Джина Джинджер и утерянные конспекты

Глава 1

Гарри на это лето возлагал большие надежды. Отец обещал отпустить его пожить в мир людей.

Он не мог сказать, что ему живётся плохо, но, как и любому мальчику его возраста, ему хотелось иметь друзей-ровесников, а дома с этим сложно. Гарри надеялся завести друзей в родном мире.

Кинув взгляд на ростовое зеркало, он узрел своё отражение. Высокий для своих почти одиннадцати лет, физически крепкий, на лбу с правой стороны едва заметный шрам в виде значка Опеля. Чёрный костюм из прочной ткани с множеством кармашков отлично сидит на нём. Тёмные непослушные волосы взъерошены, а пронзительные изумрудные глаза будто смотрят в саму душу.

Гарри проверил карманы. Кошелёк и документы на месте. Салфетки, рогатка, перочинный нож, металлические шарики для рогатки и кошачий корм — вроде бы всё самое важное собрал. Остальное хранится в пространственном кармане.

Почти десять лет назад Гарри стал сиротой. От отца он знал, что его биологических родителей убил безумный волшебник, после чего мальчика отдали на воспитание тётке по материнской линии. Но та его не любила и боялась, поскольку она обычная пятнадцатая, а он тогда был семнадцатым.

Отец явился к тётке во всём своём великолепии: шесть белоснежных крыльев выпущены наружу, над головой сияет нимб-трансдюсер. Разве могла тётушка устоять перед таким очаровательным мужчиной? А уж когда он представился не по своему имени — Дункан Хоггарт, а по прозвищу-титулу — Люцифер, и вежливо попросил передать Гарри ему на воспитание, тётушка моментально отдала мальчика такому вежливому серафиму и правителю Ада в отпуске.

С тех пор Гарри Хоггарт живёт с приёмным отцом в его домене. Вместе с ними тут живут всего три существа. Третий житель домена — Кошкотун — чёрный кот с ангельскими крыльями и золотым нимбом. Четвёртая — Мими — добрая миниатюрная суккуба, которую Гарри вскоре догонит в росте; она стала ему второй матерью, хотя и является служанкой Люцифера. Пятый — божественный дух-спутник Люцифера, который старается лишний раз не появляться в реальности. Его так и зовут — Спутник.

Они вчетвером (впятером, но Спутника обычно не видно и не слышно) часто путешествовали по другим мирам. Папа, Мими и Кошкотун многому учили Гарри.

Спустившись на первый этаж со второго, Хоггарт обнаружил отца в гостиной в кресле перед встроенным в стену включённым голомонитором. Там шла трансляция какого-то иномирового шоу с участием инопланетных рабочих — низкорослых гуманоидов с жёлтой кожей и с огромными ушами.

— Пап, что смотришь?

— Передачу «Как это делают», — обернулся светловолосый крепкий мужчина к мальчику. На его лбу тоже имелся шрам, но в виде едва заметной косой черты с левой стороны. — Показывают, как делают плюмбус.

— А-а… Про плюмбус я уже видел. Пап, ты обещал меня отправить в родной мир.

— Хм? — задумчиво помял подбородок Дункан. — А ты точно один справишься?

— Конечно! — возмутился Гарри. — Я взрослый! Мне уже почти одиннадцать.

— Хорошо, Гарри, но с тобой отправится Спутник.

— Ну, пап!

— Не спорь. Ты его даже не заметишь, а я буду спокоен за твою безопасность. Не за каждым мальчиком присматривает бог. Вот исполнится тебе восемнадцать — делай, что хочешь.

— Ладно, — печально вздохнул Гарри. — Пусть будет Спутник. Он хотя бы ни к кому не лезет.

— Вижу, ты уже собрался. Гарри, ты готов?

— Готов! — мальчик сгорал от предвкушения. Наконец, он сможет завести друзей, которых ему так не хватало. В путешествиях он только успевал с кем-нибудь познакомиться, как приходило время расставаться.

Дункан махнул рукой, хотя это было необязательно. В паре метров от Гарри появилось окно портала. С той стороны вместо гостиной была видна улица обычной человеческой деревни конца двадцатого века. Никаких флайеров, глайдеров и дроидов, свойственных высокоразвитым мирам. Но и не средневековье с его грязью на улицах вперемешку с навозом и вонью от потных грязных людей и животных. Этакий промежуточный вариант без животных, с чистыми людьми, с асфальтовым покрытием и с редкими чадящими автомобилями с двигателями внутреннего сгорания.

— Пока, пап!

— Удачи, Гарри.

Махнув на прощание рукой, Гарри взял разбег и пробежал сквозь плёнку портала. Стоило ему оказаться по ту сторону портала, как тот исчез.

Дункан мысленной командой переключил канал. Изображение сменилось. Вместо цеха по производству плюмбусов стена стала показывать Гарри Хоггарта, будто он находится не в другом мире, а стоит на улице за отсутствующей стеной. На самом деле за ним всюду следовало несколько голокамер, имеющих артефактную природу. Такую голокамеру сложно обнаружить даже опытным волшебникам, поскольку она смещена в пространственно-временных гармониках. Её не видно и не слышно.

Несмотря на то что за мальчиком следит целый бог, Дункан всё равно волновался. Хотя у него много своих детей в разных мирах, но все они взрослые и обо всех он позаботился, а Гарри ещё маленький. Он не мог оставить мальчика на воспитание тётке. В мире много сирот, но именно Гарри Хоггарта он однажды уже воспитывал с целью спасения мира. Всех сирот воспитать у Люцифера не хватит отпуска, которого осталось всего девятьсот восемьдесят лет. Но он мог снова вырастить Гарри, чем и занялся. И за эти годы прикипел к мальчику душой. Он собирался следить за ним, а в случае опасности готов был вмешаться. Хотя это вряд ли понадобится.

Когда Дункан впервые воспитывал Гарри Хоггарта в альтернативной вселенной, он передал ему многое. Тот Гарри был очень сильным волшебником. Но он не идёт ни в какое сравнение с нынешним мальчиком. Ему Дункан дал гораздо больше, поскольку сейчас у него больше сил, знаний, опыта и могущества. И это если не брать в расчёт присмотр со стороны Спутника. Но мальчику явно не хватало самостоятельности и социализации.

***

Хоггарт-младший не впервые путешествует порталом. Сколько он себя помнит, они с отцом, Мими и Кошкотуном путешествовали в разные вселенные, на разные планеты. Чаще всего на Землю, населённую людьми, но бывало, что они посещали эльфов, гномов и миры со смешанными расами. Посещали магические и технические цивилизации от парового века до межзвёздных технологий. Гарри привык к новым впечатлениям и различным разумным расам и почти ничему не удивлялся.

Мальчик обожает летать. Мими часто ему говорила, что он родился для неба. Он летал на всем, что видел: флайеры, глайдеры, звездолёты. В магических мирах летал верхом на драконе и на зачарованной карете. Но больше всего он любил летать самостоятельно.

Гарри активировал чары отвода глаз, встроенные в одежду. Эти чары действуют лишь на обычных людей. Волшебники и магические животные на них не обратят внимания. Вслед за этим у него за спиной развернулись белоснежные ангельские крылья, над головой засиял тонкий ободок нимба, а во лбу подобно третьему глазу появился голубоватый кристалл телезмы. В таком виде он стал напоминать мальчика-херувима, невинный ангелочек со счастливой улыбкой на половину лица. Взмахнув крыльями, он взмыл в воздух.

Помимо полётов Гарри обожал комиксы. У него имеется огромная коллекция комиксов из различных миров. Он зачитывался увлекательными историями с яркими персонажами и сам мечтал когда-нибудь стать супергероем.

Когда чего-то желает обычный человек — это замечательно. Сильное желание обладать чем-то или что-то делать рождает цель и движение к ней. Когда же чего-то желает мальчик, которого всюду незримо сопровождает доброжелательно настроенный к нему дух божественного уровня, его желания имеют свойство исполняться. Это тот самый случай, когда на парня, будь он героем фантастической саги, а не живым мальчиком, в любой момент может обрушиться водопад роялей и плюшек.

Божественный дух способен влиять на реальность в огромном диапазоне. Может прозревать вероятности будущего и подстраивать настоящее. Хочет мальчик друзей? Спутнику несложно внести некоторые корректировки реальности. Например, если Хоггарту понадобятся деньги, Спутник сделает так, что в прошлом потеряется кошелёк, который пролежит незамеченным в определенном месте, в котором Гарри неожиданно обнаружит бумажник.

Там ветерок подул, тут автомобиль вовремя противно просигналил, мимо пронёсся заплутавший голубь. Как результат, Гарри Хоггарт изменил маршрут полёта и долетел до спортивной площадки одной из элитных младших школ Лондона. Сверху мальчик заметил, что внизу на школьном спортивном поле происходит что-то подозрительное.

Персокомп уловил желание пользователя. Он увеличил изображение. Теперь Гарри видел всё так, словно сам стоял на том поле. Трое мальчиков в тёмно-синей школьной форме, примерно его ровесники, толкали девочку.

Её карие глаза были наполнены тоской и обидой. Густые рыжие волосы растрепались. Она крепко сжала передние зубы, которые были чуть длиннее, чем надо.

Мальчишки отобрали у неё портфель и принялись пинать его на манер футбольного мяча.

В уголках глаз девочки проступила влага. Она крепко, до побелевших костяшек, сжала кулаки.

Гарри был возмущён до глубины души. Он забыл о наставлении отца не показывать чудеса в технических мирах при пятнадцатых. В настоящий момент его переполняло негодование и желание исправить несправедливость: подобно супергерою защитить девочку.

Гарри сложил крылья и на скорости двести сорок километров в час принялся пикировать вниз. Буквально у земли он вышел из штопора, перевернулся ногами к грунту и приземлился между девушкой и хулиганами.

Мальчики не обращали на него внимания, а девочку он не видел. Иначе заметил бы её округлившиеся выпученные глаза, взгляд которых был прикован к его крыльям. Увидел бы он и её широко распахнутый рот, и шок на лице. Она не могла поверить своим глазам.

Гарри понял, что хулиганы его не видят из-за чар отвода глаз, и поспешил их отменить.

Пацаны моментально прекратили пинать портфель. Они застыли в ступоре.

— Э-э… — протянул худой блондинчик. — Ты кто?

— Дед Пихто, идиота кусок! — упёр руки в бока Гарри, складывая за спиной крылья. — Ща я вам рожи набью — будете знать, как девочек обижать!

— Эй! — возмутился полный рыжий мальчишка, шмыгнув носом-картошкой. — Ангелы не должны бить людей!

— Вам не повезло, придурки, — оскалился Гарри, с хрустом разминая кулаки. У него исчезли нимб и крылья, заставив хулиганов и девочку в очередной раз словить синий экран смерти. — Потому что я не ангел! Да и с чего вы взяли, что ангелам нельзя бить людей? Что-то я ничего подобного не видел в их уставе!

— А-А-А-А-А! — очнулся третий хулиган — плотный паренёк со светло-каштановой шевелюрой. Он развернулся кормой к Гарри и пустился в бега.

Его друзья недолго пробыли в ступоре. Они рванули со всех ног следом за приятелем. Никто из мальчиков даже не думал оборачиваться: их переполнял ужас. В голове билась одна мысль: бежать без оглядки как можно быстрее и дальше, покуда хватит сил.

— Хей, — обернулся он к девочке, — ты в порядке?

— Вроде того, — с нескрываемым любопытством разглядывала она его. — Ты кто? Как ты летал? Куда делись твои крылья и нимб, и почему куртка на спине целая? Ты ангел?

— Воу-воу, полегче! — он выставил перед собой руки. — Хоггарт. Гарри Хоггарт. Я типа супергерой.

— Супергерой? — у девочки брови поползли на лоб. — Не ангел?

— Да что вы заладили: «Ангел-ангел»?! Я же сказал этим придуркам, что не ангел. Маленький я, чтобы в армии служить, и батя против будет.

— При чём тут армия? — в глазах девочки плескалось недоумение.

— Ну, ангел же! — не видя понимания, Гарри продолжил: — Блин… Это же элементарно! Ангел — это воинское звание. Причём самое младшее из них. Я, по словам Мими, после батиного обучения уже тяну по навыкам на архангела спецподразделения. Эм… — почесал он в затылке. — У вас это коммандер. Или это звание другого мира? В общем, архангел — это самый младший офицер. Так как тебя звать?

— Ой, прости, я Джина Джинджер. Приятно познакомиться, «НЕ АНГЕЛ» Гарри. И всё же, куда пропали крылья?

— Как обычно, — пожал он плечами. — Свернулись обратно в биоэнергетику. Кстати, прикольное имя. Встречал я как-то эльфийку с похожим именем — Джиниэль.

— Эльфийку? — с придыханием протянула Джина. — Настоящую? И какая она?

— Конечно, настоящая! Какой ещё может быть эльфийка? Мне она не понравилась. Красивая, но такая высокомерная. Мими стократ лучше!

Джина большими глазами наблюдая за тем, как, повинуясь указующему жесту Гарри, её портфель прилетел в руки мальчику, очистился и восстановился.

— Как ты это делаешь?! Это что — телекинез?

— Ну да, — кивнул Хоггарт. — Телекинез и отмотка времени. Я с бытовыми чарами даже с трансдюсером не очень дружу, поэтому проще время отмотать.

— К-хм… — Джинджер смотрела на своего спасителя весьма выразительным взором, будто ожидая продолжения объяснений, но Гарри не считал нужным пояснять вещи, которые считал обыденными и понятными «всем».

— Хочешь, я догоню этих хулиганов и побью? — Хоггарт протянул ей портфель.

— Нет-нет, не стоит, — приняла она свой портфель. Заглянув внутрь, она обнаружила идеально целые книги и тетради. — Драться нехорошо. Гарри, а как ты тут оказался?

— Упросил батю отправить меня в мир людей. Я думал, что смогу найти тут друзей…

Джина в этот момент открыла тетрадку по математике и застыла в ступоре. Она пропустила ответ мальчика мимо ушей.

— ОНА ПУСТАЯ!

Гарри поковырял пальцем в ухе, в котором зазвенело от возгласа Джины:

— Что? Кто?

— Пустая! Моя тетрадь по математике — она словно стала новой… О, НЕТ! Мой конспект по английскому... он тоже исчез. Ты что натворил?!

— Упс! — смущённо улыбнувшись, Гарри развёл руками. — Немного переборщил с отмоткой времени. Извини, Джина.

— Верни как было!

— Не могу, — печально склонил он голову. — Вещь можно состарить, но текст снова в ней не появится. Но… — его глаза загорелись энтузиазмом. — Мы можем отправиться в альтернативную параллельную вселенную и сделать копии с конспектов твоего двойника!

— Что за бред?! — фыркнула Джина.

— А что? — обиженно надул щёки Хоггарт. — Нормальная идея. Предложи лучше.

— Можно попросить у кого-нибудь конспект и списать, — Джина задумалась. — Нет, плохая идея. Меня никто не любит, и вряд ли дадут списать. Лучше в параллельный мир!

— Я ж говорил! — засияла широкая улыбка на лице Гарри.

Глава 2

Под изумлённым взором Джины Гарри открыл портал. Она очнулась только тогда, когда мальчик уже прошёл через прозрачный прямоугольник размером с большую дверь. Она зажмурилась и прыгнула туда.

Открыв глаза, Джина узрела заплаканную себя и троих хулиганов, на которых набросился Гарри. Он без прелюдий сходу ударил кулаком по носу Джеку Сандерсу, отчего блондин рухнул на землю, зажимая кровоточащий нос руками и пища, словно девчонка.

Тут же Гарри ловко сделал подсечку Филу Мичли и вопреки правилам мальчишеских драк, будто в передаче о боях без правил, нанёс ему удар стопой по яйцам, отчего Фил на всю округу заголосил фальцетом и свернулся клубочком.

Рыжий Патрик Харрис закрыл голову руками и писклявым напуганным тоном заголосил:

— Эй, ты чего? Мы ж тебе ничего не сделали!

Гарри учили вначале бить, а потом уже говорить. Поэтому он после Фила переключился на Патрика. Он зарядил ему с локтя по голове, миновав хлипкий блок, и добавил коленом в печень, отправив тихо охнувшего Харриса в нокдаун.

Местная Джина перестала растирать слёзы и замерла, будто огретая пыльным мешком. Она не могла понять, что испытывает. С одной стороны, её переполнял восторг от того, что за неё кто-то заступился. С другой стороны, она против насилия. Но странность всего в том, что её защитник появился из ниоткуда вместе с ней, вернее сказать, с её полным двойником. У неё даже форма была такая же и портфель.

— Проваливайте, падальщики! — Гарри пинками поднял на ноги всех хулиганов и обратил их в бегство, которое на этот раз больше напоминало ковыляние стонущих и плачущих инвалидов.

Отойдя метров на двадцать, Фил обернулся:

— Я буду жаловаться в полицию и директору школы!

— Жалуйся хоть вашему правителю галактики, если он у вас есть, — ухмыльнулся Хоггарт. — Только не Люциферу!

— Больной придурок, — пробурчал напоследок Фил.

— Гарри! — уперла руки в бока «его» Джина. — Обязательно было их избивать?

— Хоть им рожи набил! — гордо подбоченился Хоггарт. Переведя взгляд на местную Джину, он продолжил: — Нам нужны твои…

— Одежда, обувь и мотоцикл? — продолжила она.

Джина из мира Хоггарта весело фыркнула.

— Нам только конспекты нужны. Я перепишу и верну.

— Вообще-то я не делюсь конспектами, — тихо прошептала растерянная местная Джинджер.

— Даже с самой собой? — встала напротив неё Джина из мира Хоггарта.

— Я не уверена, что вы не плод моего воображения, — более уверенно продолжила местная Джинджер.

— Вот же… — скисло лицо гостьи из параллельного мира. — Не думала, что я настолько невыносимая. Общаюсь с самой собой не больше минуты, а уже хочется плюнуть в рожу! Гарри.

В ответ на подобные откровения Джина-абориген скорчила строгую надменную мордочку, явно копируя какую-то стервозную старую деву, возможно, кого-то из учителей.

— Чего? — подошёл к ним Хоггарт.

— Я вредная?

— Не-а. Ты прикольная. Хотите, я вас поцелую?

— Гарри! — вспыхнули алым щеки первой Джины.

— Глюки мне ещё поцелуев не предлагали… — порозовела её двойник.

— А чего? — мальчик остался невозмутимым. — Мими говорила, что девушкам нравятся поцелуи. Я тренировался на девушках-андроидах в империи Занг. Они говорили, что у меня неплохо получается.

— Гарри Хоггарт! — притопнула ножкой его ещё более смущенная спутница.

— Ну и пошлые глюки, — прикрыла ладошками рот местная Джинджер. — Ещё и бред мерещится про другие миры… Видимо, падение не прошло даром.

Гарри Хоггарт уделил ей повышенное внимание. У него глаза засияли зелёным, заставив обеих девочек замереть.

— Не, нормально всё с тобой. Несколько лёгких синяков. Через пару часов сами заживут, ты же семнадцатая. Но если хочешь, могу вылечить.

— Не соглашайся! — перебила двойника первая Джина. — В прошлый раз он уничтожил мои конспекты.

— Эй! — Гарри смущённо потупил взгляд. — Это в бытовой магии я нуб, а лечение у меня на уверенную Точку.

— Кто-кто?

— Нуб… Типа неумелый новичок. А лечение я юзаю, как обычный пятнадцатый — с помощью силы мысли.

— Гарри, да? — всё же смогла вклиниться местная Джинджер. — Я ничего не понимаю.

— Я тоже, — согласилась её двойник.

— Что за пятнадцатые, семнадцатые и прочее?! — продолжила аборигенка.

— Ну… — Гарри почесал в затылке. — Пятнадцатые — это обычные люди. Они могут использовать силу мысли. Правда, без трансдюсера это почти никому не под силу.

— Ты уже не первый раз упоминаешь эту штуку, — заметила его спутница.

— А, вы ж и этого не знаете… Я и не знал, что мой родной мир такая глухомань. Трансдюсер — преобразователь энергии мысли. С его помощью можно использовать телепатию, лечение, пирокинез, криокинез, ясновидение и более редкие вариации энергии мысли. Ещё пятнадцатые после долгих тренировок могут в шаманизм. Семнадцатые — это такие, как вы, владеющие волшебством.

— ВОЛШЕБСТВОМ?! — в один голос воскликнули обе Джины.

— Ну. Вы же магички, как и я когда-то.

— То есть ты не маг? — первой спросила «его» Джина.

— Маг. Но я давно не семнадцатый. Батя мою биоэнергетику прокачал до восемнадцатого. Но магом от этого я быть не перестал.

— А восемнадцатые это кто? — с осторожностью вопросила местная Джина.

— Восемнадцатые — условно бессмертные сущности, биоэнергетика и тело которых не подвержены старению. Ну там демоны, суккубы, эльфы, джинны и тому подобные разумные существа. Девятнадцатые — боги, серафимы, архидемоны. Двадцатые — демиурги. Вы чё, реально не в курсе?

Обе Джины олицетворяли своим видом изумление. Они челюстями готовы были пропахать спортивное поле. Девочки синхронно отрицательно качнули головами, будто всю жизнь репетировали.

— Девчонки, давайте я уже сниму копию с ваших тетрадок, и мы пойдем кушать. Не знаю, как вы, а я жутко голоден.

— Гарри, а мы сможем вернуться в мой мир? — проявила обеспокоенность его спутница.

— Легко!

— Ну их, эти конспекты, — махнула она рукой. — Лучше верни нас обратно.

— Ок.

— А как же я?! — в голосе местной Джины прозвучала обида.

— Пошли с нами, — предложил Хоггарт.

— В другой мир? — Джина-абориген вцепилась в свой портфель.

— Типа того.

— Я не могу, — с грустью вздохнув, она потупила взор. — Простите, я не могу бросить школу, родителей…

— Гарри, ты же видишь, она не хочет! — схватив его за руку, «его» Джина потянула мальчика за собой.

— Ладно, как хочешь, — пожав плечами, он мысленно отдал команду на открытие обратного портала.

Стоило им пройти через портал, как Джинджер застыла в ступоре. Хоггарт налетел на неё — врезался в спину.

— Джина, ты чего?

— Это не наше школьное поле. Тут всё в разы лучше, здание школы совершенно иное и иероглифы повсюду. Похоже, мы оказались в Японии.

— Бывает. Наверное, портал открылся по другим координатам. Долетим обратно до твоего дома с ветерком, — Гарри распахнул крылья. — Координаты подскажешь?

— Эм… — её лицо выражало отборный скепсис. — А это безопасно?

— Абсолютно безопасно! Я отлично летаю.

— Но твои крылья выдержат нас обоих?

— Они и сто таких человек выдержат. Джина, это же магические крылья на принципах антигравитации. От ветра защитит силовое поле.

— Но мы долго будем лететь! — Джина не хотела признаваться, что боится летать.

— Это со скоростью-то пять махов?! Да вы тут зажрались! Возможно, по меркам некоторых межзвездных цивилизаций это и медленно, и то явно не для гражданского внутрипланетного сектора, но для такой глухомани должно быть нормально.

— Пять махов?! — ахнула девочка. — А можно как-то иначе? Ты мог бы попробовать открыть портал?

— Так неинтересно, — он попытался так и сделать, но переменился в лице.

— Гарри, что случилось?

— Пространственно-временные гармоники сбоят.

— И что это значит?

— Извини, Джина. Кажется, нас выкинуло в другом мире. Но это вряд ли продлится долго. У нас такое уже было из-за межпространственного шторма. Когда он стихнет, мы вернёмся назад в наш родной мир.

— Это надолго? Родители будут волноваться, и может произойти самое ужасное: я пропущу школу!

— Ой, не загоняйся, я вообще в школу не ходил, и ничего не случилось.

— ЧТО?! — в глазах девочки плескался ужас. — Как это не ходил в школу?!

— Меня батя с Мими учили. Но вообще я хотел пойти в школу, чтобы найти там друзей.

— Гарри, смотри, там человек. У него рубашка в крови. Ему нужно помочь.

Гарри схватил за руку Джину, дёрнувшуюся в сторону бледного парня в чёрной форме ученика японской старшей школы.

— Стой! Это зомби.

— Что?

— Живой мертвец.

Над головой Гарри появился нимб, а во лбу кристалл телезмы. Зомби шатающейся походкой приближался к ним. Изо лба Хоггарта вырвался голубой луч, который попал в зомби. Тот покачнулся, после чего рухнул замертво.

— Жаль, — отвёл грустный взгляд от трупа мальчик.

Джина сглотнула вязкую слюну и тоже отвела взор от тела.

— Что это было, Гарри?

— Я хотел его вылечить, думал, что это может быть разновидностью зомби-вируса. Тогда можно было бы исцелить заражённых. Но это магический вирус, который обращает энергию жизни в энергию смерти и делает из человека натурального зомби, единственной целью которого является распространение вируса дальше путем укуса. Такой анализ выдал персокомп. Видимо, тут замешаны либо сильные некроманты, либо демоны, которые таким образом собирают урожай человеческих душ. Скорее даже демоны, поскольку им под силу было устроить межпространственный шторм.

— Боже мой! — Джине стало дурно. Она кинула взгляд на труп зомби. К её горлу подкатил ком. — Хочешь сказать, что демоны заперли этот мир и пытаются всех уничтожить?

— Ага, — Гарри с напряжённым видом засунул руки в карманы.

— Мы обречены…

— Не-не. Джина, я тебя спасу. В крайнем случае, позову батю.

— А как же межпространственный шторм?

— Отца это не остановит.

— Тогда он может спасти этот мир? — загорелись надеждой глаза девочки.

Гарри опустил плечи.

— Боюсь, что нет. Папа говорил, что он устал спасать миры и воевать с демонами. Нас вытащит, но не более того.

— Но, Гарри, мы не можем бросить на смерть миллиарды людей!

— Эм… Ну… Я мог бы попробовать их спасти. Но я не настолько крутой волшебник, как батя или Мими.

Он взмахнул крыльями и взмыл ввысь. Зависнув на высоте пятидесяти метров, Гарри узрел сотни зомби, заполонившие улицы и территорию школы. Окровавленные живые мертвецы гонялись за людьми и кусали их.

Он сконцентрировался. Шрам на лбу вздулся от напряжения. Нимб засиял ярче. Кристалл во лбу начал пульсировать голубым сиянием. На выдохе кристалл выпустил волну голубого света, который накрыл область в радиусе полукилометра. Все зомби, попавшие под действие заклинания, попадали замертво. Недавно покусанные люди с изумлением наблюдали за тем, как заживают их раны, они чувствовали, как сходят на нет жар и слабость. Больше им не грозило превратиться в зомби, если только не подставятся под укус ещё раз. Вся территория в диаметре километра стала абсолютно стерильной от магического зомби-вируса.

Выжившие люди обращали свой взор к небу. Многие из них, кто был ближе к школе, успели узреть ангела во плоти.

Гарри устало приземлился возле шокированной Джины и убрал нимб с крыльями.

— Фух… Устал. Извини, Джина, но я не потяну очистку от зомби-вируса всего мира. Это максимум моих возможностей.

— Это было круто! Гарри, ты говорил, что я тоже волшебница. Может, я смогу чем-то помочь?

— Наверное, — Гарри едва ворочал языком. Он широко зевнул. — Мы так и не поели, а я уже спать хочу… Джина, тебе же понадобится трансдюсер, — он снова протяжно зевнул. — Давай отдохнём, а потом что-нибудь придумаем.

— Давай, но где? — завертела головой Джинджер. — Я правильно понимаю, что ты уничтожил лишь зомби в ближайшей округе, но им ничто не мешает зайти с другой местности?

— Угу.

— Гарри, нам понадобится безопасное убежище.

Гарри из «инвентаря» достал палатку и кинул её на спортивное покрытие. В полёте она развернулась и приняла вид обычной салатовой одноместной туристической палатки в виде купола. Приземлилась она уже в установленном виде.

— На ней куча защитных чар, — Гарри полез внутрь.

Джина хотела задать ещё много вопросов, но ей ничего не оставалось, кроме как последовать за мальчиком. Оказавшись внутри палатки, она в очередной раз за день ошалела. Вместо тесного тканевого укрытия она узрела роскошные апартаменты.

— Не личный домен, но для жизни сойдёт, — прокомментировал сонным голосом Хоггарт, с неуклюжестью зомби бредя в сторону спален. — Правая дверь — моя спальня. Левая — твоя. На кухне пищевой синтезатор. Располагайся, а я спать…

— Гарри!

— Ум? — перевёл он на неё сощуренные веки. Казалось, ещё немного, и они окончательно слипнутся.

— Что это за палатка? Она точно безопасная?

— Обычная палатка с незримым расширением. Выдержит хоть ядерный взрыв, хоть нашествие зомби: её батя зачаровал на мой седьмой день рождения. Тут есть ванная, бассейн, игровая комната. Извини, — рот мальчика широко распахнулся в заразительной зевоте, от которой Джине самой захотелось прилечь в постель, — чары меня вымотали. Поговорим завтра…

Стоило мальчику скрыться за дверью просторной спальни, как Джина ощутила сильный голод. До этого она так сильно не хотела есть. Видимо, сказался стресс.

Из гостиной она попала в просторную кухню-столовую. Тут было какое-то безумное смешение стилей. Стол, стулья и буфет выполнены в стиле девятнадцатого века из красного дерева. На полу пушистый персидский ковер, а сами полы с подогревом, отчего по ним хочется ходить босиком.

Кухонный уголок оформлен в футуристичном стиле. Пол возле него выложен бежевой кафельной плиткой. У крана в мойке нет регуляторов.

Джина поднесла руки под кран — из него сама собой потекла вода. Стоило ей убрать руки — вода течь перестала.

Она обнаружила единственное устройство, которое могло претендовать на звание пищевого синтезатора. Это небольшой прямоугольник с прозрачной дверцей. Больше всего он похож на белую микроволновую печь с единственной «кнопкой». Джина сомневалась, что это именно кнопка, поскольку она была нарисована. Но стоило ей поднести туда палец, как кнопка загорелась зелёным. Над «микроволновкой» появилась трёхмерная голограмма с шарами. В одном шаре стаканы с цветными жидкостями, в другом мясные блюда, в третьем гарниры, в четвёртом супы, в пятом салаты, в шестом выпечка.

— Кажется, на них нужно нажать…

С помощью метода научного тыка Джина быстро разобралась с управлением пищевым синтезатором. Она за три запуска получила стакан апельсинового сока, жареный стейк и картофельное пюре. Всё очень вкусное и будто настоящее, а не созданное в камере прибора у неё на глазах.

После еды девочку потянуло в сон.

Глава 3

Гарри вышел на кухню в одних семейных труселях с изображением Догмэна — супергероя из комиксов одного из технических миров, который обрёл суперсилу, сверхскорость, улучшенную ловкость и сверхнюх после того, как его покусал облученный D-лучами лабораторный пёс. Дизайнеры старались для взрослых, не рассчитывая, что эту модель их труселей захочет купить ребёнок, оттого спереди располагался рисунок роботизированного хвоста догмена.

Дверь соседней спальни открылась.

— Ой! — налились румянцем щёки Джины. Её взор застыл на хвосте супергероя. — Гарри, ты бы оделся.

Мальчик запустил правую пятерню в мокрые волосы и растрепал их.

— Привет, Джина. Я только из душа. А зачем одеваться, мы же дома?

— Это норма общества, — менторским тоном продолжила она, переборов смущение. Девочка не могла скрыть от себя, что с удовольствием любуется мускулистой фигурой мальчика.

— Да мне-то откуда знать ваши нормы? — развёл руками Гарри. — К примеру, в империи Занг принято носить обтягивающие комбинезоны. А у неко из страны Китти не принято носить нижнего белья, плюс из-за хвостов они носят мини-юбки; зато все шесть грудей они прикрывают одеждой. Так как я по-твоему должен одеваться?

— Хотя бы носить штаны, — Джина пыталась представить девушку с хвостом и шестью грудями, но её фантазия начала буксовать.

— Даже дома?

— Тем более дома! А на улицу без штанов и хотя бы футболки лучше вообще не выходить.

— Это понятно, — степенно кивнул Хоггарт, и продолжил путь к пищевому синтезатору. — Куда-то же нужно класть кошкокорм и нож.

— Нож?!

— Каждый мальчик должен иметь нож, так папа говорит. Нельзя все проблемы решать магией и телекинезом, а то так дойдет до того, что и задницу будешь волшебством подтирать.

— Не могу согласиться с необходимостью носить с собой нож, но, допустим, могу понять твою позицию, — Джина последовала за Гарри. — А кошкокорм зачем?

— Как это зачем? Ты что?! А вдруг нужно будет покормить голодного котика? Мы когда с отцом путешествовали — всегда кормили бродячих котов, лечили их и пристраивали в хорошие руки. Знаешь, сколько в мире голодных кошек, брошенных хозяевами? Кошкотун не одобряет!

— Никогда об этом не задумывалась, — Джину в самом деле озаботила судьба бродячих кошек. Она сделала в памяти зарубку почитать об этом, когда вернётся домой. Или если вернётся… — Для меня в новинку вся эта магия и путешествия в иные миры. Гарри, а эта палатка же волшебная?

— Ага.

— И синтезатор еды работает за счёт какой-то магии?

— Нет, ты чего? Это обычный синтезатор империи Занг. Чистая техника, как и освещение, и стиральная машина на силовых полях. Где-то в кладовке стоит субкомпактный реактор на антиматерии. Хотя нет, вру. Синтезатор не обычный, а крутецкая модель для элитных космических яхт. Обычный размером крупнее, плюс искин к нему прилагается большой и в виде отдельного модуля.

— Искин? — полезли на лоб брови Джины. — К кухонному оборудованию?!

— А ты чего хотела — чтобы молекулярный сборщик работал без мощного компьютера? Нет, Джина, это так не работает.

Джина с завистью следила за ловкостью, с которой Гарри управлял пищевым синтезатором. Он быстро и привычно выбрал блюда и накрыл стол на две персоны.

Во время завтрака девочке стало грустно. Печально вздохнув, она спросила:

— Гарри, а мы точно вернёмся домой?

— Ага.

— Я волнуюсь. Родители меня прибьют. Они наверняка уже обратились в полицию. Мама с папой ни за что не поверят, что я застряла в параллельном мире.

— Поверят, если их самих забросить в другую вселенную.

— А ты сможешь? — с надеждой посмотрела на него девочка.

— Легко.

— Отлично! — засияла улыбка на её лице, но недолго. Вскоре оно сменилась обеспокоенным выражением. — Гарри, неужели нет способа спасти местных жителей? Мы же не можем просто сидеть в палатке и ждать, когда сможем вернуться домой.

— Батя с тобой не согласился бы…

Гарри сам хотел помочь людям, но не потому что ему их жалко, а чтобы понравиться девочке. Нет, людей ему тоже было жаль, но подружиться с Джиной он хотел сильнее, чем спасти человечество. В её глазах он желал выглядеть лучше — быть супергероем. Он принялся размышлять.

— Гарри, о чём думаешь?

— О спасении мира.

— Оу! Есть идеи?

— Пока не особо, — смущённо развёл мальчик руками. — Разве что лезут мысли о ритуальной магии с использованием телезмы. Ритуал может рассчитать искин персокомпа, но мне не хватит запасов телезмы для столь масштабного ритуала.

— Телезма? Что это?

— Это один из видов субэнегрии, в основном выделяемый биоэнергетикой разумных существ. Демоны зовут её тульпа. Ещё она называется божественная энергия, чистый эфир, ба-хионь… С её помощью можно в широких пределах воздействовать на реальность, изменять её, делать крутые артефакты.

Джина задумчиво нахмурила брови.

— Гарри, если в зомбиапокалипсисе действительно виноваты демоны, то выходит, что им нужны души людей для чего-то важного?

— Ага. Тульпу выдаивать с них. Это каждому понятно.

— Но я не каждая! Хоггарт, я только вчера узнала о магии, демонах, зомби и других мирах!

— Прости, Джина, всё время забываю об этом.

— Гарри, а как демоны собирают человеческие души? Как доят телезму?

— По-разному. В Аду до того, как батя его уничтожил, у демонов были ловушки душ. В них души подвергались мукам. Эмоции стимулируют выработку тульпы, а вызвать и поддерживать негатив проще, чем позитив.

— А могут ли быть ловушки у демонов, которые напали на это мир?

— В смысле «могут»? — взлетели брови Хоггарта. — Они наверняка есть, как и… — тут его лицо разгладилось от озарения, и он громко с одухотворением прошептал: — Как и хранилище тульпы! Джина, ты гений! Мы можем украсть хранилище тульпы и использовать эту энергию для активации ритуала. Осталось дело за малым — найти сборщик душ и хранилище.

— Ты у нас специалист по демонам, так что тебе лучше знать, где искать хранилище.

— А то! — Гарри не хотел признаваться, что из него плохой специалист по демонам. Так, слышал кое-что о них краем уха. Большим специалистом он был исключительно по суккубам, но назвать их демонами он даже не мог помыслить. — Думаю, нужно устроить большую шумиху — демоны сами подтянутся. И тогда мы у них выясним, где тульпа. Только, — он пробежался глазами по хрупкой фигуре девочки, — тебе понадобится оружие. У меня, к сожалению, нет ни с-транса, ни обычного трансдюсера. Из-за блокировки порталов даже не выйдет добраться до нейросети для псиоников, которая отчасти выполняет функции трансдюсера.

Джина скрестила руки перед грудью и высокомерно задрала подбородок, скрывая за этим жестом свою растерянность:

— Ничего не понятно, но ты продолжай.

— Говорю, что тебе нужно оружие! — повысил голос Гарри.

— Я не глухая, ты уже говорил об этом. Только есть один нюанс, Гарри… Я не умею пользоваться оружием! Не говоря уже о ваших трансдюсерах, нейросетях и прочем.

— С нейросеткой как раз проблем нет, кроме того, что её ставят лишь совершеннолетним. Она как раз создана для быстрого изучения любых знаний и навыков. Хм… Как с девчонками сложно…

— Говорит мальчик, из-за которого мы оказались в эпицентре зомбиапокалипсиса! — фыркнула Джинджер.

— Извини, я не специально. И вообще, не мешай мне думать. Рогатка тебе точно не подойдёт — нужно что-то более убойное.

— Предлагаешь мне взять автомат?! — саркастично вздёрнула брови девочка.

— Супер! Точно! Найдём автомат, я его зачарую на бесконечные патроны и уменьшение отдачи.

— Воу! Гарри, а ты умеешь?

— Это как раз умею, — он достал одежду и принялся облачаться. — В детстве я зачаровывал воздушный пистолет. Разницы по зачарованию с обычным оружием никакой.

— В детстве! — весело фыркнула Джинджер. — Можно подумать, ты уже взрослый.

— Эй! Я взрослый! Мне через месяц исполнится одиннадцать.

— ЧЕГО?! Ты такой мелкий? Я-то думала, что тебе двенадцать, почти тринадцать!

Гарри обиженно засопел и пробормотал:

— Можно подумать, ты уже вся такая взрослая…

— Мне почти двенадцать! — задрала нос девочка. — Девятнадцатого сентября исполнится. Я тебя на год старше!

— Не на год, а на десять с половиной месяцев. У меня день рождения тридцать первого июля. И вообще, нашла, чем гордиться. Лучше скажи, где лучше раздобыть оружие?

— Я думала, что ты знаешь.

— Откуда? Я редко бываю в техногенных мирах начального уровня. Мы посещали в основном звёздные или магические цивилизации.

После еды мальчик с девочкой направились на выход из палатки. Джина подобно паровозу пёрла впереди.

— Ну что ты встала? — недовольно произнёс Гарри, врезавшись ей в спину.

Стоило ему отодвинуться чуть в сторону, как он сразу увидел это самое «что». В первую секунду Гарри подумал, что ему это просто привиделось, — после пережитого вчера, сегодня нечто подобное было бы чересчур. Однако то, что он увидел, было реальностью, причем кошмарной.

Им в глаза смотрела гигантская толпа зомби, заполнившая собой всё спортивное поле в трёх метрах от их палатки и до обозримого горизонта. У них были окровавленные одежды, жуткие раны от человеческих зубов, бледные лица с пустыми безжизненными глазами, которые смотрели в пустоту.

Зомби нервно дёргались, принюхивались, но больше прислушивались к желанной добыче. Из приоткрытых слюнявых ртов с грязными зубами веревками свисала слюна.

Пока зомби сохраняли относительное спокойствие и только прислушивались к детям, уставившись на них пустыми устрашающими глазами. Они порыкивали, дёргались, неловко переминались с ноги на ногу, толкали друг друга.

— Мамочки! — пропищала Джина, кожа которой сравнялась бледностью с зомби.

Тут же толпа живых мертвецов пришла в движение. Твари пытались приблизиться к палатке, лезли друг другу на головы, но всё бесполезно. В радиусе трёх метров портативное жилище окружало прозрачное силовое поле, которое не пускало их ближе. Но выглядело это настолько жутко, что даже многое повидавшего Хоггарта пробрало страхом до самых печёнок. Он схватил Джину за руку и затащил в палатку.

Оказавшись в относительной безопасности, Джина пришла в себя, и она пребывала в плохом настроении.

— Откуда тут столько этих тварей?! Тут что-то нечисто. Ты заметил, что они смотрели сквозь нас, будто не видели ни тебя, ни меня? Они начали шевелиться лишь после того, как я издала громкие звуки. Получается, что зомби ориентируются на слух. Но в таком случае их не должно тут быть, ведь мы до этого не издавали звуков.

— Эм… — смущённо потупил взор мальчик.

— Гарри Хоггарт, ты что-то сделал?

— Я перед сном включил музыку… Я часто перед сном слушаю музыку, но в этот раз сильно хотел спать. Должно быть, я перед засыпанием неправильно отдал команду музыкальному центру: вместо отключения музыки сказал переключиться. Наверняка музыка снаружи палатки играла всю ночь. Я заметил включенный плеер только утром перед душем, ещё и громкость прибавил, поскольку сначала думал, что убавил звук, но ничего не было слышно. Я выкрутил громкость на всю, и всё равно ничего не услышал, поскольку звукоизоляция от улицы идеальная. Потом только до меня дошло, и выключил воспроизведение.

Джина встала, будто проглотила кол, окинув спутника возмущенным взглядом.

— Надеюсь, ты собой доволен?! — резко произнесла она. — Нас обоих могли убить… А теперь, если ты не возражаешь, я пойду в ванную, — на половине пути она замерла. — И, Гарри, у тебя есть сменное бельё? Моё нуждается в сушке и стирке…

— Есть, — Гарри испытывал неприятное чувство вины. — Я пошлю к тебе дроида с одеждой.

Когда девочка скрылась с глаз, Гарри думал не о том, что они пережили, а о том, что сказала Джина. Вместо желаемой дружбы он добился отвращения к себе с её стороны. От этого ему становилось грустно.

Маленький дроид привёз в ванную вещи для девочки. Она облачилась в точно такой же черный наряд из брюк и куртки, как у Гарри. Ей даже пришлось надеть нижнее бельё для мальчиков, но оно хотя бы было в магазинной упаковке и с бирками. К сожалению Джины, её одежду настигла неумолимая судьба из-за охватившего её ужаса при виде толпы зомби.

Сев рядом с Гарри на диване в гостиной, она начала:

— И что будем делать с зомби?

