Стезя наследника

* * *

Глава 1

Япония, город Токио, императорский дворец.

Императрица Японии, Акеми из древнейшего рода Кэн, восседавшая во главе стола совещаний, обвела взглядом присутствующих глав кланов. Пять древних родов и столько же новых, имеющих наибольшее влияние. Правительница этого государства не сомневалась в том, что ее предложение, являющее фактически приказом, будет принято. И даже возможное, а скорее всего, вероятное возражение одного из глав, ничего не изменит. Аркея. Государство, находящееся совсем рядом, на материке и занимающее достаточно большую территорию. Государство, происхождение которого остается загадкой и тайной. «И вспыхнуло солнце в ночи, и упало оно за землю. И решили все энеки, что настал последний час, и стали ожидать смерти. А потом пришли к ним боги, принесшие великие знания. И показали свою столицу, блистающую даже в свете звезд» — так звучит древняя легенда аборигенов тех мест, называющих себя энеки, про пришествие аркейцев.

Чем они занимались, куда и к чему стремились, не знал никто в этом мире, хотя попытки все разузнать предпринимались постоянно. Многие государства пробовали, но не японцы. Периодически их пытались завоевывать, но всегда тщетно, причем, с огромными для завоевателей потерями. Сами же аркейцы совершенно не пытались расширяться, защищая территорию, которую считали своей. Кроме энеков там проживало еще пять народностей, и все они почитали пришельцев за богов, так как знания и умения тех намного превосходили их собственные. А вот разница уровня развития с остальным миром была значительно меньше, хотя и существенна. Но фиаско случались только, если воевать против них по одному, а вот объединившись, можно победить и захватить их артефакты, знания и прочее. Однажды такую попытку захотела предпринять императрица Китая, аркейцы узнали об этом и на территории монгольских и байкальских племен возвели стену, отделявшую их от воинственного государства. А те, которым очень сильно надоели постоянные набеги и разорения сильного соседа, были весьма рады и признательны, дав клятву защищать свои рубежи. После такого показа силы все были очень ошарашены, но затем решили, что аркейцы, наверняка, опустошили источник силы огромной мощности, и принялись гадать, сколько у тех еще имеется в наличии.

С того времени прошло двести лет, и вот к императрице Японии пришли с заманчивым предложением. Личный слуга правительницы Американских Штатов сообщил, что у них имеется артефакт, который сможет открыть портал непосредственно из столицы Аркеи города Инилайни, что в переводе означает «город солнца». На ее вопрос, откуда у них он взялся, слуга отвечал, что у них появился новый сильный союзник. Шпионы ее подданных работали во всех странах, но ни о чем подобном не сообщали. Да, оживление в правящем доме Штатов заметили, но узнать причину не сумели. Зато теперь ей прямым текстом сообщили, хотя и не раскрывая сути.

Со слов этого слуги, удачные переговоры прошли и с императрицей Китая, и с некоторыми правителями европейских государств. Причину обращения к ней, правительница поняла сразу — никто лучше их «теней» не сможет проникнуть в город с артефактом. Была и еще одна причина.

— А что аркейцы, не подозревают? — спросила она тогда его. — Они очень часто узнавали о подобных планах заранее.

— Но только не сейчас.

Подробнее отвечать на этот вопрос он не стал, как ни пыталась выведать причину того, почему аркейцам сейчас не до шпионажа. Но все оказалось тщетно. И она обвела взглядом этого помощника.

— Госпожа Дженнифер, говорила, что ты очень умелый, — императрица позволила себе небольшую усмешку, — тогда уговаривай меня.

И она откинулась на удобном кресле, чуть разведя ноги в стороны. Тот все понял правильно, поднялся, низко поклонился, опустился на колени и коснулся губами ее оголенной коленки. Пошел выше, еще выше. Спустя час, отдышавшись и с мыслями «В самом деле, язык длинный» она дала свое согласие.

Эти воспоминания вызвали у нее приступ желания, и женщина непроизвольно свела под столом ноги. Но, быстро взяв себя в руки, она посмотрела на единственного мужчину, главу клана. Поднявшись, глава клана Арикана произнес:

— Акеми-сама, ваш предок великий император Дэйчи поклялся никогда не выступать против Аркеи и аркейцев, и до сих пор вашими предками эта клятва соблюдалась. Я против.

Что и следовало ожидать. Озэму выразился, как всегда прямолинейно, но никого явно не оскорбил предательством. Этого человека, которому перевалило за сто пятьдесят лет, опасалась даже императрица. И два ее мужа, стоявшие за спиной, не смогли бы совладать с ним, возжелай он расправиться с ней. Радовало то, что он, как и его род и клан, верны своей клятве и своим обещаниям. И это был один из немногих мужчин, наделенных Силой.

Он намекнул, что некогда императорами становились только мужчины, но не оскорбил никого, хотя прекрасно знал, как большинство женщин относятся к тем временам. Когда-то, более пятисот лет назад, с их планетой что-то произошло, и в мире появилась сила. Ожили сказки и самые древнейшие легенды, в которых упоминалось, что люди могли повелевать стихиями. Вот только в силу каких-то причин женщины легко слились с ней, в отличие от мужчин. Нет, многие из них тоже могли приподнять мысленным усилием чашку, вот только женщины без усилий могли поднять самого мужчину. И очень редко появлялись мужчины, сила которых не уступала женской.

Именно с тех пор началось в мире женское доминирование во всех областях. Началось с Американских Штатов, распространившись почти на весь остальной мир. Где-то прошло все гладко, а где-то, как например, в Индии, женщинам-воинам пришлось уничтожить практически всех жрецов. Да плюс в Халифате женщины сами не захотели брать власть в свои руки, по крайней мере, на виду точно. Их устраивает быть в подчинении мужчин и помогать им. Еще среди скифских племен, обитающих к западу от Аркеи на равнине и даже за Уральскими горами так и сохраняется равноправие полов. В Европе в большей или меньшей степени, но придерживались матриархата.

Правда, надо сказать, что появления силы многие мужчины не перенесли, умерев кто в расцвете лет, кто стариком, а кто вообще еще юношей или ребенком. Это также являлось косвенной причиной, почему женщинам удалось взять власть в свои руки. На данный момент перекос немного выровнялся, но все равно девочек рождалось больше. Поэтому за сильных мужчин в странах шла настоящая борьба с интригами. В последние шестьдесят лет в моду вошли, так называемые, брачные турниры, устраиваемые аристократками, чтобы взять себе в мужья лучших воинов.

А вот на аркейцев рождение в мире силы никак не повлияло — у них как было мужчин больше до этого знаменательного события, так и сейчас остается. Хотя, в свете последних новостей, все же появление силы что-то изменило в их жизни, потому как слова слуги правительницы Американских Штатов «но только не сейчас» как бы намекают на это.

Императрица посмотрела на Озэму Арикана. Вот это настоящий мужчина, владеющий силой на очень высоком уровне, глава хоть и совсем маленького, но клана. К тому же имеющий двух жен, которые и не стремятся взять главенство в свои руки. Единственный род во всей Японии, где глава мужчина. Он спокойно и без вызова смотрел на нее, ожидая решения. Но Акеми уже дала согласие, поэтому этот вопрос требуется решить немедля. А эта клятва ее предка и является второй причиной, из-за которой они могут проникнуть в столицу Аркеи. Их защитный купол каким-то образом определял людей, которым вследствие той или иной причины был разрешен доступ.

— Я думаю, этот момент можно решить сейчас, — твердо произнесла правительница страны. — Кто за то, чтобы исключить клан Арикана в целом, и род Арикана в частности из большой десятки?

Все главы кланов выразили свое решение согласием. Кто злорадно, кто надменно, две главы бесстрастно. Теперь слово за императрицей, которая может как вынести положительный вердикт, так и наложить вето. Еще мгновением ранее она сразу бы вынесла приговор, но сейчас ее терзали смутные сомнения — правильно ли она поступает. Какая-то там клятва, данная неведомо когда, которая к тому же поросла былью, так как аркейцы ни разу ни о чем подобном не заикались. Но вспомнив обещания, данные слугой госпожи Дженнифер, отбросила все сомнения.

— Да будет так, — произнесла она. — Клан и род Арикана исключены из совета.

— Как вам будет угодно Акеми-сан, — тихо сказал Озэму и поклонился, как равной.

От такой неслыханной дерзости все зароптали, зашевелились мужья императрицы, но та легким взмахом руки успокоила всех. Мужчина с достоинством покинул помещение, и как только закрылась за ним дверь, императрица сказала:

— Предлагаю на освободившееся место род Хасидзи.

Все присутствующие начали быстро анализировать возможные усиления или ослабления кланов. Они поняли, что императрица поступила правильно не став рекомендовать на это место один из преданных ей родов. Род Хасидзи был нейтральным, но поддерживал правящий род. Какое-то время они еще продолжат это делать, но дальше уже будет видно. Принятие рода в большую десятку автоматически дает ему герб клана, чего нельзя сказать об исключении. Именно поэтому на протяжении сотен лет состав большой десятки не менялся.

Пока главы кланов задумались над ее предложением, а точнее о возможных интригах, императрица подумала о том, что было бы неплохо взять себе третьего мужа для более надежной охраны, а, может быть, еще одного. Она не хотела себе признаваться, но боялась только что покинувшего помещения мужчину, поскольку у того появился повод о неподчинении. Для кого-то это несущественно — нарушение давней клятвы, но только не для Озэму Арикана. «Да, в ближайшее время устрою брачный турнир», — решила она.

— Согласна, — первой высказала свое отношение к предложению императрицы ее основная соперница за трон глава клана Фудзивара.

У всех остальных промелькнула одна и та же мысль: «Уже успела задумать интригу». Но каких-то реальных причин для непринятия этого предложения ни у кого не было, поэтому остальные подтвердили свое согласие.

А спустя неделю совет в обновленном составе принял решение о согласии на участие в акции против Аркеи. На дело отправили лучшую пятерку «теней», диверсантов, которых в лицо знала только императрица и глава клана Самураки.

Глава 2

Япония, предместье Киото

Озэму приехал к себе домой уже через день, загоняя лошадей своего экипажа. Его жены, лишь только увидев его, почувствовали, что случилось что-то весьма неприятное для их рода.

— Мы больше не в совете большой десятки, — спокойно ответил он.

Женщины не стали ничего расспрашивать, понимая, что для такого необходима причина, о которой их муж не станет говорить. Они лишь подошли и поцеловали его, а затем отпрянули, почувствовав одно и то же.

— Мне необходимо уйти, — подтвердил он их предчувствия, — прямо сейчас.

Когда он начал одеваться в свое боевое снаряжение, сердца обеих женщин сжались от плохих предчувствий. Но они прекрасно понимали, что отговаривать мужа от своего намерения бесполезно. Поэтому помогли ему собираться, а старшая жена принесла его любимое оружие — разборную нагинату. Он единственный в Японии владел таким оружием, более того, он сам его изобрел. В качестве лезвий использовались самурайские мечи, а древко было сделано настольно великолепно, что в сборном виде ничем не отличалось от рукояти. К тому же она у него была двусторонняя. Таким образом, он мог пользоваться, как мечами, которыми владел в совершенстве, так и нагинатой, хоть односторонней, хоть двух.

Уже в дверях он повернулся к своим женщинам и произнес:

— Берегите дочек. И еще помните о клятве великого императора Дэйчи.

И вышел на улицу. Оседлав своего коня, направился на север, где в порту города Фукуи намеревался нанять корабль или, в крайнем случае, купить. Дальнейший его путь лежал на соседний материк к границам Аркеи. Верный древней клятве, он намеревался предупредить аркейцев о грозящей им опасности. Старый воин отдавал себе отчет, что его дальнейшие действия могут просчитать, поэтому могут организовать, как погоню, так и засады. Будь у него больше времени, то и возможных вариантов было бы поболее. Даже из Осаки можно было бы уплыть хоть на своем корабле, хоть на любом другом. Но пока тот будет в это время океанских штормов обходить острова, пройдет слишком много времени. Поэтому единственным городом, подходящим для его задумки был Фукуи. А вот дорог к нему вело несколько, да еще хватало проселочных и откровенных троп. Поэтому как не спешил Озему, но дороги выбирал малознакомые, зачастую переезжал с одной на другую.

Но у северной части озера Бива его уже ждали. Пятерка воинов стояла поперек дороги, не скрываясь и не выказывая никаких угрожающих действий. Но старый воин знал, что это за ним. Более того, он не почувствовал опасности, значит, это тени очень высокого ранга. Оставался вопрос: Как они узнали, что он будет проезжать именно здесь? Перекрыть все возможные тропы и дороги они бы попросту не смогли. «Неужели у теней появился провидец?», — мелькнула у него мысль. — «Это очень плохо».

Находясь на коне, он внимательно осмотрел окрестности, до предела напрягая свои способности воина. Но никого больше не увидел и не почувствовал. Это было очень странно, поскольку пятерка теней, даже столь высокого ранга, совсем не гарантировала победу над ним. Либо это одна из трех их лучших групп, о которых он слышал, но не смог выяснить их уровень владения боевыми искусствами и силой.

Спешившись, он хлопнул коня по крупу, чтобы тот отошел в сторону, а сам, внимательно наблюдая за врагом, принялся соединять свое оружие. Против этой пятерки он решил сражаться двухсторонней нагинатой. Странно, но они не напали в это время, хотя тени зачастую поступают именно так. Нет, он был готов отразить любую атаку при помощи силы, но все равно это странно. Когда оружие было готово, он взял его в правую руку, и направился к врагу, выдерживая определенный ритм, чтобы войти в боевой транс.

И вот сейчас они атаковали, стараясь ему не дать этого сделать. В него полетело различное метательное оружие: он сумел определить нож и вроде бы сюрикен, но какой-то странный. Часть отбил нагинатой, от других уклонился, так что задумка противников не удалась. Но это оказалось отвлекающим маневром. В то время, пока глава клана Арикана отбивал дистанционную атаку, они бросились на него.

«Очень быстрые», — подумал он, направляя силу в свое тело. Потом ему придется расплачиваться болью и нытьем всех суставов и мышц, зато сейчас он ускориться в пять раз. Пусть он сможет пользоваться силой в очень небольших пределах — никаких мощных техник, но, обладая такой скоростью, он сможет уклониться от большей части атак.

Но и здесь его ожидал большой и очень неприятный сюрприз — вся пятерка не уступала ему в скорости, а один из них двигался даже немного быстрее. Нагината слушалась опытного воина, словно была продолжением руки. Шаг влево, прием удара на внешнюю грань лезвия, небольшой наклон и меч атакующего проходит рядом. Его же оружие бьет в ногу находящегося позади врага, которого Озэму просто чувствовал, но враг успевает блокировать атаку.

Силовая петля обвивается вокруг ноги, ставшей опорной, самого быстрого врага, и воин дергает ее на себя. Резко сблизившись с ним, пресек его попытку атаковать, и перерезал ему горло, зацепив шейные позвонки. Он перепрыгнул через поверженного противника, вырываясь из кольца.

Лица врагов закрыты, но в глазах он прочел сильное удивление — они не подозревали, что он может оперировать силой на такой скорости. И одновременно рванули к нему.

Одного он сумел сбить на землю, сделав ему подножку. Эта несложная техника, тем не менее, являлась одной из самых эффективных, так как движения кисти, выбрасывающей совсем крохотный жгут силы, практически незаметно. А вот добить падающего врага, он не успел — тот каким-то невероятным, похожим на змеиное движением сумел уйти от смертоносного удара. Но рану получил. «Это не люди», — констатировал он факт. Никто не сумел бы так извернуться, чтобы уйти от его атаки. И сразу становиться понятным применение всеми мечей, а не катан, которыми пользовалось подавляющее большинство теней. Он еще отметил, что сами эти нелюди не пользуются силой.

Теперь оставшаяся четверка внимательно наблюдала за его левой кистью, чтобы не попасться на очередном воздействии. Но и в этой ситуации были плюсы — его движения ладони без задействования силы, заставляли противников отпрыгивать в сторону или просто отклоняться. Хотя те и не владели силой, но знали о ее использовании очень много, так как правильно определяли направление атаки. Вот раненый не успел среагировать, за что и поплатился разрезанной грудью.

Когда у старого воина появились первые признаки усталости от передвижения на такой скорости, он понял, что ему не победить. Оставалось только по возможности больше уничтожить этих созданий. Его стиль немного изменился, и теперь нагината только защищала своего хозяина, который щедро, на грани фола, когда при сложной технике человек мгновенно падает от усталости, используя остатки силы, принялся щедро ею атаковать. И только когда враг открывался, только тогда нагината начинала смертельную атаку, не заботясь о своем хозяине.

Остался последний. Озэму прыгнул вперед, разворачиваясь в полете на сто восемьдесят градусов — меч последнего врага вонзился ему в грудь, но сердце не задел, чему он очень обрадовался. Схватив левой рукой за руку своего врага, он задержал его на месте, щедро выплескивая всю силу, что у него осталась, и вгоняя того в ступор. Накатившая усталость не могла остановить нанесенный снизу удар, и лезвие врубилось в пах врага, пройдя до середины живота.

На землю упали они вместе.

Япония, предместье Киото

Они обе вздрогнули, почувствовав грозившую мужу опасность. Старшая жена бросилась переодеваться в свою одежду воина, очень сильно напоминающую аналогичную мужа. Вылетев из дома, она, запрыгнув сходу на свою лошадь, помчалась на север, следуя своему чувству.

Вторая зашла в детскую, переложила двух крох в переносную люльку и перешла в зал. Сняла со стены свою катану, надела перевязь с метательными ножами, сгребла в обе руки сюрикены и вернулась к оставленной посреди комнаты люльке. Сев на пол, она положила перед собой канану, а сама начала медитировать. Через пять минут она чувствовала все живое вокруг дома.

Женщина неслась вперед, как внезапно почувствовала смерть мужа. «Не успела», — мелькнуло у нее в голове, но она по-прежнему гнала свою лошадь дальше. Теперь она не чувствовала его, а мчалась на север, ориентируясь на предыдущие ощущения. С пригорка она заметила его коня и направилась в ту сторону.

Озэму Арикана лежал на спине, раскинув руки в стороны, сжимая правой свое любимое оружие. Вокруг женщина заметила следы боя, но больше никого не увидела. Спешившись, она первым делом проверила пульс мужчины, но дотронувшись, отдернула руку обратно. Начала обходить мужа по расширяющейся спирали, внимательно изучая следы. Но спустя всего полминуты она выпрямилась и раскинула паутину, задействовав все, на что она была способна. Но в радиусе семисот метров никого из людей не обнаружила. Это не значит, что никого нет, но полностью закрыться от нее могли далеко не все. Если враги и остались в этих пределах, то не более трех.

Она вернулась к изучению места сражения. Противников, вероятней всего, было пятеро, так как только следы пятерых соответствуют бою. Трое других появились позже, чтобы убрать все следы, которые могли бы привести ее к убийцам мужа. Убрали очень качественно — она не могла найти хоть чего-то, а с кровью работать не умела. Ее сестра в замужестве тоже не обладала подобными навыками. Погрузив мужа на его коня, женщина направилась домой.

Погребальный костер пылал, уходя языками пламени ввысь и разбрасывая искры вокруг. Две женщины стояли рядом, держа на руках маленьких девочек. Все время, пока огонь горел, они стояли неподвижно. И их дочки, словно чувствуя ответственный момент, глядели в небо широко раскрытыми глазками. Когда огонь опал, обе женщины тихо сказали:

— Мы сбережем детей и не забудем древнюю клятву великого императора Дэйчи.

Япония, город Токио, императорский дворец.

Императрица Японии пребывала в скверном настроении. В последние два дня ее мучили ночью настоящие кошмары, от которых она просыпалась в холодном поту. «Проклятый Арикана», — мысленно ругалась она, будучи уверенной, что виной ее ночных кошмаров является он. Послышался робкий стук в дверь.

— Входи, — она узнала своего помощника.

— Акеми-сама, — тот поклонился самым уважительным поклоном. — Глава клана Арикана Озэму три дня назад был убит неизвестными.

Правительница удивилась этому, ведь сама она не осмелилась отдать такой приказ, несмотря на то, что серьезно опасалась этого человека. И тут она поняла, что все ее страхи позади, и уже весело спросила:

— Кто стал главой? Старшая жена? Или они до сих пор выясняют, кто главнее?

— Они решили править кланом вместе, — с поклоном ответил тот.

Женщина удивилась. Очень. И тут же обрадовалась. Надо начать вбивать клин между ними и тогда вскоре этот клан станет ее.

— Подготовь мне полную информацию о них, — приказала она мужчине.

— Слушаюсь, — поклонился тот и покинул помещение.

Сама же императрица начала обдумывать первые шаги по расколу.

Глава 3

Аркея, столица, город Инилайни.

Сумико подходила к защитному барьеру полностью спокойная, даже все мысли, кроме как восхищения, выбросила из головы. Тем более что сделать это было не так и сложно. Еще на подходе к городу женщина увидела невероятно красивые башни, сверкающие в лучах солнца и, казалось, подчеркивающие его теплую красоту. Она слышала рассказы об этом городе, но не верила им, ведь для девочки из деревни столица Японии была самым красивым местом. Позже она посещала Китай, где тоже видела красивые города, которые достаточно сильно напоминали японские. Была во Франции и Британии — там она увидела совершенно другую архитектуру, но тоже прекрасную своей красотой. Здесь же она поняла, что все виденное ею ранее меркнет по сравнению со столицей Аркеи, городом Инилайни.

Но воспитанная в строгих правилах она твердо была уверена, что все это должно принадлежать ее стране. Тем более что аркейцы принесли много плохого для ее родины. Если бы женщину сейчас кто-то попросил перечислить это плохое, то, кроме как «они нам не дают свои знания», больше ничего сказать не смогла бы. Но все равно она осталась бы уверенной, что поступает правильно.

Барьер остался за спиной, и Сумико пошла прямо, чтобы на первом же перекрестке повернуть налево. Одной частью сознания она продолжала восхищаться красотами, второй начала анализировать окружающую обстановку. Вот появилась первая ее подчиненная, и она свернула в сторону небольшого кафе, где направилась в женскую комнату. Там она подошла к зеркалу, начав прихорашиваться. Свой рюкзачок она поставила рядом на столик, широко раскрыв его и достав косметику. Через минуту вошла ее подчиненная и тоже, встав рядом, открыла свою сумку, достав помаду. Но перед этим успела переложить в рюкзак небольшой предмет.

После этого она начала наводить марафет, а вот сама Сумико направилась на выход. Пройдя немного, женщина увидела вторую свою подчиненную. Усевшись на берегу пруда, они начали разговаривать, как старые знакомые, встретившиеся после долгих лет разлуки. Во время разговора небольшой предмет перекочевал из сумки одной женщины в рюкзак другой. Попрощавшись, они разошлись в разные стороны, а Сумико направилась дальше по своему маршруту.

Третью и четвертую части ей передали в толпе у музея скульптур, где женщина вынужденно задержалась. Она никогда не видела ничего подобного, казалось, что еще миг и те оживут, сойдя к людям дарить им радость. Женщина просто не смогла оставаться равнодушной к этим шедеврам. Полчаса полюбовавшись на произведения искусства, она направилась в парк.

Найдя место, где отсутствовали люди, женщина села на землю и, расстегнув рюкзак, достала из нее пять непонятных фигур. Быстро их соединила между собой, в результате чего образовался куб со стороной тридцати трех сантиметров, она оставила его, а сама отбежала на, как она думала, безопасное расстояние — триста метров. Ей предписывалось уносить оттуда ноги, мол, десант сам разберется со всеми, но Сумико твердо решила помочь своим. Да и желание посмотреть на работу портала превысило все, что можно. Откуда этот артефакт появился у них, ей тоже хотелось бы знать. Какое-то время ничего не происходило, а затем в небо ударил темный, почти черный луч, пробив купол. И тут же над прорехой в защите образовалось нечто багрово-красное.

Вот теперь женщина вздрогнула. Это не было похоже на портал. Это не было ни на что похоже, с чем она могла бы сравнить. Вспыхнула защита города, образовав еще один купол, но заделать пробоину так и не смогла. А через нее на город упал то ли камень, то ли яйцо, то ли куколка, наподобие имаго насекомого. Именно такие ассоциации пролетели в голове у женщины. Достигнув земли, нечто взорвалось, образовав громадную портальную арку. И в тот же миг из нее появилась тварь.

Сумико могла охарактеризовать ее только одним словом — демон. Вот только та выглядела намного страшнее, чем то, что женщина видела на рисунках. Что-то рыкнув, она схватилась лапой за портал, из которого повалили другие демоны.

Вокруг портала стали появляться аркейские воины, а женщина поразилась наличию индивидуальных порталов или их умению создавать оные. В остальном мире мало кто мог это делать, поскольку заклинание было невероятно сложным и потребляло очень много энергии, причем только личной. Они сразу же атаковали тварь, но пока безрезультатно. К удивлению женщины, этот огромный демон совсем не сопротивлялся, в отличие от тех, кто появлялся из портала.

Задача у демона-портальщика была одна — любой ценой поддерживать переходную арку. Он и создавался только для этой задачи. Не имея вообще никаких атакующих заклинаний, он, тем не менее, имел серьезную защиту и невероятно огромный объем энергии. Можно сказать, что все его тело являлось своеобразным накопителем. Вот и сейчас он вливал в заклинание столько энергии, что все потуги аркейцев как-то нарушить работу портала были тщетны.

К слову, надо сказать, что настоящих воинов среди защитников Сумико насчитала всего пятерых. И вот от их атак арка ощутимо теряла в светимости. Но на беду аркейцев все их чародеи пространственной магии находились на испытательном полигоне, закрытом от портальных переходов. Так же как и большая часть воинов пребывала там же. Но тут из арки появился небольшой, по меркам тварей инферно, демон — всего-то каких-то два с половиной метра ростом. Но от него исходила такая сила, что лучшая диверсантка даже вздрогнула. Он взмахнул рукой и рядом появился новый портал, из которого появилась тварь, один в один похожая на первую.

— Архидемон, — прошептала пораженная увиденным женщина. — Что же мы наделали?!

Но женщина ошибалась. Высший демон Инферно Тии́м’Дурика́р’Эр’Джинн втянул носом воздух, а вместе с ним всю энергетику мира. И скривился, что наблюдавшая за ним женщина приняла за оскал. Энергия мира очень сильно отличалась от необходимой демонам, но все еще подлежала изменению. Долго, затратно, зато, когда на кону стоял целый мир, это не имело значения. Но больше всего ему не понравилась так знакомая энергетика их извечных врагов Ги́ир’Тит или аркейцев, как они сами себя называют. Уловив нити их энергии, он приказал своей свите атаковать императорский дворец. Гончие, пятерка архидемонов и десяток ракшасов устремились в сторону центра, а сам он обвел взглядом местность, встретившись глазами с застывшей от ужаса маленькой женщиной.

Крик вырвался у нее из горла, и она бросилась бежать, а за ее спиной загрохотало.

Это только сейчас стали появляться воины, сходу вступая в сражение. Но это не спонтанный переход, не атака чтобы пограбить и уйти, нет — это вторжение было тщательно подготовлено. Низшие демоны полноводной рекой выбегали из портала, и их было очень много. Небольшие, ростом с человека, они, тем не менее, были очень быстры и имели невероятно острые зубы. Один на один с воином они проигрывали в девяти схватах из десяти, но брали свое количеством.

Из второго портала появилась высшая демонесса Джада’Каар’Эр’Джинн со своей свитой. Увидев женщину, смотрящую на нее изумленным взглядом, она метнулась к ней. Оторвав той голову, она принялась пить кровь, после чего обратила внимание на развернувшийся рядом бой. Ее свита, как и ее брат, сражались с аркейцами. Злобно зарычав, она создала огненный дождь над группой воинов из пяти человек. Сверкнул купол и расплавленные камни стекли на землю и, затвердев, образовали вал. А вот их совместная атака принесла плоды — луч невероятно белого цвета ударил в центр портальной арки, из которой она появилась. Со звоном та разрушилась.

И тут из первой арки демон-хранитель перенес часть Сердца домена. Они сознательно пошли на уменьшение инфернальных владений ради нового мира. Эманации энергии инферно, расходящиеся от сердца, придали демонам сил, избавив их от влияния этого мира. Схватка началась по новой.

До границы города Сумико не успела добежать, как путь ей преградила пятерка демонов. Бросив в них замедляющую сеть, женщина обнажила мечи, атаковав двойку, не попавшую под воздействие силовой техники. Они были быстры, но полностью предсказуемы, поэтому опытная воительница справилась с ними легко. И тем более легко она убила трех остальных. Пробежала еще сто метров и остановилась, так как здание перед ней в прямом смысле взорвалось.

И застыла.

Город погибал. Взрывы, огненные шары, молнии, силовые техники, другие заклинания неведомой магии сверкали, горели, проносились по воздуху. Женщина повернулась и побежала вдоль горящего здания. Через полкилометра ей повезло — в этом месте, словно громадный камень прокатился, оставив после себя дорогу. Женщина успела добежать почти до границы города, как перед ней появился большой демон. Благодаря своей реакции, Сумико сумела уйти в сторону от его когтей. Один раз, второй, а потом он сотворил какое-то заклинание, настолько мощное, что всего ее умения не хватило, чтобы сбросить с себя оцепенение.

Он уже протянул к ней лапу, как над его головой сверкнул какой-то рисунок и опустился на него. Раздавшийся вой быстро прекратился, а из-за его спины появился мужчина, гвардеец, элита аркейских воинов. На руках он держал младенца.

— Благодарю, — Сумико сделала глубокий поклон. — На мне долг жизни.

Воин секунд пять рассматривал ее, затем спросил:

— Клянешься? — спросил он на чистейшем японском языке.

— Да! — твердо сказала женщина. — Я, Сумико Тануки, клянусь вернуть долг жизни.

И сотворила свою часть клятвы, а над ее рукой появился розоватый почти прозрачный шарик. И тут аркеец вместо того, чтобы протянуть руку и забрать клятву, что-то произнес и вытянул руку с ребенком, который коснулся местом, где находилась голова, шар клятвы. Тот втянулся в ребенка.

— Долг вернешь ему. Сегодня ему ровно полгода. В пять лет ты проведешь с ним ритуал.

Он коснулся ладонью ее головы, и женщина почувствовала сильнейший ментальный посыл, а спустя пару мгновений у нее в голове появилась вся информация о ритуале.

— Держи, — он передал ей ребенка. — Уходи как можно скорее, а я постараюсь задержать высшего и его свиту.

И Сумико побежала, но через сто метров оглянулась. Из дыма появился демон, с которым она встретилась глазами у портала, а рядом с ним находились другие демоны, появившиеся одновременно с ним. И это были не те, с которыми она достаточно легко справилась. Аркейский воин словно этого только и ждал — поднял руки вверх и что-то выкрикнул. Женщина не поверила своим глазам — у нее создалось впечатление, что солнце на мгновение потускнело. Она даже встряхнула головой, но когда посмотрела вновь, то оно оставалось прежним. Зато фигура воина засветилась ярким, белым светом. Он сделал какой-то жест и четверолапые демоны, приблизившиеся к нему, остановились, попав в какую-то ловушку, а мгновение спустя осыпались пеплом. Сам же воин в это время бросился на оставшихся врагов. Досматривать, чем закончиться схватка, Сумико не стала, развернувшись, она побежала подальше от гибнущего города.

У нее теперь есть долг, и необходимо продумать свои дальнейшие действия.

Глава 4

Аркея.

Место, где их должны забрать, располагалось на побережье тихого океана, поэтому дорога туда занимала достаточно много времени. Спустя два часа после бегства, когда ребенок заплакал, женщина внезапно осознала, что кормить его нечем. Но в первой же деревеньке, куда она вышла, накормили и ее, и ребенка. Более того, женщины привели местную жительницу, у которой тоже был грудничок, и та покормила малыша материнским молоком. И в дорогу ей дали достаточно продуктов, чтобы ни она, ни ребенок не испытывали голода. Так и добралась она с малышом до места. Последние сто километров дались ей особенно тяжело, поскольку отсутствовали населенные пункты, и еду она брала только для ребенка. Как и любой диверсант, она обладала умением увеличивать срок хранения, поэтому малыш чувствовал себя хорошо, в отличие от его опекунши.

К моменту прибытия корабля больше никто из ее группы не появился. Матросы, а потом и воины ее клана, увидев ребенка, поначалу пришли в недоумение, а потом постоянно спрашивали у нее, как так она сумела за такой короткий срок родить. Отнеслись к малышу с небольшой прохладцей, а узнав, что это аркеец, некоторые чуть ли не возненавидели. Но морской путь не занял много времени, и вскоре они прибыли в столицу.

Когда ее привели к помощнику главы клана на разговор, один молодой человек, желая выслужиться или по другой причине, решил отобрать ребенка. В гневе женщина чуть не убила его, сломав обе руки. Вошедший в помещение мужчина увидел в углу своего подчиненного, скулящего словно побитая собака.

— Что здесь произошло? — задал он вопрос.

— Эта…

— Я не тебя спрашиваю, — перебил он его.

Сумико рассказала все, как было, заметив нечитаемый взгляд, брошенный на подчиненного. Да, его племянник, сын младшей сестры, никак не годился на роль воина клана. То, что вспыльчивый еще куда ни что, но неумение определять уровень владения боевыми искусствами людей и не чувствовать опасность, вычеркивало его из списка претендентов на воинов клана. Да еще спеси было хоть отбавляй. А сегодняшнее происшествие стало последней каплей. Выгнав его, помощник главы клана принялся допрашивать женщину.

Сумико не стала ничего скрывать про события в Аркее, кроме одного — ребенка она нашла. Мужчина осмотрел младенца и посмотрел на женщину. Ему очень не нравилась эта ситуация, но он чувствовал, что попытайся он забрать его, то женщина устроит здесь войну, и справиться с ней будет чрезвычайно сложно. Он лучше нее владел боевыми искусствами, но уступал во владении силой. В личном противостоянии он бы ее победил, но далось бы ему это тяжело. Мужчина даже гордился, что его лучшая ученица почти сравнялась с ним, добившись таких успехов. А сейчас, в случае, если кто-то захочет отнять ребенка, она просто двинется прочь, оставляя за собой трупы. В итоге он решил, что пусть императрица разбирается с ней, тем более что женщина потеряна для клана из-за воспитания мальчика.

На следующий день они отправились к императрице. Перед встречей ее телохранители долго проверяли ребенка под неусыпным контролем Сумико. Особенно долго этим занимались лекари, вынеся заключение:

— Сознание этого ребенка пребывает в состоянии овоща. Может быть, он попал под удар силы или еще чего. Вряд ли этот мальчик станет полноценным.

Несмотря на такое заключение, у Сумико даже не закралась мысль его бросить или сделать чего хуже. Взяв ребенка на руки, она прижала его к себе. Малыш, словно почувствовал исходящее от женщины тепло, что-то там заугукал. После этого мужчина ушел на доклад, а она решила покормить малыша, пока есть время перед началом аудиенции. Вот ожидание подошло к концу и ее пригласили в тронный зал.

Войдя, Сумико поклонилась, как того требовал этикет, и стала ожидать решения. Здесь же находилась глава ее клана со своим помощником, который только что завершил доклад. В данный момент только от императрицы зависело, сохранят жизнь малышу или нет. А значит, решалась и ее судьба, ведь в случае отрицательного решения она будет сражаться до конца. Расслабившись, женщина частично вошла в медитативный транс. Но ей этого оказалось достаточно, чтобы почувствовать висящее в воздухе напряжение, ощутить направленные на нее техники силы, чуть ли не увидеть линии, по которым полетят стрелы или арбалетные болты. Автоматически она стала продумывать варианты ухода, которых насчиталось всего три. Подготовила свое тело к немедленным действиям.

— Я довольна твоими действиями Сумико-сан, — наконец-то, заговорила императрица. — Как и было обещано род Тануки получает свой герб. В качестве доброй воли разрешаю тебе воспитывать найденного ребенка и разрешаю взять его в свой род. К родовому гербу дарую тебе замок Хотояма с прилегающей территорией.

— Благодарю, Акеми-сама, — поклонилась женщина.

Императрица дала понять, что аудиенция окончена, поэтому Сумико вышла из тронного зала, сразу же направившись к ее помощнику, чтобы взять бумаги, обдумывая то, что почувствовала в зале. Пусть это длилось всего ничего, но женщина явно ощутила сильнейшее нежелание отдавать эти земли, и если бы не заранее выданное обещание, то ничего бы она не получила.

Когда за диверсанткой закрылась дверь, Акеми задала вопрос заместителю главы клана Самураки.

— Все-таки чего же нам ожидать? И что это было такое? Ей не могли привидеться эти твари?

— У меня нет ответов на ваши вопросы Акеми-сама, — поклонился мужчина. — Она профессионал, поэтому все, что она рассказала, видела лично, — и добавил весьма осторожно: — Я так понимаю, что вам не сообщили об истинном положении в отношении срабатывания артефакта?

— Верно, — ответила императрица, — но так даже лучше. Не пришлось умирать нашим воинам.

Мужчина имел свое мнение по этому поводу, но озвучивать его не стал, тонко почувствовав настроение правительницы. Хуже всего было то, что и глава его клана была полностью солидарна с императрицей в этом вопросе. Но определенные шаги он все же решил предпринять, по крайней мере, в отношении своего рода. А зная, что его жена прислушивается к его советам, существует большая вероятность, что в случае непредвиденного они будут к этому готовы. Во-первых, верить помощнику госпожи Дженнифер нельзя, так как если он обманул в таких вещах, то соврать в менее значимых еще проще. Во-вторых, силами своего рода выяснить, что в данный момент твориться на территории Аркеи. И уже в зависимости от этого планировать дальнейшие действия. Императрица дала понять, что он может идти, а когда он подходил к двери, то завела разговор о новом наложнике, которого приобрела на днях.

Сумико его уже ждала с бумагами. Когда они направились на выход, он сообщил ей, что сейчас она может идти, куда хочет, ибо больше не принадлежит его клану. Женщина и сама знала, что это так, поскольку род ее являлся свободным, но положенные фразы должны быть произнесены. Теперь ей с ребенком предстояло добираться до Осаки, а затем еще сто километров на северо-запад. Первую часть пути они проплыли на корабле, и спустя несколько дней прибыли в город.

Здесь необходимо предъявить бумаги наместнице, чтобы ее род внесли в список знатных родов провинции. Заняло это два дня, и вот, наконец-то, вся бюрократическая волокита завершена, и можно ехать домой. Сейчас женщина шла на рынок, чтобы купить лошадь и небольшую коляску, куда ее запрячь.

Направленное внимание она почувствовала несколько секунд назад, а когда свистнула плетка, просто сделала быстрый шаг в сторону, применив свою одну из любимых техник — силовой захват. Схватив за конец, она с силой дернула, и при этом не сделала никаких движений. Не ожидавший подобного молодой человек полетел на землю прямо под ноги Сумико. Она «в испуге» отодвинулась в сторону, видя как приблизилась молоденькая девушка с еще двумя молодыми людьми.

— Что это с тобой Акейро? — с иронией спросила та вскочившего на ноги парня.

Затем перевела взгляд на Сумико, на ребенка, который как раз открыл свои небесно голубые глаза. Скривившись, словно съела лимон, она бросила презрительный взгляд на них и что-то тихо сказала своим друзьям. Один из них злорадно усмехнулся и сделал небольшое движение рукой. Ожидая нечто подобное, женщина хотела отойти в сторону, как поняла, что воздействие силой направлено не на нее, а на ее ребенка. На краткий миг ее глаза полыхнули яростью, и она чуть повернулась, выставляя силовой щит и отводя тонкую водяную нить в сторону, и тут же повернулась обратно, незаметно выставляя раскрытую ладонь в направлении него. И молодой человек рухнул на землю. Двое оставшихся обнажили катаны, но тут перед ними появилась женщина, не давая тем продолжить то, что они задумали.

— Простите…

Она, видимо, хотела извиниться, но была перебита молоденькой девушкой.

— Амайя, что ты извиняешься перед этой шлюхой? — выкрикнула она и мгновенно сотворила огненный хлыст, которым ударила женщину с ребенком.

Она проделала это настолько быстро и неожиданно, что Амайя не успела ее остановить. Но не Сумико. Огненный хлыст натолкнулся на невидимую преграду, и тут же женщина взяла ребенка в одну руку, вытянув вторую в направлении девушки. И невидимая сила подняла за волосы ту вверх.

— Я Сумико из рода Тануки, глава рода, — тихо произнесла она. — И ты только что нанесла мне оскорбление. Она глава рода? — женщина повернула голову к Амайе.

До молодых людей только сейчас начало доходить, что женщина, владеющая силовыми техниками в чистом виде, на несколько порядков превосходит их. Они с ужасом переводили взгляд с незнакомки на свою приятельницу, тщетно пытающуюся освободиться из силового захвата.

— Нет, госпожа, — и женщина поклонилась. — Род Асукабэ приносит извинения и спрашивает, чем мы можем загладить вину?

Но Сумико ничего не ответила, резко опустив руку. Подвешенная за волосы девушка впечаталась лицом в землю. Амайя бросилась к ней, быстро проведя диагностику.

— Благодарю, — и она глубоко поклонилась женщине.

Все верно. За подобное оскорбление она могла спокойно убить, и ничего бы ей не было. Наместница даже расследование не стала бы проводить. А вот, если бы девушка была главой рода, то тогда оскорбление необходимо смывать только на дуэли. Ничего не сказав, а только многозначительно посмотрев на, наверное, опекуншу, Сумико двинулась дальше по своим делам.

Удивительно, но до своего замка она добралась без происшествий, хотя ожидала нападение униженной девицы. То ли та поняла все, то ли опекунша сумела убедить не мстить, то ли ее мать была более благоразумной, но никакого нападения не случилось. По пути женщина встретила девочку-оборванку лет тринадцати. Она лежала у дороги, вся в крови, но еще живая. А когда женщина перевернула ее, то поняла причину, по которой ее чуть не убили — принадлежала она к скифам. Залечив ей все раны, она взяла девочку с собой, а когда та начала помогать с малышом, то, увидев выражение ее лица, Сумико приняла решение, что девочка и будет заниматься мальчиком.

Замок, представший перед глазами женщины, был небольшим и находился на достаточно высоком холме. А вот стена ей понравилась.

— Четыре метра, — определила на глаз женщина.

Ворота были закрыты, и Сумико пришлось немного подождать, когда управляющая выйдет к ней. Она тщательно проверила документы и приказала открыть ворота. Передача владений заняла два дня, после чего та уехала, а вместе с ней половина слуг и почти все воины. Оставшиеся и слуги, и воины, не раздумывая, дали клятву служения, а последние еще и были рады, увидев магическое ее воплощение. Весь десяток бывалых воинов видел проявление силы и прекрасно поняли, что новая хозяйка очень сильный маг.

На следующий день она поехала с инспекцией в единственную принадлежащую ей деревушку, находящуюся в каких-то пятистах метрах от замка. В целом, она женщину порадовала, и уже сейчас она могла сказать, что ее владения не убыточные.

Вот и наступило время для ритуала, который бывшая диверсантка должна обязательно провести. Четыре с половиной года Сумико и Ора, как звали скифскую девочку, с болью в сердце наблюдали за мальчиком, в глазах которого не видели ни капли разума. Они ухаживали за ним, научили ходить, самостоятельно кушать, но это были рефлексы с инстинктами. И теперь Сумико возлагала последнюю надежду на ритуал. Подготовкой занимались только они с Орой, которая дала клятву служения роду, не допуская больше никого. Более того, больше никто в замке не подозревал о намечающемся действе.

И вот все готово. Сегодня исполняется ровно пять лет, как родился мальчик, и уже декада, как все готово к проведению ритуала. В одной из комнат дворцовой башни, куда никому, кроме главы рода и ее помощницы, не было хода, на полу был нарисован очень сложный рисунок. Вот Ора поставила в его центр пятилетнего мальчика, который, казалось, вообще уснул, поскольку остался стоять с закрытыми глазами. Женщина и девушка стали напротив друг друга так, чтобы между ними находился ребенок. И с определенным ритмом начали вливать в рисунок силу.

Постепенно линии начали светиться бледным светом, но уже спустя пару минут он сменился на желтый. Не отвлекаясь ни на что, они, тем не менее, видели как этот рисунок стал похожим на лучи солнца. Точнее, создавалось впечатление, что в полу проделаны щели, сквозь которые они проходили. И Сумико, и Ора даже не заметили, как их полностью захватил ритм, с которым они вливали силу. Теперь уже им не нужно было следить за правильностью — что-то внутри их уже прекрасно знало, что и как необходимо делать. Свечение становилось все ярче и ярче, ритм становился все быстрее и быстрее, и, ярко вспыхнув, свечение погасло.

А мальчик открыл свои голубые глаза, в которых от предыдущего выражение ничего не осталось.

Глава 5

Земля, Краснодар.

Я упал на диван, вспоминая, как сегодня разнес в пух и прах всех этих экстрасенсов. Особенно одна женщина, которую все называли Ведьмой, распалялась.

— Ты не такой, ты другой, я вижу-у-у, — выла она, словно волчица на Луну.

Пришлось дать ей щелчок по лбу, чтобы прекратить завывания. Нет, я знаю, что существует в мире, так называемое, непознанное, потому как сам с этим столкнулся, но вчера это было нечто.

Попал я на это сборище из-за моего приятеля, интересующегося магией, шмагией, шаманством и прочими колдунствами. Он на полном серьезе верил во все это, страстно желая стать великим волшебником, а то и чародеем. Просто жаждал. Вот и меня таскал по всем этим мероприятиям, когда у меня было свободное время. Кстати, последнего было совсем немного, поскольку я занимался исследованиями в области физики пространства и высокими энергиями. В первую очередь потому, что мне было очень интересно, но и защититься хотелось тоже. Плюс еще занятие рукопашным боем.

Началось это с семи лет, когда я убежал из детского дома искать себе родителей. Почему-то у нас, детишек, ходило мнение, что если на Ивана Купалу ночью убежать и найти огромный костер, где происходят гуляния, то обязательно родители тебя найдут и заберут к себе. А если очень повезет, то сможешь встретить их там. Воспитатели знали об этом, поэтому в этот день строго следили за нами, закрывая и двери, и окна, даже дежурили на улице. Но не зря же я забрал себе мягкую игрушку с меня ростом, положив ее вместо себя на кровать, и накрыл одеялом. Сам же пристроился у двери, и когда Марина Николаевна зашла нас проверить, вылез в коридор. Здесь мне просто повезло, что никого больше не было. Ну а на улицу выйти было уже не сложно — на первом этаже, где сидели воспитатели и сторожа, гоняя чаи, окно всегда было открыто.

Из рассказов более старших мальчишек, я знал, что искать надо на берегу реки, поэтому направился в ее сторону. Пройдя метров пятьсот, услышал удивленный голос:

— Умник, ты что ли?

— О, привет, Ленка.

Умником прозвали меня за то, что хорошо учился в первом классе, да еще и нравилось это делать. На разные смешки я не особо обращал внимание, а вот, если хотели оскорбить, то сразу начинал драку, даже со старшими ребятами. Однажды, когда я дрался с десятилеткой, меня и спасла девушка от… Ей было уже тринадцать лет, поэтому ничего удивительного не было в том, что она легко избила моего оппонента. Как ни странно, с тех пор между нами завязалась, если не дружба, то приятельские отношения точно.

— Удалось сбежать? А на фига?

— Ну, а че, те можно, а мне нельзя?

И тут она поняла причину, а рассмеявшись, сказала:

— Я тоже когда-то верила в эту сказку. Давай я просвещу тебя…

Но выполнить свое обещание не успела. Пятеро парней подошли к нам, и один, оттолкнув меня в сторону, схватил Ленку за плечо.

— Ну, что, будешь отрабатывать?

— Да пошел ты на… — она сбросила его руку. — Вот Кот тебе покажет.

— Нет больше твоего Кота, шл… — она схватил ее за волосы. — Спекся он.

Но Ленка не растерялась, вцепившись своими руками ему в лицо. А я-то знал, что у нее ногти достаточно длинные, за что ее постоянно ругали воспитательницы. Под крик парня она крикнула:

— Умник, беги.

Но я не сдвинулся с места, так как другой гопник успел схватить ее за плечи и с силой толкнуть в сторону. На ее беду, Лена ударилась головой о столб и упала на землю.

— А-а-а, — с криком, наклонив голову, я побежал на этого урода.

Наверное, я наклонился очень или тот был слишком высоким для меня. В общем, вместо удара в живот получилось ниже. Тот со стоном согнулся, и я бросился к подруге, как что-то ударило меня, а я покатился по земле. Впрочем, больно особо не было, зато я очутился рядом с ней.

— Прекратить! — раздался мужской голос.

Рядом стоял мужчина, хотя нет, дед уже, ведь голова у него была покрыта короткими седыми волосами.

— Дед пи… на х…, пока пи… не получил, — сказал гопник с расцарапанными лицом и решил ударить его ногой.

И тут же полетел на землю. Остальные, как будто проснулись ото сна, решили избить деда. Вот только не на того нарвались. Все их удары заканчивались тем, что уроды с криками и стонами валились на землю. Я даже не замечал движений этого странного дедка, который не бил, не замахивался, но молодые и здоровые парни отлетали от него, словно кегли в кегельбане от катящегося шара. Спустя какое-то время до их мозгов начало доходить, что это не они избивают деда, а он их. В руке одного появился нож, которым он сразу же ударил нашего защитника.

— А-а-а, — раздался крик урода, схватившегося за руку.

Куда девался нож, я даже не разглядел, хотя это место освещалось достаточно хорошо. И тут, наконец-то, в головы парней дошло, что, если они продолжат свое избиение, то могут и не убежать. Словно по команде, они разбежались в разные стороны.

— Лен, Лен, — я потеребил девушку.

— Стой! — крикнул мне дед, а подойдя, добавил: — У нее может быть травма головы и ее нельзя двигать.

Мы дождались скорой помощи, которая и забрала девушку, а я спросил, где можно научиться так драться. В общем, с тех пор я начал заниматься рукопашным боем. Правда, это оказался не тот бой, что по телевизору я видел у десантников, а совсем дугой, но не менее эффективный. Кстати, Лене повезло, что удар о столб пришелся вскользь, поэтому никаких последствий не последовало.

С тех пор прошло уже двадцать лет, я окончил школу, ВУЗ технической направленности, продолжал заниматься боем, устроился работать в одну интересную лабораторию. С Витькой мы сошлись только в конце пятого курса, да так и остались хорошими приятелями. Другом назвать его было сложно, не доверял я ему из-за его языкатости, но с ним было интересно. И вот он все норовил затащить меня на сборища великих чародеев и высоких магов.

