Майкл Весет

Вокруг света за 80 бутылок вина

MIKE VESETH

Around the World in Eighty Wines: Exploring Wine One Country at a Time

Mike Veseth © 2017 All rights reserved

Translated from the English Language edition of Around the World in Eighty Wines: Exploring Wine One Country at a Time, by Mike Veseth, originally published by Rowman & Littlefi eld Publishers, an imprint of The Rowman & Littlefield Publishing Group, Inc., Lanham, MD, USA. Copyright © 2017. Translated into and published in the Russian language by arrangement with Rowman & Littlefield Publishing Group, Inc. All rights reserved. No part of this book may be reproduced or transmitted in any form or by any means electronic or mechanical including photocopying, reprinting, or on any information storage or retrieval system, without permission in writing from Rowman & Littlefield Publishing Group

Серия «Вина и напитки мира»

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

В коллаже на обложке использованы фотографии:

Ambient Ideas, Picsfi ve, FarbaKolerova, Volodymyr Nikitenko / Shutterstock.com

Используется по лицензии от Shutterstock.com

Во внутреннем оформлении использованы иллюстрации:

Picsfi ve, Kerstin Schoene, FarbaKolerova, Ira Popovskaya, Ambient Ideas, Bumbim / Shutterstock.com

Используется по лицензии от Shutterstock.com

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2019

* * *

Часть I

От Лондона до Бейрута

Глава 1

Лондон: Вызов брошен – путешествие начинается

Реформ-клуб – внушительное каменное строение, которое внутри выглядит гораздо уютнее и наряднее, чем снаружи. Если вам доводилось бывать в Лондоне, вы вполне могли пройти мимо этого здания, не обратив на него внимания. Оно стоит себе безмятежно в окружении других внушительного вида зданий на Пэлл-Мэлл, недалеко от вокзала Чаринг-Кросс и Трафальгарской площади, в окрестностях, которые еще иногда называют лондонской клубной зоной. Согласно клубным документам, по своей архитектуре это строение слабо напоминает Палаццо Фарнезе Микеланджело в Риме, и при внимательном рассмотрении это сходство становится заметным даже непрофессионалу.

Реформ-клуб был основан в 1836 г. как вызов существовавшему тогда Клубу Тори, и роскошное здание клуба распахнуло свои двери в 1841 г.[1] Изначально членство в клубе было ограничено теми, кто поддерживал Реформу 1832 г., что очевидно из названия клуба. Великолепное здание стало на время фактической штаб-квартирой Либеральной партии, хотя в наши дни этот клуб не имеет политической связи с этой организацией. По желанию вы можете посетить это заведение, заранее договорившись о времени своего прихода в определенную субботу, в главном офисе. Это ведь частный клуб.

Причина, по которой вам может быть известно о Реформ-клубе, даже если вы не специалист по викторианским политическим движениям и плохо знакомы с итальянской архитектурой эпохи Ренессанса, заключается в том, что именно здесь во вторник 1 октября 1872 г. член клуба Филеас Фогг заключил пари со своим приятелем Реформатором, которое впоследствии изменило его жизнь. Вам известна эта история, если вы читали книгу Жюля Верна о последовавших за этим приключениях. Этот роман называется «Вокруг света за 80 дней».

От Реформ-клуба, расположенного на Пэлл-Мэлл, рукой подать до винной лавки Берри Брос энд Рад, на Сент-Джеймс, 3, вниз по дороге и направо. Согласно картам Google вы можете добраться туда за 6 минут, а возможно, и еще быстрее, если поспешите, а Филеас Фогг наверняка очень торопился. Документального подтверждения, что в тот знаменитый октябрьский день или какой-либо другой Филеас Фогг заходил в винную лавку Берри Брос, нет, но лавка в скромном здании из красного кирпича с витиеватыми окнами в форме арок, несомненно, была в тот день открыта, и в ней бойко шла продажа, начиная с момента открытия в 1698 г. вдовой Борн. Джордж Берри пришел работать в эту лавку в 1801 г., а в 1810 г. его имя появилось на вывеске над входом в лавку. Двое его сыновей, Джордж-младший и Генри, переняли бизнес в 1845 г., с радостью приветствуя всех своих посетителей. Дело в том, что это винная лавка, хотя раньше в ней торговали кофе, а также другими товарами, и она полностью открыта для посетителей, как кажущийся закрытым Реформ-клуб. Именно это место я выбрал для того, чтобы начать повествование о приключении в книге, которая называется «Вокруг света за 80 бутылок».

Центр Мира?

Зачем начинать именно отсюда, из Лондона, если только не в связи с ошибочным желанием создать параллели со знаменитой историей Жюля Верна? Что ж, в определенной степени у Жюля Верна Лондон был центром мира, поскольку был контрольным пунктом Британской империи, над которой «никогда не заходит солнце», которая в 1872 г. обогнула земной шар. Центр мира? Что ж, если вам пришлось бы выбирать другое место, не нашлось бы ничего лучше Лондона, и это одна из причин, по которой Верн поместил своего героя именно в этот город.

Возможно, вы удивитесь, что, ко всему прочему, Лондон был также центром мира вина.

Возможно, вы удивитесь, что, ко всему прочему, Лондон был также центром мира вина. Не производства вина. Вы не встретите множества виноградников, путешествуя по Темзе, хотя в настоящее время британские виноградники производят вина, особенно игристые, которые пользуются возрастающей популярностью. Нет, здесь сосредоточена торговля вином, и именно поэтому винные критики, авторы, пишущие о вине, и специалисты по вину в огромном количестве тянутся в Лондон. А все это началось, если говорить о точной дате, в соборе в Пуатье в Троицын день (18 мая) 1152 г., когда будущий король Генрих II женился на Алиеноре Аквитанской. Благодаря этому союзу огромная область на юго-западе Франции перешла под контроль Британии, включая территорию, которую мы посетим в следующей главе, – Бордо. Следующие три столетия виноградники Бордо принадлежали Британии. Британский вклад во французскую винную индустрию и британское потребление огромного количества продукции неизбежно привело к искушенной винной торговле, которая продолжается и по сей день[2].

Жюль Верн сообщает, что Филеас Фогг извлек большую выгоду из того факта, что Лондон располагался в центре мира вина, в Реформ-клубе, где он каждый день завтракал и ужинал. «В старинных клубных графинах, – повествует Верн, – содержалось его шерри, его порто и его кларет с нотками корицы; пока его напитки охлаждались льдом, привезенным за огромные деньги с американских озер»[3]. Шерри, порто и кларет – это традиционные английские названия для вин Бордо. И это вполне логично для утонченного мистера Фогга. И потому я думаю, что лучшей отправной точкой для нашего путешествия станет улица Сент-Джеймс, 3, и вход в винную лавку Берри Брос энд Рад[4].

Вызов

Вызов для Филеаса Фогга был довольно откровенным. В статье в Daily Telegraph сообщалось, что при помощи следующих по графику пароходов и железнодорожных путей стало возможным обогнуть земной шар за 80 дней, что представляло собой триумфальную победу технологий и рационального расчета над природой и расстоянием. В Викторианскую эпоху это путешествие выглядело весьма опрометчивой и смелой идеей, которую не так просто осуществить и в наши дни, даже пользуясь океанскими лайнерами, скоростными поездами и т. д. Ведущему с телеканала BBC Майклу Палину с трудом удалось повторить путешествие Фогга, проехав по тому же маршруту в своем сериале, снятом в 1989 г., даже используя современные быстроходные поезда и морские суда. Жульничество, что в данном случае означает использование самолетов, делает на сегодняшний день эту задачу просто смехотворной[5]. Сверхзвуковой «Конкорд» удерживает рекорд по кругосветному перелету среди пассажирских реактивных самолетов, следующих вдоль экватора, всего за каких-то тридцать два часа. Круто!

Восемьдесят дней? Чепуха, заявили собравшиеся вокруг члены Реформ-клуба. И вовсе не чепуха, ответил Фогг, и он готов держать пари на двадцать тысяч английских фунтов, что сделает это, если немедленно отправится в путешествие. Это было невероятно смелое решение, и не только потому, что сама идея выглядела весьма авантюрной, но еще и потому, что в 1872 г. один фунт равнялся сегодняшним восьми фунтам. Именно поэтому пари заключалось на 1,6 млн современных фунтов, что составляло около 2 млн долларов. Какой выдержкой, должно быть, обладал хладнокровный, разумный мистер Фогг, чтобы решиться на такое пари, и насколько сильна была его вера в технический прогресс и человеческий разум. И хотя я сам довольно квалифицированный экономист и привык мыслить здраво, но не решился бы на пари Филеаса Фогга ни за 2 млн долларов, ни за 20 млн, ни за какую другую сумму.

Вызов, который я бросаю, и фигуральное пари, которое мы, читатель, с вами заключаем, заключается немного в другом. Я предлагаю вам отправиться в путешествие вокруг света, чтобы собрать 80 драгоценных бутылок, чтобы попытаться ответить на простой вопрос: почему именно вино?

Почему именно вино? И что это за вопрос? Что ж, вы знаете, что я имею в виду. Что же такого есть в вине, что захватывает наше воображение гораздо больше, чем восемь тысяч лет назад? Почему вино будоражило наши чувства многие века по всему земному шару? Каково влияние вина на нас и почему оно не прекращается? Почему, если на мгновение перейти на личности, вас так интересует вино, что вы держите в руках именно эту книгу, когда существует множество других книг на совершенно разные темы, которые вы могли бы прочитать? Вероятно, в вине есть нечто особенное, нечто большее, чем просто кислота, сахар, алкоголь и другие составляющие. Почему именно вино? Это интересный вопрос, и я готов рискнуть, чтобы ответить на него.

Я предлагаю вам отправиться в путешествие вокруг света, чтобы собрать 80 драгоценных бутылок, чтобы попытаться ответить на простой вопрос: почему именно вино?

Чтобы ответить на этот вопрос в манере Филеаса Фогга, нам потребуется собрать большую коллекцию вина, но больше нас интересуют истории о вине. Каждый бокал вина повествует свою историю, и каждая из наших 80 бутылок должна рассказать нам нечто важное. А затем, и это самая сложная часть, разнообразные вина, которые мы выберем, должны не просто рассказать свою историю. Они должны стать подобием кусочков мозаики или разрозненными цветными частями картины Джорджа Сера, чтобы, соединенные вместе, они могли создать одну картину и поведать историю, которая откроет нам истину.

Истину? О чем? О вине? О мире? Не спрашивайте, если честно, я не тот человек, которому стоит задавать подобные вопросы. Сейчас, в самом начале нашего путешествия, я знаю, что истина должна существовать, и всем сердцем верю, что вино поможет раскрыть ее. Но я не знаю, что это будет. Как и вы, я здесь для того, чтобы совершить путешествие, и надеюсь, что все мои желания сбудутся.

Что нам откроют 80 бутылок вина? Отправляйтесь вместе со мной в это путешествие – и все узнаем!

В этом квесте я черпал вдохновение из множества источников, но особенно из романа Жюля Верна, благодаря хитроумно замаскированным вопросам. Но в то время, как повествование о путешествии Фогга повествует о нюансах поездки на дальнее расстояние, сама история носит гораздо более глубокий смысл, что объясняет ее непреходящую притягательность. Понимаете, не так страшно расстояние, как человеческая природа, и Фогг достигает своей цели (и выигрывает пари) не благодаря техническому прогрессу и здравому расчету, как он предполагал в самом начале, а благодаря таким восхитительным человеческим качествам, как смелость, сила духа, верность и любовь. Эта гонка со временем делает для нас притягательным «Вокруг света за 80 дней», но дело еще и в человеческой драме (и в том, что удается понять благодаря этому путешествию о них и о нас), и именно этот момент делает эту книгу незабываемой. И я надеюсь, что наше путешествие по миру вина пройдет той же дорогой.

Благодаря Жюлю Верну я узнал, что путешествия не раскрывают своей важности в одно мгновение или в небольших дозах. Они подобны приливам и отливам, как сама жизнь. И эти глубинные течения я и надеюсь исследовать в этой книге при помощи вина, а не кораблей, поездов и слонов как способа перемещения. Но позвольте мне вас заверить, что я никогда не забуду, что вы выбрали эту книгу прежде всего благодаря вашему восхищению вином или путешествиями или и тем и другим, потому что сам одержим таким же восхищением.

Дорога впереди

Так куда же мы собираемся отправиться, чтобы отыскать 80 бутылок, которые содержат в себе ответ на вопрос: в чем же тайна вина и почему оно так важно для нас? Что ж, вот мой план, хотя я предупреждаю, что на нашем пути могут возникнуть неожиданные повороты (и как Филеасу Фоггу и Паспарту, вам придется столкнуться с препятствиями и преодолеть их).

По причинам, о которых вы уже прочитали, мы начнем наше путешествие из Лондона, и дальнейшие наши шаги будут вполне логичны, словно сам Филеас Фогг составил для нас маршрут. Мы переплывем через Ла-Манш и окажемся во Франции и узнаем, что хотя нельзя судить о книге по обложке, люди постоянно судят о французских винах по форме бутылок. Затем мы направимся в Италию, чтобы доказать невозможность итальянского вина. Дальше наш путь лежит в Сирию, Грузию и Ливан (мы остановимся недалеко от Каира, который стал следующей остановкой Фогга), где вино и война являются проблемами, хотя, возможно, это не та война, о которой вы подумали.

В Индии мы наконец догоним Фогга, но прежде пополним свою коллекцию еще несколькими бутылками. Во второй части книги мы обогнем Северную Африку, вернувшись из Бейрута в Испанию. А затем начнется долгое путешествие, в котором мы проследуем португальскими торговыми маршрутами давних времен, из дождливого Порто с названным в честь него насыщенным крепленым вином на жаркий остров Мадейра, а затем в капский винный регион, и побываем на южном краю Африки. Мы обогнем мыс Доброй Надежды и прибудем в Индию по захватывающему, но довольно извилистому маршруту: из Кейптауна в Бали, а затем в Бангкок и, наконец, в Мумбай, пополняя нашу винную коллекцию на каждой остановке. Думаю, вам понравится эта поездка!

В третьей части книги мы поднимемся высоко в горы, где Китай граничит с Тибетом, в месте, которое называется Шангри-Ла. Вино в Китае? Шанги-Ла? Там нам предстоит многое исследовать. А затем мы полетим в Австралию, чтобы принять участие в горячих дебатах по поводу того, есть ли у вина душа. Следующая наша остановка – Тасмания, где мы узнаем, как горячо быть прохладным. Южный Крест укажет нам путь в Новую Зеландию, Чили и Аргентину, три совершенно разные страны, которых неожиданным образом объединяет их отношение к вину.

Финальный этап нашего путешествия приведет нас на север, а затем на восток, через континент, и к Атлантическому океану, нашей финишной лондонской прямой. По пути мы заглянем в долину Напа, добравшись туда на винном поезде, остановимся в Сиэтле для знакомства с рислингом и совершим гонку «Пушечное ядро» через Северную Америку, закончив ее в итальянском ресторанчике в Вирджинии Томаса Джефферсона. Затем нас ждет быстрый перелет в Лондон, где мы подведем итоги нашего путешествия. Мы это сделали? Прошли ли тест наши 80 бутылок вина? Вас попросят рассказать о впечатлениях, если вы примете условия пари.

Я не могу гарантировать, что наш квест увенчается успехом, но готов поспорить, что скучно вам точно не будет. Пожалуйста, обратите внимание на это предупреждение: существует множество разных вин, множество историй, но здесь мы можем выбрать лишь 80 из них, поэтому мне придется проявить невероятную избирательность, и мой выбор не всегда будет совпадать с вашим. Это будет безумно вас раздражать (это безумно раздражало бы меня), но обещаю, что у меня есть определенный секретный метод, и я раскрою вам этот секрет в конце путешествия. Если это было легко, а выбор очевиден, то из-за чего волноваться?

Это чересчур смелый маршрут, возможно, даже несколько безумный! Переверните страницу и начните его вместе со мной.

Но прежде чем отправиться в путь, давайте попробуем наше первое вино. Как говорится в пословице, лиха беда начало, поэтому позвольте мне предложить вам специальный выпуск любимого вина Уинстона Черчилля, Шампань Поль Роджер, и поднять бокал за предстоящее путешествие. За любовь, жизнь, здоровье и 80 бутылок вина. Ваше здоровье!

Вино

Шампанское Поль Роже Кюве Уинстон Черчилль

Шампань, Франция

Глава 2

Франция

Какая бутылка? Какое вино?

Филеас Фогг отправился из Лондона во Францию, а затем двинулся дальше, но не останавливался по пути на юг, а затем на восток. У него не было времени на посещение виноградников и виноделен или на долгие философские беседы за ланчем с множеством осушенных бутылок вина. И тем хуже для него! Но у нас совсем другая цель, поэтому мы неизбежно задержимся во Франции. Говорят, что нельзя судить о книге по обложке, но мы приехали во Францию, чтобы узнать, почему иногда о вине можно многое сказать по его бутылке, потому что Франция, французы и мир вина разделились на два вида бутылок[6]. Это рассказ о двух винных бутылках, о вине внутри них, о силах, которые создали и вино, и бутылки, и о конкурирующих представлениях о вине, которое они представляют. Иными словами, это история Бургундского и Бордо.

Говорят, что нельзя судить о книге по обложке, но мы приехали во Францию, чтобы узнать, почему иногда о вине можно многое сказать по его бутылке, потому что Франция, французы и мир вина разделились на два вида бутылок.

Какая винная бутылка?

Вино из Бордо, которое раскинулось на юго-западном побережье Франции, выпускается в бутылке, которая напоминает мне солдата, застывшего по стойке «смирно». Если вы когда-нибудь видели смену караула в Букингемском дворце, то поймете, что я имею в виду. Бока бутылки абсолютно прямые, параллельные друг другу, высокие плечики и короткое, рельефно выраженное горлышко. Эта бутылка разительно отличается от бутылки бургундского, которая поражает меня своими женственными, изящными, чувственными формами, с ее соблазнительно округлыми изгибами, мягкой линией плеч и длинной, грациозной шеей. Возможно, я наделяю винные бутылки ореолом романтизма, а возможно, вместе с ними и само вино? Если так, то я не одинок. Некоторые знатоки говорят, что лучшие вина – из Бордо, опытные с головы до пят, они требуют правильного восприятия, в то время как бургундские вина ощущаются чувственно внизу там, где правят эмоции[7]. Голова и сердце. Если это правда (очевидно, вам следует откупорить несколько бутылок и узнать, что вы думаете и чувствуете), значит, впечатление, производимое формами бутылок, и мои романтические описания вполне правдоподобны.

Бургундские вина и вина Бордо не всегда выпускаются именно в таких бутылках. Более того, в течение сотен лет они вообще не разливались по бутылкам. Старинные винные бутылки были слишком хрупкими и дорогими; обычная в те времена форма бутылок скорее напоминала луковицу, чем солдата Королевской гвардии или прекрасную женщину. Стекло выдувалось в округлую форму, потому что более округлая форма вмещает в себя бо́льшие объемы на единицу стекла, а производство стекла в те времена было дорогим удовольствием. Изготовленные в то время бутылки можно было хранить лишь в вертикальном положении, и они отличались большой хрупкостью, а пробки усыхали при длительном хранении, в результате чего в сосуд проникал кислород и вино начинало портиться.

Именно поэтому, когда ваш корабль отправлялся в путь по реке Жирондо и выходил в Атлантический океан, чтобы доставить вино в Лондон (и, возможно, в Берри Брос энд Рад), вино разливалось по бочонкам и в таком виде доставлялось в таверны и лавки, где переливалось в стаканы, кружки и бутылки для продажи. Бочки стали практичным решением проблемы транспортировки вина, примерно так же, как огромные контейнеры на двадцать четыре тысячи литров, обеспечивающие общий объем винной торговли в наши дни[8]. Но и здесь возникали проблемы. Бочки не отличаются герметичностью, поэтому необходимо постоянно доливать их доверху, а иначе проникающий внутрь кислород испортит вино. И, конечно, производители вина не контролируют этот процесс, когда вино перевозится подобным образом, поскольку потребители скорее станут ассоциировать качество вина с продавцом, нежели с часто остающимся в тени производителем.

Вино из Бордо, которое раскинулось на юго-западном побережье Франции, выпускается в бутылке, которая напоминает мне солдата, застывшего по стойке «смирно».

Современная винная бутылка появилась в конце XVII в., когда британские стеклодувы нашли способ изготавливать более прочное стекло, достаточно прочное для того, чтобы разливать в эти бутылки игристые вина, решив таким образом проблему с шампанским, которое подвергалось ферментации в бутылке и прежде часто страдало из-за неудобной особенности бутылок взрываться из-за давления изнутри. Новые прочные стеклянные бутылки и надежные пробки обеспечивали безопасность драгоценных пузырьков внутри. Бургундия, ближайшая соседка Шампани, переняла эту разновидность бутылок, но бутылка, которую довели до совершенства в Бордо, имела абсолютно другую форму.

Частично это связано с тем, что бутылки, напоминающие солдат Королевской гвардии, можно складывать набок, это очень удобно для хранения вина, что обычно и происходит с винами из Бордо (от этого пробка становится влажной, и это способствует сохранению вина), и я подозреваю, что компактная цилиндрическая форма была также удобна для транспортировки, поскольку бутылки аккуратно помещались в специальные ящики для перевозки. Ведь бордоское вино должно было пересечь пролив, чтобы в лучшем виде попасть на рынки Лондона, в то время как бургундское проделывало более короткий путь по реке, каналу или перевозилось в фургонах в Париж или Лион. Бордоского вина было очень много, потому что виноградники Бордо были и остаются и по сей день невероятно обширными. Бургундия же, раскинувшаяся тонкими полосками земли вдоль реки Сены, представляет собой гораздо меньший по площади регион, и его производительность серьезно уступала области Бордо.

Так что же предпочтете вы – мужественную бутылку бордоского или более женственную форму из Бургундии? Это действительно дело вкуса. Имеет ли вообще смысл этот вопрос? Что ж, думаю, что имеет, так как эти бутылки олицетворяют собой не только вино, содержащееся в них, и области, которые это вино представляет, но также и саму Францию. И еще две соперничающие между собой идеи о Франции и вине.

Две идеи вина

Контрасты начинаются с того, что в бутылке. Самые известные бургундские красные вина – это вино из Пино Нуар, темпераментный сорт винограда, который любит более прохладный климат, как раз такой, как в Бургундии. Возможно, в некоторые годы даже излишне прохладный и дождливый. Пино проживает свою жизнь, балансируя на краю, ведь изготовление первоклассного вина всегда сопряжено с риском.

Самые знаменитые красные бордоские вина, с другой стороны, произведены из Каберне Совиньон, Мерло, Каберне Франк, Мальбек и Петит Вердо, которые являются гораздо более дубильными сортами винограда, чем Пино Нуар (отсюда и происходит желание состарить вино), и которые любят солнце и достаточно успешно произрастают почти в каждом винном регионе по всему миру. Виноградники области Бордо широки и изобильны, а сжатые рекой виноградники Бургундии узки и скудны на урожай. Бордо велико, потому что его миссия в жизни подразумевает организацию крупного экспортного канала в Великобританию, Северную Европу и дальше. Бургундия же не может удовлетворить подобные аппетиты, у нее недостаточно земли, виноградников и вина. Бургундия не ориентирована на мир, она существует исключительно для Франции и, в частности, для парижской элиты. На самом деле, согласно Джину Роберту Питту, критический момент в истории производства бургундского вина произошел в 1694 г., когда придворный врач короля Людовика XIV, Фагон, решил, что обострение подагры у монарха связано с постоянным употреблением его любимых столовых вин из области Шампань. Фагон убедил его заменить более резкие шампанские вина на мягкое, чистое, выдержанное бургундское, тем самым введя моду на бургундское вино в Версале и в Париже и обеспечив им успех на рынке[9]. Однако шампанское вернуло свои позиции на королевском рынке, когда выяснилось, что качество этих кислых неигристых вин значительно улучшилось благодаря вторичной ферментации вина в бутылке. Оп! Так родилось искристое шампанское!

Деньги и религия

Список различий между бургундскими и бордоскими винами можно продолжать бесконечно, но невозможно проигнорировать одно главное отличие. Во многих моментах Бордо представляет вино как составляющую бизнеса, в то время как в Бургундии вино обладает мистическим, почти религиозным духом.

Винный бизнес стал развиваться в Бордо с самого начала экспорта вина в Англию, но критическим моментом стал 1855 г., когда появилась классификация. Когда ответственную группу винных торговцев попросили распределить бордоские вина по категориям на международной ярмарке в Париже, они провели ранжировку, руководствуясь самыми объективными показателями, известными им. И здесь главную роль играла не «репутация», что бы это ни означало, и не дегустация вслепую. Нет, они просто ознакомились с оптовыми ценами на эти вина. Четыре вида вина обычно стоили дороже остальных и потому попали в высшую категорию классификации. Шато Марго, Шато Латур, Шато Лафит, Шато О-Брион – вы наверняка узнаете эти названия – были винами первого сорта и остаются ими и по сей день. Потребовалось несколько десятилетий, чтобы вино, занявшее второе место в 1855 г., которое теперь называется Шато Мутон Ротшильд, обрело высочайший статус. Далее следовали второй сорт, третий сорт, таким образом формируя категории для всех важных поместий Бордо, создавая иерархию и упорядоченный набор величайших винных брендов. Многое изменилось в Бордо с течением времени, и вина из более низких категорий поднимались выше или же, наоборот, опускались в классификации, но деньги говорят сами за себя, и вина, причисленные к высшей категории, оказались невероятно устойчивыми, несмотря на изменения в производстве вина, винограда, виноградников, стилей и погоды[10].

Существует представление о том, что Бордо доминирует благодаря своим шато, являющимся крупными производителями вина. У Бургундии есть своя равноценная концепция, и хотя всем тем, кто желает попробовать настоящее первоклассное бургундское, стоит обращаться к хорошему производителю, выбирать урожай определенного года (потому что погода столь непостоянна), а затем уже вино, доминирующим мнением до сей поры оставалась мысль, что главное – это терруар и чувство места. В Бургундии классифицируются виноградники, а не производители, и многие знаменитые виноградники Гранд Крю и Премьер Крю, довольно компактные по площади, обеспечивают виноградом дюжины различных производителей, стремящихся производить вино из лучшего сырья. Соответственно вино от Генри Джейера, знаменитого производителя, самое настоящее сокровище, а дегустация вина из винограда, выращенного в Ришбур Гранд Крю в Кот-де-Нюи, это просто фантастический опыт. А заполучить и то и другое, попробовав вино Генри Джейера из Ришбур Гранд Крю, что ж, лучше просто не бывает. Или, по крайней мере, это самое дорогое из производимых вин, согласно статье 2015 г., вышедшей в журнале Decanter, где сообщается о средней стоимости такого вина – более 15 тыс. долларов за бутылку[11].

Это не крайность и будет выглядеть лишь слегка кощунственно, если сказать, что любители бургундских вин почитают землю, по которой ходят виноделы, а именно виноградники, и изучают карты и границы, разделяющие их, так, будто это религиозные тексты. В одном знаменитом винограднике Гранд Крю, Домен де ля Романе-Конти, установлен крест, а другой виноградник, Гранд Крю, Кло де Вужо, на самом деле был основан цистерцианскими монахами из аббатства Сито, что означало, что в Средние века производству и хранению вина в Бургундии уделялось большое внимание. Неужели бургундские вина – это своего рода религия? И я могу ответить, что это недалеко от истины.

1247 заявленных участков (которые назывались климатами) в Кот-де-Бон и Кот-де-Нюи приблизились на шаг к святости в 2015 г., когда вошли в число объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО (в том числе Шампань и около двадцати других похожих известных винодельческих регионов). «Включение в список Всемирного наследия ЮНЕСКО способствует глобальному продвижению французской точки зрения, что великое вино может производиться только благодаря волшебному сочетанию климата, географии и истории, этому поразительному качеству, часто именуемому терруаром, – говорится в New York Times[12]. Возможно, это французская точка зрения, но совершенно определенно – бургундская истина.

Если вы представляете, что в процессе изготовления французского вина суровые виноделы борются с плохой погодой и неблагоприятной ситуацией на рынке на крохотном участке земли, чтобы создать чистое, натуральное и аутентичное вино, тогда вы истинный бургундец в душе и непременно должны пить изысканные вина этого региона. Но не все вина из Бургундии соответствуют этому представлению, на самом деле все далеко не так, если довериться статистике, однако здесь культивируется именно такое восприятие вина. Это одна сторона французского вина и Франции. Если, с другой стороны, вы взглянете на рынок вина как на дружелюбный призрак, доставляющий целый мир к вашему порогу, и примете во внимание рейтинги того или иного вина, которые будут помогать вам определиться с выбором, и безопасность, которую обеспечивают знаменитые винные бренды, то, безусловно, в этой битве склонитесь на сторону Бордо.

Так как вы думаете о вине? Винодел или терруар? Коммерция или философия? Бизнес или религия? Позиции обозначены, и любителям вина часто приходится выбирать между двумя представлениями о французском вине, о Франции и, полагаю, о мире в целом.

Какая из двух бутылок?

Настало время добавить одну бутылку в нашу мировую винную коллекцию, в которой осталось 79 незаполненных ячеек, и вы сможете понять, почему вина из Бордо и Бургундии непременно должны быть включены в наше собрание вин. Но только что предпочесть? Для любителей бургундского и бордо конкретный выбор имеет огромное значение и может стать источником почти бесконечных обсуждений. Лафит или Марго (и урожай какого года)? Генри Джейер или Домен де ля Романе-Конти? Признаюсь, что у меня есть личные предпочтения, но выбор больше связан с людьми, чем с винами. Что касается бургундского, то я всегда вспоминаю о бутылочке Мейсона Джозефа Друэна Шамболь-Мюзиньи «Влюбленные» (к сведению любителей, это название виноградника), которую мы с моей женой Сью распили на годовщину свадьбы пару лет назад.

Для бордо это непременно должна быть большая бутыль (объемом три литра, что эквивалентно четырем обычным бутылкам) Шато Петрус 1994 г., которую подал на обед мой близкий друг, чтобы отпраздновать окончание университета его сыном (и моим студентом). Огромная пустая бутылка заняла свое место (к большому неудовольствию Сью) в гостиной на камине. Бургундское или бордоское, сердце или голова, годовщина свадьбы или окончание университета. Я не могу представить себе лучших вариантов для пополнения нашей коллекции, а вы? Но должен признаться, что эти вина так важны для меня, потому что связаны с воспоминаниями о двух особенных событиях и близких людях, которые пили эти вина вместе со мной. Вот на что способно вино и за что мы так любим его.

Бургундские и бордоские вина являются одними из наиболее знаменитых (и наиболее дорогих) вин в мире[13]. Но у каждого региона есть свой секрет. Первоклассные вина – это всего лишь верхушка айсберга. Внизу, невидимое простому глазу, находится огромное множество менее великолепных вин, которые необходимо продать, чтобы оплатить издержки. Они держатся на репутации первоклассных вин тем или иным образом, но приток наличности для Шато – вот именно то, ради чего все это необходимо. Я называю такие вина винами Черной пятницы.

Вина черной пятницы: сказка о двух праздниках

Хотя США не единственная страна, в которой существует праздник, когда воздают благодарения, нам нравится думать, что День благодарения – это исключительно наш национальный праздник. Этот праздник возник как день, посвященный глубоким размышлениям, но День благодарения постепенно эволюционировал в долгий уик-энд сверхпотребления и больших скидок в магазинах. Некоторые из моих друзей предпочитают праздновать Черную Пятницу на следующий день после Дня благодарения, когда формально открывается сезон распродаж и розничные торговцы узнают, окажутся ли «в черном списке» на целый год, исходя из информации о предыдущих продажах.

Бургундия не ориентирована на мир, она существует исключительно для Франции и, в частности, для парижской элиты.

Вина Черной пятницы созданы специально для получения прибыли. В этом нет ничего плохого, поскольку винодельням необходимо зарабатывать деньги, чтобы остаться на плаву, но порой они выезжают за счет репутации других или полагаются на искусный маркетинг, а не на безупречные результаты в виноделии (именно поэтому праздник Черной пятницы был создан исключительно в коммерческих целях). И в Бургундии, и в Бордо есть доля вин Черной пятницы. Это просто необходимо, чтобы поддерживать свои винные производства. В 2013 г. я написал об одном из бордоских вин Черной пятницы в своей книге «Особенное вино» (Extreme Wine). Это Мутон Каде, одно из наиболее распространенных вин в мире. Оно выпускается той же компанией, которая производит вино высшей категории Шато Мутон Ротшильд, но виноград для этого вина доставляется из разных частей Бордо, а не из винодельческого поместья, и каждый год производится миллион бутылок этого вина. Это чудесное вино, не поймите меня неправильно, и превосходит по своим качествам многие бордоские вина Черной пятницы, которые сложно продать даже за низкую цену. Я использую его лишь как пример вина, производимого в больших количествах и продвигаемого на рынок за счет высокой репутации известного производителя, к которому оно имеет непосредственное отношение.

Во многих моментах Бордо представляет вино как составляющую бизнеса, в то время как в Бургундии вино обладает мистическим, почти религиозным духом.

В Бургундии тоже есть подобные вина, произведенные с оглядкой на регион, а не на конкретное винодельческое хозяйство. Некоторые лучше, некоторые хуже, но все эти вина необходимо продать, чтобы заплатить по счетам. Мое любимое бургундское Черной пятницы на самом деле происходит из Божоле, части региона на юге, где красные вина изготавливаются из сорта Гаме Нуар, а не Пино Нуар. Различия в сортах винограда и методах виноделия достаточно для того, чтобы многие люди не осознавали, что Божоле – это часть Бургундии[14]. И это различие еще больше увеличивается, когда речь заходит о Божоле Нуво.

Божоле Нуво не относится к серьезным винам, и к нежно-чувственным тоже. Если бы вина можно было ассоциировать с литературными произведениями, как заметил мой друг Патрик, Божоле Нуво можно было бы назвать бульварным романом в бумажной обложке, которые обычно читают на пляже. И в этом нет ничего ужасного, всем время от времени следует немного расслабиться. Сбор винограда для Божоле Нуво происходит приблизительно в конце сентября, и единственное, что сдерживает мгновенную продажу, это необходимость ферментации и механика сбыта. Разлитое по бутылкам вино все еще немного сладковато и порой слегка перенасыщено газами, что сразу ощущается, когда оно под фанфары откупоривается в третий четверг ноября (за неделю до Дня благодарения в США). Его лучше подавать холодным (как месть!), и, пожалуй, это вино является самым ярким представителем вин, нацеленных исключительно на получение прибыли.

Нуво не блещет утонченностью, в таком случае почему французы, которые ревностно относятся к идее терруара, уделяют ему внимание? Производители Божоле выпускают отличные вина Крю Божоле (не Нуво). В них чувствуется характер и комплексность, и все это можно приобрести по удивительно скромной цене. Ах, но в этом и заключается проблема. Находясь по соседству с престижной Бургундией, Божоле не может претендовать на высокую стоимость своих вин, какими бы хорошими они ни были, но может попытаться заработать деньги на товарообороте, снизив наценку. И в результате штампуется огромное количество бутылок Нуво, чтобы оплатить издержки.

На пике ажиотажа в 1992 г. около половины всего вина, производимого в Божоле, было Нуво. И эти пропорции остаются высокими даже сегодня. Забавно, но часто Нуво продается по таким же высоким ценам, как и более серьезные вина Божоле, в силу своей удачной раскрутки на рынке. Поэтому трудно понять, почему вы предпочтете его другим винам региона. С другой стороны, нетрудно догадаться, почему вы захотите продать его. Если производители смогут продать свое Нуво, тогда, возможно, получат за год довольно приличную прибыль. Если же рынок Нуво обвалится, то красное пятно на полу может вполне оказаться не просто разлитым вином.

По этой причине Нуво в основном рекламируется по всему миру с невероятной настойчивостью (иногда даже те самые распродажи Черной пятницы выглядят немного отчаянными), и не только потому, что у молодых вин быстро истекает срок годности. Обычно Нуво доставляется по разным странам мира путем дорогостоящих авиаперевозок, а не более экономичным морским транспортом, потому что короткий период между сбором урожая и финальной продажей делает скорость важным фактором успеха продаж, хотя проведенные в последние годы исследования смягчили обвинения в обнаружении в вине углеродного следа.

Сладкое, шипучее и одно время продававшееся в легких ПЭТ-бутылках, Божоле Нуво кажется идеальным вином для американских потребителей, воспитанных на двухлитровых банках сладкой и шипучей «Маунтин дью» и диетической колы. При известной доле цинизма вы решили бы, что Нуво – исключительно американское вино… произведенное в США. И в какой-то мере окажетесь правы. И хотя очевидно, что это вино родом из Франции (и на самом деле существует долгая традиция простого и веселого раннего снятия пробы с новых вин во Франции и повсеместно), думаю, стоит сказать, что феномен Нуво – это американское изобретение.

Если бы вина можно было ассоциировать с литературными произведениями, как заметил мой друг Патрик, Божоле Нуво можно было бы назвать бульварным романом в бумажной обложке.

«Дойч и сыновья», американская компания, действительно поместили Божоле в общем и Нуво в частности, на карту винных продаж, когда стали эксклюзивным дистрибьютором Джорджа Дюбофа несколько лет назад. Они выбрали это простое вино и сделали из него маркетинговое событие. Если перефразировать высказывание «понадобился Никсон, чтобы поехать в Китай», то получится «понадобилась предприимчивая семья Дойч, чтобы начать продавать Нуво». На самом деле их предприятие оказалось настолько успешным, что они завязали сотрудничество с еще одной семейной компанией – Каселла из Австралии – и создали второй винный феномен, подогнанный под вкусы американцев: Йеллоу Тэйл!

Поэтому позвольте мне добавить Мутон Каде и Дюбоф Нуво в нашу кругосветную винную коллекцию, чтобы продемонстрировать, что существуют не только две стороны французского вина. Да, существуют бордоские и бургундские вина, но они представлены как в благородном, так и в более простом и незамысловатом варианте. Но довольно! Нам необходимо упаковать свои вина и отправиться к следующему пункту назначения нашего (и Филеаса Фогга) маршрута. Вперед, в Италию!

Я знаю, что вы скажете! Как можно уехать из Франции, не посетив другие винные регионы, включая Рону, Шампань, Эльзас, Луара… этот список можно продолжать до бесконечности. А как насчет белых вин (Шабли!) и сладких вин (Сотерн!)? Да, эти вина достойны внимания, но пари, заключенное на 80 бутылок, обязывает меня, как 80 дней обязывали Филеаса Фогга. Так что если я уже пропустил ваше любимое вино, позвольте мне сказать следующее. Доверьтесь мне. Я заглажу свою вину где-нибудь по пути. А если нет, то можете считать, что сделка отменяется!

Вина

Шато Петрюс 1994

Бордо, Франция

Мейсон Джозеф Друэн Шамболь-Мюзиньи «Влюбленные»

Бургундия, Франция

Мутон Каде Руж

Бордо, Франция

Жорж Дюбеф Божоле Нуво

Божоле, Франция

Глава 3

Италия

Теорема Невозможности Батали

Если бы Филеас Фогг хотя бы ненадолго задержался в Италии, чтобы попробовать местное вино, выпить кофе или отведать сыра, то в романе Жюль Верна наверняка было бы об этом написано. На самом деле мы ничего не знаем о путешествии с того момента, как он вышел со станции Чаринг-Кросс в Лондоне, до его прибытия на пристань в Бриндизи, кроме того, что он совершил пересадку в Париже, отправившись в Турин через Мон-Сенис и дальше вниз по «итальянскому сапогу» до самого «каблука». Возможно, он никогда не отступал от своего графика, не отрывал глаз от атласов и карт, пока его поезд мчался по направлению к Бриндизи, где должен был сесть на грузовой корабль судоходной компании «Пенинсьюлар энд Ориентал», под названием «Монголия». Но он участвовал в гонке на время. В отличие от Фогга, мы не можем не обратить внимание на Италию, но должны постараться познакомиться с ней в правильном смысле, что гораздо сложнее, чем вам кажется.

Правило, которое я назвал «Теорема невозможности Батали», названо в честь Марио Батали, американского шеф-повара и ресторатора, который сделал очень много для продвижения итальянской кухни и вина в США[15]. Американцы часто говорят об «итальянской еде», которую мы обожаем, и «итальянских ресторанах», в которых она подается, но Батали заявил, что не существует такого понятия, как «итальянская еда», – существует множество кухонь разных областей Италии, и их нельзя низводить до одной-единственной обобщенной категории. Каждый, кто путешествовал или жил в Италии, знает, что в этом он прав. Тосканская, римская, неаполитанская кухни отличаются друг от друга, находясь под влиянием различных кулинарных традиций и используя различные ингредиенты, и все это только верхушка айсберга.

А если в общих чертах, Теорема Батали утверждает, что сложные вещи проще понять и оценить в полной мере, если подробно изучать их со всех сторон, а не пытаться свести к обобщению, которое скрывает больше, чем открывает. Теорема Батали представляется особенно важной сейчас, в мире, оснащенном смартфонами и интернетом, где любой человек может откопать поверхностную информацию о любом вопросе и найти клад со вкусными деталями. Теорема Батали – это не абстрактная концепция, это нечто, что направляет нас в каждодневной жизни.

Невозможность итальянского вина

Что такое итальянское вино? Все и ничего, это невозможно определить, в том-то и дело. Оно красное или белое (а возможно розовое)? Игристое или тихое? Крепкое или слабоалкогольное? Дерзкое и бесстрашное или легкое и утонченное? Я надеюсь, вы согласитесь, что итальянское вино сочетает в себе все эти качества и даже больше, а значит, это не одна его особенность, а множество. И я надеюсь, что вы также согласитесь, что Теорему невозможности Батали можно применить и в таком вопросе: не существует такого обобщенного понятия, как итальянское вино, а лишь вина из разных областей Италии. И что это за потрясающий винный мир!

Ян Д’Агата в своей книге «Натуральные виноградные вина Италии» 2014 г. выделяет 377 местных виноградных итальянских вин, что представляет собой не только огромное число разных винных источников, но и довольно значительный объем всех мировых виноградных сортов[16]. Исчерпывающую информацию представляет книга «Виноградные вина» Янкиса Робинсона, Джулии Хардинг и Хосе Вуиламоса, сообщая о 1368 сортах винного винограда по всему миру, так что в одной только Италии находится более четверти мирового винного потенциала. Традиция выращивания винных сортов винограда в определенном роде так же важна, как и повсеместно узнаваемый вклад страны в мировую музыку, живопись, архитектуру и кухню[17]. Если добавить сюда международные сорта, произрастающие на итальянских виноградниках (Мерло, Каберне, Шардоне, Совиньон Бланк и т. д.), становится понятно, что богатый мир вина поджидает в Италии страдающего от жажды знатока вин.

Не существует такого обобщенного понятия, как итальянское вино, а лишь вина из разных областей Италии.

Теорема Батали находит свое применение, поскольку, хотя некоторые сорта винограда и стиль вин применяются в нескольких областях Италии, большинство из них носят местный, а не национальный или международный характер и отражают узкую специфику географического и культурного терруара. Пожив некоторое время в Италии, а также много путешествуя по этой стране, я выделил несколько любимчиков среди сотен вин из разных областей. Одно из них я обнаружил в Болонье, это Пинолетто, и спокойное и шипучее (fizzante) белое вино, которое идеально дополняет жирные местные сыры и мясо. И я до сих пор ощущаю вкус Руке, которое мы открыли для себя на региональном фестивале еды в Монкальво, нас с гордостью угостили этим вином в общественном клубе, принадлежащем коммуне Кастаньоле-Монферрато, где находится родина этого сорта винограда.

Мой личной список региональных винных откровений довольно обширен, но, просматривая книгу Д’Агаты, я пожелал расширить это знакомство. Одно из вин, которое мне не терпится попробовать, – это Мостоса из Эмилии-Романьи. По названию этого вина можно понять, что в процессе его производства остается огромное количество жмыха (mosto) и получается большое количество вина. Это довольно продуктивный виноград, скажете вы, и, возможно, именно по этой причине оно иногда ассоциируется с вином, известным как Пагадебит (тот, кто платит долги).

Одно вино, способное управлять всеми?

Полагаю, что Теорема невозможности Батали особенно важна для меня, потому что, замышляя эту книгу, я носился с идеей посещения разных мест, где можно выбрать одно вино, которое будет представлять свой винодельческий регион. Это выглядело серьезным вызовом, и на какое-то время я даже решил, что нашел свое единственное «итальянское» вино. Не Кьянти или Брунелло, Бароло или Барбареско. И не Амароне, хотя я очень люблю это вино. Нет, мой кандидат, который должен был представлять итальянские вина, происходит из совершенно неожиданного места и производится из малоизвестного сорта винограда. Позвольте мне рассказать вам о нем.

Множество образов приходят в голову, когда вы думаете о Венеции, – живопись, архитектура, каналы и гондолы. А виноградники? Как-то не очень. Сложно представить виноградники в Венеции, хотя историки убеждают нас, что они там существовали, некоторые даже в квартале Сан-Марко, в те давние времена, когда город был не так наводнен туристами и больше беспокоился о своей независимости.

Сложно представить виноградники в Венеции, хотя историки убеждают нас, что они там существовали, некоторые даже в квартале Сан-Марко, в те давние времена, когда город был не так наводнен туристами.

Удивитесь ли вы, если я скажу, что в Венеции до сих пор существуют виноградники и производится вино? Не на скоплении островов, как мы себе представляем Венецию, а в оживленной лагуне? Вам необходимо сесть на пассажирский паром до острова Бурано (это остров мастеров кружевоплетения, не путайте с островом Мурано, островом стеклодувов), и, перейдя по короткому пешеходному мосту, вы попадете на остров Маццорбо и увидите виноградник Венисса площадью 1 га, засаженный Дорона ди Венеция, сортом винограда из Венецианской лагуны. Его природная устойчивость к грибковым болезням представляет собой дополнительное преимущество в этом влажном климате. Этот сорт, известный с XV в., был получен в результате естественного скрещивания сортов Гарганега и Берместия Бьянка (согласно сведениям из книги «Винные сорта винограда»), который популярен как виноград для производства столового вина из-за своего крупного, сладкого, золотистого, шарообразного плода. Виноград сорта Дорона повсеместно растет в области Венето (его легко спутать с Гарганега, виноградом, который в основном ассоциируется с Соаве), однако до недавнего времени он не так часто встречался в Венеции и на островах лагуны из-за трудностей выращивания винограда в морском климате. Но Джанлука Бизоль, производитель знаменитого Просекко, обнаружил несколько сортов винограда на острове Сант-Эразмо и использовал его для основания виноградника Дорона на территории старинного поместья Скарпа-Воло на близлежащем острове Маццорбо.

Золотистый виноград, золотистое вино. Вино и в самом деле отличается золотистым оттенком, что отчасти обусловлено ферментацией виноградной кожуры, которая придает вину особенный характер. Бутылки ручной работы, богато украшенные отбитой вручную золотой фольгой (таким образом прославляя два традиционных венецианских ремесла). Название винодельческой области Венисса и номер аккуратно выводятся вручную на каждой бутылке.

Каково же на вкус это вино? На момент нашего посещения было реализовано лишь два урожая – 2010 и 2011 гг., и Ян Д’Агата пишет, что ему больше понравилась свежая нотка урожая 2011 г. Виноделы Дезидерио Бизоль и Роберто Кипрессо, судя по всему, отошли от некоторых особенных практик хранения после первого урожая, стремясь к чему-то более свежему, однако вы никогда не спутаете это с Соаве! Нам с Сью очень понравился цвет вина, и мы были поражены его утонченным ароматом. Легкий привкус соли тоже оказался невероятно привлекательным, однако, возможно, все дело в силе убеждения, поскольку мы дегустировали вино с Маттео Бизолем, любуясь виноградником и простирающейся прямо за ним лагуной. Если в вине и присутствует соленый привкус, то он появился в вине по естественным причинам. Соленые воды омывают виноградники во время периодических приливов, и много усилий тратится на осушение виноградников. Лично я предпочитаю более насыщенный вкус урожая 2010 г., хотя, возможно, этого и следовало ожидать от автора книги «Особенное вино». Красное вино из винограда сортов Мерло и Карменер, выращиваемых на другом крохотном островке в лагуне, было выпущено в 2014 г. Мы с Сью отметили насыщенность, богатство оттенков и соленый привкус.

Возвращаясь на пароме обратно на Сан-Марко в свете полной луны, мы с Сью беседовали о Вениссе. Поначалу я подозревал, что это платформа для продвижения бренда Бизоль, но моя гипотеза не подтвердилась. Похоже, это действительно искренняя попытка семьи Бизоль отдать дань уважения истории и традициям Венеции и венецианского вина. И еще больший интерес к Вениссе вызывает тот факт, что это живая выставка – реальные виноградники сосредоточены прямо здесь, в лагуне, а не просто как точки на старой карте, а в ваш бокал наливают настоящее вино, и это не просто этикетка на стене. И, очевидно, это все создает более яркое, чувственное впечатление. И это впечатление усиливается благодаря вытягиванию этих чувств путем яркой упаковки, живописных окрестностей, посещением таверны, ресторана и так далее.

Надеюсь, вы сможете понять, в безмятежном настроении возвращаясь на пароме обратно в Венецию, что вполне возможно представить, что Венисса была особенной – единственным вином, представляющим всю Италию, благодаря тому утверждению, которое она делает о культуре, истории и вине. Но затем неизбежно вступает в силу Теорема невозможности Батали. Венисса слишком многогранна, но не способна одна принять на себя все бремя такой разнообразной винной культуры Италии. В каждом итальянском винодельческом регионе должна быть своя Венисса (и, думаю, во многих регионах так и есть, если присмотреться повнимательнее), но нет одного-единственного вина, даже того, которое задумывалось специально для этой цели, которое могло бы справиться с этой задачей. Но в нашей коллекции 80 бутылок нет места для каждого итальянского вина. И что теперь?

Разгадывая невозможное: сколько вин?

Тре бикьери – три бокала. Это очень важные слова для тех, кого действительно интересует итальянское вино. Красный гид Мишлен дает три звезды первоклассным ресторанам во Франции и по всему миру, и, возможно, по этой причине в Vini d’Italia журнала Гамберо Россо («Итальянские вина» в названии английского издания) говорится именно о трех бокалах первоклассного итальянского вина[18]. Это выглядит как вполне объективный отправной пункт. Сколько вин из Италии может существовать и сколько из них достойны высочайшей награды?

Двадцать тысяч вин! Если вы или я попытались бы попробовать эти возможные сорта вина во время перелетов, по пять разных сортов за вечер, то потребовалось бы почти 11 лет, чтобы справиться с задачей.

Но моя надежда быстро улетучилась, когда я сделал подсчеты. В издании за 2015 г. редакторы провели обзор 2042 виноделен и дали оценку 20 тыс. видов вина (и это при том, что они проявили избирательность – не каждая винодельня и не каждое вино прошло проверку). Двадцать тысяч вин! Если вы или я попытались бы попробовать эти возможные сорта вина во время перелетов, по пять разных сортов за вечер, то потребовалось бы почти 11 лет, чтобы справиться с задачей. Но к тому времени, когда мы бы закончили, еще тысячи и тысячи сортов ждали бы своей очереди. Дегустаторы Гамберо Россо были очень избирательны, как и всегда, и из этого огромного списка лишь 423 вина (около 2 %) получили оценку Тре бикьери. Четыреста двадцать три. И это огромное количество вина. И что дальше?

Венисса – это воплощение истории и роскоши и утверждение о том, какими должны быть итальянские вина.

И, как обычно, Сью продемонстрировала критический подход. Ключ в том, чтобы попытаться подумать об итальянском вине несколько иначе, сказала она. Отличительная особенность итальянских вин – это их разнообразие, а разнообразие проявляется в разных видах. Если, предположим, вы будете исходить из разнообразия сортов винограда и винных стилей, то в таком случае не видать конца и края винам, которые стоит включить в ваш список. Если станете исходить из географического разнообразия, произойдет та же история. Но есть и другие способы подумать о вине.

Обозреватель New York Times Томас Фридман как-то определил глобализацию как «все и его противоположность», что является гораздо более полезной характеристикой, чем может показаться. Поскольку я уже начал свой список вин из Италии с золотистой Вениссы, то, возможно, будет интересно взглянуть на противоположную сторону винной монеты. Венисса – это воплощение истории и роскоши и утверждение о том, какими должны быть итальянские вина. Это вино также явный пример того, что где-то в другом месте я назвал бы нереальным вином[19]. Конечно, оно вполне реально – оно существует. И мы со Сью даже дегустировали его, но это вино производится в таких ограниченных количествах и доступно лишь в нескольких местах, что если вы не отправитесь на тот остров в Венецианской лагуне, то ваши шансы насладиться этим вином практически равны нулю. Фактически оно может быть выдумкой, как и Филеас Фогг. Увы, винные журналы пестрят статьями о недостижимых, почти нереальных винах, которых большинству из нас никогда не доведется попробовать.

От нереального к невидимому

Противоположность нереального вина, вроде Вениссы, это вино, которое столь широко распространено, что мы относимся к нему как к чему-то само собой разумеющемуся. По сути, оно становится невидимым, поскольку оно повсюду. Помня об этом и следуя совету Сью, я выбрал Риюнайт Ламбруско, игристое вино из Эмилии-Романьи (провинции Болоньи), которое ошеломляющие 26 лет было бестселлером среди итальянских вин в США. В самом деле, это вино номер один из импортируемых в США вин, и за это время было продано более 165 млн ящиков этого вина.

История Риюнайт началась в 1950 г., когда итальянская винная индустрия переживала послевоенный кризис и многие виноградари создавали кооперативы, чтобы производить и продавать свои вина, продавая оптом или под своей собственной маркой. Это была, главным образом, защитная стратегия, потому что они не могли рассчитывать, что частные винодельни купят их виноград по приемлемым ценам. Кооперативы способствовали выживанию винной индустрии в Европе в то время, так же как во времена кризисов 1920-х и 1930-х гг. И, несомненно, они очень важны и сегодня. Вполне возможно, что половина всего вина, производимого в Европе сегодня, и одна из четырех бутылок вина по всему миру происходят из бочек и резервуаров кооперативных виноделен!

