя за собой два отряда конницы, более сотни всадников он посчитал слишком приметным, такого количества было достаточно, чтобы пробить оборонительный рубеж варваров с их стороны, и пока те отвлечены войсками Марка, Грэкхэм планировал проскочить в поселение.

Проворачивая поводья, конница виляла по покатому холму, аккуратно взбираясь по рыхлой земле, которую варвары специально сделали такой, чтобы при атаке с той стороны к ним сложнее было подобраться, но так как это был единственный, достаточно резкий склон, с других сторон такая тактика была бы менее эффективна. Копыта лошадей вязли в рыхлом грунте, но всё же продолжали везти своих, пригнувшихся под летящими в них копьями, наездников, ко входу в поселение. Фекалии и отбросы встречались на пути конницы, что стремительно взбиралась по склону, который в конце — концов вознаградил их вершиной холма, где всадники наконец смогли выпрямиться в свой полный рост, издав не громкий клич к атаке, после чего, с лязгом обнажив острые и сверкающие клинки, погнали бегущих от них варваров вглубь поселения. Выворачивая мимо опрокинутых шатров, а также мимо тел, убитых лучниками, кочевников, Маийцы на скорости взмахивали ещё секунду назад чистыми лезвиями, как в один миг те становились кроваво — красными, всё больше и больше багровея с каждым новым взмахом. Воины Грэкхэма через — чур разошлись, при виде того, как враг не может им ничего противопоставить в ближнем бою, они перестали раздумывать, прежде чем заносить клинок для удара по спине очередного убегающего варвара, и в один из таких моментов, на их пути внезапно появились убегающие женщины с детьми, чьи укрытия были растоптаны копытами лошадей, и им пришлось также выбегать из под пути следования отряда, что опомнился только тогда, когда половина оставшихся в живых беззащитных варваров просто упали перед ними на колени, неслышно рыдая и молясь духам за только — что убитых сестёр и дочерей, чьи окровавленные тела попадали вторым слоем, поверх мужчин, павших под стрелами Колхиды.

Также опомнившийся Грэкхэм приказал своим бойцам немедленно остановиться, оглядывая поле резни, он несколько секунд пребывал в полном молчании, как и его люди, что остановились посреди залитого кровью поселения, в то время, как под их ногами всё ещё негромко стонали раненые женщины, среди которых также были несколько беременных, что в данный момент рыдали вовсе не от горя, а от разливающейся по их телам острой боли, тогда как они сами, скривив лица, держались за собственные животы. Кто — то из женщин неподалёку подполз к беременной, чтобы как — то помочь, но Грэкхэм уже не смотрел в их сторону, он сожалел, но отринул эти мысли, так как в данный момент у него не было времени сокрушаться об убитых, сейчас на его плечах лежала ответственность, а его клинок вела цель. Выскочив из седла, король схватил за одежду одну из старых женщин, и развернув её могучей силой лицом к себе, произнёс злобным и тяжёлым голосом, в котором не прослеживалось совершенно никакого акцента, но в то же время, Грэкхэму, казалось, эти слова давались с большим трудом.

— Где пленные? Где припасы и пленные?? — король сам не был уверен в точности своих изъяснений, многие слова варвары меняли и коверкали с течением времени, и, прежде чем остановиться на слове «пленные», он также добавил и самое распространённое «припасы», или же «еда», что могли указать ему на склады с провизией, а где — то не далеко, находились бы и необходимые ему пленные.

— Нуртраш изи! — попытавшись вырваться, женщина получила тяжёлой ладонью прямо по лицу, после чего под прожигающие гневные взгляды других женщин, он повторил свой вопрос, но на этот раз уже протянув свободную руку к рукояти меча.

— Аркаша муи, мул на патзи! — выбросившись вперёд из толпы, молодая девушка громко закричала королю, привлекая к себе его внимание, заслоняя телом старую женщину, которая то ли мгновение назад умерла, то ли просто потеряла сознание от сотрясения мозга, но в любом случае, к ней интерес Грэкхэм уже потерял, ведь вмешавшаяся девушка, по всей видимости, была готова к сотрудничеству, хоть и обращалась к нему в довольно презрительной форме, что нисколько не трогало самого Грэкхэма.

— Литу си, ир таи олл. — пообещав девушке пощадить остальных, король повелел отвести их к пленным, на что защитница сорвалась с места, и проследив глазами за тем, как мужчина аккуратно кладёт тело старухи на землю, дождалась пока Грэкхэм, и ещё пятеро бойцов привяжут своих лошадей к сёдлам всё также сидящих верхом, союзников, после чего последуют прямо за ней мимо наиболее целых шатров, при этом охраняя короля со всех сторон, ожидая нападения из — за угла, Грэкхэм больше был сконцентрирован на самом пути, он уже хотел поторопить девушку, как преодолев очередной поворот, перед ними возникли разрушенные деревянные клетки, возле которых, одетые в грязную, но всё — таки расшитую не как у варваров, одежду деревенских жителей, которых на данный момент освобождали бойцы в колхидском обмундировании, Грэкхэм не мог поверить, что они опоздали. Будучи уже готовым отступить, а затем и вовсе вернуться, быстро перебив всех свидетелей своей конницей, король внезапно передумал, впав в некий шок. Перед его глазами появился силуэт человека, которого он уже видел однажды, довольно давно, когда он ещё только исследовал границы своего государства, сопровождая разведывательные отряды с группой личных телохранителей. Тогда он впервые пересёк границы Колхиды, мельком увидев местного короля, что также изучал свои земли, но в тот раз им удалось ускользнуть не замеченными, так как погони потом не последовало.

— «Король Колхидский лично руководит освобождением пленных!? Какого чёрта он здесь делает!! О, небо…»

— Не нападайте! Я король страны Маия, Король Грэкхэм Маийский! — сбросив грязный шлем с головы, король выступил из — за укрытия, обнажив перед освободителями своё лицо, на что воины Марка тут же направили на него свои окроплённые кровью клинки, готовясь убить незнакомца в тот же момент, и что бы пришелец им не говорил, сейчас идёт бой, сначала руби — потом спрашивай.

— Стойте! — взволнованный приказ Марка остановил наконечники мечей воинов в сантиметре от тела Грэкхэма, в глазах которого читалась непоколебимая решимость, тогда как его собственные солдаты уже выскочили из — за укрытия, готовые спешно прийти на спасение своему владыке, которого, в свою очередь, уже реально были не прочь прирезать колхидские воины, но останавливал такое развитие событий прозвучавший ранее приказ Марка, который совершенно не имел понятия, что происходит.

Глава 13 / Желаете начать торговлю?

Глава 13.

[Силы Колхиды получили бонус от вашего присутствия.

Бонус к атаке 10%

Эффект преимущества противника от особенностей местности частично компенсирован. Ткущий эффект: — 5 % к атаке из — за преимущества противника на местности.]

Мандражируя от видимости разворачивающихся событий, Марк спешно осознавал развитие ситуации. Бой разворачивался для него столь стремительно, что сам он был готов впасть в панику, забыв об управлении войсками. Но на счастье по близости находился Амадеус, генерал верно и чётко подсказывал бойцам, как и когда начать выступление на врага, в то время, как дальние атаки стрелами несколько затянулись, ибо варвары всё никак не желали вылезать из — за своих укрытий, а ломиться к ним на рожон было не свойственно для Нортинга, что не разбазаривал жизни воинов, бросая их на укрепления противника без альтернативного плана, так что потери с их стороны до сих пор равнялись нулю только благодаря осторожности и терпению генерала.

— Они вышли! В атаку! — наконец — то противник явил себя, и прекратив вести огонь, как только их ряды обступили отделения ближнего боя, некоторые из которых сейчас также испытывали свой первый боевой опыт, впервые находясь в реальной атаке за всё время солдатской жизни, такой опыт был ни с чем не сравним, но и набираться его было положено в последних рядах построения, переднюю грань «стрелы» составляли исключительно опытные бойцы, которые не отступят ни на шаг при виде смерти, а наоборот, нырнут ещё глубже, чтобы встретить её лицом к лицу.

[Потери: 19

Количество армии — 1106 человек (956 воинов; 150 лучников)]

Видя, как первые цифры потерь отразились в окне Системы, Марк тут же ощутил внутри себя лёгкое чувство вины за гибель двух десятков человек, но это чувство почему — то разом испарилось, когда на табло возвелись новые цифры потерь.

[Потери: 2…. Потери: 6… Потери: 1… Потери 4….]

С каждой секундой те всё продолжали и продолжали всплывать перед ним, пока Марк, наконец — то, не свернул данное окно, и не сконцентрировал взор на самом сражении. С криками, что были отчётливо слышны с такого расстояния, доносились также и звуки ожесточённой борьбы и рукопашных схваток. Волна колхидских воинов медленно прокатывалась по полю боя, подтаивая на глазах, и оставляя после себя только мёртвые тела, безучастно валяющиеся на голой земле, изуродованные, смятые, но при этом всё ещё тёплые.

Первых раненых принесли уже через три минуты после начала боя, несколько разведчиков перенесли на руках солдата с проломленной головой, и положив того на импровизированные носилки, отдали его на попечение специальному отряду, в то время, как сами поспешили вернуться на поле боя, за очередной порцией раненых, это было следствием выполнения прямого приказа генерала, и Марк уже абсолютно не горел желанием нести ещё большие потери, всё, что он мог сделать сейчас, это повысить бонусы армии от своего присутствия, и кроме как пойти самому в атаку, он дальнейших перспектив и не видел. Потери не прекращали расти, а ведь волна ещё даже не приблизилась к вражеским укреплениям, необходимо было подключаться к штурму, но так, чтобы это прошло с минимальным риском для жизни для него самого, а именно — в задних рядах!

— ИЯ! — погнав свою лошадь прямо по направлению к тылу собственного наступления, Марк резко затормозился, и спешился на середине пути, тогда как выскочившее объявление Системы лелеяло его собственную импровизацию, и догадливость.

[Вы присоединились к атаке!

Бонус от вашего присутствия повышен на 5 %.

Общий бонус к атаке 15%

Эффект преимущества противника от особенностей местности полностью компенсирован!]

Датчик потерь сразу же сократился до одной — двух третьих от того, что было минуту назад, отчего Марк, радостно ухмыльнувшись, последовал за своим войском, что стало куда и куда бодрее продвигаться к стану противника. Не прошло и двух минут, как у прохода на вершину холма схлестнулись две не равные силы. Поредевшее войско Марка из приблизительно четырёхсот человек, а также основные силы варваров, численностью около шестисот воинов, во главе с их лидером, что не спешил вступать в открытый бой самостоятельно, а продолжал отдавать приказы, всё также находясь в одном из укрытий. Продолжительная и мощная схватка в ближнем бою протекала очень кровопролитно. Варвары то и дело напарывались на выставленные откуда не возьмись, мечи колхидцев, а те же, в свою очередь, уже значительно измождённые, еле — еле удерживали собственные щиты, а менять построение у них не было возможности, они и так уже неоднократно переставляли третьи и четвёртые ряды ближе к краю, но все уже были на грани, и по этому уже не рассчитывали сил, нанося мощные, но уже неконтролируемо энерго затратные удары.

Настал момент, когда обмундирование решало исход сражения. Варварские топоры и копья были предназначены для разовой охоты, или же грабежей, такое оружие было весьма не удобным в использовании, и быстро приходило в негодность, в отличие от мечей колхидцев, которые были достаточно легки, чтобы проводить ими продолжительные оборонительные и атакующие приёмы, так, чтобы это затрачивало не так много усилий, как у соперников, что не могли избавиться от своего основного и единственного оружия, в целях экономии сил, и данное обстоятельство убивало их, медленно, но верно. Отбрасывая щиты в сторону, уставшие воины перебирали рукоять одноручного меча двойным хватом, после чего наносили решающие рубящие и режущие удары по голове, лицу и брюху запыхавшихся варваров. Вломившись в поселение, словно река, пробившая небольшую плотину, воины бросились вдогонку за убегающими противниками, во главе которых по — прежнему стоял, а если точнее, уже убегал вождь, что предпочёл принять собственное поражение и жизнь, нежели гордую, но никому не важную смерть.

Как и приказывал Амадеус, лучники вошли в поселение в сопровождении отряда ближнего боя, после чего разделившись на небольшие группы, в количестве трёх бойцов на одного лучника, солдаты стали методично распространяться и исследовать поселение, не забывая забирать в плен всех выживших женщин и детей из племени Урус, по крайней мере тех, кто не сумел от них улизнуть. Марк также ступил на территорию противника, будучи под охраной примерно полу сотни солдат, он молча следовал за общим потоком армии, оглядывая захваченное поселение. Марк заведомо не стал использовать огненные стрелы, дабы сохранить как можно большую часть поселения в целости, так как многое здесь можно было продать на рынках города за довольно неплохие деньги, и получить с этого прямую прибыль в казну королевства, также важной частью похода являлись ещё две вещи, это пленные граждане Колхиды, которых необходимо было освободить, а также возможность захватить в плен варваров, после чего продать на всё тех же рынках, сам Марк уже проверил показания Сиситемы, и на данном этапе развития государства, при должном «оформлении» указа, неприязни со стороны населения это не вызовет, и даже наоборот, если продолжать в том же духе, и постепенно наращивать и укоренять работорговлю в стране, то, со временем, счастье населения от этого начнёт повышаться, а с переходами в новые эпохи рабство не будет становиться неприемлемым в глазах граждан, но это не отменит того, что другие государства отнесутся к этому благосклонно.

— Ваше величество! Мы обнаружили клетки с пленными! — доложивший это лучник тут же побежал дальше, чтобы также известить генерала об этой находке, в то время как Марк, самолично направил солдат на освобождение пленных, туда, куда всего секунду назад указал ему путь доносчик.

***

— Не нападайте! Я король страны Маия, Король Грэкхэм Маийский! — не ожидая такого развития событий, Марк ошеломлённо вглядывался в выскочившее перед ним системное окно.

[Король Грэкхэм Маийский запрашивает диалог.

Желаете начать торговлю?]

— Стойте! — уже взявшие незнакомцев на прицел лучники внимательно следили за каждым их движением, в то время, как сам Марк тихо выдохнул, так как бойцы беспрекословно его слушались, и, к счастью, ещё не успели атаковать пришельцев.

Глава 14 / Новые требования

Глава 14.

В то время, как Марк соображал, каким образом король соседней страны оказался на его территории без оповещения Системы о вторжении на границу, сам Грэкхэм надеялся, что его воины не совершат глупости, и не спровоцируют колхидцев, что достаточно нервно сжимали в руках своё оружие, будучи в полной боевой готовности.

— Марк Колхидский. Прикажи своим воинам ослабить тетиву, мы не воевать с вами пришли. — всё также держа руки поднятыми, спокойно заговорил Грэкхэм после того, как изучил своё системное окно, что говорило о начале диалога с Марком, и что система переговоров была успешно активирована. Сам же король не показывал признаков страха или же беспокойства, он должен выглядеть сильным, особенно когда дело дошло до вынужденных переговоров.

— Зачем вы пришли на мою землю? — не отдавая приказа лучникам об отмене тревоги, Марк наконец подтвердил переговорное окно, после чего заговорил твёрдо, находясь за спинами четверых телохранителей, по его мнению такой защиты было явно недостаточно, и всё же, король хотел узнать, как вторженцы сумели попасть на его земли незамеченными.

— Эти варвары неоднократно совершали набеги на наши деревни… — начал объяснять Грэкхэм, всё также пребывая в напряжении от нацеленных на него стрел и наконечников мечей — …Они напали на мой личный караван, и украли ко что важное из моей казны, вещь это очень ценная, и поэтому я не обратился к вам, из соображений, что вы можете присвоить её себе, поэтому сам организовал тайный поход на этот лагерь, я не хочу войны с вашим королевством. — Марк тут же выдохнул, когда Грэкхэм сказал о том, что пришёл не для того, чтобы захватить власть в стране, это не было объявлением войны, ибо большое войско не смогло бы подойти к столице незамеченными, и видимо из — за того, что лагерь варваров, и столица находились от ближайшей границы с Маией в совершенно противоположных концах Колхиды, доказывало то, что племя кочевников действительно могло быть конечной целью Грэкхэма, но, судя по всему, Марк его опередил, и контроль над поселением был в его руках.

— Какая ваша численность войск? Прикажите им сдаться, и тогда мы можем продолжить обсуждение, в данный момент я не верю, что ваша армия сейчас не окружает поселение, а потери ни нам, ни вам, надеюсь, не нужны? — те несколько пеших солдат, что сопровождали Грэкхэма явно не были всем его эскортом, и явившийся с донесением колхидский лучник подтвердил опасения Марка.

— Мой король, всадники Маии в поселении, а также вблизи замечены ещё несколько отрядов, похоже, что они готовы начать окружать нас.

— Они не нападают? Просто держатся в отдалении?? — уточнил ситуацию Марк, на его взгляд, если атака на него в походе была спланирована, то всадники начали бы уже окружат ь поселение, но была одна небольшая загвоздка, Грэкхэм сейчас был перед ним, а значит любые подозрения в таком ключе сразу же отпадали, ведь Марк мог просто отдать приказ лучникам, и тогда король был бы мёртв, что обернулось бы как для его армии, так и для всей страны роковыми последствиями, а значит его появление перед ним означает две вещи. Первая — это то, что Грэкхэм действительно прибыл не с целью убить Марка, а вторая — это то, что вещь, ради которой он пошёл на открытые переговоры под прицелами лучников, действительно представляет для него очень большую ценность. Такой вывод немного успокоил внутреннюю панику Марка, так как из того, что ему доложили, можно сделать вывод, что Грэкхэм Маийский открыл технологию верховой езды, что позволило ему обучать всадников, что были очень грозной силой на открытом пространстве, наш герой сразу же задумался о пополнении рядов лучниками, дабы в худшем случае, быть способным противостоять этой силе, так как до обучения собственных всадников ему было ещё очень и очень далеко.

— Хорошо. Я отдам приказ, и мои воины не будут атаковать. Если я нарушу слово, можете меня убить. — полностью положившись на благоразумие своих подчинённых, Грэкхэм медленно развернулся спиной к Марку, после чего, под пристальным взглядам лучников отдал приказ также взятым под прицел, телохранителям.

— Я приказываю войску встать лагерем на холме, ожидайте меня, пока я не закончу переговоры с Марком Колхидским, никоим образом не провоцировать его войско. — услышав это, его солдаты сначала посмотрели на лучников, что по-прежнему целились в них, а затем на Марка.

— Отставить. Пусть идут. — дал наш герой отмашку, после чего солдаты Грэкхэма отошли к своим, а сам же король повернулся к обратно к Марку.

— Итак, что вы хотите за то, чтобы я мог забрать свою вещь из лагеря? — Грэкхэм тут же поставил вопрос цены, чем быстрее они с Марком договорятся, тем быстрее он вернётся на родину.

— Скажите что это, тогда, возможно, мы вас не убьём. — Марк почувствовал себя, в некотором роде, хозяином положения, в данный момент в его руках было то, что предполагало значительную ценность для другой стороны, и по этому, хоть и не зная о чём идёт речь, он поставил себя в положение диктующей стороны, он не хотел получать какую — либо выгоду по предложению Грэкхэма, не зная, сколько стоит то, за что и ведутся переговоры.

— Я не могу вам этого сказать, это безусловно, ценная вещь лично для меня, и это касается моей личной жизни, как короля. Если вы узнаете об этом, то это уже не будет моим личным делом, да и материальной пользы это вашему государству не принесёт, а вот триста золотых монет, в течение следующего месяца, вам очень бы даже пригодились.

[Внимание!

Король Грэкхэм Маийский предлагает вам торговую сделку: 10 золота в вашу казну каждый день, в течение следующего месяца. Взамен вы принимаете его условия по распоряжению добытым в лагере варваров.]

Тут — то Марк серьёзно задумался, в условия входило всё, что он получил в этом походе, то есть украшения, золото, рабов, пленных и много чего ещё, а взамен этого он получал только триста золотых, нет, тут однозначно необходимо было торговаться.

— Вы смеётесь? Откуда мне знать, что вы заберёте только нужное вам, давайте оставим рабов и пленных за мной, а также поднимем цену до пятисот золотых, и разойдёмся мирно. — такие условия Марк посчитал приемлемыми для себя, всё остальное, кроме будущих рабов, а также его сограждан было не столь ценно, а плата в пятьсот монет помогла бы ему воплотить сразу несколько проектов, а также восполнить потери армии.

[Вы предложили свои условия: 16 золота каждый день в течение следующего месяца, а также сохранение полного права на захваченных в плен, и освобождённых.]

Грэкхэм немного поколебался, отразив на лице не согласие, по — видимому его изнутри раздирали лишь ему одному понятные противоречия.

— Но эта вещь может находиться и у кого — то из варваров, да даже пленник мог украсть её в суматохе, так что мне необходимо обыскать каждого, я не претендую на права ваших граждан. — слова короля звучали разумно, теперь Марк понял, почему тот вначале заявил право на варваров и пленных.

— Хорошо, так вы принимаете остальные мои условия? — всё ещё не будучи уверенным, стоило ли попросить больше, Марк всё же изменил в последний момент своё предложение — И как насчёт передачи мне десяти единиц металла, думаю, у вас он имеется в достаточных количествах, чтобы быть в состоянии немного поделиться со страной, на территорию которой вы безнаказанно вторглись, а также я хочу в будущем получить через вас выход к Межконтинентальному Океану.

[Внимание!

Вы изменили свои условия сделки: в дополнение вы требуете у Короля Грэкхэма Маийского десять единиц металла разовой поставкой, а также требуете от него открыть для вас границы своего государства, для войск и торговых караванов, с возможностью аренды и постройки судов на территории его государства, а также частичную деятельность, связанную с предыдущим пунктом в пределах береговой линии.]

Грэкхэм уже был готов согласиться, как перед ним резко выскочило обновление, и он увидел, что Марк резко внёс изменения, теперь он требовал металл и выход в Океан, что немного разозлило короля, всё же некоторую степень наглости нельзя было не замечать, и даже так. Марк вновь мог изменить положение договора в свою пользу, если он не очертит границу для жадного правителя.

— Нет.

Глава 15 / Занять оборону

Глава 15 (Победитель)

— Нет, металл я предоставлять не буду. У меня чёткие планы по развитию государства, так что мои резервы ограничены, даже в таких небольших количествах, я не согласен. А что насчёт выхода к океану, то тут могу только согласиться на предоставление аренды моих свободных судов, никакой деятельности на моей территории. — высказал свою позицию король, посмотрев на Марка таким взглядом, который выражал непоколебимость, и не желание уступать что — либо ещё, так что нашему герою пришлось сделать выбор, продолжать давить, используя уже не столь многогранный аргумент о неизвестной ценности предмета, за которым прибыл король соседней страны, или же согласиться с его условиями, сохранив при этом хоть какие — то отношения лично с ним самим, если Марк продолжит шантажировать Грэкхэма, то в будущем, если нашему герою вдруг потребуется его помощь, он может припомнить Марку эту наглость, что приведёт к куда более плачевным последствиям, нежели наш герой не получит сейчас свободный выход к Межконтинентальному Океану. Так тому и быть, нужно уметь трезво смотреть на ситуацию, думая о будущем далеко за пределы двух жалких кусков металлолома.

— Хорошо, быть по сему.

[Внимание! Успешно заключено торговое соглашение!

Вы получите: 16 золота каждый день в течение следующего месяца, а также сохранение полного права на захваченных в плен, и освобождённых. Также вы получаете возможность прохода по территории государство Маия, с дополнительного разрешения её короля, а также возможность арендовать суда данного государства для осуществления перемещений по воде, строить собственные суда на территории государства Маия запрещается.

Король Грэкхэм Маийский получит: возможность распоряжаться всеми добытыми вещами в данном поселении варваров, а также право обыскать каждого пленного варвара, включая освобождённых вами граждан Колхиды, и свободно распоряжаться найденными у них вещами.

Вам необходимо повторно подтвердить заключение договора с королём Грэкхэмом Маийским. Принять или Расторгнуть?]

— Принять. — ещё раз всё немного обдумав, наш герой всё же активировал иконку принятия, после чего в разделе внешней политики страны у него возникла дополнительная строка с активным торговым договором, что он сам только — что заключил.

Грэкхэм же тайно обрадовался, когда Марк не стал ужесточать ситуацию, ибо нести несоизмеримые с достижением цели, потери для государства, Грэкхэм не имел ни малейшего желания. Но главное, что его интересовало на самом деле в этом соглашении, дак это не то, сколько ему передадут местных побрякушек, а как раз — таки возможность обыскать всех выживших из варварского лагеря, и главным образом пленных, ведь то, что говорил Грэкхэм нашему герою, являлось далёкой от правды информацией.

В это самое время, пока Марк пытался заполучить выгоду от развернувшейся неожиданным образом, неоднозначной ситуации, оставшиеся в живых части его доблестной армии соединились на подходах к поселению варварского племени, после чего полностью оккупировали данную местность. Спустя какое — то время среди колхидского войска пронеслась молва, что, мол, на них напало соседнее государство, и в результате удалось взять в плен вражеского короля, что вызвало немалую суматоху среди солдат, часть которых жаждали посмотреть, как же пройдут эти самые переговоры, в то время, как все остальные раздумывали над тем, каким образом войска другого королевства были побеждены в такой короткий срок, только слишком малая их численность могла повлечь за собой столь быстрое поражение, а наличие самого короля в таком немногочисленном войске говорило либо о неправдоподобности слухов, либо о недостоверности самой информации, что передавалась из уст в уста, и при этом уж точно не могла быть целиком и полностью правдивой.

— Внимание всем! Его величество приказал следить за конницей Маийцев на соседнем холме, покуда он ведёт переговоры с их королём, не провоцировать их, и атаковать только в самом крайнем случае! — генералу Нортингу уже доложили о всей ситуации, так что он сразу поспешил ввести всех бойцов в курс дела, чтобы те, случись что, не наделали глупостей, покуда король не закончит важные переговоры. Воины, услышав точную информацию от своего генерала тотчас же изумились, всё же король соседней страны действительно проник со своим войском через границу их родного государства, и то, что они ничего не знали об это, говорит также и том, что командование также либо не знало, либо не было уверено в приведённых выше событиях, и это не оказало на их мораль никакого положительного эффекта, и если бы не уверенность в голосе генерала, по отношению к данному делу, то бойцы бы уже начали сомневаться в, одержанной только что, победе над варварами, сейчас их численность сократилась более, чем на одну треть, а общая эффективность выживших составляла лишь половину от максимального показателя, в следствие чего каждый мог бы суверенностью сказать, что из очередного боя с подготовленными войсками другого государства, им живыми уйти практически не удастся.

Амадеус Нортинг точно также разделял поднявшиеся среди солдат возмущения и галдёж, такая информация ошеломила его похожим образом, и пусть сейчас не было причин воевать Маии и Колхиде, всё же королям сейчас было виднее, так что полностью положившись на Марка, и его намерения сохранить государство в целости, генерал перестал думать о том, чтобы переговоры закончились наилучшим образом, и вместо этого занялся организацией и подготовки бойцов к наихудшему сценарию.

— Слушайте все! Приказываю срочно отдыхать, занять оборону холма, и выставить наблюдение! Всем выпить воды и не снимать снаряжения, срочно возьмите клинки и одежу у павших, если ваше снаряжение повредилось. Мне нужен отряд из пятнадцати человек, чтобы стащить трупы павших воинов!

Необходимо было дать войску отдохнуть хоть немного, но при этом ещё и не дать им расслабиться, ведь в любой момент они снова могли быть втянуты в кровопролитный бой. Привести в порядок снаряжение пришлось почти двум сотням бойцов, что также направились на организацию братской могилы для своих павших товарищей, многих из которых нашли ещё ранеными, и перенесли в полевой госпиталь, что перебазировали из леса в одну из больших варварских палаток, уцелевших после разгрома и побега племени Уруса.

Скорбь нахлынула на тех, кто переносил и сбрасывал в кучу трупы своих умерших соратников, кто — то пал, всё ещё крепко сжимая оружие в руках, кто — то из них перед смертью сражался уже голыми руками, о чём свидетельствовали сломанные, и сбитые в кровь руки, кто — то из них до сих пор сжимал между челюстями куски плоти собственных врагов, ведь на войне не было места честности, каждый из этих парней хотел жить, и как бы не было тяжело, они использовали всё, что у них было, оружие, щиты, кулаки, зубы, головы, всё, что только могло сдвинуть баланс боя в их сторону. Ярость и желание жить намного превосходили честь и здравый смысл, стоит ли говорить, что на поле битвы каждый солдат отчасти становился чудовищем, больше не считаясь с принципами, он окроплял слово «победа» кровью врагов, что ещё долго будут вспоминать, и славить его выжившие товарищи. Но даже так, ни один из них не хотел умирать, ещё в походе каждый думал про себя, что случиться очередное чудо, и он вернётся к своей семье целым и невредимым, в то время, как над ним, и головами его братьев по оружию, будет развеваться знамя победы, сулящее им всем долгую славу и знатные почести, как тем, кто отважился заглянуть в лицо смерти. Воинов уважали за это, простой народ восхищался ими, в то время, как сами солдаты редко когда выживали после подобной и мимолётной встречи с собственной судьбой, чаще всего, судьба воина зависела от его соратников, что вовремя прикроют ему спину, или же положат за него свою жизнь, такой поступок расценивался, как всё тот же героический поступок со стороны простого народа, но уже со стороны других бойцов, такие люди заслуживали высшей и бессмертной памяти, и пока они продолжали жить и сражаться, они хранили в себе память о тех, кто положил свою жизнь, за их жизни, и эта, поистине великая память, жила в них куда дольше, нежели славные возгласы, вылетающие из небрежных уст народа, что хоть и звучали громче любого горна, всё же стихали так же быстро, не оставляя после себя ничего, кроме сожаления, и чувств, что не ради всей этой похвалы, умирали твои товарищи, а ради тебя, и надо сражаться, сражаться так, чтобы и тебя, однажды, на всю жизнь запомнили те, за кого сложил свою голову.

Глава 16 / Надежда умирает последней

Глава 16

Заключение договора для Марка прошло без ощутимых изменений, даже учитывая то, что это была его первая торговая сделка, да ещё и совершённая напрямую с лидером другого государства, а не через послов, как это было принято, кроме текстовых поздравлений от Системы, больше никаких резких изменений не было зафиксировано.

Золото поступит насчёт казны только тогда, когда торговые гонцы будут доставлять их в его королевство, в соответствии с указанными сроками в договоре, в то время, как все детали продолжат существовать в окне Системы, подтверждая то, что договор находится в процессе исполнения, и нарушить его можно было, только объявив войну своему торговому партнёру, но до тех пор, Система будет в автоматическом режиме осуществлять выполнение его условий, в данном случае, ежедневную, или же разовую поставку необходимого количества золота, работало это так, что 16 золота в день были не обязательным условием, главное, чтобы конечная сумма была в доступности у твоего партнёра, иначе Система не позволит сделку, и чтобы всё указанное количество золота по договору было выплачено в течение следующего месяца, в противном случае, если правитель решит сам расторгнуть договор, предварительно взяв его исполнение в свои руки, но при этом не объявит войны или не предпримет вообще никаких действий, то, в таком случае, договор отметиться, как не исполненный, и каждый правитель, или же посол в последствии будет видеть в своём торговом окне, что данная личность не сдержала такое — то число договоров, и заключать с ним какие — либо сделки стоит на свой страх и риск, но, как правило, даже имея хотя бы один не исполненный договор, мало кто захочет иметь с тобой дело, ведь надёжность и честность в таких делах, как торговля, стоит превыше всего остального, так что добросовестно выполнить сотни договоров считается вполне нормальным, тогда как не выполнить хотя бы один — клеймо навсегда.

Пленников из варварского племени, ровно, как и колхидских крестьян заключили под временную стражу, необходимо было провести несколько процедур, прежде чем дать Грэкхэму исполнить свою часть договора. На шеи варваров надевали крепкие верёвки, что затягивались не так туго, дабы не задушить их со временем, тогда как полевые медики осматривали потрёпанных крестьян, что всё ещё изредка благодарили солдат за спасение из плена, при этом поедая предоставленные им солдатские пайки, так как в племени их хоть и кормили, всё же этого было явно недостаточно, чтобы вскоре отправиться в длительный пеший переход, и при этом в целости здоровья добраться до столицы.

Среди освобождённых крестьян не было ни стариков, ни худых мужчин, ни детей. Варвары забирали с собой только тех, кто не мог оказать им нормального сопротивления, а также имел в себе достаточный запас мяса, чтобы быть пригодным к съедению, в основном это были молодые девушки и женщины, а также, по тем или иным причинам, полноватые мужчины, коих среди крестьян встречалось не много.

— Долго вас держали в плену? — приблизившись к одной из крестьянок, Марк поинтересовался у неё, чтобы быть в курсе текущих реалий.

— По — разному, несколько недель, месяц… — обрывисто ответила грязная и неопрятная женщина, практически не отвлекаясь от поедания хлебной похлёбки, Марк держал пари, что она даже не задумывалась, кто сейчас перед ней, и что говорит с самим королём, возможно, она довольствовалась тем, что думала о генерале или ком — то ещё из верхнего эшелона, когда отвечала на вновь заданные ей вопросы.

— Нет, нас не насиловали. — коротко ответила женщина, словно отреагировав на этот вопрос без малейшей неловкости. Марк же более не хотел доставлять излишних трудностей, и отвлекать от еды и так уже натерпевшихся крестьян, сам он уже сделал некоторые выводы в отношении варваров, что оказались не такими, как он себе представлял, они всё также защищали своих детей до последнего, покуда его солдаты силой не разлучали их, и выстраивали в противоположных друг от друга концах поселения, где методично их уже обыскивали бойцы Грэкхэма, что курировал каждый из обысков в отдельности, Марк не понимал, что могло бы находиться у варваров, для того чтобы иметь достаточное значение для короля Маии, но всё же договор был заключён, и чтобы лишний раз не морочить себе голову, наш герой предпочёл не думать об этом.

Грэкхэм отлично справлялся с видимостью проведения тщательных обысков, иногда даже случалось так, что у варваров удавалось найти осколки драгоценных камней, которые король тут же забирал себе, ведь как бы то ни было, он всё ещё был не так богат, чтобы упускать любую возможность пополнить казну, тем более что он уже отвалил пол тысячи золотых за эту возможность, так что использовать выпавший шанс немного отыграться, король предпочёл не раздумывая.

Покуда продолжался обыск варварских женщин, Грэкхэм Маийский размышлял, как же ему найти своего брата в той толпе пленных колхидцев, как бы хорошо он не всматривался в их ряды, он не видел его, что приводило разум правителя в обескураживающее смятение. Не так давно Грэкхэм взошёл на престол, заняв место своего убитого дворянами, отца, после переворота он стал их марионеткой, ведь у него не было прав на царство, а лишь клеймо бастарда, за которое он и по сей день расплачивается не редко вспыхивающими бунтами со стороны населения, но после нескольких лет в армии, будучи уже в титуле рыцаря, Грэкхэм смог научится военному делу, а также приобрести характер, и заработать некий авторитет среди военных, что возрастал с каждым месяцем его царствования.

Со временем, положение его на престоле, как короля, значительно укреплялось, и постепенно нейтрализовав дворянские семьи, что оказывали на его правление большую часть влияния, король решил найти своего единственного сводного брата, что также, как и он сам, был отправлен отцом служить в армию, проводя это время в патрульном гарнизоне где — то на отшибе, и без того ещё не большого королевства, но как только его поиски подошли к концу, внезапное объявление Системы ввело Грэкхэма в ступор.

[Внимание!

В Вашей стране обнаружен Великий учёный (Пауль Житри). Желаете назначить ему технологию для исследования? Выбранная вами технология по дальнейшему выбору её в Гаиде будет изучена в разы быстрее.]

Грэкхэм никогда раньше не слышал о Великих учёных, но изучив дополнительную информацию в системном окне, он выяснил, что с низким шансом в слабо развитых государствах могут автоматически возникнуть великие люди, что существенно влияют на уровень развития королевства, и одним из таких людей оказался его сводный брат Пауль, который мог взяться за изучение технологий, и в будущем облегчить их естественное изучение, но вся соль была в том, что никто не видел, какая же технология находится за две, или за три ячейки далее, пути развития и возможные технологии приходилось угадывать, а также выбирать наиболее привлекательные из предложенных на выбор, таким образом, брат Грэкхэма помогал ему достигнуть текущего прогресса, сначала помогая тому завершить исследование обработки металлов на несколько дней раньше, а также взявшись за исследование верховой езды, что сократилось от нескольких недель, до всего лишь двенадцати дней, таким образом выводя королевство Грэкхэма Маийского на ведущие позиции по исследованию технологий, но, тем не менее, у великого учёного имелся определённый потенциал реализации, и ещё три или четыре не сложных технологии могли полностью его исчерпать.

Но этому не дано было случиться. На одной из своих исследовательских миссий, отряд Пауля атаковало войско кочевников, на месте битвы с которыми не было обнаружено тело учёного, что дало Грэкхэму надежду на то, что его брат мог быть всё ещё жив, и пусть следы варваров вели в небольшое соседнее королевство, он всё же смог до конца изучить технологию верховой езды, а также пополнив ими своё войско, составить план, а также направить опытных разведчиков по следам племени Раму, что в последствие, объединило в себя несколько других маленьких племён, превратившись в племя Урус. Прошло не так много времени, чтобы надежды на возвращение брата из плена совсем не осталось, главное было успеть до наступления зимы, когда племена начинают избавляться от пленников, но даже пробравшись в сердце варварского племени, он столкнулся с очередными трудностями, которых столь долго пытался избежать, теперь же Грэкхэму приходилось идти на сделки и хитрость, дабы сохранить своё положение, а также положение своего брата в неприкосновенности, и даже если Пауль будет мёртв, он будет знать это наверняка, а также то, что его гений не достанется никому.

Этого хотел добиться Грэкхэм, всё ближе и ближе подбираясь к группе освобождённых пленников, среди которых мог быть его брат, которого, по договору, он мог беспрепятственно выкрасть, ведь тот не являлся гражданином Колхиды, за которыми заявил своё право Марк, немного удачи, и вот уже снова его семья воссоединиться вновь, а королевство станет ещё сильнее, взбираясь по лестнице развития на вершину господства.

Грэкхэм был практически полностью уверен в том, что его брат где — то рядом, сейчас смотрит на него, и ждёт помощи. Закончив несколько быстрее, чем следовало бы с обыском варваров, король, со своими людьми обступил построившихся перед ним крестьян, но на первый взгляд, что скользнул по их лицам, Грэкхэм не обнаружил того, за кем явился, здесь не было его брата, но следы вели лишь к этому племени… он был в отчаянии. Казалось, на время король впал в некий транс, пока переходил от одного крестьянина к другому, надежды оставили его, а чувство утраченного переполняли его изнутри, его брат был для него семьёй, последней выжившей её частью, и теперь он оказался один, совершенно один в этом огромном мире.

— Как много погибло, пока вы были в плену?… — едва слышный разговор Амадеуса с одним из пленных едва ли достигал слуха Грэкхэма.

— Они убили женщину, а ещё одного толстого мужчину обменяли на что — то у другого племени… — тут в мёртвые глаза короля, казалось, просочился тоненький лучик света.

— Давно это было?… — продолжал спрашивать генерал.

— Где — то неделю назад, может больше…

Надежда умирает последней!

Глава 17/Похороны павших

Глава 17

Воспрявший духом король вынужден был действовать немедленно. Поменявшись местами со своим бойцом, что находился только вначале строя колхидских крестьян, Грэкхэм наклонился к ближайшему из них, после чего, стараясь привлекать к себе как можно меньше внимания своим поведением, король, словно невзначай, начал спрашивать.

— На обратном пути мы можем столкнуться с другими племенами, которые могли выменять у этих варваров ваших соотечественников, мне они ни к чему, но всё же я не против истребить варваров, и спасти ваших друзей фермеров, если вы мне скажете, куда направились те племена, с которыми торговал Урус. — играя на том, что крестьяне должны были видеть, куда отправлялись варвары, после встречи с уже разгромленным племенем, а, соответсвенно, колхидцы могли ему сейчас кое — что подсказать, вне зависимости от того, что он был правителем совершенно другой страны, варварские пленники отнеслись бы к нему, с большой вероятностью, куда хуже, благодаря тому, что он, и его воины, растоптали Урус, и убили их семьи, уничтожили дом, на сотрудничество без пыток с их стороны Грэкхэм мог не рассчитывать, но по договору все пленные принадлежали Марку, так что остаётся только надеяться, что кто — то из крестьян, незаметно для короля Колхиды, подскажет ему хоть какую — то информацию, благодаря которой он сможет продолжить свои поиски.

— …Не знаю… — немного погодя, ответил крестьянин, явно не желая как — либо взаимодействовать с Грэкхэмом, что мог лишь перейти к следующему человеку, что стоял на расстоянии от первого, и задать ему примерно тот же вопрос, только немного другими словами, изменив контекст на более строгий словно тем самым, делая огромное одолжение молодой девушке, которая всё ещё держала глаза на мокром месте, из — за испытанного ей стресса.

— …Если подскажешь, куда они направились, может и найду среди пленных ваших соотечественников, и приведу домой, так что скажи, пока предлагаю, другого шанса не будет. — по реакции девушки становилось понятно, что та вообще не слушала Грэкхэма, по непонятным ему причинам, она сейчас будь — то бы впала в некий транс, и не реагировала практически ни на что, то ли от испытываемой ей радости, то ли ещё по каким — то причинам, не все возвращаются из плена в здравом рассудке, и, похоже, что эта девушка была тому явным примером.

Уже будучи готовым перейти к следующему, Грэкхэма внезапно потянул за рукав доспеха низенький мальчуган, по причине того, что сам король был по два метра ростом, мальчишка действительно выглядел для него слишком маленьким, хотя тому уже исполнилось немногим больше пятнадцати лет. Подросток сразу же, и достаточно громко остановил Грэкхэма.

— Те парни ушли на запад, они были единственными, кто не захотел присоединиться к племени, так что тут чуть было не началось сражение, но вожди договорились о чём — то, и нескольких пленных те увели с собой. — парниша был вспыльчив, и не то что бы хотел спасти кого — то, Грэкхэм сразу понял, какой огонь горел в глазах этого человека, малой просто хотел, чтобы варвары погибли, абсолютно все, и как можно больше, а от чьей руки совершится их истребление, ему было плевать, по этому — то он и помог ему сейчас, поделившись сведеньями. Подростки, по сути своей были очень восприимчивы, и более прямолинейны во многих вещах, если они видели варваров, что разрушали и грабили их деревню, то в их умах тут же формировалась стойкая идея того, что эти люди — зло, и им надо во что бы то ни стало отомстить, или же истребить вовсе. Несмотря на то, что некоторые колхидские воины, и даже, возможно, что сам Марк услышали слова мальчишки, Грэкхэм вёл себя внешне, как будь — то бы ничего серьёзного не произошло, в любом случае, ни у кого не было оснований сейчас обвинить его в чём — либо на ровном месте, он не нарушал условий договора, а также воинам не поступали никакие дополнительные приказы со стороны Марка, чтобы пресечь попытки диалогов с крестьянами, так что довольный тем, что урвал свой кусок в полной мере, Грэкхэм не спеша, чтобы не вызывать вопросов, закончил с обыском каждого последующего крестьянина, после чего, собрался отправляться в обратный путь.

Марк также закончил кое — какие дела, прежде чем вернуться к королю Маии, что уже с полной серьёзностью запрягал своего коня, готовясь покинуть поселение в самое ближайшее время.

— Грэкхэм, перед тем, как вы покинете территорию моего государства… — начал наш герой, попутно с этим намекая на то, что Грэкхэму не стоит сворачивать куда — либо с пути, что ведёт прямиком на его собственную родину — …Хочу сказать, чтобы вы не забыли своей наглости, по отношении к моей стране, и что вы являетесь, в определённой степени, моим должником вне влияния торгового договора. Я надеюсь, что в будущем наши страны не будут врагами, а скорее, мы будем решать подобные вопросы переговорами, даже в том случае, если вы того не желаете. Сотрудничество превыше всего, и у всего есть разумная цена, о которой мы можем договориться, так что не забывайте о том, что сегодня произошло, если мне понадобится помощь вашей страны. — не желая обрывать связи и возможности после того, как Грэкхэм покинет это место, Мрак решил заявить об обязанности короля Маии пойти в будущем ему навстречу, намекая на взаимовыгодное сотрудничество, а также пресекая любые предрассудки, которые могли возникнуть у них обоих, говоря о том, что обо всё можно договориться в открытую.

На слова Марка Грэкхэм сперва замер, уже положив ногу в стремя, после чего, убедившись, что с ним заговорил Марк Колхидский, всё же передумал, и, с наполненным важностью лицом, развернулся к Мраку, ожидая услышать новые кабальные условия, которые наш герой мог по тем или иным причинам вновь от него потребовать. Но вопреки ожиданиям правителя Маии, наш герой не стал разузнавать, нашёл ли Грэкхэм здесь то, что икал, или же требовать дополнительной компенсации, что — то вроде: «плати за обратный путь по моей земле», или же другие всевозможные условия, на которых можно было подловить Грэкхэма в сложившейся ситуации. Нет, вместо этого Грэкхэм услышал довольно непривычную для его слуха, речь, что несла за собой тот смысл, над которым бывший военный ранее не задумывался. Вера в сильную армию, надежда на своих боевых товарищей и наращивание силы — всё, чем жил и руководствовался Грэкхэм до недавнего времени, но становление на престол неизбежно стало влиять на его точку зрения, он узнал, как можно извлекать необходимую выгоду из торговли и добычи ресурсов, начал больше смыслить в политике и интересах граждан, но подход Марка к этому делу, казалось, был куда более глубок, наш герой не был воином по своей сути, подумалось Грэкхэму в тот момент, торгаш, который может действительно пригодиться.

— Вы имеете хорошее представление об извлечении выгоды, Марк. Я не желаю беспричинной войны, я не глупец, и рассчитывал на ваше благоразумие, если бы мой замысел будет раскрыт, можно сказать, что вы полностью оправдали мои ожидания. — эти слова могли прозвучать так, будь — то бы Грэкхэм смеялся над королём, чьи действия он предсказал, оставшись «безнаказанным», но дальнейшие его слова прозвучали уже несколько иначе — Вы тот человек, с кем можно вести дела. Буду рад взаимной выгоде при нашем дальнейшем сотрудничестве. — Марку понадобилось несколько секунд, прежде чем предпринять следующий шаг, коим стала протянутая Грэкхэму правая рука, с которой была заведомо снята боевая перчатка. Марк без лишних слов смотрел в глаза Маийскому королю, что немного удивился столь смелому действию нашего героя, что бы не означал для Марка данный жест, несомненно, это был прежде всего знак сближения не только двух людей, но и двух государств, никаких соглашений об объявлении дружбы между странами, никаких удачных соглашений с помощью Системы или просто жест вежливости, а первый шаг, первый маленький шаг навстречу тому, о чём только — что говорил Марк.

— Король Марк… — произнёс король Маии, недолго пожимая протянутую ему руку, также стянув перчатку с ладони.

— Король Грэкхэм… — кивнул ему навстречу Марк, прежде чем проводить спины всадников, уже вовсю поднимающие за собой небольшие клубы пыли и истоптанной травы, они постепенно удалились из виду, а затем уж и прозвучал Маийский горн, означающий общий сбор, и трубящий сигнал к отступлению. К Марку сзади подошёл Амадеус, отвлекая нашего героя от наблюдения за стремительно удаляющейся на запад, армии Грэкхэма.

— Ваше величество, мы начинаем хоронить павших, вам необходимо присутствовать.

Глава 18 / Героям слава

Глава 18.

Традиции похорон павших воинов передавались в королевствах со дня основания. Ещё во времена всемирного варварства существовали множественные обряды, и неисчислимые способы отдания почестей боевым товарищам, что занимали особую роль в душе каждого выжившего. Наспех сложенные в кучу полу раздетые тела молодых, и уже достаточно старых воинов теперь были разложены красивыми рядами в центре деревни варваров, трупы лежали ровными кольцами, уменьшающимися ближе к центу, место которого отдавалось павшему, носящему самое большое воинское звание.

Оглядывая этот рисунок из тел, чьи руки расположились по швам, а глаза многих всё не были закрыты, Марк погрузился в душевное молчание, и состояние скорби по тем, кто сложил свои судьбы ради благополучия его собственного государства. Чувство вины не было сильно в Марке благодаря тому, что внутренне нашего героя оправдывало непосредственное участие в бою вместе со своим войском, а не отсиживание в безопасном месте, пускай сам он был достаточно далеко от первой линии, всё же участие в атаке принимал, и мог умереть практически с той же вероятностью, что и некоторые бойцы, так что, данный факт во многом повлиял на то, чтобы Марк гордился собой, и своим поступком, проявив храбрость, он почувствовал тогда, что значит ощущать страх смерти, и видеть её перед собой.

Когда бойцы вокруг кричат, бросаясь на противника, и завязывается бой не на жизнь, а на победу, такое не передать полностью, и будет сложно почувствовать это вновь, тот самый момент, когда ты понимаешь, что теперь твоя жизнь находится не в твоих собственных руках, и всё зависит лишь от благосклонности случая, простого случая, что определит, кто на сей раз окажется частью этих погребальных колец.

Ритуал представлял собой смесь сожжения и погребения под небольшим слоем земли. Сперва трупы обливали смолой, а затем поджигали факелами с нескольких сторон, после чего ожидали, пока всё как следует прогорит, и уже потом засыпали землёй.