А сегодня экстрасенсов набралось целых десять штук. Они, как я подозреваю по просьбе Витьки, поочередно водили руками у моей головы и все говорили: «чувствуешь тепло?», «почувствуй тепло ладоней» и прочую ахинею. И только Ведьма, к которой все относились с почтением, начала свою песнь что я, дескать, другой, не такой и вообще чуть ли не зеленый человечек, прилетевший на летающей тарелке. Я даже прикололся и обреченно сказал, что пойду найду эту свою тарелку и полечу домой. Так два чудика на полном серьезе попросили меня взять их с собой, что они, мол, согласны мыть полы, лишь бы только полетать. И, кстати, когда уходили, то Ведьма долго смотрела мне в след, что я даже чувствовал ее взгляд постоянно. Пожалуй, она, возможно, и обладала какими-то способностями, правда, с головой у нее не все в порядке.

— Все-таки классно я провел сегодня время, повеселился от души.

Я начал проваливаться в сон, но еще соображал, как внезапно почувствовал, что меня куда-то потащило. Поначалу вообще ничего не сообразил, потом подумал: «вот и до меня добралась мистика», затем решил открыть глаза и проснуться, как провалился куда-то во тьму.

Япония, замок Хотояма.

Открыв глаза, я вообще не сообразил, где нахожусь. Смутно помню квартиру свою, но это помещение совсем на нее не походило. А может быть, мне это кажется? Откуда у меня именно тот образ? А что было вчера? Праздник вроде бы какой-то, мы еще играли, кажется, в волшебников. И тут мой взгляд упал на женщину. Китаянка что ли. А кто такая китаянка? В голове, словно туман появился, и я замотал головой. Вот только результат стал противоположный — туман сгустился, отрезая какие-то образы. И только тут я сообразил, что женщина выглядит великаншей. Я провел рукой по глазам, думая, что видение пропадет, и застыл…

Это моя кисть? А почему такая маленькая, я же вроде как был большим? Или нет? Я снова помотал головой. И почему я решил, что большой? Вот обыкновенный ребенок.

— …, - что-то сказала женщина и, бросившись ко мне, обняла меня.

Я почувствовал как по моей голове потекло что-то, и только позже догадался, что это слезы. Она обнимала меня, целовала, приговаривая «мусуко, мусуко». Наверное, это моя мама. Наконец-то она меня отпустила, и кто-то другой взял меня за руку. А это кто? Моя старшая сестра? Так она совсем не похода на маму, наверное, вся в папу. И, кстати, где мой папа? Меня повели куда-то, как оказалось, в мою комнату. По пути сестра что-то рассказывала, но я непонимающе смотрел на нее, из-за чего она сильно расстраивалась.

— Не понимаю, — наконец-то произнес я.

— Сумико, Сумико, — сумел разобрать я, а дальше последовала абракадабра.

Вернулась мама, тоже стала говорить какую-то тарабарщину, которую, впрочем, понимала моя сестра. Я снова сказал, что ничего не понимаю, а мама снова заплакала. Дальше они уже вместе отвели меня в мою комнату. А когда уложили в кровать, на меня навалилась такая усталость, что я мгновенно уснул.

А утром меня ожидал шок. «Шок — это по-нашему» — откуда-то появилась у меня в голове эта фраза. Я тоже не был похож на мою маму! Откуда-то я знал, что хоть немного должен походить — глазами там, носом еще чем. Значит, мы с сестрой похожи на отца. Надо бы его найти, а то вчера он отсутствовал.

Весь день я играл, бегал по дому, а вечером к нам пришел какой-то дед. Я в первое время подумал, что это папа, пусть и старый, но оказалось, что это не так. Он говорил что-то мне, говорил, а когда я отвечал, что не понимаю, кивал и снова говорил. Потом начал показывать на стол, стулья, зеркала и прочее, что-то говоря, а я понял, что это такая игра. И начал называть их по-своему.

Через какое-то время я начал понимать отдельные слова, потом фразы, сам начал говорить на их языке. С каждым днем у меня получалось все лучше и лучше. Как только я стал понимать и разговаривать, то сразу познакомился с местными мальчиками. Нас было трое, и мы излазили весь наш замок в поисках подземных ходов, но за его переделы так и не попали.

А еще мама стала учить меня драться. Почему-то эта идея стала у меня какой-то навязчивой. Однажды я как-то сказал ей об этом, вот она и начала меня учить. И почти сразу я начал делать не так, как она. Потом она устроила какую-то проверку, после чего как-то неуверенно произнесла:

— Айкидо что ли?

И вот после этого у меня стало получаться лучше, хотя все равно на некоторые движения она сетовала, но я всегда говорил, что мне так удобнее делать. Спустя какое-то время она признавала, что можно и так.

Продлилась такая беззаботная жизнь всего два года, и вот однажды мама сказала мне:

— Тэкео, скоро тебе надо идти учиться в школу.

Глава 6

Япония, замок Хотояма.

Вот и пришло время идти в школу. Учебу я ждал с каким-то внутренним волнением и жаждой получить знания. Мои друзья не отличались таким рвением, поэтому давать знания им будут их родители. Я же по какой-то причине стремился в школу, где хотелось узнавать что-то новое для себя. Я даже научился читать и немного писать, хотя давалось мне это с огромным трудом. Даже порывался раз десять бросить, но что-то внутри толкало меня продолжать занятия. А потом, когда научился делать и то, и другое стало веселее. Вечерами перед сном я читал детские книжки, одни из которых мне нравились, а другие вызывали непонимание.

Школа находилась в десяти километрах от нашего замка, в городе Фукутияма. Ехали мы в крытой четырехколесной повозке, и по пути я с интересом оглядывался по сторонам, задавая много вопросов Оре. На самом деле я нечасто выезжал за пределы наших земель, поэтому и было все очень интересно. Еще с нами отправился один воин в качестве охранника. Когда мы приехали, она обняла меня и сказала:

— Не обращай ни на что внимания, — потом, отстранившись, добавила: — Мы будем тебя ждать здесь.

А вот когда я направился к зданию школы, то понял, что она имела в виду. Все смотрели на меня, как на своего личного врага, а кто-то так вообще даже кривился. С такими учениками друзей я здесь не найду. Но подойдя к младшим классам, немного вздохнул с облегчением — здесь такого явного недовольства никто не показывал, хотя все равно сторонились. «Ну и ладно», — с обидой подумал я. — «И без вас обойдусь».

Сегодня мы не занимались, а наша куратор рассказывала все об учебе. После этого был выбор старосты. И что тут началось… Пять девочек подрались за это место. Наверное, это и должно быть так, поскольку куратор вышла из класса. А мама мне почему-то не рассказывала о подобном. Кстати, что самое интересное, что дрались они умеючи, по крайней мере, виделась определенная школа. Это не драка мальчишек из нашего села, где они размахивали руками, попадая друг в друга один раз из пяти. Победила девочка с черными, как уголь волосами до плеч, карими глазами и самым заносчивым взглядом.

— Выбрали старосту? — спросила вошедшая куратор.

— Да, Минори-сенсей, — ответила эта девочка. — Это я.

— Замечательно Нэтсуми. На сегодня все свободны, а с тобой Нэтсуми мы сейчас обсудим твои обязанности. Завтра не опаздывайте.

Мы быстро разошлись и разъехались. По пути домой Ора расспросила меня о первом дне, особенно об отношении других учеников ко мне. Она стала меня успокаивать, и действительно успокоила. Я еще несколько раз повторил про себя, что обойдусь без них, и обида куда-то улетучилась. По приезду домой меня ждали друзья, с которыми провел остаток дня.

А со следующего дня начались учебные будни. И вот тут появилась на свет еще одна проблема — учеба давалась мне очень легко. Математика, так вообще, проще простого, да и литература с языком тоже не представляли ничего сложного. Правда, был один предмет, с которым я не дружил — музыка. Как ни старался я, а выше трех баллов получать не удавалось. И это при всем при том, что мне в принципе нравилась она, хотя, надо сказать, что не вся. А еще на меня взъелась наша староста. И ладно бы за математику или язык с литературой, так ведь нет — из-за физкультуры.

В самый первый раз наша учительница решила проверить, кто на что горазд, поэтому на занятии мы бегали и прыгали. И в самом начале мы бежали целый километр. Я не старался особо выделяться, а бежал с такой скоростью, как говорила мне мама. И как-то так получилось, что с самого начала я находился в лидирующей группе. Потом вперед нас вырвалось семеро, затем пятеро. А последние сто метров, как всегда, я ускорился, но не до предела. До финиша я добежал вторым, а первой прибежала староста. А вот после финиша я заработал такой злой взгляд, что даже опешил и посмотрел на нее.

Но та все отдышаться не могла, только отвернулась. Я же восстановил дыхание очень быстро, да и не устал я особо, так как на маминых тренировках я уже бегал минимум три километра и с большей скоростью, а это так — небольшая разминка, чтобы разогреть мышцы. Это потом я случайно услышал, что этот «белобрысый гайдзин» (то есть я) ее бесит своими лучшими результатами по физкультуре. Обсуждали эту тему две девочки — подружки Нэтсуми, а я услышал. И, кстати, прыгал я тоже дальше нее, и тридцать метров на скорость бежал быстрее. Я даже не думал, что бывают такие ненормальные, чтобы невзлюбить или вообще возненавидеть кого-то только за то, что тот, другой, быстрее бегает. И это мне очень не понравилось, поэтому во время бега я всегда старался прибежать раньше нее. А в короткие забеги она вообще всегда выбирала меня в пару, и тут я тоже прибегал чуть-чуть раньше, чем выводил ее из себя. Причем, было понятно, что я мог прибежать с большим разрывом, так как дышал не так тяжело, как староста.

Япония, город Токио, императорский дворец.

В комнате отдыха возлежали удобных диванчиках императрица Японии и глава клана Самураки Сенга. Два новых наложника Акеми расположились на полу, и нежно массировали ноги женщинам. Сами же женщины пили вино, привезенное из Китая, и разговаривали о готовящемся турнире претендентов. В этот раз императрица решила провести турнир не только для себя, но и для глав кланов и родов, поддерживающих ее. Победитель соответственно достанется ей, остальных претендентов могут разобрать другие женщины, а в случае пересечения интересов устроить аукцион или дуэль между ними. В данный момент они решали, какое решение принять по этим двум вопросам.

А вообще, после того памятного события, когда была уничтожена Аркея, Сенга Самураки стала самой близкой подругой императрицы. Она и до этого всецело поддерживала Акеми Кэн, а сейчас и подавно. По многим вопросам правительница советовалась ней, как, например, сейчас.

— Я думаю, лучше устроить дуэли, но брать плату за возможность доказать свою правоту, — сказала императрица. — Выше, — приказала она наложнику, что ласкал ее коленку, — и, схватив его за волосы, убранные в хвост, притянула к себе, показывая, где это выше.

— Согласна с тобой Акеми-сама, — ответила ее собеседница.

Следующие двадцать минут в помещении раздавались стоны, сыпались приказы «выше», «нежнее», «делай также», затем наступила кульминация, где женщины одновременно вскрикнули и расслабились.

— Пшли вон, — приказала императрица, а когда мужчины исчезли, серьезным тоном спросила: — Какие новости принесли твои диверсанты?

— Владения демонов немного расширились, совсем чуть-чуть, но два племени местных ушли со своих мест. Мои люди по-прежнему не могут пробраться далеко вглубь, поскольку работать с силой становится значительно труднее. Кто-то даже говорит, что там вообще меняются потоки энергий, что и является причиной.

— Воевать пробовали?

— Да, и результаты желают лучшего. Целью выбрали их малый патруль — пять демонов: три гончие и два воина. Хорошо, что в бой вступили две очень опытные группы. Первым и самым неприятным сюрпризом была их возможность атаковать силой на значительном расстоянии. Как мне сказали, их маги не поддерживали связь с проявлениями своих техник. Поэтому и могут применять на большие расстояния. Мы так не умеем, хотя некоторые из моих людей пытаются. В этом отношении они похожи на аркейцев, которые тоже умели работать на больших расстояниях. Скорость гончих была лишь немного меньше, но это же лучшие мои диверсанты! Воинов-магов удалось победить только за счет силы, переборов их защиту.

— Как хорошо, что они живут в своем пятне.

«Пятном» стали называть область, где жили демоны. С чьей подачи кого это произошло, неизвестно, но, сами того не осознавая, люди дали очень точную формулировку. Это было именно пятно на планете, как в физическом плане, так и в энергетическом. Вот только разницу в энергиях пока еще могли определить только очень чувствительные владеющие силой.

После этого они обсудили слухи, что Америка все больше и больше отгораживается от остального мира. Но, поскольку та находилась далеко от них, то эта новость не являлась важной. Куда как важнее творящееся в Китае, Корее и Малайзии.

Япония, город Фукутияма, начальная школа.

— А теперь Тэкео решит на доске следующий пример, — сказал учитель математики, начав его писать.

Вот уже три года я учусь в школе, и на протяжении всего этого времени такие случаи происходили чуть ли не на каждом уроке. В силу каких-то причин учитель Йошико Сутинара невзлюбил меня очень сильно. А как еще можно понять его стремление подловить меня на неправильном ответе? А мне постоянно кажется, что он хочет именно подловить, иногда даже чувствую его некое предвкушение. Но мне все эти сложения и вычитания казались очень легкими, я заранее как-то уже знал ответ, слово у меня в голове кто-то решал пример еще до того, как я возьмусь за него. А ведь учитель задавал мне более сложные задачки и примеры. Как вот сейчас.

Я вышел к доске и быстро написал решение примера. Учитель глянул на меня каким-то непонятным взглядом и сказал садиться. Вторым уроком была физкультура, на которой мы отжимались на оценку. Я получил свои пять баллов, легко отжавшись на один раз больше требуемого. Нэтсуми же отжалась на один раз больше меня и посмотрела на меня с таким видом, словно выиграла как минимум первенство школы по отжиманиям. Я не выдержал и, отвернувшись, рассмеялся.

А после урока нас неожиданно отпустили домой, сообщив, что два последних занятия отменяются. Но когда я вышел из школы, то Ора еще не приехала, поэтому я пошел по ближайшим магазинам. Ничего интересного там не было, и я направился обратно к школе, а через сто метров дорогу мне перегородили трое парней и две девушки. Я как раз хотел сократить путь через парк, где сегодня оказалось на удивление мало гуляющих людей. И лет им было где-то по четырнадцать-пятнадцать. Обидно то, что осталось пройти совсем ничего.

— Это что за белая макака идет? — начал разговор один из них и все остальные, включая, девчонок засмеялись.

— С дороги животное, — и один из парней размахнулся и с силой ударил меня, целясь в плечо.

Я, как меня учила мама, почти перед самым прикосновением, резко убрал его, немного повернувшись, и незадачливый парень проскочил мимо меня, споткнулся о резко выставленную ногу, полетев на землю. Впрочем, вскочил он быстро и уже трое атаковали меня, причем, более правильно и более жестоко. Если первый удар шел в плечо, то сейчас они направлялись в голову, живот, между ног. Я на автомате перешел в текущее состояние, не давая себя ударить, отклоняя их атаки или уходя от них.

Мама, как будто знала, что мне пригодится подобный опыт, и уже год, как все мои тренировки заканчивались похожими спаррингами. Некоторые удары я пропускал, но полностью расслабленное тело гасило их. Тут я заметил готовящуюся атаку ногой. Присев на правую ногу и прикрыв голову руками, я второй ногой ударил в колено опорной.

— А-а-а, — раздался крик падающего парня.

И тут меня обожгло чем-то сзади. Плавно уйдя в сторону, я повернулся, чтобы увидеть, как водяная плеть одной из девчонок летит ко мне. Я снова сместился, но кончик плети все равно больно ударил меня. И тут же вторая ударила огненной плетью. Удары посыпались один за другим. Я старался прикрывать лицо руками, как-то отводить их, но получалось откровенно слабо. Лицо я худо-бедно оберегал, но все тело у меня начало кровоточить. И тут меня связали как-то, а парень, тот, которого я уронил ударом в коленку на землю, начал бить. Он делал это с таким остервенением, что мог что-нибудь сломать. Чтобы как-то себя обезопасить я пытался расслабиться, пытался пускать волну по телу, чтобы избавиться от пут, но ничего у меня не получалось. Я все больше бился и бился в них, а потом получил очень сильный удар и со мной что-то случилось. Невероятная боль пронзила все мое тело, и я закричал.

Япония, город Фукутияма.

Еще перед въездом в город Сумико почувствовала тревогу за Тэкео, а минутой позже появились нехорошие предчувствия. Приказав кучеру увеличить скорость, она едва дождалась, когда повозка доедет до школы, и соскочила на землю. Рванувшись к школе, она замерла, а потом понеслась к парку. Успела увидеть смеющихся девушек, и парня, избивающего ее сына. И тут Тэкео закричал. Удар одной рукой — и она перерубает огненные и водяные путы, с помощью которых девчонки держали сына: первая оплела ноги, вторая туловище. Второй рукой она выпустила три тарана, повалив молодых людей на землю. Сначала она хотела убить, но вовремя сообразила, что необходимо обязательно допросить, и не обязательно эти две малолетние стервы могут быть в курсе.

Стервы же попытались что-то сделать, но Сумико быстро сделала с ними то, что ранее проделали они с ее сыном.

— Кто заказал или просил? — и сжала горло обеим, а затем немного отпустила, чтобы смогли сказать.

— Такомо, — хрипло ответила одна.

И тут ее сын застонал. Отбросив девок, она наклонилась над ним, и даже замерла. Даже так она чувствовала, как вокруг мальчика бурлит сила. Это было очень похоже на внезапную стихийную инициализацию. И это очень плохо, поскольку может привести к потере силы и даже к смерти. Проявление силы у сына должно начаться в одиннадцать лет — эти знания ей вложил аркейский воин. К счастью, их обучали, как оказывать первую помощь в подобных случаях, чтобы ребенок не умер. Женщина стала гладить сына, как бы разглаживая потоки. К этому времени рядом с ней стоял охранник сына.

— Убить? — спросил он, показывая на лежащих детей.

— Не стоит, — покачала головой женщина, только секундой ранее успокоившись. — Дети все же. Наказывать надо других.

Она бегом донесла ребенка к знакомому лекарю, который проживал совсем рядом. Тот осмотрел мальчика и сказал, что все будет хорошо, поскольку она успела вовремя оказать первую помощь.

К поместью Такомо подъехала крытая повозка, из которой вышла женщина. Подойдя к воротам, оказавшимися закрытыми, она постучала.

— Кто? — раздался женский голос из-за них.

— Мне необходимо поговорить с главой рода.

— Не принимает, — насмешливо ответили ей. — Иди подобру-поздорову.

В следующий момент невидимый молот ударил в ворота, вырвав их с корнем, и под женский вскрик те упали на землю. Когда женщина вошла внутрь, ее одновременно атаковали двое воинов. Сумико, остановившись, захватила невидимыми руками их оружие и продолжила атаку, немного изменив направление. Раздалось сдвоенное бульканье, когда катаны вошли им горло. Миг, и они уже в руках женщины, которая пошла дальше. А в следующую секунду они засверкали вокруг, отбивая пущенные в нее сюрикены.

— Как ты смеешь?! — в ярости крикнула какая-то женщина лет сорока пяти, атаковав ее четырьмя огненными плетьми, пущенными с двух рук.

Уронив катаны, Сумико мягко приняла их на щит силы, отклоняя в стороны, и резким движением выбросила их вперед. Легко пробив защиту — огненную вуаль, она, как когда-то десять лет назад, схватила невидимой рукой женщину за волосы и с силой впечатала лицом в мощеную площадку. Надо сказать, что противница Сумико не сдалась и пыталась вырваться и атаковать, но невидимый клинок ударил точно в место сосредоточения в руке силы, отчего руку женщины свело судорогой.

— Если кто-то из твоих приспешников поднимет руку на моего сына Тэкео Тануки, я уничтожу весь твой род, включая младенцев и стариков, — прошипела женщина.

Ей очень хотелось уже сейчас исполнить свое обещание, но у нее был свой кодекс. В подобных случаях она всегда делала одно предупреждение. Единственное.

— А тех двух дур и трех придурков, которые по заказу Такомо решили поиздеваться над ним и избить я оставила в живых только на первый раз.

Взмах рукой и женщина упала на землю, впрочем, приземлилась на ноги. А в воздухе остались ее волосы, срезанные под корень. В следующий миг они начали медленно падать на голову своей бывшей хозяйки.

Сумико развернулась и направилась к повозке, готовая к любым неожиданностям. Но их не последовало.

Глава 7

Япония, замок Хотояма.

После того знаменательного для меня события прошло три года. Какое событие и почему оно знаменательное? Так ведь у меня прошла стихийная инициация и я остался жив! Я так обрадовался, что как только смог встать на ноги сразу захотел учиться магии, но мама категорически мне запретила. Оказалось, что мне еще полгода нельзя даже пытаться что-то сделать. Сила, что спонтанно и настолько быстро пробудилась во мне, повредила мое тело. Повреждения убрали, но необходимо время, чтобы организм привык к ней. А потом мама сама начала лично меня тренировать, но бывало так, что занималась мною Ора. В основном это касалось моментов, когда я оттачивал ту или иную технику.

Мои друзья часто наблюдали за моими тренировками, завидуя мне и огорчаясь отсутствию у себя силы. Поскольку на учебу я вообще не тратил времени, на обучение по владению магией или силой, кто как называл это явление, уделял достаточно много времени. Обучение продвигалось медленно, техники давались тяжело, но мама с Орой подолгу находились рядом, указывая на ошибки. Я сразу спросил маму, почему у Оры и других детей получались огонь, вода, что-то воздушное, а у меня ничего. Поначалу она не отвечала и попросила, чтобы я ни у кого не спрашивал. И только через год, когда у меня что-то сдвинулось с места, мне стало легче оперировать силой. Но даже после этого оставался некий дискомфорт, словно я делаю что-то неправильно. Мама с Орой попытались понять, говорили как можно немного изменить, но все безрезультатно.

Так и прошли следующие два с половиной года. В школе я получал почти только высшие баллы, исключение составляла литература. Многие вещи мне были откровенно непонятны, другие казались глупостью. Мама дома пыталась все объяснить, чтобы я понял, а вот Ора очень часто хихикала, когда я высказывал свое мнение в отношении японских стихов. Я откуда-то знал, что там должна быть рифма, но здесь простой набор слов. Нет, были стихи, которые мне нравились и которые соответствовали моему понимаю, так они мне даже нравились. Но здесь все просто наслаждались творением типа:

«Желтый лист плывет.

У какого берега, цикада,

Вдруг проснешься ты?»

Для меня это простая обыкновенная фраза, а не стих и, тем более, не стихотворение. Однажды у меня в памяти появились строчки, которые очень понравились.

«Осенняя пора, очей очарованье,

Приятна мне твоя прощальная краса,

Люблю я пышное природы увяданье,

В багрец и золото одетые леса».

Произнес и только после этого сообразил, что сказал на незнакомом языке. Потом пришло понимание, что я понимаю сказанное, поэтому язык должен быть мне знаком. Я задумался об этом странном факте, но тут взгляд упал на Ору. Глаза, что у девочки из аниме — большие, если не сказать огромные, широко распахнутые в удивлении. А что такое аниме? Откуда я взял это слово? Попытался хоть как-то вспомнить, но тщетно. Наверное, оно оттуда же, откуда пришло на ум стихотворение.

— Откуда ты знаешь скифский? — наконец-то, сумела произнести Ора.

— А это скифский? — на всякий случай переспросил я.

— Да, это наречие северных скифов.

Мама тоже ожидающе смотрела на меня. Я еще раз попытался понять, откуда пришли на ум эти слова, но вновь безрезультатно. Признался, что не знаю. Мама отстала, а вот Ора, которой просто безумно понравилось это четверостишие, периодически, но с постоянством спрашивала меня, не вспомнил ли я еще чего.

В общем, закончил я начальную школу почти отличником. Тройка по литературе меня совершенно не смущала, хотя взгляды некоторых девчонок были явно злорадные. И вот после торжественно съеденного торта, приготовленного поваром лично для меня, поскольку такого сочетания лимона с шоколадом, которое обожал я, не мог выдержать никто, мама меня ошарашила.

— В среднюю школу поедешь учиться в Осаку.

Первое, что пришло мне на ум: «Как же я там буду без друзей?». Пусть в местной школе я ни с кем не сдружился, зато дома всегда было с кем поиграть. Вторая мысль была: «Как мама без меня? Вдруг ей понадобится моя помощь». Вот их я и высказал. У мамы почему-то стали влажные глаза и она, подойдя ко мне, обняла. Затем стала говорить, что уровень местной средней школы не соответствует моим возможностям, что там обучение намного сильнее, материала дают больше. И, что тоже немаловажно, магическое обучение там тоже присутствует. Я высказался, что вдруг меня не примут, на что мама улыбнулась, сообщив, что уже обо всем договорилась. Оказывается, так называемая проверка в конце четверти, это просто приезжал кто-то, чтобы проверить истинный мой уровень знаний. Когда она добавила, что я могу в любой момент вернуться, если захочу, то согласился.

Уже вечером, перед тем как лечь спать, ко мне в комнату зашли мама с Орой. По одному их виду я сообразил, что намечается нечто важное.

— Тэкео, — с легкой грустью произнесла мама, — я должна открыть тебе правду твоего происхождения. Лучше ты узнаешь ее от меня, чем от кого-либо другого. Это здесь никто особо не интересовался кто твой отец, но в Осаке много влиятельных родов, которым не составит труда узнать истину.

И умолкла, продолжая сидеть с каким-то отрешенным лицом. Я перевел взгляд на Ору, но та даже не улыбнулась, хотя ранее всегда ее уста озаряла улыбка, когда мы встречались взглядами.

— Это произошло тринадцать лет назад, когда я еще была простым воином. У нас тогда была операция на территории Арке́и, как раз в тот момент и появились там демоны. Ты изучал историю, поэтому знаешь обо всем. И это полностью моя вина, что твоя настоящая родина погибла.

Я увидел, как у мамы по щекам побежали слезы. Повинуясь порыву, обнял ее.

— Да, Тэкео, ты аркеец и я не твоя родная мама, — услышал я ее голос около своего уха. — Я почти сумела выбраться тогда, но меня настиг демон, справиться с которым я не смогла бы. Спас меня аркейский воин, гвардеец, элита элит, я назвала его «воином солнца», поскольку он сумел вобрать в себя его силу. Он отдал мне тебя, когда тебе исполнилось всего полгода, и я дала клятву, что сохраню тебе жизнь. А он, чтобы дать мне время на бегство, ушел сражаться с высшим демоном и его свитой. С тех пор я больше его не видела. Я не знаю, кто ты, и кем были твои настоящие родители.

Я не могу описать свои чувства. Где-то глубоко внутри меня сидело сомнение или неправильность из-за моего внешнего вида. А сейчас оно нашло подтверждение. Я внезапно осознал, что моя мама права о моем происхождении, и моя родина где-то там, на другом материке. Где-то там погибли мои кровные мама и папа, зато у меня появилась вторая мама, отказываться от которой я не намерен.

— Ма, не плачь, — чуть отстранившись, произнес я.

И рукой вытер слезы у нее на щеках. Но от этого моего действия, они потекли чуть ли не ручьем, а мама крепко-крепко прижала меня к себе. Я посмотрел на Ору, с удивлением увидел ее влажные глаза и два тоненьких ручейка, стекавших по ее щекам. Пять минут мы так и просидели, обнявшись, а затем мама вытерла слезы и продолжила разговор.

— Поэтому ты не удивляйся, если кто-то выскажет тебе о твоем происхождении или то, что ты не мой родной сын. Если посчитаешь себя оскорбленным, смело вызывай на дуэль, но помни, что в средней школе запрещены бои насмерть. Но постарайся все же решать вопросы миром, чтобы не накалять обстановку и не плодить лишних врагов. Их и так у тебя будет достаточно. Поедешь вместе с Орой и Ниоми, а проживать будете в небольшом домике недалеко от школы. Ора будет все делать по дому, а Ниоми тебя охранять. Его хозяйка мне должна, поэтому за жилье платить не нужно.

Выбор Оры был понятен и ожидаем — она с младенчества нянчится со мной. Но вот Ниоми я никак не ожидал увидеть рядом с собой. Ей всего шестнадцать лет — какой из нее телохранитель? Ну, пусть через полгода семнадцать. Да и мы с ней вообще не сдружились, в отличие от других воинов и воительниц. Хотя становится понятным, почему мама уже полтора года лично занимается обучением девушки. Получается, что о моей учебе в Осаке она задумалась еще тогда? Но все равно — что за телохранитель, которая всего на три года старше меня? Я и высказал маме про все.

— Тэкео, она очень одаренная в силовых техниках девочка, — улыбнулась мама в ответ, — да и с холодным оружием она на ты. Видел же, что я ее тренирую лично, как и Ору.

На следующий день случилось мое «знакомство» с Ниоми. Девушка была дочерью наших воинов, которые служили нам с самого начала. Они оба владели магией, женщина лучше, мужчина, что естественно, хуже, а вот дочь у них получилась одаренная. Мама объясняла нам всем троим обязанности каждого, и то, что мы должны стать друзьями, несмотря ни на что. Ну, Орой мы давно дружим, а вот с этой моей охранницей, вряд ли получится. Вон, даже мама, говоря это, смотрит на меня, а не на нее, поскольку та намерено не замечает меня.

Каникулы пролетели так быстро, что я даже не заметил. Перед моей самостоятельной жизнью, как выразилась однажды мама, я должен стать еще сильнее. Поэтому они превратились в сплошные тренировки, и только в последнюю неделю перед отъездом я наслаждался отдыхом. Но вот что странно — когда я валился вечерами с ног, то мечтал о днях, когда буду просто лежать на кровати и ничего не делать. Хватило меня всего на день, а на второй я самостоятельно поднялся утром, направившись на пробежку. Молчаливая Ниоми, как всегда, оказалась рядом и чуть позади.

Домик, куда мы приехали, был небольшой, но уютный: кухня, холл, три небольшие комнаты-спальни. Мама специально с нами не поехала, чтобы мы все учились самостоятельности. Ора то давно уже была такой, а вот мы с телохранительницей нет. Дворик вокруг дома был совсем небольшой, зато росшие по границе очень густые кусты, полностью скрывали творящее здесь, как и одно огромное дерево. Поэтому можно спокойно здесь тренироваться. Два дня ушло на обустройство, а затем я пешком направился в школу.

Отбиться от Ниоми у меня не получилось, поэтому девушка шла рядом и немного позади. Как всегда молчаливо и только изредка бросала на меня взгляд, когда я оглядывался на нее. Такая вся серьезная, что в очередной мой взгляд на лицо мое наползла улыбка, и это вызвало у девушки хоть какую-то реакцию. Мы как раз шли вдоль магазина со стеклянными витринами, в которых я краем глаза увидел, как Ниоми потрогала свое лицо рукой. Сдержаться не сумел и, оглянувшись в очередной раз, остановился, внимательно рассматривая ее лицо.

— Что? — спросила она и поправила волосы.

— Отлично выглядишь, — ответил ей, замечая смущение на ее лице.

«Ух, ты!», — мысленно воскликнул я. — «И здесь работает!». Я как-то подслушал в городе Фукутияма разговор двух девушек. Они это говорили в отношении одного парня, который им нравился, и они хотели его затащить к себе домой. Силой это делать нельзя, поскольку он там чей-то наследник, вот они и изыскивали различные способы. Одним из них была раздача комплиментов. Я принял это к сведению, вот только что-то внутри меня говорило, что это парни девушкам должны их говорить. Видеть смущающуюся Ниоми, которая вела себя словно робот, мне было очень приятно, что я рассмеялся. И застыл. Что такое робот? Наверное, это все оттуда же, из того места, где я был до пятилетнего возраста. Мама мне все рассказала, что до того момента я больше всего походил на некую человеческую оболочку, и только после ритуала у меня появились проблески разума. С ее слов, я находился в другом мире, память о котором исчезла, а теперь проявляется вновь.

Девушка же восприняла мою остановку за опасность и стала оглядываться в поисках ее. Но я махнул рукой и направился дальше. В трехстах метрах я остановился и сказал:

— Все больше меня провожать не нужно. Видишь же, что никто не хочет меня побить. И завтра тоже не надо, а то засмеют в школе. Иначе, — я не сумел сдержать смешок, — буду ходить с тобой под ручку. Или устрою обнимашки.

Отстала и хорошо! Покраснела и чуть ли не бегом отправилась домой. Когда заходил на территорию школы, на меня бросали взгляды: безразличные, заинтересованные, недружелюбные и даже завистливые. Последние, кстати, принадлежали двум парням, которые затесались среди множества девчонок. Я могу их понять — я в свои тринадцать чуть ли не на голову выше их. Где должен находиться первый класс средней школы, я знал, поэтому направился туда немного стороной, делая крюк. Большинство школьников избежал, но когда пришлось свернуть, увидел трех старшеклассниц. Это было особенно заметно по их фигурам. Мой взгляд как-то сам по себе оглядел их, задержавшись на груди.

— Какой экземпляр! — произнесла одна из них. — Эй, мелочь, ты как язычком умеешь работать?

Вопрос я откровенно не понял. Что значит работать языком? Говорить? Так бы и спросила. Или что она имела в виду? Я даже остановился, пытаясь понять, но не смог.

— Говорить умею, — ответил им и направился дальше.

— Какой мальчик, — со смехом произнесла та же, но резко сменила тон. — Он мой слуга.

Глава 8

Япония, город Осака, центральная средняя школа.

Как ни странно, фраза девушки вызвала у меня только смех, который вылился в улыбку на моем лице. До своего класса я добрался через пару минут и увидел то, что и ожидал. Негативное отношение большинства учениц и учеников. Последних, кстати, было всего пятеро и раз, два, три… двадцать пять девчонок. Хуже всего было то, что в моем классе собрались только аристократы и аристократки, у которых ко всем не японцам, особенно к таким, как я, определенное отношение. Жаль, но найти здесь хотя бы приятелей, не получится.

— Первый «бэ», — окликнула нас подошедшая женщина, — построились в три ряда.

И тут она заметила меня. На лице не отразилось ничего, а мне очень хотелось узнать ее истинное отношение. Все-таки куратор на следующие три года. Надеюсь, что три. Я естественно встал крайним в последнем ряду, рядом с двумя девчонками, совершенно не обращавших внимания на меня. Интересно, что я на полголовы минимум был выше любого моего одноклассника или одноклассницы.

К возвышению вышла женщина лет пятидесяти и, как я понял из перешептываний, это директор школы. Она начала стандартный рассказ о том, что нам очень повезло учиться в этой школе, что она одна из самых лучших в Японии, что мы получим максимум образования и все такое прочее. Мне было скучно ее слушать, но привитое мамой чувство ответственности не позволило мне откровенно показывать свое отношение. Но, вероятно, и сама директор прекрасно все понимала, потому речь ее не была очень уж длинной. После торжественной линейки куратор нас повела в класс.

Первый урок — знакомство друг с другом. Хотя я и так видел, что многие уже знакомы, но ритуал есть ритуал. Что мне понравилось в классе, так это наличие отдельных столов для тех, кто хочет сидеть один. Находились они в последнем ряду, вот к одному из них и направился. Очень интересно — одиночкой я оказался один, а все остальные расселись парами, даже один парень сидел с кем-то из девчонок.

— Мое имя Аки́ра Мимо́то, — представилась наша классная руководитель, — и я буду все три года вашим куратором в средней школе. Преподавать буду биологию. А теперь давайте познакомимся.

Начали с первого ряда. Вставали девчонка или пацан, называли себя, потом садились. Я даже не старался запоминать имена, ни к чему мне это. Так очередь и добралась до меня.

— Тэкео Тануки, — представился я и сел обратно за парту.

— А он что тут делает? — раздался голос с первой парты.

Учительница проигнорировала этот выпад и начала подробно рассказывать о том, что нас ждет. До того, как она затронула тему магии и силы, я слушал вполуха, но сейчас сконцентрировал внимание на ее словах.

— Некоторые из вас уже знают свою предрасположенность к своей стихии или стихиям, а для остальных будут проведены тесты. После этого вас распределят по группам. Не обязательно вы попадете с одноклассниками, вполне возможно, что кто-то будет учиться силовым техникам с учениками первого «а» класса. В конце года у вас также будет экзамен по ним и соревнования. Первые два места поедут на турнир в Токио. Так же в школе имеются факультативы на разный вкус, поэтому любой может подобрать себе по желанию.

Вот в таком духе и прошел наш первый урок. Вторым занятием у нас была математика. И преподавал ее уже пожилой мужчина. Войдя в класс, он внимательным взглядом оглядел и первой же своей фразой озадачил.

— Многие из вас меня уже заочно знают, и сразу скажу, что все то, что вам наговорили — правда. Положительную оценку, даже если это всего лишь удовлетворительно, у меня можно получить только за знания. Имя мое Ио́ши Комона́ки. А сейчас начнем проверку ваших знаний.

Он достал пачку листов и лично прошелся по классу, выдавая задание. Получив свой лист, я увидел пять заданий. Решил я их минут за двадцать, а остальное время посвятил разглядыванию девчонок, занимающихся на улице на уроке физкультуры. Почему смотрел? Так потому, что там была та троица, встретившаяся мне сегодня. Выделив ту, которая хочет сделать меня своим слугой, понаблюдал за ней, придя к выводу, что она, в самом деле, сильнее своих подружек. Да, пожалуй, и в классе тоже.

— Хм, — раздалось рядом со мной, а в классе послышались смешки. — Интере-е-есно.

Учитель собственной персоной стоял рядом, глядя на мою выполненную работу. Затем взял тетрадку и внимательно просмотрел все решения.

— А ты уверен, что тебе надо учиться именно в средней школе? — задал он вопрос, а в классе тихие смешки переросли в громкие. — Я что-то смешное сказал? — он повернулся к ученикам.

Враз наступила тишина. «Оказывается, этого прикольного дедка, действительно, опасаются», — подумал я. Потом он перевел взгляд на улицу, где в этот момент все девчонки (а занимались только они — видать, не было в их классе парней) наклонились, делая растяжку спинных мышц. Снова хмыкнул и, забрав, мою тетрадку, произнес:

— Можешь продолжать свое занятие, — и направился к своему столу.

Кто-то снова захихикал, но очень тихо, а я перевел взгляд на улицу. Так и просидел я, рассматривая старшеклассниц. Следующим уроком у нас была история. Ничего существенного не произошло, разве что только тот факт, что учительница меня невзлюбила с первого взгляда. В общем, я и не надеялся, что ко мне будет хорошее отношение, поэтому и не расстроился. А отметки? Ну, придется мне серьезно посидеть над учебником, да и ладно.

Большая перемена, во время которой мы сможем перекусить едой, что принесли из дома. У меня снова появилось мнение, что это как-то неправильно — не лучше ли готовить в школе и чтобы мы сами покупали себе еду? Мне кажется, что это более правильно. Наверное, это сказывается утерянная память другого мира, и, вероятно, там так все и происходило. А вот столовая, где каждый может съесть свой обед, была. Но здесь можно было бесплатно к своему обеду взять напиток. Взяв себе первую попавшуюся чашку, направился в самый дальний угол, где принялся быстро кушать. Во время обеда задумался о своем первом впечатлении о школе, нравится она мне или нет? Пока однозначно сказать не мог — старичок-математик явно пришелся мне по душе, одноклассники нет, но это ожидаемо. В общем, решил, что зависеть будет от магии и силовых техник. Если понравится там, то доучусь.

— Ты смотри, какой послушный мальчик, — услышал я радостный знакомый голос, — успел даже узнать, где наш любимый столик.

Напротив меня уселась та, что решила сделать из меня своего слугу. Краем глаза заметил, как все с интересом уставились на нас. В большинстве лиц читалось злорадство, у других предвкушение потехи, и, что удивительно, были даже сочувствующие взгляды.

— Так, быстро принеси мне вишневый сок, — девушка махнула рукой.

Но я остался сидеть, допивая свой, как оказалось, тоже вишневый сок. Как хорошо, что я всегда ем очень быстро, чем изрядно досаждал маме, поскольку для аристократии считалось это дурным тоном. И теперь я понимаю, почему она так наседала на меня, поскольку здесь все, можно сказать, только приступили к обеду.

— Ты что, не понял? — зашипела девушка.

Я закрыл крышку своего контейнера, взял пустую чашку и направился к раздаче под взглядами чуть ли не всех учеников. Поставив чашку, двинулся к выходу из столовой.

— Мелки-ий, — закрывая двери, услышал я злой выкрик.

А теперь — ходу. И я выбежал на улицу, где сразу свернул налево, затем за угол. Мама мне несколько раз напоминала, чтобы я сдерживался, но как тут удержаться? Правда, я ничего такого не сделал. Даже не унижал ее, в отличие от самой девчонки. Остаток перемены я просидел на травке под деревом, и с началом следующего урока был уже в классе.

«О, сколько нам мгновений чудных готовит просвещенья дух», — пришло мне на ум. Какие взгляды одноклассников? Даже жалость есть! Неужели это какие-то известные личности, что сподвигли некоторых аристократок и аристократов вызвать эту эмоцию?

Урок — светская этика. Это настолько бесполезный в моем понимании предмет, что навевал скуку еще до его начала. Я с огромным трудом заставлял себя слушать учительницу. Все эти поклоны так, сяк, этак и эдак, руки так или вот так. Если меня мама дома заставить не могла долго изучать эту чушь, то что говорить о незнакомой пожилой женщине. Хорошо, хоть не смотрела на меня, как на врага всего японского народа. В общем, с огромным трудом я высидел этот урок, и хорошо, что он только раз в неделю. Когда закончился, я начал собираться. Медленно, чтобы не толкаться у двери.

Не понял. Все одноклассники, за исключением двух парней, собирались чуть ли не медленней меня. Чего это они? А, понятно, собрание, наверное, будет, где выберут старосту, хотя куратор вроде бы не говорила об этом. Или она подразумевала это, как само собой разумеющееся? Раз так, то я быстренько собрался и двинулся к выходу, замечая краем глаза, что одноклассники сделали то же самое. А затем гурьбой вышли за мной следом. Пожав плечами на этот непонятный момент, я направился к выходу. И уже в дверях, услышал свое имя.

— Тэкео!

— Иоши-сама, — я поклонился, как того требовал этикет.

— Ты домой уже?

— Да, — я снова поклонился, так как нравился мне этот старичок, от которого я не видел никакого негатива.

— Пойдем, мне все равно надо по делам, — мы вышли на улицу. — Скажи, откуда у тебя такие познания в математике?

— Само как-то получается. В начальной школе тоже было просто.

— Не хочешь пойти ко мне на факультатив заниматься дополнительно?

— Иоши-сама, я решил пойти на факультатив по владению холодным оружием, а также боя без оружия, — ответил ему. — У меня просто не будет времени.

— Жаль, жаль, — он покачал головой и, действительно, расстроился. — Но если захочешь, то я буду только рад. Всего хорошего.

— До свидания, Иоши-сама, — я снова поклонился.

За этот короткий разговор мы почти дошли до выхода со школьного двора. И от меня не ускользнули разочарованные лица трех девушек, а также стало понятно медленное собирание класса. Они, видать, хотели посмотреть на то, что задумала та троица, а тут учитель обломал их. За забором меня уже поджидала Ниоми. Я подошел к ней и, взяв под руку, можно сказать потащил за собой, поскольку она опешила от такого. Но справилась быстро и пошла рядом. И только когда мы отошли на некоторое расстояние, что из школы нас не видно, она освободилась и пошла чуть сзади. Но я прекрасно видел ее покрасневшие щечки.

Дома Ора расспросила меня про первый день учебы, уделив внимание на отношение учителей. Но ничего того, чтобы не вписывалось в возможный сценарий, не произошло, даже плюс с математиком. Вечером мы все втроем занимались силовыми техниками. Точнее Ора и Ниоми проверяли меня, чтобы я не афишировал умение работать с силой напрямую без проявления стихий. И лишний раз напомнили, что мама тоже об этом говорила. И, наконец-то, ответили на вопрос: почему?

— Эта методика разработана твоей мамой на основе вложенных аркейцем знаний, которые появились только после твоей инициации. У нас считается, что обучать владению силой в чистом виде можно только уже готового мага. Попытки начать обучение детей предпринимались не один раз, но в итоге только портили будущего чародея. Ты уже достаточно взрослый, чтобы понять, что об этом нельзя распространяться. Существует один нюанс — чтобы не начать двигаться вниз, тебе необходимо обучатся всем стихиям одновременно. Поэтому завтра на проверке ты должен показать это. На тебя обратят внимание, но есть надежда, что из-за твоего происхождения не будут строить интриги по привлечению в какой-нибудь клан или род. Подобные способности встречаются нечасто, но и уникумом ты не будешь.

Я прекрасно осознавал, что означают подобные знания, ради которых любой клан пойдет на любые жертвы, чтобы их добыть. С этими мыслями я и уснул.

Япония, город Осака, дом, снимаемый Тануки.

Когда мальчик уснул, обе девушки сели в зале и, попивая чай, начали разговор, не предназначенный для его ушей.

— Думаешь, что на него все-таки не обратят внимания? — спросила Ниоми.

— То, что обратят, точно, но надеюсь, что побрезгуют предлагать перейти в клан или род. Сумико-сама уверена, что преподаватель Кичи́ро Хаси́дзи, несмотря на свой невысокий ранг во владении силой, является лучшим учителем. Намного лучше нее. Поэтому прогресс у Тэкео будет сильнее, несмотря на то, что обучать он будет работе со стихиями. Но все равно за мальчишкой необходимо присматривать, так как из-за зависти совершалось очень много преступлений. В школе вряд ли будет что-то серьезное, это будет очень сильный удар по ее имиджу, но за пределами может быть все, что угодно.

— А что делать с этой… с этой… — Ниоми все никак не могла определиться, как назвать ту, что захотела сделать Тэкео слугой, — в общем, с той дурой.

— Сначала надо узнать ее имя, чтобы не наломать дров. Если это кто-то их сильного клана, то вмешиваться нельзя. Так это будут их разборки и вполне возможно, что мальчик разрешит разногласия. А вот вне школы будь готова ко всему.

— Как тут будешь готова ко всему, если он…

И девушка, покраснев, замолчала, а ее собеседница рассмеялась тихим веселым смехом.

— Вот и будешь учиться.

Япония, город Осака.

В этот раз я взял Ниоми под руку почти сразу, как мы вышли за пределы дома. Я еще вчера заметил, как мне приятно находиться с ней рядом, вот сегодня сделал то же самое. В этот раз она хотя бы не покраснела, а по-прежнему выполняла свои функции охранницы. Ух, ты, как на меня смотрят встреченные девчонки, особенно одноклассницы. И даже парни бросали этакие оценивающие взгляды на меня и девушку, а в выражении лиц проскакивало что-то мне незнакомое. Распрощавшись у входа в школьный двор, я направился к зданию, где преподавали магию и работу с силовыми техниками.

— Кто бы сомневался, — пробормотал я, видя у себя на пути движения вчерашнюю троицу.

Надо ли говорить, что в середине стояла любительница слуг. Зрителей и свидетелей было много, поэтому я не очень опасался именно сейчас каких-то серьезных действий, но готов был ко всему.

— Мелки-и-ий, — прошипела она, — сегодня будешь прислуживать мне. Если не сделаешь, пеняй на себя.

Резко развернулась и ушла по своим делам. Пожав плечами, я направился дальше. Ага, сегодня оба наших первых класса занимаются магией. Остановившись в отдалении, я облокотился о дерево и, прикрыв глаза, начал вспоминать свои ощущения во время утреннего похода в школу. Одновременно с этим я прислушивался к разговорам, сводившимся в основном к хвастовству своими владениями силой. Как послушать, то почти каждая из девчонок уже сейчас готова идти и крушить демонов направо и налево.

Проверка умений будет проводиться на улице, поэтому никто и не спешил заходить в помещение.

Но вот двери открылись, из здания вышел снова старичок и две женщины лет тридцати пяти. Одна из них оглядела нас.

— Все за мной, — чуть ли не приказным тонов произнесла она.

— Все ясно, — раздался девичий голос справа от меня, — бывшая военная. Лишь бы не попасть к ней.

Я посмотрел в ту сторону. Там стояла компания девчонок из параллельного класса. Встретил пристальный взгляд двух сестер, вполне возможно двойняшек, который совсем не ожидал в отношении меня — какой-то непонятно-оценивающий. Отвернувшись, как-то передернул плечами, и направился к небольшому полигону, где необходимо проводить испытания.

— Внимание! — снова раздался командный голос оной учительницы, и я согласился с высказыванием девчонок в отношении ее предыдущей профессии. — Сейчас подходите по одному и показывайте владение силой всех четырех стихий. Если кому-то необходимо, то может разуться и стоять босиком на земле, в воде или на углях.

Причем последнее произнесла с серьезным видом. Я-то уже знал, что некоторым необходим контакт со стихией для лучшего владения ею.

— Ну, хоть не по списку, — снова раздался знакомый голос теперь уже слева от меня.

— А если увижу непорядок, то буду вызывать по списку, — через небольшую паузу добавила она.

Слева прыснули. Затем другой голос тихонько произнес:

— Амайя, не каркай больше, а то еще заставит ходить строевым шагом.

И в ответ на эту фразу, учительница добавила:

— И ходить будете у меня по струнке и строевым шагом.

Тут уже даже я не выдержал и улыбнулся, а для того, чтобы спрятать улыбку, повернулся налево, встретившись взглядами снова с сестрами. «Блин, да что им от меня надо?», — мысленно задал я себе вопрос. Но в это время на полигон вышла первая девушка. Высоко задрав нос, она выпустила из руки водяную плеть, затем спустя пару секунд воздушную. А дальше пошло-поехало. Подавляющее большинство владело двумя стихиями, но неравномерно. Это у первой девушки мне показалось, что они приблизительно одинаковые, а у остальных был очень большой перекос. Если водяная плеть получалась метровой длины, то та же огненная лишь сантиметров двадцать.

И тут на полигон вышла маленькая светловолосая девушка, которую я даже не видел до этого. То, что она была из параллельного класса, и так понятно, но на фоне черноволосых красавиц должна была выделяться. Огонь, вода, земля — причем, все почти одинаковые, только последняя немного короче, где-то около метра, а остальные сантиметров на двадцать длиннее. Все загудели — это первая, кто владел тремя стихиями. Потом были еще две, но у них одна стихия явно выделялась, а две другие уступали где-то в два раза. Вот все меньше и меньше оставалось нас, непроверенных. И, что удивительно эти две сестры тоже не спешили проверяться. То, что другие мальчишки не идут, понятно — здесь мужчины на второстепенных ролях, что, кстати, меня сильно коробит, ну а этим что надо? Так и зыркают периодически на меня.

— Наконец-то слиняли, — пробормотал я, когда те ушли последними из девчонок.

Я решил пойти самым последним, а сейчас с интересом наблюдал за парнями. Кстати, в параллельном классе их оказалось всего двое. Одна стихия, одна стихия, снова одна, намек на вторую. «Н-да-а-а», — мысленно протянул я, — «что-то тут какая-то фигня творится. А что значит слово фигня?». Настала моя очередь. Мой предел полтора метра каждой стихии, но показать я решил сантиметров восемьдесят-девяносто. Выйдя на полигон, я хотел было создать плеть земли, как сверху раздался далекий рев. И я задрал голову.