Кооперативы способствовали выживанию винной индустрии в Европе в то время, так же, как во времена кризисов 1920-х и 1930-х гг.

Думаю, что компания «Кантин Кооперэтив Риюнайт» была создана как кооператив «второго уровня», что означало, что его девять основателей сами представляли местные кооперативы и вовсе не были индивидуальными виноградарями. Такой кооператив кооперативов. Они объединились, чтобы делить инвестиционные расходы, равномерно распределять риски и обеспечивать экономию за счет роста масштабов производства. Устав кооператива был видоизменен в 1970 г., чтобы разрешить вступление для индивидуальных виноградарей. Согласно отчету 2012 г., в «Риюнайт» входило 3700 членов, у кооператива было 12 центров винного производства в Эмилии-Романье, плюс еще дополнительные 14 тысяч членов и 15 взаимосвязанных виноделен в разных частях Италии. «Риюнайт» – один из крупнейших «невидимых» винных производителей в мире.[20]

Ключевой момент в развитии «Риюнайт» произошел в 1969 г., когда компания подписала на 10 лет эксклюзивное маркетинговое соглашение с компанией «Вилла Банфи», нью-йоркским импортером вина, которая сейчас знаменита своими собственными высококлассными итальянскими винами, как мировым, так и международным портфолио дистрибьютера. Джон Ф. Мариани-младший увидел в Риюнайт Ламбруско «красную колу», только в винном варианте, которая вполне могла понравиться великому американскому среднему классу[21]. Первый заказ на сто ящиков Риюнайт Ламбруско в конце концов вырос до миллиона ящиков. С помощью Банфи «Кантин Риюнайт» адаптировала свой продукт к американскому рынку, улучшив качество, снизив содержание алкоголя и минимизировав неравномерность получения урожаев. Компания Банфи занималась упаковкой и маркетингом, в том числе выпустив незабываемые серии телевизионной рекламы с заключительными репликами: «Не попробовав Риюайт, вы не поймете, что теряете» (очевидно, но совершенно верно) и мое любимое: «Риюнайт на льду… это класс».

Ламбруско только выигрывает от охлаждения, и Банфи рекламировали его как вино, которое стоит хранить в холодильнике, чтобы оно всегда было наготове. Мариани продумал все до мелочей, даже закручивание винтовой крышки, чтобы бутылку с остатками вина можно было бы снова легко закрыть и убрать в холодильник. Это гораздо удобнее, чем пробка и проволочная сетка от шампанского. Ну вот, теперь отлично![22] Без сомнения, Банфи и «Кантин Риюнайт» опередили время, адаптируя свой продукт к нуждам потребителя, и продолжили заниматься этим и спустя годы, представляя множество вариаций, вносимых в базовое Ламбруско, включая вина со вкусом фруктов, которые очень популярны в наше время, когда вина с низким содержанием алкоголя (благодаря добавлению фруктового сока) пользуются большим спросом.

Вина Риюнайт можно повсеместно приобрести в США (Сью как-то видела такое вино на витрине магазинчика на заправке, недалеко от Касл Рок, Вашингтон), но когда вы в последний раз пробовали его? Возможно, оно слишком незаметно, чтобы вы обратили на него внимание. Мы отыскали стандартные бутылки Риюнайт объемом 750 мл и 1,5 л на нижней полке в винном отделе местного супермаркета (стоимостью 4,99$ и 8,99$ соответственно) и попробовали охладить его при помощи льда. Получилось неплохо, хотя, мне кажется, оно понравилось бы мне больше в качестве основы для сангрии. Если вы не пробовали Риюнайт, то, возможно, не догадываетесь, что теряете. Для миллионов людей это то вино, которое отмечает Италию на их личных картах вкуса.

Старые и новые друзья

Поскольку из Италии я смогу забрать всего несколько вин для нашей коллекции, то обращусь к старым и новым друзьям. Винный дом Антинори и в самом деле может похвастаться древней историей – Маркези Антинори насчитывает 26 поколений виноделов в Тоскане, начиная с 1338 г., когда Джованни ди Пьеро Антинори стал членом Флорентийской гильдии виноделов. Семейный бизнес развивался на протяжении веков, и сегодня им управляют Маркус Пьеро Антинори и три его дочери, Альбиера, Аллегра и Аллесия. Диапазон вин довольно широк, начиная от доступного по цене сухого красного Санта Кристина Тоскана ИГТ, которое мы со Сью попробуем сегодня за ужином, до новаторского супертосканского Тиньянелло. Вина Антинори производятся в Тоскане и повсюду в Центральной Италии, а также существуют международные проекты в США, Чили, Венгрии, на Мальте и в Румынии.

Вина Антинори легко найти в США, но мои воспоминания тесно связаны с Флоренцией и Палаццо Антинори на улице Торнабуони. Именно там в 1957 г. семья открыла ресторан и винный бар, названный «Кантинетта Антинори», который стал моим любимым местом во время сбора информации для книги 1990 г. под названием «Горы долгов» (о финансовом кризисе во Флоренции эпохи Ренессанса, викторианской Англии и послевоенной Америки).[23] Там вы можете купить бокал любого из вин Антинори по приемлемым ценам, и еда в этом ресторане отличная и тоже вполне недорогая. Кроме того, поскольку это был самый дешевый пункт в меню, я постоянно заказывал papa al pomodoro (томатный суп) («суп из хлеба», как с притворным презрением называл его наш любимый официант каждый раз, когда я делал заказ). Когда мы несколько лет спустя снова вернулись в «Кантинетту», вина здесь были те же, но место оказалось переполнено состоятельными туристами из Азии, а не американскими студентами колледжей, у которых когда-то проходили занятия на верхнем этаже здания. И суп из хлеба остался в меню. Теперь у «Кантинетты» есть филиалы в Цюрихе, Вене и Москве, и эти рестораны помогают распространять взгляды Антинори на еду и вино на мировом уровне. Все эти рестораны совершенно разные, но papa al pomodoro непременно присутствует в каждом меню. Для нашей коллекции я выберу всего лишь одно из многочисленных вин Антинори – Маркезе Антинори Кьянти Классико Ризерва, как нельзя лучше подходящего для такого случая, как дружеский ужин в компании закадычных друзей.

Вина Антинори олицетворяют историю итальянского вина и его неразрывную связь с землей, культурой, праздничными пиршествами и итальянской кухней. Это старый друг в различных значениях этих слов. Мой новый друг среди вин – это Просекко. И не потому, что Просекко само по себе новое вино, и не потому, что мы только что сами открыли его для себя, но потому, что недавно оно штурмом захватило мир, и разговоры о триумфе этого вина кружились в Лондоне еще несколько месяцев назад, о том, что мы выпили все запасы Просекко. Запасы Просекко серьезно истощились! Конечно, это были всего лишь несостоятельные слухи, но паника оказалась вполне реальной. Мир без Просекко? Уму непостижимо. А ведь всего несколько лет назад об этом вине почти ничего не знали за пределами Италии.

Просекко – это игристое белое вино из винодельческого региона на северо-востоке Италии, который включает области Фриули и Венето (Венеция). Вино названо в честь региона и производится из винограда сорта Глера, в стиле, изобретенном в 1878 г. Антонио Карпене, основателя знаменитой винной школы в Конельяно, где я читал лекции в 2015 г. Неигристое базовое вино готовится так же, как и шампанское, а процесс вторичной ферментации необходим для появления пузырьков, но это достигается в специальном герметичном контейнере под давлением (в автоклаве) вместо бутылки. «Итальянский метод» изготовления игристых вин требует меньше прямого контакта с дрожжами, в результате чего вина получаются свежими и с ярко выраженным фруктовым вкусом и ароматом.

Запасы Просекко серьезно истощились! Мир без Просекко? Уму непостижимо.

Во время посещения области Просекко мы побывали у многих производителей, включая Карпене Мальвольти, Паладин, Понте (кооператив), Борголуче, Бизоль (семья, производящая Вениссу), Мионетто, Сорелли Бронка и Сильвано Фолладор, небольшое производство, управляемое братом и сестрой. По пути мы увидели большую винодельню Ла Марка. Кооператив второго уровня, который производит самое популярное Просекко на рынке США. Просекко заставило многих потребителей по-новому взглянуть на игристое вино и укрепило свои позиции на рынках по всему миру.

Какое именно Просекко стоит выбрать для нашей коллекции? Этот выбор в какой-то мере будет произвольным, поскольку Просекко обладает множеством стилей, включая и очень интересное неигристое Просекко, изготовленное студентами, которое нам предлагали профессора в винной школе Конельяно. Думаю, я должен выбрать Карпене Мальвольти за его связь с историей и Сильвано Фолладор за его сосредоточенность на особенной философии вина, но существует и много других прекрасных вариантов. И что их все объединяет? Высокое качество и огромные амбиции. И, конечно, Теорема невозможности Батали. Они (и другие вина, упомянутые здесь) – это продукты определенного времени и места. Ни одно вино не может претендовать на то, чтобы единолично представлять Италию, но каждое из них отражает частичку ее сущности.

Итак, с Италией все. Настало время произнести тост, а значит, поднять бокалы (с Просекко) и выпить за Теорему невозможности Батали, прежде чем мы продолжим наше путешествие вокруг света.

Вина

Венисс Венеция, Изола ди Маццорбо

Венето, Италия

Риюнит Ламбруско

Эмилия-Романья, Италия

Маркези Антинори Кьянти Классико Риверса

Тоскана DOGG, Италия

Карпене Мальвольти Конельяно Вальдобьядене Просекко Супериоре

Венето, Италия

Сильвано Фолладор Вальдобьядене Просекко Супериоре ди Картицце Брют Натюр

Венето, Италия

Глава 4

Сирия, Ливан и Грузия

Винные Войны

Покинув Италию, Филеас Фогг отправился в сторону Каира и Суэцкого канала, который был в то время, да, возможно, остается и сейчас самым быстрым маршрутом из Европы в Индию, если путешествовать консервативными сухопутными и морскими путями. По каналу Фогг добрался до Ближнего Востока, но нас манит нечто другое. У этого региона древнейшая история виноделия. На горе Арарат, расположенной на территории современной Турции, было обнаружено подтверждение того, что виноделие существовало здесь с незапамятных времен (виноградники Ноя на традиционном месте высадки Ноева ковчега? Вероятно, нет, но это очень интересно.) И именно финикийцы и греки распространили вино в Италию и Францию, откуда оно распространилось по всему миру. Двигаясь вперед в нашем путешествии, чтобы понять историю вина, похоже, что мы отодвигаемся назад, углубляясь в нее.

И именно финикийцы и греки распространили вино в Италию и Францию, откуда оно распространилось по всему миру.

Финикия? Где это? Земля Пальм, как нам сказали, включенная территория в современных Ливане, Сирии и Северном Израиле. В далеком прошлом у этих земель было много общего, и видное место в этом списке занимало вино. Не забывайте о знаменитой истории, как Иисус превратил воду в вино на пиру в Кане. И это только верхушка библейского айсберга, который раскрывают для нас Рэнделл Хескетт и Джоэл Батлер в своей увлекательной книге «Божественный урожай: Вперед по винной тропе от сотворения мира до наших дней»[24]. В последнее время у этих стран есть и еще кое-что общее. Нестабильность. Конфликты. Война.

Война и вино

Вино и война плохо сочетаются между собой. Для вина необходим мир, чтобы ухаживать за виноградом, а затем собирать урожай, который нельзя отложить или перенести в более удобное место. Вина требуют мира для ферментации, вызревания и совершенствования. Вино много веков полагалось на безопасные торговые пути, чтобы добраться из пункта своего производства к своим раскиданным по всему миру покупателям. Если бы голубь не был таким мощным символом, то я предложил бы использовать винный бокал как олицетворение мирных настроений.

Однако сейчас мало надежды на мирные времена и на вина, которые доставляются к нам из Сирии и Ливана, и поэтому план для этой главы – исследовать отношения между вином и войной здесь, в одном из наиболее неспокойных винных регионов на нашей планете.

Вино и война плохо сочетаются между собой. Для вина необходим мир, чтобы ухаживать за виноградом, а затем собирать урожай, который нельзя отложить или перенести в более удобное место.

Существует множество книг о вине и войне, но они не всегда такие по сути, как может показаться. Например, моя книга, вышедшая в свет в 2011 г., называется «Винные войны», но она не столько о террористах, сколько о терруаристах[25]. Книга «Винные войны» повествует о войнах в мире вина. Что такое вино и каким оно должно быть? Представляет ли оно собой продукт массового производства, задуманный маркетинговыми консультантами и произведенный в соответствии с определенными характеристиками? Или же это натуральный продукт, навсегда привязанный к особому времени и месту? Вино – это и то и другое, конечно же, и еще целый спектр нюансов между ними, но спор ведется о том, в каком направлении вино станет развиваться – в сторону мирового и коммерческого пути или же близкого к натуральному и местному, сторонниками которых являются «терруаристы».

Войны, которые я описал в книге «Винные войны», происходят в тех местах, где производится вино и где оно потребляется, и на самом деле, силы, которые я изучал, ограничиваются не только вином. Схватки между глобальным и местным, если взять хотя бы часть спора, существуют на множестве фронтов, так же как и напряженность между стандартизацией и индивидуальными шедеврами, деньгами и искусством. Но разве подобная война может иметь значение для Сирии и Ливана, где гремят смертельные взрывы, а террористические атаки угрожают жизням людей? Нет, все это описывает другая книга. Она называется «Вино и война: французы, нацисты и битва за величайшее сокровище Франции», и написали ее Дон и Пети Клэдстрап[26]. Это одна из наиболее популярных книг о вине на все времена, и легко понять почему.

«Вино и война» повествует о том, как война влияет на каждый аспект жизни, даже (или особенно) на вино. В ней рассказывается об усилиях французских виноделов защитить свои виноградники, сохранить сокровищницу первоклассных вин и пережить суровую реальность фашистской оккупации в период Второй мировой войны. А затем, когда в конце концов наступает мир, приходится восстанавливать все, что было потеряно, и эта задача была осложнена знаменитым урожаем 1945 г. Ложь, правда, герои, злодеи и предатели – в этой коллекции историй есть все. Конечно, на первый план выступают Бордо и Бургундия, как и шампанское Поль Роже, которое мы выпили за начало путешествия в первой главе этой книги. Комунна Хильтер заказала огромное количество любимого вина Уинстона Черчилля из знаменитого урожая 1928 г., которое должно было доставляться в Берлин каждый месяц вместе с миллионами бутылок шампанского от других виноделов и, в частности, великих французских вин. Известно, что к завоевателям отправлялось самое неудачное вино, испорченное войной, но никто не упоминал, что иногда они получали и прекрасные вина. В любом случае это как раз та военная история, которую мы станем исследовать в этой опасной части мира.

Самое опасное вино в мире

Домен де Баргилус, возможно, одно из самых опасных вин в мире. Вероятно, вы поймете почему, если я расскажу, что его виноградники находятся в Сирии, на склонах Джебель аль-Ансари, когда-то известной как гора Баргилус, недалеко от Средиземноморского побережья. Вино здесь делали веками, и не кто иной, как Плиний Старший, римский «Роберт Паркер», по достоинству оценил его высокое качество, но связь с войной очень сильна. Вино прогремело в Сирии, например, после того, как римляне разгромили царя Митридата VI в 63 г. до н. э. и захватили его владения. Вино, конечно, здесь уже делали, но римляне значительно увеличили площадь виноградников и всячески поощряли активную региональную винную торговлю. Винная индустрия то процветала, то приходила в упадок, в зависимости от политики и убеждений правителей государства, но каким-то образом вину удавалось выстоять, хотя порой и с трудом.

Домен де Баргилус, возможно, одно из самых опасных вин в мире. Его виноградники находятся в Сирии, на склонах Джебель аль-Ансари, когда-то известной как гора Баргилус, недалеко от Средиземноморского побережья.

Как же удалось вину пережить долгие десятилетия османского правления, которое началось в 1516 г. и закончилось лишь черыре века спустя? Мусульманский запрет на употребление алкоголя не распространялся на вино в религиозных целях, что создало благоприятные условия для христианских производителей вина, и на самом деле, нынешнее винное хозяйство Домен де Баргилус находится почти рядом с Дейр Тоума, что переводится как «монастырь Томаса». Виноделие снова стало процветать после Первой мировой войны, когда, согласно Версальскому договору, эта часть Ближнего Востока перешла под контроль Франции, которая отрезала Ливан от Большой Сирии. Сирия получила формальную независимость в 1946 г., а в 1963 г. была провозглашена Сирийская Арабская Республика.

Последние 50 лет не были мирными, и ситуация в момент написания этой книги остается ужасной. Винное хозяйство Домен де Баргилус было в какой-то мере изолировано от насилия гражданской войны «Арабская Весна», начавшейся в 2011 г., поскольку виноградники находятся почти рядом с Латакией, где расположена база президента Башара аль-Ассада. Теперь армии Исламского государства вступили в войну, и производство вина или чего-то другого в Сирии стало сложным и опасным. Миллионы сирийских беженцев хлынули из страны. И все же даже в этой враждебной обстановке вино по-прежнему продолжают производить.

Как же удалось вину пережить долгие десятилетия османского правления, которое началось в 1516 г. и закончилось лишь черыре века спустя?

Домен де Баргилус и такая же винодельня Шато Марсиас в долине Бекаа в Ливане – результат семейной решимости сохранить виноделие и историю производства вина в Сирии. Некоторые мои знакомые поначалу не верили, когда я рассказывал им о Домен де Баргилус, и должен признать, что в эту историю и впрямь сложно поверить. И все же вот она.

Семья Джонни Р. Сааде – ортодоксальные христиане с глубокими корнями в Сирии и Ливане. Семья активно занималась торговлей с XVIII в., и под руководством Джонни Р. Сааде и его сыновей, Карима и Сандро, были созданы различные виды бизнеса, включая перевозки, туризм, сделки с недвижимостью и финансы. Поскольку семья жила в период, когда Франция контролировала территорию, неудивительно, что Сааде занялись виноделием. Карим и Сандро стали искать возможности для вложений в производство вина, возможно в Бордо, вина, одними из первых понравившиеся их отцу, или вина Роны, которые он обожал. Но в конце концов они решили вкладывать деньги в производство вина поближе к дому и в Ливане, и в Сирии и наняли «летающего винодела» из Бордо, знаменитого Стефана Деренонкорта, чтобы получить от него советы по уходу за виноградниками и производству вина. Главным было найти лучшие места для виноградников, а затем заняться производством знаменитых вин.

Детали выращивания винограда и самого процесса создания вина очень интересны, но меня больше привлекают человеческие усилия по выращиванию винограда, производству вина, а затем продвижению его на рынок. Официальное сообщение Аль Джазиры в 2014 г. носит вполне типичный характер[27]. Ни семья Сааде, находящаяся в Бейруте, ни винный консультант Деренонкорт не могут посещать виноградники по причине неурегулированного пограничного спора и потому должны использовать лишь способы удаленного контроля – сотовую связь и электронную почту. Ящики с созревшим виноградом доставлялись на такси из Сирии в Ливан для анализа, пока не поступило новое сообщение, что даже такси не разрешается проезжать через границу. Ракеты нанесли большой вред винодельне, уничтожив большое количество винограда и дорогостоящего оборудования. Пятнадцать местных работников ценят свою работу в области, где царит безработица, но риски слишком высоки. Перестрелки, бомбардировки и похищение людей делают эту область опасной для работы.

На виноградник падали бомбы, и работники разбегались врассыпную. На тот момент не было понятно, получится ли вообще собрать виноград, не говоря уже о том, чтобы дать ему окончательно вызреть.

В августе 2014 г., например, неподалеку от винодельни произошла схватка между исламистской группировкой и силами Ассада. На виноградник падали бомбы, и работники разбегались врассыпную. На тот момент не было понятно, получится ли вообще собрать виноград, не говоря уже о том, чтобы дать ему окончательно вызреть. Деренонкорт называет последние три урожая vins du guerre (вина войны). Конфликт угрожает виноградникам и непосредственно винодельне, и окончательный исход сражения вызывает серьезную озабоченность. Победа Исламского государства приведет к полному запрету на алкоголь согласно их строжайшей интерпретации шариатского закона, что приведет к гибели компании и, возможно, всех тех, кто с ней связан. А что еще хуже, конфликт в Сирии добавляет проблем к уже и так существующей нестабильности в долине Бекаа, сердцу ливанской винной индустрии и следующему пункту в нашем маршруте.

Человек года

Путешествие Филеаса Фогга вокруг света за 80 дней было тщательно спланировано и идеально организовано в теории, но на практике оказалось наполнено непредвиденными событиями, совпадениями и различными случайностями. Удача и невезение играли важную роль в разворачивающейся драме, и то, что оказалось правдой для героя Жюль Верна, оказалось правдой и для меня. Когда я планировал эту главу, я и не думал о Сирии или семье Сааде, Домен де Баргилус или Шато Марсиас. Их участие в нашей истории стало результатом удачи, которая улыбнулась мне, когда я работал над тем, чтобы узнать как можно больше об этой части мира. Мой первоначальный план был слишком прост. Ливан стал историей одного человека и его вина.

Когда британское издание журнала Decanter, позиционирующее себя как «лучший в мире журнал о вине», сообщило о ежегодной награде «Человек года» за «вклад в виноделие» в 1984 г., у него было множество достойных кандидатов. И в самом деле, номинантами на получение награды «Персона года» (как стала называться эта награда) в последующие годы стали Лаура и Коринн Менцелопулос из Бордо в 1985 г., Маркези Пьеро Антинори в 1986 г., Роберт Мондави в 1989 г., профессор Эмиль Пейно в 1990 г., Мишель Бродбент в 1993 г., Мэй-Элейн де Ланкюсан в 1995 г., Хью Джонсон в 1996 г. и Янкис Робинсон в 1999 г. Список этих известных личностей бесконечен.

И потому это оказалось настоящим сюрпризом, когда было объявлено имя первого победителя-винодела: Серж Ошар, Шато Мусар из долины Бекаа, Ливан. «Никто в мире виноделия никогда не сталкивался со столь ужасающе трудной и опасной работой, но, тем не менее, преодолел все препятствия», – провозгласил Decanter. «Производство вина в подобных условиях уже само по себе удивительно, а производство первоклассного вина – просто невероятно».

Decanter был прав, заявив, что простое производство вина уже стало вызовом. Одно их важных достижений Сержа Ошара, по его собственному признанию, заключалось в том, что он потерял всего лишь два урожая по вине военного конфликта. Война не дала собрать урожай винограда в 1976 г., а в 1984 г. нарушила цепочку поставок, что отрицательно сказалось на производстве. Дело в том, что винодельня находится не рядом с виноградниками, это стратегическое решение было принято из-за боязни сирийского вторжения в долину Бекаа. Два фургона с виноградом были отправлены на винодельню, один по суше, другой на корабле. Оба задержались, и виноград начал самопроизвольно ферментироваться в контейнерах. В итоге вино не было выпущено в свет в ходе обычной коммерческой деятельности, став вторым пробелом, возникшим по вине войны, в линейке урожаев. «Это вино – дань уважения силе духа Ошара, – пишут Хескет и Батлер, которым каким-то образом удалось попробовать это вино, – это уникальное вино, обладающее несомненной изюминкой благодаря вкусу, напоминающему мадеру, с агрессивным земляным привкусом»[28]. «Для других главная проблема – это погода, – заметил Ошар, – для нас – война».

Шато Мусар возникло в 1930 г. в период французского контроля над территорией Ливана, став главным детищем Гастона Ошара, отца Сержа. В то время французское влияние было очень сильно, в период Второй мировой войны Бейрут был известен как Париж Ближнего Востока, из-за его важного значения в финансово-банковской сфере и сильного влияния французской культуры, которое распространялось и на вино[29]. Сам Серж родился в 1939 г. и в конце концов приступил к работе на винодельне вместе с братом Роландом, который взял на себя решение всех вопросов, связанных с бизнесом, а Серж сосредоточил свое внимание на винных погребах. Урожай 1954 г. лег в основу первого произведенного им белого вина, и в 1956 г. он тоже отдал предпочтение изготовлению белого вина. Желая создавать лучшие вина, он отправился в Бордо, где учился с другим знаменитым мастером виноделия из списка журнала Decanter – Эмилем Пейно, несомненно одной из важнейших фигур в истории виноделия XX столетия. Пейно был первопроходцем в том, что можно назвать научным и модернистским подходом к виноделию, а также яростным противником грязных винных погребов и доморощенных винодельческих практик. Его целью было производство вина, неизменно чистого и живого, никакой «вычурности», никаких изъянов, начиная с практики выращивания винограда и в течение всей производственной цепочки.

В 1979 г. проблему производства качественного вина сменила другая проблема, когда нестабильность и угроза гражданской войны привели к тому, что основной внутренний рынок вина, который традиционно поглощал большую часть производства, существенно утратил свою покупательскую возможность. Встал вопрос о том, как заполучить устойчивую международную репутацию для своих вин и выйти на экспортный рынок. И вот Серж Ошар набил сумки бутылками со своим вином и отправился в путь, став самым успешным представителем своей винной продукции и ливанской индустрии. «Едва ли в мире нашлось мероприятие, посвященное вину, на котором бы он не побывал, – отмечает Майкл Бродбент. – О нем узнал весь мир.» Переломный момент произошел в 1979 г. на Бристольской винной ярмарке, когда Бродбент удостоил главного приза Шато Мусар 1967 г., снискав тем самым для него признание на международном рынке вина. За этим событием тут же последовала статья в журнале Decanter, и продолжение этой истории легко предугадать, но на самом деле требовалось еще огромное количество тяжелой и устаревшей работы. Шато Мусар увеличило производство до своих нынешних 58 тысяч ящиков, и его международная репутация также выросла. В долине Бекаа сейчас расположено 40 виноделен, (и количество уменьшилось еще на пять еще во время гражданской войны), что, конечно, не много для региона, в котором когда-то располагался храм, посвященный Бахусу, римскому богу вина. Серж Ошар, конечно, не сделал всего сам, но его роль значима и очень ценна, что и было признано повсеместно путем присуждения ему награды в 1984 г.

Натуральность

Я не успел встретиться с Сержем Ошаром до его безвременной кончины в 2014 г., но хотел получить личное представление об этом человеке, и с этой мыслью мы со Сью отправились на встречу с Бартоломео Бродбент, американским импортером вин Шато Мусар. Бартоломео познакомил с Сержем Ошаром его отец, Майкл Бродбент, и между ними завязалась искренняя дружба, сделав их настолько близкими, что Бартоломео называл Ошара своим вторым отцом. Я знал, о чем хотел спросить Бартоломео за ланчем, и думал, что знаю, каким будет его ответ. В чем заключается неисчерпаемое наследие Ошара, за что его запомнят навсегда? Я не сомневался, что услышу в ответ, что его будут помнить за такие качества, как решительность и оптимизм перед лицом войны, нестабильности и хаоса, качества, за которые он заслужил свое признание 30 лет назад, о котором писал журнал Decanter. Но я ошибся.

Движение за натуральное вино противостоит производству промышленного вина, как движение «слоуфуд» противостоит системе быстрого питания, что является и протестом, и одновременно альтернативой.

«За натуральное виноделие», – не задумываясь, ответил Бродбент. Сержа Ошара запомнят не благодаря войне в Ливане, сказал он, а из-за другой войны – терруаристской. Его слова застали меня врасплох, потому что, хотя я и знал, что хозяйство Шато Мусар стало одним из первых защитников органического виноградарства в Ливане, я не имел понятия, что сторонники движения за натуральное производство вина признали Ошара «крестным отцом» натурального вина[30].

Движение за натуральное вино противостоит производству промышленного вина, как движение «слоуфуд» противостоит системе быстрого питания, что является и протестом, и одновременно альтернативой. Идея производства натурального вина призвана минимизировать манипуляции и вмешательство в работу на виноградниках и в винных погребах, чтобы дать возможность вину отобразить, насколько это возможно, естественные условия, в которых оно производилось.

Сторонники натурального вина полагаются одновременно на философию и химию, выступая против манипуляций с вином и посторонних вмешательств в процесс производства, и предлагают лишь в минимальных количествах применять диоксид серы. Они ходят по канату, пытаясь получить высшее качество вина, одновременно рискуя «вычурностью» или изъянами в вине. Если вино не всегда отличается безупречной чистотой, то это потому, что необходимо отдать чему-то предпочтение (скорее выбрать восхитительное, органически чистое яблоко с несколькими поверхностными дефектами). У натурального вина много поклонников и защитников, и одна из его горячих сторонниц – Элис Фейринг, которая включила Шато Мусар в свой список культовых натуральных вин. «До конца 60-х гг. диоксид серы вообще не использовался в производстве вина, – пишет она, – а после в течение нескольких десятилетий его добавляли на стадии разлива в бутылки». Серж Ошар ходил по канату, пренебрегая «вычурностью» ради получения чего-то особенного.

Они ходят по канату, пытаясь получить высшее качество вина, одновременно рискуя «вычурностью» или изъянами в вине.

Ирония, конечно, заключается в том, что пренебрежение «вычурностью» и изъянами вы меньше всего можете ожидать от студента Эмиля Пейно! Серж Ошар знал правила, но не придерживался традиционных знаний. Он был готов брать на себя серьезный риск ради серьезной отдачи, даже иногда рискуя вообще не получить урожай в период сложных взаимоотношений вина и войны и рискуя несколько иначе в терруаристских винных войнах. Это совершенно не та история, которую я изначально собирался рассказать о вине и войне, но она невероятно вдохновляет, вам так не кажется? Серж Ошар – «Натуральный» и Человек года.

А что же с вином? Шато Мусар Руж – это сочетание сортов винограда Каберне Совиньон, Кариньян и Кинсолт, собранных с очень старых виноградных лоз. Эти вина предназначены для состаривания (и это именно то, что критики натурального вина считают невозможным), и они выдерживаются на винодельне для вызревания гораздо дольше, чем это принято для других вин. Я купил бутылку урожая 2003 г. в дьюти-фри в аэропорту Хитроу, когда оказался в Лондоне в 2014 г. Оно было восхитительным и своеобразным, в полной мере демонстрируя свой возраст, но в хорошем смысле этого слова. Описание, которое я нашел для урожая 2004 г. содержало в себе слова: мутный, вонючий, с душком и покрытый налетом. Всего этого очевидно не присутствовало в урожае 2003 г. Описания, подобные этому, не входят в словарь Эмиля Пейно, но хорошо известны в лексиконе натурального вина.

Грузинские винные войны

Меня увлекло еще одно сочетание вина и войны, когда в 2016 г. меня пригласили в Республику Грузия выступить на первой конференции, посвященной международному винному туризму, проводимую Всемирной туристской организацией при ООН[31]. Грузия, самопровозглашенная «колыбель виноделия», с 8 тыс. урожаев, вероятно, самая сосредоточенная на вине страна в мире. Почти все здесь пьют вино, большинство семей изготавливают вино для собственных нужд и для друзей, и повсюду можно заметить, какое значение вино оказывает на культуру, начиная с патриотических памятников советской эпохи до древней церковной иконографии (святая Нино, обратившая народ в христианство в IV в. н. э., на кресте из черенков виноградной лозы, связанных ее волосами). Если вы устраиваете свадьбу или другой праздник в Грузии, как нам рассказали, хорошее правило – выпивать 2 литра вина для женщин и 3 литра – для мужчин. Правда[32]. Грузия – это отличное место для любителя вина.

Грузия, самопровозглашенная «колыбель виноделия», с 8 тыс. урожаев, вероятно, самая сосредоточенная на вине страна в мире.

Грузия не понаслышке знает, что такое война. Эта небольшая страна находится на важных геополитических перекрестках, и удивительно, как ее язык и культура сумели пережить вторжение разнообразных иностранных властителей и империй, которые не сумели поработить ее народ за долгие века. Грузия выстояла, и эта стойкость имеет самое непосредственное отношение и к ее винам, хотя виноделие этой страны всегда сталкивалось с трудностями. Древняя традиция натурального производства вина долгое время подавлялась в годы правления советской власти. Главной целью было не качество, а количество, и потому были построены огромные заводы для производства недорогих полусладких красных вин для рынка Советского Союза. Эта схема не слишком удачно вписывалась в ранние годы посткоммунистической независимости, поскольку российский экспортный рынок все еще диктовал свои условия. Но затем многие грузинские производители начали экспериментировать с производством натуральных вин высокого качества, используя урожаи органически чистого винограда и производя вино с минимальным вмешательством в процесс, используя традиционные квеври, большие керамические сосуды в форме яйца, напоминающие амфору без ручек, которые закапывались в землю для поддержания естественного температурного режима. В Грузии вы можете повсюду увидеть квеври, и мне кажется, что это не только инструмент для изготовления вина, но и символ восстановленной древней традиции. Многие натуральные вина, произведенные таким образом, невероятно хороши и встречаются в таких ресторанах, как, например, «Нома» в Копенгагене, который считается одним из лучших заведений элитной кухни в мире. Поищите натуральные грузинские вина, выдержанные в кверви, недалеко от вас, хотя должен сразу предупредить, что они производятся в небольших количествах и потому их не так-то легко найти. Возможно, вам потребуется отправиться в Грузию, чтобы попробовать их, что мы как раз и сделали.

В Грузии вы можете повсюду увидеть квеври, и мне кажется, что это не только инструмент для изготовления вина, но и символ восстановленной древней традиции.

Большинство вин, приготовленных в кверви, которые мы попробовали в Грузии, были утонченными. Их производители избегают сульфитов и других консервантов и, как Серж Ошар, готовы рисковать, чтобы выразить свою собственную позицию в производстве вина. Эти вина также потенциально непрочны с точки зрения экономики из-за их опоры на потребности внешнего рынка. Грузия – маленькая страна (с населением около 4,5 млн.) и довольно бедная. Согласно сведениям Всемирного банка, доход в Грузии на душу населения составляет в год около $3800 (в сравнении, например, с Мексикой, где доход на душу населения – $9000). Бедность сельской местности, которая скрывается за яркими огнями Тбилиси, представляет серьезную проблему. Поэтому внутренний рынок для высококачественных натуральных вин ограничен из-за их высокой стоимости и большой доступности менее дорогих домашних вин. Большая часть натуральной винной продукции экспортируется в Италию, Францию, Данию, Японию и другие богатые страны. Поэтому в какой-то мере сохранение местных винных традиций Грузии зависит от развития международного спроса на их вина, что так и есть, но, разумеется, в контексте международной конкуренции. Пережив период советского господства, грузинское вино теперь должно занять свое место на международном капиталистическом рынке!

Это отличное напоминание, что виноградные войны ведутся на многих фронтах и хорошие парни все же иногда побеждают.

Я добавлю к нашей коллекции бутылку натурального вина, изготовленного талантливым, стойким и очень скромным Яго Битаришвили, чтобы почтить упорство и решительность, приведшие к успеху Грузии. Каждый год Яго изготавливает лишь пять тысяч бутылок этого вина на небольшой винодельне, используя урожай местного винограда чинури. Ферментация этого белого вина происходит на виноградной кожуре, именно поэтому мы обычно называем его «оранжевым вином», хотя грузины называют его «золотым», и, думаю, они имеют на это полное право. Это отличное напоминание, что виноградные войны ведутся на многих фронтах и хорошие парни все же иногда побеждают.

Вино, которого не существовало

Я думал, что уже покончил с этой главой, как вдруг получил e-mail от Бартоломео Бродбента. Не хотел бы я познакомиться с Марком Ошаром и попробовать вина из старых урожаев Шато Мусар? Конечно! Марк – это сын Сержа, который заведует продажами вин, произведенных в Шато Мусар, а его брат Гастон занимается изготовлением вина. Мы со Сью приехали попробовать вино и поговорить. Что Эмиль Пейно думал о решении вашего отца отступить от его традиционной практики изготовления вин и его ухода в сторону натурального вина? Они много беседовали об этом, сказал Марк, и Пейно заявил, что он понял и заметил разницу между «знать» и «знать как». Зная правила, ты можешь понять, когда и как их нарушать. И именно это и делал Серж Ошар, порой, доходя до крайностей, изготавливая вино при любых обстоятельствах и из всего, что давал ему виноградник – хорошего, плохого и даже уродливого.

Мое сердце замерло, когда Марк подошел к винному шкафу и вытащил бутылку, на которой была этикетка 1984 г. «Этого вина не существует», – произнес я. Один из тех двух урожаев, из которых не смогли изготовить вино. Нет, поправил меня Марк, оно было изготовлено, но не реализовано. До сих пор.

Интересуясь этим вином, Бартоломео Бродбент в 2015 г. попросил ящик, намереваясь представить его на дегустации вин Шато Мусар. Но, открыв бутылку, ощутил невыносимый, отвратительный запах. При одной мысли, что придется попробовать такое вино, начинает тошнить. И он тут же исключил вино из программы, но немного позже снова вернулся к нему из любопытства и обнаружил, что вино совершенно изменилось. «Я не мог поверить, что запах стал совсем другим», – сказал он мне. И вино вернулось в программу дегустации. «Произошло чудо, доказавшее, что вино Шато Мусар – живое. Оно стало восхитительным, постояв три часа на воздухе, и в результате оказалось лучшим вином из всего выпуска». Став пригодным для питья, вино наконец было реализовано через тридцать лет после сбора урожая[33].

Мое сердце замерло, когда Марк подошел к винному шкафу и вытащил бутылку, на которой была этикетка 1984 г. «Этого вина не существует», – произнес я.

И вот мы потягивали это вино войны, то самое, что было изготовлено из винограда, самопроизвольно забродившего во время незапланированной медленной перевозки на корабле на винодельню. Оно выглядит таким же старым, каким является, и напоминает по вкусу нечто среднее между старым шерри и порто. Этот вкус восхитителен своей оригинальностью. Это вино необходимо смаковать, чтобы понять его смысл. Война – враг вина, но это очень натуральное вино выдержало все трудности, как и дух человека, изготовившего его.

Вина

Шато Мусар красное

Долина Бекаа, Ливан

Домен де Баргилус красное

Сирия

Вино Яго Чардаки Чинури

Республика Грузия

Часть II

Вокруг Мыса Доброй Надежды

Глава 5

Испания

Эль-Классико

Винное путешествие в Западную Европу и дальше из колыбелей вина в Центральной Азии и на Ближнем Востоке можно совершить двумя путями, которые огибают Средиземное море. Северный маршрут проходит через Грецию, а затем через Рим, откуда мы направляемся во Францию, следуем по Европе и в конечном счете по миру. Так мы думаем о вине, а именно о напитке с южноевропейскими корнями и глобальным охватом.

Но существует и второй путь. Берберы и финикийцы обосновались на средиземноморском побережье Северной Африки, привезя с собой свой виноград и свои вина на территории, где сейчас находятся Тунис, Марокко и Алжир. Именно этим маршрутом мы воспользуемся, направляясь в Испанию.

Винный бум в Северной Африке (и провал)

Северная Африка? А разве это не пустыня Сахара? Разве там не слишком жарко и сухо для винограда? Почти. Как в австралийской долине Баросса в Южном Гэмпшире (который находится на такой же широте и на таком же расстоянии от моря), виноградники Северной Африки притулились на краю пустыни и на морском побережье. Здесь виноградники росли несколько веков, но индустрия виноделия расцвела под влиянием французов, которые аннексировали Алжир в 1830 г. Французские поселенцы, конечно, пили вино и сами его делали. Они экспортировали вино во Францию, где оно пользовалось спросом. Некоторые вина завоевывали призы на французских конкурсах, но большинство использовалось для купажа с другими винами. Темные, насыщенные алжирские вина, например, смешивались с более слабыми, кислыми винами из неудачного урожая, чтобы сделать их вкус более привлекательным. Североафриканские вина стали средством, исправляющим недостатки французских вин[34].

Североафриканские вина стали средством, исправляющим недостатки французских вин.

Инвестиции в производство североафриканских вин выросли, когда на французские виноградники в 1863 г. обрушилась виноградная тля. Некоторые французские виноделы, опасаясь гибели будущих урожаев и угасания производства на родине, отправились в Северную Африку. Винное производство в Алжире выросло с 25 тыс. гектолитров в 1854 г. до 400 тыс. гектолитров в 1880 г., 5 млн гектолитров в 1900 г. и 10 млн гектолитров в 1915 г.[35]

К тому времени, когда французские виноградники восстановили утраченную силу, алжирское вино столь плотно внедрилось во французскую винную индустрию, что, казалось, их уже невозможно было разделить. На рубеже XIX и XX вв. на вина из Алжира приходилась половина экспортной доли и треть национального дохода страны. Французские виноделы добились введения многих защитных мер, начиная от тарифов на импорт до строжайшего регулирования, с целью сократить купажирование французских вин с североафриканскими винами[36]. Несмотря на эти усилия, к 1960 г. виноградарство было крупнейшим нанимателем в Алжире. С территорией, где около 360 000 га (почти 900 000 акров) было отдано под виноградники, Алжир стал крупнейшей в мире страной по объемам винного экспорта и четвертой крупнейшей винодельческой страной после Италии, Франции и Испании! На Алжир, Марокко и Тунис приходится две третьих международной торговли вином[37]. Эти североафриканские страны стали ОПЕК в международном виноделии. Просто невероятно.

К тому времени, когда французские виноградники восстановили утраченную силу, алжирское вино столь плотно внедрилось во французскую винную индустрию, что, казалось, их уже невозможно было разделить.

Что произошло с Великим североафриканским винным краном? Алжирская война за независимость в 1960-х была кровопролитной, и обе стороны понесли большие потери. Винная торговля, а затем и само вино просто исчезли, что стало следствием возросшего мусульманского культурного влияния. Вино до сих пор производится на территории этой страны, и некоторые вина просто великолепны, но винный бум уже завершился. Нам остается только надеяться, что когда-нибудь виноделие вернется в эти исторические места. Я хочу добавить в нашу коллекцию алжирское вино из-за уникального участия в истории глобального виноделия, поэтому позвольте мне выбрать мультирегиональный красный купаж Кюве дю Президент, который еще называют Шато Кускус, поскольку одно время это вино повсеместно подавали в алжирских и «средиземноморских» ресторанах на юге Франции, где на тарелки вам накладывают горы ароматного кускуса. Его стоит добавить в наш список как напоминание о том, что когда-то алжирское вино рекой лилось во Франции.

Ну а теперь отправимся в Испанию. Виноград тысячелетиями растет на Иберийском полуострове, и карфагеняне и римляне по очереди возделывали виноградники и делали вино. Виноделие выстояло, даже когда в XVII в. на территорию полуострова вторглись мавры. Испанское вино эволюционировало по испанскому пути во множествах областей, у которых часто не было между собой ничего общего. И сегодня перед нами возникает загадочный пазл из множества регионов, сортов винограда и вин, включая херес, который сам по себе представляет целый винный мир (и, возможно, заслуживает того, чтобы посвятить ему отдельную главу). Как мы сможем понять испанское вино (или испанские вина, если применим Теорему невозможности Батали)? Я пока не представляю, но это будет гораздо проще, если вы фанат прекрасной игры, которую мы, американцы, называем футболом.

На Алжир, Марокко и Тунис приходится две третьих международной торговли вином. Эти североафриканские страны стали ОПЕК в международном виноделии. Просто невероятно.

Соревнование

Испания долгое время была загадкой и парадоксом для фанатов футбольной ассоциации, которая в разных уголках мира называется по-своему – европейский футбол, соккер или что-то в этом роде[38]. До недавнего времени Испания была страной серьезных футбольных клубов, но разочаровывающей национальной команды (разочарованию пришел конец в 2010 г., когда Испания выиграла Кубок мира в Кейптауне). И как в стране с такими потрясающими местными командами могла появиться столь слабая национальная команда? Это можно объяснить лишь тем, что жесткая конкуренция между местными футбольными клубами каким-то образом ограничивала сплоченность, необходимую для сильной национальной сборной. И дело в том, что соперничество происходило не только в спорте, но и в более серьезных вещах, именно поэтому оно было и остается столь определяющим. Самое серьезное соперничество между командами называется Эль-Классико: «Реал Мадрид» против «Барселоны».

Для обычных фанатов футбола по всему миру Эль-Классико – это игра между командой в белых футболках из Мадрида с другой командой в футболках с красно-голубыми полосами из Барселоны. Но для испанцев – это столкновение культур. Мадридский «Реал» олицетворяет господство центральной власти в политике, экономике и культуре. До появления в стране демократии мадридский «Реал» был командой диктатора, инструментом «мягкой силы» для генерала Франсиско Франко, распространявшим его власть на многочисленные регионы Испании. Известно, что Франко не интересовался футболом, но успех мадридского «Реала» был ему полезен, и победы команды были и его победами. Для того чтобы победить, мадридский «Реал» часто полагался на иностранных тренеров и игроков (которых называли галактики или суперзвезды), включая португальца Криштиану Роналдо сегодня, а также легендарного аргентинца Альфредо Ди Стефано и венгра Ференша Пушкаша в былые дни славы.

У Барселоны тоже есть собственная команда, со своей антидиктаторской философией и даже со своим языком. Барселона – столица Каталонии, которая вместе с другими регионами, обладающими мощной самобытной культурой, подверглась гонениям режима Франко. Порой единственным способом, при помощи которого каталонские патриоты могли протестовать против притеснений, была поддержка их команды на Эль-Классико. «Барселона» тоже полагалась на иностранную помощь, в особенности на Йохана Кройфа, который довел до совершенства стиль игры «Total football» в «Аяксе» и сборной Нидерландов, прежде чем перейти играть в «Барселону», а затем стать тренером этой команды. В современной команде играет трио из Южной Америки – аргентинец Лионель Месси, уругваец Луис Суарес и бразилец Неймар.

Долгие десятилетия ирония испанского футбола заключалась в том, что команды Эль-Классико были великолепны, а сборная Испании оставляла желать лучшего. Почему? Проблема была решена, но вопрос так и не получил ответа до победы в 2010 г., когда сборная Испании взяла Кубок мира. Во время матча игроки со всей Испании использовали систему коротких пасов, которая напомнила старожилам футбола стиль игры Кройфа. И хотя Франко уже давно нет, напряжение между Мадридом, остающимся центром власти, и космополитичной Барселоной сохраняется. Например, в 2015 г. каталонцы отправились на референдум, чтобы проголосовать за независимость от Испании. Повсюду развевались каталонские флаги (крест, изображенный на футболках игроков «Барселоны»), и политического развала едва удалось избежать.

А разве разговор шел не о вине?

И какое отношение это все имеет к вину? Что ж, Испания с ее богатой историей, многообразием традиций и огромной по площади территорией, засаженной виноградниками, должна была бы выступать как одна из величайших винных держав, но до недавнего времени Испания не обладала серьезной репутацией на мировом винном рынке. Почему? И каким образом вина Испании все же обрели известность на международном рынке?

Футбольная метафора требует, чтобы мы начали наше исследование с винного эквивалента «Барселоны» и мадридского «Реала», и все получится, если мы не будет слишком буквальны. На самом деле крупнейший винный регион Испании находится в центре страны, недалеко от Мадрида и его легендарной команды «Лос-Бланкос». Но хотя Ла-Манча – крупнейший винный регион Испании, он не является самым лучшим, потому что на произрастающих в этой области виноградниках возделывается огромное количество винограда сорта Айрен. Вам знаком такой сорт? Это самый распространенный в Испании винный сорт винограда. На самом деле это самый распространенный белый винный виноград в мире! Даже сегодня, после того, как тысячи акров засаженных Айреном виноградников попали под программы рационализации виноделия, проводимые ЕС (и Айрен был заменен более популярными на рынке сортами винного винограда, например Темпранильо), Айрен все равно остается сортом номер один. Вина, произведенные из Айрена, могут быть очень приятными на вкус, но отличаются излишней простотой и часто используются для купажа с другими винами или же как основа для производства бренди. В сорте Айрен нет ничего плохого, в каждом винодельческом регионе есть свой простой виноград такого типа, но и ничего необычного в этом сорте тоже нет. Это не звездное вино, если вы понимаете, о чем я.

И если мы ищем винный эквивалент команды «Лос-Бланкос», то нам необходимо поменять дислокацию и переместиться в сердце производства испанского красного вина. В винных хозяйствах Риоха и Рибера Дель Дуэро выращивают самый знаменитый в Испании винный виноград Риоха и производят знаменитое вино – Вега Сисилия Унико.

Мадридский «Реал» испанского вина

Для многих поклонников вина Риоха и испанское вино – это синонимы, хотя это несправедливо по отношению к множеству других винодельческих регионов страны. Названный по имени реки Оха, (Рио+Оха=Риоха), винный регион Риоха расположен на северо-востоке, простираясь немного дальше на территорию басков. Виноделие процветало здесь со времен римлян, и долгое время винное производство в этом регионе поддерживалось монастырями. Долгое время производство было ограничено масштабами рынка. Долгое время Риоха была изолированным регионом, который обрел связь с центральными районами и побережьем лишь в XIX в., и тогда производство тут же стало набирать темп, пользуясь спросом на внутреннем и экспортном рынке.

Мне особенно интересно виноделие Риохи, потому что его эволюция имеет много общего с золотой эпохой алжирского виноделия. Французское влияние и болезнь виноградников сыграли решающую роль в обоих случаях. Например, когда в 1840-х гг. французские виноградники поразила мучнистая роса, винные торговцы из Бордо приехали в Риоху, чтобы пополнить значительно сократившиеся запасы вина местного производства. Бордоские сорта, включая Мерло и Каберне Совиньон, тоже произрастали в регионе и в купаже с Темпранильо были благосклонно встречены на французских винных рынках. Когда в 1860-х гг. на французские виноградники напала виноградная тля, французское влияние и экспортное ориентирование на эту страну резко увеличилось, и французские практики виноделия, такие как выдержка вина в бочках (обычно в американских специальных дубовых бочках), были взяты на вооружение и вскоре распространились по всему региону. По мере развития железнодорожного транспорта росли и объемы экспорта, и к концу XIX в. Риоха экспортировала во Францию 500 000 гектолитров (13,2 млн галлонов) вина каждый месяц. Риоха стала для Бордо тем, чем Алжир был для юга Франции, – необходимым источником насыщенных красных вин, которыми можно было наполнить бутылки и уложить их на полки винных погребов[39].

А эпоха после Франко, с ее невероятной открытостью и возможностями, стала периодом расцвета для Риохи.

Удача покинула Риоху, когда в 1901 г. на регион напала виноградная тля и на экспортном рынке возросла конкуренция с другими винными производителями. Но имидж и репутация вин и самого региона выдержали все трудности даже в период диктаторского правления Франко. А эпоха после Франко, с ее невероятной открытостью и возможностями, стала периодом расцвета для Риохи. Ее мировые экспортные рынки расширились, поскольку международная конкуренция вынудила производителей из Риохи стремиться к улучшению качества своего винограда и вин.

Мой выбор вина из этого региона очень личный, каким всегда и бывает выбор вина. В 2014 г. я выступал на международной конференции, посвященной виноделию, проходившей в Лондоне, которая называлась «Видение вина», и имел удовольствие сидеть за ужином рядом с Хавьером Руисом Галареттой, президентом, основателем и генеральным директором компании ARAEX Риоха Алавеса & Первоклассные Испанские вина, ориентированной на внешний рынок, с винодельнями и виноградниками в нескольких испанских регионах. Вино, предложенное нам за ужином, было произведено на виноградниках Хавьера, и одно из них особенно привлекло мое внимание как потенциальный представитель сегодняшней Риохи. Это вино называется R&G Ролланд Галаретта Риоха, и те из вас, кто знает о летающих виноделах, сразу догадается, что если G – это инициалы моего хозяина Хавьера Галаретты, то R – это Мишель Ролланд, знаменитый летающий винодел из Бордо. Звездная связь с Бордо делает большую честь прошлому Риохи, в то время, как вино говорит о его будущем успехе. Это достойный представитель команды «Реал» из Риохи.

Испанские вина высшей категории

Сказав, что вино относится к «высшей категории», вы тем самым косвенно намекнете на почетную связь с Францией, поскольку понятие о высшей категории (и второй, и третьей, и т. д.) появилось с момента классификации 1855 г. в Бордо. Чтобы попасть в высшую категорию, вино должно быть звездным. А чтобы стать единственным вином высшей категории, а именно таким вином испанцы считают свое Вега Сисилия Унико, надо быть вне всяких категорий. Полагаю, это вино можно было бы сравнить с Пеле или, если уж мы говорили о мадридском «Реале», с Роналдо, Ди Стефано или Пушкашем. Все они – суперзвезды.

Как вы могли догадаться, Вега Сисилия не имеет отношения к Сицилии. Это название происходит от Паго де ла Вега Санта Сисилия и Карраскаль, где паго означает место произрастания винограда, терруар, а вега – это аллювиальная равнина рядом с рекой[40]. Вино производят в регионе Рибера-дель-Дуэро (это та же река, что в Португалии называется Дору). Этой винодельне уже более 150 лет, и это вино производится (только из лучших урожаев) уже в течение века, таким образом накопив приличное наследие. Своим статусом вино Вега Сесилия, конечно, обязано высочайшему качеству, но здесь кроется и некая тайна, связанная с его эксклюзивностью. Изначально, по словам Луиса Гутиересса, вино не продавали вообще. Его можно было лишь получить в подарок от семьи, владевшей винодельней[41]. Ценой этого вина были личные взаимоотношения, а не деньги. Сегодня это вино можно приобрести за деньги, но продажи находятся под строгим контролем. Весьма ограниченный список покупателей продукции винодельни передается от родителей к детям, и свободные места в нем появляются крайне редко. Винодельня также импортирует одно из наиболее лакомых в мире бургундских вин, Домен де ля Романе-Конти, и покупатели могут насладиться этим звездным вином, как и его испанским партнером.

Больше, чем просто вино?

Если Риоха и Вега Сесилия представляют испанский мадридский «Реал», то как же «Барселона»? Какое вино составит пару инь – ян, которая отобразит дух этой сложной и динамичной страны? Это должно быть белое вино, поскольку другие вина красные. Оно должно быть демократичным, поскольку Вега Сесилия во всех смыслах аристократично. Конечно, оно должно происходить из Каталонии и быть чем-то большим, чем вино (больше, чем просто вино), перефразируя девиз футбольного клуба Барселоны – больше, чем просто клуб. Как и сам город Барселона, это вино должно открыто смотреть на мир за пределами Испании, несмотря на то что родина его винограда – Иберийский полуостров. И в завершение этой параллели, это вино должно обладать определенными яркими элементами, не уступающими качествам его оппонента. Существует несколько возможных кандидатов на эту роль, но для меня выбор очевиден. Это Кава, каталонский (и испанский) ответ шампанскому.

