Наивный романтик

Иван Владимирович Малейкин

© Иван Владимирович Малейкин, 2021

ISBN 978-5-0053-7805-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

«Время идти вверх»

Высота над уровнем моря 5642 метра. Я стою на вершине самой высокой горы в Европе. Жадно глотая разряженный воздух, я никак не могу отдышаться. Вокруг сплошные облака и пустота. Никаких мыслей в голове нет. Я почти не чувствую ног и совершенно не понимаю как я буду спускаться. Страха нет, ведь я еще не осознаю весь ужас сложившейся ситуации. Я улыбаюсь и делаю памятную фотографию. Я всегда знал, что мне не суждено дожить до пенсии, но неужели именно так закончится моя история? На вершине горы Минги-Тау, что на северном Кавказе.

— Я буду за тебя волноваться — произнесла мама, когда узнала, что я собираюсь ехать в Приэльбрусье на десять дней.

— Не беспокойся, я ведь целый год готовился к этой поездке — утешал я — все будет хорошо.

Оставалось всего лишь два месяца до моего отъезда на Кавказ. Я только что вернулся из Франции, где похудел на пять килограмм, поэтому мой вес был самый оптимальный для дальних горных походов. Всего семьдесят пять килограмм.

Год назад, когда я путешествовал по побережью черного моря, то в хостеле «Славный Сочи» встретил парня по имени Сергей. Он возвращался из Кабардино-Балкарии, где пытался взойти на высшую гору Европы и России. Именно тогда я всерьез задумался над тем же и незамедлительно начал подготовку длиной в год. За это время я потихоньку покупал всю необходимую экипировку и снаряжение в магазинах на распродажах и с рук по объявлениям. Я забронировал свое участие в походе у Питерской турфирмы «Пик» на август и приступил к специальным физическим упражнениям в зале. Если до этого я просто посещал зал и набирал мышечную массу, то сейчас мои тренировки были нацелены на общую выносливость и укрепление спины и ног. Так же немалую роль я отводил водным процедурам, в частности сауне, хамаму и контрастному душу, чтобы подготовить свои сосуды к перепадам высот. Я пропил курс витаминов и минералов, а так же взял с собой в рюкзак изотонический напиток, который купил у себя на работе. Определенно в том, что ты работаешь в магазине спортивного питания и добавок для здорового образа жизни, есть свои плюсы. Особенно когда один из таких плюсов, это удобный график три дня работаешь, а три дня отдыхаешь. Я любезно попросил свою сменщицу подменить меня на несколько дней, пока я буду отсутствовать в горах.

— Ты же только приехал два месяца назад? — удивилась Анна, но отказать не смогла, ведь я привез ей из Франции бутылочку Кальвадоса.

Мой вес был около семидесяти пяти килограмм, при том, что обычно я вешу за восемьдесят, но чувствовал себя я прекрасно. За моей спиной был столитровый рюкзак, в который я сложил спальник, палатку, комплект термобелья, специальные носки, маленький рюкзак, ветровку, дождевик, палки для скандинавской ходьбы, пуховик, треккинговые зимние ботинки, варежки, балаклаву и сноубордические очки. Сверху на рюкзак я прицепил зеленую объемную пенку, на которой планировал спать во время похода. В жаркий и душный летний день, пятого августа я сел на маршрутку из города Самары до поселка Курумоч, где находился одноименный аэропорт. Там мне пришлось сдать рюкзак в багаж, а зеленую пенку взять в руки, так как она не помещалась внутрь. Через два часа я уже прилетел в Москву, в аэропорт Шереметьево, где меня ждал самолет до Минеральных вод. Вылет был только через восемь часов, и я провел это время, блуждая из одной части аэропорта в другую, держа на руках как ребенка свою зеленую пенку, которая меня уже начала раздражать. Я так сильно вымотался за время ожидания своего рейса, что когда меня в очереди на посадку окликнул высокий парень, я не сразу сообразил, что он обращается ко мне.

— Мне кажется, мы с тобой летим в одно и то же место — произнес он.

— Так здесь все туда летят, самолет то в Минеральные воды — сострил я.

— Да точно, но я тоже, как и ты в поход с туристическим клубом «Пик» — пояснил он.

— Меня эта пенка выдала? — засмеялся я.

— Да, меня, кстати, Булат зовут — представился он.

Мы перекинулись парой фраз. Булат был высоким, светловолосым, худощавым парнем, который носил очки и работал в IT сфере, а жил в Казани. Он был всего на год старше, чем я, ему было двадцать семь лет. Булат оказался воспитанным и культурным парнем, и мы быстро нашли общий язык. Совпадение, но Булат забронировал тот же хостел, что и я, поэтому мы договорились из аэропорта Минеральных вод ехать на такси вместе.

В самолете я сидел у окна и любовался ночной Москвой. Тысячи желтых огней провожали наш самолет из Шереметьево. Золотая Москва. Ночью это особенно заметно. Огромная золотая монета, к которой ведут разной толщины желтые цепочки дорог и шоссе. Только золото, ничего другого. Это наша столица. Вскоре Москва осталась позади, и в иллюминатор самолета была видна лишь чернота с редкими скоплениями огоньков провинциальных городов. Чем ближе мы подлетали к Кавказу, тем больше становилось черноты полей и гор, и все меньше светлых огней населенных пунктов. Через три часа мы с Булатом оказались в маленьком аэропорту города Минеральные воды. Мы быстро получили свои рюкзаки, и нас не очень вежливо попросила на выход тучная бойкая баба, которая была и охранником и уборщицей одновременно. Мы вышли на улицу, где стояла глубокая ночь. Я заказал такси, и через пять минут перед нами остановилась машина, из которой вышел худой мужчина с сигареткой в зубках.

— Давайте грузите, чего смотрите — произнес он и показал рукой на багажник.

Мы с трудом уместили наши рюкзаки и пенки, а затем сели в салон. Таксист не спрашивал, куда мы собираемся, ведь все и так было понятно по нашему виду. Машина ехала меньше десяти минут от аэропорта до хостела «Гостиный двор», который расположился рядом с центральным рынком.

— Доставайте все из багажника, ничего не забудьте — поторапливал нас таксист.

В лунном свете я посмотрел на хостел, который представлял собой двухэтажное здание из красного кирпича. Прямо перед входом находилась беседка, стены которой были украшены ползучим вьюном. Булат и я прошли через двери хостела и остановились перед информационной стойкой. Женщина со светлыми волосами почти спала, но все же зарегистрировала нас, а затем показала, где находится кухня, душевая комната и наш трехместный номер. Кровать у окна была занята, на ней лежал голышом худой, невысокий парень. Когда мы вошли, он подскочил и накрылся одеялом.

— Я думал, что сегодня один ночую, уже поздно же, думал, что никто не приедет — оправдывался он — жара невыносимая, а кондиционер не работает.

— Да мы только прилетели — пояснил я.

— А вы ребята, что тоже в горы? — он увидел наши рюкзаки.

— Да, завтра уже начало похода — сообщил Булат.

— И я тоже, вы случайно не с туристическим клубом «Пик» едете? — поинтересовался парень.

— Да с ними, а ты тоже что ли? — спросил я.

— Ничего себе как совпало! — удивился наш новый знакомый.

— Тут видимо больше хостелов в городе и нет — засмеялся я — раз мы все сюда заселились.

Нашего нового знакомого звали Николай, он был вегетарианцем, жил в Санкт-Петербурге, где работал в магазине стройматериалов. Он был старше нас с Булатом почти на десять лет, у него уже была жена и дочка. Мы несколько часов обсуждали наши надежды на поход, обменивались мыслями, а затем, найдя в шкафу старый вентилятор, включили его и попытались заснуть. Тридцать градусов жары ночью, это не шутки.

Во время ранних утренних сборов я обнаружил, что моя зеленая пенка куда-то делась. Вспоминая события прошлого вечера, я понял, что оставил пенку в багажнике того неприятного таксиста.

— Может получится купить тут где-нибудь другую пенку? — предположил Булат.

— Ну, уж нет, я с ней такой путь проделал, что просто так не сдамся — ответил я — у меня номер таксиста остался, я позже наберу, а то он еще отсыпается после ночной смены, наверное.

Мы с ребятами спустились вниз в кафе, где нас ждал бесплатный завтрак. Блинчики с творогом и крепкий кофе пришлись как нельзя кстати. После трапезы я позвонил таксисту, и через полчаса он привез мне пенку. Чертыхаясь и размахивая руками, он все же получил награду в виде пятидесяти рублей и, пожелав нам всем удачи в походе, уехал. Булат, Николай и я выписались из хостела и с огромными рюкзаками за спинами направились в сторону железнодорожного вокзала Минеральных вод, где нас ждала встреча с остальной группой. Улицы были пусты. Солнце еще не начало безжалостно палить, а ночная прохлада еще не успела уйти. Прекрасное время для прогулок по новому городу. Мы прошли через сквер на проспекте Карла Маркса и повернули налево, где вскоре вошли в здание вокзала. Возле памятника с орлом, где обычно встречаются все туристические группы, никого не было, зато чуть дальше собралось две кучки людей. Методом проб и ошибок мы определили нашу группу, и все вместе пошли на перрон встречать наших инструкторов из Санкт-Петербурга. Все они ехали на поезде из культурной столицы и везли с собой пакеты с нашей едой, палатки и остальные принадлежности для похода. Когда все собрались, нас проверили по списку. Все были на месте. Мы вышли из вокзала и свернули налево около рынка, где нас уже ждали две маршрутки. Когда все погрузили вещи и заняли места, маршрутки тронулись, а люди внутри них начали знакомиться между собой. В нашей группе помимо меня, Булата и Николая было еще восемнадцать человек.

Дмитрий, сорокалетний лысый инженер из Питера, лицо которого не выражало ни единой эмоции, и это наводило на всех страх, ведь тяжело было понять, что он задумал. Не смотря на это, он был самым чутким членом группы, он всегда приходил на выручку и заботился о каждом, как о себе самом. Александр, светловолосый высокий гнусавый парень с забавным акцентом, тоже из Питера и тоже инженер. Однако в отличии от Дмитрия был совершенно незаметен на протяжении всех дней. Олег, харизматичный и веселый работник железной дороги в возрасте тридцати пяти лет. У него были черные короткие волосы на голове и густая борода. Мы с ним часто фотографировали друг друга и весело шутили на протяжении всего нашего путешествия. Антон был офисным работником из Москвы, он очень часто ходил в подобные походы, то на Камчатку, то на Алтай. С виду он походил на классического офисного планктона, ничем непримечательного, безликого и неинтересного. Маленького роста с неприятным лицом, под которым скрывался большой бунтарь, первооткрыватель и путешественник. Внешность обманчива. В группе был еще один Антон, которого мы сразу прозвали Антонио, чтобы избежать путаницы в именах. Он тоже был из Москвы, где работал медицинским работником в клинике. На вид ему нельзя было дать больше двадцати лет, высокий, худощавый, светловолосый с тонким подростковым голосом, никто не подумал бы, что ему уже давно перевалило за тридцать. Его секрет был в здоровом образе жизни, который он вел. Алена, тучная, добротная баба тридцати пяти лет, излучающая положительную энергетику, постоянно шутя и веселя всю компанию, именно она сделала наш поход незабываемым. Она могла выкинуть что-то неординарное и нелепое тогда, когда ни у кого уже сил не было, и силы сразу находились, особенно силы смеяться до слез. Она жила в Краснодаре в частном роскошном доме, работала персональным фотографом и водила красный Мерседес. Несмотря на то, что она была богаче и состоятельнее, наверное, всех нас вместе взятых, она была простой и приятной в общении девушкой. Редкое сочетание. Хороший человек и отличный собеседник, который уже посетил половину мира и не собирался останавливаться. Хотя кто или что может тебя остановить, когда у тебя есть деньги? Девушка Евгения, которая была тут почти местной, ведь она несколько лет назад жила здесь, и уже бывала неоднократно в этих местах. Она часто улыбалась, и у нее были большие красивые глаза. Она быстро подружилась с Аленой, и они вместе образовали веселый и неразлучный тандем. Некоторые, особо ранимые девушки старались избегать эту шумную компанию, прозвав их союз «Неадекватными». Милана молодая и симпатичная девушка работала в Санкт-Петербурге в таможенном брокере. Была скромной и молчаливой. Елена вообще оказалась представительницей другой страны. Она прилетела сюда из Израиля. Она было невероятно консервативной и педантичной личностью. Более исполнительного и ответственного человека я еще не встречал в своей жизни. На протяжении всего похода она выкладывалась не на 100, а на 200 процентов. Елена всегда помогала советом, делом и мотивировала всех вокруг. Она всегда уверенно шла вперед. Маленькая девочка, сильная духом с большим сердцем. Дина, ботаник из Санкт-Петербурга. Она часто набирала букеты целебных трав и заваривала их в своем термосе, а после угощала всех желающих. Ей уже было сорок лет, и что-то мне подсказывало, что в этом походе ей будет крайне тяжело. Юлия, опытный скалолаз и сноубордист из Питера. Сильный человек, который любит ставить себе цели и достигать их. За семь лет занятий скалолазанием она побывала везде, где только можно и в России, и в Азии. Как большинство спортсменок, она имела специфичную внешность, и ее легко можно было спутать с парнем. Мария. Эта девушка это особый случай! Она родилась и училась в Киргизии, но потом поступила учиться в Германию, где уже живет семь лет в Штутгарте и не спешит возвращаться на Родину. Она хотела поехать с немецким туристическим клубом, но это вышло бы для нее очень дорого, поэтому она поехала с питерским. На протяжении всего похода она часто рыдала и капризничала, раздражая всех, кого только можно было. Несмотря на слезы, она уверенно шла вперед, но это было не геройство, это была глупость. Сначала ее нянчили родители, затем в Германии она познакомилась с мужчиной, который перенял родительские функции на себя. Странно, ведь Мария не была ни красавицей, ни умницей, ни интересным человеком. Чем же она могла взять в плен своего немца? Остается загадкой. Ирина с первой минуты приняла на себя роль верной подругой Марии, так как она тоже была очень непростым человеком. Ирина приехала из Москвы и в прошлом году она уже успешно взошла на Эльбрус, но этим летом ей захотелось повторить свое достижение. Зачем? Из-за любви, но не к горам, а к инструктору! В прошлом году у нее был роман с одним из инструкторов, который весь поход заботился о ней и всячески помогал. К великому разочарованию Ирины, в этом году на этот маршрут не поставили ее возлюбленного, и для нее это стало настоящей трагедией. Как окажется позже, он сам не захотел попасть в ту группу, где была Ирина. Видимо в горах любовь живет лишь только до конца похода. Так же в нашей группе были две женатые пары. Первая пара Константин и Татьяна, обоим почти сорок лет, они приехали на личном автомобиле из Екатеринбурга. Большой и крепкий Константин часто шел впереди группы, и всем своим видом показывал, что он выше нас всех. Его жена, невысокая и стройная Татьяна, так же держалась в стороне от нас. Вторая пара это Денис с Натальей, которые были в браке почти десять лет и жили в Питере. Они были маленького роста и всегда вели себя настолько тихо и неприметно, что я совершенно забыл об их существовании, как и многие другие. За нашей группой состоящей из двадцати одного человека присматривали два инструктора Ярослав и Слава. В свободное от походов время они вместе работали в Петербурге вожатыми в детском лагере. Они оба были очень профессиональными, ответственными людьми, и на них действительно можно было положиться в любой ситуации. Это крайне важно, ведь в этом походе, несмотря на всю его легкость, на кону стояли наши жизни. У Ярослава были длинные, светлые волосы, которые уже начинали седеть. Он был похож на старого серфера на пенсии. Нестандартный человек. Слава был почти альбиносом, он взял с собой гитару, и они вместе с Ярославом играли по вечерам у костра. Особенно нам всем запомнились песни «Психея — Бесполезная любовь», «Наутилус Помпилиус — Дыхание» и «Пятница — Я солдат». Мы все выучили их наизусть и охотно подпевали. Наша группа была по счету седьмой группой, а инструкторы сразу заметили, что мы очень веселые и шумные.

— Вы какая-то сумасшедшая семерка! — удивился Ярослав, когда проверял, все ли мы были на месте.

— Мы омерзительная семерка! — исправила его Алена, а все ребята ее поддержали.

Таким интересным и пока еще незнакомым коллективом мы покинули Минеральные воды. Двадцать один человек в группе, два инструктора и два водителя. Все совершенно разные, но с одной целью — подняться на гору Эльбрус, она же Минги-Тау, она же самая высокая гора в Европе.

Наши маршрутки проехали мимо Пятигорска, а затем мимо Нальчика. Пейзаж за окном очень радовал глаза. Горные реки, высокие хребты гор, луга и поля, где вальяжно пасся домашний скот. Через полтора часа мы остановились около пустого придорожного кафе под названием «У сестер». Каждый из ребят занял себе место на террасе под навесом, рядом с фонтаном. Я заказал себе горячий суп лагман и осетинский пирог. После того, как вся группа подкрепилась, мы вновь расселись по маршруткам и поехали дальше. Когда на одном из поворотов мы резко поднять в гору, то вдалеке я увидел снежные шапки двух вершин Эльбруса. Он казался огромным. Сейчас мы были на высоте 1600 метров над уровнем моря, а он находился на высоте 5642 метра. Разница была колоссальной.

— Неужели мы туда едем? — удивленно обратился я к Николаю.

— Самому не верится — ответил он, внимательно смотря в окно.

Спустя три часа нашей дороги мы наконец-то приехали в село Верхний Баксан, где у подъемника начали разгружать маршрутки. Мы достали наши рюкзаки и по возможности сложили в них общую еду и инвентарь для лагеря. Водители маршруток пожелали нам удачи и уехали, договорившись забрать нас здесь через пять дней. Всей группой мы собрались на асфальтированной площадке, где заканчивалась дорога. Слева пенилась и бурлила река Адырсу, а справа находился подъемник в ущелье, который, по иронии судьбы, сегодня не работал. Рядом с ним была старая ржавая лестница, которая находилась практически вертикально земли. Взвалив рюкзаки на плечи, и крепко держась за хлипкие поручни, мы все дружно начали подниматься. Друг за другом, медленно, с отдышкой мы преодолевали наше первое испытание. Весь мокрый от пота я, в числе первых поднялся по лестнице и рухнул в тень дерева на небольшой поляне. Около получаса потребовалось, чтобы все ребята оказалась тут, после чего к нам подъехала машина с большим кузовом, куда мы погрузили все наши вещи. В кузов вместе с нашими вещами сели Дмитрий, Николай и инструктор Слава. Их задача была предельно проста. Как можно быстрее добраться до назначенного места и разбить там лагерь, чтобы к нашему приходу все было готово. Остальная же группа, включая меня, вооружившись палками для скандинавской ходьбы и штурмовыми маленькими рюкзаками, где была еда и вода, направились пешком к лагерю вслед за машиной.

Наш маршрут пролегал по живописной тропе вглубь ущелья Адырсу, где с правой стороны от нас протекала одноименная река. Вокруг был хвойный лес, слышалось пение птиц, шум горной реки, а воздух был настолько чистый, что у некоторых ребят наблюдалось легкое головокружение. Бурлящая река Адырсу была вся белая от пены. Спустившись рядом с мостом к ней, я сполоснул руки, которые сразу же онемели от холода. Сильнее потока воды, чем этот, я еще не видел. У каждого из группы на лице была видна нескрываемая радость от того, где мы сейчас находимся. Некоторые делали памятные фотографии, некоторые уже начали активно знакомиться друг с другом, а кто-то просто молча наслаждался природой и держал темп ходьбы. Нас окружали лесные холмы, а впереди виднелись снежные огромные горы. Они были такими нелепыми, что никак не вписывались в лесной пейзаж, и я наотрез отказался считать их настоящими. Эти горы больше были похожи на декорации, настолько они выглядели здесь необычными и неуместными. Олег и я несколько раз сфотографировали друг друга, на его профессиональный фотоаппарат.

— Отлично фотографируешь — похвалил меня Олег — теперь нам надо держаться рядом!

— Хорошая идея, пейзажи загляденье, можно весь день фотографировать — согласился я.

Мы прошли через пограничный пост, где военные зафиксировали наши паспортные данные и пропустили через шлагбаум. Все было очень строго, ведь мы находились почти на границе с Грузией. Вдруг стадо коров спустилось откуда-то с горы и спокойно прошло через пост, а некоторые из них даже умудрились почесаться о шлагбаум. Овчарка, лежавшая в тени, проводила стадо своим удивленным взглядом и даже не залаяла.

Дорога, длиной десять километров до лагеря заняла у нас почти четыре часа. Мы поднялись с 1700 метров над уровнем моря до 2300 метров. Адаптация к набору высоты шла полным ходом. Здесь на территории бывшей турбазы расположился наш базовый лагерь, где мы проведем четыре ночи, попутно делая радиальные восхождения на разные высоты для лучшей акклиматизации организма. Пока я шел сюда, то заметил несколько заброшенных советских турбаз. Странное зрелище, такое уникальное и фантастическое ущелье, а до туристических баз никому нет дела. Почему? Николай, Дмитрий и Слава, хорошо потрудились. Когда вся группа добралась до места на небольшой полянке, там уже стояли палатки, а под тентом горел костер, где готовился обед. Мы заняли место у костра, сев вокруг него на бревна, и достали свои миски.

— Кстати любопытный факт, который многие, наверное, не знают — начал Слава — чем выше мы будем с вами подниматься, тем быстрее будет закипать вода на костре, но каши и супы вариться будут дольше. Обычно, когда мы находимся на уровне моря, то вода закипает при 100 градусах, но чем выше мы поднимаемся, тем меньше атмосферное давление, и на Эльбрусе вода закипает при 85 градусах, а на Эвересте при 70 градусах.

После вкусного обеда, на который у нас были макароны с тушенкой и горячий чай на горной чистой воде, все ребята начали располагаться на ночлег. Я достал свою палатку и разложил ее на краю поляны. Остальным ребятам придется спать по три-четыре человека в палатке, а я буду наслаждаться простором один, как король.

— Хитрый какой — засмеялся Булат, когда увидел мою затею.

— Везде можно создать себе комфорт, если немного постараться — пояснил я.

Самой забавной вещью в лагере было то, что на деревянном туалете, который находился рядом с лесом, висела табличка с надписью «Кафе». Эта особенность сразу породила множество шуток.

— Теперь никому не надо говорить, «мне нужно в туалет», надо говорить «мне захотелось посетить кафе» — предложила Алена.

— Правильно, звучит сразу благороднее — поддержала Евгения — а еще смысл фразы «они встретились в кафе» приобретает совершенно другой смысл!

— Да, особенно если «они встретились в кафе за чашечкой чая» — шутил Дмитрий.

Через пару часов, когда вся группа расположили свои вещи в палатках, мы вернулись к костру, где нас уже ждал суп с мясом на ужин. Сытые и уставшие, мы сидели у костра, а вокруг нас наступала ночь. Слава и Ярослав под гитару исполнили для нас несколько песен и все пошли спать. Река Адырсу сильно шумела, словно поезд, поэтому заснуть было непросто. Первый сон я увидел только ближе к утру.

— По крайне мере, рядом со мной никто не храпит — улыбнулся я и попытался заснуть.

Первый полноценный день акклиматизации на высоте 2300 метров начался с раннего подъема в шесть утра. Мы позавтракали овсянкой с чаем, после чего сделали зарядку и дыхательные упражнения.

— Дыхание очень важно при длительный походах — пояснил Ярослав — вы все должны научиться правильно дышать.

— Если бы мы не умели правильно дышать, мы бы вряд ли дожили до этого момента — засмеялась Алена.

— Дышать на ста или трехстах метрах, где вы обычно живете это не одно и то же, что дышать на двух или трех тысячах метрах в горах, не говоря уже о пяти тысячах над уровнем моря — заметил Ярослав.

— Чем выше, тем воздух все более разряженный и дышать сложнее — вмешался в разговор Слава — вы это позже поймете, а кто-то из вас уже сегодня!

Утром было холодно и, чтобы согреться, мы всей большой кучей людей обнялись. Это немного согрело нас и подняло настроение. После этого мы собрали свои штурмовые рюкзаки, взяли палки для ходьбы и отправились друг за другом вверх вдоль реки Кулумкол.

— Никуда не торопимся, но и не отстаем, смотрим под ноги и держим темп ходьбы, попробуйте научиться разгружать спину и ноги при помощи палок, это потом очень пригодится — произнес Ярослав и пошел первым, задавая общий темп ходьбы.

— Сегодня нас ждет отличная прогулка к подножью горы Уллу-Тау и Местийским ночевкам — объяснил Слава и пошел самым последним, замыкая нашу длинную змейку из людей.

Первый километр мы, словно горные козлы, прыгали по огромным валунам, а затем пошли вдоль устья реки по узкой тропинке, которая тянулась вверх. Антонио стало плохо, и он решил развернуться обратно в лагерь, чтобы отдохнуть. Видимо сказался некачественный сон. Ярослав вручил ему одну из раций, чтобы быть на связи. Справа от нас внизу сильными потоками бурлила река Кулумкол, а слева от нас был луг, на котором паслись лошади блестящего гнедого цвета. На небе не было ни облачка, поэтому многие в группе, во время первого привала, начали безжалостно давить свои тюбики с солнцезащитным кремом. Я же не брал его с собой, посчитав, что раз я обгорел в этом году на французской Ривьере, то мне уже ничего не страшно. Наш маршрут длился всего лишь шесть километров в одну сторону, но шли мы по нему чуть больше четырех часов. Разница между горизонтальной и вертикальной ходьбой была колоссальной.

— Ничего себе ты спортсмен — удивился Николай — я вот устал уже.

— Пока ничего сложного, главное меньше болтать по дороге и дышать, как учили — напомнил я — а ты как Булат?

— В норме — ответил Булат, протирая свои очки.

— Константин бежит впереди Ярослава — заметил Николай.

— Обычный выскочка — фыркнул я — какой в этом смысл, мы же не наперегонки идем?

— Дело говоришь — согласился Николай.

Финальный привал у нас был на высоте 3150 метров над уровнем моря. Мы не стали подниматься на саму вершину из-за того, что это был наш первый радиальный выход, и вся группа еще не привыкла к таким нагрузкам. Именно тут я и заметил, что все горы абсолютно разные. Это сложно передать словами и даже фотографиями. Все горы разные, и не только потому что они сложены из разных пород, и на одной может расти густой лес, а на другой лежать снег. Нет, горы разные по своей энергетике. Это нужно прочувствовать.

— Гора Уллу-Тау является местом силы всего Кавказа, сюда многие приезжают загадывать свои желания. Ее называют «Великой горой» и «Горой Матерью». Существуют поверья, что эта гора способна исцелять людей — рассказывал нам Слава, пока мы обедали, орехами, шоколадками и травяным чаем.

Перед тем, как начать спуск к лагерю, мы все сделали общую памятную фотографию, а я набрал горной воды в бутылку и размешал в ней изотонический напиток со вкусом манго. В такую жару он отлично утолял жажду и восполнял водно-солевой баланс, что повышало тонус организма. Обратно мы спустились гораздо быстрее и легче. На это нам понадобился всего один час, но при этом мы придерживались техники безопасности.

— Главное не подняться, главное спуститься — часто повторял Ярослав.

Вечером помимо горячей гречневой кашей с тушенкой на ужин, нас ждало еще одно очень приятное занятие. Инструкторы сняли баню на час для всех желающих. После ужина все ребята, кто хотел в баню, взяли с собой сменную одежду и направились до конца дороги, ведущей к Альпинистской базе Уллу-Тау. Там у истоков реки Адырсу стояла маленькая деревянная баня, рядом с купелью. Мы отлично попарились и поныряли в купель, но меня, как всегда, подвело мое горло, которое начало першить, сразу, как только я вернулся в лагерь.

— Всегда болею в путешествиях, уже надоело — грустно произнес я.

— Давай я тебе свой термос дам, заваришь чай горячий, а лучше трав нарви и подлечишься — предложил мне Олег.

— Спасибо, а сам ты как? — спросил я.

— Да у меня два термоса с собой, я предусмотрительный — улыбнулся Олег.

Глава 2

«Ущелье Адырсу»

На следующий день после завтрака, зарядки, дыхательных упражнений и уже всем полюбившимся групповым объятиям, нас ждал очередной радиальный выход в горы.

— Сегодня маршрут не двенадцать километров как вчера, а всего десять, но он более сложный из-за очень крутого подъема в гору — сообщил Ярослав — но виды, которые откроются оттуда, с лихвой компенсируют все ваши труды!

— Это точно — подтвердил Слава — все как с картинки и гора Суллоколбаши, и река Джаловчат. Все самые красивые фотографии в этом ущелье делают именно там!

В полном составе, всей группой мы перешли по мосту через реку Адырсу и скрылись в густом лесу у подножья горы Суллуколбаши. Здесь действительно всем нам пришлось напрячься, ведь узкая тропинка резко поднималась в гору, а мелкие камешки, которыми она была усыпана, лишь препятствовали быстрому подъему. Здесь каждый из членов группы поистине оценил, как важно грамотно использовать палки для ходьбы.

— Я сейчас умру! — запыхавшись, кричала Алена.

— Сейчас рано, вот дойдем до Джаловчатских ночевок, там и можешь умирать! — подбодрил ее Слава.

Мы потратили шесть часов, чтобы добраться из нашего лагеря до ледника и озера, где брала свое начало река Джаловчат. Всего пять километров, но сколько сил мы потратили, чтобы сюда добраться. Виды тут были за гранью реальности! На высоте 3200 метров находился красивый большой водопад, живописное озеро, открывалась панорама Кавказских горных хребтов, протекала река Джаловчат, а в пешей доступности находился большой ледник, с которого веяло холодом. На плато стояло несколько палаток, которые разбили альпинисты. Это место именовалось Джаловчатскими ночевками. Мы сделали привал чуть дальше озера, ближе к леднику. Никто из нашей группы, кроме инструкторов не подходил так близко к леднику, поэтому всех без исключения удивила его мощь и сила. Время от времени мы слышали громыхание камней и небольших снежных лавин, которые с жуткой скоростью сходили с его вершин, после чего становились одним из многочисленных ручейков, а позже одной из горных рек. На солнце было жарко, и в ход вновь пошел солнцезащитный крем. Но, как только ветер начинал дуть со стороны ледника, ребята лезли в рюкзаки за теплыми вещами.

— Как ты себя чувствуешь сегодня? — спросил я у Антонио.

— Отлично, главное это высыпаться, сон тут очень важен — ответил он.

— Это точно, а то я смотрю, ты среди первых идешь, молодец — похвалил я его — сегодня вся группа хорошо держится.

— Спасибо, ты видел, как лавина сошла? — спросил Антонио — жуткое зрелище.

— Да, не хотел бы я тут заночевать — ответил я, и достал свою миску для обеда.

После обеда, на который у нас был рис с тушенкой, мы сделали еще один небольшой подъем на несколько сотен метров, а затем все вместе быстро начали спускаться.

— Надо поторопиться, а то мне эти облака не нравятся — задумчиво произнес Ярослав.

С горы нас провожало семейство горных козлов именуемых турами. Все они были светло-коричневого цвета, стройные и на тонких ножках, благодаря которым они удивительно балансировали на камнях. Проводить нас пришли две взрослые особи и два их детеныша. Туры совсем не боялись непрошенных гостей, видимо для них это было привычной встречей. Спуск с горы был феноменально быстрым. У многих ребят в лагере осталась висеть стиранная одежда, и они хотели успеть убрать ее до начала дождя. Была и еще одна весомая причина нашего быстрого спуска. Вся узкая дорожка, которая вела с горы вниз, была усыпана мелкими камешками, на которых после дождя можно будет кататься, как на роликовых коньках. Упасть с такого крутого спуска никто не желал, поэтому все максимально быстро и максимально осторожно спускались в лес. В лагере стояла моя палатка, которая не была водонепроницаемой, и если я не успею ее убрать до наступления дождя, то все пропало. Она промокнет насквозь, и я ей больше не смогу воспользоваться в ближайшие дни.

К сожалению, мы с ребятами не успели дойти до лагеря буквально пару километров, как на нас обрушился сильный ливень. Хорошо, что вся группа уже спустилась в ущелье Адырсу и шла по дороге, а не по каменистой крутой тропинке. Мы достали из рюкзаков дождевики и накинули их на себя. Я допил горячий чай из термоса, но мое горло все равно оставляло желать лучшего, а после ливня у меня заложило и нос. По приходу в лагерь мы все согрелись у костра, пообедали, и я нашел себе пристанище в палатке с Булатом, Еленой из Израиля и альпинисткой Юлей.

— Ее хоть выжимай — жаловался я Булату — вся насквозь промокла вместе с некоторыми вещами.

— Да, недолго ты покайфовал — посочувствовал Булат.

— Вот держи, эта разогревающая мазь, нужно горло и грудь намазать — Елена протянула мне синюю баночку.

— Спасибо большое — я поблагодарил ее — не хотелось бы вас заразить, потому давайте я с краю лягу.

Я размазал мазь по груди и горлу. По запаху и действию она была похожа на знаменитую мазь «Звездочка». Выпив горячего чая из термоса, я лег спать. Сегодня был ранний отбой, ведь завтра, по словам инструкторов, нас ждал самый сложный день в нашем походе. Для меня он будет сложным вдвойне, ведь я заболел, а завтра вдобавок ко всему наша с Еленой смена дежурства на кухне, и мы весь день должны будем готовить еду для группы.

Подъем был особенно тяжелым для всех ребят. Мы проснулись, когда на улице еще было темно. Длинная очередь в «кафе». Длинная очередь за овсянкой. Вялые, сонные сборы. Нас подгоняли инструкторы, но это не сильно помогало. Мы сложили общие палатки в рюкзаки тем, у кого было хоть какое-то свободное место, другим же распределили пакеты с едой на два дня. Котел и кастрюлю к себе положил Антонио, который этим сильно помог нам с Еленой. Сегодня и завтра мы будем ответственные за еду, и все кухонное снаряжение так же на нас. Когда вся группа была собрана, мы длинной цепочкой отправились по маршруту, по которому уже ходили день назад. Около подножья горы Уллу-Тау мы спустились к реке Кулумкол, а затем перешли ее по камням в самом узком месте. Теперь перед нами был очень крутой подъем в гору, который у всех ребят отнял их последние силы.

— Я больше не могу — чуть слышно произнес Булат.

— Давай, еще чуть-чуть осталось — подбадривал я его.

— Рюкзаки тяжелые — жаловался Николай — как хорошо было со штурмовым рюкзаком вчера.

— Сильно не выпрямляйся, а то вниз покатишься, всех посшибаешь — предостерег я Николая, когда он переводил дух.

— Без палок вообще нереально в горы ходить — заметил Булат.

Через боль и страдания мы поднялись на плато, где у ледника Башиль, сделали небольшой привал.

— Какое счастье сбросить этот рюкзак — обрадовался Дмитрий.

— Счастье будет недолгим, мы еще не дошли до нового лагеря — произнес Ярослав — теперь вы все ощущаете, что в горах каждый грамм важен, поэтому мы настоятельно рекомендовали брать с собой в рюкзаки только самое необходимое.

— Слышал Олег — обратился я к Олегу, у которого на шее висел тяжелый профессиональный фотоаппарат с большим объективом.

— Слышал, пошли, я там отличные ракурсы приметил — предложил он.

После привала мы вновь взяли свои тяжелые рюкзаки и поднялись еще чуть выше, где бурлила горная река, и была большая низина в форме круга.

— Как будто кратер от метеорита, да? — обратился ко мне Булат.

— Да, очень похоже, а в центре как раз огромный валун лежит — согласился я — с другой планеты.

Когда вся группа спустилась в низину, то мы заметили стадо туров, которых было очень много. Они филигранно бегали по камням и любопытно смотрели в нашу сторону. Ребята начали ставить палатки, а мы с Еленой разбили кухню прямо в тени огромного валуна, где начали готовить обед. Дорога сюда длиной в семь километров заняла у нас шесть часов.

— Это уникальное место, как вы уже заметили, здесь часто останавливаются группы альпинистов, но нам повезло, сегодня мы здесь одни — объявил Слава.

— А как оно называется? — поинтересовался Николай.

— Кичкидарские ночевки — ответил Слава — обычно так называют это место.

— Ребята, давайте быстрее, заканчивайте свои приготовления и идите обедать, вы сегодня, конечно все молодцы, но мы еще не закончили — поторапливал группу Ярослав.

— Серьезно? — воскликнула Алена — а куда вы нас еще погоните? Изверги! Я ведь не как эти козлы горные, я так прыгать по камням не могу.

— Специально тебя, Алена, будет ждать сюрприз — улыбнулся Ярослав.

— Какой? — заинтересовалась она.

— Пока не могу сказать — засмеялся Ярослав — могу лишь только всем ребятам посоветовать взять с собой сменную одежду, чтобы плавать.

— Плавать? — удивилась Алена.

— Где? Тут? — присоединилась Евгения.

— В ручье этом что ли? — недоумевал Дмитрий.

— Ничего не скажу — махнул рукой Ярослав — давайте идите есть, а после со штурмовыми рюкзаками и палками на выход.

После сытного обеда, который мы любезно приготовили для всей группы вместе с Еленой, ребята начали собираться на радиальный выход. Макароны с тушенкой и отличный вид на загадочный ледник Башиль, подняли командный дух и придали силы каждому из ребят. Друг за другом мы выбрались из низины и тут же столкнулись с первой проблемой. Горный ручей, который мы легко перешагнули всего лишь два часа назад, когда шли в лагерь, превратился в сильную и широкую горную реку. Нам пришлось пройти чуть дальше, к его истокам и, как выразилась Алена «прыгать как горные козлы по камням», чтобы пересечь его.

— Отлично, никто не промочил ноги? — поинтересовался Слава.

Несколько девушек подняли руки.

— Ничего, мы уже почти на месте — успокоил их Слава, а затем добавил — наш лагерь разбит на высоте 3200 метров над уровнем моря, а сейчас наша цель подняться до 3400 метров, где вас ждет сюрприз, как уже сказал Ярослав.

Когда мы наконец-то поднялись на высокую скалу, то внизу увидели таинственный сюрприз, который нам обещали инструкторы. Здесь, в небольшой впадине уютно разместилось небольшое горное озеро с ярко бирюзовой водой.

— Это озеро имени Грановского, вода очень чистая, но очень холодная! Кто хочет, тот может окунуться! — произнес Ярослав.

Ребята обрадовались и побежали вниз, осторожно балансируя на камнях, чтобы не скатиться кубарем в озеро. На улице была жара, солнце сильно пекло, а от озера приятно отдавало прохладой. Почти все хотя бы раз окунулись в него, кроме меня и нескольких девушек.

— Если бы я не разболелся, то я бы тоже искупался! — оправдывался я.

— Да, да! — иронично произнес Николай.

— Правду говорю! Вода то теплая! У нас в Волге и холоднее бывает! — я продолжал оправдываться.

— Ты вон посмотри, как Алена плавает! — посоветовал мне Булат.

Алена плавала на середине озера, как русалка, ныряя и выныривая из ледяной воды, а Евгения ее фотографировала. Холодная вода горного озера взбодрила всех, а когда мы вновь поднялись на скалу, то увидели, что вдалеке из-за облаков показался манящий Эльбрус. Все ребята затихли и задумались каждый о своем.

Вечером за ужином было анонсированной две игры, в которые мы должны будем играть до конца похода.

— Первая игра называется «Ангел-хранитель». Правила простые, из мешка каждый должен будет достать листочек с именем того человека, о котором он будет заботиться до конца похода, но делать это так, чтобы этот человек не узнал, кто именно о нем заботится. Можно незаметно оставлять шоколадки этому человеку, можно помогать донести что-нибудь, включите фантазию и, таким образом, у каждого из группы будет свой персональный ангел-хранитель, а у него свой — пояснил Ярослав правила первой игры.

Все ребята по очереди достали из мешка листочки с именами, а затем очень осторожно посмотрели их, чтобы никто не заметил. Мне досталось заботиться о Денисе, тихом парне, который был женат на Наталье.

— Пускай она о нем и заботится — чуть слышно произнес я и благополучно забыл об этой игре.

Когда все ребята достали из мешка имена и узнали, для кого они будут ангелами-хранителями, Слава принес новые записки и приступил к объяснению правил второй игры.

— Игра называется «Киллер», и она всем очень нравится. Вы так же достаете имена из мешочка, но в этот раз этого человека вы должны убить с помощью поцелуя. Целовать можно куда угодно и как угодно, главное, чтобы этого никто не видел. В этом и есть суть игры, тихо и незаметно для остальной группы поцеловать человека, чье имя вы достанете из мешка. В свою очередь этот человек выбывает из игры, отдавая вам свой листочек. Имя на его листочке это ваша следующая жертва. Таким образом, должны выбыть все члены группы, кроме одного! — закончил Слава.

Вся ребята доставали новые листочки с именами и загадочно ухмылялись. Когда очередь дошла до меня, я запустил руки в мешок и вытянул записку с именем «Александр».

— Алена! — громко начал я, чтобы все слышали — ты здесь самая веселая, поэтому я убью тебя последней!

— Спасибо! — засмеялась она, а все ребята ее подхватили, оценив мою шутку.

Весь вечер, после ужина каждый занимался своими делами, но делал это в компании минимум двух человек, чтобы избежать «убийства». Я в компании Булата и Елены поднялся на скалы, где мы делали фотографии и любовались пейзажами в закате оранжевого солнца. Особенно красиво смотрелся ледник Башиль, который искрился в лучах уходящего дня. Когда стемнело в лагере, и все разошлись по палаткам, раздался крик Милы, а затем его сменил истеричный смех. Первая жертва игры «Киллер». Посреди ночи, когда я захотел в туалет, то я осторожно перелез через Булата и Елену, чтобы не разбудить их. Когда у меня это получилось, я обулся и пошел к самому краю лагеря. Было очень темно. Вдруг я поднял голову к небу и остановился. Надо мной было небесное полотно с мириадами звезд. Ничего подобного я еще никогда не видел. Их был гораздо больше, чем обычно, и светились они очень ярко. Даже знакомые созвездия смотрелись иначе. Да, что там созвездия, в горах все смотрелось иначе. Все было чисто, ясно, просто и по-настоящему. Потрясающая ночь на высоте 3200 под звездным куполом в середине кратера.

Рано утром мы с Еленой встали вместе с инструкторами и начали собирать нашу походную кухню. Поскольку нам еще надо было готовить завтрак, то было решено приготовить его в нижнем лагере ущелья Адырсу.

— Сегодня очень тяжелый день в плане перепадов высот, мы покидаем наше ущелье. Давайте оперативно двигайте в лагерь, вы как самые быстрые, без проблем успеете приготовить завтрак до нашего прихода — попросил нас Ярослав — а мы пока тут палатки соберем и спустимся к вам, кстати, меня вчера мой практически брат, Слава, убил!

— Я тоже хочу с ними — попросился Антонио, который так же последние два дня уверенно шел среди первых в группе.

— Отлично, как раз поможешь им все донести, а ты Ярослав, сам виноват, не нужно было одному в туалет идти — засмеялся Слава — сейчас мы ребята на высоте 3200 метров над уровнем моря, а ночевать будем уже в поселке Терскол на высоте 2100.

Елена, Антонио и я пошли вниз через бурную горную реку и ледник Башиль к подножью горы Уллу-Тау. Елена была очень ответственным человеком, и раз ее попросили прийти в лагерь раньше всех, она намеревалась сделать это несмотря ни на что. Мы же с Антонио не хотели спешить, мы хотели любоваться природой в свете молодой зари.

— Ребята, я пошла тогда, встретимся в лагере — не выдержав нашей медлительности, произнесла Елена, а вскоре скрылась где-то впереди.

— Обиделась, наверное? — спросил я у Антонио.

— Не думаю, просто у нее «синдром отличницы» — пояснил он — успеем и так, группа как черепахи ходят, да еще и собираться долго будут.

Антонио оказался прав поэтому, когда мы вальяжно спустились в лагерь, у нас впереди была еще куча времени. В лагере мы застали Елену, которая суетилась и раскладывала кухню, но ничего сделать не могла, так как часть снаряжения была в наших рюкзаках.

— Моя палатка должна уже была высохнуть — произнес я и пошел проверять ее.

Все вместе мы сварили овсяную кашу и вскипятили горной воды для чая. Группа пришла только через два часа после нас и сразу набросилась на еду. После завтрака мы погрузили рюкзаки в машину с большим кузовом, которая приехала за снаряжением, а сами покинули лагерь и отправились вдоль реки Адырсу в самое начало ущелья к подъемнику. Я шел одним из последних, ведь мне некуда было торопиться, я наслаждался природой. Вдруг я заметил, что Александр тоже идет позади остальных ребят, я сравнялся и поприветствовал его.

— Давно хотел сказать, что у тебя клевая футболка — произнес он.

— Спасибо. Это Чарльз Буковски — поблагодарил я.

— Никогда не слышал, это актер? — спросил Александр.

— Нет, это писатель, очень крутой, но пишет жестко, не всем заходит — пояснил я.

В момент нашего диалога я присел, чтобы завязать шнурок, который и так был завязан. Александр остановился, чтобы подождать меня. Я специально пошел на такую уловку, чтобы ребята, что шли впереди нас, ушли еще дальше и не раскрыли мой коварный план. Когда я встал, то резко поцеловал Александра в рукав кофты.

— Да ты что! — раздосадовано вскрикнул Александр — а я-то думал, что всех выиграю!

— Не судьба — улыбнулся я — кто там у тебя?

— Теперь у тебя задача сложнее будет, у меня Алена — засмеялся Александр.

— Да уж, она, по-моему, где-то впереди шла? — поинтересовался я.

— Ничего не знаю — обиженно произнес Александр.

Я перешел через деревянный мост и обогнал Евгению, Олега и Алену, которая шла с ними. Я специально прошел вперед, чтобы ни у кого не вызвать ни малейшего подозрения. Около реки я остановился, как будто бы делая фотографии, а сам внимательно следил за троицей, которая была позади меня. В один прекрасный момент Алена устала и немного отстала от Евгении и Олега. К сожалению, этого расстояния было мало, чтобы остаться незамеченным, поэтому я просто пошел рядом с Аленой. Она ни о чем не беспокоилась, ведь впереди шли люди, но вдруг из кустов вышло стадо быков с большими рогами и преградило нам путь. Таким образом, мы остались с ней наедине пока ждали, когда все стадо пройдет через дорогу.

— Помнишь, Алена, я сказал, что убью тебя последней? — ехидно спросил я.

— Помню — спокойно ответила она, а затем в панике начала крутить головой по сторонам, осознавая, что осталась наедине со мной.

— Я соврал — произнес я фразу из фильма, и поцеловал ее в плечо.

Только одинокий крик раздался по лесу. За стадом быков Олег с Евгенией ничего не видели и не слышали. Следующей моей жертвой стала странная Ирина. Это было легче легкого, ведь она шла одна, вся в своих мыслях, но когда я поцеловал ее в плечо, то она вернулась в реальность.

— Я уже и забыла про эту игру — смущенно оправдывалась Ирина — у меня записка с именем Олег была.

Мы с Олегом часто фотографировали друг друга, к тому же у меня был его термос, поэтому я решил, что с этой жертвой проблем у меня точно не будет. Тропа из ущелья закончилась на поляне рядом с подъемником, который, как и в прошлый раз, не работал. Я еще раз оглянулся и лишний раз убедился, что ущелье Адырсу уникальное по своей природе и энергетике место. Здесь на поляне нас ждала машина, откуда из кузова каждый из ребят взял свой рюкзак и начал осторожно спускаться по железной лестнице. У начала дороги стояли две маршрутки, куда мы погрузили наши вещи, а затем загрузились и сами.

Тридцать минут мы ехали из Верхнего Баксана в село Терскол. Маршрутки остановились в самом конце села, где находился наш палаточный лагерь под названием «Бивак». Здесь остановилось несколько туристических групп, было множество палаток и очень много людей. Кто-то из них уже совершил восхождение на Эльбрус, а кто-то так же как мы только собирался сделать это. Нас сразу же встретил организатор похода и духовный наставник всего проекта «Пик» по имени Сергей. Он был невысокого роста, худощавым, с большими живыми глазами и короткими светлыми волосами. На его счету было множество восхождений на горы по всей России, Азии, Америке и даже Африке. Это отличный результат для парня тридцати лет. Он был вегетарианцем и занимался йогой. Масштаб его личности был соизмерим с горой Эльбрус.

— Все готовы? — спросил он, и вся группа хором ответила: «Да» — отлично, это будет мое уже двадцать пятое восхождение на Эльбрус!

Сергей показал, где нам нужно разложить платки, где здесь находится источник воды, туалет, и как вообще все устроено в этом большом лагере.

— Когда расположитесь, приносите мне все свое снаряжение на проверку — скомандовал он — все посмотрим, и я скажу, что вам сегодня вечером нужно будет взять в прокате.

Перед тем, как нести свое снаряжение, все ребята устроились за большим деревянным столом под тентом, где мы и пообедали. Все из моего снаряжения подошло под требования восхождения, но некоторые вещи мне все равно пришлось взять в прокате. Я подождал Булата, Милу, Николая и Антонио и мы все вместе пошли через село в прокат, который находился от лагеря в двадцати минутах ходьбы. Мы прошли через все село Терскол и успели хорошо познакомиться с ним. Он представлял собой одно широкое шоссе А158, по обе стороны от которого расположились гостиницы, продуктовые магазины, кафе, одна аптека, одна почта и несколько пятиэтажных и частных домов. Все это в окружении высоких живописных гор и рек Гарабаши, Терскол и Баксан. Около поворота к горе Чегет находилось кафе «Друзья», а возле него был прокат снаряжения. Я взял кошки, обвязку, ледоруб, верхонки, бахилы и треккинговые ботинки. На обратном пути мы с Антонио поняли, что нам уже надоели все эти каши с тушенкой, и мы единогласно решили посетить кафе «Эльбрусия». Там мы сели за деревянный стол и заказали по два хычина, один с мясом, а второй с сыром и картошкой. Бедная официантка бегала изо всех сил, то от столика к столику, то от кассы к кухне. Внезапно выключилось электричество во всем селе.

— Видимо не судьба нам сегодня разнообразить наш рацион питания — засмеялся я.

— Я умираю от голода — грустно произнес Антонио и начал протирать свои очки.

Через час нам принесли наш заказ. Каждому по тарелке, на которой лежали два огромных хычина. Они представляли собой что-то среднее между блином и лепешкой. Они были невероятно сытными и вкусными. Мы с Антонио наелись первым хычином, а второй ели уже через силу. С трудом встав из-за стола, мы с Антонио пошли в лагерь, по пути заглянув в аптеку, где я купил сироп корня солодки и таблетки от боли в горле.

В лагере все мыли посуду после ужина и укладывались на ночлег. Я заметил, что Олег в полном одиночестве моет в реке Гарабаши свои тарелки. Осторожно я подсел к нему.

— Вода мутная, да? — спросил я и, не дождавшись ответа, поцеловал его в плечо.

Я уже начал праздновать победу, как из кустов выбежала Евгения.

— Я все видела, я все видела! — кричала она — это не считается!

— Да ты вообще отходишь от него? — раздосадовано произнес я и пошел к палатке.

— Спасибо — Олег поблагодарил Евгению, и они остались сидеть у воды, о чем-то непринужденно болтая.

По правилам игры, мы теперь с Олегом оба знали, что я за ним охочусь, и моя миссия значительно усложнилась. Я залез в палатку к Юле, Булату и Елене, выпил там горячий чай из термоса с сиропом корня солодки, намазал мазью горло и грудь и, удобно устроившись в спальном мешке, закрыл глаза. За сегодняшний день мы спустились с 3200 метров на высоту 2100 метров и прошли шестнадцать километров. Сегодня был тяжелый день, а завтра мы уже окажемся на Эльбрусе.

Глава 3

«Окно с видом на Эльбрус»

Утро началось еще до рассвета. Весь лагерь суматошно копошился в своих палатках. У нескольких групп одновременно шли сборы. Каждый из ребят собирал свои вещи и старался ничего не забыть, в том числе и снаряжение, которое вчера взяли в прокате. Обратно в этот лагерь мы вернемся лишь только после восхождения на Эльбрус.

— Берите только самое необходимое, а все остальное мы сдадим на хранение, я еще раз повторяю, что на высоте каждый грамм чувствуется — эту фразу несколько раз повторил Сергей, который внимательно следил за нашими сборами и еще раз проверял снаряжение каждого члена группы.

Ребята складывали свои рюкзаки и ни о чем другом не думали, кроме как о восхождении на гору. Я воспользовался этой возможностью и подкараулил Олега у его палатки, где без свидетелей поцеловал в спину. Евгения ему в этот раз не помогла.

— На, держи — грустно отмахнулся Олег, и достал из кармана листок — я вчера вечером Антона убил, и мне досталась его жертва.

Я развернул листок, и обнаружил на нем свое имя. Согласно правилам игры я должен был теперь убить самого себя. Грустные недочеты в игре «Киллер». На берегу бурлящей реки Гарабаши, я набрал себе воды, чтобы развести в ней изотонический напиток, а затем поцеловал в руку и закончил эту интересную игру с пятью жертвами на своем счету, что было местным рекордом. После завтрака, на который была овсянка с фруктовым джемом и сгущенкой, а так же горячим чаем и бутербродами с сыром, мы покинули лагерь «Бивак». Нас вышли проводить даже забавные черные белки, которые еще со вчерашнего дня нагло выпрашивали у всех еду.

— Вы только посмотрите на рисунок у нее на груди — воскликнула Алена — там же знак белой летучей мыши!

Действительно, одна из черных белок имела на своей груди белый знак похожий на бабочку или летучую мышь.

— Я не белка, я бэтмен! — грозно произнесла Алена, а потом засмеялась, и все ребята вокруг тоже засмеялись.

У выхода из лагеря наши рюкзаки были погружены в машину Сергея, и он поехал к канатной дороге. Вся группа вместе с инструкторами Славой и Ярославом пошла по широкому шоссе А158 в сторону поляны Азау. На улице уже начиналась невыносимая жара. Дорога заняла у нас всего полчаса. Половину пути с нами лениво вышагивали тучные коровы, которые мешали водителям их объехать. На поляне Азау, около одноименной подъемной станции на высоте 2350 метром над уровнем моря, все ребята сбегали в магазин, где купили лимонад, фрукты, а кто-то даже мороженого. Ведь больше по пути магазинов не будет. Дальше только огромный Эльбрус, у подножья которого мы сейчас находились. Запрокинув головы, вся группа с любопытством разглядывала две его вершины.

— Восточная вершина имеет высоту 5621 метр, а западная вершина, на которую мы с вами будем подниматься 5642 метра — пояснил Сергей — как вы уже заметили, эта гора имеет уникальные две вершины, которые часто называют «Верблюжий горб» или «Женские груди», кому как больше нравится.

— Второй вариант, конечно, приятней! — засмеялся Олег.

— Олег! — его в шутку стукнула по плечу Евгения, у которой был четвертый размер груди.

— Я имею в виду, что звучит приятнее — оправдывался он — более благородно!

Все парни дружно перенесли тяжелые рюкзаки и снаряжение из машины в подъемный вагончик. На протяжении всего похода каждый из парней всегда помогал девушкам, если того требовали обстоятельства. Однако Дмитрий превзошел в этом аспекте нас всех. Он проявил себя настоящим джентльменом. Он помогал и девушкам, и парням. Настоящий ангел-хранитель нашей группы. Вчера вечером была очень забавная ситуация в палатке, где он спал вместе с Евгенией, Аленой и Николаем. Алена задержалась и пришла спать самой последней. В палатке она в своей характерной манере вела себя очень громко, что слегка вывело из себя даже невозмутимого Дмитрия.

— Алена, вам определенно следует почитать на досуге правила этикета — заявил он сквозь сон.

— Да что вы говорите — засмеялась Алена — это какие такие правила этикета? Палаточные правила этикета?

С тех пор шутка про «Правила этикета» полюбилась многим, и ее очень часто стали использовать ребята.

— Дмитрий, вы такой молодец сегодня, все наши рюкзаки принесли — язвительно начала Алена — это полностью соответствует всем правилам этикета!

— А знаете, что еще соответствует правилам этикета, Алена? — обратился он к ней.

— Что? — спросила она.

— Так громко не смеяться на Эльбрусе, иначе лавина может сойти — заключил он с совершенно серьезным и невозмутимым лицом.

Алена лишь громко рассмеялась в ответ. Скрипучий, старый, советский подъемник довез нас до станции «Кругозор» на высоте 3000 метров, где мы перенесли все рюкзаки в другой вагончик, на котором уже доехали до станции «Мир». Здесь на высоте 3500 метров над уровнем моря нас ждал общий сбор. Булат, Николай, Дмитрий и я ждали, пока все члены группы поднимутся на станцию, и любовались Эльбрусом. Обе его вершины были покрыты густыми облаками, а сама гора казалась нам нереально огромной. В этот момент я почувствовал страх, который до этого момента спокойно дремал в глубине души. В глазах ребят я прочитал то же самое чувство. Напротив Эльбруса высотой в 3769 метров красовалась знаменитая гора под названием Чегет. Вокруг нас кипела горная жизнь. Здесь было очень много туристических групп. Отовсюду слышалась иностранная речь. Я видел тут и азиатов, и американцев, и немцев, и даже индусов.

— Акклиматизация это самое важное! — неустанно повторял Сергей — вчера мы спали на высоте 2100, а сегодня поднимемся до 4000 метров над уровнем моря!

С тяжелыми рюкзакам и палками мы за час дошли до легендарного приюта «Бочки» на высоте 3750 метров над уровнем моря. Дорога от станции «Мир» до него вела мимо черных и больших валунов по грязному снегу. Мимо нас несколько раз прорычал, поднимаясь Ратрак с туристами, от которого по снегу текли масляные ручьи. Это был специальный транспорт на гусеничном ходу для езды по горам.

— Первый раз его видите? — поинтересовался Ярослав.

— Да — ответила Николай — на трактор похож.

— Или на танк — добавил Булат.

— На Ратраке можно подняться до скал Пастухова на высоте 4700 метров — заметил Слава — раньше он и выше поднимался, чуть ли не до Косой Полки на высоту 5000 метров, но несколько лет назад там один Ратрак застрял, и до сих пор стоит там, замерзший в снегах. Больше никто не рискует. Стоит кучу денег.

— Выходит нам подняться надо только на 1000 метров на своих двоих? — поинтересовался Дмитрий.

— В смысле? — не понял вопроса Сергей — ты имеешь в виду, что сначала до лагеря «Бочки» можно на подъемниках подняться, а здесь пересесть на Ратрак до скал, а оттуда пешком до вершины?

— Да! — подтвердил Дмитрий.

— В принципе да, но нужно учитывать еще и радиальные подъемы в течение нескольких дней для адаптации организма — ответил Сергей — мы с вами будем подниматься по классическому маршруту с Юга на западную вершину. Категория этого маршрута 1Б, что означает его максимальную простоту, но пусть вас это не вводит в заблуждение. Да, по нему поднимаются и пенсионеры, и инвалиды, и даже соревнования на время есть, но несчастных случаев хватает.

— А в этом году уже были такие случаи? — поинтересовалась Алена.

— К сожалению да — грустно ответил Сергей — на данный момент зафиксировано пятнадцать смертей за этот год.

— Ужас какой — удивилась Алена, и ее блестящая улыбка слетела с лица.

— Многие, начитавшись интернета, думают, что могут подняться самостоятельно «дикарем», и идут без инструктора и без должной подготовки. Потом таких одиночек видят в трещине на Косой Полке, откуда людей даже не достают. Вертолет так высоко не поднимется. Некоторые погоду недооценивают, а это грубейшая ошибка. Здесь, на Кавказе, сама гора Эльбрус формирует погодные условия, за счет своей высоты. Этого ни на каких сайтах не увидеть, ни в каких прогнозах не прочитать, только опыт. Люди поднимаются до седловины, где из-за облаков и плохой погоды просто нулевая видимость, и без навигатора не выбраться, и теряются, то в трещину упадут, то со склона сорвутся, а могут и замерзнуть насмерть. Это здесь у нас жара, особенно на солнце, можно в майке спокойно ходить и шортах, а на высоте, да еще при сильном ветре, все обмораживает, и носы и пальцы. Бывает люди, как вот из американской группы один. Отек мозга из-за недостаточной акклиматизации организма. Слишком резко начал набирать высоту и все, до больницы не успели довезти.

— Ничего себе — удивился Булат.

— Я ребята, никого из вас не пугаю и сделаю все, что в моих силах, чтобы вы были в целости и сохранности, с нами и инструкторы и сотрудники МЧС будут подниматься, так что все в порядке будет — объяснил Сергей — просто я хочу, чтобы вы очень серьезно отнеслись к восхождению.

— Как после такого не отнестись — заметил Олег.