Высоко в небе проходил бой, который быстро смещался к земле и вскоре стали различимы сражающиеся. Нечто среднее между драконом и демоном, которые обосновались на территории моей родины, сражались с…

— Грифоны аркейцев, — услышал пораженный голос кого-то позади меня. — Их же вроде бы уничтожили всех.

Да, три черных грифона и пятерка белых сражались с пятью летающими демонами. Теперь я в этом был уверен. Теперь уже явно кроме рева демонов слышался клекот грифонов. И что удивительно, последние ничуть не уступали своим врагам. Но вот там что-то произошло, и вниз стал падать кто-то из черных, переворачиваясь в воздухе. За ним устремился демон, но один черный грифон и один белый спикировали на него, вонзив когти в спину. И заработали крыльями, не давая врагу настичь падающего собрата. Черный к тому же очутился у головы демона и принялся своим мощным клювом долбить его голову.

А падающий грифон так и не смог восстановить полет — все, на что его хватало, это не полететь булыжником вниз. И только сейчас я обратил внимание, что он значительно меньше остальных. «Это же детеныш и он сейчас разобьется!», — мелькнула у меня мысль, и я отбежал немного в сторону и с разбега подпрыгнул как можно выше, ловя в воздухе его. Удачно получилось, что он в этот момент раскрыл крылья и мне удалось его нормально схватить. Приземлившись на ноги, я самортизировал, но понятно, что с таким весом устоять не смог и упал на пятую точку.

— Ай, блин! — выкрикнул я, когда ушиб эту самую точку.

Зато детеныш оказался целым и не сломал себе ничего. Вряд ли бы он убился насмерть, но вот поломался бы точно. Кстати, оказался он почти с меня, только мощнее. Я аккуратно сдвинул его с себя, и в этот момент он открыл глаза.

— Дай встать, а-то из-за тебя я попку себе отбил, — произнес я.

Не знаю, понял он или ему самому было неудобно, он сполз с меня и затряс головой. Я же поднялся, потирая ушибленное место. И тут сверху раздался разъяренный клекот, и передо мной опустился огромный черный грифон. Мощный клюв коричневого цвета был весь измазан бордовой кровью, в глазах пытала ярость наравне еще с чем-то. Он снова что-то заклекотал, и меня словно ударили по голове, в которой все помутилось.

Глава 9

Япония, город Осака, центральная средняя школа.

— Что делает маленький повелитель среди врагов? — услышал я.

Удивление было настолько огромным, что оно перебороло страх и я заозирался. Позади себя увидел такие огромные глаза на лицах всех японцев, и детей, и учителей, что у меня в голове появилась настойчивая мысль: «Я в настоящем аниме». Да что же это такое аниме? И тут же получил ответ — это мир, где у японок огромные глаза. И это точно сведения из другого мира, где я жил пятнадцать лет.

— «Так что делает маленький повелитель среди врагов?» — снова услышал я.

И вот сейчас я только сообразил, что голос раздается у меня в голове. Это что же получается — этот огромный грифон со мной общается мысленно?

— «Откуда ты?» — мне показалось, или я ощутил некую неуверенность или растерянность.

И вот почему-то после этого у меня полностью пропал страх перед этим грозным… даже не знаю, как его назвать. Хищник? Воин? Ну, не птицей же его называть?

— «Я тут живу», — по наитию тоже мысленно ответил я.

— «Расскажи».

Я понял, что тот имел в виду. И начал вспоминать свою жизнь. Правда, получалось сумбурно, так как на память приходило то самое детство, когда я еще карапузом бегал в нашем замке, то начальная школа, потом инициация, затем снова детство. И только когда я вспомнил признание мамы, меня словно что-то толкнуло вспомнить все в мельчайших подробностях.

— «Ясно», — раздался голос. — «Береги себя, а мы постараемся присматривать за тобой. И спасибо за помощь».

И в моей голове появилась картинка, как я ловлю маленького грифончика и падаю с ним. И тут кто-то робко коснулся моей головы, точнее, моего сознания.

— «Меня зовут Чека́на», — раздался нежный голос и снова внутри головы. — «Спасибо тебе».

А затем они оба взлетели вверх, где их поджидали сородичи. Пересчитав их, я с облегчением вздохнул, что все живы, хотя на теле белых была отчетливо видна кровь — своя ли или демонов, не знаю. А вот куда делись последние я не в курсе. Почему-то общение с этими владыками небес оставило после себя какую-то необъяснимую радость, словно повстречался с кем-то родным после длительной разлуки. Повернувшись, я направился к месту тестирования.

Аниме продолжалось, за исключением деда, который уже пришел в себя. Более того, он предлагал при помощи жеста начать мне магичить. Я, как и хотел раньше, создал одну за другой плеть всех четырех стихий, и посмотрел на учителей. Взгляды женщин я понять не смог, а вот у деда на лице не отразилось ни одной эмоции.

— Сейчас вам предстоит немного подождать, пока мы распределим вас по группам.

Все ученики зашушукались, я же отошел в сторону, сел на травку и, оперевшись спиной о дерево, закрыв глаза, задумался и произошедшем. Точнее, хотел задуматься, но тут до моего слуха донесся голос кого-то из девчонок:

— А я тебе говорю, что демон упал! Я же видела. Вон там.

На этой фразе я повернул голову в сторону говорившей, проследив куда она показывала рукой. Судя по всему на север, может быть, немного отклоняется к западу. Все в общем как раз к территории бывшей Аркеи. После этого девчонки, которых там стояло пятеро, заспорили, в конце концов, решив сходить и посмотреть. Как на мой взгляд, то, если это правда, туда уже направляется кто-то. Я задумался о грифонах и их словах. Что он имел в виду, говоря обо мне маленький повелитель? Неужели мои родители повелевали этими существами? Класс! Я еще какое-то время сидел и мечтал о полетах на грифонах, как сажусь на черного гиганта, вот он взмахивает крыльями и мы начинаем подниматься ввысь, высоко в небо. Вот земля удаляется все дальше и дальше, людей уже не видно, города становятся совсем маленькими. Вот уже сама Япония становится небольшим островом, появляются другие материки, и мы летим вокруг нашей голубой планеты.

— Первый «а», первый «бэ», построились! — словно сквозь какую-то пелену долетает до меня голос учительницы, и я понимаю, что надо уходить из моих грез.

Кстати, построились все очень быстро, вероятно, прекрасно понимают, что эта бывшая военная может доставить много мгновений чудных. Пока я предавался мечтаниям, подошли еще две учительницы. Представили их и начали зачитывать фамилии и кто к какому учителю назначен. Все расходились к женщинам, а дедок одиноко стоял в сторонке. Вот назвали блондинку и направили к нему. Спустя какое-то время к нему ушли еще две девушки «тройки», и я понял, что это группа тех, кто владеет трем стихиями и более. Поэтому и я окажусь у него.

— Блин, — пробормотал я, — и эти там.

Все верно, я за теми двумя девчонками, у которых вызвал непонятный интерес, не наблюдал, когда они сдавали тест, но, как оказалось, они владеют минимум трем стихиями.

— Тэкео Тануки, учитель Кичи́ро Хаси́дзи.

Ну, что я и говорил. И снова взгляд этих двоих. А вот маленькая блондинка, даже улыбнулась мне, чем вызвала у меня искреннее удивление.

— Идем, — произнес учитель и мы направились в класс.

Помещение, куда мы пришли, было небольшим, и в нем находилось всего десять одиночных парт. Стояли они в два ряда у стенки, и я сразу направился к дальней угловой. Дождавшись, когда мы все сядем, он сказал:

— Представлюсь еще раз. Мое имя Кичиро Хасидзи. На все три года я буду вашим учителем и наставником в магии и силовых техниках. Что такое магия и что такое силовые техники? Магия это создание эффекта при помощи рисунков, рун или слов. Например. Вот смотрите.

Он подошел к своему столу, сделал какие-то манипуляции над стоящей на столе чашей, а потом на ней вспыхнул огонь.

— Это магия. Действия мои были следующие: создание рисунка заклинания и передача в него энергии. Вот это силовая техника, — поднял руку ладонью вверх, на которой появился огонь. Во втором случае вы при помощи своей воли, пропуская через себя энергию, заставляете ее преобразоваться в ту или иную стихию. В первом же случае вы при помощи воли создаете соответствующий рисунок, а потом просто наполняете его энергией, опять же пропуская через себя. Хочу сказать, что нарисовать значительно легче, как и наполнить энергией не сложно. Но имеются недостатки — все эти манипуляции вы можете проделать только рядом с собой, не далее полутора метров, да и набор готовых форм ограничен. Вы изучите их все.

Блондинка, сидевшая рядом со мной, подняла руку.

— Слушаю тебя Мей-кун, — обратил учитель свое внимание на девчонку.

— Кичиро-сан, а как же аркейцы умели творить магию на больших расстояниях? — и бросила на меня быстрый взгляд.

— Об этом нам ничего неизвестно, они унесли эту тайну с собой. Я продолжу…

Он еще какое-то время пояснял разницу, а затем начал рассказывать о том, как развить у себя большее слияние со стихией. Рассказывал дотошно, акцентируя наше внимание на самых распространенных ошибках. Длилось все это до обеденной перемены, а перед самым звонком сообщив, что следующим уроком будет практика на эту тему. Все засобирались и быстро покинули класс, бросая на меня быстрые взгляды. Поначалу не понял, подумал, что вообще они заразились от сестер, а потом сообразив, вспомнив слова старшеклассницы.

— Кичиро-сан, — я поклонился учителю, — можно задать вопрос.

— Слушаю тебя Тэкео-кун.

— А можно как-то узнать, какие упражнения наилучше мне подходят?

— Очень интересный вопрос, — он даже улыбнулся. — И раз ты додумался до него, то можешь остаться после уроков, а я попробую определить их для тебя.

— Благодарю Кичиро-сан.

Я сегодня хотел посмотреть расписание факультативов, но ради такого готов остаться хоть до ночи. На обед я направился к облюбованному вчера дереву, под которым мне понравилось сидеть на свежем воздухе. Тем более что сегодня я специально с собой взял не только бенто, но и небольшую бутылку сока. Быстро пообедав, решил попробовать некоторые упражнения, о которых говорил учитель. Получилось или нет, без понятия — я никаких изменений в себе не заметил. А потом направился на занятия.

Ну что могу сказать о втором мужчине-учителе — настоящий профессионал! К концу урока я уже чувствовал нечто такое, что словами не объяснить. Когда впервые это случилось, я сразу догадался, что означают слова мамы: «Ты должен почувствовать это внутри себя». Я ей говорил, что чувствую, на что она отвечала, что чувствую каналы, а должен ощутить движение энергии по ним. И вот сейчас я, наконец-то, понял разницу. Каналы — это как часть себя. Взять ту же руку — вот она есть, могу ее поднять. Также каналы — вот они есть, могу как бы «пошевелить» ими. А энергия это как легкая щекотка, словно та же рука немного затекла, а потом отходит. Да, получилось только к концу урока и всего два раза, но ведь с одного занятия!

После урока все быстро собрались и разбежались по домам, а я остался с учителем.

— Смотрю, решил остаться, — опередил он мою просьбу.

— Кичиро-сан, — я поклонился, — я хочу скорее освоить магию и силовые техники.

— Понимаю, понимаю, — усмехнулся он.

Я чуть было не спросил, что он понимает. Но вовремя вспомнил, что это будет очень бестактно. Я, например, даже строить догадки не берусь, что он имел в виду. А затем мы занялись мной. Я делал по несколько раз упражнения, которые показал на уроке учитель, а он в это время постоянно находился рядом со мной. То просто смотрит, то положит руки на голову, на грудь, на спину. А потом решил показать мне специальное медитативное упражнение, достаточно сложное в плане правильности его выполнения. Мы, наверное, минут двадцать занимались только тем, что он поправлял мои ошибки. Когда же у меня все получилось, он снова проделал свои манипуляции с наблюдением и наложением рук на разные части моего тела.

— Тэкео, — обратился он в конце таким тоном, что он автоматически заставил меня стать серьезным. — Это упражнение полностью моя идея и разработка, которую я еще ни разу никому не только не показывал, но даже не говорил о ней. Разрабатывал как раз для твоего случая, когда все четыре стихии подчиняются человеку. Поэтому у меня к тебе просьба делать его только у себя дома. А из школьной программы тебе больше всего подходят первое и пятое, которые ты и будешь делать на уроках.

— Спасибо Кичиро-сама, — я сделал самый уважительный поклон.

На этом мы и расстались.

Одинокую фигуру Ниоми, стоявшей у ворот в школу, я заметил издалека, но, подойдя, увидел, что та все-таки была не одна. Рядом с ней находился какой-то парень, пытавшийся что-то там ей рассказать или доказать. И карета, которую я принял за повозку, которую по какой-то причине решила нанять Ниоми, с каким-то гербом на дверце могла принадлежать только ему. Моя телохранительница смотрела как раз в мою сторону, и я заметил в ее глазах сильнейшую скуку, сменившуюся облегчением, когда она меня увидела. Она подошла ко мне и хотела, как всегда, пойти немного сзади, но я снова взял ее под руку. Надо было видеть выражение лица этого хлыща, если бы не его охранницы, то, наверное, бросился бы на меня и соответственно получил по зубам от Ниоми. Кстати, если мужчина себя так ведет, то это совершенно точно наследник сильного рода, да и клана, скорее всего.

Придя домой, я рассказал обо всем случившимся. Спросил Ору с Ниоми про грифонов, но те ничего не знали, поскольку моя мама ни разу не упоминала про них. Это когда мы поедем на каникулы, то там уже можно расспросить. А затем я занимался показанным мне упражнением, занимался бы и дальше, но Ора с Ниоми просто уложили меня в кровать.

На следующий день я все также под ручку с Ниоми подошел к школе. Где-то с середины пути мне так захотелось приобнять девушку за талию, что я едва сдерживался. Мне все больше и больше нравилось находиться с ней вместе. Надеюсь, что ей тоже, хотя дома она всегда старается, чтобы между нами было препятствие: стол, стул, диван и прочее. Вот только встречаясь с ней взглядом, я видел, как она немного, совсем чуть-чуть смущается. Мне, кажется, что это из-за того, что ей тоже нравится, но она упорно сторониться.

Сегодня у нас простые уроки, поэтому направился в основное здание школы и до класса добрался без старшеклассниц.

— Ух, вроде бы отстали, — заходя в него, пробормотал я.

Направился к своему столу под шепотки одноклассниц. Болтали наверняка обо мне, ведь когда я проходил мимо, те умолкали, что я так и не смог выяснить причину вспыхнувшего по новой интереса. Сейчас урок биологии, который вела наш куратор. Когда она вошла в класс, то нашла меня взглядом и сказала:

— Тэкео Тануки, после уроков зайди к директору школы.

Судя по усилившемуся шепоту, причину моего вызова знали все, кроме меня. Понятно, что после такого заявления мне было не до занятий, хотя наша классная сумела меня заинтересовать, чем доказала свое мастерство учителя. Кушать я ходил к облюбованному мной месту, съедая свой обед под щебет птиц и дуновение ветра. Еле дождался окончания последнего занятия и почти бегом направился к директору, настолько меня съедало любопытство. Постучал.

— Входите, — послышал голос из-за двери.

— Добрый вечер, Мииоко-сан, — войдя, поздоровался с женщиной.

— Тэкео-кун, — она строго посмотрела на меня, — Риоко Такахаси посчитала себя оскорбленной тобой и вызвала на дуэль, — у меня упала челюсть от изумления — я-то ни слухом, ни духом. — Вероятно, ты забыл, но в школе вызов на дуэль осуществляется только через руководство. Дуэль без применения силовых техник и без оружия. Ты принимаешь вызов или нет?

— Простите, а Риоко Такахаси это кто?

Вот теперь на ее лице появилось изумление, но директор быстро взяла себя в руки.

— Ты даже не знаешь, кому нанес оскорбление?

— Мииоко-сан, — я поклонился, — я вообще никому не наносил оскорбления. Да я даже ни с кем не знаком.

— То есть, ты утверждаешь, что никогда нигде не пересекался с Риоко Такахаси? И никогда не видел ее?

— У меня есть подозрение на одну старшеклассницу, но имени ее я не знаю.

Этот мой ответ, видать, удовлетворил директора, поскольку она перестала буравить меня взглядом и спокойно задала вопрос:

— Так принимаешь?

Естественно, я приму. Я бы принял даже в случае работы с силовыми техниками, с которыми у нее, по идее, должно быть лучше. Хотя вряд ли ее гоняли, как меня моя мама. Я не привык ни отступать, ни отказываться.

— Я согласен, Мииоко-сан.

— Остается назначить время. Это твое право.

— Сейчас, — просто ответил я.

Чего тянуть резину? Назначать завтра, послезавтра или вообще через неделю? Типа для подготовки и еще там чего-то. Мама мне перед отъездом объясняла нюансы, но я, честно говоря, даже не пытался запомнить.

— Но так же не делается? — замявшись, возразила женщина.

— Не делается или запрещено? — решил уточнить я.

— Не принято.

— Значит сейчас, раз это мое право.

— Я сообщу Риоко Такахаси о твоем выборе, Тэкео-кун, — я поклонился.

— Я могу, узнать, где обычно проводятся дуэли, Мииоко-сан?

— Зал факультатива мечевого боя, — вставая, ответила она. — Можешь идти.

— Мииоко-сан, — я сделал прощальный поклон, и вышел из кабинета.

Как классно, заодно на факультатив запишусь. И едва удержал на своем лице бесстрастное выражение, поскольку увидел сестер, стоявших чуть в стороне и о чем-то болтающих. С другой стороны коридора красовалась блондинка. Не, ну что им надо? Мало мне двух, теперь еще одна. Вот никогда не поверю, что эта троица тут по каким-то своим делам. Развернувшись в другую сторону, я направился искать будущую арену боевых действий.

Здания факультативов располагались в одной стороне, куда я и направился. Спрашивать не пришлось, поскольку издалека увидел вывеску. Войдя в помещение, я сразу остановился, поскольку увидел, что все занимаются в сменной обуви. Наставница, увидев меня, тут же направилась в мою сторону.

— Что тебе?

— У меня здесь сейчас назначена дуэль, — я поклонился и, видя удивление на лице женщины, добавил: — Только сегодня вызвали я и назначил на сегодня. А еще я хочу записаться на факультатив.

— Как твое имя?

— Тэкео Тануки, — снова поклон.

«Блин, как же они мне надоели!», — мысленно простонал я и даже немного скривился, поскольку лицо мое никто не мог увидеть.

— Переодевайся. А я узнаю все.

Женщина вышла, я же снял обувь, поставил свой рюкзак и направился в угол, чтобы размяться и никому не мешать. Впрочем, одна троица разу направилась ко мне. Да, моя будущая противница занималась здесь же.

— Что мелкий, пришел просить прощения? — то ли усмехнулась, то ли ухмыльнулась она. — Так уж и быть, могу тебя простить, если доставишь мне удовольствие.

Я вообще ее не слушал, а начал разминочный комплекс. Прямо в школьной форме, поскольку тренировочной одежды у меня не было. Эта Риоко что-то там говорила, но я отключился, полностью уйдя в разминку. Десять минут — и я подготовил тело к бою. Опасаться, я ее не боялся, поскольку ростом я если и ниже ее, то не более сантиметра, по силе, несмотря на ее тренированное тело, уверен, что сильнее.

О! Пришла директор с наставницей, отозвала к себе девушку и что-то стала говорить. После этого заметил недовольный взгляд той в мою сторону.

— Блин, и эти здесь, — пробормотал я, увидев ту троицу девочек.

Подошла еще одна наставница, насколько я понял как раз по бою без оружия. Быстро приготовили площадку, причем, почти всю целиком, чему я удивился. Это что же получается, я могу просто убегать от нее? На некоторое время я задумался об этом, и на мое лицо сама по себе наползла улыбка. Нас попросили выйти в центр, а сами наставницы начали что-то там обсуждать.

— Вот и получишь мелкий по заднице, — зло прошипела девушка так, чтобы никто кроме меня не смог услышать. — А потом, когда мне надоест я тебя уроню, сяду на… в общем, посмотришь. Понравиться и тебе, и мне.

Я так и не понял, куда там она хотела сесть. Рядом со мной что ли? Или в сторонке? Ерунда какая-то. Но обдумать более досконально не успел, поскольку подошла наставница по боевым искусствам без оружия.

— Хаджимэ! — резко выкрикнула она, взмахнув рукой.

Моя противница резко ускорилась, обходя меня, и решила ударить ладонью меня по попке. Я перетек в другое положение, и она промахнулась, впрочем, сразу перейдя в другую атаку. Я пока ничего не делал, просто мягко уходил от атак, что расстояние между ее рукой или ногой составляло всего каких-то пару сантиметров. Делать мне это было легко, ведь с мамой уже тренировались на скоростях выше этой. Но эта настырная старшеклассница все время норовила попасть по моей заднице. Понравилась она ей что ли?

— Тебе что, моя попка понравилась, что ты решила ее потрогать? — отскочив подальше, успел сказать я.

В зале раздался смех, который вывел мою противницу из себя. Зашипев, она сменила направление своих ударов, теперь, уже стараясь покалечить. А меня молнией пронзила догадка: «Она, наверное, уже всем похвасталась, что отшлепает меня, поэтому и действовала так до моих слов». А раз так, то…

Я мягко перенес вес тела на левую ногу, пропуская ее ногу рядом с собой, прикрыл правой рукой лицо на всякий случай, а левой хлопнул девушку по ее попке. От этого действия та даже на пару секунд опешила, выпав из ритма боя. В зале раздались смешки. Яростно сверкнули ее глаза, и девушка снова устремилась ко мне явно с нехорошими намерениями. Уход, уход, длинный шаг и… хлопок по попке. В зале раздался уже откровенный смех. Мы кружились, а когда Риоко хотела разорвать дистанцию, я ей не давал этого сделать, следуя за ней, словно приклеенный.

— Одиннадцать! — услышал я девичий голос после очередного хлопка.

Снова кружимся. Шаг, подшаг, уход, уход, более длинный шаг и хлопок.

— Двенадцать! — уже несколько голосов.

Кажется, моя противница, как говорила мама, вошла в раж, а иными словами перестала контролировать обстановку, имея только одну цель — добраться до меня. Мне же действовать стало легче, несмотря на то, что девушка ускорилась.

— Пятнадцать! — прокричал уже весь зал.

И тут я явно почувствовал, как в ее руке начала формироваться какая-то силовая техника. Действовал на автомате, так как учила меня мама. Только и успел, что заменить стрелу чистой энергии на удар с выплеском. А то с нее станется надавить на наставниц и признать меня нарушившим правила. А так удар был? Был, а что там да как — никто не докажет. Тем более что это чисто моя техника. Когда впервые у меня это получилось, то мама даже не осознала сразу, что это. А я, как назло, и не мог повторить в спокойной обстановке. И только, когда она снова довела меня до правильной кондиции, у меня получилось. Потом я смог уже самостоятельно повторять эту технику, а не подсознательно. Со слов мамы, в этом мире подобной техники нет, и это я принес из другого мира. Но с ее слов научиться ее за пять лет невозможно, минимум десять, поэтому время моего обитания там увеличилось минимум до двадцати лет, хотя раньше она думала, что максимум пятнадцать. Еще она говорила, что применять ее надо в крайних случаях и никому не рассказывать о ней. Даже Ора с Ниоми не знают. Точнее, мама оставила этот вопрос на мое усмотрение.

— Ай, — девушка отскочила, с удивлением глядя на свою повисшую руку.

— Ямэ.

Я отошел на пять шагов, как того требовали правила, а наставница по боевым искусствам начала тихо переговариваться с моей противницей. Пощупала ее руку, потом после совещания с другой наставницей, мне присудили победу. Когда я добрался до своих вещей, там уже поджидала меня троица девчонок.

— Тэкео, поздравляю тебя! — первой выпалила блондинка. — Это было феерично.

— Поздравляю, — одновременно произнесли сестры.

В ответ я поклонился, поскольку совершенно не помнил их имена. Точнее, и не пытался запоминать. Обувшись, я хотел попрощаться, как ко мне подошла наставница по боевым искусствам.

— Мое имя Фумико́ Якава́ре, наставник по искусству боя без оружия. Приходи завтра на занятия, Тэкео-кун.

— Обязательно приду Фумико-сан.

Попрощавшись при помощи поклона со всеми, я направился на выход. Заметив краем глаза, что девушки вышли следом, пошел быстрым шагом, тем более что Ниоми меня уже, наверняка, заждалась. Тут до меня дошло, что сегодня ей тоже может надоедать тот хлыщ, и я побежал.

— Фух, одна, — с облегчением выдохнул я, переходя на шаг. — А вот те кареты, наверняка, за моими тремя хвостами.

Подойдя к девушке, я взял ее под руку, и мы направились к себе домой. А я почувствовал на себе чей-то недовольный взгляд.

Глава 10

Япония, город Осака, замок Такахаси.

По комнате металась девушка, бормоча про себя «убью, убью, убью…». Продолжалось это уже целый час, но конца и края пока никто заметить не мог.

— И что случилось, что ты так бесишься? — спросила девушку вошедшая женщина.

Вопрос задала она тихим голосом, но вот реакция девушки была разительной. Она, вздрогнув, резко остановилась и повернулась.

— Да этот Тэкео Тануки прилюдно унизил меня! Убью.

— А теперь рассказывай мне. Все! — женщина сделала ударение на последнем слове.

И дочь рассказала все события без утайки. Возможно, она бы кое-что хотела сохранить в тайне, но тот тон, которым глава клана и ее мать приказала рассказывать, заставил выложить абсолютно все факты. Рассказала она и о первом знакомстве, и о событиях в столовой, о том, как при свидетелях пообещала отшлепать его, а потом прямо там уронить его и сделать интересный захват на удержание. На этом моменте женщина только хмыкнула — она сама дважды делала так и тоже при свидетелях. Она же и научила свою дочь. Рассказала она и о вызове на дуэль и про сам поединок.

Женщина задумалась. Она знала один род Тануки, получивший герб относительно недавно, и по времени все сходится, что это именно он. Сразу сейчас мстить нельзя, поскольку глава клана прекрасно знала, кто является главой этого рода, и на что та способна. То, что Сумико Тануки будет мстить, женщина не сомневалась, поэтому необходимо подготовиться очень тщательно. А вот дальнейший рассказ заставил ее серьезно задуматься. Блондинка это дочь главы клана Фудзивара, и ее интерес к этому гайдзину совсем непонятен. И судя по всему, интерес весьма и весьма серьезный. А это уже не тот род, с которым можно идти на конфронтацию.

С сестрами намного проще. Их отец, еще когда входил в Совет, был против военных действий против Аркеи, напоминая императрице о старой клятве ее далекого предка. Поэтому неудивительно, что эти девочки заинтересовались парнем. А вот клан их, хоть и утратил былые позиции, все равно оставался очень сильным, хранящим многие секреты, как из мужчины сделать воина. Правда, это или нет — неизвестно, но то, что Озэму Арикана был воином, которого опасалась сама императрица, это факт.

То, что мстить надо, это точно, вот только в свете всех известных событий, подготовиться необходимо очень и очень тщательно. Просто взять его и заставить ползать у ног и просить прощения не получиться. Но не подойдет и вариант схватить его и проделать это где-то там. Нет, все тоже должно произойти публично.

— Но все-таки, что же она с ним сделала, что он настолько сильный? — в задумчивости прошептала глава клана. — Надо сначала понаблюдать за ним. Не переживай дочь, будет он еще у тебя просить пощады.

Япония, город Осака, центральная средняя школа.

Прошел еще месяц моей учебы в средней школе Осаки, за время которого я полностью погрузился в учебу. Особенно это касалось магии и силовых техник. Учитель Кичиро оказался прекрасным наставником, с которым я прогрессировал достаточно быстро. Приезжала мама, и мы с ней провели два прекрасных дня в Осаке, ходили купаться в море, катались в море на парусном катамаране. Рассказал ей про школьную жизнь, про прикольную дуэль, к которой она отнеслась совсем не так, как я ожидал. Первыми ее словами после тщательного, можно сказать, допроса были, что род Такахаси очень мстительный. Точнее главы рода и все их дети всегда были такими. Поэтому мне надо быть настороже. Наверное, на эту тему она поговорила и с Ниоми, поскольку в первый же день после отъезда мамы я силой заставлял ее идти рядом со мной. Ну, как силой — не в смысле схватил за руку, поскольку в этом плане она была еще сильнее меня, а просто отказывался куда-либо ходить. Капризничал, в общем.

В школе случилось страшное — блондинка перевелась в наш класс. Произошло это всего два дня назад, и я не знал, что со всем этим делать. Еще я познакомился с сестрами рода Арикана: Мико и Мизуки. Это те две девушки, которые обратили внимание на меня в самом начале. О причине своего интереса не сообщили, но это не мешает нам хорошо общаться. Я даже не ожидал, что они окажутся нормальными девчонками, с которыми можно поболтать.

А еще я начал заниматься боевыми искусствами. Правда, с факультетом боя без оружия у меня промашка вышла — тренер плохо знала мой стиль. То есть, она недостаточно знала айкидо, а ведь я многие приемы делал по-своему. Но с холодным оружием все было замечательно. Тренер учила тому же, что и мама, но самое интересное началось тогда, когда сестры стали обучать меня владению очень интересным оружием — насаженными на древко катанами.

Вот мы дошли до школы, и когда прощались, я почувствовал на себе злорадный взгляд. Впрочем, пропал он раньше, чем я начал оглядывать, чтобы найти недоброжелателя. Так никого и не увидев, отправился в школу, где сегодня мне предстояло учиться силовым техникам.

До обеденной перемены у нас теория, где преподаватель будет давать нам пару готовых рисунков заклинаний. Войдя в аудиторию, направился на самый верх, где меня уже поджидали девчонки. С тех пор, как сдружились, мы постоянно сидели вместе, а на занятиях магией сдвинули три одиночных стола.

— Мико, Мизуки, привет, — поздоровался я с сестрами, усаживаясь между ними.

Но не успели они мне ответить, как в помещение вошла блондинка. Я даже запомнил ее имя — Мей Фудзивара, но вот понять, что ей от меня нужно мне не удавалось. Не могли мне ее объяснить и сестры, которые невзлюбили блондинку с самого начала. Она, как всегда ранее, уселась рядом с нами. А затем началось занятие.

— Сегодня мы будем изучать форму света, — начал урок учитель. — От известной вам формы свечи, она отличается и сложностью, и размерами, и количеством необходимой для активации энергии.

Он подошел к доске и начал ее рисовать. Я же, повторяя его движения, выводил в тетрадке ее макет. Макет — это чисто мое изобретение. Я повторял его рисунок, не стараясь рисовать его правильно, но старательно помечал своими метками направление движения. Мне просто так было легче его запомнить. Потом я перерисовывал уже правильную форму и на основании своего макета учился его рисовать. А эта форма, кстати говоря, была сложной. В общем, она не получилась ни у кого в группе. Правда, учитель предупреждал, что создавать ее необходимо быстро, иначе начало начнет развеиваться. Это если правильно создаешь, а если неправильно, то это будет происходить еще быстрее.

На обед я отправился под свое любимое дерево вместе с сестрами. Поначалу, когда мы только начали общаться, они по-прежнему ходили в столовую, но на этой неделе уже со мной. Хорошо, что хоть блондинка отвязывалась от нас в это время.

Выйдя на улицу, я по появившейся у меня привычке посмотрел в небо, высматривая там грифонов. Шел на автомате с задранной головой.

— А тебе что надо? — услышал я недовольный голос Мико.

— А я вообще с Тэкео иду, а не с вами, — с каким-то вызовом произнесла Мей.

— Не нужна ты ему, — поддержала свою сестру Мизуки и встала с ней рядом, отгораживая меня от блондинки.

— Это мне решать, что лучше, а что хуже, — завелась Мей.

— А я думала, что Тэкео, — наигранно безразличный тоном произнесла Мико.

Эта простая фраза заставила смутиться блондинку, и я ее понимаю — дочь главы клана привыкла сама решать, что кому нужно, а тут облом. «Дурдом какой-то», — мысленно произнес я. — «Что им всем от меня надо?». Развернулся и направился к своему месту, услышав позади себя извиняющийся голос Мей:

— Тэкео, прости, ты, конечно же, сам вправе решать с кем дружить.

Я только махнул рукой, продолжая путь дальше. Когда же все расселись, меня словно прорвало от всех этих непоняток.

— Вы можете мне объяснить, что вам от меня надо?! Я же прекрасно вижу отношение клановых девчонок к парням!

Мико и Мизуки переглянулись, затем синхронно поднялись, сделали учтивый поклон, от которого меня подбросило вверх (не прошли даром уроки мамы) и Мико произнесла:

— Тэкео-кун, прошу принять приглашение и посетить наш дом. Глава нашего рода подробно объяснит тебе суть происходящего. Ближайшее воскресение устроит тебя?

Вот так номер! Не ожидал я подобного от наследниц не самого слабого клана. Что в Японии случилось, что произошло подобное? Чтобы чистокровные клановые отпрыски женского рода пригласили, как здесь говорят, гайдзина к себе домой, да еще на беседу с главой клана. Зато любопытство мое разыгралось до невиданных размеров. Краем глаза успел заметить прищур блондинки, но когда повернулся к ней, то тот исчез.

— С удовольствием принимаю приглашение, — я сделал такой же учтивый поклон.

За время обеда мы почти не разговаривали, а блондинка так вообще не произнесла ни одного слова. После обеда у нас была практика по силовым техникам. Точнее, мы по-прежнему развивали свое слияние со стихиями, чтобы научиться как можно более плотно чувствовать их. После окончания уроков я медленно собирался домой, обдумывая свой поспешный положительный ответ на встречу. Вообще-то в таких случаях мне надо было посоветоваться с мамой, но мое взыгравшееся любопытство просто вынудило меня согласиться, о чем сейчас немного жалею. Не в том смысле, что вообще не хочу идти, а в том, что не посоветовался с мамой. Выходили мы из класса вчетвером, так и дошли до выхода из школы. И уже за воротами я заозирался, высматривая Ниоми. Но ее не оказалось, а это было очень и очень странно.

На появившихся рядом со мной двух женщин и двух мужчин я не обратил внимания, пока те не обратились ко мне.

— Тэкео Тануки?

— Да.

— Служба расследований, — ответила мне женщина, стоявшая передо мной. — Прошу пройти с нами, — с непонятной мне интонацией произнесла она.

— Но я должен дождаться Ниоми.

— Ваша охранница уже у нас, и вы скоро с ней встретитесь.

Мысли стали метаться у меня в голове. Мама мне ничего не рассказывала о подобных случаях и как себя вести в подобной ситуации. Только то, что сопротивляться не надо, а решение этих вопросов возлагалось на Ниоми и Ору. И тут меня пронзила мысль: «получается, что они уже арестовали Ниоми?». В голове заметались другие мысли, обрывки фраз, перед глазами кадры из произошедших ранее событий. Ниоми надо спасать, но где она я не знаю, поэтому лучше пойти с ними, а там вместе уже придумаем что-нибудь. Повернувшись к девушкам, я произнес:

— Эх, вы…

Япония, город Осака, дом, снимаемый Тануки.

Ора смотрела, как вышла из двора Ниоми, направляясь к школе встречать своего подопечного. Улыбнулась своим мыслям, вспоминая недовольные ее рассказы об их дефиле под ручку туда и обратно, и, особенно, ее красные щечки, говорившие значительно больше и немного другое, чем слова. Но когда к телохранительнице Тэкео метнулось пять человек, девушка начала действовать, как учила Сумико-сама. Она была очень рада, что так и не сняла свой тренировочный костюм.

Открыв окно, выходящее во двор, она легко вылезла на подоконник и опустила створку. Затем также легко перепрыгнула на дерево и вынуждена была затаиться, поскольку во двор ворвались вооруженные люди в одежде службы расследований. Применив технику незаметности, которой ее обучила глава клана, девушка стала наблюдать за их действиями.

— Ее нигде нет, — сообщил один мужчина, наверное, своей начальнице.

— Она должна быть здесь! — рявкнула та, подтверждая свой статус. — Ищите лучше!

«Ищите, ищите», — мысленно усмехнулась Ора и стала медленно отползать по ветке в сторону соседнего дерева, ветви которого выходили на улицу, где Ниоми уже сажали в повозку. «Молодец девочка», — мысленно похвалила она ее. — «Пока не выяснится, что с Тэкео, желательно никаких боевых действий не вести, если тебе не угрожают жизнью». Проследить за повозкой не составило труда, а когда охранницу молодого господина провели в помещение, Ора бросилась к школе. Если бы ее хотели увезти куда-то в другое место, то сделали бы это уже сейчас.

У школы ее ожидало разочарование — она увидела карету, которая могла принадлежать только службе расследований. Девушка уже хотела наведаться скрытно в школу, чтобы взять под опеку мальчика, как тот появился у входа. «Как все не вовремя», — мысленно простонала она. Сегодня у Тэкео день магии и силовых техник, и он всегда оставался после уроков на дополнительное занятие. Но именно сегодня он решил обойтись без него. Взяли его у школы, и Ора мысленно умоляла его начать побег. То, что ему удастся освободиться и убежать от них, она не сомневалась, а потом, когда бы началось преследование, она бы вмешалась и не дала бы его схватить. И уже когда бы мальчик был в безопасности, можно было заняться освобождением Ниоми. Но Тэкео, обернувшись, что-то сказал сопровождавшим его девушкам, и направился со службистами в карету. Теперь только вмешательство главы клана поможет, и даже, если она начнет разносить всю службу, будет в своем праве.

И Ора бегом направилась за город, где у продавца лошадей, были приобретены скакуны как раз для подобного случая.

— Жаль, что мы не в Скифии, — пробормотала Ора, летя по городу, словно птица.

Япония, город Осака, дом Службы расследований, темница.

— Жаль, что мы не в Скифии, — произнесла Ниоми, осматривая свою камеру.

Ора рассказывала ей о некоторых законах своей родины, где в подобной ситуации любой, кого обвиняли в чем-то, мог потребовать доказательств на месте. И если, его оклеветали, то имел право требовать наказание для клеветника — либо сам, либо мог попросить вождя. Девушка вспомнила, как все происходило.

Опасность она почувствовала, как только вышла со двора. Она была не смертельной, поэтому девушка не стала ни обнажать катаны, ни применять силовые техники, когда рядом с ней появилось пять воинов. Еще столько же страховали немного поодаль.

— Ниоми Кассуи? — спросила ее женщина в форме службы расследования.

— Нет, — твердо произнесла она. — Ниоми Кассуи из рода Тануки. И вам госпожа незнакомка это следовало знать по долгу службы.

Женщина дернулась, но ничего возразить не смогла, поскольку девушка абсолютно права и она сейчас нанесла оскорбление ей. Но тут на ее лице мелькнула злорадная усмешка, всего на краткий миг, но Ниоми успела ее заметить.

— Вы обвиняетесь в покушении на жизнь Кенжи Фудзивара, сына главы клана Фудзивара, — произнесла та.

— Это какая-то ошибка.

— У меня есть показания свидетелей. Взять ее.

Мужчина и женщина, стоящие совсем рядом, попытались схватить ее, но девушка каким-то волновым движением, не сходя с места, ушла от их рук.

— Сопротивление аресту? — ухмыльнулась начальница или кем она являлась.

— Разве? — удивилась Ниоми. — Разве я сошла с места? Или отбивалась?

Телохранительница Тэкео тянула, как могла время, давая Оре его хоть немного. Она не была уверена, что у нее получилось, ведь практически сразу, как к ней подошли люди службы, она заметила, как еще несколько их работников метнулись к дому. Но сейчас ее интуиция подсказала, что у скифки все в порядке, и девушка дала себя арестовать. Нагнетать обстановку, пока Тэкео в школе, она не хотела, прекрасно понимая, что если у кого-то хватило денег и влияния сделать такое обвинение, то они могут задействовать свои рычаги и в отношении администрации школы.

Кто такой этот Кенжи Фудзивара она знала, это тот хлыщ, который несколько раз подкатывался к ней, приглашая к себе. Рамок дозволенного он не переступал, но само его общество было девушке крайне неприятно. Она надеялась, что тот забыл ее, переключившись на других девушек из простонародья, но, как оказалось, это не так. Его это инициатива или рода, она не знала, но была уверена, что ее госпожа подобные действия безнаказанно не оставит. А сейчас, пока Тэкео еще не рядом с Орой, надо подчиниться, поэтому при следующей попытке ее схватить, девушка не сопротивлялась.

И вот сейчас ее посадили в камеру-одиночку, кстати, хорошо, что одиночку. Оружие отобрали, точнее она не стала сопротивляться, но силовыми техниками она вполне могла оперировать. Присмотрелась к стенам.

— Ага, — прошептала девушка, — специальные магические формы, разрушающие силовые техники. Или поглощающие.

Теперь ей стала понятна камера одиночка. В принципе, она могла их разрушить, поскольку госпожа Сумико-сама обучила ее специальной секретной технике, как уничтожать эти формы и, что главнее, в какие места надо совершать воздействия. Сегодня к ней больше никто не приходил, и девушка решила отдохнуть до завтра. Пока ничего серьезного не произошло, главное, чтобы с мальчишкой ничего не случилось.

Спустя час ее повели, вероятно, на допрос. Войдя в кабинет, девушка первым делом осмотрела стены, отмечая наличие тех же самых форм. За столом сидела одна из тех женщин, которые ее арестовывали, а также две женщины, по позам которых Ниоми поняла, что те готовы атаковать ее в любой момент. Кстати, то, что на нее не надели специальные браслеты, блокирующие силовые техники, для девушки было немного странно. Конечно, они очень дорогие, но Осака большой город и она не сомневалась в их наличии в службе расследований. А обыкновенные наручники для владеющих силой не помеха.

— Мое имя Кимико́ Нагава́ра, следователь Службы расследования. Ниоми Кассуи из рода Тануки, у нас есть неопровержимые доказательства, что вы замыслили убийство Кенжи Фудзивара, — глядя на нее, произнесла следователь.

— Хотелось бы посмотреть на них, — спокойно ответила Ниоми, а на самом деле начала искать выход из сложившейся ситуации.

— Конечно, — ответила женщина.

В это время в комнату вошли мужчина и женщина в сопровождении еще одного работника службы. Хотя, скорее всего, под конвоем, если судить по наручникам.

— Это она, — сразу заговорила женщина, — она заплатила нам, чтобы мы убили Кенжи Фудзивара.

Ниоми, даже имея свой совсем небольшой опыт жизни и отсутствующий опыт интриг, и то была поражена подобным бредом.

— А не скажете, где это происходило? — задала она вопрос этим «свидетелям».

— А это ты сама нам расскажешь, — вмешалась в разговор следователь. — Уведите свидетелей.

Когда двери за ними закрылись, следователь спокойно сказала:

— Рассказывай все.

— Я не виновата, а свидетели лгут.

— Не хочешь признаваться? — сделала сожалеющее лицо женщина. — А придется. Держите ее.

И обе женщины выбросили в ее направлении огненные жгуты. Ниоми только и ждала этого. Теперь любой обладающий способностью определять ложь, подтвердит, что она только защищалась. Перехватив их силовыми жгутами чистой силы, девушка отвела их в стороны. И тут же сама их атаковала жгутом по горлу, жалея, что ее умения недостаточно, чтобы создать два жестких копья такой длины. А службистки, вероятно, подозревая о ее истинной силе, которую она на людях никогда не демонстрировала, к ней не приближались. Они успели среагировать и защитили свои шеи. Вот только Ниоми с разворотом приблизилась к правой и вогнала в нее копье, пробив вспыхнувший за мгновение до этого огненный щит. Но даже в этой ситуации она не действовала наверняка, ударив вместо сердца в левую часть живота только для того, чтобы вывести противницу из строя.

Создав на руке щит, девушка отразила огненную атаку двух копий. И тут же атаковала следователя, перед которой появился водяной щит.

— Ах, ты, дрянь! — выкрикнула та.

Но девушка не обратила на это внимания. Перетекая из одного положения в другое, она успевала не только отражать атаки двух противниц, но и атаковать сама. Причем ее атаки были намного эффективнее. Открылась дверь в комнату, и девушка на автомате ударила туда простым кулаком силы, который отбросил появившуюся в проеме женщину.

— Тревога! — раздался из-за двери крик, а затем топот.

Глава 11

Япония, город Осака, центральная средняя школа.

Меня крепко взяли под руки, и повели к стоявшей неподалеку карете без каких-либо обозначений. Я же помню недовольство одноклассниц тем, что я ходил с Ниоми под руку, вот и высказал им. Мог попытаться убежать, но не видел в этом никакого смысла, ведь для меня сейчас главное спасти мою телохранительницу. Внутри кареты меня зажали между собой две женщины, и мы тронулись в путь.

Пока ехали, пытался рассмотреть хоть что-то за окном, но те оказались завешены темной тканью очень качественно. За все время поездки никто из моих конвоиров не проронил ни слова, а когда мы остановились, то одна вышла из нее, остановившись рядом с каретой.

— Иди, — грубо толкнула меня в плечо вторая.

Не успел выйти, как первая схватила меня за плечо, потащив к какому-то зданию. А в нем, кто бы сомневался, мы направились в подвал. Прошли мы буквально пять метров и меня запихнули во вторую камеру. Я осмотрелся: деревянная кровать, в углу отхожее место и даже кран с водой. Присмотрелся к стенам магическим зрением — все они были испещрены какими-то очень сложными формами. Решил пока повременить с действиями. Мне обещали, что я встречусь с Ниоми, вот я подумал, что надо дождаться.

Задумался о вариантах побега, но для начала надо проверить, что это за формы на стенах. Создал небольшую огненную плеть и ударил. Стенка благополучно погасила технику. Я поочередно создал плети трех оставшиеся стихий, но они тоже не сработали, точнее, развеялись, как и первая. Создал небольшое копье чистой силы, но и оно не сработало. Интересные формы на стенах — упадешь без сил от применения магии и техник, но выбраться не сможешь. Получается, хочешь — не хочешь, а придется дожидаться кого-нибудь. Я сел на деревянную скамью и начал вспоминать свою учебу. Мне казалось, что это мои знакомые повинны в происходящих событиях, ведь я видел их явное недовольство. И у них имелись все возможности надавить на службу расследований, особенно, у блондинки.

Тут до меня донесся какой-то звук, затем последовал глухой удар. Еще один. Вроде бы человеческий стон, а теперь кто-то закричал. Вскочив на ноги, отпрыгнул в сторону от двери, которая находилась напротив кровати. Спустя пару секунд щелкнул засов с той стороны, и в мою темницу ворвалась Ниоми.

— Ниоми! — воскликнул я и подскочил к ней.

Затем в порыве обнял ее и поцеловал в губы. На какое-то время мне стало так хорошо, казалось, время остановилось. Я еще не чувствовал себя настолько счастливо, как в этот момент, когда наши губы слились в поцелуе. В коридоре раздались крики и девушка отпрыгнула от меня, а я заметил, что она покраснела. Затем она выбежала из комнаты, и я последовал следом. И успел увидеть, как в выставленный моей телохранительницей щит ударили три огненных копья. И сила их была такова, что она вздрогнула, скривилась и даже отступила на шаг. У меня от того, что моей Ниоми сделали больно, родился такой гнев, что я готов был на куски их рвать.

— Тэкео, только не чистой силой, — прошептала девушка, снова отражая атаку. — Сейчас будем прорываться: я атакую, ты защищаешь нас.

— Прекратить! — раздался незнакомый женский голос.

А мне вообще показалось, что зазвенела сталь.

Япония, город Осака, здание Службы расследований.

Глава отдела расследований Кохэ́ку Мими́ро, сидя в своем кабинете, перелистывала каталог с продажей недвижимости. После получения ею денег от сына главы клана Фудзивара, она, наконец-то, может позволить себе купить небольшой дом в Осаке. Не в центре, конечно, но и не самой окраине.

— А вот этот вполне подойдет, — улыбка наползла на ее лицо.

Внезапно дверь в кабинет открылась и на пороге появилась ее помощница.

— Там пришли…

Только и успела она это произнести, как от толчка влетела в помещение. Следом за ней вошли две женщины, которых она прекрасно знала. Главы клана Арикана, единственного где, так сказать, двоевластие. В коридоре, перед тем, как они закрыли дверь, выдворив туда помощницу, она успела заметить пятерку их телохранителей. Она прекрасно знала, на что те способны, и это не считая непосредственно глав. Такую силу просто так с собой не берут, а значит сейчас будут, скорее всего, просить о чем-то. Если она сможет помочь, то можно и из них взять некую сумму. Но даже, если не получится, то хорошие отношения с этим кланом тоже много значат.

— Скажите, Мимиро-сан, вы знакомы с указом императрицы номер сто двадцать семь?

Еще бы она его не знала! Это согласно ему любые действия против свободного рода, дарованного лично императрицей, можно производить только с ее согласия под патронажем ее доверенного лица.

— Естественно знаю, Юмико-сан, — она почтительно поклонилась.

— Тогда почему арестовали Тэкео Тануки? — тихим голосом задала вопрос вторая посетительница и словно металлическим прутом огрела Мимиро по спине. — Где он?

Но ответить та не успела, так в комнату заглянула командир охраны.

— Госпожи, там в подвале хотят убить Тэкео-сана и его телохранительницу.

Обе вылетели из кабинета, словно телепортировались. А глава отдела расследований внезапно почувствовала себя очень неуютно. У нее вообще создалось впечатление, что над ней занесли меч, который неотвратимо сейчас упадет ей на голову. И она поспешила следом. Уже спустившись в подвал, она услышала приказ старшей Арикана:

— Прекратить!

Япония, город Осака, здание Службы расследований.

Я уж думал, что придется раскрыться, так как был уверен, что одними стихиями мне не удержать щит, если Ниоми и то кривилась от попаданий. А защитные техники у нее однозначно лучше. Атаковавшие нас, а их уже стало пятеро, замерли. Ниоми тоже не атаковала, но щит не убрала. Распихивая их, в коридор подвала спустились две незнакомые женщины. Хотя-я-я… все-таки что-то знакомое в их лицах присутствовало. За ними появилась пятерка женщин, явно боевиков, которая оттеснила местных работников.

— Интересно, кто это пожаловал? — спросил я.

— Сейчас узнаем, — тихо ответила моя телохранительница.

— Юмико и Амайя Арикана, — представилась одна из них, легким движением головы, показывая, кто из них кто.

— Юмико-сан, — почтительный поклон, — Амайя-сан, — еще один поклон.

В это время пришли еще две женщины, явно здешние работницы. По тому, как прищурилась Ниоми, я понял, что она с ними или, как минимум, с одной знакома. Заметили это и женщины и обернулись.