Кава (как итальянское Просекко) – относительно недавно появившаяся винная новинка. Все началось в 1872 г., когда Хосе Равентос посетил Шампань и вернулся в Каталонию с твердым решением начать производство похожего игристого вина из испанского винограда. Винодельня Кодорниу была основана его семьей еще в 1551 г., но его современная история началась с тех первых бутылок, изготовленных по традиционному методу (вторичное брожение в бутылке, как и у шампанского), в пику итальянскому методу, изобретенному примерно в это же время (вторичное брожение под давлением в автоклавах, как в случае с Просекко)[42]. Вина, которые теперь называются Кава, до 1970 г. мы знали как Champana, пока испанские специалисты не уступили требованиям французских производителей изменить название этого вина, чтобы не путать его с шампанским из Франции. Игристые вина Кава производятся в нескольких регионах Испании, но больше всего Кава ассоциируется именно с Каталонией.

По иронии, как и в Риохе, развитие производства Кавы было связано с гибелью виноградников после нашествия виноградной тли в 1880-х гг. Когда виноградники были засажены виноградной лозой, устойчивой к нападению виноградной тли, предпочтение было отдано сортам белого, а не красного винограда – Макабео, Парельяда и Ксарельло – Святой Троице винограда Кавы, хотя другие сорта, включая те, что ассоциировались с шампанским, сейчас уже тоже разрешены.

Я выбрал несколько вин, чтобы представить Каву. Гран Резерва – вино, ставшее результатом творческого озарения. Оно производится из сорта Пино Нуар из особенного виноградника (в Шампани его назвали бы Бланк де Нуар). Это выдержанное вино, которое уверенно заявляет о прошлом Кавы и не менее уверенно – о его будущем, поскольку его производители работают не покладая рук, чтобы улучшить качество.

Испанское вино, как и национальная футбольная сборная, стало мировым чемпионом.

Гран Резерва отражает основную сущность Кавы, но не может само по себе представлять это вино из-за своей излишней аристократичности. Чтобы добавить сюда немного демократичности, я добавлю вино, которое видел много раз на полках винных магазинов и в меню ресторанов. Его черная бутылка сразу бросается в глаза. Это Фрейшенет Кордон Негро, Кава брют, которое часто называют одним из самых выгодных приобретений из мира вина.

За пределами Эль-Классико

Как-то Эль-Классико пришлось представлять испанский футбол, и национальная сборная стала большим разочарованием. Теперь же Испания движется от победы к победе с отличными командами и отличными игроками на всех уровнях. То же можно сказать и об испанском вине. Вина мирового класса можно найти в Риохе, Рибера-дель-Дуэро, Каталонии и во множестве других регионов. Испанское вино, как и национальная футбольная сборная, стало мировым чемпионом. И это произошло не случайно, а благодаря упорным усилиям множества виноделов, вложивших немало трудов в свои виноградники, модернизировавших процесс виноделия и переключившихся на более популярные на рынке винные стили и сорта винограда.

Этот поворот, который многие называют интернационализацией, довольно непростой вопрос в мире испанского виноделия, да и в других странах тоже. Мне довелось попробовать некоторые из «интернациональных» вин, которые достаточно приятно пить и которые довольно популярны на рынке, но в них нет души. Они могут производиться где угодно, и порой их сложно отличить друг от друга. Искусство, которым овладели испанские виноделы, которое помогло им создать устойчивую репутацию испанскому виноделию, заключается в отображении в вине испанской души и уважения к истории и терруару, опираясь на сочетание традиций и нового опыта. Эти вина дарят своим потребителям опыт, который они не смогут испытать больше нигде в мире.

И поэтому мне кажется, что моя футбольная метафора оказалась вполне удачна. Ведь великие национальные испанские сборные преуспели в последние годы именно потому, что тоже усвоили это искусство, подогнав международное влияние к испанскому стилю, и именно в этом и заключается еще один секрет испанского вина.

Существует так много замечательных и интересных вин из разных регионов Испании, и мне грустно, что нам не хватит времени все их попробовать, а затем описать свои впечатления. Вина, которые мы берем с собой из этой страны, могут поведать увлекательные истории, но как быть с теми винами, которые мы теперь вынуждены обойти вниманием? Мне кажется, я слышу, как многие из вас сейчас заявляют: «Да! Да! А как насчет хереса во всех его замечательных формах? Как испанская история может закончиться без хереса?»

И мой ответ, который наверняка многим не понравится, таков. Во время путешествия вокруг света на пути Филеаса Фогга встречалось много поворотов и неожиданных сюрпризов. И наше путешествие будет похожим (а вы ожидали, что мы остановимся в Алжире?). А теперь мы покидаем Испанию, но с испанским вином мы еще не покончили!

Вина

Кюве дю Президент

Алжир

R&G Ролланд Галаретта

Риоха, Испания

Вега Сисилия Унико

Рибера-дель-Дуэро, Испания

Гран Годорниу Гран Резерва

Каталония, Испания

Фрешенет Кордон Негро

Каталония, Испания

Глава 6

Португалия

Каждый портвейн – это буря

Вот моя несколько приукрашенная история о том, как мир полюбил портвейн. Возможно, в 1678 г. о портвейне бы и не узнали, если бы Франция и Великобритания не вступили бы в торговую войну. Высокие пошлины на французский импорт заставили англичан искать другие источники, в том числе в Португалии, которая удобно расположена на европейском атлантическом побережье, откуда достаточно быстро можно добраться на корабле до Великобритании[43].

И, помня об этом, торговец вином из Ливерпуля отправил двух своих сыновей в Лиссабон в поисках приличного (и выгодного в плане пошлин) вина на продажу. Сыновья сначала отправились вдоль побережья в сторону Порто (с этого места моя история становится немного романтичной, но уж потерпите меня). В этом прохладном, дождливом регионе было множество вин, но в большинстве это оказались водянистые, кислые белые вина. Если вам когда-нибудь доводилось пробовать Винью-Верде, которое производится в этом регионе, то вы имеете представление об этих винах. Однако сегодняшнее Винью-Верде производится в более мягком стиле, и оно не такое кислое, как раньше, что сделало его более привлекательным в глазах покупателей.

Возможно, в 1678 г. о портвейне бы и не узнали, если бы Франция и Великобритания не вступили бы в торговую войну.

О нет, только не это, сказали друг другу братья. Мы не можем привезти отцу такие вина. Он никогда не сможет продать их в Ливерпуле.

И вот, послушав совета людей, они отправились вперед вдоль по реке Дору и обнаружили в глубине страны просторные территории, засаженные виноградниками, которые во всех смыслах были прямой противоположностью тому, что произрастало на побережье. Погода здесь была жаркой, а виноград – сладким, с легкой кислинкой и толстой кожурой, защищавшей ягоды от палящих солнечных лучей. На местных винодельнях производили темные, терпкие и резкие вина, что было связано с особенностями используемых сортов винограда и неконтролируемым бурным и быстрым брожением. «О нет, – снова сказали друг другу братья, – это не те вина, которые мы ищем. Отец никогда не сможет их продать в Англии. Мы пропали!»

И вот, обремененные плохими вестями, они двинулись по реке Дору в сторону Порто, чтобы вернуться домой. Они решили остановиться на ночлег в монастыре в Ламегу и познакомились там с вином, которое сейчас мы называем портвейном. Настоятель монастыря делал вино, которого они никогда раньше не видели и не пробовали. Темно-красный виноград давили ногами, а не при помощи прессов, высвобождая темный сок, а не грубые танины. Сусло проходило обычный процесс ферментации, но вместо того чтобы ждать, пока весь сахар не перебродит в алкоголь (выделение ферментов во время брожения), добавлялось небольшое количество виноградного бренди, что уничтожало дрожжевые клетки, и в результате получалось сладкое, мягкое, сбалансированное вино. В мире, где сахар был достаточно дорогим удовольствием, сладкий вкус был в почете, к сладким винам относились с бо́льшим почтением, чем сейчас. Более высокий градус алкоголя тоже принимался благосклонно, поскольку позволял предохранить эти вина от порчи во время неизбежного океанского путешествия. Это оказалось именно то вино, которое они искали. Это был успех!

Настоятель монастыря делал вино, которого они никогда раньше не видели и не пробовали. Темно-красный виноград давили ногами, а не при помощи прессов, высвобождая темный сок, а не грубые танины.

Братья из Ливерпуля не изобретали портвейн, но нашли свободную рыночную нишу для этого уникального вина, которое вскоре стало постоянным напитком на столе англичан. На самом деле портвейн получил столь широкое распространение, что, когда экономист Давид Рикардо в 1817 г. стал писать свой знаменитый трактат «Принципы политэкономиии и налогообложения», он в качестве примера выбрал портвейн, чтобы продемонстрировать выгоду свободной торговли. Поколения студентов, изучающих экономику, знакомятся с теорией сравнительного преимущества Рикардо, на котором во многом строится торговая политика, на примере того, какую выгоду можно получить, обменивая английское сукно на португальское вино, разумеется, речь идет о портвейне.

Река Дору не слишком удобна для навигации, поэтому пришлось перенести центр торговли новым вином вниз по течению из винодельческого региона, расположенного во внутренних районах, в город Порто, в честь которого и было названо это португальское вино. Бочки с вином перевозились по реке в небольших лодках в Вила Нова де Гайя, где были построены специальные дома портвейна, чтобы производить выдержку, смешивать и в конце концов разливать вино по бутылкам, прежде чем отправить на рынок. Многие из этих домов были созданы британскими компаниями, что было вполне естественно, поскольку Британия была главным экспортером портвейна и до сих пор сохраняет английские названия этих домов и удерживает за собой право на владение ими. Таким образом, к домам производителей самого настоящего португальского портвейна, Феррейринья и Фонсека, присоединились совершенно не португальские имена вроде Грэхэма, Тэйлора Флэдгейта, Кокберна, Бурместра, Оффли, Смита Вудхауса и Уорра. Португальское вино и британское предпринимательство и маркетинг дали миру новый уникальный сладкий напиток.

Сегодня такой же дождливый день

После недолгой поездки в Порто у меня остался всего один свободный день, чтобы побеседовать с группой винных производителей этого региона, и хотя я ужасно хотел отправиться на виноградники в долину Дору, которые входят в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО, проливной дождь не дал мне выбраться из города. И потому я решил разузнать, насколько развит в Порто винный туризм, и узнал много интересного. В Порто есть на что посмотреть и чем заняться, но люди, серьезно интересующиеся виноделием, непременно должны перейти по мосту через Дору и посетить Вила Нова де Гайя, где вдоль реки и дальше на склонах холмов расположились дома портвейна. Моей первой остановкой стал Кинта де Новаль, где я укрылся от дождя и продегустировал несколько сортов вин, дожидаясь, когда высохнет моя одежда. И должен сказать, что нет лучшего способа согреться, чем этот!

Яркие впечатления поджидают вас, едва вы переступите порог винного дома Сандеман, который пробуждает чувства и дарит запахи, которые и должны ощущаться на огромном старинном складе, где вина терпеливо дожидаются своего часа в бочках, часто долгими десятилетиями.

Дальше мой путь лежал в Сандеман, один из старейших и известнейших домов портвейна. Знаменитый логотип Сандемана, на котором изображен черный силуэт испанского кабальеро Дона можно повсюду увидеть в Порто. Основанный в 1790 г. Джорджем Сандеманом, шотландским торговцем вином, винный дом Сандеман имел свои интересы и в Португалии (портвейн), и в Испании (херес). Необычный наряд Дона воздает должное обеим частям винного бизнеса – испанскую шляпу и накидку носили студенты Порто и в давние времена, и сейчас (я лично видел их в день экзаменов). Если вы подумали, что этот логотип связан с Зорро, то вы ошиблись.

Яркие впечатления поджидают вас, едва вы переступите порог винного дома Сандеман, который пробуждает чувства и дарит запахи, которые и должны ощущаться на огромном старинном складе, где вина терпеливо дожидаются своего часа в бочках, часто долгими десятилетиями. Они ждут того момента, когда их купажируют, разольют по бутылкам и отправят на рынок. Здесь создается совершенно уникальная атмосфера, которая дарит четкое понимание места и времени. Пройдя через большие двери, вы попадете в колоритный музей, посвященный успеху Сандемана в брендинге и маркетинге. Дон, возможно, самая оригинальная и мгновенно узнаваемая торговая марка вина, и музей рассказывает историю логотипа, начиная с первых образов, появившихся в 1928 г., и до наших дней. Это, несомненно, произведение искусства, но созданное в коммерческих целях, и любопытно наблюдать, как образы и идеи, заключенные в этих образах, видоизменялись, эволюционируя с течением времени.

Дальше следует экскурсия по главному зданию. Молодая женщина-экскурсовод была одета в костюм Дона, но больше походила на профессора, чем на студента, стараясь доходчиво объяснить туристам, приводя реальные примеры, классификацию портвейна – Vintage (винтажный портвейн), Late Bottled Vintage (LBV), Tawny (желто-коричневый портвейн) и т. д. Ее рассказ был посвящен тому, как изготавливают портвейны этих категорий и как их лучше употреблять. Она очень профессионально доносила информацию до своих студентов-туристов. Медленно проходя по залу, заставленному бочками, мы словно погружались в историю (и, полагаю, именно это с нами и происходило), но все же это рабочее предприятие, а не музей, и если бы это был другой день недели, а не воскресенье, то мы непременно увидели бы рабочих, трудящихся на винодельне. Экскурсия закончилась, и нам предложили продегустировать пару вин за длинными столами, расположенными по соседству с винным магазинчиком и сувенирной лавкой.

Я разговорился с семьей из Токио, которые путешествовали по Европе и провели три дня в Порто, посещая экскурсии вроде этой. У каждого дома портвейна была своя особенная манера проведения экскурсий, некоторые сосредотачивались на истории, другие на процессе производства. Многие, как Сандеман и Грэхэм, предлагали к дегустации несколько сортов портвейна после ознакомительной части тура. Например, дегустация портвейна в паре с закусками (сыр, шоколад) очень популярна, так же как и возможность попробовать портвейн категории Tawny, десятилетней, двадцатилетней и даже сорокалетней выдержки.

Португальские винные новинки

Вино существует в Португалии с древности, восходя еще к временам римского правления. Во время путешествия в регион Алентехо на юге мы обратили внимание на то, что многие виноделы работают над тем, чтобы воссоздать те самые римские вина, используя большие глиняные резервуары, напоминающие огромные амфоры без ручек. Они напомнили мне квеври, которые я видел в Грузии, но в отличие от грузинских, эти сосуды не закапывают по самое горлышко в землю. Ирония заключается в том, что страна, где вино пропитано древностью, также стала местом, где в мире вина постоянно происходят серьезные изменения. Инновации – мощная движущая сила в развитии португальского виноделия, и они принимают множество форм.

Одним из моих открытий во время пребывания в Португалии стало вино, которое нисколько не изменилось за долгие годы, но большинству любителей вина оно покажется новым и интересным, потому что раньше они просто его не пробовали.

Любители вина определенного возраста, возможно, лучше всего знакомы с Португалией благодаря инновационному типу вина, которое имеет мало общего с портвейном. Оно появилось вскоре после Второй мировой войны и было подогнано под вкусы потребителей из Южной Америки. Поговаривали, что целевой рыночной аудиторией изначально должны были стать ветераны войны из США, служившие в Европе и привыкшие к европейским винам. Но вскоре рынок расширился, и на него хлынул огромный поток новых вин. Я говорю об определенном типе шипучих розовых вин, продававшихся под этикетками Лансер и Матеуш Розе. Крупнейшая португальская винодельня, Согрейп, изготавливает Матеуш, а Джей Эм да Фонсека, известная винодельня в Сетубале, недалеко от Лиссабона, производит Лансер. Вино Матеуш, названное в честь знаменитого португальского замка, который изображен на этикетке, начинало свою историю как шипучее Винью-Верде, но было подогнано под вкусы потребителей и стало слаще и приобрело розовый цвет (продавалось и белое, и розовое вино). Одно время вино Матеуш было одним из винных бестселлеров в США и обрело невероятную популярность и в Великобритании. В 1980-х гг. винодельня Согрейп, которая сегодня владеет и брендом Сандеман, экспортировала в год более 2 млн ящиков. Одно лишь вино Матеуш составляло более 40 % всего португальского винного экспорта. Матеуш было повсюду, мелькая в телевизионных роликах и в рекламе с участием знаменитостей. (Я наткнулся на фотографию рок-звезды Джима Хендрикса, пьющего Матеуш прямо из бутылки.)

Одним из моих открытий во время пребывания в Португалии стало вино, которое нисколько не изменилось за долгие годы, но большинству любителей вина оно покажется новым и интересным, потому что раньше они просто его не пробовали. Это Бакалхоа Москатель де Сетубал, которое производится из Муската александрийского, на основе которого выпускают сладкие вина, но это вино замечательно сбалансировано. Это крепленое вино настаивается на виноградной кожуре, в течение нескольких месяцев обогащаясь танинами, а затем выдерживается в дубовых бочках, иногда двадцать, тридцать, сорок и даже больше лет. Я пробовал более молодые вина, но надеюсь однажды попробовать и более винтажные вина, которые, по отзывам знатоков, отличаются сложным характером. Это приятное вино, которое к тому же стоит недорого. Оно напоминает мне о том, что Португалия остается неизведанной землей для большинства любителей вина. Португальцы производят это вино уже более 700 лет. И я не могу понять, как те братья из Ливерпуля умудрились его не заметить.

Никакого вина, пока не придет время

Портвейн, который считается визитной карточкой португальского виноделия, это пример вина, которое не подвержено времени и в то же время благосклонно к инновациям. Портвейн не подвержен времени в том смысле, что это вино во многом осталось таким же, каким было в момент его счастливого «открытия». Белые портвейны, портвейн Руби, коричнево-желтые портвейны (Тони) в основном остались такими же, как и 100–200 лет назад. Нет ничего более традиционного, чем портвейн с украшенными трафаретными надписями бутылками и историческими брендами. И большинство портвейнов – это вина вне времени еще и потому, что, подобно шампанским винам, они сочетают в себе купажи нескольких регионов и нескольких лет. Каждый бренд нацелен на стойкий «винодельческий стиль» для каждого вина определенной марки и не позволяет индивидуальным особенностям урожая проявить себя. Это плюс и одновременно минус. Плюс, конечно, заключается в условиях, которые дает присвоение товару торговой марки, только шампанские – это более известный бренд, чем портвейн, если рассматривать его в аспекте узнаваемости. Но это одновременно и минус, потому что тот бренд, вместе с хересом, ошибочно ассоциируется с однотипными сладкими винами. И как Родни Дейнджерфилд, порой не заслуживают должного уважения.

Портвейн не подвержен времени в том смысле, что это вино во многом осталось таким же, каким было в момент его счастливого «открытия».

И это минус, потому что лучшие винные стили изготовления портвейна – это состязание в терпении в очень нетерпеливом мире. Желто-коричневые портвейны Тони должны проходить процесс выдержки до своего полного созревания в течение 10, 20, 30 и даже 40 лет. Это довольно долгий период времени, и это невыгодно инвесторам. Винтажные портвейны тоже требуют времени, но в этом случае предполагается, что покупатель станет терпеливо ждать, когда вино созреет. Спустя определенный период времени купить винтажный портвейн нового выпуска – это почти то же, что посадить дерево – некий акт доверия и надежды, что вы успеете порадоваться этому вину, когда оно созреет. Время – лучший друг портвейна, играющее на руку его качеству, но с экономической и рыночной точки зрения время – злейший враг, и оно значительно сдерживало потенциал портвейна в послевоенный период.

Существеным ответом на проблему времени стало новшество 1970 г., когда винодельня Тейлора Флэдгейта выпустила свой Винтажный портвейн позднего разлива 1965 г. «Поздний» портвейн обладает особенностями винтажного портвейна, но его можно разливать в бутылки через 4–6 лет, а не через 20 лет, как винтажные портвейны. Конечно, это не было революционной инновацией в винном мире, обеспечившей невероятную популярность портвейну, но, несомненно, это новшество вдохнуло жизнь в рынок портвейна, который в тот момент так нуждался в переменах. Некоторые утверждают, что идея Алистера Робертсона изготавливать «поздний» портвейн спасла все производство портвейна в целом.

Я полностью сосредоточил внимание на создании новых видов продукции, не упомянув о внедрении инноваций в сам процесс производства вина, и это стало серьезной ошибкой, о чем я узнал от одного винодела во время пребывания в Порто. Джордж Сандеман, из той самой знаменитой семьи виноделов, занимающейся производством портвейна и хереса, пригласил меня продегустировать вина и портвейны из линейки Феррейра и, конечно же, попробовать портвейны Сандеман. И как я мог устоять? А самое главное, к нам собирался присоединиться Луис Сотомайор, знаменитый винодел, заслуживший награду за изготовление портвейна Феррейра. Мы приступили к дегустации за столом, уставленным множеством бутылок и бокалов, и попробовали вина Каза Феррейринья, а затем портвейны Феррейра и Сандеман. Это был бесценный опыт. Все они, начиная с самых простых вин, по цене за несколько евро за бутылку, и заканчивая винами премиум-класса, были отлично сбалансированы, своеобразны и восхитительны на вкус.

«Восхитительно», – написал я рядом с названием красного вина Каза Феррейринья Кинта да Леда, которое производят в винодельческом поместье всего в километре от испанской границы. Это продукт небольшой винодельни, входящей в крупную систему компании Феррейринья. «Эффектное вино, особенный терруар», – написал я.

Пока мы дегустировали портвейны, я завел разговор об инновациях: новых винных стилях, заново открытых винах и т. д. Сотомайор остановил меня. Если ты по-настоящему желаешь постичь, что такое инновации в Португалии, сказал он, то должен смотреть не столько на произведенный продукт, а гораздо глубже – на работу, которая была проведена для улучшения самого процесса выращивания винограда и дальнейшего изготовления вина. Вот где кроется наша главная выгода, о которой можно судить по столовым винам, которые я только что попробовал, и по вкусу портвейнов, которые собирался попробовать.

«Попробуй этот портвейн позднего разлива, – сказал Сотомайор. – «Поздние» портвейны, которые мы производим сегодня, не уступают по качеству винтажным портвейнам, которые мы делали 15 лет назад. И качество винтажных портвейнов тоже значительно улучшилось. Новые винные продукты – часть истории португальских винных инноваций, но улучшенное виноградарство и виноделие по-прежнему играет очень важную роль и, возможно, станет еще важнее в долгосрочной перспективе». Урок усвоен! Я уходил с дегустации, став богаче и одновременно беднее. Богаче, потому что урок, преподанный Сотомайором, поможет мне сэкономить деньги, потому что хотя я и обожаю винтажный портвейн, теперь я могу заменить его винтажным портвейном позднего разлива, который стоит намного дешевле.

А почему же беднее? Что ж, Сандеман и Сотомайор провели специально для меня небольшой эксперимент, сначала дав попробовать свои желто-коричневые портвейны Тони десятилетней выдержки, а затем уже двадцатилетней выдержки. «Нам нравятся портвейны двадцатилетней выдержки, – сказал Джордж Сандеман, – потому что ты можешь ощутить, какими они были (сравнив с портвейном десятилетней выдержки), и какими станут (сравнив с портвейном сорокалетней выдержки, который я попробовал следующим). Напряженность между юностью и зрелостью делает портвейн двадцатилетней выдержки особенно интересным», – сказал он. И я с грустью говорю, что мог попробовать именно то, что он описывал. С грустью? Да, потому что желто-коричневый портвейн Тони двадцатилетней выдержки стоит гораздо дороже, чем десятилетний, и всю оставшуюся жизнь мне придется доплачивать эту разницу!

Есть еще одно новшество, о котором стоит упомянуть до того, как мы покинем Порто. В последнее время стали особенно популярны винные коктейли во главе с Апероль Спритц. Перед этими освежающими слабоалкогольными коктейлями сложно устоять в жаркий летний день. И мы были рады обнаружить в Порто новый напиток, спритцер с белым портвейном, в состав которого входят равные части белого портвейна и тоника. Он подается со льдом и ломтиком лимона или лайма. Отличный коктейль, который можно с удовольствием выпить в конце напряженного дня (и легкий в приготовлении). И довольно инновационный способ познакомить потребителей с родным братом традиционного портвейна – белым портвейном.

Живая история на Мадейре

Португалия – это не просто пункт назначения в нашем путешествии вокруг света, это также отправная точка, поскольку португальцы заслуживают внимания своим глобальным размахом. Разве португальцы – самая глобальная нация? Это сложно доказать, но Мартину Пейджу удалось найти серьезные аргументы в книге «Глобальная деревня: Как португальцы изменили мир»[44]. Я читал книгу Пейджа во время перелета в Лиссабон и вспомнил о португальском влиянии по всему миру. Португальские церковные службы в Новой Англии? Португальские рестораны морепродуктов в Кейптауне и Гонолулу? Португальский торговый порт в Макао? И, конечно, Гоа, португальское поселение в Индии. Случалось ли вам посещать японский ресторан и на прощание сказать arigato, благодаря официанта за вкусную темпуру? На португальском вы можете поблагодарить и за вкусную еду, и за приятное обслуживание. Obrigado, что по-португальски означает «спасибо», вместе со вкусной едой оказалось в Японии с помощью многочисленных португальских священников-иезуитов. Португальцы встречаются повсюду, и мы будем постоянно сталкиваться с ними в своем кругосветном путешествии в поисках 80 бутылок для нашей коллекции.

Острова Мадейры – не ближний свет. Согласно сведениям Оксфордского путеводителя по Вину (к которому я обращался, чтобы выяснить подобные факты), эти португальские острова находятся в тысяче километров от Португалии и в 750 милях от побережья Северной Африки. Но по иронии, именно такое удаленное расположение в Атлантическом океане стало причиной успеха Мадейры во время колониальной эпохи, поскольку остров был идеальной остановкой для пополнения запасов провизии для торговцев, направляющихся в Европу, Африку или Америку или в обратную сторону, и, конечно, для тех, кто огибал мыс Доброй Надежды, чтобы двинуться в Индию и дальше.

Но крепленые вина с острова Мадейра не только смогли достойно переносить долгие путешествия в жарких трюмах, но еще и выиграли от подобных условий перевозки.

Вино – это один из продуктов, который искали торговые суда, и потому виноградники на Мадейре выращивали, где только возможно, и производили вино на многочисленных винодельнях. Произведенные на острове вина, как и большинство вин того времени, не выдерживали долгого путешествия в жарких трюмах кораблей, поэтому, как и в случае с портвейном, в них добавлялся алкоголь, чтобы увеличить срок их годности. И так здесь возникла индустрия виноделия.

Но крепленые вина с острова Мадейра не только смогли достойно переносить долгие путешествия в жарких трюмах, но еще и выиграли от подобных условий перевозки. Вина изменялись (для этого в виноделии существует термин «мадеризироваться») и совершенствовались, обретая интересные особенности, во время перевозок в жарких трюмах и часто в условиях качки. Вина, перевозимые на кораблях, обладали большей ценностью, чем свежие вина или вина, которые проделали долгий путь с Востока на Запад, а затем обратно (больше в качестве балласта, чем торгового груза).

Мадера успешно заняла свою нишу на рынке, когда корабли, заходившие в порт столицы острова, Фуншал, стали доставлять вино потребителям в порты других стран. В XVIII в. возник настоящий бум мадеры, в центре которого оказалась Америка. Как объясняет Дэвид Ханкок в своей книге 2009 г. «Океаны вина: Мадера и появление американской торговли и вкуса», мадера, в сущности, была повсеместно распространена в американских колониях[45]. Подписание Декларации о независимости отмечалось именно мадерой!

Растущему рынку мадеры требовалось расширение площади виноградников и модернизация производства. Конечно, было совершенно не практично содержать армаду кораблей, плавающих по океану с трубами (так назывались контейнеры для перевозки мадеры), заполненными мадерой, только для того, чтобы обеспечить вину необходимые условия для созревания. И потому были созданы специальные приспособления, до некоторой степени имитирующие условия в душном корабельном трюме, особенно при помощи длительного нагревания вин. В таких помещениях резервуары с мадерой нагревались до 100 градусов по Фаренгейту (37,7 по Цельсию). Лучшие вина хранились высоко между стропилами крыш, где температура достаточно высока, но ощущается морской бриз.

Производство мадеры пережило и взлеты, и падения с того дня, когда Джон Адамс и Бенджамин Франклин осушили свои бокалы с этим вином. Болезни винограда, особенно нашествие виноградной тли, сократили масштабы производства, а грянувшие следом русская революция и американский «сухой закон» сильно снизили спрос на это вино. В настоящее время рынок мадеры значительно уже, чем был в пору своего расцвета, но интерес к этому вину постепенно растет.

У меня в жизни есть два приятных воспоминания, связанных с мадерой (я запоминаю людей и места гораздо лучше, чем вина). Мы вместе с Бартоломео Бродбентом отправились в его офис в Ричмонд, штат Вирджиния, и он подарил нам бутылку молодого вина Мадера Бродбент, которое в тот вечер мы выпили вместе с родителями Сью и их соседями. Им очень понравилось вино, и мы были рады, что угостили их.

Лучшие вина хранились высоко между стропилами крыш, где температура достаточно высока, но ощущается морской бриз.

Поскольку это крепленое и выдержанное в уникальных условиях вино, мадера может храниться долгие годы. Мое второе воспоминание связано с вином урожая 1875 г. Барбьето Мальвазия Мадера, которое нам подали в конце обеда в ресторане «Гербафарм», в Вудиввилле, штат Вашингтон[46]. Некоторое время это было самое старое вино в моем личном списке. И это вино непременно должно войти в список наших 80 бутылок.

Как же выбрать направление?

Так что же нас ждет дальше на нашем пути? Мы могли бы отправиться на северо-запад в США, увлекаемые мощными колониальными течениями торговли мадерой. Или же двинуться южнее, в говорящую на португальском Бразилию, где когда-то мадера была последним писком моды и где теперь существует собственное производство этого вина.

Бразилия, конечно, звучит соблазнительно, но я слышу, как Филеас Фогг окликает меня. Он отправился в Индию, и мы должны следовать за ним. Поэтому давайте двинемся на юг, возможно ненадолго задержавшись в Анголе, которая стала отличным рынком для португальского вина, или где-нибудь еще в Африке, но не будем сводить глаз с компаса, указывающего на Кейптаун, а оттуда отправимся прямиком в Индию.

Вина

Матеуш Розе

Португалия

Тэйлор Флэдгейт LBV (винтажный портвейн позднего разлива) 1965

Дору, Португалия

Винтажный Портвейн Сандеман 2011

Дору, Португалия

Бакалхоа Москатель де Сетубал

Сетубал, Португалия

Барбьета Мальвазия Мадера 1875

Португалия

Глава 7

Прочь из Африки

Следующий пункт нашего назначения – Лансароте, расположенный на Канарских островах, всего в 300 милях от Фуншала, столицы Мадейры. Такое небольшое расстояние, которое с легкостью преодолевают чайки, но уже совершенно другой винный мир. Остров Мадейра, например, принадлежит Португалии, а Канарские острова – Испании. Большое количество дождей – настоящая проблема для Мадейры, потому что теплый влажный климат благоприятствует развитию грибковых болезней винограда. А в Лансароте почти не бывает дождей. И в то время как на Мадейре интересна сама техника производства знаменитого вина, в Лансароте ваше воображение поражают именно виноградники[47]. Представьте себе, как могли бы выглядеть виноградники на Луне, – это и есть Лансароте!

Лансароте – популярное туристическое место, в котором постоянно останавливаются круизные лайнеры, но вам бы и в голову не пришло, что здесь можно выращивать виноград, если бы виноградники уже не существовали в Ланасароте. Лансароте расположен в 60 милях от побережья Африки[48]. Почвы здесь почти нет, потому что остров образовался в результате частых вулканических извержений, а каменистая поверхность или зернистый песчаник едва ли пригодны для пышной растительности. Скудные дожди идут довольно редко, а горячие ветры, которые дуют в пустыне Сахара, каким-то образом добираются и сюда. Дикий виноград растет по соседству с деревьями и, обвивая их стволы, стремится забраться повыше, поближе к солнечному свету. На Лансароте довольно немного таких бесценных деревьев для дикого винограда.

Дикий виноград растет по соседству с деревьями и, обвивая их стволы, стремится забраться повыше, поближе к солнечному свету.

И все же на Лансароте есть виноградники, и здесь делают вино. В черном вулканическом пепле, заменяющем почву, выкопаны большие конусообразные углубления, на дне которых растут от одного до трех виноградных кустов. Таким образом виноградные лозы защищены от сильных ветров и снабжены редкой влагой, скапливающейся после дождя в углублении кратера. Низкие стены в форме полумесяца обеспечивают дополнительную защиту с наветренной стороны. Некоторые виноградники выращивают и по привычной для нас схеме, но эти «лунные кратеры» выглядят просто фантастично.

Однако упорный труд и решимость виноградарей Лансароте так и не были бы вознаграждены, если бы не древесный уголь. Древесный уголь вытягивает влагу из сухого горячего ветра так же, как тепловой насос вытягивает тепло даже из самого холодного зимнего воздуха. Древесный уголь обладает гидростатической способностью вытягивать влагу даже из сухого воздуха и распространять ее в нижние слои почвы, где она питает корни виноградных лоз. Как я писал в своей книге «Особенное вино», если бы существовали виноградники на острове Просперо, где разворачивались действия пьесы Шекспира «Буря», то они бы выглядели именно так.

Я не думал, что когда-нибудь попробую вино из Лансароте, но затем двое друзей объявили, что приобрели билеты в круиз на Канарские острова и побывают в этом месте[49]. Они привезли с собой утонченное, сухое, выдержанное в бочках белое вино, изготовленное из винограда сорта Мальвазия Вулканика на Эль Грифо, старейшей винодельне на островах, основанной еще в 1755 г. «Настоянное на собственном осадке, – утверждает этикетка, – это вино приобретает вкус и аромат вулкана». Вино было необычным, отлично сбалансированным и просто восхитительно вкусным. Если вино призвано отображать особенности своего терруара, то это вино, несомненно, справилось со своей задачей!

Кенийский Пино нуар?

Нашим следующим вполне очевидным шагом должно стать морское путешествие в Кейптаун, но я не могу устоять против поездки окольным путем в Кению. Если взглянуть на карту Африки, то становится очевидно, что самые подходящие места для виноградников расположены на оконечностях материка – в средиземноморской Северной Африке и в Капском винном регионе на южной оконечности Африки. Но как же быть с сердцем Африки, обширной областью, расположенной между главными винодельческими регионами? Климат там слишком жаркий и не подходит для выращивания винограда? Да, вне всяких сомнений. Но это не означает, что виноград там не растет, а вино не производят. Те, кто полон решимости заниматься этим делом, преодолевают все сложности на пути к своей цели.

«Разоблаченная Африка: Путешествие на территорию особенного вина» Джона и Эрики Плэттер стала одной из моих любимых книг о вине, потому что, подобно книге, которую вы сейчас держите в руках, она написана в стиле путевых заметок[50]. Плэттеры известны своим ежегодником «Путеводитель Плэттеров по винам Южной Африки», но их интерес к африканским винам простирается гораздо дальше этих границ, и книга, вышедшая в 2002 г., подводит итог путешествию в поисках хорошего, плохого и даже отвратительного африканского вина. Их маршрут пролегал с севера, где мы уже побывали в поисках вина в Марокко, Алжире, Тунисе и Египте, на юг, в Зимбабве, Намибию и Южную Африку, а затем на острова у восточного побережья континента – Мадагаскар, остров Реюньон и Маврикий, и, наконец, в Восточную Африку, Эфиопию, Танзанию и Кению.

В Кении Плэттеры посетили старинного знакомого Джона, с которым когда-то вместе учились в Школе герцога Йоркского в Найроби в 1950-х гг. Это был Ричард Лики, знаменитый палеоантрополог и борец за охрану окружающей среды из знаменитой семьи Лики, известной многочисленными открытиями в области африканских истоков происхождения человеческой расы. Но это было нечто большее, чем простой частный визит. Лики вместе со своей дочерью Луизой возделывают Пино Нуар в виноградниках, раскинувшихся на крутых склонах холмов, и делают вино.

«Что ж, я один из тех упрямых ребят, которым не нравится, когда им внушают, что невозможно что-то сделать», – сказал Лики Плэттерам, объясняя появление виноградников и вина. Пино Нуар вообще довольно капризный сорт, тем более если растет неподалеку от экватора в Восточной Африке. И все же растет. Виноградник называется Ол Чоро Оньор, это название на языке племени масаи. Гряды холмов, на которых произрастает виноград, и сама винодельня в конце концов получила имя Иль Масин. Луиза Лики ведет блог, посвященный работе винодельни, который называется Забибу[51]. И каковы же эти вина? Плэттеры отмечают, что Пино 2001 г. стало их любимым африканским тропическим красным вином, сочным, колоритным и полнотелым. «Педанты могут сосредоточить внимание на слегка сдержанном послевкусии», – писали они, – но в данных обстоятельствах это победа». И в самом деле.

Мне приходится полагаться на записки Плэттеров, потому что я никогда не пробовал и, возможно, не попробую вино Иль Масин. На самом деле должен признаться, что не был уверен, что винодельня существует и по сей день. Последняя запись в блоге Луизы Лики датируется 2011 г., а ее отчет о делах винодельни в Твиттере обрывается пару месяцев спустя. Я подозреваю, что внимание владельцев винодельни переключилось на новый амбициозный проект под названием Институт исследований Турканской впадины, который сочетает серьезные исследования в области антропологии с образовательной деятельностью (связан с Университетом в Стоуни-Брук, штат Нью-Йорк), а также позволяет себе такую роскошь, как туры для «охотников за окаменелостями», чтобы заработать деньги и поддержать дальнейшее развитие проекта[52]. Но в 2015 г. в колонке «Ланч с Файнэншл Таймс» в Financial Times появилось интервью с Ричардом Лики, в котором он рассказал, что винодельня все еще существует и производит Пино Нуар и Шардоне. Они пытаются спрятать несколько бутылок от самих себя, говорит Лики, чтобы не выпить все запасы до того как придет время расширить производство[53].

Южноафриканское вино на удивление древнее, и некоторые из винных ферм, как здесь называют виноградники, несколько столетий подряд принадлежали разным поколениям одной семьи.

Кенийское вино и вина тропической Африки – это, конечно, нечто гораздо более обширное, чем Шато Лики, поэтому Джон и Эрика Плэттер и написали целую книгу о нем, однако в настоящее время сердце Африки – это больше рынок сбыта, чем производитель вина. Страны Африки южнее Сахары, с их быстрым, но неровным экономическим ростом и с каждым годом растущим средним классом, представляют собой винный рынок будущего. Например, производители португальских вин видят в Анголе, бывшей португальской колонии, арену для роста сбыта вина. Ангола – это направление номер один для португальского экспорта, хотя снижение доходов от экспорта нефти за последние годы заставило померкнуть славу этого рынка.

Кто же станет управлять африканским винным рынком будущего? На эту роль существует много претендентов, но я ставлю на Южную Африку. И вот почему.

Крайние меры в Южной Африке

«Сегодня, с Божьим благословением, вино впервые было изготовлено из винограда, растущего на мысе Доброй Надежды».[54] Эта запись сделана 2 февраля 1659 г. Автором стал Ян ван Рибек, глава поселения в Кейптауне, основанного голландской Ост-Индской компанией. Вино, по большей части из сорта Мускатель, по заверениям того же ван Рибека, было ароматным и вкусным, хотя первая партия оказалась не слишком большой, но дела постепенно менялись в лучшую сторону, и производство постепенно смогло утолить жажду не только местного населения, но и кораблей, пополнявших запасы провианта в Кейптауне по пути из Европы в Азию. Южноафриканское вино на удивление древнее, и некоторые из винных ферм, как здесь называют виноградники, несколько столетий подряд принадлежали разным поколениям одной семьи.

Одно из самых первых вин делали на винной ферме губернатора Симона ван дер Стелла в Констанции, которая находится на склонах Столовой горы рядом с Кейптауном[55]. Недавно винное хозяйство было поделено на две части, и две винодельни разделили знаменитое название: Грут Констанция и Кляйн Констанция. Мы посетили обе винодельни во время своего последнего путешествия в Южную Африку и обнаружили, что оба хозяйства впитали в себя богатейшую историю Южной Африки, но каждое в своей собственной манере. Грут Констанция сочетает в себе функции винодельни и музея и воссоздает исторический дух этого места с его отреставрированными голландскими домами в колониальном стиле и видом на виноградники, спускающиеся к Фэлс-Бей. Этим винодельческим хозяйством управляет трест, созданный для сохранения этой важной ценности южноафриканской истории.

Архитектура Кляйн Констанции тоже выглядит довольно внушительно, но это место больше знаменито именно своими виноградниками, особенно Вин де Констанс. Это сладкое вино, изготовленное из спелого и насыщенного винограда сорта Мускат де Фронтиньян, было одним из самых знаменитых алкогольных напитков в мире в XVIII и XIX вв. – королем вина и вином королей одновременно. Известно, что оно было в большом почете у Наполеона Бонапарта во время его изгнания на остров Святой Елены. Виноградная тля положила конец производству этого вина, опустошив виноградники Южной Африки в конце XIX в. Благодаря напряженным усилиям упорных владельцев и талантливых виноделов Кляйн Констанции удалось воссоздать эту частичку живой истории. И каково же на вкус это вино? Получившее новую жизнь Вин де Констанс завоевало множество призов и удостоилось высших похвал. Несомненно, оно восхитительно, но теперь почти невозможно узнать, каков его вкус в сравнении со знаменитыми винами прошлого.

Сегодня в ЮАР производится столько великолепных вин, что очень сложно выбрать одно или два (или даже десять!), чтобы представить новую эру.

Почти? Что ж, специально для тех, кто читал мои предыдущие книги, скажу, что мне посчастливилось попробовать одно действительно очень старое южноафриканское вино, которое дает представление о том, какими были эти старые вина. Это вино было произведено в 1800-х гг., когда еще был жив Томас Джефферсон и, вполне возможно, время от времени наслаждался этим или другим похожим вином, когда был американским послом в Париже. Это вино Жубер Мускат Д’Александри, произведенное виноделами из семьи Жубер, чьи корни уходят глубоко в южноафриканскую историю, у которых была всего одна бочка этого вина, припрятанная в винном погребе их дома рядом с Баридейл. Каждый год они сливали немного вина и добавляли новую порцию свежего вина, следуя, таким образом, стилю солера, применяемому для состаривания вина. Немногим посчастливилось продегустировать это вино или приобрести небольшую бутылочку на благотворительных распродажах. Но мы со Сью оказались в числе тех, кому повезло больше всех, и нам удалось приобщиться к истории, пообщавшись с семьей Жубер за обедом, а затем в сопровождении Кобуса Жубера спуститься в темный, пахнувший плесенью подвал, где хранилась бочка с вином, и попробовать это вино[56].

Хотя южноафриканское вино появилось очень давно, стоит сказать, что сама винная индустрия еще относительно молода и появилась с момента политических реформ, положивших конец апартеиду и открывших Южную Африку миру, и последующей ликвидации монополии «Кооперативного объединения виноделов Южной Африки» (KWV), тормозившей инновации и рост инвестиций в винную индустрию. Отважный новый мир южноафриканского виноделия, у истоков которого стояли такие пионеры, как Норма Рэтклифф, Дани де Вет и доктор Поль Клюве, возглавляемый в настоящее время группой амбициозных «молодых стрелков», похоже, становится все сильнее и сильнее.

Сегодня в ЮАР производится столько великолепных вин, что очень сложно выбрать одно или два (или даже десять!), чтобы представить новую эру, но я все-таки знаю одно вино, которое справится с этой задачей. Это вино 2008 г. Блэк Лейбл Пинотаж из Канонкопа (это название пошло от оборонительной пушки, как-то установленной на холме, где рос виноградник). Пинотаж – это характерный для Южной Африки красный виноград, получившийся в результате скрещивания сортов Пино Нуар и Кинсолт (традиционно назывался Эрмитаж) в Стеленбосском университете около ста лет назад.

С этим вином у меня связана одна история. Мы приехали в Стеленбош, где я должен был читать лекции, и Джонатан Кридж налил Сью бокал Канонкоп Пинотаж. Она понюхала вино, отпила глоток и улыбнулась. «Это – южноафриканское Хилл оф Грейс!», – провозгласила она. Если вы не слышали о Хилл оф Грэйс, стоит немного потерпеть. Я непременно расскажу о нем, когда мы окажемся в Австралии. Но Кридж хорошо знал, что такое Хилл оф Грейс, и потому для него это был самый лучший комплимент! На следующее утро мы нашли на столе бутылку вина, которую он оставил для нас в подарок. Как и Хеншке Хилл оф Грейс, Блэк Лейбл изготавливается из особого вида винограда, высаженного в 1953 г. И как и Хилл оф Грейс, требует уважения (оно считается высшей категорией среди вин ЮАР) и больших денег.

Две стороны Южной Африки и ее вина

ЮАР – страна великих контрастов, простирающихся далеко за пределы старого и нового. Невозможно остаться равнодушным к глубокой нищете, идущей рука об руку с фантастическим экономическим прогрессом. На нашем пути повстречалось множество этих противоположностей, когда мы отправились из богатого Стелленбоса на мыс Доброй Надежды. Мы въехали в крупное и быстро растущее селение Каэлитша, расположенное на полпути между комфортабельным университетским городком и роскошными виллами на побережье. Это довольно обширное поселение, еще издалека привлекающее внимание, с населением 400 тысяч человек и с уровнем семейного дохода, считающимся одним из самых низких в регионе. Нищета и сопутствующие ей болезни и социальные проблемы приводят в ужас[57].

Эти две стороны ЮАР отражаются и на винной индустрии[58]. Например, последний день в Капском винном регионе мы провели в роскошных винных владениях семьи Руперт. Антон Руперт, умерший в 2006 г., был талантливым бизнесменом, который начинал свое дело всего с несколькими пенни в кармане и накопил состояние в несколько миллиардов долларов благодаря успешному развитию бизнеса в различных областях, включая табачную промышленность и предметы роскоши. Швейцарская холдинговая компания Ришмон контролирует портфель известных брендов в области производства предметов роскоши, включая Картье, Альфред Данхилл и Монблан. Семья также выгодно инвестирует в пиво, вино и крепкие алкогольные напитки в ЮАР, включая инвестиции в Дистель – крупнейшего винного производителя.

По южноафриканским стандартам вина семьи Руперт относятся к разряду дорогих и считаются предметами роскоши, а не массового потребления.

Хотя, судя по всему, Антон Руперт лично предпочитал простые и недорогие вина, он и его дети способствовали появлению некоторых особенно роскошных винных поместий в районе мыса Доброй Надежды. А мы наслаждались гостеприимством хозяев на исторической винодельне Ла Мотт с ее знаменитым рестораном и в классическом капском винном поместье Антоний Руперт во Франшхуке. Винная дегустация Руперт&Ротшильд (совместный проект двух знаменитых фамилий) в компании с виноделом и исполнительным директором Шалком Виллемом Жубером (братом Кобуса Жубера, который пригласил нас в винный погреб, чтобы попробовать старинное вино его семьи)[59]. Особенно нам понравилось вино Руперт&Ротшильд Баронесс Надин Шардоне, которое я добавил в нашу винную коллекцию.

По южноафриканским стандартам вина семьи Руперт относятся к разряду дорогих и считаются предметами роскоши, а не массового потребления. Ла Мотт и Руперт&Ротшильд, например, нашли рынок сбыта в Китае, где особое отношение к роскоши и высокому статусу. Я выбрал их, чтобы представить одну сторону южноафриканского вина (и вина в общем), хотя существует множество других превосходных винных поместий с плодородными землями и роскошными ресторанами, которые тоже можно было бы внести в список.

Например, продукция виноградников семьи Ван Ловерен в Робертсоне полностью соответствует всем требованиям великолепного, изысканного вина, особенно если речь идет о красотах этих виноградников. Мы остановились здесь, потому что я хотел встретиться с Филиппом Ретифом, одним из четверых братьев, управлявших виноградниками и винным производством, поскольку мы выступали на одном и том же мероприятии, посвященном винной индустрии, и мне хотелось узнать от него как можно больше по этому вопросу. Ван Ловерен – крупнейшая в ЮАР семейная винодельня, которая очень удачно вписалась во все повороты и изгибы бурно развивающегося рынка.

Вино «Четыре Кузена», один из винных бестселлеров в ЮАР, появилось в 2000-х гг.

Мы продегустировали великолепные вина Кристина Ван Ловерена и разговорились об изменениях на рынке вина в Капском регионе. А затем я спросил, нельзя ли нам попробовать вино, которого не было на столе, но о котором я постоянно слышал с того момента, как наш самолет приземлился в Кейптауне. Не могли бы мы попробовать вино «Четыре кузена»? «Конечно», – с улыбкой откликнулся он.

Вино «Четыре кузена», один из винных бестселлеров в ЮАР, появилось в 2000-х гг., когда четверых братьев Ретиф посетила безумная идея создать недорогое вино, которое станет популярно среди студентов, приезжих и всех, кто стеснен в средствах[60]. Бренд «Четыре Кузена» был выпущен на рынок в 2005 г. Стеклянные бутылки объемом в 1,5 л украшали этикетки с фотографией четырех братьев и надписью «Четыре Кузена» (на английском, а не на африкаанс (один из 11 официальных языков Южной Африканской Республики. – Прим. ред.), как мы могли подумать). Вино было сладковатым на вкус, чтобы привлечь внимание покупателей, не привыкших к танинам и кислому вкусу, которые могли некоторых отпугнуть. Однако это вино отличалось высоким качеством – чистое, правильное и сбалансированное[61]. Оно напоминало американские вина Беринджер Уайт Зинфандель, Ту Бак Чак или, возможно, Берфут – довольно успешные винные бренды[62].

Возможно, нет ничего удивительного, что вино обрело популярность среди молодежи и стало популярным у новых, в основном, амбициозных европейских потребителей. Но что действительно удивительно, так это его возросшая популярность в черных поселениях вроде Каэлитши, где раньше вино не относилось к числу алкогольных предпочтений. Однако «Четыре кузена» все изменили. Мы слышали, что достаточно зайти в сельскую таверну, показать четыре пальца, и вам тут же подадут бокал вина «Четыре кузена». «Четыре кузена» помогли создать новый образ южноафриканского вина среди черных южноафриканцев.

Я показывал этикетку «Четырех кузенов» многим людям в США, но они всегда качали головой в ответ. Ужасно, говорили они. Так дело не пойдет. Ты нигде не сможешь продать вино с фотографией четырех белых парней на этикетке. И как только это возможно в ЮАР, стране, где по-прежнему не решена окончательно проблема расизма? Что ж, но ведь на самом деле существуют четыре брата, создавшие это вино, что придает этой истории некоторую долю аутентичности, и если они желают, чтобы их фотография украшала этикетку продукта, что же в этом плохого? Каждый год продается более десяти миллионов бутылок. Пятую часть общего объема составляет экспорт.

Экспорт? Что ж, да. Филипп Ретиф заявляет об увеличении продаж вина в Нидерландах, Китае, Бразилии, США и Новой Зеландии. Но думаю, больше всего он гордится ростом популярности «Четырех кузенов» на 14 африканских рынках, особенно в Уганде, Кении, Замбии, Намибии, Нигерии и Гане. Африка больше не экономическая мусорная корзина, как многие считают, и в последние годы переместилась на второе место после Китая по региональным показателям экономического роста и увеличения доли среднего класса во многих областях. Эти факты привлекли внимание производителей вина по всему миру, которые теперь включили Африку в свой стратегический план. Думаю, именно поэтому мы увидели бутылку Галло Берфут на полке рядом с «Четырьмя Кузенами» в супермаркете в Стелленбосе.

Неужели Африка станет следующим оплотом вина? Огромный потенциал потребительского рынка слишком соблазнителен для международных производителей вина. Но с точки зрения винного производства ответ – нет, Африка не станет следующим оплотом. Вино существовало здесь сотни лет! Настало время для мира познакомиться с африканским вином.

Так какое же оно, африканское вино? Это древняя история Кляйн Констанции, географические особенности Лансароте, упорство Ричарда Лики, первосортное Гран Крю Канонкопа, аристократичность Рупертов или же демократичность «Четырех кузенов»? Ответ прост. Это все вместе и еще немного больше.

От вин Африки веет стариной и одновременно восхитительной новизной. Следующий винный оплот? Да, но не единственный, потому что места и лица, которые у нас ассоциируются с вином, слишком быстро меняются. Считайте это вступлением к следующей главе, в которой мы более глубоко погрузимся в будущее вина.

Вина

Кляйн Констанция Вин де Констанс 2011

Констанция, ЮАР

Канонкоп Блэк Лейбл Пинотаж 2008

Стелленбос, ЮАР

Руперт&Ротшильд Баронесс Надин Шардоне 2015

Западно-Капская провинция, ЮАР

Четыре кузена Свит Розе

ЮАР

Глава 8

Индия и Дальше

Новые широты, новые взгляды

Существует общепринятое мнение, что виноградные лозы Vitis vinifera предпочитают умеренный климат, представленный двумя глобальными климатическими поясами, я называю их винными поясами, которые опоясывают земной шар. Эта полоса находится между 30-м и 50-м градусом северной или южной широты. Северный пояс включает в себя знаменитых европейских производителей Старого Света, Нового Света Калифорнии и, если можно так выразиться, Новейшего Света винного производства в Китае. По тому же общепринятому убеждению считается, что вина Южного полушария производят исключительно в Чили, Аргентине, в ЮАР, в некоторых частях Австралии и в большей части Новой Зеландии.

Конечно, если придерживаться этой версии, то производство вина вполне возможно и за пределами винных поясов, но все же необходимы специальные условия. В подобных условиях, например, плюсом может послужить возвышение над уровнем моря, именно поэтому высокогорная Сальта на севере Аргентины производит великолепные вина. В условиях высокогорья меняется температурный режим, увеличиваются суточные колебания в течение светового дня, и виноградники получают более интенсивное солнечное тепло – все, что необходимо для выращивания качественного винограда в условиях не слишком благоприятных широт. Винные регионы ЮАР находятся на самом краю, но в выгодном положении, поскольку прохладные ветры с Атлантики дают возможность выращивать в Элгине и в других областях такие любящие нежаркий климат сорта, как Рислинги и Пино Нуар.