— И поймите еще одну вещь, мы не покоряем горы, это невозможно, мы лишь совершаем восхождение на них — пояснил Сергей — а то любят кричать некоторые, я покорил гору, но это неправильно, посмотрите на себя и на Эльбрус.

Все остановились и внимательно посмотрели на Эльбрус, вершины которого стали ясно видны из-за отсутствия облаков.

— Как такую гору может покорить человек? — спросил Сергей — никак, он может только совершить восхождение, и то, если гора это позволит. Поэтому нужно уважительно себя вести, иначе за это можно поплатиться жизнью.

Приют «Бочки» был небольшим. С правой стороны от дороги находились те самые знаменитые цистерны-домики, а слева обычные прямоугольные бытовки, куда нас и заселили. Удобства были вполне приличные, в каждой бытовке стояло несколько двухъярусных кроватей, был стол, а удобства находились рядом на улице. Для человека, который прожил двадцать четыре года в частном доме без каких либо удобств, жить здесь не составит никакого труда. Зато какой восхитительный вид из единственного окна размером с листок бумаги А4. Я сразу же занял верхнюю кровать рядом с окном.

— Это что? Эльбрус там видно? — удивился Булат.

— Да, шикарный вид — ответил я — давай забирайся, тут рядом верхняя кровать еще свободна.

— Неплохо, бытовка с видом на Эльбрус — отметил Антонио.

В нашу бытовку, помимо меня, Булата и Антонио, заселились еще Дмитрий, Александр и Юлия. Во вторую бытовку, которая была в два раза больше нашей, заселились все остальные ребята.

— Нам повезло, здесь все самые адекватные — произнес я, когда все жильцы нашей бытовки собрались вместе.

— Так значит? А мы выходит неадекватные? — раздался грозный голос Алены из открытой двери на улицу.

— Я не то имел в виду — засмеялся я — и вообще что ты тут подслушиваешь?

— Ничего я не подслушиваю, я фотографии делаю — ответила Алена — и вообще, раз я неадекватная то, что хочу, то и делаю!

Рядом с нашей бытовкой, в небольшом вагончике находилась общая кухня, где, после сытного обеда, мы всем коллективом обсуждали план наших дальнейших действий.

— Теперь, когда мы все в горах, бегать не надо, напротив, лучше ходить медленно и вальяжно как на луне, чтобы пульс не учащался. На высоте не стоит возбуждать организм, а то ночью не удастся заснуть, а сон, как и еда это крайне важный аспект в данных условиях — предостерег нас Сергей.

— И еще, приглядывайте друг за другом, а то в горах есть такая «горная болезнь» или «горняшка» — сообщил Ярослав — из-за недостаточной акклиматизации и особенностей организма, она может проявляться по-разному. Кто-то становится очень тихим, его мучают мигрени, а кто-то напротив чувствует высокое давление, эйфорию, бегает и веселится.

— У Алены врожденная «горняшка» — засмеялся я и увидел, как Алена машет мне кулаком.

— Наша Алена, это отдельный случай — пояснил Ярослав — тем не менее, вы уже хорошо знаете друг друга, поэтому, если вам покажется, что ваш товарищ как-то странно себя ведет, лучше перестраховаться, и мы вместе с Сергеем проверим его самочувствие.

После инструктажа мы всей группой дружно сходили за водой вглубь гор, где текли чистые горные ручейки. Там набрали пятилитровые бочки, а затем начали утепляться и готовиться к радиальному выходу на высоту 4000 метра над уровнем моря. Погода после обеда резко испортилась. Серые тучи затянули все небо, и начал крапать мелкий дождь. Если несколько часов назад можно было спокойно находиться по улице в одной только майке, то сейчас на всех ребятах были теплые пуховики и плащи от дождя. Выстроившись в плотную змейку, друг за другом, мы медленно начали шагать. Важно было держать темп и идти нога в ногу с товарищами. Сергей шел рядом и следил за каждым из нас, давая персональные рекомендации. Через несколько минут видимость стала почти нулевой. Вокруг нас появился густой туман. Мы шли медленно, уткнувшись в спину друг другу. Подниматься стало гораздо сложнее. Ноги скользили на смеси из мягкого снега и грязи, но никто не сдавался. Палки сильно выручали. На высоте 4000 метров мы устроили небольшой привал, где я подкрепил силы горячим чаем из термоса.

— Здесь раньше был знаменитый «Приют 11», но он сгорел в конце девяностых — просветил нас Ярослав.

— Никогда не видел, чтобы погода так резко менялась — удивился Булат.

— Я тоже — согласился я с ним — а представляешь как на вершине?

Мы аккуратно вернулись обратно в приют «Бочки», где дежурные начали готовить ужин, а все остальные ребята сушить промокшие вещи. После макарон с тушенкой я собирался навестить ребят из «неадекватного» вагончика, но мне так сильно захотелось спать, что я в семь вечера залез на свою кровать, закутался в теплый спальный мешок и беспробудно проспал целых двенадцать часов. Утром я встал совершенно здоровый и полный сил. Ни насморка, ни больного горла, ни температуры.

— Сегодня самый важный день в нашей подготовке к восхождению на Эльбрус — сказал Сергей во время завтрака — мы пройдем без остановок прямо отсюда до верхних скал Пастухова.

— Надо же, опять куда-то идти — удивилась Алена.

— А это сколько по набору высот? — поинтересовался Дмитрий.

— Сейчас мы на 3750, а верхние скалы Пастухова находятся на 4800 — ответил Сергей — сегодня главный акклиматизационный день, поэтому подготовьтесь психологически ко всем трудностям и внимательно слушайте меня и инструкторов.

Погода на улице была просто прекрасная. Ярко светило солнце и можно было идти во флисовой кофте или ветровке. После завтрака вся группа собрала свои вещи и погрузила их на большой красный Ратрак, который довезет их до приюта «Мария» на высоте 4100, где мы будем ночевать две ночи и откуда совершим финальный штурм горы. Сидя на снегу, я внимательно следовал инструктажу Сергея и пытался поставить кошки на свои треккинговые ботинки. Алена, которая сидела рядом с радостью подсказала, как их правильно завязывать.

— Какие ботинки большие — удивилась она — кошки с трудом крепятся.

— Да, надеюсь, держаться будут — произнес я — самые большие кошки взял, а они все равно маленькие оказались.

Встав в змейку, друг за другом мы направились вверх по уже знакомой вчерашней тропинке. В солнечных лучах все выглядело куда приятнее, чем при тумане, дожде и ветре. Через несколько минут солнце настолько ярко начало светить, что его лучи, отсвечивая от снега, сильно били по глазам.

— Сейчас лучше всем, кто еще не надел, надеть солнцезащитные очки или сноубордические маски — попросил Слава и сам спустил со лба на глаза очки для сварки металла.

— В начале лета у нас тут была одна художница, она очень хотела перенести на холст всю красоту Эльбруса и наотрез отказалась надевать защитные очки — начал рассказывать Ярослав — через день ее спустили вниз с температурой и временной слепотой.

— Это из-за яркого солнца? — спросила Елена.

— Это от солнечной радиации — ответил Ярослав — даже когда солнце светит не ярко, все равно его лучи отражаются от снега.

— Да, с этим лучше не шутить — согласился Сергей — чем выше, тем она ощутимее.

В кошках было идти значительно быстрее, чем без них, но даже при таком темпе вся группа быстро устала, и маршрут равный шести километрам занял у нас полдня. На верхних скалах Пастухова, на высоте 4800 мы устроили небольшой привал, а заодно и сделали несколько групповых снимков. До этой отметки с нами не добралась только Дина, ее покинули силы около горы Спасателей, и она пошла в наш новый лагерь вместе с Ярославом.

— Не расстраивайся, такое бывает, ничего страшного, сегодня и завтра отдохнешь — успокаивал он ее — я тебе обещаю, до седловины ты точно дойдешь!

Мне же дался этот подъем без особых сложностей, иногда только я сильно злился, когда человек, шедший, впереди меня сбивался с шага, и из-за него приходилось останавливаться и терять темп. Однако сейчас, когда я сидел с горячим чаем в руке и любовался горными хребтами, а за спиной величественно возвышался Эльбрус, я совершенно успокоился. В горах нет места для негативных эмоций.

Спускались мы очень быстро, нас окрыляло, что завтра в ночь мы уже отправимся делать то, ради чего мы сюда приехали. Завтра днем у нас отдых, вечером ранний отбой, а ночью выходим. Сначала выходит группа, которая пойдет пешком от приюта Мария, а через три часа после нее выходит другая группа, которая садится на Ратрак и едет на нем до скал Пастуховых. Откуда обе группы вместе идут дальше на восхождение западной вершины Эльбруса. Сначала никто даже и не думал о том, чтобы тратить деньги на Ратрак, но сегодняшний радиальный выход изменил мнение у многих. Олег, Алена, Евгения, Булат, Милана, Дина, я и супружеские пары Наталья и Денис, Константин и Татьяна решили поехать на Ратраке до высоты 4800 метров над уровнем море, где мы сегодня делали привал. Антон, Антонио, Ирина, Мария, Александр, Николай, Юлия, Дмитрий и Елена решили, что дойдут до верхних скал Пастухова сами и сэкономят деньги.

Приют «Мария» на высоте 4100 метров был чуть меньше, чем приют «Бочки». Он представлял собой большие вагончики и большие бытовки по две комнаты на восемь спальных мест и на шестнадцать спальных мест. Почти в каждом вагончике была газовая плита, большой стол, а вот удобства по-прежнему находились на улице, и это зрелище надо было видеть. Яму в камнях было невозможно сделать, поэтому туалет установили прямо на обрыве. Белая деревянная кабинка, где голубой краской написано «WC туалет», держалась на честном слове и на нескольких палках, которые подпирали ее с разных сторон. Всякий раз, когда ты заходил туда, то ощущал, как ветер раскачивает ее, что значительно ускоряло миссию, с которой ты в нее пришел. Легендарное место. На ночлег я устроился в комнате с Булатом, Ириной, Юлией, Марией, Антонио и Денисом с Натальей. Все очень тихие и воспитанные люди. Мы быстро навели порядок и начали готовиться ко сну. Ирина подходила к каждому человеку и спрашивала, храпит ли он. Чуднее человека, я, пожалуй, еще не встречал. Вторую комнату в нашем вагончике занимали незнакомые нам люди. В приюте «Мария» очень быстрая смена жильцов, тут редко кто остается дольше трех ночей. Люди целыми группами и в одиночку заселяются и выселяются. Кто-то спит и готовится к ночному восхождению на Эльбрус, а кто-то только спустился с горы и громко празднует удачный штурм. Остальная часть группы, которая не поместилась в нашу комнату, заняла целый вагончик вместе с инструкторами и Сергеем. Когда я зашел проведать их, то удивился каламбуру, который они устроили. Кто-то из ребят спокойно ходил в одних трусах, а остальные вещи развесил вокруг вагончика на веревки, чтобы они просушились. Кто-то в это время спокойно сидел за столом и обедал. Кто-то заболел и усиленно натирался пахучей мазью Елены. Алена как всегда смешно шутила, и ребята смеялись со слезами на глазах. Одна только Мила не смеялась, она сидела у окна и грустно смотрела на горы, сжимая в руках свой рюкзак. Когда все успокоились, мы заварили травяного чая, ингредиенты для которого собрала Дина еще в ущелье Адырсу и приступили к карточной игре «Уно».

— Ты совершенно не умеешь проигрывать — заявила мне Алена, когда мы в очередной раз начали спорить над правилами игры.

Позже, когда мы перешил от «Уно» к игре в «Мафию», я задумался над ее словами. Откуда во мне до сих пор живет этот юношеский максимализм? Почему я не могу наслаждаться победами, когда у меня есть хотя бы одно поражение? Почему я не могу радоваться реализованным возможностям, когда упустил хотя бы одну? Это совсем нездоровое качество, которое мешает мне приблизиться к смыслу жизни — быть счастливым.

— Сегодня, когда спать будете ложиться, старайтесь лечь головой к двери, чтобы было не так душно, сон на такой высоте крайне важен для нас — предупредил Сергей, когда ребята расходились по комнатам.

Не знаю, с чем был связан мой беспокойный сон сегодня ночью, то ли с излишней активностью днем, то ли с излишней плотностью спящих людей вокруг, то ли с духотой. Я почти не спал.

Восьмой день нашего похода мы провели в максимально расслабленном режиме. После завтрака мы сделали несколько смешных групповых снимков на фоне Эльбруса, где вся наша «мерзкая семерка» была в нижнем белье. Погода радовала, и спокойно можно было ходить в майке и шортах, хрустя белым и пушистым снегом. Сергей показал нам, как нужно правильно пользоваться ледорубом и зарубаться в снег, если ты вдруг сорвался.

— Теперь самостоятельно повторите это упражнение по десять раз — скомандовал Сергей — конечно, вряд ли это вам понадобиться, но как я говорил, нельзя недооценивать гору, поэтому нужно освоить технику, как правильно зарубаться в снег. На это у вас есть буквально несколько секунд, ведь если вы сорвались и покатились по склону, то вы должны зарубиться в первые два метра, иначе потом уже будет поздно.

Олег развеселил нашу группу, когда у всех на глазах решил принять душ, используя для этого общий умывальник на улице. И все было бы ничего, но купался он абсолютно голым, что порадовало разве что только одну Евгению.

— Ребята, скажу честно, что более сумасшедшей и веселой группы я не встречал за всю свою многолетнюю практику — признался Сергей во время обеда.

Слава, Ярослав и Сергей еще раз проверили все наше снаряжение, еще раз повторили нам технику безопасности, и остаток дня вся группа провела в вагончике, играя в настольные игры. Там же я обнаружил две огромные мозоли у себя чуть выше пятки, и мне пришлось воспользоваться помощью Дмитрия. Я взял у него иголку, зажигалку и пластырь. Иголку я накалил докрасна, чтобы продезинфицировать, а затем, проткнув мозоли, закрепил на них пластырь.

— Это мои традиционные мозоли! — засмеялся я — ни одно путешествие не проходит без них.

— У тебя плоскостопие еще, да? — поинтересовался Дмитрий.

— Да, третей степени — ответил я — по этой причине я и не стал футболистом.

Отбой был дан очень рано, и все ребята разошлись по полкам, где попытались отдохнуть, а может быть даже и поспать. Что касается меня, то сна не было ни в одном глазу. Мысли о том, что восхождение могут отменить из-за плохой погоды, не давали мне покоя. Сергей сказал, что в следующие несколько дней погода обещает быть не самой лучшей, но так же и успокоил группу, сообщив, что погода в горах меняется каждый час, и мы будем действовать по обстоятельствам. Я пролежал несколько часов в своих мыслях и легкой дремоте.

Ровно в одиннадцать часов вечера из комнаты вышли Ирина, Мария и Юлия, они собирались идти с остальными ребятами пешком до верхних скал Пастухова. Вместе с ними так же пойдут Слава и Сергей, которые внимательно будут следить за погодой и если что, то по рации дадут команду Ярославу, выдвигаться на Ратраке в два часа ночи с остальной частью группы, или же отменять восхождение из-за плохой погоды. В половину второго ночи, все оставшиеся ребята в лагере вышли на улицу со штурмовыми рюкзаками и палками. Видимость было плохой из-за начинавшегося тумана, который сходил с вершины. Сергей передал по рации, что они с ребятами почти дошли до скал Пастухова, и нам можно выезжать. Окутанные туманом, полусонные, мы поехали на Ратраке к заветной цели. Когда мы осознали это, то настроение у всех ребят поднялось, мы все улыбались и крепко держались чтобы не вылететь из кузова Ратрака на очередной кочке. На высоте 4800 метров над уровнем моря, около верхних скал Пастухова мы встретились с остальной группой. Все они выглядели крайне измученными. Мария, Ирина и Евгения спустились в лагерь час назад из-за плохого самочувствия. Вместе с группой шли два спасателя, один из которых держал сигаретку в зубах.

— Как у него это выходит? — удивился Булат.

— Опыт — пояснил Слава — знаешь сколько раз он уже восходил за свою жизнь.

Дышать действительно становилось все тяжелее и тяжелее с каждым новым метром набранной высоты. Я уверенно шел среди первых ребят за Антоном, Еленой и Антонио. Сергей шел самым первым, постоянно смотря на небо и думая. Вокруг нас все было в густом тумане, только редкие огоньки налобных фонарей виднелись посреди сплошной темноты ночи. На высоте 5100 метров, был организован недолгий привал, чтобы перевести дух, попить горячего чая и проверить самочувствие группы.

— Здесь начинается печально известная Косая Полка, это очень узкая длинная тропинка, если сил уже нет, и вы не уверены, что сможете ее пройти, лучше развернуться, потому что сделать это, когда вы окажетесь на ней, будет крайне тяжело — сказал Сергей — не надо идти из последних сил, ведь нам еще предстоит спуск.

После этих слов от группы отделились Константин, Александр, Алена и Денис. Их пошел провожать в лагерь инструктор Слава. Все оставшиеся ребята вышли на Косую Полку. Она не представляла собой технической сложности, просто длинная и узкая тропинка на склоне горы. Все, что требовалось так это идти четко прямо, держа темп и смотреть под ноги. Мы шли несколько часов, а мне показалось, что несколько дней. Мысли путались, на такой высоте туман, который все еще окружал нас, проникает в голову, и из-за этого становится тяжело соображать.

После Косой Полки вся группа выдохнула с облегчением. Мы оказались на высоте 5400 метров, где располагалась седловина горы. С правой стороны была восточная вершина высотой 5621 метра, а с левой стороны западная вершина высотой 5642 метра. Во время привала Дина решила вернуться в лагерь, и с ней пошел один из спасателей.

— Я обещал, что ты дойдешь до седловины — сказал ей Ярослав, когда обнял на прощание — я сдержал слово. Ты молодец!

Здесь на седловине несколько групп ждали подходящей погоды для финального штурма. Из-за подозрительных облаков вокруг вершины и густого тумана никто не решался приступить к восхождению. Сергей держал в руке рацию и внимательно следил за небом, а я внимательно следил за ним. Он был в шаге от того, чтобы развернуть нашу группу обратно. Это означало бы, что восхождение в этом году отменяется. Спусти несколько минут Сергей принял решение подниматься. Впереди был очень крутой склон вершины, где в ход пошла обвязка и карабины. Мы, друг за другом начали медленно подниматься, используя палки, кошки и обвязку с карабином. Сил почти ни у кого не осталось, но мы шли вверх. На мне были ботинки сорок пятого размера, которые я специально купил год назад, чтобы разносить, сверху на них были натянуты бахилы сорок шестого размера, а поверх уже кошки. Из-за того, что кошек сорок седьмого размера не существует в природе, я использовал сорок пятые, и сейчас почувствовал, что кошка на правой ноге начинает сползать. После того, как я почувствовал это, моя правая нога съехала вниз, и я повис на страховочном тросе. Сергей заметил это и быстро поспешил мне на помощь. Он подтянул меня, посадил и начал перевязывать кошку.

— Сними бахилы лучше, а то она так и будет слетать — посоветовал он.

Я немного отдышался, снял бахилы и засунул их в штурмовой рюкзак, после чего без проблем привязал кошку к ботинкам. Мне было неудобно задерживать всю группу, но они были мне благодарны, ведь за эти несколько минут они смогли чуть отдышаться. Мы несколько раз отстегивали свои карабины с одного страховочного троса и пристегивали их к другому. Когда начался последний участок, все были без сил, ноги ватные, а мы сами уже не знали, куда и зачем мы идем. Наконец-то последние шаги были сделаны, мы отстегнули карабины и оказались на плато, где увидели, что нужно пройти еще немного до заветной отметки в 5642 метра. Даже несмотря на то, что нужно было идти совсем немного по прямой тропинке, психологически это было сделать очень сложно. Когда я дошел до пригорка, где лежали оставленные другими людьми памятные сувениры и огляделся по сторонам, то только тогда осознал, что я сделал. Я взошел на самую высокую гору в Европе. Гора высотой в 5642 метра над уровнем моря, а кругом только воздушные облака и солнечные лучи зари. На вершине все ребята начали поздравлять друг друга с успешным восхождением, делать памятные фотографии и просто сидеть на снегу, переводя дух.

— В хорошую погоду отсюда можно увидеть черное море — произнес Сергей — но сегодня как видите, только лишь облака и туман. Нам нужно успеть дойти до лагеря, пока погода не испортилась.

— Главное это не подняться ребята, главное это спуститься — напомнил нам Ярослав.

В этот момент я почувствовал тяжесть в ногах. Я все еще их ощущал, но уже почти не контролировал. Так сильно они уставали только один раз в жизни. Пять лет назад в Америке, когда я весь день гулял по Вашингтону. Тогда я решил эту проблему очень просто, я отдыхал на каждой попадавшейся мне на глаза лавочке, а вот что делать мне сейчас? Я не знал. Настроение было на высоте, ведь я и сам был на высоте, мне удалось совершить удачное восхождение, но впереди меня ждала самая важная миссия, это совершить удачный спуск. До седловины я добрался с переменным успехом. Я аккуратно держался за страховочный трос, и руками передвигал свои ватные ноги.

— Ты совершенно не умеешь проигрывать — пролетела у меня в голове фраза, которую мне сказала вчера Алена.

На седловине мы чуть-чуть посидели, что придало мне немного сил, однако уже через несколько метров, перед Косой Полкой, меня начало шатать из стороны в сторону. Это заметил Ярослав и, подойдя ко мне, он задал несколько вопросов, чтобы проверить мою вменяемость.

— Горняшки нет, но ноги совсем не слушаются — крикнул он Сергею.

Сергей подошел ко мне и дал выпить специальную смесь, а затем достал баллон с кислородом, чтобы я подышал.

— Что же с тобой такое? — озадаченно спросил меня Ярослав, когда мы снова отправились в путь — ты ведь всегда среди первых бежал без проблем.

— Думаю все дело в плоскостопии и варикозном расширения вен — задумчиво ответил я — ведь из-за них я не поступил на спортивный факультет и был вынужден учиться пять лет на учителя биологии и химии.

— Давай сейчас соберемся, учитель — улыбнулся Ярослав и пристегнулся ко мне страховочным тросом — сейчас Косая Полка будет, не спеши, просто иди в своем темпе, а я за тобой присмотрю.

Как ни странно, Косую Полку мы прошли без особых трудностей. Конечно, мы пропустили всех ребят вперед, а сами пошли последними, но мы прошли ее до конца, где сделали небольшой привал. Тут нас встретили Антон и Елена. Они решили составить нам компанию при спуске. Здесь и началось самое сложное испытание, ноги уже не передвигались, палки уже не спасали, даже Ярослав, уже не мог меня придерживать. Около верхних скал Пастухова я отстегнулся от Ярослава и, сев на свою пятую точку, начал скатываться вниз. Моему примеру последовала Елена. С каждым метром, который я преодолевал вниз, ко мне возвращались силы. В два часа дня, тяжело вздыхая, весь мокрый от снега и пота, я зашел в свою комнату в приюте «Мария». На восхождение и спуск я потратил ровно двенадцать часов. Оказавшись в комнате, я снял с себя кошки и тяжелые ботинки, затем сбросил мокрые штаны и ветровку, после чего лег на спальный мешок.

— Было чертовски тяжело, но я справился — счастливо произнес я.

Из двадцати одного человека, на вершину забрались только тринадцать, и я был среди них. Все живы и здоровы, а это главное!

Глава 4

«Чегет»

Ближе к вечеру я вышел из комнаты весь полный сил и энергии. Сергей и инструкторы решили, что сегодня всем нам лучше спуститься в лагерь «Бивак», который находится в Терсколе и провести там несколько дней. Начались быстрые сборы. Эмоциональное состояние группы было разным, кто-то радовался успешному восхождению, кто-то грустил от того, что у него не вышло сделать это. Мы все делали подъем на одну и ту же гору, но у всех были свои цели в этом восхождении. Многие получили ответы на все свои вопросы на вершине, а кто-то получил их, не доходя до нее. Лично я за все время этой девятидневной подготовки к восхождению и самого восхождения понял одну, очень важную вещь.

— В жизни главное это не цель, а сам процесс. В этом вся суть. Я осознал, когда стоял там, на вершине горы Эльбрус. Подготовка заняла у меня девять дней. Я видел потрясающие пейзажи, горы, реки, ледники, озера, звезды. Я видел такую красоту, какую не передать словами. Мне было тяжело, мне было хорошо. Само же восхождение к заветной цели прошло в темноте, в тумане, в облаках, мне некогда было смотреть по сторонам, я просто шел с одной мыслью, как бы поскорее мне дойти до вершины. Разве цель того стоила? Сама цель? Нет. Эльбрус это всего лишь гора. Гораздо важнее была подготовка к встрече с ней. Одна длилась даже не девять дней, она длилась всю мою жизнь. Никогда не стоит стремиться к цели, если тебе не нравится сам процесс. Ведь когда ты ее достигнешь, может оказаться, что она того не стоила. Она не оправдала твоих ожиданий, да и ты уже не тот человек, который начинал свой путь к ней. Важен процесс. Тебе должно нравиться идти к цели. Ты должен получать удовольствие, наслаждение и чувствовать себя счастливым. Тогда сама цель перестанет быть для тебя важной, тебе не нужно будет куда-то бездумно бежать изо всех сил. Ты просто начнешь жить здесь и сейчас, а не там, в будущем, которое возможно никогда не настанет, или будет не таким радужным, каким ты его себе представлял. Я не хочу из последних сил бежать до финиша, через боль и страдания, я хочу с улыбкой на лице получать удовольствие от самого бега, легкого и непринужденного. Процесс, а не сама цель — я закончил свой одинокий монолог, стоя на краю скалы рядом с лагерем «Мария», любуясь бесконечными горными вершинами.

После сытного и запоздалого обеда вся группа собралась у Ратрака, куда мы сложили свои рюкзаки, а себе оставили только палки для ходьбы. После чего мы начали спускаться к приюту «Бочки», где сели на подъемник. Все ребята были уставшие, но радостные и делились друг с другом яркими впечатлениями. На улице по-прежнему было хмуро и туманно. Эльбрус сегодня был неприветлив.

— Обычно каждый день гору штурмуют около пятисот человек — пояснил Сергей, когда мы складывали рюкзаки в вагончик канатной дороги на станции «Мир» — а сегодня в десять раз меньше, всего пятьдесят человек.

— Вы группа номер семь и правда, везучая группа! — ответил Ярослав.

— Отвратительная семерка! — раздался голос Алены, и все остальные ребята подхватили и начали скандировать — Отвратительная семерка, отвратительная семерка!

На поляне Азау мы погрузили рюкзаки в машину Сергея, а сами налегке вернулись в село Терскол, где вновь поставили палатки. Каждый из ребят принялся за свои дела. Кто-то звонил родным, чтобы сообщить хорошие или не очень хорошие новости. Кто-то побежал в душевую. Кто-то понес вещи в стирку. Алена, Булат, Николай, Мила и я пошли в прокат, чтобы сдать наше снаряжение. На обратном пути в кафе «Эльбрусия» мы отметили кульминацию нашего похода горячим травяным чаем и огромными хычинами. Вечером у костра пошли споры о том, что вообще можно считать восхождением на Эльбрус. Ребята, которые шли пешком от приюта «Мария» на высоте 4200 метров, ставили под сомнение восхождение тех, кто ехал на Ратраке до верхних скал Пастухова на высоте 4800 метров.

— Я надеюсь, вы сейчас это не всерьез все говорите? — не выдержал я и вмешался в спор.

— По факту мы прошли больше — заявил Дмитрий.

— На 600 метров? — спросил я — вершина для всех находится на 5642 метра, если что.

— Все равно, мы ведь не использовали Ратрак — продолжал Дмитрий.

— Да, но вы использовали три подъемника от поляны Азау с высоты 2300 до станции «Мир» на высоте 3500 метров — я немного осадил ребят, и они замолчали — и вообще ни о каком «чистом» восхождении тут и речи быть не может, это ведь туристический маршрут! Хотели бы испытать себя, пошли без подъемников по восточной или северной стороне, где сами бы на себе несли все снаряжение, а спали бы на снегу в палатках.

Я встал и покинул место у костра, услышав краем уха, как ребята продолжают спорить. Для многих из них это восхождение, это важное, если не единственное достижение в жизни. Я не буду рушить их самообман. Пускай считают себя альпинистами-героями, совершившими подвиг, покорив самую высокую гору Европы. Пускай везде в социальных сетях поставят на аватарку фотографию с вершины, и при любом удобном случае говорят всем, что они покорители гор. Жалкое зрелище. Да, восхождение было непростым, но при должной подготовке по туристическому маршруту может подняться любой человек, любого возраста. Восхождение с южного склона нельзя сравнивать с настоящими восхождениями. У Эльбруса самая низкая категория сложности для восхождения из списка знаменитых «Семи вершин». Эльбрус занимает всего лишь 273 место среди самых высоких гор в мире. Это просто факты для размышления. Главное процесс, а не цель.

Утро началось с завтрака у реки Гарабаши. Юлия, Антонио, Мария, Ирина, Константин и Татьяна ночевали в отеле «Седьмой регион», расположенном через дорогу от нашего лагеря. Они устали он палаточной жизни и им хотелось поскорее вернуться к комфорту. Однако к завтраку вся группа собралась вновь в полном составе.

— Поскольку мы совершили восхождение с первого раза, то сегодня и завтра у нас свободные дни, которые мы проведем с пользой — объявил Ярослав — сегодня после завтрака отправляемся на гору Чегет, можно подняться как пешком, так и на кресельном подъемнике.

— Вечером вас всех ждет официальное торжество в загородном поместье, где будет банкетный стол и бани! — заметил Сергей — там мы подведем все итоги нашего похода.

Вся группа очень радостно восприняла эти планы. Мы направилась по шоссе А158 через Терскол, а затем у проката свернули направо, где миновали мост через бурлящую реку Баксан. Очень приятно было гулять налегке, без палок, рюкзаков и лишней одежды. Сегодня погода радовала нас ярким солнцем и приятным освежающим ветерком. Пройдя через рынок сувениров, который только начинал открываться, мы купили билеты на кресельный подъемник. Только два человека не поехали на подъемнике, ими были Ярослав и Елена, они решили подняться к нам на вершину пешком.

— Видимо не находились за эти дни — заметил Булат.

— Можно было и с ними пойти, но какой смысл? — спросил я — с подъемника такие виды шикарные должны открываться, красота же кругом.

— Да, фотографии клевые выйдут — подтвердил Николай — главное фотоаппарат не выронить.

Мы с Николаем сели на двойной подъемник и стали любоваться видами. Справа от подъемника виднелся Эльбрус окутанный облаками, а слева Донгуз-Орун, он же ледник Семерка. Первый подъем быстро закончился, и мы всей дружной компанией решили перекусить большими хычинами и еще большими чебуреками.

— Что за огромные чебуреки — удивилась Наталья, когда официант вынес ей на улицу чебурек.

— Да и правда, огромный, размером с кошку — засмеялся я — надеюсь только, что без самой кошки.

— Да ну тебя — произнесла Наталья и с жадностью откусила чебурек.

— Я думал, что больше хычина мы уже ничего не увидим — сказал Антонио и тоже принялся трапезничать.

— Все познается в сравнении — сумничал я — и этот огромный Эльбрус не входит даже в первые две сотни самых высоких гор мира.

— Да ладно? — удивился Николай.

Мы сидели на деревянной террасе небольшого кафе за двумя столами. Ели чебуреки и хычины, запивая их горячим чаем и местным пивом под названием «Высота 5642». Параллельно мы наслаждались потрясающими видами природы, которые нас окружали. Внизу мы видели маленькое село Терскол, видели канатную станцию «Мир» на Эльбрусе. С бутылкой в руке по скрипучей деревянной лестнице, я поднялся чуть выше, где находилось кафе с круглой крышей. Об этом кафе я узнал из повести «Завтрак с видом на Эльбрус», которую написал Юрий Визбор. К сожалению, сейчас на месте кафе из книги я обнаружил совершенно разрушенное здание. Окна были разбиты и забиты досками, веранда, где когда-то находились столики, тоже была сломана. Следа от реставрационных работ не было. Почему? Ответа я не знал. Подняв пиво в сторону Эльбруса, я выпил за него, и выбросил бутылку в урну. Я вернулся к ребятам за столик, и уже совсем скоро мы сели на второй кресельный подъемник и отправились еще выше. Этот кресельный подъемник был одинарным, все по очереди садились на кресло и отправлялись в путь к облакам. Я обхватил свой штурмовой рюкзак, чтобы он не упал и, достав телефон, сделал несколько отличных фотографий. Все склоны горы Чегет были усыпаны редкими цветами, занесенными в красную книгу — кавказскими рододендронами. Большинство из них уже давно отцвели и виднелись лишь большие толстые листья, но кое-где все еще можно было увидеть маленький белый цветочек. На конечной станции подъемника, на высоте 3000 метров над уровнем моря нас встретили Ярослав и Елена.

— Ребята, наконец-то вы сами попробуете фруктовый чай и пахлаву — радостно произнес Ярослав — о которых я так часто вам рассказывал!

Они продавались в самом высоком кафе на горе Чегет, недалеко от подъемника. Мы все собрались за одним длинным прямоугольным столом прямо на улице. Все ребята купили горячий брусничный чай и кусочек сладкой пахлавы.

— Смотрите, там вывеска у кафе стоит большая «Я люблю 5642» — заметил Олег — давайте ее вытащим и на фоне нее и Эльбруса сделаем групповой снимок.

Я и Булат помогли донести букву «Я» и красное сердце с цифрами 5642, а затем на небольшом холме установили их, осторожно прислонив друг к другу. Вся группа дружно собралась вокруг. Олег поставил таймер на фотоаппарате и быстро занял свое место среди нас.

— Отлично получилось! — произнес Олег, когда проверил снимок.

— Теперь пошли на фоне ледника «Семерка» сфотографируемся — предложила Алена — мы ведь мерзкая семерка!

Все радостно поднялись чуть выше кафе, где на зеленом лугу сели на фоне огромного ледника, где отчетливо была видна цифра 7. Я не видел еще, чтобы вся группа была так счастлива как сейчас. Видимо, только сегодня все ребята до конца осознали, что мы вчера сделали. Больше не было напряжения, больше не было спешки и суеты, теперь у нас был только заслуженный отдых.

Мы с Николаем первыми спустились на подъемнике к поляне Чегет, где очень долго ходили и выбирали сувениры. Чуть позже к нам присоединилась и вся остальная группа. Я купил себе бокал для своей коллекции, где были изображены достопримечательности Эльбрусского заповедника, зимнюю шапку с помпоном и надписью «Эльбрус», летнюю кепку с надписью «Эльбрус», магниты, открытки и несколько больших пакетов с травяными чаями. Николай купил черную папаху для отца, для дочери он взял бокал и мягкую игрушку, а себе магниты и кепку «Эльбрус».

— Ничего себе ты закупился — удивился я, когда увидел, что Дмитрий несет две трехлитровые бутылки знаменитого грузинского вина «Киндзмараули».

— Одну взял в Петербург для друзей, а вторую для нашей группы на завтра — пояснил он — только это секрет пока.

— Понял, молчу! — успокоил я Дмитрия.

С пакетами в руках вся группа направилась в лагерь, но не по мосту как мы шли сюда, а через лес.

— Так быстрее будет и живописнее — сообщил нам Ярослав.

Высокие кроны деревьев закрывали тропинку от солнца, поэтому здесь было прохладно и легко дышать. С каждым шагом в сторону лагеря шум от горной реки Баксан становился все громче. В тени большого дерева я обнаружил красивых черных коней, они тихо и мирно паслись на лугу.

— Вот бы прокатиться на них — заметил я.

— А что тебя останавливает? — засмеялся Николай — правда без седла это не очень комфортно.

В лагере все ребята перевели дух, а ближе к вечеру выдвинулись одной большой и дружной компанией вдоль шоссе А158 через Терскол, а затем еще чуть дальше в сторону села Байдаево, где на полпути с правой стороны шоссе, нас встретил Сергей. Он стоял возле больших деревянных ворот, на которых красными буквами было название «Горный родник». Здесь находилось несколько отдельных современных банных домиков на десять человек каждый. Между ними был красивый декоративный садик с цветами и двумя купелями. В одной купели с горной водой можно было поплескаться самим, а в соседней купели плескались рыбы, которых специально выращивали для местного кафе. Здесь так же можно было снять номер для жилья.

— Мы как будто в сказке — удивилась Мила.

— Это точно — согласилась с ней Евгения.

Мы зашли в банкетный зал, где нас ждал длинный стол с белоснежной скатертью. Каждый сделал заказ из меню, чтобы его начали готовить пока, мы будем париться. Я решил попробовать шашлык из баранины, а на гарнир взял картофель по-деревенски. Пока наша еда готовилась, мы заняли два банных домика. В один пошли все девушки, а в другой все парни. Баня была, что надо, да еще и с березовыми вениками, которыми мы отлично попарились. Когда пот обильно начал течь по нашим красным лицам, мы выбежали во двор и нырнули в горную купель. С радостными криками мы освежились в ней, а потом вылезли на зеленую лужайку, где начали смотреть на горы, которые нас окружали.

— Это какое-то нереальное место — задумчиво произнес Булат — вот река Баксан шумит, как поезд, вон сосновый лес, а вот горы, сколько их тут?

— А там вон куры бегают, им вообще здесь хорошо! — заметил Николай.

— Да, хорошо, до тех пор, пока они на еду для кафе не пойдут — засмеялся я.

После бани вся группа собралась в банкетном зале, где нам начали разносить еду. Все девушки были на загляденье красивыми. Прически и макияж способны творить чудеса. Парни же были такими же, как обычно, только некоторые воспользовались случаем и побрились.

— Я тебя не узнала — произнесла Мила — без бороды гораздо лучше, и выглядишь очень молодо.

— Спасибо, младше меня нет в группе — поблагодарил я — ты тоже прекрасно выглядишь.

После трапезы, каждый по очереди должен был произнести тост и поделиться впечатлениями о походе и восхождении.

— На вершине были все, даже те, кто не взошел. Мы думали о них, и они были в наших сердцах там, на высоте 5642 метра над уровнем моря — произнес Дмитрий и поднял бокал.

Очередь дошла до меня.

— Плохие люди в горы не ходят, как говорил Сергей — начал я свой тост — это были потрясающие эмоции и феноменальный опыт. Мы все такие разные, из разных городов и даже стран, из разных сфер работы и жизни, но с одной целью — бросить вызов самим себе. Мы прожили вместе не две недели, мы прожили вместе часть своей жизни, и всегда будем об этом помнить. Под чутким руководством наших лучших в мире инструкторов Ярослава и Славы, мы с первого дня начали чувствовать себя одной большой семьей, мы заботились друг о друге и всегда приходили на помощь. Песни под гитару, шаги через «не могу», мозоли, черные белки, хычины, тушенка, влажные салфетки, грациозные туры, вонючая мазь, чай с брусникой, звездное небо, шум ледников — все это навсегда в моем сердце. А гора? Гора это всего лишь гора.

В конце Сергей сказал пару слов о том, что мы сумасшедшая, но очень дружная группа, и он счастлив, что встретил нас. Слава с Ярославом тоже произнесли трогательные речи, каждый по-своему успел привязаться к нам. Под веселую музыку Сергей вручил каждому, кто совершил успешное восхождение, именной сертификат. Над Аленой, которая как всегда шутила весь вечер, он тоже подшутил и подарил ей сертификат, где подписал слово «почти» совершила восхождение.

— Я обязательно поднимусь, вот увидите! — сказала Алена, и она сдержала слово, поднявшись на вершину Эльбруса ровно через два года.

По темному пустому шоссе А158 мы вернулись в лагерь «Бивак», где все легли спать.

Наш последний день в Терсколе мы тоже провели с пользой. Рано проснувшись, после завтрака мы вновь всей группой пошли в горы. Свернув около мечети имени Зулкарни-Хаджи Тилова, налево, мы прошли через скотный двор и начали подниматься все выше и выше вдоль реки Терскол. Под ярким солнцем по серпантинной дорожке между высоких сосен мы шли, наслаждаясь лесной природой. Весь поселок Терскол был у нас как на ладони, отсюда мы так же видели гору Чегет, где вчера пили чай и ледник Семерку. Олег и Евгения сказали, что они уже устали от походов и решили вернуться в лагерь, а мы сделали вид, что им поверили.

— Ладно, возвращайтесь в лагерь, только при одном условии! — отпустил их Ярослав.

— Каком? — удивился Олег.

— Купите вечером на всех большой арбуз — ответил Ярослав — они тут дешево стоят.

— Договорились — сказал Евгения и, взяв за руку Олега, скрылась из виду.

Мы вышли из леса, где перед нами предстали прекрасные горные хребты и уютные зеленые поля, на которых паслись барашки. Вскоре мы добрались до очень необычных скал, казалось, что они как будто бы расплавились на жарком солнце. Здесь висела табличка, говорившая о том, что во времена второй мировой войны тут шли боевые действия. За очередным поворотом мы услышали, как шумит горная река Гарабаши. Это означало, что до водопада Девичьи косы в Баксанском ущелье осталось совсем недолго. Через несколько минут нас встретил во всей своей красе двадцати пяти метровый водопад Чыранбаши-су. Великолепное зрелище. Здесь совсем не было людей. Вся наша группа расположилась на больших камнях рядом с водопадом, где веяло прохладой. Дмитрий, Николай и я пробежали прямо в водопад через холодную воду и оказались в небольшой пещере.

— Первый раз нахожусь внутри водопада — произнес радостный Николай.

— А я вообще первый раз вижу водопад — сказал я — да еще такой огромный.

— Кстати, я тоже никогда еще их не видел — вспомнил Дмитрий.

Веселясь, делая фотографии, отдыхая, и просто любуясь волшебными пейзажами гор и лугов, мы провели около водопада два часа. Ярослав предложил подняться еще выше, к международной обсерватории Терскол и к водопаду Терскол, но большинство группы решили, что хорошего помаленьку, и мы начали неспешно идти вниз. Расстояние обратно до села Терскол было шесть километров, но спускаться было куда быстрее и легче, чем подниматься сюда. Перед тем, как возвратиться в лагерь, я зашел в кафе «Эльбрусия», где заказал хычин с мясом и глинтвейн, о котором так давно мечтал, особенно в начале похода, когда я заболел. Вечером вся группа собралась в деревянной беседке посреди лагеря «Бивак» за игрой в ассоциации, где слово на бумажке нужно было объяснять своему партнеру лишь только с помощью жестов. Дмитрий налил всем по стаканчику грузинского вина Киндзмараули, и мы разделились на пары. Алена была с Николаем, Булат с Антоном, Ярослав с Еленой, Мила с Антонио, Татьяна с Константином, а я был в паре с Диной. Николай и Алена до самого конца лидировали, а в конце мы с Диной выиграли у них с разрывом всего в одно очко. Мы отпраздновали победу сочным и сладким арбузом, который купили Олег с Евгенией. Прекрасное завершение прекрасного дня и прекрасного похода, а завтра нас всех ждет путь домой.

Сборы начались еще до рассвета. В лагерь зашло стадо коров с длинными рогами, но нам повезло, что мы уже успели собрать все палатки, иначе пришлось бы вступать в неравную схватку с представительницами парнокопытных. Вся наша большая и дружная группа вместе с рюкзаками загрузилась в две маршрутки, и мы отправились в Минеральные воды. По дороге все слушали кавказские песни, которые включал водитель, и наслаждались видами в окне, которые даже спустя две недели все равно завораживали.

— К такой красоте трудно привыкнуть — шепнул я Булату.

— Это точно — согласился он.

Поскольку самолеты и поезда у всех ребят были лишь во второй половине дня, а у некоторых даже ночью, то Ярослав предложил всем ребятам заехать на термальные источники и все согласились. Недалеко от Нальчика, рядом с рекой Гедуко, расположился одноименный оздоровительный комплекс. Цена за один час нахождения на территории была всего лишь 100 рублей с человека. На территории находилось три бассейна: один большой с горкой для взрослых, один большой с водной горкой для детей и один маленький, рядом с купелью. На зеленом загоне стоял большой деревянный корабль, по которому весело бегали дети, а рядом с ним расположилась роскошная карета, около которой все фотографировались. Мы с ребятами быстро переоделись в деревянных кабинках и побежали в бассейн под открытым небом.

— Имейте в виду, что вход в отдельные кабины для семейных пар строго по паспортам с регистрацией брака — предупредил Ярослав, Константина с Татьяной и Дениса с Натальей, а заодно и Олега с Евгенией.

Людей в бассейнах почти не было, скорее всего из-за небольших туч на небосклоне и легкого ветра. Это сыграло нам на руку, и весь термальный комплекс был только в нашем распоряжении. Мы катались с горки, плескались и отмачивали свои, уставшие за время похода, тела. Вода в бассейнах была теплая, и находиться в ней было сплошным наслаждением. Через два часа мы разместились в кафе, где очень дешево купили себе хычины с горячим чаем и отправились в Минеральные воды. Прощание было там же, где двенадцать дней назад мы все встретились, около железнодорожного вокзала Минеральных вод. Странно, но Ярослав и Слава оказались правы, когда в день нашей встречи говорили, что за время похода мы все привяжемся друг к другу и станем семьей. Тогда в это верилось с трудом, теперь же, когда я смотрел на ребят, то видел, как сильно они подружились друг с другом.

— Мы создадим общий чат, где все будем поддерживать связь — предложил Ярослав, и вся группа обрадовалась.

Чат действительно был создан, и ребята активно общались друг с другом целый год, а затем все реже и реже. Было принято несколько попыток собраться на встречу в Санкт-Петербурге, но все они были тщетны. Мы так больше никогда и не виделись. Стоя около железнодорожного вокзала Минеральных вод, я уже знал, что так будет. Тяжелое прощание и все мы разошлись по своим жизням. Кто-то побрел на железнодорожный вокзал ждать своего рейса в Санкт-Петербург, Алена поехала на своем красном Мерседесе в солнечный Краснодар, а я, Николай и Мила вызвали такси до Аэропорта. Булат же остался в Минеральных водах еще на день, и мы пожелали ему удачи. Посадив Милу на прямой самолет до Санкт-Петербурга, мы с Николаем стали ждать наш рейс до Москвы. У меня там была пересадка на самолет до Самары, а у Николая до Санкт-Петербурга. Пока мы ждали регистрации, я купил и съел большой хот-дог.

— Наверное, лет пять не ел хот-доги — удивился я.

— Да, кстати, сейчас уже везде шаурма, а я помню как лет десять назад везде стояли бабушки и продавали хот-доги — вспомнил Николай.

Мы быстро долетели до Москвы и там попрощались. Николай остался ждать следующий рейс до Питера, а я пошел ночевать в хостел во Внуково, так как мой самолет улетал только завтра из аэропорта Шереметьево. Мой хостел находился в нескольких метрах от аэропорта, и я без труда его нашел. Он так и назывался «Хостел Внуково». Меня встретил молодой парень и показал кровать на втором ярусе. Я принял душ и быстро заснул. Утром я добрался до станции метро Маяковская, где находился театр-музей имени Михаила Булгакова. Я купил билет, оставил огромный рюкзак у дверей и познакомился с жизнью писателя, а заодно погладил толстого черного кота по кличке «Бегемот», который бегал во дворе. Потом я посетил места, которые автор описывал в своем вечном романе «Мастер и Маргарита». Я посмотрел на дом Маргариты около прудов на Патриарших, а затем посидел на лавочке, где произошла встреча Берлиоза и Воланда. Затем я прошел через арку, где впервые встретились Мастер и Маргарита, а в конце своей прогулки заглянул к дому Мастера, где часто бывал сам писатель, ведь там жил его друг. Закончил я свою прогулку на Воробьевых горах, где еще раз насладился видами солнечной Москвы и вспомнил, как я жил здесь три года назад. С Белорусского вокзала на аэроэкспрессе я добрался до аэропорта, где зарегистрировался на рейс. Вечером я уже был в Самаре, где меня встретила и накормила мама, а на следующий день я уже вышел на работу в торговый центр «Империя». Для окружающих я даже никуда не уезжал, моего отсутствия никто и не заметил, а напоминанием, что я совершил восхождение на самую высокую точку в Европе, была лишь нашивка на моем штурмовом рюкзаке, с которым я ходил на работу и бесценный жизненный опыт. Процесс, а не цель.

Глава 5

«На 163 этаже»

Осень для меня началась с дождя, желтых грустных листьев и ремонта однокомнатной квартиры в области на границе с Самарой. Я купил ее еще два года назад на этапе строительства, и вот сейчас, дом наконец-то построили и я получил ключи от бетонной коробки площадью тридцать квадратных метров на девятом этаже. От города можно было добраться на рейсовом автобусе всего за тридцать минут. Все детство и юность до двадцати четырех лет я вместе с мамой и папой жил в частном старом деревянном доме без удобств, на окраине города Самары, между автостанцией Аврора и рекой Самарка. После смерти отца мне удалось приватизировать земляной участок и продать его вместе с домом. Денег хватило на маленькую малосемейку в нашем районе города, куда мы переехали вместе с матерью. Оставшиеся деньги вместе с остальными накоплениями я вложил на этапе строительства в квартиру в области. Теперь же, спустя два года, когда дом построили, мы стояли с матерью перед ним и думали, что нам дальше делать.

— Сейчас ремонт сделаешь и переезжать будешь? — обнадеживающе спросила мама.

— Не надейся — засмеялся я — сделаю ремонт, и попробую продать дороже, чтобы найти для себя что-то в черте города.

— То есть ты от меня так никогда и не съедешь — улыбнулась она — уже двадцать шесть лет никуда тебя сплавить не могу.

— Сам никуда никак не сплавлюсь, придется потерпеть еще годик — произнес я.

— Тебе кстати не кажется, что здесь навозом пахнет? — спросила мама — сейчас ветер дунул, и я почувствовала.

— Да, я тоже почувствовал, здесь вон за тем лугом — я показал на большой амбар, что виднелся вдалеке — склад хранения навоза вроде.

— Отлично, все прелести провинциальной жизни, как у меня в детстве в Красном Яре — засмеялась она.

Мы сделали круг по дворам высоких новостроек. Было пусто и очень ветрено. Кругом лишь поля и луга. На берегу ручейка строился храм, а через несколько домов строили школу и детский садик.

— Через несколько лет тут будет целый город, надо только подождать — произнесла мама.

— Да, но жить-то хочется сейчас — сказал я, а через неделю уже приступил к ремонту.

С сентября по октябрь я вместе с несколькими местными рабочими всего за месяц сделал чистовой ремонт, потратив все свои деньги и все свои нервы. Позвонив риелтору, который помогал нам продать частный дом и купить малосемейку, мы решили выставить квартиру на продажу. Ему потребовалось меньше недели, чтобы найти покупателей. За месяц до нового года мы продали квартиру и сразу нашли для меня отличный вариант рядом с центральным автовокзалом. Маленькую студию в доме, который должны были сдавать через месяц, но уже сейчас людей запускали на ремонт.

— По деньгам как раз выходит — подсчитал я — только ремонт не на что делать пока что.

— Ничего, накопишь, это отличная инвестиция, тем более одна только студия осталась по такой цене — заметил риелтор — тут проблема еще в том, что сдачу дома несколько раз переносили, не могут они никак по каким-то своим причинам ввести его в эксплуатацию.

— А чем это опасно? — поинтересовался я.

— Только тем, что прописаться нельзя будет, люди некоторые здесь уже полгода живут, а остальные ремонт делают, квартиры почти все проданы, сносить его точно не будут, просто затянут процесс сдачи — пояснил риелтор.

Конечно, это был риск, покупать квартиру без горячей воды и без возможности пока прописаться, но застройщик обещал сдать дом уже через месяц, и все выглядело так, что он сдержит обещание.

— Думай сам — ответила мама — но за такую цену и в таком хорошем районе квартиру точно не найти.

Я купил квартиру студию площадью двадцать пять квадратных метров с открытым балконом в ЖК Париж.

— Какая ирония — произнес я чуть слышно, когда стоял посреди пустой квартиры — даже год не прошел, как я гулял по Парижу и любовался архитектурой его домов, а теперь я стою здесь, в собственной квартире.

С единственного окна был вид во двор на частный дом, владелец которого отказался продавать землю и теперь все жители новостроек знают, когда он топит баню. Неплохо. За его домом виднелись еще три высокие новостройки, а вдалеке у горизонта две полосатые красно-белые трубы лениво изрыгали из себя густые столбы дыма. Это была центральная отопительная котельная самарской ГРЭС. Я учился через дорогу от нее в Самарском государственном педагогическом университете и часто наблюдал за тем, куда дует ветер, пока ждал трамвай или автобус. Санитарный узел в моей квартире был всего лишь два с половиной квадратных метра, и как мне тут уместить ванную, о которой я мечтал с самого детства? Я что-нибудь обязательно придумаю! Теперь нужно подкопить на ремонт и, как обычно, экономить на всем, кроме путешествий, ибо только они заставляют меня улыбнуться и почувствовать себя живым. Сейчас я наконец-то могу перерезать пуповину и жить отдельно. Ужасно подумать, что почти тридцать лет я шел к тому, что у других людей уже есть с рождения — квартира и ванна, полная горячей воды. Жить в настоящем Париже не получится, поэтому я попробую жить в ЖК Париж, хотя дом еще официально не сдали. Его сдадут в эксплуатацию лишь только через три года, но тогда я этого еще не знал.

Я по-прежнему наслаждался своей работой в магазине спортивного питания и добавок для здорового образа жизни в ТЦ Империя. Если весной, летом и осенью я ездил туда на своем велосипеде «Десна», то зимой мне приходилось пользоваться общественным транспортом. Это время я тратил с пользой, слушая по дороге аудиокниги из моего списка литературы, который я написал еще несколько лет назад. На работе я продолжал писать рассказы о своих путешествиях и наконец-то закончил редактировать книгу о поездке в Америку, которая была пять лет назад. Сразу по возвращению оттуда, я написал отчет о том, как я туда попал, где работал, и куда потом отправился путешествовать. Я подробно описал пять месяцев жизни, которые провел там, а затем напечатал сто книг в центре полиграфических решений у рынка «Караван». Это был мой первый опыт написания чего-либо, начиная со школы, поэтому мне было интересно узнать мнение окружающих о том, как у меня это вышло. Я подарил книги ребятам, которые, так же, как и я, провели то волшебное лето в Америке, а затем вернулись обратно в Самару. По традиции мы каждый год собираемся вместе, чтобы вспомнить то, как нам было хорошо, когда мы были молоды и мечтательны. Книга имела черно-белую обложку, а ее содержание было меланхоличным и безрадостным. Это было связано с сильной депрессией из-за возвращения в Россию и возвращением в реальную жизнь. Чего стоит только одно название «Без определенного места жительства». Остатки тиража я продал по себестоимости, получив взамен отзывы с критикой и рекомендациями. Сейчас, работая в ТЦ Империя, я имел возможность несколько часов в день заниматься творчеством. Я отредактировал эту старую книгу, внес значительный изменения в повествовании, поменял название на «Господин Окободжи», а в качестве обложки использовал старую картину своего отца, которая была у меня в цифровом варианте. На картине отец изобразил открытую входную дверь в наш дом, из которой был видел сад с деревьями. Мне показалось хорошей идеей использовать именно эту картину, с открытой дверью, для своей дебютной книги. В глубине души я надеялся, что эта книга откроет мне дверь в новое и интересное творческое будущее. Когда книга была готова, я выложил ее в свободный доступ на сайте Ридеро, где были тысячи книг, которые не приняли издательства. Любой человек мог бесплатно скачать книгу или купить бумажную ее версию. После того как я, спустя пять лет, выложил на всеобщее обозрение свою первую книгу, я почувствовал легкость на душе, как будто бы я отпустил то, что меня тормозило в творческом развитии.

— Мне кажется отличной идеей выкладывать в свободный доступ книги о своих путешествиях — поделился я с мамой — пока я работаю над романами, которые требуют определенных навыков, я могу писать не просто рассказы о своих поездках, а формировать их в отдельные работы. Это позволит мне набить руку и правильно научиться формулировать мысли.

— Ты думаешь, кому-то будет интересно читать о твоих путешествиях? — спросила мама.

— Не знаю, но я пишу эти книги для себя в первую очередь — ответил я — чтобы не забыть те волшебные моменты, которые были со мной и чтобы я мог и через десять, и через двадцать лет, просто открыть книгу и вспомнить о том, какие же крутые у меня были приключения. Ведь с годами память выцветает.

На работе помимо творчества я занимался и работой. Я старался использовать любую возможность заработать, выходя в другие магазины на замену коллегам, и проводя дегустации спортивного питания в фитнесс клубах. Трат у меня по-прежнему было немного, скорее даже наоборот, ведь после возвращения с Кавказа я продал все атрибутику, которая нужна была мне для восхождения на Эльбрус. Спальник, ботинки, перчатки, сноубордическую маску, балаклаву и пуховик. Так же понимая, что у меня в новой квартире будет не так много места, как было в частном доме, я начал продавать все свои вещи, начиная от коллекционных фигурок героев компьютерных игр и одежды, которую не ношу, а заканчивая неношеной футбольной формой и книгами, что я прочитал.

После нового года праздники закончились, и мы снова вышли на работу. Я как обычно стоял и ждал маршрутку на пустой остановке, чтобы уехать домой. Температура была почти минус двадцать градусов и дул сильный январский ветер. Я залез в переполненную маршрутку, а вскоре сел у окна, где начал скоблить налипший снег со стекла, чтобы следить за дорогой и не проехать свою остановку. Именно в этот момент, глядя на снежные хлопья, темноту ночи и редкие огни машин и квартир, я поймал себя на мысли, что не везде сейчас так. Где-то, всего в нескольких часах полета от Самары, не десять вечера и там стоит тридцатиградусная жара, а люди не знают, как выглядит снег. Я начал гнать все эти мысли прочь от себя, ведь мне нужно было сконцентрироваться на ремонте квартиры, но ремонт это всегда бездонная яма в бюджете, бюджете которого пока у меня еще не было. Я глянул еще раз на редкие огни города через замерзшее стекло маршрутки. Квартира никуда не денется, а я могу. Я не хочу становиться заложником ситуации. Я хочу быть свободным в мыслях и в своих действиях. Я не хочу забывать свое жизненно кредо.

— Я замерз, мне нужно погреться — тихо произнес я, растирая красные холодные руки.

Весь следующий день я провел на работе с максимальной пользой. Я штудировал сайты различных туроператоров, чтобы найти какой-нибудь горящий тур. Такой способ путешествий ранее мне был не знаком, поэтому я относился к нему с подозрением. Еще никогда я не ездил куда-то через туроператора, если не считать поездку на автобусе в Санкт-Петербург. На сайте «онлайнтурс» я нашел бюджетный тур в Объединенные Арабские Эмираты, куда был включен перелет, проезд до отеля, страховка и проживание. Прикинув свой бюджет, я решил, что смогу себе это позволить, ведь накануне я продал свою коллекцию фигурок, игровых дисков и аксессуаров по вселенной компьютерной игры «Ассассин Крид». Этих денег хватит как раз. Я немного подкорректировал рабочий график, чтобы уйти на отдых на пять дней вместо трех законных.

Ровно через неделю в минус пятнадцать градусов мороза, я стоял на остановке в белых летних кроссовках «Найк», в тонких штанах, и в одной лишь зеленой кофте с капюшоном, а за спиной висел мой маленький коричневый кожаный рюкзак с нашивкой «Эльбрус». Мне показалось, что ехать в зимней одежде в аэропорт, а потом таскать ее везде с собой, это глупая идея, а вот стоять на остановке зимой в летней одежде, и ловить на себе удивленные взгляды людей — хорошая идея. Да, я странный человек. Замерзнуть я не успел, всего через десять минут ожиданий я сел в маршрутку, на которой уже второй год ездил на работу только зимой. Мы проехали мимо ТЦ Империя, где в этот момент трудилась моя сменщица, и покинули город Самара. В аэропорту Курумоч я зарегистрировался на рейс, а в пять часов вечера занял место у окна в самолете. Чуть позже рядом со мной сели две красивые и молодые девушки. Самолет взлетел, а я начал думать, как бы мне завязать с ними диалог. В середине полета я все-таки придумал гениальный план знакомства.

— А вы тоже в Эмираты летите? — спросил я.

— Да, самолет-то рейсовый, все туда летят — ответила девушка, что сидела рядом.

— Действительно, а вы куда отдыхать? — я старался поддержать разговор.

— Мы в Фуджейру — ответила другая девушка — а ты?

— Я в Шарджу, а почему вы так далеко забралась? — поинтересовался я.

— Туда очень выгодный тур был, а достопримечательности мы смотреть все равно поедем вместе с экскурсией — пояснила девушка.