— Если Сумико Тануки начнет уничтожать ваши рода, то знайте, что она имеет на это полное право. И если вы вздумаете к этому подключить кого-то для своей защиты, то клан Арикана вынужден будет вмешаться на ее стороне. Это официальное заявление.

Вот это поворот! Нет, я теперь понимаю, что эти две девчонки, Мико и Мизуки, не имеют отношения к нашему аресту, но такое заявление на основании простой дружбы детей не делают. Особенно, если дети девочки дружат с гайдзином. А вот в отношении блондинки пока подозрения остаются.

— Тэкео-сан, прошу принять нашу помощь.

У меня чуть челюсть не упала — Юмико сделала поклон, как равному. Что-то я вообще перестал понимать мотивы этих женщин, как и их дочерей.

— С удовольствием, но только до нашего дома, — я ответил почтительным поклоном, мечтая о том, чтобы скорее закончился этот японский официоз.

На улице стояли две кареты и восемь лошадей, вокруг одного экипажа находились три воина. Обе женщины показали, что мы можем садиться в эту карету, хотя сами направились в первую. Не успел я запрыгнуть в нее, как услышал:

— Тэкео! — в два голоса.

Мико и Мизуки схватили меня и, посадив между собой, начали расспрашивать о случившемся. Я и рассказал, что ничего не знаю, и это моя телохранительница успела повоевать с ними. Обе девчонки перенесли свое внимание на Ниоми, засыпав ее вопросами. Я не заметил в их глазах и на их лицах даже немного неприязни, даже не почувствовал, хотя ранее исходило от них нечто такого плана. Моя охранница посмотрела на меня, требуя подтверждения того, что она может рассказать. Не думаю, что там будет нечто секретное, а если и имеется, то она, наверняка, не проболтается, а расскажет мне уже дома. Вот она и рассказала, как ее арестовали, что Ору не нашли, а значит она сбежала, потом допрос, ее бой там и путь в поисках меня.

— Значит Фудзивара, — зло сказала Мико.

— Вот мне сразу не понравилась эта Мей, — вторила ей сестра.

— Я думаю, что это все-таки не она, — внезапно поддержала блондинку Ниоми. — Скорее всего, это ее брат.

Девчонки хотели затеять спор, но мы в это время приехали. Поблагодарив их за помощь, я потом сказал спасибо их матерям и отправился к себе.

Приближение чего-то родного я почувствовал, как только отъехали кареты и мы вошли во двор. Остановившись, я поднял голову, увидев, как нечто черное закрыло звезды. Ниоми среагировала молниеносно: прижала меня к себе и создала щит над нами. Я на автомате обнял ее и еще больше прижал к себе. Затем тихо сказал, что это свои. В следующий миг я уже находился рядом со знакомым грифоном.

— «Маленький повелитель, у тебя все в порядке?», — раздалось у меня в голове.

— «Да, все хорошо», — в порыве желания я погладил перья на его голове. — «А как ты догадался?».

— «Я же говорил, что будем присматривать за тобой», — я явно почувствовал в его «голосе» нечто похожее на улыбку.

— «Но как? Я же никого не видел!».

— «У нас есть свои наблюдатели», — и снова улыбка.

Я почувствовал, как он повернул голову в сторону Ниоми.

— Я сделаю это, — вслух произнесла она, а понял, что девушка ответила на вопрос грифона.

В следующий миг я услышал, как захлопали крылья. Даже не захлопали, а просто звук от разгоняемого ими воздуха. Мы же с Ниоми отправились домой. Ора отсутствовала, и моя охранница сказала, что, скорее всего, она срочно ускакала в наше поместье сообщить маме о произошедшем. Спать сегодня легли в одной кровати: я у стенки, а Ниоми примостилась с краю. Я вспомнил нашу встречу в тюрьме и последовавший после этого поцелуй, и даже не понял, как получилось, что я обнял ее, притянув к себе. С улыбкой на лице и прекрасным настроением я уснул.

Япония, город Осака, дом Фудзивара.

В комнате стоял молодой человек и с улыбкой на лице наблюдал за ночным городом. Деньги сделали свое дело, и теперь он будет отомщен за пренебрежение им этой простолюдинкой. И главное кого она выбрала? Какого-то малолетку, которого охраняла. Да кто он такой вообще? Теперь он предвкушал, как та будет просить его замять это дело, и он уже знает, что потребует от девушки. Парень начал представлять, что и как будет делать эта Ниоми, и настолько вошел в роль, что в паху стало тесно. Он даже поправил свое хозяйство для удобства.

В это время он услышал звук отодвигаемой двери. В комнату вошла невысокая светловолосая девушка, направившись к нему.

— Что ты такая нерадостная сестренка? Обидел кто?

Но та не отреагировала на его слова, чем вызвала легкое недоумение у молодого человека. Он-то прекрасно знал ее колкий и язвительный язычок. Подойдя к нему, она резким и внезапным ударом засадила ему ногой в пах, нарушив его естественную реакцию на свои мечты.

— А-а-а-а, — заорал тот.

Хрясь! Удар ногой выбивает ему два передних зуба и крик захлебнулся. Бах — и боковой удар ногой сваливает молодого человека на пол. Бах, бах, хрясь — сломались пальцы левой руки. Парень пытался защититься, вот только молодое дарование семьи было значительно выше уровнем. Бах, бах, хрясь — пальцы правой руки.

— Если Тэкео не захочет со мной общаться и у меня с ним ничего не получиться, то я тебя кастрирую, — раздалось шипение королевской кобры. — А с мамой я договорюсь.

Обе телохранительницы во время этой экзекуции, подняли глаза вверх и очень внимательно стали изучать потолок. Со стороны могло показаться, что они нашли там откровения всех богов. И только когда девочка направилась на выход, поклонились ей.

— Позовите ему целителя, — бросила она им и вышла из помещения.

Глава 12

Япония, город Осака, дом, снимаемый Тануки.

Ниоми лежала рядом с Тэкео и чувствовала, как краска заливает лицо. Он почти в самом начале, как легли спать, обхватил ее за плечо и прижал к себе. Властно, словно бы имел на это полное право. Сама же девушка внутри себя признавалась, что ей чрезвычайно хорошо вот так находиться рядом с господином. Ей очень захотелось повернуться к нему, и девушка не смогла удержаться. Аккуратно перевернувшись на левый бок, она коснулась своими губами его губ, вспоминая тот поцелуй в темнице. Самый первый ее поцелуй. Тэкео что-то очень тихо сказал и сильнее прижал ее к себе. Ниоми замерла, думая, что тот проснулся. Но нет — господин по-прежнему спал. Устыдившись своей храбрости и последовавшего за ней поцелуя, девушка осторожно перевернулась на правый бок.

Следовало с самого начал сделать так, поскольку в таком положении она контролировала и вход в комнату, и окно. И тут Тэкео, словно опасаясь, что девушка может вообще уйти, тоже повернулся на правый бок, а его левая рука, скользнув по ее телу, прижала ее к нему. Как раз за грудь. Внизу живота cтало горячо, а сама Ниоми испытала нешуточное желание. Войдя в легкий медитативный транс, как учила ее Сумико-сама, она сбросила это желание. И уснула чутким сном телохранителя.

Япония, дорога к замку Хотояма.

Ора скакала одвуконь всю ночь, периодически подпитывая лошадей специальной техникой, которую знала еще с детства. Тонко чувствуя состояние скакунов, она вовремя меняла их, давала небольшой отдых, но все равно к утру вынуждена была перейти на шаг. Хорошо, что до родового замка оставалось всего ничего. Ворота открылись еще когда до них оставалось сто метров и она въехала в них. Не успели лошади остановиться, как девушка спрыгнула, побежав к дому. И на пороге столкнулась с госпожой.

— Сумико-сама, — она поклонилась. — Ниоми и Тэкео арестовала служба расследований. Держат в Осаке, в чем их обвиняют, я не знаю.

— Лошадей! — повысила голос глава рода. — Рассказывай в подробностях.

Ора начала доклад на земле, а продолжила в седле. Пока он продолжался, лошади шли рысью, а как только она закончила, перешли в галоп. По предварительным расчетам в Осаку они приедут к семи вечера.

Япония, город Осака, дом, снимаемый Тануки.

Проснулся я в прекрасном настроении, даже не вериться, что вчера происходили эти страшные вещи. Ниоми уже ушла и, судя по доносившемуся звону посуды, занималась едой. Когда Ора орудовала там, то звуки были намного тише. Значит, права моя телохранительница, когда сказала, что та отправилась в наш замок. Направился на кухню. И, действительно, у плиты стояла Ниоми и готовила мне яичницу. Да, такое совсем не японское блюдо, которое я просто обожал. Подойдя к ней сзади, я обнял девушку и поцеловал в шейку.

— Господин, — она попыталась вывернуться, но я не позволил.

— Какой я тебе господин!

— Тэкео, твоя любимая яичница со свиным салом и луком, — она открыла крышку. — Хотя я не понимаю, как вы с Орой можете это есть?

Себе же она приготовила лапшу. Я отпустил девушку, уселся за стол и принялся завтракать. Ух, вкусно! Научилась все же Ниоми делать это классное блюдо, а то раньше с готовкой Оры не сравнить было.

В школу мы передвигались, как всегда, под ручку. Вот только теперь не только моя телохранительница внимательно осматривалась, но и я. Пусть нас и уверяли главы клана Арикана, что вряд ли сейчас кто-то решиться на нас напасть, но мы все равно были настороже. У школы я повернулся к ней.

— Тэкео, не надо, — тихо произнесла Ниоми. — Не на людях.

И как она поняла, что хочу поцеловать ее? Но я, сообразил, что девушка права, поэтому просто немного сжал ее руку. Затем развернулся и направился на занятия. Сегодня у нас день знаний математики, истории и прочих подобных предметов. Не успел сделать и десять шагов, как был подхвачен под руки.

— Привет.

— Приветик.

— Мико, Мизуки, вы что, меня решили арестовать?

Мое отличное настроение перекинулось на девчонок. Очень уж они схватили меня похоже на вчерашних женщин из службы расследований. Они зависли на секунду, а потом, поняв смысл сказанного, в унисон ответили:

— Конечно. А ты как думал. За систематическое ничегонеделание на уроке математики ты подвергаешься аресту. Твое освобождение зависит от твоих подсказок нам на сегодняшней контрольной работе.

— А у нас контрольная?

— А ты что не слышал? — удивилась Мико.

— Так он же за старшеклассницами в окно наблюдает, — ехидно добавила Мизуки. — Лучше бы на нас смотрел. Подумаешь, у них сиськи больше. У нас тоже скоро будут такие.

В это время перед нами появилась блондинка, и я почувствовал, как немного напряглись ручки девушек.

— Здравствуй, Тэкео, — поздоровалась она.

— Здравствуй.

Я едва удержал спокойный тон, так как перед глазами появилось видение, где мы с Ниоми сражаемся против людей службы расследований. И все либо из-за нее, либо ее брата. Мне совершенно не хотелось, не только общаться с ней, а даже находиться рядом. Даже, если это проделки не ее, все равно чувствовал к ней негатив. Чтобы не сорваться, я потянул своих подружек дальше.

— Что-что? — переспросил я, услышав от них какое-то шипение, но слов не разобрал.

— Нет-нет, — обе замахали головами и их хвосты хлестнули меня по затылку.

Первым уроком была математика, и на ней, действительно, была контрольная работа. Мы сели как всегда — я между девчонками. Учитель пошел между партами, раскладывая перед каждым учеником лист с заданием. Подошел и к нам.

— Тэкео, а ты иди ко мне за стол.

— Иоши-сама, а как же контрольная? — решил уточнить этот вопрос, потому что на самом деле хотел помочь девчонкам, так как математика у них шла не очень.

— Вот там Тэкео-кун ты и будешь мне отвечать.

И, в самом деле, он задавал мне задачки, а я их решал. Что, его поражало, так это даже не моя скорость решения, а методика. После нескольких примеров он задумался, а затем спросил, откуда я это знаю. Что я мог ему ответить? Не буду же говорить, что это знания другого мира, где я жил до пятилетнего возраста. Точнее, до двадцатипятилетнего или вообще до тридцати тех лет. Сказал, что вижу такое решение.

— Хм, — хмыкнул он. — Образное решение задач. Не сталкивался я еще с подобным. А вот, если усложнить задачу. Допустим, что в первый день ты прошел пять километров…

Вот так мы и занимались целый урок. Прервались всего дважды, когда учитель заметил списывание и заставил сдать работы. В журнале же эти одноклассницы получили двойки.

Остальные уроки пролетели очень быстро. И все время сегодня — и на занятиях, и на переменах я ловил на себе взгляды Мей. На первой же перемене она захотела со мной поговорить с глазу на глаз, но я отказался. Вежливо. Сумел заставить себя. После уроков мы вместе направились домой. Попрощавшись, я подошел к Ниомы, взял ее руку и положил себе на локоть. Оборачиваться не стал, хотя и почувствовал недовольные взгляды. Но надо отдать должное Мико и Мизуки — недовольства в них было значительно меньше, чем до инцидента с арестом.

На ужин моя телохранительница приготовила что-то японское из морепродуктов. Я не стал спрашивать, что там я ем, но было достаточно вкусно. Из открытого окна послышался топот, а затем негромкое ржание лошадей. Ниоми вскочила и попыталась отвести меня в другую комнату, но я остался рядом с ней. А в следующий миг я уже летел на улицу.

— Мама! — я обнял ее и прижал к себе.

А потом она устроила нам настоящий допрос. Сначала Ниоми рассказывала свои приключения, затем я. Что творилось у нее в голове, было совершенно непонятно, а на лице присутствовала все та же легкая улыбка.

А после мы долго сидели с мамой и я рассказывал ей о своей учебе, друзьях, надеждах и разочарованиях. Мама, конечно, рассказала, как обстоят дела у нас дома.

— Мам, ты можешь не мстить этим женщинам? — спросил я ее. — Я сам хочу отомстить.

— Но ты пока не достаточно силен, — возразила она.

— Значит, сделаю это позже.

И уже поздно вечером я уснул, как это делал в детстве — рядом с сидящей на моей кровати мамой, которая гладила меня по голове.

В школу на этот раз я поехал в карете, так как мама отправлялась куда-то по своим делам и меня подвезла. Сегодня Мико с Мизуки отсутствовали, поэтому добирался до класса в одиночестве. По пути узнал, что я чуть ли не главный убийца города, супер киллер и все такое прочее. В отсутствие сестер Мей уселась рядом, что меня совсем не порадовало. Хотя после разговора с мамой, я успокоился и легко сдерживал свое негодование. Минуту она молчала, а потом тихо произнесла:

— Тэкео, я не знала, что мой брат задумал.

— Угу, — ответил я.

— Продолжим общение, как раньше?

А вот этого мне совсем не хочется. Виновата, не виновата, но действие ее брата очень хорошо характеризует их род. Пусть сейчас она думает по-другому и не одобряет этот поступок, но «яблоко от яблони недалеко падает». Это вчера я впервые сказал маме эту фразу и даже пояснил ее значение. Это из той моей жизни, которая была в другом мире.

— Прости, Мей, но я не готов к этому.

Она сверкнула глазами, но сказать ничего не успела, так как приход учителя прервал наш разговор.

— Спешу сообщить вам приятную новость, — он сделал паузу. — Наша императрица решила провести турнир между средними и старшими школами. Соревнования будут групповые по силовым техникам и бою без оружия. В первом случае участвуют пять человек в группе, во втором три. Приурочен турнир к празднованию нового года, так что время определить лучшую группу по каждому возрасту более чем достаточно.

Учитель отвлекся, так как на улице раздались крики. Мы тоже посмотрели туда и увидели, как две старшеклассницы прямо на занятии устроили драку.

— Кичиро-сан, а кто будет формировать группы? — спросила с первой парты моя одноклассница.

— Руководством школы, дабы избежать споров и недовольства, принято решение, что формировать группы будут сами ученики. С этого дня занятия наши немного изменятся и будут направлены на взаимодействие в группе. Сейчас вам дается десять минут, чтобы вы определились с участием в турнире и сформировали группы. Затем вместо теоретического занятия будет практика, где я посмотрю, на что вы способны.

И чтобы нам не мешать, вышел из класса. Что тут началось! Все родовитые девчонки завели спор, кто с кем будет в группе. Интересно, что спорились только по силовым техникам и магии. Мей, как одна из самых сильных, тоже была вовлечена сначала в спор, а затем в группу. Она попыталась было порекомендовать меня, но встретила сильный отпор других девчонок. Главным аргументом было: гайдзина-убийцу брать нельзя. И что меня рассмешило, так это их задранные носы, дескать, мы участвуем в турнире, а кто-то нет. Главное, что я сам не имел желания ни здесь соревноваться, ни ехать в Токио.

До обеда Кичиро Хасидзи давал задания тем, кто участвует в турнире и высказывал свои замечания. Все они сводились к тому, что с таким взаимодействием им там делать нечего. Я же все это время занимался самосовершенствованием в плане техник. Обед я провел в гордом одиночестве, порадовавшись, что блондинка наконец-то от меня отстала. После обеда у нас началась теория по тактике взаимодействия в группе.

Кстати, несмотря на мое неучастие, я с огромным интересом слушал учителя, и начал понимать его слова «там делать нечего». Оказывается, группа должна перекрывать разные стихии. А одноклассницы по большей части собирались по принципу: вода к воде или огонь к огню. Так и прошел остаток учебного дня. А вечером со школы меня встречала мама.

Япония, город Осака, замок Фудзивара.

Рей Фудзивара, глава клана, в прекрасном настроении вернулась домой после поездки в столицу. Ей удалось переговорить с главой клана Хасидзи. Прямых договоренностей никаких не достигнуто, но по некоторым обмолвкам она сделала вывод, что род не предан беззаветно императрице, несмотря на то, что та возвысила его, приняв в большую десятку. Но не успела она дойти до комнаты отдыха и приказать привести туда купленного мужчину, чтобы развлечься с ним, как ее перехватила помощница.

— Госпожа, — поклонилась та, — за время вашего отсутствия произошли важные и неприятные события.

Рей недовольно скривилась, понимая, что с развлечениями придется обождать. Изменив маршрут, она направилась в кабинет.

— Рассказывай, — приказала она, усевшись в кресло.

— События касаются вашего сына…

Женщина спокойно выслушала свою помощницу и приказала привести своего отпрыска. Появился тот быстро и по его виду Рей поняла, что тот прекрасно осознал причину своего пребывания здесь.

— Как ты мог меня так опозорить? — прищурившись, она посмотрела на молодого человека.

— А эта простолюдинка не опозорила нас, отказав мне? — тихо спросил тот. — Ты учила меня таких сразу ставить на место.

Глава рода даже скривилась, что ума у сына не прибавилось. Он слышит только то, что выгодно ему, пользуясь тем, что она ему мало в чем отказывала. А все потому, что у нее были планы на него в плане выгодного брака. Он был достаточно одарен для мужчины, получил прекрасное образование, вследствие чего котировался достаточно высоко, как выгодная партия для продолжения рода. Зная, в какой род он должен уйти, она позволяла ему больше, чем в других родах позволяли мужчинам, но, как оказалось, зря. Как мать, она надеялась, что тот вынесет для себя много полезного для будущей жизни, но все было не так.

— А теперь рассказывай подробно.

Выслушав его, она убедилась, что его надо бы срочно отдавать, особенно, учитывая слова дочери. А та вся пошла в нее и слов на ветер не бросала. Вот только существовало одно весьма существенное препятствие — та, которой он предназначался, еще не вступила в брачный возраст. До ее пятнадцатилетия ждать еще целых полтора года.

— Уведите его, — женщина повысила голос.

Вошли его телохранительницы и увели, но дверь не закрылась и в комнату вошла начальница охраны замка. Она же глава службы безопасности клана.

— Рей-сама, — поклонилась она, — сегодня вокруг замка охрана заметила прохаживающуюся Сумико Тануки. Она не переступала границ, но очень часто бросала взгляды на замок. На предложение посетить его, последовал вежливый отказ.

Час от часу не легче. Рей прекрасно знала возможности этой женщины не только из докладов на совещании большой десятки, но и выясненными другими путями. Отказ посетить родовое гнездо оставлял за главой рода Сумико возможность враждебных действий. Конечно это не закон, а правило поведения, но ему уже более тысячи лет. Пусть она совсем молодая глава, но знать это обязана. Впрочем, скорее всего, ее отказ и связан с тем, что она оставляет за собой право мести.

— Что-то еще?

— Нет, госпожа.

— Тогда можешь идти.

Та покинула кабинет, но не успела закрыться дверь, как в комнату вошла ее дочь. Даже, можно сказать, вбежала.

— Ты вернулась! — подбежав, она поцеловала женщину.

— Вернулась и узнала много интересного, — женщина улыбнулась, — садись. Поговорить надо. Что у тебя к этому Тэкео? — спросила она, когда дочь уселась напротив нее.

— Ма, он очень сильный. Представляешь, владеет всеми четырьмя стихиями на высоком уровне. Его наследницы пригодятся нашему роду.

— То есть дело только в этом и он тебе не нравится?

— Отвращение не вызывает и это хорошо, — немного поморщилась Мей, — иначе я бы не смогла себя пересилить.

— Судя по некоторым его действиям и особенно по дуэли он не будет на вторых ролях, — покачала головой мать. — В отличие от наших мужчин.

— Я бы его все равно сломала, — с каким-то превосходством и самоуверенностью возразила родительнице дочь. — Но эти Арикана путаются под ногами. Мне кажется, что обе дуры втюрились в этого гайдзина.

— Мей, что за выражения, — строго произнесла глава рода. И тут же спокойно добавила: — У него еще имеется телохранительница, с которой у мальчика странные взаимоотношения.

— Да он это делает нам на зло, — отмахнулась девочка рукой от этих слов. — Сам как-то говорил о нашем отношении к мужчинам.

Женщина мысленно покачала головой — все-таки хоть ее дочь и унаследовала ее ум, а в плане силовых техник превзойдет, но ей недостает обыкновенного жизненного опыта. И зная характер дочери, приказывать здесь бессмысленно — только хуже будет из-за ее самоуверенности. Но в целом, она гордилась ею, что в таком можно сказать еще детском возрасте она уже задумалась об усилении рода и клана. К тому же, забрав этого аркейца себе, она тем самым не даст усилиться другим родам.

— Ма, а когда у меня будет такая грудь, как у тебя? — Мей внезапно изменила тему разговора.

— Что, не дают покоя прелести его телохранительницы? — улыбнулась женщина.

— Да нет, просто…

И под улыбкой матери дочь стушевалась, полностью выдавая свои настоящие мысли на этот счет.

— К окончанию средней школы, — с той же улыбкой ответила Рей, — к твоему пятнадцатилетию. Давай я сейчас расскажу тебе о некоторых женских хитростях, а потом приготовим один чай, действие которого я тебе тоже объясню.

— Замечательно, — согласилась Мей. — Но, если у меня ничего не получиться, то брата я кастрирую.

«Как только юной Хитоми исполниться пятнадцать, сразу отдаю им сына», — подумала Рей. Дочери о возможных неприятностях из-за разрыва этого союза она решила вообще не говорить. В противном случае та исполнит свою угрозу очень скоро. Максималистка. Как и она сама в ее возрасте.

Япония, город Осака, центральная средняя школа.

— Текео-кун, — Мизуки обратилась ко мне таким вот способом, хотя мы договорились пользоваться только именами, — ты почему не участвуешь в турнире? Ты же лучше всех.

— А давай спросим этих всех, лучше я их или нет?

— Пфр-р-р, — фыркнула ее сестра. — Да они друг дружку будут перекрикивать, хвалясь своими достижениями. Так все же, почему?

— Не хочу, — я пожал плечами.

Девчонки уставились на меня широко раскрытыми глазами, а потом одновременно выдохнули:

— Понятно.

Что им было понятно, я не имел ни малейшего понятия, а спрашивать не стал. Я же не вижу смысла ехать на турнир, организованный той, кто приказала уничтожить мою родину.

Мама осталась у нас до выходных, чему я был очень рад. Она каждый день привозила меня в школу, а потом ехала по своим делам, и даже один раз встретила после уроков. А сегодня, в последний учебный день, после ужина заявила:

— Тэкео, завтра мы едем в гости к Арикана. Ты принял приглашение, поэтому надо выполнять свои обещания.

На следующий день у меня с мамой вышел небольшой спор, в котором я (наконец-то!) победил. Надевать традиционную японскую одежду для нанесения официальных визитов, я не стал. Но и аркейскую, которая мне очень нравилась, мама запретила надевать. Остановились мы на той, в которой я всегда любил ходить, гуляя по улице в выходные дни. Добирались, естественно, на карете, внутри которой сидели мы с мамой и Ниоми. Две мамины охранницы ехали верхом.

Замок Арикана в Осаке находился почти на окраине на берегу реки Ёко в очень живописном месте. Нас заметили и, вероятно, ожидали, поскольку ворота начали открываться заранее. А дальше все пошло по протоколу. Первой вышла из кареты Ниоми, отойдя на шаг в сторону. Затем я, остановившись у входа. И последней мама в роскошном кимоно. А дальше мы пошли совершенно не по правилам, принятым в Японии. Первой должна идти была мама, как глава клана, затем на полшага позади я, и за мной Ниоми, как личная телохранительница. Но мы с мамой шли вместе.

А вот встречали нас по всем японским правилам: впереди обе главы, а рядом с ними и на полшага позади мои одноклассницы. А дальше начались церемониальные поклоны, которые больше всего ненавидел. Продолжилось это на церемонии чаепития, в конце которой взрослые перешли к деловому разговору.

— Сумико-сан, Тэкео-сан, — обратилась к нам Юмико Арикана, — я хочу пояснить вам приглашение к нам, а также наше отношение к роду Тануки в целом, и к Тэкео в частности. Вы знаете, что когда главой клана был наш муж, он выступил категорически против нападения на Аркею. Он свято чтил договор великого императора Дэйчи, и к нему самому относился с огромным уважением.

Женщина сделала паузу и речь подхватила моя мама.

— Мне известно это. Как и то, что за это он поплатился жизнью.

— Это не совсем так, — Амайя чуть качнула головой, — он отправился, чтобы предупредить аркейцев о нападении и был убит по дороге. Вы знаете, что наш муж был отличным воином и мастерски владел нагинатой, которую сам изобрел. Против него выступило всего пять противников, с которыми он не сумел справиться. И это были не люди. Тогда мы так и не сумели понять, кто это, но сейчас можно с уверенностью говорить о демонах.

Вот так подробности и открываются. Я, сидя рядом с мамой, почувствовал ее эмоции, хотя лицо оставалось бесстрастным. Она тоже была в шоке, если выражаться кратко.

— Перед своим уходом наш муж, возможно, почувствовал нечто, поэтому приказал сохранять верность старым договорам. Хотя знал, что мы и так не собираемся их нарушать, — слово снова взяла мать Мико. — Поэтому наше отношение, как и отношение наших дочерей к Тэкео отличается от общепринятого. Мико, Мизуки, — обратилась она к моим одноклассницам, — покажите Тэкео-сану наше поместье.

Япония, город Осака, замок Арикана.

Спустя минуту после того, как за детьми закрылась дверь, Юмико начала другой разговор.

— Сумико-сан, как вы относитесь к возможному браку вашего сына с нашими дочерями? Одной или сразу двумя?

— Юмико-сан, Амайя-сан, хочу сразу предупредить, что брак будет рассматриваться только по желанию самого Тэкео. Никаких родительских договоренностей, как это принято в нашей стране, не будет. Да и рано пока говорить об этом.

— Мы предполагали подобный вариант, а сегодняшний ваш приезд только подтвердил его, — улыбнулась Юмико. — Поэтому никаких предварительных договоренностей не будет. Нам важно лишь ваше принципиальное согласие на возможность подобного шага.

— Если таково будет желание моего сына, я возражать не буду, — Сумико тоже улыбнулась в ответ. — Но существует еще одно немаловажное обстоятельство. Я с сыном еще не говорила на эту тему, но он никогда не войдет в другой род. И я более чем уверена, что попытается создать свой собственный клан.

— Кровь аркейцев, — улыбнулась Амайя, а Юмико кивнула в знак подтверждения. — Мы не возражаем.

— Тогда какую дочь вы предлагаете?

— Это тяжелый случай, — вздохнула Юмико. — Им обеим очень нравится ваш сын. У нас был с ними разговор. Не в плане возможного брака, а просто о взаимоотношениях. Мы постараемся как-то повлиять на них, но боюсь, что они не согласятся. Мы не можем оставить клан без наследников. Единственным выходом является вхождение в другой клан. Но получить герб своего клана невероятно трудно. Это может сделать императрица, поскольку герб вашего рода дарован лично ею, но она никогда не пойдет на это. Большая десятка, да и другие кланы тоже никогда не поддержат эту идею. Остается единственный вариант — захватить ничейные земли, навести там порядок и подать прошение о присоединении их к империи. В этом случае герб клана присваивается автоматически и никто не будет против расширения страны.

— Юг острова Сикоку, — Сумико сразу уловила суть.

— Мы поможем, чем сможем, но многого, к сожалению, делать нельзя. Иначе все расценят это как акцию клана Арикана, а не свободного рода Тануки.

Главы еще некоторое время обсуждали возможные неприятности, кто и как будет реагировать на них. Расстались уже ближе к вечеру.

Глава 13

Япония, город Осака, центральная средняя школа.

Две недели пролетели очень быстро, можно даже сказать в одно мгновение. Вся учеба сейчас была направлена на организованный императрицей турнир. Нет, обыкновенные предметы не отменялись, но теперь мало кто из учеников придавал им хоть какое-то значение. Кроме меня, конечно. И еще близняшек, которые видя мое отношение ко всему происходящему «переметнулись» на мою сторону. Правда, надо сказать, что они после этой новости не так возбужденно отреагировали, как все остальные. Но случалось, что некоторые уроки заменяли силовыми техниками и прочими тренировками.

Мы с близняшками, с которыми сдружились очень сильно, сейчас подходили к полигону на очередное занятие техниками, как нам повстречался учитель Кичиро.

— Кичиро-сан, — мы поклонились этому человеку.

— Тэкео-кун, пойдем, поговорим.

Далеко идти не стали, отойдя на десять метров.

— От нашей императрицы пришло недоумение, почему такой одаренный мальчик не принимает участие в турнире. А тут еще твоя победа на дуэли со старшеклассницей подлила масла в огонь. Прямого приказа взять тебя на турнир не было, но подобные разговоры правительницы указывают как раз на них. Я попытался узнать правду через своих родственников, но не получилось. У меня с главой клана не самые радужные отношения. Это если вкратце. Более подробно я бы хотел обсудить этот вопрос с Сумико-сан.

— Кичиро-сан, я передам маме ваши слова, — я поклонился мужчине.

— Что? Что он хотел? — насели на меня сестры.

— Сказал, что императрица очень сильно возжелала видеть меня на турнире, — скривившись, ответил им.

— А ведь у нее дочь младше Тэкео всего на год, — тихо произнесла Мико и я увидел, как сверкнули глаза обеих девочек.

Встреча с мамой произошла на пятый день. Происходило это без меня, но потом был уже долгий разговор с ней, где присутствовали и Ора с Ниоми. Во-первых, после каждого года обучения и так проводились турниры, поэтому это желание приурочить еще один к празднованию нового года выглядит странно. Еще более странно выглядит желание императрицы видеть меня на нем. Я рассказал маме о словах Мико и она после раздумья ответила, что этот вариант не настолько вероятен. Не пойдет императрица на подобный шаг, чтобы свою дочь отдать за аркейца. Если бы это была не прямая наследница, то еще возможно, а так нет. Разве что позиции правящего клана настолько стали плохи, что она согласна на все. К сожалению, у мамы нет никаких связей в столице; у рода Арикана больше, но и они не сумели ничего узнать. В итоге она сказала, что на турнир поедет вместе со мной. Не в том смысле, что с нами школьниками, а как бы сама по себе.

А выступать я буду в бое без оружия. Раз императрице так понравилась моя победа на дуэли, что она ее упомянула, то и выступать буду там.

— Поэтому я снова займусь твоими тренировками Тэкео, — добавила в конце мама. — Буду приезжать на пятницу, субботу и воскресенье. Естественно, что сестры Арикана будут в одной группе вместе с тобой.

Япония, город Токио, замок рода Асикага клана Самураки.

Кэтсеро Асикага, старший муж главы рода и одновременно помощник главы клана Самураки, уже неделю ждал вестей от двух групп «теней», которые он отправил на Большую землю и в Америку. Ушли они давно и в разное время, но вернуться должны были еще пять дней назад. По боевой мощи они были не самые сильные, но в задачу этих групп и не входили боевые действия, разве что в крайнем случае. Зная пунктуальность обеих командиров отрядов, мужчина был уверен, что случилось нечто непредвиденное. Сейчас он просто находился на вершине башни, глядя на заходящее солнце.

— Так ты скажешь, куда отправил наших людей?

Жена появилась, как всегда бесшумно, но он уже давно чувствовал ее частью себя, поэтому для него не стал неожиданностью ее приход. И естественно совсем не напугал грозный тон.

— Одна ушла в сторону Аркеи, другая в Америку, — повернувшись к женщине, ответил он.

— Все так же не доверяешь советнику императрицы? Может быть, ты жалеешь, что мы уничтожили этих гайдзинов?

— Скорее всего, да, — он улыбнулся женщине, — но точно могу сказать только после возвращения групп.

— Мог бы и мне сообщить о своем желании разведать все, а не самодельничать, — недовольно произнесла она.

— И ты бы согласилась? — он добавил в голос толику скепсиса.

— Ты мог бы уговорить меня. Страстно! — и женщина провела руками по телу, давая понять, что она имела в виду под «страстно».

— Для страстных уговоров у тебя имеется молоденький муж.

Произнес он доброжелательным тоном, но все равно почувствовал недовольство жены. У ее нового избранника было только одно умение — часами ублажать свою госпожу, которая в это время оглашала своими стонами и криками чуть ли не весь замок. Молодой и горячий он набрасывался на сорокалетнюю женщину, словно это было последний раз. Что он там вытворял с Хироми мужчину не интересовало, хуже было то, что тот больше ни на что не годился. Дабы понять это, достаточно было одного с ним разговора. Более того, теперь еще необходимо следить, чтобы уши этого постельного гиганта не услышали ничего лишнего. Но важнее было то, что от общения с главой клана и императрицей, которая ее приблизила к себе, женщина, такое впечатление, стала терять здравый смысл. Постельные утехи занимали в ее мозгах все больше и больше времени. Пока она прислушивалась к его советам, но недовольство жены он чувствовал все чаще и чаще. Вот как сейчас.

— Как только вернуться, сразу сообщи мне, — отрезала Хироми и направилась к лестнице.

Преображения жены началось с приближения ее к императрице. Нет, она и до этого была очень темпераментной, но всегда четко разделяла постельные утехи и дела рода. Но постепенно стала преображаться, а сейчас вообще взяла в мужья совершенно бесполезного для рода человека.

— Господин, — обратился к нему его верный слуга и помощник, — пришла тень и я, как вы приказали, проводил ее в кабинет.

Облегченно вздохнув, он направился к лестнице. Чтобы сократить расстояние, он пошел через часть хозяев, а проходя мимо спальни жены, услышал сладострастные стоны и вскрики. Покачав головой, он направился вниз, решив не отрывать ее от дела.

Лицо тени, как всегда, было скрыто, но он сразу же понял, что это командир отправившейся в Америку группы. По внешнему виду ничего сказать было нельзя, в эмоциональном плане тоже все было спокойно, но такая задержка была неспроста.

— Рассказывай.

— Добрались мы без проблем, как до берегов Америки, так и до Американских Штатов. Там нам повезло — из азиатского анклава в эту страну шел небольшой караван на переселение и мы прибились к ним. По пути разговорились и выяснили один важный момент — в Штатах появилась новая религия. Молятся какому-то богу, якобы создавшему все сущее, по имени Эрджинн.

— Они больше не чтят предков? Не чтят род? — вырвалось у мужчины.

Это случилось всего в третий раз за его жизнь, когда он не сумел сдержать свои чувства. Но причина была настолько шокирующая, что он не совладал с собой. Вера в предков и их почитание являлось своеобразной религией во всем мире. Где-то в большей степени это касалось непосредственно людей, где-то почитался род.

— Там какая-то странная вера, мол, где-то там на том свете им будет хорошо, если их потомки будут слушаться во всем проповедников.

— На каком том свете? А как же перерождение? Это же закон мирозданья.

— Не знаю, — «тень» пожала плечами. — Но главное другое. В каждом городе и даже в больших поселках и селах построили храмы, где люди молятся постоянно. Да-да — постоянно, периодически меняясь, словно на вахте. И все они находятся под каким-то воздействием — вроде бы и нормальные, но в каком-то трансе.

— Наркотики? — предположил Кэтсеро.

— То, что там раскуривают и наркотиком-то назвать нельзя. Совсем легкий дурман, который никак не мог так повлиять на людей. Влияет как-то храм. Чтобы противостоять этому воздействию, необходимо умение контроля сознания. Даже нам было тяжело, а в столичном храме едва справились. Но и это не самое главное.

Тень выпила предложенный сок и продолжила:

— Кэтсеро-сан, вы знаете, что я ходила с группой к пятну пять лет назад, поэтому знаю и помню свои ощущения. В главном храме столицы в Нью-Йорке я испытала нечто аналогичное. Чувство чего-то неправильного, непривычного, нелюдского. Оно едва улавливалось и, если бы ранее ничего подобного не испытыала, то я бы не заметила. Американскими Штатами завладели демоны из Пятна.

— Вас вычислили? Удалось уйти без проблем?

— Удалось. Но человеку, который не умеет работать со своим сознанием, оттуда не выбраться, каким бы отличным воином тот ни был.

Он еще час расспрашивал об увиденном и услышанном, об их чувствах в разной местности. Выяснил, что госпожа Дженнифер является самым ярым приверженцем новой религии, как и все главы кланов и родов. В итоге понял, что все люди Американских Шатов стали религиозными фанатиками, что очень и очень плохо. И полностью стала ясна причина закрытости этой страны и обрыву отношений между Японией и Штатами. Именно обрыву, а не разрыву — просто в один момент перестали приезжать посланники. Теперь все становиться понятно и осталось только дождаться вторую группу для более полного понимания ситуации.

На третий день ожидания он уже был уверен, что группа потерпела фиаско. Это уже очень длительная задержка, которая могла быть только в случае полной гибели отряда. Теперь ему предстоял только разговор со своей женой, которая еще в тот день уехала по своим делам во дворец.

— Господин, там какой-то мальчишка, оборванец и рыбак, спрашивает вас, — поклонился помощник и сразу же добавил: — Причину не назвал, лишь то, что расскажет об этом только вам. Назвал ваше имя.

А вот это уже очень серьезно. Конечно, он не скрывался и некоторые знали его, но уж точно не простолюдины. Ведь в клане не принято называть имена даже в случае, если те известны. Подобный приход ребенка означать может только одно — кто-то таким образом решил передать ему сообщение. И он с большой долей вероятности предполагал от кого оно, да и сработавшее предчувствие говорило о том же.

Встретить решил сам. Когда подошел к воротам, то увидел, что мальчик, лет тринадцати-четырнадцати держал за руку десятилетнюю девочку. И что самое удивительное свободной рукой он сделал знак группы «теней», отправившейся к Пятну. Сотворив ответный знак, он увидел, как парень кивнул и хотел было что-то сказать, но мужчина показал, что тот может идти за ним и направился в дом.

— Мы живем недалеко от города Дзёэцу, занимаемся рыбной ловлей. И вот неделю назад рядом с нашим домом на берегу мы нашли женщину. Она дала нам деньги с условием, что мы передадим вам это.

И парень достал специальный футляр, который Кэтсеро узнал сразу. Достав из него обработанный специальной формой лист пергамента, он начал читать послание.

Добрались без проблем.

«Пятно» увеличило свой размер на два километра. Новую метку поставили.

Создавать силовые техники стало еще сложнее, даже в самом начале границы.

Нарвались на патруль, которых стало больше. Уйти удалось двоим, но попали под проклятие.

Сообщение даже не было зашифровано, а по почерку было понятно, что командиру группы даже это далось с трудом. О каком шифре еще может идти речь? О проклятиях им было известно совсем немного. Это не силовая техника, а форма, точнее заклинание, так как может применяться на больших расстояниях. «Теням» была известна только одна форма проклятия, да и то не фатальная. Раньше демоны при встречах никогда не применяли эту магию и, вероятно увеличенный фон инферно, позволил им создавать этот очень неприятный вид магии. Из сообщения он вынес еще один момент — «Пятно» растет не только размерами, но и насыщенностью. События в Америке напрямую завязаны на творящееся на большом материке, и как этому противостоять пока непонятно. Осталось убедить жену в грозящей опасности.

Бывшая территория Аркеи, домен Эр’Джинн, город Хуну́р.

Потери демонов при захвате Аркеи оказались катастрофическими, но не фатальными. Высший демон, повелитель домена был убит и уничтожен вместе со своей свитой. Часть последней полегло во время штурма столицы, остальные вместе со своим владыкой были убиты командиром личной охраны правителей Аркеи. Почему он вдруг оказался далеко от них, неизвестно, хотя демоны знают, что те никогда не покидают своих подопечных. Возможно Тии́м’Дурика́ру было известно, поэтому он и преследовал его. Но тот никому не сообщил о своих догадках.

Повелительница Джада́’Каа́р, высшая демонесса, была просто убита и ее сущность удалось спасти. Но из ее свиты уцелел только ко́рхаг — демон-хранитель печати, что для быстрого возрождения было недостаточно. Сохранись из ее свиты архидемон, ракшас и гончая, то та уже возродилась бы. Или если бы сохранились врата в их домен, находящийся в инферно. Корхаг принял в себя сущность своей повелительницы и вернулся в состояние куколки, которая в данный момент находилась рядом с сердцем домена. И теперь она возрождалась в нем, но крайне медленно. Не происходило бы и этого, если бы не эмиссары, сумевшие в одной стране приобщить людей к новой религии. Теперь сердце домена и куколка новой повелительницы находились на алтаре огромного храма, служившего приемником-концентратором для энергии поклонения.

И в последние три года количество энергии поступало столько, что ускорился не только процесс возрождения высшей демонессы, но и преобразование энергетики планеты стало идти более быстрыми темпами.

В это время внутрь храма вошел архидемон, за которым последовала пара ракшасов. Последние несли два человеческих тела, находящихся в бессознательном состоянии. Подойдя к алтарю, они остановились. Архидемон сотворил одно за другим пять заклинаний, затем схватил одно тело и когтем ударил прямо в сердце. Брызнувший фонтан крови направил на куколку демонессы. Ту же процедуру он проделал со вторым человеком. Сотворив снова заклинания, на этот раз всего два, он оскалился и рыкнул.

— Скоро повелительница возродиться. Ждать осталось недолго.

Япония, город Осака, центральная средняя школа.

Осталось всего пять дней до поездки на турнир. Удивительно, что за это время никаких приключений со мной не произошло, никто не пытался меня арестовать, побить или убить. Возможно потому, что каждую неделю приезжала мама, а она у меня еще та воительница! Мало найдется сравнимых с ней по силе. Мама должна приехать через два дня. Сейчас я лежал на кровати, сожалея, что Ниоми не стала ложиться рядом. А ведь мне так было с ней хорошо! Мне так нравилось лежать и обнимать девушку, прижимая к себе.

Вспомнил наши совместные тренировки с близняшками и одну и ту же их фразу: «И ты так тренировался с самого детства?». Они думали, что это мамы их гоняют, но по сравнению с тренировками моей родительницы это оказались только цветочки. Пару раз приходили их мамы и с улыбками говорили, что теперь они знают, что такое настоящие тренировки и надеются, что больше не будут жаловаться. Удивительно, но с Мико и Мизуки у нас получилось такое взаимодействие, что иногда появлялось чувство друг друга, словно мы были единым целым. Со слов мамы именно этого она и добивалась.

Больше всего наша группа не понравилась Мей. Нет, виду она не подавала и даже радовалась, что я все-таки решил участвовать. Все дело в том, что периодически у нее проскакивало чувство недовольства, негодования, возможно неприязни, причем, всегда это было нам в спину, когда ее никто из нашей троицы не видел. Странно, что девчонки ничего не чувствовали.

В отборочных школьных соревнованиях выступало всего три команды, поэтому у нас никаких трудностей на этом этапе не было. Просто-напросто уровень этих двух троек был ниже. Отлично из шести участников сражались только два парня, и если бы они были в одной группе, то могли составить нам конкуренцию. Но, как сообщили мне сестренки, их кланы и рода находятся не в самых дружественных отношениях.

Внезапно появилось знакомое чувство, и я тихонько подошел к окну.

— «Маленький повелитель», — раздалось у меня в голове, — «я прилетел за тобой. Одевайся и полетели».

Я быстро надел свой тренировочный костюм черного цвета и вылез в окно. Смотря вверх, увидел, как тень закрыла звезды. Мягко спрыгнув на землю, направился к грифону. Обняв его, забрался на могучую шею. В следующее мгновение я начал подниматься вверх. Это было великолепное чувство полета, земля удалялась, вскоре огни Осаки образовали светящееся пятно. Мы полетели куда-то на юго-запад от города в сторону острова Авадзи. Когда же, наконец-то, начали спускаться, заметил на земле небольшие огни.

Же́рис, как звали грифона, объяснил мне, что летим к горам, находящимся на юго-востоке этого небольшого острова. Как раз та часть, где они устроили свое жилье, была непроходима для людей, поэтому жили они в относительной безопасности. «Только альпинисты наверное могут забраться к ним», — подумал я. — «А кто такие альпинисты?». И тут у меня перед глазами появилось видение, как люди поднимаются по отвесным скалам. «Скалолазы». Еще по пути я рассказал ему о произошедших и предстоящих событиях.

Огнями внизу оказались костры, составляющие правильный шестиугольник. Спросил, как они без рук сумели их разжечь, и был приятно удивлен, что они умеют творить несколько заклинаний. И огонь был одним из них. Но большее удивление у меня вызвал рисунок на земле. Более того, он всколыхнул что-то внутри меня, как будто я его знал.

А еще меня поразил очень старый черный грифон. То, что он был именно этого цвета, говорили его перья внизу шеи, но на голове они были абсолютно белыми, напоминая людскую седину. Он долго рассматривал меня, принюхивался, задал мысленно десяток простеньких вопросов. После минутного раздумья, продолжил.

— «Сегодня исполняется ровно три года Чекане и она готова, чтобы навечно стать твоим хранителем. Подготовленный нами ритуал соединит вас, и вы сможете чувствовать друг друга на любом расстоянии, а со временем и общаться. Конечно, его должен проводить маг-жрец, но, если я прав в своих предположениях в отношении тебя, то твоя кровь все сделает сама. Встань рядом с Чеканой».

Всего этих удивительных созданий было двенадцать: четыре черных, остальные белые. Трое одних и столько же других находились рядом с кострами, но, как только я встал рядышком с Чеканой, стали что-то делать. Я просто почувствовал, как от них появились потоки энергии.

— «Разрежь себе руку и пусть твоя кровь прольется», — услышал я в своей голове голос старого грифона.

«Вот и пригодился ножик», — подумал я, доставая его и разрезая себе запястье. А я еще думал брать его или нет. Одновременно со мной грифона ударила своим мощным клювом себя в грудь и ее кровь тоже брызнула на землю. Повинуясь наитию я переместил свою руку так, что моя кровь смешалась с ее. Какое-то время ничего не происходило, но потом она вспыхнула и ярким потоком стала заполнять ямки рисунка. «Прямо как лава течет», — пришло мне на ум сравнение. Вот он заполнился весь и внезапно солнечными лучами вырвался вверх.

И я почувствовал, словно меня куда-то тянут, но почти сразу пришло ощущение соединения с чем-то или кем-то. Больше всего это напоминало, как будто рука застряла где-то, а я ее изо всех сил стараюсь вытащить из захвата — и вытаскиваю. Почувствовал слабость, захотелось сесть, но мне почему-то казалось, что надо стоять — чем больше я вытерплю, тем будет лучше. Моя хранительница покачнулась, и я обхватил ее, поддерживая, чтобы не упала. С удивлением обнаружил, что наши раны зажили, и усталость наступила не от потери крови. Начала кружиться голова, но я стоял. И чувствовал, что молоденькая грифона тоже старается из последних сил не упасть. Но долго это продолжаться не могло, голова закружилась особенно сильно, и я потерял сознание.

Проснулся еще затемно, по моим внутренним ощущениям проспал где-то три часа. Находился в большой пещере, которая освещалась горевшим в ее центре костром. Чекана лежала рядышком, но находилась еще без сознания.

— «Молодой повелитель, она еще долго будет слабой. Росла она вне Яйца Грифона, а у тебя очень мощная энергетика, да еще ты поддерживал ее и себя, не разрывая контакта и не давая упасть. Но девочка выдержала это, поэтому ваша связь будет чрезвычайно сильной».

— «А почему именно сейчас надо делать привязку? А вы сами с кем-то связаны? Расскажите мне о себе».

— «Многие тысячелетия назад аркейцы спасли наш род с гибнущей планеты», — начал свой рассказ старый грифон. — «Очень редко, но случается так, что грань между людскими мирами и мирами демонов истончается. Так случилось и рядом с нашей планетой. И самое плохое, что демонам удалось прорвать грань и атаковать нашу систему черными камнями, напитанными их энергией. Одно солнце нашей двойной звездной системы было уничтожено, превратившись в коричневого карлика. Второе сохранилось, но начался коллапс. Но нам очень повезло, что совсем рядом находилась разведывательная научная экспедиция аркейцев. Три боевых корабля прервали прорыв демонов и ушли за грань, не давая возможности черным драконам, умеющим перемещаться в космосе, перейти в наши миры. Научное судно забрало с собой как можно больше наших соплеменников, которыми были только дети и несколько наставников. С тех пор мы дали клятву верно служить спасшим нас».

В это время пошевелилась Чекана и я подошел к ней, но она продолжала находиться без сознания. Погладив ее по голове, вернулся к старику.

— «Три года это тот срок, когда в наших организмах начинается перестройка, связанная со взрослением», — между тем продолжил свой рассказ старый грифон. — «И длиться этот период всего месяц и, если не успеть, то привязку уже не сделать».

— «А…», — хотел было задать очередной вопрос, но был перебит.

— «Тебе надо возвращаться. Храни в тайне историю своего происхождения и эту нашу встречу».

Я ожидал бури от поджидающей меня Ниоми, но спальня моя была пуста. Странно это, но вдаваться в подробности я не стал, почему так получилось, так как чувствовал правоту старого грифона.

Дни до отъезда пролетели очень быстро, и сейчас мы прощались с родителями близняшек и Орой, которые оставались здесь. Мама с Ниоми будут нас сопровождать, но я не буду видеть их, как не увижу и телохранителей девчонок, хотя те должны быть. Но сопровождать нас они бы все равно не стали, так как это будет воспринято оскорблением императорского дома. Все дело в том, что в Токио мы отправлялись на комфортных дилижансах, а не на корабле. В это время у восточных берегов Японии бушевали сильные шторма, поэтому корабли в это время не ходили. И поскольку турнир императорский, то охраной занимаются воины ее клана, и нахождение рядом с ними других телохранителей будет говорить о недоверии.