Экономист Джон Кеннет Гэлбрейт говорил, что общепринятое мнение всегда ошибочно, и это утверждение абсолютно верно в отношении теории широты в винном производстве. Виноград Vitis vinifera все же произрастает в этих широтах, и все более качественные вина производятся в областях, когда-то считавшихся совершенно непригодными для выращивания хорошего винограда. В какой-то мере этот прогресс связан с изменениями в климате, которые значительно раздвинули границы винной карты (подробнее об этом в следующих главах), но все же в большей степени прогресс связан с движением, способствующим развитию специализированных винодельческих техник, позволяющих выращивать качественный виноград даже в тропиках.

Имя этому движению – Вина новых широт, придуманное винным писателем из Таиланда Фрэнком Норелем на конференции в Бангкоке в 2003 г. А в 2004 г. винный критик Джансис Робинсон выразила удивление большим количеством виноградников и виноделен, расположившихся рядом с экватором. «Мне до сих пор сложно поверить, что вина новых широт когда-нибудь приобретут первоклассное качество, – писала она, – но еще совсем недавно то же самое говорили о винах Нового Света».[63] Взгляды на вино и виноделие могут меняться, даже если широта – параметр неизменный.

Заколдованное вино

Бали? Почему нашей следующей остановкой станет именно Бали? Что ж, полагаю, этот выбор не случаен, поскольку совпадает с историческими торговыми путями. Многие корабли, заходившие в порт Кейптауна несколько столетий назад, следовали дальше торговыми путями за специями, которые приводили их именно в эту часть земного шара. Поэтому отправиться из Кейптауна на Бали – не такая уж и нелепая идея.

Однако мы здесь ради вина[64]. Балийское вино? Вы имеете в виду что-то вроде Бали Хай, марка калифорнийского вина со вкусом тропических фруктов, которое Итальянско-швейцарская колония выпустила на рынок в 1960-х гг.? Если память мне не изменяет (а это было очень давно), это было нечто среднее между сангрией и гавайским пуншем. Нет, не думаю, что это вино имело какое-то отношение к Бали. Вдохновение было навеяно знаменитой песней Роджерса и Хаммерстайна из мюзикла «Юг Тихого океана». Это вино Бали, и, вопреки всему, оно прекрасно подходит для того, чтобы насладиться его вкусом в ваш следующий незабываемый вечер. И тот факт, что Бали располагается всего в 375 км к югу от экватора, делает любое вино, произведенное в этих широтах, неожиданной находкой для туристов, употребляющих его в большом количестве. То, что Бали находится в Индонезии, самой популярной в мире мусульманской стране, добавляет этому вину мистического очарования.

В 2014 г. на Бали действовало шесть виноделен, согласно информации Оксфордского гида по вину. Хаттен Вайнс (Hatten Wines), винодельня, основанная в 1994 г., – старейшая и крупнейшая на острове и производит миллион бутылок в год. Вина марки Hatten производятся в основном из винограда сортов Бельгия и Альфонс-Лавалле, произрастающих на северном острове, при помощи тропических винодельческих практик, включая выращивание виноградных лоз на перголах, чтобы справиться с излишней влажностью и получить до трех урожаев за год. Вина марки «Два Острова» производятся из замороженного винограда, импортируемого из Южной Австралии. Названия Бельгия и Альфонс-Лавалле – не слишком привычные названия для любителей вина, которые больше привыкли к таким названиям сортов, как Каберне и Шардоне, и все же они были выбраны благодаря своей сопротивляемости тропическим болезням винограда и успешно произрастают в жарком и влажном климате.

Винодельня Саба Бэй (с видом на бухту Саба Бэй) распахнула свои двери в 2012 г., ее веб-сайт начал работу 7 июля того же года в 7 утра (специально для привлечения удачи). Владельцы Саба Бэй надеются открыть новую главу в истории балийского вина при помощи вина, изготовленного из Vitis Vinifera, выращенного по международным стандартам с использованием устойчивых практик. Это серьезный вызов. И потому я пришел в восторг, когда выдалась возможность попробовать их вино «Белый бархат», изготовленное из выращенного на Бали сорта Мускат. Это вино само по себе было легким и ароматным, но буквально ожило и заиграло новыми красками, когда мы попробовали его с карри из морепродуктов, которым славится Индонезия. Приятный сюрприз!

Кто бы мог подумать, что вино станет решением проблем для находящихся на грани разорения мелких фермеров тропического индонезийского острова?

Мне улыбнулась удача, когда одна из моих бывших студенток, Али Хувер, отправилась на Бали в 2014 г. и согласилась посетить винодельню Саба Бэй и поделиться впечатлениями. На Бали очень много винограда, сообщила она, но не того отличного винограда Vitis vinifera, необходимого для изготовления первоклассных вин. Она обнаружила, что «виноград низкого качества, считающийся непригодным для потребления, наводняет балинезийский рынок, предназначаясь для повсеместных уличных ритуальных подношений». Это не тот виноград, который вы ищете для создания первоклассного вина, и этот виноград не используют на винодельне Саба Бэй.

«Для того чтобы вырастить отличный виноград, необходимо приложить много усилий. Климат мог бы стать препятствием на пути к выращиванию качественного винограда, – писала Али, – но виной тому стали еще и неразвитые винодельческие практики, которые тормозили и выращивание винограда, и рост доходов сельского населения. На самом деле местная винная индустрия с начала 2000-х гг. переживала кризис, вызванный болезнями виноградников, скудными урожаями и маркетинговыми неудачами. Фермеры брали кредиты под слишком высокие проценты и впоследствии не могли рассчитаться с долгами. Эви Гозали и ее мать Мульяти в 2010 г. основали Товарищество звездных виноградников, чтобы способствовать росту экономики и даже противостоять социальному кризису. В обмен на сельскохозяйственную и техническую поддержку 175 фермеров из Северной Балинезии отправляли свои урожаи исключительно на винодельню Саба Бэй. Усовершенствованные винодельческие практики привели к повышению урожайности и росту доходов от выращивания винограда у участников этого товарищества».

Больше всего в винах с Саба Бэй Али поразила их аутентичность, подчеркивающая их истинно индонезийское происхождение.

Кто бы мог подумать, что вино станет решением проблем для находящихся на грани разорения мелких фермеров тропического индонезийского острова? Но винные сорта винограда, несомненно, представляют бо́льшую ценность, чем низкосортный виноград для религиозных ритуалов, и вклад семьи Гозали в развитие современных и устойчивых винодельческих практик, технологий производства и ноу-хау обладает огромной ценностью. Вино сочетает в себе множество нюансов – это искусство, мастерство, чистый натуральный напиток, пьянящее зелье, а кроме того – инструмент экономических и социальных перемен. Кто мог бы подумать, что вино сочетает в себе так много?[65]

Больше всего в винах с Саба Бэй Али поразила их аутентичность, подчеркивающая их истинно индонезийское происхождение. «Вина Саба Бэй соответствуют культурным предпочтениям и местным вкусам, – писала она. – Молодые вина, которые разливаются по бутылкам, отличаются сладким вкусом и низким содержанием алкоголя и составляют гармоничную пару со сложными, остро-пряными индонезийскими блюдами». Какое вино больше всего понравилось Али? Игристое Москато де Бали.

Винный мир довольно тесен, и потому не было бы ничего удивительного в том, что мои пути пересеклись с Эви и Мульяти Гозали на Бали, но кто бы мог подумать, что это произойдет на винной конференции в Тбилиси, в Грузии? Я был рад лично познакомиться с ними, а что еще лучше, так это то, что они привезли с собой бутылочку того самого Москато де Бали. Это вино оказалось таким же восхитительным, как его описала Али, – сладким и искрометным, с нотами ананаса и папайи во вкусе. Оно напомнило мне Москато д’Асти или, возможно, тропическое Фьор де’Арансьо. Настоящее сокровище!

Долина Муссонов

Я сожалею о том, что уделил мало внимания вину во время поездки в Таиланд в 2000 г., за три года до того, как азиатский финансовый кризис потряс эту страну и ее соседей. Меня больше интересовало общение с друзьями и знакомство с Таиландом, который представляет собой огромную эмоциональную нагрузку. В той поездке вино промелькнуло лишь один раз, и я помню обстоятельства его появления, хотя в то время я не видел связи между этими событиями.

Тайское вино? Я был несказанно удивлен, когда мне предложили бокал. Когда это Таиланд начал производить вино и как это вообще возможно?

Тайское вино? Я был несказанно удивлен, когда мне предложили бокал. Когда это Таиланд начал производить вино и как это вообще возможно? Официант объяснил, что это последнее новшество, часть движения Thai Rak Thai (Тайцы выбирают тайское), которое стало ответом на финансовый кризис. Винный виноград и вино, сказал он, стали попыткой улучшить экономическое положение фермеров, чьи доходы существенно сократились из-за рыночного коллапса. В моем бокале было вино, изготовленное тайскими виноделами для тайского потребителя (и, конечно, гостей вроде нас). Местная гордость, развитие сельского хозяйства и самодостаточность – все это было связано тесными узами. Как замечательно! Я принял историю за чистую монету и не задавал много вопросов.

Я тогда не понял, что «Тайцы выбирают тайское» – это нечто больше, чем рекламный слоган «Я люблю Нью-Йорк» или «Вирджиния – для любовников». «Тайцы выбирают тайское» – это название популистской политической партии под руководством противоречивой фигуры Таксина Чиннавата, который пришел к власти в начале 2000-х гг. В его политической платформе уделялось большое внимание поддержке фермеров и других жертв финансового кризиса. Однако в скором времени лозунг «Тайцы выбирают тайское» стал ассоциироваться с политической коррупцией. Тайские военные совершили государственный переворот в сентябре 2006 г., и решением трибунала партия была ликвидирована в 2007 г.

Я не знаю точно, насколько правдивой была история, рассказанная в тот вечер официантом, и действительно ли мое вино имело отношение к этой политической саге. Но если это и в самом деле была правда, я оставался в полном неведении и не интересовался тайским вином еще несколько лет. И лишь после того, как мы побывали на международном винном симпозиуме в Лондоне, у меня проснулся интерес к тайскому вину.

Мы ужинали в фешенебельном тайском ресторане рядом с доками Святой Катерины, под названием «Голубой слон», у которого есть филиалы в Бангкоке, на Пхукете, в Париже и Брюсселе. Просматривая винную карту и решая, что же выбрать в качестве аперитива, я решил воспользоваться возможностью попробовать вино Монсун Воллей розе из Сиамской винодельни в Таиланде. Я ожидал увидеть сладкую клубнику, которую обычно всегда подают с розовыми винами из развивающихся регионов, но вино оказалось сухим и очень приятным. Какой сюрприз! И вот мы заказали на ужин бутылку белого вина Монсун Бэй, купаж Малага Бланк и Коломбара. Малага Бланк? О таком винограде я не слышал. Но вино оказалось отличным. Легкое и деликатное, при этом оно напомнило мне вино, производимое на винодельне Саба Бэй в Бали, которое стало идеальным фоном для тайской кухни. Монсун Бэй? Малага Бланк? Очевидно, мне еще многое предстоит узнать о винах новых широт из Таиланда. А история, которую я узнал, еще более удивительна, чем сами вина.

Виноград – неотъемлемая часть этой истории, и при этом самая необычная ее часть. Малага Бланк – один из самых привычных виноградных сортов в Таиланде, согласно сведениям из справочника Дженсис Робинсон «Вино»[66]. Это столовый виноград с юга Франции. Людовик XIV подарил виноград сорта Малага Бланк королю Сиама Нараю Великому в 1685 г. Этот виноград выращивали в Сиаме для употребления в пищу и возможного производства вина. Толстая кожица винограда Малага Бланк защищала ягоды от сильных дождей в сезон муссонов. Одно из мест, где вы можете увидеть Малага Бланк, – это знаменитые парящие виноградники в дельте реки Чаухпрая (виноград растет на перголах, возвышающихся над небольшими каналами). Возможно, вы никогда не слышали о Малага Бланк, но это виноград с долгой и богатой историей.

Поверите ли вы, если я скажу, что Сиамскую Винодельню основал соучредитель «Ред Булл», компании, производящей знаменитый энергетический напиток?

История Сиамской винодельни и вина Монсун Воллей тоже оказалась довольно неожиданной. Поверите ли вы, если я скажу, что Сиамскую винодельню основал соучредитель «Ред Булл», компании, производящей знаменитый энергетический напиток? Но это правда. Оригинальный рецепт для «Ред Булл» создал Чалео Йувидхиа из Таиланда, который владел небольшой фармацевтической компанией. Ему пришла в голову идея этого напитка, которую он и воплотил в жизнь, выпустив продукт на рынок в 1975 г. На его логотипе были изображены два огромных красных гаура (их также называют индийскими бизонами), дерущихся друг с другом. Австрийский бизнесмен Дитрих Матешиц попробовал напиток во время поездки в Таиланд и, убедившись в том, что он помог ему справиться с расстройством биоритмов после долгого перелета, предложил создателю энергетика организовать совместное предприятие. Экспортный бренд «Ред Булл» был выпущен на рынок в 1987 г., и с этого момента началась история его успеха. Оба предпринимателя невероятно разбогатели, а название «Ред Булл» и его логотип известны повсеместно.

Очевидно не удовлетворившись успехом «Ред Булл», Чалео Йувидхиа в 1986 г. основал Сиамскую винодельню, и сейчас это крупнейший в Таиланде производитель вина. На начальном этапе развитие винодельни подогрело производство популярного винного напитка «Спай» (Spy), шипучего слабоалкогольного напитка, который до сих пор является лидером на рынке. Вино Монсун Воллей увидело свет в 2002 г. (после моего визита в 2000 г. оно заменило сомнительное вино из серии «Тайцы выбирают тайское», которое подавали мне). Около половины из ежегодно производимых 350 000 бутылок вина идет на экспорт, включая те вина, которые мы пробовали в «Голубом слоне» в Лондоне. Чалео Йувидхиа умер в 2012 г., но его дело продолжается во многих областях, включая производство вина Монсун Воллей.

Мне никогда бы и в голову не пришло, что бокал вина мог провести параллель между Людовиком XIV и «Ред Булл» или что это вино произвели из винограда, который выращивают в парящих виноградниках Таиланда.

Мне никогда бы и в голову не пришло, что бокал вина мог провести параллель между Людовиком XIV и «Ред Булл» или что это вино произвели из винограда, который выращивают в парящих виноградниках Таиланда. Это поразительно!

Мондави из Мумбая

Филеас Фогг и Паспарту прибыли в Бомбей из Каира, следуя менее извилистым маршрутом, чем мы, а затем сели в поезд и отправились в простое путешествие до Калькутты. Их аккуратно выверенный маршрут был нарушен, когда выяснилось, что железная дорога через субконтинент не построена до конца и впереди их ожидает отрезок пути, который необходимо как-то преодолеть. И они двинулись дальше, приняв участие в импровизированном приключении, включавшем поездку на слонах, и пережили момент острейшей драмы, когда Паспарту неожиданно проявил не свойственную ему раньше отвагу, спасая молодую индианку по имени Ауда от шайки религиозных фанатиков, намеревавшихся сжечь ее заживо.

С того времени, как Фогг совершил свое путешествие, в Индии многое изменилось. Бомбей теперь называется Мумбай, а Калькутту переименовали в Колкату, и, конечно, мы ищем вино, а не быстроходный поезд. Но, как вы вскоре увидите, транспорт и культурные различия не менее важны и для нас[67].

Персидские завоеватели привезли виноградную лозу в Индию около 2500 лет назад; употребление вина впервые упоминается в трактатах по искусству государственного управления, написанных за 300 лет до Рождества Христова. Вино было напитком элиты и не было доступно массам (которым, очевидно, требовались более крепкие напитки) и пребывало в тени. Подобное положение продолжается и по сей день и связано со стремлением сократить потребление алкоголя. Влияние британских колонизаторов привело к росту винного производства в Индии в XIX в. пока в 1890-е гг. на индийские виноградники не обрушились полчища виноградной тли, что закончилось весьма предсказуемо.

В 1947 г. была провозглашена независимость Индии, и виноделие попало под перекрестный огонь. С одной стороны, вино – это субстанция, которая с трудом поддается контролю. По 47-й статье Конституции каждый индийский штат обязан препятствовать употреблению алкоголя (Ганди и некоторые другие индийские лидеры были трезвенниками), поэтому импорт вина всегда облагался высокими пошлинами, а реклама вина была запрещена. Правительства разных штатов Индии облагают налогами и регулируют продажи вина точно так же, как и в США, тем самым создавая сложности для дистрибьюторов. Но одновременно, руководство некоторых штатов поощряет виноградарство и виноделие как инструмент экономического развития. Это довольно непростая ситуация для виноделия.

Вино было напитком элиты и не было доступно массам (которым, очевидно, требовались более крепкие напитки) и пребывало в тени.

Удивительное положения вина в современной Индии отражает эту сложную ситуацию. С одной стороны, вино облагается высокими налогами, а национальный рынок раздроблен несогласованными государственными режимами регулирования. Отсутствие развитой внутренней транспортной инфраструктуры ограничивает рынок вина: вино может обладать отличным качеством при отправке со склада, но каким оно станет, когда наконец доберется до потребителя? В то же время политика правительства, ориентированная на развитие, привела к чрезмерной экспансии продукта, поскольку поощрялось бесконтрольное появление новых виноградников, что привело к последующему коллапсу производства и объединению производителей. В результате этой неразберихи появилась одна винодельня, занявшая лидирующую позицию. Она доминирует на рынке, поскольку на ее долю приходится 60–65 % продаж индийского вина, и полностью пересматривает подход к вину и винной индустрии в Индии. И называется она Виноградники Сулы (Sula Vineyards).

В статье выпускника Стэнфордского университета Раджива Саманта называют Мумбайский Мондави, и это название вовсе не является преувеличением. Мондави, также окончивший Стэнфорд, основал первую после отмены «сухого закона» новую винодельню в долине Напа, но не просто производил вино, а способствовал созданию долговечной винной культуры и индустрии винного туризма. И Самант, похоже, был полон решимости создать нечто подобное в Индии.[68]

Самант родился и вырос в городе и отправился в Калифорнию изучать экономику и промышленное конструирование в Стэнфордском университете. Он некоторое время проработал в Кремниевой долине, в индустрии информационных технологий, а затем вернулся обратно в Мумбай, где принялся искать для себя подходящие варианты для развития бизнеса. Вы наверняка подумали, что его привлек Бангалор, с его многочисленными техническими стартапами, но его целью стал Насик, сельскохозяйственная область и место совершения паломничеств в 180 км от Мумбая. Отец Саманта взял его в Насик, чтобы показать землю, которой владела семья и которую он хотел продать, поскольку она не давала практически никакой прибыли.

Самант попросил отца дать ему шанс изменить положение дел на ферме. Он выращивал манго, а затем столовый виноград (сорта Султана (белый кишмиш), который в США известен как бессемянный Томпмон Сидлис). Оба урожая оказались достаточно серьезными, но экономические реалии таковы, что прибыль была не столь велика, если продавать лишь основные сырьевые товары. Довольно трудно создать добавочную стоимость или извлечь выгоду из дифференциации продукции. А затем наступил момент озарения. Если в Насике растет столовый виноград, то почему не попробовать выращивать винные сорта?[69] Конечно, почему бы и нет, если воспользоваться помощью «летающего винодела» из Калифорнии, Керри Дамски, который встретился с Самантом в Сороме и отправил его домой с первыми в Индии черенками черного винограда сорта Зинфандель. Виноград успешно прижился на новом месте, хотя, поскольку это был проект новых широт, требовались специальные практики, чтобы смягчать последствия жары, влажности и мусонных дождей. Большим плюсом оказалось то, что Насик находится в 2 тысячах футах над уровнем моря. Первый урожай был снят в 1999 г., и вскоре винодельня стала известна как первая индийская винодельня, где производят вина из сортов Совиньон Блан и Шенен Блан.

Виноградники Сулы (названные в честь матери Саманта) позволили создать целую региональную сеть винной индустрии. В настоящее время действуют несколько дюжин виноделен, которые выращивают свой собственный виноград и покупают сырье у независимых фермеров. Пока еще скромная индустрия винного туризма тоже не стоит на месте и развивается быстрыми темпами. Виноградники Сулы стоят во главе винной, культурной и туристической стратегии, которую многие связывают с успехом долины Напа Роберта Мондави. Помимо винодельни, где открылся первый зал для дегустации вина в Индии, который в 2016 г. посетили 250 000 гостей, открылось еще два ресторана, СПА, а в 2017 г. первый в Индии винный курорт. Здесь проходит также Сулафест – крупный двухдневный фестиваль «для гурманов мировой музыки», устраиваемый в специальном зале в виде амфитеатра. Самант также расширил бизнес, создав сегмент под названием «Выбор Сулы», представляющий культовые импортные вина и крепкие напитки со всего мира. В самом деле, это похоже на алкогольную ООН! Добавление этих импортных продуктов к основным винам, произведенным на винодельнях Саманта, помогает торгово-распределительным сетям достигнуть эффекта масштаба и распахнуть двери винной линии Сулы. Artisan Spirits, дочерняя компания Сулы, производит «Янус» – первый в Индии виноградный бренди класса премиум. Также Сула производит натуральное масло из виноградных косточек.

Эти труды удостоились международного признания[70]. Например, в 2016 г. на Лондонской винной ярмарке «Сула» получила награду Drinks Business за лучший вклад в область винного туризма. А в 2016 г. в майском номере журнала «Винный энтузиаст» в колонке «Выбор редактора» вину урожая 2014 г. Сула Диндори Резерв Шираз было присуждено целых 92 очка. Мы попробовали это вино и считаем, что это гармонично сбалансированный напиток с сильным характером. Но самым большим сюрпризом оказался Совиньон Блан, обладавший своим собственным стилем, нисколько не повторяя стиль вина из Новой Зеландии или Франции или Калифорнии. Для того чтобы в современном мире производить вино с собственным неповторимым характером, требуется большая отвага. Мне нравится стиль Сулы!

В целом «Сула» – удивительное предприятие, и успех его вин растет в Индии и за рубежом, где эти вина часто можно встретить в меню индийских ресторанов. Виноградарство и виноделие – это всегда вызов, особенно на такой территории, как Насик, однако главный вызов Саманта заключался в том, чтобы развить культуру виноделия, представив ее неким «социальным связующим элементом», а не просто еще одним алкогольным напитком. «Сула» справилась с непростыми климатическими условиями и колебаниями в экономике, чтобы превратиться в главного винодела Индии. Впереди еще много трудностей, но Мумбайский Мондави и его команда готовы встретиться с ними лицом к лицу.

Что новенького?

Из Бали в Таиланд, а затем в Индию: что же в результате мы узнали? Как я говорил в самом начале, основной связующей нитью для этих регионов являются географические особенности. Виноделие новых широт предлагает бросить вызов общепринятому мнению и убеждает нас в том, что в довольно трудных природных условиях возможно производить не просто вино, а очень качественное вино. И речь идет даже не о тропической жаре, а о человеческом упорстве и решимости, в связи с чем снова возникает вопрос, который мы подняли еще в начале путешествия: Почему вино? Что же такого заключено в вине, что люди ради него готовы бороться с трудностями, выращивая виноград, делая вино и работая не покладая рук, чтобы привить другим любовь к этому напитку? Из этой и предыдущих глав становится очевидно, что на этот вопрос нет одного простого ответа. Вино наполняет ваш бокал, но оно также может наполнять ваше сердце и становиться средоточием ваших мыслей, вдохновляя на неожиданные рискованные попытки, результаты которых мы с вами здесь увидели.

Виноделие новых широт предлагает бросить вызов общепринятому мнению и убеждает нас в том, что в довольно трудных природных условиях возможно производить не просто вино, а очень качественное вино.

Движение за виноделие новых широт изменило не только представление о том, где и как должен выращиваться виноград и производиться вино, но в некоторой степени повлияло на культурные и экономические устои общества, которые я здесь обсуждал. Но самое важное, это то, как эти новые взгляды на виноделие заставили тех из нас, кто погряз в общепринятых мнениях, поднять голову и оглядеться по сторонам. Мир вина постоянно меняется! И настало время изменить и наши взгляды. Конечно, это важно в целом, но особенно в данный момент, когда я хочу, чтобы вы, читатели, открыли глаза и с поднятой головой двинулись дальше по выбранному нами маршруту.

Вина

Саба Бэй Москато де Бали

Индонезия

Монсун Воллей Малага Блан/Коломбар

Таиланд

Сула Диндори Резерв Шираз

Насик, Индия и Сула

Совиньон Блан

Насик, Индия

Часть III

Высоко и низко

Глава 9

Шангри-Ла

Хью Конвей не собирался отправляться в Шангри-Ла, когда уселся в маленький двухмоторный самолет, специально оборудованную модель, принадлежавшую Махарадже Чандрапура. Он и его трое товарищей просто пытались сбежать из Баскула, где устроили мятеж против британского раджи. Но вместо того, чтобы направиться в Пешавар, Конвей пренебрег безопасностью и улетел далеко в Гималаи, где, проведя долгие часы в воздухе, без связи с внешним миром, беглецы израсходовали все топливо и совершили аварийную посадку в неизвестной долине, которую Конвей принял за земли Тибета.

Они и в самом деле (точнее, так было задумано по сюжету) оказались в Шангри-Ла, и эта страна стала местом действия бестселлера Джеймса Хилтона, увидевшего свет в 1933 г., под названием «Потерянный горизонт»[71]. Герои романа оказались в удивительном ламаистском монастыре, где их с радостью приняли и где они остались жить в роскоши, пользуясь библиотеками, наполненными книгами и музыкальными произведениями со всего света. Как все эти европейские книги и остальные предметы роскоши оказались в затерянном уголке земли, – непонятно, и для чего все это было нужно, – тоже не совсем очевидно.

В конце концов Конвей знакомится с создателем Шангри-Ла, говорящим по-французски католическим монахом по имени Перро, который также является Верховным ламой Шангри-Ла. Ему было уже больше 250 лет. Одна из загадок Шангри-Ла заключалась в том, что некоторые его обитатели жили гораздо дольше обычных людей. Но старение замедлялось лишь на то время, что они оставались в долине. Стоило им покинуть этот уголок, как годы стремительно брали свое и человек быстро старел.

В романе «Потерянный горизонт» много приключений и любви, и именно поэтому фильм Фрэнка Капры, вышедший на экраны в 1937 г. с Роландом Колеманом и Джейн Виатт в главных ролях, имел огромный успех. Но здесь есть и важная сторона, которая вызовет у вас вопросы. Почему европейцев в этой книге возносят на столь высокий пьедестал? Туземцы, судя по всему, были невероятно счастливы под игом иностранцев и даже готовы пойти на смерть, лишь бы во всем угодить чужестранцам. И почему должна была закончить свое существование и Шангри-Ла, когда подошла к концу жизнь говорившего по-французски Верховного ламы? Не думаю, что кто-то решит написать подобную книгу в наше время, когда цивилизация плотно держится на плечах европейцев, а туземное население так легко подвергается дискриминации.

«Потерянный горизонт» – очень интересная книга, но какое отношение она имеет к вину? Мне казалось, что наши приключения напрямую связаны с вином, и меня вдохновило путешествие Филеаса Фогга, описанное Жюль Верном, а не приключения Хью Конвея Джеймса Хилтона. Но связь здесь все-таки есть. Следующая остановка на нашем пути находится как раз высоко в горах, где растет виноград и, по завету ламы, говорившего на французском языке, производится первоклассное вино в европейском стиле, призванное услаждать вкус мировой элиты. Этот регион называется Шангри-Ла, и хотя само вино вполне реально, никто не знает, существует ли на самом деле такое место или это вымысел… что ж, оставлю эти размышления на ваше усмотрение. Заинтригованы? Читайте дальше.

Добро Пожаловать в Шангри-Ла

Тони Джордан не искал Шангри-Ла, когда в 2009 г. приехал в Китай[72]. Он отправился в эти края в качестве представителя группы «LVMH Моет Хеннесси-Луи Виттон» – лидера на рынке предметов роскоши. А целью его поездки стал поиск лучшего места для выращивания винограда для производства китайского первоклассного вина в стиле Бордо[73]. Логика заключалась в следующем: китайцы обожают Бордо и в конце концов начнут производить свое собственное вино. Только производство должно развиваться под наблюдением французов.

Одним вариантом стала крохотная деревушка Сиджонг в провинции Юньнань, раскинувшаяся на берегах реки Меконг вдоль дороги, ведущей в Лхасу, столицу Тибета. Французские католические священники основали церковь более 150 лет назад и посадили виноград для производства священного вина, и местные фермеры следовали их примеру. В 1952 г. коммунистическое правительство выслало миссионеров, но виноградники, поддерживаемые местными виноградарями, и вина из этого винограда остались, их можно попробовать и сейчас. Французские католические священники? Это немного напоминает линию повествования в «Потерянном горизонте», однако в этом месте нет никакого волшебства, а вино не обладает магическим свойством наделять долголетием того, кто его пьет. Джордан посчитал это место слишком влажным для выращивания первоклассного винограда из-за близости реки. И, руководствуясь климатическими предпочтениями, он двинулся дальше по дороге в сторону Лхасы, пока не оказался в… Шангри-Ла!

Да, это действительно была Шангри-Ла. Или это не совсем так? До 2001 г. Шангри-Ла на тибетском называлась Джундян, или Дзяньтан. Жители Джундян занимались лесным хозяйством, но деревообрабатывающее производство пришло в упадок, и городские предприниматели были вынуждены искать другие источники дохода. Выходом мог стать туризм, а регион мог многое предложить искушенному туристу, поскольку в нем находился красивейший национальный парк Пудао и культурный центр притяжения – внушительный трехсотлетний тибетский буддийский монастырь Ганден Сумтселинг (который на самом деле немного напоминает монастырь в Шангри-Ла в фильме «Потерянный горизонт» 1937 г.). Но будет ли этого достаточно, чтобы привлечь туристов в этот затерянный уголок земли, расположенный в десяти тысячах футов над уровнем моря, высоко в горах? Да, решили они, если мы всего лишь поменяем название этого места.

И с 17 декабря 2001 г. Джундян стал называться Шангри-Ла, и перемена названия, судя по всему, возымела свое действие, потому что индустрия туризма и в самом деле расцвела. А затем, следуя маршрутом Тони Джордана, появились французы, основавшие винодельню Моет Хеннесси Шангри-Ла (Дегун), и в 2015 г. было выпущено особенное вино из их первого урожаях – Ао Юн («Гордые облака»).

Признаюсь, я очень сильно разволновался, когда прочитал обо всем этом. И дело здесь вовсе не в перемене названия на Шангри-Ла, это некий хайп, и, думаю, это и так всем вокруг понятно. Нет, меня обеспокоила мысль о французском влиянии, потому что я тут же вспомнил «Потерянный горизонт» и свои размышления об этой истории, в которой во многом превозносилось превосходство европейцев над туземцами и их культурой. Неужели сейчас в этой уже ставшей реальностью ситуации (хотя и с некоторыми отличиями) повторится то же самое?

Меня беспокоит то, что вы можете назвать эффектом Шангри-Ла, и свои опасения я могу выразить одним вопросом. Кому выгодно бурное развитие винной индустрии в Китае? Аутсайдерам – французским производителям и консультантам? Многонациональным торговцам и винным аукционам, желающим использовать китайских поклонников вина в своих целях? Или же это выгодно самим китайцам, китайским производителям, потребителям и торговцам? В вымышленной стране Шангри-Ла Джеймса Хилтона все было устроено так, что выгоду получали именно аутсайдеры. Неужели точно так же дело обстоит и с китайским вином, в том числе и с вином из Шангри-Ла? Тогда ответ на вопрос «Почему вино?» оказался бы весьма неприятным. Почему вино? Потому что его магия работает и китайцы не способны перед ней устоять!

В ранних отчетах о продажах французского вина в Китае часто сообщалось о доверчивости китайских потребителей, которых легко обмануть, заставив платить высокую цену за не слишком качественные вина и даже за откровенные подделки.

Красное наваждение дракона, страдающего от жажды

Я не единственный, кто беспокоится о китайской винной индустрии и, возможно, не вполне здоровых отношениях с Францией. В ранних отчетах о продажах французского вина в Китае часто сообщалось о доверчивости китайских потребителей, которых легко обмануть, заставив платить высокую цену за не слишком качественные вина и даже за откровенные подделки. И это отличная новость для производителей Бордо с их излишками вина, и для различных авантюристов с поддельными этикетками. Проблема подделок по-прежнему актуальна, но многое другое изменилось, как говорится в документальном фильме 2013 г.

Фильм «Красное наваждение», продемонстрированный на независимом кинофестивале, получил множество наград, привлек внимание и для многих зрителей стал возможностью познакомиться с миром китайского вина, о котором раньше они и понятия не имели[74]. Название – это игра слов. В фильме делается акцент на то, что китайские потребители (красный цвет символизирует коммунистическое правительство) одержимы красным вином из-за его пользы для здоровья, что поощряется правительством, желающим превратить виноградное вино в альтернативу алкогольным напиткам, произведенным из риса. А одно из самых серьезных наваждений у «красных» китайских любителей вина, которые, конечно, могут себе это позволить, – это великие красные вина Франции и особенно Бордо.

В фильме «Красное наваждение» представляется образ огромной нации, сходящей с ума по французскому вину. Рассказывается о взвинчивании цен на аукционах, дегустации редчайших вин и о желании состоятельных потребителей пойти еще дальше и приобрести французское шато. Но хотя меня беспокоит китайская сторона этих взаимоотношений с французским вином, фильм, похоже, больше сосредоточен на положении дел французов и глобальном рынке вина. Станут ли китайцы скупать все известные марки вин? А затем крупные винодельни? Неужели ничего нельзя сделать, чтобы остановить внедрение китайцев в винный мир? Интересный поворот.

Времена стремительно меняются, и китайская угроза исчезла еще до того, как был выпущен фильм «Красное наваждение». Нет, китайцы не утратили интереса к вину, о чем мы сможем прочитать на следующих страницах, но изменились их определенные предпочтения. Всесторонние правительственные антикоррупционные меры ударили по продажам очень дорогого и известного вина. Ситуация изменилась, и теперь никто не желал, чтобы посторонние видели, как он преподносит бутылку Шато Лафит высокопоставленному должностному лицу, или принимает в подарок бутылку Шато Петрюс от потенциального просителя, или заказывает бутылку Шато Латур в ресторане. Кто-нибудь мог тайком сфотографировать этот процесс на телефон и выложить в соцсети, и вскоре в дверь раздавался резкий стук агентов по борьбе с коррупцией. Проще было избегать этих вин и не рисковать.

Я не представляю, насколько эти антикоррупционные меры повлияли на красное наваждение, но внезапно рынок роскошных напитков в Китае лопнул. Это был мощный толчок, отразившийся на международных счетах многонациональных винных компаний, связанных с экспортом вина в Китай. И цены на лучшие вина Бордо на аукционах тоже поползли вниз.

Бордо было не единственным винным регионом, попавшим под удар, но там потери почувствовались, вероятно, острее всего, поскольку предсказания о бесконечном спросе на вина Бордо провалились. Похоже, даже очень богатые китайские инвесторы, которые покупали дорогие вина для личного пользования, а не для взяток, достигли той точки, когда насытились когда-то столь желанным Шато Мутон Ротшильд. Китайский рынок повернулся в сторону Бургундии, первосортных итальянских вин и вин из долины Напа и т. д.

Сюзан Мустасич в своей книге «Страсть жаждущего китайского дракона к Бордо и угроза лучшим мировым винам» 2015 г. дополнила эту историю. В широком смысле можно сказать, что «Жаждущий дракон» – это любовная история. Сначала Китай обнаружил, что любит Бордо, а затем Бордо осознало, что отчаянно нуждается в Китае, и неважно, любит он его или нет, а затем в конечном итоге Китай понял, что его страсть к Бордо была ошибкой. В итоге мы видим китайских владельцев бордоских Шато и французские инвестиции в Китай, и, что забавнее всего, неизвестно, где заканчивается одна форма зависимости и начинается другая. Возможно, Бордо уже никогда не станет прежним после интрижки с Китаем, и Китай тоже сильно изменился.

Прочитав подзаголовок «Угроза лучшим мировым винам», я долго ломал голову над тем, что Мустасич хотела этим сказать. Это угроза, связанная с подделками и фальсификациями, которую она тщательно рассматривает в книге? Или угроза потенциального развала системы бордоских вин высшей категории? Или же дело в быстро развивающейся китайской винной индустрии, с ее специфическими особенностями? Конечно, у Бордо есть причина чувствовать некоторую долю угрозы в условиях меняющихся экономических обстоятельств, но непонятно, кого стоит в этом обвинять! Иногда, как говорил Пого, «нашим злейшим врагом оказываемся мы сами». И совершенно понятно, что вопрос о том, кто выиграет от успеха (или провала) вина в Китае, довольно непростой.

Прохлада и покой Нинся

Когда Тони Джордан искал для компании Моет Хеннесси лучшее место для производства красного вина, его интересовали и такие области, где можно было бы производить и игристое вино[75]. И вот он оказался в провинции Нинся. Нинся – это самый отдаленный винный регион на севере центральной части Китая. Однако здесь случаются значительные перепады температур, и это серьезная проблема. Область Нинся расположена на высоте в три тысячи футов над уровнем моря, и здесь обычно бывает долгое жаркое лето и очень холодные зимние ночи. Настолько холодные, что могут погубить виноградные лозы, которые осенью обычно присыпают землей, чтобы обеспечить им защитный слой, а весной снова освобождают из-под земляной подстилки[76].

В конце 1990-х гг. у Бюро управления мелиорацией сельскохозяйственных земель провинции Нинся был небогатый выбор, когда оно предприняло попытки развить сельское хозяйство в этом регионе. Неплодородная почва, резкие перепады температур и ненадежная система 800-летних ирригационных каналов не способствовали радужным перспективам. Однако в этом регионе находилась одна действующая винодельня под названием «Сисяван». Основанная как кооператив в 1982 г. и теперь принадлежащая органам местного управления, она стала крупнейшим виноградным хозяйством в регионе. Винный виноград требует особого ухода, однако здесь он неплохо чувствует себя в неплодородной, каменистой почве. Так что после серьезных исследований органы местного самоуправления решили бросить все силы на развитие виноградарства и виноделия в этом регионе. «Я еще нигде не видела, чтобы органы местного самоуправления были так заинтересованы в развитии виноделия, как это происходит в провинции Нинся», – писала английский винный критик Дженсис Робинсон после своей поездки в регион в 2012 г.

В настоящее время в Нинся функционируют более 50 виноделен, а площадь виноградников увеличилась до 80 тысяч акров, и в следующие десять лет планируется увеличить эту площадь вдвое. (В калифорнийской долине Напа виноградники занимают площадь в 45 тысяч акров.) Западная пресса уделяет провинции Нинся пристальное внимание, особенно совместному предприятию Моет Хеннесси с китайской компанией с многомиллионным оборотом.

Открытие крупной винодельни Моет Хеннесси в Нинся в 2013 г. подарило региону столь необходимую ему надежность и авторитет и привело к расцвету виноделия. Что ж, именно так история рассказывалась бы в мире Шангри-Ла, где ключевое значение имеет внимание аутсайдеров. Но история развивалась не совсем так. Вопреки всему, новые винодельни были больше китайскими, чем французскими. Эмма Гао, родившаяся в Нинся, изучала искусство виноделия в Бордо, но ее семейная винодельня Silver Heights представляет собой в большей степени китайское творение, и отчасти именно благодаря ее качественным винам этот регион привлек к себе пристальный международный интерес. Сама винодельня не представляет собой эталон дорогостоящего производства, Дженсис Робинсон описывает ее как несколько хозяйственных построек на семейном участке земли в сельской местности, однако производимое там вино отличается непревзойденным качеством.

Нинся – это область, идеально вписывающаяся в контекст этой главы. Стремление развить здесь винную индустрию носит локальный характер, напрямую связанный с управлением региональным экономическим развитием и поддерживаемый местными талантами, заботами и интересами. Однако нельзя игнорировать международный вклад, особенно производство игристого вина компанией Моет Хеннесси и успех Перно Рикарда с его винодельней He Lan Mountain, и это лишь часть удачных примеров.

Город вина

Удивитесь ли вы, узнав, что китайский Рислинг и розовые вина завоевали награды на Международной панамо-тихоокеанской выставке в 1915 г.? Эти вина были созданы винной компанией «Чангюй Пионер», основанной в 1892 г. Чангом Биши, богатым китайским предпринимателем, живущим за границей, который увидел возможности для развития виноделия в Китае, особенно для экспорта, удовлетворяющего потребности в вине многочисленных европейских эмигрантов. Он привез лозы Vitis vinifera из Европы в Яньтай, расположенный на Шаньдунском полуострове, который омывается водами Желтого моря и находится в 400 милях к юго-востоку от Пекина. Это был весьма амбициозный проект с огромными виноградниками и просторными подземными винными хранилищами, на осуществление которого потребовалось 11 лет. Согласно информации веб-сайта компании, в 1912 г. винодельню посетил доктор Сунь Ятсен и признал, что вина поистине великолепны[77].

Винодельня Чангюй (это не винодельня «Сисяван», а совершенно другая винодельня в другой провинции. – Прим. пер.) действует и по сей день, расширяя производство в Китае, и обзаводится связями и в других странах. Его отличительный вклад – огромный Международный центр вина, расположенный в нескольких милях от недавно отстроенной территории курорта Яньтайской винной бухты. Открывшийся в 2016 г., он должен был стать основным местом посещения для китайских и азиатских туристов, которые приедут продегустировать вина и, предположительно, потратят много денег на вино, крепкие спиртные напитки и множество других вещей. Особенно интересными считаются оборудование для промышленного производства вина, музей виноделия и даже деревня в европейском стиле. Компания Чангюй, похоже, полна решимости сделать это место одним из самых привлекательных для туристов винных курортов в мире, и, исходя из того, что я слышал о численности туристов, интересующихся китайским винным туризмом, это вполне реальная цель.

Компания Чангюй не единственная, кто вносит серьезный вклад в поддержание винной индустрии. В долгосрочном региональном плане говорится о десятках тысяч акров будущих виноградников, инвестиций на несколько миллиардов долларов и сотнях новых винодельческих шато. На самом деле если хотя бы половина этих задумок воплотится в жизнь, это будет самое желанное для посещения мест в мире вина.

Один из китайских винных центров притяжения – Шато Джундинг – поместье, принадлежащее винодельне «Великая Китайская стена». Это объект с оборотом в 580 млн долларов, включающий в себя винодельню, отель, ресторан, винную деревню и 1700 акров виноградников. «Великая стена» и Чангюй – две крупнейшие винодельни в Китае. «Великая стена» принадлежит государственному предприятию с романтическим названием «Корпорация по производству китайских круп, масел и пищевых продуктов». Эта Корпорация славится своей безопасной и эффективной сетью поставок и устойчивой позицией на рынке. Вино ничем не отличается от этих продуктов, со своей сетью производственных предприятий в самом Китае (плюс иностранные инвестиции). Эта Корпорация стала первой китайской компанией, которая приобрела крупное винное шато в Бордо, а также вложила крупные средства в винное производство Франции, Чили, Австралии и, возможно, вскоре вложит средства в винное производство в США. Насколько же важна ее роль? В списке лучших винных производителей журнала Decanter в 2013 г. оказался У Вей, глава отдела «Корпорации по производству китайских круп, масел и пищевых продуктов», занявший второе место в мире по своему влиянию. А первое место занял глава Перно Рикарда, французской винной группы, но частично это было связано с успехом компании в Азии.

Поездка в Яньтай дает опыт, противоположный тому, что можно увидеть в Шангри-Ла. И хотя там много подражаний Европе, в том числе и в архитектуре европейских особняков, это все равно вино Китая, произведенное китайцами для китайцев. Можно с легкостью отмахнуться от беспокойств по поводу преобладания европейского влияния, хотя при более внимательном рассмотрении удается заметить некоторые нюансы. Например, успех винодельни Чангюй напрямую связан с взаимовыгодным сотрудничеством с французской компанией Кастель. А престиж местного вина вырос, когда китайское представительство Шато Лафит открылось в Шаньдуне (как раз по соседству с Treaty Port – роскошной винодельней, построенной в стиле шотландского замка финансистом из Йоркшира по его собственному проекту).

Яньтай не обрисовывает полностью винную сферу Китая, которую я надеялся вам представить, но здесь нет того европейского давления, которого я больше всего опасался. Здесь все перемешано, как и повсеместно в мире, все танцует в собственном ритме и движется в сторону… кто знает, в сторону чего?

Возвращение в Шангри-Ла

После Нинся и особенно Яньтая, с его известными именами и огромными инвестициями, возвращение в Шангри-Ла вызывает шок. Когда мои коллеги Пьер Ли и Синтия Хоусон посетили Шангри-Ла в 2015 г., не было роскошных винных хранилищ, роскошных отелей или агентов по связям с общественностью, которые могли организовать для них ознакомительные поездки. Синтия призналась, что ей пришлось вернуться к техникам, которые она использовала, собирая материалы для диссертации о женщинах-контрабандистках в Сенегале. Я называю это «полевые работы в команде», хотя уверен, что существует более правильное название. Эта техника подразумевает знакомство с людьми, завоевание их доверия, наращивание связей и знакомств, переезды из деревни в деревню, пока наконец (а иногда и нет) вы не встречаете нужного человека и не узнаете что-то действительно важное. Отточенное до безупречности умение Синтии завязывать новые знакомства вело их сквозь череду многочисленных мелких деревушек, наводнявших территории, где произрастали виноградники Шангри-Ла, пока однажды, с последними лучами заходящего солнца, они не постучались в дверь маленькой гостиницы и не увидели в ярком свете знакомые лица из Китая, Франции, Аргентины и других стран. Вот уж повезло так повезло! Они попали в Шангри-Ла через черный ход!

И хотя винодельни из Шангри-Ла были известны по всему миру, еще до выпуска своих первых вин, благодаря иностранным представительствам компании Моет Хеннесси и Луи Виттон, реалии винного производства таковы, что во многом этот процесс носит локальный характер. Небольшие виноградники принадлежат местным крестьянам, которые больше ценят количество произведенного вина, чем его качество. И изменить их взгляды на положение вещей было непросто. И так же нелегко было добиться строительства современной винодельни, о чем заявил генеральный директор представительства Estates & Wines компании Моет Хеннесси и Луи Виттон, представляющей винодельческие хозяйства в разных частях света, Жан-Гийом Пратс. Специально для стадии обработки вина в подвалах были созданы дополнительные производственные мощности, поскольку в этой области сложно было бы при необходимости в кратчайшие сроки собрать новые строительные бригады, достать оборудование, материалы и т. д. Винное производство в Шангри-Ла стоило Моет Хеннеси и Луи Виттон огромных средств, даже больше, чем Шато д’Икем. Когда я встретился с Пратсом на конференции в Лондоне, он лишь пожал плечами, когда разговор коснулся Шангри-Ла, давая понять, что, возможно, мы не должны производить вина, даже очень качественные вина, по всему миру, только потому, что можем это делать[78].

Шангри-Ла – очень непростой проект, и он вовсе не принадлежит одной лишь Франции. Местные органы управления, изначально создавшие условия для производства, поощряя виноградарство, договорились с Группой VATS, бывшей компанией Jinliufu Liquor Company, китайским производителем крепких спиртных напитков (их специалитет – байцзю – традиционный китайский алкогольный напиток, и для этой цели построено 15 винокуренных заводов), о производстве вина. VATS Liquor Chain стала крупнейшей китайской сетью алкогольных аутлетов. Это динамично развивающаяся компания, и потому, возможно, есть смысл в том, что она стала партнером Моет Хеннесси и Луи Виттон в винодельческом проекте Шангри-Ла.

Какие вина?

Вина, которые мы возьмем с собой из этого путешествия, непременно должны включать экземпляры из винодельни Ао Юн в Шангри-Ла, купаж Каберне Совиньон с небольшим количеством Мерло, несмотря на то что ни Пьер, ни Синтия, ни я не пробовали его. Бутылка этого вина стоит 300 долларов, и мне надо немного подкопить, чтобы позволить себе купить ее. Но как я могу устоять перед вином из Шангри-Ла?

Я попросил Пьера и Синтию выбрать остальные вина, поскольку они знают о Китае и его винах не понаслышке (они пишут книгу о виноделии в Китае). Их список начинается с вина, которое обозначило Китай и Нинся на мировой винной карте вопреки мнениям многих скептично настроенных экспертов. Вино Jiabeilan Каберне 2009 г., с винодельни Helan Qing Xue, поразило воображение знатоков, завоевав в 2011 г. на международном винном конкурсе Decanter высшую награду – International Trophy в номинации «Красные вина из сортов Бордо».

Вино 2012 г. Тасья Резерв Марселан, произведенное на винодельне Грейс, – следующее в списке, поскольку представляет одну из самых успешных виноделен и олицетворяет эволюцию китайского вина, которое прошло долгий путь от подражания винам Бордо до обретения своей аутентичности и понимания вина в более широком его смысле. Марселан – это продукт скрещивания сортов Каберне Совиньон и Гренаш, выведенный в 1960-х гг., чтобы обогатить виноградники Лангедока новыми сортами. Винодельня Грейс пополняет нашу китайскую коллекцию и вином Альянико. Просто потрясающе! Фэмили Резерв с винодельни Silver Height представляет совсем другую историю, рассказывая об упорном труде крохотной семейной винодельни, добившейся невероятных высот качества.

И завершает этот список вино Домен Шардон Брют Розе из Нинся, которое можно назвать шипучей сестрой красного вина из Шангри-Ла и, выбрав которое мы отдаем дань уважения китайско-французскому сотрудничеству, благодаря которому и появились эти оба вина. Это также полезное напоминание, что эта страна Шангри-Ла вовсе не копия той, которую придумал и описал Джеймс Хилтон. Международные участники оказывают серьезное влияние на развитие виноделия в этих краях, и так будет продолжаться еще очень долго, но момент изменений настал, и на арену постепенно начинают выдвигаться и доминировать местные производители. Неужели мысль об аутентичном китайском вине и культуре напоминает вам о сюжете романа «Потерянный горизонт»? Думаю, нет.

Вина

Шангри-Ла винодельня Ао Юн 2013

Китай

Jiabeilan винодельня Helan Qing Xue Каберне 2009

Китай

Тасья Резерв Марселан 2012 винодельня Грейс

Китай

Фэмили Резерв винодельня Silver Height

Китай

Домен Шардон (Нинся) Брют Розе

Китай

Глава 10

Австралия

Библиотека и музей

Конференция «Попробуй Австралию на вкус» была организована, чтобы снова заявить о знаменитых австралийских брендах на мировом винном рынке. Австралия стала легко узнаваемой в мире вина благодаря простому и недорогому вину (особенно Шираз и Шардоне), и цель «Попробуй Австралию на вкус» заключалась в том, чтобы потребители вина узнали, что у австралийского бренда Aussie есть много что предложить (и это правда). Эта конференция дала мощнейший эмоциональный опыт путем общения с разными людьми со всего мира, дегустации вин, блюд и т. д. Но когда мы наконец немного пришли в себя на обратном пути в Сиэтл, то решили спокойно обсудить несколько вопросов, которые позволили нам взглянуть на австралийское вино и на мир вина в целом более масштабно. Эти вопросы были навеяны двумя захватывающими винными дегустациями.

Истинно австралийский

Дегустация «Шираз: Австралийский путь» проходила в историческом крыле Мортлока Государственной библиотеки Южной Австралии, как раз через дорогу от главного места проведения конференции. Представьте себе стеллажи из темного дерева, запах старых книг и длинный стол, уставленный винными бокалами. За этим столом расположилась наша группа, ведя беседу, размышляя и попивая австралийский Шираз. Если целью этой дегустации было заставить нас понять, что Шираз от Aussie – это не просто сладкая фруктовая алкогольная бомба, то все вышло как нельзя лучше.

На первом этапе дегустации нам предложили Шираз из разных австралийских винных регионов, чтобы мы смогли оценить комплексность терруара Aussie. Одна из излюбленных австралийских стратегий, которую взяли на вооружение и другие винные регионы, – сосредоточить внимание дегустатора на многообразии терруаров, чтобы обратить внимание на высококачественные вина и отделить их от обычных вин из супермаркета.

Терруар – это актуальная маркетинговая концепция современности, поскольку представляет собой индикатор аутентичности. Потребители, которые, в общем, не знакомы с концепцией терруара, едят устриц, выращенных на элитных фермах, пьют органический сертифицированный кофе Сингл-Эстейт и чаи и наслаждаются таким же качественным шоколадом. Одна алкогольная компания даже выпустила органическую сертифицированную водку, которая сильно обескуражила меня. Я не большой поклонник водки, но, насколько я понимаю, такая водка представляет собой бесцветный напиток, лишенный вкуса и запаха. Если это правда, то эта особая водка заслуживает внимания, поскольку в целом не является чувственно нейтральной, но каким-то странным образом улавливает и передает особенную чувственную пустоту определенного места. Кто бы мог подумать, что такое возможно? Поразительно. (Но возможно, эта водка обладает какой-то характерной только для нее плотностью?)

Вина урожаев 2009–2010 гг. выразительно рассказывают истории своего происхождения. Плантагенет, Де Бортоли, Джемшид, Джаспер Хилл, Мак Уилльямс, Д’Аренберг, Спинифекс и Торбрек. Если вы знакомы с австралийскими винами, то поймете, что мы оказались в отличной компании. Через некоторое время мы отправились бродить по библиотеке, пробуя сыры и копченые колбасы, а в это время наши бокалы были убраны со стола, а затем наполнены по новой, и тогда начался второй акт дегустации.

Попробовать хотя бы одно из них считается большой удачей. А попробовать оба вида вина, как это удалось нам, – это невероятная роскошь.