— Я могу их упокоить.

— Как вчера? — её голос сочился горькой иронией. — То есть ты опять свалишься без сил?

— Это да, — Гарри запустил пятерню в волосы. — Мне тяжело даются масштабные чары с использованием телезмы. Биоэнергетика слабовата. Ну-у… Мы можем забрать палатку и улететь.

— И оставить всю эту опасную толпу зомби? Гарри, а если в школе и ближайших зданиях остались люди? Ты хоть представляешь, что с ними будет? Из-за нас они будут обречены на смерть.

— Блин… Раз ты так говоришь, тогда придётся упокоить их всех.

Гарри призвал нимб с крыльями и попытался изобразить невозмутимость, но получалось плохо. Он сильно волновался. Не каждый день приходится выступать против многотысячной толпы зомби.

— Гарри, постой, – схватила его руку Джинджер. — Пищевой синтезатор. Ты говорил, что он создаёт еду с помощью молекулярного синтеза. А он может сделать не еду, а что-то другое?

— Блин! — хлопнул себя по лбу Хоггарт. — Он нет — для этого придется хакнуть прогу, что моему персокомпу сложно. — Но я же владею трансфигурацией!

— Чем?

— Искусство временного превращения вещей. Нам же необязательно иметь постоянное оружие.

— А что во что можно превратить? — взор Джины полыхал исследовательским энтузиазмом.

— Да в принципе всё во всё — хватило бы сил и фантазии. Только это, — Гарри шаркнул ножкой, — волшебных сил у меня прилично, а с фантазией не очень. Я на этом часто заваливаюсь.

Джина гордо прошла мимо мальчика, задрав нос к потолку.

— Для этого у тебя есть я! Мальчик — сила, девочка — мозги. Ты можешь трансфигурировать из воздуха кислород и водород?

— Наверное, могу, — - задумчиво поскрёб нимб Хоггарт. — А зачем?

— После небольшого огонька ты узнаешь зачем, только нам в этот момент лучше находиться подальше. Взрыв будет мощный.

— Палатку защищает энергетический щит от элитного боевого флаера империи Занг, — выдал Гарри. — Он выдержит ядерный взрыв в сотню килотонн. Думаешь, этого мало?

— Должно хватить, — Джина старалась больше ничему не удивляться, просто приняла информацию к сведению. — А если газы просочатся сюда и взорвутся внутри палатки?

— Тогда нам лучше взлететь повыше и колдовать с неба.

Гарри под руководством Джины принялся тренироваться в превращении маленьких объёмов воздуха в чистые кислород и водород. Вскоре это у него стало получаться уверенно и довольно неплохо.

Собравшись с духом, они покинули палатку. Снаружи ничего не изменилось — всё та же толпа голодных зомби, плотно окружившая палатку. Они заняли всё спортивное школьное поле и прилегающие улицы.

Гарри подхватил Джину. Она вначале стеснялась, но стоило ему оторваться от земли и всего на десять сантиметров, как стеснение ушло на задний план. Девочка крепко обвила ногами талию мальчика, руками обхватила шею и крепко прижалась к его торсу всем телом. При этом она зажмурилась.

— Джина, можешь убрать голову в сторону? Я ничего не вижу.

Она с трудом распахнула глаза и обнаружила, что палатка уже исчезла, а они взлетели примерно на сотню метров. Джинджер убрала голову в сторону, открывая Хоггарту обзор на безбрежное море ходячих бездушных мертвецов.

Кристалл во лбу Гарри ярко засиял. Из него вскоре вырвался широкий луч. Затем ещё один.

Хоггарт взлетел выше. На этот раз нимб засветился оранжевым светом, после чего внизу прозвучал мощный взрыв. Джина ничего не почувствовала, но она видела, как задрожал воздух вокруг них и примерно в полуметре от неё застыли осколки асфальта и бетона, остановленные силовым полем. Вниз она смотреть боялась, но глаза сами невольно скосились под ноги. А там словно разверзся филиал Ада на Земле. Всех зомби поглотило яркое пламя, от которого занялось несколько построек: отдельно стоящий склад спортивного инвентаря на территории школы и ближайшее офисное здание напротив школы.

— Летим отсюда, — она вновь зажмурилась. Ей было очень страшно.

Глава 4

Стоя на крыше шестиэтажного супермаркета, Джина обхватила свои плечи и подрагивала. Гарри, выглядя обычным мальчиком без ангельских атрибутов, обнял её сзади.

— Ж-жуть… — у неё зуб на зуб не попадал. — Это было страшно. Море огня, сотни сгорающих «людей», полёт…

— Они не люди, Джина. Зомби. Мясная оболочка под управлением магического зомби-вируса.

— Знаю, но от этого не легче. Они всё равно выглядят как люди. Сложно заставить себя воспринимать их иначе.

Гарри хотел хоть как-нибудь поддержать девочку, но как назло ему в голову ничего не приходило.

— Зато твои чары супер! Так круто полыхнуло, и это при средних затратах маны всего-то с каплей телезмы. Я весь день такими чарами могу кидаться!

— Не надо, — вздрогнула Джинджер. — Это ужасное заклинание.

— Есть лучшие варианты? — Гарри не был согласен с девочкой, но вслух этого не озвучил. Он считал новые чары крутыми, а Джину гением, которая вчера впервые узнала о магии, а уже придумала своё заклинание. Он за всё время учёбы изобретением новых чар похвастать не может.

Джина задумчиво замерла, забыв о дрожи и страхе. Когда у неё в голове начинает активно работать серое вещество, она становится неудержимой и забывает обо всём несущественном.

— Если получится каким-то образом создать в воздухе линзу, то через неё можно сконцентрировать солнечные лучи, словно через лупу.

У Гарри заблестели глаза. Он обозрел огромную парковку перед торговым центром, усеянную толпами зомби. Персокомп, подчиняясь желанию владельца, рассчитал параметры линзы, её пространственное расположение и ориентацию для попадания в выбранную цель, по завершении вывел ряд рекомендаций.

Хоггарт проявил нимб с кристаллом и застыл с напряжённым лицом. Джинджер хотела его остановить, но по сияющему лучу, который вырвался изо лба мальчика в небо, поняла, что уже поздно. Лучше не мешать, чтобы не сделать хуже.

Через пару секунд луч прекратил бить в небо. Гарри вновь направил взгляд на парковку, и устало сгорбил плечи. При этом в его глазах застыло ожидание, которым он заразил спутницу. Она тоже устремила свой взор туда же.

Неожиданно с неба на парковку обрушился поток света, от которого до них доходили волны сильного жара. У Джины складывалось такое ощущение, словно она стоит рядом со сталеплавильной печью. У неё в глазах заплясали солнечные зайчики. Под жаркими лучами у автомобилей плавились пластик и покрышки, зомби падали замертво. Одежда на них дымилась, а кожа мгновенно иссыхала, превращая их в подобия мумий. На машинах в центре парковки загорелась краска и начало корёжить металл.

Луч уже давно пропал, но температура нарастала. Когда жар стал невыносимым — Гарри обнял Джину, и её окружило прохладой кондиционированного воздуха. В объятьях мальчика было комфортно, словно в уютном дорогущем коттедже с центральным климат-контролем. При этом она с ужасом наблюдала за тем, как с жутким скрежетом корёжит стёкла и металлоконструкции универмага со стороны паркинга. На парковке начали звучать взрывы — у автомобилей взрывались бензобаки. Волна взрывов прокатилась по всей парковке. Одно можно сказать наверняка — в этом аду ни один зомби не выжил.

— Жуть…

— Круть! Джина, твои чары гениальные! Они мегакрутые! Мне батя о таких не рассказывал.

— Ужасно…

Джина отбросила руки Гарри и сложилась пополам, с громкими и протяжными звуками вываливая на крышу завтрак.

Хоггарт смотрел на это с недоумением. Он не мог понять, что такого в уничтожении зомби и взрывах? После игр в виртуальной реальности для него это не было чем-то из ряда вон.

«Девчонки, — подумал он. — Они странные».

***

В роскошном зале в кресле сидела прекрасная женщина с белоснежной кожей и прямыми чёрными волосами. Она была облачена в голубое шёлковое платье. Единственным её украшением являлась золотая бляха на поясе с изображением магической печати, вокруг которой написано «ГРЕМОРИ».

В зал вошёл рослый мужчина, внешность которого отличалась от обычной человеческой. Его кожа имела ярко выраженный красный цвет. На голове подобно короне росли роговые наросты, и никаких волос. Рост почти два с половиной метра и гипертрофированная мускулатура. Он был одет в кожаную одежду.

— Госпожа, — опустился он на одно колено и учтиво склонил голову. В коленопреклонённой позе он всё ещё был выше повелительницы. — Доклад из мира Зет.

— Что-то интересное? — её взор был переполнен скукой существа, повидавшего многое.

— Да, госпожа Гремори. В одном из островных регионов обнаружены мощные вспышки эфира от использования масштабных заклинаний. Там же в то же самое время наблюдалась резкая убыль зомби.

— Маги? — лёгкое удивление — уже достаточно много для женщины, прожившей тысячелетия. — Разве это не техногенный мир?

— Техногенный, госпожа. Были привлечены эксперты. По горячим следам была направлена группа к последнему месту применения магии. По остаточным следам наш маг выдал заключение об использовании шумерского заклинания из разряда высших чар под названием Взор Шамаша.

— Шумеры?! — вздрогнула женщина. — Откуда они тут? Я думала, они давно вымерли. Или их занесло из иной ветки реальности?

— Что делать, госпожа?

— Наблюдайте, собирайте данные, но к магам пока не суйтесь. Если это действительно шумеры, то как бы нам не разделить судьбу Лэнга…

***

— Хватит грустить, Джина, — Гарри попытался её подбодрить улыбкой. — Мы же летели, чтобы найти тебе оружие.

— Не уверена, что с таким спутником мне нужно оружие.

— Нужно! А если я буду занят, и в это время зомби подберутся к тебе?

— А ты можешь сделать оружие магией?

— Ага, могу, — у Гарри лукаво заблестели глаза. — Рогатку и меч. Выбирай, что тебе больше нравится.

— Вынуждена согласиться с необходимостью раздобыть огнестрел, — вздохнула она. — Если в этом мире Япония такая же, как у нас, то тут сложно достать оружие. Нам нужно попасть в полицейский участок или воинскую часть.

— Пара пустяков. Дорогу покажешь?

— Гарри, сейчас не до шуток! — нахмурила лоб Джинджер. — Я точно так же не знаю местности. Нам нужно найти выжившего местного жителя и узнать дорогу у него. Или найти карту. В любом случае нам нужно зайти в торговый центр. И людей, и карту там можно найти с высокой вероятностью.

— Окей, подруга. Идём.

Гарри внимательно отслеживал реакцию девочки на свои слова. Он опасался, что она может отвергнуть его дружбу. Но она в своей целеустремлённости не обратила внимания на то, как он её назвал. От этого мальчику стало немного обидно, но в то же время и радостно. По крайней мере, она не опровергла его заявление.

Он смело шагал по пустым пролётам красочного торгового центра. Джина, наоборот, пугалась каждого шороха.

«Это потому, что у неё нет энергетического щита, — подумал Гарри, и придвинулся к ней».

— Джина, — протянул он ей руку, — держись за меня и будь как можно ближе. Тогда мой щит защитит нас обоих.

Словно она только и ждала подобного предложения, Джинджер вцепилась в ладонь спутника и прижалась плечом к плечу.

— Как далеко действует защита?

— Полметра точно, возможно, метр.

Джина прикинула ширину своих плеч, сделала небольшой подшаг в сторону и примерно вычислила безопасную зону. После этого она стала куда спокойнее, ощущая себя защищённой.

— Хорошо, что мы дети, — констатировала она. — Иначе я могла бы не поместиться в зоне действия щита. А так мы можем свободно прогуливаться. Он же мощный? В смысле, щит?

— Мощный, — беспечно отозвался Хоггарт. — На меня как-то напали боевые роботы. Они не смогли ничего сделать.

— Зачем они напали?

Гарри пожал плечами.

— Наверное, похитить меня хотели. Космические пираты частенько похищают людей на заштатных планетах, после чего продают корпорациям в рабство или требуют с родных выкуп. Мы тогда с отцом и Мими отдыхали на прикольном курорте на отсталой аграрной планете.

— И что стало с роботами?

— Ими поиграл Кошкотун. Поточил об них когти. Но надолго роботов не хватило — сломались. А потом папа ненадолго отлучился. После этого во всей галактике исчезли космические пираты, а в нескольких крупных странах произошла череда несчастных случаев среди чиновников, военных и аристократии. Практически вся правящая элита вымерла в результате «эпидемии неудач».

— Это твой отец сделал? — ужаснулись Джина.

— Его лучше не злить… — рука Хоггарта невольно потянулась к напрягшейся заднице, словно в попытке защититься от ремня. — И лишний раз не упоминать… О! Смотри, там люди.

Он больше был рад смене темы, чем обнаружению людей. Гарри нравилась близость Джины и то, что они держались за руки. А при виде людей она отпустила его руку, что не вызвало у него положительных эмоций. Свой негатив в виде хмурого взора он направил на группу черноволосых ускоглазых аборигенов, с любопытством и опаской разглядывающих их.

Разномастная толпа выживших была вооружена, чем попало: в основном бейсбольными битами, обрезками труб и кусками арматуры.

Лишь на первый взгляд могло показаться, что тут собралась толпа. На деле же в магазине засели двое шестнадцатилетних школьников, держащиеся отдельно от взрослых; мужчина лет пятидесяти с грустными карими глазами; взбалмошного вида женщина лет тридцати со стервозным лицом и крепкий мужчина в чёрной форме охранника.

— Дети? — вышел вперёд охранник. — Как вы выжили.

— Магия, — ответил Гарри.

У Джины широко распахнулись глаза. Она понимала всё, о чём они говорят, но при этом не услышала ни единого английского слова. Речь велась на японском. Мгновением позже она осознала, что тоже может на нём говорить.

— Гарри шутит. Мы были на крыше, а там никого нет.

— Гайдзины?! — удивлённо с долей презрения прошипела стервозная дамочка. — Почему вы выжили? Где справедливость? Что вы вообще тут делаете?!

— Мистер, — Джинджер старалась не обращать на неё внимания, обращаясь к охраннику, — скажите, пожалуйста, как нам найти полицейский участок и воинскую часть.

— Зачем вам это? Дети, вы же не собираетесь выходить на улицу? Там полно зомби.

— Не-а, не полно, — Гарри засунул руки в карманы куртки. — На парковке все зомби сдохли.

— Мы слышали там взрывы, — произнёс пожилой мужчина. — Вы видели, что там произошло?

— Солнышко припекло, — Хоггарт, чтобы казаться круче, пытался держать лицо кирпичом, явно подражая кому-то, но получалось немного комично.

Джина весело фыркнула. Уж она-то знала, по чьей вине «солнышко припекло».

— Зомби боятся солнца? — обрадовался охранник.

— Скорее огня и взрывов, сэр. На парковке что-то взорвалось… — Джине уже было не до смеха. Она сурово посмотрела на спутника, но тому хоть бы хны — он продолжал держать руки в карманах.

Заметив её взгляд, Гарри улыбнулся и кивнул, словно говоря, что отдаёт инициативу в её руки. Поджав губы, она продолжила:

— Сэр, так вы скажете, где нам найти полицейский участок?

— Это бесполезно, девочка. Если бы полиция могла помочь — она бы уже помогала. И вообще сейчас выходить на улицу опасно.

— Сэр, я не просила читать мне лекции, — у Джины начало расти раздражение. — Нам нужен адрес полицейского участка или военной базы. Просто покажите нам маршрут или скажите, есть ли тут книжный магазин, в котором можно найти карту?

— Тебе нужна карта? — внезапно Гарри вспомнил кое-что важное. — Персокомп отсканировал округу, я могу вывести карту.

— Хоггарт… — заискрились ещё большим раздражением глаза девочки. — И ты молчал?!

— Извини, забыл. И в прошлый раз не вспомнил. Я этими функциями не пользовался.

— Показывай уже!

Гарри задрал левый рукав. На предплечье у него был надет браслет с прибором, который похож на квадратные часы с чёрным дисплеем.

— Раньше, Гарри, я у тебя этой штуки не видела.

— А, фигня… Материальная проекция персокомпа. Так-то он имплантирован в биоэнергетику. Дань традициям. Первые персокомпы делали в виде таких браслетов.

Из браслета ударил луч света, который превратился в объёмную голограмму с трёхмерной схемой города и его окрестностей.

— Покажите, где тут полиция, — обратился Гарри к ошарашенным японцам, которые в этот момент большими круглыми глазами напоминали персонажей аниме.

Стервозная дамочка подскочила к Хоггарту и противным визгливым голосом, который вкручивался в уши подобно шурупам, завопила:

— Что это?! Вы пришельцы? Я поняла — это из-за вас наступил апокалипсис! ВЕРНИТЕ МОЕГО РИЦКО!!!

Она накинулась на опешившего мальчика с кулаками, но её нелепая попытка нападения закончилась тем, что в метре от Гарри она столкнулась с невидимым барьером, об который распласталась. Вид и ощущения такие же, как если бы она на бегу врезалась в прозрачную витрину: нос расплющился и свернулся набок, из него потекла кровь; правую кисть вывихнуло.

Джина тут же сделала шаг назад и прижалась к Гарри.

— Зачем вы на нас напали? Мы же не сделали вам ничего плохого.

Женщина стонала и пыталась остановить кровь из носа. Остальные японцы боролись с шоком.

— И правда пришельцы! — тихо констатировал пожилой мужчина.

— Не двигайтесь! — в руке охранника появился пистолет, который он направил на детей. — Кто вы такие? Это вы виноваты в апокалипсисе?

— Дядя, ты больной? — ничуть не испугался Гарри. — Мы обычные волшебники, а зомби-вирус создали демоны. Так вы скажете, где отделение полиции или нам найти более адекватных людей?

Джина хоть и знала о щите, но вид небольшого барабанного пистолета её пугал. Тут в её мозгах родилась идея, которой она поспешила поделиться со своим товарищем:

— Гарри, тебе же для зачарования подойдёт этот пистолет?

— Этот? — забрезжило пониманием лицо Хоггарта. — Этот пойдёт.

В следующий миг оружие вырвало из руки охранника, напоследок тот успел надавить на спусковой крючок. В помещении выстрел прозвучал оглушительно громко. Джина вскрикнула и зажмурилась. Но вскоре открыла глаза и обнаружила полную целостность своего тела и Гарри.

Аборигены в шоке помалкивали и дружно изображали меловые статуи. Их очень впечатлила расплющенная об воздух пуля, не причинившая никакого вреда странным детям, как и прилетевший мальчику в руку пистолет. Ещё больше их шокировали появившиеся у него ангельские крылья и нимб.

— Джина, летим отсюда. Тут какие-то агрессивные обезьяны, а не люди…

— Угу, — она нашла в себе силы лишь на невнятный отклик, после чего уже привычно запрыгнула спереди на мальчика, обхватив его руками и ногами.

Он быстро взмыл вверх. Просторный магазин с высоченными потоками позволял без опаски воздушно-транспортного происшествия летать нескольким ангелам.

Проводив деток квадратными глазами, ошарашенный охранник прошептал:

— Боже мой! Я стрелял в ангела…

Глава 5

Гарри выбрал для посадки небольшой остров неподалеку от крупного морского порта. Через островок раньше проходил мост, но его пролёты взорвали с обеих сторон от большой земли. Почти на весь остров раскинулся парк с множеством сакур.

Джина заметила, что Гарри завис над островом и собирается использовать какие-то чары.

— Только не огонь! И не линзу! Нам ещё на этом острове жить.

— А что тогда?

Джина устала висеть на мальчике. У неё затекли руки и ноги. Ещё страх высоты никуда не делся. В таком положении думать сложно. Ей казалось, что мысли в голове двигаются со скрипом.

— Лечение?

— Эх… Огонь проще. Джина, ты же умная, придумай что-нибудь.

— Давай просто приземлимся в парке и поставим палатку, — ей не хотелось признаваться, что идей пока нет. Зато её переполняло желание, наконец, почувствовать под ногами твёрдую почву и поесть, а то с завтраком она рассталась.

— Окей, Джина.

Гарри выбрал зелёную полянку без единого зомби. Сгрузил на газон довольную девочку и кинул палатку. Вскоре они оккупировали пищевой синтезатор.

После еды мальчик принялся заколдовывать револьвер. Через три часа он вручил его девочке.

— Вот. Теперь там бесконечные боеприпасы, самоочистка и нет отдачи. Только перегреваться может, но чар от перегрева я не знаю.

— Магия удивительная, — Джинджер вертела в руках воронённый Бульдог. — Интересно, как это работает? Я имею в виду бесконечные патроны.

— Патроны на время материализуются за счёт твоей магии. В руках пятнадцатого пистолет не сработает, а маг будет стрелять, пока не кончится мана. В твоём случае хоть весь день пали. Пули исчезают через несколько секунд после вылета из ствола, но ранение остаётся.

— Гарри, — стала абсолютно серьёзной Джина, — у тебя есть книги по магии? Если бы я ознакомилась с ними, то смогла бы найти способ проще справляться с зомби.

— Физических книг нет, есть цифровые. Могу сделать их голографическую проекцию. Если бы у тебя был персокомп, я бы тебе скинул копию закачанных учебников.

— Давай проекцию!

Джина больше всего в жизни любила читать книги. Это её страсть, окно в иную вселенную — в мир знаний. Она быстро приспособилась к чтению голографической книги — та реагировала на жесты и её не нужно держать. Такая книга всегда находится в удобном для чтения положении, какую бы позу читатель ни принял.

Гарри не мог отойти от девочки в другую комнату, иначе голограмма развеется. И он был бы этому рад, если бы они вместе играли или общались. Но не тогда, когда на него совершенно не обращают внимания. Чтобы убить время, он тоже погрузился в чтение, но он вывел текст на зрачки и читал комиксы про Файермэна, с помощью пирокинеза уничтожающего демонов, которые вторглись в его вселенную. Гарри представлял себя на месте этого супергероя. Новые заклинания авторства его подруги отлично для этого подходили.

— Боже мой! — наконец, закончила читать Джина.

— А? — оторвался от комиксов Гарри. — Что? Где?!

— Магия просто невероятна, даже бытовые чары.

— Мне кроме бытовых заклинаний ничего не давали скачивать, — состроил скорбную мордашку Хоггарт. — А так хотелось боевых чар.

— Боевых?! — искренне ужаснулась девочка. — Да куда опасней?! С твоей дурью бытовыми чарами можно всех зомби уничтожить.

— Разве? — удивился и загорелся жаждой знаний Гарри. — И как же?

— Пф! — Джинджер задрала нос к потолку. — И кто из нас волшебник?

— Мы оба маги. Джина, не томи.

— Там же всё очевидно. Взять для примера очищающие чары. Они делятся условно на три типа. Очистка от жидкостей, от сухой грязи и от биоэнергетических загрязнений, что бы это ни значило. Очисткой от жидкостей можно удалить кровь у зомби, и они помрут. Очисткой от мусора можно в принципе почти что угодно уничтожить — крайне опасное заклинание. Можно попробовать представить, что зомби-вирус является мусором, и уничтожить его.

— Джина, — взор Хоггарта был переполнен восторгом. — Ты гений! Я тебе об этом говорил?

— Было дело, — зарумянились её щёки от похвалы.

— Зомби-вирус носит одновременно биоэнергетическую и материальную природу. Если объединить сразу два заклинания очистки и добавить телезмы, то должно получиться очень мощное колдунство.

Искин тут же по желанию пользователя начал рассчитывать нужную конфигурацию чар.

— Готово!

— Что готово? — не поняла Джинджер.

— Заклинание готово. Можно испытать.

Желудок громким бурчанием напомнил Джине, что с момента, когда она начала читать, прошло много времени.

— Давай сначала поедим.

— Окей, подруга! Ради такого дела я закажу у синтезатора императорский ужин: зябриков с сычуанским соусом.

— Зябриков?

— М-м… — закатил глаза Гарри. — Джина, тебе понравится. С сычуанским соусом от зябриков не оторвать за уши! Жаль, что зябриков нельзя заказывать чаще раза в квартал. Они настолько вкусные, что вызывают привыкание круче сахара.

Экзотическое блюдо действительно оказалось самым вкусным, что Джина когда-либо пробовала. Зябрики подарили ей эйфорию и расслабленность, отчего она с лёгкостью согласилась на испытание заклинания.

Для этого им пришлось покинуть палатку.

Пока Хоггарт готовился к активации чар, их защитный купол окружила дюжина зомби, хотя до этого в этой области парка тех не наблюдалось.

Гарри проявил нимб и кристалл, из которого минутой позже в небеса вылетел ярко-синий луч. На большой высоте он взорвался, распространив по округе волну голубого сияния. Стоило ей достигнуть зомби, топчущихся у защитного барьера, как те моментально попадали замертво и больше не подавали признаков жизни.

Гарри смахнул со лба пот.

— Фух. Радиус действия примерно сто километров. Вокруг ни одного зомби не осталось. Джина, ты…

— Да-да, я уже это слышала… Гарри, а ты сможешь очистить всю планету?

— Нужно много телезмы или потратить долгие годы на планомерную зачистку планеты. Если мы, как и задумали, найдём хранилище тульпы, то думаю, я смогу этим заклинанием очистить планету.

***

Неземной красоты женщина медленно, будто в медитативном состоянии, двигалась вдоль длинного подоконника и из маленькой лейки поливала цветы в горшках. Комната относительно небольшая, представляет собой общее пространство с гостиной и кухней-столовой. И лишь ванная комната выделена в отдельное помещение. Если взглянуть снаружи, то обнаружится, что это небольшой летний домик воздушного дизайна, словно сладкий пряник с глазурной крышей, под которой скрывается спальня, попасть в которую можно по винтовой лестнице.

После вежливого стука в дверь женщина недовольно поморщилась и отложила на подоконник лейку.

— Войдите.

Зайдя в помещение, двухметровый визитёр с костяной короной вместо волос припал на колено и склонил голову. Белоснежная шёлковая кожа дамы резко контрастировала на фоне краснокожего здоровяка.

— Госпожа Гремори, вы просили докладывать о магах.

— Хн?! — выразительно приподняла она брови, смотря на мужчину сверху вниз с высоты своего небольшого роста.

— Они применили масштабное заклинание, аналогов которому наши эксперты не смогли обнаружить. В результате использования чар в радиусе ста километров от эпицентра активации заклинания уничтожены все зомби.

— Сильно, — в голосе Гремори слышались нотки восхищения в смеси с опаской и страхом. — Вы выяснили, кто эти маги?

— Да, госпожа. Архистратиг просил передать вам иллювизор с их изображением.

Он почтительно протянул на вытянутых руках золотой диск с пятью изумрудами, которые располагались на вершинах пентакля и были соединены серебряными линиями. В центре расположен большой чистый бриллиант.

Гремори взяла иллювизор, нажала на бриллиант и положила артефакт на пол. В тот же миг перед ней появилась иллюзия двух детей в возрасте около одиннадцати лет: мальчик и девочка.

— Дети?! Всего лишь дети?

— Госпожа, там ещё есть изображения.

Взмахом руки она послала в артефакт волну маны. Изображение сменилось. На нём мальчик летел по небу с ангельскими крыльями и нимбом, а девочка с обречённым видом вцепилась в него.

— Ангел?! Что эти курицы тут забыли, ведь бог давно мёртв и у нас с ними перемирие?

— Госпожа, боюсь, что это не наш ангел.

— Не наш? — обернулась к коленопреклонённому она.

— Не наш. У нас настолько сильных ангелов нет, и вам об этом прекрасно известно. Он из другого мира.

— Хн… Из какого же?

— Вам это не понравится, госпожа Гремори…

— Ты смеешь судить, что мне нравится, а что нет? — сурово сдвинула брови женщина.

— Простите, госпожа… Предположительно, он оттуда же, откуда ТОТ САМЫЙ АНГЕЛ!

— ТОТ САМЫЙ?! — предательски дрогнул её голос. После он и вовсе охрип, и она перешла на шёпот: — Неназываемый?

— Неназываемый… — так же тихо прошептал вздрогнувший воин.

Гремори недолго думала. Нервно постучав ногтями по стене, она сказала:

— Объявите войскам о сворачивании операции. Мы дарим этот мир клану Фениксов в качестве свадебного подарка моему «дорогому и обожаемому» жениху… Донесите приказ до всех демонов держаться подальше от ангела и его спутницы!

Где-то далеко за пределами этого мира при упоминании Неназываемого одновременно чихнули три очень разных существа, которых объединяли лишь крылья и фиолетовая помада на губах.

Хапсиэль на миг оторвался от дарения Мира и Любви. Он на краткое мгновение прозрел будущее. То было как никогда зыбким, но там он узрел кое-что интересное. Хмыкнув, он продолжил усиленно дарить Мир и Любовь...

Крысиэль задумчиво почесал лапой под хвостом, и, ухмыльнувшись, бросился на стайку неосторожных демонов...

Неведомая Злобная Хрень с недоумением проверил статистику... Заболеть вроде не должен был, на проклятье не похоже... Значит, его кто-то позвал! Он принялся за поиск кривых пентаграмм: чем более кривая-косая, тем лучше...

Хоггарт не чихал. Он и отсылки то не понял, наблюдая за плавно покачивающимся филеем Герцогини Гремори... И думал, простит ли его жена интрижку на пару столетий, или всё-таки не стоит борзеть?

***

Гарри и Джина шли пешком по окраине Токио. Улицы выглядели устрашающе — повсюду можно встретить человеческие тела, которые до этого были живыми мертвецами. Но детская психика очень пластичная. Они уже привыкли к подобным пейзажам и не обращали внимания на «декорации».

— Гарри, ты уверен, что хранилище тут?

— После уничтожения зомби-вируса пропали магические наводки. Персокомп определил, что в этом районе находится мощный источник магического излучения. Джина, если бы мы полетели, то уже нашли бы хранилище!

— Нет уж, — передёрнула она плечами, — я как-нибудь обойдусь без полётов. Когда сюда летели, кое-кто меня чуть не уронил! — направила она полный укора взор на спутника.

— Это случайность. Мы можем примотать тебя ремнями. Или давай я слетаю на поиски, а потом вернусь за тобой.

— Нет-нет, — Джина вздрогнула. — Меня пугает лишь мысль остаться в одиночестве. Гарри, давай лучше найдём велосипеды.

— Давай. Я за любой кипиш, кроме порки. А где мы их найдём?

— Ты можешь их сделать с помощью магии?

— Слишком сложно, — отрицательно мотнул головой Хоггарт.

— Тогда нужно обыскать дома. Практически в любом доме есть велосипед, особенно в доме, в котором жили дети.

— О! — Хоггарт радостно потёр ладони и принялся с интересом рассматривать дома. — Мародёрство! Наконец-то! Мой биологический отец по рассказам бати состоял в банде под названием Мародёры. Я иногда представлял, что тоже стану мародёром. Но стать супергероем всё же круче…

— К-хм… — смущённо отвела взор Джинджер. — Не мародёрство. Это жизненная необходимость. Всё равно эти люди давно мертвы и велосипеды им не понадобятся. Мы просто возьмём никому ненужные вещи.

— А я чё? Я ничё! Пусть будет не мародёрство, а взятие ненужных вещей, если тебе так больше нравится. Джина, с какого дома начнём? Мне кажется, в том коттедже с большим гаражом на весь первый этаж обязательно должны быть велосипеды.

Джина хотела отойти от неприятной темы. Совесть ей не позволяла опускаться до воровства и мародёрства, ведь правильные девочки не должны нарушать правил. Но страх перед высотой и желание поскорее выбраться из сурового мира оказались сильнее морали.

— Гарри, ты упомянул биологического отца. Выходит, ты приёмный?

— Ага. Моих родителей убил маг-психопат. Меня отдали тётке, но она пятнадцатая, к тому же кукухой поехала на фоне ненависти к семнадцатым из-за зависти к моей матери, которая родилась семнадцатой. Батя увидел, что мне у тётки хреново, и усыновил меня.

— А Мими — это твоя мачеха?

— Не, она батина служанка. Суккуба.

— Суккуба?! — споткнулась о ровный асфальт Джинджер. — Демон?

— Да не, просто суккуба. Она на сантехника раньше училась. Какие же они демоны, если телезму только от любви могут получать?

Джина и вовсе замерла. У неё в голове заскрипели шестерёнки. Она никак не могла сопоставить суккубу — демона страсти, и профессию сантехника.

— Ты шутишь?

— Никаких шуток. Так что, Джина, тот дом осмотрим?

— Давай.

Девочка мотнула головой, отгоняя лишние мысли, и с решительностью бронетранспортёра попёрла в сторону дома. Внешне спокойно, поскольку делала это уже не раз, она перешагнула через очередного мертвеца. Но внимательный наблюдатель мог бы заметить, как при этом её губы на мгновение брезгливо исказились.

Стоило им дойти до дома, как до их ушей донёсся гул автомобильного двигателя. Мальчик с девочкой переглянулись. Для них в оглушающей тишине этот звук был новым.

— Машина едет…

— Джина, да ты Капитан-очевидность!

Они узрели, как из-за соседнего дома вырулил внедорожный микрофургон с окровавленным бампером-кенгурятником. Их тоже заметили. Фургон остановился напротив коттеджа, и оттуда выскочила целая ватага подростков лет шестнадцати-семнадцати. Четыре крепких парня, все вооружены. У одного дробовик, у второго автоматическая винтовка М14, у третьего такой же револьвер, как у Джины, и лишь четвёртый держал в руках бейсбольную биту. Для Гарри и Джины все они были на одно лицо: кареглазые, узкоглазые, черноволосые, с однообразными короткими причёсками и в одинаковой чёрной школьной форме, которая успела истрепаться и местами запачкалась бурыми пятнами. Разве что парень с М14 был повыше и шире в плечах, к тому же держался с уверенностью лидера.

— Эй, мелочь, — он вальяжно расставил ноги на ширину плеч. Винтовку он повесил за ремень на шею и положил ладони на дуло и приклад. — Чё вы тут делаете?

— Мы мародёры! — с гордостью ответил Гарри. — А вы?

Джине хотелось приложить пятерню к лицу, но она сдержалась, хоть и с трудом.

— Хы-хы! — заржал парень с дробовиком. — Мы тоже.

Недовольно посмотрев на подельника, главный продолжил:

— Гайдзин, а чё это у тебя шрам на лбу? Потного волшебника косплеишь? Ты чё, отаку?!

— Я и есть волшебник, — ответил он ему невинным взором.

— Хы-хы-хы! — гопник с дробовиком ржал что есть силы. — А деваха твоя Гермиона Грейнджер?

Джину сильно напрягала толпа вооруженных подростков. На всякий случай она прижалась к плечу Гарри.

— Нет, сэр, я Джина Джинджер.

— ХЫ-ХЫ-ХЫ! До слёз!

Двое парней поддержали его задорным ржачем.

— Сшышь, вы, юмористы, — не разделял веселья подельников главарь, — мы тут таких не любим! А ну гоните всю жратву и оружие!

— Босс, — похабно разглядывал Джину парень с битой, — а девчонка ничего. Хоть и мелкая, но полиции больше нет…

У Джинджер заледенело нутро. Она была очень любознательной девочкой, и в свои почти двенадцать лет знала, как появляются на свет дети и что могут сделать с девочкой мальчики постарше. Её вспотевшая ладошка вцепилась в куртку Хоггарта в районе локтя.

Гарри тоже был весьма подкованным в теории размножения. Иначе быть не могло, когда в роли матери выступает суккуба.

— Эй, — зло прищурился он, — пятнадцатый, у тебя где-то завалялась восемнадцатая биоэнергетическая оболочка абсолютной неуязвимости, что ты смеешь смотреть в сторону моей подруги?

Гарри с досадой подумал, что речь получилась недостаточно крутой. Как-то эта «оболочка» звучит совсем не пафосно. Нужно было сказать проще в стиле: «Ты что, неуязвимым стал?». Он покосился на девочку, опасаясь, что она разочаровалась в его крутости, но вместо этого заметил, как она сжалась от страха. Это породило в нём волну гнева.

— Вы посмели напугать Джину, — от ярости он перешёл на грозно звучащий и шипящий змеиный язык. — Я вас в канашку закатаю и очисткой труб приласкаю!

Глава 6

В первое мгновение гопота испугалась. Слишком устрашающе звучало шипение из уст мальчугана. Но вскоре главарь заржал, а за ним подхватили смех остальные подростки.

— Ты совсем двинутый отаку, — ухмыльнулся он, наводя винтовку на пацана. — До конца отыгрываешь Гаррика Потного с его парселтангом. Пацан, алло, у нас оружие!

— Мушку спили.

— Зачем?

— Легче будет, когда я запихну дуло твоего допотопного ружья тебе в задницу!

Пацан с битой подобрался к главарю.

— Босс, да чё ты с этим отаку пиздишь? Он же двинутый! Мочи его, и уединимся с девкой в этой хате.

— Вы ещё можете спастись, если скроетесь с наших глаз, — Хоггарт, изображая крутого супергероя, держал руки в карманах. — Мне даже не придётся использовать магию, чтобы запихать вам в задницы ваше оружие. А тебе, — сощуренные зелёные глаза замерли на пацане с битой, большое внимание уделив довольно крупному деревянному изделию, — позавидуют бывалые инкубы…

— Свали, мелочь, — с полной серьёзностью и решимостью нацелил на него автоматическую винтовку главарь. — Нам нужна только твоя подружка.

— Это моя подруга, — Гарри задвинул Джину себе за спину, — это значит, что я её никому не отдам и не предам, даже если мне предложат за это вселенную!

БАБАХ!

Громкий одиночный выстрел оглушил всех и стал неожиданным для многих, кроме вожака гопников. Он ожидал смерти пацана, как это бывало с зомби и людьми, с которыми они сцеплялись. Для него стало неожиданностью то, что пуля в метре от пацана сплющилась в лепешку.

В следующий миг лицо Хоггарта побледнело от гнева. Волосы на его голове зашевелились, а глаза наполнились мистическим зелёным сиянием. Через мгновение оружие исчезло из рук малолетних отморозков.

— А-А-А-А-А! — завопил бывший обладатель дробовика.

— А-А-А! А-А-А! А-А, КУСО*! — кричал вожак.

— Ох! — резко распрямился, выпучив глаза, бывший владелец револьвера.

— А-а-а-а-а-а-а… — тихо простонал самый слабовооруженый и активный гопник, застывший в позе севшего на кол человека.

— Гарри Хоггарт, — Джина не могла найти в себе силы смотреть на ужасное зрелище, отчего отводила от ребят глаза, — это уже слишком!

— Оно само!

— Хоггарт!

— Джина, оно действительно само. Они меня слишком разозлили, отчего случился детский магический выброс. Так-то я хотел их телекинезом спеленать. Разве с тобой на волне эмоций не случалось ничего такого?

— Вообще-то случалось, — смутилась Джинджер, всё ещё отводя взор от четвёрки парней. — Но такую жуть вижу впервые… Не скажу, что мне жаль их всех, но на эм-шестнадцать… м-м… Мушка действительно большая.

— На минуточку, Джина, я предлагал ему её спилить! И вообще всех предупреждал. Не говори, что не слышала. Тем более, они о нас знали, в том числе, что мы волшебники. Кто им мешал сменить оружие или избавиться от него?

— Ты прав, Гарри, — неожиданно для мальчика согласилась Джина. До неё дошло, что глупо ругать своего защитника, который не променяет её на целую вселенную. А если бы Гарри не было или не имелось его щита? Эти подонки наверняка претворили бы в реальность свои угрозы. — Они сами виноваты. Давай заберём их фургон.

— Окей, подруга. А ты умеешь им управлять? А то я с колесоходами не дружу, в отличие от всего летающего.

— Ну-у… Я видела, как водит папа. Там ничего сложного: дави на педаль и крути руль.

Четверо гопников стояли тише воды ниже травы, притворяясь бледными статуями. Они мало того, что не могли пошевелиться, поскольку каждое движение им причиняло жуткую боль. Они до отчаяния боялись вновь привлечь внимание волшебника, который, как оказалось, не шутил. В магический выброс не поверил никто из них.

Фургон с визгом покрышек тронулся по зигзагообразной траектории прочь. Пару раз он заглох. Затем автомобиль по очереди снёс три мусорных бака, причём стоящих по разную сторону двухполосной дороги, словно водитель специально поставил цель их сбить. Затем микрофургон с громким скрежетом металла задел правым боком столб и переехал пару тел бывших зомби. Лишь после этого он поехал более-менее ровно, но медленно.

— Рико-сан, — прохрипел вожак банды, — завидую я тебе. Сейчас бы я с удовольствием обменялся с тобой оружием.

— Нет-нет, Джиро-сан, — Рико поморщился и прикусил губу, доставая из задницы дуло Бульдога. — Я ни за что не променяю пистолет на автомат! Ещё и мушку спилю… так, на всякий случай.

***

Микроавтобус с небольшой скоростью ехал по улицам. Его передвижению мешали брошенные автомобили и усеянные человеческими телами улицы.

Джина вполне дотягивалась до педалей. Японский автомобиль создавался под средних японцев, которые не отличаются высоким ростом, из-за чего им может управлять даже двенадцатилетняя девочка.

Автомобиль множество раз ударялся о другие машины. На его кузове не осталось ни единого целого элемента. Гарри, сидящий слева от водителя, цепко вцепился в ручку над головой.

Джина с азартом крутила руль, объезжая очередную микролитражку, врезавшуюся в столб. Она старалась не смотреть в салон автомобиля, поскольку там, как и во многих других транспортных средствах, находились тела не первой свежести. Она поморщилась от неприятного запаха, который проник в салон даже через закрытые окна.

Гарри тоже поморщился.

Джина сказала:

— Скоро так будет вонять повсюду, если выжившие не возьмутся за наведение порядка. Я читала, что это может привести к эпидемиям.

— Надеюсь, — Хоггарт со страхом пялился на дорогу, — мы к тому моменту свалим, а то я столько блевать не смогу… Осторожней!

— Я видела этот велосипед.

Автомобиль подпрыгнул, под его колёсами раздался скрежет.

— Мне кажется, ты специально раздавила велосипед, чтобы подольше ехать за рулём этого жуткого колесохода!

— Нет-нет, тебе показалось, — дрогнувшим голосом отозвалась Джинджер.

— А теперь ты врёшь, — вздохнул Хоггарт. — Если бы это был глайдер или флайер, я бы тебя понял, но получать удовольствие от трясучего колесохода… Не понимаю.

— Ничего ты не понимаешь, Гарри. Я просто давно мечтала поездить за рулём автомобиля, но мне никто этого не разрешал.

— Разве я против? Джина, могла бы сразу сказать правду. Кстати, мы подъезжаем. На следующем перекрестке сверни направо.

Автомобиль не доехал. Он заглох. Выйдя на улицу, Джина обнаружила под днищем лужицу с резким запахом горючего. Мокрая дорожка из капель тянулась по дороге вдаль до раздавленного велосипеда. Гарри ничего не сказал, лишь молча сунул руки в карманы, хотя каждому было понятно, что девочка пробила бензобак, когда наехала на велосипед.

Из-за потери транспорта дальнейший путь пришлось продолжить пешком. Идти недалеко, но лучше плохо ехать, чем хорошо идти. Конечной точкой маршрута стала обширная территория, окружённая высоким забором. За ним были видны кроны деревьев.

