Алексей Акданин

Взлет Коршуна 2

* * *

Глава 1

Солнце лениво тащилось по светло-голубому, с редкими вкраплениями кучевых облаков, небу. Его свет падал на неопрятно черную, местами заметенную снегом, землю, на нелепо голые без своей листвы деревья, на замерзшие в стеклянно-белый лёд лужицы и, конечно же, на людей — этих вечно беспокойных, суетящихся двуногих букашек.

На относительно небольшой территории города этих самых людей в одинаковой экипировке скопилось подозрительно много.

Моложавый азиат средней комплекции в чёрном противоосколочном костюме убрал компактный цифровой бинокль от глаз и чётко произнес в гарнитуру.

— Это папа-панда! Папа-панда! Всем группам! Начали!

И тут же послышались звуки громких хлопков, как будто разом взорвали несколько петард, но это были совсем не петарды. Высокий глухой железобетонный забор, огораживающий большую территорию, обзавёлся несколькими прорехами.

В проломы шустро ныряли фигуры людей в таких же костюмах, как и у азиата, бронежилетах и со стрелковым оружием в руках. Нападающие явно игнорировали грозные надписи на информационных щитах, высящихся над забором, которые гласили, что дальше, за забором, находится частная территория.

Противно завыла сирена, вслед за ней послышались звуки выстрелов и взрывов. Операция по освобождению одного очень деятельного молодого человека началась.

По предварительным данным, на территории полигона, где и спрятали Коршунова, Олафссоны, на данный момент было всего с полсотни человек клановых сбшников. Это и боевики, и рядовая охрана, и несколько кабинетных крыс. Сергей Викторович отправил штурмовать объект шесть десятков человек и держал в резерве ещё полтора десятка. Казалось бы, очень нерационально нападать на вражескую территорию, имея практически равное количество людей. Но Ким своих вояк за прошедшие месяцы превратил в подобие спецназа со своей прежней службы и поэтому знал, что они справятся. Плюс эффект неожиданности, плюс полученные разведкой Легиона планы зданий и их внутренних помещений.

Прямо сейчас двойки и тройки бойцов врывались в здания и тотально зачищали все помещения. Всё по наработанным до автоматизма схемам. Одна-две свето-шумовых гранаты в помещение, затем внутрь ныряет пара магов с поднятыми стихийными щитами. Проверка на возможное сопротивление, затем туда же заскакивают бойцы и работают на физическое устранение противника.

Целеустремленно и неотвратимо, бойцы втекали в помещения, напоминая цепочку муравьёв, переносящих яйца из муравейника на новое место.

— Шшш… Папа-панда — медвежонку-один-четыре! Папа-панда — медвежонку-один-четыре! Прием. — Раздалось в наушнике у командующего операцией.

— Папа-панда на связи. — Отозвался Ким.

— Объект зачищен. Повторяю, объект — полностью зачищен. Пациент отсутствует.

— Что?!! — Невозмутимость азиата дала трещину. — Как отсутствует? Какого хрена?!!

После невероятно позорного инцидента с похищением Коршуна, когда сотрудники Шахова не просто потеряли охраняемого ими начальника, а прямо способствовали его похищению, Ким, очень оперативно получив данные о месте содержания Максимилиана от разведки, был уверен, что уж его парни не облажаются и выручат своего главного босса. Всё-таки настоящие кадровые военные, а Сергей Викторович Ким продолжал считать профессиональными военными себя и большинство своих бойцов, — это реальные военные. Не то, что эти охранники, экс-полицейские, следователи и сторожа, которых понабирал в свою команду Шахов.

В режиме бешенного аврала Ким собрал всех своих бойцов, из тех кого мог, и вот уже штурмующие легионеры успешно осуществили захват. Просто рекорд, ведь с момента похищения прошло всего чуть более трех часов. Но где результат? Куда делся Коршун? Ведь его точно привезли именно на этот адрес!

Бывший капитан армейского спецназа, к своему стыду, поймал ступор и элементарно не знал, что ему делать дальше.

* * *

Немногим ранее.

Боль. Дикая боль и тошнота сопровождали возвращение сознания. Правую руку пониже локтя пекло, как от огня. Я не выдержал и застонал, попытавшись рефлекторно взяться за больное место, но у меня ничего из этого не получилось — руки были зафиксированы чем-то жёстким.

— Я же говорил, что сейчас очухается! Хо-хо! — Послышался довольный грубый и прокуреный голос. — Этот коктейль и мёртвого в себя приведёт!

— Тень! — Позвал я, не раскрывая глаз. — Что произошло? Если коротко? Последнее, что я помню — это как мне позвонил Азимов во время поездки к Карякину.

— Если коротко, говоришь? — Отозвался второй Максимилиан, тот, кто жил только в моей… голове? — Если коротко, то держи! Тебя у Карякина опоили какой-то наркотической дрянью и ты отключился. Наркотик был в твоём обожаемом кофе. Видеть я ничего не мог — глаза у тебя были закрыты, так что только слушал. Тебя спустили вниз, погрузили в какую-то машину с сиреной, не знаю, может даже в «скорую помощь» или полицейский транспорт, привезли туда, куда хотели, и теперь мы — в плену. Сейчас тебе вкололи в руку средство, от которого ты пришёл в сознание. Всё. Ах да, захватили тебя Олафссоны.

— Просто отлично. Черт! И как так всё вышло?

— Хороший вопрос. Думаю, без участия твоей охраны тут не обошлось. — Задумчиво произнес Тень.

— Предательство?!! — Гнев начал накрывать меня кровавой пеленой.

Тут по моим закрытым глазам прошлась влажная губка или салфетка.

— Открывай глазёнки, мальчонка! О! Даже в рифму получилось! Гы-гы! — Снова раздался довольный голос.

— Открывай! Я же знаю, что ты уже опамятовал! — Голос построжел.

Я медленно приподнял веки. Глаза сразу же заволокло слезами от слишком яркого после полной темноты света. Сморгнул несколькими движениями век слёзы и осмотрелся, насколько это было возможно в моем положении. Мда…

Находился я в небольшой комнате, чистенькой, со светлыми стенами, оклеенными моющимися обоями. Никакой камеры с решетками, никаких стальных дверей и орудий пыток, освещенных чадящим факелом. Лежал я на кушетке, стянутый широкими кожаными ремнями на уровне груди. Ноги и руки были также зафиксированы кожаными ремнями. Кроме меня в этой комнате наблюдалось три человека: здоровый высоченный мужик в белом халате с невероятно волосатыми ручищами, волосы неряшливым пучком торчали из-под манжет рубашки и опускались до самых пальцев, также покрытых жесткими даже на вид волосами; один средней комплекции мужик в черных очках, жующий жвачку — зачем ему черные очки зимой?; и высокий сутулый тип с мутными рыбьими глазами и большими залысинами, которые блестели в свете ярких ламп дневного света.

— Он меня понимает? — Неприятным скрипучим голосом спросил мужик с рыбьими глазами у здоровяка. — Он уже в адеквате?

— Конечно же, да! — Хохотнул тот. — Можете задавать ему любые вопросы, а если он начнет запираться, то есть у меня ещё один коктейльчик! От него, правда, можно дураком стать, но это ж не нам — ему надо переживать! Понял, малой?

— Хорошо. — Проскрипел рыбоглазый. — Тогда приступим.

Он достал блокнот с ручкой и положил перед собой на обычный письменный стол. Следом достал телефон, запустил на нём диктофон и начал задавать вопросы.

— Анализ! — Потребовал Тень.

— Медик, охранник или пыточных дел мастер, и следователь. Возможно тип в очках только охранник, а здоровяк выполняет функции медика и палача в одном лице.

— Согласен. — Признал Тень. — Камеры?

— Не заметил.

— Фамилия, имя, отчество. — Лениво и безэмоционально проскрипел дознаватель.

— Отвечать или молчать? — Спросил я у Тени.

— Отвечай и будь готов работать по очень жёсткому варианту. Они тебя жалеть не будут.

— Коршунов Максимилиан Алексеевич. — Назвал я своё имя спрашивающего меня неприятному типу.

— Владение магией, стихия и ранг?

— Владею. Стихия воды. Ранг D. — Ответил я.

— Сразу предупреждаю, — Поднял на меня снулые глаза дознаватель и махнул рукой себе за спину, в сторону мужика в очках. — у Торвальда ранг В в стихии огня. Так что, давай лучше без глупостей. Не надо тут играть в героев.

— Ого! Серьёзно! — Тень аж присвистнул. — Будь очень внимателен.

Я внимательно посмотрел на невозмутимо двигающего челюстями огневика. Ну да, будь у меня ранг В в любой стихии, я бы тоже был непробиваемо спокоен. Вопрос следовал за вопросом. Пока они были безобидными: возраст, место жительства, сведения о родственниках. Я медленно отвечал, изображая слабость и заторможенность после наркоза.

— Что вы знаете о проекте «Мирный»? — Продолжал задавать свои вопросы неприятный тип, что-то черкая в блокноте.

Тут я напрягся. Вот и началось. Следом будут вопросы об акциях, их количестве и личности их собственника, то есть меня. Значит, пора. К этому времени я пару раз ускорялся, натянул и отпустил ремни, удерживающие мои руки и ноги, и понял, что в ускорении я их порву.

Рыбоглазый мужик мерзко и многообещающе ухмыльнулся.

— Почему-то я так и думал, что мы не найдем общий язык просто так. Торвальд! Подойди поближе и следи за мелким говнюком! Боря, коли свой чудо-препарат!

Он повернулся ко мне и продолжил.

— Тебя еще есть несколько секунд для того, чтобы ты передумал.

В ответ я помотал головой.

— Ну, как хочешь.

Через полминуты надо мной склонилась фигура здоровяка в мятом серо-белом халате со шприцом и вскрытой ампулой в руках. Вот он наполняет шприц содержимым, поднимает его иглой вверх, выдавливает одинокий пузырек воздуха тоненькой струйкой жидкости. Торвальд снимает черные очки и, продолжая жевать жвачку, начинает пялиться своими голубыми глазами прямо в мои. Гипнотизирует, что ли? Концентрируюсь и ускоряюсь. Рука мужика в халате, Бори вроде, замирает. Ну, понеслась!

Делаю круговое движение плечом и резко дергаю правую руку в сторону. Рука, обхваченная широким кожаным ремнем, просто выдергивает это самый ремень из крепления. Да! Получилось!

— Не расслабляйся! — Рычит в голове голос Тени.

Поворачиваюсь на левый бок, насколько позволяет стягивающий грудь ремень, и, как кнутом, бью концом ремня по глазам самого опасного для меня сейчас противника — мага. Почти сразу за этим резким движением вырываю из крепления вторую руку. Вот теперь будет полегче. Снова удар ремнем, как кистенем. Только теперь в горло мерзкому типу с залысинами. И только потом уже перехватываю ладонью шприц и бью сначала основанием кулака по запястью стоящего ближе всех медика, выхватываю из его пальцев шприц и тут же пробиваю кулаком в висок.

— Скорее! — Не унимается Тень.

Аккуратно положив шприц на кушетку, расстегиваю ремни на груди. Ножные ремни я уже порвал одновременным рывком ног в ускорении. Они оказались слабее тех, что удерживали руки. Или крепления у них оказались качественнее. Соскальзываю с кушетки и бросаю взгляд на себя. Стою босой, в одних штанах и голым торсом.

— Ааааррррр! — Слышится вопль.

Да это же маг! И тут же мимо меня пролетает огненная плеть, разрубившая кушетку и пол. Пригибаюсь низко к полу, одной рукой касаясь пола, и бросаюсь в сторону мага огня, ускоряясь. Как-то он очень быстро в себя пришел. А, нет — одной рукой он держится за лицо, ладонью полностью зажав свои глаза или, скорее, то место, где они были раньше. Выныриваю уже возле него. Ребром ладони в ускорении рублю по бицепсу его правой руки, вооруженной огненной плетью. Ух, ты! Я с неверием слежу за тем, как рука, уже без плети падает вдоль его тела, практически отрубленная, висящая на остатках мышц и кожи. Не так уж и крут оказался маг В-ранга.

— Не залипай! — Приводит меня в чувство гремящий в голове голос Тени.

Ломаю покалеченному магу шейные позвонки горизонтальным ударом ребром ладони на выходе из ускорения. Надо проконтролировать всех троих. Итак, у медика проломлен висок, у мага сломана шея. А вот рыбоглазый дознаватель еще жив. Лежит на полу, держась за горло, и пускает пену изо рта. Приседаю над ним, ускоряясь на миг, и бью кулаком в сердце. Проверяю пульс — отсутствует. Фух, вроде всё.

— Какое там всё?!! — Не успокаивается в голове Тень. — Сейчас же ищи оружие и будь готов к нападению!

Да, блин! Быстро осматриваю тела. Нахожу в наплечной открытой кобуре рыбоглазого небольшой пистолет — швейцарский Зиг-Зауэр. Незнакомая модель. Проверил магазин — на вид патронов десять-двенадцать. Калибр — на вид примерно десять миллиметров. Это какой, по западной классификации? Сороковой, вроде? Запасного магазина нет, другого оружия тоже больше нет. Не считать же за оружие малюсенький перочинный ножик, длиной в мизинец, завалявшийся в кармане у медика. Хотя его я тоже взял, и тоже положил в карман. На голые плечи накинул короткий халат медика. Больше бы подошёл свитер мага в очках, но свитер пришел в полную негодность в районе рукава.

Подышал. Передернул затвор пистолета, загнав патрон в ствол, и взялся за дверную ручку. Поехали!

Уверенно открыл дверь, как будто это кто-то из своих, и распахнул её настежь. В ускорении высочил в коридор. За дверью стоял всего один боец с пистолетом-пулемётом, висящим на ремне. Сильный прямой удар ногой в грудь и я явственно слышу хруст поломанных ребер. Изо рта сбшника выплёскивается фонтанчик крови, и он медленно сползает по стене вниз, глаза его стекленеют. Осмотрелся по сторонам — никого.

Вот теперь повоюем! Запихиваю пистолет за ремень сзади и хватаю пистолет-пулемет в руки. Да что такое? У них тут что, в Уставе прописано, чтобы они запасные магазины не носили? ПП Шило, калибром девять миллиметров, имел в магазине тридцать патронов, но это же автомат, это ж на полминуты боя максимум? А дальше что? Ладно, и так нормально, чего это я ною?

Тихим шагом я двинулся в сторону лестницы. Дверные проемы я проскакивал в ускорении, после чего замедлялся и снова осторожно крался. Вот впереди уже и желанная лестница. Я удвоил осторожность и, как выяснилось, сделал это вовремя. Снаружи завизжала сирена и почти сразу же послышались приглушенные звуки выстрелов. Что за невезение? Я быстро осмотрелся. Коридор всё еще был пуст, но это явно ненадолго. Слева от меня оставалась всего одна дверь перед лестницей, позади — весь этаж. Эх, была — не была! Врываюсь с автоматом наперевес в распахнутую дверь и практически врезаюсь в какого-то мужика. На рефлексе на миг ускоряюсь и бью его коленом в грудь. Мужика сносит с ног и тело с неестественно раскинутыми конечностями врезается в стену напротив. Быстрый осмотр. Маленькая раздевалка с несколькими узкими шкафчиками. Кроме бедолаги, лежащего сейчас на полу, в раздевалке никого нет. Быстро проверяю пульс — отсутствует. И что мне делать дальше? Окно тут только одно — узенькое и под потолком. Настолько узкое, что даже я не пролезу. Это явно полуподвальный этаж. Из коридора слышатся встревоженные голоса. Быстро бросаюсь к двери и закрываю на замок. Замок — одно название, его даже сильным толчком руки можно сломать, но мало ли? Хватаю тело неизвестного мне Олафссона и запихиваю его в один из шкафчиков. Мягко прикрываю дверцу шкафчика, и тут кто-то начинает дергать ручку двери. Чёрт! Да я аж подпрыгнул и чуть не выстрелил сквозь дверь!

— Соберись! — Потребовал Тень.

— Делать-то что? Мыслей у меня никаких! — Предъявил я претензию своему учителю-напарнику.

— Не мельтеши! Видишь, у них что-то серьезное происходит? Судя по звукам, напали на них. Пока спрячься, вон, хоть в шкафчик. Только входную дверь открой! Дальше по ситуации.

— Хорошо! — Бросил я, отпирая замок и распахивая дверь настежь.

В шкафчик я втискивался уже под брюзжание Тени.

— Медленно! Почему ускорение не применял?

— Там никого не было.

— Ладно. А то, что дверь нараспашку раскрыл — молодец! Лучше слышимость, можно хоть что-то рассмотреть в коридоре, да и из коридора вся комната просматривается, так что может никто сюда и не сунется. А теперь замри, слушай и жди момента вырваться отсюда.

И я замер. Крики, звуки выстрелов и взрывовприближались. Я сильнее сжал в руках пистолет-пулемет. Такое ощущение, что воюют уже на лестнице. Через некоторое время в коридоре промелькнуло несколько силуэтов. Я стал внимательнее всматриваться в проём. Выстрелы, ещё выстрелы. Краткое мгновение тишины. Я сильнее приник к тонким щелям в дверце шкафчика. И тут… Бабах! Бабах! Сдвоенный звук взрыва ударил по ушам одновременно с яркой вспышкой, и реальность помахала мне ручкой, унося прочь моё сознание.

Глава 2

— Вот!

На стол передо мной упал одинокий лист формата А-4.

— И что это? — Поднял я глаза на положившего его Шахова.

— Максимилиан Алексеевич! Это заявление на увольнение по собственному желанию. Считаю, что я своими действиями показал свою полную некомпетентность в качестве начальника вашей службы безопасности. Мне стыдно и горько. Мои… — тут Шахов сглотнул. — люди предали своего нанимателя и господина, я полностью несу ответственность за них, и готов понести наказание соразмерно своей вине. И поэтому вам нужен новый начальник СБ. А я — не достоин.

Святослав Олегович опустил голову и замолчал.

Ситуация и верно была очень, мягко говоря, некрасивой. В моём похищении участвовало сразу трое сотрудников охраны. Моей собственной охраны. Один из них подсыпал мне сильное снотворное в мой кофе, а затем, когда я вырубился, также как и Карякин, они и похитили меня. Для этой цели они заранее подогнали машину скорой помощи к черному ходу здания и подняли наверх складные медицинские носилки. Закинув меня на них и накрыв меня с головой ядовито-зеленой медицинской простынёй, они беспрепятственно спустили мою бренную тушку на первый этаж, вынесли к карете скорой помощи и также спокойно погрузили в машину и увезли.

К сожалению, вариант предательства сотрудниками моей же СБ, Шаховым не рассматривался совершенно, и у злоумышленников всё получилось без сучка без задоринки. И мне очень повезло, что в отличие от личной охраны, служба разведки сработала великолепно. Ну, и Ким со своими боевиками показал высший класс.

Да… Бойцы Кима сработали профессионально и не понесли никаких потерь. Зачистили всё здание, как на тренировках. Вот и в ту раздевалку, где я прятался, сначала влетела пара свето-шумовых гранат, и лишь после их взрыва внутрь ворвались люди. Как раз в тот момент, когда я, оглушенный сдвоенным взрывом, вывалился из незапертого шкафчика. Мне очень повезло, что пистолет-пулемет, который я выпустил из рук, потеряв сознание, при падении на пол не выстрелил и не отстрелил никому ничего. Бойцы «Легиона» умудрились узнать одного шустрого подростка в валяющемся на полу теле и в скором порядке транспортировали меня к эвакуационному транспорту. Говорят, Ким разве что не танцевал, когда его подчиненные приволокли к машинам тельце его бессознательного шефа.

В себя я пришел очень быстро, еще в машине. Чувствовал я себя вполне сносно, только дико болела голова. После глотка коньяка из фляги, сунутой мне кем-то из белозубо улыбающихся вояк, мне стало легче, боль утихла, и я потребовал, чтобы меня немедленно везли на базу ЧВК «Легион». Сергей Викторович рассказал, что, оказывается, похитили меня только сегодня — я же не знал, сколько я был в отключке.

По приезду на базу, туда же примчались Азимов, Назарова и, конечно же, Шахов. Вот он-то и ворвался ко мне первым и теперь стоял с покаянным видом.

Хм… Я побарабанил пальцами по столешнице. Покосился на сидящего возле стола Кима. Тот молча и невозмутимо разглядывал стоящего коллегу. Я снова перевел взгляд на своего начальника службы безопасности. Не сказать, чтобы я не был согласен со словами Шахова, но… Где мне, чёрт возьми взять другого шефа безопасности? Заменить его Кимом? Так тот стопроцентный вояка до мозга костей. Его стезя — бой и война. А что насчёт обыденной охраны, слежки, оперативной работы и т. д. Нет, не потянет Викторыч шефство. Срочно искать другую кандидатуру? Где и как? И как доверять новому человеку? Мда…

— Святослав Олегович, — Сказал я, пробежав глазами текст заявления, взятого в руку. — В произошедшем инциденте я признаю вашу вину. Мою безопасность должны были обеспечить ваши сотрудники. Вместо этого — они вступили в сговор с моими врагами и похитили меня.

Голос мой был ровным, но Шахов, казалось, съёжился от моих слов.

— Но! Ваши же сотрудники, — Тут я повернулся к сидящему Киму и кивнул на него подбородком. — исправили этот проступок, что смягчает вашу вину.

Я внимательно смотрел в лицо человека, который меня подвёл.

— Святослав Олегович! — Позвал я.

— Да, Максимилиан Алексеевич! — Поднял он на меня взгляд.

— Говорят, что за одного битого двух небитых дают. Думаю, сегодняшнее происшествие станет для всех нас уроком. Болезненным, но полезным. Вы — останетесь на посту начальника СБ. Но вы также и предпримете все необходимые действия для того, чтобы подобная ситуация никогда не повторилась! Понятно?

— Да, шэ… Максимилиан Алексеевич! — Громко сглотнул Шахов.

— Хорошо. Шах! Ты оштрафован на двухмесячную зарплату. За грубые ошибки в работе. — Я порвал форматный лист, который всё еще держал в руке. — А теперь расскажи мне, что у нас творится с отделом контрразведки.

— Максимилиан Алексеевич! В отделе…

— Называй меня, как и раньше, Макс или шеф. — Перебил я его.

— Да, шеф! Значит, отдел контрразведки у нас — самая слабая структура в службе. Контрразведку мы начали формировать в последнюю очередь, и на сегодняшний момент в нем работает всего пять человек.

— Почему так мало? — Вопросительно изогнул бровь я.

— Так ведь специалистов нет. — Развел руками Шахов. — Даже те, что есть — больше любители, чем спецы. Даже начальника этого отдела нет. Так, ВрИО. И у того всего опыта — служба в радиоразведке. А это совсем не контрразведка. Так что, если прослушать нас теперь довольно проблематично, то вот ситуации подобные происшедшей…

А вот это проблема, подумалось мне. Как-то я не задумывался о дефиците кадров. После того, как я передал «Эгиду» Шахову, а «Легион» — Киму, я перестал вникать в кадровые вопросы — других дел хватало.

— Проблему с нашей контрразведкой надо решать, и делать это нужно просто срочно. Какие есть мысли? — Поинтересовался я у своих безопасников.

Оба начальника переглянулись и промолчали.

— Да садись ты! — Махнул я рукой Шахову в сторону стула.

Тот послушно проскрипел ножками стула, пододвигая его к столу.

— Можно временно перекинуть несколько человек из отдела разведки. — Предложил Шах.

— Мысль не очень. — Поморщился Ким. — Разведка у нас сейчас работает нормально, можно сказать, даже хорошо. Если забрать оттуда людей в отдел контрразведки, то мы получим уже два плохо работающих отдела.

— Критикуешь? Тогда предлагай свой вариант. — Буркнул Шахов.

Ким ненадолго задумался. А я с интересом посмотрел на азиата. Раньше я воспринимал его немного по-другому. Считал его прямолинейным воякой, потолок которого — махать шашкой в атаке. Но его молниеносная реакция на моё похищение, отличное планирование операции по моему освобождению и толковые высказывания сегодня заставили меня поменять своё мнение о нём. Может действительно — поменять его и Шахова местами?

Пока я предавался таким мыслям, Ким медленно, как будто подбирая слова, начал говорить.

— Можно с уверенностью утверждать, что сейчас у нас нет людей, способных действенно вести контрразведывательную деятельность. Даже если мы прямо сегодня начнём набор и поиск людей — нет гарантии, что мы их найдем быстро. А они нам нужны уже сейчас, верно?

— Продолжай! — Кивнул я.

— В общем, я даже советовался по поводу, э… можно сказать, отсутствию у нас контрразведчиков с ВрИО начальника отдела — Савушкиным. И он высказал одну занятную идею.

— Какую?

— Он предложил воспользоваться услугами, э, не совсем законных наёмников.

— Это как? Что значит — не совсем законных? — Не понял я.

— Шеф, что вы знаете о промышленном шпионаже? — Спросил меня Ким.

— Эм… — Буквально завис я.

Мысли в голове заметались с повышенной скоростью. Это он сейчас к чему ведет? Он узнал, что я раньше зарабатывал на жизнь, вызнавая чужие секреты? Он в курсе, у кого я украл эти секреты? Или — что?

— Успокойся! — Послышалась в голове негромкая речь Тени. — Успокойся и выслушай своего человека.

Ким, никак не отреагировав на моё молчание, продолжал.

— Сам я далёк от этих вопросов, но вот Савушкин по роду своей деятельности несколько раз сталкивался с тем, что помимо армейских, государственных и клановых служб контрразведки, в нашем обществе успешно действуют нужные нам специалисты. Только они работают, э, за гранью закона. В основном, они занимаются промышленным шпионажем и защитой от такого шпионажа. И берут за это очень большие деньги. Действительно большие. И… В общем, у Савушкина есть на них выход.

— Да ты что? А ну-ка, зови сюда своего Савушкина! — Скомандовал я.

Спустя десять минут в кабинет к Киму вошел высокий нескладный парень, с большим носом и густыми ресницами, которым позавидовала бы любая девица.

— Здравствуйте. — Негромко поздоровался вошедший.

— Знакомьтесь, Савушкин Петр Владимирович, исполняющий обязанности начальника отдела контрразведки. Двадцать шесть лет, в активе служба на флоте в радиоразведке, затем свободное плавание в виде наемника. — Представил его Ким и обратился уже к Петру. — Шефа заинтересовало твоё предложение. Помнишь наш разговор о твоих шпионах? Говори!

— Максимилиан Алексеевич! Сергей Викторович вам уже рассказал, что эти люди по факту — преступники, и за их головы многие кланы готовы неплохо заплатить?

— Думаю, есть за что. — Кивнул я.

— И вас это не останавливает?

— Ты давай — озвучивай свою идею. Шеф еще не решил твёрдо. — Сказал Ким.

— Да, для начала хотелось бы послушать тебя. Сергей Викторович сказал, что у тебя есть выход на этих людей. Интересуют условия, на которых они согласятся на сотрудничество, какого рода возможности они имеют и как с ними связаться?

Контрразведчик начал озвучивать своё предложение короткими фразами. А я же внутренне просто, нет, не смеялся — дико ржал. Что — правда? Есть выход на анонимную почту? Вбить кодовую фразу — «для Божечки Кошечки»?!! Да ладно? Я вспомнил свои контакты с этим же абонентом и работу на этого… посредника? Почему я сам не додумался обратиться к ней, к нему, не важно, в общем. Почему я не обратился сам к этому посреднику и не сделал запрос на найм нужных мне специалистов?

* * *

В кабинете стояла звенящая тишина. Тишина наступила буквально пять секунд назад после оглушительных криков раскрасневшегосяТомаса Олафссона и сейчас буквально приносила негу и спокойствие. В процессе диких воплей, начальник клановой СБ разбил о столешницу свою курительную трубку и, обессилев, упал в кресло с высокой спинкой. Стоявшие перед своим непосредственным начальником Карл Иванов и Гудмунд Олафссон — второй заместитель Томаса, высокий здоровый блондин, маг земли В-класса, пристыжено молчали.

— Скажите мне, лучшие представители клана Олафссонов, — Тихо, но язвительно произнес Томас. — как назвать ситуацию, когда горстка неклановых дилетантов наносит удар за ударом КЛАНУ? Вы понимаете, что над нами уже смеются? Нам в спину с ехидством тычет уже даже такая мелочь, как всякие Щукины, Абхадзе, Алиевы и другие недокланы.

— Глава на последней нашей с ним встрече был очень недоволен и сообщил мне, что моя кандидатура в качестве начальника службы безопасности его категорически не устраивает и чтобы я готовился передавать дела. Я признаю, что всё произошедшее — это моя вина, как начальника. Ваши ошибки — это мои ошибки, так как я за вас отвечаю. Что же, значит пришло время для моей пенсии, загородного домика с камином и кресла качалки перед ним. Но скажите… Кому мне передавать дела, два недоумка?!! — Снова загремел в кабинете голос его невысокого хозяина.

— Кому? Тому, чьи люди профукали нападение на кучу наших предприятий и зданий, и показали себя абсолютными идиотами и неумехами? — Злобно посмотрел он на Гудмунда. — Ах да, они же еще и большей частью передохли!

— Или тому, чьи люди дважды провалили операцию по доставке одного ребенка! Что? А, ну да, в последний раз у них получилось, но тут их всех немножко… УБИЛИ!!! А мальчишку отбили обратно! — Глаза Томаса, прожигающие Карла, снова налились красным и он часто задышал.

— Я взрастил дилетантов. Ни к чему не приспособленных, ленивых засранцев, по чьей вине клан понес убытки, потерял своих людей и даже родичей. Я готов уйти с поста хоть сегодня. Но кто из вас займет моё место? А?

Томас ткнул в кнопку селектора.

— Кофе мне. Двойной. Без сахара. — Рявкнул он в микрофон.

После того, как начальнику принесли кофе и он схватился за чашку, как за спасательный круг, Карл достал из внутреннего кармана пиджака посеребренную фляжку и протянул родичу.

— Бренди?

— Давай. — Буркнул Томас и бухнул в кружку солидную порцию ароматного напитка. По кабинету потек аромат кофе с коньяком.