Вторая группа вин была призвана продемонстрировать, как эволюционировал австралийский Шираз, и потому мы попробовали вина урожаев 1996, 1997, 1998, 1999, 2004 и 2005 года, такие как Крайгли, лучшее «Бин 0», Маунт Ланжи Жиран, Рокфорд Баскет Пресс, Джим Барри Армах и Клонакилла. Вина, произведенные в разных областях и в разные годы и созданные каждое в соответствии со своей особенной философией, стали поразительным откровением. И вот наконец наступила тишина, и мы обратили внимание на третью группу вин – два культовых австралийских сорта Шираза: Пенфолдс Грэйндж и Хеншке Хилл оф Грейс. Мы дегустировали, смакуя вино, а затем началась беседа. И нам действительно было что обсудить.

Пенфолдс Грэйндж, вероятно, самое знаменитое вино Австралии. Хеншке Хилл оф Грейс хорошо знают любители качественных вин марки Aussie, а также основная масса любителей вина. Попробовать хотя бы одно из них считается большой удачей. А попробовать оба вида вина, как это удалось нам, – это невероятная роскошь. Все они, включая Торбрек Лейрд, считаются самыми дорогими винами марки Aussie и продаются по цене от 500 до 1 тысячи долларов за бутылку и часто находят свих покупателей на вторичном рынке. И хотя очевидно, что цена не является надежным индикатором качества, подобные заоблачные цены наверняка привлекут ваше внимание.

Но спор на нашем конце стола шел не о том, какое вино стоит дороже остальных и соответствуют ли все эти вина столь заоблачным ценам. Нет, обсуждение сосредоточилось на более фундаментальном вопросе. В каком из вин наиболее ярко выражена его суть? (Думаю, дегустация первоклассных вин в старой библиотеке в каждом из нас пробуждает философа!). И хотя Грэйндж и Хилл оф Грейс – оба отличные вина, но выражают слишком разные винные концепции, и в моей памяти моментально всплывают истории, связанные с ними. Если вино должно как-то заявить о себе, как и 80 бутылок из нашего списка, тогда что мне остается? Мне стоит лишь рассказать вам две истории, связанные с этими двумя винами, а дальше уж вам думать и принимать решение.

Смелая идея Макса и Сирила

С 1948 по 1975 г. Макс Шуберт был главным виноделом в Пенфолдс, в период огромных изменений в австралийском виноделии, к которым имел самое непосредственное отношение.[79] Крепленые вина – отечественные «портвейны» и «херес» (сегодня мы не стали бы так называть эти вина) доминировали на винном рынке.[80] Лучшие из этих вин были просто фантастическими (как и современные крепленые австралийские вина), но они вытеснили на второй план столовые вина, произведенные в традиционном европейском стиле.[81]

В этих обстоятельствах руководство Шуберта ожидало, что он станет плясать под дудку рынка и производить как можно больше качественного крепленого вина. Но поездка в Бордо круто изменила его планы, и, вернувшись в Австралию, он занялся производством австралийского вина, которое смогло бы соперничать с величайшими винами Франции. Он производил вино в подвалах компании в Аделаиде начиная с 1951 г. и в конце концов был приглашен в штаб-квартиру компании в Сиднее в 1957 г., чтобы представить результаты своей работы совету директоров. Они продегустировали вино, обсудили между собой впечатления и приказали… закрыть проект! Это могло бы быть первоклассное вино (действительно, вино 1955 г. было особенным, как оказалось позже), но на тот момент рынку требовалась совсем другая винная продукция. На веб-сайте Пенфолдса появился комментарий критика, который попробовал вино и написал: «Шуберт, мои поздравления. Отличный сухой портвейн, который не купит ни один человек в здравом уме, не говоря уж о том, чтобы пить его». Грэйндж (или Пенфолдс Грэйндж Эримитаж, именно под этим названием он был известен много лет) был уничтожен.

«Шуберт, мои поздравления. Отличный сухой портвейн, который не купит ни один человек в здравом уме, не говоря уж о том, чтобы пить его».

Однако это не совсем так. Существенная разница между погребами в Аделаиде и штаб-квартирой в Сиднее дала Шуберту больше автономии, и это дало свои плоды. Он втайне продолжил работу над производством Грэйнджа, купажируя сорта из разных виноградников и регионов в поисках рецепта поистине великого вина. Когда члены правления винодельческой компании согласились снова рассмотреть результаты проекта в 1960 г. и попробовали вино, то изменили свое мнение. Что же произошло? А все дело в том, что Шуберт изготовил вина для долгосрочного хранения, и со временем они лишь изменили свои качества в лучшую сторону. Но и австралийский рынок тоже изменился, что и изменило ситуацию. Производство было «перезапущено», хотя на самом деле и не останавливалось. Пенфолдс Грэйндж стало получать призы и награды по всему миру и приобрело статус культового вина, который сохраняет и по сей день.

Новое видение Шубертом концепции вина и упорная решимость достойны восхищения, а его вина, несомненно, заслужили свой звездный статус. Но они отражали тогда и отражают сейчас очень необычную концепцию великого вина. И, конечно, внимания достоин и сам винодел, воплощающий эту концепцию, сначала Шуберт, а затем Дон Диттер, Джон Дюваль, с которым мы познакомились в Аделаиде), а таперь Питер Гаго. Эти виноделы каждый год создают разнообразные многозонные купажи и производят особенное авторское вино. Конечно, вино изготавливают из урожаев лучших виноградников, но неповторимым его делает мастерство винодела, и, разумеется, нельзя забывать о техниках того человека, с которого все и началось. Поэтому Роберт Геддес, всемирно известный магистр виноделия, начал свой анализ Грэйнджа 2008 г. (он присудил ему 97 очков, а окно употребления вина расширяется до 2040-го) и речь со слов: «Макс[82] был бы впечатлен…» [83]

Макс Шуберт был не единственным, кто считал, что качественные столовые вина, а не более популярные крепленые, станут двигателем австралийского виноделия в 1950-х гг. Винодел в четвертом поколении, Сирил Альфред Хеншке, также взял курс на изготовление вин в европейских традициях. В 1956 г. около двух третей вин Хеншке были креплеными, но к 1959 г. производство на 100 % состояло из столового вина. И как Хеншке удалось развить такой темп? Причина в том, что ему не надо было держать свою деятельность в секрете от подозрительного совета директоров в Сиднее. У него не было места, где можно было бы спрятаться, да и не от кого. Винодельня принадлежала семье Хеншке (и принадлежит сейчас), и Сирил, винодел в четвертом поколении, производил вина в Кейнтоне недалеко от Тананды, в долине Баросса, и имел непосредственное отношение к этому эксперименту[84].

Он втайне продолжил работу над производством Грэйнджа, купажируя сорта из разных виноградников и регионов в поисках рецепта поистине великого вина.

У Хеншке был выбор, какому стилю создания вина следовать, когда он приступил к производству своих первых вин, поскольку семья владела несколькими виноградниками в долине Иден (а сейчас еще и на Аделаидских холмах). Он мог бы взять на вооружение модель Шуберта и купажировать вина из разных областей, но вместо этого он решил выдвинуть на первый план виноградник, а не винодела. Первое великое вино, выпущенное в 1958 г., было названо Хеншке Хилл оф Грейс. Это вино одного виноградника, которое сочетает в себе все особенности, которыми каждый год наделяет его это конкретное место (кроме 1974, 2000 и 2003 гг., когда качество винограда оказалось плохим и вино не производили). Стивен Хеншке, сын Сирила и нынешний винодел, продолжил дело отца, следуя тем же курсом, и сегодня винный дом Хеншке славится своими винами одного виноградника, включая Маунт Эделстоун Шираз и Джулиус Рислинг.

Новое видение Шубертом концепции вина и упорная решимость достойны восхищения, а его вина, несомненно, заслужили свой звездный статус.

Если вам когда-нибудь доведется побывать на этой винодельне, то вы обнаружите, что виноградник Хилл оф Грейс находится вовсе не на холме. Он примыкает к церкви Гнаденберга, которую долгие годы посещала семья Хеншке. Название Гнаденберг и означает «Хилл оф Грейс» (холм Грации). Виноградник был разбит здесь более 150 лет назад, и сейчас здесь произрастают древние виноградные сорта Шираз с кривыми, сучковатыми лозами, которые дают каждый год небольшой, но отличный урожай и из которых делают это культовое вино.

Вино Грэйндж подчеркивает искусство винодела. Вино Хилл оф Грейс выражает суть того места, где появилось на свет. Вы пробовали эти вина? Если да, мне очень интересно, какое именно вы бы выбрали для нашей коллекции (а я раскрою свой выбор в конце главы). А если нет, то мне любопытно, концепцию какого из этих двух вин вы считаете более важной. Конечно, все вина – это продукт искусства винодела и природы, и эти два вина тоже не исключение. Они демонстрируют напряженность, определяющую суть вина, или, по крайней мере, именно так мы понимаем вино. Мне показалось очень интересным, что эти два вина, изготовленные из одного сорта винограда и примерно в одно и то же время, но такие разные во многих смыслах, смогли оказать столь мощное влияние на австралийскую историю вина.

Музейная дегустация

Музейная дегустация австралийского шираза, с появлением в финале Грэйнджа и Хилл оф Грейс, стала очень запоминающимся событием, достойным того, чтобы стать яркой кульминацией недели, посвященной вину (ну, или месяца, или даже года). Но на другой день за ней последовала другая дегустация, которую я назову музейной дегустацией, хотя она проходила и не в музее. Эта дегустация дала нам возможность еще больше узнать о прошлом австралийского вина и о его будущем и продемонстрировала еще один противоречивый нюанс современного виноделия.

Владелец винного хозяйства Ялумба, Роберт Хилл Смит, гостеприимно пригласил нас в отель «Старый лев: подвал и туннели» в Аделаиде, чтобы принять участие в особенной дегустации музейных вин. Это оказались редкие коллекционные старые вина со всего мира и из многих терруаров Австралии, извлеченные из погребов Ялумбы. Наша встреча, проходившая в таинственной обстановке погребов со сводчатыми потолками, расположенных под зданием «Старого льва», стала двадцать четвертой по счету в серии встреч, которые проводятся с 1977 г. Изначально, как мне объяснили, эти дегустации проводились для того, чтобы позволить молодым австралийским виноделам попробовать некоторые великолепные вина, существующие словно вне времени и пространства, и вдохновиться этими шедеврами на создание собственных вин. Лучшее средство, чтобы устроить встряску чересчур самоуверенному вкусу. Вина, которые мы пробовали в основном были предназначены для экспорта, чтобы позволить международным потребителям насладиться современными первоклассными австралийскими винами в историческом контексте.

Старейшим вином был крепленый «портвейн» Шираз 1922 г., но почти таким же старым оказался и Ялумба Рислинг 1938 г. Мы всегда думали об Австралии как о британской колонии, но многие из первых поселенцев, обосновавшихся в долине Баросса, приехали из Силезии, которая была частью Германии, а теперь эта область по большей части принадлежит Польше. Именно оттуда и происходила семья Хеншке, приехавшая в Австралию в 1841 г. Поэтому нет ничего удивительного, что эти переселенцы искали места, где можно было бы выращивать Рислинг.

Дегустация вин Ялумбы, в которую входили вина из винных хозяйств Вассе Феликс, Джим Барри и Хеншке, стала поразительным личным опытом – беседой, в которой вина говорили сами за себя, рассказывая истории из прошлого и настоящего, с намеками на будущее, в то время как мы, дегустаторы, говорили о своих открытиях. Любопытно, что одна из историй, рассказанных винами, была о семье, поскольку все они были продуктами больших семейных винодельческих бизнесов вроде Хеншке и Ялумбы – старейших австралийских семейных виноделен, ведущих свой отсчет с 1847 г. Старое вино – это одно, а старые винодельни – совсем другое дело. Тот факт, что семейные винодельни смогли просуществовать так долго, поражает воображение, особенно если учитывать все трудности, через которые они прошли[85]. Тот факт, что все эти вина спустя столь долгое время по-прежнему остаются национальными легендами в мире виноделия, требует объяснения. Возможно, это всего лишь совпадение, что семья заняла столь важное место в мире вина?

Почему семейные винодельни играют столь неожиданно важную роль

Очерк, напечатанный в газете The Economist 1 ноября 2014 г., был посвящен семейным бизнесам и доказывал, что они представляют собой на удивление устойчивую характерную особенность постиндустриального капитализма. Общепринятое мнение, как объясняла газета The Economist, заключается в том, что семейные бизнесы естественно уживались с ранней формой капитализма, когда доверие было в цене, а финансы циркулировали внутри семьи или самой компании[86]. Однако у семейных компаний немало проблем, которые ограничивают их масштабы, цели и долговечность. У англичан есть поговорка «От деревянных башмаков к деревянным башмакам – путь в три поколения», которая означает, что динамизм, который помог создать семейную компанию, постепенно иссякает и бизнес начинает угасать, прогорает или же оказывается в чужих руках[87]. Общепринятое мнение, исходившее от гуру в области управления Альфреда Чандлера и других, заключается в том, что современная компания все больше и больше рационализируется и становится успешной благодаря слаженной работе квалифицированных, высокопрофессиональных руководителей, а не наследников компании. А неразумные и непрофессиональные члены семьи просто не должны вмешиваться в деятельность компании, довольствуясь скромной ролью.

Семейная структура собственности ограничивает доступ к капиталу, мешает развитию компании и затрудняет эффективное управление. И все же многие из известных компаний в винной индустрии как раз являются представителями семейного бизнеса. Такие, как Галло из Калифорнии и Руперты из ЮАР, долгие годы крепко держали в руках семьи бразды правления компанией. Другие, как семья Антинори из Италии, экспериментировали с привлеченным со стороны капиталом, но со временем, потратив немало денег, вернулись к семейной модели. В статье в The Economist есть цитаты лондонского торговца первосортным вином из Берри Брос энд Рад, которые я привожу в начале и в конце этой книги. Речь идет о способности семей без потерь переживать краткосрочные кризисы, при этом не сводя глаз с горизонта, думая о будущем. Если ваш бизнес сумел пережить «пузырь Южного моря», остроумно замечает Симон Берри, винодел в седьмом поколении, вы готовы к любым сюрпризам современной экономики.

Виноделие – это определенно бизнес, где необходимо предугадывать будущее, поскольку виноград – это многолетнее растение, в отличие от однолетних растений вроде кукурузы или соевых бобов, а значит, успешные бренды тоже должны стать многолетниками.

Но почему семейные винодельни столь жизнеспособны, несмотря на структурные экономические ограничения? Традиционный ответ на этот вопрос (а по этой теме существует солидная академическая литература, касающаяся вопросов семейного бизнеса и даже семейного винодельческого бизнеса) заключается в том, чтобы понять, как семейным бизнесам правильно использовать опыт множественных поколений и как научиться находить компромисс между краткосрочной прибылью и долгосрочными перспективами для компании. В этой литературе говорится, что корпорации очень часто хватаются за шанс увеличить квартальную чистую прибыль, при этом жертвуя долгосрочными проектами ради немедленного достижения финансовых целей. Когда бизнес требует определенного видения перспектив, у семейного дела появляется преимущество. Виноделие – это определенно бизнес, где необходимо предугадывать будущее, поскольку виноград – это многолетнее растение, в отличие от однолетних растений вроде кукурузы или соевых бобов, а значит, успешные бренды тоже должны стать многолетниками.

Но, возможно, вопрос заключается не в том, почему семейные винодельни так надежны, а винные хозяйства, принадлежащие корпорациям, наоборот, могут оказаться уязвимыми. Возможно, есть в вине нечто такое, что мешает умному руководству корпораций рассуждать здраво (конечно, не всем, но, возможно, некоторым)? Один отличительный момент, который я заметил, сравнивая семейный и корпоративный бизнес, заключается в подходах к таким ключевым активам, как бренд и репутация. Многие из семейных виноделен, которые приходят на память, похоже, видели свою основную роль в том, чтобы защищать бренд и репутацию, чтобы с их помощью получать выгоду и в будущем. С другой стороны, некоторые корпорации используют бренд и репутацию для увеличения краткосрочной прибыли.

В чем же заключается проблема использования бренда в качестве рычага воздействия? Использование бренда дает возможность увеличивать прибыль в любом бизнесе, но также увеличивает и риски. И один из таких рисков состоит в том, что целостность ключевых активов может быть подорвана процессом использования бренда в качестве рычага давления для достижения целей. Например? Что ж, мне не хотелось бы использовать в качестве примера корпорацию Treasury Wine Estates, которая как раз базируется в Австралии, но один из читателей взволнованно написал мне, когда узнал новость о рыночной стратегии корпорации Treasury. Я использую это в качестве примера, но Treasury не единственная винная корпорация, которую я мог бы выбрать, и, возможно, не лучший пример[88].

Один из пунктов стратегии Treasury заключался в том, чтобы развивать бренды для «масстижного» (masstige) рыночного сегмента, а именно взять престижный бренд и использовать его, выгодно представляя более дешевый продукт в свете репутации культового бренда, тем самым добиваясь его популярности. Масстижный? Это слово напоминает нечто из мультфильма о Дилберте, но, конечно, это абсолютно аутентичный современный деловой термин. Например, престижный модный дом Версаче, похоже, запустил довольно успешную масстижную линейку продуктов для H&M – компании, представляющей розничную сеть по торговле одеждой, предназначенной для массового потребителя. Если масстиж – неплохая идея для туфель и платьев, то почему бы не попробовать применить эту идею и винном бизнесе?

Я уверен, что престижная ассоциация помогает продавать более дешевую продукцию массового потребления, но на ум мне приходит несколько примеров из винного бизнеса, когда более массовые продукты слегка подрывали престиж культового бренда (Берингер Уайт Зинфандель), или много примеров того, как подобная затея обернулась полным крахом (Поль Массон, когда-то одно из самых дорогих вин Калифорнии). Я знаю, что произошло в индустрии моды (представьте только, как подорвали престиж бренда Пьер Карден более дешевые адаптированные продукты), поэтому считаю, что в винодельческой индустрии часто происходит нечто подобное.

Вот вам еще один пример. Региональная самобытность гораздо важнее для виноделия, чем для других индустрий, и Treasury владеет некоторыми знаменитыми брендами «вин особого происхождения», которые ассоциируются с определенными винными регионами, и это придает им дополнительную ценность. Но моего встревоженного читателя обеспокоил план Treasury искать такие источники по всему миру и расширять масштабы производства некоторых региональных брендов.

«Наращивание масштабов производства путем расширения таких источников – это одна из наиболее важных основ, необходимых для глобализации винных брендов», – говорилось в отчете. Господи, это даже звучит по-корпоративному, не так ли? Конечно, вполне логично, но, возможно, локальным брендам необходимо развиваться именно в этом локальном контексте, чтобы не утратить свою целостность? Несомненно, Treasury досконально изучила этот вопрос, и, возможно, они и правы в развитии своих стратегий, а я ошибаюсь, но лично для меня все это выглядит несколько проблематично. Мне интересно, смогут ли семейные винодельческие хозяйства противостоять корпоративному мышлению и попытаться защитить такие ключевые активы, как престижный бренд или региональная принадлежность, в то время как корпорации будут изо всех сил стараться использовать свои активы, чтобы увеличить свою рыночную долю?

Обратно к Грейнджу и Хилл оф Грейс

Все это возвращает нас к Пенфолдс Грэйндж и Хеншке Хилл оф Грейс и парадоксу, который представляют оба этих вина. И то и другое вино обладают довольно долгой историей в винодельческом производстве Австралии, и оба хозяйства начинали свою деятельность как семейный бизнес. Однако там, где хозяйство Хеншке пережило множество бурь и потерь, как семейная винодельческая компания, компания Пенфолдс (как вы уже поняли из истории о совете директоров в Сиднее) стала сильнее и значительно расширила свои позиции. В 1990 г. ее приобрела Сауткорп, компания, начавшая свою деятельность в 1859 г. в Аделаиде как компания Уэст-Энд Брюэри (West End Brewerry). Уэст-Энд Брюэри расширилась, скупая активы (экономия масштаба играет важную роль в пивоварении), и в конце концов переключилась на винодельческое производство, а также сборку упаковок и, по какой-то причине, производство водонагревателей[89]. В конце концов Сауткорп, заполучив в свой портфель бренды Пенфолдс, Линдеман и Роузмаунт, сфокусировалась исключительно на вине и в 2005 г. была приобретена компанией Фостерс Груп, крупным австралийским производителем пива, который желал разнообразить сферы своей деятельности.

Фостерс переживала не лучшие времена после мирового финансового кризиса, и покупка компании Сауткорп по максимальной цене подорвала ее силы. Испытывая нарастающее финансовое давление, Фостерс в конце концов перевела свои винные активы в отдельную компанию под названием Treasury Wine Estates, которая, в свою очередь, достигла не быстрого, но значительного прогресса, рационализировав и сделав жизнеспособным свой глобальный винный портфель, в котором бренд Пенфолдс играет яркую роль. И сейчас я с радостью должен констатировать, что Treasury демонстрирует устойчивые продажи и рост прибыли, что свидетельствует об успехе компании.

Старый добрый Пенфолдс переходил от владельца к владельцу, как и многие другие знаменитые винные бренды, и это поистине впечатляет (Макс и в самом деле мог бы гордиться своим детищем), поскольку качество этих вин пережило двойную порцию дурного влияния корпоративного контроля и еще более серьезные сложности в австралийской винной индустрии. И вот поэтому мы отправились на конференцию «Попробуй Австралию на вкус», желая восстановить права этого бренда на мировой арене. Надеюсь, теперь Пенфолдс сможет спокойно пережить использование своей репутации более дешевыми «масстижными» компаньонами, ориентированными на глобальное расширение.

Грэйндж и Хилл оф Грейс – великие вина, но, более того, они самые настоящие победители и рассказывают нам много важного о вине, Австралии и, возможно, даже о нас самих. Мне нравятся оба вина, и я восхищаюсь отважными виноделами, создавшими их, но не могу не признаться, что все-таки больше предпочитаю Хилл оф Грейс. Так в чем же дело? В вине? Или все-таки в идее, которую заключает в себе это вино?

Вина

Пенфолдс Грейндж Бин 95 Шираз

Южная Австралия, Австралия

Хеншке Хилл оф Грейс Шираз

Иден Воллей, Австралия

Глава 11

Тасмания

Прохлада – это замечательно

Наш самолет приземлился в аэропорту Хобарт, и, взяв в аренду Kia Sportage, мы отправились в сторону Ричмонда, исторической деревушки на Угольной реке. Одна из достопримечательностей городка – мост, построенный в 1823 г. заключенными. Мы проехали через городок по длинной, присыпанной гравием дороге, а затем свернули на длинную дорогу, покрытую грязью и гравием, ведущую на агротуристическую ферму «Тара», которая раскинулась рядом с рекой и где ее владельцы, двое агрономов, разводят овец и крупный рогатый скот, выращивают сельскохозяйственные культуры и принимают гостей вроде нас. У них есть и два виноградника, где растет Пино Нуар, из которого они делают вино для личного потребления. Сью обрадовалась возможности покормить крохотного ягненка, которого увидела на следующее утро. Нам нравится по возможности останавливаться у фермеров, чтобы в полной мере ощутить дух места, который просто невозможно прочувствовать, сидя в отеле Inter Continental, какой бы роскошной ни была обстановка[90].

Тасмания – довольно самобытное место, расположенное вдали от привычных туристических маршрутов. Вам непременно надо захотеть приехать сюда, что звучит довольно иронично, поскольку в прошлом это место ассоциировалось с колонией-поселением для заключенных. Большинство из ранних переселенцев вовсе не хотели сюда приезжать. Великобритания отправляла самых закоренелых преступников отбывать срок в Порт-Артур в Тасмании. В наше время туристы-энтузиасты и переселенцы приезжают в Тасманию ради истории (Порт-Артур и угольные шахты внесены в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО) и ради невероятно красивой природы. И да, конечно же, они приезжают ради вина. Возможно, вы мало знаете о винах Тасмании, но скоро мы это исправим. Ведь это один из самых привлекательных регионов – производителей вина на земном шаре.

Великобритания отправляла самых закоренелых преступников отбывать срок в Порт-Артур в Тасмании.

Вина, за которые можно умереть

В Тасмании находятся четыре винных региона, один на севере около Девонпорта, другой в районе долины Тамар, третий раскинулся на восточном побережье, а четвертый на юге около Хобарта и Ричмонда, где мы и остановились. На этом острове производят множество достойных внимания вин, а особенно нас поразило Фрейсинет Пино Нуар с восточного побережья. В долине Угольной реки находится более 15 виноделен, начиная от совсем простых до оснащенных современным оборудованием. Винодельня Фрогмор Крик, например, может похвастаться современным великолепным дегустационным залом и рестораном изысканной кухни. И хотя эта винодельня находится на отшибе, Фрогмор Крик уже распродала большую часть своих вин к моменту нашего посещения, что говорит о том, что здесь вовсю процветает винный туризм. Пино Нуар, которое производят на винодельне Tolpuddle Vineyards, которую мы не успели посетить во время экскурсии по долине Угольной реки, было названо одним из 11 лучших вин из Пино Нуар в мире, произведенных за пределами Бургундии, по версии винного писателя Стивена Брука из журнала Decanter в 2016 г.[91] Это совместный проект Мартина Шоу и Майкла Хилла Смита, которые производили отличное вино на Аделаидских холмах, но основали дело и в Тасмании, поскольку не смогли устоять перед искушением.

Одно из моих любимых тасманийских вин было создано винодельней под названием Янс, названной в честь Абеля Янсзона Тасмана, открывшего в 1642 г. остров, который сейчас носит его имя.

Одно из моих любимых тасманийских вин было создано винодельней под названием Янс, названной в честь Абеля Янсзона Тасмана, открывшего в 1642 г. остров, который сейчас носит его имя. На винодельне Янс производят игристые вина, используя «Тасманийский метод», который, надо сказать, является отражением классического метода производства шампанского. Это вполне логично, поскольку винодельня была основана в 1986 г. как товарищество между местной компанией и Луи Родерер Шампань. Французы увидели, что в долине Тамар, где протекает река Пайперс, такой же благоприятный для выращивания винограда климат, как в Шампани. Погодные условия в этой области идеальны для высококислотных базовых вин, используемых для изготовления великих игристых вин. В 1997 г. знаменитая семейная винная компания Ялумба, принадлежащая семье потомственных виноделов Хилл Смит, приобрела Янс. Однако на экспорт идет лишь небольшая часть вина, сообщил мне Роберт Хилл Смит[92]. Недостаточное количество сырья плюс устойчивый спрос у австралийцев сдерживают иностранные продажи.

Нашей главной целью в долине Угольной реки стала винодельня Domaine A, чье Каберне Совиньон считается лучшим среди подобных вин в Австралии (и это довольно смелое утверждение) и описано в книге «1001 вино, которое вы должны попробовать в своей жизни». Domain A – это проект Питера Алтауса, швейцарского инженера из IBM, чья страсть к винам Бордо заставила его искать по всему миру идеальное место для производства вин этого стиля. Ему был необходим прохладный климат, где можно было бы производить вина исключительной изящности, и в конце концов он обнаружил то, что искал, в долине Угольной реки. Они с женой приобрели и усовершенствовали виноградник Стоуни, старейший в регионе, существующий здесь с 1973 г. Этот довольно компактный участок земли носит говорящее название (stoney – каменистый), но у него много разных особенностей и довольно каменистая почва. Плотный туман, застилавший долину в день нашего приезда, придавал ей почти сверхъестественную атмосферу.

Виноделие – это производство, которое любит точность, именно так понимает это искусство швейцарский инженер.

Виноделие – это производство, которое любит точность, именно так понимает это искусство швейцарский инженер. Каждое из вин Domaine A отличается характерным вкусом, обладает своеобразным характером, и я даже не могу точно сказать, какое из них мне понравилось. Конечно, это Пино Нуар сильно отличалось от других вин из винограда сорта Пино Нуар, которые я пробовал раньше, возможно, потому, что Алтаус не любитель бургундских вин и мог спокойно воплощать в винную действительность свои взгляды. Леди А Фьюме Блан, выдержанное в дубовой бочке вино из сорта Совиньон Блан, тоже стало для меня потрясением. И хотя я пока еще не решился попробовать Грим Рипер, Domaine A Каберне Совиньон оказалось достойно того, чтобы попасть в список 1001 вина, которые стоит хоть раз попробовать в своей жизни.[93] Культовое вино из Тасмании. Кто бы мог подумать? А Питеру Алтаусу это пришло в голову. Ему удалось опередить время и заглянуть в будущее.

Что делает прохладную Тасманию жаркой

Луи Родерер и Питер Алтаус приехали в Тасманию по разным причинам и производили разные вина, но прохладный климат был важен в обоих случаях. Например, в условиях маргинального климата лучше всего выращивать виноград, предназначенный для производства игристых вин, поскольку в процессе вторичной ферментации кислое базовое вино превращается в яркое, пузырящееся вино, которое мы все так любим. А Алтаус поставил себе цель найти участок земли, где он смог бы выращивать виноград сорта Каберне Совиньон, чтобы добиться сбалансированного и утонченного вкуса, который было бы невозможно получить, выращивая виноград в другом месте. В 1980-х гг. выращивать виноград в Тасмании считалось безумной затеей, но Алтаус перешел все границы безумия, купив в 1990 г. виноградник Стоуни. В то время на пике популярности были насыщенные, выдержанные вина из винограда, произраставшего в более теплых районах, участки в которых стоили дороже остальных. Но времена изменились, и вкусовые предпочтения тоже. Игристые вина теперь гораздо популярнее, чем раньше (что связано с бумом на Просекко), и в моду снова вернулись элегантные красные вина с низким содержанием алкоголя. Но причина повышенного внимания к виноделию Тасмании заключается не в этом.

Тасманийская прохлада обернулась жарой благодаря изменению климата, из-за которого теплые регионы стали жаркими, а территории с жарким климатом превратились в засушливые районы. Многие понимают, что если на территории большей части Австралии довольно жарко, то лучший для производства первосортного вина климат как раз в Тасмании, где гораздо прохладнее. Отличный климат для развития виноделия также на полуострове Морнингтон около Мельбурна, где, по версии винного писателя Стивена Брука, производят еще одно из лучших вин Пино Нуар «за пределами Бургундии». Поиск регионов с прохладным климатом, подходящим для развития виноделия продолжается и в Австралии, и во всем мире.

Канарейка в угольной шахте: изменение климата

Изменение климата влияет на качество вина, которое вы пьете, и на винную индустрию, поэтому, думаю, вы не будете против, если я сделаю небольшое отступление в сторону этого важного вопроса, прежде чем снова вернуться к нашим 80 бутылкам.

Нет ничего смешного в том, чтобы думать о вине как о «канарейке в угольной шахте», когда речь идет о глобальном изменении климата и особенно о глобальном потеплении. Хотя виноградная лоза – довольно неприхотливое растение, но климатические зоны, пригодные для выращивания специфических сортов винного винограда, Vitis vinifera, и особенно для высококачественных сортов для производства первоклассных вин, на удивление ограничены[94]. Климатолог профессор Грегори В. Джонс внимательно изучал ситуацию с климатическими зонами для виноделия, поскольку это предмет его личного и профессионального интереса. Его семья владеет винодельней Абацела в Розбурге, штат Орегон, где производит вина из испанских теплолюбивых сортов, что противоречит общепринятым взглядам на Орегон как на место с прохладным климатом, в котором лучше всего выращивать виноград Пино Нуар.

Исследования Джонса подтверждают, что высококачественный виноград может успешно произрастать в условиях, где средние температуры в вегетационный период сохраняются в промежутке от 13 до 20 градусов по Цельсию (изюмные сорта винограда и столовый виноград предпочитают верхние границы этого температурного спектра, но вполне совместимы со средней температурой в 24 градуса Цельсия). Однако показатели температурной шкалы для специфических сортов значительно сужаются. Например, качественный Рислинг предпочитает средние температуры в период вегетации от 13 до 17 градусов Цельсия, и это довольно обширный температурный промежуток по сравнению с сортом Пино Гри, который предпочитает среднюю температуру не выше 15 градусов Цельсия.

Температура, пригодная для произрастания Пино Нуар, колеблется между 14 и 16 градусами Цельсия, и если температура поднимется выше, то производителям качественного винограда придется обратить внимание на сорта Темпранильо, Дольчетто или, возможно, Мерло, которые отлично плодоносят при температуре от 16 до 19 градусов. Но если потеплеет еще сильнее, то придется переключить внимание на более теплолюбивые сорта – Кариньян, Зинфандель и Неббиолло. Но, согласно данным Джонса, выращивание качественных сортов станет невозможным, когда средние температуры в период вегетации поднимутся выше 22 градусов.

Существуют те, кто на каждом углу кричит о перемене климата, и те, кто отрицает его, и пропасть между ними в большей или меньшей степени расширяют политические взгляды. Если вы упорно стремитесь обнаружить тенденцию к потеплению, вы непременно ее найдете. Например, 2016 г. был, по результатам наблюдений, самым теплым годом на земном шаре. Этот год побил глобальные рекорды по жаре 2015 и 2014 гг. Другие шесть самых теплых лет тоже были зарегистрированы в этом столетии: 2010, 2013 и 2005 гг. в порядке убывания. Действительно, четырнадцать из пятнадцати самых жарких лет в этом списке пришлись на XXI в. (предыдущим самым жарким годом был 1998 г.). И эта информация четко дает понять, что кто-то явно добавил жару. Но кто?

Вызвано ли глобальное потепление человеческой деятельностью (например, непомерное развитие угольной промышленности, на которой поднялась экономика Китая)? Или же это естественный природный феномен, поскольку, как известно, в предыдущих столетиях существовали определенные глобальные климатические циклы? Или же причина в погоде, а не в климате и несколько жарких лет подряд – это всего лишь случайное стечение обстоятельств, возможное, хотя и маловероятное?

Я встречался с несколькими виноделами, отрицающими влияние глобального потепления на урожаи, и, возможно, это связано с тем, что фермеры (а виноградари – это именно фермеры) ведут учет погоды в каждом сезоне и потому всегда могут вспомнить, какими были показатели в предыдущие годы. Совершенно очевидно, что виноградари в ЮАР, наблюдающие за обстановкой в Тасмании, видят в изменении климата серьезную угрозу. И для них переезд в Тасманию носит логичный и рациональный характер.

Переломный Момент?

Исследование, построенное на основе детальных фермерских наблюдений, свидетельствует о том, что здравомыслие в этой ситуации просто необходимо. Судя по результатам исследований Джонса, представленная средняя температура сезона вегетации для винных регионов по всему миру увеличилась на 1,3 градуса Цельсия в период между 1950 и 2000 гг. (в перспективе это увеличение составляет больше половины идеального температурного спектра для Пино Нуар), сдвигая некоторые винные регионы в золотую середину, идеальную для выращивания особенных сортов винограда, а других в сторону верхних пределов нормы. И, говоря о золотой середине, стоит отметить, что глобальное изменение климата в последние годы в целом позитивно сказалось на многих, если не на большинстве винных регионов. Более высокие температуры, увеличение сезонов вегетации – все эти изменения можно отнести к числу плюсов, а не минусов. В таких условиях появляется все большее количество насыщенных, полнотелых вин высочайшего качества.

Однако климатические прогнозы Джонса свидетельствуют о том, что глобальное виноделие почти или уже достигло переломного момента. Средние температуры сезона вегетации в некоторых регионах продолжают расти, фактически прекращая давнюю связь терруаров определенной местности с особенными сортами винограда и определенными винными стилями. Решение семьи Джонс выращивать сорт Темпранильо в Южном Орегоне с каждым годом выглядит все более и более дальновидным.

Так что же необходимо сделать? Что ж, индивидуальные виноградари могут лишь притормозить глобальное потепление, смягчив его последствия, вызванные человеческой жизнедеятельностью. (И некоторые из этих виноделов представляют для большинства из нас отличную модель для подражания, используя для своих нужд солнечную энергию и другие природоохранные мероприятия). Все они не могут собрать вещи и переехать в Тасманию. Но существует ряд промежуточных мер, которые могут быть предприняты (и предпринимаются), начиная с перехода на сорт Темпарильо или другие сорта, которые лучше переносят более высокие температуры. Некоторые виноделы из Южной Австралии прививают корневые побеги своих сортов на более устойчивые к жаре сорта винограда родом из Испании и Южной Италии. Они также ищут более устойчивые к высоким температурам копии своих нынешних сортов и экспериментируют с установкой над виноградными лозами тканевых навесов, чтобы дать им хоть какую-то прохладу. Я также слышал о планах заново посадить виноградники и расположить в них виноградные ряды с востока на запад, а не с севера на юг. Виноградник, в котором ряды расположены с севера на юг, освещается утренним солнцем с одной стороны и послеполуденным – с другой, а густая листва защищает ягоды от палящего солнца. А виноградники с рядами, идущими с востока на запад, с другой стороны, получают защиту от этого естественного тента весь день напролет. Выкорчевать старые виноградники и посадить на их месте новые сорта или выкорчевать виноградники насовсем и посадить вместо них другие культуры – эти две крайние меры могут быть предприняты лишь в очень отдаленном будущем. Но для некоторых винных регионов будущее – это не такой уж и отдаленный момент.

Выкорчевать старые виноградники и посадить на их месте новые сорта или выкорчевать виноградники насовсем и посадить вместо них другие культуры.

Английский винный бум

Тасмания – не единственный небольшой остров, который переживает вызванный глобальным потеплением винный бум. Наше путешествие началось в Англии, которая и станет нашим конечным пунктом назначения, и в этой стране очень приветствуют стремительное развитие виноделия. И эти вина могут быть очень неплохими. Если вам попадется английское вино, непременно попробуйте его. Мы со Сью заглянули в ресторанчик под названием «Простая еда», который находится в терминале № 5 в лондонском аэропорту Хитроу (этот ресторанчик входит в ресторанную империю шеф-повара Гордона Рамзи), только потому, что у них всегда есть английское вино. В настоящее время их винная карта представлена двумя розовыми игристыми английскими винами и белым вином из Кента.

Кстати, вы будете пробовать именно английское, а не британское вино. А в чем же разница? Разве Англия не часть Великобритании? Тогда почему не логично было бы назвать английское вино британским (по-видимому, вместе с винами из Шотландии, Уэльса и Северной Ирландии)? Увы, логика лишь еще дальше заведет вас в дебри определения самобытности регионального вина. Английское вино производится в Англии из свежего винограда, растущего в Англии, как вы могли бы подумать. Британское же вино, однако, производится в Британии из винного концентрата, импортируемого из других мест, и приобретает свою оригинальную форму после добавления к этому концентрату чистой британской (я полагаю) воды.

Быстрый расцвет английского виноделия в недавнее время стал результатом соединения геологии с глобальным потеплением. Изменение климата в Англии привело к тому, что теперь там создались условия для выращивания винограда, и эта страна может обрести свое место на винной карте. Климат меняется и во Франции, в особенности в регионе Шампань, где начало происходить потепление маргинального климата, который теперь в меньшей степени подходит для производства шампанского. Потепление, одним из плюсов которого становится увеличение сезона вегетации, наоборот, плохо сказывается на Шампани и на многих других регионах, в число которых входит и Бордо. Погода становится слишком хорошей для производства кислых вин, которые, проходя вторичную ферментацию в бутылке, приобретают свою дрожжевую шипучесть, присущую лучшим шампанским винам.

Потепление, одним из плюсов которого становится увеличение сезона вегетации, наоборот, плохо сказывается на Шампани и на многих других регионах, в число которых входит и Бордо.

В связи с глобальным потеплением будущее Шампани весьма неопределенно. Я не думаю, что шампанские вина полностью исчезнут, но совершенно очевидно, что они сильно изменятся. Другие производители смогут использовать те же сорта винограда, что и в Шампани, и изготавливать вино по таким же техникам, но вот только смогут ли они повторить известковый оттенок почвы, который придает особую, неповторимую ноту этим винам? Что ж, англичане не могут скопировать почву, но им это и не нужно, потому что на некоторых участках она именно такая, как необходимо. Вспомните о «белых скалах Дувра». Эти утесы состоят из примерно такой же почвы, что и виноградники Шампани, и этот факт привлек внимание мирового винного сообщества и стал предметом острого интереса к английским игристым винам.

Две трети английского вина составляют игристые вина, и большинство виноградников достаточно небольшие по размеру и принадлежат людям, заработавшим свое состояние в других сферах бизнеса, сами французы водрузили здесь свой флаг. Дженсис Робертсон написала о том, что шампанский винный дом Тэйтингер создал совместное предприятие в Кенте с английским импортером, компанией Хэтч Мансфилд. Первые виноградники должны были быть возделаны в 2017 г. (на подходящих известняковых почвах). Сколько потребуется времени, чтобы спрос на английские шампанские вина был удовлетворен местными производителями? Из небольшого количества виноградников может вырасти могущественная винная индустрия[95].

В связи с глобальным потеплением будущее Шампани весьма неопределенно.

Сложно выбрать, какое именно английское вино станет представлять эту главу в нашей истории, но, думаю, стоит выбрать Найтимбер из Западного Сассекса, которое Робинсон называет стартом в развитии производства современного английского игристого вина с того момента, как они посадили свои виноградники на известняковых почвах в историческом поместье (упоминание о нем есть в «Книге Судного дня» в 1086 г.). Найтимбер Классик Кюе – это классика модерна, «одно из лучших английских игристых вин», по оценке Джейми Гуда в Sunday Express, «это довольно серьезное вино… чистое и плотное и идеально сбалансированное». Высокая похвала. И примерно в одной ценовой категории с шампанским, с разницей всего в тридцать фунтов. В 2014 г. общий объем производства английского игристого вина составлял 6,3 млн бутылок против 32,7 млн импортированных бутылок вина из Шампани. Кто знает, чем все это закончится? Известняковые почвы и глобальное потепление вполне могут способствовать бурному росту производства английских игристых вин. Но это может оказаться и ошибкой.

Изменение климата дает и забирает

Ошибкой? Да, проблема в том, что климатические изменения – это не просто глобальное потепление, это еще и неустойчивость погодных условий в разных регионах. Выражение «мыслить глобально, бояться локально» стало бы отличным девизом на будущее. Вы не замечали, что ураганы в вашем регионе стали случаться гораздо чаще и кажутся сильнее, чем раньше? И что времена года удивляют не характерной для себя погодой? Теплое лето стало засушливым, а влажные зимы побивают рекорды по количеству дождей. Если у вас плохая память, то вы не запомните редкие отклонения от нормы, но если они происходят постоянно, это наводит на мысль, что происходит нечто странное.

В 2016 г. в научной статье под названием «Влияние последних изменений климата и погодной неустойчивости на жизнеспособность английского винограда. Как изменение климата повлияет на перспективы английских производителей» озвучиваются компромиссные решения для английских вин и вин других регионов[96]. В статье обсуждается «нелинейная» тенденция к потеплению в главных винодельческих регионах за последние несколько десятилетий. Более высокие температуры в период вегетации побудили виноградарей высаживать большее количество Шардоне и Пино Нуар, желанные сорта для производства игристых вин, но это также сорта, чувствительные к погодным аномалиям, таким как ранние морозы или несезонные ливни. Майские морозы и июньские ливни способны свести на нет все преимущества апреля. А вкратце, многочисленные погодные изменения могут уничтожить все преимущества глобального потепления для английских виноделов.[97] Отход от сортов, предпочитающих более прохладный климат, делает винную индустрию более уязвимой к негативным погодным изменениям.

В марте 2015 г. я отправился на встречу с группой виноградарей в Онтарио, в Канаде, и обнаружил, что виноградники все еще покрыты снегом.

Станет ли возросшее погодное непостоянство сдерживать миграцию из теплых в более прохладные винные регионы в Англии, Тасмании и в других областях земного шара? Сложно сказать наверняка, хотя бы потому, что все меняется слишком быстро. Мои винные путешествия приводили меня в разные места на планете, где погода производила впечатление аномальной. Например, в марте 2015 г. я отправился на встречу с группой виноградарей в Онтарио, в Канаде, и обнаружил, что виноградники все еще покрыты снегом, что было очень хорошо, поскольку снежный покров спасал виноградные лозы от нехарактерного для этого времени года холода. Из окна моего номера открывался вид на замерзшую Ниагару. Там действительно было очень холодно. Путешествие из винной области Вирджинии в Сиэтл стало самым быстрым трансконтинентальным перелетом в моей жизни. Реактивная струя самолета, которая обычно создает сильный встречный ветер, попросту исчезла, отклонившись в сторону из-за необычных показателей давления. Мы приземлились в аэропорту Сиэтл/Такома на час раньше намеченного графика. Несколько лет подряд калифорнийские виноделы жили в условиях ужасающей засухи, на смену которой пришли затяжные дожди. И это нормальная погода? Теперь я уже и не знаю, что это такое.

Несколько лет подряд калифорнийские виноделы жили в условиях ужасающей засухи, на смену которой пришли затяжные дожди. И это нормальная погода? Теперь я уже и не знаю, что это такое.

А тем временем, возвращаясь в Тасманию, мы вспоминаем, что глобальное потепление – это сложный феномен. Статья в The Economist от 6 февраля провозглашает: «Тасмания следует новым курсом: вода в вине».[98] Погодные условия Тасмании, возможно, еще не столь переменчивы, однако эта статья напоминает о том, что перемены происходят почти повсюду. Тасмания составляет всего 1 % от территории Австралии и 2 % от ее населения, но щедро получает целых 13 % ее ливней (хотя вся эта масса осадков не всегда выпадает там, где это действительно необходимо). И пока материк Австралия (тасманийцы называют ее «большим островом») остается самым засушливым сухим континентом на планете, где засухи случаются все чаще, более прохладная и влажная Тасмания будет обладать магнетической притягательностью. Потому что в сегодняшнем мире глобального потепления прохлада – это замечательно.

Вина

Толпаддл Пино Нуар, Угольная река

Тасмания, Австралия

Домен А Каберне Совиньон, Угольная река

Тасмания, Австралия

Найтимбер Классик Кюве

Сассекс, Англия

Глава 12

Южный крест

«Южный Крест» – это название мелодии, ставшей популярной после выхода в 1982 г. альбома Daylight Again группы «Кросби, Стилз и Нэш»[99]. Сначала кажется, что это песня о плавании моряка по южной части Тихого океана, где он видит Южный Крест, яркое созвездие Южного полушария. Но послушав эту невероятно красивую песню внимательно, вы поймете, что это история о любви, о жизни, о потерях и глубоких человеческих переживаниях.

Если к каждой главе этой книги я стал бы подбирать песни, чего я, конечно, делать не стану, песней для этой главы стал бы «Южный Крест», и не только потому, что мы отправимся в Новую Зеландию, а затем в Южную Америку в компании тех ярких звезд. Каждая остановка на этом пути поведает нам историю потерь и спасений и, возможно, о том, насколько это важно. Итак, вы готовы отправиться в наше вдохновленное вином путешествие, ориентируясь по звездам?

Ромео в Новой Зеландии

Сейчас 1895 г., и мы плывем из Австралии в Новую Зеландию в компании далматинского винного эксперта с экстравагантным именем Ромео Алессандро Брагато, одного из первооткрывателей новозеландского вина. Пройдя обучение в знаменитой итальянской винодельческой школе в Конельяно, недалеко от Венеции, Брагато в 1889 г. отправился развивать винную индустрию в штате Виктория, в Австралии. Его усилия дали столь успешные плоды, что в 1895 г. премьер-министр Новой Зеландии Ричард Седдон попросил правительство Виктории направить к ним Брагато, чтобы он помог оценить потенциал винной индустрии Киви.

Брагато проехал по островам с севера на юг и обнаружил, что эта местность обладает огромным винодельческим потенциалом. И в этом нет ничего удивительного, когда понимаешь, что два парных острова, из которых состоит Новая Зеландия, берут свое начало в самой прохладной из пригодных для виноделия климатических зон на самой южной оконечности и закачиваются самой теплой винной зоной на севере, рядом с экватором. Между южной и северной частью Новой Зеландии расположены две климатические зоны, подходящие для выращивания разных сортов винограда. Анализ Брагато, опубликованный под названием «Перспективы виноделия в Новой Зеландии», указывал путь к созданию вин Киви. Брагато не привозил винные сорта винограда в Новую Зеландию (многие источники утверждают, что первый виноград был посажен Реверендом Сэмюэлем Марсденом в Керикери в Бухте Островов на Северном острове в 1816 г.), но Брагато дал профессиональную оценку перспективам развития винной индустрии[100].

Брагато несколько раз возвращался в Новую Зеландию, тщательно проверяя состояние виноградников после нашествия виноградной тли и поощряя использование устойчивых к этому заболеванию корневых побегов, а в 1902 г. получил пост ведущего винодела в ново-зеландском департаменте сельского хозяйства. Период его пребывания в должности стал особенным в научном и индустриальном плане, он опубликовал довольно влиятельный труд «Виноделие в Новой Зеландии», однако, к сожалению, это продолжалось недолго. По островам прокатилось мощное движение за трезвость, и Департамент сельского хозяйства свернул винодельческую программу. Расстроенный Брагато вместе с семьей перебрался в Британскую Колумбию, в Канаде, в 1909 г. В 1913 г. он умер там в возрасте 55 лет.

Сегодня Новая Зеландия так же славится своими винами, как и хоббитами.

Сложно не вспоминать сейчас о Ромео Брагато, поскольку полная жизни и энергии винодельческая индустрия, какой он себе ее представлял, воплотилась в действительность, возможно превзойдя самые его смелые ожидания. Сегодня Новая Зеландия так же славится своими винами, как и хоббитами (именно здесь был снят фильм «Властелин Колец»). Вы можете отыскать предпочитающий прохладный климат сорт Пино Нуар в Центральном Отаго, пикантный Совиньон Блан в Мальборо и теплолюбивые сорта, из которых производят красные вина, в Хокс Бэй. Это три ярких винных региона из множества других винодельческих областей Новой Зеландии. Хотя общий объем винного производства Новой Зеландии невелик (эта 17-я самая крупная винодельческая страна в мире находится в списке между Венгрией и Австрией), у нее достаточно широкий рынок сбыта. И новозеландские вина продаются по достаточно высоким ценам. Средняя экспортная цена обычно возглавляет глобальный список цен на столовые тихие вина. Поразительно, но именно белое вино Совиньон Блан играет ведущую роль, а ведь обычно красные вина обладают более высоким статусом и ценой.

Виноделие в Новой Зеландии прошло несколько циклов в своем развитии с тех пор, как Ромео Брагато уехал в Канаду. Приезжавшие сюда иммигранты привозили с собой вино, сбегая из взбудораженной Центральной Европы в период перед Первой мировой войной, в поисках мира и благоденствия. Но война, застой и другие проблемы всегда тормозили процветание индустрии. Тогда в 1970–х гг. правительство приняло на вооружение закрытую экономику – стратегию развития, призванную стимулировать развитие отечественной индустрии, не привлекая в страну иностранные продукты и инвестиции. Это был самый настоящий крах, по крайней мере для винной индустрии. Без внешней конкуренции спрос на качественные новозеландские вина начал свое стремительное падение, поскольку продукты более низкого качества удовлетворяли потребительский рынок. Рынок рухнул, и профинансированная правительством программа вырубки была призвана в буквальном смысле уничтожить несостоятельные в экономическом плане виноградники. Новозеландское виноделие достигло своего дна.

Не сумев развить индустрию при помощи протекционистских тепличных тактик, правительство полностью изменило курс и в том числе свое отношение к виноделию. Барьеры, препятствующие импорту продукции и инвестиций, были сняты. В страну хлынули дешевые иностранные вина, захватив рынок, на котором прежде монополия принадлежала исключительно винам Киви. Единственным способом сохранить позиции отечественного вина было переориентироваться на верхние сегменты рынка и сосредоточиться на экспорте. Это движение обязано своим успехом дальновидности Ромео Брагато, а также упорству и решимости виноделов и бизнесменов, которые приняли вызов нового смелого винного мира.

Два вина, представляющие Новую Зеландию, отправятся в коллекцию наших 80 бутылок. Первое – это Пино Нуар, производимое на винодельне «Кварцевый риф» в Центральном Отаго. Ромео Братаго посетил этот прохладный регион в южной части Южного острова и объявил, что это идеальное место для производства вина. Особенно для сорта Пино Нуар, подчеркнул он. И именно с Пино Нуар это место сейчас и ассоциируется.

Без внешней конкуренции спрос на качественные новозеландские вина начал свое стремительное падение. Рынок рухнул, и профинансированная правительством программа вырубки была призвана в буквальном смысле уничтожить несостоятельные в экономическом плане виноградники. Новозеландское виноделие достигло своего дна.

«Кварцевый риф» – это вино одного виноградника, производимое на небольшой винодельне, основанной в 1990-х гг. австрийским виноделом, который приехал на юг, когда винный рынок снова стал открытым. Пино «Кварцевый риф» и игристые вина получают высокую оценку, среди которых особняком стоит Пино Гри. «Кварцевый риф» – это несомненное произведение искусства в винной индустрии, о котором когда-то мечтал Ромео Брагато.

Поместье Бранкотт, второе из новозеландских вин, которое я выбрал, превосходит все самые смелые мечты Брагато. Оно получило свое название в честь Поместья Бранкотт, которое стало первым виноградником, где выращивали Совиньон Блан в регионе Мальборо на самой высокой точке Южного острова. Мальборо было последним местом, где Брагато ожидал увидеть виноградники. В его отчете о наиболее перспективных для виноделия регионах эта область попросту отсутствовала. И в самом деле, винный виноград не был важен для Мальборо до тех пор, пока не были сняты инвестиционные и тарифные барьеры и интернационализация виноделия Южной Зеландии не начала набирать обороты.

Получив финансовую поддержку от канадской компании Сиграм, Иван Юкич и его сын Франки разбили виноградник Brancott Estate, и вскоре Мальборо Совиньон Блан обрело невероятный успех на британском рынке и по всему миру. И хотя у Новой Зеландии много других вин, кроме Пино Нуар и Совиньон Блан, их серьезная репутация в настоящее время выделяет вино Киви на международных рынках.

Семейную винодельню Юкичей – Montana Winery – в конце концов приобрела французская многонациональная винная компания Перно Рикард, которая сейчас продает вина по всему миру. Для британского рынка бренд Montana был изменен на Brancott Estate (чтобы не вводить в заблуждение покупателей, будто эти вина были произведены в американском штате Монтана!), и в конце концов вся компания была переименована в Brancott Estate в честь знаменитого виноградника. Сейчас большая часть новозеландской винной индустрии находится в руках международных компаний. Cloudy Bay, например, входит в группу компаний по производству предметов роскоши Моет Хеннесси и Луи Виттон, а Ким Кроуфорд принадлежит Constellation, крупному британскому производителю вина и мяса. Если бы Ромео Брагато дожил до наших дней, он бы удивленно покачал головой. Я предполагал, что это будут отличные вина, но такого никак не ожидал!