Остаток полета мы непринужденно проболтали. Девушку, что сидела рядом со мной, звали Кристина, а ее подругу Екатерина. Пока я не узнал, что они подруги, я был уверен в том, что они родные сестры, до такой степени они были похожи и внешне, и в общении. Они были лучшими подругами и работали на ресепшене в фитнес клубе «Х-Фит». Жаль, конечно, что они летели не в тот же эмират, что и я, но я привык, что в моей жизни часто расходились дороги с красивыми девушками. Однако, это пойдет мне на пользу, ведь меня ничто не будет отвлекать в путешествии. В моем распоряжении было всего лишь три дня и четыре ночи для знакомства с этой удивительной арабской страной. Пятьдесят лет назад тут не было ничего кроме пустыни, а сейчас по слухам, уже наступил двадцать второй век развития технологий.

Пролет прошел очень комфортно, через четыре часа мы начали спускаться на побережье Персидского залива, которое встречало нас яркими огнями спящих городов. В аэропорту Ширджи я вместе с девушками занял длинную очередь перед таможенным контролем. Здесь были установлены передовые сканеры сетчатки глаза. Они должны были ускорить процесс проверки документов и регистрации пассажиров, но на деле все вышло иначе. Арабы, что сидели в кабинках не слишком спешили приглашать нас и, в итоге, мы потратили почти час перед тем, как оказаться в главном зале аэропорта. Девушки получили свой багаж, и мы вышли на улицу, где дул прохладный ветер, но все равно было очень жарко и душно. На небе горели звезды, было слышно, как шумят своими листьями пальмы. Вокруг ходили арабы в своих национальных белых одеждах, а женщины в черных, закрывая все, кроме глаз. Всех прибывших пассажиров встречали русскоговорящие гиды с табличками туристических фирм в руках, а после рассаживали в автобусы. Я попрощался с Кристиной и Екатериной и пожелал им отличного отдыха.

— Когда мы в следующий раз увидимся, мы все будем загорелыми! — крикнул я им вслед.

— Очень надеюсь — улыбнулась мне Екатерина — у нас всего три дня.

Вместе с остальными туристами я сел в комфортабельный большой автобус, где работал кондиционер. Почти все места были заняты. Через несколько минут мы тихо поехали по темным улицам Шарджи. Я посмотрел в окно на тихий, сонный город и улыбнулся. В Самаре сейчас мороз и снег, а здесь жара и пальмы. Вот она свобода. Лететь как птица туда, куда хочется и когда хочется. Жаль только, что сейчас «свобода» стала синонимом слова «деньги». Хотя, наверное, у людей так всегда и было на этой планете. Дорога из аэропорта до трехзвездочного отеля «Роял Отель» заняла не больше получаса. На входе нас встретил улыбчивый рабочий персонал, состоявший из пакистанцев. Нам выдали пластиковые ключи и сообщили, что встреча с русскоговорящим гидом будет завтра в одиннадцать утра.

— Туристы, на этом наши с вами пути заканчиваются — фыркнул я себе под нос и поднялся на второй этаж в номер 109.

Во время всех своих путешествий я всегда останавливался в хостелах, где в одной комнате стоят несколько кроватей и могут жить до двадцати человек, а душ и туалет находятся на этаже. Теперь же я почувствовал все прелести жизни в номере отеля. Я открыл дверь, приложив к ней пластиковый ключ и оказался в небольшом красивом номере с личной душевой и туалетом. На светло-желтой стене висела картина со сказочным пейзажем озера, прямо под ней находилась двуспальная кровать с двумя тумбочками по сторонам. В номере так же был телевизор, маленький холодильник и шкаф для одежды. Из единственного окна виднелась стройка будущего отеля и большая красивая мечеть, которая подсвечивалась ярко-оранжевым цветом. Комфорт трех звезд произвел на меня отличное впечатление. Даже, когда я ездил в Санкт-Петербург единственный раз в жизни вместе с туристической фирмой, то даже там, у меня в номере не было ни туалета, ни душа, ни холодильника, хотя гостинца тоже имела три звезды. Я достал вещи из рюкзака и приготовился на завтра. Меня ждал ранний подъем в семь утра и очень сложный насыщенный день.

Через пять часов я вскочил с кровати и начал озираться по сторонам. Я не понимал, что происходит. По громкоговорителю на весь район раздавалась арабская речь. Сначала я подумал, что начался либо пожар, либо война. Протерев глаза руками, я открыл окно и выглянул. Звуки раздавались из мечети. В окнах домов начал загораться свет. Громкоговоритель призывал мусульман совершить утренний намаз. На часах было пять утра. Я снова лег в кровать, накрыв голову подушкой, и попытался уснуть. В семь утра я сходил в душ, где почему-то была только холодная вода, а затем спустился на ресепшен, где поменял двадцать долларов на местные дирхамы. Солнце только начало подниматься из-за домов, когда я вышел на улицу. Вокруг отеля через каждые несколько метров была новая стройка, очередного отеля. Как оказалось, район, в котором я остановился, оставлял желать лучшего, но я ничуть не расстроился. Жить в портовом районе Шардже среди пакистанцев не так уже и плохо. По крайней мере, здесь было множество кафе где, судя по вывеске, можно было очень дешево перекусить. На мне были удобные белые кроссовки «Найк», черные шорты, белая майка и черные солнечные очки. К сожалению, я не взял с собой ни один головной убор, и что-то мне подсказывало, что я об этом скоро пожалею. По пустынным улицам я прошел к величественному отелю «Рэдиссон» и находившейся рядом с ним мечети. Здесь брала свое начало набережная Корниш. По правую сторону от меня был небольшой залив, вдоль которого грустно стояли огромные ржавые баржи, чередуясь с маленькими деревянными лодками местных рыбаков. По левую сторону остался район, в котором был мой отель и целый ряд пальм, которые прекрасно спасали от жгучего солнца. Навстречу мне попалось несколько пакистанцев вышедших на утреннюю прогулку, а так же несколько арабов в национальных одеждах. С воды дул ветер и приносил с собой запах едкого корма для рыб, а с города, видимо с одной из многочисленных лавок со специями, пахло шоколадом. Странное сочетание. Кругом летали и кричали чайки, а на воде двое пакистанцев в лодке сонно доставали разный мусор специальными сочками. Я полюбовался через затон красивым зданием суда и, дойдя до конца набережной, перешел дорогу к автовокзалу города под названием Аль-Джубайл.

Потратив полчаса, чтобы найти нужную мне кассу, в итоге я просто занял место на остановке с надписью «В Дубай». Чернокожий охранник объяснил мне, что оплачивать билет нужно будет наличными водителю перед посадкой. Автобус приехал через несколько минут. Первые восемь мест были строго для женщин, о чем гласили таблички над ними, поэтому я прошел в середину салона автобуса, где занял место у окна. Большой комфортабельный автобус с кондиционером и мягкими креслами, в которых при желании можно было немного поспать, покинул автовокзал. Кроме меня в автобусе сидело трое смуглолицых пакистанцев и два индуса. Мы проехали через центр Шарджи с ее красивыми небоскребами, а когда выехали из города на шоссе Е11, то вдалеке, в утренней туманной дымке на горизонте я увидел самое высокое здание в мире — Бурж-Халифу. На его фоне другие небоскребы, высотой в пятьдесят или семьдесят этажей, выглядели карликами. Еще в Самаре за день до вылета, я купил билет для ее посещения, и мне было чрезвычайно важно успеть к часу дня в торговый центр «Дубай Молл», где находился вход в башню. Простояв несколько минут в пробках на выезде из города Шарджа, автобус всего за полчаса довез меня до центра Дубая. Еще покупая билет у водителя, я сообщил ему на английском название нужной мне остановки «Финансовый центр», и теперь он остановился на ней. Оказавшись в районе «Башни Эмиратов», я впал в восторг от увиденного мной великолепия. Закинув высоко голову, я начал крутиться, пытаясь разглядеть небоскребы, что окружали меня. Нью-Йорк отдыхает. Знаменитые небоскребы Нью-Йорка были первыми, что поразило всех своим масштабом, но с той поры очень много воды утекло, и новых небоскребов на Манхеттене не становится больше. Технологии шагнули вперед, и теперь здесь в городе, что опережает свое время, американские и немецкие компании трудятся, воздвигая поистине фантастические здания. Каждый небоскреб имел свой уникальный и неповторимый дизайн и цвет. Здесь нет ни одного похожего друг на друга здания. Каждое из них это настоящее произведение искусства и пиршество инженерной мысли. Дополняет всю эту картину города будущего надземное метро без водителя, которое уже успело несколько раз промчаться у меня над головой, пока я любовался небоскребами. Быстро сориентировавшись на местности с помощью карты в телефоне, я уверенными шагами направился в сторону самого большого торгового центра в мире. Поскольку меня окружал бизнес центр города, то мне на пути попадались арабы в строгих деловых костюмах и в своих национальных нарядах. По дорогам рассекали дорогие автомобили, спортивные Феррари, Ламборгини и электромашины Тесла.

Пройдя через хитросплетение дорожных развилок, я наконец-то вышел к «Дубай Моллу», но вход в него не обнаружил. Спросив у чернокожего охранника, куда мне нужно идти, я еще полчаса кружил возле торгового центра и лишь потом поднялся наверх в надземный переход, ведущий от метро к входу. Кроме многочисленных магазинов, внутри торгового центра, находился один из самых больших океанариумов в мире, на часть которого можно было полюбоваться совершенно бесплатно. Так же здесь был водопад, кинотеатр с двадцати двумя залами, каток олимпийских размеров и еще множество всего интересного. Все осмотреть у меня бы не хватило и дня, но я здесь находился с одной конкретной целью — подняться на самое высокое здание в мире, на башню Бурж-Халифа. Ориентируясь по указателям, я нашел большую очередь за билетами, возле которой толпились группы иностранных туристов с гидами. Имея билет на руках, я быстро прошел мимо касс и занял место около металл детекторов. Здесь было две очереди: одна для мужчин, а другая для женщин. Очень необычно. Далее к лифту нужно было пройти несколько сотен метров по длинным коридорам, а заодно и познакомиться с историей этой башни. Здесь были макеты Бурж-Халифы, фотографии всех этапов стройки, общая информация о сооружении и интересные факты. В лифт запускали людей небольшими группами. Внутри лифта было три телевизора, на которых начался видеоролик с информацией о башне сразу, как только его двери закрылись. Единственное что выдавало нашу скорость 600 метров в минуту, это заложенные уши. Чуть больше минуты потребовалось, чтобы мы незаметно оказались почти на самой вершине, где была расположена смотровая площадка. Вся открытая площадка была заполнена туристами из самых разных стран, здесь были немцы, американцы, англичане, русские, азиаты и индусы. Гул стоял страшный, а вид отсюда был еще страшнее. Дождавшись подходящего момента, я занял место на краю у стекла. Через железные прутья можно было просунуть руку. Внизу были видны маленькие пятидесятиэтажные и семидесятиэтажные небоскребы. Крохотные виллы вдоль берега. Персидский изумрудный залив с красивыми искусственными островами. Дорожные развязки и маленькие точки машин движущиеся по ним. Подумать только, каких-то пятьдесят лет назад здесь только и была что пустыня, а теперь раскинулся мегаполис будущего. Нефть творит чудеса. Благодаря этому богатству местные жители могут не работать, получая денежную компенсацию и бесплатное образование в любом университете мира.

— В России вроде тоже есть нефть, где же тогда моя компенсация и бюджетное место в Гарварде? — тихо спросил я, смотря вниз.

Я пробыл на смотровой площадке почти час, наслаждаясь видом и делая фотографии, а потом спустился вниз в торговый центр. Мне нужно было добраться до берега, где находился отель Бурж Аль Араб, имевший форму белого паруса.

Оказавшись на улице, я с трудом купил себе проездную карточку в автомате, и с таким же трудом нашел нужную мне остановку. Все было очень запутанно. Зайдя в салон автобуса, я приложил карточку к сканеру и занял свободное место, а спустя сорок минут, опять приложил карточку к сканеру и вышел на остановке. Сумма оплаты проезда зависела от расстояния, которое я проехал. Перед тем как идти на пляж к «Парусу», я решил прогуляться по искусственному каналу и познакомиться с «Дубайской Венецией». В районе Мадинат Джумейра находилось несколько отелей, между которыми протекали искусственные водные каналы. По ним время от времени проплывали лодки, а изобилие зелени и яркое солнце делало это место еще более привлекательным. Перед входом я увидел несколько туристических автобусов и незаметно примкнул к одной из русскоязычных групп, чтобы послушать рассказ гида. Многочисленные кафе вдоль каналов выглядели очень манящими, но мой бюджет как всегда был сильно ограничен, к тому же я уже купил в «Дубай Молле» несколько плоских булок и бутылку с водой. Для счастья больше и не надо. Это место, действительно, чем-то было похоже на Венецию, разве только тут было спокойнее и гораздо жарче. После прогулок по каналам я, через многочисленные магазины с сувенирами, вышел на шоссе и по нему добрался до общественного пляжа. По дороге я остановился у презентабельного и очень дорогого отеля Бурж Аль Араб, где сделал несколько фотографий. На пляже было ветрено, огромные волны разбивались о песок. На ветру развевались красные флаги, запрещающие купаться. Никто даже не загорал. Все просто сидели и смотрели на беспокойную воду. Я перекусил, отдохнул, посмотрел на солнце, что близилось к горизонту, а затем на автобусе вернулся обратно в «Дубай Молл».

Когда я доехал до торгового центра, за окном уже смеркалось, жара спала и начал дуть холодный ветер. В этот раз я без проблем нашел в него вход. Вечером здесь стало гораздо больше людей, а местами даже возникали пробки в перемещениях по этажам. Выбежав на уличный мост во внутреннем дворе, я протиснулся через толпу туристов и занял место напротив башни Бурж-Халифа. Я глянул на часы, было чуть больше шести вечера, но знаменитое представление световых поющих фонтанов почему-то задерживалось. Заметив, что на балконе торгового центра освободилось несколько мест, я со всех ног поспешил туда, ведь именно оттуда открывается самый лучший вид на фонтаны и башню. На балкон меня впустил чернокожий крупный охранник, попутно что-то сказав мне, но я не расслышал, и лишь улыбнулся ему в ответ. Облокотившись на перила, я приготовил свои две камеры и телефон. Время шло, на улице темнело и холодало, а представление все еще не начиналось. На набережной и на мосту было несколько тысяч человек, все затаив дыхание ждали. Прошел час. Вдруг в семь вечера вместо поющих фонтанов раздалась молитва. Все туристы были удивлены, и я тоже ничего не понимал, поэтому решил уточнить, что происходит у темнокожего крупного охранника, который стоял рядом.

— Привет, а когда будут фонтаны работать? — спросил я на английском языке.

— Привет, сегодня они не будут работать, у нас траур — спокойно ответил охранник.

— Что случилось? — удивился я.

— Кое-кто очень важный умер и три дня не будет никаких фонтанов и праздников — пояснил охранник.

Погрузившись в свои мысли, я развернулся и пошел по торговому центру в сторону метро.

— Я буду в эмиратах всего лишь три дня и четыре ночи, и каждый день для меня очень важен. Все было так четко расписано и спланировано. Теперь же, не увидев шоу поющих фонтанов в первый день, мне придется менять свои планы на последний день и чем-то жертвовать. Скорее всего, поездкой в столицу эмиратов, но я еще подумаю. Побывать в Дубае и не увидеть шоу поющих фонтаны это непростительно — грустно рассуждал я себе под нос, пока шел по длинному коридору из «Дубай Молла» к одноименной станции метро.

На входе в метро я использовал свою проездную карточку. Вагоны были переполнены. Я с большим трудом нашел стоячее место в углу вагона. Пока я ехал семь остановок до станции «Юнион», от которой отправлялись автобусы в Шарджу, я внимательно изучал пассажиров вагона. Подавляющее число было пакистанцев, причем мужчин, далее шли разных возрастов и полов туристы, после совсем немного женщин в панаджах. Местных жителей практически не было. Думаю, они передвигаются в личных автомобилях, и увидеть их своими глазами крайне сложно. Когда двери вагона открылись, я вместе с толпой вышел на улицу. Светили фонари, горели витрины магазинов, а я повернул налево и через несколько минут уже пополнял свою проездную карточку в автобусной кассе. Я занял место в комфортабельном двухэтажном автобусе номер 303 около окна и наконец-то расслабился. Сумасшедший день! Первая половина прошла точно по плану, а вот вторая половина дня, с отменой шоу фонтанов, слегка смазала впечатление. Сейчас для меня было главным без происшествий добраться до отеля, а там я уже буду спокойно планировать оставшиеся два дня, чтобы попробовать увидеть все, что я хочу за столь короткое время.

Мы выехали из Дубая и по привычному шоссе Е11 мчались по ночной Шардже. Глядя в окно, я отметил для себя несколько магазинов с сувенирами, в которые должен буду заглянуть до отъезда. Согласно вывескам, там продавалось все по пять и десять дирхам. Очень любопытно. Усталость, культурный шок и темное время суток сделали свое дело, и я случайно вышел раньше на остановку, чем мне это нужно было сделать. Оказавшись около мечети короля Фейсала, я попытался включить телефон и по карте понять, куда же мне идти, но этого не получилось. Батарейка села. Я огляделся по сторонам. Вокруг пролетали машины на большой скорости, слышался громкий говор пакистанцев, и дул холодный ночной ветер. Примерно представив, где находится мой отель, я неспешным шагом направился туда. Несколько раз я заблудился и завернул в малолюдные улочки, где на меня удивленно поглядывали пакистанцы. Тем не менее, я довольно быстро вышел на набережную Корниш, ведь меня подгоняли страх и голод. Уже несколько часов я мечтал о запоздалом ужине. Увидев первое попавшееся пакистанское кафе, я смело зашел в него. Я встал в дверях и принялся изучать меню. Постояльцы кафе и его работники не обратили на меня ни малейшего внимания, никто даже не поздоровался со мной и не подошел, чтобы принять мой заказ. Я подумал, что лучше поищу более дружелюбное место и вышел на улицу. Следующее кафе оказалось тем, что я искал. У входа один пакистанец энергично готовил шаурму, а другой разносил по столикам заказы. Я сделал заказ, взяв одну шаурму с собой на вынос и стакан горячего чая. Меня быстро обслужили и пожелали хорошего вечера на английском языке. Около Шарджского музея исламской цивилизации, на пустой остановке я приступил к ужину. Глядя на то, как в свете фонарей лениво колышутся большие листья пальм на набережной Корниш, я постарался поймать и запечатлеть это мгновение. В пакете вместе с шаурмой, был еще один маленький пакетик с овощами, там лежал ломтик морковки, ломтик капусты и перчик. Все это было очень острым, а в сочетании с горячим чаем становилось обжигающим. Это было именно то, что мне нужно, чтобы не разболеться, как обычно я любил делать во время своих путешествий. Смахнув слезы от острого перчика, я направился к отелю. Теперь на полный желудок все смотрелось иначе. У мечети Аль-Махфираха я набрал полную бутылку воду из фонтанчика. Было почти одиннадцать вечера, когда я зашел в вестибюль отеля.

— Добрый вечер! Вы уже записались на бесплатный автобус до пляжа? — дружелюбно поинтересовался работник ресепшена.

— Еще нет, а в котором часу он уезжает? — спросил я.

— В десять утра еще есть места — мужчина внимательно посмотрел на листок.

— Да, отлично! — согласился я — записывайте.

Я поднялся к себе в номер, где принял холодный душ и лег спать.

Глава 6

«Солнца много не бывает»

Ровно в десять утра я с синим большим полотенцем, которое получил у работника отеля специально для пляжа, стою в вестибюле и поглядываю на пыльную улицу. Автобус задерживается. Когда он наконец-то приехал, стало ясно, что людей было больше, чем мест в автобусе. Я в порядке живой очереди занял место на раскладывающемся дополнительном кресле около водителя. Тучная женщина и семья с маленьким ребенком в коляске, остались стоять на улице, недоумевая, почему им не хватило места. Увидев эту ситуацию, наш русскоговорящий гид взял список людей, которые записались на этот рейс вчера, и начал проверку.

— Тут кто-то лишний — произнес он — кто вчера не записался на ресепшене, а сел сейчас в автобус?

Все молчали.

— Будем по списку проверять или сразу признаетесь, чтобы сэкономить время? — спросил гид.

Все молчали.

— Хорошо — произнес гид, и начал называть фамилии по списку, а люди в ответ поднимали руки.

Некоторые люди стали возмущаться этой задержкой на тридцатиградусной жаре, всем хотелось к воде, поэтому семья, что осталась на улице вернулась в отель, махнув рукой, а автобус тронулся так и не найдя виновных. Во время всех своих путешествий я старательно избегаю каких-либо контактов с русскими людьми. Я устаю от них и в России, а за границей хочу отдохнуть от их наглости, хамства и глупости. Однако сегодня у меня не было выбора, добраться до пляжа самостоятельно было крайне сложно, ведь он находился в двенадцати километрах от нашего отеля и туда не ходили рейсовые автобусы. По этой причине я решил воспользоваться бесплатными услугами отеля и сразу же столкнулся с российским менталитетом. Вскоре лишняя группа из двух парней и двух девушек, была обнаружена.

— Да, мы вчера пришли поздно, забыли записаться — объяснял парень сидящему рядом мужчине, который хотел рассказать водителю о том, что эти ребята лишние в автобусе, но не сделал этого.

— Мы скоро выйдем, мы на самом деле на пляж не едем — ухмыльнулся другой парень — нам главное добраться до центра города, а там мы пересядем на автобус до Дубая.

— Да, просто копеечку сэкономим — подтвердила одна из девушек.

Все они выглядели такими счастливыми и радостными, что им удалось всех нас обмануть. Они просто наслаждались своей безнаказанностью и совсем не раскаивались в своем низком поступке. Мы проехали через портовый район, а в центре Шарджи, на одном из светофоров эти ребята вышли из автобуса и весело пошли на остановку. Я отвернулся и начал смотреть на высокие небоскребы Шарджы на Корниш-стрит. Меня переполняли стыд и отвращение за земляков.

В половине двенадцатого в самую жару наш автобус остановился рядом с пляжем Аль-Хана. На песке было мало людей. Везде стояли красные флаги, означающие, что из-за сильных волн купаться запрещено. Я посмотрел на огромные пенные волны неспокойного Персидского залива. Расположившись на горячем песке у воды, я включил аудиокнигу «Дон Кихот» и начал загорать.

— Пытаться изменить менталитет народа это борьба с ветряными мельницами — произнес я чуть слышно — не нравится, уезжай туда, где нравится.

В одном ухе через наушник звучала аудиокнига, в другом ухе звучало море.

— Если бы это было так просто — грустно вздохнул я.

В Самаре сейчас было около двадцати пяти градусов ниже ноля, а тут такие же двадцать пять градусов, но выше ноля. Фантастика. Я лежал, слушал аудиокнигу и думал о том, какие необычные небоскребы я видел сегодня в центре города. Прошел час. Я крутился как курочка на вертеле, то спиной, то грудью к солнцу. Мне хотелось загореть сегодня так, как люди загорают за весь свой отпуск, ведь завтра был мой последний день в эмиратах. Я провел на пляже еще час. Встав с полотенца, я зашел по колено в пустой Персидский залив и взглянул на пустой пляж Аль-Хана.

— Туристов мало на пляжах из-за запрета на алкоголь и откровенные наряды, пакистанцы и индусы все в работе, им некогда купаться, местные шейхи имеют собственные острова, для кого же тогда все эти райские условия? — рассуждал я вслух.

С последним автобусом я вернулся в отель, по пути отмечая для себя места в центре Шарджи, куда загляну вечером. Первую половину дня я нежился на солнце, а вторую планировал посвятить знакомству с этим эмиратом. В отеле я быстро переоделся, сложил в рюкзак бутылку с водой и неспешно отправился по набережной Корниш к автовокзалу, чтобы узнать расписание автобусов на завтра. Из-за того, что вчера я не попал на шоу фонтанов, мне придется освободить для них завтрашний вечер, на тот случай если шоу все-таки состоится. Изначально на завтра у меня была запланирована поездка в столицу эмиратов, в Абу-Даби, где я хотел провести весь день, посетив белую мечеть шейха Зайда. Теперь же мне придется, как можно раньше ехать туда, а вечером снова возвращаться в Дубай, в надежде увидеть фонтаны.

Солнце понемногу начинало уходить к линии заката, но сильная жара все еще стояла на улице. Спасенье было лишь в прохладном сильном ветре, который дул с Персидского залива. Я уже подходил к автовокзалу по набережной Корниш, когда с другой стороны дороги мне махнул рукой незнакомец. Он быстро подошел ко мне и представился.

— Мухтар! — произнес он и протянул мне руку.

Я с осторожностью пожал ее, и внимательно взглянул на незнакомца. Ему было за сорок, невысокого роста, щуплый, энергичный, со смуглой кожей и черными короткими волосами. Я представился ему, и мы завязали небольшой диалог. Оказалось, что он был из Пакистана, и работал здесь в порту. Его родной брат работал в Манчестере, в Англии. Мухтар оказался очень дружелюбным, а когда узнал что я из России, так и вовсе засиял.

— Россия и Пакистан друзья! — произнес он на английском языке.

Мы с трудом понимали друг друга, но тем не менее успели пообщаться пока я шел к автовокзалу.

— Если нужно, то я могу достать алкоголь — предложил он — я знаю магазины.

— Спасибо, но я почти не пью! — поблагодарил его я.

— Если вдруг что-то понадобится, то обращайся, я все знаю тут — продолжал Мухтар — алкоголь, сигареты и даже девушки!

Мы рассмеялись и около автовокзала попрощались. Возле одной из касс, я сфотографировал расписание автобусов идущих из Шарджи в Абу-Даби и из Абу-Даби до Дубая.

Напротив вокзала находилось красивое и длинное здание овощного рынка. Проходя мимо него, я внезапно почувствовал жжение у себя на лице, но подумав, что это просто раздражение от сильного ветра, не придал ему никакого значения. Сразу за рынком я поднялся на мост, где неторопливым шагом направился по улице Аль-Арауба через озеро Халида и остров Флаг. Я внимательно смотрел по сторонам, разглядывая небоскребы, что окружали меня. Когда я спустился на набережную вдоль озера Халида, то заметил странную вещь, от которой мне стало как-то не по себе. Время на часах было вечернее но, несмотря на это, роскошная набережная была абсолютно пуста. Пустые велосипедные дорожки, пустые лавочки, пустые газоны для пикников. За час моей прогулки вокруг озера, я встретил лишь двух женщин в национальных одеждах, которые скрывали все, кроме глаз, но даже в их глазах читалась грусть. Пока их мужья были на работе, они одиноко сидели на лавочках и смотрели на спокойную воду озера Халида. Я остановился около железных перил и посмотрел на белую чайку, которая летала возле воды в поисках рыбы. С озера дух свежий ветер, вокруг меня возвышались невероятной красоты небоскребы, но все выглядело так, как будто это все было лишь одной сплошной театральной декорацией. Пустые золотые пляжи, пустые красивые набережные, нигде не играет музыка, нигде не слышен смех людей, нигде не проходят влюбленные пары держась за руки. Я внезапно осознал, что здесь есть все для жизни, кроме самой жизни. В странном расположении духа и весь погруженный в свои философские мысли я дошел до парка Шарджи под названием Аль Мажас, где вечером на озере тоже включат поющие световые фонтаны. Судя по информации из интернета, они были чуть менее впечатляющими, чем их знаменитые собраться из Дубая, но все равно, невероятно красивы и уникальны.

— Добрый вечер, а сегодня будут работать фонтаны? — обратился я к охраннику возле входа в парк.

— Сегодня нет, но завтра возможно будут работать, траур должен закончиться — ответил мужчина.

Я грустно вздохнул. Пройдя через несколько невысоких домов, я вышел на шумную улицу Аль Уода Стрит, где было очень многолюдно. Это место пользовалось спросов у туристов из-за нескольких крайне дешевых магазинов под названием: «Все до 10 дирхам», «Все до 15 дирхам», «Все до 20 дирхам». Я решил, что это отличная возможность купить сувениры и зашел в большое здание, напоминающее своим видом гипермаркет. Тут продавали абсолютно все, начиная от банальных сувениров, а заканчивая одеждой и кухонными принадлежностями. Цена не могла быть выше, чем 10 дирхам, что в переводе на рубли было невероятно мало. По этой причине здесь было так много русских туристов, которые набивали тележки до отказа, сметая с полок все, что только видели. При желании можно было скупить весь магазин, ведь в России за такую цену такое качество нельзя было найти. Я провел в магазине порядка двух часов, купив отличные сувенирные брелки, магниты, статуэтки, коврики, футболки и даже легкий национальный халат. Я покинул магазин, когда на улице уже было очень темно.

Вернувшись в парк Аль Мажас, вдоль набережной я направился в сторону отеля, попутно любуясь небоскребами, которые с наступлением темноты стали красиво подсвечиваться разными цветами. Проходя мимо мечети Нора, на берегу озера, я услышал молитву, разносившуюся из громкоговорителя. Я сел на лавочку перевести дух и задумался над тем, как же это интересно прикоснуться на мгновенье к другой религии и другим традициям. Женщины в парандже вызывают у многих туристов удивление, но я попробовал взглянуть на ситуацию с другой стороны. У нас в России женщина, когда собирается выйти из дома надевает на себя все самое лучше, долго красит лицо и только после всех приготовительных процедур выходит на улицу. Неважно куда она идет, в магазин за продуктами, на свидание или просто на работу, она всегда старается выглядеть идеально. Ей крайне важно как на нее будут смотреть женщины и мужчины, которых она встретит, даже если она их не знает. Она хочет произвести на всех положительное впечатление, ведь ей важно мнение других людей. Когда она находится лишь наедине со своим мужчиной, особенно спустя несколько месяцев отношений, эта же женщина может, не краситься и ходить в обычном халате по дому с пучком волос на голове. У арабских женщин все наоборот. Они выходит из дома строго в национальной одежде, где видны лишь глаза. Они не хотят, чтобы на них смотрели другие мужчины и женщины. Им незачем производить на кого-то впечатление. Однако дома, находясь наедине со своим мужчиной, они надевают свои лучшие наряды и всегда выглядят красиво. Я задумался, ведь в плане логики арабские женщины куда более правильно ведут себя. Они выглядят красиво лишь для своих вторых половинок, а для чужих людей, они просто черный национальный костюм с глазами. Наши же женщины стараются выглядеть красиво для чужих глаз, а для своих мужчин дома зачастую вообще не думают об этом. Я поймал себя на мысли, что тоже не хотел бы, чтобы моя девушка ловила на себе восхищенные взгляды незнакомых людей, а дома ходила без макияжа и с хвостиком на голове. Ведь это моя девушка, моя красота, мое произведение искусства и любоваться ею должен только я.

На набережной Корниш я зашел в пакистанский ресторанчик, в котором был вчера. Был уже поздний час, поэтому все столики были свободны. Я прошел в глубь зала и занял один из трех столиков в углу помещения. В этот раз я заказал шаурму и картофель фри с чаем. Чем дольше ты без еды, тем вкуснее она кажется. Чем дольше ты на ногах, тем приятнее сидится. Ожидание увеличивает удовольствие. По этой причине для меня идеально путешествовать один — два раза в год. Этого времени с лихвой хватает, чтобы успеть соскучиться по самолетам и поездам, по новым городам и странам. Я завершил свой поздний ужин, но мне не хотелось уходить из этого уютного места. Я сидел у печи и после еды меня начало клонить в сон. Собравшись с силами, я вышел на свежий ночной воздух и у мечети Аль-Махфираха набрал полную бутылку бесплатной воды из фонтанчика. Зайдя в отель, я первым делом пошел в душ, но искупаться мне не удалось из-за отсутствия горячей воды. Завтра у меня последний день в ОАЭ и столько дел я должен успеть сделать. Я рухнул на постель и только, когда я оказался на матрасе, понял, насколько сильно обгорело мое тело. Я аккуратно перекатился на бок и закрыл глаза.

Я проснулся и начал собирать рюкзак сразу, как только за окном раздалась громкая молитва. На улице было темно и пусто. С Персидского залива дул холодный бодрящий ветер, от которого все тело покрывалось мурашками. Рюкзак пришлось нести в руках, так как спина, да и все остальное тело сильно обгорело. Быстрым шагом я добрался до автовокзала и, купив билет, занял место у окна в передней части автобуса. Через двадцать минут, когда почти все места уже были заняты, в салон зашел контролер и начал проверять билеты. Внезапно он попросил меня освободить мое место, ссылаясь на то, что это место для женщин, я удивленно посмотрел на него, но в итоге был вынужден плестись в конец автобуса. Я знал, что несколько мест в передней части автобуса были только для женщин, но то место, что занял я, было без специальной таблички. Однако спорить я не стал. Ни желания, ни знаний английского языка у меня для этого не было. Автобус тронулся и, как только мы выехали на шоссе, несколько пакистанцев заняли свободные места в передней части салона, а я так и продолжил сидеть в самом хвосте. Не самое лучшее начало поездки длинной в сто семьдесят километров. Долгие пробки на выезде из Шарджы, затем небоскребы Дубая, и бесконечные пейзажи пустыни до самой столицы Абу-Даби. Я краем глаза увидел с правой стороны дороги тематический парк Феррари, а с левой стороны огромную и красивую белую мечеть шейха Зайда. Я вышел на конечной остановке автобуса, на центральном автовокзале города, где попытался купить билет на следующий автобус. Еще в Шардже я заметил двух молодых русских девушек, которые тоже собирались ехать в Абу-Даби. Теперь найдя их в толпе людей на вокзале, я подошел к ним.

— Привет, вы случайно не к мечети едете? — поинтересовался я.

— Привет, нет, мы там вчера уже были, а сегодня собираемся на весь день в аквапарк — ответила одна из девушек.

— Ясно, а билет как покупали до мечети? — спросил я — а то никак не разберусь с терминалом.

— Мы тоже не смогли в терминале купить и купили в кассе карточку для автобуса — пояснила девушка.

Я пожелал им хорошего дня и пошел к кассе, где купил билетную карточку, после нескольких долгий минут объяснений своей цели. Возле автовокзала я сел на автобус номер сто одиннадцать, который повез меня по Истерн Роуд. Моя электронная карта в телефоне не определяла мое местоположение без интернета, поэтому я начал беспокоиться, что могу проехать нужную мне остановку. Рядом со мной сидел молодой бородатый парень с телефоном в руках, которому я попытался объяснить всю сложившуюся ситуацию, используя все свои знания английского языка. Мы несколько минут пытались друг друга понять при помощи переводчика, который был у араба в телефоне. Сделать это было крайне сложно, ведь у него в телефоне все было написано лишь арабской вязью. В итоге он предложил мне выйти с ним на остановке, рядом с торговым центром «Машриф Молл», где он работал, и там воспользоваться бесплатным интернетом. По пути мы перекинулись несколькими фразами, все так же до конца не понимая, о чем именно мы говорим. Около торгового центра я поблагодарил парня за помощь, а сам подключился к интернету и понял, что до мечети осталось еще семь километров.

Прошел час, проведенный на двадцати пяти градусной жаре, прежде чем я увидел перед собой огромные белые купола мечети шейха Зайда. Эта мечеть была примечательна не только своей красотой, но и тем, что на ее территорию пускают представителей любых вероисповеданий, чтобы они могли познакомиться чуть ближе с мусульманской религией. Заметив группу туристов, я вместе с ними добрался до входа во двор мечети. Пройдя через металлодетекторы, я оказался в просторном дворе с ровными зелеными аллеями. Рядом с фонтанами, около входа в величественное белое здание находились небольшие ящики для обуви. Дальше проход был только босиком, а для женщин еще и с покрытой головой. Вход был бесплатный. Здесь уже бегали в разные стороны многочисленные группы туристов и одинокие зеваки с фотоаппаратами. Первым что попадалось на глаза, так это огромный мраморный пол, на котором во время молитв расстилают самый большой ковер в мире площадью в пять с лишним тысяч квадратных метров. Дальше я прошел вместе с остальными туристами вдоль высоких белых колонн с золотой лепниной и вошел внутрь помещения. Здесь были высокие потолки с необычными и очень красивыми люстрами. Тут ощущалась свобода движений и свобода мыслей. Пройдя несколько залов, я вновь оказался на улице. Среди туристов преобладали азиаты. Здесь, в священном месте, они были не такими шумными как обычно.

Я не заметил, как быстро пролетело время за этой увлекательной прогулкой по белой мечети и ее двору. Уникальное здание. Мечеть шейха Зайда — одна из шести самых больших мечетей в мире, названа она в честь первого президента эмиратов и ее основателя. Я бы провел в этом месте больше времени прямо до темноты, когда величественное белое здание начинает подсвечиваться синим цветом но, к сожалению, мне нужно было ехать в Дубай. Я не терял надежды увидеть шоу фонтанов. Изначально я еще планировал заглянуть в центр эмирата к Падающей башне, которая имела самый большой наклон в мире, но сейчас глядя на часы, я понимал, что не успею это сделать. После посещения мечети в умиротворенном состоянии я направился к остановке. На улице по-прежнему было не выше двадцати пяти градусов тепла, но солнце пекло так сильно, что спасение я нашел только внутри автобусной остановки, где работал кондиционер. Через несколько минут я уже подъезжал к центральному автовокзалу города. В окне автобуса я заметил Падающую башню. Если бы днем я доехал до своей остановки, а не вышел на торговом центре, то я бы все успел. Если бы фонтаны работали в первый день моей поездке, то я тоже бы все успел. Однако не всегда все идет по плану, даже у меня. В этой жизни всегда нужен «план Б». Пересев на автовокзале на автобус, идущий до центра Дубая, я включил кондиционер над сиденьем и немного расслабился. За окном был все тот же пейзаж — бескрайние пустыни. На въезде в эмират мы встали в небольшую пробку. До старта шоу поющих фонтанов оставался всего час. Слева автобус обогнала золотая Феррари, а за ней пристроилась переполненная маршрутка с пакистанцами и индусами. Не сложно догадаться, кому достался счастливый билет в этой жизни. Автобус остановился в шести километрах от торгового центра. Я взглянул на часы.

— Придется немножко пробежаться — произнес я и закинул рюкзак на обгоревшую спину.

На улицах уже начали загораться фонари и вывески магазинов. Я легкой трусцой бежал в направлении торгового центра «Дубай Молл», вспоминая маршрут первого дня. В голове была лишь одна надежда на то, что сегодня траур закончен, и поющие фонтаны Дубая включат по расписанию. Побывать в ОАЭ и не увидеть знаменитые фонтаны! Я никак не мог с этим смириться! Мой марафон закончился перед входом в торговый центр, где я решил уточнить у столика информации, действительно ли сегодня будут работать фонтаны.

— Добрый вечер, сегодня будут работать фонтаны? — в надежде спросил я у молодой азиатки.

— Добрый вечер, к сожалению, нет, идет траур — грустно ответила она.

Я молча повернулся и пошел прочь из торгового центра. Я перестроил весь маршрут ради этого шоу, но видимо не судьба увидеть его собственными глазами. Я сделал все, что мог! Перед выходом я увидел еще один столик информации и почему-то ноги сами подошли к нему.

— Добрый вечер, сегодня будут работать фонтаны? — на автомате спросил я.

— Добрый вечер, сейчас уточню — ответила молодая пакистанка и взяла трубку телефона — да, они сегодня работают, скоро начало.

Я не мог поверить своим ушам. Без ума от радости я побежал на балкон, где протиснулся сквозь толпу туристов к железным перилам. До начала шоу оставались считаные минуты, поэтому я достал камеру и телефон в ожидании чуда. Внезапно послышалась романтичная и спокойная мелодия песни «Жизнь в розовом цвете» французской певицы Эдит Пиаф. На озере начали возвышаться струи фонтанов, покачиваясь в разные стороны в такт мелодии. На берегу так же начали покачиваться влюбленные пары туристов, зачарованные прекрасным зрелищем. Кто-то стоял на берегу, кто-то на мосту, кто-то на балконе, кто-то сидел в кафе, а кто-то плыл в маленькой лодке по озеру в нескольких метрах от фонтанов. Под оглушительные аплодисменты фонтаны стихли на полчаса. За это время я спустился вниз, где занял место в шаге от воды недалеко от моста. Меня ждал сюрприз. Сначала вся 163-х этажная башня Бурдж Халифа засияла разноцветными огнями, а затем на ней начался обратный отсчет, начиная от десяти. После единицы на башне появился орел, и одновременно с ним фонтаны выстрелили на несколько метров в небо. Здесь и началось самое шокирующее и волнующее зрелище, которое мне довелось видеть в жизни. Новогодняя программа, посвященная первому президенту эмиратов — шейху Зайду, который объединил все арабские эмираты. Не удастся описать все волшебство и сумасшествие увиденное мной. Это надо прочувствовать. Я даже не снимал и не делал фотографии. Я был в ступоре. Все тело было в мурашках, а руки тряслись от восторга. Все лицо было в брызгах, а на лице сияла улыбка. Это самое удивительное, что я видел в своей жизни! До этого момента, первенство было за ночной площадью Таймс Сквер в Нью-Йорке, когда я в двадцати однолетнем возрасте вышел из метро и оказался среди небоскребов, ярких рекламных огней и жизни, о которой грезил. Теперь, спустя пять лет, я стою весь мокрый, уставший и счастливый в центре Дубая. Интересно, что меня будет ждать еще через пять лет? Где я буду стоять? Чем я буду восхищаться?

По длинному коридору я поспешил из торгового центра до станции метро «Дубай Молл», где ухитрившись, протиснулся через толпу туристов и залез в вагон. Выйдя на станции «Юнион», я сел в двухэтажный автобус до Шарджи, мне уже был знаком этот маршрут. Через час я уже стоял в парке Аль Мажас, где вовсю танцевали поющие фонтаны Шарджы. Посмотреть два шоу фонтанов за один вечер и двух разных эмиратах? Так могу только я! Людей, которые наслаждались этой красотой на фоне панорамы небоскребов и звездного неба, можно было пересчитать по пальцам. В парке находилось шикарное двухэтажное кафе, где можно было заказать чай или кофе, чтобы посмотреть на шоу с лучших мест, но у меня в кармане осталось дирхам ровно на шаурму с чаем в моем любимом пакистанском кафе. На берегу озера Халида расположились несколько очень высоких небоскребов, которые красиво подсвечивались неоновой, фиолетовой и голубой лентой огней. Около двенадцати ночи я доковылял до кафе и, заказав шаурму с горячим чаем, попытался расслабиться за столиком, возле печки. Завтра в это же время я буду спать у себя дома в Самаре, а все это, что сейчас кажется реальным и осязаемым, станет воспоминаниями, которые с каждым годом будут лишь тускнеть, пока не исчезнут совсем из моей памяти. Единственный способ хоть как-то поймать и спасти их, это перенести на бумагу, чем я и займусь в Самаре на монотонной работе, которая мне нравится. Поблагодарив повара и продавца за вкусную еду и сказав, что завтра я возвращаюсь обратно в Россию, я вышел в арабскую ночь. Дальше все пролетело незаметно сон, сборы, самолет, в котором я встретил обгоревших Кристину и Екатерину, аэропорт Курумоч и дом. Завтра мне вновь нужно надевать теплое пальто и придумывать ответы на вопросы о том, где так сильно обгорел мой нос.

Глава 7

«Афродита»

Все началось случайно. Летом я вышел на подработку на несколько дней в торговый центр «Космопорт», чтобы подменить коллегу, который взял отпуск. Во время обеденного перерыва, когда я возвращался из столовой, то вдруг увидел знакомое женское лицо в толпе. Это была моя бывшая одногруппница Эмма. Последний раз мы виделись на вручении дипломов в актовом зале педагогического университета ровно пять лет назад.

— Вот мы и встретились — я раскинул руки в стороны, чтобы обнять ее.

— О, боже — воскликнула она и назвала меня по фамилии, как это обычно делала в университете.

— Какими судьбами? — поинтересовался я.

— Подругу жду, а она как всегда опаздывает — ответила Эмма — а ты тут работаешь?

— Да, я в этой сфере четыре года уже работаю, раньше в другой компании был, а недавно в эту перешел — пояснил я.

— Клево, правда я думала, что ты уже за границей где-нибудь живешь — рассмеялась Эмма.

— Я тоже так думал, а ты где трудишься? — спросил я.

— Не поверишь, я сразу после университета пошла в школу по нашей специальности, но там совсем недолго была — начала рассказывать Эмма — ученики избалованные все, особенно старшеклассники, выпить предлагали после уроков и постоянно сигареты стреляли у меня.

— Ты же вроде бросила курить — заметил я.

— Я бросала, да с такой жизнью это тяжело сделать — засмеялась Эмма — зато теперь я работаю в магазине оптики, получаю гораздо больше, чем в школе и нервы целее.

— Отлично, а я думал ты уже замужем давно? — улыбнулся я.

— Почти — ответила Эмма — пять лет же встречалась с Алексеем, он на географа учился у нас и фотографом работал, помнишь?

— Да ладно? — удивился я — тот с длинными волосами?

— Да, он — Эмма начала краснеть — сама не знаю, как так вышло, но сразу после университета мы начали общаться и все закрутилось, но не вышло, хотя я не отчаиваюсь, подумаешь, мне всего двадцать семь!

— Правильно, все впереди! — подбодрил я Эмму — из наших видишь кого-нибудь?

— Некоторых видела за это время, все толстые стали, у всех уже дети, семьи, а кто-то даже успел развестись — она опять засмеялась.

— Видишь, у нас с тобой все еще не так плохо! — улыбнулся я — из университета я только «Бороду» вижу, он же здесь со мной теперь работает, это я его в эту компанию устроил.

— Да, вы как всегда вместе, попугаи неразлучники! — мы с Эммой вместе залились смехом.

Было приятно встретить кого-то из студенческой жизни. Отличные были годы. Я смотрел ей вслед и вспоминал, какой она была в университете. Даже не верится, что худая, высокая девушка с прямой челкой превратится в прекрасную, стройную восточную женщину с милой улыбкой. Ее внешность за это время изменилась лишь в лучшую сторону. Быть может это особенность восточных народов? Она была чистокровной башкиркой и с легкостью могла сниматься в фильмах, где ей бы доставались главные роли цариц или принцесс.

После этой случайной встречи в торговом центре мы с Эммой начали общаться в социальной сети. Мы время от времени перекидывались парой сообщений и смешными картинками. Мое лето прошло полностью в работе. Я работал в двух торговых центрах: «Империя» и «Космопорт», а так же проводил дегустации в нескольких фитнесс клубах города. В начале октября с первыми холодными ветрами я начал думать о путешествии за границу. С момента моей поездки в ОАЭ прошло десять месяцев, и мне нужен был кислород, чтобы дальше жить. Все мои накопления ушли на ремонт в маленькой студии в «ЖК Париж», куда я наконец-то переехал осенью. После двадцати семи лет жизни с матерью я перерезал пуповину и зажил взрослой жизнью. У меня было все для счастья: квартира площадью двадцать пять квадратных метров, ванная, горячая вода, велосипед и игровая приставка «Сони Плей Стейшен 4». В детстве я всегда мечтал играть в «Сега Мега Драйв», «Денди» или «Сони Плей Стейшен», как играли мои одноклассники. У меня не было ни цветного телевизора, ни игровой приставки. Однажды я притащил со свалки большой разбитый кинескоп от телевизора и прислонил его к забору во дворе. К кинескопу я привязал старый сломанный джостик от «Денди», который где-то нашел отец. Черным маркером я что-то нарисовал на темно-зеленом экране, затем я взял в руки джостик, сел и представил, что во что-то играю. Благодаря богатому воображению я на некоторое время стал счастливее. Теперь, когда я оказался в собственной квартире с джостиком в руках, я вспомнил этот эпизод из детства и улыбнулся. Теперь у меня все было Единственное, чего мне не хватало, так это золотой осенью отправиться в путешествие, чтобы вновь почувствовать волнение и эмоциональный шок. Я снова захотел на несколько дней стать частью чего-то нового, ведь всякий раз, когда я путешествую, я не просто смотрю новые страны и города, я стараюсь прожить там часть своей жизни, тем самым навсегда связав себя с новым местом. Теперь, когда я что-то слышу про знакомые города Нью-Йорк, Санкт-Петербург, Милан, Сочи, Париж, Дубай, для меня звучит нечто больше, чем просто название города. Я вспоминаю ту часть своей жизни, которую провел там, и на лице появляется улыбка.

За окном собирались грозовые тучи. Я сидел на работе и изучал выгодные предложения на сайте «онлайнтурс», где мой поиск остановился на двух странах Тунис и Кипр.

— Если я поеду с кем-нибудь вдвоем, то это окажется крайне выгодно — произнес я, глядя в монитор — только вот с кем?

В голове я начал перебирать всех друзей и знакомых, которые могли бы отправиться со мной в путешествие уже через пару недель. Внезапно меня осенило.

— Эмма! — выкрикнул я.

Я сразу написал ей несколько сообщений, в которых кратко изложил свое предложение о том, чтобы провести совместный отпуск. Какое было мое удивление, когда через полчаса она написала, что согласна. Уже через два дня мы встретились с Эммой в Парке Дружбы. Был холодный, пасмурный октябрьский вечер, мы сидели на лавке, где я объяснял ей все детали нашей будущей поездки.

— Кипр! — произнес я в заключении.

— Кипр — согласилась Эмма и улыбнулась.

Не знаю, быть может, я описал свой обычный активный отдых недостаточно подробно, но Эмма ничуть не смутилась моим планам на каждый день отпуска. Напротив, она все больше и больше загоралась предстоящим путешествием.

— Ты даже не представляешь, на что ты подписываешься — ухмыльнулся я.

— Мне все равно, я просто хочу в отпуск — произнесла Эмма и закурила.

На следующий день я взял аванс на работе и забронировал пятидневный тур на Кипр. До вылета оставалось три недели, и этого времени было предостаточно, чтобы еще тщательнее спланировать наш активный отдых и собрать все необходимые вещи. Я расписал каждый из пяти дней с утра до вечера, часто меняя планы исходя из погодных условий и расписания общественных автобусов на острове.

Ноябрьским холодным вечером, когда на улице уже давно стемнело, я вышел из квартиры и подошел к дороге, где через несколько минут сел в машину.

— Ты слишком легко оделся, не замерзнешь? — поинтересовалась Эмма.

— Не должен — ответил я.

— Красивая куртка, она женская? — спросила Эмма и, не дожидаясь моего ответа рассмеялась.

— Ты пьяная? — удивился я.

— Немножко — улыбнулась она.

До аэропорта Курумоч нас довез ее младший брат. Когда мы с ним прощались, он крепко пожал мне руку и попросил приглядеть за Эммой. В девять вечера улетал наш самолет из Самары в Москву, где нас ждала пересадка до Кипра. Я взял с собой лишь черную кожаную сумку в ручную кладь. Мои страхи, что Эмма наберет кучу чемоданов, не оправдались. Она взяла всего один маленький рюкзак. Мы подошли к регистрационной стойке, где отдали свои паспорта для регистрации на рейс. Из моего паспорта случайно вылетело двести пятьдесят рублей.

— Надеюсь, мне теперь достанется место у окна — подмигнул я.

Эмма рассмеялась, а девушка за стойкой не повела и бровью. С каменным лицом она отдала мне упавшие деньги, а затем вручила билет. Когда мы прошли в зал ожидания, я заметил, что у Эммы был новый маникюр ярко красного цвета и длинные пышные ресницы.

— Ты отлично подготовилась — я приобнял ее — мы найдем тебе горячего Киприота!

— Пф — фыркнула она — я туда отдыхать лечу, а не мужика искать.

Мы ехали в отпуск как старые друзья, которые знают друг друга уже десять лет, если считать с момента нашей первой встречи на первом курсе университета. Однако со стороны мы смотрелись как обычная молодая пара, которая летит в семейный отпуск, возможно даже на медовый месяц, только колец не хватало. Вдруг Эмма засмотрелась на симпатичного парня, который сидел напротив нас и разговаривал по телефону. Парень заметил это и, посмотрев сначала на нее, а затем на меня, резко встал и пересел в конец зала.

— Он подумал, что мы с тобой пара и принял тебя за гулящую девку — рассмеялся я — чтобы не рушить наш союз он ушел, как благородно!

— Я не гулящая! — крикнула Эмма и, сложив руки, демонстративно отвернулась от меня.

— Не обижайся — начал я — но я ведь говорил, что нас все будут воспринимать как пару.

— Мы не пара, я свободная девушка — произнесла Эмма, не скрывая своей обиды.

— Свободная, сильная и независимая — заметил я.

Началась посадка на рейс до Москвы, мы заняли место в конце длинной очереди.

— Пс — шепнула мне Эмма — у тебя из носа что-то торчит.

Я не заметно провел рукой по носу.

— А теперь? — спросил я ее.

— Теперь порядок — ответила Эмма.

— Отличная наблюдательность напарник — засмеялся я — мы сработаемся!

Перелет до Москвы прошел очень быстро, всего полтора часа, и мы уже сидели в зале ожидания аэропорта Внуково. Вылет в Ларнаку был лишь только через четыре часа, и мы отлично провели время в ожидании самолета. Эмма успела выпить бокал пива, съесть огромный бургер, послушать музыку и подремать на лавке, а я лишь успел выпить стакан горячего молока из автомата.

До Кипра мы летели на местах, которые были разделены проходом. Поспать друг у друга на плече нам не удалось, и мы считали минуты до приземления. Через три с половиной часа наш самолет совершил посадку в аэропорту Ларнаки, где уже было восемь часов утра. Яркое солнце уже давно взошло над этим удивительным островом. На улице было свежо и тепло, только иногда сильный морской ветер качал высокие кроны пальм, которые окружали аэропорт. Мы вместе с гидом сели в туристический автобус, который должен был развезти всех по отелям. Только мы с Эммой сели на свои места, как нам уже нужно было собираться на выход. Наш отель был всего лишь в десяти минутах езды от аэропорта. Проезжая к нему мимо соленого озера, я краем глаза заметил небольшое скопление птиц.

— Смотри это же фламинго! — я толкнул Эмму в плечо.

— Какие-то они худые — заметила она.

— В отличие от тебя? — язвительно произнес я.

— У меня даже нет сил обижаться на тебя — устало ответила Эмма.

— Никогда не видел фламинго в естественной среде обитания — произнес я.

— Хорошее начало — сказала Эмма.

Трехзвездочный отель «Пляж Фламинго» находился на первой береговой линии, прямо через дорогу от огромного песчаного пляжа Маккензи и синего бескрайнего Средиземного моря.

— Заселиться в номер можно будет в два часа дня — сообщила нам светловолосая девушка на ресепшене — а пока можете сложить ваши вещи в свободной комнате на первом этаже.

Мы с Эммой оперативно переоделись и привели себя в порядок, используя влажные салфетки. В девять утра мы вышли из отеля и направились к соленому озеру, чтобы сфотографировать фламинго, которых мы видели по дороге сюда. Пройдя через памятник рыбацкой лодке, мы оказались на шоссе Артемидос. Из-за того что на Кипре было левостороннее движение, мы немного запутались при переходе через дорогу, но все закончилось хорошо. Яркое солнце жгло под собой все, что только можно: асфальт, пальмы, нас. На моей голове была широкополая серая шляпа, на глазах черные солнцезащитные очки, синяя футболка, черные летние штаны и белые кроссовки «Найк», которые уже давно стали моими верными спутниками в поездках. На Эмме было надето платье в черную и белую полоску и белые кеды. Короткое платье отлично подчеркивало ее стройные длинные ноги. Вдалеке показался аэропорт и небольшой водоем возле него. Это был затон соленого озера, где мы видели фламинго, но сейчас здесь было пусто.

— Может нам показалось? — задумчиво начал я — мы ведь больше суток не спали.

— Типа мираж что ли? — улыбнулась Эмма.

Я пожал плечами. Мы снова перебежали через шоссе, где быстро неслись машины и пошли вдоль соленого озера. На другой стороне среди пальм и деревьев виднелась красивая мечеть Хала Султана Текке. Мы с Эммой решили спуститься вниз к воде и пойти прямо по соленому берегу. Соль забавно хрустела под нашими ногами, а со стороны все озеро выглядело так, будто бы находилось под снегом. Если бы не яркое солнце и жара в тридцать градусов, в это легко можно было поверить.

— По легенде на этом месте давным-давно был огромный виноградник. Мимо него как-то проходил измученный жаждой и жарким солнцем Лазарь. Он попросил у хозяйки виноградника гроздь, но она ему отказала. В ответ Лазарь проклял эти земли, превратив плодородную почву в соль — такие вот дела Эмма.

— Интересно, а это правда? — удивилась она.

— Кто знает, но звучит красиво — ответил я — и выглядит красиво.

Мы шли по соленым льдинам берега несколько часов, иногда останавливаясь на отдых в тени высоких пальм. Вокруг ни души. Тишина и спокойствие. За все время нашей прогулки мы встретили лишь одного человека, им оказался мужчина, который вышел на утреннюю пробежку. Несмотря на нашу усталость, мы с Эммой весело общались и шутили.

— Кстати, мы сейчас с тобой идем по тропе Афродиты — заметил я.

— Неплохо — улыбнулась Эмма.

Когда мы добрались до акведука Камарес, то уже порядком проголодались.

— Я нашел тот таинственный акведук, о котором говорил Александр, когда мы были в Америке шесть лет назад — чуть слышно буркнул я себе под нос.

Сейчас от десятикилометрового акведука осталось лишь несколько живописных арок. Вокруг по-прежнему не было ни души.

— Почему здесь совсем никого нет? — обратилась ко мне Эмма.

— Это не удивительно — произнес я, взглянув на электронную карту в телефоне — мы с тобой сейчас находимся на окраине города, не всем туристам под силу сюда дойти.

— Я скоро умру от голода! — возмутилась она — нам нужно срочно где-нибудь поесть!

— Я согласен — продолжая смотреть на карту, ответил я — надеюсь, ближе к центру города мы найдем какое-нибудь кафе.

Мы с Эммой свернули направо на широкое шоссе «Б5» и дошли до кольца, где внимательно осмотрелись по сторонам в поисках супермаркета или кафе, но ничего не было. Чем ближе мы подходили к центру города, тем больше нам попадалось магазинов, но все они были закрыты.

— Это потому что сейчас суббота? — обратился я к Эмме.

— А где они тогда еду покупают на выходных? Не понимаю — ответила она.

Спустя час на перекрестке мы свернули на улицу под названием Георгиу Грива Дигни, а чуть дальше на противоположной дороге показался супермаркет «Спар». Перейти дорогу сразу мы не могли из-за плотного траффика и особенностей левостороннего движения, поэтому нам пришлось идти до следующего перекрестка. В этот момент моя спутница и не выдержала.

— Я больше не могу ходить! Я хочу пить! — с этими словами она забежала в первый попавшийся магазин, каким оказался магазин под названием «Аптопоейо» и, купив там банку холодного лимонада, залпом выпила ее.

Ее можно было понять, она не была готова к таким трехчасовым прогулкам на жаре без еды и воды. После того как Эмма немного успокоилась мы зашли в «Спар», где купили две бутылки вина «Отелло» и «Афродита» по акции, а так же знаменитую водку «Зевания» и пиво «Кео». Весь алкоголь был местного производства из Лимасола.

— Дегустация алкоголя объявляется открытой! — торжественно произнесла Эмма и покатила тележку к кассам.

На кассе Эмма взяла себе две пачки кипрских чипсов, а я взял апельсиновый сок и минеральную воду.

— Я хочу немного прогреть горло — обратился я к Эмме, когда мы оказались на улице.

— Держи — она протянула мне «Зеванию».

Убедившись, что вокруг нет полицейских, я сделал один большой глоток.

— Я тоже — и Эмма так же сделала большой глоток, сильно при этом поморщившись.

С прогретым горлом и душой нам было приятнее продолжать наши поиски кафе для обеда. На очередном светофоре рядом с нами встала женщина, которая услышала, что мы разговариваем на русском языке.

— Здесь есть хороший ресторан Итальянской кухни — обратилась она к нам на русском языке — но он открывается с двух часов дня, потому что сейчас выходные.

— Спасибо большое — поблагодарил я любезную женщину.

— Теперь все понятно, у них в выходные кафе начинают работать с обеда! — удивилась Эмма.

Рядом со школой, в небольшом переулке я увидел вывеску кафе, на котором были изображены блюда вместе с ценами.

— Свиной шашлык, вместе с овощами и картошкой фри, всего за пять евро! — обрадовался я — мы по адресу!

В кафе было пусто. Лишь только тучный улыбчивый владелец, он же и повар, он же и официант, да его маленький сын, который спал в небольшой кровати в углу кафе. Мигранты. Я всегда относился с теплотой к таким людям. Они покинули свой дом, свою родину и вынуждены как-то зарабатывать на свою жизнь и жизнь семьи. Они не опустились на самое дно из-за трудностей, а вместо этого сумели открыть свое дело и ассимилироваться на новом месте. В Италии, во Франции, в Эмиратах, я всегда посещал подобные заведения и чувствовал себя там комфортнее, чем в ресторанах. Мы с Эммой слышали, что порции еды на Кипре были такие большие, что одной порцией можно наесться двум людям, поэтому мы заказали одно блюдо и два комплекта приборов. Мы сели за столик на улице, чтобы Эмма могла спокойно курить. Я никогда не любил, когда девушка курит, но Эмма делала это очень сексуально, и мне нравилось на нее смотреть.

