Наталья Егорова

Не дать отнять свою мечту

Серия «Наши там» выпускается с 2010 года

© Егорова Н.А., 2022

© Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2022

© «Центрполиграф», 2022

Таль 1

Не упустить свою мечту

Темно… больно… но самое сильное чувство – страх…

Почему я боюсь?.. Не помню… Ничего не помню… Где я?.. Что происходит?..

Постепенно стала возвращаться ориентация в пространстве. Гул вокруг стал распадаться на обрывки речи нескольких людей, а зрение выдало мутно-серую картинку с расплывчатыми светлыми пятнами. Попытка тряхнуть головой обернулась жуткой болью и тошнотой. Я попробовала глубоко вдохнуть, но это только ухудшило положение, вызвав приступ кашля, согнувший моё тело так, что я чуть не вывалилась из кресла, в котором сидела. Меня придержали за плечи и помогли откинуться на спинку. Кто-то рядом, делая паузы между словами, очень внятно сказал:

– Потерпи несколько минут. Скоро всё пройдёт.

Я закрыла глаза и постаралась мыслить логически. Кто я – помню: зовут Наталья, мне двадцать четыре года. Пять лет учёбы в институте увенчались устройством в небольшую фирму помощником бухгалтера без какой-либо перспективы на дальнейшую карьеру из-за этого всеми поносимого кризиса. Да и в выбранной профессии я за два года, прошедших после вручения заветного диплома, успела разочароваться. Но это к делу не относится. Хорошо, идём дальше: что я помню из последних событий? В конце дня подшивала документы, ушла с работы вместе с Тамарой Михайловной (та самая бухгалтерша, у которой я в помощниках). В транспорт, как всегда, было не впихнуться, а получасовая прогулка пешком ещё никому не вредила. В сквере я соблазнилась мороженым и решила совместить приятное с очень приятным, то есть поедание лакомства с чтением очередной фэнтезийной книжки – ну вот не могу отказаться от мечты о мире магии, единорогов и драконов и от необъяснимого, иррационального, но самого заветного желания – самой быть магом, хотя и понимаю, что это невозможно. А как было бы здорово!.. Опять я отвлеклась… Так, что ещё помню? Ага, помню муху… жирная такая… всё примеривалась к моему мороженому, пришлось положить книгу на скамейку, чтобы отогнать её… И всё, дальше ничего не помню. Может, мне стало плохо и я в больнице? Ладно, угадывать нет смысла, всё равно, пока не увижу – не узнаю, права или нет.

Скрипнула и слегка стукнула закрывшаяся дверь… Кто-то вышел? Или вошёл?

Вторая попытка открыть глаза оказалась более успешной, хотя и не внесла ясности. Первым, что я увидела, был камин. Причём не бутафорский, а самый что ни на есть действующий, потому как в нём потрескивало пламя, облизывая как диковинное лакомство недавно подкинутые поленца.

Слегка поднатужившись, зрение согласилось с тем, что в комнате находится не только камин. Вокруг него вдоль стен наличествовали в большом количестве полки с книгами. Также возле камина имелось кресло, и в нём сидел пожилой мужчина с длинной седой бородой и длинными аккуратно расчёсанными такими же седыми волосами. Одет он был в… хм, наверное, именно так и выглядит камзол, а также брюки и кожаные невысокие сапоги.

Очень хотелось спросить: «Где я?» – но меня всё ещё довольно ощутимо подташнивало, и рот открывать я не рискнула.

Увидев мой более-менее осмысленный взгляд, мужчина заговорил:

– Приветствую вас, призванная!

Осторожно кивнув в ответ, я удивлённо слушала дальше.

– Вы помните, кто вы?

Ещё один аккуратный кивок с моей стороны.

– Вам пока, видимо, трудно разговаривать, поэтому я постараюсь объяснить, что произошло, а вы попробуйте поверить и не слишком удивляться. Итак, мы находимся в королевстве Остия, где правит король Доремар Решительный. Я – королевский архимаг Лисандр. При помощи сложнейшего заклинания я со своими помощниками призвал вас в наш мир, чтобы вы помогли нашему королевству выжить в окружении враждебной среды. – Архимаг сделал паузу, и очень вовремя, а то глаза у меня стали как у совы – большие и круглые.

Первой мелькнула мысль: «Совсем эти… из ток-шоу обнаглели?! Людей прямо на улицах хватают! Ну, сейчас я им покажу „скрытую камеру” – век не забудут!» Вторая, более здравая, тут же возразила: «И чего ты в таком состоянии напоказываешь?» И в чём-то эта мысль была, бесспорно, права. Но поскольку вредность, как и дурная голова, покоя не даёт, решено было ловить этих инсценировщиков на нестыковках.

– Ну и с какими же врагами и как я должна бороться?

– Не с врагами, а с враждебной средой, – поправил мужчина. – А чтобы понять, какую помощь мы можем от вас ожидать, необходимо знать, что вы умеете. Можете ли вы сражаться или изготавливать оружие?

– Нет.

– Владеете ли мощной магией, тайными заклинаниями?

– Не пробовала, – слабо улыбнулась я.

– А чем вы вообще занимались в вашем мире?

– Бухгалтер я…

– Кто?!

– Э-э-э… ну… это почти то же, что у вас казначей… – решила я слегка подыграть устроителям шоу.

Архимаг заметно погрустнел. Я тоже. Некстати вспомнился рассказ кого-то из российских фантастов, кажется, Рудазова, о таких вот призванных, которых сначала обзывали избранными, а потом ввиду бесполезности в батраки продавали. И закралась предательская мысль: «А вдруг не розыгрыш, не ток-шоу? Вдруг это всё по-настоящему?» И следом за ней – паническая: «Не хочу в батраки!»

– Может, я хоть чуть-чуть магией владею, а? Ну, хоть самую малость! – Вот что за чушь я несу? Неужели сама в это верю?

– И что нам это даст? На мага нужно долго и старательно учиться… Стандартный курс состоит из восьми лет обучения.

– То есть у меня нет даже малейшего шанса стать магом? – ещё больше погрустнела я.

Наверное, я всё-таки ненормальная. Это же надо настолько мечтать прикоснуться к магии, что при малейшем намёке на такую возможность я уже готова, не попрощавшись даже, расстаться со здравым смыслом и поверить во что угодно!

Не помню, в какой момент я опустила глаза. Просто сидела и рассматривала свои пальцы, будто могла увидеть там что-то, кроме привычных коротко подстриженных ненакрашенных ногтей.

– Мне кажется, вы разочарованы, – скептически произнёс собеседник. – Некоторые из тех, кого я призывал до вас, рассказывали сказки, где по волшебству всё происходит само собой. Так вот, эти сказки не имеют ничего общего с реальной магией, которая является тяжёлым и зачастую опасным трудом. После обучения маг должен много работать, выполняя королевские поручения, и лишь небольшую часть времени может посвящать себе. Так что нет повода расстраиваться.

– Нет повода расстраиваться? И какое же светлое будущее меня, по-вашему, ожидает? Или я сейчас проснусь и окажусь на лавочке в сквере?

– Мне жаль, если вас это столь сильно огорчает, но в свой мир вы не сможете вернуться никогда. – Мужчина на мгновение задумался. – Хотя странно, что вы так реагируете: одной из основных составляющих заклинания призыва является обязательное желание объекта попасть в мир, по своим характеристикам похожий на наш. Светлого будущего обещать я вам не могу, поскольку необходимость призыва иномирян, при том что это требует колоссальных затрат магической энергии, вызвана как раз проблемами, с которыми нам приходится сталкиваться в нашем мире. И в первую очередь, это недостаток населения.

Архимаг сделал небольшую паузу, видимо давая мне время осмыслить сказанное, а я, обалдев от подобных заявлений, начала хамить… Вообще-то я девушка относительно культурная, но нервы окончательно сдали, и мне уже было всё равно, ток-шоу это или палата в специализированной клинике для потерявшихся в собственных фантазиях.

– А рождаемость поднимать не пробовали?

– Это не решает проблему полностью, поскольку постепенно усиливаются наследственные болезни, и через несколько поколений ситуация начнёт выходить из-под контроля. Нам нужна свежая кровь, – спокойно сообщил Лисандр, не отреагировав на мой недружелюбный тон. – По поводу же того, что вас ждёт… – Он несколько замялся. – Те, кто умеют делать что-то полезное, достаточно быстро устраивают свою жизнь. Мы, конечно, тоже не остаёмся в стороне, стараемся помочь. В вашем же случае лучше всего постараться найти себе мужа среди селян. Вы женщина молодая и здоровая, а хозяйство вести свекровь научит. Некоторые мужчины из призванных нанимаются в чернорабочие за еду, постепенно пытаясь освоить полезные навыки и обустроить свою жизнь, но мне кажется…

– А можно, вы меня просто сразу убьёте? – перебив его, с горечью поинтересовалась я.

Лисандр поперхнулся заготовленной фразой и с удивлением воззрился на автора не в меру оригинальной идеи.

– Неужели вам настолько противен наш мир?

Я не сразу сообразила, при чём тут их мир. Да, похоже, он действительно не понимает. И, похоже, я уже поверила в реальность происходящего.

– Я ничего не знаю о вашем мире, чтобы судить о нём, тем более столь категорично. Но то, что вы мне описали, – это кошмар наяву… Попасть в мир, где есть магия, когда на миг кажется, что сейчас сбудется самая заветная, несбыточная, нереальная мечта, и понять, что этого никогда не будет с тобой… что кто-то другой, но только не ты, станет творить заклинания и идти вперёд, а тебе уготована роль репродуктивной станции.

– Роль кого, простите? – ошеломлённо переспросил архимаг, прерывая поток изливающегося на него разочарования.

– Не важно, не берите в голову.

Я не удержалась и всхлипнула: всё разочарование, долго и упорно загоняемое поглубже последние два года, решило, что настал момент его триумфа. И хотя раньше мне никогда не приходилось страдать суицидальными наклонностями, сейчас они были налицо. Если это какой-то дурацкий стресс-тест, то он организаторам удался.

– Просто скажите, можно ли всё это закончить быстро? Я всё равно не смогу так жить…

Архимаг молчал.

Продолжая тихо всхлипывать, где-то глубоко внутри я понимала, что всё делаю неправильно, что нужно бороться, устраиваться, доказывать, как учили когда-то в далёком, ещё пионерском детстве… Правда, пока не совсем понятно, кому и что именно… И не могла. Ничего не могла. Глупый, не вовремя случившийся срыв, который пройдёт, и тогда я на всё посмотрю с другой стороны… Может быть. А может, и нет, потому что очень больно жить рядом с заветной мечтой, зная, что её у тебя никогда не будет.

Наконец Лисандр прервал молчание:

– Судя по вашей ауре, чисто теоретически, у вас мог бы быть шанс стать магом. Не магистром, конечно, каналы слишком тонкие, такие крайне трудно разработать под полноценный энергетический поток. Но при очень большом желании и неимоверном упорстве можно было бы попытаться закончить магическую академию, ну, или дотянуть до шестого курса и пристроиться помощницей к кому-нибудь из опытных магов… Платят при этом немного, потому что недоучка – всегда дополнительные проблемы и ответственность, но на еду и одежду хватило бы. Вот только не думаю, что кто-либо из призванных способен пройти такое обучение. Вы, конечно, не задумывались ещё, каким образом понимаете всё, что я вам говорю, а я понимаю вас. Нет-нет, я вас не упрекаю, подобное поведение нормально для первого дня пребывания в другом мире, хотя многие не задумываются и в дальнейшем. Так вот, это побочное действие заклинания переноса, и оно не даёт вам навыков чтения и письма на нашем языке. Этому придётся учиться заново. К тому же приём в академию производится с восьми лет, хотя большинство поступает только в десять, поскольку учиться трудно, и поблажек никому не делается. Теоретически верхнего возрастного предела для зачисления в академию не существует, поскольку маги – очень востребованная профессия в наше непростое время, но крайне редко поступает кто-то старше пятнадцати лет. Так что придётся сесть за парту с детьми, а они любят посмеяться над взрослыми учениками.

Я посмотрела ему в глаза, и мужчина осёкся. Не знаю, что он увидел в моём взгляде: безумную надежду, фанатичный огонь, дикое желание прикоснуться к мечте или всё сразу, но, вздохнув, архимаг сдался:

– Ну, хорошо, будем считать, это судьба, раз уж вы пришли по зову заклинания именно в день приёма в академию. Я отправлю вас на вступительные экзамены.

Едва вспыхнувшая надежда рухнула в пропасть. Всё правильно, а на что я рассчитывала? На те самые сказки, в которых в роли золотой рыбки выступает бородатый архимаг? Видимо, это было недалеко от истины. И что я смогу сказать на экзаменах? «Извините, сами мы не местные, читать и писать не умеем, историю, географию не знаем, но я хоро-о-о-ошая… Возьмите меня».

Кажется, разочарование и отчаяние очень отчётливо проступили на моём лице, поскольку архимаг досадливо поморщился:

– Ну вот, я вам о далёких трудностях тут рассказываю, а достаточно было сказать слово «экзамен» – и вы уже передумали.

– Не передумала… Просто начала расставаться с иллюзиями… Я не такая уж наивная идиотка, какой, наверное, вам кажусь после всего, что тут наговорила, и понимаю, что ничего умного экзаменаторам сейчас рассказать не смогу. – Истерика уже закончилась, но горечь разочарования в моём голосе сквозила явственно.

– О-о-о… – несколько озадаченно протянул архимаг и, смягчившись, сказал: – От вас не потребуют каких-то специфических знаний. Поскольку в академию принимают и деревенских детей, проверяют способность образно мыслить, немного читать, развитие мелкой моторики. Раз в своём мире вы умели писать, то с этим проблем быть не должно. И измеряют энергетический резерв. По поводу чтения вам сделают поблажку, с условием, что вы научитесь читать хотя бы по слогам за те несколько дней, что остались до начала учебного года, правда, у всех переселенцев с этим возникают проблемы. А самое главное, никто так и не смог объяснить мне, в чём именно сложность. Все просто утверждают, что не могут понять того, что читают, и всё. Сейчас я вас оставлю, чтобы уладить вопросы с вашим оформлением и отправкой на экзамен. Пока посидите здесь, а если что-то нужно, скажите Карену, он в соседней комнате.

Через несколько минут после ухода архимага я попробовала встать. Голова ещё слегка кружилась – то ли от пережитой истерики, то ли в качестве последствий перемещения. Осторожно, небольшими шагами передвигаясь по комнате, подошла к книжной полке. Все книги, которые я здесь увидела, были рукописные, однако буквы не выглядели особо сложными в написании.

А вот, кстати, о способности понимать местный язык… Если я прочитаю слово про себя, то, наверное, заклинание не сработает, поскольку понятие не будет сформировано, а если произнесу его вслух, то пойму так же, как понимаю, что мне говорят другие. Или язык для освоения чтения всё же придётся учить? Как бы это проверить?

Потихоньку дошла вдоль стены до двери и выглянула в соседнюю комнату. За большим письменным столом сидел молодой парень в штанах и тунике, подпоясанной кожаным ремнём. До моего появления он что-то старательно переписывал на белую гербовую бумагу с желтоватого листа, испещрённого мелкими записями с множеством зачёркиваний. Для письма использовалась деревянная палочка, внешне напоминающая не то карандаш, не то черенок от детской рисовальной кисточки. На верхней части этого письменного прибора располагался небольшой голубоватый кристалл размером чуть больше ластика, который у нас крепят с обратной стороны карандаша. Из-под заострённого конца палочки выходили ровные строчки тёмно-синего цвета.

Оторвавшись от своего занятия, парень посмотрел на меня и приветливо улыбнулся.

– Хотите, я принесу вам поесть? – первым заговорил он.

При мысли о еде накатила сильная тошнота, и я инстинктивно зажала рот рукой. Видимо, жест был очень информативным, и вопрос о еде отпал.

– Если вам нехорошо, могу принести прохладной воды, это обычно помогает, – предложил Карен.

Я кивнула, всё ещё опасаясь говорить из-за приступа дурноты, и попыталась изобразить на лице благодарность.

– Присаживайтесь, – указал он мне на свободный стул у стола и вышел через ещё одну дверь.

Я приняла его предложение и начала разглядывать комнату. Вдоль одной из стен стояли два шкафа с полками, между ними располагалась красивая витая деревянная вешалка, сейчас пустая. В одном из шкафов стояли книги, в другом лежало что-то похожее на папки на завязках, но не из картона, как у нас, а из плотной и жёсткой на вид ткани. Стол, два стула и полупрозрачные занавески на единственном окне – вот и всё убранство комнаты.

Вернувшийся Карен протянул мне белую керамическую кружку с водой.

– Извините, а вы не могли бы написать для меня алфавит в столбик? – попросила я. – И, если можно, под ним несколько простых и часто употребляемых слов.

Парень посмотрел на меня удивлённо, но вынул из стола чистый лист простой желтоватой бумаги и выполнил просьбу.

– Скажите, а я смогу пользоваться таким письменным прибором, как у вас, или это требует каких-то специальных умений?

– Стилусом? Ими все пишут. – Карен протянул мне местный аналог авторучки.

Взяв его и пододвинув к себе лист с алфавитом, я попросила:

– А теперь, пожалуйста, по очереди назовите мне ваши буквы.

Парень удивился ещё больше, но ничего не спросил и стал перечислять. Я быстро записывала транскрипцию напротив каждого знака. Увидев, что я делаю, Карен стал произносить буквы немного медленнее.

После того как к каждой букве чужого языка была приписана транскрипция, пришло время для основного эксперимента. Первое из предложенных Кареном слов состояло из трёх букв. Я довольно легко нашла их в списке и ниже аккуратно вывела: «а-ри-л». Проговорила про себя слово целиком и поняла, что оно для меня ничего не значит. Теперь – самое главное. Глубоко вдохнув, я выпалила вслух такое непонятное «арил», стараясь не представлять размер своих проблем по изучению чужого языка в случае, если результат будет отрицательным, и чуть не задохнулась от радости и нахлынувшего облегчения. Свой голос, произносящий чужое слово, я слышала как бы на заднем фоне, а в голове отчётливо прозвучало привычное «мама». Эмоции переполняли меня, хотелось прыгать от радости и кричать, но я заставила себя проделать всё то же самое с оставшимися двумя словами и получила «дом» и «небо».

Карен смотрел на меня, грустно улыбаясь.

– Здорово вы придумали с такой записью, даже жалко, что не понимаете слов, которые произносите.

И вот как доказать ему, что я понимаю значение слов, которые читаю? Ведь если я произнесу слова на своём языке, он услышит их на местном и решит, что я просто повторила транскрипцию. На поиск решения потребовалась примерно минута.

– Мама – это женщина, которой мы обязаны своим появлением на свет, дом – здание, в котором живут люди, а небо мы видим у себя над головой, когда находимся на улице.

Несмотря на некоторую сумбурность данных мной определений, Карен вскочил, опрокинув стул, и уставился на меня округлившимися от изумления глазами.

– Невероятно! Нужно срочно рассказать об этом господину архимагу!

Он метнулся к выходу, видимо намереваясь действительно бежать со всех ног, чтобы отвлечь занятого человека от важных дел свежей новостью. Я хотела окликнуть его, чтобы попытаться остановить, но в этот момент открылась дверь, и парень, не сумев вовремя затормозить, врезался во что-то невидимое, расположенное перед архимагом Лисандром.

– Карен, что случилось? Куда ты так спешишь?

– Господин архимаг, – захлебываясь эмоциями, выпалил Карен, – она читает! Она понимает, что читает!

Хватило одного строгого взгляда, чтобы парень сник и отступил в сторону.

– И что же вам удалось прочитать, что так сильно впечатлило моего помощника?

Я молча развернула и пододвинула к нему исписанный лист. Лисандр разглядывал его несколько секунд, после чего поинтересовался:

– Что означают символы рядом с алфавитом и под словами?

– Это звучание ваших букв, записанное на моём языке, что-то вроде транскрипции.

Архимаг подумал, посмотрел на меня и написал внизу листа ещё одно слово, довольно длинное, после чего вернул лист и стилус мне.

Приписав транскрипцию к буквам, я получила «анкри-манар». Прочитала получившееся вслух и ничего не поняла, слово так и осталось чужим набором звуков. Волной накатила паника, я попыталась загнать её вглубь сознания и сосредоточиться на задаче. В чём может быть дело? Почему на предыдущих словах всё сработало, а на этом – нет? Чем они отличаются, кроме длины? Хотя… А почему я не беру в расчёт длину слова? Ведь это, по сути, количество слогов, а значит, возможность неверно поставить ударение. И если слово звучит неправильно, то и воспринимается неправильно. Или, может, в моём языке просто нет понятия, аналогичного этому слову? Так, стоп, будем проверять по порядку.

Всё время, пока я размышляла, архимаг и его помощник ждали.

– Скажите, а само слово на вашем языке я произнесла правильно?

Парень отрицательно замотал головой и уже начал было открывать рот, чтобы поправить меня, но Лисандр лаконично ответил «Нет» и жестом вынудил Карена замолчать.

Это он быстро соображает. Если бы помощник сам правильно произнёс слово, то я услышала бы его значение на своём языке, и эксперимент сорвался бы, точнее, его нужно было бы начинать заново с другим словом. Архимаг терпеливо ждал, видимо, данная проблема для него имела достаточно большое значение. Я немного подумала и сформулировала следующий вопрос:

– Вы можете показать в написанном, где ставить ударение? Например, подчеркнув этот слог.

Лисандр внимательно посмотрел на меня, взял стилус, чуть помедлил и подчеркнул конец второго слога. Я вновь прочитала написанную транскрипцию, сделав ударение в нужном месте, и сразу в голове всплыло слово «педагог». Так… и как бы это им описать?

– Человек, который работает в учебном заведении и передаёт свои знания другим людям, ученикам.

Судя по всему, моё объяснение полностью удовлетворило архимага, потому что в его глазах начал разгораться такой исследовательский азарт, что на мгновение мне показалось, будто этот пожилой, степенный маг сейчас станет подпрыгивать как мальчишка. Он метнул взгляд на дверь, из которой вышла я, и где, по-видимому, был его кабинет, потом на дверь, через которую вошёл сам несколько минут назад, и погрустнел.

– Карен, ты уже записал данные новой жительницы нашего королевства?

– Нет, простите, господин архимаг, я не думал, что это срочно…

Молодой человек бросился к столу и торопливо выудил из ящика частично исписанный лист бумаги.

– Как ваше имя?

– Наталья.

Он аккуратно записал полученный ответ в первую строку правого незаполненного столбца, и я подумала, что это, скорее всего, анкета.

– Сколько вам лет?

– Двадцать четыре в годах моего мира.

Карен удивлённо поднял на меня глаза, а Лисандр остановился у двери в свой кабинет.

– У нас в году триста шестьдесят пять дней, разделённых на двенадцать месяцев. В одном дне – двадцать четыре часа, в часе – шестьдесят минут, в минуте – шестьдесят секунд, – пояснила я. – А у вас?

– У нас в году триста пятьдесят дней, поделённых на двенадцать месяцев по двадцать девять дней и два дня, не принадлежащие месяцам – сердце лета и сердце зимы. В одном дне пятнадцать часов по сто минут. Минуты мы в повседневной жизни не делим. Четыре часа принадлежат ночи, одиннадцать часов – дню. Так что год практически идентичен вашему. Не думаю, что есть смысл высчитывать погрешность при измерении величины минуты. Они тоже примерно равны – у некоторых призванных были с собой часы, я сравнивал.

Вопрос исчерпал себя, архимаг ушёл в кабинет, а Карен записал мой ответ и продолжил задавать вопросы.

– Умеете ли вы читать?.. Это мы уже выяснили. Умеете ли вы писать?.. Это мы тоже выяснили. Назовите страну, в которой жили.

– Россия. А зачем вам это?

– Извините, но на этот вопрос мне запрещено отвечать. – Парень посмотрел на моё озадаченно-расстроенное лицо и попытался сгладить неловкость: – Ну, попробуйте у господина архимага спросить, когда он выйдет, может, вам и скажет… Вы не такая, как другие. Обычно все несколько дней переживают только, а вы вон сразу читать бросились.

С оставшимися вопросами мы управились минут за двадцать, после чего Карен аккуратно постучал в дверь кабинета архимага и унёс туда заполненную анкету. Через несколько минут он вернулся с другой бумагой, сложил её конвертиком, вынул из стола плотно закрытую шкатулку, а оттуда – небольшой кулёчек из промасленной бумаги. Внутри осталось ещё несколько таких же. Достал из ящика что-то вроде штампа на длинной ручке, содержимое кулёчка аккуратно вытряхнул на то место, где в середине конверта сходились края листа, и быстро прижал штампом. Получилось подобие овальной сургучовой печати.

– Пойдёмте. Мне велели проводить вас до кареты.

– Карен, а можно вам ещё вопросы задать?

– Да, но только по дороге к карете. Если задержимся, меня могут наказать.

Я схватила со стола листок с записанными транскрипциями, быстро свернула в несколько раз и, сунув в задний карман джинсов, вышла за парнем, придержавшим для меня дверь. Оказавшись в длинном и довольно широком коридоре с лепниной на стенах и множеством дверей в обоих направлениях от той, из которой мы вышли, на ходу начала его расспрашивать:

– Что это за здание?

– Королевский дворец. Сейчас мы в административном крыле. Есть ещё жилое и парадное.

– Когда я была в своём мире, со мной было немного вещей, кроме той одежды, что сейчас на мне. Эти вещи тоже попали в ваш мир?

– Да, у вас была сумочка с мелкими предметами. – Парень немного смутился. – Большую часть вам отдадут, кроме тех, что посчитают опасными или важными для королевства.

На мне было золотое кольцо, подаренное мамой на поступление в институт. Я непроизвольно сжала руку, будто Карен начнёт отнимать его прямо сейчас. Видимо, он это заметил.

– Нет-нет, мы не забираем драгоценности, – заверил он. – Это строжайше запрещено.

Мы вышли через большие двери во двор, где стояла карета, запряжённая двумя лошадьми. Вокруг неё слонялся хмурый мужчина средних лет – судя по форменной одежде и колюще-режущему набору на поясе, военный.

Карен протянул сопровождающему запечатанный документ и что-то сказал ему настолько тихо, что я не расслышала, после чего галантно распахнул передо мной дверцу кареты.

* * *

Увидеть город по дороге не удалось. В академию меня доставили в карете с задёрнутыми шторами под присмотром того самого хмурого военного, который за всю поездку произнёс только три слова: «сиди смирно» в начале и «выходи» в конце. А ещё так безбожно трясло и качало, что по окончании поездки цветом лица я здорово напоминала квакающее земноводное.

Когда карета, остановившись, наконец перестала растрясать мой и так уже потрясённый сегодня организм, я услышала то самое заветное третье слово и с трудом спустилась по раскачивающейся подножке, порадовавшись свежему ветерку. Военный молча ткнул пальцем в сторону больших двустворчатых дверей, перед которыми стояла группа детей и подростков. Почти все они смотрели в мою сторону, и взгляды делились на заинтересованные и неприязненные.

Ну и ладно… не первый и не последний экзамен в моей жизни. Прорвёмся.

Подбодрив себя таким образом, я двинулась к остальным абитуриентам.

– Кто последний? – привычно поинтересовалась я, отсидевшая и отстоявшая за свою жизнь не одну сотню очередей.

Все удивлённо воззрились на меня. Так, кажется, это их заклинание чего-то не того напереводило… или вообще не перевело. Пойдём другим путём…

– Вы в каком порядке заходите – кого позовут или кто раньше пришёл?

– А, так ты очередь хочешь занять, – догадался худой и очень подвижный мальчишка лет девяти. – За мной будешь.

Хорошо одетый и аккуратно причёсанный мальчик, стоящий у самой двери, окинул меня оценивающим и слегка высокомерным взглядом. Видимо, представитель местной знати, или просто из очень богатой семьи, а значит, может быть образованным. Я хотела его немного расспросить о городе, обычаях и вообще пообщаться, но тут открылась одна из створок, оттуда никто не вышел, зато мой предполагаемый собеседник развернулся и решительно вошёл, аккуратно притворив за собой дверь.

Время шло, все ждали, в разной степени нервничая. Я, чтобы отвлечься, принялась оглядываться вокруг.

Здание академии было довольно большим, и с такого близкого расстояния целиком рассмотреть его не получалось. Над резными дверьми с коваными ручками, в которые поочередно входили абитуриенты и которые, судя по всему, являлись парадными, располагался искусно выполненный барельеф. Наверное, это был какой-то герб: внизу был изображён холм, на котором стоял домик, а над всем этим «шалашиком» сходились меч и молния. Из верхнего угла «шалашика» вниз тянулись тонкие полоски, возможно, имелись в виду солнечные лучи.

Мы находились на ровной, довольно большой площадке между огромными воротами в стене и парадным входом. Скамеек или чего-то подобного, предназначенного для удобства обучающихся, здесь не наблюдалось. Наверняка это место использовалось для построений и торжественных мероприятий. Правда, флагов, как и флагштока, я не увидела, но, возможно, они здесь вообще не в ходу и их заменяют такие вот барельефы.

От окружавшей всю академию здоровенной стены к зданию тянулись ещё две стенки пониже и не такие массивные. В них имелись решётчатые двери. Посмотрев на очередь, я обнаружила, что ещё один абитуриент прошёл внутрь. Передо мной оставалось двенадцать человек, так что время на удовлетворение своего любопытства было, и я пошла к ближайшей такой двери.

– Ты куда? – окликнул меня предшественник в очереди к обители знаний.

– Хочу посмотреть, что находится за стеной, – оглянувшись, ответила я.

– Я с тобой, – заявил мальчишка и пошёл следом.

За ним двинулся ещё один, до этого державшийся так тихо и неприметно, что я ни разу не задержала на нём взгляд. Теперь же, когда они шли рядом, я с удивлением поняла, что мальчишки – близнецы.

– Я Марек, а это мой брат Тарек, – представил первый обоих.

Тарек кивнул, то ли подтверждая слова брата, то ли здороваясь. Хотя, может, тут кивком и не здороваются. Никак я не перестану примерять к местным нормы своего мира. Видимо, нужно время для осознания того, что теперь всё иначе. Скорее психика пока просто игнорирует этот факт, чтобы не допустить нового срыва.

– Наталья, – назвалась я в ответ.

– Эм-м-м… – замялся Марек, видимо проговаривая моё имя про себя. – А покороче как-нибудь можно?

Привычное с детства Ната комом застряло в горле, вспомнилось, как мама когда-то обнимала меня и гладила по голове. Я вновь непроизвольно пощупала колечко на левой руке. Теперь это всё, что осталось в память о маме. Глубоко вздохнув, решила не использовать сокращение из своего мира, чтобы лишний раз не бередить душу.

– Тогда Таль. Подойдёт?

– Ага! – непонятно чему от души обрадовался Марек и первым вприпрыжку побежал к решётке.

Мы с Тареком спокойно двинулись за ним.

За стеной оказалось что-то вроде спортивной площадки. По краям утоптанного поля стояло несколько лавочек, ближе к внешней стене были вкопаны столбы, которые издалека казались погрызенными очень старательными бобрами. Под самой стеной свалены толстые плетёные круги. Со стороны здания располагалась полоса препятствий и отдельно стоящие турники и брусья.

Я вновь взглянула на очередь – там ещё оставалось семь человек.

– Пойдём посмотрим, что с другой стороны? – предложила мальчишкам.

Мы развернулись и пошли к противоположной двери. Точнее, это мы с Тареком пошли, а Марек опять побежал. По мере нашего приближения он только что подпрыгивать не начал возле решётки.

– Смотрите! Это она! Она!

Посмотрела. Со всех сторон огороженная площадка раза в два меньше той, на которой мы сейчас находились. Множество разнокалиберных булыжников аккуратно разложены вдоль всех стен, самый маленький примерно с мою голову, самый большой – в мой рост. Катают их по этой площадке, что ли? У стены здания лежала здоровенная каменная платформа, непонятно кем и зачем сюда притащенная, – на сцену, вроде, не похоже.

– Ну и на что тут смотреть? Чего ты так разволновался? – непонимающе взглянула я на мальчишку.

– Таль, да ты что, не знаешь?! – возмутился он. – Это же левитационная площадка! А вон ту плиту надо поднять и держать одну минуту, когда кто-нибудь на архимага сдаёт. Говорят, её сюда сам архимаг Элтар в одиночку с дальних гор принёс. Его все в городе боятся! Скажешь Элтару что-нибудь не так, ну, или посмотришь, а ему не понравится, и он тебя ка-а-ак…

Судя по дальнейшему рассказу Марека, который в основном продолжался уже у входа в академию, на то, что именно с ними сделает архимаг, фантазии горожан в трезвом состоянии не хватало, а в нетрезвом она принимала столь причудливые формы, что сам Элтар до такого вряд ли додумается. Даже если ему и под силу осуществить придуманное запугавшими себя горожанами, в чём я тоже сильно сомневаюсь.

Так за разговором незаметно пролетело время, и оказалось, что мы стоим во дворе втроём, а открывшаяся дверь ждёт следующего абитуриента.

– Тарек, можно я перед тобой пройду, ну пожалуйста, ну можно?

Вот же непоседа этот Марек… И откуда в нём столько энергии?

Тарек вздохнул и кивнул, после чего его брат опрометью умчался внутрь, хлопнув дверью так, что мы вздрогнули. И тут я поняла, что за всё это время тихоня не произнёс ни слова, за него постоянно говорил брат.

– Тарек, а ты вообще разговаривать умеешь? – обеспокоенно спросила я.

– Да, – коротко ответил он и снова замолчал. Немного поразмышляв, мальчишка добавил: – Вы не думайте, Марек не всегда такой оглашенный. Боится он. И я боюсь. Мы с ним беспризорники, а здесь кормят, вот я и предложил сюда поступать. – И вновь умолк. Да и что тут ещё сказать…

Так мы и стояли молча, пока снова не открылась дверь и Тарек не скрылся в недрах академии магии.

Наконец двери в обитель магических знаний распахнулись и для меня. Ощущая привычный экзаменационный мандраж, я переступила порог и потянула за кованую дверную ручку. На мгновение показалось, что закрываю дверь в своё прошлое.

Я оказалась в просторном помещении, у дальней стены стояла скульптурная композиция, но сейчас было несколько не до неё, поскольку в центре свободного пространства были два сдвинутых стола, за которыми сидели трое мужчин и одна девушка. Напротив располагался ещё один стул, видимо, для поступающих. Меня удивлённо рассматривали – одежда из моего мира была не похожа на местную, да и возраст значительно отличался от остальных абитуриентов. Молчание затягивалось.

– Здравствуйте, – неуверенно выдавила я из себя.

– Проходите, присаживайтесь, – встрепенулась молодая женщина, жестом указав мне на стул.

Я осторожно подошла и села на самый краешек. Мандраж сменился откровенной паникой. Ох, как не вовремя…

– Почему вы решили поступать в академию?

– Хочу стать магом.

– Почему не поступали раньше?

– Не было возможности.

Приёмная комиссия выжидательно смотрела на меня, но я молчала, поскольку понятия не имела, кому и что можно рассказывать о своей прошлой жизни.

– Хорошо, оставим это, – несколько раздражённо произнёс коротко стриженный мужчина средних лет. – Разложите таблички по группам согласно рисункам. Чем больше групп одновременно вы сможете собрать, тем лучше. Но если разобьёте одну группу на несколько – это будет ошибкой. Когда закончите, следует сказать «задание выполнено». Вам всё понятно?

– Кажется, да, – не особо уверенно подтвердила я, поскольку не видела, что именно нужно сгруппировать.

Ко мне придвинули стопку тонких деревянных дощечек квадратной формы. На них были изображены животные, геометрические фигуры, фрукты, или что-то на них похожее, и оружие. Всего – шестнадцать табличек, и рисунки были раскрашены разными цветами: жёлтым, синим, зелёным и красным. Разложив дощечки так, что в горизонтальных рядах они делились по изображениям, а в вертикальных – по цветам, я немного подумала над получившимся квадратом и передвинула ряды. Теперь в верхних двух находились фрукты и животные, а в нижних – оружие и геометрические фигуры, таким образом поделив изображения на «живое» и «неживое».

– Задание выполнено.

Двое мужчин довольно улыбались, девушка чуть разочарованно вздохнула, но тут же ободряюще мне улыбнулась. Заговорил всё тот же стриженый маг, наверное, он главный в этой комиссии:

– И сколько тут групп?

А вот сосчитать-то я их не додумалась, увлекшись логической составляющей задачи. Окинула взглядом получившуюся композицию и решила, что целиком – это тоже группа.

– Одиннадцать.

Экзаменаторы переглянулись.

– Десять, – поправил меня маг с каштановыми волосами до плеч.

Возможно, разумнее было согласиться, но в своё время у меня была замечательная учительница, которая научила весь наш класс не только знаниям, но и уверенности в них, умению идти до конца, сделав первый шаг. Она же, правда, всё время говорила о необходимости хорошенько подумать, прежде чем делать этот первый шаг, но уж когда он сделан… отступишь раз – и будешь пятиться всю жизнь.

– Одиннадцать, – уверенно повторила я.

– Одиннадцать – максимально возможное число групп. И я уже надеялась, что впервые за историю нашей академии абитуриент соберёт все комбинации, – вступила в разговор женщина, – но одной всё же не хватает.

Так вот почему она расстроилась.

– А можно узнать, какую комбинацию я не сложила?

– Это довольно сложная группа, – ответила мне девушка. – Если поменять местами первый и второй ряды, то в зелёной группе первые буквы названий рисунков сложатся во что?

Я молча вздохнула. Понятия не имею, как на их языке это называется, а животное и фрукт даже с виду незнакомы.

– Ну же, – попыталась она подбодрить мой мыслительный процесс.

– Извините, но я не знаю.

Преподаватели озадаченно молчали некоторое время.

– И при этом вы имели наглость утверждать, что сложили одиннадцать групп, – презрительно прокомментировал стриженый.

– Одиннадцатая группа состоит из шестнадцати рисунков. Я сложила их единой системой по признаку «наличие рисунка», не разбивая на отдельные блоки.

– Но в чём же всё-таки проблема с последней группой теперь, когда я объяснила принцип? – попыталась прояснить ситуацию женщина.

Я не успела ничего ответить. Через проём, находящийся в боковой стене слева от скульптуры, стремительно вошёл пожилой мужчина с длинной бородой и в мантии. Вся приёмная комиссия встала и поклонилась. Я поспешила скопировать их жест, не знаю уж, насколько успешно. Прибывший мельком взглянул на меня, улыбнулся краешком губ и обратился к экзаменаторам:

– Уважаемые мастера, я вижу, вы уже познакомились с нашей гостьей.

– Так это не абитуриент, господин ректор? – в некотором замешательстве осведомился стриженый.

– Ну почему же… девушка действительно поступает в нашу академию, и если успешно пройдёт вступительные испытания, то будет учиться. На каком вы этапе? И каковы результаты, мастер Кайден?

О! У стриженого появилось имя.

– Мы завершили тест на образное мышление. Результат – десять групп.

На этом он умолк. Я посмотрела экзаменатору прямо в глаза и стиснула зубы. Сейчас не время спорить, да и спрашивали не меня. Мастер Кайден ответил мне не менее прямым взглядом и ехидно ухмыльнулся.

– Что-то не так? – прозвучал вопрос архимага.

Я повернулась к ректору и с некоторым удивлением поняла, что вопрос обращён ко мне. Попыталась максимально незаметно разжать нервно стиснутые челюсти и как могла уверенно и чётко ответила:

– Я собрала одиннадцать комбинаций из двенадцати возможных. Не собрала буквенную.

Ректор повернулся к комиссии. На его невысказанный вопрос ответил ранее молчавший мужчина с иссиня-чёрными волосами, заплетёнными в тугую не особо длинную косу, и с бородкой, напоминающей эспаньолку.

– Я согласен с абитуриенткой в том, что если все таблички сложены одним блоком без разделения, то это можно также рассматривать как группу.

– Даже так? Что ж, начало впечатляющее, – улыбнулся мне ректор. – Пожалуй, я не буду пока раскрывать наш маленький секрет и посмотрю, как вы справитесь с остальными испытаниями.

Я нервно сглотнула и кивнула. Комиссия переглянулась, но возражать ректору никто не посмел. Он отошёл немного в сторону, хотя лично мне это не особо помогло успокоиться. Надеюсь, комиссия нервничает меньше, чем я. Экзамен продолжился.

Передо мной положили лист, в левой части которого по вертикали было нарисовано несколько геометрических фигур, какие-то завитушки и простенькое изображение дерева. Рядом лёг уже знакомый мне по приёмной архимага Лисандра стилус. Я вопросительно посмотрела на комиссию, сфокусировавшись на мастере Кайдене.

– Нарисуйте в правой части листа то, что видите в левой, – неестественно ровным голосом сформулировал он задачу.

Я медленно выдохнула, пытаясь хоть немного успокоиться, и взяла стилус. Пару раз рука всё-таки дрогнула, но в целом я осталась довольна результатом. Закончив через несколько минут, развернула листок и пододвинула его к комиссии. Экзаменаторы потрясённо взирали на меня – видимо, остальные поступающие не имели такой практики письма и рисования, которую приобретают школьники и студенты в моём мире. Скосив глаза на ректора, увидела, что он улыбается, более того, бросив быстрый взгляд на своих подчинённых, этот почтенный маг мне задорно подмигнул. Ректор мне определённо нравился, в отличие от мастера Кайдена.

– Хорошо, теперь прочитайте вот этот текст, – выдал мне лист с тремя крупно и разборчиво написанными строками мастер Кайден.

Я достала из кармана лист с транскрипцией алфавита и посмотрела на небольшой оставшийся неисписанным кусочек внизу страницы. Ладно, шпаргалки и мельче писать приходилось. Взяла со стола стилус и максимально тщательно, проверяя по два раза каждую букву, мелким почерком записала транскрипцию внизу листа с алфавитом. Шёпотом прочитала получившуюся надпись, на восьмом слове ошиблась с ударением, но быстро исправилась, благо оно было всего из трёх слогов.

Надпись гласила: «Маг в первую очередь призван служить народу, помогая ему справиться с трудностями бытия», чем я и осчастливила приёмную комиссию. Комиссия пребывала в растерянности. Я начала было беспокоиться, вдруг что-то опять не так получилось, но тут вмешался ректор:

– Думаю, стоит провести последний тест, и на этом завершить процедуру. Потрясающе, такого эксперимента у нас не было ещё ни разу. Это, безусловно, представляет огромный интерес для магической науки.

Ну вот, я уж думала, это он о моих результатах… а оказывается, я всего лишь «потрясающий эксперимент».

Шатен достал из-под стола небольшую деревянную конструкцию, состоящую из нескольких плоских дисков, частично наложенных друг на друга и по форме напоминающих граммофонные пластинки, с множеством мелких узоров и небольшими прозрачными кристаллами разного размера.

– Положите правую ладонь в центральную часть артефакта, прикройте глаза и расслабьтесь.

Подозрительно посмотрев на конструкцию, попыталась вспомнить, что говорил королевский архимаг о предстоящих испытаниях. Не смогла. С ужасом поняла, что не могу даже вспомнить, как его зовут… Всё, приплыли, нервы опять совсем сдали.

– Ну же, – поторопил шатен и, видя мой испуганный взгляд, добавил: – Ничего страшного с вами не случится, это просто измеритель резерва. Все поступающие проходят через такую процедуру.

Я протянула руку к прибору. Не уверена, что попала точно на середину, поскольку зажмурилась раньше, и не потому, что велели закрыть глаза, а потому, что было страшно. Насчёт того, что способна сейчас расслабиться, я вообще очень сомневалась, хотя внятно объяснить, чего именно боюсь, не смогла бы.

Секунды тянулись умопомрачительно медленно. Наконец мне предложили убрать руку и открыть глаза.

– Несмотря на довольно хорошие результаты предыдущих тестов, я бы не советовал вам поступать в академию при таком мизерном резерве, – довольно жёстко резюмировал мастер Кайден. – Не думаю, что нам стоит тратить время на адепта, которому не удастся пройти полный курс обучения.

Мне показалось, что мир ощутимо качнулся.

– Не следует делать столь категоричных заявлений, – вмешался архимаг, – резерв, конечно, мал, но допустим для поступления в академию. А насколько девушке удастся развить его, зависит в первую очередь от её усердия.

– Господин ректор, мы с вами прекрасно знаем, сколь усердны обычно адепты… – Он осёкся под суровым взглядом пожилого мага и демонстративно воззрился мимо меня на стену холла.

– Пожалуйста, – я не смотрела на комиссию, только на архимага, к глазам подступили слёзы, – пожалуйста, возьмите меня. Я всё смогу, я буду очень стараться, я обязательно стану магом…

Конец фразы смазался вырвавшимся всхлипом, слёзы, переполнив глаза, хлынули на щёки. Я поняла, что не в состоянии успокоиться и остановить накатывающее отчаяние пополам с вновь начинающейся истерикой, и просто закрыла лицо руками.

– Да-а-а… – презрительно протянул Кайден. – И эта нервная особа пытается нас убедить в своей способности выучиться на мага.

– Мастер Кайден, – с нотками раздражения в голосе оборвал его архимаг, – вы можете привести мне официальное обоснование для отказа в зачислении данной абитуриентки?

– Нет, господин ректор, – с едва сдерживаемым недовольством процедил сквозь зубы стриженый.

– Что ж, тогда нам остаётся только заполнить анкету на нового адепта, – с улыбкой попыталась разрядить обстановку и приободрить меня женщина.

– В этом нет необходимости, – ровным голосом сообщил ей архимаг, извлекая откуда-то из недр своей мантии исписанный лист и положив его перед комиссией. – Королевский архимаг Лисандр любезно предоставил нам копию данных призванной сегодня девушки.

– Призванной? – изумлённо ахнули трое членов приёмной комиссии.

Мастер Кайден всё так же недобро смотрел на меня. Ох, чувствую, хлебну я ещё лиха с этим преподавателем.

Окончание этого дня прошло как в тумане и помнилось смутно. Меня куда-то вела молодая девушка, вроде бы старшекурсница, оставленная при академии на лето, что-то рассказывая по дороге. Кажется, я кивала и даже несколько минут помнила, что именно она говорила. В результате мы с охапкой постельного белья попали в трёхэтажную постройку, примыкавшую к забору, где мне выделили крохотную комнату с двумя узкими кроватями, письменным столом и одним стулом. Девушка помогла застелить постель, после чего почти силой утянула в конец коридора показывать умывальню. Душа в этом общежитии не было, полотенце оказалось общим и висело рядом с раковинами. Прощай, нормальная гигиена.

Кое-как умывшись, благо кран был очень похож на привычный нам, я добрела обратно до своей комнаты и, сложив одежду на стуле, уснула даже раньше, чем голова коснулась подушки.

Утро началось с экстремальной побудки. Не то чтоб на рассвете, но ещё по утреннему холодку академию огласил дикий рёв. Я заполошно подпрыгнула на кровати, спросонья едва удержавшись на самом краешке и умудрившись не шлёпнуться на дощатый пол. Что это было?! Ошалело я осмотрела маленькую, скудно меблированную комнату, пытаясь понять, где это я заночевала и почему вообще нахожусь не у себя дома.

Вспомнила. Зажмурила глаза и больно ущипнула себя за руку, открыла глаза – не помогло… Я была всё в той же комнате. И тут меня накрыло осознанием: я поступила в академию магии, я смогу стать магом! Эх, ещё бы поесть чего, а то обед был в моём мире почти сутки назад.

Спустившись после умывания на первый этаж, я обнаружила жиденький ручеёк из подростков с редким вкраплением взрослых, тянущийся к выходу из общежития, и поспешила влиться в него. Раз люди куда-то идут, значит, там что-то есть, ну, или что-то будет. Кстати, людской ручеек был чисто женским, видимо, общежития здесь разделены по половому признаку.

Пройдя через небольшой дворик, все входили в другое здание, на этот раз одноэтажное, у дверей сливаясь с чуть более полноводным мужским потоком, тянувшимся из-за угла академии. Я не стала отбиваться от коллектива и тоже зашла.

Внутри оказался зал, заполненный деревянными столами и стульями. У ближней стены имелась невысокая стойка, на которую полненькая и румяная женщина лет пятидесяти выставляла тарелки с кашей и исходящие паром чашки. Посетители подходили, демонстрировали какую-то цветную блямбу, брали завтрак и садились за столы. Я мялась у входа – у меня блямбы не было.

– Фу-х… Ну ты и шустрая, – раздался за спиной знакомый голос, обернувшись на который я увидела вчерашнюю старшекурсницу. Эх, ещё бы вспомнить, как её зовут.

– Станешь шустрой после такой побудки, – пробухтела я, всё ещё не отошедшая от утренних впечатлений.

– А, это сегодня сигнал подъёма перед учебным годом проверяли. Его до начала занятий больше не будут включать, так что можно будет подольше поспать последние деньки каникул, – улыбнулась девушка. Видимо, старшекурсники уже привыкли к этим диким звукам.

– Ну, не знаю, может, кого-то он и поднял, а меня для начала уронил с кровати, – улыбнулась я в ответ.

– Зато под такое на занятия точно не проспишь, – резюмировала старшекурсница и потянула меня за руку к раздаче. – Идём завтракать. Твой жетон у меня, я вчера хотела отдать и всё объяснить, но ты прямо на ходу засыпала.

Даже передать не могу, насколько сильное облегчение я испытала при этих словах, потому что вопрос с питанием был более чем насущным.

Девушка сунула мне в руку трёхцветный полированный кругляш с переливающейся загогулиной в центре, показала свой женщине за стойкой и, взяв тарелку и чашку, стала терпеливо ждать меня. Я предъявила свой жетон и, убрав его в задний карман, тоже разжилась завтраком.

Мы заняли ближайший свободный столик с четырьмя стульями. Были ещё большие столы с десятью стульями. В дальнем конце столовой стояли несколько столиков, накрытых скатертями с двумя и четырьмя стульями. Проследив за моим заинтересованным взглядом, девушка пояснила:

– Это преподавательские столы.

– Почему у тебя жетон двухцветный, а у меня трёхцветный? – поинтересовалась я, разглядывая её кругляш, небрежно брошенный на стол рядом с тарелкой.

– Мне положен завтрак и обед, а тебе ещё и ужин.

– А почему тебе ужин не положен?

– Потому что я подрабатываю. Здесь как: если адепт местный и живёт с родителями, то его кормят только в обед, и он отрабатывает лишь стандартную заливку кристаллов на медитации и летнюю практику. Если не местный, то завтраком и обедом, а ужин или на общей кухне сами готовят или в корчме едят, у кого денег хватает. Таким адептам даётся дополнительная норма по заливке кристаллов. Ну а три раза питаются обычно либо сироты, либо те, кого семьи поддержать не могут. Но таких и на праздники не отпускают, и на дополнительные работы привлекают. Я тоже из бедной семьи и раньше полностью тут питалась, а теперь вот подработку в городе нашла.

– Какую, если не секрет? – заинтересовалась я.

– Я артефактор. Сумела по специальности устроиться. Маститые-то маги серьёзные и дорогие артефакты всегда берутся делать, а дешёвой мелочовкой заниматься не хотят. Меня хозяин лавки полгода проверял, но я никогда плохих артефактов на продажу не приносила, так что теперь у меня постоянно заказы есть.

– Здорово! – искренне порадовалась я за старшекурсницу с ноткой грусти, потому как сама такое не скоро смогу.

– Ладно. Давай доедать, нам ещё к ректору нужно. Мне вчера сказали, чтобы сразу после завтрака тебя в кабинет к нему привела. Вроде там кто-то прийти должен.

Мы доели кашу и допили травяной настой приятного, но непривычного вкуса. Посуду составили обратно на стойку в дальнем от входа углу.

Путь до кабинета ректора занял минут восемь неторопливым шагом и в основном состоял из лестниц и коридоров. На третьем повороте я сбилась и поняла, что обратную дорогу сама не найду, поскольку все коридоры казались одинаковыми.

Приёмной у ректора не было, секретаря тоже, так что, вежливо постучавшись, мы вошли в самостоятельно отворившуюся дверь. За ней был не особо большой кабинет с огромным столом, занимавшим примерно треть комнаты. Архимаг сидел за этим письменным великаном на деревянном стуле с высокой резной спинкой лицом к двери, то есть в данном случае к нам. С нашей стороны стола стояли два кожаных кресла. Позади ректора было окно с тяжёлыми гардинами до пола, вдоль боковых стен тянулись книжные полки, а слева от нас имелась ещё одна дверь.

– Спасибо, Анирра, можете быть свободны. А вы, Наталья, занимайте любое из кресел. Карен ещё не подошёл, так что придётся подождать.

Старшекурсница поклонилась и вышла, аккуратно закрыв за собой дверь, а я села в правое от меня кресло и продолжила разглядывать обстановку. То, что придёт уже знакомый мне Карен, сняло нараставшее напряжение и даже порадовало.

Ничего особо примечательного в кабинете я не обнаружила. На столе лежали несколько стопок бумаг, которые сосредоточенно читал ректор, изредка делая пометки. Хозяин кабинета в такой обстановке от привычных мне работников института отличался разве что одеждой. За окном с моего места было не видно ничего, кроме неба. Отвлекать ректора вопросами я не решалась, так что оставалось только набраться терпения и ждать.

К счастью для моей нервной системы, ждать пришлось недолго. Уже минут через десять в дверь вновь постучали. Ректор поднял голову и посмотрел на дверь так, будто мог видеть сквозь неё, после чего замысловато махнул кистью руки, что-то изобразил пальцами – и дверь распахнулась. Здорово! Тоже так хочу! Через порог шагнул Карен и с достоинством поклонился хозяину кабинета.

– Приветствую уважаемого господина ректора архимага Таврима и передаю наилучшие пожелания от господина королевского архимага Лисандра.

– Здравствуйте, Карен. Давайте обойдёмся без витиеватого этикета. У вас всё готово?

– Да, господин ректор.

– В таком случае приступайте. И можете присаживаться, если вам так будет удобно.

– Спасибо, господин ректор.

Парень снял с плеча матерчатую сумку и протянул её мне.

– Это всё вам, я сейчас расскажу о вашей новой жизни. – Избавившись от ноши и сев во второе кресло, Карен продолжил: – Обычно призванные декаду живут в специально отведённой комнате во дворце и общаются с фрейлинами и слугами, в обязанности которых входит рассказывать вновь прибывшим о нашем мире, постепенно адаптируя их к непривычной среде. В вашем случае мы решились отступить от общепринятой процедуры, пойдя навстречу вашему желанию поступить в академию. Но, как следствие, могут возникать проблемы с адаптацией. – Парень перевёл дыхание, и мы получили возможность прокомментировать услышанное.

– Ну, судя по тому, что я видел на вступительных экзаменах, девушка не пропадёт, – улыбнулся в седую бороду ректор.

Но я почла за благо пока помолчать.

– Вам, как и любому призванному, полагается один комплект одежды, одна пара ботинок, полотенце, деревянные кружка и ложка и один золотой подъёмных. Один золотой равен десяти серебряным монетам, одна серебряная монета равна ста медным. Это не очень много, но и не мало, особенно учитывая, что у вас теперь есть крыша над головой и питание в академии. Например, моё жалованье составляет три серебрушки в месяц. Хорошее платье или костюм из красивых тканей стоят от двух золотых, но простые штаны и рубашку можно купить за серебрушку, и это будет удобная и прочная одежда. Сколько стоят простые платья, простите, не знаю. Ужин в таверне стоит три медяшки, если без вина. На вина цены разные. Ну, вроде рассказал, что мог. Может, у вас есть вопросы?

Вопросов у меня было много. Они толкались и пихались в голове, пытаясь вырваться наружу, но устроили свалку и застряли всем скопом. Так, ладно, раз мы о ценах заговорили, нужно подумать, что для меня важно в первую очередь. Кстати, завтрак был для худеющих, то есть без хлеба, и есть после него всё ещё хотелось.

– Скажите, у вас здесь пекут хлеб?

– Да, конечно, – удивился моему вопросу Карен.

– И сколько стоит буханка?

– Большая коврига – две медяшки, но можно половинку купить.

– Вы привыкли есть много хлеба? – вмешался в наш разговор ректор.

– Не то чтобы, – замялась я, – просто, если стандартных порций в столовой будет не хватать, проще всего добавить к ним именно хлеб.

– Академия пытается организовать максимально правильное питание для магов в рамках имеющихся возможностей, а хлеб не столь важен для развития магического резерва, – недовольно произнёс ректор.

Похоже, я затронула больной вопрос. Видимо, проблема с количеством населения далеко не единственная в этом мире.

– Простите, я ни в коем случае не выражаю недовольство. То, что мне предоставили возможность питаться в академии, – очень большое подспорье в моей новой жизни. Я всего лишь пытаюсь предвидеть будущие расходы.

– В таком случае, девушка, вам лучше сразу прицениваться к яйцам. Если вы действительно намерены интенсивно раскачивать резерв, в чём пытались нас убедить на вступительных экзаменах, нужно добавлять в ежедневный рацион хотя бы два яйца помимо того, что будут давать в столовой. Мясо, конечно, в данном случае лучше, но не думаю, что вы сможете себе его позволить. Хотя адептам, не имеющим задолженностей по учёбе, полагается стипендия в десять медных монет в месяц, но она начинает выплачиваться только после первой сессии, то есть через полгода.

Ничего себе. Да я со своим золотым тут богачка. Хотя это мне повезло, что есть где жить и чем питаться, а другие призванные вынуждены за всё это платить. Так что будем прислушиваться к умным советам и есть яйца. А пока я не знаю, как раскачивать этот самый резерв, не помешает и похудеть. Но имелся ещё один актуальный вопрос.

– А сколько стоят письменные принадлежности?

– Вам выдадут необходимое вместе с учебниками. Если есть желание, можете уже сегодня получить всё это в библиотеке, – вновь вступил в разговор ректор. – Кристалл на стилусе требуется пополнять, вы пока этого не умеете, но можете подойти к любому адепту или преподавателю и, сказав, что вы первокурсница, попросить залить кристалл. В учебном году это будут делать преподаватели в классах, а в скором времени и сами научитесь.

– Спасибо за разъяснения. Я обязательно схожу сегодня в библиотеку. Но из-за того способа, который я использую для чтения, мне понадобится дополнительная бумага, так что всё же хотелось бы узнать, сколько она стоит.

– Если брать самую простую, то пять листов за медяк, – просветил меня Карен.

– Кстати, вы забыли свой алфавит. – Ректор выудил из недр стола вчерашний лист и протянул мне.

– Спасибо! – искренне порадовалась я, потому что написать ещё раз, конечно, недолго, но для этого придётся просить о помощи либо старшекурсников, либо преподавателей, да и бумага тут, похоже, у меня в дефиците будет.

– И последний вопрос. Я должна скрывать то, что я не из этого мира? А то я не знаю, кому и что могу говорить.

– Мы не требуем этого от призванных, – ответил Карен. – Но не все граждане лояльно относятся к переселенцам, так что смотрите сами.

Помолчали.

– Если на данный момент всем всё ясно, можете расходиться, – резюмировал ректор и придвинул к себе очередной документ.

Мы торопливо вышли из кабинета.

– Карен, выведи меня отсюда, – жалобно попросила я парня.

– В каком смысле? – оторопел он.

– Во двор, я дорогу не запомнила, – окончательно смутилась я.

– Ну, пошли, – двинулся он по коридору. – О, вспомнил, что ещё хотел сказать: вернули твои вещи. Просто я, чтобы с женской сумкой по улице не идти, её внутрь большой засунул.

– Здорово! – обрадовалась я. – Слушай, а тут какой-нибудь ящик или что-то подобное достать можно? Для хранения вещей.

– А чего тебе хранить? – удивился Карен.

– Да что угодно – в комнате общежития только две кровати, стол и стул. Ни одежду, ни вещи сложить некуда.

– Ну, шкаф тебе вряд ли нужен, – улыбнулся парень.

– Это точно. Даже если он каким-то чудом уместится в комнате, там уже не умещусь я.

– Есть ещё сундуки. Они бывают большие – такие, на которых спят, и маленькие – почти как шкатулки. Вообще, стоят они довольно дорого, но если тебе не нужно его запирать, то можно поговорить с мастером и сторговать недоделку – это будет намного дешевле. Или взять с магическим замком, но ещё не активированным, и либо сама потом научишься, через несколько лет, активировать его, либо со старшекурсниками подешевле договоришься.

– Спасибо. Удачи тебе! – Разговор мы заканчивали уже во дворе, так что я не стала задерживать парня.

– И тебе, – попрощался он.

Я решила для начала вернуться в комнату и распотрошить полученную сумку. Разложила всё на кровати. Платье было простого покроя, длиной до колен, светло-серого цвета, из ткани, напоминающей нашу хлопчатобумажную. К нему прилагался матерчатый поясок. Не знаю, как обычные горожане, а адептки в столовой были одеты явно лучше. Ладно, на первый раз на рынок сходить сойдёт, а там осмотримся и определимся. В любом случае неплохо бы купить штаны и тунику. Нескольких девушек, одетых подобным образом, я в столовой видела. А мне брюки как-то привычнее, чем такое вот платье. Была также какая-то сорочка из мягкой и более тонкой ткани – то ли спальная принадлежность, то ли нижнее бельё. Местная обувь больше всего напоминала мокасины и оказалась на удивление удобной. Полотенце я повесила на спинку кровати, сорочку убрала под подушку, кружку поставила на стол и в неё сунула ложку. Действительно, деревянные – некрашеные, но хорошо отшлифованные.

Переоделась в платье и мокасины. Эх, зеркала не хватает! Свою одежду аккуратно повесила на спинку кровати. В моей дамской сумочке, кроме маникюрного набора, за который я больше всего переживала, нашлись расчёска, маленькое зеркальце, кошелёк с бесполезными здесь кредитками и небольшим количеством денег моего мира, паспорт, связка ключей, таблетки от головной боли и блокнот. Сотового не было – то ли забрали, то ли я его на работе забыла, со мной такое бывало.

Порадовалась блокноту, который на днях поставщики подарили. Там их логотипы и контактные телефоны. Ну да это не важно, главное, на ближайшие дни вопрос бумаги снимается, хотя прицениться всё равно стоит.

Местные деньги были сложены в отдельный кожаный мешочек, тщательно завязанный у горловины. Внутри нашлось восемь серебряных монеток и двести медных. Сложила обратно две серебрушки и пятьдесят медяшек. Остальное ссыпала во внутренний кармашек дамской сумочки, застегивающийся на молнию. Кожаный мешочек пока тоже убрала в неё и, повесив на плечо выданную мне сумку, пошла искать библиотеку.

С поисками мне повезло, потому что практически сразу за дверью своей комнаты я натолкнулась на Анирру.

– Привет ещё раз. Ты не объяснишь мне, как найти библиотеку?

Анирра что-то прикинула в уме и отрицательно покачала головой.

– Лучше я тебя отведу, только сначала на кухню сходим, мне туда должны были заготовки принести.

– А почему на кухню? – удивилась я, шагая за ней по коридору к лестнице.

– В основную часть общежития посторонних не пускают, только в холл и на кухню.

Кухня меня просто шокировала. Там было что-то вроде костра, обложенного камнями. Огонь горел несильно, и над ним висел здоровенный котёл. На таком же костерке поменьше стояла сковородка с высокими бортами и чем-то булькала под крышкой. Я подобрала отвисшую челюсть и поняла, что яйца придётся покупать варёные.

Анирра быстро переговорила с долговязой нескладной девчонкой, забрала у неё сумку наподобие моей, но поменьше и поцветастее, и вернулась ко мне.

– Ну вот, теперь можно и в библиотеку, – кивнула она в сторону выхода. – Заодно сама учебники на год получу.

– Только, если можно, ты мне объясни, как мы идём, чтобы я потом могла библиотеку без посторонней помощи находить, – попросила я.

– Ладно. Но, в общем-то, туда несложно идти. Вот смотри: заходим через парадный вход, у дальней стены, за расписанием, поворачиваем направо и сразу на лестницу, а по ней на второй этаж. После лестницы снова направо и до конца коридора – вот мы и в библиотеке.

Действительно, несложно. А ещё надо будет сходить расписание переписать.

– Восьмой курс, направление артефактор, – отрапортовала пожилому библиотекарю Анирра и была вознаграждена высокой стопкой книг и кипой жёлтой линованной бумаги толщиной примерно с нашу стандартную пачку.

– Дальше сама справишься? – спросила она у меня и, получив кивок, ушла.

Всё выданное ей богатство знаний после жеста рукой и какого-то замысловатого слова, которое никак у меня не перевелось, поплыло за девушкой по воздуху. Я заворожённо смотрела вслед.

– Курс, имя, направление? – не стал дожидаться библиотекарь, пока я сама проявлю инициативу.

– Первый курс, Наталья. А направление не знаю, – озадачилась я.

– На первом курсе направлений нет, – просветил меня библиотекарь, сверился с каким-то списком, выдал значительно более скромную стопку и прибавил к ней стилус.

Сверху лежало расписание, видимо, не многие поступающие нормально умеют писать, а на их память руководство академии и подавно не надеется.

– Спасибо. Простите, могу я задать вам несколько вопросов? – поинтересовалась я, уповая на отсутствие в библиотеке других посетителей в данный момент.

– Если по делу, задавайте, – разрешил мужчина.

– У вас есть карта города?

– Есть. Складывай учебники в сумку, и я тебя отведу.

Бумагу пришлось нести в руках, потому что в сумке она могла помяться. Листов оказалось значительно меньше, чем у старшекурсников, и некоторые из них представляли собой что-то вроде прописи, то есть были уже частично исписаны примерами и заготовками.

Карта висела на стене в большой светлой комнате с десятком столов, окружённых стульями. Библиотекарь подошёл к ней и прикоснулся к комплексу зданий на окраине города. Перед этой частью карты появилось что-то вроде объёмной голограммы с увеличившимися зданиями и надпись.

– Мы здесь, – прокомментировал свои действия библиотекарь. – Изучайте, а мне нужно вернуться на место.

У карты я задержалась надолго. Пожертвовав один лист из выданных мне для учёбы, записывала транскрипцией названия заинтересовавших меня мест и таким образом узнавала, что это. К тому моменту, когда устали ноги, я уже примерно представляла, где находятся дворец и парк, рынок и больница, почта и училище гвардейцев, знала название трёх самых крупных улиц и была точно уверена, что если пойду гулять одна, то обязательно заблужусь. Но вообще, карта меня очаровала – этакий магический интерактивный планшет, простой и понятный в использовании.

Я вернулась к библиотекарю. Возле него по-прежнему никого не было. Если кто-то и приходил за учебниками, то уже ушёл.

– Извините, – привлекла я его внимание, – вы не могли бы подобрать мне что-то простое для чтения. Я очень плохо читаю, и мне нужно потренироваться к началу учебного года.

Библиотекарь несколько удивлённо посмотрел на меня, но спрашивать ничего не стал. Немного подумав, он сходил к одному из ближайших стеллажей и принёс нетолстую книгу с яркой картинкой на обложке. Там был изображён маг с воздетыми руками, окружённый сиянием. Пометив что-то за стойкой, мужчина протянул книгу мне.

– «Начало нового мира», детский вариант. Здесь, конечно, события изложены упрощённо и многое пропущено, зато язык простой и есть поясняющие картинки.

– Спасибо. Это то, что нужно, – обрадовалась я возможности совместить тренировку с узнаванием чего-то полезного. Мог ведь и детскую сказку дать, если они тут, конечно, есть в книжном виде.

Вернувшись в свою комнату, я сложила всё полученное в библиотеке на угол стола. Судя по наличию двух кроватей, у меня ещё и соседка предполагается, а ей тоже место для вещей нужно. Начала я своё чтение не с книги, а с расписания, использовав для перевода уже частично исписанный при изучении карты лист.

Каждый день было по пять уроков. Начинались они с третьего часа дня и шли по одному часу. После третьего урока давался час на обед. Так, что-то я тут с часами недопоняла. Девятый, девятнадцатый и двадцать девятый день месяца были выходными.

Из предметов имелись: чистописание, история, теория магии, медитация, левитация, магический практикум, физическая подготовка и рисование. На первый взгляд несложно. Написание предметов сразу постаралась заучить наизусть. Учебников было три: по теории магии, истории и рисованию, которое по картинкам в книге больше напоминало что-то среднее между геометрией и черчением.

Отложив учебники, я достала блокнот, вооружилась стилусом и начала переводить выданную книгу. Называлась она именно так, как озвучил библиотекарь: «Начало нового мира». Далеко продвинуться не успела – в дверь постучали, и за ней меня ждала Анирра с предложением идти на обед. Живот возмущённо буркнул, полностью поддерживая эту идею.

В столовой нам выдали тарелку супа, кусок хлеба, пюре неизвестного для меня состава и ягодный отвар. За столом разговаривать, конечно, нехорошо, но другого случая задать вопросы может и не представиться.

– Анирра, помоги мне, пожалуйста, со временем разобраться. Три часа дня – это во сколько? И как мне определить, что пришло время обеда или ужина?

– Три часа дня – это через три часа после рассвета. В час после рассвета звонит малый колокол – для тех, кто пораньше хочет встать, а в два часа звучит тот самый подъёмный сигнал, который тебя сегодня утром впечатлил. На обед и ужин тоже звонит малый колокол. Не знаю даже, как ты его не услышала.

– Чтением увлеклась. Постараюсь не прозевать ужин, – улыбнулась я. – Не посоветуешь, с кем можно на рынок сходить. А то одна я пока плохо в городе ориентируюсь.

Это я, конечно, себе польстила – никак я в городе не ориентируюсь, но это уже детали.

– Извини, мне надо заготовки дорабатывать, – смущённо открестилась девушка.

– Как ваши дела? – раздался позади знакомый женский голос. – Можно присесть за ваш столик?

– Здравствуйте, мастер Линара, – поспешно вскочила Анирра. – Садитесь, конечно.

– Да ты ешь, ешь, нечего вскакивать. Мы же не на уроке, и я не Кайден.

Женщина из приёмной комиссии элегантно присела справа от меня.

– Так как ваши дела? – повторно обратилась она ко мне.

У Анирры округлились глаза.

– Спасибо, неплохо. Выдали одежду, получила учебники и бумагу со стилусом. Только давайте вы меня, как и других адептов, на «ты» будете называть.

Женщина озадаченно моргнула, видимо, до этого не замечая, что обращается ко мне иначе.

– Это я, наверное, после твоей стычки с Кайденом, мало кто ему перечить рискует. А ты намертво упёрлась, мне аж страшно стало.

– Всё. Тебе конец, – тихо и грустно заметила Анирра, переходя к пюре.

– Ну, не всё так плохо, – вяло возразила мастер Линара. – Хотя Кайден – это Кайден.

У меня по спине побежали мурашки. Похоже, его тут даже преподаватели боятся.

– А что он ведёт? – решила уточнить я масштаб своих проблем.

Может, мастер Кайден у меня только года через четыре преподавать будет и к тому времени забудет обо всём.

– У первого курса – теорию магии и магический практикум.

Я застонала – два основных предмета.

Анирра доела свой обед и торопливо распрощалась. То ли с преподавателями обедать здесь было не принято, то ли не хотела находиться в моём обществе, чтобы не привлечь внимание мастера Кайдена.

– Наталья, тебе в городе что-нибудь нужно? Я завтра за покупками иду, могу с собой взять.

Я только что не подпрыгнула от радости.

– Спасибо вам огромное. Я уж и не знала, кого попросить, а одна заблудиться боюсь, да и в ценах не ориентируюсь.

– Вот и отлично. Только понадобится найти мальчишек-носильщиков, а то я много чего купить планирую.

Ответить я ничего не успела, потому что рядом с нами возник радостно вопящий вихрь и, без спроса плюхнув свой обед на наш столик, затараторил:

– Ой, Таль, я так рад, что ты тоже поступила! А нас обоих с Тареком взяли и сказали, что резерв хороший! Мы теперь с ним в одной комнате живём! И кормят здесь очень вкусно. Здорово, да?!

Ну конечно же это был Марек с восторженно горящими глазами и улыбкой от уха до уха.

– Привет, – невольно улыбаясь в ответ, выдала я на его тираду и заметила, что мастер Линара тоже улыбается.

– Здравствуйте, – поприветствовал нас Тарек. – Можем мы сесть за ваш столик?

Я вопросительно посмотрела на преподавательницу. Она кивнула, и только после этого Тарек расположился за столом. В присутствии брата Марек неожиданно притих, старательно работая ложкой.

– Близнецы, а у вас какие на завтра планы? – поинтересовалась я.

– В город пойдём, погуляем напоследок, – ответил Тарек, – а то когда занятия начнутся, времени не будет.

– Мы тоже завтра в город идём, по магазинам. Если поможете нам сумки носить, я вас пирогами угощу, – правильно поняла мою мысль мастер Линара.

Оба мальчика закивали, не в силах оторваться от еды.

– Учебники уже получили? – продолжила разговор с ними женщина.

– Нет. А где их получать? – ответил снова Тарек.

Даже странно Марека молчащим видеть.

– В библиотеке. Могу проводить, – предложила я.

– Здорово! – наконец радостно выдал Марек, менявший в этот момент тарелки.

С этим всё ясно – живёт по принципу: когда я ем – я глух и нем.

Остаток дня прошёл спокойно. Сходили в библиотеку; мальчишки отправились разглядывать учебники на скамейках на спортивной площадке, а я решила вернуться в своей комнате к чтению выданной книги. Перед тем как разойтись, договорились, что встретимся на ужине за тем же столиком.

Время до вечера пролетело незаметно. Постепенно некоторые часто употребляемые короткие слова я стала понимать без транскрипции, что, безусловно, радовало. Большую часть букв тоже запомнила и под конец лишь изредка подсматривала в свой листок. Наверное, дома я такую книгу прочитала бы минут за пятнадцать, а то и меньше. Здесь ушло часа четыре по нашему времени, то есть два с половиной по-местному, но к ужину книга была дочитана.

Итак, жили себе люди, развивали ремёсла и магию. Но были у них сказания о том, что есть в их мире другой континент, где и земля богаче, и рыба из рек сама в руки выпрыгивает, и воздух слаще. Это я, конечно, утрирую, но суть примерно та же. И доплыли туда люди на корабле, и пришли туда маги и заложили город. После чего стали готовить массовое переселение, для этого начав строить огромный портал. Несколько сотен человек уже жили на новом континенте, в основном строители, повара и небольшое количество крестьян. Ну и маги – без них тут никак. А когда портал построили и пошёл поток переселенцев, в самый последний момент, когда уже переместились почти все люди с обозами, энергия портала вышла из-под контроля и сожгла бы всё вокруг, не пожертвуй собой сильнейший из архимагов того времени, контролировавший портал с этой стороны. Люди поселились в городе и основали несколько деревень поблизости, надеясь, что придут вести со старого континента. Маги не смогли связаться со старым континентом или открыть туда портал. Прошли годы, люди стали роптать на магов, обвиняя их в случившемся, но до сих пор не угасает надежда, что удастся восстановить связь со старым континентом.

Действительно, несколько размыто, но суть трагедии ясна. И откуда взялась проблема с населением – тоже.

Только я собралась узнать у кого-нибудь, скоро ли ужин, как услышала довольно мелодичный переливчатый звон. Наверное, это и есть малый колокол.

В столовой было почти пусто. Видимо, мало кто был на полном обеспечении питанием, да и каникулы ещё не закончились. Разжившись очередным пюре с редким вкраплением чего-то мясного, яйцом и травяным отваром, мы с близнецами обосновались за облюбованным столиком.

Ребята до ужина попробовали почитать учебник по теории магии и сказали, что там сплошная муть, а учебник по истории – скукотень. Пришлось напомнить, что они сюда не развлекаться пришли. В ответ выяснила, что я зануда. Очень захотелось дать им по затрещине, но устраивать гонки в столовой я не рискнула.

Кстати, после сидения за книгой меня откровенно тянуло размяться, и я поняла, что завтра придётся решать ещё и вопрос спортивной формы, учитывая наличие в расписании физической подготовки. Не бегать же в той одежде, в которой на уроки хожу?

После ужина я обошла ради прогулки академический двор, побывав на левитационной и на спортивной площадках, благо решётки не запирались. Было ещё какое-то огороженное пространство, но вход туда я не нашла.

Умывшись, легла спать и почти мгновенно уснула.

Мне приснился странный сон, навеянный событиями прошедшего дня. Я видела мага в узких брюках и свободной рубахе, воздевшего руки и расставившего ноги так, будто его швыряло в разные стороны порывами ветра. Вокруг бушевали потоки магии, похожие на северное сияние, только они закручивались в вихри и выплёскивались протуберанцами из окутывающего мужчину клубка. Маг стоял ко мне спиной, у него были тёмные волосы чуть ниже плеч, но мне постоянно казалось, что он сейчас обернётся и окажется мастером Кайденом. Вот приснится же такое!

На завтрак меня снова разбудила Анирра, постучавшая в дверь и заявившая, что если не потороплюсь, то останусь голодной до обеда. Ну да, жуткий поднимательно-разбудительный сигнал сегодня не включали, а после таких снов я не совсем выспалась. Вспомнив, что днём ещё идти на рынок, поспешила умываться и – в столовую.

Сегодняшний завтрак не особо отличался от вчерашнего, но показался мне значительно более сытным. Видимо, если питаться постоянно, а не с паузами длиной в сутки, то еды должно хватать. Мальчишки уже уплетали свои порции, а вскоре к нам подсела мастер Линара, пожелавшая всем доброго утра. Моё пожелание ей в ответ приятного аппетита вызвало недоумённый взгляд. Получив указание ждать её через полчаса у ворот академии, мы пошли собираться.

Собирать особо было нечего. Переложила мешочек с деньгами в сумку, повесила её на плечо и направилась к воротам. Пришли мы с мальчишками почти одновременно. Мастер Линара появилась довольно быстро и вручила братьям по большой плетёной корзине, пока пустой. У неё на шее висел интересный медальон с переливающимся знаком в центре. Моё внимание к нему не осталось незамеченным преподавательницей.

– Это медальон дипломированного мага. Знак в центре означает, что моя специальность – травник, а свечение знака – что я магистр. Есть ряд вопросов, по которым жители могут обратиться к любому из магов. И если тот способен выполнить заказ, то не имеет права отказывать. Все случаи отказа расследуются, и необоснованные караются принудительными работами, но такого почти не бывает. На все услуги из обязательного списка установлена неизменная цена, – пояснила женщина и поинтересовалась: – А как у вас определяют образование?

– На улице – никак. А при устройстве на работу предъявляется специальный документ, где написано, чему и насколько хорошо ты учился.

– Как можно написать, насколько хорошо учился человек? – удивилась преподавательница.

– А как у вас оценивают знания по предмету? – задала я встречный вопрос. – Мне просто проще опираться на вашу систему, когда буду описывать.

– Если знания достаточны, то положительно, если недостаточны – отрицательно.

– То есть зачёт или незачёт, – перевела я для себя в более привычные термины. – У нас часть предметов оцениваются так же, а более важные разделяются по уровню знаний. Выставляется оценка от одного до пяти, причём один или два балла означают, что знания недостаточны и экзамен не сдан, три – удовлетворительно, четыре – хорошо, пять – отлично.

И тут Марек начал дёргать меня за подол свободной от корзинки рукой.

– Таль, а у вас – это где?

– Я призванная, – несколько напряжённо сообщила ребятам.

– Что, правда? Самая настоящая? Не врёшь? – начал подпрыгивать на ходу Марек.

– Правда.

Я посмотрела на улыбающегося Тарека, и у меня отлегло от сердца. Эти мальчишки были моими единственными друзьями в новом мире, а после предостережения Карена было немного страшно им признаваться. Мастер Линара тоже улыбалась – ей явно импонировал непосредственный Марек.

В тот день мы обошли чуть не половину города. К концу путешествия ноги у меня гудели, и было огромное желание сунуть их в холодную воду. До обеда мы побывали только на рынке и вернулись оттуда нагруженные как мулы, а поев, устроили набег ещё и на магазины. Мальчишкам быстро надоело, но они стоически терпели, за что были вознаграждены кроме обещанных пирогов ещё и медунцом, так здесь называли небольшой кусочек пчелиных сот с мёдом размером примерно с две наших конфеты, использовавшийся в виде лакомства. А Линара всё время, пока мы переходили из одного места в другое, расспрашивала о моём мире. Особенно её интересовала фармакология, но тут рассказать что-либо умное я не могла. Пришлось пообещать пожертвовать в пользу науки таблетки от головной боли, взамен мне посулили местный сбор, служащий для тех же целей.

Половина выданного мне золотого подъёмных растаяла всего за один день. Правда, при этом я приобрела всё необходимое на ближайшее время, но отсутствие возможности восполнения денежных запасов всё же заставляло нервничать. Одной из самых дорогих покупок стал местный аналог зубной щётки, являющийся артефактом и стоивший серебряную монету. Представлял он собой небольшую шкатулку с кристаллом на крышечке. Внутри лежал шарик из вязкой субстанции, который нужно было положить в рот и сжать зубами, после чего он заполнял полость рта и, вибрируя, производил санацию. По окончании чистки субстанцию оставляли на пару минут в воде, где она очищалась сама, и складывали обратно в шкатулку. Кристалл полагалось заливать самому или менять на купленный в магазине полный.

Помимо этого, я обзавелась плетёной конструкцией с крышкой, длиной в метр и высотой сантиметров тридцать, для хранения вещей в комнате; специальной антиворов-ской шкатулкой-артефактом для хранения мелких ценностей; брюками и двумя туниками. Поскольку сейчас была весна, а летом тут бывает очень жарко, мастер Линара посоветовала мне недорогие босоножки с кожаными ремешками, рассказав, что каникулы здесь бывают два раза в год и длятся по два месяца. Сейчас как раз заканчивались весенние, а до осенних предстояло провести четыре месяца в стенах академии.

Также мы с ребятами выяснили, что для занятий физической подготовкой в академии выдают простенькие штаны и майку. Но если мы не хотим ходить время от времени в грязных, то лучше купить запасные. Я не стала упираться, тем более что дома имела привычку совершать небольшую пробежку по вечерам.

Ну и куча нужных для нормальной жизни мелочей, потому что имевшаяся в наличии расчёска решала только одну проблему приведения себя в порядок.

Разложив все вещи, поужинав и умывшись, я пристроилась за столом с учебником истории и на треть исписанным блокнотом. Этот текст давался труднее, чем детская книжка, и, быстро устав после насыщенного дня, я сдалась и легла спать.

Утром проснулась сама – то ли было ещё рано, то ли Анирра решила меня больше не будить, – но выспалась я отлично, поскольку никаких странных снов мне не снилось. Умывшись, нашла на кухне готовившую что-то вроде ягодного отвара пожилую женщину и попыталась узнать у неё, сколько времени. В результате меня вывели в холл и объяснили, как пользоваться местными часами, которые я приняла за декоративную подставку под цветы.

До завтрака оставалось ещё полчаса, и я, быстренько переодевшись в местную спортивную форму, побежала трусцой на спортивную площадку – размять и потянуть побаливавшие после вчерашней ходьбы по городу ноги. То, что на площадке кто-то был, меня не удивило – ну, не одна же я тут такая ненормальная, а вот то, что единственным приверженцем утренней физкультуры оказался Кайден, как-то не воодушевило. Я помялась у входа, и, решив не будить лихо, пока оно тихо, благо он стоял ко мне спиной – не могут же его без повода тут все бояться, – ретировалась на левитационную площадку. Что ж мне с ним так везёт-то? Побегав и даже попрыгав через не особо большие камни, я прикинула примерный вес легендарной плиты, впечатлилась, но за неимением лучшего именно её использовала в качестве опоры при растяжке.

Повторно умывшись и придя к выводу, что жизнь налаживается, поторопилась на завтрак. Мастера Линары в столовой не оказалось, а вот близнецы что-то активно обсуждали за привычным уже столиком. Поздоровавшись, присоединилась к ним.

– Привет, Таль. Гулять с нами сегодня пойдёшь?

– Пойду, если возьмёте. Нужно какую-нибудь таверну найти, где варёные яйца покупать можно будет, ну и вообще город посмотреть не помешает. Не только же рынок и магазины здесь есть.

– Город покажем, мы его хорошо знаем. А яйца тебе зачем? – поинтересовался Тарек.

– Ректор сказал, что, если резерв активно качать, нужно дополнительно яйца есть. У меня резерв очень маленький, мастер Кайден даже не хотел меня в академию принимать.

– Эх, мы бы тоже качали и яйца ели, если бы деньги были, – расстроился Марек.

– Вы же сказали, что у вас с резервом всё хорошо. Хотя его много не бывает.

– Вот именно, – подтвердил Марек. – Я вот хочу к окончанию академии плиту архимагов поднять, а для этого резерв ого-го какой нужен!

– На почту пойдём, – неожиданно выдал Тарек.

– Зачем? – не поняла я.

– Попробуем на подработку по вечерам устроиться. Если бы писать умели, точно устроились бы, но, может, и так выйдет.

– А при чём тут умение писать?

– Грамотных в городе мало – если надо кому послание отправить, приходят на почту и диктуют, а специальный человек записывает. Потом передают куда надо, и там, если получатель грамотный, сам читает, а если нет – на почте писарь за медяшку прочтёт. Только он днём работает, а мы могли бы вечером сидеть, когда народу меньше и писарю оставаться уже неохота.

– А как получатель узнает, что ему послание прибыло?

– Мальчишки бегают – говорят, что пришло. Им за это что-то из еды дают. Мы тоже так пропитание добывали. Только если получатель неграмотный, или к грамотным соседям обращается, или, опять же, на почту.

– А ведь это идея, ребята! – обрадовалась я.

– Какая? – не поняли оба.

– Читать мы уже немного умеем. Потренируемся – сможем приносить письмо и сразу читать его за медяшку, чтобы человеку на почту не идти, – пояснила я.

– Хорошая мысль. И с моей идеей её совместить можно. Марек, сын-то у почтаря женился ведь в прошлом месяце?

– Ну, женился, и что? – недоумённо посмотрел на него брат.

– А то. Он собирался, как женится, с супругой к дяде переезжать, потому что тот уже старый и не справляется. Значит, теперь посылки разносить некому будет. А уличным мальчишкам почтарь посылки не доверит – уволокут, и не найдёшь их.

– Так, а чего тогда мы к нему пойдём, если он нам не доверит? – нетерпеливо заёрзал Марек.

– Мы теперь не просто мальчишки с улицы, а адепты академии. Как учёба начнётся, нам специальные медальоны выдадут. Значит, мы никуда не денемся – нас всегда в академии найти можно. И деньги зажать за доставку клиенты не рискнут, видя наши медальоны.

Идея мне понравилась. Вот только насколько удастся совмещать её с обучением?

– Тарек, а у нас будет времени на всё это хватать? Учёба-то всяко важнее.

– Если одному работать, то долго получится. За раз до десяти посылок могут привезти, правда, не каждый день. В разные концы города пока сбегаешь – уже и ночь настанет. А вот если втроём устроимся, каждый только в одну сторону побежит – и нормально, за час успеть можно.

– Так-то оно так, только зачем почтарю нанимать троих на место, куда можно одного взять?

– А какая ему разница? Платит-то он за каждую посылку, которую отнесут. Так даже быстрее будет, клиенты довольны останутся.

– Ну, давайте с ним, действительно, поговорим, а там видно будет. Кстати, в библиотеке карта города есть, я могу её примерно перерисовать и написать названия улиц. А ещё мне книгу сдать надо.

– О чём книга? – тут же заинтересовался Тарек.

– Начало нового мира, детский вариант.

– Дашь почитать? – оживился Марек.

– Когда я её сдам, чтобы мне другую дали, то вы сразу у библиотекаря её возьмёте.

Ребята удивлённо уставились на меня.

– Не знаю, как у вас здесь, а у нас давали следующую книгу только после того, как сдашь прочитанную, – пояснила я.

В общем, на поход в библиотеку я их таки уговорила. Взамен сданной книги проникшийся моим стремлением к чтению библиотекарь выдал довольно толстый том с легендами о вампирах, тоже с крупным шрифтом и картинками. Узнав, что ребята пришли взять сдаваемую мной книгу, он вслух порадовался сознательности новых адептов, и мы выяснили, что одновременно можно брать в библиотеке сразу пять книг, но не более. Если для учёбы очень нужно больше, то следует обратиться за разрешением к ректору или его заместителю по учебной части. Поняв, что этим самым заместителем является мастер Кайден, мы погрустнели.

Перерисовать карту нам разрешили. Я сидела за столом и, схематически изобразив улицы, мелким почерком подписывала их на своём родном и на местном языке, для чего ребята диктовали мне названия по буквам. Процесс затянулся почти на два часа, и у меня в первый раз перестал писать стилус. К счастью, библиотекарь тоже был магом, хоть и слабеньким, и здорово нас выручил, залив кристалл.

В библиотеке тоже обнаружились часы, по которым мы узнали, что до обеда оставалось меньше часа, и разошлись по своим комнатам. Ребята, правда, рвались тоже почитать легенды о вампирах, пришлось пообещать, что без них читать не буду, а вечером, после возвращения из города, вместе засядем за книгу.

На обед в столовую я пришла сразу с сумкой. Так что прямо оттуда, сытые, мы отправились в город. Таверны поблизости было две, мы заглянули в обе. В первой были грязные столы и пахло кислой брагой. Я невольно скривилась, но всё же спросила, сколько у них стоит десяток варёных яиц и, после скептического разглядывания меня, получила цену в три медяшки. Поскольку прямо сейчас мы ничего покупать не собирались, я вежливо поблагодарила за информацию и ретировалась.

А вот вторая таверна была значительно приятнее – в ней было относительно чисто и пахло свежим хлебом. Правда, за стойкой стоял здоровенный мужчина с обильной проседью в коротких волосах и жуткими шрамами на правой половине лица. Заметив нас, он пробасил:

– Желаете чего али на меня поглазеть зашли? – И оскалился… Точнее, наверное, это он так улыбался, но смотрелось страшно.

– М-м-мы приц-цениться, – дрожащим голосом выдала я.

Мужчина терпеливо ждал, видимо, я не первая, кого напугал его внешний вид.

– Сколько у вас стоит десяток варёных яиц? – спросил более стрессоустойчивый Тарек.

– Если срочно, то три медяшки за десяток, если к вечеру, то две.

– А если постоянным клиентам? – немного приободрилась я таким развёрнутым ответом.

– Адепты, что ли? А чего без медальонов? – удивился хозяин трактира.

– Только поступили, – снова вступил в разговор Тарек.

– Вас трое, каждому по два яйца, значит, шесть в день. Ну, коли каждый день по шесть штук брать станете, медяшка за них будет.

– Только нам пока не надо, брать будем, когда учёба начнётся, – поспешила уточнить я. – Мы вас заранее предупредим, хорошо?

– Добро, – согласился трактирщик и потерял к нам интерес.

Мы не стали задерживаться и пошли на почту. До неё оказалось примерно четверть местного часа неторопливым шагом. Это было двухэтажное здание: на первом размещались склад и комната писаря, а на втором жил владелец с семьёй.

Почтаря мы нашли читающим письмо дородной женщине в ярком платье и, скромненько выстроившись вдоль стеночки у двери, стали ждать, когда он освободится. Получив полагающуюся медяшку и распрощавшись с клиенткой, почтарь обратил внимание на нас.

– Здравствуйте, – поприветствовали мы его практически хором в ответ на вопросительный взгляд.

– Здравствуйте, молодые люди, – проявил взаимную вежливость мужчина.

– Господин Зиранд, я Тарек, а это мой брат Марек. Помните, мы у вас пару месяцев назад по поручениям бегали?

– Помню, Ридера подменяли. Только сейчас двое уже бегают, а драки мне тут не нужны.

– А посылки у вас есть кому разносить? – перешёл к сути своей идеи мальчишка.

– Тарек, у меня к вам претензий не было, но посылки – это не письма. Меня же клиенты жалобами забросают, если я мальчишкам с улицы их посылки доверю. Да и денег могут не заплатить – дадут вам по шее вместо оплаты, а мне потом ходить разбираться.

– Так мы теперь не с улицы, – спокойно заверил его Тарек, в то время как я и Марек молчали и делали умный вид. – Мы поступили в академию магии, и, как только начнутся занятия, нам выдадут медальоны.

Господин Зиранд задумался, видимо, отъезд сына действительно создал ему проблемы.

– Мы ещё и грамотные. Можем относить письма и читать их желающим прямо при доставке. Правда, у нас пока медленно получается, но мы тренируемся. А ещё Таль, то есть Наталья, тоже с нами учиться будет и тоже подработать хочет. Её можно к солидным клиентам посылать, на ней же не написано, что она – первый курс, пусть думают, что выпускница, – продолжал агитировать почтаря Тарек.

– Если втроём работать, на каждого много не получится, медяшек по двадцать в месяц, – всё ещё сомневался господин Зиранд.

– Нам много не нужно, – вмешалась я в разговор. – Просто при активной раскачке резерва требуется дополнительное питание. На него названной вами суммы вполне хватит, поскольку нас ещё и в академии кормят. К тому же мы будем разносить всё это вечером, когда все уже вернутся с работы. Наверняка так будет удобнее вашим клиентам.

– Ну, хорошо, – сдался почтарь. – Как выдадут медальоны – приходите.

Всё оставшееся время до ужина мы гуляли по городу, и я сравнивала реальные улицы с перерисованной картой. Если буду разносить посылки, нужно научиться ориентироваться. Побывали в городском парке, побрызгали из фонтана на какую-то знакомую близнецам ребятню, полюбовались из-за высокого забора на дворец короля и довольные вернулись к ужину в академию.

Я предложила близнецам опробовать новую спортивную форму и полазить по полосе препятствий на спортивной площадке, а заодно почитать легенды о вампирах, лёжа на травке. Учитывая недавно съеденный ужин, сначала пошли читать. Правда, моя попытка объяснить ребятам, почему не надо после еды проявлять излишнюю активность и что такое заворот кишок, не особо удалась, но пойти поваляться с книжкой они согласились.

Процесс чтения выглядел забавно. Мы лежали на животах, собравшись головами над раскрытой книжкой, под которую я подложила свою сумку. Ноги наши веером раскинулись в сторону площадки. Я честно пыталась читать без шпаргалки, но некоторые буквы ещё забывала. Зато с ударениями при помощи мальчишек дело пошло быстрее.

Намучившись с моими спотыканиями на буквах и неправильным чтением слов, мы поменялись местами. Марек, конечно, не имел таких проблем, как я, но читал по слогам, так что иногда неясно было, сколько он слов произнёс. В результате заклинание перевода не срабатывало, и мне приходилось переспрашивать. А вот Тарек читал хоть и медленно, но вполне неплохо. И тут я нашла новый способ тренироваться читать и учить язык. Если я про себя читала слово в транскрипции, а вслух слышала прочитанное Тареком, то в голове у меня всё как бы складывалось в одно звуко-смысловое понятие и легко запоминалось.