— Шеф, почти все объекты мы уже отбили обратно. — Успокоительно начал Гудмунд. При возврате объектов потерь практически не понесли.

Он благоразумно умолчал о том, что захватчики не особо и сопротивлялись, а при отходе подорвали дорогущее оборудование. Томас кивнул Гудмунду и упер взгляд в Карла.

— У меня нет хороших новостей. — Признался Карл.

— Потому что это тебе не по бабам твоим шляться! — Рявкнул Томас и треснул по столу, расплескав кофе.

— Ладно, резонанс уже пошел. Конфликт из тайного превратился в явный. Пока еще общественность молчит, но очень скоро клану начнут задавать неудобные вопросы. Вопрос с этим Коршуновым необходимо решить в самое ближайшее время. Я вас слушаю.

Вперед подался Карл Иванов.

— Томас, у меня наготове четыре пятерки бойцов. Этого мало, я понимаю. Но у Гудмунда тоже есть люди. Сколько ты можешь выделить на операцию по штурму зданий нашего проблемного Коршунова? — Спросил он.

— Пожалуй, — Прогудел второй заместитель Томаса. — Пять пятерок смогу без проблем. Максимум — шесть пятерок.

— Мало. — Скривился Карл.

— А что я? Я давно говорил, шеф, что нам нужно расширять штат. Что это такое, когда в службе безопасности реальных боевых единиц всего десять процентов от полной численности СБ? Зато всяких там аналитиков, инженеров, водителей, техников и другого шлака — целая куча! А если война? Вот и пожалуйста!

— Ты не прав! — Перебил его Карл. — СБ — это не только и не столько армейцы. Этот самый «шлак», как ты сказал, не менее необходим, чем боевики. Чистых боевиков всегда можно нанять за деньги. Они и нужны-то только в случае войн и конфликтов. Зато аналитики, инкассаторы, техники и все остальные — нужны постоянно. В войне с Куркиными мы так и сделали — привлекли наёмников. Сейчас же мы не готовились к войне. Мы готовились к небольшой спецоперации. И мы недооценили нашего противника, потому что он готовился как раз к войне. Войне с нами.

— Короче! — Томас допил кофе и положил кисти рук, сжатые в кулаки на стол. — У вас есть срок до завтра. Утром я жду вас обоих здесь же с внятным планом действий. Перед уходом на покой я должен довести до финала этот проект. А сейчас — оба свободны!

Оба заместителя одновременно поднялись и направились к выходу. Но выйти они не успели. Зашипел селектор, и в кабинете прозвучала встревоженная речь секретаря.

— Босс, у нас проблемы! Внизу представитель Третьей канцелярии. С ним полицейский спецназ. И он требует немедленной встречи с вами!

— Да, чтоб ему пусто было! — Заорал Томас.

На тонкую кофейную чашку упал здоровенный ледяной блин, растерев фарфор в тонкий порошок.

— Так что делать, шеф? Впускать или нет?

— Впускай! — Прорычал Томас, хватая телефон и набирая Главу.

— Проваливайте оба и будьте на связи! Если что — связывайтесь с Главой! — Прогрохотал он всё еще стоявшим в кабинете замам.

В ответ оба молча кивнули и быстрым шагом покинули комнату.

Глава 3

Абстрактные узоры на оконном стекле исчезли, согретые горячим дыханием, и были безжалостно стёрты плавным движением узкой девичьей ладошки. На могучую реку, сейчас скованную ледовым панцирем, бездумно посмотрели чёрные глаза сердито поджавшей губы стройной девушки. Ладонь сжалась в кулак, глаза полыхнули гневом. Девушка, очень юная и красивая, развернулась на одной ноге, так, что черное каре волос взвилось в воздух антрацитовым зонтиком и тут же опало. Вот она подошла к низкому широкому креслу и даже не села, а практически упала в него. Подхватила с поверхности журнального столика из матового стекла планшет и быстро проверила почту, следом мессенджеры. Нет, никаких новостей. Девушка нахмурилась, задумалась ненадолго и решительно начала строчить сообщение сама.

— Привет! — Набрала она.

Через минуту пришел ответ.

— Привет. Кто это?

Девушка прикрыла на миг глаза, распахнула их и продолжила печатать.

— Настя, это я — Юля.

— Хм… Очень информативно. А подробнее можно?

— Юля Лопухина.

— Чивооо? Это шутка такая, да? Кто это?!!

— Да, чёрт подери всех блондинок, я это! Настя, давай серьёзно! У меня телефон мой старый отобрали. А новый — обычная звонилка с кнопками. Думаю — даже с прослушкой.

— Да, действительно, похоже и правда, ты. Стервозность — точно, как у Лопухиной.

— Блин, Субботина, я по делу. Меня в Смоленск увезли. Мои — злые, как никогда. С Максом общаться запретили, да и номера его я наизусть не помню. В социальных сетях его нет, из контактов нашего класса у меня только твоя почта — ты же староста.

— Ближе к телу.

Вот же! Юля возмущенно хлопнула раскрытой ладонью по столешнице и начала быстро печатать.

— Как там Макс?

— Он сильно пострадал?

— Как прошла дуэль?

— Какие вообще новости?

Брюнетка допечатала последнее сообщение и с нетерпением уставилась на экран планшета, на котором высвечивалась надпись «Настя „Корова“ пишет»…

* * *

— Настя! Ты посуду помыла?

— Да, мама! — Отозвалась красивая голубоглазая девушка с толстенной пшеничной косой, украшенной синим бантом. — И кексики уже дошли, я выключила!

— Умница, доча. — В комнату заглянула Елена Субботина и устало улыбнулась младшей дочери.

Настя лежала на животе на кровати и болтала в воздухе ногами. Перед ней лежал смартфон с включенной читалкой для книг.

— Отец скоро приедет. Ужинать будешь?

— Ма, я только чай попью. Надо фигуру поддерживать. — Настя с деланной озабоченностью ткнула себя в бок.

— Ох и воображуля! — Засмеялась старшая Субботина. — Что там тебе поддерживать? Талия, как у осы!

— Мам, ну надо же, чтобы так и оставалось! — Возмутилась красавица-дочь.

— Ладно. Чай с кексиками? — С хитростью прищурилась мать.

— Да! — Быстро ответила Настя.

Обе Субботины дружно засмеялись.

Лежащий на кровати смартфон завибрировал. Настя посмотрела на экран и недоуменно нахмурилась.

— Это ещё кто?

И вбила в ответ.

— Привет. Кто это?

Прочитав ответ, она хмыкнула и быстро набрала.

— Хм… Очень информативно. А подробнее можно?..

Через пару минут она быстро добавила нового абонента. В контактах появилась «Плоская стерва». Размяв пальцы, Настя начала набирать длинный текст.

* * *

Сразу три темно-серых броневика с нарисованными щитами по бокам остановились на въезде во двор полицейского участка. Из заднего и переднего бронированных транспортов высыпались люди в одинаковых черных одеждах и с шевронами «Эгида» на плечах и рассыпались кольцом. В руках эти люди держали пистолеты-пулеметы. Стоящий в стеклянной будке поблизости полицейский сразу же поднял трубку прямого телефона, соединяющего его пост с дежурной частью. Оттарабанив скороговоркой о наличие толпы автоматчиков и сразу трёх броневиков практически на подведомственной территории, он грохнул трубкой об аппарат и потянул из кобуры табельный пистолет.

Из среднего бронеавтомобиля выбрался высокий мужчина в коротком кашемировом пальто нежно-кремового цвета и ярком кашне, чей безукоризненный пробор просто приковывал к себе внимание.

— Добрый день! Моя фамилия Демченко. Адвокат Демченко Дмитрий Александрович.

В руки полицейскому сунули картонный прямоугольник визитной карточки.

— Э… — Протянул постовой, машинально сжимая визитку пальцами и опуская пистолет в кобуру..

В это время к театру действий подъехало еще несколько автомобилей с такими же эмблемами щита либо с фигурой римского легионера. Вновь приглушенно захлопали двери и вооруженных людей прибавилось. В окружении автоматчиков к будочке полицейского подошел совсем еще юный паренек в костюме-тройке и узком галстуке. Поверх костюма прямо на плечи был наброшен легкий плащ темно-зеленого цвета. Голова его была не покрыта, демонстрируя безупречный пробор черных, как смоль волос. В руке паренек держал небольшой то ли жезл, то ли очень сильно укороченную трость с птичьей фигурой с крепко прижатыми к телу крыльями вместо набалдашника.

— О! А вот и мой подзащитный! — Воскликнул адвокат Демченко. — Позвольте представить Коршунова Максимилиана Алексеевича. Нас ждет представитель Третьей канцелярии. Инспектор Лавочкин. Не подскажете, куда нам пройти?

— Э… — Продолжал очень информативно реагировать страж закона, переводя взгляд с адвоката на паренька, с броневиков на автоматчиков, и обратно на Демченко.

Возможно, он бы еще долго продолжал зависать, но тут послышался дробный топот, и к шлагбауму подбежало несколько бойцов группы быстрого реагирования из дежурной части участка. Бронежилеты, шлемы, налокотники и наколенники. И автоматическое оружие в руках. Часть из них бухнулось на одно колено, беря на прицел вооруженных пришельцев. А часть — вскинуло оружие стоя.

— Стоять! Кто такие? — Лязгнул сталью голос старшего группы.

— Потише, офицер! — Отозвался построжевшим тоном Демченко. — Это охрана господина Коршунова. Сотрудники охранного предприятия «Эгида». Сотрудники частной военной компании «Легион». Это — сам господин Коршунов. Нас ожидают.

— Что-то многовато охранничков. — Хмыкнул тот же полицейский.

— Так ведь за последнее время на господина Коршунова было совершено несколько покушений на убийство. Были жертвы. — Развел руками Демченко. — Кстати, обо всех преступлениях полиция уведомлена, но по какой-то причине до сих пор нет никаких последствий. Для виновников, естественно. Так что, мы пройдем?

— К кому? Повестку покажите. — Опустил автомат полицейский, чьё лицо было скрыто забралом шлема и маской.

— У нас нет повестки. Но нас ожидает представитель Третьей канцелярии. Некто Лавочкин.

— Э… — Отзеркалил реакцию постового и этот полицейский. — Стоп! ИНСПЕКТОР Третьей Канцелярии Лавочкин?!!

— Ну да. — Последовал невозмутимый кивок.

— Одну минуту. — Полицейский втиснулся в стеклянную будку, задвинул постового в сторону и поднял трубку архаичного телефонного аппарата.

Вскоре он выбрался наружу и скомандовал.

— Ваши документы!

После внимательного рассмотрения айди и адвокатских корочек полицейский коротко буркнул.

— Можете проходить. Только вы двое! Без охраны!

— Пройдемте, Максимилиан Алексеевич! — Сделал приглашающее движение рукой юрист.

Парень перехватил удобнее свою недотрость ладонью за ствол и с невозмутимым видом, покачивая ею в такт ходьбе, уверенно направил свои стопы к крыльцу.

* * *

Адреналиново-положительный настрой всей нашей команды был перебит всего одним телефонным звонком. Пока мои сотрудники с удивлением смотрели на своего шефа, чему-то похрюкивавшему в ладони, к нам присоединился один из бойцов. Он-то и развеял деловую атмосферу новостью о том, что только что секретариатами Эгиды, Стрелы, Джинн-С и Легиона были получены телефонограммы от некоего Лавочкина Вячеслава Валерьевича. Данный господин представился Инспектором третьей канцелярии, и он желал побеседовать со мной, для чего вызывал меня в полицейский участок номер один завтра к десяти часам утра.

Все сразу загомонили, Назарова немедленно стала названивать Дьяченко и Демченко, Ким стал отрывисто надиктовывать вошедшему сотруднику количество и наименования транспорта, оружия, мер защиты и другие моменты, необходимые для моей защиты. Шахов с Савушкиным бурно спорили, составляя маршрут движения к полицейскому участку и обратно. А вот Азимов, извинившись, вышел в коридор. Через несколько минут он вернулся, держа в руках картонную коробку.

— Дорогой Максимилиан! Прошу вас взять вот это. — И протянул коробку мне.

Я вопросительно изогнул бровь.

— Что это?

— Это небольшой подарок вам от меня. Довольно редкая вещь, заказанная и купленная в «Лавке благородного оружия», в Старой Москве. Откройте!

Я уже более заинтересовано раскрыл коробку и недоуменно посмотрел на её содержимое. Внутри лежал короткий невразумительный жезл. Я взял его в руки, покрутил. Сантиметров около тридцати в длину. Скорее, это не жезл, а декоративная трость. Довольно увесистая, как для своих размеров, в качестве набалдашника фигурировала искусно отлитая фигура хищной птицы с прижатыми к бокам крыльями. Коршун? Сокол? Я вопросительно посмотрел на своего финансиста.

— Трость с секретом? С клинком внутри? — Спросил я и стал дергать и крутить фигурку птицы.

Странно — не открывается. Может в другую сторону крутить надо? Хм… Тоже без результата.

— Верно — это трость с секретом, но клинка там нет. Да и смысл? Трость декоративная, короткая. Ствол трости — всего сантиметров двенадцать. Это какой длины клинок внутрь спрячешь? Семь-восемь сантиметров? И что с ним делать? Нет. Тут секрет в другом. — Усмехнулся Семен Ахрорович. — Возьмите трость за ствол двумя руками, так, чтобы нижнюю часть вы держали большим и указательным пальцами.

Я положил ладони на шафт, так, чтобы птичья фигурка смотрела от меня.

— Теперь сделайте разнонаправленное движение руками. По часовой и против часовой стрелки. Верно. А теперь резко сдвиньте ладони навстречу друг другу.

Раздался щелчок, и крылья птицы взметнулись вверх вразлет, вокруг оси, параллельно стволу трости. Теперь трость напоминала букву «Y» или рогатку с очень узкими боковинами.

— Крылья остро отточены, сталь — великолепная. Сама трость цельнометаллическая и пройдет любую проверку. Складывается обратным действием.

Я взвесил странное оружие в руке. Удобно сидит. Сделал пару махов и сложил крылья в обычное состояние. Довольно хмыкнул.

— Мне кажется, что в последнее время вам чересчур часто приходится вступать в схватки лично. А эту трость вы сможете держать при себе всегда. Правда, вам придется поменять свой стиль одежды. — Продолжил Азимов.

Все заулыбались. Я всё еще был в одежде с чужого плеча, и даже грязный халат был на месте. Как-то совсем вылетело из головы переодеться со всеми этими делами. Светлана сразу зашуршала пакетами и толкнула мне по столу сразу четыре бумажных сумки.

— Шеф, тут костюм, сорочка, белье, ремень и туфли. — Она подняла еще один пакет над столом. — А тут галстуки…

— О, блин! Опять эти удавки! — Вздохнул я обреченно.

* * *

На следующее утро я в сопровождении просто кучи охраны прибыл к представителю Третьей канцелярии. Сначала приехала первая группа охраны с моим адвокатом. После отмашки охраны приехал и я со второй группой безопасников. Третья группа охраны к самому полицейскому участку не подъехала — осталась на маршруте, она будет нашим авангардом при возвращении назад.

После краткого препирательства с полицейскими, мы с Демченко прошли внутрь участка. На втором этаже здания возле одного из кабинетов стояла пара крепких бойцов в бронежилетах и с пистолетами в набедренных кобурах. На левой стороне груди на черных бронежилетах в белом круге белым же была изображена цифра три.

Полицейский, сопровождающий нас, остановился и замялся.

— Кто? — Коротко бросил один из бойцов, накрыв ладонью рукоять пистолета.

Второй молча повторил жест напарника.

Вперед выступил Демченко с зажатой в двух пальцах визитной карточкой.

— Господин Коршунов к инспектору Лавочкину. Я — адвокат Максимилиана Алексеевича, Демченко Дмитрий Александрович. — Демченко белозубо улыбнулся.

— Так оно и есть. Документы проверили. — Промямлил полицейский. — Ну, я пошел?

— Свободен, боец. — Кивнул один из боевиков Третьей канцелярии. И добавил уже нам. — Одну минуту.

Он скрылся за дверью, но очень скоро вернулся.

— Проходите! — И сделал приглашающий жест рукой.

Мы дружно кивнули и прошли в кабинет. Внутри мы увидели всего одного человека. Среднего роста мужчина с заметным животиком, лет пятидесяти-пятидесяти пяти на вид, стоял у окна спиной к нам, сцепив руки за спиной. На звук открывающейся двери он развернулся к нам, скупо улыбнулся и поздоровался.

— Здравствуйте, господа! Меня зовут Вячеслав Валерьевич Лавочкин. Полномочный инспектор третьей канцелярии. Мне необходимо задать вам, Максимилиан Алексеевич, несколько вопросов. Прошу присаживаться.

Инспектор сам уселся за стол, а мы умостились напротив него, с другой стороны стола.

— Итак, господа, приступим. — Лавочкин достал стопку форматных листов и постучал одним боком по поверхности стола. На пальце правой руки сверкнул буквой «А» крупный перстень, показатель его класса в магии. Многие маги А-ранга предпочитали носить такие перстни. Тщеславие или предупреждение посторонним. Хоть их и было совсем немного по отношению к общей массе магов, но в лицо их знать люди были не обязаны. — К нам поступил ряд сигналов от подданных короны по поводу ряда пренеприятнейших инцидентов, в которых вы, Максимилиан Алексеевич, принимали опосредственное либо даже непосредственное участие. В результате этих событий пострадало имущество, здоровье и даже жизни имперских подданных. Ваши преступные действия либо ваше бездействие, господин Коршунов, нанесли значительный ущерб многим лицам. Это возмутительно и недопустимо! Подобные вашим деяния преследуются законом нашего государства.

— Я протестую, господин инспектор! — Сразу же взвился Демченко. — В данный момент вы субъективно выставляете моего подзащитного в заведомо негативном свете! Напоминаю, что самим господином Коршуновым и его представителями неоднократно заявлялось в правоохранительные органы и также в ваше ведомство о многочисленных правонарушениях и преступлениях совершенных рядом клановых представителей в отношении, как самого господина Коршунова, так и в отношении лиц, работающих на него! Я требую строгого соблюдения норм процессуального закона! И попрошу вас воздержаться от нападок на моего подзащитного. Будьте так любезны, не делать выводов о чьей-либо вине, и тем более о виновности моего подзащитного, заведомо!

— Хорошо. Ваши возражения принимаются к сведению. — Еще более поскучнел Лавочкин. В руке его появилась толстая шариковая ручка. — Тогда начнем с самого начала. Фамилия, имя, отчество, полный возраст, ранг и тип магии, клан, место жительства.

— Коршунов Максимилиан Алексеевич, полных шестнадцать лет, D-класс в магии воды. Проживаю по адресу: г. Обнинск, ул. Роз, 16/35. — Оттарабанил я.

— Напоминаю, что мы сейчас заполняем протокол допроса. Пока еще свидетеля. — Скучным голосом завел свою песню инспектор. — Уведомляю вас об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Ваш адвокат, думаю, разъяснял вам последствия?

— Да. — Кивнули мы оба.

— В таком случае, уточняю — вы сообщили ВСЕ свои данные? Как насчет отношения к клану?

— Бесклановый. — Откинулся на спинку стула я и закинул трость себе на плечо.

— А вот у Третьей канцелярии имеется другая информация по поводу вашей, хм, бесклановости. Абсолютно противоположного характера. — Блеснули глаза Лавочкина.

— Что?!! — Хором вскрикнул Демченко и Тень у меня в голове.

Я же молчал, обдумывая озвученное инспектором.

Глава 4

— Всего доброго и до скорой встречи! — Вячеслав Валерьевич Лавочкин медленно помахал раскрытой ладонью выходящей из казенного кабинета парочке.

Надо же, какой интересный молодой человек ему попался! Кто бы мог подумать? Инспектор Третьей канцелярии потер перстень на пальце, встал из-за стола и подошёл к окну. Заложив руки за спину, он рассеянным взглядом смотрел в окно и обдумывал сложившуюся ситуацию.

Отправляясь в Подмосковье с рядовой инспекцией, Вячеслав Валерьевич ожидал самую обычную проверку. Всё должно было быть как всегда — очередной зарвавшийся клан, перешедший границы имперских законов нужно было поставить на место. Ожидалось быстрое расследование, выявление виновных, установление размеров ущерба, наказание и устрашение клановых беспредельщиков.

В сопровождение инспектору было выделено отделение Волкодавов — верных псов Его императорского величества Михаила II Ворона. В это подразделение набирали детей со всей страны с пяти-шестилетнего возраста, в основном по детским домам, и воспитывали в специальных военно-магических лагерях в духе абсолютной преданности короне. С шестнадцати лет эти парни и девушки, даже не всегда являющиеся магами, приступали к службе. К двадцати — становились опытными ветеранами. Волкодавы воевали постоянно. Император под разными предлогами отправлял их участвовать во всех конфликтах, не утихающих ни на миг по всему миру. Подчинялись Волкодавы всегда лично одному императору. Отчасти именно благодаря такой политике воспитания абсолютно верных войск, Вороны смогли удержать свою власть в стране, заливая неудавшиеся попытки переворотов и революций кровью бунтующих.

В этот раз границы перешел небольшой клан Олафссонов. На первый взгляд, всё было просто. Олафссоны после короткой и победной клановой войны не успели осознать, что правила клановых войн больше на них не распространяются и напали на имперского подданного ради захвата и его предприятий. Подданный короны на удивление ловко стал защищаться. Вроде всё понятно. Но…

Вячеслав Валерьевич был не только могучим магом, но и опытным сотрудником Третьей канцелярии. Поэтому начал он с дотошного выявления всех факторов, относящихся к делу. Первым делом были установлены личности тех участников конфликта, кого можно было определить. И вот тут выяснилось, что якобы пострадавший подданный короны — некто Коршунов Максимилиан Алексеевич, очень даже не простой подданный, а клановый! Установив личность его отца, Лавочкин выяснил, что тот был клановым носителем фамилии. Он немедленно связался с Главой клана Коршуновых и договорился с ним о встрече. Тот даже приехал для этого в Обнинск. Ещё бы он не приехал! — Хмыкнул при этой мысли Вячеслав Валерьевич. В разговоре Глава клана Коршуновых показался Вячеславу Валерьевичу неглупым уверенным в себе человеком. Этот человек явно находился на своём месте. В разговоре Игорь Иванович Коршунов подтвердил информацию о том, что Максимилиан Коршунов является членов клана Коршуновых, согласно прямой кровной связи через родного отца. Все необходимые документы имелись в наличии — родной отец Максимилиана оформил их довольно тщательно. Действительно, Коршунов Максимилиан Алексеевич, согласно Клановым книгам Коршуновых состоял в клане. На вопрос — почему же клановый юноша считает себя неклановым и проживает отдельно от клана, Коршунов твёрдо ответил, что — это дела клана.

В разговоре с самим фигурантом дела Лавочкин включил эдакого недалекого следователя и попытался немного «прессануть» юношу. Странно, но тот действительно был уверен в том, что является неклановым подданным короны. Вячеславу Валерьевичу очень не нравились клановые интриги. Он постоянно учитывал, что подобные интриги могут нести опасность короне и государству. Поэтому он, всё также, не выключая мод «тупой недалекий следак», акцентировал внимание Коршунова и его адвоката на факте принадлежности к клану Коршуновых и даже, конечно же «по глупости» продемонстрировал копии документов, подтверждающих данный факт. Документы были тщательно изучены обоими посетителями, особенно адвокатом Демченко, в то время пока Лавочкин разглагольствовал о недопустимости, незаконности и неподведомственности. В последнем, кстати, он немного погрешил против истины. Раз уж обе стороны конфликта оказались кланами, то конфликт между ними регулировался Кодексом. Объявления войны не было, а раз так, то заниматься этим делом всё равно должна была Третья канцелярия. Может быть, другой отдел или другой инспектор, но всё равно именно эта организация.

М-да, очень любопытная ситуация. Видимо, придется задержаться в этом Обнинске. Который там у нас час? О, скоро же должен подъехать Харальд Олафссон, глава клана Олафссонов. Где там досье на него? Ага, вот оно. Что с психотипом? Довольно прямой, не особо умён, не особо силен, плохой хозяйственник, приверженец традиций. Какой тип общения выбрать с ним? Хм… Пожалуй, строгий властный маг, грозный и мудрый — подойдет лучше всего. И Вячеслав Валерьевич на глазах преобразился. Казалось в кабинете прямо кожей стала ощущаться Сила, исходящая от невысокой фигуры инспектора, стоящего с идеально ровной спиной…

* * *

— Машка! Это была моя пицца! — Раздался возмущенный девичий вопль.

— Ничего не знаю, Сашка. Она лежала на столе, а значит — это общая добыча! — Ответил также девичий голос.

В дико захламленной и запыленной большой комнате творился настоящий бардак. По столам, на полках, на полу валялись предметы одежды, использованные салфетки, пустые коробки из-под пиццы, пустые же контейнеры из-под суши и другой еды, какие-то маски, одноразовые бумажные стаканчики, баночки из-под соков, газировки и холодного кофе. Лишь мониторы мощных станций отличались чистотой. Остальное же содержимое комнаты, увы, было ужасающе грязным. На кресле у одного из мониторов, забравшись на него с ногами, сидела девушка лет двадцати на вид, в длинной безразмерной футболке с надписью на английском «one love? — F*ck off!». Девушка с умопомрачительной скоростью набирала что-то на клавиатуре, кивая головой так, что конский хвост каштановых волос, собранный на затылке, качался с большой амплитудой. Возле сидящей таким оригинальным образом девушки стояла другая девушка, очень похожая на первую, с такими же каштановыми волосами, одетая в рваные джинсы и топик, уперев руки в бока.

— Мне. Нужна. Моя. Пицца! — Отчеканила стоящая девушка.

— Прости, но она уже во мне. Закажи себе еще. — Ответила сидящая девушка.

Обе девушки были родными сестрами — Александрой и Марией Иванович. Разница в возрасте у них была всего год, и были они так похожи, что многие принимали их за двойняшек. Обе они были просто фанатами всякого компьютерного железа и зарабатывали на жизнь тем, что обеспечивали кибер-безопасность различным мероприятиям. Делали они это анонимно, потому как часто, наоборот, проламывали защиту чужих сетей. Естественно, также за деньги, и также анонимно.

— Опять вы тут помойку устроили! — Грозно прозвенел голос третьей сестры Иванович, самой младшей. — Я всего неделю тут не появлялась, вы что, специально тут свинячили?

Головы старшей и средней сестер рефлекторно втянулись в плечи. Младшая из сестер — Барбара, в отличие от старших двух была очень хозяйственной и очень чистоплотной. Если бы не она, то, возможно, однажды Маша и Саша просто однажды не смогли бы выбраться из квартиры, по причине завала дверей горами мусора.

Старшие девушки были теми ещё интровертами. По этой причине они старались даже не выходить из дома на улицу. Всеми связями с внешним миром занималась самая младшая. Старших хватало максимум на звонок в пиццерию или в суши-бар — есть всё же хотелось и им, так что приходилось себя пересиливать. Зато в мире компьютерных технологий, взлома и добычи информации эта троица была известна и в Европе, и в Азии. С малых лет увлекаясь разным умным железом, программированием и устранением багов, в дальнейшем это увлечение перешло в написание программ, вирусов и т. п., все три девушки организовывали могучее и грозное трио, известное специалистам и клиентам, как «Божечки-кошечки». Псевдоним был взят по аналогии с божествами Древнего Египта — Мафдет, Сакхмет и Бастет. Девушкам понравилось созвучие первых слогов с их именами — Маша, Саша и Бася. Ну и кошек они любили, что уж тут скрывать. Сейчас им было соответственно двадцать, девятнадцать и восемнадцать лет. Но вернемся к происходящему.

— Немедленно за уборку! — Грозно вещала Барбара.

— Бася, я щща не могу. — Буркнула Мария. — У меня защиту Гонгконгской биржи какие-то уроды ломают.

Пальцы девушки порхали над клавиатурой.

— А нам за её безопасность до конца месяца проплачено. А денежки — это еда. Пицца там, ролы. Мороженко опять же, шоколадки. Так что, я занята!

— Саша! — Прицел карих глаз навёлся на стоящую у кресла сестру. — Немедленно возьми на кухне мусорные мешки и пулей обратно!

— Ладно. — Без особого энтузиазма в голосе средняя сестра поплелась на кухню.

Младшая же сняла с себя курточку, покрутила в руках, не зная куда бы ее пристроить, и, чертыхнувшись, вышла в прихожую. Вернулась она со второй сестрой, полиэтиленовыми мешками для мусора, в клеенчатом длинном фартуке и резиновых перчатках по локоть. Сестры начали без разбора метать всё, что было разбросано в мусорные мешки.

Спустя двадцать минут в прихожей стояло целых пять плотно набитых мешков, а по комнатам, деловито жужжа, перемещался робот-пылесос. Все три сестрички, аккуратно и чисто одетые, чинно сидели за чайным столиком и пили чай с одуряющее пахнущей выпечкой.

— Что нового? — Поинтересовалась Барбара у сестер.

— Да всё по-старому. — Ответила Саша, отхлебывая горячий чай. — Правда, есть одно предложение. Помните абонента с ником «СиО»? Пришло письмо от него. Предлагает работать на него. На постоянной основе. И привлечь еще людей — ему нужны специалисты в области контрразведки. Помимо денег предлагает назвать наши условия.

— Сио? — Нахмурила брови Маша. — Давно от него ничего слышно не было. Он же раньше на нас работал, а теперь предлагает, наоборот, нам на него?

— Ага. — Кивнула головой Саша и откусила сразу половину круассана. — И он реально предлагает хорошие условия. В том числе физическую защиту и, в перспективе, принятие в клан!

— Ого! — У Барбары округлились глаза. — А он у нас кто? Принц что ли какой? Или наследник клана?

— Нет. — Отмахнулась Саша. — Всё тебе, Бася, принцев подавай. Вроде не принц. Но я тут пробила по нему инфу. С вероятностью в шестьдесят восемь процентов СиО — это Коршунов Максимилиан Алексеевич, сирота. За последние несколько месяцев ставший владельцем нескольких предприятий с миллионными активами. Сейчас ведет вялотекущую войну с кланом Олафссонов.