Гарри телекинезом откатил широкие ворота. Им открылся шикарный вид на роскошную виллу в традиционном японском стиле, но из современных материалов. Дорога проходила через красивый зелёный сад и упираелась в одноэтажный дом

Слева от него пруд-бассейн. Перед ним сад камней и изумрудный газон. От него через сад камней ведёт крытая навесом дорожка к двухэтажному дому с крытой террасой на втором этаже и, соответственно, с террасой на первом этаже с видом на пруд, зелёный сад и сад камней.

Не успели они дойти до основных строений, как из маленького дома выскочила дюжина краснокожих гигантов с костяными коронами вместо волос и жёлтыми глазами. Двухметровые, с могучей мускулатурой, на туловищах серебристые стальные нагрудники, на ногах кожаные штаны, в руках по прямому обоюдоострому мечу и стальному щиту треугольной формы.

— Гарри, — перепугались Джина, — это демоны?

— Демоны, но я таких ещё не видел.

Только что напротив демонов стоял обычный мальчишка, а через мгновение перед ними предстал ангел. В следующий миг нимб засветился голубым цветом. Демоны почти добрались до незваных гостей. При виде ангела они метнули в него магические плазменные шары, которые развеялись на подлёте к мальчику.

— Огонь? — ухмыльнулся Хоггарт. — Против меня?! Вы бы ещё криокинетика попытались заморозить.

— Ангел?! — воскликнул один из демонов. — Что ты тут заб…

Больше он ничего сказать не успел. Чары Хоггарта сработали — всё демоны застыли, будто голографический фильм поставили на паузу.

— Что это было? — Джина, наконец, вспомнила об оружии и пришла в себя. Она достала пистолет.

— Чары стазиса. Остановил для них время.

— Ты и такое умеешь?!

— Ага. Папа говорил, что магия пространства-времени самая могущественная. Поэтому он меня ей учил наравне с бытовыми чарами. Но я освоил всего несколько заклинаний.

— Отмотку времени я уже видела, — поморщилась Джинджер, вспоминая об утраченных конспектах. — А как ты огненные шары уничтожил? Опять щит?

— Не. Я же сдал стандартный минимум пятнадцатого: лечение, телекинез, пирокинез. Последний мне даётся проще всего, а лечение хуже всех. Просто развеял огонь, взяв его под контроль.

В нескольких метрах от группы краснокожих засветилась сложная магическая печать, в которой после огненной вспышки появился парень на вид лет двадцати. На первый взгляд обычный человек, если не брать во внимание его идеальную неземную красоту. Белая кожа без единого изъяна, худое лицо с острым подбородком, насыщенно-голубые глаза и светло-пшеничные волосы. На его стройной спортивной фигуре отлично сидел модный малиновый костюм поверх белой рубашки с острым воротом по моде семидесятых годов двадцатого века и с золотыми пуговицами.

Всё впечатление от красоты портило хищное выражение лица парня. Резко изогнутые брови, выражение превосходства на лице, насмешливый оскал.

— Давненько я не бывал в мире людей, — высокомерно начал он, — ангелочек-с… Неужели ты думал, что я оставлю своих слуг без сигнальных чар?

— Архидемон? — Хоггарт склонил голову набок.

Джинджер сильно стиснула рукоять пистолета. У неё вспотела ладошка. Девочка невольно прижалась к плечу спутника и встала немного позади него.

— Хочешь сказать, что ты не знаешь, кто я? — искренне удивился парень.

— Не-а, — Гарри с видом крутого пацана засунул руки в карманы штанов.

Парню это не понравилось, поскольку он в тот же момент сделал то же самое — с пафосно-надменным видом засунул руки в карманы брюк, но вышло так, словно он повторил за пацаном.

— Я Феникс, и ты буянишь на моей территории, ангелочек, в нарушение наших договоренностей. Так что проваливай отсюда или я тебя уничтожу.

— Так это ты виновен в заражении людей? — зло сощурила глаза Джина.

— Какая милашка, — похабно осмотрел девочку Феникс. — Ведьма. Когда подрастешь, ты станешь достойным экземпляром моей коллекции.

Гарри не на шутку разозлился.

— Феникс, я Гарри Хоггарт, не позволю тебе уничтожать этот мир!

— Как скажешь, ангелочек.

Феникс не стал рассусоливать. Его объяло огнём, который тут же устремился к Хоггарту. На середине пути пламя закрутилось вихрем и изменило направление к демону, отчего тот широко распахнул глаза. Огонь развеялся.

— Ого! Небесный птенчик, управляющий огнём… Впервые встречаю подобное. Но этого недостаточно. Думаешь выстоять против такого чистокровного демона, как я?

За его спиной появились крылья, внешне похожие на крылья Хоггарта, если не брать во внимание то, что они были сотканы из огня.

Всё пространство перед ним окуталось жарким огнём, над которым Гарри не сумел перехватить контроль. Джина зажмурилась. Вокруг них бушевал огненный шторм. Но они, окутанные силовой защитой, не чувствовали ни жара, ни дискомфорта, свободно дышали, хотя весь воздух должен был выгореть.

Нимб засиял, после чего пламя исчезло. Гарри выпустил вокруг себя голубую волну.

— Как интересно, — хищно скалился Феникс. — Магия времени, сильный щит… А ты полон сюрпризов, цыплёнок. Не припомню среди небесных куриц столь интересных экземпляров. Ваши в основном используют магию света. Такими вас создал Бог.

— Не, меня бог не создавал, — Гарри даже не вытащил рук из карманов. — Меня мама и папа сделали…

Он выпустил в небо луч, за которым проследил взором Феникс. Ухмыльнувшись, он прокомментировал это:

— Пытаешься вызвать подмогу?

— Вроде того…

Через мгновение на землю прямо на Феникса обрушился поток сконцентрированного солнечного света, который превратился в огненную плазму. Всё вокруг снова затопило огнём, только на этот раз куда сильнее. Казалось, что горит земля.

Джина вцепилась в руку Хоггарта, ей было очень страшно. Когда огненный ад стих, ей открылся вид на полностью уничтоженный сад. Краснокожие демоны сгорели, вода из пруда испарилась, вся зелень сгорела до пепла, а земля почернела и потрескалась. Уцелели лишь дома и Феникс, лицо которого вытянулось от недоумения.

— Шумерская магия? В исполнении ангела? Это что-то новенькое. Но пытаться спалить Феникса в огне… Ты большой оригинал!

Больше всего Джину поразило то, что оба дома уцелели, словно были защищены энергетической защитой наподобие той, которой прикрыты они с Гарри.

— Пожалуй, подарю тебя сестричке, — ухмыльнулся Феникс. — Ей понравится такой забавный цыплёнок.

— Тёрка! — Хоггарт наставил указательный палец на противника.

Феникс завопил, будто с него заживо сдирали кожу. На самом деле так и было. Банальное заклинание для натирания овощей, наложенное на его кожу, стесало часть эпидермиса. Когда всю кожу одномоментно обдирают, пусть и не сдирают её полностью, ощущения весьма и весьма неприятные. От боли демон испытал шок.

Тут до Джины окончательно дошло, что игры кончились. Сейчас они в настоящей опасности, а она глупо стоит. Демон с внешностью идеального человека собирается их то ли убить, то ли поработить. Скорее, последнее. Решившись, она вскинула руку с пистолетом и начала вдавливать спусковой крючок. Один за другим раздались выстрелы. Руку сильно дёргало, и она не попадала в цель. Ей пришлось отпустить локоть Хоггарта и перехватить оружие двумя руками.

Стрельба продолжилась. На этот раз она попала, но пули не причиняли вреда демону. Но судя по тому, как он морщился, приятно ему не было.

— АР-Р-Р! — в его глазах заплясали языки пламени, а лицо перекосило в яростной гримасе. Он полыхал от злости в прямом смысле. Окутанный огнем демон уже не был похож на человека. — Уничтожу!

На их щит обрушилось пламя и колоссальное давление. Джина с ужасом заметила, что тот потихоньку миллиметр за миллиметром уменьшается в диаметре.

Хоггарт выглядел растерянным, даже вынул руки из карманов.

— Гарри, щит уменьшается!

— Вижу, но я не знаю, как победить. Джина, ты же видишь, что огонь не причиняет ему вреда, а магия времени на него не действует.

— Значит, нужно использовать не огонь. С заклинанием тёрки ты классно придумал. Нужно действовать аналогично, — девочка перебирала в уме заклинания, недавно вычитанные в голографической книге. — Кипячение! Вскипяти ему кровь!

Гарри кивнул. Персокомп подсвечивал ему цель даже сквозь пламя. Он нацелил кристалл телезмы и вложил чистого эфира в чары.

— Кипячение!

Округу огласил громкий вопль Феникса. Пламя и давление на щит пропали. Демон катался по земле и громко орал от боли. Его выгибало дугой. Кожа пузырилась и исходила паром. Но демон не спешил умирать.

— Гарри, он регенерирует! — внезапно дошло до наблюдательной Джины. — Его кожа уже восстановилась после «Тёрки». Попробуй что-нибудь ещё.

Кивнув, Гарри воскликнул:

— Потрошение!

На краткое мгновение кристалл в его лбу вспыхнул голубым. Туловище Феникса раскрылось подобно разрезанной курице. Его нутро покинули внутренние органы, которые аккуратно разложились на обгорелой земле кучками. Отдельно печень, почки и сердце. Отдельно кишки и желудок.

Зрелище ужасающее. От вида окровавленного нутра Джину замутило. Но когда она обнаружила, что рана на глазах затягивается и начинают отрастать новые органы, она поборола тошноту и выстрелила. Потом ещё раз и ещё. Девочка непрерывно стреляла. Пули попадали в нутро демона, причиняя тому страдания.

— Гарри, ещё! Он живой!

— Кипячение! Потрошение! Кипячение! Тёрка! Потрошение!

Хоггарт разошелся не на шутку. Он выпускал заклинания одно за другим, заставляя демона страдать. Того выгибало и крутило от боли. Уже образовалась изрядная кучка потрохов из трёх сердец, шести почек и трёх печенок. Но Феникс и не думал помирать.

— Гарри, вскипяти ему мозги!

— Угу… КИПЯЧЕНИЕ!

— Ы-ы-ы! — потекла слюна по лицу демона.

— Да ладно?! — Джина с недоверием разглядывала Феникса.

— Думаешь, помогло?

— Ну-у… Он вроде слюни пускает и больше на нас не кидается.

— Давай так и оставим, — Хоггарта самого мутило от вида горок потрохов. — Он бессмертный. Я не знаю, как его победить.

— Ы-ы-ы…

— Оу! Гарри, ты видел, он даже ходить разучился! Ползает на четвереньках, и то неуклюже. Чёрт с ним! Мы же шли за хранилищем. Ты его чувствуешь?

— Оно в большом доме.

*Кусо — ругательство на японском, наиболее близко будет «дерьмо».

Глава 7

В гостиной двухэтажного дома обнаружилась магическая печать в виде заключённой в круг двенадцатиконечной звезды, внутри которой лежал красный камень размером с микроволновую печь. Он пульсировал багровым сиянием.

— Это оно? — взгляд Джины был устремлён на камень.

— Алтарь — хранилище и ловушка душ в одном артефакте, — Гарри выглядел хмурым.

— Гарри, ты как?

— Нормально. Тошнит только, стоит лишь вспомнить гору потрохов демона… Сейчас…

Собравшись с духом, он притянул телекинезом камень из печати. Затем очищающим заклинанием уничтожил магический чертёж. На его месте он красным мелком нарисовал пентакль, в центр которого поместил алтарь.

Гарри встал на вершину пентакля и прикрыл глаза. Его нимб и кристалл телезмы засветились нестерпимо-ярким голубым сиянием. Джина зажмурилась, но свет проникал даже сквозь веки. Она затаила дыхание, боясь помешать мальчику.

Сияние прекратилось. Алтарь вспыхнул багровыми иллюзорными языками пламени. Огонь не обжигал, но его высота достигала потолка. В его языках, казалось, видны очертания людей, которые взлетали и таяли.

— Г-гарри, мне страшно, — пустились в пляс колени Джинджер. — Что это?

— Это запертые души покидают хранилище вместе с расходуемой на чары тульпой, — Хоггарт выглядел ужасно, словно после длительной болезни: плечи осунулись, кожа бледнее мела, под глазами залегли тёмные круги. Голос стал тихим и хриплым. — Я специально использовал режим работы артефакта на запредельных нагрузках, чтобы освободить запертые души.

— У тебя получилось?

— Должно получиться… Джина, я спать хочу… — Гарри лёг на пол там же, где стоял. Крылья, нимб и кристалл исчезли.

Джина запаниковала. Она рванула к мальчику. Не зная, как быть, она хотела оказать ему помощь, желала убедиться, что он живой. Поднеся ухо к его груди, она услышала тихое биение сердца и заметила, как вздымается его грудь.

— Живой! — с облегчением вырвалось у неё.

Ей было страшно находиться на территории демонов, ещё и возле жуткого артефакта с душами. Напрягая все силы, Джина взвалила Гарри на закорки и потащила на выход. И хотя мальчик весил не так уж и много, но для неё он был тяжёлым. Несмотря на это, она с упорством шагала по пепельному грунту на выход с территории поместья.

Она подозревала, что земля всё ещё пышет жаром. На это намекал искаженный воздух. Но с Гарри на спине она этого не чувствовала, поскольку на неё распространялось защитное поле.

С каждым шагом ноша становилась тяжелее. Девочка обливалась потом и натужно пыхтела. Преодолев половину выжженного пятна, она скинула Гарри со спины. Дальше так его нести стало невмоготу. Она развернулась к нему лицом, подхватила за подмышки со стороны спины и кормой вперёд поволокла дальше. Его ноги волочились по грунту, вздымая в воздух чёрный пепел. Мальчик даже не думал просыпаться.

Под конец пути у девочки потемнело в глазах. Лицо заливало потом, одежду хоть отжимай, непослушные волосы превратились в мокрую паклю. Хриплое дыхание вырывалось из груди. Она настолько устала, что рухнула на колени, а затем и вовсе завалилась на спину прямо на зелёный газон. Чёрная пустошь осталась позади, огороженная оплавленным металлическим забором с обгоревшей краской.

— Диета тебе не помешает, — повернула она голову к Хоггарту. — А мне физические упражнения не будут лишними…

Полчаса лежала Джинджер, прежде чем нашла в себе силы подняться на ноги. Они были ватными, земля ходила ходуном, словно после бокала виски. Был в её жизни подобный опыт. Папа оставил виски в стакане, а она хотела пить и подумала, что это сок.

Посмотрев на Гарри, она поняла, что снова его уже не поднимет. Но и бросить она его не может. Недавний опыт управления автомобилем навёл её на мысль раздобыть транспортное средство. Тем более, автомобилей вокруг хватало с избытком. Несколько машин было видно отсюда.

Она рассудила, что Гарри прикрыт щитом, следовательно, ему ничего не угрожает. Скорее, это ей грозит опасность в отдалении от него. Но деваться некуда. Набрав полную грудь воздуха, она на резком выдохе поковыляла в направлении автомобилей.

Когда она добралась до ближайшего автомобиля, то с досадой обнаружила окровавленное водительское сиденье. Самого водителя в салоне не было, что Джина уже сочла за плюс. И всё же она доковыляла до соседней микролитражки, припаркованной у дома. Она оказалась заперта. До следующего автомобиля идти ещё метров сто. Она посмотрела туда, потом на первую машину. Затем снова на дальнюю тачку, и обернулась к тому автомобилю, который стоял с открытой дверью и с торчащими в замке зажигания ключами.

— Не, ну его, — развернулась она к готовой к эксплуатации тачке. — Сейчас дойду, а там тоже заперто, — тихо бормотала она себе под нос, шаркая ногами по асфальту. — Потом назад возвращаться… ПЕШКОМ!

Неожиданно распахнулась дверь дома рядом с припаркованным автомобилем, от которого она только что отошла. Джина вздрогнула и испуганно уставилась на среднего роста мужчину лет тридцати с растрёпанной чернявой шевелюрой. Худой, в тёмном спортивном костюме. Он мило улыбнулся и мягко начал:

— Привет. Ты говоришь на японском?

— Да, сэр, — с осторожностью изучала его Джинджер.

Ничего подозрительного она не обнаружила. Не считать же за таковое катану в ножнах, висящую на поясе. Наоборот, в зомбиапокалипсис было бы подозрительно встретить невооружённого человека.

— Ты заблудилась? — обрадовался мужчина. — Я Ямадзи. Юки Ямадзи. А тебя как зовут?

— Джина Джинджер, сэр.

— Не хочешь говорить — не надо, — ухмыльнулся Юкио.

— Это моё настоящее имя, сэр!

— Хорошо-хорошо, Джинджер-тян. Ты не боишься зомби?

— Они все умерли, сэр. На планете больше не осталось зомби.

— Ты так уверенно говоришь… — Юки нервно осмотрел улицу, но, никого не обнаружив, успокоился. — Так что забыла иностранка в Токио?

— Мне не до светских бесед, мистер Ямадзи. Моему другу плохо — я должна ему помочь.

— Он далеко? Что с ним? Давай я тебе помогу.

— Он устал, сэр. Устал и потерял сознание.

— Его покусали зомби? — напрягся японец.

— Нет, сэр. Точно нет. Но нужно поспешить. У вас найдётся тряпка?

— Тряпка? — удивился он. — Зачем?

— Накрыть сиденье, — Джинджер бросила многозначительный взгляд на распахнутую дверь автомобиля. — Не хочу садиться на кровавое пятно.

— Давай лучше я тебя отвезу на своей машине, — кивнул Юкио на припаркованную у дома серебристую коробку на колёсах.

— О! Это будет весьма любезно с вашей стороны, сэр.

— Можешь пока зайти домой, умыться, попить воды или чая. А хочешь какао?

— Попить? — Джина, услышав предложение, резко осознала, что у неё во рту поселилась пустыня Сахара. Она жутко хотела пить, но не обращала на это внимания. — Воды, сэр, если можно.

— Конечно-конечно, проходи. У нас в домах принято разуваться.

Джина молча скинула туфли. Мужчина закрыл на замок дверь и мягко подтолкнул её.

— Кухня слева, Джинджер-тян.

Джина увидела вожделенную пластиковую канистру с водой и устремилась к ней с решительностью помирающей от жажды. Схватив первый попавшийся стакан, она наполнила его из бачка и моментально опустошила.

Юки встал очень близко, прижался к её спине, хотя это было необязательно. Кухня довольно просторная.

— Давай помогу.

Он мило, как подумала Джина, помог ей. Стоя сзади, он взял канистру и наполнил стакан. Она слышала его громкое сопение. Ей в поясницу уперлось что-то твёрдое: она подумала, что это рукоять катаны. Но жажда отбросила прочие мысли — она вновь присосалась к стакану с водой.

Поставив стакан, она недовольно поморщилась.

— Сэр, ваша катана упирается мне в спину! Неудобно же. Отойдите, пожалуйста.

— Это не катана…

На её попытку развернуться Юки крепко схватил Джину за плечи и полусогнул ноги. Она почувствовала, что то самое твёрдое скользнуло ниже спины и уперлось туда, куда не нужно. Тут девочку озарило пониманием и накрыло волной паники.

Правая рука Ямадзи скользнула сверху спереди в штаны девочки. Джинджер застыла от ужаса. Мысли панически метались в голове. Она искала выход для спасения. Правая рука сама собой нырнула в карман куртки и нащупала рукоять пистолета. Джина в обычной ситуации вряд ли нашла бы в себе решимости выстрелить в человека. Не в зомби, не в демона, а именно в живого человека. Но не сейчас.

В помещении прозвучал выстрел. Юкио заверещал как резаный и запрыгал на одной ноге. Он отпустил Джину, больше внимания уделяя простреленной левой ступне. Японец с ужасом уставился в пустые страшные глаза впавшей в состояние аффекта девочки, которая наставила на него пистолет.

— Нет-нет-нет, не надо! Я просто пошутил…

— Сдохни, извращенец!

Джина выстрелила. Потом ещё раз, ещё и ещё. Она вдавливала спусковой крючок тридцать семь раз подряд. Извращенец уже давно умер и валялся в кровавой луже на полу с множеством пулевых отверстий, но она всё продолжала в него всаживать боеприпасы.

Прекратив пальбу, она принялась искать ключи от автомобиля. При этом пистолета из руки она не выпускала. Когда же она нашла ключи и дошла до входной двери, то замерла, и вернулась на кухню.

Открыв полки с продуктами, Джина покидала еду в пакет и прихватила канистру с водой.

— Это я возьму с собой!

Напоследок, покидая дом, она очень громко хлопнула дверью.

— Нахер Японию! — зло бормотала она, ковыряясь ключами в двери машины. Руки дрожали, отчего девочка не могла сразу попасть в замочную скважину. — Чтобы я ещё когда-нибудь поехала в эту страну… Ни за что!

***

Хоггарт пришёл в сознание в незнакомом месте. Он обнаружил, что лежит на полу на тонком матрасе.

— Ты очнулся! — нависла над ним обрадованная Джинджер.

— Где мы?

— Какой-то бесхозный дом, — пожала плечами девочка. — Я выбрала домик поприличней и такой, чтобы тебя проще было сюда затащить. Ты тяжелый, Гарри.

— Ничего подобного, я лёгкий, как пушинка. Ох…

— Что? — обхватила его за плечи Джина, помогая сесть. — Тебе плохо?

— Ужасно. В теле жуткая слабость. В последний раз со мной такое было три года назад, когда я заработал магическое перенапряжение. И вот снова оно. У нас получилось?

— Тебе лучше знать. Гарри, я же в магии не разбираюсь.

Хоггарт на мгновение зажмурился.

— Персокомп говорит, что всё получилось, с высокой вероятностью зомби-вирус уничтожен на всей планете, — он сморщил нос. — Джина, от тебя воняет потом.

— Мне пришлось на себе тащить кое-кого тяжёлого! — стыдливо вспыхнули алым её щеки. — Электричества нет, воды нет. Хорошо, что я хотя бы пятилитровую канистру воды раздобыла. Но я же не знала, сколько мы тут пробудем, поэтому экономила воду. Твоей палатки сильно не хватает.

— Извини, но сейчас я её не смогу достать, — виновато улыбнулся Хоггарт. — Для этого придётся задействовать магию, а я ближайшую неделю магичить не смогу.

— То есть и портал домой не выйдет открыть?

— Портал? — Хоггарт погрузился в мысленный диалог с искином. — Портал можно — гармоники пространства-времени снова спокойные.

— Но ты же не можешь магичить!

— Не могу. Но портал, как и защита, работает за счёт имплантов в восемнадцатом слое биоэнергетики. Для его активации магия не нужна. А «инвентарь» привязан к биоэнергетике в целом, отчего его использование причинит мне боль и затянет восстановление.

— Значит, — в её голосе зазвучала надежда, — мы можем вернуться домой?

— Можем. Только…

— Только что?

— Джина, давай сначала заглянем в мир империи Занг. Там меня в медкапсуле быстро приведут в чувство. Хотя бы слабость не буду чувствовать.

Джина сильно хотела попасть домой. Но она видела, что Гарри себя плохо чувствует.

— Это надолго?

— На полдня, максимум на день.

Джинджер была готова согласиться, но её терзала тревога, как бы не повторилась ситуация, как в этом мире.

— А как ты получишь там помощь? Мы же фактически пришельцы из другого мира.

— Во-первых, Джина, там дети до восемнадцати получают бесплатное медицинское обслуживание и могут не иметь регистрации. Во-вторых, я внесён в базу данных империи Занг в качестве гражданина с высоким рейтингом. У меня там остался банковский счёт. К тому же мы можем купить тебе нейросеть.

— Но ты говорил, что нейросеть устанавливают лишь совершеннолетним.

— И что с того? — хитро прищурился Хоггарт. — Купить и установить — разные вещи. Ещё купим медкапсулу. Я её взломаю ментальными чарами, после чего капсула установит тебе сетку в автоматическом режиме. И тогда ты сможешь пользоваться силой разума. Правда, базы знаний придётся изучить. Но мы их тоже купим.

— Хорошо, давай в империю Занг. Но я иду туда только ради твоего здоровья, Гарри!

Она помогла ему подняться на ноги. Хоггарт отдал команду на открытие портала, и тот тут же появился. Дети шагнули в прозрачную гладь, оставив страшный мир позади.

***

На чёрном пепелище вспыхнула магическая печать. В центре неё в алом вечернем платье появилась госпожа Гремори. Её взор упал на пускающего слюни невероятной красоты блондина, который сидел на земле и завывал на манер младенца. Завидев её, он замолк и заморгал.

— Ы-ы?

— Как тебе мой подарок, дорогой жених?

— Ы-ы.

— Рада, что тебе понравилось… — ухмыльнулась она. — Ты всегда был излишне самоуверенным, Райзер. Бахвалился своим бессмертием. А теперь посмотри на себя. И это высший демон?

— Ы-ы-ы…

— Так уж и быть, возьму тебя с собой. Высший демон в хозяйстве лишним не будет, а то, что идиот, так это не страшно. Ползи ко мне, малыш. Не хочу задерживаться дольше необходимого в мире, в котором два маскирующихся под безобидных детей существа способны уничтожить несколько миллиардов зомби и сделать дебилом высшего демона…

Глава 8

Джину сразу же поразило место прибытия — роскошная гостиная в урбанистическом стиле. Кресла будто сняты со звездолёта. Диван с множеством регулировок наклона спинки, подножек и сидушек. За панорамным окном расположился аккуратный сад с неизвестными растениями с листвой разных цветов: зелёной, фиолетовой, красной и синей.

Она вздрогнула, когда неожиданно зазвучал приятный женский голос:

— Приветствую, хозяин Гарри.

— Привет, дом. Это Джина Джинджер, моя подруга. Вызови медиков, мне плохо.

— Медики вызваны, хозяин. Они прибудут в течение пятнадцати минут. Какие будут распоряжения?

— Слушайся Джину и помогай ей.

Джинджер с изумлением уже не первый раз осознала, что слышит иностранную речь, но при этом понимает новый язык так, словно всегда его знала. Более того — её переполняла уверенность в том, что она сможет на нём говорить.

— Гарри, кто это?

— Искин дома.

— У тебя есть тут дом? И где мы находимся?

— Не у меня. Батя на всякий случай имеет недвижимость в разных мирах. Это сельскохозяйственная планета. Он тут выкупил большой остров в тропиках. На весь остров только одна наша вилла. Тут вроде бы есть медкапсула и звездолёт с медотсеком, но я ими без магии пока не смогу воспользоваться.

— То есть, Гарри, тебя заберут в больницу? — взволнованно дрогнул голос Джины. — А как же я?

— А ты пока побудь дома. Тут есть бассейн и морской пляж. Искин тебе всё покажет, только попроси.

Через те самые пятнадцать минут прилетел медицинский флайер, на который медики погрузили Хоггарта и улетели. Джина с приоткрытым ртом провожала летающую белоснежную махину размером с грузовик. Она считала, что транспорт будущего должен выглядеть красиво: плавные линии, аэродинамические обводы. Но флайер разрушил её ожидания. Прямоугольная коробка с рублеными линиями, словно у металлического контейнера стесали углы, покрасили его в белый и заставили летать.

Оставшись одна, она не знала, чем заняться.

— Эм… Дом, мне нужно принять душ, поесть и постирать одежду.

— Прошу пройти в гостевую спальню, госпожа Джинджер.

Перед ней появилась большая зелёная трёхмерная стрелка. Следуя за ней, Джина вышла к спальне размером с первый этаж коттеджа её родителей. Ванная комната была размером с её спальню. Тут и душ, и ванная, и джакузи.

После ванной она обнаружила в спальне робота в виде перевёрнутого белого ведёрка на колесах и с гибкими металлическими конечностями. На голове у него была закреплена коробка, в которой лежал обтягивающий чёрный комбинезон и ботинки.

Робот не уехал до тех пор, пока она не забрала из коробки вещи и не положила туда своё грязное бельё. Пришлось облачаться по местной моде. Комбинезон сильно обтянул тело, словно латексный. При этом в нём было очень комфортно. Он ощущался подобно второй коже. Снаружи обнаружились кармашки и магнитные крепления на поясе, к одному из которых она прилепила револьвер. Он держался прочно и не думал падать даже во время тестирования, которое заключалось в хаотичных прыжках и резких движениях.

Час спустя Джинджер немного освоилась. На кухне уже знакомый ей пищевой синтезатор. Двери открываются при её приближении. Любые прихоти выполняются после первой же просьбы. Искин отвечает на вопросы.

Она волновалась за Гарри и за себя. Если с ним что-то случится — она застрянет в этом мире и больше никогда не увидит родителей.

Чтобы немного успокоиться, она старалась найти себе занятие. В итоге решила прогуляться до пляжа.

Местное светило выглядит более крупным, чем Солнце, и имеет красный цвет. Зрелище непривычное, но в целом приемлемо.

Вода в море оказалась тёплой. Воздух жаркий, словно на тропическом курорте. Песок на пляже белоснежный. Джина не могла отказать себе в купании. Поскольку она тут находилась одна, а купального костюма у неё с собой не имелось, она смело разоблачилась, и в костюме Евы с осторожностью полезла в воду.

Когда девочка убедилась в безопасности местного моря, она настолько осмелела, что позволила себе заплыть немного подальше. Она прекрасно держалась на воде. Родители в детстве водили её в бассейн. Поэтому страха утонуть, как такового не было.

Неожиданно что-то быстрое мелькнуло под водой. Тёмная тень стремительно приближалась с глубины. Джина в панике подумала, что это хищная рыба вроде акулы, и со всех сил принялась грести в сторону берега.

Тень оказалась намного шустрее. Она приблизилась к поверхности воды и вынырнула. Джина с ужасом в глазах обернулась на всплеск. С изумлением она узрела серебристый металлический шар с чёрной трубкой, которая была нацелена на неё. Последнее, что она увидела, как из трубки вырвался синий луч, от которого она не успевала увернуться. После попадания луча её тело перестало слушаться, а сознание поглотила тьма.

***

Долговязый Бэн был счастлив, что с ним случается нечасто.

Бэн родился на отдалённой аграрной планете в девяносто семи световых годах от столичного сектора заштатного королевства Тирб. Был сыном капитана космического флота в отставке. С малых лет грезил космосом и далёкими путешествиями.

Его мечта осуществилась сразу же, как только ему исполнилось восемнадцать и он получил свою первую нейросеть. Младшим техником попал на торговый корабль, который летал в королевство Диния. Этот корабль был одним из многих звездолётов торговой корпорации «Чарли».

Через некоторое время, набравшись опыта, изучив много баз знаний и сменив нейросеть, он получил назначение первым помощником на большой фрегат частной военной кампании (ЧВК) корпорации. В основном ЧВК занималась охраной торговых перевозок, но часто охранные суда превращалась в пиратов. Это была обычная практика.

Его фрегат направлялся в Динию грабить нуфранские суда. Тирбское правительство выдало корпорации «Чарли» каперский патент. Тирб и Нуфран в то время враждовали, и правительство Тирба только радовалось пиратству на территории противника или на подлёте к системам торговых партнеров, но при условии, если грабили суда Нуфрана. Так что с точки зрения своей страны они могли грабить на законных основаниях.

Но первый же полёт в важной должности для Бэна закончился неудачей. Или удачей. Всё зависит от точки зрения.

В то время по территории Галактического Союза прокатилась волна несчастных случаев. Массовая гибель настигла погрязших в тёмных делишках пиратов. Тысячами гибли правители и чиновники стран, которые одобряют и покрывают пиратство. Верхушки многих корпораций тоже выкосила эпидемия несчастных случаев. Лишь единицы пиратов уцелели — зелёные новички, ещё не успевшие запятнать своей репутации и пройти боевое крещение. И Бэн был одним из тех самых счастливчиков. Он один из немногих выжил на боевом фрегате.

Корпорация «Чарли» развалилась, как и многие другие корпорации, которые имели свою небольшую армию и промышляли пиратством. Правительства большей части стран Союза лихорадило, их военные лишились командования. Частные военные кампании корпораций все до одной прекратили существование из-за гибели большей части военных. В тот момент Бэн сообразил, что это для него шанс стать владельцем звездолёта. Он на правах единственного живого старшего офицера получил полный контроль над космическим аппаратом. На этом основании он перепрошил искин фрегата и улетел в далёкую страну, где набрал экипаж и занялся грузоперевозками.

Боевой фрегат плохо приспособлен для перевозки грузов. Он требует больших расходов на содержание, потребляет больше топлива и имеет меньший трюм, чем у торговца сопоставимых размеров. Из-за этого Бэн терпел убытки. Ему пришлось заняться перевозкой дорогостоящих малообъёмных грузов, то есть контрабандой.

Вначале после эпидемии несчастных случаев уровень пиратства в галактике снизился до нуля. И такая ситуация продолжалась несколько лет. Но от контрабанды до грабежей шажок небольшой. Бэн подумал, что нерационально использует боевой фрегат, и решил пощипать торговцев. Прибыль оказалась колоссальной, но за время мирной торговли свободный от грабежей космос настолько всем полюбился, что пиратство в Союзе больше не поощрялось. Им вплотную занялись военные крупных стран.

Бэну пришлось залечь на дно, а простой большого звездолёта обходится дорого. И продать краденный боевой фрегат с сомнительным регистрационным статусом не так-то просто. Любой покупатель посчитает делом чести кинуть на деньги одинокого владельца такого судна. А поскольку такие звездолёты покупают в основном корпорации или военные небольших стран, то там выйти сухим из воды без вариантов.

Бэну пришлось изыскивать способы получения прибыли, не связанные с транспортировкой грузов и грабежами. И он нашёл свою нишу — киднепинг, то есть похищение детей богатых разумных с целью выкупа.

И сегодня ему повезло — проверенная тактика сработала.

Тактика Бэна напоминала рыбную ловлю, только вместо рыбы выступали дети богатых людей. Он прилетал в новую систему, собирал из открытых источников базу данных островной и береговой недвижимости, заранее закупал партию дронов, перепрошивал их и размещал под водой.

На земле поместья обеспеченных людей, как правило, хорошо защищены. Но дети любят плавать. Они часто могут вопреки запретам отправиться плавать самостоятельно. Стоит лишь ребенку одному оказаться в море вне энергетических щитов, как спящий дрон пробуждается и проводит захват цели: парализация, захват гравитационным лучом, передача сигнала на связной дрон. Затем команда Бэна спешно является на место и забирает добычу, после чего происходит доставка груза в тайное место и начинаются торги с родителями.

Сегодня Бэн радовался, поскольку в его сети угодила очень крупная дичь — человеческая девочка из самого дорогого частного владения на планете Эмрой.

Добычу доставили на фрегат и поместили в медкапсулу.

По нормативам нельзя держать человека в медкапсуле просто так. Перепрошить медкапсулу сложнее и опаснее, чем в настоящем времени заниматься пиратством. Если медицинские корпорации об этом прознают — всем участникам не жить. А эти корпорации самые могущественные и осведомлённые — они наверняка узнают о таком финте. Медик первым же побежит закладывать владельца звездолёта, во-первых, чтобы получить солидное вознаграждение, которое фармацевтические компании платят информаторам, во-вторых, чтобы отвести от себя удар могучих корпораций. Чтобы информация подобного толка не всплыла — необходимо жить в глубоком фронтире, докуда ещё не добрались медицинские гиганты, и не высовывать оттуда носа. Поэтому на его корабле капсулы были стандартными.

Поскольку просто так девочку нельзя держать в капсуле, киднеперы прибегают к различным уловкам. Например, проводят полное лечение пациента самым надёжным, следовательно, наиболее медленным методом. Если этого мало, то улучшают организм генетическими модификациями. Это дорого, но в итоге выходит надёжнее содержания пленника в камере заключения. Так исключаются сюрпризы наподобие сокрытых маяков из нанитов, которые может активировать владелец, или дебошей, устраиваемых золотыми детками. В худшем случае удаётся избежать гибели ценного пленника или его сумасшествия. Псих или труп означает обесценивание жертвы похищения и удорожание шкуры похитителей.

Цена выкупа за золотых деток настолько высокая, что с лихвой покрывает самые дорогостоящие медицинские процедуры.

Долговязый Бэн никогда не задерживался на планете, на которой удалось поймать «рыбку». Он строго следовал правилу: одна планета — одна жертва. Как правило, у богатых людей имеются связи в верхушке правления колонией. На поиски их деток зачастую подключаются серьёзные силы. И лучше в этот момент находиться подальше от этого сектора и действовать через посредников.

К своему постоянному посреднику Бэн как раз и направил звездолёт. Тот берёт безбожные двадцать пять процентов, зато имеет серьёзную репутацию и действует наверняка. Пока из семи сделок сорвалась лишь одна. Но там Бэн сам виноват.

В тот раз было его первое похищение. Он даже не думал о содержании пленника в медицинской капсуле. Они похитили тринадцатилетнего сына владельца крупного фермерского бизнеса, которому помимо прочего принадлежит личный парк торговых космических кораблей. Мальчишка оказался с шилом в заднице. Он умудрился вырубить охранника, сбежал, и чуть было не проник в запасную рубку управления. Его убила корабельная система охраны.

После этого Бэн пересмотрел систему безопасности. Помимо безопасной перевозки пленника в медкапсуле, его личность вносят в корабельную базу данных в качестве гостя. Лучше пусть команда побегает по кораблю, ловя беглеца, чем он получит бесполезный труп и убытки.

Бэн зашёл в медотсек. Там уже пациенткой вплотную занялся доктор Маркус по кличке Док. Чернокожий здоровяк с белоснежными зубами и лысой головой по обычаям его родной планеты Нибуру.

Нибурунцы носят причёски в виде разноцветных ирокезов. Высота и цвет ирокеза означает социальный статус. Изгнанники не имеют права на ирокез, поэтому удаляют с головы волосы.

Док — специалист высочайшего класса с изученными базами знаний шестого ранга. Док обходится Бэну в колоссальную сумму, но без него вся схема посыплется подобно карточному домику. Дока держит тут лишь то, что нибурунцев нигде не любят из-за официально разрешённого рабства в их стране. В приличном месте ему бы работу не дали, а на родине у Дока долги, из-за которых ему самому грозит стать рабом. Одной из его слабостей являются азартные игры. На них Док спускает почти весь заработок. Эта слабость его подвела — у него накопилось столько долгов, что расплатиться с ними стало невозможным.

— Как наша добыча, Док?

Маркус вынырнул из виртуальной среды, что стало заметно по его чёрным глазам, в которых безжизненный взор сменился живым интересом.

— Достойный экземпляр. Весьма интересная пациентка. В Нибуру тебе за неё сходу дадут три миллиона рю. А так можно выручить больше.

— По нынешнему курсу это около миллиона сов (союзная общая валюта)? Нехило так! Откуда такая важность для нибурунцев? Её отец перешёл кому-то из них дорогу?

— Босс, причём тут её отец?

— Но ты же говоришь, что за девчонку дадут большую цену на твоей родине.

— Ну! Дадут. Как и за любого псиона такой силы! У пациентки уровень Пси на отметке «А7». Это охереть, как круто! Таких псионов очень мало.

— Тогда тем более её стоит держать в капсуле, — нахмурился Бэн. — Док, мы девчонку похитили с целью выкупа, а не на продажу. Уверен, её родители отвалят гораздо больше. Ещё что-то скажешь по ней?

— Она из естественников, — провёл левой пятернёй по лысине Мартин и почесал шею.

— Серьёзно? — поползли на лоб брови Бэна. — Такие богачи с личным островом, и естественники?! Ты же не шутишь, Док?

— Бэн, у девчонки полный набор естественника, который впервые лёг в капсулу: накопившиеся за годы микротравмы и зачатки хронических болезней; обычным образом сросшийся перелом ноги; естественной формы и прикуса молочные зубы; накопившиеся токсины, включая высокое содержание в клетках свинца, будто девчонка им всю жизнь дышала. Она явно жила на другой планете, в атмосфере которой содержится большое количество ядовитых для людей веществ, но её жителям на это плевать. Представляю, сколько там психов. От свинца у людей крыша едет вперёд стен.

— Херово…

— Точно сказано, Бэн. По всему выходит, что девчонка может быть не дочкой богатея, а его приобретением. Прикупил он себе сильного псиона из колонии ебанутых естественников, а ты её умыкнул… Итак, что с ней делать?

— Как обычно, Док. Сначала лечить. Хорошо и долго лечить! Потом улучшать. И так до тех пор, пока мы от неё не избавимся. В любом случае в накладе не останемся.

— Если полетишь в Нибуру — меня оставь на станции Посредника. Подберёшь на обратном пути.

— Конечно, Док. Я прекрасно помню твою ситуацию. Только тогда ты сразу настрой для девчонки наиболее продолжительный курс улучшений на случай задержки…

Глава 9

Долговязый Бэн не просто так получил своё прозвище. Он высокий. Такой же высокий, как и Док, но, в отличие от плотного Мартина, он худой дрыщ. Бэн никогда не гнался за силой. Он считал, что сильными становятся те, кто не умеет думать головой. Себя он глупым не считал. Да и показатель базового интеллекта в сто двадцать семь единиц не каждому дан.

Он мог бы изменить себя с помощью медицины, но не хотел. Для него это стало бы признанием собственной ничтожности. Признанием того, что его интеллект пасует. Что все импланты и дорогая нейросеть бесполезный мусор, раз вместо них и мозга он пользуется мышцами.

Бэн предпочитал носить классический капитанский комбинезон: чёрный с серыми вставками, с бластером на поясе.

Та планета, на которой он поймал «рыбку», расположена довольно далеко от базы Посредника. Добираться до места пришлось две недели.

Посредник — пережиток прошлого. Пираты не могли существовать без организованной преступности. Им нужно было сбывать товары и ценности, продавать пленников за выкуп или в рабство. И всем этим занималась мафия.

После всегалактической эпидемии неудач ряды организованной преступности серьёзно уменьшились. И всё же мафия бессмертна, как и тяга многих разумных к быстрой наживе. Не все киднеперы были связаны с пиратами, отчего они и их «сеть сбыта» быстро были восстановлены.

Офис Посредника имел абсолютно легальное прикрытие. Он расположен на перевалочной станции в нейтральной системе, которая носит негласное название Свалка. И тут действительно находится самая большая в этом секторе Союза свалка космических кораблей.

Обычными обитателями станции являются сталкеры-мусорщики. Они дербанят старые космические аппараты на комплектующие и металлолом, после чего сдают скупщикам лома. Скупщики оживляют то, что ещё способно работать, и продают. Металлы перерабатывают и сдают корпорациям по цене выше закупочной.

Фактически, станция обслуживает свалку и является мусороперерабатывающим предприятием.

Там, где крутятся большие деньги, не обходится без внимания криминала. Но для большинства Лемаль Фейтер был рядовым владельцем магазина скупки подержанного хлама. Толстый, весом под два центнера, с отвисшими щеками, он передвигался по мастерской на летающем кресле. Его челюсти безостановочно жевали крес-жвачку. Крес — лёгкий наркотик наподобие никотина. Как курильщику сложно отказаться от сигарет, так и жевальщику тяжело бросить жевать крес.