Так с горем пополам мы осилили первую легенду, где рассказывалось, как люди подговорили одного из недавно обращённых вампиров напасть на главу клана. Новообращённый погиб, не причинив опытному вампиру вреда, но тот рассвирепел и казнил всех обращённых своего клана. После чего люди хитростью и обманом сумели уничтожить оставшихся троих «рождённых» вампиров, включая самого главу. В легенде это преподносилось как великая победа над силами тьмы. Я же считала, что подлость не заслуживает ничего, кроме презрения.

Решив, что после ужина прошло достаточно времени, мы пошли на полосу препятствий и с удовольствием по ней полазили. Я попыталась показать мальчишкам, что такое подтягивания, используя имевшийся турник, особо в этом не преуспела – не столько подтянувшись, сколько подпрыгнув, – но суть действия они уловили, и упражнение им понравилось. Описать подъём переворотом на словах не вышло, а показать я уж и не пыталась, ясно, что мне такое не по силам. Зато выяснила, что и кувыркаться мальчишки не умеют, хотя падают ловко, как молодые коты. Тут нам снова пригодилась травка, на которой мы и развалились, накувыркавшись до пятен перед глазами и полной неспособности стоять на ногах.

Немного придя в себя, принялись за вторую легенду по тому же принципу, что и раньше. Я стала значительно меньше спотыкаться на звуках, но ударения всё ещё составляли проблему. И решить её можно, насколько я поняла, только большим количеством практики.

Во второй легенде рассказывалось о маге, придумавшем защитный знак, который не позволял вампирам войти в помещение. Рисовать знак полагалось на внутренней стороне двери, видимо, чтобы вампир заранее не догадался. И даже чёрно-белое изображение такого знака имелось. В принципе, ничего особо сложного, мне вполне по силам.

Пока дочитали вторую легенду, уже ощутимо смеркалось, а освещения в комнатах не было, только в коридорах, так что мы, быстренько подхватившись, побежали умываться и спать.

Оставшиеся до начала учёбы дни прошли примерно так же, как и этот, – за чтением легенд о вампирах, гулянием по городу и беготнёй на спортивной площадке. Количество адептов прибывало каждый день, знаменуя окончание каникул и приближение учёбы. Преподавателей в столовой тоже заметно прибавилось.

Сдав в последний день взятые в библиотеке книги, мы не стали брать новые, а настроились на учебные будни, ну и поход на почту.

А в комнату ко мне так никого и не подселили.

* * *

Утром первого учебного дня я встала незадолго до сигнала подъёма. Вот уж действительно проспать нереально – я даже в умывальной от него подпрыгнула. Сегодня вместо первого урока значилось построение в холле. Я сложила в сумку учебники и письменные принадлежности, перекинула её через плечо и пошла завтракать.

И вот угораздило меня прийти в столовую сразу за мастером Кайденом! Шарахаться вроде неудобно. Пристроилась за ним на раздачу и вежливо вполголоса поздоровалась:

– Доброе утро, мастер Кайден.

И тут вокруг нас разлилась тишина – даже ложки на ближайших столах брякать о тарелки перестали. Преподаватель слегка повернул голову и зло покосился на меня.

– Для меня – безусловно, а вот для вас, адептка, вряд ли, – процедил он сквозь зубы и, забрав завтрак, ушёл к преподавательским столам.

Вот что я опять не так сказала? С мастером Линарой же здоровались, и всё нормально было.

Взяв свою порцию, обнаружила, что привычный столик занят, а близнецов нигде не видно. Как-то неудачно первый учебный день начинается, ещё не хватало опоздать для полноты картины. Быстро поев, поспешила в холл, но оказалась там не первой. У стены грустно сидела на корточках совсем маленькая девочка, на вид лет шести, перед ней была стопка учебников и бумаги. Девочка подняла на меня взгляд, вздохнула и снова перевела его на учебники. Я не решилась заговорить, но пристроилась рядом.

Постепенно холл заполнялся адептами. Часть из них проходила в боковые двери, часть толпилась у расписания. Пришли озирающиеся в поисках меня близнецы, и я помахала им рукой. Постепенно стала формироваться группа ребят, вместе с нами жавшихся к дальней от расписания стене, а остальные адепты покидали холл, спеша на занятия.

Раздался одиночный удар колокола, одновременно с ним вошли ректор и мастер Кайден. Мы нестройной гурьбой сгрудились в центре холла. Мастер Кайден при виде нашего варианта построения презрительно скривился, и тут даже я была с ним согласна. Ректор же спокойно велел нам выстроиться по росту от расписания к противоположной стене – моё место в этой шеренге сомнений не вызывало, место пришедшей самой первой девочки – тоже. Мы были на противоположных концах, а вот остальные начали активно меряться ростом.

Дождавшись, когда процесс построения завершится, ректор представился и выдал не особо длинную речь о том, какие мы особенные и какая это честь и ответственность – быть магом, как нас все будут уважать и какое обеспеченное будущее нас ждёт в случае прилежания в учёбе. В конце он представил своего заместителя по учебной части – мастера Кайдена.

Тот тоже произнёс речь, суть которой сводилась к тому, что мы, конечно, можем – чисто теоретически – стать могучими и уважаемыми магами, но для этого нужно учиться, не щадя своих сил. А пока мы никто и звать нас никак. Но даже таким неучам, как мы, полагаются медальоны адептов. И если мы посмеем уронить честь и достоинство магов, то он сам лично…

В общем, медальоны нам всё-таки выдали. Первокурсники стояли притихшие и старались дышать через раз. Далее нас строем отвели в учебную комнату на первом этаже и осчастливили тем, что все уроки, кроме физической подготовки, медитаций и магической практики, будут проходить здесь. На эти три урока нас будут организованно отводить преподаватели данных предметов.

– Сегодня у вас до обеда чистописание и история, а после обеда – физическая подготовка и медитации. Если кто-то не взял прописи и учебник по истории, сейчас быстро идите за ними и возвращайтесь сюда. Уборная через одну дверь направо по коридору. По академии не шляться, сидеть здесь и ждать мастера Лианилу – вашу преподавательницу по чистописанию. Всем всё ясно?

– Да, – нестройным хором подтвердили мы.

Когда мастер Кайден удалился, адепты начали переглядываться. Судя по тому, что никто не покинул класс, все тщательно собрались на уроки, и завучу никого не удалось запугать до такой степени, чтобы срочно понадобилась уборная. В группе оказалось тринадцать человек. Я передёрнула плечами и понадеялась, что суеверия моего мира в этом силы не имеют.

В классе было шесть столов со скамейками, судя по всему, рассчитанными на три человека. Столы стояли двумя рядами по три в ряд. Я пристроилась за дальним у окна, дабы не загораживать обзор остальным ребятам и не лезть в глаза преподавателям. Ко мне тут же подсели близнецы. Похоже, этим мальчишкам также нравилось общаться со мной, как и мне с ними.

За первым столом расположился хорошо одетый паренёк, с которым мне так и не удалось поговорить перед вступительными экзаменами. Присоединиться к нему никто не пожелал. Остальных ребят, если они и были в очереди на вступительный экзамен в мой первый день пребывания в этом мире, я не запомнила.

Через некоторое время мы услышали двойной удар колокола, и в класс вошла мастер Лианила. Я подумала, что количество ударов обозначает номер урока, но ошиблась. Это был конец первого занятия, а преподавательница просто решила прийти пораньше, зная, что первого урока у нас нет.

– Доброе утро, адепты. Сейчас я буду называть ваши имена, а вы будете вставать, чтобы мы могли познакомиться, – начала она урок.

Так я выяснила, что мальчика за первой партой зовут Янисар, а маленькую девочку – Рамина.

Первым делом нам показали упражнения для пальцев на развитие мелкой моторики. Я с удивлением обнаружила, что почти у половины группы возникли трудности при их выполнении. Также наглядно и доходчиво объяснили, как следует держать стилус в пальцах. После этого продемонстрировали, какой лист прописи нужно взять, проверили, чтобы никто не перепутал, и велели повторить изображённое в левой части по десять раз в строке справа.

Это были даже не буквы, а какие-то волнистые загогулины, перечёркнутые овалы, вполне привычная мне с детства звезда и под конец нечто, состоящее из множества мелких чёрточек и больше всего напоминающее несимметричную снежинку.

Пока мы выполняли задание, мастер ходила между рядами и наблюдала за процессом, иногда давая советы или делая замечания. Возле Янисара она остановилась.

– Вы умеете писать?

– Да, – коротко ответил он.

Мастер постояла возле него в задумчивости ещё немного и, ничего не сказав, пошла дальше. Когда она добралась до нашей парты, у меня было готово чуть больше половины задания. Тарек заканчивал третью строчку из пятнадцати имевшихся, Марек её только начинал и явно торопился не отстать от брата, потому как аккуратностью его работа не отличалась. За что и получил замечание от преподавательницы.

– Тоже умеете писать? – спросила она, глядя на меня.

– Не совсем, – замялась я, но поняла, что шила в мешке не утаишь, а мне с этими ребятами ещё учиться и учиться. – В своём мире умела писать, а здесь буквы перерисовать, конечно, могу, но диктант написать не сумею.

– Ну, все вначале делают ошибки, – постаралась подбодрить меня мастер Лианила, пытаясь справиться с удивлением.

Группа активно перешёптывалась, обсуждая новость.

– Проблема в том, что я не слышу буквенное звучание слова на вашем языке, а сразу получаю значение на моём. То есть переписать текст со страницы я способна, а вот то, что нужно воспринять на слух, мне проще записать на родном языке, а потом зачитать, поскольку эффект перевода срабатывает в обе стороны. Чтение книг способствует запоминанию слов на вашем языке, но я здесь совсем недавно, и мои успехи ещё незначительны.

– Что ж, пока мы занимаемся прописями, Наталья и Янисар по окончании выполнения задания могут показать его мне, предварительно подняв руку, а после этого идти заниматься в библиотеку. Либо оставаться на уроке, но вести себя тихо и не мешать остальным адептам.

Справившись примерно к середине урока, я подняла руку и, показав свою работу мастеру, тихонько вышла, прихватив только алфавит. Почти сразу за мной в коридор вышел и Янисар.

– Я могу тебе чем-то помочь? – спросил он.

– Да, если не трудно. Меня нужно поправлять, когда я неправильно читаю слово, иначе я не понимаю его смысл. Только слово целиком называть нельзя, а надо сказать номер слога, на который делать ударение.

Придя в библиотеку, мы крайне удивили своим появлением её хранителя.

– Вы что здесь делаете во время уроков? – строго спросил он.

– Нас сюда отпустили с чистописания, поскольку мы уже выполнили задание. Можно мне ещё какую-нибудь книгу для чтения? – сразу перешла к делу я.

Библиотекарь какое-то время пристально на нас смотрел, но не увидев признаков нервозности, либо поверил, либо решил, что это не его дело, и удалился к полкам.

На этот раз мне принесли две книги на выбор: местный детектив «Великая жертва» и «Забавные истории из практики магов». Я на радостях вцепилась сразу в обе, вызвав у библиотекаря довольную улыбку.

Поскольку мне было интересно и то и другое, предложила выбирать Янисару, и мы начали с забавных историй. Читать с ним было здорово, поскольку он не только чётко и лаконично поправлял меня при неправильном ударении, но и смог довольно внятно объяснить суть встретившихся в рассказе магических действий, не имеющих аналогов в моём мире. Время пролетело незаметно, но на урок мы пришли вовремя, потому что за стол в библиотеке сели так, чтобы видеть часы.

Историю вёл мастер Гарун, и по большей части он пересказал нам то же, что было написано в учебнике, сделав лишь небольшие поясняющие отступления. Сказав, что в дальнейшем первую половину урока будет занимать опрос по прошедшему материалу, а во второй даваться новый материал, преподаватель предложил задавать вопросы.

Поскольку в ходе этого урока выяснилось, что даты здесь отсчитывают от катастрофы, как мы от Рождества Христова, а речь шла только о первых годах, вопрос у меня появился. Но, дабы не выглядеть полной дурой, я решила сначала задать его Тареку.

– А сейчас какой год от катастрофы? – прошептала я, легонько толкнув его в бок.

– Не знаю, – озадаченно ответил мальчишка, и я подняла руку:

– Простите, мастер Гарун, а какой сейчас год от катастрофы?

– Неплохой вопрос, – констатировал преподаватель. – Кто-нибудь из вас знает ответ?

Единственная поднятая рука оказалась на первой парте. Похоже, Янисар имеет неплохое образование по местным меркам.

– Слушаем вас, молодой человек, – разрешил ему отвечать мастер Гарун.

– Двести девяносто девятый, – с достоинством произнёс тот.

Мастер кивнул и задал нам всю первую главу, которая была листов на восемь. Я с грустью покосилась на сумку, где лежали взятые в библиотеке интересные книги. Но лёгкой жизни никто и не обещал.

Под самый конец урока в класс пришёл мастер Кайден. Преподаватель тут же отступил к окну, освобождая ему своё место, но тот не стал отходить от двери. Окинув нас суровым взглядом, он велел:

– После обеда собираетесь здесь в спортивной форме. Брать с собой ничего не нужно.

Проинструктировав нас таким незамысловатым образом, он повернулся и, не прощаясь, ушёл, после чего мастер Гарун отпустил всех на обед.

В столовой ребята рассказали мне, что в группе уже в первый день наметился отстающий. Рамина не смогла до конца урока справиться с заданием. Оказалось, ей семь лет. Близнецов это очень удивило, поскольку в академию обычно брали с восьми. Чем тут помочь, я не знала, всем вначале тяжело, пока рука не привыкнет.

Группа, переодетая в местную спортивную форму, смотрелась забавно. Все в коротких штанишках и мешковатых майках, как из одного гнезда выпали. Пришедший за нами мастер Ивор был примерно моего роста, то есть около ста семидесяти сантиметров, довольно крепкий, с цепким взглядом и лёгкой сединой в волосах. При ходьбе он немного хромал на левую ногу.

Ничего особо примечательного в самой физподготовке не было: почти половину урока мы бегали кругами по площадке, после чего, построившись в две шеренги, делали разминку, повторяя упражнения за преподавателем.

Мастер Сорин, преподаватель по медитации, пришёл за нами прямо на спортивную площадку и отвёл в отдельно стоящее небольшое помещение, где было сумрачно, а на полу лежали коврики. Стол в этой комнате был только один и стоял в углу, примыкая к здоровенному шкафу.

Рассадив нас на коврики по-турецки с руками, сложенными на коленях ладонями вверх, чтобы привыкали к нужной позе, он долго и подробно объяснял, что и как нужно делать. Закончился его монолог на том, что в будущем мы должны научиться входить в медитативное состояние в любом окружении, а не только сидя в нужной позе в тихой комнате. После этого нам было предложено попытаться применить полученные знания на практике.

На первый взгляд, ничего трудного в описанной мастером технике медитаций не было. По его словам, у каждого человека, помимо физического тела, имелось ещё и энергетическое, которое делилось на две части – ауру и резерв. Аурой называлась та часть, которая находилась внутри физического, была тесно с ним взаимосвязана и влияла на его состояние. Внутри ауры находились энергетические каналы, завершающиеся некими клапанами, которые соединяют ауру и резерв. Именно состояние этих клапанов и определяет способность человека быть магом. Если клапаны закрыты, то энергия из резерва не может поступать в каналы, и, соответственно, нечем напитывать заклинания. Сам же резерв представлял ту часть энергетического тела, которая находилась вне нашей физической оболочки, хотя и тесно примыкала к ней. Суть принудительного наполнения резерва при помощи медитации заключалась в выдавливании лишней энергии из ауры в резерв силой воли и насыщении ауры энергией при дыхании. То есть, на мой взгляд, нужно было совместить дыхательные упражнения с хорошим воображением.

На вечер нам задали провести в медитации не менее получаса и пообещали, что в ближайшее время мы сможем проверить результат данного упражнения. На этом первый учебный день закончился.

Назавтра у нас до обеда стояли рисование, теория магии и снова чистописание, а после обеда – левитация и медитация. Я просмотрела расписание на другие дни и выяснила, что медитации имеются каждый день, а послезавтра будет история, которую ещё предстояло выучить.

И всё же после занятий мы отправились на почту. Господин Зиранд явно ждал нас, поскольку, как только мы предъявили медальоны, вручил семь посылок и два письма для доставки получателям. Читать письма не требовалось, просто почтарь решил, что будет лучше, если серьёзным людям письма отнесём мы, а не уличные мальчишки. Получив инструктаж по поводу оплаты, которую должны взять за доставленные посылки и принести сюда, мы разделили город на три сектора, расходящиеся от почты, и быстрым шагом направились в разные стороны. Мне на всякий случай предварительно показали на карте, где находятся цели моего маршрута, чтобы не плутала.

Попытка медитировать на ходу не увенчалась успехом, поскольку всё время приходилось ориентироваться на местности и временами сверяться с картой. Проблем с доставкой не возникло, так что примерно через час мы вновь собрались на почте и отчитались господину Зиранду. Получив четыре заработанных медяшки на троих, мы остались довольны друг другом.

По дороге в академию зашли в корчму и сказали, что будем брать яйца с завтрашнего дня. Я подумала и оставила две медяшки задатка, на что корчмарь одобрительно кивнул. Быстренько поужинав в полупустой столовой, пошли умываться и учить историю. Марек рвался, как в предыдущие дни, побегать и поиграть на спортивной площадке, но мы с Тареком были непоколебимы.

Перемежая чтение учебника истории и написание для себя краткого конспекта для повторения с попытками медитировать, до сумерек я осилила примерно половину первой главы. И уже засыпая, подумала, что работа на почте отнимет всё же слишком много времени. Если домашних заданий станет больше, придётся от неё отказаться и придумывать что-то ещё.

Умаявшись за предыдущий день, я проснулась только по сигналу подъёма, вздрогнув при этом всем телом. Наскоро умывшись, сложила в сумку учебные принадлежности, книгу с историями о магах и трусцой побежала в столовую.

Близнецы уже завтракали, я подсела к ним и была крайне удивлена зрелищем хмурого Марека.

– Что случилось? – оторопело спросила я, недоумевая, когда это что-то могло успеть случиться.

– История такая муть, ничего не могу запомнить, – раздосадованно буркнул мальчишка.

– Я не знаю, как ему помочь, – развёл руками Тарек. – События он помнит, но местами их путает.

– А сколько раз текст читали? – поинтересовалась я между ложками каши.

– Я – один раз, Марек – три.

– И не запомнил? Погодите, вы весь текст сразу читали?

Это ж как наискосок надо просматривать, чтобы за вечер три раза при его скорости чтения осилить?

Марек кивнул. Тарек вопросительно смотрел на меня. Я поперхнулась кашей и решила, что столовая – не место для внедрения новых методов обучения.

– Придём в класс, покажу, как я учу. А сейчас дайте я доем спокойно, а то подавлюсь – спасать придётся.

Близнецы заулыбались, окрылённые надеждой на скорое решение проблемы.

Добравшись в класс, мы достали учебники по рисованию и прихваченный мальчишками учебник истории.

– Вы знаете, что такое пересказ? – поинтересовалась я у близнецов. Оба отрицательно помотали головой. – Это изложение краткого содержания текста или события без мелких подробностей. Вот, например, как вы расскажете о нашем устройстве на почту? Давай ты, Марек.

К нашему разговору начали прислушиваться постепенно собирающиеся в класс адепты.

– Ну, мы пошли, попросили, и он нас взял, – ответил мальчишка.

Я обернулась к окружившим нас одногруппникам.

– Кому-то понятно, кто куда и зачем ходил?

Ребята со смешками отрицательно покачали головой. Марек тут же насупился.

– Теперь давайте послушаем вариант Тарека.

Адепты заинтересованно посмотрели на второго брата. Тот сосредоточился и выдал такой детальный рассказ, что даже я удивилась подробностям, которые не помнила.

До урока оставалось всего несколько минут.

– Похоже, у Тарека абсолютная память, но это редкость, и так могут немногие. Нужно просто выделять важные моменты. О ком рассказ? О нас с Мареком и Тареком. Куда мы ходили? На почту. Зачем? Устраиваться на подработку. Нас не хотели брать, но Тарек уговорил почтаря. Когда это было? Пять дней назад. Всё. И так же с учебником по истории: читаем не весь текст, а кусок о каком-то отдельном событии. Как только оно заканчивается, останавливаемся и делаем для себя примерно такой же пересказ. Повторяем эту процедуру с кусочком, пока не запомним, потом переходим к следующему. Кусочки как-то для себя обзываем и запоминаем их последовательность, я так даже записываю, но кому трудно писать, пока придётся запоминать.

В этот момент раздался одиночный удар колокола, и адепты поспешили рассесться по своим местам. Пожилая женщина с пышной причёской пришла не сразу, как это было с другими преподавателями, а порядком задержавшись, и представилась как мастер Верида.

Собрав с нас по одному чистому листу, она разлиновала их на шесть ячеек с каждой стороны и раздала обратно, после чего, строго велев слушать и не начинать, пока она не разрешит, стала рисовать задание на доске. Сначала требовалось в ячейку на листе максимально ровно и уверенно вписать круг, потом в круг поместить два треугольника вниз и вверх вершиной так, чтобы они углами касались круга. В центральную часть получившейся фигуры вписывался ещё один круг, а в него звезда. В каждый из получившихся малых треугольников, вершинами касающихся внешней окружности, также требовалось вписать небольшой круг.

– Не торопитесь, делайте всё аккуратно, – увещевала мастер. – Постарайтесь, чтобы ваши движения были чёткими и уверенными, иначе линии будут неровные.

Адепты сопели и пыхтели, но упорно не сдавались. На этот раз трудности возникли абсолютно у всех, даже у нас с Янисаром, но я честно старалась. Закончив, подняла руку и показала мастеру результат своей работы.

– Неплохо, очень неплохо, – похвалила меня преподавательница, – но можно и лучше. Разлиновать ещё один лист?

Я решила, что тренировка лишней не будет, и согласилась. До конца урока не успела заполнить три ячейки, но, заглянув в листы других адептов, сначала похвалила себя за результат, а потом сама же себя и урезонила. Это ведь всего лишь дети, и у них просто меньше развит навык.

Пришедший на свой урок мастер Кайден с удивлением застал всех адептов за учёбой: одни дорисовывали фигуры в ячейки, а другие на учебнике по теории магии отрабатывали мой метод заучивания. И только я, на первый взгляд, ничего не делала, хотя в действительности внимательно слушала пересказ Мареком главы по истории, задавая наводящие вопросы там, где он упускал важные моменты. Заодно и сама таким образом повторяла.

Мастер обвёл взглядом группу, хмуро глянул на меня и начал урок. Каждое заклинание состояло из трёх компонентов: вербального, который произносится вслух, либо на более продвинутых уровнях проговаривается в уме, символьного и направленного потока энергии. Символьная часть может быть как простой, так и очень сложной. К наиболее простым относился символ левитации, выглядевший как жирная точка под полукругом, и символ огня, состоящий из трёх пересекающихся в центре линий. У нас так в печати звёздочку изображают. Оба символа мастер нарисовал на доске рядом с уже имевшейся там с прошлого урока схемой, относившейся к средним по сложности. О сложных нам даже думать было страшно.

– Вопросы? – обратился к нам преподаватель, одновременно нажав на небольшой рычаг в боковой части доски, после чего все записи исчезли.

– Ух ты! – шёпотом прокомментировал этот процесс впечатлительный Марек.

А у меня был вопрос, но задавать его было страшно. И всё же я решилась поднять руку.

– Что именно вам непонятно? – поинтересовался ровным голосом мастер Кайден.

– Простите, мастер, но я видела, что маги используют жесты при сотворении заклинаний. Вы не могли бы пояснить – зачем.

– Жест заменяет часть символьной составляющей. Подробнее будете это проходить на четвёртом курсе. Ещё вопросы?

Больше вопросов не было.

– В таком случае, сейчас будем заучивать вербальную составляющую двух заклинаний: левитация и огонь. Я чётко произношу слово один раз. После этого тот, на кого я покажу, повторяет его. Если говорит неверно, я поправляю. Оба слова и символа есть в учебнике, вечером повторять их нужно, пока не дойдёте до полного автоматизма, но совмещать символ и вербальную составляющую, а тем более пытаться добавлять потоки силы строго запрещается. Когда ваш преподаватель по левитации мастер Эрх сочтёт возможным вашу самостоятельную тренировку, он вам об этом скажет. Всем всё понятно?

Мы закивали.

Слова оказались такими же несложными, как и символы. Сначала, как и было сказано, проговаривали их по одному, потом раз пятьдесят повторили группой. Мне упорно одновременно со словом лез в голову символ, относящийся к заклинанию. Вот понимаю, что нельзя, но попробуйте не думать о чём-то, если вас попросили об этом не думать.

А ещё нам попытались втолковать, что чем выше чёткость совмещения вербальной составляющей с символом и последующая концентрация на нём, тем меньше напрасные потери энергии. И именно концентрацию мы будем тренировать всё ближайшее время на уроках левитации и практической магии.

На этом занятие закончилось, и все свободно вздохнули. В присутствии мастера Кайдена адепты чувствовали себя неуютно. То ли взгляд у него какой-то особенный, будто каждый миг оценивает, бросишься ты на него или нет, то ли тон, сразу обозначивший безоговорочное превосходство. В общем, все в полной мере прониклись тем настороженным опасением, с которым относились к мастеру Кайдену другие адепты и даже преподаватели.

С мастером Лианилой мы снова делали упражнения на мелкую моторику и писали прописи. В самом начале урока она попросила Рамину показать ей вчерашнее задание, которое велела доделать за вечер, и выяснилось, что малышке так и не удалось справиться с тремя нижними строчками.

– Тебе нужно больше стараться, – назидательно произнесла преподавательница. – В конце каждой декады подводят итоги успеваемости адептов, и если ты сильно отстанешь, тебя отчислят.

Я вздрогнула. Жёстко тут у них, у нас-то раз в полгода отсеивали, после экзаменов.

– Таль, а давай ты за неё вечером дописывать будешь, – шёпотом предложил Марек, которому было откровенно жаль малышку, та чуть не плакала.

– Нет, как только перейдём к буквам, это тут же засекут, а может, и раньше. К тому же, если она не научится писать, всё равно не сможет дальше учиться, – так же шёпотом ответила я.

Примерно с середины урока мы с Янисаром, сдав работы, опять ушли в библиотеку читать истории о магах. И всё-таки странно, что у Рамины так плохо получается. Она, конечно, маленькая, но у нас дети значительно раньше читать и рисовать начинают. У многих в классе выходит не особо быстро и ровно, но я специально присмотрелась – её рука буквально не слушается.

Пока дочитали ещё один рассказ, начался обед. Янисар, взяв свою порцию, присоединился к нам с близнецами, а за соседним столиком плакала над тарелкой с супом Рамина. Я вопросительно посмотрела на мальчишек.

– Она меньше трети от сегодняшнего задания успела, и у неё рука болит от старания, – грустно сообщил Тарек, а Марек просто угрюмо смотрел в свою тарелку.

В этот момент ещё одна адептка из нашей группы, кажется, Ирра, подсела к девочке и попыталась её успокоить, но от этого Рамина только сильнее расплакалась. Поняв, что ничего путного из попыток успокоить малышку не получится, одногруппница стала есть. И тут у меня возникло ощущение какого-то несоответствия. Посмотрела на девочек, на наш стол, снова на девочек. Что-то было не так, но я никак не могла понять, что именно.

– Ты чего? – первым не выдержал Янисар.

Я зажмурилась, посмотрела на сидящих рядом со мной с ложками в руках мальчишек, снова на девочек и наконец поняла, что мне показалось неправильным. Они держали ложки с одной стороны стола, хотя сидели напротив. Рамина держала её в левой руке! А писала-то она правой, я точно помню, поскольку сегодня присматривалась. Так и не притронувшись к своему обеду, я пересела за стол к девочкам.

– Рами, ты когда ешь, всегда держишь ложку в этой руке?

– Да. – Девочка с некоторым удивлением посмотрела на свою руку. – А так неправильно?

– Нет-нет, всё нормально, – поспешила я успокоить малышку. – Что ещё ты обычно делаешь этой рукой?

– Ну… всё, – немного замялась растерянная малышка.

– Скажи, пожалуйста, почему, когда пишешь, то держишь стилус в другой руке?

– Потому что нам так показали.

А вот теперь мне очень нужна мастер Лианила. Я обвела столовую взглядом и обнаружила её за одним столом с мастером Кайденом. Ну нет, туда я даже ради Рамины не пойду, лучше подожду, когда она поест и будет проходить мимо нас к выходу.

Желудок буркнул, что безалаберная хозяйка его так и не начала кормить. Я извинилась перед ребятами и перенесла свой обед за столик к девочкам. Жевала торопливо, поскольку не была уверена, что удастся доесть после разговора с преподавательницей. Мастера направились к выходу вместе. Я внутренне содрогнулась, но посмотрела на всё ещё плачущую малышку и решительно встала у них на пути. В глазах мастера Кайдена загорелось бешенство, его губа дёрнулась, будто он собирался зарычать. Я попыталась отвести от него взгляд и заговорить с преподавателем чистописания, но у меня не получалось. Наверное, именно так чувствует себя кролик при виде удава. Пришлось впиться ногтями себе в ладонь. Физическая боль помогла ослабить наваждение, и я сконцентрировалась на женщине.

– Мастер Лианила, простите, пожалуйста, что беспокою, но вы не могли бы посмотреть, какой рукой Рамина ест? Думаю, она левша, а писать, насколько я помню, пыталась правой. Говорит, взяла стилус в правую руку потому, что так показали, – выпалила я, боясь, что либо преподавательница уйдёт, либо моя решительность закончится.

Мастер посмотрела на малышку, задумалась, припоминая, в какой руке та держала стилус, и решила:

– После пятого урока жди меня у скульптуры в холле. Попробуем научить тебя писать левой рукой, может, проблема действительно в этом.

Девочка активно закивала и шмыгнула носом, но больше уже не плакала. Женщина погладила её по голове, кивнула мне и направилась к выходу. Мастер Кайден остался стоять возле нашего столика. Я не выдержала первой – схватила сумку и чуть ли не бегом бросилась к выходу. Обойдусь как-нибудь без компота, водички можно из-под крана попить.

Сердце прыгало как бешеный заяц, перед глазами плавали цветные пятна, пальцы мелко дрожали. А ведь он даже ничего не сказал! И вот тут я разозлилась на себя. Да какой из меня маг, в самом деле, если я преподавателей до дрожи и бегства из столовой боюсь! На вступительных не съел, и сейчас не съест. А покусать я и сама кого хочешь могу. Я не сделала ничего плохого, а убежала так, будто в чём-то виновата. Глубоко вдохнув, медленно выдохнула и постаралась успокоиться. Немного подумав, решила помедитировать – сосредоточенность на дыхании, по идее, должна способствовать обретению душевного равновесия. К возвращению в класс большинства адептов я уже пришла в себя.

– Ну ты даёшь, – подлетел ко мне Марек. – Кайден на тебя как зыркнет, а ты ему в глаза смотришь и не моргаешь. Мы уж думали, он заклинание на тебя кинул. Страшно было жуть как!

– А уж мне как страшно, – не стала я отрицать очевидное. – Зато, возможно, мастер Лианила сможет помочь Рамине.

– Здорово! – обрадовался Марек, и Тарек кивнул, подтверждая своё согласие с братом.

Мастер Эрх оказался чуть полноватым мужчиной средних лет с добродушным лицом. Мы ещё раз дружно повторили «летательное слово», как его с моей лёгкой руки прозвали адепты, нам снова нарисовали на доске нужный символ и раздали по обычному птичьему перу, вызвав этим некоторое недоумение.

– Перья – самый простой для левитации материал, – пояснил преподаватель. – Они по своей природе предназначены для удержания в воздухе. Вам следует рукой поднять перо так, чтобы оно было обращено широкой стороной к столу, а узкой к вам. Представьте на самом пере символ и одновременно с произнесением заклинания силой воли направьте в символ энергию из своего магического резерва. После этого перо следует отпустить. И если всё сделано правильно, то оно останется висеть в воздухе, а если вас постигла неудача, то перо спланирует на стол. Как только вы потеряете концентрацию или у вас закончится резерв, перо опять же спланирует на стол. А теперь можете попробовать.

Мы неуверенно потянулись к перьям. С первыми двумя пунктами всё было понятно ещё с урока по теории магии, а вот с наполнением энергией было ничего толком не ясно, во всяком случае, мне. И тем не менее через несколько минут в классе одно перо повисло в воздухе.

– Отлично, просто отлично! – обрадовался преподаватель. – Один из лучших результатов за последние годы!

Все начали озираться, пытаясь понять, кто же у нас так отличился, и с удивлением воззрились на Рамину. Та смутилась, покраснела и уронила перо.

– А вот концентрацию терять не следует. Тренируйтесь, и тогда у всех получится, – намекнул нам преподаватель, что урок продолжается.

Мне первый раз удалось подвесить перо примерно к середине занятия, после чего я его пару раз роняла, но упорно подвешивала снова. В самом конце урока удержать перо удалось и последнему, почти отчаявшемуся уже адепту, так что отстающих в группе не оказалось.

– Отлично, просто отлично, – снова похвалил нас преподаватель. – Надеюсь, что все вы приложите максимум усилий к развитию ваших способностей. Не жалейте на это времени.

– То есть нам можно тренироваться по вечерам? – осторожно уточнила я.

– Нужно, девушка. Обязательно нужно. Забирайте перья с собой и старайтесь их удерживать. Как только сможете делать это достаточно долго, мы перейдём к передвижению левитируемых предметов.

Адепты загалдели, но мнения при этом разделились. Кто-то, как и я, был рад возможности применять магию, кто-то бурчал, что и так времени погулять не остаётся.

Потом пришёл мастер Сорин и забрал нас на медитацию, где мы расселись по коврикам и приготовились слушать преподавателя.

– Итак, кому из вас удалось удержать перо на уроке левитации, поднимите руки, – скомандовал преподаватель и с удивлением воззрился на тринадцать поднятых конечностей. – Какой удачный в этом году набор. Сейчас возьмите свои стилусы и дайте мне.

Мы достали письменную принадлежность из сумок. Мастер у каждого брал стилус на несколько секунд, потом возвращал адепту. Все удивлённо смотрели на него.

– Я только что выпил энергию кристаллов на всех ваших стилусах, – сообщил преподаватель, и мы обиженно уставились на этого проглота. – Сегодня занятие будет разделено на две части. Первую половину вы будете медитировать, чтобы восполнить энергию, потраченную на уроке левитации. После этого я расскажу вам, как следует заливать кристаллы, а вы попробуете сами наполнить малый кристалл на стилусе.

Медитация прошла быстро и спокойно. Мне даже показалось, что я ощущаю какое-то изменение в своём состоянии, будто чувство притупляющегося голода, но могло и примерещиться.

После этого был рассказ о кристаллах, которые по ёмкости делились на четыре основные категории: малый, ученический, магистерский и архимага. Малый использовался в мелких бытовых приборах и имел маленький, но не чётко фиксированный объём. Ученический кристалл равнялся базовой величине расхода энергии на удержание камня весом в один килограмм в течение минуты. Магистерский равнялся десяти ученическим, а кристалл архимага – десяти магистерским. Для этих кристаллов также имелись эталонные заклинания, которые расходовали ровно столько энергии, сколько содержалось в кристалле. Но раз мы их всё равно не скоро будем изучать, то и рассказывать нам о них не стали.

Далее последовало пояснение, что наиболее легко поддающиеся регулировке энергетические клапаны находятся на кончиках пальцев. Поэтому кристалл полагалось зажимать либо двумя, либо тремя пальцами, кому как удобно. Энергия в кристалл направлялась по тому же принципу, что и из ауры в резерв, только теперь её следовало черпать из резерва. Полностью залитый кристалл начинал слегка светиться и, как выразился мастер, «сопротивлялся» наполнению. Описать он это не смог и, сказав «сами почувствуете», предложил приступить к заливке.

Первый результат мы получили почти сразу, и опять отличилась Рамина. Вот уж кто действительно прирождённый маг! Мастер предложил остальным продолжать, а её увёл к столу мерить резерв тем самым прибором, который был на экзамене. После чего она вернулась на место с кристаллом побольше, видимо, ученическим, а вскоре, немного помедитировав, залила и его. Малый кристалл к концу занятия удалось залить ещё восьмерым, включая меня, близнецов и Янисара. Нам тоже измерили резерв, что-то записали на разлинованный лист, но ничего не выдали.

Снова рассадив всех на коврики, мастер Сорин прояснил ситуацию.

– Как только измерение покажет, что вы способны наполнить ученический кристалл, вам устанавливается норма по заливке, которую нужно будет отрабатывать на занятиях по медитации. Ничего страшного в том нет, даже наоборот – полное опустошение резерва приводит к его более интенсивному росту.

На этом урок закончился, и мы с близнецами побежали на почту. По дороге я заметила, что Рамина возвращается в академию. Ну да, ей же ещё с мастером Лианилой заниматься.

Сегодня на почте работы почти не оказалось – было только одно письмо, правда, предназначалось ректору нашей академии. Пришлось брать. Раз уж взялись подрабатывать, надо и к ректору идти. Завтра почтарь тоже сказал не приходить, а вот послезавтра ожидалась карета с посылками. Близнецы отправились в таверну за нашим дополнительным питанием, а я – сдаваться на суд руководства, понятия не имея, как ректор посмотрит на эту нашу подработку. Архимаг Таврим забрал письмо, ничего не спросив, видимо, мы были не первыми, кто подрабатывал, и, пока не сказывалось на успеваемости, это никого не интересовало.

С близнецами встретилась уже за ужином. С историей у них более-менее наладилось, так что договорились через полтора часа собраться на спортивной площадке, чтобы размяться и потренироваться в левитации перьев. Я за это время успела дорисовать три фигуры, не оконченные на уроке, и доделать свой конспект по истории. Чтение давалось мне всё легче.

Помывшись после беготни и левитации, я попробовала медитировать лёжа, но незаметно для себя провалилась в сон.

И снова меня разбудил сигнал подъёма. Похоже, прав был королевский архимаг, и магия действительно воспринимается организмом как тяжёлый труд. Но мне всё равно всё нравилось, особенно учитывая лежащие на столе дополнительные два яйца, потому что есть хотелось зверски. Привычно умывшись и загрузив необходимое в сумку, я лёгкой трусцой побежала в столовую. Прямо у входа столкнулась с близнецами и, взяв завтрак, обнаружила за ближайшим четырёхместным столиком Рамину. Мы, не сговариваясь, подсели к ней.

– Как твои дела? – сразу задала я беспокоивший всех нас вопрос.

– Хорошо, – улыбнулась она. – Я только чуть-чуть не успела вчерашнее задание дописать. Но мастер сказала, что если дальше буду так же заниматься, к концу декады догоню, и у меня всё будет нормально.

Я подняла глаза от очищенного яйца и столкнулась взглядом с мастером Кайденом, который разглядывал нас со своего места за преподавательским столиком. Вот дались мы ему, даже кашу есть перестал. Чуть не подавившись под взглядом завуча, быстренько дожевала завтрак, и мы ушли в класс, пока он к нам не прицепился.

Сегодня первой была история. Адепты сидели с учебниками, некоторые с листками, на которых было что-то записано. Все усиленно повторяли и ещё более усиленно нервничали.

Вошедший мастер Гарун начал с вопроса, заданного строгим голосом:

– Кто сумел полностью выполнить задание? Поднимите руки! – И с откровенно удивлённым выражением лица обнаружил полный комплект из тринадцати поднятых рук. – Ну что ж, раз вы так уверены в своих знаниях, спрошу всех, – «обрадовал» он нас с ехидной усмешкой.

К ещё большему удивлению преподавателя, с опросом также справились все, хотя и с разной степенью уверенности. Он побарабанил пальцами по столу, задумчиво разглядывая нас, в сжатые сроки пересказал своими словами вторую главу, размером не особо отличающуюся от первой, и её же задал к следующему уроку.

Мастеру Ивору после этого все обрадовались, как родному, сильно его этим удивив. После активной умственной работы и нервозного состояния побегать действительно хотелось. Правда, побегать мы норовили не цепочкой, как этого требовал мастер, а гурьбой. Причём ребятня, разбаловавшись, пыталась дёргать меня за косичку, заплетённую из не слишком длинных волос. Я, пользуясь преимуществом в росте и длине рук, толкалась и отпихивалась, не подпуская к себе шалунов. Но мальчишки и девчонки со смехом напрыгивали сразу с разных сторон и таки умудрялись добраться до заветной косички. К концу третьего круга в этом безобразии участвовали уже все адепты. Даже не по возрасту серьёзный Янисар не удержался и попытался настичь меня с левого бока, но оказался недостаточно ловким и, получив ощутимый толчок ладонью в лоб, кубарем укатился в сторону.

К концу четвёртого круга мастеру надоело безрезультатно ругаться из центра довольно большой площадки. Он догнал нас и надавал подзатыльников всем, кроме вёрткого Марека и ещё одного веснушчатого мальчишки с цепким взглядом, сидящего в нашем классе за второй задней партой. Этот ничем раньше не выделявшийся парнишка при приближении преподавателя просто ускорялся раза в полтора без особых усилий и держался на значительном расстоянии, пока тот не успокоился. Мне тоже досталось. Но, скажу честно, избивать нас мастер Ивор не собирался, просто показал, кто тут главный. Ребятня же переглядывалась и явно нацеливалась на новую игру – «Увернись от мастера», с завистью поглядывая на двух своих героев – ловкого и быстрого.

Мы довольно быстро выяснили, что мальчика, которого звали Рейс, бегать учил отец-охотник, а сам он в свои десять лет уже самостоятельно охотится на мелкую дичь и неплохо стреляет из лука. Прислушивавшийся к нашему разговору мастер пообещал принести на следующее занятие тренировочное оружие и, если Рейс с двадцати шагов попадёт в мишень хотя бы три раза из десяти, разрешить ему самостоятельно тренироваться в начале урока вместо части пробежки. Мы обзавидовались.

После обеда была левитация, на которой, убедившись, что перья в воздухе более-менее уверенно держатся у всех, нам объяснили, как поднять перо со стола и опустить его обратно. Для этого требовалось, не теряя концентрации и не разъединяя символ с левитируемым объектом, перемещать в пространстве именно символ, не пытаясь влиять на объект. Тот передвигался автоматически, следуя за символом. Это и стало заданием на весь сегодняшний урок: подняли до уровня глаз, зафиксировали, положили на парту, убрали заклинание. И так по кругу.

У меня особых проблем не возникло, разве что к самому концу урока резерв закончился. Мастер Сорин сказал, что это нормально, и велел отдыхать. И всё же примерно у половины группы были трудности с заданием, в том числе у Марека, который не мог долго концентрировать внимание на одном объекте. Но несколько раз удалось проделать весь круг и ему.

В конце урока мастер хвалил наиболее успешных, успокаивал отстающих и всем рекомендовал тренироваться самостоятельно. Также он поведал, что усилия, затрачиваемые на левитацию, напрямую зависят от веса поднимаемого предмета. И что нашего резерва, учитывая слабую концентрацию, хватит разве что на чашку с компотом, поднятую на несколько минут. Так что тренировки, тренировки и ещё раз тренировки.

На медитацию сегодня все пришли уставшие и с пустыми резервами. Первая половина урока, посвящённая восстановлению, окончилась тем, что кто-то из задремавших мальчишек всхрапнул, и все выпали из медитации под сердитый монолог мастера Сорина. По-моему, третья девочка в нашей группе тоже тихо дремала, но мы с Раминой стойко держались. Не знаю, на чём она, а я на одной гордости. В этом сумраке спать хотелось неимоверно. Как же хорошо, что сегодня на почту идти не нужно. Похоже, придётся всё-таки отказываться от подработки.

На второй половине урока группу разделили. Те, кому вчера не удалось наполнить кристалл на стилусе, продолжали пытаться это сделать. Остальным выдали пустые кристаллы для заливки: Рамине один ученический и три малых, другим по три малых.

Успехи разнились. Я осилила только два малых, третий так и не начал светиться, как ни упиралась. Марек залил аж четыре, порадовав мастера. Остальные справились ровно с тем количеством, которое им выдали. И ещё трое перешли в группу заливщиков, заполнив кристаллы на своих стилусах.

На улице, где было светло и обдавало ветерком, от сонливости не осталось и следа. А вот есть хотелось просто зверски. Кое-как дотерпев до ужина за учебником истории, мы собрались за одним столом. Женщина на раздаче, посмотрев на наши откровенно голодные взгляды, выдала по полуторной порции. Рамина снова ела в нашей компании. После ужина послали Марека, как самого шустрого, в таверну отдать медяшку за завтрашнее питание, а сами ушли ждать его на спортивную площадку. Несмотря на плотный ужин, всё ещё присутствовало чувство голода. Поговорив немного о преподавателях и уроках, мы решили не тратить время зря и прямо на травке сели медитировать. К моменту, когда вернулся Марек, все с удивлением обсуждали пришедшее чувство насыщения. Похоже, голод вызывался ещё и пустым резервом, поэтому требовалось наполнять не только желудок. Для подтверждения теории посадили медитировать всё ещё голодного Марека и в скором времени убедились в правильности своих выводов.

В комнате я решила поставить небольшой эксперимент и потренироваться с концентрацией, поскольку при обычных упражнениях у меня с ней проблем не возникало. В своё время, когда я учила уроки, бабушка слушала на кухне радиоспектакли, ну, и я их «краем уха» тоже слышала. Так что разделять внимание я не только умела, но и привыкла.

Подвесила перо в воздухе над столом по левую руку от себя и частично от него отвернулась, видя лишь краем глаза, но стараясь не сосредотачиваться на пере и только мысленно удерживать символ. Повернулась проверить результат – перо висело. По идее, так должно расходоваться больше энергии, и перо скоро упадёт, зато резерв будет расти. Открыла учебник истории и начала медленно читать, продолжая контролировать символ. Осилила один абзац, с трудом вникая в смысл, проверила – перо висело. Решив не особо сильно заморачиваться экспериментом, продолжила учить историю, постепенно делая конспект. Примерно через четверть часа вспомнила про перо – оно продолжало висеть. В задумчивости покрутила в пальцах стилус и, удивлённо воззрившись на одновременно поворачивающееся вокруг своей оси перо, всё же его уронила.

Попытавшись проанализировать, как же я крутила перо, поняла, что одновременно с движением пальцами мысленно следила за вращением стилуса и непроизвольно стала синхронно поворачивать символ. Подняла перо и специально покрутила его таким способом, потом попробовала перемещать горизонтально над столом. Всё получалось нормально, даже полёт «по восьмёрке».

Так и не уронив перо, я решила поэкспериментировать с чем-то более существенным, в качестве объекта выбрав деревянную ложку. Поднять её мне удалось, но, в отличие от пера, было ощущение, что столовый прибор всё время тянет вниз. Продержаться у меня получилось меньше минуты, после чего ложка со стуком упала на стол, а я вновь почувствовала голод. Помедитировав с четверть часа почти до полной темноты, не удержалась и съела одно из припасённых яиц, после чего провалилась в глубокий сон.

На следующий день левитации не было, зато было сразу две медитации – на первом и последнем занятии. Пришедший за нами мастер Сорин объяснил, что так делается специально, чтобы начинающие маги не надорвались. Я безразлично пожала плечами. Поскольку чувствовала себя вполне нормально, не считая того, что почти постоянно хотелось есть, то и сегодня собиралась продолжить самостоятельные вечерние занятия. На первом уроке мы не заливали кристаллы, только наполняли резерв. Все выглядели уставшими, видимо, действительно вчера выложились. По дороге в класс я решила узнать, кто сколько вечером упражнялся, но выяснилось, что таких только шестеро, включая меня: близнецы, Янисар, Рамина и Рейс. Остальные смотрели на нас, как на ненормальных.

– Вам что, больше всех надо? – спросила третья девочка в нашей группе, которую звали Ирра.

– Перед мастерами выпендриться хотите? – добавил вихрастый задиристый мальчишка.

Мы даже не стали ничего отвечать. Если кто-то занимается дополнительно, именно чтобы выпендриться, это всё равно лучше, чем не заниматься.

Чистописание прошло как всегда, с поправкой на то, что теперь успевали все адепты. Мы с Янисаром снова ушли в библиотеку, а когда вернулись, застали странную картину: тот самый вихрастый мальчишка крепил к стилусу у доски какие-то колючки.

– Ты что делаешь? – первым отреагировал Янисар.

– Над мастером Веридой подшутим. Она схватит стилус – и как заорёт, – радостно сообщил он нам.

– Ничего себе шуточки, – оторопела я и отняла у него стилус.

Ну и дрянь же он туда приклеил! Сама все пальцы исколола, пока отковыряла. Еле успела положить стилус на место и сесть за свою парту, как пришла преподавательница. Янисар всё это время ругался с озорником, никак не желавшим понять, почему мы не хотим подшутить над преподавателем. Шкодник сидел за партой передо мной. Я со своего места наклонилась к нему и шёпотом сообщила:

– Мы не против пошутить, но вот вчера с мастером Ивором было весело, а то, что придумал ты, жестоко. И всем бы за это влетело.

– Ну, так сама что-нибудь придумай, – буркнул он, не оборачиваясь.

– Уже придумала. Только сделать пока не могу. Через несколько дней увидите, – прошептала я, действительно имея забавную мысль на этот счёт…

На почте оказалось аж одиннадцать посылок, но распределились они как-то неравномерно: шесть в одном направлении, четыре в другом и одна небольшая коробка – в престижный район недалеко от дворца. Мальчишки посмотрели на адрес и шарахнулись как чёрт от ладана.

– Вы чего? – удивилась я.

– Мы туда не пойдём, – хором выдали близнецы и с надеждой уставились на меня.

– Да что с этой посылкой такое? Кусается она, что ли?

– Не знаем, может и кусается, – нервно передернул плечами Тарек.

Ну, если даже этого всегда рассудительного мальчишку проняло, я ожидала, что идти надо как минимум в бандитский притон, а как максимум… даже не знаю… к мастеру Кайдену, наверное. Оказалось, что коробка предназначалась тому самому архимагу Элтару, которым столь успешно запугали себя горожане. Я пожала плечами и понесла посылку по адресу – хоть посмотрю, что за чудо такое. Двое уже виденных мной архимагов, Лисандр и ректор Таврим, оказались вполне нормальными людьми.

Дом, находящийся по указанному адресу, был одноэтажным, но зато большим по площади. За невысоким деревянным забором имелась аккуратная лужайка. Калитка оказалась не заперта. Я огляделась в поисках кого-нибудь сторожевого, но никого не обнаружила. Видимо, репутация охраняет мага ничуть не хуже четвероногих. Возле двери висел шнурок, и я встала перед дилеммой: постучать или подёргать? Подёргать мне показалось интереснее, постучать всегда успею, если он тут для красоты болтается.

Дверь открылась почти сразу, за ней находилось небольшое помещение, скорее всего, прихожая, почти половину которой занимал большой стол, приставленный к стене и смотревшийся тут совершенно неуместно. Переносить его, что ли, собрались? Или выкидывать? Дальше была ещё одна открытая дверь и коридор.

Откуда-то из глубин дома донёсся приглушённый мужской голос:

– Прямо по коридору, потом в открытую слева дверь, за ней по лестнице вниз. – И всё стихло.

Я после подобного инструктажа почувствовала себя уже не так уверенно, как по дороге сюда. Но стоять столбом перед дверью было глупо, и я пошла искать подвал, стараясь не дать разгуляться своей фантазии, насмотревшейся на родине фильмов ужасов.

Ничего кошмарного в подвале не оказалось. Внизу лестницы была ещё одна толстая дверь, испещрённая символами, а за ней – лаборатория с множеством колбочек, скляночек, целым шкафом разнокалиберных кувшинчиков, тремя разноразмерными костерками и письменным столом, заваленным бумагами. Хозяин дома – мужчина лет сорока с небольшим, довольно высокий, сухощавый, с пепельными волосами, убранными в недлинную косу, – повернулся ко мне и протянул руку за посылкой.

Забрав коробку, он сразу подошёл к столу и стал её распаковывать. Я осталась стоять у двери и терпеливо ждала, разглядывая помещение. На маленьком костерке, напоминавшем размерами обычную школьную спиртовку, активно булькала какая-то не особо плотно закупоренная колба. И не просто булькала, уже буквально подпрыгивала, а костерок был у самого края рабочей поверхности.

– А она не упадёт? – рискнула негромко поинтересоваться я.

Мужчина сердито покосился на меня, но, видимо, что-то в выражении моего лица его насторожило, и он обернулся к рабочему столу. Этот самый момент выбрала колба, чтобы всё-таки спрыгнуть со стола. Не знаю, что именно сотворил резко взмахнувший руками маг, а я сделала единственное, что умела, бросив в колбу заклинание левитации и подвесив её буквально сантиметрах в пяти от пола. Вот только остановить падение – это полдела, колбу ж ещё и удержать надо, а у меня после заливки кристаллов резерв почти пустой. Но тут уж отреагировал архимаг, подхватив сосуд и повелев:

– Отпускай!

Понятия не имею, успела я отпустить заклинание или оно само отключилось, потому что я тоже отключилась.

Первым ощущением было головокружение, потом к нему добавилась тошнота. Кажется, я сидела в кресле. Дежавю какое-то. Вот сейчас открою глаза, а там камин и архимаг Лисандр. Попыталась открыть глаза. Взгляд сфокусировался не сразу, но вполне терпимо. Архимаг имелся, правда не королевский, и сидел он не в кресле, а на краю большого письменного стола, за которым был здоровенный шкаф с книгами.

– М-да… – саркастически протянул он. – Измельчала нынче академия магии, если выпускные курсы колбу удержать не могут и на почте вынуждены подрабатывать. Как вы докатились до жизни такой?

– Я на первом курсе, – возразила ему слабым голосом.

– В таком возрасте? – удивился маг.

– Так получилось, – не стала я вдаваться в подробности.

– Но учебный год начался недавно. И вы пытаетесь меня убедить, что, только приступив к практическим занятиям, уже можете предметы на лету ловить? – В его голосе звучало изрядное недоверие.

– Ну, вообще-то я вчера ложку поднимала в качестве лучшего достижения, а на лету ловить раньше ничего не пробовала, – честно призналась я. – Наверное, это от испуга.

Архимаг посидел, подумал и, наказав мне даже не пытаться вставать с кресла, куда-то ушёл. Это хорошо, что он мне выметаться не велел, а то в вертикальном положении я сейчас передвигаться точно была не способна. Вернулся хозяин дома через некоторое время с кружкой и сунул мне её в руки.

– Пей мелкими глотками, это поможет прийти в себя.

Напиток был кисленький, комнатной температуры. Тошнота отступила после нескольких глотков, и дальше я прихлёбывала его уже с удовольствием.

– На почту-то чего устроилась? – поинтересовался он. – На бусы не хватает или резерв раскачиваешь?

– Резерв, – не поддалась я на его уже довольно беззлобную подначку.

– Ну, это дело полезное, – заключил маг и, отобрав у меня пустую кружку, поставил её на стол, после чего протянул серебрушку и четыре медяшки. – Серебрушка – за колбу, – пояснил он.

Я сначала хотела скромно отказаться, но вспомнила ощущение голода, малышку Рамину и, поблагодарив мага, взяла.

– Идти можешь уже?

Осторожно встала, прошла по комнате и кивнула. Да он и сам видел, что хожу я хоть и медленно, но вполне устойчиво. Проводив до двери, маг пожелал мне удачи и даже улыбнулся уголком губ. Я искренне пожелала того же, а сама смотрела на его глаза. Это были глаза старика, в которых угасла искра жизни и поселилась смертная тоска.

Было действительно жутко видеть нестарого ещё и вполне привлекательного мужчину с такими глазами. Неудивительно, что о нём столько страшных баек ходит. Но это было не моё дело, поэтому я просто повернулась и пошла отдавать почтарю полагающиеся четыре медяшки.

Близнецы, вернувшиеся раньше, уже очень нервничали. Увидев бледную и чуть не шатающуюся меня, они вытаращились так, что даже мне страшно стало.

– Что он с тобой сделал?! – с паникой в голосе воскликнул Марек.

– Ничего. Точнее, он меня ещё и полечил, после того как я поймала падающую колбу, потеряв из-за этого сознание у него в лаборатории.

– Ничего себе, – впечатлился Марек.

Я сдала деньги почтарю и получила причитающиеся нам троим семь медяшек.

– Пошли, а то на ужин не успеем, – поторопила я ребят и первой вышла на улицу.

Быстро идти не получалось, зато я успела по дороге рассказать друзьям о своём первом в жизни заработке при помощи магии. Предложила им за счёт этих средств и Рамину подкормить, и себе ещё что-нибудь, кроме яиц, иногда покупать, а то есть хотелось почти всё время. Ребята не возражали, но сегодня на выбор дополнительных блюд времени не было, так что Марек опять побежал в корчму, а мы кое-как с моей скоростью доползли до академии к самому концу ужина и успели поесть.

Колдовать сегодня я больше не рискнула, а вот помедитировала с удовольствием, постепенно чувствуя себя всё лучше – то ли благодаря медитации, то ли лекарство архимага Элтара всё ещё продолжало действовать. Так что меня даже хватило на то, чтобы до конца дописать конспект по истории. Уснула я до крайности довольная.

Проснулась по сигналу малого колокола на удивление бодрая и отдохнувшая. Попробовала поднять левитацией лежащую на столе ложку и быстро опустила её обратно. Хотя действие и далось легко, но не хотелось выкладываться перед занятиями. Проверив кристалл на своём стилусе, залила его до полного, после чего немного помедитировала для восстановления резерва. Чтобы до завтрака не тратить время впустую, повторила историю по конспекту. Если ничего нового сегодня не зададут, может, ещё и истории о магах почитать вечером успею.

Рисование и чистописание прошли обычно, а на физподготовку мастер Ивор, как и обещал, принёс тренировочный лук. Рейс не просто попал в мишень с двадцати шагов, девять из десяти стрел он вонзил в центральный круг величиной чуть больше яблока и только одну в край мишени. Впечатлились все, включая преподавателя, и мы уговорили мастера дать нам возможность попробовать по одному разу. Марек был одним из троих, пусть криво-косо, но всё же попавших в мишень с десяти шагов, и до конца урока не мог спокойно стоять на месте, переполненный ликованием. У меня стрела вообще никуда не полетела, упав под ноги и вызвав обидные смешки.

Остальную часть урока мы бегали вокруг преподавателя и всеми возможными и невозможными способами уговаривали его поучить нас стрелять.

– Вы ещё ни бегать не умеете, ни драться, куда вам стрелять! – упорно отказывался он. – Вот если бы вы бегали быстрее и упражнения активнее делали, может, и оставалось бы немного времени на такие занятия.

И мы уцепились за эту идею. Рейс обещал потренировать желающих вечером перед ужином. Мы с близнецами тут же расстроились, но выяснив, в чём причина, тот решил показать всё завтра с утра, а тренироваться мы можем и по городу бегая.

Перед левитацией я отвела Тарека в сторонку и попросила его сделать на уроке и моё, и своё задание.

– Это как? – не понял он.

– Ну, там перья по очереди поднимай, то моё, то своё, или оба сразу, если можешь.

– А ты что будешь делать?

– Попробую препода нарисовать.

– В смысле? – окончательно запутался мальчишка.

– Увидишь, – не стала я раскрывать заранее все карты.

– Ну ладно, раз так сильно надо, сделаю, только не знаю, насколько у меня это получится, – неуверенно согласился он.

Задание на этом уроке осталось прежнее. Преподаватель сел за стол и стал наблюдать за результатами его выполнения. Я немного посмотрела за вполне успешной симуляцией Тареком моей деятельности и приступила к задуманному. Самым сложным оказался первый этап – поднять лежащий у доски стилус, предназначенный для писания на ней, который мне почти не было видно, но всё же это удалось. Дальше начала аккуратно вращать его так, чтобы направить пишущий край на доску. Было трудно не столько удерживать довольно лёгкий предмет, сколько чётко его контролировать, при том, что передо мной находились люди, совершающие движения. Аккуратно приставив стилус к доске, попробовала провести первую линию – получилось кривовато и неуверенно. В классе началось некоторое движение, кажется, несколько перьев самостоятельно опустились на стол. Я постаралась сосредоточиться только на стилусе.

В общем, к концу урока я была мокрая от пота и у меня дрожали руки, но на доске было нарисовано карикатурное и довольно кривое изображение нашего мастера левитации. Тот сидел и удручённо качал головой: у всех постоянно падали перья. А я упорно пыталась подписать под рисунком имя для пущей узнаваемости. Оставалось всего две буквы.

– Да, наверное, я слишком рано начал с вами упражнения на движение. Сегодня в группе концентрация просто отсутствует, – вслух огорчился мастер Эрх.

И тут у меня закончился резерв. Стилус со стуком упал на пол, оставив недорисованной половинку последней буквы. Мастер обернулся на звук и замер, глядя на доску. Какое-то время он просто находился в ступоре, а потом тихо и раздельно спросил:

– Кто это сделал?

Все молчали. Большинство не знало, а мы не сознавались.

– Ну что же вы? – повернулся к нам преподаватель, и лицо его было не сердитым, а абсолютно счастливым. Никогда не видела, чтобы человек так карикатуре на себя радовался. – Это же просто великолепный результат!

Мы упорно продолжали молчать и переглядываться с остальными адептами.

– Так, это обязательно надо показать! – решил что-то для себя мастер и быстрым шагом вышел из класса.

Как только за мужчиной закрылась дверь, вихрастый Эрин обернулся и вопросительно уставился на меня, видимо вычислив по вчерашнему обещанию. Подмигнула ему и незаметно для остальных продемонстрировала кулак. Мальчишка расплылся в улыбке от уха до уха и тут же отвернулся. Такой не выдаст – сам тот ещё проказник.

Минут через пять мастер Эрх вернулся в сопровождении ректора и мастера Кайдена. Как только последний увидел мои художества, побагровел и с перекошенным от ярости лицом совсем не радостно вопросил:

– Кто это сделал?

– Господин Кайден, ну зачем же вы пугаете адептов, они и так отказываются признаваться. А ведь это такой прогресс! Я даже не заметил, что что-то происходит, пока у адепта не закончился резерв, что привело к падению стилуса. Это же какая концентрация! Какой контроль над объектом! – вступился за нас мастер Эрх.

– То есть вы хотите сказать, что данный рисунок сделан при помощи левитации стилуса? – уточнил ректор.

– Именно! А я ещё понять не мог, почему адепты сегодня постоянно концентрацию теряют. Теперь ясно, на что они отвлекались.

– Что ж, такой отличный результат действительно заслуживает поощрения, – констатировал ректор. – Поднимитесь же, юное дарование, чтобы мы все могли вас видеть.

Несколько секунд ничего не происходило, а затем поднялся мальчишка лет двенадцати, сидящий за первой партой у двери. Близнецы возмущённо засопели, но я аккуратно наступила им на ноги под партой, чтобы не выдавали нас.

– Отлично, Бадер, ваши успехи впечатляют. Надеюсь, вы и дальше будете так же усердно работать над собой. А в качестве поощрения я разрешаю мастеру Эрху обучать вас работе с тремя предметами.

Мальчишка сник, я тоже. Хочу работу с тремя предметами! Мастер Кайден подозрительно прищурился, и я быстренько приняла скучающий вид. А вот Бадер ещё не умел скрывать эмоции.

– Что-то не так? – вкрадчиво поинтересовался заместитель ректора.

– Ну… я очень много занимался ради этого и надеялся, что мне дадут освобождение от занятий, чтобы не перенапрягался…

Мастер Кайден с перекошенным от злости лицом резко навис над мальчишкой.

– Ещё раз посмеешь присвоить себе чужие заслуги, вылетишь из академии быстрее, чем успеешь сказать слово «магия», – чётко разделяя слова, проговорил он прямо в лицо провинившемуся адепту, и, обведя взглядом группу, обратился к нам: – Это всем ясно?

Мы поспешили его заверить, что всем всё предельно ясно.

– Но тогда, кто же всё-таки это сделал? – удручённо вопросил мастер Эрх.

Кайден ещё раз обвёл нас взглядом и поджал губы. Повернувшись к доске, при помощи левитации поднял стилус и дописал последнюю букву.

– Будем считать, что я, – заключил он и вышел за дверь.

Уже после того, как он ушёл, стилус плавно спланировал на своё место у края доски. Это была очень наглядная демонстрация превосходства, но я и до этого не сомневалась, что мне очень далеко до дипломированного мага.

Последним уроком, как и в предыдущие дни, была медитация. Сегодня у меня получилось залить только три кристалла. Я перестала понимать, какой же у меня резерв, а мерить его снова мастер отказался, сказав, что измерения производятся точно по срокам и следующее будет при подведении итогов за декаду.

На почту мы бежали трусцой, привлекая внимание прохожих, но я решила не реагировать на удивлённые взгляды. Мне стрельба из лука не понравилась, но мальчишкам очень хотелось, а тренировка нам не помешает – мало ли кого догонять придётся… Ну, или наоборот – убегать, если резерв не вовремя кончится.

Работы для нас сегодня не оказалось, так что мы развернулись и потрусили в таверну. Народу было ещё немного, и нам удалось привлечь внимание корчмаря.

– Дядя Шрам, нам поговорить надо, – подозвал его Марек.

– Марек, ты что? – возмутилась я.

– А что? – не понял он.

– Зачем ты его так назвал?

– Прозвище у меня такое, – пробасил подошедший корчмарь. – Чего хотели-то?

– Нам нужно ещё два яйца каждый день, – перешла я к делу, поняв, что корчмарь не настроен на лирические отступления.

– Эх, – скривился тот, – рассчитываться неудобно.

Об этом я тоже уже думала, так что у меня было предложение. Корчмарю этому, насколько я успела понять, тут доверяли.

– Вы же всё равно учёт ведете по тем клиентам, которые или в долг берут, или вперёд платят, давайте и с нами так.

– Извините, ребят, но в долг я только состоятельным людям даю. Тут, сами понимаете, сегодня у вас деньги есть, а завтра – нет, адепты же.

Я достала прихваченную с собой вчерашнюю серебрушку и протянула ему.

– Ну, это другой разговор, – тут же спрятал он её в передник и что-то записал на отдельном листе. – Вы не обижайтесь, ежели чего. И это… в выходной с утра заходите. Если мясное с ночи останется, я по дешёвке отдам. Оно, конечно, уже не так вкусно, как горячее, но вам же не для вкуса, а для дела. Так что заходите.

– Спасибо, – поблагодарила я Шрама, и мы ушли ужинать в академию.

Пока ели в столовой, разговорились о завтрашних уроках. Начинался следующий день непривычно – с медитации и левитации, ну да ладно. Историю близнецы тоже более-менее осилили, а рисование и чистописание особых проблем не составляли.

– Ну и чем займёмся? – поинтересовался неугомонный Марек.

– Лично я собираюсь валяться на кровати и читать забавные истории о магах. Во-первых, мне всё ещё нужно тренироваться в чтении, а во-вторых, просто книжка интересная.

– Тогда мы тоже к тебе, – радостно заявил Марек, – нам почитаешь.

– А пустят? – с сомнением посмотрела я на них.

– А почему нет? – с откровенным недоумением вопросил непоседа.

– Ну, всё-таки женское общежитие, – продолжала сомневаться я и обернулась к Тареку.

Тот только пожал плечами.

– Так мы ж к тебе, – продолжал гнуть свою линию Марек.

– Попробуйте, мне не жалко, – решила я не заморачиваться теорией, а проверить строгость местных правил на практике.

Проблем не возникло, так что мальчишки оккупировали свободную кровать в моей комнате. Привалившись к противоположным спинкам, они слушали моё всё ещё спотыкающееся чтение, пихаясь ногами, дабы отвоевать побольше пространства у конкурента. Вскоре мы наткнулись на рассказ о маге, придумавшем заклинание абсолютной правды, потому что ему казалось, что его всё время обманывают. Об этом же маге мы учили во второй главе по истории.

– Таль, а это правда или выдумка? – заинтересовался Тарек.

– Не знаю, – задумалась я, а сама уже представляла, как было бы здорово разнообразить ответ на уроке пересказом такой вот истории создания заклинания. – А как вы думаете, сейчас библиотека работает?

Выяснять это пошли на кухню. Там помимо нескольких адепток обнаружилась всё та же пожилая женщина, что научила меня пользоваться часами. Она и ответила, что библиотека работает до двенадцати часов. Ну ничего себе здесь учатся, а я-то думала, что это я неплохо стараюсь.

Библиотекарь был тот же. Он вообще когда-нибудь отдыхает?

– Здравствуйте, скажите, пожалуйста, в этой книжке собраны правдивые истории или это выдумки для развлечения? – продемонстрировала я объект нашего интереса.

– Если честно, никогда не задумывался, – взял у меня книгу библиотекарь и повертел её в руках. – Но, насколько я знаю, этот автор обычно писал исторические хроники. Сейчас попробуем посмотреть, что о нём в энциклопедии сказано.

Оставив нас, он ушёл куда-то вглубь помещения и через некоторое время вернулся с толстенной книгой. Посмотрев на неё, я сразу поняла, что такое фолиант. Мотнув головой в сторону зала со столами, библиотекарь сам направился туда и со вздохом облегчения опустил ношу на столешницу. Мы прилипли к севшему за стол хранителю знаний, с благоговением глядя, как он перелистывает мелко исписанные страницы с небольшими картинками.

В нужной статье говорилось, что автор всегда не только придерживался строго фактического изложения событий, но и записывал их со слов главных участников. В результате мы решили, что историям о магах стоит верить.

– А что это за книга, которую мы сейчас смотрим? – поинтересовалась я.

– Восьмой том Общей энциклопедии знаний, – сообщил библиотекарь.

– Ничего себе! Целых восемь томов всякого интересного, – обрадовалась я.

– Восемь? – добродушно усмехнулся библиотекарь. – Это восьмой том из двадцати шести.

– Да это ж за всю жизнь не прочитать! – впечатлился Марек, в то время как я жадными глазами смотрела на фолиант.

– А это смотря какая жизнь, – задумчиво произнёс над нами мужской голос.

Мы подняли голову и шарахнулись в стороны – возле нашего стола стоял мастер Кайден и как-то странно смотрел на нас. Если бы это был кто-то другой, я сказала бы – с надеждой, а так – просто странно.

– Господин Эшен, я закончил. Можете убирать книги, – сообщил он и ушёл.

Мы тоже поблагодарили библиотекаря и ретировались, поскольку уже смеркалось, а нам ещё медитировать нужно. Ночью мне снова снился маг, стоящий с воздетыми руками в сошедшем с ума северном сиянии.

Работу с тремя предметами нам на левитации так и не показали, теперь мы двигали перья по кругу, а я откровенно скучала. Хотелось придумать что-то интересное, связанное с левитацией. В результате я задумалась, и перо вместо выписывания ровных кругов начало вальсировать. Очнулась, только когда подошедший мастер Эрх поймал его пальцами. Виновато посмотрела на преподавателя снизу вверх, он вздохнул и унёс перо с собой, велев левитировать теперь стилус. Я уж было подумала, что мастер догадался об авторе проделки с карикатурой, но перья к концу урока отобрали ещё у восьмерых. Марек расстроился – ему оставили перо, а я потихоньку намекнула, что стилус можно и самому вечером левитировать для тренировки, если уж хочет быть великим магом и поднять заветную плиту. Мальчишка тут же загорелся решимостью держать стилус, пока не уснёт. Ну-ну, резерв-то у нас пока даже на ученический кристалл не тянет.

На уроке мастера Гаруна мне таки удалось поведать всем историю о подозрительном маге. Преподаватель тут же усомнился в её правдивости, но, получив энциклопедическую справку об авторе, заинтересовался и попросил сообщить, когда сдадим книгу. Впечатлённый старательностью всей группы, на следующий урок он задал только половину главы, чем вызвал всеобщий вздох облегчения. Так что на обед мы отправились, переполненные гордостью за свою находку.

А на рисовании нас ждало новое задание. На розданных листах в левой верхней ячейке уже имелась довольно замысловатая фигура, которую предлагалось перерисовать в оставшиеся графы. На доске сегодня ничего не показывали. Сначала это выглядело странным, но сложности возникли при первой же попытке выполнить задание.

Раньше нам не приходилось задумываться, в каком порядке рисовать элементы и из чего можно сделать сложную фигуру. А тут было над чем поразмышлять, потому что попытка бессистемно перерисовать схему кусками вышла кривой и кособокой. Я покосилась на близнецов. Марек, пыхтя, старательно перерисовывал схему частями. Тарек смотрел на первый кривоватый вариант и думал, вертя стилус в руках. Ну что ж, будем считать, это головоломка.

Вспомнив все предыдущие схемы, я нашла две закономерности. Мы рисовали их снаружи внутрь, то есть вписывали мелкие фигуры в более крупные. И все фигуры, имеющие более шести углов, рисовались не цельно, а состояли из элементов попроще. Начав рисовать по такому принципу, вскоре я получила довольно сносно изображённую схему. Дальше работа пошла уже привычно. Не знаю, как остальным, а мне такое задание понравилось.

К концу урока мастер несколько раз прошлась по рядам и объявила:

– Тарек, Наталья и Янисар – молодцы, для остальных показываю, как правильно рисовать эту схему.

Что тут сказать – головоломку я решила правильно.

Поскольку сегодня чистописание было последним уроком, нас с Янисаром отпустили совсем после выполнения задания. Я шепнула мальчишкам, что сразу пойду на почту, чтобы, если там нет для нас поручений, вернуться к концу урока, забросила сумку в комнату и трусцой побежала на работу.

Посылок сегодня не было, а на почте меня ждало одноединственное письмо – для архимага Элтара. Я удивлённо посмотрела на почтаря.

– Ну, ты ж его вроде не боишься, – смущённо проговорил он и отвёл взгляд.

Я пожала плечами и понесла письмо по знакомому адресу. До конца урока вернуться всё равно не успею, так что бежать не стала, а, пользуясь тем, что дорога уже знакома, попыталась на ходу медитировать. Кажется, даже получалось.

На этот раз дверь мне открыли не при помощи магии, а лично. Архимаг удивлённо поднял бровь, я же пожала плечами и молча протянула ему письмо. Несколько секунд мужчина изучал обратный адрес.

– Проходи. Сейчас ответ напишу, отнесёшь на почту, – велел он и двинулся внутрь дома.

Моего согласия не спрашивали, но я, в общем-то, и не имела ничего против. Пошёл маг всё в тот же кабинет, где я пришла в себя прошлый раз. Сев за стол, он углубился в чтение, совершенно не обращая на меня внимания. Я же воспользовалась случаем подробнее разглядеть помещение. Интересно ведь, как архимаги живут.

Кабинет был относительно небольшим, зато уютным. В стене напротив письменного стола имелось большое окно с тонкими, похожими на тюлевые занавесками по краям. Тихонько подошла ближе, чтобы их рассмотреть. Это было какое-то замысловатое плетение из тонких ниток, необычное и очень красивое. По бокам от окна висели две картины: слева – пейзаж с речкой, справа – портрет симпатичной женщины в соломенной шляпке и с кулоном мага на шее. У противоположной от входа стены стояли два шкафа с книгами, а между ними – удобное мягкое кресло и то ли огромный подсвечник, то ли торшер местного изготовления, но явно что-то осветительное. Перед креслом и частично под ним лежала пушистая шкура кого-то невезучего.

Покосившись на архимага, который быстро и сосредоточенно писал, я, стараясь не привлекать внимания, подошла к книжным шкафам и начала разглядывать корешки. Прочитать удавалось не всё, поскольку делать это вслух не решалась, чтобы не помешать хозяину дома.

– Нашла что-то интересное? – прозвучало у меня прямо над ухом.

От неожиданности я резко отшатнулась в сторону, оборачиваясь, и едва не упала. Мужчина невесело улыбнулся, чуть дёрнув уголком рта, и протянул мне ответное письмо.

– Можно идти? – уточнила я.

– Да, конечно. – Он мотнул головой в сторону выхода, потеряв ко мне интерес. – Дверь за собой просто прикрой.

Я не стала задерживаться и пошла обратно на почту, но всю дорогу не могла отделаться от ощущения, что моя реакция огорчила мага. Ну, вот какое ему дело до посыльного с почты? Лезет же в голову всякая чушь. Я мысленно поругала себя за то, что придумываю разные небылицы, и занялась полезным делом, то есть попытками снова медитировать на ходу.

Почтарь удивился моему возвращению, но я протянула ответное письмо, и он понятливо кивнул. Я спросила о близнецах, выяснила, что они приходили, но довольно давно, и ничего передать не просили. Подумав, решила на всякий случай зайти в корчму узнать, забрали ли они наш дополнительный паёк.

А в корчме происходило что-то необычное. То, что за обильно накрытым столом сидели несколько богато одетых людей и Шрам сам им прислуживал, было нормально. А вот то, что в углу за стойкой жались двое испуганных подавальщиков и по совместительству посыльных, на которых Шрам бросал грозные взгляды, уже странно. Я пристроилась неподалёку, ожидая, когда у корчмаря появится минутка для меня. Но, выставив на стол оплетённую бутыль, он направился не ко мне, а к подавальщикам.

– Быстро решайте, кто заказ понесёт. Он такой же клиент, как и все, а клиента нельзя заставлять ждать, – почти шёпотом, чтобы не мешать остальным посетителям, прорычал корчмарь на своих работников.

– Не я! – в один голос выдали оба и зажмурились.

– Хозяин, ну вы же сами всегда ему заказы носили, – жалобно проныл паренёк помладше.

– Да куда ж я от герцогов-то уйду? Совсем с ума сошли? – опешил Шрам.

– Ну, хозяин, это же сам архимаг Элтар. Вдруг мы на него посмотрим не так, и он нас…

На этом месте парень откровенно всхлипнул, а я, не удержавшись, влезла в разговор:

– Больно надо архимагу на вас внимание обращать. Я ему почту носила, и ничего он мне не сделал.

– Вот сама и неси, – обиженно буркнули из угла.

Корчмарь обернулся ко мне, а я поспешила поздороваться и узнать, забрали ли мальчишки яйца, объяснив, что разминулась с ними на почте.

– Да давно уж забрали, – ответил корчмарь и с надеждой воззрился на меня. – Слушай, адептка, выручай, если правда Элтара не боишься. Он ужин с доставкой заказал, а тут герцоги пожаловали, мне из корчмы никак, а эти – сама видишь. – Шрам удручённо мотнул головой в сторону жмущихся в углу парнишек.

И всё бы ничего, но на ужин я и так успевала впритык, а если ещё пойду что-то относить, то и вовсе голодной останусь. Я отвела взгляд.

– Мне в академию надо.

– Эх, какого клиента потеряем, – сник корчмарь.

Я посмотрела на его искренне расстроенное лицо. Из-за шрамов оно смотрелось как-то особенно жалобно. Вспомнилась мне горькая улыбка архимага и слова мальчишек, как сильно его все боятся. И вообще, я, наверное, дура, потому что тащу здоровую и довольно тяжёлую корзину туда, откуда совсем недавно вернулась.

Дверь мне снова открыли лично и, видимо, не глядя предварительно, кто там стоит, потому что при виде меня брови архимага поползли вверх.

– Опять ты? – с какой-то непонятной интонацией вопросил он.

– Шрам герцогов обслуживает, а подавальщики вас так боятся, что идти отказываются. Вот, – выставила я перед собой корзину с едой. – Он меня попросил.

– А ты, значит, не боишься? – подозрительно прищурился хозяин дома.

– Ну… мастер Кайден точно страшнее, – ушла я от прямого ответа, не соврав ни капли.

И тут маг так задорно улыбнулся, что мне стало вообще непонятно, как его можно бояться.

– Да, Кайден – это Кайден, – со сдержанным смешком проговорил он. – Первая дверь налево – кухня. Выкладывай там всё на стол, я сейчас приду. – И, отступив на шаг, хозяин пропустил меня в дом.

А я посмотрела на него и действительно испугалась. Вся одежда мужчины была покрыта бурыми пятнами. Кажется, это была…

– Это не кровь, – поспешно заверил он и после небольшой паузы добавил: – К сожалению.

– П-почему к сож-жалению? – начала постепенно приходить в себя я, переступив-таки порог.

– Сейчас переоденусь и расскажу, – ответили мне уже откуда-то из недр дома.

Кухня была довольно просторной, в центре располагался стол, окружённый шестью стульями. На него я и водрузила корзинку и начала её разбирать. Там оказались полковриги свежего хлеба, бутылка вина, уже нарезанный сыр и здоровый глиняный горшок – тяжёлый и горячий. Было интересно, что в нём, но я не решилась заглянуть.

Быстро вернувшийся в чистой одежде архимаг стал доставать посуду. Я не сразу обратила внимание, что тарелок и кружек две, но потом решила, что, возможно, он кого-то ждёт в гости, поэтому его слова оказались для меня неожиданностью.

– Садись ужинать, – показал хозяин мне рукой на стул и сам сел напротив, нарезая хлеб толстыми ломтями.

Я собиралась отказаться, но живот предательски забурчал. Есть действительно хотелось.

– Да не стесняйся ты, – маг снова кивнул на стул, видя моё замешательство, – я всё равно столько не съем, Шрам всегда от души накладывает. А у тебя аура бледная, значит, белков не хватает при интенсивной раскачке. К тому же, насколько я помню академический режим, на ужин ты уже опоздала, а мне совершенно не хочется чувствовать себя виноватым за твои голодные обмороки завтра на левитации или практике.

Я всё ещё колебалась, но тут мужчина взялся за крышку и открыл горшок. В нём было овощное рагу с мясом, и пахло оно просто умопомрачительно. Я чуть не захлебнулась наполнившей рот слюной, и не в меру здоровый аппетит одержал безоговорочную победу над скромностью.

– Спасибо вам, – не забыла я проявить вежливость, садясь за стол.

Маг довольно улыбнулся, щедро накладывая себе на тарелку содержимое горшка большой ложкой, после чего вручил её мне и стал открывать бутылку. Я положила себе немного и, решив не наглеть, сунула ложку в горшок за неимением другого места. Элтар глянул в мою тарелку и распорядился:

– Ещё два раза по столько же клади.

– Да я лопну! – абсолютно честно возмутилась я, но архимага этим не смутила.

– Обещаешь? – с делано серьёзным выражением лица спросил он, пытаясь удержать расползающиеся в улыбке уголки губ.

– Ну… – неуверенно протянула я, и мужчина всё-таки рассмеялся.

Пришлось послушаться.

Справившись с пробкой, хозяин налил себе вина, потянулся, чтобы налить и мне, но передумал и убрал бутылку.

– Нельзя тебе. В академии алкоголь под запретом. Воды из крана себе налей, рагу острое, – посоветовал он мне.

Рагу было вкусное! Очень! И ничего я не лопнула. А сытый архимаг, неспешно потягивая вино, вспомнил о своём обещании рассказать, почему жалеет, что перепачкан не кровью.

– Я хочу получить магический заменитель, чтобы его можно было вливать пострадавшим при сильных ранениях, – попытался он максимально упростить суть вопроса.

– А чем вас донорская кровь не устраивает? – поинтересовалась я.

– Какая? – не понял маг.

– Ну, берёте у одного человека кровь и переливаете её другому, – попыталась объяснить я.

– Так если кровь забрать, он ведь умрёт, – чуть ли не с ужасом взглянул на меня Элтар.

– Ну не всю же берёте, – обалдев от такого высказывания, с не меньшим ужасом уставилась я на него.

Помолчали. Маг в задумчивости крутил в пальцах фужер с остатками вина.

– Нет, всё-таки я не понимаю, – констатировал он. – Откуда у тебя вообще такая идея?

– Давно уже так делают… – проговорила я и, сообразив, что он не в курсе, откуда я, добавила: – В моём мире.

– Что? – переспросил мужчина, подняв на меня рассеянный взгляд, которым до этого гипнотизировал напиток. Потом резко сфокусировался на мне и уточнил: – Ты призванная?

– Да, – подтвердила я, с некоторой опаской ожидая дальнейшей реакции.

– И при этом учишься в академии… – заинтересованно протянул Элтар. – Какой резерв?

– Не знаю, – погрустнела я. – Но, по-моему, он уменьшается.

– Такого не бывает, – уверенно заявил маг и поинтересовался: – Почему ты так решила?

– Вчера на медитации четыре малых кристалла залила, а сегодня только три, – пожаловалась ему на свою беду.

– Резерв медитацией полностью восстанавливала?

– Не знаю. А как это определить?

– Довольно просто, – улыбнулся тот. – Соедини кончики пальцев двух рук между собой и заставь энергию циркулировать по каналам из левой руки в правую. Так же, как при заливке кристалла, только вливаешь обратно в свой резерв. А потом немного раздвинь пальцы, совсем чуть-чуть, почти касаясь, и, если резерв полный, то кончики начнут слегка светиться, примерно как наполненный кристалл. Давай попробуй.

Я попробовала. Делала вроде всё как он сказал, но свечения не получилось.

– Значит, резерв не полный, – уверенно заявил Элтар. – Пить кристаллы умеешь?

– Нет. А может, вы мне на себе покажете? – осторожно попросила я.

– Да у меня тоже неполный, и сильно. А при моём резерве кристаллами не особо отопьёшься. – Мужчина ненадолго задумался, а потом неожиданно предложил: – Помедитируешь со мной?

Я тут же согласилась. Мы вышли на задний двор, где была небольшая деревянная веранда с расстеленным на ней толстым ковром. На улице начало вечереть, но было ещё светло, дул лёгкий, чуть прохладный ветерок. Люблю такую погоду.

– Тебе будут мешать ветер и свет? – спросил Элтар.

– Мне скорее сумрак в комнате медитаций мешает. Я каждый раз уснуть боюсь. У нас один мальчишка заснул, так на него чуть не четверть часа ругались.

– Это да, – усмехнулся мужчина. – Я когда адептом был, тоже разок уснул там. Думал, Кайден меня на месте убьёт.

– Вы учились у мастера Кайдена?! – уставилась я на архимага абсолютно обалдевшими глазами.

– Давно было, – отмахнулся он и, разувшись, стал устраиваться на ковре в уже известной мне позе.

Я тоже разулась и, молча усевшись напротив, полуприкрыла глаза, погрузившись в медитацию. Ковёр был мягким и приятно ощущался босыми ногами, а ветерок шаловливо играл прядями волос, так что мне было просто хорошо. Я полностью расслабилась, легко прокачивая через себя энергию и потеряв ощущение времени.

Когда по телу разлилось приятное тепло, я открыла глаза и удивилась – на улице было почти темно. Архимаг Элтар всё так же сидел напротив, его слегка расфокусированный взгляд был направлен на меня. Он медленно прикрыл глаза, а когда открыл их, взгляд был уже обычным.

– Попробуй теперь проверить резерв, – негромко предложил он.

Я послушно соединила пальцы и начала пропускать через них энергию. Как только начала разводить, между ними появился небольшой ореол свечения.

– Действительно, простой способ. Спасибо вам огромное, – улыбнулась я архимагу, вставая. – Мне пора.

– Я тебя провожу, – поднялся он вслед за мной.

– Зачем? – подозрительно глянула я на него, стараясь не думать, какие слухи пойдут о моей подработке, если я вернусь так поздно с мужчиной.

– Уже почти темно, а ты симпатичная молодая девушка. Мало ли, что может случиться, – несколько неуверенно пояснил он.

– А у вас тут что, маньяки с суицидальными наклонностями водятся? – улыбнулась я.

– Ты так уверена в собственных силах? – поднял одну бровь хозяин дома.

– В силах-то я совершенно не уверена, зато на мне медальон адепта, а за первокурсницу меня из-за возраста никто не принимает, думают, выпускница, – пояснила я свою убеждённость в безопасности путешествия до академии.

– Как хочешь, – не стал настаивать маг и, обведя меня вокруг дома, ушёл внутрь.

А я шагала по тёмным улицам засыпающего города и снова думала, что я дура. Меня такой мужчина ужином угостил и проводить предложил, а я отказалась. Да нормальная женщина вцепилась бы в него как клещ и женила на себе. А я даже в гости не напросилась. Теперь только и остаётся надеяться, что ему почта часто приходить будет и у меня появится шанс ещё что-нибудь интересненькое узнать.

В общежитии наскоро умылась и легла спать – всё завтра.

Утром меня разбудил стук в дверь. Я подскочила как ошпаренная с шальной мыслью «проспала!» и кинулась открывать. За дверью оказалась Рамина, тоже заспанная, но крайне решительная.

– Ты чего это? – оторопело спросила я, не будучи ещё в состоянии внятно формулировать мысли.

– Умывайся, и на тренировку пошли, – сонно выдала девочка. – Мне близнецы велели за тобой с утра зайти.

– Какую тренировку? – окончательно опешила я, однако начала переодеваться в местную спортивную форму. Прямо в ней и умоюсь, чтобы время не терять.

– Рейс сегодня всех желающих будет учить, как правильно бегать, – объяснила малышка по дороге, следуя за мной как привязанная. – На спортивной площадке собираемся.

Мы не только не опоздали, но даже явились не последними. Да и вообще пришли только восемь человек из нашей группы, включая самого Рейса.

– Странно, мне казалось, Янисар тоже будет, – задумчиво произнесла я, выходя на площадку.

– Он не может по утрам, просил с ним отдельно позаниматься, – пояснил наш добровольный инструктор.

– Ты где была?! – тут же налетели на меня Марек и Тарек. – Мы тебя вчера до самой темноты ждали!

– Потом расскажу, – не стала я вдаваться в подробности при всех. – Зато теперь я умею определять, полный у меня резерв или нет.

На этом разговоры закончились, и Рейс приступил к объяснениям. Потом мы медленно ходили по кругу, пытаясь правильно перекатываться с пятки на носок, а затем побежали лёгкой трусцой, стараясь сосредоточиться не на скорости, а всё на той же постановке стоп. Рейс без труда бежал рядом и делал замечания. К середине второго круга мы обнаружили стоящего у решётчатой двери и разглядывающего нас, как какое-то паранормальное явление, мастера Кайдена.

Постояв так некоторое время, он тоже занялся пробежкой, но ближе к внешнему периметру площадки, и, по-моему, держался так, чтобы видеть, что мы делаем. Пробежав четыре круга, мы договорились, что три дня тренируемся самостоятельно, а утром четвёртого Рейс будет проверять результаты, и на этом разошлись собираться на завтрак.

В столовой мне и Рамине торжественно вручили по два яйца. Я только в этот момент поняла, что впервые за последние дни не голодна, но добросовестно съела и завтрак, и дополнительное питание. Вчера мне просто повезло, и это не повод расслабляться.

– Так где ты вечером была и что там с проверкой резерва? – напомнил Тарек про отложенный мной вопрос.

– Была у архимага Элтара. Рассказала ему, что не понимаю, почему смогла залить меньше кристаллов, чем днём раньше, а он предположил, что я не полностью восстановила резерв при медитации, и объяснил, как это проверить. Нужно соединить кончики пальцев двух рук между собой и заставить энергию циркулировать по каналам из левой руки в правую, а потом чуть раздвинуть пальцы. Если резерв полный, они будут слегка светиться. У меня вчера получилось, я вам на медитации покажу.

Мальчишки смотрели на меня, как на ненормальную, а Рамина тут же попробовала сделать описанное, и её пальцы засветились, переключив внимание близнецов на себя…

Сегодня на теории магии нам выдали раза в два больше материала, чем обычно. И вообще, отношение мастера Кайдена к группе как-то изменилось. Не то чтобы он подобрел, скорее, перестал считать нас ни на что не способными идиотами.

На физкультуре мастер Ивор с удивлением наблюдал, как меньшая часть группы бежит по кругу в обычной манере, а большая старательно косолапит. Остановив нас и выяснив, в чём дело, он не только разрешил продолжать, но и поправил некоторые ошибки, показав их в сравнении между относительно неплохо бегающим Мареком и правильно бегущим Рейсом. Кажется, наша инициатива ему очень понравилась.

На обед я, близнецы и Рамина с Янисаром шли кучно и обсуждали сегодняшние занятия.

– Таль, давай сегодня я твой стилус подержу, а ты ещё чего-нибудь на левитации нарисуешь, – уговаривал меня Марек, когда мы подходили к столовой.

Я хотела ему объяснить, что второй раз шутка уже не смешна, но меня неожиданно отвлекли.

– Таль, значит? Буду знать, – прозвучал слева от нас смутно знакомый мужской голос.

Я подняла голову и с удивлением узнала в элегантно одетом мужчине, прислонившемся к стене столовой недалеко от входа, архимага Элтара.

– Здравствуйте, – улыбнулась я магу, с интересом разглядывая его.

До этого я видела мужчину только дома, и там он был в добротной, но простой одежде. Сейчас же на нём красовались узкие прямые брюки с замысловатой вышивкой на бёдрах, заправленная в них тонкая рубашка и расстёгнутый короткий пиджак с такой же, как на брюках, вышивкой по обшлагам. На шее висел медальон мага с пылающим знаком в центре. Весь из себя загадочный и исполненный внутренней силы, он смотрелся просто великолепно.

– Дело есть, пошли поговорим, – мотнул он головой в сторону прохода на левитационную площадку и, не оборачиваясь, направился туда.

Я вздохнула, подумав, что обед уже начался, и пошла за ним. Элтар ждал меня у плиты архимагов. Подумав, уселась на неё и приготовилась слушать.

– Хочу, чтобы ты у меня переночевала, заплачу десять медяшек, – сразу перешёл к делу маг.

Я от такого предложения на несколько минут потеряла дар речи и возмущённо открывала и закрывала рот, не в силах совместить внятность ответа с цензурностью. Да как он смеет?! Если я первокурсница и деньгами не богата, так, значит, на всё, что угодно, согласна? Что он себе вообще позволяет, хлыщ архимагический?! Наконец мне удалось немного справиться с собой.

– Телом не торгую, – отрезала я, со злостью глядя на мужчину.

– В смысле? – удивлённо посмотрел на меня маг. Потом, видимо, вспомнил, как именно сформулировал своё предложение, густо покраснел и, отвернувшись, торопливо проговорил: – Я не это имел в виду.

Честно говоря, после его слов я облегчённо выдохнула. И не только потому, что страшно было, что заставит, хотя после россказней о грозном архимаге в голову всякое лезло, но и потому, что мне нравился этот человек. Я не ожидала от него подлости. Может, конечно, тут у них другие понятия о морали и достоинстве, но меня и мои в данном вопросе устраивали.

– Меня вообще дома не будет. Я хотел, чтобы ты там пожила два дня, потому что и уборщица должна прийти, и почту могут принести. К тому же я боевую защиту не хочу включать – с ней возни много, – всё так же стоя ко мне спиной, пояснил архимаг.