— Олафссоны. — Подняла глаза к потолку Бася. — Металлургия?

— Ага. Если точнее — цветмет, в основном. — Ответила Саша.

— Небольшой клан. Без особых успехов и без высокого положения. — Добавила Маша.

— Это жжж — неспроста. — Протянула Бася. — Странная ситуация, странное предложение. Однозначно надо хорошенько покопаться в грязном белье этих Олафссонов и Коршунова.

Старшие сёстры дружно закивали головами.

* * *

Домой от полицейского участка мы добрались без происшествий. На удивление буднично и абсолютно без проблем, даже не подрезал никто на дороге. Хотя, думается, у моих противников также проблемы с Третьей канцелярией, так что в бутылку сейчас они лезть не будут. Это будет уже не просто наглостью, а просто плевком в лицо императорской власти. Всю дорогу я усиленно размышлял и переругивался с Тенью. Тот почему-то считал, что инспектор Лавочкин умнейший господин и, что в этой ситуации с Олафссонами он на нашей стороне. С чего бы это? Когда он, наоборот, весь допрос давил властью и угрожал буквой закона и разными бумажками. Я-де пытался ввести следствие в заблуждение относительно своего статуса. Вон даже копиями Клановой книги Коршуновых размахивал. Правда, он «любезно» позволил с ними ознакомиться. Копии снять не дал, морда протокольная!

— Ты понимаешь, что он мог этого не делать? — Ехидно продолжал Тень.

— Да этот недалекий служака даже рад был лишний раз ткнуть меня носом в неправильные данные, которые я якобы предоставил следствию! — Возмутился я. — Если б не Демченко, он бы меня вообще посадил под арест прямо там!

— Ох, Макс. Всё-таки ты совсем ещё юн и неопытен. Ты действительно веришь, что в Третьей канцелярии инспекторами становятся недалекие служаки? И что магом А-класса может стать недалекий человек? Это ведь последняя ступень перед архимагом, там голой силой не обойдешься, так что с мозгами у этого Лавочкина всё в порядке, уж будь уверен. Да и то, как он акцентировал внимание на неизвестной тебе информации о том, что ты относишься к клану Коршуновых? Он даже ознакомил тебя с содержимым клановой Книги! — Продолжал доказывать Тень. — Не просто поставил тебя в известность, а продемонстрировал сам текст!

— Так правильно! Он же мне доказывал, что я обманываю следствие! Как он там выразился? «Предоставление следственным органам заведомо ложной информации». Всё норовил меня под статью подвести!

— Скажи, ты какой документ подписывал в итоге? — Вздохнул Тень.

— Протокол. А что? — Буркнул я.

— Протокол чего? А точнее протокол допроса кого?

— Э… Свидетеля. — Начало доходить до меня.

— Вот! Можешь уточнить у Демченко, но поверь, свидетелю никто не обязан сообщать какие-либо сведения. Информацию получают от него. В твоем случае информацию, подтвержденную документально получил ты. Заметь, ранее неизвестную и очень важную для тебя информацию! Понятно, что он не мог взять и просто дать тебе эти документы. А как тогда он мог тебя ознакомить с данными о твоем клановом статусе? А тут он смело их демонстрирует, якобы чтобы доказать тебе твою вину. Вот только обвинять тебя — никто не обвиняет. Так что Лавочкин, таким образом, оказал нам с тобой большую услугу. Очень большую, ведь твоя принадлежность к клану Коршуновых меняет очень многое. И думать нам с тобой теперь надо о том, что именно меняется для тебя и твоих близких исходя из того, что теперь ты не совсем принадлежишь только себе.

— Блин! Надо подключать юристов и Ахроровича!

— А вот это верное решение! — Поддержал меня Тень.

Так что по приезду домой, поднявшись к себе в квартиру вместе с Демченко, я тут же стал обзванивать Азимова, Дьяченко и Светлану. Будем собирать небольшой совет и думу думать.

Демченко с удовольствием пил уже вторую чашку с кофе, нахваливая вкус напитка и добавляя себе удовольствия швейцарским шоколадом с миндальными орехами. Я решил присоединиться к нему, и, спустя минуту, на кухне заиграла простенькая мелодия кофе-машины, сигнализируя о готовой чашке свежесваренного напитка. Необходимые телефонные звонки были сделаны. Трость лежала на столике, пиджак был расстегнут, а узел галстука ослаблен. Дмитрий Александрович оказался очень интересным и остроумным собеседником. До этого мы как-то с ним наедине не беседовали.

— Дмитрий Александрович, а вот скажите, как быть с моим имуществом в свете того, что я оказался клановым?

— Надо изучить ряд нормативно-правовых документов, но предварительно я могу сказать следующее…

Глава 5

Тонкие пальцы с аккуратно подстриженными ногтями быстро порхали над клавиатурой. Кнопки мягко клацали просто в каком-то автоматном темпе. На экране лэптопа черной лентой бежали строчки текста. Экран мерцал, освещая красивое девичье лицо с аккуратным ровным носом и большими серыми глазами, а также пряди светлых волос, падающих на лоб и постоянно сдуваемые владелицей этих самых волос и скульптурно правильного лица.

«В завершение доклада хочется сделать вывод о том, что войны являются мощным двигателем технического и магического прогресса. Именно благодаря постоянным войнам научно-магическая мысль безостановочно шагает вперед мерными шагами, совершая всё новые и новые открытия. Кроме того, как это ни цинично звучит, войны позволяют регулировать численность населения на Земле. Ежедневно в межгосударственных и межклановых войнах гибнут сотни и тысячи людей. Если бы не они, то мировое население составляло бы на сегодняшний день не восемь с половиной миллиардов, а все двадцать и вполне возможно, что перед человечеством стал бы вопрос о диком переселении нашего не такого уж и огромного мира.

В то же время не прекращающиеся ни на один день войны развивают орудия и методы убийства всё более и более страшного действия. Сейчас человечество имеет на вооружении автоматическое оружие, самолеты и бронеавтомобили, гранаты и снаряды. Что нас ожидает в дальнейшем? Какие еще страшные и хищные вещи придумает научно-военный гений? Бронированную самоходную артиллерию? Робототехнику? Оружие массового поражения? Воплотится в реальность фантастическое будущее и появится ракетное, рельсовое, газовое, лучевое или даже атомное оружие? Человечество начнёт предсказываемую множеством пророков первую в истории МИРОВУЮ войну? А ведь это будет уже не ужасные сорокатысячные потери в Испано-Итальянской войне, или, тем более, не шестнадцать тысяч смертей в войне Российской империи с Поднебесной империей. А намного, намного большие числа потерянных жизней! Возможно сотни тысяч или даже… Миллион! Возможно, Человеку пора остановиться?..

Как итог, хочется отметить, что в озвученной работе мной была предпринята попытка осветить двойственность природы войны, её влияние на развитие человечества, как отрицательное, так и положительное. Войны — это и зло и благо, а точнее необходимость для человека, как вида. Человеческая природа агрессивна. Но хотелось бы надеяться, что рано или поздно войны прекратятся, и человек найдёт куда направить свою неуёмную энергию разрушения. Демографический же рост и проблема перенаселения вполне возможно приведет к покорению космоса и колонизации иных планет и миров. На этой ноте заканчиваю свой доклад».

Ольга снова сдула мешающую ей прядь со лба и перечитала последнюю страницу. Вроде неплохо. Девушка устало потянула спину и закряхтела. Да уж, тема доклада, обычная проходная работа, неожиданно захватила девушку, и она просто проглотила ряд статей из периодической литературы. Текст, казалось, рождался в голове сразу целыми кусками и мгновенно набирался ловкими пальцами Оли. А богатая фантазия ужасала возможными последствиями будущих войн или перенаселения планеты. Набрав последние строчки, красавица почувствовала, что она сама осталась в двойственной неопределенности от выполненной работы. Так, надо развеяться. Ноги в мягких тапочках зашлепали по полу, и вскоре на кухне засвистел и засипел электрический чайник.

Ольга откусила сразу треть мягкого овсяного печенья и сделала большой глоток зеленого чая с лимоном. Мммм — вкусно! Младшая Максимович взяла в руки смартфон и стала листать список контактов. Надо позвонить папке. Как он там без меня, один?

* * *

В просторном кабинете, в клубах ароматного табачного дыма, среди стен, облицованным деревянными панелями из старого английского дуба, чувствовалось довольство. Хотя нет, не довольство, скорее, удовлетворение. Крепкий зрелый мужчина с густыми не по возрасту грязно-русыми волосами и широкими плечами, обтянутыми белоснежной рубашкой, украшенной вышитым стилизованным боевым молотом, хищно скалясь, осматривал своих родственников и подчиненных. Харальд Олафссон, пятидесятипятилетний Глава клана и излучал то самое удовлетворение.

— Что, потрепал тебе нервы этот Лавочкин? — Спросил он у начальника СБ клана.

— Не то слово. — Хмуро кивнул Томас Олафссон. — Все жилы вытянул, силен инспектор.

— А вы как же? — Перевел внимание на еще двоих соклановцев Харальд.

— Глава, нас не опрашивали. — Пожал плечами здоровяк Гудмунд.

— Карл? — Приподнял бровь Харальд.

Хлыщ с ярко-рыжими волосами в светлом костюме с тонкой черной полоской вдоль правого борта пиджака слабо улыбнулся.

— Инспектор Третьей канцелярии не удостоил нас беседой, дядюшка.

Начальник СБ и по совместительству ещё один племянник Главы клана поморщился. Опять его кузен наглеет.

— Карл! — Укоризненно посмотрел на своего заместителя Томас.

— Что? — В нарочитом удивлении распахнул глаза Карл Иванов и тут же уставился на Главу. — Меня уволили из племянников? Как давно?

— Карл!!! — На два голоса рявкнули старшие родичи Иванова.

— Так и запишем — чувство юмора утеряно и более обнаружено не было. — Еще более вольготно развалился в кресле рыжий денди.

— Вернемся к нашим баранам. — Продолжил невозмутимо Харальд. — Пока вы щелкали клювами и пролюбливали наших людей и наши предприятия…

— Про-люб-ли-ва-ли. — Задумчиво перебил его негромкий голос Карла. — Какое интересное слово. Не знал, что такое существует.

— Карл!!! — Снова разнеслось по кабинету так, что даже табачная завеса раздалась на время.

— Молчу-молчу. — Поднял руки ладонями вперед нарушитель спокойствия.

— Так вот. Пока вы бездарно… — Нахмурясь, продолжил старший Олафссон и бросил быстрый взгляд на своевольного племянника. — Эм… позволили какому-то сопляку надавать нам оплеух и даже убить родича, а главное — вырвать из наших рук билет на выход на международный уровень и превращения нашего клана в Великий клан, выяснились определенные положительные моменты.

Глава сделал паузу, достал из деревянной шкатулки толстую сигару и серебряную гильотинку. Ножи гильотины сошлись, и кончик сигары упал в широкую пепельницу из помутневшего горного хрусталя. Троица гостей терпеливо ожидала, пока хозяин кабинета раскурит сигару и добавит ароматного дыма к тому, что уже развеялся по кабинету. Тот, выпустил пару крупных колец и с сожалением положил сигару на край пепельницы.

— Вот скажите, зачем клану СБ, которая не может выяснить, какой клан стоит за действиями одного наглого, вроде как некланового подростка? Это был риторический вопрос. — Не дал он высказаться Карлу, уже открывшему рот, явно чтобы сказать какую-нибудь колкость. — Вы мне приносили аналитические подборки об интересах Куркиных, ныне почивших, Козловых, Лопухиных.

Харальд ехидно осмотрел сидящих в креслах безопасников.

— Чьи люди опрашивали Андрея Коршунова? Кто эти бездари, которые не могут отличить правду от нагло скармливаемой им дезинформации?

— Но… — Недоуменно протянул Томас.

— Каким надо быть идиотом, чтобы поверить, что шестнадцатилетний щенок, на тот момент даже пятнадцатилетний, в одиночку, без поддержки клана, сможет создать ряд действующих и прибыльных предприятий, сформировать мини-армию, и активно противостоять клану? И чем надо думать, чтобы поверить в то, что клан, в который входил его отец никоим образом не участвует в подобной деятельности мальчишки? Тут можно только отметить отличную работу клановой службы безопасности. Не нашей! А клана Коршуновых! Это же надо? Многолетняя операция, пятнадцать лет успешно скрывать все связи с пареньком! Демонстративное игнорирование его существования ближайшими родственниками! Так оказывать ему поддержку, что другие кланы до последнего момента считают его неклановым! Да даже все его предприятия де-юре принадлежат именно самому парню, а не клану! Гениально! Я не знаю, какие именно цели они ставили, но стоит заметить, что Коршуновы сорвали джекпот! Даже Третья канцелярия не сразу выяснила информацию о его принадлежности к их клану. Нет! — Снова не дал он высказаться Карлу. — У нас нет связей в Третьей канцелярии. Я получил информацию из третьих, хм, рук.

— Так вот. То, что Максимилиан Коршунов клановый — развязывает нам руки в полном объеме. Кроме того, мы теперь можем утверждать, что активы «Мирного» однозначно принадлежат этому клану, клану Коршуновых. При этом Коршуновы не знают, что мы знаем… А раз так, то клан ожидает война. Все наши бойцы, все маги, начиная от ранга С, должны быть приведены в готовность к войне. Срок — три дня. План атаки должен быть у меня послезавтра, ясно Гудмунд? Привлечь все возможные отряды наемников. Любые деньги! Не жалеть ничего! Это наш шанс встать на уровень Великих кланов, и я не собираюсь его упускать! Зря мы что ли уничтожили Куркиных? Теперь сотрём еще одних птичек. — Оскалился Харальд Олафссон и добавил после паузы. — Мальчишку пока не трогаем. Его захватим после уничтожения его клана. Задачи ясны?

Выслушав заверения от подчиненных о немедленном выполнении поручений, Харальд снова поднял сигару и с наслаждением выпустил еще несколько дымных колец.

* * *

Стол был очень массивным. Набран он был из чрезвычайно толстых деревянных даже не досок, а брусьев или даже балок, и был покрыт простым бесцветным лаком. Под лаком в толстенных плахах столешницы виднелись многочисленные царапины и сколы, явно было заметно, что слой лака, покрывающий столешницу отнюдь не первый. Даже боюсь представить, сколько он весит. И ведь подобных столов было несколько. Находились эти столы в заведении, которое называлось «Трактиръ „У Семецкаго“». Кто такой был этот Семецкий, история умалчивала. Ходили слухи, что он был первым хозяином заведения, которое тогда ещё было как раз трактиром, и был в своё время жестоко умерщвлен татями. Но точно никто не знал, даже нынешние владельцы заведения. Вот с тех времен эти столы тут и стояли.

За подобными столами я еще не сидел. Ощущения были, как будто сидишь за столом былинного великана. За таким столом одновременно могло усесться сразу человек пятнадцать, а то и больше. Но сейчас за ним сидели только четверо: Азимов, Демченко, я и… Игорь Иванович Коршунов. Тот самый Коршунов, который Глава клана Коршуновых.

Когда мне позвонил какой-то мужчина, представился моим родственником со стороны отца, и попросил о встрече, я первым делом подумал о дешевом трюке со стороны Олафссонов. А что еще я должен был подумать? Что бы вы подумали на моём месте? Звонивший был настойчив и предложил мне самому выбрать место и время встречи. Я пообещал перезвонить и тут же принялся названивать своим. Помозговав все вместе, принимая во внимание толковые советы Тени, решил не тянуть резину и встретиться уже на следующий день. Для встречи выбрал атмосферный ресторанчик. Никаких кабинетов. Один большой зал. В данный момент этот зал наполовину забит сердитыми бойцами моей СБ. И вот сейчас я сидел и офигевал от личности моего визави. Тот невозмутимо помешивал маленькой ложечкой кофе в чашке.

— Простите? Это шутка какая-то? — Переспросил я.

— Это действительно я. Вот моя айди карта, вот моя визитная карточка, а вот — Клановый журнал и клановые книги.

На стол бухнулась увесистая стопка макулатуры. Я недоуменно посмотрел на столешницу. Ага. Коршунов значит. Родственничек.

— Стоп! Возьми себя в руки и успокойся! — Раздался в голове уверенный голос Тени. — Ты начинаешь нервничать. А это чревато неверными поступками и необдуманными словами.

Тень прав. Я на мгновение прикрыл глаза и ровно задышал. Когда я снова посмотрел на Главу Коршуновых, я был спокоен, насколько это было возможно.

— Меня вы знаете, так что упустим взаимное расшаркивание и перейдем к делу. С какой целью вы хотели встретиться со мной? — Нейтральным тоном спросил я Коршунова.

Тот с каким-то внимательным любопытством рассматривал меня.

— Хм… Знаешь, а ты вызываешь некоторый диссонанс своей внешностью и манерой поведения. Выглядишь даже младше своего возраста, а ведешь себя — как будто ты намного старше.

— Давайте без вот этих разговоров ни о чем? — Попросил я собеседника и поморщился.

— Ты уверен, что это место подходит для, э, серьёзного разговора? — Обвёл рукой зал Коршунов.

— Уверен. — Кивнул я. — Ничем не хуже любого другого. Прослушки тут нет, мои люди проверили, за ближайшими столиками сидят только мои сотрудники. Так что, давайте всё же перейдём к делу.

— Хорошо. — Легко согласился тот. — К делу, так к делу. Для начала я бы хотел принести извинения, как от лица клана, так и от себя лично.

Я молча приподнял одну бровь и состроил скучающее лицо. Ну да, ну да, и как я раньше жил без их извинений? Это ж не какие-то там деньги на лечение больной матери, верно?

— Тише, Макс. — Успокаивал меня Тень.

— Понимаешь, Максимилиан. Клан виноват перед тобой. Хм… Любой клан — это в первую очередь взаимная поддержка. Именно отсюда идёт всё остальное: сила, финансовая независимость, влияние. Ты по праву рождения мог рассчитывать на поддержку клана. Своего клана, ведь ты — его член. Твой отец, понимаешь, хоть и ушел из семьи, но его связь с кланом никуда не делась. Да и ты записан, как его сын в наших клановых документах. Твои родные дед и дядя… Мда… Да что там говорить, клан и я лично виноваты перед тобой. Я не очень хорошо знал Алексея, пойми, клан — это сотни и тысячи человек. Многих из них я видел только мельком, многих клановых детей я вообще никогда не видел. По степени родства многие носители фамилии являются чёрт знает какими там юродными родственниками. Даже не седьмая вода на киселе. Я не оправдываюсь сейчас, нет. Но я честно и думать не мог, что мои кровные родственники могут просто напросто бросить родного внука и племянника. Бросить без помощи и поддержки. Я думал, что…

Игорь Иванович немного помялся и продолжил.

— Я хочу, чтобы ты знал, что клан Коршуновых — это не сборище черствых и чуждых тебе людей. Это — союз людей, близких тебе по крови и духу. Это люди и предприятия, которые готовы подставить тебе плечо. Тебе и твоим начинаниям. Ты достиг многого. И клан не будет претендовать на то, что ты имеешь. Если ты, конечно, сам не захочешь иного. Да мы и не сможем — ты создал свои предприятия еще несовершеннолетним, и находясь под опекой третьего лица, не имеющего отношения к нашему клану. Такой вот юридический казус. Но предупреждаю — с момента твоего совершеннолетия все твои новые организации будут считаться клановыми. Процедуру твоей клановой конфирмации я, как его Глава, уже запустил. Как-никак тебе уже шестнадцать. А значит…

Глава клана развёл руками, а меня пробил пот. Это что же получается? Мои алмазные миллиарды не совсем мои, а точнее совсем-совсем не мои? Да какого дьявола?!! Да я тут воюю за них уже! Да у меня люди в этой Якутии застряли! Мы же с юристами уже такого надумали! Или они принадлежат мне, с какого там момента я считаюсь правомочным собственником этих акций?

Пока я с космической скоростью обдумывал новости, Демченко начал деловито обсуждать юридические аспекты моей ранней, нынешней и будущей деятельности с Коршуновым. Он сыпал своими правовыми формулировками, нагло схватил лежащие на столе документы и увлеченно листал их под диктовку Коршунова, тыкал пальцами в страницы и с жаром спорил с моим таким дальним родственником.

— А если я не хочу быть членом вашего клана? — Перебил я беседу двух мужчин.

Над массивным столом повисла тишина.

— То есть как это? — Округлил глаза Игорь Иванович.

Казалось, что его вселенная на глазах рушится. Для него нахождение в клане было символом успеха, недостижимой целью миллионов людей. Клан — это возможности. Клан — это защита. Клан — это статус. Он только что сделал широкий жест — возвеличил обычного, ну ладно, не совсем обычного, юнца до невероятного уровня, поднял его над массами, а тот заявляет такое! Я же держал в голове одну простую мысль. За мои, да — мои! Алмазы император не просто введет меня в клан, а позволит даже создать новый, свой, собственный. И этому клану какие-то там Коршуновы не будут ровней. Так зачем тогда они мне нужны?

— Да очень просто. Если мне не нужна ваша поддержка и помощь? Если я не хочу делить свои будущие проекты с… вами? И я вопросительно уставился в чёрные глаза Коршунова, такие же, как и мои собственные.

Глава 6

Сверкающий матовым черным цветом, бликующий солнечными зайчиками под редкими солнечными же лучами, лимузин «Боярин», производства клана Орловых, беззвучно катил по шоссе. По крайней мере, беззвучно для Главы клана Коршуновых, сидящего в просторном салоне дорогого автомобиля. Игорь Иванович слепо смотрел в затемненное стекло лимузина, губы его нервно кривились, а брови время от времени хмурились. Указательный палец правой руки постукивал по колену. Мысли его были беспокойными. Он вновь и вновь прокручивал сцены происшедшей встречи одним из, да что там врать! С самым перспективным из клановой молодежи.

Дерзкий мальчишка! Сколько гонора! Сколько наглости! Но — хорош. Надо признать, что никто более из его клана не добился подобного прогресса в таком возрасте и с такими стартовыми условиями. Мысли в очередной раз свернули на дела клана.

Основой финансовой деятельности клана Коршуновых была добыча полезных ископаемых открытым способом. Самые обыденные и распространенные повсеместно, такие как песок, глина, опоки, еще немного каменный уголь, гранит. Понятное дело, помимо карьеров у клана были и другие предприятия разного плана, но львиная доля финансовых вливаний в казну клана шла именно из разного типа карьеров. Вот тут-то и стали появляться определенного рода проблемы. С начала двадцатого века общество стало требовать всё больше и больше строительных материалов, благосостояние клана стало расти, как на дрожжах. Надо бы радоваться, ибо спрос должен рождать предложение, но…

Коршуновы физически не могли стать монополистами на рынке сбыта ТАКОГО количества востребованных товаров. А значит, что предприятий, связанных с карьерной добычей строительного сырья стало возникать всё больше и больше. Месторождения же и объёмы залежей в них ископаемых не безразмерные, рано или поздно карьер забрасывался, так как его разработка становилась сложной и нерентабельной. Нужны были новые объекты, а за них уже приходилось бороться с другими желающими. И вот закономерный результат. Прошло всего чуть более сотни лет, и доля клана Коршуновых в добычном пуле предприятий страны упала до жалких ноль целых три десятых процента от общего количества предприятий подобного рода. Нет, клан всё еще был достаточно силен и обеспечен, все же деятельность клана — это уже не одна только добыча ископаемых, но уже сегодня Главе клана было ясно, что если в пределах ближайших двадцати-тридцати лет кардинально не расширить сферы деятельности, то клан окончательно захиреет, а возможно и исчезнет совсем. Подобное происходило в последнее время довольно часто, вон те же Куркины, были — и все закончились.

Игорь Иванович Коршунов и верхушка клана еще несколько лет назад пришли к выводу, что необходимо растить перспективную молодежь, поддерживать их в желании учиться чему-то новому и создавать новые направления в предпринимательстве. С этой целью Главой и казначеем была оказана поддержка нескольким инновационным проектам внутри клана. К сожалению, особого толку пока заметно не было. И тут выясняется, что результатом упёртости одного упрямого барана и его сына стало внезапное для Главы появление ещё одного перспективного кланового недоросля. Очень перспективного, правда есть одно «но». Этот самый «перспективный» затаил серьёзную обиду на клан Коршуновых. Игорь Иванович не понимал, в чем причина такого абсолютного неприятия Артёмом Геннадиевичем своего внука. Упрямство? Обида? Гордыня? Но этот недалекий старик вообще никак не помогал внуку и совершенно не участвовал в его воспитании. Мальчик вырос безо всякой помощи, без отца, и рано остался без матери. Родной дед за все годы жизни паренька не прислал ему ни копейки. А паренек взял и сам встал на ноги. И вот как прикажете налаживать контакт с таким, хм, волчонком? Он же не просто не соотносит свою особу к клану Коршуновых, а просто, пожалуй, правильнее будет сказать, что не доверяет ему — клану. А недоверие члена клана к своему клану — это нонсенс, абсурд! А ведь Игорь Иванович лично. Лично! Встретился с ним. Лично пообщался. Показал клановые записи. Вот, пожалуйста, ознакомься. Ты — не один! Ты — часть чего-то более мощного и сильного. За тобой стоит клан! Любой неклановый ради уверенности в будущем дне бегом рванул бы в объятья даже самого захудалого клана. Это же такие возможности! Такие перспективы! А этот мальчишка!..

Игорь Иванович хлопнул себя ладонью по колену. Вот что ты с ним будешь делать! Ничего, сейчас проведем, как положено, процедуру конфирмации, Максимилиан уже совершеннолетний, а значит — дееспособен в полной мере. Можно даже без него самого, Глава он или погулять вышел? Поможем, подскажем, кредит можно ему выбить на льготных условиях там, на мероприятия разные затянем, невесту подберем, закроем его возню с кланом Олафссонов, да те и сами осадят коней, когда узнают, что им надо будет не у одиночки имущество отнять, а с кланом конфликтовать. В когорту перспективных управленцев клана войдёт, как миленький. Тем более, у него у самого уже кое-что есть за душой. Сыну и потомкам нужно передавать сильный клан и он, Игорь Иванович, сделает для этого то, что должно. Ершистость юноши для этой цели можно и потерпеть, а там он и сам поймет свою выгоду. Может, со временем даже в верхушку клана войдёт.

* * *

— Бааася! Ну, Бася! — Жалобный тон девичьего голоса, казалось, мог растопить любое, даже самоё черствое сердце.

— Я сказала — бери и звони! — Ответил сердитый девичий же голос.

— Баааась? — К первому просительному голоску прибавился еще один.

— Нет, ну сколько можно! — Молодая девушка с сердитым выражением лица упёрла кулачки в бока и продолжила отчитывать старших сестер.

— Вы две взрослые обеспеченные женщи… — Тут она поперхнулась под двумя гневными взглядами. — девушки! У вас куча телефонов, сотни левых одноразовых телефонных номеров на компьютерной станции, куча анонимных кошельков, виртуальных карт и счетов! И вы НЕ МОЖЕТЕ позвонить и заказать себе пиццу?!!

— Ну, Баааася! — Слезливо продолжили упрашивать сестру позвонить в доставку старшие сёстры.

— Я уже восемнадцать лет как Бася! — Ответила Барбара. — Если мне снова придётся уехать, вы так и будете сидеть голодные или как в прошлый раз закажете два десятка пицц и через пару дней будете есть засохшее недоразумение? И вообще, к двадцати пяти у вас обеих будет гастрит, а то и язва! Можно же есть что-нибудь, кроме пиццы?

— Точно! — Вскричала Саша, разворачиваясь в компьютерном кресле вокруг оси и поднимая руки вверх, так, что серая безразмерная футболка натянулась на груди. — Закажи нам суши!

— О! Суши! — В экстазе закатила глаза Маша и почесала голое бедро, выглядывающее из-под черной мятой футболки. — Мая хатеть! И ролы!

На Барбару снова навёлся прицел четырех умоляющих глаз.

— Бааась?

— Божечки-кошечки! Значит так, сестрички! Либо вы звоните и заказываете свою еду сами, либо… — Барбара сделала зловещую паузу. — Либо мы едем в ресторан, где вы едите по-нормальному! Венгерский гуляш, украинский борщ, испанский гаспаччо, русская солянка или корейский суп пё. Но есть вы будете жидкое! И салат! Выбирайте!

— Бааася!!! — В ужасе закричали старшие сёстры. — Ты — монстр в девчоночьем обличье! Как ты можешь так поступать со своими любимыми старшими сестричками?

— Да! — Мстительно произнесла Барбара. — Для похода в ресторан вам надо будет привести себя в порядок. Нормально одеться, сделать прически, нанести макияж. Что это такое, вы постоянно ходите полуголые, в одних футболках, выглядящих, как будто в них до вас проходила рота солдат! Я вам к чему постоянно покупаю красивую одежду? Откуда вы вообще берете эти футболки?

Девушки замялись и потупили взоры. А их младшую сестру несло по волнам вдохновения.

— Точно. Наденете туфли на каблуках, коктейльные платья, обязательно серьги к ним подберем, косы я вам сама заплету… Чего сидим? — Повеселевшим голосом спросила она. — Немедленно одеваться!

Но её веселый выкрик был перебит противно запищавшими динамиками акустической колонки, подключенной к одной из компьютерных станций.

— О! Тут по нашему работнику-клиенту инфа прошла. — Уставилась в экран Мария. — Ого!.. Ого!!!

— Что там? — Через плечо ей уставилась в монитор Александра, подкравшаяся к сестре.

— С вероятностью в девяносто один процент это всё-таки Коршунов Максимилиан Алексеевич, С вероятностью в восемьдесят восемь процентов он обладает экстраординарными способностями. Обладает скрытыми финансовыми и боевыми резервами. С вероятностью в девяносто пять процентов в самое ближайшее время его ожидает полноценная война с кланом Олафссонов, с вероятностью в семьдесят шесть процентов — с кланом Коршуновых. Прогноз успешного сотрудничества нашего трио с ним составляет семьдесят один процент. — Оттарабанила Маша. — Ого, вот ещё новости о личности этого Максима. Сейчас добавим…

Тут раздался еще один противный писк, и Саша плюхнулась в кресло соседнего стола.