— Меня даже курилкой картонной называли из-за этого — засмеялась она в ответ на мой комплимент.

Быть может от того, что мы были так давно без нормальной еды, может по другой причине, но этот шашлык или, как называют его киприоты «сувлаки», нам очень сильно понравился, несмотря даже на несколько больших кусков жира. Поблагодарив хозяина кафе за вкусный обед, мы неспешно отправились в сторону набережной Финикудес.

— У меня предложение — обратился я к Эмме — давай не будем кушать в одном месте дважды?

— Давай! — покорно согласилась она.

У самого начала набережной находился красивый фонтан, а рядом автобусная станция. Чуть дальше был новый порт Ларнаки, где безмятежно колыхались на волнах сотни белоснежных яхт и катеров. Тут мы встретили туристов. Они спокойно гуляли вдоль воды, а некоторые загорали на песке. Было такое чувство, что на Кипре день начинается очень поздно и, лишь ближе к вечеру, все люди выходят из домов, чтобы насладиться прохладой, что доносится с моря.

Мы прошли всю набережную Финикудес на одном дыхании, настолько она была потрясающей. Мы с Эммой шли, то любуясь синими и мощными волнами, что разбивались о камни слева от нас, то любуясь десятками маленьких кафе с правой стороны, которые потихоньку начинали работать. Видимо на Кипре было нормой открывать лавку или кафе во второй половине дня. Весь город лениво просыпался и готовился к жизни.

— Вечером нужно будет где-нибудь здесь перекусить — предложила Эмма — они как раз все откроются.

— Полностью поддерживаю! — согласился я.

По дороге к отелю мы заглянули в район церкви Святого Лазаря, где до сих пор хранятся его мощи. Этот старинный район города все еще сохранил свои милые маленькие домики, хотя некоторые из них уже начали разваливаться. Также в этом месте была целая куча различных лавок с серебром, вином и сувенирами. Мы единогласно решили в последний день отдыха вернуться сюда за покупками. Пройдя через белые дома с синими ставнями, мы вновь оказались у моря. Прохладный средиземноморский ветер ласково трепал темные волосы Эммы. Первый раз я поехал с девушкой за границу, что же меня ждет впереди? Было около двух часов дня, когда мы подошли на ресепшен и получили ключ от номера «302». Мы взяли вещи из общей комнаты для хранения и поднялись на лифте на третий этаж.

— Это еще что такое? — воскликнула Эмма, когда первая зашла в номер.

Я быстро зашел следом за ней и осмотрелся. Хороший туалет с ванной и душем, удобный стол с зеркалом, маленький балкон и большая двухместная кровать.

— Я не знаю — замялся я.

— Как ты не знаешь? — продолжала восклицать она — кровать одна! Ты специально это подстроил?

— Нет, я не знал, я думал, будут две односпальные кровати — честно признался я.

— Врешь! Ты точно знал, что будет одна кровать! Это был твой план — Эмма немного упокоилась и уже начинала улыбаться.

— Да это был мой план, который я вынашивал десять лет! Прямо с первого курса университета, как только тебя увидел — засмеялся я.

— Ладно, что поделать, будем так спать — смирилась Эмма.

Я стал распаковывать сумку, а Эмма вышла покурить на балкон. Через несколько секунд я услышал ее радостный крик.

— Посмотри, какой вид! — послышалось с балкона.

Я вышел и сам чуть не закричал от восторга. Перед нами плескалось синее средиземное море. В солнечных лучах искрились и шумели волны. Над пляжем Маккензи время от времени низко пролетали самолеты с аэропорта Ларнаки. Воздух был свежий и чистый, если не считать табачного дыма от сигареты Эммы. Мы по очереди приняли душ, а затем уснули каждый на своем краю кровати.

В пять вечера заиграла мелодия будильника. Проснувшись бодрыми и полными жизненных сил, мы собрались и вышли из отеля. На улице было темно, солнце давно село и везде горели фонари.

— На часах еще шести нет, а солнце уже село? — удивилась Эмма, когда мы вышли на набережную.

— Да, странно выглядит, но у нас в России тоже в ноябре солнце рано садиться — пояснил я.

— Когда ты здесь, не верится, что сейчас зима — произнесла Эмма.

— Да, ощущается будто бы сейчас лето, только солнце слишком рано садится — улыбнулся я — это и выдает, ведь у нас в Самаре летом закат только часов в девять вечера.

— Смотри сколько людей — отметила Эмма несколько компаний туристов возле входа в ресторан — день только начинается!

Она оказалась права. С наступлением темноты Ларнака ожила, людей на улицах стало больше, а кафе и рестораны открыли свои двери и зажгли вывески.

— Давай тут кофе выпьем? — предложила Эмма и показала пальцем на роскошное кафе в сине-белом цвете.

— Давай меню посмотрим сначала — согласился я.

Неформатный официант с длинными светлыми волосами в белой рубашке и джинсах быстро подошел к нам.

— Сладенького захотелось? — обратился он к Эмме на русском языке с забавным акцентом.

— Да — засмеялась она.

— Проходите, присаживайтесь! — официант широко улыбнулся — я немного знаю русский язык.

В кафе было занято всего лишь два столика. Мы сели на веранде за белый стол, на котором была красивая полоска синей скатерти. Кафе называлось «Монте-Карло».

— Я как раз в прошлом году, когда был в Монте-Карло, ничего там не ел — произнес я — сейчас надо это исправить.

— Давай, клевое место, скажи? — обратилась Эмма ко мне, а я в ответ одобрительно покачал головой.

Мы заказали блинчики с шоколадным сиропом и две чашечки фирменного кипрского кофе. Через двадцать метров плещется средиземное море. Напротив сидит красивая девушка в тонком черном платье. Как интересно может измениться жизнь человека всего лишь за пару дней. Удивительно. Взбодрившись кофе и холодным морским ветром, мы прошли мимо Ларнакского замка и фонтана в начале набережной. Целью нашей прогулки был крупный супермаркет «Лидл» на окраине города, где мы хотели посмотреть ассортимент и купить продукты в отель.

— Этот город Ларнака разный, очень разный. Тут разные пляжи и отели. Разные одноэтажные дома и уютные кафе. Вот смотри, уже начались пятиэтажные дома, а мы всего несколько метров от центра немного прошли — Эмма показала рукой через дорогу — а утром вообще мост этот старинный.

— Да, акведук! — пояснил я.

— Мне очень тут нравится — восторженно произнесла Эмма.

— Ничего себе — удивленно крикнул я — это же магазин спортивного питания!

— Даже тут твои порошки продают — засмеялась она.

Мы перешли через большое кольцо, в середине которого находилась красивая скульптура, подсвечиваемая всеми цветами радуги. Здесь на улицах людей совсем не было, и стояла тишина.

— А вот тут мне не нравится — произнесла Эмма и прибавила шаг.

— Мне тоже — я старался не отставать от нее — скоро уже дойдем, если верить карте.

Совсем скоро мы увидели яркую вывеску супермаркета, возле которого стояло несколько машин. Супермаркет «Лидл» оказался с очень скудным ассортиментом. Бананы были зеленые, вино дорогое. Я купил пачку больших круассанов с шоколадной начинкой, а Эмма банку зеленых оливок.

— Неужели ты будешь это кушать? — с отвращением спросил я.

— Да, обожаю их! — весело ответила Эмма.

— Может ты еще и томатный сок пьешь? — засмеялся я — что с тобой не так?

Она пожала плечами. Обратная дорога до набережной заняла у нас куда меньше времени, ведь на улице стало еще темнее, а во дворах домов виднелись очень подозрительные личности. Одной из таких личностей оказалась странная бабушка, которая выбежала откуда-то из темноты прямо на дорогу. Она широко расставляла ноги как опытный ковбой. Цветное платье и яркий макияж еще больше добавляли абсурда в ее образ.

— Куда-то торопиться — засмеялся я — оделась еще так ярко, как светофор.

— Ага — засмеялась Эмма — наверное, на вечеринку опаздывает.

— Надеюсь, ее никто не собьет на дороге — произнес я.

За время нашей прогулки мы с Эммой очень проголодались. Ресторан «Александр» находился в самом начале набережной Финикудес. Там было очень много людей. Везде слышались разговоры на разных языках мира и лязганье столовых приборов в сочетании с чоканьем бокалов.

— Я читал про это место, когда планировал наше путешествие — обратился я к Эмме — его все очень хвалят, пошли там вроде столик освободился.

Мы заняли свободный столик на улице под навесом, где начали листать меню. Наш выбор пал на блюдо под названием «шефталья», которое представляло собой несколько свиных котлеток завернутых в свиной сальник и обжаренных на углях. Эмма так же взяла банку кока-колы и миску попкорна. Через несколько минут нам принесли пять котлеток с большой порцией картошки фри и листьями салата. К блюду так же прилагалась половинка лимона и две горячие лепешки. Мы с Эммой опять взяли одну порцию на двоих, но даже в тандеме мы не смогли с ней справиться. Рассчитавшись с официантом, мы попросили его сложить нам с собой все, что мы не доели. Официант с улыбкой на лице унес все на кухню. Через пять минут официант вернулся, улыбки на его лице уже не было. Он поставил нам на стол пакет с пластиковым контейнером и молча ушел.

— Что это с ним такое? — удивилась Эмма, когда мы покинули ресторан.

— Может он из-за чаевых так расстроился? — предположил я — мы ему вроде несколько центов не додали.

— Очень жалко — произнесла Эмма — это все из-за твоей жадности!

— Да я просто не понимаю смысла чаевых — пояснил я — это же их работа, за которую они получают зарплату, почему я должен дополнительно платить им? В магазинах, к примеру никто продавцам-консультантам на чай не оставляет, в магазине оптики я думаю тоже, даже если ты с одним клиентом целый час работаешь.

— Мне оставляют — ехидно улыбнулась Эмма.

— Это другое — я приобнял ее за талию, она не сопротивлялась.

В отель мы зашли в одиннадцать вечера. Пока Эмма принимала душ, я развернул пакет и посмотрел в содержимое контейнера. Картошка, котлетки, овощи, попкорн, лепешки, все лежало вперемешку.

— Наверное, стоило все-таки оставить больше чаевых — тихо произнес я.

Когда Эмма вышла из душевой, ее уже ждала открытая бутылка вина «Афродита». Штопора у меня не было, и я открыл ее при помощи селфи-палки, продавив пробку внутрь бутылки. Бокалов тоже не было, поэтому я воспользовался двумя стеклянными стаканами для зубных щеток.

— За Афродиту! — произнесла Эмма.

— За тебя! — произнес я, и мы чокнулись стаканами.

Мы с Эммой сидели на балконе, пили вино, слушали громкие волны моря и смотрели на черное небо.

— Гроза будет — предположил я — слышишь, как волны бушуют?

— Ага — задумчиво ответила Эмма — все небо в тучах даже звезд не видно.

Через мгновение все небо залилось белым светом, а через несколько секунд прогремел гром. На протяжении почти часа мы наблюдали за тем, как тонкие молнии падают в воду. Две разные стихии на мгновенье становятся одним целым. Никогда в жизни я не видел ничего подобного. Эмма замерзла, и мы вернулись в номер, где внезапно посреди ночи две разные стихии на мгновенье стали одним целым. Я сейчас не о молнии и море.

Глава 8

«Курион»

Ранний подъем был связан с тем, что внизу на первом этаже отеля нас ждал бесплатный завтрак, а сразу после него первое большое путешествие по Кипру. Мы с Эммой лениво набрали две полных тарелки и устроились в углу за столиком. Здесь были в основном русские туристы, но все вели себя очень сдержанно, никто не толкался и не норовил забрать с подноса последний шоколадный кекс. На наших тарелках оказались: омлет с маленькими сосисками, ломтики бекона, творожный сыр, обычный сыр, листья салата, тосты, бисквит, йогурт и кусочки свежего ананаса. Запить все это пиршество мы взяли по бокалу апельсинового сока и по бокалу черного кофе.

— Все, я больше не могу — выдохнув, произнесла Эмма.

— А зачем тогда брала? — спросил я.

— Я думала что съем, но здесь слишком много — ответила она.

— Ешь! Помни о детях в Камбодже! — строго произнес я.

— В Окободжи? — переспросила Эмма — а что там?

— Нет, в Окободжи все прекрасно, а в Камбодже голод! — ответил я — может, конечно, и в Камбодже хорошо все, но где-то в мире точно сейчас голод!

— Ладно — Эмма поддалась моим уговорам и через силу начала доедать все, что было на тарелке.

Мы встали из-за стола и, переваливаясь с ноги на ногу, направились на лифте в номер, где начали сборы. Я взял с собой черную сумку через плечо, куда положил круассаны, бутылку воды, бутылку водки «Зевания», свою синюю кофту и красную кофту Эммы. Она же взяла лишь маленькую сумочку с кошельком, телефоном, зажигалкой и пачкой сигарет.

— Ты с собой целый блок сигарет взяла? — поинтересовался я.

— Почти — ехидно ответила Эмма.

Под жаркими лучами утреннего солнца мы прошли к началу набережной Финикудес и заняли место в небольшой очереди на остановке. На часах было около десяти утра, когда мы купили билеты у водителя и заняли свои места в комфортном зеленом автобусе «Интер Сити Бас».

Мы быстро покинули Ларнаку и поехали по живописным местам. Невысокие горы с левой стороны дороги, небольшие леса и побережье с правой стороны. От пейзажа за окном тяжело было оторваться, и мы с Эммой почти не разговаривали, а просто наслаждались видами. Через час поездки мы вышли рядом с Макдоналдсом в самом центре города Айя-Анапа.

— В туалет сбегаю — произнесла Эмма и скрылась за дверьми фаст-фуда.

— Хорошо — я осмотрелся, вокруг было несколько закрытых кафе и большой белый отель «Тася Марис Сизонс».

Эмма вышла с большим стаканом кофе в руках. Мы прошли несколько метров вперед, и в это мгновенье по улице с ревом самолета истребителя промчался мотоцикл.

— А здесь живенько! — заключила Эмма.

— Эмма! — я толкнул ее в плечо — оглянись!

Позади нас находилось небольшое городское кладбище.

— Живенько говоришь? — засмеялся я.

— Ой — удивилась Эмма и залилась громким смехом.

Не уверен, что над такими вещами можно смеяться, но мы с Эммой смеялись надо всем подряд. Особенно ее веселила моя фирменная фраза: «Как-то так и живу!». Эта фраза подходила к любой нелепой и абсурдной ситуации. Неспешным шагом мы прошли через весь город и оказались возле Парка Скульптур.

— Мы почти на месте! — подбадривал я свою спутницу, чувствуя, что она уже немного утомилась гулять на солнце.

— Хорошо, тут тоже тихо — отметила Эмма — опять все начнет работать вечером?

— Видимо — предположил я — но ты не забывай, что сейчас не сезон, а летом в Айа-Анапе самые бурные вечеринки устраивают.

— Правда? — спросила Эмма — тогда нам сюда с подругами надо съездить.

Через несколько минут на наши глаза показался знаменитый «Мост Любви», и Эмма побежала к берегу. Удивительная каменная арка спускалась в бирюзовую чистую воду. Вокруг красно-желтые скалы и ярко-синее небо. Очень умиротворённое и сказочное место на берегу средиземного моря. Я догнал Эмму, и мы вместе сели на край скалы, свесив ноги.

— Говорят, что надо слиться воедино в поцелуе на этом мосту, чтобы загадать желание… — начал я.

— Не дождешься! — прервала меня Эмма.

Мы молча наслаждались шумом волн и редкими криками чаек. Все было отлично, пока не приехал автобус с громкими туристами из Азии.

— Эмма, осторожней! — предостерег я ее — а то они тебя перепутают и по ошибке с собой заберут.

— Сейчас получишь у меня! — Эмма ударила меня в плечо — я их в два раза выше!

Азиатская внешность Эммы всегда была поводом для моих добрых шуток. Мы вернулись к Парку Скульптур, где сели на автобус, который шел до Мыса Греко, конечной цели нашего сегодняшнего путешествия. Через десять минут мы вышли из него и оказались около кафе и информационного центра национального парка «Каво Греко».

— Зайдем за картой? — поинтересовалась Эмма.

— Я сам карта! — решительно ответил я — пошли, нам туда, к морю!

По горячей асфальтированной дороге, среди скалистых холмов с редкими кустарниками и без деревьев, мы дошли до перекрестка, где повернули налево. Вдалеке показалась первая достопримечательность национального парка под названием «Мост Грешников». Эта тоже была каменная арка над водой, только в отличие от «Моста Любви», этот мост имел огромную трещину прямо посредине.

— Ты мне сегодня экскурсию по мостам решил устроить? — засмеялась Эмма.

— Что-то типа того! — улыбнулся я и перелез через невысокое ограждение — по легенде этот мост обрушится, когда по нему пройдет самый грешный человек на земле, поэтому Эмма, тебе лучше не рисковать!

— Пошел ты! — и Эмма показала мне средний палец.

— Ты лучше не провоцируй меня! — пригрозил я ей.

— А то что? — подначивала меня Эмма.

— Узнаешь что! Тут, кстати, совсем недалеко город Фамагуста находится, а там замок Отелло, где он и задушил свою жену.

— Мы с тобой не женаты! — засмеялась Эмма.

— Тем лучше, никаких подозрений на меня! — улыбнулся я, а Эмма махнула на меня рукой и отвернулась.

Я сделал несколько фотографий скалистого природного моста над морем. Желто-оранжевый цвет скал прекрасно сочетался с сине-бирюзовым морем. Мы с Эммой прошли чуть дальше по асфальтированному шоссе, где совсем не было машин. Жара, тишина и ветер с моря. Сделать небольшой привал мы решили на берегу, сев на одинокую лавочку, с которой открывался потрясающий вид на средиземное море.

— Знаешь что там, перед нами за горизонтом? — обратился я к Эмме.

— Нет, а что там? — ответила она.

— Я не уверен, но думаю, что там находится Греция! — с важным видом заключил я.

— Хорошо, я в географии не сильна — произнесла Эмма и подошла к самому краю берега, где внизу о скалы разбивались пенные волны.

Я внимательно посмотрел на Эмму, ее красное платье в белых цветах, раздувалось на сильном ветре и обнажало ее длинные красивые ноги. Волосы закрывали лицо, и она тщательно пыталась их убрать. Эмма стояла на краю берега и смотрела вдаль, где по моим догадкам должна была быть Греция. О чем были ее мысли? Или о ком?

Через несколько минут мы возобновили нашу пешую экскурсию и совсем скоро оказались у маленькой белой церкви «Айя Анаргири». В ярком солнце и на фоне голубого неба и синего моря, она смотрелось завораживающее и самобытно. Здесь было несколько туристов, которые делали фотографии и спускались вниз по ступенькам, где у воды находилась пещера. Мы с Эммой набрали воду из бесплатного фонтанчика и спустились вслед за туристами. Около пещеры были сильные волны, брызги от которых разлетались на несколько метров в разные стороны. Туристы смеялись и пытались, не промокнув, добраться до пещеры. Это у них не получалось и, они все мокрые с веселыми криками на английском языке, возвращались обратно. Эмма тоже попала под брызги волн, но не издала ни звука.

— Солнце скоро будет садиться — показал я рукой на небо — нам нужно успеть на смотровую площадку.

— Пошли — глубоко вздохнула Эмма, понимая, что нам опять нужно идти по горячему асфальту.

Мы вернулись до перекрестка, где свернули на тропу Афродиты.

— Еще одна тропа Афродиты? — удивилась Эмма — она весь остров обходила.

— Да, ведь именно на этом острове она и появилась из пены морской — сумничал я — это ее дом.

Я был уверен, что эта тропа должна была нас вывести прямо на гору, где находилась смотровая площадка, рядом с монументом мира. Однако спустя несколько минут, когда мы оказались у подножья горы, я увидел, что тропа спускается к берегу и морю, вместо того, чтобы вести на гору.

— Думаю, сейчас эта тропа где-то завернет и начнется подъем в гору — задумчиво произнес я — но меня смущает забор с колючей проволокой, похоже, это британская военная база.

— Как знаешь — произнесла Эмма — ты веди, а я за тобой.

У берега стояла машина, где семья из трех человек грузила в багажник акваланги и гидрокостюмы. Я подошел к ним и спросил, правильно ли мы идем на смотровую площадку. Они оказались русскоговорящими и сообщили, что приехали понырять у знаменитых скал и поплавать в подводных пещерах, но не знают, где находиться монумент мира. Я поблагодарил их за помощь и вернулся к Эмме, которая осталась стоять на тропинке.

— Ну что там? — спросила она меня.

— Ничего — ответил я.

Эмма покачала головой и надела красную кофту.

— Я замерзла — сказала она — надеюсь, мы уже скоро дойдем.

— Я тоже надеюсь — произнес я и пошел вперед.

Прошел час, мы обогнули гору, но не нашли подъема на нее, а тропинка уходила куда-то дальше вдоль берега.

— Все, мы куда-то не туда пришли — признался я.

— Я уже поняла — ответила Эмма и села на камень.

— Вон там площадка — произнес я, посмотрев вверх, где на вершине горы были видны силуэты людей.

— Отсюда тоже видно закат — улыбнулась Эмма.

Она была права. Неважно, откуда мы бы смотрели на этот закат, все равно, он был бы так же прекрасен. Тяжелый день. Я достал бутылочку «Зевании» и, сделав глоток, передал ее Эмме. Вот так мы и сидели на камне, обдуваемые свежим морским ветром, а где-то вдалеке над Грецией, громко кружили самолеты. Мы видели солнце. Мы видели море. Мы видели, как они стремительно спешат друг другу навстречу. Море — вспениваясь высокими волнами. Солнце — заливаясь алой краской, падало вниз среди облаков. Водка согрела нас, мы обнялись, а Эмма положила меня свою голову на плечо. Прекрасный закат и неважно где, важно с кем.

— Это того стоило — тихо произнесла Эмма.

— Это и был мой план, который я готовил десять лет — сказал я.

— Наивный романтик — заключила Эмма, и мы замолчали.

Возвращаться всегда приятно, особенно, когда все планы на день были успешно завершены. Мы успели на автобус от мыса Каво-Греко до Айя-Анапы, а затем спокойно пересели там на автобус до Ларнаки.

— Мы все успели сегодня — гордо заявил я, когда мы вышли на набережной Финикудес — теперь по плану только ужин.

— Я умираю от голода! — закапризничала Эмма.

— Как всегда — я демонстративно закатил глаза — сейчас приедем и покушаем.

— Где в этот раз? — спросила Эмма.

— Я где-то видел креветки за шесть евро, может, пройдем дальше по набережной и поищем их? — предложил я.

— Ты издеваешься? — она тяжело вздохнула — а если их не будет, то где мы поедим? Ты же знаешь, там больше нет дешевых кафе, а лишь дорогие рестораны.

— Я что-нибудь придумаю! — с энтузиазмом заявил я.

Мы прошли по набережной от начала до конца, где находился наш отель. За время наших молчаливых поисков лицо Эммы менялось до неузнаваемости. От любви до ненависти всего один шаг, или несколько километров бессмысленных поисков на голодный желудок.

— Я ничего не придумал — виновато признал я свое поражение.

Эмма кричала на меня возле входа в отель, а я лишь улыбался ей в ответ. Смешная ситуация. Смешная и глупая. Я как упрямый капитан Ахав в погоне за Моби Диком, бегал по всем кафе и искал эти креветки за шесть евро. Одержимый идей я, точно так же как и он, подверг опасности всех, кто был рядом. Эмма злилась на меня, и я этого полностью заслуживал. Когда мы зашли в отель, Эмма молча пошла к лифту, оставив меня в вестибюле.

— Добрый вечер, а где тут рядом можно недорого перекусить? — спросил я на ресепшене.

— Здесь есть ресторан, рыбная таверна и спортивный бар, все это называется «Саламин» — ответила девушка на русском языке — это место прямо за нашим отелем, вам лучше выйти через задние двери.

— Огромное спасибо! — обрадовался я — вы спасли меня!

Быстро побежав к лифту, я схватил Эмму и не дал ей в него зайти.

— Я нашел, где нам можно поужинать, пошли — произнес я, но Эмма выхватила у меня свою руку.

Не сказав ни слова, она пошла рядом со мной в заведение, которое находилось через дом от нашего отеля. Мы зашли внутрь и заняли свободный столик у окна. Место действительно напоминало и кафе, и таверну, и спортивный бар. Здесь было все! Уютные столики у окон. Барная стойка с многочисленными бутылками за ней. На стенах висело несколько больших телевизоров, на которых шел футбол. Людей было очень много, в основном мужчины, в основном никто ничего не ест, а только пьет. Все весело и громко общаются между собой и выкрикивают слова поддержки своей команде.

— Атмосферное место — впервые за несколько часов Эмма улыбнулась.

Я подошел к барной стойке и заказал куриный кебаб с салатом и картошкой фри. Из напитков я взял две бутылки пива «Кео». Внезапно в баре раздались радостные крики, которые переросли в гул и всеобщий восторг. Команда, за которую болели местные жители, забила гол. После еды и алкоголя Эмма стала снова доброй и веселой. Как комплимент от повара мы получили по две маленькие рюмочки очень вкусного бананового ликера.

— Мы должны найти, где продают такой ликер! — произнесла Эмма, когда мы покинули заведение.

— Полностью поддерживаю! — согласился я.

Начало ночи мы, как и вчера, провели, сидя на балконе нашего номера со стаканами вина «Отелло». Вместо вчерашнего концерта с молниями и громом, сегодня небо предложило нам полюбоваться полотном бесконечных звезд. Перед нашими глазами были созвездия, которых мы до этого никогда не замечали. Звезды отсвечивали от водной глади моря, и создавалось впечатление того, что море и небо были единым целым. Точно так же, как этой ночью единым целым снова стали мы.

День начался с вкусного бесплатного завтрака.

— Давай доедай! — скомандовал я.

— Не могу я больше! — оправдывалась Эмма.

— У нас очень тяжелый день впереди — пояснил я — не знаю, где и когда в следующий раз мы сможем перекусить.

Эмма с трудом доела омлет и еле встала из-за стола. Мы вышли из отеля «Фламинго» и заглянули в старый порт Ларнаки, где на волнах покачивались рыбацкие лодки и фешенебельные катера.

— У каждой из них своя история — с умным видом произнес я.

— Да, выглядят красиво — согласилась Эмма.

Я внезапно вспомнил штат Айова и маленький городок на озерах, где я провел четыре месяца своей жизни.

— Господин Окободжи, когда же ты вернешься домой? — тихо произнес я, смотря на один из катеров.

— Что? — переспросила Эмма.

— Ничего, пошли, нам надо успеть на автобус — ответил я.

Мы с Эммой вновь прошли от начала до конца набережной Финикудес, а потом сели на зеленый автобус «Интер Сити Бас». Дорога до города Лимасола заняла почти два часа. В течение этого времени мы успели и немного поспать, и насладиться прекрасными пейзажами виноградных полей, гор и моря. Нас впечатлил размах города Лимасол сразу, как только мы в него въехали. Определенно этот мегаполис был самым большим из всех городов, какие мы до сих пор видели на Кипре.

— Посмотри только какая набережная — восхищалась Эмма.

— Да, нужно будет вечером здесь обязательно прогуляться — произнес я, пока мы мчались вдоль зеленой красивой набережной Молос.

Мы вышли из автобуса на остановке, рядом с Греческой православной церковью и направились вдоль пересохшего канала вглубь города. Целью нашей поездки были развалины античного города Курион, а именно амфитеатр, который был построен Греками во втором веке до нашей эры. Добраться до него можно было только на одном автобусе, который ходил всего лишь два раза в день, что значительно усложняло нашу задачу. Пока мы шли по окраине города в сторону автостанции, у старого госпиталя я обратил внимание на то, что нас окружало.

— Это гетто какое-то — удивился я.

— Это точно — согласилась Эмма — пошли быстрее!

На дне пересохшего канала лежали стулья, старые телевизоры, бутылки и другой ненужный хлам. Стены некоторых домов были исписаны граффити, а окна были разбиты и заколочены досками. Тут не было ни следа от того мегаполиса, который мы проезжали всего лишь пять минут назад. Около старого госпиталя толпились люди, в большей степени это были школьники, которые, по-видимому, только что закончили уроки. Я протиснулся через толпу и увидел на табло прибытия автобусов, что нужный нам маршрут приедет через тридцать минут.

— Я кушать хочу — обратилась ко мне Эмма.

— Я же не просто так заставлял тебя все доедать на завтраке — я тяжело вздохнул.

— Еще я хочу в туалет — добавила она.

— Здесь я с тобой солидарен — согласился я и начал глазами искать значок туалета «WC».

Около автобусной остановки было маленькое кафе, рядом с которым находилось несколько туалетных кабинок, но все они были закрыты на ключ. Мы зашли в кафе, где Эмма заказала себе сэндвич и банку лимонада, а я чашечку кипрского кофе. Только после того как мы приобрели перекус в кафе, его хозяин вручил нам заветный ключ от туалетных кабинок.

— Интересное бизнес решение! — засмеялся я.

— Отлично работает! — согласилась Эмма.

Вскоре вместе со школьниками мы сели в автобус. Когда мы оплачивали билет, то столкнулись с русской девушкой, которая так же ехала в Курион. Давно я не ездил куда-то в автобусе вместе с подростками, которые смеются, кричат, ругаются, толкаются и спорят всю дорогу с водителем. Меня и Эмму даже напугал своим видом один толстый школьник, который сидел прямо перед нами и время от времени злобно косился на нас. Выглядел он как второй водитель автобуса, хотя ему было от силы лет шестнадцать. Когда нельзя смеяться, смех так и вырывается из уст, но мы с Эммой сдерживались изо всех сил. Прошел час. До конечной остановки в районе Эпископи доехали лишь мы втроем, Эмма, я и светловолосая девушка маленького роста по имени Дарья. Мы весело разговорились, пока шли по крутой дороге к Куриону. Дарья уже приезжала сюда вчера, но не успела до закрытия все осмотреть, поэтому была вынуждена приехать сегодня. Она путешествовала одна по Кипру и в совершенстве знала английский язык. Я так разболтался с Дарьей, что проглотил муху, пока мы поднимались по каменистой дороге среди скал, чем развеселил девчонок.

— Я только вчера узнала, что хоть Курион находится сейчас на Кипре, но принадлежит он Великобритании — рассказала нам Дарья — даже на картах это место отмечено как территория Великобритании.

В маленькой кабинке мы купили билеты за четыре с половиной евро.

— Последний автобус из Куриона уедет почти через час, поэтому я побежала, мне нужно успеть посмотреть то, что я не успела вчера! — пояснила наша новая знакомая и ушла вглубь древних развалин светло желтого цвета.

Мы с Эммой свернули направо, где немножко посидели на трибунах амфитеатра, с которых полюбовались средиземным морем и зелеными полями около Лимасола.

— Представляешь, как здесь было несколько веков назад? — обратился я к Эмме — вечером на фоне моря и заката ставили театральные постановки, лучше декораций и не придумать!

— Я сейчас так устала и так спать хочу, что мне тяжело что-то представить! — эмоционально ответила Эмма.

— Хорошо, посиди тут тогда, отдохни, я все посмотрю здесь, а после вернусь за тобой, идет? — предложил я.

— Эти поездки на автобусах меня уже вымотали, а нам ведь еще и обратно ехать! — выкрикнула она и достала сигарету.

Эмма была раздражена и лучшее, что я мог сделать, это просто оставить ее одну. Я привык путешествовать в бешеном темпе, чтобы успеть везде побывать и все посмотреть. Мне тяжело было под кого-то подстроиться, да и не хотелось. Мы взрослые люди, она знала, на что идет, по крайней мере, я надеюсь на это. Я прогуливался один среди развалин древнего города, который был построен в двенадцатом веке до нашей эры. Величественные колонны, арки, стены домов и красочная мозаика. Я посмотрел все, что можно было посмотреть, включая побережье и потрясающий пляж Куриона. Если бы у нас с Эммой было чуть больше времени, мы бы спустились к нему и поужинали бы в рыбацкой таверне. Если бы у нас было чуть больше времени, мы бы никуда не спешили, но было бы тогда хоть какое-то движение? Ведь нехватка времени и заставляет нас двигаться все дальше и дальше. Страх чего-то не успеть — является движущей силой развития и познания. Такие мысли приходили мне в голову пока я смотрел на кусочки истории, сохранившиеся в этих желтых камнях. Я вернулся за Эммой, и мы молча спустились к остановке, где встретили Дарью.

— Я успела все посмотреть! — радостно заявила наша новая знакомая — а вы?

— Я тоже все успел — ответил я и посмотрел на Эмму.

— Я нет, я сидела, курила и смотрела на море — устало произнесла Эмма.

Мы сели в автобус и через час уже шли по центру Лимасола в сторону набережной, где жила Дарья.

— Когда я искала остановку, чтобы добраться до Куриона, то ко мне подошел какой-то наркоман! — начала рассказывать Дарья — район тут, конечно, оставляет желать лучшего, хорошо, что мы возвращаемся вместе, а то темно уже.

На часах было около шести вечера, везде горели фонари и витрины кафе. Мы дошли до оживленного района вокруг Замка Лимасола, где находились бесчисленные лавки с украшениями и сувенирами. Девушки сразу убежали за покупками, а мне оставалось лишь неспешно плестись за ними и не потерять в толпе туристов. Результатом шопинга оказались сережки и браслет, которые Эмма подобрала себе, а Дарья ограничилась двумя браслетами из серебра. После покупок мы попрощались, и она направилась к себе в отель, а мы с Эммой вышли на роскошную зеленую набережную, где множество людей гуляли, бегали и сидели в кафе, распивая кофе и другие напитки. Неторопливым шагом мы двигались вдоль аллей, а рядом плескалось море. Меня что-то беспокоило в глубине души, но я никак не мог понять что именно. Последний автобус до Ларнаки уезжал в восемь вечера, у нас в запасе было полчаса, и мы находились рядом с остановкой. Проблема была лишь только в том, что нужный нам автобус на ней не останавливался, он останавливался на другой, которая находилась на три километра дальше. Я узнал это только сейчас, заглянув в электронную карту и проверив информацию.

— Эмма? — робко обратился я к своей измученной спутнице.

— Что? — спросила она, но, не дожидаясь моего ответа, устало закатила глаза.

Мы бежали со всех ног, чтобы успеть к остановке, где совсем скоро остановиться последний автобус из Лимасола. Три километра дались нам очень тяжело, но мы успели. Забежав в закрывающиеся двери автобуса, я выдохнул, потому что нам не придется ночевать на набережной Молос, а Эмма вздохнула, потому что нам предстояла дорога длиной в два часа на автобусе, а затем еще час пешком до отеля. Мы не разговаривали. Эмма всю дорогу слушала музыку в наушниках и грустно смотрела в окно. Я улыбался.

— Завтра я никуда с тобой не поеду! — закричала Эмма, когда мы только вышли из автобуса на набережной Финикудес — все, с меня хватит! Сколько можно так носиться! Без еды, без воды, без отдыха! Я в отпуск приехала, но я не получаю никакого удовольствия!

Я лишь улыбался в ответ, что ее только еще больше раздражало.

— Хорошо, отдохни завтра в отеле, а я поеду в Пафос — заявил я — я с самого начала тебе говорил, что ты можешь отдыхать так, как ты захочешь, я тебя не заставляю ничего делать.

— Вот и езжай! А я буду загорать на пляже, плавать в бассейне на крыше и есть, есть, есть! — продолжала кричать Эмма — и никто мне ничего не запретит! Мы с тобой друзья и должны понимать друг друга и не быть эгоистами!

— Да какие мы друзья! — громко выкрикнул я и поднял руки к небу.

— Обычные друзья — пояснила Эмма — мы друг друга столько лет знаем.

— Да брось ты! — отмахнулся я — мы толком не общались в университете, а сюда поехали вместе лишь в целях экономии, но я об этом уже жалею.

— Я тоже жалею! — Эмма закурила — дурацкий отдых!

После сигареты она немного успокоилась, и мы зашли в кафе «Так Инн» и заказали фирменное кипрское блюдо из баранины под названием Клефтико и по бутылке пива «Кео». Наши места были на крыльце, а на улице было холодно, так как кафе находилось всего лишь в нескольких метрах от моря. Официантка поняла это и зажгла красивую электрическую печку, чтобы мы не мерзли.

— Когда ты трезвая, ты злая — сказал я после ужина своей спутнице.

— А ты всегда невыносим — фыркнула она.

— Я знаю — улыбнулся я.

Так после очередного тяжелого дня, мы уставшие, но счастливые, вместе возвращались в отель «Фламинго» в конце набережной Финикудес. Перед сном мы с Эммой посидели на балконе и посмотрели на море.

— Интересное ты мне сегодня представление устроила в амфитеатре — язвительно начал я — такой актерский талант пропадает.

— Даже не начинай, я завтра реально в отеле остаюсь — Эмма толкнула меня в плечо.

— Я на это надеюсь — засмеялся я, а затем начал шутить без остановки, мне нравилось смотреть на улыбку Эммы.

Я сильно ее рассмешил, и она громко смеялась в течение нескольких минут. Вдруг в дверь постучали. Мы с Эммой сделали вид, что в номере никого нет. Стук повторился. Эмма открыла дверь. На пороге стояла очень упитанная смуглая женщина с расплывшейся татуировкой на руке.

— Я хочу взглянуть на парня — попросила она.

Эмма удивилась и я тоже.

— Просто взглянуть на парня — пояснила женщина, она была сильно пьяна.

Я робко выглянул с балкона.

— Отличная работа! — женщина показала большой палец и улыбнулась, а затем ушла.

Мы с Эммой рассмеялись, но я быстро опомнился и приложил палец к губам.

— Тише — успокаивал я Эмму — люди спят же.

— Да, она наша соседка — объяснила Эмма — вчера уборщица на нее ругалась из-за того, что в номере очень грязно было.

Мы легли спать. На моем лице сияла улыбка. Наконец-то мой специфичный юмор был официально признан.

Глава 9

«Фламинго»

Утром я завтракал сидя один за столом. Эмма еще спала, ей некуда было спешить сегодня, ведь в Пафос я тоже ехал один. Этот день Эмма решила посвятить себе целиком и полностью. Съев все, что в меня влезло, я вышел из-за стола и на лифте поднялся в номер. Эмма уже проснулась и нежилась в постели. Я быстро переоделся и закинул сумку на плечо.

— Все я поехал — улыбнулся я.

— Давай, хорошего тебе дня — пожелала мне Эмма.

— И тебе! — произнес я — ты ведь знаешь, почему я не беру тебя с собой?

— Да, потому что я сама не хочу с тобой ехать — засмеялась она.

— Нет! — воскликнул я — потому что нельзя со своей Афродитой ехать в бухту Афродиты, плохая примета!

Эмма махнула на меня рукой.

— Это как ехать в Тулу со своим пряником и самоваром! — пошутил я.

— Езжай уже! Дай поспать! — крикнула на меня Эмма.

— Кстати в Ларнаке дождь обещали — ехидно произнес я, закрывая за собой дверь — а в Пафосе весь день солнечно.

Эмма показала мне средний палец и накрылась одеялом.

Когда я вышел из отеля и по солнечной набережной пошел в сторону автобусной остановки, то наконец-то почувствовал себя в своей тарелке. Нельзя сказать, что до этого момента я чувствовал себя плохо, нет, я просто чувствовал себя необычно, потому что я впервые с кем-то путешествовал вместе. Сейчас же, оказавшись один на один со своими мыслями, я улыбнулся привычной для меня стихии и неспешным шагом пошел вдоль средиземного моря. Сначала автобус два часа шел до Лимасола, а затем еще час до Пафоса. Когда мы приехали в верхний Пафос, я уже порядком утомился сидеть на кресле. Конечно, красивые пейзажи за окном иногда радовали мои глаза, но пятая точка сильно онемела. Быстро сориентировавшись по карте в телефоне, я начал спускаться по крутым улицам. Иногда казалось, что если я случайно оступлюсь, то так и покачусь до нижнего Пафоса без остановок. Этот город как бы был разделен на две части, на уютный верхний Пафос и нижний Пафос с пляжами и морем. Эти две части были соединены небольшим районом, где я бы точно не хотел оказаться в темное время суток. Несмотря на обеденное время, ни людей, ни машин на улицах тут не было. Очередное гетто в большом городе. Лишь только спустя полчаса, когда я приблизился к огромному торговому центру, я увидел человека. «Королевский торговый центр» полностью оправдывал свое название. Сотни брендовых магазинов и большой продуктовый супермаркет, который я с радостью посетил. В отделе с алкоголем я приценился к маленькой бутылке вина «Коммандрия» и апельсиновому ликеру, потому что бананового не нашел.

— На обратном пути куплю и порадую Эмму — прошептал я.

Я купил воды, два банана и фруктовый энергетик «Монстр». Пройдя церковь Соломона с катакомбами, я совсем скоро оказался на автостанции, где работал русскоязычный персонал.

— Нужный вам автобус стартует через тридцать минут с третьей платформы — объяснила мне черноволосая молодая девушка.

Пока у меня было время, я прогулялся по набережной и полюбовался стаей бродячих котов. Когда я вернулся на станцию, то увидел, что автобус уже стоит на третьей платформе, а водитель запускает людей. Я забежал в салон и показал водителю листок бумаги, на котором был нужный мне номер автобуса.

— Это этот маршрут? — спросил я.

— Да! — ответил водитель.

Я купил билет и занял место в конце салона. Весь автобус был заполнен под завязку, причем многие пассажиры были с чемоданами.

— Неужели все эти люди едут в бухту Афродиты? — задумался я.

Я взял билет в руки и начал его пристально рассматривать. Протиснувшись через толпу людей к водителю, я снова спросил про маршрут.

— Это моя ошибка! — спокойно ответил он и открыл двери автобуса.

Меня поражает, с каким равнодушием некоторые киприоты себя ведут. Это как нельзя описывает их фирменное выражение «сига-сига», означающее «не спеши — успеешь». Мое счастье, что нужный мне автобус остановился на этой же остановке всего лишь через пару минут, иначе я никуда бы не успел. Потратив еще два евро на билет, я сел в нужный мне автобус и поехал вдоль побережья к бухте Афродиты.

Пока я был в центре Пафоса, меня очень смущала огромная грозовая туча, которая судя по ветру, скоро должна была меня настигнуть. Произошло это на половине пути к бухте. Ливень пошел стеной, и все небо заволокло огромной черной тучей. Я мысленно выругался на Эмму, ведь здесь без ее проделок явно не обошлось. Через полчаса автобус остановился возле маленького магазинчика сувениров. Все вышли. Дождь прошел, но время от времени все равно с неба долетали мелкие капли. Я вместе с остальными туристами спустился в подземный переход и оказался в бухте Афродиты. Это был очень большой галечный пляж, с высокой скалой и с камнем Афродиты, который торчал из воды. Круглый, черного цвета, он выглядел как большая картофелина, именно здесь, согласно легенде из морской пены появилась богиня любви — Афродита, или как ее иногда называют Киприда. Я пробыл в бухте почти два часа. Я провел в поисках камешка в форме сердца столько времени, что моя спина перестала разгибаться, но я нашел его. Это служило очень хорошей приметой. Я поднялся на самый верх самой большой скалы на берегу и там полюбовался закатом. Дождь прошел, и небо стало чистым. Солнце закатилось за горизонт, и только тогда я поехал обратно в Пафос. Меня ждало тяжелое возвращение. Час до Пафоса, час до Лимасола и два часа до Ларнаки. После чего еще час идти по набережной, но оно того стоило, ведь я нашел камень в форме сердца, а согласно преданию, я теперь должен встретить настоящую любовь.

Я вернулся в «Королевский торговый центр», где купил маленькую бутылку фирменного кипрского вина «Коммандрия» и бутылку апельсинового ликера. Какое было мое удивление, когда в торговом центре я встретил нашу вчерашнюю знакомую из Лимасола по имени Дарья. Она приехала в Пафос совсем недавно и хотела успеть посмотреть на замок города и набережную до наступления полной темноты. Я бы мог составить ей компанию, но я был уже совсем без сил. Я планировал перекусить где-нибудь поблизости и на автостанции ждать свой автобус. Как оказалось Дарья тоже поедет обратно на этом же маршруте, поэтому мы договорились встретиться чуть позже на автостанции. Рядом с торговым центром я нашел небольшое кафе «Донер Бар», где с радостью и аппетитом съел целый большой донер в лепешке с картофелем фри. По дороге на автостанцию я купил вишневый сок, который по этикетке состоял из ста процентов натурального сока без примесей.

— После жирного донера самое время задуматься о здоровье — засмеялся я.

За несколько минут до отправления автобуса на такси приехала Дарья. Мы заняли места рядом и всю дорогу до Лимасола болтали. Она работала в Москве, а жила в Подмосковье и очень часто путешествовала. После Кипра она собиралась навестить друга в Лионе.

— Тебе там понравиться, я был там год назад и до сих пор под впечатлением — произнес я.

Мы очень мило побеседовали, а когда она собралась на выход из автобуса мы обменялись контактами. Она вышла из салона автобуса, и я вновь остался один. Я проехал по набережной Лимасола, где вчера мы с Эммой бежали, опаздывая на автобус. Затем за окном до самой Ларнаки была лишь темнота с редкими огнями. Я возвращался в отель хромая из-за того, что натер левую ногу. В номере меня ждала Эмма, видно было, как она соскучилась. Я принял душ, и мы устроились с ней на балконе, смотря на звезды и попивая апельсиновый ликер.

— Утром я все-таки попала на бесплатный массаж по купону, который нам дали, когда мы сюда заселились. Потом я пошла, позагорать на пляж, где взяла шезлонг и вкусный коктейль. Пообедала я в кафе салатом из морепродуктов, но не доела их. Вечером дошла до центра города за сувенирами в лавку, которую мы с тобой заметили в первый день, но заблудилась и просто погуляла там. Тихий и спокойный день — рассказала мне Эмма.

Завтра был наш последний день на Кипре, и я планировал съездить в деревню под названием Лефкара, где делают серебро и кружевную ткань, но сегодня я так устал, что решил завтрашний день провести вместе с Эммой в размеренном отдыхе. Я человек крайностей, я либо бегаю до мозолей, либо лежу до пролежней. Эмма меня балансировала. Я гулял сегодня по бухте Афродиты и видел камень Афродиты, а сейчас я смотрел на саму Афродиту. Очень вкусный апельсиновый ликер.

Последний день отдыха оказался единственным днем, когда я действительно планировал отдохнуть. Мы с Эммой встали почти в десять утра и сразу пошли на бесплатный завтрак. Неспешно вернувшись обратно, мы переоделись, она в купальник, а я в плавки. Мы поднялись на крышу отеля, где находился бассейн под открытым небом, и заняли места на шезлонгах. В нескольких метрах шумит средиземное море, над нами пролетают самолеты в аэропорт Ларнаки, а мы лежим и загораем на крыше рядом с бассейном. Максимальное расслабление. Вода в бассейне была такой же холодной, как и в море и, зная свой иммунитет, купаться я там не стал, зато отлично позагорал. В обед мы вышли из отеля и сразу купили по вишневому мороженому в магазинчике «Наполеа мороженое». Чистое небо без единой тучки и яркое солнце — атрибуты хорошего дня. Найдя уютное кафе без названия через дорогу от старого порта, мы присели на террасе и заказали по кипрскому кофе. Улыбчивая седовласая бабушка вынесла нам маленькие чашечки кофе в красивых серебряных держателях, наподобие тех, что давали раньше в поездах, только в разы меньше. К кофе нам было положено по маленькой сушке, так же в красивой серебряной миске с крышечкой. Эмма сидела лицом к морю и смотрела вдаль, я сидел напротив и смотрел на нее. Даже не верится, что через какие-то сутки мы попрощаемся и точно так же как и раньше будем просто давними одногруппниками.

— Садись рядом — предложила Эмма — ты так всю красоту пропустишь.

— У меня место лучше — улыбнулся я, а Эмма засмущалась.

Мы вновь погуляли по старому центру Ларнаки недалеко от церкви Святого Лазаря и еще раз удивились красоте этих старых домиков с разноцветными ставнями. Зайдя в небольшой магазинчик «Секрет Афродиты», мы продегустировали там вино и купили банановый ликер, который так понравился нам в баре и таверне «Саламин». Эмма хотела купить себе еще несколько сережек с браслетом, но магазинчик был закрыт, как и многие другие.

— В чем дело? — возмутился я — среда же, будний день.

Лишь позже, когда мы все-таки нашли лавку с серебром, продавец владеющий беглым русским языком, пояснил, что среда у многих магазинов выходной день. Эмма купила себе серебряные с позолотой серьги и кольцо к ним. Я же потратил почти все свои деньги на магнитики, открытки, бокалы, оливковое мыло и другие сувениры. Обедать мы пришли в район кафе, в котором ели в первый день. Однако пользуясь нашим правилом «не есть дважды в одном и том же месте», мы сели в соседнее кафе. На этот раз мы заказали огромный гамбургер с картошкой фри.

На улице уже темнело, когда мы возвращались к началу набережной Финикудес. Мы прошли в новый порт, где сели на лавочку под фонарем. Тишина. Только лодки бьются кормой о причал. Я достал банановый ликер.

— Кстати, помнишь, я говорил, что перед нами за горизонтом находится Греция? — обратился я к Эмме.

— Да, помню — делая сладкий глоток, ответила она.

— Так вот, я посмотрел на карту — тихо ответил я — я ошибся.

— Хм, и что же там? Перед нами? За горизонтом? — заинтересовалась Эмма.

— Там Ливан и Сирия. Самолеты, которые летали вдалеке, возможно спешили на горящие точки — виновато ответил я.

— Да уж, а как романтично все было — засмеялась Эмма.

— Да, было… — тихо произнес я.

Мы подошли к заведению под названием «Паб встреч» и начали листать меню, которое было на русском языке. К нам вышла официантка.

— Китайская кухня в конце меню — улыбчиво пояснила она.

Я не выдержал и рассмеялся на всю улицу.

— Пошел ты! — обиделась Эмма.

— Я же говорил, что тебя все за азиатку будут принимать! — засмеялся я еще громче.

Мы зашли в паб и заказали куриные наггетсы с картофелем по-деревенски и салатом. Вернувшись в номер, мы по традиции устроились на балконе и открыли знаменитое кипрское вино «Каммандрия», которое оказалось очень сладким и очень вкусным. Полная соседка не приходила и не просила нас быть тише, ведь вчера ночью к ней самой пришла полиция и выписала штраф за нарушение общественного беспорядка.

— Знаешь, я думаю, она не такая уж и плохая — начал я — просто это «закон сохранения быдла в природе».

— Что еще за закон такой? — удивилась Эмма.

— Обычный закон, работает всегда, вот смотри, есть у меня приятель один, я с ним ездил в США в студенческие годы. Он очень воспитанный, культурный, юристом сейчас работает, солидный человек. Так вот когда он приехал в Таиланд в отпуск, то удивился, насколько там себя некорректно ведут большинство туристов из России. Пьют, дерутся, пристают ко всем, ходят в сланцах и плавках, устраивают беспорядки. Однако, когда он поплыл на отдаленный остров, где снимали фильм «Пляж» с Леонардо Ди Каприо, там не было таких персонажей, никто порядок не нарушал, и что ты думаешь? — обратился я к Эмме.

— Что? — удивилась она.

— Мой приятель как то утром спускается в ресторан, заказать завтрак, и на него все смотрят как-то странно и он это замечает. Он осматривается вокруг, все сидят в футболках, рубашечках беленьких и тихо завтракают. Он смотрит на себя, он стоит в одних плавках и даже шлепки не надел! — засмеялся я — «закон сохранения быдла в природе» в действии.

Эмма тоже засмеялась. Ее звонкий смех. Шёпот моря. Шум пролетающих мимо самолетов. Волшебная неделя на Кипре. Нет, это не неделя, это целая жизнь на Кипре. С криками, ссорами, с радостью, со смехом. На Кипре было все, а когда мы вернемся в Самару, не будет ничего. Мы оба это понимали, и поэтому с каждой минутой нам становилось все грустнее.

Утром следующего дня я дважды позавтракал и даже успел позагорать на пляже Маккензи, с бродячими котами. Мы с Эммой сидели с нашими сумками в вестибюле и ждали автобус до аэропорта. Рядом с нами расположилась взрослая пара. Мужчина и женщина.

— Ой, убери быстрее от меня эта пчелу! — закричала женщина.

Мужчина равнодушно смотрел на нее.

— Ты не слышишь! Вдруг она меня укусит! — продолжала кричать женщина — ведь тогда у меня может случиться эпилептический шок!

Мужчина махнул на нее рукой.

— Я так и знала, что умру от этого! — запаниковала женщина и встала с дивана — либо пчела, либо миндаль! Одно из двух! У меня же аллергия.

Мы с Эммой не могли сдержаться от смеха. Сев в автобус, мы заняли места рядом с окном и когда мы проезжали мимо Соленого озера, я заметил, что в первый день мы искали фламинго в совершенно другом месте.

— Эмма, мы в прошлый раз просто не дошли до нужного нам озера — грустно произнес я — фламинго никуда не улетали, мы просто перепутали озера.

Эмма ничего не ответила, было видно как ей и без этого грустно. К хорошему быстро привыкаешь. Здесь жара, красота, здесь Кипр, и мы счастливы. Там же, холод, зима, работа и что мы будем там счастливы очень маленькая вероятность. То есть мы конечно будем счастливы, вот только уже не вместе. В аэропорту я купил большую бутылку «Каммандрии», а Эмма красивые часы и бутылку «Зевании». Мы быстро долетели до Москвы, а до Самары гораздо дольше, ведь нам пришлось скоротать семь часов в аэропорту Домодедово. Когда мы в сотый раз прогуливались по магазинам, в аэропорту мне внезапно на телефон пришло сообщение:

«Ты не можешь вернуться?»

Сообщение было от Эммы. Она отправила его тогда, когда я уехал в Пафос, а она оказалась одна в номере. Красивых девушек нельзя оставлять одних ни на минуту, им всегда нужно чувствовать себя нужными. Забавное сообщение из прошлого. Прошлого, которого мы никогда не забудем. Если бы я только мог, Эмма, то я бы вернулся. По дороге из аэропорта Курумоч в Самару, она заснула у меня на плече в холодном такси. Я обнял ее на прощание и вышел в морозную ночь. Все. Мы снова лишь одногруппники, которые знают друг друга десять лет и не общаются друг с другом. На Кипре у нас было все. В Самаре у нас не было ничего. Нас в Самаре тоже не было. Был лишь я, и была лишь Эмма. Вот и вся история.

Глава 10

«Арабская сказка»

Я смотрю в окно на неоновую гирлянду, которая мигает на моем балконе. На улице идет снег большими хлопьями. Мы только что вернулись с катка и сильно замерзли. После горячего чая с медом мы забралась на кровать, где накрылись теплым пушистым пледом коричневого цвета с большими ворсинками. Рядом с кроватью стоит зеленая елка и приятно пахнет. Кипрская легенда о том, что если найти в бухте Афродиты камень в форме сердца, то непременно встретишь свою вторую половинку, оказалась правдивой. Я крепко обнимаю молодую девушку по имени Варвара.

— Скоро уже семестр начнется, а я так никуда и не съездила отдохнуть — грустно произнесла она.

— Я посмотрю что-нибудь интересное, может, успеем еще слетать — я успокоил ее.

— Надеюсь, ведь без тебя я никуда не поеду — улыбнулась Варвара.

— Да я теперь тоже — я поцеловал ее.

С последнего моего путешествия не прошло еще и полгода, но мысль улететь на недельку и погреться в теплой стране не давала мне покоя. Тем более Варвара училась в двух университетах, а еще подрабатывала преподаванием английского языка и мастером по наращиванию волос. Ей катастрофически необходим был отдых. Я понимал это и пристально начал изучать все выгодные предложения в теплые страны. Из нескольких интересных стран, мой выбор пал на горящий тур в Иорданию.

— Это вообще где? — спросила меня Варвара, когда я сообщил ей радостную весть.

— На красном море! Там и огромная пустыня есть, и древний город Петра и двадцать пять градусов жары! — пояснил я.

— Ни слова больше! Летим! — восторженно заявила Варвара, даже не догадываясь о том, что ее ждет.

Неделя на сборы. Мы сидим за барной стойкой у меня дома и кушаем горячую пиццу. Вылет из Самары в Москву в пять утра, а из Москвы в Акабу в девять утра. Непростая ночь впереди. Я еще раз проверил чемодан Варвары и свой рюкзак, а затем, ровно в десять вечера, мы легли спать. В три часа ночи по пустым улицам города нас помчало такси в сторону аэропорта Курумоч. Температура за окном машины двадцать пять градусов ниже нуля. Рекордно низкая температура для этой теплой зимы. Мы зарегистрировались на рейс и через два часа уже были в Москве, где быстро сменили терминалы и устроились в баре «Будвайзер» за поеданием гренок с пивом.

— По традиции! — радостно сообщила Варвара.

— Хорошая традиция! — согласился я, но потом опомнился — но тебе ведь еще рано?

— Я уже совершеннолетняя, уже одиннадцать месяцев! — гордо заявила она.

Когда мы сдавали в багаж чемодан Варвары, работник аэропорта посоветовал нам наклеить на него наклейку «Стекло».

— Так с ним будут бережнее обращаться! — с улыбкой заявила девушка за стойкой.

— Спасибо большое! — поблагодарил я за столь полезный совет.

Самолет до Акабы летел почти четыре часа. Ребенок, который громко плакал за нашими спинами, превратил их в целую вечность. Мы скрасили время полета, играя на планшете в составление слов из букв. Варвара выиграла.

В час дня по местному времени наш самолет совершил посадку в аэропорту города Акаба. Я и Варвара спустились по самолетному трапу и сразу почувствовали теплый и сильный ветер арабской страны. Вокруг растут одни пальмы, ярко светит солнце, а за горизонтом виднеются причудливой формы красные горные хребты. Мы без проблем прошли таможенный контроль и, встретившись с русскоговорящим гидом и с другими туристами, заняли место в автобусе. Колеса быстро закрутились по широкому и ровному шоссе. С левой стороны тянулись горные хребты, за которыми начиналась великая красная пустыня Вади-Рам, а с правой стороны показался израильский город Эйлат. Шоссе свернуло влево, и мы заехали в Акабу. Город встретил нас противоречивыми эмоциями среди нашей группы туристов.

— Это что, Ташкент? — воскликнул кто-то в автобусе.

— Да, выглядит страшно — послышался вздох.

На улицах города была везде масштабная стройка. Строили все! Дома, магазины, отели, дороги. Лихие водители быстро пролетали мимо нас, позабыв обо всех правилах дорожного движения, если они здесь вообще когда-либо были. На улицах стояли мужчины с черными бородами и с улыбками на лицах махали руками нашему автобусу. Кто-то из пассажиров в испуге задернул шторки на окне. Женщин на улицах мы почти не видели, а если видели, то все они были либо в хиджабах, либо полностью в черных одеждах за исключением лишь глаз — чадре. Мы проехали мимо мечети, из которой громко раздавался намаз.

— Дорогие мужчины и женщины, я рад вас приветствовать в городе Акаба, страна Иордания, температура на улице двадцать три градуса тепла, я ваш гид и меня зовут Адли — по микрофону сообщил нам молодой араб, который сидел рядом с водителем.

— Как его зовут? Адлер? — раздался смех на задних сиденьях автобуса.

— Адлер? Так это не Ташкент? Мы в Адлер прилетели? — удивился лысый мужчина с красным алкогольным лицом.

— Да, в Адлер! — засмеялся мужчина, который как две капли воды был похож на своего друга.

— Я обещал больше никогда в Адлер не приезжать! — воскликнул первый мужчина — после того, что там было, лучше мне в Адлере не появляться!

Эта парочка приятелей уже успели порядком выпить, пока все остальные туристы занимали места в автобусе около аэропорта.

— Надеюсь, они будут жить в другом отеле — шепнул я Варваре.

— Зная мое невезение, с нами в отеле будут жить еще и дети! — засмеялась она.

Около большого дорожного кольца, автобус остановился.

— Все кто живут в отеле «Масс Парадис» он же «Рай для всех», это ваша остановка, не забывайте личные вещи! — произнес гид Адли.

Мы с Варварой вышли. За нами вышли два лысых мужика с красными алкогольными лицами и две семьи с маленькими детьми. Это коротко о нашем невезенье. Всей компанией недоумевающих людей, пребывающих в культурном шоке, мы столпились на ресепшене.

— Подождите пять минут — сообщил нам полноватый мужчина за стойкой и куда-то исчез.