– Извините, – теперь уже покраснела я, поняв, насколько была не права в своём предположении. Вот о чём я вообще думала? Тоже мне писаная красавица нашлась, на которую агхимаги с эротическими предложениями бросаются. – Конечно, я поживу и всё сделаю.

– А чего это мальчишки, которые с тобой шли, из-за двери выглядывают? – перевёл тему Элтар, давая нам обоим прийти в себя после случившегося недоразумения.

– За меня переживают. Про вас же вон какие слухи по городу ходят, вот все и боятся, – предположила я, тоже обратив внимание на близнецов, поочерёдно заглядывающих на площадку.

– Какие? – заинтересовался архимаг и даже повернулся ко мне.

– Ну… разные, – не сразу нашлась с ответом я. – Например, что на вас торговка на рынке не так посмотрела, а вы ей в капустном салате морковку в красных клопов превратили.

– Да… была торговка, – смутился маг и даже непроизвольно шаркнул ножкой, вызвав у меня такую же непроизвольную улыбку. – Только я, конечно, ничего ни в кого не превращал, а иллюзию навёл. Совсем уже обнаглела: у меня на груди медальон архимага висит, а она меня при помощи дурацкого артефактика, сделанного криворуким третьекурсником, обвешивать пытается.

– Да уж, здорово вы её проучили, небось, несколько дней после такого у неё никто ничего не брал.

– Не знаю, я о ней и не вспоминал больше. А вот адепта того нашёл и через ректора поставил перед выбором: или под заклинанием правды клянётся, что не знал, для чего артефакт делал, или вылетает из академии.

– И как, поклялся? – заинтересовалась я.

– Вообще не дал согласия на заклинание правды. Видать, и тут знал, на что шёл, и не первый раз черту дозволенного преступал. Вот из-за таких, как он, никак не получается добиться уважения к магам, один страх остался, – горько посетовал Элтар.

– Ну почему же, – попыталась немного сгладить эффект я. – Вон, Марек, это который только что заглядывал, лично вас очень уважает. Он мне с таким восхищением рассказывал, что вы сюда эту плиту в одиночку левитировали! Кстати, это правда?

Маг с каким-то хитрым прищуром посмотрел на меня и, обернувшись, поманил мальчишек пальцем. Несколько секунд ничего не происходило, а потом оба, втянув голову в плечи, пошли к нам. Хотя подходить им было и страшно, но ослушаться – ещё страшнее.

– Залезайте на центр плиты, – велел он близнецам и, повернувшись ко мне, сказал: – И ты к центру сдвигайся.

Я удивлённо подняла брови, но сделала, как велено; ко мне испуганно прижались ребята. Архимаг же отступил шагов на десять и, стоя к нам лицом, прикрыл глаза. Через несколько секунд он открыл их, что-то негромко произнёс на выдохе и резко напрягся.

Плита под нами дрогнула, и маг начал опускаться. То есть это мы поднимались, сообразила я. Тем временем плита стала медленно отъезжать от стены к сосредоточенно взирающему на неё архимагу. Мальчишки в первый момент испуганно сжались, а после Марек с восторженным воплем «Вот это да!» бросился к краю. Еле успела схватить его за ногу, испугавшись, что он свалится под этакую громадину. Мальчишка распластался на животе и всё же свесил голову за край, а после, не вставая, посмотрел на Элтара. Честно говоря, мне тоже хотелось узнать, что там происходит под плитой, но было неудобно вести себя, как глупый ребёнок. И я просто наблюдала за архимагом.

Он стоял довольно спокойно, мышцы после первого напряжения расслабились, и только предельно сосредоточенное выражение лица говорило о прикладываемых им усилиях. Плита плавно повернулась вокруг своей оси и, опять подплыв к стене, опустилась на землю другой стороной к ней. Маг ещё раз прикрыл глаза, но уже через секунду снова смотрел на нас, улыбаясь. А отпущенный мной Марек просто-таки фонтанировал положительными эмоциями, не будучи в состоянии внятно выразить свои впечатления.

– Вы видели?!. Ну, это же… да оно же… да мы же… да он же!!!

При этом он пробежал по периметру плиты, спрыгнул с неё, пронёсся вокруг архимага, снова запрыгнул на плиту, тут же опять спрыгнул и схватился за голову, не в состоянии вместить столько эмоций сразу. Элтар откровенно смеялся, радуясь такой реакции. М-да… мне до подобного либо очень долго, либо никогда.

– Здорово! Вот бы и нам так научиться! – более сдержанно отреагировал не менее впечатлённый Тарек.

– Будете старательно учиться, и вы сможете, – улыбнулся этот великий и могучий маг. – Таль, а ещё одного мальчика, который с вами шёл, не Янисаром зовут? – неожиданно поинтересовался он.

– Да, а почему вы спрашиваете? – удивилась я.

– Не ожидал его здесь увидеть, – задумчиво произнёс архимаг. – В общем, так, сразу после занятий зайди в корчму, забери наш ужин и иди ко мне. Я тебя за вечер научу, как дверь на магический запор ставить, и расскажу, кто и зачем может за эти дни прийти. А ещё попроси Янисара пойти с тобой, я хочу с ним поговорить.

– А если он не захочет? – спросила я.

– Будет в своём праве… А теперь идите на обед, а то до занятий не успеете. – Он развернулся и, не оборачиваясь, ушёл.

А мы ещё пару минут сидели, несколько обалдевшие.

– Есть хочу, – первым пришёл в себя Марек и утащил нас в столовую.

Уже закончившие обедать Янисар и Рамина дожидались нас за столом.

– Чего он от тебя хотел? – поинтересовался мальчишка, как только мы подсели к ним.

– Нанять присматривать за домом.

– А почему тогда вас так долго всех троих не было? – подозрительно прищурился он.

– Элтар нас на плите архимага покатал! – восторженно похвалился всё ещё находящийся под впечатлением от этого события Марек.

– Янисар, ты его знаешь? – спросила я.

– Да.

– В общем, он хочет с тобой поговорить и просил, чтобы ты после занятий к нему зашёл, – озвучила я просьбу архимага.

– Странно, что это произошло только сейчас, – тяжело вздохнул Янисар.

– Ничего не хочешь нам рассказать? – осторожно попыталась я выяснить причину.

– Нет. Это только моё дело, – угрюмо ответил он.

– Ну, хоть со мной вместе пойдёшь? А то мне ещё в корчму за ужином для него зайти нужно.

– Пойду.

Разговор совершенно не клеился. Рамина молчала и только переводила взгляд с одного говорившего на другого, а мальчишка был не настроен на общение.

На левитации Янисар, за которым я поглядывала краем глаза, был крайне рассеян и несколько раз уронил стилус. Мой висел как приклеенный, даже вниз почти не тянул – это вам не карикатуры рисовать. В конце урока мастер Эрх отобрал перья ещё у четверых, включая Марека. А нам с Раминой выдал по деревянному бруску размером с кирпич, объяснив, что на выносливость мы теперь будем тренироваться на них, а на управление предметом, как и сегодня, на стилусе.

К середине урока медитации, когда нам раздали кристаллы, мой резерв всё ещё не был полным, так что я просто сложила их рядом и продолжила медитировать. Буквально минут через пять кончики пальцев при проделывании необходимой процедуры засветились. После этого мне удалось залить сразу четыре кристалла и, ещё раз помедитировав, к концу урока пятый. Прогресс был налицо. Мастер Сорин сказал, что если завтрашнее измерение подтвердит нужный размер резерва, то мне тоже установят норму по заливке…

Корчмарь моему приходу за ужином для архимага не удивился, видимо, тот предупредил. А Янисар внутрь заходить не стал, зато помог потом нести увесистую корзину.

– Таль, а ты откуда Элтара знаешь? – спросил он, когда мы уже почти дошли до дома архимага.

– Почту ему удачно отнесла. А ты?

– Он знакомый моего отца, – ответил мальчишка и снова умолк.

На этот раз Элтар провёл нас в гостиную, а не в кабинет. Там был диван, три кресла и небольшой столик. Книжных шкафов не было, зато имелся камин, на данный момент пустой и холодный. Усевшись в кресло, маг широким жестом указал нам на оставшуюся мебель, предлагая самим выбрать себе место. Я, разувшись, с ногами умостилась на диване, а Янисар так и остался стоять перед хозяином дома.

– Ну, Ян, рассказывай. Как тебе удалось уговорить отца? – радостно провозгласил Элтар.

Мальчишка вскинул понуренную голову и удивлённо воззрился на него.

– А разве вы не знаете? Я думал, вы из-за этого велели прийти, – проговорил он.

– Рассказывай давай, – уже не так добродушно велел архимаг.

– Вы ведь знаете, что я весь год пытался уговорить отца дать разрешение на мою учёбу в академии магии?

– Более того, я тоже пытался повлиять на него, но абсолютно безуспешно. И что же ты такое сделал, что теперь меня боишься? Ты ведь меня не один год знаешь.

– Сказал, что если ему нужен наследник, который ничего не может решать сам, а только слепо следует его приказам, то пусть себе такого делает, а я отрекусь. Отречение несовершеннолетнего должно заверить официальное лицо. Никто из герцогов на это не пойдёт, чтобы с отцом не ссориться, вот я и сказал, что вы подпишете. Я понимаю, что не имел права так делать, не спросив предварительно вас, но в тот момент ничего другого не придумал, – покаянно закончил Янисар.

Некоторое время в комнате было тихо. Элтар, глядя на мальчишку, в задумчивости перебирал пальцами по подлокотникам кресла. А я пыталась представить, кто же такой Янисар, что даже герцоги с его отцом не связываются?

– Не знаю, может, и подписал бы, – вздохнул маг. – Но хорошо, что не пришлось. Какие условия поставил тебе отец?

– На территории академии я полностью лишён своего статуса и не имею права рассчитывать на его помощь, – пожал плечами мальчишка. – По-моему, так даже лучше.

– М-да… Побольше бы таких, как ты, в академию, глядишь, и вернули бы маги себе уважение. А так, почти никто из поступивших не понимает, зачем туда пришли, – тяжело вздохнул архимаг.

– Простите, господин Элтар, но вы не правы. Большинство адептов в нашей группе имеют какую-то цель. Не у всех она серьёзная, но главное, что они к чему-то стремятся. – Мальчишка начал переминаться с ноги на ногу, устав стоять на месте.

– Да сядь ты уже, я тебе не король, чтобы стоя со мной разговаривать. Тебя ужином накормить?

– Не надо, а то отец сердиться будет, что дома плохо ем, – покачал головой мальчишка и сел в кресло, из которого ему было видно и меня, и Элтара.

– И что же за цели у первокурсников? – ровным голосом, без всякого ехидства спросил архимаг. – Расскажи.

– У Марека и Тарека отец был магом, он погиб, когда им было четыре года, сдерживая стаю гоулов, идущую на деревню. Стая была большая, а он в одиночку пошёл, да и по силе, видимо, средним магом был, раз не в столице жил. Так и не вернулся. Столичные маги в итоге совсем чуть-чуть не успели – только в крайнем доме семью заели, остальные выжили, а деревня большая была. Так что теперь они хотят стать хорошими боевыми магами и в паре уничтожать нечисть. У Рейса дядя на охоте погиб – отвлёк на себя свирха, чтобы остальные ушли. А были бы амулеты в достатке, все бы живыми вернулись. У Ирры в деревне два года назад эпидемия была, её родственники все выжили, но пока гонец в столицу добрался, пока маги прибыли – полдеревни вымерло, она на врача учиться пришла. – Мальчишка перевёл дыхание.

Элтар решил уточнить:

– Ты с ними со всеми разговаривал?

– Да.

– Зачем?

– Хотел команду собрать.

– Хотел? А теперь не хочешь?

– Смысла нет. Вокруг Таль уже вроде как команда собирается, и мне с ней интересно, так что, если не прогонят, с ними буду.

Ну, не то чтобы вокруг меня собиралась команда, но в чём-то он прав. Уже появилась группа, которая не просто держится вместе, а готова помогать друг другу. А раз так, надо бы узнать, что он выяснил о нашей малышке.

– Ян, а что ты о Рамине знаешь, она почему поступила в академию в таком возрасте?

– Там вообще странная история, и проверить её я не могу. Вроде бы у них семья голодала, и они поехали в город. Причём отец ей сказал, что тут она станет хорошо жить, у неё будет еда и нарядные платья. А разные люди будут приходить и с ней играть. Потом она помнит красиво одетую женщину, у которой, по её словам, «много волос», и как мастер Кайден на эту женщину кричит, а та боится. Дальше мастер Кайден бросил в женщину деньгами и унёс Рамину в академию. Экзамены она не сдавала.

Я посмотрела на бледного, буквально окаменевшего Элтара и поняла, что, скорее всего, девочку то ли отдали, то ли продали в бордель. И даже в какой-то мере зауважала Кайдена, который хоть и ругается на нас по поводу и без, но Рамину спас.

– Ян, а кто ты такой? – осторожно спросила я.

Мальчишка жалобно посмотрел на хозяина дома, вздохнул и ничего не ответил.

– Думаешь, тебе долго удастся это скрывать? – обратился к нему Элтар.

– Не знаю… А вы что посоветуете?

– Ян, после каникул у вас будет география, и там ты уже никак не отвертишься. Так что, думаю, не стоит это скрывать, иначе ты обидишь ребят своим недоверием.

Мальчишка поджал губы, поёрзал и честно признался:

– Я боюсь.

– Чего именно?

– И того, что чураться будут, и того, что в друзья ради выгоды навязываться станут.

– Так расскажи тем, кто и так с тобой дружит. С ними второго можно уже не бояться, а насчёт того, что чураться будут, – даже не знаю.

– Я же рассказала, что призванная, – вмешалась я в разговор, – и ничего, вроде никто не шарахается.

– Так то призванная, вас уже много, все привыкать стали.

– Ну, положим, в академии она пока одна, – вновь подал голос архимаг. – И пока не попробуешь рассказать, не узнаешь, как твои друзья отреагируют. Можешь вот на Таль попробовать.

Мальчишка ещё раз тяжело вздохнул и решился:

– Я юный герцог Янисар Устиец.

– Ну… здорово, наверное… И? – не впечатлилась я.

– Чего «и»? – не понял тот.

Я вопросительно посмотрела на Элтара.

– Он единственный наследник одного из крупнейших герцогств королевства. Его отец – глава дворянского собрания.

– Отлично, и что с того?

– То, что я наследник герцогства, – уже довольно неуверенно проговорил мальчишка. – В смысле, важная персона и всё такое.

– А вот это великий и могучий архимаг Элтар, – невежливо ткнула я пальцем в сторону обозначенной персоны. – И на его фоне ты однозначно теряешься. И вообще, прежде чем своему наследованию такое большое значение придавать, сначала скажи, какая от него сейчас польза?

– А какая тебе польза нужна? – подозрительно воззрился на меня юный герцог.

– Может, ты законы уже знаешь или там без очереди куда-нибудь пройти можешь? То, что в академии ты просто адепт, я уже поняла. Но какая-то польза от твоего статуса должна быть, если не окружающим, то хоть тебе.

– Законы я учу, у меня по вечерам дополнительные занятия по ним. Стражу могу в городе вызвать, в больницу беспрепятственно пройти. Не знаю, что ещё сказать… У меня как-то пока больше обязанностей, – озадаченно проговорил Янисар.

– Вот и учи законы, а когда права появятся, тогда и будешь инкогнито из себя строить, – улыбнулась я.

– Ладно, пошёл учить, – покладисто согласился мальчишка и поднялся из кресла.

– Ян, ты что, обиделся? – напугалась я.

– Нет, просто через полчаса занятия, – вздохнул он и распрощался.

Элтар предложил сначала поужинать, а уж потом разбираться с запиранием двери и перечнем поручений на время его отъезда, так что к делам мы приступили на сытый желудок. Процесс отпирания и запирания двери был и простым, и непростым одновременно. Хозяин дома показал довольно замысловатый трёхмерный знак и велел его хорошенько запомнить. Этот знак следовало мысленно расположить в определённой точке на двери – примерно на уровне моего подбородка – и напитать энергией так же, как при заклинании левитации. Получилось только с седьмого раза. Видя моё несколько обалдевшее от количества неудачных попыток состояние, архимаг сделал перерыв и увёл обратно в гостиную для остального инструктажа.

Ничего сверхъестественного от меня не требовалось: большую часть свободного от учёбы времени нужно было находиться в доме Элтара, забрать на почте корреспонденцию, если таковая будет, и пустить в выходной день уборщицу. Что делать, та сама знает, а по завершении ей следовало отдать три медяшки, которые маг положил в ящик стола. Также мне была описана внешность двух мужчин и одной женщины, которые могут прийти с вопросами, и сказано, что им ответить или отдать. Остальных просителей велено было отсылать к другим магам ввиду его временного отсутствия.

Второй раунд борьбы с дверью оказался несколько успешнее и закончился её открытием с третьей попытки. Дальше дело пошло на лад, и примерно через полчаса я относительно уверенно отпирала и запирала дверь. Эти процессы отличались лишь разворотом символа. Изредка случались сбои, но Элтар сказал, что это не критично, и в целом остался доволен. Он уезжал завтра днём, так что мне предстояло попасть в дом самостоятельно.

Поскольку уже начинало вечереть, я поторопилась вернуться в общежитие. На этот раз меня провожать не предлагали.

А на следующий день после занятий было подведение итогов за декаду, и это оказалось не простой формальностью, а целым событием с участием ректора и мастеров Кайдена и Сорина.

Когда мы вернулись с медитации в класс, на доске уже был написан список нашей группы и расчерчено пять граф, средняя из которых заполнена цифрами с непонятным рядом значком. Заголовки вверху граф гласили: «отмечен положительно», «отмечен отрицательно», «первоначальный размер резерва», «текущий размер резерва», «прогресс».

Подведением итогов занимался мастер Кайден. Для начала он зачитал положительные отзывы каждого из ведущих у нас занятия преподавателей. Мастер Гарун отметил всех, а меня даже дважды, видимо, за находку историй о магах. Мастер Лианила отмечала меня, Янисара и Тарека, и нас же троих отметила мастер Верида за удачно разгаданную головоломку при первом таком задании. Мастер Сорин никого не отмечал, но, как нам сказали, измерение резерва и так всё покажет. Мастер Ивор отметил всех, кто учился бегать у Рейса, и дважды самого Рейса.

А потом мастер Сорин достал артефакт для точного измерения резерва, и нас стали по одному вызывать к учительскому столу, вслух оглашая результаты. Самый большой резерв оказался у Рамины – ровно два ученических кристалла. Ещё семь человек, включая меня и обоих близнецов, дотянули до одного ученического, остальные не дотягивали буквально чуть-чуть. Мастер Сорин нас очень хвалил и даже сказал, что такие результаты у группы обычно бывают к концу первого месяца, так что, похоже, не зря мы усиленно качали резерв. Затем преподаватели начали считать так называемый «прогресс», то есть во сколько раз вырос резерв по сравнению с первоначальным. Результаты колебались от полутора до четырёх. Нормой за первую неделю считалось полтора-два. Мой результат перепроверили все трое, но у всех упорно выходил прогресс в восемь раз. Мастера отказывались верить результатам и убеждали друг друга в невозможности полученного значения.

– Да даже для того, чтобы резерв вырос в пять раз, каждый день нужно полностью выливаться по два раза, – вслух удивлялся мастер Сорин.

– Где это вы видели первокурсника, который больше одного раза полностью резерв бы сливал? Они на заливке кристаллов не усердствуют, – саркастически добавил мастер Кайден.

– Ну, вообще-то в этой группе многие как раз усердствуют, – несколько озадаченно произнёс мастер медитации. – Если сложить все залитые ими сегодня кристаллы, получится примерно магистерский.

– Что ж, думаю, нет смысла спорить, лучше посмотрим на результаты за следующую декаду, – прервал дискуссию ректор. – А пока я с радостью констатирую, что в данной группе нет ни одного кандидата на отчисление. Тремя лучшими адептами признаны Янисар, Тарек и Наталья, остальные должны равняться на них. А теперь все могут быть свободны.

Архимаг Таврим и оба мастера покинули класс.

– Что делать сейчас будете? – обернулся к нам с близнецами вихрастый Эрин.

– Пойдём на почту, на работу, – ответил за всех троих Тарек.

– А можно я с вами? – попросила подошедшая к нам Рамина.

– Э-э-э… – замялись мы, не зная, как отреагирует на это работодатель.

– Давайте лучше у многоструйного фонтана после ужина соберёмся, кто хочет, – внёс своё предложение Янисар. – Я попробую яблок принести.

– Эх, не могу, – с сожалением вздохнула я. – Мне нужно дом сторожить…

– Так это и есть возле дома Элтара, – перебил меня мальчишка, – чуть дальше по улице. И от фонтана калитку видно. Меня когда-то отец там оставлял, и долго ждать пришлось, а у дома посидеть негде, вот я и пристроился тогда у фонтана.

– Здорово, тогда приду! – обрадовалась я.

На том и разошлись. А на почте нас ждала такая груда посылок и писем, что мы даже пожалели, что никого с собой не взяли. Прикинули, сколько времени уйдёт, чтобы всё разнести, и попросили разрешения у почтаря сначала забежать на ужин в академию и только после этого занести ему собранные деньги, а то голодными останемся. Господин Зиранд согласился легко, видимо, нам всё же удалось завоевать его доверие.

Разносили посылки бегом и всё равно добрались в столовую только к самому концу ужина. Мальчишки ещё и по медяшке за чтение писем заработали. Ели вяло, просто потому, что надо, – эта декада далась непросто. Договорились встретиться у ворот академии, и я пошла собирать вещи на выходные. А у ворот меня уже ждала целая компания: близнецы, Рамина, Рейс и Эрин, и все решили идти с нами через корчму и почту, так что к фонтану наша шестёрка добралась, прилично помотавшись по городу.

Там уже ждал Янисар, нервничающий над целой корзиной с яблоками.

– Вы почему так долго?! – возмутился он.

– Посылок много было, деньги пришлось после ужина относить, – отчиталась я и ухватила понравившееся яблоко.

– Слушай, а тебя родители ругать не будут? – обеспокоился за судьбу сокурсника Эрин. – Здесь же медяшек на пять.

– Во-первых, я взял с разрешения, а во-вторых, для нас это не дорого.

– Сами выращиваете, что ли? – предположил Рейс.

– Нет, просто я… – Мальчишка на мгновение зажмурился, потом обвёл нас взглядом и торопливо проговорил: – Я юный герцог Янисар Устиец.

Адепты поражённо притихли. Видимо, это действительно круто, и только я в прошлый раз не оценила этого.

– Ух ты! Настоящий?! – первым пришёл в себя Марек и ткнул в сокурсника пальцем для проверки материальности.

Это выглядело так забавно, что все невольно засмеялись, и напряжение спало. Потом мы с удовольствием хрустели отличными яблоками и пытались попасть в бегающих вокруг Марека и Рейса струями воды из фонтана, направляя их ладонями. Я вспомнила о настольном хоккее из моего мира, и мы разбились на две команды, на ходу придумывая местный вариант. Поле начертили прямо на земле и по жребию определили несчастливца, который будет держать левитацией пару ворот из прутиков, связанных травой. Им оказался Рейс. Остальные, вооружившись найденными в округе небольшими палочками, половину которых ошкурили, чтобы не путаться и не отдавать пас соперникам, пытались загнать в ворота противника плод какого-то дерева, по форме похожий на лесной орех, но более мягкий и, по словам мальчишек, несъедобный. Импровизированными клюшками управляли при помощи левитации – куда только усталость делась?!

Когда ребята разошлись, кто по домам, кто в академию, я неторопливо пошла к дому архимага Элтара, тихо паникуя по поводу того, удастся ли мне открыть дверь. Особенно учитывая почти пустой после игры резерв. Паниковала, кстати, зря – дверь открылась с первой же попытки. Я прошла в отведённую мне комнату и достала из стоящего там комода постельное бельё. Как объяснил Элтар, это была гостевая, и здесь имелось всё необходимое.

Оставив сумку возле комода, пошла на полюбившуюся мне веранду для медитаций, прихватив сборник историй о магах, чтобы там почитать, пока ещё не стемнело. Попыталась одновременно с этим ещё и медитировать, но получалось или нет – трудно было сказать. Когда стало смеркаться, переключилась только на медитацию и примерно за полчаса добилась полного восстановления резерва. Сегодняшние результаты измерения впечатлили меня не меньше, чем преподавателей, и я решила выливать резерв хотя бы три раза в день, чтобы он быстрее рос.

Вернувшись в дом уже в темноте, порадовалась, как здорово тут устроено освещение – оно само загоралось в помещении, когда я туда входила, и гасло после моего ухода. А ещё здесь был самый настоящий душ, под которым я с огромным удовольствием помылась, поскольку архимаг сам мне его показал и разрешил воспользоваться. Это была совсем маленькая комнатка, примерно метр на метр, с множеством знаков и символов на стенах, краном без душевой лейки на самом верху и гусаком-включателем примерно на уровне пояса. Но, по местным меркам, это было просто шикарно.

Очень хотелось посидеть с книжкой в кресле в библиотеке, но после медитации и душа глаза закрывались буквально на ходу, так что я добралась до предусмотрительно заправленной заранее кровати и провалилась в сон.

Просыпаться было здорово: лёжа на мягкой постели, в лучах заглядывающего сквозь тонкие занавески утреннего солнышка. Когда-нибудь и у меня будет такой дом: с душем, верандой для медитаций и заглядывающим по утрам в окошко солнышком. А пока я быстренько сделала утреннюю зарядку на заднем дворе и, поскольку до завтрака в академии время ещё было, решила поставить очередной магический эксперимент по левитации.

Позаимствовав у архимага вполне обычного вида металлическое ведро, наполнила его водой на четверть и попыталась поднять. Ничего не вышло, и я, решив, что пока для меня получившиеся почти три килограмма слишком тяжелы, отлила половину на газон. И снова меня постигла неудача, что уже показалось странным, поскольку с деревянным бруском перед этим никаких проблем не возникало. Я потому и начала с ведром экспериментировать, что брусок было слишком легко держать и резерв медленно выливался. Что-то я делала явно не так, но вот что?..

Сходила в дом и принесла стилус. Попробовала левитировать его – он послушно воспарил в воздух и повертелся в разных направлениях. Попыталась поднять ведро с остатками воды – никакого результата. Странно, вроде в обоих случаях символ в центр помещаю и напитываю его энергией. И тут до меня наконец дошла настолько элементарная вещь, что я в сердцах себя даже по лбу хлопнула. До этого все объекты, которые мы левитировали, были цельными, а внутри ведра была вода, в которую я, привыкнув ориентироваться на центр объёма, и направляла символ. Естественно, вода, будучи в жидком состоянии, подниматься без ведра не желала.

Переместила символ в центр ведёрного дна и сразу же подняла чуть наполненное ведро без особых усилий. Поразительно, что несколько дней назад мне удалось поймать колбу, ведь тогда я даже не задумалась, куда помещать символ, и мне невероятно повезло. Вернулась к первоначальной задумке с четвертью ведра, и оно приподнялось, но уже со значительным усилием с моей стороны. Продержать его удалось около минуты, после чего у меня закончился резерв. Сразу дико захотелось есть, так что яйца до основного завтрака не дожили.

Довольная результатами, я, заперев дом, лёгкой трусцой побежала в академию, пытаясь на ходу ещё и медитировать, благо дорога была простая и знакомая. В столовой вся наша компания, кроме Янисара и Эрина, которые жили в городе с родителями, постепенно собралась за одним столом и начала обсуждать совместные планы на сегодня. Решено было до обеда делать уроки, а после опять собраться у многоструйного фонтана. Близнецы до общей встречи ещё собирались заскочить на почту, а Рейсу поручили зайти за Эрином. Идти за Янисаром никто из ребят не решался. Пришлось пообещать, что, если уборщица к тому моменту уже закончит работу, вместе сходим.

Вернувшись в дом Элтара, я, пользуясь случаем, постирала свои вещи, переодевшись в запасную спортивную форму. Так как читать у меня получалось уже сносно, то на уроки уходило не много времени. Программа была рассчитана на детей восьми – десяти лет, и мне не составляло труда пересказать три-четыре листа не слишком изобилующего датами текста. Нам начали задавать упражнения из учебника по рисованию, но и это не отнимало у меня слишком много времени несмотря на то, что схемы я вычерчивала максимально аккуратно. Так что к тому моменту, когда через пару часов раздался звонок в дверь, я лежала на веранде, дочитывая забавные истории о магах. На перилах вокруг сохла выстиранная одежда, поскольку бельевой верёвки или чего-то на неё похожего я не нашла. Обойдя дом, я вежливо поздоровалась с пухлой незнакомкой средних лет, которая раз в неделю убиралась в доме архимага.

Через полчаса пришла женщина, которой было велено отдать пузырёк с ярко-синим содержимым и взять у неё за это три серебрушки. Расплачиваясь, посетительница окинула меня крайне заинтересованным взглядом, но ничего не спросила. Она вообще была крайне лаконична. Почти сразу за ней пришёл один из описанных мужчин – продиктовала ему заученный наизусть адрес. На его попытку выяснить, кто я такая, ограничилась формулировкой «наёмный работник» и демонстрацией медальона адепта после попытки проявить настойчивость в выяснении моей личности и места в жизни архимага. Собеседник погрустнел и ретировался.

Аделина управилась примерно за час и, получив причитающуюся оплату, удалилась, прихватив оставленные архимагом в специальной корзине одежду и бельё для стирки. Перед уходом расспросила её, чем тут можно погладить вещи. Оказалось, и на это есть специальный артефакт с кристаллом, который даже имелся в наличии у архимага, только кристалл оказался пустым. Ну, теперь для меня это не проблема – ученический кристалл, используемый в артефакте, я залить уже могла.

Стала собираться на обед в академию и, поскольку выстиранная одежда ещё не досохла, переоделась в предусмотрительно прихваченные вещи моего мира. Заодно проверим, насколько лояльны местные жители к призванным. Одевшись, с удивлением обнаружила, что меньше чем за месяц пребывания в этом мире здорово похудела. Джинсы, которые раньше обтягивали меня настолько плотно, что заставляли задуматься о диете, были даже чуть велики, а ремень застегнулся на следующую за привычно разношенной дырочку.

Поход в академию на обед закончился вполне благополучно. Мой внешний вид привлёк массу внимания. На меня глазели, шептались, а одна женщина, очень смущаясь, попросила потрогать джинсовую ткань, но никакой агрессии не было. Так что либо мне по дороге попадались на редкость миролюбивые жители, либо Карен несколько преувеличил серьёзность проблемы. Сокурсники тоже уделили некоторое внимание моей одежде, но их значительно больше интересовал вопрос, пойдём ли мы за Янисаром.

– Да, все вместе. Как близнецы освободятся, заходите за мной, и пойдём. Только где бы узнать адрес? – задумалась я.

– Чего его узнавать? – удивился Марек. – Все знают, где герцоги Устийцы живут.

– Ну и отлично, тогда не знающей мне дорогу покажете, – констатировала я и собралась идти осваивать местный вариант утюга, а то находящиеся в столовой адепты начинали всё более активно проявлять интерес к нашему столику, а скорее всего – ко мне. И не удержалась от небольшого эпатажа. – Да-да. Это именно то, что вы подумали! – во всеуслышание заявила я и, развернувшись, попыталась гордо удалиться, но незапланированно столкнулась нос к носу с бесшумно подошедшим сзади мастером Кайденом.

Он зло прищурился:

– И что же мы подумали?

– Что здесь такого не шьют, – сориентировалась я по ситуации и ретировалась из столовой. Ну вот что же мне на него так «везёт»?

Дверь в дом Элтара удалось открыть только с третьей попытки, видимо, встреча с мастером Кайденом выбила меня из колеи. Проверка резерва показала, что он полностью восстановился после утренних экспериментов по левитации, так что я вынула из специального углубления на местном утюге ученический кристалл и зарядила его прямо тут – мне уже не требовались какие-то особые условия и позы для заливки кристаллов. Всё получалось очень естественно, и процесс мне чем-то даже нравился, несмотря на остающееся после него чувство голода.

Я понимала, что практически сразу после еды ощущение это может быть вызвано только пустым резервом, поэтому, вставив наполненный энергией кристалл на место, пошла на веранду медитировать. Тратить время на полное восстановление не стала и, дождавшись, когда минут через пятнадцать перестало хотеться есть, вернулась в дом, прихватив с собой высохшее на солнышке бельё.

Утюг был несколько непривычной формы, но всё же представлял собой устройство с ручкой. А человек, как известно, приспосабливается к чему угодно. Так что ещё минут через сорок я стала счастливой обладательницей не только чистой, но ещё и выглаженной одежды, и как раз успела в неё переодеться, когда в дверь уверенно постучали. Я уже думала, что это пришёл последний из описанных архимагом мужчин, но ошиблась – за дверью были мои одногруппники. Причём Тарек с Мареком ещё и письма для Элтара с почты забрали.

– Ты бы видела лицо господина Зиранда, – как всегда эмоционально стал рассказывать Марек, пока мы неторопливо шли по городу в направлении дома герцогов Устийцев, – когда мы ему сказали, что письма архимагу отнесём! У него глаза стали большие-большие и круглые-круглые, прям как золотые монеты.

– Я даже напугался, что ему плохо станет, – подтвердил Тарек, – пришлось сказать, что архимага сейчас нет дома и вместо себя он тебя оставил, в том числе чтобы почту забирать.

– А вы Элтара всё ещё боитесь?

– Не-а! – гордо заявил Марек. – Я буду тренироваться и стану таким же сильным, как он! И вообще, он хороший!

– Потому что на плите нас покатал? – догадалась я о причинах столь радикальной перемены отношения к архимагу.

– Ну, и это тоже, – смутился Марек и даже покраснел.

– Таль, ты шутишь?! – вскинулся Эрин.

– Нет.

– Ты только что сказала, что вас архимаг Элтар на какой-то плите катал, – с недоверием ещё раз уточнил он.

– Не на какой-то, а на плите архимагов! – гордо заявил довольный Марек.

– С ума сойти, вот вам повезло! – позавидовал Рейс, высказав общее мнение по данному поводу.

– Ага! – радостно подтвердила я.

– Таль, а он не злой? – с опаской, будто архимаг мог подслушать и прямо сейчас проявить коварный характер, спросила Рамина.

– Если не злить, то не злой. Он такой же человек, как мы или мастера в академии, – у него тоже есть свои привычки, друзья и враги, он так же может грустить и радоваться, сердиться или помогать людям.

Так, за разговорами, мы постепенно дошли до нужного дома. Хотя просто домом такое назвать было затруднительно. Скорее, это был небольшой дворец с парком за высоким кованым забором. В заборе имелись ворота, а при них стояла охрана в виде двух подтянутых мужчин в форме и при оружии. Наша компания остановилась в нерешительности на противоположном конце небольшой площади, расположенной перед воротами. Теперь и я начинала понимать, почему ребята так впечатлились социальным статусом нашего одногруппника. И как-то уверенности в успешности нашего похода за Янисаром у меня сильно поубавилось. Зато в результате предыдущего разговора эта самая уверенность зашкаливала у Марека.

– Пошли, – дёрнул он за руку брата и направился к воротам.

Тарек нерешительно оглянулся, но всё же пошёл следом. Остальные, включая меня, потянулись за ними к воротам, чтобы слышать, а не только видеть происходящее.

– Здравствуйте. Мы к Янисару, – обратился Марек к охранникам.

Те окинули его презрительным взглядом и ничего не ответили.

– Извините, можно его как-то сюда позвать? Мы с ним учимся и хотим пригласить погулять, – попытался зайти с другой стороны Тарек.

– Пшли вон отсюда, – шикнул на близнецов один из стражей и демонстративно положил руку на эфес меча.

Мальчишки втянули головы в плечи и попятились. Страх уличной детворы перед людьми в форме глубоко засел в их душе. Но тут уже разозлилась я и, отделившись от группы, пошла им навстречу. Герцоги Устийцы, может, и не в меру важные персоны в этом мире, вот только охрана на воротах – это далеко не герцоги, и не им решать, с кем общаться Янисару, а с кем нет.

– Добрый день, господа. Будьте добры пригласить сюда юного герцога Янисара Устийца, – самым уверенным тоном, на который была способна, проговорила я, демонстративно поправив медальон адепта. – По личному вопросу. – И, сложив руки на груди, приняла скучающе-ожидающий вид. Охранники так же демонстративно меня проигнорировали. Выждав около минуты, я максимально достоверно попыталась скопировать манеру архимага Элтара поднимать одну бровь и продолжила свой монолог: – У вас какие-то трудности? Если вам запрещено покидать пост, вызовите того, кто имеет право обратиться к юному герцогу.

– А по шее? – презрительно скривившись, процедил сквозь зубы всё тот же охранник.

Я покосилась на удачно лежащую неподалеку полуметровую чуть изогнутую палку и демонстративно поманила её пальцем, одновременно применив заклинание левитации. Палка послушно поплыла в нашу сторону.

– Вам по одному разу или по несколько? – зло спросила я у повернувших голову в сторону моего орудия охранников.

– Что здесь происходит? – раздался властный голос из-за ворот, и, обернувшись к говорившему, палку я позорно уронила, но решила всё же до последнего сохранять хорошую мину при плохой игре.

– Охрана отказывается пригласить сюда юного герцога Янисара Устийца. Вы не могли бы помочь мне в данном вопросе? – обратилась я к кряжистому и даже с виду очень сильному мужчине, на обнажённом торсе которого блестели капли пота, а в руке было что-то вроде меча, но закруглённого, скорее всего – тренировочного.

– По какому вопросу вы хотите видеть юного герцога? – отрывисто уточнил он, и я утвердилась в предположении, что это начальник местной охраны.

– По личному.

– Конкретнее.

Я немного замялась, размышляя, как бы позаковыристее выразиться вместо банального «зовём гулять».

– Одногруппники из магической академии приглашают юного герцога провести с ними несколько часов в городе, а также потренироваться в применении левитации.

– Думаете, юному герцогу больше нечем заняться? – ехидно вопросил мужчина.

– Тьфу, – устала я стучаться в твёрдые лбы аборигенов. – Просто передайте ему, что если он хочет нас видеть, то мы, как и вчера, у многоструйного фонтана.

Я уже успела развернуться, чтобы уйти от этого негостеприимного места, и сделала шаг, когда сзади раздалось:

– Подожди. – И уже явно не мне: – Позовите Янисара.

Я повернулась обратно и стала ждать результата. Вскоре из парадных дверей дома появился Ян и, быстро подойдя к моему собеседнику, не обратив никакого внимания на остальных присутствующих, спросил:

– Вы звали меня, отец?

– Упс! – коротко и ёмко шёпотом прокомментировала я ситуацию, но единственными, кто обратил на это внимание, были покосившиеся на меня охранники.

– Тебе знакома эта женщина? – строго спросил герцог у Яна, кивнув в мою сторону.

Тот перевёл взгляд на меня и, совершенно не по-герцогски выпучив глаза, шёпотом спросил:

– Ты что здесь делаешь? – Потом взял себя в руки, отвернулся и ответил на заданный вопрос: – Да, отец. Это Наталья, она учится со мной в одной группе.

– Ты выполнил все мои поручения?

– Да, отец, – всё так же лаконично ответил юный герцог – а сейчас Янисар действительно воспринимался именно так, а не как наш однокурсник, он был не по-детски серьёзен и сдержан.

– Если хочешь, можешь идти в город с адептами, – разрешил герцог и стремительно ушёл куда-то внутрь парка, оставив в изумлении всех, включая охрану.

– Чего стоишь, пошли. Наши вон испереживались все, – поторопила я Янисара, полуобернувшись и посмотрев на переминающихся посреди площади ребят.

Мальчишка тут же выскользнул ко мне за ворота, а я не удержалась и показала охранникам язык. Судя по тому, как синхронно оба скривились, этот жест здесь знали.

Обалдевшего от такого Яна друзья обнимали и хлопали по плечам, будто не из дома погулять забрали, а, как минимум, из темницы вызволили.

До полюбившегося нам фонтана добрались без приключений и снова устроили воздушный хоккей, как мы его назвали. На этот раз ворота выпало держать мне, а наши азартные крики привлекли болельщиков из гуляющих, которым я, как наименее занятая в процессе игры, объясняла максимально упрощённые нами правила.

Зрители, уловив суть происходящего на расчерченной земляной площадке, разделились на болеющих за разные команды и активно подбадривали ребят. Закончился матч боевой ничьей и разочарованным вздохом болельщиков, поскольку в связи с пустыми резервами игроков продолжения понравившегося им развлечения в ближайшее время не предвиделось.

Когда мы расселись отдыхать на бортике фонтана, Янисар решил выяснить, что происходило до его прихода, поскольку был крайне удивлён, что охрана нас не прогнала.

– Вы только не обижайтесь, – отводя глаза, проговорил юный герцог, – просто у них распоряжение отца гнать всяких оборванцев. Я, конечно, вас не считаю оборванцами, но охрана, скорее всего, была другого мнения. Даже не представляю, как вы их заставили отца позвать.

– Да мы его звать и не просили, зачем он нам? Мы просили тебя позвать. А гнать велено в шею?

– А ты откуда знаешь?

– Мне охрана предложила по шее, а я их спросила, сколько раз их стукнуть, – радостно сообщила я юному герцогу.

– И что, действительно стукнула? – окончательно обалдел мальчишка.

– Не-а. Пришёл твой отец, и я с перепугу палку уронила, – рассмеялась я. – Ну и здоровенный же он у тебя. Я вообще подумала, это начальник охраны, а то бы, наверное, так смело не разговаривала.

– Ну и хорошо, что не знала. Ты ему явно понравилась, иначе он не велел бы меня позвать.

– В каком смысле понравилась? – насторожилась я.

– Да откуда я знаю, меня ж там не было. Может, как держалась, а может, что говорила.

– А может, что на него плюнула, – развеселилась я.

– Ты в него плюнула?! – обалдел Ян, чуть не свалившись от неожиданности в фонтан.

– Не в него, а на него. В смысле, сказала «тьфу» и собралась уходить. После этого он тебя и позвал.

Остальные ребята слушали наш диалог чуть ли не с открытым ртом, видимо, им с площади было толком не слышно, о чём мы разговаривали у ворот.

– Я попрошу у отца разрешения дать вам проход через калитку для слуг, чтобы с охраной ругаться не приходилось, только вы, если что, всей кучей не ходите, один кто-то, – решил Янисар. – Ой, Таль, там к калитке кто-то подходит.

Я сорвалась с места раньше, чем разглядела, кто именно подходит. Всё-таки меня за домом присматривать оставили, а я с ребятнёй гулять ушла. Уже на бегу увидела элегантно одетого высокого мужчину. Скорее всего, это и был третий из описанных архимагом посетителей. А я так надеялась, что он не придёт, уж больно неприятным выглядело то, что мне велели ему передать. Может и скандал устроить, а я ж не архимаг, мне ему противопоставить нечего.

Подбежала к мужчине, когда он уже успел подергать за верёвку звонка, и вежливо поздоровалась. Он мельком окинул меня взглядом и отвернулся к двери.

– Простите, но архимага Элтара на данный момент нет дома. Пожалуйста, назовите цель своего визита, – снова попыталась я переключить его внимание с двери на себя.

– А ты кто такая? – Посетитель соизволил повернуться ко мне с таким презрительным выражением на лице, будто я не говорила, а квакала.

– Помощница по особым поручениям, – нагло заявила я, не соврав, но значительно приукрасив реальное положение дел.

– В таком случае ты должна быть в курсе, готов ли мой заказ. Моё имя Тейгар.

– Ваш заказ готов, но вы неверно указали тип разблокируемого амулета, и услуга стоит не пять серебряных монет, как было оговорено первоначально, а два золотых в соответствии со стандартным королевским прейскурантом. Амулет разблокирован, но если вы не желаете уплачивать названную цену, то он останется у архимага и впоследствии будет передан в королевскую сокровищницу.

– Да как ты смеешь, дрянь! – Мужчина был в ярости: лицо его побледнело, зрачки расширились, крылья носа нервно трепетали. – Я договорился с архимагом, и ты сейчас же отдашь мне амулет, а расплачусь я с ним, когда он вернётся!

– Простите, но господин архимаг дал мне иные указания по данному поводу. – Я постаралась сохранить вежливо-отстранённый тон.

– Да что он себе позволяет! Это произвол! Ещё наверняка и не сделал ничего, вот и выкручивается теперь! – продолжал бушевать посетитель. – Он дома? Он точно дома! – Мужчина начал колотить в дверь кулаком.

Я даже растерялась от такого взрыва эмоций, но неожиданно меня выручил Янисар. Увидев, что у меня возникли затруднения, мальчишка подошёл к забору и теперь стоял, облокотившись на него. С абсолютно равнодушным и даже скучающим видом он нас проинформировал:

– Если вы считаете, что магическая услуга оказана некачественно или по цене, не соответствующей прейскуранту, вам следует обратиться с жалобой к господину королевскому архимагу Лисандру. Приём по данному вопросу ведётся третий, тринадцатый и двадцать третий день каждого месяца. Будет проведено расследование, и если ваша жалоба окажется обоснованной, то маг будет наказан и обязан выполнить услугу по вашей договорённости бесплатно. Если же вы напрасно побеспокоите господина королевского архимага, то должны будете уплатить штраф в размере двух золотых, – сообщил Янисар таким тоном, что даже тени сомнения не возникало в том, что так оно и есть.

Тейгар зло сплюнул на землю и, уже уходя, проговорил:

– Подавитесь вы этим амулетом!

Мы ещё какое-то время постояли у дома и пошли обратно к фонтану.

– Ну ты и умный, я, даже если бы знала об этом законе, не сумела бы так сказать! – восхищалась я по дороге. – И да, спасибо тебе.

Мальчишка смутился:

– Мне, конечно, очень приятно, что ты так обо мне думаешь, но вообще-то я просто это только вчера с мастером проходил и сегодня утром повторял, потому что вечером по выученному отчитываться надо.

– Всё равно молодец!

Янисар вдруг к чему-то прислушался.

– Дворцовый колокол звонит, десять часов уже. Мне бежать надо, а то на вечерние занятия опоздаю.

– Ужин! – тут же отреагировали на названное время близнецы.

– Мне тоже пора, а то родители ругать будут, – поднялся Эрин.

Все засобирались, Янисар и Эрин распрощались с остальными до завтра и бегом отправились по домам. Оставшаяся компания тоже решила пробежаться для разминки, так что к середине ужина мы уже были в столовой и привычно уселись за один стол.

– Рами, а пошли после ужина к нам, – предложил Тарек. – Мареку всё равно историю надо доучивать – вместе интереснее будет, и я вам помогу, если что.

Девочка обрадованно закивала, а я благодарно улыбнулась мальчишке, поскольку сама остаться с ними учить всё-таки не рискнула бы – мало ли кто придёт к Элтару в моё отсутствие.

После ужина, помахав ребятам на прощание рукой и пожелав всем хорошо выспаться перед новой учебной декадой, неторопливо пошла в дом архимага. Я шагала уже ставшей привычной дорогой и разглядывала людей, спешащих по своим делам или неспешно прогуливающихся по вечерним улицам. Вокруг были невысокие одно- и двухэтажные дома на широких, в отличие от характерных для Средневековья моего мира, улицах. Брусчатка под ногами, утрамбованная земля в проулках. Я шла по чужому городу в чужом мире, в котором прожила меньше месяца, и не чувствовала себя здесь чужой. Этот мир принял меня, и я стала его частью. У меня были здесь друзья и было дело, которому я готова отдать всю себя. У меня уже была хоть и простенькая, но работа. И был архимаг Элтар, которого боялся весь город, но не боялся мальчишка Марек, увидевший часть души этого сильного человека. И если бы сейчас нашёлся тот, кто предложил бы мне вернуться в мой прошлый мир, я бежала бы от него без оглядки, потому что здесь была моя жизнь, то, для чего я была рождена. Можно сказать много слов, описывая мои чувства, а можно всего одну фразу, которая вместит в себя всё: я была счастлива.

Наутро я проснулась на рассвете, выспавшаяся и в отличном настроении. Побродила по пустому дому, касаясь стен и мебели. Дом был очень уютным, рассчитанным на небольшую семью. Но, насколько я знала, архимаг жил один.

Пробежав пару кругов вокруг дома и сделав разминочные упражнения, которым учил нас мастер Ивор, пошла напоследок в душ – днём должен вернуться хозяин. Проверила, всё ли везде прибрано к его возвращению, и с чистой совестью ушла в академию, уже уверенно заперев дверь.

Когда подсела к своим друзьям в столовой, они бурно обсуждали вчерашний вечер и совместное выполнение домашних заданий. Метод с пересказом одним и дополнением остальными понравился, так что ребята собирались и дальше часть уроков делать вместе. Мне тут же предложили составить им компанию, и я не стала отказываться – пусть и медленнее, чем в одиночку, зато друзьям помочь смогу, а недостатка в свободном времени у меня пока не было.

В классе нас уже ждал чуть ли не светящийся от радости Ян. После его рассказа своему преподавателю по законодательству о применении получаемых знаний тот похвалил его перед старшим герцогом Устийцем, и просьба дать нам возможность пользоваться служебным входом не вызвала ожидаемого недовольства родителя. Так что мы в каком-то смысле теперь вхожи в дом герцога, пусть и через заднюю калитку, в качестве ключа от которой нам раздали по небольшому амулетику.

После урока истории сходили вместе с мастером Гаруном в библиотеку, немало удивив господина Эшена, и переписали на него дочитанную мной книгу с забавными историями о магах. Преподаватель одобрительно покивал, когда я к нему подошла сообщить, что собираюсь сдавать её, видимо, юные адепты обязательностью не отличались.

В целом занятия и ведущие их мастера уже становились привычными, не вызывая таких бурных эмоций, как в начале прошлой декады. Хотя нет, один преподаватель всё так же вызывал у нас почти безотчётный страх – мастер Кайден. Вот вроде бы и предметы у него интересные, но все сходились во мнении, что лучше бы его видеть пореже.

Как и раньше, побывав на почте до ужина, после него я направилась в дом архимага, чтобы узнать, вернулся ли он в город или мне посчастливится провести ещё одну ночь в его уютном жилище. На подходе к дому никаких признаков прибытия хозяина заметно не было, но стоило мне приблизиться к входной двери, как она распахнулась, и из глубин дома донёсся знакомый голос:

– Я в кабинете. Иди сюда.

Элтар расслабленно сидел в кресле за письменным столом и листал что-то вроде толстой тетради в кожаном переплёте. Его распущенные волосы были влажными, а незастёгнутая рубашка открывала поблёскивающие на груди капельки воды.

Он посмотрел на моё удивленное лицо и пояснил:

– Только приехал, всё утро о душе мечтал! Вчера подработать пришлось, – кивнул он на несколько серебряных монет, лежащих на краю стола, – вот и задержался. А у тебя тут как, кто-нибудь, кроме Аделины, приходил?

– Все, кого вы описывали. И ещё для вас письма пришли, – указала на сложенные стопкой конверты.

– Да, я уже просмотрел, ничего срочного. Проблемы с посетителями были?

– Только с Тейгаром, но мне Янисар помог. Он рассказал, что следует делать, если магическая услуга оказана некачественно, и что будет, когда жалоба подтвердится или не подтвердится. После этого Тейгар ушёл, амулет не забрал, – отчиталась я перед своим работодателем.

– А при чём тут некачественная услуга? – нахмурился маг и зло сощурился. – Он хоть в дом не вломился?

Я отступила на шаг назад под этим взглядом и торопливо заверила:

– Нет-нет. Тут заперто было.

Архимаг на несколько секунд прикрыл глаза, успокаиваясь.

– Таль, извини, я не хотел тебя пугать и злюсь вовсе не на тебя. А ты что, каждый раз, когда выходила, дом запирала?

– Нет, только когда со двора уходила. – Я немного замялась, но решила быть до конца честной: – Мы с друзьями у многоструйного фонтана вечерами сидели, оттуда дом хорошо видно. Когда Тейгар пришёл, я его у двери догнала.

– Ну и ладно, – махнул рукой Элтар, – если до конца декады не одумается, в казну сдам. Ты ужинала?

– Да, конечно, – опешила я от такой перемены темы.

– Жалко, а я думал, ты мне компанию составишь, – неподдельно расстроился архимаг.

Я вспомнила, что здорово похудела за последнее время, и решила нагло воспользоваться подвернувшейся возможностью дополнить свой рацион:

– Это какой же адепт от добавки откажется?

Элтар весело усмехнулся и поманил меня пальцем.

– Хочешь посмотреть, что я привёз? – демонстративно похлопал он по переплетённой тетрадке.

Я кивнула и, обойдя стол, встала рядом с ним. Открыв своё приобретение и перелистнув несколько страниц с цветными рукописными записями и не особо ровными схемами, он пояснил:

– Это рабочий дневник великого алхимика, который во времена моей молодости был моим учителем. Он погиб во время антимагических погромов. Ты о них уже знаешь?

– Мы проходим по истории те, что были через десять лет после катастрофы. А много ещё было таких бунтов?

– Только тот, о котором ты сказала. А почему ты решила, что были ещё? – удивился архимаг.

– Но… – Я смотрела на него округлившимися глазами и не знала, как спросить, чтобы ненароком не обидеть. Ничего не придумала и напрямую поинтересовалась: – Сколько же вам тогда лет?

– Четыреста шестнадцать. Ну, что ты так удивляешься, я же маг, – добавил он, глядя на обалдевшую от такой новости меня.

Я не просто удивлялась, я была в шоке. Да ему же на вид лет сорок! Хотя вспомнила, какие у него были глаза, когда увидела его первый раз, и сразу поверила. С интересом отметила, что глаза у него сейчас вполне нормальные, ну, разве что встревоженные. Причём беспокоился он, похоже, за меня, поскольку я никак не могла отойти от такого известия.

– А вы хорошо сохранились, – кое-как выдавила я из себя осмысленную, хотя и не особо умную фразу.

– Это комплимент? – развеселился мужчина.

– Ну… – смутилась я.

А он расхохотался, окончательно вогнав меня в краску. Хорошо, в этот момент позвонили в дверь. Элтар ушёл лично её открывать и оставил меня в кабинете одну, давая время справиться с эмоциями. Некоторое время слышались приглушённые голоса, а потом маг заглянул в кабинет и позвал меня накрывать на стол – похоже, это принесли заказанный им ужин из корчмы.

На подносе под металлической крышкой оказался средних размеров целиком запечённый гусь, обложенный подрумяненным картофелем. Это выглядело исключительно аппетитно и пахло умопомрачительно. Я такой шикарно приготовленной еды и в своём-то мире не видела.

– Садись уже, вечно голодный адепт. Я сам не потомственный маг, так что знаю, каково качать резерв на первых курсах, когда подработать не можешь, – добродушно усмехнулся мужчина, разрезая гуся на большие куски.

– Ну, на яйца мы всё-таки зарабатываем, – похвалилась я.

– И что, наедаетесь? – спросил этот вредный тип, хитро глядя на меня.

В ответ я театрально вздохнула и состроила ему умильную рожицу, но был вопрос, который беспокоил меня всё сильнее, и я, посерьёзнев, спросила:

– Господин Элтар, зачем вы это делаете?

– Что «это»? Гуся режу? – попытался отшутиться он, но я не поддержала игривого тона и, вопросительно глядя на мужчину, ждала ответа. – Что ты хочешь от меня услышать? – вздохнул маг.

– Правду.

– Это сложно объяснить, Таль. – Некоторое время он молчал, накладывая еду себе на тарелку. После жестом предложил мне последовать его примеру, но я по-прежнему ждала, и Элтар неохотно продолжил: – Я устал от одиночества, устал возвращаться в пустой дом, а в глазах людей видеть либо страх, либо подобострастие. Не хочу говорить об этом. Если тебе неприятно моё общество, удерживать не буду.

– Господин Элтар, я не хотела вас обидеть, – попыталась то ли извиниться, то ли что-то объяснить я.

– Для тебя так важен мой ответ? Можешь объяснить, почему?

Я молча ковыряла вилкой мясо, пытаясь сообразить, как объяснить суть моих моральных терзаний.

– Тоже не хочешь отвечать? – спросил Элтар, глядя на меня и отложив столовый прибор.

– Нет, просто не могу придумать, как рассказать о социальных и национальных особенностях моего народа, совместив это с вывертами женской психики и не растянув на пару лет, – всё так же задумчиво произнесла я и, посмотрев на него, добавила: – Ешьте, вы же голодный. Просто у меня мыслительный процесс с жевательным плохо совмещается, а с ковырятельным хорошо.

Маг закусил нижнюю губу и сдвинул брови. Несколько секунд на его лице отражалась нешуточная внутренняя борьба, в которой серьёзность безоговорочно капитулировала перед задорным смехом.

– А ты ещё спрашиваешь, почему я хочу и дальше с тобой общаться, – проговорил он, отсмеявшись, но всё ещё продолжая улыбаться. – Да я за последнюю декаду веселился больше, чем за предыдущие пять лет. Один этот твой одногруппник чего стоит… как его там… Марек, кажется? На него же без улыбки смотреть вообще нельзя.

– Ещё как можно, – заверила я архимага. – Мы вчера, когда за невыученные уроки его ругали, совершенно не улыбались. Шалопай он!

В этот момент в нашу беседу вмешался желудок архимага, грозно, но неразборчиво забурчав. Элтар смутился, а я, переведя это как «разговорами сыт не будешь», заявила:

– Ни слова больше не скажу, пока не поедите, – и демонстративно сунула в рот кусок картофелины.

Архимаг вернулся к ужину, а я подумала, что, в принципе, уже получила ответ на свой вопрос. Ничего особенного он от меня не хотел. Ну, не хватало человеку нормального общения, ну, нравится ему, как я себя держу, – ничего страшного в этом нет. А то, что начинает придумывать всякие поводы, чтобы продолжить видеться со мной, так у нас слишком разный социальный статус, чтобы просто общаться на равных.

Я постепенно доела свою порцию и перешла к травяному настою, довольно приятному на вкус. Маг молча вышел из кухни, а вернувшись, положил передо мной серебряную монету.

– Мы на десять медяшек договаривались, – напомнила я.

– Бери, ты их заработала. Я же не думал, что будет скандал с клиентом. Это моя вина – не предусмотрел. Нужно было просто попросить тебя передать, что я встречу на другой день перенёс, а получилось, что подставил тебя. Считай это компенсацией.

– Вот в этом, по сути, и проблема. Точнее, даже не проблема, а то, что вызывает у меня беспокойство. В моём мире, если человек активно что-то для тебя делает, значит, он что-то от тебя хочет. А я предпочитаю заранее знать, когда, а главное, чем придётся расплачиваться. – Я замолчала, не зная, как ещё проще описать суть своих моральных терзаний. Но, похоже, Элтар и так меня понял.

– В целом суть проблемы, в результате которой моё поведение кажется тебе подозрительным и, наверное, действительно является странным, заключается как раз в том, что ты сказала. Обычно людям от меня что-то нужно, ко мне не приходят просто так. Как ты совершенно верно заметила тогда в академии, многие в городе меня боятся. – Мужчина неторопливо закрыл остатки гуся крышкой и тоже начал прихлёбывать отвар. – А теперь припомни, как ты появлялась у меня первые разы.

Я честно вспомнила и не нашла в своих действиях ничего странного. Посмотрела вопросительно на мага и уточнила:

– А что было не так?

– Для меня – всё. И если то, что происходило в первый день, я мог списать на случайность, то появление второй раз меня уже насторожило. Опять же ты ничего у меня не попросила. И повод для прихода был абсолютно нормальный, учитывая твою работу на почте и то, что письмо я ждал. При этом ты спокойно оба раза прошла в дом, хотя большинство мнутся на пороге, и мне приходится самому ходить туда-сюда. Но стоило подойти к тебе в кабинете, как ты напугалась, да так, что чуть не упала…

– А нечего было подкрадываться! – возмутилась я.

На некоторое время мужчина замолк, удивлённо глядя на не вписывающуюся в привычные ему рамки адептку.

– Извините, что перебила, – потупилась я и уткнулась в кружку с отваром.

– Погоди-погоди, ты хочешь сказать, что напугалась просто потому, что не слышала, как я подошёл?

Я кивнула.

Маг какое-то время осмысливал ситуацию с новой стороны, вертя кружку в руках, а потом продолжил:

– Но тогда я был уверен, что ты напугалась именно меня. Представь моё удивление, когда в тот же день я снова вижу тебя на пороге дома! И твой странный ответ о Кайдене. Этот тип, конечно, кого угодно запугает, но я спрашивал, боишься ли ты меня. – Он сделал паузу, ожидая моих пояснений.

– Я просто врать не люблю, а правду говорить не хотела, потому что глаза у вас тогда были страшные. Вы в кабинете расстроились, когда я в сторону шарахнулась, а мне вас огорчать не хотелось, потому что от вас только хорошее видела, – как смогла, объяснила я.

– В каком смысле – глаза страшные? – окончательно запутался в моих рассуждениях Элтар и даже наколдовал себе что-то вроде магического зеркала. Посмотрелся в него и вопросительно перевёл взгляд на меня.

– Сейчас они уже нормальные, – заверила я архимага. – А тогда они будто мёртвые были. Если бы я этого не видела, то, когда вы про четыреста шестнадцать лет сказали, ни за что не поверила бы. А так…

– М-да… – задумчиво протянул мужчина. – Как всё запутано.

– Угу, – поддакнула я, допивая уже почти остывший отвар. Вот, кстати, без сахара пьём – и не горчит. Надо бы узнать потом, что это за сбор.

– Ещё будешь? – почти сразу спросил Элтар.

Я прислушалась к организму и отрицательно помотала головой, поскольку имелись неплохие шансы всё-таки продемонстрировать этому любопытному субъекту, как я лопаюсь.

– В общем… ты не обижайся, – как-то неуверенно проговорил архимаг, и я даже насторожилась после этих слов. Он несколько секунд медлил, не решаясь продолжить фразу, но всё-таки проговорил: – Я тогда подумал, что ты меня соблазнять собираешься, чтобы замуж выйти. Особенно после того, как ты сказала, что призванная, ведь многие из женщин-призванных стараются побыстрее выгодно выйти замуж.

Я окинула мага оценивающим взглядом и пожала плечами:

– Это предложение?

– Нет, – жёстко и несколько поспешно ответил Элтар.

– Ну и хорошо, – констатировала я.

И он заметно расслабился.

– Я тогда собирался проводить тебя до академии и по дороге поговорить, чтобы планов соответствующих не строила. Даже придумал, как это помягче преподнести, потому что ты мне показалась вполне вменяемой. Но ты была категорически против, чтобы я тебя провожал. Это противоречило моему предположению, да и то, насколько сильнее тебя интересовала возможность научиться проверять резерв, чем расположение моей спальни, как, собственно, и я сам, о многом говорило.

– Я и сейчас против провожания, – честно проинформировала я собеседника.

– Я смотрел из окна, как ты, не оборачиваясь, уходишь, – продолжил хозяин дома, – и мне было просто жутко интересно, что же это за необычный человечек появился в моей жизни. Уже тогда я подумал, что, когда снова появишься на пороге моего дома с письмом или посылкой, нужно будет расспросить тебя подробнее. А на следующий день у меня с адресом, который влиятельной персоне понадобился, вопрос возник, и я начал придумывать, как бы извернуться, чтобы и услугу нужному человеку оказать, и поездку не отменять. Это во дворце было, как раз разговор о призванных зашёл, вот и вспомнил о тебе. В людях я достаточно хорошо разбираюсь, чтобы не опасаться подлости с твоей стороны, а шанс на то, что с дверью сумеешь справиться, вполне был – у тебя, судя по ловле колб, с концентрацией хорошо.

Я смущённо улыбнулась архимагу, крайне довольная похвалой из его уст. Он тоже допил отвар и отставил кружку в сторону.

– В общем, прикинул, что в академии как раз обед должен начинаться, и телепортом в кабинет ректора прошёл, – продолжил Элтар свой рассказ. – Перекинулся с ним парой слов и отправился к столовой, уж туда-то адепты точно все придут. Дальше ты знаешь.

– И что именно вы хотели бы узнать? – решила я отработать ужин.

– Не знаю, думаю, само постепенно всё расскажется. – Маг посмотрел в окно и сменил тему: – Темно уже, тебе пора возвращаться. Может, всё-таки провожу? Твой-то амулет, в отличие от моего, в темноте не светится.

– Ну, не знаю… – засомневалась я в своей решимости самостоятельно идти по практически ночному городу.

– Да в чём проблема-то? Меня ты вроде, действительно, не боишься. Тогда в чём причина? – откровенно удивился Элтар.

– В том, что вы тут не в меру известная персона. И если увидят, кто меня провожает, то могут решить, что я блатная. А это наверняка добавит мне проблем в академии. Ян же не просто так не хотел рассказывать всем, кто он такой.

– Так и не рассказал? – уточнил архимаг.

– Рассказал, но не всем. И то был момент, когда казалось, что от него отвернутся. Хорошо, как вы выразились, «на Марека без улыбки смотреть нельзя», он и разрядил обстановку.

– Давай так: я тебя по городу провожу, а к воротам подходить не буду. Согласна?

Я тут же кивнула.

– Тогда забирай заработанное, – пододвинул он мне монетку, обойдя стол, – бери сумку, а я сейчас быстро переоденусь и пойдём. – И ушёл куда-то вглубь дома.

Я решила, что дальше отпираться от денег просто глупо, и, прихватив серебрушку, пошла в кабинет.

Переоделся Элтар действительно быстро. Дверь передо мной самостоятельно распахнулась, а после выхода архимага так же самостоятельно закрылась, и мы неторопливо пустились в путь по тёмным улицам ночного города. Шли молча, на небольшом расстоянии друг от друга. Я тихо радовалась, что завтра нет истории, потому что иначе учить её пришлось бы между уроками. Архимаг думал о чём-то своём. Примерно на середине пути он тяжело вздохнул.

– Что-то не так? – забеспокоилась я.

– Да не то чтобы… – Он запрокинул голову и несколько шагов прошёл, разглядывая мерцающее звёздами небо. – Просто завтра магический совет, а значит, опять ваш библиотекарь Эшен мне житья не даст своим нытьём, как привезённый мной дневник необходим для обучения адептов и развития магической науки, в связи с чем его просто жизненно важно передать в библиотеку академии.

– Ну, это у него профессионализм так выражается, – улыбнулась я. – А откуда он узнает, что вы дневник привезли, как-то не похож наш библиотекарь на крутого мага, входящего в совет.

– Он секретарь магического совета, так что узнает.

– Ему обязательно оригинал нужен? Может, просто дать переписать дневник? – предложила я, на мой взгляд, вполне рациональный вариант.

Маг резко остановился. Я по инерции сделала ещё пару шагов и обернулась к нему. Элтар стоял посреди улицы и задумчиво тёр подбородок, глядя куда-то в сторону.

– С одной стороны, идея интересная… – протянул он, – но есть ряд недостатков. Если отдать дневник Эшену, то неизвестно, когда вернёт, а мне и самому интересно восстановить описанные там опыты. Если разрешить переписывать у меня, то я сам из дома сбегу, потому что он в изъявлениях благодарности обычно никакой меры не знает. Если я что-то отдаю в библиотеку академии, потом от него чуть ли не прячусь. – Тут архимаг сфокусировал взгляд на мне и почти сразу хитро прищурился: – Придумал. Можешь порадовать Эшена, что я разрешаю тебе, – он указал на меня пальцем, чтобы я точно была уверена, о ком речь, – переписать его у меня дома. Пусть выдаст чистый дневник, и будешь после занятий копировать, а схемы я проверю.

Я задохнулась от возмущения. Нет, я, конечно, знала, что инициатива наказуема, но не думала, что настолько.

– Господин Элтар, мне же ещё и уроки делать нужно, и на почте вечерами работаю… – жалобно протянула я, уже понимая, что отговориться вряд ли удастся.

Но, вопреки моим ожиданиям, он пожал плечами и двинулся дальше, ничего не сказав. Так и дошли в молчании до конца улицы, откуда уже были видны ворота академии. Здесь Элтар остановился и пожелал мне ярких снов.

– И вам ярких снов, – не осталась я в долгу и поспешила к воротам.

Обернулась, уже дойдя до них, и увидела, что маг всё ещё стоит у стены, выделяясь на её фоне чуть более светлым пятном. Прощально помахала ему рукой и ушла спать. Сегодня был длинный день.

На следующий день первым уроком у нас была физическая подготовка. И в самом начале Мареку и Янисару было разрешено потренироваться с луком, поскольку они бегали лучше всех, не считая Рейса. Янисара взялся тренировать сам мастер Ивор, а Марека доверили нашему лучшему стрелку. Остальные бегали вокруг площадки и завидовали двоим счастливчикам. Точнее, завидовали все, кроме меня, оставшейся равнодушной к этому оружию.

Я размеренно бежала по кругу и вспоминала события вчерашнего вечера. В какой-то момент поймала себя на том, что размышляю, как было бы хорошо, чтобы Элтару пришла какая-нибудь почта и у меня появился повод снова к нему зайти. И споткнулась буквально на ровном месте.

– Ты чего?! – возмущённо спросил кто-то из мальчишек, чуть не налетев на меня.

– Задумалась, – почти машинально отмахнулась я от него, даже не посмотрев, кому отвечаю.

А мысль, заставившая меня споткнуться, была настолько проста, что в какой-то момент я даже засомневалась, что всё может быть так легко. Зачем мне искать повод для похода к архимагу, если он сам мне его вчера дал? И всё, что от меня требовалось, чтобы воспользоваться подаренной им возможностью, – сходить к господину Эшену.

Немного ускорившись, я закончила задание на полкруга быстрее остальных и подбежала к наблюдавшему за нами преподавателю.

– Мастер Ивор, – обратилась я к нему, – вы не могли бы отпустить меня с урока на пять минут пораньше? Мне нужно в библиотеку зайти, а я боюсь не успеть на следующее занятие.

– Ну что ж, раз надо – уйдёшь, – легко согласился мастер, хорошо относившийся к нам, поскольку мы не только не стремились отлынивать от его занятий, но и тренировались самостоятельно. – А теперь подойдите сюда и внимательно меня послушайте, – обратился он ко всей нашей группе. Завладев всеобщим вниманием, преподаватель продолжил: – У вас неплохие результаты. Я не имею права требовать от вас того, что не предусмотрено программой, но вижу, многие стремятся научиться чему-то большему, чем обязательный минимум. Я могу для каждого желающего разработать программу из упражнений, соответствующих его текущему уровню возможностей, а также попытаться подобрать подходящий ему тип оружия. Но если вы согласитесь, то тренироваться придётся каждый день, а не только на моих занятиях. Кто не готов тратить на это силы и время, лучше не беритесь и не тратьте моё, с остальными будем вместе пытаться сделать из вас не только магов, но и неплохих бойцов. Итак, те, кто будет заниматься дополнительно, строятся от меня по правую руку, кто хочет ограничиться рамками обязательной программы – по левую.

Кажется, результату удивились абсолютно все – и мастер Ивор, и даже мы, дружно перешедшие в правую от него сторону. То ли пример обучения стрельбе из лука оказался так заразителен, то ли просто мастер Ивор всем нравился и его инициативу захотели поддержать, но отказавшихся не нашлось. Мой резон был значительно прозаичнее – для меня детская программа в принципе была упрощённой, а тренироваться под руководством профессионала всегда лучше, чем заниматься самодеятельностью.

– Тогда давайте поступим так, – быстро отошёл от удивления мастер. – Я сейчас заберу одного из вас и запишу нужные мне параметры, а остальные будут делать стандартную разминку под руководством… ну, пусть будет Рейс. Справишься?

Мальчишка кивнул.

– В следующий раз я буду заниматься с кем-то другим, и так постепенно с каждым.

– А можно на следующем уроке я буду проводить разминку? – тут же влез с инициативой неугомонный Марек.

– Можно, если заниматься хорошо будешь, – оставил себе лазейку для отступления преподаватель. – Итак, Наталья идёт со мной к брусьям, остальные на разминку.

Ох и загонял он меня в этот раз. Чего я только не делала: бегала на разные дистанции, приседала, качала пресс, висела на время на перекладине, запрыгивала на скамейку, держала «уголок», безуспешно пыталась подтянуться и в завершение, окончательно умаявшись, свалилась с брусьев.

Мастер прикинул затраченное на меня время и решил, что успеет поиздеваться над ещё одним испытуемым, в качестве которого выбрал Марека. Меня же отпустил, поскольку на какие-либо существенные телодвижения я уже была не способна. Пошатываясь и норовя споткнуться о собственные заплетающиеся ноги, я побрела в библиотеку.

Господин Эшен удивился не столько моему появлению посреди урока, сколько заморенному состоянию.

– Что с тобой случилось? – обеспокоенно спросил он.

– А? – не сразу сообразила я, в чём дело. – Ах это… ничего страшного, просто на физподготовке тестирование проходила. Сейчас отдохну немного, и всё нормально будет. Я к вам по делу вообще-то.

– Так ко мне без дела и не ходят обычно, я же библиотекарь, – усмехнулся мужчина.

– Ну, я не совсем как к библиотекарю, хотя и как к библиотекарю тоже, только не за книгами, – запуталась я в своих рассуждениях.

Он терпеливо ждал, когда я перейду к сути дела, не выказывая недовольства возникшей заминкой.

– В общем, архимаг Элтар привёз вчера дневник какого-то очень уважаемого алхимика и сегодня расскажет об этом на магическом совете. Он велел сказать, что если вы хотите получить копию этого научного труда, то нужно дать мне чистый дневник, чтобы я с оригинала у него дома по вечерам переписывала. Только не спрашивайте, с чего такое расположение ко мне. Я, кроме того, что ему интересно, что же за странная адептка появилась в академии, ничего больше не знаю.

– А он, случайно, не говорил, как звали того уважаемого алхимика? – поинтересовался библиотекарь.

– Нет, – отрицательно помотала я головой, – только, что этот алхимик был его учителем.

– Да это же… ну ничего себе… просто не могу поверить! – эмоционально, но малоинформативно высказался господин Эшен, наглядно сжимая и разжимая руки хватательными движениями. – Когда ты сможешь начать переписывать?

– Наверное, сегодня вечером, – растерялась я, не ожидавшая такой бурной реакции.

– Отлично, просто отлично, – неподдельно обрадовался этот фанатик собственного дела. – Тебе что-то, кроме чистого дневника, нужно?

Я задумалась.

– Там записи разными цветами сделаны. Не знаю, существенно это или нет, но у меня только один стилус синего цвета.

– Да-да, конечно, лучше сделать точную копию. Какие там были цвета? – тут же отреагировал библиотекарь.

– Синий, чёрный и красный, – припомнила я, – но при мне архимаг только несколько страниц перелистнул.

– Так. Лучше я тебе сразу набор добуду, потом вернёшь. В обед дождись меня в столовой, туда всё принесу, – распорядился господин Эшен, все ещё пребывая в радостно-возбуждённом состоянии. – Не могу поверить, что так легко заполучу настолько ценную работу в нашу библиотеку… Обычно за Элтаром по полгода ходить приходится, интересные документы выпрашивая.

Я тяжело вздохнула. Он-то дневник, безусловно, получит, а вот мне со свободным временем, похоже, надолго распрощаться придётся. Ну да ладно, зато натренируюсь не только писать, но и схемы чертить, да и бывать в доме архимага, общаясь с ним, теперь можно будет без проблем.

Заверив уважаемого библиотекаря, что непременно дождусь его в столовой, я неспешно пошла на занятия. Ноги уже не заплетались, но активно двигаться всё ещё не было никакого желания.

Остальные два урока на фоне физической подготовки прошли на удивление спокойно и размеренно, и на обед мы отправились, обсуждая те тесты, которые проводил мастер Ивор. Всем было интересно узнать, что же такое он нам с Мареком в качестве заданий придумает.

Когда уже почти все закончили обедать, за наш столик вместе со своим подносом подсел господин Эшен, вызвав недоуменные взгляды старших адептов и преподавателей. Поставив тарелки на стол, он вынул из сумки, перекинутой через плечо, довольно толстую переплетённую тетрадь и закрытый деревянный футляр, передав это мне.

– Здесь всё, что нужно, – прокомментировал библиотекарь, приступая к еде. – Но сегодня смысла идти нет – совет только в восемь часов начнётся, а закончится вообще неизвестно во сколько.

Ребята непонимающе переглядывались.

– Потом расскажу, – шёпотом пообещала я им и, убрав тетрадь, поблагодарила библиотекаря за предоставленные инструменты.

Тот кивнул в знак, что благодарность принята. Мы не стали мешать ему есть и ретировались в класс морально готовиться к уроку мастера Кайдена, заодно я ребятам потихоньку рассказала, чем теперь по вечерам буду заниматься.

Весь остаток дня прошёл на удивление тихо. Понимая, что другой возможности в ближайшие дни может не представиться, до темноты читала книгу о великой жертве. Ничего так детективчик с местным магическим уклоном. Уже в темноте, лёжа на кровати, медитировала, не заметив, когда умиротворение перешло в спокойный сон.

На следующий день в обед за наш столик снова подсел библиотекарь. Теперь уже мы все удивлённо воззрились на него.

– Это тебе, – протянул он вчетверо сложенный листок бумаги.

На нём ровными строками убористым почерком было написано: «Если не против со мной поужинать, забирай еду в корчме и приходи. А если меня почему-то не будет дома, дверь открывается всё так же». И подпись: «Элтар». Я убрала записку в сумку и прокомментировала для остальных, любопытно взирающих на меня:

– Кажется, сегодня я начну переписывать дневник.

– А на почту ты с нами не пойдёшь? – тут же поинтересовался практичный Тарек.

– Пойду, – заверила я друга. – Работа есть работа. Но на ужин сюда не вернусь, меня вроде как покормить обещали.

– Адептка, ну как вы можете сравнивать какую-то работу на почте с разрешением переписать ценнейший научный труд?! – подавился то ли возмущением, то ли супом господин Эшен.

– Да я и не сравниваю. Кто ж развлечение с работой сравнивает? – слегка осадила я его, чётко обозначив собственные приоритеты.

Библиотекарь заметно сник.

– Ну что вы так расстраиваетесь? Никуда дневник не убежит, постепенно я его перепишу. Быстро это сделать всё равно не получится, поскольку я толком смысла переписываемого понимать не буду, я же только на первом курсе учусь. Так что придётся максимально внимательно переписывать по отдельным словам, а иногда и по буквам.

– Да-да, в данном случае аккуратность значительно важнее времени, – тут же закивал библиотекарь, видимо красочно представив последствия ошибочно переписанной алхимической формулы.

– Мы обычно с работой до ужина справлялись, так что по часу в день точно будет получаться, если дневник свободен будет. Архимаг ведь и сам по нему экспериментировать собирается.

– Эх, вот бы ещё и результаты его экспериментов заполучить… – тут же размечтался господин Эшен и тяжело вздохнул, понимая несбыточность подобных желаний.

Мы покинули столовую, оставив его в одиночестве расправляться со своим обедом.

На почте мне вручили очередные письма для Элтара и отпустили, поскольку поручений сегодня было мало. В корчме никто не удивился моему приходу за ужином архимага, а Шрам даже приятного аппетита пожелал.

Дверь в дом архимага была заперта, и я, не задумываясь, открыла её ещё не успевшим выветриться из памяти знаком. Однако Элтар оказался дома. Когда я, поставив корзину с ужином на кухонный стол, отправилась в кабинет, он вышел из своей подвальной лаборатории.

– Привет, – весело поздоровался перепачканный чем-то синим и на вид очень липким мужчина.

– Здравствуйте, – машинально ответила я, пытаясь представить, что же это за субстанция и что должно было произойти, чтобы она оказалась на архимаге.

– М-да… бывает… – протянул он, скептически разглядывая заляпанную одежду. – А ведь почти получилось. Пойду-ка я умоюсь и переоденусь, а ты пока поставь чайник.

Я пошла на кухню и честно попыталась вспомнить, как и что он делал. Для начала нашла собственно чайник и налила в него воды; подставка оказалась стоящей тут же на костерке. Оставалось самое главное – развести огонь. Я оглядела стол и увидела изукрашенную символами палочку, к одному концу которой крепился небольшой кристалл, а второй был немного обожжён. Озадаченно повертела её в руках, пытаясь сообразить, действительно ли это местная зажигалка, и если да, то как она работает. Когда услышала за спиной шаги, грустно вздохнула и вопросительно уставилась на архимага.

– Не знаешь, как пользоваться? – догадался он. – Извини, я не подумал.

Накрыв мою кисть своей, мужчина направил артефакт обожжённым концом к костерку. При соприкосновении с топливом, по виду напоминавшим каменный уголь, на конце палочки появился небольшой огонёк, постепенно перекинувшийся на содержимое костерка. Элтар не стал задерживаться рядом со мной дольше необходимого и занялся раскладыванием на тарелки принесённой снеди. Вскоре мы уже сидели за столом. Раньше я не обращала внимания на его манеры, а теперь прямо-таки засмотрелась.

– Таль, что-то не так? – Мужчина отложил вилку.

– А? В каком смысле – не так?

– Ты не ешь, – пояснил маг, и взгляд его стал откровенно укоризненным.

– Извините, – чуть смутилась я. – Вы просто так элегантно приборами пользуетесь, прямо хоть во дворец на приём какой-нибудь.

– Там и тренируюсь, – тут же приосанился Элтар. – Хочешь тебя поучу?

– Да зачем мне? – отмахнулась я от его предложения, беря вилку. – Не в столовой же академии так есть?

– Ну, не скажи, вот выучишься, станешь магистром, а может, и архимагом, и будешь, как и я, мозг себе ломать, как бы от этих приёмов хотя бы через раз отвертеться, – очень серьёзным тоном, но еле сдерживая расползающуюся улыбку, пожурил меня мужчина.

– И буду горько жалеть об упущенных возможностях, глядя голодными глазами на несколько десятков столовых приборов? – уточнила я, с притворным ужасом взирая на мага.

– Ладно уж, пользуйся моей добротой в виде единственной вилки, – негромко рассмеялся он и вернулся к еде.

Кстати, на ужин был паштет непонятного происхождения, но очень вкусный. Потом мы пили отвар, и Элтар неспешно расспрашивал меня о занятиях в академии и наших преподавателях. К слову, рассказала ему о несбыточных мечтах нашего библиотекаря получить результаты и его исследований.

– Ну, именно результаты исследований я, конечно, не дам, но комментарии дописать могу. Оставляй мне по полстраницы после каждого раздела, хорошо? – предложил он.

– Конечно! – обрадовалась я, сама не очень понимая, чему именно. Но библиотекарю пока решила ничего не говорить, потом сюрприз будет.

– Так, а теперь давай договоримся, как именно ты будешь копировать дневник, – перешёл к делу архимаг, отставляя в сторону пустую посуду.

Я торопливо допила свой отвар и закивала, выражая полную готовность внимать мудрости старшего товарища.

– Обычно я работаю в лаборатории днём и, соответственно, вечером дневник будет в твоём распоряжении. Если я дома, все вопросы будем решать по ходу. Если меня нет, но дневник я оставил в кабинете на столе, садишься и переписываешь. Возникнут проблемы со схемами – оставляй место, потом помогу. Если на столе нет дневника, значит, случилось что-то непредвиденное и тебе лучше идти в академию, не пытаясь меня дождаться. Пока все понятно?

Я кивнула, размышляя, с чего это он решил, что я вообще собиралась его дожидаться.

– Теперь насчёт ужинов. Тебе не сложно заходить в корчму и забирать сюда наш ужин?

– Нет… – задумчиво протянула я, несколько выбитая из колеи формулировкой «наш».

– Вот и отлично. Даже если меня не будет дома, не стесняйся и ешь. А если и в корчме заказа не будет, значит, меня куда-то срочно отправили. Тогда ужинай в академии, – продолжал инструктировать архимаг.

Я молча внимала.

– Сейчас иди в кабинет, устраивайся за столом и раскладывай всё необходимое, а я за дневником схожу, – велел он и вышел из кухни, не дожидаясь ответа.

Особо не торопясь, я прошла в кабинет и приготовила выданные мне чистый дневник и набор стилусов. Подумала и прибавила собственную линейку. Принесённые письма аккуратно сложила на дальнем краю и устроилась в кресле за столом. Оно оказалось достаточно мягким, чтобы ничего себе не отсиживать, и достаточно упругим, чтобы не располагать к праздному времяпрепровождению.

Войдя в кабинет и окинув взглядом разложенные на столе предметы, Элтар присмотрелся к уже открытому мной набору со стилусами и одобрительно кивнул. Принесённый дневник сам раскрыл на первой странице и придавил к столу за верхний край небольшой, но явно тяжёлой металлической планкой.

– Я пока почтой займусь, будут проблемы – позовёшь, – велел он и, прихватив письма, ретировался в кресло рядом с торшером.

Переписывать было довольно сложно – почерк у алхимика оказался не особо разборчивый, незнакомые слова приходилось переписывать по буквам. Это замедляло работу, но мне жёстких временных рамок и не ставили. Писала я быстро ещё с института, а почерк был хоть и некрасивый, но легко читаемый, так что мои лекции вечно гуляли по всему потоку. Маг несколько раз молча подходил проконтролировать процесс, но, видимо, качество моей деятельности его вполне устраивало, и он возвращался в кресло.

Примерно через час, за который были исписаны три листа, включая две схемы, я поняла, что глаза начинают слезиться от напряжения. Потёрла их кончиками пальцев, и к излишней влажности добавились неприятные режущие ощущения.

– Ну и зачем ты так упиралась? – укоризненно покачал головой маг. – Я у тебя что, отнимаю этот дневник, что ли? Делала бы паузы, давая и глазам, и руке отдых. Или это тебя так Эшен проинструктировал?

– Нет. Он попытался, конечно, намекнуть, что моя работа на почте будет мешать, но я ему объяснила, что переписывание дневника для меня развлечение и приоритетом не является. Сама я, правда, к этому отношусь не совсем как к развлечению, но зато он не стал пытаться дальше на меня давить.

– Хорошо. А то мне пришлось бы вмешиваться.

– Зачем? Не может же библиотекарь меня заставить? Мне кажется, в этом вопросе он зависит от вашего и от моего желания.

– От моего – да. А ты находишься на полном обеспечении, насколько я понял, и, соответственно, тебе могут приказать делать это независимо от твоего мнения, и даже снять для этого с занятий.

Я пораженно молчала, глядя на него продолжающими слезиться глазами и пытаясь переварить новую для меня информацию о степени зависимости от руководства академии. Как-то из первоначально имевшихся сведений я не такие жёсткие выводы сделала, но было не похоже, чтобы архимаг шутил.

– Да не переживай ты так. Если на тебя станут слишком давить в этом вопросе, я вмешаюсь. А теперь иди-ка сюда.

Я вышла из-за стола и остановилась в нескольких шагах от мага, вопросительно глядя на него.

– Садись на пол спиной ко мне. Да не там, где стоишь, а прямо передо мной, – уточнил он, увидев, как я разглядываю пол у себя под ногами.

Перед ним, конечно, было лучше, из-за наличия на полу чьей-то шкуры, но вопрос «зачем это вообще делать?» остался без ответа. Немного посомневавшись, я решила послушаться, поскольку пока Элтар не давал мне ни одного повода сомневаться в благопристойности его намерений.

– А теперь откинь голову мне на колени и закрой глаза, – велел архимаг, и я всё-таки исчерпала лимит безоговорочного доверия к хозяину дома.

– Зачем это? – спросила я с немалым сомнением в голосе и не подумав выполнить его указание.

– Кто из нас архимаг? Делай, что говорю, – возмутился мужчина.

– А при чём тут ваше звание? – не смогла я найти логической взаимосвязи.

– При том, что сама ты глаза пока в нормальное состояние привести не сможешь, и если уж я тебе помогаю, то хоть слушайся меня, – снизошёл до пояснений начинающий сердиться Элтар.

Больше никаких возражений не возникало. Я расслабилась, запрокинула голову и смежила веки. Практически сразу почувствовала, как кончики его пальцев легли мне на глаза. Архимаг что-то прошептал и надавил на виски. Появилось довольно неприятное ощущение, но не настолько сильное, чтобы нельзя было перетерпеть.

– Ещё немного, – проговорил маг, – я сейчас закончу, но сразу глаза не открывай, дай им несколько минут отойти от воздействия заклинания.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я за помощь, понимая, что, действительно, лучше перетерпеть несколько минут, чем мучиться с переутомлёнными глазами весь вечер.

Мужчина отвёл пальцы от лица, но не убрал их, а начал перебирать мне волосы. Резь в глазах ощутимо уменьшилась. Я беззвучно застонала от этой ласки и облегчения. В тот же момент его пальцы замерли. Маг убрал руки, довольно жёстко приказав:

– Вставай.

Я послушалась сразу, удивлённо обернувшись к нему. Элтар сидел напряжённый, с окаменевшим лицом, руки были сжаты на подлокотниках кресла. Сразу появилось ощущение, что возникло какое-то недопонимание.

– Я не знаю, что вы подумали, но мне просто было приятно, когда вы волосы перебирали.

Мужчина судорожно вздохнул и немного расслабился.

– Не обращай внимания, всё в порядке, – по-прежнему несколько напряжённо произнёс он. – Садись и немного поработай, а то тебе скоро пора уходить.

Молча кивнув, я пошла дальше переписывать, но работа не спорилась. Мысли всё время возвращались к произошедшему. Не столько поработав, сколько помучавшись ещё полчаса, я аккуратно сложила инструменты и посмотрела на хозяина дома. Он всё так же сидел в кресле и задумчиво наблюдал за мной.

– Можешь оставить всё необходимое здесь, – разрешил архимаг и поднялся из кресла: – До завтра.

– Красочных снов, – пожелала я ему и отправилась в академию.

Уже сидя на кровати в своей комнате, я размышляла об особенностях обучения на полном обеспечении. С этим нужно было что-то решать, и как можно скорее. Как сказал архимаг, он может немного мне помочь, но только в рамках разумного и по вопросам, непосредственно связанным с ним. А ведь задания могут быть с ним и не связаны. И если они будут заменять собой учёбу, то это для меня совершенно неприемлемо. Вспомнив, что я знаю по этому поводу, пришла к выводу, что, по сути, достаточно будет отказаться только от ужина в академии. А для этого необходимо выяснить, сколько стоит ужин в корчме. И опять же искать источники дополнительного заработка.

Поняв, что ничего умного за сегодня уже не придумаю, помедитировала на ночь и легла спать. Только сон не шёл – мысли вновь и вновь возвращались к Элтару. Он был странный, даже очень странный. Если бы не его ненормальная реакция на любые проявления близости, я сказала бы, что он видит во мне котёнка, которого кормят и, когда есть время, гладят, а потом сажают в коробку и не обращают на него внимания.

Так и пролежала половину ночи, пока усталость не взяла своё, накрыв меня тяжёлым сном без сновидений.

Сегодняшнего урока по физической подготовке с нетерпением ждали все – уж больно интересно было, что приготовит мастер Ивор для меня и Марека, прошедших тесты на прошлом занятии. К всеобщему разочарованию, ничего особенного не произошло – выдал каждому из нас по исписанному листу бумаги и для всех прокомментировал:

– Когда я даю задание по упражнениям, те, кому уже выданы индивидуальные параметры, делают столько раз, сколько написано у них, остальные пока выполняют стандартную норму, которую я озвучиваю. Отдельным блоком я для каждого прописал упражнения, которые следует делать самостоятельно. Оружие подбирать начну к концу года с теми, кто достигнет нужного уровня подготовки.

Мы слушали его, затаив дыхание. Времени на разглядывание выданных заданий преподаватель нам не дал, и занятие пошло своим чередом, точнее, по той же схеме, что и предыдущее.

Сегодня жертвами тестирования стали Рейс и Янисар. Мы все удивились, и кто-то даже осмелился спросить у мастера Ивора, зачем Рейсу заниматься дополнительно, на что получили ответ в духе «Нет предела совершенству, а вам всем и до среднего уровня ещё расти и расти во всех смыслах».

После занятий я разнесла посылки и, зайдя в корчму за заказом Элтара, заодно поинтересовалась, сколько стоит у них ужин. Карен, конечно, говорил в своё время что-то о трёх медяшках, но мне требовалось организовать питание с учётом раскачки магического резерва.

– Такой, как Элтар заказывает, десять – пятнадцать медяшек. А что? – проявил любопытство Шрам, лично складывавший ужин особого клиента.

Я немного помялась в нерешительности, но всё-таки призналась:

– Меня господин архимаг вчера просветил по поводу того, насколько зависят от руководства академии адепты, находящиеся на полном обеспечении. И это, если честно, пугает.

– Думаешь отказаться от ужинов там? – прозорливо предположил корчмарь. – Рановато тебе пока. Бывало, у меня адепты так питались, только это пятый-шестой курс был, те, кто какую-то работу нашли. И то иногда с деньгами у них перебои случались. Что уж о тебе говорить…

Я тяжело вздохнула, но решила, что информация всё равно лишней не будет.

– А сколько обычно ужин у таких адептов стоил?

– Три-четыре медяшки, – не стал скрывать корчмарь и сделал совершенно неверный вывод о причинах моей настойчивости: – Ты на Элтара особо-то не надейся, он вообще странный. Сегодня ему интересно с тобой, вот он и цацкается, а завтра ему другое чего в голову взбредёт, он о тебе и забудет.

– Да я и не надеюсь, – тут же постаралась я прояснить ситуацию. – Просто чтобы знать, к чему стремиться. А то, что он странный, я уже и сама заметила. Но вроде хоть не злой, и то хорошо.

А в уме прикинула, что уходить на ужины будет примерно серебрушка в месяц. И даже с учётом денег, оставшихся от подъёмных, для меня это пока слишком много.

Рассчитывать на и так чрезмерную и малообъяснимую благосклонность архимага я действительно не собиралась.

– Я тебе предложил бы у меня подрабатывать, но это же почти до самого утра тут вокруг столов бегать надо, а тебе на занятия, – развёл руками корчмарь.

– Придумаю что-нибудь, не переживайте. И спасибо вам, – благодарно улыбнулась я этому страшному на лицо, но такому добродушному человеку и, забрав собранную корзину, ушла к нашему странному знакомому.

Дверь в дом архимага вновь оказалась заперта, но я уже знала, что это не обязательно свидетельствует о его отсутствии. Войдя, поздоровалась и отнесла на кухню принесённую еду, но никакого ответа так и не получила. Дверь в лабораторию была закрыта. Заперта или нет – я проверять не стала. Дожидаясь меня, в кабинете лежал дневник алхимика. Видимо, маг ушёл по своим делам, но позаботился, чтобы я не тратила времени зря. Я и не стала его тратить, разместившись за столом и приступив к копированию.