— Есть! Вирус сработал. Мы внутри «Кэмикэл энд фармакэлоджикэл груп»! Начинаю копирование информации. Запускаю уничтожение информации с задержкой в тридцать секунд! Запускайте цепь виртуальных компьютеров!

— Приняла! — Азартно ответила Маша и пальцы её запорхали над клавиатурой.

Барбара вздохнула и пошла к еще одному компьютерному столу, заказывать пиццу и ролы. Мстительно ухмыльнувшись, она набрала еще один ресторанчик и заказала также три порции китайского бульона с яйцом и курицей.

* * *

Кланы, алмазы, тайны, Третья канцелярия, стратегия развития бизнеса — голова гудела от напряжения, как старый, перегруженный трансформатор. Хорошо ещё, что благодаря особенностям организма, мне нужно меньше времени на сон, чем другим людям. Я связался со своим старым контактом «Божечки-кошечки» и этот или эта, а может даже эти, в общем, абонент получил моё сообщение. В ответ я получил нейтральное «с вами свяжутся». И пока на этом всё. Жаль, контрразведка нужна мне просто кровь из носу. На фоне всего перечисленного подготовка к школьной учёбе выглядела насмешкой.

— Не нуди. Тебе остался последний семестр. — Влез в мои мысли Тень.

— Да я просто дико раздражен! Тут надо решать вопрос с новоявленными родственниками, Олафссонами и Якутией, а я должен в школу ходить, оценки получать, переживать, чтобы не опоздать к урокам? Это сюр какой-то! — Отозвался я.

Что-то я зарос. Зеркало отражало худое лицо с отросшей чёрной челкой. Я повернулся одним боком, потом другим, вроде бы еще можно походить. Узел галстука никак не хотел становиться правильным треугольником, и я не выдержал — сорвал его с шеи и закинул на полку одежного шкафа. В шкаф отправился и двубортный пиджак. Взамен я достал пиджак с воротником-стойкой. Вот, то, что надо! К такому галстук не нужен.

Настроение улучшилось и я, прихватив папку со школьными принадлежностями, вышел в прихожую. М-да, дилемма. Идти в школу с папкой и тростью как-то не очень удобно. И выгляжу по-дурацки. На несколько секунд задумавшись, я быстро расстегнул папку, достал оттуда ручку в стальном корпусе и пару общих тетрадей. Ручка отправилась в нагрудный карман, а тетради — за пояс брюк сзади. Вот так лучше. Набросив на плечи средней длины пальто кремового цвета, и уже привычно схватив трость, я закрыл дверь квартиры и поздоровался со своими охранниками.

В фойе я тоскливо осмотрелся, но Юли не было. За все эти такие суматошные дни я её не видел и не слышал. Сам я набирал ее неоднократно, но телефон не отвечал — вряд ли она его потеряла, скорее всего, родные поменяли ей номер. Разумом я понимал, что её не будет, но какая-то необоснованная надежда была. Школа ведь началась! Но — нет.

Трость размытым веером закрутилась в пальцах, и я прервал своё секундное окаменение. Меня ждал первый учебный день после зимних каникул. С этой мыслью я нырнул в теплое нутро бронеавтомобиля.

У ворот школы на меня таращились, казалось, вообще все ученики, от мелких до старшеклассников. Таращились и шушукались. Чего это они?

— Детское преклонение перед большими и сильными. — Невнятно пояснил Тень.

— Не совсем понял сейчас. — Уточнил я у своей личной шизофрении.

— Забыл, сколько народа со школы было на арене, когда ты Хельги Олафссона прикончил?

Откровенно говоря, про эту дуэль я уже успел забыть. Вроде несколько дней назад только была, а уже столько событий после нее произошло, что дуэль успела подзабыться, погребенная под более яркими впечатлениями. Тут тебе и похищение, штурм и бой с похитителями, пересечение с Третьей канцелярией, и, как вишенка на торте — встреча с Коршуновым. Тень вообще сказал, что у большинства людей наступил бы эмоциональный шок и выгорание после такого количества г… э, негативных происшествий. Так что я еще нормально держусь.

— Вот-вот. Для тебя это успело стать рядовым и давно минувшим делом, а для других школьников ты просто супергерой! Школьник с рангом D победил и убил на дуэли противника! Взрослого! Кланового! Мага! На фоне того, что дуэль произошла по причине оскорбления действием этого кланового мага твоей девушки, пересудов должно быть еще больше. Так что ничего удивительного я тут не вижу. Слава нашла героя! — Ехидно добавил тень в конце своего спитча.

— Не ерничай! — Буркнул я Тени и решительно направился к школьному крыльцу, где меня уже ожидала, нетерпеливо хмурясь, Настя Субботина.

— Привет, герой! — Цепко схватила она меня за руку и потащила внутрь под шепотки окружающих.

— И ты туда же? — Вяло возмутился я.

— Где твой рюкзак?

— Не вязался с моим внешним видом, пришлось оставить.

— А что это ты с тростью? Ты что, ранен? — Продолжала забрасывать меня вопросами подруга.

— Это… Это деталь моего нового образа. — Отбоярился я.

— Ну-ну. Новый образ. Я и смотрю — прямо принц на… сером броневике. — Ехидно прищурила один глаз староста. И тут же глубоко, до волнения груди вздохнула. Я это самое волнение прямо локтем почувствовал. — Жаль что не мой.

— Настя. — Мягко остановил я ее.

— Да ладно, не начинай. — И она снова потащила меня по коридору.

— Там прынцесса твоя, — с упором на «Ы» произнесла Настя. — тебе передавала огромный привет и всё такое. Позвонить тебе она не может, у неё режим «домашний террор» родня включила. Телефон отобрали, новый с прослушкой и контролем звонков, так что увы тебе и ах. И ты ей не звони больше. Она и меня через почту мою нашла. Кстати, дай свою почту, а я тебе — её сброшу.

Губы мои непроизвольно стали растягиваться в улыбке. Мне было очень приятно, что Юля нашла возможность со мной связаться, а ещё приятно было вот так слушать свою старую подругу, которая всегда была таким комком позитива, что невольно заражала этим самым позитивом окружающих её людей. В данный момент — меня. А жизнь-то налаживается!

После третьего урока я с телефона зашел в свою почту, скинул пустое сообщение Насте, долго строчил, стирал, но в итоге дописал и отправил своей девушке средних размеров сообщение и тут заметил мигающую иконку входящего сообщения. Не понял! Это еще что? Пришло уведомление о том, что мне необходимо явиться в надлежащее заведение для замены моей айди карты? Что это за бред? Мысли с бешенной скоростью начали циркулировать в моей голове. Досрочная переаттестация на ранг? Из-за результатов дуэли? Но тогда бы сначала вызывали именно на саму переаттестацию. А может?..

— Скорее всего, ты прав. — Согласился со мной Тень.

— Думаешь, Коршунов так быстро, а главное БЕЗ МЕНЯ ввёл меня в клан?

— Демченко и Дьяченко тебе уже объясняли, что технически ты — клановый с момента регистрации в их документах. Да, сложилась коллизионная ситуация, когда ты временно был как бы неклановым для органов государственной регистрации, потому что после смерти твоего отца твоя мама не занималась надлежащими процедурами, а твой, хм, клан просто забыл, да что там, забил на твоё существование! После смерти матери по документам тебя усыновил неклановый же Азимов. Что опять позволило тебе де-юре считаться неклановым. Но эти основания давно себя исчерпали. Теперь ты совершеннолетний. Полноправным членом клана ты становишься после процедуры конфирмации, но ты помнишь, что говорил при встрече Глава Коршуновых?

— Значит, ты тоже думаешь?.. — Уточнил я у тёзки.

— Да. Ты же знаешь, если неприятность может случиться, она обязательно случится!

— Угу. И, причём, в самое неудобное для тебя время. — Задумчиво добавил я, глядя на незнакомый номер, высветившийся на экране зазвонившего телефона.

Глава 7

— Алло! — Нейтрально произнес я в трубку телефона.

— Макса! Это я! Ты сейчас занят? — Послышался в телефоне взволнованный голос.

— Кто это? Вовка, ты? — Удивился я. — Почему с левого номера?

— Да, я это. — Ответил Чума. — У меня телефон сел. Это я у медсестры взял телефон, позвонить.

— Что случилось?

— Мама в больнице. Инсульт. — Коротко ответил мой друг.

— Ин… Я понял. Я уже еду. В какой вы больнице? — Спросил я, быстрым шагом направляясь в класс.

— Во второй городской. — Отозвался Вова, ненадолго замялся и неуверенно продолжил. — Макса, полис не покрывает работу целителей, а ты же знаешь, что чем быстрее при инсульте окажут помощь, тем больше шансов…

— Соглашайся на любые суммы! — Перебил я Вовку. — Я сейчас буду и всё оплачу — пусть немедленно приступают к лечению, привлекают целителей! Сейчас ещё своих вызову.

В классе я просто сказал Насте, что мне срочно надо ехать в клинику к Чумакову. Подруга и староста в одном лице без охов и ахов пообещала всё объяснить классной руководительнице.

Сбегая по лестнице, я уже набирал старшего смены охраны. Трость неэстетично торчала под мышкой.

— Константин! Нам нужно во вторую городскую больницу. Срочно!.. Да, я уже спускаюсь.

Следом я сделал звонок Светлане и попросил направить наших целителей туда же. Еще в школьном фойе сквозь стеклянные двери я увидел дисциплинированно стоящих у крыльца охранников. О том, что они к этому самому крыльцу подбежали только что, можно было сделать вывод только по часто двигающимся легким бронежилетам на груди — запыхались. Что же, не будем усложнять им жизнь. Я сбавил шаг, внимательно осмотрел видимую часть школьного двора и ступил в круг бойцов.

Поездка была беспокойной. Сначала мне позвонил Шахов и поинтересовался причиной кардинальной смены маршрутов и графика моего передвижения. Потом позвонила Анна Семеновна — моя классная руководительница. Пришлось потратить время на оправдания и обещание, что на оценках моё отсутствие не скажется. Вот же! Затем был звонок от Светланы. Секретарь предупредила, что в ближайшее время к клинике подъедет только один из наших целителей, остальные заняты или с почти пустым резервом сил — опять на тренировках Ким лютовал так, что кое-кто из сбшников получил травмы. Следом позвонил старший охраны с поста в моем доме и сказал, что на мое имя пришло письмо из полицейского участка, спрашивал, что с ним делать — вскрывать самостоятельно или подождать и передать мне лично. Шахов, как истинный параноик, после моего похищения ожидал подвоха во всем, и даже почту требовал проверять на яды и взрывчатку. Я дал команду — вскрыть письмо и ознакомиться с его содержимым. Даже и не буду гадать, что там — потом расскажут.

Преодолев небольшое расстояние от стоянки до больницы в плотной коробочке охраны, в небольшом тамбуре на входе я увидел хмурого Вовку.

— Ну? Что? — Спросил я его после того, как выбрался из медвежьих объятий.

— Скоро обещают заняться. Документы я подписал. Оплата… Вот платёжка. — Протянул он мне небольшую квитанцию, отпечатанную на дрянной бумаге.

Выдернув бумагу у него из пальцев, я быстро пробежал глазами её содержимое. Так. Вот — главное! Сумма — сто семнадцать тысяч сто двадцать рублей, восемьдесят копеек. Ну да, понятное дело, откуда у мамы Люды с Вовкой такие деньги?

— Вова, где тут терминал или банкомат? — Спросил я.

— Да вон — сразу в фойе несколько стоят. — Ткнул большим пальцем через плечо Вова.

— Ну-ка, пойдем. — Потянул я его в фойе.

Через пять минут повеселевший здоровяк спринтером рванул по коридору, зажимая в руке распечатанную квитанцию об оплате из терминала. Мы же вместе с охранниками, всей толпой вышли наружу и встали недалеко от входа. Один из бойцов расспросил молоденькую медсестру на стойке регистрации и рассказал, что Чумакову привезли на «Скорой» прямо с работы. Как сказали врачи — от подобного никто не застрахован.

Приехавшего целителя отправили к главврачу больницы, но его помощь оказалась не нужна — Людмила Чумакова уже пришла в себя, штатные целители слили почти весь свой резерв, но полностью устранили последствия инсульта. Эх, если бы в своё время так же можно было помочь моей маме!

Сияющий Вовка выметнулся из здания больницы наружу и схватил меня так, что у меня кости затрещали.

— Макса! Дружище!

— Пусти, кабан! — Полузадушено просипел я.

— Макс! Спасибо тебе! Деньги я отдам!

— А ну, стой! — Перебил я восторженного Вову. — Ничего ты мне отдавать не будешь, понял?

— Да что…

— Помолчи! — Снова перебил я его.

— Но, Макса!

— Вова! Дай договорить!

Чума, наконец, умолк.

— Считай, что я отдал долг жизни. Даже не сам долг, а его часть. Твой подарок, ну помнишь, когда я к тебе в кузницу приезжал? Твой подарок спас мне жизнь. Без шуток. Я же сегодня всего лишь заплатил деньги. Всего лишь деньги, понимаешь?

Вовка неуверенно кивнул.

— Не понимаешь… — Протянул я, мерно покачивая тростью, и продолжил. — Для меня это сумма не стоит нашей дружбы, не стоит моего уважения к твоей матери и не стоит того, что твой подарок спас мою жизнь. Прямо в тот самый день. Для тебя эта сумма будет неподъемна, как минимум, в ближайшие годы. А это — негатив, обида и прекращение нашей дружбы. Поверь, я знаю, о чем говорю!

Я поднял руку раскрытой ладонью к другу. Я действительно знал. Тень неоднократно рассказывал мне истории из своей жизни. Были там истории и о том, как лучшие друзья становились врагами после подобных ситуаций. Оно мне надо? Я чересчур ценю нашими отношениями с Чумаковыми. А Вовка — мой единственный друг, друг с самого детства.

— Поэтому, Вова, просто забудь об этих деньгах! Их никогда не было, понял меня? И никогда не вспоминай! По крайней мере в контексте какого-то там долга. По рукам? — Я вопросительно уставился в глаза Чумы.

— Хорошо. — С серьезным видом медленно кивнул Вовка и пожал мою протянутую руку. — Пойдём, хоть с мамой поздороваешься?

— Нет, друг. Ты маме Люде тоже лучше ничего не говори. — Улыбнулся я. — Лучше на выходных к вам в гости заскочу. Погоняем чаи с оладушками.

— Ага. Я скажу маме. Она наделает. — Заулыбался Вовка.

Мы с ним очень любили оладьи, которые готовила тетя Люда. А уж с домашним вареньем, которым был заставлен застекленный балкон их квартиры, оладушки были… были… Эх, чуть слюной не захлебнулся.

— Ладно, брат, давай, мне ехать надо. Беги к матери!

Мы вновь обнялись, и Вовка умчал в больницу.

В машине у меня снова зазвонил телефон. «Светлана» — высветилось на экране.

— Да, Света? — Поднял я трубку.

— Шеф, вы там телевизор не смотрите? — Раздалось в трубке после приветствия.

— Нет, мы же в больнице были. — Недоуменно ответил я.

— Ну, тогда вот вам новость. Олафссоны объявили войну Коршуновым. Причина — убийство вами Хельги, рейдерский захват кланом Коршуновых в вашем же лице части предприятий клана Олафссонов. Все горячие новости пестрят заголовками об идущих прямо сейчас боях. И… В общем, Коршуновых почти дожали.

— Я понял. Спасибо, Светлана. — Ответил я и сбросил звонок.

— Николай! — Позвал я охранника, сидящего впереди на пассажирском сиденье.

— Да, шеф! — Бодро отозвался тот.

— Немедленно свяжитесь со Святославом Олеговичем и…

Тут у меня снова зазвонил телефон. Хм… На ловца и зверь бежит.

— Погоди. — Бросил я Николаю.

— Слушаю. — Поднял я трубку.

— Шеф, Олафссоны объявили войну клану Коршуновых. Идут боевые действия. Считаю, что нам необходимо действовать по протоколу «А». Простите, но я его уже запустил.

— Да, я уже в курсе. — Вздохнул я. — Хорошо, я еду на базу к Киму.

— Старший смены уже в курсе. Маршрут проложен. Народ я поднял в ружьё. Азимова и Назарову сейчас также привезут на базу. Максимовича и Карякина будут охранять двойные смены ребят.

— Ладно. — Я выглянул в окно, сориентировался на местности и продолжил. — Будем на месте минут через двадцать, там и поговорим.

— Да, шеф. Высылаю встречную группу для подстраховки.

Сбросив и этот звонок, я задумался. Вот так дела закрутились! Нет, одному думать — мозги закипят.

— Тень? — Позвал я…

* * *

Кофе сегодня был каким-то мерзким. Сергей Филиппович Коршунов отставил чашку в сторону, поднялся с модного офисного кресла и вышел в приёмную. Еще и спину сегодня тянуло. На погоду что ли? Или это просто возраст?

— Катенька, у нас что, кофе-машина сломалась? — Спросил он у помощницы.

— Нет, Сергей Филиппович. — Недоуменно подняла на него глаза Екатерина, отрываясь от монитора.

— Может кофе другой засыпали? — И пояснил, скривившись. — Вкус просто ужасный!

— Не знаю. Всё вроде, как всегда. — Пожала плечами четвероюродная племянница Сергея Филипповича.

— Тогда ничего не понимаю! — Возмутился тот.

— Давайте я сейчас новую чашку сварю? — Предложила Катя.

— Да я сам, деточка, сам. — Успокаивающе махнул Сергей Филиппович и вернулся в кабинет за чашкой. — Срочных дел всё равно нет.

Снова выйдя в приёмную, с чашкой остывшего кофе в руках, он увидел стоящую у окна и к чему-то прислушивающуюся девушку.

— Катенька? — Позвал родственницу пожилой директор ООО «Коломенский кирпич». — Что ты там делаешь?

— Сергей Филиппович! Там какие-то люди! — Встревожено обернулась к нему Екатерина Коршунова.

— Люди? — Недоуменно приподнял бровь директор.

Брови у лысого, как колено, Сергея Филипповича были густые и пышные, поэтому мимика его очень часто вызывала улыбку. Но сейчас Екатерину абсолютно не тянуло улыбаться. Она так же встревожено смотрела на дядю и продолжала.

— Люди. Вооруженные. И они бегут.

— Чтооо?!! — Взвыл Сергей Филиппович и, швырнув чашку с чертовым кофе прямо на ковер, бросился к кнопке включения сигнализации.

Он успел ударить по широкой красной кнопке. Заныла сирена. В коридорах послышались взволнованные голоса, а старый директор уже набирал на телефоне номер СБ клана. Но тут он уже не успел. Под вой сирены в его кабинет ворвались люди в камуфлированной одежде с изображением молота на груди, как-то совсем несолидно и негромко прозвучало три выстрела, и Сергей Филиппович упал на ковер, прижимая рукой простреленную в двух местах грудь. Затухающим взором он успел увидеть безжизненное тело племянницы, сломанной куклой упавшей возле стола. Под головой её быстро растекалось тёмное пятно.

* * *

Валера Коршунов, наследник клана Коршуновых, степенной походкой вышел в школьный двор, так же степенно кивнул парочке ребят, также клановых, и, забросив через одно плечо небольшой брендовый рюкзак, купленный во время зимнего отдыха в Италии, не спеша пошел к автостоянке. Ему было тринадцать лет, и он уже считал себя взрослым самостоятельным мужчиной. Ну, почти самостоятельным, но уж точно взрослым!

На стоянке его ожидал автомобиль с водителем и охранником. К данному факту Валера относился с понимаем. Во-первых, надо не забывать про свой статус наследника. А во-вторых, всегда оставалась возможность нападения недружественных кланов или какого-нибудь психа, наоборот, ненавидящего кланы. Так что, машина, водитель, охранник — это всё проза жизни. Вот только что это? Нет, автомобиль стоит на месте. Но где охранник?

Тут из припаркованного «Боярина» выскочил охранник и распахнул дверь перед наследником. Валера кивнул в ответ и уселся на диван. К его удивлению, на диване уже сидел еще один охранник. Первый бодигард также зачем-то уселся на диван к Валере, только с другой стороны.

— Эй! — Возмутился Валера. — Это что за новости? Почему вас двое и зачем вы оба уселись ко мне? Вам что — места мало?

— В целях вашей безопасности. — Невозмутимо процедил один из бойцов.

Оба они, кстати, были незнакомы Валере. Новенькие, что ли?

— Какой еще безопасности? Что, для этого обязательно сжимать меня по бокам? Нормально сядьте! — Скомандовал Валерий.

— Хорошо. — Оба охранника переглянулись и кивнули друг другу.

Тут же широкая ладонь прижала какую-то тряпку к лицу Валеры, закрывая ему рот и нос.

— Да ч…

Наследник клана хотел возмутиться, но внезапно обмяк.

— Полдела сделано. Ехай! — Сказал тот охранник, что покрупнее.

— Не ехай, а руляй! — Поправил его второй и они оба громко засмеялись.

* * *

Артем Геннадьевич Коршунов читал прессу и нервно теребил кисточку шнура, опоясывающего толстый халат. Финансовая колонка сообщал о прогнозируемом повышении цен на топливо. Это плохо. Значит, придется снова пересчитывать доли, выделяемые на транспорт. Талоны на бензин и дизельное топливо были закуплены только на текущий месяц, а не на квартал, как предлагала главный бухгалтер, а значит, в этом квартале расходы будут выше запланированного. Да и Зинаида Алексеевна будет всем своим видом демонстрировать своё фе. Мол, она же настаивала. А его в последнее время раздражало всё больше и больше неприятных мелочей. Нервы ни к черту. Да и сердечко пару раз прихватывало так, что на несколько секунд становилось больно дышать. Ладно, найдем средства, ничего страшного.

Пожилой мужчина сделал небольшой глоток Реми Мартин из снифтера и с сожалением отставил бокал в сторону. Врачи рекомендовали выпивать коньяк ежедневно, но… не более, чем по пятьдесят-семьдесят грамм в день. Какое-то издевательство просто! Что это за употребление коньяка? Да еще и не чаще одного раза в сутки! Рука Коршунова привычно нырнула в стол и уже потащила резную коробку с сигарами, когда Артем Геннадьевич в очередной раз скривился. Дьявол! Проклятое сердце! И коробка, так и не открывшись, отправилась обратно в стол. Взамен в рот полетела мятная конфета. Артем Геннадьевич с каким-то остервенение разжевал конфету, поминая незлым тихим словом всех докторов мира и собственный возраст.

Ладно, пора выезжать на работу. К машине он спускался уже в строгом костюме-тройке, жуя очередную мятную конфету, которая абсолютно не помогала в борьбе с курением. И кто только придумал, что они «облегчают никотиновую зависимость»?

С этими мыслями Артем Геннадьевич и умер. Десятимиллиметровая пуля, выпущенная из снайперского комплекса «Рок» с семисот метров, с энергией в более чем двенадцать кДж ударила его в грудь, разорвала в клочья его старое сердце, и вырвало на выходе из спины кусок плоти с половину кулака размером. Старый Коршунов умер мгновенно.

В двухэтажном автобусе, стоящем неподалеку от маленького поместья, закрылось окно, и невысокий коренастый мужчина привычными движениями стал разбирать комплекс на составляющие.

— Тимур? — Послышался голос снизу, с первого этажа автобуса.

— Объект зачищен. Запрашивай второй транш! — Скомандовал мужчина с винтовкой. — И едем отсюда, нечего нам тут больше делать.

Спустя несколько секунд двигатель большого автобуса заурчал и машина тронулась с места.

* * *

— А я говорю, что на отбивной был вот этот вот волос! — Сердито возмущался средних лет носатый брюнет, тыча вилкой в обод тарелки.

— Простите, Андрей Артемьевич! Мы сейчас же заменим заказ! — Рассыпался в извинениях официант.

Еще бы не заменили! Андрей Артемьевич Коршунов обедал в этом ресторане уже почти три года каждый будний день. Он находился недалеко от его работы, да и, честно сказать, кормили тут и правда неплохо. И недорого. Особенно если в обеденное время брать бизнес-ланч. Андрей Коршунов умел считать деньги.

Он стал ожидать, пока ему принесут новую отбивную с картофелем фри, оглядывая посетителей ресторана. Ближе к стойке бара сидели две хорошенькие девушки лет так по двадцати пяти на вид. Андрей заметил оценивающий взгляд одной из них, шатенки с приятными чертами лица, и тут же демонстративно поправил золотой клановый значок на лацкане пиджака. Шатенка многообещающе улыбнулась. Коршунов улыбнулся в ответ и повернулся в профиль. Он считал, что так он себя показывает в лучшем свете, ведь профиль у него был поистине римским. Когда он вновь посмотрел на шатенку, он заметил, что ту за рукав дергает ее подруга-брюнетка, привлекая её внимание. Девушки переглянулись, что-то негромко сказали друг другу и прыснули от смеха. Смеялись они очень…симпатично. Белые зубки, ямочки на щеках у обеих. Коршунов почувствовал, как у него поднимается настроение. Вот он подозвал жестом официанта и попросил отправить за столик вооон тем двум барышням бутылку игристого красного вина. Недорогого вина, в среднем ценнике. Официант немедленно испарился. Спустя минуту он появился снова и, тожественно держа двумя руками завернутую в белоснежное полотенчико бутылку и пару узких бокалов, подошел к столику с девушками. Пафосно махнув рукой, официант наклонился к девушкам, что-то проговорил, кивнул на столик с Андреем, подождал кивка девушек и с хлопком открыл бутылку.

Андрей Артемьевич внимательно следил за происходящим за столиком девушек, предвкушая отличный день, вечер и, если повезет, то и ночь. Но его планы так и остались неисполненными. Увлеченный рассматриванием красоток, он совершенно не обращал внимания на происходящее за остальными столиками. А зря. Вот из-за соседнего столика поднялась пара мужчин в свободной одежде, также с клановыми значками на груди, только не пикирующего коршуна, а боевого молота. Вроде совсем недавно их там и не было, откуда только они взялись?

— Коршунов! — Раздалось совсем рядом с Андреем Артемьевичем.

— Что такое? — Недовольно кривя рот, повернулся Андрей к незнакомцам.

— Да уже и ничего. — Ухмыльнулся тот, что был ближе и поднял руки.

В горло Андрея Коршунова ударила ледяная стрела, следом еще одна от второго Олафссона — в грудь. Андрей захрипел и упал со стула. В зале раздались перепуганные крики, визг, в проходе застыл второй официант, держащий на дрожащих руках поднос с горячей отбивной и исходящим парком картофелем фри.

— Без паники! — Громко выкрикнул первый, высоко поднял руку. — Акция проведена в рамках объявленной войны между кланами Коршуновых и Олафссонов!

Второй Олафссон быстрым шагом подошел к всё еще стоявшему, растерявшемуся официанту и кинул на поднос несколько крупных купюр.

— Это за неудобства. Уходим! — Крикнул он соклановцу.

… Подобные акции проходили по всему региону и далеко за его пределами. Коршуновых стреляли, взрывали, убивали магией. Это был сокрушительный удар по клану. Одновременно начались сразу десятки акций по физическому устранению членов клана. Где-то гиб всего один человек, а где-то — сразу десятки. Олафссоны практически не встречали сопротивления. Боевое крыло клана Коршуновых в составе роты боевиков и магов было просто заблокировано на своей же военной базе превосходящими силами противника, и теперь её территорию утюжили сбшники и боевики Олафссонов из гранатометов и пулеметов. Неподготовленные к внезапным масштабным боевым действиям Коршуновы просто не могли ничего противопоставить стальному молоту Олафссонов. Новый тип войны, уже опробованный в борьбе с Куркиными, показал прекрасный результат. Привлечение огромного числа наемных боевых отрядов, быстрое одномоментное устранение большого количества представителей вражеского клана требовало просто колоссальных финансовых средств, но зато результат! Результат того стоил. А деньги? Разве не для того и ведутся клановые войны, чтобы вернуть затраченные и преумножить полученные деньги?

Глава 8

Динг. Динг. Динг. Мелодично звенел планшет, когда шарик на экране снова и снова бился о призовые ящички. Три тысячи очков, три тысячи сто, три тысячи двести…

Юлия сидела в широком кресле с невысокой спинкой, забравшись в него с ногами. На коленях она держала планшет, а её большие пальцы двигались из стороны в сторону, управляя битками для шарика. Юле было скучно. Она тяжело вздохнула и рассеяно уставилась в книжный шкаф. Планшет издал крякающий звук, и на его экране высветилась надпись «поражение». Девушка, не глядя, положила планшет на подлокотник кресла и снова вздохнула.

Рывком распахнулась дверь и в гостиную комнату вихрем влетела симпатичная блондинка в больших очках, делающих лицо их обладательницы немного наивным.

— Юля! — Выпалила блондинка.

Брюнетка недоуменно подняла на тетю глаза.

Мария Васильевна бешено вертела головой по сторонам.

— Юля, где пульт? — Нетерпеливо произнесла блондинка.

— От телевизора? — Уточнила девушка.

— Ну а от чего еще? А, вот он! — Торжествующе вскричала Мария, воздев пульт в руке, и сразу же нажала на кнопку питания.

Стоящий в своеобразной нише из предметов мебели плоский телевизор засветлел экраном и забормотал что-то. Мария бесцеремонно умостила свою пятую точку на подлокотнике кресла, в котором сидела племянница.

— Маша! — Пискнула Юля возмущенно, но тут же смолкла.

Дело в том, что Мария Васильевна уселась прямо поверх ее руки. Но происходящее на экране телевизора отвлекло наследницу клана Лопухиных от этой мелочи.

Бойкая журналистка с короткой прической пулеметной очередью вываливала поток новостей о войне! Клановой войне между Олафссонами и Коршуновыми. И основной причиной кровавого противостояния назывались действия Максимилиана Алексеевича Коршунова! Полный тёзка? Да нет, это именно её Макс! Сердце девушки заколотилось, ускоряя темп. Что там? Что? Огромные потери у клана Коршуновых. Множество погибших. Успешные действия клана Олафссонов. А Макс? Скажите про Макса! Что с ним? Ну же!