Прошло полчаса, за которые я успел внимательно осмотреть весь холл отеля. Это было просторное помещение, большую часть которого занимали мягкие места в виде диванов и кресел. Некоторые их них были очень даже стильные и современные. Так же здесь стояло два искусственных водопада с подсветкой, а за стойкой виднелись двери лифта золотого цвета. Несмотря на все благородство этого место, оно были в сильно запущенном состоянии. Казалось, что никому нет никакого дела до этого отеля уже много лет.

— Мне кажется, они не знают слово «сервис» — заворчала Варвара.

— А мне кажется, они не знают слово «чистота» — засмеялся я — ты видела город?

Варвара не ответила, а просто недовольно посмотрела на меня. Спустя еще десять минут двери золотого лифта открылись, и мужчина подозвал нас к стойке, где начал заселять в номера. Когда очередь дошла до нас, он протянул нам ключ-карту с номером 404.

— А сколько всего этажей в отеле? — спросил я.

— Шесть, а на седьмом у нас бассейн — ответил мужчина.

— Есть ли свободный номер на шестом этаже? — поинтересовался я.

К мужчине на помощь пришел молодой парень, и они вместе начали копаться в ключах.

— Вот держите! — он протянул мне ключ-карту с номером 604.

— Спасибо — поблагодарил я, и мы с Варварой вошли в золотой лифт.

— Надеюсь, вид из номера будет на море — не теряя надежды, произнесла Варвара.

— Специально повыше взял, чтобы над нами дети не бегали по ночам — засмеялся я.

Под успокаивающую мелодию мы поднялись на шестой этаж в лифте, который внутри оказался так же роскошен, как и снаружи.

— Надо было в лифте остаться жить — грустно произнесла Варвара, когда мы открыли дверь в свой номер.

— Не все так плохо, сейчас только перестановку сделаю и приберусь — подбодрил я.

Номер был небольшой, и был поделен на две комнаты. Одна проходная комната около входа с двумя маленькими кроватями, а другая основная около балкона с одной большой кроватью и кондиционером. Ремонт был сделан недавно, но сделан без навыков. Все держалось на честном слове и голом энтузиазме.

— Видимо у них просто нет специалистов в этой области — заключил я.

— Видимо у них нет специалистов в любой области! — возмутилась Варвара, когда обнаружила, что наши подушки вместе с простынями были все еще мокрые после стирки.

Я взял мягкое теплое покрывало и постелил его вместо простыни, затем принес два торшера и поставил, один рядом с кроватью, а другой вынес на балкон, где расставил два стула с тумбочкой. Пока я наводил порядок в номере, Варвара разбирала вещи. Мы все еще пребывали в культурном шоке и легком нервозе. Мы не спали больше суток, но найдя в себе силы, мы вышли на улицу, чтобы поменять евро и доллары на местные иорданские динары. Варвара надела слишком короткую кофту, и когда мы оказались на улице, то прохожие начали ее освистывать.

— Еще чуть-чуть и в нас полетят камни — засмеялся я — я же тебе говорил, какие вещи с собой было нужно взять.

— Я взяла красивые! — фыркнула Варвара.

— На фото действительно будешь смотреться очень красиво, а еще с синяками от камней, если мы не вернемся в отель до темноты — я обнял ее и мы быстро пошли к банку в конце улицы, рядом с красным морем.

Мы поменяли деньги и вернулись в номер, где после принятия холодного душа, потому что водонагреватель не работал, мы без сил рухнули на постель. Через пару часов мы проснулись, совершенно не понимая, где мы находимся и какой сейчас год. Я проследил, чтобы Варвара оделась более скромно, чем днем, а затем мы вышли из отеля.

Вечером на улицах стало заметно холоднее, и чем ближе мы подходили к морю, тем прохладнее становилось вокруг. Дойдя до улицы Кинг-Хасейн, мы повернули налево и пошли вдоль магазинов. Здесь было многолюдно. По широкой дороге быстро проносились машины, в основном хорошие дорогие иномарки, но встречались и странные автомобили, марок, которых я никогда до этого не видел. Люди на улицах смотрелись дружелюбно, хотя некоторые и не понимали, кто мы такие и зачем здесь вообще находимся. Туризм в Иордании только зарождался и курортный городок Акаба недавно лишь начал формироваться как туристический центр отдыха. Местные жители еще не привыкли к иностранцам, особенно не привыкли к нам их дети. Они громко кричали «хеллоу!» и показывали пальцем, а некоторые даже фотографировали нас на телефон. Мы выбрали уличный фаст-фуд, где готовили кебабы, картошку фри, гамбургеры и шаурму. Мы выбрали его из многочисленных фаст-фудов лишь только потому, что здесь было меню с картинками. Я взял два гамбургера с картошкой фри и кока-колой, а Варвара взяла кебаб, картошку фри, салат и спрайт. Эта все обошлась нам гораздо дешевле, чем такое же блюдо в Самаре.

— Отличные цены! — обрадовался я.

— Да, пошли, прогуляемся, пока нам готовят — предложила Варвара.

Пройдя несколько домов, мы заметили алкогольный магазин, где купили небольшую бутылку водки с апельсиновым соком, чтобы прогреваться ей, когда мы замерзнем. Я приехал в Иорданию, немного кашляя, и очень не хотел тут разболеться окончательно. Когда наша еда была готова, мы перешли дорогу, а помог нам в этом полицейский, который энергично бегал по всей дороге и хоть как-то пытался следить за порядком на ней.

На пляже Аль Гандур мы оторопели от увиденного там. Сюда пришла вся Акаба провожать этот жаркий день! На берегу Красного моря арабские семьи в полном составе расстилали на песке ковры, где ужинали и курили кальяны. Каждая семья курила кальян, и из-за этого в морском воздухе витало ассорти из фруктовых ароматов табака. Мы с Варварой присели на каменный бордюр и приступили к долгожданной трапезе. Недалеко от нас несколько арабов достало портативную колонку с микрофоном, а затем начали петь. Перед нами плескалось Красное море, за которым виднелись горы Египта, а справа горел ночными огнями израильский город Эйлат. Под песни и детские крики мы прошли по набережной до самого конца и около Макдоналдса свернули к отелю. По дороге мы узнали, где находится остановка общественного транспорта, откуда завтра уходит автобус в городок Вади-Муса. Об этом нам рассказали двое арабов, которые сидели на остановке.

— А есть ли какое-нибудь расписание? — поинтересовался я.

— Нет расписания, первый уходит в семь утра и дальше, когда соберутся люди — пояснил мужчина на английском языке с сильным акцентом — лучше к десяти часам прийти, тогда точно не пропустите.

— Спасибо, а сколько билет будет стоить? — продолжал я.

— На одного человека три динара! — ответил второй араб.

Мы были рады, что все оказалось так просто. Автостанция находилась в десяти минутах ходьбы от нашего отеля. Завтра мы еще успевали сходить на бесплатный завтрак, после которого должны будем ехать на автобусе до Вади-Муса, где я забронировал номер на ночь. Все это было спланированно лишь для того, чтобы посетить древний город Петру — одно из новых семи чудес света.

Ранний подъем в половине восьмого утра. Варвара после душа красит лицо и приводит себя в порядок, а я все еще лениво потягиваюсь на кровати.

— Что-то спина разболелась — произнес я во время зарядки — может, лежал как-то не так.

— А мне кровать понравилась, твердая, большая, не то, что твой раскладной диван — засмеялась Варвара.

— Может и продуло, ты ведь как всегда все одеяло на себя перетянула — произнес я, продолжая разминать спину.

— Я проснулась посреди ночи от намаза, который передавали по громкоговорителю, а ты разве не слышал? — обратилась она ко мне.

— Слышал, но в целом спал отлично, только мало, ты же знаешь, как я люблю поспать — улыбнулся я.

Мы покинули номер и спустились в подвал отеля, где находился банкетный зал. Когда мы увидели шведские столы, то обрадовались, но когда подошли к ним ближе, радость исчезла. Еда была очень скромной. Несколько тонких ломтиков колбасы, нарезка овощей и сухие лепешки. Бесплатный суровый завтрак. Нам с Варварой понравился лишь лимонный нежный кекс и горячий чай, которым мы согрелись. Ночью мы успели сильно замерзнуть, так как температура в Иордании ночью заметно падает, а отопления не существует. Прогревшись как следует чаем и съев несколько кусков кекса, мы вернулись в номер, где взяли рюкзаки. К сожалению, на семь этажей отеля был всего лишь один маленький лифт. Мы прождали его несколько минут, и когда он наконец-то приехал, то мы с большим трудом влезли внутрь. Опаздывать на автобус было нельзя, весь маршрут был расписан мной заранее буквально по часам. Как назло лифт останавливался на каждом этаже. На третьем этаже к нам в лифт зашли две арабские бабушки, которые еле стояли на ногах. Они нажали на клавишу под номером «1», хотя холл и выход из отеля находился на этаже под номером «0». Когда двери открылись на первом этаже они медленно вышли из лифта, увидев, что они оказались не на ресепшене, они так же медленно повернулись и хотели вернуться в лифт, но я уже нажал кнопку закрытия дверей.

— Они специально что ли? — возмутился я — мы и так опаздываем!

Мы с Варварой выбежали из отеля и быстрым шагом спустились вниз к парку принцессы Салма, где находилась остановка. Там стояло два маленьких автобуса похожих на маршрутные такси.

— Нам нужно в Вади-Мусу, в Петру! Какой из них едет до нее? — обратился я к стоящим рядом людям.

Один из водителей махнул мне рукой.

— Этот автобус идет до города Маан, где вы пересядете на другой автобус до Вади-Мусы, до Петры! — сообщил водитель.

— Сколько стоит проезд? — поинтересовался я.

— Три динара с человека, а потом до Петры еще один динар — пояснил араб.

— Отлично! — мы с Варварой заняли место за спиной у водителя, рядом с окном.

Покинув Акабу, мы оказались на широком шоссе, которое раскинулось вдоль горных хребтов. Только песок, горы и редкие маленькие домики в форме картонных коробок желтого цвета. По дорогое мы миновали несколько контрольно-пропускных пунктов, а через час уже заехали в город Маан.

— А где тут пересесть на автобус до Петры? — поинтересовался я у водителя.

— Сейчас уточню — сказал он и отошел к арабам, которые сидели на остановке.

— Скоро уже приедем — подбадривал я Варю.

— Сегодня не будет рейсов, только завтра — сообщил водитель, когда вернулся к нам.

— Как не будет? — удивился я — вы же сказали, что мы доедем до Петры?

— Сегодня отменили автобусы из-за того что не было людей — пояснил водитель.

— Как же нам добраться до Петры? — возмутился я.

— На такси вы без проблем доедите до Вади-Мусы — ответил водитель и показал пальцем на таксистов.

После совещания с Варварой и долгих торгов с таксистом, мы договорились добраться до Вади-Мусы, где находился древний город Петра, всего за десять динаров.

— Вот тебе и сэкономили — грустно сказал я Варе, когда мы покинули город Маан.

— И не говори — вздохнула она — нам бы уже хоть как добраться, а то я устала уже.

Город Маан больше походил на заброшенный город, чем на тот город, что некогда упоминался в святой библии. Пыльные, грязные улицы с обшарпанными и полуразвалившимися домами. Он находился посреди пустыни, поэтому наша поездка вновь была через пески. Прошло два часа с момента как мы покинули Акабу, когда мы наконец-то оказались в Вади-Мусе. Водитель такси плохо разговаривал по-английски, так же как и его друг, зато он показал нам на телефоне видеоролик из Петры, на котором зажигали тысячи фонарей в честь какого-то праздника.

— Очень красиво! — восхитилась Варвара.

Машина долго кружила по узким улицам города Вади-Муса в поиске нужного нам отеля. Водитель такси останавливался на каждом углу и спрашивал у прохожих, где находится отель «Альбат Мидтаун». Они что-то отвечали ему, и мы вновь петляли по улицам, то поднимаясь высоко к горам, то спускаясь в самый низ к ущелью. Отель «Альбат Мидтаун» хитро спрятался на одной из узких улочек в центре Вади-Мусы. Когда мы его нашли было почти два часа дня. На ресепшене нас встретил молодой араб с красными от недосыпа глазами и быстро заселил в номер на третьем этаже.

— Давай быстрей собираться, еще успеем, билет возьмем на два дня за 55 динар, сегодня до темноты, что успеем, то посмотрим, а остальное завтра с утра! — произнес я.

— Хорошо, ты пока спину разомни, на кровати потянись — предложила Варвара.

Я лег на кровать и немного потянул спину. Из-за долгой и сидячей поездки она еще сильнее разболелась. Мы быстро перебрали рюкзаки, вынули все ненужное, а затем вышли из номера.

— Не закрывается! — крикнула мне Варвара.

— В смысле? Дай попробую! — я взял у нее ключ и начал закрывать дверь — и правда не закрывается.

У нас не было времени, чтобы менять номер, поэтому мы просто захлопнули дверь и ушли. Ценных вещей у нас там не было, поэтому мы и не переживали особо.

Быстро сориентировавшись в городе, я повел Варю в древнюю Петру, которую мечтал увидеть уже много лет. Когда я оканчивал школу, то тогда объявили семь новых чудес света, в которые входила Петра. С тех времен мне удалось увидеть лишь Колизей в Риме, но теперь я был близок, чтобы увидеть второе чудо света. Быстрым шагом мы спускались в самый низ холма, в небольшое скалистое ущелье. Через несколько часов солнечный день будет закончен, поэтому мы торопились изо всех сил.

— Подожди, давай заглянем, я хочу купить этот платок на голову! — предложил я Варваре, когда мы проходили мимо одной из сувенирных лавок.

— Хорошо, там как раз красно-белый есть, как ты хотел — заметила она.

Недалеко от входа в центр посетителей древнего города Петра, мы зашли в магазин сувениров, где я начал мерить куфию. Я сразу надел ее на голову, а улыбчивый продавец помог мне ее правильно завязать.

— Отлично, по рукам! — обрадовался я и нагнулся вниз за своим кошельком, который лежал в рюкзаке.

Внезапно я почувствовал резкую боли в пояснице, как будто кто-то проткнул меня острым копьем и я, застонав, упал на пол. Варвара испугалась и подбежала ко мне. Я несколько минут полежал в позе эмбриона на пыльном деревянном полу, а затем присел на стул, который принес продавец. У него на полке Варвара заметила какую-то мазь и, купив ее, начала растирать мне спину.

— Вот мы и пришли — грустно произнес я, когда пришел в себя.

— Ничего страшного, сегодня полежим, отдохнем, а завтра сюда вернемся и успеем еще все обойти — успокоила меня Варвара.

Я, медленно передвигая ноги, пошел вверх по дороге. Варвара шла рядом и поддерживала меня под руку. Еще вчера я начал немного кашлять, но не обратил на это внимание. Теперь же кашель, точно так же как и смех, очень сильно отдавал резкой болью в мою поясницу. Всякий раз, когда я начинал кашлять или смеяться над этой абсурдной и нелепой ситуацией, мне приходилось останавливаться и немного наклоняться вперед, чтобы облегчить боль. Над головой жаркое солнце, внизу раскинулись разнообразные коробки домов желтого цвета и всевозможных его оттенков. Мы поднимались все выше и выше.

— Спускаться было куда проще! — улыбнулся я через боль.

— Если ты устал, то можем отдохнуть? — предложила мне Варвара.

— Все в порядке, просто нужно дойти до номера — произнес я и снова зашагал.

Мы вернулись в отель, и тут я заметил, что здесь нет лифта.

— Не обязательно золотой, сгодился бы и обычный лифт — я пытался шутить, видя в глазах Варвары страх и беспокойство.

Тяжело поднимая ноги, при помощи Варвары и перил, я поднялся на третий этаж. Зайдя в номер, я попытался сесть на кровать, чтобы разуться и снять штаны, но меня опять пронзила сильная боль, и я застонал. Варвара помогла мне снять кроссовки, штаны и накрыла одеялом. Она возилась со мной, а я смотрел на нее и думал. За что все это досталось такой хорошей девушке как Варвара? За какие такие грехи она так мучается со мной? Эта красивая, черноволосая, стройная, умная девушка, которой всего лишь восемнадцать лет. Она доверилась мне и полетела в другую страну. Я обещал ей отличный отдых, ведь я все спланировал и просчитал, а в итоге беспомощно лежу и смотрю, как она стягивает мои вонючие носки.

— Не такой отдых ты себе представляла, да? — грустно произнес и стыдливо отвел глаза.

— Да все нормально, сейчас отдохнешь, вечером покушать сходим, и все будет хорошо — она не теряла надежды.

— Ты сама не заболела? Чего кашляешь-то? — заметил я.

— Да все в порядке, отдыхай — произнесла она и, взяв пульт от кондиционера, перевела его в режим обогрева.

Мы поспали в обнимку несколько часов, а когда проснулись, то увидели желто-оранжевый закат в окнах номера. Я стал чувствовать себя лучше и уже смог самостоятельно одеться и подняться на пятый этаж, где были бесплатные горячие напитки. Варвара выпила две чашки чая, а я одну чашку кофе. Весь пятый этаж занимал банкетный зал с кухней. Отсюда открывался потрясающий вид на город, и можно было тщательно изучить каждый холм Вади-Мусы. За окнами отеля громко раздался вечерний намаз. Мы вышли из отеля и повернули направо по улице, которая круто поднималась куда-то вверх. Вдоль нее тянулись магазины и кафе. Я отчаянно искал алкогольный магазин, чтобы купить в нем что-нибудь крепкое для полоскания горла. Я продолжал громко кашлять, и Варвара тоже разболелась. Нам надо было чем-то согреться. Прошел час, когда мы поняли, что не найдем тут алкоголя и решили поужинать в любом кафе, где в меню были фотографии еды. На тротуаре мы увидели большой мангал, на котором араб жарил мясо. За столиками на террасе уже ужинало несколько туристов, поэтому мы тоже решили здесь остановиться. Место называлось «Мясной магазин и ресторан Петра». Очень иронично.

— Хоть в такую Петру мы сегодня дошли — засмеялась Варвара.

К нам быстро подошел официант, который выглядел как обычный прохожий. Стоит отметить, что все работники сферы обслуживания в Иордании выглядели как обычные прохожие. Никакого дресс-кода.

— Хотите сесть на улице или в помещенье? — поинтересовался официант.

Я взглянул на Варвару, которая закуталась в свою зимнюю куртку.

— В помещенье! — ответил я, и мы зашли внутрь.

Мы заняли столик в глубине зала и в гордом одиночестве начали листать меню без картинок.

— Я закажу кекаб из ягненка, а ты? — поинтересовался я.

— А я тогда горячий салат и тоже кебаб из ягненка — ответила Варвара — давно свежих овощей не ела.

Я вышел на террасу и подошел к арабу, который стоял за мангалом. Я сделал заказ и спросил про алкогольные магазины, а потом вернулся к Варваре.

— Представляешь, в городе Вади-Муса вообще алкоголь не продают! — воскликнул я.

— Как они вообще здесь живут? — удивилась она — видимо нам не прогреть горло, надеюсь, что хотя бы горячий чай будет в отеле.

Мы не доели свой ужин, настолько он был плох. Горячим салатом оказалась какая-то острая подливка, а ягненок очень жесткий. Вернувшись в отель, мы поднялись на пятый этаж, где выпили чая. С каждым часом моя спина начинала болеть еще больше, поэтому мы решили лечь спать пораньше. Перед сном мы посмотрели фильм ужасов «Не дыши».

— Я боюсь смотреть фильмы ужасов.

— Не бойся, я же рядом

— Мне повезло с тобой

— Мне тоже

Тяжелый день. Первый раз в жизни во время моего путешествия, что-то пошло не так и я не знал, что дальше делать. Моя спина болела все сильнее, впереди у нас было еще пять дней в Иордании, каждый из которых я тщательно спланировал. Я оказался в беспомощном положении и испортил отдых своей первой девушке. Как мне все исправить?

Глава 11

«Петра»

Утро началось прекрасно. Я самостоятельно встал, принял душ и оделся. Боли в спине не было, но я все еще чувствовал дискомфорт в районе поясницы. Мы посетили бесплатный завтрак на пятом этаже, где уже по печальной иорданской традиции завтраков, не нашли ничего вкуснее лимонного бисквита. Мы еще раз полюбовались на город Вади Муса через большие окна отеля, а затем спустились вниз. На ресепшене у араба с красными от недосыпа глазами мы узнали, что последний автобус до Акабы уезжает в двенадцать часов дня, а сейчас в семь утра будет бесплатный трансфер до Петры. Через десять минут мы и еще две девушки мчались на всех парах к центру посетителей древнего города Петра на машине, которую вел работник отеля.

— Сейчас часа три там походим и как раз на автобус успеем! — радостно сообщила мне Варвара.

— Да, надеюсь — согласился я, чувствуя как моя спина, опять начинает болеть.

Мы вышли из машины около входа в центр посетителей, где находились кассы. Две девушки быстро убежали вперед, а я и Варвара медленно плелись по пыльной дороге. Я пытался держаться и не обращать внимания на ноющую боль. В кассе мы купили рекордно дорогие входные билеты на день за 50 динаров и взяли по бесплатной карте на русском языке, где были отмечены все достопримечательности древнего города. Автобусы с туристическими группами еще не приехали, и поэтому мы вдвоем пошли по длинной извилистой и каменистой дороге к ущелью Сик. Местные иорданцы, которые зарабатывают на наивных туристах, предлагая им бесплатную поездку на осле, а затем требуют за нее денег, пристально смотрели на то, как странно я иду. Они чувствовали, что в любой момент мне может понадобиться помощь, за которую придется заплатить, и как стервятники медленно шли за нами.

Погода была солнечная и теплая, но когда мы с Варварой подошли к началу узкого ущелья, то почувствовали холодный ветер. Высота ущелья была 60 метров, а ширина в некоторых местах достигала всего лишь 3 метра. Нам предстояло пройти больше километра по нему, чтобы оказаться в древнем городе Петра, который был построен среди скал задолго до нашей эры. Идумеи, Набатское царство и Римская империя, на протяжении столетий в разное время отстраивали этот дивный город. На протяжении своей удивительной истории это чудо света переживало и взлеты и падения. В настоящее время по некоторым данным, огромная территория древнего города изучена лишь на 15%, но на ней уже найдено около 800 различных исторических объектов. Иордании невероятно сильно повезло иметь такую достопримечательность на своей территории. Ежегодно Петру посещают сотни тысяч туристов со всего света. Теперь и я, своими скромными шагами, неспешно приближался к входу в этот древний город. Варвара то убегала вперед, то задерживалась позади, делая фотографии, а я, держа медленный темп ходьбы, осторожно двигался по камням, из которых была выложена вся тропа ущелья Сик. На своем пути мы встретили несколько уборщиков, которые подметали пол и ждали нашествие туристов.

— Интересное у них занятие — засмеялась Варвара — подметать пыль!

— Не совсем пыль — я показал пальцем на лошадиные фекалии.

Мимо нас то и дело пролетали повозки, запряжённые двумя лошадьми. За считаные минуты и считаные динары, хитрые иорданцы могли домчать ленивых туристов через ущелье Сик. Убираться за животными должны были те, кому повезло чуть меньше. Уборщики были одеты в одежды бедуинов как и все на территории города Петры, однако настоящими бедуинами, они, разумеется, не были. Мы с Варварой медленно продвигались по ущелью, любуясь гладкими красно-желтыми камнями, которые будто бы были растоплены на горячем солнце и теперь стекали вниз, словно лава из вулкана. Нас обгоняли пожилые мужчины и женщины, а я не на шутку расстроился из-за того, что стал обузой. Не так я себе все это представлял. Внезапно вдалеке в лабиринте ущелья показался фасад какого-то здания. К этому моменту я уже еле передвигал ноги. Я ощущал себя бедуином, который после долгих скиний по пустыням и горам наконец-то нашел тайное ущелье на пути к древнему городу Петра. Я не знал, правда ли существовал этот город или это была лишь легенда. Мои долгие странствия оставили меня совсем без сил. Ноги еле передвигались, меня мучала жажда. С надеждой в глазах я сделал последние шаги и оказался около фасада храма Эль-Хазне, который был выдолблен в скале на 40 метров в высоту и на 25 метров в ширину. Увиденное зрелище заставило меня впасть в шок. Из фантазий на землю меня вернули несколько детей, которые сразу же подбежали к нам и начали предлагать купить календари и открытки. Следом за ними подошли ребята постарше и начали предлагать свои услуги гидов. Здесь же, на небольшой площади перед храмом, можно было купить сувениры в небольшой лавке или покататься на верблюдах или ослах. Отсюда для кого-то только начиналась Петра, а для кого-то она здесь заканчивалась. Я осторожно присел на деревянную лавку.

— Ты без меня дальше иди — благородно заявил я.

— А ты? — удивилась Варвара — совсем все плохо?

Я утвердительно покивал головой.

— Я быстро, полчаса от силы — сказала Варвара и поцеловала меня в щеку — давай пару фотографий сделаем, пока туристы не набежали?

Мы сделали несколько фотографий и попрощались. Полчаса в понимании Варвары превратились в два часа, а быть может и само время течет иначе на территории этого древнего города. За время отсутствия Варвары я успел посидеть и полежать везде, где это только можно было сделать. Я лежал на ровных и теплых камнях, чтобы моя спина хоть немного отдохнула. За два часа я так же успел хорошенько понаблюдать за туристами и полюбоваться загадочным храмом Эль-Хазне, точное назначение которого и способ его строительства до сих пор не были известны.

— Хотите, я свожу вас туда, где снимали фильм «Индиана Джонс»? — обратился ко мне маленький мальчик.

— Я бы хотел, но я слишком устал — виновато признался я.

Мальчишка удивленно посмотрел на меня. Он не понимал, как может устать молодой и крепкий парень, вроде меня. Этого не мог понять и я. Моя физическая форма была в лучшем состоянии, чем когда либо. После Кипра я похудел на три килограмма и прибавил в выносливости. На моих ногах были мягкие и удобные белые кроссовки «Найк». Я знал, куда мне идти и что мне тут делать. Я даже спланировал, где в Петре буду снимать видеоролики, но вместо этого я два часа просидел возле храма, сделав лишь одну единственную фотографию. Подлый удар со спины, нанесла мне та, от которой я этого никак не ожидал — сама спина. До сих пор мне не верилось, что она у меня заболела и заболела внезапно и по неизвестной причине. Я ничего не мог с этим поделать, и от этого становилось лишь хуже.

Варвара вернулась через два часа и похвалилась тем, что дошла до храма Ад-Дэйр, который находился очень далеко и очень высоко. До него добираются далеко не все туристы. До него обычно не доходят пожилые люди, ленивые люди, люди с избыточным весом и такие неудачники как я. Так же она видела амфитеатр на шесть тысяч зрителей, который целиком был вырублен в скале.

— Нам нужно идти быстрее, чтобы успеть на автобус! — заключила Варя, смотря на часы.

— Ты шутишь? — удивился я.

— Я думала, что ты отдохнул — удивилась Варя.

— Отдохнул, вон там прилег на камень, ладно, пошли — я медленно встал.

Мы вновь оказались в ущелье Сик, где нам навстречу попадались группы туристов с гидами. Я шел все медленнее и медленнее. Это заметил один старик.

— У меня тоже были вчера проблемы со спиной — крикнул он мне и задернул свою рубашку — но доктор поставил согревающую банку и сегодня я чувствую себя отлично!

На спине у деда было большое красное пятно. Видимо, я и правда уже не молод, раз со мной делятся советами о здоровье старики. Дойдя примерно до середины ущелья, я совершено перестал передвигать ноги.

— Может, сядем, отдохнем тогда? — спросила Варвара.

— Да, давай — грустно согласился я.

Я начал садиться на каменный бордюр, и в этот момент меня снова пронзила острая боль. Я застонал и скорчился. Варвара подхватила меня и помогла сесть. Эту сцену заметил один из гидов, который вместе с группой походил мимо.

— С вами все в порядке? — поинтересовался он на английском языке.

Я покачал головой.

— Вам вызвать скорую помощь? — спросил он.

Я посмотрел в испуганные глаза Варвары. Хватит мне играть в героя, пора признать, я не могу дальше идти.

— Да, если можете, то вызовите скорую помощь — попросил я.

— Одну минуту — гид взял телефон и сделал несколько звонков — машина скорой помощи приедет через несколько минут!

— Спасибо! — поблагодарила его Варвара.

К нам подъехала конная полиция и поинтересовалась, что с нами произошло. Мы показали паспорта и объяснили всю эту нелепую ситуацию. Рядом с нами сидел уборщик в костюме бедуина и пытался помочь советами. Проходящие мимо туристы любопытно смотрели на меня.

— Если скорая помощь приедет на такой же тележке с лошадьми, то твой позвоночник этого не вынесет — произнесла Варвара — он просто сломается.

Мы рассмеялись. Что за нелепая ситуация? Через десять минут приехала машина скорой помощи, из которой вышли двое мужчин. Они помогли мне залезть внутрь и лечь на кушетку-каталку. Один из них померил мой пульс и давление. Пока машина ехала Варвара объясняла им, что со мной случилось.

— Он точно не падал? — поинтересовался один из врачей.

— Точно, просто внезапно стало больно, когда он нагибался — ответила Варвара.

Мы проехали по ущелью Сик, временами сильно подскакивая на камнях, а затем покинули древнюю Петру. Через серпантинные улицы города Вади-Муса машина поднималась все выше по холму. Мы с Варварой смеялись. Мы просто не могли поверить в то, что это все происходит с нами на самом деле. Через двадцать минут машина скорой помощь заехала во двор больницы Королевы Рании. Меня осторожно покатили на кушетке-каталке по коридорам здания в общую палату. Она представляла собой большую комнату, кровати которой были задернуты занавеской. Вся больница была очень похожа на любую больницу из России, в которой не было ремонта уже несколько лет. К моему счастью полноватый доктор разговаривал на русском языке. Он с улыбкой поинтересовался что произошло. Медбрат поставил мне капельницу. Вдруг к нам подошли двое полицейских и начали проверять документы. Молодой араб в очках, со светлой кожей и пушком над верхней губой, заговорил с нами на русском языке.

— Меня зовут Аусом! У меня мать русская, я буду переводить все, что они скажут — пояснил он.

— Спасибо большое — поблагодарил я его.

Мы с Варварой пребывали в небольшом шоке из-за того, что вокруг нас все бегают и суетятся, хотя не произошло ничего серьезного. Полицейский заполнял какой-то бланк, а Аусом переводил его вопросы нам на русский язык. После формальностей тучный доктор покатил меня делать рентген. Когда я вернулся, полицейских уже не было. Все ответы были получены. Мне сделали укол обезболивающего лекарства в ягодицу.

— Он расслабит мышцы спины, и боль уйдет на восемь часов. Возможно, она больше не вернется — пояснил нам доктор — такое бывает, когда долгое время сидишь, а потом долго ходишь.

Заплатив за услуги больницы двадцать динаров, мы поблагодарили медбрата и доктора за помощь.

— Куда теперь вы поедите? — спросил Аусом.

— Нам надо в Акабу, но мы уже опоздали на автобус — ответил я.

— Сейчас я уточню — молодой араб скрылся — мы можем довезти вас вместе с медбратом до автостанции в Вади Мусе, возможно, кто-то из водителей еще поедет в Акабу.

— Хорошо, давайте сделаем так — согласился я.

Мы заплатили еще двадцать динаров за то, что медбрат прямо в своей голубой форме, оставил работу и подвез нас на своей машине до автостанции в Вади Мусе. По дороге Варвара и медбрат сходили в аптеку и купили мне парацетамол и мазь для спины. На автостанции в Вади Мусе стояли автобусы но, как и вчера в городе Маан, никто из водителей не хотел никуда ехать.

— Сегодня никто не поедет в Акабу — пояснил Аусом, когда вернулся в машину — народа мало собралось.

— Что же нам делать? — спросила Варвара.

— Я могу вас довезти до Акабы еще за 50 динаров — ответил медбрат.

— Это слишком дорого, мы и так потратили все деньги — грустно произнес я.

— У нас очень дорогой бензин, почти 1 динар за литр — пояснил Аусом.

Спустя какое-то время мы сошлись на 30 динарах и, развернув машину, поехали обратно через больницу по шоссе до Акабы. На улице все так же сияло солнце, а мы летели свыше ста километров по серпантинному пустому шоссе и любовались великолепным видом на горные хребты. В свете яркого солнца они золотились, и им не было ни конца, ни края.

— Даже такие пустые камни как эти горы, могут выглядеть так прекрасно — удивлялся я — на них ведь нет ни кустика, ни деревца, ни цветочка, но как же они сейчас красивы!

— Красота есть даже там, где нет жизни — задумчиво заключила моя мудрая не по годам спутница.

Во время нашей часовой поездки мы слушали музыку, которую нам ставил Аусом. Мы слушали русские песни, в том числе «Баста и Смоки Мо — Лед», потом слушали иорданские песни, а в конце даже местный рэп про пустыню Вади Рам, которую мы планировали посетить завтра. Что теперь будет с нашими планами? Поездка до отеля выдалась очень веселой. Во время одной из иорданских песен медбрат и Аусом хлопали в ладоши, и если нашему переводчику это можно было простить, то медбрат находился за рулем, а спидометр показывал 130 километров в час. Было и страшно, и радостно. Всю дорогу мы с Варварой крепко держались за руки и ритмично отыгрывали мелодии песен пальцами. Мы вернулись в отель «Рай для всех» после обеда, где поблагодарили Аусома и медбрата за помощь и поднялись в свой номер. Спина больше не болела, она была заморожена. Сил не было ни у меня, ни у Варвары, поэтому мы приняли душ и, включив кондиционер в режим тепла, легли спать.

Вечером мы с Варварой списались с женщиной, которая должна была прилететь сегодня из Москвы вместе с дочкой в Акабу. Именно с ними мы забронировали индивидуальную экскурсию в пустыню Вади-Рам на завтра. Находясь еще в Самаре, я все тщательно спланировал и теперь никак не мог подводить людей, которые надеялись на нас.

— Надеюсь, я завтра буду чувствовать себя бодрее — обнадеживающие начал я — ведь мы договорились с ней на завтра, для нас экскурсовод специально бронирует целый день.

— Я все понимаю — спокойно ответила Варвара — я просто не хочу, чтобы ты там умер.

Мы вышли из отеля и прогулялись до улицы Кинг-Хасейн, где в алкогольном магазине купили популярный местный самогон из аниса всего за 6 динар. Там же недалеко мы купили лимонад и одну большую порцию мяса с картошкой фри. Ужинать мы решили в отеле, так как на улице заметно похолодало с наступлением темноты, а на небе показались грозовые облака.

— Что за отвратительный запах?! — возмутился я, когда открыл бутылку в номере отеля.

— Вроде нормально пахнет — удивилась Варвара.

— Мерзость какая! Сладостно-приторный запах, от которого меня тошнит! — не успокаивался я.

— В медицинских целях, надо! — засмеялась она — чтобы горло не болело!

— У меня, кстати, уже прошло и горло, и кашля больше нет — произнес я.

— Везет — Варвара поморщилась, когда выпила из горла анисовый самогон — у меня вот наоборот появились сопли и кажется, поднялась температура.

Я сходил в туалет и принес рулон туалетной бумаги, чтобы Варвара могла в нее сморкаться.

— Кстати, твоя болезнь знаешь, как называется? — крикнула мне Варвара — я в интернете посмотрела.

— И как же? — заинтересовался я.

— Люмбаго! — торжественно заявила она.

— Ты шутишь? Что это за слово вообще такое дурацкое? — удивился я.

— Не шучу. Люмбаго — острая боль в пояснице независимо от причин ее возникновения и характера появления — прочитала она с телефона.

Это был еще один тяжелый день в Иордании. Петра. Простуда. Анисовый самогон. Люмбаго. Что за поездка?

Мы проснулись рано утром, через час после призыва для намаза, который громко звучал из динамиков по всему города Акаба.

— Как спина? — было первым, что спросила у меня Варвара.

— Вроде лучше — ответил я — а как твоя простуда?

— Пока не понятно, может нам сегодня провести целый день в отеле и отдохнуть? — предложила она.

— Я не могу подвести людей, мы ведь уже договорились — решительно ответил я.

Зайдя в интернет, я получил сообщение от женщины, с которой мы сегодня должны были ехать в пустыню Вади-Рам на экскурсию. Она писала, что внезапно их планы изменились, и они никуда не поедут. Классика. Я не могу подвести людей, а люди меня подвести могут. Мы с Варварой перенесли экскурсию на завтра, а сегодня нам предстояло найти еще двух людей. На завтраке мы опросили нескольких человек, но никто не захотел составить нам компанию, а одна женщина за соседним столиком посоветовала взять автобусный тур в пустыню.

— Он, конечно, будет короче, нежели планировали вы, зато туда можно записаться и вдвоем — пояснила она.

— Спасибо, будем иметь в виду, если никого не найдем — я поблагодарил ее за совет — а где они находятся?

— Их офис недалеко от Макдоналдса — ответила женщина — там все говорят на русском языке.

Как и хотела Варвара, мы провели этот день, занимаясь самолечением. Она натирала мне спину мазями и делала массаж, а я носил ей с ресепшена рулоны туалетной бумаги, чтобы она могла высморкаться. Днем мы предприняли попытку позагорать на крыше отеля рядом с бассейном и бесплатными шезлонгами. Как только мы вышли и легли, тучи закрыли солнце и поднялся холодный ветер с моря. Мы были вынуждены вернуться в номер, где начали смотреть сериал «Американская история ужасов».

Вечером мы с Варей вышли на улицу подышать свежим воздухом. Около Заран-стрит мы без труда нашли туристический офис и купили там экскурсию в пустыню Вади-Рам, предварительно отменив экскурсию с личным гидом на машине. В офисе работала русскоговорящая женщина, которая нам все подробно объяснила. Мы взяли билеты без ужина, так как они были дешевле на десять долларов с человека. Из-за моей внеплановой поездки в больницу нам теперь приходилось ужиматься, чтобы уложиться в бюджет путешествия.

— Оденьтесь теплее — добавила женщина — в пустыне вечером очень холодно!

Мы опять купили еду на улице. Мясо и картошку фри с лимонадом. Устроившись на балконе отеля, закутавшись в теплые одеяла, мы с Варварой прекрасно поужинали. Еще один день отдыха, который тяжело было назвать отдыхом. Все опять идет не по плану и меня это дико раздражает. Я привык все контролировать или хотя бы думать, что контролирую, но в этой поездке все идет наперекосяк, и я никак не привыкну к этому хаосу.

Когда утром я распахнул шторы, то увидел тучи. Солнца совсем не было. Погода нас вновь не радовала. Экскурсия уже была куплена, поэтому мы с Варварой отправились к отелю «Хилтон», где нас с остальными туристами забрал большой комфортабельный автобус. Мы покинули Акабу и по широкому шоссе направились к пустыне Вади-Рам. Эта пустыня была уникальным местом, ведь в разное время ее населяли разные народы, информации о которых совсем не осталось. Все что осталось от них это лишь множество наскальных рисунков по всей пустыни. Сама пустыня занимала 750 квадратных километров, а на ее территории были пески всех возможных оттенков цветов от светло-жёлтого до ярко-красного. Песчаные поля были разбавлены высокими горами, достигавшими 1830 метров и большими скалистыми каньонами. Вади-Рам часто называют марсианской пустыней и именно из-за ее причудливого ландшафта здесь постоянно снимают голливудские фантастические фильмы. Автобус свернул с шоссе, и мы поехали к входу в пустыню, где наш экскурсовод, высокий улыбчивый мужчина, купил входные билеты на группу.

— Сильный ветер! — произнес я, завязывая свой красно-белый платок вокруг шеи.

— Да уж — тяжело вздохнула Варвара.

Мы надели на себя все вещи, какие были у нас с собой, но этого оказалось недостаточным, температура в пустыне была гораздо ниже, чем в Акабе. Я снял свой платок и повязал его Варваре на шею, чтобы она не мерзла.

— Теперь мы будем занимать места в джипах, есть места в кузове, а есть внутри салона, кто куда хочет? — громко крикнул экскурсовод.

Я и Варвара сразу побежали к первому попавшемуся джипу и запрыгнули в салон, где было всего два места. Лишь позже, когда мы пригляделись, мы обнаружили, что заняли места в самом старом и дряхлом джипе. В эту минуту везение окончательно покинуло нас в Иордании. Это официальное заявление. Внутри салона джипа было тепло, и время от времени мы с Варварой делали глоток анисового самогона, который я налил с собой в маленькую бутылочку. Сафари на джипах началось. Солнце иногда проглядывало через густые темные облака. Мы сделали несколько остановок для того, чтобы полюбоваться наскальной живописью, каньонами и горами. Действительно, находясь в этой пустыне, ты забываешь, что находишься на планете Земля, настолько все здесь было необычным. Позже, желающие могли сменить джипы на верблюдов, но из-за погоды почти никто этого не сделал. Люди, которые сидели в кузовах джипов, тоже замерзли, несмотря на зимние куртки. Приятной неожиданностью стала остановка в небольшом лагере бедуинов, где мы все согрелись вкусным чаем, который был сварен на углях. Мы продолжили наш путь на джипах мимо палаточного лагеря «Солнечный город». Каждый домик был сделан в форме круга, с прозрачной крышей, благодаря которой ночью открывался потрясающий вид на звездное небо.

— Думаю, живя в подобном футуристичном домике, ощущаешь себя настоящим марсианином — обратился я к Варваре.

— Да, это точно — согласилась она — кстати, тут где-то фильм «Марсианин» и снимали.

Посмотрев на закат из салона джипа, наш конвой отправился в конечную точку маршрута, которой оказался большой шатер с несколькими десятками столов, возле него находился танцпол и четыре костра. Мы с Варварой не покупали ужин, но были очень голодные. Согревшись у костра, мы вместе со всей толпой туристов отправились наблюдать за тем, как в песке готовят баранину, курятину и овощи. Затем наш экскурсовод начал раздавать купоны на еду, для тех, кто оплатил ужин. Исхитрившись, мы с Варварой тоже взяли купоны и прошли внутрь шатра. Мы взяли пустые тарелки и наполнили их доверху, бараниной, курятиной, овощами, картошкой и лепешками. Удача постепенно стала к нам возвращаться. В итоге все туристы оказались в шатре, никто не остался голодным. Сытые и согретые, мы покидали таинственную пустыню Вади-Рам на туристическом автобусе, но меня не покидало чувство грусти. Я грустил о том, что не смог познать эту пустыню, а лишь проехался по туристическому маршруту для галочки. Точно так же как и с древним городом Петра. В идеале надо было остановиться на пару ночей в одном из лагерей в пустыне, и с утра до вечера с индивидуальным гидом посещать места, которые лежат за пределами туристических маршрутов. Потом самостоятельно подняться на самую высокую гору Джебель-Рам и выпить иорданского горячего кофе из термоса, встречая рассвет. Почему я этого не сделал? Неужели все упирается в деньги? Экономя и рационально распределяя свои ресурсы, я могу позволить себе 1—2 раза в год ездить в другие страны. Это роскошь для большинства из населения мира. Мне не на что жаловаться, но почему я жалуюсь? В какой момент я сбился со своего пути и пошел по пути массы туристов, которые посещают достопримечательности лишь ради фотографий? Я думал обо всем об этом, смотря в окно автобуса на звезды. Ясное небо, надеюсь, что завтра нас с Варварой будет ждать хороший и теплый денек.

С каждым новым днем завтрак в отеле «Рай для всех» становился все хуже. Сегодня и вовсе мы выпили лишь только один чай. Погода за окном радовала, ярко светило солнце и дул мягкий морской ветер. Мы с Варварой вышли из отеля и уже хотели идти в сторону набережной, чтобы ловить такси, как вдруг заметили пару средних лет. Мужчина был похож на профессора, а женщина держала в руках большую сумку с пляжной атрибутикой.

— Добрый день, а вы случайно не на пляж? — обратилась женщина к нам

— Да, на южный пляж, а вы? — поинтересовался я.

— И мы на него, поехали тогда вместе, так дешевле! — обрадовалась женщина.

Такси в Акабе больше, чем обычных автомобилей. Это выгодный способ заработка и не выгодный способ перемещения из-за дорогого бензина. Пока идешь по улице постоянно слышишь сигналы таксистов. Мы поймали машину всего за несколько секунд и, договорившись на четыре динара за всех, выехали из Акабы. Южный городской пляж находился всего лишь в десяти километрах от Акабы, и я планировал добираться до него на велосипеде, взятом напрокат. К сожалению, у моей спины были другие взгляды на этот счет. «Иордания — все не по плану!». Отличный слоган для нашего отдыха. Такси остановилось в самом начале пляжа. Мы прошли по каменной тропинке к песку и морю. Людей почти не было и это очень радовало. Профессор и его спутница расположились на лавочке в тени пальмы, а мы с Варварой ближе к морю на песке. Я взял маску для ныряний у своего приятеля из университета, а ныне коллеги по работе, по прозвищу «Борода» и сейчас решительно намеревался открыть плавательный сезон в этом году. Вода была невероятно теплой. Двадцать три градуса. Моя спина все еще болела, поэтому я попросил Варвару немного подстраховать меня пока я буду нырять.

— Мне тебя как малыша нужно за животик держать? — засмеялась она.

— Что-то подобное! Вдруг меня прямо здесь скрутит — улыбнулся я — а мне еще маску отдавать!

Я осторожно начал погружаться в чистую и прозрачную воду Красного моря. Внезапно передо мной открылся невиданной красоты подводный мир, кораллов, губок, рыб и водорослей. Я никогда не видел ничего подобного, поэтому от восторга вырвался из рук у Варвары и поплыл дальше. До этого я видел подводный мир лишь только по телевизору. Мне с трудом верилось, что все это происходит со мной в реальной жизни. Секунду назад я был на обычном пляже, а теперь я плыву, наблюдая за косяком ярко желтых рыб, которые совершенно меня не пугаются. Синие, желтые, полосатые, прозрачные, большие и маленькие они плавали среди разноцветных и разнообразных по форме коралл. Я провел в воде почти час и вышел на берег с синими губами. Вода была теплой, а ветер на поверхности не очень.

— Я думала, что ты утонул! — заявила Варя, когда я вышел на берег.

— Немного увлекся — оправдался я.

— Я заметила, тебя не было час! — она глянула на часы.

— Тебе тоже надо поплавать! Я дам тебе маску и свои ботинки, чтобы ноги не поранить — я улыбнулся.

— Сначала мне надо загореть, а то прилечу в Самару такая же бледная, как и была — Варвара растянулась на полотенце под ярким солнцем — перед подругами даже не похвалиться!

— Это отличная идея! — мы устроились под солнцем на полотенце, которое взяли в отеле.

У нас оставалось лишь два дня отпуска, поэтому мы твердо решили загореть сегодня и вернуться сюда завтра. Пока мы загорали, мы услышали знакомую речь. Это был не русский язык, но что-то очень похожее на него. Несколько мужчин и женщин устроились рядом с нами.

— Смешной язык, это эстонцы? — спросила меня Варвара.

— Думаю это литовцы или латыши — заключил я.

Улыбчивый мужчина заметил мою маску для ныряний и спросил, где я ее покупал. Мы быстро разговорились, и веселая компания позвала нас с собой на катер с прозрачным дном.

— Мы его уже забронировали и если хотите, то можете пойти с нами! — пояснил высокий мужчина с большим круглым носом.

Быстро собрав свои вещи, мы пошли вслед за литовцами. Теперь, когда мы узнали что они приехали из Вильнюса, у нас не было в этом сомнений. Мы с Варварой заняли место на небольшом катере. Несколько человек занесли большой кальян и раскурили его. Катер тронулся. Под нашими ногами начали мелькать рифы, кораллы и косяки разноцветных рыбок. Экскурсия длилась почти час. За это время мы успели посмотреть на затонувший ливанский корабль «Сидар Прайд», американский танк «Уокер Бульдог» и самолет класса «Боинг». Так же около одного из красивых вертикальных коралловых рифов катер сделал остановку, где все мужчины, включая меня, смогли понырять и рассмотреть его ближе. Хозяин катера кинул нам в воду несколько хлебных лепешек, чтобы мы могли привлечь еще больше рыбок.

— Сколько мы вам должны? — спросил я, когда катер вернулся на деревянный пирс.

— Нисколько, мы так решили — ответил мне высокий мужчина с круглым носом — но вы должны нам кое-что пообещать.

— Что же? — удивился я.

— Когда у вас появятся дети, вы их сюда обязательно привезете — он засмеялся.

— Договорились! — мы с Варварой смущенно переглянулись.

Удача опять была на нашей стороне. Когда мы вернулись на пляж, то увидели профессора со своей женой, они тоже собирались ловить такси. Мы снова объединились и доехали до отеля за пять динаров. Вечером мы с Варварой купили уличной еды и поужинали на пляже в кафе, где еще заказали кальян и чай.

— Не много ли кальянов за один день? — улыбнулся я.

— Ты же знаешь, как я их люблю! — засмеялась Варвара, а затем, сделав глубокий вдох, выпустила несколько колечек дыма.

С пляжа раздавалась музыка, играющая из портативных колонок. Слышался шум Красного моря. Перед нами вдалеке, за водой горели огни вечернего города Эйлат. Красота. Наконец-то мы с Варварой начали отдыхать!

На следующий день мы вновь поехали на городской Южный пляж на такси, но уже в компании двух лысых мужчин из нашего отеля. Судя по их красным лицам, отдыхать они умеют, а загорать нет. По их рассказам за время отдыха они уже успели поругаться с несколькими девушками в отеле, сломать что-то в своем номере и даже успеть заскучать. В этот раз таксист остановил нам в конце южного пляжа, где мы с Варварой и расположились. Рифы и рыбы здесь были другие, я несколько раз нырял с маской до мурашек на коже и синих губ. Мне удалось увидеть маленькую медузу, от которой искрили заряды тока. Удивительный подводный мир красного моря покорил меня. В детстве мы с мамой часто заходили в магазин «Малыш» и стояли у аквариума с рыбками. Мы любовались красотой и непринужденностью, с которой плавают эти морские обитатели. Гармония в своем первозданном виде. Сейчас же, спустя двадцать лет, я собственными глазами увидел, как живут морские обитатели в своей естественной среде. Варвара тоже несколько раз ныряла с маской, и умудрилась даже потерять одну свою босоножку. В отель я возвращался в носках, а кроссовки отдал Варваре, чтобы она могла добраться до номера из такси.

Собрав чемоданы на завтра, мы пошли выбирать сувениры. Дневная жара спала, и вечером стало очень комфортно гулять по улицам Акабы. Мы купили магниты, бокалы и местное вино «Haddad Port».

— Осталось купить лишь сладости! — радостно произнесла Варвара.

Около «Парка принцессы Сальмы», находилось несколько лавок со сладостями. Из одной лавки, навстречу нам выбежал маленький мальчик лет 7—8 и сразу предложил посмотреть его ассортимент. Он разговаривал на русском языке и так мастерски демонстрировал нам конфеты, что мы не удержались и поддались чарам этого маленького предпринимателя. Так же в этом магазине нам бесплатно налили по чашке иорданского чая, которым мы согрелись.

— Это что за камни? — удивился я, заметив один из пакетов, в котором лежала галька с пляжа.

— Нет, это конфеты! — пояснил мальчик и принес несколько штук на пробу.

— Вкусный соевый шоколад — обрадовался я — как в детстве!

Когда мы все купили, то вернулись в «Рай для всех», где нас встретил улыбчивый хозяин отеля. Он узнал, что завтра мы улетаем домой и предложил посидеть у него шатре. Мы согласились. В шатре, на заднем дворе отеля, можно было жить, настолько большой он был. Нас вновь напоили чаем и затем отпустили. Когда мы оказались в номере, то Варвара пошла в душ, а я воспользовался смекалкой и вынес большой матрас вместе с теплыми пледами на балкон. Варвара посушила волосы и присоединилась ко мне. Мы открыли вино и изумились его вкусу.

— Напоминает Коммандрию с Кипра! — восхитился я.

Мы лежали на открытом балконе, закутавшись в теплые пледы, и пили вино. Над нами загорались звезды, а под нами проезжали машины и громко сигналили друг другу.

— У кого-то, похоже, там свадьба! — произнесла Варвара.

— Да, похоже на то, надеюсь, они стрелять тут не будут — засмеялся я — кстати, видишь вон те звезды?

— Какие? — Варвара прищурилась.

— Вот эти три звезды, это созвездие «Орион» точнее его пояс — сумничал я.

— Ты всегда начинаешь умничать, когда выпьешь! — она толкнула меня в плечо.

Я смотрел на вселенную, а Варвара смотрела на меня, на данном этапе жизни я был для нее вселенной. Как долго это будет? Никто не знает ответа на этот вопрос. Мы просто наслаждаемся моментами. Поездка в Иорданию казалась странной до тех пор, пока я не понял ее значения. Во-первых, если что-то идет не по плану это не значит, что это плохо, возможно так будет даже лучше. Во вторых, отдых в Иордании нужен был не для того, чтобы познать эту страну, а для того, чтобы познать самих себе в этой стране. Я увидел в глазах восемнадцатилетней девушки гораздо больше, чем видел в них до этого. Мы многое не успели сделать в Иордании, но у нас еще будет шанс исправить это, когда мы вернемся сюда с нашими детьми.

Глава 12

«Фиеста»

Самарский международный аэропорт Курумоч. Уже скоро наступит ночь. Я удобно устроился на железной скамейке и листаю книгу Эрнеста Хемингуэйя — «Фиеста». Я уже читал ее несколько лет назад, но только сейчас написанное в этой книге как никогда стало близко мне. У меня в жизни тоже была девушка, с которой мы так и не смогли быть вместе, и у меня в жизни также планировалось кульминационное событие под названием коррида. Я уже несколько лет планировал эту поездку, но все было тщетно. Два года назад посольство Испании в России по каким-то неизвестным отказывало всем туристам в визе, и я полетел во Францию. Этой зимой я променял поездку в Испанию на поездку в Иорданию с Варварой. Теперь же, когда я снова остался один, меня уже ничего не остановит. Видимо, я действительно эгоист и не могу любить никого, кроме себя самого и думать ни о ком, кроме себя. Ей так будет лучше. Она на лето полетела в США по программе «Работай и путешествуй» точно так же как ездил я семь лет назад. Каждый из нас выбрал путь следования строго своим планам и наши дороги разошлись. Варвара улетела в Америку за жизнью как в кино, а я в Испанию за корридой и духовной связью с великим писателем. Я опять все испортил, а почему? Потому что был собой. Если бы так легко можно было бы стать кем-то другим, то я был стал, но это невозможно. Нужно просто смириться и двигаться дальше. Пока играет музыка, я танцую. Плыву по течению, пока льется вода. Объявили посадку на самолет до Москвы. Я занял длинную очередь, держа в руке лишь только один рюкзак, с которым путешествую последнее время. Для меня больше и не надо. Несколько пар запасных носок, комплектов нижнего белья и рубашка с майкой.

В небольшом курортном городке под названием Калелья на побережье Коста-Браво в солнечной Испании обещают жару от тридцати градусов и горячее средиземное море. Я выбрал этот город по двум причинам. Первая — туда были очень дешевые туры из Москвы, и номер в двухзвездочном отеле обошелся мне дешевле привычного хостела. Вторая — Калелья находится на пересечении нескольких железнодорожных магистралей и из нее очень удобно добираться как до Барселоны, так и до Жироны. Время в дороге всего лишь час! Как и всегда никаких экскурсий я не планировал покупать, а наоборот традиционно держаться подальше от русских туристов. Самолет долетел до Москвы за час с небольшим, потом четыре часа ожидания в аэропорту Внуково, и вновь в небо. В этот раз на огромном Боинге 747—400 от авиакомпании «Россия». Я еще ни разу не летал на двухпалубном самолете. Его огромные размеры внушали страх. Я и подумать не мог, что столько туристов летит этим летом в Барселону. Обе палубы самолета были забиты под завязку. Мне досталось очень любопытное место. Позади меня сидела пара с маленьким ребенком, впереди меня сидела пара с маленьким ребенком, и справа от меня сидела пара с маленьким ребенком. Для стереозвучания осталось посадить ребенка слева от меня, чтобы я все четыре часа полета равномерно смог наслаждаться прекрасным детским плачем и криками. Везение.

Барселона встретила нас солнечной погодой и свежим утренним ветром, от которого клонились в стороны высоченные пальмы вокруг аэропорта Эль-Прат. Мне очень хотелось спать, ведь я не спал всю ночь из-за перелетов. Пока все остальные туристы ждали свой багаж, я закинул портфель за спину и вышел к автобусам, которые чуть позже должны будут развезти нас по отелям. Я сел на бордюр в тени автобуса. Спустя час к моему автобусу подошло несколько человек, среди которых оказались две очень симпатичные девушки со светлыми длинными волосами. Я хотел к ним подойти, но меня остановил невысокий мужчина, которого я сразу и не заметил.

— Я Артур. Я татарин. Я из Казани — он протянул мне руку.

— Хорошо — я удивился столь резкому и неожиданному знакомству.

Я пожал ему руку и перекинулся парой пустых фраз, а затем все-таки дошел до девушек, которые уже успели меня заметить.

— Привет, вы в какой отель? — обратился я к ним.

— Мы в «Континенталь Калелья» — ответила высокая стройная девушка с большими глазами.

— Отлично, я тоже! — искренне обрадовался я — людей вот что-то нет, а ведь должен быть полный автобус, мне водитель сказал.

— Там просто очередь большая за багажом — пояснила невысокая стройная девушка с милыми щечками.

Я посмотрел на их два больших и тяжелых чемодана.

— А вы откуда? Из Москвы? — поинтересовался я.

— Нет, из Ярославля, а точнее из Рыбинска, а ты? — спросила высокая девушка.

— А я из Самары, а вы почему только вдвоем? — произнес я и только потом понял, как это было бесцеремонно, ведь я вообще путешествовал один.

— А с кем нам быть? Мы с детства вдвоем! Лыжами спортивными занимались, потом работали вместе, теперь вот путешествуем. Нам никто и не нужен больше — улыбнулась она, и я понял, что все в порядке.

Мы приятно разговорились, пока ждали опаздывающих туристов. Высокую веселую девушку звали Елена, а невысокую, но с очень приятными формами звали Яна. Они обе работали преподавателями, одна по физическому труду в школе, а другая в колледже по беговым лыжам. Яна недавно рассталась с парнем и еще не отошла от отношений, а Елена уже много лет встречалась с мужчиной, который сейчас жил в Крыму. Когда я услышал это, то немного расстроился, но быстро отошел, подумав, что так будет лучше, ведь меня никто не будет отвлекать от знакомства с Испанией.

Наш туристический автобус покинул аэропорт и поехал по окраине города Барселона. Я уже знал, как проведу каждый из семи дней своего путешествия, именно путешествия, а не отдыха или отпуска. Я давно все подробно изучил и распечатал важные заметки на бумаге, среди которых было расписание поездов и автобусов, информация о том, куда и как лучше добраться, что и где посмотреть, как и где купить билеты. Вдруг в окне автобуса, слева от трассы, показалось большое кладбище с красивыми склепами, а справа от трассы был Макдоналдс, где рядом под мостом виднелось целое поселение бездомных бродяг. Часовая поездка на автобусе с кондиционером, по живописному побережью взбодрила меня, и я внимательно смотрел в окно с ухмылкой. Горы и море. Две слабости путешественника! По дороге наш гид, грустная женщина в возрасте, рассказывала нам все нюансы жизни в Испании, давала советы и наставления, а в конце повествования разнесла брошюры с экскурсиями. Ради приличия я решил полистать ее и удивился. Экскурсия в Андорру стоила дешевле, чем бы вышла моя самостоятельная поездка и, конечно же, она была гораздо проще и насыщеннее. В моих планах было завтра утром добраться до Барселоны на поезде, там пересесть на автобус и добраться до Андорры, погулять там два часа, а потом проделать такой же путь обратно. Экскурсия же предлагала прямой путь из Калельи до Андорры, куда более быстрый, комфортный и дешевый. Плюс к тому же в цену была включена бесплатная дегустация алкогольной, мясной и сырной продукции. Я уточнил у гида подробности но, к сожалению, на завтра уже не было свободных мест, а следующая экскурсия будет лишь через неделю, когда меня уже не будет в стране. Я не отчаялся, а быстро смекнул, что смогу взять эту же экскурсию по такой же цене у любого другого российского туристического оператора, коих будет множество в курортном городке. Еще не успев толком приехать в Испанию, я уже начал экономить. В этом весь я.

Отель «Континенталь Калелья» имел не самые приятные отзывы на сайте, но имел самую приятную цену и хорошее месторасположение, поэтому я и выбрал его. Я вместе с Еленой, Яной и еще пять человек зашли в темный холл отеля, где было подозрительно тихо. Лишь в углу на стуле сидел дедушка, который ни слова не понимал ни на английском, ни на русском языке. До официального заселения нам оставалось ждать три часа. Все без сил рухнули на диваны, кто-то даже сразу заснул. Я заметил в баре отеля представителя от другой туристической фирмы и сразу направился к нему.