На этот раз, учтя рекомендации Элтара, через каждые пятнадцать – двадцать минут делала паузу и к пятому такому перерыву поняла, что уже вполне ощутимо хочу есть. Ужин в академии к этому времени уже заканчивался, но садиться за стол без хозяина дома было как-то неудобно. Похоже, именно это он имел в виду, когда говорил, чтобы я его не дожидалась, если нет дневника. Хотя кто его, в общем-то, знает. Решила пока потерпеть и снова сосредоточилась на копировании.

Элтар появился дома, когда на улице уже заметно темнело, поздоровался и сразу ушёл в душ. Зайдя после этого на кухню, где я поставила чайник, он удивлённо спросил:

– Ты почему не поела?

– Вас ждала, – нисколько не слукавив, ответила я.

– А если я вообще сегодня не вернулся бы? – задал он вопрос, на который я не знала ответа.

Я неопределённо пожала плечами и стала накладывать еду.

– Таль, так не пойдёт, если меня долго нет, ешь сама. А если тебе не сложно составить мне потом компанию, отвар попьёшь. Договорились? – то ли твёрдо попросил, то ли мягко приказал архимаг.

Я кивнула, всё так же молча усаживаясь за стол и одновременно с ним приступая к еде.

– Ты чего такая хмурая? – продолжал допытываться Элтар. – Что-то случилось?

– Нет, всё нормально, – не пожелала я делиться своими переживаниями по поводу невозможности на данный момент избавиться от зависимости в академии из-за нехватки денег.

– Ну, не хочешь – не говори, – не стал настаивать маг, ни на секунду не усомнившись в том, что нормально далеко не всё.

Я не захотела его ни в чём разубеждать и сосредоточенно ела. Когда закипел чайник, заварила отвар – Элтар даже с виду был уставшим. Когда уже выпили по половине кружки, он снова заговорил:

– Покажешь, что у тебя сегодня получилось с переписыванием?

– Да, конечно.

Допив отвар, мы прошли в кабинет, и архимаг, заняв место за столом, стал просматривать копию дневника, временами сличая фрагменты с оригиналом.

– Молодец, пока ни одной неточности, – похвалил он, – и продвигаешься довольно быстро. На сегодня, думаю, достаточно. Сама в академию доберёшься?

– Конечно, – заверила я.

Не хватало ещё, чтобы он в таком состоянии провожать меня решил.

– Ну и отлично, а то я уже на ногах не стою. Красочных тебе снов, – попрощался хозяин дома.

– И вам тоже, – пожелала я в ответ и, быстро собрав письменные принадлежности в аккуратную стопку на столе, оставила его.

В академию добиралась бегом – время было уже позднее, а я ещё задания не все выполнила. И упражнения от мастера Ивора завтра с утра нужно сделать. По моим прикидкам, они не должны отнимать много времени – в пределах получаса, включая пробежку. Но и это время тоже нужно найти.

Наскоро умывшись, сразу легла и почти моментально провалилась в сон без всяких сновидений.

Проснулась рано утром, по малому колоколу, но выплывала из дремотного состояния тяжело. Я вообще не люблю рано вставать, а уж после таких двух дней и подавно поспать бы, но нужно идти выполнять упражнения и доделывать домашние задания.

На спортивной площадке опять тренировался мастер Кайден, но я решила, что ничего плохого не делаю. А если ему не нравится моё присутствие, то это его проблемы. И побежала по кругу. На втором круге ко мне присоединились близнецы, решившие пока позаниматься вместе по программе Марека.

– Таль, а ты чего так рано? – спросил Тарек, пристроившись слева от меня, его брат занял позицию справа.

– Рисование и чистописание доделать не успела. Сейчас проснусь во время разминки, умоюсь и закончу, – пропыхтела я на бегу.

Всё-таки голова у меня спросонья соображала плохо, поскольку когда я ответила, мы как раз собирались останавливаться для разминки, и расстояние до преподавателя оказалось недостаточным, чтобы наш разговор остался для него тайной.

– И чем же таким важным и неотложным вы занимались весь вечер, что времени для выполнения домашнего задания не нашлось? – ехидно спросил он.

– А вы у господина Эшена поинтересуйтесь, – предложила я, будучи абсолютно уверена, что моим словам он просто не поверит.

– О! Наконец-то наш уважаемый библиотекарь нашёл ту, что готова скрасить его одинокие вечера, – похабно ухмыльнулся Кайден, совершенно не смущаясь присутствием детей. – Надеюсь, это не обойдётся академии слишком дорого.

– У кого что болит, – привычно отреагировала сердитая от недосыпа я на грязный намёк и только потом поняла, что, а главное, кому только что сказала. Посмотрела на звереющего мастера и решила, что дополнительная пробежка мне сейчас просто жизненно необходима.

Мальчишки устремились вслед за мной, и, быстро преодолев центральный двор, мы скрылись на левитационной площадке. Я стояла, прижавшись спиной к стене, и напряжённо вслушивалась, не раздадутся ли поблизости торопливые злые шаги мастера Кайдена. Но либо он ещё не отошёл от шока, либо всё же решил не опускаться до разборок с первокурсниками. Подождав так минут пять, мы сделали комплекс упражнений и, взбудораженные, разошлись по комнатам.

Доделать задания я успела с трудом, чуть не опоздав на завтрак. Пальцы плохо слушались и мелко дрожали. Я пыталась убедить себя, что всё обошлось, что нельзя так эмоционально реагировать на подначки этого мужлана, но ничего не помогало. При воспоминании о мастере Кайдене меня начинало трясти – я дико боялась этого человека и к концу сегодняшних занятий чувствовала себя подсолнечным жмыхом после тройной отжимки. Близнецы с жалостью посмотрели на меня и сказали, что сами справятся на почте, так что сразу после академии я забрала в корчме только что приготовленный ужин и пошла к Элтару.

На этот раз архимаг был дома, и дверь была не заперта. Он сидел в кабинете и что-то дописывал в копию дневника алхимика.

– Привет. Ты сегодня пораньше, – слегка улыбнулся мужчина, на несколько секунд оторвавшись от своего занятия. – Сейчас закончу с комментариями и пущу тебя.

Я села в кресло дожидаться этого момента и потёрла лицо руками. Элтар вроде бы и не смотрел в тот момент в мою сторону, но всё же заметил.

– Ты какая-то уставшая.

– Да, немного, – отрицать очевидное не было смысла.

– Хочешь, сегодня тонизирующий сбор заварим? Он, конечно, более терпкий, но тоже приятный на вкус.

– Да, спасибо, – всё так же немногословно согласилась я.

Элтар ещё раз поднял на меня глаза от записей, но больше ничего не сказал. Через некоторое время он закончил и встал из-за стола.

– Может, не будешь сегодня переписывать, раз так сильно устала? – вполне резонно предложил он.

– Ну, я же уже пришла, – не менее резонно заметила в ответ.

– Как знаешь, – не стал спорить маг и, выбрав одну из книг, стоящих на полке за креслом, поменялся со мной местами.

Переписывание сегодня шло туго, но шло. Более того, постепенно сосредоточившись на этом важном и кропотливом деле, я отвлеклась от утренних неприятностей и немного успокоилась. Почерк стал чётче, а линии в схемах ровнее и увереннее.

Через некоторое время в дверь позвонили, и Элтар пошёл открывать. Чем он руководствуется, решая, открыть дверь магией или руками, для меня так и осталось загадкой. А вот голос его собеседника показался мне очень знакомым, и почти сразу раздалось:

– Таль, иди сюда, это к тебе.

Я выглянула из кабинета с круглыми от удивления глазами и теряясь в догадках, кто и зачем мог прийти ко мне, когда я нахожусь в доме архимага Элтара. На пороге обнаружился улыбающийся от уха до уха Марек.

– Пошли в воздушный хоккей играть! Все уже собрались у фонтана, – без тени смущения заявил он.

– Во что? – заинтересовался архимаг.

– Это такая игра, мы её сами придумали! – тут же похвалился Марек и довольно сумбурно пояснил: – Там палочками орех в ворота загонять надо, а свои ворота защищать.

– А почему воздушный? – попытался хоть как-то прояснить для себя ситуацию Элтар.

– Так мы же палочки левитируем, – непритворно удивился мальчишка, совершенно не задумываясь, откуда это мог узнать хозяин дома, ни разу не видевший игру.

Элтар какое-то время постоял в задумчивости, наверное пытаясь представить себе процесс на основе имеющейся скудной информации, и пришёл к неожиданному для меня решению:

– Пойду-ка я с вами.

Я продолжала обалдело стоять в дверях кабинета. Маг попытался просочиться через оставшееся пространство в проёме, чуть не застрял и обратил внимание на моё заторможенное состояние.

– Таль, ну что ты застыла памятником переучившимся адептам? Пошли развеемся. – И, пропихнувшись в кабинет, вынул из верхнего ящика стола и надел на шею медальон архимага. Переодеваться не стал, так и направившись к двери в домашней одежде.

Я, всё ещё пребывая в лёгком шоке от происходящего, тоже шагнула к выходу. А Марек только что не подпрыгивал, сияющими от радости глазами глядя на Элтара.

– Пошли? – улыбнулся тот, закрывая дверь, и протянул мальчишке руку.

Марек недоверчиво уставился на его ладонь, но, быстро придя в себя, ухватил архимага за пальцы с таким довольным видом, будто ему только что полцарства подарили. Вторую руку маг согнул в локте и посмотрел на меня, недвусмысленно предлагая дополнить данную конструкцию. Трудно сказать, что на меня нашло, но я даже возражать не стала, и мы двинулись к фонтану наглядной иллюстрацией «Счастливое семейство на прогулке».

Сказать, что остальные были удивлены составом и способом нашего появления – это ничего не сказать. Эрин, бегавший по бортику, споткнулся и чуть не свалился в фонтан. Не вымок с ног до головы он только благодаря великолепной реакции Элтара, удержавшего мальчишку в воздухе.

– Привет, – поздоровался с остальными маг, то ли как самый культурный, то ли просто намекая на необходимость и ребятам соблюсти правила приличия.

Первым пришёл в себя Янисар, низко поклонившись архимагу.

– Ян, не нужно так официально, – остановил его Элтар. – Так во что вы тут играете?

И Марек потащил его за руку показывать заранее расчерченную площадку. Я благоразумно отцепилась, дабы не привлекать ещё больше внимания к нашей неординарной компании. Друзья тоже подошли ближе и стали тянуть жребий, кому сегодня держать ворота.

– А зачем их держать? – уточнил архимаг, всё ещё не очень понимая, что тут будет происходить.

– Чтобы не падали, – тут же, как мог, пояснил Марек.

– Это я понимаю. Но почему их просто не вкопать бы совсем?

Такая простая мысль нам в голову почему-то не приходила. Мы озадаченно переглядывались, а суть проблемы первым сформулировал Рейс:

– Чем бы их ещё вкопать?

Архимаг вытянул вперёд руку с открытой ладонью, закрыл глаза, нахмурился и что-то прошептал. Несколько секунд ничего не происходило, а потом мы дружно ахнули, поскольку в его руке появился небольшой кинжал в деревянных ножнах с кожаной оплёткой.

– Давайте сюда ворота, – велел он, присаживаясь у края расчерченного нами на земле игрового поля.

Минут через пятнадцать ворота были накрепко вкопаны в нужных местах. Но тут мы неожиданно столкнулись с ещё одной проблемой – теперь игроков было нечётное количество.

– И что же делать? – озвучил извечный вопрос Эрин.

– Меня возьмите, – внёс неординарное предложение Элтар. – Только правила всё-таки объясните, а то я так ничего, собственно, и не понял.

Мы озадаченно переглянулись – воображение пасовало перед перспективой представить играющего с нами архимага. Точнее, моё нарисовало нас, красочно разлетающихся по воле мага в разные стороны, и строй орехов, послушно марширующий в створ обоих ворот. Помотала головой, отгоняя дикую картинку, и спросила:

– Как вы это себе представляете? Мы же только первокурсники, а вы – целый архимаг.

– Ну, то, что целый, безусловно, радует, по частям я себе значительно меньше нравлюсь, – поддел меня Элтар. – А вообще подумай сама, мы же не силой тут меряться будем, насколько я понял, так что мой магический опыт частично будет компенсироваться неопытностью в данной игре. И вообще я могу за слабую команду играть.

– А у нас нет слабой, – гордо заявил Марек. – Но я за вас буду.

В общем, как-то так и отпали возражения, в конце концов, ему даже проигрывать не обидно – архимаг всё-таки. Кроме Марека в команду Элтара вошли Рейс и Эрин. Остальные были полны решимости сделать всё возможное и невозможное.

Я, как наиболее чётко формулирующая мысли, взялась объяснять магу правила и не сразу заметила, что вокруг нас снова собираются люди. Похоже, болельщики не охладели к новой забаве за прошедшие дни.

Элтар приготовился к игре. Встав на одно колено, согнул другое и опёрся на расставленные пальцы рук. Чем-то это напоминало позу бегунов на короткие дистанции, когда они уже поставили ноги в колодки, но ещё не изготовились к старту. Подумав, скопировала его позу. В принципе, вполне удобно. Остальные игроки тоже последовали нашему примеру. И началась битва, потому как просто игрой то, что происходило, назвать трудно.

Элтар вполне ожидаемо оказался прав – в данном случае требовалась не столько мощь, сколько высокая степень контроля и сноровка. И если с контролем у архимага было намного лучше, чем у нас, то в сноровке мы пока были впереди. Он быстро вошёл в азарт и начал вовсю руководить своей командой. Мы же были чуть более сыграны и на ходу перенимали его тактику.

Собравшийся народ активно поддерживал обе команды, громко выкрикивая пожелания и даже советы, в основном, правда, бесполезные.

Первым резерв закончился у Эрина. К тому моменту команда Элтара вела со счётом четыре – два. Получив численный перевес, и так бескомпромиссно бившиеся, мы воспряли духом и бросились в атаку. Тарек и Марек выбыли практически одновременно. Счёт к этому моменту был шесть – пять в пользу команды Элтара, но численное преимущество пока оставалось на нашей стороне. Мы делали всё на пределе, едва успевая следить за происходящим на площадке. У меня по лицу крупными каплями стекал пот и срывался на землю, поскольку не было возможности отвлечься даже на то, чтобы отереть его.

Зрители кричали почти непрестанно, но я уже не различала, что именно. Мы прорвались к воротам противника и сумели сравнять счёт. Сзади раздался взрыв ликования, а соперники бросились отыгрывать упущенное преимущество. Однако удача снова оказалась на нашей стороне – Ян, бросив свою клюшку между орудиями соперников, умудрился выбить орех точно к Рамине. Элтар переместил свою палочку с потрясающей скоростью, практически вдвое превосходящей нашу, но всё равно не успел, и мы впервые повели в счёте. Однако сразу после этого Ян выбыл из борьбы, и наша команда потеряла численное преимущество. Я тоже была на пределе, но упорно не сдавалась.

Отчаянно сопротивляясь, мы с Раминой продержались ещё минут пять, после чего счёт снова сравнялся. И почти сразу после этого архимаг остался в одиночестве, лишившись последнего напарника.

– Всё, один в поле не воин, – заявил он, сев прямо на землю, и, запрокинув голову, подставил мокрое от пота лицо ласковому ветру. Его рубашка тоже была влажной.

– И счёт хороший, – поддакнула я, понимая, что держусь уже не столько на резерве, сколько на гордости.

– Слушайте, а вы точно все первокурсники? – с недоверием в голосе усомнился архимаг. – Я вообще-то неплохим левитантом считаюсь, а тут меня прямо-таки загоняли.

Мы аж загордились после таких слов. Даже если он и приукрасил, чтобы нас похвалить, всё равно мы молодцы! Тут я, немного отойдя от пыла игровой баталии, осмотрелась вокруг и ахнула – вокруг нас была толпа. Не пара десятков болельщиков, как прошлый раз, а как минимум сотни две людей разного пола и возраста. Передние ряды сидели на земле, в задних некоторые держали на плечах детей. Люди стояли на лавках и бортиках фонтана, чтобы видеть через голову остальных.

Элтар тоже поражённо осмотрел это массовое скопление и решил, что потехи для народа было достаточно.

– Ну что, господа адепты, идём ко мне отвар пить?

Пока большинство думало, будет ли это удобно, Марек за всех согласился:

– Конечно, идём! – и первым подскочил с земли.

По дороге к дому архимаг подозвал к себе Янисара:

– Ты булочную Корвила знаешь?

– Да. Прямо по улице через два перекрёстка с правой стороны.

– Отлично, я тебе сейчас денег дам, сходи туда и купи пирогов, пожалуйста. Там должны ещё остаться к этому времени. Сделаешь?

– Конечно.

– Давай я с тобой схожу, – неожиданно предложил Рейс. – Я старший сын в семье, так что мне не привыкать покупки делать.

На кухне я поставила чайник, а Элтар достал стопку тарелок и чашки. Осмотрев имеющуюся мебель, он констатировал:

– Нужны ещё два стула. Близнецы, за мной! – и вышел из кухни.

Мальчишки переглянулись и бегом бросились догонять хозяина дома. Оставшиеся помогли мне расставить тарелки и выстроили кружки. Вернулись близнецы без Элтара, зато со стулом и табуреткой.

– А третьего где потеряли? – поинтересовалась я.

– В душ пошёл, – как всегда коротко и по существу ответил Тарек.

– Я тоже хочу, – откровенно позавидовала я хозяину дома.

– А вы там вдвоём уместитесь? – наивно поинтересовалась Рамина, вогнав меня в краску.

– Я имела в виду – после него, – несколько поспешно пояснила я и окончательно смутилась.

– А-а-а, – с умным видом протянула малышка и светло улыбнулась: – Ой, как он быстро.

– Это вы о чём? – поинтересовался вошедший архимаг, пятернёй приглаживая не особо тщательно вытертые волосы.

Он успел переодеться в свободные полотняные штаны неопределённо светлого цвета и серую тунику навыпуск.

– Тоже в душ хочу, – призналась я.

– Так сходи, в чём проблема? Полотенце в гостевой комнате, переодеться, конечно, особо не во что, но если нужно, я что-нибудь придумаю.

– Нет-нет, я опять в эту оденусь. Спасибо большое! – обрадовалась я и убежала ополаскиваться.

Вроде я тоже делала всё быстро, но когда вернулась в кухню, там уже все собрались, а наши посыльные как раз выкладывали на стол принесённые пироги.

– Ребят, я ж вам только пять медяшек дал? – озадаченно произнёс Элтар, глядя на довольно приличную гору пирогов, принесённую мальчишками.

– Вы бы видели, как Рейс торговался! – восхищённо произнёс Янисар. – Я такого и представить не мог!

– Да, похоже, тебе действительно приходилось делать много покупок для своей семьи, – задумчиво посмотрел на него Элтар и принялся нарезать пироги. – Таль, наложи всем рагу, а остальные рассаживайтесь пока.

Я разложила детворе по несколько ложек, архимагу же – нормальную порцию. Мне тоже досталось примерно полпорции. Он окинул взглядом результаты моей деятельности и строго велел:

– Нам с тобой поровну. Ты, в отличие от ребят, не ужинала. А остальное пирогами доберём, раз уж у нас такой добычливый друг.

Я посмотрела на смутившегося друга, на горку нарезанных пирогов и переделила наши порции.

Когда закончили с распределением еды, архимаг посмотрел на Рамину, сидящую на табуретке так, что над столом был виден только её нос, и опять куда-то ушёл. Мы не успели толком удивиться, как он вернулся, неся в руках то ли толстую подушку, то ли небольшой пуфик. Ссадив малышку с табуретки, маг водрузил на неё свою ношу и аккуратно усадил сверху девочку.

– Удобно? – поинтересовался он у Рамины.

– Да, – пискнула та, глядя на архимага наивными глазами влюблённого в хозяина щенка.

Элтар, не удержавшись, погладил наше голубоглазое чудо по голове и пошёл к последнему оставшемуся месту – между близнецами, напротив меня. У меня по бокам сидели Янисар и Эрин, а наш добычливый друг восседал во главе стола напротив Рамины. Когда Элтар уже взял вилку, Рейс неожиданно побледнел и вскочил со своего места:

– Господин архимаг, простите, я…

– Сиди, – мягко перебил его хозяин дома. – У тебя отец-то жив, старший сын?

Паренёк неуверенно опустился обратно на стул.

– Жив, просто он часто по несколько дней подряд охотится, вот я и привык на месте главы семьи сидеть.

После этой фразы мне наконец стало понятно, что произошло.

– Не переживай, я обычно сижу как раз на том месте, что и сейчас, – успокоил Элтар мальчишку и начал сосредоточенно есть.

Все последовали его примеру, и разговоры на некоторое время прекратились. После рагу, когда детвора уже вовсю пробовала пироги, выбирая их наугад и хвалясь, кому какая начинка досталась, мы с Элтаром раздали всем по кружке отвара. Маг примерился к пирогам, выбрал чем-то особо приглянувшийся ему кусок и положил Рамине, которая немного стеснялась.

– Спасибо, дядя Элтар, – поблагодарила его малышка, а я напряжённо замерла, не донеся кружку до рта.

Архимаг тоже на мгновение застыл, но потом расплылся в такой счастливой улыбке, что, глядя на него, и я непроизвольно улыбнулась, впервые подумав об Элтаре не как о великом маге, а просто как о человеке. Таком замечательном и таком одиноком. А ведь, судя по тому, как он радуется общению с совершенно посторонними детьми, из него вышел бы прекрасный отец. Что же с тобой не так, великий архимаг Элтар? Почему ты живёшь один в доме, явно рассчитанном на семью, и возишься со мной и этими ребятами? Неужели за всю твою долгую жизнь ни одной женщине так и не удалось завоевать твоё сердце?

Пока я была погружена в эти размышления, разговор плавно перетёк на жизнь людей в отдалённых от столицы селениях. Рейс как раз рассказывал, что отсутствие магов, живущих поблизости, иногда приводит к проблемам с работоспособностью бытовых артефактов, поскольку нет возможности перезалить опустевшие кристаллы, а запасы их довольно ограничены.

– А где вы их вообще берёте, если маги поблизости не живут? – поинтересовалась я, пытаясь заполнить очередной пробел в своих знаниях о мироустройстве.

– В столице в магазине покупаем, когда кто-то сюда приезжает, или проезжему магу платим, чтобы залил. Магу дешевле, но мимо нас редко кто ездит, – признался он.

Я снова задумалась. Наверное, именно поэтому всем адептам устанавливаются нормы по заливке. Продавая кристаллы, академия получает деньги на наше питание, а возможно, и на содержание преподавательского состава. Что ж, на мой взгляд, вполне приемлемый способ оплаты за обучение, тем более при этом ещё и резерв раскачивается.

Пироги, которые оказались очень вкусными, закончились, и тут всех удивила Рамина. Она слезла на пол, сняла пуфик и отдала его Янисару, после чего левитацией подняла освободившуюся табуретку и понесла её куда-то в сторону. Мы заинтересованно наблюдали, что же будет дальше. Расположив свою ношу рядом с раковиной, девочка вернулась к столу и стала стопкой составлять тарелки. Собрав все восемь, она поставила их на край мойки и залезла на табуретку, опасно покачнувшись. Элтар тут же подошёл к девочке вплотную, составил тарелки внутрь раковины, после чего левой рукой приобнял малышку за живот, страхуя от падения.

– Я не упаду, я ловкая! – заверила его Рамина.

– Нисколько не сомневаюсь, что ты ловкая, – улыбнулся маг, не собираясь отходить от неё, – просто табуретка неустойчивая.

А я сидела за столом, слушала их, и мне было очень стыдно. Я ведь несколько раз уже ела у него дома, но мне даже в голову не пришло предложить помыть посуду. Не знаю, почему, но я не представляла себе Элтара за этим действием. Однако заниматься самоедством можно и потом, а сейчас нужно хоть как-то поучаствовать. Я оглядела кухню на предмет того, чем следует вытирать посуду, и ничего предназначенного для этой цели не обнаружила.

– Господин Элтар, у вас есть кухонное полотенце? – Я решила, что проще спросить, чем пускаться в самостоятельные поиски.

Он слегка шевельнул пальцами, и в одном из навесных шкафов раскрылась дверца. Оттуда плавно вылетело полотенце и двинулось в мою сторону. Потом замерло, развернулось прямо в воздухе и дальше летело, помахивая краями, как крыльями, к вящей радости ребятни. Да и я не осталась равнодушной к этой мелкой шалости архимага, весело улыбаясь. Вот умеет он окружающим настроение поднять!

Когда вся посуда была перемыта и убрана, архимаг решил, что общения с нами ему вполне достаточно.

– Думаю, пора прощаться, чтобы засветло все домой и в академию вернулись, – мягко проговорил он. – Таль, собирай свои инструменты в кабинете.

– Ох, – сообразила я, что за сегодня практически ничего не сделала.

– Не расстраивайся ты так, ты же не ограничена во времени, – подбодрил меня Элтар. – И завтра не приходи, я занят буду. Да и тебе с домашними заданиями разобраться надо.

Помахав вышедшему проводить нас архимагу от калитки, мы попрощались с Янисаром и Эрином и ушли в академию. И вот что странно: я вроде до предела выложилась, играя у фонтана, но чувствовала себя менее уставшей, чем до того, как за мной зашёл Марек. Немного подумав, поняла, что на фоне отлично прошедшего вечера просто перестала переживать по поводу утреннего инцидента с мастером Кайденом. Просто невероятно, как мне не везёт на этого преподавателя, такое впечатление, что мне его судьба посылает как испытание.

Однако пользы от подобных размышлений в данный момент не было никакой, так что, попрощавшись с остальными во дворе академии, немного помедитировала у себя в комнате, полностью восстановив резерв, и легла спать. И пусть, как говорится, завтра будет лучше, чем вчера.

На следующий день, пользуясь тем, что выдался редкий теперь свободный вечер, устроилась вместе с ребятами делать уроки, снова оккупировав для этого угловой столик в столовой после окончания ужина. Причём постаралась сделать всё, что на данный момент было задано, независимо от того, когда требовалось предъявлять результат. Первым на это обратил внимание Тарек, доделавший задания на завтра:

– Таль, а ты зачем рисование делаешь, оно же только послезавтра?

– На случай, если завтра не будет на него времени, – коротко пояснила я, не отрываясь от вычерчивания очередной схемы, и мальчишка задумался.

– Я, пожалуй, тоже сделаю, – решил он минут через пять, – пойду всё нужное принесу.

– А тебе зачем? Это ведь Таль ходит дневник переписывать, а у нас вечер свободный, – удивился его брат.

– Вдруг на почте работы много будет. И вообще, если сегодня всё сделаем, и завтра свободное время останется, можно будет опять в город пойти.

– Тогда я тоже сделаю, – одновременно заявили Марек и Эрин.

А Рейс просто понимающе улыбнулся. Он был хоть и не намного старше ребят по возрасту, но при этом значительно взрослее.

Рамина только тяжело вздохнула – ей учёба давалась тяжелее, приходилось тратить больше времени на выполнение заданий.

– Не переживай, малышка, скоро привыкнешь, и тебе станет легче, – попыталась подбодрить её я, хотя и понимала, что легче станет не скоро. – По заливке кристаллов ты вон уже всех в группе перегнала, и с левитацией у тебя хорошо получается.

Просидев вместе за домашними заданиями ещё примерно час и порядком продвинувшись в их выполнении, все разошлись по комнатам. Мы с близнецами завтра снова собирались рано вставать, чтобы выполнить заданные мастером Ивором упражнения. Только собраться решили сразу на левитационной площадке, а то сегодня на спортивной опять мастер Кайден был. Мы туда так и не пошли.

Ритм моей жизни становился в последние дни всё более размеренным, и я, идя после уроков в дом архимага с корзинкой ужина для него, не испытывала не только страха, но даже волнения. Просто было дело, которое мне нужно довести до конца, – переписать дневник. Была задача на ближайшее время – учить и отрабатывать всё, что дают нам мастера в академии. А в отдалённой перспективе – ещё и найти такую подработку, которая позволяла бы обеспечить свою независимость от дополнительных заданий, отвлекающих от учёбы, без ущерба для самой учёбы.

Запертая дверь меня уже нисколько не смутила. Пройдя в дом и на всякий случай поздоровавшись, я привычно отнесла корзину с ужином на кухню. Ответа на приветствие не последовало, и, сделав вывод, что архимаг отсутствует, я собралась хорошенько поработать над дневником.

Вот только дневника в кабинете не оказалось. В первый момент я растерялась, не зная, как поступить, но потом вспомнила указания Элтара на этот счёт и отправилась обратно в академию, заперев дверь и для проверки подёргав за ручку.

Неожиданно появившееся свободное время поначалу поставило меня в тупик. Уроки были сделаны, а никаких других дел больше не было. Размышляя по дороге, кто из моих друзей сейчас может быть в академии и помешаю ли я им своим присутствием, вспомнила о недочитанной книге и уже начала ускорять шаг, чтобы побыстрее до неё добраться, как вдруг меня схватили сзади, прижав при этом руки к бокам. Я рванулась вперёд, пытаясь освободиться, но не тут-то было – хватка у напавшего была железной.

– Поймал, – прозвучал мужской голос прямо у меня над ухом.

Я почти начала паниковать, когда поняла, что голос очень знакомый. Резко провернувшись в ослабленной хватке и задрав голову, я уставилась в глаза Элтара и зло спросила:

– Вы меня нарочно пугаете?

– А? – не увидел он проблемы в подобном начале сегодняшнего общения.

– Зачем вы сзади кидаетесь? Напугали… – проговорила я, постепенно замедляя речь, потому что что-то было не так.

Даже не сразу поняла, что именно, а потом сообразила, что смотрю на мага как-то уж слишком снизу вверх. Он, конечно, выше меня, но не настолько же. Медленно опустила взгляд, осматривая мага с головы до ног, и остолбенела.

– Ты куда смотришь? – нервно спросил Элтар и отодвинулся от меня.

Только после этого я сообразила, что всё это время мы стояли почти вплотную.

– Это как? – некультурно ткнула я пальцем в сторону стоп архимага, находящихся сантиметрах в десяти над землёй.

Он тоже посмотрел в указанном направлении.

– Вот демоны, забыл! – улыбнулся Элтар и плавно опустился на землю. – Это я тебя на летунце догонял, когда увидел, что уходишь. Пошли домой, сейчас поужинаем, потом дневник тебе дам. Ты ведь ужин принесла?

Я кивнула и уцепилась за новую информацию:

– А у вас ещё и демоны есть?

– Сами демоны – не знаю, но легенды о них точно есть.

– Ага, и о вампирах тоже, – продемонстрировала я свою информированность.

– Ну, вампиры у нас точно есть, как минимум один – мой друг Райнкард, – просветил меня архимаг, слегка подтолкнув рукой в спину, намекая, что дальше беседовать предпочитает не на улице.

Я покорно пошла с ним, тоже решив оставить расспросы.

Дома Элтар сразу направился на кухню и принялся вынимать содержимое из стоящей на столе корзинки.

– С утра ничего во рту не было, – признался он, когда я уже наливала воду в чайник. – Давай садись, а то если я срочно не съем что-нибудь, то могу понадкусывать кого-нибудь.

Вот вроде бы взрослый мужчина, более того, четырёхсотлетний архимаг, а ведёт себя как мальчишка – ест, а сам на меня косится, как я на его подначку отреагирую. Да никак, мне другое интересно. Просто не хочу мешать ему и терплю с вопросами до окончания ужина, с удовольствием поглощая незнакомое блюдо из местной крупы с овощами и небольшими кусочками мяса. Когда перешли к отвару, Элтар спросил:

– Таль, ну что ты на меня так смотришь, будто сама сейчас меня покусаешь?

– Вас не я, вас моё любопытство сейчас покусает, меня оно, вообще, почти доело.

Архимаг весело рассмеялся и вопросительно посмотрел на меня.

– Что такое летунец и зачем вы меня догоняли? – максимально ёмко сформулировала я.

– Летунец – это такой движущийся щит, его на втором курсе проходят. Делаешь плоский щит над землёй, встаёшь на него и перемещаешь левитацией. Получается, что на нём летишь. Сильные маги не бегают, а летают, если резерв не пустой, конечно. Но бывали случаи, когда и ножками бегать приходилось, – пояснил Элтар. – А догонял, потому что не хотел, чтобы ты ушла. Пришёл вчера, а дома снова пусто, и так тоскливо вдруг стало. Когда вспоминаю, как мы с твоими друзьями тут отвар с пирогами пили, прямо на душе светлеет. Ты извини, что напугал, я не хотел.

– Да ладно. Но если стану теперь заикаться, это будет на вашей совести, – смутившись от его откровенности, отшутилась я.

– Вылечим, – заулыбался маг, немного задумался и велел: – Идём.

Я послушно вышла из-за стола и стала собирать посуду.

– Таль, а что ты делаешь? – удивился он.

– Посуду мыть собираюсь. Мне так стыдно, что только Рамина догадалась это сделать, – честно призналась я.

Элтар позволил сложить чашки и тарелки в раковину и как только мои руки освободились, взяв за плечи, развернул лицом к себе. Я опустила голову, смотря себе под ноги.

– Таль, я просто позволил девочке почувствовать себя нужной. Надеюсь, ты не думаешь, что я сам посуду мою?

Ничего не ответив, я так облегчённо выдохнула, что Элтар снова рассмеялся.

– Идём, покажу, как в лабораторию заходить. Думаю, у тебя хватит благоразумия не трогать реактивы, а дневник при необходимости сможешь сама оттуда забирать.

Здесь было ещё проще, чем со входной дверью, – требовалось всего лишь напитать энергией определённую часть схемы, и дверь открывалась сама. Забрав дневник, маг первым покинул подвальное помещение и направился в кабинет. Не задерживаясь, я двинулась следом.

В кабинете Элтар занял кресло за столом, положив на край дневник алхимика. Я вопросительно посмотрела на мужчину, не понимая, куда в таком случае пристраиваться для переписывания мне. Можно, конечно, и за кухонный стол, но мне показалось, что у мага другие планы.

– Какие у тебя завтра уроки? – неожиданно спросил он.

– Магическая практика, медитация, история, а после обеда – левитация и рисование, – перечислила я, не видя повода скрывать подобную информацию.

– Я знаю, что ты не хочешь пропускать занятия, но мне действительно нужна твоя помощь. Сможешь пропустить рисование и левитацию?

– А меня за это не выгонят? – первым делом обеспокоилась я.

– Ни в коем случае, – без тени улыбки заверил архимаг. – Я напишу ректору записку и отпрошу тебя после обеда.

– И зачем мне пропускать занятия? – решила уточнить я, прежде чем давать согласие. У меня, конечно, с обоими предметами дела обстояли неплохо, но если прогуливать уроки, это продлится недолго.

– Мне нашли один очень интересный артефакт в Развилках. Это довольно крупное селение примерно в семи часах пути отсюда. Его нужно проверить и забрать на девятнадцатый день, то есть послезавтра, а я не могу сам поехать, потому что участвую в очередном призыве. Проверять артефакт должен обязательно маг, там принцип – наподобие входной двери, так что у тебя получится. Нанять серьёзного мага для такой поездки неадекватно дорого, искать какого-то другого адепта со старших курсов некогда, да и не смогу я так доверять другому, как тебе.

– В каком смысле – доверять? – не поняла я. – Чтобы артефакт не украл, что ли? Так побоятся же с вами связываться, в академию-то всё равно возвращаться.

– Таль, за артефакт ещё и заплатить нужно будет. Я тебе с собой двадцать золотых для этого дам, а для многих это может оказаться слишком большим искушением.

– Ну ничего себе! – поражённо выдохнула я. – Это же бешеные деньги!

– Для адептов – да, для меня – нет. Кстати, тебе я тоже заплачу за поездку две серебрушки, оплачу проезд и даже куплю тёплый плащ, поскольку по дороге туда вы на лесной поляне ночевать будете. Ну так что, согласна?

И я согласилась, потому что он был прав – не сбегу с чужими деньгами, да и возможность заработать на два месяца своей будущей свободы упускать тоже нельзя.

– Отлично. Завтра сразу после третьего урока иди сюда. Сходим купим плащ, там рядом и пообедаем. В семь часов отправляется обоз, место на телеге я тебе закажу. На ночь, как я уже говорил, остановитесь в лесу на поляне недалеко от дороги. Там до Развилок буквально час езды. Люди специально так делают, чтобы в селении ночлег не искать, а с утра на рынке – быстро расторговаться и в обратный путь. Но обратно ты поедешь не с ними, а на почтовом возке. Он в четыре часа отправится, так что как раз успеешь всё сделать без лишней спешки. Если артефакт после активации поменяет форму и станет похож на распустившийся цветок, значит, расплатишься с владельцем и заберёшь, если нет, скажешь, что происхождение артефакта не подтверждено. Медальон только свой не прячь, чтобы сразу было понятно, что ты действительно его проверяешь. Знаки активации и деактивации выглядят так… – Маг создал две иллюзии довольно простеньких фигур. – Пока всё понятно?

– Да.

– Когда вернёшься, сразу иди ко мне. Я тебя буду ждать, мне артефакт нужен.

– Хорошо.

– Тогда договорились, – завершил разговор маг, поднимаясь из-за стола. – Переписывай, а я пойду помедитирую.

Я заняла освободившееся место и, разложив на столе всё необходимое, взялась за дело.

Примерно через час вернулся Элтар и велел закругляться. Сев за стол, он написал записку и распорядился:

– Сразу после завтрака, перед занятиями отнеси её ректору. Поняла?

– Да.

– Хорошо, тогда пойдём, провожу тебя до калитки.

В академию я вернулась в сумерках: спать было ещё рано, читать уже темно. Решила потренироваться в левитации тяжёлых предметов. Вспомнила, как ловко Рамина управлялась с табуреткой, и нацелилась на стул. Результат меня поразил. Стул провисел в воздухе минут десять, после чего я больше решила не рисковать и, опустив его на место, легла медитировать. А ещё вспомнился рассказ Элтара о летунце. Тоже так хочу! Нужно обязательно расспросить об этом мастера Эрха, как только представится такая возможность.

Утром, направляясь в кабинет ректора, размышляла на тему «Насколько велики шансы, что руководителя академии так рано нет на месте или что меня к нему просто не пустят».

Архимаг Таврим был у себя и завтракал в отдельной комнате, в которую вела неприметная дверь в левой стене кабинета за шкафом. Он появился в проходе в домашнем халате и нелепо торчащих из-под него штанах, хмуро посмотрел на меня и спросил:

– Ваше дело ко мне столь неотложно, адептка?

– Господин Элтар велел отдать вам эту записку до начала сегодняшних занятий, – протянула я ему свёрнутый лист.

Мужчина бегло прочитал текст и махнул мне рукой, приглашая проследовать за собой.

– Присаживайся, – указал он на кресло за столиком напротив себя и отхлебнул горячего отвара.

Я послушно села на указанное место и для себя отметила, что завтрак ректора от нашего особо не отличается.

– Как ты познакомилась с архимагом Элтаром?

– Почту ему носила, – ответила я, недоумевая о причинах такого вопроса.

– И всё? – усомнился ректор.

– И падающую колбу при помощи левитации поймать успела, – чуть подумав, добавила я.

– Что ж, это нужное знакомство, и оно уже приносит пользу академии. Я имею в виду твою работу по копированию дневника Лемантина. Мастеров Лианилу и Эрха я предупрежу сам. Перед началом медитации подойдёшь к мастеру Сорину и скажешь, что я велел измерить тебе резерв на занятии. Всё ясно?

– Да, господин ректор.

– Тогда можешь идти.

Кабинет ректора я покидала в смешанных чувствах. С одной стороны, мне было оказано неслыханное для адептов доверие – побывать в его личных покоях, и отпустили с занятий меня очень легко, а с другой – моей заслуги тут, похоже, не было, всё это было данью уважения к архимагу Элтару. Однако цель похода была достигнута, и я с чистой совестью направилась в класс.

Сегодня впервые за две декады обучения у нас в расписании значилась магическая практика, и вся группа пребывала в волнительном нетерпении. Мастер Кайден, преподающий этот предмет, отвёл нас в закрытую часть двора академии, стены которой были изнутри густо покрыты схемами, мерцающими слабым светом. В центре располагалось что-то вроде небольшой арены, посыпанной песком, а по бокам находились поднимающиеся каскадом скамейки.

– Итак, сегодня ваша первая серьёзная магическая практика. То, чем вы занимаетесь на уроках левитации, безусловно, важно, но не идёт ни в какое сравнение с заклинаниями, которым буду учить вас я, и служит больше для тренировки и развития способностей, – вещал мастер Кайден, расхаживая вдоль выстроенных в одну линию адептов. – Сегодня мы будем отрабатывать ваше первое боевое заклинание, которое называется «Огненный бросок». – Преподаватель сформировал у себя между рук комок из огня и швырнул его в стену. Огонь расплескался по камню и погас. – Сейчас каждый из вас по очереди подойдёт ко мне, и мы вместе будем два раза делать такой бросок. Самостоятельно никто ничего не пробует. Всем ясно?

Не знаю, как остальным, а мне было предельно ясно. Это вам не стилусом вертеть, тут и сама угробишься, и остальных угробить можешь. Мы вразнобой сообщили, что всем всё понятно, и мастер Кайден подозвал к себе Рамину. Далеко они от нас не отходили, так что всем всё было видно и слышно. Преподаватель встал у девочки за спиной и, велев вытянуть руки перед собой и слегка согнуть их в локтях, пристроил свои кисти с тыльной стороны её ладоней.

– Не бойся, я с тобой, а значит, ничего не случится. Веришь мне? – спросил он малышку.

– Да, – твёрдо ответила та.

Эх, мне бы её веру в этого мастера, я вот его всё равно боюсь.

– Теперь представь между ладонями символ, который мы учили, произнеси заклинание и одновременно наполни его силой. – Как только он закончил говорить, между ладошками Рамины появился довольно большой огненный сгусток. – Умница, – похвалил её преподаватель, – а теперь мысленно толкни его вперёд в стену и перестань контролировать символ, тогда он полетит сам.

И это тоже у малышки получилось замечательно.

– Повтори весь процесс ещё раз без подсказки, – мягко велел завуч.

Я даже представить не могла, что он так умеет!

И снова у Рамины получилось отлично, только огненный комок был чуть меньше.

– Всё, теперь отдыхай. Больше чем на два броска вашего резерва пока не хватит, – обратился он уже ко всем. – Следующая Наталья.

Я нервно сглотнула и пошла к мастеру Кайдену. Ко мне со спины ему пристроиться не получилось бы – наши размеры не настолько отличались, так что преподаватель встал сбоку.

– Нужно повторить инструкции или сразу попробуешь? – ровным голосом спросил он.

– Попробую, – решилась я.

– Начинай.

Мой огненный сгусток был немного меньше, чем у Рамины, но тоже довольно значительным. Отпустив его в свободный полёт в направлении стены, дождалась, когда он расплещется по камню.

– Ещё один, – почти сразу велел мастер.

Я повторила ещё раз, тоже вполне успешно.

– Молодец, отдыхай. Следующий – Рейс, – произнёс мастер Кайден.

Обучение остальных пошло своим чередом, а я, увидев, что Рамина пристроилась на нижней лавочке, присоединилась к ней.

– Правда здорово? – устало, но очень довольно спросила малышка.

– Ага, – подтвердила я, счастливо улыбаясь.

Зверски хотелось есть, видимо, резерв был полностью пуст.

Выполнившие задание постепенно подсаживались к нам. Среди моих друзей не оказалось ни одного не справившегося. Вадер сумел сделать только один бросок, и то с третьей попытки. Остальные выполнили задание, как и требовалось, по два раза, но размеры сгустков и число попыток сильно разнились. Мы с друзьями заслуженно гордились собой. Наши дополнительные занятия и игры, тренирующие концентрацию, не прошли даром.

После того как все закончили с заданием, мастер снова построил нас на арене.

– В целом результаты очень неплохие, я доволен вашей группой, – снизошёл он до небольшой похвалы. – В дальнейшем те, кто закончил выполнять задание и идут отдыхать, должны медитировать. Это не мешает остальным адептам и будет способствовать большей продуктивности вашей работы на других уроках. А теперь самое главное… – Он выдержал довольно долгую паузу, стоя перед нами и обводя всех суровым взглядом. – Вам запрещено тренироваться в данном заклинании где-либо, кроме полигона академии. Если кто-то посмеет нарушить запрет, я об этом обязательно узнаю, и вас исключат в тот же день. Всем понятно?

– Да, мастер Кайден, – почти хором ответили мы.

– Тогда можете идти на медитацию, она начнётся через десять минут, – разрешил завуч и потерял к нам интерес.

По дороге Эрин расстроенно спросил:

– Почему нам запретили тренироваться? Я так хотел ребятам во дворе показать.

– Потому и запретили, – довольно жёстко осадила я его. – Наверняка не один адепт погиб, размышляя, как ты, а возможно, и не только сам адепт, но и кто-то из окружающих. Поэтому и запрет такой строгий, а то дотренируются первокурсники до новых антимагических погромов.

Дальше шли в молчании, каждый думал о чём-то своём.

На уроке медитации, как только появился мастер Сорин, я подошла к нему и передала, что велел ректор. Тот поверил сразу и, достав артефакт, измерил мне резерв. Рост относительно прошлого раза был, конечно, менее существенным, однако размер составлял уже два с небольшим ученических кристалла. Мастер достал из стола и выдал мне два таких, пояснив, что с завтрашнего дня каждому из нас устанавливается норма заливки и мой отъезд не отменяет данной обязанности. Готовые кристаллы следовало сдать ему в первый день следующей декады.

Я убрала их в сумку, а на время урока мне выдали ещё. Честно постаралась сделать всё, что могла, но после магической практики пришлось долго восстанавливать резерв, и получилось мало.

С истории я рискнула отпроситься пораньше, сразу после опроса. Мастер Гарун не стал даже спрашивать, зачем мне это нужно, но предупредил, что обязательно проверит пройденный материал на следующем уроке. Так что в дом Элтара я заходила даже раньше, чем закончились занятия, прихватив в дорогу учебник истории и недочитанный местный детектив.

– Уже пришла? – обрадовался Элтар. – Сейчас переоденусь и пойдём.

Шли мы практически на другой конец города и таким быстрым шагом, что я едва поспевала за архимагом. В магазине одежды выбрали тёплый шерстяной плащ и отправились обедать. Кроме обеда, Элтар заказал ещё два пирога мне в дорогу и выдал флягу с водой. После еды отвёл меня на задний двор корчмы и, накрыв нас каким-то непрозрачным пологом, вручил кошель с двадцатью золотыми, которые заставил пересчитать. Обоз собирался тут же. Меня определили на одну из телег и, кажется, забыли о моём существовании.

Ехали мы медленно и очень тряско, так что от попыток читать пришлось отказаться. Чтобы не терять время зря, я начала медитировать и даже умудрилась залить один из выданных кристаллов. На ночёвку остановились уже в сумерках. Все пять нагруженных телег составили плотным кольцом в центре поляны, вокруг них в старых кострищах разожгли четыре довольно больших костра и один маленький, на котором охранники готовили себе еду. Лошадей куда-то увели, наверное, пастись. Я не стала интересоваться, а устроилась у одного из костров с учебником истории и пирогом. Рядом ходили люди, занимаясь какими-то безусловно важными для них делами. Кто-то грел воду в небольшом котелке, кто-то уже укладывался спать прямо на землю, завернувшись в такой же, как у меня, шерстяной плащ.

Я старалась не обращать внимания на окружающую суету, сосредоточившись на учебнике. И, похоже, сосредоточилась слишком уж сильно. Когда поняла, что на поляне происходит что-то странное, вокруг уже испуганно метались люди и начинался бой. Наши охранники стояли с обнажёнными клинками, а командир кричал, чтобы все спрятались за телеги. На них надвигались четверо мужчин с мечами и топорами в руках. Я нервно начала прятать в сумку учебник и остаток пирога, находясь в стороне от нападавших, но не имея никакого желания проверять, куда могут переместиться противники во время схватки. Раздался звон оружия. Я испугалась и неловко дёрнулась в сторону, и из сумки выкатился залитый по дороге кристалл. Кое-как запихав его в карман штанов, схватила сумку, собираясь со всех ног бежать к телегам. И в этот момент оттуда, где шёл бой, раздался взрыв ругани, которая местами не переводилась вообще, а местами слышалась мне как отборный русский мат. Я машинально посмотрела в ту сторону и замерла на месте – из плеча одного из охранников торчала стрела. А значит, с нападавшими был лучник, и это был конец. Я слишком хорошо помнила, как Рейс всаживал стрелы одну за другой в плетёную мишень.

Лучника увидела почти сразу. Он сидел на толстой ветке большого дерева у самого края поляны метрах в пяти над землёй и уже готовился пустить следующую стрелу. Выронив сумку, я с бешеной скоростью пыталась найти хоть какой-то способ помочь. Левитация тут бесполезна, стрела летит слишком быстро, я её даже толком не увижу. Щиты мы ещё не проходили, о них я пока только слышала. Оставался огненный бросок. Швырнула его навстречу сорвавшейся стреле, сбив её с траектории. Вот только стрел в колчане у лучника оставалось ещё много, а резерва пока хватит только на два броска.

Я приняла решение и использовала свой последний шанс до того, как полностью осознала, что именно делаю. Иначе, скорее всего, не смогла бы так поступить. Второй фаербол полетел точно в стрелка. Не знаю, много ли вреда причинил ему сам магический удар, но падение с высоты явно было летальным.

К несчастью, моё участие в битве не осталось незамеченным. Один из нападавших, добивший раненного стрелой охранника, бросился ко мне с топором. Я швырнула в него горящей головнёй, выдернув её из костра за торчащий конец, и кинулась наутёк. Потому что, даже будь у меня топор, как у противника, было бы значительно больше шансов, что я им покалечусь, чем смогу оказать сопротивление.

А резерв был однозначно пуст, о чём недвусмысленно свидетельствовало становящееся привычным чувство голода. И тут мне вспомнилось, как Элтар спрашивал, умею ли я пить кристаллы. Я всё ещё не умела, но именно сейчас мне как никогда нужно было этому научиться. На бегу сунула руку в карман и, вытащив, сжала в кулаке убранный туда полный кристалл. Не знаю, как это делать правильно, но я просто пошла от противного, то есть совместила обратное движение потока относительно процесса заливки кристалла с методикой наполнения резерва при дыхательной медитации. И чувство голода начало отступать, а значит, у меня получалось!

К сожалению, одновременно бежать и пытаться заниматься незнакомым делом крайне трудно совместимые действия, и я вполне предсказуемо полетела на землю, зацепившись за пучок травы. Очень вовремя, кстати, полетела – прямо надо мной просвистел топор нападавшего, рассекая вечерний воздух. Я как могла быстро перевернулась на спину и увидела, что он заносит над головой своё оружие для нового удара. Разжав ладонь, из которой выпал кристалл, я почти моментально сформировала ещё один сгусток огня и швырнула мужчине в лицо. Он выронил топор себе за спину и, дико закричав, схватился за обожжённую кожу. Я попыталась отползти в сторону, неловко перебирая руками и ногами по земле, и тут из груди моего всё ещё кричавшего противника показался окровавленный кончик меча. Мёртвое уже тело рухнуло рядом со мной, а за ним обнаружился командир охраны.

– Ранена? – сухо поинтересовался он.

Я отрицательно помотала головой, не в силах что-либо говорить. В крови бушевал адреналин, меня трясло. Мужчина развернулся и ушёл осматривать остальных, а я дрожащими руками кое-как нашла в траве оказавшийся абсолютно пустым кристалл и, пошатываясь, побрела к костру, где осталась лежать на земле моя сумка.

Хотела было доесть остаток пирога, чтобы притупить чувство голода, но пыл схватки уже схлынул, и я, вспомнив обожжённое лицо кричавшего бандита, бросилась к ближайшей кромке леса, упав там на колени. Меня рвало долго и мучительно, вновь и вновь отзываясь спазмами давно пустого желудка на накатывающие волнами воспоминания о бое, который и продлился-то, похоже, не более пяти минут, но для меня оказался слишком страшным.

Кое-как я добралась обратно к костру и, расстелив на земле плащ, обессиленно свернулась на нём в позе эмбриона, глядя на пляшущие языки огня. Чувствовала я себя паршиво.

Через некоторое время ко мне подошёл начальник охраны и деликатно дотронулся до плеча. Я устало посмотрела на него.

– Вы точно не ранены? – поинтересовался он. – У вас болезненный вид.

И тут мужчина заметил мой медальон.

– Так ты ещё только учишься… – задумчиво протянул он, сразу сменив обращение. – И какое направление?

– У меня ещё нет направления, я на первом курсе, – вяло ответила я собеседнику и зябко поёжилась: то ли начал подступать ночной холод, то ли меня просто трясло от пережитого.

– Ну ничего ж себе мы перед носом у смерти прогулялись, – пробормотал охранник, – а ребята ещё возмущались, что маг-де не сразу в бой вступил.

– Пусть радуются, что вообще что-то смогла, – зло огрызнулась я. – Мы эти огненные броски только сегодня утром проходили. Я, кроме левитации, пока ничего не умею.

Мужчина побледнел, видимо только сейчас до конца осознав, насколько близко перед носом у смерти они. Один вон так и остался в её объятьях, тот самый, что был ранен стрелой в плечо в начале боя.

– Тебе поесть, наверное, теперь нужно, – проявил практические познания в сфере особенностей жизни начинающего мага мой собеседник. – Пойдём, похлёбкой тебя накормим.

– Нужно, но я не могу, – честно призналась ему и расстроенно вздохнула. Даже при упоминании о еде меня снова начало мутить.

Этот битый жизнью вояка сразу сообразил, в чём проблема.

– Тебя как зовут? – спросил он, присаживаясь на край моего плаща.

– Таль.

– А меня Риган. Так вот, Таль, ты не думай о тех, кого ты убила, они сами подписали себе приговор. Ты спасла всех тех людей, которые сейчас ходят вокруг тебя, едят, укладываются спать и радуются, что остались живы. Вот об этом думай. Так что бери себя в руки и пошли со мной.

Идти никуда не хотелось, но было действительно нужно, и я, поднявшись с его помощью, направилась к костру охраны. Двое сидящих там мужчин встретили меня хмурыми взглядами.

– А теперь познакомьтесь с адепткой первого курса Таль, – несколько своеобразно представил меня их командир, – которая аж второй раз в жизни читала спасшее ваши шкуры заклинание.

Охранники неуверенно переглянулись, не в силах поверить в услышанное.

– Вот-вот, и лицо попроще сделайте, ей и так досталось, – продолжал распоряжаться Риган. – А ты не стой, садись к костру, сейчас я тебе ржаного хлеба дам с солью, чтоб не мутило так сильно.

Хлеб оказался не совсем ржаным, но тёмным и кисленьким, видимо, поэтому заклинание перевода так и сработало. Мелкими кусочками скармливая своему изнеженному организму круто посоленный ломоть, я потихоньку приходила в себя. Вокруг ходили пассажиры и торговцы, негромко переговариваясь и постепенно отходя от пережитого страха. Многие готовились ко сну – завтра обоз с раннего утра двинется дальше.

Мне протянули ещё один ломоть хлеба и миску с наваристой похлёбкой. В ней даже имелся приличный кусок мяса в виде птичьей ноги. Прислушиваясь к внутренним ощущениям, я осторожно поела, упорно запрещая себе вспоминать произошедшее во время боя. Разговаривать никому не хотелось, все угрюмо жевали, склонившись к мискам и особо не глядя по сторонам.

Как только я всё доела, меня отправили спать. Я была за это очень благодарна, потому как нервное потрясение и горячая сытная еда вогнали меня в какое-то сомнамбулическое состояние. Так что уснула я, едва успев завернуться в свой плащ.

Утром меня разбудил один из охранников, вручив большой бутерброд с куском копчёного мяса и кружку горячего отвара.

– Через двадцать минут отправляемся, – сообщил он и ушёл.

– Спасибо большое, – поблагодарила его в спину ещё не до конца проснувшаяся я…

Остальная часть пути прошла без приключений. Названный мне Элтаром адрес я нашла легко и, проверив артефакт – активация и деактивация прошли успешно, – с чистой совестью расплатилась за него. Сразу после этого пошла на местную почту караулить возок и, усевшись на лежащем во дворе толстом бревне, принялась за учебник истории. К моменту отъезда я успела не только выучить всё необходимое, но и почитала прихваченную книжку.

Возок шёл быстрее обоза, но трясло в нём ничуть не меньше, так что время в дороге я снова посвятила медитации, к концу пути залив оба выданных мне кристалла. Вот только в себя я теперь полностью не уходила, подсознательно опасаясь очередных неприятностей в дороге. Так, наверное, и становятся параноиками.

В столицу приехали уже вечером. Как и велел архимаг, сразу отправилась к нему и вручила привезённый артефакт.

– Отлично. Держи оплату и отдыхай, – сунул он мне в руку обещанные две серебряные монеты и чуть не бегом кинулся в одну из комнат.

Я здесь явно была лишней, поэтому сразу ушла в академию. Судя по отсутствию спешащих с работы людей и наличию гуляющих в сумерках парочек, на ужин в столовую я уже опоздала. Недолго думая, свернула к привычной корчме. Разовый ужин я вполне могла себе позволить с учётом названных Шрамом расценок.

– Накормите голодного адепта? – поинтересовалась у хозяина заведения, пристраиваясь у стойки.

– Всё-таки отказалась, – огорченно вздохнул тот. – Вот не слушаете вы, молодые, дельных советов.

Я не сразу поняла, о чём он, а когда сообразила, поспешила заверить этого искренне переживающего за меня здоровяка:

– Нет, дядя Шрам, – как-то само вырвалось у меня, видимо, от ребятни заразилась, – я просто в город только что вернулась и в академию на ужин опоздала. Рано мне пока от полного обеспечения отказываться.

– А может, и вообще не стоит, – намекнул он.

– Меня могут с уроков снимать, если я на полном обеспечении, – попыталась я объяснить суть проблемы.

– Могут, – согласился корчмарь, выставляя на стойку тарелку с уже опробованным мной однажды паштетом и стакан с морсом, – но без особой необходимости не будут, поскольку всё, что делает ректор Таврим, направлено как раз на то, чтобы из адептов получались хорошие маги. Так что зря беспокоишься.

– Может, и так, – не стала я спорить, но всё же не отказалась от мысли в будущем найти подработку, и желательно по специальности. – Дядя Шрам, а что это за блюдо?

Корчмарь посмотрел, как я с аппетитом уминаю ужин, и заулыбался:

– Паштет из трёх видов мяса и трёх видов овощей. Рецепт не проси – секрет.

– Не буду, – понятливо кивнула я, не переставая жевать. – Очень вкусно.

Закончив с едой, поинтересовалась, сколько я должна за ужин, но корчмарь махнул рукой:

– Я эти две медяшки из вашего аванса спишу, там ещё прилично осталось.

Спорить не стала, в конце концов, на этот аванс пошла первая серебрушка, заработанная мной у Элтара, – один раз можно и оттуда взять. А вообще, надо будет сюда вместе с ребятами хоть иногда поесть ходить. Наши заработки на почте такое вполне позволяли, а мальчишек, в отличие от меня, никто не подкармливал.

В своей комнате я, пока окончательно не стемнело, села делать задание по чистописанию на завтра. Хотя спать хотелось нестерпимо, дорога и пережитое потрясение здорово меня вымотали, так что легла сразу, как только закончила с заданием.

Утро я начала с упражнений, предписанных мастером Ивором, а то и так вчерашний день пропустила. На левитационной площадке нас оказалось уже шестеро, и каждый занимался по своей программе. Желающих составить компанию мастеру Кайдену на спортивной площадке по-прежнему не находилось.

Поскольку присутствовали не только мои друзья, но и другие одногруппники, рассказ о поездке оставила на потом.

Первой в расписании сегодня снова значилась магическая практика, и все с нетерпением ждали начала. Этот урок никого не оставил равнодушным. Задание мастер Кайден озвучил то же, что и на прошлом занятии, но первым вызвал Вадера. У того ничего не получилось. Преподаватель велел ему отойти в сторону и вызвал следующего. Постепенно я поняла, что он идёт в порядке, обратном результатам, достигнутым адептами, то есть от худших к лучшим. К всеобщему удивлению, у остальных тоже ничего не выходило. Мы перешёптывались, но понять ничего не могли. Меня вызвали предпоследней, оставалась только Рамина.

Я вышла на арену и встала рядом с мастером, испытывая неуверенность.

– Пробуй, – велел он.

Я сосредоточенно выполнила требуемые действия, и между моими ладонями заклубилось пламя, послушно полетев в стену. Счастливо улыбаясь, повернулась к мастеру и увидела, как его глаза полыхнули яростью, а искривившая лицо усмешка была одновременно злой и ликующей.

– Ну, вот и всё, – практически прошипел он. – Я сразу был против того, чтобы тебя принимали в академию, и оказался абсолютно прав. Никто не может сделать огненный бросок без специальной подготовки, если не повторил его в течение суток после первого применения – это заклинание особым способом закупоривает энергетические каналы. Ты наплевала на запрет академии и попалась. А теперь бери свои вещи и иди за мной.

– Но… мастер Кайден, я…

– Не хочу ничего знать, – зло оборвал меня преподаватель. – За мной, сказал!

Я шла за ним и была в шоке: да, действительно нарушила запрет на применение этого заклинания, но я ведь и не тренировалась, нас там чуть не убили. А ему просто плевать, он хочет избавиться от меня и не упустит такой повод. Но я уже не мыслила себя без магии, не знала, как жить дальше, если меня действительно выгонят.

Завуч привёл меня в кабинет ректора и без стука толкнул внутрь так, что я чуть не упала, споткнувшись о край ковра.

– Нарушение запрета на применение вне боевого полигона заклинания «Огненный бросок». На отчисление, – коротко отчитался Кайден. – Я обратно на полигон, там группа без присмотра.

Когда за спиной хлопнула дверь, я вздрогнула. Ректор укоризненно смотрел на меня, а я чуть не плакала, держась только на непонятно как успевшей за столь короткий срок развиться профессиональной гордости.

– Наталья, ну неужели нельзя было потерпеть несколько дней? У вас же так хорошо всё начиналось: вторую декаду лучший результат в группе, знакомство с архимагом Элтаром, и Эшен вас на весь магический совет уже расхвалил. – Ректор был откровенно раздосадован.

И я не смогла больше молчать, сорвавшись почти на крик, потому что у меня пытались отнять чудом сбывшуюся мечту, мой шанс стать магом:

– Да нас же там убивали, я жизнь свою спасала, и других тоже! Они бы всех нас убили, понимаете?!

– Кто убивал? Кого убивали? Вы действительно надеетесь, что я в это поверю? – грустно спросил архимаг.

Тут я вспомнила рассказ Элтара о провинившемся адепте-артефакторе и, бросившись к столу ректора, хватаясь за малейшую надежду, предложила:

– Давайте я всё под заклинанием правды расскажу!

– А ты хорошо понимаешь, что это такое? – подозрительно переспросил он.

– Мой шанс остаться в академии, – твёрдо ответила я, глядя ему прямо в глаза.

– Откуда ты вообще знаешь об этом заклинании?

– Читала об истории его создания в книге и вскользь слышала от архимага Элтара.

– Суть в том, что ты не сможешь не только солгать, но и не ответить на вопрос, даже если он тебе неприятен. Речь полностью попадает под контроль наложившего на тебя заклинание, – пояснил для меня ректор.

– Мне нечего скрывать, и я не думаю, что конкретно вас интересуют подробности моей личной жизни.

– Что ж, бери стул и садись напротив меня.

Когда я расположилась, он закончил вычерчивать сложный знак на листе бумаги и, положив на него правую ладонь, произнёс длинную фразу, глядя на меня.

– Теперь повтори: «Ино артейло хейрам», – велел он.

Первое слово я повторила легко, а дальше дело не пошло. Я помнила, что меня просили произнести, и пыталась это сделать, но слова просто отказывались проталкиваться через сжимающееся спазмом горло.

– Достаточно, успокойся, всё так, как должно быть. Таким образом проверяется, правильно ли легло заклинание. Тебе было предложено произнести заведомую ложь на незнакомом языке, и ты не смогла это сделать, – просветил меня ректор. – А теперь рассказывай.

Я рассказала всё в подробностях, стараясь не упустить ни одной детали, которую сумела сохранить моя память. На моменте выпускания последнего заклинания меня снова замутило.

– В жилую комнату. Там налево в умывальню, – понятливо велел архимаг.

Опрометью я бросилась туда, пока ещё не стало слишком поздно, и обняла раковину. Вот ведь… весь завтрак насмарку. Умыла лицо и шею холодной водой, и мне немного полегчало. Когда обернулась к двери, стоявший в проходе ректор протянул мне небольшое полотенце.

– Спасибо. И – извините…

– Это нормальная реакция. Скорее, меня напугало бы её отсутствие. Пришлось бы проверять, нет ли у тебя склонности к убийству, – серьёзно просветил меня ректор и предложил: – Давай останемся в жилой комнате, на случай если тебе ещё раз… хм… умыться понадобится.

Я кивнула и продолжила рассказ, закончив тем, как охранники накормили меня вечером и утром.

– Вроде бы всё, – объявила я и с надеждой посмотрела на ректора.

– Ну что ж, похоже, с твоей будущей специализацией мы уже определились – отличный боевой маг выйдет. Сейчас иди в столовую, возьми там кусок солёного хлеба, чтобы до обеда голодной не сидеть. Если сразу не дадут, сошлись на меня. Потом иди в класс и готовься к следующему уроку.

– Вы меня не отчислите? – на всякий случай уточнила я.

– Нет. Это, действительно, особый случай, который будет занесён в твоё личное дело как первая боевая практика. Такое случается крайне редко и не подпадает под общие правила.

– Ура! – на радостях буквально подпрыгнула я и развернулась к двери, собираясь бежать в столовую.

– Куда?! – раздался мне в спину грозный окрик архимага Таврима.

Я затормозила буквально на полушаге и вопросительно посмотрела на него.

– Заклинание же нужно снять, – улыбаясь, пояснил он, уже делая в воздухе какие-то пассы руками. – Вот теперь можешь идти.

И я пошла. Без проблем разжилась в столовой хлебным ломтём и, зайдя в ещё пустой класс, уселась на своё место, неторопливо жуя повторный завтрак. Как раз успела доесть, когда вернулись с практики ребята. Половина смотрели на меня обвиняюще, мои друзья – расстроенно, а Эрин так просто с дикой смесью горечи и обиды. Не выдержав его взгляда, чётко разделяя слова, сказала:

– Я не тренировалась, – и негромко добавила для друзей: – Вечером расскажу.

– Так тебя не выгнали? – осторожно уточнил Рейс, и все замерли в ожидании моего ответа.

– Нет.

– Фу-х, – облегчённо выдохнул Янисар, – а я уж думал отца просить. Вдруг бы согласился помочь.

Я поражённо смотрела на него. Мальчишка смутился и потупился.

– Спасибо тебе, – поблагодарила я, чувствуя, что того и гляди расплачусь. И обратилась уже ко всей нашей компании: – Вы настоящие друзья.

В этот момент в класс вошёл мастер Кайден, посмотрел на окружённую одногруппниками меня, сидящую на своём месте, зло сощурился и молча вышел.

А дальше начался урок истории и опрос, где меня прогнали вскользь по всей теме. Ответами мастер Гарун остался вполне доволен и даже похвалил.

На медитации я отдала залитые во время поездки кристаллы и, поскольку резерв был не израсходован изначально, сумела залить аж четыре ученических за одно занятие. Мастер Сорин немного замялся, забирая их, и для всей группы сказал:

– Теперь, когда каждому из вас установлена норма заливки, я не имею права требовать, чтобы вы сдавали больше, только добровольно.

– А если кто-то не сможет выполнить норму на уроке? – поинтересовалась я, помня, какие трудности возникли в конце прошлой декады.

– Можно либо прийти сюда в час между занятиями и ужином, либо взять кристалл на вечер и утром сдать мне перед занятиями. Я прихожу примерно за полчаса до первого урока.

– Но ведь если полностью резерв выливать, то он быстрее растёт? – на всякий случай переспросила Рамина.

– Да, но вы же ещё и тренироваться хоть немного должны, – как-то неуверенно произнёс мастер.

Я пожала плечами. Мы вон даже в воздушный хоккей играть умудряемся, а не только тренироваться, и это нисколько не повод отлынивать от заливки кристаллов. Хотя тут каждый для себя сам решает. Я пока собиралась отрабатывать по максимуму.

После медитации всей группой отправились на обед. Наша компания привычно уселась за один большой стол, остальные группками разбрелись по столовой. Ребята справились со своими порциями быстро и просто сидели за компанию со мной, сравнивая, кому сколько упражнений назначил мастер Ивор. Я ела медленно, опасаясь очередного приступа тошноты, поэтому только недавно перешла ко второму блюду, когда в столовой стало подозрительно тихо.

Настороженно прислушалась и уже собралась оглянуться, когда над нашим столиком склонился мастер Кайден, оперевшись руками о столешницу и так резко приблизив своё лицо к моему, что мне на миг показалось, будто он со мной лбом стукнется. Я инстинктивно отшатнулась, вжавшись в спинку стула. А мастер, ни от кого не скрываясь, прорычал мне прямо в лицо:

– Похоже, ты не так проста, как кажешься, да, девочка? Но поверь, это ничего не меняет! Я не потерплю твоего присутствия в этих стенах! В моих силах превратить твою жизнь здесь в кошмар. Тебя не выгнали из академии? Сама уйдёшь! – И столько неприкрытой злобы было в этих словах, что мне снова стало страшно.

Я чувствовала, как меня начинает трясти, а Кайден всё нависал и нависал надо мной, молча буравя взглядом. В столовой стояла гробовая тишина. Наконец он отодвинулся и нервным рваным шагом отправился на раздачу за своей порцией. А я несколько секунд так и сидела, вжавшись в спинку стула и не шевелясь. Потом заставила себя взять дрожащей рукой вилку и попытаться поддеть ею хоть что-то с тарелки. Первая попытка донести еду до рта не удалась – руки дрожали слишком сильно. В помещении постепенно нарастал гомон, а мои друзья молча сидели, испуганно сжавшись.

За что он так со мной? Что я сделала такого, чтобы ломать мою жизнь? И ведь знает же, что я его боюсь. И не только я, его тут почти все боятся. Но я его очень-очень боюсь. И в тот момент, когда я уже начала откровенно себя жалеть, что-то внутри меня сломалось. И как ни странно, это была не моя решимость остаться в стенах академии, а мой страх. Наверное, случись подобный разговор до того, как меня чуть не зарубили топором, я сдалась бы. А теперь слишком хорошо знала: перестать сопротивляться – значит умереть.

Я посмотрела на усаживающегося за преподавательский столик отдельно от других мастеров завуча и поняла – я больше его не боюсь. Я его ненавижу! Потому что именно этот человек попытался лишить меня того чуда, что подарил новый мир, отнять всё, чем я теперь живу. И я не уйду.

Почувствовала, что руки перестали дрожать, и начала сосредоточенно есть. Полностью расправившись с обедом, отнесла поднос с посудой на положенное место и неспешно направилась к мастеру Кайдену. По мере того, как я приближалась к нему, весь зал замер, затаив дыхание. А я, дойдя до стола и так же, как он совсем недавно, оперевшись о столешницу, склонилась к лицу своего врага. Он, в отличие от меня, не отшатнулся и лишь в упор смотрел темнеющими от нескрываемой злости глазами. Я едва не коснулась его носа своим, глядя прямо в эти льдисто-серые зеркала души, и негромко, но отчётливо произнесла:

– Не дождётесь!

В абсолютной тишине, разлившейся по столовой, мои слова прозвучали как первый громовой раскат начинающейся бури.

Я не стала ждать ответной реакции мастера Кайдена и с гордо выпрямленной спиной, тщательно контролируя каждый шаг, покинула наполненное всё ещё шокированными людьми помещение, твёрдо зная, что никому не позволю отнять свою мечту.

Таль 2

Не дать отнять свою мечту

Академия гудела как потревоженный улей. К концу занятий в её стенах не осталось ни одного человека, который был бы не в курсе произошедшего в обед в столовой. Адепты бурно обсуждали инцидент, собираясь небольшими группами в коридорах, холле и даже во дворе. Похоже, я была первой, кто решился открыто бросить вызов грозному завучу.

Некоторые при встрече в коридорах разглядывали меня с каким-то жадным интересом. В чём дело, прояснил Эрин, прибежавший после перемены с известием, что многие заключают пари, сколько я продержусь до того, как всё-таки сбегу. Сроки разнились от одного дня до одного месяца.

– Обломаются, – зло прокомментировала я.

– В смысле? – заинтересовался тот.

– Сама не уйду, а если мастер Кайден меня прибьёт, побегом не считается, – хмуро пояснила я, глядя в окно.

– Ты обещала нам всё рассказать, – напомнил Янисар.

– Давайте после ужина у нашего фонтана. Устраивает?

– Хорошо, но только ненадолго, – закусил он губу и пояснил: – У меня занятия.

На том и порешили.

На почте мы с близнецами справились быстро. А вот в корчме меня ждала неожиданность.

– Сам забрал уже, – коротко ответил Шрам на мой вопросительный взгляд и отвёл глаза.

– А… – попыталась спросить я, сама ещё не понимая толком, что именно, но корчмарь, не дожидаясь прояснения моих мыслей, ушёл.

Ждать его я смысла не видела, а вот сходить в столовую резон очень даже был – кто его разберёт, этого архимага, может, он там с кем-то ужинает. Еда меня не впечатлила – и не особо вкусно, и не особо сытно. Разбаловал меня Элтар. Точно, нужно с друзьями в корчму сходить.

Поев, сразу пошли к фонтану, чтобы Янисар успел вовремя вернуться домой. Уселись на дальней лавочке, и я негромко, чтобы не привлекать внимания прохожих, рассказала им всю историю, опустив только подробности, негативно сказывающиеся на моём желудке и явно не полезные для детской психики. О произошедшем в кабинете ректора тоже рассказала во всех подробностях. Какое-то время все сидели молча, пытаясь воспринять произошедшее. Марек нервно ёрзал на месте, не в силах оставаться без движения столь долгое время. Он и на уроках-то постоянно вертится.

– Это хорошо, что у тебя кристалл залитый оказался, – наконец подал голос Рейс.

– Не то слово, – подтвердила я и подумала, что неплохо бы постоянно иметь с собой такой, на всякий случай. – Интересно, а где можно раздобыть пустой ученический кристалл в постоянное пользование?

– В магазине, – несколько удивлённо ответил Ян, – где же ещё?

– И где такой магазин?

– Да вон, в конце улицы, – ткнул пальцем для наглядности Марек в нужном направлении. – Видишь, там фонарь над входом светится, он вроде как кристалл изображает.

Действительно, фонарь был немного похож. Я решила обязательно сходить туда, как только появится возможность, но сегодня пора было выяснить, дадут ли мне переписывать дневник или у архимага другие планы на вечер. Распрощавшись, мы разошлись каждый по своим делам.

Входная дверь оказалась не заперта, а сам Элтар вышел мне навстречу из кабинета.

– Ты сегодня поздно, – с лёгкой укоризной заметил мужчина.

– Извините, мне с ребятами поговорить нужно было, – опустила я глаза.

– Надеюсь, хоть не ужинала?

– Ну, вы же свой заказ забрали… – растерявшись, замялась я.

– Я сюрприз хотел сделать. Вроде как извиниться за то, как вчера встретил: ни тебе здрасте, ни до свидания. Просто совет уже шёл, а я ждал артефакт и опаздывал на него.

– А как вы должны были меня встречать? – окончательно запуталась я в его рассуждениях. – Вы за услугу расплатились, значит, всё нормально.

Элтар тяжело вздохнул и прислонился к стене.

– Таль, скажи честно, общение со мной тебе в тягость?

– Нет, – не задумываясь ответила я и, поскольку он молча смотрел на меня, добавила: – С вами интересно.

– Хорошо, пойдём тогда в кабинет работать, – заключил маг и первым двинулся в указанном направлении.

– Вы сами-то ужинали? – заподозрила я неладное.

А в ответ тишина. Заглянула краем глаза на кухню и, ахнув, застыла в дверях. Стол был накрыт красивой ажурной скатертью и сервирован на двоих. Похоже, застыла я надолго, поражённая увиденным, потому что маг, как всегда неслышно, подошёл сзади и осторожно тронул за плечо. Обернувшись, я посмотрела на него и не смогла вымолвить ни слова. Тот неопределённо дёрнул плечом и уставился мимо меня в дальний угол кухонного потолка.

Ну вот что с ним делать? Я аккуратно взяла мужчину за запястье и потянула в кухню. Он, не сопротивляясь, подошёл к столу и галантно отодвинул стул.

Утрамбовав в и так уже сытый организм свою порцию и запив налитым мне по случаю особого ужина соком, я вместе с хозяином дома переместилась в его кабинет. Там распределились на уже привычные места: я – за стол, архимаг – в кресло между шкафами. Правда, продлилось это недолго. Закончив с недописанной в прошлый раз страницей, я аккуратно перевернула лист и уставилась на разворот, вкривь и вкось исчерченный линиями с вкраплениями мелких значков. Схему это творение гения алхимии напоминало крайне отдаленно.

– Э-э-э… Господин Элтар… – неуверенно протянула я.

– А можно без «господин»? – попросил архимаг. – Мы же дома, а не на официальном приёме, и я тебя «уважаемой адепткой» не зову.

– Без «господина» можно, а без вас – нет, – всё ещё оторопело разглядывая имеющийся лабиринт из линий, призналась я. – Тут такое! Я даже не знаю, что считать внешним контуром.

Маг, явно заинтересовавшись возникшими у меня проблемами, подошёл к столу и хмыкнул. Развернув дневник к себе, несколько минут сосредоточенно вглядывался в почти хаотическое переплетение линий, после чего заключил:

– Да уж, похоже, Лемантин её не глядя рисовал. Была у него такая привычка – делать записи, наблюдая за опытом, каракули те ещё выходили. Скорее всего, эту схему учитель потом отдельно перерисовал, но нам нормального варианта не досталось, так что будем работать с тем, что есть. Пусти-ка меня за стол, сейчас будем с тобой разгадывать этот ребус.

Теряясь в догадках по поводу того, в чём может заключаться моё участие в расшифровке схемы, больше похожей на творение сумасшедшего паука-фанатика, торопливо освободила кресло.

Маг достал из стола несколько листов обычной нелинованной бумаги. Один из них положил на разворот дневника с нарисованной там схемой, сверху накрыл ладонями и что-то прошептал. В результате на листе появилась точная копия нарисованного.

– И зачем я тогда переписываю, если можно вот так скопировать? – в недоумении поинтересовалась я.

– Потому что это очень неэффективный способ, – просветил меня Элтар. – Заклинание мало того, что сложное по символике, так ещё и очень энергозатратное. Я только что полтора магистра использовал.

– В смысле, столько же, сколько в пятнадцати ученических кристаллах? – усомнилась я в верности понимания.

– Да. Вас пока учат правильным названиям, но обычно никто не говорит «ученический кристалл», «кристалл архимага» применительно к резерву или расходу энергии. Говорят «ученик», «магистр», «архимаг». Так, в Лисандре чуть больше двух архимагов, во мне – семь. И на данный момент это самый большой резерв, хотя до Катастрофы я даже середнячком не считался. Архимаг-то я всё же по алхимии, по боевой магии – только магистр второй степени.

– А вы ещё и магистр?

Вот чем больше узнаю Элтара, тем больше поражаюсь.

– И что тебя так удивляет? – поднял он на меня взгляд от листа, который всё это время разглядывал.

– Я думала, у мага только одна специализация может быть.

– Большинство действительно имеют только одну, но есть и такие уникумы, как Кайден. А я просто, как и большинство мальчишек, пошёл на боевую, но, когда вырос, понял, что это не моё, напросился в ученики к Лемантину и доучился на второй диплом.

– Здорово. А почему вы сказали, что Кайден уникален?

– Он архимаг по трём направлениям… – начал Элтар, но резко оборвал себя и приказным тоном велел: – Забудь об этом и никогда никому не говори.

Я стояла с вытянувшимся лицом и пыталась осознать всю безнадёжность своего сопротивления завучу с тремя архимагическими степенями. Вот это я попала…

– Ты меня поняла?! – повысил голос архимаг.

– Да. Извините, я просто от шока никак отойти не могу.

– Хорошо. Бери себя в руки, а я сейчас тебе табуретку принесу, и начнём восстанавливать схему.

Вернувшись с табуреткой и поставив её с противоположной стороны стола, Элтар отодвинул дневник и, вооружившись красным стилусом, склонился над копией.

– Так, внешний контур однозначно здесь, – обвёл он несколько линий по краю рисунка. Затем поменял стилус на чёрный и выделил ещё пять крупных фигур. – Бери два листа и переноси на них выверенный фрагмент схемы.

К себе архимаг тоже придвинул бумагу со стилусом и начал вычерчивать отдельные куски схемы, что-то приписывая рядом. Я сначала выполнила задание и только потом позволила себе понаблюдать за его работой.

– Не понимаю. Либо не хватает трёх символов, либо остаются два лишних, – пробормотал он через некоторое время, ни к кому особо не обращаясь.

– А вы перерисовали неправильно, – рискнула влезть я со своим комментарием. – Там у него не овалы, а круги.

– Таких кривых кругов не бывает, – не согласился маг.

– Это у вас не бывает, а у вашего учителя они всё время кривые. Овалы у него сильно вытянутые, – проговорила я, листая оригинал дневника Лемантина, и, найдя нужный пример овала среди уже перерисованных мной схем, показала его архимагу.

– Значит, выделяем ещё парные направляющие, дающие связь с внешней пентаграммой, и получаем классический преображающий элемент. Тогда вот эти две схемы остаются такими, как и раньше, а третья изменится. Сейчас всё обведём и посмотрим, что выйдет. Преображающий элемент пока в заготовки переноси.

И мы снова углубились каждый в свою часть работы. Архимаг таки восстановил всё смысловое значение схемы и даже помог мне дорисовать её на втором листе, после чего на обратной стороне каждого экземпляра сделал пометки о значении отдельных элементов и порядке их вычерчивания.

Когда закончили, у меня затекла и начинала болеть спина. Судя по тому, как до хруста в костях потянулся Элтар, у него тоже.

Поднявшись с кресла, Элтар вышел из кабинета, вернулся через несколько минут немного растерянный.

– Таль, я думаю, тебе лучше сегодня уже никуда не ходить.

– В смысле? – не поняла я, в чём может быть проблема.

– Время уже тринадцать часов почти.

– Сколько?! – Ошеломлённо глянув в окно, я убедилась, что на улице совсем темно.

– Я сам не заметил, увлёкшись разгадыванием схемы, – чуть извиняющимся тоном произнёс маг. – Поздно уже, иди в душ и ложись в гостевой. Там щеколда есть.

Душ был, конечно, мощным стимулом, но, помимо самого факта ночёвки в доме с посторонним мужчиной, меня беспокоил ещё один момент.

– Элтар, в ваши благородство и порядочность я верю значительно больше, чем в защитную функцию щеколды применительно к магам. Но я не могу остаться хотя бы потому, что с утра не проснусь и опоздаю на занятия – в академии-то специальный сигнал побудочный включают.

– Это как раз не проблема, – заверил меня хозяин дома. – Я встаю на рассвете и иду тренироваться на задний двор. Так что просто скажи, во сколько тебя разбудить.

Я задумалась. С одной стороны, и так провожу у него чуть ли не всё своё свободное время, да и переодеться мне тут не во что, а с другой – идти никуда уже не хотелось. И душ опять же, когда ещё такая возможность представится. К тому же интересно было бы посмотреть, как он тренируется.

– Меня тоже на рассвете, – с сожалением вздохнула я, подумав, что выспаться в ближайшее время не удастся.

– Зачем так рано? – удивился маг.

– Так мне тоже с утра тренироваться нужно.

– Ты по какой-то методике вашего мира занимаешься?

– Нет, что вы. Это мастер Ивор для желающих индивидуальный набор упражнений и нагрузок расписал, теперь их нужно каждый день выполнять.

– Интересно. Потренируешься со мной утром?

– Не могу, у меня с собой нет формы.

Вот действительно обидно, такой случай упускаю посмотреть на его тренировку, и это при том, что он сам предложил.

– Тоже мне проблема. Штаны тренировочные у Райна одолжим, их тут несколько штук. Он крупнее меня, так что в бёдрах нормально должны быть, а тунику лучше мою, он больно широкоплечий.

– Простите, а кто такой Райн и что у вас делают его штаны? – осторожно поинтересовалась я.

– Райнкард, я же тебе вроде о нём говорил. А несколько комплектов одежды он у меня держит на случай внепланового прибытия. Бывало, в таком виде являлся, что я его, кроме как в душ, и запустить-то никуда не согласился бы. Одежду пару раз просто сжигать пришлось. Тренировочных костюмов у него здесь вообще несколько штук запасено, он частенько пофехтовать заходит, когда в городе бывает.

– Спасибо. Мне даже как-то неудобно. Вы столько для меня делаете…

– Да ладно тебе, – отмахнулся Элтар. – Иди постель себе постели, а я пока в душ и тоже спать пойду.

В гостевой комнате всё было по-прежнему. Прошлась по ней, легко касаясь кончиками пальцев мебели, занавесок на окне, подушек. Несколько минут посидела на кровати, уже отвыкнув за декаду от её мягкой упругости. Хорошо тут.

Дверь в душевую комнату была открыта, демонстрируя, что уже свободна. Архимага нигде видно не было. Либо действительно уже лёг, либо просто ушёл в свою комнату, чтобы меня не смущать. С огромным удовольствием я помылась в нормальных условиях, а не в умывальной комнате общежития. Всё-таки мне, как современному человеку, привыкшему к комфорту бытовых удобств, тяжело обходиться без них.

Завернувшись в большое полотенце, торопливо просеменила в выделенную мне комнату. Наверное, со стороны это смотрелось забавно, но, к счастью, за мной никто не наблюдал. Там, оставшись в одном нижнем белье, сразу почувствовала себя неуверенно. Пришлось пойти и закрыть дверь на щеколду. Я полностью доверяла Элтару, но так было психологически комфортнее, а то всё время казалось, что дверь сама откроется, или у меня первый раз в жизни приступ лунатизма случится, или ещё что-нибудь. В общем, с закрытой щеколдой спокойнее. Со счастливым вздохом натянув одеяло на свежевымытый организм, я провалилась в сон…

Стук в дверь раздался неожиданно, вырывая меня из ночных грёз. За окном было сумеречно. В дверь постучали ещё раз. С трудом соображая, кто может прийти ко мне в такую рань, я обернулась в одеяло и пошла выяснять, кому не спится по утрам.

Проснулась я ещё явно не до конца: левый глаз был приоткрыт наполовину, правый вообще спал, так что видела я окружающее довольно смутно. Не нащупав дверную ручку на привычном месте, кое-как разлепила оба глаза и обнаружила почти у себя перед носом щеколду. Припомнила, что что-то с ней было вчера связано, но вот что именно…

В дверь снова постучали, на этот раз более настойчиво, и я, отодвинув запор, наконец открыла её раннему посетителю. За ней оказался Элтар. Я помотала головой, не понимая, снится он мне или только мерещится.

– Ой, какая сонная, – умилился архимаг и легонько щёлкнул меня по кончику носа, отчего мои глаза распахнулись, а сон испуганно сбежал. – Просыпайся давай.

Сунув мне в руки сложенные вещи, он развернул меня за плечо и подтолкнул обратно в гостевую. Несколько секунд я так и стояла посреди комнаты, глупо хлопая глазами, потом проснулся отставший от остального организма мыслительный процесс, и я переоделась в выданные вещи.

Элтар уже вовсю выполнял какой-то боевой комплекс на заднем дворе. Во всяком случае, было похоже на то, что в фильмах о боевых искусствах показывали. Я решила не изменять сложившейся традиции начинать разминку с пробежки и потрусила вокруг дома.

После пяти кругов, достаточно разогрев мышцы, чтобы избежать травм при выполнении упражнений, расположилась так, чтобы удобно было наблюдать за архимагом.

А посмотреть было на что. Он занимался в свободных спортивных штанах, без рубашки, и при медленных, напряжённых движениях, которые проделывал с мечами, временами срываясь в скоростные серии, прорисовывалась каждая мышца. Если раньше я могла бы назвать его худым, то теперь скорее использовала бы эпитет «жилистый».

Однако, любуясь выверенными движениями архимага, я не забывала и сама выполнять упражнения. Под конец с трудом, но и с гордостью за себя, осилила все тридцать установленных мне подъёмов туловища и с тихим стоном распласталась на земле. Элтар иронично усмехнулся и направился к веранде для медитаций. Я заинтересованно повернула голову, улучшая себе угол обзора, но не спеша покидать лежачее положение.

Маг сел на довольно широкие перила, зацепившись ногами за лавку, которая, как я уже выяснила, закреплена на веранде, и откинулся с наружной стороны, повиснув головой вниз. Покосившись на меня и задорно подмигнув, он с резкими выдохами начал сгибаться, касаясь локтями коленей.

– Ничего себе! – восхитилась я и пришла к неожиданному выводу: – Хорошо, этого Марек не видит.

– Почему? – успел на очередном выдохе спросить Элтар.

– Да он и так в вас весь такой влюблённый! – сдала я мальчишку его кумиру.

Маг попытался сделать ещё один подъём, но, так и не согнув корпус до конца, расслабленно обвис и рассмеялся:

– Он, по-моему, во весь мир влюблённый. Забавный мальчишка. – А затем, рывком поднявшись и сев на перила, добавил: – Иди в душ, я пока чайник поставлю и продукты достану. С тебя потом изготовление бутербродов.

Сполоснулась я на этот раз быстро, чтобы не задерживать хозяина дома. Пришла на кухню и застала архимага, заканчивающим резать хлеб. Увидев меня, Элтар отложил нож и, чуть улыбнувшись, когда проходил мимо, оставил заканчивать с завтраком. На столе имелись также масло и довольно большой кусок сыра. Немного похозяйничав в шкафах, я накрыла на стол, так что вернувшийся вскоре архимаг без лишних разговоров сел завтракать.

– В академию успеваешь? – поинтересовался он, допивая свой отвар.

– Да, с запасом, – заверила я и начала убирать посуду со стола.

– Таль, в этом нет необходимости.

– То есть как?

Он чуть прикусил губу, оценивающе глядя на меня, и промолчал. Ничего не понимаю. Что тут может быть секретного?

– Не хотите говорить?

– Не хочу тебя пугать.

– Вот теперь точно лучше рассказать, – честно предупредила я, – потому что реальности вряд ли удастся превзойти моё бурное воображение.

Молчание затягивалось. Я, решив, что так и не дождусь продолжения беседы, направилась к выходу и услышала сказанное мне вслед:

– У меня живёт домовой.

Я удивленно обернулась к архимагу.

– Что, правда? А посмотреть на него можно?

– Тебя не беспокоит, что в моём доме находится нечисть? – настороженно спросил Элтар.

– В смысле – домовой? А он нечисть?

– Да.

Я задумалась, но родной фольклор ничего плохого о домовых не рассказывал, а мультик о Кузе так и вовсе был одним из любимых.

– Это плохо? – на всякий случай уточнила я.

– Это просто факт. Большинство людей боится всей нечисти, хотя далеко не вся она агрессивна, а домовые, лешие и полевики вообще считаются условно разумными.

– Тогда не вижу проблемы, это же хорошо, что вам домовой по хозяйству помогает.

Маг расслабился и даже слегка улыбнулся.

– Тебе пора, – мягко напомнил он, поднимаясь, чтобы проводить до двери.

Я кивнула и пошла к выходу, на пороге обернувшись, чтобы попрощаться. Элтар, стоявший совсем близко, наклонил голову и, едва прикоснувшись к коже, поцеловал меня в висок. Я растерянно замерла, не зная, как реагировать на такое, но он сразу отступил на шаг и, взявшись за дверную ручку, пожелал:

– Удачного дня, Таль.

– И вам удачного дня, – успела проговорить я до того, как дверь плавно закрылась.

* * *

По дороге в академию я постаралась выкинуть всё произошедшее из головы, не дело на уроках думать о странностях Элтара. Получалось у меня это не особо успешно. Трудно сказать, что именно я испытываю к этому мужчине. Симпатия и интерес присутствовали, доверие, желание снова его увидеть – тоже, но утверждать, что я в него влюблена, пожалуй, всё же нельзя. Просто представила, что рядом с ним находится другая женщина, например, та симпатичная леди с портрета в кабинете, и поняла, что буду искренне рада, если этот человек счастлив, пусть и не со мной. Наверное, если бы наш социальный статус не был столь различен, мы стали бы друзьями.

Быстро собрав у себя в комнате сумку, я спокойно пошла в класс, где вскоре должно было начаться занятие по левитации. Сегодня был редкий случай, когда нам преподавали на этом уроке теорию. Я слушала рассеянно, постоянно отвлекаясь на посторонние мысли и глядя в окно. Возможно, именно моя несобранность и сыграла решающую роль, когда в ответ на озвученный нам постулат архимага Триада, гласящий «Любой неодушевлённый предмет, летящий без помощи магии, не может изменить направление движения иначе, как под воздействием сил природы», я удивлённо посмотрела на преподавателя и спросила:

– Почему?

– Что значит «почему»? – не понял мастер Эрх. – Это именно так, это же постулат.

– Но это не так, – уверенно заявила я, представляя себе почему-то лайнер с надписью «Аэрофлот».

– Наталья! – рассердился преподаватель. – Вот сейчас я, как никогда, понимаю мастера Кайдена. Нельзя же настолько любить спорить. Если что-то бросили, то оно летит туда, куда его бросили.

– Но я…

– Никаких оправданий, – оборвал он меня. – Если ты можешь доказать своё утверждение – доказывай, в противном случае я поставлю тебе отрицательную отметку в конце декады.

Вот где я ему тут самолёт возьму? И тут меня осенило. Нет необходимости предъявлять настоящий самолёт, достаточно бумажного самолётика. Схватила лист, нервно пытаясь вспомнить, что и как нужно складывать. Получилось только с третьей попытки, всё-таки давно я такими вещами не занималась. Встав на своём месте и таким образом снова привлекая внимание преподавателя, который за время моих раздумий вернулся к объяснению теории движения предметов различной формы, я запустила самолётик. Тот, как по заказу, заложил крутой вираж и геройски собирался пойти на таран лба Рейса, но парень ловко уклонился. Осторожно подобрав прилетевшую к нему игрушку, повертел в руках и вопросительно посмотрел на меня.

– Брось в мастера, – попросила я своего друга.

– С ума сошла? – предположил парень в ответ на моё неординарное предложение.

– Да он же лёгкий, ничего не будет, – безуспешно попыталась я его уговорить.

– Брось, я разрешаю, – вмешался мастер Эрх.