Юлия сильно сжала тонкими пальцами подлокотники. На пол упал позабытый планшет. В голове бурей проносились мысли. Почему? При чём тут клан Коршуновых? Что с её Максом? Она должна быть рядом с ним! Она — сильный маг и уж рядом с ней её Максу ничего бы не грозило! Да и кто такие эти Олафссоны на фоне Лопухиных? Но как им удалось за один день практически выиграть войну? Возможно, такое под силу было бы Козловым или Сомовым, но какие-то мелкие Олафссоны? Что-то тут не так. Новостной блок закончился, но про Максима не сказали ничего. Девушка повернула голову к тете.

— Маша… — Уставились на Марию огромные черные глаза.

— Ничего толком не известно, девочка моя! Успокойся! Было нападение на него, но о результатах — тишина. Был бой — это всё, что описывают СМИ. — Обняла её за голову сидящая Мария Васильевна. — Вон, сама в сети посмотри! Плохие вести — самые быстрые. Так что, поверь, если бы с твоим «соседом» что-нибудь произошло, то в новостях бы уже сообщили. А раз ничего нет — значит с ним всё хорошо.

Юля всполошено начала осматриваться, не понимая, куда делся планшет, ведь только что она его держала в руках. Потом, перегнувшись через бок кресла, она увидела небрежно валяющийся на полу девайс и потянулась за ним рукой. Что такое? Ах да!

— Маша? — Прозвучал её голос.

— Что, дорогая?

— Ты не могла бы убрать свою… свои нижние девяносто с моей руки?

— О, прости меня, милая!

Но девушка уже схватила электронное устройство и быстро вбивала данные в поисковик, не обращая на тётку никакого внимания…

* * *

М-да. Сто тысяч долларов САСШ в месяц! Сто! Тысяч! Я еще раз перечитал сообщение, пришедшее на мой верифицированный!!! почтовый ящик, обдумывая состоявшийся разговор и усмехнулся. А аппетиты у моей новоявленной контразведки неслабые! И умения также. «Срочно набери номер ***. Это важно!!!». Общались со мной через роботизированный вариант озвучки текстовых сообщений, так что я так и не понял с мужчиной или женщиной я вел беседу. Голос был механический. В разговоре мне озвучили цену на свои услуги, посоветовали не затягивать с ответом и подбросили кучу действительно важной информации к размышлению. Я решил не затягивать с ответом и согласился на озвученные условия. Сейчас мне совсем не до торга. Мне пообещали связаться со мной через телефон Демченко и начать работать немедленно, а также дали ряд рекомендаций.

После разговора я закрыл почту, почистил кэш, затем швырнул наземь дешёвенький смартфон и со всего маху ударил по нему каблуком. Затем ещё и ещё.

Телефон не просто разбился, а разлетелся на несколько кусков. Бил я действительно сильно. Всё, как и просили мои новые контрразведчики.

— Эй! — Возмущённо вскрикнул его хозяин, парнишка всего на пару лет старше меня.

— Константин, у тебя есть с собой наличка? — Спросил я своего охранника.

— Да, шеф. — Невозмутимо отозвался тот.

— Сколько?

— Ну… Около тысячи, сейчас посмотрю. — Полез в карман Константин. — Тааак. Тысяча сто пятнадцать рублей.

— Тысячи тебе хватит? — Спросил я у парня.

Дождавшись неуверенного кивка, я попросил Константина отдать тому деньги и вздохнул, положив трость на плечо, поверх изрядно запачканного пальто.

— Что дальше, шеф? — Спросил меня единственный охранник, оставшийся со мной.

А куда делись остальные? Остальные — не смогли продолжать путь с нами. Надеюсь, что они все целы.

Но, пожалуй, начну по порядку.

До базы ЧВК «Легион» мы не доехали. Также как и группа, направленная к нам на встречу не смогла к нам прорваться.

Почему? Дело в проклятых Олафссонах! Эти уроды заблокировали крупными силами наёмников обе наши базы и просто не давали никому и носа оттуда показать. Попасть внутрь у них не получилось — паранойя Кима и Шахова оправдала своё существование и сыграла в плюс нам. И те огромные запасы оружия, боеприпасов и техники, накопленные на пунктах постоянной дислокации, очень пригодились.

Но группу поддержки, высланную нам навстречу, остановили ещё за четыре квартала от нашего кортежа. На нашу колонну также напали. Хорошо, что парни были наготове, но всё равно — ситуация была аховая. Я задумался, и передо мной замелькали картины недавних событий…

* * *

Двигатель бронеавтомобиля могуче и низко урчал. Я бурно обсуждал возможные варианты развития событий с Тенью, когда нашу дискуссию бесцеремонно прервали.

— Всем внимание! Машины — стоп! — Раздалось из динамиков на общей волне.

Все три бронеавтомобиля остановились. Причина остановки была очень веской — шоссе перед кортежем блокировала группа боевиков, поверх дорожного полотна был протянут раздвижной комплекс быстрой остановки транспорта «Бор», представляющий из себя стальную дорожку, густо усыпанную крупными шипами.

— Что с тыла? — Взволнованно спросил Константин — старший смены охраны.

— Блокировали. Выехать не выйдет. — Послышался ответ.

— Дерьмо! — Выругался охранник.

— К бою! — Озвучил он команду и потянул из кобуры пистолет, одновременно нашёптывая вербальную форму магического плетения.

— Старшой! Они вроде поговорить хотят. — Раздался неуверенный голос из рации.

Из-за броневика авангарда видно было плохо, а уж мне с моего сиденья не видно было вообще ничего. Единственное, что я мог сделать — это подготовиться к схватке. Коробочка со стальными шариками была уже зажата в руке, второй — я крепко сжимал трость. На самом деле дела наши обстояли не так уж и печально. Да, нас заблокировали, но одиннадцать хорошо вооруженных бойцов, среди которых была слаженная четверка магов, могли дать достойный отпор нападающим. Я же вообще мог просто сбежать, благодаря своей скорости. Вопрос только в том, сколько всего нападающих? Не думаю, что их количество хотя бы втрое не превышает количество моих бойцов. Пока я размышлял, время на месте не стояло. Константин выяснил, что нас блокировало примерно по три десятка человек с каждой стороны. А это очень серьёзное преимущество. Перед передней машиной показался представитель Олафссонов с белым платком в руке. И теперь Константин выжидающе смотрел на меня, в ожидании моего ответа: разговаривать с парламентером или нет?

— Поговорим. — Кивнул я. — Ты — со мной! Но сначала…

Мягко закрылись тяжелые двери бронеавтомобиля, и мы вдвоём с Константином не спеша зашагали вперед, к лениво стоящему боевику с бритой наголо головой и мятым белым платком в руке.

Не доходя до бритоголового несколько шагов, мы остановились.

— Ну? — Хмуро спросил Константин.

— Баранки гну! — Ухмыляясь, ответил боевик. — Здороваться мама с папой не учили?

— С какой радости я тебе здоровья желать должен? — Продолжал нагнетать обстановку Константин, пока я с перепуганным видом быстро осматривал диспозицию.

Так. Что тут у нас? А у нас большие-пребольшие проблемы. Судя по всему, перед нами не просто наемники, а СБшники клана, и, причём, именно боевики. У всех одинаковая форма с крупным клановым знаком повыше груди. Рожи — наглые и уверенные. Держатся с тем спокойствием, которое непрофессионалам накануне боя изобразить не получается. Вроде не напряжены, но наготове, смотрят цепко. А один вот прямо с ненавистью меня глазами прожигает. Чего это он? Я ему что — в суп плюнул? В это же время бритоголовый, наконец, озвучил свои условия.

— Именно так! Все тихо-мирно складываете оружие, сливаете по одному резерв в виде безопасных плетений и мы все едем без происшествий по одному адресу, на уютное новое место жительства. — Переговорщик показал в улыбке отличные белоснежные зубы.

— Ну, или же второй вариант. Вы пытаетесь сопротивляться и все дружненько укладываетесь трупами прямо тут. По-моему, альтернатива просто глупая, так что… — Развел бритоголовый руками.

— Погодите-ка! — Поднял я вверх трость.

Лысый крепыш с недовольным видом повернулся ко мне. Ну да, тут взрослые дядьки решают вопрос войны и мира, а какой-то молокосос лезет со своим мнением.

Я сделал маленький подшаг в сторону переговорщика и, ускоряясь, швырнул в сторону импровизированной баррикады газовую гранату. В это же время остальные бойцы моей охраны шустро выпрыгивали из броневиков, разбрасывая небольшой запас газовых и свето-шумовых гранат по сторонам. Плохо, что у нас не было дымовых шашек, но чего нет — того нет. Поэтому за неимением оных пришлось использовать газовые гранаты. Сигналом для этого и были мои слова. В ответ загрохотали автоматные очереди и захлопали выстрелы гранатометов. Одновременно с моими действиями Константин ударил в грудь бритоголового воздушным тараном, и того унесло в сторону. Не был бы он парламентером, он бы ему снес голову воздушным серпом, но — переговорщик же. Так что — отделается ушибом.

Вдвоём с Константином мы спринтерами рванули к обочине. Конечно, меня так и подмывало кинуться в бой, но я понимал, что я совсем не былинный богатырь, и такую толпу врагов мне одному никак не победить. Было бы их там человек пять-шесть — можно было рискнуть, но не с такой оравой. Тут я признавал — шансов нет. Но как же мне хотелось пустить кровь Олафссонам, вы бы знали! У, гады! Прицепились ко мне, как клещ!

С нашей стороны ближайшие постройки начинались метрах в двухстах от дороги, остальные бойцы должны были раствориться среди строений на другой стороне трассы. Им было проще, ведь там дома стояли почти вплотную к дорожному полотну. Надеюсь, что у них всё получится. Мы же неслись быстрее ветра. В стихийный щит Константина, прикрывающий нас обоих, то и дело прилетали пули — нас всё же заметили, не особо помог газ, но защита пока держалась. Был бы я один, то я бы мог бежать быстрее, но двести метров без всякой защиты… В общем, Тень меня отчитал и буквально заставил взять с собой старшего охранника. Тот бежал хорошо. Дышал ровно, при попаданиях в щит не сбивался — уважаю.

— Шеф, щит всё. — Скривился Константин. — Простите.

Чёрт! Накаркал! До стены, огораживающей какую-то промзону оставалось всего метров сорок-пятьдесят.

— Ходу! — Гаркнул я, хватая охранника за руку и ускоряясь.

Каким чудом нас не подстрелили — я не знаю. Хотя, скорее всего, просто был приказ брать целыми и невредимыми. Иначе, зачем вообще затевать весь сыр-бор? Всё же на кону стоит просто нереальный куш. Но в итоге, мы перевалили через стену и помчались среди огромных ангаров и цехов, провожаемые редкими удивленными взглядами работяг в замасленных спецовках.

— Куда бежим? — Задыхаясь, спросил Константин.

— Подальше отсюда. — Бросил я.

— Шеф, вон там конторское здание. Может там будет транспорт. — Ткнул пальцем в сторону двухэтажного строения из белого кирпича мой спутник.

— Давай туда. — Согласился я, и мы рванули в сторону двухэтажки.

Возле конторки действительно стояло несколько автомобилей, но…

— И что дальше? — Спросил я у Константина.

— Э… — Протянул тот в ответ.

Проблема была в том, что все автомобили, кроме двух были заперты. Да и те, что были с незапертыми дверями, не имели ключей в замке зажигания. Я, например, не умею заводить машины без ключа. Мой охранник, как выяснилось — тоже. В запертых автомобилях ключей не будет, тем более. Логика подсказывает.

— Ну и на кой черт мы сюда тогда бежали? — Поднял я на него глаза.

Тот стыдливо замялся.

— Эй! Вы что тут делаете, а? — Раздался строгий голос.

Мы дружно повернулись и уставились на усатого мужчину в кожаной куртке и кожаной же кепке, вертящего вкруг пальцев брелок с ключами.

— Чего застыли? Я кого спрашиваю? — Сердито нахмурившись, мужчина приблизился к нам. — Вы тут что, по тачкам шаритесь, козлы?

Константин вздохнул и достал пистолет.

— Где твоя машина?

— Ты чего, мужик? — Выставил руки открытыми ладонями перед собой усач. — Ты чего? Убери пушку, всё нормально.

— Где? Твоя? Машина? — Выделяя каждое слово, повторил охранник.

— Вон. — Кивнул подбородком на вишневую Забаву мужичок.

— Ключи! — Протянул левую ладонь Константин, продолжая держать на мушке бедолагу.

Тот, с ненавистью глядя на моего спутника, медленно положил ему на ладонь брелок с ключами. В ответ я достал свой бумажник, выгреб оттуда всю наличность и сунул ему в руку. Владелец Забавы недоуменно уставился на стопку крупных купюр, на глаз превышающих стоимость его старенького автомобиля.

— Э… — Только и протянул он смотря в свою ладонь, когда в крайний к углу здания автомобиль врезалось огненное копье. Машина взорвалась и меня, как самого легкого взрывом опрокинуло на землю.

— … Мать!.. — Заорал усатый благим матом, падая на землю, крепко прижимая к груди деньги.

— Ходу! — Закричал Константин, подхватывая меня с земли, и мы буквально запрыгнули в Забаву.

Каким чудом мы умудрились оторваться от преследования, я даже не знаю. Помогло и то, что ворота промзоны выходили совсем на другую улицу, и то, что Константин отлично водил, машина была ухоженной, видимо усач был хорошим её владельцем, и…

В общем, все эти факторы помогли нам скрыться от Олафссонов. Машину мы бросили на стоянке у одного из торговых центров. Затем, поймали такси и попытались проехать на базу к Киму. Не получилось — база была блокирована. Хорошо, что на полпути таксист связался с диспетчером и тот ему сообщил, что путь туда перекрыт. Мой смартфон оказался разбитым, сам не знаю при каких именно обстоятельствах. Константин же свой вообще умудрился потерять. Пришлось просить телефон у водителя. Вот и преимущества того, что моя служба такси была единственной во всём городе. Через его же контакты получилось связаться с Карякиным и сообщить, что со мной всё в порядке. Тот сидел сейчас в своей квартире вместе с охраной. От охранников я узнал, что все наши объекты блокированы силами Олафссонов, но активные боевые действия закончились, толком не разгоревшись. Наши парни крепко огрызнулись, и Олафссоны решили, что не стоит класть своих бойцов в атаке с шашкой наголо. Так что сейчас с их стороны имела место только плотная блокада.

А теперь вопрос. Что делать мне в данной ситуации?

— Куда теперь, шеф? — Спросил водитель.

Тут мой желудок громко заурчал. Ну да не ел я уже… Ну да, с самого раннего утра.

— Высади нас вон там, на углу. — Попросил я, показывая пальцем в сторону пирожкового ларька.

Через минуту мы вдвоем с Константином уплетали за обе щеки по порции вкуснейшей шаурмы. Не зря мы решили подкрепиться, точнее я решил. Пока организм получал требуемые калории, я не прекращал советоваться с Тенью. Итак, что же делать? Домой мне нельзя, все адреса моей небольшой компании заблокированы. Чёртовы Олафссоны вообще берега попутали! Напали на Коршуновых, на меня, обосновали это клановой войной, да ещё и меня же агрессором назначили! Но ведь это же полный бред! Я — неклановый! Мало ли что там Глава клана Коршуновых сам себе придумал. Я НЕ проходил процедуру конфирмации! И даже, если представить, что он это сделал без меня, то мне всё равно не с руки быть в их клане. Я просто могу объявить, что я не имею никакого отношения к клану Коршуновых, в крайнем случае, публично и официально заявлю о своём выходе из этого расчудесного клана. Но, скорее всего, достаточно будет заявить, что меня не было на процедуре конфирмации, и что у меня нет желания состоять в клане моего отца. Всё. Баста! А раз так, то действия моих недругов подпадают под юрисдикцию Третьей канцелярии. А ведь их инспектор сейчас должен быть еще в нашем городе.

Так. Мне срочно нужны мои юристы! Порывшись в портмоне, я достал визитку Демченко. Вот только позвонить было неоткуда. Мой телефон разбит, Константина — утерян, таксиста мы отпустили. Я закрутил головой по сторонам. На глаза мне попался молодой парень в потертом пуховике.

— Эй, друг! У меня тут телефон поломался. — Я продемонстрировал свой разбитый смартфон. — Поможешь? Позвонить очень надо.

Тот остановился, посмотрел на мою руку, на Константина, и протянул мне телефон.

— С тебя пятерка. — Озвучил он.

— Угу. — Кивнул я, сунул парню завалявшиеся в кармане пять рублей и начал набирать номер.

После разговора с Демченко я вдруг решил проверить свою электронную почту.

— Можно я еще в интернет зайду? — Вопросительно посмотрел я на владельца телефона.

— Давай, только недолго. — Разрешил парень…

Глава 9

Руслан Кириллович Ежов набросил на плечи строгое пальто с широким отложным воротником и посмотрел в большое ростовое зеркало. Зеркало отразило высокого стильно одетого мужчину лет так между тридцатью и сорока, с легкой сединой в темных волосах и с тонкими, аристократичными чертами лица. Поправив расческой и без того безукоризненную прическу, Руслан Кириллович взял с обувной полки свой смартфон и плавно уронил его во внешний карман пальто. Он уже запирал дверь, когда телефон в кармане настойчиво завибрировал, и в воздухе разлились звуки одной из симфоний Шостаковича. С невозмутимым видом Ежов достал телефон и на миг застыл, рассмотрев на экране незнакомый номер. Но секундное замешательство прошло, и палец Ежова уверенно нажал на иконку с зеленой трубкой.

— Алло! — Негромкий, но сильный голос Ежова четко прозвучал в трубке его собеседника.

— Ежов Руслан Кириллович? — Послышалось в ответ.

— Да, это я. Кто это? — Нахмурил брови Ежов, услышав в трубке незнакомый голос.

— Вас беспокоит Вячеслав Валерьевич Лавочкин. Я бы очень хотел с вами встретиться. — Мягкий голос собеседника, казалось, настраивал на умиротворяющий лад.

— По какому вопросу? — Также нейтрально спросил Руслан Кириллович.

— По многим. — Ответил Лавочкин. — Поверьте мне, эта встреча необходима нам обоим. И она должна состояться как можно скорее!

— Пытаетесь меня заинтриговать? — Хмыкнул в трубку Ежов.

— Какие интриги могут быть между представителем Третьей канцелярии и Арбитром? — Также мягко прозвучал голос Лавочкина.

Ежов застыл. А вот это уже серьёзно. Недолго поразмыслив, он решил.

— Простите, как вы сказали, вас зовут? — Переспросил он у своего абонента.

— Лавочкин. Вячеслав Валерьевич Лавочкин.

— Вячеслав Валерьевич, через минут сорок-пятьдесят я буду в ресторане «Корона». Предлагаю вам встретиться и за обедом пообщаться на … интересные нам темы.

— Хорошо, Руслан Кириллович, договорились. — И сотрудник страшного ведомства положил трубку.

Руслан Кириллович нажал на кнопку вызова лифта, всё еще продолжая держать телефон в руке, задумавшись. Затем он вскинулся и, быстро пролистав список абонентов, набрал дежурного работника арены.

— Алло! Это Ежов. — И добавил после ответа. — Сегодня меня не будет… Нет, совсем… Никого?… Поединков тоже нет?.. Ну вот так, значит… А если срочно, то позвоните Лебедеву!.. Да!.. Всё, я сказал! До завтра я занят!

Тут, наконец, прибыл лифт и Ежов, закончив звонок, шагнул между раздвинувшихся створок…

Через полчаса Ежов уже поднимался по ступенькам довольно популярного в городе ресторана «Корона». На входе он кивнул знакомому швейцару — бородатому Попапычу и вытянул зажатую между указательным и безымянным пальцами пятирублевую ассигнацию. Купюра моментально исчезла, а дверь перед Ежовым распахнулась, как будто бы сама по себе. Но Руслан Кириллович ненадолго задержался перед тем, как входить.

— Чего-то изволите, Руслан Кириллович? — Смекнул швейцар.

— Да. Я ожидаю гостя. Очень важного гостя. Я не знаю, как он выглядит, но… — Ежов замялся.

— Не извольте сумлеваться! У Потапыча глаз наметан! — Швейцар прищурил внезапно ставшие очень хитрыми глаза и добавил. — И Карапетыча предупрежу.

Спустя пару минут Ежов уже сидел в отдельной комнате в ожидании свежесваренного на песке кофе и лениво пролистывал меню ресторана. Мысли его витали далеко и были совсем не о еде.

Что нужно от него сотруднику Третьей канцелярии? Вряд ли вопрос будет касаться его клановой деятельности. Ежовы — клан, конечно, серьезный, но ведь сам Руслан Кириллович в нём не занимает никакого серьезного поста. Получается, речь будет о его деятельности арбитра. Да, скорее всего, это так. В Российской империи арбитром мог стать любой маг любой стихии, начиная от ранга В. Без разницы, клановый ты или нет. Главное условие — личная присяга действующему императору. Функции были немногочисленны: следить за законностью поединков на аренах и заниматься регистрацией и контролем клановых войн. За выполнение функций арбитра следовало очень большое жалование, многочисленные льготы, по истечению двадцати лет любой арбитр имел право на высокую пенсию, но мало кто уходил на пенсию рано. Арбитр был практически неподсуден и неприкасаем для чиновников и правоохранителей разного масштаба. От такого сложно отказаться, ведь это почти вседозволенность. Что арбитру полиция или прокуратура? Единственное исключение — Третья канцелярия. Да, ох уж эта Третья канцелярия. Ежов тяжко вздохнул.

Как будто в ответ на его мысли, открылась дверь отдельного кабинета и внутрь скользнули две крепкие фигуры в бронежилетах и сферических шлемах. На бронежилетах на черном фоне выделялись белые круги и цифра «три». При этом на плече одного из полицейских на шевроне Ежов рассмотрел оскаленную морду собаки. «Волкодавы»! — Догадался Ежов. Таких ребят и девчат он уже видел во время принесения присяги Михаилу II Ворону. Пара бойцов невозмутимо осмотрела комнату, затем один из них выскользнул наружу. Вскоре внутрь зашел мужчина в возрасте с вежливой улыбкой на лице. Эдакий живчик с заметным пузиком и пухлыми пальцами. На одном из них сверкнула золотом литера «А» на перстне.

— Здравствуйте, Руслан Кириллович!

— Я так понимаю — Вячеслав Валерьевич? — Поднялся со своего места Ежов.

— Правильно понимаете! — Инспектор улыбнулся еще шире и добавил, уже бойцу. — Паша, оставь нас.

Волкодав молча оставил двух могучих магов наедине.

— Вы уже что-нибудь выбрали? — Кивнул на меню Лавочкин. — Честно признаться, я изрядно проголодался!

— Нет пока. — Ответил Ежов.

— Что-нибудь посоветуете? — Спросил, беря в руки оббитое медными пластинами меню, Лавочкин.

— Я закажу солянку по-грузински и шашлык на ребре. Плюс овощи и зелень.

— Тогда не буду гадать, а сделаю такой же заказ. — Захлопнул меню Лавочкин.

Как раз в это время в кабинет заглянул один из бойцов.

— Тут человек. Хозяин местный. Запускать?

— Запускай, Паша. — Махнул ему рукой Лавочкин.

В комнату семенящими шагами буквально вкатился невысокого роста крупноголовый мужчина на дико кривых ногах и просто со счастливейшей улыбкой на лице.

— Здравствуйте, дорогие и уважаемые гости! Сколько же вы нас не посещали, почтеннейший Руслан Кириллович? Ай-яй-яй! Как вам не стыдно? Совсем забыли бедного Арама Карапетовича! — Развел руками хозяин «Короны».

— Здравствуй, Арам Карапетыч! — Невольно улыбнулся в ответ Ежов.

— Представьте меня вашему почтеннейшему другу, пожалуйста! — Попросил армянин, не сводя глаз с перстня гостя, предупреждающего всех о том, что перед ними маг ранга «А».

— Позвольте представить Лавочкина Вячеслава Валерьевича! — А это, — тут Ежов повернулся к инспектору. — хозяин этого ресторана.

— Арам Карапетович Абрамян, к вашим услугам. — Коротко поклонился собственник ресторана. — Для вас — просто Арам или Карапетыч. Что желаете, драгоценные мои? Откушать? Выпить? Просто отдохнуть? Только скажите — Арам для вас всё сделает!

— Уважаемый Арам Карапетыч! Сделайте нам по порции солянки по-грузински, вашего чудесного шашлыка из свинины на ребре, ну и всё что причитается: зелень там, овощи, соусы. — Озвучил пожелание Ежов.

— Сейчас же всё будет сделано! А что будете пить? Боржом? Ессентуки? Есть отличное абхазское вино, великолепнейший армянский бренди. Я вам скажу, не бренди, а квинтэссенция солнца в бокале! — Абрамян поцеловал кончики пальцев и закатил глаза в показном экстазе.

— Бренди? — Вопросительно посмотрел на Лавочкина Ежов.

— По бокалу можно. — Согласился тот. — И Боржом.

— Испаряюсь, о мои дорогие! Немедленно мясо на угли ляжет, а солянка будет через три минуты.

И шустрый армянин ртутью выкатился из комнаты.

— Вот как у них это так получается, а? — С улыбкой прищурился Лавочкин. — Просто не люди, а сгустки оптимизма!

— Сначала поговорим или поедим? — Оставил его вопрос без ответа Ежов.

— Давайте сначала отдадим должное кухне Арама Карапетовича. — Предложил Лавочкин.

Абрамян не обманул, и уже через несколько минул оба чиновника с аппетитом уплетали за обе щеки вкуснейшую, обжигающую рот температурой и перцем солянку, обильно присыпанную зеленью. Также принесли минеральную воду и толстостенный стеклянный графин с бренди. Но спиртное оба гостя решили употребить под мясо.

Буквально сразу же после того, как подобревшие от вкусного супа едоки отодвинули тарелки, в кабинет сначала заплыл умопомрачительный аромат печеного мяса, а следом его догнали два официанта с подносами, на которых шкворчало и исходило соком несколько очень крупных кусков шашлыка на ребре, густо присыпанных сверху тонкими кольцами резанного лука. Сам шашлык лежал на тонком блине лаваша. Кроме шашлыка на подносах были плоские широкие тарелки с порезанными огурцами, помидорами и болгарским луком, а также два вида лаваша: тонкие бездрожжевые блины и пышные ноздреватые внутри лепешки. Также присутствовали большие пучки разнообразной зелени и несколько маленьких соусниц с различными соусами белого и красного цветов.

Ежов невольно сглотнул и встретился глазами с Лавочкиным. Тот молча кивнул, но не успел Руслан Кириллович произнести и слова, как один из официантов, по виду соотечественник Абрамяна, уже разливал бренди по пузатеньким бокалам.

— Ну, за знакомство! — Поднял Лавочкин снифтер.

— За знакомство. — Поддержал его Ежов, и бокалы негромко звякнули при соприкосновении.

Долгих десять минут за столом вообще не шло никаких разговоров, а лишь раздавался хруст овощей и зелени на крепких зубах, бульканье напитков, междометия и редкие слова, говорящие о восторге от вкуснейшего обеда.

— Да… — Насытившись, проговорил инспектор. — Буду знать теперь, где я буду столоваться. А то, представляете, эти бизнес-ланчи в соседних ресторанчиках конечно неплохи, но…

— Понимаю. — Улыбнулся в ответ Ежов. — Ну что, теперь можно и поговорить?

— Да, вы правы. Что ж, приступим. — Принял серьезный вид Лавочкин и как-то весь подобрался. — У меня есть к вам определенный интерес, который касается вашей профессиональной деятельности.

— Я так и думал. — Усмехнулся Ежов. — Дерзайте, спрашивайте!

— Это ведь вы регистрировали объявление клановой войны между Олафссонами и Коршуновыми? — Сразу же взял быка за рога Лавочкин.

— Да, я. А что есть какие-то проблемы? — Нахмурился Ежов. — Сразу говорю, что причину Олафссоны обосновали, гарантийный платеж в сто миллионов рублей они внесли сразу же. Платеж проводили при мне, Casus belli заявлен в письменном виде. Всё сделано согласно закону и Кодексу.

— А можно подробнее как раз о Casus belli? Что именно указали в качестве причины войны? — Подался вперед Лавочкин.

— Агрессия со стороны клана Коршуновых.

— А подробнее?

— Неоднократные рейдерские захваты предприятий клана Олафссонов кланом Коршуновых, смерть Хельги Олафссона от рук Максимиллиана Коршунова. — Невозмутимо ответил арбитр, на секунду задумавшись.

— И вас, как арбитра ничего не насторожило? — Приподнял бровь Лавочкин.

— А что меня должно было насторожить? Я же вам говорю, что там всё ровно.

— Угум. Понятно. — Под нос себе протянул инспектор. — Войну Олафссонов с Куркиными ведь тоже вы регистрировали?

— Тоже я и там также всё в строгом соответствии с законом! — сказал, как отрезал Ежов. Ему начинали не нравиться вопросы инспектора.

— Ладно, об этом позже. А скажите, дорогой Руслан Кириллович, а с чего вы вообще взяли, что Максимилиан Коршунов является представителем клана Коршуновых? — Откинулся на спинку стула Лавочкин.

— Но как же? — Вскинулся Ежов.

— Какие вам предоставили документы, подтверждающие данный факт? — Продолжал давить построжевший инспектор Третьей канцелярии. — Я имею в виду кроме его свидетельства о рождении?

— Но ведь Олафссоны приобщили не только свидетельство о рождении этого Максимилиана! Также там была выписка из клановых книг и журналов Коршуновых! — Возмутился арбитр. — По всем документам этот Максимилиан Коршунов — клановый носитель фамилии!

— Да? — Скептически посмотрел на арбитра Лавочкин. — А Вы не задавались вопросом, откуда у них копии документов другого клана? И ещё — копию айдикарты этого самого «кланового» Коршунова вы видели?

— Эм… Нет, но… вы что, хотите сказать? — Холодея, вскинулся Ежов.