— Все, готово, я купил на воскресенье экскурсию в Андорру! — радостно сообщил я эту информацию Яне и Елене, которые почти уже заснули сидя на диване.

— Поздравляем, но ты же завтра хотел? — спросила Яна.

— Да, но у них места свободные только на воскресенье, но ничего страшного, я завтра в Барселону на весь день поеду — ответил я — а вы чем завтра будете заниматься?

— Мы пока вообще ничего не знаем, нам бы заселиться быстрее, принять душ и поспать — устало произнесла Елена и уткнулась в плечо подруги.

— Я тогда рюкзак тут оставлю у вас, а сам пойду, прогуляюсь по району, посмотрю, что и где находится — я пододвинул рюкзак ближе к девушкам и вышел из отеля.

Оказавшись на узкой улице, я повернул направо и пошел в ту сторону, где шумело море. Калелья очень милый и спокойный город. Невысокие жилые дома, максимум в пять этажей, высокие красивые гостиницы, узкие улочки с любопытными туристами и колоритными местными жителями. Фасады домов облагорожены фирменной лепниной и маленькими балкончиками с цветами. Чисто европейская атмосфера. Шум средиземного моря и яркое летнее солнце, лишь прекрасно дополняло всю эту картину. В этом месте действительно можно как следует отдохнуть и душой и телом. Я быстро нашел железнодорожную станцию и сфотографировал расписание всех электричек, а так же внимательно изучил, как пользоваться электронным терминалом.

Потом я перешел через шпалы и оказался на центральной набережной города. Высокие деревья и пальмы разделяли город с домами от широкого пляжа. На лавочках сидели люди, которые спасались в тени от дневной жары. Мимо них пробегали спортсмены, ездили велосипедисты, гуляли местные жители с собаками и ходили туристы. Время от времени была слышна русская речь. Пройдя немного по набережной, я сошел на деревянную дорожку, которая вела через пляж к морю. Пляж оказался не из песка, как мне показалось издалека, а из мелких желтых и белых камешков. Большие голубые волны разбивались в белую пену. Практически все на пляже сидели под зонтиками. Золотой пляж тянулся на пять километров вдоль города, а может быть даже и дальше. Он шел прямо до высокой горы, на которой виднелся маяк — местная достопримечательность. Я кое-как потрогал воду рукой и чудом не намочил обувь. Теплая! Никогда еще я не купался в такой теплой воде. Я развернулся на сто восемьдесят градусов и вернулся обратно в город. На улице около церкви меня подхватила толпа. Эта улица главное место скопления людей после пляжа. Здесь находится куча магазинов, ресторанов, кафе, пекарней, баров и сувенирных лавок. Москва — Арбат. Самара — Ленинградская. Калелья — улица Церкви. По этой многолюдной улице я направился в сторону отеля и вдруг увидел супермаркет «Диа». Это была бюджетная сеть испанских супермаркетов по всей стране, и я это понял сразу, как только ознакомился с ассортиментом и ценами. Две бутылки красного вина вышли мне всего в три евро, а бутылка воды с лимоном в двадцать пять центов. Красота!

Вернувшись в холл отеля, я встретил там Яну и Елену, которые мило дремали на диване. Заселение в номера началось ровно в час дня. Мне достался номер «206» на втором этаже. Внутри оказалось так же темно, как и во всем остальном отеле. Из трех лампочек уже перегорели две. Номер представлял собой небольшую комнату, посреди которой стояло две односпальных кровати сдвинутых вместе. Справа от порога была уборная и душ. Слева от порога, рядом с массивным шкафом, выход на балкон. Никогда в своей жизни я не видел такого балкона. Этот балкон находился внутри отеля! Вид был на белую стену коридора, по которому я только что шел, а над головой была крыша отеля. Номер был совершенно без солнечного света. Интересная и изумительная архитектура. Кто архитектор? Антонио Гауди?

— Хорошо, что мне здесь только спать — произнес я, когда оглядел свои владения.

В номере было очень жарко, и я открыл дверь в коридор, чтобы создать некое подобие сквозняка. Хотелось спать и есть. Последний раз я спал в Самаре, а ел в самолете, пролетая над Италией. Однако времени было слишком мало, чтобы спать и есть, ведь я приехал сюда с иной целью. Поспать и поесть я ведь могу и дома, в Самаре. Глупо лететь в другую страну только ради базовых инстинктов. Мы с Еленой и Яной договорились переодеться и пойти на пляж, поэтому я быстро разобрал вещи и открыл вино с помощью маленького штатива для экшен-камеры, протолкнув пробку в бутылку. Это был мой традиционный способ открытия винных напитков. Вино «Ла Манча — Рибера де Алгодор» было сухим и вкусным.

— Шикарное вино за такие деньги! — воскликнул я, когда сделал несколько глотков из бутылки.

В приподнятом расположении духа я вышел из номера, где на лестнице столкнулся с Еленой и Яной. Теперь, когда наша компания была в сборе, мы оставили ключи на ресепшене у пожилой женщины, которая не знала ни английского, ни русского языка, а затем покинули отель. Тридцать градусов жары, золотой пляж из мелких камешков, которые приятно массируют ноги, большие пенные волны и чистая голубая вода Средиземного моря. Всего лишь сутки назад я был в Самаре, где все было по-другому, а теперь я оказался словно в иной реальности, и сейчас мне было крайне тяжело осознать, все то, что происходит вокруг. Я будто бы был во сне.

В течение нескольких часов мы загорали, общались, плавали до поддона около буйков и ныряли с него в море.

— Мне кажется, я уже несколько литров этой соленой воды выпила! — засмеялась Яна.

— Да, мне тоже попало, весь гайморит сразу прошел! — произнес я.

— После моря тяжелой себя чувствуешь — сказала Елена.

— А кто-то и не только после моря — подколол я Яну, имея в виду ее большую грудь.

Пока мы загорали на пляже, я заметил, что несколько девушек загорают топлес.

— Девчонки, здесь так принято, что ли? — удивился я.

— Не знаю, но я читала, что где-то под маяком есть нудистский пляж — ответила Елена.

— Нам нужно туда! — загорелся я и посмотрел на Яну, а она сделала серьезное лицо.

С девушками спортсменками лучше не шутить, хотя без лыж они меня вряд ли догонят.

— К маяку я согласна пойти, оттуда отличный вид на город! — начала Елена — только может по набережной пойдем, а то камни горячие?

— Нет, давайте тут вдоль воды, заодно и загорим нормально — запротестовала Яна.

— Да, давайте здесь — согласился я.

Мы сделали ровно несколько шагов по раскалённым на солнце камням и все как один побежали к тенистой набережной. Около нее мы приняли специальный душ для пляжа под открытым небом и по аллее с высокими деревьями и пальмами направились к маяку. Пляж закончился каменистыми скалами, перелезая через которые можно было оказаться на нудистском пляже, но мы пошли по лестнице вверх к шоссе у подножья маяка. Теперь, когда мы оказались выше, чем пляж и уровень моря, мы смогли оценить весь размашистый масштаб золотого пляжа.

— Не смотри вниз — предупредила Яна свою подругу.

— А что там? — удивленно спросила Елена и посмотрела вниз на пляж за скалами — ой!

— Одни мужики — грустно сказал я.

— Вон там девушка плавает на спине — Яна показала мне пальцем на море.

Пройдя чуть дальше, мы увидели подземный переход к маяку через шоссе. Когда мы начали спускаться, оказалось, что здесь находится еще один пляж, где даже было уютное кафе. Справа от пляжа я увидел черные камни, на которых устроилась стая каких-то странных птиц.

— Что это за птицы такие здоровые? — спросил я у девушек — на пингвинов похожи.

— Не знаю — ответила Яна — давайте здесь тоже искупаемся?

— К маяку же шли — замялся я, но потом, увидев, что и здесь несколько девушек загорают топлес, у одной из которых была большая силиконовая грудь, согласился — да, а почему бы нет, тут тоже неплохо!

Несколько раз окунувшись в соленую воду, я вышел на берег и пошел к птицам.

— Вдруг они опасные? — испугалась Елена.

— Мы из России — это мы опасные! — засмеялся я и полез на большой камень, чтобы ближе рассмотреть пернатых.

Что именно это были за птицы я так и не узнал, но, вспомнив курс орнитологии из университета, предположил, что это были бакланы.

Проведя на пляже час, мы прошли через подземный переход и поднялись на асфальтированную дорогу. Здесь была развилка, вправо уходила дорога на маяк, а влево вела к Сторожевым башням — еще одной достопримечательности города. Навстречу нам попались две русские девушки.

— Если вы на маяк, то он закрыт, его только вечером откроют! — сказала одна из них.

— Может тогда к башням сходим? — предложил я своим спутницам.

— Да давай — согласилась Яна — а ты как?

— Устала немного, но пошли, конечно — ответила Елена.

В самом начале крутого подъема нас встретила отличная площадка с двумя лавочками и одной огромной пальмой. С этого места открывался бы отличный вид на закат, если бы не одно но — с этой стороны не было заката, солнце садилось где-то позади за горами. Какая обида для всего побережья Коста-Браво. Никаких романтичных закатов на пляже. Действительно трагедия. Конечно, здесь потрясающие рассветы, но кто-нибудь встает рано утром, чтобы специально встретить зарю? Не думаю. Какая не справедливость к заре. Закаты встречают миллиарды людей по всей планете, а вот про зарю все забывают, наверное, ей очень из-за этого обидно. Может теперь давайте вместе встречать зарю?

Немного пройдя по витиеватым тропинкам с деревянными ступенями и поручнями, мы вышли на крутой подъем среди деревьев и елей, где наверху виднелись башни.

— Я вас тут подожду — внезапно раздалось позади.

— С тобой все в порядке? — спросила Яна свою подругу.

— Да, я просто утомилась — ответила Елена, и села на землю под деревом в тени.

— Мы быстро — сказал я.

Мы с Яной пошли наверх, попутно вдыхая свежий хвойный воздух. На вершине холма находились развалины двух сторожевых башен, где открывался потрясающий вид на город с одной стороны и на море с другой стороны.

— Смотри, там художник — шепнула мне Яна.

— Тут есть что рисовать — ответил я — такая красота вокруг.

Спустившись, мы встретили Елену, и все вместе пошли обратно в сторону отеля. Маяк мы решили отложить на следующий раз, так как сейчас мы уже были очень измотаны, к тому же с Еленой по дороге к маяку произошла беда.

— Ай — внезапно закричала она — я мизинчик сломала!

— Дай посмотреть? — Яна подбежала к подруге.

— Все пропало! Весь отдых! Я его сломала, я чувствую, я его сломала! — громко вопила Елена.

— Это просто ушиб — улыбнулся я.

— Тебе легко говорить! Ты в кроссовках! А мы в шлепках! — накинулась на меня Елена.

— Кстати, заметили, что за черные квадраты стоят везде на асфальте? — обратился я к девушкам, чтобы перевести тему.

— Я думаю, что это кондиционеры — ответила Елена, она уже успокоился, и вновь шагала в своих шлепках, как ни в чем не бывало.

— Ага — засмеялся я.

— А я думала, что это мусорные баки, но они почему-то не открываются — сказала Яна.

— Нужно поесть чего-нибудь — предложил я.

— Да, хорошая мысль, а где тут кафе? — спросила Яна.

— Я утром приметил на улице возле церкви несколько мест, там вообще много чего есть — ответил я — эта улица у них тут главная.

На улице Церкви на одном из перекрестков, мы нашли кафе под названием «Кадиллак», где за три евро заказали себе по багету с ветчиной и помидорами. Делать заказ с девушками оказалось очень не просто.

— Давайте все возьмем разные и сравним? — предложил я.

— Нет, вдруг у кого-то окажется лучше и остальным будет обидно? — запротестовала Яна.

— А я бы вот этот с сыром съела — произнесла Елена.

— Отлично, тебе значит с сыром, а мне вот этот с мясом, а ты Яна что будешь?

— Я тоже с мясом возьму! — ответила Яна.

— А я что одна без мяса буду? — возмутилась Елена — так не пойдет, я тоже его возьму тогда.

Багеты оказались очень сухими и если бы не вода с лимоном, которую я взял с собой, мы бы их так и не съели.

— Так себе еда конечно — заключила Елена — но хоть наелись немного.

— Да, верно — согласился я.

— Именно так выглядит минимализм в багетах! Мясо и багет — засмеялась Яна — ни зелени, ни соуса, томатов, ничего.

Мы зашли в отель и на ресепшене взяли номера от комнат, просто ткнув пальцем в распечатанный листок с цифрами. Пожилая женщина за стойкой даже не улыбнулась нам.

Через два часа наша веселая компания вновь встретилась в холле отеля. Теперь на улице дневная жара спала и наступала прохладная ночь. Девушки выглядели просто ослепительно. Косметика и душ творят чудеса, даже если ты больше суток без сна. В номере я тоже сходил в душ и выпил еще два стакана сухого красного вина. Стаканы я нашел в ванной комнате. Думаю, я не первый кто использует их для распития алкогольной продукции, вместо того чтобы полоскать рот, когда ты чистишь зубы. Наша компания вышла на набережную, где уже начали включать фонари.

— Оказывается, что это фонари — я показал пальцем на черные железные квадраты вдоль дороги, которые медленно начинали загораться.

— Никогда бы не подумала — удивилась Яна — они больше на мусорные урны похожи.

— У вас, кстати, в номере окно есть? — поинтересовался я.

— В смысле? Конечно, есть — ответила Елена — а у тебя?

— Почти — засмущался я.

Мы прогулялись вдоль всей набережной до красивого моста с яркой подсветкой, где с Еленой хотел познакомиться высокий африканец, и ей это очень польстило. Она не понимала ни слова из того, что он ей говорил на английском языке, зато очень сильно смущалась и мило улыбалась. Яна заметила Макдоналдс, и мы пошли к нему, чтобы воспользоваться бесплатным интернетом, который отсутствовал в нашем отеле, так же как и мое окно в номере. Девушки связались с родными, загрузили фотографии в социальные сети, и мы зашли в магазин сувениров на углу, где меня особо порадовал бокал с большой женской грудью и надписью «Калелья». Здесь у кафе «Франкфурт Ла Риера» было огромное количество людей. Все столики были заняты, а причиной тому было живое выступление певца. Он пел оперу на испанском языке. Его исполнение звучало очень профессионально. Я с девушками простоял несколько минут, наблюдая за певцом не отрывая взгляда. Напротив кафе находился супермаркет «Спар», куда мы зашли и пропали там почти на час. Я купил себе целый литр «Сангрии Игарди» за три евро и еще бутылку лимонада, а девушки набрали себе каких-то сладостей и маленьких бутылочек Сангрии в качестве сувенирных подарков для родных и близких. В отель мы вернулись уже по пустой улице Церкви.

— Еще даже нет полуночи, почему все закрыто? — возмутилась Елена.

— Не знаю, странно, люди только начали выходить на улицу, жара же спала — удивленно начал я рассуждать — наоборот сейчас надо только открывать все.

Мы были очень уставшими, когда шагали по узкой лестнице отеля. Я обнял их на прощание и свернул на второй этаж, а девчонки пошли на четвертый. Я принял душ и собрал поясную сумку на завтра. В первом часу ночи я заснул в душной комнате без окон.

Глава 13

«Запах Барселоны»

На удивление я хорошо спал, мне удалось выспаться всего за шесть часов. В отеле было тихо. Бесплатный завтрак начнут подавать еще только через час, поэтому все постояльцы, даже самые голодные, все еще спали у себя в номерах. Я спустился по лестнице и положил ключ в специальную дыру на столе, а затем вышел на улицу. Было свежо. Солнце только начинало подниматься где-то вдалеке за домами и еще не успело нагреть воздух и асфальт. Улица Церкви была пуста. Все лавки еще были закрыты, только несколько уборщиков попалось мне навстречу. Я шагал в белых кроссовках «Найк», серых штанах, синей рубашке, с поясной черной сумкой под ней и с улыбкой на лице. Глаза защищали черные очки, а голову серая шляпа с большими полями. Около железнодорожной станции толпилось несколько человек. Опытным взглядом я без труда определил туристов и местных жителей, которые торопились на работу в другие города. Я подошел к окошку, где продавали билеты. Я мог купить их и в автомате, но мне не хотелось рисковать и долго разбираться с новой техникой, создавая очередь.

— Ола! Мне нужен один билет до Барселоны! — сообщил я кассиру на английском языке.

— Ола, только в одну сторону? — поинтересовался он.

— Да, только в одну сторону! — ответил я и улыбнулся.

— Пять Евро — и кассир, статный мужчина с седыми усами, выдал мне билет со штрих кодом.

Я прошел через турникет и оказался на небольшом перроне. На электронном табло горело расписание поездов. Поезд, идущий до станции «Барселона Сантс» пришел ровно в 07:50. Зайдя в вагон, я ощутил разницу между теплом и холодом. На улице было почти тридцать градусов тепла, а в вагонах поезда работал кондиционер. Некоторые из пассажиров чихали и даже кашляли. Всегда ненавидел кондиционеры. Я застегнул рубашку и сел в угол, чтобы на меня не попадала холодная струя воздуха. Поезд покинул Калелью, заехал под землю в тоннель, вновь выехал на живописное побережье, а затем проехал очередной маленький город у моря. Люди лишь заходили в вагоны. Видимо все спешили в Барселону. Кто-то ехал туда знакомиться и любоваться городом, а кто-то как обычно ехал на работу.

Час пролетел очень быстро. Всю дорогу я смотрел в окно на синее море. Перед Барселоной поезд спустился под землю в очередной тоннель и ехал так до конечной станции. Я вышел на оживленном и большом вокзале «Барселона Сантс». Я мог выйти на остановку раньше на «Площади Каталонии», так было бы удобнее, но мне нужно было узнать расписание поездов на завтра в Валенсию. Несколько раз я свернул не туда, но быстро разобравшись с указателями, занял очередь в информационное окно. Через несколько минут я уже знал, что последний поезд в Калелью будет сегодня в 23:00, а первый поезд в Валенсию будет завтра в 09:30. Когда я вышел из здания вокзала, то увидел Промышленный парк Испании с небольшим прудом, возле которого гуляли люди с собаками. Тут же у вокзала находились остановки автобусов и стояли такси. Я начал копаться в своей поясной сумке, которая была под рубашкой, и искать в ней бумажную карту, но ее не было.

— Забыл — раздосадовано вздохнул я.

Я специально распечатал бумажную карту со своим маршрутом, чтобы не тратить зарядку у телефона, но судя по всему, я оставил ее в номере. Я примерно помнил, куда мне нужно было идти, поэтому без проблем нашел улицу Прованс и неспешно пошел по ней. Длинная стена, изрисованная красивыми граффити, оказалась стеной тюрьмы. Никогда бы не подумал.

Город только просыпался. Еще чувствовалась утренняя прохлада. По телу пробежали мурашки. Дворники сметали пыль с бордюров. Машины привозили товары в магазины. В кафе за столиками сидели важные люди и ели на завтрак кофе с круассанами. Дома, которые меня окружали, были в пять-восемь этажей, но, благодаря узким улицам, тротуары всегда оставались в тени. Солнце уже взошло и прогрело воздух до тридцати с лишним градусов, но гулять неспешным шагом по таким улицам было более чем комфортно. Первой целью моей поездки в Барселону были два дома знаменитого архитектора Антонио Гауди. Первым домом, который я увидел, оказался причудливой формы дом Бальо. Дом был без прямых линий, все обтекаемое, гладкое. Фасад здания напоминал чешуйчатую шкуру дракона, а балконы были исполнены в форме костей и черепов его жертв. Любоваться им можно было несколько часов подряд. У входа в него уже собирались туристические группы. Вторым домом оказался дом Мила, более сдержанный, но не менее впечатляющий. Он находился совсем рядом, всего в пяти минутах ходьбы. Рассмотрев его хорошенько, я направился к главной достопримечательности Барселоны — к Саграда-Фамилия или к храму Святого семейства. По пути я полюбовался домом с шипами архитектора Жозела Пуч-и-Кадафалького. Архитектура в Барселоне была за гранью воображения. Просто стоя на перекрестке в ожидании своего сигнала светофора, я не знал, куда мне смотреть. Куда бы я ни взглянул, я видел красивое, уникальное здание со своей особенностью и историей. Здесь не было двух похожих домов! Я часто так засматривался по сторонам, что пропускал зеленый свет светофора. Стоя на очередном перекрестке вдалеке за деревьями я увидел высокие шпили храма и строительные краны. Постройка храма Святого семейства идет с 1882 года. Самый известный долгострой в мире и самое настоящее безумие архитектурной мысли. Я решил обойти его вокруг. Сделать это было не просто из-за огромной толпы туристов, которые занимали длинную очередь за билетами. Никогда еще я не видел такой длинной очереди как здесь, разве что только в Самаре на почте, когда тебе нужно получить очередную посылку из Китая и именно в этот день начинают выдавать пенсии. Я всегда любил подобные сооружения. Помню, как долго я разглядывал Миланский собор в Италии. Меня всегда завораживал вид такой тонкой и кропотливой работы. Сколько всего прекрасного способен создать человек. Я думал об этом, смотрел на храм, и на душе у меня появилась невероятная легкость. Жара. Непростая дорога. Голодный желудок. Красивая архитектура. Я чуть не потерял сознание из-за всех этих аспектов, поэтому быстро пошел искать место для обеда.

На одном из перекрестков я нашел кафе под названием «Бар и Кафетерия Джа Йи». Этим местом владела азиатская семья. За стойкой меня встретил улыбчивый азиат, глава семейства, его жена работала на кухне, а дети помогали разносить заказы. Кроме меня в кафе был мужчина, пьющий пиво за стойкой и пожилой дедушка, играющий в автомат. Я посмотрел меню и сделал заказ. Через десять минут мне принесли яичницу с жареной картошкой, салат с тунцом и две свиные отбивные. Фантастическое блюдо! Все было идеально! Яичница отлично пожарена, картошка мягкая, но в тоже время поджаристая, салат свежий, тунец сочный, а отбивные! Никогда еще в своей жизни я не ел настолько мягких свиных отбивных. На улице жара давно перевалила за тридцать градусов, а я сидел в этом маленьком азиатском кафе, ел великолепную еду и наслаждался прохладой кондиционера, который находился в углу зала. Большие радости маленького человека. Полностью отдохнувший и сытый, я продолжил свой подъем к парку Гуэль. По дороге я зашел в супермаркет, где купил баночку пива «Аурум», которое варили в Валенсии. Распивать спиртные напитки на улице было запрещено, поэтому я прошел несколько домов и нашел небольшой парк под названием «Сады принца Жироны», где устроился в углу на лавочке. Холодное, светлое, пенное пиво отлично подошло и для того, чтобы утолить жажду и для того, чтобы улучшить настроение. Вокруг не было никого, только вдалеке, на палящем солнце гуляло несколько человек с собаками.

Парк Гуэль находился в верхнем районе города и улицы постепенно приобретали крутизну. В один момент мне даже показалось, что если я оступлюсь, то покачусь кубарем вниз, прямо до Средиземного моря. У входа в парк толпились одинаковые туристы из разных стран. Здесь находились два красивых павильона, построенных Антонио Гауди, которые напоминали съедобные сладкие домики из детской сказки. Я прошел через левый вход в парк и потратил полчаса, чтобы по тропинкам добраться до верхней смотровой площадки, откуда смог полюбоваться всей Барселоной. В тени деревьев дышалось очень легко, а ароматы многочисленных цветов лишь помогали расслабиться и насладиться многогранной панорамой города. Здесь отчетливо виднелись прямые улицы и ровные квадраты домов, которыми славился центр города. Рай для перфекциониста. Я попросил красивую пару немцев меня сфотографировать на фоне панорамы города. Парень до этого долго фотографировал свою спутницу, поэтому умел обращаться с камерой и сделал несколько отличных кадров. Я поблагодарил их и неспешным шагом вновь продолжил подниматься все выше и выше по узким улицам Барселоны.

Моя серая шляпа отлично спасала от солнца, а бесплатные фонтанчики с водой от жажды, поэтому я не заметил, как прошел еще час, лишь только моя мокрая рубашка говорила о пройденных километрах. Здесь на улицах уже закончились привычные испанские дома с красивыми балкончиками и ставнями, а вместе них появились роскошные фешенебельные виллы. Пройдя через парк Фон дель Рако, я оказался у маленькой станции фуникулера, где купил билет на подъемник. Я до последнего не хотел покупать билет и в целях экономии и в целях познания местности, ведь мне хотелось подняться самостоятельно на высшую точку города, но, к сожалению, я не нашел к ней пеших маршрутов, лишь только серпантинные трассы, где можно было легко заблудиться. Через несколько минут я сел в старый фуникулер, который был весь изрисован граффити и медленно начал подниматься на гору Тибидабо. На высоте 512 метров над уровнем моря раскинулась величественная гора Тибидабо. Здесь находилось множество аттракционов и красивый Храм Святого Сердца Иисуса с его скульптурой на крыше. Везде бегали туристы, слышен детский смех и восторженные крики людей с аттракционов. Стоя у храма на самой высшей точки горы, я смотрел вниз на город, подернутый легкой дымкой. У побережья он сливался с морем, а море сливалось с линией горизонта. Все это создало монотонную картину единства. Единства природы, человека и архитектуры. Природа создает одни шедевры, человек создает другие. В информационном окне, у веселой смуглой девушки, я узнал, как добраться до центра города. Пройдя несколько метров, я сел в автобус Т2В, где еще одна улыбчивая красивая девушка водитель продала мне билет. Через тридцать минут дороги я вновь был в центре архитектурного пиршества.

Площадь Каталонии. Куда не глянь — все красиво. Можно целый день разглядывать только один дом и восхищаться тонкой работой мастера. Разогнав надоедливых голубей на площади, я свернул на самую знаменитую улицу города — на Рамбла, где было огромное количество людей, идущих в разные стороны. Здесь находилось множество кафе, сувенирных лавок, живых скульптур, промоутеров раздающих пригласительные в закрытые клубы любителей марихуаны. Чудом избегая столкновений, я прошел несколько метров и свернул налево в Готический квартал города, где было все так же многолюдно, а улицы настолько узкие, что мне это напомнило Венецию. Недаром Готический квартал Барселоны без исключения покоряет сердца туристов своей атмосферой. Здесь запросто можно заблудиться в паутине узких улочек, но не заметить этого, а так и продолжать идти, смотря на фасады домов. У Собора святого креста и Евлалии сидел гитарист и играл приятную мелодию. Часы давно перевалили за полдень, и люди начали занимать места в небольших кафе. Жара начинала потихоньку спадать. Везде вспышки фотоаппаратов, а мой телефон давно уже сел, ведь чтобы не заблудиться, я все-таки пользовался электронной картой города.

— Ничего страшного. Я не буду фотографировать, я буду просто все запоминать. Запоминать фонтанчик с бесплатной водой, где игриво купаются голуби. Запоминать звучание гитарных струн на узкой улочке Готического квартала. Запоминать сладкие запахи булочек из кулинарии на небольшой площади — произнес я чуть слышно.

Нагулявшись вдоволь по улицам Готического квартала, я вышел к красной Триумфальной арке и по ней дошел до Парка Сьютадель. Особое впечатление на меня произвел Фонтанный каскад и скульптура мамонта. На выходе из парка мимо меня проехало несколько велосипедистов, и одна красивая девушка с темными волосами показала мне язык и улыбнулась. Как же просто мне влюбиться.

Я прошел мимо большого дорожного кольца и вышел в Порт Олимпик, где на волнах качались яхты и катера. Здесь меня встретил атмосферный квартал старого города — Барселонета и городская набережная с пляжем. Набережная раскинулась на два с половиной километра, и я прошел ее от начала и до конца. Я любовался морем, солнцем, девушками, которые загорали топлес, пальмами, работой полицейских, которые грамотно останавливали велосипедистов на пешеходной территории. Весь пляж был плотно завален телами отдыхающих. На небольшой спортивной площадке, прямо на пляже тренировалось с гантелями и штангами около сорока человек. Одни только парни.

— Вот куда девушкам нужно приезжать искать своего Марио Касаса и свои три метра над уровнем неба — засмеялся я.

С моря дух прохладный соленый бриз, а с пляжа сладкий аромат марихуаны. Максимальное расслабление. Я облокотился на перила и засмотрелся на красивую силиконовую грудь у одной из девушек, стоящих у воды. Что за великолепие? Обратно я возвращался так же через Готический квартал, прямо до площади Каталонии, возле которой наткнулся на вечернее представление уличных танцоров. Мне хотелось остаться в Барселоне и посмотреть фонтан Монжуик, но у меня уже совсем не осталось сил. За целый день я прошел примерно двадцать пять километров по жаре, с разным перепадом высот и с непривычки мне далось это очень тяжко. Сев на станции «Площадь Каталонии» в холодный вагон поезда я отправился в Калелью. Уставший, но счастливый. Все места были заняты, и мне повезло найти в углу одно свободное кресло. На следующей станции в вагон зашла красивая девушка с острым носиком и нежными чертами лица. У нее были светлые волосы до плеч, несколько татуировок на теле и потрясающая улыбка. Не обнаружив свободного места, она просто села на пол недалеко от меня. Она мне очень сильно понравилась. Я делал вид, что смотрю в окно, а сам смотрел на ее отражение в нем. Несколько раз я поворачивался и наблюдал за ней. Один раз она это заметила и поправила волосы. Наверное, она подумала, что я смотрю на нее из-за того, что с ней что-то не так, а ведь я просто любовался ее красотой. Она вышла на станции «Ареньс де Мар», и я сразу почувствовал какую-то странную пустоту внутри себя. Какое же это нелепое чувство, терять то, чего у тебя никогда не было. Как же просто мне влюбиться. В Калелье я вновь зашел в кафе «Кадиллак» и заказал там пиццу Маргарита за пять евро. Женщина повар плакала, то ли от лука, то ли от горя. По этой причине я не стал ужинать в кафе, а взял пиццу с собой. Я поднялся в номер и отлично поужинал на балконе. Пицца и Сангрия — отличный дуэт! Я и та девушка из поезда — нет.

Глава 14

«Коррида»

Я проснулся так же рано, как и вчера, ведь мне нужно было успеть на первый поезд до Барселоны, а там оперативно сделать пересадку на первый поезд до Валенсии. По моим подсчетам сегодня я должен буду провести в поездах около шести часов и проехать расстояние равное 450 километрам железнодорожных путей. Сегодня вечером меня ждет событие, ради которого я оказался здесь. Испанская коррида! Я не покупал билет заранее через интернет, так как сделать это без посредников было крайне затруднительно. Я надеялся на чудо, что мне достанется всего один билет, который я смогу купить на месте сегодня вечером. Коррида этим летом в Валенсии проходила всего четыре дня во время Июльской ярмарки. Я до последнего не знал даты ее проведения, так как реклама корриды частично запрещена. Я не знаю подробностей, но в Каталонии полностью запретили проведение корриды, а в остальной части Испании запретили частичную рекламу и трансляции корриды по телевидению. Этим летом всего планируется четыре дня проведения корриды. Первый день был вчера, и там проходила Новильяда — коррида с молодыми бычками и молодыми тореро. С сегодняшнего числа стартуют три вечера настоящей испанской корриды. Я уже знал все правила проведения корриды, ведь накануне отъезда из Самары, закончил читать книгу Эрнеста Хемингуэйя «Смерть после полудня», где писатель подробно рассказал все нюансы боя быков. Хемингуэй правильно говорил, что сложно делать выводы о корриде ни разу не побывав на ней. Он сравнивает бои быков с вином. Нужно выпить лишь один стакан, чтобы понять, нравится тебе вино или нет. Если нравится, то ты продолжаешь дегустировать вина с разной выдержкой, тренируя свои вкусовые рецепторы, а если тебе не понравится этот напиток, то значит, что это не твое и нет смысла его пить дальше. Так же и коррида. Ты должен побывать на ней, увидеть все собственными глазами, почувствовать настроение толпы, страсть матадора и страсть быка. Посмотреть на нее непредвзято, чистыми глазами и лишь потом, разобравшись в увиденном и в собственных эмоциях, понять для тебя ли это зрелище или же нет.

По вчерашнему принципу я купил билет до Барселоны в окошке железнодорожной станции города Калелья, а затем устроился в углу, избегая холодного воздуха из кондиционера. Через час я вышел на уже знакомом мне вокзале «Барселона Сантс», где занял длинную очередь на покупку билетов. До отправления поезда в Валенсию оставалось всего лишь двадцать минут. Я перетаптывался с ноги на ногу в ожидании свободного окна для покупки билетов. Очередь медленно и сонно двигалась вперед. Через несколько минут девушка с длинными черными волосами пригласила меня к окну.

— Один билет, до Валенсии в 09:30! — быстро произнес я.

— Боюсь, что на этот рейс билетов уже не осталось — грустно ответила она, и развернула ко мне монитор, чтобы я собственнолично убедился в этом — есть билеты на 10:30, и этот поезд приезжает в Валенсию даже быстрее, чем тот, что уйдет в 09:30, так как останавливается не на всех остановках.

— Отлично, а какая цена на него? — с надеждой в голосе спросил я.

— На него 50 евро — улыбнулась девушка.

Поезд, на который я уже опоздал, стоил всего 30 евро за билет, и я рассчитывал на эту сумму при распределении финансов на поездку в Валенсию. Я достал кошелек и пересчитал деньги.

— Если я отдам за проезд лишние 20 евро, боюсь, мне придется либо остаться без ужина, либо остаться без хостела на ночь — задумчиво произнес я на русском языке, чем вызвал удивление девушки в кассовом окне.

Наслушавшись рассказов нашего гида, по дороге из аэропорта Барселоны в Калелью о том, что в Испании очень много карманных воров в общественном транспорте и в многолюдных местах, я решил воспользоваться ее рекомендациями и брал с собой на выход лишь определенную часть денег. Сегодня утром я все еще раз тщательно подсчитал и взял только ту сумму, которая мне нужна была, а остальные деньги спрятал вместе с паспортом в номере. Конечно, тогда я никак не ожидал, что билет до Валенсии будет стоить в два раза дороже. Моя ошибка! Кто мне мешал купить билет в Валенсию вчера, когда я тут был? Никто. Достав 50 евро, я нехотя купил билет на поезд и пошел на платформу. Заняв место у окна в поезде до Валенсии, я снова достал кошелек и начал пересчитывать деньги. Дело в том, что я не знал, сколько будет стоить билет на корриду и смогу ли я его вообще купить? Разброс цен был просто колоссальный, от пяти до ста пятидесяти евро за билет. На корриду приезжают люди со всей Испании и туристы со всего мира. Так же только в поезде я вспомнил, что, наверное, надо было взять с собой паспорт, ведь он, скорее всего, понадобится мне для заселения в хостел. Я бронировал хостел в Валенсии всего на одну ночь, чтобы после корриды вернуться в него и выспаться, а на следующий день посмотреть город и поехать обратно в Калелью. Теперь же я начал нервничать еще больше и с трудом мог спокойно сидеть в кресле. Смогу ли я купить билет на корриду? Хватит ли мне денег на обратный билет в Барселону и Калелью? Заселят ли меня в хостел без паспорта? Сценариев событий могло быть очень много, и большинство из них были печальными. Чтобы не думать обо всем этом я решил посмотреть в окно и отвлечься.

Поезд покинул Барселону и покатил вдоль побережья средиземного моря. Справа горы, слева море. Иногда перед горами появлялись луга, поля, виноградники и небольшие, но живописные домики местных деревень. У моря встречались отели, а чуть позже показался самый посещаемый парк развлечений в Европе — «Мир Порт Авентура». Вдруг по салону начал проходить работник поезда с огромной корзиной в руках.

— Что это? Какие-то фрукты раздает или что? — удивился я.

Некоторые из пассажиров брали что-то круглое у него из корзины. Недолго думая, я тоже это взял. Это были наушники в забавной упаковке. Я огляделся и увидел в подлокотнике разъем для них, а рядом несколько кнопок. Можно было смотреть фильм и выбрать озвучку к нему, но русского языка не было, поэтому я переключил станцию и настроился на испанскую оперу. Живописные пейзажи по обеим сторонам поезда. Комфортное мягкое кресло. За окном солнце, а в наушниках опера. Я наконец-то расслабился и решил, что как бы не встретила меня Валенсия, я справлюсь, ведь я всегда справлялся.

Вместо пяти часов на дешевом поезде, я потратил на дорогу всего три часа, переплатив за комфорт почти вдвое. В час дня я вышел на одном из двух вокзалов города Валенсия, а именно на вокзале «Хоакин Соройя». Здесь я узнал расписание поездов на завтра до Барселоны, а заодно и цены на них. Мне повезло, и на завтра было много билетов за 30 евро на поезд, который уходит со второго вокзала в 16:00. Я решил пока не покупать билет, а узнать, как у меня будет обстоять дело с ночлегом в хостеле без паспорта. Если меня не заселят, то мне придется провести ночь на вокзале, и я уеду в 07:00 на поезде который так же стоит 30 евро. Когда я выходил из вокзала, меня подозвала к себе девушка-консультант и предложила попробовать мыло для душа на основе морской соли. Мы говорили на английском языке и с трудом понимали друг друга. Позже она призналась, что думала, что я испанец. В ответ я улыбнулся ей и поблагодарил за то, что теперь мои руки были нежными и приятно пахли. Около вокзала была автобусная остановка, где сидело несколько пожилых мужчин, один из них оставил свой телефон прямо на скамейке и поспешил на автобус. Я это заметил и быстро догнал его. Он поблагодарил меня на испанском языке, но я ни слова не понял.

Второй вокзал города под названием «Северный вокзал Валенсии» находился чуть дальше от первого. В течение десяти минут я шел параллельно железнодорожным путям, пока не увидел арену для проведения боя быков. Величественная, четырёх ярусная из красного кирпича арена походила на Римский Колизей. «Плазе де Торос де Валенсия» — так местные называют эту арену для корриды вместимостью десять тысяч человек. Я чуть ли не побежал к киоску, в котором продавали билеты, настолько сильно мне хотелось купить билет.

— Ола, мне нужен один билет на корриду, которая будет сегодня вечером — запыхавшись быстро проговорил я.

— Ола! Хорошо — улыбчивая тучная женщина достала схему арены и цены на билеты — здесь солнечная сторона, здесь сторона в тени, вам какой?

— Мне вот этот билет — заключил я, когда ознакомился и выбрал самый дешевый билет в тени за 15 евро — я приехал из России ради корриды!

— Окей — она улыбнулась и начала печатать билет.

Я знал, что теневая сторона самая выгодная во всех аспектах, хоть билеты и стоят в два раза дороже, чем на солнечной стороне, но именно с нее видно все представление, ведь на теневой стороне находится ложа со значимыми людьми, включая самого председателя корриды.

— Вам лучше прийти в 18:30 — женщина выдала мне билет — в это время начнут запускать людей на арену.

Я держал заветный билет в руках и не мог в это поверить. Я откладывал 40 евро на билет для корриды, а он обошелся мне в три раза дешевле. Теперь утренний инцидент с дорогим поездом был полностью нивелирован. Где-то убыло, где-то прибыло. Впереди меня поджидала последняя трудность — заселиться в хостел без паспорта. Посмотрев на бумажную карту, я сориентировался на местности и пошел к хостелу. Прогулка, протяжённостью двадцать минут, превратилась в увлекательное путешествие по памятникам архитектуры. Фантастика! Какая в Валенсии архитектура! Это не передать ни словами, ни фотографиями. Атмосфера этого города покорила меня с первых часов моего пребывания здесь. У Барселоны не осталось ни шанса. На улице было почти сорок градусов жары, а я шел в черной рубашке и черных шортах, но чувствовал себя очень комфортно. Климат в городе был мягким, несмотря на палящее солнце. Что за дивный город? Я не переставал удивляться увиденному великолепию здесь. Архитектура, климат, коррида и все это в одном городе! Вскоре я вышел к площади у Кафедрального собора Валенсии, где находилась знаменитая чаща — Святой Грааль, из которой пил Иисус Христос на тайной вечере. Через одну улицу от этой площади находился «Молодежный хостел центр Валенсии», он спрятался на узенькой улице Саманиего. На ресепшене я встретил двух девушек, одна была мулаткой, а другая светлой с темными волосами.

— Ола! У меня забронировано одно место на сегодня — вежливо начал я, протягивая листок с бронью.

— Ола! Отлично — девушка с темными волосами начала что-то смотреть в компьютере — можно ваш паспорт?

— Дело в том, что я оставил его в отеле — грустно произнес я.

— К сожалению, нам нужен документ, удостоверяющий вашу личность, чтобы заселить в номер — удивилась девушка.

— Я знаю, но наш гид настоятельно не рекомендовал носить его с собой — замялся я.

— А где вы остановились? — поинтересовалась она.

— В Калелье, а сюда приехал только ради корриды на один день — пояснил я.

— Не люблю корриду, это жестоко — вдруг вмешалась в разговор другая девушка.

— Может у вас есть автомобильные права? — не теряла надежду девушка с темными волосами.

— Только фотографии паспорта на телефоне — я показал ей телефон.

— Отправьте эти фотографии на почту моего босса, возможно, он одобрит ваше заселение — она протянула мне визитку.

Я отошел в сторону, чтобы отправить фотографии, используя бесплатный интернет, а затем вернулся к девушкам.

— У вас еще не оплачен номер, поэтому мы можем вас заселить — радостно сообщила мне девушка с темными волосами.

— Большое спасибо! — я очень сильно обрадовался тому, как мне начинает везти в этом городе.

Мне торжественно вручили пластиковый ключ от двери в общую комнату для десяти человек на четвертом этаже. Зайдя в номер, я кинул шляпу и мокрую рубашку на свою кровать, которая находилась на верхнем ярусе, и внимательно осмотрелся. Эта была просторная комната с белым потолком и белыми стенами, вдоль которых стояли двух ярусные кровати. В комнате было три больших окна, работал кондиционер, который дул прямо на мою кровать. Вы издеваетесь? Ненавижу кондиционеры!

Два часа я лежал на кровати под теплым одеялом, которое я достал из ящика. За это время я зарядил полностью телефон и экшен-камеру. Из вещей у меня с собой была лишь бутылка воды, пончики, которые я купил еще в Калелье и книжка Эрнеста Хемингуэя «Фиеста», на обложке которой красовался фрагмент Корриды, где пикадор целился в быка.

— Осталось всего лишь два часа — прошептал я.

На ресепшене за стойкой, я вновь обратился к девушкам с просьбой.

— Сегодня вечером где-то в городе должно пройти вот такое мероприятие, посвященное Июльской ярмарке — я показал скриншот на телефоне.

— Да, пиротехническое шоу, должно начаться в 23:00! — пояснила мне смуглая девушка.

— А где? — поинтересовался я.

— Стартуют они вот здесь — она показала место на бумажной карте — и пройдут сюда, а затем к Северному вокзалу города.

— Огромное спасибо! Чао! — я поблагодарил ее за помощь и покинул хостел.

На улице было все так же жарко и люди, которых стало еще больше, прятались в тени невысоких домов. Возле кофейни «Старбакс» мне бесплатно вручили маленький стаканчик холодного клубничного коктейля. Я вышел к красивому Северному вокзалу города. Там я оторвал бумажный номерок и занял длинную очередь, чтобы купить билет на завтра до Барселоны. Когда я это сделал, можно было уже идти на арену, ведь на часах пришло время корриды! Я перешел улицу и зашел в одну из дверей арены. Работник взглянул на мой билет, а затем показал мне, куда подняться, чтобы найти свое место. Пока шел на четвертый ярус, я успел посмотреть плакаты и фотографии, посвященные корриде. С самого верхнего яруса открывался потрясающий вид на всю арену. Действительно половина арены находилась в тени, а другая на палящем солнце. Я пришел за час до начала представления и поэтому оказался один на четвертом ярусе этого величественного сооружения. Найдя свое место под номером 69, я уютно расположился возле перил и с интересом начал рассматривать всю арену и трибуны. Большая круглая арена была ограждена ярко-красным забором. Вместо земли на арене был песок, и несколько рабочих начертили на нем при помощи мела два белых круга. Вдруг послышались звуки тромбона, барабанов и других музыкальных инструментов. Из небольшого прохода появился оркестр и сделал круг по арене. Я видел уже их на вокзале, когда стоял в очереди за билетом несколько минут назад. Труппа приехала откуда-то на поезде специально, чтобы у сегодняшнего зрелища было музыкальное сопровождение. Как я удивился, когда через мгновенье вся труппа в полном составе заняла несколько мест на четвертом ярусе чуть правее от меня. Пока я ждал начало представления, я сделал несколько отличных снимков.

К началу корриды арена была заполнена на шестьдесят процентов. Почти вся солнечная сторона была пустая. На арене появилась два человека на белых лошадях, на голове у них были черные шляпы с красным пером. Их появление означало начало шествия участников сегодняшнего праздника жизни и смерти. Впереди гордо шли три матадора. Слева матадор в черном костюме, в середине матадор в синем костюме и справа матадор в красном костюме. За ними шли по три подчиненных, а замыкали шествие два пикадора со стороны каждого матадора. Таким образом, в квадрильи каждого матадора были помощники — тореро, которые работают большим плащом под названием «капоте», бандерильеро, которые втыкают небольшие палочки с крючками в кожу быка между лопатками, и по два пикадора с пиками на лошадях. Каждому из трех матадоров досталось по два быка, с которыми они будут работать этим вечером, чередуя друг друга. Мне незачем объяснять правила корриды и все тонкости этого вида искусства, я лишь попробую разобраться в своих чувствах и эмоциях, которые у меня возникли этим жарким вечером. Когда все участники шествия оказались на арене, мэр города махнул рукой и поприветствовал и зрителей и тореро. Началась коррида! Первым выступал местный матадор Хесус Доке в красном костюме и его квадрилья. Выбежал здоровенный бык и на всей скорости пролетел мимо одного из помощников, который работал капоте. Некоторые зрители взволнованно заохали, когда бык развернулся и все так же молниеносно пробежал через другого помощника и его капоте. Вдруг сам Хесус Доке встал на колени и пропустил быка на полной скорости в нескольких сантиметрах от себя. Арена разразилась аплодисментами. Первая терция или первый акт заключался в том, чтобы вымотать быка, загонять его по всей арене от одного бортика к другому. Дирижер музыкального оркестра мастерски улавливал настроение корриды. Затем на лошадях, тела которых защищала броня, выехало двое пикадоров с длинными пиками и заняли противоположные концы арены. Быка с помощью большого плаща помощники матадора, отвлекли, чтобы он не набросился на лошадь раньше времени, а когда пикадоры заняли свои места, наоборот подвели быка к одной из лошадей. Бык остановился, покопал копытом песок и бросился на лошадь. Пикадор, крепкий мужчина, подпустил быка так близко, что тот ударил левым рогом лошадь, но попал ей в защиту. Пикадор тут же прицельно ударил быка пикой в место между лопаток и тем самым остановил животное. Бык несколько минут пободал лошадь, а затем при помощи одного из тореро, оставил ее в покое и вновь побежал за ярко-розовым плащом. После нескольких обманных движений быка снова подвели к лошади, чтобы пикадор второй раз расслабил его мышцы, между лопаток попав туда своей пикой. Под аплодисменты публики, пикадоры вместе с лошадьми покинули арену. Началась вторая терция. Бандерильеро с маленькими палочками по одной в каждой руке бежали по очереди на быка и в последний момент перепрыгивали через рога, втыкая их ему в загривок. Невероятное зрелище! Полтонны мышц несутся с молниеносной скоростью на бандерильеро, а тот так же быстро бежит на быка и втыкает ему в загривок палочки с крючками, а сам мастерски уходит в сторону. После того как все трое бандерильеро успешно атаковали быка, по очереди вонзив в него палки с крючками, наступила третья терция. Третий акт — акт смерти. Хесус Доке элегантной походной с мулетой в руке занял центр арены. Здесь и началось самое яркое представление. Кульминация всей корриды. Человек и бык. Жизнь и смерть. Они оба жили ради этого момента. Потомственный бык с хорошей родословной, специально рос для этой корриды, так же как и матадор с ранних лет практиковал свое умение в этой профессии ради сегодняшнего выступления. И бык, и матадор могут умереть сегодня у нас на глазах, но они должны показать первоклассное представление. Хесус Доке оказался отличным матадором, он так смело пропускал быка возле себя, что в какой-то момент не было ни быка, ни матадора, была единая фигура. Фигура человека и быка окутанная алым плащом. Фигура жизни и смерти. Коррида — это философский вид искусства, который показывает человеку, насколько ценна его жизнь. Бык — это почти всегда смерть. Человек — это почти всегда жизнь. Такие у них роли. По отдельности они не могут существовать. Только вместе. Поэтому когда опытный бесстрашный матадор пропускает быка настолько близко к себе, что они формируют единый организм, в этом эфемерном моменте и есть квинтэссенция всей жизни. Жизнь всегда идет рядом со смертью. Плечо к плечу, рука к руке, черная грубая шкура быка к атласной красивой форме матадора. Публика рукоплескала и размахивала платками в знак высшей похвалы. Как двигался Хесус Доке то, как он работал плащом, каждое движение отточено, каждый шаг филигранен! Этот красивый юноша не оставил равнодушным никого на этой большой арене. После того как бык изрядно устал и опустил свою морду в песок, тем самым расслабив мышцы между лопаток, Хесус Доке подошел к забору и взял у помощника шпагу. Затем он снял свою шляпу и подошел к одному из людей, сидевших в первом ряду. Пожилой мужчина, судя по всему, был либо его отцом, либо хорошим другом. Матадор вручил ему шляпу, тем самым посвящая ему смерть этого быка. Хесус Доке вернулся в центр арены. Сделав еще несколько великолепных элементов с мулетой, матадор оказался лицом к лицу с животным и высоко поднял шпагу. Словно гремучая змея, матадор выпрыгнул навстречу быку и поразил его точно между лопатками. Шпага зашла по рукоять, а сам матадор перевесился через правый рог, уклонившись от быка. Публика взорвалась! Тончащая работа! Бык несколько секунд пытался осознать, что с ним произошло и только тогда, когда понял, что их представление удалось, под громкие аплодисменты публики, он сделал свой последний поклон. Его увезли с арены две крепкие лошади. Публика аплодировала стоя. И быку. И Хесусу Доке. По телу пробежали мурашки. Внезапно я осознал, что мне нравится в путешествиях. Это не архитектура, это не города, это не культура новой страны, это сама возможность путешествия. Неделю назад я сидел в магазине спортивного питания в Самаре и читал книгу Эрнеста Хемигуэя. Сейчас, прошло ровно семь дней, и я сижу с этой книгой на «Плазе де Торос де Валенсия», где когда-то сидел великий писатель, и собственными глазами смотрю на корриду. Фантастика. У большинства людей на этой планете нет такой возможности, а у меня она есть и, осознав это, я улыбнулся. Иметь возможность и использовать ее. Вот в чем смысл.

Далее проследовали выступления двух других матадоров, чьи имена я не буду называть. Это был не их день. Если в первой корриде и матадор и бык были смелые и показали потрясающее представление, то во второй корриде матадор в черном костюме, хоть и очень старался выдать зрелище, все у него выходило переиграно. Нет, у него было несколько красивых моментов, но то как он двигался, выдавало его страх и волнение, а бык это чувствовал. Бык настолько не был сломлен, что матадору пришлось делать четыре попытки, чтобы убить его и то удалось это сделать лишь с помощью своей квадрильи. Третий матадор в синем костюме очень играл на публику, но в сравнении с первым участником этого вечера, его попытки выглядели нелепо и смешно. Он пропускал быка в метре от себя, и только когда рога пролетали мимо туловища, матадор делал шаг навстречу и терся своим телом о шкуру быка. Он храбрился только тогда, когда опасность уже миновала. Дешевые трюки.

Первый круг корриды был закончен, и на арену вновь вышел Хесус Доке. В этот раз он смотрелся еще лучше, а я никак не мог поверить в то, что вижу все это своими глазами. Есть ли у совершенства предел? Потрясающая работа с мулетой! В один из моментов матадор настолько был превосходен над быком, что, пропустив его мимо себя в сантиметре, он развернулся, посмотрел в глаза быку и, на удивление всей арене, выбросил мулету в сторону. Все зрители восторженно заохали. Хесус Доке стоит без мулеты, разведя руки в стороны, и уверенно смотрит на быка, а бык удивленно смотрит на матадора. Они стоят в метре друг напротив друга, но бык не атакует. Матадор для него стал недосягаемым и он это понимает. Все попытки насадить матадора на рог претерпели фиаско. Превосходство человека над животным. Такому зрелищу только картины писать. В который раз я не мог поверить своим глазам и своим чувствам. Он убил быка со второй попытки, так как в первый раз, его шпага попала в позвонок, но во второй раз она мягко зашла по самую рукоятку, словно нож в кусок сливочного масла. Я еще не знал всех нюансов корриды, но все внутри меня подсказывало, что увиденное сейчас — было шедевром. Хесуса Доке провожали аплодируя стоя и размахивая платками в знак его первоклассного выступления. Второй матадор в черном костюме, судя по всему, был самым молодым из выступающих матадоров на сегодняшней арене, и его ошибкам не было конца. Ему не хватало опыта, не хватало храбрости и не хватало удачи. Удача очень важна в этом деле. Когда вышел его второй бык, пикадор убил быка с одного удара, и пришлось выпускать нового быка и все начинать сначала. Один раз бык после пикадора был настолько обессилен, что не мог продолжать представление, и на арене появился пастух, а из загона вышло стадо валов. Бык агрессивно побежал на них, но затем замедлился и успокоился. Волы вместе с быком ушли под трибунное помещение. Третий матадор в синем костюме показал все, на что был способен, но ему не хватало мастерства и страсти. Бык попался ему очень сильный и смелый. Когда матадор трусливый, а бык храбрый, это всегда жалкое зрелище. Матадор выглядит очень плохо, а бык величественно, и ты на самом деле начинаешь переживать за быка. Не знаю, но мне кажется, здесь есть что-то магическое, ибо два быка у первого матадора были заколоты сразу, а быки у второго и третьего матадора только с нескольких попыток. Бык у матадора в черном костюме вообще был убит лишь с двенадцатой попытки! Он просто не желал умирать от руки труса.

Отличная коррида! Я увидел все, разве что кроме травм. Хотя даже если ты первоклассный матадор и способен усмирить любого быка, ты не в состоянии усмирить ветер. Именно подлый порыв ветра может поднять край плаща, на который нацелился бык, и открыть матадора для атаки. Сегодня даже погода была на стороне человека, а не на стороне животного. Представление длилось три с лишним часа, и некоторые туристы не стали сидеть до конца. Я же наслаждался каждой минутой, проведенной на арене. Жара спала, на небе появились звезды. Справа от меня через несколько мест, сидел седой дедушка, он ни разу не зааплодировал сегодня. Возможно, он помнит корриду еще другой. Странно, но есть вероятность того, что я видел одну из последних коррид в Испании. В Каталонии ее запретили, и противники корриды не останавливаются. Не понимаю, как можно запретить такое потрясающее зрелище? Если им жалко, что животных убивают, пускай становятся вегетарианцами. Ведь смерть для быка на арене, после хорошего выступления, это высшая цель, о которой миллионы других быков и коров даже не могут и мечтать. Они живут бесцельно в загонах, их выращивают на убой, их никто не помнит, и на них всем плевать, особенно этим борцам за справедливость, которые на обед сегодня скушали отличный говяжий стейк и даже не поморщились. Бык, который участвует в корриде, это потомственный волевой бык. Гладиатор, у которого есть высшая цель, высшее предназначение. Я рад, что я увидел корриду, я рад, что испытал те эмоции, которые испытал. Все было настоящее, и представление и я. Валенсия отличный город, он пока еще держится, ведь именно здесь еще есть Испания. Я ушел одним из последних с арены. Позади меня сидел отец и три его сына, все они ели орешки и бросали кожуру на деревянный пол. Это были туристы.

— Что за свиньи? Какой пример он подает своим сыновьям? — возмутился я, но быстро понял, что без хорошего нет плохого, без красоты нет уродства, инь и янь, в мире всегда должен быть баланс.

Я спустился на первый этаж и подошел к красному забору арены, где несколько минут назад была коррида. На песке все еще виднелись кровавые разводы и следы от копыт. Меня окружала тишина и пустота. Почти все уже ушли с арены. Я закрыл глаза и попытался поймать этот момент. Потрясающий вечер. Позже из новостей я узнаю, что красивый матадор Хесус Доке окажется победителем Июльской ярмарки в Валенсии. Интуиция меня не подвела, я действительно увидел шедевр и будущую икону испанской корриды. Он был моим ровесником, когда я узнал это, то засмеялся.

— Я знаю, кем бы я стал, если бы родился в Испании — улыбнулся я — без вариантов.

После корриды я отправился к Ратушной площади, где совсем скоро должно было состояться огненное шоу. Полицейские и пожарные уже дежурили на улицах и перекрывали проезды. Было темно и я издалека увидел огромные, яркие бенгальские огни. Люди стояли по обе стороны дороги, а по самой дороге готовилось пройти несколько десятков человек в разноцветных костюмах вместе с пиротехникой. Все это шествие проходило под зловещий звук барабанов. Многие участники были одеты в костюмы чертей и дьяволят. В представлении принимали участие даже дети. Все улицы были наполнены дымом, бенгальскими огнями, фейерверками, петардами и шумом барабанов. Дракон, извергающий из пасти языки пламени, дьявол, который в разные стороны стреляет бенгальскими огнями, и еще много разной нечисти появилось на улицах Валенсии в эту ночь. Вся процессия под радостные крики зрителей направилась к Северному вокзалу для заключительного фейерверка, а я, протиснувшись через плотную толпу, направился в сторону хостела. Я очень устал и очень хотел есть. На площади возле Кафедрального собора находилось несколько кафе под открытым небом, но все столики были заняты. В центре самой площади мелодично играл скрипач. Волшебная и сказочная атмосфера царила на ночной площади. У Турийского фонтана веселились дети, а их родители сидели в кафе за столиками и слушали великолепную музыку скрипки. Я еще раз попытался найти свободное место, но его не оказалось. Возле Башен Серранос я наткнулся на еще работающий ресторанчик «Кебаб Серранос», где и сделал заказ. Улыбчивый араб уже хотел закрывать магазин, но покупатели не давали ему это сделать. Рядом с магазином стояла коляска, где сидела его маленькая дочка. Несмотря на все уговоры матери, она не переставала плакать. Мужчина заговорил с ней, попутно готовя мой заказ.

— Пять минут! Слышишь, дай мне пять минут! Я обещаю сейчас мы пойдем домой. Не плачь, ты ведь знаешь, что все это я делаю ради тебя? Ради нашего будущего. Потерпи, пожалуйста — он разговаривал с ней так, будто бы она что-то понимала, и вдруг ребенок и правда замолчал и удивленно захлопал глазами, смотря на отца.

Я получил свой кебаб в лепешке и сел на лавочку рядом с Башнями Серранос. Интересная картина. Добрая. Это лучше чем салют, я сделал правильный выбор, что не остался на него. Такие истории, как история этих иммигрантов, вдохновляют. Закончив ужинать, в первом часу ночи я вернулся в хостел, где залез на верхнюю кровать, накрылся шерстяным одеялом и заснул под струей холодного воздуха ненавистного кондиционера.

Глава 15

«Княжество Андорра»

Вместе с первыми лучами солнца я проснулся и поднялся на открытую мансарду хостела. Меня окружали красные черепичные крыши домов и высокие шпили кафедральных соборов. Прекрасное утро. Я вдохнул полной грудью чистый и прохладный воздух, а затем спустился на первый этаж, где уже выставили бесплатный завтрак. Несмотря на ранний час, за столами уже сидело несколько человек. Набрав на поднос тарелку хлопьев с молоком, несколько тостов с абрикосовым джемом и два стакана кофе и апельсинового сока, я устроился в углу и принялся завтракать. Затем я помыл посуду и вернулся в комнату, где собрал свои вещи. В восемь утра на ресепшене я отдал пластиковый ключ и поблагодарил девушек за помощь в моем вчерашнем заселении без паспорта. На площади возле Кафедрального собора я набрал полную бутылку воды в красивом позолоченном фонтанчике. Он был сделан в форме головы античной женщины. На улицах рядом с площадью уже кружили туристы. Я купил сувениров в одной из лавок и вышел к самому узкому дому Европы. Его ширина была всего лишь 107 сантиметров. Некоторые из людей застряли бы прямо в дверях. Дом был розового цвета и занимал шесть этажей в высоту. С двух сторон его крепко прижали два соседних дома. Затем я покинул туристический центр города и вышел к огромному парку «Сады Турии», который разделил город пополам. Его протяженность была почти десять километров! По этой зеленой лесной аллее можно было добраться от города прямо до самого моря. Раньше вместо этого красивого парка протекала длинная река Турия, но из-за многочисленных наводнений, которых было порядка шести десятков, реку осушили. Теперь здесь раскинулся зеленый парк с фонтанами, озерами, мостами, цветами, кустарниками и деревьями. Я прошел через мост «Море» и спустился вниз в самую гущу деревьев. Здесь, спасаясь от жары, бегали спортсмены, гуляли мужчины и женщины со своими собаками, сидели пенсионеры на лавках рядом с цветочными клумбами. По высохшему руслу реки я шел почти час, и вот, вдалеке показались первые фантастические сооружения «Города искусств и наук». Всего в этом комплексе пять зданий: опера, кинотеатр, галерея, научный музей и океанариум. Все они находятся рядом друг с другом и составляют своеобразный город будущего. Я долго не мог поверить своим глазам! Здания напоминали собой космические корабли, а водные резервуары прекрасно дополняли эту футуристическую картину.