Наблюдая за тем, как кипящая смола из небольших котлов выливается на немного посиневшие тела воинов, Марк закрыл глаза ближайшему от себя солдату, прежде чем на его лицо пролилась эта пахучая жидкость. Держа в руках около двух десятков факелов, несколько воинов, а также Амадеус и Марк стояли в центре всех колец, так как в этот раз не погиб никто, кого можно было бы положить в центре, так что это место оставалось не тронутым.

— Ваше величество, вы произнесёте прощание для наших воинов, или это сделать мне? — Нортинг выступил чуть вперёд, оглядывая собравшиеся вокруг колец остатки войска, по численности их было не многим больше, чем лежащих в погребальном рисунке.

— Давай лучше ты. — Марк не хотел сейчас что — либо говорить, он не готовился, и не был великим импровизатором, чтобы с ходу произнести то, что необходимо в данном случае, на что генерал, по всей видимости, никак не отреагировал, а лишь выступив ещё немного вперёд, держа при этом факел по дальше от тех мест, где была разлита смола, начал произносить громкую и вдохновенную речь, в то время как Марк смотрел на окно своей страны, вглядываясь в строчку исчисления солдат.

[Внимание! Проведено обновление в связи с проведением ритуала похорон.

Количество армии — 663 человек(а) (513 воинов; 150 лучников)]

Более трехсот воинов сложили свои головы под этим холмом, более трёхсот семей не увидят своих мужей и сыновей, оставшись на попечении судьбы. В Колхиде не предоставлялось никаких пенсий и выплат, после смерти военного, всё это уже входило в зарплату мужчины, когда тот зачислялся в государственную армию, сумма была соответствующей их опасной работе, и чаще всего, по ходу службы каждый боец откладывал своей семье немного денег, чтобы те могли прожить на них ещё какое — то время, такие посылки «посмертной монеты» передавались в основном сослуживцами погибшего, каждый воин считал огромной ответственностью доставить деньги семье павшего, а также великую скорбь, что он принесёт собой в эту семью, неоднозначный долг, как товарища.

— …ВСЕ ГОТОВЫ ДОСТАВИТЬ ПОСМЕРТНЫЕ МОНЕТЫ СЕМЬЯМ ПАВШИХ ГЕРОЕВ!!?? — громко закричал генерал, обращая свои слова к скорбящим воинам.

— ДАААААААА!!! — продолжительный крик, раздающийся, как крик новой атаки, прозвучал в ответ со стороны бойцов, некоторые из них повскидывали вверх небольшие сумки и кошеля, тем самым показывая, что те находятся в крепких руках, и будут, во что бы то ни стало, доставлены.

— Тогда я горжусь вами! Горжусь своим войском и каждым в отдельности! Сегодня вы принесли как королю, так и Колхиде знаменательную победу, мы добились своей цели, и вернули варварам сполна, а бежавшие путь знают, и расскажут всем остальным, как гнало их наше войско, да так, что никто больше не сунется к нам, а если осмелятся, то мы всегда рады умереть, чтобы напомнить им, что колхидские воины, никогда не боялись войны! Никогда не боялись смерти! И будут бить по врагам до тех пор, пока их черепа не обратятся в пыль от наших ударов!!

— ДАААААААААААААА!!! ДАААААААААА!!!!!! ДААААААААААААААА!!!! — громогласный вой солдат всё продолжался и продолжался, Марк был полностью оглушён ими, тогда как звери в лесу встрепенулись, ожидая опасности с той стороны, где располагался холм Уруса. Нортинг поднял факел высоко в небо, отчего искры стали танцевать по направлению сияющих звёзд, он какое — то время дал солдатам хорошенько прочистить глотки, ведь процесс воодушевления прошёл очень и очень хорошо, даже по ожиданиям самого генерала, а знал бы он ещё, как был ошеломлён Марк в тот момент, ему — то уж точно, таких эмоций хватило бы на месяц вперёд в его прошлой жизни.

— Ваше величество… я думаю пора, прошу, начинайте. — по команде Амадеуса, наш герой, вместе с остальными факельщиками, вышагнул за пределы первого внутреннего кольца, после чего развернувшись обратно, король осторожно опустил факел так, чтобы огонь не поджёг его самого, а затем поднёс пламя прямо к отливающей свечение факела, тёмной жидкости.

Вспышка!

Марк немного резко отреагировал, поспешно отпрянув от, мигом загоревшегося, тела молодого человека, по которому в мгновение ока разошлись искры, и проползли огненные языки, что тут же зашумели, охватывая всё больше и больше тел по соседству.

— Ваше величество, скорее, не останавливайтесь! — настойчиво поторопил нашего героя Амадеус, напоминая Марку о том, что необходимо поджечь следующие кольца, а они не могли этого сделать, пока король находился между ними.

— Да, извини. — подумав над тем, стоит ли королю разбрасываться извинениями перед генералом, Марк всё же решил не придавать этому особого значения, если его военный учитель говорит, значит Марк должен слушать, и не тормозить, может извинения и были лишними, но их причина была истинной, Марк больше не в своём старом мире, здесь надо быть на чеку постоянно, шевелить извилинами и полагаться на надёжных людей, что защитят, когда ты спишь, и направят, когда ты пойдёшь не той дорогой. Нортинг уже рисковал стать одним из таких людей для нашего героя, ведь Марк всё же был человеком, простым человеком, что хотел выжить, с целью найти дорогу домой.

— «Я хочу назад. Хочу убраться из этого ада, здесь совершенно не моё пристанище, не хочу видеть, и идти со смертью рука об руку. Этот мир не мой… не мой мир…»

С каждым новым кругом пламя победы всё разгоралось, символизируя прощание с павшими, что так иронично являлись топливом для этой самой победы, кожа отваливалась чёрными обгоревшими кусками, издавая мрачные лопающиеся звуки, шипение крови сопровождало всеобщее молчание шумом огня, и стремительно поднимающихся в воздух искр, что выплёвывали кончики извивающихся языков пламени.

Все отступили как можно дальше, когда запах горелой плоти начал врезаться в ноздри, провоцируя уже не скорбь по умершим, а простое естественное отвращение, которого Марк, как оказалось, совершенно не чувствовал, его ощущения словно отключились на короткое время, пока он один не остался наблюдающим за обугленными телами людей, многие из которых ссохлись, приняв при этом немного другие положения, создавая страшную иллюзию, что в то время, когда факелы коснулись смолы, некоторые из павших были всё ещё живы.

Марк понимал, что это невозможно, всех неоднократно проверили перед тем, как положить в кольцо, а ещё предстояло похоронить то, что осталось после красивого костра из трупов. Десяток воинов с самодельными лопатами натащили рыхлой земли из — под холма, после чего стали планомерно забрасывать смрадное место, при этом нацепив на лица мокрые тряпки, чтобы пепел не попал им в лёгкие. Марк также одним из первых получил маску, и не снимал её до возвращения в командирскую палатку.

Было неизвестно, сколькие тяжело — раненых ещё умрут за время послевоенного привала, но в данном случае приходилось мириться с такой участью, им всем ещё предстоял долгий путь, наполненный победами, поражениями, и извечными смертями.

Глава 19 / Долгий путь домой

Глава 19.

Марк и не предполагал, что для него путь обратно в столицу окажется таким долгим. Множество воинов всё ещё не оправились от битвы, как раненые, так и здоровые проходили сейчас новое испытание, продолжая борьбу за собственные жизни.

— Ваше величество, прикажите снова привал! Воины в самом конце не могут идти, пока не отдохнут, похоже, что болезнь разгулялась среди них. — Нортинг нагнал лошадь нашего героя, что двигалась во главе колонны, подальше от раненых и, возможно, больных солдат, что постепенно переместились в хвост, дабы заразить как можно меньше ещё, пока что, здоровых бойцов. Но из — за невозможности бросить тех, кто шёл позади, Марк не оставлял заболевших и раненых, что хоть и продолжали умирать по одному или два человека только за один привал, всё ещё не прекращали из последних сил шагать в общем темпе, не в силах сдаться, когда до Колхиды осталось идти чуть больше одного дня, сущий пустяк, казалось бы, но этот пустяк будет стоить жизней ещё многим.

— Объявляй привал. — зная, что вскоре обнаружатся новые трупы солдат, Марк уже систематически готовился проводить быстрый обряд погребения. За считанные минуты несколько тел были подожжены и захоронены в овраге, так как рыть землю уже ни у кого не было сил, все до единого воины вложились последними силами в собственные ноги, чтобы преодолеть этот последний рывок.

Закат ознаменовал половину пройденного от последнего привала, пути, где — то не так далеко можно было набрести на дальнюю колхидскую деревушку, чтобы там пополнить запасы, и уже без труда добраться до города. Сидя перед костром, Марк устало поедал последние из своих нескромных запасов, за последние сутки он испытывал небывалую ранее изнурённость, а его моральный дух был истощён, даже истосковавшись по, теперь кажущимися тёплыми и безопасными, королевским покоям, Марк также ощущал сильный голод, который пытался преодолеть, раскалывая навершием сломанного меча, который сплющил сухую скорлупу, что разлетелась по плоскому камню — подставке, открыв взору гнилое ядро, что Марку пришлось сразу же выбросил прочь.

— Ваше величество, ну как вам ваш первый военный поход? — словно старому другу, обратился к нашему герою также вытянувшийся возле костра, генерал Амадеус, как — то раз Марк спросил его, не были ли они родственниками с Мадеусом, визирем, которого Марк встретил сразу же по прибытию в этот мир, кстати сказать, наш герой давненько его не видал, надо будет выяснить, какими делами промышляет Герцог, и разобраться с ним так или иначе, ведь всё же он был одним из самых близких людей к прошлому королю Колхиды, а теперь от него ничего не слышно, всё это наводило излишние подозрения на Марка, так что он не сразу ответил на вопрос генерала, несколько всё обдумав.

— Всё серьёзнее, чем я предполагал. — на этом Марк сделал длительную паузу, думая, что и так уже тем самым произвёл эффект взрощенного в тепличных условиях, человека, что «внезапно» увидел мир таким, какой он есть на самом деле.

— Хо, и правда, тут серьёзней некуда. — иронично усмехнувшись, Нортинг посмотрел на палицы своих вытянутых ног, что грелись у самого основания костра, и именно таким образом поступали сейчас все солдаты.

В походах необходимо было поддерживать ноги в чистоте, а также регулярно просушивать как стопы, так и обувь, чтобы не распустить грибка или ещё чего хуже, например гноящихся струпьев, что могут возникнуть от любой веточки или небольшого мусора, что попадёт в ботинок к солдату, и забьётся под его кожу.

— А какой это ваш поход по счёту? Именно с военными целями? — Марк захотел узнать, за сколько походов Нортинг приобрёл свой текущий опыт вояки, чтобы очертить для самого себя границы возможностей, ведь даже сейчас, Марк ощущал, что возвращался из этого похода немного другим человеком, тогда как Нортинг внушал ту ауру, которая намекала на участие в десятках подобных ситуаций.

— Ну, я не считал, ваше величество, возможно… что около сорока, включая те небольшие патрулирования, что я производил ещё рядовым солдатом, помогая городской страже с истреблением банд, и заканчивая погонями за забредшими сюда по ошибке, мелкими варварскими племенами, хотя, не сказал бы, что они тогда сильно сопротивлялись… — бросив небольшую шишку в костёр, Амадеус принял сидячее положение, в непроглядной задумчивости уставившись на пылающий хворост.

— Что там с больными? Скольких мы ещё можем потерять, пока завтра к вечеру доберёмся до деревни? — Марк уже видел обновлённые данные после каждых похорон, но он надеялся, с каждым разом, что этот ритуал уж точно будет последним в этом походе, но, как оказалось, сейчас от него самого мало что зависело, на смертном одре с каждым часом могло оказаться всё больше людей, и это ещё не считая рабов, которых также необходимо было тащить с собой, но на удивление, и даже к какой — то досаде нашего героя, никто из пленных варваров ещё не умер, что доказывало их стойкость к естественным природным условиям, возможно, из их маленьких детей получились бы в дальнейшем хорошие бойцы Колхиды?

— Вроде пока тяжело — больных не осталось, но я не думаю, что все из них дойдут, всё же завтра ситуация может резко усугубиться. Эти военные болезни столь непредсказуемы, в основном их сила зависит от крепости здоровья каждого, но при этом, у нас даже сильные иногда заболевали, так что тут ничего не ясно до сих пор. — словно не желая сильно развивать данную тему. Нортинг немного отвёл взгляд на позиции, где возле большого дерева расположили варваров, что также отдыхали без задних ног под бдительным присмотром самых крепких бойцов, что не оставят их без внимания ни на секунду.

Всего одного хитрого варвара будет достаточно, чтобы ночью перерезать весь лагерь, и по одной из историй, что рассказывал Амадеус, такое действительно уже случалось, только очень и очень давно.

— Тогда почему варвары такие выносливые? Ещё ни один не погиб от этой болезни, тогда как нам приходится ходить в масках, они что, какие — то особенные?? — Амадеус лучше изучил варваров за всё это время, так что, возможно, он мог знать их секрет.

— Возможно, что так и есть, ваше величество… — с сожалением в голосе, произнёс генерал — Варварские племена очень многообразны, не так, как в наших городах, нас не так много, как и их, но они постоянно обмениваются детьми с другими племенами, смешивая кровь, это единственное существенное отличие, сложившееся между нами на протяжении многих лет, даже каннибализм не так отличителен, ибо во времена голода, в Колхиде творилось и не такое, но вы ведь помните… — тут Марк не знал что ответить, по — этому просто кивнул, мол, не продолжай, я тебя прекрасно понял, а на самом же деле Марк ничего из этого не мог вспомнить, так как он не получил воспоминаний предыдущего короля, что грозило ему некоторыми неудобствами, подобными этой.

— Тогда варвары, выходит, просто генетически совершеннее нас, колхидцев. — констатировал Марк очевидную истину.

— Генетически совершеннее?? — было понятно, что генерал не совсем уловил смысл сказанных Марком слов, на что тот никак не отреагировал, и не стал объяснять Амадеусу, как устроены организмы, потому как Система всё — равно не даст ему понять ничего, что пока не загружено в Гаид, так радикально поперёк Системы не попрёшь, лишь только знания Марка о том, что находиться за пределами доступных для изучения веток, могло помочь ему в опережении развития других государств, сейчас каждое из них развивалось в том ключе, который был выгоден в данный момент, но зная дальнейшие требования, а также особенности технологий из прошлой жизни, Марк мог побороться за место под солнцем, и ему необходимо было лишь обеспечить стабильность в государстве, чтобы спокойно развиться до сильнейшего, но, как говориться, легко сказать…

— Пойду проверю пленных, ваше величество. — надев ботинки, Нортинг направился в сторону от костра, где Марк остался сидеть в компании нескольких бойцов, покуда его не поклонило в сон, и, забравшись в свою палатку, Марк постарался как можно скорее уснуть, не обращая при этом внимания на вой стаи комаров снаружи. Ни один из бойцов, что ночевали под открытым небом, не отходили далеко от дымных участков костровищ, так как в противном случае, их запросто съели бы мелкие твари, или же заразили очередной чумой, которой опасался каждый солдат, будучи немного суеверным. Огонь отгоняет ночных духов — так считали бойцы, ночуя вокруг больших, но контролируемых очагов пламени, куда постепенно подкладывали топливо дежурные товарищи.

Глава 20 / Успешный боевой поход

Глава 20

К счастью, на следующее утро, когда протрубили общий сбор всего войска для последнего рывка, совершаемого до ближайшей деревни, никто из воинов не умер, и Марку не пришлось венчать новый день очередными похоронами, так что, подняв всех будущих рабов, а также позаботившись об освобождённых крестьянах, чтобы те смогли вовремя собраться и приготовиться к переходу, так как не были столь обучены и расторопны, как простые бойцы колхидского войска, колонна была готова продолжить своё возвращение.

Взобравшись на уже уставшую лошадь, Марк повёл остатки своего войска по ровным фермерским полям, что наконец — таки простирались под их усталыми ногами, восходящее солнце встречало их со спины, тогда как множество деревенских собрались на главной дороге, кланяясь в ноги въезжающему на лошади королю. Марк сразу же почувствовал, что вернулся домой, ощущая себя в большей безопасности, нежели несколько часов назад, маска правителя уже плотно приросла к его лицу, так что он уже чувствовал зарождающуюся зависимость от присутствия подчинённых, что стояли перед ним на коленях, поддерживая его собственную важность и авторитет.

— Его величество вернулся из похода…

— Как думаешь, большие были потери?…

— Их отправлялось около тысячи, а теперь более чем на треть меньше…

— Ты думаешь мы проиграли?…

— Возможно…

— Расступись! Дайте дорогу раненым! Пленных оставьте за воротами, под присмотром лучников! — проезжающий голоппом по деревне, генерал, разгонял жителей с пути колонны солдат, которым предстояло наконец — то спокойно отдохнуть, и восполнить запасы продовольствия у деревенских. Староста поселения уже говорил с заместителем генерала, заполняя простой документ о том, что в следующем месяце с этой деревни не будет взиматься барщина, так как сейчас они значительно потратятся на еду и кров для солдат, а также на кое — какие лекарства, чтобы облегчить их состояние после похода, если бы после такой помощи с жителей ещё и собрали налог, у них практически ничего бы не осталось, так что подобные формальности были предусмотрены не просто так.

Слухи о бойне с варварами быстро разлетелись по округе, благодаря очень разговорчивым солдатам, что, пользуясь гостеприимством деревенских, травили им байки и различные небылицы, даже касающиеся короля Грэкхэма, который, якобы, также повстречался им на пути. Деревенские внимали каждому их слову, развесив уши, и не задумываясь над правдивостью слов доблестных воинов, что пользовались простотой и доверчивостью крестьян, выставляя себя в их глазах «рыцарями в сияющих доспехах».

Марк же расположился в доме старосты деревни, вместе с высшим командованием, Амадеусом, и ещё несколькими приближёнными, но помимо всего, рядом с нашим героем также присутствовал рядовой боец, который был здесь с одной простой целью.

— Как прошёл ваш доблестный поход, ваше превосходительство? — вежливо интересовался староста деревни, наполняя кубки, расположенные на столе, красным вином, что разливалось из небольшого кожаного бурдюка.

— Не надо лести. Прошёл, как всегда, много смертей, цель достигнута. — коротко отрезал Марк, не давая старику раздражать его своим раболепием, он слишком устал, и хотел простой адекватной беседы, а не бессмысленных речей, также наш герой так сильно истосковался по нормальной еде за это время, что позволил себе отужинать мясом и овощами в этой деревне, естественно, предварительно давая знак воину, чтобы тот отпил около половины из королевского кубка, а также начал пробовать основные блюда, перед тем, как за них возьмётся сам Марк. Главе деревни немного не понравилось, что его еду считают отравленной, по большей части из — за того, что каждый из этих продуктов он отбирал сам лично, чтобы угодить великому королю, а взамен получил лишь подозрения, за столь расточительный приём, где использовалось качественное мясо монстров, которого было совсем немного даже у старосты деревни, и хранилось оно в каждом доме, как некое лекарство, помогающее поставить на ноги человека, после того, как его организм будет истощён болезнью, или по каким — то иным причинам.

— Прошу простить ваше величество. — уже немного другим, и более естественным тоном произнёс старик.

— Ваше величество, можете уже приступать к еде, я так думаю, что любые известные яды уже подействовали бы на солдата. — понимая, в какой ситуации находится Марк, генерал, спустя некоторое время, сам приступил к еде, ведь вместо него не было никого, кто бы мог проверить еду в его собственных тарелках, но тем не менее, он не мог начать трапезу вперёд короля, но Марк всё же не возжелал пойти на поводу.

— Можете начинать, это приказ. — наблюдая за каждым, кто положил по кусочку пищи в рот, наш герой терпел ещё какое — то время, прежде чем поднести деревянным прибором кусок уже остывшего мяса к открытому, и наполненному слюной, рту.

Укус.

Марк никогда ещё не чувствовал привкуса столь пресного мяса, единственное, что по всей видимости для него сделали, дак это посолили, а также полили каким — то бульоном, чтобы оно легче жевалось, никакого яркого вкуса после стольких испытаний, всё же этого следовало ожидать от бедной деревни, что не шла ни в какое сравнение с королевской кухней, но сейчас организм нашего героя был очень слаб, чтобы привередничать, так что Марк очень быстро, не соблюдая каких — либо правил, смёл с большой тарелки всё, что ему предложили, и что уже проверил на себе боец, и хоть не чувствуя наилучшего вкуса, наш герой всё же смог различить там варёный картофель, пресловутые яйца, салаты, а также несколько видов каких — то кореньев, странных на вид, но всё же довольно сочных и сытных, таких Марк ни разу не встречал в своих жизнях, но всё же отважился попробовать, видя, с каким удовольствием их едят его спутники.

— Воинов уже накормили? — вставая из — за стола, Марк поинтересовался у деревенского старосты.

— Да, ваше величество, о раненых мы тоже позаботились, как смогли. — видимо, испытывая некоторое личное сочувствие к заболевшим солдатам, Марк подумал, что, возможно, из семьи старосты кто — то слёг от болезней, но это было не его дело, каждый день кто — то умирал и рождался, и он не мог соболезновать каждому прохожему.

— Генерал, мы выдвигаемся. — скомандовал наш герой, обращаясь к Нортингу.

— Слушаюсь. — все поднялись со своих мест, и направились наружу, где уже собралось всё оставшееся войско, которое, спустя некоторое время, уже входило в столицу.

В предзакатные часы, встречаемые жителями, с криками поздравлений, летящих под ноги цветов, тут же окропляемых сверху слёзами матерей, которым передавали кошеля их детей, что к ним больше никогда не вернуться, войска Марка шествовали по родному городу.

— Слава королю! — выкрикнул кто — то из огромной толпы, но этот крик тут же заглушили множество других, так что Марк не сказал бы, что его настроение улучшилось, когда он прошёл через чествующие ряды граждан.

[Количество армии — 652 человек(а) (507 воинов; 145 лучников)

Вы успешно вернулись из боевого похода. Поздравляем! Желаете воспользоваться полученными выгодами?

Вам доступно:

375 единиц рабов (для более подробного ознакомления провзаимодействуйте)

10 единиц золота с первой поставки этого месяца

Дополнительно:

Общий уровень счастья, за вычетом понесённых потерь, по отношению к достигнутой цели, составит + 0,6 % к Общему уровню счастья

Освобождённые крестьяне приносят вам + 1,5 % к росту экономики.]

— «Желаю воспользоваться!»

Глава 21 / Рабы

Глава 21.

— «Состояние рабов» — произнёс мысленно Марк, выделяя строчку с рабами, после чего окно изменилось, отразив более подробные данные.

[Состояние захваченных рабов:

300 здоровых женщин и девушек (215 женщин, 85 девушек)

72 здоровых ребёнка / подростка (до 15 лет)

3 здоровых грудных младенца.]

— «Открыть окно внутренней политики!» — спешно скомандовал Марк, при этом стараясь вспомнить, где же находилась строка с шаблонами Королевских Указов — «Ага! Вот оно.» — тут же принявшись заполнять строчку за строчкой, наш герой размышлял, как будет лучше подать этот новый закон народу, чтобы по минимуму спровоцировать возможные волнения. Да, Марк уже поразмышлял над тем, как он мог бы повлиять на тот или иной закон, чтобы не вызвать отрицательного эффекта со стороны населения, который присутствовал почти повсеместно, и единственное, что он мог сделать, дак это правильно преподнести свой указ.

[Граждане Королевства Колхида! Король скорбит вместе со всеми, кто понёс тяжёлую утрату от варварского ига, которое захлестнуло нас. Доблестные воины сложили головы, сражаясь бок о бок, вместе с Королём Марком Колхидским, что привело наше войско к знаменательной победе над нецивилизованными и жестокими племенами. Посему, король приказывает всем жителям нашей дорогой, и горячо любимой родины встать на её защиту. Множество беззащитных крестьян было замучено в к варварских клетках, с ними обращались хуже, чем со зверьми, и, в связи с этим, на них обрушится кара со стороны нашего правителя, что повелевает отныне, считать всех захваченных в плен варваров рабами, и не имеющими право поднять головы, людьми, а также утверждает право торговли рабами, как своей собственностью. Любая попытка раба к побегу недопустима, так как подобная участь отныне считается расплатой, за их страшные поступки, за которые их следовало бы убить на месте, но по великодушию Его Величества, данный указ ограждает граждан Колхиды от посягательств на жизни варваров, и вместе с тем предоставляет пленным возможность расплатиться, и послужить во благо жителям страны, которую они хотели разрушить. Именем Короля Марка Колхидского, данный указ вступает в силу…]

Нашему герою понравилось сочинять подобного рода текст, что показывал рабство с наиболее рациональной и выгодной точки зрения. Позже, вместе с советниками и министрами, он составит наиболее расширенный свод законов, касающийся работорговли, в отныне новой Колхиде, и, затем, просто пронаблюдает за тем, как будут развиваться события.

— Ваше величество!

— «О, явился не запылился…» — к Марку почти подлетел взбудораженный Герцог Мадеус, чья накидка визиря не давала ему действительно бежать, так что он лишь использовал очень быстрые и широкие шаги.

— Поздравляю с победой, очень смелое решение отправиться вместе с войском на уничтожение подлых варваров, уверен, народ и войско это высоко оценят. — прибившись рядом с идущим в королевские залы, Марком, визирь старался поспевать за неимоверно быстрым, и куда более уверенным шагом нашего героя, что не был стеснён своим боевым обмундированием, в отличие от парадных одежд Мадеуса.

— Они не подлые, просто выживают, но спуску им давать запрещаю, уясни это, если хочешь, чтобы земли под твоим началом не дрогнули, появись варварские племена у твоего порога. — Марк действительно чувствовал себя немного огрубевшим, после пережитого, он чувствовал, что стал относится к вещам куда более прямолинейно, и что самое удивительное, ему вновь хотелось испытать тот азарт, что царит на поле битвы, такое поведение для себя парень находил очень новым, и полностью не мог его объяснить.

— Конечно. — кивнул Мадеус, после чего вошёл вслед за Марком в тронные залы, что распахнули перед ними рыцари. Наш герой потратил какое — то время, чтобы привести себя в порядок, после чего был готов провести кое — какие изменения. Усевшись на трон, тогда как Нортинг и Мадеус стояли у его основания, Марк отдал приказ каждому из них.

— Герцог, собери мне внеочередной совет министров, пускай прибудут через неделю с новыми проектами, и подними мне старые из архивов на перерассмотрение.

— Слушаюсь. — герцог стал каким — то более покорным перед марком в тот день, но король посчитал это просто хорошим стечением обстоятельств, тогда как отношение со стороны генерала ничуть не менялось, в отличие от предыдущего.

— Нортинг, всех варваров разместить в тюрьмах и нормально кормить, не избивать, нам они потребуются в целости. — деталь того, чтобы генерал не посадил женщин в мужские камеры, Марк опустил, доверившись логичности и сообразительности генерала.

— Ах да, и младенцев приведи в мой дворец, Мадеус, ты должен будешь найти варварским детям кормилиц, а Прак возьмёт их под свою опеку. — слуга также стоял в отдалении, подняв до этого опущенную в поклоне голову, после чего, взглянув на короля, выслушивая его приказ, он без возражений пообещал исполнить волю правителя.

— Слушаюсь, ваше величество, но что прикажете сделать с ними в будущем? — слуга хотел узнать, зачем на него вешают неизвестно сколько работы, так что, хоть и опасаясь наказания, он всё же решился уточнить.

— Ты будешь отвечать за троих детей, их воспитание и надлежащее обучение. Средства и помощников я тебе выделю, а дальнейшие инструкции выдам позже. — Прак снова незамедлительно кивнул, немного улыбнувшись от облегчения, всё же владыка не поручил ему невыполнимых задач, и в теории он мог справиться, ведь его самого, в достаточной мере, обучили специальные наставники, чтобы он мог выполнять неожиданные приказы его величества, так что слуга не был необразованным глупцом, относительно своего времени.

Получив распоряжения Марка, с его разрешения все покинули зал, тогда как сам наш герой встал с трона, решив свободно пройтись, и немного проветриться. Коридоры замка не были особой достопримечательностью, тогда как выходы на балконы, а также некоторые башни позволяли насладиться видами парящих в небе облаков, а также комбинацией широких улиц и каменных построек, что постепенно разрастались, высасывая пассивную долю из бюджета страны.

— «Ах, как бы я не хотел заниматься всем этим, каждой постройкой и каждым проектом, если бы под рукой не оказалось Системы, то на моём месте сейчас был бы полу мёртвый скелет, более не желающий быть королём даже под угрозой смерти.» — Марк первый раз поблагодарил систему вот так, в своих мыслях, когда перед ним предстали на 99 % закрытые ветви дальнейшего развития технологий, но Марку не нужно было видеть их конечные и всевозможные вариации, и не было нужды предугадывать дальнейшие возможности по их развитию, о нет, то, чем гордился Марк, дак это своей памятью к механике некоторых игр, что запали в его душу, и та игра, из которой было взято это древо, как раз относилось к этой категории.

На данный момент в самом разгаре было исследование обработки металлов, тогда как в других областях Марк решил повременить с развитием, на первое время было достаточно и этого, а в будущем, он надеялся преуспеть и в других важных сферах, таких как исследование денег, что подняло бы его экономику сразу до пятидесяти процентов автоматически, что было очень важно, по причине того, что это также давало некий бонус к настроению граждан, начиная золотой век сроком на один год, во время которого всё строительство, при всё тех же затратах, увеличивало свои темпы в разы, а доходы возрастали, также влияя на мощь армии на данный период, словом, такой эффект давался очень и очень редко, и нужно было использовать его по — максимуму.

Во вторых исследование религий, что также было относительно не за горами, после открытия технологии в ветке философии, начинались важные события, что влияли как на твоё государство, так и на весь мир в целом. Выбрав одну из тысяч предлагаемых религий, а также сотен возможностей образования собственной, особой религии, ты мог бы начать как очередной золотой век в стране, либо же ввергнуть её в хаос из — за не совместимости с предпочтениями граждан, а также из — за разногласий с конфессиями соседних государств, ведь чем сильнее влияние религии в твоей стране, тем сильнее бонусы, а, соответственно, и минусы, предоставляемые ею.

Ещё множество различных возможностей предоставляло Марку знание, к каким технологиям следует стремиться прежде всего, но он не сможет пойти самым коротким путём, не обеспечив себе прикрытие, так что пытаясь найти между этими гранями золотую середину, что было сделать куда сложнее, нежели в, теперь кажущейся невероятно простой, игре, наш герой планировал дальнейшее будущее, рисуя перед собой огромный и развитый город, в котором летали ливитирующие челноки, и не было места болезням со смертью, а каменные топоры и деревянные щиты можно будет найти лишь в завалявшихся исторических музеях, на самой дальней и невзрачной витрине, куда не подойдёт по своей воле не один житель того времени.

Глава 22 / Тренировка армии

Глава 22.

Лейтенант армии ополченского строя Людвинг Морох проводил очередное собрание рядового состава, где на опушке небольшого лесного рукава расположился тренировочный лагерь, в котором уже несколько недель проходило усиленное обучение крестьян Лаксосии военному ремеслу. Никто не объяснил простому лейтенанту, с какой целью проводятся данные мероприятия, но не составляло труда догадаться, что великий король Мидгард готовил масштабную военную операцию, в которой примет участие весь состав ныне тренирующихся новобранцев. Сидя в ненадёжном, однако довольно просторном тканевом шатре, что раздувал с одной стороны степной ветер, под звуки тренировочных мечей и шумов снаружи, слово брали один за другим уже обученные бойцы, коим предстояло следить за новичками, чтобы те не поубивали друг — друга этими самыми деревянными палками.

— Нам снова поступил приказ увеличить интенсивность тренировок… — как видно, сам Людвинг был не в восторге от таких новостей, но всё же ему необходимо было донести это до сведения своих подчинённых, ведь приказы свыше положено исполнять, а в армии этот закон действовал с куда более неоспоримой обязанностью, что на подсознательном уровне не позволяло простым солдатам даже думать о том, чтобы не подчиниться, и до тех пор, пока приказ имеет достаточную долю логики, а также хоть немного реален к исполнению, солдат изо всех сил будет думать над его выполнением.

— Как и неделю назад, всё повторяется заново, они что, хотят угробить ещё зелёных ребят? — не мог не возмутиться один из воинов, что уже длительное время наблюдал за ходом тренировок и темпами роста нагрузок, возлагаемых, в первую очередь, на новобранцев, что отнюдь не прибавляли им настроения, в плане дальнейших тренировок, если бы не выплачиваемые их семьям большие компенсации в виде золота, а также, в большинстве своём, ценных продуктов питания, все бы уже давным — давно разбежались по своим домам, ведь даже ежедневная работа в поле не была столь изнурительна, как текущие нагрузки в тренировочном лагере, а очередной приказ об их ужесточении, уже явно нашёптывал бойцу о приближении к черте терпения у, ещё несколько недель назад, простых жителей сельской местности.

— Да. Это сложно, но придётся увеличить качество тренировок, если мы сбросим всё полностью на этих «зелёных», то они быстро потеряют волю, так что мы с вами должны сделать всё таким образом, чтобы они смогли сохранить моральный настрой, следите за каждым во время тренировок, и сразу же дайте время отдохнуть, как заметите неладное, они не должны думать, что их тут гоняют на убой. — лейтенант пытался свести отрицательный эффект от поступившего приказа к минимуму, он не знал, к чему именно они готовят столь неопытных людей, ведь даже не учитывая тот курс тренировок, что они пройдут ещё за неизвестное количество времени, не сделает их готовыми к реальному сражению, где их настрой будет с очень высокой долей вероятности сломлен. Вспоминая свой первый реальный опыт сражения, Людвинг не мог не вздохнуть, одолеваемый сомнениями по поводу всей этой секретной авантюры, что не давала бойцам даже морально подготовиться к предстоящим трудностям.

— Тогда им следовало бы увеличить количество снабжения, и доходов семьям новобранцев, помимо того, как высылать подобного рода приказы. — также выразил свои мысли ещё один боец, с которым все до единого в палатке молча согласились, но вслух же прозвучали лишь всеобщие тяжёлые вздохи.

— К чему нам их готовить, если они не воины… — чей — то слабый голос послышался из дальнего конца палатки, и в следующий же момент раздался звук небольшого колокола, оповещающий весь тренировочный лагерь об обеденном перерыве тренировок.

Услышав сигнал, все находившиеся в палатке Лейтенанта резко отогнали захлестнувшие их сомнения, и, собравшись с духом, один за другим они стали покидать шатёр, где за его пределами разворачивалась картина, полная армейского духа, коим была уже буквально полна пропитанная потом и слезами, сухая земля, на которой больше не росло никакой сорной травы, вся истоптанная и засохшая, она теперь превращалась в пыль под ногами бегущих в полном обмундировании, стройных рядов по пять на двадцать человек, что велись под предводительством одетого в лёгкую одежду, старшего по отряду.

— Не расслабляться! Жрать пойдёте ещё не скоро! Чётче шаг! Кто отстанет от отряда, будет грести дерьмо в общей яме! — уже неделю, вот таким образом, проходила базовая тренировка выносливости у бойцов, коим предстояло вскоре выйти в реальный бой. Каждый бегущий мог отчётливо слышать громкий крик старшего, которого они уже ненавидели до мозга костей, но всё же были вынуждены смириться ещё в первые дни, когда каждого из них либо опустили без применения физической силы, либо по принуждению к самому отвратительному занятию, рытью общей ямы, куда сбрасывались отходы со всего лагеря, и, постепенно, нужно было зарывать старую яму, и рыть неподалёку ещё одну, при этом мирясь с отвратительнейшим запахом, к которому невозможно было привыкнуть, все грязные и потные, мужики и парни усвоили в то время, что лучше слушаться приказов свыше без лишних вопросов и лишних эмоций, иначе будет только хуже, стоит тебе открыть твой горделивый рот.

В армии уважение зарабатывалось поступками, но никак не длинным языком, вот почему воины по жизни были более расположены к получению какого — либо результата, пока гражданский думает и взвешивает, солдат прёт напролом, ломая все вообразимые и невообразимые препятствия, добиваясь и беря своё, такими становились после каждого нового дня тренировок те зелёные парни, что постепенно менялись в живые машины, готовые исполнить любые приказы командования, будь — то взятие непреступной крепости, или же мытьё сортиров в королевском дворце, покуда им исправно платят жалование, а их семьи живут в достатке, они будут готовы пойти на всё.

Никто более не разговаривал в строю, как в первые несколько дней, каждый из них экономил силы и воздух, чтобы не сбить дыхание, и не остаться позади всех, ибо те, кто нарушал строй, наказывались в отдельности, если ты падал, нужно было молиться, что рядом с тобой будут друзья, которыми ты успел обзавестись в столь адских условиях, надеясь, что они поднимут тебя, и потащат на собственных плечах, что уже кстати и делали с одним бойцом в центре строя, который не мог больше поспевать за всеми.

— Не бросайте… братцы… меч… не потеряли?… — подкошенный боец мог лишь ронять смазанные и тихие фразы, даже в такой момент он больше волновался за своё оружие, так как им ясно сказали, что другого они не получат до их второго сражения, а значит, в первом бою каждый рисковал оказаться с уже потрёпанным и неухоженным оружием, или же вообще без него, жестоко? Зато эффективно. Солдат предоставлен сам себе, и без лишних слов, всем давали это понять.

Старший же на самом деле, тренируя бойцов, постоянно обращал внимание на их общее состояние, если кто — то был не в силах бежать, он сразу же это замечал, и пробегая ещё немного, давал долгожданный сигнал к отбою тренировки, так как каждый раз доводить бойцов до предела, было его прямой задачей, а балансировать на грани возможного являлось очень ответственной, и невероятно сложной задачей, так что каждое усилие новобранцев должно было своевременно вознаграждаться, тогда как не прошедшие отбора, попадали на повозки, идущие обратно в родные края.

— Стой! Построиться! — выведя весь отряд на пригорок, старшина приказал всем вытянуться в шеренгу, чтобы ещё раз оценить общее состояние. — Рассчитаться!

— … Первый

— Второй…

— Т- третий! — мало кто умел считать хотя бы до двадцати, но армейская подготовка включала в себя не только физические тренировки, постепенно, с подсказок товарищей, а также с пинков старшины, каждый худо — бедно научился громко считать до сотни всего за пару недель.

— Отлично! — как — то непривычно — довольно произнёс старший, что заставило всех до единого бойцов немного забыть о бездумном исполнении приказов, и просто на минуту вернуться в реальный мир, чтобы всем одновременно покоситься изумлённым взглядом на старшину. — Сейчас умойтесь и идите жрать, на всё даю вам час, и чтобы отвели того в лазарет. Разойдись! — кто — то бодрым шагом, а кто — то достаточно вялым, направился в сторону ручья, чтобы напиться, и смыть пропитавший одежду, солёный пот, дневная пробежка проходила, как обычно, долго и мучительно, но впереди ещё была практика построения, атаки, а также спарринги, включая каждодневные уборки в лагере той или иной степени, у бывших земледельцев больше не было свободного времени, все они падали спать с закатом, и не видя темноты или снов, тут же просыпались, когда их палатку будил старшина, и выводил встречать первые лучи рассвета.

— Держись Рональд, тебе бы домой, ты умрёшь тут… — в лазарете уже приняли упавшего на пробежке парня, что тяжело дышал даже спустя пол часа после того, как его положили на койку. — Неужели тебе не ясно, ты умрёшь такими темпами, не в лагере, дак на поле боя, тебе не хватает выносливости, ты не воин…

— Отвали… — задыхаясь, проронил боец своему товарищу, что принёс ему еды из санитарных запасов, военные врачи не уделили Рональду много внимания, занявшись наиболее тяжёлыми пострадавшими, у кого — то даже не было руки после тренировки, тогда как пару дней назад, во время спарринга, один псих ударил палкой настолько сильно, что сломал локоть своему напарнику, отчего тот теперь валялся под чутким присмотром, готовый получить билет в один конец на родное поле, тогда как виновника никак не наказали, за исключением недельных работ на общей яме.

Сильные воины были на вес золота, так что, либо полагайся на сам на себя, как псих, либо на своих товарищей, как это делал Рональд, хотя, по — правде, он никогда сам не просил о помощи, Дюк и ещё двое были с ним из одной деревни, так что знали друг — друга чуть ли не с пелёнок, по — этому те не могли его вот так бросить, иначе бы «рыжего», как они прозвали Рональда, выперли за неисполнение нормативов ещё в первые три дня.

— … - Дюк лишь в очередной раз пожал мощными плечами, будучи самым сильным из их компании, подготовка давалась ему относительно просто, так что, в отместку за это, на него легли обязанности по поддержке товарищей, он не был из тех, что бросают в сложной ситуации, когда старшина давал рыжему непосильные задания, Дюк уже думал, на какую койку он его понесёт, для него это не было сложным, пока не начинались долгие уговоры, чтобы Рональд отказался от идеи служить, ведь как не многие, он присоединился к походу по своей воле, а не из — за предложенных королём Мидгардом выгод, настоящий безумец, так думал про него Дюк, и всё же продолжал помогать своему другу, что до сих пор горел желанием пойти в смертный бой, а уж чего он там искал, большому парню было не ведомо.

— Ты мог бы давно бросить меня, и тогда бы я отправился домой… почему же тогда помогаешь!? — внезапно в спину Дюка врезался яростный вопрос рыжего, что посмотрел на него еле живым, но всё же прожигающим взглядом, едва приподняв верхнюю часть тела с кровати на дрожащих локтях.

— А ну лежи! — прижала Рональда обратно к кровати широкая и сильная ладонь Дюка. Ничего не ответив, детина лишь цыкнул, убедившись, что его друг больше не предпринимает попыток подняться, после чего быстрым шагом вышел из палатки, вскоре присоединившись к отряду.

— …Сволочь… — прошипел непонятно в чей адрес, усталый голос, погружающегося в сон Рональда.

Глава 23 / Деревня

Глава 23.

Преследование Грэкхэма по следам, как выяснилось, довольно большого варварского племени, проходило довольно стремительно. Сотни всадников скакали на запад, по следу, указанному сперва молодым пареньком, а после уже и по совсем ещё тёплыми пожитками, оставшимися от привалов варварских отрядов. Топча копытами обглоданные кости, и взметая пыль за собой, солдаты Маии направлялись от стоянки к стоянке, при этом не останавливаясь на дольше, нежели требовалось лошадям на восполнение собственных сил, чтобы продолжить скакать дальше. Разрозненные следы варваров то разбредались в разные стороны, то снова сходились в одну плотную черту, словно их предводители ощущали войско преследования, отчего Грэкхэм чувствовал себя обведённым вокруг пальца, так как они будь — то бы гнались за неуловимым дымом, к которому тянули руки, но были не в силах поймать. Варвары оставляли непонятные и запутанные следы, что выглядели очень свежими, но так или иначе, всадники Грэкхэма всё не могли их догнать, и всё же они скакали на пределе своих сил, из чего становилось очевидным, что у преследуемого ими племени также в распоряжении находились лошади, которые стали очень неприятной информацией для всего отряда преследования, и уже пошли разговоры о том, чтобы выяснить только местонахождение базы этих варваров, а затем, вернувшись на родину, восполнить силы и запасы продовольствия, снова выступить против них уже объединёнными силами всей страны, ведь как — никак, при таком раскладе, шанс на победу был куда более высок, нежели несколько сотен всадников отправятся в лобовую атаку против большого варварского племени. Сам Грэкхэм уже внутренне принял такое решение, что превращало их экспедицию в разведывательную миссию, с последующей перегруппировкой на родине, однако прямого приказа король пока не отдал, решив отложить это объявление до ближайшего привала.

Остановившись у, так удачно попавшегося на пути, притока небольшой реки, отряд постепенно замедлился, чтобы пополнить запасы пресной воды, а также напоить лошадей, что также испытывали некоторую жажду, накопившуюся за столь долгий период времени.

— ПРРРРбббб — останавливали всадники уже немного загнанных лошадей, так как, заприметив водопой, они увеличили темпы перемещений, из — за чего четвероногие теперь держались из последних сил, и крайне жадно припали мордами к струящейся меж камней и болотных кочек, холодной воде.

— Разобьём лагерь на ночь, ваше величество? — немного радостный от того, что сегодня возможно удастся немного искупаться, боец закрепил меч на бедре своей лошади, в два шага оказавшись рядом с конём Грэкхэма, что также начал напиваться из источника, тогда как его хозяин держал животное под уздцы, и сидя на корточках, обмывал свою затёкшую шею, отчего капельки кристальной влаги осыпались мелким градом на водную гладь, которую также активно беспокоили остальные солдаты, пуская мелкие круги по поверхности, счастливо наполняя полу — пустые бурдюки прохладной водой.

— …Да, стройте лошадей, а потом разводите костёр, мы отдыхаем. — всё же решив, что погоня не увенчается успехом, Грэкхэм запланировал сегодня больше не продолжать опасный путь, а дать солдатам и лошадям время передохнуть, после чего отправить лучников с сопровождением прямиком в Маию, чтобы те подготовили всё к их возвращению, дабы в дальнейшем, по обнаружению племени врага, они не путались под ногами, так как разведка не предполагала атаку с их участием, а лишь незаметный подход и быстрое отступление.

Разбивая лагерь, никто и не подозревал, что в этот момент над солдатами нависла невидимая угроза, что приблизилась к ним вплотную, как только ночь поглотила местность на сотни километров вокруг, и под звёздным небом, заволоченным густыми плывущими облаками, в лагере не поднялась боевая тревога.

***

На границе Колхиды в последнее время было невероятно тихо, хотя многие пограничные патрули назвали бы эту тишину своей рутиной, никто не осмелился бы сказать, что жаждет её прекращения. Изо дня в день обходить одни и те же места, лишь изредка меняя маршрут, вот в чём состояла задача Филиппа, и его небольшого отряда из двенадцати человек, что проходили от одного холма к другому, сменяя друг — друга каждый день на обзорных вышках, а также меняя старые дрова на сигнальных кострах на новые, так как те, со временем, имели место сгнивать, конечно, их работа заключалась не во встрече противника грудью, а лишь доставка сообщений о происходящем на их территории каждые семь дней, включая внеочередные сообщения, что могли отправляться и каждые два дня, в связи с активностью варваров за последнее время.

Филипп был довольно красив, и обладал достаточным богатством, чтобы иметь красивую жену и хорошую сытую жизнь без военного дела, но за исключением того, что его договор с местным Герцогом включал ещё пол года работы на него, Филипп не мог оставит этот пост, по соображениям контракта, история того, как он оказался в таком положении столь же длинна и сложна, как и история каждого в этом мире, всё шло к одному с самого начала, и все поступки рано или поздно приводили к одному вероятному исходу, в этом Филипп мало чем отличался от других Рыцарей, что всё же добились первой ступени в знатной иерархии, выбившись из простого люда, так что назвать их обычными людьми язык не повернётся, и всё же, они ими являлись.

[Состояние ваших земель:

Две деревни под вашим контролем.

Деревня Сигивахт…

Деревня Лимиил…

Желаете перейти к взаимодействию?]

Окна Системы были не столь богаты на информацию, и всё же Филипп никогда не видел окон других аристократов, а уж тем более королевской Системы, так что ему приходилось считать свою собственную систему достаточной, и вполне исчерпывающей.

— «Покажи, пожалуйста, деревню Сигивахт.» — вежливо разговаривая с Системой, Филипп предполагал, что однажды это приведёт к какому — то эффекту, обычное суеверие, что Система являлась живым существом, что реагирует на вежливость и подобные эмоции было не редкостью среди аристократов, и Филипп был одним из таких.

[Деревня Сигивахт:

Жителели: 87 человек

Рождаемость: Средняя

Смертность: Низкая

Прирост населения в год: Минимальный

Урожайность: Низкая

Прибыль: Минимальная]

Тогда как прирост населения зависел от степени смертности и рождаемости, прибыль в карман самого Филиппа высчитывалась за вычетом из урожайности ежегодного налога, что вскоре должны были собрать с деревенских, после очистки полей перед наступлением зимы, глядя на эти показатели, что имели крайне мало численных обозначений, а в большей степени, содержали словесные описания, Филипп надеялся, что рано или поздно наступит урожайный сезон, чтобы он смог получить в распоряжение достаточное количество свободных денег, чтобы прикупить более рентабельные деревушки, а в дальнейшем, если бы ему удалось отвоевать больше земель с аукциона, то рано или поздно его повысили бы в звании аристократа, так как Филипп всё же хотел подняться хотя бы до Графа, чтобы заполучить то, о чём он мечтал, а до тех пор, он продолжит патрулирование границ, что позволит ему завести кое — какие связи с Герцогом, который может отметить его усердную работу, и взять под своё крыло, как надёжного человека, ведь продвижение имеющихся у Филиппа деревень он считал гиблой затеей, так как чтобы те принесли хотя бы средний доход, необходимо было вложить слишком много, как сил, так и финансов, а это того не стоило, по мнению Рыцаря, которому было, по большей части, всё равно как на крестьян, так и на феодалов, одним из которых он сам и являлся.