Рейс ещё раз неуверенно посмотрел на меня и повторил продемонстрированное ему движение. На этот раз траектория оказалась более плавной и закончилась аккуратным приземлением на стол перед Янисаром.

Заинтригованный преподаватель подобрал бумажную фигурку и поэкспериментировал сам.

– Ты хоть понимаешь, что только что сделала? – почти прошептал он.

– Э-э-э… ничего я не делала, ну, кинула самолётик на уроке. Давайте я вам отработаю как-нибудь. Это же просто дисциплинарное нарушение, – напугалась я.

– Ну о чём ты думаешь? – изумился мастер. – Ты только что эмпирически опровергла постулат, которому больше двух тысяч лет, а говоришь о нарушениях дисциплины. Сегодня будет заседание учёного совета академии, нужно, чтобы ты обязательно на него пришла и сама это всем показала.

– Не нужно! – моментально отреагировала я.

– Почему? – откровенно удивился преподаватель.

– Там Кайден будет, – ответила и только потом сообразила, что забыла назвать завуча мастером.

Мужчина понимающе посмотрел на меня и вздохнул.

– Ладно, не ходи. Но я могу взять с собой то, что ты сделала, и продемонстрировать остальным?

– Самолётик? Да, конечно.

Мастер бережно подобрал бумажную фигурку и попытался пристроить в свою сумку так, чтобы не помять.

– Его с боков сложить можно, и он плоским станет, – посоветовала я, глядя со своего места на не особо успешные попытки.

– Покажи, – велел преподаватель, протягивая руку с самолётиком в мою сторону.

Я подошла к нему, сплюснула отданную мне фигурку и аккуратно впихнула в его сумку между двумя книгами.

– Если плохо разложится, крылья ему руками наверх выверните, и нормально станет.

Преподаватель с нескрываемым восторгом переводил взгляд с меня на сумку и обратно. И я решила, что вряд ли выдастся более удачный момент, чтобы обратиться к нему с просьбой.

– Простите, мастер, а вы не могли бы научить нас пользоваться летунцом?

– Конечно, его на втором курсе проходят, обычно у всех к концу года получается.

– Я имела в виду – сейчас. Очень хочется, – призналась я, жалобно глядя на преподавателя.

Тот посмотрел на меня, повернулся к остальным адептам и увидел ещё двенадцать пар умоляющих глаз. В этом вопросе группа оказалась абсолютно единодушна.

– Ну хорошо, – сдался мастер Эрх, – тех, кто сможет минуту удержать восьмой камень, начну учить.

– Восьмой камень?

– На левитационной площадке лежат камни разных размеров. Первый – самый лёгкий, он весит один килограмм, дальше вес растёт. Восьмой камень весит пятьдесят килограмм. На них сбоку номера написаны.

– А у плиты архимагов какой номер? – заинтересовался Марек.

– Она без номера, её адепты не поднимают. Самый большой камень имеет двадцатый номер и весит ровно тонну. Но даже его не все могут поднять к выпускному экзамену. Кстати, норма в одну минуту для шестого камня – это экзаменационный норматив окончания первого курса.

Адепты разочарованно загалдели, теряя надежду на скорое обучение полётам. Я же для себя решила, что сегодня вечером попробую поднять заветный восьмой камень, вдруг получится. Со стулом-то у меня хорошо выходило, а тут всего минута.

Кое-как утихомирив группу, преподаватель до конца урока рисовал на доске различные траектории движения и диктовал их названия. Мне они казались угловатыми, но я решила больше не выделяться и молча записывала за мастером.

В перерыве между уроками вся группа обступила меня и начала клянчить ещё один самолётик. Пожертвовав чистый лист, подробно показала, как его складывать, и под моим руководством все обзавелись собственными летательными аппаратами из бумаги.

В результате вошедшая в класс мастер Лианила застала нас весело гоняющимися за летающими в непредсказуемых направлениях игрушками.

– Что здесь происходит? – поинтересовалась женщина, наблюдая, как мы спешно рассаживаемся за столы и раскладываем письменные принадлежности.

– Просто немного увлеклись новой забавой и не заметили, как закончился перерыв, – ответил за всех Янисар. – Просим простить нам эту оплошность.

– Ничего страшного, – сразу подобрела очарованная его манерами женщина.

И урок пошёл своим чередом, хотя самолётики многие оставили на краю стола – уж больно понравилась детворе эта забава.

Медитация, как всегда, прошла тихо и чинно, а вот после обеда все сразу ринулись в класс – продолжать экспериментировать с новой игрушкой.

Первым не просто кидать самолётик рукой, а управлять им при помощи левитации начал Эрин. Он старался таранить запускаемые другими ребятами самолётики, сбивая их с траектории полёта. В результате заметившая это Рамина протаранила его самолётик своим, и оба летательных аппарата упали на пол.

– Ты что творишь?! – возмутился мальчишка.

– Ты первый начал!

Безобидная забава грозила перейти в ссору, а возможно, и в потасовку, потому что мальчишки уже начали стягиваться к двоим зачинщикам.

– Так дело не пойдёт, – попыталась пресечь я зарождающийся конфликт. – Давайте лучше соревнования устроим.

– Это как? – послышался нестройный хор голосов.

Похоже, я приобрела авторитет уже среди всех одногруппников.

– Эм-м… Нам нужны ворота или ещё что-то, через что можно пролетать. У кого какие идеи?

– Можно из учебников ворота сложить, – первым предложил Тарек.

– Или руки кольцом поставить, – изобразил Рейс.

– А ещё перевернуть преподавательский стул и поставить углом на столе, – добавил кто-то у меня из-за спины.

Решили пока ограничиться воротами из учебников на крайних углах парт и перевёрнутым стулом. Перед створом этого самого стула был старт, и пролёт под ним в конце считался финишем.

К соревнованиям первыми допустили Тарека и Марека, поскольку они между собой были очень дружны, и проигравшему не так обидно будет. Соревнования даже смотреть было интересно, не то что участвовать. Ребята оказались равными по силе и финишировали вместе. Остальные опять чуть не перессорились, выясняя, кто будут следующими. Решили кидать жребий. Больше, правда, полетать никто не успел, поскольку закончилось время обеда, зато я успела научить всех играть в камень-ножницы-бумагу для бросания жребия.

За следующий перерыв полетали ещё две пары, остальные распределились в очерёдности, а я предложила, потренировавшись несколько дней, организовать соревнования с турнирной таблицей. Все горячо поддержали эту идею и, расходясь, были полны решимости хорошенько подготовиться и обязательно выиграть турнир. Дети и есть дети, хотя, честно говоря, меня и саму зацепило.

Однако у меня на сегодня была более важная задача – попробовать выполнить норму, установленную мастером Эрхом в качестве допуска к обучению полётам. Пообещав близнецам подойти на почту чуть позже, я сразу после занятий отправилась на левитационную площадку. Рассматривая камни на предмет наличия на них номеров, нашла все с первого по восьмой. Первый выглядел просто смехотворно маленьким, а вот восьмой, хоть и был размером с баскетбольный мяч, смотрелся вполне внушительно.

Проверив полноту резерва, я постаралась максимально сконцентрироваться и подняла камень сантиметров на десять над землёй. Окрылённая, что удалось это сделать с первой попытки, я, не имея другого способа засечь время, начала считать про себя, стараясь особо не торопиться. Примерно на двадцати камень пошёл вниз. Я сосредоточилась ещё больше, чувствуя, как начинают дрожать руки. К тридцати неожиданно резко накатила слабость и жуткий голод. Увидела, как падает, расплываясь перед глазами, камень, мелькнувшее голубым смазанным пятном небо и… потолок.

Закрываю полуоткрытые глаза, снова пытаюсь открыть. Картинка всё ещё не чёткая, голова сильно кружится, но передо мной явно потолок. Белый, с небольшой трещинкой. Даже как-то странно. Чуть скосила глаза в сторону, не в силах пошевелиться. Справа матерчатая ширма из плотной ткани, слева окно с закатным небом.

Где я? Что со мной?

Негромко застонала и почти сразу услышала торопливые шаги. Зрение постепенно восстанавливалось, фокусируясь на отдельных деталях: деревянном столбе, деревянных же перекладинах, на которых висят занавески, русоволосом мужчине с добрым, чуть грустным лицом, моей сумке, лежащей на стуле возле кровати.

Стоп. Каком таком мужчине?

Я перевела взгляд обратно, разглядывая пришедшего.

– Привет. Я доктор Алан. Ты в медицинском секторе академии, – сразу значительно прояснил он ситуацию.

– Что со мной случилось? – спросила и сама удивилась, как жалко и слабо прозвучал голос.

– А вот это у тебя нужно спросить – как ты умудрилась почти полностью выгореть. Ни одного целого канала не осталось, – сердито проворчал врач. – Если бы тебя Кайден не увидел и сюда не принёс, с магией точно распрощалась бы, а возможно, и с жизнью.

Я потрясённо смотрела на него.

– То есть как – с магией распрощаться? – И следом до меня дошла ещё одна часть фразы. – Кто меня принёс?!

– О! Оживилась, – порадовался проявленной мной активности врач и наколдовал что-то, лёгкой щекоткой пробежавшее по коже, после чего заключил: – Хорошо, всё уже не так страшно, вовремя успели.

Чуть расслабившись, я продолжила вопросительно смотреть на него. Даже не заметила, как инстинктивно напряглись все мышцы после кошмарных для меня слов о потере магии. Наверное, теперь это станет самым большим моим страхом.

– Так что ты такое делала? – мягко поинтересовался доктор, переложив мою сумку на пол и верхом усевшись на стул лицом ко мне. – Такие повреждения характерны для слишком высокой интенсивности прохождения потока.

– Из того, что вы только что сказали, я вообще ничего не поняла, – призналась я этому доброжелательному человеку, – а перед тем, как попала сюда, пробовала поднимать камень на левитационной площадке.

– Ты же вроде на первом курсе? Вы только на втором месяце обучения должны на площадку переходить. Зачем впереди кареты бежишь?

Улыбнувшись местному варианту поговорки о торопыгах, я пояснила:

– Я летать очень хочу научиться, а для этого нужно восьмой камень уметь поднимать.

– Совсем с ума сошла, – охарактеризовал мои умственные способности доктор Алан. – Да тебе его ближайшие полгода даже от земли оторвать не удастся. Мало мне было Кайдена, ещё и ты теперь.

– А при чём тут мастер Кайден? – осторожно спросила я. – И почему вы говорите, что это он меня сюда принёс?

Доктор посмотрел крайне удивлённо и начал со второго вопроса:

– Потому что я пока нахожусь в здравом уме и твёрдой памяти, в отличие от некоторых, и прекрасно помню, как мне тебя с рук на руки передали.

– Вы хотите сказать, он меня ещё и на руках нёс? – не поверила я своим ушам.

– Ему так проще, – уклончиво ответил мужчина, явно не желая продолжать эту тему.

– Доктор Алан, если бы вы сказали, что мастер Кайден меня добить пытался, я поверила бы. Он же при всех заявил, что заставит меня из академии уйти. Мастер Кайден меня ненавидит, и я его тоже. А вот в то, что он меня спасать будет, простите уж, но не верится.

– А, так это ты с ним в столовой при всех отношения выясняла? Наслышан.

– Ничего я ни с кем не выясняла. Мастер Кайден с самого начала ко мне придирался, а тут не разобрался, даже слушать не стал – и на отчисление. Причём ректора он, похоже, тоже слушать не стал. А из академии я не уйду. Либо он меня убьёт, либо я доучусь.

– Ну, ты тоже палку-то не перегибай, – вполне миролюбиво пробурчал врач. – Убивать адептов никто не станет, за это по всей строгости закона отвечать придётся. А Кайден, как куратор вашей группы, вообще за вас отвечает.

Я обречённо застонала:

– Он ещё и куратор? Вот уж не везёт так не везёт.

– Не скажи, он опытный и влиятельный маг и при необходимости сможет вас защитить.

– Кто бы нас ещё от него самого защитил, – не поддалась я на увещевания доктора.

– Всё настолько серьёзно? Думаешь, он действительно будет пытаться вынудить тебя уйти?

– Да.

– И твёрдо уверена, что ему это не удастся?

Я ничего не ответила, хмуро, но решительно глядя на Алана.

– Койка нравится? – неожиданно сменил он тему. – Кайден сказал, что ты в окно смотреть любишь, поэтому сюда и отнёс. Она дальняя от двери, зато у окна.

– Нравится, – ответила я, просто чтобы не молчать, пока пыталась представить не укладывающуюся у меня в голове картину: мастер Кайден со мной на руках, да ещё и не бросивший на первую попавшуюся койку.

– Хочешь, на постоянной основе её за тобой закреплю?

– В каком смысле? – окончательно перестала я понимать суть происходящего.

– Если есть другие свободные койки, эту не буду занимать никем, кроме тебя. За Кайденом тоже комната в преподавательском отделении закреплена.

– А зачем ему персональная комната? – всё ещё не улавливая сути, уточнила я.

– Слишком часто тут бывает. Тоже, как и ты, меры не знает, а заклинания выше пятого уровня ему запрещены. У него каналы покорёжены так, что это уже не лечится, вот минимум раз в декаду и попадает ко мне. Об этом мало кто знает, он же гордый, весь день ходит терпит, а вечером является в таком состоянии, что даже обезболивающее уже не действует. За ночь в норму его привожу и утром отпускаю. Судя по тому, как ты настроена с ним бороться, ты здесь будешь чаще, он-то хоть опытный.

Обнадёжил, ничего не скажешь. Но в одном действительно обнадёжил:

– Вы абсолютно уверены, что ему нельзя меня убивать?

– Я уверен не только в том, что ему нельзя этого делать, но и в том, что он не станет так поступать. Какие бы разногласия ни были между вами, Кайден никогда не опустится до подлости, а тем более до убийства адепта. На дуэлях, конечно, всякое случается, особенно на магических, но вызов, брошенный заведомо более слабому противнику, унижает вызвавшего, и ни один уважающий себя маг на это не пойдёт. А у тебя, я надеюсь, хватит ума самой никого из старшекурсников и дипломированных магов не вызывать.

– Но что делать, если меня всё-таки кто-то вызовет на дуэль? Я же кроме левитации и «огненного броска» ничего не знаю.

– Если разница в уровнях более пяти единиц, то можешь отказаться без ущерба для собственной репутации. Вам уровень в конце этой декады будут мерить, но вряд ли у кого-то окажется больше третьего. К концу первого года обычно большинству удаётся выйти на четвёртый-пятый, но чем выше уровень, тем тяжелее перейти на следующий. Выпускники в основном имеют с десятого по четырнадцатый.

– Доктор Алан, а уровень – это вообще что такое?

– Ну, если совсем по-простому, то сложность структуры заклинания и, соответственно, сложность строения ауры. Вам потом всё это подробно преподавать будут, после взаимосвязей символики, – не особо понятно пояснил словоохотливый врач.

– А у мастера Кайдена какой уровень?

– Он – особый случай… – Доктор Алан в задумчивости перебирал пальцами по спинке стула, пытаясь подобрать слова. – Теоретически – двадцатый или около того, а практически – пятый, ограничение же по уровню заклинаний… Только и хватает на то, чтобы адептов до четвёртого курса гонять да заклинание бессмертия на себе поддерживать.

– Какое заклинание? – Я аж подпрыгнула на кровати.

– Это неофициальное название. Оно ровно на год приостанавливает процесс старения, после чего требуется его обновлять. Пока не спало предыдущее, новое начитать нельзя, и на другого человека тоже использовать нельзя, только на себя. Вы его на седьмом курсе будете проходить по теории магии.

– У Кайдена. Значит, раньше выклянчить не получится, – разочарованно подвела я итог, прощаясь с надеждой остаться такой же молодой, как сейчас.

Доктор Алан не стал комментировать моё последнее заявление.

– Я тебя не утомил?

– Нет. Но всё-таки скажите, когда мне можно будет к себе идти, а то уже поздно, – попросила я, глядя в темнеющее за окном небо.

– Завтра утром, – безапелляционно ответил он. – И это не обсуждается.

– Но почему?! Я уже хорошо себя чувствую.

– Потому что я врач, и я так велел.

Я жалобно посмотрела на строгого доктора, изо всех сил представляя себя котом из мультика о Шреке.

– Не-а, не действует, – развеселился тот. – У меня иммунитет на жалобные мордашки.

Не удержавшись, я заулыбалась в ответ.

– Антимаги находятся на строгом учёте, и выносить их из лазарета адептам запрещено. А без антимага можешь случайно даже, не говоря уж об осознанных действиях, начать колдовать, и тогда всё лечение насмарку, – всё-таки пояснил он.

– Антимаг?

– Медальон у тебя на шее. Он полностью блокирует внешний магический поток, то есть циркуляция происходит только в пределах ауры и естественным путём.

– Доктор Алан, а вы в лазарете живёте или просто дежурите?

– Не то чтобы живу, да и не то чтобы дежурю, но иногда подолгу отсюда уйти не получается. Я единственный врач в академии и полностью отвечаю за лазарет. Но ко многим работам привлекают адептов-медиков со старших курсов, среди них есть очень даже талантливые ребята. Однако если пациент сложный, приходится дежурить рядом с ним, ну или если Кайденом занимаюсь.

– А сегодня вы домой пойдёте?

– Если ты меня отпустишь.

– То есть как это?

– Ты уже не ребёнок и вполне можешь отвечать за свои слова. Опасность остаться без магии, насколько я понял, ты вполне осознала. Так что, если пообещаешь не снимать антимаг и не уходить из лазарета до моего возвращения, я смогу пойти домой, – сообщил он, выжидательно глядя на меня.

– Конечно, обещаю.

– Ну, тогда красочных тебе снов.

– И вам тоже, – искренне пожелала я, укладываясь обратно в постель и натягивая на себя одеяло.

С утра меня разбудил всё тот же доктор Алан.

– Как спалось? – поинтересовался он, опять что-то колдуя.

– Хорошо, но мало, – ответила я фразой, бывшей крылатой в моём студенческом общежитии, когда я ещё училась в институте.

– Нельзя быть такой соней, всё самое интересное без тебя случится, – шутливо пригрозил доктор и сообщил: – Можешь снимать антимаг и бежать умываться. До завтрака ещё полчаса.

– Ура! – обрадовалась я.

Быстро переодевшись в свою одежду, найденную тут же, в приоткрытой тумбочке, бегом отправилась к себе в комнату и до завтрака ещё успела сделать комплекс упражнений на спортивной площадке. В столовой меня встретили уже становящимся традиционным вопросом.

– Ты где была? Обещала же на почту прийти. Хорошо, вчера посылок не было! – возмутился Марек.

– Знакомилась с местным доктором, – немного уклончиво ответила я. – И выяснила, что восьмой камень нам пока поднимать опасно – можно сгореть, навсегда лишившись магии.

Ребята притихли.

– Всё не так уж страшно, – подбодрила я их, – просто делаем вывод, что не надо резко переходить к тяжёлым предметам. Стул я минут десять держала, и нормально всё прошло. Надо было на чём-то поменьше, чем восьмой камень, попробовать. Кстати, доктор Алан сказал, что во втором месяце мы на левитационную площадку перейдём, а можно попытаться мастера Эрха и раньше уговорить. Он уж точно знает, что нам можно, а что нельзя.

На этой оптимистичной ноте мы ушли на занятия, а когда добрались в класс, там уже шли очередные гонки.

– Ты таблицу турнирную сделала? – с ходу бросились ко мне несколько ребят.

– Нет, мы же договаривались через три дня, – нашла лазейку я, не желая ставить всех в известность о своём неудачном эксперименте, и от меня временно отстали.

Пристроилась на подоконнике, чтобы не мешать соревнующимся, и стала экстренно учить историю, потому что за последние два вечера времени на неё у меня не нашлось, а идти с невыученным заданием на урок было стыдно. Она только после обеда, так что за перемены и остающееся обычно время на чистописании успею более-менее подготовиться. Всё-таки у меня уже имелся пятилетний студенческий опыт.

Появление преподавателя в классе мы всё время замечали слишком поздно. Гонщикам категорически не хватало перерыва, и каждый из пришедших мастеров удивлялся сначала своему перевёрнутому стулу, потом сбившимся в кучку в центре комнаты адептам, а потом и непосредственно гонкам.

Больше всех озадачился мастер Эрх, урок которого сегодня был третьим. Поняв суть происходящего, он, не начиная урок, попросил провести для него ещё одну гонку и задумался.

– Препятствия должны быть именно на столе? – спросил он через некоторое время.

– Мы учебники и стул на столы составили, потому что ничего лучше просто не нашли, – объяснила я и размечталась: – Вот бы кольца подвесить под потолком, да на разной высоте и удалении от стен, и чтобы через них в определённом порядке пролетать нужно было.

– Кольца… – задумчиво протянул преподаватель и вдруг, встрепенувшись, предложил: – Иллюзия подойдёт?

Получилось отменно. В углах комнаты под потолком повисли синие дымчатые кольца, посередине каждой стены примерно в полуметре от неё – жёлтые. Старт брали от угла доски, и финиш был там же. Первыми левитантами выбрали меня и Яна. Мы оба показали, на что способны, и я всё-таки обогнала его примерно на полметра – левитация действительно давалась мне очень легко, практически на уровне инстинктов.

Мастер Эрх похвалил обоих и развеял иллюзию. Остальные разочарованно вздохнули – им тоже хотелось так попробовать. Преподаватель понимающе оглядел расстроенные лица и успокоил:

– Я сейчас эту иллюзию на схему закреплю и знак активации поставлю. Кто умеет магические замки на дверях открывать?

Встали пятеро, включая меня, Яна и Эрина.

– Вот и отлично, – обрадовался мастер, активно вычерчивая что-то замысловатое на листе бумаги. – Здесь принцип тот же: напитываете контролирующий символ энергией – и появляется иллюзия. Чтобы не исчезала, нужно подпитывать каждые минут десять, расход энергии небольшой, так что справитесь.

– Заодно и остальных научим пользоваться, – подала я голос. – А ещё мы соревнования хотели устроить.

– Соревнования? Замечательная идея, – согласился мастер. – На следующий урок принесу жетоны с именами для жеребьёвки и таблицу результатов.

Я порадовалась, что успешно спихнула с себя обязанность по организации соревнований, а мастер уже закончил схему.

– Готово, – сообщил он нам, активируя её, и по периметру комнаты снова появились призрачные кольца. – Таль, со мной посоревнуешься?

На этот раз где-то на полметра я отстала, но была всё равно довольна, как и мастер Эрх. Он ожидал, что я отстану примерно на стену, но всё оказалось не так просто, как казалось ему со стороны. И если на прямых участках трассы преподаватель значительно отрывался от меня, то повороты проходил как-то странно – угловато и частично боком. Так что на них я здорово догоняла, плавно вписываясь в траекторию с наклоном крыла.

– Ещё желающие посоревноваться есть? – спросил мастер и в ответ получил дружно поднятые руки всего класса. – Ирра и Рамина, – назначил он следующую пару, и началось веселье.

На обед мы все шли радостные и взбудораженные.

– Таль, мне кажется, за забором на левитационной площадке архимаг Элтар стоит, – дёрнул меня за руку Рейс, когда мы подходили к столовой.

– Где? – обернулась к проходу я, но никого не увидела.

– Мокасин немного выступает из-за стены, – пояснил парень, – и сам он иногда выглядывает.

За стеной действительно обнаружился Элтар. Стоял, прислонившись к ней плечом, и молча смотрел на меня.

– Здравствуйте, – произнесла я и почувствовала себя глупо, потому что архимаг продолжал молчать, а меня сюда, в общем-то, и не звали. Я начала потихоньку пятиться назад. – Извините, вы, наверное, кого-то ждёте, а я мешаю. Уже ухожу.

Он сделал несколько быстрых шагов вперёд и крепко ухватил меня за запястье. Я машинально попыталась вырвать руку, но это было так же бесполезно, как пытаться стряхнуть железные кандалы.

– Просто скажи, зачем ты мне врала? – жёстко потребовал маг.

– Когда это?! – возмутилась я.

– Когда сказала, что хочешь дальше общаться. Мы так тепло расстались вчера утром, а вечером ты не пришла и ничего не передала. Шрам сам принёс ужин и о тебе ничего не знал. Я решил, что что-то случилось, но теперь вижу, что у тебя всё в порядке и единственной твоей неприятностью являюсь я сам. Так почему ты мне солгала? Мне важно это знать!

– Слушайте, вы, великий и могучий архимаг! У вас комплекс размером больше, чем резерв, – разозлилась я. – Меня из лазарета только утром выпустили!

– Что?.. Что случилось?

– Не важно, – буркнула я и снова попыталась отнять руку. – Пустите, я есть хочу, а все уже в столовой.

– Я тоже хочу, – тихо сказал Элтар и руку всё же отпустил. – Пожалуйста, расскажи, что случилось.

– Сгорела, поднимая восьмой камень.

– С ума сошла? – присоединился к всеобщему мнению по данному вопросу Элтар. – Тебе даже пятый оторвать от земли должно быть не по силам.

– Я до тридцати сосчитать успела, – без всякого энтузиазма сообщила я магу, – но больше так делать не буду. Я очень испугалась, когда мне сказали, что могла при этом магии лишиться.

– Ещё как могла, – подтвердил архимаг. – А что, правда похоже, что у меня комплекс?

– Ещё какой! Размером с во-о-он ту штуку.

Элтар покосился на плиту архимагов, на которую я невежливо, но доходчиво показывала пальцем, и внёс неординарное предложение:

– Возьми меня с собой в столовую.

– А вы хорошо себе представляете, какой ажиотаж вызовет ваше там появление?

– Полагаешь, так много людей знают меня в лицо? Поверь, ошибаешься.

– Думаете, медальон архимага привлечёт значительно меньше внимания, чем ваша незаурядная личность? – попыталась охладить я его пыл. – Да и хватит ли вам половины моей порции?

– Таль, ну зачем нам твою порцию делить? В столовой всегда остаётся штук пять – десять лишних – кто-то в лазарете, кто-то в отъезде, да повара на всякий случай с запасом готовят. – И Элтар стал расстёгивать верхние пуговицы на рубашке.

– Вы что делаете? – уставилась я на него круглыми глазами.

– Медальон прячу, что же ещё? – удивился в ответ маг, действительно убрав медальон под одежду и начав застёгиваться. – Идём?

У раздачи было пусто – все желающие уже гремели ложками за столами, набираясь сил для будущих свершений. Предъявив свой жетон и получив полагающийся обед, я жалобно посмотрела на повариху.

– Что, друг в гости пришёл? – проявила прозорливость та, разглядывая Элтара. – Не переживай, голодным не оставим, и так вон какой худой и бледный.

Мы с архимагом переглянулись, но спорить было и глупо, и неуместно, так что поблагодарили женщину и направились за стол к моим друзьям.

– Молчи! – на подходе строго велел Элтар Мареку, радостно улыбающемуся и порывающемуся всех оповестить, какие у нас замечательные гости. Тот обиженно засопел. – Я рад всех вас видеть, но никого ставить в известность не надо.

Мальчишка закивал и заулыбался ещё шире, чувствуя себя приобщённым к тайне. Остальные вполголоса поздоровались с магом, не упоминая его имени.

– Посмотрим, чем кормят будущих вершителей судеб, – чуть улыбнулся тот, осторожно прихлёбывая горячий суп. – Очень даже неплохо.

Все вернулись к еде, а я, не отрываясь от тарелки, наблюдала за Элтаром. Он ел не вычурно, как на памятном ужине с рыбой, а элегантно, и окружающая обстановка его ничуть не смущала.

Доев первое, маг собрался менять местами тарелки, но, подняв голову, замер, наблюдая за чем-то. Обернувшись в ту сторону, я увидела мастера Линару, в нерешительности стоящую с подносом у большого преподавательского стола. На единственном занятом месте за ним восседал мастер Кайден, за другими столами для преподавателей свободных мест не было.

– Какие-то проблемы? – недружелюбно поинтересовался у неё завуч, даже не пытаясь понизить голос.

Девушка вздрогнула, испуганно сжавшись и не решаясь сесть за один с ним стол. Мне стало её откровенно жалко, тем более что именно она помогла мне в первые дни пребывания в этом мире.

– Мастер Линара, хотите самолётик посмотреть? – привлекла я её внимание. – Идите к нам.

Она обернулась и, радостно улыбнувшись, направилась к нам. Кайден, повернувший голову после моих слов, при виде Элтара, который встал и галантно отодвинул стул для девушки, поперхнулся компотом и долго не мог прокашляться.

– Таль, ты нас не представишь? – попросила преподавательница.

– Не стоит, – тут же вмешался Элтар. – Кто вы, я уже слышал и вижу по медальону, а я тут человек случайный.

Линара удивлённо посмотрела сначала на него, потом на меня.

– Это мой не в меру скромный и неуверенный в себе друг, – не упустила я случая поддеть мага.

Элтар сердито уставился на меня.

– Не-а, не действует, – нагло заявила я.

– А по шее? – начал он ненатурально делать вид, что действительно сердится.

– Нельзя, – тут же сориентировалась я, выставив перед собой стакан с компотом, – если меня стукнете, я компот на вас разолью.

– Хм, – усомнился в весомости моего аргумента Элтар, и я получила довольно чувствительный подзатыльник, хотя маг не двинулся с места.

– Ай, – дёрнулась я.

– Эй! – возмутились ребята.

– И что ты теперь скажешь? – с ехидной улыбкой поинтересовался маг, на которого не пролилось ни капли из дёрнувшегося вместе со мной стакана.

– Это как? – задала я самый комплексный из роящихся в голове вопросов, вполне успешно делая глоток из практически полного стакана.

Ответила мне мастер Линара:

– Он поверх стакана щит поставил, а сзади несильно воздушным ядром ударил.

– Очень неплохо, – похвалил её Элтар.

– Я лучшая в выпуске по боевой магии была, – смущённо похвалилась та.

– А почему в травники пошли?

– Нечисти боюсь, – шёпотом призналась девушка, и я впервые подумала, что она, скорее всего, не намного старше меня.

– А людей, значит, не боитесь? – хитро прищурился архимаг.

– С людьми справиться можно, да и договориться, они же разумные.

– Так что же вы Кайдена испугались? – поймал её на нестыковке наш гость.

– Скажете тоже. Это же Кайден, вы мне ещё с архимагом Элтаром потягаться предложили бы.

– Как насчёт тренировочного боя со мной? – не раздумывая предложил упомянутый архимаг с задорной улыбкой.

– С удовольствием, – даже не подозревая, на что соглашается, ответила мастер Линара.

– Сегодня после занятий на полигоне академии? – предложил Элтар.

– Не знаю… вдруг там занято, – растерялась преподавательница.

– Я договорюсь, – заверил её архимаг.

– Можно мы посмотреть придём? – влезла я в их разговор.

Элтар вопросительно посмотрел на девушку и, получив кивок, внёс ответное предложение:

– Можете тоже пригласить кого хотите, только учтите, что всё же проиграете.

– Я не боюсь поражения, но вы слишком самонадеянны, – улыбнулась мастер-травница.

Марек хотел что-то сказать, но Ян наступил ему под столом на ногу. Всем было интересно посмотреть на бой магов, пусть и тренировочный.

– В таком случае позвольте распрощаться с вами до назначенного времени, – подвёл итог разговору Элтар и, слегка поклонившись, покинул столовую.

Почти сразу к нашему столу подошёл мастер Кайден.

– Что он здесь делал? – спросил маг, ни к кому конкретно не обращаясь, но явно ожидая ответа.

– Договаривался о тренировочном поединке, – спокойно пояснила ему довольная собой мастер.

– С кем? – опешил Кайден, для которого личность нашего гостя секретом не являлась.

– Со мной, – гордо заявила травница.

– Вот уж не думал, что вы знакомы, – проговорил он, задумчиво склонив голову на бок.

– А мы и не знакомы.

На лице Кайдена появилась злорадная ухмылка.

– И когда я могу посмотреть на ваш позор?

– Сегодня после занятий, – буркнула расстроенная его отношением девушка.

– Непременно приду, – пообещал Кайден и оставил нас.

– Вот почему он такой вредный? – вздохнула преподавательница и тоже собралась уходить.

– Мастер Линара, – окликнула я её, – помните, как мой друг мне подзатыльник дал?

– Конечно. А почему ты спрашиваешь?

– Просто хочу, чтобы, когда начнёте сомневаться в своих силах, не сомневались в его адекватности. Он не только отличный маг, но и очень хороший человек.

– Думаешь, я зря согласилась?

– Думаю, что завидую вам, – призналась я, – но пока мне нечего продемонстрировать в поединке.

– У тебя всё ещё впереди, – подбодрила она меня и ушла.

Медитация и история сегодня тянулись бесконечно долго. Вся наша семёрка ёрзала и вертелась, как на иголках, не в силах спокойно дождаться окончания занятий. Остальные, заметив неладное, обступили нас, не давая выйти из класса.

– Что вы опять задумали? – спросила Ирра, которая не любила шалостей, а особенно следующих за ними неприятностей.

– Ничего, – абсолютно честно заверил её Янисар.

– Тогда почему всё время переглядывались и сейчас чуть не подпрыгиваете? – не поверили нам.

Я решила, что нет смысла отпираться, и пояснила:

– Нам разрешили посмотреть тренировочный бой взрослых магов, сейчас на полигоне начнётся.

– А мы?! – обиженно возмутилось сразу несколько голосов.

– Не знаю, – посмотрела я на расстроенных ребят, – с одной стороны, я не уточняла, кто именно придёт, когда спрашивала, а с другой – если выгонят, то помочь не смогу.

– Ну, хоть попробуем, – решили адепты, и мы всей группой двинулись на полигон.

Народу там было довольно много. Как мы выяснили, поговорив с другими адептами, это постарался мастер Кайден, велев всем обучающимся на боевых магов идти смотреть «показательное избиение слишком самоуверенных особ». Линара уже была на арене и ошеломлённо разглядывала зрителей. Я помахала ей рукой и ободряюще улыбнулась. Поверх свободной одежды у неё висел амулет магистра-травника.

Элтар появился через несколько минут. Тоже в свободной одежде и тоже с медальоном на груди. Увидев, что это медальон архимага, все настороженно притихли. Линара неуверенно обернулась ко мне, и я сначала постучала себя пальцем по лбу, а затем легонько хлопнула по шее. Она намёк поняла и улыбнулась.

Бой продлился недолго. Уже после первой минуты ребята вокруг нас начали кричать, подбадривая отчаянно сражающуюся преподавательницу. Мы тоже кричали, хотя ничего толком не понимали. Маги чем-то кидали друг в друга, отбивались, уворачивались и даже несколько раз летали над ареной. Но мне, кроме уже известного «огненного броска», удалось более или менее нормально разглядеть только принёсший победу Элтару смерч, зацепивший пытающуюся увернуться девушку и, несколько раз крутанув в себе, выбросивший её к стене.

Элтар, развеяв заклинание, тут же подбежал к Линаре и наколдовал что-то лечебное. Подошедший к ним доктор Алан одобрительно покивал и снова ушёл к зрителям. Через пару минут преподавательница смогла подняться и, судя по всему, чувствовала себя вполне сносно. Противники разошлись на разные концы поля.

– Вы хотите продолжать поединок? – спросил у обоих Кайден, выступавший в роли рефери.

Сражающиеся согласно кивнули, и бой возобновился. Через несколько минут девушка снова лежала на песке, но на этот раз поднялась без посторонней помощи и сразу бросилась в бой. Сила и опыт были на стороне Элтара, и одной решимостью их компенсировать не получалось.

Третий раз архимаг чем-то прижал Линару к песку, не давая пошевелиться.

– Думаю, достаточно, – произнёс он, помогая сопернице подняться и целуя ей руку.

Линара заметно расстроилась. Она не ожидала такого разгрома, даже увидев медальон своего противника, тем более что на нём был знак алхимика. Кайден же выглядел растерянно, он-то явно ожидал худших результатов.

– Победителем тренировочного поединка между магистром второй степени Линарой и архимагом Элтаром признаётся архимаг Элтар! – провозгласил он, и всё вокруг на мгновение замерло, а потом зрители разразились бурными поздравлениями преподавательнице, так долго продержавшейся против самого знаменитого мага современности.

Линара неверяще посмотрела на своего недавнего противника, а тот улыбался задорно, как мальчишка.

– Вы же сами сказали, чтобы я предложил вам с архимагом Элтаром потягаться, – напомнил он. – Я и предложил. По-моему, хорошо получилось.

– Ух ты! – только и смогла произнести мастер-травница.

– Всем спасибо, мне пора, – сообщил окружающим Элтар и, пристально посмотрев на меня, направился к выходу с полигона.

Мы с друзьями, не сговариваясь, пошли туда же, только другим путём. Элтар дожидался нас чуть в стороне от входа.

– К вам сегодня приходить или вы отдыхать будете? – решила сразу уточнить я.

– Приходи, я буду замечательно отдыхать и в твоём присутствии. Ты сейчас пойдёшь?

– Нет, сначала на работу надо.

Близнецы заметно обрадовались.

– Простите, что перебиваю, но мне пора. Всем удачного вечера, – распрощался Янисар, и они с присоединившимся к нему Эрином ушли по домам.

– Мы тоже, пожалуй, пойдём, – взял Рейс за руку малышку, – нам ещё учить.

– Ты ужин принесёшь? – уточнил архимаг и, получив кивок, тоже собрался уходить. – Хорошо, тогда я в портал. Вечером увидимся.

Мы с близнецами, оставив сумки с учебниками в общежитии, поспешили на почту. Там нас ждало, кроме довольно большого количества посылок, новое неординарное задание.

– Ума не приложу, что делать! – убивался почтарь. – Герцогу Устийцу срочный пакет прислали, а от них посыльного сегодня не было. Ох, чувствую, помнёт мне старые кости его охрана.

Наше с близнецами переглядывание закончилось вполне предсказуемо: я, забрав в общежитии ключ от герцогской «задней калитки», понесла этот срочный пакет. К центральным воротам даже подходить не стала, сразу пошла вдоль забора к другому входу. Но спокойно вздохнула, только оказавшись уже снова за пределами владений герцогов Устийцев. Трусцой добежала до почты, отчиталась господину Зиранду о доставке, немало его порадовав, и, прихватив в корчме ужин, поспешила к Элтару.

Хозяин дома сидел в кабинете и что-то увлечённо писал в копию дневника. Заглянув ему через плечо, поняла только, что пишет он далеко не первую страницу, сам текст, изобилующий специализированными терминами, дешифровке не поддавался.

– Сейчас закончу, – оторвавшись от записей, сказал мне архимаг. – Я тебе место оставил для недописанной части раздела. Ты пока ужин разложи.

Я отправилась расставлять посуду и греть чайник. Если у человека творческое озарение, ему лучше не мешать. Когда всё было готово, я решила проверить, не освободился ли маг. Тот продолжал писать, даже не заметив моего появления. Я подошла к шкафам, ещё раз просмотрела корешки, но, как и раньше, не нашла ничего, что подходило бы мне для чтения. Уселась с ногами в кресло, наблюдая за работой архимага, который перешёл к аккуратному вычерчиванию схемы. Мне было скучно. Хоть бы учебник с собой был, а ещё лучше задания по рисованию на завтра сделать, но всё осталось в общежитии. Даже самолётик и тот в сумке лежит.

– У вас нет какого-нибудь ненужного листочка, можно исчёрканного? – попросила я.

– Держи, – достал маг чистый лист из стола. – Уроки делать будешь?

– Если бы, – огорчённо покачала я головой, – задания-то все в академии. Самолётик сделаю, хоть к турниру подготовлюсь. Я на веранду для медитаций пойду, чтобы вам не мешать.

– Погоди. К какому турниру? – озадаченно посмотрел на меня хозяин дома. – Он же вроде в академии во втором полугодии проходит, да и первокурсников обычно не допускают к участию.

– Это вы о каком турнире? – в свою очередь удивилась я.

– А ты о каком?

– У нас на уроках по левитации соревнования между адептами будут. Нужно как можно быстрее сложенную из бумаги фигурку провести по специальному маршруту.

– Теперь понятно, – улыбнулся маг и снова склонился над копией дневника.

– А что за турнир во втором семестре? – не пожелала так просто отстать от него любопытная адептка.

– Сама увидишь, – отмахнулся от меня архимаг. – Не хочу портить тебе впечатление.

Обиженно сопя, я ушла на улицу складывать самолётик. Мне же интересно, а он: «сама увидишь». Через некоторое время я так увлеклась экспериментами с левитацией, что совершенно забыла о неблизком и непонятном академическом турнире. Веранда оказалась очень удобным местом для тренировки – можно было закладывать крутые виражи вокруг столбов, разворачивая фигурку так, что крылья были почти вертикально, или плавно скользить над крышей, стараясь повторять её изгиб.

На улице уже вечерело, и я собралась пойти подогреть чайник, когда в дверях появился Элтар.

– Я за тобой. Извини, что занял дневник, просто очень удачный эксперимент был, вот я и решил поделиться результатами. Идём ужинать?

– Только самолётик в кабинет отнесу, – кивнула я.

Маг бумажной игрушкой не заинтересовался и ушёл на кухню. Когда я пришла туда, он уже раскладывал еду на тарелки, а подостывший чайник снова закипал.

– Останешься сегодня у меня? – спросил мужчина.

– Не могу, – с некоторым сожалением отказалась я и пояснила: – У меня по чистописанию и рисованию задания не сделаны, а я и так историю сегодня в перерывах между занятиями учила.

– Таль, а тебе комната, в которой ты ночевала, нравится? – не глядя на меня, осторожно поинтересовался Элтар.

Что-то мне это подозрительно напоминает разговор с доктором Аланом. Я насторожилась.

– У вас вообще хороший дом, – сознательно ушла я от прямого ответа и стала ждать дальнейшего развития событий.

Маг помолчал, потом посмотрел на меня и напрямую предложил:

– Переезжай ко мне.

Я смотрела на него широко распахнутыми глазами и не знала, что ответить.

– Что тебя настораживает в моём предложении? – спросил архимаг. – Ты сможешь отказаться от полного обеспечения и перестать зависеть от академии, да и условия тут лучше, чем в общежитии. Мне тоже удобно, когда под рукой есть доверенное лицо, способное выполнять мелкие поручения, опять же, в следующей декаде очередная поездка намечается, а так дом под присмотром будет.

– Но при этом я буду полностью зависеть уже от вас, – попыталась объяснить я. – Нисколько не сомневаюсь ни в вашей порядочности, ни в ваших благих намерениях. Но что будет, когда вам надоест возиться с забавной адепткой или просто обстоятельства изменятся так, что моё присутствие станет мешать? Зависимость от академии меня, конечно, нервирует, но полное обеспечение даёт уверенность, что я доучусь независимо от того, смогу ли заработать на еду и крышу над головой.

– Во-первых, если обстоятельства изменятся, я позабочусь о тебе даже просто потому, что выкидывание на улицу доверившегося мне человека противоречит моим моральным принципам, – спокойно начал разъяснять архимаг, приступая к ужину. – А во-вторых, адепт имеет право в течение всего срока обучения подать заявление о переходе на полное обеспечение независимо от того, отказывался ли он от него раньше. Академия заинтересована как в том, чтобы вы могли большую часть времени уделять учёбе, а не поискам пропитания, так и в наличии безотказных исполнителей для проведения мелких магических работ.

Я задумалась. С одной стороны, преимущества проживания у Элтара налицо. Да и как бы ни акцентировал маг внимание на практических аспектах переезда, нам просто нравилось общаться. А с другой стороны… хм… а в общем-то, с другой стороны ничего и нет, – с удивлением поняла я.

– Хорошо. Завтра вечером с учебниками приду, а в выходной день остальные вещи перенесу.

Элтар довольно улыбнулся и отсалютовал мне кружкой с отваром.

Переписывать дневник сегодня я уже не стала, зато мне вручили один из экземпляров восстановленной нами схемы.

– Отнеси завтра Эшену, пусть порадуется, – предложил архимаг, – а заодно узнаешь у него, как написать заявление о снятии с полного обеспечения. Переходи сразу на малое, где только обед.

– Отнесу и спрошу, – согласилась я.

– Тебя проводить?

– В этом нет необходимости, но если хотите прогуляться, я не против.

– Ты знаешь, – смутился маг, – вот именно сегодня просто прогуляться не хочу. Та девушка из академии, Линара, здорово меня загоняла, не ожидал такого отпора.

– А нам показалось, что вы её очень легко и быстро победили.

– Быстро, но не легко. Действительно, очень неплохой боевик. Опыта мало и реакции пока не хватает, но это дело наживное. – Когда он открыл передо мной входную дверь, встал так, что частично загораживал проход, и неловко спросил: – Можно?

– Что можно? – не поняла я.

Элтар плавно шагнул вперёд и медленно, давая возможность отстраниться, если я буду против, наклонился и поцеловал меня в висок. Я не стала отстраняться, наоборот, обхватив руками, на несколько секунд прижалась, уткнувшись носом ему в ключицу. Как-то так получилось, что архимаг меньше чем за месяц стал самым близким для меня человеком в этом мире. Он погладил меня по голове, и я поняла, что если не уйду прямо сейчас, то не уйду вообще. Сделав моральное усилие, я отстранилась. Он тоже шагнул в сторону, открывая проход. Я помахала ему рукой на прощание и ушла, не оглядываясь.

Уроки доделывать пришлось с утра, потому что в темноте особо не попишешь, а освещения в комнате по-прежнему не было. Вот и ещё один довод в пользу переезда к архимагу – у него дома с этим проблем нет.

Когда прибежала на завтрак, все наши уже ушли в класс, благо мы на утренней тренировке виделись и за меня никто не беспокоился. Поела очень быстро и бегом отправилась на занятия. Так скоро вообще ходить разучусь – только бегать буду.

Первым уроком сегодня была левитация с заветным турниром по управлению самолётиками. Ребята нервничали и вертели в руках одинаковые летательные аппараты. Я нарисовала своему на крыльях по звёздочке и продемонстрировала остальным, вызвав взрыв творческого энтузиазма. В результате к приходу мастера двух одинаковых фигурок было уже не найти.

Мне в соперницы в первом туре досталась Ирра, которая была девочкой тихой и осторожной, в том числе и в левитации самолётика, так что её отставание было очень велико. В соперники мастеру Эрху достался Рейс. Он, как и я на прошлом занятии, отстал не особо сильно, но было видно, что далось ему это нелегко.

Занятие проходило шумно, причём преподаватель отличался от нас только тем, что всегда поддерживал отстающего. После того как все поучаствовали в соревновании по два раза, мастер Эрх решил, что на сегодня достаточно.

– Эх, хорошая тренировка для вас на контроль, жаль, нагрузки не даёт. Придётся отказаться в дальнейшем от таких соревнований, – огорчил нас преподаватель.

Ребята расстроенно загалдели, а я снова решила воспользоваться ситуацией.

– Мастер Эрх, у нас ведь у всех хорошо получается бруски держать? Вы сами говорили, что мы занимаемся лучше, чем предыдущие группы, – издалека начала я.

– Да, но это не значит, что вам не нужно тренироваться. Если упустить момент в самом начале обучения, потом крайне сложно развить соответствующие навыки. Не случайно занятия левитацией на первом курсе проводятся каждый день, – неправильно понял он направление моих мыслей.

– А их чередовать можно?

– Кого?

– Занятия. На одном соревнования устраивать, а на следующем камни на левитационной площадке поднимать. Мы осторожно.

Адепты затаили дыхание, ожидая решения преподавателя. Похоже, я всех заразила своей любовью к левитации и желанием научиться летать самой.

– Ну, можно попробовать, – неуверенно проговорил мастер, и мы разразились громогласным «Ура!».

Марек даже на стол на радостях запрыгнул, и мне пришлось его оттуда срочно сдёргивать и усаживать обратно на скамью. А преподаватель смотрел на нас и счастливо улыбался, радуясь такому отношению к своему предмету.

На чистописании и рисовании все были ещё взбудораженны после первого урока и, хотя и выполняли задания, постоянно перешёптывались, вызывая недовольство преподавательниц.

В столовой к нам снова подсела мастер Линара и с ходу задала мучавший её вопрос:

– Таль, мне это приснилось или я правда вчера с архимагом Элтаром в магическом поединке дралась?

– Дрались, – невольно улыбнулась я, глядя на её испуганное лицо.

– Жуть какая! Почему ты мне не сказала? Я ни за что не согласилась бы!

– Вот потому и не сказали, – влез в разговор Марек, – нам же интересно было посмотреть.

– Ну конечно, а я теперь перед всей академией опозорилась! – возмутилась девушка и осеклась: – Погодите, то есть вы все знали, кто это был, и спокойно сидели с ним за одним столом?

– И даже ели у него в гостях пироги, так что им теперь уже ничего не страшно, – окончательно добила её я. – Кстати, господину Элтару ваш бой очень понравился.

– А ты откуда знаешь? – удивилась мастер.

– Он сам сказал.

– Таль к нему почти каждый день ходит! – снова влез Марек.

– Теперь буду действительно каждый день – я к нему переезжаю, – просветила я ребят, а заодно и мастера Линару. – Давайте есть, а то так весь обед проболтаем, а мне ещё к господину Эшену нужно успеть, ему архимаг Элтар схему передать велел.

Все, даже преподавательница, склонились над своими тарелками, но при этом так любопытно косились на меня, что я под их взглядами чуть не подавилась. Торопливо расправившись со своим обедом, я убежала в библиотеку, где, отдав результат расшифровки магического ребуса засиявшему от радости Эшену, попросила его помочь с заявлением. Проблем моя просьба не вызвала, более того, библиотекарь предложил сам отдать написанное под его диктовку заявление ректору, к которому как раз собирался идти.

После обеда нам предстояла очередная встреча с мастером Кайденом на уроке теоретической магии. Придя в класс перед самым началом занятия, я намекнула активно выписывающим круги по комнате левитантам, что не стоит злить грозного завуча. Так что к его приходу все смирно сидели по своим местам. Этот преподаватель по-прежнему вызывал опасливый трепет в сердцах адептов.

Началось занятие, как всегда, с опроса и записи новых символов, но внимание адептов было приковано к непонятной холщовой сумке, небрежно брошенной мастером у доски. Не прошло и половины урока, когда завуч спросил:

– Вам так интересно, что в моей сумке?

Мы потупились, потому что всем действительно было любопытно, но признаваться в этом никому не хотелось.

– Показать? – неожиданно предложил мастер.

Интересно, у меня одной ощущение, что ничего хорошего нас не ждёт?

– Да! – почти хором ответили остальные.

– Вы сами попросили, – каверзно ухмыльнулся преподаватель и рявкнул: – Маг должен быть готов к любым неожиданностям! – И, сунув руку в сумку, швырнул на стол перед Раминой истерично квакнувшую в полёте жабу.

– Ой, лягушка! – радостно схватила девочка продолжающее истошно вопить земноводное. – Какая хорошенькая!

Мальчишки засмеялись, а мастер Кайден заметно смутился, видимо ожидая другой реакции. Я тоже заулыбалась, глядя, как малышка тискает обречённо обвисшую в её ладошках жабу, словно тряпичную куклу. Выражение лица заметившего мою реакцию преподавателя мгновенно изменилось, и на стол перед Иррой полетела дохлая крыса.

Девочка завизжала, соседние адепты выдали дружное «Фу…», остальные только поморщились при виде неприятного зрелища. Ну и гадость он в сумке таскает. Так же на партах побывали: отрезанная сморщенная рука непонятного происхождения, но явно не человеческая; вполне живая змея, заставившая всех, кроме Рейса, броситься врассыпную; какой-то местный аналог бешеного огурца, при падении заплевавший всех рядом сидящих мелкими семенами, и большой мохнатый паук, оказавшийся чучелом. Паук полетел на соседнюю заднюю парту, и я, чтобы лучше видеть, что происходит, облокотилась на свою.

Некоторое время мастер Кайден наблюдал, как ребята пытаются преодолеть страх и отвращение перед мохнатой тварью, а затем резко взмахнул рукой, поворачиваясь к нам с близнецами. Тарек боком сидел на лавке, ему впереди и так видно было, Марек стоял на ней, держась рукой за стену. Я шарахнулась назад, запоздало понимая, что сейчас и нам прилетит неприятный подарок от мастера, но руку убрать не успела и взвыла от боли. Предплечье наискось пересёк кровоточащий след, будто меня ударили кнутом, хотя в руках у мага ничего не было.

– Я же велел быть готовым к неожиданностям, – недовольно нахмурился он. – Быстро взяла свои вещи и в лазарет. Остальные складывают всё обратно в мою сумку.

Я оглянулась на ребят и поняла, что в этот момент мастера ненавидят абсолютно все, но многие его ещё и боятся. А я злилась, и мне было больно.

– Кому-то что-то непонятно в моих указаниях? – грозно прикрикнул на нас мастер Кайден.

Я молча сложила вещи в сумку и, прикрыв руку чудом уцелевшим рукавом, покинула класс.

До медицинского сектора не дошла. По дороге на меня наткнулся господин Эшен и со словами «А я как раз за тобой иду» схватил за руку, благо хоть за здоровую. И, не спрашивая моего согласия, повёл к ректору.

– Уже здесь? Отлично, сейчас пойдём, – проговорил тот, обращаясь к библиотекарю, и застегнул мне на запястье кожаный браслет с плотной вязью символов. – Наталья, ну что вы так нервничаете? От вас ничего не потребуется, просто побываете на совете магов в качестве примера удачного призыва. И не бойтесь отвечать на вопросы, все присутствующие там маги ничем особо не отличаются от меня или Эшена. Это ваши будущие коллеги, вы ведь собираетесь стать магом?

Всё это время ректор что-то настраивал на размещённом в углу кабинета артефакте.

– Собираюсь, – подтвердила я, окончательно ошалев от событий последнего часа и плохо понимая, что происходит. Ещё и рука саднила.

– Вот и замечательно, давайте мне руку и пойдём. Портал уже готов.

Испуганно я протянула ему здоровую руку, с замиранием сердца глядя на большой перламутрово-переливающийся овал, висящий в нескольких сантиметрах от пола. В результате почти никаких ощущений: были там, мгновение темноты, и вот мы уже в небольшом тупичке широкого коридора, застеленного темно-зелёным ковром. Возле ещё одного артефакта, такого же, как и в кабинете ректора, стоял маг и двое военных с короткими мечами в ножнах.

Не задерживаясь, мы направились во второй проход справа по коридору и вошли в неприметную деревянную дверь без украшений. В комнате вокруг большого обитого тканью стола сидели несколько мужчин. Одним из них был Элтар. Мельком окинул нас взглядом и поприветствовал моих спутников, меня проигнорировав.

Ректор почти сразу куда-то ушёл, а библиотекарь повёл меня в угол комнаты.

– Садись на этот стул и ничего не бойся. Они на тебя даже внимания не обратят, – заверил он меня и тоже ушёл.

Некоторое время все присутствующие молчали, потом тощий тип с брезгливым выражением на лице и медальоном, таким же, как у Линары, демонстративно повернувшись к Элтару, спросил:

– А вы слышали, господа, что наш поборник семейных ценностей наконец обзавелся шлюхой? И она ходит к нему теперь каждый вечер.

На скулах архимага заходили желваки.

– Ну же, Элтар, расскажи нам, что она такого делает, что даже тебя совратило. Может, она и нас обслужит? – продолжал изгаляться тот, и я не понимала, почему архимаг терпит оскорбления.

– Может, я лучше размажу тебя тонким слоем на дуэли? – всё-таки ответил Элтар дрожащим от ярости голосом.

– О! Ну конечно! Это будет достойный поединок сильнейшего из магов против мирного травника, – ехидно произнёс тощий и довольно осклабился.

И я поняла, что Элтар просто не может ответить, не уронив своей чести. Его руки под столом сжались в кулаки, но он молчал, а провокатор издевательски захохотал, и у меня сдали нервы. Я быстрым шагом подошла к не ожидающему никаких последствий, удивлённо воззрившемуся на меня магу и влепила ему пощёчину такой силы, что он слетел со стула, утянув его за собой.

– Ты что себе позволяешь, дрянь?! – завопил он, вскакивая и держась за щёку.

– Прежде чем наносить оскорбления кому-либо, задумайтесь, не окажется ли этот кто-то боевым магом, который всегда найдёт чем ответить. Нет, не травнику – мерзкому трусу и подлому клеветнику, – бросила я ему в лицо обвинения, осознавая, что давно перешла грань допустимого, но не в силах остановиться.

Он посмотрел на мой медальон и мерзко осклабился:

– А вот тебе придётся ответить за слова, деточка, и прямо сейчас. Я тебя вызываю!

– Серьёзно?! – ничуть не испугалась я и, резко сделав шаг вперёд, оказалась с мужчиной нос к носу.

Маг шарахнулся от меня, налетел на лежащий на полу стул и упал с грохотом и руганью. Я стояла, не двигаясь с места и ожидая продолжения.

– Что здесь происходит? – спросили низким, чуть хриплым голосом прямо у меня за спиной.

Я ответила, не оборачиваясь:

– Защита чести от клеветы и поругания.

– Да, Элтар, низко же ты пал, если твою честь защищают приблудные девки, – прямо с пола высказался мерзкий тип.

– Во-первых, со своей честью архимаг Элтар разберётся и без меня, – оборвала я его, не дав развить тему, – во-вторых, я не приблудная девка, а адептка магической академии. И в-третьих, я по поручению академии копирую рукописным способом дневник архимага Лемантина, принадлежащий архимагу Элтару. В его доме в свободное от учёбы время. И не позволю грязных инсинуаций на данную тему.

– Вот это адептка, браво! Давно надо было поставить его на место! – восхитился молодой вихрастый парень с медальоном боевого мага. – Как диплом получишь, приходи, без работы не останешься.

Я обернулась, чтобы его поблагодарить, и удивлённо моргнула – прямо напротив моих глаз были начищенные пуговицы какого-то мундира. Медленно поднимаю голову и вижу здоровенного, под два метра ростом шатена лет тридцати, который довольно улыбается.

– Восхищён, – произнёс он и, взяв мою кисть руки, начал, чуть нагнувшись, поднимать её, видимо, чтобы поцеловать. – Если бы было кем заменить его, как травника, в совете непременно это сделали бы.

Я увидела, как начинает сползать рукав, грозя выставить на всеобщее обозрение сочащийся кровью рубец, и аккуратно отобрала руку.

– Таль, ты что творишь? – рассерженной коброй зашипел подошедший Элтар.

– Ничего, – испуганно ответила я и на всякий случай спрятала руки за спину.

– Ваше величество, я прошу простить девушку… – начал Элтар.

– Ой! – откомментировала я ситуацию и спряталась ему за спину, насмешив это самое величество.

– Вот и весь боевой пыл пропал, – продолжал посмеиваться король. – А я уж думал, ты мне сейчас и замену предложишь.

– Мастера Линару возьмите, – посоветовала я из своего укрытия до того, как осознала, куда лезу, и подвела итог: – Ой!

– Кто такая мастер Линара? – поинтересовался король у окружающих.

– Молодая перспективная травница, магистр второй степени, работает над трактатом на первую, – просветил всех вошедший господин Эшен. – А что с ней не так?

– Вот думаю, не стоит ли ввести её в совет вместо магистра Лейра, – обратился к нему король.

– Не думаю. Она слишком юна и нерешительна и здесь будет всех бояться, – покачал головой Эшен. – Очень скромная девушка.

– А мы точно об одной и той же Линаре говорим? – усомнился Элтар и пояснил: – Она мне вчера такой отпор на магическом поединке дала, что я в первой концовке вихрь выпустил.

Окружающие пораженно притихли.

– Что здесь происходит? – синхронно поинтересовались вошедшие королевский архимаг и ректор академии.

– Что вы можете сказать о мастере Линаре? – обратился к последнему король.

– Хороший педагог, замечательный травник и, как выяснилось вчера, всё ещё неплохой боевой маг, – коротко, но ёмко охарактеризовал нашу знакомую ректор.

– Рекомендуете её в совет магов? – напрямую задал вопрос правитель.

– Безусловно.

– Вы можете быть свободны, магистр Лейр, – правильно разобрался в происходящем Лисандр.

Я за время разговора сильных мира сего успела ретироваться на отведённый мне стул в уголке и сделала вид, что вообще с него не вставала. Элтар, направляясь к своему месту, покосился на меня и укоризненно покачал головой.

Надолго меня не задержали. Расхвалили так, что я даже покраснела, и отпустили в академию. Приведший меня в кабинет ректора Эшен снова ушёл, велев возвращаться на занятия. Я и пошла – в лазарет. Но в очередной раз туда не попала, натолкнувшись в коридоре на мастера Кайдена.

– Я куда тебе велел идти?! – с ходу набросился он на меня, хватая за здоровую руку. – Хоть в этом повезло. – Где ты шлялась?

– На совете магов, – буркнула я, пытаясь отнять ни в чём не повинную конечность. – Пустите, я к доктору Алану иду.

Кайден отпустил меня и напрягся, глядя на немного намокший от крови рукав туники. Видимо, учебный процесс всё же не предполагал избиения адептов, во всяком случае, не на теоретических занятиях. Наверное, я должна была радоваться, но как-то некстати вспомнилось, что совсем недавно он спас мою магию, а возможно, и жизнь. И прежде, чем уйти, я сказала:

– Не переживайте, они не видели.

Мастер выдохнул с явным облегчением, а я со спокойной совестью ушла залечивать нанесённую им рану.

Уровень развития местной медицины меня просто восхитил. Доктор Алан пошептал что-то, подержал ладони над раной, и через какие-то пять минут я аккуратно почёсывала абсолютно чистую, лишь слегка зудящую кожу. Определить, где именно было повреждение, уже не представлялось возможным. Поблагодарив за помощь и выяснив, что сейчас уже середина последнего урока, бегом отправилась на медитацию.

Мастер Сорин, к моему несказанному облегчению, не стал спрашивать о причинах опоздания, а просто выдал мне полагающиеся по норме два кристалла. Усевшись на свой коврик, с удивлением обнаружила, что резерв не полон. Интересно, это от медицинских процедур такой эффект? Пришлось начинать занятие не с заливки, а с его восполнения, и к концу урока я смогла сдать только один кристалл.

– Останешься или с собой заберёшь? – поинтересовался преподаватель.

– С собой, если можно, – обрадовалась я возможности не тратить время до переезда.

Мастер кивнул и потерял ко мне интерес.

На почту сегодня мы сходили впустую, работы для нас не оказалось. Я нагрузила в сумку учебники и ежедневно необходимые вещи, забрала у Шрама ужин архимага и отправилась к нему.

Дом был заперт, видимо, Элтар ещё не вернулся с совета, дневника в кабинете тоже не оказалось. Я разложила принесённые вещи в отведённой мне комнате и решила для начала выполнить норму по заливке. Справилась с этим быстро, поскольку резерв восстановила, медитируя на ходу. После приснопамятного боя в лесу неполный резерв вызывал у меня чувство неуверенности и лёгкий дискомфорт. Задумчиво повертев в пальцах кристалл, сунула его в карман в качестве примера и, пока было не слишком поздно, пошла в указанный ребятами магазин, заперев дверь.

Магазинчик оказался совсем маленьким, примерно два на три метра, с единственной узкой витриной, в которой были представлены несколько кристаллов и указаны цены. Кстати, цены за один кристалл и за партию различались.

– Ёмкостями интересуетесь или подработать хотите? – спросил, разглядывая мой медальон, пожилой полноватый мужчина, вышедший из задней двери за прилавок. – У адептов за две трети приёмочной цены беру. Договора не заключаю, приму всё, что сможете принести, но каждый кристалл буду проверять артефактом, потому и меньше плачу. Там тоже малый кристалл расходуется.

– И то и другое, – ухватилась за его предложение я и достала из кармана залитый кристалл. – Сколько дадите за ученический кристалл и сколько хотите за такую же ёмкость?

– При приёме такую же ёмкость выдаю взамен, – сообщил мужчина, – а плачу адептам за ученический две медяшки.

Я посмотрела на витрину, там стояла цена четыре медные монетки. Ясно, значит стандартная приёмка – три. Ну, для меня и это отличная возможность.

– А всё-таки, сколько стоят такие ёмкости?

– Медяшка – три штуки.

– То есть, если вас устроит качество кристалла, я могу получить семь ёмкостей – одну взамен сданного и шесть вместо денежной оплаты?

– Можно и так, – согласился торговец.

Я протянула ему кристалл. Мужчина достал артефакт с несколькими пазами и в один из них вставил принесённый мной кристалл, а в другой – малый, который достал из коробочки с несколькими десятками таких же. На артефакте проявилась синяя полоса.

– Всё в порядке, – заключил мужчина и, убрав полный кристалл, выдал мне семь пустых. – Приноси ещё.

Обратно я шла в лёгком шоке. Кажется, я только что нашла работу по специальности, полностью удовлетворяющую всем моим требованиям: свободный график, раскачка резерва и оплата, позволяющая заработать на ужин в корчме. А ведь так могу не только я подрабатывать, но и остальные ребята, если, конечно, здесь нет ограничений по возрасту. В крайнем случае, смогу сама сдавать залитые ими кристаллы.

Элтар уже был дома и встретил меня взглядом, полным недоумения:

– А где вещи?

– В комнате.

Архимаг устало потёр лицо руками, после чего констатировал:

– Сегодня был тяжёлый день. Мог бы сообразить, что ты меня голодным не оставишь, а раз с пустыми руками, значит, уже была здесь.

– Это да, – согласилась я. – Пойдёмте ужинать.

– Ты зачем к Лейру полезла? – резко сменил тему Элтар, направляясь на кухню. – А если бы он тебя вызвал? У него же ни чести, ни совести.

– Так он меня и вызвал. А я его проигнорировала.

Хозяин дома слегка нахмурился, видимо вспоминая подробности случившегося. Похоже, у него действительно был тяжёлый день – вид уставший, лицо осунувшееся и соображает совсем плохо.

– Он мог настоять, ты ведь его первая ударила, – не унимался архимаг.

– Ну, не знаю я! Что вы от меня хотите услышать? Что я поступила глупо? Да, глупо. Но у меня тоже был тяжёлый день, и я не люблю, когда меня называют шлюхой. И вообще, я не думала, что он со стула упадёт. – Запал кончился, так что я уже более спокойно произнесла: – А почему он не настоял?

– Понятия не имею. Ты же заявила, что боевой маг, и вела себя самоуверенно. Ладно, хорошо, что всё обошлось. Давай доедать, и я спать пойду – до предела сегодня вымотался.

– Хорошо, только дневник мне оставьте, если можно, а то я уже несколько дней в переписывании с места не двигаюсь.

– А разве я не оставил? – удивился маг.

Я отрицательно покачала головой.

– Так сходи сама в лабораторию. А я всё же спать.

Сходила. И как я сразу не додумалась это сделать? Ведь Элтар специально мне показывал, как дверь сюда открывать. Видимо, на мне тоже сказывался тяжёлый день. Хотя итогом его я была всё-таки довольна: мерзкого типа из совета выгнали и подработка нашлась отличная. Кстати, нужно не забыть залить кристалл, а то завтра с утра его сдавать мастеру Сорину.

Попытка довести записи до конца раздела, где Элтар описал собственные опыты, успехом не увенчалась, поскольку голова работать уже отказывалась. Так что я взяла пару кристаллов из полученных в магазине и ушла на веранду. На улице было почти темно, но свежий ветерок отгонял сон, приятно лаская кожу. Наверное, резерв у меня ещё вырос, поскольку я без проблем залила оба кристалла и даже не ощутила становившегося привычным чувства голода. Не зря мы выкладывались по полной на медитации и дополнительно тренировались по вечерам. Решив, что всё остальное может подождать до завтра, я буквально провалилась в сон, едва дойдя до постели.

А ни свет ни заря меня разбудил до противного свежий и бодрый архимаг. Опять щёлкнул по носу и, пока я пыталась сфокусировать на нём сонный взгляд, со смехом сбежал на задний двор. Поплескав в лицо холодной водой, чтобы взбодриться, я тоже побежала вокруг дома. Элтар успевал не только заниматься сам, но и поглядывать за мной.

– Если сможешь сделать пять подниманий туловища моим способом, покатаю на летунце, – посулил маг, причём после того, как я уже закончила свои упражнения на пресс.

Вот ведь вредный! Почти как я!

Я честно пыхтела и старалась, но так и не смогла выполнить ни одного подъёма.

– Тренируйся, предложение остаётся в силе, – заметил Элтар и ушёл в дом, а я осталась выкарабкиваться из неудобной позы, цепляясь руками за перила.

После завтрака собрала учебники и полученные вчера кристаллы в сумку и, будучи уже традиционно чмокнута в висок, убежала на занятия.

Воспользовавшись, что сегодня первым уроком была физическая подготовка, я отвела друзей в сторонку и раздала им пустые кристаллы. О найденном способе заработка пока рассказывать не стала, чтобы зря не обнадёживать.

У каждого из нашей группы уже имелись индивидуальные задания. Мастер Ивор был доволен, и желающие, то есть все, кроме меня и Рамины, в начале занятия учились стрелять из лука. Я же так и не прониклась уважением к этому оружию, возможно, из-за личного опыта, который показал боевые преимущества магии. Так что нам с ней разрешили полежать в сторонке на травке и лишний раз почитать учебник.

Представления не имею, что на этом уроке понадобилось мастеру Кайдену, но нас с малышкой он окинул таким взглядом, что мы тут же вскочили и потрусили по кругу. Остальных тоже отправили бегать. Преподаватели несколько минут о чём-то негромко спорили, после чего Кайден махнул рукой и ушёл.

– В конце декады промежуточный зачёт, – оповестил нас мастер Ивор. – Не переживайте, вы все нормально готовы. Но с утра в этот день упражнения не делайте.

Постепенно вся группа на бегу сбилась в кучку и начала обсуждать вчерашнее поведение мастера Кайдена. Мнения разнились от «он издевается» до «сошёл с ума» и «смерти нашей хочет».

– Вот ты говоришь, над преподавателями зло шутить нельзя, – посетовал Эрин. – А им над нами, выходит, можно?

– Остальные мастера себе такого не позволяют, – напомнила я.

– Значит, над этим можно? – ухватился за идею наш озорник.

– Ему я и сама не отказалась бы гадость сделать, – призналась я мальчишке. – Пусть на практике показывает, насколько сам готов к неожиданностям. У тебя ещё те колючки остались?

– Нет, – расстроился Эрин и вдруг весь аж засветился, озарённый идеей, – но я могу грызя принести.

Остальные ребята молчали и заинтересованно прислушивались.

– Что такое грызь?

– Жучок такой мелкий. Он кусается очень больно. Говорят, когда их много, они человека заживо съесть могут. Но один только покусает.

– И что с ним можно сделать?

– Ну, у тебя же с левитацией хорошо получается. Мы его на листочек посадим, а ты мастеру за шиворот закинешь!

– Думаешь, попаду? – засомневалась я в успехе подобной авантюры.

– Сейчас жарко, он две пуговицы на рубашке расстёгивает. Я воротник аккуратно отведу, – пообещал Тарек.

Вот так и был принят план коллективной мести мастеру Кайдену. Ни одного защитника у него не нашлось.

На левитации нас организованно вывели на площадку с камнями, построили у плиты архимага и начали рассказывать о технике безопасности. Пробовать поднимать камень следовало только при полном резерве. Мастер собирался объяснить нам, как это проверять, но уже после демонстрации «поставьте пальцы вот так» вся группа выдала свечение.

– А вы что, это уже умеете? – удивился преподаватель.

Мы дружно промолчали, поскольку всё и так было понятно, и он продолжил свои объяснения. Нормой зачёта поднятия веса, то есть камня с определённым номером, было удержание его в воздухе в течение одной минуты. Высота подъёма не учитывалась, главное – оторвать от земли. Если адепт мог удержать камень три минуты, ему разрешалось после восстановления резерва переходить к следующему. Нам предстояло всем поочерёдно попробовать удержать первый камень весом в один килограмм. В случае, если камень начинает опускаться, его ни в коем случае нельзя было стараться удержать. При быстром наступлении чувства голода тоже следовало отпустить камень.

Мы с друзьями многозначительно переглянулись и решили чётко следовать данным указаниям. Никто не хотел рисковать своими магическими способностями.

Урок шёл медленно, поскольку, к несказанному удивлению мастера Эрха, первый камень все успешно продержали по три минуты. До второго камня дело дошло только у четверых, стоящих первыми по списку. Вадер с трудом продержался минуту, остальные опять достигли максимума. Пообещав продолжить попытки через занятие, мастер отпустил нас в класс, хотя мы с удовольствием и в перерыве позанимались бы.

– А по левитации у нас тоже зачёт в конце декады? – поинтересовалась перед уходом Ирра.

– Зачёт? – удивился мастер, но потом задумался и скорее себе, чем нам, ответил: – Может быть, очень может быть.

В обед к нам снова подсела мастер Линара. Похоже, она меня воспринимала скорее как подругу, чем как свою будущую ученицу.

– Таль, представляешь, мне предложили войти в совет магов!

Я прикусила губу, но по лицу всё равно расползлась довольная улыбка.

– Говорят, сам король ректору мою кандидатуру предложил, но я не верю. Сама подумай, откуда королю обо мне вообще знать?

– Вы хоть не против? – на всякий случай уточнила я.

– Да ты что?! Это же такая честь! Вот только я буду сидеть рядом с Кайденом. Как представлю, аж страшно.

– А он тоже в совет входит? – запоздало напугалась я. – Фух, хорошо, что его вчера не было.

– Почему? – не поняла мастер.

– Он меня там убил бы.

– А ты что, на совете была?! – первым сделал правильный вывод Марек.

– Была, – тяжело вздохнула я.

– И что ты там делала? – поинтересовался Янисар.

– Состав совета меняла, – усмехнулась я. – А нечего умные вопросы глупым адепткам задавать.

– Это какие? – заинтересовалась мастер.

– Кем бы заменить всех доставшего магистра-травника второй степени. Я же сначала ответила, и только потом подумала, что подобный вопрос мне от короля может быть только риторическим.

– Таль, я ничего не понимаю. Почему король у тебя это спрашивал? – окончательно запуталась Линара.

– Потому что с предыдущим магистром я чуть не подралась.

– С ума сошла? – хором осведомились у меня сидящие за столом.

– Знаю, знаю, я – дура. Элтар меня подробно на эту тему дома просветил. Но я и так после урока мастера Кайдена нервная была, а меня схватили в коридоре, притащили на совет, да ещё и этот Лейр обзываться начал. Я и сорвалась.

– Так это что же получается, что ты мастера Линару в совет рекомендовала? – подвел итог своим раздумьям Тарек.

– Нет, я только идею подала, а рекомендовали её Эшен, Элтар и ректор.

– А ты не можешь с Элтаром поговорить, чтобы меня там пересадили? – с надеждой попросила девушка, косясь на мастера Кайдена.

– Зачем? Вы теперь такой же член совета, как и он. Если кому-то не нравится ваше мнение, это его проблемы.

А после того, как Лейра выгнали, наверняка все станут себя вести более корректно. И вообще, я вот его уже не боюсь, а вам и тем более не стоит.

– Ну не знаю. У меня так сразу не получится.

– А вы в столовой тренируйтесь, – предложила я.

– Это как?

– Он же почти всегда один за столиком сидит, а места не подписаны – кто куда хочет, тот туда и садится. Садитесь к нему, и посмотрим, что из этого получится. На крайний случай мы вам место за своим столиком можем оставлять.

– Не знаю. Как-то это странно.

– А по-моему – отличная идея, – поддержал Янисар. – Нас же приучают постепенно на приёмах за столами себя правильно держать.

– Кого – вас? – уточнила девушка.

Ян прикусил губу, поняв, что проболтался, но решил идти до конца:

– Я – юный герцог Янисар Устиец, но желательно этого не афишировать.

У Линары выпала из руки вилка. Она нервно подобрала столовый прибор и, опасливо оглядев нас, уточнила:

– Ещё сюрпризы есть?

Я задумалась, но, ничего особо интересного не придумав, сообщила:

– Рамине всего семь лет. На этом пока всё.

– Ну и компания у вас! – восхитилась Линара. – Действительно, после такого и Кайден не страшен.

И мы все тихо рассмеялись.

В конце дня я, ненадолго отпросившись у Элтара и получив удивлённый ответ архимага, что он не собирается меня контролировать, снова пошла в магазин.

– Добрый вечер, девушка. Ваше постоянство бесконечно радует такого делового человека, как я, – замысловато поприветствовал меня торговец.

– И вам доброго вечера. Я ещё один кристалл принесла.

– Оплату как вчера возьмёте или на этот раз деньгами? – уточнил мужчина, проверяя кристалл.

– Пополам, если можно – три ёмкости и одну медяшку.

– Отчего же нельзя? – протянул он мне оплату, убирая кристалл. – А не удовлетворите ли вы, уважаемая адептка, любопытство старого Алира? Зачем вам столько ёмкостей?

– Алир – это ваше имя? Очень приятно. Наталья, – проявила я вежливость и пояснила: – Я вчерашние кристаллы своим друзьям, с которыми учусь, раздала. А сегодня беру, чтобы не по одному приносить, а по несколько.

– Может, и магистерский возьмёте? – попытался намекнуть на более активное сотрудничество торговец.

– Я с удовольствием бы, но пока резерв не позволяет. Скажите, а есть какие-то ограничения по приёму кристаллов?

– Если не полный – не возьму, – неправильно понял меня Алир.

– Я не об этом. Допустим, полный ученический кристалл принесёт девятилетний адепт. Вы его примете или здесь есть какие-то ограничения?

– Если с медальоном будет, и ученический, то приму. А если, например, без медальона или кристалл архимага сдать попытается, тут у меня сомнения, конечно, возникнут – вдруг ворованное. Мне неприятности со стражей не нужны. Есть желающие среди младших курсов?

– Скорее всего, есть. Я тоже учусь на первом курсе, и мы с ребятами на почте подрабатываем. Ученический все в группе залить уже могут. Я думаю, им такая подработка понравится, заодно и резерв при этом раскачивается.

– Ну так приводите своих друзей, я всегда поставщикам рад.

В этот момент вошёл новый посетитель магазинчика, и я поспешила покинуть тесное помещение, не мешая Алиру вести торговлю.

На следующий день, с удовольствием посоревновавшись в левитации самолётиков под руководством мастера Эрха и немного успокоившись на медитации, мы начали готовиться к претворению в жизнь плана нашей страшной мести. Теория магии стояла в расписании первым послеобеденным занятием.

Мне продемонстрировали сидящего в деревянной коробочке жука размером с ноготь мизинца, и Эрин снова спрятал его в карман. Решено было пытаться закинуть грызя во время опроса, когда мастер ходил по рядам и в упор смотрел на отвечающего, сбивая того с мысли, потому что до доски, на которой он символы нам рисовал, далеко, и велик шанс промахнуться. Ребятам с соседнего ряда было поручено по нашему знаку отвечать нарочито долго и нудно, давая нам время для осуществления задуманного, а заодно отвлекая внимание завуча.

Первая часть затеи прошла безукоризненно. Мы со злорадными усмешками проследили, как жучок проваливается за шиворот преподавателя, а листок, сорванный утром для этой цели с куста на спортивной площадке, я шустро убрала под парту. Несколько секунд ничего не происходило, и выжидательно замершие адепты уже начали разочарованно вздыхать, когда мастер резко прогнулся в спине, сквозь зубы зашипев от боли.

Я только успела подумать, что жучок действительно не в меру кусачий, как в классе стало происходить совершенно невероятное и непредвиденное. Мастер начал сдирать с себя рубашку, даже не пытаясь расстёгивать её, а одним рывком оборвав пуговицы и следующим движением выдернув нижний край, заправленный в брюки. Изуродованная одежда полетела на пол. Кайден что-то быстро наколдовал, и сверху на него дунул сильный порыв ветра, сбросивший насекомое на рубашку.

Завуч поднял грызя, не касаясь его руками, и обвёл нас шальным взглядом. Мы же во все глаза смотрели на него. А посмотреть было на что, более того – было чем восхититься. Без рубашки при каждом движении на корпусе перекатывались рельефные мышцы. И было понятно, что это не результат накачивания в тренажёрном зале или поедания стимуляторов, а полностью рабочая упругая мускулатура.

Вот если бы не был таким вредным, был бы красивым, засмотрелась я.

– Кто это сделал? – отошёл от первого шока самый нелюбимый наш преподаватель.

Группа хранила абсолютное молчание.

– Я спрашиваю: кто это сделал? – повторил мастер Кайден, но так и не добился никакой ответной реакции.

Оглядев нас и поняв, что просто так мы не сдадимся, он решил зайти с другой стороны.

– Это насекомое крайне опасно. Были случаи, когда они съедали целые поселения. Жизненно важно уничтожить колонию, пока она не покинула первое гнездо. Если вы его принесли, значит, где-то в городе есть не обнаруженная стражей колония. Я не буду никого наказывать за эту выходку, если вы мне расскажете, где взяли грызя.

Адепты притихли, испуганно переглядываясь. Я же понимала, что мастер не стал бы так терпеливо с нами разговаривать, если бы опасность не была действительно велика. Иногда приходится признаваться в своих проделках, и, похоже, сейчас именно такой случай.

– Жука подсадила я. Но мне его принесли, потому что я не знала, где можно такого раздобыть. Эрин, расскажи, пожалуйста, где ты поймал грызя.

Кайден, буравивший меня взбешённым взглядом и явно уже пожалевший о своём обещании никого не наказывать, медленно глубоко вдохнул и так же медленно выдохнул, прежде чем повернуться к мальчишке. Тот сидел, сжавшись от страха, и косился на меня.

– Эрин, перестань бояться, ты же будущий маг, – видя, насколько адепт напуган, спокойным тоном попробовал немного подбодрить его Кайден. – Просто скажи, где именно взял жука и насколько много ты их там видел. Если вспомнишь, когда грызи появились, это тоже очень поможет.

Все повернулись к мальчишке, а я с удивлением отметила для себя, что когда хочет, мастер Кайден очень даже умеет разговаривать с детьми.

– На пустыре, за старыми складами, где зимой зерно хранили. Там большая куча веток, и жуки из-под неё вылезают. Их там много в куче шевелится, но я близко не подходил, страшно было. Один ведь – это не смертельно, мы вас просто напугать хотели. Вот я и дождался, когда грызь к краю пустыря подползёт. Там его и поймал. А видел я их первый раз… – Мальчишка задумался, разглядывая потолок. – Не, не помню точно. Но мы ещё учиться не начали.

Едва услышав последнюю фразу, мастер Кайден нецензурно выругался и выскочил за дверь. Порванная рубашка осталась лежать на полу. Мы остались в полнейшем недоумении.

– И что теперь будет? – спросила Рамина.

– Не знаю, – ответила я, озвучивая мысли большинства присутствующих.

– А нам что теперь делать? – начал откровенно паниковать Вад ер.

– Ждать, – предложил Янисар.

Я посмотрела на остальных и поняла, что, если срочно не занять их хоть каким-то делом, скоро здесь будет паника, а возможно, и истерика.

– Так, нечего без дела сидеть. Раз у нас внепланово появилось свободное время, а уходить никто не разрешал, давайте рисование сделаем, – самым уверенным тоном, на который была способна, распорядилась я.

Одно слово – дети. Несмотря на то что я училась вместе с ними, они всё равно воспринимали меня как взрослую, а значит, способную решить их проблемы и имеющую право давать указания. Когда примерно через полчаса к нам пришёл господин Эшен, многие уже заканчивали выполнять домашнее задание.

– Внимание, адепты. В городе обнаружена серьёзная опасность, поэтому все маги, включая учащихся третьего и выше курсов, отправлены на её устранение. Сейчас вы спокойно соберёте свои вещи и пойдёте домой. Завтра занятий тоже не будет, поскольку все будут восстанавливаться. Послезавтра занятия по расписанию. Всё понятно?

Мы закивали. Ну ничего себе мы жучка подсадили.

– Сейчас каждый из вас подойдёт ко мне и возьмёт кристаллы для заливки по своей норме на два дня. Сдавать будете послезавтра на занятии по медитации мастеру Сорину, – проинструктировал нас господин Эшен и раскрыл сумку, которая до этого висела на его плече. Там была целая груда пустых ученических кристаллов.

Ребята потянулись к библиотекарю за ёмкостями, а Марек, нагнувшись вперёд, дернул Эрина за рубашку.

– Ты чего? – обернулся мальчишка к нам.

– У складов лестница стоит?

– Какая лестница?

– Деревянная. Там у крайнего сарая крыша плоская, и лестница здоровенная рядом стояла, – начал нетерпеливо ёрзать Марек.

Все мои друзья, заметив, что у нас что-то происходит, собрались вокруг.

– Вроде стоит, а что?

– Идём посмотрим, как грызей жечь будут.

– Во-первых, грызи начнут разбегаться и могут нас покусать, а во-вторых, никого близко не подпустят, – проявил благоразумие Янисар.

– Да мы быстренько на крышу залезем, а там нас и не увидят, и не покусают, – не сдавался Марек. – Грызи понизу обычно разбегаются.

Вот кто бы сомневался, что мы всё-таки пошли. Причём вокруг всего района стояло оцепление из гвардейцев, которые должны были отгонять всяких любопытных личностей. Но мы перешли на быстрый шаг, состроили крайне озабоченные гримасы и, пользуясь тем, что на нас медальоны адептов, ничего не объясняя, прошли за оцепление. Рамину, которая могла вызвать подозрения своим юным возрастом, просто загородили собой, так что её было почти не видно.

С крыши открывался действительно отличный обзор. Вокруг пустыря суетилось несколько десятков взрослых магов, подростки стояли двойной цепью метров за пятьдесят от основного места действия. Мы лежали на животах у края, чтобы быть менее заметными, и выискивали знакомых, поскольку активных действий пока не происходило.

Там находился и распоряжающийся мастер Кайден в где-то добытой новой рубашке, и Сорин с Эрхом, и ректор. Вскоре к остальным присоединились что-то активно обсуждающие мастер Линара и архимаг Элтар. Мы очень жалели, что нам отсюда ничего не слышно, и смотрели во все глаза.

Неожиданно Элтар обернулся и взглянул, казалось, прямо на нас. Вот вроде бы мы понимали, что не мог он знать о нашем тут нахождении, но все, кроме меня и Рейса, шарахнулись от края. И, естественно, себя выдали.

Брови Элтара на мгновение взметнулись вверх, а потом сердито сошлись к переносице. Архимаг быстрым шагом подошёл к нашему укрытию и вертикально взлетел, после чего шагнул на край крыши.

– Вы что здесь делаете и как сюда попали? Оцепление же стоит! – возмутился он, тем не менее не повышая голоса.

– Мы посмотреть хотим, а здесь ведь безопасно, потому что высоко, – ответил Марек.

– При чём тут высоко? Да вы представляете, что здесь сейчас твориться будет?! Тут колония такая, что полгорода сожрать может!

– Ладно вам… я же видел, их не так уж и много в этой куче, – возразил Эрин.

– Под кучей яма с отходами больше пяти метров глубиной! Их там десятки тысяч. Если бы не счастливая случайность, через неделю они прошли бы по городу волной смерти.

Мы пораженно притихли. А ведь это действительно просто случайность, что нам понадобился грызь для мелкой пакости.

– Немедленно идёте ко мне домой и сидите там до моего возвращения. Кого недосчитаюсь, лично выпорю, – грозно велел архимаг таким тоном, что ни у кого даже мысли не возникло ослушаться.

Но выйти из оцепления оказалось далеко не так же просто, как проникнуть за него. Нас остановили гвардейцы.

– Далеко собрались, господа адепты?

– Домой, – не стала я вдаваться в подробности.

– А вас ещё не отпускали. Марш обратно в оцепление, – велел усатый крепыш в форме и добавил: – Раньше маги такими трусами не были.

– Нас не взяли в оцепление и велели идти домой, – попыталась объяснить я, не рассказывая, что нас вообще здесь быть не должно.

– Ну конечно, много вас таких «не взятых». Предыдущие, правда, по одному сбегали, – сплюнул мужчина.

– Значит, садимся здесь, – повернулась я к ребятам. – Обратно точно нельзя. Если нас архимаг Элтар снова увидит, мало не покажется.

И мы начали располагаться прямо на земле рядом с гвардейцами.

– Вас что, правда архимаг прогнал? – через некоторое время снова заговорил с нами крепыш.

– Да.

– За что?

– Не за что, а почему. Не доросли ещё.

– Особенно ты, – ухмыльнулся он, в упор глядя на меня.

– Мы все – первый курс, – вздохнув, решила сознаться я. – Просто очень посмотреть хотелось, раз участвовать не взяли.

Проходивший мимо мужчина окинул нас мимолётным взглядом и, резко остановившись, спросил:

– Господин Янисар, что вы здесь делаете?

– Здравствуйте, магистр Костен. Пытаюсь вместе с друзьями выйти оттуда, куда не должен был входить.

– Господа гвардейцы, пропустите этих людей, у вас нет права их задерживать, – приказным тоном распорядился знакомый Яна.

– Как скажете, господин маг. Мы думали, это беглые.

– Вы думали неверно, – отрезал магистр и ушёл в сторону пустыря.

– Мы можем идти? – на всякий случай уточнила я у гвардейца.

– Да. Если за вас маг поручился, значит, всё нормально.

В дом архимага мы пришли подавленные. Собрались на кухне, переглядываясь и не зная, чем бы себя занять до возвращения Элтара. Пришлось снова брать инициативу на себя:

– Предлагаю тем, кто не доделал рисование, заняться им, а остальным взять кристаллы и пойти со мной на задний двор, там есть веранда для медитаций.

– А может, лучше посоревнуемся? – предложил Марек, которому не хотелось чертить.

Но настроения играть и соревноваться ни у кого не было, и идею не поддержали.

– Если не хочешь доделывать рисование, пойдём кристаллы заливать, – предложила я ему, и больше возражений ни у кого не возникло.

В результате мы с Янисаром и Мареком ушли на улицу, а остальные оккупировали кухонный стол. Время ожидания тянулось ужасающе медленно. К нам на веранде уже присоединились Тарек и Рейс. Я залила все четыре кристалла, один раз полностью опустошив резерв и продолжив после того, как его восстановила. Результаты остальных были примерно такими же. Сходив в комнату за учебником истории, начала читать вслух заданную нам главу. Ребята слушали рассеянно, мыслями находясь с остальными магами. Пришлось устраивать блицопрос, чтобы они начали вникать в суть текста.

Рейс ловко вскарабкался на крышу веранды и оттуда смотрел, не покажется ли архимаг в конце улицы.

– Идут, – наконец сообщил он нам, когда у всех уже закончилось терпение.

– А почему во множественном числе? – удивилась я.

– Он с гвардейцем идёт, кажется, с тем, который нас не пускал, – пояснил спустившийся парень.

– Ох и влетит нам, – снова сник Эрин.

– Ты чего такой трусливый? – хмуро покосился на него Тарек. – За шалости раньше никогда не влетало?

– Ещё как влетало, – горько вздохнул тот.

– Переживём, – прервала я начинающуюся эпопею о тяжкой мальчишеской доле и пошла встречать пришедших.

Вот только Рейс всё же ошибся. Мужчины не шли вместе. Гвардеец практически тащил на себе едва переставляющего ноги мага. Я бросилась к ним, подставив Элтару плечо с другой стороны.

– Что случилось? Что с вами?

– Ничего страшного. Просто сильное истощение. Всё было ещё хуже, чем я думал, – едва шевеля губами, проговорил маг, опершись и на меня.

– А руки почему чёрные? – ужаснулась я.

– Сажа.

Гвардеец косился на меня. Видимо, прикидывал, стану ли я на него архимагу жаловаться, но молчал.

– В гостиную на диван, – коротко распорядился Элтар.

Мужчина помог довести хозяина дома до указанного места и ушёл не прощаясь. Архимаг тяжело откинулся на спинку, глаза были полузакрыты.

– Руки точно не повреждены? – ещё раз уточнила я.

Маг едва заметно кивнул. Мальчишки и Рамина взирали на него с немым ужасом. Я же начала расстёгивать пуговицы на его рубашке.

– Зачем? – еле слышно прошептал Элтар.

– Оботру вас мокрым полотенцем. Если кожа сможет нормально дышать, тело отдохнёт быстрее, – пояснила я. – Рейс, снимай с него ботинки и носки. Тарек и Марек, в мою комнату за полотенцами, это справа отсюда. Они лежат в комоде, найдёте. Два маленьких намочить, большое принести сухим. Эрин, Рамина, чайник поставить сможете? И отвар заварить.

– А сбор где? – кивнув, спросил Эрин.

– Первый слева шкаф от раковины.

– Не достанут, высоко, – возразил с трудом сидящий архимаг.

– Левитацию никто не отменял, и вообще, если на крышу залезть сумели, то на стол и подавно смогут.

Больше маг спорить не стал. Полотенца, которыми его обтирали, а местами и оттирали от сажи, пришлось выполаскивать несколько раз. Элтар, едва заметно улыбаясь, не сопротивлялся, когда мы его поворачивали, а в итоге, принеся подушку, уложили всё на тот же диван.

– Спасибо, – поблагодарил он, не открывая глаз.

– Мы можем ещё чем-то помочь?

– Попробуй сходить к Шраму. Мне, когда проснусь, поесть нужно будет. Лучше всего мяса. Вряд ли, конечно, достанется – все, кто на ногах стоят, сейчас в корчме отъедаются, но всё же…

Кажется, он уснул прямо посреди фразы. Я задумалась: если в корчму действительно пошло большинство магов, вряд ли там что-то удастся купить, но можно пойти и другим путём. При осмотре кухни обнаружилась одна средних размеров сковородка и лежащий в коробке кухонный набор.

– Тарек и Марек, идите на почту, негоже работу прогуливать. Сегодня придётся без меня справляться. Мы с Рейсом сейчас пойдём искать мясо и сало для жарки. Ян, ты должен домой идти или здесь побудешь?

– Здесь. Там сейчас, небось, все носятся как сумасшедшие. Отец, скорее всего, и наших магов порталом приводил. Я только мешать буду.

– Отлично. Тогда остаёшься за старшего. Не упустите чайник. И кто-нибудь пусть возле Элтара сидит, вдруг ему что-то понадобится.

– Нам потом сюда возвращаться? – уточнил Тарек перед тем, как уйти.

– Не знаю. Но если хотите, приходите.

Так и разошлись. Рейс решил не ходить в магазин, а повёл меня на скотобойню, расположенную на окраине города, где у него были какие-то знакомые. Там мы быстро и, насколько я поняла, недорого разжились большим куском вырезки и небольшим сала, после чего я узнала, что специи здесь продают в магазине трав, наравне с лечебными и магическими растениями.

Сложив все продукты на кухне, я пошла проведать хозяина дома и не смогла сдержать улыбки. Рамина, которую оставили дежурить возле Элтара, тихо прикорнула под мышкой у обнимающего её во сне архимага. Смотрелись они очень трогательно. На цыпочках выйдя из комнаты, я аккуратно прикрыла за собой дверь.