Теперь ему стало понятно, за какие такие заслуги представитель Олафссонов передал ему пароль от анонимного кошелька с юникойнами на сумму, эквивалентную десяти миллионам рублей. А он-то думал, что это благодарность за срочность и «неудобства»! Ведь до этого в Наро-Фоминске в подобной ситуации всё прошло без сучка и без задоринки. И также имела место «благодарность» от них же, правда сумма была меньше. Ещё бы, ведь он зарегистрировал их заявление уже поздним вечером! Ну и в этот раз он решил… Болван! Осёл! Неужели эти сволочные Олафссоны решили подставить арбитра? Да он же им!.. Ежов нахмурился и сжал кулаки.

А Лавочкин в это время продолжал поскучневшим голосом.

— То есть вы хотите сказать, что в глаза не видя основной документ каждого жителя нашей империи, вы приняли решение о его отношении к клану на основании одних лишь копий, и, исходя из подобных неполных данных и ложных предпосылок, пришли к выводу о правомерности регистрации войны кланов? Вы, как арбитр своими действиями должны обеспечивать соблюдение закона при проведении дуэлей и клановых войн на территории нашей страны. Вы же знаете, чем чреваты боевые действия между кланами? Видите ли, вы, возможно, по причинам, которые мы ещё установим, не обратили внимания, но в клановых книгах Коршуновых нет информации о проведении процедуры конфирмации Максимилиана Алексеевича Коршунова, не смотря на то, что он достиг возраста совершеннолетия! Также в айдикарте у означенного Коршунова черным по белому пропечатано «неклановый»! Налицо небрежение долгом с вашей стороны.

Ежов почувствовал, что съеденные яства стали колом в желудке, а бренди начал горчить.

— Что вы имеете в виду? — Пролепетал он.

— Как полномочный инспектор Третьей канцелярии, я заявляю о приостановлении вашей деятельности в качестве арбитра и начале процедуры проверки мотивов ваших решений и действий.

Ежов похолодел. Как же так? Что же ему делать? Может попросить о помощи клан? Но те вряд ли будут вмешиваться, ведь деятельность арбитра, наоборот, разделяет клановую принадлежность и выполнение профессиональных обязанностей.

— Кроме того, на время проведения проверки вы задерживаетесь, и будете находиться под стражей. — Лавочкин промокнул уголки губ салфеткой и скомандовал. — Взять. Проследить, чтобы он слил свой резерв в ноль.

Из-за спины Ежова возникли две фигуры в шлемах и положили руки ему на плечи. Кабинет стал быстро заполняться людьми. Инспектор же продолжал раздавать команды.

— Проверить финансовое состояние бывшего арбитра. Провести обыск и выемку по местам его жительства и работы. В качестве поблажки разрешаю отводить на сон господина Ежова по восемь часов непрерывного сна в сутки. Цените, Руслан Кириллович! Обычно магам не дают спать более полутора часов подряд.

Разбитого и потерянного Ежова увели, а Лавочкин налил себе еще один стакан боржоми, залпом выпил и с удовольствием крякнул. Ну что, теперь осталось дело за Олафссонами. Совсем зарвались ребятки. Вот уже и лично начальник Третьей канцелярии — Гусев Родион Сергеевич звонил и сказал, что его императорское величество Михаил II обеспокоен событиями в Подмосковье. А копнув поглубже, Лавочкин понял, что, по сути, клан Олафссонов просто воспользовался лазейкой в законе и повторил тот же финт, что и при войне с кланом Куркиных. Сначала подтянул войска, подготовил их, разместил, обеспечил вооружением и техникой, а затем сразу же после процедуры регистрации клановой войны уничтожил неподготовленного противника. После уничтожения под корень клана Куркиных Третья канцелярия стала копать под Олафссонов. Давно не было такого, чтобы просто физически уничтожать целый клан, да еще и так быстро, и результативно! И вот на тебе! Прошло всего немного времени и Олафссоны попытались провернуть такой же финт с другим кланом. Вот только тут они просчитались. Еще после первой войны Третью канцелярию напрягло то, как быстро, да еще и после рабочего дня, было зарегистрировано обращение Олафссонов о войне. Стали копать и выяснили, что благосостояние арбитра, столь в несвоевременный час зарегистрировавшего военные действия и платеж в стандартные сто миллионов рублей, очень выросло. Нет, арбитры и без того живут довольно обеспеченно, но вот конкретно этот арбитр, некто Ежов Руслан Кириллович, стал жить на очень широкую ногу. И вот сейчас Вячеслав Валерьевич выясняет, что и очередную войну, затеянную кланом Олафссонов, регистрирует тот же арбитр. Регистрирует и при этом закрывает глаза на отсутствие ряда важнейших документов. Напрашивается очень простой вывод. Кроме того, все правоохранительные и наблюдательные органы оказались необычно слепы и глухи по отношению к куче народу с оружием и бронетехникой. И это в разных городах! Что же коррупция — она, конечно, непобедима, но стремиться её уничтожить — надо. Так что ожидает в скором времени многих крупных чинов казенный дом. Ну а зачинщики всего этого безобразия…

Глаза Вячеслава Валерьевича остановились на уже остывшем мясе, он поколебался немного, но в итоге решил сделать себе поблажку и отрезал небольшой кусочек шашлыка, обмакнул его в аджику и забросил в рот. Следом за ним схватил веточку петрушки и ломтик томата.

— Ммм… Просто отличный шашлык! — Не удержался он от похвалы вслух.

— Почтеннейший Вячеслав Валерьевич! — Раздался просительный голос.

Инспектор обернулся и недоуменно посмотрел на поникшего Абрамяна. Откуда он тут взялся?

Проницательный Арам Карапетович уже сделал для себя все необходимые выводы. Но главное, он понял, что вот этот вот невысокий толстенький мужчина является очень серьезным человеком, раз его люди арестовывают самого имперского арбитра. А раз так, то с ним надо дружить.

— Драгоценный Вячеслав Валерьевич, может быть, ваши люди хотят кушать? Как раз дошел вкуснейший хачапури, а в холодильнике остыл айран. Это всё за счёт заведения. Таких важных гостей принимать — почет для нашего ресторана. — Несмело улыбнулся Абрамян.

— Хачапури говоришь? Лодочкой? А, круглый? Знаешь что, накрывай на моих ребят, да и мне принеси. — Махнул рукой со сверкнувшим золотом перстня Лавочкин. — Только счет чтобы принёс, ясно?

— Конечно, уважаемый! — Повеселел Арам Карапетович. Вроде бы с этим грозным начальником получилось наладить контакт. — Сейчас же скажу своим бездельникам!

Вячеслав Валерьевич полюбовался на насыщенный цвет бренди в бокале, закрутил его одним движением руки и сделал маленький глоток.

— Как он там сказал — квинэссенция солнца в бокале?

В это время раздался телефонный звонок, и Лавочкин посмотрел на экран. «Адвокат Демченко» — высветился контакт звонившего.

— Да? — Произнес в трубку Вячеслав Валерьевич, делая очередной глоток бренди.

Глава 10

Маленькая босая ножка с аккуратными темно-красными ногтями на пальцах качалась в такт ритмичной музыке, бухающей в настольных колонках. Вторая нога, согнутая в колене, служила опорой для первой. Указательный палец правой руки крутил в воздухе замысловатые фигуры, совсем немного напоминающие движения дирижера в оркестре.

— Бася! — Послышался недовольный девичий голос. — Слушай свою музыку в наушниках, как цивилизованные люди! Твои старшие сёстры спят и хотят спать дальше!

— Моим старшим сёстрам пора бы уже запомнить, что спать до обеда — вредно для здоровья! — Отреагировала на претензию самая младшая из сестер Иванович.

— Какого обеда? Только одиннадцать часов! — Возмутилась Саша и подошла поближе к шикарному компьютерному креслу, в котором полусидела-полулежала Барбара.

— Вот именно! Уже почти обед, а вы обе до сих пор дрыхнете без задних ног! — Обвиняюще ткнула указательным пальцем Бася в грудь сестры, скрытую бесформенной футболкой. — Немедленно вставать! Умываться, чистить зубы и приводить себя в порядок! Что у тебя за воронье гнездо на голове? И опять одна из ваших ужасных футболок!

— Эй! Отстань! Нормальная же футболка. — Вяло запротестовала Александра и опасливо отодвинулась от сестры.

Тут она, наконец, проснулась окончательно и распахнула в удивлении глаза. Её младшая сестрёнка и до этого выделялась на фоне обеих старших, отличающихся крайней небрежностью в одежде, отношением к прическам и косметике. Но сейчас…

— Чёт я не поняла?.. — Протянула с упором на букву «о» и уперев руки в бока Александра. — Что за вид?

Барбара Иванович действительно выглядела необычно. Выражалось это не в одежде, нет, хотя ультракороткую юбочку вкупе со спортивным топиком, выгодно подчёркивающим её грудь, она раньше и не носила. Александра цепким женским взглядом быстро осмотрела сестру. Ну да, маникюр-педикюр, новая прическа, ей идёт, кстати, легкий мейк-ап, смена стиля одежды. А это что, депиляция?!!

— Ты что — влюбилась?!! — Завопила Саша во всю мочь.

В ответ Барбаба как-то подозрительно потупилась и покраснела.

— Ничего я не влюбилась. Начинаешь сразу. Что я — не могу что ли…

Её перебила третья сестра. На вопль Саши в комнату неуверенно внесла свое тельце самая старшая из сестёр Иванович — Мария. Она также была в шлепках на босую ногу. Из одежды на неё была только безразмерная мятая футболка.

— Вы чего орете? — Зевая и почесывая ягодицу, спросила она недовольно. — Спать не даете нормальным людям.

— Машка! Глянь на Басю! — Немного убавив децибел в голосе, ткнула пальцем в младшую сестру Александра.

— А что с ней не так? — Начала тереть глаза Маша.

— Да с ней ВСЁ не так! Да ты посмотри! Посмотри! — Не унималась Александра, подпрыгивая на месте от возбуждения.

Наконец, Мария сфокусировала свой взгляд на сестренке.

— Ого! — Только и произнесла она.

Затем она начала кругами, как хищник вокруг своей жертвы, обходить сестру. При этом она наклонилась вперед и сгорбила спину.

— Ну-ка, ну-ка. Это что у нас тут. Ага. Ага. Таааак. И даже так?

— Ваш вердикт, ваша честь? — Выпрямив спину и сделав вычурный жест рукой, спросила Александра.

— Однозначно! Либо нам подсунули двойника нашей Баси, либо она…

— Влюбилааааась!!! — Хором закричали обе сестры, задрав руки вверх.

— Кто он?

— Покажи нам фото?

— Как ты с ним познакомились?

— Блондин? Брюнет? Шатен? Он что — рыжий?!!

— А ты с ним уже целовалась?

— А почему мы не знали?

Красную от смущения Барбару просто засыпали кучей вопросов. В конце концов, она набрала побольше воздуха в грудь и гаркнула.

— Тихо!!!

Сестры замолчали и встали рядом, поедая младшенькую глазами.

— Ни в кого я не влюбилась! Просто у нас предстоит разговор с клиентом. Важный разговор.

— Ты собралась встречаться с ним ЛИЧНО?!! — Потрясенно выдохнула Александра.

— Нет, конечно. Только по защищенным каналам связи. Через механический дешифратор, без видео, с компьютерной озвучкой текста. И я намерена договориться на сто тысяч долларов САСШ ежемесячно.

— Не поняла. — Протянула Мария. — А тогда к чему всё это?

— Подожди. — Перебила её Саша. — Клиент — парень, да?

— Да. — Признала Барбара.

— Симпатичный? — Вкрадчиво продолжила Александра.

— Ддда. — Опустила глаза Барбара.

— Ага. — Удовлетворенно протянула Саша и выбросила в сторону Баси руку с выпрямленным указательным пальцем. — Виновна! А теперь покажи нам его фото и расскажи нам о нём подробнее.

— Да что вы себе напридумывали? — Заюлила Барбара.

— Мы тебя насквозь видим! — Важно заявила Мария. — Давай, рассказывай!

— А может лучше пока по пицце? — Коварно предложила Барбара.

— Ни за что! — Заявила Александра. — Так дешево нас не купить! Сначала рассказ и фото!

— Да! А потом по две пиццы каждой! — Выставила условие Мария.

Тут из колонок раздался стилизированный под треньканье старинного телефона звон.

— Всё. Мне некогда! Это клиент. — Заявила Барбара и поднесла микрофон к губам.

Старшие сёстры дружно зашуршали колесиками ещё двух кресел, подтягивая их поближе.

* * *

Командир боевой пятерки Эрик Олафссон бы очень недоволен. Нет, не так. Он был дико зол. На себя, на старшего по акции, на своего непосредственного шефа — Карла, на начальника клановой СБ Томаса, но больше всего он был зол на мальчишку Коршунова! Этот сопляк постоянно умудрялся испортить его почти безупречный послужной список. Надежные, как швейцарские часы, операции каким-то непостижимым образом проваливались, стоило им столкнуться с юным Коршуновым. Сначала Эрик провалил операцию по захвату бывшего финансиста клана Куркиных. Его там ещё и ранили! Более того, он попал в полицейский участок, какой стыд! Потом провал операции по захвату самого Коршунова. Теперь вот — опять! Немного утешало то, что сегодня не он был старшим, но тем не менее, даже не смотря на то, что он ожидал от шустрого мальчишки подлянки, тот смог снова уйти от захвата. Просто чертенок какой-то!

Эрик на эмоциях ударил кулаком по рулю своего автомобиля. На временной точке сбора их отчитал, как детей, один из первых лиц СБ клана — Гудмунд. Непосредственно ему Эрик не подчинялся, но сейчас старшим над ними был поставлен именно этот заместитель начальника СБ и от этого Эрику было еще неприятнее выслушивать неприятные и резкие слова. Карл Иванов бы устроил разнос ни чуть не меньше, но сделал бы это не так обидно, не задевая личную честь и достоинство бойцов. Гудмунд же был прямым, как лом, воякой. И выговаривая своим подчиненным, вообще не пытался сглаживать свои слова. От злости Эрик даже проголодался и решил по дороге в снимаемую в этом городе квартиру заскочить в закусочную. Кончено, сначала бы стоили заехать на квартиру, принять душ и переодеться — от Эрика мощно перло гарью и сгоревшим порохом, но пошло оно всё к черту! Есть хотелось сильно. Он агрессивно припарковал свой Клин, наехав на тротуар, и вышел из машины.

Стеклянная дверь кафе звякнула дешевым колокольчиком, и Эрик зашёл внутрь. Остановившись у входа, он не спеша осмотрелся. Посетителей было мало, само заведение было чистеньким, довольно уютным. Пойдет. Эрик решительно направился к стойке, когда мозг его осенила вспышка увиденного кадра. Да ладно! Эрик медленно обернулся и уставился на двух людей, скромно сидящих за дальним от входа столиком. Пара посетителей состояла из взрослого мужчины с хмурым лицом и молодого парня в щегольском наряде. На столе перед ними сиротливо стояли чашки с кофе или чаем и лежала короткая трость. Эрик широко улыбнулся, формируя огненное плетение. Он не ошибся. Это просто джек-пот! В кафе сидел Максимилиан Коршунов собственной персоной! Второй, скорее всего охранник. Ну, да ладно. Его убираем сразу. И Эрик, не переставая улыбаться, отправил огненную стрелу в голову мужчины, следом туда же полетела еще одна. А мальчишку он захватит, тому никакая ловкость не поможет.

* * *

Кофе в кафе с непрезентабельным названием «Елочки» был хорошим: ароматным и вкусным. Я пил уже вторую чашку и размышлял о ближайших планах на будущее. Тень периодически озвучивал своё мнение, и процесс был… нескучным. Для Константина всё выглядело так, как будто я молча сидел, уставившись в кофейную чашку. Пару раз он порывался что-то сказать, но я молча, жестом останавливал его порыв. Пока мы ждали моего юриста, у меня было время поразмыслить, и я не хотел отвлекаться. Демченко в сопровождении охраны должен бы уже скоро появиться, так что эта чашка кофе была последней. Что бы ни считал Тень, но я переживал, что Олафссоны могут напасть и на Демченко. Тень же напирал на то, что раз уж простому обывателю всё происходящее представлено, как клановая война, то нападение Олафссонов на рядового некланового адвоката выйдет им боком, и они вряд ли на такое пойдут. Ладно, будем надеяться, что усиленной группы охраны, которая была выделена Дмитрию Александровичу до того, как базы моих безопасников были блокированы, хватит на случай нападения.

— То есть ты считаешь, что нам нужно всё же воевать на юридическом фронте? А как быть с фактическими боевыми действиями? Олафссоны, по-твоему, будут сидеть и ждать, пока разберут нашу тяжбу? Да им плевать с высокой колокольни! Нужно воевать! Ты же сам меня учил тактике и стратегии боевых операций! Бить в самое сердце! Мы же готовились к такому повороту событий.

— Ты не прав. — Продолжал гнуть свою линию Тень. — Мы готовились не к такой войне. Мы готовились к тому, что спровоцируем рядом рейдерских атак и прямых захватов Олафссонов к нападению их клана на тебя. А затем собирались привлечь к проблеме имперские власти, используя тот факт, что клан в открытую нападает на некланового имперского гражданина. Далее бы вмешалась та же Третья канцелярия и агрессия Олафссонов была бы остановлена.

— Вот видишь! Мы — готовы! СБшники пока заблокированы на базах, но это временно. Нужно ударить в тыл блокирующим их силам, прорвать блокаду и тогда мы ещё повоюем! Олафссонам жарко станет!

— Макс! Ты меня не слышишь. Мы готовились к не особо длительному противостоянию с одним из кланов, действия которого бы сильно сковывал закон, который бы они нарушали. Наши силы, наши финансы НЕ потянут полноценную войну на уничтожение, которую затеяли Олафссоны. Не знаю, как им удалось втянуть тебя в эту войну с Коршуновыми, но, признаю, получилось у них это ловко. Теперь ты — всего лишь один из членов клана проигрывающего войну Коршуновых. И, следовательно, с тобой будут воевать в полную силу. Нам надо переломить возникшую ситуацию и вернуть к тем исходным, которые имели место. Т. е. ты — неклановый, Олафссоны — нарушители, мы защищаемся, они — агрессоры. И ждать вмешательства законников. А для этого нам сейчас нужно давить на Третью канцелярию, для чего нужно раз и навсегда определить твою позицию, как некланового имперского подданного. Так что однозначно необходимо отправлять Демченко к этому Лавочкину, а то и с ним ехать.

— Тень, но ведь в это время никто не мешает мне разведать обстановку на месте и, если появится возможность, деблокировать своих людей?

— Так. Давай-ка… — Тут он запнулся, и сразу же в моей голове загремело. — Макс! Ускорение!!!

На рефлексах я сначала ускорился, схватил со стола трость, сорвался со стула в сторону и только потом осмотрелся. Кто? Что? Но тут же всё стало ясно. В нашу сторону от какого-то мага летели друг за другом два сгустка огня. Я тут же переместился к сидящему Константину и столкнул его со стула. Низко наклонившись, я помчался в сторону нападавшего, внимательно осматривая помещение кафе. Не понял? Он что — один? Точно — один.

Даже не раскрывая острые кромки крыльев птицы, я тупо саданул магу огня навершием трости прямо в живот. Этого должно хватить, чтобы перевести его из состояния угрозы в состояние беспомощного тела. Чёрт! У него стихийный щит поднят! Тогда так. И всё ещё находясь в ускорении, я начал бить тростью по щиту со скоростью отбойного молотка. Глаза нападающего стали очень большими, а лицо — удивленным, вокруг его рук начали формироваться огненные сгустки. Он что думает, я только бить быстро умею? Бегаю и прыгаю я тоже быстро. Я шустро нырнул за спину магу, не переставая осыпать того дробью ударов. Огненная стрела полетела в стену. Мысли почему-то повернули совсем не туда, и я начал думать, почему его лицо мне показалось знакомым. Где-то я его видел. Ну, точно — это же он на меня сегодня так злобно пялился во время переговоров с боевиками Олафссонов! В это время защита, наконец, исчезла, и фигурка стальной птички врезалась прямо в плечо огневика. Раздался влажный хруст, и я вышел из режима ускорения.

Мой противник поворачивался ко мне, протягивая правую руку в мою сторону. Уважаю — боец! Не каждый сможет с такой травмой держаться на ногах, не то, что пытаться сражаться. Из левого плеча его выглядывает очень белый обломок кости — однозначно открытый перелом. У его вытянутой в мою сторону ладони начал рябить воздух. А вот этого нам не надо! Удар ногой сбоку в шею снес раненного агрессора на пол, отправив, наконец, в нокаут. Я внимательно всмотрелся раскинувшуюся на полу фигуру. Точно без сознания. Следом я посмотрел на трость. Хорошая вещь, даже не погнулась! Удружил Ахрорович, надо бы ему спасибо сказать за такой подарок. Тут меня отвлек от рассматривая трости стон. Вот ведь! Переборщил я с силами, когда Константина толкал. Того, оказывается, унесло прямо в стену. Сейчас он сидел на полу среди обломков стула и держался двумя руками за голову. Ударился, наверное? М-да, явно сильно ударился, судя по тому, что его тошнит.

В кафе только сейчас послышались вскрики и охи. Немногочисленные посетители начали вскакивать со своих мест, а персонал выбежал в зал и бестолково смотрел на происходящее. Противно потянуло гарью от тлеющих обоев на стенах — последствия попадания огненных стрел. Но вот с кухни выскочила героических пропорций женщина в заляпанном жиром переднике и косынке поверх волос с огнетушителем в руках. С шипением ударила струя углекислоты и огонь потух.

— Толик! — Гулко прозвучал её голос. — Толииик! Очнись! Вызывай полицию и страховую!

Молодой парень-бармен кивнул и умчался из общего зала куда-то внутрь кафе. В это время практически неслышно на фоне общего гвалта звякнула дверь и внутрь зашли сначала двое знакомых мне в лицо парней из «Эгиды», а следом за ними и Демченко Дмитрий Александрович, собственной персоной. За ним заглянул еще один боец, окинул происходящее цепким взглядом и сразу же вышел обратно.

— Здравствуйте, Максимилиан Алексеевич! Я смотрю, стоило мне появиться, а вам уже нужна юридическая помощь? — Прозвучал веселый голос адвоката.

— Здравствуйте, Дмитрий Саныч!

Мы пожали друг другу руки. Ребят я отправил помочь поднимающемуся на ноги Константину.

— У меня действительно есть ряд вопросов, требующих вашей правовой оценки и юридической помощи. Причём, срочной.

— Вы же знаете, м… я всегда к вашим услугам. Вы — мой работодатель и у нас с вами подписан исключительный трудовой контракт, так что… — Развел руками мой законник.

Поискав глазами чистый и свободный столик, я остановил свой выбор на стоящем через два стола от нашего, теперь уже стоящего без стульев и с испачканной скатертью. Чинно прошел к нему, сел и пригласил Демченко присоединиться.

— Присаживайтесь, Дмитрий Александрович. Снаружи всё чисто? Тихо? Спокойно?

— Да, э… шеф, снаружи всё в порядке.

Странно, но моему адвокату было явно неуютно называть меня не по имени-отчеству, а коротким словом «шеф». Смешной он в этом плане. Я улыбнулся и огляделся по сторонам. Остановил взгляд на всё ещё стоящей с огнетушителем наперевес женщине и попросил, встретившись с ней глазами.

— Можно нам ещё кофе?

Глава 11

Игорь Иванович Коршунов был хмур, как осеннее небо. Выражение его лица, поза, вся его фигура выражала усталость, и даже обреченность. И, как это ни странно, даже безукоризненно выглаженный костюм не поправлял этого впечатления, а, казалось, наоборот, усиливал его.

— Игорь Иванович! — Позвал импозантный мужчина примерно одного с ним возраста со значком козлиной головы на лацкане блейзера.

— Что? Что такое? — Недоуменно поднял голову Коршунов.

— Игорь Иванович, соберитесь! — Строго проговорил представитель клана Козловых и выразительно посмотрел тому в глаза. — Ваши оппоненты прибудут с минуты на минуту.

— Ох, спасибо, Владимир Витальевич! — Спохватился Игорь Иванович. — Простите мне мою отвлеченность, но…

— Я понимаю. — Кивком остановил его Козлов. — И даже сочувствую.

Коршунов цепким взглядом буквально впился в лицо говорившего гаранта.

— Нет-нет, Игорь Иванович! — Сразу же отмел в сторону ростки появившейся надежды один из внуков Главы клана Козловых. — Союз или партнёрство наш клан вам не предложит. Мы будем соблюдать нейтралитет. Сегодня мы гарантируем достойное поведение двух встречающихся сторон. И всё. Просто…

Владимир Витальевич участливо посмотрел на Главу, практически потерявшего свой клан.

— Просто никто из достойных клановых не одобряет такие методы, как киднеппинг. Конечно, ваш наследник уже достиг возраста тринадцати лет и является частично дееспособным. Старики скажут, что вот, раньше в тринадцать молодцы и войны выигрывали, и войска огромные водили, и казни лютые терпели! Но все мы люди, и все мы понимаем, что времена не стоят на месте. Раньше средняя продолжительность жизни одаренного составляла сорок-пятьдесят лет. Сейчас же этот срок увеличился, как минимум, в два с половиной раза, а то и втрое. Но также увеличилась и информационная нагрузка на подрастающее поколение. Сегодня юноша тринадцати лет всё же практически совсем ребенок. Его даже на арене убить нельзя, хотя он и может участвовать в поединках. Да, времена меняются, условия жизни также, но краеугольный камень, вокруг которого построена вся наша с вами жизнь — Кодекс, регламентирующий жизнь кланов, никто менять не собирается!

Козлов нервными быстрыми шагами стал мерить пространство около журнального столика, окруженного тремя мягкими креслами.

— Наше с вами поколение уже не в первый раз пытается поднять вопрос о внесении изменений в Кодекс. Не только на тему возраста. Накопилось огромное количество неудобных сегодня моментов. Устаревших, отживших своё. Но каждый раз нам отвечают, что «это чересчур сложный вопрос, требующий длительного международного обсуждения и одобрения, как минимум трети всех великих кланов».

Тут Козлов заметил поскучневшее лицо Коршунова и резко поменял тему.

— Вот и вас коснулась одна из устаревших уже норм Кодекса. Как итог, ваш наследник похищен фактически из школы. Так как он еще — школьник. Ну, разве это справедливо? — Развел Владимир Витальевич руками.

Коршунов не успел ответить, так как в это время распахнулись двери в обширную залу, в которой и происходил данный диалог. Внутрь зашел ничем не примечательный мужчина в сером костюме и произнёс:

— Олафссоны приехали.

Козлов кивнул и отрывисто скомандовал.

— Проводи. Только Главу. Остальные пусть ожидают.

То ли секретарь, то ли посыльный, тихо развернулся и исчез за дверями. Коршунов внезапно повлажневшими ладонями вцепился в подлокотники кресла. Козлов отошел от столика и сцепил руки за спиной. Прошла буквально одна минута, и всё тот же неприметный мужчина открыл двери и впустил внутрь крепкого мужчину в возрасте с какими-то грязно-русыми волосами. Мужчина своими холодными серого цвета глазами обвел комнату и шагнул навстречу хозяину сегодняшней встречи.

— Здравствуйте Владимир Витальевич! — Крепко пожал он руку Козлова.

— Здравствуйте, Харальд!

— Добрый день, Игорь Иванович!

— Добрый. — Напряженно отозвался Глава Коршуновых.

— Присаживайтесь! — Сделал приглашающий жест рукой Козлов.

Когда все уселись, Владимир Витальевич заговорил строгим тоном.

— Итак, господа, я ещё раз желаю вам обоим здравствовать и официально заявляю, что клан Козловых на сегодняшнем мероприятии обеспечивает неприкосновенность жизни и здоровья представителей кланов Олафссонов и Коршуновых. Козловы являются гарантом безопасности этой встречи. Также лично я буду следить за тем, чтобы во время беседы обе стороны соблюдали Кодекс и устоявшиеся нормы поведения. За попытку нарушения Слова клана Козловых виновный клан будет жестоко наказан, вплоть до объявления войны. Вам обоим всё ясно?

— Да. — Невозмутимо процедил Олафссон.

— Да. — Мрачно кивнул Коршунов.

— Тогда приступим, господа! — Заявил Козлов, поправляя на пальце статусный перстень с литерой «А».

Начинать разговор первым никто не хотел. Оппоненты молча сверлили друг друга неприязненными взглядами. Наконец, Коршунов первым сдался и опустил глаза. Харальд Олафссон ухмыльнулся и откинулся на спинку кресла.

— Игорь Иванович. Вы хотели встречи. Я приехал, но ничего пока не слышу. — С этими словами Харальд Олафссон положил ногу на ногу, продемонстрировав шоколадного цвета туфли, блеснувшие свежим лаком. — Возможно, вам это и неизвестно, но время Главы клана дорого стоит и расписано буквально по минутам.

— Ты!.. — Буквально взвился Коршунов.

— Не ты, а вы! — Припечатал Олафссон. — Давайте без этих вот театральных жестов: подпрыгиваний на месте, порывов броситься на собеседника. Просто озвучьте своё предложение, моё время и правда ценно.

— Что с моим сыном? — Сжав кулаки, спросил о наболевшем Глава клана Коршуновых.

— Скажем так. С ним всё в порядке. Он жив и здоров. Просто он находится у нас… в гостях. — По-кошачьи растёкся по креслу Олафссон. — И с ним всё и дальше будет в порядке, если, то есть КОГДА мы с вами придём к нужному нам результату наших… нашей беседы.

— Чего вы хотите? Наш клан редко пересекался с вами. Почему вы напали на нас? Откуда эта агрессия? Зачем вам эта чёртова война? — Разразился градом вопросов Коршунов.

— Зачем? Почему? — Недоуменно приподнял бровь Олафссон и кивнул на Козлова. — Вы уверены, что хотите обсуждать подобные моменты в присутствии третьего лица?

Коршунов задумался буквально на несколько секунд и кивнул в ответ.

— Да. Не вижу препятствий.

— Хм… Хотя да, что вам терять? Вот только в отличие от вас, МНЕ не хочется, чтобы лишняя информация ушла на сторону. Более того, одним из условий воссоединения любящих отца и сына будет как раз неразглашение известной вам информации о наших… м… пусть будет противоречиях, перед третьими лицами. Итак? — Со скучающим видом прищурился на своего визави Харальд.

Коршунов медленно кивнул.