На немного кривом от холмов горизонте до сих пор стояла неизменная тишина, изредка можно было заметить с вышки пролетающих над полем небольших птиц, или же увидеть пробегающего от оврага к оврагу бурого косого, что стремился не попасть в когти охотящихся на местных просторах, пернатых хищников. Всё было бы неизменно для взгляда Филиппа, если бы в один момент его глаза не заметили странную активность у подножья одного из дальних холмов. Присмотревшись как следует, и даже несколько прищурив зоркие глаза, что волнительно вглядывались в поднимающиеся из — за холма непонятные миражи, которые постепенно принимали образ сотен, сотен бойцов в латных доспехах, что гремели уже более отчётливо с каждым своим шагом, вселяя нарастающий страх в пошедшую мурашками голову Филиппа. Всполошившись, словно ошпаренный кипятком, Рыцарь протянул руки к давно запылившейся на его поясе конструкции из специальных камней, масляной тряпки, а также нескольких тонких палочек, которые воспламенились дрожащими руками парнишки, что тут же подсунул пламя из своих ладоней под дно небольшого костра, огонь которого тут же охватил деревянный купол строения, взметнув яркие языки дыма и пламени на десятки метров вверх.

Глава 24 / Неожиданная атака

Глава 24. (Победитель)

Вне зависимости от времени суток и расстояния, сигнальные костры на вышках были видны одинаково хорошо, для тех, кто находился на среднем рубеже патрулирования, в зависимости от занимаемой государством площади, всё больше колец надзорных вышек выстраивалось друг за другом, приводя в действие единый механизм оповещения об опасности, ведь частенько случалось так, что одну или же несколько вышек лазутчики успевали зачистить до прихода своих основных сил, дабы не дать возможности противнику прознать об их приближении, и всё же на этот раз трёх тысячная армия не прошла даже первого наблюдательного поста, и даже таким образом, демонстрируя свою явную уверенность в победе, протяжённость войска заставила воспламениться не одну, а сразу две наблюдательных вышки из первого кольца, что единовременно отправили сигнал дальше, параллельно с этим спешно покинув свои позиции, и бросив всё лишнее, организованные отряды пограничников принялись отступать к столице Колхиды, дабы доложить более точную информацию командованию.

Филипп устремился что есть сил к палатке своего отряда, при этом даже не оборачиваясь в ту сторону, откуда наступала вражеская орда, подсчитав навскидку их примерную численность, а также по шуму, что они издавали своими перемещениями, Рыцарь предположил, что их численность составляет около трёх или четырёх тысяч, что уже говорило о прямом военном вторжении, так как имеющая столь грозную силу, армия, не будет призвана с другой целью, кроме как брать и стирать в порошок вражеские города, сомнений быть не могло, их королевству объявили войну.

— ПАРНИ! ПОДЪЁМ ВАШУ МАТЬ! НАС АТАКУЮТ! — взревел Рыцарь, в буквальном смысле опрокидывая палатку на находящихся внутри товарищей, что тут же вздрогнули, и стали стремительно выкарабкиваться наружу.

— Атакуют?! Кто! Откуда!?

— Сколько их там? — спешно вскрикивали взбудораженные бойцы, такие слова не были похожи на шутку или учения, Филипп реально кричал на них, будучи на пределе своих голосовых возможностей, беря в расчёт также то, что некоторые из его отряда могли ещё спать.

— Лаксосия! Их построение! — проорал всё ещё достаточно громко очевидец, который точно знал стиль воинского построения, по которому только и можно было определить, что за войска надвигались на них, ибо ни знамён, ни гербов с такого расстояния различить было бы невозможно, а ждать характерной подачи звукового сигнала горном такому войску пришлось бы достаточно долго, чтобы те уже приблизились вплотную к полыхающей вышке, так что построение солдат было единственным, основываясь на чём можно было сделать хоть какие— то выводы о наступающих.

— Квадратами идут? Вот же сукины дети… — прокомментировал ситуацию один из членов отряда, спешно вытряхивая из палатки всё необходимое, вроде личных сбережений и слишком личных вещей, что каждый со скоростью ветра смёл с примятой жёлтой травы, и тут же устремился вслед за Филиппом по направлении к следующему рубежу вдалеке, туда, где уже полыхала следующая сигнальная вышка, пятки бойцов сверкали, когда они неслись через степи, как угорелые, лишь изредка падая на землю, чтобы перевести дух, многие уже по скидывали с себя лишнюю одежду, продолжая бежать уже практически без неё, дабы по максимуму сохранить энергию и тепло собственного тела в балансе от охлаждения и перегрева. Каждому из них казалось, что огромное войско, которое они смогли увидеть лишь краем глаза, буквально наступало им на пятки, а шум их металлических доспехов заполнял их уши, словно густая вата, не желая покидать их кипящие от волнения и страха, головы.

Во дворце Марк, как уже обычно сложилось, уединился между государственными делами, чтобы провести это время за приёмом пищи, всё также неразрывно связанной с его постоянной диетой. Среди прислуги уже прошёл неоднократный слух, что у короля развилась тяжёлая стадия паранойи, а некоторые поговаривали даже, что его величество болен, и поэтому его мало когда можно увидеть после доблестного военного похода, и что Марка лечат лучшие знахари королевства, пытаясь побороть недуг, из — за которого король не ест, как прежде. Сам же Марк за последнее время, что странно, немного прибавил в весе, необычные, но очень частые и регулярные приёмы пищи стали приводить к улучшениям в его фигуре, да так, что прежнее, немного худощавое тело короля стало наращивать некоторый, едва заметный запас спереди, тогда как в мышечной массе Марк тоже прибавил, на белковой диете. Дошло даже до того, что в один день Марк просто спросил Амадеуса, можно ли ему заняться военными тренировками, на что, сперва получив изумлённый взгляд со стороны генерала, после получил долю некоторых комментариев с его стороны.

— Ваше величество, я могу обучить вас бою на одноручных мечах, и некоторым приёмам атак верхом, но вы точно уверены, что хотите этим заняться? Дел у вас достаточно. — намекая на то, что Марк может запросто перетрудиться, если включить в его, по мнению генерала, и так скудный пищевой рацион и политические нагрузки, ещё и физические тренировки, связанные с владением реальным оружием, Нортинг опасался, что здоровье владыки может подорваться таким образом, так что даже вопреки прямому приказу через заданный ранее вопрос, Амадеус всё же уточнил намерения правителя.

— Да, я же сказал вчера, что в полном порядке.

— … Тогда вам я проведу укороченный курс, и посмотрим, получится ли у вас схватить азы, или же владение мечом — это не для вас. — поставив перед фактом самого короля, Нортинг настороженно наблюдал за реакцией Марка, что всё — таки уверенно возразил.

— Не забывайтесь генерал, мой приказ должен исполняться, иначе сами понимаете, что в армии делают за неподчинение, вы обучите меня тому, что я посчитаю нужным, думать за меня я запрещаю, иначе такими темпами, лишитесь головы. — ощущая гнев от того, что постоянно нужно было ставить своих приближённых на место, дабы те не привыкали к «доброй» стороне Марка, что хоть и преобладала в нем большую часть времени, на самом же деле, намного глубже, в нём дремал холод.

— С — слушаюсь! — выпрямившись по струнке, уже не как прежде, произнёс безэмоционально генерал, словно отдавая честь совершенно чужому теперь человеку, да, всё то, что было построено между нашим героем и Амадеусом за время похода было сейчас перечёркнуто, выводя на передний план вид простейшего подчинения.

— Отлично. Когда начинаем. — ничуть не жалея о подобном исходе, когда всё словно вернулось на круги своя, Марк ощутил похожее чувство, как если бы в своём старом мире почистил компьютер от вирусов, вернув ему первоначальное «чистое» состояние.

— Можем хоть сейчас ваше величество, как вам будет угодно. — всё же в словах генерала прослеживался некий скептицизм, относительно нашего героя, и всё же Марка это не колебало, он хотел научиться сражению, не только с точки зрения продвинутой тактики, но и с точки зрения практики, ведь в будущем ещё не раз мог возникнуть такой момент, когда ему придётся сражаться за свою жизнь без использования рычага власти, что привело бы, на данный момент, только к его гибели, в отличие от Грэкхэма Маийского, который, по впечатлениям Марка, мог свободно управится как с верховым, так и наземным боем, что давало тому неоспоримое преимущество с точки зрения выживания, а жить Марк хотел.

— Начнём завтра вечером, на закате. — надеясь закончить в первой половине дня все государственные дела, а также достаточно хорошо отдохнуть перед тренировкой, Марк решил назначить свою первую тренировку, где, как он предполагал, ему скажут сперва подтянуть физическую форму, прежде чем брать деревянный меч в руки, так и произошло, Амадеус хоть и выглядел несколько отстранённо, всё же уделял большое внимание каждому из упражнений, что просил выполнить Марка, именно просил, генерал не мог меняться ролями с королём по каким — либо причинам, так что отношение правитель — подчинённый сохраняло негласную силу.

— Сначала попробуйте сделать пятьдесят правильных отжиманий, затем разотрите тело хорошенько, после чего мы свами приступим к спаррингу. — посчитав самой эффективной тактикой прямую практику движений с соперником, генерал будь — то бы хотел отыграться за вчерашнее, как Марк на секунду подумал, но всё обернулось совсем иначе. Нортинг вообще не атаковал, продолжая лишь защищаться, в то время, как Марку пришлось самообучаться, и включать голову, за исключением тех моментов, когда Амадеус ему что — то подсказывал.

— Включайте всё тело при атаке, не машите рукой понапрасну… Ещё раз… Ещё раз, не бейте изо всех сил, разряжайте тело постепенно, удар наносите инерцией, не тратьте силу руки. — Марк старался поспевать за советами блокирующего все его простые атаки, генерала, что методично перемещался то вправо, то влево, также заставляя Марка терять равновесие после его же удара, из — за чего постепенно, наученный парой сильных падений, Марк стал уделять своим ногам и выпадам максимальное внимание.

— «Сомневаюсь, что в реальном бою мне дадут вот так же обдумывать каждое действие, пока не доведу всё до автоматизма, на передовую ни ногой». — думал Марк, покуда шёл день за днём всё новых и новых рутинных тренировок с генералом, прогресс у Марка был едва заметен, солдат ближнего боя из него получался средненький, и, по словам Амадеуса, которые Марк буквально потребовал его произнести, нашему герою лучше не сражаться в составе пеших отрядов, но, однако за более чем десять дней повторений, Марк всё же научился крепко держать меч в своих руках, а также выучил несколько основных движений парирования и отхода, именно не запомнил и выполнил идеально, а как раз — таки заучил, так, что теперь его ноги могли начать реагировать, как только Амадеус заносил условный удар мечом без использования обманок.

— Мы будем продолжать дальше? Ваше величество? — видя и так ухудшившийся прогресс, генерал обратил внимание Марка на вопрос о смене тренировок, так как если продолжать в том же духе, потребуется слишком большое количество времени, чтобы Марк мог сражаться с Амадеусом приблизительно на равных.

— Думаю всё… — произнёс Марк, взвесив все результаты и приложенные усилия — Теперь учи меня обращаться с клинком в седле. — до этого расслабившийся генерал, который уже было подумал, что Марк бросил воинскую затею, вновь посмотрел на него своими усталыми глазами.

Глава 25 / Нападение?!

Глава 25.

Пока Марк отдавался тренировкам, министры, ровно, как и население Колхиды не теряли времени зря, фермеры исправно собрали весь выросший урожай, и очистили поля, посадив несколько культур, что будут расти в зимний период под слоем толстого снега, коим славились здешние края, тогда как часть из собранного была переведена в налоговую долю, а также выведена на табло Правителя государства возможными изменениями в финансах, ровно, как и у всех феодалов, что получали процент с прибыли на подконтрольных им землях.

[Внимание! В новом году происходит обновление статистики государства.

Население 21 520 жителей выросло на 352 жителя, с учётом неудачных родов и иных факторов, и теперь составляет: 21 852 жителя.

Количество армии обновлено, с учётом новых призывников, а также дополнительных инвестиций с вашей стороны, число армии Колхиды на данный момент составляет 1080 солдат (780 воинов и 300 лучников).

Прирост города обновлён, и на данный момент составляет — 376 человек(а) в год.

Золото: 213 в связи с действующими строительными проектами, а также содержанием армии, после проведения точных подсчётов налоговых сборов число золота будет незначительно изменено.

Состояние экономики — Слабая. Рост 5,8%

Основная направленность: Земледелие, животноводство, рудокопство.

Наличие ключевых ресурсов обновлено, в связи с изучением технологии обработки металлов: Вода (+), Дерево (+), Еда (+), Железо (+), Камень (+).

Стратегические ресурсы: Железо (Запад Колхиды)

Общий уровень счастья обновлён, в связи с вступлением в силу законов о работорговле, а также нескольких сопутствующих реформ: 18,0%

Общее культурное развитие замедлено, в связи с развитием работорговли: 30

Общее религиозное развитие: Заблокировано.]

Как только у Марка появилась возможность провести изыскания, на наличие у своих земель залежей железных, и прочих металлических руд, наш герой был несомненно удовлетворён достаточно исчерпывающими их запасами на территории, граничащей с государством Маия, что занимала несколько квадратных километров, с различной степенью прерывистости жил, где Марк тут же выстроил обновлённые Гаидом постройки, называемые продвинутыми рудными шахтами, в которых теперь работали за хорошую плату желающие подзаработать тяжёлым трудом себе на хлеб, крестьяне, старания коих окупились пополнением статистики государства ещё на один ресурс, что также разблокировал строку Ключевых, что также открывали дополнительные возможности, помимо той же еды и воды, которые требовались всегда и повсеместно, ровно, как камни и деревья, кстати сказать, на рост экономики, во многом повлияло как раз — таки открытие нового ресурса, что повлекло за собой расширение внутреннего рынка, наряду с первыми шагами работорговли, а также успешно исполненным договором с королём Грэкхэмом Маийским, который выплатил в срок всю, запрашиваемую нашим героем, сумму. Открытие железа выглядело куда более эффективно на данный момент, тогда как дебаффы от работорговли ударили по культуре страны, отчего будет не сладко, особенно в первое время, а именно до того момента, как не будут открыты новые страны, что также приветствуют политику работорговли, вследствие чего будет снят определённый барьер с населения, о том, что они поступают неправильно, ведь пример, в виде другой такой же страны, поможет им полностью самооправдаться, мол, вот они же делают, значит и мы тоже правы. Такие тонкости Марк предвидел, и по — этому спокойно принял первоначальное замедление культурного развития, придёт время, и рабство будет толкать вперёд все сферы деятельности, включая даже культуру, варваров за пределами стран предостаточно, да и преступников на улицах хоть отбавляй, так что с данной «проблемой» пока что более или менее всё было ясно.

[Сельское хозяйство — изучено…

Животноводство — изучено…

Гончарное дело — изучено…

Стрельба из лука — изучено…

Обработка камня — изучено…

Обработка металлов — изучено…

Колесо — в процессе изучения…]

Оставалось всего пара дней, прежде чем откроются новые ветки технологий, что вели через развитие инфраструктуры к новым развивающим преимуществам, таким, как например математические науки, что позволяли как поднять уровень развития государства в лице других, так и дать доступ к новым орудиям осады, таким, как например, требушеты, что абсолютно не могли подозревать несведущие в бонусах от исследований некоторых технологий, правители. В названии исследования, само наименование играло ведущую роль, если было понятно, что технология верховой езды предоставляла обученных военному ремеслу всадников, то с Математикой всё было куда сложнее, ведь пока ты изучаешь параллельно идущую с ней верховую езду, то кто — нибудь другой уже строит у тебя за спиной мощные осадные орудия, радуясь тому, что не прогадал с технологией. Если у Марка получится, то к тому времени, как его основной соперник Грэкхэм откроет Математику, в его распоряжении будут уже десятки осадных орудий, что представляли сами по себе огромную силу как в обороне, так и в наступлении на вражеские укрепления и города.

К сведенью, празднование нового года происходило при сборке осеннего урожая из — за того, что в течение следующих нескольких месяцев жизнь всех крестьян кординально изменится, больше не будет выходов в поле, или же частых поездок в город, весь быт фермеров сведётся к ручному труду в домашних условиях, а именно к гончарству, шитью, кройке, выделке шкур по — чёрному и по — белому, что позволит накопить запасы на продажу, которые отправятся в город либо этой же зимой, либо уже весной, а на заработанные ещё с прошлой зимы деньги и существовали крестьянские семьи, без возможности целиком и полностью жить за счёт собственной земли, по большей части, из — за налогооблажения, каждый простой житель трудился круглый год в поте лица, такая жизнь ждала тех, кто не готов был идти до конца, и двигаться к намеченной цели, цели сделать свою жизнь лучше, а довольствуясь тем, что уже имеешь.

Марк отдыхал в своих покоях после очередного изнурительного дня, в связи с недавними событиями, что переполнили чашу терпения нашего героя, на кровати возле Марка мирно посапывала одна из наложниц, которую он всё же избрал для своего удовлетворения, и снятия невыносимого стресса. Ещё вчера он был зол, и готовый срываться уже на всё подряд, как под руку вдруг попались наложницы, тут же насильно потащив за собой на вид самую слабую и безобидную из всех, Марк, словно пушинку, опрокинул её на постель, приказав встать на четвереньки и отвернуться к стене, такую позу он посчитал наиболее безопасной, когда он будет самолично контролировать весь процесс, и чтобы девушка не могла ему что — либо сделать, если вообще смогла бы. В эту ночь сквозь накрепко запертые двери королевской спальни слышались приглушённые стоны Марка, тогда как девушка терпела его зверские нападки, что выливались в гамму неестественных для неё ощущений, казалось, что это был уже совершенно не тот король, которого она знала ранее.

Так и не сомкнув глаз, Марк удивлялся неожиданному приливу сил и умственного облегчения, что нахлынули на него, когда он позаботился о том, чтобы наложница не забеременела, собираясь позвать слуг, дабы те освободили и поменяли ему пастель, наш герой только подошёл к запертой двери, поднеся руку к засову которой, с той стороны внезапно послышался странный шорох, напугавший Марка настолько, что тот аж отскочил от двери в сторону, и на инстинктах вжался в каменную стену, думая, что его пришли убить во время занятий сексом, но следующий возглас знакомого Рыцаря — охранника, как оказалось, принёс не менее неприятные известия.

— ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО! НА НАШУ СТРАНУ НАПАЛИ! ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО! ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО!!

Глава 26 / Ваше величество

Глава 26.

Марка словно ошпарило кипятком с ног до головы, слова с той стороны двери не прекращали звучать, нанося стойкие краски на палитру надвигающейся угрозы, и что самое страшное, у нашего героя не было возможности воспринять это, как ложную информацию, ибо в следующий миг, как только рыцарь прокричал слова о нападении, перед глазами Марка показалось крупное системное окошко, контуры которого мигали красным, а на самом изображении всплыла карта местности в том районе, где Системой было подтверждено присутствие вражеских войск.

[Внимание! Вам объявлена война! С этого момента Вы находитесь в состоянии войны с королевством Лаксосия. Общий уровень счастья в вашей стране заморожен до ближайшего обновления!!!]

В дипломатическом окне, где отображались иконки соседствующих, и известных на данный момент, государств, строка Лаксосии в следующий же миг приобрела красный оттенок, без возможности широкого взаимодействия с этой страной, вместе с этим подсвеченная надпись «Война!» не красноречиво подчёркивала степень текущей ситуации, в которой неожиданно оказался наш герой.

— «Выведи карту крупнее» — всё, что мог сейчас сделать Марк, это выбрать между прострацией, и действиями. Немного встряхнувшись, Марк выбрал действие. На плавно увеличившейся карте, где была условной линией обозначена граница государств, красными точками отобразились подожжённые в первые секунды, сигнальные вышки Колхиды, что тут же очертили собой зону вторжения. Совершенно голая местность, с малым количеством растительности, и не высокими холмами, что могли осложнить видимость с вышек, выгодное место для вторжения, и всё же, их достаточно быстро обнаружили, а значит, опираясь на показатели с карты, численность их составляет не менее тысячи бойцов.

— «Лишь бы среди них кавалерии не было.» — взмолился сам про себя Марк, думая, как же ему повезло, что он не забыл про усиление армии в своём государстве, если всё пройдёт хорошо, то укрывшись за стенами, его тысячное войско сможет противостоять вражескому.

Отпирая засов на двери, а также мельком кидая взгляд на всполошившуюся наложницу на кровати, что прикрылась простынями, дабы вошедшие рыцари не увидели её сокровенных оголённостей, она испуганно потупила взгляд в соседнюю стену, пытаясь притвориться, будь — то бы её здесь вовсе не существует. В это же время мужчины спешно вводили Его Величество в курс дела, склонившись перед ним на колени в извиняющемся жесте, понимая, что беспокоят короля в самый неудачный момент.

— Ваше величество, разведка докладывает о пересечении государственной границы с севера. Войска с лаксоским построением вторглись без дипломатического предупреждения, они движутся с достаточно медленно, предположительно, у нас есть чуть больше трёх — четырёх дней до того, как они будут под столицей. — покуда рыцарь выкладывал информацию, Марк совершенно позабыл, что стоял перед ними без одежды, но обстоятельства вынуждали отложить эту неурядицу далеко на последний план, сейчас Марка интересовала лишь точная численность и состав войска противников, если у него будут более достоверные данные, он будет знать, к чему следует готовиться прежде всего.

— Численность войска? Есть всадники на лошадях? Какое обмундирование на солдатах?? — не в силах полностью сохранять хладнокровие, наш герой поспешно накинул свой халат, вместе с тем ожидая ответа от любого из преклонивших колени рыцарей.

— Несколько тысяч, ваше превосходительство, точно нас не оповестили, но Герцог Мадеус созвал срочное собрание, во дворец уже едут представители разведки, а также представители феода, нам приказали оповестить вас, король Марк. — рыцари явно не обладали всей информацией, до них могли дойти только первоочерёдные слухи, которые, наш герой держал пари, уже распространялись по его королевству со скоростью ветра, ему необходимо было что — то делать, дабы ситуация не вышла из — под контроля.

Больше книг на сайте — www.litlib.net

— Где они собираются? — уже выгнав кивком девушку из комнаты, и начав одеваться, стараясь демонстрировать внешнее спокойствие, что ему ох как пригодится на собрании, задал вопрос Марк.

— В тронном зале, ваша светлость. — внешнее спокойствие владыки словно магическим образом повлияло на рыцарей, так, что в на их лицах, и в их голосах почувствовалась некая глубокая покорность, которая случается в период сильных напастей, когда слабые полагают свои судьбы на плечи, по их мнению, более сильных людей, Марк понимал это, приняв ту самую ответственность вместе с короной, когда попал в новый мир, прямо сейчас это было его первое серьёзное испытание духом, и Марк не мог его провалить, по понятным причинам. Войско не пойдёт за королём, что не уверен в их победе, народ не пойдёт за правителем, что не может поручиться за будущее королевства, таких правителей быстро свергали с власти более достойные.

— Просим за нами. — дождавшись его величество за дверями, воины проводили Марка в просторный и величественный тронный зал, где теперь повисла тяжёлая атмосфера, наполнившая мрачностью всё окружающее пространство этого помещения, где на специальных местах вдоль зала расположились министры, Графы, и прочая знать, что как — либо были причастны к управлению страной, а также связаны с вопросами военного времени. Среди всех присутствующих наш герой сразу же заметил генерала Амадеуса, который сидел ближе всех к тронному месту с левой стороны, тогда как Мадеус расположился справа, а уже за этими двумя следовали по убыванию все остальные. Рибериус Нин — министр внутренних дел из верхней палаты, старался делать невозмутимый вид, но, всё же глубоко внутри до сих пор не имел понятия, что вообще происходит, и по этому делал всё, чтобы не привлекать к себе излишнее внимание Марка. Председатель совета министров Киста Вальхонская, как обычно, не выражала слабости на своём лице, её естественная отстранённость и серьёзный взгляд были как — никогда чисты и непоколебимы, и сейчас даже испускали из себя обнадёживающий свет, который Марк видел лишь однажды, когда принял наконец её законопроект о, работающих на благо страны, тюрьмах. Также найдя способы предоставить новый закон жителям в красивой обёртке, под аргументами искупления вины заключёнными, а также воспитательного труда, что будет оплачен, но несоразмерно честным работающим, заткнуло большую часть ярых защитников свободы, а также не повлияло на самомнение гордецов, которые считали заключённых полными отбросами. Также, среди очень знакомых лиц, наш герой заприметил Уделя Кадимского, который, по всей видимости, прибыл с докладами о вспыхнувших мародёрствах, а также Флотвинга Морройского, в чью юрисдикцию входила обязательная консультация Марка по вопросам построения обороны города, ведь Удель, как никто другой знал устройство и технологии постройки зданий Гаида из колхидской ветки строительства, тогда как сам Марк, даже положившись на свои широкие знания и память об игре, не мог предвидеть все детали, которые, несомненно, имели место быть в не игровых условиях.

— Ваше величество!…

— Ваше величество…

— Ваше величество…. — буквально повскакивали со своих мест некоторые министры, будучи в крайне взволнованном положении, не каждый мог похвастаться такой выдержкой, как генерал Нортинг, Киста, и, конечно же, сам Марк, что вслух поприветствовал всех присутствующих, в считанные секунды занимая свой трон. Как только ладони Марка легли на резные подлокотники, а спина припала к мягкому бархату, первым взял слово генерал Амадеус.

— Ваше величество. Приблизительно десять часов утра, на северной границе с Лаксосией произошёл контакт разведки, и войска примерной численностью в три тысячи мечей и луков. — на этих словах даже Марк вдохнул холодного воздуха, а присутствующие все до одного нахмурили свои брови, прошептав что — то на подобие проклятий, в адрес неизвестно кого, так как Марк находился слишком далеко, и тут же окинул гневным взглядом всех в зале, давая понять, что требует тишины, и это сработало, никто больше не произнёс ни звука, снова устремившись взглядом к генералу, который всё также бесстрастно продолжил — Как сообщили вторые и третьи кольца пограничников, среди войск противника нет конных подразделений, обмундирование полностью металлическое, вследствие чего перемещаются они не слишком быстро, это даёт нам время на подготовку. — заключил генерал, давая понять, что основные сведения он изложил, после чего среди присутствующих вновь послышались тихие перешёптывания. Марк был просто ошеломлён таким количеством вражеской армии, если столько воинов возможно было натренировать и вооружить по — последнему слову техники, каким образом такая же страна, как и сама Колхида, смогла собрать столь огромную армию под своё знамя?! Это было просто невообразимо, Марк не знал, откуда у Лаксосии взялось золото, сейчас наш герой тем более туго соображал, но всё же размышлял изо всех сил, уже пропитываясь гневом к этой стране, что решила пойти на него войной. В системном окне действительно отображались вновь обновлённые системные данные, почти три тысячи красных точек шли медленным маршем по направлению к столице Колхиды.

Глава 27 / Немедленная подготовка

Глава 27

— Враг настолько силён…

— Как они подготовили стольких солдат, может быть это дезинформация…

— Возможно за этим ещё кто — то стоит… — те из присутствующих, кто быстрее справился с шоком, теперь размышляли над причинностью сложившейся ситуации, но как бы то ни было, подавляющее большинство взглядов было обращено в сторону Марка, что с задумчивым лицом смотрел, казалось бы, в никуда, тем не менее все, за исключением нескольких слуг, понимали, что король в данный момент просматривает Системные окна.

— У нас есть три дня, и, приблизительно десять часов до прибытия армии врага. Учитывая то, что на их пути находятся ещё несколько наших деревень, необходимо очистить их от жителей, и укрыть их за стенами столицы… — Марк взял слово только спустя несколько минут, что показались всем вечностью — …Как только они прибудут, нам придётся укрепить свои позиции за стенами по — максимуму, не факт, что на нас пойдут прямым штурмом, я думаю, что они могут попытаться как избежать потерь, так и взять нас в осаду? — обратившись за мнением к генералу, Марк остановил свою речь.

— Невозможно, ваше величество. — отрицательно высказался Амадеус практически сразу же, как его мнением поинтересовались — Скоро придут холода, буквально несколько недель, и температура резко снизится, так что держать длительную осаду бессмысленно, поэтому, я думаю, они и собрали такую большую армию, хотят разом нас захватить, или, может, даже ждут, что мы просто им сдадимся. — тут — то наш герой начал беспокоиться о появлении возможных предателей, слишком далеко было до всеобщей любви и всецелой преданности королю, так что, в борьбе с сильным противником, обязательно могли появиться те, кто предпочтёт свою жизнь вероятной гибели, после столь же вероятного поражения.

— В таком случае, нам необходимо начать приготовления немедленно. Флотвинг, ты проконсультируешь генерала Амадеуса о расположении войск за стенами, как составите условную схему, покажешь её мне, чтобы я был в курсе, потом мы с генералом обсудим детали самой обороны.

— Да, ваше величество. — с секундной заминкой подтвердил приказ Флотвинг Морройский, немного удивившись тому, что ему придётся консультировать генерала, но, спустя секунду, осознав логику приказа Марка, он немного расслабился, начав усиленно размышлять о том, чтобы как можно скорее и эффективнее справиться с составлением плана.

— Также, генерал, я положусь на вас при обороне города, подготовьте план, и доложите мне. — Марк не собирался взваливать всё на свои плечи, скорее уж он испытывал некоторое удовольствие, зная, что есть сведущие люди вокруг него, на которых он может положиться, главное сейчас, это правильно распределить обязанности.

— Слушаюсь, ваше величество. — понимая, что на него будет взвален тяжёлый хомут, генерал, как и прежде, принял его без вопросов, к тяжёлой жизни ему было не привыкать, а теперь на его плечи легла ещё и обязанность по организации войска для обороны, и составление плана, на случай, если враг применит различные тактики при взятии города, коих было великое множество.

— Хорошо. Так, Удель, теперь доложи мне о ситуации в городе, как реагируют жители, и сколько слухов уже просочилось на его улицы? — дестабилизированное население в первые часы военного конфликта могли серьёзно замедлить подготовку к обороне столицы, граждане, которых охватил страх, будут вести себя непредсказуемо, вплоть до того, что поднимут восстание, и сдадут Марка в руки вражеской армии, чтобы те не убили их родных, и не разрушили дома, такой исход был бы вполне возможен, не позаботься уже генерал об увеличении всех патрулей на территории города, которые привели к уменьшению активности преступников, и безумие населения было успешно подавлено, но наш герой ещё не знал об этом, так что Удель Кадимский заверил Марка в том, что всё пока находится под контролем, и народ не тревожится так сильно, чтобы предпринимать активные действия.

— Понял. В таком случае организуй свободные места в городе, чтобы разместить деревенских, а также организуй стражу, чтобы те проверяли каждого, среди деревенских могут проникнуть диверсанты врага. — с этим никто не посмел спорить, возможно, что на данный момент в столице уже скрывались вражеские солдаты, которые должны были в решающий момент помочь своим основным силам проникнуть в укреплённый город, что, разумеется, необходимо было пресечь, и Удель с серьёзностью кивнул нашему герою, чувствуя на своих плечах сильную ответственность.

Ещё несколько человек выражали свои мысли по ходу того, как Марк раздавал указания, некоторые из них сильно пеклись о собственных землях, прося у Марка разрешения перенести больше имущества за городские стены вместе с крестьянами, у многих феодалов имелись свои личные сокровища, собранные в виде скота, особняков, полных добра, а также различных атрибутов, что выражали их состоятельное положение, такое количество ценностей не смогли бы безопасно разместить в городе, без ущерба для жителей, что привело к разногласиям, которые Марку пришлось подавить своим громким голосом.

— …Ваше величество. — неожиданно для всех, слово взяла Киста Вальхонская, председатель совета министров, что решила первой прервать молчаливую паузу, после скандала с феодом — Деревенских вы эвакуируете, а как же быть с рабочими в шахтах, которые далеко отсюда, они ведь ничего до сих пор не знают, и продолжат отправлять поставки в обычном режиме, к ним могут выдвинуться вражеские отряды, ведь им нужен наш металл. — поняв, к чему всё ведётся, Марк серьёзно задумался над ситуацией. У нашего героя не было достаточно сил, чтобы удержать столицу, это очевидно, слишком большой перевес в силе, а до открытия Математики ещё долго, чтобы иметь хоть какой — то козырь против такой большой армии, также у Марка не было сейчас много золота, чтобы обучить и вооружить достаточное количество воинов, да, определённо придётся набирать ополчение, и проводить ускоренное обучение и вооружение добровольцев, на что у нашего героя сейчас едва хватало денег, крайне неприятная ситуация, рисующая бонусом ко всему ещё и проблему с рабочими в шахтах, которые действительно представляли собой лакомый кусок для захватчиков, а терять их было никак нельзя, ведь если позволить Лаксоским воинам взять под контроль хотя бы одну из металлических шахт, то даже при победе над их основными силами, отступающие из шахт враги разрушат всё, что там было, полностью сведя на нет все старания рабочих, и вложенные туда средства, так что необходимо было не только спасти оттуда людей, но и взять шахты под надёжную охрану, которая не даст их разрушить. Всё это упиралось в недостаточно многочисленную армию у Колхиды, ещё совсем недавно Марку казалось, что такого числа более или менее достаточно, для противостояния хотя бы одной сильной стране, но, похоже на то, что Мидгард Лаксоский действовал с чьей — то помощью, а вот с чьей же, оставалось для нашего героя невыносимой загадкой, загадкой, что заставит пойти его на невероятный риск, в стремлении сохранить своё положение, а также страну в целости, и дальнейшей жизнеспособности.

— Я позабочусь о рабочих, предоставьте это мне. — Марк ответил спустя какое — то время, на что окружающие, на секунды, подумали, что, возможно, ослышались. Король сам только что сказал, что каким — то образом сохранит кладези стратегического ресурса в неприкосновенности, но было бы немыслимым предположить, что его величество пожертвует безопасностью Столицы ради каких — то там шахт, так что самым логичным было бы сейчас ожидать от правителя, что Марк бросит рудники на произвол судьбы, но всё оказалось с точностью да наоборот, так что каждый без исключения хотел узнать, какие же цели преследовал король, и меньше всего была как раз — таки удивлена сама председатель совета, но больше потому, что не имела привычки бурно выражать свои эмоции, скажем лишь, что на лице её можно было заметить облегчение, вперемешку с крупицами недоверия, и то же самое, конечно, испытывал сейчас каждый, но в куда более выразительной форме, но как бы то ни было, интересоваться деталями, о которых король пока решил умолчать, не решился ни один из присутствующих.

После собрания, каждый из участвовавших в нём, спешно отправился выполнять порученные ему мероприятия, которые не терпели отлагательств, каждая крупица времени была сейчас на вес золота, каждый ушедший час приближал к столице трёх тысячную армию, закованную в металлические доспехи, земля содрогалась под их ногами, подгоняя тех, кто бегством стремился укрыться в городе, оставив при себе лишь всё самое ценное, и бросив свои дома на волю захватчиков. Такая обстановка не способствовала общему уровню счастья, что было бы крайне логично, ведь на период войны, особенно длительный период, государства, втянутые в конфликт постепенно истощались, превращаясь в жалкое подобие самих себя, и самым зеркальным фактором любого государства, являлось его население, граждане, которые либо верят в свою страну, и радеют за её благополучие, либо безразличны к ней, оставляя её существование полностью безучастным, давая родине постепенно превратиться в ничто. Такого нельзя было допустить, Марк это ясно понимал, если бы каждый житель в нужный момент мог воспрять духом, и пойти сражаться с врагом, то уже сейчас бы Лаксосцы шли против пяти кратно превышающей их количество, яростной орды, против которой их боевой дух был бы сломлен в одночасье, если на поле боя против тебя бегут даже женщины, и совсем ещё юные дети, такой ужас даже сложно себе представить, но такого не произойдёт, имей Марк Уровень счастья даже в десять, или же в сто раз выше, счастье никак не повлияет на решения и действия людей подобного характера, на столь решительные подвиги их мог направить только прямой призыв.

Глава 28 / Поддерка армии

Глава 28.

Необходимость призыва народа к поддержке армии, а также присоединению к боевым частям возникала в периоды острых конфликтов, когда под угрозой оказывалась судьба абсолютно всех граждан, появлялся шанс заставить их выступить против захватчиков на поле боя, такое практиковалось во времена масштабных мировых войн в прошлом мире нашего героя, так что он, понимая всю необходимость использовать в данной кризисной ситуации все имеющиеся ресурсы, принял решение создать добровольческие отряды, которые будут несколько отличны от принудительного ополчения, что собиралось за недостатком оборонительных сил в пределах городских стен, о нет, добровольческий строй предполагал реальное сражение лицом к лицу с врагом на поле боя, ровно, как и передовые отряды, эти добровольцы пойдут в бой, дабы убивать. Но многое предстояло сделать, прежде чем данный замысел Марка станет реальностью, стоило бы сказать для начала, что следовало составить обращение к своему народу, сопровождающееся началом военного времени, так, чтобы люди поняли о целостности ситуации, а так же о том, что правительство предпринимает меры для преодоления кризиса, составлением такого обращения как раз — таки и занялся наш герой сразу же после собрания, уединившись в своём рабочем кабинете, где свет держали лишь парочка канделябров, а тусклые огоньки пламени лишь изредка отвлекали нашего героя от пустого листа письменного материала, который был предназначен для нанесения заметок, и использовался в основном, как дешёвый вариант черновика. Оранжевые чернила, полученные из кожуры какого — то овоща, медленно стекали вниз по гусиному перу, стержень которого Марк нервно проворачивал в своих, возложенных на толстую поверхность стола, руках.

— И что мне им сказать… — Марк уже начал развивать в себе привычку говорить самому с собой, так как его паранойя не стала слабее со временем, а компенсировать недостаток живого общения иногда ему всё — таки приходилось — …Может так…

{Колхидцы. От своего доброго имени я…} — чёрт… не подходит… какое ещё «доброе имя»…

Перечеркнув наполовину готовую строку, наш герой в очередной раз осознал, что призывать и контролировать народ было куда сложнее, нежели просто издать хитрый указ, которому ты хочешь — не хочешь, а обязан был подчиниться, тогда как с обращениями дела обстояли куда сложнее. Если правильно подобрать трогающие душу слушателя, слова, то был очень неплохой шанс повлиять на его разум в определённый промежуток времени, но малейшая оплошность или неправильно подобранное изречение могло тут же свести на нет весь патриотический дух, коим должно было переполнять каждое военное обращение. Сухие словечки из правописания законов тут не помогут, чувства, эмоции, душа — вот что должно было быть вписано между строк призыва простого люда сражаться, и положить свои жизни на алтарь победы. Постепенно всё больше и больше задумываясь над своим тупиком в плане фантазии, Марк стал погружаться в омут гнёта собственных мыслей.

— «Нет — нет — нет — нет! СУКА!» — с силой ударив перо о стол, всё его содержимое разом подскочило на месте, а часть чернил пролилось на уже несколько раз исчёрканный грязный черновик.

— Твою мать… — впившись ногтями в собственный лоб, Марк был одержим той мыслью, чтобы прямо сейчас травануться каким — нибудь ядом, ведь где — то не так далеко, сотни и сотни людей в этот самый момент в спешке и отчаянии собирали свои вещи, и опустошали погреба от зимних запасов, устремляясь огромными толпами в центр Колхиды. Столичные стражники по нескольку часов не пропускали беженцев внутрь городских стен, полностью обыскивая и допрашивая каждого, в полной строгости и в соответствии с приказом генерала Нортинга, что прямо сейчас был занят активным изучением инфраструктурного плана, стараясь учесть тысячи переменных, для того чтобы не прогадать с распределением сил. Редкие, но всё же ещё присутствующие в городе банды активизировались, даже несмотря на наличие избыточной стражи, уже в первые несколько часов несколько граждан были ограблены или убиты, ведомые паникой и невнимательностью, они становились лёгкой добычей на узких центральных улицах, и возможно, что даже сам Марк мог бы увидеть одно или два из этих преступлений собственными глазами, если бы чаще посещал балконы дворцовых пределов, но в данный момент, когда каждый был занят делом, он один не мог сдвинуться с места и на миллиметр бумаги.

— «Какого хрена…» — одна единственная мысль, мысль собственного самосохранения, а также цели вернуться домой, вернуться в родной мир целым и невредимым, Марк слишком сильно этого хотел, чтобы сейчас уступить своей слабости, и сдаться перед задачей, что в разы легче, но в сотни раз значительнее, нежели у всех остальных — «Соберись…» — взяв в руку перо, словно и не замечая его веса и наличия, рука нашего героя скользнула по первой воображаемой строчке, оставляя наброски на родном для Марка языке, который Системой всё же будет конвертирован в местную письменность, как и любой государственный документ — «А ну быстро собрался… Я вернусь домой… Нужно только дожить до этого момента…»

На улицах города царила небывалая оживлённость, тысячи людей оказались в одночасье под открытым небом, не имея чёткого понятия, куда им идти, тем, у кого были родственники в столице приходилось легче, нежели большинству оставшихся, что продолжали теснить друг — друга в узких переулках, в то время, как стража у ворот всё продолжала осуществлять допуск беженцев, согласно приказу, тогда как внутренние силы правопорядка изо всех сил старались навести хоть какую — то дисциплину среди всё разгорающегося пламени беспорядков. Толпы людей на улицах были лакомым куском для карманников и даже грабителей, за которыми тут же устраивала погоню почти что вездесущая стража, но добраться до преступников им удавалось далеко не всегда.

Девочка, лет двенадцати на вид выжидала момент, чтобы втиснуться в грозящую затоптать оборванку, суетящуюся толпу, ведь без взрослого под боком, детей в этой суматохе попросту не замечали, собравшись с духом, девчушка протянула руку с острым камнем прямо к кошельку, надёжно привязанному к поясу под дорожным плащом крестьянина, что к несчастью для воровки заметил, как она за пару предоставленных ей мгновений перерезала основную верёвку, оборвав остальные три, тут же дав дёру, сжимая в руках звенящий кошелёк.

— Стража! — разнёсся по площади голос пострадавшего от воров фермера, и тут же откуда ни возьмись, толпу растолкали несколько стражников, что прибыли на крик, как только смогли, минуя эту единую преграду из галдящих голов.

— Где вор?! — мигом спросил старший из троицы, уже ясно предполагая, что здесь могло произойти, ведь это был уже третий случай только в их секторе за последние несколько часов.

— Грязная воровка! Побежала туда с моим кошельком!! — указав пальцем на уже остывающий след беглянки, фермер был просто в шоковом бешенстве, ведь в том кошельке было достаточно денег, за которые он бы сразился даже в нечестной драке, а сейчас его всё — равно обокрали, как бы хорошо он не привязывал кошель, и не сжимал его в руке каждые несколько секунд.

— А ну расступись! — с серьёзностью приступив к поискам, стража начала «вежливо» расталкивать препятствия на своём пути — Ищите воровку! Заберёт и ваш кошелёк! Ловите её!! — да, именно, стражники выкрикивали это как можно громче, чтобы заставить людей беспокоиться за самих себя, так был хоть какой — то шанс, что вора поймают, и передадут в их руки, и на этот раз их тактика оправдалась. Расступившийся народ открыл для стражников вид на худую женщину, обеими руками схватившая оборванную одежду маленькой девочки, которая продолжала неистово вырываться, даже пытаясь укусить женщину, что звала к себе стражников.

— Всё! Отпустите её! Мы держим, отпустите! — в глазах женщины читалась непонятная злость, что была направлена на маленькую девочку, по всей видимости, она также пострадала недавно от более удачливого воришки.

— Отрубите ей руку! И верните деньги владельцу! — женщина грозила в след девочке, которую уже уводили двое стражников, тогда как третий пересчитывал отнятые у девчонки ценности, коих оказалось не так много, кошель краденый, да ещё пару мусорных огрызков хлеба, что презрительно полетели на землю, превращаясь в прах под ботинком стража.

— Пустите! Пустииитеее!!! — вопила, как резаная, маленькая воровка, на лице у которой уже выступили слёзы, а из носу потекли сопли, и чередуясь с рыдающими всхлипами, дитя поставили на колени перед небольшим столиком, что расположили в одном из переулков главы стражников, на дереве виднелось около двух десятков выбоин различных размеров, тогда как внутри некоторых можно было заметить въевшуюся глубоко в дерево, кровь. Не нужно быть гением, чтобы догадаться, какая участь ожидала девочки — подростка, взлохмаченные волосы которой были откинуты одним из стражников, чтобы показать её грязное заплаканное лицо исполнителю закона, уполномоченному палачу.

— Украла деньги на площади, поймала бедная женщина, нашли при ней деньги. — указав взглядом на затылок, казалось, переставшей дышать, девочки, стражник уже привычно положил её руки на стол, с силой распрямив детские ладони.

— Ещё не попадалась… — прокомментировал палач, подбирая немного другой инструмент для исполнения закона, чем планировал ранее, им оказался небольшой мясницкий топорик, достаточно ржавый и ветхий, но всё же лезвие его было очень и очень острым, а после нагрева над пламенем небольшой масляной лампы, судья придвинулся поближе к столу, некоторое время выбирая…

— Давай большой палец, у меня плохое настроение. — произнёс он, глядя прямо в глаза уже полностью прижатой коленом стражника к поверхности стола, девочки.

— Руби быстрее, меня парни ждут. — всё же немного отвернувшись, страж забрал в сторону четыре пальца на правой руке ребёнка, выпятив вперёд большой, тогда как судья методично двинул телом, словно машина, нарезающая мясо на скотобойне.

— НЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!! — обернувшиеся на крики, доносящиеся из переулка, люди, предпочли забыть об услышанном, продолжив идти своей дорогой, следуя указаниям стражи, которая наконец — то начала распределять народ по районам города, укрывая их в подвалах и зернохранилищах, даже мельница в производственном районе была занята большой семьёй фермера, так что вскоре беспорядки в городе начали постепенно сходить на нет.

— Всё, перевязывай её и гони следующего, мне ещё нужно жену из дома забрать. — молвил палач, вытирая побагровелой тряпкой свежую кровь с лезвия своего инструмента, тогда как под столом калачиком свернулось, и тихонько скулило никому не нужное существо.

— Есть.

Глава 29 / Путишествие?

Глава 29

Прежде всего Марку следовало продумать наиболее широкий спектр возможных исходов событий грядущего сражения, дабы подготовиться к их последствиям уже сейчас. Количественное превосходство врага было пугающим и неоспоримым, никто из министров не показывал на лице уверенности в победе, как только генерал озвучил их численность, а ведь никто из них не был глупым человеком, не способным вообразить последствия грядущего столкновения, о нет, каждый из них внутренне понимал, что ситуация гиблая. Марку необходимо было пойти на что — то большее, нежели организация обороны города, и сохранение жизни колхидцев, здесь, в этот раз, ему в одиночку было не справиться.

«Открыть окно внешней политики» — Марк скомандовал, после чего прямо перед ним возникли несколько системных окон, каждое из которых принадлежало различным государствам, которые Марк, а также колхидцы встретили за всё время своего существования, как единое государство, среди них было также и окно Лаксосии, подсвеченное всё тем же воинственным красным контуром, означающее ограниченность текущего взаимодействия. Сразу за ним располагались окна Айзентумии, Маии, а также Маллесии, что нашему герою сейчас приходилось рассматривать в качестве потенциальных союзников. Военный союз был выходом из множества затруднительных ситуаций в прошлом мире нашего героя, гибкий ум позволил Марку додуматься и принять для себя подобную альтернативу, что вряд ли бы получилось проделать у большинства людей, которые смотрят лишь на проблему, забывая «взглянуть по сторонам». Надеяться во всём только на себя было безопасно, но в то же время не всегда эффективно, у каждого объекта есть ограниченное число возможностей, и без гибкого ума, ты не признаешь свою малоэффективность, решив просить помощи у посторонних.

[Лаксосия / Колхида

Состояние: Война!

Возможности: Заблокированы.

Альтернативы: Принять поражение?]

Не оставляя других вариантов, Марк плавно перешёл к изучению следующих окон Системы. Государства расположились так, что кроме как с Маией, у Колхиды складывались хоть немного положительные отношения, основанные на заключённом торговом договоре, которого было отнюдь отнюдь не достаточно для того, чтобы войти в состояние «Дружбы» с этим государством. Всего существовало несколько основных видов межгосударственных отношений: Война&gt;Вражда&gt;Недоверие&gt;Подозрение&gt;Нейтралитет&gt;Заинтересованность&gt;Доверие&gt;Дружба&gt;Союзничество. Помимо них существовало ещё много различных вариаций, наподобие «Благодарности», что могла держаться лишь определённое количество времени, а также «Разочарование», которое ограничивало некие особые взаимодействия по тем или иным причинам на неопределённый промежуток времени, и так далее, словом, здесь было где развернуться. Самое важное, что сейчас представляло интерес для Марка, дак это то, с каким государством, или же государствами Лаксосия заключила тайный военный союз, что не появился в окнах их государств, а это означало заинтересованность одной из сторон этого конфликта выйти сухим из воды, или же выражаясь точнее, заполучить выгоду, не замарав руки. Сейчас нашему герою предстояло решить, с чьей же стороны ему попросить помощи, и, что не менее важно, тем самым определить тех, кто на самом деле мог стоять за атакой на его королевство.