Всего было три комфортных дилижанса на каждый класс соответственно. Кстати, среди старшеклассниц была моя знакомая, хорошо, что ехала в другой повозке. Я с Мико и Мизуки расположились на последнем сидении в уголке и тихо разговаривали, ловя на себе взгляды остальных девчонок.

До Токио мы добрались без происшествий.

Глава 14

Япония, столица, город Токио.

Я бы сказал, что столица встретила нас праздником. Чувствовалось это во всем: в уличной атмосфере, в эмоциях людей, в городской суете. Мои подруги в столице уже бывали, в отличие от меня, поэтому рассказывали о некоторых непонятных мне вещах. Например, раздача всем подряд вот этих небольших птичек-оригами. Оказывается, существует убеждение местных жителей, что если выпустить такую птичку в новогоднюю ночь и загадать желание, то оно сбудется, если птичка полетит вверх. Но только в том случае, если тебе ее подарили. Поэтому местные жители делают их несколько и дарят друг другу.

Повезли нас в сторону императорского дворца, который своим сверканием был заметен с любой точки города. Въехав на его территорию, повернули направо в сторону гостевых апартаментов. Не успели мы выйти, как к нам подъехали еще три дилижанса из города Сендай. Рассматривать их нам не дали слуги, которые повели нас к своим комнатам. Выделили их нам несколько, в которых жить должны по двое. И только меня поместили, можно сказать, совсем в крошечную комнатушку, зато с широкой кроватью в виде матрасов на полу. Не знаю, кто здесь должен жить, но мне понравилось. Бросил свой рюкзак в угол, снял обувь и с огромным удовольствием разлегся на полу.

— А где твоя кровать? — в один голос спросили близняшки, можно сказать, влетев в помещение.

— А зачем? — я открыл один глаз. — Мне так намного лучше.

— Точно! — они тоже сняли обувь и улеглись рядом.

Я же вскочи на ноги.

— А теперь тренировка!

— Тэкео! — и две подушки полетели в меня.

Но все равно поднялись, и мы направились к тренировочной площадке. Сегодня у нас очень необычная тренировка, направленная на разработку чувствительности друг друга. Мы встали спина к спине, закрыли глаза и начали медленные движения. Задачей было не потерять контакт друг с другом. То есть если кто-то чувствует, что сосед отодвигаться, но должен сместиться ему навстречу. Но самое важно при этом — не должно быть никаких рывков, пинков, ударов. Это упражнение показала моя мама и часто нам его давала. Благодаря ему у нас был такой прогресс в этом моменте. Я немного ускорился, девчонки почувствовали это и уравнялись со мной. Спустя еще какое-то время я еще ускорился — они ответили тем же. Мы крутились на небольшом пятачке все быстрее и быстрее. Пора.

Я немного толкнул девчонок в стороны, давая понять им, что наступила последняя фаза. Мы разошлись, но я чувствовал, что нас словно держит некая незримая нить, продолжающая передавать мне намерения и движения близняшек.

— Вы уверены, что попали туда, куда надо? — прозвучал насмешливый девичий голос. — Танцы совсем в другом месте, а с таким партнером вообще загородом.

Стоп! — я передал это намерение и с огромной радостью понял, что девушки его почувствовали. Наконец-то! Мама говорила, что мы близки к подобной чувствительности друг друга и произойти это должно вот так вот неожиданно.

— Все танцоры — потанцевали и можете идти отдыхать.

Группа из восьми девчонок рассмеялась. А вот их наставница не разделила веселье, внимательно рассматривая нас. Мы же, как положено по этикету, сделали уважительный ей поклон. Она ответила тем же, чем немало удивила своих подопечных. В своей комнате я принял душ и развалился на полу. Когда я начал дремать, услышал звук открывающейся двери и почти сразу почувствовал девчонок. Даже услышал их шепот.

— Он спит.

— Давай тоже отдохнем до ужина. Удивим его, когда проснется.

С двух сторон от меня примостились две красавицы. Через минуту они уже спали, все-таки тренировка у нас была интенсивная. Уснул и я.

Япония, столица, город Токио.

Сумико Тануки вместе с Ниоми шли по площади перед императорским дворцом. В данный момент они никого не выслеживали, а просто занимались исследованием территории. А сама глава рода давала своей ученице некоторые пояснения, касающиеся работы в новом месте. И с точки зрения телохранителя, и с точки зрения убийцы. Поясняла, на что надо обращать внимание, как передвигаться в том или ином случае. Говорила, в каком месте как надо действовать в случае угрозы подопечному.

Приближение некоего человека она почувствовала метров за пять и внутренне улыбнулась. Впервые за все время женщина почувствовала приближение своего учителя.

— А ты стала сильнее, — раздался тихий голос у нее за спиной. — Пожалуй, сейчас даже я с тобой не справлюсь. Но-но, девочка, никто здесь никому не угрожает. Хорошая у тебя ученица. Но ее надо еще шлифовать и шлифовать. Впрочем, гляжу, вы этим и занимаетесь.

— Мы просто гуляем по столице. Давно здесь не была, а «хорошая ученица» вообще никогда.

— Делаете разведку возможного поля боя.

Мужчина не спрашивал, а утверждал, говоря об этом как само собой разумеющееся. Понять смысл высказывания мог только тот, кто хорошо знал этого человека. По мимике этого не сделать, также как и в эмоциональном плане присутствовала полная пустота. Сумико была одной из немногих, кто умел понимать второе и третье дно высказываний этого человека. И была очень удивлена его нейтральным одобрением ее действий. Хотя в эмоциях у нее в лучших традициях клана Самураки была аналогичная пустота, как и у ее учителя. Но вот Ниоми справиться с чувствами пока не сумела.

— Еще надо учить, — произнес мужчина и женщина поняла, что тот имеет в виду. — Прими поздравления за новую методику. Но мне, кажется, там должна быть некоторая совместимость.

— Возможно, — Сумико повернула голову в сторону императорского дворца. — Не задумывалась об этом.

Они вышли на оживленную центральную улицу столицы. Несмотря на многолюдность, создавалось впечатление, что никто из окружающих не замечал тройку идущих куда-то по своим делам людей. Многие из находящихся здесь толкались, но эти трое, словно вода, обтекали и встречных, и поперечных, и идущих в том же направлении. Причем, что удивительно, когда догоняли их, то люди сами стремились обойти троицу. Или же мужчина, женщина и девушка расходились в стороны волной, словно пропуская плывущий корабль.

— Удивлена вниманием кое кого к своему сыну, — сказавший мужчина, в данный момент внимательно разглядывал прилавок торговца самодельными игрушками из дерева. — Я удивлен не менее.

Сумико ничего не ответила. Впрочем, эта фраза и не была вопросом, а простой констатацией факта.

— Область расширяется. Америка там уже, — мужчина ловко ушел в сторону, растворившись в толпе.

А вот за эту информацию Сумико была очень благодарна своему учителю. Женщина прекрасно поняла, что основной причиной их встречи была ее передача. Возможно, еще проверка ее ученицы и, наверняка, еще несколько мотивов присутствовали у ее наставника. Сама по себе информация была важной и тревожной, но в свете с сообщением глав клана Арикана о смерти их мужа становилось угрожающей. И в первую очередь для ее сына. Ведь она еще тогда, далекие тринадцать лет назад, поняла, что Тэкео не простой житель Аркеи. А случай с грифонами подтвердил ее подозрения об очень высоком его происхождении. Она постоянно отбрасывала мысль о наследнике правителей, думая о ком-то из их приближенных, но та упорно возвращалась вновь и вновь. Возможно, на простого аркейца демоны и не обратили бы внимания, но ребенок правителей их заинтересует совершенно точно. И почему-то Сумико была уверена, что у врагов имеется способ распознать их.

Женщина сменила направление, двинувшись к гостинице, где остановились. Спустя полчаса они ехали за город. Пришло время научить Ниоми нескольким тайным техникам «теней». Сегодняшняя встреча с учителем и его фразы дали понять, что тот дает одобрение на полную учебу ученицы, и клятва, которую Сумико давала еще в детстве, нарушена не будет. Все на ее усмотрение.

Япония, столица, город Токио, императорский дворец.

Проснулся, словно кто-то меня потормошил, и почувствовал тяжесть на плечах. Открыл глаза. Понятно — обе девушке почему-то решили использовать мои руки вместо подушек. Но удивительным и приятным для меня было положение моих рук, кисти которых лежали у них пониже спины. Почувствовал шевеление от обеих и тут же притворился спящим. Вот они окончательно проснулись и… меня ударило их смущением, что я едва сумел удержаться от улыбки. Они аккуратно отстранились, затем отодвинулись он меня.

— Тэкео-кун, — немного ехидно произнесла Мико. — Проспишь ужин.

Я потянулся, посмотрел на одну девчонку, перевел взгляд на ее сестру. Поднялся и сделал два быстрых шага к двери.

— А мне понравились места, где лежали мои руки, — повернувшись к поднимающимся девушкам, произнес я.

Они замерли, потом до сестер дошло, о чем я сказал. Покраснели, а затем…

— Тэкео-кун! — раздался в два голоса визг девчонок.

Едва успел закрыть за собой дверь, как в нее врезались подушки. Пара. Затем еще две. Обе сестрички вылетели в коридор и резко остановились, уставившись мне за спину. Там находились остальные ученики нашей школы, широко раскрытыми глазами глядя на нас. А удивляться было чему, особенно, если посмотреть на растрепанные волосы Мико и Мизуки. Девчонки, увидев промелькнувшее недовольство в глазах Мей, улыбнулись, вздернули носики, подошли ко мне, взяли под руки, тесно прижались и, многозначительно оглядев всех учеников, потянули на выход. Когда проходили мимо Фудзивара, я порадовался тому недовольству, которым полыхнула девушка. Остальные же меняли свое удивление на негатив, а потом и отвращение как ко мне, так и к девчонкам. Да, здесь собрались истинные аристократки, для которых человек другого народа всегда будет другим существом — гайдзином.

— О, ты смотри, кто пришел, — произнесла одна полузнакомая девушка. — Танцоры никак захотели кушать. Приятного аппетита.

Сказано вроде бы было нормально, но ирония так и чувствовалась в голосе девушки. Кстати, меня порадовало отсутствие официоза в общении с этими девчонками. Взяли еду и уселись за дальний столик.

— Нормальные девчонки и общаются без всех этих поклонов.

— Так ты не знаешь? — удивилась Мизуки. — Здесь, на императорских турнирах, между участниками принято так общаться. Это вроде бы должно создать дружескую атмосферу, ведь попасть сюда могут ученики разного сословия.

На подготовку нам дали два дня. За это время мы тренировали в основном нашу чувствительность друг к другу, за что прозвище «Танцоры» приклеилась к нам намертво. До начала соревнований в город нас не выпускали, поэтому все расходились по своим комнатам либо гуляли в парке. Впрочем, позволялось нам находиться лишь на территории, прилегающей к нашему крылу и небольшому саду. Все время мы с сестрами проводили вместе, даже ночью спали у меня. А с каким видом они шли ко мне в комнату на глазах у блондинки. Специально ее злили, говоря все время, что она задумала залезть ко мне в кровать, а они меня таким образом охраняют. Поэтому и переехали жить ко мне.

Сегодня начало соревнований и должна состояться жеребьевка. Я был немного удивлен тому, как проходит турнир. Если дома мы соревновались друг с другом, то есть со всеми своими противниками, то здесь все по-другому. С самого начала идут поединки на выбывание. С другой стороны понятно, ведь всего приехало шестьдесят четыре школы. То есть до финала будет всего шесть поединков.

— Первый класс центральной школы Осаки и первый класс первой школы Токио, — объявили первую пару.

— Везет же нам.

Иронии в этих словах Мико хватило бы на пару десятков. Все дело в том, что это как раз те, кто первыми назвали нас танцорами. Ну, и с чьей легкой руки и прилипло нам это название. И тут меня посетила одна идея.

— Мико, Мизуки, весь бой будем вести, словно это тренировка на чувство друг друга. Будем соответствовать нашей кличке. Начинаем с закрытыми глазами, а потом скажу, когда приоткрыть их.

Когда мы выходили, то с многих мест слышали это название. А уж соперницы наши не преминули нам об этом напомнить. Вот только тон был уже совсем другой — насмешливо-угрожающий, дескать, мы вас сделаем. Мы поклонились друг другу, затем зрителям и застыли в ожидании команды.

— Хаджимэ!

Мы мгновенно встали спина к спине и начали свой танец. Все дело в том, что поймать первичное чувство друг друга нам было легче именно так, когда ничто нас не отвлекало. Вот и сейчас мы задвигались, плавно перемещаясь друг относительно друга, не теряя контакта. Тренировки сказались, и на третьей секунде я чувствовал все намерения сестричек. Приоткрыл глаза и порадовался немного обескураженным лицам наших соперниц. Они видели наши тренировки и знали, что мы действуем по-другому, как знали, что наши «танцы» это чистая тренировка.

— Смотрим.

Впрочем, противницы и в таком состоянии разошлись в стороны, чтобы не мешать друг другу. Внезапно одна девчонка дернулась к нам и нанесла удар ногой, целясь в меня. Я извернулся, пропуская ее рядом с собой, и легонько подтолкнул ножку дальше. Почувствовал, как Мико, реагируя на мои движения, тоже сместилась немного влево. В следующий миг мы с Мизуки нанесли удары: она в голову, я в живот. Потерявшая равновесие наша соперница не сумела защититься и упала на землю нам под ноги. Мы же плавно перетекли через нее и продолжили свой тренировочный танец.

Наверное, девчонки, которые наши противницы, растерялись — все-таки они еще дети и столкнулись с нашей такой тактикой впервые. Они секунд десять ходили вокруг нас, вероятно, выжидая нашей ошибки. Я двинулся к одной из них и сестренки, легко поняв мое намерение, подхватили движение. Противница отступила на шаг, еще на один, вторая же двинулась за нами. Мы сменили нашу цель и теперь вторая начала отступать. Почему-то это вызвало смешки на трибунах, что в свою очередь разъярило наших соперниц.

Одна бросилась, можно сказать, нам в ноги, стараясь провести атаку ногой на нижнем уровне. Но Мико, оперевшись на наши плечи, приподняла свои ноги и ушла от атаки. Более того, она сумела подбить ногу противницы, что та потеряла равновесие и ей пришлось опереться на руки. Но мы устремились вперед и успели нанести ногами удар по ним. Девчонка упала лицом в землю и тут же ножка Мико опустилась ей на голову. Мы же плавно двинулись к последней противнице.

Она уже успела успокоиться и настроиться на бой. По ее взгляду было понятно, что сдаваться не собирается и решила показать нам все, на что способна. И в первую очередь решила атаковать меня, а у меня мелькнула мысль, что она собирается во чтобы то ни стало достать. Желая удовлетворить ее стремление, я вырвался вперед, сохраняя контакт с сестренками только кистями рук. А когда та хотела нанести удар, остановился и плавным движением ушел назад, как бы вовлекая ее за собой. Наверное, желание соперницы меня достать было настолько велико, что она купилась и сделала вперед два небольших шага и только тогда остановилась.

В это время Мико и Мизуки, разбежавшись в стороны, полетели горизонтально земле навстречу друг другу. Я же правую руку, за которую держалась старшая сестра, вел на уровне плеча, левую с младшей опустил как можно ниже. Такой подлянки от нас соперница не ожидала и уйти с линии атаки не успела. Как и отразить удары четырех ножек, нанесенные на всех уровнях.

— Ямэ! Победа школы из Осаки.

Мы остановились и повернулись к императорской ложе. Увидев находящихся там, поклонились. Я же едва сумел сдержать вскрик, но Мико и Мизуки, находящиеся совсем рядом и пребывавшие со мной еще в связке, почувствовали.

— Что? — тихо спросили они, когда наши головы склонились в поклоне.

— Мужчина в императорской ложе — кто он?

— Насколько я знаю, советник.

— Это не человек.

Япония, столица, город Токио, императорский дворец, арена.

Бдржург принадлежал к искусственно выведенной расе демонов или полудемонов, как их иногда называли. Куурх’эр’джинн, что означает слуги эр’джинн. Над созданием этой расы демоны работали более тысячи лет. Они постоянно искали пути из Инферно в людские миры. Какими бы магическими способностями они не обладали, попасть туда не могли — законы Мироздания не позволяли делать это. В отличие от людей, которые при должном владении магией или соответствующим уровнем технической цивилизации могли это делать. Вот только совсем к этому не стремились.

Попасть в человеческие миры они могли двумя путями: при помощи печатей вызова и когда истончается граница. Первое случалось намного чаще, так как многие люди, стремясь получить силу или нечто иное, вызывали их в качестве помощников, рабов или советников. Любое подобное действие совершалось подписанием договора, в двойном, а то и тройном толковании некоторых пунктов демоны очень поднаторели. Не так часто среди людей встречались те, кто мог распознать игру слов. Вот остальная часть от этих немногих демонологов или просто призывателей предоставляла демонам не только пользоваться ресурсами людского мира, но и занимать территории, создавая там часть домена или вообще новый. Чаще всего их оттуда вытесняли: либо уничтожали, либо заставляли покинуть. Но все равно за время пребывания в людских мирах они поглощали столько душ людей, что становились намного сильнее. А уж при переносе сердца домена и создания оного в случае возвращения в Инферно этот род возвышался очень сильно, завоевывая соседние территории.

Второй вариант случался крайне редко. Границы миров очень крепкие, но и они могут истончиться в случае глобальных катастроф: взрыв сверхновой, столкновение звезд, образование системы двойных черных дыр, магический шторм, неудачные эксперименты с высокими энергиями. Высшие демоны и повелители чувствовали такие места и начинали войны, лишь бы самолично завладеть территорией, где это происходило.

Но не прекращались поиски нового способа попасть в людские миры. Более миллиона лет назад появилась идея создать расу демонов, которую законы Мироздания приравняли бы к жителям человеческих миров. Практически все эксперименты заканчивались провалом, но одному роду, Эр’Джинн, повезло и они создали демона, который сумел переместиться за границу. Вот только получалось это только с одной расой людей человеческих миров. Поэтому повелители домена пошли на точное соблюдение договора с правителем этой расы. И это оказалось правильно, так как он еще дважды обращался к ним за помощью. После всего этого у демонов собралось достаточно человеческого материала, чтобы создавать куурх’эр’джиннов.

Внешне они больше походили на людей, но черты лица были грубыми и по людским меркам отвратительными. Зато они обладали способностью к трансформации тела. Не полной, как некоторые расы демонов, а совсем чуть-чуть. Но им этого хватало для изменения внешности, чтобы не выделяться из массы людей. Но опять же — нестабильность Инферно и здесь сказалась — некоторые куурх’эр’джинн лучше владели легким метаморфизмом, другие хуже. Происходило это в течение месяца, но демоны не стремились к снижению сроков, предполагая, что в таком случае Мироздание их приравняет к жителям Инферно. Имелся все-таки один огромный минус — создать женских особей не удалось. А ведь в подавляющем большинстве миров и планет во власти стоят мужчины, многие из которых падкие на женские прелести. Не зря же в восьмидесяти процентах призывов демонологи хотят призвать демонесс, даже в случае поиска силы.

Магическими способностями они не обладали. Зато имели великолепное чутье в зельеварении и обладали способностью убеждения. Причем, это была не ментальная магия, а именно убеждение при помощи своих речей. А вот, что им удалось сохранить, так это силу, скорость и ловкость. Конечно эти характеристики были не такими, как у чистокровных демонов, но по сравнению с людьми, превосходили их в подавляющем большинстве случаев, уступая только настоящим воинам.

На эту планету пришло всего десять демонов. Трое из них сумели преобразовать себя по подобию аборигенов, остальные же служили силовой поддержкой, живя отшельниками. Подготовка к экспансии велась целых тридцать лет. Им удалось проникнуть во власть двух стран, оставаясь при этом в тени или выполняя роль помощников.

После прихода сюда повелителей и воинов, пусть не удалось сохранить постоянный портал в их основной домен, зато сердце домена принести сумели. И теперь медленно, но верно оно начало преобразовывать энергию планеты в пригодную для нормальной жизни демонов. Единственные, кто мог им помешать, были уничтожены, а когда прибудет кто-то еще, планета станет полноценным доменом Инферно в человеческом мире.

Сейчас в его задачу входило ослабить страну Японию в целом, и императорский род в частности, а также создать наилучшие условия для борьбы за власть. Не только и даже не столько при помощи интриг, как с помощью вооруженных столкновений. И тогда императрице или ее сопернице, в зависимости от ситуации, можно предложить поклонение новой религии, которая всех примирит. В Американских Штатах все прошло настолько гладко, что даже не понадобилась гражданская война. А здесь из-за консервативности взглядов всех кланов и родов работы предстоит больше.

На сообщение о том, что где-то на территории страны живет аркеец, Бдржург поначалу не обратил внимания. Пусть всех или почти всех взрослых представителей этой расы уничтожили, но некоторой части детей удалось выжить в основном благодаря тому, что их перемещали в портал родители. Многим из них везло, так как другие люди брали их на воспитание. Но противостоять они не смогут, поскольку для этого необходимы знания, которых тем взять негде.

И только когда он полностью завладел вниманием императрицы и практически полностью ее близкой подруги из клана Самураки, решил посмотреть на этого ребенка. Тем более что образовался подходящий случай, а натолкнуть Акеми на соответствующую мысль не составляло никакого труда.

На начало турнира он немного опоздал, так как занимался делами вне столицы. Войдя в императорскую ложу, сразу посмотрел на женщину. Она сидела в удобном кресле, а на полу сидел молодой человек, делавший ей массаж ног, периодически награждая их поцелуями.

— Акеми-сама, — он поклонился. — Вы как всегда великолепны.

— Джун-сан, — назвала она его здешним именем, — вы не только успеваете работать и давать мне советы, но и высказывать комплименты.

Он перевел взгляд на полигон и замер.

Ему об этом только рассказывали, но сам Бдржург считал, что все преувеличивают. Их расе помимо запрограммируемой на генетическом уровне верности, добавили чувство главных врагов. И сейчас, увидев светловолосого парня, внутри его словно раздал голос: «Враг, враг, враг». Застал он самый конец поединка. Вот объявили победу и три ученика повернулись в их сторону, дабы выразить почтение императрице. Но как только он увидел лицо мальчишки, внутри его раздались крики: «Убить! Убить! Убить! Немедленно! Срочно!». Это был не простой аркеец — землепашец там или скотовод. Нет, это кто-то из их высшей аристократии, и вполне возможно, из правящего рода. Хотя и говорят, что их всех убили, но мало ли кто-то остался в живых.

— Акеми-сама, мне необходимо сделать еще одну вещь. Совсем забыл об этом, — он сделал извиняющийся поклон.

— Ты обещал прийти сегодня ночью ко мне. Твой язычок — это нечто!

— Разумеется, моя госпожа, — ответил он поклоном, а сам подумал: «Дура полная. Зато управлять проще и легче»

И вышел из ложи.

— А теперь необходимо отправить срочное послание отшельникам. Как хорошо, что они все здесь, — пробубнил он себе под нос. — И убить аркейца любой ценой, не считаясь с потерями.

Глава 15

Япония, столица, город Токио, императорский дворец, арена.

— И кто он по-твоему? — совсем тихо задала вопрос Мико, когда мы направились на выход из арены.

— Демон, — шепотом ответил я.

— Да что ты такое говоришь? — не поверила мне Мизуки и я почувствовал, что ее сестра с ней согласна.

Переубеждать их не стал, да и не имело смысла это делать. Я не мог объяснить этот нюанс, но в тот момент, когда я его увидел, понял — это враг. Эти возможности, эти знания словно жили у меня где-то внутри и в нужный момент всплыли наружу. Демон ушел с ложи и я был практически уверен, что направился решать вопрос в отношении меня. К кому он будет обращаться, я точно не мог сказать, но мне казалось, что это будут те твари, что напали на отца сестричек.

— Мико, Мизуки, мне надо отлучиться. А вы, — я указательными пальцами обеих рук ткнул девчонок в грудь, — будете наблюдать за противниками. Потом мне все расскажете.

Я быстро направился на выход теперь уже императорского дворца. Сегодня больше поединков у нас не будет, поэтому могу со спокойной совестью покинуть его. Двинулся я само собой разумеется к гостинице, где остановились мама с Ниоми. Но метров через десять рядом появилась моя телохранительница.

— Как все прошло?

Я приобнял ее и она со вздохом и покрасневшим личиком взяла меня под руку.

— Танцоры победили! — я задрал нос. — Но здесь я по другому поводу. Мама где?

— Сейчас будет, — я почувствовал легкое напряжение ее тела, характерное, как если бы она что-то сделала другой рукой.

Наверное, знак какой-то подала. И точно — спустя минуту к нам присоединилась мама.

— Ма, советник императрицы не человек.

Ниоми вздрогнула и я почувствовал, как ее тело расслабилось в предбоевом режиме. Кисть, которой она держалась за изгиб моей руки, чуть сползла с него. Мама окинула быстрым взглядом вокруг и спросила:

— Ты не мог ошибиться?

— Нет. Я раньше не сталкивался с демонами, поэтому не знал, что могу определять их каким-то своим внутренним чутьем. И он тоже, когда увидел меня, то быстро исчез из ложи. Думаю, он решил посчитаться со мной.

— Вот этого я и боялась, — на грани слышимости произнесла она. — Ты имеешь отношение к императорскому роду аркейцев, и он это понял. Ты в большой опасности. Завтрашний поединок вы должны проиграть, но так, чтобы никто не заметил подвоха. Ниоми, запомни этот знак.

Мама не поворачивалась к девушке, а сама они наклонилась к моему уху, как будто хотела что-то сказать. Но я заметил совсем короткое движение пальцем маминой руки, когда она подносила ее к голове поправить прическу. Да, обучением моей охранницы мама занимается в любой момент.

— Пойдешь по тому адресу, который я тебе называла, и покажешь его. Тебя должны привести к тому мужчине, с которым мы разговаривали. Ему сообщишь о сути советника.

Ниоми мягко освободила свою руку и растворилась среди людей. Мы с мамой двинулись дальше, и я принялся рассказывать ей о прошедшем поединке. Она выслушала меня, похвалила нас, что научились работать единым целым, но подтвердила свой приказ в завтрашнем поединке проиграть. Мы прогуливались по Токио, пока нас не нашла Ниоми.

— Как прошло? — задала мама ей вопрос.

— Он сказал: «Я все понял», и больше ничего.

Я почувствовал от девушки толику разочарования от своего визита. Вероятно, мама тоже ощутила, так как немного успокаивающим голосом произнесла:

— Ты просто не знаешь моего учителя. Эта фраза означает очень много.

Мы развернулись и направились обратно. Внезапно Ниоми, шедшая со мной под ручку, чуть сдвинулась вперед. Более того, я почувствовал, как внутри девушки концентрируется энергия. Это впервые со мной произошло, что я даже остановился, но тут же двинулся дальше идти вперед. Зато начал осматриваться, выискивая опасность, но ничего не заметил.

— Молодец, девочка! — тихонько похвалила ее мама. — Вот таким, казалось, совсем небольшим действием ты предотвратила неприятности. Возможно, в дальнейшем они захотят проверить тебя, но сейчас ты свою задачу выполнила лучшим образом.

Комок энергии, который я чувствовал у Ниоми, растаял. Я решил спросить об этом маму, которая начала задавать наводящие вопросы.

— Нет, Тэкео, я не знаю, что тебе сказать, — озадачила она меня тем, что чего-то не знает из этой области. — Сама я не обладаю подобными способностями и не слышала, чтобы хот кто-то еще так мог. Подозреваю, что это умение наследие твоего пребывания в другом мире. Даже уверена в этом. Могу еще предположить, что виной тому то твое умение.

Я поначалу не понял, о чем речь, но после раздумий сообразил, что мама имеет в виду выброс энергии через руки. Это не магия, а внутренняя моя энергия, которой я каким-то образом научился управлять.

— Ниоми, я покажу тебе свое умение и постараюсь научить тебя, — я прижал руку девушки к себе. — Правда, я не знаю, как оно у меня получается.

Мы подошли к входу во дворец. Мама наклонилась поцеловать меня, и я услышал ее шепот.

— Мы будем недалеко от входа. Если что-то произойдет, уходите с девочками сюда.

Ниоми хотела попрощаться словами, но я сделал шаг и поцеловал ее в губы. Признаться, не удержался от этого. Заметил непонятный для меня взгляд мамы.

— Да мама, — кивнул я ей, — Ниоми мне очень нравится.

Резко развернулся и направился во дворец.

Япония, столица, город Токио, императорский дворец.

Когда Тэкео скрылся в здании, девушка покраснев, произнесла:

— Сумико-сама, я ничего не делала, он сам все начал. Дома я стараюсь делать так, чтобы хоть что-то разделяло нас. И… — тут девушка стала красной, как помидор, — мне он тоже нравится. Но вы не думайте, я все сделаю, чтобы защитить его.

Бывшая «тень» не раз говорила девушке, что привязанность к подопечному может привести к неправильности действия в экстренных и экстремальных ситуациях. Там, где к примеру, можно не обратить внимание на возможный перелом руки или ноги, но в дальнейшем подопечный останется жив, влюбленный телохранитель попытается не допустить этого. Как результат — охраняемый погибнет или вообще оба. Поэтому девушка ждала нагоняй от своей учительницы. И была удивлена ее ответом.

— Я знала, что так произойдет, — вздохнула женщина. — Ты очень красивая, а он хоть и прожил тринадцать лет и выглядит на этот возраст, но сознание его уже взрослое. И с каждым днем та часть, которую он забыл, все больше влияет на него. Ты главное помни мои слова, и не позволяй эмоциям взять верх над головой и главное твоими внутренними чувствами правильности действий.

Ниоми мысленно облегченно выдохнула. Она постоянно боролась с собой, со своим чувствами к Тэкео. Особенно трудно ей было это делать после той ночи после ареста, когда они спали вместе. Они медленно направились в сторону питейного заведения, которое работало круглосуточно. Один поворот и они очутились на неширокой улице, и им оставалось пройти еще сто метров.

Взгляд Ниоми зацепился за богатую карету, скользнул по охране, находящейся в задней части на специальной подставке. И тут же почувствовала легкое касание своей учительницы, означающее: «Внимание. Опасность». И когда карета почти поравнялась с ними, девушка и женщина отскочили друг от друга в противоположные стороны.

В то место, где секундой ранее находились Сумико и Ниоми, ударили копья чистой силы. А за миг до этого два человека, изображавшие из себя телохранителей владельцев кареты, прыгнули туда же, приземлившись сразу после исчезновения магических техник. Такой прекрасный расчет действий сказал им о многом. Но Сумико не зря в свое время считалась лучшей ученицей главного наставника клана Самураки. И теперь она сама стала наставницей одаренной девушке. Действовать он начали одновременно.

Прыгнувшие мужчины успели среагировать на движение противниц, и даже развернулись в полете. Но применить подготовленную атакующую технику не успели. Два жгута силы захватили их ноги, и девушка с женщиной синхронно дернули их на себя. Вот и получилось, что два копья из магии земли ушли вверх. Следующую свою атаку Сумико с Ниоми, опять же синхронно, нанесли мужчинам в пах. Под раздавшиеся их крики из кареты выскочили еще четыре человека.

Лица их были закрыты, но по их движениям обе поняли, что противники мастера.

— Госпожа, уходите, — твердо произнесла Ниоми. — Вы нужны Тэкео.

Но Сумико по движениям узнала одного противника. Некогда она уже столкнулась с ним и, если бы не ее наставник, то погибла бы. Но все, в том числе и она со своим учителем, были уверены, что этот человек погиб. Оказалось, что это не так. Сумико не знала причину вражды наставника с этим человеком, ей было известно только то, что ее противник когда-то был главным учителем клана Самураки. Что потом произошло, она не знает.

— Ты не справишься с ними, — женщина создала два щита, с трудом отразив атаку троих врагов.

Больше они ничего не успели сделать, так как противники начали действовать на огромных скоростях. Двое из них, в том числе самый опасный, взяли на себя женщину, остальные ее ученицу. Хуже всего было то, что они сразу отрезали пути к бегству и им пришлось принять бой.

Первые четыре атаки Ниоми отразила, от пятой ушла, но шестая пробила ее щит и ударила в бедро. Девушка упала на землю, но тут же откатилась в сторону, сумев петлей захватить ногу одного противника и почти уронить. Девушка вскочила на ноги, и тут же раненая нога подвернулась. Следующая атака врага была направлена ей точно в грудь. Как она сумела уйти, Ниоми не поняла, но огненная тонкая пика вместо сердца попала ей в плечо, тем самым отбросив ее на стену. Следующая атака должна стать последней.

Понимала это и девушка, прекрасно осознавая, что не успеет ни защититься, ни уйти в сторону. Увидела это и Сумико, которая щедро насытила свое тело силой, чтобы в стремительном рывке не дать противнику Ниоми убить ее. Осознавал это бывший наставник клана Самураки, приготовив лично разработанную технику, которая должна была замедлить женщину. Не сильно, но этого хватит, чтобы та не успела на помощь, поскольку он прекрасно знал, что так должно произойти.

Япония, столица, город Токио.

Яку́дзи Карра́га почти всю свою зрелую жизнь мечтал отомстить своему злейшему врагу. Будучи старшим наставником в клане Самураки, он имел большую власть в нем, но ему хотелось еще большего. И когда тогдашняя глава начала проявлять к нему интерес, появился новый член клана. Совсем молодой человек прекрасно справлялся со сложными и очень сложными заданиями, действуя в большинстве случаев нестандартно. Глава клана заметила его и определила в наставники, да не в подчинение к нему, а решила создать две конкурирующие группы. Поначалу он отнесся к этому снисходительно, и первые соревнования между ними подтвердили его лучшую квалификацию, но уже вторые заставили задуматься. А на третьих его ученики потерпели поражение. И после этого дочь главы клана ушла в группу к молодому учителю. Ее мать, на которую Якудзи имел виды, тоже стала уделять больше времени молодому Кэтсеро.

Все эти события привели к тому, что нервы, подстрекаемые амбициями, не выдержали и он вызвал молодого на поединок. Как он тогда радовался, что глава, которая могла наложить вето, не стала этого делать. И какое сильнейшее разочарование, что он его проиграл. После подобного фиаско ему пришлось уйти не только из наставников, но и вообще из клана. Точнее, из клана он попросту сбежал, затаив сильную ненависть к молодому коллеге. И она только усилилась после того, как он узнал, что молодая глава рода Асикага, который являлся вторым по значимости после главного рода, выбрала Кэтсеро себе в мужья. Пару лет он разрабатывал планы мести, пока к нему не подошел один человек и предложил создать небольшой отряд для выполнения деликатных заданий. Согласился он с огромным удовольствием, но отказываться от мести не стал. Но решил ее перенести на его учеников.

Спустя некоторое время ему подвернулся прекрасный случай. Молодая ученица, на которую его личный враг возлагал большие надежды, сдавала специальный зачет, где необходимо действовать самостоятельно. Убить ее он решил лично, но молодое дарование оказалось на высоте, сумев противостоять ему несколько минут. И когда он думал, что победил, вмешался Кэтсеро. И этому главному наставнику клана Самураки он проиграл по всем статьям, оставшись в живых лишь случайно. А спустя некоторое время его новый хозяин запретил месть. И какая же была у него радость, когда он узнал, кто является новой целью.

Его отряд работал очень слаженно, давно став единым целым. Для новой задумки они снарядили богатую карету, установили на дверцы несуществующие в реальности гербы, и направились к императорскому дворцу, где со слов хозяина обязательно встретят цель. Как тот и сказал, цель была двойная: ненавистная ученица врага и девушка, по движениям которой угадывалась молодая «тень». Когда подъехали ближе, отряд начал действовать.

Но к его огромному разочарованию, подготовка их была ничуть не хуже воинов его отряда. Они не только ушли от внезапной атаки магией из кареты, но сумели еще обездвижить двух его воинов. Впрочем, это не остановило их, а только привело в ярость. Сумико, как звали лучшую ученицу его врага, сумела отражать атаки его и его заместителя! А вот ее спутница оказалась куда как ниже уровнем подготовки. Момент, что женщина бросится на помощь, он угадал правильно, поэтому и подготовил замедляющую технику, которую сам назвал «Паучья ловушка».

Все, сейчас обе цели будут уничтожены, а приказ хозяина выполнен.

Глава 16

Япония, столица, город Токио.

Летящие на огромной скорости сюрикены появились, казалось, ниоткуда. Два, четыре, шесть… двадцать. Воины, атаковавшие Ниоми, среагировать на внезапную атаку не успели, и, получив звездочками в глаза и горло, превратились в трупы. Атаковавшие Сумико враги имели лучшую подготовку и сумели защититься от летящего оружия. Но если командир отряда полностью избежал ранений, то его напарник схватился за раненую руку, которой прикрыл голову. Но этой паузы в атаках противников хватило женщине, чтобы сбросить с себя действие замедляющей техники.

«Спасибо, учитель», — мысленно поблагодарила она невидимого помощника. Сумико ни на миг не сомневалась в личности того, кто помог ей. Небольшой взрыв силы и оковы пали. Взмах рукой в сторону раненого своего противника и невидимое копье пробивает его грудь и сердце. Женщина осталась со старым врагом один на один. Судя по тому, что наставник больше себя не проявляет, разобраться с человеком, который однажды ее чуть не убил, он предоставил ей.

Женщина улыбнулась, и от этой улыбки у Якудзи по спине пробежал холодок. Он четко осознал, что уровень женщины ничуть не меньше чем у него. И она подтвердила его опасения, начав атаковать техниками с использованием силы в чистом виде. Копье, петля, петля, небольшая сеть, копье… Скорость создания была такова, что у мужчины совсем не оставалось времени на ответную атаку. К тому же он прекрасно осознавал, что совсем скоро сюда прибудет охрана императорского дворца.

«Какая-то девчонка, воспитанница его личного врага, работает с магией лучше него?» — эта пришедшая ему в голову мысль вызвала гнев с ненавистью. Если до этого он контролировал последнее чувство, то сейчас оно захлестнуло его полностью. И все это вместе придало ему сил, что мужчина метнулся к женщине с невероятной для человека скоростью. Вот он увернулся от одной ее техники, принял на щит ее копье, вот вытянул в ее сторону руку, где уже было готово сорваться все то же копье, как его нога споткнулась обо что-то. Причину он понял сразу — секретная техника его врага, которой он практически никого не обучает. И как всегда, ее создание осталось незаметно для глаз стороннего наблюдателя.

Но, несмотря на внезапность, он успел напитать тело силой, чтобы нивелировать воздействие противницы. Вот только она и не собиралась атаковать с помощью магии — очутившись рядом, она вогнала ему в спину нож. Как раз напротив сердца.

Она даже не стала дожидаться падения, сразу бросившись к Ниоми. Одна целительская техника водной стихии, две чистой силы и рана девушки не только перестала кровоточить, но зажила на глазах.

— Пока не грузи плечо, — предупредила он свою ученицу. — Два часа минимум.

— Стоять! — раздалась команда, отданная грубым женским голосом. — Не двигаться!

— А вот и стража пожаловала, — тихо произнесла Сумико. — Придется отвечать на их вопросы.

Япония, столица, город Токио, императорский дворец.

К себе в комнату я возвращался в неплохом настроении по причине того, что можно проиграть и вернуться домой. Сам бы я, вполне вероятно, не решился — все же хочется доказать всем этим спесивым девчонкам, что парни тоже могут быть сильными. А тут, можно сказать, приказ мамы.

— Вы снова тут, — войдя в комнату, произнес я. — Что о вас думают другие? Вы, наследницы клана, живете в одной комнате с гайдзином. Ладно, живите, только не надо мои руки использовать в качестве подушек.

Я хотел лечь на матрасики, как мое сердце сжалось и я застыл. Девчонки увидели мое выражение лица и в унисон спросили:

— Что случилось?

— Ниоми, — я повернулся в сторону двери. — С ней что-то случилось.

И я быстро покинул свою комнатку, направившись к выходу. На полдороги меня отпустило, что я все равно двигался дальше, ведомый своей интуицией. Мико с Мизуки схватили меня за руки и хотели задержать, но я вырвался. Уже выбежав за пределы дворца, повернул налево, а добежав до поворота, свернул на небольшую улочку. Ниоми с мамой я увидел стоящими рядом с двумя стражницами и о чем-то разговаривающих с ними. Мощная для японки охранница попыталась меня остановить, но я легко избежал ее руки и очутился рядом с Ниоми.

Прореху в одежде на ее левом плече увидел сразу.

— Что с тобой? — внимательно осмотрел ее. — Ты ранена?

Я легонько коснулся ее плеча.

— Это еще кто такой? — спросила сзади какая-то женщина.

— Все в порядке, — девушка чуть улыбнулась.

Я не выдержал и обнял девушку, нежно прижав к себе. Поцеловал в щечку. Она хотела отстраниться, но я не позволил. Это впервые происходит со мной, если бы знал, кто это сделал, то убил бы, не раздумывая. Хотя… Я резко повернулся к лежащим на земле людям, не обратив внимания на отшатнувшуюся от меня стражницу. Сделал шаг, чтобы посмотреть живы ли, и если да, то убить.

— Тэкео, — Ниоми схватила меня за руку, — они наказаны.

Затем на самое ухо тихо произнесла:

— Успокойся, от тебя сейчас веет жаждой убийства.

Ее слова привели мен в чувство и я вернулся к ней. Снова обнял и прижал к себе. И почувствовал на себе ревнивый взгляд.

Япония, столица, город Токио, императорский дворец.

Когда Тэкео сорвался с места и почти бегом отправился куда-то, Мико с Мизуки вновь испытали небольшое чувство ревности. Нет, они видели отношение своего друга к своей телохранительнице, понимали все, тем более что девушка была красивая с вполне сформированной фигурой. А они помнили, что Тэкео еще на первом занятии любовался в окно старшеклассницами.

Когда же они прибежали к месту схватки, то первое, что заметили, это отношение одноклассника к своей телохранительнице. Его чувства были написаны на его лице огромными буквами. Такое настолько явное подтверждение их подозрений, зародило в душе обеих сестер сильное чувство ревности. А парень, словно почувствовал это, повернулся и посмотрел на них таким укоризненным взглядом, что им стало стыдно, и обе покраснели, радуясь, что сейчас уже стемнело и никто этого не увидит.

Мико с Мизуки твердо решили дождаться окончания разговора матери Тэкео со стражниками. И совсем не удивились, когда рядом с ними появились их родители с охраной. Они не сказали ни слова, но девчонки успели заметить брошенный на них внимательный изучающий взгляд обеих мам, после того, как они увидели мальчишку со своей охранницей. Но обе не подали виду.

Разговор с блюстителями порядка занял не так много времени и вскоре они все вместе направились к дворцу. К огромному сожалению обеих девчонок, Тэкео шел под ручку со своей телохранительницей, как это постоянно происходило в Осаке. А на прощанье ее еще и поцеловал, снова вызвав у сестер чувство ревности. Когда вошли в здание, они остановились.

— Мы к себе, — сказала Мико.

Тэкео, оторвавшись от своих мыслей, немного непонимающе посмотрел на них. Затем кинул себе.

— Завтра мы должны проиграть. Но так, чтобы никто ничего не заметил.

— Но почему?! — чуть ли не выкрикнули они.

Япония, столица, город Токио, императорский дворец.

— Нападение на маму с Ниоми это дело рук советника-демона, — очень тихо ответил им. — Нападали люди, но могут быть и другие. Мы завтра должны покинуть Токио.

Я направился в свою комнатку, оставив девчонок одних. Хорошо, что они решили сегодня спать у себя. Нет, мне, конечно, с ними весело и поболтать можно, но сейчас я хочу побыть один. То, что Ниоми была на краю гибели, что-то изменило во мне, ведь впервые дорогой мне человек был ранен. Мама тоже сражалась, но она такой мастер, что победить ее сложно, а вот моя телохранительница сама нуждается в охране. Вот такие мысли вертелись у меня в голове.

А еще мне просто не хватало ее рядом.

Продумывать завтрашний бой не мог, да и не хотел, поэтому просто лежал и вспоминал наши с телохранительницей приключения. Под эти мысли я и уснул.

На следующий день обе мои партнерши по бою без оружия встретили меня надутыми выражениями своих лиц, а глаза так и обвиняли меня в чем-то. До арены мы дошли молча, чему, в принципе, я был даже рад. А соперниками нашими были снова местные ученики, но другой школы.

Мы встали спина к спине и тут же послышались выкрики: танцоры, танцоры. Кто-то кричал в поддержку нас, но подавляющее большинство с насмешкой или негодованием. Со стороны, где находились аристократы, в том числе императорская ложа, ничего подобного не было.

Я настроился и… не почувствовал девчонок, словно те отгородились от меня. Вспыхнув поначалу, быстро погасил свой внутренний огонь. «Так даже лучше будет», — мелькнула мысль. — «Не надо думать, как проиграть и чтобы никто ничего не понял». Я не понимал причину, почему мама сказала проиграть именно так, чтобы никто не понял, но соблюдать это буду точно.

— Хаджимэ!

Противники бросились на нас одновременно, причем даже с одной стороны. Но в самый последний момент разделились по уровням. Одна девушка упала на колени, а потом вообще на землю, нанося удары по нижнему уровню. Вторая осталась на ногах, взяв на себя атаку на среднем. Третья подпрыгнула вверх, атакуя наши головы и плечи. Более того, она еще использовала плечи первой девушки, когда та находилась на коленях.

Чувственного контакта у нас не получилось, поэтому я в самом начале ушел немного в сторону, подпрыгнув и пропустив ноги одной противницы под собой. Удар в голову принял на скользящий блок, но отвечать не стал, хотя можно было, вывернув чуть кисть, задержать ножку девушки и ударить в нервный узел на бедре. Вместо этого я еще дальше отошел от моих напарниц. Девчонка, атаковавшая по нижнему уровню, крутанулась на месте, и прямо из нижнего положения прыгнула на меня, продолжая крутиться в воздухе. Более того она даже нанесла двойной удар рукой и ногой. Я просто отступил на полшага. Но она, едва приземлившись, снова нанесла прямой удар ногой, целясь мне в пах. Я снова не стал блокировать или ловить ее ногу, сделав шаг вправо. А дальше посыпались удары.

Уровень моей противницы был очень высокий, выше, чем у сестренок это точно. Удары были быстрые, в них девчонка вкладывала много силы и энергии, но мой стиль, который мне так нравится, изначально был изобретен для противостояния вот таким атакам. Я бы мог ее подловить уже не раз, но задача стояла у меня другая. Я решил дать себя немного ударить, и тут же отпрыгнул назад. Плечо левой руки онемело от удара. Блин, чуть не сломала, и, если бы принял чуть жестче, то точно был бы перелом. «Она что, решила меня покалечить?», — мелькнула мысль. Посмотрев в очередной раз на нее, понял, что абсолютно прав.

Заметил, как Мико не успевает правильно отвести удар своей противницы и ее разворачивает. Больше увидеть ничего не успел, так как на меня налетела фурия, которая, увидев, что предыдущая ее атака достигла цели, казалось, вообще вышла из себя. Сейчас я просто старался уходить от ее атак, стараясь подстроиться по ее боевой ритм. Взвыла интуиция и я просто упал на землю, перекатился через плечо и вскочил на ноги. Противница Мико «добила» ее и теперь вдвоем навалились на меня.

Атаковали очень грамотно, но первый же удар новой противницы, который я принял на скользящий блок, показал, что он уступает в силе моей основной визави. Решение пришло само. Уход, уход от первой и подставляю бок под удар ноги второй. Волновым движением я смягчил его, но меня все равно опрокинуло на землю. «Получилось!», — мелькнула радостная мысль.

— Ямэ! — раздалась команда о прекращении боя.

И тут мне пришлось извернуться змеей, чтобы избежать удара первой противницы. Это нарушение правил, ведь кто упал на землю, выбывает из соревнований. И такое надо наказывать. Резкий удар рукой по коленному суставу с выбросом внутренней силы, и под раздавшийся хруст девчонка падает на землю.

Трибуны возмущенно заревели то ли против нее, то ли против меня, хотя вряд ли второе. Я вскочил на ноги, наблюдая, как моя противница решила вскочить на ноги, но тут же с криком и вырвавшимся стоном падает обратно.

Взвыла интуиция, говоря об опасности откуда-то справа и сзади. Все, что я успел сделать, это отскочить и создать небольшой щит, который, вероятно совместно со смещением с линии атаки неизвестного противника и спас меня. Но на землю я все равно полетел, а передо мной появилась незнакомая женщина с перекошенным яростью лицом.

А дальше все происходило, словно в замедленном кино. Вот она начинает поднимать руку в мою сторону. Я прекрасно понимаю, что за этим последует, начинаю создавать снова щит, оперируя чистой силой. Все равно при первой ее атаке я уже воспользовался ею. Понимаю, что не успеваю это сделать. «Почему замолчал стадион?», — мелькает у меня мысль. «А что такое кино?», — вторая вообще не относится к моему положению. Вижу, как неотвратимо поднимается рука врага, но продолжаю бороться, стараясь ускорится еще хоть немного. Вот ее рука вытянулась в мою сторону и я понимаю, что атака направлена в голову, а значит можно попытаться закрыться левой рукой, которую достаточно немного сдвинуть — глядишь, и голова останется целой.

И тут в груди моей убийцы появляется красное пятно.

Мир ускорился, а по ушам ударил гомон и крики толпы. Мою несостоявшуюся убийцу отбрасывает назад, а я вижу, что ее грудь превратилась в одно кровавое месиво. Передо мной появляется моя мама, а на лицо мое упала чья-то тень. Ниоми. Моя верная Ниоми стоит ко мне спиной с обнаженной катаной в левой руке, а правая уже готова выпустить силовую технику. Вскочил на ноги и быстро осмотрелся.

Перед мамой, рядом с поверженной противницей, стоят пять воинов, причем один из них мужчина. У моей телохранительницы пока противников нет, поэтому я хотел стать рядом с мамой и помогать ей в битве.

— Тэкео, назад! — непререкаемым тоном сказала она.

Я послушался, но успел заметить, что хотевшая убить меня женщина вряд ли жива. Раздался девичий крик и я перевел взгляд на кричавшую. Моя противница, которая не только хотела покалечить меня во время боя, но и атаковала уже после того, как выбыл из схватки. Ее поддерживала и придерживала еще одна незнакомая женщина.

— Хитоми, успокойся. Истерика недостойна наследницы клана, — услышал я голос поддерживающей ее женщины.

Та бросила на меня полный ненависти взгляд и хотела что-то сказать, как по стадиону раздался могучий голос.

— Прекратить!

И спустя небольшую паузу он же добавил:

— Представителям свободного рода Тануки императрица приказывает прибыть в ее ложу.