Чили и все, что продолжается

От Новой Зеландии до Чили – долгий путь, более 9 тыс. километров пролетает ворон между этими землями. Это гораздо более долгое путешествие, чем из Тасмании в Мальборо. Чили и Новая Зеландия расположены далеко друг от друга и по расстоянию, и по масштабам виноделия. Чили – шестой в мире крупнейший винный производитель после Большой Тройки (Италии, Франции и Испании), США и Аргентины[101]. Общий объем годового производства Чили в пять раз больше объемов вина, производимого в Новой Зеландии.

Чили – шестой в мире крупнейший винный производитель после Большой Тройки (Италии, Франции и Испании), США и Аргентины.

Но у этих двух стран есть то, что их объединяет. Обе представляют собой тонкую полоску земли, растянутую с юга на север, в которой представлены винные регионы разных широт. И обе страны сильно изолированы. Новая Зеландия находится на островах, удаленных от материков. А Чили, с функциональной точки зрения, изолированный Тихим океаном с запада, а с востока – горной грядой Анд. Эта изоляция представляет вызов для чилийской винной индустрии (как и в случае с Киви), но одновременно она стала настоящим благословением в эру распространения виноградной тли, косившей винный мир.

Вино привезли в Чили испанские миссионеры и священники еще в 1554 г., значительно раньше прибывших в Новую Зеландию английских и французских миссионеров, познакомивших страну с винным виноградом.

Вино привезли в Чили испанские миссионеры и священники еще в 1554 г., значительно раньше прибывших в Новую Зеландию английских и французских миссионеров, познакомивших страну с винным виноградом. Местная винная индустрия довольно бурно развивалась в Чили, и вино использовалось не только для религиозных нужд, что стало серьезной проблемой к XVII в. Испанские производители увидели в колониях Нового Света отличный экспортный рынок, расширению которого, однако, мешало местное винодельческое производство, и убедили короля запретить новые виноградники в Мексике, Чили и на других территориях, чтобы расширить экспорт вина из Испании.

Современная чилийская винная индустрия по-настоящему укоренилась после обретения страной независимости от Испании, и в 1850-х гг. большая партия различных сортов винограда из еще не охваченной виноградной тлей Франции была посажена в местных виноградниках. Это стало важным дополнением к сортам, которые завезли в страну миссионеры три столетия назад. Выбор времени оказался как нельзя удачным, поскольку через пару лет виноградная тля распространилась по всему миру (Брагато обнаружил ее недалеко от Окленда, во время своего исследования земель Новой Зеландии). Но она пока еще не вторглась в чилийские виноградники даже после стольких лет, и поэтому здесь можно обнаружить совершенно уникальную вещь: Vitis vinifera, растущий на собственных корнях.

Чилийские вина обрели свои рынки в Европе и других частях света в темные времена, когда нашествие виноградной тли снизило винное производство в других регионах, и были очень хорошо приняты, тем самым создав ориентированную на экспорт модель для чилийской винной индустрии. У чилийского виноделия было много взлетов и падений, особенно сильно оно пострадало во время процветания режима Пиночета, когда репутация Чили сильно снизилась во всем мире. Но все изменилось с возрождением демократии и, как и в Новой Зеландии, с внедрением политики свободного рынка, поощрявшего внутренние инвестиции и рост экспорта[102].

У чилийского виноделия было много взлетов и падений, особенно сильно оно пострадало во время процветания режима Пиночета, когда репутация Чили сильно снизилась во всем мире.

Сегодня в чилийской винной индустрии лидируют четыре крупных компании, самая крупная из которых была основана оном Мельчором «Конча и Торо» в 1883 г. (в разгар эпидемии виноградной тли в Европе). Конча и Торо сегодня является крупнейшим винным производителем Латинской Америки и одной из крупнейших винодельческих компаний в мире. В 2014 и в 2015 гг. «Конча и Торо» была названа «самым влиятельным винным брендом»[103]. Большинство потребителей, возможно, знакомы с брендом Касилльеро дель Дьябло, но Конча и Торо производит невероятно широкий диапазон вин, от традиционного Фронтера, также известного как Паис (сорт Мишн), до культового Дон Мельчор Каберне Совиньон.

Многие потребители, кто пробовал Касилльеро дель Дьябло, возможно, не знают, что производитель «Конча и Торо» предпочитает устойчивость и стабильность, выпуская органическую и даже биодинамическую продукцию. Именно с этой целью была задумана винодельня Коно Сур в 1993 г., и за несколько лет этот проект набрал невероятные обороты. Вина с этикеткой, на которой изображен велосипед, пользуются широким спросом, и эта компания стала также выпускать ограниченное количество вин линии «20 Barrels» и Осио – культовое Пино Нуар. «Конча и Торо» продолжает расти, компания инвестирует в Аргентину, сотрудничает с винодельческой компанией Ротшльдов во Франции и в 2011 г. приобрела Фетцер и Бонферра, американские винодельни, славящиеся своей устойчивой практикой в виноделии.

Чили добавляет интересные ноты к нашей музыкальной теме «Южный Крест», в которой уже присутствует новозеландская сага о любви, потерях и возрождении, а теперь еще появляется и история терпения. Чилийскому вину многое пришлось вытерпеть, особенно изготовленному из сортов, завезенных в страну до эпидемии виноградной тли, которые в настоящее время представляют собой особенный генетический источник. Тот факт, что сорт Карменер смог прижиться здесь, важен вдвойне, поскольку виноград из Бордо был мало где посажен во Франции после нашествия виноградной тли из-за низкой урожайности. И, конечно же, винная культура пережила политический хаос и диктаторство и смогла еще больше расцвести в эру демократии.

Но не все из того, что пришлось пережить чилийскому виноделию, стало ценным даром. И хотя любители вина по всему миру счастливы, что чилийские вина представляют собой высокое качество и хорошее соотношение с ним цены, я знаю многих виноделов, которые считают, что их лучшим винам уделяется мало внимания и их недооценивают, поскольку потребители по-прежнему видят в чилийских винах лишь приемлемую цену, но не относят их к категории великих вин. Вино, похоже, становится лучше с каждым годом, но стереотипы меняются гораздо медленнее. Подъем репутации чилийских вин пока еще находится в процессе.

Я знаю многих виноделов, которые считают, что их лучшим винам уделяется мало внимания и их недооценивают, поскольку потребители по-прежнему видят в чилийских винах лишь приемлемую цену.

Наше пребывание в Чили оказалось довольно недолгим, но нам необходимо найти самолет, который перенесет нас через Анды. Добираться на машине от Сантьяго до Мендосы не так уж и долго, но меня пугают переполненные машинами горные дороги. А нас ждет Аргентина, которая добавит заключительные ноты к нашей мелодии «Южный Крест».

Подъемы и спады

Мальбек – это самая настоящая звезда аргентинского виноградарства, самый популярный и довольно своеобразный сорт красного винного винограда. Возможно, из него производят не самое лучшее вино, у меня есть знакомые, которые утверждают, что предпочитают Каберне Совиньон или другие сорта, но случались периоды, когда сорт Мальбек побивал рекорды популярности среди других сортов. Когда десять лет назад я впервые начал изучать Аргентину, у всех на слуху был удивительный рост популярности Мальбека[104]. Например, некоторое время Аргентина была всего лишь на втором месте после Новой Зеландии по темпам роста винного экспорта в США. Десять лет спустя Аргентина по-прежнему остается успешной, но уже не представляет собой прежний феномен «золотой жилы». Что же случилось с аргентинским винным бумом и может ли винная индустрия страны вернуть упущенный благоприятный момент?

Эти вопросы о винной индустрии Аргентины отражают беспокойство, которое долгое время выражалось по поводу самой страны. Стоит вернуться на сто лет назад в прошлое, и вы обнаружите процветающую страну, которая бурно развивается, используя собственные природные ресурсы. Невероятно, но в одном исследовании говорится, что Аргентина обладала самым высоким уровнем благосостояния на душу населения и часто можно было услышать выражение «богат, как аргентинец». Буэнос-Айрес был «Парижем Юга», и мы видели одно здание, которое и в самом деле было истинно парижским: оно было разобрано в Париже, а затем заново восстановлено здесь. Но подъем пошел на спад, повторив цикл, и Аргентина не смогла использовать весь свой потенциал.

У недавнего винного бума было много причин. Возможно, одной из самых важных причин стал кризис аргентинского песо в начале 2000-х гг. Обвал песо и открытие экономики для иностранных инвестиций стали весьма болезненным периодом для жителей Аргентины, но она сумела восстановить международную конкурентоспособность и поощряла иностранные инвестиции, что стало важным фактором для подъема винной индустрии.

Что же случилось с аргентинским винным бумом и может ли винная индустрия страны вернуть упущенный благоприятный момент?

Как и во многих европейских странах, потребление качественных вин в Аргентине резко сократилось, а падение песо еще больше обострило ситуацию на отечественном рынке, где преобладали недорогие вина. В книгах Лауры Катена «Вино Аргентины» и Яна Маунта «Виноградники на краю мира» подробно описано, что у аргентинских производителей не было другого выбора, как сосредоточить внимание на экспортных рынках, а улучшение качества вина требовало серьезных вложений. Прямой целью стал рынок США, и здесь аргентинская стратегия отличалась от Чили, которая развивала различные экспортные направления[105].

Экспортная нацеленность на США была эффективной по нескольким причинам. Во-первых, эти вина были вполне приемлемы по цене и их качество с каждым годом лишь улучшалось. Винный рынок США разрастался, и потребители отворачивались от Мерло и появившегося позднее Шираза, распахивая двери навстречу легким и понятным винам Мальбек. Некоторые серьезные бренды вступали в эффективное экспортное сотрудничество, что дало им возможность вывести Аргентину на рынок и твердо обозначить свою позицию. Например, Катена и Галло стали партнерами, чтобы сделать Аламос лидером на экспортном рынке вина. Неудивительно, что с каждым годом аргентинский винный экспорт рос и укреплялся. Единственным вопросом, который стоял в то время, был: «Продолжит ли спрос расти и дальше и если да, то сможет ли Аргентина производить достаточно Мальбека, чтобы утолить жажду потребителей?».

Аргентина обладала самым высоким уровнем благосостояния на душу населения, и часто можно было услышать выражение «богат, как аргентинец».

И что дальше? Что ж, винный бум не обернулся очередным падением, чего многие опасались, но рост аргентинского винного экспорта остановился. Мне кажется, что самым серьезным ограничивающим фактором для аргентинского экспорта стало именно предложение, а не спрос. Экономическая политика правительства президента Кристины Фернандес де Киршнер привела к повышению уровня инфляции, что, в свою очередь, подтолкнуло к увеличению тарифных ставок и повышению стоимости производимого вина. В то же время валютный курс был заморожен на искусственно созданном высоком уровне, что привело к сокращению прибылей компаний. К этой проблеме добавился и контроль за движением капитала, затруднив для Аргентины импорт технологий и оборудования для виноделия из-за границы. Снижение инфляции и курса валюты тяжело отразилось на цене вин, идущих на экспорт, которые когда-то были первоначальным источником успеха Аргентины. Оказалось почти невозможным извлечь выгоду из экспорта аргентинского Мальбека с розничной ценой ниже десяти долларов, поэтому многие из этих вин просто исчезли с рынка (лишь несколько отважных компаний справились с краткосрочными потерями и сохранили свои рыночные позиции).

Страна изменила курс в декабре 2015 г., когда Маурисио Макри стал президентом Аргентины, положив конец политике, разрушавшей экономику, особенно такие экспортные индустрии, как виноделие. Но некоторые мои друзья в Аргентине признались, что не ждут чудес. Они просто хотят, чтобы Аргентина жила «как нормальная страна» с политической и экономической точки зрения, и, возможно, именно так и будет. Если «нормализация» произойдет, вернется ли аргентинский винный бум? Возможно, но времена изменились, и невозможно повернуть время вспять при помощи одной лишь стабилизации макроэкономических показателей. Аргентина вернется назад, это совершенно точно, хотя понадобится некоторое время для стабилизации валютного курса и решения многих других проблем, чтобы ощутить позитивные изменения.

Самое лучшее, на что стоит надеяться Аргентине, и это действительно хорошая новость, – жить «как нормальная страна» в том, что касается американского экспортного винного рынка. Я имею в виду, что на показатели ее экспорта станут влиять нормальные факторы, не подъемы и спады в экономике. Быть «нормальной страной» означает противостоять искушению сделать из Аргентины эдакий своеобразный Мальбеквилль. Я понимаю, что искушение превратить конкретный сорт винограда в «особенный» невероятно сильно, но не считаю это желание лучшим путем развития индустрии. У Аргентины есть Мальбек, и это замечательно. Но прежде чем рост экспорта замедлился, умные аргентинские производители уже пытались внести некоторые новые нюансы в существующие рамки рыночного пространства. Терруар, несомненно, очень важный аспект, который сейчас свидетельствует о качестве и аутентичности вина гораздо больше, чем пару лет назад. Думаю, многие потребители сейчас обращают внимание на регион производства вина – долина Уко? Сальта? – и особенно на высоту над уровнем моря (Мальбек растет по-разному на разной высоте в Аргентине) как на индикаторы качества.

Еще один способ добавить новые интересные нюансы – это продвигать на рынке другие сорта винограда, кроме Мальбека. В Аргентине полно других прекрасных вин, кроме Мальбека и Торронтес, двух «назначенных» особенными сортов винограда. Например, мне нравится Мендель Семильон (этим непривитым виноградным лозам уже 75 лет), а недавно мы удивили друга, обожающего Шираз, в местном аргентинском ресторане, заказав высокогорный Шираз из долины Уко. Вино ему нравилось, но ему не приходило в голову заказывать аргентинский Шираз. Это огромное раздолье для исследований, и у Аргентины найдется много интересного и в терруарах Мальбека и за его пределами. Это как раз та самая разновидность стратегии «нормальной страны», которая наблюдается на винном рынке в настоящее время.

У Аргентины мало опыта в качестве «нормальной страны», живущей без кризисов и драм. Пока нельзя с уверенностью сказать, что экономическая политика Макри обернется успехом, поскольку ее стратегии зависят от краткосрочных потерь ради долгосрочных прибылей в условиях шаткой и нестабильной международной экономической обстановки. Нелегко стать «нормальной страной», но это того стоит.

Иногда, как нам демонстрирует аргентинская национальная сборная по футболу, великие игроки и великие идеи приводят к большим разочарованиям. Однако я полон оптимизма и надеюсь, что винный сектор восстановит свою стабильность, пережив все трудности, стараясь избегать бесконечных циклов подъемов и спадов прошлого. И в честь этого я добавляю в нашу уже довольно объемную коллекцию еще три вина: Николас Катена Сапата Каберне Совиньон-Мальбек, Мендель Уайнс Олд Уайн Семильон и Коломе Аутентико Мальбек, из винограда, выращенного на высоте более 2 тысяч метров над уровнем моря в Сальте. Катена и его коллеги добивались высочайшего качества, команда Менделя стремилась к тому, чтобы всеми силами сохранить старые виноградники, которые стали бы залогом качества вин. А Коломе Аутенико Мальбек намеренно производили вино в старом стиле – никаких дубовых бочек, долгий период вымачивания, – отдавая дань прошлому и в то же время открывая для себя новые возможности на рынке.

Я надеюсь когда-нибудь посетить Сальту и поднять бокал за жизнь, потери и любовь, которые являются непременными составляющими истории вина (и еще одним ответом на вопрос «почему вино?») и тем, что продолжается и по сей день. И здесь, высоко в Андах, я особенно отчетливо увижу яркие звезды Южного Креста.

Вина

Кварцевый Риф Пино Нуар

Центральный Отаго, Новая Зеландия

Бранкотт Эстейт Совиньон Блан, Мальборо

Новая Зеландия

Конча и Торо Касильеро дель Дьябло Карменер

Чили

Николас Катена Сапата Каберне Совиньон-Мальбек

Мендоса, Аргентина

Мендель Уайнс Семильон

Мендоса, Аргентина

Коломе Аутентико Мальбек

Сальта, Аргентина

Часть IV

Кислый виноград?

Глава 13

Винный поезд долины Напа

На часах было 11 утра, когда Филеас Фогг, Паспарту и Ауда высадились с парохода, ступив на плавучий причал, и вышли на пирс, ведущий к берегу Сан-Франциско. Они торопились поскорее позавтракать, а затем посетили британское посольство, чтобы поставить в паспорте отметки о приезде. У них было мало времени. В тот вечер они должны были сесть на шестичасовой поезд Южной Тихоокеанской транспортной компании, отходящий со станции Окленд, и доехать до Огдена, штат Юта, где они собирались сделать пересадку на поезд компании Юнион Пасифик и отправиться в Омаху, штат Небраска. В Небраске они воспользовались бы одним из пяти самых быстроходных поездов до Нью-Йорка, где сели бы на пароход и отплыли бы домой, в Лондон.

Время играло существенную роль, поэтому обещанная быстроходность американской железнодорожной системы была им на руку. Если все бы пошло по плану (внимание, спойлер: что оказалось совсем не так), то это долгое путешествие можно было бы завершить в течение семи дней. Поразительно! Но в 1872 г. Запад еще был диким, и Паспарту считал, что будет благоразумнее «купить дюжину винтовок Энфилда и револьверов Кольта» на случай непредвиденных неприятностей. Это не обязательно, решил Фогг, ну а вы поступайте, как считаете нужным.

Вперед по винным рельсам

Мы тоже сядем в Сан-Франциско на поезд, но наше путешествие будет гораздо короче (пара часов максимум), а направление другим (на север, а не на восток), а нашим оружием станет винный штопор, а не револьвер или нож (хотя нож мог бы пригодиться, чтобы нарезать немного салями или сыра в качестве закуски). Мы сядем на винный поезд в долину Напа, чтобы постараться понять винную философию Калифорнии.

Первая винодельня в долине Напа была основана в 1861 г. Чарльзом Крагом, а поезд начал перевозить пассажиров три года спустя[106]. Паром из Сан-Франциско высаживал пассажиров в Вальехо, откуда они продолжали путешествие на север по железной дороге до курортного городка Калистога. Главным назначением этой железной дороги с самого начала были туристические перевозки. Пассажирские поезда ходили до 1929 г., а товарные поезда вплоть до 1985 г., пока здесь еще продолжалась хоть какая-то коммерческая деятельность.

Новый инвестор Винсент ДеДоменико, который произвел сенсацию в качестве президента компании Golden Grain, знаменит производством смеси вермишели с рисом «Райс-а-Рони» («угощения из Сан-Франциско», согласно рекламному ролику). Часть денег, вырученных от продажи Golden Grain и Ghirardelli Chocolate компании Quaker Oats в 1986 г., была использована на создание железной дороги долины Напа, по рельсам которой перемещался винный поезд, снова перевозящий туристов из Сан-Франциско в долину Напа. Только на этот раз туристы отправлялись посетить по пути знаменитые винодельни, а не целебные источники Калистога.

Жители долины были обеими руками категорически против. Много шума, много туристов, заторы на дорогах. Только не у нас.

Вам, должно быть, кажется, что жители долины Напа были рады этому новому предприятию, привлекавшему внимание туристов к истории долины и поражавшему воображение огромным старинным локомотивом, пульмановскими пассажирскими вагонами и огромным долларовым потенциалом. Если так, то вы ошибаетесь. Жители долины были обеими руками категорически против (против в буквальном смысле, так что опустите винтовку). Много шума, много туристов, заторы на дорогах. Только не у нас. Но идея была одобрена, и спорный винный поезд начал курсировать по своему маршруту. На момент написания этой книги винный поезд уже перевозил по долине более ста тысяч пассажиров в год.

В 2015 г. семья ДеДоменико продала свой бизнес по перевозкам пассажиров на винном поезде базирующейся в Сиэтле группе компаний социально-бытового сектора, которая расширила комплекс услуг, включив в программу шестичасовой тур под названием Quatro Vini (четыре винодельни) с остановками на винодельнях Роберта Мондави, Чарльза Крага, Мерри Вейла и В. Саттуй, а также питание из трех блюд во время путешествия на поезде. Цена билетов начиналась от $249 на человека. Другие варианты туристических поездок предлагали сосредоточить внимание на определенных винодельнях (например, Рэймонд или Грич Хиллз) или же просто насладиться самим путешествием на винтажном поезде. Билеты в тур по Рэймонду, в стоимость которых входит ланч, экскурсии и дегустация, начинаются от $189. Ежемесячная экскурсия «Романтика в поезде» не предусматривает остановок, а лишь перемещение на поезде по живописной долине и изысканную еду. Стоимость такой поездки начинается от $234[107].

Винный туризм в стиле Напа

Что же привлекает туристов сегодня в долину Напа? Конечно, им нравятся роскошные поезда и автомобили и даже воздушные шары, но притягивает их сюда не только это. Когда-то люди посещали винодельни, чтобы купить там вина и увезти домой, и их больше привлекал шопинг, чем экскурсионные туры. И это до сих пор актуально во многих частях винного мира и в наши дни. Но люди, приезжающие в долину Напа, ищут нечто большее. Им необходим опыт (и обычно они его получают).

Но люди, приезжающие в долину Напа, ищут нечто большее. Им необходим опыт.

Отчасти причиной этих изменений стал Роберт Мондави. Я назвал Мондави «Джулией Чайлд винного мира». Джулия Чайлд посвящала большую часть своего времени тому, чтобы донести до нас, что еда – это обретение опыта, а не просто нечто, что вы готовите, а потом съедаете. Она развлекала и одновременно интриговала нас, и всем нам отчаянно хотелось вписаться в этот космополитический кулинарный стиль жизни. Мондави осознал, что вино должно стать чем-то большим, нежели обыкновенным алкогольным напитком, чтобы достичь огромной популярности в Америке в период после отмены «сухого закона». Вино должно было ассоциироваться с романтикой, культурой, историей, музыкой, изысканной едой и роскошным стилем жизни, и потому он основал винодельню, которая выглядела скорее как калифорнийская гасиенда, а не как фабрика, и отвел львиную долю времени на представления, ужины, экскурсии и дегустации. Винодельня Роберта Мондави была больше, чем просто винодельня, она была (и остается) пунктом назначения, целью, а гости, приезжающие сюда, уходят, ощущая себя посланниками Мондави и, конечно, долины Напа. Я не встречал никого, кому бы не понравилась поездка в Мондави. Роберт Мондави и его команда были не одиноки в своем мировоззрении, но они определенно оказались первопроходцами.

Семья Мондави больше не владеет винодельней Роберта Мондави (сейчас она входит в состав бренда Constellation), но вы можете проникнуться ощущением и понять, как эволюционировали взгляды на виноделие и роль вина, посетив гасиенду Мондави. Это место по-прежнему восхищает своей своеобразной архитектурой, и, конечно, поражает воображение виноградник То Калон, а гостей здесь всегда встречают тепло и дружелюбно. Сохранилось и расписание регулярных представлений и художественных выставок, как неотъемлемая часть философии Мондави. Посетители могут попробовать вина (средний чек от $5 до $30 на человека, в зависимости от выбора вина) или же могут посетить производство в составе небольшой группы. Получасовая экскурсия с дегустацией двух видов вина обойдется в $20, а полуторачасовая экскурсия в Мандарин стоит $35. Можно посетить полуторачасовую экскурсию на закате дня (виноградник особенно красив в лучах заходящего солнца) с дегустацией вин и деликатесных закусок за $55.

Вино должно было ассоциироваться с романтикой, культурой, историей, музыкой, изысканной едой и роскошным стилем жизни.

Вы также можете воспользоваться возможностью научиться сочетать вина Мондави с шоколадом или сыром ($45 за экскурсию от 1 до 1,5 часа) или провести час, пробуя вина и закуски в погребе винодельни То Калон за $55. Тур «Урожай Радости» с ланчем занимает два с половиной часа и стоит $115. Есть здесь и четырехчасовой обед «Сад к столу» за $150 на человека или, специально для особенных случаев, дегустационное меню «Пять десятилетий», в котором представлены вина, произведенные в каждом десятилетии работы винодельни. По специальной договоренности это обойдется вам в $350 на человека. А селфи на фоне винодельни просто бесценны и очень популярны, к тому же это абсолютно бесплатное удовольствие.

Винодельня Роберта Мондави – это важный пункт, который каждый день посещает огромное количество туристов, и винодельня рада гостям, к которым здесь относятся с большой теплотой. Большой поток туристов требует обеспечения выбора разнообразных программ, что может себе позволить не всякая винодельня. Но главным новшеством здесь является сосредоточенность на приобретении туристами уникального винного опыта, который простирается гораздо дальше церемоний традиционных дегустаций, высмеянных, например, в сцене с «мусорной корзиной» в фильме 2004 г. «На обочине». Винодельни хотят, чтобы туристы не торопились, настроились на получение информации и сосредоточенно впитывали бы в себя атмосферу места. Конечно, дегустация – это часть процесса, но не всегда самая важная его часть, поскольку вкусы у всех разные и многие люди просто не привыкли к тому, чтобы зараз попробовать несколько совершенно разных вин. Вино великолепно, но должен запомниться не только его вкус, но и связанная с этим вином история.

Именно поэтому современная винодельня в долине Напа всеми силами дарит туристам этот опыт, начиная от первого впечатления и заканчивая сувенирами на память.

Именно поэтому современная винодельня в долине Напа всеми силами дарит туристам этот опыт, начиная от первого впечатления и заканчивая сувенирами на память. Некоторые винодельни нанимают привратника, стоящего у входа в винный погреб, чтобы он вовлекал туристов в непринужденные разговоры и, немного узнав о них, помогал им определиться с правильным выбором экскурсионной программы, исходя из уровня их интересов, времени и бюджета, которыми они располагают. Все это довольно дорого, поскольку организация подобных мероприятий требует немалых денег, но высокая цена также выступает в качестве инструмента распределения, чтобы позволить наслаждаться столь необычными и редкими развлечениями тем, кто испытывает к ним больший интерес или, по крайней мере, обладает более высокой платежеспособностью. У большинства виноделен припасены в запасе особые «развлечения не для всех», включая участие в празднике урожая, предназначенные для привилегированных посетителей и членов винодельческого клуба, а также розничных торговцев, дистрибьюторов или сомелье.

Винодельня В. Саттуй (которая находится на пути следования винного поезда) славится в долине тем, что продает все виды своих вин напрямую туристам. Последнее новшество этой семейной винодельни – организация самого настоящего винного туристического шоу. Кастелло ди Амороса представляет собой самый настоящий тосканский замок XIII века. Это выглядит достаточно любопытно, хотя и слегка нелепо. Не совсем понятно, зачем в долине Напа тосканский замок или вообще какой-нибудь замок. И все же этой винодельне далеко от единственного самого экстравагантного пункта назначения в долине Напа. Местные жители недоверчиво качали головами при виде гасиенды Мондави. Экскурсия с гидом и дегустация в замке обойдется вам в $40–50, в зависимости от сорта вин, а также у вас есть возможность попробовать вместе с вином шоколад, сыр и другие закуски. Кастелло ди Амороза получает довольно высокие оценки и отзывы на сайте (где пользователи считают вполне «умеренными» цены на экскурсионные программы для долины Напа) и представляет собой одно из обязательных (из 65) посещений в Калистоге.

Не совсем понятно, зачем в долине Напа тосканский замок или вообще какой-нибудь замок.

Итак, что же получается, когда в довольно компактном регионе сосредоточено более 400 виноделен и большинство из них в той или иной степени вовлечены в туризм, дегустационный процесс и гостиничный бизнес? Местное туристическое агентство «Посетите долину Напа» в 2014 г. провело исследование о влиянии винного туризма на экономику, и вот что они выяснили[108].

В 2014 г. в долине Напа побывало около 3,3 млн посетителей. и, согласно расчетам, это в целом составило 5,4 млн долларов в день. Поэтому по количеству посещений долина Напа находится далеко позади Диснейленда в Анахайме, Калифорния, где самый плотный туристический поток в штате – в 2014 г. это место посетило 16,7 млн туристов. Но долина Напа ненамного отстала по количеству посещений от Йосемитского национального парка, который в 2014 г. посетило около 4 млн человек. Таким образом, в среднем в день долину Напа посещают 15 тыс. туристов, что немного пугает, как только вы начинаете думать о том, что большинство из них пьют или, по крайней мере, дегустируют алкогольные напитки. И даже радуетесь тому, что движение на шоссе 29 иногда замедляется до едва ползущей толпы!

Около двух третей винных туристов долины Напа были путешественниками на один день в 2014 г., которые появлялись и уезжали в тот же день, как пассажиры винного поезда. Однако более 28 % останавливались в отелях, мотелях или на курортах в долине, обеспечивая работой и доходом гостиничный бизнес. В целом туристы потратили здесь $1,63 млрд, включая $375 млн на еду и рестораны. В исследовании говорится, что более 11 тыс. рабочих мест были, таким образом, поддержаны зарплатными начислениями в $332 млн. Определенно, винный бизнес – это серьезное дело для таких виноделен, как Роберт Мондави, и для всего региона в целом. Только долина Напа вполне может стать самым успешным местом, поскольку обладает особым подходом к концепции винного туризма. Это настоящий рай для любителей вина. И что здесь может быть не так?

Неприятности в Раю

Винодельни и винный туризм сделали долину Напа знаменитой. Но сколько виноделен (и туристов) достаточно для этого? Когда я оказывался в других уголках винного мира, люди, с которыми я встречался, не знали, что ответить на этот вопрос. Очень много? Еще больше? Наверное, вы шутите. Это место привлекает любителей вина и их доллары, евро, йены и песо. Чем больше, тем лучше. Полагаю, когда-то дела обстояли именно так, но с того момента, как 25 лет назад в долине Напа начал курсировать винный поезд, многое изменилось. Теперь каждое новое предложение построить еще одну винодельню, расширить уже существующую или дать винодельням разрешение на привлечение еще большего количества туристов и организацию для них дополнительных мероприятий (да, в долине Напа контролируют число гостей) тщательно обсуждается и иногда встречает сопротивление.

Однажды я столкнулся с таким обсуждением, прочитав проницательную колонку, которую ведет Поль Франсон специально для Napa Valley Register. Его отчеты по встречам комитетов и обсуждениям соответствующих разрешений дают внутреннее ощущение противоречий между взглядами и подходами к развитию долины, и в связи с этим особенно привлекает внимание активистская группа «Перспективы долины Напа к 2050 г.».[109] На одной чаше весов находятся туризм и гостиничный бизнес (и получаемая от них прибыль), а на другой – размеренный стиль жизни и сельскохозяйственная суть этого места или экономическое развитие против сохранения окружающей среды. Это довольно непростая ситуация, в которой присутствуют серьезные аргументы «за» и «против» с обеих сторон. Когда Франсона попросили перечислить главные события в винном мире в 2015 г., он составил список, первым пунктом в котором обозначил рекордную засуху, вторым – необычно скудный урожай, а третьим пунктом стали противоречия между виноделием и туризмом. «Публичные протесты привели к интенсивному обсуждению виноделен, их производства, туристов и устраиваемых мероприятий – писал он. – …Но ничего еще до сих пор не решено. Мало кто ожидает реальных изменений».[110] А пока страсти продолжают накаляться, и напряжение постепенно нарастает.

Средством от «синдрома Напа», например, может стать поездка в другой винный регион – долину Рамона.

Я не хочу подливать масла в огонь этих дебатов (спустя несколько лет я наконец смирился с черепашьим движением на запруженных транспортом дорогах в долине Напа), но вижу еще одну реальную проблему, мешающую успеху долины Напа. Очень много людей приезжают в долину на день, чтобы увидеть виноградники, посещают винодельни и пробуют вино, а затем уезжают с несколько искаженным ощущением восприятия. Они начинают думать, что Напа – это Калифорния, а Калифорния – это целый винный мир. Они теряют связь с правдой, которая заключается в том, что Калифорния – это крупная область, где винная индустрия развивалась в разных направлениях, многие из которых отличаются от концепции развития долины Напа, и здесь существует много различных противоречий.

Средством от «синдрома Напа», например, может стать поездка в другой винный регион – долину Рамона, расположившийся у подножия скалистых холмов в часе езды от Сан-Диего. Это очень живописный регион, куда туристы приезжают играть в теннис или кататься на лошадях. Здесь отличная мексиканская кухня, что вполне ожидаемо, ведь это место находится по соседству с границей, и специалитет местных ресторанов – куриный стейк! Когда-то здесь процветало разведение индюков, но теперь пальма первенства досталась виноградарству и виноделию. Некоторые из вин, которые мы попробовали, были великолепны, так что этот регион обладает отличным потенциалом, но никто не считает, что здесь слишком много виноградников, виноделен или туристов. Наоборот, все твердят: приведите их сюда! И для большинства винных регионов в этом вопросе ближе как раз вариант с долиной Рамона, нежели с Напа.

Бокалы масс: Ту Бак Чак

Если вы сравните цену за бутылку калифорнийского вина со стоимостью тонны винограда, то долина Напа всегда будет на первом месте. Но если вам интересны вина для широкого потребителя, которые продаются в больших объемах и наполняют бокалы масс, тогда вам стоит поискать где-нибудь в другом месте, и, оказавшись там, вы уж точно не встретите поблизости много винных туристов. Здешние винодельни огромны, и от них веет индустриальным духом, если сравнивать их с гасиендами Напа или изысканными шато. А виноградники, многие из которых находятся в жаркой долине Сан-Хоакин, также пронизаны особым духом аутентичности. Винный туризм? Нет, люди приезжают сюда исключительно по деловым вопросам.

Но это не означает, что турист не может обрести здесь интересный винный опыт. Мы со Сью были несказанно рады, получив приглашение от Фреда Франзиа, главы компании Бронко Уайн и мистера Ту Бак Чак, посетить завод по производству вина в Серсе, штат Калифорния. Готов поспорить, если бы винный поезд проходил через Серс, то вез бы вино, а не туристов.

А виноградники, многие из которых находятся в жаркой долине Сан-Хоакин, также пронизаны особым духом аутентичности. Винный туризм? Нет, люди приезжают сюда исключительно по деловым вопросам.

Компания Бронко Уайн Компани – ведущая сила в винной индустрии США. Согласно отчету в Wine Business Monthly, 20 млн ящиков вина в год, производимые Бронко, делают ее четвертой купнейшей американской винной компанией после Галло, The Wine Group и Constellation. Хотя Чарльз Шоу (он же Ту Бак Чак) – это самая узнаваемая этикетка Бронко, у этой компании еще более 50 брендов. Один из продуктов, который Бронко не производит, это Франзиа, популярное вино в коробке, которое принадлежит The Wine Group. Фред Франзиа не производит Франзиа? Но это долгая история, которую я расскажу вам в другой раз.

История Бронко началась в 1973 г., когда Фред Франзиа и его брат Джозеф встретились с кузеном Джоном и решили втроем основать новую винную компанию. Взяв небольшую ссуду в банке, вооружившись знаниями о деловой стороне вопроса (Фред и Джозеф) и опытом винодела (Джон), а также огромной решимостью, они двинулись вперед по извилистой дороге, которая привела их к нынешнему успеху. Если задуматься, их достижения просто невероятны. Сегодня Бронко может похвастаться впечатляющими винными заводами, центром упаковки и сбыта в Напе и 40 тыс. акров виноградников. Нет, я не ошибся, это действительно 40 тыс. акров, и потому компания Бронко считается владельцем крупнейшего виноградника в мире.

Одно из важнейших достижений Бронко – это успех вин Чарльз Шоу, продаваемых в сети продуктовых магазинов «Торговец Джо». Несмотря на довольно ограниченное количество экземпляров, это вино стало настоящим феноменом, и в 2016 г. Фред Франзиа объявил о продаже миллиардной бутылки вина, что заставило Поля Франсона провести подсчеты (1 000 000 000 x $2) и назвать его Ту Биллион Бак Чак[111]. Эти вина уже не продаются за два доллара, но по цене $2,49 или $2,99 они тоже выглядят очень привлекательно. Это была самая настоящая сенсация, когда в 2005 г. вино Чарльз Шоу завоевало приз за «Лучшее Шардоне» по итогам дегустации вслепую на престижной Калифорнийской винной ярмарке. Неужели это вино – подделка, недоверчиво спрашивали люди. Ветеран виноделия Ричард Петерсон купил это вино и констатировал, что высокая оценка этого недорогого вина обусловлена его невероятной сбалансированностью. Среди множества культовых вин, которые обладают поистине невероятными качествами, предположил он, натуральное, идеально сбалансированное вино вполне может выделяться из общей массы, что, очевидно, и произошло[112].

Эти натуральные, сбалансированные и доступные по цене вина сыграли важную роль в демократизации вина в США. Многие потребители, прежде не удостаивавшие это вино своим вниманием, потянулись на рынок в поисках Ту Бак Чак и других, похожих на него вин. Отличное качество этих недорогих вин заставило других виноделов включиться в игру и снизить цены, что дало потребителям больше уверенности в своих возможностях и увеличило доступность винного рынка. Если представить себе американский рынок до 1973 г., можно считать чудом, что нам удалось достичь такого прорыва. И в этой трансформации огромная роль принадлежит семье Франзиа.

Фред пригласил нас посмотреть, что представляет собой крупномасштабный урожай винограда. Сын Фреда, Джоуи, взял нас с собой взглянуть на ночной сбор урожая на винограднике площадью в 4 тыс. акров, недалеко от Лоди. И мы были впечатлены удивительным зрелищем, наблюдая за большими машинами, собирающими виноград под яркими звездами. Мы также посетили завод по разливу и сбыту в долине Напа и главную винодельню в Серсе, где пообедали вместе с Фредом, Джозефом и Джоном Франзиа. Затем Джон провел нас по винодельне (он лично разработал ее проект и контролировал все детали), где проводился отбор винограда, собранного прошлой ночью (более трех сотен больших грузовиков).

Натуральные, сбалансированные и доступные по цене вина сыграли важную роль в демократизации вина в США.

Конечно, размах производства в Серсе не мог нас не впечатлить. Нам показали огромные резервуары, каждый из которых вмещал более 132 литров вина. Однако эти огромные резервуары оказались карликами в сравнении с другими резервуарами, обладавшими еще большими объемами. Просто невероятно. Когда мы немного привыкли к размаху винодельни Бронко, то стали с удовольствием замечать, что все здесь продумано до мелочей, это бросалось в глаза и на других производствах Бронко, которые мы посетили. Огромное производство работало в режиме единого слаженного механизма. Поразительно. Мы были рады выдавшейся возможности присесть и поговорить с Фредом в его скромном офисе в трейлере и узнать о его планах на будущее. Компания Бронко ориентирована на органическое и экологичное производство, например, и в момент нашей беседы как раз занималась тем, что выращивала органический виноград на 10 тыс. акров.

Фред рассказал нам много историй, но эта одна из моих любимых. Он заехал в продуктовый магазин «Торговец Джо», он по-прежнему сам занимается подобными делами, и разговорился с молодым человеком, который выставлял вина на витрину продуктов линии Чарльз Шоу. Фред поинтересовался, как идет продажа, что говорят покупатели и т. д., а клерк спросил его, кто он такой и зачем ему это знать. Ну, ответил Фред, я один из тех, кто помогает производить это вино, я работаю на винодельне.

Круто, воскликнул клерк. Так вы Чарльз Шоу? Вы – Чарльз Шоу! Нет, нет, моя фамилия не Шоу, пытался объяснить Фред, но было уже поздно, и минуту спустя по громкой связи объявили, что в винный отдел заглянул сам Чарльз Шоу. Изумленные покупатели хлынули к витрине с Ту Бак Чак, чтобы поблагодарить своего героя, и Фреду ничего не оставалось, как радостно раздавать автографы на этикетках бутылок. Настоящий момент звездной славы!

Изумленные покупатели хлынули к витрине с Ту Бак Чак, чтобы поблагодарить своего героя, и Фреду ничего не оставалось, как радостно раздавать автографы на этикетках бутылок. Настоящий момент звездной славы!

Ночной сбор урожая в Лоди и экскурсию на винный завод в Серсе с его огромными резервуарами и крошечными офисами, насколько мне известно, вам не предложат на сайте Yelp или TripAdvisor. Нам не предлагали дегустировать вина. Никто не пытался всучить нам вино, шоколад или сыр, хотя Фред и пригласил нас на ланч в небольшой придорожный ресторанчик, где я попробовал самый вкусный в своей жизни сэндвич с жареной говядиной.

Так что же такое калифорнийское вино?

Так что же такое калифорнийское вино? Это Диснейленд Напы, наводненный туристами, как это бывает в период знаменитого аукциона долины Напа, собирающего миллионы долларов на благотворительность? Или же это простое и тихое обаяние долины Рамона? Или же огромные сельскохозяйственные угодья и поражающие своими масштабами винодельни, которые мы видели у компании Бронко? Ответ, как вы уже догадались, – это все вместе взятое и еще немного больше. Туристы, путешествующие в винном поезде долины Напа, получают особенное, уникальное представление о калифорнийском вине, которое доступно далеко не всем.

Так какие же вина нам следует выбрать? В Калифорнии более 4 тыс. виноделен, поэтому нам не стоит особенно углубляться в дебри выбора. Мы начнем с Ту Бак Чак, поскольку именно это вино подарило устойчивый винный статус Америке, позволив ей занять достойное место среди мировых потребителей вина: оно стало покупкой номер один среди вин (по крайней мере, до тех пор, пока США не догнали китайцы). Ну, и конечно, вино из винодельни Роберта Мондави. Я остановлю свой выбор на Ту Калон Фьюме Блан.

Я закончил черновик этой главы 24 мая, а это годовщина дегустации «Суждение о Париже» 1976 г., когда калифорнийские вина доказали свое качество в процессе проведения «дегустации вслепую» вместе с великими французскими винами. Позвольте мне включить в нашу коллекцию Стагс Лип Уайн Селларс Каберне Совиньон, чтобы отдать должное красному вину, появившемуся в дегустационном зале в тот исторический день[113].

Вина

Чарльз Шоу Шардоне

Калифорния

Роберт Мондави Ту Калон Фьюме Блан, долина Напа

Калифония

Стагс Лип Уайн Селларс Каберне Совиньон

долина Напа, Калифорния

Глава 14

Свидание с рислингом

Существует два главных пути на север из долины Напа. Шоссе 101 – наиболее привлекательная дорога, идущая сквозь высокие сосновые леса, мимо удивительного Кратерного озера и прекрасных пляжей Орегона, но ваше путешествие будет довольно медленным, как часто и происходит в живописных местах. А межштатной автомагистрали 5 не хватает романтики, но зато она позволяет быстрее добраться до пункта назначения. В любом случае, вы захотите остановиться в сердце винодельческой долины Уилламетт, штат Орегон, где каждый июль на территории, принадлежащей колледжу Линфильд, проходит Международный фестиваль Пино Нуар.

Винный мир изобилует фестивалями, конференциями и разнообразными симпозиумами. Некоторые организованы исключительно для потребителей, и на таких мероприятиях виноделы угощают гостей, заплативших за это кругленькую сумму, разнообразными винами и множеством вкусных закусок. Другие встречи носят исключительно торговый и промышленный характер. Например, мне приходится часто выступать на международном симпозиуме «Вино и виноделие» в Сакраменто, штат Калифорния. Более 14 тыс. людей, которые связаны с индустрией вина, покупают билеты на трехдневные семинары (некоторые проводятся и на английском, и на испанском языках), чтобы побывать в большом торгово-выставочном зале. Это самое большое собрание, посвященное винной индустрии, в Западном полушарии, и я уверен, что здесь собираются исключительно ради бизнеса. Никто не посещает Международный симпозиум с единственной целью насладиться ароматом и вкусом вина, предложенного на дегустации.

Международный фестиваль Пино Нуар (IPNC) представляет собой сочетание этих двух моделей. Отличная еда и вино (почти все вина из Пино Нуар, о чем можно догадаться по названию, в игристом и тихом вариантах), с грандиозными обедами и дегустациями. В субботу вечером для гостей устраивают барбекю, где жарят лосося. Все собираются за накрытыми столами на лужайке, под густой сенью дубов. В ярком свете луны и звезд все это выглядит невероятно романтично, а кроме того, за каждым столом присутствует винодел, угощающий собравшихся винами собственного производства. Неудивительно, что любители Пино Нуар возвращаются сюда каждый год. Но здесь также происходит обсуждение деловых вопросов и завязывание полезных связей. Отличное развлечение и одновременно хороший бизнес.

Самое замечательное в таких мероприятиях, как фестиваль Пино Нуар, заключается в том, что вам не надо разъезжать по всему миру, чтобы попробовать все мировые вина и встретиться с людьми из мира вина. Они сами к вам придут. В фестивале 2016 г. приняли участие винодельни из Орегона, Калифорнии, Вашингтона, Мичигана и Вирджинии, а также из Канады, Франции (само собой), Аргентины, Австралии и Новой Зеландии. И это еще не весь мир Пино Нуар, например, есть еще замечательные вина из Чили, Италии и ЮАР, а также кенийское Пино Нуар Ричарда Лики, но первых перечисленных стран вполне достаточно для того, чтобы занять посетителей фестиваля на целый долгий июльский уик-энд. Большой семинар (и он действительно большой) в 2016 г. проводил мастер-класс по австралийскому Пино Нуар. Одним из выступавших на этом семинаре был Майкл Хилл Смит, чье тасманийское Толпадл Пино Нуар стало довольно популярным. Мероприятия вроде Международного фестиваля Пино Нуар не относятся к разряду дешевых, но зато могут предложить огромный диапазон впечатлений, если вы станете не просто наслаждаться изысканными обедами и дегустациями, помогут понять нюансы глобального виноделия и какие изменения в нем происходят[114].

Добро пожаловать на планету Рислинг

Если вы правильно рассчитали время, то сможете посетить Фестиваль Пино Нуар в Орегоне, а затем двинуться дальше по шоссе, чтобы встретиться с планетой Рислинг в Сиэтле, которая и является конечным пунктом назначения в этой главе. Свидания с Рислингом происходят здесь каждые три года (Германия и Австралия представляют эти вина на этом мероприятии в промежуточные годы), и этот фестиваль во многом отличается от Международного фестиваля Пино Нуар. Вина здесь очень разные и люди тоже, но в этом-то и заключается весь смысл. По воскресеньям здесь проводится большая дегустация на территории живописного поместья Шато Сент-Мишель в Вудинвилле, но следующие два дня посвящены непосредственно виноделам, винным средствам массовой информации и торговле вином. Любители вина могут принять участие в этом мероприятии, но основная цель его проведения напрямую связана с бизнесом. В 2016 г. в нем приняли участие винодельни из Вашингтона, Орегона, Калифорнии, Айдахо, Мичигана и Нью-Йорка, а также Австралии, Австрии, Канады, Франции, Германии (само собой) и Новой Зеландии. Торговцы и журналисты приехали из разных уголков земного шара.

«Свидание с Рислингом» организуют винодельня штата Вашингтон, Шато Сен-Мишель, один из крупнейших в мире производителей Рислинга, и немецкий Доктор Лоозен. Эрнст Лоозен, которым я искренне восхищаюсь, возможно, самый выдающийся, самый увлеченный и трудолюбивый сторонник Рислинга. Было бы странно, если бы производитель Долины Мозеля пропустил такое международное сборище, но непосредственное отношение этого мероприятия к штату Вашингтон многих озадачило. Штат Вашингтон? А разве там не холодно и сыро? Нет, если они могут выращивать там виноград и даже делать вино. Да, да, я знаю, потому что живу в этих краях. На самом деле это старая шутка среди местных виноделов. Когда они рассказывают приезжим о вине в Вашингтоне, наступает долгая пауза, а затем следует неизбежный вопрос: «О, а на какой стороне Потомака расположен ваш виноградник?» Река Потомак? Ах да, они ведь подумали совсем о другом Вашингтоне – о Вашингтоне, Ди Си.

Тот факт, что Сиэтл (на ум сразу приходят «Боинг», «Старбакс», Amazon.com и музыка в стиле гранж) – это довольно влажное место на западе штата, где океанические течения влияют на климат, но большинство виноградников расположены к востоку от Каскадных гор, которые задерживают дождевые тихоокеанские облака. Долина Колумбия – это довольно сухое место, где сельское хозяйство процветает благодаря солнечной погоде и обильной ирригации. За последние 50 лет здесь было обнаружено большое разнообразие интересных терруаров для виноградников, поскольку этот регион представляет собой богатое геологическое наследие (здесь много рек, глетчеров, вулканов и древнее приледниковое озеро Мизула).

Штат Вашингтон? А разве там не холодно и сыро? Нет, если они могут выращивать там виноград и даже делать вино.

Шато Сен-Мишель стало прибежищем первых виноделов в Вашингтоне после отмены «сухого закона». Крупные инвестиции в виноградники в 1970-х и 1980-х гг. помогли развиться виноделию Вашингтона, которое в настоящее время уступает лишь виноделию Калифорнии в США. Вскоре Вашингтон прославился своими Рислингами, и его международная репутация значительно выросла. Результатом этого успеха стали две достойные внимания международные компании: Эрнст Лоозен выпустил линию вашингтонских Рислингов под названием Эроика в партнерстве с Шато Сен-Мишель, а Армин Диль, создатель немецкой винной компании Schlossgut Diel, выпустил вашингтонское вино под названием «Прыжок поэта» (Poet’s Leap) совместно с винодельней Длинные Тени около Уалла Уалла. Эроика и «Прыжок поэта» часто входят в список лучших американских Рислингов и лучших вин вообще. Поэтому нет ничего удивительного в том, что производители Рислинга рады приехать сюда, чтобы обсудить бизнес.

Чем вы обычно занимаетесь на «Свидании с Рислингом»

Так что же происходит на «Свидании с Рислингом»? Надеюсь, вы не будете разочарованы, если я скажу, что большую часть времени там пьют вина Рислинг (или пробуют на вкус и выплевывают). Виноделы привозят свое вино, и для многих из них шанс попробовать вина из разных уголков мира гораздо важнее всех выступлений и семинаров, вместе взятых. Виноделы много рассуждают об опасности «вкуса одного винного погреба», которая возникает, когда вы постоянно пробуете только свои собственные вина (или читаете собственные книги, как в моем случае). Когда нет возможности попробовать вина других производителей и сравнить со своими винами. Поэтому сложно переоценить важность подобных мероприятий, и становится понятно, почему виноделы готовы потратить тысячи долларов и отправиться вместе со своими винами на винные конференции и обменяться опытом с другими виноделами. Ведь это очень серьезный бизнес!

Организаторы конференции прекрасно это осознают и строят мероприятие вокруг двух достаточно внушительных официальных дегустаций. В первое утро вы входите в конференц-зал и видите на столе двадцать бокалов, выстроенных в ряд напротив каждого из трехсот мест. И вы проводите более двух часов, пробуя двадцать видов сухих вин Рислинг «вслепую» (не зная, кто произвел их, когда и где). Одно за другим вина обсуждаются и раскрываются личности виноделов, которые их создали. Таким же образом на следующий день дегустируют полусухие и сладкие вина. Это невероятный опыт и с точки зрения обслуживания мероприятия: необходимо подать огромное количество вин, разлить по бокалам, а затем собрать все это и заменить чистой посудой.

Стремление понять особенности терруара и возможность перенять опыт европейских мастеров, похоже, были на одном из первых мест в списке приоритетов, когда я посетил свое первое «Свидание с Рислингом» в 2008 г. Вина из долины реки Нах в Германии оказались невероятно интересными, особенно вино Weingut Donnhoff Niederhauser Hermannshole Auslese, которое словно танцевало в моем бокале. Какое вино! Неизгладимое впечатление на меня произвел и семинар, на котором импортер вина Терри Тейз повел нас на экскурсию по виноградникам, где выращивается виноград для биодинамического вина, получивший экологический сертификат Demeter, и вино это производят на одной из старейших австрийских виноделен – Nikolaihof Wachau. В число представленных для дегустации вин входил Nikolaihof Рислинг Штейнер Хенд Резерв, если мне не изменяет память. Это были непередаваемые ощущения, на самом деле мне пришлось пару раз выйти из зала, чтобы перевести дух. И все же я возвращался снова и снова, потому что интеллектуальные и чувственные впечатления были просто ошеломляющими[115].

На следующей конференции вина Donnhoff и Nikolaihof присутствовали снова, но я понял, что меня больше привлекают сухие Рислинги. Я познакомился с Луизой Роуз, которая, например, производит необычное вино из долины Иден Пьюси Вейл Контурс Рислинг для Ялумбы в Австралии, и попробовал несколько винтажных вин Тримбах Рислинг Кюве Фредерик Эмиль из Эльзаса. Стало совершенно ясно, что Рислинг – это не просто полусухое или сладкое вино, но может быть также очень сухим и восхитительным на вкус. И планета Рислинг, как выразился Стьюарт Пиготт, вышла за пределы узкой немецко-австрийской орбиты.

Я заметил, что во время этих дегустаций присутствующие разбивались на группы и обсуждали впечатления. Одни и те же вопросы поднимались снова и снова. Вы действительно считаете, что это сухой Рислинг (и часто это звучит как обвинение, а не как вопрос)? Вскоре фокус обсуждения смещается на аналитические данные (ОС – остаточный сахар, ОК – общая кислотность, pH – кислотно-щелочной баланс), а значит, пошел новый виток дегустации. А затем возникает один большой вопрос: Это вино Старого или Нового Света? Создается впечатление, что каждое вино должно в точности соответствовать определенной категории, но это, конечно, не так.

Стало совершенно ясно, что Рислинг – это не просто полусухое или сладкое вино, но может быть также очень сухим и восхитительным на вкус.

Для меня эти обсуждения равносильны тупику. Восприятие сладкого и кислого у каждого индивидуально и субъективно, поэтому то, что вам напоминает сухое вино, другому человеку будет казаться сладким. Аналитические данные тоже имеют ограниченное значение, как объяснил Джейми Гуд, который тоже присутствовал на конференции в 2016 г.[116] Кроме того, я не считаю это важным, если кто-то способен угадать, откуда родом вино, ведь это не игра «Где находится Кармен Сандиего». Иногда даже эксперты не могут с уверенностью ответить на вопрос, связанный с географией вин Старого и Нового Света, и часто многие бывали несказанно удивлены, когда в конце концов узнавали фамилии виноделов и откуда родом их вина.