— Это точно планета Земля? — удивился я вполголоса.

Сильный ветер сорвал с меня шляпу и унес на несколько метров, но одна из девушек помогла мне ее поймать. Здесь было множество туристических групп вместе с гидами, ведь это место одно из главных достопримечательностей и города, и страны. Я сел около одного из бассейнов и внимательно посмотрел на причудливые скульптуры человеческих голов, которые торчали из воды. Вдруг на одной из скамеек что-то блеснуло. Я подошел. Шесть монет номиналом в один евро.

— Спасибо! Значит, сегодня вечером я славно отужинаю! — произнес я, обращаясь к покровителю всех путешественников.

Я взглянул на часы. Чуть больше часа дня, а поезд уходит ровно в четыре. До моря примерно один час ходьбы в одну сторону. Не успею. К сожалению, в эту поездку мне не удастся увидеть роскошную набережную Валенсии. Оставлю эту затею до следующего раза. Хорошенько осмотрев весь город искусств и наук в надежде найти еще несколько сверкающих монет, я покинул его с улыбкой на лице. Неспешными шагами я направился к Северному вокзалу города. По пути я заглянул в супермаркет «Диа» и купил там свежий хрустящий багет и пиво «Диабрау 1516», которое варили в Мадриде. Около железнодорожных путей я нашел «Парк Мануэля Гранеро», где уютно устроился на лавочке в тени деревьев. Этот парк выгодно спрятался между домами, поэтому здесь было свежо и прохладно. Я открыл пиво и с наслаждением сделал глоток. Несколько голубей прыгнули мне на лавку. Отломив им багета, я бросил его на землю.

— Держите, бродяги — засмеялся я.

На Северном вокзале города Валенсия я несколько раз перепутал нужную мне очередь, но в итоге нашел платформу, откуда отправлялся поезд до Барселоны. Я с грустью смотрел в окно на город, который за двадцать семь часов стал мне очень близок. Валенсия, но теперь я могу называть тебя ласково «Валя», как женщину, с которой у нас был бурный, хоть и не продолжительный роман. Увидимся ли мы снова, никто из нас не знает, но нам бы очень этого хотелось.

Дорога заняла ровно три часа, и по мере нашего приближения к Барселоне, погода за окном сильно менялась. Мы покинули солнечную Валенсию в сорокоградусную жару, но с каждым километром солнце светило все меньше и меньше, пока и вовсе не скрылось за облаками. Сначала, это были просто белые и мягкие облака, но затем появились серые тучи. На вокзале «Барселона Сантс» я пересел на поезд до Калельи. Здесь и началось самое интересное. Кто успеет быстрее до Калельи? Поезд или грозовая туча, которая уже накрыла собой всю Барселону? Через час я узнал ответ, когда вышел на своей станции. Я промок до нитки за считаные секунды. Короткими перебежками от козырька одного дома к козырьку другого дома, я добрался до Макдоналдса, а затем и до кафе «Истамбул», где заказал себе целую тарелку кебаба с салатом. В кафе было очень много людей. Кто-то трапезничал, а кто-то просто заглянул переждать ливень. Все столики были заняты, но мне все-таки удалось найти одно место в углу большого стола на несколько человек. Крыша кафе начала протекать, и совсем скоро появился искусственный водопад в самом центре зала. Все смеялись. Ливень сделал людей ближе. Отличная атмосфера. Все столы заняты, все о чем-то громко говорят на своих языках и туристы, и местные жители. Все кушают, пьют вино и громко смеются. И дети, и взрослые, и престарелые. Разных религий, но одного вида. Люди. Когда я закончил ужинать, дождь все еще моросил, но мне очень хотелось поскорее добраться до отеля и принять горячий душ. Я выбежал из кафе и свернул направо около супермаркета «Спар, где вдруг услышал знакомый голос. Яна и Елена о чем-то громко спорили стоя в дверях одной из сувенирных лавок. Мы обнялись.

— Какие вы красивые! — саркастично заметил я.

— И не говори! — отмахнулась Яна.

— Дождь нас весь день сегодня преследует — произнесла Елена.

— А где вы сегодня были? — поинтересовался я.

— Мы ездили на гору Монсерат и загадывали там желания! — ответила Елена.

— Какие желания? — спросил я.

— Если скажем, то не сбудется — засмеялась Елена.

— А если не скажите, то точно сбудется? — я скорчил гримасу недоверия.

— Конечно, нам столько историй гид рассказала, люди туда специально приезжают, чтобы загадать желание! — убеждала меня Яна.

— Хорошо, надеюсь, ваши желания обязательно сбудутся! — успокоил я девушек.

Втроем, по лужам мы вернулись в хостел и разошлись по номерам. Завтра девчонки наконец-то едут в Барселону, а я поеду в другую страну, пусть в маленькую, но страну. Выпив сладкой сангарии после душа, я проветрил номер без окон и упал на кровать. Как же хорошо! И кстати то заветное желание Елены действительно сбылось. Через год она переехала жить в Крым, где вышла замуж и родила сына. Волшебство существует, если ты в него веришь.

Это был самый ранний подъем в моем путешествии. В шесть часов утра я уже шел по Калелье, ведь сегодня по расписанию меня ждала экскурсия в княжество Андорра. На улице было темно и пусто. Я успел даже замерзнуть, пока шел к автобусной остановке, где меня должен был забрать автобус с остальными туристами. В семь часов утра, минута в минуту я зашел в теплый автобус и занял место в самом конце, сев в правом углу около окна. Все остальные места в автобусе уже были заняты, за исключением места рядом со мной, куда я положил бутылку с водой, шляпу и поясную сумку. Отгородив себя тем самым от остальных пассажиров. В салоне не горел свет, чтобы никому не мешать. Кто-то все еще спал и громко храпел. Кто-то разговаривал, предвкушая предстоящую экскурсию. Гид, невысокая девушка с короткими черными волосами, рассказывала о том, как пройдет наша экскурсионная программа, рассчитанная на двенадцать часов, из которых семь часов уйдет на дорогу до Андорры и обратно. По широкому шоссе мы покинули город Калелья, а затем по серпантинным дорогам устремились в горы. Природа встречала нас в солнечных лучах молодой зари. Чем дальше мы уезжали от моря, тем живописнее был вид из окна. Зеленые поля, луга, хвойные леса, горные реки с шумным течением, виноградники, стада овец и коров. Мы проехали несколько очень самобытных испанских деревень, где до сих пор сохранились их древние постройки. Вдруг вдалеке показался большая гора причудливой формы. Она была похожа на замок из песка, который лепят на берегу моря дети. Верхушка этой горы была не острая, как это обычно бывает, а напротив она была закруглена, и казалось, что камни просто расплавились на жаре и лениво стекают вниз. Это была магическая гора Монсеррат, где расположен одноименный монастырь. Сюда стекаются паломники со всего мира, ведь здесь находится национальная святыня Каталонии — Черная Дева Монсерратская. Эта статуя сидящей богоматери с младенцем на руках, сделанная из черного тополя, таит множество легенд, связанных со своим появлением. Если коснуться ее рукой и загадать желание, то оно обязательно исполнится. Если бы у меня было больше свободного времени, то я обязательно посетил бы этот монастырь, и сделал бы это непременно пешком, благо на гору ведут сразу десять пеших маршрутов различной сложности. Очень необычное место.

Прямо передо мной сидела ворчливая женщина вместе со своим мужем. Я восхищался его стойкостью. Несмотря на все капризы и ворчание его спутницы, он сохранял невозмутимое спокойствие. Видимо за долгие годы совместной жизни, он привык терпеть ее. Только вот моему терпению уже приходил конец. Эта женщина была недовольна абсолютно всем!

— Мы слишком поздно выехали, а ведь можно было выехать на час или на два пораньше! — возмущалась она.

— Угу — спокойно согласился с ней муж.

— У нас будет слишком мало свободного времени в Андорре, а ведь мне нужно успеть во все магазины! — причитала она.

— Угу — снова спокойно согласился с ней муж.

— Эта дегустация алкоголя, сыров и хамона мне совершенно не нужна, ты же знаешь, что я не ем жирное! — злилась она.

— Угу — в очередной раз спокойно согласился с ней муж.

— Мы сели не на ту сторону, здесь солнечная сторона, я и так перегрелась вчера на пляже! — ворчала она.

— Угу — все так же покорно соглашался с ней муж.

— И вообще, я сегодня не выспалась — капризничала она.

— Угу — кивал головой и соглашался с ней муж.

Что за ворчливая старуха? Как ее только терпит муж? Может, лучше оставим ее здесь среди гор и лугов? Есть такая категория людей — недовольные жизнью. Они всегда знают к чему придраться и всегда найдут, о чем поворчать. Опасные люди. Они отравляют твою счастливую жизнь своим присутствием. Их настроение как чума, оно может мгновенно заразить и тебя, и ты тоже начнешь ворчать как они. Благо у меня был иммунитет к таким людям, видимо, как и у ее мужа, который всю дорогу листал книгу, поэтому я лишь улыбнулся и дальше беззаботно смотрел в окно на красоту что меня окружала.

Автобус сделал остановку возле кафе «Ля Пауза», где я купил себе круассан с сыром и ветчиной, а из напитков чашечку капучино. На улице было прохладно, дул холодный горный ветер, поэтому я не стал сидеть на террасе, а остался внутри помещения.

— Я не голодна, зачем мы остановились? — послышалось откуда-то из глубины зала — вот еще час времени зря потеряли.

Я иронично улыбнулся и сделал глоток горячего кофе. Почему самые бесполезные люди так сильно пекутся о том, что теряют время? Когда все закончили завтракать, группа вернулась в автобус. Всего дорога до Андорры заняла у нас около трех с половиной часов, но я и не заметил их. Это не долгая дорога, это долгое удовольствие. Смотреть в окно на такую красоту природы! Пока мы ехали к столице Андорры под названием Андорра ла Велья, гид рассказала удивительную историю жизни Бориса Скосырева, известного так же как Король Андорры. В уме не укладывается, насколько невероятной была его судьба. Неужели такие люди и вправду существуют?

Колеса автобуса пересекли границу Испании с Княжеством Андорра. Здесь, среди горной системы Пиренеи, которая тянется с Бискайского залива до Средиземного моря и делит Испанию с Францией, находится карликовое государство Андорра с населением чуть меньше ста тысяч человек. Столица, остальные города и деревни находятся в ущелье со всех сторон закрытым горами. Здесь не видно линии горизонта, и солнце садится и восходит из-за вершины горных хребтов Пиренеев. Люди, страдающие клаустрофобией, чувствуют себя здесь тревожно, а местные жители шутливо называют Андорру «тюрьмой без крыши». Андорра находится под влиянием Испании и Франции, однако сохраняет независимость. Здесь отличный уровень жизни и нулевая преступность. Зимой тут центр горнолыжной жизни всего региона. Курорты на склонах Пиренейских гор переполнены в сезон, а свободная зона от налогов и пошлин делают Андорру раем для шопоголиков. Мы проехали через столицу и поднялись еще выше по ущелью, где сделали остановку в небольшой деревне Эль-Тартер. Здесь находился магазин алкогольной продукции «Манакорские пещеры», и тут нас ждал русскоговорящий представитель по фамилии Санчес. Группа туристов вышла из автобуса и окружила Санчеса в дверях магазина. Внешне он был похож на древнерусского богатыря. Светлые длинные волосы заплетены в косичку, густая ухоженная борода, голубые глаза. Он очень быстро говорил и очень много шутил. Приятный человек. Дегустировать можно было все, что только душе угодно. Вина, ликеры, настойки и даже абсент. Кроме алкоголя были и мясные изделия, включая знаменитый хамон, сырная продукция и шоколад. Все было очень вкусное и всего было в достатке. Люблю дегустации, где стоит открытая бутылка, и ты спокойно можешь наливать в стакан, столько, сколько хочешь, чтобы распробовать вкусовой букет или просто напиться. Цены были настолько низкие, что я бы скупил половину магазина, если бы только была моя воля. Мы шли за Санчесом по отделам магазина и слушали его рассказы о местной продукции. Вся группа была в восторге кроме, конечно же, ворчливой женщины, она вместе с мужем даже не пошла в магазин, а так и осталась стоять на улице. Я купил себе четыре бутылки конопляного пива от фирмы «Марихуанна» и Киршвассер от фирмы «Джуижонет» крепостью в сорок градусов. Киршвассером оказалась настойка из черешни, я оценил ее вкусовые свойства сразу, как только вышел из магазина. Очень крепкая и очень вкусная! Я был вынужден открыть ее, чтобы запить хамон и сыр, которого я так сильно наелся, что мне было тяжело стоять. Отличная дегустация! Хмельной и сытый я забрался в автобус, где вскоре собралась вся наша группа туристов, гремя бутылками и благоухая хамоном и сыром. Мы вернулись в столицу Андорры, где остановились около автобусной станции города.

— У вас есть три часа. Вот торговый центр «Пиренеи» — произнесла гид и показала рукой через дорогу.

Все, как один, туристы понеслись к дверям торгового центра, а я одиноко остался стоять у автобуса и не понимал их восторга. Вот почему я сидел один в углу автобуса. Мы из разных миров. Они прилетели из другой страны в Испанию, чтобы из нее приехать в Андорру, чтобы купить там майку со скидкой. Серьезно? Я развернулся и поспешил к древнему арочному мосту, который заметил, когда мы только въезжали в столицу. Я не знал, сколько займет у меня дорога к нему, но мне очень хотелось его осмотреть. Сделав небольшой круг по городу, я полюбовался скульптурой Сальвадора Дали «Благородство времени» и купил сувениры. Выйдя на главное шоссе под названием «Салоу», я направился к мосту. Дорога до него у меня заняла почти час. Все это время я шел в гордом одиночестве по тротуару, а слева и справа меня окружали высокие лесные горы. Я шел параллельно шумной горной реке Валира, и от нее приятно веяло прохладой. Мои ноги уже несколько дней как все были в мозолях, поэтому каждый шаг мне давался очень не просто, но я шел. Когда показался мост через реку, я наконец-то выдохнул.

— Я тебя нашел! — крикнул я.

Мост Марджинеда был построен в четырнадцатом веке. Он является памятником архитектуры и до сих пор выполняет свою функцию. Внизу шумит бурная река, а я сижу на мосту, свесив ноги, и смотрю на то, как течение быстро уносит листья и палочки. Хорошее место для того, чтобы подумать о жизни. Андорра очень интересная страна со своей особой атмосферой. Думаю, я был бы здесь счастлив. Мне бы хватило небольшого домика у подножья одной из гор. Я бы ел мясо и сыр, пил бы местный алкоголь и поднимался по пешим маршрутам на вершины гор, чтобы встретить рассвет и проводить закат. Я бы дышал этим свежим воздухом и много писал в тишине и вдали от шумных людей, которых я никогда не пойму. Когда я вернулся на автобусную станцию то, как раз успел к отправлению автобуса.

— Как вам шоппинг? — обратился кто-то ко мне.

— Что? — переспросил я у парня, который задал мне вопрос.

— Как вам местные цены? — спросил он, и я увидел, что он держит в руках несколько пакетов с одеждой, а рядом с ним стоит девушка, тоже с несколькими пакетами в руках.

— Не знаю, я ничего не покупал — ответил я.

— Зря, здесь намного выгоднее, правда, сейчас не так выгодно как было три года назад, но все равно дешевле! — улыбнулся он, по их лицам было заметно, что они очень рады своим покупкам.

Каждому свое. Кому-то мост возрастом семь столетий, кому-то майка с двадцати процентной скидкой.

Глава 16

«Дали вдали»

Выспавшись до девяти утра, я спустился на цокольный этаж отеля, где в это время все уже завтракали. Я покупал тур без завтраков, но Яна и Елена убедили меня спуститься с ними за компанию.

— Там все равно никто не проверяет — настояла Елена.

Почти все столики были заняты. Я взял поднос и положил на него два круассана, стакан сока, чашку чая, тарелку хлопьев с молоком и коробочку фруктового джема. Стандартный завтрак, но аппетита не было. Вчера вечером, по возвращению из Андорры, я сразу поспешил на пляж загорать, но не успел до захода солнца. Потому отправился ужинать в кафе под названием «Дар Бар», которое находилось через дорогу напротив Макдоналдса. Мне понравилось, что при строительстве летней веранды с навесом, где у них находились столики, пальма, растущая там уже долгие годы, не была срублена, а крышу и пол построили вокруг нее, сделав для пальмы отверстия. Владельцами этого кафе были индусы. Огромный кебаб в лепешке стоил всего четыре евро, и именно из-за него я до сих пор не хотел есть. Когда я закончил завтракать, то сразу покинул отель и направился к железнодорожной станции города, где внимательно изучил расписание. Передо мной русскоговорящая семья, состоящая из мужчины, женщины и ребенка, покупала билеты до Жироны.

— Тоже в Жирону? — обратился я к ним.

— Да, еще раз, мы уже были там вчера по пути в Фигерас, а вы? — ответил мужчина.

— Я только первый раз еду в ту сторону, а что в Фигерасе интересного? — поинтересовался я.

— Музей Дали! Только мы не стали большую очередь стоять, а так рядом с ним пофотографировали друг друга и обратно — ответила женщина.

— Точно! Музей Дали, как я про него забыл — воскликнул я — а как до Фигераса добраться?

— Можно прямо отсюда, а можно из Жироны — пояснил мужчина.

— Спасибо! — я поблагодарил их и пожелал хорошей поездки.

Я купил билеты до Жироны и обратно, а, затем, сев на лавку на перроне, погрузился в думы. Как же я мог забыть про музей Сальвадора Дали? У меня в запасе осталось всего два дня. Сегодня я полностью хотел посвятить день знакомству с Жироной, а завтра отдохнуть на пляже и погулять по Калелье. Я достал кошелек и пересчитал деньги. У меня уже не хватит на билет до Фигераса завтра. Есть только один вариант это поехать туда сегодня, прямо из Жироны, но хватит ли у меня сил и времени? Видимо опять спокойной поездки не выйдет. Я улыбнулся.

Подошел поезд до Жироны и вся платформа опустела. Мы проехали по побережью через такие курортные города как «Пинеда де Мар», «Санта Сусанна», «Мальграт де Мар» и «Бланес», а затем поезд свернул налево прочь от моря. Ландшафт сменился кардинально. Никакого моря. Никаких гор. Только лишь луга и поля. Зеленые и желтые. Между ними густые леса. На пшеничных полях лежали скатанные в кружки колосья пшеницы. Все станции, на которых мы останавливались, были исписаны граффити. Дорога до Жироны заняла один час. Я вышел на станции и на эскалаторе спустился на вокзал. Было одиннадцать часов утра, и ярко светило солнце. Меня встретил потрясающий город, спокойный, умиротворенный, со своей древней историей. Мне некуда было спешить, ведь я еще ничего не решил по поводу своей авантюрной поездки в Фигерас, и потому направился размеренным шагом к парку «Девеса». Пустые улицы, очень мало машин, весь город еще спит и не спешит просыпаться. Территория парка занимала сорок гектар. Здесь росли невероятные платановые деревья высотой в пятьдесят метров. Было свежо и прохладно, а рядом журчала река Тер. Здесь были и зоны для пикников, и спортивные площадки, и места для выгула собак. Пока я ехал в поезде я все думал о поездке в Фигерас, в родной город Дали, но здесь в парке я наконец-то успокоился и просто наслаждался природой. Сделав круг по парку, я заметил вдалеке церковь, у которой как будто бы не хватало шпиля. Это была Эклектичная церковь Святого Феликса. Я пошел в ее сторону и вскоре оказался на мосту через реку Оньяр, откуда открывался вид на старую и на новую часть города. Разноцветные домики вдоль речного канала напоминали Верону или Флоренцию. Я перешел через мост и оказался в старой части города, где оживленно бегали группы туристов и с открытыми ртами смотрели по сторонам. Узкие атмосферные улочки с множеством сувенирных и продуктовых лавок. Небольшие кафе на улице в тени деревьев. Освежающая прохлада холодного камня мостовой. По узкой витиеватой улице, которая круто уходила куда-то вверх, я поднялся к Кафедральному собору города, откуда открывался потрясающий панорамный вид на город. Я ведь больше никогда не увижу этот город и не увижу эту страну. Черт побери! Если не сегодня, то уже никогда я не поеду в Фигерас! Внезапно воодушевившись, я спустился к каналу реки, где сделал несколько фотографий и купил магнитик с городским пейзажем Жироны. На мосту «Гомес» я вновь встретил ту семейную пару с ребенком и помог им сделать совместное фото.

— В музей Дали очень большая очередь была? — спросил я, отдавая им фотоаппарат.

— Приличная, мы не стали стоять, но мы с ребенком были же — ответила женщина.

— Если я сейчас поеду, я успею зайти до закрытия? — я не терял надежды.

— Думаю да! — успокоила меня женщина.

Быстрыми шагами я направился обратно к железнодорожному вокзалу города, где подбежал к кассе в надежде узнать расписание поездов до Фигераса.

— Через две минуты, вам следует поспешить! — ответил мне мужчина в окне кассы.

— Отлично! Вот пять евро! Спасибо! — поблагодарил я и побежал по эскалатору наверх, где находились платформы.

Поезд подошел точно по времени, и я забежал в прохладный вагон, где сел у окна. Я был в Жироне ровно два часа и остался бы до вечера, если бы не это свербящее чувство глубоко внутри меня. Все и сразу! Однажды меня это погубит. Я должен был сегодня посетить музей Сальвадора Дали и пока именно все к этому идет.

Через полчаса я вышел на небольшой вокзале города Фигерас, который находился всего в двадцати километрах от границы Испании и Франции. Сам город Фигерас был еще уютнее, чем Жирона, что казалось невозможным. Время тут остановилось. Люди живут тут уже так долго, что они уяснили одну простую истину — кто понял жизнь, тот не спешит. Еще в шестом столетии до нашей эры здесь проживали племена индигетов, поэтому у коренного населения было предостаточно времени, понять самую суть жизни. Ориентируясь по карте в телефоне, я пошел в сторону музея Дали, но это был не простой музей, это был целый театр-музей! Раньше здесь находился обычный городской театр, а во время гражданской войны в Испании его здание было почти полостью разрушено. Долгие годы Сальвадор Дали пытался построить свой волшебный музей на его месте, ведь это место было особенно важно для него. Именно в этом театре в возрасте четырнадцати лет Дали впервые выставил свои работы публике. Когда ему наконец-то удалось получить разрешение на строительство музея, миру предстал фантастический ансамбль театра-музея Сальвадора Дали, куда удалось встроить даже городскую стену и башню Галатея. Здесь и покоится забальзамированное тело художника в склепе. Его желание «слиться воедино с этим музеем» было полностью удовлетворено после его смерти.

Я вышел к небольшому скверику, где меня встретила высокая зеркальная колба. На асфальте рядом с ней было изображено растянутое лицо Сальвадора Дали, и, если смотреть на зеркальную колбу под определенным углом, то отчетливо можно увидеть портрет художника. Миновав несколько домов, я увидел красную стену и башню, на которой находились огромные куриные яйца.

— Я точно на месте! — засмеялся я.

Пройдя во двор театра-музея, я занял место в длинной очереди. Я не был ей напуган, ведь знал, что простою в ней максимум час. Я родом из страны очередей. К тому же я уже стоял очень долго в Академию Изящных Искусств Флоренции, чтобы увидеть статую Давида, и в Парижский Лувр, чтобы увидеть Мону Лизу. На мое счастье очередь двигалась быстро, людей запускали внутрь небольшими группами. Пока я стоял в очереди, я несколько раз покидал ее, чтобы сфотографировать и рассмотреть скульптуры стоящие во дворе около театра-музея. Купив билет за пятнадцать евро, я зашел внутрь, где взял русскоязычную карту театра-музея. Даже с картой заблудиться в этом лабиринте искусства было проще простого. Я обошёл все комнаты, которые только можно было и посмотрел на каждый экспонат. Здесь были и картины, и ювелирные украшения, и скульптуры, и оптические иллюзии. Все это было похоже на сон гения, каким и был Сальвадор Дали. Мы словно переместились в его голову и увидели мир его глазами. Я жалел только об одном, что не могу остаться здесь дольше, ведь меня ждал поезд до Жироны, где я пересяду на поезд до Калелье. Когда я вышел из театра-музея Дали, я был очень вдохновлен и удовлетворен. Я вычеркнул из списка последнее важное место, которое хотел посетить в этом путешествии по Испании, и мне осталось лишь загореть для галочки и купить сувениры домой. Я вернулся на железнодорожную станцию города Фигерас, где купил билет на ближайший поезд до Жироны. Пока я совершал пересадку в Жироне, я сделал круг рядом с вокзалом и зашел в кафе под названием «Святой Нарцисс». Поскольку день выдался на славу, то я заказал там сытный омлет и холодное местное пиво «Эстрелла Дем», которое варят в Барселоне. Через час я уже ехал в поезде из Жироны в Калелью. Сытый, хмельной и довольный. Солнце все еще было высоко, и я твердо решил позагорать пару часов и искупаться. Пляж был горячий после жаркого дня, а вода теплая и, как всегда, очень соленая. Большие волны сбивали людей с ног. На пляжах висел желтый флаг, чтобы люди были внимательны, когда плавают. Несколько девушек по-прежнему загорали топлес. Красота! По дороге в отель я зашел в супермаркет «Диа», где купил сырную и колбасную нарезку, багет и бутылку кава «Гранд Астория», местное игристое вино. В номере на балконе я устроил себе маленький ужин. Налив полный бокал испанского шампанского я выпил его за Сальвадора Дали, бессмертного гения, который опередил свое время. Внезапно я заметил, что мои усы, которые я начал отпускать вместе с бородой еще два месяца назад, тоже подкручиваются. Я закрутил их еще сильнее. Вот теперь идеально! Я выпил еще бокал, съел половину багета с колбасой и сыром и лег спать. Сегодня я ложусь спать, не заводя будильник, вот она радость!

Последний день в Испании я провел в лучших традициях пляжного отдыха. Я позагорал три часа на пляже, сходил на маяк и в парк «Далму», купил сувениры и допил остатки алкоголя в номере. На последние деньги я поужинал в кафе «Ла Тека Бона», где улыбчивый парень продал мне порцию картошки фри, мяса и жареных яиц, даже не смотря на то, что мне не хватало тридцати центов. Я высыпал всю мелочь из кошелька и отдал ему.

— Не переживай, мой друг! Все нормально! — успокоил меня он.

— Спасибо большое! Я завтра улетаю домой, это все деньги, что у меня есть! — оправдывался я.

— Не беспокойся, мой друг! Все отлично! — он еще раз улыбнулся и махнул рукой.

Из отеля «Континенталь Калелья» мы выехали в пять утра. Почти все туристы в автобусе еще спали. Елена и Яна дремали, обнявшись. Это было очень мило. Самолет до Москвы задержали на час, но мне так было даже лучше, ведь из Москвы в Самару самолет улетает только поздно вечером. Испания — потрясающая страна! Я был там всего семь дней, но, сколько всего я пережил за эту неделю. Италия, Франция, это конечно хорошо, но Испания заняла первое место среди всех стран, где я был. Я не считаю Америку, ведь Америка это мой дом, она вне конкуренции. В самолете я дочитывал книгу Эрнеста Хемингуэя «Фиеста». Отличное путешествие. Отличная Коррида. Отличное вино. Отличная страна. Спасибо.

Глава 17

«Коронавирус»

Самара спит. Два часа ночи. Таксист аккуратно ведет машину по ледяному шоссе. За окном начинается метель с сильным ветром. Последний раз я ехал ночью в аэропорт ровно полтора года назад. За это время в моей жизни и в остальном мире произошло так много немыслимых событий, что их хватило бы на несколько интересных книг, если бы я только умел писать. После Испании я вернулся к привычной жизни и работе в Самаре. Ближе к концу года из США вернулась Варвара, и мы встретились, чтобы понять, можно ли вернуть прошлое, оказалось, что нет. Передо мной стоял совершенно другой человек, не та девушка, которая улетала в начале лета в Америку. Я снова оказался прав. Америка поменяла ее, так же как и меня, только вот не в ту сторону. Этого я не учел. Новый год я встретил один, сидя на балконе и смотря на фейерверки, которые запускали у меня во дворе, на спортивной площадке возле дома. Как только стрелки часов перевалили за полночь, в моей жизни появилась первая настоящая любовь. Неожиданная встреча. Неожиданные чувства. Первый раз в жизни я узнал, что такое любовь. Любовь это не то романтичное состояние, о котором пишут в романах или показывают в фильмах. Настоящая любовь, это безумие. Это пламя, в котором вы сгорите дотла живьем. Это ужасное чувство. Это ужасная зависимость, как от самых сильных наркотиков. Тебе хорошо только тогда, когда объект твоей любви рядом, а когда ее нет, тебя тоже нет. Все внутри ломает, учащается пульс, ты не можешь спокойно спать, читать, писать, думать, тебя всего трясет, когда ты не видишь ее. Когда же она рядом, и ты просто держишь ее за руку, уровень серотонина в крови максимально подскакивает, и ты растворяешься в моменте. Как наркоман, тебе нужны эти встречи все чаще и чаще. Ты перестаешь контролировать себя и начинаешь контролировать ее. Тем самым ты разрушаешь всю магию. И разрушаешься сам как человек. Мне с большим трудом удалось выбежать из этого горящего дома до тех пор, пока на меня не обвалилась крыша. До сих пор мурашки по коже, когда я вспоминаю ту девушку. Я намеренно не произношу имени, потому что хочу ее забыть, но это невозможно. Я узнал, что такое настоящая любовь, но больше не хочу.

Этот год начался очень насыщенно в эмоциональном плане, а потом наступил мировой карантин, связанный с пандемией коронавируса COVID-19. Весь торговый центр и магазин, где я работал, был закрыт на месяц и весь апрель я просидел дома. На этот год у меня было запланировано две больших поездки в Европу, ведь моя испанская виза все еще была актуальна. В первую поездку ранней весной я планировал посетить Нидерланды и Германию, а во вторую поездку, уже летом, Чехию, Австрию, Словакию и Венгрию. Билеты были куплены, хостелы забронированы, маршрут составлен. Все было готово, но в один миг все отменилось. Я потерял немало денег из-за невозвратных билетов и брони хостелов, но самое главное, что я потерял, так это возможность побывать в Европе. На фоне бушующей пандемии это была малая потеря, ведь многие из людей потеряли близких из-за невидимого вируса. Я же в первый день карантина 28-ого марта очень сильно заболел. У меня был жар, лихорадка, кашель, а через две недели у меня заболела вся левая часть лица. Свой день рождения 11 апреля я встретил, громко кашляя, среди носовых платков и в полном одиночестве. Я вызывал скорую помощь, но тестов на коронавирус еще не было в городе. Я приехал в больницу, где мне поставили диагноз — острый гайморит и выписали антибиотики. Еще через неделю я полностью поправился. Так сильно я еще никогда не болел. За весь апрель я вышел из дома только четыре раза. Три раза я ходил в магазин за продуктами и один раз ездил в больницу. В магазинах народ в сумасшествии скупал с полок гречку и тушенку, а у меня дома давным-давно был целый шкаф различных круп, ведь я всегда ими питаюсь. Я готовился к этой самоизоляции всю свою жизнь, поэтому прекрасно ее переносил. Если не считать моей странной болезни, то это был отличный месяц, ведь мне не надо было выходить из комнаты и «совершать ошибку». Я устал от людей. Дома я играл в приставку, читал книги, писал книги и начал увлекаться инвестициями в фондовый рынок ценных бумаг. Инвестировать мне особо нечего было, но сам процесс, структура, стратегии меня очень манили. Параллельно с коронавирусом начался обвал на фондовом рынке американских акций, и многие люди потеряли деньги, а многие люди их заработали. Чей-то заработок на фондовом рынке это всегда чей-то убыток на нем же. Открылось окно возможностей, которое открывается во время кризиса раз в десять лет, но воспользоваться им у меня не вышло. Ведь деньги делают деньги, а у меня был лишь энтузиазм.

После необычного месяца проведенного дома, наш магазин вновь заработал. Теперь мы работали в масках и перчатках, а на каждом углу в торговом центре стояли антисептики. Люди постепенно начали выходить на улицу, даже в парках разрешили гулять, но только в масках и соблюдая социальную дистанцию. Мир оживал. Летом я часто ездил по Самарской области на велосипеде и ходил в походы. Так же я завершил редактировать и выложил в свободный доступ вторую книгу из цикла путешествий под названием «Провинциал в квадрате». В которую вошли мои путешествия после США в течении пяти лет. В качестве обложки я выбрал картину отца, на которой был изображен Коробов сад, который когда-то давно находился в селе Красный яр. Отец рисовал эту картину с сокско-кондурчинской стрелки, где раньше был отличный песчаный пляж, а сейчас все заросло травой и кустами.

Этим летом я наконец-то дошел до больницы и узнал, что такое было с моей спиной, которая уже второй год болела в области поясницы. МРТ показала две грыжи в поясничном отделе позвоночника. Сначала я очень сильно расстроился, но затем взял себя в руки. Я прошел курс физиотерапии и сделал десять укрепляющих уколов. Затем я полностью переработал свои программы тренировок, и теперь каждое мое утро начиналось со специальной гимнастики, направленной на укрепление мышц спины и ЛФК. Я начал подходить к вопросу физических упражнений с совершенно другой стороны. Если раньше я просто ходил в зал, чтобы более-менее приемлемо выглядеть, то теперь я ходил в зал, чтобы просто жить нормальной жизнью, а не корчиться от боли всякий раз, когда нагибаешься. У меня теперь появилась цель.

В самом начале лета мне посчастливилось познакомиться с интересной девушкой, которая хорошо рисовала картины и отлично писала стихи. Творческая натура, как и я. И, как и я, она была безумна. У нас началось все очень быстро и очень быстро закончилось. Ксюша стала моей второй девушкой, с которой у меня были серьезные отношения. Пусть и не долгие, но серьезные. Из трех месяцев отношений два месяца мы прожили вместе на съемной квартире около Волги. За это время я познал все прелести совместной жизни. Я узнал, что это такое каждый день быть вместе, теща и тесть, дача и сбор сгнивших яблок, ссоры каждый день и седые волосы. Я узнал, что это такое быть всегда виноватым, даже когда твоей вины совершенно нет. Я узнал, что это такое совместная жизнь и больше не хочу. Однако все закончилось слишком рано и неожиданно, меня выгнали посреди ночи с тремя большими пакетами моих вещей прямо на улицу. В одном пакете лежала моя одежда, во втором пакете продукты, а в третьем моя игровая приставка. Это должно было рано или поздно закончиться, творческим людям не суждено быть вместе, ведь в паре хотя бы один человек должен быть нормальным. На память об этом не простом, но прекрасном лете у меня осталось несколько седых волос и стихотворение, все это дело рук Ксении.

Не рассказывай обо мне никому,

Пусть останется маленькой тайной.

Наше время пройдет, как роса поутру,

Как на лбу у больного испарина.

Промолчи и забудь, я исчезну с рассветом,

Будто не было — ты не заметишь.

Без скандалов, надежд и нелепых обетов,

Без меня у окна солнце встретишь.

Без меня ты заваришь кофе,

Без меня приготовишь омлет.

И однажды себя неожиданно спросишь:

«Ты была?» — и ответишь: «Нет».

Наступала осень. Кто-то говорит, что осень это грустная пора, ведь все вокруг умирает. Но если это умирает, значит, это жило? А если это жило, то чего грустить. Я неустанно повторяю, что осень это самое подходящее время для путешествий, ведь природа напоследок раскрывается во всем своем многообразии. Только вот куда путешествовать? Все границы закрыты. Я сижу на работе и смотрю на отдел туристического агентства, который открылся в торговом центре только в начале этого года, а сейчас был на грани закрытия. К моему удивлению в последние несколько дней туда начал заходить народ. Оказывается, Турция открыла свои границы, и некоторые русские туристы решили отправиться на море, даже несмотря на то, что был уже не сезон, и в мире по-прежнему бушевала пандемия короновируса. Я задумался на минуту, а затем отогнал все мысли прочь.

— Нет, сейчас тяжелое время и в мире, и у меня с накоплениями, да и вообще, что-то настроения даже нет, чтобы куда-то ехать, лучше может в следующем году — произнес я в разговоре с коллегой по работе, а затем застыл.

Я не мог пошевелиться. Просто стоял и молчал.

— С тобой все в порядке? — поинтересовался приятель.

— Нет — ответил я.

— А что случилось? — спросил он.

— Я только сейчас осознал, как это происходит — произнес я.

— Что происходит? — не понимал коллега.

— Вот это — ответил я — болото. Ты слышал, что я сейчас сказал? У меня нет настроения, чтобы путешествовать? У меня? У человека, который уже вот восемь лет подряд путешествует в разные страны и города один, иногда два раза в год! И у меня нет сейчас настроения? Что я вообще несу!? Последний раз я был в Испании восемнадцать месяцев назад! Этого времени хватило, чтобы меня затянула рутина жизни! Так вот как это бывает! Когда ничего не охота менять. Когда думаешь, что сейчас не время для путешествий, именно тогда и надо ехать!

— Ничего не понял — удивился коллега.

— А что тут не понятно? — улыбнулся я — еду!

Через неделю у меня уже был собран коричневый рюкзак, с которым я совершил восхождение на Эльбрус три года назад. Как всегда у меня был готовый план путешествия по Турции, где уже побывали все русские, а некоторые по нескольку раз. Однако, мое путешествие в эту страну будет кардинально отличаться от привычного отдыха под названием «все включено». Мое путешествие будет под называнием «все выключено», а что именно включить, я сам решу. Турция это многообразная страна с богатой историей, и чтобы побывать везде, нужно несколько месяцев, у меня же в распоряжении было всего лишь семь дней и шесть ночей, но думаю, этого хватит, чтобы встряхнуть свою привычную жизнь.

Обо всем об этом я думал, пока таксист осторожно вел машину к аэропорту «Курумоч». Во всем теле был легкий мандраж. Я уже забыл как это — просыпаться в другой стране, просыпаться в другой жизни. По радио заиграла песня Владимира Высоцкого — Скалолазка. Символично, ведь там, куда я сейчас собираюсь, скал и гор в избытке. В четыре утра я прошел таможенный контроль.

— Один летите? И не скучно? — поинтересовался молодой сотрудник таможни.

— Нет, я привык — ответил я.

— Наверное, не достопримечательности едете смотреть? — он подмигнул мне.

— Как раз таки достопримечательности, одному спокойнее — улыбнулся я.

В четыре часа утра я занял место у окна в самолете. В салоне было много одиноких девушек с детьми, и девушек с детьми и со своими мамами. Какие же молодцы их зятья, сами работают, а своих детей, жен и тещ, отправили на отдых в солнечную Турцию к загорелым и галантным туркам. Такой же мужчина и нужен был Ксении и ее маме, а не такой как я. Кстати, одна из наших многочисленных ссор и была связана с Турцией и с тем, что мне нельзя будет ехать без нее, не знал, что отношения это рабство.

Полет занял всего три часа и за это время я смог увидеть потрясающую зарю. Произошла очень знаменательная вещь. Мы уже почти подлетали к Турции, когда самолет несколько раз тряхнуло. В эти мгновения думаешь о том, что это конец, и твоя жизнь окончена. Затем тряска проходит, ты выдыхаешь, смотришь в окно, а там новый день, новая заря и новая жизнь. Так же было и в этот раз. Каждый полет в самолете — это новая смерть и новая жизнь. Тот я, которым был еще вчера, грустно смотревший на отдел туристической компании и не желавший никуда выбираться из своей рутины, умер сейчас. Вместо него родился новый я, улыбчивый, амбициозный парень, заряженный на потрясающее путешествие в стране, где мне заново надо будет учиться говорить. Я готов.

Глава 18

«Тахталы»

Самолет совершил посадку в аэропорту Анталии в восемь утра по местному времени. Я быстро прошел паспортный контроль и первым вышел на улицу, где меня встретили таксисты, водители с табличками имен в руках, жара и пальмы. Найдя стойку туроператора, я узнал номер своего автобуса, куда забросил свой рюкзак и начал ждать остальных туристов. Пока я их ожидал, я смог хорошенько рассмотреть горные хребты, что виднелись на линии горизонта. Когда самолет подлетел к Анталии, и я увидел горы, то мне стало страшно от их красоты и масштаба. У меня в планах было восхождение на самый высокий пик горного хребта Бейдаглары, под названием Тахталыдаг, она же гора Тахталы, она же гора Олимпос. Ее высота была 2365 метров над уровнем моря. Сейчас, стоя у автобуса, я пытался глазами найти ее, но все было тщетно, она скрывалась высоко под облаками. В автобусе было много свободных мест, когда мы выехали из аэропорта. Сказывалась пандемия короновируса и не сезонное время в Турции.

— Добро пожаловать в солнечную Анталию! — радостно произнесла девушка гид — поскольку сейчас у нас не сезон, скоро уже зима, тут очень холодно по сравнению с летом.

— Как это? — удивилась одна из пожилых дам в автобусе.

— Да, всего 25—30 градусов тепла, а море 23 градуса — улыбнулась девушка.

Шутка удалась, и многие в салоне засмеялись. Пока автобус ехал по трассе в сторону города, русскоговорящая девушка гид по имени Элли объяснила нам все нюансы пребывания на территории Турции, а именно, как оплачивать проезд, как правильно смотреть меню в кафе и как надо себя вести, чтобы не попасть в руки мелким мошенникам. Анталия оказалась большим городом с развитой инфраструктурой. Мы проехали мимо исторического центра города прямо в район Коньяалты, где находился одноименный пляж длинной семь километров и роскошная набережная с пальмами, кафе, спортивными и детскими площадками. В автобусе было лишь двое одиноких путешественников, я и смешной парень, походивший на офисного работника. Он вышел практически сразу, как только автобус подъехал к морю. Я же вышел через несколько минут на окраине района Коньяалты, возле площади матрешек. Остальные туристы поехали на самый русский курорт на этом побережье в город под название Кемер.

Отель «Санталия» имел три звезды, и по его виду сразу было понятно, что его лучше годы уже давно прошли, если они вообще, когда-нибудь наступали. Закинув рюкзак на плечо, я зашел в семиэтажное здание белого цвета, где меня встретил молодой турок и его отец. Судя по всему, они одновременно были и владельцами и работниками этого отеля. Мы перекинулись парой фраз на английском языке, и мне выдали ключ с номером 205. Таким образом, уже в девять утра я заселился в свой номер, хотя официальное заселение должно было быть лишь только в два часа дня. Везет. На лифте я поднялся на третий этаж, где зашел в свой номер. Две односпальные кровати, шкаф с вешалками, столик с зеркалом, старый телевизор, кондиционер, туалет с душем, но изюминкой номера был крохотный балкон с видом на дерево с красными цветочками и горные хребты. Еще раз меня поразили горы, и в этот момент что-то щелкнуло у меня внутри. Сейчас! Я быстро принял душ, переоделся и спустился вниз.

— Какие планы, мой друг? — поинтересовался на ресепшене молодой турок.

— Собираюсь на гору Тахталы! — ответил я.

— Передавай ей привет от меня! — засмеялся он.

Как только я оказался на улице, то срезу же направился в сторону «Вестерн Юнион», где обменял сто долларов на турецкие лиры. Работник разговаривал на русском языке и с удовольствием подсказал мне, где здесь ближайшие супермаркеты. Еще в автобусе гид предупредила нас, что в районе Коньяалты живет и отдыхает много русских людей, поэтому здесь часто можно встретить вывески и меню на русском языке. Я прошел две остановки, а затем нашел местный супермаркет «Мигрос», где купил бутылку воды, пачку печенья, авокадо и манго. Теперь я был полностью готов к восхождению, даже несмотря на то, что я спал всего лишь три часа. Рядом с супермаркетом находилась остановка, где я встал с листочком бумаги в руке, на котором большими буквами было напечатано название деревни «Бейчик». Именно в эту деревню мне нужно было попасть, так как там проходит Ликийская тропа и берет свое начало пеший маршрут на вершину горы Тахталы. Мимо проезжало много городских автобусов и много междугородних, но никто из них не ехал мимо деревни Бейчик. Вдалеке можно было увидеть высокую гору, куда я собирался совершить восхождение.

— Высокая, странно, но я думал, что она находится дальше — задумчиво произнес я себе под нос.

В ожидании нужного мне автобуса прошел час, и я уже совсем отчаялся, и даже подумывал вернуться в отель спать, как рядом со мной остановился небольшой автобус, идущий в Кумлуджу. Водитель кивнул головой, а я еще раз показал ему листок с названием деревни. Жестом он пригласил меня в салон, где я заплатил ему 20 лир и с улыбкой на лице занял место у окна.

Ярко светило солнце. По левую сторону от дороги плескалось бесконечное Средиземное море. По правую сторону от дороги высились бесконечные горные хребты. Мы очень быстро подъехали к горе, на которую я смотрел, стоя на остановке, но оказалось, что это была гора Тюнектепе высотой всего 605 метров над уровнем моря. Гора Тахталы же находилась гораздо дальше, и я просто физически ее не мог увидеть из Анталии. Внутри меня возросло волнение, но страха не было, я был уверен в своих силах. Мы проехали мимо города Кемер, и водитель остановился на широком шоссе Д-400 возле поворота к деревне Бейчик. Я радостно выбежал из автобуса и в ноздри мне ударил чистый хвойный воздух.

— Вот это да! — удивился я и сделал несколько больших вдохов и выдохов.

Дорога из Анталии до этого места заняла у меня час, поэтому свое восхождение от шоссе Д-400 я начал ровно в двенадцать часов дня. По отзывам дорога до вершины должна занять около пяти-шести часов, а последний подъемник, на котором можно будет спуститься, отправляется в половине шестого. Считая себя человеком, физически подготовленным и опытным к данному восхождению, я решил, что пяти часов на подъем мне хватит с головой. Я посмотрел наверх, где высилась гора. Вершины не было видно из-за густого тумана. Отсюда гора Тахталы выглядела просто огромной. Погода благоволила. Яркое солнце и легкий ветер. Около двадцати градусов жары. Я в белой майке, черных шортах, гетрах, которые помогают при варикозном расширении вен и в специальных треккинговых ботинках «Рибок», вальяжно поднимаюсь по крутой серпантинной асфальтированной дороге. Мимо меня время от времени проезжают редкие машины и некоторые из них мне приветственно машут руками и сигналят. Возле синего фонтанчика я сделал небольшой привал, где обнаружил, что манго и авокадо, которые я купил в магазине, еще не доспели, и мне пришлось их выбросить, чтобы мой рюкзак с зимними вещами стал чуть легче. Поскольку погода на вершине горы даже летом иногда доходит до минусовой отметки, мне пришлось нести с собой несколько комплектов одежды.

Спустя час серпантина я оказался в небольшой деревне под названием Бейчик. Здесь были маленькие летние дома с огородами, на которых бегали куры, паслись овцы, мычали коровы и росли роскошные гранатовые деревья. Так же с потрясающим видом на горы тут разместилось несколько величественных вилл. В этой деревне было несколько мечетей, и как раз когда я проходил мимо одной из них, по громкоговорителю раздался голос муэдзина, призывающий всех верующих к намазу. Навстречу мне иногда попадались пожилые турки, которые приветствовали меня доброй улыбкой. По моему виду было заметно, куда я собрался, и для них это было привычным делом. Уверен, что в прошлом году в сезон, здесь было много туристических групп, совершавших восхождение, но сейчас из-за короновируса я шел совершенно один. Лишь только на окраине деревни, где заканчивалась асфальтированная дорога, я заметил несколько машин, где двое мужчины доставали рюкзаки и тоже готовились отправиться на вершину горы. Тут недалеко находилось информационное табло, на котором было отмечено несколько пеших маршрутов разными цветами. Маршрут, который вел на пик горы Тахталы, отмечался красной и белой полосками. Между двух высоких кедровых деревьев я приметил большой камень и захотел сделать на нем памятное фото. Мне повезло, что рядом проходил мужчина в кепке, который сфотографировал меня. Хоть мы и разговаривали на английском языке, по его акценту я понял, что он был русским. Он приехал сюда на машине и теперь направился на вершину горы, но его сильная отдышка, подсказала мне, что вряд ли ему удастся добраться до нее.

Я держал определенный темп ходьбы, и время от времени проверял, как поживают мои варикозные ноги и поясница с двумя грыжами. Самое страшное, что могло со мной случиться, так это обострение боли в спине, где-нибудь на половине пути. Помощи ждать неоткуда, надежда только на себя. Спустя два часа подъема я оказался в кедровом лесу, где между деревьев лежали огромные белые камни и коряги. Здесь дышалось легко, но стало заметно прохладнее, и я был вынужден надеть кофту. Мужчина в кепке, который меня фотографировал, развернулся и пошел обратно к машине. Он понял, что переоценил свои силы. Я тоже переоценил свои силы, только вот еще не понял этого. Несмотря на то, что сейчас была осень, весь лес был зеленый от хвойных деревьев, лишь только изредка можно было обнаружить ярко желтое пятно где-то вдалеке. Случайное дерево своими листьями напоминало, что скоро зима. В это с трудом верится, когда на улице двадцать пять градусов тепла. Внимательно следя за разметкой на камнях и деревьях, а так же ориентируясь по небольшим башенкам из камней, я следовал строго по тропе и вскоре вышел к кафе с деревянной верандой. Здесь несколько человек сидели за столами и пили турецкий чай из маленьких стаканчиков. Сразу за кафе был деревянный мостик через ограждение, за которым тропа резко начала подниматься, и идти по ней стало заметно тяжелее. На большом валуне с потрясающим видом вниз на шоссе Д-400, откуда я начинал свой путь, я устроился на привал. На часах два тридцать. В запасе еще столько же. Судя по карте в телефоне, я прошел половину пути. Ноги не болят. Грыжи не беспокоят. Все отлично! Через несколько метров я наткнулся на любопытные деревья, которые все вместе с ветками были во мху. Впервые я увидел, что мох может расти даже на ветках, делая дерево издалека волшебным, будто бы оно оказалось здесь из какой-нибудь сказки. Мне навстречу попалась молодая пара украинцев, девушка и парень.

— Далеко еще? — поинтересовался я.

— Куда? — удивился парень.

— До подъемника! — уточнил я.

— Да, очень далеко! Часа три! — ответила девушка.

— Я сюда дошел за два с половиной, начиная с шоссе Д-400 — похвалился я.

— Тогда быстрее! Но обратно уже вряд ли до темноты успеете! — предостерег меня парень.

— Я обратно на подъемнике хочу спуститься, последний пол шестого уходит! — сообщил я.

— Успеете! — подбодрила меня девушка, и мы разошлись.

Прошло еще полтора часа, прежде чем я вышел из леса. Дорога по нему была тяжелой в частности из-за тропинки, которая витиевато вела вверх по камням. Мне повезло с погодой ни вчера, ни сегодня дождя не было, и тропинка хоть и была непростой, все же была проходимой, чего нельзя о ней сказать в дождь. На пути мне попалось трое русских парней, которые быстро спускались вниз, желая успеть до темноты добраться до парковки с машинами. Так же я увидел несколько полян под кемпинг с местами для костров и палаток.

Выйдя из леса, я ощутил сильный ветер и был вынужден надеть ветровку. Здесь я так же ощутил усталость в ногах и в пояснице. Лес оказался позади, а впереди высилась гора и серпантинная каменистая дорога на вершину. До отправления последнего подъемника оставалось чуть больше часа. Я оглянулся и увидел, как весь лес затянулся туманом, словно дымом при пожаре. Воздух здесь был тяжелый, им сложно было надышаться, и я все еще старался держать темп ходьбы и дыхание, но это не получалось из-за усталости. С самого первого шага сделанного мной на шоссе Д-400, каждый мой следующий шаг был выше, чем предыдущей. Четырехчасовой подъем оставил меня без сил. Ноги были ватными, спина болела, и риск обострения грыж возрастал с каждым шагом. Я часто останавливался на передышку, смотря на часы. Внезапно мне стало страшно. Если я не успею за час добраться до вершины, то подъемник закроется, а обратно у меня уже не будет сил спускаться. Вокруг потемнеет, а ночью температура снизится ниже нуля градусов. Что же делать? Сердце забилось сильнее. Если сейчас мне сведет ногу, или вступит в спину, то я не смогу идти ни вверх, ни вниз, мне придется остаться здесь. Я всерьез задумался над тем, чтобы найти какую-нибудь пещеру, которая не будет обдуваться холодным ветром и устроиться там на ночлег, пока еще светло и туман не окутал все в поле видимости. Прошло полчаса, и я дошел до конца серпантина, но к моему удивлению и страху, подъемника здесь не было. Оказавшись на вершине, я увидел, что подъемник находится еще выше, и сейчас он предстал предо мной лишь маленькой точкой на линии горизонта. Паника охватила меня, когда я осознал, что сил идти уже не осталось, а моя левая нога уже не сгибается в коленном суставе. Поставить свою жизнь на кон, на этой горе и все ради чего? Ради того чтобы что-то понять? Что именно? Что я дурак! Никогда недооценивай стихию! Весной, когда я плавал на каяке, я недооценил воду, и на одной из волн перевернулся, но быстро выплыл в состоянии шока. Я не успел испугаться, так как все прошло очень быстро, адреналин помог мне не утонуть. Я толком и не понял, что произошло. Сейчас же я недооценил гору, но все тянется очень медленно так, что я все прекрасно осознаю, но уже не могу ничего с этим поделать. Только сейчас я понял, что ожидание смерти куда страшнее самой смерти.

Я допил всю воду, надел зимнюю шапку, накинул капюшон и, стиснув зубы, пошел вверх по каменистой тропе. Левая нога не сгибалась, и мне приходилось сильно заваливаться вправо, чтобы переставить ее, по этой причине через несколько минут у меня свело и правую ногу. Меня охватило отчаяние. В древности эта гора считалась местом обители богов, но зачем сюда иду я? И еще так дерзко и неуважительно. Да, я простой парень, вижу гору — совершаю восхождение. Однако, какой в этом смысл, если оно будет моим последним? Я совершаю подъем ради мудрости, которую должен обрести во время восхождения, но какой в этом толк, если этот урок будет моим последним уроком? Я внезапно осознал, что впредь, если я благополучно доберусь вниз, то буду более ответственно относиться к стихиям и к себе. Больше мне не стоит недооценивать стихии и переоценивать себя. Осознав это, я попросил всех богов этой горы придать мне силы, чтобы сделать последние шаги, и эти силы пришли ко мне. На характере, с двумя ногами, которые практически не сгибались и больной спиной, я добрался до станции подъемника.

На открытой площадке, затянутой туманом, находилось трехэтажное серое здание с надписью «Тахталы 2365 метров». Возле крыльца стояли статуи олимпийских богов, держащих огонь. Если в здании никого не окажется, у меня есть два варианта, как провести тут ночь. Первый, это закутаться в брезент, который я заприметил рядом с площадкой, и тем самым смастерить себе некую не продуваемую палатку, где бы я смог надышать и провести ночь в тепле. Второй, это разбить стекло и заночевать внутри здания, либо в отделении полиции за вандализм. К моему счастью, двери были открыты, и последняя кабинка еще не отправилась вниз. Я купил билет за 160 лир и вместе со всеми работниками подъемника медленно отправился вниз. Я сделал это. Мы сделали это. Я и две моих грыжи. Но зачем? Чтобы понять, что больше подобного делать никогда не надо. И конечно, чтобы понять, что я дурак. Хотя ради последнего на гору лезть не стоило.

Мы медленно спускались в кабинке, а вокруг все быстро затягивало туманом. Я вместе с остальными людьми вышел на площадку возле нижней станции подъемника, от которой мне как-то нужно добраться до Кемера, а там совершить пересадку в Анталию. Поскольку на парковке стоял только один микроавтобус, то я, не раздумывая, сел в него, надеясь, что он отвезет меня в Кемер. Двери закрылись, и мы поехали прочь от горы.

— Молодой человек, а вы вообще кто? И куда едете? — вдруг обратился ко мне по-русски женский голос.

— В Кемер — удивился я.

— Удивительно — вздохнула девушка, а затем, на турецком языке что-то спросила у водителя — хорошо, мы завезем вас в Кемер, но это будет стоить 30 лир, вам же в Кемер?

— А вы куда едете? — переспросил я.

— Мы в Анталию — ответила девушка, а женщина рядом с ней рассмеялась.

— Тогда и я в Анталию! — обрадовался я.

— Вы уж определитесь — засмеялась девушка, а затем что-то снова сказала водителю по-турецки — до Анталии будет стоить 50 лир, оплатите водителю, перед выходом.

— Договорились! — я выдохнул, и уставился в окно, где за считанные минуты сильно стемнело.

Через час я вышел около площади матрешек, где зашел в супермаркет «Мигрос» и купил лимонад, две пачки турецких сладостей, мандарины и хурму. Мой ужин, о котором я мечтал уже очень давно, затянулся. Я бродил вдоль бульвара Ататюрка в поисках заведения с адекватными ценами и понятным меню, но все было тщетно до тех пор, пока я не наткнулся на маленькую забегаловку. На синей вывеске было написано «Кепценин Ери», как это переводилось, мне уже было все равно, ведь я увидел, что тут продают кебаб и курицу гриль. Ко мне сразу подошла смуглая азиатка, которая напомнила мне старушку Хайди, филиппинку, с которой я вместе работал в Америке восемь лет назад. Она заговорила со мной на русском языке, и я заказал кебаб из баранины. Через десять минут мне вручили тяжелый пакет, и я поспешил в отель. Я поднялся в свой номер, где быстро принял холодный душ, так как горячей воды не было, и набросился на пакет. Оказалось, что за 30 лир мне полагалось два мясных шампура, лаваш, салат из томатов, острые перчики, два вида соуса и порция булгура. Так сытно я давно не ел. С трудом, через силу я запихивал в себя последние куски еды, а затем в девять вечера заснул. У меня болело все тело, но я был счастлив, что могу ощущать эту боль, ведь это значит, что я все еще живой.

Глава 19

«Аспендос»

Я проспал двенадцать часов, а когда открыл глаза, то ощутил боль во всем теле. После гимнастики, где я тщательно размял ноги и спину, мне стало немного легче двигаться, но все равно вчерашний подъем на гору давал о себе знать. На завтрак у меня были мандарины и приторный лукум. В двенадцать часов дня в холле отеля меня ждала встреча с гидом, на которую я должен был принести заполненную анкету в связи с эпидемией короновируса. Гидом оказался турок, который хорошо разговаривал на русском языке. Он начал рассказывать мне о различных экскурсиях, но когда я сказал ему, что вчера уже совершил восхождение на гору Тахталы, сильно удивился и понял, что парень, который в день своего прилета лезет на такую гору, не нуждается ни в каких экскурсиях. Мы обменялись номерами телефонов на всякий случай, и я поспешно отправился на пляж.

Семикилометровый пляж Коньяалты находился всего лишь через несколько метров от отеля. На небе не было ни тучки, жара, но людей на пляже было мало, а в воде еще меньше. Рядом с кафе «Пляж Джемиля» я спустился к воде. Вместо песка везде были мелкие красивые камешки, которые отлично массажировали мои уставшие ноги. Бросив вещи рядом со смотровой вышкой, я побежал в воду, которая на мое удивление оказалась очень теплой. Я решил, что пробуду на пляже два часа, а затем отправлюсь знакомиться с городом Анталья поближе. За это время я несколько раз искупался, проверил в воде свои новые водонепроницаемые часы «Амфибия», полюбовался шикарными горными хребтами, которые находились совсем рядом, а так же просто смотрел вдаль, за горизонт, где синее море встречалось с синим небом. Где-то там впереди находился чудный остров Кипр, где я провел одну из своих жизней, вместе с одногруппницей по имени Эмма. По телу пробежали мурашки, то ли от морского ветра, то ли от нахлынувших воспоминаний. Недавно я случайно встретился с Эммой в торговом центре, где работал, но она даже не поздоровалась со мной. Все в прошлом. Все осталось там, где был вкусный банановый ликер, средиземное море и очень рано садилось солнце.