Япония, столица, город Токио, арена, императорская ложа.

К началу сегодняшних соревнований в ложе пришли правительница Японии, глава клана Самураки и глава рода Асикага. Сегодня с утра все трое получили истинное удовольствие от пятерки новичков и сейчас хотели продолжить, но уже здесь, наблюдая за турниром. И только Хироми Асикага пока еще уделяла много внимания соревнованиям, поскольку сама была прекрасным бойцом. Да и пара высказываний старшего мужа, главного наставника клана Самураки немного пристыдили ее, хотя сама женщина никогда не признает это вслух.

Она бросила взгляд на расположившихся у ног ее подруг двух молоденьких юношей и перевела взгляд на арену. Сегодня первыми должны соревноваться «танцоры» с лучшими представительницами второй токийской школы. В данный момент ее больше интересовали первые, показавшие вчера невероятное взаимодействие и чувство друг друга. Сегодня женщина хотела убедиться, что это не случайность. Она прекрасно была осведомлена о том, кто является их учителем, но в таком возрасте добиться подобных результатов не удавалось еще никому в их клане. А ведь он специализируется на подобных вещах.

Но первые же секунды боя показали, что вчера это было простое совпадение. Группа танцоров сразу распалась, превратившись из единого целого в раздробленных бойцов. Сестры старались действовать сообща, но это у них не очень-то получалось, в отличие от вчерашнего дня. К тому же противники сегодня им попались сильнее. Особенно выделялась та, что своей целью выбрала светловолосого парня. И внимание женщины приковала именно эта пара. То, что мальчишка владел айкидо, новостью для нее не стало, пусть и некоторые движения у него отличались, но общий стиль все равно соответствовал. А еще ей показалось нечто странное в его движениях, поэтому она привстала, внимательно глядя на арену.

Кто-то коснулся губами ее бедра с внутренней стороны, поднялся выше и еще выше. Она схватила этого «кто-то» за волосы и отбросила в сторону.

— Хироми, ты чего? — томным и немного стонущим голосом задала вопрос глава клана Самураки.

Она бросила быстрый взгляд на нее, увидев, как та прижала к себе голову юноши, и вновь посмотрела на арену. И только полностью отбросив любовный дурман с возбуждением и сконцентрировавшись на поединке, она поняла. «Во-от оно что-о-о». Казалось, что мальчишка едва уходил от ударов, но она сейчас отчетливо понимала, что это не так. Одна, вторая, третья ситуация, где он мог переработать атакующее движение своей противницы и сам атаковать. Да, для этого необходимо владеть айкидо на высоком уровне, а самое главное понимать его смысл, но ведь движения мальчишки, когда она уходил от атак говорят именно об этом. К тому же его мать прекрасно владела этим стилем боя, включая закрытую часть, где уделялось очень много внимания использованию энергии движения противника. Казалось, научить ребенка этим вещам считается невозможным, но некоторые движения этого Тэкео говорят об отличных знаниях. Или великолепному интуитивному чутью, что еще лучше, так как, наложив на него знания, можно получить настоящего мастера боя.

Между тем на арене произошли изменения. Одна из сестер Арикана вышла из боя, но и тем слаженной атакой удалось выбить одну противницу. Но это был последний их успех, и спустя несколько секунд на арене остался мальчишка против двух противниц. Вот он пропустил удар и отскочил в сторону, но у Хироми создалось впечатление, что мальчишка подставился. Его движение намекало на уход, но не было завершено. Следующий десяток секунд он, казалось, с трудом противостоит двум отличным для своего возраста бойцам, но все же пропустил удар, очутившись на земле. Прозвучала команда завершения боя.

И тут наследница клана Минамото решила нанести завершающий удар в лежачего противника. Горячка боя — это понятно, соответствующее отношение к мужчинам в клане — тоже, но умение вовремя остановиться очень важно. Или она специально это сделала?

Впрочем, ее атака не достигла цели. Мальчишка невероятным слитным волновым движением чуть сместился и нога опустилась в считанных миллиметрах от его груди. В следующее мгновение он атаковал. И вот теперь женщина увидела настоящий уровень его подготовки. Невероятный по скорости и, что важнее очень выверенный, удар ломает колено его противницы.

Дальнейшие события сложились в несколько секунд: появление на арене главы клана Минамото с желанием убить наглеца за оскорбление ее дочери, невероятное избегание ее первой атаки этим самым наглецом, и ответный удар его матери, появившейся, казалось, ниоткуда. Спустя еще несколько минут на арене готова была развязаться уже настоящая схватка между Сумико Тануки, ее ученицей и ее сыном с одной стороны, и телохранителями и бойцами клана Минамото с другой. И почему-то женщина практически была уверена, что последних меньше, чем требовалось бы для победы.

— Прекратить! — усилив голос, выкрикнула она.

— Всех Тануки сюда, — недовольно произнесла императрица.

— Представителям свободного рода Тануки императрица приказывает прибыть в ее ложу, — добавила глава клана Асикага.

Послушались все, а троица направилась к лестнице, ведущей в императорскую ложу.

— Этот мальчишка, неужели это тот овощ, которому я сохранила жизнь? Или это кто-то другой?

Акеми посмотрела на двух своих подруг. Уж кто-кто, а представители этого клана обязаны знать правду.

— Это он, Акеми-сама, — ответила глава клана Самураки.

Вскоре в ложу вошли все представители рода Тануки. Не успели они поприветствовать всех присутствующих, как раздался голос императрицы.

— Это для того я дала тебе герб рода и сохранила жизнь этому гайдзину, чтобы ты тут устроила убийство?

Императрица даже не заметила недоуменные и непонимающие взгляды своих подруг. Ведь Сумико была в своем праве! Дочь главы клана Минамото первой нарушила правила турнира, атаковав мальчишку, а тот ударил ее в ответ. Это, если разбираться беспристрастно обыкновенная драка друзей. И уж полностью была права его мать, защитив своего сына от главы Минамото. Более того, она в данный момент имеет право претендовать на компенсацию, причем очень немаленькую. Поэтому слова императрицы вызвали у всех полнейшее непонимание.

В этот момент открылась дверь в ложу.

— Моя госпожа, — ее советник поклонился правительнице, — простите меня за сегодняшнюю ночь, а готов в сию секунду вас ублажж-ж…

Он не договорил, резко повернувшись в сторону семейства Тануки. Бдржург увидел совсем рядом самого ненавистного врага и его кровь забурлила с такой силой, что сопротивляться ее зову он не мог. И он, выпустив когти, бросился на своего заклятого врага.

Глава 17

Япония, столица, город Токио, арена, императорская ложа.

Какая бы не была скорость нового врага и насколько внезапной выглядела его атака для других, Сумико среагировала невероятно быстро. Техника, которой научил ее наставник «невидимая подножка» создавалась двумя руками совсем небольшим выбросом силы, но невероятной концентрацией. В этом и скрывался секрет невидимости техники — все происходило внутри человека, его рук, а кисти служили только как часть, через которую выпускают уже готовую технику. Оба выброса силы были совсем небольшими и по отдельности причинить вреда не могли, но, соединяясь, они создавали достаточно устойчивый барьер, чтобы об него споткнулся любой человек, находящийся в движении. И соответственно чем выше скорость, тем сложнее удержать равновесие.

Что и случилось с советником императрицы. Споткнувшись, он начал падать вперед, но атака в голову отбросила его обратно, а когда он врезался спиной в стену, копье чистой силы пригвоздило его к ней.

В это время в ложу вошли главы кланов Тайра, Татибана, Фудзивара, Абэ и Мононобэ. И в изумлении уставились на пригвожденный труп, который после прекращения техники Сумико начал падать на пол. От внешности бывшего советника не осталось ничего, а уродство вызывало отвращение на лицах всех женщин, включая императрицу. К тому же выпущенные когти не могли принадлежать человеку.

Первой, что не удивительно, сориентировалась главная соперница за трон. Рей Фудзивара надела на лицо маску легкого презрения и с явным высокомерием спросила:

— Это кто?

— Советник Акеми-сама, — на автомате ответила глава клана Самураки.

— Акеми-сама, — Рей поклонилась, как должно, — у вас в советниках числится демон? Вы простите меня, но этот… эта… это не может быть человеком.

Глава славного рода Кэн еще не пришла в себя после пережитого. Она как раз представляла, что была наедине с демоном и не могла поверить этому. «Но ведь он был таким умелым!» — эта мысль не давала ей покоя. Поэтому неудивительно, что она начала оправдываться.

— Я не знала Рей-сан.

— Как можно настолько неразборчиво подходить к подбору советников, Акеми-сама? — она поклонилась и тут же нанесла скрытый «удар». — Я понимаю, что он языком отлично работает, — и, видя, что императрица отошла от шока и подняла на нее полные ярости глаза, добавила: — Я имел в виду, что он отлично умеет плести словестные кружева, — и после небольшой заминки продолжила: — А не то, о чем вы подумали Акеми-сама.

И снова уважительный поклон по всем канонам.

— Да как ты смеешь, Рей-сан! — не удержалась от выкрика императрица. — Стража!

Но на этот раз глава клана Фудзивара решила довести все до конца, тем более что выдался прекрасный момент. Она совершенно не испугалась. Точнее сказать, она никогда не боялась, но в определенных моментах показывала напускной страх или боязнь, но не сейчас.

— Имею, Акеми-сама, — с металлическим звоном в голосе произнесла та. — Ибо это, — она, не поворачивая головы, ткнула пальцем в труп, — очень сильно смахивает на измену.

И только сейчас дурман почти полностью выветрился с голов императрицы и главы клана Самураки. Они обе начали понимать, что последует из этого события, если дать ему огласку. Правительница страны пыталась придумать хоть какой-то довод в свою защиту, но в голову ничего не приходило. Она уже хотела было отдать страже приказ об аресте главы клана Фудзивара, но увидела лица других глав. Там стояла неприязнь, а главное, что они будут защищать ее соперницу.

Глава же клана Самураки рассуждала более здраво. Свое место она не удержит — это женщина понимала, но попытаться сохранить род главным можно. Для этого придется обвинить императрицу во всем и в том числе, что та способствовала ее присутствию на своих интимных развлечениях с демоном. По большому счету это было правдой, Акеми сама постоянно приглашала ее, хвастаясь тем, какой у нее прекрасный советник. Главное в этом случае самостоятельно сложить с себя полномочия, и лучше сделать это сейчас.

— Я, Сенга Самураки, признаю, что недостойна звания главы клана, раз не сумела распознать в советнике императрицы врага. В связи с этим снимаю с себя полномочия главы клана в пользу моей младшей сестры Мэдоки Самураки.

Женщина не была уверена, что род сумеет сохранить главенство, но это был единственный выход, который оставлял хоть какую-то надежду.

Глава рода Асикага была менее всего подвержена дурману, так как в их компании сравнительно недавно. Она понимала, что сейчас наступил тот момент, когда у нее имеются очень большие шансы занять место главы клана. И как бы ей не хотелось этого, женщина понимала, что хорошего будет все же меньше, чем плохого. Некоторые не самые слабые рода, можно сказать, тихо ненавидели ее и ее семью за влияние на главу. После того, как она станет главой клана, в нем начнутся настоящие интриги, которые наверняка приведут к ослаблению. А сейчас этого делать ни в коем разе нельзя, раз демоны сумели пробраться не только в Американские Штаты, но и к ним. И тут женщина в полной мере осознала свои действия в последнее время, и ей стало немного не по себе. Какого спрашивается она привела в семью этого последнего мужа? Что с ней было? Но в данный момент лучшим выходом было поддержать младшую сестру Сенги. Та не обладала большим даром, но была всецело предана клану, иногда до наивности. Быть серым кардиналом тоже очень хорошо.

— Я инициирую созыв Большого Совета глав кланов и родов, — продолжила Рей. — Сейчас практически все они находятся здесь, поэтому много времени данная процедура не займет. Обсуждаться будет единственный вопрос: доверие императорскому роду.

Императрица посмотрела на других глав кланов из Большой Десятки и в их глазах прочитала себе приговор. Нет, убивать ее никто не станет, как лишать главенства рода, но во главе страны встанет другой род. И она с ненавистью посмотрела на абсолютно спокойное лицо Фудзивара.

Япония, столица, город Токио, арена, императорская ложа.

Какие однако интересные события произошли у меня на глазах. Пусть я и мало что понимаю в интригах местных аристократок, но сейчас не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять происходящее. Грядет смена правящей династии и скорее всего эта Рей Фудзивара, мать моей одноклассницы блондинки и будет претендовать на трон. И у меня создается впечатление, что она его и займет — очень уж прямо высказывалась она в лицо императрице.

Мама вмешиваться не стала, но и покинуть ложу мы не могли, так как выход был перекрыт. Но женщины закончили свою перепалку и ушли, а мы двинулись спустя минуту. Как раз немного посмотрели на работу специалистов, обрабатывающих чем-то труп демона. Мама тихо пояснила, что таким образом тот может храниться долго. По пути она еще объяснила, что присутствовать на созываемом совете не имеет права, и мы можем спокойно ехать домой, так как турнир отменят. И действительно, не успели мы добраться до дворца, как услышали весть об этом.

Я влетел в свою комнатку и быстро начал собирать свои вещи. Взяв сумку, направился к выходу из дворца, замечая по пути, что все участники соревнования тоже покидают здание. Заметил Мико и Мизуки, но они, увидев, что смотрю на них, отвернулись. Зато блондинка нарисовалась на моем пути.

— Тэкео-сан, — чуть ли не официально она обратилась ко мне, — ты отлично сражался сегодня, и будь твоя остальная команда более расторопная, то победили бы. Это не мое мнение, а мастера боя нашего клана.

Говорила она вроде нормальным голосом, но все равно чуть громче, чем требовалось, как раз так, чтобы сестры Арикана слышали. Я краем глаза видел, как те дернулись, но в данный момент Мей была полностью права. Сначала сестры проиграли своим противницам, и только потом я, причем, сражаясь сразу с двумя. Я же порадовался, что со стороны наш проигрыш не выглядел игрой в поддавки, а значит, установку мамы мы выполнили. Я, если честно, не понимал, зачем блондинке нужно было поговорить со мной, разве что позлить сестричек, что ей удалось. Между тем молодая Фудзивара продолжила:

— Хочу сказать, что, если надумаешь сменить команду, то я с удовольствием войду в нее.

Я же только сейчас обратил внимание на то, что другие ученики внимательно смотрят на нас и прислушиваются к разговору. И вот ведь, что удивительно — того презрения, какое было на их лицах ранее, я не заметил. Я чуть было не замотал головой от того, что ничего не понимаю.

— Позволь проводить тебя, хочу кое о чем поговорить без лишних ушей.

— Мей-сан, — я тоже обратился официально, — прости, но у меня сейчас не самое хорошее для разговора настроение. Хочется побыть одному.

Я поклонился ей, как того требовал этикет, она же поклонилась как равному по положению. И уже разворачиваясь, увидел, как блондинка каким-то победным взглядом посмотрела вокруг. Я так и не понял, зачем наследнице одного из самых влиятельных кланов подобное общение со мной. Хотя эффект был налицо, если вспомнить изменившее ко мне отношение. Решил расспросить об этом маму, что и сделал, как только мы сели в карету.

— Фудзивара имеет очень большие шансы стать новым правящим родом. Такое, как демон в советниках не оставят просто так и дни рода Кэн сочтены. Думаю, что их сместят с трона единогласным решением, так как ни один род не будет пятнать свою честь поддержкой рода, связанного с демонами. Рей Фудзивара выбрала идеальный момент, чтобы занять трон. У нее есть рода, поддерживающие ее в борьбе за власть, а у тех, кто поддерживал род Кэн, нет единого кандидата. И за сегодняшний остаток дня они не успеют договориться. Нейтральные рода, скорее всего, тоже поддержат Фудзивара.

Мама замолчала и задумалась.

— А причем тут я? — не сдержался я от вопроса, видя, что пауза затянулась.

— У Мей имеются на тебя планы и ее мать поддерживает свою дочь. А сейчас она всем заявила на тебя свои права.

Я почувствовал, как сидящая рядом со мной Ниоми после этих слов напряглась. Даже чувства ее долетели до меня, но понять ту бурю я не смог. Поэтому я просто взял и обнял девушку, прижав к себе. После того случая с нападением на них с мамой, я не стеснялся при маме показывать свое отношение к девушке, пусть она и старше меня на несколько лет. А ростом я уже догнал ее. Она хотела отстраниться, но я не позволил.

На подножку кареты кто-то вскочил, а спустя мгновение в ней появился незнакомый мне мужчина. Что странно, мама никак не отреагировала на него, чего нельзя сказать о моей телохранительнице, державшей у горла мужчины длинный нож. Впрочем, она под одобрительным его взглядом тут же убрала его.

— Клан Самураки поддержит Фудзивара, сейчас раскол или безвластие в стране не нужно, — заговорил мужчина. — Опасайтесь Минамото — их дочь Хитоми и наследник Фудзивара помолвлены и свадьба не за горами. Они потребуют от них за поддержку голову Тэкео. Фудзивара, скорее всего, останутся в стороне: не будут ни помогать, ни мешать, несмотря на явный интерес к твоему сыну со стороны наследницы.

Мужчина каким-то текучим движением просочился за пределы кареты.

До гостиницы, где остановились мама с Ниоми, добрались за пару минут. Мама ушла за вещами, приказав нам оставаться внутри кареты и не выходить на улицу. Впрочем, мы все равно в окна наблюдали за происходящим, поэтому появление знакомых лиц не осталось незамеченным. Главы клана Арикана дождались маму и о чем-то разговаривали с ней. Я почувствовал, что Ниоми снова немного напряглась, поэтому, как несколькими минутами ранее, прижал ее к себе.

Когда мама села в карету и мы направились домой, она так ни чего и не сказала, что хотели родители моих одноклассниц. Поначалу мне было любопытно и хотелось знать, а потом, когда мы покинули пределы столицы, выбросил это из головы.

Двигались мы очень быстро и со слов мамы до вечера должны доехать до небольшого селения Иида, поэтому город Нагано мы проехали не останавливаясь. Весь наш путь мама находилась в трансе, а Ниоми не реагировала на меня. Я чувствовал расслабленность девушки, а также ее внутреннюю концентрацию энергии, которая готова взорваться в любой момент боевыми действиями моей телохранительницы. Мама же, судя по всему, контролировала окружающее нас пространство.

До нашей цели мы добрались сегодня, хотя на улице было уже темно. Задержались, так как в горах неожиданно пошел сильный снег, и хотя дорога была отличная, скорость все равно упала.

Сам городок был небольшой и как я понял из наличия нескольких постоялых дворов и даже пары гостиниц, здесь все жители занимались обслуживанием путешественников. Поселок как раз располагался на середине пути между Токио и Осакой и был очень удобен для отдыха. Остановились мы все же на постоялом дворе, но как оказалось, не на ночь. Пока мы будем кушать, конюх поменяет лошадей и мы двинемся дальше.

Вошли в зал приема пищи, и к моему удивлению там почти все столики оказались заняты, и почти все посетители обратили на нас внимание. Для меня было странным, что в этом небольшом по размеру постоялом дворе, даже не гостинице, было столько аристократов. Точнее, аристократок. Чуть больше половины, а оставшиеся, если судить по одежде, принадлежали к достаточно обеспеченным людям. Впрочем, почти все сразу же вернулись к своим столикам и разговорам, за исключением одного. Там как раз сидели наемницы, причем, не японки. Из пяти человек трое были светловолосыми с голубым или синим цветом глаз, а две оставшиеся все же имели часть крови местных жителей. И эта группа единственная, обратив на нас внимание, продолжала разговаривать.

Все угловые столики были заняты, поэтому мама направилась к находящемуся в самом центре. Когда подошли, мама глазами показала, чтобы я садился спиной к барной стойке, а сами расположились таким образом, чтобы контролировать возможные пути входа: мама двери, Ниоми окна. Рядом с нами очутилась молоденькая девушка с темной, почти шоколадной кожей, большими черными глазами и кудрявыми непослушными волосами, убранными в хвост. Хотя, скорее всего, в гриву. Взяла заказ и не успела отойти, как перед нами нарисовалась одна из наемниц, самая молоденькая, которой на вид было не более двадцати лет.

— Можно вас попросить об одолжении, уважаемая? — обратилась она к маме на неплохом японском языке, хотя и с акцентом.

Мама называла это «американской бесцеремонностью». В Японии никто вот так вот не подойдет к незнакомой аристократке, а вот там запросто. По этикету необходимо, чтобы кто-то познакомил или в данном случае через владельца заведения передать просьбу. Правда, Ора утверждала, что у них в Скифии тоже любой может подойти к любому человеку, чтобы познакомиться.

— Слушаю вас, — холодно ответила мама.

— Хочу попросить у вас мальчика на пару часов. Я запла…

Девушка осеклась, так как Ниоми невидимой петлей сдавила ей горло. Подруги этой наемницы вскочили с мест, желая прийти на помощь, но их остановил властный женский голос:

— Стоять!

К нам со стороны туалетной комнаты направлялась чистокровная японка в одежде наемницы. Судя по тому, как вздрогнули все наемницы, их командир.

— Простите.

Она подошла и поклонилась уважительным и извиняющимся поклоном. Судя по тому, что мама ответила ей своеобразным кивком, который говорил, что извинения приняты, она не посчитала инцидент большим оскорблением. И только сейчас Ниоми отпустила подошедшую девушку.

— Они уже давно живут в Японии и вполне могут контролировать себя, но только пока не выпьют алкоголя. Особенно вот эта мелкая.

И она глазами показала на девушку, которая стояла по стойке смирно. В общем они ушли к себе и больше даже не смотрели в нашу сторону. В это время принесли наш заказ, и я навалился на еду. В последнее время я стал очень много кушать и мама говорит, что расту и взрослею.

Внезапно раздался звук разбиваемого стекла.

А дальше сработали рефлексы, вбитые мне мамой. Я вскочил на ноги, сразу же уходя в сторону, а родительница с моей телохранительницей уже вступили в схватку. Шесть мужчин, что странно, пытались добраться до нас. Именно, что пытались. У них бы и так ничего не получилось, а тут еще вступили в схватку наемницы, которые, несмотря на опьянение, быстро оценили ситуацию. На расправу с нападавшими ушло не больше минуты. И когда те были убиты, все наблюдали очень нетривиальную картину, которую мы видели во второй раз.

Внешность нападавших из мужской превратилась с какое-то уродство, а на пальцах выделялись пятисантиметровые когти.

— Демоны, — констатировала факт командир наемниц. — Но я таких не видела.

Мы не стали доедать, а сразу вышли на улицу, сели в карету и поехали домой. К этому времени лошади уже были заменены.

— Судя по всему, когда демоны находятся недалеко от тебя Тэкео, они не могут сдержаться и не атаковать. Сегодняшнее бездарное нападение говорит об этом. А с Озэму Арикана они действовали совсем по-другому. Будьте очень внимательны, — мама посмотрела на нас с Ниоми.

До дома мы добрались без происшествий.

Япония, столица, город Токио, императорский дворец.

Большой Совет родов проходил в специальном огромном помещении, находящемся на территории дворцового комплекса. Причина, по которой собрались здесь главы родов, была известна всем. А поскольку на турнире находились главы всех родов, входящих в Большой Совет, то собрались они на следующий же день после происшествия. За остаток вчерашнего дня императрица смогла встретиться только с главами пяти родов. Переговоры прошли странно, главы много говорили, но, если отбросить словесную шелуху, то ответ их звучал так: «подумаем и решим по обстоятельствам». То есть, если увидят, что ее поддерживает достаточно много родов, то и они станут это делать. Но правительница была полностью уверена в лояльности только еще пяти родов. Но этого крайне мало, чтобы удержаться на троне. Сейчас Акеми это прекрасно понимала и с ненавистью посмотрела на место, где сидела глава рода Фудзивара.

Как только часы показали полдень, разговоры тут же прекратились, а слово взяла та, что инициировала собрание. Рей поднялась и, усилив голос, начала говорить.

— Главы родов, вы все прекрасно осведомлены о причине, по которой я решила созвать Большой Совет. Я лично, своими глазами видела, как советник Акеми-сама превратился в демона. Да-да, в демона, — она сделала небольшую паузу. — Подтвердить мои слова могут главы родов Тайра, Татибана, Абэ и Мононобэ. А то, во что превратился советник императрицы, сейчас принесут.

В это время в помещение вкатили тележку, на которой лежал некто, только отдаленно напоминающий человека. Голова, две рук и две ноги. Подавляющее большинство присутствующих не видело мертвеца, поэтому вытянули шеи, чтобы лучше разглядеть, а потом вообще стали подходить и рассматривать вблизи. Внешний вид вызывал сначала отвращение, а затем возмущение почти всех. Внимательно наблюдавшая за этим Акеми окончательно поняла, что никто ее не поддержит. Когда все успокоились, Рей Фудзивара продолжила.

— Вы все видели своими глазами. И это не просто халатность, а настоящее предательство! Да — предательство! В течение стольки лет Акеми-сама не могла распознать демона. Да, он был похож на человека, но я уверена, что отличий было достаточно. И как же это назвать, если не предательство!

Женщина продолжала говорить, и каждое ее слово все больше и больше вбивало гвоздь в крышку гроба. Она не врала, но преподносила материал так, что императрица представлялась чуть ли не монстром хуже демонов. И это, Большой Совет то есть, был единственный случай, когда правительница не могла прервать речь кого-либо, пока тот сам не закончит.

— Мы понимаем, что подобное требует самого строгого наказания вплоть до лишения герба клана и рода. Но я прошу глав родов о снисхождении, поэтому хочу предложить просто лишить род Кэн членства в Большом Совете на срок сто лет, — закончила она свое выступление.

«Ах ты, старая карга!», — мысленно выругалась Акеми. Да, Рей Фудзивара знала толк в словесных баталиях — сначала уронила Акеми и ее род в самый омут, а затем благородно помогла выплыть. По сути ее предложение лишало род Кэн какого-либо участия в политической жизни. И не на столетие, а намного больше, так как он потеряет все свои связи. Сейчас, когда полностью ушел дурман, она понимала неправильность своих действий, так как даже не подумала о тщательной проверке нового советника.

После выдвижения предложения дается пять минут на обдумывание и высказывания другого. Но иного предложения не последовало, поэтому по истечении отведенного времени началось голосование. И Акеми совсем не удивилась, что все согласились с мнением главы рода Фудзивара.

Теперь уже бывшая императрица поднялась с места и направилась на выход. В голове ее вертелась только одна мысль: «Что будет с дочерью? И как обустроить ее жизнь?». Ни один род не захочет породниться с ней, ни один. Хотя… кроме одного. Того, которому она тринадцать лет назад вручила герб. Она знала по донесениям, что сила мальчишки значительно выше, чем многие думают. И у нее есть, что предложить ему и его матери.

Когда глава рода Кэн покинула зал совета, там началось обсуждение кандидатур на освободившееся место правительницы. Выдвигались всего три рода, но после того, как глава клана Самураки поддержала кандидатуру Фудзивара, чем удивила Рей, все присутствующие поняли, кто станет императрицей.

Спустя совсем немного времени из здания вышла новая глава новой правящей династии.

Глава 18

Япония, город Осака, дом, снимаемый Тануки.

Вот уже пять месяцев в стране новая правящая династия, и до сих пор среди аристократок это излюбленная тема. Если их послушать, то в стране поменялось все, хотя ничего подобного не заметил. Хотя нет, одна вещь имеется — отношение к гайдзинам изменилось. Не только ко мне, а вообще. Заметил это только тогда, когда на ярмарку в Осаку приехали, точнее, приплыли, купцы из других стран. Раньше, на них либо не обращали внимания, словно те пустое место, либо смотрели свысока. Сейчас же отношение поменялось. Нет, к ним не стали относится, как к своим, но высокомерия я замечал мало. Я когда маме рассказывал, то смеялся, что, дескать, мода новая появилась, но она не поддержала мой шутливый тон. Сказала, что это инициатива новой императрицы и что Фудзивара по-прежнему имеют на меня виды.

Для меня это было большой новостью, так как Мей стала учиться в Токио и сюда еще ни разу не приезжала. В общем, я был уверен, что она от меня отстала, но по мнению мамы — нет. Естественно, я ей верю. И, кстати, Минамото за это время ни разу не сделали пакости, что со слов все той же мамы служит косвенным доказательством ее правоты в отношении Мей. Фудзивара прижали Минамото, тем более что при выборе нового правящего рода мнение родов клана Минамото ничего не решило бы.

А вот с сестрами Арикана отношения немного охладели. Точнее, они как стали такими на новогоднем турнире, так и остаются до сих пор. Даже кушать со мной под деревом не хотят. Поначалу было ощущение, что чего-то не хватает, все-таки они веселые и мы болтали много, а сейчас привык. Нет, мы не ссорились и сидим на занятиях рядом, только теперь я находился не между ними, а с краю. В общем, как я понимаю, им не нравится мое отношение к Ниоми. Я задавал вопросы маме на эту тему, но она сказала, что сам должен понять.

А еще я дважды летал с грифонами к ним. Последний раз всего месяц назад и тогда мы с Чеканой учились «по-настоящему летать», как выразился старый грифон. Это значит не просто летать верхом, а научиться чувствовать другу друга, как самого себя, соединяя сознания. Жаль, что с первого раза не получилось. Нет, продвижение вперед имелось, но до того, как это должно выглядеть, еще очень далеко.

Я лежал в кровати, вспоминал произошедшие события и размышлял идти в школу или нет. Все дело в том, что сегодня у меня день рождения — исполняется четырнадцать лет, и мама сказала, что я уже взрослый и сам должен решить этот вопрос. Сегодня у нас день силовых практик, которые у меня всегда отлично получаются. Поэтому склоняюсь к тому, что останусь дома и пойду гулять. К тому же мама должна приехать.

Я потянулся и вылез из-под одеяла. Еще раз потянулся, встал и начал одеваться. Ора приготовила два костюма: для школы и парадно-выходной. Последний я не очень любил, но обижать ее не хотелось, поэтому стал натягивать его. Одевшись, направился в зал.

— Мама!

Я подбежал к ней, обнял, поцеловал. Да, мама уже была здесь, и я очень рад ее видеть.

— С днем рождения, Тэкео.

И она передала мне какой-то сверток, который я начал быстро разворачивать. Там оказался костюм из непонятного материала. Вроде бы кожа, но на ощупь какая-то не такая: во-первых, толстая; во-вторых, мягкая и гибкая. И что самое удивительное, сам костюм это было нечто среднее между одеждой аркейцев и тренировочной.

— С днем рождения, Тэкео.

Ора протянула мне перевязь для ношения катан за спиной. Она тоже была сделана из кожи, другой, но такой же толстой и гибкой. Аще она была расшита скифским орнаментом. Это же сколько она потратила времени на это?!

— Спасибо, — я поцеловал Ору в щечку.

— С днем рождения, Тэкео.

Ниоми с поклоном протянула мне футляр. Я взял его, поставил на стол, открыл. И застыл, разинув рот, не веря своим глазам.

Это оружие я узнал сразу. Нет, не так. До этого момента, я никогда не видел ничего подобного, но стоило только взглянуть, как в голое что-то щелкнуло. Я аккуратно достал то, что лежало в футляре, посмотрел на подарок, и даже показалось, почувствовал тепло. Хотя, это наверняка, мое воображение.

Боевые мечи аркейцев.

Мама говорила, что аркейцы сражались при помощи магии, силовых техник, использовали артефакты, которые «плевались» сгустками огня или выпускали лучи. Но я теперь знал или помнил, что каждый воин должен уметь сражаться мечами. Это необходимо им, а вот для чего — память пока не дает подсказок. Очень надеюсь, что на тренировках она подскажет технику владения, так как они отличаются от катан. Во-первых, они прямые; во-вторых, короче; в-третьих, балансировка немного другая. Последнее я почувствовал сразу, как только взял их в руки. Моему восхищению подарком не было предела.

— Ниоми, — я посмотрел на девушку.

Я видел, как светились ее глаза от того, что доставила мне радость. Я положил их обратно в футляр, подошел к девушке.

— Я обожаю тебя!

Резко подхватил ее на руки. Она вскрикнула, пыталась вырваться, но куда там! За эти пять месяцев я сильно вырос и стал выше девушки. А постоянные тренировки сделали мои мышцы сильными и выносливыми. Кстати, Кичиро Хасидзи, наш учитель по силовым техникам, увидев мой рост, стал поить меня зельем. Рецепт он не давал, а только уже готовый продукт. Мама попыталась определить состав, но не получилось, а на вкус сказала, что количество используемых трав очень велико.

Девушка все еще пыталась вырваться, но я наклонился и поцеловал ее в губы. Секунд пять она меня отталкивала, а потом сама обняла.

— Молодежь, вы завтракать будете? — насмешливый голос мамы вывел нас из любовного единения.

Я поставил покрасневшую Ниоми на пол и невозмутимо направился к столу. Ора расстаралась — весь стол был усеян яствами японской кухни и скифской. Причем, самыми моими любимыми.

— И куда в тебя столько влезает? — улыбнулась мама, когда я положил себе третью порцию вареников с грибами.

— Известно куда — вон какой вымахал.

Произнесла Ниоми это очень тихо, но ее все услышали. Раздался смех, отчего девушка снова немножко покраснела. Когда перешли к напиткам, я спросил у нее, где она взяла аркейские мечи.

— Тэкео, я их нашла еще когда мне было пять лет. Мы пошли за грибами, и там под листьями я увидела их. Они мне очень понравились, вот и взяла их, принесла домой да спрятала. А когда зашла речь о подарке тебе, вспомнила и спросила Сумико-сама, понравятся тебе или нет.

— Я видела подобные рукояти мечей у того воина, что спас меня. Только у него они висели на поясе, а ты много раз говорил, что тебе удобней доставать из-за спины. Поэтому Ора и подарила тебе соответствующую перевязь, сделав на ней вышивку.

— Все, наелся, — я отодвинул от себя тарелку. — Сейчас переоденусь в новый костюм, и пойдем гулять.

Я с некоторым трудом поднялся, взял подарки Ниоми и Оры и направился в свою комнату.

Япония, город Осака, дом, снимаемый Тануки.

Когда за именинником закрылась дверь, Ниоми посмотрела на его мать.

— Сумико-сама, мне все трудней и трудней оставаться с Тэкео наедине. А когда он меня обнимает и целует, я едва сдерживаюсь.

Девушка покраснела и опустила к полу глаза. Когда Текэо из мальчишки стал превращаться в юношу, она окончательно поняла, что влюбилась в своего подопечного. Когда он был мальчишкой, ей легче было убедить себя в неправильности происходящего. Но сейчас, когда он неожиданно превратился в юношу, это самовнушение уже не действовало. А он, как назло, после нового года ходил с ней под ручку по улице, прощался поцелуем, дома постоянно обнимал и целовал. Ей стоило огромных трудов не ответить ему, а каждую ночь она перед сном применяла специальную технику легкого транса, чтобы снять возбуждение.

— Сумико-сама, я не знаю, что мне делать. Он же еще совсем маленький.

— Он уже взрослый, — с улыбкой ответила та. — Я вижу, как вы относитесь друг к другу и не имею ничего против.

— Вот-вот, — ехидно произнесла Ора, затем спохватилась. — Как взрослый?

— Это пришло мне только сегодня — вновь открылась часть знаний, что вложил мне аркеец. Но я не знаю, что вкладывается в этот смысл: он может заводить семью или становиться воином, или может начать какой-то особый этап обучения.

— Так что, Ниоми, вот что я тебе скаж…

— А вот и я! — возглас Текэо прервал женщину на середине фразы.

Япония, город Осака, дом, снимаемый Тануки.

— Ниоми, идем гулять! — я радостно схватил ее за руку. — Ой, мам, прости. Можно мы вдвоем погуляем?

— Идите, — со смехом ответила она.

И я потащил девушку за собой. Кстати, я не только надел новый костюм, но и перевязь с новыми мечами. Направились мы к набережной, где оба очень любили гулять и смотреть на море. Находились там мы не менее трех часов, а когда проголодались, повернули домой. А там нас снова ждал полный яств стол, за который мы и сели. Только приступили к приему пищи, как звякнул колокольчик входной двери. Ора, находящая ближе всех к двери, вышла посмотреть на незваного гостя. Минуту спустя девушка вернулась.

— Сумико-сама, там какая-то женщина хочет видеть вас. Приехала в небольшой карете, без гербов, на седлах воин, хотя пытается это скрыть.

— Зови, но только без охраны.

В комнату вошла женщина с ребенком с надвинутыми на лица капюшонами. Первая одной рукой держала девочку, во второй у нее находился продолговатый сверток. Когда она сняла капюшон я был очень удивлен, даже поражен.

— Акеми-сан, — мы все поприветствовали бывшую императрицу.

— Сумико-сан, у меня имеется к вам предложение.

— Проходите и присаживайтесь за стол.

Девчонка сбросила с головы капюшон и я снова удивился, на этот раз внешности ребенка. Светлые волосы и ярко зеленые большие глаза смотрелись очень хорошо на чисто японском личике.

— У вас праздник? — женщина посмотрела на стол.

— День рождения моего сына.

— Это судьба, — прошептала та, но мы ее услышали.

Мы сели за стол и Акеми, нарушая японские традиции, сразу заговорила о деле.

— Дни рода Кэн сочтены, — незнакомая девочка вздрогнула от этих слов. — Да, я это прекрасно знаю. Познакомьтесь — это моя дочь Асэми.

Девочка поднялась из-за стола и поклонилась по всем правилам этикета. Затем села за стол и продолжила прием пищи. И я ее понимаю — оторваться от готовки Оры, если у тебя еще не полный желудок, очень тяжело.

— Могу смело утверждать, что на ней род Кэн прервется, но я не хочу подобной судьбы для моей дочери. Выход из положения единственный — если она войдет в другой род, и единственные, кто это может сделать, вы. Я хочу попросить вас брачного союза с Асэми, а за это я отдам вашему сыну реликвию, переданную императорами Аркеи моему предку великому императору Дэйчи.

Женщина развернула сверток, а я взглядом впился в совсем невзрачный предмет. Небольшой, всего сантиметров семьдесят в длину, он был изготовлен из того же материала, что и мои мечи. На нем отсутствовали какие либо рисунки, насечки, выпуклости — просто гладкий металлический стержень. Но меня словно магнитом потянуло к нему.

— Я вижу, ваш сын уже понял, что это такое, хотя нам неизвестно. Сколько раз мои предки пытались выяснить и назначение предмета, и материал, из которого он сделан, ничего у них не получилось. Единственное, что известно, это слова аркейца во время подарка: «Надеюсь, этот артефакт когда-нибудь сохранит жизнь вашему роду». Больше ничего.

— Есть еще небольшое условие. Вы видите ее внешность? — женщина перевела взгляд на свою дочь. — Еще полгода назад она выглядела как я в детстве. Почему у нее вдруг начали происходить такие изменения, я не знаю, ведь отец ее чистокровный японец. В последнее время в школу она не ходила — сначала по причине травли, а позже из-за изменения внешности. Поэтому жить она будет здесь в Осаке и под другим родовым именем. Я просто опасаюсь за ее жизнь и прошу приглядеть за ней.

— Акеми-сан, в нашей семье все решать будет Тэкео, никаких договоренностей между родителями, как это принято в нашей стране, не будет. А сейчас еще надо интересоваться мнением Ниоми.

Бывшая императрица перевела удивленный взгляд на сидевшую рядом со мной девушку. Затем на ее лице мелькнуло понимание и она кивнула своим мыслям.

— Текэо-сан, Ниоми-сан, прошу вас подумать о моем предложении. Уверяю вас, Асэми очень воспитанная и не доставит вам хлопот. Еще хочу сказать, что когда она узнала правду о событиях тринадцатилетней давности, месяц со мной не разговаривала. Хотя я ее воспитывала для трона, но во многих вещах она осталась наивной, поэтому прошу приглядеть за ней.

Я переглянулся с Ниоми. Мне показалось, что она спросила глазами, понравилась ли мне зеленоглазка, я ответил, что да, но ты лучше.

— Я хотела бы поговорить с Асэми наедине.

Девчонка поднялась и вопросительно посмотрела на мою телохранительницу. Пока они там разговаривали, мы продолжили трапезу. Вернулись девушки спустя пятнадцать минут. Я посмотрел на Ниоми, которая опустила свои длинные ресницы. Понятно, она согласна, я тоже. Девчонка, в самом деле, мне понравилась, а уж подарок ее матери это вообще нечто. Я не знаю что это за реликвия, но меня тянет к ней все сильнее и сильнее.

— Мы согласны.

Я видел, как женщина облегченно выдохнула, значит, не была уверена в благополучном исходе. В общем-то она права — если бы Ниоми была против, я бы никогда не согласился, несмотря на реликвию моих предков. И тут они меня удивили. Акеми передала ее своей дочери и та, подойдя, с поклоном, как это утром сделала Ниоми, протянула мне ее. Я взял ее и снова почувствовал тепло.

А дальше я действовал по наитию. А может быть, это сыграла моя родовая память. Подошел к моим мечам, достал один и рукоятью присоединил к реликвии. Секунды три ничего не происходило, а затем оба края потекли и соединились. Проделал то же самое со вторым мечом. Я чувствовал что-то такое, чему не мог найти объяснения. Словно полученная нагината была частью меня, создавалось впечатление, что коснись ее сейчас кто, то я почувствую это прикосновение.

— Теперь я за свою дочь спокойна, такой воин защитит ее. Сумико-сан, нам сейчас надо собираться, вот здесь адрес и некоторые фразы, чтобы охрана поняла, что вы свои. Дочь останется здесь и со следующего учебного года пойдет в вашу школу.

Когда мы прощались, Асэми поклонилась нам поклоном, который я не знал. Когда они вышли, мама ответила на мое непонимание.

— Этот поклон означает «я прощаюсь со своей будущей семьей, в чей род я войду».

Вернулись к столу, на котором оставалось еще много сладкого и различных соков. Раздался звон колокольчика входной двери. Ора снова отправилась смотреть, кто там пришел.

— Вы? — немного удивился я посетительницам.

Япония, город Осака, центральная средняя школа.

Мико и Мизуки закончили свои упражнения и облегченно выдохнули. Сегодня учитель Хасидзи был особо требовательным, вымотав всех учеников. Непосредственно силовых техник они сегодня создавали мало, уделив много внимания упражнениям по развитию своих возможностей. Поднявшись, старшая сестра с небольшой ехидцей выдала:

— Интересно, что этот прогульщик делает? Наверное, со своей охранницей гуляет.

— Вот-вот, — согласилась с ней Мизуки. — Зараза такая.

— Постой, а какой сегодня день? — старшая сестра задумалась.

У нее как раз мелькнула мысль, можно даже сказать, воспоминание о дне рождения Тэкео. Мысль как-то сама проскочила у нее в голове, а сейчас девушка задумалась. Удивительно, у ее сестры возникла та же мысль, и она тоже начала вспоминать, когда родился их одноклассник. И посмотрела на свою сестру.

— У него же сегодня день рождения, — произнесла она очень тихо.

— А мы забыли, — еще тише ответила Мико.

И они быстро побежали к дому своего друга. Купить подарки девушки уже не успевали, но поздравить считали необходимым. Они пронеслись по городу и выскочили на перекресток, откуда уже был виден дом, где жил Тэкео с Орой и своей телохранительницей. И резко остановились.

У дома стояла карета без каких-либо опознавательных знаков и гербов. В этот момент из дома вышла женщина с девочкой с накинутыми на голову капюшонами, что разглядеть лица было невозможно. Обе сестры, как по команде, прищурились и уперли взгляд в девчонку. Они даже сами себе не могли объяснить причину. И только когда карета уехала, направились к дому. Открыла им Ора и сразу провела в дом.

— Вы? — удивленно произнес Тэкео, увидев их.

Япония, город Осака, дом, снимаемый Тануки.

Я смотрел на переминающихся с ноги на ногу сестер и глядящих в пол. Вот старшая подняла глаза и тут же за ней это сделала и младшая.

— Тэкео, прости нас, — сказали они почти одновременно. — И с днем рождения. Подарки мы подарим завтра.

— Спасибо за поздравления. А простить то за что?

— Ну-у-у… — протянула Мико, — за то, что мы…

И замолчала, но Мизуки продолжила:

— Так вот с тобой…

— К тебе относились, — закончила старшая сестра, поскольку младшая умолкла.

— Да я не обижаюсь и не расстраиваюсь, — ответил им. — Мало ли что там у вас произошло.

Я действительно на них совсем не обижался. Понимал, что они с чего-то вдруг приревновали, словно я обещал на них жениться, но это их тараканы. И сейчас, после моих слов, они выдали себя, бросив очень быстрые взгляд на Ниоми.

— Садитесь за стол, — мама решительно взяла бразды правления праздником в свои руки. — Будете сладкое или чего-то еще? Понятно, значит только сладкое.

Приглашение пришлось кстати. Мы расселись и только девчонки хотели выдать словестное поздравление, зазвенел входной колокольчик. Ора со словами, которые мы не слышали, но вполне поняли значение, вышла к новому посетителю.

— Тэкео, там курьер из императорского дворца.

Недовольством полыхнуло с трех сторон. Я же, сжав под столом руку Ниоми, отправился к курьеру, поскольку знал, что тот передаст что-то там только лично мне в руки. Впрочем, моя любимая телохранительница, направилась вместе со мной. Мико с Мизуки последовали ее примеру. Курьером оказалась женщина, которая, оглядев меня с ног до головы, отдала пакет. Вернувшись, вскрыл его, достал оттуда письмо и боевые браслеты. Последние, не глядя, отложил в сторону, а письмо решил прочитать вслух.

— Тэкео, поздравляю тебя с днем рождения. Прими в качестве подарка эти боевые браслеты, и пусть они верно служат тебе. Я говорила тебе, что хочу быть с тобой в одной команде и хочу предложить выступать на очередном турнире вместе. Если ты не нашел третьего участника, то у меня есть хороший кандидат. Мей Фудзивара.

После прочтения, меня сразу окатило жаждой убийства с трех направлений. Девушки находились рядом, поэтому их чувства были настолько яркими, что не почувствовать их не мог.

— Я ее убью, — скорее понял, чем услышал я то, что прошептала Ниоми.

И сестренки, несмотря на то, что услышать ее точно не могли, были с ней согласны, что подтвердили их кивки голов. Конечно, это слишком, но мне тоже не нравилось такое упорство теперь уже императорской дочки. Мы еще немного посидели за столом и разошлись. Когда девушки покинули наш дом, я маме задал вопрос:

— Ма, я могу не отвечать на письмо? А на время турнира я могу там заболеть или еще что?

— Ответить надо, я помогу тебе составить письмо, — подойдя, мама погладила меня по голове. — Какой большой стал. А на время турнира придумаем что-нибудь.

— Ма, я на все каникулы должен буду покинуть дом.

— Куда? — вырвалось у Ниоми.

— Мне к грифонам нужно очень.

— Я чувствовала, что рано или поздно это случится, — мама посмотрела на меня каким-то непонятным взглядом. — Не просто так ты с ними общался, они ведь верно служили аркейцам и, как я слышала, особо были преданы императорскому роду. Насколько это правда, утверждать не берусь.

— Правда, мам. Очень давно аркейцы спасли их и грифоны дали клятву служить им.

— Дали клятву? — одновременно спросили Ниоми с Орой.

Мама же ничего не сказала, только улыбнулась улыбкой «я так и знала». Сначала я объяснил им, что грифоны это разумная раса, а не полуразумная, как это принято считать у нас. И уж совсем не звери. После этого я написал ответ Мей, где по всем японским канонам и правилам вежливо отказался.

До конца учебного года время пролетело незаметно. Я ходил в школу. Занимался там в основном силовыми техниками, поскольку остальная учеба давалась мне крайне легко. Ну, кроме литературы, на которой я часто откровенно скучал в силу полного непонимания того, чем восхищаются местные жители. Был еще предмет музыки и танцев. И снова сказалось то, что я не местный и пару десятков лет жил в другом мире. Если музыка мне часто нравилась, то танцы вызывали недоумение. Но свои, скажем так, положительные оценки я получил. В основном благодаря сестрам Арикана, которые после моего дня рождения стали вести себя, как прежде.

Сегодня как раз сдали последний экзамен по силовым техникам и магии. Кстати, наша троица сдавала самой первой, поэтому сейчас мы направлялись на выход из школы.

— Тэкео, что ты будешь делать?

— Сейчас надо обязательно пойти и отметить наше окончание учебы, — сразу заявил я.

— Зачем? — Мизуки непонимающе посмотрела на меня. — Мы же не школу закончили.

Ох, ты ж! Снова проявилось мое прошлое другого мира. Честно сказать, оно все чаще и чаще проявляется. Сейчас пока только в поступках, желаниях, приоритетах, но мама говорит, что может случиться так, что память вернется полностью. И, вероятнее всего, это будет сразу и все, вся моя жизнь там.

— Ну, если не хотите, то я сам отмечу.

Я немного ускорился, так как увидел у ворот школы свою телохранительницу. Девчонки очутились рядом с двух сторон.

— А как отмечать будем? — Мико даже взяла меня за руку.

— А вот сейчас узнаете.

Мы вышли за ворота и я привычно взял Ниоми под руку. Так компанией мы и пришли в заведение под названием «Вкус сакуры». Отметили мы просто великолепно: сладостей съели столько, что официантки удивлялись, особенно в отношении меня. Через три часа решили уходить, так как даже в меня уже ничего не лезло. Вышли на улицу, прошли совсем немного, как увидели роскошную карету, а когда открылась дверь, узнали герб Фудзивара.

— Никак принцесса пожаловала, — недовольно, почти зло, и очень тихо произнесла Мико, но мы услышали.

— Так, девчонки, мы убегаем.

И, не дожидаясь ответа, мы с Ниоми ушли по всем правилам, как учила нас моя мама.

Домой решили не заходить, а сразу направились в сторону горы Коя-сан, куда я намечал выйти только послезавтра. Лошади были куплены заранее и ожидали нас на окраине города у торговца. Во второй половине дня мы были уже у подножья горы. Спешившись, сразу направился к вершине, моя верная Ниоми, не говоря ни слова, двинулась следом. На самый верх мы поднялись тогда, когда солнце уже садилось за горизонт. Я подошел к краю, глядя на красный шар, вспомнил слова мамы об аркейских воинах солнца. Раскинул руки, чтобы словить как можно больше его лучей.

— Ниоми, — закрыв глаза, произнес я. — Я хочу, чтобы ты всегда была рядом.

— Тэкео, — прошептала девушка, — я тебя никогда не брошу.

А в следующий миг я полетел вниз.

Глава 19

Япония, город Осака, дом, снимаемый Тануки.

Я совсем не удивился тому, что спустя каких-то пару секунд девушка догнала меня и взяла за руку. Под нами мелькнула тень, мои ноги коснулись чего-то, а в следующее мгновение я уже сидел на спине грифоны. Ниоми тут же разместилась позади меня.