Вам наверняка понравилась бы обстановка на двух официальных дегустациях в 2013 г. Иногда эксперты попадали в точку, высказывая свои предположения по поводу вина в своем бокале, но мне кажется, что организаторы специально выбирали вина с таким учетом, чтобы доказать, что планета Рислинг постоянно меняется. Поэтому иногда (и гораздо чаще, чем кажется) они попадали в неожиданные ситуации. В основном потому, что находили отменное качество там, где не предполагали его увидеть, а это даже приятно.

Например, со всех сторон посыпались восторженные возгласы, когда выяснилось, что одно из вин произведено на винодельне Элеско в Словакии. Как здорово, никто из нас не ожидал такого поворота, возможно, потому, что мы и не думали о вине из Словакии. Я помню, как впервые попробовал несколько свежих, ярких и очень вкусных белых вин из этого региона, когда преподавал в Праге, но вообще первое, что приходит на ум (несмотря на близость Австрии), когда вспоминаешь о Центральной Европе, это пиво, но никак не вино. Просто поразительно.

Тим Аткин, который вел дегустацию полусухих вин (Джон Уинтроп Хегер проводил дегустацию сухих вин[117]), похоже, испытывал особое удовольствие, сообщая, что вино, которое один из винных экспертов, входящих в состав комиссии, уверенно отнес к региону Долина Мозеля, на самом деле было произведено винодельней Сен-Шапель из Айдахо (часть быстро развивающейся Precept Wine Group). «Сколько ящиков вы производите?» – спросил Аткин винодела Маурина Джонсона, вероятно считая, что винная индустрия Айдахо – это что-то вроде мелкого сорта картошки, выращиваемого в этом штате. Сорок тысяч ящиков, услышал он в ответ. Ничего себе, так много, явно удивленный, ответил Аткин. Это огромная цифра по немецким стандартам. И это еще одно подтверждение того, что в отважном новом мире на Планете Рислинг первоклассные вина могут появиться в самых неожиданных его уголках.

Эту мысль в дальнейшем развил в своей книге в 2014 г. Стюарт Пиготт. Книга называется «Лучшее белое вино на земле: История Рислинга»[118]. Хотя Пиготт скрупулезно (и с большим энтузиазмом) исследует все регионы и стили, используемые Планетой Рислинг, немаловажно, что, похоже, он осознает, что будущее именно за винами Нового Света, в рамках роста производства и огромного потребительского потенциала. Недостаточно просто производить великое вино. Кто-то ведь должен его пить. И это и есть главная проблема.

Внутренний кризис Рислинга

Одна из постоянных тем этих встреч – это необходимость преодолеть внутренний кризис Рислинга. Что же не так с Рислингом? Что ж, дело в том, что большинство потребителей неправильно понимают Рислинг, и проблема обычно связана со сладковатым вкусом. Рислинг производят во всех оттенках сладости, от несладкого, то есть сухого вина, до интенсивного насыщенного сладкого вина (обычно сбалансированного кислотностью). Ваше первое впечатление от Рислинга появится с первым глотком, и для многих людей этот глоток оказывается слишком сладким, вызывая неприятные ощущения (особенно если вы никак этого не ожидали). Поэтому Рислинг (как и херес, еще одно непонятое вино) будет обвиняться в чрезмерной сладости, пока не докажет обратное. И многие потребители, основываясь на чужих мнениях и слухах, не станут искать справедливость. А еще хуже, когда любители более сладкого вина неожиданно сталкиваются с сухим Рислингом. Неужели это Рислинг? Это совсем не то, что я ожидал. Потребители часто опасаются покупать Рислинг, потому что не знают, что их ждет, когда они откроют бутылку. Поэтому вопрос «Насколько оно сладкое?» и восклицание «Какое же оно сладкое!» (от тех, кто знает ответ) неразрывно связаны между собой.

Студенты, изучающие экономику, увидят здесь проблему асимметричной информации. Люди, производящие вино, знают его вкусовой профиль, а покупатели предположительно знают, что им нравится (хотя виноделы уверяют, что люди обычно говорят, что им нравится сухой Рислинг, но в конце концов покупают сладкое вино). Но они не знают, что в бутылке, и могут это выяснить, лишь попробовав вино. Одним из решений проблемы асимметричной информации является предупреждение: необходимо рассказать потребителям то, что они должны знать, чтобы с уверенностью совершать покупки. Это звучит довольно просто, но большинство производителей Рислинга до недавнего времени этого не делали, возможно, для того, чтобы не обострять противостояние между сухими и сладкими сторонами этого вина. Простая шкала определения сладости была создана Международным фондом Рислинга (организация, которая появилась в процессе проведения первой встречи «Свидание с Рислингом») и, несомненно, очень помогла в решении этой проблемы, и многие производители сейчас используют ее.

На конференции 2013 г. обсуждалась еще одна проблема. Люди, которые больше всего любят Рислинг (возможно, потому, что им нравится его разнообразие), скорее всего, вообще предпочитают разнообразие винных сортов. Конечно, они пьют Рислинг, но не только эту марку, и в отличие от любителей Совиньон Блан или Пино Гриджо, которые предпочитают не изменять своим любимым винам, многие фанаты Рислинга могут отступать от своих предпочтений.

Но как же убедить потребителей покупать вина, которые они не совсем понимают, или те, которые они просто недооценивают?

Но как же убедить потребителей покупать вина, которые они не совсем понимают, или те, которые они просто недооценивают? Что ж, возможно, это вполне предсказуемо, что в ходе совместных дискуссий и мог появиться на свет рекламный лозунг – аналог знаменитого рекламного лозунга «Молоко не забыл?», но предназначенный именно для вин. Так часто происходит, когда виноделы собираются вместе, чтобы обсудить маркетинговые вопросы, невзирая на факт, что существует всего несколько универсальных маркетинговых лозунгов, способных серьезно повлиять на продажи (сколько, например, вы можете вспомнить?), а тех, что подходят для вина, – и того меньше. Мне казалось, что подобные обсуждения – это всего лишь пустая трата времени, но теперь я понял, что главной целью стало не желание привлечь потребителей, а скорее призвать винодельни и дистрибьюторов сплотиться между собой. Это уж точно не принесет вреда, конечно в том случает, если лозунг не будет оскорбительным, а возможно, удастся извлечь из него и пользу. Исполнительный директор Шато Сен-Мишель, Тед Базелер, предложил лозунг «Так держать, Рислинг!», и это оказался довольно неплохой лозунг, определенно лучше лозунга со смутным неприличным подтекстом: «Рислинг: просто возьми его в рот», с которым некоторое время забавлялась одна из тематических групп.

Не существует одного-единственного способа, чтобы создать рынок для непонятого или недооцененного вина, нет волшебного средства, как говорят у нас в США. Возможно, существует 50 способов (или 500), но все они сводятся к упорной работе с потребителями и с вином (в том числе используя пиринговые эффекты социальных сетей и, конечно, выгодное внимание СМИ). Объединяйтесь под общим победным лозунгом, жители Планеты Рислинг, потому что сила – в единении, и принимайтесь усердно работать.

Мать всех общих врагов

Ничто так не сплачивает, как общая задача (например, убедить потребителей дать Рислингу еще одну попытку), кроме, возможно, борьбы с общим врагом, а участники конференции «Свидания с Рислингом» вдруг обнаружили нависшую над ними коллективную угрозу. И это была не виноградная тля или какая-то другая болезнь винограда и даже не запрещенное движение неонацизм, активизировавшееся в Европе в последнее время. Этот враг могуществен, как Мать природа, – это изменение климата.

Изменение климата некоторое время видоизменяло Планету Рислинг. Эрнст Лоозен еще некоторое время назад стал замечать перемены в своих виноградниках в Мозеле и в 2008 г. сообщил Дженсис Робинсон, что на его лучших участках виноград так быстро перезревает, что из него стало практически невозможно производить сухие вина в стиле Кабинетт[119]. И действительно, когда я купил несколько бутылок Лоозен Блю Стейт Рислинг для студенческой дегустации, то увидел этикетку на задней части бутылки, надпись на которой гласила, что неизвестно, как долго еще это вино будут производить. Так что, вероятно, это не было совпадением, что состоявшаяся в 2010 г. очередная конференция «Свидание с Рислингом» была посвящена изменению климата. На ней выступали Ханс Шульц из Гайзенхаймского университета (где информация о погодных условиях на виноградниках собиралась в течение сотен лет) и Грегори В. Джонс из Университета Южного Орегона (если вы ехали по межштатному шоссе 5 в начале этой главы, то проезжали неподалеку от его семейной винодельни Abacela в Южном Орегоне).

И действительно, когда я купил несколько бутылок Лоозен Блю Стейт Рислинг для студенческой дегустации, то увидел этикетку на задней части бутылки, надпись на которой гласила, что неизвестно, как долго еще это вино будут производить.

Я хорошо помню эту презентацию Шульца и Джонса в 2010 г., потому что узнал поразительную новость. Они представили прогнозы изменения климата к 2025 г., сделанные в 2000 г., и сравнили их с недавней информацией. И оказалось, что на самом деле глобальное потепление уже превзошло прогнозы на 2025 г. в 2010 г., опередив эти самые прогнозы на 15 лет. И, как мы знаем из предыдущих глав, средние температуры продолжают расти. Рислинг – это довольно неприхотливый сорт, который может давать качественные ягоды при средних температурах в период вегетации в диапазоне от 13 до 17 градусов Цельсия. Но существуют пределы даже у благородного Рислинга.

Выступление Шульца и Джонса на конференции в 2016 г. было посвящено не только проблеме глобального потепления. Да, показатели положительных дневных температур продолжают расти в большинстве винодельческих регионов, заявили они, но и отрицательные температуры периода вегетации не отстают от них, а порой и обгоняют. Почему это имеет значение? Дело в том, что виноделы свято верят в то, что главным условием для получения свежего, хорошо вызревшего винограда является амплитуда суточных температурных колебаний – разница между высокими дневными температурами и прохладными ночными в период сезона вегетации. Тепло помогает винограду созреть и приобрести сладкий вкус, а прохлада сохраняет кислотность, необходимую для получения сбалансированных вин. Если, как предполагают исследователи, амплитуда суточных колебаний сжимается, тогда и баланс тоже нарушается, и могут потребоваться специальные нововведения в техниках виноградарства и виноделия.

Если потребители поймут, что Рислинг обладает разными стилями и степенью сладости, это еще не означает, что они кинутся его покупать. Никто не обязан пить Рислинг. Никто вообще не обязан пить вино.

Температура почвы – это еще один фактор, который тоже подвергается изменениям, согласно заявлениям Шульца и Джонса. Мониторинг температуры почвы виноградника на разных глубинах выявил повышение показателей, которые вполне объяснимы и все же удивляют. Температура почвы влияет на развитие растения в целом и во время сезона вегетации. Примечательно, что некоторые исследования полагают, что то, что мы считаем особенностями разных терруаров, на самом деле напрямую связано с микроорганизмами, населяющими почву. Поэтому изменение почвенной среды может косвенным образом воздействовать на виноград и вино. Аудитория была потрясена и взбудоражена выступлением Шульца и Джонса, и было совершенно очевидно, что все собравшиеся пытаются понять, как это отразится на их виноградниках, винах и бизнесе.

Дорогой Рислинга

Необходимо отметить, что в плане качества планета Рислинг остается на высоте, но существует и множество проблем, главной из которых остается общий враг виноделия – глобальное потепление. Кроме того, серьезную работу необходимо провести для развития рынка. Если потребители поймут, что Рислинг обладает разными стилями и степенью сладости, это еще не означает, что они кинутся его покупать. Никто не обязан пить Рислинг. Никто вообще не обязан пить вино. Существует много других вин и других напитков, и каждый продукт должен находить свой путь к сердцам потребителей. Как я писал в The Wine Economist после «Свидания с Рислингом» 2016 г., меня слегка беспокоит тот факт, что планета Рислинг продолжает ходить по кругу в противостоянии сухих и сладких сортов (Как Старый Свет против Нового), в то время как рынок движется вперед.

Однако меня вдохновили слова Эрнста Лоозена в первый день конференции. Рислинг сложен, заметил он, а сложные вещи должны пониматься с позиции сложного (это не напоминает вам Теорему невозможности Батали?). Точно, но как воплотить это в жизнь? Что ж, я, как профессор университета, пишущий об экономической глобализации, понял, что люди лучше всего усваивают сложные вещи посредством историй, которые вы им о них рассказываете[120]. Истории должны быть рассказаны так, чтобы отразить сущность вопроса, избегая чрезмерного упрощения или искажения. Грамотное повествование – вот ключевой момент, а в случае с Рислингом сложность заключается в том, чтобы выйти за пределы обычных противопоставлений, которые иногда преобладают в дискуссии.

Так какие же вина нам стоит добавить в нашу коллекцию? Поскольку в Сиэтле мы познакомились с Рислингами со всего винного мира, я собираюсь выбрать вина из разных уголков земного шара. Начну с сухих вин, представленных Пеуси Вейлс Контурс Иден Воллей Рислинг из Австралии, и Танталус Олд Уайнс Рислинг Оканаган Воллей из Британской Колумбии, Канада. Затем мы переходим к полусухим винам и выбираем Доктор Лоозен и Шато Сен-Мишель Эроика Рислинг Колумбия Воллей, Вашингтон, и Weingut Donnhoff Niederhauser Hermannshole Эльзас, долина Нах, Германия.

Вина

Пеуси Вейлс Контурс Рислинг

Иден Воллей, Австралия

Танталус Олд Уайнс Рислинг Оканаган Воллей

Британская Колумбия, Канада

Доктор Лоозен и Шато Сен-Мишель Эроика Рислинг

Долина Колумбия, Вашингтон

Weingut Donnhoff Niederhauser Hermannshole

Эльзас, долина Нах, Германия

Глава 15

Гонки «Пушечное ядро»

«Гонки «Пушечное ядро» – это название забавного фильма 1981 г., в котором снималось огоромное количество актеров и знаменитостей, начиная с Берта Рейнолдса, Роджера Мура, Фаэры Фосетт, Дома ДеЛуиса, Сэмми Дэвиса-младшего, Дина Мартина и многих других, в том числе и Джекки Чана, Питера Фонда, Бьянки Джаггер, Молли Пикон, Мела Тиллиса, Терри Брэдшоу, Берта Конви и Джимми «Грека» Снайдера. Если вам не знакомы эти времена, значит, вы не застали 1980-е гг. Но поверьте мне, это цвет американской поп-культуры 80-х гг. Нет ничего удивительного, что этот фильм стал кассовым хитом и в 1984 г. породил сиквел (подходит ли это слово?) с довольно предсказуемым названием «Гонки «Пушечное ядро»-2». Ходят слухи, что студия Warner Bros. планирует снять новое продолжение. Не могу дождаться.

А где-то в самом конце списка звезд вы найдете имя автомобильного автора, Брока Йейтса, который участвовал в работе над сценарием и в той или иной степени придумывал реальные жизненные приключения, на которых основывался этот фильм. Гонки «Пушечное ядро» Брока Йейтса представляли собой совершенно незаконные автомобильные состязания без правил по общественным дорогам и шоссе Северной Америки, начинаясь от Атлантического побережья и заканчиваясь у отеля «Портофино», в Редондо-Бич, Калифорния[121]. В 1970-х эта гонка проводилась пять раз. Легендарный американский гонщик Дэн Гарни победил во второй гонке на Ferrari Daytona, преодолев путь за тридцать два часа пятьдесят четыре минуты. Брок Йейтс находился с ним в машине в качестве пассажира. А лучшее время в официальной гонке показал Дейв Хайнц в 1979 г.: тридцать два часа пятьдесят одна минута на автомобиле Jaguar XJS. В дальнейшем другие гонщики повторяли этот маршрут, в конце концов поставив рекорд в тридцать часов[122].

Дело в том, что гонки «Пушечное ядро» всегда напоминали мне об отчаянной гонке Филеаса Фогга (только в противоположном направлении) через огромный континент. Только вместо современных спортивных машин во времена Филеаса Фогга популярностью пользовались паровозы, ставшие быстроходным средством передвижения на общественных маршрутах. Но время и в том, и в другом случае было против гонщиков, и тщательно продуманные планы разлетелись вдребезги самым драматичным образом для Фогга и смешно для героев фильма. Настало время для нас совершить свою собственную гонку «Пушечное ядро».

Вперед на всех парах

Калифорния до сих пор остается крупнейшим винным регионом в Северной Америке. По подсчетам Wine Business Monthly, в 2016 г. в штате было 2885 взаимодействующих между собой виноделен и 1169 «виртуальных» виноделен (созданных под именем раскрученных брендов) и в общем 4054 винных производителя в Калифорнии, в число которых входит 30 крупнейших производителей[123]. Не возникает сомнений, что Калифорния – производитель номер один. Но в мире американского вина существует не только Калифорния. Невероятно, но в 2016 г. в США было более 8700 виноделен плюс еще более 670 в Канаде. Мексика тоже переживает винный бум. В одной только Нижней Калифорнии, штате Мексики, насчитывается более сотни виноделен, что совсем не вызывает удивления, ведь испанцы завезли сюда виноград еще несколько веков назад.

Мы отправляемся в Канаду, что наверняка удивит многих. Канада? Неужели? И там есть красное и белое вино из тундры? Нет, но они действительно производят ледяное вино в Онтарио.

В 2016 г. вино производили в каждом мексиканском штате, и следом за Калифорнией шли Вашингтон – 718 виноделен, Орегон (689), Нью-Йорк (367), Вирджиния (262) и Техас (228)[124]. Так много виноделен! Что же нам делать – посетить каждый штат и каждую область и побывать на всех местных винодельнях? Мы могли бы, но для этого потребуется целая вечность, в буквальном смысле этого слова, поскольку к тому времени, когда мы завершим свое дело, появится много новых виноделен. Wine Business Monthly сообщает, что в одном только 2015 г. количество американских виноделен выросло на 700 хозяйств. Просто невероятно! Америка мчится вперед на всех парах к новым винодельням и винам.

Потребуется написать еще одну книгу, чтобы хотя бы поверхностно описать все американское вино. К счастью, подобная книга существует, это «Американское вино» – чудесная и информативная книга 2013 г., написанная Дженсис Робинсон и Линдой Мерфи[125]. Больше всего в этой книге мне нравится то, что авторы серьезно подходят к ее заглавию. Вам наверняка захотелось бы узнать детали о производстве вина в главных винных штатах, таких как Калифорния, Вашингтон, Нью-Йорк и Орегон, и здесь есть вся эта информация. Но, например, вы наверняка не ожидали обнаружить в книге описание Колорадо с его быстро развивающейся винной индустрией или Миссури с его серьезной историей виноделия. Действительно, каждый штат производит вино в своем собственном стиле и потому заслуживает упоминания. Должен заметить, что штатам Алабаме и Миссисипи уделено по параграфу, но это неудивительно.

Книга «Американское вино» помогла мне заново переосмыслить тот факт, что Америка – это страна, где вино глубоко вплетено в историю и культуру и широко распространено. И хотя США – это крупнейший винный рынок в мире по показателям продаж, потребление вина на душу населения довольно невысоко, если судить по европейским стандартам, и вино все еще пытается преодолеть регулятивное наследие «сухого закона». «Американское вино» подчеркивает эти проблемы, но все же эта книга делает оптимистичные выводы по поводу современного состояния виноделия и рассматривает его дальнейшие перспективы развития и процветания в будущем.

Вдохновившись этими взглядами, давайте отправимся в нашу гонку «Пушечное ядро» по винным просторам Северной Америки, останавливаясь в некоторых местах, которые могут поведать интересные истории. Должен предупредить, что это будет несколько хаотичное путешествие, поскольку мы будем перемещаться с места на место, но другой альтернативы у нас нет. Чтобы было интереснее, устроим гонку. Часть из нас отправится по северному маршруту, а остальные устремятся на юг, и так мы сможем покрыть в два раза больше территории. Где же мы встретимся? Я знаю! Назначим местом встречи ресторан «Палладио» в Барбурсвилле, штат Вирджиния. И я все объясню, когда мы доберемся туда. Ну а теперь… по машинам.

Северное воздействие

Мы отправляемся в Канаду, что наверняка удивит многих. Канада? Неужели? И там есть красное и белое вино из тундры? Нет, но они действительно производят ледяное вино в Онтарио и Британской Колумбии. Ягоды оставляют на лозе, пока температура не опустится настолько, что виноградные соки замерзнут. Затем замороженные, съежившиеся ягоды разминают, получив лишь небольшую часть нектара, который ферментируется в восхитительное сладкое вино, являющееся важной составляющей винного экспорта Канады.

Ягоды оставляют на лозе, пока температура не опустится настолько, что виноградные соки замерзнут. Затем замороженные, съежившиеся ягоды разминают, получив лишь небольшую часть нектара, который ферментируется в восхитительное сладкое вино.

Мне посчастливилось выступать с докладами перед винодельческими группами в Онтарио и в Британской Колумбии в 2015 г., поэтому мне представилась возможность попробовать многие их лучшие вина. Винная индустрия Онтарио развита гораздо больше, чем вы можете себе представить, и, взглянув на карту, вы поймете почему. Провинция Онтарио граничит с Великими озерами, и обширная часть ее земель на юге напоминает долину Уилламетт в Орегоне. И почему бы им не производить хорошее вино? Однако изменение климата дает о себе знать и здесь. И не столько в плане потепления, как из-за возникающей нестабильности. Неожиданные движения струйных потоков в недавние годы привели к тому, что зимы в винодельческих областях Онтарио стали особенно суровыми. И хотя большая часть виноделия Онтарио ориентирована на производство недорогих вин, многие из которых смешиваются с импортным базовым вином и представляются как продукция совместного производства Канады и других стран, в последнее время началось смещение в сторону производства качественных вин. Одно из моих любимых вин из Онтарио (которое я попробовал на «Свиданиях с Рислингом») – это Кейв Спрингс Селларс Эстейт Рислинг из Бимсвилл Бенч на Ниагарском полуострове.

Неожиданные движения струйных потоков в недавние годы привели к тому, что зимы в винодельческих областях Онтарио стали особенно суровыми.

Мне нравятся и Рислинги из Британской Колумбии (возможно, вы заметили, что в предыдущей главе я включил Танталус Олд Уайнс Рислинг в наш винный список), но здесь я открыл для себя именно красные вина, когда выступал с докладом в 2015 г. Я несколько лет подряд приезжал в Британскую Колумбию, и со временем вина стали только лучше. «Глобальное потепление?» – спросил я одного винодела. Он оскорбился. Нет, ответил он, дело в улучшении качества винного производства, и, думаю, это заявление относится ко многим уголкам винного мира. Но, очевидно, дело и в экономике. Когда Канада вступила в Североамериканское соглашение о свободной торговле (НАФТА, англ. North American Free Trade Agreement, NAFTA), ее винный рынок несколько расширился для вин США, и это побудило винодельни Британской Колумбии модернизировать и обновлять свои виноградники, большая часть которых была засажена гибридными сортами. Новому Vitis vinifera понадобилось время, чтобы прижиться, но затем эти виноградники начали давать великолепные грозди, и в настоящее время некоторые красные вина не отстают по качеству от белых. Си Си Джентш Селларс Оканаган Воллей Шираз – это один из примеров, чего можно было здесь достигнуть. Говард Сун, возможно самый почетный винодел Канады, создает варианты выдающихся красных вин одного виноградника для своей винодельни Сандхилл, которые передают особенности относительно малоисследованных винных терруаров Британской Колумбии. Сандхилл Суна – это купажный комплекс в стиле Бордо, объединяющего в себе Каберне Совиньон, Пти Вердо и Мальбек из виноградника Фантом Крик, доказывающий раз и навсегда, что Канада – это не только ледяное вино.

Волла Волла достигает совершеннолетия

А теперь мы слегка отклонимся к югу в сторону Волла Волла, поскольку у этого места удивительно богатая винная история. Вероятно, первые виноградники были возделаны французско-канадскими охотниками, приехавшими сюда с Компанией Гудзонова залива около двухсот лет назад. Итальянские иммигранты со всей серьезностью отнеслись к виноградникам и вину, приехав сюда после гражданской войны. Один из их любимых сортов назывался Кинсолт, который они окрестили «Черным принцем». Некоторые их лозы все еще здесь произрастают сами по себе, но урожай кто-то убирает. Местные жители улыбнутся, если вы спросите их о Кинсолте или упомянете о «Черном Принце».

Мы поднялись на вершину холма, находящегося в той части Американской винодельческой области (АВО), которая принадлежит Орегону, чтобы насладиться праздничным обедом в Стеклянном доме на винограднике Кадеретта, где вместе с едой попробовали множество местных купажированных вин в стиле Бордо. Здесь присутствовал Марти Клабб, владелец первой винодельни в Волла Волла, L’Ecole № 41, и мы попробовали его купаж Фергюсон Уайнярд 2011 г.[126] С того места, где мы расположились, на холме был отлично виден недавно модернизированный виноградник Фергюсон. Это великолепное вино давало полное ощущение этого прекрасного места, и Марти рассказал, что на днях собирается лететь в Лондон с этим вином. У команды L’Ecole так хрошо шли дела с Фергюсон, что они приняли участие в Международном винном конкурсе Декантер, организованном одноименным журналом, и его пригласили в Лондон на торжественный обед.

Это приглашение означало, что вино завоевало один из крупных призов – не просто бронзу, серебро или золото. Возможно, региональный «Трофи» (как лучшее американское купажное вино в стиле Бордо?), а возможно, даже получило международный «Трофи» (лучшее в мире вино в этой категории!). Пока не было возможности это узнать, и Марти был готов лететь в Лондон, чтобы все выяснить. Как увлекательно! Пару дней спустя я открыл свой ноутбук, нетерпеливо дожидаясь, когда результаты конкурса Декантер появятся на экране. И вот наконец в 1.01 час ночи я их увидел. L’Ecole завоевал международный «Трофи» за лучшее красное купажное вино в стиле Бордо – высшую международную награду в одной из самых конкурентных винных категорий.

Если вино получило награду Decanter или другой приз или медаль, это не означает, что именно это конкретное вино объективно лучше (что бы это ни означало) других вин. Но сложно отрицать, что благодаря своему высокому качеству L’Ecole Фергюсон выделялось в американской дегустационной линейке, и именно так оно смогло войти в число вин, принимавших участие в Международном винном конкурсе Decanter. И точно так же выделялось, когда винные эксперты пробовали его вместе с другими похожими винами со всего мира. Согласен, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять это, но все равно это приятно. Лучшее в мире? Это вопрос мнения. И знак того, что Волла Волла достигла совершеннолетия? Совершенно верно! Теперь в этом регионе производится очень много отличных вин, и их будущее рисуется в ярких красках. Мне нравятся Колисс Шираз, Рейнингер Карменер, Пеппер Бридж Трайн и Транш Шардоне, которое производится из винограда, выращенного на винограднике Целио в области Колумбия Горж.

Снова в дороге

Из Волла Волла мы направляемся на восток через Айдахо (в котором в 2016 г. насчитывалась 51 винодельня), где производят много первоклассных вин, особенно в долине Змеиной реки. Именно здесь мы в предыдущей главе познакомились с удивительным Рислингом Сен-Мишель. Я обожаю красные вина из виноградников Хьюстон, включая красное вино Чикен Диннер Ред, которое так легко пьется, и другие вина, которые Грег Кениг изготавливает на своих винодельнях Кениг, Биттнер и других.

Затем мы отправимся в Монтану (16 виноделен), Южную Дакоту (22 винодельни), а затем в Миннесоту (62 винодельни). В Университете Миннесоты был выведен сорт винограда, способный плодоносить в северных широтах. Один из этих сортов – Фронтиньяк, гибридный сорт, выведенный в 1978 г. путем скрещивания Ландо Нуар и дикого винограда, растущего недалеко от Джордана, Миннесота. Это насыщенные, темно-красные вина, со вкусом сливы и вишни. Я дважды пробовал вино под названием Вояжер, произведенное из этого винограда, выращенного на винограднике Алексис Бэйли. Винтажный вариант Вояжера был назван «лучшим вином, сделанным в Америке» на винной выставке в Атланте.

Дальше наш северный маршрут продолжится по винодельческим штатам, включая Мичиган, где замечательные вина можно отыскать недалеко от Траверс Сити, в том числе и несколько великолепных Рислингов. Огайо достоин упоминания благодаря своему виноградному буму и интересной истории виноделия. Николас Лонгворт (1782–1863) мечтал увидеть в Америке множество виноградников и чудесных вин и превратил Огайо в целом и Цинциннати в особенности в потенциальный винодельческий центр[127]. Он отошел от дел в 1828 г. и занялся созданием нового мира вина, уделяя внимание исключительно сорту Катоба. Он был невероятно амбициозен и, думаю, преуспел бы, если бы не многочисленные болезни, разрушившие все его усилия и приведшие к тому, что его бесценные виноградные лозы (и его мечты) стали увядать и погибли.

Нью-Йорк с его винными регионами Фингер Лейкс и Лонг-Айленд – территория динамично развивающегося виноделия, так же как и Нью-Джерси[128]. Виноградники Борди в Мериленде могут похвастаться отличным вином и исторической важностью[129]. Мы проехали мимо сотен виноделен и узнали о множестве вин, и вот мы в Вирджинии. А как дела у остальной группы?

Вино в пустыне?

Думая о виноградниках, вы представляете себе буйную зеленую растительность, а не пыльную безжизненную землю пустыни. Но реальность такова, что некоторые важные винодельческие регионы обладают условиями, напоминающими климат пустыни. Например, мне сразу приходят на ум некоторые области в Нинся, в Китае и Мендосе, в Аргентине, хотя при необходимости я мог бы назвать еще несколько вариантов. Поэтому вас не должно удивлять, что виноград растет, а вино производят на юго-западе Америки. Мы посетили винодельни в регионе Соноита, в Аризоне, недалеко от Туксона и обнаружили поразительные вина в Дос-Кабезас Уайн Воркс и виноградниках Каллахана.

Думая о виноградниках, вы представляете себе буйную зеленую растительность, а не пыльную безжизненную землю пустыни. Но реальность такова, что некоторые важные винодельческие регионы обладают условиями, напоминающими климат пустыни.

Нью-Мексико не похоже на место, где вы найдете много виноградников. Перец чили – да, особенно чили из Хатча, популярного среди любителей юго-западной кухни. Но вино? Скорее всего, нет. И все же в 1629 г. именно около Сокорро, Нью-Мексико, францисканский священник посадил первый виноград на территории нынешних США. И сейчас штат Нью-Мексико насчитывает 49 виноделен. И у одной из них совершенно необычная история.

Члены винодельческой семьи Грют из Gruet et Fils – винодельческого хозяйства Шампани, – присматривали возможные места для виноградников, проезжая по юго-западным землям Америки в 1983 г. Они встретились с европейскими виноделами, которые пытались выращивать виноград в Нью-Мексико, и, вдохновившись их примером, разбили виноградники на высоте 4300 футов над уровнем моря, недалеко от города Трут-ор-Консекуэнсес, в 170 милях к югу от Альбукерке. Винное оборудование и остальные члены семьи Грют прибыли из Франции, чтобы производить вино, и со временем был выпущен первый винтаж (1987 г.). Сегодня компания Грют производит множество видов игристого вина и некоторые тихие вина. Вино из Нью-Мексико? Какой поразительный сюрприз. И эти вина отлично гармонируют с острыми блюдами, даже с энчиладой с голубой кукурузой с соусом из зеленого перца чили (из Хатча).

Техас превратился в серьезный винодельческий штат, в котором находится 225 виноделен, и это еще не предел. Техасцы гордятся своими винами и настолько любят их, что некоторые винодельни привозят виноград из Калифорнии в дополнение к продукции местных виноградников, подогревая споры о том, что такое техасское вино. Оклахома тоже подхватила винную лихорадку, в этом штате функционирует более 50 виноделен.

Миссури был первым

Мы могли бы остановиться в Миссури, следуя и по северному, и по южному маршруту, но поскольку эта крупная винодельческая область расположена в южной части штата, то она станет нашей следующей остановкой. По последним подсчетам, в Миссури расположено 135 виноделен, и эта цифра, возможно, удивит даже жителей штата «Покажи-ка мне». Но еще более удивителен тот факт, что миссурийский винодельческий регион Августа, расположенный к западу от Сен-Луиса, был самой первой американской винодельческой областью. Американская винодельческая область в Августе была одобрена в июне 1980 г., за восемь месяцев до одобрения второй АВО, которую мы посетили пару глав назад: долины Напа. Миссури прочно ассоциируется с особенным гибридным сортом винограда Нортоном, который был выведен в 1820 г. в Ричмонде, штат Вирджиния, врачом и садоводом Даниелем Нортоном и стал главной опорой винной индустрии в Миссури.

А теперь настало время поторопиться в Северную Каролину, стремительно развивающийся винодельческий регион, который однажды стать конкурентом Вирджинии. В виноделии Северной Каролины используют европейские сорта Vitis vinifera и местные сорта винограда Мускадин Vitis rotundifolia (виноград круглолистный), включая Скуппернонг. Согласно сведениям из книги «Американское вино», этот сорт предпочитает жаркий и влажный климат и из него производят популярные сладкие вина на всей территории американского Юга[130]. Вина, произведенные из местных сортов винограда (в том числе и вина Николаса Лонгворта из сорта Катоба), обладают своеобразным «прокисшим» вкусом, но это не имеет отношения к плохому качеству.

Джефферсон был поражен французским вином и ящиками отсылал его домой, а затем отправил в Америку и виноградные лозы.

Виноград растет не по всей Америке, но однажды доберется и туда, где его нет, а сейчас мы должны поторопиться и отдать дань уважения тому американцу, который мечтал об этом дне. И вот мы пересекаем границу и попадаем в Вирджинию Томаса Джефферсона.

Наследие Томаса Джефферсона

Томас Джефферсон влюбился в вино, когда был послом во Франции (сменив Бенджамина Франклина) с 1785 по 1789 г. В те дни Америка уже была знакома с вином, но стандартом виноделия считалась мадера, а не сухие вина Бургундии и Бордо. Джефферсон был поражен французским вином и ящиками отсылал его домой, а затем отправил в Америку и виноградные лозы. Почему Новый Свет не может производить и наслаждаться великими винами в стиле Старого Света? Ответом, как вы можете догадаться, вспомнив о Николасе Лонгворте из Огайо, стали многочисленные болезни и, очевидно, серьезные потери от виноградной тли. Мечте Джефферсона было не суждено реализоваться при его жизни, но это происходит сейчас, и в штате Вирджиния уже более 260 виноделен.

Наша гонка «Пушечное ядро» завершается у ресторана «Палладио» на винограднике Барбурсвилл, всего в нескольких милях от усадьбы Джефферсона – Монтичелло. Поместье Барбурсвилл существует еще со времен Джефферсона. Джеймс Барбур был губернатором Вирджинии, и Джефферсон приказал создавать все здания в так называемом нео палладианском стиле, который он использовал и для Монтичелло, университета Вирджинии и здания Капитолия штата Вирджиния в Ричмонде. Среди вин Джефферсон отдавал предпочтения Франции, но его страсть к архитектуре была вдохновлена Италией, в особенности классицизмом Андреа Палладио.

Должно быть, сама судьбе привела Джанни Зонин и его семью в Барбурсвилл в 1970-х гг. Зонин – это влиятельная винодельческая семья в Италии, и Джанни стремился создать свое представительство и в США. Зонин отправился в свою собственную недолгую гонку «Пушечное ядро», изучая перспективы вложений в виноделие в Калифорнии, и посетил еще несколько американских. И его поиски закончились здесь, на земле Джефферсона, где в старинном поместье Барбурсвилл он увидел возможности, незамеченные остальными. И вот в двухсотлетнюю годовщину образования США были посажены виноградники и создана винодельня и замечательный ресторан «Палладио», где мы со Сью устроили семейный ланч в честь ее родителей, Майка и Герты Трбович, которые живут неподалеку в Ричмонде.

Перед ланчем мы встретились с виноделом по имени Люка Пашина, чтобы продегустировать вина, которые считаются одними из лучших в Вирджинии (Резерв Пти Вердо выиграло Кубок Монтичелло в 2016 г.). Мы пришли в восторг, попробовав яркое и живое Верментино Резерв и Каберне Франк, которое относится к моим предпочтениям среди множества других вин в Вирджинии. Затем Люка, который родом из Пьемонта в Северной Италии, налил нам свое Неббиоло Резерв. «Потрясающе!» Брат Сью, Алан, был поражен и одновременно застигнут врасплох этим вином. Я тоже был удивлен. Существует мнение, что Неббиоло – это вино, которое чувствует себя хорошо только в Пьемонте. «У вас здесь часто случаются туманы?» – спросил я Алана, который живет недалеко от студенческого городка Университета Вирджинии. «Очень часто», – ответил он. Интересно, ведь слово nebbia означает «туман» по-итальянски. Возможно, именно поэтому это вино получилось столь интересным, в своем особенном стиле Вирджинии.

И последним вином в нашей дегустации стал флагман Барбурсвилла – Октагон. Это купаж в стиле Бордо, созданный в честь Джефферсона, с изображенным на этикетке бутылки рисунком архитектора. На этом рисунке изображен восьмиугольный зал поместья. Идеальный способ отдать должное взглядам Джефферсона. Октагон был великолепен, но и остальные вина не уступали в качестве. Какие же вина выбрать для нашей винной коллекции? У меня был шанс задать этот вопрос Доменико Зони, нынешнему главе семейной компании, когда я выступал на конференции, организованной Union Italiana Vini в Милане. Какое из вин Барбурсвилла? Конечно, Октагон, ответил он. Да, согласился я, а как насчет Неббиоло? Разве оно не рассказывает нечто особое о Вирджинии и связях между Италией и Вирджинией (и о виноделе Люка Пашина тоже)? Да, ответил Зонин, Неббиоло – это особенное вино. Как и виноградники Барбурсвилла.

Вина

Выбирать вина всегда нелегко, а в этой части нашего путешествия особенно. Невозможно выбрать все великие вина, поэтому мы должны остановиться всего на нескольких, которые рассказывают свою особенную историю. Конечно, это вина из Барбурсвилла, из-за связи с Джефферсоном и с Зонин, но какие именно? Октагон? Неббиоло Резерв? Ответ прост: оба. И позвольте мне добавить еще одно вино, прежде чем мы запрыгнем в запыленную арендованную машину и отправимся в международный аэропорт Вашингтон Даллес, чтобы успеть на вечерний самолет British Air в Хитроу. Я хочу включить в нашу коллекцию L’Ecole № 41 Фергюсон, красный купаж, который завоевал приз Декантера и является ярким примером существования вина за пределами Калифорнии, обладающим отличным качеством и достойным того, чтобы сиять на международной арене.

Таким образом, наша великая глобальная гонка «Пушечное ядро» почти завершена. Еще пара часов в воздухе, и мы завершим наше путешествие. Спустя столь долгое время, проведенное в путешествии, и знакомства со столькими винами что мы можем сказать: было ли наше путешествие успешным или же обернулось разочарованием? Есть только один способ узнать.

Вина

L’Ecole 41 Фергюсон Уайнярд

Волла Волла, Вашингтон

Барбурсвилл Уайнярдс Неббиоло Резерв

Вирджиния

Барбурсвилл Уайнярдс Октагон

Вирджиния

Глава 16

Обратно в Лондон

Победа! Или Поражение?

Филеас Фогг вернулся в Лондон с поражением. Путешествие заняло слишком много времени. Слишком много неожиданных задержек, опозданий, упущенных возможностей и несчастливых поворотов судьбы. А удача была так близко. Вернись он всего на пару часов раньше, и праздновал бы победу. Но, как говорится в одной поговорке, «чуть-чуть» – не считается, когда на кону такие высокие ставки. Он проиграл двадцать тысяч фунтов – целое состояние! А что еще хуже, потратил еще столько же на это путешествие. Двойной удар!

Но Филеасу Фоггу было не суждено умереть нищим. Насколько помнят читатели романа Жюль Верна, его спас классический поворот сюжета, который я не стану здесь подробно описывать, а лишь намекну, что это связано с тем фактом, что Фогг путешествовал с запада на восток вокруг мира, и вышло так, что никогда не подводившиеся Паспарту часы стали показывать неправильное время, опередив лондонское время.

И вместо того, чтобы приехать на день позже, они прибыли как раз вовремя! Это неожиданная победа и спасение в самую последнюю минуту. Какой чудесный конец для романа. А как закончится наше путешествие? Победой? Или поражением?

Финишная прямая

И вот мы снова оказались в Лондоне, на Сент-Джеймс стрит-3, недалеко от финишной прямой Филеаса Фогга – Реформ-клуба. Разве найдется лучшее место, чтобы закончить наше путешествие там, где оно началось, а именнно в помещении лавки Берри Брос энд Рад?

Наша цель заключалась не в том, чтобы собрать побольше вин, и при этом лучших вин, ведь для этой цели существуют путеводители для покупателей и отчеты критиков. Скорее мы стремились выбрать вина, за каждым из которых скрывается определенная история. Индивидуально, а затем в качестве группы, наш выбор должен представлять винный мир, его людей и культуру и объяснять, почему вино стало источником удовольствия, восторга, страсти и даже наваждения. Вопросов слишком много, возможно, даже чересчур много, и кроме того, необходимо ответить на заключительный вопрос: «Почему вино?»

Мы преодолели долгий путь. Попробовали самые совершенные и желанные вина на планете, вина столь безукоризненные, что ценятся наравне с величайшими произведениями искусства. Шато Петрюс, Канонкоп Пинотаж, Пенфолдс Грэйндж, Хеншке Хилл оф Грейс, Стэгс Лип Уайн Селларс Каберне и многие другие вина в нашей коллекции просто безупречны, и возможность попробовать их часто выпадает всего раз в жизни, и этот опыт незабываем. Невероятно! Если мы искали самые интересные истории вин, думаю, наша коллекция – это то, что представляет нашу идею во всей ее полноте, несмотря на некоторые неизбежные упущения.

Но вино это не только безукоризненные культовые экземпляры. Работы великих писателей подобны первоклассному вину, как-то сказал Марк Твен, и мое подобно воде. Все пьют воду. Так что мы должны попробовать и вина других людей, поскольку и они тоже очень важны. И я, как поклонник Марка Твена, не могу игнорировать вина таких людей, как Матеуш Розе, «Четыре кузена» и Ту Бак Чак. И если эти вина и не одаривают вас таким же сногсшибательным опытом, как великие мировые вина, не стоит недооценивать комфорт и радость, которые они заключают в себе, а также их способность наделять вас общительностью и желанием завязывать дружбу с другими людьми и даже вызывать любовь. И в них тоже частично заключен ответ на вопрос «Почему вино?».

Мы отыскали несколько вин, рассказывающих удивительные истории о силе человеческого духа. Например, кенийское Пино Нуар Ричарда Лики или вина войны и мира из Шато Мусар в Ливане. По существу, вина Лики невозможно попробовать, так что мы должны вдохновляться лишь историей его создания, но вина Шато Мусар можно приобрести в крупных магазинах, и оно не настолько дорогое, как вы могли предположить. Они отдают дань оптимизму и решимости Сержа Ошара, которые способны поддержать нас даже в самые трудные моменты жизни, а также рассказать о противостоянии натурального вина и промышленного виноделия.

И неизбежно мы сталкиваемся с серьезным противоречием. Бургундия или Бордо? И дело не в выборе сорта винограда или формы бутылки. Дело во взгляде на вино в целом или на то, каким оно должно быть.

И неизбежно мы сталкиваемся с серьезным противоречием. Бургундия или Бордо? И дело не в выборе сорта винограда или формы бутылки. Дело во взгляде на вино в целом или на то, каким оно должно быть. То же самое, но в другом контексте, можно сказать о выборе Хилл оф Грейс, вина, ставящего терруар во главу угла, или Грэйнджа – вина, воспевающего славу трудолюбию и решимости виноделов. Тасмания напомнила нам о том, что вино – это в первую очередь продукт самой природы, а природа обладает особенностью меняться. Глобальное потепление, с которым мы снова столкнулись уже на «Свиданиях с Рислингом», – это одна из серьезнейших угроз для вина (и для общества). Почему вино? Потому что оно способно многое рассказать нам о мире.

Плавание по южным водам Тихого океана из Тасмании в Новую Зеландию, а затем в Южную Америку стало замечательной возможностью увидеть Южный Крест. Каждый из винных регионов, в которых мы побывали, рассказал свою собственную историю о том, как пережить кризис и снова восстановиться уже в новом качестве.

Каждый из винных регионов, в которых мы побывали, рассказал свою собственную историю о том, как пережить кризис и снова восстановиться уже в новом качестве.

Наша гонка «Пушечное ядро» по Северной Америке была столь стремительной, что некоторые истории порой расплывались в нашем воображении, но главная история предстала перед нами в ясном свете. Джефферсон мечтал увидеть США страной, где будут производить вино, ценить и беречь его. Понадобилось два столетия, чтобы в конце концов природные препятствия вроде виноградной тли и человеческие помехи вроде «сухого закона» были преодолены. Америка, как Волла Волла, которую я выбрал для того, чтобы представлять страну, достигла совершеннолетия как винная страна.

Оглядываясь назад, легко понять, что мы сильно сократили путь, но это было неизбежно. Франция, Италия и Испания вместе производят более половины вина в мире, поэтому было бы справедливо, если бы их вина составили половину нашей винной коллекции и историй о вине, но этого не произошло, а иначе не осталось бы места для других вин. Каждая страна, входящая в Большую тройку, была представлена в отдельной главе, но этого все равно не хватает для того, чтобы полностью обозначить их место в виносфере. Франция, Италия и Испания предлагают достаточно вин и винных историй, которых хватило бы не только на несколько глав, но и книг. И вы найдете их в местной библиотеке или в книжных магазинах.

Мы смогли использовать все возможности? Нет, это было бы невозможно. Мы сделали все, что в наших силах, чтобы путешествие было успешным? Об этом судить вам.

Отчет

Итак, мы должны распаковать свой тяжелый ящик и просмотреть его содержимое. Конечно, у нас очень много вина, но не думаю, что с этим возникнут проблемы. Похоже, в некоторых местах я проявил излишнюю разборчивость (например, собрав всего пару вин из Франции и Италии), а в других случаях проявил излишнюю щедрость. Недостаток согласованности в действиях, конечно, проблема, но, вероятно, более тревожным является тот факт, что мы полностью не заполнили наш ящик! В своем стремлении оставить место для других открытий, ждущих нас впереди, я привез в Лондон лишь 56 винных бутылок. Вокруг света за 80 бутылок означает 80 бутылок, а не 56. Это непростительно. Что же делать, неужели снова отправляться в путь?

Нет. Постойте. Я совсем забыл, где мы находимся. Нет смысла снова отправляться вокруг света в поисках этих вин, потому что мы приехали в Англию и стоим около самой известной в Англии (и, возможно, в мире) винной лавки. Конечно, здесь вы не найдете вино со всего мира, но можете отыскать много интересных вин из разных стран. Сможем ли мы пополнить свой запас здесь? Выбрать что-нибудь еще из вин Франции или Италии? Или предпочесть вина из Венгрии, Румынии, Японии, Турции, Греции и Израиля? О да, и еще много других вин. И хотя сложно представить волшебную винную страну, которая была бы лучше Берри Брос энд Рад, это факт, что параллельные волшебные вселенные – общая черта всех событий, происходящих в повседневной жизни. Теперь нет ничего необычного в том, что в лавке или супермаркете можно отыскать тысячи разнообразных вин.

Итак, и вы предвкушаете этот момент, я приглашаю вас выбрать вина, чтобы заполнить пробелы в нашей коллекции, воспользовавшись фантазией и вспомнив о своих любимых винах. Вы даже можете отказаться от некоторых моих предпочтений и сделать свой выбор, поскольку стоит учитывать разницу во вкусах или в опыте.

Были ли вы разочарованы, когда во Франции я выбрал всего пару экземпляров из Бургундии и Бордо? Тогда восстановите справедливость и добавьте ваши любимые вина из других регионов и в другом стиле. Вот несколько вин, с которых вы можете начать.

Didier Dagueneau Silex, Pouilly-Fume

Луара, Франция

Тримбах Рислинг Кюве Фредерик Эмиль

Эльзас, Франция

Шато де Бокастель Шатонеф-дю-Пап

Рона, Франция

Терруар Фили Премьер Ор

Сосиньяк, Юго-Запад, Франция

Шато д’Икем

Сотерн, Бордо, Франция

Теорема невозможности Батали означает, что невозможно докопаться до сути итальянского вина, поскольку Италия и вино – нечто очень сложное. Это ваш шанс добавить в наш список итальянское вино вашей мечты или воспоминаний. Вот несколько вин, на выбор которых меня вдохновили недавние поездки в Венецию и Фриули. Этот список можно продолжать бесконечно.

Родаро Паоло Ромейн Роефоско

Фриули Колли Ориентали, Фриули – Венеция – Джулия, Италия

Бастианич Калаброн

Фриули – Венеция – Джулия, Италия

Валентина Куби Морар

Амароне делла Вальполичелло классико, Венеция, Италия

Маели Эстейт Фиор д’Арачио DOGG

Colli Euganei, Венеция, Италия

Кантина Продуттори Кормонс Вино делла Пейс

Кормонс, Фриули – Венеция – Джулия, Италия

Вспомнив о Шато Мусар, почему бы нам не добавить в коллекцию чуть больше натуральных вин? Например, Мусар производит белые вина и недорогие красные вина из более молодых виноградных лоз. И не стоит забывать о натуральных винах из Грузии, если сможете их найти. Наши любимые – Саперави из Готса, Уайнс, «Слеза Фазана» и чудесное Ркацители, изготовленное монахами в Алавердском монастыре, где вино производят с 1011 г.

Далее идет Испания. Здесь так много великих вин. Мы должны добавить еще несколько в нашу коллекцию, начиная с Торрес Мас Ла Плана, насыщенного Каберне Совиньон одного виноградника из региона Пенедес. И как я мог забыть о Manzonos Wines Voche Seleccion Old Vines Graciano из Риохи? Список прекрасных испанских вин можно продолжать до бесконечности. Выберите свои любимые и не забудьте добавить кое-что из неподражаемых белых вин из Rias Baixas.

Но как же мы уедем из Испании без хереса? Я помню о нашей футбольной метафоре с Эль-Классико. Нет проблем. В лавке полно хереса, а за углом вы можете найти и другие его экземпляры. Вот вам несколько вариантов на выбор. Don Zoilo PX, которое я добавил в список, подавали после фантастических блюд из морепродуктов в ресторане «Мадоннина дель Пескаторе» в Сенигаллии, на итальянском Адриатическом побережье. Просто фантастично.

Тио Пепе Муи Секо Паломино Фино Шерри

Херес, Испания

Осборн Вери Олд Рэя Педро Хименес Виеджо Шерри

Херес, Испания

Гонсалез Биасс, Файнест Драй Пало Кортадо 1987 Винтаж Шерри

Херес, Испания

Уильям энд Хумберт Дон Зойло Педро Хименес 12-летний шерри

Херес, Испания

Португалия – маленькая страна, о чем вам скажут все, если вы соберетесь туда, но она огромна, когда дело касается вина. Еще портвейна? Да, пожалуйста, и мадеру тоже. И еще не стоит забывать о замечательных тихих винах. Вот несколько видов, чтобы разбудить ваш аппетит. Нам со Сью очень нравится Грэхэмс Тони с сыром Стилтон, который мы попробовали в фантастическом ресторане на винодельне, расположенном на реке, с видом на Порто. И мы никогда не забудем, как простые виноделы из Adega Cooperative Vidigueira приветствовали нас пением в Эвора, пока мы пили их вино и произносили тосты на банкете, посвященном экологичному виноделию. Их традиционное полифоническое пение оказалось столь же незабываемым, как и полное свежести белое вино.

Грэхэмс 20-летний Тон Портвейн

Дуоро, Португалия

Куинта до Везувио DOC

Дуоро, Португалия

Бродбент 10-летний Малмси

Мадера, Португалия

Adega Cooperative Vidigueira Vila dos Gamos DOC

Алентехо, Португалия

Мы подружились со многими людьми и приобрели невероятно интересный опыт в ЮАР. Эта винная страна расположена очень далеко от США, но ее вина нашли отклик в наших сердцах. Вот несколько вариантов, которые вы захотели бы добавить в нашу коллекцию.

Спрингфилд Эстейт Методе Ансиенне Каберне Совиньон

Робертсон, ЮАР

Джордан найн Уардс Шардоне

Стелленбос, ЮАР

Старк-Конде Три Пайнс Каберне Совиньон

Джонкершоек Воллей, Стелленбос, ЮАР

Дурбанвилл Хиллз Ринофилдс Совиньон Блан

Дурбанвилл Хиллз, ЮАР

Поль Клюве Найн Флэгс Пино Нуар

Элгин, ЮАР

Вилафонте Сериз М (или Сериз С!)

Стелленбос, ЮАР

Жубер-Традоу Шираз

Традоу Воллей, ЮАР

Знакомство с винами новых широт привело нас на Бали, в Таиланд и Индию, но, думаю, вы не удивитесь, что существуют другие тропические и субтропические регионы, которые производят вина, достойные вашего внимания. Самым необычным из них оказался Улупалакуа Шираз из Мауи, Гавайи. Гавайское вино, должно быть, производится из ананасов. И да, на Мауи действительно есть вино из ананасов, и оно гораздо лучше, чем вы можете себе представить. Но на склонах холмов у моря растет и сорт Сира (Шираз), и это тоже вас удивит.

Ванг Далат Кардинал

Далат, Вьетнам

Улупалакуа Уайнярдс Шираз

Округ Мауи, Гавайи

Сэлтон Интенсо Спарклинг Брют

Серра-Гауча, Бразилия

Некоторые из лучших китайских вин уже попали в нашу коллекцию, но, возможно, вы захотите заменить их другими винами. Если вы хотите дополнить коллекцию высококлассными винами, я рекомендую вам любое вино из Грейс Уайнярдс. Но очень важно иметь представление о винах, созданных крупнейшими производителями, Чангюй (и вина этой компании есть в Берри Брос энд Рад) и «Великая стена».