— Уважаемый Владимир Витальевич, мы бы хотели поговорить тет-а-тет. — Вопросительно посмотрел на Козлова Олафссон.

— Вы же знаете, Харальд, что… — Развел руками Козлов.

— Можно тогда мы отойдем, ну хотя бы вон туда, к мини-бару, горло пересохло? — Махнул ладонью в сторону Олафссон.

— Мы сделаем по-другому. — Мягко улыбнулся Козлов. — Я оставляю вас за столом, а сам… Допустим, полистаю свежий выпуск «Ведомостей». И буду листать их минут пять.

— Если можно — десять минут? Думаю, этого времени вам как раз хватит, чтобы вы тщательно разобрали все события и новости. — Спокойно заявил Олафссон.

— Хорошо, дорогие гости. Не буду опошлять момент и напоминать вам о правилах поведения. Надеюсь на ваше благоразумие. — С этими словами Козлов поднялся со своего места и отошел в дальний край залы.

Олафссон тут же подался вперед всем корпусом и негромко, но четко начал быстро говорить.

— Итак, к делу! Игорь Иванович! Мне нужен результат вашего проекта с Максимилианом Коршуновым. Мне нужны мои активы, которые ваш выкормыш перехватил прямо из под нашего носа. Мне нужно всё, что вы захапали себе после нашей победы над Куркиными. Только так! Вы выполняете эти несложные условия, сохраняете в тайне информацию о том, какой куш стоит на кону, и тогда, после того, как мы закроем все вопросы по поводу права собственности на эти активы, вы с вашим сыном сможете отправляться на все четыре стороны! Естественно, что вы также возместите все расходы, связанные с военными действиями, то есть уплатите необходимую контрибуцию. Ответа я жду прямо сейчас. У вас есть две минуты на размышления.

— Э… Не понял. Можно подробнее? Какие такие активы? — В недоумении выпучил глаза на вымогателя Коршунов.

— Это ведь вы настояли на нашей встрече. Что вы не поняли, Игорь Иванович? — Ласковым голосом протянул Олафссон и продолжил каким-то низким рыком, его сильные пальцы сжались в кулак. — Хватит пытаться выглядеть глупее, чем вы есть, и продолжать цепляться за то, что вы не удержите! Отдайте. Отдайте! Мне! Мои! Алмазы!!!

* * *

— Благодарю вас, Вячеслав Валерьевич! Да-да, конечно я буду! Всего доброго и вам! — Бодрым голосом закончил разговор Демченко и нажал на кнопку завершения звонка.

Но не успел он убрать телефон в карман, как тот снова зашелся вибрацией, одновременно оглашая помещение кафе звуками популярной песни. Демченко посмотрел на экран телефона, нахмурился и, пробормотав «чертовщина какая-то», поднял трубку. В телефон он сказал лишь «алло», а затем передал трубку мне.

— Роботизированный голос. Просит вас. Вместо номера высветилась фигурка кошки в фараонской шапке, но у меня нет такого контакта!

Кажется, я понял, кто это звонит, — подумалось мне. Естественно, я угадал. Несколько минут диалога с безэмоциональным абонентом встряхнули меня не хуже двойной порции энергетика или утренней тренировки. Вот это новости! Значит, Олафссоны и Коршуновы встречаются на нейтральной территории у Козловых. И, если я поспешу, то…

— Дмитрий Александрович, удачи вам в ваших нелегких трудах и надеюсь на результативность вашей встречи с инспектором Лавочкиным. Тут вы уже оставили ваши контакты? — И продолжил уже Константину. — Мы сейчас же уезжаем.

Охранник поднялся со своего места одновременно со мной. Мы скорым шагом направились к выходу из кафе. Я уже спускался к вызванному таксомотору, когда к ступенькам входа лихо подрулил мотороллер веселого ярко-желтого цвета. Паренек примерно моих лет в шлеме с козырьком под цвет своего двухколесного транспорта и сумкой с логотипом красной ракеты на боку весело спросил:

— Трость, костюм. Молодой. Это вы — Коршунов Максимилиан Алексеевич? Можно вашу айди? У меня для вас посылка. Ценная.

И курьер протянул в мою сторону маленькую коробку. Константин шагнул было вперед, но я, предупрежденный своей контрразведкой, опередил его и взял в руки посылку, демонстрируя мотоциклисту свои документы.

— Я что-то должен? — Спросил я у курьера.

— Нет, всё уже оплачено. И даже с доплатой за срочность. Спасибо, что воспользовались услугами нашей компании! — Сверкнул улыбкой паренек и тут же резво умчался вдаль.

В такси я достал из коробочки новый телефон. Модель такая же, как у меня и была. Как интересно! И даже номер мой восстановили! Ты смотри! И как же это провернули без меня? Хотя, что это я? Меня же не удивляет тот факт, что Божечки-кошечки каким-то образом подключаются даже к защищенным сетям и удаленно умудряются вносить свои номера в список контактов моего адвоката! М-да. С его/её/их возможностями я начинаю подозревать, что возмутившие меня сто тысяч долларов САСШ в месяц для этого… человека, пусть будет человека, вообще не сумма. Он же может просто украсть чьи-нибудь деньги, например, со счета в банке. И провернуть подобное не единожды. Тогда в чем его интерес?

Так, предаваясь размышлениям и изредка отвечая на реплики Тени, мы и доехали до нужного нам места. Также по пути я успел связаться по телефону с Кимом, Шаховым и Азимовым. У всех троих всё было в порядке, насколько это было возможно. По базам бойцов сейчас никто даже и не стрелял, что радовало. Хотел еще позвонить Светлане, но мы уже приехали.

Попросив водителя подождать, я в сопровождении Константина подошел к стеклянной будке со шлагбаумом, предъявил скучающему полицейскому айди-карту.

— Куда? — Усталым голосом спросили меня.

— В паспортный отдел.

— Трость? — Протянул правоохранитель руку.

— Вот. Она цельная, не переживайте. — Протянул я трость полицейскому.

Тот покрутил её в руках, попробовал покрутить в разные стороны и вернул её мне обратно.

— А вы к кому? — Так же скучающе спросил он моего охранника.

— А он подождет меня тут. Это мой сопровождающий. — Заявил я.

— Проходите. — Махнул рукой немногословный полицейский.

Не убирая далеко свою айди, я зашагал в сторону полицейского участка, помахивая тростью.

Довольно быстро я нашел паспортный отдел, где крашеная в ядовито-зеленый цвет сухонькая женщина из разряда тех, кому далеко за тридцать, сначала долго выясняла, записан ли я на прием именно на сегодня, если да, то на какое время, потом искала меня в электронной очереди (спасибо тебе, Божечки-кошечки). Наконец, звёзды сошлись в Сатурне, и работница паспортного отдела всучила мне несколько бланков и попросила сесть перед камерой и не моргать. Спустя всего десять минут моя старая айди-карта была буднично разрезана и упакована в пластиковый пакетик на клипсах, а мне выдали новую. Новая айди-карта абсолютно ничем не отличалась от старой. Я всё также остался неклановым. Зачем же тогда всё это было нужно? Выяснилось, что один очень много возомнивший о себе Глава клана действительно умудрился без меня — меня женить, то есть провести процедуру конфирмации без моего участия. И он даже подал информацию о внесении изменений в паспортную базу данных. Ну, не наглец ли? Вот только де-юре, я стану клановым только после замены айди. Клановые айди-карты, кстати, даже выглядят по-другому. И вот тут я даже был благодарен нашим таким родным бюрократам. Не смотря на информацию и заявку от Главы клана, паспортная служба оформляла свои документы только при личном присутствии лица, которое получало айди. Кроме того, в числе обязательных вопросов, иногда очень дурацких, в бланках присутствовал и вопрос: «Отказывается ли лицо от членства в клане». Спасибо Дмитрию Александровичу за подробный рассказ о том, на что мне необходимо обратить внимание!

Для того чтобы отказаться от счастья стать членом клана Коршуновых, мне пришлось всего лишь заполнить три бумажных бланка и заверить их своей подписью. Всё. Баста! Теперь во всех паспортных базах зафиксировано, что Коршунов Максимилиан Алексеевич ОТКАЗАЛСЯ от членства в клане Коршуновых. Да, теперь мне, согласно Кодексу кланов никогда не вернуться в этот клан, но я ведь этого и хотел, верно? А значит, одну из множества проблем я уже решил и теперь пора приступать к решению остальных. А вообще, как-то очень просто всё получилось: спокойно приехал, спокойно всё сделал. Вот бы и дальше так гладко шло.

— Даже и не думай! — Хмыкнул Тень. — Кроме того, отсюда нужно еще и спокойно уехать.

— Ой, вот давай ты не будешь каркать? — Попросил я его.

Но, наверное, было уже поздно — слова были произнесены, а может просто так совпало.

Глава 12

Сашуня Макарский был доволен. Еще бы! С самого утра ему «пёрло». До обеда он, по его подсчетам уже заработал рублей двести чистыми, а до конца смены еще далеко. «Кормилица ты моя!» — ласково погладил рулевое колесо автомобиля Сашуня. Александру Макарскому было уже девятнадцать лет, а его старенькой «Ладоге» — целых одиннадцать, но Сашуня, как его называли все вокруг, трепетно ухаживал за доставшейся в наследство от деда машиной, и та, как будто отвечая на это, вопреки всем шуткам коллег, редко ломалась; клиенты к Сашуне в машину садились часто и даже частенько оставляли чаевые молодому улыбчивому парню. Сашуня вот уже год, как работал таксистом в общегородской компании таксомоторов «Стрела», достаточно, как считала его бабушка, зарабатывал, и ему давно пора было обзавестись невестой, а то и женой. Но вот беда — девушки у Сашуни пока не было. Но Сашуня не унывал. Он знал, что придет время, и он еще встретит свою единственную. И, кажется, сегодня он её встретил!

Прямо на железнодорожном вокзале к нему в его ласточку села просто сногсшибательная девушка! Блондинка, очень красивая, с обалденной фигурой, которую только подчеркивали новомодные джинсы в облипочку и короткая, выше талии курточка на меху, распахнутая на крупной, размера так четвертого-пятого, груди. Девушка была совсем молоденькой, лет может восемнадцати на вид. «Как раз ему по возрасту подходит» — мелькнула у Сашуни мысль.

Первое время обычно бойкий и лихой водитель скромно молчал. Молчала и девушка, севшая на переднее сиденье. Сашуня боковым зрением любовался на красиво очерченный нежный профиль красавицы и тихо млел. Но тут его осенило — он ведь довезет ее до адреса, и они расстанутся! Надо срочно знакомиться и включать всё своё обаяние! И Сашуня включился. Поначалу, как ему показалось, девушка была чем-то встревожена и не особо хотела поддерживать разговор. Но после пары комплиментов и обаятельных улыбок Сашуни она немного оттаяла и даже улыбнулась в ответ.

— К жениху, наверное, едете? — Замерев в ожидании ответа спросил Сашуня.

— Нет, что ты, Сашуня! К отцу. — сняла груз с души парня девушка. — Что-то тревожно мне. Представляешь, позвонил и строго наказал пару-тройку недель вообще не приезжать домой. Это папка-то! Да он без меня ни одних выходных прожить не может! Что-то тут нечисто. Так что я отпросилась с пар на два дня по семейным обстоятельствам. Меня отпустили — я же отличница, и пулей домой.

Оля, а девушка представилась именно так, эмоционально начала размахивать одной рукой, так что завороженный Сашуня просто не мог оторвать глаз от подпрыгивающей на расстоянии его вытянутой руки груди.

— Ой! — Отозвалась Оленька на тот факт, что с её уха слетела сережка, задетая рукой, и отлетела в заднюю часть салона.

И тут же она расстегнула ремень безопасности, чтобы нырнуть в проем между сидений за упавшей сережкой. У Сашуни пересохло в горле. Прямо перед его глазами, вот прямо перед лицом, маячила идеальной формы попка. Джинсовые штаны казались просто еще одним слоем кожи на бедрах и ягодицах красавицы. Сашуня просто не мог оторвать глаз от этого зрелища.

Водитель всегда должен смотреть на дорогу, а не на… всякое, в общем. Итог был предсказуем. Раздался автомобильный гудок, следом дикий визг колес, и Сашуня, наконец, оторвав взгляд от пятой точки девушки, увидел как его ласточка сминает чужой железный бок. Тут же громко хлопнули сработавшие подушки безопасности, и в лицо Сашуни что-то с силой ударило так, что он на некоторое время потерял сознание.

Пришел он в себя от того, что его кто-то грубо вытаскивал из салона Ладоги, грязно ругаясь и тряся его за грудки. По лицу его текло что-то теплое, а голова кружилась.

— Ч-что… — еле слыша себя, пролепетал Сашуня.

— … Понял меня?!! — резко включился слух. — Минимум на пять косых! Да какие пять? На восемь! Ты же мне новую тачку изувечил, водятел! Права давно купил? Эй! Я тебе говорю! Да ты что, ещё и датый что ли?

Лицо Сашуни резко обожгло огнем с одной стороны. В глазах прояснилось, и он увидел прямо перед собой крепкого, коротко стриженного молодого мужчину, на вид тот был постарше Сашуни лет на восемь-десять. И крепыш очень зло, даже злобно, сверлил взглядом молодого водителя.

— Чё молчишь, утырок? — прорычал в лицо Сашуне мужчина.

— Я не утырок. Я — Сашуня. — поправил его таксист.

— Что?!! Ты еще и стебаться надо мной тут будешь?!! — заревел тип и стал с силой трясти его за грудки.

— Да дай ты ему в морду. — лениво процедил еще один спортивного вида мужчина в кожаной куртке, выбравшийся из разбитой Сашуней машины. — Глянь, на каком древнем корыте он ездит. Ездил. Откуда у него бабки?

— Бабки есть? Есть бабки у тебя, говорю? — брызгая слюной в лицо Сашуни, стал кричать пострадавший автолюбитель.

— У меня одна бабушка. — промямлил Сашуня.

— Да всё понятно с тобой, терпилоид! — в сердцах произнес крепыш.

Сашуню тут же согнуло пополам от сильного удара под дых. Следом ему прилетело в лицо, затем ещё и ещё. Сашуня никогда не дрался на улице. Да он и в школе никогда не дрался. Бабушка всегда говорила ему, что дерутся только грубые, ограниченные люди. А он ведь не такой? Так что он лишь пытался прикрыть лицо руками, но получалось плохо. Бить избивающий его мужчина явно умел. Вот уже Сашуня падает наземь, но его начинают пинать ногами. Сашуня скрутился в позу эмбриона и ничего не видел. Удары не прекращались. Но тут совершенно внезапно раздался молодой юношеский голос:

— Немедленно прекратил избивать моего сотрудника. На счёт раз. Раз!..

* * *

— Долго вы, шеф. Я уже и волноваться начал. — такими словами встретил меня Константин.

— Зато — необходимый результат получен. — весело ответил ему я. — А теперь мы посмотрим, как все дороги ведут в Балабаново.

— Куда? — переспросил охранник.

— В Балабаново. Там сейчас одни мои недруги с… с другими встречаются. — ответил я.

— И мы едем туда? — напрягся Константин.

— Не переживай! Они встречаются на нейтральной территории, у Козловых. А эти не дадут совершить им разные глупости. Вот только надо бы и нам туда попасть, а то они собираются мою судьбу без меня решать, тоже мне — вершители судеб! — хмыкнул я.

Константину пришлось со мной согласиться, но он предупредил, что резерв у него практически не восстановился, так что ничего особенного с его стороны ожидать не стоит. Мы спокойно проехали почти две трети пути до выезда из города, когда пожилой водитель нашего такси громко чертыхнулся. Константин сразу весь как-то напрягся и подался вперед.

— Что? — Коротко бросил он.

— Да вон какие-то уроды Сашуню, э, ну, молодого нашего избивают! Хороший очень паренек. Сирота, с бабушкой живет. Работящий, отзывчивый. Нет, ну ты посмотри, а! Куда полиция смотрит? — завозмущался таксист. — Надо срочно диспетчеру сообщить, пусть службу безопасности вызывает!

— Сообщите. Но, боюсь, службе безопасности сейчас не до этого инцидента. — признал я.

— Почему это? — недоуменно обернулся водитель.

— Остановите! — просто попросил я.

— Э… Где остановить-то?

— Да вот прямо тут. — ткнул я тростью.

Водитель послушно взял к обочине. Константин вышел из такси одновременно со мной, но к мужику, избивающему совсем еще молодого таксиста, я подошел быстрее. На дороге стояло две разбитые машины, понятно было, что такси ударило второй седан, и, как я понимаю, одна из сторон дорожно-транспортного происшествия решила взять реванш и восстановить справедливость прямо на месте. Охрана «Стрелы» точно не приедет — у них приказ сейчас охранять само здание, да и мало их, чтобы ослаблять объект охраны. Так что придется мне вмешаться. Очень уж мне не понравилась сложившаяся ситуация. Эдак таксиста и насмерть забьют, вон он уже и не сопротивляется, упал себе на асфальт.

— Немедленно прекратил избивать моего сотрудника. На счёт раз. — четко и резко сказал я и тут же скомандовал. — Ррраз!..

Конечно, никто меня не послушал. Даже не входя в ускорение, я пробил с ноги лоу-кик прямо под коленный сгиб увлекшегося избиением крепыша, а когда он припал на одну ногу, аккуратно, чтобы не покалечить, добавил тростью в челюсть сбоку. Тот упал, как подрубленный. Ну, да — мгновенный нокаут, а что вы хотели? Я бросил взгляд на еще одного участника событий, крепкого такого мужчину в кожанке. Но тот стоял, подняв перед собой пустые руки. В нескольких шагах перед ним стоял Константин с пистолетом в руках.

— Служба безопасности предприятия «Стрела». У вас какие-то проблемы с нашим водителем? — немного растягивая слова, пробубнил Константин.

На самом деле у «Стрелы» не было никакой службы безопасности. Но, наверное, Константин решил, что представиться так будет проще, чем объяснять его принадлежность к «Эгиде» и разжевывать связь между «Эгидой» и «Стрелой».

— Проблемы. Это у вас проблемы, мужик! Ваш тупой водятел нашу тачку разбил! Его вон тачку. — кивнул подбородком на лежащего без сознания агрессора тип в кожанке. — А вы вместо извинений и компенсации еще и напали на нас! Пистолетом угрожаете. Вообще страх потеряли?

— Факт ДТП не дает вам право избивать и калечить водителя. Если в совершенном происшествии виновен наш сотрудник, то вам выплатят компенсацию и извинятся. Достаточно было сообщить о происшествии диспетчеру. А вот нападать на водителя и причинять вред его жизни и здоровью вам не стоило. — невозмутимо продолжал гнуть свою линию Константин.

В это время подал голос избитый в кровь таксист, лежащий без сил прямо на асфальте.

— Оленька! Там в машине, на пассажирском сиденье. Девушка. Клиента вёз. — Немного сумбурно начал он пояснять.

А вот это беда. Он еще и с пассажиром был! Я немедленно бросился к помятому такси и резко распахнул пассажирскую дверь. Странно, но кроме сработавшей подушки безопасности на сиденье никого не было. Это что еще за шутки? — Застыл на мгновение я. Но тут я услышал негромкие ругательства из глубины салона. Трость полетела на землю. Ускорившись, скорее даже «мигнув», я одним движением вырвал подушку безопасности и отбросил её в сторону.

М-да… Пассажирка нашлась. Но нашлась не на привычном месте, в кресле, а прямо между сидений, застряв в очень, кхм, удачном ракурсе, когда в передней части салона автомобиля находилась только её попа, кстати, очень привлекательная, затянутая в тесную джинсу, а всё же остальное было в задней части салона. Как она это умудрилась? И что тут делать?

— Вы в порядке? Вам нужна срочная помощь? — спросил я, отчего-то вспомнив, что при травмах спины трогать пострадавшего до прибытия медиков категорически запрещено.

— Как я могу быть в порядке? Я застряла тут! Немедленно отдерите меня! — возмущенно прозвенел молодой девичий голос.

— Э… Отодрать? — недоуменно переспросил я, смотря прямо на двигающуюся девичью попку.

— О, боги! Достаньте меня! Я застряла между сиденьями, я не могу выбраться!

Определенно, разглядывание девичьих прелестей не оставило меня равнодушным и отключило некоторые функции моего мозга. Иначе, почему я не сломал одно из кресел, а то и оба — я не знаю. Вместо этого я крепко ухватился за бедра девушки и стал дергать её на себя, уперев одну ногу в сиденье. С первого раза выдернуть девушку не получилось, не рассчитал я сил, а ускоряться ради такого плевого дела не хотел. Также мешало то, что салон машины был тесным, и особо разогнуться было негде. Я добавил усилий и с третьего раза выдернул ойкнувшую девушку, как репку из народной сказки. Вышло это как-то неожиданно, вот я её дергаю и думаю, что еще несколько раз надо будет повторить этот процесс, и тут раз — и мы уже вдвоём кубарем выкатываемся из автомобиля. Хорошо, что я в падении ускорился и, крепко прижимая к груди руками спасенную из тесного плена сидений девушку, аккуратно приземлился на спину, сгруппировавшись и погасив инерцию от падения.

Так мы и лежали в молчании некоторое время. Но длилось это совсем недолго, почти мне на ухо прозвучал сердитый девичий голос.

— Может ты перестанешь меня лапать? Грудь, говорю, отпусти!

А я ещё и думаю, что мне так удобно-то держать девицу — оказывается, я её к себе прижимаю, держась за девичью грудь. Кстати, очень внушительная грудь, — подумалось мне. У меня крупные для моего возраста кисти, но грудь девушки в них точно не помещается.

— Что, на клубничку потянуло? А как же твоя любовь? Как же Юля? Или Настя? — весело спросил Тень.

— Да ну тебя! Я человека спасал вообще-то.

— Эй! Я кому говорю! Хватить мне уже груди мять! — ещё более сердито прозвенело мне в ухо.

Упс. Я резко разжал ладони, и девушка, бурча что-то себе под нос, встала с меня и поднялась на ноги, поправляю короткую курточку на груди. Красивая девушка, — подумалось мне. — Стоп! Да это же Оля, дочка Олега Павловича!

— Спасибо за помощь. — буркнула та, сверкая на меня глазами, которые тут же удивленно округлились. — ТЫ?!! ИЗВРАЩУГА?!! Ну, это уже чересчур! Ты что уже и ДТП со мной подстроил?!! Только для того, чтобы полапать меня безнаказанно?!! Ну, ты и больной!!!

В шоке от подобных обвинений, я молча открывал рот, подбирая слова, которые никак не хотели находиться. Тень ржал раненым кентавром у меня в голове, а Оля Максимович громко возмущалась моим коварством и дурью.

Этот бедлам прекратил Константин. Он, как выяснилось, знал дочь Максимовича.

— Ольга Олеговна! Ольга Олеговна!!! Немедленно прекратите этот балаган!

— А? Что? — запнулась на полуслове Ольга. — Подождите, а я вас видела! Только не помню, как вас зовут. Вы же в охране работаете, у моего отца, да?

— Верно, Ольга Олеговна. Меня зовут Константин. Только я работаю не у вашего отца, а у господина Коршунова. Также как и ваш отец. Поэтому мы занимаемся охраной и вашего отца в том числе. — дал ответ девушке Константин.

— Скажите, что с ним? Он мне звонил и сказал, чтобы я ни в коем случае не приезжала в Обнинск хотя бы несколько недель! Я вся испереживалась! У него что — неприятности? Ему кто-то угрожает? — экспрессивно затараторила девушка.

Константин вопросительно посмотрел на меня. Оля заметила его взгляд и повернулась ко мне, приняв позу «руки в бока».

— А теперь отвечай, кто ты такой? Раньше я думала, что ты практикант или посыльный. Но это вряд ли. Да и одет ты… — девушка сделала неопределенный жест ладонью. — В общем, ты явно не беден. И ты меня постоянно преследуешь! Зачем тебе это? Что ты за тип такой?

— Ольга Олеговна! — снова прервал её Константин, прижав ладонь к лицу в районе глаз. — Это господин Коршунов, Максимилиан Алексеевич, работодатель вашего отца.

— Ой! — резко замолчала девушка, прижав ко рту обе ладони, глаза её стали ещё больше. — Тот самый Коршунов?..

… Пожилой водитель аккуратно довез нашу троицу до автовокзала, где мы посадили притихшую Олю Максимович на автобус и с чистой душой отправили её обратно в Москву. Перед этим был приезд дорожной полиции и неотложки на место ДТП, ожидание страхового комиссара и звонок Максимовичу-старшему. Тот очень сильно рассердился на непослушную дочь и категорически потребовал, чтобы она немедленно уезжала обратно на учёбу. Мне пришлось пообещать, что я лично прослежу за её отъездом. Хотя я и не понимал логики Олиного отца. Выходит ей в городе и у них дома появляться опасно, так как у нас война, а со мной, значит, ей будет безопаснее? Да за мной явно идет охота активнее, чем на него и его семью. А значит и риск попасть в неприятности со мной у Оли будет выше, чем без меня. Но кто поймёт любящего отца? Так что мы, не особо задерживаясь, выполнили просьбу Олега Павловича. Не знаю, где именно нас срисовали, но очень хорошо, что мы успели отправить в Москву свою нечаянную попутчицу. Почему? Потому что встреча Коршунов и Олафссонов уже состоялась. С этими дорожными делами мы потеряли просто кучу времени. И, видимо, они до чего-то такого договорились, потому что прямо на вокзальной площади меня попытались задержать. И это были не Олафссоны или их наёмники. Меня попытались задержать… Коршуновы!

Глава 13

Нервно подрагивающие пальцы теребили кончик роскошной косы пшеничного цвета. Белоснежные зубки прикусывали припухшую губу, а голубые глаза неотрывно следили за происходящим на экране большого настенного телевизора. Настя с большим вниманием смотрела на не отличающееся хорошим качеством видео с камер наблюдения и с не меньшим вниманием прислушивалась к словам комментатора.

— …продолжаем пребывать в недоумении. Не все участники конфликта установлены, но однозначно можно утверждать, что как минимум двое противостоящих друг другу сражающихся принадлежат к одному и тому же клану — клану Коршуновых! Что это? Каковы причины? Мы можем только гадать. Возможно, мы наблюдаем раскол в остатках стана проигрывающего клановую войну клана Коршуновых. Возможно, кто-то решил под шумок войны свести личные счёты, отомстить за давние обиды? Догадки, догадки и версии. Как вы думаете, что же в действительности произошло?

Камера крупным планом наехала на лицо приглашенного эксперта, и тот с важным видом начал рассуждать о психологии жизни в кланах и за их пределами, о последствиях детских и сексуальных комплексов, а также о маниях, стремлении человека к агрессии и т. п. Но Настя уже не особо вслушивалась в эту чепуху. Перед её глазами продолжали прокручиваться кадры, снятые камерой наблюдения. К сожалению, происходящее на площади можно было посмотреть только без звука — микрофонов, тем более направленных, при установке обычной уличной камеры предусмотрено не было.

Что же там действительно произошло? — билась в голове у девушки тревожная мысль.

* * *

Ростислав Коршунов открыл глаза и негромко застонал от пронзившей всё его тело боли. К его губам тут же кто-то поднёс стакан с водой.

— Пейте, Ростислав Сергеевич!

Не отвлекаясь на ответ, Ростислав, боевой маг В-ранга, командир одной из немногих оставшихся в строю боевых пятерок клана Коршуновых, тридцати одного года от роду, жадно пил, пока вода в стакане не закончилась. Перед глазами прояснилось, и он смог осмотреться. Двухцветные стены: снизу темно-кремовые, сверху нежно-голубые, белый потолок, напротив его кровати — ещё одна, между двумя кроватями стоит небольшая казенного вида тумбочка.

— Я в больнице? — озвучил очевидное Ростислав.

— Да, Ростислав Сергеевич. — мягко произнес мужской голос. — И, раз уж вы пришли в себя, то я бы хотел задать вам несколько вопросов. Постарайтесь отвечать подробно и по существу — у меня очень мало времени.

— Ты ещё кто такой? — возмутился Ростислав на услышанное предложение и уставился на пухленького мужичка непредставительного вида.

Впрочем, он сразу же пожалел о своём поспешном выкрике, рассмотрев статусный перстень с буквой «А» на пальце толстячка. А уж когда тот поскучневшим голосом представился…

— Инспектор, а Глава клана не будет против нашей беседы? — предпринял попытку увильнуть от ответа Ростислав Сергеевич.

— С ним у нас вскоре также состоится беседа. И поверьте, её тема будет касаться намного более неприятных аспектов жизни вашего клана. — жестко ответил ему Лавочкин. — А теперь расскажите, что произошло на вокзальной площади? Как вы там оказались, и почему случился ваш конфликт с Максимилианом Алексеевичем Коршуновым?

— Это внутриклановые дела. — сделал последнюю попытку уйти от вопросов Ростислав.

— Коршунов Максимилиан Алексеевич НЕ является членом не только вашего, но и вообще никакого клана. — огорошил ответом Лавочкин.

— Хорошо. Я расскажу. — посмурнел Ростислав, а перед его глазами всплыли картины недавних событий.

… Неприметный микроавтобус «Караван» белого цвета с тонированными стеклами с самыми обычными регистрационными номерами медленно ехал в правом ряду. Внутри него сидела пятерка пассажиров с хмурыми выражениями лиц. Все пятеро были одеты в форму клана Коршуновых и бронежилеты с крупным клановым знаком на спине и груди. Лишь шестой — водитель был в обычной гражданской одежде, хоть и имел пистолет в набедренной кобуре. Вооружена пятерка ГБР была, как на войну, хотя почему как — клан и находился в состоянии войны. Так что помимо пистолетов присутствовали и пистолеты-пулеметы, штурмовые винтовки и гранаты. Один из бойцов, точнее их командир, дремал, но от громких слов одного из подчиненных проснулся и прислушался к говорящему.

— …чемся, как крысы! — рубанул рукой бывалый на вид боец, неопределенного возраста с густыми чёрными бровями по имени Петр.

Такому могло быть тридцать, а могло и все пятьдесят лет. Троица остальных с интересом слушали бойца со штурмовой винтовкой.