Рейс вызвался помогать мне с мясом, а Яна с Эрином я всё-таки отправила в корчму попытаться добыть какой-нибудь гарнир.

– Если не будет ничего, можно хоть овощей по дороге купить и салат нарезать, – предложил Янисар.

– В общем, сами разберётесь, – не стала спорить я и выдала им двадцать медяшек.

Найдя в шкафах уксус, мы с Рейсом замариновали мясо и ушли на веранду.

Остальные пришли примерно через час, встретившись по дороге и принеся совместно купленные продукты. В результате у нас были несколько овощей для салата, сметана, свежий хлеб, сыр и два больших, ещё горячих пирога – с мясом и с яблоками. Надеюсь, Элтару понравится. Заранее резать и жарить ничего не стали и снова ушли на веранду – ждать, когда проснётся хозяин дома.

Настроение у всех постепенно улучшилось, так что вышедший из дома ещё пошатывающийся от слабости Элтар застал нас азартно гоняющими вокруг веранды бумажные самолётики. К его ноге жалась виновато сопящая Рамина.

– Ну чего ты переживаешь? Ты же от Элтара не отходила, значит, всё нормально, – успокоила я малышку и уже архимагу сообщила: – Через полчаса будет ужин, но если вы очень голодный, то можно перекусить пирогом.

Мясной пирог маг очень даже оценил, запивая его свежезаваренным отваром и удивлённо взирая, как Рейс режет салат, а я жарю мясо. Остальные умеренно нам мешали, делая вид, что активно помогают в этом благом деле.

– Что бы я без вас делал? – умилился снова осоловевший Элтар, когда все поужинали. – Вот даже ругаться не буду за то, что шлялись где не следует. Хотя и надо бы.

Мы очень старательно сделали вид, что нам стыдно, но обещать, что больше так делать не будем, предусмотрительно не стали. Да он и не поверил бы.

– Я сейчас пойду нормально помоюсь – и спать, а вам по домам пора, – сообщил архимаг, поднимаясь из-за стола. – Всем до встречи.

Провожала ребят до двери я.

– Давайте завтра часа в четыре у фонтана соберёмся, – предложила им на пороге. – Что делать, на месте решим.

Возражений не последовало, и все распрощались до утра. Я же всё-таки сложила посуду в раковину и залила водой. Домовой – это, конечно, хорошо, но и ему, наверное, так легче. Ещё и несколько страниц дневника переписать успела до того, как глаза стали закрываться сами собой.

Утром проснулась в тёплых объятиях льющегося через окно солнечного света. Элтар, всё ещё бледный, но сидящий вполне уверенно, что-то писал в кабинете. Несколько листов с ровными строчками текста уже лежали на краю стола.

– Доброе утро, – поприветствовала его я и собралась идти на кухню ставить чайник.

– Доброе. Ты что-то хотела? – поднял на меня глаза архимаг.

– Нет. Просто поздоровалась, – ответила я, и в его взгляде появилось недоумение.

– Таль, просто так не здороваются. Это предполагает начало разговора.

– А у нас это обыкновенное правило вежливости, – озадаченно произнесла я и охнула, вспомнив, как в первый учебный день пожелала доброго утра в столовой мастеру Кайдену.

– И с кем ты так «удачно» поздоровалась? – верно интерпретировал перемены выражений моего лица Элтар.

– С Кайденом, – обречённо ответила я и задалась всё тем же вопросом: – Ну почему мне на него так не везёт?

– А может, наоборот – везёт? – предложил свою точку зрения на данный вопрос маг. – После него даже я не страшным показался. Лейра ты, по-моему, вообще за достойного противника не посчитала.

– Ну, имея такого врага, как мастер Кайден, действительно трудно серьёзно воспринимать в качестве соперника наглого, но не выглядящего опасным магистра-травника. Правда, мастер Линара тоже опасной не выглядит, а дерётся вроде неплохо.

– Она и вчера себя хорошо показала. Далеко пойдёт девочка, – похвалил архимаг нашу знакомую и добавил: – А по поводу Кайдена ты явно перебарщиваешь. Он тебя точно как врага не воспринимает, нужна ты ему больно.

– Он при всех заявил, что заставит меня уйти из академии.

Архимаг погрустнел, с жалостью глядя на меня.

– Ладно, не расстраивайся. Подыщу тебе место в канцелярии. Хотя жаль, могла бы хорошим магом стать.

– Мне не нужно место в канцелярии. Я из академии уходить не собираюсь.

– А Кайдену ты это сказать осмелишься? – скептически поджал губы маг.

– Уже сказала.

– Вчера? – предположил Элтар.

– В первый день этой декады.

– И он до сих пор ничего не предпринял? – усомнился архимаг.

– Предпринял.

Элтар вопросительно посмотрел на меня.

– Не хочешь рассказывать?

– Не хочу, чтобы вы вмешивались. Думаю, от этого станет только хуже.

– Ая и не собирался. Таль, я могу обеспечивать тебе кров и нормальное питание, взамен получая магически одарённого помощника, но я не собираюсь решать все твои проблемы.

– Хорошо. В общем, я из-за этого руку у короля и отобрала на совете. Меня Кайден чем-то невидимым хлестнул на уроке, и на предплечье остался длинный кровоточащий след. После этого мастер отправил меня в лазарет, но по дороге я встретила господина Эшена, и меня увели на совет. А когда король руку поднимал, рукав стал задираться, и я испугалась, что все рану увидят.

– Не знаю, правильно ли я поступаю, сообщая тебе это, но ты упустила реальную возможность выгнать из академии самого Кайдена.

– Я не хочу его выгонять, я просто хочу выучиться на мага. Тем более некоторые поступки этого мастера не могут не вызывать уважения.

– И что же ты намерена делать? Просто терпеть? На тебя это не похоже.

– А он не только ко мне плохо относится. Так что мы ему ответные гадости делаем. Точнее, пока только одну, и то всё странно получилось.

– И что же вы сделали? – неподдельно заинтересовался архимаг нашей попыткой противостоять грозному завучу.

– Грызя ему за шиворот кинули.

– Так вот откуда вы знали, где будет облава, а я-то голову ломал. Эрин принёс?

– Да, а вы откуда знаете? – удивилась я.

– Так именно он вчера возмущался, что куча небольшая. Ладно, посмотрим, насколько твоего терпения хватит. Ты упражнения делать идёшь?

– Иду. Вы, наверное, уже давно сами позанимались, это я – соня.

– Нет. Мне сегодня нагрузки противопоказаны, но, если хочешь, могу с тобой побегать, – предложил маг, и я с радостью согласилась.

К фонтану я пришла предпоследней, не было только Яна.

– Какие есть предложения? – с ходу поинтересовалась у ребят, но выслушать ответ не успела.

Из дверей магазина по продаже кристаллов выглянул Алир и, прокричав моё имя, активно замахал рукой, подзывая к себе. Недоумевая, что могло случиться такого, что понадобилось моё присутствие, пошла к нему. Торговец пропустил меня вперёд и заговорил, только когда за нами закрылась дверь:

– Девушка, милая, выручите старого Алира! Ведь у меня всегда была идеальная репутация, а тут такое! Первый раз в жизни заказ выполнить не могу!

– Да в чём дело-то? – ничего не поняла я из его горестных причитаний.

– За малыми кристаллами постоянные клиенты из дальнего графства приехали, а у меня, как нарочно, запаса нет. Обычно-то это не проблема, но после вчерашнего все маги, с которыми у меня договор, отказываются. А клиентам не меньше сотни кристаллов нужно. Выручи меня, я по полной цене возьму – три медяшки за десяток. Ты же вроде говорила, что ещё желающие подработать есть.

– Да вон они, у фонтана, – оторопела я под его напором. – Только где ж мы столько ёмкостей возьмём?

– Всё есть. Всё выдам, – всплеснул руками торговец и выставил на прилавок довольно объёмистый мешок и несколько плоских коробок. – В мешке ёмкости, а полные в коробки складывайте. По десять в ряд, четыре ряда. Сколько принесёте – всё возьму, только уж вы тоже без обмана, чтобы мне перед клиентами стыдно потом не было.

– Хорошо. Я могу это взять к фонтану? Или нам здесь как-то размещаться? – оглядела я тесное помещение.

– Бери, конечно, бери. Я тут ждать буду. Выручай уж старого Алира, а я не забуду, добром на добро отвечу.

Я собрала в охапку мешок с кристаллами, коробки и отправилась к ребятам, вырываясь из словесных пут велеречивого торговца.

– В общем, нам дали заказ на заливку кристаллов, – кратко изложила я суть дела.

– Шутишь? – не поверил Тарек.

– Ни капельки.

– Откуда он тебя вообще знает? – поинтересовался подошедший за это время Янисар.

– Я ему уже два раза ученический кристалл продавала, точнее, первый раз обменяла на те ёмкости, которые вам раздала. Пришла в магазин узнать, сколько стоят пустые, а торговец сам сказал, что у адептов тоже кристаллы принимает, но дешевле, поскольку их специальным артефактом проверяет.

– А сейчас почему нам заказ дал, если не доверяет? – насупился Марек.

– Так все нормальные маги после вчерашней охоты на грызей в себя приходят, а ему срочно нужно. Обещал заплатить по три медяшки за десяток малых кристаллов.

– Сколько?! – аж подпрыгнул наш непоседа. – Это ж по сколько мы заработать можем?

– Сколько зальёшь – столько и заработаешь, – не пожелала я делить шкуру неубитого медведя. – Только не халтурить! Если хорошо себя зарекомендуем, сможем всё время заливкой кристаллов подрабатывать.

Примерно к обеду все шесть коробок были заполнены, и мы пошли сдавать результат торговцу. В магазин со мной зашли только Тарек и Марек, чтобы не создавать толчею. Остальные остались ждать возле двери.

Торговец задёрнул плотные шторы на двух небольших окошках и стал открывать принесённые нами коробки. В возникшем сумраке все кристаллы слегка светились.

– Так, значит, не обязательно артефактом проверять? – спросила я, когда он уже отсчитывал полагающиеся нам семьдесят две медяшки.

– Артефактом надёжнее, – смутился торговец, именно этой процедурой обосновывавший снижение цены на приём у адептов.

– А если за месяц он ни разу не покажет некачественно залитого кристалла, переведёте нас на такой способ? – решила поторговаться я.

Алир немного помялся, но всё же согласился.

– Ещё малые кристаллы так заливать согласитесь? Только стандартный приём – две медные монеты.

– Да, – хором ответили близнецы.

А я посмотрела на цену продажи, которая как раз и составляла три монеты за десяток, и тоже кивнула. Сегодня торговец расплатился с нами действительно невероятно щедро, полностью расставшись с прибылью ради сохранения своей репутации.

Выйдя из магазина, я раздала всем заработанное. Получилось от восьми медяшек у Эрина до тринадцати у Рамины. Ян попытался отказаться от денег, но я настояла, обосновав тем, что это – его первый магический гонорар.

– Пусть будут свои, – поддержал меня Эрин. – Я вот маме подарок куплю, у неё день рождения скоро.

Янисар больше спорить не стал, убрал деньги в карман и предложил пойти всем в столовую обедать.

– А тебе домой не надо? – на всякий случай поинтересовался у него Тарек.

– Нет, меня до ужина отпустили. Так что я с вами, – радостно сообщил юный герцог.

Адепты в столовой сидели хмурые и неразговорчивые. За нашим столом ел какой-то старшекурсник с красными пятнами на руках. Мы решили, что он нам не помешает, и расположились вокруг. На пятна косились все, но первой не выдержала Рамина.

– Что у тебя с руками? – спросила она, глядя на парня наивными детскими глазами.

– Грызи вчера покусали, – неохотно ответил тот. – В лазарет не пробиться, там очередь человек пятьдесят стоит. А мазать надо три раза с перерывом в несколько часов.

Мы испуганно притихли. Похоже, не зря нас Элтар вчера прогнал. Парень увидел нашу реакцию и спросил:

– Первый курс или второй?

– Первый, – за всех ответил Ян.

– Везёт. Вас туда не погнали.

– Почему везёт? – взвился неугомонный Марек.

– Там кошмар был. Грызи как полезли из-под кучи сплошным ковром. И прямо по магам, которые в первом круге находились. Вот стоят вроде человеческие фигуры, но полностью покрытые этой шевелящейся дрянью. Они их и на себе жгли, и вокруг жгли, а эта гадость всё лезет и лезет. Нам же сказали, что мы только отдельные кучки добивать будем, а на нас целый шевелящийся ковёр движется. Некоторые побежали. Я сам чуть не побежал. Я же не боевик, а погодник. А тут такое. – Парень залпом выпил полстакана компота и на мгновение прикрыл глаза, погружаясь в страшные воспоминания. – Когда резерв кончаться стал, щиты слетели. Мы на остатках энергии их огненными кругами около себя жгли, но некоторые всё равно успевали на тебя залезть. И кусают они очень больно. Я ещё ничего, а у многих и лицо искусали.

– Жуть какая, – не выдержала я.

– Эх, пошёл я очередь занимать, удачи вам, – попрощался старшекурсник и оставил нас обедать в полупустой столовой.

Мы рассеянно ковырялись в тарелках, аппетит пропал напрочь.

– Вы как хотите, а я доедаю – и в лазарет, вдруг чем помочь смогу, – решила я.

Пошли туда все вместе. Не знаю, какая именно от нас может быть польза, но желающих остаться в стороне не нашлось. Перед лазаретом действительно стояла и тихо переругивалась длинная очередь. На нас, пробирающихся к входу, начали браниться, но я показала чистые, не покусанные руки и объяснила, что мы идём предложить помощь.

Хозяина лазарета увидели сразу. Он стоял у стола с бледным, осунувшимся лицом и тёмными кругами под глазами.

– Доктор Алан, мы можем чем-то вам помочь?

– А? – обернулся он и устало потёр лицо. – Да. Наконец-то хоть кто-то. Берёте на столе плошку, накладываете вот этой ложкой мазь из таза и идёте мазать пострадавших. Девочек я сейчас отведу в преподавательское отделение, там есть свободные комнаты. Мальчики занимают две ближних от входа отгородки с каждой стороны. Ты, – ткнул он пальцем в Рейса, – ходишь рядом со мной и делаешь всё, что я велю. Когда приходит пострадавший, пусть раздевается догола. Кто не согласен, может сразу идти к ректору на отчисление. Сейчас цацкаться некогда. На все найденные следы наносим мазь и слегка втираем. Вопросы есть?

Вопросов не было. Мы наложили себе мази противного болотного цвета, но приятно пахнущей мятой, и разошлись по указанным местам. Адептки раздевались безропотно, радуясь уже тому, что их будет обрабатывать в таком виде не сам доктор. После третьего человека у меня закончилась мазь, и пришлось идти за новой порцией.

Заодно спросила у Алана, не нужно ли позвать ещё желающих из общежития. Тот был не против дополнительной помощи, и Рейс бегом умчался опросить остальных из нашей группы. В результате к нам присоединилась Ирра и её соседка по комнате со второго курса.

Может, мы мазали и значительно медленнее, чем сам доктор, но несколько лишних рук всё же значительно ускорили процесс, и очередь постепенно стала сходить на нет. Ко мне пришла очередная довольно взрослая уже девушка с коротко остриженными волосами, скорее всего, из боевых магов. Когда она повернулась спиной, я ужаснулась – кусок мяса чуть выше поясницы был просто выеден, и виднелся край позвоночника.

– Т-тебе сп-пину не больно? – чуть заикаясь, спросила я.

– Всем больно, – буркнула адептка.

– Сейчас вернусь, – пролепетала я и кинулась за Аланом.

Тот пошёл неохотно, сказав, что всех тяжёлых вчера распределили между его лазаретом и городской больницей, но когда увидел причину моей настойчивости, согласился:

– Правильно, что меня позвала, от такого и ноги отняться могут. – И обратился к девушке: – Аккуратно, без резких движений ложись животом на кровать. Сейчас начитаю заклинания и обработаю эту рану, с остальным и Наталья справится. Здорово как выели.

Алан колдовал над спиной, а я смотрела во все глаза. Адептка морщилась, когда доктор промывал рану, но терпела.

– Это не ты ли в первый круг вчера ушла? – решил Алан отвлечь пациентку разговорами.

– Я, – сквозь зубы ответила девушка, и было видно, что ей действительно очень больно.

– Это как же решилась? Там, говорят, грызи прямо по магам шли.

– Потому и решилась, что один упал. Если бы я добежать не успела и его ковром накрыло, – съели бы, а так я воздушной волной с мага дрянь эту сбросила, а уж дальше кругами била. Думала, до конца резерва хватит, но жуки лезли и лезли. Хорошо, нас мастер Линара с ещё каким-то магом прикрыли, и я упавшего просто вытащила.

Я даже догадывалась, кто был этим магом, и теперь становилось понятно, за что хвалил магистра-травницу Элтар.

Несмотря на значительно сократившуюся очередь, пациентов нам хватило до самого ужина. Алан посмотрел на нас, ошалевших от непрерывной и непривычной работы, и, поблагодарив за помощь, отправил отдыхать. Несколько человек из практически долеченных адептов вызвались заменить добровольных помощников доктора.

Идти после ужина никуда не хотелось, но нас с близнецами ещё ждала работа на почте. Остальные разошлись отдыхать.

Когда мы пришли, господин Зиранд долго мялся, рассказывая, какие мы хорошие, и доведя этим до состояния лёгкой прострации, после чего признался, что сегодня приехал его племянник и теперь работы для нас не будет. Мы махнули на него рукой и спокойно пошли отдыхать. В свете появившейся перспективы заработка по специальности эта новость была скорее хорошей.

Близнецы сразу ушли в общежитие, а мне ещё нужно было зайти в корчму и узнать об ужине для архимага. Однако там мне сказали, что Шрам совсем недавно сам понёс всё Элтару.

Корчмаря я так и не догнала, сил не было даже быстро ноги переставлять. Встретилась со Шрамом уже на кухне архимага, где они спокойно беседовали, попивая отвар.

– Ты чего такая осунувшаяся? – обеспокоился моим измождённым видом Элтар.

– Устала. Мы с ребятами в лазарете помогали.

– Тогда мыться, ужинать и спать, – распорядился маг.

– Не хочу есть, – сообщила я. – Мы в академии ужинали.

– А ты разве не снялась с полного обеспечения?

– Переводят только с начала декады, – просветила я Элтара на тему недавно узнанных правил.

– Тогда просто попьёшь специального отвара. Я сейчас заварю, – пошёл он на компромисс, а я не нашла сил спорить.

Спать я легла ещё засветло. Зато когда ранним утром раздался стук в мою комнату, выспавшаяся, я быстро оделась и после второго стука, резко распахнув дверь, с радостным воплем «Попался!» кинулась на Элтара, выставив вперёд руки с растопыренными пальцами.

Реакция у архимага была великолепной, и бегал он значительно лучше меня, потому схватить его мне так и не удалось. Зато со смехом побегали вокруг дома, а сдавшуюся было меня коварно обрызгали наколдованной водой, после чего я продержалась за хохочущим и поддразнивающим меня магом ещё пару кругов.

Дальше тренировка проходила как обычно. Вот только поднимания туловища в висячем положении мне так и не давались, даже до основных упражнений на пресс.

Традиционно попрощавшись с архимагом у двери, ушла в академию в отличном настроении.

Половина нашей группы мучилась вопросом: «Что нам будет за подсаженного грызя?» Мы же с друзьями после вчерашнего насыщенного событиями дня несколько подзабыли о возможной взбучке от Кайдена.

– Думаю, всем сейчас не до нашей проказы, и завучу в том числе, – попыталась я успокоить ребят.

– Почему ты так решила? – с надеждой посмотрел на меня Вадер.

– Потому что видела, что вчера в лазарете творилось, – ответила за меня Ирра. – Таль, как вы вообще додумались туда пойти помогать?

– В столовой разговорились со старшекурсником, который сказал, что очень много покусанных и в лазарет большая очередь, а я знала, что там только один врач. Обычно ему адепты-медики помогают, но позавчера всех со старших курсов забрали, и они лечились, а не лечили. Вот мы и решили узнать, можем ли чем помочь.

В этот момент в класс вошёл мастер Кайден, и часть адептов испуганно сжались. Он же, не обратив на это никакого внимания, сообщил, что в начале обеденного перерыва всем надлежит прибыть в актовый зал на втором этаже, и ушёл.

Левитация сегодня снова проходила на площадке с камнями. Начал мастер Эрх с тех, кто прошлый раз не успел попробовать удержать второй камень, и не скупился на похвалу, поскольку все мы продержались по три минуты. И даже Вадер, которому до этого засчитали лишь минимальную норму, сегодня, поднимая всё тот же второй, в полтора раза увеличил свое время. Двоим не удалось удержать третий камень по минуте, ещё четверо, включая Эрина, показали чуть больше зачётного времени. Я и остальные пятеро моих друзей выполнили норму перехода к следующему весу. Мастер был в шоке.

– Вы шестеро выполнили норму допуска к полугодовому зачёту! А ведь прошёл только месяц! Это невероятные результаты, я обязательно завтра устрою пробный зачёт! – И, увидев наши вытянутые лица, добавил: – Да не пугайтесь вы, кто не сдаст завтра, будет сдавать по окончании полугодия. Или можно будет ещё один пробный зачёт устроить в конце второго месяца.

– И что, нам официально эти результаты засчитают? – уточнил Ян.

– Да, безусловно! – заверил мастер Эрх и хохотнул. – Я уже не удивлюсь, если некоторые из вас к концу следующего месяца и годовую норму выполнят.

– А полугодовая норма – сколько? – поинтересовался Марек.

– Минута на четвёртом камне, – ответил мастер и вдруг вспомнил: – Ох, меня же просили вас пораньше в актовый зал отпустить. Бегите скорее.

Побежали. Но зал был уже практически полон, кое-где виднелись отдельные свободные места, часть адептов стояли у стен. Я предложила друзьям не разбредаться, а усесться на широкие подоконники. Через несколько минут после нашего прихода двери закрылись, а на возвышение с накрытым тканью столом вышли мастер Кайден, ректор Таврим, королевский архимаг Лисандр и доктор Алан.

Оказалось, всех собрали, чтобы официально поблагодарить участвовавших в спасении города адептов. Выступал сам королевский архимаг, и говорил только хорошее, ни разу не упомянув тех, кто бежал или пытался бежать.

Когда Лисандр закончил, поднялся доктор Алан.

– Позвольте мне также поблагодарить адептов первого и второго курсов, которые по собственной инициативе помогали лечить пострадавших.

Он не стал называть имена, но поскольку через нас прошла вчера половина адептов академии, все они обернулись, и мы оказались под более чем сотней взглядов. Учитывая, что расположились мы в стороне, не понять, кого именно благодарил доктор, было невозможно.

Я полюбовалась на вытянувшееся от удивления лицо мастера Кайдена и пожала плечами.

Теперь за нашим столиком в столовой сидели ещё и Ирра с подругой. На последний оставшийся стул я предусмотрительно сложила сумку, помня, что обещала придержать его для мастера Линары. Кайден сегодня расположился за маленьким преподавательским столиком, рассчитанным на двоих. Пришедшая после нас Линара, проходя мимо, состроила испуганную мордашку, вызвав семь улыбок и два недоумённых выражения на лицах, и, не задерживаясь, прошла к столику Кайдена. Тот удивлённо посмотрел на подсевшую к нему девушку, но ничего не сказал, только поморщился, отхлебнув тёплого из-за сегодняшней жары компота. Завуч что-то сделал со своим стаканом, и тот запотел, остывая. Мы с завистью вздохнули. А Кайден протянул руку к стакану мастера Линары и вопросительно посмотрел на неё. Поскольку та от удивления не дала никакого ответа, завуч посчитал это за согласие, охладив и её компот. Девушка негромко поблагодарила его, и, кивнув ей в знак принятия благодарности, мужчина вернулся к еде.

– С ума сойти, – высказалась обедающая с нами второкурсница. – Я ни за что к нему не подсела бы. Он же просто жуткий.

Я ещё раз посмотрела на мастера Кайдена. И ничего он не жуткий: мужественное лицо, широкие плечи, вредный характер и сейчас нейтральный, а часто злобный взгляд. Враг как враг, вполне достойный.

Сразу после занятий мы отправились к Алиру и опять разместились с малыми кристаллами у фонтана. Даже Ян нашёл час времени до ужина, чтобы подработать вместе с нами. Получилось меньше, чем вчера, и по объёму, и тем более по деньгам, но мы все равно остались довольны. Ещё и договорились к завтрашнему дню приготовить по одному ученическому кристаллу на продажу.

Сегодняшний вечер я посвятила письменной работе. Быстро закончив с чистописанием, вплотную занялась копированием дневника. Элтар вернулся поздно и высадил меня из-за стола в кабинете, но я не растерялась и ушла на кухню.

Предупредить архимага, что мне не нужно делать утром упражнения, я забыла и, как следствие, была снова разбужена спозаранку. А раз уж всё равно проснулась, для разминки побегала, на этот раз от мага.

Зачёт по физической подготовке в магической академии ничем особым от своего аналога в моём мире не отличался. Набор упражнений, которые следовало выполнить, и нормативы, за которые ставился положительный балл. Сдали его все без особых усилий. Всё-таки маги – не гвардейцы, у них физическая подготовка не приоритетное направление, и требований особо не предъявлялось.

А вот зачёт по левитации проходил совсем иначе. Достаточно сказать, что принимать его, кроме мастера Эрха, пришли ректор, мастер Кайден и доктор Алан. На зачёте давалась только одна попытка, и мастер сразу говорил, какой камень должен поднимать адепт. Начали с отстающих. И по мере того, как мы показывали результаты, лицо ректора становилось всё более довольным, а Кайдена – растерянным. Когда дело дошло до Рейса и ему велели поднимать четвёртый камень, архимаг Таврим усомнился:

– Мастер Эрх, не стоит так рисковать адептами. Пусть лучше пока третий поднимают.

– Но они выполнили норму допуска, господин ректор, – осторожно возразил преподаватель.

– Пусть пробуют, – встал на его сторону Кайден.

Рейс продержался полторы минуты, остальные ещё больше. Я с трудом, но удержала все три. Выражение лиц ректора и завуча трудно было передать словами.

– Я запрещаю Наталье в ближайшие пять дней переходить на следующую нагрузку, – впервые подал голос доктор Алан.

– Через пять дней нужно ваше присутствие? – поинтересовался у него мастер Эрх.

– Нет. Думаю, она не станет рисковать.

Я нервно закивала, подтверждая, что буду крайне осторожна.

Сдававшая зачёт последней Рамина тоже продержала камень три минуты, но ей доктор ничего запрещать не стал. Она была невероятно сильным магом.

А ещё сегодня после занятий было измерение резерва с корректировкой норм заливки и подведением итогов за весь месяц. На подведении итогов снова присутствовали ректор и мастер Кайден. Резерв у меня рос активно и на данный момент был вторым в группе, после Рамины. Её резерв составлял уже пять с хвостиком ученических кристаллов.

Уровень нам с Раминой намерили аж четвёртый, большинству – третий и только Вадеру – второй. Мальчишка начал откровенно паниковать, будучи худшим в группе по большинству пунктов.

– Господин ректор, меня ведь не отчислят? – чуть не плача, спросил он.

– Нет, ваши результаты вполне допустимы для обучения, – успокоил его архимаг Таврим, – но если вы и дальше будете отставать от других, учиться с ними будет затруднительно, и придётся ещё раз пройти программу первого курса со следующим набором.

Но больше всего меня поразил мастер Кайден.

– Традиционно в конце первого месяца я, как преподаватель практической магии, называю имя лучшего адепта, наиболее перспективного с точки зрения боевой подготовки. Именно тот, кого я назову, станет моим помощником на практических занятиях, – с самым довольным видом сообщил он. – Думаю, ни у кого не возникает сомнений, что это Наталья.

Я просто ликовала. Неужели мне так легко удалось победить и Кайден отказался от своей идеи заставить меня уйти? Может, он всё-таки разобрался в той ситуации? Хотя, какая разница… Главное, признал, что из меня выйдет хороший маг!

После занятий мы сначала зашли в корчму отметить мой успех вкусным пирогом и морсом, потом я занесла ужин домой к архимагу, которого ещё не было, и уже после этого мы устроились на бортике фонтана. Занимались сегодня ученическими кристаллами, обменяв уже имеющиеся на пустые ёмкости. После измерения резервов стимул к заливке стал ещё значительнее. Эрин так вообще готов был из кожи вон лезть, только бы догнать остальных. В результате к тому моменту, когда мы собрались расходиться, Алир обзавёлся ещё двадцатью девятью кристаллами, чем был крайне доволен, и расстался с пятьюдесятью восемью медными монетами.

Я, идя домой, снова и снова вспоминала слова мастера Кайдена. Мне было безумно приятно осознавать свою победу и одновременно не верилось в неё. И всё же я ликовала: Кайден при всей группе и при ректоре признал мои успехи! Это было просто невероятно.

Архимаг встретил меня в прихожей, ещё в парадной одежде, видимо, только вернулся с очередного приёма или совещания во дворце. Я с радостным криком «Элтар!» бросилась ему на шею, обнимая и собираясь похвалиться, какая я молодец, чтобы он разделил со мной эту радость, но ничего сказать не успела.

Только что расслабленно стоявший мужчина буквально окаменел и стиснул меня руками так, что невозможно было вдохнуть. Я дёрнулась и попыталась возмутиться, но он накрыл мой затылок ладонью и впился в губы властным поцелуем. Никак не ожидая такого поворота событий, я на несколько мгновений растерялась, а потом просто утонула в нахлынувших чувствах.

Не могу сказать, сколько времени это продлилось, но архимаг сам отстранился от меня, тяжело дыша. Сделал шаг назад, держа перед собой вытянутые руки, словно опасаясь, что мы вновь окажемся слишком близко. Взгляд его был каким-то сумасшедшим.

– Таль, прости, я не должен… это не повторится… извини меня.

Я вообще не поняла, что это было. Поняла только, что всё уже закончилось.

– За такое не извиняются, – пробормотала я и, слегка пошатываясь то ли от избытка впечатлений, то ли от нехватки кислорода, ушла в свою комнату.

Вот теперь лежу и думаю. Это же надо так меня впечатлить, что до сих пор никак не отойду, а ведь уже минут десять прошло. Умеют эти многоопытные маги целоваться. Понять бы ещё, что это на Элтара нашло и как мне теперь быть.

В дверь осторожно постучали.

– Не заперто, – ответила я, но никто не вошёл.

Я уже встала, чтобы подойти к двери и узнать, что случилось, когда из-за неё послышалось:

– Таль, не уходи, пожалуйста. Давай поговорим. Я всё объясню, – пообещал архимаг и неуверенно добавил: – Или хотя бы попытаюсь.

Открываю дверь и, глядя ему в глаза, спрашиваю:

– А не прогоните?

Элтар с облегчением выдохнул.

– Пойдём в кабинет, – попросил он.

Маг вошёл туда первым и встал напротив висящего на стене портрета. Я обошла вокруг него и поразилась выражению лица, с которым мужчина смотрел на картину, – столько тоски и нежности было в его взгляде.

– Это моя жена Милиэна. Я понимаю, что ненормально любить женщину, которую не видел уже триста лет, но ничего не могу с собой поделать. Просто не могу даже представить кого-то на её месте.

– А почему вы живёте один? Что случилось? Она ведь тоже маг, судя по медальону.

– Да, она очень хороший маг. Мы с ней были одними из инициаторов проекта с переселением и вместе готовили его несколько лет. А перед самым отбытием у нас родилась дочь. Я был счастлив настолько, что даже на некоторое время забросил дела. Но проект уже подходил к завершению, и откладывать его ради нас не стали бы. Мы решили, что я пойду сюда один, нормально обустроюсь, а через несколько лет, когда подрастёт Лирая, они переедут ко мне. Пока же Милиэна уехала к своим родителям. Она из известной семьи потомственных магов. А потом случилась Катастрофа, и больше я её не видел. Все эти годы я жил надеждой снова быть с ней.

Маг замолчал, продолжая разглядывать портрет своей супруги, а я смотрела на него, и мне было искренне жаль этого сильного мужчину. Лебединая верность и такая вот, как у него, патологическая семейственность… Такие люди невероятно счастливы в браке, но и невероятно страдают в разлуке со своими любимыми.

– Я верю, что вы с ней встретитесь.

– Это нереально. Никто уже не верит, что удастся восстановить связь с другим континентом.

– Если бы мне полгода назад сказали, что я буду учиться в магической академии, я тоже не поверила бы.

Маг невесело усмехнулся.

– Ты, кстати, чего обниматься-то кинулась? Я этого совершенно не ожидал, вот и… хм. В общем, ты не переживай, я решу эту проблему, и больше такого не будет.

– Радостью поделиться хотела. Меня Кайден лучшей ученицей объявил и своей помощницей на практических занятиях по магии назначил… А какую проблему и как вы собрались решать?

Маг замялся и даже, как мне показалось, смутился.

– Понимаешь, когда взрослый мужчина долго не общается с женщиной, он довольно остро реагирует на подобную близость. И есть такие специальные заведения, где можно… снять напряжение, – максимально обошёл скользкую тему маг. – Вот сегодня, пожалуй, и схожу, так что ночевать одна будешь.

Это ж надо, как он заковыристо обычный бордель описал. Но суть я уловила и развивать тему не стала, вместо этого предложив пойти ужинать.

– Насчёт Кайдена ты, кстати, зря радуешься, – предупредил меня переодевшийся и с аппетитом поглощающий ужин архимаг. – Помощник – это, по сути, спарринг-партнёр, на котором преподаватель показывает все заклинания. Лучшего потому и назначают, что у него травм будет меньше, но иногда выбирают зарвавшегося, чтобы охладить пыл.

– Ох, ё! – оценила я масштаб надвигающихся проблем.

– Вот именно. Может, всё-таки поинтересоваться местом в канцелярии?

– Нет, – упрямо поджала губы я. – Сама из академии не уйду.

Маг, поев, как и обещал, ушёл. А я попыталась занять себя хоть чем-то полезным. История в голову не лезла, чистописание и рисование быстро кончились, а всякие непрошеные мысли о хозяине этого дома по-прежнему роились в голове. В таком состоянии даже медитировать нормально не получалось. В результате за сегодняшний вечер сильно продвинулось дело с переписыванием дневника, на котором я старательно сосредоточилась.

Утром уже привычно раздался стук в дверь моей комнаты, но сегодня архимаг не стал дожидаться снаружи, когда я проснусь, а прошёл к кровати, сел на её край и сунул в руки мне, ещё толком не проснувшейся, большой букет белых роз.

Я обалдело уставилась на него поверх цветов.

– Элтар, что это?

– Белые розы. У эльфов каждый цветок имеет своё значение. Так вот, такие розы означают чистоту чувств. Их принято дарить дочери, сестре или, например, жене друга.

– Обалдеть! И это всё мне? Ой, а куда же я их дену? Они же завянут!

– Ваза с водой на кухне, – ответил предусмотрительный Элтар и встал. – Ставь туда цветы и пошли тренироваться. Чем лучше будет у тебя реакция, тем меньше пострадаешь от Кайдена.

– Стой, – наконец-то достаточно проснулась я, чтобы связно мыслить. – Какие эльфы? У вас ещё и эльфы есть?

– Есть, но не у нас, – погрустнел Элтар. – Вообще на контакт не идут. Послов, если те пересекают их границу, встречают тремя стрелами: первая, предупредительная, – под ноги, вторая – в ногу, третья – в глаз.

Маг вышел из комнаты, а я зарылась лицом в невероятно пахнущие первые цветы в моей жизни. У меня одно время был парень, но его галантности и финансов хватало только на редкие шоколадки.

Наверное, я слишком глубоко задумалась, потому что снова заглянувший в комнату хозяин дома поинтересовался:

– Что-то не так? Таль, это просто цветы.

– Это не просто цветы, – негромко проговорила я, возвращаясь в реальность, – это мои первые цветы. И не важно, что они от друга, а не от любимого мужчины, это всё равно первые цветы.

Он подошёл к кровати, с которой я так и не слезла, и снова присел на краешек.

– Ну и что с тобой делать? – нарочито задумчиво вопросил он и хитро прищурился. – Водой, что ли, облить для приведения в чувства? – И, не откладывая дело в долгий ящик, обрызгал и розы, и моё лицо мелкой водяной пылью, которую сдул с ладоней.

– Эй! – возмущённо подпрыгнула я, а проворный Элтар предусмотрительно отскочил назад, оказавшись вне зоны досягаемости. – Ну, погоди! Вот сейчас цветы поставлю и страшно отомщу!

Под радостный хохот мага я бросилась на кухню в поисках вазы. Искать её не пришлось – она стояла на столе уже с водой.

Переодевшись и вдоволь набегавшись за Элтаром, я тихо сползла по стене дома, уже не помышляя об остальных упражнениях. Но не тут-то было. Дав мне несколько минут отдышаться, архимаг задался целью привести меня в нормальную физическую форму в будущем, то есть загонять до полусмерти в настоящем.

Я же была уверена, что просто не в состоянии двинуться с места, о чём ему и сообщила. Зря я это сказала. С земли я не встала, а подпрыгнула. Вы бы тоже подпрыгнули, если бы вам молнией в филейную часть попали. И как только вывернул её так? Я ж на этом самом месте сидела.

Не причинив особого вреда, но больно ущипнув, молния существенно прибавила мне активности.

В результате сижу и медленно дожёвываю завтрак, с трудом двигая даже челюстью. Давно расправившийся со своей порцией, Элтар сходил в кабинет и вернулся на кухню, пролистывая сделанные мной записи.

– Ого! Много ты вчера переписать успела. Не против, если я твою копию в лабораторию возьму на пару часов? А то у учителя уж больно строчки иногда разъезжаются – следить за текстом трудно, когда на пробирки отвлекаешься.

– Берите. Всё равно переписывать не могу пока, – вытянув руки, продемонстрировала я до сих пор дрожащие после нагрузок пальцы.

– Пройдёт, – мельком глянув, заключил маг, – ещё пара месяцев таких занятий, и привыкнешь.

– Да я быстрей помру! – чуть не исполнила я это обещание прямо здесь и сейчас, поперхнувшись от возмущения отваром.

– Таль, ты хочешь иметь хотя бы крохотный шанс устоять против Кайдена?

– Да.

– Тогда терпи. Человек может выдержать очень многое, особенно если подходить к этому системно. Вот вернусь из поездки и всерьёз займусь твоей физической подготовкой. С магией у тебя и так всё неплохо. У тебя на сегодня какие планы?

– Не знаю, – только сейчас сообразила я, что мы вчера не договорились с ребятами, чем будем заниматься.

В этот момент в дверь позвонили.

– А вот и твои планы пришли, – улыбнулся маг, открывая её дистанционно. – Марек, мы на кухне.

– Здравствуйте, – появился в дверях улыбающийся мальчишка и тут же смешно вытаращил глаза: – Ух ты! Какой букетище! Это чей?

– Ну уж точно не мой, – заверил архимаг. – Я ж не девушка, чтобы мне цветы дарили.

Мальчишка заметно смутился.

– Я это… ну… в смысле…

– А если конкретнее? – с улыбкой, которую непременно вызывал у него Марек, оборвал не отягощённый смыслом словесный поток Элтар.

– Гулять пойдёте? – выпалил мальчишка и уставился на нас.

У нас синхронно вытянулись лица.

– Кто? – уточнил архимаг.

– Вы.

Я несколько раз беззвучно открыла и закрыла рот. На такую ситуацию, когда адепты архимага гулять зовут, даже моего небедного словарного запаса не хватило. А Элтар просто начал хохотать.

– Мне сегодня некогда, – наконец сообщил он, отсмеявшись. – А эту бледную немочь забирайте, чтобы она мне умирающим видом на совесть не давила.

За калиткой переминались с ноги на ногу остальные мои друзья, живущие в академии, и Эрин, за которым зашли по дороге.

– Пошли за Янисаром? – предложил Тарек.

– Ключ надо взять, – собралась я вернуться в дом.

– Я взял, – достал из кармана медальончик мальчишка и спрятал обратно.

Кроме меня, пойти в герцогский особняк опять никто не решился. Однако сегодня Янисар исполнял свои обязанности наследника рода, и мне сказали, ждать его не стоит. Посовещавшись, мы пошли проверять, работает ли Алир в выходной день. Оказалось, не только работает, но и очень нам рад. Ему очередная партия малых кристаллов понадобилась, и он решил, что «раз есть такие надёжные поставщики среди адептов, как мы, не стоит беспокоить других магов».

– Да уж, вряд ли дипломированные маги радуются, когда он им груду малых кристаллов приносит, – предположил Эрин, когда мы уже расположились у дарящих прохладу струй с вышеозначенной грудой и пустыми коробками. – С одной стороны, это ниже их достоинства, да и возни много, а с другой – у них подписанный контракт, то есть отказаться не могут. Но уж нервы торговцу наверняка треплют.

– Нам-то с вами пока всё равно, какие заливать, главное, чтобы резерва хватало. Ровно по сорок или кто больше?

– Давайте поровну, – решил Тарек. – Чтоб никому обидно не было.

Раньше всех закончившая свои сорок штук Рамина, чтобы не скучала, была отправлена выменять себе ученических ёмкостей и заняться пока ими. В результате мы опять заработали очень неплохие, по нашим меркам, деньги, и я предложила пойти сегодня всем в корчме пообедать, а ещё вспомнила, что нужно оставшиеся вещи из общежития забрать.

На наш вопрос Шраму, чем вкусненьким он может накормить адептов, мы получили встречный вопрос:

– Так вкусненьким или адептов?

– А в чём разница?

– Вкусненьким – дорого, адептов – чем подешевле.

– Дорого – это насколько? Без алкоголя, – уточнила я.

– Гусь вон есть, скоро дожарится, – кивнул корчмарь на очаг, расположенный в обеденном зале и, действительно, распространяющий дурманящий запах жареного мяса. – Двадцать медяшек.

– А к гусю что есть?

– Хм. Печёные клубни, овощной салат, сырная нарезка, хлеб. Горячий отвар, холодный морс. Таль, у вас всего пятьдесят три медяшки из аванса осталось, – предупредил он.

Эрин и Рейс удивлённо посмотрели на меня. Все знали, что мы подрабатываем, но мало кто задумывался, на что при этом тратим полученные деньги.

– Ну что, ребят, гуляем на сегодняшний заработок?

– Гуляем, – дружно решили остальные, не отрывая взглядов от подрумяненной птички.

– Итого можем потратить сорок восемь медяшек, не трогая аванс, – сообщила я Шраму.

– Значит, гуся, гарнир, пирог и отвар? – сразу перешёл на деловой тон корчмарь.

Я кивнула, и мы ушли за стол. Там рассказали заинтересовавшимся Рейсу и Эрину о яйцах, которые дополнительно едим каждый день. Рейс попросил присоединиться к нам, а Эрин решил поговорить с родителями по поводу необходимого ему питания. Он очень переживал из-за того, что его резерв в нашей компании был самым маленьким.

Еда даже избалованной мне понравилась, а уж остальные и вовсе уминали за обе щеки. Расплатившись с корчмарём, мы забрали в общежитии то небольшое количество вещей, которое не уместилось в сумке первый раз, и снова пошли к фонтану.

Я сначала зашла в дом, чтобы оставить принесённое, и застала Элтара режущим на кухне копчёное мясо. Делал он относительно небольшие бутерброды, но с лихвой компенсировал это количеством.

– Вы такой голодный? – поинтересовалась я у мага.

– Ты.

– Я?! Да я только что обедала!

Элтар расхохотался.

– Не «ты голодная», а меня можно называть на «ты». С утра же так и было.

– А, ну… – растерялась я, не заметившая этой перемены. – Ладно. А всё-таки, зачем столько?

– В дорогу.

– Испортятся же.

– Нет. Рисуешь специальную схему на листе бумаги, заворачиваешь в него еду и активируешь. Продукты нормально сохраняются месяц. А я через пять дней уже вернуться планирую.

– Не мало на пять дней? – кардинально поменяла я своё мнение о количестве бутербродов.

– Это на всякий случай. Есть же постоялые дворы, да и если у кого-то на ночь остановлюсь в доме, обычно кормят.

– Ясно.

– Вы уже разошлись на сегодня?

– Нет. Я остаток вещей принесла. Остальные у фонтана ждут.

– Если хочешь, зови, покажу схему. Могу даже дать нарисовать, – предложил хитрый маг, которому явно не хотелось повторять много раз давно приевшуюся процедуру.

– Сейчас, – уже на бегу ответила я, выскакивая из дома.

Ребята обрадовались внеплановой магической практике и с энтузиазмом взялись за дело. После месяца занятий оказалось совсем не сложно перерисовать схему со сделанного магом образца. Он же, пока чертил, объяснял нам, что за символы здесь используются и как они взаимодействуют. Большую часть самих символов мы знали, но всё равно было интересно.

– Спасибо за помощь, – поблагодарил маг, когда мы закончили всё заворачивать, и сам активировал схемы. – Если хотите, можете оставаться в доме, а я пошёл в лабораторию эликсиры собирать. Таль, за ужином сходи сегодня пораньше.

Он аккуратно сложил еду в одну из сумок и оставил нас. Мы какое-то время переглядывались, но делать в доме было нечего, так что предпочли вернуться к фонтану и устроить очередной хоккейный матч. Разделились по результатам вчерашнего подведения итогов за месяц через одного, чтобы команды были примерно равны по силе. Матч получился очень напряжённый, окончившийся со счётом пять – четыре в пользу команды Рамины и снова собравший довольно много болельщиков.

– Вы каждый выходной играть будете в это время? – задал вопрос кто-то из окружавших нас болельщиков.

– Наверное. А что?

– Нам же интересно! Господа адепты, вы не могли бы в одно и то же время соревноваться, а то не все прийти успевают.

– Ну, давайте попытаемся, – даже как-то растерялась я. И вспомнила об утреннем разговоре. – Кстати, кто-нибудь может мне об эльфах рассказать?

– Да чего о них рассказывать, их видеть надо. А если кто и видел, так это вы, маги. Мы, простые смертные, столько не живём. Они ж только на старом континенте жили, а тут их нету, – чуть дребезжащим голосом ответил сморщенный дедок с длинной, но редкой бородой.

– Говорят, красивые они – высокие, стройные, у всех волосы светлые до пояса струятся, – мечтательно добавила юная девушка в ярком сарафане.

– Да чего там красивого? – возмутилась дородная тётка лет сорока. – Одни кости и уши, и поглядеть не на что.

– Кузнечиха, – шепнул мне на ухо Тарек. – Муж у неё здорове-енный.

– А ещё они из луков лучше всех стреляли, – раздался звонкий мальчишеский голос, обладателя которого не было видно за столпившимися взрослыми.

– И любую болезнь вылечить могли.

– И пели красиво.

– Да и танцевали тоже.

В общем, как говорилось у меня на родине, «дивный народ».

– Эх, вот бы на них хоть одним глазком взглянуть, – вздохнула Рамина.

– Так вы ж будущие маги, учитесь хорошо, может, хоть вы сумеете на нашу родину вернуться. А то нынешние ничего не могут. Опять, говорят, топтунов у ближних гор видели. Раньше бы маги их быстро извели, а сейчас… Эх…

– Топтунов? А это что или кто? – заинтересовалась я.

– Звери такие – тупые, незлобные, да уж больно здоровые. Прут напролом, куда им вздумается, посевы топчут, сарай по брёвнышкам раскатать могут, да и от дома мало чего останется.

– Это ж сколько мяса с такого будет! И как их охотники не извели?

– Несъедобные они. Мясо жёсткое да вонючее, и болеют после него животом сильно. А жаль, – вздохнул всё тот же дедок, что первым разговорился об эльфах.

Народ постепенно расходился, и вскоре мы остались на бортике фонтана в относительном одиночестве. Вокруг продолжали неспешно гулять люди, но нами больше не интересовались.

– Я бы тоже с эльфами пообщался, – высказался Рейс. – Вдруг они как-то по-особенному стреляют.

– Да ладно – пообщаться, хоть бы увидеть разок, интересно же, – возразил Эрин, и ребята дружно вздохнули. – Жалко, тут их нет.

– Вообще-то есть, – решила я поделиться информацией с остальными. – Только они общаться не хотят. Мне Элтар утром рассказал, но больше я ничего выспросить у него не сумела.

Какое-то время все с недоверием смотрели на меня, но поскольку я так и не сказала, что это шутка, Тарек предложил:

– Давайте Яна попросим у отца разузнать.

– Отличная идея, а я ещё с Эшеном поговорить попробую, – обрадовалась я, но потом сообразила: – Хотя вряд ли нам это что-то даст.

– Почему?

– Они в тех, кто на их территорию заходит, из лука стреляют.

– Ничего себе! А если попадут?! – возмутился Марек.

– Попадают. Без всяких «если».

– А мы на их территорию не пойдём, – предложила Рамина, – мы рядом постоим и посмотрим. Как на рыбок в речке, когда купаться нельзя, а крошки хлебные кидать и смотреть можно.

– Хм. Идея, конечно, интересная, но пока не ясно, ни куда идти, ни как туда добраться.

– У нас со второго курса практика осенью должна быть, когда по деревням с преподавателем идёшь и защитные заклинания обновляешь. Мне знакомый с третьего курса рассказывал, – просветил нас Рейс. – Главное, заранее узнать, куда нам надо попасть, и договориться с преподавателем, который в этом направлении идёт. И ещё нужно будет хорошенько потренироваться, потому что если долго с заклинаниями возиться будем, то у нас времени не останется эльфов караулить. Они ж не рыба, на крошки не приплывут.

– Отлично, значит, начинаем с библиотеки и Эшена.

На этой оптимистичной ноте мы и разошлись. Я часть дороги прошла вместе с ребятами и только перед самой академией повернула в корчму за ужином. Там пришлось подождать ещё минут пятнадцать.

– Шрам, а что ты об эльфах знаешь? – решила я попытать счастья и здесь, говорят же, больше всего информации стекается в корчму.

– О которых?

– А есть разные?

– Не то чтобы разные, просто относятся к людям по-разному. На том континенте эльфы торговали с людьми, даже браки смешанные были, хотя и редко, а на этом сидят в своём лесу и сами носа не высовывают, и к себе никого не пускают. Хотя говорят, лет десять назад их стража из леса выходила, издали из луков побила нечисть, которая на деревню шла, и эльфы обратно ушли. Деревенские им даже «спасибо» покричать не успели.

– Значит, всё-таки иногда выходят?

– Ну, бывает иногда. Опять же, много чего болтают, а правду ли, нет – кто ж разберёт.

– А лес их где?

– Да не особо далече – на южной границе, дней восемь отсюда, если пешком. Столица-то наша почти на южном краю королевства стоит.

– Может, ты знаешь, и кто из преподавателей туда адептов на практику водит?

– Не, откуда мне такое знать? – искренне удивился корчмарь. – Кто ж о таком в корчме разговаривать станет?

А только адепты обычно раньше, чем через полтора месяца, с практики не возвращаются. Может, в эту сторону их вообще не водят.

Поблагодарив Шрама за полезную информацию и собранный ужин, я в задумчивости пошла домой.

На этот раз архимаг был в кабинете и опять что-то писал.

– Пришла? Отлично. Я тут задания написал и инструкцию на несколько случаев. Сейчас поедим, и всё расскажу.

– Хорошо. Иду накрывать на стол?

– Да. Я скоро закончу, – пообещал маг, снова склоняясь над записями.

– Элтар, а все маги по деревням ходят и защиту обновляют? – спросила я, когда мы сели есть.

– Нет. Некоторые, как, например, я, верхом ездят. С чего такой вопрос?

– Просто сегодня узнала, что мы со второго курса должны полтора месяца практику таким образом проходить.

– Вообще-то, два, просто некоторые быстро ходят и не задерживаются нигде лишнего, вот и успевают на несколько дней раньше вернуться.

– А что нужно делать?

– Защиту обновлять. – Маг встретил мой непонимающий взгляд и со вздохом пояснил: – Вокруг каждого поселения и в некоторых местах внутри него установлены специальные защитные контуры и просто бытовые заклинания. Маги по деревням обычно не живут, а всё это нужно обновлять и подпитывать. Таких заклинаний примерно два десятка, вы их на втором курсе проходить будете. Расположение заклинаний отмечено на специальной карте, хранящейся у старосты. Подходишь к месту установки, если старый контур сохранился, проверяешь его и при необходимости поправляешь, если не сохранился, рисуешь заново. На колодцах символьная резьба сделана, её тоже проверяют.

– Интересно.

– Вам, может, и интересно, а мне это уже так надоело, что даже передать не могу. Муторное и нудное занятие, от которого нельзя отказаться. Это обязательное задание для всех магов, кроме городских врачей. Хорошо хоть, за мной деревни на юге отсюда закреплены, не так далеко ехать. Но всё равно возиться с этим тошно.

– А ты нас возьми! – сориентировалась я по слову «юг».

– И какой смысл?! – с немалой долей возмущения в голосе поинтересовался маг. – Мало того что этой нудной работой заниматься, так ещё и за вами смотреть. Заклинаний и схем вы всё равно пока не знаете. Ты ещё ладно, но дети в дороге – обуза.

– Не скажи. Заклинания и схемы мы можем выучить или хотя бы перерисовать, а ты нас по дороге научишь их применять. Сегодня же у нас получилось.

Маг немного смутился. Ну да, когда ему нужно было, и научил, и доверил нам эту работу.

– Хорошо, предположим, вы действительно чем-то сможете помочь, но всё равно в дороге создадите больше проблем, чем будет от вас пользы.

– Каких, например?

– Иногда до следующей деревни пешком дойти не успеваешь, а с вами только пешком идти, тогда в плащах у костра ночевать приходится. А у вас – ни плащей, ни опыта ночёвки на улице.

– Опыт есть у Рейса, Тарека и Марека. Плащ пока только у меня, но это решаемо.

– Когда я один иду, я охочусь и потом дичь готовлю, а с вами это как?

– Рейс поможет ловить, а мы готовить.

– Я хожу надолго, потому что перед эльфийским лесом травы заготавливаю. Ставлю там палатку и живу почти месяц, а вы что там делать будете?

Я чуть не подавилась на радостях: это же надо, чтобы так повезло!

– Тебе помогать – вместе больше заготовим. А ещё тренироваться будем, играть и новые заклинания учить, если ты их нам покажешь. Ну, Элтар, тебе же нравятся эти ребята, и они вполне самостоятельные, зато тебе будет не скучно.

– Мы говорим ни о чём, Таль. Первокурсникам на эти каникулы устанавливают норму заливки в полтора магистра в день, чтобы хоть как-то компенсировать отсутствие старших адептов. Вас просто не отпустят.

– А если мы договоримся?

– Как? Я даже заикаться не буду перед ректором, чтобы вам норму сняли. Кристаллов и так не хватает.

– Мы уже сейчас заливаем примерно по семь ученических кристаллов на человека в день. И резерв у нас стабильно растёт. Так что часть отдадим заранее, а часть принесём по возвращении.

– У тебя резерв уже семь учеников? – поразился архимаг.

– Нет. У меня чуть меньше пяти, у Рамины чуть больше.

– А как же ты тогда за одно занятие семь кристаллов заливаешь?

– За занятие получается только три или четыре, когда как. Норма у меня была два. А остальные я вечером заливаю и Алиру в магазин продаю. Ребята тоже так подрабатывают.

– И давно? – ещё больше поразился он, даже забыв об ужине.

– Я – с того дня, как к тебе переселилась, а ребята после облавы на жуков. Маги все восстанавливались, и Алир сам предложил нам подработать. Теперь малые кристаллы мы ему заливаем.

– Кстати, хороший вариант. Дипломированные маги с этими кристаллами возиться не любят, так что никто претензий предъявлять не станет. А вам и подработка по профилю, и раскачка резерва. Только молоко в рацион ещё добавьте по одной кружке в день.

– Спасибо за совет, добавим. А какие претензии могут быть от магов, если ты только что сказал, что кристаллов не хватает?

– Их в целом в королевстве не хватает, а в магазине какого-то конкретного вида может быть с избытком. Кстати, всем дипломированным магам тоже установлена норма заливки, только она месячная и сдаётся в королевское хранилище. И академии тоже такая норма установлена, так что большая часть заливаемых вами кристаллов идет на её выполнение.

– А у тебя какая норма, если не секрет?

– Двадцать восемь архимагов и сто сорок магистров.

– Ого! – только и смогла сказать я, мне даже представить такое было трудно.

– И контракт с Алиром на семьдесят архимагов в месяц, – добил меня Элтар. – Так что не бедствую, он по четыре серебрушки за штуку платит.

– Ого! – Цифра, полученная при перемножении, для меня была просто гигантской.

– И на данный момент я единственный поставщик у него на этот тип. Качайся – уступлю кусочек, – улыбнулся маг.

– Это будет не скоро.

– Я с вами уже ни в чём не уверен. С вас станется и кругом заливать.

– Кругом?

– Таль, давай не сегодня. Вот вернусь от ближних гор, тогда и расскажу, что такое круг магов.

– На топтунов едете охотиться? – похвасталась я своей осведомлённостью, невольно снова перейдя на «вы», уж очень меня возможности архимага впечатлили.

– Не уверен. Послали-то на топтунов, но у меня нехорошее предчувствие. А ты, вообще, откуда знаешь? – спохватился он.

– Люди у фонтана говорили, что у ближних гор топтуны появились и что маги их изводить должны.

– Должны, – погрустнел архимаг. – Только где ж столько магов взять?

– Магический дар – это редкость? – спросила я и снова подумала, как же мне невероятно повезло.

– С даром рождаются примерно два человека на сотню. Три четверти из них не способны закончить академию из-за отсутствия элементарного начального обучения – детьми в деревнях почти не занимаются в плане образования, да и в городе кто как, а упущенное на ранних этапах потом уже не нагнать. Да и непопулярная это сейчас профессия, хотя и денежная. Мало кто идёт учиться.

– Не понимаю. Как денежная профессия может быть непопулярной?

– Во-первых, маги не могут отказываться от работы, независимо от того, нравится она им или нет. А во-вторых, поручения короля часто бывают опасны – смертность высокая… – Элтар осёкся и настороженно посмотрел на меня. – Извини, я не хотел тебя пугать.

– Учиться нужно лучше, – сделала я вывод, вызвавший у мага очередную улыбку, и пояснила: – Переживу Кайдена – мне уже ничего не страшно будет.

– С такими успехами и настроем, может, и переживёшь. Ладно, хватит болтать. Мне завтра выезжать очень рано, а ещё тебе надо всё рассказать.

И меня завалили целой грудой информации, благо большая её часть была магом кратко записана. Инструктаж растянулся почти на полчаса. Вот уж напророчила я о «помощнике по особым поручениям».

– По вечерам постарайся быть дома. Можешь ребят своих сюда приводить, только в лабораторию их не пускай. Всё, я ушёл спать, завтра с утра тебя разбужу, а потом самой вставать придётся.

Ох, а вот это проблема. Надо хоть Яна будет попросить, чтобы он по утрам за мной заходил, а то действительно просплю.

На следующий день Элтар разбудил меня раньше обычного. За окном были ещё предрассветные сумерки, и вставать совершенно не хотелось, но пришлось. Маг был одет в кожаный дорожный костюм, лицо сосредоточенное, на шее – несколько амулетов, на поясе – ремень с множеством кармашков и двумя кинжалами.

– Мне уже пора, позавтракаю в дороге. А ты вставай, а то проспишь, – велел он и направился к выходу.

Я почему-то пошла за ним, хотя меня не звали. У двери дожидались владельца две довольно объёмистые сумки, скреплённые широкими ремнями. Архимаг открыл дверь, но не взял вещи, а снова обернулся ко мне, остановившейся в нескольких шагах, чтобы не мешать. На мгновение показалось, что он хочет что-то сказать, но слова так и не были произнесены, а взгляд переместился с меня на сумки. Несколько секунд я колебалась, учитывая произошедшее позавчера, но всё же решилась подойти и, привстав на цыпочки, поцеловала его на прощанье. До виска не достала – получилось в щёку, но маг явно был доволен, потому что на его губах появилась тёплая улыбка. Он слегка взъерошил и так лохматые после сна волосы на моей макушке и, подхватив сумки, вышел.

Я же стояла в дверном проёме и смотрела, как он уходит – уверенный, сильный, решительный. Вот только на душе была беспросветная тоска. Кажется, у меня тоже нехорошее предчувствие, хотя, возможно, мне просто передалось его беспокойство.

Маг скрылся за поворотом, а новую учебную декаду никто не отменял, так что пришлось брать себя в руки и отправляться на утреннюю разминку. Там без Элтара тоже было грустно, даже побегать не за кем. И вообще, я, оказывается, очень быстро привыкла к его язвительным подначкам, которые стимулировали не хуже приснопамятной молнии. Он ещё только уехал, а я по нему уже скучала.

Порадовав себя утренним душем, я монотонно сжевала завтрак на пустой кухне. Тоскливо, прямо хоть с домовым знакомься, только ведь не выйдет. Поставила ему на подоконник за занавеску кусочек сдобной булки на блюдце и молоко в специальном маленьком стаканчике, как велел архимаг. Минут двадцать ждала, не появится ли домовой, но он не показался. Зато я в процессе залила два ученических кристалла и снова восстановила магический резерв.

Погода на улице постепенно портилась, впервые за время моего пребывания в этом мире. Облака наливались свинцовой тяжестью, не пропуская к земле дарящие радость солнечные лучи. И на душе у меня было так же пасмурно.

Но долго грустить с нашей развесёлой компанией было просто невозможно. На левитации после очередного этапа соревнований мы устроили массовые старты бумажных самолётиков. Закончилось всё визгами и воплями, поскольку большинство потеряло контроль над своими устройствами в послестартовой толчее. Мастер Эрх, чтобы успокоить расстроенных адептов, пообещал научить нас упражнениям на контроль объекта без зрительного контакта.

– Это когда ты левитируешь то, чего не видишь, – пояснил он свою фразу, увидев, как озадачилась добрая половина группы.

В результате на следующий урок он, как и мы, опоздал, потому что отпустили мы его, только когда в класс пришёл удивлённый нашим отсутствием мастер Сорин и увёл группу на медитацию. Там каждому зачитали новую установленную норму и выдали соответствующее количество кристаллов.

– А максимальная норма для нас существует? – поинтересовались сзади меня.

– Нет, каждому устанавливается посильная норма, – ответил мастер, но, чуть задумавшись, поправился: – Хотя не думаю, что адептам установят норму выше ректора. Так что максимум – два кристалла архимага в день.

Дальнейшие вопросы отпали сами собой, и мы занялись делом. Моей нормой теперь было четыре ученических кристалла, так что до архимага мне ещё очень и очень далеко во всех смыслах.

Последним уроком сегодня была магическая практика, которую ребята ждали с нетерпением, а я с некоторой опаской. Дождь так и не пошёл, но небо тяжело нависало над головой предгрозовыми тучами и оптимизма не добавляло.

На последнем занятии теоретической магии мы подробно проходили два заклинания – «энергетический сгусток» и «антимагический щит», и надеялись сегодня попробовать их в деле. Мастер Кайден вполне оправдал наши ожидания, заявив, что сейчас каждый попробует создать сгусток и направить его в стену, как делали это с «огненным броском». С этим проблем не возникло даже у Вадера, который, похоже, взялся за ум и стал учиться значительно усерднее.

Потом все попробовали соединить элементы заклинания щита, который, по задумке, должен был покрывать ауру энергетической плёнкой и не пропускать магическую энергию внутрь. Попробовать-то попробовали, вот только результат был неизвестен, поскольку видимой составляющей у такого щита не было.

– И как же мы будем проверять качество его постановки? – спросил мастер Кайден, в упор глядя на меня.

Я ответила, почти не задумываясь.

– Бросим энергетический сгусток. Если щит стоит, то, наверное, ничего не будет, а если не стоит, то будет малый болевой шок при поражении каналов, – выдала я версию на базе информации, полученной из учебника по теории магии.

– И в кого будем бросать? – поинтересовался преподаватель.

– В меня, наверное. Я же помощник, – значительно менее уверенно предположила я.

– Друг в друга, – поправил мастер. – Сейчас я всех разобью на пары. Таль, как помощник, со мной.

Первыми вывели на арену Рамину и Янисара. Но прежде, чем начать тренировку, Кайден объяснил, как дозировать количество энергии, вкладываемое в сгусток, и как это сказывается на его величине. Кидать друг в друга разрешалось только сгустками, диаметр которых не больше длины указательного пальца.

Сгусток нужного размера получился у Яна только с третьей попытки и был рассеян щитом малышки. При этом щит слегка мигнул. Вторая часть тренировки их пары тоже прошла успешно.

А вот Вадер щит не удержал и с криком боли рухнул на колени. Однако уже через несколько секунд поднялся и повторил попытку, на этот раз успешно.

Я постепенно успокоилась, практически уверенная, что щит поставить мне удастся, а если и нет, то несколько секунд боли можно пережить. Вот только при этом недооценила желание Кайдена избавить академию от моего присутствия.

– А сейчас вы увидите, что бывает при попадании боевого заряда энергетического сгустка, – пообещал завуч, когда все остальные пары по разу отработали заклинания. – Адептка Наталья, на позицию.

Предчувствуя неприятности, я встала на противоположном от него краю арены недалеко от стены, в которую мы швырялись заклинаниями. Ощущения были, как у приговорённого перед расстрелом.

– Щит, – отрывисто скомандовал Кайден.

Я выполнила всё, что требовалось. Но когда увидела, что сделал мой враг, невольно содрогнулась. В его разведённых в стороны руках клубился сгусток размером с пляжный мяч.

– Что вы делаете?! Не надо, вы же её убьёте! – испугалась Ирра.

– Мастер Кайден, не надо! – раздалось ещё несколько голосов.

Он ничего не ответил, глядя только на меня. Я не выдержала и сделала шаг назад, и ещё один, глядя на него, как кролик на удава.

– Можешь уйти. Прямо сейчас и навсегда, – торжествующе улыбнулся завуч, и я остановилась.

Да, мне было страшно. Да, он был намного сильнее и опытнее меня. Но именно в этот момент мне вспомнился странный сон о маге, стоящем среди буйства сошедших с ума энергий. Смог он, смогу и я. И вместо того, чтобы уйти, как подсказывал голос разума, я попыталась выставить ещё один щит, со всей нахлынувшей злостью глядя в глаза своему врагу.

– Я выдержу всё, но когда-нибудь вы упадёте на песок этой арены от моего удара. Помните об этом.

И сгусток полетел в меня. От страха показалось, что он ещё увеличивается в размере. Я сжала зубы и осталась стоять на месте, надеясь, что второй щит получился и хоть чем-то поможет. Время замедлилось, и я успела увидеть, как, мигнув, лопаются словно мыльные пузыри по очереди оба моих щита, как начинает удивлённо вытягиваться лицо Кайдена… А потом пришла дикая боль. Ощущение было такое, будто через меня пропустили неслабый разряд электрического тока. Я закричала, срывая голос и почти не слыша собственного крика. Тело выгнуло дугой и свело судорогой. Мне показалось, что всё это длилось несколько часов, хотя, конечно, вряд ли – я бы такого просто не выдержала. Наконец измученный паническими сигналами тела мозг решил, что с него хватит, и меня накрыла спасительная тьма.

Глаза закрыты, но перед ними всё равно плавают яркие круги, вызывая головокружение и тошноту. Попытка их открыть не принесла особого облегчения – теперь перед ними покачивалась какая-то белёсая муть. Снова опускаю веки и сглатываю, пытаясь полюбовно договориться с собственным организмом. Вторая попытка открыть глаза была успешнее. Белёсая муть оказалась белым потолком со знакомой трещинкой. Значит, я снова в лазарете. Постепенно вспоминается ещё и причина, по которой я нахожусь здесь. Где-то за занавеской негромко, но интенсивно переговаривались несколько голосов.

Любопытство – штука кусачая, так что, пока оно меня не загрызло, пришлось аккуратно вставать и выглядывать в основную часть лазарета. Там были несколько мужчин в такой же одежде, как и доктор Алан, с хмурыми, озабоченными лицами. Заметивший меня врач церемониться не стал:

– Немедленно обратно в постель! У тебя сотрясение, а ты по лазарету шатаешься!

Послушно повернулась и пошла на свою койку, доктору было явно не до меня. Выключилась почти сразу, как легла, а когда снова открыла глаза, за окном был уже рассвет. Вставать не было никакого желания. Я отвернулась от окна и постаралась обдумать события вчерашнего дня. Может, Элтар всё же прав, предлагая помочь мне с работой? Кайден действительно серьёзно настроен выжить меня из академии. И вчера мне было очень страшно. Хотя, как и сказал доктор Алан, меня не убили. Вот только сотрясение – это тоже ничего хорошего, а шутить со мной Кайден явно не намерен. Что же мне делать?

И тут возник ещё один вопрос. Откуда у меня, вообще, сотрясение? Судя по описанию в учебнике, у энергетического сгустка должно быть совсем другое действие. У кого бы спросить?

Осторожно сажусь на постели, опустив босые ноги на прохладный пол. Странно, но никаких неприятных ощущений уже нет. Насколько я помню, сотрясение мозга так быстро не лечится. Хотя это я помню по медицине своего мира, а тут, наверное, и не такое лечат за ночь. Выйдя из-за отгораживающей моё временное пристанище занавески, увидела за столом доктора Алана. Он выглядел уставшим: спина ссутулена, плечи опущены, лицо осунулось. Перед ним стояла исходящая горячим паром кружка. Тут же почувствовала, как сильно пересохло у меня в горле, и попыталась сглотнуть отсутствующую слюну.

– Можно мне тоже попить? – Голос прозвучал хрипло и неуверенно.

– Присаживайся. Составишь мне компанию? – утомлённо улыбнулся доктор, поднимаясь. Через несколько минут передо мной стояла такая же кружка с ароматным отваром. – Расскажешь, что случилось? – как-то очень уж осторожно поинтересовался мужчина.

– Не знаю, я хотела у вас спросить.

Увидев моё искреннее разочарование, доктор вздохнул:

– Вчера во время последнего урока прибежал долговязый мальчишка из вашей группы. Как там его?..

– Рейс.

– Да, Рейс. Сказал, что тебе срочно помощь нужна на полигоне. Я схватил походный комплект – и туда. Прибегаю, ты у стенки со средней степени сотрясением лежишь, а посреди арены – Кайден… – Доктор умолк, задумчиво прихлёбывая подостывший отвар.

– И что он сказал?

– Ничего, Таль. Кайден был практически мёртв. Я до сих пор не понимаю, каким чудом нам удалось его спасти. Ректор сумел привлечь лучших врачей из центральной больницы, но всё равно то, что он жив, – чудо. Мне даже кажется, что не столько мы его вытащили, сколько он сам выжил вопреки всему. Теперь понимаешь, почему я спрашиваю, что произошло?

– Я действительно не знаю, – смотрю Алану прямо в глаза. – Мастер Кайден направил в меня крупный энергетический сгусток. Мой щит не выдержал, и стало очень больно, а потом я потеряла сознание. Вроде бы от этого заклинания сотрясения не бывает, поэтому я и надеялась у вас узнать, откуда оно взялось. А что ребята из моей группы говорят?

– Ничего. Вообще ничего. Их уж и высечь пригрозили, а они все молчат. Даже Рамина молчит. Плачет, но молчит. А насчёт сотрясения… Ты была очень близко от стены, так что вполне могла во время падения о неё удариться. Во всяком случае, небольшая шишка у тебя вчера тоже имелась.

Теперь уже мы оба задумчиво вертели в руках остывающие кружки, изредка из них прихлёбывая.

– Пора собираться, скоро завтрак начнётся, – нарушил молчание доктор. – Вещи в тумбочке у кровати. Я сейчас напишу справку, что сегодня тебе нельзя заниматься физической подготовкой и практической магией. Завтра уже всё будет в порядке.

– Хорошо. Спасибо вам, доктор Алан.

– Да чего уж там.

Пока я переодевалась и заправляла закреплённую за мной добрым доктором койку, в основное помещение лазарета вышел Кайден, не считавший нужным понижать голос, в связи с чем мне было прекрасно слышно, о чём он говорит с доктором.

– Алан, давай сюда свой журнал, распишусь за отказ от лечения, и я пошёл.

– Нет. Как минимум до завтрашнего дня вы остаётесь в лазарете и будете находиться под постоянным наблюдением, – сухо проинформировал пациента доктор.

– Ты с ума сошёл? У меня занятия. Я ведь могу уйти и не расписываясь в твоих бумажках.

– У вас нет сегодня занятий, их полностью отменили до конца декады. И если вы самовольно покинете лазарет, ректор подпишет приказ о вашем увольнении.

Повисла тяжёлая тишина. Я сидела на застеленной койке и не решалась выйти.

– Алан, – уже значительно тише обратился к доктору Кайден, – ты же знаешь, как много для меня значит эта работа.

– Знаю. Но ещё я знаю, насколько близко ты вчера прогулялся перед носом у смерти.

– Всё было настолько плохо?

– Ты был фактически мёртв, а адепты этого даже не поняли. То, что мы сейчас разговариваем с тобой, а не готовимся к похоронам, – чудо.

– Как ты узнал о случившемся?

– Рейс прибежал просить помощи для Натальи. Я пришёл с ним и увидел, в каком ты состоянии.

– Ясно. С ней что-то серьёзное? Я, конечно, довольно сильно ударил, но у неё неплохо с практической магией, и не должно было быть причины бежать за тобой. Мне даже показалось, что она умудрилась поставить два щита, хотя, скорее всего, действительно показалось.

– У неё сотрясение, вероятно, она ударилась головой о стену при падении.

– Да, этого я не учёл, когда она отступать начала. На какой-то миг мне вчера показалось, она всё-таки уйдёт. И знаешь, что странно, – мне стало от этого грустно. Мне не нравится её присутствие в академии, не нравится, как она себя ведёт, особое отношение к ней среди преподавателей и магического совета, но её любовь к магии… Что-то в этом есть.

– То есть ты перестанешь пытаться её выгнать?

– Вот ещё! Сумеет устоять – так тому и быть, нет – значит, нечего было и рот открывать. А то слишком много себе позволяет, почувствовала безнаказанность! – начал заводиться Кайден.

– Ладно, не кипятись, главное – не прибей ненароком, – примирительно проговорил доктор.

– Алан, ты ведь в академии уже лет десять работаешь. У меня хоть один летальный случай был?! – возмутился завуч. – Кстати, вот если меня здесь запрёшь, я сойду с ума от скуки, и тогда всё может быть.

– Это угроза? – холодным тоном поинтересовался доктор.

– Вообще-то, это намёк, что неплохо бы мне книг из библиотеки принести, чтобы я тут именно с ума не сошёл и тебя заодно не изводил, раз уж в этот раз ты заручился поддержкой Таврима. – Голос завуча прозвучал чуть заискивающе.

– Кайден, ты обнаглел! Я тут всю ночь караулил, чтобы ты с жизнью не распрощался, а ты из меня посыльного делаешь! Так что, во-первых, я никуда не пойду, а во-вторых, вообще сейчас спать лягу, а ты будешь тут дежурить и, если что-то случится, разбудишь меня.

В разговоре снова повисла пауза. Мне было дико интересно посмотреть на выражение лица завуча после подобного заявления, но инстинкт самосохранения пока одерживал верх над неуёмным любопытством.

– Ладно, подежурю, если книги принесёшь, – нехотя пошёл на компромисс Кайден.

– Я никуда отсюда не пойду. Если так сильно надо, попроси Наталью.

– Лучше удавлюсь, – успел зло ответить завуч, прежде чем Алан переключился на меня.

– Таль, ты чего там копаешься? Завтрак уже начался.

Накидываю сумку на плечо и выхожу из-за ширмы. Как в клетку к тигру. Кайден стоит хмурый и зло буравит взглядом доктора Алана. Я посмотрела на хозяина лазарета и поняла, что мне его жалко.

– Не нужно просить, просто напишите список книг, и я принесу.

– Думаешь, если окажешь мне эту маленькую услугу, что-то изменится? И не надейся! – презрительно скривился завуч.

Я тяжело вздохнула. Вот ведь упёртый тип. Ничего, всё равно я его переупрямлю.

– Думаю, если этого не сделать, вы так и не дадите доктору Алану нормально отдохнуть. А я ему уже много чем обязана и наверняка ещё не раз буду нуждаться в его помощи, так что и не надейтесь, что это ради вас. У меня всё равно первым уроком физическая подготовка, от которой освобождение дали, – покосилась я на доктора, намекая, что освобождения-то мне пока как раз и не дали, только пообещав.

Алан понятливо кивнул. Кайден хмыкнул и, на ходу бросив: «Жди здесь», удалился в преподавательский блок. Через несколько минут доктор уже протягивал мне справку, а завуч принёс список из шести книг.

– Да кто ж адептке такое даст?!

– Ей Эшен даст. У него к ней ну о-о-очень особое отношение… – ехидно протянул мастер Кайден.

– А вам завидно? – не выдержала я, но лучше бы промолчала.

Завуч расхохотался.

– Завидно?! Ты себя в зеркало-то видела? Я на тебе даже взгляда не задержал бы, немочь бледная.

Странно. Нет, писаной красавицей я себя не считаю, но чтобы назвать бледной немочью…

– Доктор Алан, а тут зеркало есть? – решила я не откладывать вопрос в долгий ящик.

Мне указали в сторону умывалки, куда я и отправилась под обидный хохот Кайдена.

– Таль, ладно тебе, ну кого ты слушаешь? Нормальная у тебя внешность, – попытался подбодрить меня доктор.

И всё же он был не прав. Я действительно была довольно бледная, поэтому, возвращаясь обратно, пробурчала себе под нос:

– Молоко, нужно добавить молоко…

– Ну-ка иди сюда, – тут же обеспокоился моим состоянием врач, – похоже, рано я тебя отпустил. И не дёргайся из-за Эшена, он не преподаватель, ему с адепткой встречаться можно. Никто в ваши отношения лезть права не имеет, – и сурово покосился на ухмыляющегося пациента.

– Доктор Алан, всё, что есть между мной и господином Эшеном, – это дневник архимага Лемантина с нарисованными схемами. А о молоке мне архимаг Элтар ещё позавчера сказал, чтобы я дополнительно покупала и пила, потому что много кристаллов заливаю. И он тоже бледной немочью обозвал, вот я и заинтересовалась, действительно ли я бледная. Так что всё со мной в порядке, пошла на завтрак, а после того как справку на уроке покажу, в библиотеку схожу.

На вытянувшееся от удивления лицо Кайдена было приятно посмотреть. А вот на хмурые лица ребят, завтракающих за нашим обычным столом, смотреть было жалко. Мне кивнули, спросили, всё ли в порядке, и продолжили есть, так что о произошедшем вчера на площадке пришлось интересоваться самой.

– А сама ты что помнишь? – спросил Тарек.

– В меня летит здоровенный сгусток, оба щита лопаются, и потом я очнулась в лазарете с сотрясением мозга. Так что на сегодня меня освободили от физической подготовки.

– Понимаешь… – неуверенно начал Рейс, – когда в тебя этот сгусток попал, ты так кричала, что всем стало страшно. А потом ещё, падая, головой ударилась, и мы вообще не знали, жива ты или нет… В общем, оно как-то само получилось…

– Что именно?

– Таль, не спрашивай. Лучше будет, если ты этого не узнаешь, – вмешался Тарек. – Нас вчера весь день этими расспросами доставали. Просто знай, что мы не хотели ничего плохого.

– Так не пойдёт. Вы что, мне не доверяете? Я же вам рассказала, что в поездке произошло.

– Это другое.

– Это доверие.

– Ты же нам тоже не сразу рассказала, – нашёлся Марек. – Вот и мы тебе всё через несколько дней расскажем.

Пришлось отстать от своих друзей с расспросами, потому что не только они должны доверять мне, но и я им. Но мне действительно интересно, что произошло после моего падения.

Мастер Ивор бегло просмотрел справку, кивнул и не стал возражать против моего ухода в библиотеку. А вот взгляд, которым окинул меня господин Эшен, был странным.

– Извините, меня просили принести книги мастеру Кайдену в лазарет. Вот список.

Библиотекарь пробежал глазами по нему и констатировал:

– Он издевается. Эти книги не положено выносить с территории библиотеки.

Я растерялась. Как-то из слов доктора Алана я не поняла, насколько всё серьёзно.

– Я делаю для Кайдена исключение, поскольку он очень уважаемый и ответственный маг, – пояснил библиотекарь, – но с чего он решил, что может адепток за такими книгами посылать?

– Мастер считает, что вы мне доверяете.

– Тебе действительно доверяю, но есть же правила. Почему он не попросил Алана?

– Попросил, но доктор всю ночь дежурил, очень устал и лёг спать. А мастеру Кайдену предложил меня послать, поскольку я как раз на занятия собиралась. Только он тогда не знал, что за книги нужны, и когда увидел список, тоже решил, что вы мне их не дадите.

– Дам, если обещаешь не пытаться открывать. Сразу предупреждаю: на всех книгах охранные заклинания, как раз от любопытных адептов.

– Конечно, обещаю. Я уверена, что ничего интересного мне из них узнать не удастся, поскольку я, как и в дневнике Лемантина, ничего толком не пойму. А для того, чтобы просто что-то почитать, у меня книга о великой жертве есть. Только у меня на неё нет времени. Вчера опять весь вечер в лазарете провалялась и уроки не делала, сегодня нагонять придётся.

Эшен кивнул и ушёл в недра библиотеки, а я достала из сумки учебник истории, к которой опять приходилось готовиться на ходу. Вернулся библиотекарь минут через пятнадцать со стопкой довольно увесистых книг, но отдавать их не торопился.

– Таль, как там Кайден? Он сильно пострадал?

– Доктор Алан сказал, что спасти его удалось чудом, но с утра он выглядел вполне нормально.

– Ты помнишь, что произошло на полигоне? – вкрадчиво поинтересовался Эшен.

Я насторожилась и выдала ту же версию, что и ребятам, благо другой у меня и не было:

– В меня летит здоровенный сгусток, оба щита лопаются, и потом я очнулась в лазарете с сотрясением мозга.

– А когда ты упала, шестеро твоих друзей одновременно ударили Кайдена заклинаниями. И даже если он успел поставить щит, это не помогло. Я видел всё в окно библиотеки. Говорить никому не стал, ваша группа тоже молчит. Но если меня спросят напрямую, я не имею права это скрыть. Кайден может потребовать официального расследования, и когда всё выяснится, напавших отчислят.

– Напавших? Они же не хотели!

– Официально их действия будут трактоваться как необоснованное нападение на преподавателя.

– Вот!.. – успела я проглотить нехорошее слово. – Почему? Ему, значит, нас бить можно, а нам его нельзя?

– Если бы его ударила ты, то это не имело бы последствий при любом исходе. Вы двое были в тренировочном бою, и собственная безопасность – проблема преподавателя. А вот остальные в этом бою изначально не участвовали, и потому их действия трактуются как нападение.

– Разве это был бой?

– У вас пока настоящих боёв нет, но это практически то же самое. Вы были противниками.

– Что же делать?

– Я знаю, что у тебя очень сложные отношения с мастером Кайденом, но единственный, кто может замять инцидент, – он.

– В обмен на мой уход из академии? – обречённо спросила я, уже понимая, что не смогу поставить своё благополучие выше шести судеб своих маленьких, но слишком смелых и гордых друзей.

Эшен отвёл глаза и пододвинул ко мне книги.

Это был конец.

Я медленно шла по коридору, неосознанно пытаясь отсрочить миг неизбежного. Книги оказались тяжеленными, и приходилось помогать себе левитацией. Ну хоть этого у меня отнять уже не смогут. Слабое, конечно, утешение, но всё же…

Кайден сидел за столом и что-то внимательно читал. Я аккуратно сложила книги на стол рядом с ним и молча ждала, когда он обратит на меня внимание.

– Что ты на меня так смотришь? – скосил глаза завуч.

– Мастер Кайден, они ведь просто дети и не могли предположить, что у их поступка будут такие последствия, – осторожно начала я.

Лицо завуча мгновенно окаменело.

– Они маги и обязаны не только просчитывать последствия своих действий, но и быть готовыми нести за них ответственность.

Я не знала, что можно сказать человеку, которому нанесли смертельный удар. Любые оправдания прозвучали бы жалко. Поэтому я стояла почти вплотную к нему и молчала, ожидая страшных для меня слов. Прошло несколько томительных минут, прежде чем Кайден снова заговорил:

– Тебе нужно что-то ещё?

Мне очень не хотелось этого говорить, но другого выхода я не видела.

– Пожалуйста, не ломайте ребятам жизнь. Для большинства из них другой дороги просто нет. Но если для вас так важно, чтобы я ушла из академии… – заставить себя закончить предложение я не смогла, из глаз текли бессильные слёзы.

– Ты уйдёшь, потому что я заставлю тебя это сделать, – зло процедил мужчина, – потому что ты уж точно не ребёнок и нарушила правила вполне сознательно! И не нужно мне тут трагических жертв! Если кишка оказалась тонка, можешь выметаться из академии прямо сейчас, тебя даже никто не упрекнёт, зная о моём обещании. Но тогда нечего было вообще открывать рот и делать громкие заявления!

Я дёрнулась, как от удара.

– Что здесь происходит? – хмуро поинтересовался разбуженный нами доктор.

– Ничего, – недовольно бросил Кайден.

Алан обернулся и вопросительно посмотрел на меня. Я отвела глаза и промолчала.

– Таль? – Его голос прозвучал угрожающе.

– Мы сами разберёмся, – почти шёпотом ответила я доктору, внимательно разглядывая ногти на руках.

– Только ваших разборок мне здесь не хватает. Забирай сумку и иди на занятия. Ни на минуту вас вдвоём оставить нельзя.

Я подобрала свои вещи, оставленные у стола при складывании книг, но, проходя мимо Кайдена, остановилась и, глядя на него, прямо спросила:

– Расследование будет?

Завуч несколько секунд молча смотрел на меня.

– Таль, не зли меня. Кому сказал, марш отсюда! – возмутился доктор Алан.

Я продолжала ждать.

– Нет, – спокойно ответил Кайден. – Я накажу их сам.

– Спасибо, – кивнула я своему врагу, принимая ответ, и покинула наполненное удивлённым молчанием помещение.

На историю я успела, но была к ней совершенно не готова. Янисар подошёл к вошедшему в класс преподавателю и что-то тихо проговорил, покосившись в мою сторону. Мастер Гарун кивнул, и меня на уроке не спрашивали.

По дороге на медитацию я отвела своих друзей в сторону и, первым делом поблагодарив Яна за помощь, сообщила:

– Кайден обещал, что расследования не будет, но он намерен вас наказать. Не знаю уж, хорошая это новость или плохая.

– Хорошая, – одновременно подтвердили Тарек и Янисар. – Он тебе это сам сказал?

– Да.

– А почему он это сказал тебе, а не нам? – поинтересовалась Рамина.

– Потому что я его спросила.

– Таль, он ведь не потребовал, чтобы ты ушла из академии? – насторожился Тарек.

– Нет.

– Тогда всё в порядке, – заключил Ян. – А наказание как-нибудь переживём.

– Пойдём в обед на левитационную площадку, – предложил Марек. – Мы тебе всё расскажем.

– Хорошо, – согласилась я, не выдавая своей осведомлённости. – Вы вчера к Алиру ходили?

– Да, не переживай. Мы всё сделали, что он просил, – правильно понял моё опасение потерять доверие торговца Тарек. – Нам Ян помог.

Новая норма заливки пока давалась всем с трудом.

– Так и должно быть, – постарался успокоить начавших заметно нервничать адептов мастер Сорин. – Между прочим, у одного из второкурсников до сих пор норма в семь ученических кристаллов, а вы после первого месяца на первом курсе половину этой нормы уже выдаёте.

– А самая большая норма у второкурсников сейчас какая? – поинтересовался неугомонный Марек, сведя на нет весь достигнутый мастером психологический эффект.

– Три магистерских, – не стал лукавить преподаватель.

И группа в полном составе решительно ушла в медитацию, поскольку на отстающих равняться никто не собирался, а мне с друзьями нужно было ещё и суметь пережить внимание мастера Кайдена. Мастер Сорин ходил между нами, и звук его тихих шагов смешивался с ровным дыханием сосредоточенных адептов.

На обед мастер направился вместе с нами и, подойдя к раздаче, распорядился выдавать нам полуторные порции, пообещав на следующий день принести приказ ректора на всю группу. После вчерашнего инцидента все старались держаться ближе друг к другу, вызывая недоумённые взгляды других адептов.

Преподаватели смотрели по-разному: кто-то осуждающе, кто-то откровенно зло, некоторые даже со страхом, но многие – с сочувствием. А подсевшая к нам мастер Линара ни о чём не стала спрашивать, только погладила по голове Рамину и тихо пожелала:

– Держитесь. Я уверена, что всё не так, как говорят.

– А что говорят? – рискнула поинтересоваться я.

– Что вы принесли какой-то запрещённый артефакт и убили Кайдена.

Мы обалдело уставились на мастера-травницу. Ну ничего себе!

– Во-первых, ничего мы не приносили. А во-вторых, Кайден вполне живой, хотя и очень нервный. Его из лазарета пока не выпускают.

– А ты откуда знаешь, что не выпускают? – прищурилась мастер.

– Потому что меня оттуда же с утра выпустили, а он в это время с доктором Аланом ругался.

– С ума сойти. Тут уже чего только не напридумывали, – нервно хохотнула девушка. – Терпения вам, ребята. Теперь, пока мастера Кайдена не выпишут, слухи не утихнут.

– Спасибо, – дружно поблагодарили мы, отправляясь в класс.

Из повествования друзей ничего нового я не узнала, зато рассказала им о совете Элтара насчёт молока. В результате мы решили тратить на совместную заливку кристаллов только час до ужина, потом все вместе идти в корчму за молоком и яйцами, а уж потом расходиться.

Заливкой решили заниматься на веранде архимага, причём мои друзья даже не удивились, когда я пригласила их в гости. Алир действительно относился к нам, как к постоянным поставщикам. Не знаю уж, чем мы заслужили столь сильное доверие, но к стандартному времени прихода в магазин нас там уже ждал набор из восьмидесяти малых и десятка ученических ёмкостей, которые требовалось залить вечером. А вот Шрам встретил нас, точнее, меня, неприветливо.

– Таль, тебя почему вчера не было?! Ты же уже отказалась от полного обеспечения, хочешь сознание на занятиях терять? – с ходу начал он меня отчитывать. – Ты вчера ужинала?

– Нет… – только и успела сказать я, как меня перебили:

– С ума сошла. Ты из-за денег не пришла?

– Да нет же, есть у меня деньги!

– Тогда почему? – откровенно удивился корчмарь.

– В лазарет попала. У меня это теперь явно часто будет.

– Почему? – ещё больше изумился этот крепкий мужчина.

– Потому что у меня в академии есть очень сильный враг. Убивать меня он не станет, но будет пытаться заставить уйти оттуда. А поскольку он меня намного сильнее, то в лазарете я буду часто, но благо там лечат хорошо.

– А давай ты мне на него пальчиком покажешь, и он сам в лазарете будет, – раздался над ухом вкрадчивый и смутно знакомый мужской голос, после чего меня ещё и по-приятельски приобняли за плечи.

Удивлённо оборачиваюсь, заодно освобождаясь от чужой руки, и вижу радостно улыбающегося Ригана – того самого начальника охраны, что помог мне оправиться после первого в жизни магического боя.

– Так кого там в лазарет отправить? – всё так же улыбаясь, уточнил он. – Это мы быстро.

– Не нужно. Во-первых, он и так в лазарете, а во-вторых, я не думаю, что вам стоит связываться с преподавателем боевой магии.

– Это с которым? – сразу насторожился Риган. – Их там двое.

– Мастер Кайден.

– М-да, ну ты и влипла… – обречённо протянул воин. – Этот мне и без магии накостылять может, а уж с магией…

– Да ладно. Зато мало кто может похвастаться, что у него такой достойный враг есть: сильный, опасный, но при этом ещё и гордый, не опускающийся до того, чтобы делать гадости исподтишка. Так что мы ещё повоюем…

– А ты точно первый курс? – усомнился Риган.

– Точно, – улыбнулась я, притягивая к себе любопытно выглядывающего из-за моей спины Марека и другой рукой гладя по голове Рамину. – А это мои одногруппники и друзья.

Пока мы разговаривали, Шрам выставил на стойку кувшин молока, кружки и десяток варёных яиц для ребят, а для меня – тарелку с уже знакомым рагу и ломтём свежего хлеба. Я подумала, что это заказ Ригана, но ошиблась.

– Заходил Элтар, распорядился для вас кувшин молока запасать, сказал, что вам это вполне по карману. Стоит три медяшки за кувшин. Пока аванс есть – это не проблема, – просветил корчмарь. – А тебя, Таль, велел кормить ужинами из своего аванса до его возвращения. Так что можешь не беспокоиться о пропитании. Если он не вернётся, тебе того аванса на полтора года хватит.

Я вздрогнула. Меня снова, как тёмной волной, накрыло предчувствием беды.

– Таль, что с тобой? – удивился Шрам. И тут же догадался: – За Элтара переживаешь? Брось! Он лучший маг из всех, кого я знаю!

– Да, конечно, – согласилась я, но тревога болезненной занозой засела глубоко в душе.

– Не знаю, с чего это о ней так архимаг заботится, но сегодня ужин этой адептки за мой счёт, – не терпящим возражений тоном вмешался в наш разговор Риган. – Пей своё молоко и пошли к нам за столик. – Воин подбадривающе хлопнул меня по плечу и, прихватив со стойки выданную мне тарелку, направился к дальней от входа стене, где за столом сидели его товарищи.

– Таль, а это кто? – начал дёргать меня за руку Марек, как только мужчина отошёл на несколько шагов.

– Риган, начальник охраны обоза, с которым я по поручению Элтара ездила.

За столом с Риганом сидели трое молодых подтянутых мужчин. Двое были мне знакомы по лесному приключению, а вот третьего я видела впервые, как и тот меня. Он же и заговорил первым:

– Ух ты! Сегодня вечером развлекаемся?

И только что бывшее радостно-предвкушающим выражение лица стало обиженно-непонимающим, потому что сосед по столу не сильно, но вполне доходчиво дал ему подзатыльник.

– Это наш друг и адептка магической академии, а не развлечение, – пояснил он свои действия.

– Какая ж она адептка? На ней медальона нет, – удивился новенький.

Остальные трое посмотрели на меня, а я нервно схватилась за шею и действительно не обнаружила медальона. Мгновение испуга прошло, я постаралась успокоиться и вспомнить, когда последний раз видела медальон. Вчера на занятиях он точно был на мне, а вот утром в лазарете я его уже не надевала и, кажется, в тумбочке не видела. Молча развернувшись, со всех ног бросилась в лазарет академии, надеясь, что доктор ещё не ушёл.