Вместо привычного для обитателей станции комбинезона на Фейтере натянуто традиционное голубое платье по моде его родной планеты Палма. На Палме пригодная для проживания суша расположена в районе экватора. Там и мужчины, и женщины предпочитают носить безразмерные платья, которые напоминают растянутую до колен широкую футболку. Но на толстяке платье смотрелось как чехол от рояля.

— Господин Фейтер, — улыбаясь, от входа в лавку шёл ему навстречу Бэн, — рад вас видеть. Отлично выглядите.

— Врёшь ты паршиво, Долговязый, — размеренно с хрипотцой отозвался владелец скупки. — По глазам вижу, что ты презираешь меня за мой вес. Ничего вы, худосочные, не понимаете. Настоящего палмского мужчины должно быть много.

Лемаль сплюнул жвачку на пол и закинул в рот следующую. Его челюсти почти ни на мгновение не прекратили жевательных движений. Он даже как-то умудрялся говорить, жуя.

Древний дроид-уборщик, круглый и приплюснутый, словно большая таблетка, выскочил из стеновой ниши и быстро всосал в своё нутро жвачку, после чего тут же вернулся бдить обратно на свой пост.

Никто из мужчин не обратил внимания на дроида. Для них это было настолько же привычно и обыденно, как порыв ветра для обитателя планеты. Обслуживающие дроиды окружают их повсюду и являются неотъемлемой частью жизни, как бытовая техника в двадцать первом веке.

— Можешь говорить, Долговязый, я включил глушилку. Кто на этот раз?

— На этот раз у меня уникальная добыча, — расплылись в довольной ухмылке губы Бэна. — Девочка-псион А-седьмого ранга. Взял её на планете Эмрой на острове, который принадлежит Дункану Хоггарту.

Толстяк моментально переменился в лице. Он позеленел. Его щеки затряслись от ужаса.

— Пошёл вон!

— Чего? — опешил Бэн.

— Вон, я сказал! Чтобы твоей ноги больше тут не было! Сам суицидник, ещё и меня подставить решил? Я с дебилами дел не имею!

— Лемаль, ты чего, не с той ноги встал?

— Ты кретин? Не понимаешь фразы «пошел вон»?!

— Хруксук бруксук! — вырвалось экспрессивное выражение у Бэна. — Лемаль, что за херня? Мы же давно ведём бизнес.

— Ты действительно не знаешь, чьего человека похитил? — искренне удивился толстяк.

— Очередного ребёнка у планетарного олигарха зажопинской аграрной планеты.

— Ты реально идиот! — от шока Лемаль чуть не подавился жвачкой. — Нормальные профи сначала узнают всё об объекте, лишь потом действуют. Зарекался же работать с любителями…

— Лемаль, так не пойдет. Пока ты не объяснишься — я шагу из твоей лавки не сделаю.

— Объяснить, да?! — зло прищурил поросячьи глазки Фейтер. — Знаешь, с чего началась эпидемия смертельных неудач?

— Нет. Но ты, похоже, знаешь…

— Об этом знают все, кому надо, долговязый придурок! Всё началось с того, что такие же долбоящеры, как и ты, решили похитить сына Дункана Хоггарта. От тех придурков остался лишь пепел, а на следующий день галактика изменилась. Перед Хоггартом даже император Занга ходит на цыпочках и готов выполнить любую его просьбу. Я советую тебе вернуть девчонку на место, извиниться и молиться всем богам.

— Глупости! — фыркнул Бэн. Ему не верилось, что на столь отдалённой аграрной планете будет жить такая крутая личность. — Не хочешь со мной больше иметь дел — так бы и сказал. Ни к чему придумывать страшилки. Найду кого-нибудь другого.

— Давай-давай, проваливай!

Бэн ушёл ни с чем. По пути к своему фрегату он размышлял над словами Лемаля. Как ни крутил он мысли, выходило, что жирдяй не врал. Уж больно натурально он испугался. Но Долговязый точно не собирался следовать его совету. Возвращать пленницу, если её можно дорого продать чернокожим? Глупость! Он нигде не засветился, кроме посредника, так что найти его будет непросто. Лемаль трясётся над своей шкурой. Зная его, он уверен, что тот не проболтается.

Ступив на борт звездолёта, Долговязый приказал следовать в сектор Нибуру. С Доком из-за этого пришлось временно распрощаться. Но тот заверил, что медкапсула продержит девчонку хоть три месяца.

***

Тем временем Гарри Хоггарт паниковал. Уже прошло две недели, как он вернулся из больницы и обнаружил пропажу подруги.

Вначале он подумал, что она куда-то ушла и вскоре вернётся. Через час он догадался спросить у домашнего искина. Тут-то стало известно о том, что Джину похитили, когда она выплыла за пределы действия защиты.

Проблема решается просто — достаточно позвать приёмного отца, и Джина тут же вернётся по щелчку пальцев, но на этом вольница Гарри закончится. Просьбой о помощи он покажет, что всё ещё маленький и сам ни с чем справиться не может. К тому же Гарри считал, что это он виноват в похищении Джины. Ведь они могли просто вернуться в их родной мир, а он настоял на посещении этой вселенной. Плюс к этому он хотел сам освободить её из лап похитителей, продемонстрировать ей свою крутость.

Гарри может и сам бы её нашёл, но проблема в том, что он до сих пор не мог колдовать. Физическое здоровье ему полностью восстановили с помощью медкапсулы, но не биоэнергетику. То, как он перенапрягся в детстве, ерунда, если сравнивать с нынешним состоянием. Тогда он не мог пользоваться магией всего пять дней. А сейчас по ощущениям это затянется как минимум на месяц.

Гарри сильно волновался за подругу. Он даже почти вызвал Люцифера, но в последний момент решил изучить информацию о похищениях в галактической инфосети. Там он узнал, что похитители в таких случаях требуют с родни выкуп и предпочитают держать жертв похищения в медицинских капсулах. То есть до момента просьбы о выкупе жертве ничего не грозит, поскольку в этот момент бандиты должны предоставить доказательства того, что жертва жива и здорова. В девяноста девяти случаях из ста жертва даже не догадывается о похищении до момента передачи из лап преступников обратно родственникам. Отключилась, а после очнулась уже рядом с родней.

Узнав об этом, Хоггарт немного успокоился. Совсем спокойным он не стал, но ему хватило, чтобы не звать на помощь тяжёлую артиллерию. Оставалось ждать, что произойдёт раньше: требование о выкупе или возвращение ему магии. Он готов был заплатить любые деньги за возвращение Джины живой и здоровой, а денег у него столько, что хватит на покупку собственной страны, состоящей из сотни звёздных систем с обитаемыми планетами и всеми её жителями.

***

Джина пришла в сознание в незнакомом месте. Маленькое помещение три на четыре метра, напоминающее тюремную камеру. Тут, как в тюрьме, в два ряда расположены закреплённые на стенах койки. Но туалет, о чём сообщал рисунок в виде писающей девушки, огорожен в отдельное помещение, как и душевая. В стенах над каждой койкой вмонтирован раскладной столик.

Вначале она не могла сообразить, как тут оказалась, но словно по хлопку ладоней вспомнила, как на неё напал летающий стальной шар. Тут же в её сознании всплыла информации из рабской базы знаний первого уровня.

Оттуда Джина узнала о самих базах знаний. Это знания и опыт, которые внедряются в мозг человека, а после внедрения ощущаются им, как личный опыт.

Оттуда же она узнала, что рабская нейросеть почти не имеет различий с обычной нейросетью. В наличии всего пара особенностей. Во-первых, она создана таким образом, чтобы её можно было без последствий для здоровья изъять и снова использовать, поскольку раб — это вещь, которую можно продать и купить. Этим не каждая обычная нейросеть может похвастать. Во-вторых, каждая нейросеть, за исключением сеток первого поколения, обладает слотами для подключения модулей расширения. В специализированных нейросетях, например, для медиков, инженеров или пилотов, модуль сразу встроен. Чем новее поколение, тем больше модулей можно встроить и тем выше коэффициент, на который нейросеть может увеличить интеллект человека. Рабская нейросеть относится ко второму поколению. В неё сразу встроен модуль подчинения. В-третьих, её возможно внедрить не только в «чистые» мозги, но и установить поверх уже имеющихся сетей.

С помощью нейросети осуществляется связь, там есть часы, будильник, ежедневник, блокнот, электронная почта, напоминалка, калькулятор, фотоаппарат и видеокамера с записью с органов чувств, выход в местную информационную сеть. Помимо этого она является электронным документом-идентификатором и личным медиком, который контролирует гормональный баланс и следит за общим состоянием здоровья носителя. С её помощью осуществляется связь со всеми окружающими техническими устройствами. Но основная её функция — ускоренное обучение любой профессии путем записи в мозг и рефлексы данных из баз знаний.

База знаний первого уровня небольшая. Она несёт базовую информацию, словно оглавление книги. В хорошем оглавлении с подробными названиями сразу можно вычленить суть и понять, о чём она. Так Джина поняла то, что пытались донести до неё. Теперь она рабыня.

Рабская нейросеть может корректировать в её теле уровень гормонов. Если она будет нравиться хозяину и чётко выполнять его приказы — будет чувствовать себя хорошо, получит волну удовлетворения. Станет саботировать приказы или хозяину не понравится, как она справляется с работой — ей станет плохо. Это на первом уровне. На рабах-бунтарях применяют стимуляции второго уровня. Там за правильные поступки раб получает волну кайфа, как от наркотиков, и чем лучше выполнен приказ, тем больше кайфа. За проступки ему не только становится паршиво, но он испытывает сильную боль и ломку, словно наркоман, не получивший очередную дозу. Третий уровень стимуляции — это паралич. Он срабатывает в случае нарушения базовых постулатов: попытка побега или нападения на хозяина, или попытка причинить умышленный вред рабовладельцу. Есть ещё четвертый уровень стимуляции — уничтожение мозга. Он срабатывает в двух случаях с отсрочкой в сутки, если рабу удалось обойти третий уровень и избежать паралича: первое — когда раб сбегает; второе — когда раб убивает хозяина. Сутки отсрочки необходимы для того, чтобы в случае, если раб очень ценный, хозяин или наследник решили его судьбу.

Узнав всё это, Джина отчаялась. Её охватила апатия. Из прилежной британской ученицы младшей школы она каким-то неведомым образом превратилась в девочку-рабыню. Она считала это совершенно неправильным, каким-то безумием. У неё в голове не укладывалось, как такое возможно, что в мире будущего и высоких технологий может существовать рабство? С развитием робототехники подобное казалось безумием. Ведь какой смысл в живом рабе, если его можно заменить дешевым роботом?

Её размышления были прерваны сообщением, пришедшим на нейросеть. Это было похоже на то, что у неё под черепной коробкой прозвучал телефонный звонок. В углу зрения справа в верхней части замигал жёлтый почтовый конверт.

Джинджер не сразу сообразила, как прочитать входящее электронное письмо. Когда же она догадалась мысленно нажать на жёлтый конвертик, то перед глазами появился текст на неизвестном языке, который она понимала. Только на этот раз её пониманию нашлось обоснование — во сне ей закачали и интегрировали в сознание базы знаний общего галактического языка. Вместе со знанием языка она получила множество образов доселе незнакомых предметов и их общее описание. Что-то наподобие: эта штука, похожая на автомобиль без колёс, глайдер — на нём люди летают в пределах планеты на высоте не выше трёх метров от поверхности грунта.

Этих образов было настолько много, что Джина не сразу сумела переключиться на текст послания.

Пройди в общий зал

Стоило ей прочесть сообщение, как в левом углу появилась полупрозрачная карта с точкой назначения. Наверху замелькали красные цифры обратного отсчёта, которые намекали на то, что если не успеть, то будет плохо.

Для девочки, выросшей в восьмидесятых годах двадцатого века, подобные технологии были за гранью фантастики. Это любой ребёнок начала двадцать первого века знаком с компьютерными играми и игровыми картами. В девяносто первом году карты были бумажными.

— Удобно, — пробормотала Джина, поспешно вставая с койки.

Только сейчас она обратила внимание на то, во что одета. Это был оранжевый комбинезон, который даже на взгляд девочки из прошлого выглядел дёшево. Больше всего этот комбинезон напоминал тюремную робу американских заключённых, которые отбывают трудовую повинность.

Не заметить столь яркий элемент одежды сложно, но слишком многое свалилось на девочку. Её мозги только-только начали раскачиваться и выходить в рабочий ритм.

«Поразительная система контроля рабов, — на ходу размышляла она, с любопытством разглядывая серые стены из пластостали. — Не нужны охранники и надзиратели. Тюремные камеры тоже, по сути, не нужны, даже странно, что они присутствуют. Зачем всё это, если раба контролирует электронное устройство в его голове? Зная об этом, он сам будет вести себя идеально. Вот, к примеру, она только что стала рабыней, а уже спешит выполнить приказ неизвестной мрази, которую заочно ненавидит».

Она уложилась в три раза быстрее отведённого времени, и это при том, что много внимания уделяла осмотру места, в котором оказалась. Полное отсутствие окон, а двери герметичные с сервоприводами. Всё указывало на то, что она либо в бункере, подвале, либо на подводной лодке, космическом корабле, космической станции. Она больше склонялась к последним двум вариантам.

Конечной точкой маршрута стало большое помещение наподобие столовой с несколькими столиками и большим пищевым синтезатором. Там её ожидал здоровенный чернокожий мужчина.

Настолько крупных мужчин ей видеть не доводилось. Семь футов (215 сантиметров) ростом, широченные плечи, невероятная мускулатура. Прямо не человек, а горилла. Больше всего Джинджер переклинило от вида головы, на которой у него торчал фиолетовый ирокез, словно у панка.

— Угумс, пришла, — довольно осклабился здоровяк. — Ты же понимаешь, что больше ты никто? Ты теперь рабыня и находишься на территории империи Нибуру. Отсюда бесполезно бежать. За сутки ты даже до края системы не доберешься и сдохнешь.

— Сэр, я не понимаю. Зачем вы меня похитили?

— Похитили? — «панк» рассмеялся. — Я купил тебя у идиота, который сильно продешевил. ТЫ МОЯ СОБСТВЕННОСТЬ! МОЯ ВЕЩЬ! Ещё раз откроешь пасть без позволения, и узнаешь, как работает второй уровень стимуляции.

Джине хотелось расплакаться. Она всего лишь желала восстановить конспекты. Возможно, если бы её двойник оказалась более сговорчивой и менее вредной, ничего этого не было бы. Как так получилось, что обычные издевательства школьных хулиганов переросли в ЭТО?! Электронные кандалы в мозгах. Суперкомпьютер с невероятными функциями, который используется для контроля над людьми. Это же дикость несусветная!

— Вижу, ты прониклась. Ты на моём звездолёте. Я капитан Молах Вдул. Пока ты на этом корабле — веди себя как хорошая девочка, и тогда мы расстанемся без проблем.

— Что вы со мной собираетесь сделать, сэр?

— Продам. Ты уникальный товар. Базовый интеллект сто восемьдесят семь единиц, — Вдул закатил глаза, словно это что-то невероятно редкое. — Ещё, словно этого мало, у тебя в придачу А-седьмой уровень Пси. Ещё этот пират-придурок вложил в улучшение твоих генов кучу денег, тем самым увеличив потенциал. Я за тебя выручу минимум в три раза больше, чем заплатил. Так что веди себе тихо до конца полёта. Поняла?

— Поняла, сэр.

Глава 10

— А теперь иди в свою каюту! — припечатал Вдул.

— В камеру, сэр?

— Камеру? — склонил голову набок Вдул. — Нечего тебе там делать. Ты полетишь в каюте для привилегированных рабов. Но если выкинешь какой-нибудь фокус — сразу же вернёшься в обычную рабскую камеру!

— Эм… — переминалась с ноги на ногу Джина. — Сэр, а как мне найти каюту?

— Ох уж эти щенки, — закатил глаза Вдул. — Активируй навигацию к месту проживания.

Джинджер ещё до конца не разобралась с управлением нейросетью, но уже нащупала примерный способ и поняла, что управление происходит мысленно. Зажмурившись, поскольку так ей было проще, она мысленно обратилась к нейросети:

— Хочу попасть к себе в каюту. Покажи путь.

Перед её взором засветился текст:

Навигация активирована

После этого снова слева появилась полупрозрачная карта. На этот раз она была более подробной. Судя по схеме, Джине предстоит спуститься на три уровня вниз и пройти около пятидесяти метров. А поскольку она уже выяснила, что её везут на продажу, несложно было догадаться, что это всё же космический корабль. Громадный звездолёт с искусственной гравитацией, по которому нужно ходить с картой. О таком на её родной Земле могут лишь мечтать.

По пути к месту проживания Джина чуть не столкнулась с белым мужчиной, которого сначала приняла за зомби. Её правая рука дёрнулась в попытке нащупать пистолет, но его не было.

Зомби не спешил нападать — куда-то брёл по своим делам. На бледном лице без признаков эмоций жутко выделялся стеклянный отсутствующий взор. Ломаная походка ещё больше делала его схожим с живыми мертвецами из прошлого мира.

Проводив спину мужчины испуганным взором, Джинджер поняла, что это не зомби. Это кое-что похуже. Она только что наблюдала последствия длительного применения второго уровня стимуляции. Её ждёт то же самое, если она не будет слушаться или чем-то не понравится новому хозяину. От этих мыслей Джину охватил липкий страх, а спина покрылась ледяным потом.

На деревянных ногах она доковыляла до каюты. Восемь квадратных метров, две откидных койки на правой стене, столько же откидных столиков слева. Из стенных ниш можно достать пару раскладных стульев. Ещё тут имелись санузел, шкафчики и проём, в котором Джина увидела незнакомую девочку, и подумала, что это её соседка.

— Здравствуй, я Джина…

Девушка повторяла её движения. Тут-то она разглядела, что это зеркальная поверхность на стене, а не дверной проём в другую каюту. Она почувствовала себя идиоткой, которая говорит сама с собой. Куда-то исчезли её большие, выпирающие как у бобра зубы, превратившиеся в ровные белоснежные зубки, будто у звезды с телеэкрана. Карие глаза сменили цвет на пронзительно-сиреневый. Непослушные каштановые волосы приобрели нереальный лавандовый оттенок.

Избавившись от комбинезона, девочка продолжила изучать своё тело. Оно осталось таким же худым, но теперь она замечала тугие мышцы и кубики пресса на животе. Тестовые упражнения показали, что она стала куда сильней, гибче и выносливей себя прежней. За получасовую зарядку она не устала, лишь проголодалась.

Её мысли всё время возвращались к живому зомби. Джину охватывало мерзкое чувство безысходности. Она забралась с ногами на койку, обхватила колени руками и застыла в этой позе.

— Где же ты, Гарри?

Просидев так три часа, погружённая в пучину отчаяния, девочка резко тряхнула лавандовой шевелюрой и сжала кулачки. Она не привыкла сдаваться. Один раз Джина показала слабость перед хулиганами, и к чему это привело? Нет, она не позволит превратить себя в скотину.

Гарри говорил, что она волшебница. Ещё он упоминал детское волшебство на эмоциях. И с ней в детстве действительно происходили необъяснимые вещи. То книга сама в руку прилетит, то у противной ей хулиганки лицо мгновенно покроется прыщами. И всегда это происходило на волне сильных эмоций, когда она чего-то очень сильно хотела.

У Джины сложился план, как обезвредить нейросеть. Она рассудила, что теоретически знакомому ей заклинанию очистки от мусора всё равно, что удалять. Если представить, что мусор — это вредоносная часть нейросети, то чары могут сработать.

Если бы на её месте оказался взрослый человек, к тому же ещё и опытный волшебник, он бы ни за что не стал использовать подобный метод, опасаясь повредить головной мозг. Но дети зачастую беспечны, какими бы умными они ни были.

Джина принялась разгонять эмоции. Она накручивала себя. Вспоминала всё, что с ней произошло: страх перед зомби, ужас от осознания себя в положении рабыни, злость на рабовладельца. В ней всё сильнее и сильнее поднималась волна негатива. Её нутро клокотало от нестерпимой ярости. Казалось, будто воздух наэлектризовался. Волосы встали дыбом. Она почувствовала, как из неё рвётся наружу незримая волна гнева. Подумав, что пора, она выкрикнула формулу заклинания удаления мусора, чётко удерживая в голове мысль, что мусором являются вредоносные функции её нейросети.

Волна вырвалась из неё, но тут же втянулась в её голову. Джина не почувствовала никаких изменений, за исключением усталости и эмоциональной опустошённости. Ею овладела апатия. И если бы не урчащий желудок, напомнивший хозяйке, что она давно не ела, она бы так и осталась сидеть, глядя в одну точку. Но пришлось вставать и идти в местную столовую.

В тот момент, когда она брела по коридорам космического корабля, Джина сама себе напоминала живого зомби без эмоций с тупым взглядом. Она прошла мимо белой женщины, которая проводила её полным сочувствия взором.

Это моментально встряхнуло девочку. Сил не прибавилось, но её взор наполнился жаждой борьбы. Она считала несправедливым существование рабства. Ей хотелось подобно Спартаку организовать восстание, освободиться и искоренить рабство сначала на этом звездолёте, а потом и во всей стране. Единственным препятствием к этому были рабские нейросети, которые подобного поворота событий не допустят. Но если заклинание у неё получилось…

Она с трудом досидела до конца приёма пищи, сметя с подноса безвкусную кашу и быстро выпив кислый сок.

Вместо возвращения в каюту она решила натурным образом выяснить, удалось ли ей поломать нейросеть. Она предполагала, что на космических кораблях должны быть подобия спасательных шлюпок. Обратившись с запросом к своей сетке, она получила направление к ближайшему спас-боту.

Маршрут завершился возле люка, который свободно открылся при её приближении. Нервно оглянувшись, Джина забралась внутрь, и оказалась в помещении размером с её каюту, только тут имелось восемь откидных полок, расположенных в два яруса. Большая красная кнопка под стеклянным колпачком манила к себе подобно магниту.

Затаив дыхание, Джинджер сделала шаг с единственной мыслью — сбежать. Потом ещё один шаг. Её до сих пор не парализовало. Так семенящими шажками она с опаской приблизилась к красной кнопке и медленно подняла защитный колпачок. Она занесла ладонь над кнопкой, но её так и не парализовало.

— Эй!

От ужаса у Джины сердце ухнуло в пятки. Она медленно обернулась к открытому люку. Там стоял двухметровый, пузатый, чернокожий мужчина в серебряном комбинезоне и с маленьким жёлтым ирокезом на голове.

— Ты что тут делаешь, мелкое мясо?!

Джина не знала, что ответить. От страха у неё сковало горло, а мышцы стали ватными. Колени подкосились. Ладонь словно сама собой опустилась на кнопку.

— Что ты дел… — вид на мужчину отрезало быстро закрывшимся люком.

Раздалось шипение, потом громкий хлопок. Капсулу резко дёрнуло. Полы ушли из-под ног девочки, отчего она упала на пол и кубарем покатилась по твёрдому серому настилу. Корпус спас-бота противно вибрировал. Вскоре всё устаканилось — тряска прекратилась. Джина нашла в себе силы подняться на ноги, после чего с удивлением обнаружила, что на ней нет ни одной гематомы, ко всему прочему у неё ничего не болит, словно это не она только что кувыркалась по полу.

Вначале Джина перепугалась. Она не рассчитывала заходить настолько далеко. Девочка боялась, что рабовладельцы догонят спасательный бот, после чего ей несдобровать. Потом она испугалась ещё больше. Вдруг нейросеть сломалась не до конца? Вдруг она через сутки умрёт?

Но вечно бояться невозможно. Девочка решила себя чем-нибудь занять, чтобы успокоиться. Дабы найти занятие, она облазила всё небольшое пространство бота. Ей удалось обнаружить запас сухих пайков, краник с водой и санузел. Она упорно продолжала искать инструкцию к боту, поскольку не знала, куда летит, как им управлять и многое другое, что заставляло её нервничать. В итоге Джина подумала, что раз всё взаимодействие с техникой происходит с помощью нейросети, то нужно искать не привычную ей бумажную инструкцию, а сделать электронный запрос. И это сработало.

В результате она получила инструкцию к спас-боту, с которой начала знакомиться с жадностью голодающего коршуна, терзающего добычу. Оттуда она почерпнула много важной и интересной информации. Например, там описаны варианты отстрела спас-бота в обычном пространстве и в гиперпространстве. Судя по всему, у неё второй случай. В таком случае бот выпадает из гиперпространства между звёздами, после чего его может подобрать лишь специальный спасательный звездолёт с особыми двигателями. То есть для неё это означает, что обычный космический корабль к ней не долетит. Как она поняла, обычные звездолёты прыгают от одной звёздной системы к другой, используя их гравитационную массу для создания гиперпространственного тоннеля.

С одной стороны, это её немного успокоило. Значит, звездолёт рабовладельцев не затормозит для того, чтобы подобрать её, поскольку тогда уже их самих придётся спасать. А спасение такого большого корабля обойдётся недёшево. Когда же начнут расследовать происшествие и обнаружат, что они сами выпрыгнули в обычный космос, то на них повесят такой счёт, что ни одна рабыня его не окупит.

С другой стороны, о каком спокойствии может идти речь, если она в одиночестве застряла в маленькой консервной банке где-то в космосе? Спасатели наверняка уже получили сигнал со спас-бота, поскольку тот оснащен пусть примитивным, но всё же гиперпространственным маяком. Но когда её подберут, и подберут ли вообще — под вопросом. Если ей повезёт, и она доживёт до завтрашнего дня, то подобрать могут через неделю. Если не повезёт… то нет смысла беспокоиться. Она может не дожить до завтра или её могут прилететь спасать через год, а то и позже. Припасов же хватит всего на три месяца, поскольку стандартно спас-бот оснащён продовольствием из расчёта на восемь взрослых людей сроком на десять дней. Ещё столько же она продержится на продуктах переработки с помощью встроенного слабенького пищевого синтезатора. Неприятно думать о том, что именно тот перерабатывает в продукты, но лучше так, чем погибнуть. Тем более, вода на боте постоянно проходит через цикл рециркуляции, а воздух рекуперируется. И тут скорее стоит беспокоиться о воздухе, а не о еде, поскольку без еды человек может прожить несколько недель, а без воздуха считанные минуты.

Следуя инструкциям, Джина полезла в аварийные технические настройки бота, где отключила лишние системы. Бот рассчитан на восемь человек, соответственно, вхолостую гоняет через системы рекуперации воздух и отводит избыточное количество тепла. В общем, никакой экономии. На всё потребляется энергия, которой в реакторе конечный запас. Джинджер старалась всячески сэкономить энергию и ресурс космического корабля, исходя из худших предположений. Она следовала пословице своей родины: надейся на лучшее и готовься к худшему.

Больше всего волнения Джине добавляла нейросеть. Если магия не подействовала, то все её телодвижения окажутся бесполезными, поскольку она погибнет через двадцать часов. И чем ближе подходило это время, тем более нервозной становилась девочка.

Чтобы хоть немного успокоиться, она начала перебирать в уме бытовые заклинания из книги Гарри. Джина обладает почти эйдетической памятью, отчего учеба ей даётся легко. Она обожает читать. Ей достаточно один-два раза прочесть книгу, чтобы запомнить её содержимое. Из-за этого одноклассники считали её заучкой и недолюбливали.

Бытовых заклинаний много. Другой вопрос в том, что Джина не умеет колдовать, а единственное её осознанное колдовство далось с большим усилием, и ещё неизвестно, подействовало оно или нет.

Девочка заметила, что если не занимать мозги какой-нибудь задачкой — её охватывает паника. Поэтому она легла на койку и стала придумывать нестандартные способы применения бытовых чар.

В какой-то момент она подумала, что может попробовать колдовать. Хуже от этого ведь не станет. И она приступила к попыткам, которые были безуспешными. Ей не хватало эмоций и желания.

Тогда она решилась вновь разогнать эмоции, только на этот раз постаралась вспомнить всё хорошее, что произошло в её жизни. Свой восьмой день рождения, когда родители подарили ей сотню книг. Встречу с Гарри и то, как он защитил её от хулиганов. Его слова о том, что она его подруга. Взмахнув правой ладонью, она направила поднимающуюся незримую волну на распечатанный сухой паёк и выкрикнула активатор увеличивающих чар. Тут же на глазах жирный питательный батончик увеличился в несколько раз. Теперь его должно хватить примерно на пять приёмов пищи вместо одного.

Джина сияла от счастья. У неё получилось! Она на самом деле волшебница. Магия утомила её — после колдовства она чувствовала упадок сил. Но она вся светилась от счастья и знала, чем займет себя в ожидании спасателей — будет тренироваться в волшебстве.

***

Гарри Хоггарт перенапрягся куда сильнее, чем думал. Прошёл уже месяц с момента использования чар планетарного уровня, а он до сих пор не может использовать магию. Любая попытка применить чары отдаётся острой болью в биоэнергетике. Такую боль невозможно ничем заглушить. После этого ещё некоторое время ощущается неприятный зуд, словно кожа чешется изнутри.

От похитителей Джины не было ни единого слова. Это странно, ведь обычно киднеперы стараются выйти на связь пораньше. Гарри сильно переживал за подругу. Он решил от имени своей семьи обратиться в службу безопасности империи Занг.

Своим запросом о поисках пропавшей месяц назад девушки юный Хоггарт поставил на уши всю службу безопасности (СБ) страны. Начальник СБ империи тут же доложил императору, а тот сразу приказал сделать всё возможное, но девочку найти. В итоге вскоре на уши были подняты стражи правопорядка, армия и разведка.

Гарри не знал, насколько взбаламутил местное болото. Имперцы рвали и метали. Повсеместно проходили массовые рейды с обысками звездолётов. Трясли все минимально подозрительные космические аппараты. Контрабандисты взвыли, поскольку их начали массово отлавливать. Все Посредники залегли на дно, но многим из них это мало помогало. Их находили и допрашивали с пристрастием.

Император Занга и его окружение не хотели повторения недавних событий. Они прекрасно осведомлены о возможностях Дункана Хоггарта, которого считали представителем невероятно могущественной цивилизации следующего технологического витка, в чём были недалеки от истины.

То, что к ним не обратились сразу и что мир до сих пор не стоит на ушах — поставило лучшие умы империи в тупик. Но аналитические искины выдали гипотезу, что разыскиваемый человек не особо важен для Хоггарта. Самая популярная гипотеза гласит, что похищенная девочка является ребёнком кого-то из прислуги или вроде того. То есть человек, которого нужно найти и спасти ради поддержания репутации, но не ради которого подключатся представители расы, к которой принадлежит Дункан.

Ещё силовиков удивляло, что к ним не обратились сразу, словно пропажу заметили спустя много времени, и такие: «А, там же девчонка пропала. Нужно найти… наверное».

Если бы Гарри знал, как проходят поиски, он бы рвал волосы у себя на голове. Так Джину силовики империи Занг нашли бы сразу после похищения и уже давно вернули назад. Но мальчику десять лет. Он даже не обладает памятью Джины, лишь хорошо обучен и натаскан опекуном. Весь его повседневный круг общения сводился к говорящему коту, суккубе в роли мамы-нянечки и часто занятому приёмному отцу. Изредка ему доводилось общаться со сверстниками из других миров. Он много времени проводил в виртуальных играх, где большую часть времени взаимодействовал с неигровыми персонажами. Он не умеет правильно дружить и почти ничего не знает о реальной жизни. Невозможно требовать от десятилетнего паренька действий опытного взрослого человека.

Служба безопасности империи Занг вышла на след пиратского звездолёта, который раньше принадлежал к пиратскому флоту торговой корпорации «Чарли». Официально он числился в частной военной кампании, но все кому нужно прекрасно знают, что за этим скрывалось. ЧВК по большей части нужны были корпорациям не для защиты, а для нападения. Для защиты достаточно мощных пушек на торговом судне или заложить на каждый звездолёт взрывчатку, которая сработает при захвате. Так поступила республика Джап.

За всё время известно всего пять случаев нападения пиратами на звездолёты, произведённые в этой республике. И то, это случилось в начале появления этих космических кораблей. Медленные торговые корыта практически без вооружения, которые может догнать и взять на абордаж дешёвый фрегат второго поколения, при этом самые безопасные суда в галактике. Пиратам необходима прибыль. Они дорожат своими шкурами. Зная о том, что в случае захвата торговое судно самоуничтожится — ни один пират в здравом уме не захочет с ними связываться.

Теперь же после эпидемии неудач встретить в космосе пиратский звездолёт для всех было удивительным. Когда империя огласила информацию об этом — к поиску этого фрегата подключились почти все страны Галактического Союза, за исключением рабовладельческих государств, которые жили за счёт пиратства и даже после эпидемии продолжали втихаря похищать людей. Если вся страна насквозь прогнила — хоть всех чиновников и военных уничтожь — их место займут люди не лучше, а то и хуже.

Глава 11

Две недели Джина болталась в космосе, как мусор в проруби. Маленькое помещение давило на сознание. Она старалась занять каждую секунду времени, тратила все силы, чтобы упасть от усталости и уснуть. Иначе сон не шёл к ней.

Магия лучше всего помогала довести себя до сильной усталости, когда веки сами слипаются, а тело стремится принять горизонтальное положение.

Джинджер не представляла, как Гарри Хоггарт может так мощно и долго колдовать. Одно обычное бытовое заклинание выпивает у неё все силы. Вторые чары гарантированно отправляют в сон. В результате из-за этого она смогла испробовать всего дюжину заклинаний. Некоторые чары, которые она считала наиболее полезными, девочка применяла намеренно. Вернее сказать, такое заклинание одно — чары увеличения еды. Джина старалась на подольше растянуть запасы продовольствия. Одного сухого пайка ей хватало на четыре дня. От вида жирных пищевых брикетов ей становилось дурно, но приходилось есть то, что имеется в наличии. Разносолов на спас-боте не предусмотрено. А пищевой синтезатор может делать два блюда: пищевой брикет и желейную массу, с виду напоминающую пудинг, а по вкусу резину.

В итоге она либо ела, либо колдовала, либо спала. Иногда принимала ультразвуковой душ, поскольку иного не предусмотрено в связи с экономией воды.

Неожиданная дрожь корпуса бота разбудила девочку. Бешено выпучив глаза от испуга, она вскочила с койки. Бот продолжал вибрировать.

Джина через нейросеть подключилась к бортовому компьютеру бота. Там она увидела отчёт о том, что происходит. В настоящий момент судно в принудительном порядке проходило стыковку.

Она с облегчением выдохнула и поспешила облачиться в оранжевый рабский комбинезон — другой одежды тут не предусмотрено.

Надежда пробудилась с новой силой. Это не авария. Стыковка означает, что её нашли и спасают. Мысль о том, что её могут подобрать чернокожие работорговцы, она старательно загоняла в дальний угол. После двух недель болтанки в космосе в полном одиночестве она была рада даже этим поганцам.

Через некоторое время спас-бот содрогнулся всем корпусом. Вскоре после этого люк распахнулся. Она узрела гуманоида, внешне весьма похожего на человека, хотя в среднем несколько выше, тоньше в кости и изящнее, а также он имел заострённые уши.

С ходу сложно было понять, кто перед ней: девушка или парень. Утончённые черты лица могли принадлежать что той, что тому. Длинные тёмные прямые волосы были собраны на затылке в высокий хвост с помощью фиолетовой стальной заколки. Жёлтые глаза безразлично рассматривали Джину. Фигура гуманоида облачена в фиолетовый скафандр, хищный вид которого внушал опаску, словно он создан для войны. Опасный образ довершал бластер на поясе и винтовка, приклад которой торчал из-за спины. Голову существа окружало силовое поле.

— Манкей, — презрительно сказало оно мелодичным голосом, словно плюнуло в лицо Джины. — Впрочем, чего ещё ожидать от бота манкеев?

— Эй! — возмутилась Джинджер. Не такого спасения она ожидала. — Чего сразу оскорбляете? Вы вообще кто такой?

Существо обалдело. Выпучив на девочку жёлтые глаза, оно распахнуло в изумлении рот.

— Откуда ты знаешь священный язык, манкей?!

— Какой язык? — тут до Джины дошло, что она вновь говорит на неизвестном ей доселе языке, причём ей это даётся так же просто, как родная английская речь. — Ах, вы о своём. Я просто его знаю. И хватит меня уже оскорблять! Я Джина Джинджер.

— Судя по принадлежности бота, твоей нейросети и одежде — ты рабыня Нибуру.

— Я свободная девушка, — гордо вздёрнула подбородок Джина. — Рабство — пережиток тёмного прошлого!

— Ты рабыня, — брезгливо поморщилось существо. — Но ты живая, хотя по бортовому времени спас-бота прошло две недели. Хозяин приказал тебе спасаться?

— Я сбежала. Вы же не вернёте меня назад?

— Какая ты шумная, манкей. Идём со мной, странная зверушка. Я должна выяснить, почему ты ещё живая.

— Что вы со мной собираетесь сделать? — насторожилась Джинджер.

— Иди или я тебя парализую и запихну в медкапсулу силой! — прорвалось раздражение у остроухой.

Джина ничего не могла противопоставить взрослой инопланетной женщине с оружием и в боевом скафандре. Поникнув головой, она поплелась рядом с ней вглубь звездолёта.

Этот космический корабль оказался намного меньше судна рабовладельцев. Стоило им покинуть ангар со спас-ботом и пройти двадцать метров по коридору, как они оказались в небольшом медицинском отсеке всего с одной медкапсулой. По пути они больше никого не встретили.

— Раздевайся и ложись в капсулу.

Джина хмурила брови. Ей совершенно не хотелось лезть куда бы то ни было и тем более раздеваться перед незнакомыми инопланетянами. Она хотела вернуться домой или хотя бы к Гарри, и чтобы он её вернул в родной мир. Но сурово-высокомерный взор остроухой обещал привести в исполнение ранее прозвучавшую угрозу.

— Арфэн*, почему ты это делаешь? Зачем вообще было меня спасать, чтобы потом так обращаться со мной?

— Космический этикет, детёныш, — дёрнулось левое ухо у остроухой. — Видишь спас-бот — подбери его.

— Дисса эледрим**, но разве тот же этикет не диктует иные условия? К примеру, доставить спасённого до «берега»? — Джинджер не понимала, откуда у неё берутся такие мысли и словесные обороты, но она считала правильным говорить именно так, словно от этого зависела её судьба.

— Именно этим я занимаюсь, — вновь раздражённо дёрнулось ухо женщины. — Но ничто не запрещает мне выкинуть манкей за борт и сделать вид, что никого не было или исследовать странного детёныша во время доставки до ближайшего сектора манкеев.

Джина боялась, что инопланетянка обнаружит взломанную ею нейросеть. Это наверняка её заинтересует. Она начнёт расспрашивать, как у неё это вышло. Придётся признаться. И что будет после этого — неизвестно. Её могут снова взять в рабство или вернуть рабовладельцам. Могут пустить на опыты. Неизвестность пугала, как и презрительное отношение остроухой, словно она не человек, а мартышка-побирушка.

От страха Джинджер хотелось сделать хоть что-нибудь, чтобы облегчить свою участь. Она перебирала в уме варианты, строила планы и тут же их отметала, при этом всячески тянула время. Шагала к капсуле очень медленно, словно двоечник на экзамен.

Она считала — единственное, что могло ей помочь — магия. Это её козырь, которым, к её огромному сожалению, она может воспользоваться один раз. Два раза, если поднатужится.

— Арфэн, — на выдохе с вдохновением начала она, — на самом деле я не человек! Ты и я — мы с тобой одной крови.

— Детёныш манкей, думаешь меня провести такой наглой ложью?

— Откуда тогда я знаю этот язык?

— Я это вскоре выясню, — оставалась спокойной остроухая, — как и то, почему рабская нейросеть тебя до сих пор не прикончила.

— Я её сломала, — решила она действовать на опережение.

— Чего ты мелишь своим манкеевским помелом?

— Я ЕЁ СЛОМАЛА!

— Ты сломала нейросеть? — весело фыркнула женщина. — За триста лет жизни я ничего глупее не слышала.

Тем временем Джина накручивала себя. Страх в достаточной мере поднялся из уголков её души, заставив всколыхнуться то самое знакомое чувство рвущейся наружу магии. Она вскинула направление женщины правую руку и выкрикнула активатор очищающих чар. При этом девочка ярко представляла себе на месте мусора нейросеть остроухой.

Реакция остроухой оказалась мгновенной. Заметив резкий жест со стороны девчонки, она выхватила бластер и направила оружие на неё. Когда Джина выкрикнула грозное: «Очищение», палец женщины застыл на спусковом крючке. Вообще вся она застыла. Скафандр перестал её слушаться. Спусковой крючок бластера был утоплен до конца, но выстрела так и не прозвучало, поскольку оружие перестало идентифицировать пользователя. Но хуже всего то, что она перестала ощущать связь со звездолётом и скафандром, а нейросеть не откликалась на команды. При этом она ощущала себя заторможено, словно мозги стали работать в два раза хуже.

В глазах остроухой появился страх.

— Что ты сделала, манкей? Это же псионика? Верни всё назад!

— Дисса эледрим, не шумите, пожалуйста, — плечи Джинны устало опустились. — Я просто хочу вернуться домой. Я устала от всего этого. Сначала мне на голову свалился с неба ангел, потом я попала в зомбиапокалипсис и стреляла в демона с внешностью суперзвезды. Потом убила человека! Затем меня похитили и продали в рабство. И всё это за считанные дни. Теперь ещё ты… Задолбали! Просто верните меня домой. Неужели я так много прошу?

— Я отвезу тебя домой, только включи назад мою нейросеть, — изобразила мягкий и доброжелательный тон женщина.

— Не могу. Я её сломала.

— Не смешно, — зло оскалилась остроухая. — Детёныш, включи нейросеть или я тебя уничтожу!

— У тебя больше нет нейросети. Я её удалила.

— Ты думаешь, я поверю в этот бред? Включи немедленно!

— Тётенька, какая же ты шумная… — Джина устало помассировала виски. — Нет больше у тебя нейросети. Нет, и точка! Я не могу включить то, чего нет.

Паника начала захлёстывать женщину. Глаза наполнились страхом.

— Как нет?

— Вот так нет, — устало вздохнула Джина. — Не надо было меня пугать.

— Идиотка! — сорвался на визг голос остроухой. — Ты хоть понимаешь, что это значит?

— Что ты не запихнешь меня в капсулу.

— Нет! — продолжила она вопить. — Мы умрём! Мы застрянем тут между звёзд, поскольку некому управлять кораблём!

— Дисса эледрим, неужели ты одна на корабле?

— Это малый разведчик, глупый детёныш! Малый, твою манкеевскую мать, разведчик эльдар! Он рассчитан на экипаж из одного эльдара. Без нейросети я не смогу управлять звездолётом, а он не сумеет меня идентифицировать. Более того, глупая манкей, мы даже медотсек не сможем покинуть, поскольку нас уничтожат охранные системы звездолёта.

— М-м… Понятно.

— Понятно? Понятно?! ПОНЯТНО?!!! А ну раскрой скафандр, дрянная манкей, я тебя буду убивать!

— Нет, спасибо, не интересует, — попятилась Джина, пока не упёрлась спиной в стену.

Прикрыв глаза, остроухая принялась глубоко дышать. На десятом протяжном выдохе она распахнула очи. Её лицо разгладилось и успокоилось.

— Ладно, я успокоилась. Детёныш, открой скаф.

— А ты не будешь драться?