Несколько лет назад австралийская винная индустрия составила долгосрочный план, в котором рассматривается многоступенчатый подход к установлению господства на глобальном винном рынке. Первой целью было вывести дорогие и успешные вина в верхние сегменты рынка. Но настоящим вызовом стало продвижение на рынок простых вин, которые должны были представлять бренд «Австралия». Между Грэйнджем и Хилл оф Грейс, занимающими верхние полки супермаркетов, и недорогими и простыми автралийскими винами, расположившимися на нижних полках, раскинулся целый винный мир. Я предлагаю вам выбрать свои любимые. Вот несколько предложений.

Ялумба Виргилиус Вионьер

Иден Воллей, Австралия

Сеппелтсфилд 100-летнее Пара Винтаж Тони

Баросса Воллей, Австралия

Рокфорд Баскет Пресс Шираз

Баросса Воллей, Австралия

Хентли Фарм Стрей Монгрель

Баросса Воллей, Австралия

Хахндорф Хилл Уайнери Грюнер Велтлайнер

Аделаидские холмы, Австралия

Джим Барри Армах Шираз

Клэр Воллей, Австралия

Ялумба Сигниче Шираз-Каберне Совиньон

Баросса Воллей, Австралия (Роберт Хилл Смит предлагает попробовать винтаж 1975 и 1995 гг.)

Воспользуйтесь также возможностью добавить в свою коллекцию вина, произведенные в прохладном климате, из Англии, Уэльса или Тасмании (игристые вина Янс (Jansz), возможно, проще всего отыскать в США). Существует много вин, произведенных в условиях прохладного климата, например такие, как Нова Скотия в Канаде или Скандинавия. Вина также производятся в Норвегии, Швеции и Дании! Кто бы мог подумать?

Вас ждет еще много вин, пока вы любуетесь Южным Крестом. И хотя вы просто можете выбрать свой любимый Совиньон Блан или Пино Нуар из Новой Зеландии, Каберне или Шардоне из Чили или Мальбек из Аргентины, я советую вам пополнить коллекцию другими винами, которые не вписываются в стереотипы, выработанные для этих стран. Например, мне нравится Рислинг из Флэмингхема в Новой Зеландии и вина из долины Био-Био в Чили. Линия Бонарда из Аргентины, представляющая интересные красные или белые купажи, тоже стоит того, чтобы потратить время на поиски.

У вас еще осталось место? Если да, то вам стоит добавить свои любимые калифорнийские вина, аристократические, как Стэгс Лип, и демократичные, как Ту Бак Чак. Нам со Сью особенно нравятся вина из Тре Соборес и Фрогс Лип, а также Ларкмид и Кейн Файв, но на самом деле, существуют сотни вин, достойных вашего внимания.

Еще больше Рислинга! На свете существует так много отличных Рислингов, от сухого, полусухого и заканчивая сладким. Надеюсь, вы любите Рислинг, как и я, и найдете местечко для парочки ваших любимых бутылок! Не можете выбрать? (Или еще не открыли для себя радость Рислинга?) Возможно, вам стоит купить билет в Сиэтл на следущее «Свидание с Рислингом» в 2019 г.!

Наша гонка «Пушечное ядро» показала нам континент, до краев наполненный интересными винами и историями о них. Вот еще несколько вин для вас.

Эйри Вайнъярд Ориджинал Вайнс Пино Нуар

Данди Хилз, Орегон

Сандхилл Уан Фэнтом Крик Вайнъярд

Оканаган Воллей, Канада

Филдинг Хиллз Уайнери Каберне Франк

Вахлук Слоуп, Вашингтон

Корлисс Шираз

Колумбия Воллей, Вашингтон

Рейнингер Уайнери Карменер

Колумбия Воллей, Вашингтон

Корвус Селларс SPS

Ред Маунтин, Вашингтон

Хедгес Фэмили Эстейт Ред Маунтин

Ред Маунтин, Вашингтон

Хьюстон Уайнярдс Чикен Диннер Ред

Снейк Ривер Воллей, Айдах

Каллахан Уайнери Падрес

Элгин, Аризона

Грут Уайнери Гранд Розе

Нью-Мексико

Мы путешествовали по винному миру в поисках приключений, но не могли посетить все интересные места, поэтому, если у вас еще осталось место в коллекции, добавьте следующие вина. Турция тоже обладает довольно долгой винной историей. Белое вино «Эмир» стоит того, чтобы попробовать его, как и многие другие вина, произведенные из сотен туземных сортов винограда. Уругвай и Перу тоже производят замечательные вина, что и следовало ожидать, поскольку это бывшие испанские колонии, и у нас не было времени посетить Австрию и Венгрию или Словению, Словакию, Хорватию или Чехию. Румыния и Молдова? В следующей книге – обещаю! И Япония тоже – вино Кошу из японской винодельни Грей находится в списке моих предпочтений. Берри Брос энд Рад – идеальное место, чтобы заполнить наш винный ящик, но вам совсем не обязательно ехать в Лондон, чтобы познакомиться с миром вина. Так много вин, так мало времени. Если перефразировать Джонсона, человек, уставший от вина, устал от жизни. А вы не кажетесь мне уставшими!

Победа или Поражение?

В этом путешествии мы получили много впечатлений и, надеюсь, многому научились. Проиграли мы пари или выиграли? Чтобы ответить на этот вопрос, я должен в последний раз обратиться к знаменитому роману Жюль Верна. Филеас Фогг выиграл пари, о чем мы все хорошо помним, но могли забыть о том, что, стремясь преодолеть тысячи миль, он не задумывался о победе или поражении, потому что на этом пути он обрел нечто более ценное, чем огромные деньги. Он обрел счастье, и этой победы ему было достаточно.

В самом начале я сказал, что каждое вино рассказывает свою историю и каждая бутылка из нашей коллекции должна внести свой вклад в коллекцию историй. И, думаю, в этом мы преуспели. Но затем я сказал, что есть еще более важная цель – сложить все истории, словно мозаику или фрагменты картин Сера, чтобы узнать истину. Но тогда я еще не знал, в чем заключается истина. Но теперь знаю.

Главная сила и правда вина в том, что оно делает нас счастливыми. Счастливыми, как Филеас Фогг. Это чудесный и бесценный дар, потому что нам совсем не обязательно объезжать вокруг света, чтобы обрести его!

Главная сила и правда вина в том, что оно делает нас счастливыми. Счастливыми, как Филеас Фогг. Это чудесный и бесценный дар, потому что нам совсем не обязательно объезжать вокруг света, чтобы обрести его!

А я счастлив, потому что путешествие оказалось очень интересным, и рад, что вы согласились отправиться вместе со мной (и не покинули меня до последней страницы). Разве не чудесно, что мир полон таких замечательных вин, людей и историй. Победа или поражение? Это все равно что спросить, стакан наполовину полон или наполовину пуст. Мой совет? Выпейте этот бокал и откройте еще одну бутылку. Ваше здоровье!

Об авторе

Майк Весет – крупный специалист на международных винных рынках, который путешествует по всему миру, изучая винную экономику и выступая с лекциями перед винодельческими группами. О своих исследованиях он сообщает в своем блоге The Wine Economist (WineEconomist.com) и в многочисленных книгах, включая «Винные войны», «Экстремальное вино» и «Деньги, вкус и вино: Это сложно!» Gourmand International признал The Wine Economist «Лучшим в мире» винным блогом» в 2015 г., а «Деньги, вкус и вино: Это сложно!» получило награду за «Лучшее в мире произведение о вине» в 2016 г.

Список вин

Вина людей

Мутон Каде Руж

Бордо, Франция

Жорж Дюбёф Божоле Нуво

Божоле, Франция

Риюнайт Ламбруско

Эмилия-Романья, Италия

Кюве дю Президент

Алжир

Матеуш Розе

Португалия

Четыре Кузена Свит Розе

Южная Африка

Чарльз Шоу Шардоне

Калифорния

Тио Пепе Муи Секо Паломино Фино Шерри

Херес, Испания

Благородные вина

Шато Петрюс

Бордо, Франция

Маркези Антинори Кьянти Классико Ризерва DOOCG

Тоскана, Италия

Шато Мусар

Бекаа Воллей, Ливан

Вега Сисилия Юнико

Рибера дель Дору, Испания

Сандеман Винтаж Порт

Дору, Португалия

Канонкоп Блэк Лейбл Пинотаж

Стелленбос, ЮАР

Пенфолдс Гпейндж Бин 95 Шираз

Южная Австралия, Австралия

Хеншке Хилл оф Грейс Шираз

Иден Воллей, Австралия

Домен А Каберне Совиньон

Коул Ривер, Тасмания, Австралия

Николас Катена Сапата Каберне Совиньон-Мальбек

Мендоса, Аргентина

Джордан Найн Ярдс Шардоне

Стелленбос, ЮАР

Вилафонте Сериз М

Стелленбос, ЮАР

Старк-Конде Три Пайнс Каберне Совиньон

Джонкершоек Волле, Стелленбос, ЮАР

Поль Клюве Найн Флэгс Пино Нуар

Элгин, ЮАР

Ялумба Виргилиус Вионьер

Иден Воллей, Австралия

Ялумба Сигниче Шираз-Каберне Совиньон

Баросса Воллей, Австралия

Рокфорд Баскет Пресс Шираз

Баросса Воллей, Австралия

Джим Бэрри Армах Шираз

Клэр Воллей, Австралия

Стэгс Лип Уайн Селларс Каберне Совиньон

Напа Воллей, Калифорния

Эйри Вайнъярдс Ориджинал Вайнс Пино Нуар

Данди Хиллс, Орегон

Корлисс Шираз

Колумбия Воллей, Вашингтон

Вина, согревающие душу

Тейлор Флэдгейт LBV Порт

Дору, Португалия

Терруар Фили Премьер Ор

Сосиньяк, Юго-Запад, Франция

Шато д’Икем

Сотерн, Бордо, Франция

Осборн Вери Олд Рэя Педро Хименес Виехо Шерри

Херес, Испания

Уильям энд Гумберт Дон Зойло Педро Хименес 12-летний Шерри

Херес, Испания

Грэхэмс 20-летний Тони Порт

Дору, Португалия

Вина для Философов

Сеппелтсфилд 100-летний Пара Винтаж Тони

Баросса Воллей, Австралия

1875 Барбьето Мальвазия

Мадейра, Португалия

Венисса Венеция

Изола ди Маццорбо, Венето, Италия

Родаро Паоло Ромен Рефоско

Фриули Колли Ориентали, Фриули-Венеция-Джулия, Италия

Сильвер Хейтс Фэмили Резерв

Китай

Толпаддл Пино Нуар

Коул Ривер, Тасмания, Австралия

Пеуси Вейлс Контурс Рислинг

Иден Воллей, Австралия

Танталус Олд Вайнс Рислинг

Оканаган Воллей, Британская Колумбия, Канада

Гонсалез Биасс Файнест Драй Пало Кортадо 1987 Винтаж Шерри

Херес, Испания

Мендель Уайнс Семиллон

Мендоса, Аргентина

Роберт Мондави То Калон Фюме Блан

Напа Воллей, Калифорния

L’Ecole 41 Фергюсон Вайнъярд

Волла Волла, Вашингтон

Барбурсвилл Вайнъярдс Октагон

Вирджиния

Дидье Дагонью Силекс

Поли-Фюме, Луара, Франция

Тримбах Рислинг

Кюве Фредерик Эмиль, Эльзас, Франция

Шато де Боскатель

Шатонёф дю Пап, Рона, Франция

Спрингфилд Эстейт Методе

Ансьенн, Каберне Совиньон, Робертсон, ЮАР

Вина для романтиков

Мейсон Джозеф Друэн Шамболь-Мюзиньи «Влюбленные»

Бургундия, Франция

Маэли Эстейт Фиор д’Арансио DOCG

Колли Эвганеи, Венеция, Италия

Бродбент 10-летний Малмси

Мадейра, Португалия

2015 Руперт энд Ротшильд Баронесс Надин Шардоне

Западная Капская провинция, ЮАР

Барбурсвилл Вайнъярдс Неббиоло Резерв

Вирджиния

Бастианич Калаброн

Фриули-Венеция-Джулия, Италия

Валентина Куби Морар

Амароне делла Вальполичелла Классико, Венето, Италия

Кантина Продуттори Кормонс Вино делла Пейс

Кормнс, Фриули-Венеция-Джулия, Италия

Куинта до Везувио DOC

Дору, Португалия

Адега Кооперейтив Видигуейра

Вила дос Гамос DOC, Алентех, Португалия

Бакалхоа Москатель де Сетубал

Сетубал, Португалия

Торрес Мас Ла Плана

Пенедес, Испания

Манзанос Уайнс Воше Селессион Олд Вайнс Грасиано

Риоха, Испания

Кляйн Констанция

Вин де Констанц, Констанция, ЮАР

Weingut Donnonhoff Niederhauser Hermannshole Auslese

Нах Воллей, Германия

Рейнингер Уайнери Карменер

Колумбия Воллей, Вашингтон

Корвус Селларс SPS

Ред Маунтин, Вашингтон

Хедгес Фэмили Эстейт Ред Маунтин

Ред Маунтин, Вашингтон

Доктор Лоозен и Шато Сен-Мишель Эроика Рислинг

Колумбия Воллей, Вашингтон

Филдинг Хиллс Уайнери Каберне Франк

Вахлук Слоуп, Вашингтон

Ролланд Галаррета

Риоха, Испания

Бранкотт Эстейт Совиньон Блан

Мальборо, Новая Зеландия

Конча и Торо Касильеро дель Дьябло Карменер

Чили

Вина для любителей приключений

Домен де Баргилус Ред

Сирия

Коломе Аутенико Мальбек

Сальта, Аргентина

Сабабэй Москато д’Бали

Индонезия

Монсун Воллей Малага Блан/Коломбард

Таиланд

Сула Диндори Резерв Шираз

Насик, Индия и Сула Совиньон Блан, Насик, Индия

Грейс Вайнъярд Тасьяс Резерв Марселан 2012

Китай

Дурбанвилл Хиллз Ринофилдс Совиньон Блан

Дурбанвилл Хиллз, ЮАР

Joubert-Tradouw Шираз

Tradouw Valley, ЮАР

Ванг Далат Кардинал

Далат, Вьетнам

Улупалакуа Вайнъярдс Шираз

Мауи Каунти, Гавайи

Хентли Фарм стрей Монгрел

Баросса Воллей, Австралия

Хандорф Хилл Уайнери Грюнер Велтлайнер

Аделаидские холмы, Австралия

Грейс Вайнъярдс Кошу

Япония

Сандхилл Уан Фантом Крик Вайнъярд

Оканаган Воллей, Британская Колумбия, Канада

Хьюстон Вайнъярдс Чикен Диннер Ред

Снейк Ривер Воллей, Айдахо

Каллахан Уайнери Падрес

Элгин, Аризона

Шангри-Ла Уайнери Ао Юн

Китай

Хелан Куинг Ксюэ ДзяБейЛан Каберне купаж

Китай

Куартц Риф Пино Нуар

Центральный Отаго, Новая Зеландия

Ягос Уайн Чардаки

Чинури, Республика Грузия

Слезы Фазана Шавкапито

Картли, Ресрублика Грузия

Готса Фэмили Уайнс Саперави

Республика Грузия

Алавердский Монастырь Марани Ркацители

Республика Грузия

Праздничные вина

Шампанское Поль Роже Кюве Уинстон Черчилль

Шампань, Франция

Карпене Мальвольти Конельяно Вальдоббьядене Просекко Суперьор

Венеция, Италия

Сильвано Фолладор Вальдоббьядене Просекко Суперьор ди Картицце Брют Натуре

Венеция, Италия

Гран Кодорнью Гран резерва

Каталония, Испания

Фрейсенет Кордон Негро

Каталония, Испания

Домен Шардон (Нинся) Брют Розе

Китай

Найтимбер Классик Кюве

Сассекс, Англия

Салтон Интенсо Спарклинг Брют

Серра Гауча, Бразилия

Грут Уайнери Гранд Розе

Нью-Мексико

Благодарности

Я благодарен многим людям за их поддержку, знания и конструктивную критику, которыми они щедро делились со мной, пока я собирал материалы, а затем писал (и переписывал) эту книгу. Я обращаюсь к тем, кто причастен к той полезной информации, которую вы можете почерпнуть из этой книги, но не имеет отношения к каким-то ошибкам и недочетам, которые, возможно, присутствуют в книге.

Для начала огромное спасибо всем моим читателям, тем, кто читал мои предыдущие книги, и те, кто читает мой блог Винного Экономиста. Не могу не подчеркнуть лишний раз, сколько чудесных идей мне подбросили мои читатели и от скольких неудачных идей помогли избавиться. Особенная благодарность Кену Бернсону за его блестящие мысли и конструктивную критику. Кроме того, должен поблагодарить все винодельческие группы, приглашавшие меня с лекциями по всем США и по всему миру, дав мне возможность познакомиться с новыми людьми из мира вина, посетить новые винные регионы и попробовать замечательные вина. Спасибо также моей аудитории, проявившей огромное терпение и поддержку.

Выражаю огромную благодарность всем моим знакомым винным экспертам со всего мира и всем моим добровольным помощникам, которые отвечали на мои вопросы и в ответ предлагали мне варианты вопросов, которые мне стоило бы задавать. Я также благодарен Университету Пугет Саунд за возможность читать лекции и писать о мире вина.

Вот некоторые люди, которые заслуживают особенной благодарности, начиная с Аллана, Холдена и Пи Джея Сэппа (за то, что разделили с нами свою большую бутылку Шато Петрюс), Ловеллу и Дороти Даун, Рона и Мэри Томас, Фила и Гвен Фиббс, Кена и Розмари Уиллман, Рэнди Миллер, Ричарда Ричлеру и Бонни Мейн, Майкла и Нэнси Морель.

Огромное спасибо профессору Луиджи Галлетто и всем, с кем мы познакомились в Энологической школе Конельяно, Маттео Билсону в Вениссе и Винченцо Келли и всему нью-йоркскому персоналу Итальянской торговой миссии. Особенная благодарность Бартоломео Бродбенту и Марку Ошару, Георгию Пирадашвили, Бека Готсадзе, Яго Битаришвили, Джону Х. Вурдеману V и горячий привет Хавьеру Руису де Галаретта. Обригадо (что по-португальски означает «спасибо») Джорджу Сандеману, Луису Сотомайору, Полю Симингтону, Антонио Филипе, Антонио Аморим, Карлосу де Хесусу, Фернандо Геддесу и Эдуардо Медейро.

Спасибо всем моим южноафриканским друзьям, включая Поля Клюве и его отца доктора Поля Клюве, Карину Гоус, Мартина Муру и Альберта Герберу, Кобуса, Мейера и Шалька-Виллема Жубера, Дэни де Вет, Рико Бассону, Йохана Крига, Кэти и Гэри Джордан, Дален Стейн, Норме и Майка Рэтклифу и Филипа Ретифа.

Мой список продолжают: Раджив Самант, Эви Гозали, Али Хувер, Мариам Андерсон, Джуди Чан, Эдуард Коинтрю, Пьер Ли, Синтия Хоусон, Сюзан Мустасич, Джейн Энсон, Жан-Гийом Пратс, Брайен Вест. Благодарю также Ким Андерсон, Диану Фиббс, Роберта Хилла Смита, Стивена и Прю Хеншке, Джона Дюваля, Тома Барри, Роберта Геддеса, Питера Алтауса, Грега Джонса, Андреса Розберга, Лауру Катена, Анабель Силески и Роберто де ла Мота.

Моими североамериканскими вдохновителями стали также Фред Франсиа, Джо Франсиа, Кайлор Уильямс, Джон Уильямс, Джули Джонсон, Патрик Иган, Уоррен Уиниарски, Жан-Шарль Боссе, Джим Гордон, Джейсон Летт, Тед Базелер, Эрнст Лоозен, Боб Бертью, Дэвид Розенталь, Линда Эллер, Кирстен Эллиотт и все, с кем я познакомился в Шато Сен-Мишель. И я не могу не упомянуть о Говарде Суне, Чаке и Трейси Рейнингер, Майкле и Лауре Корлисс, Джордже Мателиче, Рэндалле и Дженнифер Хопкинс, Томе Хеджесе, Майке и Карен Уэйд, Роберте Уэйде Хансене, Самнере Эрдмане, Чарли Хоппсе, Эрике МакКиббене, Жан-Франсуа Пелле, Уэйде Вулфе, Грегге Алджере, Джиме Томссене, Стиве Рэнниклайве, Томе Коллинсе, Джоне Агуерре, Герте и Майке Трбович, Марти и Меган Клабб, Люке Пашина, Доменико Зонин. Тысяча благодарностей всем вам, а также мои извинения тем, кого я случайно мог забыть упомянуть в этом списке. Вино объединяет людей, и мне повезло познакомиться со столькими талантливыми людьми, которые стремились поделиться со мной частичкой своих знаний.

Эта книга появилась на свет не сама по себе. Я ценю профессионализм и поддержку сотрудников Rowman&Littlefield, которые сделали это возможным: главный редактор Сюзан МакЭчерн, выпускающий редактор Дженн Швитцер, технический редактор Том Холтон, наборщица Ванда Дитч и корректор Бет Ричардс.

И наконец, самая большая благодарность (и объятия и поцелуи) моей боевой подруге и редактору блога Винного Экономиста Сью Весет.

Избранная библиография

Здесь представлены несколько моих любимых ссылок среди множества источников, использованных в процессе написания этой книги (ознакомьтесь с концевыми сносками для более полной информации). Все эти книги достойны того, чтобы их прочесть!

Катена Лаура. Вино Аргентины: Внутренний путеводиель по винам и винным областям Аргентины. San-Francisco: Chronical Books, 2010.

Д’Агата, Ян. Местные сорта винограда Италии. Berkley: University of California Press, 2014.

Фабрицио, Джанни, Элеонора Гуерини и Марко Сабеллико (редакторы). Итальянские вина 2015. New York: Gambero Rosso, 2014.

Фанет, Жак (пер. с фр. Флоренс Браттон). Великие винные терруары. Berkley: University of California Press, 2004.

Гарильо, Джанкарло и Фабио Гиавидоне (редакторы). Путеводитель по медленному вину 2014. Bra, Italy: Slow Food Editore, 2013.

Геддес, Роберт Австралийский винный винтаж 2014. Adelaide, Australlia: Geddes A Drink Publications, 2013.

Хагер, Джон Уинтроп. Рислинг возрожденный: Смелый, яркий и сухой. Berkley: University of California Press, 2016.

Ханкок, Дэвид. Океаны вина: Мадера и появление американской торговли и вкуса. New Haven, CT: Yale University Press, 2009.

Хескетт, Рэндалл и Джоел Батлер. Божественный винтаж: Следуя по винной тропе от сотворения мира до наших дней. New-York: Palgave Macmillan, 2012.

Хилтон, Джеймс. Потерянный горизонт. New York: William Morrow, 1993.

Джеймс, Тим. Вина новой Южной Африки: Традиция и революция. Berkley: University of California Press, 2013.

Клэдстрап, Дон и Пети. Вино и война: Французы, нацисты и сражение за величайшее сокровище Франции. New York: Broadway Books, 2001.

Лофтс, Грэм. Сердце и душа: Первые австралийские семейные винодельни. Melbourn: John Wiley&Sons Australlia, 2010.

Маунт, Ян. Виноградник на краю света: Виноделы Маверик и возрождение Мальбека. New York: Norton: 2011.

Мустасич, Сюзан. Жаждущий дракон: Страсть Китая к Бордо и угроза лучшим мировым винам. New York: Henry Holt, 2015.

Пейдж, Мартин. Первая глобальная деревня: Как португальцы изменили мир. Alfagide Portugal: Casa das Letras, 2002.

Палин, Майкл. Вокруг света за 80 дней. London: BBC Books, 1989.

Петерсон, Ричард Г. Винодел. Loch Lomond, CA: Neadowlark Pablishing, 2015.

Филлипс, Род. Французское вино: История. Berkley: University of California Press, 2016.

Пиготт, Стюарт. Лучшее белое вино на земле: История Рислинга. New York: Abrams, 2014.

Пинни Томас. Американские виноделы. Berkley: University of California Press, 2012.

Питт, Жан-Роберт (пер. на англ. М. Б. Дебуа). Бордо/Бургундия: Винтажное соперничество. Berkley: University of California Press, 2008.

Плэттер, Джон и Эрика. Африка без пробки: Путешествия на территорию экстремального вина. South San Francisco: Wine Appreciation Guild, 2002.

Робинсон, Дженсис и Линда Мерфи. Американское вино: Подробный гид по винам и винодельням США. Berkley: University of California Press, 2013.

Робинсон, Дженсис, Джулия Хардинг и Хосе Вуилламос. Винный виноград. New York: HarperCollins Ecco, 2012.

Табер, Джордж. Откупоривать или не откупоривать. New York: Scribner, 2007.

Тейз, Терри. Читая между винами. Berkley: University of California Press, 2010.

Верн, Жюль. Вокруг света за 80 дней. New York: Sterling, 2008.

Майк Весет – заслуженный профессор кафедры Международной политической экономии в Университете Пугет Саунд и входит в совет попечителей. В 2010 г. получил награду Профессор года из Вашингтона. Обладает степенью бакалавра в математике и экономике Университета Пугет Саунд и степенью магистра и доктора философии в экономике в универстите Пердью. Когда Майк не путешествует по миру в поисках новых тем для своих книг о вине, он живет в Такоме, Вашингтон, с женой Сью Весет и котом Мутчем.

Примечания

1

Информация о Реформ-клубе взята с веб-сайта клуба, который можно найти на http://www.reformclub.com (доступно с 29 июля, 2014).

2

«В Средние века вина в Британии было предостаточно, и оно было относительно дешевым», отчеты Оксфордского гида по вину. «Вина из Германии, Португалии, Испании, Италии, Греции, островов Средиземноморья и Святой земли можно встретить в тавернах Лондона, как и вина из Франции». Дженсис Робинсон, редактор, Оксфордский гид по вину, 3-е изд. (New-York: Oxford University Press, 2006). Эта цитата взята из статьи «Британское влияние на вино», которую можно найти онлайн на http://www.jancisrobinson.com/ocw/detail/british-influence-on-the-wine-trade (доступно с 30 июля 2015 г.)

3

Жюль Верн, Вокруг света за 80 дней (New-York: Sterling, 2008).

4

Я рассказал историю о том, как современный Лондон стал «центром земли» для винной торговли, аукционов и средств массовой информации, в своей книге «Винные войны» (Lanham, MD: Rowman&Littlefield, 2011). Берри Брос энд Рад также упомянуты в этой книге, как и линия супермаркетов Теско, которые в то время были крупнейшими продавцами вина.

5

Майкла Палина можно посмотреть на DVD, как описано здесь: http://www.imdb.com/title/tt0096536 (доступ с 31 июля 2015). Палин написал книгу об этих съемках, которую очень интересно читать. Майкл Палин, Вокруг света за 80 дней (London^ BBC Books, 1989).

6

Вдохновением для этой главы послужила великолепная книга Джин-Роберт Питт «Бордо/Бургундия: Винтажное соперничество», перевод на английский М. Б. Дебуа (Berkeley: University of California Press, 2008). На обложке книги изображены два типа бутылок.

7

Дженсис Робинсон описала физические ощущения от бургундских и бордоских вин в сериях своей телепередачи на BBC «Винный курс Дженсис Робинсон».

8

Я писал об этих больших винных коробках в моей книге 2015 г. «Деньги, вкус и вино: Это сложно!» (Lanham, MD: Rowman&Littlefield, 2015).

9

Питт, «Бургундия/Бордо», с. 41–42.

10

Я писал о характерном для Бордо денежном безумии, ежегодной предпродажной кампании для вин категории Premeur в книге «Деньги, вкус и вино: Это сложно!»

11

Ричард Вудард, «Вина Анри Жайе – одни из самых дорогих в мире», Декантер онлайн (август 10, 2015), http://www.decanter.com/wine-news/henri-jayer-rops-drc-as-worlds-most-expensive-wine-270029 (допуск с 10 августа 2015).

12

Элейн Скиолино, «Сладкая победа Бургундии», New-York Times (20 августа, 2015), с. D7.

13

Wine-searcher.com сообщает о средней цене в $1964 за стандартную бутылку Петрюс 1994 г., поэтому сложно представить, сколько стоит большая винная бутыль! В сравнении с этим вином бургундские «Влюбленные» – это выгодная покупка со средней ценой около 400 долларов. Высокая репутация этих регионов связана с высочайшим качеством и редкостью их первоклассных вин.

14

Бургундские вина производятся с применением традиционного брожения, иногда с использованием целых гроздей винограда, в то время как для производства Божоле применяют карбоническую мацерацию, где целые виноградины ферментируются в анаэробной среде и начальное брожение происходит внутри самих ягод!

15

Части этой главы основываются на материалах доклада, с которым я выступал на конференции «Вино 2015», спонсором которой был Итальянский торговый комитет, и проходила конференция в феврале 2015 г. Благодарю Итальянский торговый комитет за поддержку. Моим знакомым, помешанным на экономике, понравится, что название этой главы было навеяно Теоремой Невозможности Эрроу, которая стала одним из важнейших достижений экономической теории благосостояния в XX в.

16

Ян д’Агата «Местные сорта винного винограда в Италии» (Berkeley: University of California Press, 2014).

17

Дженсис Робинсон, Джулия Хардинг и Жозе Вуилламос, «Винный виноград» (New-York: HarperCollins Ecco, 2012).

18

Джанни Фабрицио, Элеонора Гуерини и Марко Сабеллико (редакторы) «Итальянские вина 2015» (New-York: Gambero Rosso, 2014).

19

Майк Весет, «Деньги, вкус и вино: Это сложно!» (Lanham, MD: Rowman&Littlefield, 2015).

20

Андреа Сегер и Джеральд Б. Уайт, «Продвижение итальянского вина на рынок США: тематическое исследование Canteen Riunite» под ред. А. Киаду, «Виноградарство и винная экономика» (Amsterdam: Elsevier, 2012).

21

Как и многие другие вина, Ламбруско может быть простым или утонченным; Кантина Делла Вольта производит вино, которое каждый год получает награду Тре Биккьери.

22

Джордж Тейбер, «Откупоривать или не откупоривать» (New-York: Scribner’s, 2007).

23

Майкл Весет, «Горы долгов» (New-York: Oxford University Press, 1990).

24

Рендэлл Хескетт и Джо Батлер, «Божественный винтаж: Вперед по винной тропе от истоков до наших дней» (New-York: Palgrave Macmillian, 2012).

25

Майк Весет, «Винные войны» (Lanham, MD: Rowman&Littlefield, 2011).

26

Дон и Пети Клэдстрап, «Вино и война: Французы, нацисты и битва за главное сокровище Франции» (New-York: Broadway Books, 2001).

27

Ссылки из этого параграфа включают книги: Андреан Уильямс «Давить виноград под сгустившимися тучами Сирийской войны», Аль Джазира (7 июня, 2014); Генри Сэмюэль, «На сирийских виноградниках изготавливается самое опасное вино в мире», The Telegraph (28 июня, 2015 г.) и Сюзанн Мустасич «Вина войны», Wines Spectator (11 ноября, 2014).

28

Хескетт и Батлер, «Божественный винтаж», с. 160

29

Хескетт и Батлер, «Божественный винтаж», с. 155. Я писал о культурных элементах французского колониального правления в моей книге 2005 г. «Globaloney».

30

Источники для этой части главы включают: Джейми Гуд и Сэм Харроп, «Аутентичное вино: В сторону натурального и экологичного виноделия» (Berkley: University of California Press, 2011); Элис Фейринг «Список культовых вин (в экологичном стиле), Линия Фейринг (22 мая, 2013) и «Итак Шато Мусар абсолютно натурально и экологично», Вино, естественно (ноябрь 23, 2010). В уважительных отзывах о Серже Ошаре после его смерти упоминается о его вкладе в развитие движения запроизводства экологичного вина.

31

Ищите более подробный отчет о том, что мы узнали о винных войнах в Грузии в моей следующей книге.

32

Для интересного знакомства с этим винным регионом см. «Откупоривая Кавказ: Вина из Турции, Армении и Грузии» Мэтта Хорки и Чарин Тан (Exotic Wine Travel, 2016).

33

Особая благодарность Бартоломео Бродбенту за подробный рассказ о том вине 1984 г.

34

Интересную дискуссию об истории развития алжирского виноделия можно найти в книге Джулио Мелонии, Джона Суиннена, «Взлет и падение крупнейшего в мире винного экспортера и его институциональное наследие». Journal of Wine Economics 9:1 (2014) с. 3–33. Род Филлипс также обсуждает взлет и падение Алжира в книге «Французское вино: История» (Berkley: University jf California Press, 2016).

35

Мелони и Суиннен, «Взлет и падение», с. 11.

36

Мелони и Суиннен спорят о том, что регулирование апелласьонов – это наследие алжирской винной индустрии в современном мире.

37

Джон и Эрика Плэттер, «Африка без пробки: Путешествия на территорию экстремального вина» (Южный Сан-Франциско: Гильдия ценителей вина, 2002), с. 33–35.

38

Я рассказывал, как футбол стал футбольной ассоциацией, а затем европейским футболом, в своей книге 2005 г. «Globaloney».

39

Эта информация взята из вступления к главе «Риоха» в Оксфордском гиде по вину, 4-е изд., под ред. Дженсис Робинсон и Джулии Хардинг (New-York: Oxford University Press, 2015), с. 614–616.

40

См. «Вега Сисилия, легенда Рибера дель Дуэро» Луиса Гуетерреса на JancisRobinson.com (30 января, 2012), http://www.jancisrobinson.com/articles/vega-sicilia-a-ribera-del-duero-legend (доступ 24 сентября, 2015).

41

Гуэтеррес, «Вега Сисилия, легенда Рибера дель Дуэро».

42

Итальянский метод изготовления игристых вин также называется Шармат (метод массового производства игристых вин).

43

Этот параграф взят из статьи о портвейне из Оксфордского гида по винам, 3-е изд., под ред. Дженсис Робинсон (New-York: Oxford University Press, 2006).

44

Мартин Пейдж, «Первая глобальная деревня: Как португальцы изменили мир» (Alfagide, Portugal: Casa das Letras, 2002).

45

Дэвид Хэнкок, «Океаны вина: Мадера и вторжение американской торговли и вкуса» (New Haven, CT: Yale University Press, 2009). Известный историк Хэнкок заинтересовался этой темой, когда его запланированный солнечный отпуск в Фуншале был испорчен. Желая чем-нибудь себя занять, он посетил винодельни, где производят мадеру, и отыскал замечательную тему для своей книги.

46

Я написал об этом вине, которое пробовал дважды, в своей книге «Экстремальное вино» 2013 г.

47

Я написал о Лансароте в первой главе своей книги «Экстремальное вино» 2013 г. и не могу противостоять искушению, чтобы не упомянуть об этом и здесь. Информация для этого параграфа взята из того источника.

48

Для более полного описания см. книгу Жака Фане (пер. с фр. Флоренс Браттон) «Великие винные терруары» (Berkley: University of California Press, 2004), с. 226–27.

49

Особая благодарность Гвен и Филу Фиббс за их оперативную работу в Лансароте.

50

Джон и Эрика Плэттер Африка без пробки: Путешествие на территорию экстремального вина. (San Francisco: The Wine Appreciation Guild, 2002).

51

Винный блог Луизы Лики можно найти: http://www.zabibu.org (доступ с 23 ноября, 2015).

52

В Financial Times была напечатана история в номере от 20 ноября 2015 г. об элитном туризме в этом проекте (http://www.ft.com/intl/cms/s/0/e56aeb9c-8f06–11e5–8be4–3506bf20cc2b.html#slide0, доступ с 23 ноября, 2015). По цифрам: пятидневный тур – 14 188$ на человека, включая 3750$ – пожертвование Институту Турканской котловины.

53

Клайв Куксон, «Завтрак с FT: Ричард Лики», Financial Times (5 декабря, 2015), http (доступ с 5 декабря, 2015).://www.ft/com/intl/cms/s/0/1ecd7040–99b0–11e5–9228–87e603d47bdc.html

54

Тим Джеймс «Вина новой Южной Африки: Традиции и революция» (Berkley: University of California Press,2013) с. 23. Книга Джеймса – отличный источник информации для тех, кто хочет больше узнать о современном южноафриканском виноделии.

55

В честь губернатора Стелла был назван город Стелленбос, важный научный и винный центр.

56

Вы можете узнать об этом более подробно в последней главе моей книги «Экстремальное вино» 2013 г.

57

Если бы в тот день я выбрал другой маршрут, то прошел бы мимо другого поселения, где растет виноград и делают вино! BBC News рассказывают о небольшом производстве на винодельне в Ньянга-Ист около Кейптауна. См. Пумза Фихлани «Виноград, выращенный в южноафриканских негритянских поселениях», BBC News (декабрь 10, 2015), http://bbc.com/news/world-africa-24592529.

58

Южноафриканская винная индустрия, очевидно, не может разрешить национальные проблемы, но, как я писал в последней главе «Экстремального вина», многие винодельни делают все возможное, чтобы улучшить нынешние условия и создать перспективы для своих рабочих и объединений.

59

Жубер рассказал, что одно из его секретных преимуществ в производстве Руперт энд Ротшильд Шардоне – это доступ к замечательному винограду с его семейных виноградников в Барридейле.

60

Обсуждение Четырех Кузенов основывается на научной работе Филиппа Ретифа и Мари-Лин Фоксфорт «Рост потребления вина на развивающихся рынках ЮАР» (январь 2009). Диссертация Фокскрофт доступна на http://www.capewineacademy.co.za/dissertations/capewinemaster_foxcroft_growing_wine_consumption.pdf (ноябрь 27, 2015).

61

Фокворт сообщает, что концентрированный сок добавляется в некоторые вина, чтобы смягчить их и снизить содержание алкоголя.

62

Путеводитель Плэттеров 2014 г. описывает красное вино Четыре Кузена, как «восхитительно простое» и идеальное для браай (южноафриканская разновидность барбекю). Игристое Совиньон Блан было удостоено особого приза.

63

Дженсис Робинсон, «Вина новых широт» (май 31, 2004), http://www.jancisrobinson.com/articles/new-latitude-wines (доступ с 21 декабря, 2015).

64

Части параграфа взяты из моей книги «Экстремальное Вино» 2013 г. и статьи «Вина Саба Бэй из Бали: Новые широты, новые вкусы, новые рубежи» Али Хувера, которая была опубликована на WineEconomist.com 26 августа 2014 г., http://wineeconomist.com/2014/08/26/sababay (доступ с 21 декабря 2015).

65

Хорошо, что ж, я знал это с тех пор, как тема «воздействие вина на перемены в обществе» нашла отражение в заключительной главе моей книги «Деньги, вкус и вино: Это сложно!» 2015 г.

66

«Малага Блан» в книге Дженсис Робинсон, Джулии Хардинг и Хосе Вуилламоса «Винный виноград» (New-York: Ecco/HarperCollins, 2012), с. 568.

67

Некоторые части параграфа взяты из моей книги 2013 г. «Экстремальное вино».

68

Два отличных описания винной компании «Сула» и Раджива Саманта представлены в работе Эрика Беренштейна «Поворот Индии к вину» Wine-Searcher.com (октябрь 29, 2012), http://www.wine-searcher.com/m/2012/10/sula-vineyards-turning-india-on-to-wine (доступ с 26 декабря 2015) и Маргарет Ригольезо «Мумбайский Мондави», Stanford Magazine (январь/февраль 2004), http://alumni.stanford.edu/get/page/magazine/article/?article_id=36274 (доступ с 26 декабра 2015).

69

На самом деле сорт Томпсон Сидлис используется для трех целей – употребления в свежем виде, изготовления изюма или довольно приличного, можно даже сказать изысканного столового вина.

70

Ананд Нарасиман и Апарна М. Догра, «Тематическое исследование: Развитие индийского вкуса к вину», Financial Times (5 декабря 2011), http://www.ft.com/intl/cms/s/0/477c27f0–04ab-11e1–91d9–00144feabdc0.html1#axzz3vTGApGdu (в доступе с 26 декабря, 2015).

71

Джеймс Хилтон, «Потерянный горизонт» (New-York: William Morrow, 1993). Кстати, ссылка на махараджу Чандрапура совсем не случайно. Чандрапур – вымышленная территория в романе Е. М. Фостера «Путь в Индию».

72

Главные источники, которые я использовал в этом параграфе: «Жаждущий дракон: Страсть Китая к Бордо и угроза лучшим мировым винам» Сюзан Мустасич (New York: Henri Holt, 2015), «Виноделие в Шанги-Ла» Джима Бойса в февральском выпуске «Meininger’s Wine Business International» 2016, с. 38–40.

73

По официальному согласию на момент слияния компания называлась Моет Хеннесси Луи Виттон с аббревиатурой LVMH.

74

Дэвид Роач и Ворвик Росс, «Красное наваждение» (Lion Rock Films, 2013).

75

Возможно, речь идет о Wuha, в глубине территории Внутренней Монголии, на краю пустыни Гоби, где находится винодельня Шато Хансен, производящая знаменитые вина. См. Эндрю Роуз «Шато Хансен: Добро пожаловать в пустыню Гоби» Decanter. Com (май 1, 2014), http://www.decanter.com/features/chateau-hansen-welcon-to-the-gobi-desert-245923 (доступ с 8 января 2016)

76

Дженсис Робинсон посетила Нинся в 2012 г. Ее информативные отчеты можно найти на ее веб-сайте JancisRobinson.com, http://jancisrobinson.com/articles/chinas-nost-promising-wine-province (доступ с 8 января 2016).

77

Мой личный опыт от вина Чангюй несколько отличается от опыта Сунь Ятсена. Как я писал в «Винных войнах», мое первое знакомство с Чангюй или вообще любыми китайскими винами состоялось несколько лет назад, когда Брайен Бест привез мне бутылку Чангюй Каберне Совиньон 1999 г., вернувшись после окончания семестра в Пекине. Я открыл его на вечеринке, которую мои студенты устроили в честь окончания семестра, и вино Чангюй стало звездой вечера благодаря своему особенному вкусу. В Интернете я нашел отзывы на вино, в которых его аромат описывется как сочетание запахов пепельницы, кофейной гущи и засохшей мочи. Существует много причин для разнообразного качества вина, написал я, поскольку цепочки поставок столь раздроблены, а потребительские ожидания низки. Плюс ко всему сильное влияние оказывает и расположение: близость к Желтому морю означает высокую влажность и склонность виноградных лоз к появлению плесени и грибковых заболеваний.

78

См. «Логистический ужас» китайского вина от Моет» Патрик Шмидт, The Drinks Business (июнь 2016) на сайте www.thedrinksbusiness.com/2016/060moets-chinese-wine-a-logistical-nightmare (в доступе с 8 июня 2016).

79

Общее описание истории Пенфолдс и Грэйндж можно найти на веб-сайте компании: http://penfolds/com/en-us/heritage-and-winemaking/the-story-of-grange (в доступе с 4 марта 2016). Меня особенно впечатлило видео, в котором рассказывается об истории вина, и рассказывает о ней Рассел Кроу!

80

Сегодня портвейн должен производиться в Португалии, а херес – в Испании, согласно современным правилам наименований вин, хотя некоторые исключения из правил все же остались. Так, одно из нескольких американских игристых вин, называющих себя шампанскими винами, является наиболее дешевым: Кукс Калифорния Шампань.

81

Мы смогли попробовать такие вина 1949, 1921 и 1913 гг. во время поездки на старинную винодельню Сеппелтсфилд, и они произвели на нас неизгладимое впечатление.

82

Шуберт

83

Роберт Геддес, «Австралийское винтажное вино», 2014 (Australia: Geddes A Drink Publications, 2013) с. 48.

84

Мое обсуждение Хеншке и Хилл оф Грейс напрямую связано с книгой Грэма Лофта, «Сердце и душа: Первые винодельческие семьи Австралии» (Melbourn: John Wiley&Sons Fustralia, 2010).

85

В «Экстремальном вине» я писал об истории австралийского винного бума и спада.

86

Информация для этого параграфа взята из нескольких колонок, появлявшихся в The Wine Economist в 2015 г.

87

Я слышал точно такую же пословицу здесь, в США, и она тоже имеет значение: богатство, полученное в одном поколении, будет потеряно третьим.

88

«Беглый взгляд: Влияние редких и дорогих вин на глобализацию виноделия», Shanken News Daily, март 25, 2015, http://shankennewsdaily.com/index.php/2015/03/25/12004/impact-seminar-snapshot-treasury-wines-clarke-on-the-globalization-of-wine-marketing (доступ с 7 марта, 2016).

89

История компании «Сауткорп» создана на основе анализа инфомации FundingUniverse.com, http://www/fundinguniverse.com/company-histories/Southcorp-limited-history (доступ с 6 марта, 2016).

90

Мы гостили у виноградарей из долины Баросса в Бликенстол Баросса Воллей Ритрит на Райфл Рэйндж Роуд в Танунде.

91

Стивен Брук, «Лучшее Пино Нуар за пределами Бургундии», Decanter.com, http://www.decanter.com/wine-reviews-tastings/best-pino-noir-wines-outside-burgundy-296918 (доступ с 4 апреля 2016).

92

Роберт Хилл Смит, владелец Ялумбы и Янс и Майкл Хилл Смит, владелец Шоу+Смит и Толпаддл – братья.

93

Нейл Бекетт (редактор), 1001 вино, которое вы должны попробовать хотя бы раз в жизни (New York: Universe Publishing, 2008).

94

См. Грегори В. Джонс, «Климат, виноград и вино: Структура и соответствие в условиях глобального потепления», протоколы с XXVIII Конгресса по виноделию и климату 2012, с. 19–28.

95

Дженсис Робинсон, «Английское игристое вино», Financial Times (Март 3, 2016), http://www.ft.com/intl/cms/s/2/cd022df2-e0c5–11e5–8d9b-e88a2a889797.html (в доступе с 4 апреля 2016).

96

А. Несбит «Влияние последних климатическиз изменений и погодной неустойчивости на жизнеспособность британского виноградарства – взгляд на погодные и климатические рекорды с точки зрения перспектив для британских виноделов» Australian Journal of Grape and Wine Research (2016), с. 1–12.

97

Инфрмация из исследований NASA и NOAA. См. https://nasa.gov/press-release/nasa-noaa-data-show-2016-warmest-year-on-record-globally (доступ с 10марта, 2017).

98

«Тасмания выбирает новый курс: Вода в вине». The Economist (февраль 13, 2016), http://www.economist.com/news/asia/21692945-island-state-bets-water-revive-its-fortunes-water-wine (доступ с 5 апреля 2016).

99

«Южный Крест» был написан Стивеном Стиллом и Риком и Майклом Кертис.

100

Я писал о винной истории Новой Зеландии в главе 4 моей книги «Винные войны» 2011 г. Мы со Сью посетили местечко Керайкри и увидели старинные виноградники.

101

Информация о глобальном винном производстве на 2015 г., собранная из материалов OIV. См. http://www.oiv.int/public/medias/2256/en-communique-de-presse-octobre-2015.pdf (доступ с 8 апреля 2016).

102

Чили вступила на винный мировой рынок с той же репутацией, которой обладала и в прошлом. Вина огромной стоимости. Это одновременно благословение и проклятие, потому что, конечно, лучше быть производителем дорогих вин, но, думаю, чилийские производители предпочли, чтобы их знали как производителей высококлассных вин по довольно приемлемым ценам. Это единственная область, в которой у Новой Зеландии есть преимущество над Чили. Новозеландские вина были неизвестны на мировых рынках, прежде чем появились в 1970-х гг. на этих рынках по очень высокой цене. А чилийские вина не могли избавиться от сложившегося стереотипа. Сами вина с каждым годом становятся все лучше и интереснее, с открытием новых местных терруаров.

103

Вы можете ознакомиться с пресс-релизом, объявляющим о самом влиятельном мировом винном бренде, на http://www.prnewswire.com/news-releases/concha-y-toro-retains-leadership-as-worlds-most-powerful-wine-brand-300107575.html (доступ с 8 апреля 2016).

104

Этот бум нашел отражение в фильме Сортовой бум: Расцвет аргентинского Мальбека, Sky Pinnick, 2011.

105

См. Лаура Катена, Аргентинское вино: Путеводитель по сортам вин и винным землям Аргентины (Chronicle Books, 2010) и Ян Маунт, Виноградник на краю света: Виноделы Маверик и возрождение Мальбека (New York: Norton, 2011).

106

Эта история позаимствована у Синтии Суини, «Тур «Винный поезд долины Напа добавляет новый поезд» North Bay Business Journal (23 мая 2016), http://www.northbaybusinessjournal.com/northbay/napacounty/5626654–181/napa-valley-wine-train-quattro-tour (доступ с 3 мая 2016).

107

Описание туров и цен можно найти на сайте винного поезда долины Напа http://winetrain.com (доступ с 23 мая 2016).

108

Анализ направления, Inc., Индустрия винного туризма долины Напа: Экономический отчет 2014 г. Посетите долину Напа, 2015. Доступно онлайн на http://sodacanyonroad.org/docs/Napa%20Valley%202014%20Economic%20Impact%20Report.pdf (доступно с 23 мая 2016).

109

См. сайт Взгляд на Напа 2050, чтобы быть в курсе новостей http://napavision2050.org/about.php (доступно с 21 июня 2016).

110

Поль Франсон, «Самые важные местные винные истории 2015 г.», Napa Valley Register (31 декабря 2015), http://napavalleyregister.com/lifestyles/food-and-cooking/wine/columnists/paul-franson/top-local-wine-stories-of/article_ac35abd0–8ed4–510c-a8c9–5a6cfef1663d.html (доступ с 24 мая 2015).

111

Поль Франсон, «Двухмиллиардный Бак-Чак», Wines&Vines (26 января 2016), http://www.winesandvines.com/template.cfm?section=news&content=163823 (доступ с 24 мая 2016).

112

Ричард Г. Петерсон, «Винодел» (Meadowlark Publishing:2015), с. 359–361.

113

Эта винодельня особенно важна для меня – в этом месте началась моя карьера винного экономиста. Я написал об этом (не называя имен) в первой главе «Винных войн».

114

Я писал об IPNC в главе «Экстремальные виноделы» своей книги 2013 г. «Экстремальное вино». Ознакомьтесь с информацией в этой книге. Я был на факультете Университета Пино, и глава отражает полученный там опыт.

115

Вы можете познакомиться с Терри Тейзе и ощутить на себе влияние его сильной личности, прочитав его книгу «Читая между винами» (Berkley: University of California Press, 2010).

116

Джейми Гуд – бывший научный редактор, который сейчас пишет о вине, во многом используя научный подход. Его обсуждение ограниченности аналитической информации в понимании вкуса Рислинга можно прочитать в его блоге на http://www.wineanorak.com/wineblog/wine-science/riesling-rendezvous-why-analytical-data-dont-tell-us-much-about-the-taste-of-riesling (доступ с 25 июля 2016).

117

См. Джон Уинтроп Хэгер, «Новое открытие Рислинга: Смелый, яркий и сухой» (Berkley: University of California Press, 2016).

118

Стюарт Пиготт, «Лучшее белое вино на Земле: История Рислинга» (New York: Abrams, 2014).

119

См. Дженсис Робинсон, «Кабинетт под угрозой», JensisRobinson.com (10 июня 2008), http://www.jancisrobinson.com/articles/kabinett-under-threat (доступ с 27 мая 2016).

120

См. мою книгу 2005 г. «Глобальный вздор» (Roman&Littlefield), чтобы узнать больше о моем анализе историй о глобализации.

121

Эта гонка была названа в честь Ирвина Джорджа «Пушечное Ядро» Бейкера, который промчался по этому маршруту в 1933 г. Его автомобиль Грэм Пейдж 57 модель 57 Blue Streak 8 прошел этот маршрут за 53 часа и 30 минут.

122

К вашему сведению, Google Maps считают, что из Нью-Йорка в Лос-Анджелес по межштатному шоссе 89 вы можете добраться за 41 час (если будете останавливаться на светофорах). Удачи!

123

Поль Франсон, «Число виноделен в США достигает 8702», Wine Business Monthly (февраль 2016), с. 76–77.

124

В Канаде виноделие сконцентрировано в Онтарио и Британской Колумбии. В Миссисипи всего три винодельни. На Аляске – 5, а на Гавайях – 4.

125

Дженсис Робинсон и Линда Мерфи, «Американское вино: Подробный путеводитель по винам и винодельням США» (Berkley: University of California Press, 2013).

126

Винодельня L’Ecole 41 находится в Лоудене, Вашингтон, который раньше называли французским городком из-за связи с франко-канадскими охотниками.

127

См. Томас Пинни, «Производители американского вина» (Berkley: University of California Press, 2012). Глава 2 называется «Николас Логнворт: Бизнесмен по необходимости».

128

Мои друзья из Американской ассоциации винных экономистов организовали «Суждения Принстона» – дегустацинное соревнование французских вин и вин из Нью-Джерси, когда встретились в штате пару лет назад. И Нью-Джерси победил. Теперь вы все знаете.

129

Я писал о Бруди Уайнярдс в «Винных войнах».

130

Робинсон и Мерфи, «Американское вино», с. 7.

Content

Майкл Весет
Вокруг света за 80 бутылок вина

Часть I От Лондона до Бейрута

Глава 1 Лондон: Вызов брошен – путешествие начинается

Глава 2 Франция Какая бутылка? Какое вино?

Глава 3 Италия Теорема Невозможности Батали

Глава 4 Сирия, Ливан и Грузия Винные Войны

Часть II Вокруг Мыса Доброй Надежды

Глава 5 Испания Эль-Классико

Глава 6 Португалия Каждый портвейн – это буря

Глава 7 Прочь из Африки

Глава 8 Индия и Дальше Новые широты, новые взгляды

Часть III Высоко и низко

Глава 9 Шангри-Ла

Глава 10 Австралия Библиотека и музей

Глава 11 Тасмания Прохлада – это замечательно

Глава 12 Южный крест

Часть IV Кислый виноград?

Глава 13 Винный поезд долины Напа

Глава 14 Свидание с рислингом

Глава 15 Гонки «Пушечное ядро»

Глава 16 Обратно в Лондон Победа! Или Поражение?

Об авторе

Список вин

Благодарности

Избранная библиография

Примечания