— Маия… Грэкхэм не похож на сторонника закулисных игр, он воин, не шакал или лис, а в свете последних событий, ему не было смысла делать ничего из того, что произошло между нами, если бы он хотел вскоре напасть… — опять вслух полились размышления, что, как бы то ни было, помогали Марку лучше сконцентрироваться на поставленной перед ним задаче — Айзентумия и Маллесия в нейтралитете, и они ближе всего к Лаксосии, так что обе могли подготовиться у границ, и выступить против меня, ни с одной из них я не веду никаких дел, и не намечаю никаких связей, та что им Колхида явно безразлична, а вот с Лаксосией у них неизвестно что, и таким образом можно вывести… они… возможно обе мои враги, а значит всего трое, один видимый и обозримый — Лаксосия, и ещё два потенциальных — Айзентумия и Маллесия. Чтож…хреново… остаётся надеяться, что с Грэкхэмом мне удастся договориться, и он не забыл наш уговор…

[Маия / Колхида

Состояние: Нейтралитет

Возможности: Доступны.

Альтернативы: — ]

Выбрав меню возможностей, Марк отыскал среди плотных столбцов подобие поисковой строки, а затем ввёл туда «Заключение Военного Соглашения», после чего Система начала ускоренный поиск по подбору подобных заданной, возможностей, и спустя какое — то время Марк увидел пред собой финальное уведомление.

[Внимание! Вы запросили переговоры о военном сотрудничестве с Королевством Маия, запрашивая диалог с Грэкхэмом Маийским.

Желаете начать путешествие?

Да / Нет]

Чтобы не тратить драгоценное время на стандартные переговоры при помощи послов Системы, скорость перемещения которых строго регламинтирована эпохой развития государства, Марк предпочёл личный визит куда более рациональным, так как Система предусматривала подобные решения, направляя в карту местности специальный навигатор, что обозначал кратчайший путь до королевского дворца, предоставляя возможность добраться до собеседника самостоятельно, именно это обнадёживало, и, одновременно, смущало Марка, неизвестно, как на всё это отреагируют феодалы, чьё благополучие, по большей части, зависит от присутствия короля, а учитывая столь неспокойное время, можно было вообще вполне обоснованно предполагать всё что угодно, и именно поэтому, Марк решил созвать внеочередной государственный совет.

На улицах города, со светом занимающейся зари, вышли королевские глашатаи. Каждый из них держал при себе свиток, надёжно хранимый ими в закрытом состоянии, покуда они не доберутся до своих мест оглашения королевских указов, специально созданные для этого сцены были сооружены по всему городу, и четырежды прозвучавший звук горна, гласил о скором объявлении слов его величества с городских площадей. Поднявшиеся ещё до рассвета, рабочие люди, естественно поспешили к ближайшим местам оглашения, где уже собирались толпы людей, обсуждая, что же произойдёт с ними дальше, неужели король издаст указ о сдаче королевства? Оно и не мудрено, врагов слишком много, слухи поразили большую часть населения, не хуже самой страшной чумы, но произносить их вслух никто не решался, все до одного тут же прикрыли свои говорливые рты, когда глашатай предстал перед народом, с серьёзным лицом, снимая королевскую печать со свёртка на глазах у всех.

— Королевская печать…

— Действительно королевская… — передавали сообщение дальше наблюдатели из первых рядов, так как издалека не всем было заметно наличие печати на свитке, а так, все могли в этом убедиться.

— Обращение Его Величества Марка Колхидского, к своему народу! — объявил первые строки глашатай, как только небольшая площадь погрузила в полнейшую тишину, да так, что его голос отходил эхом от рядом стоящих зданий.

— С вашего позволения, я скажу вам несколько слов. Вы оказали мне честь, трудясь на благо нашей страны, вы сделали её процветание возможным. Король может править, издавать указы, надеяться, что тем самым заботится о вас, о ваших семьях, о ваших детях! Всё это каждый из нас делает, каждый день своей жизни, мы хотим что — то сделать за свою жизнь, и оставить после себя нашим детям! Я полностью разделяю это!!

***

В вечернем зале раздавались громкие споры и сыпались обвинения… Каждый вознамерился выплеснуть накопившиеся эмоции и предъявить что — либо каждому в этом зале.

— Его Величество сделает, как посчитает нужным!!

— Вам не позволено покидать королевство!

— Захотел умереть!!?

***

— … Но всё это в один момент стало не важно. ВСЁ ЭТО вдруг превратилось в пыль, перед лицом надвигающейся угрозы, что нам не преодолеть по одиночке, нас ждёт вымирание! И ОНО УЖЕ НА ПОРОГЕ!!

***

— Ты ступаешь по лезвию ножа! Король не пощадит тебя!

— Мы и так все умрём, что может быть хуже смерти, отвечай!!

— Вы не можете поехать один, ваше величество.

***

— Когда они придут, солдаты будут биться до последнего, Я буду биться до последнего, но не за жизни ВАШИ! А за жизни тех, кто сейчас находится в чревах ваших беременных жён! За тех, кому я готовлюсь передать это королевство, передать в процветании! И умереть за него, я считаю неимоверно скудной ценой!!

***

— Ваше величество, я отправлюсь с вами…

— Задумали бежать вместе с ним!?

— Казнить их, это приказ.

— Есть!

***

— Без крови не обойтись, не предать словами, чтобы выразить то, насколько я хочу пойти в бой, и отвоевать своё будущее, будущее, за которое вы никогда не сражались! Будущее, до которого вам не было дела до сего дня!! Я подниму меч за каждого из вас, даже если вы не покажете носа из тёплого дома! Я умру на грязной земле, улыбаясь тому миру, который построят на моих забытых костях!!! Я подниму меч!

***

— Подать коня его величеству…. Соберите охрану, Герцог Мадеус… поторопитесь…

— Прак, ты тоже… тьма скроет нас, скачем во весь дух.

— Луна полная, ваше величество…

— Да… по — коням.

***

— А вы сидите и тряситесь от страха, жалкие, ни на что не решившиеся людишки, которые никогда не увидят то, что находится по ту сторону горизонта, а мы увидим, и предложим свои жизни в грядущей битве, вместе разделив эту честь. Я не верю в вас, но верю в то, что человек способен меняться, и менять этот мир, к лучшему.

Глава 30 / Нейтральные земли

Глава 30,

Путь нашего героя лежал через нейтральные земли, если он желал достичь Маийской столицы за следующие пару дней. На карту было поставлено всё, если Марк, и его компаньоны не договорятся с Грэкхэмом, а также не вернуться с подмогой до того, как Колхида падёт, всё будет напрасно. Сейчас Марк загонял свою лошадь, словно лишившийся разума надзиратель, стегая её бёдра упругой верёвочной плетью, то же самое предпринимали и все остальные. Герцог Мадеус взял на себя роль сопровождающего его величества в этом дипломатическом визите, играя роль советника, а также гаранта некоторых неувязок, что могли возникнуть, решив знать поднять восстание и захватить власть, по причине предполагаемого побега Марка. У Герцога в королевстве осталась семья, и поэтому он был единогласным решением отправлен, как сопровождение нашего героя, поставленный надзирать за его величеством, естественно, что данное решение было принято в глубокой тайне от Марка.

— Прак! Живо вставь ногу обратно в козлы! — рыцарь, что также был частью сопровождения его величества, выступая представителем отряда телохранителей, состоящим из десятка опытных, и уже закалённых на полях сражений, бойцов, прокричал это скачущему позади своей лошади, к седлу которой была привязана кобыла слуги, что первый раз в своей жизни сидел в седле, и в данный момент пытался не выпасть прямо на ходу.

Марк обернулся назад на долю секунды, чтобы удостовериться, что никто не выбивается из общего строя. Уже несколько часов к ряду они скачут, взяв с собой также на всякий случай запасных скакунов, чтобы вовремя сменит тех, кого придётся загнать в этом путешествии. Чем ровнее становился путь, тем быстрее неслось построение рыцарей, в центре которого расположились наш герой, вместе с Мадеусом и слугой, которого Марк решил взять с собой, дабы тот приобрёл ценный опыт в столь трудный момент, готовя Прака к опасному будущему, а также зная, что заставит сделать его Система, когда Колхида, как королевство, разовьётся на несколько уровней выше.

Рассветные лучи забили в спины наших героев, когда те подъезжали к границе нейтральных земель, если бы они прямо сейчас повернули на север, то к концу дня уже достигли бы границы Маии, но в том — то и была сложность, их путь лежал прямиком в столицу, а устраивать разбирательства с пограничниками, что находились совсем в другой стороне, было нецелесообразным, ввиду этого, совершенно не желая давать лошадям надежды пережить эти пару дней, процессия снова ускорилась, пересекая границы Колхиды, видимые только в Системном окне Марка, когда под копытами уже простиралась не принадлежащая пока ещё совершенно никому, плодородная земля. Нейтральные земли занимались государствами согласно появлению новых городов, или же росту старых, и чем выше был уровень экономики, а также уровень счастья в стране, тем, соответственно, и выше был демографический плюс населения, конечно же, можно было захватывать чужие земли, а также торговать своими, в обмен на те или иные выгоды, но как бы то и было, Нейтральные земли ничем не отличались от уже принадлежащих другим государствам, всё те же возможности найти тот или иной ресурс, или же встретить племена кочевников, что обитали на данной местности, всё это также присутствовало в большом изобилии. Касаясь ресурсов нейтральных земель, стоит отметить, что Система не определяла ресурсы в окне правителя за пределами его владений, а это значит, что без определённых технологий, ты мог найти в чужих землях рубиновую шахту, только свалившись туда по чистой случайности, а проводить какие — либо изыскания на этой земле было крайне опасно и затратно, так что за пределами своего государства, где Система ограничивала свою поддержку, действовать столь же нагло почти никто не решался. Глядя на проносящийся под своими ногами пейзаж, Марк размышлял над тем, сколько же природных богатств они проезжают мимо в этот самый момент, вполне возможно, что слева располагалось крупнейшее нефтяное месторождение, а через пару километров далее произрастали редчайшие породы древесины, о которых не было известно современной науке, и они пропадали из вида необразованных лесорубов, всё это заставляло нашего героя испытывать краткосрочное уныние, а также предвкушение грядущих открытий.

[Научные открытия:

Колесо — остался один день до изучения.]

Сам того не заметив, Марк подобрался вплотную к изучению очередной полезной технологии, что поможет ему в дальнейшем вырваться на первые позиции в пирамиде мирового господства.

— Ваше превосходительство, нужно замедлить темп, иначе нам не хватит лошадей! — чуть ускорившись, из тыла к нашему герою подоспел один из телохранителей, которому, по всей видимости, назначили самую слабую лошадь из имеющихся для данного мероприятия, по её — то виду как раз всем и следовало ориентироваться на общую усталость всех остальных животных, и вовремя давть им передохнуть хоть немного, а «последняя» лошадь сейчас как раз — таки выказывала признаки только начинавшегося измождения, она еле — еле держалась, чтобы поддерживать текущий темп сильной лошади Марка, а это значит, что пора бы притормозить.

— Да! Труби замедление. — после этого телохранитель взял со своей шеи небольших размеров, деревянный свисток, что имел то же назначение, что и командный горн, но всё же отличался своим предназначением отдавать команды для маленьких отрядов, а звук его не разносился дальше, чем на пару десятков метров.

Короткий одинарный сигнал звучал для небольшого отряда, как приказ к остановке, но в соответствии с выданными королём инструкциями, останавливать лошадей никто не собирался, лишь пустить тех лёгким галопом, а затем и вовсе спустить на короткий, но всё ещё, достаточно бодрый шаг.

Радостные животные тут же стали опускать к земле свои головы, пытаясь ухватить языками проходящую мимо них, сухую полевую траву, тогда как наездники извлекли свои походные мешки, начав есть и пить прямо на ходу, не обращая внимания на окружающее пространство в течение нескольких минут, после чего снова подготовившись, и растерев свою, в будущем «убитую» спину, всадники не дали животным полностью остыть, и вновь поскакали в прежнем темпе, тогда как Марк сверялся по своей интерфейсной карте, где был открыт далеко не весь пролегающий перед ними путь, чтобы их отряд не сбился с намеченного пути.

— «Если мы не успеем вернуться в намеченный срок, генералу Нортингу придётся руководить обороной… Если мы не справимся, то его разобьют, если он не справится, наши усилия будут напрасными…»

Снова ничего не было определено, для Марка наступало время, когда он учился понимать, насколько же важную роль играет судьба, особенно, когда речь идёт о выживании целого королевства, что была поставлена на карту, в самом прямо смысле.

— Не останавливаться на ночлег! Если не успеем сменить лошадей, загоняйте их, давайте сигнал, как только они начнут задыхаться, мы замедлимся на минуту, чтобы вы пересели, будем беречь последних! — после очередного «привала», где было убито первое из животных, Марк отдал этот приказ, смотря на то, как разбившаяся об острый камень подкова, послужила потерей целой, ещё вполне полной сил, лошади, с которой не стали возится по понятным причинам, и даже жечь после забоя не стали, просто забрали еду и седло, после чего оставили валяться в каком — то овраге, отряд продолжил свой путь.

— «Грэкхэм… только попробуй оказаться моим врагом… я тебе глотку перегрызу…» — злостно подумал Марк, когда почувствовал, что вскоре им придётся ещё и менять маршрут, так как узкая, но довольно глубокая река вставала на их пути, заставляя сделать небольшой крюк.

— Ваше величество! Там дым! — указав на высокие, но не разрастающиеся столпы сизого дыма неподалёку, наш герой выругался повторно, видя возникшее только сейчас на его карте, отмеченное поселение варваров.

— «Чёрт… оно маленькое, но всё — равно из — за них придётся сделать крюк больше…»

Глава 31 / Жарко сегодня

Глава 31.

На границе Маийского королевства уже несколько дней к ряду стояла повышенная боевая готовность, правительство, оправдавшись излишней активностью варварских племён вблизи Маийских границ, предприняло дополнительные меры по защите, особенно, при столичной территории, где государственная граница находилась, относительно, не так далеко. Сотни мелких патрулей задействовали половину от регулярной армии, для того чтобы избежать любых возможностей проникновения в государство незамеченными, непонятные простым солдатам, опасения вышестоящих дошли до того, что изредка на границе можно было встретить даже конные патрули, где всадники, в полном обмундировании просто, можно сказать, прогуливались верхом, или же рядом со своими лошадьми, иногда останавливая пеших патрульных, чтобы просто поболтать и перекинуться парой слов.

— Как — то жарко сегодня… у меня уже под бронёй грудь сопрела… — жаловался один из всадников своему компаньону, когда они пересеклись с таким же конным патрулём, обменявшись, отнюдь не маленькими, секторами следования. Короткие кивки и усталый взгляд работали в данных условиях вместо пароля распознавания, именно так и «пообщались» всадники, плавно огибая друг — друга на спокойно бредущих животных, что неспешно успевали щипать траву, в то время, как пешие патрули вынуждены были выполнять практически всю работу, имея куда более подходящее обмундирование разведчиков, но при этом им приходилось, вне зоны действия вышек, крутить головами словно испуганные индюки, но, что поделать, большинство из них были новобранцами, которые ещё даже не роняли крови на клинок, как их распределили после краткого, но доходчивого обучения, на границу, в кучу таких же, как и они сами, малоопытных солдатиков, которые, как оказалось, куда более внимательно относились к своей работе, нежели считающиеся здесь элитой, конные отряды, которые по тем или иным причинам не могли полностью выполнять свои обязанности целый день напролёт, будь тому причиной неудобство брони, или же та, или иная нужда животины.

— Эх… быстрее бы домой… мои телёнка позавчера завалили, самая вкусная часть до сих пор меня в погребе дожидается. — хвастался, думающий в последние пред сменные часы всё тот же, намучавшийся за день со своей бронёй, всадник, тогда как его товарищ был занят ремонтом седла, у которого растянулась пряжка, и вообще та нуждалась уже в скорой замене, но этот вопрос скорее всего будет оставлен хозяином на послезавтра, так как всадники сменялись один день через три.

— … - видя ноль реакции со стороны товарища, что выглядел крайне серьёзным, и погружённым в своё занятие, наш болтливый парниша не собирался сдаваться в объятия скуки, поэтому снова спросил, предварительно размяв затёкшую спину прямо в седле, отчего лошадь под ним немного прошла вперёд, выбирая более устойчивую местность в районе небольшого пологого склона, на котором двое сейчас и ожидали своих сменщиков, уже ленясь сделать за это время ещё один проход по маршруту, ибо это было уже выше их сил.

— …А что думаешь по поводу слухов? Говорят, короля и его приближённых разгромила маленькая кучка варваров? — зная, что это уж точно выведет товарища из его любимого молчаливого равновесия и отрешённости, болтун пустил в ход свой козырь, а именно, тему о короле и военном русле, такое всегда отвлекало молчуна, который попадался ему в пару уже третий раз, от отрешённого созерцания горизонта.

— Не верю. — как отрезал боец, повернувшись лицом к болтуну, после чего забравшись обратно в ещё тёплое седло, развернул несколько раз своего коня на пяточке, восстанавливая над животным управление — Либо их было больше, либо не было вообще, и это пустые россказни. — болтуна немного удивило столь многословное рассуждение своего товарища, всё же голос напарника был не так красив, чтобы постоянно болтать, как делал он сам, и заставляло молчуна быть тем, кем он является, но в этот раз он словно пробудился от простых немногословных ответов, и тут же за пару лишних слов раскрылся болтуну намного больше, нежели за предыдущие пару раз, когда им выпал жребий идти в дозор вместе.

— Хе… Ну да, я тоже слухам не верю, Грэкхэм не сдался бы перед этими крысами так запросто, скорее бы уж ОНИ сдались ему… — как уже было когда — то сказано, Грэкхэм почивал у своих бойцов на очень хорошем счету, но предстоящая шутка, на тему того, как перед твёрдостью короля склоняются даже превосходящие по численности враги, не успела достаточно растянуть не очень красивую ухмылку на лице молчуна, так как его взгляд заприметил вдалеке необычное движение. Объекты, размером с хлебную крошку открыто приближались практически по направлению к ним на достаточной скорости, давая понять, что передвигаются они однозначно верхом, причём ненормально быстро, словно наступая на вражеские ряды, в момент прозвучавшего сигнала к кавалерийской атаке.

— Вон там! Скорее! — двое всадников уже было сорвались сгоряча за подмогой, покуда не заметили развивающийся на закате, что разливался за их спинами, белый дипломатический флаг, который удерживал всадник в самом начале небольшой процессии, и эта деталь меняла всё.

— Я встречу их, а ты скачи живо за подмогой! — болтун яро бросился исполнять свой же план действий, чтобы быть уверенными в мирных намерениях гостей, которые шли к ним прямиком из нейтральных земель, где обычно господствовали варвары, а также послав напарника за подмогой, чтобы не дать им уйти, если проявят агрессию, всё же это была граница государства, а значит и границы дозволенного здесь были прописаны очень чётко. Горячая кровь в болтуне вскипела, когда он проводил взглядом спину, скачущего прочь, напарника, а сам же поскакал наперерез явно не заметившим их присутствия, «гостям».

Третий день у королевских палат дежурили военные и гражданские медики, а также известные на всё королевство Маия, знахари. Король Грэкхэм, вернувшись из длительного похода был доставлен в крайне тяжёлом состоянии, с травмой головы, а также повреждением нескольких рёбер после, как доложили очевидцы, падения из седла. Обстоятельства сложились таким образом, что повреждения его тела были не столь критичны по — началу, но пока правителя доставили обратно в королевство, его здоровье уже достаточно истрепалось, дабы приковать его к койке на следующие несколько недель, отрадно, что сам он в это время мог находиться в сознании, а значит, имел возможность управлять государством через окна системы, которые в данный момент оповестили его о появлении на границе представителей Колхиды.

— «Что им надо?» — находясь в не очень приподнятом настроении, король оповестил прислугу о том, чтобы врачи подготовили его к приёму послов, ибо представать в таком положении перед другим государством было бы вопиющей ошибкой, король всегда должен быть сильным, выглядеть надёжным, и подавать внешний пример всем, кто находится ниже него.

— Слушаемся, мой король. — через несколько часов перед большим серебряным зеркалом сидел возмужалый монарх, чья меховая накидка, раскрашенная в чёрные и тёмно — зелёные цвета, спадала по подлокотникам пышного трона, который находился в центре округлого зала, а голову молодого человека венчала высокая корона, что была невероятно тяжела, и всё же правитель стойко переносил её присутствие, пока в зал не вошли те, среди которых знакомые лица Грэкхэм никак не ожидал увидеть.

— Король Марк?? — выражая на лице искреннее удивление, король едва кивнул ему, чуть опомнившись и приветствуя, также давая команду ведущим их стражникам — Становись. — окружившие до этого нашего героя, а также Мадеуса и Прака, бойцы Маии сразу же рассредоточились по залу, встав у его входа, а также у трона его величества.

— Приветствую тебя, король Грэкхэм, у меня к тебе просьба, а также предложение, которое тебя заинтересует. — не заметивший странностей во внешнем виде правителя перед собой, Марк перешёл сразу к Системным окнам, которые подготовил заранее, наш герой был так рад, что им хватило сил, дабы добраться сюда в срок, теперь же, несмотря на ужасную усталость, а также вытекающее отсюда просто отвратное настроение, ему предстояло осуществить следующую часть своего замысла, а именно, осуществить переговоры, предложение к проведению которых тут же было принято другой стороной, Грэкхэм тоже спешил закончить это дело как можно скорее, но Марк об этом пока не подозревал.

Глава 32 / Ополчение

Глава 32.

Непонятные чувства внутри каждого человека проснулись после того, как глашатаи зачитали обращение его величества. Честно признаться, никто из них на тот момент не ожидал ничего подобного. Король Марк только что высказал открытое презрение к трусости каждого, кто слышал эти слова, в мире, где каждый хотел остаться в живых, и думал только о том, что ему дорого, и как это самое дорогое, сохранить для самого себя, а теперь же, их взгляды и убеждения были резко затронуты в той или иной степени, можно было постепенно догадываться, что данное обращение являлось призывом к сопротивлению, но в то же время, если прямо смотреть на текст, он говорил совсем обратное. Никаких прямых призывов и громких лозунгов, никакой жалости или выражения сочувствия по отношению к «страдающим» гражданам, только суровая правда, в которую каждого ткнули носом, словно в отвратительную кучу навоза, а также собственное заявление, основанное на личном примере, пойти и умереть за свою страну.

Жители уже знали о том, что король в последнем походе сражался на поле битвы вместе с воинами, слухи позаботились о том, чтобы вскоре народ уже говорил, что Марк шёл в первых рядах, безжалостно кромсая варваров налево и направо, естественно, далеко не все в это верили, но факт становился фактом, Король Марк Колхидский не страшился смерти, и был вполне способен исполнить данное только что обещание, сложить свою голову на грядущем поле брани, и те, кто до недавнего времени, считали себя праведными работягами, что день и ночь трудятся на благо страны, а вышестоящие власти ни на что не способны, кроме как почивать на лаврах, вынуждены были заткнуться в этот самый момент, и с горечью осознать, насколько же им сейчас страшно, страшно сделать хотя бы один шаг за ворота столицы.

Почти половина присутствующих на площадях тогда с ненавистью опустили головы вниз, тогда как остальные смотрели в холодные глаза глашатаев, словно перед ними сейчас был сам король, король, который с презрением смотрел на их безразличие, никчёмность…

— Где можно записаться в ополчение!? — после длительного молчания, на площадях стали разгораться небольшие шумные участки, где люди принялись за, как они думали, тихое обсуждение только что сказанного, пока из общей массы вдруг не послышался первый молодой голос, обращённый как к стражникам, так и к самому глашатаю, что был доверенным лицом министерства внутренней политики, и обладал достаточным уровнем подготовки, дабы информировать, и вербовать людей как раз вот в такие моменты, когда «железо было ещё горячо».

— Прямо здесь, подходите ко мне, и я запишу вас! Представительницы женского пола также допущены к набору особым указом Его Величества!! — громким и пронзительным голосом объявил глашатай, у него была вся информация и ресурсы, дабы прямо сейчас заняться распределением готовых сражаться, за что следовало благодарить Нортинга, что выделил министрам опытных инструкторов, а также резервы запасов армии, чтобы вооружить отряды новобранцев.

— Пропустите! — молодой человек продирался сквозь сетующую толпу, явно пропитываясь к ним всё большим и большим отвращением, тогда как он сам сделал важнейший выбор в своей жизни, они до сих пор стояли у него на пути, парень уже чувствовал, как с каждым шагом к столу вербовки, он преодолевает сильнейшие трудности, оставляя всякое ничтожество далеко позади — Да уйди ты с дороги!! — уже реально разозлившись, парень столкнул с пути какого — то наглеца, что никак не хотел уступать дорогу в толпе, отчего тот упал на землю, сразу же потерявшись из вида, а ухмылка на лице парня стала от этого только шире, он ощущал, что его сейчас никто не посмеет тронуть, он уже демонстрировал храбрость, которая доказывала его превосходство над трусами.

Но это не было единственным движением на одной из множества площадей, как только первый воскликнувший, наконец, выбрался из толпы, то он обнаружил, что точно также, как и он, перед стражей предстало ещё несколько молодых людей, среди которых даже затесалась девушка, и более того, представители молодого поколения всё продолжали выбиваться из толпы по одиночке, или же небольшими группами, после чего становясь в очередь с обратной стороны площадки, где всё ещё стоял глашатай.

— С этого момента в городе вводится строгий военный режим! Комендантский час начинается с восьми часов вечера, если вас заметят на улице после объявленного срока, вы тут же будете арестованы, и подвергнуты тщательному обыску, с последующим подтверждением вашей личности, или же заключением под стражу в темнице! Следующим объявляется сокращение рабочего дня у городских жителей, рынок будет закрываться стражей в четыре часа дня ровно! Неподчинение приведёт к аресту….

Каждое слово, и каждая фраза глашатая погружала жителей в омут военного времени, полная ограниченность в передвижении, невозможность покинуть город, нищим некуда было податься после комендантского часа, и их гарантировано ждала городская темница, холодная и сырая, без возможности покинуть её до окончания всего этого хаоса, который начался столь же неожиданно, как и мог завершиться для каждого в любой момент, но те, кто всё же решил приблизить победу, сейчас были поставлены стражниками перед выбором.

— Можем распределить в ополчение, либо во внешний королевский полк. — не знающие, о чём идёт речь, когда стражники упоминали королевский полк, да ещё и с таким громким названием, тут же спровоцировало непонимание и интерес среди добровольцев.

— А… что такое королевский полк? — все были крайне заинтересованы, после такой речи, от короля можно было ожидать всё что угодно.

— Это сформированный отряд из новобранцев, и простых воинов, вас распределят по парам, и вы пройдёте курс обязательной подготовки, после чего будете выступать, как полноценное боевое подразделение. — по интонации вояки можно было сказать, что королевский полк был обязан также сражаться и за стенами, а ещё выполнять любые приказы командования, куда более строгая дисциплина, нежели в том же самом ополчении, где готовили не так серьёзно, и никто тебе ничего не скажет, если ты вдруг передумал воевать на следующий день, из ополчения в Колхиде можно было свободно выйти, тогда как королевский полк приравнивался к регулярной армии — Да, вы всё правильно поняли, полк будет причислен к полностью боевому подразделению, привилегии и обязанности, как у настоящих солдат. — с ухмылкой подтвердил вояка, на возникшее удивление в лицах новобранцев, не стоит думать, что стражники и воины считались в народе гиблой и неблагодарной профессией, о нет, всё было как раз наоборот, стражники, хоть и были чисто городской военной силой, всё же олицетворяли собой силу и порядок, как представители закона страны, они пользовались большим уважением, а перед некоторыми даже принято было склоняться на улицах, но всё же, стражники не могли превзойти в своём авторитете регулярную армию, так как ловля бандитов и воришек не сравнима с полностью боевой ситуацией, где на твоих плечах лежала не ответственность за соблюдение правопорядка, а благополучие всей страны зависело от тебя на прямую.

Народ, с одной стороны, больше остерегался и почитал стражников, так как те были постоянно неподалёку, тогда как воинов, а особенно прославленных, и имеющих достаточное количество боевых шрамов, почитали с куда большим трепетом, и если бы в таверне поспорили солдат и стражник, уступить, по негласным правилам, следовало именно стражнику, и именно поэтому — то многие стремились попасть в армию, особенно молодёжь, но далеко не на всех хватало бюджета, из — за чего отбирали в стройные ряды войск только самых и самых лучших, по тем или иным критериям, роста, веса, силы, сообразительности… конкуренция в мирное время была невероятно сильна.

— Запишите меня в королевский полк. — недолго подумав, парень назвал своё имя, объяснил место проживания, и указал ближайших родственников, по совершенно понятным причинам.

— Зачислен… следующий! — проведя краткий осмотр физического состояния новобранца, другой солдат убедился в отсутствии у него инвалидности, а также признаков хронических заболеваний, после чего парню выдали путевой лист, и объяснили, куда и в какой срок ему следует явиться.

— В королевский полк…

— Я хочу в полк…

— Зачислите в королевский полк…

— Этот не годен, только в ополчение….

— Но прошу, пожалуйста, я хочу в кор…

— Нет. Либо записывайся в ополчение, либо уходи, нам не нужно пушечное мясо.

— …Тогда… запишите в ополчение…

— Парниша, тебе жить надоело?…

— Всё равно… я хочу защитить свою родину.

Глава 33 / Где же вы

Глава 33.

Нортинг работал не покладая рук, уже второй день на нём держалось полное государственное управление, где ему неизбежно пришлось прибегнуть к помощи Кисты Вальхонской, которая, к его неожиданности, согласилась помочь без лишних слов и навязывания своих условий, так что сворачивание большинства работ в городе, и переведение ресурсов на обеспечение армии, полностью перетекло под юрисдикцию председателя министров внутренних дел, что сразу же дало Амадеусу дополнительную уверенность в себе, а также возможности как следует подготовить Столицу к приходу врага.

Всё это время, совместно с Флотвингом, которому поручили консультировать генерала при распределении войск, командующим было выявлено несколько слабых мест в предстоящей обороне Столицы.

Во-первых, городские стены были не достаточно высоки, чтобы на них невозможно было закинуть лестницы, во вторых, требовалось срочно приступить к укреплению главного, а также двух запасных, или же по — другому, задних ворот, что служили основной целью врага, при захвате любого большого города, ведь покуда ворота не будут сломлены, лишь от стойкости духа гарнизона будет зависеть исход сражения.

Также сотни фермеров с инструментами были принудительно отправлены на рытьё широких рвов прямо у подходов к воротам, вследствие чего протоптанные годами дороги были беспощадно изрыты на метры в глубину, создавая недоступные полу — кольца траншей, которые были призваны оградить ворота в город от большого наплыва воинов, что смогут преодолеть данные препятствия, но всё же не без определённого труда, теперь оставалось только заложить траншеи гнилыми досками, и присыпать сверху землёй, чтобы скрыть из вида ямы с деревянными кольями, заполненные на четверть городскими фекалиями. Когда Марк предложил заполнить траншеи человеческим дерьмом, генерал вначале отнёсся к этому, как к намерению подавить боевой дух противника, но на самом деле, это был давно проверенный способ простейшей ликвидации невнимательного противника, который, провалившись в эти траншеи, будет не только проколот острыми деревяшками, дак ещё в его раны будут занесены вредные вещества, которые подействуют на организм ой каким неприятным образом, ну и естественно, что подавление марали тоже играло для Марка не маловажную роль, если всё будет сделано грамотно, Колхида сможет выиграть себе несколько часов трофейного времени, всё же обнести весь город траншеями не представлялось возможным, одно только строительство стены отняло когда — то у королевства львиную долю бюджета, сейчас же, чтобы перелопатить столь громадную территорию, людям необходимо было не только время, но ещё и материальная мотивация, а столько мяса, сколько выдали нынешним крестьянам, чтобы те окопали подходы к воротам, не могли удовлетворить потребности большего числа наёмников, для столь тяжёлого труда, так что пока, глубокий и протяжённый ров с подъёмными мостами через него, Марку не позволял ни текущий бюджет, ни состояние технологического древа.

Колхида располагалась на относительной равнине, где протекал один из каналов реки Пасха, и, естественно, воде как — то необходимо было попадать в город, и для этого в стене специально был предусмотрен большой вырезанный колодец, который было решено завалить, на время осады города, всё же нельзя было оставлять столь слабое место, для того, чтобы враг мог беспрепятственно проплыть в город.

Запасы воды были сделаны горожанами в самую первую очередь, так что, не опасаясь нехватки, было решено временно завалить проток в стене отходами с каменоломен, вроде необрабатываемых пород, или же испорченных заготовков, которые весили по нескольку сотен килограмм, и при небольшой корректировке поверхности, могли свободно катиться по улицам Столицы, и, в конечном итоге сбрасываться на дно протока, постепенно перекрывая проход как с внешней, так и с внутренней стороны. По расчётам рабочих, понадобилось бы предположительно пара дней на полную очистку этого завала с внешней стороны, так что, в определённом смысле, проблема с данным слабым местом была решена.

С подготовкой добровольцев всё обстояло не так гладко. Свежее мясо в армии так или иначе требовало к себе повышенного внимания, особенно, если речь шла о молодых кандидатах. Горячая кровь, что привела их в добровольцы, теперь играла совершенно противоположную роль, ребята считали себя уже настоящими героями, которые заслуживают похвалы и уважения уже только за своё «наихрабрейшее» решение вступить в войска, да ещё и в сам королевский полк! В те ряды, что также будут сражаться на поле боя, да их даже осматривали опытнейшие бойцы армии, и на их глазах произнесли, что они пригодны для данной службы, что превратилось в комплекс достигнутой цели, многие из новичков подсознательно думали, что теперь к ним будут относиться по-особенному…. какая большая ошибка…

— А ну щенки! Таскать дерьмо не научили!? Да тебя первый же задохлик без меча уложит, коли ты такой тупой у матери уродился, а ну быстро взял в руки то, что просыпал, и потащил один! — работа в парах была основной фишкой королевского полка, опытный брал под своё крыло неопытного, чтобы компенсировать число потерь в грядущем бою, в определённых ситуациях число играло наиболее важную роль, нежели мастерство, а нехватку в последнем и призваны были компенсировать данные методики парной подготовки, ведь с наставником почти всегда легче.

Бонусом, так как и новенькие, и специально отобранные «старички» составляли теперь один боевой отряд, то и задачи они обязаны были выполнять одни и те же, если приказывали таскать дерьмо к траншеям, нужно было таскать дерьмо всем вместе, если в будущем прикажут идти в бой, никто уже не станет разбегаться, а пойдёт в атаку вместе со всеми, вот в чём был смысл парных, да и вообще командных тренировок.

— Давай Рэтхард, делай что велено. — наставник провинившегося дал тому подтверждение на выполнение приказов командира по подготовке, если разгорячённый новобранец хотел ещё что — то возразить в свою защиту, то уж на слова наставника, от которого, по понятным причинам, будет зависеть его жизнь на поле боя, парень стиснул зубы, и, ругаясь в мыслях на инструктора до четвёртого поколения его родственников, потащил воняющие фекалии голыми руками, стараясь бежать как можно быстрее, и при этом не испачкать выданную броню, которую пaцан уже ненавидел всем сердцем.

Как только парень отбежал на достаточное расстояние, инструктор пересёкся беглым взглядом с наставником бойца, что остался дожидаться напарника возле носилок, которые были ещё с горкой наполнены тем, о чём больше не нужно дополнительно упоминать, заставляя кишки выворачивать наизнанку, но многие бойцы уже привыкли к этому запаху, и спокойно таскали всё к рабочим в траншеи.

Бах

Жмяк!

Ботинок инструктора прилетел по носилкам, вытряхивая оттуда ещё больше экскрементов через край, на что молча смотрел наставник парнишки, не пытаясь помешать, он лишь прикрыл рукавом ноздри, стараясь перебить вновь проснувшуюся аромагию.

Подготовка к сражению была достаточно активной, чтобы приблизить конец этого, а затем и следующего дня, каждый, кто надеялся насладиться жизнью в последние её мгновения, не успел оглянуться, как рассвет, возможно, последнего дня в их жизни ознаменовало появление на горизонте высоких столбов густого чёрного дыма.

Деревни, находившиеся на пути армии врага не оставались незамеченными, в каждом доме их мог поджидать враг, что нападёт со спины при первом удобном случае, так что без всяческих церемоний, на соломенные крыши сперва обрушивались горящие от смолы стрелы, а затем неподалёку выстраивались отряды, чтобы «принимать» на мечи выбегающих из горящего помещения, крестьян.

Спустя две сгоревших деревни, Лаксосцы всё — таки обнаружили фермерскую семью, что не пожелала оставить свой кров на растерзание захватчикам. Старик, со старыми сломанными вилами, а также в одной льняной рубахе, выскочил из ещё не успевшего загореться, жилища, волоча за собой еле переставляющую ноги, супругу, в спину которой тут же прилетели несколько подожжённых стрел, предназначавшихся изначально их хижине.

— ГХААААаа! — взвизгнула старая женщина, медленно оседая на землю, когда её тело только начинало охватывать пламя, тогда как сама она, казалось, не чувствовала агонии, скончавшись от прямого попадания раскалённого наконечника в сердце, а её дряхлую руку всё никак не мог отпустить супруг, по длинной седой бороде которого стекали капли крови, также смешанные со слезами в неравномерных пропорциях, град стрел тоже не оставил его без внимания, тогда как у лучников, казалось, совсем не было намерений, насчёт экономии боеприпасов, и они щедро расходовали их, разыскивая ещё и ещё тех, кто мог представлять для их славной атаки хоть какую — то угрозу.

По мере того, как лучники — ополченцы выстраивались на стенах в одну линию, с расстоянием примерно в три метра между позициями друг — друга, прямо под стеной, с её внутренней стороны, располагались основные силы дальнего боя, что использовали каменное укрытие, как щит, а ополченцев, как ориентир скоплений врага, полностью вооружённые, но всё ещё не полностью готовые к битве, колхидские войска становились всё мрачнее и мрачнее, по ходу того, как солнце всходило слева, в их сторону внезапно подул сильный встречный ветер, который принёс за собой не только плохую примету, но и густой дым горящих уже совсем рядом, беззащитных деревень.

— «Ваше величество… где же вы…»

Глава 34 / Неужели началось

Глава 34.

Войска приближались. Наспех убранные поля проминались под их металлическими ступнями, стёганые доспехи покрывали большую часть тела, делая уязвимыми лишь несколько областей, которые представить не составляло труда, тогда как попасть в эти самые, слабые области, представлялось куда более трудной задачей. Уже видя перед собой стены вражеского города, командиры армии приказали замедлить темп.

Становиться лагерем было нельзя ни в коем случае, ибо это могло послужить отличным шансом для вражеского войска атаковать их позиции, и хоть воины уставали за время длительного марша, они достаточно отдыхали, перемещаясь по своей собственной территории прямо до колхидских границ, сейчас же им предстояли лишь краткосрочные привалы, чтобы сохранить силы для битвы, тем более, во время зачистки деревень, солдаты успели достаточно обогреться и отдохнуть, для совершения последнего, решающего рывка до Столицы Колхиды. Лесополоса тянулась не вечно, вскоре открыв перед лаксосцами последний маршрут, преодолев который, они достигнут укреплённых ворот города.

— Мой король, солдаты готовы. — объехав временные позиции армии, а также перекинувшись парой слов с командующими отрядов, генерал наступающих войск доложил предводителю о полной готовности. Естественно, если войско хотело осуществить столь краткосрочный, а вместе с этим, ещё и эффективный захват столицы, просто необходима была бонусная поддержка Системы, в виде присутствия на поле боя самого короля. Мидгард Лаксоский самолично руководил этим войском, сразу после завершения подготовки, только он отвечал за всю многотысячную армию, покуда отправленный с поручением генерал вновь не примкнул к нему, и помог взять на себя часть обязанностей по командованию, а именно, почти все.

— Отправь разведку, мы можем чего — то не знать об изменениях за последние несколько дней… — бездумно идти в атаку на город не станет даже самый смелый из генералов, и король разделял данную позицию, поэтому он не заставил военного нервничать из — за предстоящих больших потерь, при атаке без предварительного изучения обстановки.

— Слушаюсь, ваше величество. — прежде чем генерал покинул Мидгарда, тот остановил уже планирующего отдать приказ разведке, генерала.

— От наших шпионов так и не было вестей об успешном проникновении в город? — даже после того, как диверсанты успешно проникали в тыл врага, они обязаны были тем или иным образом доложить об успешном внедрении, дабы командиры могли рассчитывать на их помощь во время боя, иначе глупо будет топтаться возле главных ворот, зная, что их тебе с той стороны никто не откроет.

— Прошу простить, никак нет вестей. — напряжённо выдал генерал, сам прекрасно осознавая, что стража у противника поработала на славу, либо ликвидировав их шпионов, либо заключив тех под стражу, так что они, по всей видимости, оставались в неведении того, что происходило сейчас за стенами. Отправленные разведчики устремились по огромной дуге, перемещаясь по дальним полям и пролескам, они, в течение нескольких часов изучали иные подходы к городу, прежде чем вернуться с докладом к генералу, который, в свою очередь, заговорил с королём вновь, и обсудив стратегию, они всё же решили отправить парламентёров, дабы выдвинуть ультиматум, так как чутьё подсказывало обоим руководителям наступления, что оно может оказаться куда сложнее для них, нежели планировалось ранее.

Нортинг в данный момент старался изо всех сил сохранять самообладание, как генерал, он впервые видел перед собой такое огромное количество прекрасно вооружённых противников, уже представляя, с каким результатом будут проходить наземные сражения с его текущими силами, генерал, а также, по совместительству, и назначенный заместителем короля Колхиды в этот самый судьбоносный момент, он начал действовать только тогда, когда очередной поток сильного осеннего ветра ударил по его побледневшим щекам.

— Лучники! Тридцать шагов назад! Приготовиться вести огонь от северной стены! — команды полетели вниз одна за другой, во внутренней части стен располагались все военные отряды лучников, сформированных одним большим подразделением, численностью в триста луков, эти ребята не могли видеть того, что творилось за стеной, им оставалось лишь положиться на приказы командира. Пребывая в непонимании, лучники рассредоточились на приказанном расстоянии от северных стен, уже подозревая, почему для них переизбрали такой острый угол полёта стрел.

Изначально планировалось использовать стену, как укрытие, и осыпать приблизившиеся войска градом практически вертикально выпущенных стрел, но стоило ветру перемениться, как все они могли тут же вернуться обратно, упав либо на самих колхидских лучников, либо уже на сам город, стрелять вертикально против практически встречного ветра считалось самоубийством, отчего войскам был выдан приказ переизбрать позиции, заняв оборону практически у самых зданий, используя те, как новые укрытие, тогда как угол их атак по отношению к стене очень сильно заострился, и если уж стрелы не полетят так далеко, как того бы хотелось, те упадут так или иначе за пределами стен, а значит, есть неплохой шанс забрать одним залпом десяток — другой жизней.

— Неужели началось?…

— Да видимо…

Лучники перешёптывались между собой, пытаясь выплеснуть копящийся в их жилах адреналин, который то и дело сковывал их тела, словно те весили целую тонну, и только когда их пальцы цепляли оперение стрел в колчане, а древко осторожно ложилось на лук, в глазах солдат загорался холодный огонь безмолвия, гласящий о том, что человек готов забирать чужие жизни, только отдайте приказ.

Увидев, как лучники быстро реагируют на все его указания, и пока ещё ни один ополченец на стенах не нарушил дисциплины, а даже вёл себя вполне неожиданно, а именно, бесстрашно, генерал немного успокоил себя. Удивительно, но ещё ни один из тех, кто имел негласное право покинуть поле боя, не дрогнул ни на сантиметр, но также возможно, что ими овладел страх, из — за которого они не могли сдвинуться с места, а возможно…

— Генерал! С запада, юга и востока ополченцы заметили вражеских разведчиков! — даже самая незначительная деталь на поле боя играла огромную роль для командующего, так что быстро кивнув в ответ, Нортинг принял к сведению новую информацию, а именно то, что враг не был полностью уверен в своих силах, а предпочёл потратить ещё какое — то время, дабы удостовериться в доступных слабых местах, которые можно будет использовать при атаке.

— Отлично! Тогда создайте им видимость, затаскивайте на стену всё, что посчитаете интересным, можете даже стулья поднять, и усесться на них, главное, создайте им побольше зрительной информации, чтобы потянуть время! — каждая соломинка могла привести к большому пожару, точно также и любая выигранная минута могла определить ход сражения. С явным преимуществом той стороны, Колхиде приходилось полагаться только на собственные силы, ибо без Марка, их атаки будут куда слабее, ровно, как и оборона, перевес шёл за теми, у кого была достаточная численность и высокий боевой дух, и если даже колхидцы не паниковали, находясь за прочными стенами, то когда на их головы посыпятся огненные стрелы, а на стены полезут орды врагов, ситуация в корне поменяется.

— Есть! Прикажите зажечь ложные костры!? — боец, что доносил сведения, предложил привлечь внимание врага также дымом и пламенем, собираясь поджечь в нескольких местах у стены дрова и масло. Яркость, дым и пламя за стенами города, который ты стремишься захватить, загоревшееся ещё до твоего наступления, однозначно введёт в смятение либо вражеские войска, либо командование другой стороны, и неосознанно для них самих, это может повлиять на принятие некоторых важных решений.

— Добро! Только следите за огнём, не подожгите мне город! Иначе лишитесь головы! — если ты открывал рот, будь готов понести за это ответственность, иначе, в данной ситуации быть попросту не могло. Амадеус Нортинг уже было приготовился встречать стройные наступательные ряды бронированных солдат, что прикроются полу металлическими щитами, направившись к его городу, но вместо этого на горизонте событий неожиданно засиял белый флаг.

— «Они что, издеваются?» — данный факт грядущих переговоров нисколько не обрадовал генерала, враг не мог предложить им ничего, кроме как окончательно и бесповоротно признать капитуляцию, а значит, это было верхом наглости. Пойти войной без предупреждения, а теперь рассчитывать, что твоих парламентёров примут, как гостей?! Что за вздор.

— Ополчение! Приготовиться открыть огонь!! — Амадеус полагал, что если иных предложений со стороны врага не поступит, то он повелит сразу же открыть огонь по парламентёрам, не задумываясь о последствиях, ведь кто пролил в бою первую кровь, тот подтвердил свою волю к жизни, и это могло послужить неплохим стимулом для зелёных пареньков из ополчения, попробовать крови и поверить в собственные силы.

Глава 35 / НЕ СТРЕЛЯТЬ!!!

Глава 35.

Приближающийся отряд, состоящий из трёх бравых всадников, чьи головы были высоко подняты под развивающимся знаменем их страны, которое также сопровождалось белым парламентёрским флагом, преодолевал расстояние, которое, возможно, придётся пройти пешим войскам их страны, потеряв при этом множество человеческих жизней, за считанные минуты.

Представительные воины в сверкающих латах скакали на одном уровне, правя обитыми в железо, мощными скакунами, но это не значило, что Лаксосии уже была известна технология верховой езды, сама технология, как аспект, подразумевала повсеместное применение, основанное на загруженный в Гаид массив данных, а пока этот массив состоял лишь из жалких крупинок, по которым только «избранные» могли пользоваться данной привилегией, например высокопоставленные командующие, или же сам правитель страны мог перемещаться в седле, обретая тем самым особый жизненный навык, в то время, как повсеместно, верховая езда всё ещё была недостижимой мечтой.

Сразу между воинами присутствовал куда более бросающийся в глаза, человек, чьи красивые одежды были пропорционально сбалансированы с лёгкой смешанной бронёй из металла и кожи, тогда как его лицо было похоже на чёрствый сухарь, а седая борода спускалась до самой груди, что была отнюдь не плоской, а наоборот, вздутой и гордо выпяченной вперёд, вкупе с идеальной осанкой и широким плечами, это создавало впечатление богатого Герцога, который также имеет прославленное военное прошлое, или же, просто выглядит так, чтобы окружающие думали о нём подобным образом.

— Король Марк Колхидский, я, представитель Лаксоского Королевства, войска которого вы смеете наблюдать перед собой, пришёл к вам с великодушной волей моего короля! Король Мидгард Лаксоский засим предлагает вам сдать город, без сопротивления, ваши войска должны будут покинуть стены, и сдаться на милость его величества, тогда как со своей стороны мы гарантируем вам мирную и бескровную аннексию! — зычный, и к тому же, ненормально молодой голос парламентёра был пропитан силой и энергией уверенности, обращался же он с расстояния, невероятно близкого к городским стенам, так, что у «гостей» не было возможности наблюдать ничего, кроме возвышающихся над ними серых камней, и начавшего потихоньку темнеть от надвигающихся серых туч, смешанных с дымом гари, тёмно — синего неба.

Какое — то время со стороны стены не было слышно ни слова в ответ, и лишь какое — то шевеление по ту сторону бойниц заставляло визитёров ожидать в молчании, ведь было обычным делом, если кто — то обдумывал такое серьёзное предложение достаточное количество времени, если бы прямо сейчас к ним высунулся рядовой солдат, и плачущим голосом пропищал: — «Мы сдаёмся!», воины ни за что не поверили бы, что данные слова звучат от лица всего войска, и что в скором времени перед ними распахнутся ворота в город, а радостные жители выбегут на улицы приветствовать «освободителей», о нет, для беседы был необходим кто — то высокопоставленный, и вскоре, такой человек заговорил с ними с той стороны, видимо, укрываясь за бойницей, так как гости могли увидеть лишь часть его силуэта, но без сомнения, это был кто-то важный, так как со стороны города не было слышно ни единого звука, когда этот человек начал говорить, словно сама природа вняла ему, и затихла на момент его речи.