— Неплохо бы тебе вбить почтение к высшим через задницу, но не держи меня за дуру. Мне давно не тридцать, чтобы драться с псиоником, способным уничтожить нейросеть…

— А как?

— Что как?

— Как открыть скаф, тётенька?

— Я тебе не тётенька! — прорвалось у неё раздражение. — Зови меня Эйдафедель.

— Эйдафель?

— Эйдафедель! — задёргалось левое ухо эльдарки.

— Эйдафеледь?

— ЭЙДАФЕДЕЛЬ, МЕЛКАЯ! — ухо на этот раз дёргалось куда дольше.

— Прости, мне сложно выговорить. Можно я буду звать тебя Эйда?

— Уж лучше так, чем коверкать моё благородное имя, — скисло лицо эльдарки. — А теперь подойди и медленно трижды проведи ладонью сверху вниз по центру скафа. После этого должно сработать аварийное открытие на случай извлечения раненых.

Джина с опаской приблизилась к эльдарке. Она хоть и боялась, что та на неё набросится, но иного выхода не видела. Сделав глубокий вдох и задержав дыхание, она стала медленно вести ладошкой по центру скафа от горловины до паха. И так три раза. После последнего скафандр раскрылся наподобие бутона цветка, выпуская на свободу стройную и крепкую девушку с рельефной мускулатурой и небольшой грудью, которую подчеркивал обтягивающий чёрный комбинезон.

Эйдафедель насмешливо фыркнула в ответ на настороженный взор Джины.

— Не бойся, детёныш, я тебя не трону, хотя очень хочется пожать тебе шею… Печально, что мне суждено провести свои последние дни в компании манкей.

— Эйда, — набралась смелости продолжить Джина, — мы же можем подождать команду спасателей.

— Ты мелкая, потому тебе простительна глупость, — грустно опустились кончики ушей Эйдафедель. — Как только я погрузила спас-бот на свой корабль — он перестал посылать сигнал бедствия. Для спасателей это означает одно из двух: либо бот кто-то подобрал, либо он уничтожен. В любом случае спасательная операция сворачивается, поскольку, во-первых, считается, что спасать больше некого, во-вторых, без маяка в межзвёздном пространстве найти спас-бот равноценно поиску шишканчика в заповедном лесу, в смысле бесполезно.

— У меня стоит нейросеть. С этим можно что-то сделать?

— Какая нейросеть? — слегка заинтересовалась Эйдафедель.

— Рабская, но я сломала вредоносные ограничения.

— Мусор! Вот если бы у тебя стояла эльдарская сетка или…

Эйдафедель замерла. Её лицо разгладилось и озарило радостью, будто в голову пришла гениальная мысль. Она тут же сорвалась к столу с креслом, расположенным сбоку от медкапсулы. Выдвинув ящик, она вынула оттуда кейс.

— Что ты делаешь? — встала позади Джина, разглядывая чёрный чемоданчик из материала, похожего на пластик.

— Нейросеть Древних! — в голосе эльдарки звучало благоговение.

— Мне это ни о чём не говорит, — развела руками Джина.

— Древние, чтоб ты понимала, мелочь, предки высшей расы эльдаров! Именно они изобрели нейросети, на основе которых после тёмных времён были созданы современные сетки. Но нынешние сетки не идут ни в какое сравнение с нейросетями Древних. А тут их сетка! — потрясла она кейсом.

— Я так понимаю, это редкость?

— Редкость?! — закатила глаза Эйдафедель. — Не то слово! Найти артефакты Древних, ещё и в рабочем виде — большое счастье. Такие находки зачастую двигают прогресс вперёд.

— И откуда же такая редкость тут взялась?

— Великая мать, дай мне сил! — глубоко вздохнула для успокоения эльдарка. — Задача эльдарских разведчиков — поиск артефактов Древних. Я нашла нейросеть.

— А почему тогда «это», — взор девочки застыл на кейсе, — хранится тут, а не в сейфе?

Щёки эльдарки побледнели и у неё резко дёрнулись уши.

— Не твоё дело! — излишне резко огрызнулась она.

Джина решила не развивать тему дальше. Она чувствовала, что эльдарка скрывает какую-то тайну.

— Ладно, Эйда, пусть это не моё дело, но что ты собираешься делать? Установить себе эту нейросеть?

Мордашка Эйдафедель погрустнела.

— Мелкая…

— У меня имя есть! Хватит уже меня обзывать. Я Джина. Джина Джинджер.

— Так вот, мелочь, — остроухая ухмыльнулась, любуясь раздражением на лице Джины, — большинство вещей и технологий Древних защищены многофакторной генно-псионической аунтификацией, которая завязана на особые генетические маркеры-метки крови чистоты генома. Раз уж ты умеешь взламывать нейросети — попробуй взломать эту. А я её установлю себе. Так мы спасёмся.

— Э-э… — Джина растерянно моргала, не спуская взора с чемоданчика. — Не знаю, получится ли. Я могу всё испортить.

— Но ты же сильный псионик, что тебе мешает попробовать? — горели надеждой очи эльдарки.

Джина начала догадываться, почему нейросеть Древних, ценный артефакт, хранится в медотсеке. Наверняка Эйдафедель пыталась её установить себе, но не вышло.

— Я совершенно не профессионал. Я только недавно узнала о магии. Скорее всего, я эту штуку сломаю.

— О чём узнала? — настороженно вздёрнула ушки Эйдафедель.

— О магии.

— Так-так, — похлопала эльдарка правой ладонью по бедру. — Магия, говоришь… Именно так называли псионику Древние. Мне кажется, что ты имела в виду совершенно иное — не то, что имеют в виду современные эльдары, а именно то, что подразумевали под этим Древние… А давай всё же полезай в медкапсулу. И не бойся — мы проверим уровень твоей совместимости с нейросетью Древних.

— Зачем? Неужели ты отдашь такую ценную вещь «манкей»?

— Не держи меня за дуру, мелочь! Тебе сколько лет?

— Одиннадцать, но скоро будет двенадцать.

— А мне триста. У меня ещё вся жизнь впереди, при этом я тебя почти в тридцать раз старше. Ты для меня микроб, а твои мысли как на ладони. Ты наверняка думаешь, что я ни за что не отдам артефакт Древних в лапы низшей?

— Да, — не стала таиться Джина, понимая, что они обе находятся в глубокой и тёмной кроличьей норе.

— Артефакты Древних хоть и ценные, но свою жизнь я ценю больше. Запомни, мелочь, во вселенной нет ничего ценнее жизни. Особенно твоей жизни. И если стоит выбор: спасти свою жизнь или железку, насколько бы дорогой та ни была, всегда выбирай первое. Я готова хвататься даже за малейший шанс на спасение. Я генетически совместима с нейросетью Древних, но псионически нет. Во всей вселенной тех, кто подходит под второй параметр защиты, можно пересчитать по пальцам. И что удивительно — в основном это манкеи.

— Но если я даже подойду по одному параметру, то по другому нет.

— Изменить ДНК несложно, когда под рукой автоматическая медкапсула двенадцатого поколения производства высшей расы, — приподняла уголки губ Эйдафедель. — А именно такие капсулы устанавливают на наши разведчики-поисковики. Экипаж всего из одного эльдара диктует свои правила. Тут нет вакансии медика, инженера, пилота и прочих, поэтому всё максимально автоматизировано.

Набравшись мужества, Джина принялась стягивать с себя комбинезон. Раз это единственный шанс к спасению — его нельзя упускать. Хоть она того не желала, но ей пришлось лезть в медкапсулу.

*Арфэн — благородный -ая, сударь / сударыня на квенья.

**Дисса эледрим — (квенья) -барышня (молодая девушка) из звёздного народа.

Глава 12

После пробуждения Джина обнаружила открытую крышку капсулы. Она поспешила выбраться оттуда. Неподалёку на полу лежала Эйдафедель. Она дёрнулась и распахнула глаза.

Джине показалось, что у эльдарки осунулось лицо и в целом она схуднула.

Женщина села и принялась с нескрываемым любопытством разглядывать девочку. Джине под её взором хотелось провалиться сквозь землю. Она стеснительно прикрывала руками интимные места и скользила по комнате взором в поисках своего комбеза. Ей в ноздри ударил тяжёлый запах немытого потного тела.

— Эйда, где моя одежда?

— В шкафчике, — махнула та рукой в сторону стены, в которой с трудом можно было различить ручку дверцы. Её голос был хриплым и тихим. — Какие чувствуешь изменения?

Джинджер прислушалась к себе и неуверенно пожала плечами.

— Пока не знаю. Вроде всё как обычно. А ты… Ты похудела и пахнешь.

— Неделя прошла, — Эйдафедель даже не предприняла попыток встать. — Есть тут нечего, душа нет, аварийного скафа тоже нет. Я демонтировала с боевого скафа систему рекуперации жидкости, так что хотя бы с жаждой удалось отчасти решить проблему.

— То есть ты неделю голодала? — ужаснулась девочка и испытала сочувствие. Её передёрнуло от отвращения, ведь ясно же, какие переработанные жидкости пришлось употреблять Эйдафедель.

— Типа того. Я могла бы расковырять питательные картриджи медкапсулы, но они непригодны для приёма в пищу. А вот при нахождении в капсуле они работают должным образом, синтезируя питательные вещества в организме пациента. Ломать подачу воды к капсуле я не решилась. И всё же, мелкая, какие-то отличия чувствуешь?

— Извини, Эйда, но нет. Вроде всё так же.

Добравшись до стены, Джина сдвинула дверцу шкафа и достала оттуда свой оранжевый комбинезон, в который поспешила облачиться. Обернувшись, она обнаружила грустную моську эльдарки.

— Да в чём дело? Что со мной не так? Эйда?!

— Твои ключевые гены были заменены на эльдарские. В качестве образца послужила моя ДНК. Теперь ты телом наполовину эльдарка. Для манкей это должно быть большим событием. Если бы не обстоятельства, ты бы смогла прожить половину срока жизни эльдарки — около пятисот лет, что в четыре раза дольше жизни манкея.

— Эм… — Джина растерянно хлопала ресницами. — То есть я вроде как стала твоей дочкой?

Эйдафедель разразилась каркающим хриплым смехом.

— Великая мать, дай мне сил! Моя дочь… Ох, и придумаешь же… Забавная малышка. Чисто технически ты права, но какая же ересь…

Тут взгляд Джины замер на столе. На нём лежал раскрытый пустой кейс. Эйдафедель проследила направление её взора.

— А куда делась…– начала девочка.

— Туда, — вымученно улыбнулась ей эльдарка. — Да-да, я её установила тебе. Вот только не знаю результата. Она либо встала, либо самоуничтожилась. Мы узнаем об этом через сутки. Мелкая, помоги встать. Раз уж медкапсула свободна — я могу привести себя в норму.

Джина сорвалась с места. Страх перед опасной инопланетянкой смыло, как и не было. Сейчас перед ней сидела на полу беспомощная ослабевшая женщина, которая нуждалась в помощи. Она помогла ей встать и добраться до капсулы. Когда же Эйдафедель стянула пропахший неприятными запахами комбез, то девочка отвернулась, хотя успела разглядеть выпирающие ребра, обтянутые светлой кожей.

— Не нравится?

— Не очень… — пробормотала она, испытывая жгучий стыд. — Прости, Эйда. Это всё из-за меня. Я не знала, что всё так обернётся. Просто тогда я сильно испугалась.

— Выше голову, детёныш, — указательным пальчиком приподняла ей подбородок эльдарка. — Помирать, так с музыкой! Не сдавайся — борись до конца.

Джине казалось, что Эйдафедель говорит больше для себя, а не для неё. Ей всё равно было стыдно. Она ожидала услышать в свой адрес брань, но её не ругали, от этого на душе немного полегчало. Проследив, как закрывается крышка капсулы и эльдарка засыпает, она ощутила накатившую волну одиночества.

Через несколько часов Джине захотелось пить. Система очистки скафандра вызывала у неё отвращение. В демонтированном виде она выглядела неприятно, особенно гульфик, который необходимо прикладывать к определенному месту, чтобы справить нужду.

Она взяла пустой кейс и несколько часов просидела рядом с ним в попытке воспроизвести заклинание создания воды. Когда у неё получилось — Джина от радости готова была прыгать под потолок. Вода наполнила половинку кейса почти до краёв — хватило ей напиться, и ещё осталось.

Эйдафедель покинула капсулу примерно через шесть часов. Об истощении ничто не напоминало, кроме худобы. Но она уже не была похожа на жертву булимии.

— Пока в капсуле есть картриджи, мы продержимся, — похлопала по прозрачной крышке эльдарка.

При виде своего вонючего комбеза, она поморщилась. Взяв его двумя пальчиками, она отбросила его в дальний угол.

Джина обратила внимание на то, что от женщины больше не воняет. Она сделала вывод о том, что медкапсула проводит очистку. Она стеснительно отводила взгляд от обнаженной фигуры.

— Эйда, ты так и будешь ходить?

— Лучше я буду голой, чем снова надену эту вонючую тряпку! Ты чего, голых девушек не видела?

— Видела, просто у нас так не принято.

— Пф… Дикари! То вы понапридумаете себе глупых религий и лишних моральных ограничений. То, наоборот, бегаете голышом и босиком в то время, когда можно одеться и обуться. Скажи, мелкая, что лучше: ходить голой и чистой или нюхать вонь и раздражать кожу грязной тканью?

— Первое.

— Сразу видно мои гены, — ухмыльнулась Эйдафедель. — Хоть немного мозгов тебе прибавили.

Джина не спешила строить из себя оскорбленную невинность. Она уже привыкла к манере общения спутницы, и не обращала внимания на её высказывания. Вернее, старалась не обращать.

Эльдарка с изумлением уставилась на распахнутый кейс.

— Откуда вода?

— Вода? — Джина обернулась к столу. — Я наколдовала.

— Ты её синтезировала своей псионикой?

— Вроде того.

— Малышка, и часто ты так можешь?

— Где-то раз в день, максимум пару раз.

Эйдафедель разглядывала девочку, словно неведомую потенциально опасную зверушку. Примерно так же человек смотрел бы на обезьяну с гранатой в одной руке и крупным бриллиантом в другой: с нервозностью в смеси с восторгом.

— Что ещё умеешь?

— Могу еду размножить или… — Джина потупила взор и стала говорить тише: — Могу бесследно уничтожить что-нибудь, как нейросеть.

Подняв голову, она впала в ступор, обнаружив сияющее восторгом лицо женщины и стоящие торчком уши.

— Теперь понятно, почему сетка Древних показывала частичную совместимость с тобой. Твои способности в управлении материей аналогичны способностям легендарным Древних. А временем и пространством ты можешь управлять?

— Пространством? — Джинджер с задумчивым видом приложила указательный палец к нижней губе. — Считается ли за это портал, через который можно пройти в альтернативную вселенную или тетрадь, откатившаяся назад во времени до нового состояния?

— Да! — не секунды не сомневаясь, выкрикнула Эйдафедель. Блеск её жёлтых глаз больше подошёл бы рудокопу, охваченному с золотой лихорадкой. — Ты и это умеешь?

— Нет, но мой знакомый умеет.

— Знакомый? — охрип голос эльдарки. — Кто он?

— Гарри. Меня похитили, когда я гостила у него дома, а Гарри дома не было. Это он научил меня бытовой магии. Вернее сказать, я прочитала книжку по ней и отрепетировала из неё несколько заклинаний.

— Бытовая магия? — полезли на лоб глаза Эйдафедель. — Создание и уничтожение материи — бытовая магия?! — она перешла на едва слышимый шёпот, но Джина её услышала благодаря улучшенному слуху. — Кажется, я нашла кое-что получше условно рабочей сетки — живого Древнего…

Джинджер даже не подумала возражать. Она всё ещё не знала, что это за Древние, но судя по всему, они были некими высшими существами. Гарри Хоггарт подходил под описание Древнего, по крайней мере, по тем обрывкам, которые девочка услышала.

— На какой планете живёт твой друг?

— Не знаю. Мы переместились на неё порталом, и я не успела узнать название планеты. У отца Гарри там в собственности большой остров. А тебе зачем?

— Как зачем? Когда твоя сетка запустится — полетим к твоему другу!

— Ты уверена, что она запустится? — Джина в этом сомневалась.

— Конечно! — Эйдафедель уже ни капли не напоминала умирающую эльфийку. От неё ощущалась твердость и стойкость. — Но даже если нет, то с твоими навыками я что-нибудь придумаю. Если уничтожить основные узлы корабельной коммуникации и системы безопасности, можно добраться до аварийного маяка. А там нам останется с удовольствием дожидаться спасателей в уютных каютах.

День прошёл за разговорами. Джина больше задавала вопросов, узнавая о мире, в котором оказалась. Эйдафедель больше рассказывала. Знала она очень много. Девочке она казалась всеведущей. Широкий кругозор ей дарили, во-первых, долгая по человеческим меркам прожитая жизнь, во-вторых, базы знаний. Чтобы узнать обычным образом всё то, что изучила эльдарка, понадобится тысячу лет проучиться в различных учебных заведениях, проработать на разных специальностях и пройти через множество курсов.

Между ними словно рухнула стена. Женщина уже не испытывала прежнего презрения к девочке. Она к ней относилась покровительственно и с заботой, не как к дочери, а словно к любимому щеночку. Всё же до конца она не могла перебороть своё отношение к людям.

Несколько раз они по очереди ложились в медкапсулу, тем самым утоляя голод и очищая тела. Жажду утоляла наколдованная Джиной вода.

Эйдафедель интересовалась магией. Она выспрашивала малейшие подробности о ней. Джина о волшебстве знала мало. Ей пришлось напрячь память и поверхностно пересказать книгу бытовых чар. Не дословно — иначе она бы охрипла. Также она поведала о тех чарах, которые при ней творил Гарри, но без подробностей об их приключениях, чем привела эльдарку в экстаз. Та ещё больше убедила себя в том, что вышла на след живых Древних.

Хотя Джина ожидала момента пробуждения нейросети — это произошло неожиданно. В её голове прозвучал обезличенный голос:

Завершена интеграция нейросети тип «Звездный инженер».

Внимание! Пользователь несовершеннолетний. Активируется протокол «Обучение».

Идёт закачка из инфосферы обучающего курса «Инжиниринг звёздных систем и планетоформирования».

Прогресс 0,1% --&gt; →

— Она заработала? — с затаённой надеждой в смеси с восторгом шепотом спросила Эйдафедель.

— Да, — кивнула обескураженная Джина.

Женщина с облегчением выдохнула. Её губы сами собой расползались в широкой улыбке.

— Отлично! Осталось тебе разобраться в меню сетки. Жаль, что ты не знаешь языка Древних, но я расскажу, как вызвать меню и что нужно там выбрать.

— Эм… Эйда.

— Что, малышка?

— Я понимаю, что говорит нейросеть.

— Говорит? — округлились глаза эльдарки.

— Ну да, говорит.

— Прямо словами? Вот прямо говорит?

— Да.

— И ты всё понимаешь?

— Понимаю.

Эйдафедель фонтанировала отменным скепсисом.

— И что она тебе сказала? — прищурилась она.

— Что я маленькая, поэтому она активировала обучающий протокол и начала закачку обучающего курса, — Джина хоть за последнее время сблизилась с Эйдафедель, но всё же не хотела открывать ей всех секретов.

— Скачивание обучающего курса?! — квадратными глазами прожигала в ней дырку эльдарка.

— Ага. А что, это ненормально?

— Это полный… — Эйдафедель разразилась протяженной бранью. Заметив, как девочка с приоткрытым ртом ловит её слова, она завершила свою экспрессивную речь культурно: — Подобное впервые на моей памяти! Но стоит заметить, что до этого никому не приходило в голову устанавливать нейросеть несовершеннолетним.

— Совсем никому?

— Не совсем. Раньше проводились подобные эксперименты с обычными нейросетями, но они приводили к печальным последствиям. Многие дети вырастали в инфантильных взрослых, которым ничего не нужно. Они вели жизнь амёб. Это чуть не разрушило цивилизацию, которая решилась ввести практику установки сеток подросткам. В итоге в Галактическом Союзе был принят международный закон о том, что нейросеть можно устанавливать людям с восемнадцати лет, а эльдарам и хлорави не раньше тридцати лет.

— Но мне поставили нейросеть.

— Нибурунцы сильно рисковали. Если их на этом поймают — Нибуру получит от Союза огромный штраф.

— А тебе ничего не грозит? — прикусила губу Джинджер.

— Мне? — натянуто улыбнулась Эйдафедель. — Если кто-то узнает, что я передала нейросеть Древних манкею — меня казнят. Но это будет потом, а опасность нам грозит здесь и сейчас.

Джина сильнее прикусила губу. Даже если они спасутся — из-за неё хорошей эльдарке будет грозить гибель. Это её мучало, словно черви копошились внутри и пожирали всё хорошее.

— Неужели ничего нельзя поделать?

— Можно. Если я предоставлю начальству сведения о живых Древних — мне спишут все нарушения и наградят.

— То есть, если я познакомлю тебя с Гарри и ты с ним поговоришь — это тебя спасёт? — загорелись надеждой очи Джины.

— Думаю, да. Хм… Определённо да. А чтобы это произошло, давай начнём путь к спасению. Каждая нейросеть Древних имеет особый канал подключения. Ты сейчас воспользуешься им, подключишься к корабельной сети и введёшь коды, которые сделают тебя капитаном корабля…

Следуя инструкциям Эйдафедель, Джина подключилась к бортовой сети космического корабля и ввела пароли. Вскоре она стала командиром судна. Спутнице по её просьбе она выдала статус привилегированной персоны. Они смогли свободно передвигаться по звездолёту.

Первым делом Эйдафедель отправилась в свою каюту и переоделась в чистый обтягивающий комбинезон. Она ничего не могла сама сделать, как и облачиться в привычный ей боевой скафандр, поскольку не имела нейросети. Но по международным космическим инструкциям, которых придерживались все гуманоидные расы Галактического Союза, на любом космическом судне дальнего следования должны иметься запасные нейросети и базы знаний для быстрого обучения экипажа. И даже на корабле-разведчике, который рассчитан на одного члена экипажа, пара запасных нейросетей имелись в наличии. Обычно они необходимы на случай выбытия экипажа. Никто не мог предположить, что нейросеть может выйти из строя.

Считалось, что на корабле подобного типа запасные сетки и базы знаний излишни. Если единственный член экипажа погибнет, то всё остальное бессмысленно. Но своим примером Эйдафедель доказала, что подобные аварийные предписания создаются не зря. Пусть случай маловероятный, но реальный. В космосе нужно быть готовым ко всему и иметь страховку на любой случай, поскольку тут мало шансов дождаться помощи из вне.

В полёт они смогли отправиться лишь через сутки, когда нейросеть Эльдарки активировалась и Джина передала ей командование над кораблём.

Поскольку девочка не знала название планеты, на которой они с Гарри оказались, Эйдафедель решила раскрутить нить с обратной стороны «клубка». Она направила звездолёт в сектор Нибуру.

— Мелкая, — кивнула она, зайдя в кают-компанию. — Мы уже в гипере.

— Я боюсь, — передёрнула плечами девочка. — Эти чернокожие меня пугают…

— Это всего лишь манкеи! — высокомерно задрала подбородок Эйдафедель. — А ты обладаешь наследием Древних. Кстати, ты знаешь, что твоя нейросеть должна усиливать псионику?

— Нет. Откуда бы мне это знать?

— Попробуй использовать свою особую псионику.

Джина кивнула. Она начала настраиваться на активацию чар, но неожиданно ощутила, что лишь одной мысли хватило для того, чтобы волна магии поднялась и приготовилась исполнить приказ хозяйки. Это было так легко, что не верилось в реальность происходящего. Никакой долгой накрутки эмоций, не нужно настраивать себя. Она ощущала, что достаточно выбрать заклинание и использовать его.

Стоило ей выбрать чары копирования и выбрать объект применения — стакан с розовым кисло-сладким соком, как чары активировались по мысленной команде даже без произношения вслух. Тут же стакана с соком стало два. При этом она не испытала ни капли усталости.

— Потрясающе! — выдохнула счастливая Эйдафедель. — Сила Древних — это что-то невероятное. И как оно?

— Удивительно, — Джина с восторгом любовалась результатом. — Раньше я уставала так, что валилась с ног, а теперь готова ещё много раз использовать чары. Магия получилась так легко, что самой не верится.

— Древние умели делать вещи… Как твой обучающий курс?

— Почти скачался.

— Малышка, когда информация скачается — ложись в медкапсулу на ускоренное обучение. Пока летим до ближайшей звезды — хотя бы ты проведешь это время с пользой.

Глава 13

Очнувшись, Джина обнаружила вместо оранжевого комбеза чёрный обтягивающий костюм, как у Эйдафедель, но её размера.

Выбравшись из медкапсулы, она пыталась переварить информацию. Из обучающего курса она усвоила лишь первый ранг знаний. По сути это что-то наподобие краткой вступительной лекции или оглавления. Если верить этим сведениям, а не верить им нет причин, её будущая профессия предполагает создание и преобразование планет, а также грамотное размещение их в пределах звёздной системы. Подобное у неё не укладывалось в голове. По её мнению подобным должен заниматься бог, а не маленькая британская девочка, мечтающая вернуться домой.

Идя в сторону кают-компании, она прокручивала в голове полученные сведения. Разработка планеты, как и любое строительство, начинается с проектирования и архитектуры. Даже дом, построенный без проекта, может рухнуть, что уж говорить о целой планете. Затем следует создание ядра планеты и магнитосферы, создание мантии и литосферы. Когда «каменный шарик» готов, начинается следующий этап, на котором создаётся атмосфера и гидросфера, если предполагается планету сделать пригодной для биологической жизни. Но такая планета обычно планируется одна на всю звёздную систему, максимум две, и уж совсем редкость три. Остальные космические тела расставляются в пределах звёздной системы таким образом, чтобы защищать главную планету от космических угроз: перехватывать метеориты, отклонять кометы и так далее. Саму главную планету защищают от шальных метеоритов спутником наподобие Луны или несколькими спутниками.

Дальше в ход должны вступать специалисты по биоинженерии, которые займутся созданием биосферы (флоры и фауны). Форм жизни настолько много, что один специалист с этим не справится. Кто-то специализируется на насекомых, кто-то на водных обитателях, кто-то на млекопитающих и так далее.

На этом этапе звёздный инженер передаёт свои обязанности узким планетарным специалистам, например, климатическому инженеру кислородных миров. Тот уже тонко настраивает климат планеты под биосферу, работая в одной команде с биоинженерами.

Как и ожидала, Джина обнаружила Эйдафедель в кают-компании. Тут сосредоточено сердце корабля — кухня с пищевым синтезатором, оттого основная жизнь экипажа из одной эльдарки проходит именно тут.

При открытии двери Эйдафедель накинула плед на андроида в виде красивого обнажённого мужчины-эльдара. Откинувшись на спинку дивана, она сделала вид, словно это не ноги сидящего рядом с ней андроида торчат из-под покрывала.

— Ты уже закончила?

— Привет, Эйда, — девочка с любопытством разглядывала силуэт андроида. — А зачем ты прячешь робота?

— Маленьким девочкам не нужно такого видеть.

— Голых роботов?

— Голых мужчин!

— А разве робот и мужчина не разные вещи?

— Не тогда, когда речь идёт о секс-андроиде… Так как твой прогресс?

— Изучила первый ранг обучающего курса. Оказывается, я в итоге должна научиться создавать пригодные для жизни планеты.

— Вряд ли ты доживёшь до этого момента, так что не зазнавайся. Когда ты подрастёшь — тебе нужно будет на что-то жить. Не беспокойся — пока ты маленькая, я позабочусь о тебе. Ты мне почти как дочь.

— В таком случае зови меня по имени, а не мелкой! — надула щёки Джина. — Мы долетели до звезды?

— Мы уже летим прочь из сектора чёрных манкеев.

— Уже? — широко распахнув глаза, удивлённо протянула Джина. — И ты меня не разбудила?

— Не имело смысла. Так ты была занята важным делом, а не путалась под ногами. Мне удалось с твоей рабской нейросети вытащить информацию о твоём хозяине. В Нубиру я узнала о нём — он сбежал во фронтир. Теперь мы летим на его поиски. Кстати, остатки рабской сетки у тебя удалось благополучно изъять.

— Эйда, я хочу вернуться домой — не хочу всю жизнь летать на звездолёте.

— А вдруг не получится найти твой дом? Ты же не хочешь остаться одна? Космос полон опасностей. Я могу уйти из разведчиков и осесть на планете.

— Ну-у…

Джина мялась с ноги на ногу. Ей неловко было отказывать при проявлении заботы, да и не имела она твёрдой уверенности в том, что получится вернуться домой.

— Джи-Джи, ты хоть представляешь разницу в сроках обучения манкея и Древнего?

— Нет. Но ты же объяснишь?

— Твой первый ранг по объёму информации соответствует третьему рангу манкеев. У них за это же время становятся специалистом низкой категории.

Джина была обескуражена, но это лишь начало. Эйдафедель продолжила:

— У манкеев всего семь рангов баз знаний. У Древних десять рангов обучения. И если бы у манкеев существовали базы знаний двадцать первого ранга, лишь они бы соответствовали десятому рангу Древних. Ты можешь совсем не работать, если изучишь хотя бы третий ранг и просто продашь моим сородичам возможность снять с тебя ментослепок для создания баз знаний.

— А если продать людям?

— Продать им столь бесценные знания? — усмехнулась Эйдафедель. — Какая же ты ещё глупая. Во-первых, техника Манкеев далека от совершенства, и она тебе спалит мозги. Во-вторых, следует из первого пункта — никто не будет платить будущему покойнику. Только у Эльдаров тебя ждёт богатство и признание.

— И долго мне придётся учиться?

— Долго. Твой базовый уровень интеллекта после генной модификации был ровно двести. Это очень солидно даже по меркам Эльдаров и запредельно по меркам манкеев. С нейросетью Древних этот показатель увеличился до теоретического биологического максимума в пятьсот пятьдесят единиц и удвоился за счёт сетки до тысячи ста. Это означает, что ты будешь усваивать данные в одиннадцать раз быстрее туповатого обывателя-манкея с интеллектом-соткой. Наши медкапсулы могут разгонять сознание в двадцать раз. Древние умели разгонять мозг в сто раз, к тому же они жили дольше эльдаров, поэтому им не составляло проблем быстро усваивать столь солидные базы знаний.

— Я запуталась, — мотнула головой Джина. — Почему ты говоришь лишь о третьем ранге, если их десять?

— Джи-Джи, даже с продлением твоей жизни до тысячи лет и если ты всё время проведёшь запертая в хорошей медкапсуле под максимальным разгоном — тебе под конец жизни удастся изучить максимум шестой ранг обучающего курса Древних. При тех же условиях четвёртый ранг отнимет у тебя всего двадцать шесть лет жизни, то есть для этого достаточно ложиться спать в медкапсулу семь дней в декаду на протяжении ста лет. А без капсулы на это уйдет пятьсот восемнадцать лет! При этом до третьего ранга ты дойдёшь сама без медкапсул всего за пять с небольшим лет, то есть как раз к совершеннолетию по законам манкеев. Это примерно их седьмой ранг — уровень гениальных учёных. Тебе этого хватит, чтобы хорошо устроиться среди моих сородичей. Но чтобы стать очень богатой и выбиться в аристократки — тебе достаточно будет освоить четвертый ранг курса Древних. Если же к концу жизни освоишь пятый ранг и передашь свои знания в виде баз знаний потомкам — твои дети получат наследственное дворянство.

Джина из всей беседы поняла одно — она слишком тупа для той, кого считают мегагением, потому что мало что понимает. Или же местный показатель интеллекта никак не связан с земными представлениями о нём. Одно предельно ясно — богиней ей не стать и планетами не ворочать. На это попросту не хватит даже десятикратно увеличенного срока человеческой жизни.

— Эйда, допустим, первый ранг обучающего курса ознакомительный, третий меня сделает учёной, а второй?

— У нас и манкеев, а также у Древних, второй ранг баз знаний даёт общие представления о профессии без опыта работы по ней, лишь минимально необходимая теория. В экстренных случаях с этими знаниями уже можно работать. Вся разница в объёме информации. Наш второй ранг соответствует третьему рангу манкеев. А второй уровень обучения Древних уже соответствует пятому рангу манкеев и четвертому у нас. Для манкеев это уровень отличных специалистов с большим опытом. Для эльдаров это минимально допустимый уровень знаний для взрослого специалиста. Проще говоря, если бы ты была взрослой, тебя бы допустили до рядовой работы в области терраформирования.

— И долго мне ждать, когда эти знания «откроются»?

— Тебе? Тебе недолго. Ты на фоне обывателей из-за своего уровня интеллекта будто всегда находишься под разгоном в неплохой медкапсуле. Ещё пятнадцать суток плюс-минус несколько часов.

Беседу пришлось завершить, поскольку вскоре ожидался выход из гиперпрыжка.

Пока Джина заказывала еду у пищевого синтезатора, Эйдафедель обмотала туловище секс-андроида покрывалом и отослала его в свою каюту.

Потом дамы отправились в рубку управления — небольшое помещение, в котором изначально было всего одно кресло. Эльдарка за время нахождения девочки в медкапсуле установила второе кресло.

Обычно она управляет кораблём через слияние с искином звездолёта. Это уровень профессиональных пилотов высшей квалификации. Но сейчас ради пассажирки она использовала режим новичка. То есть на пустые стены проецируются голограммы с различными данными и визуализацией. Кораблём в основном управляет искин, а пилот лишь отдаёт команды.

Когда лётчик-ас в слиянии с кораблём — для остальных это выглядит никак. Со стороны кажется, что пилот потерял сознание. Никакой визуализации. Новичков это заставляет нервничать и даже паниковать. Эйдафедель не хотела оставлять Джину без присмотра и пугать её тоже не желала. Поэтому и летела как зелёный пилот с только что изученным четвёртым рангом профессии.

И вот корабль выскочил в начале системы. На схематичном изображении системы подсвечивались планеты, космические аппараты и крупные небесные тела. Но всё внимание Джины оказалось прикованным к мигающему красным треугольнику в правом углу.

— А почему там мигает красным?

— Опасная система.

— Я так и подумала, — Джина ощущала напряжённость во всем теле. Кисти сжались на подлокотниках. — И почему же тут опасно?

— Это система Феникс — известная на всю галактику дыра. Раз в сто лет сюда долетает вспышка нейтронной звёзды, которая уничтожает всё на условно обитаемой планете и выводит из строя технику. Следующая вспышка уже вскоре накроет систему.

— И тут живут люди?

— Вроде того.

— Но зачем, если все знают, что тут опасно?

— На планете имеются залежи редких и дорогих элементов. Обычно после вспышки сюда снова слетаются люди, пригоняют дешёвое и сильно устаревшее оборудование, которое не жалко спалить в следующем цикле, и продолжают добычу минералов.

— То есть, — вырвался у Джинджер облегчающий выдох, — люди перед вспышкой улетают отсюда?

— Улетают, но не все.

— Не все? — поперхнулась девочка воздухом. — Почему?

— Манкеи же… — презрительно фыркнула Эйдафедель. — Большинство из них руководствуется принципом экономической эффективности. Те, у кого был свой транспорт или возможность попасть на корабль — улетели. Остались лишь отбросы без средств существования и в глубоких долгах, которым даже не выдали кредита на покупку билета.

— Это ужасно! Нужно их спасти!

— Пф! Джи-Джи, какая же ты забавная.

— Я серьёзно. Эйда, мы должны их спасти.

— Я никому ничего не должна. Это всего лишь Манкеи, которых посчитали бесполезным мусором даже другие манкеи. Тем более их и так «спасут»…

— Спасут? — с надеждой протянула Джина.

— А то! — растянулись в ухмылке губы эльдарки. — Как думаешь, зачем сюда слетаются чернокожие манкеи, словно шушканчики на тухлятину?

— Не знаю, — лоб Джины напрягся. Она начала догадываться, зачем это рабовладельцам.

— Бесплатные рабы, Джи-Джи. Рабы, которые добровольно набиваются на борт корабля до самого максимума. Жажда жизни их толкает на спасение любыми способами, пускай даже они понимают, что станут рабами. Все знают, что Нубирунцы слетятся за свежим мясом. Всем это выгодно. Спасательная операция подобного масштаба очень дорогая. Жизни биомусора её никогда не окупят. Но и совсем бросать своих сородичей хуманы не собираются, поскольку это против их же законов. И такой выход всех устраивает.

Джине не нравилась сама идея рабства, а уж после того, как сама недолго побывала в положении рабыни, и вовсе возненавидела рабовладение. Но выбирая между спасением людей хотя бы таким варварским способом и их неминуемой гибелью, она всё же отдавала предпочтение первому. Ей пришлось смириться с мыслью о том, что люди добровольно станут рабами.

Звездолёт спокойно и быстро преодолевал путь к условно-обитаемой планете. Джина почитала о ней справку. Планета имеет силу тяжести в одну целую три десятых земной. Атмосфера непригодная для дыхания человека, но неядовитая, поэтому необходимо использовать скафандр или хотя бы дыхательные фильтры. Основная жизнь проходит в небольших поселениях-куполах и автономных жилых модулях.

— А это разве не звездолёт другого государства? — ткнула она пальцем в подсвеченный корабль.

— Другого. Желтокожие манкеи из Королевства Чиа. Оно расположено недалеко отсюда.

— Они тоже собирают рабов?

— Почти. У них официально рабство запрещено, но, по сути, замаскировано под трудовые отношения, как и во всех капиталистических странах. Они занимаются мародёрством — собирают ценности, жилые блоки, ну и подбирают хуманов. С ними заключают долговые обязательства в счёт оплаты полёта. Естественно, сумма там огромная, а платить беженцам нечем, поэтому они потом будут вынуждены отработать долг.

Через некоторое время корабль-разведчик более технически развитой цивилизации эльдаров незамеченным долетел до планеты. Эйдафедель выпустила дроны, которые разлетелись по округе.

— Вот он! — радостно воскликнула она.

— Где?

— Вот, — увеличив область карты, она указала пальчиком на зависший на орбите звездолёт, похожий на здоровенный серый кирпич. — Обычно такие суда на орбиту не пускают. Они либо остаются висеть вдали от планеты, либо паркуются к орбитальной станции, которую обычно устанавливают в точке Лагранжа.

Эльдарка говорила немного иначе, но так воспринимала её речь Джина. Что её удивляло — она понимала, о чём идёт речь. Точка Лагранжа — это же понятней некуда: место между планетой и естественным спутником, в котором космическое тело может оставаться неподвижным относительно них.

Выстрел орудий разведчика произошёл неожиданно для девочки. Она вздрогнула всем телом. Довольный хищный оскал остроухой спутницы дал понять, что выстрел оказался успешным.

— Это было обязательно?

— Конечно, Джи-Джи. Эти манкеи ведут переговоры только с позиции силы. Соответственно, мы должны были продемонстрировать свою силу. Ещё пару раз пальну, и можно начинать переговоры…

После каждого выстрела по кораблю пробегала дрожь, а Джина вздрагивала. Она хмурым взором следила за картинкой на экране. Там звездолёт-кирпич лишился двигателей, ангара и оружейных ниш. Лишь после этого Эйдафедель соизволила принять входящий сигнал.

На стене-экране появилась знакомая чернокожая рожа с большим зелёным ирокезом. Джинджер сразу узнала своего бывшего хозяина, вид которого вызвал у неё глухое раздражение. И если вначале ей было жалко обстреливаемое судно, то теперь она испытывала злорадное удовлетворение.

— Эльдарка? — смахнул с лица пот нубирунец. — Что тебе нужно? Мы готовы были сдаться сразу после повреждения маршевых двигателей.

— Заткнись, манкей! — облила его презрением Эйдафедель. — Ответь на мои вопросы, и тогда я не стану добивать твоё корыто.

— Всего лишь вопросы? — заискивающе улыбнулся здоровяк. — Я готов, госпожа.

— Недавно ты купил девочку. Где и у кого?

— Я покупал много людей, госпожа…

— И детей? — сощурились её глаза. — И многие рабы у тебя сбегали, угнав спас-бот?

— Ах, эта девочка, — ненатурально выдал он, смахивая со лба пот. — Я купил её у пирата по прозвищу Долговязый Бэн. У него боевой фрегат-пятёрка, ранее принадлежавший корпорации «Чарли» из бывшего королевства Тирб. Он привёз девку прямиком в пограничный центр со стороны ближней «Свалки».

— Живи, червь!

Остроухая отключила связь.

— Эйда, ты ему веришь?

— У меня нейросеть-двенашка, созданная для разведчиков. Там изначально встроены аналитические импланты. Он говорил правду, и больше вряд ли сумел бы поведать. А я могла потерять лицо.

— И где нам искать этого Долговязого?

— Посредники, Джи-Джи. На Свалке он наверняка пытался продать тебя через Посредников, но что-то пошло не так. Но я всё выясню, так что следующая остановка — Свалка.

— Погоди! Эйда, а как же люди? Их же звездолёт не полетит, а значит, будет уничтожен.

— Не говори глупостей, мелкая. Чёрных манкеев спасут свои, попутно присвоив их рабов. Так им проще, чем искать «мясо» на планете. Для местных бродяг ничего не изменится.

Несмотря на сильное чувство справедливости, Джине пришлось согласиться и смириться. Она откинулась на спинку кресла и мысленно взмолилась, чтобы на Свалке нашёлся путь домой. Ей уже осточертел космос — хотелось поскорее увидеть Гарри и родителей.

Глава 14

Джина вышагивала рядом с Эйдафедель по просторному коридору космической станции. Девочка напоминала миниатюрную копию эльдарки: такой же матово-чёрный боевой скафандр с силовым полем вместо шлема, аналогично собранные в высокий хвост волосы, только у неё они лиловые. Ещё уши у неё лишь чуточку заострённые и не шевелятся.

Оружие у девочки тоже имелось, но если женщина была обвешана пушками, то у неё висел на магнитном креплении небольшой и примитивный по местным меркам гражданский станер, который для использования не требует изучения баз знаний. Нелетальное оружие, которое подействует лишь на незащищённого человека. Джина этим была недовольна. Конечно, она не собиралась убивать людей, но после пережитого в прошлом мире предпочла бы владеть самой мощной и убойной пушкой. А лучше несколькими. Она с завистью покосилась на оружие спутницы. Та поморщилась.

— Джи-Джи, держи лицо и ничего не говори. Для всех этих манкеев ты представитель высшей расы.

— Вообще-то я тоже человек.

— Уже нет. Генетически ты наполовину эльдарка, так что будь добра соответствовать статусу представителя высшей расы. Не порть нашу репутацию, иначе какой-нибудь шушканчик может посметь помыслить напасть на эльдара. Выше нос. Представь, что вокруг кучи говорящих и вонючих экскрементов.

Джина представила, да так хорошо, что сморщила носик.

— Вот так, правильно, — довольно приподняла уголки губ Эйдафедель. — Ещё нос повыше.

Печально вздохнув, Джина задрала нос и, несмотря на свой маленький рост, постаралась скопировать высокомерное выражение спутницы.

— Эйда, напомни мне, зачем я это делаю? Это же противно. Люди не должны так лицемерить.