— «Привет, Чекана».

— «Привет, Тэкео», — мы сделали вираж, — «Твоя, грифона прошла испытание — ни мгновения не сомневалась и шагнула в пропасть следом за тобой. Ты можешь брать ее в свою семью».

Мы направились в сторону острова Авадзи, где обитали эти прекрасные создания. Я чувствовал у себя за спиной восторг, да и сам пребывал в прекрасном настроении. Чувство полета не сравнится ни с чем, разве что если самому расправить крылья. Прилетели уже тогда, когда полностью стемнело. Чекана за время с нашего первого знакомства окрепла очень сильно, напоминая чем-то меня с моим взрослением. Поэтому нас двоих легко довезла до места жительства грифонов. Было уже поздно, поэтому сразу отправились спать.

Я здесь постоянно жил в небольшой пещере в горах, вот и сейчас мы тоже направились сюда. Сняли верхнюю одежду, легли на матрасы, принесенные сюда грифонами, укрылись одеялом. Я сразу же прижал девушку к себе, затем повернулся на бок. Наклонился и нашел своими губами уста моей телохранительницы. И для нас перестал существовать остальной мир.

Кто-то зашевелился рядом, и я прижал этого кого-то к себе.

— Тэкео, дай поспать, — раздался сонный голос Ниоми.

Вчера мне удалось убедить девушку, что в этом месте мне ничего не угрожает и можно расслабиться и отдохнуть. Вот она и отсыпается. Я провел рукой по ее щеке, шее, опустился ниже — девушка замычала, а потом сонно произнесла:

— Тэкео, какой же ты… дай отдохнуть.

Я улыбнулся и направился к выходу. Недалеко от него увидел спящую Чекану. Когда проходил мимо, получил от нее сообщение.

— «Я не думала, что это настолько…».

И она замолчала. Я не понял, что грифона имела в виду, поэтому решил подождать. Но она продолжила спать. Направился к Ада́рису, старому грифону хранителю знаний, к которому у меня имелись вопросы.

— «Здравствуй, Адарис».

Он лежал на земле, но в отличие от молодой грифоны не спал, а поджидал меня. Или просто не спал.

— «У тебя все лучше и лучше получается создавать канал ментального общения, молодой повелитель» — вместо приветствия он встретил меня этой фразой.

Ух, ты! Невероятно, но старик похвалил меня! Дождаться от хранителя знаний похвалы надо очень постараться. Хочу сказать, что меня он похвалил впервые, еще Чекана однажды заслужила. Научиться создавать ментальный канал очень сложно, даже если имеются способности. У меня получилось создать на первом же занятии, но именно, что только создать, а вот передать мысль уже нет. Как объяснил Адарис, мне удалось создать нить, а передать по ней надо нечто вроде камня. И вот над расширением канала я и работал все это время. К тому же существовала еще разница открыто сознание человека, с которым хочешь поговорить мысленно или нет. В данный момент я какой-то разницы не чувствовал, но раз старый грифон похвалил, значить у меня действительно появился прогресс.

— «Адарис, хотел тебя кое о чем спросить. Мне на день рождения подарили… Хотя ответь лучше на другой: что имела в виду Чекана, говоря „я не думала, что это настолько…“».

Раздался клекот — этот старик совершенно точно смеялся, даже можно сказать, что ржал. Продолжалось это минуту, а когда он успокоился уже серьезно начал просвещать меня.

— «Аркейцы никогда не допустят близость без истинной любви — это у них в крови. Как правило, это одна девушка, изредка бывает две. Слияние душ во время близости при этом порождает сильный выброс соответствующей энергии. Все, кто хорошо относятся к этим людям, чувствуют ее, а, к примеру, Чекана испытала чуть ли не то же, что и вы», — мое лицо залилось краской. — «Вы не умеете еще закрываться, поэтому пока не научитесь, будете постоянно фонить вокруг себя».

— «А что значит истинная любовь?».

— «То и значит — настоящая, когда каждый готов пойти друг за другом, невзирая ни на что: без раздумий, без сомнений, без каких-либо условий».

— «Теперь второй вопрос: мне подарили на день рождения…».

Я подробно рассказал старому грифону о двух подарках и о том, что произошло. Но этого оказалось мало, он в буквальном смысле допрашивал меня, выпытывая малейшие нюансы, особенно моих чувств. После этого задумался на полминуты.

— «Аркейские мечи с рукоятью — это специальный артефакт — результат применения всех знаний твоей расы. Сила его велика, но и требования не ниже. Самое эффективное оружие против демонов, даже лучше магии. Но и других врагов оно будет разить наповал. Твои же — это, вероятно, оружие первого императора в этом мире. По слухам, мечи он якобы потерял, а рукоять — это верно — преподнес в дар императору Дэйчи. И то, что они соединились в твоих руках, говорит о том, что ты его потомок. Могу назвать твое настоящее имя: Кирий Тии Айт Инилайс. Кирий — имя, Тии — ваш далекий предок-основатель, Айт — ветвь, Инилайс — родовое имя».

Казалось, что это набор непонятных звуков, но он всколыхнул что-то внутри меня. Нечто такое, чему я не могу дать объяснения. Я некоторое время пытался понять, но так и не смог.

— «А есть техника боя ими?», — задал я более насущный вопрос.

— «Насколько знаю — нет. Могу передать только слова начальника охраны императора: „Оно должно быть частью тебя — это и есть техника боя“. Все, твоя крылатая подруга отошла от ночных эмоций, теперь приступайте к тренировкам».

Я разогнался и прыгнул с обрыва, как это сделал вчера. Но в отличие от вчерашнего, сегодня я должен был почувствовать грифону и соответственно приземлиться прямо на нее.

Так у меня начались каникулы.

Япония, столица, Токио.

Мей закрыла чемодан и взяла в руки катаны, раздумывая над тем, сложить их в специальный футляр или надеть перевязь с ними на себя. В итоге убрала, решив переодеться в одежду воительницы перед Осакой и в таком виде предстать перед Тэкео.

— Решила прогулять последние дни? — спросила вошедшая мать. — Все спешишь к своему белобрысому?

— Там эти Арикана снова вьются вокруг него, — прошипела девушка.

— Значит, свою идею ты не отбросила? Тогда ты должна помнить договоренность с Минамото — как родишь, должна отдать его им.

— В договоре же не сказано, сколько дочек я должна родить, — спокойно ответила дочь.

— Молодец! — Рей погладила дочь по голове. — Заметила этот нюанс. С матерью Хитоми это не прошло бы, а дочь с амбициями и советника своего пока еще не слушает. Что думаешь делать с его телохранительницей? Насколько я знаю, у них уже близкие отношения или вот-вот станут близкими.

— Ай, — махнула рукой девушка. — Она безродная, кто там будет за нее переживать.

— По моим сведениям она уже сейчас владеет силой в чистом виде. Эта Ниоми очень одаренная, не зря же Сумико доверяет охрану сына ей одной.

— Но полгода назад она же не смогла справиться с нападавшими, — возразила Мей.

— Я тебе уже говорила, кто на них напал. Уровень этих воинов был выше, но она все равно смогла противостоять двоим. После того, как твоему блондинчику исполнится двадцать лет, его мать начнет понемногу учить его применению силы в чистом виде, и я уверена, что у того получится. Их дети будут очень одаренными и сильными.

Мей задумалась и после минутного размышления продолжила разговор.

— Предлагаешь и ее взять в род? И как это будет выглядеть — как у Арикана: один муж и две жены?

— А Минамото? — мать решила снова узнать мнение дочери в отношении этого рода.

— Да не отдам я его им! — вспылила Рей. — Я что дура? И не понимаю, для чего он нужен Хитоми? Может быть, она и отомстит ему, но сначала усилит свой род его детьми! И не надо говорить о моем брате — Тэкео намного сильнее его.

— А Яката? Этот Мэзэхико на удивление сильный для столь неизвестного и небогатого рода. Владеет четырьмя стихиями. И бегает за тобой как собачонка, — императрица усмехнулась.

— Он уже мой и никуда не денется.

— Ты что, была уже с ним? — сильно удивилась мать девочки.

— Нет… да…

— Так да или нет? — спросила женщина, когда пауза затянулась.

— Да на заднем дворе школы, стоя на коленях, он доставил мне удовольствие. И я его предупредила, что увижу с кем-то другой, то кастрирую. Только из-за четырех стихий и позволила ему меня коснуться.

Женщина же внутри себя очень радовалась за свою дочь, хотя внешне оставалась почти полностью спокойной. Максимализм дочери уходит и та начинает более здраво рассуждать. Взять хотя бы ее намек на телохранительницу Тэкео — сразу сообразила, куда клонит мать. И этого владельца четырех стихий уже привязала к себе. Но основная ее цель это не местные жители, приученные к повиновению женщинам. Дочка уверена, что сумеет соблазнить и сломать мальчишку, а вот сама Рей не была в этом уверена до конца. Но ничего, если дочь начнет совершать явные ошибки, она ей поможет. Растет настоящая будущая глава рода, клана и правительница страны!

— Мам, а почему спать с мужчинами можно уже сейчас, а браки заключают только после пятнадцати лет?

— Потому что только тогда наступает полное взросление и дети рождаются полностью здоровыми. Нет, были случаи, что и в четырнадцать рожали здоровых, но их крайне мало.

— Все, мам, я поехала.

— Только с охраной.

До Осаки Мей добралась не следующий день утром. Сейчас она решила во что бы то ни стало добиться того, чтобы погулять с Тэкео, чтобы все видели, что этот парень принадлежит только ей. А то, что он будет со своей телохранительницей, еще лучше, учитывая вчерашний разговор с матерью. Она найдет подход к ней. Поэтому ее карета направилась сразу к средней школе. Девушка вышла из нее и быстрым шагом направилась к воротам. Но не успела сделать и пяти шагов, как что-то заставило ее оглянуться.

На следующем перекрестке стояли сестры Арикана. Мей пристально осмотрела вокруг них, но ни Тэкео, ни ее телохранительницу не заметила, поэтому, резко развернувшись, направилась в школу. Но здесь ее ожидало разочарование Тэкео, так же как и сестры, уже сдали экзамены. Но на этот раз Мей была настроена очень решительно, поэтому, нарушая светский этикет, направилась прямиком к дому, где жил Тэкео. Ворота, как того и ожидала девушка, открыла скифка-служанка. Правда, по донесениям шпионов она тоже владеет боевыми искусствами на достаточно высоком уровне. И всецело предана роду Тануки, куда вошла еще много лет назад.

— Мей-сама, — она поклонилась.

— Ора-сан, — Мей ответила поклоном, как девушке, которая является потомственной в роду Тануки, а не вошла в него со стороны. — Могу я видеть Тэкео-сана?

— Мей-сама, господин еще не вернулся из школы.

— Ора-сан, передайте ему, что я хочу видеть его и согласна нанести визит в любое удобное для него время.

Ора поклонилась, в основном для того, чтобы скрыть изумление на лице. Она все же не сумела удержать маску бесстрастия. Конечно, Мей только принцесса, но и они не наносят сами визит, а милостиво назначают аудиенцию у себя. Нет, она знала, что эта блондинка имеет на ее господина виды, но, как оказалось, даже Сумико-сама недооценивала, насколько они велики. В то, что эта блондинка может по-настоящему влюбиться, девушка не верила. Это не Ниоми и даже не Асэми. Последняя очень хорошо скрывала свои чувства — как-никак древний императорский род обязывает, но прощальный поклон все же выдал их.

Мей вернулась в карету, но когда они отъехали на достаточное расстояние, подозвала к себе командира охраны.

— Следите за их домом, но издали и очень осторожно. Как только вернется Тэкео, тут же сообщить мне. Даже посреди ночи.

— Слушаюсь Мей-сама.

Но ни сегодня, ни на следующий день, ни через декаду мальчишка домой не вернулся. Хотя какой там мальчишка — все местные в один голос утверждали, что он превратился в юношу, высокого и сильного. Все ее люди, которые выискивали его в городе, тоже не сообщали ничего. Более того, отправленные шпионы к родовому замку тоже утверждали, что он там не появлялся. Она даже решила, что тот уже живет с сестрами Арикана, но и в их землях Тэкео не видели.

Парень как в воду канул. Спустя месяц Мей вернулась в столицу.

Япония, остров Авадзи, место обитания грифонов.

Я летел вниз, сброшенный грифоном. Глаза были завязаны черной лентой, поэтому видеть ничего не мог. Но мне этого и не нужно было — Чекану я чувствовал, как часть себя. Она летала вокруг меня, поднималась вверх, опускалась вниз, но я безошибочно указывал рукой на ее местоположение. В этом и заключалось данное упражнение.

Да, два месяца, что я нахожусь здесь, дали мне очень много. Я, наконец-то, понял, что значит «летать по-настоящему». Когда у меня впервые получилось, то от восторга я сразу потерял это состояние. А как могло быть по-другому? Я ведь реально почувствовал, как машу крыльями, как набираю высоту, как преодолеваю сопротивление встречного воздуха! Мы с Чеканой соединились своими сознаниями, а может быть и не только ими. Скорее всего, наши энергетические тела тоже переплелись между собой, ведь чтобы достичь подобных ощущений, мало ментальной связи. И уже после этого мы начали тренировать это чувство на расстоянии. В данный момент я чувствовал Чекану на любом расстоянии, а вот единение происходило пока только в радиусе пятисот метров.

У самой земли грифона меня подхватила и мы полетели домой.

Ниоми тоже тренировалась летать, и ее грифоном стал сам Жерис. К сожалению, получить полноценную связь девушка не могла, а он обладал самым большим опытом. Даже Адарис имел его меньше, поскольку являлся хранителем знаний, а их в боевые сражения старались не пускать. У девушки не получалось летать как я, но они быстро нашли общее понимание и теперь она тоже наслаждалась полетами и тренировками в небе.

А еще у нас с Ниоми были невероятные ночи! Я не помню всего, что там происходило, только сильнейшие эмоции чего-то прекрасного, светлого, запредельно приятного. Мы не были отдельными личностями, все наши эмоции, чувства, желания были общими. Больше всего страдала от этого Чекана. Если остальные грифоны отходили или отлетали на «безопасное» расстояние, поскольку считали, что чувствовать чужие эмоции близости это неприлично, то она не могла этого сделать. Точнее, сначала она пыталась, и ощущения притупились, но по нашей с ней связи она все равно получала гамму чувств. Поэтому в итоге плюнула на все и всегда находилась неподалеку.

К сожалению, учить нас, как скрывать все, было некому. У грифонов подобного выхода энергии не было, у здешних людей тоже отсутствовало это явление, а взрослых аркейцев так никто и не встретил.

Мы сейчас сидели у костра, а Ниоми пыталась запихнуть в меня очередной рисовый шарик. Ей почему-то очень понравилось кормить меня с рук, причем исключительно японскими блюдами типа суши.

— Ну, давай, последний.

Внезапно Жерис встрепенулся и вскочил на лапы. Мы тут же последовали его примеру и посмотрели в ту же сторону, что и он. Среди звезд заметил светлое пятно, которое упав, превратилось в грифона. Единственного, оставшегося в живых из рода разведчиков. Особенностью их была возможность мимикрии перьев под любой цвет, хотя их естественный окрас светло-серый. Куда он летал на разведку, я знаю — в Пятно, бывшую Аркею.

— «Тэкео, демоны пленили трех аркейцев и ведут в домен», — получил я сообщение от Жериса, который в свою очередь узнал новости от нашего разведчика. — «Пока они еще за его пределами».

— Летим спасать. Собираемся.

Я не раздумывал ни мгновения. Наших надо обязательно спасти, тем более что за пределами домена их маги не могут действовать в полную силу.

— Вот только надо залететь в Осаку за оружием.

Но перед этим я наблюдал один очень интересный ритуал. Все дело в том, что наш лазутчик очень сильно вымотался, он даже едва стоял на лапах. И вот теперь остальные грифоны будут передавать ему жизненную силу. А потом еще отдадут остатки, которыми можно пожертвовать Жерису и Чекане. Да, их сейчас очень мало, чтобы отправляться в такой длинный путь боевой группой, которая у них составляет десять грифонов.

В Осаку мы прилетели ночью. Ниоми тихо постучала в окно, а спустя полминуты двери открыла Ора.

— Тэкео, — она сжала меня в объятиях. — Мне надо многое тебе рассказать.

— Ора, нет времени. Где мои подарки? Я переоденусь и мы летим в Пятно спасать моих соотечественников.

Освободился из объятий и побежала в свою комнату.

— Привет, Ниоми. Ты так светишься, что мне кажется, что вы… — услышал я за своей спиной.

Но до конца не дослушал, поскольку заскочил в свою комнату. Быстро переоделся и побежал вниз, застав там шушукающихся девушек. Впрочем, Ниоми, увидев меня, быстро вышла на улицу. Спустя полминуты мы поднялись в небо и направились в сторону материка.

Летели мы очень быстро. Находясь в слиянии с Чеканой, я чувствовал, как тают полученные силы. Вскоре она начала тратить уже свою энергию, зато к рассвету мы летели уже вдоль побережья. Наша четверка сразу направилась к Пятну в точку предполагаемого маршрута пленников и их конвоиров, если те будут двигаться по прямой. Разведчик же наш полетел на их поиски.

Приземлились мы на острове среди большого озера. Ниоми достала небольшой сверток с… пирогом. И когда только Ора успела передать? Как только закончили кушать, вернулся наш резидент. Демоны немного изменили маршрут, но перехватить мы их успеем, хотя почти у самой границы.

Перелет на новое место долго времени не занял, зато выяснилась причина изменения маршрута. Здесь пролегала старая заброшенная дорога. Она поросла травой, даже местами росли мелкие деревья, но идти по ней намного быстрее, чем по тайге. Место засады выбрали отличное. В десяти метрах от дороги рос здоровенный кедр, одна ветка которого уходила в сторону дороги и была толщиной с меня. Вот на ней я и буду поджидать врагов. Когда они будут проходить подо мной, Ниоми отвлечет их, и я в это время спрыгну вниз, сразу прикрыв пленников. Имелся один возможный изъян нашего плана — это, если они могут чувствовать меня за несколько метров, как те демоны. Но: во-первых, с ними будут другие аркейцы, во-вторых, Адарис говорил, что не слышал о подобном и вполне возможно, что это свойственно только тому новому виду демонов. Грифоны присоединяться уже после нашей атаки.

Появились враги и я удивился их количеству, а чуть позже состоянию. Пара гончих сильно хромала, три ракшаса были без одной руки. Или правильней говорить лапы? Возможно имелись и другие раны. Получается, что бой, чтобы взять пленников, дался демонам тяжело. Тем лучше для нас.

Моих соотечественников было всего трое: два парня, приблизительно моего возраста, и, что меня сильно поразило, маленькая пятилетняя девочка. Она, вероятно, уже ребенок кого-то спасшегося. Я погасил поднявшуюся было ярость, чтобы ничем себя не выдать. Несмотря на то, что процессия передвигалась быстро, время тянулось чрезвычайно медленно. Вот гончие пробежали мимо меня, а я порадовался, что и меня, и Ниоми грифоны опустили с неба, поэтому никаких следов на земле они унюхать не могли. И ветер сегодня играл за нас, дуя в нашу сторону. Вот они все ближе и ближе.

Пора! Ниоми почувствовала мое желание и с ее стороны раздался испуганный «ой-к». Я же стек с дерева прямо в центр процессии.

Глава 20

Азия, нейтральная территория.

Наша задумка получилась прекрасно. Испуганный женский голос не вызвал у демонов никаких тревог, они остановились и только две гончие, те, которые раненые, направились в сторону Ниоми. Но демон, находящийся рядом с пленниками, что-то учуял или заметил меня, начав движение в их сторону. Вот только завершить его не успел — мой меч отрубил ему голову вместе правой лапой, державшей цепь, которая сковывала пленников. Движение нагинаты в другую сторону и второй меч пронзает грудь ракшаса.

Парни не растерялись — уронив девочку на землю, прикрыли ее собой. В это время начала действовать Ниоми, и обе гончих взвыли от новых ран. Успел заметить, что она не стала тратить силы, чтобы убить их, а просто-напросто почти отсекла им здоровые передние лапы. В меня полетел огненный шар и я, действую по наитию, рубанул по нему мечом. Удивительно, но этот артефакт рассек заклинание.

— «Тэкео, мы летим», — прозвучал у меня голове голос Чеканы, а я почувствовал, как она собирается взлетать.

Но в данное мгновение у меня сработало предчувствие.

— «Чекана, сидите на месте. Чувствую, что понадобитесь для другого».

И продолжил крутить вокруг лежавших ребят свою нагинату. Почувствовал сильное желание Ниоми пробиться ко мне, но на ее пути находилась пара ракшасов, с которыми она вела бой. Ударили мы одновременно. Она в одного, я до второго сумел дотянуться хлыстом чистой силы. Небольшой заминки из-за ранения «моего» ракшаса хватило девушке, чтобы нанести выверенный удар в глаза и проскочить ко мне. Встав спина к спине, сражаться стало немного легче.

Мы сейчас действовали одним единым целым. Катаны Ниоми не могли принесли большого вреда демонам, если не попасть в особо уязвимые места, типа глаз или носа. Может быть, имелись и другие, но мы не знали. Значительно лучше работали силовые техники, особенно созданные чистой силой. Тригончие, три ракшаса и два демона-мага были нашими противниками. Уже сейчас мне было ясно, что не будь со мной аркейского артефакта, нас бы уничтожили практически сразу.

Но враги прекрасно знали силу моего оружия, поэтому держались на расстоянии, чтобы я не мог их достать. Я метнулся к гончей, делая замах, затем совершил прыжок в сторону демона-мага. Тот в это время создавал свое заклинание и не успел среагировать. Точнее, он успел отшатнуться, но кончик моего меча прошелся по его груди. Я развернулся и поспешил к Ниоми, которая чудом осталась в живых. И этим чудом был не кто иной, как один из парней-пленников. Воспользовавшись тем, что я отошел в атаке, один из ракшасов рванул к девушке сзади. Но парень сумел извернуться и ударить ногой ему в сустав. Тот совершенно не ожидал такой подлянки от лежащего на земле человека и естественно упал, а вскочить уже не сумел, поскольку я пригвоздил его к земле. Ниоми в это время сумела захватить силовой плетью лапу гончей, дернуть к себе и ударить катаной прямо в глаз.

— А-а-а, — закричал лежащий на земле парень и что-то добавил на незнакомом языке.

Глянул вниз и увидел, как он приподнял закованную в цепи руку. Поначалу подумал, что показывает в сторону, но практически сразу по поднятому вертикально вверх пальцу сообразил, что он имел в виду небо, просто не мог выше поднять руку.

— «Чекана, воздух», — передал я грифоне мысль, когда увидел двух летящих демонов.

Но это было еще не все — по земле в нашу сторону неслись еще враги. Я почувствовал, как Ниоми стала оседать на землю. Ее никто не ранил, просто девушка полностью вложилась в силовой удар, зато ракшас и гончая убиты. Хотя нет, последняя жива, но первая же ее атака закончиться смертью, так как былой скорости у нее не будет.

В небе сцепились насмерть три грифона и два летающих демона. По нашей связи с Чеканой я периодически чувствовал сражение, значит воздушный бой проходит где-то в полукилометре от нас. Увидели приближающуюся помощь и наши враги, став атаковать еще яростнее.

Моя нагината вертелась вокруг меня с большой скоростью, отражая магические атаки, а также не давая атаковать ракшасу и гончей оставшихся в живых людей. Но это заведомо проигрышная тактика, ведь я не могу сойти с места. И я не знал, что мне делать. Оставалось надеяться только на то, что сумею продержаться, пока грифоны не уничтожат летающих демонов. И я сделаю это во что бы то ни стало.

На помощь моим врагам подходило десять демонов, два из которых были магами, остальные обыкновенными воинами, если судить по холодному оружию в их руках. Я немного сместился, чтобы занять, на мой взгляд, более удобную для защиты всех лежащих людей позицию. Парни подтянули к себе Ниоми и теперь их группа стала более компактной. Оставалось совсем немного до того момента, как новые демоны вступят в бой. Взмах нагинатой и очередное заклинание разрублено мечом. И тут…

Было ли это наитие, подсказка, всплывшее знание или сигнал из памяти другого мира, я не знал. Я влил в древний артефакт свою внутреннюю силу. Да, именно ту самую, выброс которой во время удара я умел делать. И вот тут я понял слова воина, переданные мне старым грифоном. Нагината стала частью меня.

Я в прямом смысле чувствовал ее, словно это продолжение руки. В данный момент она находилась в моей правой руке, но тело мое не заканчивалось кистью. Нет, рука разделилась на две части, и та часть меня, что стала грозным оружием, рвалась в бой с древним врагом. Вот рука-меч устремился к ракшасу, попутно принимая на себя черную молнию. Ощущения от уничтожения магии были не самыми приятными, больше всего они напоминали, как если бы я рукой провел над огнем. Не быстро, когда он не успеет обжечь руку, а медленнее, когда чувствуешь, что еще немного, совсем чуть-чуть, и у тебя появятся волдыри от ожога. Но это ничто, по сравнению с тем, что ты чувствуешь свое оружие, словно часть себя.

Ракшас успел отскочить, все же скорость у демонов была очень велика. Но недалеко, вероятно приспособился к моему оружию и тому, что я не могу сойти с места. Мне так захотелось, чтобы мой меч стал длиннее, присутствовало просто невероятное желание наказать этого врага. Из моего тела в оружие перетекла очередная порция энергии и… меч удлинился, рассекая грудь врага.

— Так вот значит, какое ты оружие, — улыбка сама наползла на мое лицо.

Подбежавших врагов я встретил во всеоружии. Нагината плясала у меня в руках, то увеличиваясь в размерах, то уменьшаясь. Враги ничего не могли поделать со мной, правда и я тоже пока не сумел достать кого-то из них. К тому же их оружие тоже было непростое — его покрывали неизвестные мне знаки или символы, которые светились багрово-фиолетовым светом. Возможности артефакта тоже были не беспредельны. Увеличиваясь в размерах, то есть, удлиняясь, он становился немного тоньше. «Закон сохранения», — мелькнула у меня мысль, когда впервые понял это. Что за закон такой не знал, но суть понял.

Демоны начали атаковать очень слаженно, с трех или четырех сторон одновременно, плюс еще магические атаки. Мне становилось все сложнее и сложнее защищаться и, что самое главное, защищать Ниоми и пленников. А ведь многие их атаки были направлены на них, а маги, так вообще стали чаще атаковать друзей, уделяя особое внимание Ниоми. Очень захотелось, чтобы меч превратился в этакую плеть с небольшим, но острым лезвием на конце.

Повинуясь моему желанию, оружие утончилось, одна сторона удлинилась, ловко обогнула меч демона, которым он хотел защититься, ударив точно в глаз. Враг рухнул на землю.

— Так вот значит, какое ты оружие! — выкрикнул я.

Я понял! Я все понял! Необходимо не желание, чтобы оно изменилось, а намерение. Именно в тот момент, когда один клинок нагинаты превратился в плеть, я, наконец-то, сообразил в чем разница. Она совсем небольшая, очень тонкая грань, которую сложно понять и даже почувствовать. Но артефакт наверняка и создавался так, чтобы отличить эти два состояния. Совершенно не представляю, как такое возможно, хотя в памяти всплыло незнакомое слово «нанотехнологии».

Правда силы на такое преобразование уходило значительно больше, но это такая ерунда по сравнению с тем, что могу уничтожить врагов и защитить друзей!

— На! На!

Я уже выкрикивал вслух, разя своих противников. Даже эти опытные воины не были готовы к тому, что оружие в моих руках сможет так превращаться. Прямо на ходу, меняя себя. Их мечи встречала прочнейшая сталь (или как там называется этот материал), даже если это была середина моего оружия и мгновением ранее эта часть являлась податливой плетью. Зато конец моего оружия извивался и, превратившись в наконечник копья, разил врагов.

— Вот тебе! Вот!

Я сам превратился в орудие смерти. Удар, еще удар — и меч демона-воина, который до этого выдерживал удары моего оружия, сломался. Сам же враг отшатнулся от меня, но в следующий миг был рассечен надвое. Увидел, как окружившие меня демоны попятились.

— Что не нравится? Я покажу вам, где раки зимуют! Вы мне еще за Сталинград ответите!

Мне показалось, что я стал сгустком чистой энергии. Все дело в том, что не чувствовал, как она перетекает от меня к оружию. Нет, сейчас мне казалось, что энергия заполонила и меня и оружие. Враги попятились еще дальше. Я взял оружие в правую руку и выбросил его в направлении командира прибывшего на помощь отряда. И снова он не ожидал, что я смогу утончить его до состояния прочной нити, а на конце создам наконечник. Но среагировать успел — его меч молниеносно двинулся, чтобы отразить удар. Очередное небольшое усилие и нить уходит вверх, пропуская оружие демона под собой. Наконечник ударяет точно в глаз.

— Еще минус один! Ну, кто еще на новенького?

Теперь уже я наступал на них, правда все равно не мог пока отдалиться от тех, кого защищал.

В воздухе бой давался грифонам тоже очень тяжело, что я чувствовал по нашей с Чеканой связи. Два летающих демона оказались сильными, а среди наших только Жерис был отличным воином. Наш разведчик тоже сражался хорошо, но его специфика лежит в несколько иной области, поэтому он и был слабее. И чего уж говорить о Чекане, которая по людским меркам вообще еще девчонка, к тому же без опыта подобных боевых действий.

— «Подожди немного Чекана. Сейчас расправлюсь со своими врагами и помогу вам», — передал я ей свою мысль.

Осталось всего два демона-мага и три воина. Первые мне сейчас почти не страшны, их заклинания ни разу не причинили еще вреда, хотя отвлекают достаточно сильно. Возможно, это слабые маги, возможно, вне Пятна их способности сильно падают, может быть, имеются еще какие-то факторы, но мне от этого только легче.

— Что, гады, снова пятитесь!

Я раскрутил нагинату, отбивая магические атаки, и тут же преобразовал ее в лассо, бросая в сторону одного воина.

И в это мгновение меня кто-то ударил по голове. Или что-то. В глазах все поплыло, мир закружился, я стал падать.

И наступила тьма.

Глава 21

Азия, нейтральная территория.

Ка́йна была недовольна собой, очень недовольна. Надо было взять этих оболтусов с собой, тогда бы ничего подобного не случилось. С другой стороны, бой с отрядом демонов дался ей тяжело и эти двое тоже могли «пойти ей на помощь». Но это не умаляет ее вины от случившегося.

— Надо было привязать их, — женщина дала выход небольшому раздражению. — Теперь остается только догонять отряд демонов, уведший двух детей.

Когда ее страна была атакована, Кайна находилась на задании в северных странах Европы. Подавляющее большинство жителей тех мест были светловолосыми и голубоглазыми, да к тому же высокого роста. Поэтому на их фоне аркейка совсем не выделялась, главное немного изменить разрез глаз, для чего служила магия метаморфизма. Задание, к слову, она так и не выполнила, почувствовав сильнейшие энергетические колебания темных миров. Еще она прекрасно знала, что может их вызвать. К ее глубокому сожалению, пространственная магия давалась ей тяжело, и создать портал до Аркеи женщина не могла. Как и прыгать порталами ей не хватит никаких сил. Поэтому до родины она добиралась своим ходом, лишь изредка пользуясь порталами. Попав в Северную Скифию, передвигаться стало легче, так как здесь отсутствовали аристократки, возомнившие себя правителями чуть ли не всего мира, вследствие чего любили повздорить и повызывать на дуэль. А поскольку в Европе она играла роль обедневшей дворянки, игнорировать вызовы было бы неправильным. Она и так от части уходила, соглашаясь только на те, что могли бы принести пользу в дальнейшем.

Скифию она проехала очень быстро и спустя некоторое время очутилась на территории своей страны. Вот только Аркеи больше не было. Эманации Инферно теперь распространялись по ее Родине, это значит, что врагам удалось пронести в этот мир сердце домена. Но Аркея жива, пока жив хотя бы один арекеец.

И Кайна начала свою войну.

Уничтожала патрули демонов, охотилась за их отрядами, уходившими на разведку за пределы Пятна, как стали называть бывшую территорию Аркеи в этом мире, сумела пробраться даже до города Инилайни, столицы. Последнее ей удалось с большим трудом, зато женщина совершенно точно определила местонахождение сердца домена.

Долгие годы она одна вела свою войну. Шило в мешке не утаишь, и вот однажды демоны узнали, что причиной исчезновения их воинов является всего одна аркейка. И устроили настоящую охоту на нее. Но Кайне постоянно удавалось уходить из ловушек: где с потерями для врага, где тихо и незаметно.

А однажды, после очередного своего военного похода, женщина вернулась в Скифию, где хотела немного передохнуть. Там то она и узнала, что в одном далеком селении живет ее соотечественник. Селение это уже не принадлежало скифам, но там жили дружественный им народ. И женщина отправилась туда, а прибыв, увидела разрушение. Оставшиеся в живых люди поведали ей, что это работа демонов, которые целенаправленно охотились на живущую у них девочку со светлыми волосами. От них же Кайна узнала, что кроху нашли охотники, выйдя в степь на промысел. Понять причину того, как там очутился ребенок, труда не составило — те из аркейцев, кто имел маленьких детишек и мог создать дальний портал, таким образом спасали своих дочерей и сыновей. С тех пор женщина видела своей задачей не только уничтожение врага, но и поиск выживших аркейцев.

К ее глубокому разочарованию, их оказалось совсем немного. В два селения Кайна не успела и там до нее побывали демоны. Пару лет отсутствовали какие-либо известия, хотя она постоянно занималась поисками, бродя по всем прилегающим к Пятну территориям. Плохо было то, что народы, населявшие эту территорию, предпочитали кочевой образ жизни. Поэтому услышанная однажды новость, что, дескать, там-то и там видели кого-то светловолосого или слышали, что живет, чаще всего заканчивалась ничем, так как в том месте уже никого не было.

Но буквально полгода назад ей повезло, да еще как! Приехав в одно стойбище, она увидела сразу двух соплеменников. Два мальчика с младенчества жили здесь, а попали к ним с помощью портала. Произошло это в то время, когда старейшины собрались у костра обсудить дальнейшие пути кочевья. И вот во время обсуждения рядом с ними появился мерцающий овал, откуда показалась рука и детской люлькой. Рука и овал исчезли, люлька осталась, а в ней лежали два младенца.

Теперь уже полгода она учит их всему, что знает сама. Они так и продолжили вести кочевой образ жизни в надежде найти еще кого-то из аркейцев. И вот их поиски увенчались успехом. Местные жители, у которых они остановились на ночь, сообщили, что в трех дневных переходах в небольшом селении живут люди, как две капли похожие на них. На следующее утро они отправились в ту сторону.

Зная, что демоны охотятся за представителями ее народа, к деревеньке она отправилась одна, строго настрого приказав мальчишкам не отходить от места стоянки. Уже на подходе она поняла, что опоздала — гарь принесла ей нерадостную весть. Селение было огорожено высокой стеной, сложенной из толстых бревен, а жители его не страдали беспечностью.

И там еще шел бой.

Ворота и надвратная башня были разрушены и дымились. Женщина, не раздумывая ни мгновения, вбежала внутрь. Первому попавшемуся демону она просто снесла голову мечом, второго ударила заклинанием «Искры света». Множество маленьких искр вошли в грудь, проделав огромную дыру. Теперь на нее обратили внимание и все без исключения твари инферно набросились на женщину.

Кайна, казалось, все последнее время ждала такой битвы, чтобы поквитаться с врагом. Вспышки молний, гул летящих огненных шаров, звон оружия все слилось воедино. Оставшиеся в живых местные жители не остались в стороне, принявшись помогать воительнице.

Они победили, по бой дался женщине тяжело. Первым же вопросом она спросила, где светловолосая девочка и как она к ним попала. Оказывается их охотники год назад наши ее в лесу. Она не помнила ни как туда попала, ни своих родителей, ни своего имени, ни где жила ранее. Местные жители дали ей имя Айжу́н. А еще они сказали, что демоны первым делом забрали ее и часть демонов ушла с ней, а остальные занялись убийством людей.

После этих слов у Кайны появилось чувство тревоги, а когда она пошла по следам, то поняла причину. Оба мальчишки отсутствовали, а вокруг стоянки были следы демонов. Изучив более внимательно следы, женщина поняла, что эти два оболтуса отлучались от места, причем, достаточно далеко.

Поэтому сейчас ей оставалось только преследовать демонов.

Но те передвигались очень быстро, со скоростью, которую дети никак не могли выдержать. Скорее всего воины несли их, и это очень не понравилось Кайне. Для чего им понадобились живые аркейцы в их Пятне? Но она все равно их догоняла, отпечатки их лап становились все отчетливей, но и до их территории оставалось совсем немного. Поднявшись на небольшой холм, она увидела сражение и не поверила своим глазам — в небе три грифона сражались против двух демонов.

— А я думала, что их всех уничтожили, — радостно пробормотала она.

— Не может быть, — прошептала женщина, увидев битву на земле.

Об этом оружии говорили, что оно принадлежало первому императору Аркеи. Потом он вроде бы потерял мечи, чему не верил никто, а вторую часть подарил императору Японии. Сейчас она явно видела мальчишку, не старше пятнадцати лет, который владел им. Более того он прошел с ним слияние. Она не знала, кто его обучал, но факт остается фактом.

— Да чтоб тебя! — ругнулась женщина, увидев, как засияла его фигура.

Она прекрасно видела, что парень не вобрал в себя силу солнца, а использовал свою собственную. И вряд ли он сумеет остановиться, пребывая в полном слиянии с оружием и находясь в боевой эйфории. Еще немного и он просто упадет мертвым, выдав весь свой накопленный внутренний свет. И Кайна понеслась к нему, на бегу подстраиваясь под его ритм боя. Уже рядом с ним она еще ускорилась и ударила его по голове с тем расчетом, чтобы только лишить сознания.

И тут же принялась доделывать ту работу, которую начал парень. Оставшихся демонов она уничтожила в течение пяти минут. Такое впечатление, что те пребывали в шоке от действий мальчишки, поскольку действовали не на привычных для себя скоростях. А когда она подходила к детям, дорогу ей преградил упавший с неба грифон, издав грозный клич и встав на задние лапы. Нет, не грифон — грифона.

— Тише, тише, — заговорила с ней Кайна, — так было нужно, иначе мальчишка попросту бы умер. И как ты только увидела то во время боя.

Но тут ее пронзила догадка, поначалу показавшаяся совсем невероятной, что женщина даже тряхнула головой.

— Вы же с ним уже боевая пара? Чтобы ты поняла, что я не могла поступить иначе, я открою тебе свое сознание.

И женщина сняла блок, а спустя пару минут почувствовала легкое прикосновение к сознанию. Грифона не стала далеко смотреть, а только прочла мысли и желания, которые привели ее к соответствующим действиям в отношении мальчишки. И только сейчас она посмотрела на воздушный бой. Одного демона не было, а второй удирал в сторону своего пятна. Грифоны же летели к ним.

В это время поднялся один из мальчишек, и Кайна заметила сковывавшую его цепь. Рядом с ним сидел второй, держа на своих коленях голову незнакомой девушки, по внешнему виду японки. А вот эта чумазая мордашка совершенно точно принадлежит девочке из того селения. По тому, как Дамир опустил глаза, она поняла, что они уже не один раз себя мысленно наказывали.

И она занялась лечением под рассказы мальчишек о произошедшей битве. Девушка была обессиленной, вероятно, выложилась до конца, но пребывала в стабильном состоянии. А вот парень был плох, еще немного и спасти его не удалось бы. Она знала, как надо поступать в подобных случаях, но специальных эликсиров у нее не было, поэтому время его восстановления обещало затянуться недели на две. После лечения и снятия цепей с детей, у нее состоялся серьезный разговор с вожаком грифонов.

Он рассказал об их жизни, что их осталось очень мало, подтвердил, что Чекана, как звали грифону, и Тэкео, имя мальчишки, прошли ритуал и теперь являются боевой парой. Но отвечать на вопросы про него самого и девушку отказался наотрез, что, впрочем, она и ожидала. К личной жизни грифоны всегда относились с большой щепетильностью и никогда не выдавали никаких не то, что секретов, но и простую информацию, которую считали таковой. Очнется — сам расскажет. Еще они сошлись во мнении, что им надо уйти как можно дальше от этого места.

Грифоны, несмотря на усталость и раны, выступили в качестве перевозчиков. Место они нашли великолепное: небольшая долина с крутыми склонами, что по земле попасть сюда практически невозможно, рассекалась горной речушкой. Она вытекала из-под горы, протекала по долине и уходила куда-то под землю. В принципе, здесь они максимум на неделю, пока разведчик не слетает к ним в анклав и не приведет с собой других, чтобы совершить перелет.

Первой пришла в себя, естественно, девушка. Случилось это на второй день после их перелета в это место. И первыми ее словами были:

— Тэкео!

Она попыталась вскочить, но Кайна успела ее придержать.

— Тише, ты, — заговорила она с ней по-японски.

— Что с ним? — девушка все равно попыталась вывернуться и надо сказать, движения ее было очень правильными.

— Он чуть не выгорел изнури, едва было не отдал всю свою жизненную силу, весь свой внутренний свет в бою с демонами.

— Как это?

Кайна не хотела рассказывать эту тайну их народа, но глаза, которые, как известно, являются зеркалом души, рассказали ей обо всем. Поэтому женщина изменила свое первоначальное мнение.

— И что, ничего нельзя сделать, чтобы он быстрее пришел в себя?

— К сожалению, нет. Я ускоряю немного восстановление, но больше нельзя.

Этой ночью Ниоми легла рядом с ним и обняла — так она и уснула.

Грифоны прилетели на пятый день. С собой они принесли кожаные ремни, чтобы для мальчишек можно было сделать специальную сбрую, чтобы во время полета они не упали вниз. Ну и еще для Тэкео. Через неделю они прилетели в анклав, а еще спустя два дня пришел в себя парнишка.

Япония, остров Авадзи, анклав грифонов.

В себя пришел одним мгновением, и первое, что выдала память, это мой бой с демонами и то, что пропустил атаку кого-то сзади. Не открывая глаз, прислушался к окружающей обстановке, а также проверил, не связан ли я.

— Вставай, вояка, — раздался родной голос, и рядом со мной уселась Ниоми.

Я обнял ее, прижал к себе и поцеловал. Как же я соскучился по ней! Мои руки стали гладить ее, она запустила свои мне в волосы.

— Тук-тук-тук, — раздался незнакомый женский голос. — Я войду?

— Это Кайна, — шепнула мне на ушко девушка.

В мою пещеру вошла высокая светловолосая женщина, принадлежавшая явно к моему народу. Я впервые видел взрослого человека моего соплеменника и поразился ее грации и… росту. Да все японцы по сравнению с ней будут выглядеть пигмеями.

— Я уже говорила твоей супруге, что пока не научитесь закрываться, вам противопоказана близость в местах, где имеются разумные ближе полукилометра.

— Кто бы научил нас, — буркнул я, немного смутившись.

— Я и научу.

— А ты вообще кто такая?

— Время у нас есть, поэтому расскажу…

Мы с Ниоми, а она тоже слушала рассказ впервые, были просто поражены. Кайна одна несколько лет вела войну с демонами, сумела дойти до столицы Аркеи и разведать место хранения Сердца Домена, которое надо обязательно уничтожить. В общем, женщина поразила нас своей волей.

После этого заговорили о дальнейших планах. Скоро начинается новый учебный год и мне надо возвращаться в Осаку. Мальчишек я порекомендовал отправить в наш замок. Мама как-то говорила, что знает несколько наречий племен Сибири, поэтому может с ними общаться, а заодно обучить японскому языку.

— Вас она тренировала? — спросила Кайна.

— Да.

— Прекрасно! Пусть она даст им свои знания, а потом я потом я добавлю свои. Если живой останусь.

Последнюю фразу она произнесла очень тихо, но мы все равно услышали.

— Почету вы так сказали Кайна-сама? — спросила Ниоми.

— У вас тут все ведут себя очень беспечно, — грустно ответила она. — Моя хата с краю — ничего не знаю. Демоны принесли сюда Сердце Домена и на захваченной территории не остановятся. Хорошо еще, что повелителей нет, иначе расширение влияния происходило бы быстрее. А был бы Владыка, то эта планета была бы уже покорена и переместилась во Тьму со всеми жителями, которые в свою очередь стали бы пищей для демонов.

— Мама говорила, что аркейский воин ушел воевать с высшим и его свитой.

— Точно! — встрепенулась женщина. — Как я сразу не догадалась! Я могла бы тогда попытаться все сделать.

От женщины разошлась такая волна досады на саму себя, что вопрос так и застрял у нас в горле. Но она сама продолжила рассказ.

— Он убил высшего, но не уничтожил его и теперь тот возрождается, — она даже прикусила губу. — И происходит это рядом с Сердцем. Для этого им и понадобились наши дети — для жертвы.

— Времени совсем не осталось, — ее тон изменился. — Я вас обучу знаниям нашего народа и главному секрету тоже. Особенно тебе он нужен, — она посмотрела на меня, — вы должны научиться вбирать с себя силу Солнца. В этом случае ты не выгоришь после использования своего артефакта, как это едва не случилось. Где-то месяц у вас есть. За это время мне необходимо кое-что проверить, а потом пощады не ждите. Курс будет краткий, но с большим объемом.

— Тогда надо взять на обучение еще одну девушку.

— Тебе так понравилась Асэми? — Ниоми посмотрела мне в глаза.

— Ну, — я смутился от ее правоты.

Вот ведь, казалось, видел ее всего один раз, а, поди ж ты — соскучился. Поначалу даже не обращал внимания на те мысли, что периодически возвращались к ней, а в последнее время это происходило все чаще и чаще.

— Да ты настоящий счастливец! — радостно воскликнула Кайна. — Очень редко, когда кто-то из нашего народа встречает свою истинную любовь, а у тебя две. Намного чаще случаи, когда за всю жизнь так никого и не встретишь. Очень за тебя рада.

От нее прямо ощущались волны радости, настолько сильно, что мы с Ниоми смутились.

— Завтра разлетаемся по своим делам и через месяц займемся тренировками.

Глава 22

Япония, город Осака, дом, снимаемый Тануки.

В Осаку мы вернулись за день до начала обучения. И первое, куда я попал, это в крепкие объятия Оры. А потом за стол, из-за которого я долгое время не мог выйти в силу большого обжорства. Она, как всегда, расстаралась так, что хватило бы на десятерых, и все было такое вкусное, что остановился только тогда, когда больше в меня не влезало. А эти двое сейчас еще смеются, что хотел подняться, но не смог.

— Ты бы лучше рассказала, какие новости в городе? А то мама сказала, сам здесь все узнаю.

Да, сначала мы поехали в наш замок, где пробыли три дня, и только потом направились сюда.

— Тебя все обыскались, — и хитро так смотрит на меня.

— Кто все? — опешил я.

— Сестры Арикана, ищейки Такахаси, шпионы Минамото и сама ее высочество принцесса Мей Фудзивара.

От последнего имени от Ниоми послышалось тихое шипение и мы рассмеялись.

— Блин, не хочет отставать. Что ей от меня надо? Я же сказал, что не хочу с ней иметь никаких дел.

— Наследницы, — серьезно ответила скифка. — О том, насколько серьезно она положила на тебя глаз, можешь судить по тому, что, когда вы так удачно удрали от нее, она пришла в дом и спросила время, когда может нас посетить. Ты можешь представить себе это?

Я не мог. Я бы еще худо-бедно мог понять, если бы она оставалась наследницей одного из самых сильных кланов, но не тогда, когда стала наследницей престола. Посмотрел на Ниоми. Аниме в действии — у нее были такие огромные глаза, что я рассмеялся.

— Ты зря смеешься, — осадила меня Ора, — это не просто сильный клан — это правящий клан! И возможности у него выше хотя бы тем, что все в его руках.

— Ора, если случиться так, что отказ может привести к тяжелым последствиям, то мы просто улетим к грифонам. С другой стороны, жить людям осталось недолго.

И я рассказал ей то, что поведала нам Кайна. Она очень серьезно отнеслась к сообщению, но согласилась, что вряд ли все поверят, разве что ее народ. Там к аркейцам и их словам с предупреждениями всегда относились очень серьезно.

Сегодня первый день учебного года и мы с Ниоми, как всегда, под ручку, но контролируя окружающую обстановку, направились в школу.

— Что-то я выгляжу среди них, как дяденька, — тихо сообщил я Ниоми.

— А я говорила, что вымахал, как не знаю кто, — девушка незаметно толкнула меня кулачком в бок. — Все, я пошла.

Она развернулась, еще раз окинула улицу взглядом, подождала, когда я ступлю на территорию школы и направилась домой. На многих первоклашек я производил неизгладимое впечатление своим ростом. Ага, а вот и зеленоглазка, стоит немного в сторонке одиноким покинутым человечком.

— Привет. Почему не идешь к своим?

— Там все уже знакомы друг с другом, — мне показалась, что в ее голосе промелькнула печаль.

— Ничего, познакомишься, — я провел рукой по ее волосам. — А нет, так будем вместе проводить время. Идем, провожу тебя.

Доведя Асэми до ее класса, нашел свой.

— Тэкео, ты где пропадал все это время? — в два голоса спросили меня близняшки.

— Отдыхал.

— Интересно, где, если ни здесь, ни в своем замке тебя не было?

И смотрят так подозрительно. Я рассказал им почти правду — отдыхал в горах, много путешествовал. Первый день в школе почти всегда ознакомительный, за исключением математики, которую ведет классный дедок. На обеденном перерыве я схватил свой рюкзак и выбежал из класса. Это было настолько не свойственно мне, что сестры так и проводили меня большими глазами и открытыми ротиками.

— Асэми, — я перехватил девчонку, — идем со мной кушать.

И мы направились под мое любимое дерево. Там уже сидели Мико с Мизуки, которые подозрительно уставились на мою спутницу. Знакомство получилось немного напряженным со стороны сестричек. Я ожидал, что те снова выкинут нечто наподобие прошлого раза и вновь перестанут со мной разговаривать. Но нет — просто немного надулись и не очень разговаривали с Асэми. Я же наоборот расспрашивал ее о жизни на ее «родине» и почему они оттуда переехали сюда.

По легенде семья девушки жила на самом севере острова Хоккайдо, где у них был небольшой замок. Родители погибли, когда ей не исполнилось и пяти лет, и воспитывалась она пожилыми бабкой с дедом. Когда у девочки проснулись магические способности, да еще сразу к четырем стихиям, они решили переехать в Осаку, где отдать внучку в лучшую школу. Денег на учебу хватало впритык, но они не бедствовали. В общем, так за беседой «знакомства» Асэми рассказала мне всю легенду прикрытия.

Так продолжалось три дня, пока однажды сестры вызвали меня на откровенный разговор.

— Тэкео, как ты к нам относишься?

— Странный вопрос, — я непонимающе посмотрел сначала на одну затем на вторую. — Хорошо, вы же это прекрасно знаете.