— Я генерал Амадеус Нортинг! Доверенное лицо его величества, Короля Марка Колхидского, мне поручено говорить от его имени, и предложить вам ещё более выгодную сделку! — тут генерал выдержал паузу, заставив парламентёров внизу немного заинтересоваться его последующими словами, что, уже понятное дело, не соответствовали по тону их ожиданиям, и всё же, они должны были прислушиваться к каждому слову, что доносилось с той стороны стен, ведь важность подобных переговоров нельзя было переоценить, и каждая фраза была на вес золота — Извольте УБРАТЬ СВОИ ЖИРНЫЕ ЗАДНИЦЫ С НАШИХ ГРАНИЦ, И ТОГДА МЫ НЕ БУДЕМ ПРОЛИВАТЬ ВАШЕЙ КРОВИ, ЗА ИСКЛЮЧЕНИЕМ ГОЛОВЫ ВАШЕГО ГЕНЕРАЛА, КОТОРЫЙ ОТВЕТИТ ЗА СВОИ ДЕЯНИЯ, И УБИЙСТВО НАШИХ СОГРАЖДАН!!! — нельзя было требовать от врага, чтобы наказание понёс именно Мидгард, ибо король был неприкасаем, в определённом смысле, а вот привести к ответу генерала, было вполне разумным требованием, но именно, что ТРЕБОВАНИЕМ, в ответ на многотысячное войско загнанные в угол колхидцы смели предъявлять требования! И всё же… парламентёры должны были точно в этом убедиться…

— Вы не представляете, от чего отказываетесь! Вам не жаль жизней и судеб всех этих людей!? Они заслуживают лучшего, чем просто бессмысленная смерть!! — с небольшой улыбкой «сухарь» произносил эти речи, стремясь поколебать дух выставленных на стенах солдат, если в стане врага зародится смута и паника, им это будет играть только на руку.

Свист!

— НЕ СТРЕЛЯТЬ!!! — врезавшаяся в землю стрела одного из разгневанных ополченцев воткнулась прямо под копытами испуганных такой неожиданностью, визитёров, животные которых инстинктивно попятились, вводя наездников в ещё большую панику, заставляя приложить все силы, дабы напуганные четвероногие успокоились.

Зло читалось на лице парламентёров, тогда как Нортинг испытывал не меньший шок, видимо, одного из защитников города спровоцировали оскорбления их долга, и поэтому генерал Амадеус был очень доволен, но вместе с этим и разгневан, ведь по его приказу стрелы должны были пуститься в пляс по телам этих вторженцев, а тут было явное неподчинение, и следовало поработать над наказанием прилюдно, после того, как всё кончится. Отметив у себя в памяти лицо того, кто выпустил стрелу без прямого приказа, генерал вернулся к парламентёрам.

— Приношу свои извинения! Мы ещё можем договориться! Не уезжайте, думаю, сейчас мы найдём решение, которое удовлетворит обе стороны!! — Нортинг словно насмехался, продолжая тянуть время, он был всё больше и больше похож на безумца, что кричит наплевательские и провокационные речи прямо в лицо собственной смерти, нет, Амадеус осознавал, что чем дольше он тянет время, тем больше шансов осуществиться плану Марка, смысл которого он так до конца и не мог понять, но время было важно в любом конфликте, так что, хоть и не очень умело, но генерал балансировал на грани переговоров, насмешек, а также желания дать сигнал убить этих выродков, как только те окончательно поймут, что ловить здесь больше нечего.

— Вы безумцы! Господа… И определили свою судьбу только что!! — в угрожающем гневе встрепенув своего коня, сухарь покрепче сжал в руке белое знамя, как гарант собственной безопасности, но в этот самый момент ухмылка Нортинга переросла в плавно поднятую ладонь, на которую скосили взгляды все лучники в этом секторе стен, припустив оперения стрел к собственным щекам, и выставив из бойниц их холодные наконечники…

Удар!

Руку генерала от резкого падения остановила сильная, но, как не удивительно, женственная рука, что плотно ухватилась за запястье мужчины, сжимая её до белизны костяшек, словно мёртвая клешня. Владелицей этой руки оказалась председатель министров, что заметила намерения генерала на его, как ни странно, с недавних пор «прозрачном» лице, и потому, также поднялась на стену, когда только смогла, дабы предотвратить подобный, совершенно недопустимый исход.

— Генерал. Опустите руку. — холодный, как никогда, этот голос словно подчинял себе ветер, что сносил с ног не так сильно, как сбивал с толку этот ледяной тон самой души этой девушки, если Странтиппу Айзентумийскую называли ледяной королевой за глаза, и надетую ей маску сильной и независимой правительницы, то эту девушку нельзя было поставить в ту же категорию притворщиков, к коим также относился и сам Марк в частности, нет, это была её настоящая, неподдельная сторона властности и гнева, гнева, который был направлен прямо в сердце бывалого генерала.

— Ладно. Отпустите руку. — наблюдая за тем, как спины всадников постепенно удаляются от городских стен, Амадеус собрался с мыслями, дабы не глядя в глаза девушке, произнести эти слова, после чего запястье мужчины было тут же отпущено на свободу, но гневная аура Кисты никуда не пропала, а наоборот, грозила раздавить прямо здесь и сейчас, если ей не дать выход. — Почему вы помешали мне? — Нортинг был явно не в настроении, и всё же то, что он ощущал после неудавшейся попытки убить парламентёров, было далеко от чувства совершённой ошибки.

— Убивать послов запрещено. Убили бы их, и воины с их стороны тут же пропитались бы к вам, а значит, и ко всем нам оправданным гневом, мы стали бы не лучше варваров в их глазах, а вы так хотели повысить боевой дух врагов против вас же??

Если после этой битвы бы выяснилось, что мы стреляем в спину послам, ни одна цивилизованная страна с нами больше бы не вела никаких переговоров, нарушив чистоту белого флага, мы поставили бы под угрозу будущее. Его величество был прав, вы не тот человек, что смотрит дальше своего носа. — Киста Вальхонская больше ничего не произнесла, только вернулась к узким ступеням, чтобы, рискуя жизнью, спуститься вниз со стены в своём незамысловатом платье.

— «Король Марк… а вы дальновиднее… чем я предполагала.»

Глава 36 / ХОЧЕШЬ ЖИТЬ? СРАЖАЙСЯ!

Глава 36

Стремительный топот копыт перекликался с шёпотами армии Лаксосии, войска никак не могли пропустить возвращение парламентёров, так что все активно обсуждали вероятные результаты. Возможно, что враги сдались, и город переходит под их юрисдикцию, и нужно было лишь по внимательнее смотреть на стены, чтобы вскоре обнаружить там развевающийся белый флаг, а возможно, что всё было совсем иначе, и с минуты на минуту будет отдан приказ к атаке.

— Командир, как думаете, они приняли наши условия? — один из командующих среднего звена поинтересовался этим вопросом у начальника первой фронтовой сотни, элитные отряды, которые выстраивали по периметру всего войска, имели при себе как лучших солдат, так и командиров, к одному из которых и были адресованы данные слова.

— Нет… — твёрдо заключил военный, наблюдая за тем, с каким рвением возвращается к ним дипломатическая миссия, коней гнали что есть мочи, словно опасаясь стрел в спину, ничего такого, за что следовало бы покрыть позором, просто накатывающийся страх за собственную жизнь, страх, который выдавал опытному воину всю суть ситуации, колхидцы не приняли ультиматум, и теперь только следовало ожидать приказа к началу штурма — Прикажи бойцам приготовиться к бою, скоро мы выступаем. — посчитав своим долгом предупредить каждого воина заранее, давая им время настроиться на смертный бой, командующий проинформировал ближайших к себе людей, дабы те организовали быструю передачу информации по всему отряду.

Спешившиеся телохранители, в руках одного из которых до сих пор было развёрнутое знамя, с рисунком стремительно пикирующего белого сокола на тёмно — синем фоне, склонились на одно колено, представ перед королём Мидгардом, который подошёл вплотную к старику в богатых доспехах, чей вид выражал смущение перед его величеством.

— Мы сделали всё, что смогли. — виновато произнёс старик, оправдываясь за худший вариант развития событий, он не говорил, что только он несёт ответственность за случившееся, говоря во множественном числе, сухарь также стремился прикрыться жизнями телохранителей, на что Мидгард отреагировал весьма тяжело.

— Кусок идиота… теперь тысячи жизней будут потеряны, раз ты не смог вразумить наших врагов. — внутри же правитель не чувствовал ничего, кроме грядущих трудностей, если победа будет одержана, в чём король был уверен практически на все сто, то таким образом понесённый ущерб заставит его страну не только потерять в темпах развития, но ещё и обяжет её предоставить половину земель, а также всех богатств захваченной Колхиды королеве Странтиппе, как плату за финансирование этого похода, без помощи Айзентумии Мидгард никогда бы не смог заполучить под своё командование столь великое войско, да к тому же ещё и обеспечить его всем необходимым.

Сейчас же, при отсутствии сопротивления, король мог просто выиграть за счёт шокового эффекта, благодаря пугающей численности армии, на его милость могли бы сдаться малочисленные колхидские войска, которые, по данным разведки, не превышали одной тысячи при самых смелых расчётах, а «трусливое» ополчение в расчёт брать и вовсе не стоило, и взяв под контроль такое количество солдат, а также ресурсов, что никак не будут утрачены в схватке, Мидгард мог спокойно отбить весь долг Странтиппе, при этом оставшись в огромном плюсе, а теперь же, битва не сулила практически никаких выгод, безвариативно, очень сильно пострадают обе стороны, и такая победа могла уже обернуться скорее отрицательно для Лаксосии.

— Мы ни за что не отступим. Передайте приказ, готовьте лестницы и атакуйте пятым и шестым отрядами по северной и…. — генерал всё также был неподалёку от его величества, в точности запоминая приказ, конечно, с глубокой осторожностью поправив, явно разгневанного короля в паре моментов, он отправился передавать приказ командующим подразделениями.

— ТОВЬСЬ!

— ГОТОВЬСЬ!

Солдаты практически синхронно приготовились поднять над головами товарищей спереди широкие щиты, дабы, как только дело дойдёт до непосредственной близости к стенам, а на них сверху посыпятся стрелы, не быть убитыми с первого же залпа. Построившиеся для атаки прямоугольные фигуры из сотен и сотен воинов составляли собой одно большое многополосное войско, различной длины и ширины, некоторые из них вынуждены были остаться в резерве, дабы выступить сразу, как только враг предпримет наземную атаку, чтобы врезаться в них достаточно широким строем, тогда как для штурма стен фигуры прямоугольников были куда более вытянутыми, дабы собрать как можно меньше площади обстрела, и вместе с этим протащить к вражеским воротам специальный таран, а также штурмовые лестницы.

Обстановка в лаксоском войске накалилась до различных пределов, когда был дан крик, предупреждающий о скорой атаке, одним отрядам было приказано не выступать, дожидаясь приказа от генерала, тогда как другим приказали готовиться к сече, и захватить лестницы, временно опущенные на землю. Такие чувства не передать никому, и лишь те, кто был более опытен, ещё более или менее подавлял в себе волнение, кто — то смирился со смертью, и уже ни о чём не думал, последние же черпали силы, оглядываясь на свою огромную численность, свято веря в то, что по ту сторону стены их ожидают от силы пять сотен воинов, которые побегут, сверкая пятками, как только их стороны окажутся в непосредственной близости.

ТУУУУУУУУУУУУУУУУУММММ!

Синхронный шаг первых рядов означал начало движения для всего многочисленного отряда. Латы зашумели при первом тяжёлом шаге, прямо как тогда, когда все они штурмовали незащищённые деревни. В передних рядах такого подразделения, как раз — таки не было трусов по двум простым причинам.

Первая — они были лицом наступления, и вторая — именно их шаги задавали темп всему отряду, если те хотели выжить, то держались вместе, дабы иметь надёжную панцирную сцепку в будущем, как было выявлено на практике, трусливые, находясь в первых рядах всегда тормозили, и, соответственно, ломали весь строй, ведь в тот момент между тобой и смертью не было никаких преград, и ты должен был идти к ней навстречу уверенной поступью, не каждый бы так смог.

Зажатый в самом центре этой колонны, что двинулась прямиком на вражеские ворота, которые, на первый взгляд выглядели очень хлипкими, молодой парень, ещё несколько недель назад бывший обычным крестьянином, что не держал в своих руках ничего острее деревянной лопаты, сжимал ножны своего меча изо всех сил, также не забывая проверять под рукой наличие щита, а также его кожаные крепления, которые, как оказалось, имеют свойство растягиваться и стираться со временем, парень шагал вперёд, будь — то бы потеряв любую волю к перемещению, постепенно осознавая, что действует с остальными, как длинный единый организм, копирующий действия переднего края, во время тренировок он не испытывал ничего подобного, каждый день его голову заставляли работать, а тело выкладываться на полную, и, казалось, вот он, час славы, но нет, всё вокруг приобрело совершенно иной вид, это не было праздным шествием, где каждый уже отточил красоту и чёткость своего шага до совершенства, маршируя вокруг своих же шатров, теперь всё это словно стёрлось из памяти, оставив роиться в уме лишь эти самые чувства, что накатывали на тебя волнами, отчаяния, надежды, веры в собственную удачу и моря сожалений, приправленных жаждой того, что, как оказалось, внезапно обрело неописуемую ценность — желание жить.

— «ХОЧЕШЬ ЖИТЬ? СРАЖАЙСЯ!» — слова инструкторов вбились в голову глубже, чем что — либо ещё, и в данной ситуации, лишь они играли ключевую роль в рвении, которое заставляло этого самого молодого солдата переставлять ноги одну за другой, с каждым шагом всё плотнее выравнивая кочки на пути с остальной, практически ровной землёй, след в след за своими боевыми товарищами.

ТУУУУУУУУУУУУУУУУУУУММ! ТУУУУУУУУУУУМ!

— «Что? Поворот направо?? Но почему, мы разве не идём в лобовую атаку??» — неожиданный сигнал горна словно пробудил весь отряд, когда передняя линия стала активно забирать в правую сторону, быстро сворачивая с ранее намеченного пути.

Глава 37 / Не отступать!

Глава 37.

— Началось! Первый отряд, примерно в две сотни щитов выступил к нашей стене!! — главный в отряде ополченцев тут же подал сигнал по цепочке, пока тот не достиг ушей генерала Нортинга, что и сам конечно же заметил первое движение в этой судьбоносной схватке, первый ход, страшной партии.

— Северная Стена! На изготовку!

— Северная Стена! На изготовку!… — каждый приказ дублировался, оповещая весь город о поступающих указаниях, это давало каждому солдату в Колхиде понять, где началось движение вражеских сил, это было необходимо для скоординированности действий всех командиров, ибо Гнерал не мог быть во всех местах одновременно, его позиция располагалась в ближайшем от стены, каменном здании, как раз в том месте, где и было замечено основное скопление сил врага, в то время, как вся остальная стена была поделена на сектора, относящиеся к соответствующим сторонам света, таким образом, можно было держать в курсе происходящего весь гарнизон, и вместе с этим, своевременно реагировать на любые изменения, что происходили в том или ином месте.

— Лучники! Приготовиться к атаке со стороны Главных ворот!! — к трём сотням обученных лучников данный приказ имел прямое назначение, быть готовыми открыть огонь, как только прозвучит команда от генерала, тогда как ополченцы уже готовились выпустить из бойниц свои первые стрелы, их расположение не шло ни в какое сравнение с лучниками по эту сторону стены, выставленные на её гребне, они могли вести огонь на куда более дальние расстояния, нежели их обученные товарищи, но в чём же здесь скрывался подвох, это же было чистой воды безумие!

— Враг поворачивает! Отряд повернул на запад!! — уже было готовые к стрельбе ополченцы вынуждены были испустить напряжённый вздох, не пройдя и половины всего расстояния, отряд противника изменил направление своего движения, и, благодаря быстро распространившейся информации, занервничали уже солдаты в западном секторе, чьи командиры мигом оживились.

— Ну что сосунки, к нам гости! Встретим их со всеми почестями! Ахахаха! — какой — то безумец отвечал за данный сектор, но, как ни странно, солдат это только воодушевило, а некоторых, даже заставило улыбнуться, да кто вообще улыбается на войне!? Явно, это было крайне и крайне редким событием, особенно, в сложившейся ситуации.

Нортинг же, тем временем, строил у себя в голове схему вражеских перемещений.

— «Всего один отряд отправился к западным воротам, это точно отвлекающий манёвр, чтобы мы разделили ещё больше наши, и так слишком ограниченные силы, глупо было полагать, что они пойдут на нас в лобовую атаку, только зря собрал всех лучников у этой стены, но всё же, оставлять без внимания тот отряд нельзя ни в коем случае, если хотя бы одни ворота падут, город не устоит. В таком случае, стоит ли отправить к западным воротам сотню лучников? Вряд ли… нет — нет, они будут не так эффективны… если всего двести, то с нашими ополченцами должно хватить сотни наших воинов, или…»

— Внимание! Отряд Рахима возьмёт к себе ещё пятьдесят из резерва, и отправится к западному сектору, не дайте врагу пересечь стену!! — приказ Амадеуса Нортинга тут же был исполнен, в чём и сыграл свою положительную сторону эффект огромного страха во время любой войны, а именно то, что такие конфликты гарантировали практически беспрекословное выполнение приказов, несомненно, на стороне врага был правитель, который придавал каждому солдату бонус к атаке от своего присутствия, что могло стать определяющим в схватке за стену, и всё же, Амадеус отправил навстречу двум сотням вражеских воинов всего лишь сто пятьдесят колхидских, что могло оказаться очень неуравновешенным решением, и всё же, у генерала была уверенность кое в чём…

— Они начали второе наступление! Генерал!! Генерал смотрите!!! — спустя какое — то время северная стена вновь всполошилась, так как со стороны вражеских позиций к ним начали движение не два, не три, а целых пять лаксоских отрядов! Ровно в пять раз больше, нежели несколько минут назад повернули к западным воротам, такое число равнялось тысяче! Тысяча пехотинцев в броне сейчас твёрдо маршировала по направлению к вратам города, и невероятно мал был тот шанс, что они повернут точно также, как и предыдущие.

Кровь в жилах ополченцев застыла, никто в здравом уме не мог представить такой атаки, если прежде собственными глазами не свидетельствовал подобному. Количество солдат, идущих к северным воротам с высоко поднятой головой равнялось всему их войску, и у противника ещё было сверх того, что они уже бросили на стены, в любую секунду подкрепления к ним могли прибыть за считанные минуты, будь на то воля их командира, если понадобится, то солдаты лаксосии просто «поскачут» в этой броне по полям, словно какие — то быстроходные животные, ведь враги могли не жалеть сил, у Мидгарда было полно воинов.

— Не отступать!! Лучники! Товьсь!!! — довольный своим верным выбором не реагировать на первую вражескую атаку столь радикально, Нортинг смог сохранить в доступности у главных ворот всех имеющихся боевых лучников, на этот раз он также не имеет права совершить ошибку, приказы к атаке должны отдаваться согласно их составленному с министром, плану, а посему.

— Ополчение! Огонь по готовности!! Лучники! Ждать моей команды!! — солдаты уже практически отключили собственную голову, ставить под сомнение приказы командования сейчас приравнивалось к добровольной смерти, в этот самый момент, когда до твоих ушей доносится вражеский горн, счастливо трубящий о победном наступлении, а рука твоего товарища дрожит, вцепившись изо всех сил в старый обшарпанный лук, не остаётся выбора, не остаётся гордости, не остаётся жизни в твоей голове, что следует лишь приказаниям, ты словно умираешь на какое — то время, покуда твоё тело не дёрнется слегка, чтобы спустить давно натянутую тетиву.

Свист!

Десятки стрел устремились в воздух, размывшись на скорости в серые тонкие линии, гонимые против ветра инерцией от толчка упругой нити.

— Щиты!!! — завопили первые ряды идущих на стену воинов, что один за другим вскинули вверх свои левые руки, на которых красовались обитые металлом щиты, которые легли впереди, а затем и над головами впереди идущих товарищей, а шаг чуть замедлился в эту секунду, дабы максимально совместить все возможные стыки импровизированного панциря.

В одно мгновение на лица каждого из перешедших опасную зону, отрядов, наползла сизая тень от собственных щитов, перекрыв спадающие на них лучи солнца, они могли идти дальше, лишь вслепую полагаясь на первые ряды, которые в точности продолжали шагать к уже не столь далёким вратам.

Крак — крак — крак — крак…. — глухие звуки падающих на щиты стрел разбудили десятки мандражирующих бойцов «гигантской черепахи», ухватив щиты по крепче, они чувствовали, как ни странно, редкие, и слишком разбросанные попадания по щитам сверху, что ввело воинов по началу в некоторое непонимание, неужели прямо по курсу настолько мало лучников!? Ещё ни одна стрела не смогла найти щель, в которую могла бы забиться и убить кого — то из лаксоских воинов.

Крак — крак — крак — крак — крак — крак — крак… — второй и третий залпы подтвердили догадку полностью уцелевших отрядов, они были непобедимы! С ними не могли справиться ничтожно малые отряды защитников крепости, ни одна стрела ещё не пролила крови, а лишь вонзилась в деревянную область щита, если же, не отскочив в сторону вовсе.

— ВВААААААААААА!!!! — воодушевляющий вопль одного из солдат «черепахи» заставил всех до единого воинов преисполниться вкусом несокрушимости, уже не обращая внимания на жалкие стрелы, всё ещё активно падающие на них сверху, предвкушающие лёгкую резню отряды устремились тяжёлым шагом к ожидающим их вратам.

— ВВАААААААААААА!!!!!!! — тяжелее всего приходилось воинам ближе к переднему краю, так как те вдобавок ещё и тащили под собой тяжёлый тар…

Крокхт!

Внезапно ушедшая из — под ног наступающих, твёрдая земля обернулась огромными ямами, в которые, по гнилым доскам, один за другим стали падать лаксоские воины, при этом что — то крича, видя перед собой стремительно приближающиеся колья…

Недоумевающие солдаты было отпрянули в стороны от открывшихся перед ними, краёв широких траншей, но по страшной нелепости, на их пятки уже наступали преисполненные уверенностью товарищи.

— НЕТ СТОЙТЕ! СТОЙТЕЕЕЕ!! — хватаясь друг за друга, впиваясь руками в скользкую и вонючую землю, десятки лучших солдат спускались в глубокие ямы, заполненные дерьмом, а также к приближающимся мучениям в виде проткнутых насквозь конечностей.

— Держите меня! Братцы! Я не хочу! Не хочу!! — восклицал впавший в панику, но зависший на волоске от расщелины, боец, чьи одежды находились в крепких руках товарищей, которые изо всех сил пытались оттащить его тяжёлое тело от края, что им удалось, едва самим не угодив туда же, следом за ним. — АААаа… — радостно вздыхали все трое, когда черепаха наконец отпрянула в обратную сторону от уже «найденных» траншей, откуда доносились душераздирающие крики других несчастны, возвращая остальных в суровую реальность.

— Лучники! ОГОНЬ! — голос генерала Нортинга прозвучал, словно гром среди ясного неба, и, спустя секунду, сотни стрел разом покинули пределы стен, сверкнув в небе лучиками, отражённого от их наконечников, солнца, тогда как на лице самого Амадеуса отображалась безразличная холодность, а в груди бушевал пожар отмщения — ЕЩЁ ОГОНЬ!!!

Свист!

Глава 38 / Кровь и Дерьмо

Глава 38. Кровь и Дерьмо.

В траншеях у северных ворот творился полнейший хаос, ад в нашем представлении становился суровой реальностью тех ужасных мгновений. Лаксоский солдат, прошедший уже не одну схватку, впал в полнейшее безумие, когда из его груди уже торчал окровавленный деревянный наконечник, что прошёл сквозь слабое место в броне, проникнув через область подмышки, которой, он как раз — таки и влетел на дно ямы, где вокруг него точно также оказались вопящие от боли товарищи.

— КрррХХАААА!! — стараясь не шевелиться, боец от шока мог только громко закричать, пытаясь хоть как — то снять себя с заточенной палки, отчего из раны хлынуло ещё больше крови, когда повреждённые ткани стали растягиваться, а деревянный наконечник постепенно покидать область груди, но… только почувствовав тепло собственной крови, разливающейся по спине, пропитывая уже запачканную в дерьме, одежду и броню, что далее не выпускали из себя злосчастную палку, которая, хоть и вышла из рыхлой земли на пару сантиметров, всё же более не спешила покидать тело воина, теперь уже намертво засев в его тканях, только лишь усилив обильное кровотечение.

— «Что??» — боец, находился в полнейшем непонимании и растерянности, как этот сук больше не хочет выходить? И к тому же стало только больнее, когда он попытался его извлечь, неужели… этот кол имел заточенную бородку, как у рыболовных крючков?! О нет, теперь ему не вытащить его из раны, шансов нет, шансов больше нет и… Слушая крики своих боевых товарищей, крики агонии и безнадёжности, боец целиком разделял с ними всю боль, полностью погрузившись в ощущение беспомощности. Мигом онемевшие ноги скользили подошвами по скользкой поверхности ямы, отчего — то дрожащие в судороге пальцы пытались ухватиться за вонючие окровавленные склоны, бессильно скользя по ним неровными линиями, оставляя после себя лишь следы бессилия, но всё же воин был жив, до сих пор его сердце билось, а глаза, по большей части, были открыты и предоставляли мозгу обрывочную информацию, боль обострила все чувства и процессы в организме, а распространившийся адреналин дал силы и воли повреждённому телу на то, чтобы широко раскрыв рот, закричать.

— НА ПОМОЩЬ! ПОМОГИИТЕЕ!!! Я ЗДЕЕЕСЬ! ВЫТАЩИТЕ МЕНЯ БРАТЦЫ!!! — очередной вопль о помощи смешался с десятками других, но для каждого важен был лишь свой голос, в ушах раненых не звучало более ничего, кроме собственных слов мольбы, отчего каждый верил, верил из последних сил, что сейчас вытащат из траншеи именно его. Но спустя пару секунд, предсмертное предчувствие вдруг неожиданно захлестнуло их разумы, а ещё спустя мгновение, острая боль одновременно в разных частях тела, а затем непроглядная тьма вдруг застелила их взоры, погрузив в забвение вечности.

Те же, кому посчастливилось не скатиться в широкие траншеи, приблизительно трёх метров в глубину, с внушающей длины, пологими склонами, оставалось лишь в спешке перестраивать своё построение. Разваленная «черепаха» вновь получила приказы от оставшихся в живых командиров.

— Поднять таран!…

— Щиты! Живо щиты!!…

— Перестроиться! Поднять щиты!! — все они прекрасно понимали, что теперь стрелы несли для них прямую угрозу жизни, и если не восстановить построение, а затем не преодолеть траншею, то до ворот по одиночке доберётся менее половины от текущего числа, поэтому было принято решение живо построиться перед траншеей, до того, как очередные стрелы поубивают ещё больше людей. В то же время на лицах ополченцев красовалась кровожадная ухмылка, когда они ещё минуту назад вели огонь по «черепахе», наблюдая за тем, как их стрелы беспомощны против полу металлических щитов противника, это не могло не ввести ополченцев в подобие паники, ведь наблюдая за тем, как твои максимальные возможности не приносят совершенно никакого эффекта, обескураживали невероятным образом, но не сейчас.

— Стрелять! Не отступать!! — голос командира до этого заставлял их натягивать тетиву снова и снова, пока наконец, ко многим на стене не пришло осознание, в чём состоял план их командования.

— Лучники! ОГОНЬ!! — когда вражеские подразделения явно ускорились, не ощутив исходящей угрозы от стен города, это повлекло за собой невнимательность, за которой последовала фатальная ошибка, а именно — ускорение темпа. Да, именно, если бы при обычном шаге враг вступил в зону прикрытых траншей, то даже первые ряды «черепах» с высокой долей вероятности смогли бы вовремя остановиться, заметив ломающиеся под их ногами трухлявые доски, и в таком случае, улова в траншеях могло бы и вовсе не быть, но теперь… настало время дать им попробовать на вкус собственной крови, и кое-чего ещё. Умелые лучники взяли подходящую траекторию, чтобы не задеть своих на стенах, и вместе с этим, избрать приоритетными целями тех, кто находился в траншеях, а также в непосредственной близости от них, на тренировках они не раз отрабатывали защиту города с использованием защитных укреплений, что не дают им прямой видимости целей, так что атаковать в таком порядке было для колхидских лучников не серьёзной проблемой, ибо по активности ополченцев, было уже понятно, где располагаются основные массы вражеских сил.

Лаксоские солдаты уже готовы были возобновить изначальное построение, как внезапная атака со стен города заставила бойцов стать свидетелями того, как десятки тел их товарищей, находящихся буквально в двух — трёх шагах, начали буквально опадать на землю, словно осенние листья, безжизненно оставаясь лежать без движения. Всё это заставило бойцов перепугаться, ибо это было нисколько не похоже на предыдущие атаки колхидцев.

Свист! — инстинктивно подняв щиты над головой, всё ещё разрозненные ряды войск надеялись пережить мощный град стрел, что вновь обрушился на их головы, а также на тех, кто всё ещё был жив, но оставался лежать в траншеях. Крики многих оборвались в тот момент, когда даже укрывшиеся за щитами солдаты почувствовали различной степени боли в некоторых частях тела, кто — то обнаружил стрелы в своих ногах, кто — то же просто не успел как следует подготовиться, и получил попадание прямо в стыки брони, что хоть и защитила от многих попаданий, всё же пару царапин на коже стрелы оставили, при чём заставляя ощущать воинов небывалый дискомфорт уже через несколько секунд, такого быть просто не должно, ведь это всего — лишь жалкие порезы, это было ничто для воина!

— Стрелы отравлены! Стрелы отравлены!! — вдруг, предупреждающий голос разнёсся по возвращающимся в строй, лаксоским рядам. Отравлены? Чем же… не может быть чтобы…

Наконечники стрел вежливо опускались в небольшие чаны с жидким дерьмом, прежде чем колхидские лучники, со специальными масками на лицах давали очередной залп, предвкушая, как с той стороны корчатся от боли и отвращения их враги, они думали, что таким образом в основном подавляют боевой дух противника, и им даже нравились подобные методы атак, словно у них был шанс отыграться на этих бесчестных вторженцах, когда, с другой стороны, командующие знали о настоящем эффекте таких стрел, ведь как объяснил, и даже протестировал на нескольких заключённых, Король Марк, при попадании в рану фекалии вызывали столбняк и помутнение у жертвы, тем самым в разы снижая её боеспособность, в некоторых случаях это явление могло даже привести к летальному исходу… очень грязный приём…

— На войне, как на войне… — произнёс Марк в тот момент, когда ему во дворец доложили об эффективности защитных мер у северных ворот, враг находился в смятении, и всё ещё не добрался до городских стен, продолжая, то и дело, терять своих бойцов под обстрелами лучников.

Глава 39 / Простите, мы отомстим за вас…

Глава 39.

— Лестницы! Ставьте лестницы!! — как бы там ни было, число атаковавших главные северные ворота было слишком велико, чтобы заставить их отступить после потерь нескольких десятков единиц личного состава, боевой дух хоть больше и не был на высоте, но всё же стремительно поднимался с недавнего «дна», когда лаксоские воины, наконец перестроившись, и вновь вознеся уже заполненные стрелами щиты над горящими от гнева головами, ступили в траншеи очень и очень медленно, так, чтобы вновь не нарушить уже наиболее крепкий, и более не допускающий столь опрометчивых ошибок, строй «черепах».

Надёжно вбуривая подошвы в вонючий грунт и глину с каждым последующим шагом, отряды врага вынуждены были смотреть, как под их ногами медленно проплывают уже не живые тела их товарищей, страшно изуродованные, насаженные на полуметровые колья, а также истыканные упавшими со стен стрелами, словно какие — то окровавленные ежи. Эти трупы смотрели с земли на своих товарищей широко открытыми, и налитыми кровью глазами, в которых словно застыл сам первобытный ужас и боль, они, казалось, проклинали колхидцев, моля отомстить за их незавидные смерти. Кто — то отворачивался от мёртвых глаз, стараясь по скорее забыть подобное зрелище, а кто — то же наоборот напитывался ещё большим гневом, желая толкнуть по сильнее впереди идущих, чтобы уже наконец преодолеть эти, казалось, бесконечные траншеи, и изо всех сил порубить тех выродков на стенах.

— Простите, мы отомстим за вас… — шептали солдаты, аккуратно перешагивая под щитами своих павших товарищей, а точнее то, что от них осталось, ибо некоторых даже попросту расплющило и сломало падающими телами соратников, а учитывая огромное скопление кольев в самом низу траншей, мало что вообще оставалось от тех, кто упал туда в самую первую очередь. Восьмиметровые лестницы, сооружённые специально для штурма городов, также приходилось медленно переправлять через все вышеперечисленные препятствия, ни один боец со стороны нападающих ещё никогда так страстно не желал взобраться по ним наверх, где ему удалось бы наконец — таки окропить свой голодный клинок вражеский кровью, дать ему напиться снова и снова, после чего поднять в небо и вознести хвалу павшим, в знак победы над ничтожествами, которые не заслуживали право на жизнь, и должны были пасть, пасть сегодня, во что бы то ни стало.

Ополчение, тем временем, не предпринимало практически никаких дополнительных попыток добраться стрелами до противника внизу, покуда он был осторожен, и теперь почти постоянно прикрыт вновь поднятыми щитами, и хоть мощи лучников перед стенами было достаточно, чтобы замедлить выход вражеских частей из смертоносных траншей, всё же прошлый опыт неэффективности заставлял всё ополчение в этом секторе ждать наиболее подходящего момента открыть огонь, и времени у них оставалось не так уж и много.

Вся суть городских стен Колхиды состояла в том, что поместиться на её гребне едва ли удавалось одному лучнику, так как не считая бойниц, выступ для оборонительной позиции составлял жалкие пол, или даже менее полу — метра, где попросту невозможно было разместить одновременно и мечников, и лучников, дабы те вовремя сменили друг — друга, таким образом, необходимо было высчитывать временной промежуток, дабы отдать лучникам команду очистить стены, а также дать воинам время занять их позиции, ведь ополчение, как приманка, уже выполнили свою роль, и теперь их необходимо было снять со стены, заменив наиболее сильными и обученными воинами, что встретят вражеских штурмовиков.

— Ополчение! Стрелять по готовности! — как только лаксоские отряды практически завершили преодолевать участок траншей, то оборона стены получила приказ открывать огонь, как только «черепахи» снова перестроятся, дабы установить лестницы, а также развернуть таран, чтобы подвести его вплотную к воротам в город, тем самым открывшись для получения очередной порции стрел, что и произошло в скором времени.

— Огонь!! — закричал один из ополченцев, увидев, как один из десяти отрядов распался надвое, выдвигая всё дальше длинные, обитые железом, лестницы, что с криками и надрывными вздохами, стали устанавливать в землю, а вместе с этим тянуть за верёвки на противоположных концах, дабы осуществить её опору на край стены.

Вместе с оповещающим криком ополченцев на лаксоские отряды обрушился один из последних залпов, вновь забирающий множество жизней всего за секунду, и оставляя раненых отползать и прижиматься к стене, где отравленные стрелы больше не могли их достать, и всё же, прислонившись спиной к основанию стен города, который штурмуешь, было непередаваемым ощущением беспомощности, ведь где — то далеко, стоят точно такие же стены твоего родного города, с которыми в любой момент может произойти то же самое, что и здесь, десятки бравых воинов продолжали умирать с каждой секундой, а воображаемые похоронные кольца увеличивались, предвещая только начало великих страданий, пока ветер бушевал всё сильнее, а яд въедался в раны всё глубже и глубже.

— На позиции!! — Нортинг также пристально следил за ходом событий, лучники на стенах вовремя отреагировали, передав информацию о том, что творилось под северными стенами, ещё немного, и враги начнут взбираться на стены, так что необходимо было срочно уводить лучников, которые были бесполезны в ближнем бою, и пора бы менять их местами с бойцами ближнего боя, что уже были готовы к переброске на стены.

— Отходим!! — наконец, командующий ополчением сектора посчитал нужным покинуть стены, после чего в две различные стороны, один за другим, бывшие фермеры и рабочие стали покидать гребень оборонительной линии, тогда как на стены легли те самые лестницы, за верёвки которых по прежнему продолжали тянуть стоящие на земле солдаты, тем самым не давая возможности столкнуть, или хотя бы сдвинуть с места тяжеленные конструкции, по которым уже начали карабкаться первые бойцы наступления.

Стук металлических перчаток по перекладинам ознаменовывал момент начала ближнего столкновения, вряд ли бы лучникам удалось добиться ещё какого — то ни было успеха, ведь лестниц было достаточно, чтобы свести на нет попытки ополчения сбить хотя бы одну, так как масса каждой превышала сотни и сотни килограммов, вместе с карабкающимися по ним штурмовиками, которые точно также не отпускали щиты, продолжая прикрываться ими от всё ещё летящих стрел боевых лучников, которым уже было приказано дать последний залп, и отступать к зданиям, дав тем самым возможность союзным бойцам занять оборону вдоль всего сектора.

Бах!

Железный кулак колхидского воина врезался прямо в лицо уже заглядывающего в бойницу, лаксоского штурмовика, металлические выпуклости заставили шлем и челюсть воина принять на себя очень неприятный удар, что всё же не смог выбить врага из равновесия, ведь тот вцепился в опоры лестницы мёртвой хваткой.

— РААААА!!! — звуки воинственных криков и звона металла заполнили стену, на которой виднелось уже около двадцати приставленных лестниц, по каждой из которых в различном темпе продолжали взбираться солдаты врага, узкие проходы стены не позволяли нескольким защитникам вставать близко к друг — другу, из — за чего у каждой из лестниц могли держать оборону одновременно только двое бойцов, которые всеми силами пытались проткнуть, или же столкнуть с лестницы напирающих врагов, что им удавалось далеко не всегда.

Отчаянные лаксосцы резко рванули навстречу принимающим их солдатам, инерции от их усилий было вполне достаточно, чтобы несколько тел своих и чужих уже попадали во внутренние части стены, разбиваясь о землю без шансов на выживание.

С другой стороны, мечи защитников активно пытались проникнуть за щиты штурмовиков, пока те ещё находились на лестницах, это был единственный шанс не дать им столкнуть себя со стены, кровь уже лилась по голым камням, вниз к основанию стен, когда по внешнюю сторону один за другим ещё живые, а также к их счастью, уже мёртвые воины падали вниз, тогда как наверху сражение претерпевало всё более ужасные, и ожесточённые краски безумия, таков был ближний бой, за единственный оборонительный рубеж столицы.

Всё ещё следившему за развитием событий Амадеусу одна за другой приходили мысли отдать тот или иной приказ, в его голове роились десятки различных мыслей и вариаций, которые он должен был принимать во внимание, и анализировать за считанные секунды, отметая подавляющее их большинство, генерал, казалось, медленно старел с каждой минутой разгорающегося боя.

— Генерал! Западные ворота в огне!!

Глава 40 / На штурм

Глава 40.

Западные врата Колхиды уступали по своим размерам главным, что находились с севера, и, соответственно, все петли, засовы и крепления на них были несколько менее надёжными, нежели у главного входа в Столицу королевства. Толстое дубовое препятствие, обитое пластинами металла в самых уязвимых местах, сквозь которое не удалось бы просто так пробраться, в отличие от запасных выходов их города, где невозможно было применить так много защитных возможностей, что приводило к ослаблению общей обороноспособности данного сектора стен.

Обороняющие свои позиции изо всех сил, ополченцы противостояли сейчас всего лишь одной «черепахе» из, приблизительно, двухсот тяжело вооружённых бойцов, их отряд был значительно больше обычного, которые прямо сейчас уже штурмовали северный сектор, тогда как здесь им приходилось самолично заключить в построении и несколько лестниц, и вместе с ними штурмовой таран, который являлся основной причиной того, почему этот отряд двигался очень медленно, по дуге огибая стену, выходя на позиции штурма её западной части.

Был вариант пройти вплотную к самой стене, вжавшись в неё, словно в шаге от тебя располагается край бездонной пропасти, но такой ненадёжный вариант не привлёк командующего отрядом, ибо их приказ состоял в том, чтобы отвлечь на себя внимание, а уже второстепенной целью стоял захват этих самых ворот.

— НА ШТУРМ!! — вскинув щиты, что уже получили не одну щедрую порцию стрел от оборонительной линии, солдаты лаксосии рисковали уже повторить судьбу своих товарищей, оказавшись в яме с дерьмом, но по причине того, что количество их было крайне мало, по сравнению с той же тысячью воинов, первые ряды черепахи не провалились в ловушку сию же секунду, так как их веса оказалось недостаточно, дабы проломить старые доски.

— НАЗАД!! ЛОВУШКА!! — вовремя отданный сигнал, а также расторопность каждого из отряда, помогли черепахе вовремя отступить на прежнюю позицию, прямо перед тем, как под их ногами обнаружился участок ужасных окопных сооружений. Перепуганные солдаты тут же заняли глухую оборону под стеной, не смея сделать дальше ни шагу, до того, как не поступят прямые приказы, тогда как на стене ополченцы вынуждены были лишь сухо ругаться, что тяжёлые земельные труды пропали за зря, а ловушка была без результативно обнаружена.

— Внимание! Они тут повсюду, так что идём через траншею! Осторожно вперёд! — надрывный голос командира пробудил полностью поглощённые спазмами, тела воинов, что с опаской, но всё же сделали первые шаги вниз по скользким скатам траншей, стрелы всё не переставали сыпаться им на головы, и по внезапному крику, вдруг стало ясно, что в один из малюсеньких зазоров на теле черепахи всё же посчастливилось проникнуть одной стреле, а крик несчастного, щит которого мигом задрожал на общем фоне, свидетельствовал о том, что наконечник угодил прямо в руку, а, следовательно, яд тут же начал своё отвратительное действие.

Сумев преодолеть смертоносные ямы, отряд наконец — таки смог приблизиться вплотную к воротам, что уже манили их не слабее, нежели вода в стеклянном кувшине во время жаркого летнего дня, нужно было лишь захватить этот самый кувшин, и тогда их жажда утолится с каждым последующим глотком вражеской крови.

В тот момент, когда в тебя, казалось бы, ни с того ни с сего начинают лететь стрелы, ты тут же активируешь инстинкт самосохранения, и просыпается желание убить того, кто посягает на твою жизнь, плевать, что ты первым пришёл завоёвывать эту страну, плевать, что пролил их кровь первым, сейчас для лаксоских воинов плохими являлись как раз — таки колхидские защитники, ярость которых была ощутима без лишних слов.

Тяжеленный кусок дерева, наконечник которого представлял собой большую и острую металлическую насадку, с множеством небольших ответвлений — рукояток по всей длине его рёбер, покинул стройные защитные ряды одновременно с рассыпавшимися по периметру воинами, что действовали очень слаженно, выставляя сразу четыре лестницы на опоры стены, а тугие канаты тут же натянулись самыми сильными и выносливыми из отряда, тут же открывая безопасную дорогу прямо наверх для своих боевых товарищей, которые необычайно быстро начали своё стремительное восхождение, словно взлетая вверх по ступеням, при этом также не забывая держать щиты прямо перед собой, а также морально готовить себя к тому, что вот уже через несколько секунд им придётся пройти по лезвию ножа.

Роль самых сильных бойцов также состояла в том, чтобы прибегнуть к использованию тарана, самого важного пункта при штурме городов и крепостей. Различные вариации этого, достаточно древнего изобретения предоставляли возможность разрушить практически любые препятствия, и, в зависимости от размеров врат, необходимо было подбирать свой таран, чтобы не усложнять и без того затруднительный процесс его использования своим же солдатам. В данный момент таран лаксосцев не имел никакой передвижной части, или же станины, лишь ручки предназначены были для разгона и удержания, чего, судя по размерам являющихся целью, дубовых ворот, было вполне достаточно.

Отточенные тренировками движения бойцов были готовы свершиться, когда же сам командир примкнул к числу тех, кому предстояло толкать на ворота эту здоровенную штуку, раздался первый приказ.

— ииИИ….ТАРАНЬ!

БАХ! — глухой звук удара по воротам ознаменовал первый шаг к захвату этого сектора, ворота содрогнулись под первым, но отнюдь не самым мощным ударом, что служил лишь «пристреливающим», призванным найти то самое место, куда и будут наноситься все последующие удары.

При использовании тарана, главным было нанесение как раз — таки всех ударов точно в одно и то же место, дабы заставить врата пасть, необходимо было расколоть их постоянным ударным давлением по одной точке, если же бить по нескольким точкам сразу, процесс разрушения затягивался бы по экспоненте.

— ТАРАНЬ!!…ТАРАНЬ!!… ТАРАНЬ!!!

Скрип и скрежет засовов то и дело слышался со стороны расположения врат, дребезг и ударные волны распространялись от того места, куда прилетал уже немного погнувшийся, и покрытый мелкими вмятинами, металлический наконечник, а толкающие тяжелейшее устройство, бойцы, уже покрылись испариной, но вынужденно продолжая находиться в броне, не прекратили истязать себя ни на секунду, нельзя было сбивать только набранный темп, если хотя бы один из них сейчас собьётся с общего ритма, его не будет ждать ничего хорошего, в лучшем случае последует удар рукояткой стоящего позади соседа, а в худшем с ритма собьются и все остальные, что сильно затянет процесс, и существенно сократит время, отпущенное на миссию, к тому же, со стен уже раздавались звуки ожесточённой борьбы, а одна из лестниц только что с грохотом приземлилась всего лишь в метре от тыльного таранщика, заставив сердце последнего уйти в пятки.

Разъярённые колхидские воины пока ещё не давали преодолеть хотя бы бойницы западного сектора, и нескольким отчаянным лучникам, что решили остаться на стенах и рискнуть своими жизнями в ближнем бою, посчастливилось подстрелить удерживающих лестницы воинов, после чего бойцы Колхиды смогли разом опрокинуть одну из лестниц, воспользовавшись удачным моментом, из — за чего несколько человек, всё ещё стремящихся взобраться по ней, были отправлены к земле на огромной скорости.

Бах! — тяжёлая конструкция рухнула сверху, придавив, или же вовсе лишив конечностей некоторых несчастных, что вынуждены были прочувствовать всю смачность и вкус боли, распространяющейся по полу — парализованным телам, которые беспомощно трепыхались под тяжёлой лестницей, товарищи были слишком отвлечены сражением, а малочисленные лучники со стен не могли оборвать их страдания, так что каждому выжившему после такого падения приходилось рассчитывать только на свою удачу, и либо претвориться мёртвым, либо приложить все возможные усилия, и выбравшись, стараться отползти в безопасное место…

Кракхт! — длинная трещина прошла от небольшой вмятины на воротах, когда таран в очередной раз был всажен на глубину около одного — двух сантиметров. Воинам уже приходилось с силой вынимать свой инструмент штурма из плотного древесного слоя, который уже трещал под их потугами, предавая уверенности в скорой победе.

— «Почти сломали…» — подумалось одному из них, когда таран уже потерял большую часть своей эффективности, по большей части, из — за усталости использующих его воинов. Трещины на воротах были уже достаточно глубоки, чтобы проигнорировать всё ещё надёжно удерживающие врата, тяжёлые металлические петли.

— ЛЕЙТЕ СМОЛУ! ПОДЖИГАЙ!

Глава 41 / Своя территория

Глава 41.

После озвученного приказа, таран был грубо брошен на землю, что уже покрылась мелкими щепками, а также пропиталась потом бойцов, которые извлекли из своих набедренных бурдюков горючую смесь, что тут же стала стремительно распространяться по образовавшимся в воротах трещинам. Именно, не будь этих самых пробоин, слишком плотный материал врат не позволил бы огню протиснуться дальше, и в результате бы опалились лишь внешние слои, тогда как сами ворота бы не понесли почти никакого ущерба, но в данном случае, распространившееся пламя мигом захватило всё ближайшее пространство, а создавшийся в отверстиях трещин мелкий сквозняк заставил пламя само — собой проникнуть вглубь древесной породы, от которой уже вовсю валил дым, заставив всех поблизости лаксоских солдат отступить в сторону, и прикрыть покрасневшие от исходящего жара, лица, рукавами спасительной одежды, а густые клубы чёрного — чёрного дыма стали подниматься высоко в небо, создавая существенное отличие в сравнении с искусственными обманными кострами колхидцев.

Командир штурмового отряда с радостью наблюдал, как горят вражеские ворота, сильнейший треск и снопы стреляющих искр были для него слаще любой музыки, он предвкушал, как по другую их сторону уже в панике разбегается войско противника, и даже кидая взгляд на стену, становилось понятно, что защитников начинают медленно, но верно сбрасывать с занятых ими позиций.

По началу командующий переживал, что ему в поддержку не выделили хотя бы небольшой отряд лучников, чтобы прикрыть его наступление, но теперь он расслабился, осознав, что его люди справились с задачей без дополнительной помощи, всего — лишь одним отрядом взять целый город! Да тут попахивало не хилым вознаграждением, и несколькими годами отпуска, если же и вовсе не воспроизведением в народные герои. Не было ни малейшей мысли о провале в голове командующего до тех пор, пока не прогорела основная часть врат. Обугленные своды того, что осталось от деревянной арки проёма в каменной стене, затрещали, словно с той стороны на них разом навалилось полчище беснующихся лошадей, да так, что чувство тревоги неумолимо захватило каждого, кто стоял близко к недавнему месту пожарища.

— ЖИВО ПОСТРОИТСЯ! — как бы там ни было, командующий не потерял равновесия, и поняв, что за победу ещё придётся порвать не один десяток вражеских глоток, приказал уже также расслабившимся подчинённым вернуть боевое построение.