— Выкинь из головы эти глупости, Джи-Джи. Мы не манкеи. Из-за большей успешности, более долгого срока жизни и лучшего уровня жизни они нам завидуют. Манкеи коварны — они готовы в любой момент всадить нож в спину ближнего. Ты и сама видела это изнутри и побывала в шкуре раба. А представь, как они относятся к другим расам, если со своими столь жестоки? Нам нельзя демонстрировать слабину. Эльдар в любой ситуации должен держать марку. Запомни — ты высшая, а они манкеи!

— Ничего подобного, — пробурчала она, — мои мама и папа не такие, а они тоже люди.

— Забудь о маме и папе. Вспомни нубирунцев.

Лоб девочки прочертила глубокая борозда, брови свелись и опустились, губы сжались. Со стороны казалось, что девочку злит прогулка по станции.

— Так тоже сойдёт, — вернула лицу каменное спокойствие Эйдафедель.

— Как ты так можешь?

— Как?

— Лицо держать. Со мной ты всегда эмоциональная.

— Джи-Джи, все эльдары очень эмоциональные, но лишь в «домашней» обстановке. В обществе мы обязаны придерживаться холодно-высокомерного образа. Вот будет тебе сто лет — переключаться на общественный образ у тебя станет получаться на автомате. А теперь верни прежнюю злую или презрительную мордашку, мы скоро дойдём до руководителя станции.

— Хоть бы пушку нормальную дала…

— Джи-Джи, я понимаю, что ты нервничаешь. Со мной тебе ничего не грозит. Другое оружие в твоих руках не сработает. Я тебе уже объясняла, что на любом серьёзном оружии стоит ограничительный блок как минимум на изученные базы знаний, а их ты не можешь изучить до совершеннолетия. Без такого блока оружие считается незаконным, и его владельца обязаны задержать в любой стране Союза.

— Объясняла, — продолжила бурчать Джинджер. — Но ещё кое-кто упоминал о наличии на корабле три-дэ принтера, с помощью которого сделаны мои комбез и скаф. На нём можно было бы сделать обычный пороховой пистолет. Уж конструкцию револьвера воспроизвести не проблема.

— Нет уж! Древнее опасное оружие детям не игрушки. Что за дикарские мысли? Мы же не на войну идём, а всего лишь собираемся найти и допросить Посредника.

Джина промолчала, зато ей не пришлось изображать недовольство — его она испытывала в полной мере. Она не привыкла проигрывать в споре, но при этом не находила достаточно убойных аргументов своей правоты. Ей просто хотелось иметь под рукой нормальное оружие. Почему? Она и сама не смогла бы объяснить. Но без пистолета она чувствовала себя некомфортно. Станер дарил некоторую уверенность, но не до конца, поскольку она понимала, что в большинстве случаев он окажется бесполезным. Когда встречные мужчины смотрели на неё, ей казалось, что они только и мыслят о том, чтобы затащить её в укромное место и сделать с ней что-то нехорошее, как тот японский извращенец. От этого её нутро сжималось подобно пружине. Будь она ёжиком, то сжалась бы в клубочек и выпустила во все стороны иголки.

***

Станцией на настоящий момент руководит Ферон Фрокс. Бывший имперский офицер, занимавший должность снабженца на боевом крейсере. Он заработал репутацию честного человека благодаря тому, что не сильно наглел со «спером» вверенного имущества.

Спер — это то, чего у тебя теоретически, с точки зрения записей, нет, а на практике — вот оно. В империи Занг существует целая культура, основанная на этом понятии.

В кладовке любого старшины найдутся пара ящиков рабочей формы спер, сотня батарей к бластеру спер, дюжина скафандров спер.

У любого, отслужившего в армии, дома найдётся какой-нибудь спер…

Ферон Фрокс был из тех снабженцев, которые держали спер не дома и не на левых складах, через которые товар толкают на сторону, а заполнял спером укромные уголки склада. И это его всегда спасало во время проверок.

Недавно эту станцию начали прочесывать гребёнкой, а причиной тому послужила похищенная девчонка из очень важных персон. Судя по активности всего Союза — это кто-то не ниже принцессы империи Занг, поскольку именно имперцы первыми подняли на уши весь Союз.

На Свалке обнаружили следы пирата, который предположительно похитил ВИП-персону. Это для местного болота стало шоковой терапией. Сюда слетелся целый имперский флот, который на несколько дней парализовал всю систему. За это время отловили весь криминал, порушили все налаженные годами чёрные и серые схемы, сняли с постов всех коррупционеров, то есть всю верхушку станции, начиная с её руководителя и начальника стражи.

Но такой важный объект нельзя оставлять без руководства. Фрокс был среди флотских, которые оккупировали систему Свалки. Когда искали нового начальника Станции, а фактически всей Свалки, взор адмирала упал на него.

О прилёте эльдарского разведчика ему доложили сразу. Редко, когда такие звездолёты попадаются на глаза людям. Они оснащены самыми совершенными системами маскировки. А уж два члена экипажа на таком корабле и вовсе нонсенс.

У Ферона загудели виски, что было признаком приближающихся проблем.

В галактике существует два государства Эльдаров. Первое представляет собой союз кланов. Второе — Федерация. В Федерации можно встретить не только эльдаров, но и людей, и полукровок, и квартеронов, которые составляют половину её населения. А клановцы — жуткие расисты, среди которых полукровки большая редкость. А тут именно их представительница в компании девчонки-полукровки. Вероятно, это её дочка, иначе Фрокс не мог представить клановую эльдарку, которая возится с полукровкой. Её за такой загул свои должны были изгнать, а корабль отобрать. Но вот же она, и девочке по их меркам уже лет семнадцать, поскольку эльдары взрослеют немного медленней людей, в том числе полукровки. Следовательно, за эти семнадцать лет её никто не прогнал из страны.

Он выделил ушастым зелёный коридор и морально приготовился к их визиту, словно к неожиданному прилёту ревизора. Поэтому, когда в распахнутые двери зашла ушастая снобка с девчонкой, он радушно тянул улыбку.

— Рад приветствовать представителей эльдаров на нашей станции. Я Ферон Фрокс, управляющий станции. Чем могу быть полезен?

— К вам прилетал тирбский фрегат-пятёрка Долговязого Бэна, — глядя на него свысока, процедила Эйдафедель. — С кем контактировали члены его экипажа?

— Ах, вы тоже ищете девчонку…

Джина навострила ушки. Эйдафедель продолжила:

— Тоже?

— Её весь Союз ищет. Долговязый Бэн прилетал к Посреднику Лемалю Фейтеру с планеты Палма. Сразу после его визита Фейтер сбежал со станции, бросив доходный бизнес. Если вам нужен Долговязый или Фейтер, ничем не могу помочь. Их сейчас ищут все службы, а о ходе расследования мне никто не докладывает.

— К шушканчикам этих манкеев! С какой планеты была похищена девчонка?

— А вы разве не знаете?

— Не испытывай моё терпение, — сурово сощурилась Эйдафедель.

— Сектор Эмрой с одноименной планетой.

— Так просто?! — вырвалось у Джины.

— Сама удивлена, — кивнув Фроксу, Эйдафедель развернулась на выход. — Джи-Джи, мы возвращаемся.

Провожая спины эльдарок, Ферон думал, что это всё очень странно. А то, что странно, зачастую опасно для карьеры. И чтобы прикрыть свою задницу, он собирался сообщить куда следует о странной парочке. Но не раньше, чем они свалят с его станции. Проблем со стороны остроухих ему тоже не хотелось.

***

Когда эльдарка и девочка оказались на борту звездолёта, Эйдафедель остановилась и пристально уставилась на спутницу.

— Итак, Джи-Джи, не хочешь мне рассказать, почему тебя ищут всем Союзом?

— Не знаю.

— Может быть, ты дочь императора?

— Нет.

— Точно нет? — недоверчиво прищурилась остроухая.

— Точно нет! Моя мама работает медиком, а отец инженер-строитель. Он абсолютно точно не император.

— И всё же, тебя разыскивают, словно королевскую персону. Может, ты преступница? Взломала нейросеть императора или императрицы Занга?

— Нет! Я о магии узнала совсем недавно и ни с какими императорами не знакома.

— А откуда ты узнала о магии?

— От Гарри же! Он волшебник.

— Твой друг, у которого ты гостила? — встали торчком ушки Эйдафедель.

— Он самый.

— Джи-Джи, а какая фамилия у твоего друга? — перешла женщина на вкрадчивый тон.

— Хоггарт. Его зовут Гарри Хоггарт.

— Ум… Понятно… — сжала губы Эйдафедель.

— Что понятно?

— Теперь понятно, почему тебя разыскивают всем Союзом, — взгляд эльдарки стал рассеянным — она погрузилась глубоко в свои мысли и делала множество запросов в инфосеть.

— И почему же?

— А? Что говоришь?

— Эйда, ты сказала, что поняла, почему меня ищут. Почему же?

— Отца твоего друга, если я не ошибаюсь, считают представителем высшей цивилизации: то ли живой Древний, то ли кто-то не менее могучий. В прошлый раз манкеям сильно не понравилось его вмешательство в их дела… Многим из них смертельно не понравилось. Несколько… десятков стран распались, в сотнях государствах полностью сменилось правительство и руководство силовых структур. А всё началось…

— С попытки похищения Гарри, — кивнула Джина. — Он мне рассказывал, что его папа тогда разозлился на пиратов.

— Вот-вот, мелкая. Разозлился. И сейчас никто не хочет вызвать злость у существа подобной силы, вот и прикладывают усилия к твоему поиску. Если хочешь, я передам тебя в руки имперцев — они с радостью и песнями доставят тебя к твоему другу.

— Нет уж, я лучше с тобой. Тебя я знаю — ты хорошая, а с этими людьми незнакома. Вдруг они извращенцы, а у меня даже пистолета нет!

Эйдафедель закашлялась от сдерживаемого смеха.

— Что смешного? — свела брови Джина.

— Ты можешь дезинтегрировать материю, при этом всё время жалеешь о доисторическом оружии… Забавно же.

***

Звездолёт-разведчик эльдарского производства считается одним из самых быстрых в Союзе. Он преодолевает световой год за считанные минуты. Джина не ощутила разницы, поскольку на пиратском судне путешествовала в бессознательном состоянии. На то путешествие, на которое у фрегата Долговязого Бэна ушло две недели, корабль Эйдафедель затратил несколько часов.

— Джи-Джи, остров твоего приятеля охраняется в параноидальном режиме. Если мы полетим туда — нас собьёт система противовоздушной обороны. У твоего друга есть нейросеть?

— Не знаю.

— Попробуй позвонить на домашний искин.

— Хорошо.

Джина уже немного научилась пользоваться инфосетью. Это несложно. Единственным препятствием является обилие рекламы, которую новичку сложно отсеять. По её запросу пошёл вызов.

— Домашний искин островного имущества Дункана Хоггарта, слушаю, — отозвался мелодичный женский голос.

— Я Джина Джинджер — подруга Гарри. Я хочу с ним поговорить.

— Ожидайте ответа…

Ждать девочке долго не пришлось. Через считанные секунды перед ней соткался образ Гарри. Мальчик за время разлуки окреп и растерял бледность.

— Джина? Ох, Джина! Как я рад тебя видеть. Ты решила сменить причёску?

— Мне изменили ДНК, мистер Хоггарт, — прорвалось у неё раздражение вместо радости, которую она первоначально испытала.

— Ух ты! Ты решила стать эльфийкой? Прикольно выходит. А у меня вчера получилось немного колдовать.

— Кое-кто бросил меня одну, ничего не объяснив, после чего меня похитили, — скрестила она руки на груди.

— Эй! Джина, между прочим, я пострадал по твоей вине. Это ты просила меня спасти тот мир от зомби.

— Так это я виновата? — опасно сузились у неё глаза. — Может, это я отправила нас в другой мир? Или это я уничтожила свои конспекты?

— Эм… — забегали зрачки у Гарри. — А ты вообще как? Где была, как вернулась?

— В рабстве была! — Джина гневно раздувала ноздри. — Потом долго болталась в консервной банке посреди космоса и думала, что умру и свихнусь или наоборот — сначала свихнусь, а потом умру. Затем меня спасла Эйда, и мы чуть не погибли. И вот я тут, торчу возле планеты в ожидании, когда же ты соизволишь позволить мне приземлиться.

— Ах, системы безопасности, — мальчик со смущением поскрёб шрам на лбу. — Я их после твоей пропажи активировал на полную катушку… Можешь смело лететь — тебя они пропустят. На чём только ты прилетишь?

— Эльдарская посудина, — голос Джины сочился сарказмом. — Наверняка на всю систему она будет одна такая. Уж извините, мистер Хоггарт, но я в моделях и типах космических судов не разбираюсь. Для британской девочки это норма, если ты не знал. Я вообще не должна ни в оружии разбираться, ни в звездолётах, ни в способах побега из космического рабства…

— Джина, полегче, — Гарри готов был провалиться под землю от смущения. — Прилетай скорее, я сильно соскучился.

Пока десантный бот спускался прямиком на остров, Джина успела пожалеть о своей несдержанности. Ей стало стыдно перед Гарри, ведь он не виноват в её похищении. В ней столько всего накопилось, что при виде близкого человека прорвалось. Она осознала, что Гарри стал ей близок. Невозможно пройти с товарищем через ад, вынести его раненого на своём горбу и после этого не считать его близким.

Стоило ей спуститься по аппарели, как возле бота из портала выскочил Гарри.

— Джина, — бросился он ей навстречу.

— Гарри, — шагнула она вперёд.

— Джина! — распахнул он объятья.

— Гарри! — крепко обняла его Джинджер.

— Джина… — прошептал он.

— Гарри… — тихо ответила она.

— Я так рад, что с тобой всё хорошо.

— Я тоже этому рада. И тому, что ты поправился тоже.

— А кто это? — Гарри обратил внимание на остроухую даму, стоящую немного позади подруги.

— Это Эйда — она спасла меня и подвезла сюда.

— Космическая эльфийка? Прикольно. Спасибо, арфэн.

— Вообще-то меня зовут Эйдафедель. Лишь для малышки Джи-Джи я Эйда.

— Окей, арфен, — Гарри горел нескрываемым желанием избавиться от лишней взрослой в своём окружении, что не осталось без внимания обеих дам. — Я попрошу скинуть вам денег. Можете быть свободны.

— Не так быстро, мальчик, — ступила на серое покрытие посадочной площадки эльдарка. — Никуда я не улечу. Во-первых, в Джи-Джи сейчас моя ДНК. Она мне как дочь, и я должна убедиться в её безопасности. Во-вторых, я ей пожертвовала самое дорогое — нейросеть Древних. Без этой нейросети меня на родине ждёт смерть. Какими-то банальными деньгами вам не выйдет откупиться, юноша. Только если у вас есть что-то равноценное наподобие неизвестных знаний Древних. Но меня устроят и рядовые научные знания цивилизации уровня вашего батюшки…

— Я вам чего, ходячая энциклопедия? — возмутился мальчик. — Откуда я вам возьму науку Суккубо, если сам до неё не дошёл?

— Гарри!

— Джина?

— Она спасла меня, Гарри!

— Ну и?

— И нейросеть Древних установила.

— Ох, ладно, пусть остаётся. Я что-нибудь придумаю.

— Что-нибудь?

— Ну не знаю, — пожал он плечами. — Например, найдём клад — какой-нибудь схрон этих ваших Древних.

— Ты на такое способен или просто так говоришь? — уточнила Джина.

— Конечно, могу! — подбоченился он, но вскоре слегка скис. — Но не сейчас. Вот силы восстановлю, и можно будет духа призвать и заключить контракт на поиск клада. А то сейчас эфир по биоэнергетике пускать всё ещё больно.

— Я никуда не тороплюсь, — мягким тоном проворковала Эйдафедель.

Гарри заподозрил в звёздной эльфийке кошачьи корни. Такая же довольная морда была у Кошкотуна, когда тот умыкнёт где-нибудь рыбку. Хотя ему хотелось избавиться от незваной гостьи, но из-за Джины он даже не думал прогонять её снова. Вдруг девочка ему этого не простит? И так она по его вине была похищена.

— Если не будешь мешаться нам, — устремил он прямой взор на женщину, — можешь оставаться.

— Ну что ты, Гарри, — промурлыкала она, — я вам совсем не помешаю…

«У неё точно неки в предках были! — подумал Гарри. — И суккубы отметились — те тоже, за исключением Мими, смотрели на него таким же взглядом, словно выиграли суперприз».

Глава 15

Пока Эйдафедель обживала гостевые покои, Джина проводила время в компании Гарри неподалеку от дома. Они развлекались стрельбой по мишеням, которые расставлял дроид.

Девочке понравился своим комфортом эльдарский комбинезон. Он обеспечивал регулировку климат-контроля и ощущался подобно второй коже. Но в нём на людях она смущалась — слишком он обтягивающий. Поэтому после приземления продолжала щеголять в скафандре.

Джинджер с улыбкой маньячки поглаживала свой револьвер. Стрельба у неё выходила на троечку, но она искренне старалась улучшить результаты до идеала. Раньше от выстрела у неё пистолет пытался выпрыгнуть из рук и вывихнуть кисти. Сейчас же она стала сильнее и могла палить с одной руки. К тому же экзоскелет скафандра брал на себя отдачу, отчего стрельба и вовсе становилась простым делом.

Эльдарка лишь изображала беззаботность и специально не мелькала перед глазами мальчика, чтобы не раздражать его. На деле она незаметно для всех, в особенности для центрального домашнего искина, заразила дроидов поместья боевыми нанитами, через которые внедрила в них компьютерные вирусы, и через них следила за детьми, фиксируя все странности. Например, бесконечный боезапас древнего оружия. Стоит отметить, что поместье оснащено лучшим оборудованием самого передового человеческого государства, но технологии эльдаров их превосходят на пару поколений, а разведчиков оснащают лучшим из лучшего.

— Гарри, Эйду нужно отблагодарить. Она спасла меня, и я ей очень признательна.

— Я ж сказал, что как смогу магичить, так сразу.

— Я тоже могу магичить. Ты мог бы рассказать мне, что и как, я бы сама справилась.

— Окей, Джи.

— Как ты меня назвал? — упёрла руки в бока девчонка.

— Джи. Ушастая же называет тебя Джи-Джи, а мне нельзя? — в тоне Гарри проскользнули нотки обиды.

— Ладно, тебе можно, — поостыла она. — Просто меня так никто не называл. Гарри, ты же можешь пользоваться порталами?

— Угу, — крутил он в руке станер.

— Я боюсь, что мои родители умрут от горя. Мы могли бы навестить их?

— Легко. Но, Джи, мы же в разных мирах. Это значит, мы можем потом просто вернуться в прошлое в момент через секунду после того, как покинули родной мир.

— А ТАК МОЖНО БЫЛО?!

— Ага.

— Мистер Хоггарт, и почему я узнаю об этом только сейчас? Я бы не переживала так сильно, если бы знала об этом!

— Ты не спрашивала, — поёжился Хоггарт. — Джина, ты могла бы не называть меня по фамилии? Из твоих уст это звучит жутко.

— Посмотрим на ваше поведение, мистер… Но раз такое дело, то мы можем смело искать клад для Эйды. Итак, — пристально уставилась она на друга, — как мне узнать о кладе?

— Нужно призвать духа, но этому долго учиться. Проще призвать суккубу, которая через план снов узрит нужный нам клад. Там ритуал простой, сейчас нарисую…

***

Три часа спустя Джинджер чертила пентаграмму на ровной поверхности посадочной площадки неподалеку от эльдарского десантного бота. Рядом с ботом вертелась Эйдафедель, гоняя дроидов, которые обслуживали летательный аппарат. Она была увешана по уши оружием, делая вид, словно так и надо.

Гарри с любопытством следил за подругой.

— Правильно? — обернулась к нему Джина.

— Вроде да.

— Вроде?

— Джи, я всего пару раз вызывал суккуб, и то во второй раз получил ремня от бати. Он почему-то этого не любит.

— Эх… — печально вздохнула Джинджер.

— Что такое?

— Своего папу вспомнила. Он у меня инженер-строитель. А мама работает стоматологом. Она в молодости чуть не вышла замуж за своего коллегу-дантиста. Прикинь, меня бы могли звать Джина Грейнджер! Пф! Вот же идиотская фамилия. Хорошо, что мама выбрала папу, а не того стоматолога. Двух предков стоматологов я бы не пережила. Не представляю, что было бы, если бы ещё и папа мне говорил: «Сладкого не ешь — это вредно для зубов».

— А помнишь японскую гопоту?

— Помню, — нахмурилась Джинджер. — Чёрт! Они назвали меня по фамилии маминого хахаля!

— Я думаю, что им была знакома история альтернативного мира.

— Это как, Гарри?

— Некоторые люди могут невольно контактировать с энергетическим планом. Они получают оттуда информацию, которую считают своими фантазиями. Многие из них записывают или зарисовывают эти сведения. Так рождаются многие книги, комиксы, сценарии для фильмов. Естественно, в процессе творчества всё это приукрашивается и искажается через призму восприятия автора.

— Хочешь сказать, что где-то может существовать вселенная, в которой моя мама вышла замуж не за папу, а за своего коллегу, и там меня зовут совершенно иначе?

— Вроде того. Чисто теоретически это уже не твой двойник, поскольку там у тебя другой отец. Это совершенно другая девочка. Хех…

— Что забавного?

— Просто подумал, что вдруг кто-то сейчас видит нас и рисует про нас комикс? Прикинь, и я там главный герой, спасающий вселенную.

— Пф! Гарри, ты фантазёр. Ну какую вселенную?

— Ладно, планету. Одну же я спас. Чем не супергерой? Нужно только придумать себе прозвище и крутой костюм. Хм… Супермен. Как думаешь, мне подойдёт?

— Супермен уже есть.

— Фок! Ладно, тогда… Эм… Тогда… — он поскрёб шрам. Лицо мальчишки озарило радостью. — Человек-молния!

— Гарри, кончай страдать ерундой. Не нужно тебе никакое прозвище. Лучше посмотри, я правильно эту руну нарисовала?

— Правильно… — мимолётно скользнул он взором по пентаклю. — Наверное… Джина, ты не понимаешь, у любого супергероя должно быть прозвище, как у Догмэна или Файермэна!

— Я придумала тебе прозвище, — Джина дунула в попытке убрать от глаз назойливую прядь волос, и продолжила чертить.

— Какое? — на шажок приблизился к ней Гарри.

— Мальчик-Который-Уничтожает… — она задержала дыхание, и на выдохе продолжила: — Конспекты!

— Джина, ты мне вечно будешь это припоминать?

— У меня почти эйдетическая память, так что ты близок к истине.

— Если у тебя такая хорошая память, то почему бы тебе не восстановить конспекты по памяти?

— Я сказала «почти»! Гарри, я хорошо запоминаю прочитанное, а лекции в одно ухо влетели — через другое испарились… Кажется, я закончила.

— Раз закончила, то прочитай заклинание и направь в магический чертёж ману.

— Как?

— Ты не знаешь, как направить ману?

— Какая проницательность, Мальчик-Который-Никого не учил пользоваться маной…

— Фок! Джи, давай без сарказма. И не надо этого Мальчика-Который — бесит! Просто пожелай выплеснуть магию в пентакль.

— Ладно, кажется, я слегка перегнула палку, — покаялась Джинджер. — Ну что, я начинаю?

— Окей, начинай, — засунул руки в карманы Хоггарт.

Тем временем Эйдафедель затеяла профилактику автоматической бластерной винтовке — аккуратно полировала её тряпочкой. При этом она не спускала глаз с пентаграммы и стояла таким образом, чтобы дети не мешали в случае необходимости открыть стрельбу.

Зачитав заклинание, Джина почувствовала привычную волну магии, которую выплеснула на магический рисунок. В тот же миг линии засветились бирюзовым. В следующее мгновение вверх поднялся столб фиолетового сияния.

Вместо суккубы в пентакле появился двухметровый инкуб с гипертрофированной мускулатурой. Сзади у него виднелись четыре маленьких ангельских крыла, а над головой светился нимб. У него в комплекте наличествовали заостренные и немного оттопыренные уши, в каждом из которых по три серёжки-гвоздика с небольшим рубином. Тёмно-каштановые волосы были зачесаны назад, спереди свисала маленькая прядь. На лице выделялись ярко-фиолетовые губы. Больше всего резала глаза его одежда: обтягивающие кожаные тёмно-синие шорты на подтяжках и большой гульфик под ними, а может и не совсем он… На шее широкая тканевая лента тёмно-синего цвета с белой полосой по центру, с виду напоминающая ошейник с подвеской в виде красного сердечка. На руках полоски ткани той же расцветки, будто оторванные от футболки рукава. На ногах у него мощные шнурованные ботинки с высокими берцами. На левом плече татуировка в виде двух красных сердечек и надпись на английском языке «Love and Peace».

— И кто же тут хочет большой и чистой любви? — жеманным голосом начал он.

Джина откровенно перепугалась. После Японии она опасалась извращенцев, а тут такой экземпляр, что сразу в дрожь бросает. Но она ощущала поддержку спокойного Гарри и готовой пустить в дело оружие Эйдафедель. Собрав волю в кулак, она продолжила следовать инструкциям друга.

— Я, Джина Джинджер, призвавшая тебя в этот мир, именем Люцифера приказываю тебе подчиниться мне, инкуб!

— Прямо-таки именем Люцифера? — игриво поморгал инкуб.

— Именно!

— Ладненько, — поиграл он мускулатурой, — как скажешь, Джина Джинджер. Как я могу не подчиниться такой милашке, ещё и именем самого Люцифера? Узнай же моё имя, юная волшебница с прелестным цветом волос — моим любимым. Перед тобой прекрасный и несравненный Хапсиэль!

— Крутяк! — вырвалось у Гарри. — Джина, тебе удалось призвать инкуба прямо в теле.

— О, да, — томным голосом протянул Хапсиэль, погладив свою мускулистую грудь.

— Хапсиэль, ты же потомок кого-то из серафимов или херувимов? — продолжил Хоггарт. — Дай догадаюсь — линия Левитян?

— Оу! — вытаращил на него изумлённые глаза призванный. — Малыш, откуда ты знаешь о моей бабуле?

— От бати слышал.

— И кто же твой отец, юный волшебник?

— Дункан Хоггарт. А меня зовут Гарри Хоггарт.

На посадочной площадке повисла гробовая тишина. Можно было различить скрип шестерёнок в мозгу Хапсиэля. Через мгновение его фиолетовые губы расплылись в широкой улыбке, и из них вырвался томный стон.

— Какая прелесть… Для меня честь служить таким интересным призывателям. Скорее, госпожа Джина, прикажите мне что-нибудь!

— Эм, да, секундочку… — вышла она из ступора. — Нам нужен клад Древних. Какие-то большие ценности. Можешь показать ближайший?

— Так просто? Больше госпожа ничего не желает? Например, воспользоваться идеальным телом прекрасного Хапсиэля?

— Нет, спасибо, — нервно задёргалось правое веко Джины. — Я ещё маленькая для этого и у меня… Эм… — она обернулась к Гарри. — У меня есть парень, вот!

Уши Гарри порозовели.

— Ох, как быстро растут дети, — приторно протянул Хапсиэль. — Мир и любовь вам. Вас проводить к кладу?

— Лучше на карте отметить, — нервно переплела пальцы в замок Джина.

— Как прикажете, госпожа. Может, всё же госпожа Джина желает тело Хапсиэля?

— Нет-нет! — излишне резко замотала она головой. — Спасибо, не надо. Мне хватит отметки о кладе на карте.

Голограмму карты галактики поспешно вывел перед инкубом Гарри. Тот ткнул пальцем в одну из звёздных систем.

— Где-то туточки на третьей планете от звезды большая захоронка. Точнее сказать не могу. Милашки мои, дядя Хапсиэль может ещё вам чем-то помочь? Я аж воспылал — давно меня никто не призывал. Как сейчас помню свой первый призыв прямо в теле — такие милашки из академии магии, они так призывно кричали и приветствовали меня. М-м…

— Нет-нет, спасибо, — замотала головой Джина, словно пропеллером.

— Точно? — инкуб завораживающим образом напрягал мускулатуру подобно финалисту чемпионата по бодибилдингу. — Госпожа Джина выглядит взволнованной. Если я могу подарить кому-то любовь и причинить мир — только скажите.

Джина желала поскорее избавиться от инкуба. Внезапно она осознала, что не знает, как его отправить назад, а спрашивать сейчас у Гарри опасалась. Вдруг это развяжет инкубу руки. На мгновение её охватила паника, но девочка быстро взяла себя в руки. У неё зародился план по избавлению от призванного существа.

— А ты сильный?

— Как вы можете в этом сомневаться? Вот, смотрите! — Хапсиэль стал с утроенной силой напрягать поистине могучую мускулатуру.

— Хапсиэль, меня недавно похитили и сделали рабыней, — в голосе Джины просочились нотки искренней ненависти и негодования. — Я хотела бы, чтобы в Нубиру больше не было рабства! Люди не должны страдать и превращаться в то, что я там видела. Это ужасно. Ты сможешь мне помочь?

— Ох, малышка… — смахнул слезу умиления инкуб. — Конечно же, дядюшка Хапсиэль поможет тебе подарить мир и любовь этим людям. Какая непорочная доброта…

К облегчению всех присутствующих Хапсиэль исчез в фиолетовой вспышке. Только сейчас Эйдафедель дала волю чувствам и обнаружила, что у неё дрожат руки. Никогда за свои триста лет она не испытывала того ужаса, как перед этим могущественным существом, давление страшной силы от которого она ощущала всеми фибрами души.

***

Нубиру, столичная система, планета Нуб.

Чернокожий крупный мужчина в ужасе пучил глаза. Он находился в окружении личной гвардии, вернее, её остатков. Облачённый в боевой скафандр последнего поколения, он совершенно не чувствовал привычной защищённости.

Командир королевской гвардии в закопчённом скафандре-семёрке прорвался к королю.

— Ваше величество, его не берут бластеры… И турболазеры… И ракеты… И плазменные гранаты…

— Почему мы до сих пор не сбежали?

— Это существо, — нервно покосился за спину командир гвардейцев, — каким-то образом испортило все рабские нейросети. Все рабы вышли из-под контроля. Они вооружились и захватили столичные космопорты, в том числе и дворцовый порт. Повсюду в столице идут бои. Рабы убивают своих хозяев, объединяются и вступают в бой с полицией и солдатами, попутно убивая всех встречных нубирунцев… Дворец осажден.

— У меня личный звездолёт, Шейдер! Личный, в зад твою чёрную мамашу, королевский звездолёт! Зачем я кормлю вас, дармоедов, если вы даже не можете вывезти меня из дворца?

— Простите, ваше величество, все силы брошены на сдерживание Существа. Я могу вам выделить десяток лучших бойцов. Вы можете с ними попробовать прорваться к транспортному флаеру, на котором во дворец привезли продукты.

— Вот! Вот можешь, Шейдер, когда захочешь. Давай своих солдат. Я больше не намерен находиться во дворце ни мгновения.

Усталые и настороженные солдаты вскоре прибыли к королю. Четверо из них взяли монарха в коробочку. Трое в авангарде, столько же в тылу. Чернокожие бойцы в боевых скафандрах крепко стискивали бластерные винтовки.

— Это ты? Ку-ку, мой мальчик. Ку-ку!

Появление впереди Существа стало неожиданным для всех. Во взглядах солдат сквозило отчаяние. ОНО шло вихляющей походкой, почти обнажённое в извращенских вещичках, словно беглый раб хозяина-садиста с нетрадиционными пристрастиями. С виду Существо очень похоже на сильного человеческого мужчину, если не обращать внимания на две пары крыльев за спиной.

У короля сердце ухнуло в пятки. Существо шло прямо на него, сложив фиолетовые губы бантиком для поцелуя! Солдаты открыли по нему огонь изо всех орудий, но Существо окружило розовое силовое поле. Бластерные лучи не причиняли ему вреда.

Шестеро бойцов остались прикрывать короля, а четверо развернули его и принялись уводить назад. Его величеству Ми Хайлу второму было до безобразия страшно поворачиваться к ЭТОМУ задом. Передом к нему стоять тоже до жути страшно, но система очистки скафандра и не с таким справится. А вот нейросеть, которая должна сглаживать эмоциональные пики, совершенно не справлялась.

— О, да! Да, хорошо! — сорвались со стороны НЕГО сладострастные стоны. Он извивался, заложив руки за голову и довольно прикрыв глаза. — Ещё! Как же приятно! А вы знаете толк в любви…

— Бесполезно, — вогнали в ещё большее отчаяние Ми Хайло второго слова одного из солдат, обращённые к другому бойцу. — Его пушки истребителей не проняли. А уж когда из крейсера пальнули…

— И чего? Его ранили хотя бы?

— Если бы… Нет больше у страны крейсера… А у ЭТОГО есть!

— Все мертвы?

— Хуже… Зацелованы ЭТИМ и… кхм… ну ты понял…

— Прямо все?!

— Только командиры, но до потери сознания! Они больше не станут прежними… А ещё он поцеловал искин!

— И что?

— После этого искин крейсера свихнулся и стал бороться за мир и любовь в галактике.

— Жаль командира… Может, хотя бы нас пронесёт.

— Не думаю. Все гвардейцы приравнены к офицерам, если ты не помнишь…

— Слышишь?

— Нет.

— И я не слышу. Отстрелялись парни…

Один из солдат решительно обернулся. Стиснув зубы, он крепко сжал винтовку.

— Я бы на твоём месте не стал этим заниматься, — покачал головой соратник.

— А я на твоём месте прыгнул бы с парашютом и не раскрыл его, — резко ответил он.

— Ваша задача — моё спасение! — рявкнул король.

— Ку-ку! Мир и любовь несу я!

У всех пятерых заледенело нутро. Все нубирунцы обернулись в сторону бокового прохода, откуда появился ОН. Виляя бедрами, ОН медленно приближался.

— Ладно… — хлопнул ближайшего солдата по плечу король. — Вы идите первыми, а я вас награжу…

— Мир… — шаг, и бёдра влево. — И… — ещё один шаг, и напряжение грудных мышц. — Любовь… — губы сложены бантиком и тянутся вперёд. — Несу…

Солдаты не выдержали и побежали, бросив короля на произвол судьбы. Их психика не выдержала столь массированной психологической атаки, а ирокезы приобрели благородный оттенок седины.

— Я… — добрался ОН до застывшего в ступоре дрожащего Ми Хайло второго.

ОН заключил монарха в крепкие объятия. Настолько крепкие, что лучший в человеческом секторе скафандр затрещал.

ЧМОК!!!

Король глазами размером с блюдца уставился на мясистые фиолетовые губы, которые впечатались в прозрачный металлический сверхпрочный композит шлема от скафандра.

ТРЕНЬК!

По забралу шлема паутинкой побежали трещины. Глаза Ми Хайло второго стали квадратными.

— А-А-А-А-А-А-А!!!

Глава 16

Третья планета от белого карлика очень напоминала Землю. Почти такие же размер и гравитация, голубенькая с белыми перьями облаков, газовый состав пригоден для дыхания человека и один спутник наподобие Луны. Но что больше всего удивительно — такая прекрасная землеподобная планета не заселена. Эйдафедель это напрягло. Она, в отличие от детей, понимала, что просто так столь лакомые планеты не остаются без колонизации.

В реестре звёздных систем эта планета значилась под красным грифом, что говорило об её непригодности для проживания любыми известными гуманоидами, включая людей и эльдаров. При этом по всем данным с зондов вырисовывалась планета класса «АА», то есть курортная, идеально подходящая для эльдаров и людей.

У Эйдафедель пока родилось несколько наиболее правдоподобных гипотез. Первая — кто-то «отложил» планету для себя, проведя её по базам, как опасную. Второе — планета действительно опасная, но чем именно — засекречено. Третье — планету замаскировали по документам для размещения на ней секретной военной базы.

— И как мы будем искать сокровища на целой планете? — Джина задумчиво разглядывала на экране голубой шар.

— Давай снова призовём инкуба, — предложил Гарри.

— Нет уж! — вздрогнула Джина. — Мне одного раза хватило. Мне всего одиннадцать, а я чуть не поседела. Чем дальше от нас этот… инкуб, тем лучше.

Эйдафедель кивнула, соглашаясь со словами девочки.

— Скучные вы. Девчонки… И как же тогда вы будете искать сокровища?

Эльдарка ответила ему:

— Используем сканеры моего корабля и исследовательские зонды. У меня всё же корабль-разведчик, который специально создавался для поиска артефактов Древних. На самом деле сложнее всего найти область в космосе, в которой следует искать. Когда же она очерчена — всё просто.

Поиск оказался делом небыстрым. Дети успели заскучать. Эйдафедель не позволила им спуститься на планету, опасаясь скрытых угроз. В итоге Джина и Гарри пытались занять себя хоть чем-нибудь. Они играли, читали местную художественную литературу, смотрели фильмы. Так прошло две недели.

В сознании Джины словно открыли сокрытый до этого пласт знаний. У неё, наконец, закончилось изучение второго ранга учебного курса. Это дало ей столько знаний, что голова шла кругом. Она по-новому взглянула на звёздную систему, гораздо глубже понимая процессы, происходящие в космосе в целом и в отдельных космических объектах в частности.

После этого Джинджер оценила планету с точки зрения инженера-планетостроителя первого класса.

Всего её профессия предусматривает десять классов. Первый класс выдаётся после изучения образовательного курса второго уровня. Затем класс повышается после каждого усвоенного разумом курса. Десятый образовательный уровень автоматом повышает специалиста до девятого класса. А вот десятый класс «кем-то» выдаётся за выдающие заслуги в области своей профессии. Например, создание уникальной звёздной системы или придумывание способа перемещения звезды и так далее.

Когда все собрались в кают-компании на ужин, Джина начала первой:

— Мне кажется, эту планету сделали Древние.

— С чего бы это? — обернулся к ней Гарри.

— Эта планета словно создана по «учебнику» Древних. Просто наишаблоннейшая планета, начиная от гравитации и расположения спутника, заканчивая расположением других планет в системе. Никакой фантазии и новаторства. Если бы я была инженером-планетостроителем, делающим выпускную работу, то сделала бы всё точно так же, чтобы избежать ошибок.

— Ты права, Джи-Джи, — вступила в диалог Эйдафедель. — По сведениям учёных, большинство обитаемых планет в нашей галактике были переделаны Древними. Если видишь планету класса «А», «В» или «С», на которой могут жить эльдары, то в девяносто девяти случаях из ста она была создана Древними.

— Крутые ребята, прям как мой батя, — Гарри добрался до выбора блюд. — А зябриков с сычуанским соусом тут разве нельзя заказать?

— Нет! — ледяным голосом ответила Эйдафедель. — На наших кораблях этой наркоты не бывает! Даже не вздумай есть эту гадость — к ней можно быстро привыкнуть.

— Я знаю, — грустно вздохнул Хоггарт. — Но вкусно же.

— Вкусно, — согласилась с ним Джина. — Но раз вредно, то не стоит больше это есть. Хотя от сычуанского соуса я бы не отказалась. Его тут можно заказать?

— Настоящий сычуанский соус синтезатором не создают, поскольку это деликатес, — пояснила Эйдафедель. — Такое возможно лишь на взломанных пищевых синтезаторах, что преследуется по закону. Мой корабль казённый, а не бандитская посудина. Естественно, тут нет никакой взломанной техники. Кстати, Гарри, ты говорил, что твой отец крутой. Любопытно, насколько?

Мальчик пожал плечами.

— Очень крутой.

— Допустим, — продолжила она, — Джи-Джи в теории может переделывать планеты и даже звёздные системы, если проживёт достаточно долго. А твой отец так может?

— Не знаю. Вряд ли. У него специальность другая.

— Весьма любопытно, и какая же? — подбодрила мальчика повышенным вниманием Эйдафедель.

— Он правитель и воин. Насколько я понимаю, батя специалист по магии пространства и времени. Ну, там создать локальное измерение, расширить пространство, заморозить время, отправиться в прошлое или будущее и тому подобное.

Мальчик заметил, как округлились глаза и вытянулись лица слушательниц, что подбило его на продолжение. Хвалясь приёмным отцом, он словно собственными достижениями хвастался.

— А ещё батя большой спец по астралу и сноходчеству.

— Это как? — поинтересовалась любопытная Джина.

— Ну, астрал. Там обитают духи, боги и тому подобное. Отец шаман же, он с астральными сущностями контактирует и сам в астрале чувствует себя как дома. А сноходчество — одна из граней путешествий через астрал по якорям в виде снов живых существ. Он может явиться к человеку во сне, влиять через сны на реальность. Вот, например, он рассказывал, что однажды его жена захотела домового эльфа. А они находились в закрытом мире.

— Закрытом мире? — натолкнула его на пояснение Эйдафедель. Она не подала виду, что ей знакомо слово «эльф». Это самоназвание расы Древних.

— Тот мир во время межмировой войны запечатали миллиард семнадцатых… Так вот, домового эльфа он достал, но тот страшный. Жена ему сказала, что ей не нравится внешний вид слуги, и батя вот что придумал. Он с домовиком перенёсся в свой родной мир в сон к одному медику-семнадцатому, и тот во сне переделал внешность домовика под нормального эльфа.

Эйдафедель пришлось приложить немалые усилия, чтобы удержать нервный тик. Такого количества сведений она не ожидала услышать. Некое существо, которое может приходить во сны и управлять пространством и временем, держит в качестве слуг неких «домовых эльфов» и ради эстетики придаёт им вид Древних… Её серьезно беспокоил один вопрос: что за херня?! Но задала она другой:

— Гарри, как так вышло, что ты остался без присмотра взрослых?

— Я долго упрашивал отца отправить меня в родную вселенную, и в итоге он отпустил меня набираться самостоятельности.

— Вот так просто? Сколько тебе лет?

— Десять, почти одиннадцать. Я уже взрослый! К тому же за мной присматривает Спутник.

— Спутник? — пошарила глазами в его поисках Эйдафедель.

То же самое сделала Джина.

— Что за Спутник? — спросила она.

— Бог.

— Бог? — округлила глаза Джина.

— Бог?! — всё же задергалось правое ухо у Эйдафедель.

— Ну да, бог. Они с батей давно вместе, у них что-то вроде симбиоза. Не спрашивайте, я в этом сам плохо разбираюсь. Давайте лучше есть.

И вот, наконец, сканеры засекли сигнал сигнатур рабочих приборов Древних. Эйдафедель организовала экспедицию на поверхность планеты. Детей она заставила облачиться в скафандры.

К моменту их прибытия дроиды откопали огромную каменную пирамиду.

Стоя перед купольным сводом входа в тёмный тоннель, из которого дроиды изъяли запечатывающий проход мегалит, Эйдафедель испытывала благоговение.

Джина чувствовала то же самое. Её переполнял восторг. Это даже не Египетские пирамиды, которые она видела лишь на картинках, а нечто большее — сооружение древней космической цивилизации, умеющей перестраивать звёздные системы.

Даже Гарри пробрало. Настолько величественным было сооружение. Казалось, будто тысячелетия не затронули это строение. Стены идеально гладкие, не подверженные агрессивной среде и времени.

— Я чувствую огромное количество магии в этих стенах, — прикоснулся ладонью к пирамиде Хоггарт.

— Я тоже что-то такое ощущаю, — прикрыла глаза Джина. — Древняя мощь, огромная сила. Но ещё больше силы в центре пирамиды. Эйда, — распахнув глаза, посмотрела она на эльдарку, — что там может быть?