— Не в этом смысле, — немного смущенно произнесла старшая из них, а затем решительно выдохнула: — Мы тебе нравимся?

Вот теперь мне стало понятно, что их все это время гложило. Придется рассказать им о взаимоотношениях у аркейцев. Девушки слушали внимательно, а в конце просто кивнули, что, дескать, поняли. Как ни странно, это было действительно так — наши взаимоотношения остались на прежнем уровне. Правда, к Асэми они относились с небольшой прохладцей.

А спустя две декады после начала учебного года вернулась Кайна.

Япония, остров Авадзи, место обитания грифонов.

В качестве напарника Кайна взяла себе разведчика, которого звали Та́рис. Вожаку грифонов она сообщила о цели своего возвращения в Пятно — необходимо совершить некоторые замеры энергии инферно, и по возможности найти кого-то из демонов, кто точно может ответить на вопрос — имеется куколка возрождения высшего или нет.

Первой точкой, куда они прилетели, оказалась самый юг Пятна.

— «Тарис, ждешь меня здесь», — приказала она. — «И никаких возражений! Сначала обзаведись потомством, потом можешь требовать участия в операциях».

Женщина похлопала друга по шее, развернулась и легким бегом направилась в сторону территории демонов. Переступив границу, остановилась и создала несколько заклинаний из раздела своего народа, затем столько же из магии демонов. Пробежала пару километров к бывшей столице и повторила все. Еще один километр женщина шла под маскировкой, пару раз замирая, когда пропускала патрули. Совершив те же действия, она быстро направилась к ожидавшему ее грифону.

Второй точкой входа Кайна выбрала самую восточную часть. И начала аналогичную проверку энергии инферно и ее эманаций. Уже после второго места, женщина убедилась, что повелителя по-прежнему нет, но сам фон заставил ее задуматься. Создавалось впечатление, что происходит откуда-то приток энергии. После минутного размышления она пришла к определенному выводу.

— Неужели эти твари сумели где-то получить толпу верующих?

Она даже вслух озвучила свою догадку. Грифоны ей ни о чем похожем не говорили, также как и Тэкео. Возможно, не знали, но, может быть, просто запамятовали. По приезду надо буде расспросить мальчишку. Хотя нет, лучше с его матерью, у нее больше возможностей узнать необходимые сведения.

Женщина двинулась к третьей точке, но дойти до нее не смогла. Сначала она заметила летающего демона, от которого спряталась за большим камнем. Когда тот исчез, женщина сначала осмотрелась, увидев патруль. И направлялся он точно к ней, что Кайна поначалу даже подумала, что как-то ее обнаружили. И только стандартное их передвижение уняло подозрительность. Но важнее был тот факт, что в составе находился архидемон, а это уже тот, кого можно спрашивать. Усилив внутренний свет, женщина накрылась «Плащом тьмы».

Без первой части это заклинание работает на людях, как проклятие второго ранга. А вот с усиленным внутренним светом оно становилось своеобразной маскировкой. Энергии-антагонисты гасили друг друга, поэтому почувствовать заклинание демоны не могли. Собственно именно благодаря этому знанию Кайне удавалось уходить в свое время от облав.

Вот пробежали вперед гончие, где-то там они разойдутся в стороны и одна из них наверняка учует ее, но отведенного времени ей должно было хватить. И действительно, мимо нее прошла основная группа. Мгновенно создав две печати, она сначала бросила на спину архидемону блокирующую, затем на того опустилась печать пленения.

В какой-то степени ей повезло, хотя женщина рассчитывала на подобное везение. Все дело в том, что защититься от этих печатей очень просто, но для этого надо увидеть, что кто-то их хочет применить. Или постоянно ходить с активированной защитой. А зачем защищаться на своей территории?

Вой, рык, рычание слилось в единый звук, когда Кайна атаковала остальных тварей. Эти ей были не нужны, поэтому ее мечи и магия быстро сделали свое дело, да и фактор неожиданности вначале еще присутствовал и играл на ее стороне.

— Теперь самое неприятное, — вкладывая мечи в ножны, произнесла она.

Допрашивать демона можно только ментально, но на их территории даже ей не пробиться сквозь его защиту. А вот за ее пределами с этим она вполне справиться. Остается только вывести его — это и являлось самым неприятным, так придется тащить на себе. Вскоре она сбросила тушу рядом с грифоном.

— «Следи за округой и, особенно, за небом», — приказала она ему.

Она осмотрела демона, совершенно не обратив внимания на его яростный взгляд.

— А тебе добавлю ка я еще одну блокирующую печать.

Сказано-сделано, и на его груди появился рисунок, аналогичный находящемуся на спине. Она поймала его взгляд, но на этот раз не стала отворачиваться, а, используя его как проводник, ментально ударила тому по сознанию. Демон сопротивлялся, очень хорошо сопротивлялся, но Кайна буравила его сознание, взламывая одну защиту за другой. Наконец-то, она очутилась внутри. Интересовал ее только один вопрос, жив ли повелитель?

— Значит, повелительница из рода Эр’Джинн, — она взмахом меча отрубила архидемону голову.

Теперь Кайна знала все что хотела. Повелительница еще пребывала в коконе, но со слов жреца скоро должна возродиться. Вряд ли это произойдет в ближайшее время, но и не через несколько лет. Надо как можно быстрее дать все свои знания детям, а потом предпринять попытку уничтожить кокон и сердце домена. Или хотя бы кокон, так как без него территория будет увеличиваться медленно, и может быть, люди поймут, что с демонами надо покончить.

— «Сейчас летим в замок Хотояма», — усевшись на грифона, сказала ему женщина.

На седьмой день путешествия они приблизились к своей цели. Садиться во двор Кайна не стала, а, оставив Тариса в лесу, пешком направилась к замку. Охрана заметила ее заранее и при приближении ее сразу пригласили внутрь — вероятно, Тэкео рассказал о ней. Встречала ее невысокая женщина, правда тут все были невысокими по сравнению с ней.

— Кайна-сан, — она уважительно поклонилась.

— Сумико-сан, — она ответила таким же поклоном.

— Проходите в дом, там и поговорим.

— Я знаю, что вы не очень любите сидеть на полу. Сын у меня такой, — хозяйка улыбнулась. — Поэтому прошу присаживаться на эти кресла.

В углу комнаты находились два низких кресла, казалось состоящие исключительно из подушек, и журнальный столик. На последнем уже стоял чайный сервис. Когда уселись, Сумико первая завела разговор.

— Я так понимаю, что вы пришли по делу?

— Верно. Меня интересует вопрос: не знаете ли вы часом страну, где появилась новая религия?

— Американские Штаты, — тут же ответила хозяйка, вспомнив сообщение своего учителя. — Поклоняются непонятному богу Эрджин.

— Все сходится, — чуть более эмоционально высказалась Кайна.

— Вы что-то об этом событии знаете? А то у меня только сведения, полученные от агентов.

— Расскажите, что вам известно, а я сообщу для чего это делается.

Разговор у женщин затянулся допоздна. Сумико не стала скрывать, откуда она получила эти сведения и спросила разрешения передать всю полученную информацию учителю. Кайна же порадовалась, что хоть кто-то достаточно влиятельный в этой стране понимает настоящую опасность прихода демонов. После этого у женщин зашел разговор о методиках подготовки воинов. Кайна выслушала Сумико и внесла некоторые коррективы в процесс обучения.

На следующий день она отправилась в Осаку, где ей предстояло за очень короткий срок обучить трех учеников.

Япония, город Осака, центральная средняя школа.

Мы как раз направлялись на выход, как я увидел Ниоми, поджидающую меня у кареты. Карета мне был известна — именно ее мы приобрели для загородных поездок на тренировки с Кайной. На козлах сидела Ора, что лишний раз подтвердило мои выводы.

— Асэми, время пришло, — я показал глазами на карету.

— Только попробуй меня не взять, — тихо ответила она и вцепилась в мою руку, словно утопающий за спасительный круг.

Я рассказал ей о себе и некоторых моих приключениях, а также в том, что надо будет научиться закрываться, иначе во время интимной близости соседи будут все знать. Надо было видеть, как она тогда покраснела, даже спелый томат не всегда бывает такого насыщенного цвета. А когда узнала, что мы с Ниоми будем учиться боевому искусству по методике аркейцев, заявила, что она с нами. И даже слушать не захотела, что там нагрузки рассчитаны на взрослого человека, а не на ребенка. Вот и сейчас схватила меня своей ручкой, как клещами — попробуй освободись.

— Вон твоя «бабушка» тебя ждет, — наклонившись к ее ушку, произнес я.

Асэми, ничего не говоря, направилась к своей телохранительнице, и сказала, наверное, всего одну фразу. Там посмотрела на меня, перевела взгляд на Ниоми, Ору, что-то ответила девушке. Асэми направилась к нам и сама залезла в карету. Мы сели следом и Ора погнала лошадей. Направились мы на северо-запад по небольшой дороге, свернув через некоторое время на нечто, напоминающее больше всего тропу.

Остановились в прекрасном месте. Кайны пока не было, и появилась она спустя двадцать минут.

— Слишком много соглядатаев было, пришлось их немного усыпить, — ответила она на вопрос о своем опоздании. — Теперь с вами. Времени у нас, как оказалось, меньше, чем я рассчитывала, поэтому тренировки будут запредельными. Выдержите — молодцы, нет — сами виноваты будете. Сейчас я ментально подключусь к вашему сознанию и вложу туда некоторую информацию и знания, а потом начнем все это закреплять тренировкой. И не надо краснеть, ваших мыслей я читать не буду, мне они не нужны.

Я посмотрел на девчонок. Ниоми сидела бесстрастно, а вот Асэми сильно покраснела. После этого начались тренировки, больше всего напоминающие экзекуцию. По интенсивности они были сравнимы с теми, что проводила мама, вот только очень многие упражнения были сложнее.

Мы лежали на земле, не могли пошевелиться и смотрели на звезды. Кайна только что закончила обучение. По моим ощущениям сейчас два часа ночи.

— Асэми, пойдешь с нами в Пятно?

— Конечно, — она нашла в себе силы ответить.

— Мы можем там погибнуть.

— И что? Зачем мне жить, если моя семья погибнет?

Мне понравились ответы этой, по сути, еще девочки: ни мгновения на раздумья, ни грана колебания. Я обнял ее левой рукой и прижал к себе. В следующий миг я уснул.

Япония, город Токио, императорский дворец.

— Рассказывай.

Мей Фудзивара посмотрела на свое доверенное лицо, выполнявшее для нее различные задания, в том числе и очень деликатные.

— Где он находился все лето, выяснить не удалось. Вернулся только непосредственно перед началом учебы. Сестры Арикана тоже ничего не знали, так как наблюдатели видели, что они тоже интересовались у скифки местонахождением мальчишки. Объявился внезапно, посетив сначала свой замок и только потом вернулся в Осаку. Что интересно, в замке Хотояма появились еще два аркейца приблизительно его возраста или на год младше и пятилетняя девочка, тоже аркейка. Сумико их тренирует. Выяснить их владения силой не получилось.

— Хоть что-то видели?

— Нет, за пределами замка у них только физическая нагрузка. Можно попыт…

— С этим потом разберемся, — перебила ее принцесса. — Меня интересует Тэкео.

— Он близко сошелся с провинциалкой, которая…

— Настолько близко? — Мей снова перебила докладчицу, а глаза ее сузились.

— Были ли у них близкие отношения, не знаю, но некая Асэми Ямагура часто остается у них ночевать. Более того, они вчетвером: Тэкео, Ниоми, Асэми и Ора каждый день едут далеко за город, а возвращаются ночью. Последняя используется в качестве кучера. Проследить, что они там делают и чем занимаются, не удалось ни одному агенту, мне в том числе. Просто в определенный момент агенты теряют сознание. После того, как после очередной попытки все три агента очнулись висящими вниз головой над пропастью, никто больше не хочет пытаться выведать тайну.

— Значит такие агенты, — фыркнула девушка.

— Госпожа, это лучшие люди, просто тот, кто опекает эту семейку, намного лучше. Возможно это аркейка, которую однажды видели входящей в замок Хотояма.

— Взять ее пробовали?

— Попытались, но та, как вошла в лес, так больше ее никто не видел.

— Что удалось узнать про эту девку?

— Асэми Ямагура, тринадцати с половиной лет от роду, родилась на севере острова Хоккайдо в родовом замке. Родителей потеряла в пятилетнем возрасте и с тех пор воспитывалась бабкой с дедом. Причину гибели выяснить не удалось, но с тех пор за пределами замка девочка не появлялась. Бабка с дедом, несмотря на возраст, отличные воины, особенно первая. Несмотря на строгие взгляды, к дружбе с Тэкео относятся весьма положительно, что странно.

— Ничего странного, — скривилась принцесса. — Найти подходящего мужа ей не светит, а вот уложить в постель Тэкео, который никогда не скрывал своего негативного отношения к нашему укладу жизни, просто.

— Я бы не стала утверждать так однозначно — малявка владеет всеми четырьмя стихиями.

— Есть ее изображение?

— Вот, — женщина протянула цветной рисунок, выполненный профессиональной рукой.

Принцесса заскрежетала зубами. Зеленоглазая блондинка, словно насмехалась над ней. Ей показалось, что под застенчивым взглядом, с которым та была изображена, проявляется насмешка.

— Значит, так, — прошипела Мей, но взяла себя в руки. — Она должна исчезнуть. Воры, бандиты, грабители, старые враги — пусть будет кто угодно, но связать ее смерть с императорским домом должно быть невозможно. Если случиться так, что информация вылезет наружу, то тебе и всем твоим подчиненным луче сделать сеппуку. И также всем родственникам.

Глава 23

Япония, город Осака, центральная средняя школа.

Уже полгода длиться наше обучение с Кайной, и только сейчас мы подошли к тому моменту, когда тела подготовились для того, чтобы принять в себя силу Солнца. Почти все знания аркейка закладывала нам ментально, а потом мы занимались тем, что тренировали тела, чтобы те нормально воспринимали полученную информацию. Иногда женщина делала нам перерыв, за время которого мы просто отдыхали. С обыкновенной учебой в школе присутствовали небольшие проблемы у Асэми, поэтому мне приходилось помогать ей. Хотя надо признать, что сама девчонка тоже прекрасно справлялась с обучением. Наставник по боевым силовым техникам Кичи́ро Хаси́дзи лишний раз подтвердил звание лучшего наставника. Он видел прогресс и мой, и Асэми, поэтому поговорив с глазу на глаз, старался на уроках подстраиваться под наше обучение. Причем делал это искренне, а не «на отвяжись», и совсем не строил никаких козней из-за того, что мы занимаемся не по его методике. В общем, классный дедок.

Сегодня как раз день отдыха, даже два дня, то есть выходные. Асэми в кои-то веки ушла ночевать к себе. Правда все равно сказала, что завтра будет у нас. Кстати, Кайна строго настрого запретила нам силовые техники, так как она до мельчайших подробностей рассчитывает наши нагрузки. И сейчас полноценный отдых. Мы лежали с Ниоми под деревом, наслаждаясь обществом друг друга и отдыхом, глядя как на небе появляются звезды. Внезапно мне сжало сердце.

Я вскочил на ноги. Ниоми мгновенно очутилась рядом.

— Что? — она посмотрела по сторонам.

— Что-то случилось с Асэми, — произнес я и посмотрел в сторону, откуда пришла боль.

И сорвался с места. Моя любимая телохранительница бежала рядом, а мгновение спустя к нам присоединилась Кайна. Последняя, вероятно, даже сейчас следила за нами.

— Я к ней, вам ничего не предпринимать, — строго приказала она и исчезла.

Да, если эта женщина не хотела, чтобы ее кто-то видел, то заметить ее становилось невозможно. Когда мы вбежали в дом, который снимала девочка со своими охранниками, первое, что бросилось в глаза, это трупы. Шесть незнакомых против двух телохранителей. В следующей комнате Кайна накладывала знакомые целительские печати на окровавленное тело Асэми. Она ими пользовалась в конце тренировок, когда мы даже подняться с земли не могли.

— Тэкео, быстро свяжись с грифонами, надо минимум пять, чтобы передать жизненную силу девочке. Иначе она умрет. Она применяла техники и энергетика ее тела едва не разрушилась. Я успела в последний момент.

— «Чекана, срочно нужно пять грифонов, чтобы передать жизнь, как вы умеете. Асэми умирает».

— «Жди», — я почувствовал, что грифона с кем-то стала общаться.

— Ага, Ора здесь, — довольно произнесла Кайна. — Ты следи за ними, чтобы не вздумали применять силу, а я должна найти заказчика. Он точно должен был наблюдать со стороны.

Аркейка исчезла, а мы принялись ждать грифонов или вестей от нее. Первой появилась Кайна, тащившая за волосы неизвестную женщину.

Япония, город Осака.

Выполнить приказ ее высочества оказалось не так-то и просто. Такое впечатление, что эта малявка прописалась в доме мальчишки, постоянно там ночуя. Но больше всего напрягало то, что она до сих пор не имела понятия, чем же таким таинственным они занимаются в горах. После того недвусмысленного намека больше никто не пытался это выяснять. Сэйери склонялась к тому, что вся троица занимается силовыми техниками и магией, а вот кто являлся их учителем, так и оставалось загадкой. Поначалу она думала, что это мать Тэкео, но агенты видели женщину в своем замке. Возможно, обучением занимался сам учитель Сумико. В общем, этот момент заставил женщину работать еще более осторожно.

Сэйери заметила, что периодически по выходным они не ездят за город. Правда, ее цель все равно стремилась проводить время с мальчишкой, но, как правило, первый день отдыха проводила со своими бабкой и дедом. Вот на этот день женщина и решила сделать ставку. И дождалась своего часа, когда в последний день зеленоглазка отправилась к себе домой.

Отряд наемников для этого деликатного дела у нее давно был на примете. По ее подсчетам из двенадцати их должно было выжить не более четырех. А с выжившими справится она со своими подчиненными, чтобы никаких следов не осталось. Поэтому Сэйери отправилась к командиру отряда наемников.

В гостиницу, где те проживали, вошла очень старая женщина, сняла комнату и направилась туда. Но перепутав номера, стала ковыряться ключом в замке соседнего. Выглянувшая из номера женщина с удивлением уставилась на старуху. Сказав фразу «завтра вечером», та направилась к себе. Для командира отряда, которая узнав об этом, все стало ясно, поэтому та сразу отдала команду на подготовку.

По своим каналам она подтвердила слова заказчицы, что их цель не является высшей аристократией, поэтому постоянного преследования не будет. Но все равно сразу после дела они решили покинуть эту страну. Старики представляли некоторую угрозу, но ее подчиненные должны с ними справиться, тем более что внезапность будет на их стороне.

Но с самого начала все пошло не так, как задумывалось. Кто-то из целей имел прекрасную чувствительность и внезапного нападения не получилось. Вторым моментом и очень неприятным сюрпризом для нападавших оказалась подготовка стариков. Пожилая женщина мастерки владела четырьмя стихиями, а старик, хоть и владел всего двумя, но оказался великолепным мечником. Справиться с ними удалось только тогда, когда в схватку подключилась она со своей заместительницей.

Разъяренные женщины от непредвиденных потерь ворвались в комнату, где находилась их основная цель. И тут же помощница упала на пол. Еще одна выжившая ее подчиненная, атаковала девчонку мечом и… натолкнулась на невидимый щит. Оперирование силой в чистом виде в таком возрасте настолько поразило командира отряда, что она замешкалась. Эта маленькая заминка стоила ей жизни. Нет, она успела создать воздушный щит, но сделать его очень плотным не смогла — плеть чистой силы прошла сквозь него, чиркнув женщину по горлу. А вот простая атака женщины обыкновенным мечом увенчалась успехом. Но продолжить свой успех она не успела — падая, девчонка на автомате отмахнулась рукой, в которой по-прежнему еще оставалась силовая плеть.

На пол они упали вместе.

Сэйери наблюдала за боем издали, но все прекрасно разглядела сквозь выломанные двери. С такой раной, какую получила девчонка, не живут. Радуясь тому, что не придется убивать остатки отряда, она издала крик ночной птицы, означавший для ее подчиненных отмену операции. Сама же она решила незамедлительно отправиться к своей госпоже, которая уже показывала свое нетерпение из-за промедления выполнения ее приказа.

Оседлав лошадь, Сэйери внезапно поняла, что тело больше не слушается ее. А затем пришла боль. Даже не так — БОЛЬ. Та пронизывала ее тело, ее ум, ее сознание. Она хотела закричать, но рот не слушался ее. В себя она пришла в доме, где несколькими минутами ранее произошла трагедия.

Япония, город Осака, дом Асэми.

— Это кто? — спросил я, глядя на незнакомую женшину.

— Пока еще не знаю, — Кайна швырнула ту на пол. — То, что это нападение не просто так, понятно и дураку. Я раскинула сеть слежения и нашла ауру, которая здесь находилась во время нападения. По аурному следу ее нашла.

— «Тэкео, мы подлетаем», — голос Чеканы раздался у меня в голове.

— Бери свою возлюбленную на руки и выноси во двор.

Осторожно взял девушку на руки и чуть ли не бегом выскочил на улицу. Положил ее на землю и отошел в сторону. С неба упали восемь грифонов, сразу образовав вокруг Асэми правильный многоугольник. Несколько минут и девушка резко села. Я не удержался и бросился к ней, упав на колени, прижал ее к себе. Она вцепилась в меня, а спустя полминуты разрыдалась.

— Ну что, ты, все уже позади, — я погладил ее по волосам. — Все, теперь ты будешь жить у нас и мне плевать, кто там что подумает или скажет.

— Я хочу узнать, кто за этим стоит? — Ниоми недобро посмотрела на женщину.

— Говори, — приказала Кайна.

— Я…

— Не врать, — перебила ее аркейка, и ту снова скрутило от боли. — Я слушаю, — Кайна посмотрела на нее.

Еще терпеть невыносимую боль и при этом пребывать в сознании пленница не хотела, поэтому она решила рассказать в надежде, что убьют ее быстро.

— Я Сэйери Каматоно, личный порученец ее высочества Мей Фудзивара…

После ее своеобразного покаяния Кайна просто остановила ей сердце.

Япония, город Токио, императорский дворец.

— Ваше высочество, вам письмо.

— От кого? — Мей оторвалась от завтрака.

— Неизвестно. Слуги нашли сегодня на рассвете у входной двери. На нем только ваше имя.

Девушка протянула руку, куда ей вложили особым образом свернутый лист. Раскрыв, она прочитала всего одну фразу:

«Подлость у вас в крови».

И ни подписи, ни даты, ни малейшего намека на автора. Хотя ей нет необходимости в последнем, она и так прекрасно поняла, кто мог написать это письмо. Приехавшие подчиненные Сэйери подтвердили, что их начальница была убита в доме, где проживала цель их последнего задания. Причем, что удивительно, она направилась к лошадям, чтобы скорее сообщить ей о выполнении задания, а потом ее нашли мертвой в том месте. Удивительно было другое — девочка выжила, хотя командир и одна из ее подчиненных видели, что ту пронзили катаной. Чтобы не оставлять никаких следов, как того требовало задание, они покинули пределы того дома. По их убеждениям сейчас убрать сейчас ту невозможно. Еще они были уверены, что девчонка применяла силу в чистом виде.

Отпустив их, принцесса задумалась. Терять настолько перспективного мальчишку, обладающего такими знаниями и умениями Мей никак не хотела. Мелькнула было мысль о применении силы, но была тут же отброшена.

— Ничего, — после долгих раздумий прошептала она. — Свалю вину на слишком рьяных помощниц, что они решили действовать помимо ее приказов, чтобы угодить. Надо бы осмотреть сокровищницу и найти там хорошие подарки для всех троих. Это ерунда, что у Тэкео будет еще две избранницы, мне главное родить двух, а лучше трех дочерей. Потом я уже разберусь со всеми.

Она задумалась еще на несколько минут.

— Да, именно так и сделаю на летних каникулах.

Япония, окрестности города Осака.

— Теперь вспомнили то состояние внутреннего света, над которым вы работали последний месяц…

Кайна каким-то убаюкивающим голосом рассказывала нам о том, что необходимо делать, чтобы вобрать в себя силу Солнца. Она спешила, мы тоже, поскольку чувствовали, что история мира приближается к своей завершающей стадии. Словами это не передать, просто некое внутреннее знание, что мы не успеваем. И сейчас у нас последний этап обучения, но он же самый тяжелый. Со слов Кайны даже среди аркейцев не все могли совладать с собой и соединить свой внутренний свет с лучами солнца. И была очень удивлена успехам девушек, особенно радовалась трудолюбию Асэми, которую все чаще называла аркейкой. У нее после четырнадцати лет произошло, что и со мной — очень быстрое взросление. Хотя Асэми утверждала, что ее отец настоящий японец, а про маму и так знали, кто она.

Кстати, ее мать после покушения сумела незаметно выбраться из своего замка и посетить нас. Поблагодарила нас и уезжала в прекрасном настроении, что увидела идиллию в нашей семье.

— К нам гости, — произнесла Кайна, всегда контролирующая большую территорию вокруг нашего тренировочного места.

Вскоре я увидел знакомую карету и понесся ей навстречу.

— Мама! — я обнял дорогого мне человека.

— Как же ты вырос Тэкео-кун, — она поцеловала меня. — Познакомься, это мой учитель Кэтсеро Асикага. Это он помог тогда нам с Ниоми справиться с врагами.

— Кэтсеро-сама, я в неоплатном долгу перед вами.

Я сделал самый уважительный поклон, наверное, впервые с удовольствием. К нам подошли Ниоми с Асэми.

— А ты девочка стала намного сильнее, — он поклонился Ниоми. — А уж про тебя, я не ожидал, что сумеешь настолько быстро вырасти в настоящего воина.

Последняя фраза относилась к Асэми, которая напряглась после слов мужчины. Не назвав даже ее имени, он всем дал понять, что прекрасно знает о ее происхождении.

— Не переживайте, — он сделал жест руками, как бы обнимая нас всех. — Эти сведения знаю только я — работа у меня такая все знать, и они уйдут вместе со мной. Я по другому поводу. Вернулась группа теней из Пятна. Оно еще расширилось, и создавать техники даже на границе могут только очень сильные одаренные. Что-то должно произойти. Может быть, уважаемая аркейка сможет добавить что-то к полученным мной ранее сведениям. Группа из Американских Штатов сообщает, что там все помешались на этом боге Эрджин. Они не едят, не пьют, а занимаются только тем, что молятся в храмах.

— Времени совсем не осталось, — Кайна поджала губы. — Ваши сведения говорят о том, что повелительница вот-вот возродиться. Раньше храмы в Америке собирали только энергию поклонения, сейчас же выкачивают из них жизнь. Так, дети, дальше сами будете разбираться. Вся информация у вас уже есть. Мне надо срочно в Пятно. Тэкео, будь добр свяжись с Чеканой — мне нужен грифон.

После слов женщины, я понял, что мне надо делать.

— Кайна, это наша битва, — твердо произнес я. — Ты научишь нас последнему умению, и мы пойдем все вместе.

Девушки только кивнули на эти мои слова.

— Эх, чувствовала же, что так и будет, — вздохнула женщина, а мне показалось, что она постарела лет на двадцать. — Гнала от себя эту мысль, но знала, что будет так. Тэкео, ты настоящий император аркейцев, к тому же счастливчик — встретить двух девушек, предназначенных тебе судьбой. Жаль только, что не судьба вам жить счастливо.

У японца глаза полезли на лоб. А вот что мама, что Ора, что Ниоми с Асэми, казалось, совсем не удивились только что полученной информации о моем происхождении. Хотя они понимали, что я не простой землепашец, но догадки это одно, а такое утверждение от аркейки совсем другое.

— Кетсеро-сан, — Кайна повернулась к мужчине. — Постарайтесь как-то повлиять на эту дуру, принцессу. Если она подвернется мне под руку в ближайшие две декады, я ее просто уничтожу.

— Сделаю все, что смогу Кайна-сан, — он поклонился ей. — Может, расскажете, что нам ожидать от вашей миссии.

Кайна не стала ничего скрывать и подробно объяснила ему, как надо действовать в случае успеха и главное, что надо делать в случае нашей неудачи. Правда, в последнем случае ничего хорошего жителям этого мира не грозило. Когда мужчина ушел, моя мама с Орой обратились к Кайне.

— Можно и нас научить хоть каким-то техникам аркейцев. Я дала клятву воину еще пятнадцать лет назад, что буду защищать жизнь Тэкео.

— Я тоже поклялась еще когда она был совсем крохой, — добавила Ора.

— А детей я знаю, куда отдать на воспитание, — мама посмотрела в глаза Кайне.

Аркейка не стала никого отговаривать, зная, что это их выбор. После этого начались тренировки уже всех нас.

Полторы декады ушло на то, чтобы нам троим научиться принимать в себя силу солнца. Маме с Орой она дала несколько боевых заклинаний или, как говорили здесь, форм. Но главное заключалось в том, что она пояснила, как надо преодолевать действие чужеродной нам энергии и создавать силовые техники.

Вот и наступил решающий день. Кайна наложила специальные заклинания на оружие мамы, Оры и девчонок, чтобы оно стало более эффективным против демонов. Да еще жаловалась, что она не артефактор, а имеет навыки магического конструирования только на уровне агента-разведчика.

К замку Арикана мы прилетели на грифонах. Во двор залетать, естественно, не стали, приземлившись у входа. Постучать так и не успели — из открывшихся настежь ворот вышли главы со своими дочерями.

— Юмико-сама, я поклонился одной женщине.

— Амайя-сама, — другой.

— Мико-сан, Мизуки-сан, — девчонкам.

— Прошу взять на воспитание вот этих трех аркейских детей. Эти двое вон как вымахали, а Айжун еще маленькая совсем. Обстоятельства складываются так, что мы вынуждены покинуть наш дом. Еще возьмите в дар, — я с поклоном передал ей несколько свернутых листов пергамента. — Это знания аркейцев по владению силой и магией. Прошу прощения за столько короткую беседу, но нам надо спешить.

Мы сели на грифонов и те стали подниматься в небо.

— Куда это они? — задала вопрос мать Мико.

— На войну с демонами, — ответил ей один из парней.

— Куда?! — одновременно воскликнули сестрички.

Глава 24

Азия, инфернальное Пятно, бывшая столица Аркеи.

В зале вокруг сердца домена и куколки повелительницы собрались самые сильные демоны. Точнее они находились здесь уже более семи дней, ожидая возрождения повелительницы. Все они чувствовали, какие потоки энергий проходили через алтарь и львиную долю получала куколка. В последнее время кроме энергии поклонения шел мощный поток жизненной — жрецы на далеком американском континенте хорошо обработали сознания местных жителей. Их же жрец заверял, что повелительница должна возродиться со дня на день.

Внезапно возник энергетический водоворот, отобравший часть жизни из всех присутствующих демонов. Но никто не успел ничего даже сказать, как куколка треснула, а затем осыпалась.

Высшая демонесса поднялась с алтаря, окинув взглядом всех присутствующих. Она была голодна во всех смыслах этого слова.

— Где жертвы?

Жрец махнул рукой и в помещение втолкнули пленных людей. Двадцать человек, среди которых были и женщины и мужчины, правда, последних было всего пятеро. Джада’Каар’Эр’Джинн втянула носом воздух и немного скривилась, почувствовав, что среди них нет воинов, обладающих мощной энергетикой.

— Кто это?

— Говорят, что ни исследователи и даже чуть и не требовали, чтобы мы дали им находиться на нашей территории. Они из далеких западных земель.

Она подошла к ближайшей женщине, схватила рукой за горло и подняла, приблизив к себе. Несколько секунд и та прямо на глазах превратилась в мумию. До остальных только сейчас дошло, почему им сохранили жизни. Они попытались вырваться, но всех женщин ожидала одна и та же участь. С мужчинами, чтобы забрать от них максимум, надо поступать по-другому. Она схватила двух ближних и потащила к алтарю. Бросив их на него, демонесса оскалилась, вызвав у тех ужас, вследствие чего они попытались вскочить. Само собой у них ничего не получилось. И только она хотела приступить к поглощению жизни, как снаружи раздались крики.

Мгновенно очутившись на улице, она посмотрела вверх, куда показывали лапами два архидемона. На них из небесной выси летели шесть грифонов, и на каждом из них было по всаднику. Навстречу им поднимался десяток летающих старых и опытных демонов. За несколько секунд до столкновения перед четверкой грифонов, образовавших пирамиду, вспыхнули четыре боевые печати аркейцев высшего ранга. Увернуться демоны никак не могли и с ревом разлетелись в стороны, словно кегли от метко брошенного шара.

Да, против элиты их смертельных врагов эти не представляли какой-либо угрозы. Демонесса прекрасно знала, что представляет из себя боевая пара. Здесь их было совсем немного, нападение произошло внезапно, большая часть аркейцев занимались своими исследованиями, но даже те, кто был на боевом посту, доставили им много хлопот.

— Посмотрим, как вы справитесь с этим, — зло оскалилась высшая демонесса, создавая заклинание «Облако проклятия Инферно».

Это были самые мощные чары, которые она знала. Владыки имели возможность создавать еще более мощные заклинания, но повелителям это было не под силу. С ее рук сорвалась черная туча и понеслась навстречу грифонам, на ходу разрастаясь до огромных размеров. Против этих чар аркейцы умели защищаться, даже могли защитить грифонов, но количество уходящей на это энергии было настолько велико, что тем требовалось время на восстановление. В принципе, она бы и сейчас не сумела бы создать заклинание такой мощности, если бы не поглощенные жертвы.

— Аха-ха-хх…

Хохот застрял у нее в пасти, когда она увидела, как солнечный луч рассек проклятие. Мгновение ей понадобилось, чтобы понять, кто и как сумел это сделать. Артефакт правителей. Сколько их было всего, она не знала, но четко помнила, что в той войне он не применялся. Где он находился, непонятно, но использовать его могли только члены императорской семьи, да и то не все. Следующее, что увидела высшая демонесса, это начавшиеся светиться фигуры всадников. Теперь ей стало не до битвы с ними. Они их победят, но за свою жизнь она поручиться не могла. Тогда ей повезло, что ее не уничтожили и хоть кто-то сохранился от ее свиты. Сейчас же она даже не успела ее сформировать.

Отдав мысленный приказ атаковать нападавших, она понеслась к сердцу домена и ожидавших ее жертв. Придется делиться этим миром с кем-то из Владык и она знала с кем. Гаа́р’Джиика́р’Эр’Иирфи́т давно подбивал к ней клинья, но она не хотела быть какой-то там в его гареме. Она хотела стать Владычицей и сама завести себе его, тем более что они с братом были уверены в успехе. Кто же знал, что их враги как-то сумели сохранить жизнь наследника. Тут же у нее в голове сложилась мозаика и том, куда ушел ее брат и почему гвардеец императора оказался так далеко от своего сюзерена.

Обездвижив мужчин, она разложила их вокруг сердца. В следующее мгновение на них опустилась печать вызова, которая соединившись с сердцем, породила мощный темный луч. Он пробил стену, почти разрушив ее, и на расстоянии метров триста открыл портал. На улице уже шел бой, но демонесса почувствовала, что Владыка откликнулся на призыв и сейчас будет здесь. Зло оскалившись, она достала свой меч, который сохранился с первой войны, и стала поджидать аркейцев. До Сердца она решила их не допустить.

Азия, инфернальное Пятно.

Нашей целью являлась бывшая столица Аркеи, а если точно, то уцелевшая восточная часть императорского дворца, где демоны создали свой жертвенный алтарь. Задача была невероятно проста — уничтожить сердце домена и куколку или повелительницу демонов, если та возродилась. Кайна сказала, а грифоны подтвердили, что летающие демоны пока еще не могут взлетать на высоту, доступную грифонам. Поэтому наш путь лежал в поднебесье.

Перед территорией демонов мы сделали последний привал. Где я снова наблюдал передачу жизненной энергии грифонами. Здесь находились все эти прекрасные летающие существа, кроме нескольких детей и хранителя знаний. Но на этот раз я сам участвовал в ритуале. Ощущения, когда в тебя вливают жизнь не передать словами, разве только можно сравнить с тем, когда соединяешься с Солнцем и тоже насыщаешься его лучами.

Вот мы уже летим на высоте, недоступной демонам. Больше половины пути нам везло, и мы летели над облаками, которые исчезли непосредственно перед столицей. А теперь мы уже падаем на город.

Еще в полете я почувствовал сильные эманации энергии инферно, а Кайна сообщила, что мы опоздали — повелительница возродилась. И теперь я внимательно наблюдал за происходящим внизу. Навстречу нам неслись демоны, но эти летающие динозавры меня не интересовали. За несколько секунд до столкновения я, Кайна, Ниоми и Асэми создали перед нашими грифонами защитные печати, разработанные как раз против демонов. Эффект был потрясающим — словно огромный великан своей мощной рукой ударил по врагам.

Повелительница сотворила свои атакующие чары и в нашу сторону понеслось нечто темное.

— «Тэкео, Кайна говорит, чтобы снова создал защитную печать».

Задумку учительницы я понял. Эти защитные печати накладывались друг на друга и чем ближе находились их создатели, тем сильнее эффект.

— «Нет», — ответил я Чекане и та тут же передала его.

Изнутри пришло понимание, что я должен сделать. Мое оружие уже представляло собой нагинату. Взяв его, соединился с ним и напитал его своим светом. Превратив ее в нечто наподобие длинной плети, я рассек чары демонессы, которые почти мгновенно рассеялись.

— «Пора», — пришло сообщение от Кайны, переданное через Чекану.

Я слился с солнечными лучами. Казалось, что я купаюсь если не в самом светиле, так в его короне точно. Ушла совсем небольшая усталость, появившаяся после уничтожения заклинания демонессы, прибавились силы. В очередной раз пожалел, что мама с Орой не могут делать так. Они сейчас летели последними и вступят в схватку только на земле. Повелительница убежала внутрь здания, как раз к сердцу домена, а значит, что задумала очередную пакость.

Нас снова атаковали летающие демоны, причем намного стремительнее, но мы все равно успели создать защитные печати. В следующий миг грифоны врезались в толпу демонов, разрывая многих своими когтями. Мы же соскочили с них, добавляя хаоса своим оружием и силовыми техниками.

Прошла волна энергии инферно.

— Портал! — выкрикнула Кайна и устремилась к входу в здание.

Ее атаковали архидемоны и женщина едва сумела защититься от слаженного удара.

— Назад! — приказал я. — Я на острие!

Я стал оружием, слился со своим артефактом.

Справа и слева и немного позади от меня встали Ниоми с Асэми, еще дальше мама с Орой, а Кайна прикрывала тыл. Тонкой нитью мое оружие косило ряды низших демонов, уничтожало чары их магов, разрубало их воинов. Но толпа монстров, не считаясь с потерями, наседала на нас. Но мы все равно продвигались вперед. Вот я закрутил свое оружие, образовав конус и путь перед входом расчистился. Мы рванули вперед и первыми успели пройти внутрь.

— Я на входе! — выкрикнула Кайна.

— «Мы закроем вход», — сообщила мне Чекана.

Понятно. Они решили, во что бы то ни стало, не пустить внутрь монстров. А аркейская архитектура имела особенность в окнах — они были высокими, но узкими и пройти через них могли лишь самые слабые низшие демоны. Правда, этого вида было очень много, но легко справиться с ними могли даже мама с Орой. Если бы не их количество.

А еще внутри нас поджидала высшая демонесса с артефактным мечом, горевшим черно-бордовым огнем. Я двинулся на нее, превращая оружие в привычную нагинату. С визгом сквозь окна полезла мелочь и мои спутницы принялись их уничтожать. Демонесса на них вообще не обращала внимания, внимательно наблюдая за мной. Невероятно быстрым движением она выбросила меч в мою сторону и тот удлинился.

Небольшое движение нагинаты и она отбивает оружие врага, а мне показалось, что услышал звон колокольчиков и недовольный рев огня. Оружие противницы оказалось наподобие моему. Она зло оскалилась, когда я рванул вперед. Удар-отвод, удар блок, ее оружие изогнулось и достало меня в левое плечо. Но ей пришлось немного сместиться влево, что являлось ошибкой с ее стороны. Я не собирался фехтовать, как не собирался выжить в этой схватке. Нет, у меня другая задача.

Закрутив перед ней веретено, я, мгновенно ускорившись, очутился рядом с Сердцем Домена. В спину меня ударил ее меч, но он не сумел ни убить, ни сбить с пути. Я знал, что сейчас Ниоми с Асэми насели на нее, оберегая меня, и той пришлось защититься. Причем, очень удачно, учитывая, что у девчонок простые магические мечи, а у демонессы мощный артефакт. Но убить не сумела, поскольку защитные печати, созданные ими, сильно ослабили атаку. А добить я ей не позволил.

Создав из своего артефакт небольшое и невероятно острое копье, я вонзил его в сердце домена.

Рев инфразвука от криков множества демонов ударил мне по ушам. От повелительницы, казалось, шла вообще ощущаемая волна. На совсем короткое время все демоны замерли, а затем впали в безумие. Но этой крошечной заминки хватило Ниоми с Асэми, чтобы оказаться рядом со мной и тоже взять руками аркейский артефакт. Вокруг нас появилось свечение, но силы бурным потоком уходили в копье. Низшие демоны завизжали, не способные подойти к нам.

Я глядел на девушек, но каким-то своим чувством видел творящееся вокруг. Ора с мамой встали рядом с нами, уничтожая самых резвых демонов, которые все-таки решались напасть на них. Высшая демонесса сумела отодвинуть безумие и попыталась убить нас, но мама с Орой не дали ей это сделать. Более того, они умудрились отбить четыре атаки и лишь потом упали на пол мертвыми.

На входе в здание Кайна с грифонами устроили настоящую бойню. Целый вал демонов лежал перед ними, а по нему на них несли все новые орды. Сейчас в живых остались лишь Жерис, Чекана и аркейка. Они намертво перекрыли вход, не давая большим и сильным демонам прийти на помощь своей повелительнице.

А та теперь атаковала нас. Подойти к нам она по-прежнему не могла, но ее меч преодолевал нашу защиту. Я чувствовал, как тот пронзал мое тело, тела девушек. Из ран появлялась кровь, но те почти сразу затягивались.

А силы все уходили и уходили. И тут у меня перед глазами появилось видение и я как бы раздвоился.

Я шел по горам прекрасной страны Японии. Сейчас я просто рассматривал красивые горы, среди которых пристроился замок со своеобразной архитектурой. Чтобы до него добраться, надо не только преодолеть глубокую долину, но и подняться почти по отвесной скале. Или прошагать много километров в обход. Внезапно я услышал детский плач.

Спустился на сто метров и увидел пятилетнюю девочку, которая сидела на поваленном дереве и протирала слезы своими ручками.

— Здравствуй, — поздоровался я с ней по-японски.

— Здравствуйте, — она поднялась и уважительно поклонилась. — Я потерялась. Бежала за лисичкой, а она куда-то пропала.

Я поднял ее на руки, посмотрел в заплаканные глазки и все понял.

— А хочешь, я тебе сделаю настоящий подарок?

— Хочу, — слезки прекратили течь. — А какой?

— Держи, — я передал ей свои мечи.

Девочка схватила их и даже попыталась поработать. Но они, несмотря на свою легкость, все-таки были для нее еще тяжеловаты. А потом она загрустила и пояснила причину.

— Противный Мэзэо отнимет их у меня.

— А давай их спрячем и когда придет время ты их найдешь.

— Давай! — девочка захлопала в ладоши.

Она положила их под дерево на склоне и присыпала листьями.

Я входил в замок местного правителя. Слуга вел меня в большой зал, где в это время отдыхал император со своей семьей.

— Приветствую тебя, Кирий, — мужчина оторвался от своей дочурки и протянул руку.

— Дэйчи-сама, — я наоборот поприветствовал его по местному обычаю и только потом пожал его руку.

— Познакомься, это моя восьмилетняя дочь Юрико, — он провел по волосам девочки.

Я встретился с горящим девчоночьим взглядом и все понял.

— Держи от меня подарок, — я передал девочке рукоять от мечей, являющейся второй частью артефакта.

Она схватила его и прижала к груди, словно самую дорогую игрушку.

— Надеюсь, этот артефакт когда-нибудь сохранит жизнь вашему роду, — произнес я, увидев промелькнувшее на краткий миг будущее.

Азия, инфернальное Пятно, бывшая столица Аркеи, бывший императорский дворец.

Ниоми смотрела на Тэкео, не обращая внимания на атаки демонессы. И в очередной раз задумалась о своем чувстве, что где-то уже видела своего любимого. Сколько раз появлялось у нее это чувство, объяснения которому она не находила. А сейчас оно, казалось, навалилось на нее с новой силой. И тут у нее перед глазами появилось видение и девушка словно раздвоилась.

Вот она играет со своей самой любимой игрушкой на небольшой полянке. То посадит куклу, то положит, то начнет качать, как это часто делают с ней папа и мама. Внезапно она увидела, как что-то сверкнуло под небольшим кустом. Подойдя ближе, она заметила хитрую лисью мордочку. Она посмотрела на нее, затем развернулась, отбежала метра на три и снова посмотрела на нее.

Девочка вновь подошла к пушистой жительнице лесов, а та возьми и снова отойди от нее на три метра.

— Так ты хочешь поиграть! — воскликнула девочка и побежала за ней.

Сколько они так играли, девочка не заметила, как совершенно не следила за дорогой и куда она все это время бежала. Вот лисичка юркнула за поваленное дерево и куда-то пропала. Она все обыскала рядом, но никого не нашла. И малышка вдруг поняла, что совсем не знает, где находится ее дом. Сев на дерево она заплакала.

— Здравствуй, — кто-то поздоровался я с ней.

Подняв голову, она увидела высокого молодого мужчину.

Сейчас же у нее перед глазами стояли два образа, совсем не отличающихся. Разве что в видении Тэкео был немного старше.

Азия, инфернальное Пятно, бывшая столица Аркеи, бывший императорский дворец.

«Ну почему он кажется мне таким знакомым?», — глядя на своего возлюбленного, подумала Асэми. — «И ведь сколько раз я ловила себя на том, что откуда-то знаю его. Но ведь это же невозможно!». Но на этот раз чувство не ушло, как это бывало ранее, а, казалось, наоборот еще больше усилилось. Вдруг у нее перед глазами появилось видение, а сама она раздвоилась.

Она в кои то веки играла с родителями. Не так часто у них было время, чтобы посвятить его своей дочери. Она часто обижалась на них, но вот такие моменты запоминались ребенку надолго. Слуга сообщил, что к ним пришел гость и вскоре будет здесь. Когда внутрь вошел высокий воин, она уставилась на него. Так засмотрелась, что услышала только слова отца, когда тот представлял ее незнакомцу.

— Познакомься, это моя восьмилетняя дочь Юрико.

Она встретилась с ним взглядом.

— Держи от меня подарок, — он протянула ей простой жезл.

От подарка от незнакомого человека она покраснела, но выхватила его и прижала к себе. Он еще что-то говорил, но она поняла, что никогда не расстанется с ним. Она снова посмотрела на дарителя и два образа из разных времен слились в один.

Азия, инфернальное Пятно, бывшая столица Аркеи, бывший императорский дворец.

Я помнил тогда свои чувства к двум маленьким девочкам. Они для меня уже тогда были родными, я купался в их теплоте и сам дарил им свое тепло. Но также отчетливо понимал, даже знал, что наше время еще не пришло. Посмотрел на своих любимых и по взгляду и их чувствам понял, что они тоже вспомнили нашу первую встречу во время прошлых жизнях. Улыбнулся им, получив ответные улыбки.

От связи Сердца Домена с порталом в Инферно пришла ответная волна энергии. Демонесса почувствовала это и с еще большей яростью стала атаковать нас. Энергия придала ей сил и теперь раны, нанесенные ее оружием, стали серьезнее и затягивались не так быстро. Из портала появились новые демоны, сразу бросившись на нас, но преодолеть защиту тоже не смогли. От входа на нас ринулись местные твари, значит, Кайна и все грифоны погибли. И вот в портале появился новый монстр, а демонесса захохотала.

Владыка. Я это чувствовал совершенно точно.

— Пора, — произнес я.

Артефакт, казалось, только и ждал этого — в мгновение ока приняв в себя наши добровольно отданные жизни.

Азия, инфернальное Пятно, бывшая столица Аркеи, бывший императорский дворец.

В помещении засияло небольшое солнце, а в следующее мгновение оно взорвалось, и от него разошлась волна света. Встреченные на пути демоны просто переставали существовать. В появившегося из портала Владыку она ударила с огромной силой, выбросив обратно. Жизнь свою тот сохранил, но до статуса Владыки ему оставались долгие тысячелетия. Портал схлопнулся со звуком, напоминающим удар ладони по водной глади.

Со скоростью света волна распространилась по всему Пятну, уничтожая малейшие эманации инферно. Но еще долгие годы эта земля оставалась безжизненной, хотя и перестала быть опасной для людей.

Спустя два года на это место прибыла экспедиция, организованна двумя молодыми наследницами сразу после своих свадеб. Мужьями их стали два высоких воина со светлыми волосами, которые в свое время их род взял на воспитание. Среди развалин они нашли невзрачное небольшое копье и по непонятной для себя причине забрали с собой. С тех пор эта вещь является реликвией рода Арикана.

Эпилог

Три духа-воина находились в пространстве седьмой мерности. Отсюда они наблюдали за возможными дальнейшими путями развития мира, который только что покинули. Теперь только от самих жителей зависит, когда они сумеют переступить рубеж и подняться на следующую ступень своего развития. Как это сделали все те, кто воевал рядом с ними: три женщины и шесть грифонов в один миг сумели это сделать. Сейчас те находились в четырехмерном пространстве и им предстоит долгий путь познания законов Мироздания в целом и этой Вселенной в частности, чтобы когда-нибудь уже самим прийти на помощь нуждающимся в защите.

Внезапно какая-то сила подхватила их, вытолкнув за пределы Вселенной. Лишь краткий миг им удалось полюбоваться Мирозданием и бесконечности разных Реальностей, как они почувствовали зов о помощи. Не раздумывая ни мгновения, они откликнулись и ближайшая Вселенная приняла их.

— Не может быть, — мыслеформа общения одного из них получилась очень яркой.

— В Мироздании и не такое может быть.

— Но это же ведь Вселенная-близнец той, что мы только что покинули. Даже история развития очень похожа.

— Похожа, но здесь все куда как сложнее, — третий дух выразил печаль. — Много миров трехмерного пространства Тьма захватила. И мир близнец того, где мы были последний раз, тоже находится на передовой. Вот только он не катится вниз, даже не стоит на краю пропасти, он уже начал падать. И ему в первую очередь нужна помощь.

— Тогда поспешим.

И троица направилась к голубой планете, которую местные жители называли Земля. Как только они исчезли из пространств высших мерностей, на планете зародились три новые жизни.

Конец

Content

Стезя наследника

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Эпилог