КРРРРРРРРКХХХХ — внезапный грохот ознаменовал крушение западных ворот, но отнюдь не в сторону города, а по направлению к строю захватчиков, что уже приготовились встретить в туче резко поднявшейся пыли бегущее в контратаку колхидское войско, но…

— Что за… — пред лицом всех присутствующих не было ничего, кроме огромной горы острых камней, коими был полностью завален проход в город. Размером с человека, и шириной в несколько обхватов, эти дичайшие булыжники теперь перекрывали друг — друга, создавая впечатление, что они только и ждали, когда удерживающую их преграду, в виде деревянных ворот, уничтожат лаксоские штурмовики.

Командующему ничего не оставалось, кроме как смачно выругаться на бойца, которого пришлось срочно послать с докладом в штаб, о том, что западные ворота в столицу были заблокированы камнями изнутри, и что с остальными может быть та же самая история. Также командир велел передать, что их отряду придётся уступить, если враг продолжит сопротивление в этой части стен, и то, что начало происходить по другую их сторону, действительно сулило отряду лаксосцев полное отступление.

Мечники Колхиды без страха бросались на не столь многочисленные войска, что пытались взять штурмом стену. Ополченцев уже полностью отвели на позиции внизу, и теперь они только изредка открывали огонь, чтобы поразить одиночные цели, а самым удивительным было то, что бонус от наличия правителя вторженцев в этом бою не очень — то и помогал, ведь в ближнем бою бойцы лаксосии ощутили, словно на равных бьются с любым из защитников города.

— Что значит они завалили все ворота?! — Мидгард был в некоторой растерянности, так как подобный шаг со стороны противника просто выбил его из колеи на короткое время. Одни заблокированные ворота, означало, что и с остальными было проделано то же самое, ведь план, рождённый в его собственной голове, враг ни в коем случае не мог за ранее предугадать, так что логичнее было с их стороны просто загнать самих себя в ловушку.

Именно, не имея свободного выхода из города, если Колхида потерпит поражение, у солдат не будет возможности пробить оцепление, покинув вместе с жителями пределы захваченного города, ибо этому помешают сделанные ими же, каменные завалы. Такая ситуация могла навести Мидгарда Лаксоского только на одну мысль, Марк был безумцем, что запер своих граждан в городе, скорее всего оставив их на произвол судьбы в случае поражения, ведь сколь бы ни был потайной ход спасения для короля и его свиты широк, всё население не эвакуируешь столь незаметным способом, так что безумие колхидского короля заставило сильно напрячься брови генералов наступления — Хорошо.

Пускай запад отступит, но север должен взять стену во что бы то ни стало, если что, у нас есть резервы, уведомите командиров, что им нельзя задумываться об отступлении, всё идёт по плану, так им и передайте. — Мидгард посоветовался с генералами, прежде чем отдать приказ доносчикам — Так, вы проверили наконец восточный сектор? В каком состоянии находится река? — по очевидным причинам необходимо было позаботиться обо всех секторах защиты города, враг мог допустить фатальную ошибку, и не предусмотреть защиту стены в таком уязвимом месте, но вернувшиеся разведчики опровергли очередную надежду Мидгарда.

— Заблокирован, ваше величество, мы всё тщательно проверили, канал сплошь завален камнями, видимо, они всё предусмотрели. — разведчик, с несколькими свежими перевязками на теле отчитывался вместе с остальными, спустя какое — то время после того, как предыдущие посланники отправились в сторону передовой.

— Вот как значит… — осознав, что быстрая победа не будет даже немного лёгкой, король приготовился осуществить свой план в финальном аккорде, что вот уже прозвучит, когда бесшумный горн протрубит план к новой атаке.

Находившийся в своих покоях, Марк, пребывал в крайне и крайне скверном состоянии, вот уже несколько часов ему приходилось связываться с Нортингом через посыльных, тогда как сам он не мог даже оторваться от пресловутых перин, на которых ему настоятельно предписывалось пребывать, в связи с полученными ранениями.

Переговоры с Маией прошли не самым наилучшим образом, так что нашему герою пришлось срочно возвращаться в Колхиду, чтобы успеть к началу осады. Вновь вскочив на свежих лошадей, Марк отправился в обратный путь, только когда сделал всё, что только мог в переговорах, после чего потратил ещё чуть менее двух суток на пересечение границ Маии, и возвращение в свои родные земли, и того выходило четыре полных дня без нормального сна, исключая тот самый момент, когда нашего героя вырубило прямо в седле, в тот момент он находился на пике возможностей своего организма. Темп у лошади в то время был не слабый, так что естественное падение, после того, как Марк, казалось, всего — лишь закрыл глаза, выдалось очень и очень болезненным.

БДАхттс! — тут же хлынувший адреналин позволил нашему герою вовремя сгруппироваться, но полученный в итоге падения ушиб грудной клетки, сотрясение, а также четыре сломанных ребра не смогли компенсировать его потуги предотвратить серьёзные травмы. По счастью, с ним в тот момент были несколько телохранителей, только при помощи которых, он и смог добраться живым до своего королевства, прежде чем на горизонте Колхиды был замечен враг.

[Внимание! Вы вернулись на свою территорию, бонус от командования войсками составит +10 % к атаке и обороне.]

Глава 42 / Пока держимся!

Глава 42.

Из случившегося на территории Маии, при переговорах Марка с местным королём, становилось понятна одна приятная истина, а именно то, что не Грэкхэм стоял за нападением на королевство нашего героя, но это были все хорошие новости на тот момент, так как выслушав просьбу Марка о предоставлении военной помощи, а также оказания посильного содействия в плане защиты Колхиды от лаксоского войска, Грэкхэм отреагировал достаточно прямолинейно.

— Нет, если ваше королевство получит мою прямую поддержку в этом конфликте, то таким образом мы сами станем врагами сразу нескольким государствам, а такие положения дел в будущем не приведут ни к чему хорошему. — король Маии был настроен поддерживать нейтралитет своего государства по отношению к другим насколько долго, как это было вообще возможно, а теперь же к нему приходит наш герой, и просит открыто вмешаться в общий конфликт.

— Я прошу вас обеспечить защиту моих металлических шахт на наших общих границах, а также оказать поддержку резервными силами на поле боя, взамен предлагаю разделить контребуции. — в случае поддержки со стороны сильного военного оппонента, такого, как Маия, победа Колхиде могла быть практически полностью гарантирована, но это только в глазах Марка всё было столь радужно, ведь он полагал, что наложив, в случае победы, на проигравшую сторону финансовые сделки, выгодные только его стороне, а затем поделившись большей их частью с Грэкхэмом, это заставит последнего заинтересоваться, и маиский король предоставит достаточное количество войск для защиты Столицы. Сам Грэкхэм на секунду замолчал, словно обдумывая предложение в своей голове.

— «Да, высасывать все соки из поверженного государства было бы логичным поступком, учитывая теперешнее состояние Лаксосии, стоит предполагать, что сейчас там некоторый экономический упадок, плюс армия, которая вряд ли целиком и полностью захочет подчиняться новому правительству, а значит придётся и с ними что — то делать. Остаётся рассчитывать на остатки их казны, а также земельные ресурсы, коих должно быть значительное количество, судя по тому, что у Мидгарда есть ещё один город, помимо столицы, но это опять же сомнительные перспективы, тем более, что после разделения, всё это вызовет больше хлопот, нежели пользы.» — Грэкхэм Маийский сам того не осознавая начал погружаться в идею помощи Марку, и уже занялся прикидыванием итоговых выгод, что получит его сторона, в случае победы. — Нет. Я не согласен открыто вступить в конфликт, моя страна не готова к противостоянию сразу с несколькими королевствами, даже в союзе с вашим, король Марк… — только было наш герой собирался в недоумении возразить, как намекающий на завершение переговоров, тон Грэкхэма, внезапно дал надежду на возможное разрешение ситуации — …Условия очень неплохие, но… на их основе я могу предложить лишь защиту ваших металлических шахт. — те находились достаточно близко к границам Маии, так что защитить их гарнизонами было не так уж и сложно, с другой стороны это было весомой помощью Марку, за что стоило заполучить значительную выгоду, если Колхиде посчастливится пережить этот кризис, максимальная выгода с минимальными рисками, такая сделка была вполне по душе Грэкхэму.

— Нет, если только на шахты нападут, то в таком случае можете рассчитывать на долю от контребуций, если же потери с вашей стороны не последуют, и враг вовсе не пойдёт в сторону металлических шахт, я не буду ничего вам компенсировать, надеюсь, вы сочтёте такое предложение разумным. — Марк не был готов платить ни за что, если «помощь» Маии окажется бесполезной, они не получат ничего из того, что Колхида заработает потом и кровью, на самом же деле такой ответ заставил Грэкхэма подозрительно улыбнуться, когда он был готов сделать собственное заявление.

— В таком случае, прошу вас покинуть мой дворец, либо принять мои следующие условия… — король Маии заметил, после всех этих разговоров, насколько плачевна ситуация для Колхиды, своих воинов он не желал посылать на заведомую гибель, тем более, что на территории другой страны, но помня уговор между ним, и королём Колхиды, а также слова Марка о том, что у всего есть своя цена, Грэкхэм рискнул выдвинуть свои условия, которые, по его мнению, стоили подобных решительных действий.

— …ЧТО!? — Марк не мог не прийти в бешенство, выслушивая требования собеседника, но внешне ему пришлось во множество раз подавить свои эмоции, что захлестнули его голову столь стремительно, но всё же при этом возглас вышел достаточно громкий. На лице же Грэкхэма читалась полная невозмутимость, он, в целом, понимал, почему Марк так отреагировал на его слова, так что не счёл нужным упрекать его в неподобающем поведении, тогда как наш герой горел желанием разодрать наглую рожу Маийского правителя.

— «Нет, я никак не могу такого принять, но Колхида…» — досада на лице нашего героя была смешана с резкими противоречиями, подчёркивая всё это явным желанием отказаться, и скорее положиться на свои собственные усилия, нежели пойти на столь невыгодные условия.

— Ваше величество, пойдёмте отсюда… — достаточно тихо, и одновременно с этим сдержанно произнёс Герцог Мадеус, так как полностью разделял состояние Марка, все в тронном зале сейчас обратили своё внимание к нашему герою, в полной тишине ожидая от того последнего ответного слова.

***

В постели ты чувствовал себя беспомощным и одиноким, особенно когда подкрадывалось это непознанное странное чувство полной защищённости, тогда как через несколько сотен метров от тебя шёл ожесточённый кровопролитный бой, сведения о котором тебе приходили только лишь посредством гонцов — военных, что направлялись во дворец каждые несколько минут, таким образом осуществляя связь между Нортингом и нашим героем, который в очередной раз, дотошно приказывал одному за другим своим слугам пробовать лекарства и супы, что ему периодически предлагали лекари.

Приготовить пищу самостоятельно Марк был точно не в состоянии, так что ему приходилось эксплуатировать жизни тех, кто был под рукой, кстати сказать, одному из них, после приёма некоторых лекарственных настоек стало не по себе, и это стало достаточной причиной для полной перепроверки всего предложенного, а также заключением в темницу изготовившего подозрительное снадобье, лекаря, так, на всякий случай, пока шли боевые действия нельзя было вести какие — либо расследования, как это положено, а уж тем более избавляться от и так не многочисленных людей, так или иначе знающих медицину.

— Ваше величество, западные ворота пали, завал сработал, и вражеский отряд отступил. Потери с нашей стороны составили около полу сотни человек.

— Ладно… а как там обстановка с основными силами? — северные ворота хоть и тоже были заблокированы, штурм через лестницы нельзя было предотвратить тем же методом, тем более что тысяча штурмовиков могла свободно преодолеть защитный рубеж, не оказывай колхидцы должного сопротивления, находясь при этом под компенсирующим бонусом Марка, и городских стен.

— Тяжело, ваше величество, но мы держимся. — с запинкой произнёс докладчик, при этом отведя взгляд в сторону от правителя.

— Какие у нас потери ты мне скажи! — уж чего Марк не любил, дак это расплывчатых объяснений в столь критичный момент, к чёрту весь этот героизм, ему нужны были точные данные для системы!

Глава 43/ Штурм

Глава 43. ШТУРМ.

[Внимание! В связи с новыми данными обновлён счётчик потерь с вашей стороны!

Количество армии — 928 человек(а) (641 воинов; 287 лучников)

Потери составили: 59, 80, 13…… убитыми и тяжело ранеными……

Желаете увидеть примерные данные с датчика потерь со стороны вашего противника?]

— «Конечно!» — Марк был уже весь на нервах, резкий всплеск боли в свежих ранах, да ещё и к тому же столь неприятные сведения о стремительно тающей армии не способствовали атмосфере умиротворённости, но недавно взятый под стражу знахарь немного облегчил жажду крови нашего героя.

[Сводка:

Около 80 воинов пало под западной стеной;

Около 100 воинов пали под северной стеной;

Текущая ситуация не позволяет определить чёткую цифру потерь, так как сильна активность коэффициента смертности в зоне северного отрезка территорий…]

Просто замечательно… враг терял немного больше из — за преимущества стен, что с одной стороны осложняли подходы к городу, а с другой мешали лучникам как следует проредить число наступающих, ближний бой был страшен своим постоянным риском расстаться с жизнью, что от рук врага, что от случайных действий своих товарищей, ополченцев заведомо держали подальше от битвы после того, как они выполнили свою роль, именно по этой причине, их малое мастерство, а также в целом слабая выдержка могла сыграть на руку врагу, ведь дрогнувшая рука посылала стрелы и во врага, и в союзника, сражающихся в ближнем бою с равной долей вероятности, и именно поэтому, как только воины переняли на себя лаксоских штурмовиков в северном секторе, командующие отрядами ополченцев были перераспределены на другие участки стен, как ресурс, они не могли позволить себе прохлаждаться. Отступающие в крайней спешке, крестьяне оставляли за своими спинами битву, в которой не было шанса выжить даже самым опытным воинам.

По каким — то причинам у северных ворот был замечен всего один небольшой отряд вражеских лучников, что, находясь под прикрытием щитов товарищей, вёл интенсивный огонь подожжёнными стрелами, которые перелетев стену, плавно проскользив над макушками шлемов своих и чужих, врезались в стены домов и покрытие мощёных улочек, обжигая пятки ополченцам, что тут же затрубили тревогу, оповещая жителей ближайших домов о воздушной атаке, после чего те немногочисленные, отважившиеся выйти наружу и погасить пламя, граждане, с опаской пережидали опасный момент, покуда злосчастный ветер не сменится, и вражеские стрелы не перекочуют своим назначением в другую область, после чего незамедлительно хватали плотные тряпки, обращая все свои силы на ликвидацию разгорающегося пламени, тогда как случайные попадания и обрушения шатких деревянных конструкций вызывали первые массовые потери среди мирного населения, и первые трупы застелили улицы уже покрытого лёгкими струями смога, города.

Шум кровопролитной битвы, под отзвуки бьющейся о камень стали постепенно сходили на нет, по мере приближения к южному сектору столичной стены, здесь ополчению пришлось пойти на всё, лишь бы справиться с ужасающим чувством собственной беспомощности. Не видя врага в лицо, под приказом удерживать свою позицию, многие из них попросту радовались резко возросшими шансами на выживание, тогда как остальные вынуждены были лишь смотреть далеко вперёд, изредка обращая свой слух к доходящим до них словесным сообщениям, которые давали им хоть какую — то информацию о происходящем позади.

Прямо сейчас, когда от нетерпения и скуки каждый из тыловых ополченцев переваливался с ноги на ногу, совсем неподалёку гибли их соотечественники, и, возможно, не будь этой голосовой нити, что информировала весь периметр города о происходящем, они бы не чувствовали себя сейчас настолько скверно, ибо не каждый мог спокойно наступить на горло собственной совести, некоторые жаждали сражаться, но не могли.

Вдруг в один момент всё относительное спокойствие ополченцев было развеяно, с тыла к ним прибыли отряды, отступившие из самого пекла. Волосы их были взъерошены, словно те бежали от старухи с косой, сорвав с головы защитные шлемы, пот и грязь стекали по их коже, при этом выражая на лице полную дикость, будь — то бы ожидали нападения в любой момент, готовясь отреагировать на любые подозрительные телодвижения, их инстинкт выживания пробудился и работал на полную, заставив тех, кто ещё даже не видел той битвы, погрузиться в немое любопытство, пристально разглядывая пришельцев, словно те были гостями из другого мира, совершенно иные люди сейчас занимали позиции с ними бок о бок, тогда как командиры обеих частей ополчения быстро пересеклись между собой, предварительно дав команду двум отрядам совместно занять оборону на гребне южного сектора.

— Что там у вас творится? — без лишних церемоний поинтересовался изначальный командир отряда южной стены.

— Полный кошмар, наших теснят, много убитых и раненых. — кратко, но весьма тяжело и доходчиво отчитался прибывший из пекла командир, тем самым обрубив все вопросы, что было хотел задать охваченный любопытством, товарищ.

— Становитесь ребята… проверьте снаряжение, если чего потеряли, или стрелы закончились, возьмите у этих… — ситуация на грани смерти почти волшебным образом сблизила командующего ополчением северной стены со своими людьми, что реагировали на слова старшего совершенно без лишних телодвижений, действуя чётко и размеренно согласно его указаниям, которые тот отдавал, обходя ряды мужиков и молодых людей, что уже прошли через определённый урок в своей жизни, и теперь большее количество времени пребывали в полнейшем молчании, лишь коротко отвечая «зелёным», как и что с ними происходило там, на передовой.

— Давай сюда охапку. — не зацикливаясь на излишней вежливости, мужчина с северного сектора «позаимствовал» практически половину запасов стрел ближайшего ополченца, что не успел ничего возразить, как уже его ноша на бедре стала ощутимо легче, а вот лицо скривилось от досады, желая проучить наглеца, что, по всей видимости, слишком много о себе возомнил.

— Не трожь его. — другой «северянин» поспешил охладить пыл разгневанного парня, кивнув в сторону его обидчика — Видишь ожоги на его руках? Он горящие стрелы из раненых вынимал, возможно, что твою семью в городе только что спас.

— ВНИМАНИЕ!!! — внезапный крик всполошил разом всех зелёных, заставив тех крутить головами во все стороны, словно какие — то цыплята, тогда как все остальные лишь прислушались к голосу, поняв, что это сигналил командир северных, что был куда внимательнее, при подъёме на ранее «мирную» стену, где каждый уже подсознательно чувствовал себя в безопасности — ВРАГИ НА ДВА ЧАСА!!! — в одно мгновение рухнула вся атмосфера спокойствия, и незаметно для всех адреналин захлестал в кровь, что ударила по венам в момент, как сердце пропустило мощный такт.

— ВРАГ НА ПУТИ!!

— ЛАКСОСКИЕ СОЛДАТЫ!!

— ЮЖНАЯ СТЕНА!! ИХ БОЛЬШЕ ТЫСЯЧИ!! — один за другим голоса взволновались на стене, каждый северянин уже отошёл от шока и кричал информацию по цепочке, всё, что было нужно, это направление и число, в дальнейшем их роль возвращалась к обороне, тогда как «зелёные» только отошли от страха, который буквально парализовал их на короткое время, и они в спешке стали повторять за другими простейшие действия по подготовке к стрельбе, лишь мельком глядя на приближающиеся откуда — то издалека отряды Лаксосии.

Паника овладела теми, кто не смог с нею совладать, некоторые северяне также подверглись её влиянию, и, широко раскрытыми глазами наблюдали за тем, как три отряда у небольшого пролеска вдалеке превращаются в страшные пять, а затем и в ужасающие десять уверенно и зло приближающихся пехотинцев и лучников, вырисовывающих цифру в почти две тысячи воинов. Тут уже не выдержало сердце одного из зелёных.

— Бежим! Зовём на помощь! — пытался в страхе оправдаться перед собой и товарищами, молодой крестьянин, бросив на камни приготовленную до этого стрелу.

…Их слишком много, враг обступил нас, ополчение с ними не справится, нам не справиться без помощи регулярных войск…

— Не отступать!! — командир северных обнажил стальной меч, тогда как за его спиной десятки и десятки стушевавшихся ополченцев покидали позиции стены, с каждой секундой их становилось всё меньше, а мигом пролетающее расстояние от стены, до поблёскивающего на их верхушке, острие меча, меркло под неумолимой поступью десятка огроменных человеческих черепах, чей воодушевляющий горн, означающий сигнал к прямому наступлению полностью заложил уши оставшихся на стене, жалких крупиц самоотверженных воинов.

— ДОЛОЖИТЬ ЕГО ВЕЛИЧЕСТВУ! НАМ НУЖНО ПОДКРЕПЛЕНИЕ! МЫ ОТОБЬЁМСЯ!!

Глава 44 / Голод Войны

Глава 44. Голод Войны. (1).

Испытывая нервы и терпения Марка, дрожащий ополченец только оттягивал драгоценное время, мямля что — то неразборчивым языком. Так получилось, то он находился ближе всех ко дворцу нашего героя, чтобы как можно скорее доставить послание, но при этом его осведомлённость общей ситуацией, а также страх перед отсечением головы за принесение столь неприятных сведений, заставляли его тело дрожать от страха перед начинающим терять всякое терпение, королём.

— Если ты сейчас же не скажешь мне, твою мать, что происходит, клянусь, я тебя в порошок сотру. — сквозь сжатые зубы проговорил Марк, чуть поднимаясь с кровати, отчего несколько телохранителей тут же помогли ему подняться, чтобы не перенапрягать его травмы, с нашим героем действительно обращались очень бережно, даже когда Марк заведомо нарушал все запреты лекарей на резкие телодвижения, королю нельзя было мешать делать то, что он хочет, а в данном случае, сорваться на крестьянина, что чуть было не упал лбом сквозь мягкие ковры, взмолившись о помиловании, но, как замечательно, никому не нужные мольбы звучали яснее и громче тех слов, что он обязан был донести, данный факт ввёл Марка в окончательное бешенство, и кивнув стражникам, он приказал им привести докладчика в чувства путём промывки мозгов посредством грубой физической силы.

— ААААА!!! — завопил бедный перепуганный ополченец, думая, что пришёл его конец, когда металлические подошвы трёх телохранителей опускались на его ужаснувшееся лицо, кто — то действительно мог не рассчитать силы в этом замесе, но нашему герою было плевать, он даже, в какой — то степени, наслаждался этим.

— Достаточно! Теперь я слушаю, у тебя последний шанс сказать мне всё как есть, если я не услышу внятного ответа, ты умрёшь на месте. — если не в состоянии доложить один, доложит второй, не было времени более возиться с каждым сопляком, на карту была поставлена судьба государства.

— Я скажу! Скажу! Лаксоские войска подошли к южному сектору, они обогнули стены и зашли с юга, их куда больше тысячи! Ополченцы разбежались, на южных воротах никого не осталось!! — вопил и тараторил одновременно запуганный мужчина, сквозь его сжатые веки проступали тонкие мокрые линии, тогда как он сам продолжал валяться на полу, прикрыв голову трясущимися руками.

[Внимание! Данные обновлены!]

После сию секундного оповещения системы, Марк смог наблюдать сотни красных точек, что были уже практически на подходе к никем не защищённой стене с юга, жалкие единицы оставшихся там сражаться явно заслуживали всяческих похвал со стороны нашего героя, но в реальности их нахождение в том месте ничего не значило, они просто бессильны против тысячного наступления.

— Направить туда всех лучников! — поспешил отдать единственный возможный приказ Марк, находясь в состоянии загнанной в угол крысы, он прекрасно понимал, что все силы ближнего боя сейчас брошены на борьбу у главных ворот, тогда как к южным отойти могли далеко не все.

— Так, и сейчас же послать королевский полк вместе с лучниками к южным вратам, немедленно! — задействовав последние оставшиеся резервы, Марк подтвердил переброску большей части лучников от северных стен, ведь прикрытие дальнего боя было сейчас как — никогда необходимо, ведь судя по системным окнам, с юга подошли также и подразделения дальнего боя, а это значило, что в скором времени, без ответного обстрела со стороны стен, южная часть города полыхнёт, словно сухая куча дров в палящий солнечный день.

— Ваше величество, будет исполнено! — стража оказалась куда расторопнее гонцов, что были наготове передавать приказы нашего героя, двое телохранителей тут же направились к генералу Нортингу, дабы ещё раз прояснить для него всю ситуацию, тогда как остальные либо остались подле короля, либо проследовали к казармам, где в данный момент ожидал приказов тот самый, собранный из самых здоровых и смелых молодых людей Колхиды, военный отряд.

Представители молодого поколения, лучшие из лучших, если можно было так выразится, прошедшие жёсткие и беспощадные тренировки тела и духа, в нетерпении ждали, когда же им отдадут первый боевой приказ. По причине того, что парное разделение сплотило королевский полк, это также привело к резкому разграничению в рядах личного состава, где не было теперь принято общаться в шумных компаниях, или же становиться гордыми одиночками, как это делали бойцы строевых отрядов, где было естественным и просто жизненно необходимым иметь как можно больше друзей, теперь же, это правило в корне изменилось.

Наставники были теми, на кого уже привыкли ровняться младшие, всё, что требовалось для выживания, новички спрашивали у своего учителя, будь он старше или же младше, роль в данном случае играл отнюдь не возраст, а имеющийся опыт, посему тихие разговоры один на один были частыми проявлениями активности в королевском полку.

Рыцарю Филиппу, после случая на границе, удалось избежать неприятностей, связанных с военным положением, ведь как одному из первых, кто зафиксировал приближение вражеского войска, ему предстояли длительные допросы, и хождение по лезвию ножа, в самом серьёзном смысле этого слова, ведь следствием его действий стало полное уничтожение сигнальных вышек на огромной площади территорий, и если тревога, не приведи система, оказалась бы ложной, простым «выговором с занесением в личное дело» Филипп точно бы не отделался.

После того, как большую часть всех пограничных патрулей расформировали в строевые ряды, в связи с надвигающейся военной угрозой, рыцарь также стал одним из тех, кому предстояло отстоять город. После стечения некоторых обстоятельств, Филипп изъявил желание попасть в королевский полк, дабы стать наставником новичков, это могло приблизить рыцаря к его цели, ведь приставка «Королевский» не могла просто появиться из ниоткуда, всё, что имело столь громкие названия, так или иначе было связано, и находилось под повышенным вниманием короля, а этого — то Филипп и намеревался добиться…

— Ещё немного, и мы можем понадобиться. — сделал вывод один из расположившихся в казарме «старичков», которым и являлся Рыцарь Филипп, тем самым побуждая немного расслабившегося от томительного ожидания, новичка, собираться с духом, ибо уже довольно много времени прошло с начала битвы, а при таком нелицеприятном раскладе сил, Колхида должна была уже понести значительные потери.

— Да. — коротко ответил Мирмир, в который раз проверив наличие клинка в личных ножнах, что не давал ему покоя с момента выдачи, этот паренёк настолько сильно привязался к своему оружию, что буквально не сводил с него глаз, и даже спал с ним, что делали отнюдь не многие, особенно во время тренировок.

— Не боишься? — проявив небольшое любопытство к душевному состоянию напарника, Филипп был немного заинтересован проявлениями характера этого паренька, который был отличен от остальных сверстников, может, именно поэтому, Филипп тогда взял его под своё начало?

— Вы ведь не боитесь, сэр Филипп, значит и мне не стоит, толку то. — всё также не отрываясь от своего клинка, что уже был в который раз извлечён из ножен, и проверен на наличие зазубрин на острие, коих было полным полно при первой выдаче, парнишка всё же заметил в итоге то, что не давало ему покоя, и направился сквозь ряды развалившихся на деревянных кроватях, товарищей, которые точно также распределились по парам, и без резких движений занимались своими делами, словно снаружи и не происходило ничего серьёзного, просто очередной день, с полным отсутствием физических тренировок, но так было только для тех, кто был новичком в отряде.

Звук работающего от ножной педали, точильного камня, сочетался с довольной улыбкой на лице Мирмира, что тщательно избавлялся от любых дефектов на своём любимце, дотошно доводя его до состояния идеала, пока в один миг в двери казарм с грохотом не ворвался взвинченный воин в полном обмундировании лучника, но при этом имеющий на грудной части брони символ колхидского воинства, что говорило о его причастности к эшелону командования, сам же внешний вид бойца говорил о том, что совсем недавно он побывал на передовой, широко распахнутые глаза, взвинченное поведение, чуть опалённые брови, а также тяжёлое дыхание говорило о великой срочности его прибытия с чем — то очень и очень важным, отчего все казармы на секунду затихли, обратив всё внимание на пришельца, который незамедлительно заорал, размахивая при этом рукой, для большего убеждения.

— Королевский отряд поступает под моё командование, приказ его величества объединиться нашим отрядам, и защитить южный сектор! ВСЕМ ЖИВО НА ВЫХОД!!!

Коротко и ясно объявив об окончании бытия последнего мирного островка в этом городе, солдаты, словно ошпаренные кипятком, подорвались со своих мест, и следом за наставниками, в оперативном режиме перешли под начало мужчины в униформе командира лучников, на самом деле, у королевского полка был свой командир, но в данной ситуации он вынужден был подчиниться, не утратив своих привилегий, он также перешёл под начало другого командира.

Поделиться Сохранить в закладках

1 просмотр

Бетта-ридеры

вчера в 12:58

Редактировать

Глава 45 / Голод Войны. (2)

Глава 45. Голод Войны. (2).

— Ах вы сосунки! А ну живо назад! На позиции вашу мать!! ЗАЩИЩАЙТЕ ГОРОД!!! — заведомо бессмысленные крики командира ополчения поступали в адрес бегущих прочь, уже бывших подчинённых. Кто с оружием, кто без, один за другим люди следовали стадному инстинкту и распространяющемуся страху среди них. Имей ополчение на южных стенах хоть какую — то поддержку из числа опытных воинов, что также, в случае чего, могли и выступить заградотрядом их бегству, возможно, все до единого остались бы на позициях, продолжив сражаться с приближающимся на линию обстрела, врагом, но к огромному сожалению, все опытные боевые единицы на тот момент жертвовали свои жизни совсем в другом месте.

— Обходите траншеи! Они здесь тоже должны быть!! — уже наученные «успехами» товарищей, о которых они узнали, после объединения с западным, и частью северного отряда, южные силы лаксосцев без особых проблем смогли преодолеть траншеи, что получились не такими глубокими, ввиду особенностей породы в этом районе, так что ни одного лаксоского солдата не остановили измазанные в дерьме ботинки, а лишь раззадорили их гнев, который изливался из глаз и гогочущих ртов, наблюдая за тем, как по мере приближения к вратам, с их вершин спешно отступали оборонительные силы. Ничто так не воодушевляет к атаке, как показавший свой страх, противник.

— Поднять щиты!! — немного радостным голосом провозгласил команду впереди идущий отряд, соблюдая предосторожность исключительно по привычке заученности, в ином же случае, почти никто не задумался бы о необходимости защиты ведь казалось, стена перед ними почти полностью опустела, наступающие знали схему обманного манёвра, задуманного их командованием поэтому они логично предположили, что застали этот рубеж обороны врасплох.

Но не всё было так, на самом же деле в бойницах южной стены всё ещё оставалась горстка безумцев, чьи коленки, по понятным причинам, тряслись, но не желали поворачивать следом за отступающими. Эти, от силы десять человек, во главе с командиром, сейчас балансировали на грани паники и страха, перед тем, что их обнаружат, и сразу же откроют огонь, а также сильным чувством внутреннего долга, что не давал им оставить это участок на произвол судьбы. Вжавшись в каменные стены, слившись со своим оружием воедино, скрепив эту новую связь ручьями выступающего пота, дрожащий взгляд командира переместился, окинув позиции вражеских сил, что уже несколько секунд, как находились в зоне досягаемости их стрел.

— Ну что… ребята… нам ли тут помирать…или же им? — оглядев рядом находившихся подчинённых, командир уже извлекал из своего колчана сразу две стрелы, зажимая одну между зубов, а другую накладывая на уже натянутую тетиву, давая остальным понять, что пришло время атаковать.

— Они там?…Б — близко?? — невольно заикаясь, уточнил совсем ещё молодой парень, из которых и состоял этот небольшой отряд, так как все «взрослые» устремились в бегство, возможно, ради самих себя, своей семьи, или же по другим причинам, на стене осталось всего несколько молодых ребят, во главе с отчаянным командиром.

— Другого шанса не будет, я атакую, вы можете сидеть тихо, но тогда просто упустите шанс, нас не убьют в момент атаки, пока их лучники не знают нашей позиции. — красноречиво намекнув, что готов геройствовать и в одиночку, командир объяснил это каждому из присутствующих, самый смелый и инициативный из которых уже незаметно подглядел позиции вражеских лучников внизу, заметив, что те слабо защищены, для готовности вести огонь по врагу, которого не было в пределах открытой видимости, и всё же, несмотря на это, лаксосцы были готовы к сопротивлению.

— Ну ладно. — наблюдая нерасторопность и нерешительность в глазах подчинённых, лидер не мог их за это винить, скорее он был им даже очень благодарен, теперь он умрёт не в одиночестве, а если кто — то из них выживет, его смерть восславят, как героическую, а чего ещё желать простому командиру никому не нужного ополчения?

Свист!… Свист! — без лишних слов командующий изящно вынырнул из — за стены, на которую только — что опиралась его пропотевшая спина, а затем глубоко вдохнув, прицелился, и выпустил по идущим внизу противникам две имеющихся стрелы, что направились почти вертикально вниз, забрали совершенно небольшой угол, и врезались рядом с расщелиной между щитов передней черепахи. Промах командира был очевиден, и досада нахлынула резким потоком на мужчину, когда он увидел, как в него уже направили свои стрелы десятки, и даже сотни лучников снизу, видимо, у врага сработал инстинкт, и каждый постарался выстрелить по новоявленной цели, тем более, что та была всего одна, и от этого желание повергнуть командующего многократно повышалось, подкрепляемое уверенностью в победе. Но не тут — то было!

Свист!

КхАААааахрхрхр — как только лучники отвлеклись на фигуру командира, тот самый боец, что задумал также участвовать в обороне, пустил меткую стрелу прямо в горло ближайшему из отряда лучников, при этом его тетива отпружинила так плавно, а стрела полетела, словно слившись с ветром воедино, проникнув сквозь артерии, и выйдя окровавленным наконечником с другой стороны, уронив на землю уже захлёбывающегося противника, что тут же был подхвачен на руки своими товарищами, которые невероятно озлобились, и даже рядовые лучники скомандовали всему своему отряду открыть немедленный огонь.

Сотни стрел полетели в сторону всего лишь двух маленьких целей, которые тут же поспешили укрыться за камнями, но в то время, как командир залёг на дно в буквальном смысле слова, попавший по цели боец, словно заворожённый, тянулся краем глаза, дабы наблюдать за поражённой им целью, за что и получил сразу две стрелы в левый бок, распрощавшись с лёгким, которое разорвалось от попадания в него двух металлических объектов, а сам лучник стал неизбежно закашливаться кровью, в итоге неудачно задохнувшись всего через пару секунд.

За всем этим наблюдали остальные ребята из ополчения, что всё ещё боялись высунуть нос из — за укрытий, но переведя взгляд на командира, что без колебаний стал менять позицию, передвигаясь гуськом вдоль бойниц подальше от них, а затем снова высунулся и пустил стрелу во врага, не было видно, попал он, или же нет, но по сменившимся крикам противников, видимо, всё же куда — то попал, и как раз — таки это дало толчок остальным, пример действительно не сдающегося командира вселил в них понимание того, что они могут ещё как — то влиять на ход событий! Они не беспомощны, а МОГУТ дать отпор. Один за другим, один за другим он высунули свои тела в различных частях стены, стараясь игнорировать уже приближающиеся к ним лестницы, он выжали из себя краткий крик, спуская тетиву, кто в землю, кто в щиты, а кто и в глазное яблоко разгневанных захватчиков.

В первые же секунды жертвами героизма пала половина из них, град стрел со стороны врага нельзя было недооценивать, он был неудержим, раненых подобрать было некому, и вот уже трое остаются в строю, тогда как только один из них, командир, извлекает ценное домашнее вино, хранившееся до этого в маленькой фляге из животного пузыря, и приложившись разок в укрытии, начинает ломать стрелы одну за другой, превращая их в пучок единого оружия ближнего боя, что встретился с лицом первого штурмовика, который появился следом за своим щитом в ближайшей бойнице. Окинув взглядом южный сектор, командующий мог наблюдать только еле живые полу — трупы своих подчинённых, последнего из которых зарезал клинок уже занявшего стену, бойца Лаксосии.

— СУКА!! — в гневе выбросив своё самодельное оружие, командующий извлёк последнюю целую стрелу, и на одних рефлексах, даже не целясь, направил свой стремительный гнев вместе с отпущенной тетивой, что толкнула стрелу прямо в левую часть груди того воина, пробив стяжку брони, и вонзившись в сосуды сердца. С глухим хрипом, враг упал на землю по внутреннюю сторону стены южного сектора, которую уже стремительно заполняли железные орды.

Глава 46. Голод Войны (3) / Стань палачом

Глава 46. Голод Войны (3) / Стань палачом.

Понадобилось всего несколько минут, и несколько массовых залпов от, практически, пятисот вооружённых лучников, дабы южная часть Столицы в пределах этого сектора, была охвачена огнём. Зажжённые стрелы лаксоских лучников сыпались через очищенный оборонительный рубеж, словно пламенный град, покрывающий большую площадь по периметру, впоследствии расходясь ещё дальше в разные стороны, жаркое пламя перебиралось по крышам и карнизам деревянных построек, коих было в городе подавляющее большинство, и не щадя ничего на своём пути, помимо глиняных конструкций, подчиняло себе волю жителей, что вынуждены были поддаться панике, и спешно эвакуироваться из опасной зоны, которую, в свою очередь, уже занимали перебравшиеся через стену, передовые отряды штурмовиков. Использовав всё предоставленное им время, лучники успели учинить пожар в городе, что уже считалось достаточным, дабы уступить дорогу представителям ближнего боя, так как жаркое пламя, и угарный газ, как ничто другое способствовали выкуриванию из укрытий всех, кто так или иначе представлял угрозу для наступления, и, следовательно, без лишних слов, такие подвергались уничтожению.

— Бегите! Бегите быстрее!! — невысокий мужчина в самой простой и невзрачной одежде поторапливал своих домочадцев, чтобы те, как можно скорее покинули горящее здание, пламя с которого уже перекинулось на соседние постройки, начав обрушать вполне себе горючие опоры, так что с каждой секундой пути отступления могли перекрыться упавшими, каким — то чудом, всего лишь в шаге от тебя, горящими балками и элементами кровли, способные запросто причинить раны различной степени тяжести.

— ПАПА! — вскрикнувшая девочка потянулась коротенькой ручкой к мужчине, что в нескольких шагах от нее пытался помочь, еле переставляющей ноги, старушке, в тот самый момент, когда на него сверху устремился огромный глиняный горшок, продавивший своим весом наполовину обгоревшую опору — балкон, обуглившиеся обломки которой также засыпали сверху в миг расплющенную голову мужичка, тогда как старуха просто — напросто получила сильные ожоги, приняв передней частью тела горящие щепки, разум её захлестнуло болевым шоком, и тут же заставив попятиться, натолкнули на полностью охваченную огнём, стену здания, из — за чего одежда бабушки загорелась прямо на теле, почти бесшумно растворив её силуэт в сизом и чёрном дыму разрушающихся построек.

Минуя опаснейшие зоны обвалов, а также слишком задымлённых участков улиц, жители надеялись, что этими самыми путями им удастся избежать страшной смерти в огне, но вместе с тем, как они оставляли позади южный сектор, по их следам также шествовали и подразделения противника, нарочно не приближаясь к, столь щедро указывающим безопасный маршрут, гражданам. Естественно, что захватчики не знали, как пробраться в центральную часть города, минуя зоны пожара, тогда как наивные и перепуганные крестьяне и городские, совершенно бескорыстно послужили им проводниками, проводниками ко дворцу самого короля Колхиды. Шествуя по охваченным почти невидимым дымом, мощёным улицам, раззадоренные бойцы резвились с мечами от души, налево и направо вылавливая нечаянным образом выбегающих к ним навстречу, несчастных, которых ждала лишь одна участь в такой душещипательный момент.

— Нет! НЕТ! НЕ НАДО!! — прыснувшая алая жидкость предоставила достаточно веселья одному из воинов, что своим примером должен был вдохновлять новичков, которые не могли просто так расправиться с невооружённым человеком на ровном месте, война толкала их на это, но пока их внутренние барьеры не будут сломлены ощущением вседозволенности, из них не получится настоящего солдата, которого следовало бы назвать палачом. К мёртвым тут же припали более опытные солдаты, что соображали куда быстрее «зелёных», пользуясь моментом разжиться теми ценностями, которые почти каждый житель успел прихватить с собой при спасении от пожара. Дюди были жадными существами, чаще всего ставя материальные богатства превыше собственной жизни, чем и пользовались в данный момент лаксоские воины, словно стая коршунов налетев на трупы городских жителей, чуть ли не раздевая их догола…

— Чего смотришь?! Либо забирай, либо иди лови следующих, пока отряды наши через стену не перебрались! — с горящими нездоровым светом, покрасневшими глазами, палач, а теперь ещё и мародёр, рявкнул в сторону опешившего новичка, что в страхе и непонимании прожигал вытаращенными глазами группу своих товарищей, которые оставили после себя лежать на земле лишь голые изодранные трупы жителей.

— Зачем… — обронил боец, наблюдая за очередной казнью двух женщин в затуманенном переулке, сменившийся ужасающим гоготом каких — то нечеловечных тварей, набивающих свои карманы различным добром. Вдалеке, под слоем чуть рассеявшегося дыма, мужчине померещился силуэт ребёнка, размытые контуры плачущей маленькой девочки почти сразу же испарились, но этого мгновения ясности оказалось достаточно, чтобы солдат сорвался с места, и побежал в этом направлении.

— Девочка, убегай отсюда…. Девочка! — не составило труда отыскать никуда не убегающий силуэт ребёнка, что постепенно сформировался в тихо плачущее дитя, которое, видимо, в отчаянии сдалось, не зная куда податься после потери взрослых. Ещё не почерневшая душа бойца прониклась подсознательным состраданием к невинному человеку, из — за чего солдат решил уберечь её от неминуемой гибели во время штурма. — Эй… тебе нужно спрятаться на время, пока всё не утихнет, и тебя… гкХАХ!

Внезапно прилетевшая прямо в глаз стрела, разрезала едкий дым, пустив изящные завихрения на долю секунды, тогда как тело лаксоского штурмовика рухнуло замертво, всё с той же протянутой рукой, которой не хватило всего пары сантиметров, чтобы достигнуть плеча рыдающей на земле девочки.

— Занять позиции! Цельсь! — командир колхидского подразделения лучников уже вовсю выстраивал оборону в черте города. Им не удалось поспеть вовремя, так что в данный момент предстояло завязать городские бои насмерть, за право владения южным сектором.

Выходящие на временные позиции лучники уже принялись за дело со всей тщательностью, то и дело на их глаза попадались рассеянные отряды по пять — семь человек, что безостановочно перемещались в погоне за убегающими жителями, на крики которых и ориентировались в дыму наши отряды дальнего боя.

Преимущество высоты было как нельзя кстати, покуда огонь не добрался до колхидцев, они с крыш продолжали уничтожать врагов внизу, и прикрывать наземные силы королевского полка, которые методично зачищали знакомые переулки парами, беря на себя всю вражескую мощь и внимание, тогда как мирные жители могли отдаться скорейшему отступлению в тыл.

— Руби их малой! Руби так, чтоб больше не встали!!! — сражаясь в узком переулке, наставник то и дело сменял своего напарника, что горел яростным желанием прогнать бездушных захватчиков, секунду назад ещё насилующих девушку — подростка, побросав своё оружие в руки самому «праведному» из товарищей, череп которого разлетелся по стенам в первую очередь, от удара ребром щита наставника, с разбега влетевшего в группу врагов.

— АААА СУКИ! СДОХНИТЕ! СДОХНИТЕ!! — повторял молодой, раз за разом вонзая клинок в горло трепыхающегося на земле полу — трупа, глаза которого, казалось, были вот — вот готовы выскочить из орбит. Наставник же, тем временем, быстро подавил излишние эмоции, вернувшись к пострадавшей, начав оказывать ей элементарную помощь, попутно оглядываясь на странным образом затихшие улицы.

Мирмир был достаточно расторопен, дабы не отставать от своего напарника, что нёс на руках маленькую девчушку, подобранную в районе боевых действий. Особый случай позволял идти на экстренные меры, бросив зачистку, двое разыскивали кого угодно, дабы передать им малолетку, а самим поскорее вернуться в строй.

— Возьмите девочку! — пытаясь уже насильно всучить малышку в руки молодой парочке, что в страхе отпрянула от него в сторону, словно от какой — то чумы, заставив даже безразличие Филиппа к остальным людям с досадой сплюнуть, при виде этих сплошь эгоистичных, и заботящихся о других только тогда, когда им это выгодно.

— Стоять мразь! — тут внезапно Мирмир обнажил свой сверкающий клинок, направив его острие, вместе с грозными словами в спину желающему уже скрыться прочь, парню — Ты сука, сейчас же возьмёшь девочку к себе, и отведёшь в безопасное место, или я, мать твою, заставлю тебя бежать на передовую с голой задницей! Я клянусь!! — рыцарь уже вновь собрался удивиться поведению своего напарника, но не успел, ибо из его рук буквально выхватила малышку, испугавшаяся угроз, девушка.

— Пойдём. — поторопила она своего спутника, который всё ещё стоял в ступоре, находясь под пристальным взглядом Мирмира.

Глава 47 / Надеть маски!

Глава 47.

— А ты ничего, мне понравилось, тот салага чуть в штаны не наложил! — искренне смеясь в столь неблагоприятной обстановке, Филипп немного разрядил царившую вокруг атмосферу сильнейшего беспокойства, Мирмир ощутил, как рука наставника одобрительно хлопает его по плечу.

— Ладно вам… что теперь — то? — оборвав необъяснимый задор наставника, парень вернул меч обратно в ножны, оглядевшись вокруг на наличие каких — либо угроз, что странно, в дыму пожарища словно всё стихло, кроме редкого треска пламени, что то и дело выбрасывало, то тут, то там снопы мгновенно тлеющих искр. Врага не было поблизости, по крайней мере сейчас, и беря во внимание неопытность Мирмира, то право продумать дальнейшие действия он целиком и полностью предоставил Рыцарю. Если бы Филипп сказал ему отступать к замку, он бы сию же секунду это и сделал, не подвергая слова напарника сомнениям, Филипп сейчас был немного старше, и куда более опытнее, вследствие чего тот лучше знал, каким образом будет легче всего остаться в живых.

Сам Рыцарь сейчас также обдумывал различные варианты действий, спасение девчушки помогло им беспрепятственно отделиться от основной группы, а теперь же успешно сбросив груз, они с напарником находились в относительном тылу, а значит, могли как отступить, скрывшись в каком — нибудь подвале, не обременённые ничем, кроме как ожиданием исхода всего этого, или же вернуться к своим, в лучшем случае отбив стену, и получив пару лёгких ранений продвинуться по службе, но это мало вероятно при текущем раскладе сил. Как бы не была сильна дисциплина в солдате, когда он оказывается вдали от заварухи, способный уже самостоятельно мыслить и взвешивать то или иное решение, в таком случае, естественно, произойдёт выбор пути наименьшего сопротивления, ведь пока что, этим двоим ещё было что терять, и на тот свет попасть они не стремились, сколь бы не были оправданы риски.

— Уходим. Найдём укрытие и пересидим этот ад, там уже разберёмся, как быть. — рассчитывая на своего напарника, Филипп направился с ним следом за убегающими жителями, если у них получится смешаться с толпой, что было относительно не сложно осуществить в данной неразберихе, дальше уже не возникнет труда отыскать надёжное и безопасное место.

Тем временем, пока силуэты бойцов растворялись в тумане войны, у его источников бушевали крики и звон стальных клинков, что разносились на многие метры вокруг, поглощая слух свидетелей в полной мере, с головой погружая в чувство стремительно проносящейся жизни. В глазах колхидских воинов по — прежнему горела воля к победе, даже беря в расчёт явное превосходство в числе со стороны противника, им удалось нейтрализовать большинство рассеянных групп, превратив те в кровавое месиво, стараниями молодых и горячих сердец новобранцев, что горели праведным гневом, безостановочно преследуя, и не жалея сил на убийство вторженцев. Наставники не могли предотвратить жажду крови своих напарников, ведь она, по большей части, и помогала им сражаться, при этом действительно побеждая, сводя чувство страха к минимуму, гнев был грозным оружием, редко выходящий за рамки требуемого количества, солдаты сами не понимали, как с каждым убийством набирались ценного опыта, прошло всего каких — то несколько минут, а их руки уже были по запястье испачканы в алой крови, марая до этого чистые рукава и одежду.