— О-о-о, Великая мать! — закатила она глаза, даже не думая скрывать широкой улыбки. — Это очень редкая находка. За всю историю можно по пальцам одной руки пересчитать случаи нахождения пирамиды Древних. Каждый раз из-за содержимого пирамиды вспыхивала война галактических масштабов. В последней войне сошлись в бою эльдары в союзе с людьми против хлорави. Последние нашли пирамиду Древних на астероиде. Каждая такая находка толкает развитие цивилизации вперёд, даёт толчок развитию технологий на следующий уровень. Просто невероятно! Поверить не могу, насколько просто у вас это вышло. Вы словно поцелованные самой богиней.

— А кто такие хлорави? — поинтересовалась Джина.

— Зеленошкурые! — презрительно процедила через губу эльдарка.

— Полуэльфы-полуорки, — пояснил Хоггарт. — С виду такие же, как и люди, но с салатовой кожей, и ещё в дополнение к нормальной еде питаются солнечными лучами, как растения. Наверное, они появились вследствие какого-нибудь генетического эксперимента.

Эйдафедель охватила золотая лихорадка. Но, несмотря на это, она не стала рваться вперёд дроидов. Подождала, когда выдвинется авангард из нескольких дроидов, среди которых были две боевых машины, три инженерных робота и два разведчика. Лишь когда от команды дроидов поступил сигнал о безопасности маршрута, она пошла по тоннелю сама.

Теперь в тоннеле было светло, поскольку инженерные дроиды через каждые пять метров закрепляли миниатюрные яркие светильники размером с ноготь мизинца. Света от них хватало, чтобы видеть всё как пасмурным днём.

Джина уже привыкла к виду дроидов. Те не отличались особым изяществом дизайна и расцветкой, как это изображали фантасты прошлого. Это максимально утилитарные железяки, которые в большинстве случаев имеют корпус в виде перевёрнутого ведра, нержавеющий серебристый металл без дополнительного покрытия, многосуставчатые металлические ноги или колесные, гусеничные, антигравитационные платформы, плюс гибкие стальные руки-шланги. На корпуса навешивается оружие, разное оборудование, прикрепляются транспортировочные контейнеры.

А вот маленькие яркие светильники для девочки в новинку.

— Эйда, а надолго хватит этих фонарей?

— Дешевка. Аккумуляторы в них рассчитаны на месяц. После этого их проще переработать, чем заряжать.

— То есть их можно перезарядить и снова использовать?

— При желании можно так делать до десяти тысяч раз, но дроид, который будет производить зарядку, потратит больше времени и ресурсов, чем стоимость светильников, поэтому это нецелесообразно.

— А я думаю, что нецелесообразно ломать рабочий прибор. Если светильники можно использовать восемьсот лет, а ими пользуются всего месяц — это жуткая трата ресурсов!

— Глупенькая, — растрепала её волосы Эйдафедель. — Зачем пользоваться старой вещью, когда можно недорого купить новую? Каждые несколько лет выходит новая модель, которая немного лучше предыдущей. Лучше использовать новое.

— Это кто ещё тут глупая? — во взоре Джины читалось превосходство. — Это идиотское потребительство! У тебя есть куча светильников, которыми можно пользоваться на протяжении всей жизни. Только и знай — заряжай их изредка. А ты вместо этого собираешься их сломать и купить новые, потому что новые лучше, но ими ты тоже не будешь пользоваться долго. Тогда какой смысл покупать новые?

— Да кто их вообще будет ломать? — на губах эльдарки застыла насмешливая улыбка. — Просто оставим их тут. Джи-Джи, что ты на светильниках залипла? Оглянись — это же сокровищница Древних!

Дроиды вскрывали боковые помещения. При виде их содержимого в глазах эльдарки горел золотой блеск.

— Склад нейросетей, — выдохнула она. Проходя мимо очередного помещения, она прокомментировала его содержимое: — Великая мать, медкапсулы Древних!

Когда они проходили мимо очередного склада с огромными чёрными шарами, Эйдафедель промолчала. Джина взглянула туда и прокомментировала вместо неё:

— Ух ты! Объёмный синтезатор.

— Что? — замерла остроухая, и резко обернулась к девочке.

— Синтезатор. Эйда, разве ты не знаешь?

— Не все приборы Древних удалось идентифицировать и запустить. Эти штуки назвали Чёрные шары. Так ты говоришь, что это некие синтезаторы?

— Да. Что-то наподобие ваших атомарных принтеров, но работают на более глубинных принципах перестройки материи. Это промышленные артефакты, которые управляются с помощью псионики. Их как минимум используют инженеры-планетостроители для перестройки звёздных систем.

— А ты сможешь их запустить, Джи-Джи? — обманчиво спокойно смотрела на неё эльдарка.

— Эм… — взлохматила девочка фиалковую непослушную шевелюру. — Наверное, смогу. Только я построить ничего не сумею, а вот сломать запросто. В общем-то, у меня имеются лишь знания о начальных способах управления синтезаторами.

— Включи, — впился в девочку внимательный взор Эйдафедель.

— Хорошо.

Гарри с любопытством следил за действиями подруги. Ему тут было интересно всё. Не каждый день мальчик его возраста попадает в катакомбы пирамиды древней высокоразвитой техно-магической цивилизации.

Джина протянула вперёд руки и прикрыла глаза. Она мысленно воспроизвела формулу активации определённого спектра псионики и пароли для синтезатора. В тот же миг один двухметровый шар ожил. Он подлетел на метровую высоту, уменьшился до размера жемчужины и подлетел к замершей в благоговейном трепете девочке. В следующий миг шар завис над её левым запястьем, превратившись в тонкий браслет с чёрным шариком. Между браслетом и скафандром осталось пространство, через которое можно просунуть два пальца, то есть «украшение» совершенно не касалось ни кожи, ни скафандра, при этом оно удерживалось в одном положении.

— И что это было? — выдохнула Эйдафедель, которая всё это время стояла, задержав дыхание.

— Произошла привязка Синтезатора, — Джина любовалась невероятным украшением. — Он перешёл в транспортировочное состояние.

— Я тоже хочу такую штуку, — выдал Хоггарт.

— Для этого тебе нужна нейросеть Древних, Гарри, — улыбнулась ему счастливая Джина. Она нежно погладила браслет. Он ощущался невероятно гладким, словно шёлк, и приятно холодил кончики пальцев.

— Э, нет, — отшатнулся от комнаты Гарри. — Я не хочу пихать себе в голову непонятные штуки. Ну его! Обойдусь без такой игрушки. И вообще, я ж не девка, чтобы носить браслетик!

Джина лишь сдержанно улыбнулась. Она поняла, что мальчик, который был таким смелым при столкновении с зомби, боится установки нейросети.

— Гарри, тебя никто не заставляет, — кивнула она ему. — К тому же у тебя и так много своих «игрушек». Ну что, идём дальше?

Эйдафедель с грустью проводила взором комнату с шарами-синтезаторами, и продолжила дальнейший путь вглубь пирамиды. Заглянув в следующее помещение, она не сдержала восторга:

— Симбиотическая одежда!

— Что-то хорошее? — заглянул в небольшую комнату Гарри. Его взору открылись стройные ряды матово-черных кубов.

— Отличное! — ответила за взрослую женщину Джина. — Я возьму один костюм себе?

— Конечно, — кивнула Эйдафедель, сама шагая в комнату и беря один Куб.

— Так, — упёр руки в бока Гарри, — я чувствую себя глупо. Вы что-то знаете об этих штуках, а мне не рассказываете.

— Гарри, — обернулась к нему Джина, сжимающая в ладонях куб, — это полуживая одежда-симбионт. Мне сложно объяснить принцип её работы, но она что-то вроде артефакта. Она может принимать любую форму, которую может представить пользователь или которую ей «скормили». Единственное исключение — вещи не должны превышать массы и объёма симбионта. Лишнее вещество хранится в суперсжатом состоянии. К примеру, можно трансформировать симбионта в платье или в скафандр. Смотри.

Она приложила куб к центру скафандра. Тот приклеился, затем растекся лужей по всему скафу и покрыл его тёмной пленкой, которая вскоре исчезла.

— И чего? — пялился на подругу мальчик. — Вроде ничего не поменялось.

— Очень даже изменилось, Гарри. На мне теперь не прежний скафандр, а костюм-симбионт, который принял вид поглощённого скафандра. Юху! Теперь навсегда можно забыть о походах в магазин одежды!

Гарри заметил, что действия подруги повторила Эйдафедель. После этого её лицо сияло от переполняемой радости. Не удержавшись, он тоже взял куб и приложил к своему скафандру. После нескольких секунд во тьме он почувствовал новую связь. Одежда ощущалась как дополнительная конечность, способная по первому желанию носителя сменить форму или вовсе свернуться до тонкого шнурка.

— Прикольно. Подарю Мими на Новый год.

Когда в воздух взлетела дюжина кубиков и бесследно исчезла, у Эйдафедель нервно задёргалось ухо.

— Отличная идея, Гарри, — Джина прихватила парочку кубиков. В ответ на вздёрнутую бровь эльдарки она пояснила: — Сделаю подарок родителям… Гарри, а мы можем перед возвращением домой прихватить медкапсулу и нейросети для них?

— Легко. А те нейросети со склада тебе чем не понравились?

— Я не уверена, что они им встанут.

— Но тебе же сетка как-то встала.

— Мне для этого Эйда изменила ДНК.

— Вот видишь, — уставился на женщину Гарри. — Эйда, а ты сможешь сделать то же самое для родителей моей подруги?

— Я подумаю над этим… — эльдарка за подарок в виде горы сокровищ Древних готова была и не на такое. А ещё она по-прежнему оставалась разведчиком своей страны. Долг и любопытство толкали её узреть и исследовать родителей девочки, которая оказалась способна принять нейросеть Древних.

Глава 17

Шагая рядом с ребятами, Эйдафедель поясняла им:

— Обнаруженные пирамиды Древних имели плюс-минус одинаковую планировку. Это один длинный тоннель, который имеет отводки в стороны к комнатам-складам. В конце тоннеля расположен главный зал.

— И что там? — Гарри с любопытством вертел головой, но ничего нового, кроме белоснежных каменных стен, он не обнаружил.

— Там обычно находится некий объект, окружённый силовым полем неизвестной конфигурации. Может быть несколько подобных объектов, один из которых крупный, другой небольшой.

Джина оказалась более внимательной. Вернее, её привлекло то, что Гарри показалось неинтересным — надписи на стене. Она остановилась возле них. Остальным пришлось тоже встать.

— Язык Древних, — пояснила Эйдафедель. — От него произошёл язык эльдаров. Мы являемся их наследниками, но, к сожалению, в результате войны между кланами Древних их цивилизация растеряла большую часть могущества. Теперь нам, их потомкам, приходится всё восстанавливать по крупинкам.

Посмотрев на письмена, Гарри зевнул и произнёс:

— Скукота.

— Ты знаешь, что там написано? — взглянула на него Эйдафедель.

— История о каком-то маге.

— Не о каком-то, а об архимаге, — Джина с жаром вчитывалась в письмена. — Тут написано, что на момент великой катастрофы архимагу Меганэлю было семь тысяч лет. После катастрофы он прожил три тысячи лет и входил в состав Совета архимагов, после чего обрёл покой в стенах этого комплекса в ожидании, когда потомки изобретут лекарство от Напасти.

Эйдафедель вздрогнула.

— Дети, идёмте отсюда!

— Почему? — на лице Гарри отобразилось искреннее недоумение.

— Уходим! Если тут захоронен Древний, больной неизвестным вирусом — нам больше нельзя тут находиться. Следует вернуться на корабль и провериться в медкапсуле.

— Но мы же в скафах, — возразил мальчик.

— Болезни древних могут заражать даже через скафандры.

— Оу… — Гарри привычным движением попытался почесать шрам, но его пальцы столкнулись с энергетическим шлемом. Одернув руку, он продолжил: — Больше на проклятье похоже, чем на вирус. Я читал в комиксах, что в древних пирамидах могут быть ловушки и проклятья.

— Мы почти дошли, — Джину разрывало между правильным — уйти назад; и неправильным, но столь манящим — неведомым сокровищем. — Разве вам не интересно, что там?

— Интересно, — шагнула назад к выходу остроухая, — но пусть этим занимаются учёные и военные. А мы спокойно вернёмся на корабль, прихватив несколько сувениров.

Дети продолжали нерешительно стоять. Это разозлило Эйдафедель. Перестав церемониться, она ухватила обоих деток за поясные карабины, к которым пристегивается трос в случае выхода в открытый космос, и поволокла их за собой наверх.

— Я сказала: тут опасно! Вы чем слушаете? Вам шушиги уши поотгрызали?! А ну марш за мной!

— Эйда, мы сами, — Джина испытывала немалый дискомфорт от подобного типа перемещения. Она даже ногами не успевала шевелить, лишь старалась удержать равновесие. И её, и Гарри тянули на буксире со скрежетом ботинок скафандров об каменный пол.

— Точно сами пойдете?

— Точно, — Джина всё ещё тратила все усилия на удержание равновесия.

— Ага, — Гарри отнёсся к такой транспортировке с весельем. — Прикольно, конечно, но я так же, как Джи скажет. Пешком — значит пешком. Можем полететь.

— НЕТ! — вздрогнула девочка. — Пешком, Гарри, пешком! Не надо нам полётов.

— Слава Великой матери! — отпустила их эльдарка. — Что б мне сто лет похмельем страдать, если кончики моих ушек не чуют подвоха от этой планеты.

— А что такое похмелье? — Гарри нагнал Эйдафедель.

— Эм… — скосила она глаза на Джину, состроившую скучающую мордашку. — Похмелье… Как бы вам доступно объяснить? Вот представьте, что вы всю ночь объедались мороженым, а наутро у вас сильно заболело горло. Но всего одна ложечка пломбира, и вы снова чувствуете себя хорошо.

Остроухая неожиданно врезалась в прозрачный барьер. Следом за ней, не успев отреагировать, в барьер впечатались Гарри и Джина. Травм никто из них троих не получил — спасли скафандры, но шок испытали все.

В глазах эльдарки читалась нарастающая паника. Её уши нервно подёргивались. Она резко обернулась назад. Потом снова крутанулась к барьеру и сделала несколько шагов назад.

— Отойдите!

Дети неожиданно для себя беспрекословно подчинились. Сердце громко колотилось в груди Джины. Ладошки вспотели. Она вцепилась в локоть Гарри и прижалась к нему, отчего сразу же стало немного легче.

— Что происходит? — Гарри вместе с подругой отошёл за спину эльдарки, откуда внимательно следил за её действиями.

Тем временем Эйдафедель вооружилась бластером и начала стрелять в барьер, но тот отражал лучи назад. Тогда она сменила оружие на плазменную винтовку. Но когда плазменные шары полетели назад в них…

Джина крепко зажмурилась. Раскрыв глаза, она обнаружила недовольную мордашку товарища. У него над правой ладонью зависли три плазменных шара.

— Дура что ли? — сжав кулак, он погасил огонь. — А если бы я не владел пирокинезом?

— Извини, малыш, — по Эйдафедель было заметно, что она перепугалась за подопечных. — Не ожидала такого эффекта. Дроиды перестали отвечать, проход перекрыт силовым полем уровнем не ниже, чем у десантного бота. Зря я вас сюда потащила — нужно было сразу вызывать научно-исследовательскую экспедицию.

— А стены? — отмерла Джина. — Если их пробить? Или пол, потолок?

— Не выйдет, — грустно опустила голову эльдарка. — Камень пирамид Древних обработан каким-то особым образом. Связь атомов у этих камней невероятно сильная и стабильная. Это один из наипрочнейших материалов в галактике. Не с нашими ресурсами пытаться выбраться через стены.

— Ну уж нет! — пусть губы Джины подрагивали от страха, а ладони вспотели, она собиралась бороться до конца, как это делала уже не раз. — Возможно, я плохой планетостроитель, но ломать — не строить. Уж это у меня должно получиться.

Закусив нижнюю губу, девочка активировала серое вещество. Её озарило. Она повернулась к мальчику и вытянула шею насколько позволяло силовое поле скафандра.

— Портал, Гарри!

— Точно! — обрадовался мальчик.

Хоггарт зажмурился. Так он простоял секунды три. Когда он распахнул глаза, в них плескалась растерянность.

— Не выходит. Нечто дестабилизирует пространственные гармоники, полностью блокируя пространственно-временные техники.

— Древние… — печально усмехнулась Эйдафедель. Если бы не скафандр, её плечи осунулись бы, а так она поникла головой.

— Я не верю, что ничего нельзя сделать, — не сдавалась Джинджер. — Нужно найти дроидов. Вдруг они работают, просто нечто блокирует связь, как и возможность открыть портал.

— И чем нам помогут дроиды, Джи-Джи? — эльдарка пыталась держаться бодрячком, но опущенные уши говорили об упадническом настроении.

— Пока не знаю, но как минимум они не будут лишними.

— Любое решение лучше опущенных рук, — согласилась остроухая, разворачиваясь в сторону спуска.

Она медленно, нехотя и через силу сделала шаг. Гарри и Джина так же неспешно двинулись за ней. В воздухе витало напряжение.

Гарри чувствовал страх. Он не может магичить, порталы не открываются, единственная защита — энергетический щит, который вполне реально продавить.

Джина стиснула его левый локоть. Её зрачки метались из стороны в сторону в поисках опасности. Голова задрана, челюсти крепко сжаты. Всем своим видом она не скрывала напряжения и настороженности с примесью страха. Тусклое освещение тоннеля стало навевать ужас. Тишина, разбавляемая лишь ударами подошв по камню и гулкими ударами сердца, добавляли тревожности. Джина обратила внимание на то, что раньше не было так тихо. Издалека доносились отголоски звуков от деятельности дроидов, но сейчас их неслышно.

Эйдафедель испытывала чувство жгучего стыда. Ей триста, а повела себя как импульсивная тридцатилетняя девчонка. Жажда наживы застила глаза. Она уже представляла себя дворянкой с генеральским званием. Как же — самая богатая сокровищница за последние несколько тысячелетий! О такой находке можно лишь мечтать. Плюс собранные разведданные о неизвестной цивилизации уровня Древних, в которой даже дети способны создавать нуль-переходы и владеют разновидностью псионики Древних. А взрослые могут создавать некие измерения и путешествовать во времени. Правильно гласит народная пословица: первые четыреста лет детства самые сложные для эльдара… Уже того, что она обнаружила, хватило бы для получения наследственного дворянства и чтобы разбогатеть.

Она покрепче стиснула плазменную винтовку и вздёрнула подбородок, решив подороже продать свою жизнь и защитить детей.

Дроидов они обнаружили в конце тоннеля. Те застыли безжизненными металлическими статуями, не подавая признаков работоспособности.

В главный зал вела большая овальная дверь, которая была закрыта. Все трое замерли в нерешительности перед входом. Внезапно за их спинами послышался грохот, и силовое поле вокруг Гарри заискрилось.

— Что происходит? — резко обернулась назад Джина. Она всё ещё шла рядом с мальчиком. Он тоже обернулся. — Боже мой — то поле, которое перекрывало коридор…

Объяснений никому не требовалось. Все заметили темноту позади и пролетевшие мимо предметы и пыль, будто выпущенные из катапульты. Силовое поле, перекрывавшее тоннель наверху, подобно поршню продвинулось вниз за незваными гостями. Попутно оно собирало всё наносное, к примеру, грязь с улицы, которой до этого внутри пирамиды не было — её принесли на подошвах люди и эльдарка, а также на конечностях дроиды. Также барьер собрал все светильники. Его продвижение остановила защита Гарри, иначе всю троицу вместе с дроидами и горой светильников снесло бы в монолитную плиту, перекрывающую проход в главный зал. Но почти весь мусор пролетел мимо троицы. Несколько светильников всё же прилетели в скафандр Эйдафедель. Остальные фонари разлетелись от столкновения со стеной.

В глазах эльдарки застыл ужас, а кожа стала бледнее мела. Она яснее деток осознала, в какую ловушку они угодили. Силовое поле должно было их раздавить подобно мощному прессу. Никакие скафандры их не спасли бы. Из скафов их выдавило бы подобно соусу из тюбика.

Ещё кое-что она обнаружила. Заряд батареи скафандра садился с невообразимой скоростью. Складывалось такое ощущение, словно из аккумулятора нечто высасывает по одному проценту энергии в десять секунд. То есть через каких-то шестнадцать с половиной минут они останутся без скафандров. В таком случае можно уповать лишь на автоматику комбинезонов.

Типичный комбинезон космонавта-эльдара — не просто одежда — это ещё и защита последнего шанса. В воротнике скрывается свёрнутый капюшон. В структуре ткани вмонтирована система регенерации кислорода, плюс газовые датчики. В случае, когда космонавт оказывается в безвоздушной среде, срабатывает автоматика в воротнике, тут же голову накрывает капюшон с прозрачным пластиком. В тот же миг на рукавах срабатывают патроны с пеной, которая обволакивает открытые участки рук. Пена застывает и превращается в перчатки, полностью герметизируя комбез. Затем срабатывает закладка с газами, которые надувают костюм, превращая его в аналог лёгкого скафандра. Системы регенерации кислорода хватит на час работы. Этого в большинстве случаев бывает достаточно, чтобы добраться до ближайшего запасного скафандра, поскольку по технике безопасности они должны храниться повсюду на космическом аппарате.

В данных условиях это ничего не значило. Если даже силовое поле Гарри, как она думала, сдержит «поршень», вскоре их скафандры откажут. Им придётся выбраться из них. В таком случае их мучения всего лишь растянутся на час, через который они задохнутся.

Эльдарка не стала ничего говорить детям, пожалев их психику. При этом вид у неё был обречённый, словно у приговорённого к смертной казни. Её взор замер на бластере. Она подумывала пустить его в ход в последний момент, когда воздуха перестанет хватать.

— Защита быстро просаживается… — дрогнул голос Хоггарта. Мальчик кинул на подругу панический взор, словно в поисках поддержки и спасения. — Джина, ты же умная, придумай что-нибудь.

Эйдафедель прикрыла глаза. Она готовилась к скорой гибели. Умирать ей совершенно не хотелось, но лучше погибнуть быстро, чем покончить с собой или мучительно задохнуться от нехватки воздуха.

— Вижу, что защите скоро конец, — излишне спокойно и безэмоционально, словно андроид, заметила Джина, наблюдая, как по сантиметру в секунду уменьшается диаметр поля вокруг мальчика.

Она в этот момент почувствовала себя роботом — эмоции как отрезало. Поле зрения сузилось, время будто замедлило свой бег. Мысли проносились в голове с огромной скоростью. Сейчас она представляла собой холодный чистый разум, который пытался решить единственную задачу — найти выход из опасной ситуации.

Эйдафедель ничего не могла поделать. У неё попросту не было с собой ничего, что способно уничтожить или задержать силовое поле. Единственный возможный выход — пройти дальше в главный зал, если бы проход был открыт. Но выход так себе. Сейчас она с радостью оказалась бы на борту своего звездолёта и на полном ходу летела бы подальше от этой планеты, хотя ещё полчаса назад жаждала попасть в этот зал.

Знания Джины на данный момент соответствуют уровню земного доктора наук, но лишь в узкой специализации — строении космических систем, составе планет и тому подобном. Но эти знания основаны на фундаментальных научных сведениях, которые тянут за собой много иной информации. В целом же они не прибавляют девочке никакого жизненного опыта. И всё же, Джина месячной давности и нынешняя Джинджер — это два разных человека с сильно отличающимся багажом знаний. Она принялась тихо бормотать:

— Материя состоит из энергии. Её можно аннигилировать, получив огромное количество энергии. Закон сохранения энергии говорит о том, что энергию можно превратить в материю или иной вид энергии. При этом заклинание уничтожения мусора аннигилирует его бесследно без сопутствующих эффектов наподобие ядерного взрыва… Но такое невозможно. Следовательно, оно не просто аннигилирует мусор, а перемещает лишнюю энергию в иное пространство.

Эйдафедель ничего не понимала из слов Джины, поскольку та говорила на незнакомом ей языке (на родном английском), которого не имелось в базах данных скафандра.

— Следовательно, — Джина направила руку на энергетический барьер и добавила в голос громкости для придания себе уверенности, — нас не разнесёт на кварки… ОЧИСТКА!

Заклинание уборки энергетического мусора далось ей легко. Она вложила в него все накопившиеся эмоции, а их оказалось изрядно. Весь страх, ужас, отчаяние, грусть, волнение — всё они усилили магию, а нейросеть Древних сконцентрировала Ману, используя её с максимальной эффективностью.

Проблема неофитов в том, что у них большая часть энергии рассеивается в пространстве. Коэффициент полезного действия у новичка вроде Джины около одного процента и не превышает пяти процентов. Опытный маг без концентраторов достигает КПД в десять процентов. У мастера этот показатель в три раза выше. У магистра в пять раз. А архимаг достигает КПД в семьдесят процентов. Нейросеть Древних работала с коэффициентом полезного действия равным девяносто процентов. То есть с ней чары у Джины выходили в девяносто раз мощнее, чем на голой воле без вспомогательных инструментов. Лучше КПД лишь у трансдюсера-нимба, как у Гарри — он на одну тысячную процента не дотягивает до ста процентов.

Барьер полностью развеяло. Давление на защиту мальчика пропало. Но никто не успел обрадоваться — защитное поле вновь с разгона вылетело из глубины тоннеля.

Отчаяние с головой накрыло Джину. Пока щит Гарри на последнем издыхании сдерживал новую угрозу, она резко развернулась к входу в центральный зал. Переплавляя отчаяние в злость, а ту в ярость, она изрядно накрутила себя, после чего направила на дверь одно за другим два заклинания: первое для очистки от физического мусора, второе — от энергетического.

Какое же она испытала счастье, когда дверь буквально испарилась, освободив проход в тёмное помещение. Но тьма не так пугала, как давящее силовое поле.

Первой среагировала Эйдафедель. Она затолкнула в проём Джину, затем ухватила за пояс Гарри и прыгнула следом за девочкой. За их спинами силовой барьер с гулом и скрежетом встретился со стеной. И то, эльдарка была уверена, что все звуки издавали дроиды, корпуса которых разрушились.

Глава 18

Силовое поле перекрыло входной проём, он же выход, но к радости беглецов дальше оно двигаться не собиралось. Темноту помещения прорезали мощные лучи компактных прожекторов трёх скафандров.

Свет позволил узреть в центре зала серебристый саркофаг с распахнутой крышкой. Внутри он был белым и имел структуру древесины. При его виде складывалось впечатление, будто некто взял большой ствол экзотического дерева и выточил из него саркофаг, который покрыл сверху серебристым металлом. Но что нагнало на всех новую волну ужаса — саркофаг пустовал.

Внезапно все застыли, как стояли. Зал осветило тусклым светом.

Эйдафедель обратила внимание на то, что заряд аккумуляторов в скафандрах по-прежнему продолжает быстро утекать в никуда.

В этой ситуации можно было найти всего один положительный момент — им больше не грозило быть раздавленными силовым полем. Но пустующий саркофаг, неожиданный паралич, утечка энергии и включение света навевали худшие мысли. Эльдарке в сотый раз хотелось провалиться сквозь землю. Она корила себя за глупость. Что с детей взять? У них чувство самосохранения на низком уровне. А взрослой эльдарке подобное непростительно. Она пообещала себе, что если выживет, то возьмётся за ум и больше никогда не станет так рисковать.

Скрипучий голос прозвучал для всех неожиданно:

— Так-с, какая интересная группа…

Для Эйдафедель речь на языке Древних переводил компьютер скафандра. Джина и Гарри понимали речь, как родную.

Вскоре показался владелец голоса — старый эльф. Его лицо было похоже на сморщенную курагу, кожа желтая и сухая, а длинные волосы серебрились от седины. Из одежды на нём была лишь белоснежная тога. На ногах сандалии из белой древесины, из которой сделан саркофаг.

— М-да-с, весьма занимательная компания. Не такие разумные, как обычно забредают на мою планету. Обычно это или хуманы, — его взор замер на Эйдафедель, — или бесталанные смертные потомки вроде тебя… Или зеленошкурые выкидыши эксперимента этих безумных любовников…

Старик подошёл ближе к троице, позволяя разглядеть свои блеклые выцветшие глаза, взгляд которых замер на Джине. Девочка от невозможности пошевелиться испытывала неимоверный ужас. Её глаза широко распахнулись и попытались покинуть орбиты. Хотелось закричать, но горло ей не подчинялось.

— Наконец, среди потомков нашлась талантливая девица. Но не думал, что потомки опустятся до скрещивания с хуманами… Жаль, что ты всё ещё не бессмертная… — он резко обернулся, и его жадный взор впился в Гарри. — И тем удивительней видеть тебя…

Хоггарт впервые ощущал себя настолько беспомощным. Сейчас у него не было ни магии, ни возможности пошевелиться. Старик приблизился к нему, полностью проигнорировав защиту — та попросту не сработала. От этого у мальчика сердце ухнуло в пятки, и он настолько отчаялся, что мысленно завопил, зовя на помощь опекуна. Он надеялся, что вот прямо сейчас Дункан явится и спасёт его… спасёт их всех. Но когда он открыл глаза, то не узрел знакомого лица. Вместо этого на него смотрела жуткая бездна стариковских глаз. От этого отчаяние затопило его с головой.

— Ох, и странная же компания, — дальше проскрипел эльф. — Сильный божок и хуман, который не только талантливый, но и бессмертный… Хуман, а не эльф! Словно насмешка над перворожденными… Но вы просчитались, взломщики могил, как и многие до вас. Я убивал и пленял божков тысячи лет назад. С вашей стороны стало большой глупостью идти на богоборца в столь сомнительной компании. Но спасибо. Твоё тело, малыш, идеально для меня подходит. Магия, бессмертие, огромный потенциал и молодость! А твой божок пойдёт на усиление моих способностей. Лучшего подарка старику вроде меня сложно пожелать.

Дедок-эльф поднял левую руку. Из коридора к нему прилетел шар-синтезатор такой же, как на руке Джины, и занял место на левом предплечье в виде парящего браслета с чёрной жемчужиной.

Освещение зала стало более ярким.

Взмахнув этой же рукой, он отправил шарик-жемчужину в полёт. На предплечье остался лишь парящий обруч. Под его волей часть зала стала изменяться. На полу появилась двенадцатилучевая звезда, заключённая в круг и исписанная символами алфавита Древних. Затем рядом появилась ещё одна схожая фигура с другими письменами. Круги образовали восьмёрку.

В следующий миг шарик вернулся на базу, а Гарри сорвало с места и по воздуху перенесло в центр первого чертежа. Он ничего не мог поделать, хотя пытался призвать трансдюсер-нимб и крылья. Также он пытался воспользоваться силой мысли, но с заблокированным трансдюсером он даже спичечный коробок едва ли сдвинул бы — настолько привык к тому, что даже в пассивном положении трансдюсера сила мысли преобразовывается и усиливается.

Он впал в отчаяние и мысленно кричал о помощи, звал Дункана, Мими, Кошкотуна, Спутника, Джину, но никто не спешил ему на помощь. Джине самой не помешала бы помощь.

В этот момент Гарри почувствовал себя тем, кто он есть — ребенком почти одиннадцати лет. Ему больше не хотелось самостоятельности. Он готов был послать к ангелам приключения и путешествия по разным вселенным и космосу, поиски сокровищ и прочую придурь. Он желал одного — оказаться в безопасности под боком Мими и под защитой приёмного отца. Ещё он не отказался бы от общества подруги. Он всем сердцем желал спастись, и чтобы Джина тоже спаслась. Причём о спасении Джины он думал в первую очередь. Сейчас он готов был даже пожертвовать своей жизнью, если бы был уверен, что это её спасёт.

Тем временем, видя отчаяние в глазах друга, с которым собирались сделать нечто нехорошее, Джина вновь вошла в уже однажды опробованный режим холодного разума. С машинной точностью и скоростью суперкомпьютера она обдумывала варианты спасения. Все они оказывались тупиковыми и в модели вели к проигрышу и гибели. Но она не прекращала генерировать идеи, отрешившись от эмоций. Частью сознания она продолжала наблюдать за реальностью, и по результатам наблюдения вносила корректировки в планы.

Тем временем Эйдафедель с ужасом уставилась на нулевой показатель заряда батареи скафандра. Но в следующий миг страх переплавился в изумление. Несмотря на полностью севший аккумулятор, скафандр продолжал исправно работать. И тут она вспомнила о том, как они втроём активировали одежду-симбионт Древних. До неё дошло, что больше ни у кого из них нет никакого скафандра, а есть нечто иное, более продвинутое, которое имитирует функции и внешний вид скафандра и прочей одежды. И от этого ей стало легче, но ровно до того момента, когда она подняла взор на старика-Древнего. Тут же её глаза сузились, готовые метать гневные молнии. Всего богатого запаса нецензурной лексики ей не хватило бы, чтобы описать своё отношение к этому сморщенному ископаемому. Даже люди ею сейчас воспринимались куда лучше Древних.

Видимо, эльфу не хватало общения, поскольку он продолжил разглагольствовать:

— Как нехорошо вышло. Я же не представился. Архимаг Меганэль из Дома Травы. М-да-с… Когда-то давно эльфы были высшей расой. У нас был высочайший уровень культуры и искусства. Среди нас было много сильных магов. Уровень магического развития у нас был настолько велик, что мы путешествовали между мирами и колонизировали тысячи планет.

Архимаг внимательно осмотрел оба рисунка.

— Вроде правильно… М-да-с, о чём это я? Ах, да-с… Не все миры одинаково полезные. Однажды мы наткнулись на мир зеленошкурых орков, которые поклонялись духам. Их духи обретали божественное могущество. И началась долгая война с орками и богами. Мы победили, но какой ценой?

Старик стал медленно обходить оба чертежа.

— Главное правило мага гласит: семь раз проверь заклинание — один раз запусти… К-хм… Профессорское прошлое прорывается. Хотя… Кому я объясняю правила применения магии? Будущим мертвецам и своему телу… Так вот-с, эльфы победили, но напоследок божки сумели сильно нагадить нам — они прокляли всю нашу расу. В результате мы лишились бессмертия и магии. Но выжившим магам кое-как удалось вернуть себе магию. К сожалению, наши потомки оказались лишены и магии, и бессмертия. Да-с. К сожалению.

Света в помещении стало ещё больше. Теперь всё освещалось, словно днём. Казалось, что постепенное улучшение освещения специально так настроено, чтобы адаптировать зрение архимага после темноты. Естественно, ему было плевать на комфорт пленников, так что вряд ли подобное сделано ради них.

Старик совершил полный круг вокруг чертежа, но на этом останавливаться не собирался. Он скрупулёзно следовал своему недавно озвученному правилу о многократной проверке. Ему не понравилась надпись в пустом чертеже. Он послал туда жемчужину поправить текст. Когда та вернулась на базу, он продолжил:

— Да-с, магию мы вернули. Не всем, но хоть так. А вот с бессмертием не вышло. Но мы разработали ритуал, который позволяет вернуть себе бессмертие. Для этого достаточно обменяться телами с бессмертным существом. Казалось бы, чего проще? Явись в старую колонию, которая избежала участия в войне с орками, набери там бесталанной молодежи и используй в качестве доноров. Но не так всё просто. Колонии закрылись от возможности открытия порталов. А те колонии, которые не закрылись, постигла та же участь, что и метрополию.

Он решил совершить ещё один круг вокруг чертежа, цепко осматривая каждый сантиметр фигуры.

— М-да-с… Мы ждали. Но старели, а колонии не спешили пускать нас к себе. Пришлось искать способы продлить жизнь. Для этого подошла жизненная сила низших существ, но лучше всего усваивалась энергия пусть и бесталанных, но потомков. После этого они дохли, но кто вообще считает этих бесталанных?

Джина, как и прочие, поняла, о чем речь. Эти мерзавцы приносили в жертву своих потомков, которые не владели магией, ради того, чтобы продлить своё существование. На мгновение она потеряла концентрацию и ей стало дурно от мысли о том, сколько же эльдаров убили маги Древних для продления своих жизней.

— Кстати, расхитители гробниц пришлись тут к месту. Лишь на них я держался последнее тысячелетие, пробуждаясь от стазиса для пополнения жизненных сил, когда тут появлялась очередная группа искателей сокровищ…

До Эйдафедель дошло, почему у этой роскошной курортной планеты красный статус опасности. Видимо, тут бесследно исчезали все экспедиции, которые спускались на поверхность планеты.

— Ах, да-с, вы же наверняка ничего не знаете. Так вот-с, в какой-то момент продлять дальше жизнь стало невозможным. Наши тела перестали выдерживать и начали быстро дряхлеть. Мы, архимаги из Совета Архимагов, решили залечь в спячку в надежде, что наши потомки, — он удостоил Эйдафедель укоризненного взора, — вернут себе бессмертие, после чего начнут находить наши гробницы. Это же так удобно, когда бессмертное тело само приходит к тебе. А в качестве подстраховки каждый из нас использовал концептуальное заклинание, которое должно к нему привести бессмертного и желательно магически одаренного гуманоида, в идеале эльфа, но это необязательно. Очень сложное заклинание, скажу я вам. Сотни Архимагов бились над его созданием. Чары, создавая цепь случайных событий, незримо подталкивают жертву прибыть к архимагу. Это вам не скопировать нейросеть с технологиями из другого мира — это наивысшая магия!

Он закончил обход восьмёрки и удовлетворенно кивнул.

— Вроде на этот раз без ошибок. Не хочется, чтобы рвануло — высшие чары, как-никак… К-хм… Так вот, технологии, жалкое подобие которых вы используете. Надо было чем-то заменить магию. Магов осталось мало, новых не появлялось. Ещё и детей после войны рождалось очень много. Никогда эльфы до этого не знали подобного бума деторождения. В одной семье за какое-то столетие могло родиться целых тридцать детей! Все они хотели жрать, их нужно было чему-то учить. В итоге мы надёргали из ноосферы знаний и с помощью магии воплотили в технологиях. Детки стали расселяться по звёздам, занялись переделкой планет и звёздных систем. И так всё у них хорошо выходило, что мы действительно поверили в то, что им удастся вернуть нашей расе бессмертие. А они вместо этого деградировали. М-да-с… — при взгляде на неподвижного Гарри его губы расплылись в хищной ухмылке. — Так что ты лучший подарок для меня! Сам пришёл, как и задумывалось изначально… Вы же не думали, что столь примитивные ловушки в коридоре призваны вас убить? Нет-с. Они для пленения жертв. Спасибо, что мне не пришлось гоняться за вами по планете, как за большинством мародёров.

Эльф перешагнул круг и встал в центре второй двенадцатилучевой звезды. Стоило ему воздеть вверх руки, как в первой печати от Гарри отделилась полупрозрачная фигура взрослого человека с обезличенным лицом. Форма этого существа текла и менялась, словно его тело из пластилина, который мяли незримые пальцы гиганта. Вначале оно превратилось в такого же полупрозрачного здоровенного волка, затем в кота, потом в огромную змею и под конец оно приняло вид шестикрылого ангела.

— Какой интересный божок-с… — опустив руки, архимаг с любопытством осмотрел соседа Гарри, который не подавал признаков сознания. — М-да-с, прелюбопытнейший экземпляр. А уж силищи сколько! Как же мне повезло. С таким донором я и сам обрету божественную силу.

Меганэль начал ритуал. Об этом наблюдателям сообщили застывшие золотом линии магического рисунка.

Джина осознала, что больше тянуть нельзя. Она до сих пор не придумала ни одного удачного плана. Девочка чувствовала, что ещё мгновение, и она навсегда потеряет Гарри. Мерзкий старик займёт тело её друга и уничтожит доселе невидимого его странного товарища, которого архимаг назвал божком. Она встретилась взглядом с мальчиком. В его глазах плескалось море отчаяния, ужаса и мольба о спасении. У Джины защемило в груди.

Состояние холодного разума снесло начисто волной негативных эмоций. В Джине взыграло обострённое чувство справедливости. Она всеми фибрами души жаждала спасти друга. В ней из глубин сознания поднималась волна дикой звериной ярости.

Собрав всю свою ненависть, ярость, жажду жизни и желание во что бы то ни было спасти друга, она стала действовать по наитию. Она почувствовала, как внутри неё поднимается волна магии. Нейросеть ей больше не помогала, но она могла колдовать по старинке, как в спасательном боте.

Нужно было срочно придумать, как и куда направить всю ту магию. Решение следовало принять моментально, ибо волшебство уже рвалось наружу. Оно не вырвалось до сих пор лишь оттого, что Джина ощущала некий барьер, по всей видимости, установленный архимагом. Нейросеть тоже наверняка он как-то отключил. Но оно немудрено, ведь если архимаги создали нейросети Древних, то наверняка у них имеются ключи управления ими.

Джина решила использовать единственное условно боевое заклинание, а по сути, бытовые чары, которые у неё неплохо выходят.

Её выбор пал на чары удаления энергетического мусора. Она подумала, что мана — разновидность энергии. На Мане работают чары мага, в том числе и ритуал архимага. Так почему бы и нет, если да? И в качестве цели удаления мусора указала ману, а областью выбрала весь зал.

— ОЧИСТКА!

После её громкого возгласа вокруг неё разошлась волна.

В этот момент ритуал уже работал. Архимаг разлёгся на каменном полу. Линии и волшебные письмена вовсю сияли золотым светом.

Когда волна чар Джины дошла до чертежа, глаза эльфа широко распахнулись. От ужаса они округлились. Золотые узоры снесло, словно их сдул ураганный ветер.

На этом ничего не закончилось. С Джины первой спал паралич. Второй получила свободу Эйдафедель. Затем освободились Гарри и Спутник. А потом в помещении резко погас весь свет.

Глава 19

Погасшее освещение не стало препятствием для ориентации в пространстве. У Джины вновь заработала нейросеть, благодаря чему та подключилась к скафандру и на основе его датчиков построила картину окружения. Ей на глаза вывели изображение, подменив тьму зеленоватым цветом, а живые существа обозначив в тепловом зрении красно-желто-голубыми оттенками.

Аналогичная ситуация произошла и с Эйдафедель, и с Гарри.

Единственным, кого оказалось невозможным разглядеть, был Спутник. Не являясь биологическим существом, он не имел тела и температуры. После того, как мана была уничтожена, а именно на ней базировались все чары архимага, сдерживающее Спутника заклинание перестало существовать. Он вернул себе прежнюю бестелесную форму и исчез.

Зато эльфа прекрасно видели все трое. Но и ему темнота не была помехой.

Эйдафедель вскинула плазменную винтовку и несколько раз подряд выстрелила по эльфу. Для неё это было сравни святотатству — стрельба по Древнему! Это как если бы глубоко верующий буддист начал палить из ружья по Будде. Но в этот момент она ни о чём таком не думала — её вело желание спастись и спасти детей.

Джина тоже хотела хоть что-нибудь предпринять, но её после колдовства покинули все силы. Она едва стояла на ногах, и то благодаря экзоскелету скафандра. Внутренне девочка ощущала полную опустошённость. Её чары, как и было задумано, уничтожили всю ману в помещении, в том числе и её собственную ману. В результате она осознала, что испытывал Гарри — ей хотелось прямо здесь и сейчас лечь и уснуть. К векам словно подвесили по пудовой гире.