Мне повезло, я перехватила его на выходе. Он увидел моё обеспокоенное лицо и сразу перешёл к делу:

– Что случилось?

– Доктор Алан, на мне вчера медальон был? – запинаясь и пытаясь хоть как-то отдышаться, выдохнула я.

– Да. А разве я тебе его не отдал?

Я отрицательно помотала головой, всё ещё не в силах нормально дышать и разговаривать.

– Вот, – протянул мне доктор вынутый из стола заветный кругляш на шнурке. – А почему ты такая напуганная-то?

– Так я же не знала, где медальон. Вдруг я его потеряла. – Страх постепенно отпускал, вновь обретённое подтверждение своего статуса адептки я продолжала нервно сжимать в кулаке.

– Ну и что с того? – не понял Алан. – Написала бы заявление, и выдали бы новый. Это всего лишь медальон – не артефакт, и даже не амулет.

– Ты мне адептов не расхолаживай, – раздался сбоку голос мастера Кайдена, стоящего в дверях, – весь такой суровый, что я инстинктивно спряталась за своего собеседника.

– Да ладно тебе. Свой вон вообще не носишь, – попытался оправдаться Алан, но его примирительный тон не оказал на Кайдена ожидаемого эффекта.

– Ты прекрасно знаешь, почему я не ношу свой медальон, – прорычал завуч.

– Я знаю, а остальные нет.

– Ну так расскажи им. В чём проблема? Давай всех оповестим. Может, начнём прямо с этой девчонки, которая суёт свой нос, где надо и где не надо?

– Кайден, перестань, – оборвал его врач.

– Ну почему же? – никак не мог успокоиться завуч. – А может, она уже знает ответ? Ну же…

И до того, как доктор снова успел вмешаться, я ответила:

– Потому что вы не в состоянии сделать то, что должен делать обладатель медальона.

На несколько секунд повисло тяжёлое молчание.

– И откуда такой вывод? – настолько спокойным, почти равнодушным голосом спросил Кайден, что вдоль моего позвоночника пробежал передовой отряд мурашек, предупреждая о скрытой опасности.

– Потому что вы – преподаватель боевой магии, но вы здесь, в лазарете, – пояснила я и, вспомнив обеденный разговор, добавила: – А никаких запрещённых артефактов мы в академию не приносили.

После последней фразы глаза обоих мужчин стали почти круглыми. Доктор ещё и осторожно уточнил:

– Это ты к чему?

– Среди преподавателей имеется версия, что мы убили мастера Кайдена, пронеся в академию запрещённый артефакт.

– С ума сойти! Алан, выпускай меня отсюда, а то и меня заочно похоронят, и первокурсников этих съедят.

– И речи быть не может, – непреклонно ответил доктор. – Пока аура полностью не восстановится, из лазарета ни ногой!

И тут я сообразила, что заточение мастера напрямую касается нас:

– У нас же завтра теория магии четвёртым уроком.

– Поставят кого-нибудь на замену, – отмахнулся доктор.

– Некого сейчас ставить. Первому курсу просто отменят урок, – возразил Алану завуч.

– Это плохо. А может, вы мастера Кайдена всё-таки на теоретические занятия отпустите, а от практических его освободите? – жалобно посмотрела я на хозяина лазарета.

Я понаблюдала за тем, как удивлённо вытягивается его лицо, и только после этого поняла, какую глупость сморозила. Мало того что адептка пытается преподавателя отпрашивать, так ещё и освобождение от уроков для него придумала. Здорово же меня занесло!

– Вы. Оба. Ненормальные! – накинулся на меня с вполне обоснованными обвинениями врач. – Никуда Кайден отсюда не пойдёт. А если ты ещё раз попробуешь за него заступаться, я тебя вместе с ним тут запру!

Угроза была настолько серьёзной, что я даже отступила на несколько шагов от рассерженного доктора.

– Не надо! Молчу я! – И тут же нарушила своё обещание, осенённая новой идеей: – О! Мастер Кайден, а давайте мы сюда к вам на урок придём. Нас же не очень много, а вы сами говорили, что тут скучно.

– Приходите, – вполне серьёзно разрешил завуч, пока доктор Алан беззвучно открывал и закрывал рот, пытаясь найти подходящие слова.

– Будешь проводить в своей комнате, – категорически заявил пришедший в себя хозяин лазарета.

– Да где ж они там поместятся?! – возмутился Кайден.

– Это не мои проблемы, а устраивать балаган из лазарета я не позволю.

– Можно я на комнату посмотрю? – значительно менее уверенно, чем выдвигала первоначальную идею, попросила я.

Помещение оказалось небольшим: кровать, маленький стол, полка с книгами над ним, стул, тумбочка и пара метров свободного пространства вокруг.

– Можно будет только по учебнику заниматься, без записей?

Мастер Кайден несколько секунд подумал и кивнул.

– Тогда мы придём. Всем до завтра, а то меня в корчме потеряли уже, наверное, – проинформировала я, повязывая всё ещё зажатый в руке медальон на шею и делая шаг к выходу.

– А ну, стой! Что ты в корчме забыла?

– Ужин.

Реакция Кайдена вызывала откровенное недоумение.

– И кто же расплачивается за твой ужин? Кто может тебя потерять?

– Это не ваше дело, – отрезала я, не понимая, что ему не понравилось на этот раз.

– Всё, что касается академии, – моё дело! – Кайден попытался схватить меня за руку.

Я шарахнулась в сторону, больно ударившись плечом о косяк, но успев увернуться.

– Вы ненормальный! Я просто встретила там знакомых, и меня решили угостить. Я в корчме сейчас ужинаю, потому что Элтар в отъезде.

– И что же это за знакомые такие щедрые? – больше не делая активных попыток добраться до меня, продолжал настаивать завуч.

– Хорошие знакомые. Они ещё и обидчика моего в лазарет отправить хотели, пока не узнали, что это вы.

– Уже поплакалась, – презрительно скривился Кайден.

– Ничего я не плакалась, просто Шрам ругался, что вчера не приходила, я ему о лазарете рассказала, а Риган рядом был и предложил помочь.

Услышав имя моего знакомого, завуч поперхнулся следующим высказыванием и нервно закашлялся. Доктор Алан тоже выглядел удивлённым. А я поняла, что всё же проболталась, и, потупившись, начала отступать к выходу.

– Ярких снов, – нервно пискнула я от двери и сбежала, оставив мужчин переваривать информацию.

До корчмы тоже добиралась лёгкой трусцой, понимая, что и так отсутствую неприлично долго. Риган с компанией неспешно ели всё за тем же столиком.

– Ну вот, а ты говорил – запугали, – обратился ухмыляющийся в усы наёмник к одному из своих спутников.

– И медальон теперь есть, – обратил внимание новичок.

– Ты чего так из корчмы бежать кинулась? – подвинулся на лавке глава отряда наёмников, освобождая мне место и делая какой-то знак Шраму.

– Думала, медальон потеряла, вот и напугалась. Но его в лазарете отдать забыли.

– Садись давай. Сейчас твою еду подогреют, и со стола бери что нравится, не стесняйся. Вина с нами выпьешь?

– Адептам запрещено пить алкоголь, – ответил за меня подошедший с подогретой едой корчмарь. – Я для неё отвар принёс.

За ужином говорили обо всём и ни о чём. Мне были интересны любые подробности об этом мире, а наёмники знали множество забавных историй. Так что вкусная еда и здоровый смех значительно улучшили настроение буквально за полчаса. Меня ещё и до дома проводили, мотивируя это тем, что им жалко недотёп, которые могут рискнуть на меня напасть.

Я не была столь высокого мнения о своих оборонительных способностях, но понимала: мужчины просто шутят, пользуясь поводом погулять по городу.

Остаток вечера ушёл на подготовку к урокам. И только после захода солнца, поставив угощение домовому и попросив у него на всякий случай прощения за вчерашнее отсутствие, я сумела переписать ещё несколько листов из дневника.

Засыпая, вспоминала, как мне удалось увернуться от мастера Кайдена в лазарете. Элтар был как всегда прав: если я хочу иметь шанс устоять против Кайдена, мне нужно тренироваться не только в магии. Так что засыпала я в полной решимости встать на рассвете и хорошенько поупражняться. Но, естественно, одной решимости мало, и рассвет я благополучно проспала. На утренние упражнения времени не хватило, но позавтракать и добежать в академию успела.

После второго урока пришёл незнакомый преподаватель и, хмуро глянув на нас, сообщил, что занятия по теоретической магии у нас сегодня не будет в связи с отсутствием мастера Кайдена. Я дождалась, когда за приходившим закроется дверь, и сообщила:

– Вообще-то, занятие будет, только в лазарете, сидя на полу, и из-за этого без записей.

– Это ты так шутишь? – предположил Ян.

– Нет. Я абсолютно серьёзна.

– Я не пойду, – прозвучало сразу несколько голосов, и один из высказавшихся пояснил: – Он нас убьёт.

– Во-первых, убивать он никого не будет, это мы уже на моём примере проверили. А во-вторых, лазарет как раз самое безопасное с этой точки зрения место во всей академии.

– А ты сама-то пойдёшь? – усомнился Вад ер.

– Конечно! Я же не хочу отстать от группы.

После этого желающих прогулять нестандартный урок не осталось, никто не хотел оказаться в аутсайдерах. В результате все ещё до окончания обеденного перерыва направились из столовой в лазарет.

Раскладывающий по баночкам мазь доктор Алан охарактеризовал наше массовое появление одним словом – «чокнутые» и ткнул пальцем в сторону преподавательского отделения.

Кайден сидел за столом и читал толстую книгу, будто и не ожидая нашего прихода. Однако это было только видимостью, поскольку состояние его комнаты разительно отличалось от вчерашнего: со стола убрано всё, кроме читаемой книги, постель аккуратно заправлена, а пол стал значительно чище. Мастер Кайден чуть иронично посмотрел на меня и предложил:

– Размещайтесь.

Мы и разместились – на полу у кровати, усевшись по-турецки и положив на скрещенные ноги учебники. Завуч осмотрел получившийся полукруг и пересадил Рамину в изножье кровати. Сам устроился в изголовье, так же как и мы по-турецки скрестив ноги.

Дальше урок проходил, можно сказать, стандартно. Погоняв нас по пройденному материалу, причём не только прошлого урока, а за весь период обучения, Кайден удовлетворился не слишком уверенными, но преимущественно правильными ответами и перешёл к новому материалу, выдав домашнее задание такого размера, что многие приняли это за месть.

– Адептка Наталья, задержитесь на пару минут, – распорядился Кайден, отпустив группу на следующее занятие.

Но все шестеро моих друзей тоже остались в комнате.

– И как это понимать? – сурово оглядел завуч лишних.

– Мы её в обиду не дадим, – хмуро буркнул Марек.

– А ну, брысь отсюда, заступники, – разъярился мастер, – я ведь могу и передумать насчёт расследования!

– Ребята, идите, – напугалась я.

Они все смотрели теперь на Кайдена, как на врага народа, но ослушаться не посмели.

– Совсем охамели, – возмутился Кайден, когда они покинули лазарет. – Это всё твоё влияние. Нет чтобы хорошему чему детей научить, подаёшь пример, как с преподавателями спорить и приказов не слушаться.

– Смотря кого, – не согласилась я. – Элтара мы слушаемся.

Мастер шумно вдохнул и медленно выдохнул, пытаясь успокоиться.

– И за что же ему такое счастье? – ехидно поинтересовался мой собеседник.

– Он хороший, – малоинформативно, но честно ответила я и поняла, что опять сказала что-то не то.

Получалось, что при таком раскладе мастер Кайден как раз плохой, а говорить такое ему чревато крупными неприятностями.

– Ладно, ну вас к демонам. Сейчас иди на второй этаж, потом по левому коридору в четвёртую дверь. Если ещё не разбежались, найдёшь там третий курс боевого направления. Их должно быть пятеро. Скажешь, чтобы на теоретическую магию сюда шли. Если не поверят, передай, что за прогул будут отчитываться на практике. Всё ясно?

Вместо ответа я вопросительно посмотрела в сторону общей комнаты, где за столом сидел доктор Алан.

– Это мои проблемы, – правильно понял суть возникших сомнений Кайден.

– Тогда я пошла. Всё передам.

За дверью лазарета ждали все шестеро моих друзей, нервно переминающихся с ноги на ногу.

– Чего он от тебя хотел? – с ходу поинтересовался нетерпеливый Марек.

– Всего лишь поручил сообщить третьекурсникам, что у них сейчас тоже в лазарете урок будет. Вы идите, я быстро передам, что просили, и в класс приду.

Следующие два дня прошли непривычно спокойно и размеренно. Вечером я переписывала дневник, уже значительно приблизившись к завершению, а утром за мной заходил Ян, чтобы я, проспав, не опоздала в академию. Вот только я с каждым днём всё больше беспокоилась об уехавшем друге.

На шестой день меня неожиданно вызвали к ректору.

– Когда должен вернуться архимаг Элтар? – спросил он, как только я переступила порог.

– Вчера.

– Не хами! – моментально рассердился хозяин кабинета.

Но я была настолько обеспокоена отсутствием своего друга, что никак не отреагировала на его вспышку и пояснила:

– Он сказал, что уезжает на пять дней, пятый был вчера.

Ректор посмотрел на меня и понял, как я сильно переживаю по этому поводу.

– Ладно. Сообщи мне, когда он вернётся, а пока садись в кресло. – И потерял ко мне интерес, занявшись чтением бумаг, ничего больше не объяснив.

Минут десять я просто медитировала, пользуясь спокойной обстановкой. Потом в дверь вежливо постучали, и, получив разрешение ректора входить, на пороге появился завуч. Мы воззрились друг на друга с немым удивлением.

– Присаживайтесь, мастер Кайден, – указал ректор на свободное кресло и, дождавшись, когда его указание будет исполнено, продолжил, обращаясь уже к нам обоим: – А теперь я хотел бы услышать от пострадавших, что произошло на полигоне в первый учебный день этой декады. Начнём с адептки.

А я-то, наивная, надеялась, что раз мастер Кайден согласился не требовать расследования, то проблемы уже закончились. Не учла, что ректору не нравятся подобные происшествия во вверенном ему учреждении.

– Я жду ответа, – жёстко напомнил руководитель академии.

– Не удержала антимагический щит.

Ректор несколько секунд продолжал смотреть на меня, но то ли предположил, что я больше ничего не знаю, то ли после общения с остальной группой уверился в тщетности попыток добиться чего-то внятного от адептов, поэтому переключился на завуча:

– Ваша версия произошедшего с адепткой.

– Адептка Наталья, как и было задумано, не смогла удержать антимагический щит против значительных размеров энергетического сгустка, но, испугавшись, отступила к стене и, падая, ударилась головой, получив сотрясение мозга.

– Кайден, это же был не боевой вариант сгустка? – вкрадчиво поинтересовался архимаг Таврим.

На лице Кайдена не дрогнул ни один мускул, но костяшки сцепленных пальцев побелели от напряжения. Мужчина покосился на меня и, встретившись взглядом, опустил глаза. Мы оба знали, что он объявил сгусток как боевой, и это слышала вся группа. Но он обещал не выгонять ребят, и мы ему за это здорово обязаны.

– А я могла после боевого сгустка отделаться сотрясением?

И маги замерли. Ректор задумчиво теребил бороду, Кайден же удивлённо смотрел на меня.

– Логично, – наконец пришёл к какому-то выводу ректор. – Вопрос снят. Переходим ко второй части: почему в больнице оказался преподаватель?

На этот раз меня не спрашивали, и я замерла, ожидая чего угодно, начиная от полного и развёрнутого ответа со всеми последствиями для ребят и заканчивая упорным молчанием по примеру нашей группы, но вариант Кайдена поразил всех.

– Не удержал антимагический щит.

– Ты издеваешься? – вскочил со своего места ректор, в ярости ударив по столу ладонями. – Опытнейший маг-практик при смерти в лазарете, меня два дня Лисандр в комплекте с магическим советом наизнанку выворачивают, а ты утверждаешь, что не удержал щит на занятии с первокурсниками!

– Господин ректор, мне не хотелось бы обсуждать это в присутствии адептки, – заметил Кайден. – Наталья, покиньте кабинет.

– Сидеть! – рявкнул ректор, и я вжалась обратно в кресло, только начав из него выбираться. – Ни один из вас отсюда не уйдёт, пока я не выясню, что произошло.

– Я уже ответил на этот вопрос, – продолжал настаивать мастер Кайден. – Вы прекрасно знаете о некоторых особенностях, отражённых в моей медицинской карте, и я не намерен обсуждать их при адептах.

– Эти особенности, – покосился на меня ректор, уже жалея, что не дал уйти, – не объясняют последствий.

– Таврим, – тихо произнёс мастер, – я сам разберусь.

– С Лисандром тоже? – всё ещё нервно бросил ректор. – Да.

– Кайден, ты хоть понимаешь, чего мне стоило успеть привести врачей?

– Значит, больше не приводи! – буквально рявкнул завуч, вскакивая с места.

– Ты бы умер!

– Лучше сдохнуть, чем жить беспомощным калекой!

И тут они снова вспомнили о моём присутствии. Я почувствовала себя здесь очень-очень-очень лишней, а уж под взглядом, которым обжёг меня Кайден, вообще захотелось исчезнуть. Но досталось на этот раз не мне.

– И как мне теперь их учить, если они знают, что я калека?! – окончательно вышел из себя мастер, повернувшись к своему коллеге. – Зачем было оставлять её здесь? Если я настолько сильно мешаю руководству академии, можно было просто выгнать меня за несоответствие. Зачем было перед адептами позорить?

Ректор тоже посмотрел на меня и тяжело вздохнул:

– Не собираюсь я тебя выгонять. И не из-за того, что знаю, как ты покалечился и чем мы все тебе обязаны, а потому, что заменить тебя реально некем. И ты сам это прекрасно понимаешь.

– Ты ещё всем расскажи, где я покалечился, и тогда я точно повешусь, – буркнул Кайден, тем не менее успокаиваясь.

У меня имелось предположение на этот счёт, но в свете последней фразы я решила оставить его при себе. Ректор некоторое время задумчиво смотрел на меня, после чего спросил:

– Изменилось ли ваше отношение к мастеру Кайдену как к преподавателю в свете последней информации?

С чего бы ему меняться, если я и так знала о его ограничении по уровню. Но подставлять разговорчивого доктора Алана не хотелось, потому промолчала. Однако моё молчание не устроило никого из присутствующих. Ректор ждал какого-то определённого ответа и даже показал мне кулак так, чтобы не видел Кайден, чем очень меня удивил. А мастер обречённо закрыл глаза, и лицо его осунулось. Сильный мужчина, привыкший всё держать под контролем, никому не позволявший увидеть своей слабости, со страшным приговором «калека». Вот только это не мешало ему держать в страхе не только адептов, но и большую часть преподавателей. Наверное, именно в этот момент у меня был шанс сказать что-то ободряющее, наладить с ним отношения… И долго смотреть, как постепенно гаснет огонь в душе боевого мага. Наверное, я полная дура, а может, просто тоже боевой маг и слишком хорошо его понимаю.

– Да плевала я на его проблемы. Он преподаватель, и если так боится, что я его размажу по арене, пусть сам уходит, а не пытается на вас ответственность перекладывать, – зло проговорила я, не глядя на завуча. И нагло добавила: – Но тогда нечего было вообще открывать рот и делать громкие заявления!

– Ах ты дрянь! – вскочил из кресла Кайден. – Да я тебя в порошок сотру!

– Правила не позволят! – тоже вскочила я и, задрав голову, посмотрела ему прямо в глаза, на что мало кто решался.

– Много о себе мнишь, первокурсница! – сделал он быстрый шаг вперёд, приблизившись ко мне вплотную и, видимо, надеясь этим меня напугать, как я когда-то Лейра.

– Вы ещё тут подеритесь, чокнутые! – очень вовремя вмешался ректор.

Мы оба вспомнили, где находимся, и синхронно отступили на шаг.

– Сядьте. Вот ведь, два сапога – пара, – пробурчал себе под нос ректор.

– С ней?! С ним?! – одновременно возмутились мы.

– Вот-вот, – окончательно утвердился в своём предположении хозяин кабинета.

– Я попросил бы вас не сравнивать меня с этой неадекватной… – Кайден замялся, подбирая слово, покосился на меня и всё же решил не нагнетать обстановку, – адепткой.

Я думала примерно то же самое о психованном преподавателе, но инстинкт самосохранения настойчиво советовал помолчать.

– И всё же мне необходимо знать, насколько критична ситуация, приведшая к вашему попаданию в лазарет, и использовались ли при этом сторонние приспособления, – ровным голосом продолжил ректор.

– Я уверен, что это просто несчастный случай, и никакие амулеты и артефакты использованы не были, – осторожно подбирая слова, ответил мастер Кайден.

– Вы видели момент удара?

– Частично.

– То есть вы не можете наверняка утверждать, что артефакта не было, – заключил ректор, и Кайден покосился на меня.

– Не было там артефакта. Надо было видеть лица ребят, когда нам об этой версии сказали, – тихо прокомментировала я.

Ректор посмотрел на нас, тяжело вздохнул и признался:

– Я вам верю. Но всё, что я смог сделать, – это отсрочить назначенное расследование до конца декады, когда официально будет выписан из лазарета мастер Кайден. И я хочу к этому моменту чётко знать, что произошло и насколько это может подорвать репутацию академии и магов в целом.

Несколько минут все молчали, обдумывая новую информацию.

– Господин ректор, я могу рассчитывать, что полученная от меня информация не выйдет за стены этого кабинета и не будет использована против адептов? – как-то обречённо спросил Кайден.

– Нет. И ты сам это прекрасно понимаешь.

– Мы потеряем половину группы, – с горечью констатировал Кайден. – По абсолютно идиотской причине. То, что я получил серьёзную травму, было досадной случайностью.

– Вы потеряете всю группу, и, возможно, не только нашу, потому что в сердцах остальных поселится страх, – так же обречённо подвела я итог.

– Наталья, из ваших высказываний я делаю вывод, что вам тоже известны подробности произошедшего. Однажды вы уже доверились мне и, как мне кажется, не пожалели об этом. Я прошу вас с мастером Кайденом снова довериться мне и обещаю сделать всё возможное, чтобы защитить адептов.

Завуч снова покосился на меня, несколько раз сцепил и расцепил пальцы и сдался:

– Энергетический сгусток был боевым, и, когда Наталья упала, меня одновременно ударили сгустками несколько адептов. Предположительно, шестеро. Сделали они это настолько синхронно, что в конечной точке, то есть на моём щите, потенциалы заклинаний сложились. В результате сила удара, по моим подсчётам, основанным на характере повреждений и результатах последних измерений адептов, была примерно равна двум с половиной боевым сгусткам. При этом я абсолютно уверен, что синхронность удара – просто совпадение.

– Вы видели, кто это сделал?

– Я видел четверых, но заклинаний было шесть.

– Отсутствие сговора и доказывать не нужно, такой синхронности удара специально достичь редко способны даже много лет работающие в одном составе боевые группы. Если бы мы могли как-то подтвердить произошедшее, это практически полностью решало бы проблему. Но свидетельство участвовавших адептов рассматриваться не будет, поскольку оно было бы принято только под заклинанием правды и уже в рамках расследования, а я не могу позволить, чтобы они там фигурировали в качестве обвиняемых.

– Господин ректор, вы хотите сказать, что вся эта история получила столь серьёзное продолжение из-за дурацкой версии о применении артефакта? – крайне удивлённо произнёс мастер Кайден.

Ректор посмотрел на меня и начал нервно теребить бороду.

– За несколько дней до этого был украден боевой артефакт схожего действия, – обтекаемо пояснил он.

– То есть если найдётся свидетель произошедшего, то ребят не накажут? – поинтересовалась я и, покосившись на мастера Кайдена, уточнила: – Официально не накажут.

– Но такого свидетеля нет, так что и говорить не о чем, – хмуро глянул на меня завуч.

– У тебя есть какая-то идея? – со смутной надеждой в голосе спросил ректор.

– Не может здесь быть никаких идей, – отрезал Кайден. – Свидетеля нет, а ничто другое нам не поможет.

– И всё же? – как можно мягче спросил архимаг Таврим, глядя на меня.

Я ещё несколько секунд колебалась, но в прошлый раз он действительно встал на мою сторону.

– Есть свидетель.

– Кто? – снова вскочил с кресла Кайден.

– Его слово будет вызывать доверие магического совета? – всё так же мягко уточнил ректор.

– Безусловно.

– Кто это? – навис надо мной завуч.

– Мастер Кайден, немедленно прекратите пугать адепт – ку! – попытался вмешаться хозяин кабинета.

Я посмотрела в глаза своему врагу и не увидела там злости, в них теплилась надежда, поэтому и не стала скрывать:

– Господин Эшен видел произошедшее из окна библиотеки.

Едва услышав названное мной имя, мастер Кайден расхохотался и расслабленно упал обратно в своё кресло, прокомментировав:

– С ума сойти. Никто в академии об этом не знает, а адептка в курсе.

– Это большая удача, что у нас есть свидетель и информация о нём, – заметил ректор. – Думаю, на этом наш разговор стоит завершить. А с завтрашнего дня вам следует вернуться к проведению теоретических занятий.

Мы с Кайденом переглянулись и синхронно заулыбались.

– И чего ещё я не знаю о своей академии? – очень даже правильно понял наши переглядывания ректор.

Мы промолчали, но улыбки стали откровенно счастливыми. Может, в чём-то архимаг Таврим и прав о сапогах.

Почти до самого вечера я не вспоминала о своих нехороших предчувствиях и беспокойстве за архимага под натиском новых впечатлений. Но как только осталась дома в одиночестве, они накинулись на меня с удвоенной силой. Даже домовой меня пожалел. Показываться так и не стал, зато приготовил мне отвар, оставив горячий чайник посреди стола.

Я собиралась ложиться спать, дописывая последнюю страничку предпоследнего раздела дневника, когда раздался тяжёлый стук в дверь. За окном было уже совсем темно.

Стоило начать открывать дверь, как меня отодвинули в сторону, и в прихожую протиснулся здоровенный воин с чем-то тяжёлым в руках, так что зажатой в углу мне было практически ничего не видно. Посетитель аккуратно сгрузил свою ношу на стол и сполз по стенке рядом. Только после этого я поняла, в каком плачевном состоянии он находится. Правая штанина была распорота почти до колена, ещё в нескольких местах имелись большие прорехи. Ноги и лежащие на них перемазанные чем-то бурым кисти рук мелко подрагивали, под вполне целой на вид курткой виднелись лохмотья, оставшиеся от рубашки. На шее была рваная рана, от которой тянулась к вороту широкая чуть влажная полоса, едва различимая среди покрывающей пришедшего неровными разводами грязи. Не особо длинные волосы слиплись и были похожи на иглы дикобраза. Но это было не самым страшным. Я посмотрела на лицо гостя и нервно сглотнула. Белки его глаз были ярко-розового цвета, а из-под верхней губы, накрывая нижнюю, торчали тонкие и острые, сантиметровой длины клыки. Это был вампир. Он слегка повернул голову к столу и глухо неразборчиво попросил:

– Пожалуйста, помоги.

Я перевела взгляд на то, что лежало на столе, и меня замутило. Это был человек, точнее, то, что от него осталось. Разодранная в клочья одежда затвердела корявыми комками, пропитавшись кровью вперемешку с грязью. Видимые участки тела покрыты множеством не очень глубоких, но неприятных на вид рваных ран. Впечатление было такое, что его пытались есть. Даже лицо пострадало, располосованное острыми когтями.

И вот тут мне пришлось закусить кулак, чтобы не закричать в голос от ужаса и боли. Это помогло лишь частично, и я тихо, обречённо завыла, потому что лицо лежащего на столе мужчины было мне хорошо знакомо. Вампир принёс Элтара.

– Пожалуйста, – пробился тихий голос в моё затуманенное сознание, – пожалуйста. Если ты не поможешь мне, он умрёт.

И тут до меня дошло самое главное на данный момент:

– Он жив?!

– Да, но уже на грани, и парализован. Я могу снять паралич, но для этого мне нужна человеческая кровь, потому что я сам сильно ранен.

Я непроизвольно отступила назад. Книга с историями о вампирах однозначно утверждала, что нет никого опаснее, чем раненый вампир, а умирать вовсе не хотелось.

– Я понимаю, что прошу очень много, но он мой единственный друг. Пожалуйста, помоги.

Я ничего не сказала, просто посмотрела на лежащего на столе Элтара и сделала маленький шаг вперёд. Вампир тут же вскинул голову, рот его приоткрылся, клыки ещё удлинились, а взгляд стал таким голодным, что я шарахнулась прочь из прихожей, заперев дверь на засов и чётко понимая, что он меня сейчас просто убьёт. Мне очень хотелось жить. Никогда раньше я не боялась смерти так, как сейчас.

Но как только оказалась в относительной безопасности, перед глазами снова встала страшная картина – мертвенно-бледный Элтар, лежащий на столе. У меня не было времени, нужно было срочно что-то делать, чтобы помочь ему, и вдруг я вспомнила, как мы разговаривали с ним о донорской крови. Это был шанс. Крохотный, но всё же шанс. Я заставила себя отодвинуть засов и выглянуть в прихожую. Вампир всё так же сидел у стены в дальнем углу за столом.

– Сколько крови вам нужно?

Он посмотрел на меня удивлённо, но ответил:

– Около десяти глотков.

Я закрыла дверь и снова задвинула засов. Вот никогда объём глотками не мерила, но, наверное, это что-то вроде кружки, то есть примерно триста миллилитров. С одной стороны, не критично, обычно доноры по четыреста сдают, а с другой, у меня не было даже медицинской иглы. Ничего лучше, чем надрезать вены на предплечье, придумать не удавалось.

Я пошла на кухню и приготовила нож, кружку и чистое полотенце, чтобы перетянуть рану. Но прежде, чем начать кровопускание, прямо на двери в прихожую стилусом по памяти нарисовала знак, виденный в книге о вампирах. Надеюсь, он действительно не позволит ему войти. Я, конечно, предполагала, что это тот самый друг, о котором и говорил архимаг, иначе зачем бы он принёс Элтара сюда, но всё же мне было страшно.

Вернувшись на кухню, я медленно глубоко выдохнула и, сжав зубы, резко наискось полоснула по средней части предплечья. Руку обожгло болью, и кровь струйкой потекла из пореза; я несколько раз сжала и разжала кулак, заодно осматривая получившийся порез. Вроде не слишком глубокий, так что если перетянуть полотенцем и не держать руку внизу, то кровь должна остановиться.

К тому моменту, как кружка наполнилась, рука уже начала неметь, а кровь текла слабо, и мне пришлось ещё некоторое время сжимать и разжимать кулак, чтобы заставить организм расстаться с живительной влагой. Намотанное в два оборота и затянутое при помощи здоровой руки и зубов полотенце полностью закрыло рану. Надеюсь, этого достаточно, чтобы не спровоцировать раненого вампира. Кружку я накрыла блюдечком и направилась обратно в прихожую.

Вампир встретил меня вопросительным взглядом, но со своего места у стены не двинулся, хотя и заметно сглотнул голодную слюну. Я поставила кружку на стол рядом с неподвижным Элтаром, стараясь на него не смотреть, и, пятясь задом, вернулась к двери. Оставив лишь небольшую щель, я ещё раз осмотрела непонимающе глядящего на меня вампира и объяснила свои действия:

– В кружке кровь.

Он попытался вскочить, но не удержался на ногах и рухнул обратно на пол. Не пытаясь больше встать, вампир на четвереньках двинулся к заветной кружке, не сводя с неё глаз, а я захлопнула дверь и задвинула засов. Мне было страшно. Страшно, что не выживет Элтар. Страшно, что, напившись крови, вампир захочет ещё и, выломав дверь, убьёт меня.

Я сползла по стене прямо рядом с дверью, тихо всхлипывая и баюкая у груди болевшую руку. Казалось, я просижу вот так, прислушиваясь к каждому шороху, всю ночь. Но стресс подействовал на меня странным образом – я уснула.

Проснулась от странного негромкого звука и не сразу поняла, где я и что здесь делаю. В коридоре было уже довольно светло, а задвинутый мной вчера ночью засов медленно смещался в сторону, выходя из паза. Сжавшись в комок, я как заворожённая смотрела на это, ничего не предпринимая. В душе поднималась волна обречённости.

Наконец мгновения ожидания истекли, и я, не удержавшись, расплакалась от облегчения. Потому что в дверном проёме, устало опираясь плечом о косяк, стоял бледный, с пунцовыми шрамами на лице, но очень даже живой Элтар. Медленно, придерживаясь рукой за стену, он преодолел разделяющее нас расстояние в два шага и сел рядом со мной на пол, тоже прислонившись к стене.

– Ты чокнутая. Ты просто чокнутая, Таль. Я чуть с ума не сошёл, когда ты к Райну пошла. Он ведь не смог бы остановиться из-за того, что был ранен. Не хотел убивать, но убил бы.

– Я это поняла.

– И всё же вернулась.

– Ты умирал.

– Да. И мне не хотелось умирать, даже было страшно, тем более я всё слышал и понимал, но из-за паралича ничего не мог сделать. Однако я не хотел покупать свою жизнь ценой твоей.

– Так не пришлось же.

– Не пришлось. Но если бы мне декаду назад сказали, что кто-то будет поить вампира своей кровью из кружки, я не поверил бы. Большинство бежали бы без оглядки, только увидев Райна. А у тебя как-то так всё вышло, будто это нормально – отдавать кровь другому.

– Кровь отдавать действительно нормально, – недовольно буркнула я, неудачно шевельнув больной рукой, – а вот себя ножом при этом резать – не нормально. Я же тебе рассказывала о донорстве. Там такая иголка с дыркой внутри, к ней трубочка присоединена. Иголку неглубоко втыкают в вену, и по трубочке кровь набирается в пузырёк. А потом так же из пузырька другому человеку в вену эту кровь вливают.

– Погоди, то есть ты серьёзно тогда рассказывала о переливании?

Даже отвечать не стала, и так всё ясно было.

– Райн, ты чего там застрял? Заходи, – вспомнил архимаг о своём спасителе.

Вампир вошёл в коридор и, прикрыв дверь, начал рассматривать моё ночное художество. А я с удивлением разглядывала его лицо. Белки глаз были уже полностью нормальные, кончики клыков едва заметно выглядывали из-под верхней губы. Сейчас он оставался грязным и оборванным, но уже не выглядел так страшно, как ночью. И ни одной раны на нём не было видно.

– Ты так сильно боялась, что даже в эти байки поверила? – с сочувствием спросил Элтар.

Я пожала плечами.

– Байки? – чуть хрипловатым, но приятным голосом уточнил вампир. – Это не байки, Элтар, это вполне рабочий охранный знак. И пока ты меня не пригласил, я не мог войти. Интересно, откуда у девушки такие обширные знания о защите от вампиров? Неужели я больше не заслуживаю твоего доверия?

– Я здесь ни при чём, – тут же открестился архимаг и вопросительно посмотрел на меня.

– Он в книге с историями о вампирах нарисован был. Мне её в библиотеке академии дали, когда я что-нибудь почитать попросила.

– Какая интересная книжка. Пожалуй, стоит с ней ознакомиться, – сделал вывод вампир.

– Ты сначала нас до кухни доведи, потом пойди вымойся, а уж после этого можно и о книгах побеседовать, – распорядился хозяин дома.

Райн только начал поворачиваться в нашу сторону, когда я поспешила заверить:

– Не надо меня вести, я и сама прекрасно дойду, – и попыталась встать с полу. Абсолютно безуспешно, поскольку в результате сна, сидя на полу у стенки, у меня затекло всё, что только могло. В итоге ещё и свалилась на бок, благо хоть не на израненного мага. – Или нет.

– Таль. – Вот вроде бы ничего, кроме имени, не сказал, но столько укоризны было в голосе у Элтара…

– Девушка, не стоит меня бояться. Я ничего плохого не сделаю, – попытался уговорить меня вампир, не предпринимая попыток приблизиться.

– Я вас не боюсь, просто не ожидала, что у меня ноги так затекут, ну, и то, что повыше.

– Живот? – предположил вампир, делая осторожный шаг вперёд.

– Сзади.

– Спина? – выдвинул Райн новую версию, делая ещё один плавный шаг.

– Ниже, – рассмеялась я.

– Ну, даже не знаю, придётся на ощупь искать, – окончательно развеселился вампир, стоя в шаге от меня.

– Я тебе поищу! – вмешался Элтар.

– Вы ко мне так осторожно подкрадываетесь, будто сами боитесь, – улыбнулась я и протянула вампиру руку, намекая, что неплохо бы всё-таки помочь мне встать.

В результате подняться мне помогли, а до кухни я кое-как доковыляла сама. Вампир же довёл буквально повисшего у него на плече Элтара и усадил за стол.

– Таль, нам нужно хорошенько поесть, – начал архимаг и осёкся, покосившись на своего друга. – В смысле, просто позавтракать. Райнкард обычно нормальную пищу ест, как люди. Просто силы нужно восстановить.

– Хорошо. – Я заглянула в подпол и перечислила: – Есть сыр, яйца, хлеб и бекон. Соответственно, могу яичницу пожарить и бутербродов наделать. Ещё овощи на салат есть, и пирог со вчерашнего вечера остался.

– Давай всё, – распорядился оголодавший маг, – но сначала иди сюда, я твою руку подлечу.

Я с сомнением посмотрела на бледного, еле сидящего друга.

– Может, не надо? Лучше себя полечите.

– Себя я ещё ночью полечил. Заклинание работает, и мне теперь только хорошее питание да медитации нужны. А сейчас я заклинание на твой резерв замкну, так что не страшно, только полностью энергию в ближайшие несколько часов не трать.

Я подсела за стол к магу и попыталась размотать полотенце. Не тут-то было – пропитавшийся кровью нижний слой намертво присох к ране, пришлось идти к раковине и отмачивать тёплой водой.

Ничего пояснять Элтар не стал, не до этого ему сейчас было, просто что-то пошептал над раной и устало откинулся на стул.

В этот момент вернулся из душа отмытый вампир, и смотрелся он очень, ну просто очень-очень… В общем, если бы его Аполлон увидел, позеленел бы от зависти. Узкие бёдра, широкие плечи, невероятно гармонично развитая фигура с редкими поблёскивающими на гладкой коже обнажённого торса каплями воды. Лицо мужественное, и взгляд, как у голливудского актёра. Влажные волосы зачёсаны назад, но отдельная непослушная прядь не пожелала составить компанию остальным и упала на лоб.

– Что ты на меня так смотришь? – поинтересовался объект моего внимания.

– Любуюсь, – честно призналась я, продолжая его разглядывать.

– В смысле?

– Вы такой красивый, что вас только на постамент поставить и наслаждаться.

Такое отношение, видимо, было вампиру внове. Он беззвучно открыл и закрыл рот, так и не найдя нужных слов.

– Ладно, теперь мне надо как-то себя в порядок привести, – заключил Элтар и попытался встать.

Хорошо, что у Райна реакция великолепная. Упасть архимагу он не дал и, подставив ему плечо, увёл в душевую комнату. Я же занялась нашим завтраком.

На сковородке уже шкворчало сало, я резала хлеб, чтобы зажарить его вместе с яйцами, и косилась на вымытые овощи, когда от двери поинтересовались:

– Могу чем-нибудь помочь?

– Ещё как! – обрадовалась я и, подвинувшись к плите, положила рядом с собой другую доску и нож. – Уверена, что вы справитесь с нарезанием салата.

Вампир пристроился справа от меня и приступил к выполнению выданного мной поручения по приготовлению части завтрака.

– Если я мешаю, то могу отойти на обеденный стол, – через некоторое время предложил он.

– С чего вы взяли, что мешаете? – коротко глянула на него, разбивая очередное яйцо на сковородку.

– Ты нервничаешь. Это заметно.

Я разбила последнее яйцо, перемешала всё и, закрыв крышкой, повернулась к вампиру.

– Райн, мне кажется, у вас завышенное мнение о значимости собственной персоны. Я действительно нервничаю, потому что до начала занятий остаётся мало времени, а опаздывать в академию чревато неприятностями. Поверьте, у людей достаточно поводов для переживаний и помимо вашей без сомнения примечательной личности.

– Обычно этот повод главный, – произнёс вампир, через некоторое время возвращаясь к приготовлению салата.

– Может быть. Вам виднее, – не стала спорить я.

– Ты не боишься вампиров?

– Не знаю, я других вампиров не встречала. А что касается вас, то спасение жизни Элтара и то, что он считает вас другом, по-моему, более чем достаточный повод для доверия.

Больше мы не разговаривали. К возвращению архимага, который в отмытом виде тоже смотрелся значительно лучше, чем с утра и тем более, чем ночью, завтрак был уже на столе. Мужчины ели с аппетитом, но размеренно. Я же, не столько прожевав, сколько проглотив кусок яичницы и прихватив с собой один из бутербродов, чмокнула архимага в щёку, получила взамен тёплую улыбку и, схватив сумку, бегом отправилась в академию.

На пороге дома столкнулась с тоже опаздывающим Яном.

На медитацию мы не успели совсем чуть-чуть. Мастер Сорин хмуро глянул на непунктуальных адептов, но отчитывать не стал, посчитав, что лучшей отработкой будет заливка кристаллов. Между уроками я успела добежать до кабинета ректора и сказать, что Элтар вернулся. Тот кивнул и отпустил меня, больше ни о чём не спрашивая.

В обед выяснилось, что мой порез на руке, до того, как он окончательно зажил, заметили абсолютно все, поскольку я второпях надела тунику без рукавов. Все косились молча, а друзья не стали откладывать вопрос в долгий ящик, и я рассказывала им события вчерашнего вечера и сегодняшнего утра.

– А можно мы на вампира посмотреть придём? – поинтересовался любопытный до бесстрашия Марек.

– Не знаю. У Элтара спрашивать нужно, – растерялась я от такой просьбы.

– Так мы придём и спросим, – обрадовался мальчишка.

Остальные молчали, но смотрели настолько заинтересованно, что было ясно – придут.

Вечером, прежде чем идти к Алиру, зашла домой проведать архимага и узнать, нужно ли идти за ужином. Оказалось, в корчму он уже отправил вампира, и сам выглядел на порядок лучше, чем утром. Даже шрамы на лице уже побледнели и не пугали.

– Детвора сегодня придёт? – поинтересовался маг. – Я с расчётом на них ужин заказал, хотя и не знаю, как они присутствие Райна воспримут. Ты ведь им рассказала?

– Да.

– И как они отнеслись к тому, что в моём доме находится вампир? – В голосе мага отчётливо были слышны нотки беспокойства.

– Собрались проситься на него посмотреть, – рассмеялась я. – А то вы Марека не знаете!

– Пусть приходят, я по ним соскучился. Ты сейчас к Алиру? Скажи ему, что я кристаллы по договору к концу декады принесу.

Кивнув, опять бегом направилась к фонтану. Точно скоро ходить спокойно разучусь. Первым делом обрадовала друзей, что они приглашены на ужин к архимагу, понаблюдала за радостно подпрыгивающим без отрыва от заливки Мареком и тоже присоединилась к общему делу. И ведь не испортил кристалл, такими темпами скоро и на ходу заливать будут, и медитировать на всех уроках подряд.

Когда мы всей толпой завалились в дом, архимаг и его гость беседовали в гостиной. Райн стоял у дальней стены, настороженно глядя на вошедших. Нижнюю губу он слегка выдвинул, и клыков не было видно. Ребята разочарованно оглядели комнату, и Марек шёпотом поинтересовался у меня:

– А где вампир?

– Вон стоит, – кивнула я на объект детского интереса.

– Он не настоящий, – расстроился мальчишка, – у него клыков нет.

– Есть, но он их прячет.

– Почему?

И столько удивления в глазах, что я не удержалась:

– Вас боится!

Оригинальность версии поразила абсолютно всех присутствующих. Первым пришёл в себя вампир и тут же предложил свой вариант:

– Просто не хочу вас пугать.

– А мы не боимся! – заявил Марек, вплотную подходя к Райну. – Дядя вампир, покажи клыки. Ну пожалуйста.

– Зачем? – оторопел от такого напора объект повышенного внимания.

– Я их потрогаю, – окончательно обнаглел мальчишка.

– Зачем?! – ещё больше удивился Райн.

– Так интересно же! – так же неподдельно удивился смельчак.

– Марек, прекрати. Ты ведёшь себя неприлично, – попытался вмешаться Элтар.

– Да пусть потрогает, раз так хочется, – неожиданно для нас решил вампир и, замысловато двинув челюстью, выпустил длинные тонкие клыки, накрывшие губу и кончиками опускавшиеся ниже неё, после чего плавно присел на корточки.

Марек протянул руку и аккуратно погладил оба клыка, счастливо улыбаясь. Ещё бы! Не каждый маг может похвастаться, что вампира за клыки держал. В результате к ощупыванию присоединились все мои друзья. Даже мне захотелось, но я подавила этот недостойный взрослой девушки порыв и осталась стоять в стороне, лишь поинтересовавшись:

– А говорить они не мешают?

– Ефо каф мешают, – невнятно ответил вампир и, убрав клыки, добавил: – А в ипостаси разговаривать вообще не получается.

Детвора окружала Райнкарда, вызывая у меня ассоциации с мультиком о цирковом льве Бонифации.

– Смотри, Райн, вот поймают тебя эти ничего не боящиеся адепты, и будешь, как Таль хотела, на постаменте стоять в музее с табличкой «Последний живой вампир». Видишь, уже окружили, – начал подшучивать над другом Элтар.

– Держи его! – обрадовался такой идее неугомонный Марек и первым бросился ловить вампира.

– Живым не дамся! – радостно заявил объект охоты и длинным кувырком прыгнул поверх подбежавшего мальчишки, выйдя из окружения.

– Всё равно поймаем! – присоединилась к погоне Рамина, и все кинулись ловить вёрткого вампира, с хохотом удирающего от детворы по комнате, ловко перепрыгивая через мебель.

Я собралась тоже поучаствовать в игре под девизом «Лови вампира!», когда Элтар негромко попросил:

– Таль, посиди со мной, пожалуйста.

Я села рядом с ним на диван. Он развернулся и притянул меня к себе, обняв кольцом рук за талию и уткнувшись носом мне в макушку. Это было приятно, но несколько неожиданно.

– Что случилось? – шёпотом поинтересовалась я.

– Ничего. Просто тоже с ними побегать хочется, а мне ещё нельзя. С тобой вместе сидеть не так обидно, – пояснил маг, глядя, как детвора мутузит поддавшегося облаве вампира и теперь довольно аккуратно отпихивающего от себя будущих магов.

Рамину он ещё и подстраховывать успевал, чтобы она ни обо что не ударилась. Причём было видно, что и сам вампир получает от игры не меньшее удовольствие, чем наскакивающие на него со всех сторон адепты.

– Райнкард очень любит детей, – шепнул мне на ухо Элтар. – Но обычно у него нет возможности вот так с ними поиграть. Я рад, что он с вами познакомился.

– Спасать будем? – поинтересовалась я, увидев, что друзья нашли страшное антивампирское оружие.

Оказалось, этот крутой воин боится щекотки.

– Таль, а пошли всё вкусное съедим, пока они тут воюют, – нарочито громко предложил архимаг.

– Отличная идея! – поддержала его я.

– Кто последний, тот десерт! – радостно заявил разыгравшийся вампир и первым бросился на кухню.

И тут все замерли после грозного окрика Элтара:

– Райнкард!

Причём вампир умудрился это сделать прямо в прыжке. Неловко приземлившись, он обернулся и застыл, увидев испуганные лица.

– Это была просто глупая шутка, – попытался оправдаться Райн.

– Дядя Элтар, ты нас так больше не пугай, – первой отмерла Рамина. – Дядя Райн, пошли ужинать. – И, взяв вампира за руку, потянула его на кухню.

Ребята проходили мимо, виновато глядя на архимага.

– Таль, я не понимаю. Я думал, они очень испугаются из-за того, что он сказал.

– А чего им бояться?

– Стать десертом, как этот безбашенный вампир выразился.

– В доме архимага Элтара, самого известного мага в городе? Вот просто предположим, что Райн, действительно, решит их укусить. Ты ему позволишь?

– Нет, конечно.

– И они в этом уверены. К тому же, поскольку они знают, что Райн тебя спас, то априори считают его хорошим. А уж учитывая, что они в этот момент играли, это было воспринято как продолжение игры, чем и являлось. Мне кажется, ты слишком большое значение придаёшь тому, что твой друг вампир.

– Не думаю. Скорее ты недооцениваешь значимость этого.

– Может быть. Пойдём ужинать, а то они без нас всё съедят, набегавшись.

После ужина адепты направились по домам, мужчины вернулись в гостиную, что-то негромко обсуждая, а я оккупировала кабинет, засев за уроки. В связи с травмой мастера Кайдена нам все практические занятия заменили теоретическими, а задавал он нещадно. Однако ни у кого и мысли не возникало схалтурить, ведь всё то, что сейчас приходится просто заучивать, потом можно будет применить на практических занятиях.

За дневник алхимика я принялась уже в полусонном состоянии. Через некоторое время пришёл Элтар, скептически осмотрел откровенно клюющую носом, но крайне старательную адептку и, отняв дневник, велел идти спать.

– Таль, ты прошлую ночь нормально не отдыхала, так что марш в душ и ложись. Утром подниму тебя рано, а то наверняка тут без меня тренировки запустила.

Я виновато потупилась и, пожелав магу ярких снов, оправилась по указанному им маршруту.

– И тебе тоже, – пропустил он меня в дверях.

Проходя мимо гостиной, увидела вампира, лежащего на диване под тонкой простынёй, закинув руки за голову.

– Ярких снов вам, господин Райнкард.

Он никак не отреагировал. Я несколько секунд постояла возле дверного проёма и двинулась дальше, когда вслед мне донеслось:

– Лучше не надо. Тебе ярких.

Вот поди их пойми, этих мужчин, а тем более вампиров. Решила я не забивать себе голову и отправилась дальше.

Утром проснулась от негромкого стука в дверь и, сообщив архимагу, что уже почти бегу, бросилась переодеваться. С удовольствием потренировалась с другом, после чего он велел:

– Иди в душ и буди Райна. Сегодня завтрак готовлю я.

Странно. Обычно он только ставил чайник, а готовила завтрак как раз таки я. Ну да не всё ли равно.

Вымытая и готовая к новым свершениям, я отправилась будить вампира. Остановившись рядом с диваном, невольно залюбовалась спокойным лицом со слегка выдвинутыми клыками. Они его даже не портили, скорее, придавали шарм. Не удержавшись, прикоснулась пальцами к выступающим над губой белоснежным иглам. Вампир распахнул глаза и дёрнулся, а я негромко вскрикнула, потому что кончики клыков оказались невероятно острыми, и на пальцах остались небольшие порезы.

Я собиралась привычно сунуть пораненные подушечки в рот, но вампир перехватил мои запястья. Крылья его носа раздувались, дыхание стало частым и поверхностным.

– Что ты собиралась сделать? Зачем провоцировала? – жёстко поинтересовался он.

– Я не хотела. Просто вчера все клыки потрогали, а я при друзьях постеснялась. Вот сейчас и не удержалась – думала, аккуратно поглажу, вы и не заметите, – попыталась оправдаться я. – Пустите, пожалуйста. Пальцы саднит.

Вампир посмотрел на капельки крови, выступившие из порезов, и сглотнул. Взгляд его изменился, уже не пылая праведным гневом, и он тихо попросил:

– Можно я?

– Что – вы?

– Ты ведь собиралась облизать пальцы. Можно это сделаю я?

Удивленно смотрю на вампира. Выглядит он хоть и напряжённым, но вполне нормальным, кидаться ни на кого вроде не собирается. Да там и крови-то практически нет. Поэтому слегка разворачиваю кисти к нему. Если хочет – пусть оближет, мне не жалко.

Вампир держал мои руки так бережно, будто они являлись хрупким фужером. А ощущения были странные, но в чём-то даже приятные. Просто язык у него оказался не как у людей, а скорее, как у собак – мягкий, гладкий и очень гибкий, хотя и нормальных человеческих размеров.

Вот за этим странным занятием нас и застал хозяин дома, пришедший поинтересоваться, куда мы запропали.

– Я, кажется, не вовремя, – заключил он и быстро ретировался.

– Элтар, это не то, что ты подумал! – практически крикнул ему вдогонку вампир.

– Откуда вы знаете, что он подумал? – усомнилась я. – Если судить по нашей позе, то можно было решить, что вы мне предложение делаете.

– Я ещё с ума не сошёл, чтобы замуж тебя звать, – не оглядываясь, бросил на ходу накидывающий рубашку вампир и выбежал из комнаты.

А я осталась сидеть и глотать обиду, пытаясь не разреветься. Это ведь была всего лишь шутка. Я и без подобного комментария прекрасно знала, что смотрюсь рядом с ним как серая моль рядом с махаоном. Зачем же так откровенно тыкать меня в это носом?

Кое-как взяв себя в руки, отправилась завтракать, хотя есть мне уже вовсе не хотелось.

После меня на кухню, где уже был накрыт стол, заявился вампир.

– Я всё объяснил Элтару, он не сердится, – с ходу отчитался он и уселся за стол как ни в чём не бывало.

– Замечательно, – буркнула я, сосредоточенно помешивая горячий отвар в кружке.

– Ты чего? Говорю же – всё нормально, – неподдельно удивился Райнкард.

– Я за вас рада.

Вампир озадаченно умолк.

Когда пришёл Элтар, все начали есть. Я честно впихнула в себя два бутерброда, чтобы не создавать проблем отсутствием питания ни себе, ни преподавателям, и, не допив отвар, ушла в академию. Элтар проводил меня непонимающим взглядом, но ничего не спросил.

Как оказалось, плохое настроение может очень отрицательно сказываться на успеваемости. На левитации я проиграла оба полётных соревнования, причём далеко не самым сильным левитантам, чем неприятно удивила мастера Эрха. С выполнением нормы по заливке кристаллов тоже возникли проблемы – мне никак не удавалось нормально сосредоточиться. Правда, в результате мы выяснили, что мастер отдельно учитывает залитые нами сверх нормы кристаллы и готов засчитать их в таких вот случаях.

Друзья попытались выяснить, в чём дело, но я наотрез отказалась это обсуждать.

– Таль, ты хоть с мастером Кайденом в таком состоянии не связывайся, – хмуро попросил Янисар. – Беды ведь потом не оберёмся.

– Я постараюсь.

Пообещать-то я пообещала, но серьёзно сомневалась в своих возможностях на данный счёт. О занятии у завуча даже думать не хотелось. Но поскольку плохое настроение ни в коем случае не освобождало от посещения уроков, общаться с Кайденом всё же пришлось.

Он был как всегда язвителен и придирался ко всем по пустякам. Очень хотелось сорвать на нём зло, но я держалась изо всех сил и ничего не говорила, пока меня не спрашивали. А когда спрашивали, отвечала максимально кратко и снова стискивала зубы.

Закончив терзать вопросами Яна, завуч направился ко мне с особо ехидным выражением на лице, явно задумав очередную провокацию. И я поняла, что сейчас сорвусь. Ничем хорошим это точно не кончилось бы. Когда я подняла на остановившегося возле нашей парты мужчину взгляд, в нём было столько ненависти, что Кайден осёкся, побарабанил пальцами по столу и ушёл в соседний ряд, так ничего и не сказав. Всё-таки он хоть и вредный, но очень опытный мастер.

Однако, решив, что завуч оставит моё состояние без внимания, я ошиблась. После окончания занятия мне велели остаться.

– Только адептка Наталья, – строго посмотрел мастер на переставших собирать вещи шестерых друзей.

Они покосились на меня, решили, что при таком настроении ещё неизвестно, кто из нас с мастером в большей опасности, и ушли. Это они меня, конечно, здорово переоценили, но лучше уж так.

– У тебя какие-то проблемы? – без тени сочувствия в голосе спросил мастер, когда мы остались одни.

– Нет.

– Тогда какого демона с тобой творится?

Я промолчала, считая, что его это не касается, но стараясь вообще ничего не говорить, дабы не провоцировать своего врага.

– Так не пойдёт. Ты полностью неадекватна. Думаешь, я не знаю, что это относится не только к моему уроку? Или ты объясняешь мне, в чём дело, или я запру тебя в лазарете с антимагом на шее, пока не выясню все подробности.

Нам сейчас только маньяка с магическими способностями не хватает.

Ну, при таком раскладе хоть ясно, почему он беспокоится.

– Просто нашёлся тот, кто умеет говорить гадости лучше вас. Завидуйте. – Я прикусила язык, поняв, что и так уже сказала лишнее.

На скулах Кайдена вздулись желваки.

– Ишь, цаца нашлась. Если на мага выучишься, и не такого наслушаешься! Уйди с глаз моих долой.

Ушла. К мастеру Ивору на занятие по физподготовке. И поняла, что интенсивные физические нагрузки очень способствуют восстановлению душевного равновесия. К концу занятия я была мокрая от пота, но пришедшая к выводу, что плевать мне на мнение каких-то там вампиров. Тем более таких смазливых, а следовательно, избалованных женским вниманием. Он же клыки всем не показывает, а сразу и не видно, что вампир. И вообще, может, для него матримониальные планы – это любимая мозоль, которую я ненароком оттоптала.

В общем, к Шраму за молоком и дальше к Алиру я направлялась уже во вполне нормальном настроении, к огромному облегчению своих друзей.

– Это на тебя мастер Кайден так благотворно повлиял? – рискнул уточнить Ян.

– Вот ещё. Это меня упражнения под чутким руководством мастера Ивора успокоили.

– А-а-а. А мы уж думали, ты с ума сошла, – сдал их с потрохами Марек и сжался под осуждающими взглядами остальных.

– Да ладно вам, – махнула я рукой, – скорее уж я утром с ума сошла, когда из-за всякой ерунды расстраиваться начала.

Вернувшись домой с честно заработанными медяшками в кармане, услышала, как мужчины разговаривают в кабинете.

– Райн, не подумай, что выгоняю, но ты сам говорил, что у тебя какие-то дела, а теперь сидишь в кресле и усиленно делаешь вид, что читаешь книгу.

– Почему это я делаю вид?

– Потому что страницу уже минут двадцать не переворачиваешь.

– Да? Не заметил.

– Так в чём дело?

Знаю, что подслушивать нехорошо, но всё равно стою у стенки и слушаю. Интересно же.

– Элтар, я сам толком не знаю. Просто мне кажется, что чем-то сильно обидел утром Наталью, и не могу понять – чем.

– Может, напугал? – тут же выдвинул альтернативную версию архимаг.

– Нет. Она была именно обижена, поэтому я хочу её дождаться и выяснить, в чём дело. Во сколько она приходит?

– Да по-разному. Обычно примерно к этому времени, но может и вообще не прийти, если опять в лазарет попала. Так что ты можешь её и не дождаться.

– В лазарет? И ты так спокойно об этом говоришь? Это что, нормально для магической академии?

– Это нормально для тех, кто не сошёлся во мнениях с Кайденом. Я в своё время тоже там бывал – не захотел прогнуться.

– Вечер добрый, – поздоровалась я, заходя в комнату.

– С тобой всё нормально? – задал интересующий его вопрос вампир.

– Да.

– Тогда я, пожалуй, пойду.

Я покосилась на Элтара, не рискнув сама предложить вампиру остаться на ужин. Архимаг меня понял и с идеей согласился:

– Райн, может, поешь с нами?

– Не могу, у меня правда дела. Настрой телепорт на мой замок, пожалуйста.

– Я же тебе уже сотню раз объяснял, как это делается, – упрекнул архимаг своего друга. – Вот прости, не верю, что ты не запомнил.

– Запомнил. Но когда настраиваешь ты, мне спокойнее.

Я аккуратно подобрала отвисшую челюсть, пока мужчины не заметили, или культурно сделали вид, что не заметили. Красавчик-вампир, да ещё и с замком. То-то он так нервно на тему женитьбы реагирует.

– Райн, а что у вас в замке? – полюбопытствовала я.

– Пыль, – ответил за друга Элтар, и, предугадав ход моих мыслей, отрезал: – Нечего тебе там делать.

– Конечно! – развеселился вампир. – Это тебя я там полдня искал, когда ты заблудился, а с ней можно и за декаду не управиться.

– Вот ещё, – насупилась я. – Я хорошо в пространстве ориентируюсь.

– Как-нибудь приглашу в гости – проверим, – пообещал вампир и под укоризненным взглядом друга добавил: – Вместе придёте. Неужели двое взрослых мужчин за одной девчонкой не углядят?

– Это смотря как прятаться, – показала я вампиру язык.

Тот молча кивнул, улыбаясь в ответ, на мгновение обнял за плечи меня, пожал руку Элтару и шагнул в портал. Я же решила, что Райн мне всё-таки нравится, несмотря на утренний инцидент.

– А он ещё придёт? – поинтересовалась я у архимага.

– Да куда ж он денется. Тем более его теперь столько народу не боится, и все в одном месте, – не слишком понятно ответил тот, и мы пошли на кухню.

Остаток декады прошёл спокойно, если не считать ажиотажа, разгоревшегося вокруг нашей игры у фонтана в выходной день. Пришли мы в то же время, что и прошлый раз, и в разные стороны сразу разбежались полтора десятка детей. Как выяснилось, бежали не от нас, а за зрителями, которых сегодня набралось больше двух сотен. К сожалению, из-за того, что место не приспособлено для массовых зрелищ, задние ряды напрочь переругались с передними, и в одном месте даже возникла драка. В результате пришедшая стража вежливо, но настойчиво попросила нас больше зрелищ не устраивать.

А во второй учебный день декады у нас последним уроком стояла практическая магия, на которую все шли с содроганием, не сомневаясь в изобретательности мастера Кайдена при определении нашего наказания.

– Те, кто участвовал, – шаг вперёд, – распорядился мастер, стоя напротив нашей шеренги.

И шесть человек сделали этот шаг, понимая, что он и так в курсе, кто именно его ударил и почему.

– Что ж. Я рад, что у вас хватает смелости не только совершать поступки, но и отвечать за них, – констатировал завуч.

И тут, к всеобщему удивлению, Ирра тоже сделала шаг вперёд, встав рядом с ребятами.

– И как это понимать? – строго вопросил Кайден, в упор глядя на девочку.

– Понимайте, как хотите, – зло ответила наша тихоня. – Я жалею, что не поступила так же, как они.

– Ирра, не надо, – попытался шёпотом урезонить её Ян.

Кайден стремительно подошёл к адептке и, сжав ворот её блузки в кулаке, прошипел:

– А ты хорошо подумала, девочка? Я ведь накажу всех, кто стоит в первой шеренге.

Я посмотрела на своих друзей и отчётливо поняла, что моё место не здесь, в заднем ряду, а с ними. Плавный шаг вперёд, и завуч резко поворачивает голову в мою сторону, отвлекаясь от своей жертвы.

– Ещё желающие есть? – скептически усмехнулся он, осматривая второй ряд.

Улыбка сползла с его лица, сменившись лёгкой растерянностью, когда адепты один за другим стали делать шаг вперёд. Меньше, чем через минуту, он стоял перед ровной шеренгой из тринадцати учащихся первого курса.

– Какое единодушие. В таком случае начнём с мелких. Рамина, на арену, – распорядился Кайден, направляясь туда же.

Видно было, что девочке не по себе, но она всё же вышла и встала напротив мастера.

– Делай самый большой сгусток, какой только можешь, и кидай его в меня.

Сказать, что мы удивились, значит, ничего не сказать. Малышка послушно сделала сгусток размером в половину своего роста и запустила им в завуча. Заклинание расплескалось по щиту, не причинив ему ни малейшего вреда.

– А теперь я сделаю сгусток такой же величины, – продолжил Кайден, действительно формируя заклинание примерно того же размера. – И ты испытаешь на себе силу своего удара. Щит.

Мастер не стал спрашивать, готова ли адептка, просто через несколько секунд выпустил заклинание и пронаблюдал за последствиями. А выглядели они более чем впечатляюще. Наверное, примерно то же самое видели ребята, когда Кайден ударил меня. Короткий крик боли окончился потерей сознания. Однако уже через несколько секунд Рамина пришла в себя и, тихо всхлипывая от пережитого, встала на ноги.

– В строй. Следующий – Эрин, дальше по росту, – отрывисто распорядился Кайден.

На его лице не было сомнений, но и торжества тоже не было, только хмурая решимость.

Отправив на песок меня, он ушёл на противоположный край полигона, давая нам небольшую передышку. К его возвращению все сосредоточенно восполняли резерв, сидя на зрительских лавках, а некоторые и лёжа.

– Разбились на стандартные пары, и все на арену, – с ходу велел мастер Кайден.

Мы настороженно смотрели на него, поскольку вернулся он не с пустыми руками, а принёс несколько длинных прутьев, с небольшими надрезами примерно через сантиметр. Каждый пятый надрез был крупнее остальных, а всего их было восемьдесят.

– Шеренга без линеек по моей команде ставит щит и продолжает его удерживать до окончания задания, – начал инструктировать он. – Шеренга с линейками делает энергетические сгустки, контролируя их размер: первый – один сантиметр, второй – два, третий – три и так далее. Если сгусток получился не того размера, что вам нужен, рассеиваете его заклинанием, которое мы проходили два урока назад. Когда у вас получится такой сгусток, как требуется, кидаете его в своего напарника. И так до тех пор, пока не пробьёте защиту или у вас не закончится резерв. После этого говорите мне, на каком размере остановились и по какой причине: пробили или иссякли. Выбывшая пара идёт медитировать. Результаты запомнить. Вопросы?

– А мне что делать? – выразительно посмотрела я на пустое место напротив.

– То же, что и остальным. Твой напарник – я.

Подобное задание было для нас непривычно, но очень интересно. Я косилась на остальных в своей шеренге. Кайден встал ко мне вполоборота и смотрел за адептами. Ясно же, что такими мелкими заклинаниями я его щит не пробью.

Из моих друзей некоторые проблемы с первыми двумя самыми маленькими заклинаниями возникли только у Рамины. А вот двое других адептов, стоящих напротив Рейса и Эрина, здорово намучились. Я думала, завуч станет сердиться на них, но он отнёсся к неудачным попыткам как к само собой разумеющимся, зато нашим успехом был немало удивлён. Скорее всего, наши результаты были связаны с контролем левитации именно при небольших, чётко выверенных движениях, когда мы играли у фонтана.

У Марека начались проблемы на девятом сгустке. Я удивилась, поскольку сама легко сделала такой, но вскоре проблемы возникли и у меня. Не дождавшийся очередного попадания мастер уточнил:

– Сколько сантиметров?

– Одиннадцать, но я не понимаю, что происходит. Они получаются то чуть меньше, то чуть больше.

– Внимание, адепты! У каждого мага есть так называемый неудобный размер. Не отчаивайтесь, если у вас несколько раз не выходит сделать сгусток нужной величины. Он получится, но это потребует более высокой концентрации и большего числа попыток.

Мы облегчённо вздохнули и продолжили пытаться выполнить задание. Для меня удачной оказалась восьмая попытка, что было у остальных в это время, не знаю, поскольку полностью сосредоточилась на задании. Дальше дело снова наладилось, и я получила возможность наблюдать за ребятами.

Первыми выбыла пара Ирра – Вад ер. Не знаю уж, действительно щит парня не выдерживает попадания пятнадцатисантиметрового сгустка или он просто потерял концентрацию и щита в момент попадания не было, но он опять оказался в отстающих. Остальные закончили задание в связи с опустошением резерва атакующего на семнадцатом, девятнадцатом и двадцатом сгустках. Дольше всех продержались мы с Раминой, опустев на двадцать втором по размеру заклинании.

– Очень неплохо, – довольно констатировал мастер. – Идите тоже медитировать. Через десять минут меняемся ролями.

– А вы?

– Что я?

– Тоже медитировать. С нами, – предложила я.

– Мне-то зачем? – удивился преподаватель. – У меня резерв – пять архимагов.

– А у архимага Элтара семь, так что вам есть к чему стремиться, – сделала вывод не в меру наглая адептка.

Однако Кайден не разозлился, а, усмехнувшись, пообещал:

– Ладно, сейчас результаты запишу и приду. Надо же, какой у меня в этот раз настырный помощник.

Медитировать почему-то завуч расположился рядом со мной. Я решила обнаглеть окончательно и воспользоваться случаем.

– Мастер Кайден, – шёпотом спросила я, – а можно вам личный вопрос задать?

Тот покосился на меня очень подозрительно.

– Можешь попробовать, но не обещаю, что отвечу.

– Какие у вас были причёска и цвет волос триста лет назад?

– Что? – растерялся мужчина.

Я замялась, понимая, что, если уточню вопрос, он прозвучит совсем уж глупо, но другого случая могло и не представиться.

– У вас триста лет назад были тёмные волосы до плеч?

– Были, но я не понимаю, откуда ты об этом знаешь и почему интересуешься.

– Я честно считаю, что вам этого лучше не знать, но, если вы станете настаивать, расскажу. – Вот очень не хотелось признаваться, что он мне снился.

– Будем считать, что я не любопытен, – не стал развивать тему преподаватель и обратился уже ко всем: – Хватит отдыхать, поменялись ролями, и продолжаем.

Поскольку теперь мне не нужно было измерять получившиеся заклинания, я могла больше внимания уделять наблюдению за ребятами. При этом в сознании постоянно удерживала мысль о своём щите.

Мои друзья вновь оказались на высоте, а в какой-то момент я поняла, что ощущаю попадания заклинаний Кайдена в щит как небольшую вибрацию. Так вот как он определил, когда я в него заклинаниями перестала кидать.

Через некоторое время в обстреле возникла пауза.

– Любимый девятнадцатый сантиметр, – пробурчал завуч, с четвёртой попытки создавая сгусток нужного размера и посылая его в меня.

Надо же – уже девятнадцатый, быстро он их стряпает. Я решила, что с такими размерами пора сосредоточиться на противнике, и всё внимание уделила мастеру.

После тридцатого он стал делать сгустки реже, после каждого присматриваясь ко мне. На сороковом заклинании на полигон пришёл доктор Алан и молча встал у края арены. А на пятидесятом мастер Кайден, ко всеобщему удивлению, иссяк.

– Разве вы уже так много израсходовали? – удивилась я, помня о его резерве в пять архимагов.

– Так у меня это сегодня уже третье практическое, – смутился преподаватель.

– А вы медитировать не хотели, – развеселилась я. – Мы такие, с нами резерв полным держать надо.

Завуч хмуро покосился в мою сторону. Бесполезно, у меня на него иммунитет.

– Доктор, осмотрите, пожалуйста, всех адептов, – распорядился Кайден. – Сегодня у нас было интенсивное занятие.

В результате осмотра в лазарет отправились девять человек, так что к Алиру я шла одна с пустым резервом и острым нежеланием что-либо делать.

Торговец отнёсся к возникшим затруднениям с пониманием, но предупредил, что завтра придётся серьёзно восполнить запас малых кристаллов. Поскольку на следующий день практической магии в расписании не стояло, то я с чистой совестью пообещала, что мы непременно всё сделаем.

– Ты сегодня рано, – заметил Элтар, когда я вошла в дом. – Что-то случилось?

– Нет. Нас просто мастер Кайден на занятии по практической магии загонял. Я пустая, как столовая после нашествия голодных адептов, а остальные вообще в лазарете ночуют. Так что я сходила к Алиру и предупредила, что сегодня мы не сможем заливать.

– Что, и Ян в лазарете?

– Да.

– Это плохо, – сделал какие-то свои выводы маг. – Могут быть проблемы.

– Он знал, куда идёт учиться, разве не так?

– Вопрос не в том, знал ли об этом он, а в том, как отреагирует его отец. – Архимаг задумчиво потёр подбородок. – Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Ты сейчас чем заниматься будешь?

– Медитировать пойду. Мне некомфортно, когда резерв пустой.

– По дороге надо было этим заниматься. Сейчас помоги мне, а то неудобно одному зелье делать. Потом пойдёшь медитировать и за ужином.

– Хорошо, только умоюсь, – не стала спорить я.

– Давай, жду в лаборатории.

Ничего особо сложного от меня не потребовали: всыпь порошок тонкой струйкой, подержи колбу, мешай под мой счёт по двадцать раз то влево, то вправо – ну и всё в этом духе.

Медитировать я действительно решила на ходу и, когда архимаг сказал, что моя помощь больше не нужна, ушла к Шраму. К моменту возвращения домой резерв был снова полон. Прав Элтар, нечего зря время на сидячую медитацию тратить. И получше применение для этого получаса найдётся.

День сегодня закончился эпохально – я наконец справилась с заданием по переписыванию дневника архимага Лемантина. Элтар повертел в руках ценный раритет и протянул его мне.

– Держи, отдашь завтра Эшену, а себе я копию оставлю. – И, увидев крайне озадаченное выражение моего лица, ничуть не смутившись, пояснил: – Мне твой почерк больше нравится.

Вот даже интересно, библиотекарь обрадуется такому повороту событий или огорчится?

Обрадовался, и даже подарил мне в благодарность тот самый набор стилусов, которым я пользовалась при переписывании.

А на следующий день Ян не пришёл в академию. Я рассказала об этом вечером дома архимагу, и тот ушёл разговаривать со старшим герцогом Устийцем. Но и после этого Янисар не появился на занятиях, а в обед Элтар пришёл в академию и прямо из столовой увёл куда-то доктора Алана. Наверное, они оба ходили к отцу нашего друга, потому что утром шестого дня в класс вошёл хмурый и неразговорчивый Ян.

Полдня он не отвечал на наши вопросы и вообще ни с кем из адептов не разговаривал. В обед мы силой утащили его на левитационную площадку и, в буквальном смысле слова, прижав к стенке, всё же выяснили, в чём дело.

– Отец запретил мне с вами общаться. Сказал, что вы дурно на меня влияете. Это условие моего возвращения в академию, – нехотя признался юный герцог.

Какое-то время мы пытались уложить в свою картину мира новую информацию.

– С кем – с нами?

– С адептами вообще.

– Ян, но так ведь не получится учиться. Даже если ты сможешь заниматься при этом теорией, практика требует взаимодействия с другими адептами, – осторожно начала я, но он меня перебил:

– Да понимаю я всё это! Но чего ты от меня хочешь? Отец меня вчера чуть вообще к матери в замок не отправил.

– То есть мама у тебя не здесь… – задумчиво протянула я, пытаясь ухватить шальную мысль, мечущуюся в голове.

– Да. А что? – удивился Янисар.

– Готов рискнуть?

– Смотря что нужно делать, – не стал давать он опрометчивых обещаний.

– Тебе – только нарисовать план дома и поменьше по нему шататься вечером. Если есть такая возможность, вообще не выходить из комнаты.

– Нарисую.

– Ребят, сходите без меня сегодня к Алиру? Я хочу пойти со старшим герцогом пообщаться.

– Иди. Ян важнее, а мы как-нибудь справимся, – решил за всех Тарек.

– Я могу знакомого с третьего курса попросить нам помочь, – предложил Рейс.

– Не надо, – тут же отреагировал практичный мальчишка, – а то перебьют нам подработку, потом жалеть будем.

– Ты хоть молоко пить с нами пойдёшь? – поинтересовался Эрин.

– Да, мне же там ужин для Элтара нужно забрать. И ещё, Марек и Рейс, отдайте мне свои ключи от герцогской калитки, пожалуйста. Вернуть не обещаю – их могут отнять.

– Отдадим, конечно, зачем они нам, если с Яном общаться нельзя…

В результате вечером, сообщив архимагу, что, возможно, не вернусь ночевать, я отправилась беседовать с герцогом.

– Ты взрослая женщина, я всё понимаю, – сказал мне на прощанье Элтар.

Я чувствовала себя не взрослой женщиной, а бароном Мюнхгаузеном, собирающимся в гости к джинну, но разубеждать друга не стала. Если бы он узнал, куда я иду, не пустил бы и намылил шею. Но моя деятельная натура снова не давала остаться в стороне от происходящего. В кармане лежал приготовленный ключ от калитки. В сумке ещё два ключа, учебники на завтрашний день, чистая пижама и недочитанная художественная книжка. Компромат в виде нарисованных Яном планов мы спрятали у Рамины. Не захочет по-хорошему сдаваться герцог – будем брать измором.

После разговора с Янисаром я для себя наметила несколько мест в доме, где наиболее вероятно встретить его владельца: кабинет, тренировочная площадка, библиотека, гостиная, ну и, на крайний случай, спальня. Но этот случай какой-то уж совсем крайний.

Начать с кабинета оказалось отличной идеей. Герцог находился там, и даже один, что было очень кстати.

– Здравствуйте, – обратила я на себя внимание хозяина дома.

– Ты что здесь делаешь? – нахмурился мужчина.

– Пришла с вами поговорить.

– Нам не о чем разговаривать. Уходи, иначе я вызову охрану и тебя уведут силой.

– Нам просто необходимо поговорить о вашем решении по поводу обучения Янисара.

– Я разрешил ему посещать академию. Этого более чем достаточно.

Герцог, полуобернувшись, несильно дёрнул толстый витой шнур.

– Но фактически запретили нормально учиться. Или он на практических занятиях должен вместо меня с мастером Кайденом в паре быть? Так я после каждого занятия в лазарете бываю.

В этот момент в кабинет вошли двое крупных мужчин.

– Проводите девушку за ворота и не пускайте обратно, – распорядился герцог.

Я оценила, как чётко он сформулировал приказ, и ехидно предложила:

– Ключик от калитки вернуть?

– Да, – сухо ответил хозяин дома, но на мгновение на лице отразилась досада из-за того, что сам он потребовать ключ обратно забыл.

– Вскоре мы продолжим нашу беседу, – пообещала я, отдав амулет и спокойно уходя с охранниками.

Сделав небольшой крюк по ближайшей улице, чтобы не вызывать подозрений у охраны своим целенаправленным движением к калитке, я воспользовалась вторым ключом и снова оказалась на территории герцога. На этот раз кабинет был пуст. Я подошла к окну и выглянула во двор. Окна крайне удачно выходили на тренировочную площадку, где с двумя только что отведшими меня за ворота охранниками начинал разминаться герцог.

Не торопясь, я сходила на кухню. Ни от кого не скрываясь, забрала там заготовленные для хозяина дома подкисленную вином воду в кубке и полотенце и ушла продолжать общение. Мешать тренировке не стала, тихонько встав у стены дома – всё равно у них скоро ужин, значит, тренировка будет короткой. Да и просто приятно было посмотреть, как фехтуют профессионалы.

Справившийся с обоими противниками герцог быстрым шагом подошёл ко мне и взял кубок, не обращая внимания на живую подставку для подноса.

– Вечер добрый, – весело проинформировала его эта самая подставка.

Мужчина поперхнулся и уставился на меня, как на привидение.

– Итак, продолжим разговор, – протягиваю полотенце, и он его машинально берёт, всё ещё до конца не отойдя от удивления. – Почему вы так очень против обучения Янисара в магической академии?

– Ты как сюда попала? – рассердился герцог.

– Ногами. – Ага, так я ему и рассказала, как. Неужели он правда думает, что признаюсь?

Отец Яна сунул кубок и полотенце подошедшему спарринг-партнёру и грозно у него поинтересовался:

– Почему не выполнили мой приказ?

– Мы вывели её за ворота, как вы велели, и охрану на входе проинструктировали, – удивлённо разглядывая меня, попытался оправдаться тот.

– Ну конечно, и сейчас не та же самая адептка стоит перед нами. Ничего доверить нельзя. Сам отведу, – решил хозяин дома.

Я не сопротивлялась и под удивлёнными взглядами охранников на воротах вновь покинула герцогскую территорию.

Ещё раз пройдя знакомым маршрутом, снова вошла в дом и задумалась. В общей столовой делать мне было нечего, тем более там можно было столкнуться с Яном, а это сейчас в мои планы не входило. Поразмышляв, остановила свой выбор на библиотеке.

Сегодня мне однозначно везло. Там обнаружился стол с двумя креслами, уставленный едой и сервированный на одну персону. Уселась в кресло с той стороны, где не было тарелки, буквально утонув в нём, и стала ожидать появления оголодавшего хозяина.

Тот не заставил себя долго ждать, стремительно войдя в комнату и направившись к креслу напротив, так и не заметив меня.

– Приятного аппетита, – пожелала я ему. Мысль о мультике про находчивого барона, мешавшего кушать джинну, начинала становиться навязчивой. – Не соблаговолит ли многоуважаемый герцог…

– Как это понимать? – перебил меня хозяин дома.

– Так я же и говорю, не будете ли вы так любезны проинформировать меня о причинах категорического нежелания дать своему магически одарённому наследнику соответствующее образование?

– Вообще-то я собирался ужинать, – раздражённо проинформировал меня стоящий напротив гигант.

– Вообще-то я тоже не ужинала.

Он развернулся и, подойдя к камину, дёрнул за шнурок. Я морально приготовилась к ещё одному выходу через ворота, но уже выводивший меня сегодня охранник получил совершенно другой приказ:

– Распорядись, чтобы сервировали на ещё одного человека и подали сок. Пусть поторопятся.

Мужчина коротко поклонился и вышел, бросив в мою сторону заинтересованный взгляд.

Герцог сел в кресло и сцепил перед собой пальцы рук, задумчиво разглядывая меня. Я терпеливо молчала, предпочитая пока не нагнетать обстановку.

– То, что Янисар был подвергнут наказанию, унижает его достоинство, как юного герцога, – наконец произнёс он, когда принёсшие дополнительные приборы служанки удалились. – Ешь и уходи, здесь нечего обсуждать. Неужели ты думаешь, что сможешь привести более действенные аргументы, чем архимаг Элтар и другие заступники?

– Элтар хороший человек и опытный маг, но он заботится, чтобы в королевстве стало больше магов. Меня же, как друга Янисара, заботит именно его судьба. Более того, я не уверена, что нас наказали. Это было просто практическое занятие, где нам наглядно продемонстрировали, чего мы сейчас стоим как маги.

– Янисар сам сказал мне о наказании. Он знает, что я не потерплю лжи, – продолжил разговор герцог, поев и взяв в руки кубок с вином.

– Вы в курсе ситуации в целом? – на всякий случай уточнила я.

– Насколько это необходимо. Янисар и ещё несколько адептов серьёзно нарушили школьное правило и были подвергнуты за это наказанию.

– Это не совсем полно отражает ситуацию.

– Я не намерен вникать в подробности детских шалостей. Условием того, что я вообще согласился на поступление своего единственного сына в эту академию, было моё невмешательство в его учебные дела.

– Вот и не вмешивались бы, тем более не разобравшись, – раздосадованно буркнула я, понимая, что при таком настрое вряд ли смогу что-то изменить.

– Девушка, тут не в чем разбираться. Сейчас статус мага не даёт никакого уважения, и в этом виноваты в первую очередь сами маги. Просто в качестве примера: всего месяц назад произошло нападение на обоз, где ехала к родственникам моя кастелянша. Маг по непонятной причине до последнего не вмешивался в бой, из-за чего погиб один из охранников, а пассажиры были сильно напуганы. И вы хотите, чтобы о моём сыне судили по таким вот магам?!

– Главное, чтобы не судили по таким вот кастеляншам, – сквозь зубы процедила я. – Эта женщина сейчас здесь?

– Хотите услышать подробности из уст очевидца?

– Хочу прояснить ситуацию.

Герцог встал, вновь дёрнул за шнур и велел позвать некую Мариэтту. Пришла женщина средних лет. Я её не помнила, что, в общем-то, было естественно, поскольку с пассажирами не общалась.

– Расскажите девушке историю своей поездки с нападением на обоз, – приказал хозяин дома, явно теряя терпение.

Улыбаясь, женщина повернулась ко мне и побледнела, узнав. Лицо её стало испуганным, она согнулась в низком поклоне.

– Госпожа магичка, вы простите, если я по скудоумию чего не так рассказывала. Не по злому умыслу, по недомыслию, – затараторила она.

– Мари, это что, и есть тот самый маг? – догадался герцог. И, получив утвердительный кивок, сделал абсолютно верный вывод: – Близко же ты перед носом у смерти прогулялась.

– В дальнейшем, мадам, я настоятельно рекомендую вам воздержаться от досужих россказней, порочащих магов, – максимально холодным и надменным тоном произнесла я, подчёркивая, что мой статус неизмеримо выше. – Однако мне всё же хотелось бы услышать вашу версию произошедшего и уточнить её для герцога.

– Ну так остановились мы на ночёвку, костры развели, – неуверенно начала Мариэтта, косясь то на своего хозяина, то на меня. – Госпожа магичка книжку читает, внимания ни на кого не обращает. А тут разбойники эти выскочили, мы за телеги побежали, а она всё сидит. Мы уж укрыться успели, когда охрана с разбойниками рубиться начала, а потом магичка как вскочит. Сначала в небо огненный шар запулила, потом в лес. А потом бежать бросилась в сторону, когда за ней разбойник погнался, только упала. Тогда уж и его шаром огненным пожгла.

– Отвлечь, что ли, пыталась? – поинтересовался мужчина.

– Нет. Рассказываю, – я невольно перестроилась на манер первой рассказчицы. – Еду я, значит, с обозом по поручению, а уроки-то делать надо, вот возле костра и села учить. Вокруг шум, гам, суетятся все, ну да мне не впервой. Сосредоточилась я на учебнике и на окружающее внимания не обращаю. Тут вдруг понимаю, что изменилось что-то. Поднимаю голову, а рядом бой начинается, остальные пассажиры за телегами уже сидят. Я сумку схватила и туда же собиралась спрятаться, но из леса начал стрелять лучник и одного охранника ранил. А мы тем утром как раз первое боевое заклинание тренировали – «огненный бросок». Первый раз я стрелу сбила, да толку мало. Вторым заклинанием я сбила с дерева лучника. А резерв-то у меня, как у первокурсницы, маленький ещё, на том энергия и закончилась.

Меня разбойник заметил и попытался убить. Убежать не удалось, но я успела выпить лежащий в кармане кристалл и ещё одним заклинанием его обжечь. А добил уже Риган.

– Да как же это так… Да что же это я, получается… – растерялась женщина.

– Получается, – подтвердила я. – А меня, между прочим, чуть не выгнали за использование боевого заклинания за пределами академии. Нам это ещё запрещено.

– Идите, Мариэтта, и впредь будьте аккуратнее при пересказе событий, – распорядился герцог.

– А если бы ректор, как и вы, не желал бы вникать в подробности, меня всё-таки выгнали бы, – осуждающе произнесла я, когда мы остались наедине.

– Обычно я вникаю. Как-никак – глава дворянского собрания. Так за что были наказаны адепты?

– За то, что ударили преподавателя.

– А почему они его ударили?

– Мастер Кайден решил запугать меня и приструнить остальных. Он ударил меня в тренировочном бою заклинанием, которое смотрелось страшно. Адепты действительно напугались, но отреагировали не так, как он рассчитывал. Когда они подумали, что мастер меня убил, то все мои друзья ударили преподавателя. Сделали они это, не сговариваясь, но настолько синхронно, что заклинания как-то там сложились, и Кайден сильно пострадал. При этом он обещал, что никаких официальных последствий не будет и он накажет ребят сам. Вся группа поддержала их, решив пройти наказание вместе. Мы, вообще, воюем против этого преподавателя, но не вмешивая ни родственников, ни знакомых, ни руководство академии.

– И ты считаешь, что такая война может закончиться хоть чем-то хорошим?

– Ну, кое-чем хорошим она уже закончилась.

– И чем же? – В голосе мужчины было столько скепсиса, что его на хлеб намазывать можно было.

– Город не съели.

– Не вижу связи, – через несколько секунд задумчивости подвёл итог глава дворянского собрания.

– Как стало известно о гнезде? – намекнула я.

– Кайден обнаружил грызя и выяснил, откуда тот взялся.

– А где он обнаружил грызя? – предвкушающая улыбка неудержимо расползалась по моему лицу.

– И где же? – подыграл мне отец Яна.

– У себя за шиворотом.

– Это такая шутка? – мгновенно посерьезнев, сухо уточнил мужчина.

– Нет. Нам мастер на уроке перед этим всякие гадости на стол бросал, вот мы и решили ему тоже что-нибудь бросить. Так что обнаружил он грызя, когда тот кусаться начал.

Герцог какое-то время молчал.

– То есть ты считаешь, что ситуация не выйдет из-под контроля настолько, чтобы нанести урон репутации моего рода.

– Я в этом практически уверена. Янисар вполне серьёзно относится к своей репутации, а вне академии за нами ещё и Элтар приглядывает. К тому же мастер Кайден прекрасно знает, что, если он выйдет за рамки разумного, вы будете вынуждены вмешаться, и наверняка постарается этого не допустить. Неужели, когда вы учились фехтовать, ни разу не попадали в лазарет с травмами?

– Попадал, конечно, без этого никак. Но это не одно и то же.

– И в чём же разница? В том, что у вас повреждения были на теле, а у него на ауре? Не переживайте, на теле тоже будут. Ян – боец по духу, он смел и по-хорошему честолюбив. Просто не мешайте ему, и он добьётся всего сам.

Хозяин дома ещё некоторое время задумчиво смотрел на меня, после чего принял какое-то решение, снова вызвав охранника и по совместительству посыльного.

– Приведите ко мне юного герцога, – распорядился он и после ухода подчинённого обратился ко мне: – Мне вот интересно, если бы я не согласился поговорить с тобой и в этот раз, где бы ты меня поджидала дальше?

Я посмотрела на густые сумерки за окном и честно призналась:

– Наверное, в спальне.

– То есть я поспешил и упустил попытку собственного соблазнения? – чуть улыбнулся гигант.

– Вот ещё. Не стала бы я вас соблазнять – измором брала бы.

– Это как? – Мужчина откровенно веселился, видимо определив для себя, что все мои действия, несмотря на нагл ость многократного появления перед ним, не выходили за определённые рамки приличия.

– У меня с собой пижама, учебники и художественная книжка. Я вам вслух почитала бы историю и книжку о маге. Теоретическую магию вслух нельзя, а то можно случайно заклинание активировать.

В этот момент вошёл Янисар.

– Судя по отсутствию удивлённого выражения на твоём лице, ты был в курсе. – От добродушного гиганта, только что веселившегося в кресле напротив, не осталось и следа. Там величественно восседал суровый глава рода.

– Я знал, что Наталья собирается поговорить с тобой, отец.

– А насколько настойчиво она собирается этого добиваться, ты знал?

– Нет. Но, зная Таль, я не удивлён.

– Когда у вас следующее практическое занятие?

– Первый урок после обеда в последний день этой декады.

– Я приду посмотреть. Пока можешь вести себя в академии, как посчитаешь нужным. Надеюсь, я могу положиться на твоё благоразумие.

– Спасибо, отец! – буквально просиял Ян.

– Я рад, что твоим друзьям не безразлична твоя судьба. Можешь идти, – подвёл итог разговору герцог.

– Мне, пожалуй, тоже пора, – засобиралась я, как только Ян вышел из комнаты.

– А как же почитать мне книжку на ночь? – ненатурально расстроился хозяин дома, вновь добродушно улыбаясь.

Однако я хорошо помнила, что передо мной один из самых влиятельных людей этого королевства и в его власти полностью изменить мою судьбу. Видимо, беспокойство отразилось на моём лице.

– Не нужно пугаться, я шучу. Пойдём, провожу тебя, – поднялся мужчина.

К воротам мы на этот раз шли не торопясь. Охранники посмотрели на меня, как на личного врага.

– До встречи, – попрощался герцог.

– Всего вам хорошего, – искренне пожелала я и собралась уходить.

Следующая фраза хозяина дома, обращённая к охране, поразила меня до глубины души.

– Эту леди пропускать ко мне или юному герцогу в любое время. Передать по смене.

Поворачиваюсь и вижу абсолютно обалдевшие лица охраны. У меня, наверное, примерно такое же. В сторону дома удалялся уверенный в себе мужчина, умеющий быть великодушным.

– Ты что с ним сделала? – поинтересовался один из охранников.

– Съела часть его ужина, – честно, но непонятно сообщила я и ушла домой.

Элтара нигде видно не было. Я торопливо сделала уроки, помылась и отправилась спать.

С утра подскочила как ужаленная с мыслью «проспала!» и увидела в окно выходящего на разминку архимага. Он не стал ни о чём спрашивать, когда я присоединилась к нему, и это было хорошо.

На урок по практической магии отец Янисара пришёл не один. С ним был королевский архимаг Лисандр, а сопровождал их на полигон сам ректор академии. Все адепты, включая меня, в результате заметно нервничали. Зато Кайден был абсолютно спокоен.

– Разбились на пары как в прошлый раз, взяли линейки – и на арену. Сегодня будем продолжать то же задание.

Я увидела, как скривилось лицо герцога Устийца, когда он увидел, что Янисар стоит в паре с маленькой девочкой. Поймав его взгляд, предупреждающе покачала головой, надеясь, что он поймёт и не станет вмешиваться.

– Начинаем с заклинания на три единицы меньшего, чем то, на котором закончили прошлый раз. Все помнят размер?

– Да, – нестройно, но уверенно подтвердили мы.

– Если вы пробиваете щит напарника, то возвращаетесь на один размер и повторяете заклинание пять раз. Если щит выдерживает, то переходите на следующий размер и там повторяете пять раз. Как только пробиваете щит второй раз, сообщаете мне результат и идёте медитировать. Всё ясно?

– Да, мастер Кайден.

– Начали, – скомандовал завуч, разворачиваясь ко мне вполоборота.

И процесс пошёл. Первым опять не удержал щит Бадер, но на этот раз заклинание было размером в двадцать два сантиметра.

На тридцатисантиметровом сгустке я засомневалась. Мастер Кайден заметил паузу:

– В чём дело?

– Заклинание уже довольно большое. Может, вам стоит сосредоточиться на щите?

– Таль, ты не пробьёшь мой щит даже максимальным размером. Продолжай. – И переключился на соседнюю пару. – Янисар, хватит обращать внимание на наших гостей, дома на отца насмотришься. Ты того и гляди концентрацию потеряешь, а для тебя это далеко не предел. Сосредоточься на своей напарнице.

И в этот раз мы с Раминой продержались дольше всех, получилось что-то вроде соревнования. Мы ни разу не ошиблись, создавая сгустки, но резерв у меня закончился всё же раньше – на сорок пятом сантиметре, соседняя же пара продержалась до сорок восьмого.

– Всем медитировать, – распорядился мастер и, записав результаты, присоединился к нам.

Как только поменявшиеся пары приступили к выполнению задания, вмешался ректор.

– Остановить выполнение задания, – приказал он. – Мастер Кайден, это переходит все границы.

Мы удивлённо посмотрели на гостей, не понимая, в чём дело. Зато мастер, похоже, понял. Он взял свои записи и, подойдя к ректору, ткнул в них пальцем.