— Мы заканчиваем! Соберитесь! Срочно!! — командующий больше не мог тянуть, время утекало сквозь пальцы, и каждая секунд была ценна. Они не могли оставлять позади себя отряды врага, пусть даже те и занялись мародёрством, необходимо было от них избавиться, сейчас же его большому отряду, состоящему из трёхсот лучников, а также четырёхсот представителей королевского полка, многие из которых уже растратили половину имеющегося запаса сил, предстояло встретить вражескую орду. По первоначальным представлениям командира, сейчас вражеские отряды строились по эту сторону стен, готовясь нанести финальный удар в самое сердце столицы, а именно, взять королевский дворец. Без предводителя, любая армия быстро сдавалась, если не находилось достойного командира, что взял бы ситуацию под свой контроль, и всё же Марк Колхидский был основной фигурой на этой шахматной доске, покуда все остальные были пешками, чьи смерти не значили слишком много, разве что вкупе от них зависела судьба всей игровой партии.

— Мы пойдём в атаку с двух сторон, пока лучники выстроятся с фронта, и отвлекут на себя основное… — без надлежащего плана идти в атаку против превосходящих их по численности врагов было смерти подобно, так что обязательный инструктаж был проведён всего за несколько секунд, как был дан беззвучный сигнал к атаке, дабы не привлекать к себе излишнего внимания — НАДЕТЬ МАСКИ!

Колхидцы худо — бедно, но знали расположение улиц и зданий своего города, тогда как в дыму ориентироваться приходилось гораздо сложнее уже лаксоским подразделениям, что не знали, как обернётся их дальнейшее продвижение, когда враг мог скрываться повсюду. Поджёг города, послужил обоюдоострым мечом, введя в панику население, разрушив ближайшие укрытия к своим позициям, враги также попали под влияние побочных эффектов, дым застилал и усложнял им видимость, пока их силы продолжали перебираться в город, и выстраиваться под стеной, градус чёткого обзора перед ними постоянно смещался.

— Внимание!! — командиры были также озадачены данной ситуацией, поторапливая свои силы с той стороны, они ждали пополнения рядов с внутренней части стен до заветных пяти ста воинов, а также не менее половины всех лучников, которых в первую очередь перебрасывали через преграду, дабы те могли стать прикрытием на земле, всё же, чтобы убить врага, отрядам дальнего боя требовалось куда меньшего времени и сил, нежели бойцам ближнего.

Выгодную возвышенность, такую как гребень взятого участка стен лаксоским лучникам занять не удалось, ввиду всё той же проблемы узкого выступа, это бы сразу перекрыло поток продолжающим штурмовать лестницы, воинам с той её стороны, именно из — за этой досадной трудности, позиции на земле, под охраной щитов своих боевых товарищей были наиболее оптимальным вариантом для лучников, покуда не пройдёт всего несколько минут, необходимых для достижения необходимого числа. По расчётам командующих наступлением с юга, вражеская армия Колхиды не должна была превышать пары сотен воинов на данном участке, ведь по сведениям раненых, доставленных от северных ворот к штабу, становилось понятным, что северный сектор обороняют около пятисот воинов, из — за которых наступление в том районе продвигалось очень и очень медленно, но, как следствие, все остальные области оставались крайне слабо защищены.

— Минутная готовность! — отдал долгожданный приказ командущий, видя, что тянуть больше нельзя, им хватит и двух отрядов, которые успели перебраться через стену, составляющих число в четыреста воинов, а также трёх сотен лучников, которые вот уже были готовы к атаке на дворец. Ничего не предвещало непреодолимых трудностей для столь многочисленного войска, особенно, когда они уже преодолели основной оборонительный рубеж, а в городе всегда можно было найти укрытие, что от вражеских стрел, что от клинков, такие условия ставили обе стороны в равное положение, за исключением той самой численности, в которой у лаксосии был явный перевес.

— Лучники внимание!! Враг близко!! — внезапный крик взвёл нервы всех захватчиков в полностью боевое состояние, всё их внимание обострилось, как только командир уже был готов дать сигнал к наступлению, дабы освободить места для вновь пребывающих через стену, товарищей, как в поле его зоркого зрения попали силуэты, что явно мелькали между проулками на десять часов явно не просто так. Не думая ни секунды, тут же была отдана команда к атаке.

— На десять часов! Враг на улицах! — без всякого промедления уже готовые к нападению лаксоские лучники направили наконечники своих стрел по указанным координатам, после чего один за другим, в лёгком асинхроне, их пальцы отпустили пропитавшиеся солёным потом древки, устремив стрелы сквозь режущий глаза, отравляющий дым, что летели в совершенно неопределённых направлениях. Большинство стрел вошло в стены, или же вовсе улетели куда — то дальше, просто упав на мостовые, тогда как количество их всё же гарантировало несколько случайных попаданий, и первые раненые бойцы свалились тут же, не успев пригнуться, как некоторые.

Подобраться незаметно отрядам не получилось, лучники практически заняли удобные позиции, и по их команде нужно было начинать штурм с двух сторон, но правый фланг наступления уже пострадал, так что начать атаку было просто необходимо.

Глава 48 / Он не стихает

Глава 48. Он не стихает.

Ровно столько же стрел, сколько было пущено лаксосцами в переулки, устремилось в их сторону прямо из дыма смерти, скрывающего непоколебимых стрелков, на чьих лицах сидели мокрые тканевые маски, а глаза невероятно слезились, и были красными, словно у демонов от ужасного раздражения, их слизистую разъедал дымчатый камуфляж.

Не ожидающие мгновенной ответной атаки с фронта, вражеские лучники, что всё ещё не успели вернуться под прикрытие союзных щитов, попали под бесплатную раздачу заточенной стали, которая насадила на себя их слабые зоны обмундирования, словно рыбацкие крючки, без малейшего шанса на сопротивление, ведь лёгкая броня с немногочисленными вставками не могла полностью помочь против столь множественных и точных попаданий, скорее, она была рассчитана на ближний бой, прикрывая только самые важные части тела, такие как суставы, часть груди, и, конечно же, драгоценный пах.

С криками агонии, воины и лучники в строю противника начали вести себя хаотично, вот уже готовые распасться, ряды лаксоского построения поколебались, но, когда раненые отвоевали себе клочок пространства, чтобы скрючится в горизонтальном положении, то уже более радикальные действия последовали со стороны захватчиков.

— Воины! В атаку! Передний ряд! — командующему не нужно было долгих речей, чтобы отряды поняли его команду, было, конечно, странно, что лучники противника вышли им во фронт, и всё же, можно было списать это лишь на удачное стечение обстоятельств, или же неопытность вражеского командира, который так открыто подставил свои отряды дальнего боя. Воины Лаксосии тут же отделились от изначального оборонительного построения, бросившись в атаку прямо в дым, туда, откуда по ним продолжали стрелять колхидские лучники. Прикрывшиеся щитами, захватчики с криками неслись по улицам, ловя изредка прилетающие практически им в лицо, стрелы, но их это мало волновало, пока не попадут по ногам. Щиты лаксосцев не пробить, а значит, те могли спокойно добраться до врага, ориентируясь по обратной траектории их выстрелов, ведь видимость в таких условиях была крайне затруднена.

Но тут, спустя несколько секунд погони, воины начали ощущать странный жар впереди себя, отчего тут же замедлившись, они мельком взглянули на обратные стороны своих щитов, которые, к их дикому удивлению, были охвачены огнём, что шёл прямиком по древкам воткнувшихся стрел.

Вжах… Вжах! Вжах! — новые горящие огни, что неслись на огромной скорости, прошли рядом, едва не попав по воинам, которые впали в растерянность, не понимая, как же погасить свои основные орудия защиты, пока те, от каждого их резкого движения полыхали всё с большей силой. Колхидские лучники не могли не воспользоваться предоставленным шансом, когда их мишени не то что бы просто остановились на месте, да ещё и щиты от себя убрали, нужно было ковать железо, пока оно было горячо, и уже следующий смешанный залп, состоящий как из огненных, так и обычных стрел, забрал на тот свет нескольких зазевавшихся воинов.

С другой стороны, лучники лаксосии были вынуждены слушать приказы своего командира, который всё же решил немного подстраховаться на всякий случай, дабы исключить любые полу меры с их стороны.

— Лучники! Внимание по флангам! — за бросившихся в атаку бойцов командующий лаксоскими отрядами не беспокоился, тогда как за себя, и за оставшихся под совсем небольшим прикрытием, лучников, всё ещё переживал в значительной мере. Тем более, что их враг был изначально замечен по флангу, а значит, мог появиться там вновь.

И стоило только командиру отдать эту команду, как с двух сторон, по правую и по левую руку от них, раздались громкие шаги уже бегущих к ним навстречу, совершенно не меряя шаг, бойцов, бегущих отбивать данный сектор городских стен. Ударяясь латами о сгоревшие края покорёженных зданий, что некрасивыми обугленными фигурами нависли меж узких переулков, заставляя наступавших то и дело нагибаться, одновременно со щитами, которые очень мешали в подобной ситуации, и всё же были просто необходимы, воины королевского полка наступали одновременно с двух сторон, образуя стремительные крабьи клешни.

Лаксоские лучники не медлили ни секунды, тут же выбрав себе наиболее удобные цели, они направили в разные стороны два больших потока свистящих снарядов, но, как и в случае с их бойцами, стрелы практически никого не задели, основной удар приняли на себя щиты, и лишь самые невезучие защитники города были вынуждены попрощаться со своими ногами, по причине того, что местность тут была куда более открытая, а видимость менее затруднительна, что, естественно, в сущности облегчало прицеливание по и так приближающимся целям, число жертв среди наступающих росло, по мере их приближения к отрядам захватчиков. Командующий же хладнокровно приказал подготовиться воинам, которые заняли оборонительное построение вокруг отстреливающихся лучников, создав подобие полумесяца, с обратной стороны которого постоянно прибывали вражеские подкрепления, преодолевающие захваченный рубеж обороны. Как раз — таки этот рубеж и стояла задача отвоевать у королевского полка, который с яростью львов рвался прямо навстречу выставленным в их стороны, остриям лаксоских мечей.

— Держись ближе, не отставай, мы пробьёмся только все вместе! — наставник в спешке давал указания напарнику, чьё сознание не в силах было обработать другую информацию, кроме как прямого приказа к атаке, паренёк думал сейчас лишь о том, как достигнуть позиций противника, а об остальном он не задумывался, от слова, совсем. Но громкий возглас привёл в чувства контуженного собственным адреналином бойца, что тут же вспомнил главную установку, держаться своих, держаться наставника.

— ккХАА!! — стремительно приблизившиеся ряды наступающих быстро объединились в два обоюдных клина, которые, выйдя на более ровное пространство, уже организованно понеслись с двух сторон на оборонительное построение лаксоских бойцов, вдохновляющий клич стал звучать практически от каждого как нельзя кстати, в последние мгновения перед опасным сближением, исход которого решит следующая же секунда, поддержал их настрой на плаву, кто — то даже выкрикивал осознанные выражения, лишь бы заглушить любые мысли в своей кипящей голове. Стук собственного сердца звучал в ушах каждого колхидца, словно тяжёлый молот, ноги несли тело вперёд уже без прямого повеления разума, разогнав массивные бронированные тела королевского полка до огромной скорости перед тем, как они просто — напросто влетели в строй вражеских воинов.

Ужасающий грохот и плывущая картинка перед глазами, ставшая такой после ударившей в голову горячей крови, ощущение вражеского клинка, с силой упирающегося в подставленный тобою щит, недвусмысленно передающее всё намерение убить тебя у другой стороны, тогда как со спины ты ощущал прилив сил, от толкающих тебя вперёд, орущих товарищей, чьи клинки также просачивались возле твоего лица, поражая противника спереди. Но и со стороны теперь обороняющихся лаксосцев было, кому помогать своим, тогда как первые ряды усиленно тормозили инерцию наступления, лучники работали на обе стороны, стреляя в колхидских воинов, чьи лица высовывались из — за щитов, отводимых ударами союзников в ближнем столкновении. Лица королевского полка встречали летящие в них стрелы с пугающей красочностью, разлетающаяся в разные стороны кровь обрызгивала щиты союзников, тогда как страшная давка со спины заставляла уже безжизненные трупы безвольно болтаться, зажатые между щитами своих и чужих, превращаясь в ещё большую преграду для стрел лаксосцев.

Тут уж не только новички, но и опытные ветераны почувствовали страх и ужас, ведь собственными руками толкать мёртвые тела товарищей, прикрывая свои лица за их спинами, в надежде избежать стрел и клинков, им приходилось атаковать через самые изощрённые места, дабы продвинуться вперёд, а льющаяся на них кровь заставляла изредка поднимать голову вверх, наблюдая ужасное зрелище. Превращённые в кашу из мяса и костей, окровавленные тела сотоварищей, в чьи обезображенные до неузнаваемости лица продолжала со свистом впиваться стрела за стрелой, стрела за стрелой, окропляющие каплями крови всё, что находилось внизу, словно какой — то священник с кропилом, макал его в чан с кровавой жижей, а затем хлестал тебе по лицу. Вот тебе, ВОТ ТЕБЕ ГОЛОД ВОЙНЫ!! ОН НИКОГДА НЕ СТИХАЕТ! ПОЗНАЙ ЕГО! ПРОЧУВСТВУЙ И СОЙДИ ЖЕ С УМА!!!

— ААААААААААА!!!! — рвущиеся вперёд, словно танки, штурмующие неприступные стены крепости, колхидские воины задействовали все свои силы, дабы с хрустом на зубах, но сдвинуть на сантиметр плотный вражеский строй, а затем, получив очередную порцию братской крови на лицо, ещё раз шагнуть им навстречу, и снова, и снова шагать вперёд было необходимо, враг падал, отступал, и вновь падал к ногам колхидского наступления, которое редело ещё быстрее, жертвуя жизнями за каждый сантиметр земли, им необходимо было отвоевать эту зону, южная стена должна быть очищена, они не могут пропустить врагов дальше в город, за спиной больше никого, никто кроме них, никто, кроме нас.

Глава 49 / Никто кроме нас

Лучникам Колхиды приходилось отнюдь не сладко, несмотря на их преимущество в маскировке и наличии пламенных стрел, сколько бы они не стреляли сквозь дым, врагов всё — равно было достаточно, чтобы рано или поздно завязался ближний бой, тем более, что лучники не могли отступить, их задачей было перетянуть на себя основные силы, дабы у воинов был шанс отвоевать южную стену, а если уступить противнику фронт их наступления, солдаты Колхиды окажутся в неминуемом окружении, что приведёт к гибели всего королевского полка.

Дыхательные маски на лицах лучников уже начинали высыхать, пропуская через себя всё больше и больше угарного газа, в туче которого они находились куда дольше только что попавших в него лаксоских бойцов. Некоторые, даже с горящими щитами продолжали преследовать группы лучников, что безуспешно посылали им навстречу уже только простые стрелы, так как запасы масла и смолы были не безграничны, огненных стрел осталось совсем немного. Разъярённые воины уже побросали обугливающиеся орудия защиты, укрывшись элементами брони на руках, они побежали ещё быстрее, идя всем скопом на опасное сближение с воинами Колхиды. Загоревшиеся в ходе наступления, тела штурмовиков с криками швыряло из стороны в сторону в непроглядном дыму, не в силах рассчитывать на чью — либо помощь, солдаты пригорали к собственной броне, задыхаясь от жара и газа, который проникал в их сильно раздувающиеся лёгкие, что работали уже на пределе, и были обожжены изнутри.

Всякая мораль солдат ушла на второе место, когда они, наконец, достигли желаемого расстояния для нанесения удара по уже готовым к сближению, колхидским лучникам. Немного рассеянные по пространству в тумане, силуэты один за другим достигли друг — друга с двух противоположных сторон. Некоторых из колхидцев попросту прижали к стенам зданий, тогда как другим удалось ускользнуть и зайти врагу за спину парой ловких шагов или перекатов, но атакующие, казалось, были готовы ко всему, и не жалели сил. Удар воина нацелился в оккурат в промежность колхидского лучника, тот не успел отреагировать вовремя, инстинктивно подставив своё деревянное оружие на пути металлического ботинка, который разломил его пополам с громким хрустом, отпружинив щепками в глаза лучника. С дикими криками бойца, раненого в самый важный орган чувств, силуэт вражеского воина поднял над головой лучника острие клинка, не прошло и секунды, как резкий взмах опустился на область шеи и плеча, отступающего маленькими шагами, колхидца. Лаксоский воин просто зарубил его, тут же двинувшись помогать своим товарищам.

По двое и по трое воины наваливались в рукопашную, не оставляя старающимся наоборот держаться в отдалении друг от друга, лучникам. При нанесении урона издалека необходимо было выдерживать дистанцию между союзниками, сейчас же это сыграло обратную роль, загнав солдат Марка в безвыходную ловушку. Некоторые лучники поспешили укрыться в полу разрушенных зданиях, но за ними тут же направлялась погоня, продолжая схватку до тех пор, пока цель не будет мертва, или же пострадавшее от пожара здание целиком не обрушится на всех безумцев разом.

Столица находилась под натиском нападавших, объятая кровью и огнём. На улицах, когда — то полных света и живости, теперь простирался туманный дым, гонимый во все стороны холодным осенним ветром, производя на свет новую «жизнь» этого города.

У северных стен, которые так долго удавалось сдерживать колхидскому воинству, происходили наихудшие варианты развития событий. От нескончаемого потока солдат, который всё лез и лез на городские стены, боевой дух защитников дал сперва малую трещину. Но это было только началом, вскоре, когда враги немного ослабили натиск, подводя к лестницам с внешней стороны свои основные силы, до защитников города со спины донеслась весть о падении южных врат. Такая новость сразу же пробудила в сердцах сражающихся сильнейшие сомнения, что, если оборона уже пала, что, если город уже занимают вражеские полчища, пока они здесь еле сдерживают его натиск, используя при этом более половины всех своих сил, как в таком случае вообще можно победить? Необходимо бежать, бежать или сдаваться…

Различные мысли в головах воинов не смогли развиться в достаточной мере, ведь в следующую минуту, наплыв противников снова усилился. Полчища саранчи, их можно было сравнить лишь с этим, полчища налетевшие на северную стену, словно на свежую зелёную листву, единый порыв всей численности лаксосцев оттеснил оборону с гребня стен, буквально столкнув во внутрь как своих, так и чужих, они в конце — концов заняли пространство над главными воротами, произнося при этом практически победный крик, тогда как на каменных ступенях, ведущих на вершину гребня, развернулось настоящее побоище, когда воины по обеим сторонам буквально вгрызлись друг — другу в глотки, запарывая мечами животы, и чуть ли не поскальзываясь на вывалившихся кишках, они шагали вверх или же вниз по ступеням, готовые точно также поступить со следующим, кто стоял у них на пути.

Генерал Нортинг с невыносимым напряжением наблюдал со своей позиции за каждой смертью своих подчинённых, в такие минуты ему казалось, что он ничего не контролирует, и всё, что он может, это просто смотреть, пока солдаты решают судьбу королевства. Прямо там, внизу, где проливалась кровь, сейчас гибли и отступали солдаты Колхиды, поддержки лучников практически не было, за исключением единиц оставшихся в строю ополченцев, которые, с безумием на лицах, практически уже бросались в ближний бой со стрелами, будучи почти на ровне с отрядами союзных воинов, с каждой секундой теснили их всё сильнее, а через минуту, такие темпы грозили просто — напросто прорвать оборону, так что было необходимо отойти и перегруппироваться, сдать этот участок стены врагу, чтобы сохранить бойцов, иначе те, там так и полягут, не успев понять, откуда же к ним пришла внезапная смерть.

— Трубите отступление и перегруппировку! — в спешке решившись на этот шаг, генерал отдал приказ человеку с горном, который тут же произвёл четверной короткий сигнал, разнёсшийся по всей территории северного сектора.

ТУДУУУ! ТУДУУУУУ! ТУУУУ!! ТУУУУУУУМ!!! — втянутые в бой солдаты Колхиды были тут же выведены из прострации месива, что творилось вокруг, за считанные доли секунды распознав команду, прозвучавшую с крыши высокого здания, их мозг вновь заработал на полную, начав управлять телом в поисках путей безопасного отступления. Передовые ряды колхидцев не могли среагировать столь быстро, как это уже делали тыловики.

Втянутые в битву за собственные жизни, фронтовики передних линий с трудом могли разорвать дистанцию, возможную только когда их сзади прекратят подпирать собственные товарищи, так что благонадёжно сбежать они не смогли, так и оставшись сражаться до своей скорой и мучительной смерти под ногами вражеских штурмовиков, пока все остальные воспользовались выигранным для них временем, чтобы занять позиции возле близлежащих зданий.

Не хитрые деревянные укрепления были предусмотрены генералом как раз на такой случай, что предполагал взятие стены вражескими войсками, Нортинг не мог остаться без подстраховки, так что наскоро сооружённые бревенчатые колья, скреплённые между собой верёвками, послужили неплохой альтернативой, дабы ещё немного замедлить уже приближающихся солдат врага. Обе стороны испытывали уже значительное истощение ресурсов организма, после столь интенсивной обороны стены, у колхидских воинов осталось не так много воли в запасе, тогда как только немного уставших лаксосцев запросто обгоняли «свежие» силы, состоящие из тех, кто ещё не успел окрасить сталь своего клинка в красный. Видя отступление своего противника, лаксоские штурмовики воспряли духом, уверившись в своих силах на все сто, они уже практически были на финишной прямой к победе, самое трудное было уже позади, и оставалось только добить последних убегающих крыс, трусливо прячущихся за укрытиями…

Перед тем, как в срочном порядке сменить позицию, командующий армией, генерал Нортинг, осмотрел местность сверху в последний раз. К его удивлению, в поле зрения не оказалось отрядов дальнего боя, облачённых во вражескую униформу, но армия не могла прийти без них, а значит, что лучники противника сейчас брали южную стену, которая была их первостепенным приоритетом, Враг разделил свои силы невероятно умно, отправив сначала пару отрядов к западным стенам, растягивая изначальные силы защитников, а затем произвели мощную атаку с севера, замаскировав её под основную, но на самом деле же отправив лучников, вместе с остатками огромной армии к южным вратам, что уже не могли защитить втянутые в кровопролитный бой на севере, основные силы Колхиды.

Нортинг знал о приказе Марка, направить лучников и королевский полк на перехват южной стены, но взглянув правде в глаза, стоило сделать вывод — долго они не проживут, половина всего королевского полка была зелёными салагами, тогда как лучники без достаточного прикрытия превращались в простое мясо для вражеских легионов. Враг всё продолжал наступать, их было всё больше, по сравнению со стремительно таящими силами защитников города, глядя на разворачивающуюся ситуацию, где красные цвета заполняли город уже с двух противоположных сторон, Марк в своих покоях впал в лихорадку, его раны отняли у организма слишком много сил, теперь же, наш герой не мог нормально воспринимать происходящее, его разум был перегружен, а лицо просто горело от поднявшейся температуры, такие испытания он сейчас проходил, будучи ещё в сознании, вынужденно наблюдая за работающими системными окнами, которые свидетельствовали, о его скором, и неизбежном поражении.

Глава 50 / Всё потеряно?

Глава 50. Всё потеряно.?

Командир южного сопротивления обнажил клинок, бросившись помогать терпящим неудачу подчинённым. Плотные ряды всё пребывающих к построению полумесяца лаксоских войск становились всё более непреодолимыми с каждой секундой, так, что даже многочисленные жертвы со стороны собственных лучников не пугали их, главное было удержать текущую позицию, спокойно наблюдая, как колхидские защитники таят на глазах. Более тысячи захватчиков против четырёх сотен, такая диспозиция была перед началом столкновения, до атаки по флангам лаксоского построения, сейчас же эти цифры составляли менее двухсот колхидских воинов против всё тех же тысяч, что продолжали пополнять оборонительный рубеж, спускаясь со стен с ещё никем не утолённой жаждой расправы. Отряды дальнего «черепашьего» построения штурмовиков ждали дольше всех, прежде чем войти в полу — разрушенный город, и вот, наконец — то, уже наступала и их долгожданная очередь, гнев, испытываемый ими, постепенно сходил на нет, заменяясь чувством достигнутой победы, крики радости уже разносились под стенами Столицы, тогда как сотни вражеских воинов могли получить общую славу, даже не поучаствовав в самом сражении. Большинство из лаксоских воинов даже помыслить о таком не могли, что прежде, нежели они переберутся через стены, их клинки не то что ещё не будут окроплены кровью, дак ещё и город за них уже возьмут! Однозначно, это был крайне удачный день, всё, что от них потребовалось, это слегка понервничать, а теперь и их совесть чиста, и цель достигнута, да и плюсом ко всему ещё и пиршество впереди.

— ЭХЕЕЕЕЕЙ!!!! — радостно вторили возгласы боевых товарищей лаксоского наступления, когда им со стены подали знак, о том, что сопротивление Колхиды сломлено, а размашистые мощные кулаки разом полетели вверх, приветствуя павших, и салютуя доблести выживших товарищей.

— Отступайте!! НАЗАД!! — кричал раненый командир по внутреннюю сторону южных стен, из последних сил отбиваясь с горсткой воинов в первом ряду от уже побеждающих захватчиков. Самые сильные колхидские воины из ветеранской половины королевского полка теперь прощались со своими жизнями, выигрывая немного времени для оставшихся в живых сотоварищей, которым было приказано отходить во что бы то ни стало. — Защищайте короля вашу мать! ПРИКАЗЫВАЮ!! — видя, что молодые всё ещё неумолимо рвутся в бой за своими наставниками, с каждой секундой пополняя ряды павших, командующий взревел на них из последних сил, словно истекающий кровью лев. На этом рубеже было всё потеряно, лучники более не прикрывают их со спины, а это значит, что всех их убило фронтовое наступление воинов Лаксосии, и те, вскоре вернутся и ударят им в спину. У оставшихся в живых был лишь один вариант, отступать сквозь окружение, стараясь пробиться к центру города, и занять оборону у королевского дворца, а может, если повезёт, даже объединиться с северными силами, и всё же отбить эту злосчастную южную стену! Командующий смел надеяться в глубине души, что главные северные ворота очищены от сил противника, ведь там сражались лучшие колхидские воины, натура человека продолжала теплеть в груди надежду на лучший исход, но реальность была совсем иной.

Даже если простой человек, работающий всю жизнь в поле, проходил всевозможные тренировки и обучения воинскому ремеслу, даже если удача этого человека была на высоте, и он успешно выжил после десятков военных конфликтов, принимая в них непосредственное участие, а личность его обрастала слухами и легендами, он всё равно, не смотря ни на что, был всего лишь простым человеком.

Да, всё было именно так. Армия и сотни боёв не делали из человеческого ничтожества, неуязвимого бога, всё вышеперечисленное давало лишь полезный опыт, с огромной долей самопознания, а также верой, верой в собственные возможности, преодолев страх, любой был способен на великие дела, но никто не отменял трудностей на пути к их свершению, солдат не приобретал выносливость и волю физическую, он, скорее, психологически мог воспринять ту или иную трудность куда более гладко, нежели нетренированный человек.

Тело человека имело куда более узкие границы, нежели разум, который тренировали, чтобы игнорировать достижение этих самых границ, а другими словами, просто терпеть и не сдаваться, не было сверх сил, не было выносливости тела, и невероятной силы в толстых отработанных жилах, было лишь сухое терпение, на котором держались страны, и с помощью которого скреплялись сломанные в бою конечности.

Марка нисколько не заботило то, что он не мог даже сейчас встать с кровати, куда больше его волновала обстановка внутри, и за пределами стен города, которая становилась всё хуже и хуже. Проигрыш всегда определял тот, кто первый сдаётся. Во многих вероятностях, нашему герою уже следовало бы принять поражение, и сдаться войску Мидгарда, дабы остановить бессмысленное кровопролитие, но по каким — то причинам, Марк всё же решил продолжить сражение, слишком многое могло произойти, дабы переломить ход сражения, и то, что враг прошёл за городские стены ещё не означало, что сражение было проиграно, всё ещё оставались те, кто мог сражаться, и, судя по системным окнам, воины Колхиды продолжали борьбу на самых разных участках, многие всё ещё пытались замедлить лаксоские войска у стен, тогда как другие организовывали остатки ополчения, переводя их в наземный режим, и через ближайшие скопления союзников, отступали ко дворцу Марка, где можно было занять ещё один рубеж обороны.

[Потери: Среди личного состава — 761 человек(а).

Расширенные данные…

Пало: около 300 лучников; около 200 бойцов королевского полка; около 300 воинов…

…Потери ополчения к определению не подлежат, ошибка идентификации коэффициента боеспособности…]

Чтож, ещё не всё было потеряно, почти треть армии ещё сохранило свою боеспособность, тогда как павших оказалось через — чур много, и это могло послужить только во вред боевому духу оставшихся в живых, защитников.

Солдаты отступали к центральным постройкам города так быстро, как только могли. Нортинг отступал вместе с основным отрядом, оставив нескольких отважных воинов прикрывать отход от северной стены, и хоть им удалось основательно потрепать врага, в том месте, их потери от этого меньше не стали. Фактически, вражеские отряды получили куда большие повреждения, за всё это время не сумев компенсировать бонуса от колхидских укреплений, с их стороны потери составили почти полторы тысячи человек! Но, как показывала система, оставшиеся в живых полторы тысячи с лёгкостью сметут при теперешних, почти равных условиях, остатки отрядов защитников королевства.

— Ваше величество! Король Марк!! — ворвавшись в комнату нашего героя, взволнованные стражники застали того в приподнятом состоянии. Марк сейчас уже собственными силами оделся, и даже произвёл несколько самостоятельных шагов, при этом опираясь о край небольшого столика, а его злобный взгляд косил на застывших в испуге, врачевателей, что не смели и слова произнести, просто на время слившись с интерьером.

Видимо, Марк изрядно потрудился, дабы никто ему не препятствовал, так что, видя злобное лицо короля, воины не посмели ничего ему противопоставить. — …Король, оборона стены пала, наши силы группируются вокруг дворца, какие будут указания? — взволнованный тон стражника означал полное подчинение, а также загнанность в тупик столь плачевной ситуацией, полное падение города было лишь вопросом времени, а непродолжительное молчание Марка лишь заставило второго стражника не удержать язык за зубами.

— Прикажите ли сдаваться? — этот вопрос никто не осмелился бы озвучить, хотя он и был у всех в голове, перед королём предложить прямую капитуляцию… здесь нужно в крайней степени не дружить с нервами, но ситуация располагала к душевным расстройствам на почве нервозности, так что, подобное поведение солдата, можно было объяснить.

— Нет. — внезапно отрезав, Марк взглянул на второго бойца — Приказываю занять круговую оборону, в атаку не идти, сдерживать врага столько, сколько получится, раненых относить во дворец, возьмите остатки смолы и подожгите подходы к ступеням, это даст больше времени, и пока лучники будут вести обстрел, прикажите воинам не высовываться из — за укрытий, сохраните свои жизни как можно дольше. — Марк сказал это словно на одном дыхании, но на самом же деле он обдумывал сейчас каждое своё слово, покуда стража недоумевала от безумия и настойчивости правителя. В текущем состоянии наш герой не смог бы сбежать из битвы без чьей — либо помощи, но вот самыми приближёнными, на данный момент, к королю были телохранители, и стражи дворца, к их помощи Марк не прибегал, а это значило, что бежать он действительно не собирался, и оборона города продолжала стоять.

— Есть!

— Есть!

Неизвестно по какой причине, но всё же немного воодушевившись перед собственной смертью, воины собирались уже покинуть нашего героя, дабы передать приказ остаткам командования войск, как внезапно — Эй! Кто из командующих армии ещё жив? — Марк только подумал, что не могло не остаться никого, в таком случае, ему бы пришлось выйти на поле боя, иначе приказы в критический момент могли спасти жизни солдат, а следственно, отсрочить падение королевства.

— Генерал Амадеус Нортинг, Спелли Олтири, и ещё два командира мелких формирований, ваше величество. — тут же развернувшись обратно, отчитался боец куда более воодушевлённо, нежели чувствовал себя наш герой, что лишь кивнул стражу, отпуская его, а сам же в этот момент осознавая, как же на самом деле рад, Амадеус остался жив, а значит, ещё не всё потеряно.

Глава 51 / Горите!

Глава 51. Горите!

— Лей — лей! Больше! Больше я сказал!! — получив приказ от генерала заливать улицы смолой и маслом на подходах ко дворцу, солдаты поняли, что намеревалось сделать командование. Без разговоров выполняя все приказы с максимально возможной скоростью, каждый, пока ещё остающийся в живых, солдат действовал слаженно, так, чтобы не спровоцировать любой возможной ошибки. Сейчас дело касалось их собственного выживания, а в такие моменты ты, естественно, изо всех сил постараешься не допускать ошибок, тем более, что командиры продолжали бытьсильными. Нортингне знал, что задумал наш герой, и всё же он получил эффективный приказ, и тут же взялся за его исполнение.

Сбежит Марк, или же нет, покаони оттягивают неизбежное, Амадеусу было сейчас глубоко наплевать, Марк, по его мнению, был сейчас относительно далеко, а война была ближе, поэтому он сконцентрировался на обороне, стоит ли ко всему прочему добавить, чтоэтот мужчина почти не боялся смерти?

— Эй!! А ну убрал факел придурок!!! — один из бойцов вовремя предупредил своего товарища, дабы тот свалил подальше от границ разлива горючей массы, слой которой позволил бы им выиграть какое — то количество времени, но сколько именно, они не знали.

— ТЫ УГРОБИТЬ ВСЕХ ХОЧЕШЬ?!

— СОВСЕМ РЯХНУЛСЯ!!?? — тут же другие бойцы резко отреагировали на, видимо, впавшего в глубокую прострацию, бойца, загруженный разум которого отвлекло играющее пламя собственного факела. Солдата сразу же схватили его за плечи и локти, дабы самолично оттащить подальше, а после и вовсе забрать опасный источник пламени из его рук, одно неверное движение, и вся округа по двадцати метровой ширине вспыхнула бы жарким огнём.

После ликвидации опасности на бедного парнишку продолжили сыпаться оскорбления от всего сердца, другие также не выдержали, и поймали момент, чтобы отыграться за проступок товарища, и выплеснуть собственный стресс, командир, что находился поблизости от всего этого, но всё же не сообразивший насчёт опасного расстояния бойца до зоны разлива горючей смеси, не стал исключением, также послав в сторону провинившегося пару ласковых с угрозами казнить на месте.

Враг уже скапливал свои силы для финальной атаки. Отступление по всем фронтам войск защитников вынудило несколько пересмотреть планылаксоскогокомандования. Несколько командиров, которые заведовали войсками непосредственно на поле боя, установили, чтоколхидцы, боясь быть отрезанными, бросили попытки отвоевать рубежи обороны обратно в свои руки, а затем отступили в центральную зону города. Будь эта радостная новость не столь внезапной и манящей ею воспользоваться, командующие далибы вдоволь порезвиться войску с городскими жителями, дабы поколебать не сломленную в таком случае вражескую армию, но теперь… теперь становилось очевидным их полное превосходство. Колхидамогла перейти в руки захватчиков, стоило им только потянуться и взять, и подобное искушение толкнуло всю действующую верхушку к немедленной атаке на королевский дворец.

Около тысячи собравшихся в городе воиновЛаксосиине успели даже задуматься о чём — либо, как им отдали новый приказ к немедленному штурму дворца, и это означало последний рывок к их цели, убить подавленного, но по каким — то причинам до сих пор сопротивляющегося противника, и отпраздновать долгожданную победу. Никто из штурмующих город ещё не участвовал в длительной осаде больших городов, так что все битвы на их памяти проходили куда быстрее и менее кровопролитно, нежели эта. Опыт взятияКолхидыпослужил каждому из воиновЛаксосиипожизненным уроком, более никогдаони не будут рассчитывать на лёгкую и праздную битву, коими отныне казались все их прошлые «серьёзные» схватки, защитники города показали себя, как настоящие герои, не желающие уступать им до последнего вздоха, пусть и отступая, пусть умирая и плача, они сражались с ними, противостояли многочисленному натиску тысячной армии, а впридвериипоражения всё ещё не склонились, что сулило новые жертвы со стороныЛаксосии.

— Внимание!!! Идём на дворец! Готовтеськ ожесточённому сопротивлению! Не расслабляться до самого конца, короля брать живым!! — уже сорванный голос командующего звучал хоть и сбивчиво, но в нём ощущался прилив победоносной силы, так приятно было сказать слова, означающие начало последнего очевидного шага, что закончит партию между двумя государствами.

Все основные трудности остались позади, сложнейшее испытание успешно пройдено, а враг загнан в угол, этот момент был столь сладок, именно потому, что ты уже чувствовал славу, гордился достижениями, финал которых был перед тобой — Вам мало славы!!?Тогда идите и возьмите ещё!!! — внезапное воодушевление нахлынуло на командующего, что решил продолжить свою речь, дабы солдаты, на той же волне, воспряли духом, ещё раз повысив свои шансы на выживание… ещё больше уверенности! — Перед вами королевский дворец с кучкой загнанных крыс, обрежьте им хвосты и открутите головы, а самую большую притащите живьём нашему королю! Город ваш!!!Ещё больше возгласов среди воинства породили слова призыва к наступлению.

РогЛаксосииразаразилсяпобедоносным мычанием, без всякого страха предупредить врага, а наоборот, ещё больше запугать, шум и уверенность наступающих взлетели на визуально высший уровень. Уверенность всегда была важным аспектом, что в уличной драке один на один, что в смертельной битве нескольких государств, страх и уверенность переплетались, паря в воздухе невидимым смогом, ища своих носителей вновь и вновь. Страх ломал слабую волю пополам, тогда как уверенность заполняла сердца несломленных страхом, и в конечном итоге уверенность превосходила, но… это был не конец данного круговорота…

Улицы становились всё шире, по мере приближения к дворцу Марка Колхидского, высокие башни и верхушки светящихся шпилей уже можно было легко заметить с позиций штурмовиков, которые стройными рядами заполняли городские улицы. Широта дорог стала приятным облегчением для всех, так как твёрдость построения возрастала, если черепаха была «толще», а если бы им пришлось петлять переулками, то никакой надёжности и быть не могло, только лишь неудобство, да постоянный интенсивный ближний бой, где всё определялось бы случаем, но теперь всё было иначе.

Ни лучников, ни диверсионных отрядов не было сейчас на пути шествующего войска, редкие птицы летали где — то между далёкими зданиями, переселяясь в противоположные от сгоревшего, районы города. Жители не смели совать носа из погребов и укрытий, где они ощущали странный глухой шум от чуть колышущихся стенок, за которыми ступали ногилаксоскойармии. Ничто не предвещало поражения, все дороги вели лишь к скорой битве с предсказуемым исходом, в которой воиныЛаксосиине дрогнут даже при несокрушимом духе оставшихся крупиц армии врага. — Чёрт! — внезапно прикрывшийся щитом по — лучше, лакоскийбоец поймал обратной его стороной нечто странное, одновременно тяжёлое и невесомое, спустя пару секунд, по разразившемуся запаху стало понятно, что же это было — Дерьмо! Они бросают дерьмо!! — в ту же самую секунду из переулков зданий неподалёку от шествия войск захватчиков, высунулись десятки мужских силуэтов, замахнувшись руками по всевозможным траекториям, они стремительно послали в воздух разлетающиеся прямо в полёте комки буро — коричневатых скоплений, которые не то чтобы ввели войско противника в ступор, а скорее пробудили в каждом из подвергшихся такому оскорблению, невероятную злость.

Жмяк! Птах! Пчампф!

Удары дерьма о щиты наступающих били по их гордости не хуже, чем артиллерийские снаряды. Некоторые из бросающих были настолько близко, что даже смогли добросить до позиции того самого сорвавшего голос командира, угодив тому мелкими ошмётками прямо в лицо, отчего тот покраснел от неконтролируемой ярости прямо под щитом, но не решился отдать какой — либо приказ, ведь это были не смертельные атаки, победа будет за ними, если удастся стерпеть…

Жмак! — тут уже следом целый кусок пролетел по касательной, размажжившисьо плотные поверхности поднятых над головами щитов, и начав полу — жидкой смердящей массой стекать в щели панциря черепах, попадая за шиворот и на волосы уже до нельзя разъярённым солдатам, до ушей которых доносился даже невыносимо насмешливый гогот посмевших убегать прочь, жалких колхидских червей.

— АААхззСХВАТИТЬ ИХ!!! — невыносимо было терпеть подобное, крысы перед смертью захотели сполна отыграться наних, и терпеть это было просто непозволительно, марш солдат тут же ускорился до бега, а дерьмо от инерции полетело со щитов на позади бегущих товарищей, что с самыми отвратительными выражениями лиц на свете вынуждены были также ускориться, дабы просто порвать на клочки всех, кто сейчас убегал от них, сверкая пятками. Ничего не спасёт тех, кто попадётся этой орде под руку, самое сокровенное — честь солдата была задета в этот самый момент, и укрепления противника приближались как нельзя быстро, а воины даже не заметили, как под их металлическими ступнями послышались слабые всплески…

— Горите сволочи…

Глава 52 / Невосполнимые потери?

Глава 52. Невосполнимые потери?

Как только колхидские бегуны пересекли черту опасной зоны, уже наступающие им на пятки гвардейцы были готовы вступить в кровопролитный бой, держа мечи на голо, и прикрывая фронт щитами, дабы на полной скорости взлететь по ступеням, а затем пробить хилые самодельные укрепления противника с множеством слабых зон и участков, но в следующий миг, как только несколько мужчин со стороны дворца бросили вращающиеся в воздухе, горящие палки, что просто полетели на землю, ударившись о каменное покрытие, воиныЛаксосииощутили, как прямо под ними резко стало очень жарко, а спустя секунду опустив свой взгляд под ноги, штурмовики впали в жуткую панику, ведь их стопы и голени были в считанные мгновения охвачены огнём, который распространялся по земле с невероятной скоростью.

— ААААА!!! — завопили люди, попавшие в зону огненного кольца, что тут же окружило весть королевский дворец по периметру, взметнув вверх танцующие языки, которые могли пожрать в себе всё что угодно, производя невероятный жар даже на «безопасном» расстоянии.

Воины, что до этого яростно неслись на дворец Марка, теперь как угорелые поскакали прочь из начавшего бушевать, адового кольца. Ноги их уже успели испачкаться в горючей смеси, которая, даже не успев застыть как следует, практически не ощущалась вязкой массой. И ведь никто по началу не обратил внимания на лёгкие хлюпанья под ногами, когда враг был столь близко, но в данный момент, всё изменилось.

С криками агонии и воплями о помощи, воины выскакивали из пылающей зоны, кто со стороны дворца, а кто — то в обратную сторону, в зависимости от того, куда было ближе, но даже при всё этом, пламя карабкалось вверх, забираясь в щели между металлических пластин, оно поджигало плоть и ткань изнутри, заставляя вопить и метаться из стороны в сторону более сотни воинов.

Объятые пламенем тела вываливались и выползали из бушующего огня, высотой около метра, немного раздуваемого в разные стороны лёгкими порывами северного ветра. Пространство перед дворцом было относительно ровным, так что загореться чему — то ещё, помимо горючей смеси в этой зоне было не суждено, ровно, как и не было суждено остаться в живых, после получения ожогов третьей степени и выше, но самое страшное, люди с такими ранами всё ещё продолжали двигаться и ползти, тихо постанывая и, судя по всему, совершенно ничего не видя перед собой, словно слепые котята, вышедшие из утробы, воиныЛаксосиипадали и катились по холодной земле в нескольких метрах от колыхающихся языков, стараясь отползти как можно дальше, и при этом продолжая неустанно гореть, но.

— Убить их! — Нортинготдал приказ на зачистку, после чего бойцыКолхидырезво повыскакивали из — за своих укрытий, осторожно прикрываясь щитами на всякий пожарный, принялись методично вырезать стонущих и дымящихся на земле врагов одного за другим. Доспехилаксосцевпрокоптились изнутри, а плоть отваливалась кусками, больше похожими на подгоревшую куриную шкурку.

— МхаАхаАА — стонали выползшие в обратную сторону солдаты, которых свои тут же стали оттаскивать к жилым зданиям, за которымии укрылись большинство избежавших попадания в пламя, союзников. Всё ещё десятки полу — мёртвых метались по пылающему кольцу, не в силах сориентироваться в пространстве. Жар иссушил их глазные яблоки, а болевой шок отрубил все остальные чувства, лишь рефлексы умирающего мозга, который сражался за выживание тела до последнего, удерживали этих несчастных в вертикальном положении, заставляя в полной мере исследовать огромные площади огненного пространства.

Всё это со стороны выглядело, словно нечто не поддающееся нормальному восприятию. До этого властвующий гнев в сердцах захватчиков сменили отражающиеся в их широко раскрытых глазах, огни. Дворец Короля Марка Колхидского возвышался высоко в небо, окружённый стонами и криками полыхающих в огне людей, любая мысль прерывалась, отходя на второй план перед жестокостью, с которой столкнулись силы врага.

По уши в дерьме, с обожжёнными лицами, командиры наступающей армии наблюдали и оценивали ситуацию, их ошибка обошлась очень дорого, практически разом они потеряли по численности целый отряд убитыми и серьёзно ранеными, что с плачами и воплями от лопающихся на коже пузырей, покидали передовые линии, относимые товарищами подальше в тыл, где им можно было оказать хаоть какую — то помощь, но станоилось ясно, что большинство из нихуже не жильцы, больше повезло тем, кто успел переползти на ту сторону кольца, и быстро погибнуть под милостивым клинком защитников города, ибо пламя не только могло лишить жизни, оно уродовало, оставляя запредельно страшные шрамы на всю оставшуюся жизнь, а на подобное будущее согласился бы далеко не каждый, даже за молчаливую славу и почёт.

— Что нам делать!!? — разъярённый солдат, оттаскивающий труп своего мёртвого товарища с пути их предыдущего следования, обратился в ту зону войск, где находились их командиры.

— Ждать! Пламя скоро прогорит. Это масло. Минут пять, и его не будет. — камень не мог гореть сам по себе, да и если присмотреться как следует, было заметно, как прогорает слой топлива, дающий подпитку забору из пламени, враг по ту его сторону вёл себя крайне расторопно, что говорило об ограниченности защитного свойства кольца.

— Окружайте дворец! Не дайте уйти никому! — оставшиеся в живых защитники города тут же смогли наблюдать картину, где отряды врагов стали растягиваться по периметру пылающего «забора». Перемещаясь вдоль зданий, они постепенно брали в обхват всю центральную территорию, пути к отступлению отрезались с каждой секундой, а радость, вызванная успешной атакой, медленно спадала с течением того, как языки опускались к земле всё ближе и ближе, открывая взору ясность того, насколько же было огромно вражеское кольцо, по сравнению с их оборонным.

Без предупреждения от командующего обороной, без каких — либо дополнительных указаний или же сигналов, начался штурм последнего оборонительного рубежа Колхидского государства.

Ступени, отделяющие мостовую от территории здания дворца стали первой преградой, на путиломанувшихсяна штурм, лаксоскихвоинов. Обугленные трупы и доспехи своих товарищей вовсе не смутили солдат, ибо те уже ожидали такое в своём воображении, и успели смириться с последними жертвами их стороны в этом страшном конфликте.

Защитники не упустили преимущества высоты, и начали встречать первых добежавших врагов уже на третьей или четвёртой ступени, сталь вновь схлестнулась со сталью, немного замедливпротивикапри подъёме, защитникикрушили щитывсем, что только нашлось под рукой, кто — то из всё ещё сражющихся ополченцев нашёл по близости топор, а другие вооружились дубинками или ломаными мечами союзников, наваливаясь грубой силой, демонстрируя при этом готовность умереть, ведь любой шаг назад мог спровоцировать последующее волновое отступление всегорубежа обороны, но вся соль была в том, что отступать — то было уже и некуда! — гРРА! — раздался глухой удар щитом бойцаКохиды, что опрокинулся вместе с вражеским бойцом вниз со ступеней, полетев прямо под ноги бежавшим позади неголаксоскимвойскам. Подобное сбило с ног сразу нескольких человек наступления, вызвав небольшую секундную заминку на несколько квадратных метров, тогда как наш боец уже закрыл глаза, чувствуя входящие в него одно за другим лезвия, которые постепенно покрыли всё его тело, отдавая дух павшего в уютные, но холодные объятия смерти.

С другой стороны дворца жеЛаксосияиспользовала последние резервы отрядов дальнего боя. Из тех, что не сгорели в огне, и не задохнулись в угарном дыму, способных сражаться лучников осталось чуть больше двух сотен, остальные охраняли подступы к командирским позициям за стенами от налётов диверсантов, каждое из которых провалилось благодаря их мастерству и самоотверженности. Прежде чемлаксосцыначали штурм с тех позиций, защитники вытерпели на себе плотный огонь с вражеских, их укрытия несколько раз подряд были обстреляны простыми стрелами, которые не могли заставить дворец полыхнуть, даже если его большая часть была возведена из камня, внутри находилось слишком много сокровищ, чтобы враг мог ими рисковать.

Жертвы с нашей стороны росли с каждым ударом меча, даже при наличии мотивации и задействовании всех доступных возможностей, они умирали. Врагов было в двое, или же в трое больше! Сдерживать одного было ещё возможно, тогда как отражать сразу несколько атак для одного защитника было за пределами человеческих возможностей, работа в командепросто напростоподавила все доступные преимущества со стороныколхидцев, и вдовольиграяясьс телами павших, безумно ухмыляющиеся рожилаксоскихвоинов принялись штурмовать уже сам дворец, куда успело отступить командование обороной города, в сопровождении горстки бойцов. Ещё даже не успевший опуститься, дверной засов дворцовых ворот, как на зло заело, и всё, что оставалось защитникам, дакэто подпереть двери собственными телами. Бах!! — мощный глухой удар снаружи заставил отлететь от дверей практически всехколхидцев, тогда как металлический наконечник тарана пронзил собою грудьНортинга, который тут же отслонился прочь, попятившись, он упал на пол, схватившись за кровавое пятно на треснувшей броне, при этом прерывисто дыша, наблюдая за излившимся в дворцовые залы наружным светом, за тем, как в распахнувшиеся врата проникли покрытые падающей тенью, силуэты врага.