Гарри испытывал схожие ощущения с тем, что ощущала подруга. Его организм столь же экстренно лишился маны. Это наложилось на его недавнее магическое истощение. Он не мог найти в себе силы пошевелить даже мизинцем, а мысли текли вяло, словно кисельные.

Плазменные шары бодро летели в сторону старика, но когда первый из них преодолел половину пути, внезапно с невообразимой скоростью увеличилась чёрная жемчужина-синтезатор, образовав вокруг эльфа непрозрачный кокон трёхметрового диаметра. Плазма попала в этот самый шар и бесследно растворилась в нём.

В следующий миг шар мгновенно разлетелся по помещению пылевой взвесью, окутав все поверхности, включая контуры скафандров троицы авантюристов. После этого их вновь парализовало.

Больше эльдарка не могла стрелять, лишь двигала зрачками, что её бесило и вгоняло в очередную пучину отчаяния.

Джине хотелось разрыдаться. Она подумала:

«Неужели всё зря? Я же использовала заклинание, лишила его магии, а он всё равно побеждает. Это нечестно! Ненавижу эльфов! Чтоб его Хапсиэль полюбил!»

***

В сотнях световых лет Хапсиэль чихнул и на мгновение оторвался от нанесения Мира и Любви заблудшим людям, которые погрязли в насилии рабовладельческого строя.

— Ах, какая милая девочка… — томно вздохнул он. — Но вы и сами справитесь, а мне ещё нужно немного нанести Любви и Мира нубируанцам…

Нубируанцы были с этим не согласны. Толпа вооружённых бывших аристократов, а нынче обладателей ирокезов цвета благородной седины, дрожала от ужаса при приближении мускулистого монстра с фиолетовой помадой на губах. Часть из них уже пала с отметкой в виде отпечатка фиолетовых губ на лице. Отступать было некуда. Сзади их зажимали боевые роботы, ранее принадлежавшие им. Но недавно те были отмечены фиолетовой помадой, и с тех пор несли Мир и Любовь бывшим рабовладельцам…

***

Зал внутри пирамиды Древних вновь осветило дневным светом, который истекал из потолочных панелей. В центре стоял старик, облачённый в серебристый облегающий комбинезон-скафандр.

— К-хе, к-хе… Сильно! — он со смесью восторга и недовольства смотрел на Джину, и сложно было понять, чего там больше. — Впервые вижу столь оригинальные чары. М-да-с, весьма оригинальные. Даже не предполагал существование чего-то столь безумного. Ни одному магу не придёт в голову лишать себя маны. По крайней мере, я так думал раньше. Но в качестве чар последнего шанса очень даже ничего. Ке-ке-ке! Даже жаль такой талант. В былые времена я бы взял тебя в личные ученицы, но, увы…

Он посмотрел в сторону Гарри и недовольно проскрипел:

— Ну вот-с, божок свалил… Его ты тоже знатно потрепала, девчонка. Но у меня есть ещё козыри в рукавах, — криво усмехнулся он. — После войны с орочьей поганью я взял за правило полагаться не только на магию. И как видите — это пригодилось. Отправлю-ка вас в спячку, а когда магические силы восстановятся, закончим проведение ритуала. М-да-с… Так и поступим.

Джина вновь провалилась в состояние холодного разума. Время замедлило свой бег. Она ощущала, как пыль синтезатора проникла сквозь её скафандр. Её сознание начало проваливаться в темноту. Она успела заметить, как закатила глаза Эйдафедель. Затем то же самое случилось с Гарри. Девочка лишь чудом зависла в пограничном состоянии между бодрствованием и сном. Она чётко понимала, что если всё так оставить, то это конец. Меганэль переселится в тело Гарри, после чего либо убьёт их всех, либо пустит на опыты в качестве лабораторных мышей. И неизвестно, что из этого лучше.

Джина ощутила какое-то присутствие. Словно она не одна. Она чувствовала незримую поддержку и желание совершить кое-что. Это было не её желание, а будто навеянное извне, но она поддалась ему, поскольку не видела иного выхода. Девочка отдала мысленную команду своему браслету-жемчужине.

Тотчас её синтезатор распался мелкой пылевой взвесью и растекся по поверхности её скафандра, проник внутрь тела и начал борьбу с инородными частицами синтезатора архимага. И это у него вышло на все сто процентов.

Далее Джину словно выбросило из тела. Она почувствовала себя чистым разумом. Больше она не видела окружающего мира, но нечто дарило ей понимание происходящего. Отданная команда гласила: «Уничтожить инородное воздействие и его последствия, после чего в связи со смертельной угрозой несовершеннолетнему эльфу приказываю активировать режим экстренного ускоренного обучения».

После того, как её жемчужина, которая представляет собой множество нанитов в суперсжатом внепространственном состоянии, уничтожила наниты Меганэля, они окружили свою хозяйку всем своим объёмом. В результате она оказалась в центре трёхметрового шара из нанитов. Микроботы перестроились в механизм, который сочетает в себе смесь из нескольких устройств. Во-первых, это защитная сфера, которая призвана противостоять воздействию вражеских нанитов и агрессивным средам. Во-вторых, самая продвинутая медкапсула Древних. В-третьих, мощный вычислительный прибор, который сливается с сознанием, ускоряя усвоение информации в десятки тысяч раз.

В реальности происходили сложные процессы. Сознание Джины фактически слилось с суперкомпьютером. Только так она могла подобно Древним в мгновение ока усвоить гигантские объёмы их обучающих курсов. В то же время медицинское оборудование с невообразимой скоростью отстраивало нейросвязи в её мозгу.

Для Джины всё выглядело иначе. Она вылетела на орбиту планеты. Глядя на голубой шарик, она начала понимать глубину процессов, происходящих на планете. С каждым мгновение её знание увеличивалось и углублялось. Планеты стали сменяться. Менялся их вид, размер, форма и содержание. Она повидала множество планет от карликовых каменных шариков до газовых гигантов. Узнавала всё больше об обитаемых системах и способах их создания при помощи нанитов и псионики.

Следующим этапом пошли более глобальные знания. Её сознание охватило всю звёздную систему. Она училась двигать кометы и метеориты, забрасывать их на поверхности планет, превращать их в спутники. Затем её научили перемещать планеты.

Знаний было так много, что сложно найти земной аналог. Ни один из живущих на Земле учёных не способен за всю жизнь изучить даже сотой части этих сведений. Для овладения полным объёмом данных, которые оказались в голове Джинджер, пришлось бы тысячам гениальных ученых выучить по крупице информации. Джине открывались тайны мироздания. Из чего состоит материя и энергия. Как ими управлять посредством механизмов и силы мысли. Как воздействовать на реальность. И всё это в рамках одной профессии «Инженера звёздных систем и планетоформирования».

И вот наступил момент, когда она вынырнула из экстренного обучения, усвоив профессию Инженера-планетостроителя девятого класса. И первое, что Джинджер обнаружила — перекошенное от ярости лицо-курагу архимага. Он стоял напротив. Вокруг него кружилось чёрное торнадо из нанитов, от которого отделялись щупальца, пытающиеся проникнуть сквозь защитный шар девочки.

Джина знала, что нужно делать для противостояния вражеским нанитам. По команде её наниты принялись заражать вирусами вражеских микроботов. Часть наноботов внедрилась в структуру стен и начала создавать там фабрики нанитов. В реальности это выглядело так, словно пол под ногами Джины почернел. Эта чернота быстро начала распространяться по пирамиде. Чем больше места она захватывала, тем быстрее расползалась по сторонам.

В глазах эльфа мелькнула паника. Он повторил маневр Джины. Под ним тоже образовалась чернота, словно бездна раскрыла свои объятья.

Старый архимаг, стоявший в истоках создания цивилизации Древних, не хуже Джины знал об опасности нанитов. Тут напрямую действует правило: кто первый встал — того и тапки. То есть, у кого больше наноботов, тот потенциально победитель. Он в очередной раз недооценил девчонку, за что снова поплатился. Её наниты готовы были вскоре уничтожить его, чего Меганэль допускать не собирался.

Та тьма, которая казалась бездной, на самом деле являлась чем-то похожим. Это был гиперпространственный портал, сформированный с помощью нанитов, которые выстроили из своих тел гиперпространственный пробойник. Эльф провалился в этот портал, который сразу же закрылся над его головой.

Джине понадобилось около пяти секунд на подавление оставшихся вражеских нанитов. Часть своих наноботов она отправила приводить в чувства Эйдафедель и Гарри, а другой частью перепрограммировала гиперпространственные врата. Они в тот же миг открылись для неё, и девочка нырнула в портал как была в виде большого шара.

На выходе её ожидала торжественная встреча. Меганэль ожидал чего-то подобного, поэтому подготовился — создал из нанитов несколько орудий.

Стоило шару из нанитов выйти из портала, как его обстреляли пучками нестабильных гиперпространственных сгустков.

Джина мгновенно опознала угрозу. Она вновь мыслила со скоростью и эффективностью машины: холодно и быстро. По её команде верхний слой нанитов преобразовался в защитные эмиттеры, которые сформировали вокруг неё энергетическое поле, принявшее на себя сгустки, разрывающие материю на клочки.

Краем сознания она отметила, что они находятся на поверхности обитаемой планеты, схожей с Землёй.

Не дожидаясь, когда архимаг просадит защиту, она внутри самого шара сформировала гиперпроственный портал и перенеслась на тысячи километров на безжизненный спутник планеты. Тут же она выпустила нанитов в грунт. Те начали расползаться по поверхности спутника чёрной массой, которая с каждым мгновением набирала скорость.

Часть нанитов создала гиперпространственную глушилку, а часть превратилась в небольшой космический корабль. Совсем маленький всего на одного пассажира. Он напоминал маленький автомобильчик наподобие Смарта, к задней части которого приделали пятиметровый грузовой отсек от микрофургона. В последнем расположены двигатели и реактор.

Забравшись в минизвездолёт, Джина рванула прочь от планеты. Шар из нанитов уменьшился и занял место на браслете в виде жемчужины. Открыть гиперпространственный портал больше не представлялось возможным, поскольку заработала её глушилка. За её спиной поверхность спутника продолжала покрываться чёрной бурлящей массой.

Меганэль почувствовал что-то плохое. Он на поверхности планеты попытался создать портал, но не преуспел в этом. Тогда он наделал оборудования, и с его помощью выяснил, что на «Луне» находится глушилка. Это ему не понравилось. Очень сильно не понравилось, даже напрягло. С его точки зрения девчонка продемонстрировала запредельный уровень управления синтезатором.

Он не стал создавать отдельный звездолёт. Вместо этого окружил себя массой нанитов и переделал их поверхность в антигравитационные двигатели. В тот же миг он быстро взлетел, и вскоре оказался за пределами планеты. Используя гравитацию планеты, он всё сильнее ускорялся, под конец набрав скорость в половину от световой. Компенсаторы не давали почувствовать перегрузок, а система жизнеобеспечения не давала задохнуться.

На ходу эльф формировал датчики, необходимые для звездолёта, добавил двигатели, кабину, кресло.

Датчики звездолёта Джинджер обнаружили десятиметровый чёрный шар, поднявшийся в космос с поверхности планеты. Тот быстро набирал скорость, его корпус потёк, вытягиваясь в овальную форму.

«Пора! — злорадно подумала она».

В то же мгновение, получив от неё сигнал, масса нанитов на поверхности спутника одномоментно преобразовалась в генератор сингулярности и выдала импульс. Моментально треть спутника, которую успели сожрать наниты, превратилась в маленькую чёрную дыру.

Заметив это, Меганэль выпучил глаза. Он мог бы запросто получить приз за самые выпученные глаза в мире. Ему не хватило филологических навыков, чтобы выразить всю глубину испытываемых чувств по отношению к девчонке, которая использует в качестве оружия чёрные дыры. Такого не могло прийти в голову даже самым отбитым на всю голову его коллегам-архимагам. Он и сам подумать не мог, что кто-то способен пойти на подобный шаг — создать сингулярность в пределах звёздной системы с пригодной для жизни планетой. Мало того — возле той самой планеты — родного мира эльфов.

Планетарный спутник в считанные секунды провалился внутрь сингулярности, и та подобно мощному пылесосу продолжила засасывать в себя окружающее пространство. Вскоре она начала поглощать планету. Но что самое ужасное для старика-эльфа — его кораблик попал в поле действия сингулярности. Ему немного не хватило, чтобы выбраться. Двигатели не помогли, антигравитационные тоже, поскольку их мощности оказалось недостаточно, даже если преобразовать в них большую часть массы нанитов.

А вот кораблик Джины отлетел достаточно далеко, чтобы его не засосало в чёрную дыру.

Но Меганэль не собирался сдаваться. Он привык бороться до последнего, хватался даже за самую маловероятную возможность выжить любой ценой. Конечно, сингулярность, это ужасно, особенно если тебя туда засасывает, но тут имелись и плюсы. Гиперпространственная глушилка больше не работала в связи с её разрушением. Поэтому эльф пустил почти все ресурсы нанитов на создание гиперпространственного перехода, в который с облегчением провалился.

На месте выхода из портала он поспешил сбросить наниты и дать им команду размножиться. Как только накопилась минимально необходимая масса, он тут же создал ещё один портал, затем ещё, и ещё, и… Так он скакал не меньше сотни раз, до мокрой тоги опасаясь преследования со стороны девочки. У него развилась фобия на маленьких полуэльфийских девочек-волшебниц и на фиолетовый цвет.

— Ну нахрен! Чтобы я ещё вернулся туда-с? Да ни за что! Нужно залечь на дно, дождаться восстановления магических сил и попробовать открыть портал в одну из старых колоний. Или вообще куда угодно открыть портал, только подальше от этого мира…

Джинджер поняла, что упустила архимага. Из-за этого она выпала из состояния холодного разума и её накрыла волна эмоций. Она с ужасом осознала, что натворила. Уничтожила целую планету. И ведь чёрная дыра на этом не остановится — она поглотит вначале всю систему с её звездой, затем начнёт затягивать соседние системы… Это следовало срочно исправить, пока не стало поздно.

Холодный разум был признан девочкой страшным оружием. В этом состоянии она действовала с максимальной эффективностью, не считаясь с потерями и нормами морали. Нужно уничтожить планету? Легко. И плевать в тот момент ей было на то, что там могут жить миллиарды живых существ. Она надеялась, что хотя бы людей там не было.

Долетев до ближайшего крупного астероида, она отправила в его сторону жемчужину. В считанные минуты астероид превратился в массу нанитов, после чего был преобразован в корабль-камикадзе.

Жемчужина вернулась к владелице, просочившись через борт её маленького звездолёта. А корабль-камикадзе полетел прямиком к чёрной дыре. Стоило ему попасть в поле притяжения сингулярности, как его окружил защитный энергетический экран. Он продержался ровно столько, чтобы хватило быть засосанным в сингулярность, после чего активировался мощнейший многокилометровый генератор гиперпространственной нестабильности. В результате пространственными возмущениями чёрную дыру разорвало на куски, превратив в кучу разлетевшихся по системе астероидов.

Джина до этого момента сидела в напряжении в своём крошечном звездолёте, скрестив пальцы на обеих руках. Когда же чёрная дыра прекратила своё существование, девочка с облегчением выдохнула. Но затем она тяжело вздохнула и преобразовала звездолёт в голубое платье.

— Мусор за собой следует убирать…

Космос ни до, ни после не наблюдал подобной картины. Маленькая девочка с лавандовой шевелюрой переместилась в поле астероидов и начала изображать из себя дирижёра. По её команде астероиды начали собираться обратно в планету. Сначала появилось ядро, затем мантия. И так слой за слоем выросла планета. Её поверхность атаковали ледяные астероиды, наполняя океанами и раскручивая планету вокруг своей оси. Вскоре планета была готова, а Джина продолжала дирижировать, создавая на этот раз спутник.

Оглядев результат своих трудов, она с облегчением выдохнула.

— Не идеал, но сойдёт. Почти как было. А животные… сами появятся через миллиард-другой лет…*П*А

Глава 20

Джина вернулась в пирамиду тем же способом, которым её покинула. Там она не обнаружила ни Гарри, ни Эйдафедель.

Логично рассудив, она пришла к мысли, что её спутники отправились на борт десантного бота.

Она могла бы переместиться на поверхность планеты порталом, но вместо этого отправилась наверх пешком. По пути Джина насобирала коллекцию из нейросетей, синтезаторов и медкапсул. Все габаритные устройства она помещала в суперсжатое состояние, отчего они помещались в карманах.

Стоило ей выйти из пирамиды, как сразу же открылся вид на хищные обводы десантного бота эльдарского производства. Не прошла она и пятидесяти метров, как бот откинул аппарель и с неё сбежал Гарри.

— Джина, ты жива! — с облегчением воскликнул он.

— Ага, — устало вздохнула она.

— Что с архимагом?

— Сбежал, — грустно опустились плечи Джины.

— Ну и ладно. Главное, что ты в порядке. Я за тебя сильно переживал. Ты моя единственная подруга.

Слишком многое случилось. Раздражение изрядно накопилось, отчего Джина не смогла сдержать ехидства:

— А если бы была не единственной, ты бы так не переживал? Если есть запасные друзья, то о Джине можно не переживать?!

— Нет! Нет, что ты… — растерялся Гарри. — Я не это имел в виду. Просто… Эм… Ты мне дорога. Я боялся тебя снова потерять. Джи, а почему ты в платье, а не в скафандре?

— Потому что плевать, в чём я, если меня окружает скафандр из силовых полей. Я в этом платье в космосе летала. Нравится?

— Симпатичное, сиреневое… Мне нравится.

— Мне тоже. Эйда в норме?

— Она потеряла сознание, но в целом с ней все в порядке. Пятнадцатая, оттого выносливость у неё не та, что у нас. Я и сам сейчас бы вырубился, если бы не ожидал твоего возвращения.

— Идём, Гарри, — Джина продолжила путь к боту. — Нужно доставить Эйду на звездолёт. А потом сразу возвращаемся домой. Меня уже тошнит от космоса и приключений.

— Меня тоже, если честно, — Гарри еле переставлял ноги, загребая стопами грунт, — но домой не хочу… Я не знаю, что случилось со Спутником. Боюсь, меня батя за него прибьёт.

— Нормально всё с твоим Спутником, — хмыкнула Джина. — Гарри, ты ведёшь себя как ребёнок.

— Джи, с чего ты взяла, что со Спутником всё хорошо?

— Он помог мне. Иначе я не могу объяснить, как так вышло, что я усвоила весь обучающий курс, который рассчитан на несколько тысячелетий. Следовательно, с ним всё отлично. Если честно, я плохо разбираюсь в божественных «сучностях», но у меня есть гипотеза.

— Какая? — навострил уши Гарри.

— Я думаю, что наши приключения не были случайными. Помнишь, Меганэль упоминал чары, которые подстраивают череду случайностей, в результате которых к нему должен был прийти бессмертный донор?

— Ага, помню, — передёрнул мальчик плечами и зябко поёжился.

— Я считаю, что твой Спутник может то же самое без всяких чар. И он изначально подстроил всё наше приключение, и чтобы оно закончилось удачно. Поэтому, какой бы тавтологией это ни звучало, когда он рисковал, то не рисковал, поскольку изначально подстроил нашу победу… Как-то так. Надеюсь, звучит не совсем бредово?

— Э-э… — Гарри ненадолго подвис. — Я в высшей магии не очень, но, наверное, ты права. Только зачем Спутнику это нужно?

— Для ответа на этот вопрос ты должен ответить мне: о чём ты мечтал, Гарри?

— Я мечтал найти лучшего друга — спутника на всю жизнь. А как это тебе поможет, Джи?

— Как я и думала, — вздёрнула подбородок Джина. — Элементарно, Гарри. Ты мечтал о друге. Но ты слишком могучий, чтобы дружить с обычной пятнадцатой или даже семнадцатой. Крепкая дружба может быть между равными. Мы же с тобой были в разных весовых категориях. Теперь же я круче. Возможно, со временем и ты станешь круче. В общем, можно сказать, что мы стали на равных и теперь можем дружить без оглядки на наши силы, статус и прочую ерунду. В общем, как-то так.

Гарри изрядно загрузился. Переварив информацию, он обратился к подруге:

— Джи, ты хочешь сказать, что это всё Спутник подстроил ради меня?

— Почему нет? — пожала она плечами. — Если бы я была богиней, то тоже выполнила бы желание сына друга. Или кем он там приходится твоему отцу?

— Я и сам не понимаю. Наверное, они напарники или вроде того.

Поднявшись на борт бота, Джина сразу направилась в рубку управления. Как и ожидалось, там она обнаружила в кресле пилота бессознательную Эйдафедель.

Девочка поспешно развернула одну из медкапсул Древних. С её браслета сорвались микроботы, которые трансформировались в миниатюрные антигравы. Они облепили тело эльдарки.

Невооружённым взглядом невозможно было разглядеть наниты и даже устройства, сформированные из них. Со стороны это выглядело так, словно Джина использовала телекинез для того, чтобы переместить остроухую спутницу в медкапсулу. На самом деле телекинезом она тоже владеет, поскольку эта отрасль псионики вместе с кучей других кинезов входит в обучающий курс инженера-планетостроителя. Но она так умаялась за этот день, что прилагала усилия, чтобы не заснуть на ходу. Магическое истощение давало о себе знать.

— Гарри.

— Что? — друг держался поблизости, хотя его даже с большей силой, чем Джину, клонило в сон, ведь он не прошёл восстановительное лечение в имитации медкапсулы Древних.

— Открывай свой чёртов портал — меня уже тошнит от этого мира и хочется поскорее упасть в свою кровать.

— Секунду… Эм. Джина, а как же твоя Эйда?

— Ты не понял? — губы Джины снисходительно изогнулись.

— Что я должен понять? Джи, не говори загадками.

— Эйда была с нами не ради нас, — Джина скорчила скорбную мордашку. — Она разведчица цивилизации эльдаров. Разведчики ищут полезную для своей страны информацию. Ей был интересен ты, Гарри, и твой отец, как представители неизвестной цивилизации. Ей были интересны артефакты Древних, из-за чего она затащила нас в эту пирамиду. Ей были интересны знания Древних в моей голове. Но ей неинтересны какие-то там манкеи, которыми мы с тобой для неё являемся.

— Но она была с нами доброжелательна и хорошо к нам относилась.

— Конечно! Это естественно, Гарри! Ты прям как ребёнок. Неужели поверил в её игру?

— Поверил, — по-хомячьи надул щёки Хоггарт.

— Ничего, — Джина успокаивающе накрыла тыльную стороны правой ладони друга своей ладонью, — я тоже поверила, пока нейросеть эльфов не прочистила мне мозги. Сейчас мне очевидно, что это всё игра. Хорошая игра, достойная Оскара. Но, Гарри, Эйде триста лет — она почти в тридцать раз нас старше. Думаю, когда нам будет по триста, мы тоже сумеем обмануть пару детишек… Хе-хе-хе!

— Я не ребёнок! — засопел Гарри, но хитрая улыбка выдавала наигранное притворство, он сам едва сдерживал улыбку, хотя не понял сути смеха подруги. — Что смешного?

— Я подумала, что ты прав — Эйду стоит доставить на звездолёт, лишь после этого возвращаться домой. И ещё… Я ни разу не управляла космическим ботом…

— Нет! — в глазах мальчика поселился ужас. — Ты же не серьёзно?

— Почему нет?

Джина с уверенностью заняла место в кресле пилота. Чтобы взбодриться, она активировала медицинскую поддержку. Её тело получило дозу стимуляторов, после которых сон как рукой сняло.

— Но у тебя же нет изученной базы знаний пилота, — с надеждой во взоре пробормотал Гарри.

— ПФ! Всего-то? — с её браслета сорвалось чёрное облако нанитов, которое тут же всосалось в панель управления ботом. — Всё — я взломала искин.

— Нет, — попятился Гарри, испуганно выпучив глаза.

— Да.

— Нет! — упёрся он кормой в стену и мотнул головой. Его резко взбодрило без посторонней химии.

— Да! — хищно изогнула губы Джина, кладя руки на приборную панель.

Из панели выехали два джойстика ручного управления, при виде которых сердце Гарри ухнуло в пятки, а глаза стали квадратными.

— НЕТ-НЕТ-НЕТ! Джи, ты же не умеешь пилотировать космические аппараты!

— Пф! Чего тут уметь? Два джойстика и две кнопки, прямо как в игровых автоматах в торговом центре. Ни тебе руля, ни педалей, ни коробки передач. Вокруг лишь воздух, а дальше космос. Никаких зомби под колёсами и перебегающих шоссе фонарных столбов!

— Но… — глаза Гарри бегали от испуга. В нём ещё сильны были воспоминания о поездке в автомобиле под управлением подруги. Он пытался подобрать аргументы, чтобы отговорить ее: — Но ты же боишься летать!

— Боюсь, но только верхом на мальчиках-ангелах, а это же десантный бот.

— Но… — Гарри озарило. Ему казалось, что он придумал неоспоримый аргумент: — У бота же есть автопилот! Джи, тебе совсем необязательно пилотировать его вручную. Бот сам прекрасно справится.

— Пристегнись!

По блестящим хулиганским глазам подруги Гарри понял, что спорить бесполезно. Она уже всё для себя решила. Он поспешил добежать до свободного кресла и начал судорожно пристегиваться всеми ремнями безопасности. При этом он прикрыл глаза и беззвучно зашептал молитву Спутнику о спасении.

Бот резко дёрнулся, словно его подбросило катапультой. Желудок Гарри устремился к горлу. Мальчик до безумия обожал полёты, жизни без них не представлял, но именно в этот момент внезапно осознал, что он любит не все полёты. До него дошло, что он не любит передвигаться на любом транспорте под управлением Джины.

Услышав безумное хихиканье с её стороны, он приоткрыл левый глаз и скосил в её сторону, стараясь не смотреть на обзорный монитор.

— Хе-хе-хе! — весело выдала она. — Первая муха об стекло размоталась. Торжественная! Надо бутылку шампанского об это место бахнуть!

***

Джина и Гарри доставили Эйдафедель на борт её звездолёта.

За Джиной летела чёрная медкапсула. Гарри покидал десантный бот на дрожащих ногах с волосами, торчащими во все стороны, как у безумного учёного.

— Чтоб я ещё летал с тобой… И ездил… И плавал!

— Нормально же долетели, — на лице девочки застыла довольная улыбка. — Стресс сбросили… Мама говорит, что стресс вреден для человека, и от него нужно избавляться.

— Стресс? — повысил голос Гарри. — Теперь это так называется? А как ты своей ушастой тётке будешь объяснять дырку в ангаре и поломанный бот?

— Этого не понадобится, Гарри. Мои наниты уже всё починили. Эйда ничего не заметит. А если видеозаписи посмотрит — это её проблемы. И вообще, мы с ней не будем объясняться, а сразу отправимся домой, как и договаривались.

— Но, Джи, ты же говорила, что ушастая тебе жизнь спасла. И это она тебе поставила сетку Древних. Разве ты ей не благодарна?

— Благодарна, — Джина установила медкапсулу с пациенткой в медотсеке. — Очень даже. Но она и так получила больше, чем могла мечтать. Во-первых, я тоже ей спасла жизнь. Во-вторых, мы подарили ей целую пирамиду Древних, битком набитую крутыми артефактами. В-третьих… я активировала автоматическую программу перестройки генома по образцу Древних для того, чтобы Эйде установилась эльфийская сетка. Пусть она будет с урезанным функционалом, а не как у меня для магов, но ей и этого хватит. Это как минимум увеличит ей срок жизни раза в три и доведёт местное мерило интеллекта до двойного максимума.

— Оу… Тогда молчу, — поднял руки Гарри. — В родной мир?

— Да… — Джина нахмурилась и через мгновение громче добавила: — Нет!

— Так ты определись: да или нет?

— Нет. Сначала в мир моей двойника.

— Окей, как скажешь.

Пожав плечами, Гарри открыл портал. Джина на прощание задержалась взглядом на медкапсуле Древних.

— Прощай, Эйда. И спасибо тебе за всё.

Гарри на этот спич закатил глаза, но смиренно дождался, когда подруга шагнёт в портал, затем последовал за ней.

Они оказались на заднем дворе роскошного коттеджа из красного кирпича. Зелёная лужайка, зона для барбекю с печным комплексом, выложенным из жёлтого шамотного кирпича, шезлонги, установленные в тени раскидистого дуба.

В одном из шезлонгов возлежала с книжкой в руках рыжеволосая Джина Джинджер в коротких шортах и топике. Услышав шаги и шорох травы, она опустила книгу. Её глаза широко распахнулись. Девочка вскочила с шезлонга, но книгу не бросила, а аккуратно закрыла и зажала под левой подмышкой.

— Опять вы! — уставилась она на Джину. — Я тебя не узнала бы без твоего дружка, — поджала она губы в стиле строгой училки. — Красить волосы в твоём возрасте нельзя.

Джина ухмыльнулась и вздёрнула подбородок.

— Это мой родной цвет, глупышка. Генетическая коррекция — слышала о таком? Плюс три тысячи лет к продолжительности жизни. Так что зря ты отказалась пойти с нами.

— Ой, только не надо мне этого вранья! — закатила глаза местная Джинджер. — Думаете, я поверю в такую чушь? Зачем вы опять ко мне пришли?

— Конечно же, за конспектами, — ухмыльнулась Джина.

— Я же сказала, что никому не даю… — она замолкла и расширившимися глазами уставилась на свои тетради, которые прилетели из открытого окна её комнаты со второго этажа коттеджа.

Джина, которая с редкой иномировой расцветкой волос, вытянула руку. Над её ладонью зависли тетради, которые прямо на глазах раздвоились. Один комплект упал ей на ладонь, а оригиналы полетели обратно в комнату.

— Динамо! — фыркнула обладательница эльфийской нейросети, надменно глядя на двойника. — Никому не даёт она, понимаешь… Да кто такую дурочку будет спрашивать? Зажмут в углу и… спишут конспекты!

— Магия… — с восторгом прошептала местная Джинджер, не обратив внимания на слова двойника. — Но разве на каникулах волшебникам можно колдовать?

Гарри надоело изображать из себя статую. Он фыркнул и ответил ей:

— И кто магу запретит колдовать? Посмотрел бы я на этого человека. Чтобы ты знала — мага от сотворения чар может остановить лишь магическое истощение. И вообще, Джи не использовала чар.

— Не использовала? — удивлённо протянула местная Джина. — Вы меня за дуру не держите! Тетрадки сами по себе не летают.

— Пф! Тебя за неё не нужно держать… — саркастично протянула Джина-инженер. — Это была продвинутая технология, если что. Миниатюрные нанороботы выстроились в антигравитационные двигатели и доставили мне конспекты. Затем они скопировали молекулярную структуру тетрадей вместе с чернилами. В качестве основы использовали окружающую материю. Там же в основном углерод, водород, кислород и минимальное количество иных примесей. Гарри, нам пора домой, хватит пялиться на мою тупую и жадную версию!

— А? Ты мне? — прекратил он сравнивать двух девочек.

— А ты видишь тут ещё одного Гарри?

— А-а… Хорошо.

Взмахнув рукой, он открыл очередной портал. Джина с видом властной собственницы прижала к груди конспекты и схватила мальчика за локоть, после чего потянула его в портал. Напоследок она обернулась к своему ошарашенному двойнику и показала ей язык.

Они вышли из портала на похожем заднем дворе. Он отличался в худшую сторону высокой травой, которую давно не стригли. Печной комплекс покрылся толстым слоем пыли, как и шезлонги.

— Га-а-рри…

— Что?

— Это точно наш мир?

— Точно, — без сомнений кивнул он.

— Что-то не похоже. Когда я покидала его, то тут всё было так же красиво, как в мире моей двойника.

— Так ведь полтора месяца прошло.

— Мистер Хоггарт! — блеснул сталью суровый взор Джины.

Гарри поёжился.

— Ну что не так?

— Ты же говорил, что можешь вернуть нас в прошлое, а вернул в настоящее.

— Упс! Джи, ты не говорила…

— Очень даже говорила. Я могу не только дословно воспроизвести наш тогдашний диалог, но и вывести его запись с нейросети.

— Но это когда было, — смущённо почесал шрам мальчишка. — Перед отправлением ты сказала, что просто хочешь портал, вот я… И вот.

— Так, а ну давай отправляй нас назад в прошлое! — упёрла она руки в бока.

— Эм… Джи…

— Я почти двенадцать лет Джи!

— Джи, я не могу. Машина времени так не работает. Вот если бы мы сразу вернулись в прошлое этого мира…

— Ну всё… — печально опустились плечи Джины. — Родители меня убьют.

— Ой, не драматизируй, максимум сладкого лишат.

— Сказал мальчик, который боится возвращаться домой, — устало огрызнулась Джина. — Так, раз ты виноват в этом, то как порядочный мальчик примешь огонь на себя.

— Да я не против. А что нужно делать?

— Подтвердить мои слова. Шок — лучшее оружие. Идём.

Стоило им зайти в дом через задний ход, как на шум из кухни выглянула настороженная чета Джинджер. Родители застыли как вкопанные. Их челюсти грозились пропахать борозду в дубовом паркете, а глаза собирались сбежать из орбит.

Дочка сходу атаковала их скороговоркой:

— Мам, пап, это Гарри — он мой жених. Мы только что вернулись из медового месяца. Я знала, что вы будете против, поэтому мы сбежали из дома.

— Э-э… — единственный звук, который сумел выдавить из себя выдавить мистер Джинджер.

Миссис Джинджер ничего не сказала. Её ладони разжались, после чего на пол с грохотом рухнула клюшка для гольфа, в которую она до этого крепко вцепилась. Женщина покачнулась. Муж поддержал её.

— Как жених? — охрип он от шока.

Гарри и сам задавался таким же вопросом, изумлённо вытянув лицо и широко распахнув глаза.

— Шутка! На самом деле мы с Гарри просто друзья. Мы провалились в параллельный мир, и только недавно смогли оттуда выбраться. А всё из-за школьных хулиганов, которые испортили мои конспекты. В общем, надеюсь, вы не сильно переживали? Я бы вернулась раньше, если бы не космические пираты. Ой, мам, а чем это так вкусно пахнет?

Родители пытались переварить поток пулемётной речи дочери, которая сильно изменилась за лето. Иные цвет волос, прическа, рост, телосложение, форма ушей. Тем не менее, они узнали свою дочь и ни капли не сомневались в том, что это она.

Первым очухался глава семейства. Мотнув головой, он начал:

— Дочка, мы с мамой рады, что ты жива и здорова. Мы уже думали самое худшее, будто у нас больше нет дочери. Пройдёмте на кухню. Там за чашечкой чая вы нам всё спокойно объясните.

— Отлично, па! Мы как раз жутко хотели чая…

За чаем Джина поведала родителям о своих похождениях, утаив много опасных для жизни моментов и сглаживая углы. Естественно, взрослые люди до последнего не верили в этот бред, пока их дочка не распечатала пару медкапсул и не провела над родителями ряд процедур: изменила им ДНК для продления жизни и установила эльфийские нейросети. После такого сложно не поверить бредовому рассказу деток.

Гарри остался ночевать в гостевой спальне коттеджа Джинджеров.

Утром обновленная семья Джинджер и их гость собрались за столом в просторной кухне. Мистер и миссис Джинджер стали стройнее, у них заострились кончики ушей и они скинули лет по десять. Раньше они выглядели на свои тридцать пять, но сейчас им вряд ли кто-нибудь дал бы больше двадцати пяти лет. Ни намека на морщины, обвисшую кожу на подбородке и отвисшую грудь, но последнее относится к миссис Джинджер.

Взрослые сильно переживали, но старались скрывать волнение. Они никак не могли смириться с тем, что приключилось с их дочерью. Но будучи интеллигентными людьми, они старались держать себя в руках. Слишком многое на них свалилась за последние сутки. Одно их безмерно радовало — их деточка жива.

— К-хм… — нарушил неловкую тишину мистер Джинджер. — Джина, дорогая, мы с мамой думали, что ты погибла или же тебя похитили бандиты.

— Я понимаю, — не отрывала стыдливого взора от своей тарелки она.

— Так вот, моя сладенькая, — продолжил отец, — учиться, конечно, нужно, но не доводи это до фанатизма. Есть большие ценности, чем чернила в тетрадках. Когда ты пропала, мы с мамой себя ужасно чувствовали. Пообещай, что в следующий раз будешь более осмотрительной.

— Хорошо, па.

— Доченька, — пустила слезу её мать, — больше не делай так. Подумаешь, конспекты… Всегда можно найти информацию в учебниках. И вообще, плевать на учебу! Нам главное, чтобы ты была жива и здорова.

Семейную идиллию прервал резкий стук в дверь. Мистер и миссис Джинджер переглянулись. Отец семейства встал из-за стола.

— Посмотрю, кто там.

Через некоторое время он крикнул из гостиной:

— Джина, Гарри, идите сюда.

Дети переглянулись. Гарри пожал плечами.

— Пойдём, Джи?

— Конечно.

Следом за детьми отправилась и миссис Джинджер. В гостиной они обнаружили сурового вида высокую даму с собранными в строгий пучок тёмными, припорошёнными сединой волосами, в овальных очках и строгом зелёном платье.

Она неодобрительно смерила взглядом причёску девочки. При виде парящего браслета её зрачки за стеклами очков увеличились в размере.

— Джина Джинджер, полагаю, и мистер Гарри Хоггарт?

— Да, мэм, — подозрительно прищурилась Джина. — А вы кто?

— Я заместитель директора школы магии, чародейства и волшебства Кабан. Вы оба являетесь волшебниками и приглашены на учёбу в нашей школе. Отказываться не рекомендую — власти не любят необученных магов.

Она тут же достала волшебную палочку и превратила журнальный столик в свинью.

Заместитель директора была шокирована тем, с каким спокойствием взирали на это действие родители девочки, которые по идее должны быть простыми людьми. Какие же они простые, если у их дочери имеется явно волшебный артефакт?

— Итак, я жду вашего положительного решения, — она вручила детям по пригласительному письму.

— Гарри, ты как? — посмотрела на друга Джина.

— Прикольно, — вертел он в руке письмо. — Но я поступлю так же, как ты решишь.

— Окей, — перевела девочка взор на даму. — Мы согласны. Мэм, а у вашей школы есть страховка от несчастных случаев?

— А? Что? — дама не поверила своим глазам и протёрла очки. Обычно юных волшебников из обычных семей приходится долго уговаривать, но ещё дольше приходится убалтывать их родителей. Тут всё пошло в разрыв всех шаблонов. — Какая страховка? От чего? Зачем?

— Например, от падения метеорита, нападения древнего архимага, прилёта космических пиратов, пришествия демонических орд, — начала загибать пальцы Джина. — От зомбиапокалипсиса и…

— Ох и шуточки у молодежи, — недовольно поджала губы заместитель директора, перебив девочку. — Ничего такого нам не нужно. Наша школа магии лучшая в мире. Это самое безопасное место в Великобритании.

— Плохо, — покачала головой Джина. — Очень плохо, что у вас нет страховки… Но мы с Гарри согласны у вас учиться. Мне не помешает изучить бытовые чары… А насчёт страховки вы всё же подумайте, раз нас пригласили!

***

Семь лет спустя

Весь преподавательский состав школы магии Кабан со слезами радости на глазах провожал парочку самых ужасных учеников за всю тысячелетнюю историю школы.

Профессор Злодеус смахнул слезу счастья.

— Наконец, эти исчадия закончили обучение.

— Не думала, что соглашусь с вами, коллега, но тут вы правы, — из груди заместителя директора вырвался вздох облегчения. — Восемь раз нам пришлось перестраивать школу. Восемь раз! Бедные преподаватели, которые заработали нервный тик…

— А то я не знаю, — голос Злодеуса сочился сарказмом. — Кто для них галлонами варил успокаивающие зелья?

— А зверушки? — смахнул платком-простыней слёзы преподаватель магической зоологии, трехметровый бородатый гигант. — Изверги! То цербера гоняют за тапочками, то василиска мучают, перекармливая барашками… Между прочим, редкий реликтовый вид, а они ему несварение желудка устроили! То геноцид гигантским паукам устроят. То дракошек… этих прелестных невинных созданий…

— Пятитонные машины смерти, — тихо пробормотал Злодеус. — Бронированные летающие танки…

— Вот-вот, — высморкался в простыню гигант, — этих невинных созданий гоняют по округе, запряжённых в телеги! Изверги!

— А ничего, хорошие ребятки. Жаль, что уезжают…

Все преподаватели обернулись к красавчику-завхозу и его сногсшибательной спутнице, на талии которой он по-хозяйски держал руку. Если бы не кошачьи ушки на голове и пушистый хвост, её можно было бы принять за шлюху в миниюбке и коротком топе с элементами кошкодевочки из секс-шопа.

Злодеус заскрипел зубами от злости и зависти. Почему не ему досталось такое счастье, а этому мерзкому завхозу, который даже магом не является?

Морды преподавателей скривились, словно от стакана лимонного сока. Весь мужской коллектив чёрной завистью завидовал завхозу. А женский коллектив завидовал суккубе.

— Такие милые детки, — грустно вздохнул завхоз.

— Ещё бы для вас они не были милыми, — плюясь ядом, прошипел Злодеус. — Мне до сих пор интересно, Флитч, что вы им такого предложили, отчего они вам вернули молодость, силу и красоту, ещё и суккубу подарили?

— Секрет, — рука Флитча опустилась на попку спутницы. Он ущипнул её за полукружие. — Да, миссис Сиррон?

Суккубочка-неко радостно взвизгнула и плотно навалилась пышной грудью на плечо хозяина.

Злодеус от зависти ещё сильнее заскрипел зубами.

— Вы единственный, Флитч, кому нравятся эти исчадия! — прошипел он не хуже змеи.

— А чего б нет? — пожал завхоз плечами. — Хорошие детки. И ремонт в школе благодаря им сделали.

— Ремонт?! — рассвирепела замдиректора. — Скорее уж, мы заново перестроили школу несколько раз! А директор Шмель? Вам его не жалко? Он каждый год стабильно ложился в магическую клинику на длительное лечение нервного срыва, а вместе с ним туда же ежегодно попадал очередной преподаватель магической самообороны.

— Я слышал, — подал голос карлик-преподаватель, — что бывшие учителя самообороны с директором организовали анонимный клуб.

— Да вы что, коллега? — бросил на него заинтересованный взгляд Злодеус. — Что за клуб?

— Клуб Огненной курицы и Черепной змеи. Они собираются по выходным лечить нервы спиртным, и главное, подальше от места нахождения исчадий, к примеру, на необитаемом острове или на Северном полюсе.

— Хватит! — рявкнула замдиректора. — Хватит их обсуждать! Не зови лиха, пока оно тихо. Не дай Мерлин они вернутся…

Аргумент оказался убойным. Все замолкли. Лишь завхоз с грустью смотрел вдаль. Но недолго. Вскоре он подтолкнул свою сексапильную спутницу в сторону подземелий. Там их дожидались цепи и прочие секс-игрушки.

На глаза замдиректора попался ушастый карлик в дорогой ливрее, который метелкой смахивал с доспехов пыль. При виде него её лицо перекосило.

— Исчадие… Ещё и этим зарплату платить! Вот чем тебя их рабское положение не устроило? А мне теперь бюджеты изыскивать и, подумать только — соблюдать трудовые права домовиков!

Content

Джина Джинджер и утерянные конспекты

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20