Последние полчаса на пляже я провел, перебирая камушки, это единственное, что помогало мне не сойти с ума от безделья. Не представляю, как люди часами просто лежат на шезлонгах. Я уже почти ушел с пляжа, как мне навстречу попалось несколько молодых турок в сопровождении колоритного седого мужчины. Он громко командовал и махал руками. Это была какая-то спортивная команда, а он видимо был их тренером. Сначала они все разулись, а затем поделились на пары. Один из пары должен был запрыгнуть второму на спину, а затем первый должен был донести его по мелким камешкам до спасательной будки и вернуть обратно. Потом они менялись. После этого тяжелого для ног упражнения, все ребята по команде тренера прыгнули в воду и поплыли на перегонки до буйков и обратно. Когда же они снова оказались на суше, тренер отправил их бежать по волнам вдоль берега.

— С такой подготовкой эти ребята просто забегут на Тахталы — чуть слышно засмеялся я.

На выходе с пляжа я искупался под душем и переоделся в деревянной кабинке, сложив мокрые плавки в карман. Сегодня я был налегке. Солнцезащитные очки, белые кроссовки «Найк», черные шорты, фиолетовая майка и коричневая кофта в руке, ведь я знал, что вечером может быть очень холодно. Никаких сумок и рюкзаков. Сегодня моя спина отдыхает. Не спеша я отправился по набережной к самому ее концу, где находился большой парк. Людей на набережной было много, кто-то занимался спортом на спортивных площадках, кто-то играл с детьми на детских площадках, кто-то просто сидел на лавочках и смотрел на море, а кто-то, как и я прогуливался среди пальм. Современная, широкая набережная произвела на меня хорошее впечатление и час, который я шел по ней, пролетел незаметно.

Возле океанариума я свернул налево и вскоре увидел большой торговый центр «Мигрос». Здесь людей было больше, чем на всем пляже. Странно, но я никогда не понимал людей, которых так сильно интересуют вещи. В большом супермаркете я присмотрел несколько сувенирных магнитов, брелков для ключей и бокалов, которые непременно куплю ближе к своему отлету. Сейчас же я купил большую и мягкую булку, бутылку лимонада и бутылку протеина с добавлением капучино. Устроившись рядом с входом в торговый центр, в небольшом сквере, где были фонтаны и табличка «Я люблю Анталью», я приступил к своему обеду. Через шоссе, напротив торгового центра находился парк развлечений «Актур Парк» с самым большим колесом обозрения в Турции высотой девяносто метров. Здесь же, около дороги была стоянка автобусов фирмы «Хаваш», которые шли до автовокзала и до аэропорта города. Рядом с ними находилась остановка общественного транспорта, где я спокойно ждал автобус номер «KL-08» проходивший почти через всю Анталию. Здесь на остановке было несколько радостных туристов с большими пакетами из торгового центра. Когда приехал автобус, я вместе со всеми зашел в первую дверь и приложил свою банковскую карту к терминалу, где у меня списали 3 лиры. В автобусе все были в защитных масках, так же как и в торговом центре «Мигрос», хотя несколько русских девушек были без них, демонстрируя всем свою природную красоту.

Автобус быстро проехал мимо большого футбольного стадиона и парка, а затем заехал в центр города, где свернул на набережную. Жаркая погода располагала к прогулкам и отдыху, поэтому в центре города кипела жизнь. В лавках можно было купить сувениры, одежду известных брендов и восточные сладости. Большинство пассажиров вышли на остановке рядом с портом города, ведь именно здесь начинался старый центр Антальи со всеми основными достопримечательностями. Я же решил посетить его вечером, когда весь город наполнится волшебной прохладой и красивыми разноцветными огнями витрин магазинов и вывесками кафе. Автобус с трудом двигался по узким улицам с односторонним движением, но, когда он наконец-то выбрался из старого центра города, то быстро поехал вдоль моря к Дюденскому парку, где находились одноименные водопады. Через тридцать минут поездки я вышел около большой спортивной площадки, где катались многочисленные скейтеры, роллеры и велосипедисты. По зеленому и пустому парку вдоль бурной Дюденской реки я направился к морю. Здесь было мало людей и много красивых деревьев. Чуть дальше на одной из полян парка я заметил фотографа и молодоженов. Они выглядели счастливыми. Сколько продлится их счастье после брака? Философский вопрос. Через несколько минут я услышал водопад, а через мгновенье увидел его. Нижний Дюденский водопад был высотой сорок метров, и он так красиво впадал в Средиземное море, что на ярких лучах солнца можно было заметить радугу. Здесь у деревянных бортиков несколько пар делали памятные фотографии, а чуть дальше на смотровой площадке пел и играл на гитаре уличный музыкант. В парке несколько семей вместе с детьми устроили себе пикник, а пожилые мужчины и женщины сидели на скамейках и слушали шум водопада. Помимо нижнего Дюденского водопада есть еще и верхний водопад или как его часто называют «Водопад Александра Македонского», он находится в тринадцати километрах вверх по течению реки, но добраться до него очень сложно.

В течение часа я прогуливался по аллеям парка вдоль Средиземного моря. Мои ноги и спина все еще помнили вчерашнее восхождение, и я старался их не перегружать. Рядом с парком находилось несколько отелей и частных домов, а на улицах тихо и мирно росли мандариновые деревья. На бульваре Баринаклар я опять сел на автобус номер «KL-08», но сделать это мне удалось лишь со второй попытки, так как в первый раз автобус проехал мимо остановки, и водитель показал рукой, что в салоне слишком много людей. К пяти часам вечера я доехал до старого центра города. На улицах было много туристов и местных жителей, но все равно было спокойно и тихо. Не представляю, что происходит тут летом, но сейчас здесь было очень приятно находиться. Зажглись фонари, а многочисленные кафе на романтических улочках наполнились людьми. Первой достопримечательностью, которую я осмотрел стали Ворота Адриана, возведенные в честь римского императора Адриана, который посетил Анталию в 130 году нашей эры. Ворота напоминали собой несколько арок, соединённых воедино с красивыми колоннами. С наступлением темноты их очень красиво начали подсвечивать прожектора. Здесь толпилось множество туристов. Все хотели сделать фотографии одной из главных достопримечательностей города.

Старый центр города покорил меня своими узкими улицами, своей брусчаткой, своими пахучими деревьями, своими уютными кафе и своим волшебством, которое можно было разглядеть лишь только при свете фонаря. Вдруг на пустую улицу выбежало две кошки, одна белая, а другая черная, они сцепились на мгновенье вместе и образовали «Инь — Янь», а затем разъединились и убежали прочь в темноту. Баланс. Везде в мире должен быть баланс. Я дошел до берега, где расположилась башня Хыдырлык, когда уже был закат. Солнце скрылось за горными хребтами, но его желто-оранжевый след все еще витал на сине-черном небе. Панорама гор, возвышавшаяся над районом Коньяалты, напомнила мне, что вчера я был на одной из них. Даже не верится. По улицам старого города я дошел до порта, где перешел дорогу, но заметил, что здесь было одностороннее движение, и автобус «KL-08» здесь не ходит. Увидев на остановке полицейского, я подошел к нему и уточнил, как мне добраться до Коньяалты. Он посоветовал сесть на автобус, идущий до торгового центра «Мигрос», а уже потом доехать до отеля. Я порядком уже устал, поэтому прислушался к его совету, а когда через десять минут оказался около торгового центра, то зашел в супермаркет. Там я купил четыре вида местного пива «Эфес», три коробки разного сока, сувенирный бокал, две банки кофе в подарок маме и тете, несколько магнитов и брелков для ключей. С двумя большими сумками я перешел шоссе по надземному переходу, где остановился, чтобы полюбоваться красивыми огнями колеса обозрения. В восемь часов вечера я пришел в полюбившееся мне кафе «Кепценин Ери», где заказал кебаб из курицы всего за 25 лир. В этот раз порция оказалась еще тяжелее и больше. Хромая, я добрался до отеля и поднялся к себе в номер. В этот раз мне повезло, и я принял теплый душ. Ноги гудели, спина болела, я чувствовал себя так, словно только что спустился с Тахталы. Думаю, это ощущение со мной надолго. Открыв баночку пива «Эфес», я приступил к ужину. Странно, почему я так сильно устал сегодня, ведь по плану у меня должен был быть отдых? Что это, когда ты устаешь от отдыха? Возраст? Возможно, ведь мне уже скоро тридцать лет.

Утром, когда я вышел из отеля, на улице ярко светило солнце, и было тепло и сухо, хотя всю ночь шла гроза с громом. В девять утра я сел на автобус номер «KF-52», который всего за полчаса довез меня до автовокзала города, и тут началось самое интересное. Я провел почти час времени в поисках входа на автовокзал! Так умею только я. Дело в том, что автобус остановился за автовокзалом, и водитель просто показал мне рукой туда, где находился высокий забор, и была парковка рейсовых автобусов. Но вот как туда попасть я не знал, поэтому я сделал огромный круг вдоль этого забора, пока не увидел туристку с большим чемоданом. Интуиция подсказала мне последовать за ней, хоть и шла она в противоположную от меня сторону. Таким образом, спустя час поисков и попыток попасть на территорию автовокзала, у меня это получилось.

Автовокзал города расположился на довольно обширной территории, где находилось два автобусных терминала. Мне потребовалось еще какое-то время, чтобы сориентироваться и понять, что мне нужен терминал слева, где в ряд стояли автобусы с табличками населенных пунктов, через которые они проезжают. Меня интересовал поселок Серик, и я искал это название на стекле автобусов, пока не нашел. Седой водитель сидел рядом с автобусом на лавке и курил.

— Серик? Аспендос? — обратился я к нему, и в ответ он кивнул мне головой.

Я зашел в салон и занял место у окна. На часах было почти одиннадцать часов дня, когда автобус выехал из Анталии. В салоне не было туристов, были только местные жители. Все в защитных масках, как это везде сейчас положено. Мы проехали центр города, а затем и аэропорт, куда я прилетел два дня назад. По широкому шоссе Д-400 мы направились в сторону Сиде и Алании. Пейзаж за окном снова радовал глаз. Широкие зеленые поля и высокие горные хребты. В двенадцать часов дня наш небольшой автобус заехал в поселок Сиде, и я сразу подошел к водителю и заплатил за проезд 10 лир, а заодно и уточнил, где мне нужно выходить. Остановка была в самом центре поселка, рядом с большой и красивой мечетью. Водитель открыл двери и что-то крикнул мужчине, который дежурил на остановке в небольшом помещении.

— Автобус в Аспендос поедет в час дня! — пояснил мне мужчина и показал на часы.

Как я понял позже, этот мужчина работал смотрителем этой остановки, он помогал туристам и местным жителям разобраться с маршрутами автобусов, и за это ему давали мелочь водители. Интересная профессия. В ожидании автобуса я осмотрелся вокруг. Поселок Серик было небольшим, но здесь было все, что нужно для комфортной жизни, магазины, кафе, трехэтажные и пятиэтажные дома, парки, школы и мечети. Это был целый маленький город, который часто посещают туристы, ведь именно отсюда ходит рейсовый автобус в Аспендос, в древний город, который по легенде был основан прорицателем Мопсом или Полипетом сразу, после Троянской войны.

Ровно в час дня приехал рейсовый автобус номер «10», который шел до Аспендоса, делал там круг и возвращался обратно. Вместе со мной в салон автобуса зашло двое туристов и несколько местных жителей. По узким улицам поселка Серик мы выехали к его окраине, где находилось несколько сельскохозяйственных полей и ангаров, а через несколько минут мы подъехали к реке Кепрючай и повернули налево. Я краем глаза заметил красивый сельджукский мост через реку, который был построен в 13-ом веке нашей эры, на месте другого древнего моста. На берегу бурной реки было много зон для отдыха, на некоторых площадках стояло несколько машин и люди устраивались на пикники. Здесь росли и обычные деревья, и необычные пальмы. Природа Турции не переставала меня удивлять. Мы подъехали к развилке, и я подошел к водителю и заплатил 3,5 лиры за проезд. К моему удивлению остановки тут не оказалось, и мы свернули налево и поехали вверх по крутому холму, где через несколько минут я увидел руины древнего Акведука. Только сейчас я осознал, что мне надо было попросить водителя автобуса остановить на развилке, и оттуда самостоятельно дойти до входа на территорию Аспендоса. Сейчас уже было поздно что-то менять, и я просто сидел и ждал, когда автобус завершит круг по маленьким поселкам, что находились рядом, и вернется к развилке.

В два часа дня я вышел перед большим многоэтажным кирпичным сооружением, где в кабинке купил входной билет за 50 лир. Пройдя через ворота, я оказался в самом центре античного римского амфитеатра построенного во втором веке нашей эры. Меня шокировали и его размеры и то, в каком прекрасном состоянии он сохранился до наших дней. На его трибунах могло уместиться 17 тысяч зрителей. Неудивительно, что это место используют и сейчас для проведения различных театральных и музыкальных представлений. Лучшего места для таких мероприятий и не придумать! Помимо меня на его территории находилось всего девять человек, которых я практически не замечал. Все-таки мне повезло поехать в Турцию в не сезон, да еще и когда практически все страны закрыты из-за коронавируса. Никаких толп громких туристов, только тишина и покой, которые мне были необходимы. В гордом одиночестве я поднялся на самый верх, чтобы оценить масштаб этого сооружения. Тут находился арочный проход, где можно было спрятаться от палящего солнца. Я сел на одну из скамеек и остался наедине с историей в камне. С этого места отлично было видно всю большую сцену, высотой в три этажа или в пять ярусов, с резными узорами и окнами, которые были задействованы во время театральных представлений. В середине сцены, чуть ближе к верху, под небольшим козырьком можно было разглядеть фигуру бога вина и покровителя театра — Диониса. В течении часа я внимательно осматривал территорию театра, а затем вышел из него и направился знакомиться с руинами древнего города.

Город Аспендос находился на холме сразу за театром и, когда я забрался на самый высокий его пик, то понял, почему многие так восхищаются этим местом. Дело даже не в том, в каком хорошем состоянии он дошел до нас, а в том, где он был возведен, вокруг был потрясающий вид. Поля, луга, горы все это залито ярким солнцем, невероятно красивая местность! В древнем городе сохранилось немногое, только руины базилики, акрополя, парламента, и акведука, который я уже видел. Я гулял среди руин и представлял, какой здесь была жизнь, тогда, двадцать веков назад. В своем воображении я дорисовывал недостающие элементы сооружений и любовался ими. Кроме меня на этих холмах было всего лишь шесть человек, которые встретились мне по пути. В потрясающее время я здесь оказался! Под ярким солнцем я сполна насладился обломками истории, а затем спустился вниз, к кассам. Мне невероятно повезло, ведь в это самое время мимо проезжал автобус номер «10», куда я сразу сел и уже через полчаса был снова в Серике, где мне снова повезло, и я почти сразу пересел на автобус, идущий в Анталию из Манавгата.

На улице уже стемнело, когда я вновь оказался на автовокзале города. Уставший, голодный, но счастливый. Знакомство с историей, будь то музеи, будь то руины, всегда оказывали на меня положительное впечатление. Благодаря своему воображению, я каждый раз совершал путешествие во времени и возвращался оттуда немного другим человеком. Около автовокзала я сел на автобус маршрут номер «KF-52». Вместе со мной в автобус зашел очень веселый и харизматичный африканец. Он перекинулся со мной парой фраз, но быстро понял, что мой английский весьма плох. Странно, но это первый чернокожий, которого я тут увидел за все это время. Я вышел перед мостом через реку «Бык», которая впадала в Средиземное море. Через две остановки находилась площадь матрешек и мой отель. Я намеренно вышел пораньше, чтобы насладиться послевкусием заката над горными хребтами и полюбоваться красивой подсветкой моста. Неспешным шагом я добрался до кафе «Кепценин Ери». Сегодня мой выбор пал на целую курицу гриль, которая обошлась мне в 30 лир. Когда я зашел в свой номер, то понял, что с каждым днем, проведенным в Турции, я устаю все больше и больше. Хватит ли меня до конца моего путешествия? После сытного ужина я лег спать, хотя на часах было всего лишь восемь вечера. Причина моего раннего отбоя была очень проста, ведь завтра меня ждет очень ранний подъем и вылет на самолете в самый известный город Турции.

Глава 20

«Стамбул»

На улице моросил мелкий дождь. Я неохотно встал с кровати, сделал лечебную гимнастику для спины, а затем собрался и вышел из номера. Все тело болело, и я хорошо прочувствовал это, пока спускался по ступенькам с третьего этажа. На улице было тепло и мокро. Осторожно перепрыгивая через лужи, я добрался до остановки, где сел в автобус маршрута «KL-08». Город Анталия спал. В автобусе было лишь три человека, а на улицах и вовсе никого. В семь утра я вышел на остановке около торгового центра «Мигрос», кроме водителя автобуса «Хавиш», который отправится в аэропорт в восемь утра. Никого в округи не было. Около фонтана и надписи «Я люблю Анталью» я присел на лавку. Постепенно на улице начало светать. Вдруг откуда-то из-за кустов ко мне подбежал бродячий пес черного цвета с белыми лапами. На ухе у него болталась пластиковая метка о стерилизации.

— Привет пес — я поздоровался с ним.

Он подошел ко мне и просто лег спать у моих ног. Чуть позже я решил пройтись вдоль торгового центра среди пальм, но стоило мне немного отойти, как ко мне снова подбежал этот пес и снова лег у ног. Не знаю почему, но в этот момент я невероятно сильно растрогался. Бродячий пес и бродячий человек. Я один здесь. Он один здесь. Этому псу просто хотелось находиться рядом с кем-то, неважно с кем, важно просто осознавать, что он был не один. Я снова сел на лавку, чтобы пес смог нормально поспать рядом. Одинокий человек. Одинокий пес. Вот сижу я и смотрю на зарю, которая освещает зеленые кроны пальм. Вот лежит пес и тяжело дышит. Вот мы уже и не так одиноки.

Водитель автобуса «Хавиш» докурил сигарету, а затем махнул мне рукой. Я оплатил билет ценой в 15 лир и занял место в мягком комфортабельном кресле. Автобус был почти пустой, всего лишь десять мест было занято. По уже знакомым улицам мы быстро доехали до аэропорта города, где я прошел через полицейских и металлодетекторы к стойкам регистрации. Здесь я первый раз за сегодня удивился, когда увидел автоматы самостоятельной регистрации пассажиров. Я сменил язык на русский и, следуя инструкциям, быстро получил билет на самолет. Подойдя к табло, я удивился во второй раз за сегодня, когда увидел, что мой самолет прилетает не в «Стамбул», а в «Стамбул Сабиха Гекчен».

— Так, и что это значит? — чуть слышно произнес я.

Чтобы найти ответ на мой вопрос, мне нужен был интернет. Быстро и легко пройдя таможенный контроль, я заприметил одно пустое кафе под названием «Мадо». Сев за столик у окна, где взлетали самолеты, я заказал стакан турецкого чая, а заодно спросил пароль от бесплатного интернета для посетителей. Чай принесли мне в маленькой чашке, которая больше напоминала рюмку для спиртных напитков. Он был очень крепкий. Благодаря интернету я узнал, что купил билеты не туда. Я, конечно, прилечу в Стамбул, но не в тот аэропорт, в который изначально хотел. Дело в том, что в Стамбуле есть потрясающий новый аэропорт, о котором мне так много рассказывал Денис, мой давний приятель, с которым мы работали в США восемь лет назад по программе для студентов «Работай и путешествуй». С тех пор мы каждый год собирались на ежегодной встрече вместе с остальными ребятами. Однако в последнее время я стал чаще видеть Дениса, ведь он начал ходить в тот же фитнесс зал, что и я. Он успел много где побывать за последние годы, и по его словам новый аэропорт в Стамбуле, это лучший аэропорт в мире. Планируя это путешествие по Турции, я думал, что смогу проверить его слова лично, но допустил досадную ошибку, когда покупал билеты в Стамбул, я не посмотрел в какой именно из двух аэропортов города прилетит мой самолет из Антальи.

Теперь, пока я сидел в кафе и пил чай, мне нужно было продумать новый маршрут до хостела, который я забронировал в Стамбуле на две ночи. Неприятная ошибка из-за банальной невнимательности. Я допил чай и прогулялся по аэропорту. За спиной у меня висел полупустой рюкзак, в который я сложил ветровку и шапку. По прогнозам погоды, в Стамбуле температура была на десять градусов ниже, чем в Анталии. Было бы крайне опасно заболеть в Турции, пусть даже обычной простудой. Ведь ее симптомы так похожи на короновирус, и скорее всего, придется делать тест, а это обойдется не дешево, а если еще и закроют на самоизоляцию в отеле. Лучше не думать об этом, хотя я сомневаюсь, что теперь когда-нибудь заболею, ведь в моих легких до сих пор был холодный горный воздух горы богов Тахталы.

Самолет вылетел в одиннадцать утра, а в двенадцать уже совершил посадку. Это было очень быстро. За время полета я наблюдал в окно самолета бесконечные горы, редкие озера и небольшие поселения. Когда мы подлетали к Стамбулу, я увидел знаменитый город, раскинувшийся на берегах Европы и Азии разделенный проливом Босфор. Аэропорт Сабиха Гекчен был небольшим и интуитивно понятным. Я быстро сориентировался в нем и совсем скоро уже оказался на улице, где толпились таксисты и люди с табличками в руках.

— Интересно, меня когда-нибудь встретят так же солидно? С моим именем в руках? — засмеялся я.

Через дорогу от выхода из аэропорта находилась стоянка автобусов «Хавабас», где я заплатил 18 лир и занял место в автобусе в ожидании остальных пассажиров. Скоро автобус тронулся. По широкому шоссе «Е-80» мы за час добрались до центра города, предварительно проехав по одному из мостов через Босфор. Погода радовала, ярко светило солнце, а с воды дул прохладный ветер. Я был полон сил и энергии, мне не терпелось начать знакомство с этим городом. Конечная остановка автобуса была около площади Таксим, там же где и находился мой хостел. Всю дорогу передо мной сидел русскоязычный мужчина, который рассказывал пожилой женщине о своем путешествии по Турции. Он арендовал автомобиль и проехал почти всю Турцию за два месяца. Из его рассказов я лишний раз убедился, что Турция — это уникальная страна и здесь есть, что посмотреть. Как жаль, что многие летят сюда только ради пляжного отдыха.

Как только я вышел из автобуса, так сразу почувствовал шум, гам и пульсацию этого огромного мегаполиса. Казалось что каждый из 15 миллионов жителей, что-то говорит. Энергия этого города ощущалась в каждом вдохе холодного пыльного воздуха. По улицам, вдоль пятиэтажных жилых зданий, кафе и офисных центров я прошел чуть дальше до сильно крутой улицы «Долапдере Таксим». Крутизна этой улицы напомнила мне крутые склоны горы Тахталы. Мне снова пришлось вспомнить свое восхождение. Мне, моим ногам и моей спине. Я внимательно смотрел вниз, на асфальт, чтобы не поскользнуться на мусоре, который лежал на тротуаре. Острожными шагами я за десять минут добрался до хостела «Ностальгия», где на втором этаже здания находилась квартира, переделанная в хостел. На ресепшене было пусто, и я простоял несколько минут, пока ко мне не вышла русскоговорящая женщина, хозяйка этого заведения. Она взяла с меня 100 лир за две ночи и показала мою кровать на втором ярусе в комнате для мужчин. Комната была просторная, она вмещала в себя одиннадцать спальных мест, и все места были заняты. Сказывалась невысокая цена проживания и отличное месторасположение. Внимательно осмотревшись, я пришел к выводу, что это был, наверное, самый ужасный хостел, в котором я только останавливался ночевать. Однако я был простым парнем, и это жилище вполне подошло под мои цели. Я быстро привел себя в порядок, переоделся, сунул в рюкзак всю свою одежду и спрятал его под одеяло.

В два часа дня я вышел из хостела и начал свое восхождение по крутым улицам Стамбула, а чуть позже я понял, что весь город состоит из них и моим ногам и спине придется не сладко. Оказавшись на площади Таксим, я обратил внимание на две вещи. Первая — как много здесь было людей. Вторая — как много здесь было полицейских. Так же тут брала свое начало знаменитая улица Истикляль, которая вся была заполнена туристами. Вдоль нее ездил знаменитый старинный красный трамвай, за который часто цепляются зайцы, чтобы проехать несколько метров бесплатно. Эта улица напомнила мне все похожие улицы известных европейских городов. Так же много магазинов и бутиков. Так же много кафе и ресторанов. Так же много туристов и мошенников. Такие же потрясающие фасады домов, которыми можно любоваться целый день. Однако я уже был наслышан о мошенниках в Стамбуле, поэтому старался не терять бдительности. На улице воздух был пропитан жареными каштанами и булочками, которые продавались здесь на каждом углу в красных тележках с колесами. Я прошел почти километр по этой улице, любуясь фасадами зданий, но не теряя бдительности. Некоторые из них действительно были произведениями искусства. Затем я увидел вдалеке возвышавшуюся на 67 метров Галатскую башню — один из символов города. Купив билет за 30 лир, я поднялся на лифте в порядке своей очереди. Из-за коронавируса людей дозировали, но поскольку туристов было в городе немного, ждать долго мне не пришлось. Совсем скоро я уже вышел на самой вершине башне, где расположилась смотровая площадка. Так же здесь находились ночной клуб, кафе, таверна и магазины, все на разных этажах башни. На смотровой площадке толпились люди, но места всем хватало. Отсюда открывался прекрасный вид на Европейскую часть города, на пролив Золотой Рог, на Босфор, и видневшуюся за ним Азиатскую часть города. Оранжевые крыши домов внизу красиво горели на ярком солнце. По воде в разные стороны плыло множество больших кораблей, маленьких катеров и пассажирских паромов. Я сделал несколько отличных снимков города и внезапно вспомнил историю об Османском ученом-инженере по имени Хазарфен Ахмет Челеби. Он стал известен благодаря своему авиационному эксперименту, который поставил в семнадцатом веке. Спроектировав и создав нечто похожее на планер, он спрыгнул с ним с вершины Глатской башни и пролетел 3,5 километра через Босфор до берега Азиатской части города, где совершил удачную посадку. Султан Мурад который стал свидетелем этого героического подвига и успешного эксперимента, наградил ученого кошельком золота, а башню стали называть башней Хазарфена. Однако позже, под давлением религиозных представителей и советников, султан Мурад изменил свое решение и сослал ученого в Алжир, где тот и умер. Интересная и поучительная история.

В прекрасном расположении духа я вышел на улицу и по крутым тротуарам спустился к Галатскому мосту через пролив Золотой Рог. Он вел в историческую часть города. Уже с этого берега можно было увидеть мечеть Сулеймание, которая расположилась высоко на холме. На мосту собралось бесчисленное количество рыбаков, которые иногда мешали проплывающим внизу катерам. Интересно, здесь вообще есть рыба или ее всю давно распугали моторами лодок? Сразу за мостом в подземном переходе я увидел несколько столов с одеждой и обувью от известных брендов. Цены были невероятно низкими, а качество отменным. Если бы я охотился за репликами брендов, то закупился именно здесь, в Стамбуле. Благо меня уже давно не волновала одежда. Я прошел мимо египетского базара и Новой мечети и начал подниматься на холм по крутой и узкой улице. Здесь было много кафе и магазинов. Людей на улицах в этой части города стало заметно больше. Используя карту на телефоне, я приближался к Собору Святой Софии. Вдруг я оказался совершенно один на покатой мостовой, где начал осторожно спускаться вниз. Поясница чувствовала себя не лучшим образом, ведь за сегодня я сменил два автобуса и один самолет. Мне навстречу прошел молодой чистильщик обуви. Внезапно у него упала щетка, а он не заметил это и продолжил идти дальше. Я, как добропорядочный гражданин, тут же поднял ее. Чистильщик обуви так сильно обрадовался этому, что в знак благодарности начал мне чистить обувь, хотя я сказал, что не нуждаюсь в этом.

— Вы откуда, мистер? — обратился он ко мне на плохом английском.

— Из России — ответил я.

— Хорошо, я сам из Анкары, это далеко отсюда — пояснил чистильщик.

— Да, это точно — согласился я.

— У вас есть дети, мистер? — спросил он.

— Нет — засмеялся я.

— Нет детей — нет проблем! — улыбнулся чистильщик — у меня две проблемы!

— Понимаю — ответил я, и внезапно до меня дошло, что это был мошенник, который специально бросил щетку, чтобы привлечь меня.

— У вас очень большие ботинки — произнес он, продолжая усердно чистить мою обувь.

— Да, это горная обувь — улыбнулся я, наблюдая над тем, как старательно он пытается придать моим грязным горным ботинкам, хоть какой-то приличный вид.

— Все готово, мистер, с вас 20 лир! — заявил чистильщик, когда закончил с моей обувью.

— Мы так не договаривались, это слишком дорого! — воскликнул я.

— У вас очень грязная обувь, мистер! — не сдавался чистильщик.

— Я дам только 10 лир, у меня больше нет! — я махнул на него рукой.

— Хорошо, 15 лир, мистер! У меня двое детей! — чистильщик достал из колоды аргументов, свой последний козырь.

— Я больше никому не помогу в этом городе — я достал 15 лир и дал ему их.

Пройдя чуть дальше, я заметил, что мои горные треккинговые ботинки выглядят так хорошо, как не выглядели еще никогда.

— Да, дружище, и кто кого еще обманул? — засмеялся я — я же предупредил тебя, что из России.

Я гордо шагал в блестящих синих ботинках по улице Еребатан, как меня вдруг окликнул один мужчина, стоящий на тротуаре.

— Крутые ботинки! Где ты их покупал? — спросил он меня.

— В «Рибок» — ответил я, даже не останавливаясь.

— Отлично, у моего брата такие же ботинки! — он пытался меня разговорить, но я просто прошел мимо, так как умел хорошо учиться на своих ошибках.

На площади рядом с Собором Святой Софии стояло железное ограждение, и было много полицейских. Я без проблем прошел на площадь, где громко раздавался призыв к намазу. Пара молодых азиатов с радостью сфотографировали меня на фоне этого уникального здания. Построенный в пятом веке нашей эры этот православный собор за долгие годы успел побывать и мечетью, и музеем, а сейчас снова получил статус мечети. Снаружи это была большая мечеть светло розового цвета с характерными куполами и башнями-минаретами. Внутри же это было невероятное по своей архитектуре и атмосфере место. Над дверью с южной стороны вестибюля находилась мозаика, на которой была изображена богородица с младенцем на коленях, а рядом императоры Константин и Юстиниан. Я зашел в двери, а затем разулся. В главном зале под центральным куполом располагался алтарь. Здесь уже собралось множество мусульман для вечернего намаза. По светло-зеленому ковру я прошел вглубь зала и несколько минут рассматривал всю эту красоту, что была здесь. Масштаб этой мечети внутри просто шокирует своими размерами, так же как шокируют и росписи на стенах вместе с мозаиками. С левой стороны от алтаря огромным куском темно-красной ткани были завешенные несколько православных мозаик. Это произошло только в этом году, когда музей превратился снова в мечеть и вход сюда стал бесплатным. Когда начался намаз, я вышел из зала и обулся. Перед уходом я заметил еще одну входную мозаику, на которой император Лев Шестой преклонился перед Иисусом Христом.

На улице наступал вечер, когда я направился от Собора Святой Софии по площади Султанахмеда к Голубой мечети, на фасаде которой велись реставрационные работы. Вместе со мной к ней в сторону шел бородатый турок в кожаной куртке.

— Привет! — произнес он на английском языке, когда мы с ним сравнялись.

— Привет — поздоровался я, не сбавляя шага.

— Тебе нужен гид в Голубую мечеть? — обратился он ко мне.

— Нет, спасибо — ответил я и пошел в сторону обелиска.

— А что ты тут ищешь? Я могу помочь — он шел вместе со мной и предлагал помощь.

Я покачал головой.

— Я владею магазином ковров и кожи, если интересно — произнес он.

Я снова покачал головой, а затем остановился возле двадцатипятиметрового древнеегипетского обелиска фараона Тутмоса Третьего. Его воздвиг здесь Римский император Феодосий Великий в 390 году нашей эры. Мой навязчивый спутник продолжил идти вперед, но дойдя до конца площади, он остановился и начал осматриваться, выглядывая в толпе одиноких путешественников, чтобы предложить им свои услуги гида. Очередной пример мелкого мошенничества. Рядом с обелиском находилась змеиная колонна зеленого цвета, которая являлась частью древнегреческого жертвенного треножника. Она была создана из оружия побежденных персов в 479 года до нашей эры после битвы при Платеях. Находилась она в знаменитом древнегреческом храме в Дельфах, но после разграбления храма Фокейцами в 345 годы до нашей эры была похищена и только в 324 году нашей эры ее привезли в новую столицу Римской империи — Константинополь. Совсем недавно я увлекся историей Древней Греции и ее мифологией, поэтому для меня особенно важным было увидеть эту знаменитую змеиную колонну. Рядом находилась последняя достопримечательность на площади Султанахмеда — тридцатиметровый обелиск Константинополя.

Я почувствовал, что после такого количества новых впечатлений силы меня почти покинули, и мне необходимо было передохнуть. На узкой улице напротив магазинов одежды я приметил кафе под названием «Торговец Донеров», где заказал себе донер за 20 лир. Первая еда за весь день. После трапезы я зашел в ближайший супермаркет «СОК», где купил энергетический напиток «Хот Лайн» за 4 лиры. Порция кофеина и сахара придала мне силы, и я снова смог поднимать вверх по улицам к самой вершине холма, где расположилась мечеть Сулеймание. Рядом с ней находилась большая территория Стамбульского университета с красивыми парадными воротами, возле которых гордо развивался флаг Турции.

Мечеть Сулеймание интересовала меня прежде всего из-за своего потрясающего месторасположения, и я стремился успеть туда до заката. Ходить по крутым улицам Стамбула с такой спиной и с такими ногами как у меня весьма опасная затея. Я бы очень не хотел получить тут обострение грыжи. Когда я оказался на смотровой площадке на территории мечети, то выдохнул. Я успел до заката! Отсюда открывался отличный вид на Европейскую часть города, Золотой рог и Босфор. Над крышами домов летали стаи чаек, и в свете уходящего солнца это зрелище завораживало. Я попросил русскоязычную пару сфотографировать меня на память, а затем медленно пошел обратно. К сожалению, далеко уйти мне не удалось, и совсем скоро мой шаг стал совсем медленным. В пояснице чувствовались болевые ощущения. Решив не рисковать, я быстро, насколько это можно было сделать, добрался до ближайшей трамвайной остановки. Мне потребовалось несколько долгих минут, чтобы разобраться в терминале покупок проездных карт и билетов. В итоге я купил проездную карту «Стамбул» и совсем скоро сел на трамвай маршрута «Т1». В салоне было много людей, туристов и местных жителей, все в защитных масках. Стараясь не делать резких движений, я осторожно встал в углу и крепко взялся за перила. При обострении поясничной грыжи лучше не садиться. С грустью я смотрел в окно, на вечерний город, который стал красиво подсвечиваться фонарями. Видимо все мои бешеные марафоны в путешествиях остались позади. Теперь мне нужно подбирать более легкие маршруты и адекватно оценивать свои силы. Трамвай быстро доехал до остановки «Кабатас», где находился подземный подъемник на холм к площади Таксим. Следуя за толпой людей, я без проблем пересел в маленький вагончик под землей и начал медленно подниматься.

Везде горели фонари, а на улице Истикляль людей стало еще больше, чем днем. Гулять и наслаждаться прекрасным вечером я не мог, ведь единственное, что меня заботило так это просто дойти до хостела. Медленными шагами я начал спускаться по крутым улицам, и это простое действие превратилось для меня в настоящий вызов. Увидев супермаркет «Мигрос», я зашел туда, чтобы купить вина. Алкоголь поможет мне заснуть в вонючей комнате хостела, где спят еще десять человек. Мой выбор пал на молодое красное сухое вино «Кумартеси», что в переводе означает «Пятница», за 35 лир. Последние метры по темной улице дались мне очень сложно. Все дело было в ее сильном градусе наклона.

— Что же здесь происходит в дождь? Как подниматься и спускаться по такой улице? — задумчиво произнес я в пустоту.

Спрятав бутылку вина в ветровку, я зашел в хостел. На маленькой общей кухне сидело несколько парней и девушек. Из речи я понял, что одна из девушек была русской и совершенно не знала английского языка. Ее со всех сторон облепили иранцы и пакистанцы. Все активно обсуждали войну в Карабахе. Я улыбнулся им и прошел в комнату, где осторожно залез на второй ярус кровати. С кухни доносились громкие разговоры. В комнате кто-то смотрел турецкий сериал без наушников, кто-то разговаривал по видеосвязи с родственниками. Под весь этот шум, незаметно делая маленькие глотки вкусного вина, я заснул в восемь часов вечера.

Глава 21

«Другой Стамбул»

Я проспал двенадцать часов, если конечно это можно было назвать сном. Тем не менее, я хорошо отдохнул, а все благодаря снотворному под названием красное вино. Спина стала чувствовать себя лучше, но я решил изменить планы на сегодня, опасаясь, что меня снова может скрутить, как в прошлом году в Иордании. Изначально сегодняшний день я планировал посвятить поездке на Черное море в деревушку под названием Шиле, что на расстоянии шестидесяти километров от Стамбула. Летом это оживленное курортное место с множеством пляжей, а сейчас там тихо, спокойно и только море. Ехать туда нужно около трех часов от Азиатской части города на рейсовом автобусе 139 или 139А. Я уже отметил несколько интересных мест в окрестностях деревни Шиле, которые хотел посетить, в частности большой и колоритный маяк. К сожалению, вчерашние проблемы с поясницей заставили меня отказаться от этой авантюры и провести этот день максимально спокойно. Под «максимальным спокойствием» я подразумевал шести часовой экскурсионный тур по Босфору от государственной компании «Шехир Хатлары» всего лишь за 25 лир с человека. Меня удивила настолько низкая цена за шестичасовую прогулку на корабле, ведь частные компании просили гораздо больше. Я решил, что это связанно с государственной поддержкой туризма. Компания «Шеихр Хатлары» запускала большой тур по Босфору от причала Эминону в десять утра, всего лишь раз в день. Прикинув, какой, наверное, творится ажиотаж у касс, я принял решение выйти из хостела пораньше и приехать на причал к 9 утра, чтобы мне точно хватило билета. Я осторожно слез с кровати, быстро оделся и вышел на улицу. В воздухе еще чувствовалась ночная прохлада. На площади Таксим я спустился под землю к подъемнику, который довез меня до трамвайной остановки «Катабас». Быстро сев на трамвай, я в девять утра уже был на причале, где находилось несколько лодочных терминалов. На удивление здесь было мало людей. Во всяком случае, их было меньше, чем рыбаков, которые с раннего утра что-то безуспешно удили в проливе. У одного из охранников я уточнил месторасположение касс, но когда добрался до них, то обнаружил, что они еще закрыты. Соседнее окошко, где продавались туры от частной компании, было открыто, и я обратился к ним за помощью.

— Привет, не подскажете, они работают сегодня? — спросил я у мужчины, который размещал около окна рекламные стенды с листовками.

— Да, но они поздно открываются, почти в 10 утра — пояснил он.

У меня в распоряжении был час, и за это время я успел сходить в магазин «СОК», что находился чуть выше по улице и купить там несколько шоколадных батончиков и бутылку лимонада. Когда я вернулся на причал, все еще оставалось время, и я решил провести его, наблюдая за рыбаками. У всех были очень длинные закидные удочки, и всякий раз, как они забрасывали их, оглядывались, чтобы не зацепить прохожих крючками. За все время, что я наблюдал, только один из них поймал маленькую рыбку.

В десять утра кассовое окошко открылось. Кроме меня было еще четыре человека. Я купил билет за 25 лир и зашел в терминал, где начал ожидать посадку. За десять минут набралось девять человек. Все смотрели на большой двухпалубный корабль, который готовился отправиться вместе с нами в потрясающее плавание по Босфору. Тридцатикилометровое путешествие от Мраморного до Черного моря! Вдруг большой корабль начал отплывать. Несколько взволнованных человек подошли к охраннику и что-то у него спросили. Он взглянул на часы, а затем куда-то отошел. Скоро вместе с ним вышел мужчина и громко объявил, что сегодня экскурсионный рейс отменяется, и мы можем в кассе вернуть деньги. Вот и сказочке конец. В чем была причина отмены рейса я так и не узнал. В толпе говорили, что такое явление является нормой, скорее всего из-за малого количества людей, так как из-за коронавируса туристов в Стамбуле гораздо меньше, чем обычно. Я получил свои деньги обратно и начал думать, что же мне делать дальше. Сделав несколько круговых движений спиной, я решил рискнуть и вернуться к первоначальному плану и отправиться на побережье черного моря.

В соседнем терминале я прошел на паром с помощью «Стамбул карты» и занял место на открытой палубе. Ярко светило солнце, на часах еще не было и одиннадцати утра, дул холодный бодрящий ветер. Паром издал громкий звук и отплыл от пристани. Сразу за нами устремилась стая чаек, которые летели наперегонки друг с другом. С пролива Босфор Стамбул раскрывается как нельзя лучше, ведь именно на воде ты находишься посреди города, посреди двух берегов. С одной стороны Европейская часть города, с другой стороны Азиатская часть города. Пока мы плыли, я хорошо рассмотрел Галатскую башню и Галатский мост, мечеть Сулеймание на холме, большой султанский дворец Долмабахче, знаменитую Девичью башню на острове и Босфорский мост. Все плавание заняло не больше тридцати минут, и уже совсем скоро я вместе с остальными пассажирами вышел на причале «Уськюдар» в Азиатской части города. Здесь было много людей и все куда-то быстро шли. На площади стояло много лавок, у воды в ряд закидывали удочки рыбаки. Через дорогу виднелась большая мечеть «Махримах-султан». Я повернул направо и пошел по набережной к вокзалу, где останавливались автобусы номер «139» и «139А», которые следовали до Черного моря. Было очень жарко и мне пришлось снять свою красную ветровку и убрать ее в рюкзак.

Вскоре на проливе Босфор показался остров с Девичьей башней. Я встал возле железных перил и внимательно рассмотрел ее. До сих пор история возникновения этой башни на острове окутана мраком. По одной версии Девичью башню построил афинский полководец Алкивиад. По другой версии римский император Константин Великий. По третьей версии турецкий султан, который спрятал туда свою дочь, чтобы обезопасить ее от дурного предсказания провидца. Возле острова стояло несколько небольших паромов с туристами. Некоторые из них приплыли на обзорную экскурсию, а некоторые в кафе, которое находилось на территории башни. Я прошел дальше по набережной до самого конца, где расположился паромный причал «Харем» и одноименная стоянка автобусов и такси. Целый час я провел в поисках призрачного маршрута номер «139». Я подходил к таксистам, я подходил к водителям автобусов, я подходил к стоящим на остановках людям, но никто мне не мог ответить, где останавливается данный маршрут. Наконец-то один из водителей сказал мне, что этот автобус останавливается напротив паромного причала «Уськюдар», откуда я только что пришел. Вдоль набережной я отправился обратно, еще три километра, которые явно не пошли на пользу моим ногам и спине. Рядом со станцией метро, напротив площади, действительно была небольшая стоянка автобусов. Тут даже стояло электронное информационное табло, где была указано, что автобус «139» будет через двадцать минут. Я взглянул на часы, было 13:30.

— Надеюсь, я все успею — задумчиво произнес я.

Немного размяв ноги по окрестностям площади и паромного причала я вновь вернулся к информационному таблу. Автобус «139» приедет через пять минут. Отлично! Вдруг строчка с этим автобусом, куда-то пропала. Я удивился. Другие автобусные маршруты остались, время, через которое они должны будут приехать сюда, тоже осталось, а автобус номер «139» исчез.

— Видно, не судьба — я с досады махнул рукой — что за день такой, все не по плану!

Наверное, так и должно было случиться, а то кто знает, как долго я ехал бы до Черного моря, а там вдруг у меня случилось бы обострение боли в пояснице, и я не смог попасть бы обратно в Стамбул, а завтра у меня уже самолет обратно в Анталию. Ничего страшного! У меня всегда есть план «Б».

Неспешным шагом я отправился в противоположную сторону от той, куда ходил искать автобусную станцию «Харем» и, через один километр, вышел к небольшому скверику под названием «Паша Лиман Парк». Он расположился на набережной Босфора. Несколько людей устроили здесь пикники на зеленом газоне. Я же перешел дорогу и начал подниматься по крутой дорожке выше, в государственный парк «Фетипаша», если я правильно понял его название. От жгучего солнца очень приятно было спрятаться в тени деревьев. Тут было множество аллей, уединённых лавочек, большой ресторан и несколько отличный смотровых площадок с которых открывался потрясающий вид на Европейскую часть Стамбула, пролив Босфор и большой Босфорский мост. Здесь было очень спокойно и умиротворенно, в принципе, как и во всей Азиатской части города, где я сейчас был. Особенно меня порадовал деревянный подвесной мост в центре парка. Проведя около двух часов в этом парке, я вышел из него с противоположной стороны входа и таким образом оказался на пике большого холма. Около мечети Фатипаша я начал спускаться вниз, по очень крутой улице. Я уже привык к ним, а вот моя спина и ноги нет. Внизу улицы, на перекрестке находилась Греческая православная церковь, а возле нее вдоль всей дороги тянулись десятки различных кафе и ресторанов. Улица «Икадие» невероятно сильно напоминала подобные европейские улицы. Здесь было так же уютно и атмосферно. По ней я вышел к набережной Босфора, где вновь дошел до сквера «Паша Лиман Парк» и просто лег на мягкий газон. Моей спине нужен был отдых. Когда я отдыхал, то заметил, что на одной из лавочек лежат чьи-то вещи, но никого рядом не было. Скоро откуда-то из воды вышел мужчина в плавках и начал растираться полотенцем, что лежало на лавке. Температура воды составляла около 10 — 15 градусов, и я думаю, что этот мужчина был единственным, кто рискнул искупаться в Босфоре в это время года. По-видимому, он был туристом, который просто хотел ярких впечатлений от поездки в Стамбул. Неплохо, очень неплохо. Восполнив свои силы, я лениво поднялся с травы, обулся и отправился к причалу «Уськюдар». В одной из многочисленных лавок я купил себе кебаб и горячий чай. В моих планах было дождаться темноты, и только тогда отплыть обратно в сторону хостела. Мне хотелось посмотреть на ночные огни города с Босфора.

После пяти часов вечера начало темнеть с каждой минутой. Все это время я просидел на деревянной лавке прямо возле пирса, на котором рыбачило несколько рыбаков. Рядом со мной сидел седой турецкий дедушка и тоже наблюдал за рыбаками. Затем он встал и, подойдя к одному из них, начал давать несколько советов, а я направился к терминалу, чтобы не опоздать на паром. Дул сильный прохладный ветер. В оранжевом закате уходил день. Я стоял на открытой палубе и смотрел на сильные волны пролива. Босфорский мост красиво подсвечивался огнями, и они отражались в воде. Все достопримечательности города с наступлением тьмы раскрылись еще краше. Мы плыли всего около получаса, и все это время я смотрел по сторонам, стараясь максимально точно запомнить эти виды на величественный город Стамбул. Паром остановился на пристани «Каракей», которая была рядом с Галатским мостом. Отсюда я неспешным шагом отправился в сторону хостела. Около Галатской башни, на одной из пустых узких улиц мне навстречу попался чистильщик обуви. Он прошел мимо меня, и я услышал звук падающей щетки. Оглянувшись, я показал ему большой палец и лишь улыбнулся.

— Я быстро учусь! — произнес я, но вряд ли он понял, о чем идет речь.

Широкая прогулочная улица Истикляль с наступлением вечера, преобразилась до неузнаваемости. Здесь стало много туристов, кафе начали свою работу, а яркие витрины магазинов и ресторанов приносили атмосферу праздника в этот прохладный осенний вечер. К сожалению, я не смог насладиться этот улицей в полной мере из-за подозрительных личностей, которых здесь было в избытке. Не теряя бдительности, я вдруг заметил, что близко ко мне идет какой-то араб. Я сбавил ход, и сделал вид, что фотографирую здание. Араб увидел это, резко развернулся, и пошел за беспечной парой туристов, так же близко как до этого шел за мной. Видимо это местные щипачи. Такие люди портят все впечатление от города и страны. Зачем они это делают? Почему они не могут жить правильно? Наверное, потому что «жить правильно» для всех людей означает разное. Недалеко от площади Таксим я нашел отличный фаст-фуд под названием «Отец и сын», где заказал кебаб и картофель фри. Несмотря на то, что сегодня все пошло не по плану, все равно у меня выдался отличный день. Я вернулся в хостел «Ностальгия», где все так же кто-то сидел на кухне и живо что-то обсуждал, кто-то в комнате смотрел сериал без наушников, а кто-то болтал по телефону. Забравшись на второй ярус кровати, я задумался.

— Что это за название вообще такое? Хостел «Ностальгия» — прошептал я чуть слышно — ностальгия о чем? О былых временах Византии или о моей здоровой спине?

Глава 22

«Домой»

На улице крапал мелкий противный дождь. Я понял это по открытому окну в комнате. Под утро я немного замерз, но это было лучше, чем задохнуться от запаха десяти пар грязных носков. Сегодня спешить было некуда. Самолет в Анталью улетал только в три часа дня. Я намеренно оставил запас времени, чтобы в непредвиденном случае успеть посетить те места, которые не успею посетить в первые два дня. К счастью я все успел. Стамбул вызвал у меня смешанные чувства. Все-так Европа и Азия — это два совершенно разных мира и лучше им не пересекаться. Я осторожно слез с кровати, собрал рюкзак, оделся и вышел на кухню, где выпил бесплатного крепкого чая из большой кастрюли. Еще раз я окинул взглядом самый лютый хостел, где я только останавливался, и открыл тяжелую железную дверь. Перед тем как отправиться на остановку рейсового автобуса «Хавабас», я решил позавтракать, ведь следующий мой прием пищи будет лишь поздно вечером. Накинув капюшон своей красной ветровки на голову, я пошел по крутым и узким улицам искать работающее кафе. Чуть ниже от площади Таксим, я обнаружил несколько заброшенных трехэтажных домов с маленькими балконами. Что случилось с ними? Почему никто не занялся их реставрацией за столько веков? Под мелким дождем эти дома выглядели особенно грустно. Спустившись еще на несколько метров по мокрому асфальту, с левой стороны от перекрестка я заметил небольшое кафе в подвальном помещении под названием «Хаджи Кебаб Дюрюмджю» на красной вывеске вместе с меню. Усатый невысокий турок махнул мне рукой.

— Работаете? — поинтересовался я.

— Да, проходите — ответил он.

— Мне вот это — я показал пальцем на картинку в меню, где был кебаб с овощами, порцией булгура и еще тарелкой чечевичного супа.

— Хорошо! — ответил мужчина, который был и поваром и официантом одновременно.

— А где можно сесть? — спросил я, заметив, что стулья были подняты на столы.

— Из-за коронавируса мы работаем на вынос — ответил мужчина но, увидев мое замешательство, взглянул на улицу — хорошо, садитесь здесь в углу.

Я снял деревянный стул со стола, и устроился в углу. Помещенье было совсем маленькое. Три стола рядом с большим мангалом внутри и один столик на улице, где сейчас шел дождь. Усатый мужчина энергично бегал то на кухню, то к мангалу и совсем скоро принес мне тарелку супа с двумя дольками лимона и сдобной булкой. Все это он принес на большом металлическом подносе с интересным резным рисунком. Горячий чечевичный суп приятно растекался по мне и согревал каждую клеточку моего тела. Попутно я наблюдал, как хозяин кафе жарил для меня кебаб и овощи на огне. После очень вкусного и плотного завтрака я поблагодарил его и вышел на улицу. Неплохое начало дня, несмотря на погоду.

Дождь стал идти еще сильнее, и подниматься по крутым улицам города стало еще тяжелее, тем более после такой трапезы. В двенадцать часов дня я купил билет у водителя автобуса и занял место около окна. Как только автобус отправился в аэропорт, тучи разразились сильным ливнем. Из-за этого на выезде из Стамбула образовалась большая пробка. К счастью я не опоздал на свой рейс, но немного промок, пока бежал от остановки до терминала аэропорта. До вылета оставалось больше часа, и я еще раз пожалел, что выбрал не тот аэропорт, который изначально планировал. Может из-за погоды, может из-за накопительной усталости, может из-за того, что две последние ночи я провел не в самых лучших условиях, но я очень сильно хотел спать. Весь полет до Антальи я продремал, но когда вышел на улицу, то вновь был полон сил. Контраст шумного Стамбула и тихой Анталией чувствовался даже в воздухе. Лениво наступал вечер. Здесь не было никакого дождя, а температура была выше на десять градусов. До полной темноты оставалось два часа и, увидев автобус номер «600» на территории аэропорта я, не задумываясь, забежал в него. Ехать в отель мне еще рано! Через десять минут я вышел на остановке около шоссе Д400, где перешел по надземному переходу. По запутанным улицам, мимо жилых домов, отелей и строек я добрался до центра старого города. Недалеко от ворот Адриана я увидел фруктовую лавку, где делали свежевыжатые соки, и купил там стакан гранатового сока. До последней минуты я думал, что он будет кислым, но к моему удивлению, он оказался очень сладким и вкусным. Теперь мне стало ясно, почему гранат является одним из символов Турции. Неспешно, по вечерним узким улицам с кафе и ресторанами, я добрался до старого порта города, где встретил прекрасный закат. На воде покачивались яхты и катера, и я вдруг вспомнил Окободжи и закаты штаты Айова. На камнях и бетонных плитах сидели влюбленные парочки и любовались закатом. В этот момент мне стало одиноко. Я достал телефон и записал в нем небольшое стихотворение, посвященное Ксении.

Я на двоих готовлю, зачем? На всякий случай. Пустяк.

Я для тебя не друг, не враг, гораздо хуже — бывший.

Раньше — самый лучший, теперь — самый худший. Да так.

Спасибо за лето, прости за осень, прощаю за нервы.

Ведь главное вовремя бросить.

Плохая привычка — последняя спичка.

Надеюсь, однажды ты все-таки перестанешь курить.

А быть может, еще не поздно? За окном морозы.

А быть может, еще помнишь запах духов? Их не забыть.

Не забыть первую встречу, камешки в воду, наши качели, пакт на мизинцах?

Нет, все хватит, я так сам закурю и начну пить.

Зная теперь, как устроена транспортная система города Анталии, я без проблем добрался до кафе «Кепценин Ери», где купил, целую курицу гриль. В отеле моего отсутствия никто не заметил. Улыбчивый мужчина с длинными волосами на ресепшене показал мне листок, согласно которому завтра за мной приедет автобус в семь вечера.

— Во сколько я должен буду освободить номер завтра? — поинтересовался я у него.

— Не переживай! Ты можешь остаться в нем до того как приедет автобус! — улыбнулся он.

— Большое спасибо! — обрадовался я.

Таким образом, в отеле я оставался еще на один день и это несказанно меня радовало. Значит, мне не придется бродить со всеми вещами неизвестно где и ждать трансфера в аэропорт, а можно провести этот последний день с пользой. Из основных планов у меня была поездка в античный город Термессос, который в свое время не смог захватить даже Александр Македонский. Визитной карточкой этого античного города был амфитеатр высоко в скалистых горах и несколько сохранившихся построек. Мои ноги и спина все еще болели, поэтому я отбросил этот вариант. Так же в планах у меня была поездка в древний город Иераполис и источники Памуккале. Из Анталии каждый день стартуют однодневные туры по вполне адекватным ценам но, к сожалению, обратно автобус приезжает слишком поздно, и я не успею на самолет в Россию. По этой причине этот вариант тоже пришлось убрать. Самый простой и спокойный план на завтрашний день заключал в себя пляжный отдых, а ближе к вечеру подъем на канатной дороге на гору Тюнектепе. Однако в прогнозе погоды на завтра обещали дожди, а это значит, что и этот вариант проходил мимо меня. К моему счастью в рукаве еще оставался последний козырь — провести весь день в Археологическом музее Антальи.

После того как я на следующий день выспался и привел себя в порядок, то сразу отправился на остановку, методично перепрыгивая через лужи. На автобусе «KL08» я доехал до центра города, где в магазине «СОК» купил себе большую литровую бутылку энергетического напитка под названием «Черный медведь». Кофеин поможет мне лучше воспринимать информацию в музее. Я купил билет и аудиогид на русском языке за 65 лир и пропал на четыре часа из реальности. За это время я посетил все 13 залов музея, а так же осмотрел экспонаты под открытым небом. Столько древнегреческих и древнеримский скульптур я нигде еще не встречал! А в каком отличном состоянии они дошли до наших дней, просто невероятно. Скульптура танцовщицы, созданная из белого и черного мрамора запала мне в самое сердце. А знаменитая скульптура утомленного Геракла, состоящая из двух частей, произвела на меня сильное впечатление своей историей. Ведь изначально голова и часть торса находилась в США, а пояс и ноги здесь, в Анталии. И только лишь несколько лет назад ученые определили, что это части одной и той же скульптуры и объединили их воедино. Теперь изображением утомленного Геракла можно насладиться в полной мере здесь, в музее Анталии. Раньше я не любил экскурсии по музеям и старался самостоятельно осматривать все экспонаты, но теперь, я понял, что с аудиогидом знакомство с музеем становиться гораздо более информативным.

Когда я покинул музей, то на улице все еще моросил дождик. Из-за этого я в полном одиночестве прошелся по парку Ататюрка. Это было потрясающе. Поход в музей подействовал на меня наилучшим образом. Дождь мне всегда нравился, особенно, когда все планы на путешествие выполнены. Одиночество, которое сейчас явно ощущалось, мне тоже было по душе, ведь я всегда был одинок и уже привык к этому. Стараясь не промочить ноги, я прогулялся по аллеям и вышел к торговому центру «Мигрос», где купил сладости и сувениры. Перед возвращением в отель я заглянул в кафе «Кепценин Ери», которое мне так полюбилось. Сегодня я решил поужинать у них за столиком. Когда я уходил, то сообщил, что уезжаю домой и официантка пожелала мне доброй дороги. В отеле меня ждало самое сложное — уместить все свои вещи и сувениры в один рюкзак. Чтобы он прошел в ручную кладь, его вес не должен был превышать 5 килограмм, но когда я взял его в руки, то понял, что весит он около 15 килограмм.

— Надеюсь, его не будут взвешивать — засмеялся я.

В семь вечера за мной приехал автобус, и мы быстро добрались до аэропорта. Регистрация на рейс прошла успешно, мой рюкзак не взвешивали. Несколько русских пассажиров стояли в очереди без масок или в масках, не натянутых на нос, и им несколько раз сделали замечания работники аэропорта, чем вызвали недовольство моих земляков. Со своим тяжелым рюкзаком я прошел в зал ожидания, где занял железную скамейку в углу подальше от остальных русских туристов, которые возвращались домой. Отличное путешествие у меня вышло, даже несмотря на все ограничения и нюансы в связи с коронавирусной инфекцией. Гора Тахталы и античный город Аспендос, Дюденские водопады и старый город Антальи, Европейский Стамбул и Азиатский Стамбул. Много впечатлений, много мыслей. Этого материала как раз хватит, чтобы завершить мою третью книгу из серии путешествия, а будет ли четвертая это большой вопрос. В качестве обложек для книг я выбирал сохранившиеся картины отца, которых было всего три. Для этой, третей книги я выбрал последнюю картину, на которой был изображен старенький дом моей бабушки в селе Красный яр. Для четвертой книги нет ни обложки, ни материала, ведь что будет дальше с путешествиями в мире, никто не знает. Хватит ли у меня сил, денег и здоровья, чтобы посетить еще несколько стран, тоже никто не знает. Однако есть и хорошие новости. Теперь у меня много свободного времени, чтобы наконец-то заняться работой над полноценным романом. Наброски одного романа остались у меня еще и со времени, когда я жил в Москве, а другого романа, когда путешествовал по Краснодарскому краю и Крыму. Думаю получиться неплохо.

Эта книга посвящается моим тете и бабушке.

Content

Наивный романтик
Иван Владимирович Малейкин

Глава 1 «Время идти вверх»

Глава 2 «Ущелье Адырсу»

Глава 3 «Окно с видом на Эльбрус»

Глава 4 «Чегет»

Глава 5 «На 163 этаже»

Глава 6 «Солнца много не бывает»

Глава 7 «Афродита»

Глава 8 «Курион»

Глава 9 «Фламинго»

Глава 10 «Арабская сказка»

Глава 11 «Петра»

Глава 12 «Фиеста»

Глава 13 «Запах Барселоны»

Глава 14 «Коррида»

Глава 15 «Княжество Андорра»

Глава 16 «Дали вдали»

Глава 17 «Коронавирус»

Глава 18 «Тахталы»

Глава 19 «Аспендос»

Глава 20 «Стамбул»

Глава 21 «Другой Стамбул»

Глава 22 «Домой»