Глава 53 / Сотрудничество

Глава 53.

Трудно было представить, что же потребуетГрэкхэм, взамен на предоставленное ему сотрудничество, но каким — то образом, Мак всё же смог сдержаться, дабы не перечислить весь запас матерных слов, который он пополнял уже вторую жизнь. — Мадеус, слушай меня. Ты остаёшься здесь, будешь ответственным за исполнение договора, его копию я сделаю тебе сейчас, чтобы ты сверялся, а сам отправлюсь в обратный путь, для участия в обороне, тебевсё ясно? — закрыв окно переговоров, и вместе с тем, пополнив список действующих договоров сМаией, наш герой обратился к единственному здесь, кто мог возложить на свои плечи подобное поручение. Как бы там ни было, Марку нужно было назад в Столицу, ибо здесь он сделал то, зачем был необходим. Договор был заключён, Грэкхэми Марк обсудили все детали и обоюдно подтвердили его, тогда как Герцог, получив изложение договора в бумажном виде из-под пера нашего героя, сперва обомлел, вчитываясь в каждую строчку снова и снова, после многозначительно посмотрев на своего короля, напряжённо кивнул, при этом сильно сглотнув.

— Я всё сделаю, они исполнят свою часть договора. — твёрдо пообещалМадеус, сжимая в руке тёмный лист, с которого всё ещё капали не высохшие чернила, ничего того, что можно было не запомнить с первого раза, там не было.

— Хорошо. — Марк подозвал к себе своего слугу, перед тем, как отправиться в обратный путь на предоставленныхМаиейскакунах, его телохранители уже были готовы, часть из них отправлялась с Марком, тогда как другая оставалась следить за благополучием Герцога на чужой территории, Пракане могли взять в обратный путь с нашим героем, парень был уже на исходе, и мог доставить проблем, лучше ему было остаться подлеМадеуса, к тому же…

— Прак, вот этот яд подашьМадеусу, если он решит предатьКолхиду. — с шёпотом, небольшой тканевый свёрток скрылся под одеждой слуги, который немного удивился, но быстро пришёл в себя, и покорно склонился перед нашим героем, будь — то бы провожая его величество, когда тот уже усаживался в седло.

— Да, ваше величество. — первое серьёзное поручение, которое сулило бытьпоследним. Марк знал, что без помощиГрэкхэмаему не победить, аМадеусстановился гарантом соблюдения договора, если, по какой — то причине, Герцог решит предать нашего героя, тем самым обрекаяКолхидуна погибель, яд стал бы посмертным подарком от Марка этому грязному ублюдку. СамПракне был в курсе всей военной ситуации, поэтому слуга всё ещё верил в вероятный успех самостоятельной защиты страны от внешнего посягательства, страны, в которую ему потом возвращаться, Грэкхэмбы не принял его, ничего не значащего плебея к себе, посемуКолхиданавечно была домом дляПрака, и покарать её предателя, он посчитал необходимой и справедливой задачей.

Топот копыт доносился до ушейМадеусауже несколько часов к ряду, целью выделенногоГрэкхэмомконного отряда, состоящего из восьми ста всадников, было разделение на две группы, одна из которых останется охранять металлические шахты Марка, тогда как вторая отправится на помощь в Столицу, дабы выполнить договор между государствами о военной поддержке. Одной из невероятных особенностей этого войска было то, что над ними развивались колхидские знамёна. Белое перо на небесно-голубом фоне смотрелось очень красиво, когда под знаменем с таким рисунком резво неслись сотни вольных всадников, а лошади изящно изгибали шею, тут же выкидывая её немного вперёд, так как равнина позволяла всадникам немного разгуляться.

Время также было основной причиной спешки всего огромного скопления отрядов, которые сделали небольшой крюк, дабы оставить двести своих членов на опеку территории колхидских шахт, что немного удивило тамошних рабочих, по большей части, они поняли ситуацию по своему, продолжив работать в обычном режиме, только лишь под охраной патрульных всадников, но, с этого момента добытую руду необходимо было просто складировать, не поставляя в Столицу, работы продолжились своим чередом.

Мадеустак до конца и не был уверен в том, чтоГрэкхэмпошлёт практически все свои передовые отряды для того, чтобы помочьКолхиде. Те восемьсот всадников были основной ударной силой, и гордостью всего королевстваМаия, на её рубежах осталась лишь пешая армия, дабы сохранять контроль и минимальную боеспособность в пределах её границ, тогда как всадники немного изменили цвета обмундирования, а также получили новые инструкции к построению и колхидские знамёна, в таком случае, даже после завершения битвы, будет минимальный шанс того, что участиеМаиив этом конфликте посчитают очевидным, и при любых политических претензиях в сторонуМаии, касающихся данного сражения, Грэкхэмпросто — напросто мог утверждать обратное, ведь кроме косвенных доводов, никаких доказательств предоставить будет практически невозможно.

— «С такой скоростью, мы уже точно не успеем к началу битвы, такое число войска, да ещё и потребность в экономии сил для сражения, ставятКолхидуна тонкую грань между победой и поражением.» — такие мысли крутились в головеМадеуса, что командовал предоставленными ему войсками, совместно с командующим конной бригадыМаии, которому предстояло вернуть войско в обговорённый срок, а до тех пор, бригадир поступал в практически полное подчинение к колхидскому Герцогу.

Солнце уже давно перевалило за вторую половину небосвода, когда бравые всадники выстроились клином вдоль верхушки обрывистого холма, под ними вдалеке простиралась густая лесополоса, кроныкоторой были на уровне их животных, тогда как прямо за ней можно было видеть стены столичного города, с территории котороговверх поднимались широкие клубы дыма, постепенно рассеиваясь на фоне уже чуть розоватого неба. Густые тучи на небесном полотне словно окрасились в кровавый, полностью перекрывая собой ещё пару часов назад сиявшее во всю, огромное солнце.

— Плексиус! Почему мы стоим!?Разведка нам не нужна, войскаЛаксосииуже проникли за стены, нам не успеть, если промедлим ещё хотя бы секунду!! — в полном непонимании, почему командующий всадниками направил несколько подчинённых вдоль стен города, дабы рассмотреть его целиком, Мадеусторопился, как бы город уже не был взят противником, сейчас он радел о судьбе собственного королевства больше, нежели каждый здесь присутствующий, ну или, по крайней мере, ему так казалось.

— Вот почему. — неизвестно каким образом так быстро вернувшиеся всадники подошли с докладом к командующему, после чего он тут же обратился к своему временному начальнику.

— Герцог, ворота в город завалены камнями. Лаксоскиевойска уже бросили все силы, для того, чтобы расчистить себе путь у южных ворот, там у них почти всё готово, дайте только время, и мы сможем зачистить город. — спокойный тон бригадира говорил оего непринуждённой уверенности, по данным разведки, и судя по следам, у врага не было в наличии конных подразделений, иначе бы это создало пробллемы, ведь даже пара сотен всадников могут, при определённых обстоятельствах, потягаться с ними, и доставить проблемы в виде больших и неприятных потерь, Марк тоже когда — то облегчённо выдохнул, узнав о том, что если удастся договориться с Маией, его подмогу никтоне сможет перехватить, та же конницаЛаксосии.

— У нас же сильные лошади! Мы сможем использовать их, если доберёмся до завалов, времени ждать больше нет! — прорычалМадеус, по полной желая использовать имеющиеся унего ресурсы, когда его цель уже так близко, он не был готов просто ждать, его семья и близкие были сейчас там, они могли умереть из — за ихпромедления.-…Ладно, труби наступление, прямо по курсу, никого не щадить, знамёна держать высоко. — командующий бригадыспокойно взвесилвсе варианты, он не хотел терять людей, а расчищение пути с помощью ездовых животных было для него в новинку, так что сам он не решился идти на такой шаг, в егопонимании, всё, что он должен был сделать, это освободить город и прогнатьлаксоскоевойско, судьба жителей внутри его не волновала, ноМадеуспрямо сейчас подтолкнул его к действию, а личный бригадный глашатай разнёс приказ по всем отделениям конницы, которая уже через несколько минут после этого вышла на равнину, с громким топотом устремившись прямо к южным вратам. — ТУУУУУУУУУУУУУУННН!!

— «Чёрт, откуда они взяли наш горн!?» — Мадеусбыл в лёгком бешенстве от всего происходящего, войско чужого государства претворилоськолхидцами, и под предводительством визиря следовало на освобождение Столицы, путь в которую ещё и следовало расчистить.

Глава 54 / Сдохните уже!

Глава 54.

Оборона дворца была сломлена, словно сухой цветочный венок пронзили острым металлическим серпом. Даже если по периметру ещё продолжался ожесточённый бой, то с западной стороны дворца большую роль сыграли вражеские лучники, с помощью которых ряды защитников в том секторе поредели до неузнаваемости. Всего лишь десяток бойцов встретили бегущую к ним толпулаксосцев, которая без всякого сопротивления и потерь смела остатки защитников, превратив их тела в кровавые обрубки, после чего поднесённый к вратам таран был задействован, показав себя во всей своей красе.

Полная неразбериха творилась в рядахколхилдцев, когда их одного за другим продолжали отрезать от основного кольца обороны, что покрывалось новыми дырами с каждой секундой, и уже не в силах держать столь упорное наступление своих врагов, солдаты стремительно отступили в здание королевского дворца. С ближайшей дворцовой мебели и столов тут же полетело всё содержимое, опрокинув деревянные предметы обихода, которые могли сгодиться как рычаги, выжившие воины под руководством последних командиров спешно баррикадировали входные двери, крики и гогот по ту их сторону мешался с сильнейшими толчками, словно не в силах дождаться, вражеские солдаты пытались собственными плечами выломать тяжёлые врата, набрасываясь на них группами, это действительно выглядело крайненервирующе. Солдаты были уже на пределе, теперь уже ощущая себя совершенно загнанными и обессиленными, они сейчас могли лишь опереться всем своим весом на самодельные рычаги, приставленные от дверей к полу, дабы уменьшить давление на петли, что слабо пошатывались от внешнего воздействия.

— Держите братцы! Не отходить, дверь тут крепкая, долго выдержит. — но не везде было именно так, помимо парадных врат, все остальные были куда меньше по габаритам, а следственно, проломить тараном их не составляло особого труда.

— ГенералНортинг! Всатавайте! Вы как?! Живы? Генерал??! — бойцы тут же кинулись к своему предводителю, когда внезапно проломивший двери таран пронзил также и тело попавшегося на его пути, генерала. Каждый боец сейчас невероятным образом ощутил в груди глубочайший страх, в то время, как в их головах пронеслась мысль о гибелиАмадеуса, бойцы вверили генералу свои жизни, были готовы исполнять любые его приказы, в надежде, что этот человек приведёт их к победе, но теперь, гарант их выживания пал.

— Кхаааахх… ребята… закройте ворота…. — мозгНортингасейчас отказывался адекватно воспринимать окружение, в его представлении пробитые врата были основным предметом защиты, и не обращая внимания на уже проникнувших во дворец противников, он приказывал закрыть ворота вновь и вновь, но это было просто невозможно, и солдаты это осознавали, с силой протаскивая кровоточащее телоАмадеусав один из коридоров, чертя по коврам тонкий кровавый след от его содрогающихся в болевых спазмах, конечностей.

Пятеро смельчаков, считавшиеся элитой среди вольно набранного состава королевского полка, рослые детины, с красивыми и сильными телами остались сдерживать вбегающих в проломленные, и уже на половину отвалившиеся от каменной арки, ворота, лаксоскихбойцов. Те уже начали разбегаться в разные стороны, хватая и круша всё на своём пути, отдельные же индивидуумы вступили в бой с оставшимися защитниками основного пути в сердце вражеской цитадели. Детины королевского полка встали спина к спине, закрыв собою проход в глубокие зоны дворца, тогда как враг пошёл на них с поднятыми щитами, рассчитывая попросту раздавить их числом, но не тут — то было!

Как тольколаксоскиештурмовики напали совсех сторон, их щиты с сильнейшим давлением соприкоснулись со щитами колхидцев, которые настолько плотно встали к друг — другу, что им удалось компенсировать всестороннее давление сил врага, так что ихпостроение не распалось, а стало только плотнее, и пятеро защитников не намерены были терять столь удачное положение, где они могли попросту тянуть драгоценное время. Если хотя бы один из них в тот момент пошевелил рукой для атаки, их небольшое кольцо сцепленных щитов мигом бы распалось, а пока что они успешно держали своимиуперевшимисяв друг— друга телами несколько десятков вражеских выродков, это же было просто прекрасно!

Со звоном клинки детин полетели на каменный пол, взяв свои выставленные по фронту щиты в обе руки, колхидские воины изо всех сил упёрлись ногами и плечами, чувствуя неимоверную давку первых секунд, покуда враг не сообразил, что им просто так этих гигантов не сдвинуть.

— Режтеих! Режтее!!! — закричал кто — то из толпы, когда первый клинок устремился к колену одного из детин, скользнув по защите, лезвие пустило кровь цели чуть выше и правее коленной чашечки, зайдя наконечником глубоко в вязкую мышечную массу, принося адскую боль первому защитнику. Лаксоскийклинок так и остался пару секунд болтаться в ноге гиганта, вынужденно отпущенный вывернутой в давке рукой своего владельца, и тут же сориентировавшиесялаксосцымигом направили по максимально возможной траектории своё оружие в сторону столь больших, но действующих им на нервы, целей.

ВрагЛаксосииуже должен быть побеждён, а остаткиего армии сметены, сдавшись, или с лёгкостью пав под карающим клинком победителей, но эти воины перед ними демонствровали нечто, что невероятно бесило каждого штурмовика, они не атаковали ихв ответ, они просто стаяли на их пути, не отвечая на выпады, а словно дразня!

В ту минуту уже десятки мечей коснулись тел, отважно стоящих на своём, отчаянных воинов. Один за другим удары, и даже плевки врагов сыпались на них, а сами они лишь успевали прикрывать свои смертельно уязвимые зоны за выставленными щитами, тогда как их ноги, плечи, головы, и особенно бока, подвергались постоянному истязанию. Враг уже ничуть не скупился на размашистость и подлость ударов, они уже поняли, что последние защитники дворца уже побросали свои мечи, и даже не стремились отвечать на атаки, хотя и выглядели угрожающе, они просто напрашивались на долгую и мучительную смерть, лаксоскиевоины любезно были готовы предоставить её им, в наилучшем виде.

— Гррххххаааа! — эхом разнёсшийся по залу завывающий вопль одного из пяти членов кольца заставил пошатнуться остальных четверых в ту же секунду, ведь разом два воткнувшихся в одну и ту же ногу длинных клинка, чуть было не поставили бойца на колени, но тут же сжавшиеся с двух сторон плечи товарищей помогли его телу держаться отчасти на весу, тогда как враг предоставлял всё новые и новые порции боли. Лица пятерых уже были изрезаны скользящими и случайными ударами, глаза некоторых уже ничего не видели перед собой, из — за потери крови и ноющей боли по всему телу, воздух уже не мог нормально раздувать лёгкие высоких и статных молодых воинов, что теперь выглядели со стороны, словно избитые и опозоренные шакалы. Лаксоскиебойцы не стеснялись уже, и в открытую насмехались над готовыми вот — вот упасть, колхидцами, плевками в их сторону дело не ограничилось, уже всяческие предметы и горшки с землёй полетели в их сторону.

— Сдавайтесь скоты! Сдавайтесь и лижите наши зады!

— Сдохните уже! Мы позаботимся о ваших невестах получше вас!!Аахаха!

Вновь пролилась кровь из всё ещё ясно видящего все летящие в них издевательства, глаза, еле живого бойца. Колхидцыуже потеряли всю свою боеспособность, ещё пара из них держалась на ногах, но и они вскоре сдались, отдавшись давлению из вне, они опустили щиты перед собой, встретив град тут же хлестнувших по фронту, десятковкровопускающихударов.

В лицо, грудь, живот и шею, всюду касалась их стальлаксоскихмечей, уже недвижимо болтающиеся в воздухе, прижатыек друг— другу окровавленные тела некогда прекрасных мужей, были выжаты и обескровлены, и как только враг сделал несколько вынужденных шагов назад, на пол наконец — то безвольно свалилось пять мешков с мясом, от которых не осталось ровным счётом ничего, просто ничего, человеческие тряпки.

Глава 55 / Как же жестоко

Глава 55.

Всадники являлись особой боевой единицей. Даже в довольно затруднительных условиях они могли преодолевать относительно быстро любые расстояния, в разы превосходя скорость пеших отрядов. Всадники чащевсего имели на себе лёгкую, или же редко, среднюю по тяжести броню, по большей части, это делалось для облегчения ведения боя, когда необходимо было некое количество времени производить крайне размашистые движения рукой, а также при этом управлять животным, которое постоянно было в опасности, как от вражеских атак, так и благодаря особенностям рельефа, стоило всаднику лишь на минуту отвлечься, как его лошадь могла внезапно споткнуться, например, о лежащий на её пути труп вражеского солдата, зацепившись копытом о изгиб егообмундирования, после чего следовало естественная потеря равновесия, и ездок, в лучшем случае, отделывался лёгкими ушибами, а в худшем, сворачивал себе шею или оставался полностью придавленным тушей своего же животного.

Во избежание похожих ситуаций, рвущееся в атаку, конное войско замаскированныхмаийцев, неслось прямо на оккупированные стены колхидской Столицы, при этом поддерживая значительную дистанцию друг с другом. От каждого всадника, до своего скачущего товарища спереди, удерживалось немного непостоянное расстояние в несколько метров, дабы, в случае непредвиденных обстоятельств, всадник мог среагировать вовремя, при всём этом сверху создавалось впечатление, что конная бригадаКолхидыдвигалась небольшими волнами стреловидной формы, каждая из которых плавно и постепенно захлёстывала последующую, поднимая под своими копытами небольшие облачка земляной пыли. Знамёна отряда развевались гордо и высоко на копьях фронтовых всадников, под всё раздающийся звон горна, с первых отзвуков котороголаксосцыу стен уже обратили свой взор на стремительно приближающийся к ним, конный отряд из сотен и сотен всадников, скачущих под небесно — голубыми знамёнамиКолхиды.

Секундное замешательство и испуг испытали те, кто в данный момент накидывал толстые верёвки на острые камни, коими был уже всего — лишь на половину завален южный вход в город, по указу из ставки командования, необходимо было расчистить для них вход в город, через который будут вскоре вывозиться все захваченные припасы и пленные, ведь время уЛаксосиибыло на исходе, а павший город необходимо было ещё и успеть обчистить до наступления холодов, действовать нужно было немедленно. Воспользовавшись небольшой заминкой со стороны сотенлаксоскихсолдат, каждый из которых, на данный момент был брошен на расчистку входа, маийскаяконница успела приблизиться к ним за это время ещё на десяток метров, практически преодолев одну четвёртую часть расстояния до стен Столицы.

Мадеусбыл возбуждён, как никогда прежде, Герцогу не доводилось ещё побывать в настоящей кавалерийской атаке, да и вообще на поле бояон за всю свою жизнь ни разу и не был, но теперь, чувствуя встречный ветер, и дыхание славы и смерти, разделяющее размытый горизонт, визирь действительно не на шутку переполошился, достав короткий клинок из набедренных ножен ещё до того, как это сделали все остальные, его побелевшие руки словно не чувствовали усталости, а держащийся неподалёку от негобригадир, лишь отрешённо сверлил взглядом перестраивающиеся вражеские позиции.

Лаксоскиебойцы тут же получили приказы от командиров, которые также были невероятно напуганы буквально летящей к ним конницей, каким образом уКолхидыстолько войск? Как они смогли держать столько всадников в резерве?? Каким образом разведка проморгала их присутствие!!??? На эти вопросы каждый из командиров подсознательно пытался найти ответы, прежде чем приказать войску взбираться по лестницам на стены, а также использовать наполовину разобранный проход в город, дабы не быть зажатыми конницей, без возможности сопротивляться в тупике каменных стен.

— На стену!!! Доложить в ставку!!! — один за другим все побросали свои приспособления для расчистки, вновь подобрав с земли своё основное снаряжение, почти пол тысячи бойцов бросились сломя голову на всё ещё приставленные к стенам металлические лестницы. Никто не разбирался, как и кого пропустить вперёд, каждый хотел в этот момент сохранить свою собственную жизнь, из — за чего застигнутые этой атакой врасплохлаксосовцыустроили настоящий ад у собственных лестниц. Отталкивая друг — друга, пинаясь и огрызаясь, они взбирались на стены, краем глаза имея возможность наблюдать, какое же столпотворение сейчас происходит у южных врат, где товарищи просто — напросто вдавливали друг — друга в узкие щели, вылетая будь — то пробка из шампанского с той их стороны, ломая при этом обмундирование и заставляя гнуться металлические латы, что только мешали в данной щекотливой ситуации. Всадники наблюдали тем временем прекрасное зрелище, которое крайне воодушевляло их.

Сотни вражеских солдат, словно перепуганные курицы вскарабкивались прочь отних, как от надвигающегося лесного пожара, с одной стороны каждый из Маийцев не горел желанием сражаться за чужую страну, приказ поступил свыше, и они просто его выполняли, но при этом их боевой дух не был высок, онине получали никаких бонусов, находясь под ложными знамёнами, так что в прямом столкновении с конницей врага, что уступала бы им в численности, они вполне спокойно могли распрощаться с жизнями, но сейчас они наблюдали поистине воодушевляющее зрелище — вражеское бегство, что заставило ихтолько поймать больший азарт, и ещё смелее пришпорить своих животин, им захотелось убить этих слабаков, пока те не улизнули.

После воцарившегося хаоса, стало ясно, что не все успевают избежать гнева колхидского подкрепления, так что всё же решившие драться за свои жизни, воинылаксосииразвернулись лицом к вот уже подлетевшим к ним, линиям всадников, те также вскинули идеально заточенные клинки, занеся их для рубящего удара. Кто — то из врагов продолжал взбираться всё выше по лестницам, ощущая себя в безопасности, кто — то бросился бежать прочь, дабы не быть в эпицентре кровавой бани, а кто — то решил дать бой, и таким образом, ухватиться за мизерный шанс остаться в живых.

Бах! — первый ряд кавалерийского наступления, словно бетонная стена влетел прямо в не стройные рядылаксоскихвойск. С криками агонии в ту же секунду десятки воинов ощутили на себе вкус и остроту сталиМаийкогооружия, что фактически нашинковала всю оборону, организованную наспех, дабы отсрочитьнеизбежное. Тела бойцов уже устилали подходы к стене, кровь их начала впитываться в основание фундамента, отплачивая жертвам колхидских героев, что полегли, защищая этот сектор города. Нанёсшая удар, и уже потерявшая большую часть изначальной силы инерции, конница развернулась в два больших потока, дабы не врезаться в стены на полном ходу, при этом горн отдал очередной приказ о манёврах, определив которые, всадники резво направились в погоню за убегающими по земле, настигая их, и без всякой жалости стегая сталью по спине, одариваялаксосцевбесславной смертью бежавших с поля боя, трусов.

Мадеусне успел ничего сделать, уже готовый защищаться, он, словно статуя, с поднятым вверх клинком топтался на одном месте, тогда как все остальные вырезали даже не сопротивляющихся противников. Зрелища, что развернулось перед Герцогом вполне хватило для того, чтобы ввести его в транс, где он не мог шелохнуться, вынужденно осматриваясь вокруг, в ожидании атаки, которой так и не последовало, конница просто смела всех наземных противников подобно тому, как коса опрокидывает высокую сочную траву, одним взмахом.

— Верёвки! Тащите лестницы!! — бригадир не остановился на погоне за сбежавшими, его следующей целью стали вражеские лестницы, по которым солдаты до сих пор спешно взбирались, после команды, отданной командиром Маии, несколько лошадей его подчинённых оказались у основания штурмовых лестниц, тогда как всадники на них, умело привязали верёвки к сёдлам, а также к перекладинам, и не медля, дав единовременную команду, хлестнули своих ретивых лошадей так, что те взметнулись на дыбы, а после резко потащили за собой тяжелеёшие лестницы, прямо с лаксоскими воинами на них, чтос огромной высоты полетели прямо к земле, не успев преодолеть всего пару шагов до заветной верхушки стены, куда добрались уже многие их товарищи.

— ААААААА!!!! — тела противника просто расшибались в лепёшку, с грохотом приземляясь различными частями тела, к удивлению, некоторые всё — таки выжили после такого падения, но переломанные конечности только позабавили всадников, что просто оставили павших медленно и мучительно умирать, не в силах даже пошевелиться от вездесущей боли.

— «Как же жестоко» — подумалось тогда герцогу, который всё ещё не подозревал, какое зрелище откроется перед ним, когда лошади, уже волочащие за собой на верёвках огромные камни, расчистят им всем дорогу в город.

Глава 56 / За Колхиду ребята!!!

Глава 56.

— Что с ним? — последние выжившие воины, защитники королевского дворца, оставшиеся совершенно одни после того, как несколько элитных бойцов остались прикрывать их отход, молодые ребята не могли вселить в себя ничего, кроме паники. Враг уже распространялся по зданию, словно смертельный поток, коридоры то и дело отражали эхо от шагов и криков, которые нельзя было воспринять иначе, как радостные улюлюканья погрома войны.

— Хаха, тут столько всего!…

— Город наш, эй! А ну оставь мне что — нибудь!!… — возгласылаксоскихштурмовиков давили на укрывшихся в безопасном месте, солдат, слишком сильно, неприметная дверца в тени одного из закоулков дворцового коридора, служила сейчас спасительным укрытием для отступивших воинов, а также некоторых слуг, которые всё ещё продолжали выполнять те или иные поручения, многих из них уже поймали вражеские солдаты, и слуги, что не успели вовремя спрятаться, тут же расстались со своими жизнями, а самые «везучие», были взяты в плен.

— У него дыра в груди. Не видно разве? — едва слышно огрызнулся самый старший из выживших бойцов в той самой секретной комнатке, пока за толстой маленькой дверцей то и дело раздавались громкие звуки шагов, а также периодические возгласы вражеских отрядов, которые громили всё подряд, рассовывая любое попавшееся на глаза добро по мешкам, и попутно ища проход в королевские палаты, ведь приказ был захватить Короля Марка Колхидского живым, а это, несомненно, считалось бы весьма почётным достижением, котороесулило великую честь.

Посему, каждыйлаксоскийсолдат стремился первым найти проход в покоиего величества, дабы заработать побольше славы, но соблазн поживиться прямо сейчас был слишком велик, и почти все с лёгкостью предавались ему, буквально сметая со стен и полок всё, что плохо лежит, изредка им везло, и солдаты натыкались на симпатичных и, естественно, беззащитных служанок, которые не могли сделать ничего, кроме какпозабавитьтренированных бойцов своими жалкими и бессмысленными попытками к бегству, а также пронзительным визгом, когда их хрупкие женские тела оказывались прижатыми к полу и стенкам коридоров, а довольные своими достижениями солдаты, не стесняясь, начинали насиловать тех прямо в одежде, нетерпеливо отталкивая друг — друга, чуть ли не доводя дело до драки, пока в какой — то момент им не надоедало, и они сами прекращали забаву, направляясь дальше, в поисках новых наград.

ГенералНортингпотерял сознание от боли и кровотечения где — то в момент, когда его тело волокли по одному из коридоров, военачальник из последних сил сопротивлялся слабости и забвению, хоть и с трудом, но ему удалось продержаться ещё несколько долгих секунд, прежде чем просто — напросто отключиться. Среди спасителейНортингаоказался последний из медиков отряда, который сейчас как раз — таки и осматривал тяжело — раненого генерала на предмет его ран, над которымисклонились непроизвольно и все остальные присутствующие. Ввиду того, что в укрытии было довольно тесно и душно, трудно представить наиболее неудачного места для содержания раненого человека.

— У него кровотечение, сильное… найдите мне тряпки чистые и… Эй — ЭЙ — ЭЙ! Не снимать доспех! — чуть ли не переходя на крик, зашептал боец — медик, что уже обмывал руки в алкоголе из своей заначки, хотелось бы обычной водой, но ничего лучше под рукой не нашлось, так что ценная жидкость пропала сейчас именно таким образом, просто растёкшись красным пятном на деревянном полу. Бойцы уже были готовы не предусмотрительно освободить тело пострадавшего от оков снаряжения, думая приэтом, что так медику будет легче работать с ранением, но это была большая ошибка, тут же остановленная знающим воином — Броня держит его, если у него сломана грудная клетка, в чёмя, практически не сомневаюсь уроды, то это означает, если вы сейчас начнёте его толкать и переворачивать, то сделаете только хуже, у него и так от ваших кривых рук рана раскрылась, дак выему ещё и хотите скелет покрошить? — злой голос полностью отчитал некомпетентное и поспешное поведение бойцов, после чего, последние, естественно отпрянули прочь от тела командующего, предоставив всё в руки хоть немного опытного медика. — Так…

УНортингане наблюдалось каких — либо признаков сознания, поэтому солдат без зазрения с силой приложил протянутые ему тряпки к повреждённому месту, отчего послышалось слабое хлюпанье, а затем сложенная в несколько раз ткань стала медленно окрашиваться в тёмно — красный. Не имя под рукой совершенно никаких приспособлений, ибо вещь мешка боец лишился ещё в момент обороны входных врат, когда ему пришлось бросить её в морду слишком уж яроразмахивающегомечом, лаксоскоговоина, а затем, воспользовавшись моментом, добить того уже собственным клинком.

Со сторонывсем казалось, что знающий человек способен голыми руками сотворить чудо, что генерал вот — вот откроет глаза, и, словно по волшебству, встанет на ноги, но со стороны медика всё то, что он предпринимал, выглядело лишь как жалкая попытка одолеть носорога с помощью деревянной палки, уже несколько раз проверив пульс на теле командующего, баец сделал вывод, чтосердцебиение пострадавшего постепенно ослабевало, стуки пульса раздавались всё реже, а как сделать нормальный массаж сердца боец не знал, ибо доступ к груди генерала не просто был перекрыт, дакещё и осложнялся обширной раной, которую нельзя было тревожить ни в коем случае.

Тишина повисла в помещении, жаркий пот стекал крупными каплями со лба медика, который вновь и вновь прощупывал артерии и вены на руках и шееАмадеуса, но всё говорило о том, что человек был бессилен против останавливающегося, в данный момент, сердца генерала, всё, что мог делать медик, дакэто держать окровавленные тряпки, а также прикладывать ухо к ноздрямНортинга, что также, постепенно, перестали подавать признаки жизни.

Немного отпрянув назад, боец устало плюхнулся на пол, вытирая пот с лица, после чего, немного приподняв красные тряпицы, он наблюдал, как кровь перестала вытекать из раны, начав потихоньку свёртываться снаружи, подтверждая тем самым полную остановку сердца генерала, что был их последней соломинкой ко спасению. Воздух более не покидал лёгкихАмадеуса, что остался лежать спиной на полу, окружённый в страхе трясущимися подчинёнными, которые не могли поверить в исчезновение их последнего шанса. Все последние часы, прошедшие для них, словно ещё одна ужасная жизнь, прошли под предводительством этого самого человека, который позволил им дожить до этой минуты. Все они погрузились сейчас в страх и глубокую скорбь, силы покинули каждого из этих людей, слуг, воинов… каждый находился на пределе своих возможностей, загнанные в угол, с постепенно тающими запасами кислорода, они не знали, что делать теперь.

— Спасибо за всё, генерал.

***Марк был в недоумении, враг проник во дворец слишком быстро, он был совершенно не готов к такому исходу, рассчитывая на то, что бойцы смогут выиграть ему ещё хотя бы пол часа драгоценного времени, но оборона была сломлена всего — лишь за несколько секунд, а враги уже проникли в здание. Уменьшенная до минимальных площадей, Системная карта перед глазами нашего героя отображала сейчас десятки и десятки красных точек, заполняющих коридоры и залы, постепенно приближаясь к нему.

Покои Марка всё также защищали несколько верных стражей, которые всё время были на чеку, с момента, как ощутили, что враг прорвался во дворец. Спешно заперев все ближайшие двери, Рыцари поспешили к его величеству, дабы всем вместе убедить Марка бежать через потайные ходы, пускай войскалаксосцевбыли повсюду, так хотя бы оставался малюсенький шанс на спасение.

— Ваше величество! Почему вы ещё не собрались?! Враг уже на пороге, Раберт! Открывай проход! — видя, что Марк до сих пор не удосужился нажать несколько скрытых рычагов, а лишь продолжал сидеть за собственным столом с отрешённым от мира, взглядом, рыцари было, взяли на себя эту проблему, прежде чем наш герой резко остановил их.

— Стоять! — полный силы, и невероятной твёрдости голос ввёл элитных рыцарей в ступор — Обнажите клинки, уйти мы от них уже не успеем в любом случае, встретим их здесь. — зайти в узкие коридоры и тоннели было все равно что отдаться на волю врага, который мог как поджидать их с той стороны, так и нагнать раненого Марка вместе с сопровождением, после чего попросту взять их тёпленькими, но были и другие, более веские причины не бросаться в бегство…

— Ваше величество… — воины немного опешили, обдумывая приказ Марка — Есть, не могли бы вы встать из — за стола, его можно использовать как… — не успел рыцарь договорить, как наш герой уже с тихим стоном поднялся с кресла, и достав из под своей кровати небольшие, но увесистые ножны, взглянул на уже в спешке баррикадирующих двери, солдат. На карте красные точки уже поглотили минуту назад сбежавших в панике лекарей, и теперь почти безостановочно скапливались в зоне последнего рубежа, к этим дверям уже направилось несколько бойцов, что обнаружив очередное сопротивление двери, подозвали на помощь своих товарищей, принявшись с силой, уже не боясь потерять собственное оружие, ковырять дверные петли, просовывая тонкие скрипучие лезвия сквозь узкие щели. Марк с Рыцарями уже заметил эти самые скребущиеся наконечники со своей стороны, так, что по телу каждого из них сейчас пробежали мурашки.

— ЗаКолхидуребята. — внезапно безумный голос Марка послышался Рыцарям со спины, заставив их всех также психически улыбнуться. Напряжение достигло своего апогея, с протяжным звоном лезвие клинка покинуло ножны Марка.

Глава 57 / На собственной шкуре

Глава 57. На собственной шкуре.

— ЧТО??! — воскликнулМидгард, когда в ставку доложили о прибытии подкреплений вражеской армии к южным стенам Столицы. Сама по себе эта новость не сильно изумила бы командование, враг вполне мог позаботиться о резервах сил, оставив те где — то за пределами города для неожиданной атаки, здесь не было ничего сверх удивительного, но… как только король услышал от доносчиков число, а также вид этих войск, то неизбежно его брови сошлись, а спина от гнева покрылась холодной испариной — Не менее полу тысячи всадников!!?Ты издеваешься надо мной презренный?!!Совсем ошалел от победы!!? — ни коим образомМидгардне мог нормально воспринять подобную информацию. Разведка неоднократно докладывала, что в распоряженииКолхидывсё ещё не было, по крайней мере, больших конных отрядов, тогда как сейчас у противника внезапно обнаруживается целое войско из элитных подразделений армии!

— Нет, ваше величество! Смилуйтесь! Нас разбили у южных ворот! Клянусь! Скоро доставят раненых, я уверен, они подтвердят мои слова! — чуть ли не выплевывающий сердце через запыхавшийся рот, солдат бился головой о землю, кода понял, что возможно не выживет, принеся столь дурные вести, сам же боец полагал, что доложит об этом не первый, но, как оказалось, он был пока что единственным, ктоприбыл с этой информацией к королю.

— Генерал? — собравшись с мыслями, вроде бы слегка поостывший правитель перевёлвсе стрелки на генерала, желая узнать его мнение, ведь сам он плохо соображал в данный момент, его голова словно кипела изнутри, когда он представлял, с какой лёгкостью егосолдаты отдали столь сильному противнику южный сектор, за которыйлаксосцыпролили столько крови…

— Нам необходимо отступать, ваше величество. Нет гарантий, что мы удержим город. Держу пари, что конница Колхиды уже проникла через расчищенные нами же завалы, и у наших сил нет шансов против их элитных формирований, знаю, это трудно принять, но по следам этого выродка на насуже может двигаться вражеский отряд, а у нас только сотня лучников, и чуть больше солдат для прикрытия, слишком рискованно. — трудно было произносить каждое из этих слов генералу, который испытывал куда большие потрясения, в связи с гибелью своих людей, дакещё и к тому же проваленной операцией, что повлекли за собой совершенно неожиданные смены на поле битвы. Не было понятно, каким образомКолхидасмогла такое провернуть, да ещё и создавалось множество вопросов, почему враг столько медлил, прежде чем сделать этот ход, он изматывал их всё это время? Избавлялся от излишков горожан на период наступающих холодов?

У разведки были недостаточно достоверные данные о состоянии их продовольственных запасов? Слишком много не нужных в данный момент вопросов вставали в голове у командующего, дакещё и король сейчас сваливал нанего бремя решения, от которого зависела судьба всех, всего их войска и королевства, Лаксосия потеряет слишком много, если вернётся ни с чем, и Мидгард понимал этолучше других.

— «Чёрт… почему я не отправил к металлическим шахтам больше отрядов, сейчас я получу куда меньше руды, чем необходимо, надо было подстраховаться на случай поражения, и тогда бы колхидские шахты были пусты, а у меня были ресурсы, чтобы отплатитьАйзентумии…Чёрт!» — правитель был просто в бешенстве, нельзя было так просто потерять целую армию, горы ресурсов, усилий, и самое главное, собственное достоинство. Поражение, вот какое чувство испытывал предводительлаксоскогогосударства, буквально рыча от ярости, он приказал — Казнить этого выродка. — перст короля указал на сжавшегося на земле доносчика, не было ничего удивительного в глазах стражей, которые тут же окружили бедолагу, собираясь привести приговор в исполнение.

— Нет… нет стойте!! НЕТ! ВАШЕ ВЕ!!… — смачный удар клинка в область шеи тут же прервал умоляющие возгласы бойца, который изо всех сил попытался вырваться из цепких рук палачей, но ему не удалось, не было шансов выжить, после того, когда король отдаёт приказ о твоей смерти. Обезглавленное тело безвольно уронили на землю, тогда как упавшая голова дёрнула окровавленными устами несколько раз, будь — то бы пытаясь что — то произнести, но не послышалось даже шёпота. С одной стороны жертве королевского гнева даже повезло, и палач оказался достаточно сильным, чтобы отрубить голову с первого раза, уже бывали случаи, когда во время казни приходилось наносить два, а то и три повторных удара, прежде чем голова отделялась от тела, такое зрелище не приносило ничего хорошего ни наблюдателям, ни жертве, превращаясь просто — напросто в отвратительное зрелище боли и крови.

Ещё несколько секунд ставку командования окутывала полнейшая тишина, корольМидгардмолчаливо всматривался в тело казнённого бойца, тогда как все остальные свыкались с мыслью о безвыходности ситуации, сейчас вопрос заключался в одном, что же предпримет король?

— Так. Слушайте меня. Мы сейчас же отступаем обратно вМироу, никого не ждём, тех кто далеко, уже не спасти, так что готовность пять минут, мы возвращаемся на родину. — Мидгардне мог сейчас заботиться о благополучии войск, оставшихся в стенах вражеской Столицы, так как подкрепленияКолхидыуже должны были вступить с ними в бой, спасать войска будет слишком рискованной задачей. Приоритетом было сохранение своего положения, король, ровно как и вся верхушка командования, присутствующая сейчас на этом месте, должны были выжить во что бы то ни стало, если враг захватит их в плен, то сможет диктовать абсолютно любые условия, и это будет оправдано, но если Мидгарду иостальным всё же удастся добраться до второго города своего королевства, и уже заняв там оборону, потребовать мирных переговоров, ситуация для них будет куда менее ожесточённой, ведь чтобы захватить их город, колхидцам потребуются новые потери среди ресурсов и человеческих жизней, тем более, что заканчивающаяся осень тоже играла роль, в полу — разрушенной Столице Колхиды необходимо было навести порядок, прежде чем продолжить воевать с Лаксосией, так чтозаключенииемирного договора было уже предопределено, а вот его обстоятельства… тут уже играло роль везениеМидгарда.

— Да, ваше величество. Эй вы! По коням! Сигналов не подавать!! Мы уходим!!! — все, кроме отдающего приказы генерала, решили сейчас засунуть свои языки в одно тёмное место, было естественным то, что совесть каждого практически обливалась слезами, напоминая о том, что своих вот так бросать последнее скотство, но вот в чём загвоздка, жизни относительно мелких командиров были сейчас не важны, и они прекрасно этопонимали, выживаниеМидгарда, а также генерала армии были превышевсего, выживут эти двое, скорее всего жить будут и они, но вот взятие в плен явно озлобленными колхидцами вовсе не предоставляло им столь радужных перспектив, так что, стиснув зубы, ставка покинула свой лагерь, собрав припасы и незамедлительно устремившись в сторону собственных границ, при этомнадеясь на отсутствие за ними погони, всё — таки страх смерти был очень велик, и он наконец — таки достиг самых верхов правительствавторженцев.

Эпилог первого тома / Глава 58. Плен

Глава 58. Плен.

По мере того, как солнце опускалось за горизонт, тучи на кровавом небе приобретали всё более мрачный оттенок. Ворвавшиеся наконец на улицы сожжённого города, всадникиМаиибез лишних сигналов стали плотными рядами распространяться по нескольким главным улицам, что вели в центр, тогда какМадеус, прежде чем тяжело вздохнуть от картины увиденного, приказал командиру бригады срочно направить все силы к центральной площади города, где располагался королевский дворец. Если враг уже давно проник в город, то уже должен был начаться штурм дворца, а дабы избежать падения страны, необходимо было спасти короля во что бы — то ни стало.

Под ногами лошади Герцога простирались окровавленные тротуары и покрытые сажей дороги, вокруг не было слышно практически никаких посторонних звуков, но чувство неопределённости никак не хотело покидать душу визиря. Стараясь держаться как можно ближе к, скачущим уверенным галопом, союзным войскам, Мадеусне мог небеспокоиться о своей любимой семье, когда вокруг было столько разрушений.

Здания практически полностью обрушились, оставив нетронутыми только лишь каменные основания, лёгкие пожары всё ещё не стихали во множестве мест, заставляя всадников держаться оттуда подальше, в переулках, и с наличием препятствий на дороге, конница становилась очень неповоротливой, и именно поэтому они старались двигаться как можно быстрее по направлению ко дворцу Марка, если они успеют, то застанут вражеские отряды как раз на площади, что позволит им мгновенно покончить с большей их частью, ещё одна неожиданная атака, и располагающая лошадям местность стали бы залогом победы в этой кровопролитной схватке.

— Апогея…Регулус…. — герцог шепотом произносил имена своих жены и сына, стараясь разглядеть лицо каждого павшего в поле видимости, приэтом также надеясь всем сердцем не найти в них знакомых черт, столь мучительны были эти минуты, когда он не знал, куда же могли подеваться при всей этой невероятной схватке его любимые, могло произойти всё чтоугодно, изнасиловали? Запросто, расчленение или взятие в плен? Вполне вероятно… такие мысли не переставали терзать герцога, тогда как он сам, неосознанно, стал сильнее подгонять свою лошадь.

Воины уже предвкушали скорую резню в королевских палатах. Лаксосцыболее не могли удержать себя от радостных оскалов, когда заметили богато украшенную дверь, явно ведущую к помещению с множеством сокровищ, либо в комнату, принадлежащую лично самому королю. Ни малейшего страха более не испытывали захватчики, продираясь сквозь последний рубеж, в их глазах король не представлял особой угрозы, что вообще мог сделать один человек с парочкой телохранителей под боком? Они сами были элитой своей армии, и не уступали ни в чём королевским стражникам, и даже превосходили их числом, так как перемещаясь группами, воины подавляли любое сопротивление, да и боевой дух защитников был давным — давно сломлен, а предавшийся страху и панике воин, не опаснее простой крысы. С грохотом и скрипами дверь в палату Марка начала медленно выпирать, отделяясь от расшатанных петель и отковырянного дерева, что слоями отваливалось, под напором острых клинков с той её стороны, ещё немного…

Бах!

Враги ворвались в последнее пристанище нашего героя, отбросив в сторону треснувший стол, ещё секунду назад служивший хоть каким — то рычагом, с молчаливой яростью, что пронизывала захватчиков насквозь, четверолаксоскихштурмовиков вломились в небольшую комнатку, держа перед собой покрытые мелкими зазубринами, но всё ещё смертоносно голодные клинки. Просто броситься в бой, слепо кромсая всех подряд, воины не могли, ибо тем самым они могли убить Марка, которого приказали доставить живым, так что прежде, чем атаковать силуэты перед собой, десятые доли секунды понадобились захватчикам, дабы отличить рыцарей от нашего героя, а затем незамедлительно принять меры, но…

— РАААААААА!! — совершенно неожиданно для врага, колхидские рыцари взревели, словно голодные львы, набросившись прямо на двоихлаксосцев, что были к ним ближе всего, тогда как третий страховал нашего героя, что еле — еле мог держать клинок в поднятом состоянии. Марк был действительно жалок в тот самый момент, и ничто не могло мгновенно исцелить его раны, наш герой мог лишь положиться на те навыки, что привил емуНортинг, а также ввериться своим телохранителям, один из которых уже получил сильнейший удар щитом, и потеряв равновесие, не успел среагировать, тогда как другой вражеский боец вонзил ему клинок в открывшийся бок, с характерными звуками проникнув в тело взвывшего рыцаря через область подмышки, тут же вызвав сильнейшее кровотечение, и полностью выведя первого телохранителя из строя. Потеря воина со своей стороны заставила просто вскипетьвсе жидкости в организме нашего героя, он будь — то бы понял тогда неизведанным чувством, что бой будет проигран, вследствие чего вся туманность в голове и ноющая боль по всему телу отступила мгновенно, заполнившись чёткостью зрения перед собой, в тот момент Марк что— то сказал своему ближайшему телохранителю.

Лаксосцыобрадовались, когда первым из павших стал глупо ошибшийся телохранитель короля, чувство полного превосходства вновь вернулось кним, заставив втроём наброситься на одного из последних, кто стоял на пути между ними и Марком, но как только лаксосцы подскочили ко второму из трёх Рыцарей, тот словно взбесился, потеряв над собой контроль, и возжелав крови, тот кинулся на них, перед этим швырнув диском свой нелёгкий щит, как неожиданный ход, сыграв непреднамеренно на рефлексах противника, который тут же закрылся, дабы не остаться без зубов на всю оставшуюся жизнь, после чегорыцарь безумно зарубил мечом ближайшего к себелаксосца, тогда как его товарищи тут же в гневе стали бить и резать воина своими клинками, и было достаточно всего пары секунд, чтобы и второй рыцарь расстался со своей жизнью, оставив после себя ещё троих врагов, которые уже были готовы расправиться с Марком. Но тут — то наш герой внезапно возник с фланга, сработав опять же на реакции противника, который выставил щит, дабы принять довольно — таки слабый удар нашего героя, тогда как в сердце их треугольного построения проскочил последний телохранитель, нанеся быстрый удар по затылку отвлёкшегося на Марка, лаксосца, которыйтут же простился со своей жизнью.

— Бегите!! — телохранитель заметил, что наш герой впал в небольшую прострацию на долю секунды после своего первого убийства, когда внезапно, сильный враг перед ним во мгновение пал, заставив Марка обрадоваться раньше времени, но голос бойца вернул его в норму, заставив рвануть к выходу из последних сил, тогда как Рыцарь принял на себя натиск двоихлаксосцев, и завязался смертельный бой за спиной было улизнувшего правителя.

— «Куда бежать!?» — Марк судорожно просматривал карту, где были зафиксированы последние обновления о перемещениях врага, сам он старался изо всех сил крутить головой по сторонам, а также фильтровать любые окружающие звуки, таким образом помечая на карте всё новые перемещения красных точек. — «Чёрт…» — по данным сСистемныхокон, наш герой находился практически в центревсего этого улья, в который превратился его, некогда спокойный дворец, красный был повсюду, в каждом коридоре, в каждом закоулке, они постоянно перемещались к нему, в самый центр, словно подбираясь к самому аппетитному, чтобыло в этом здании. На секунду Марка посетила мысль о возвращении, сзади было куда более безопасно, чем впереди, но, у него не было шансов на сражение хотя бы с одним воином в открытом бою, всё, что он мог, это попытаться спрятаться прямо сейчас.

Как же наш герой благодарил свою тягу к периодическим прогулкам по дворцу, в тот момент, когда его тело протиснулось в одну из коридорных секций, проникнув за большой кожаный занавес, где был небольшой шанс остаться незамеченным, если, буквально уже марширующий за спиной, через средней толщины стену, враг, не окажется слишком придирчив и любопытен, но не тут — то было. — Он сбежал!! Король где — то здесь! Ищите! — отдав дань памяти своим телохранителям, наш герой перестал дышать, когда в секции послышались чёткие шаги, а затем, спустя самые долгие в жизни Марка, секунды, в щели между стеной и занавесом показалась довольная рожалаксоскогобойца. — Ну что, принцесса, набегалась?

Content

Квернадзе Гиорги Победитель?