– Это результаты предыдущего задания, начатого с нуля по этому направлению. Более того, наша пара завершила задание потому, что у меня закончился резерв, – пояснил завуч, заметно смутив архимага Таврима. – Я могу продолжать урок?

– Да, конечно.

– Благодарю.

Поскольку размеры были уже достаточно велики, я полностью сосредоточилась на щите, не отвлекаясь на остальные пары. Мастер делал небольшие паузы между ударами, посматривая на других адептов, и я пользовалась этими передышками, чтобы сосредоточиться. На пятьдесят седьмом размере мне показалось, что щит сейчас сорвётся, но он всё же устоял.

– Что-то не так? – обратил внимание на моё напряжённое состояние Кайден.

– Кажется, это предел моего щита, – предположила я.

– Хорошо. Минуту отдыхай.

Я закрыла глаза и попыталась расслабиться и успокоиться. Даже если он пробьёт мою защиту, ничего страшного в этом нет. Не в первый и не в последний раз.

– Щит, – отрывисто скомандовал Кайден.

На всякий случай приготовилась пережить ещё один болевой шок, но всё оказалось не так страшно. Даже вообще не страшно. Щит действительно не выдержал, но погасил большую часть заклинания, и меня лишь чуть передёрнуло, как при разряде статического электричества.

– Ставь щит, – напомнил Кайден. – Я возвращаюсь на предыдущий размер.

Все пять попаданий щит выдержал.

– Теперь снова пятьдесят восьмой, – предупредил он.

Но теперь это было уже не страшно. Я сосредоточилась, пытаясь ещё больше сконцентрироваться на щите, но при этом будучи уверенной, что, если не смогу удержать его, ничего критичного не произойдёт.

И щит устоял. И ещё раз. А вот на третий раз меня всё же пробили и отправили отдыхать на скамейку. Из остальных дольше всех и на этот раз продержалась пара Янисар – Рамина. Не знаю, что там думал отец Яна, а я друзьями гордилась.

После ещё одной небольшой медитации мы до конца урока освоили на практике несложное заклинание «Светлячок», представляющее собой небольшой светящийся шарик, и наконец-то выяснили, почему в комнатах адептов нет света. Предполагалось, что это будет способствовать развитию магических способностей, поскольку вечерами придётся делать таких вот светлячков.

Последним уроком сегодня была физическая подготовка, но я на неё не попала.

– Адептка Наталья, проследуйте с нами в мой кабинет, – приказал ректор, как только мастер Кайден нас отпустил.

Я решила, что это связано с происшествием начала прошлой декады, но ошиблась. Когда герцог Устиец, распрощавшись с архимагами, ушёл в портал, Лисандр начал с похвалы:

– Поздравляю, Таврим. Это самая перспективная группа за последнее столетие. Теперь я понимаю, почему вы за них так боролись. Наталья, то, что вы преуспеваете в магии, я уже видел, а как у вас дела в целом?

– Всё хорошо, спасибо, господин Лисандр.

– Наталья, у меня будет к вам личный вопрос, – продолжил королевский архимаг. – В каких отношениях вы состоите с Элтаром?

– И вы туда же?! – Вот от кого я подобного не ожидала, так это от двух почтенных магов.

– Нет-нет, я не имею в виду ничего предосудительного, и вообще это ваше с ним личное дело… Но мне важно понимать, в каком статусе вы находитесь в его доме. В последнее время он сильно изменился, хотя правильнее будет сказать наоборот: он становится прежним. Возможно, это как-то связано с вашим появлением в его жизни.

– Может быть. Как мне кажется, архимаг Элтар – очень семейный человек, и сложившаяся вокруг зона отчуждения его угнетала. Мы воспринимаем друг друга примерно как не слишком близкие родственники. Как если бы он был мне двоюродным дядюшкой, с которым мы никогда не общались, а я приехала издалека учиться и поселилась у него в доме. Хотя, конечно же, никаких родственных связей у нас быть не может. Я приношу ужин, готовлю завтрак, выполняю мелкие поручения из разряда «отнеси», «принеси», «помешай вот это вон тем под мой счёт». Утром мы вместе делаем разминку. Правда, «вместе» – это сильно сказано, я от его комплекса упражнений умерла бы, а он ещё и за мной приглядывать успевает. Он с удовольствием временами возится с моими друзьями. Особенно ему нравятся Марек и Рамина. Надо было видеть, как они с малышкой в обнимку на диване спали – идиллия. Когда я первый раз увидела Элтара, у него глаза безжизненные были, погасшие. А теперь он будто ожил…

– Вот об этом, в сущности, я и хотел поговорить, – перебил меня Лисандр. – На старших курсах вы будете проходить так называемое «заклинание бессмертия». Сейчас я попробую упрощённо объяснить, в чём его суть.

Архимаг задумчиво потеребил бороду, и я рискнула высказаться ещё раз:

– В общих чертах я в курсе.

– Да? – обрадовался маг. – Элтар рассказал?

– Нет.

Лисандр погрустнел.

– Дело в том, что около пяти лет назад он перестал применять это заклинание. И я прошу вас постараться уговорить Элтара возобновить его использование.

В комнате повисло молчание. Я пыталась уложить в голове новую для себя информацию.

– Мы все уже пробовали говорить с ним на эту тему, – пояснил ректор, – но не смогли повлиять на его решение. Это важно для нас не только потому, что он один из сильнейших архимагов, но и потому, и в первую очередь, что он наш друг. Нас осталось очень мало, пришедших со старого континента.

– Если вы все не смогли его уговорить, почему думаете, что это удастся мне?

– Мы… просто не можем не попытаться, – обречённо произнес Лисандр.

Я закрыла глаза, понимая, какую часть фразы он пропустил. Они уже ни на что не надеются, просто выполняют свой долг. Пойти к адептке, иномирянке, фактически нулю без палочки, для них, двух архимагов, это даже не жест отчаяния, это просто неумение сдаваться на милость обстоятельств.

– Почему он принял такое решение? – задала я самый важный в этой ситуации вопрос.

– Мы не знаем. Он никому ничего не сказал, а изменения стали заметны примерно год назад. Элтар отказался разговаривать на эту тему, заявив, что это его право и наше мнение по данному вопросу его не интересует.

– Жёстко, – заметила я.

– Он не любит, когда другие лезут в его дела.

– За все эти годы вы первая, кого он принял в своём доме.

– А как же Райнкард? – поинтересовалась я, помня слова архимага, что вампир его частый гость и у него даже одежда запасная в доме имеется.

– Вы с ним знакомы? – осторожно уточнил Лисандр.

– Поверхностно.

– И как бы вы могли его охарактеризовать?

– Красивый мужчина, верный друг.

– А вы в курсе, что он… мм… – замялся Лисандр, видимо не желая меня пугать.

– И закомплексованный вампир, – дополнила я характеристику.

– В каком смысле – закомплексованный? – удивились оба архимага.

– «Я тварь, и меня все боятся!» – сделав трагическое лицо и патетически вскинув руку ко лбу, нараспев произнесла я.

– Ладно, давайте не будем об этом. Вы попытаетесь уговорить Элтара?

– Он хочет жить, в этом я уверена. Но если, как вы говорите, решение было осознанным, любое давление со стороны только ухудшит ситуацию. Я ничего не буду вам обещать, господа. Возможно, я вообще не стану разговаривать с ним на эту тему, чтобы окончательно всё не испортить. Но этот человек дорог мне, и я постараюсь сделать так, чтобы он изменил решение.

– Пора идти на подведение итогов за месяц, – обозначил окончание разговора ректор. – Лисандр, хочешь поприсутствовать?

– С удовольствием, – поднялся из кресла гость академии.

На подведении итогов я сидела с отсутствующим видом и реагировала только на собственное имя. Из головы не выходило поручение архимагов.

– Адептка Наталья – пятый уровень, – объявил мастер Сорин после очередного измерения.

Я вздрогнула при этих словах и почувствовала, что упускаю какую-то мысль. Вот именно сейчас случилось что-то крайне важное. Но что именно? Пятый уровень, что-то было с ним связано… И тут я наконец поймала мельтешащую перед самым носом идею. Пятый уровень! Это значит, я тоже могу применять заклинание бессмертия, только нужно его выучить. А Элтар его знает, значит…

Меня тряхнули за плечо, сбивая с мысли.

– Наталья, вы что, уснули? – недовольно пробурчал мастер. – Идите на место.

Пошла, машинально переставляя ноги, словно зомби, и пытаясь снова поймать не вовремя вытряхнутую из меня мысль. Это было важно, я ведь почти поняла…

В этот момент я врезалась в какое-то препятствие. Попыталась его обойти и врезалась снова.

– В лазарет! – раздался прямо перед моим лицом грозный голос мастера Кайдена.

– А? Что? Не надо! – отреагировала я. – Я просто задумалась, всё нормально, честное слово.

Кайден подозрительно прищурился, и я состроила ему самую честную гримасу, какую сумела.

– Не надо в лазарет. Пустите меня на место, пожалуйста.

Мужчина молча посторонился.

Уже сев за парту, я постаралась вернуться к размышлениям, прерванным у доски. Итак, теоретически я могу применить на себя заклинание бессмертия, но не знаю его. Зато его знает Элтар, а значит, его можно попросить меня научить. А чтобы научить, ему понадобится показать мне заклинание. То есть если я уговорю его научить меня, то одним выстрелом убью двух зайцев – на год отсрочу своё старение и дам ему повод самому изменить решение.

Оставшееся время подведения итогов я сидела, счастливо улыбаясь. Все списали это на наши отличные результаты и похвалу от королевского архимага, а мне было просто хорошо.

Поговорить с Элтаром я решила завтра, когда схлынут эмоции. А сегодня мы с друзьями спокойно попили у Шрама молока с купленным в честь окончания декады пирогом, сходили к Алиру и с разрешения Элтара договорились завтра собраться у него, прежде чем идти к торговцу кристаллами.

Вечером я поняла, что после окончания переписывания дневника у меня появилось свободное время. Книгу о великой жертве я уже дочитывала, и вставал вопрос «Чем бы полезным заняться?». Очень вовремя в этой книге вскользь проскочило упоминание об эльфах, и я вспомнила о попытках навязаться в сопровождающие архимагу. Надо как-то раздобыть заклинания, используемые во время таких вот походов, и выучить их хотя бы в теории.

Кайден точно не даст. Может, попросить у библиотекаря какую-нибудь книжку на эту тему? И тут я вспомнила. Рейс говорил, что у него есть знакомый третьекурсник, а значит, он уже был на практике и наверняка знает, что нам понадобится. Главное – не забыть завтра друга на это нацелить.

Сегодня же я уговорила Элтара поиграть со мной в самолётики. Отстала настолько, что даже рассказывать стыдно, но сам процесс магу понравился. Меня даже в благодарность покатали-таки на летунце, хотя пять подниманий туловища в висе мне пока и не удавалось сделать.

Засыпая в ставшей уже привычной постели, я решила, что день удался.

Пока ждали на веранде опаздывающего Эрина, я рассказала всем о своей идее с заклинаниями для практики. Рейс пообещал сегодня в обед встретиться со своим знакомым и выяснить всё, что сможет.

Пришедший медитировать архимаг посмотрел на постоянно оглядывающихся на калитку нас и предложил:

– Да сходите вы к Алиру за ёмкостями и заливайте здесь, а друг ваш потом подойдёт. Я тоже сейчас заливкой займусь.

Спорить не стали, предложение казалось более чем разумным. А я подумала, что Элтару и самому хочется, чтобы мы остались. Он чувствовал себя счастливым в окружении детей, и мне это было на руку. Когда я и близнецы, нагруженные двумя холщовыми мешками с ёмкостями, которые нам торговец начал выдавать уже не считая, и двумя же стопками коробок – большой для малых кристаллов и маленькой для ученических, вернулись на задний двор, Эрин уже был на веранде.

– Лучше с ученических начните, – посоветовал архимаг, – так легче будет.

Он тоже занимался делом, при этом с улыбкой глядя на нас. Ученических требовалось тридцать, то есть по пять с меня и Рамины и по четыре с остальных. Элтар с удивлением наблюдал, как мы меняем коробку за коробкой, справившись примерно минут за сорок. А что он хотел? У нас у всех норма заливки уже больше: у Рамины восемь, у меня, Яна и Рейса по семь, у остальных пока по шесть. И нам её за час на медитации выполнять надо.

Под малые нам выдали в честь выходного дня аж десять коробок на четыреста кристаллов, так что перед началом решили помедитировать.

– Пойду я сока всем из подпола принесу, – обрадовал нас Элтар, – а то жарко сегодня.

– Я с тобой, – тут же подскочила уже восстановившаяся Рамина.

– А у нас сок есть? – искренне удивилась я.

– Я же знал, что твои друзья придут, – ничуть не смутился маг.

Сижу смотрю, как уходят, держась за руки, эти двое, и улыбаюсь. А глаза теперь у Элтара живые – удивлённые, радостные, грустные, сердитые, да какие угодно, только не пустые. После обеда, когда все разойдутся, обязательно попытаюсь, решила я.

Напившись прохладного и очень вкусного сока, мы, донельзя довольные, снова расположились на веранде, на этот раз выставив перед собой сразу две коробки. Архимаг пока собирался медитировать. Мы же принялись за привычную уже работу. За время сотрудничества с Алиром так приноровились, что на каждый малый кристалл уходило меньше минуты.

– Ничего себе у вас скорость, это же практически максимум для такого типа кристаллов, – поражённо выдохнул маг, наблюдая за стремительно наполняющимися рядами. – И контроль хороший.

– А вы о круге магов рассказать обещали, – вспомнила я. – Это было как-то с заливкой кристаллов связано.

– Не совсем с заливкой, точнее, не только с ней, – поправил Элтар. – Пожалуй, действительно стоит попробовать научить вас работе кругом. При такой слаженности должно получиться.

– А когда? – тут же подпрыгнул Марек со своего места, но под укоризненным взглядом мага сел обратно.

– Так. Сегодня вечером я ухожу и не вернусь до утра. Завтра занят, послезавтра тоже, а потом уезжаю. Значит, в следующий выходной, – решил маг. – Приходите в гости, займёмся.

– Ты уезжаешь? – переспросила я, и голос предательски дрогнул угнездившимся в сердце страхом.

– Таль, всё будет нормально, – сразу понял, в чём дело, Элтар.

Я опустила глаза.

– Таль.

Молча сижу и верчу в пальцах уже залитый кристалл.

– Таль, посмотри на меня.

Поднимаю глаза на мага и, не выдержав, опускаю их. Мне страшно. Страшно, что на этот раз он не вернётся. Элтар подошёл ко мне и обнял за плечи.

– Я маг и должен выполнять поручения короля. И я хороший маг, поэтому всегда их выполняю. Это был первый серьёзный просчёт со времён катасрофы. Верь в меня, Таль. Для меня это важно, ведь теперь мне есть к кому возвращаться – к тебе и этим ребятам, а значит, я обязательно вернусь. Ну же! Скажи, что будешь меня ждать.

Я подняла на него взгляд и прошептала:

– Буду.

– Дядя Элтар, я тоже буду тебя ждать, – шмыгнула носом сидящая рядом со мной Рамина, и маг ласково погладил её по голове.

– Я вернусь. Всё будет хорошо, обещаю, – тихо сказал маг и, встав, совсем другим тоном добавил: – А ну, кончайте шалберничать! Вон ещё сколько не сделано.

И мы снова занялись делом, управившись примерно за час.

После обеда, когда архимаг направился в кабинет, я пошла за ним.

– Элтар, у меня есть просьба.

– Какая? – отложил он в сторону взятую с полки книгу.

– Мне уже двадцать четыре года. И вчера на измерении у меня был пятый уровень. А я слышала от доктора Алана, что есть такое заклинание, которое на год отсрочивает старение. Только мы его должны проходить на старших курсах, а мне тогда уже за тридцать будет.

– Так подойди к преподавателю по теории магии. У тебя хорошие успехи, возможно, он согласится научить тебя раньше.

– К Кайдену? Не смешно.

– М-да, – потёр лоб архимаг. – Не подумал, что Кайден теорию преподаёт. У нас он только практику вёл. И ты хочешь, чтобы тебя научил я?

– Ну, раз вам уже четыреста шестнадцать лет, то вы должны уметь его использовать.

Элтар откинулся в кресле и задумался. Потом попросил:

– Сходи на почту, узнай, нет ли для меня писем. Я дам тебе ответ через полчаса.

Ясно. Просто хочет побыть один, чтобы моё присутствие не влияло на его решение. Однако поручение есть поручение, так что прогулочным шагом сходила на почту, познакомилась там с нашей заменой и с двумя письмами вернулась обратно.

Элтар небрежно бросил принесённое мной на стол и сунул взамен листок с тремя строчками написанной аккуратным почерком абракадабры.

– Я произношу, ты повторяешь за мной по написанному, запоминая звучание. Когда освоишься с фонетикой, я пойду готовить пентаграмму, а ты будешь зубрить текст наизусть. Его нужно сказать целиком на выдохе. Запинаться ни в коем случае нельзя. Начали.

Ближайшие полчаса мы мучили мой язык, пытаясь завязать его в узелок непроизносимой фразой. Не зря, похоже, это заклинание на старших курсах проходят. Когда маг остался доволен тем, как я читаю фразу с листа, мне вручили стакан с остатками сока и оставили зубрить.

Ещё примерно через час Элтар вернулся в кабинет, проверил, как у меня получается «выдыхать заклинание», и решил, что сойдёт. Дальше я перерисовывала ключевую схему из восьми символов пятьдесят раз. Маг сетовал, что я не умею делать иллюзии, но учить параллельно ещё и им не рискнул. В результате такого многократного перерисовывания, когда я закрывала глаза, перед внутренним взором маячила набившая оскомину схема.

Когда спустились в лабораторию, обычно лежащий посреди комнаты довольно большой половик был убран. Вдоль линий скрывавшейся под ним выложенной по полу пентаграммы были мелом нарисованы несколько сотен символов.

– Иди к стене. Когда я начну читать заклинание, закроешь глаза рукой, чтобы свет не сбил картинку схемы. А пока внимательно смотри и слушай.

Элтар аккуратно, не наступая на линии и символы, прошёл в центр пентаграммы и развернулся лицом в мою сторону.

– Пятки соединены вместе, стопы разведены так, чтобы большие пальцы были чётко на линии двух углов. Нос, а соответственно, и центральный канал – на угол впереди. Линий не касаться. Когда ты будешь вставать, я всё проверю. Обе руки ладонями прикладываешь к сердцу – левая снизу, правая сверху. Закрываешь глаза, чётко представляешь схему и выдыхаешь заклинание. Всё понятно?

– Да.

– Закрывай глаза.

Убедившись, что я выполнила его указание, архимаг сам закрыл глаза и, медленно глубоко вдохнув, на выдохе произнёс заученную мной фразу. На несколько секунд его окутало несильное серебристое свечение, которое постепенно втянулось внутрь тела. Элтар открыл глаза и аккуратно вышел из пентаграммы.

– Вот и всё. Ещё один год в моём распоряжении, – улыбнулся он. – Теперь ты.

Нервно сглотнув, я на плохо гнущихся ногах отправилась в пентаграмму. Уверенность в собственных силах куда-то незаметно испарилась.

– Элтар, а если у меня не получится, что будет?

– Ничего не будет. Не трусь.

Встала я вроде так, как он сказал, но архимагу не понравилось, и он, поставив палец чуть правее моего носа, велел развернуться точно на него.

– Складывай руки, – напомнил он, выйдя из пентаграммы. – Теперь закрывай глаза. Успокойся, сконцентрируйся, чётко представь схему. Когда будешь готова, выдыхай заклинание.

Я постаралась сделать всё, как он сказал, но ничего не произошло.

– Не получилось. Последнее и предпоследнее слова были нечёткими. Ничего страшного. Успокойся, приготовься и попробуй снова.

Попробовала, и опять неудачно.

– Таль, ты слишком нервничаешь – нужно успокоиться. Ты сосредоточилась на заклинании – и упустила из сознания схему. Соберись.

Я попыталась собраться, но почувствовала, что меня начинает трясти от напряжения.

– Стоп. Открывай глаза и аккуратно выходи, – велел маг и, когда я выбралась из пентаграммы, протянул руку: – Пойдём в гостиную.

Там, всё ещё скованную напряжением от неудач, меня уложили на диван. Элтар устроился в ногах и попытался снять с меня носок.

– Ты что делаешь? – отняла я ногу.

– Собираюсь сделать тебе массаж, чтобы расслабилась.

– Не надо!

– Таль, тебе нужно расслабиться. Это поможет.

– Не надо массаж!

– Почему?

– Ну… просто у нас, когда мужчина делает женщине массаж, это… – Я замялась, не зная, как сказать, что это признак более близких отношений, чем у нас с ним.

– У нас тоже, – вздохнул Элтар, отводя взгляд. Я на всякий случай поджала и вторую ногу. – Но это лучший способ помочь тебе расслабиться.

– Не надо, – уже не так уверенно повторила я.

– Таль, ты мне доверяешь?

– Да, но всё равно не надо.

– Хорошо. Ответь честно на один вопрос: кто-то из архимагов говорил с тобой обо мне и этом заклинании?

Настала моя очередь отводить взгляд, но врать я не стала:

– Да.

– Я ведь сделал так, как вы хотели?

– Да.

– Твоё желание использовать на себя заклинание не было только предлогом?

– Не было.

– Тогда расслабься и позволь мне сделать то, что я считаю нужным. Неужели я не заслуживаю твоего доверия? – И вопросительно посмотрел на меня.

Ничего не делает, просто сидит и смотрит. Но мне от этого стало так стыдно, что лучше уж пусть массаж. Медленно выдыхаю, закрывая глаза, и вытягиваю ноги.

Элтар делал массаж на стопы великолепно. Я не просто расслабилась, а уплыла куда-то в нирвану, покачиваясь на волнах непривычного удовольствия.

– А-а-а, – буквально подскочила я на диване, когда по телу от стоп к макушке пронеслась волна слабых электрических разрядов.

– А в конце тонизирующий эффект, – радостно заявил поднявшийся архимаг. – Заклинание помнишь?

Я повторила.

– А теперь на выдохе.

Выдохнула.

– Схему повторять нужно?

– Нет, – заверила я, на секунду прикрыв глаза и чётко увидев требуемый образ.

– Тогда пошли пробовать ещё раз, – заключил Элтар.

Снова стою в пентаграмме. Направление выверено, руки сложены на сердце, глаза закрыты. Схема представлялась чётко, и теряться, как прошлый раз, я не собиралась. Выровняла дыхание, вспомнила, как готовилась держать щит при последних ударах Кайдена, сосредоточилась и выдохнула заученное заклинание.

На несколько мгновений показалось, что меня пронизывает свежий ветер, такой, как бывает только после летней грозы, и всё стихло.

– Поздравляю! – радостно произнёс Элтар. – Первый дополнительный год в твоём распоряжении.

Было ощущение – передать невозможно! Я вышла из пентаграммы и от избытка чувств бросилась архимагу на шею, но он не дал обнять, придержав за талию.

– Не надо, пожалуйста, – уже не радостно попросил он. – Я же не просто так сегодня ухожу на всю ночь. Да и массаж этот… В общем, лучше не надо. Не обижайся.

Потом мы стирали с пола символьную вязь. Точнее, я стирала, а он контролировал баланс пентаграммы, не став объяснять, что это такое. Почти сразу после этого Элтар ушёл, отправив меня ужинать в корчму и наказав:

– Скажешь Шраму, чтобы списал из моего аванса.

– Да у меня же есть деньги.

– Таль, не сравнивай свой заработок с моим и позволь немного о тебе позаботиться. Мне это приятно.

– Как скажешь, – не стала спорить я.

На том и разошлись. Я поела в корчме и отправилась к Рейсу. На месте его не оказалось, а сосед по комнате сказал, что он у Рамины. Там же оказались и все остальные.

– Нам дали конспект на декаду! – поспешили с порога обрадовать меня. – Теперь надо его успеть переписать.

Конспект оказался довольно толстым.

– Вечером все свободны? – спросила я и, получив утвердительный ответ, предложила: – Тогда идём к нам и располагаемся на кухне. Там на всех места хватит.

– А как же мы с одного конспекта переписывать будем? – засомневался Марек.

– Я буду не только писать, но и диктовать.

На том и порешили. За вечер удалось переписать чуть больше пяти листов. Конспект, конечно, далеко не дневник архимага, но диктовать схемы было невозможно, и поэтому на них тратилось много времени. При архимаге решили пока этим не заниматься, зато в обед можно было на полчаса пойти в библиотеку. У нас была цель, и мы к ней упорно шли.

Когда Элтар уехал, мы вплотную занялись переписыванием и успели как раз к его возвращению. Архимаг вручил нам по специально купленному в дороге медунцу – местному аналогу конфеты – и велел собраться у него завтра в четыре часа.

Опоздавших не было. Ребята примерно знали, что такое круг магов, и даже, как могли, объяснили мне. Но одно дело – знать о чём-то, а совсем другое – участвовать.

Начал архимаг с теории. Круги были двух размеров – малый, состоящий из четырёх магов, и полный – из семи, и двух типов – отдающий и берущий. В каждом круге имелся ведущий – тот, кто зачитывал заклинание или, в нашем случае, заливал кристалл.

При отдающем типе маги направляют от себя энергию через соседей в сторону ведущего так же, как при активации заклинаний или заливке кристаллов. Поэтому обычно ведущим становится маг с самым большим резервом, ведь пропускная способность каналов напрямую связана с его размером. Чем более слаженно работают маги, тем эффективнее круг, поскольку даже кратковременное прерывание потока энергии приводит к срыву заклинания. А в нашем случае – к некачественно залитому кристаллу.

В берущем типе кругов ведущий сам забирал силу у остальных магов. Поэтому маги круга обычно были значительно сильнее ведущего. Этот тип использовали крайне редко из-за опасности полностью выпить кого-то из магов круга. Элтар сразу сказал, что для адептов такой тип строго запрещён. Мы вообще должны проходить работу кругом только на третьем курсе, а ведущими пробовать быть не раньше четвёртого. Но ввиду поразительных успехов группы ректор Таврим, под личную ответственность Элтара, разрешил научить нас сейчас.

Маги должны были взяться друг с другом за руки, сцепив пальцы в замок. Если руки ведущего должны быть свободны, то находящиеся с ним радом клали свои ладони ему на плечи, почти касаясь пальцами ключиц. Следовало чётко представить используемую для соответствующего круга схему и активировать её вливанием энергии магов при отдающем типе или захватом силы ведущим при берущем типе. Деактивировать схему мог только тот, кто её активировал. То есть при отдающем типе – любой из магов круга. А при берущем типе – исключительно ведущий. И если он погибал по какой-то причине во время работы круга, погибали все.

– Никогда не смейте пользоваться берущим типом! – грозно закончил вводную часть архимаг.

Мы испуганно закивали.

– Полный круг, конечно, эффективнее, и вас удачно как раз семеро, но начинать проще всё же с малого, – убедившись, что мы все достаточно серьёзно восприняли его предостережения, перешёл к практической части Элтар. – Рамина, Наталья, Рейс и Янисар. Ведущая – Рамина, задача: залить ученический кристалл.

К всеобщей радости, задание нам удалось выполнить с первого раза.

– И чего вы так восторгаетесь? – не разделил нашей радости маг. – Задание-то элементарное. По сути – на активацию круга, а не на его использование. Вы при такой малой дозе заливки даже ток силы почувствовать не успели.

– А его надо почувствовать?

– Да. И чем точнее вы сможете его регулировать, тем лучше будете подстраиваться под партнёров в круге. Если вам придётся активировать круг с малознакомыми людьми, это поможет.

В течение следующего часа в каких только вариациях он нас не ставил.

– Отдыхайте, – наконец разрешил маг, и мы разлеглись прямо на веранде, устав бегать туда-сюда. – В целом неплохо, но всё же активация не синхронная. Хотя я, наверное, слишком многого хочу от вас.

– А должна быть синхронная?

– В оптимальном варианте – да. Но при полном круге это даже у опытных магов редко бывает.

– Почему?

– Таль, подумай сама. Все ведь готовятся разное время.

– Ну и что. Можно же подождать.

– А сколько ждать? Откуда ты узнаешь, что остальные готовы выполнить активацию именно сейчас?

– Ну… э-э-э… – не нашлась я. – А сколько времени нужно на подготовку?

– Дипломированным магам от двух до пяти секунд.

– А нам?

– Восемь – десять. Интервал небольшой, но при активации заметен.

Мы все на какое-то время задумались.

– Можно по команде делать, – предложил Ян, – как гвардейцы, когда показательные выступления репетируют.

– И кто же будет командовать? Посторонних на ритуале обычно нет.

– Пусть ведущий командует, – предложила я.

– Не получится. Ведущий готовится к зачитке заклинания и не должен отвлекаться.

– Тогда пусть тот, кто слева от него стоит, командует. Элтар, да какая разница?

– Обычно хорошие маги довольно честолюбивы, а позволить кому-то собой командовать – это безоговорочное признание его авторитета.

– А при чём тут честолюбие? Это ведь всего лишь активация круга.

– Просто представь, что тот, кто отдаёт команду, чуть поторопился, и один из магов не успел приготовиться к активации. Заклинание сорвалось. Все приготовления нужно начинать заново. Догадываешься, что после этого будет?

– Разборки.

– Именно. И закончатся они, вероятно, дуэлью и тем, что эти маги в один круг уже никогда не встанут.

– Ну, не знаю. Нас вот хвалят, говорят, что мы очень перспективная группа. А разве мы честолюбивые?

– А то нет. Иначе зачем бы вы так упорно занимались?

– Потому что нам нравится магия и хочется быстрее узнать и попробовать что-то новое. Разве не так? – обернулась я к ребятам.

Рамина согласно закивала, а вот остальные отвели глаза.

– Им хочется выделиться, Таль. Хочется, чтобы их хвалили, хочется быть лучшими.

– Так это вполне похвальные стремления. Чем они под команду круг активировать мешают? – никак не могла я взять в толк.

Элтар неопределённо развёл руками.

– Давайте всё-таки попробуем, – предложил Ян.

– А кто командовать будет? – тут же насупился Марек.

Похоже, архимаг прав, и с этим будут проблемы. А может, и нет – пришла мне в голову идея.

– Давайте, как я и предлагала, командовать будет стоящий слева от ведущего. А сейчас мы возьмём каждый по кристаллу и будем ведущими по очереди, начиная с Рамины, и от неё влево. То есть тот, кто перед этим командовал, становится ведущим. И так мы все побываем и в той, и в другой роли. Элтар, можно мы полный круг попробуем активировать?

– Пробуйте, – разрешил маг, глядя на наши приготовления с явным интересом.

Сначала у нас ничего не вышло, точнее, вышло, но примерно так же, как и до этого. Как бы мы ни готовились, но команда была всё равно немного неожиданной, и время реакции у нас различалось. Тогда я вспомнила об обратном отсчёте, и с этого момента тренировка пошла на лад. Элтар смотрел на нас с недоумением и, как мне показалось, лёгкой завистью.

Через некоторое время мы вымотались настолько, что пришлось делать перерыв. Зато сумели полностью залить, хотя и с четвёртой попытки, выпрошенный у архимага магистерский кристалл.

Результаты своей работы сдали Алиру, попросив его эти кристаллы проверить артефактом. Он удивился, но спорить не стал и отбраковал три штуки. Взяли у него взамен семь магистерских ёмкостей, забрали сегодняшнее задание по заливке малых кристаллов и ушли обратно к архимагу, который пообещал угостить всех обедом.

С этого дня мы тренировались малым и полным кругом, каждый день под наблюдением Элтара заливая кристаллы и поднимая специально принесённый им для этого на задний двор булыжник.

Уставали так, что не помнили, как вечером добирались до постели. Элтар говорил, что это из-за непривычности соприкосновения аур, и со временем пройдёт, но не скоро. Результаты в конце декады, когда выяснилось, что мы здорово оторвались от остальной группы за такой короткий срок, придали нам ещё больший стимул для тренировок. А между занятиями мы ещё, пусть и урывками, но находили время учить конспект для осенней практики. В общем, дел было столько, что даже дышать некогда.

На следующей декаде у нас вместо уроков по теоретической магии были уроки по опасным существам. Началось всё с приснопамятных грызей, а закончилось вампирами. Мастер Кайден, сам проводивший эти занятия, в лишние подробности не вдавался, описывая только внешние признаки, характер опасности и рекомендуемые действия. Самым основным для нас, по его мнению, было как можно быстрее добраться до магов и сообщить об опасности им, а не лезть самим «к демону на рога». Лично у меня сложилось впечатление, что это изменение в учебной программе не обошлось без одного моего знакомого герцога. И в чём-то я с ним была согласна. Если бы Эрин знал, насколько серьёзную опасность представляют грызи, может, и рассказал бы преподавателям раньше.

Всё было нормально, пока дело не дошло до вампиров. Вначале, когда мастер описывал внешние признаки, мы, сравнив личный опыт с его словами, могли только соглашаться. Но когда он перешёл к степени угрозы… По его словам, с вампиром даже на разных концах улицы стоять опасно. Друзья, радостно мутузившие однажды этого самого вампира в гостиной Элтара и даже трогавшие его клыки, не могли серьёзно воспринимать внушения Кайдена. Они перешёптывались и хихикали, вспоминая, как последний должен был быть десертом, и пытались жестами выяснить, кто бы это был. Я тоже вспоминала Райнкарда и улыбалась.

– Хотел бы я посмотреть, как вы будете радоваться при встрече с вампиром, – язвительно прокомментировал наше поведение Кайден, отчего мы развеселились ещё больше, представив лицо мастера, наблюдающего погоню за Райном.

В дверь вежливо постучали и не вошли. Странно, посыльные от ректора обычно сразу входят после стука. Мастер с недовольным видом выглянул за дверь и расплылся в коварной ухмылке.

– Ну надо же, как вовремя, – радостно сообщил он кому-то за дверью. – Адептка Наталья, подойдите сюда.

Иду. Все варианты, которые смогла придумать по дороге, или были из области фантастики, или не могли так порадовать завуча.

– А теперь познакомься с настоящим вампиром, – злорадно процедил Кайден и, схватив меня за руку выше локтя, буквально вышвырнул за дверь.

Я не успела сориентироваться и даже толком выставить перед собой руки, с размаху врезавшись в крупного мужчину, аккуратно придержавшего меня за плечи, чтобы не упала. Испуганно подняла глаза, ожидая недовольства нашего посетителя, и уже в следующий миг с радостным воплем повисла на шее у Райна.

– Привет, – улыбнулся он, обнял меня за талию и, наклонившись к уху, прошептал: – А Кайден сейчас в обморок упадёт.

– Да?! – изумилась я и резко провернулась в его руках, ободрав ухо о кончик клыка. Убедившись, что мастер, хотя и сильно удивлён, но чувствует себя вполне уверенно, возмутилась: – Чего ты обманываешь?

– Совсем чуть-чуть преувеличил, – нагло заявил вампир и, отняв мою руку от пострадавшего уха, лизнул ранку кончиком языка.

У меня по всему телу от этого пробежала волна мурашек, а мастер Кайден, побледнев, скомандовал:

– Наталья, быстро в класс.

– Вот ещё! – возмутилась я и положила свои руки поверх рук Райна, всё так же обнимавшего меня за талию. – Я вам вампира не отдам, вы их не любите.

– Не отдавай, – согласился Райн, прижимая меня чуть сильнее. – Только Янисара позови, а то я, вообще-то, к нему пришёл.

– Немедленно. Отпусти. Девушку, – раздельно произнёс мастер с самым серьёзным выражением лица.

Вампир вздохнул и попытался убрать руки, но я не позволила.

– Таль, не надо, – грустно попросил он. – У меня будут неприятности.

Пришлось отпустить.

– Иди сюда, – строго велел мастер Кайден уже мне.

– Так можно мне поговорить с адептом Янисаром? – вернулся к причине своего визита Райнкард.

– Нет, – отрезал Кайден.

Это был уже перебор. Я прикинула время и предложила:

– Жди нас на левитационной площадке минут через пятнадцать. Знаешь, где она?

– Да. Спасибо.

– Ты что творишь?! – рассвирепел завуч, опять хватая меня за руку. – Никуда вы не пойдёте!

Неожиданно он замер, с удивлением меня разглядывая.

– Надо же, первый раз вижу, как вампир лечит, – задумчиво произнёс Кайден.

– А он лечил? – удивилась я.

– Да. Твою царапину на ухе. Её нет. – И уже спокойным, но всё таким же непреклонным тоном велел: – В класс.

А вот дальше на занятии мне стало действительно страшно, потому что я выяснила, что значат красные белки глаз у вампира. Оказывается, я не просто прогулялась перед носом у смерти в тот вечер, когда впервые увидела Райна, я практически побывала в её объятиях. Вампир был почти не способен себя контролировать. Элтара выпить он, видимо, не мог, потому что его кровь была отравлена гоулами, а меня… на меня у него просто не хватило сил. Будь он ранен чуть меньше, я была бы уже мертва.

Однако бояться Райна в нормальном состоянии я не видела смысла. Мы же не боимся больших собак и держим их у себя дома, но это вовсе не значит, что они не опасны. Кайден собирался рассказать нам об ипостаси, которую уже упоминал в моём присутствии Райн, но до звонка не успел, а после него нас задерживать не стал.

И, несмотря на все запреты мастера, после окончания урока мы пошли общаться с вампиром. Кайден попытался ещё раз настоять на своём, но его мнение мы в расчёт не приняли.

– Если он пришёл именно ко мне, значит, скорее всего, по делу, – привёл Янисар окончательный аргумент.

В результате Кайден объявил, что идёт с нами, и по дороге портил всем настроение своим хмурым видом. Вампир, как и договаривались, был на площадке и следил за входом, сидя на нашей любимой плите архимагов.

– Дядя Райн, а возьми меня на руки, – попросила малышка, первой подбежав к вампиру.

Тот настороженно глянул на Кайдена, но всё же посадил Рамину на колено. Девочка вцепилась в рубашку вампира, прижавшись к его боку, и счастливо вздохнула. Все остальные, включая меня, ей завидовали.

– Господин Райнкард, у вас ко мне какое-то дело? – перешёл к сути Ян.

– Да, – оживился вампир и вынул из-за пазухи небольшой конверт. – Мне необходимо встретиться с твоим отцом. Я тут вкратце всё описал, но желательно переговорить лично и сегодня, поскольку завтра я ухожу на охоту.

При слове «охота» я вздрогнула. Кайдену всё-таки удалось меня запугать. И хотя, скорее всего, со временем моя настороженность пройдёт, сейчас я в какой-то мере вампира всё же опасалась.

– Таль, это не то, что ты подумала, – обратил внимание на мою реакцию Райнкард.

– Хорошо, – опустив глаза, согласилась я.

– Таль…

– Оставь её в покое, – вмешался Кайден. – Это всё, что требовалось от Янисара?

– Да, – коротко подтвердил Райн и отдал юному герцогу конверт.

– Тогда я провожу тебя до ворот академии, – сообщил завуч вампиру и, грозно глянув на нас, велел: – А вы – обедать, и быстро.

Весь остаток дня Райнкард не выходил у меня из головы. Я не хотела его обижать, но осознание, насколько близко я стояла рядом со своей смертью, давило на психику, хотя после этого вампир ни разу не проявил агрессии.

Понимая, что к Элтару домой для беседы с Райнкардом может прийти герцог Устиец, а возможно, и не один, мы решили сегодня устроить себе выходной. Забежав в корчму за молоком и убедившись, что у Алира пока достаточно малых кристаллов, я напрямую отправилась домой.

Как только вошла в калитку, по нервам резанул печально знакомый звон сталкивающегося металла. Доносился он откуда-то из-за дома, и я опрометью бросилась туда. Когда оббежала строение, увидела, что Райнкард сражается на мечах с Элтаром. И дрались они очень серьёзно – мечи мелькали так, что мне их было почти не видно, рубашка архимага промокла от пота, но он продолжал атаковать вампира. Тот отбивался спокойно, но сосредоточенно, без вальяжности. Я смотрела во все глаза, боясь окликнуть сражающихся и, кажется, даже забыв дышать. В какой-то момент вампир резко крутанулся на месте, метя правым мечом в шею архимага и пытаясь срубить ему голову. Время для меня замедлилось, и я увидела, что Элтар не успевает подставить меч. Острая сталь неумолимо приближалась к незащищенному горлу. Я поняла, что это конец, и, не выдержав, закричала, зажмурив глаза и закрыв их сверху руками.

Мне было так больно, будто вампир только что убил меня, а не моего друга. Когда воздух в лёгких кончился, крик перешёл в тихий стон. Внутри была гулкая пустота.

– Ты чего орешь, ненормальная? – раздался прямо передо мной голос убийцы.

Я открыла глаза, увидела недовольное лицо почти вплотную стоящего ко мне Райнкарда и вцепилась ему в горло. Не ожидавший нападения вампир шарахнулся, но на мгновение опоздал, и пальцы сомкнулись на его шее.

Руки буквально свело судорогой, так что даже если бы я захотела отпустить его, не смогла бы. Думала ли я, что смогу убить вампира? Нет. Думала ли я, что вампир может убить меня? Нет. Я вообще не в состоянии была думать. Только что на моих глазах самого близкого мне в этом мире человека убил тот, кого он считал своим другом.

Что-то коснулось моих рук, и по нервным окончаниям пробежала волна покалываний, заставившая мышцы расслабиться. Я стояла, не отводя взгляда от злющего вампира. И тут меня резко развернуло на сто восемьдесят градусов, а лицо обожгло хлёсткой пощёчиной.

– Ты что творишь? – похоже, уже не в первый раз спросил злющий архимаг.

– Элтар. Ты живой?! – изумилась я и, упав на колени, разревелась от облегчения.

– Что? А почему я не должен быть… – Тут он оборвал себя и осторожно спросил: – Таль, ты не знаешь о тренировочных щитах?

– О чём? – глотая слёзы, переспросила я.

– Райн, собери оружие, – велел маг и, взяв меня на руки, понёс в дом.

Там он сел в большое мягкое кресло в гостиной и усадил меня к себе на колени так, что ноги свешивались через подлокотник, а голова лежала у него на плече. Тихонько покачиваясь вместе со мной, что действовало очень успокаивающе, он начал негромко рассказывать, произнося фразы в такт движениям.

– Кроме энергетических щитов, которые вы уже проходили, существует ещё три вида. Физические щиты представляют собой разновидность твёрдых иллюзий и не позволяют материальным объектам проникнуть сквозь себя. Сферы абсолютной защиты, или, как их обычно называют, абсолютники, выполняют роль и физического, и энергетического щита, но при этом не мешают колдовать.

– А энергетические мешают? – удивилась я, пытаясь вспомнить, делали мы их одновременно с другими заклинаниями или нет.

– Да, хотя и не блокируют полностью возможность использования магии, – отвлёкся от объяснения маг. – И последний тип – тренировочные щиты. Фактически это разновидность физических, которая была придумана специально для реальной работы с оружием без травм. Когда-то пытались использовать обычные физические щиты, но это давало отрицательный результат. Да, на тренировках травм становилось меньше, и бойцы действовали увереннее, но в настоящем бою, когда боец оставался без щита, он подсознательно считал, что с ним ничего не случится, и терял бдительность, недостаточно защищаясь. Тренировочный щит не допускает травмы, но на секунду передаёт всю гамму ощущений от нанесённого удара, так что защите приходится уделять значительное внимание.

– И что, у тебя были ощущения, будто голову срубили?

Элтар так красноречиво потёр шею, что устного ответа не требовалось.

– А когда нас будут учить таким щитам?

– На четвёртом курсе.

– Они такие сложные?

В это время в гостиную вошёл переодетый вампир и, взяв стул, уселся на него верхом напротив нас.

– Нет, просто раньше вас бою с оружием обучать не будут.

– Эту не помешало бы, – прокомментировал Райн. – Совсем с ума сошла – на вампира кинулась.

– Она и на магистра кидалась, – сдал меня архимаг.

– И как? – заинтересовался вампир.

– Минус один магистр в совете магов, – буркнула я.

У Райнкарда от удивления даже рот приоткрылся, а Элтар весело расхохотался. Вдоволь навеселившись, маг пояснил:

– Лейра из совета наконец-то выгнали.

– А, так она тут вовсе ни при чём.

– Очень даже при чём, – заверил архимаг. – Обычно он при короле себя тихо вёл. Слухи, конечно, до Доремара доходили, но одно дело – слухи, а другое – то, как он с Натальей опозорился. И самое главное, она замену предложила очень удачную. Девушка хоть и неопытная, но перспективная. Весь совет не нарадуется. И даже с Кайденом, которого куратором назначили, у неё отношения нормально сложились, чего я не ожидал.

– Действительно, странно, – ухмыльнулся вампир. – И всё же объясни, почему ты на меня кинулась?

– Я думала, ты Элтара убил.

– И что?

– И я глаза открываю, а ты прямо передо мной.

– И что?!

– И всё.

– Очень вразумительный ответ, – скривился Райн. – Ты же вроде ещё в обед меня боялась. И в этом случае как раз стоило бы. Если бы я в ответ ударил, от тебя только мокрое место осталось бы. Неужели ты думала, что сможешь меня задушить голыми руками?

– Райн, я вообще не думала.

– Это заметно, – буркнул вампир.

– Ты действительно стала бояться Райнкарда? – насторожился Элтар. – Есть причина?

– Нам сегодня в конце урока рассказывали, что значат покрасневшие глаза у вампира.

– Что вампир умирает, и если его не напоить кровью в течение суток, то он скончается.

– А ещё он в этот момент не может себя контролировать, поскольку инстинкт самосохранения является основным и берёт верх над разумом, – добавила я.

– Да. Но Райн – древний и очень опытный вампир, он никогда не доведёт себя до такого состояния.

Я посмотрела на Райнкарда и опустила взгляд.

– Они были красными, да? – тихо спросил тот.

Я кивнула.

– Таль, тебе показалось. Если бы у него были красные глаза, он бросился бы на тебя, – попытался разубедить меня архимаг.

– У него не хватило сил, – тихо оповестила я мужчин о своих выводах.

– Всё равно не сходится, – решил маг. – Как только он выпил кровь, он на тебя напал бы в таком состоянии, как ты описываешь.

– Её уже не было, – сообщил Райн. – Она скрылась за дверью, заблокированной знаком.

Архимаг тяжело вздохнул.

– И что теперь? Мне нужно выбирать между вами?

– Элтар, я всё понимаю… – начал вампир, но я его перебила:

– Зачем?

– Ты ведь теперь не сможешь с ним общаться, а жить в постоянном страхе, что придёт вампир, – это не жизнь.

– Во-первых, при тебе я даже демонов не боюсь, не то что вампиров, и это твоё право – общаться, с кем нравится. Если мы с Райном поссоримся, нас никто улыбаться-обниматься не заставляет. А во-вторых, я его не то чтобы боюсь, скорее, опасаюсь повторения чего-то подобного. Думаю, я сейчас просто нахожусь под впечатлением, и постепенно всё станет как прежде.

Архимаг облегчённо вздохнул и улыбнулся.

– Оказывается, не у одного меня долг жизни перед этой девочкой, да, Райн?

– Ничего не знаю, меня полчаса назад чуть не придушили, – сделал настолько обиженный вид вампир, что даже мне стало ясно – шутит. – То есть пострадал я, а гладят и успокаивают её. – В меня обвинительно ткнули пальцем и насупились.

– И как тебя надо успокаивать? – подыграл ему маг.

– Я тоже хочу на колени и чтобы меня погладили, – радостно заявил Райнкард.

– Ты себя у меня на коленях представляешь? – опешил Элтар.

– Зачем мне к тебе на колени? Я к ней хочу.

– Раздавишь! – тут же представила эту картинку я.

– Не. Ты вон туда на диван сядешь, а я лягу и голову тебе на колени положу. Тогда очень даже удобно гладить будет, – заявил этот окончательно обнаглевший тип.

Меня спас звонок в дверь.

– Это герцог, – сообщил Элтар. – Таль, открой и проводи его сюда, а я переоденусь и быстро вернусь.

За дверью, кроме герцога, оказались двое уже знакомых мне охранников.

– Здравствуйте, проходите, – посторонилась я.

– Райнкард у вас? – с порога поинтересовался отец Яна.

– Да, он в гостиной.

– А Элтар?

– Сейчас туда подойдёт. Я вас провожу.

Из разговора я поняла, что суть проблемы заключается в деревне, рядом с которой живёт Райн. Она находится на удалении от двух соседних владений, и оба графа отказываются включать её в свои земли – оброка с жителей немного, а хлопоты будут. В результате уставшие от попыток получить официальную помощь селяне притащили оброк к вампиру и решили сделать его своим графом, благо замок у того имеется.

– Совсем из ума выжили, – подвёл итог Райнкард. – Какой я им граф? Я – вампир.

Герцог пообещал попробовать что-то сделать, но ничего конкретного не сказал.

Когда он ушёл, все снова переместились в гостиную. Элтар занял кресло, а я уселась с учебником в уголок дивана.

– Легко запоминаешь? – заинтересовался архимаг, видя, что я особо не напрягаюсь, повторяя теорию магии.

– Да, но тут материал простой. С заклинанием бессмертия сложнее было.

– А разве его проходят на первом курсе? – удивился Райнкард, всё-таки укладываясь на диван, и, пристроив голову на моих коленях, нагло потребовал: – Гладь!

Погладила по чуть заметным клыкам. Вампир немного напрягся, и я решила, что ему это неприятно. Ладно, в конце концов, от меня не убудет, а волосы у него на вид шелковистые. На ощупь они тоже оказались приятными. Я задумчиво перебирала пряди одной рукой, и Райн разомлел от ласки, только что не мурлыкал, у него даже клыки удлинились.

Однако домашнее задание никто не отменял, и я снова вернулась к учебнику, держа его другой рукой. В конце главы имелся набор символов и две схемы, которые я приноровилась вычерчивать для лучшего запоминания на подручных предметах. Вот и на этот раз подлокотник показался мне вполне подходящей поверхностью для этого способа запоминания.

– Ещё хочу, – заявил вампир голосом довольным, как у кота, сожравшего спрятанный от него салат с креветками.

– Мне символы заучивать нужно, я их рисую, – отчиталась перед морально пострадавшим, который всё никак контрибуцией насытиться не мог.

– На мне рисуй! – сориентировался он.

Я посмотрела на довольного типа у себя на коленях, который ещё и подмигнул, и мстительно нарисовала символ контроля у него на лбу. Вампир смешно свёл глаза к переносице и вверх, позабавив меня и сам улыбаясь от уха до уха. Я решила, что в качестве компенсации после каждого символа буду его по волосам гладить. Мне это и самой понравилось.

Примерно через четверть часа символы закончились, даже с учётом того, что каждый был нарисован по три раза.

Я задумалась и машинально постучала пальцами по тому месту, где лежала рука, то есть вампиру по лбу.

– Ты чего? – удивился Райн, даже отодвинув ради того, чтобы меня видеть, руку с книгой в сторону.

– Дальше схемы, – пояснила я мужчине. – А они не то что у тебя на лбу, даже на подлокотнике не поместятся.

– На груди нарисуй, она у меня широкая! – хвастливо предложил вампир.

Я с сомнением осмотрела предложенную поверхность. Размеры-то вполне подходили, но вот плоскостью это назвать было никак нельзя, поскольку мускулатурой Райн обладал на загляденье развитой, да ещё и пуговицы мешать будут. Решив, что попытка не пытка, определила центром схемы третью пуговицу сверху и начала вычерчивать, временами подглядывая в учебник. В какой-то момент Райн резко выдохнул и дёрнулся. Странно, вроде я ни за что не задела.

– Что? – забеспокоилась я.

– Всё хорошо, продолжай, – сообщили мне из-под учебника.

– Точно?

– Абсолютно, – уверенно подтвердил Райн.

Однако я уже сбилась, и всю схему пришлось начинать заново. Ближе к её завершению вампир начал периодически напрягать спину, а к середине следующей ёрзать.

– Райн, мне перестать? – на всякий случай поинтересовалась я.

– Нет, – выдохнул вампир, расслабляясь, поскольку я на время прекратила свои художества. – Я тебе мешаю?

– Да. Ты вошкаешься, а на тебе же линий не видно, и я сбиваюсь. – После этого Райн послушно замер и даже дышал теперь медленнее, хотя он и так, как и большинство мужчин, животом это делал. – Не, ну дышать-то ты не переставай.

Но вампир продолжал изображать стойкого оловянного солдатика, вытерпев так все четыре запланированных мной чертежа. Оставалось дочитать ещё полстранички, так что я сообщила своей замечательной рисовальной доске, что всё уже закончилось, и снова попыталась не глядя нащупать его шевелюру, чтобы поощрить за терпение.

И тут этот гад меня укусил. Не то чтобы по-настоящему, просто прижал пальцы зубами, но я в этот момент на него не смотрела и здорово напугалась.

– Ты чего кусаешься? – в сердцах шлёпнула я его ладонью по лбу.

Вампир подскочил как ужаленный, посмотрел на меня шальными глазами и бросился вон из комнаты.

– Райн, – попыталась я исправить ситуацию и кинулась за ним, но Элтар остановил.

– Оставь его, пусть идёт.

– Но он же обидится.

– Нет. Придёт в себя, и всё будет нормально.

– Думаешь, он вернётся?

– Точно вернётся. Его пояс с амулетами остался в лаборатории, а он не самоубийца, чтобы без них на нечисть охотиться.

– И всё-таки…

– Таль, – перебил меня архимаг, – ты хоть понимала, что только что творила?

– А что я творила?

Элтар закатил глаза.

– Мне даже смотреть не по себе было, я себя здесь откровенно лишним чувствовал.

– В каком смысле?

– В смысле, пошёл я в душ и к себе в комнату. Ярких снов, – решил не развивать дальше тему архимаг.

Пришедший на следующее утро за поясом вампир сделал вид, что ничего не было, позавтракал с нами и попрощался, предупредив, что уходит надолго.

Жизнь потекла привычным потоком занятий в академии и у Элтара. К концу месяца у Рамины уже была норма заливки в магистерский кристалл, у меня измерение тоже показало резерв ровно в магистра величиной, но мастера решили пока оставить норму в девять ученических, чтобы не портить кристаллы. Работа кругом стала даваться нам легче, чему все были несказанно рады.

А ещё Кайдена угораздило сказать нам, что на концентрацию при постановке щита хорошо влияет его длительное удержание. В результате мы ходили в щитах на всех уроках подряд и даже в столовой. А поскольку проверить его наличие можно было только заклинанием, то приспособились кидать друг в друга энергетические сгустки диаметром в сантиметр. Через два дня к нам присоединилось несколько ребят с других курсов – знакомые Рейса и Ирры, потом их знакомые, и к концу декады в игру «Подлови того, кто без щита» играло пол-академии. В остальную половину время от времени попадали по ошибке, так что на следующей декаде в щитах уже ходили все адепты.

Большинство преподавателей отнеслось к нашей затее снисходительно, но один незнакомый мне бородатый маг возмущался на всю столовую. Вернувшийся в класс только к самому началу урока Эрин рассказал, что кто-то непойманный подкараулил этого мастера в коридоре и заставил хорошенько подпрыгнуть. Судя по довольному лицу мальчишки, он в этом тоже участвовал.

И всё было нормально, пока какие-то подонки не подговорили Рамину проверить, носит ли щит мастер Кайден. Я успела втолкнуть малышку в открытую дверь класса, но меня он увидел.

– И как мне это понимать? – рассвирепел завуч.

– Вы же сами говорили, что маг должен быть готов к любым неожиданностям, – не захотела я оправдываться перед своим врагом.

– Готовься. Вечером проверю, – ледяным тоном посулил мастер.

Ох, как не вовремя. Его сегодня Элтар к себе пригласил. Что-то там по теоретической магии у архимага не получалось, а меня он предупредил, чтобы мы сегодня для работы кругом не приходили. От Кайдена я ожидала всего чего угодно, поэтому домой тоже возвращалась в щите. С него станется запустить в меня разрядом прямо на улице, заставив подпрыгнуть и опозориться на полгорода, а то и на весь.

Завуч стоял в квартале от дома архимага, прислонившись к стене, и, когда я проходила мимо, кивнул мне на узкую боковую улочку. Идти туда совершенно не хотелось.

– Адептка, идите, – раздражённо велел он, но голос показался мне каким-то странным. Не таким уверенным, как обычно, что ли.

Я подошла и остановилась возле входа в этот проулок. Куда он вёл, я не знала. Не дождавшись добровольных действий, мужчина схватил меня за волосы и потащил в него. Сопротивляться при этом не получалось, и я вынужденно шла рядом с ним. Это тоже было странно. Кайден мог ударить, схватить за руки или за шиворот, но вот такой презрительно-повелительный жест был для него не характерен. Кажется, я очень плохо знала своего врага.

Короткий проулок закончился небольшим закрытым двором со стенами без окон. Меня толкнули к дальней, загородив единственный выход. Повернувшись, я увидела, как мужчина срывает медальон со своей шеи, и вместо мастера передо мной стоит магистр Лейр.

– Сдохни, мразь! – злобно прошипел он и швырнул мне что-то под ноги.

В тот же миг меня накрыло волной дикой боли. Это было намного хуже, чем в тот раз, когда Кайден ударил энергетическим сгустком, хотя и похоже по действию. Спазм боли сжал горло, и я не смогла даже закричать, теряя сознание.

Я плаваю, покачиваясь на тёплых волнах тьмы, но чувствую, как кто-то сжимает мою руку, и пытаюсь сжать свою в ответ. Пальцы не слушаются, лишь слегка дёрнувшись.

– Таль! Очнулась! – доносится издалека голос доктора Алана.

Губ касается что-то влажное, и тонкая струйка жидкости течёт в рот. Стараюсь сглотнуть пересохшим горлом. Тело слушается очень плохо, но пить хочется, и я пытаюсь попросить ещё. Меня продолжают поить. Это постепенно придаёт сил, позволяя начать воспринимать окружающую реальность.

Я лежу. Алан держит меня за руку и поглаживает пальцы. Чуть приподнимаю веки и вижу его осунувшееся лицо с тёмными кругами под глазами.

– Простите, доктор, опять вам приходится со мной возиться, – говорить получается с огромным трудом и очень тихо.

– Я уж боялся, что в этот раз не вытяну, – ответил Алан, продолжая гладить меня по руке. – Ты три дня не приходила в сознание, несколько раз я еле удерживал тебя на самой грани.

– Простите.

– Ну что ты такое говоришь, Таль! Разве ты виновата, что Кайден на тебя напал? Я до сих пор не могу поверить, что он так поступил.

Кайден. Да, я помню, что видела его. Он стоял у стены, потом тащил меня по проулку, и что-то было не так, а потом…

– Это не он.

– Ты просто не помнишь. Его видело множество людей, и сила удара как раз его.

– Это был Лейр. На нём был медальон, он выглядел как Кайден, пока его не снял. А после он в меня чем-то бросил.

– Таль, ты уверена? Точно уверена? – Голос доктора дрогнул.

– Да.

Руки Алана задрожали.

– Я понимаю, что тебе сейчас очень плохо. Но, Таль, умоляю, согласись принять альгаму и пойти со мной. Сейчас идёт суд, и если ты не скажешь там то же, что мне, Кайдена вечером казнят. Все доказательства против него.

– Не… – Я закашлялась.

– Таль, я понимаю, что вы не в лучших отношениях, но он ведь, получается, не виновен! – взмолился доктор.

– Нельзя, чтобы казнили, – наконец выговорила я.

Альгама оказалась такой кислой, что я её с трудом проглотила. Зато уже через несколько минут прилив сил был настолько ощутимым, что позволил одеться и нормально идти небыстрым шагом рядом с Аланом. Доктор заметно нервничал, но не торопил.

Из кабинета ректора мы попали в знакомый мне по прошлому визиту коридор дворца. А оттуда через неприметную дверь – в угол наполненного хорошо одетыми людьми помещения, оказавшись у них за спиной. Другой угол вдоль длинной стены был отгорожен решётками, и там стоял со скованными за спиной руками и антимагом на шее Кайден.

– Есть ли у вас последняя просьба? – спросил у него король.

Я поняла, что приговор уже вынесен, но мне почему-то было весело. Это было неправильно. Закралось подозрение, что альгама – это какой-то местный наркотик.

– Я прошу ваше величество отложить казнь на два дня, – попросил завуч, и голос его звучал так же уверенно, как всегда.

– Кайден, неужели ты думаешь, что за два дня что-то изменится? – устало спросил Доремар.

– Мне не поверили, когда я сказал, что не убивал её, но это уже не важно. Я не стану спорить с приговором. Эта девочка, при всех её недостатках, была достойным противником. Она умела держать удар и бить в ответ. И никогда не била в спину, а я за свою долгую жизнь научился это ценить. Поэтому я хочу отдать ей последние почести и присутствовать на похоронах.

– Начал за здравие, кончил за упокой! – возмутилась я. – Не дождётесь! – Абсолютно все в зале повернулись в мою сторону, и я увидела, как бледнеет лицо неудавшегося убийцы. – Какой же ты трус, Лейр! Чем ты в меня кинул?

– Взять его! – мгновенно сориентировался в ситуации король.

А меня вдруг резко покинули силы, полученные от альгамы, и я снова провалилась в темноту.

На этот раз я, для разнообразия, просто проснулась, хотя, судя по очень знакомой трещинке на потолке, снова в лазарете. За окном сгущались вечерние сумерки. Чувствовала я себя относительно неплохо, хотя слабость ещё давала о себе знать. Естественно, усидеть на месте не смогла и пошла проверять, кто ещё есть в помещении.

За столом спиной ко мне доктор Алан мазал сидящего напротив него Кайдена зельем. Завуч увидел меня и убрал руки под стол.

– Положи обратно, я не закончил, – строго велел врач.

– А за психику своей живучей пациентки не боишься? – ехидно спросил Кайден, глядя на меня.

– Таль? – обернулся ко мне доктор и почти сразу начал колдовать. – Так, это в порядке, это тоже, каналы пока не восстановились, но процесс идёт, резерва на заклинание хватит. Всё отлично.

– Добрый вечер.

– Иди обратно в постель, – распорядился Кайден.

– Э, нет! – тут же вмешался Алан. – Раз она почти в порядке, я пошёл спать. Трое суток даже для меня многовато. Таль, домажь его и через каждый час повторяй процедуру. Когда соберёшься в постель, разбудишь меня. Антимаг не снимать. Где чайник и всё остальное, тебе вот этот безвинно пострадавший покажет. Там пирог есть – угощайтесь. Кайден, руками не пользоваться. Совсем! Никаких «разотру вокруг и разработаю»! Ты меня понял?

– Понял. А ты сам-то понял, что сказал? – возмутился мастер и покосился под стол. – Она же, как только это увидит, в обморок упадёт. И что я с ней делать буду?

– Ничего, после грызей ненамного лучше было. А тебя после всех ваших разборок ей наверняка не жалко.

– А фразу «не дождётесь» мне следует понимать как «я вас раньше прибью»? – улыбнулся Кайден, вопросительно глядя на меня.

– Конечно! – не моргнув глазом, соврала я. А что, идея мне понравилась.

– Тогда мажь, – согласился мастер и положил руки на стол, за который я в этот момент садилась.

– Ох, ё! – буквально рухнула я на стул, не удержавшись на подкосившихся ногах. – Это что ж с вами такое делали?

– Уверена, что хочешь знать? – уточнил завуч.

– Не хочу, – абсолютно точно поняла я.

Запястья мужчины были зверски искалечены.

Я зачерпнула немного уже знакомой мази и начала, едва касаясь, тонким слоем наносить её на повреждённые участки. Кайден стоически терпел, лишь иногда болезненно морщась, и я попыталась немного отвлечь его разговором.

– Что теперь будет с Лейром?

– Он уже мёртв. Время казни не стали переносить.

– Что? Вот просто потому, что я сказала, что это он? А если бы я солгала?

– Нет, конечно. Твои слова послужили основанием для принудительного использования заклинания правды. А мне, как безвинно пострадавшему, даже разрешили присутствовать. Это он украл боевой амулет и использовал его против тебя, заодно подставив меня.

– А почему все решили, что это вы? Я понимаю, что он был под личиной, но вас же наверняка кто-то в это время видел в другом месте.

– Нет, меня никто не видел. Когда я пришёл к Элтару, никого не было дома, и я сам открыл дверь. Сидел в кабинете с книгой и ждал его больше часа. А вот что действительно интересно, это – как тебе удалось выжить?

– На мне был щит.

– Не всё так просто. Амулет наносит не один удар, а пять подряд. Судя по повреждениям, щит снесло только третьим, и ведь там боевые заряды.

– А с чем можно сравнить боевой заряд?

– С семидесятисантиметровым сгустком. Я знаю, что ты его уже удерживаешь на занятии, но когда удары идут серийно, они как бы расшатывают щит, снижая концентрацию заклинания. Ведь никто из магов не ходит в щитах постоянно… – Тут Кайден осёкся.

– Мы ходим. Игра же.

– Вы и за пределами академии играете? – подозрительно спросил завуч.

– Нет, мы что, ненормальные? Там же обычные люди.

– Ну, ты знаешь, чтобы в меня заклинанием кинуть, тоже ненормальной надо быть, – заметил Кайден. – А почему на тебе тогда был щит?

– Как раз из-за того, что в вас попали, и я ожидала какой-нибудь пакости в ответ.

Кажется, завуч обиделся.

– Я что, похож на того, кто станет убивать за подобную шалость?

– Не знаю, но по шее надавать или тоже мелким чем-нибудь кинуть точно можете.

– Тогда зачем ты вообще это сделала? До этого ваша игра не выходила за рамки разумного, и я даже защищал её перед ректором.

Я немного помолчала, но всё же решила признаться:

– Это не я, это Рамина. Её кто-то из старших подговорил, а она ещё маленькая и не понимает, что взрослые люди – не её игрушки. Если найду этих подонков, мало им не покажется.

– А если не справишься, тихонько покажешь мне на них пальчиком, – кивнул мастер Кайден. – А то выучим ещё таких вот Лейров.

Потом мы пили отвар с пирогом, и я с удовольствием наблюдала, как ловко завуч управляется с чашкой и своим куском лакомства при помощи левитации. Потом, чтобы не было скучно, меня ещё и по теории магии погоняли. Проснувшийся через несколько часов Алан застал нас за совершенно непотребным занятием: Кайден пытался стукнуть меня по лбу левитируемой ложкой, а я бегала по лазарету и уворачивалась. Мне было скучно, у него болели руки, а так мы оба отвлекались.

Оставшись доволен результатами проведённого лечения, доктор возобновил на обоих заклинания и, разогнав нас по койкам, отправился досыпать.

А утром лазарет превратился в сумасшедший дом. Мало того что Кайден стал капризничать и потребовал, чтобы руки ему мазала я, потому что у меня аккуратней получается, в лазарет началось настоящее паломничество.

Первым пришёл ректор. Умилился увиденной сцене «адептка лечит завуча» и сделал в корне ошибочный вывод:

– Наконец-то вы поумнели. Я уж думал, эта вражда никогда не кончится.

– Вот ещё! – возмутился Кайден.

– И как же тогда понимать то, что я вижу? – улыбнулся в седую бороду ректор.

– Как временное перемирие. Нам доктор Алан тут враждовать не разрешает, – пояснила я, переходя ко второй руке. Выглядели запястья уже значительно лучше.

– Так и я вам не разрешаю, – попытался воззвать к нашей игнорирующей данный вопрос совести архимаг Таврим.

– Алан нас, если не послушаемся, лечить быстро не станет, и мы тут неделями лежать будем. А вы что сделаете? – не поддался Кайден.

– А я… хм, – задумался ректор, но так и не нашёл ни одного эффективного способа призвать нас к порядку, поскольку воевали мы последнее время, не выходя за рамки академических правил.

В этот момент на цыпочках, но при этом громко перешёптываясь, в лазарет цепочкой пробрались все шестеро моих друзей. Поняв, что их заметили, они подошли, уже не скрываясь.

– Здравствуйте, – первым проявил вежливость Ян.

– Ух ты! Это от кандалов, да? А можно, я потрогаю? – уставился на запястья Кайдена Марек.

– Зачем? – изумился тот, и я с хохотом рухнула на стол, уже зная ответ.

– Так интересно же!

– И что тут смешного? – не понял завуч.

– Он у вампира клыки по той же причине трогал, – через прорывающиеся смешки выговорила я.

– Ты плохо на них влияешь, – пришёл к привычному выводу Кайден.

– Я на них?! Пока они это не затеяли, меня ни к кому в рот не тянуло.

Потом Алан увёл меня на осмотр, и Мареку таки разрешили потрогать раны путём осторожного намазывания.

Поздравить Кайдена с освобождением пришёл поочерёдно и группами почти весь преподавательский состав. Пожелать мне выздоровления явились остальные одногруппники, знакомые Ирры и Рейса и какие-то незнакомые, но знающие меня адепты. Некоторые преподаватели тоже подходили пожелать выздоровления, и почти все смотрели с уважением. Появилась та самая коротко стриженная девушка, к которой я после сражения с грызями подзывала Алана, хлопнула меня по плечу так, что я чуть не свалилась со стула, и сказала, что я – её достойная смена. После этого она прямо в лазарете получила нагоняй от Кайдена, пообещала когда-нибудь обязательно исправиться и, послав ему воздушный поцелуй, убежала на занятия.

– Прибью! – сквозь зубы прокомментировал её поведение завуч.

– Ещё один личный враг? – предположила я.

– Хуже – дипломница, – скривился мастер.

К обеду пришёл Элтар, сказал, что он мной гордится, и забрал домой под честное слово, что сам меня долечит.

До конца этого учебного полугодия оставалось не особо много времени, так что гоняли нас по всем предметам нещадно. При этом мы продолжали подрабатывать у Алира, тренироваться кругом и учить заклинания для похода на практику. Несколько попыток уговорить архимага взять нас с собой не дали никакого результата. Элтар был непреклонен.

Мне пришлось ещё раз переночевать в лазарете после того, как гордо заявила Кайдену, что мой щит по-настоящему хорош. Мастер ответил неким концентрированным энергетическим сгустком и за руку отвёл к доктору Алану.

– Могли бы и словами объяснить, – возмутилась я по дороге.

– А мог и «огненный бросок» такой же силы использовать, – парировал завуч.

Я впечатлилась.

Потом наступили зачёты, которых, как выяснилось, опасались мы зря. Легче всего сдали медитацию, поскольку зачёт не проходил отдельно от занятий, а выводился по результатам последних измерений резерва. Норма, озвученная мастером Сорином, показалась нам просто смешной – три ученических кристалла. Даже у Бадера было уже пять, а у Рамины – больше полутора магистров. Как заметил Элтар, посмотрев на наши результаты, нам совсем чуть-чуть в сумме не хватало до архимага.

Зачёт по левитации за полугодие мы сдали уже давно, но мастер настоял, чтобы зафиксировали результаты именно за этот период. Получилось забавно: десять человек из группы сдали годовой зачёт, а я, Рамина и Ян – полугодовой за второй курс. Эрх так впечатлился, что даже пообещал после каникул всё же начать нас учить летать.

С физкультурой и рисованием тоже проблем не возникло. Однако Рамина чуть не провалила чистописание, хотя очень старалась, а Эрин отстал по истории, но, по-моему, он просто перенервничал. Больше всего нас гоняли по теории магии. Зачёт длился почти весь день, и мы вымотались до предела, под конец отвечая уже на полном автомате. Однако Кайден остался доволен.

После сдачи зачётов Ирра и ещё двое ребят из группы собрались уезжать домой на каникулы.

– А как же норма заливки кристаллов? – удивилась я, поскольку именно по этой причине нас отказывался брать с собой архимаг.

– С собой кристаллы выдадут, а после каникул сдадим, – пояснила она. – Что мы тут будем два месяца делать? Да и родителям помочь по хозяйству нужно.

Мы сбегали к мастеру Сорину, убедились, что никто нас тут каждый день на каникулах не ждёт, и даже те, кто останутся в городе, получают ёмкости и сдают залитые кристаллы раз в декаду. Полтора магистра, о которых говорил архимаг, было минимальной планкой. Нам устанавливалась полуторная норма заливки, потому что резерв за эти два месяца должен вырасти, а мерить его не будут.

Вечером мы ещё раз попытались уговорить Элтара. До ухода магов оставалось меньше декады. Уговаривали, правда, вшестером, Яну отец уже объявил, что каникулы он проведёт в родовом замке, помогая матери управлять хозяйством.

– Ну что вы ко мне привязались с этой практикой? – возмутился архимаг. – Проучитесь ещё год, освоите всё необходимое, сдадите зачёт и пойдёте как все.

– Элтар, но почему? – не отставала я.

– Да не хочу я пешком идти! – наконец признался он. – Один-то я верхом еду.

– А что нам тогда делать? – посмотрела на него своими наивными детскими глазами Рамина. – Уроков же теперь нет.

– То, что обычно делают дети, – гулять, играть, ещё что-нибудь. Откуда мне знать? – развёл руками Элтар. – На праздник завтра сходите, там гвардейцы выступать будут и маги с иллюзорным представлением.

– Гвардейцы?! – встрепенулись Тарек и Марек.

– Праздник? – заинтересовалась я.

– Триста лет со дня освоения континента, – прояснил грустный из-за скорого отъезда Ян. – Я завтра с отцом иду.

– А вы с нами пойдёте? – с надеждой спросила Рами у архимага.

– Нет.

– Почему? – расстроился Марек, уже собиравшийся что-то предложить.

– Что я там не видел?

– Представление же каждый год новое, – возразил Эрин.

– Не важно, суть всегда одна и та же. К тому же моё присутствие может напомнить людям, что освоение континента прошло вовсе не так, как планировалось, – печально заметил маг.

На это нам возразить было нечего. Договорившись встретиться утром у Элтара и уже отсюда идти на площадь, все разошлись по домам.

Собрались довольно быстро. Идти нужно было пораньше, чтобы занять места, с которых что-то видно.

– Там весь город будет! – расхваливал мне мероприятие эмоциональный Марек. – Ты такого никогда не видела!

Малышка тенью ходила за архимагом и жалобно на него смотрела.

– Рами, ну что ты от меня хочешь? – не выдержал тот.

– Пойдём с нами, – попросила девочка, беря его за руку.

Ребята выжидательно замерли.

– Зачем я вам там? От этого что, представление интереснее станет?

– Да. Если мы что-то не поймём, ты нам объяснишь, – нашлась с ответом я.

– Не хо-чу, – по слогам проговорил Элтар, строго глядя на нас.

Кажется, все надеялись, что он передумает, потому что уходили мы как-то растерянно. Однако среди ярко одетых и смеющихся людей настроение постепенно исправилось. На площади действительно было столпотворение. Я даже не знаю, с чем это сравнить. Если только с бесплатным концертом популярной музыкальной группы.

Кое-как пробившись к центру площади, где была стела на постаменте, мы залезли туда, надеясь, что стражникам в этой толпе не до нас. Отсюда было хоть и далековато до основного действа, но всё же видно, что происходит.

Музыка, кстати, тоже была – в виде живого оркестра из одиннадцати человек. Все выступающие находились на огороженной гвардейским оцеплением сцене. Там же стояли несколько пустых пока кресел. Уже видевший подобные представления Эрин сказал, что на них сядут король с королевой, принц и королевский архимаг.

Люди всё прибывали и прибывали, так что площадь походила уже на сплошной живой ковёр с островком-возвышением сцены на дальнем краю. Наконец появилось правящее семейство. Король, приветствуя свой народ, стал произносить речь о том, какие мы все у него хорошие и какой замечательной страной он правит. На фразе о подрастающем поколении сильных магов мне показалось, что Доремар смотрит прямо на нас. Не удержавшись от шалости, помахала ему рукой и заметила, что тот улыбается. То ли увидел, то ли так было изначально запланировано.

Неожиданно, перекрывая усиленный заклинанием голос короля, раздался страшный треск. На мгновение площадь накрыло настороженной тишиной, которую разорвал громкий противный скрежет. В следующий миг начали раздаваться испуганные вскрики, слившиеся в нарастающую волну ужаса. Огромная каменная башня, которая была самым высоким зданием в городе, накренилась и стала падать на площадь.

Что происходит?! Почему именно сейчас? Это что, теракт?!

Но развить мысль дальше мне не удалось. Возникла паника. Люди кинулись к трём выходам, два из которых были довольно широкими, а третий – просто проулок. Там мгновенно образовалась давка. К проходам побежали гвардейцы и несколько человек из окружения короля, пытаясь организовать эвакуацию. Но люди мчались прочь, сбивая других и никого не слыша.

Некоторые бросились к помосту, куда не пускала цепь гвардейцев, боясь, что королевская семья пострадает в свалке. Немногие присутствующие на площади маги пытались удержать башню, но по безвольно опускающимся рукам было видно, что заклинания срываются. И всё же кто-то её держал. Башня ползла вниз, продавливая концентрацию мага, но именно ползла, а не падала. Кто-то давал время людям на то, чтобы успеть убежать.

– Что же делать? – вслух произнёс Эрин то, о чём думали все мы.

– Убираться отсюда, – предложил Рейс. – Но нужно понять, куда.

Мы стали оглядываться. Возле узкого прохода была жуткая давка, там кто-то дико кричал. Неожиданно перед замершими в страхе людьми пронёсся огненный шар и расплескался по каменной стене. На мгновение наступила поражённая тишина, когда люди поняли, что впереди тоже смертельная опасность.

– Сожгу всех к демонам! По двое в проход! – разлетелся над площадью звонкий мальчишеский голос Яна.

В этот момент я увидела, кто держит башню. Это был Лисандр. Похоронным звоном для тысяч людей пронеслись в голове слова Элтара: «В Лисандре всего два архимага», и слабый лучик надежды хоть для кого-то: «В вашем круге почти архимаг».

– На сцену, круг королевскому архимагу, это он держит.

Никто не стал возражать, мы бросились вперёд, пытаясь пробиться через мечущуюся толпу к сцене. Как пройдём через оцепление, в тот момент ещё не думали. Рейс фактически тащил за собой Рамину, трое низкорослых пока мальчишек лавировали где-то внизу, я пускала в ход локти и всё своё умение пробираться в людском потоке.

– Дорогу магам! – попыталась я расчистить нам путь, но масса очумевшего народа оставалась плотной.

И тогда нас выручил Эрин. Никогда не подумала бы, что он умеет так ругаться. Я даже не все слова понимала, а люди оборачивались и невольно расступались.

Нам очень повезло. Там, где мы вырвались из толпы к самому оцеплению, стоял знакомый гвардеец, когда-то отводивший Элтара домой.

– Пустите, нам нужно поставить круг архимагу! – крикнула я, пытаясь на ходу придумать, что делать, если это не сработает.

Какое-то мгновение он колебался, и всё же чуть посторонился, пропуская внутрь шестерых адептов. Мы не оглядывались, но волна криков ужаса настигала нас в спину. Похоже, у Лисандра заканчивался резерв.

– Продержитесь ещё чуть-чуть, сейчас будет круг! – крикнула я архимагу и для остальных скомандовала: – На ведущем я и Рейс, чтобы до плеч достать, дальше близнецы, потом Эрин и Рами.

Мы встали, привычно сцепив руки. Как только на плечах Лисандра замкнулся круг, я начала отсчитывать про себя восемь секунд, чтобы дать команду. Но круг мы так и не активировали. Это сделал королевский архимаг, выбрав между шестью адептами и сотнями жителей города, всё ещё находящихся на площади. Это был смертельно опасный берущий тип круга, а мы слишком слабы, чтобы выдержать давление архимага. Я посмотрела на детей, которых убила своим решением поставить круг, и мне стало ещё хуже – они всё понимали. Элтар слишком хорошо донёс до нас, почему нельзя так делать.

– Пейте кристаллы! – сориентировался привыкший реагировать на опасность действиями, а не переживаниями Рейс.

Это была отличная идея. У каждого из нас на шее висел магистерский кристалл, даже если это не спасёт нас, позволит выиграть время. Для себя мы уже ничего не могли сделать – этот круг мог разорвать только Лисандр. Но время – это человеческие жизни.

Я посмотрела на площадь. Башня медленно ползла вниз, до земли было ещё слишком далеко. Когда она рухнет, булыжники разлетятся вокруг, и даже если под ней никого уже не будет, погибнут многие. Вон женщина закрывает собой упавшего ребёнка, боясь, что его затопчут сходящие с ума от страха люди. Вон старик с клюкой прислонился к постаменту стелы. Вон молодой парень сидит на земле, держась за ногу. Этим уже не убежать.

Прошла минута, другая, мы пытались медитировать, собирая крохи разлитой в воздухе энергии, но резерв безудержно таял под напором заклинания. Первым потерял сознание Эрин, почти сразу за ним – Рейс. Близнецы продержались ещё минуту и рухнули одновременно, так и не разжав рук. На меня накатывал голод, начала кружиться голова, перед глазами всё поплыло. Я видела, как плачет, но стоит Рамина. Обернулась на площадь и, перед тем как потерять сознание, увидела, как против людского потока рвётся какой-то ненормальный, буквально расшвыривая в стороны не успевших отойти с его дороги людей.

Темнота отступала медленно, бередя душу далёким детским плачем. Постепенно стал слышен неразборчивый мужской голос. Кажется, кто-то пытался успокоить ребёнка.

Медленный глубокий вдох и такой же медленный выдох. Неужели я всё ещё жива? Осторожно открываю глаза. О, знакомая трещинка, значит, точно жива. Справа снова раздался тихий плач и мужской голос:

– Рами, не плачь, маленькая.

– Элтар, – поняв, кто это, попыталась позвать я, но получился чуть слышный шёпот.

Сил на то, чтобы встать, не было, но мне нужно было узнать, что с остальными. Я перевернулась на бок и, помогая себе руками, села на кровати. Какое-то время пришлось сидеть с закрытыми глазами, чтобы мир перестал вращаться вокруг, раскачиваясь и шатаясь. Кое-как встала. С какой попытки – не помню, но точно не с первой.

В центральном проходе лазарета никого не было, часть занавесок вокруг кроватей были задёрнуты. Придерживаясь за опорный столб, заглянула за ближайшую. На кровати сидел Элтар и укачивал на руках заплаканную малышку.

– Таль! – с радостным криком кинулась ко мне Рамина, и мы вместе рухнули на пол.

– Рами, ты что творишь?! – возмутился архимаг, поднимая с меня девочку. – Она же и так на ногах не держится.

– Я не хотела, – жалобно пискнула малышка, пытаясь снова за меня уцепиться, будто боялась, что я сейчас исчезну.

– Что здесь происходит? – раздался недовольный голос доктора. – О, непоседа очнулась! Куда тебя понесло? Тебе лежать надо!

– Что с остальными? – задала я самый важный сейчас для меня вопрос.

– Все живы, но пока без сознания. – И видя, что меня это не успокоило, уже мягче добавил: – Не переживай, всех вытяну.

После этого мне полегчало, и я расслабилась, решив, что пол тоже вполне подходит для лежания, а сил куда-то перебираться нет. Элтар считал иначе. Он поднял меня и на руках понёс на кровать, но не на мою, а на ту, где сидел ранее. Сам устроился на краешке, посадив перед собой малышку и несильно сжав мои пальцы.

Только теперь я заметила, какое осунувшееся у него лицо.

– Много людей погибло?

– Четверо. Ещё несколько десятков в больнице. Все пострадали из-за давки.

– Но башня ведь должна была рухнуть… И почему мы живы?

– Потому что Лисандр отпустил круг, как только понял, что я подхватил башню. Меня, правда, тоже не до самой земли хватило, но полтора метра особой роли уже не сыграли, все успели отойти на безопасное расстояние.

– Элтар, не ругайся, пожалуйста. Мы хотели отдающий круг сделать, просто не успели. Лисандр сам его активировал.

– Он сделал то, что должен был, он – королевский архимаг. Не вините его. А вами я горжусь.

– А как ты так быстро оказался на площади?

– Из-за вас. Разбередили вы мне душу. Дел срочных не было, читать не хотелось, а Рамина такая расстроенная ушла, что я плюнул на всё, собрался и пошёл на праздник. Когда начала падать башня, я был в квартале от площади, но через эту обезумевшую толпу прорваться тяжело, а лететь я не рискнул. Видел, что кто-то пока держит её, и берёг резерв, да и люди могли неадекватно отреагировать…

– А почему оттуда не зачитал заклинание?

– Если не видишь объект полностью, тратится значительно больше энергии, и риск, что заклинание сорвётся, выше. Я бы её просто не удержал. Нужно было попасть на площадь.

– Вовремя же ты успел. Ты герой – спас и нас, и всех людей на площади.

– Нет, Таль, я лишь сделал то, что был обязан, а вот вы – настоящие герои. И Ян тоже. После того, как он встал около узкого прохода, люди стали слушать команды находившегося там графа Эдера, а гвардейцы даже успели оттащить в сторону девушку, которую чуть не затоптали. Её потом кто-то из магов подлечил. Так что те четверо погибли до его приказов, после этого только несколько раненых, и то в других проходах.

– Думаешь, это сыграло такую большую роль?

– Я помню, что было, когда во время одного представления сорвался с цепи аркшарр. Зверь убил двоих и ранил пятерых, а в этом проходе тогда погибло несколько десятков человек.

Маг увидел, как по моему лицу расплывается счастливая улыбка, и обернулся. В проходе, подпирая друг друга, ковыляли в нашу сторону близнецы.

– Сейчас и их поругают, – сделала вполне закономерный вывод Рамина.

– За круг? – предположил Тарек.

– За то, что с постели встали, – просветила я его. – Мне от доктора уже досталось. И да, все наши живы.

Близнецы облегчённо выдохнули.

– Элтар, ты не представляешь, что творится в городе! – буквально влетел в лазарет мастер Кайден. – Это Излом. Это действительно Излом!

– А ты не преувеличиваешь? – усомнился архимаг.

– Что такое излом? – испуганным шёпотом поинтересовалась Рамина, подёргав мага за рукав.

– Изменение отношения к магам. Мы всегда были элитой общества, самой уважаемой профессией, но после катастрофы отношение стало иным. Что только не делалось, чтобы вернуть уважение людей, но Излом никак не наступал. Что бы ни случилось, всегда и во всём виноваты маги, – объяснил нам Элтар и переключился на Кайдена: – Так что происходит?

– Все разговоры в городе только об этой шестёрке и юном герцоге. Люди говорят, что вернулись прежние маги! Академию буквально берут штурмом, прося зачислить их со следующего года. И не только дети.

– Это, конечно, здорово, но не боишься, что ажиотаж перехлестнёт через край? Культ магов тоже ни к чему, это мы уже проходили, – высказал непонятные нам опасения архимаг.

– Да я, в общем-то, из-за этого и пришёл, – сник Кайден. – Тут ещё и маги на эту детвору какое-то время косо смотреть будут, а герои нам нужны, сам понимаешь.

– Маги-то почему? – удивился Элтар.

– Им сегодня Лисандр такое с утра устроил! Первокурсники круг поставили, а дипломированные маги ничего умного не придумали. Он же понимает, что… – Завуч замолчал, и за него закончил подошедший Рейс:

– Что пожертвовал нами.

Пошатнувшись от слабости, парень ухватился за плечо Кайдена, и тот, поманив к себе стул, усадил пострадавшего.

– Мы понимаем, что у него не было выбора. Так он мог взять больше, – попыталась я смягчить заявление друга.

– И это тоже, – подтвердил завуч, – но ещё вы просто не успевали. Он уже отдал весь резерв и почти половину своей ауры, несколько секунд – и заклинание сорвалось бы.

– Разве можно использовать ауру на заклинание?

– Да, но это приходит с опытом и тоже смертельно опасно. Лисандр тоже в больнице, – ответил Элтар и снова вернулся к прерванной теме: – И что ты хочешь от меня?

– Их нужно убрать из города, желательно куда-нибудь подальше. У вампира же замок пустой стоит, пусть поживут там на каникулах. Его всё равно там вечно нет.

– И что они там будут делать одни? Ты этот замок видел?

Кайден отрицательно покачал головой.

– Не надо в замок, возьмите нас на практику, это тоже далеко, – тут же сориентировалась в ситуации я, хотя и против замка ничего не имела. Но туда и потом напроситься можно.

– Вы меня уже достали с этой практикой! – взвыл архимаг.

– О чём речь? – заинтересовался Кайден.

– Эти ненормальные рвутся со мной на практику по деревням. А я не имею ни желания идти пешком, ни возможности тратить на это время. И так получается, что полдня перегон, день на работу и полдня на то, чтобы прийти в себя. В результате к синецвету я уже лет десять не успеваю. А если пешком идти, я половину сроков сбора пропущу.

– Они тебе вешки могут помочь заливать, – встал на нашу сторону завуч.

– Не только вешки, мы всё-всё выучили, мы всё делать можем, – влез Марек.

– Уже поздно. Выход через два дня, а я на них не рассчитывал – ни одежды, ни запасов.

– Хм, а что именно вы выучили? – обвёл нас задумчивым взглядом мастер Кайден.

– Как резьбу на колодце делать, как вешки найти и залить, как на домах знаки проверять, как угловые метки делать, как… – пустился в перечисление Тарек.

– Конспект, переписанный у старшекурсника, – подвела я итог.

– Вечером зачёт, – решил завуч.

– Какой зачёт? – опешили мы.

– По допуску к каникулярной практике. Если сдадите, оформлю её официально, и получите стандартный походный комплект с одеждой, крупой и всем остальным.

– Вы что, сговорились? – тихо застонал Элтар.

– Кто? Я с Кайденом?! – удивлённо смотрю на друга.

– Хамеешь, адептка. Мы в академии, хоть и в лазарете.

Не сразу поняла, о чём он, лишь через какое-то время сообразив, что снова пропустила слово «мастер».

– Извините.

– Элтар, должен буду. Я же тебя редко о чём-то прошу.

Архимаг устало потёр лицо, тяжело вздохнул и сдался. Не знаю, насколько плохо мы должны были себя чувствовать, но прыгать от радости, как выяснилось, могли.

Эрин пришёл в себя только через несколько часов. К вечеру нас завели в отдельный класс и под присмотром Кайдена, ректора и незнакомого мага, который должен был стать куратором практики, посадили письменно отвечать на вопросы. За время ужина ответы проверили, всех похвалили и через портал в кабинете ректора увели в неизвестном направлении. Там девочек отделили от мальчиков, обмеряли вдоль и поперёк и отпустили обратно. Ночевать нам предстояло снова в лазарете с хмурым и неразговорчивым доктором, который был недоволен нашим уходом.

Наутро нас опять отвели через портал в комнату к портным, где мы примерили бело-голубые платья. Мальчишки сказали, что у них брюки с коротким пиджаком тех же цветов. Пока завтракали, всё окончательно подогнали, и, велев переодеться, нас куда-то повезли в карете. Последний квартал преодолевали пешком; зашли в какое-то помещение и минут десять ещё пробирались внутри по заполненным людьми коридорам. Конечной точкой путешествия оказалась большая двустворчатая дверь, выходящая на улицу. Яркий солнечный свет слепил, мешая ориентироваться.

– А вот и наши герои! – торжественно объявили впереди, и мы, проморгавшись, увидели величественный жест рукой в нашу сторону.

Попытка посторониться, чтобы дать дорогу героям, не удалась. Меня поймали за шиворот и подтолкнули, заставляя сделать несколько шагов. Мимо в такой же, как у нас, одежде прошествовал Ян и прошипел:

– Не стой столбом, идём.

Иду. На полном автомате, вообще ничего не понимая.

– Ты откуда взялся?

– Да я же у двери с вами стоял. Ты чего? – не оборачиваясь, удивлённо прошептал мальчишка, останавливаясь.

Встаю рядом с Яном и, так же как он, поворачиваюсь налево. Я уже видела площадь с этого ракурса, когда стояла в круге магов. Мы снова были на сцене, а площадь снова до отказа заполнена людьми. Башню уже убрали, на месте обломков фундамента была скульптурная композиция «мы стоим в круге с Лисандром». Причём очень большая.

– Ян, это что? Когда они наваяли?

– Не говори глупостей, это иллюзия. С обломками сделать ничего не успели, вот и прикрыли.

Мы стояли недлинной цепочкой из семи первокурсников, а люди хлопали в ладоши и кричали: «Юные маги!», «Юные маги!», «Юные маги!». Вперёд вышел король и поднял руку, призывая к тишине.

– Сегодня мы чествуем семерых молодых людей, чьи имена запомнит каждый житель этого города, обязанный им своей жизнью или жизнью своих родных: Рамина, Эрин, Тарек, Марек, Рейс, Наталья и юный герцог Янисар Устиец.

Толпа на площади повторяла за королём каждое имя. Мы стояли обалдевшие и не пытались сбежать только потому, что среди гвардейцев оцепления маячил мастер Кайден и исподтишка показывал нам кулак.

– На старом континенте существовала традиция награждать магов за заслуги алмазными браслетами, чтобы они могли ещё больше сделать для своей страны, – продолжил король. – Пришло время возродить эту традицию.

К нам подошли сам король и Лисандр. Архимаг подавал правителю кожаную полоску с одиночным камушком примерно в карат, которую Доремар самолично застёгивал на запястье награждаемого.

– Вы почему такие напуганные? – шёпотом спросил он, перейдя ко мне.

– Так мы сначала бежали, потом опять бежали, потом переодевались, потом ехали, потом бежали, а потом нас сюда вытолкнули, – пожаловалась я. – И вообще, вы были первым знакомым лицом за последний час.

– Не смеши меня, – тихонько действительно хохотнул Доремар, – мне ещё вторую часть речи говорить, а я её толком не выучил.

Лисандр после этой фразы поперхнулся, а мы развеселились.

– Интересно, почему с помощью этих браслетов можно больше сделать для страны? – всё так же шёпотом полюбопытствовала я.

– Такой камень эквивалентен кристаллу архимага. И поскольку сами вы их пока залить не можете, то архимаг Элтар их наполнил, хотя обычно дают пустые. За каждую серьёзную заслугу добавляют камушек. Самый заслуженный браслет в истории содержал восемьдесят шесть алмазов, – пояснил вставший рядом со мной королевский архимаг.

Мы воззрились на браслеты со значительно возросшим уважением.

Перед тем как отпустить нас со сцены, король ещё что-то говорил о том, что мы «встали нерушимой стеной между жителями города и смертью», но я особо не слушала, а снова, как в тот день, смотрела на людей на площади.

Вот мужчина поднял ребёнка на плечи, чтобы ему было лучше видно. Вот старушка утирает сентиментальную слезу краем платка. Вот молодой парень целует симпатичную девушку. А значит, жизнь продолжается.

Теперь моя жизнь – это магия. Так будем жить!

Content

Наталья Егорова
Не дать отнять свою мечту

Таль 1 Не упустить свою мечту

Таль 2 Не дать отнять свою мечту