— Даже транспорт у нас — обычный, без клановых знаков! Начнется заварушка — и кто мы? Наёмники что ли? Где это видано, чтобы клановые бойцы…

— Закройся! — рыкнул на подчиненного командир пятерки, Ростислав Коршунов. — Сам видишь, что нас жмут по всем фронтам! Нас, боевиков с опытом, осталось всего несколько человек. Остальные — всё, закончились! Чего ты хочешь? Чёртовы Молотки молниеносно выбили две трети нашего клана за первые же часы войны! Да и из оставшихся сейчас жива, дай боги, половина! А ты предлагаешь нам и дальше кататься на клановых броневиках, с эмблемами на полмашины? Ты совсем идиот или прикидываешься?

Бровястый Пётр недовольно потупил взгляд, но его командир продолжал.

— Вот даже сейчас, что мы тут делаем? Что мы делаем в этой дыре, а, я тебя спрашиваю?

— Ну… Обеспечиваем дальнее прикрытие в качестве группы быстрого реагирования. — пробубнил боевик.

— А почему тут, в Обнинске, а не в Балабаново? — продолжал свою мысль Ростислав.

— Так… Это… В Балабаново нельзя. Там Козловы обеспечивают безопасность обеих сторон. А на трассе две наших пятерки ожидают Главу. Ну, а мы — последняя, третья пятерка. Нас отправили на самый дальний рубеж обороны, в Обнинск.

— Вот видишь! Что-то еще соображаешь!

— Командир! — просящим тоном протянул спорщик. — Ну, хватит, а? Я всего лишь сказал, что мы могли и на клановом транспорте приехать. На нормальном бронеавтомобиле, а не на обычном гражданском корыте.

— На клановых броневиках у нас первые две пятерки. А мы — тот самый последний шанс, который может быть пригодится, а может — и нет. И поэтому нас не должны заметить. Иначе, какая из нас будет страховка? Понял мою мысль? — снисходительно посмотрел на бойца Ростислав.

— Понял, командир. — согласно кивнул чернобровый боец.

— Ну, раз понял…

Фразу Ростислава перебила трель телефонного звонка. Он не любил ставить на звонки мелодии песен или шедевры классики. На рабочем телефоне должен быть рабочий звонок! Поэтому телефон действительно примитивно звенел звуком старинного аппарата, противным и громким.

— Да? — поднял трубку Ростислав. — Что?.. Да понял я, понял. А… Это уже точно?.. Всё я понял! Уточняю просто… Что?.. Какая теперь первоочередная задача?.. Хм… Не помню я такого… Хорошо. Принял!

Нажав на кнопку отбоя, Ростислав поднял глаза на подчиненных. Те с интересом и ожиданием смотрели на своего командира.

— Что там, командир? — Первым не выдержал чернобровый боец.

— Хорошие новости. Начальство договорилось о перемирии. По факту, даже не о перемирии, а о мире.

Лица боевиков озарились улыбками. Неужели всё закончилось?

— Но теперь всем нашим дали следующее задание — найти и доставить к Главе некоего Коршунова Максимилиана Алексеевича, мага воды D-ранга, полный возраст шестнадцать лет. Адреса возможного пребывания и фото сейчас по клановой почте… Ага, — отвлекшись ненадолго на открытие файлов вложения в почте, Ростислав продолжил, внимательно рассматривая фотографии совсем еще мальчика. — вот и все данные. Всем внимательно ознакомиться, сейчас начнем объезд адресов.

— Командир, остановимся на минутку? — просительно посмотрел на Славу один из бойцов, невысокий брюнет с пистолетом-пулеметом, по имени Данила. — Надо бы посетить мужской кабинет.

Ростислав хмыкнул.

— Эй, водитель кобылы, — упирая на «о» попросил он водителя. — останови у ближайшего объекта класса два нуля!

— Почему — кобылы? — возмутился шофер.

— Значит — маршрутки! — громко и радостно засмеялся Ростислав, чувствуя, как со смехом всей компании уходит страх и напряжение последних дней.

— Командир, автовокзал нам подойдёт? — спросил всё ещё улыбающийся водитель.

— Подойдет. — подтвердил старший пятерки и спросил у остальных. — Ну, кому там ещё нужно срочно привязать коня? Только серьёзные стволы оставляем в транспорте!

С Ростиславом к туалету отправились двое: Данила и чернобровый здоровяк Пётр. Мужчины быстрым шагом плотной группой шли по вокзальной площади, когда Пётр внезапно остановился.

— Ты чего? — дернул того за рукав куртки Данила.

— Это же он! — громким шёпотом произнёс здоровяк.

— Кто — он? — недоумевающее обернулся к подчиненному Ростислав.

— Да он! Этот, Максим… Максимилиан, вот! — и здоровяк некультурно ткнул пальцем куда-то в сторону.

Вся троица дружно уставилась на идущего буквально в паре десятков метров от них парня в мятой одежде и с декоративной тростью в руке. Паренёк шел и разговаривал с крепким спортивного вида мужчиной, смахивающего на охранника.

— Да это просто праздник какой-то! — улыбнулся Ростислав. — Берём объект, сопутствующие лица — обезвредить!

— Ясно!

— Принял!

И пара боевиков с руками на рукоятях пистолетов разошлась полукольцом. Ростислав же быстро сформировал плетение и одновременно с его окриком ноги беседующих парня и мужчины оказались схвачены в земляной капкан.

— Эй! Не спешите! — негромко крикнул он задержанным. — Вам надо проехать с нами!

На окрик от края площади к Коршуновым настороженно двинулась пара патрульных полицейских, но Ростислав постучал себя пальцем по крупному гербу на груди и выкрикнул.

— Всё в порядке, господа полицейские! Внутриклановые дела! Забираем загулявшую молодежь домой!

Патрульные тут же развернулись и пошли в другую сторону. Влезать во внутриклановые разборки дураков не было.

— Но-но! — предостерегающе вскинул руку Ростислав на попытку схваченного в ловушку мужчины запустить руку под мышку.

Петр был менее предупредителен. Он просто подошел ближе и быстрым движением ударил охранника объекта рукоятью пистолета в висок. Тот обмяк и рухнул бы наземь, но Ростислав усилил плетение, и земляная корка охватила тело потерявшего сознание человека, не дав тому упасть.

— Ты — Коршунов Максимилиан? — спросил паренька здоровяк, почесывая затылок стволом пистолета.

— Да, я — Коршунов Максимилиан Алексеевич. — спокойно подтвердил свою личность тот. — А в чём проблема, Коршуновы?

— Никаких проблем! — с улыбкой обожравшегося сметаны кота сказал Ростислав. — Просто Глава хочет срочно тебя увидеть. Так что сейчас поедем — покатаемся.

— А сначала сказать можно было? — положив два пальца на прикрытые веки, спросил паренек.

— Гхм. — прочистил горло Ростислав. — Просто я тебя не припоминаю совсем. И, следовательно, не знаю чего от тебя ожидать.

— Так это что? Накладка вышла? — пробасил чернобровый Пётр.

— Ладно, молодой, пойдешь своими ножками. — и тут Ростислав совершил крупную ошибку.

Расслабившись от спокойного поведения безобидного на вид юноши, тем более помня, что тот почти полный ноль в магии, Ростислав развеял земляной капкан. А что? Вот что может сделать шестнадцатилетний подросток с куцыми способностями к магии с тремя взрослыми вооруженными боевыми магами? А так его и тащить не надо — сам пройдет. Вот паренек и пошёл. Только не вперед, а как-то вбок, да так странно, что оказался прямо за спиной у Петра, так и не убравшего в кобуру пистолет. Стальным росчерком свернула трость, и Пётр стал падать на землю. Не успел Ростислав понять, что происходит, как следом за крупным Петром стал падать и Данила. Рефлексы боевика сработали на ура, и удар трости, зажатой в руке паренька, встретил стихийный щит.

— Ах ты, гаденыш! — прорычал единственный оставшийся на ногах боевик Коршуновых и стал кастовать плетение земляного капкана снова.

Но тут, как будто что-то почувствовав, ловкий мальчишка пропал с того места, где стоял и оказался возле лежащего Петра, и капкан сработал впустую. Ну, ничего! Вот сейчас…

Сформировать еще один капкан Ростислав не успел. В стихийный щит начали с силой бить пули, выпущенные пареньком из пистолета. Откуда он его взял? — мелькнула и тут же пропала мысль. Понятно теперь почему он отскочил к лежащему без сознания боевику.

Выстрелы грохотали с автоматной скоростью, а затем паренек оказался уже возле второго лежащего бойца, и в руке его был уже второй пистолет.

Бах! Бах! Бах! Бах! Пули били в выставленный щит, отвлекая и нервируя. Сам стрелок постоянно странным образом оказывался за пределами очередной ловушки. Ростислав начал нервничать. Он не понимал, что вообще происходит. Как такое может быть? Он — боевой маг высокого ранга, не может поймать какого-то сопляка! Сопляк же стрелял без остановки уже из третьего пистолета. Ладно, посмотрим, что ты будешь делать, когда у тебя закончатся патроны. Ха! Вот и всё! Оказалось, что не всё. Вместо пуль щит теперь осыпал просто невероятный град ударов. Тростью, кулаком, ногами, коленями и локтями. Ощущения были такие, как будто его била толпа человек из двадцати. И била, как минимум стальной рельсой. Скорость ударов была ошеломляющей. Маг растерялся. Так не бывает! Его бьет только один человек, вот же он! А нет — вот он. Уже тут.

— Да что тут происходит! — взревел командир ГБР и… побежал.

Он хотел разорвать дистанцию и ударить чем-нибудь по площади. Плевать уже на окружающих. Нужно обезвредить противника, а последствия пусть расхлебывает начальство. Но убежать не получилось. Ростислав бежал, а удары не стихали. Боевой маг попытался бить в ответ, но ни разу не попал. Тогда он выхватил пистолет, но проклятый мальчишка, юркий, как мангуст, постоянно пропадал из поля его зрения, не переставая при этом бить, бить и бить. Неимоверным усилием сосредоточившись, Ростислав смог создать вокруг себя топь, но та, почему-то совсем не помогла — удары продолжали сыпаться десятками.

— Аррррррр! — раздался дикий рёв, и тело мага Земли покрылось каменным доспехом, а щит пропал.

В толстом каменном доспехе, покрытом длинными шипами и делающем его похожим на голема, Ростислав раскинул руки в стороны и стал крутиться, пытаясь ударить или схватить своего быстрого противника. В крайнем случае — насадить того на каменный шип. Глаза его видели, что топь появилась в радиусе двадцати метров вокруг него. Он просто не понимал, почему этот Максимилиан не упадёт в вязкую жижу, глубиной по грудь взрослого человека. Вокруг кричали люди, два бледных полицейских самоотверженно вытаскивали из грязной жижи упавших туда людей, а маг В-ранга, казалось, играет в какую-то странную игру с юношей. Он крутился, вертелся, махал руками, бил, но так и не смог ни разу попасть по второму участнику событий. Боевой маг зарычал ещё громче, застыл и… земля задрожала. На небольшом участке площади, с самого её края, там, где и происходил этот нелепый поединок, началось землетрясение. Ростислав решил пойти ва-банк и слил на это плетение три четверти остававшейся Силы. Ближайшие два здания заходили ходуном, криков и воплей прибавилось. Удары по броне прекратились, а мальчишки не было видно.

— Я — БОЕВОЙ МАГ! ПОНЯЛ, ЩЕНОК?!! — прокричал Ростислав и тут же почувствовал сильнейший удар по голове, а дальше наступила темнота…

— …А кто меня ударил? — спросил Ростислав Коршунов инспектора Третьей канцелярии.

— М… Балкон. — коротко ответил Лавочкин.

— Кто? — Ростиславу показалось, что он ослышался.

— Балкон, говорю. — повторил Вячеслав Валерьевич. — Обычный такой железобетонный балкон. С перилами. Вы там устроили знатную свистопляску с блэкджеком и ш… С настоящим землетрясением, в смысле. А два пострадавших от ваших действий здания были довольно старыми. Так вот, и на одном из них ветхий балкон просто упал вниз, прямо на вас. В результате чего вы и оказались тут — в клинике. Вы готовы отвечать на мои вопросы?

Ответом инспектору была тишина. Коршунов пораженно смотрел перед собой, а на лице его читалось удивление вкупе с диким стыдом.

— Меня вырубил балкон, какой бред. — наконец, прошептал клановый боевик.

Глава 14

Всем неплох броневик «Черкес», и броня у него хорошая, и проходимость высокая. При этом, ход у него достаточно мягкий. Плохо только, что вот кондиционера в нём нет. Зато печка есть. С такими мыслями Томас Олафссон попросил водителя включить печку в салоне и откинулся на низкую спинку диванчика. Поерзал спиной. О, а вот и еще одно неудобство!

— Как думаете, босс, Коршуновы капитулируют? — спросил начальника клановой СБ водитель.

— Наши аналитики утверждают, что да. Их Глава неплохо подходит для руководства кланом, но только в мирное время. А в военное… — Томас презрительно улыбнулся.

— Не зря наши предки настояли на том, чтобы во главе нашего клана всегда стояли именно бойцы, а не, как там сейчас говорят? Ах да! «Эффективные управленцы»!

— Босс, сейчас говорят — «эффективные менеджеры». — поправил начальство водитель.

— Да и плевать! Главную мысль ты понял. Верно же?

— Ага. О, а вон и Глава выходит! — с этими словами водитель выскочил из-за руля и открыл перед Харальдом Олафссоном тяжелую дверь.

Крупный, буквально излучающий силу и уверенность мужчина сел на диванчик салона бронеавтомобиля и скомандовал.

— Можем ехать.

— Как всё прошло? — с явным нетерпением спросил своего дядю Томас.

Харальд брезгливо скривился.

— Это просто слизняк! В который раз убеждаюсь, что наши отцы-основатели раз и навсегда выбрали верный путь для развития и процветания нашего клана. И не зря Глава в нашем клане — это всегда в первую очередь боец! Не то что в большинстве современных кланов. — на лице Харальда читалось чувство превосходства над побежденными Коршунами.

Томас и водитель понимающе переглянулись. Только что речь как раз шла о том же.

— Представляешь, сначала этот…этот… — наконец, Харальд Олафссон справился с эмоциями и продолжил без излишних оскорблений, но при первом же слове он снова скривился. — «Глава» первое время пытался играть этакого болвана, «нет никого проекта, что вы, вы заблуждаетесь», «я сам только недавно узнал о положении Максимилиана Коршунова», «просто перспективный юноша, его активы — это именно его активы, и мы не можем…». Тьфу!

— Подними стекло! — вдруг скомандовал он водителю, и салон от кабины водителя отделила звуконепроницаемая преграда.

— Потом «Глава», — на этом слове Харальд снова запнулся. — сделал круглые глаза и попытался убедить меня, что он знать не знает ни о каких алмазах. Ещё и спрашивал: «что за украшения вы имеете в виду?». Наверное, боялся, что Козлов нас услышит. Пришлось подыграть ему. Сказал, что те самые украшения, которые из большого количества неограненных камней. Но этот Коршунов снова только хлопал глазами и продолжал что-то блеять. В общем, пришлось коротко и жёстко ставить его в позицию «зю» и диктовать наши условия.

— И?.. — не удержался от вопроса Томас.

— Они приняли все наши условия. — победно усмехнулся Глава клана Олафссонов. — Все, Томас!

Томас Олафссон также заулыбался. Всё-таки все их действия в последний год были проделаны не зря. Главный кубок уже у них в кармане. Очень скоро их клан станет великим. Ну и, конечно, очень богатым. И это замечательно. Томас вспомнил утренний доклад казначея клана, в котором тот четко заявлял, что свободных активов, выделяемых на войну, клану хватит максимум еще на две недели. И это при самых оптимистичных прогнозах. Ну, зато теперь…

Тишину в салоне разрушил звонок телефона. Харальд Олафссон поднял трубку, и улыбка мгновенно пропала с его лица. А через минуту лицо его стало напоминать восковую маску.

— Да… Что?.. Что?!! … Да… Да… Я вас понял… Воля императора!!! — прорычал он в трубку.

На отключившего телефонный звонок Харальда Олафссона было больно смотреть. Казалось, из него разом выпустили весь воздух.

— Что случилось? — подался вперёд Томас, печенкой чуя неприятности.

— Третья канцелярия. — хмуро обронил Харальд. — передали нам Имперское Повеление. Немедленно прекратить боевые действия и явиться ко двору. Война между кланами Коршуновых и Олафссонов приостановлена до окончания разбирательства о признания её легитимной.

Олафссоны обменялись взглядами, полными негодования. Неужели снова препятствия? И когда? Ведь всё уже практически было у них в руках! Что за проклятье висит над этими алмазными месторождениями?

* * *

Дверь ухоженного желтого таксомотора распахнулась, и в салон рухнуло тело.

— Эй! Что тут… — возмущенный выкрик водителя умолк сам по себе после того, как он разглядел, кто именно запихнул ему в салон бессознательного клиента.

— Здравствуйте! — вежливо поздоровался я с таксистом и помахал ому тростью. — Отвезите, пожалуйста, его в больницу. Это наш безопасник. Не переживайте, контора всё оплатит.

Таксист согласно кивнул, и я аккуратно поправил приходящего в себя Константина, и прикрыл двери. Так, с одной проблемой разобрались. А что? Охранник сам говорил, что он практически пуст, а пистолет его я уже использовал, патронов больше нет, так что какой смысл таскаться и дальше вдвоём? Быстро оглядевшись, я направился к следующему такси. Эх, хорошо быть в этом деле монополистом! Я ведь это уже говорил?

Пока автомобиль вёз меня по озвученному адресу, я продолжал спорить с Тенью. Адреналин после схватки с Коршуновыми меня еще не отпустил, и меня прямо таки потряхивало. Спор же с Тенью у меня был бурный.

— А я тебе ещё раз говорю — это очень, ты слышишь меня? Очень плохая затея! — давил на меня мой учитель и воспитатель.

— Да ты посмотри! — не сдавался я. — Этого сейчас совершенно никто не ожидает! А ты сам меня учил, что удивил — значит победил! Да и видел, как я этого Коршунова приделал? Видел же! А он был силён! Не удивлюсь, если у него ранг «А» в магии земли.

— Во-первых, рангом «А» там и не пахнет, перстня у него на руке не было. Максимум — твердый В-ранг. — занудно сбивал меня с облаков Тень. — И это не ты его, а он сам себя м… уделал. Балконом.

— Ха! Но зато это же я его загнал к этим зданиям. Да и еще несколько минут, и я бы сам его забил, как боксёрский мешок. И вообще, ты видел, что я теперь не только «мигать» могу? Я же, получается, освоил полноценное «мерцание»! Всё, как ты и рассказывал. Это что же? Я теперь самый настоящий Супер? — засыпал я аргументами своего визави.

— Кхм. Скажем так, забить бы ты его не забил. Всё же ранг «В» — это тебе не шутки. Так что верни он на место стихийный щит, и ты бы его колотить мог еще минут тридцать минимум. Или даже сорок. И это только потому, что он сильно потратился на болото и землетрясение. Так что ты бы быстрее выдохся. Но мерцание да, ты освоил. Да и по жиже той ты вполне успешно передвигался. Ещё немного и ты действительно сможешь, как полноценный Супер по воде бегать. — признал Тень. — Но то, что ты сейчас собрался провернуть — это глупость, граничащая с идиотизмом!

— Да почему? — возмутился я.

— Потому что нападать одному юному недосуперу на толпу боевиков — это из области сказок с плохим концом. Для заготовки под Супера плохим. — отбрил меня Тень.

— Знаешь что? — попробовал я зайти с другого бока. — А ведь это можно назвать полноценной тренировкой способностей с реальной угрозой для претендента? Помнишь, ты мне сам рассказывал про жесткие условия тренировок способностей Суперов?

— Это — другое! — начал повышать на меня голос Тень.

— Да почему это вдруг — другое? Тот же пейзаж, только вид сбоку! И вообще, я решил, что буду прорывать блокаду вокруг моих баз — значит буду!

— Значит, будешь искать себе другого наставника! — Тень был неумолим.

— Хочешь сказать, что ты будешь молчать всю оставшуюся жизнь? — недоверчиво хмыкнул я.

— Нет, молчать я, конечно не буду. — признал Тень. — Но я не буду тебя учить.

А вот это уже серьёзно. Я задумался. Тень такой, он — может, если обидится.

— Послушай, наставник. — предпринял очередную попытку уговорить вредного тёзку. — Я тебе обещаю, что если мне будет грозить действительно серьёзная опасность, то я элементарно сбегу. Но я чувствую, что мне необходимо ещё разок обкатать применение своих способностей. Пойми ты! Давай серьёзно? Я просто не могу ничего не предпринимать, зная, что мои люди окружены врагами и держатся в блокаде! Какой из меня лидер будет, если я их всех брошу и буду сам прятаться до того момента, как Третья канцелярия включится в игру? Что ты скажешь?

— Ох, Макс, хитришь ты. Хочешь серьёзно? Хорошо. Вот тебе серьёзный разговор. Делай, как решил. Но! Если я тебе скажу бежать — то ты без споров и раздумий бежишь, договорились? — пошёл на компромисс Тень.

— Договорились! — радостно согласился я…

…Сказать, что меня ожидало жестокое разочарование — было бы неправдой. Меня ожидал просто жесточайший облом. Такси высадило меня за полтора километра от боевиков Олафссонов, блокирующих базу «Легиона». Осторожно, с аккуратностью, достойной ювелира, ограняющего хрупкий хрусталь, я добрался до намеченной для наблюдения за вражескими бойцами точки и…

— И как это понимать? — недоуменно протянул я.

— Если твои глаза не обманывают, то проблема деблокирования твоих вояк практически решена. — невозмутимо протянул Тень.

— Но что тут происходит? — возмутился я, понимая, но не принимая происходящее.

Тень в ответ промолчал. Да, всё и так было ясно. Войска Олафссонов, точнее их наемники, деловито сворачивали свой временный лагерь. В грузовики загружалось имущество, бегали люди с рюкзаками и оружием, забрасывая груз частью в грузовые автомобили, частью в автобусы. Сами люди также забирались в автобусы и микроавтобусы, которые неторопливо уезжали от места дислокации наемников. Бинокля у меня не было, но на зрение я не жалуюсь, так что мне было всё довольно неплохо видно.

— И что, они вот так вот просто уедут? — возмутился я. — У них что, контракт закончился?

— Может, закончился, может его отменили, а может — их отозвали по иным причинам. — заметил Тень.

— Но какой во всём этом смысл? И причина? — недоумевал я.

— Может быть, наконец, бюрократическая машина вашего государства заработала в надлежащем ключе? — предположил Тень.

— Не знаю. Но сейчас узнаю.

С этими словами я убрался подальше от точки наблюдения, достал телефон и набрал оставленный мне моей контрразведкой, да и разведкой тоже, что уж тут себя обманывать, номер.

Трубку подняли всего через несколько гудков, но разговаривал со мной снова механизированный голос. Интересно, может быть, на меня работает глухонемой инвалид? Какой-нибудь гений с врожденным заболеванием? Или приобретенным? Или… Так, куда-то меня не туда понесло. В общем Божечки-кошечки поведал мне о том, что наемники действительно оставляют моих бойцов в покое. Более того, выяснилось, что война между кланами Коршуновых и Олафссонов приостановлена. И не просто по договоренности сторон, нет, тут имело место Повеление Императора! Причина войны и её начало оспаривается на том основании, что арбитр действовал противозаконно! Вот это поворот! Он что — совсем идиот? Это я про арбитра, если что. За прекращением клановой войны наблюдают Третья канцелярия, Волкодавы и три арбитра сразу! Эти новости подняли моё настроение, упавшее после того, как я понял, что не смогу поучаствовать в новой заварушке и лично прорвать кольцо недругов. Такие вести нужно тщательно обдумать. А пока…

Достав из порядком мятого пальто новый смартфон, я набрал номер Кима. Достойно выдержавшую все испытания трость я уже привычным жестом положил на плечо.

— Да, шеф? — бодрым голосом отозвался Ким.

— У меня для вас хорошие новости, легионеры! — со старта решил обрадовать я своего главного военного. — Блокада с базы снята. Прямо сейчас наемники пакуют свои вещички и уезжают.

— Это просто отлично! А что с «Эгидой»? — сразу уточнил командир «Легиона».

— Своими глазами не видел, но по донесениям разведки — там такая же ситуация.

— Сейчас же свяжусь с Шаховым. А вы где, шеф? — и добавил в сторону. — Свяжитесь с «Эгидой», узнайте у них, как обстоят дела с блокирующими их базу наемниками.

— Да буквально у вас на крыльце. — ответил я Сергею Викторовичу.

— Где?!! — заметно удивился Ким.

— Да в паре километров от базы «Легиона». — успокоил я его.

— Кто ещё с вами? — уточнил Ким.

— Э… Никого. — ответил я.

— Через две минуты от нас выедет усиленная группа охраны.

— Не стоит. Я тут в безопасности, а наемники еще минут двадцать будут собираться. Кроме того, военные действия между кланами прекращены, и ни Олафссоны, ни Коршуновы в открытую сейчас на меня не полезут. За этим сейчас наблюдает куча стороннего народа. И три арбитра в их числе. — привёл я свои доводы.

— Коршуновы? А они тут при чём? — недоуменно протянул Ким.

— А, ну да, вы же ещё не в курсе. На меня тут как раз перед самым окончанием боевых действий Коршуновы напали.

— Что?..

— Да всё нормально. — перебил я военспеца. — пострадавших с нашей стороны нет, Константина вырубили, но с ним уже всё в порядке. Так что в стычке, можно сказать, пострадали только трое Коршуновых и… и один балкон.

— Какой ещё балкон? — не понял меня Ким.

— Потом объясню. Примерно минут через… через тридцать-сорок я сам на базу подскочу, там и поговорим предметнее. А пока — отбой.

Следом я созвонился с Шаховым. У него наблюдалась похожая картина — войска Олафссонов оперативно сворачивали пункт временной дислокации у базы «Эгиды». Можно подытожить, что этот раунд остался за нами.

Спустя полтора часа я с удовольствием потягивал крепкий свежесваренный кофе. На мне был чистый выглаженный костюм, свежая рубашка и тонкий галстук. На вешалке ожидало своей очереди черное кашемировое пальто до колен и даже шарф. За одежду отдельная благодарность внимательной Светлане. Да, она также была среди собравшегося тут, на базе ЧВК «Легион», моего ближнего круга. Примчались все, как на пожар и бурно обсуждали происходящие и уже произошедшие события. В ходе этой дурацкой войны, по-другому её и не назовешь, нас туда притянули просто за уши, да и сама война, как выяснилось, могла и не начаться, если бы не один очень глупый и жадный арбитр. Так вот, в ходе этой войны у нас пострадало порядка трех десятков человек. Это не беда — целители и медицина вытащила всех, но был и один погибший на месте боец. Совсем молодой, он только второй месяц, как устроился в «Эгиду» и погиб — поймал в голову ледяное копьё от наёмников Олафссонов. Я попросил поднять его личное дело и проследить за тем, чтобы о его родных позаботились, а также назначили им солидную пенсию. Это, конечно, не вернет погибшего, но хоть так. От моих мыслей меня отвлекло деликатное покашливание нашего финансиста.

— Подытожив всё вышесказанное, могу заметить, что юридическая служба господина Коршунова сработала на все сто процентов своей малороссийской хитрости, въедливости и упёртости. И это не упоминая про профессиональные навыки и знания. — потряс указательным пальцем улыбающийся Азимов.

— Да, Дмитрий Александрович провернул всё просто в рекордно быстрые сроки. Я, если честно, не ожидал такой скорой реакции. — признал Шахов.

— Такие высокие скорости вкупе с подобными потрясениями, я про боевые действия, если кто не понял, очень плохо влияют на моё старое сердце. — прокряхтел Семён Ахрорович.

— К чему это вы? — подозрительно прищурил глаза Святослав Олегович.

— Да, к чему это высказывание? — глаза Кима, казалось, превратились в щелочки.

— Как к чему? — удивился Азимов и продолжил. — Ох уж эти толстошкурые вояки! Коньяк, говорю, доставай, корейская твоя физиономия! И не пытайся! Я знаю, что он у тебя есть!

Под довольный хохот здоровых мужчин и одной девушки, только что понявших, что многочисленные нервные потрясения остались позади, хозяин военной базы достал из стального сейфа пузатую бутылку с коньяком. Замер на мгновение и достал ещё одну.

— Вот! Исправляется! — заметил Азимов, и в кабинете раздались новые взрывы смеха.

Глава 15

Какой же противный звонок я выставил на телефон! Просто отвратительный! С такими мыслями я проснулся и поднял трубку.

— Аааааарраар. Хррр. Грааа. — прохрипел я в телефон спросонья, но затем прочистил горло и уже нормально произнес. — Алло, я слушаю.

— Максимилиан Алексеевич, это Александр, старший смены охраны. — забубнила трубка мужским голосом.

— Да? Что-то случилось? — всё еще хриплым спросонья голосом поинтересовался я.

— Вы не вышли на утреннюю тренировку и вам скоро в школу. — объяснил мне причину своего звонка охранник.

Я в недоумении посмотрел на часы. Что?!! Я что, проспал целых девять часов?!! Да я же всегда сплю не дольше четырех-пяти. Хотя, вчера, конечно, был не просто насыщенный, а перенасыщенный событиями день! Тут тебе и война и несколько схваток в ускорении, усвоение новых возможностей и огромное количество сожженных нервных клеток, я не говорю о сожженных калориях. Ах, да еще вечером я выпил бокал коньяка у своих СБшников. Совсем немного, грамм может пятьдесят-семьдесят. Вот меня, видимо, и вырубило. Надо же — проспал тренировку. Я быстро поднялся и направился в ванную. Мне срочно нужен душ!

Через пятнадцать минут, выспавшийся и бодрый, я уже стоял на кухне и с нетерпением ждал, пока жужжащая кофемашина одарит меня крепким утренним напитком. Дождавшись, пока чудо-аппарат тонкой струйкой наполнит ароматной жидкостью небольшую кофейную чашку, я схватил её и сделал первый глоток. Горячий и крепкий кофе ухнул внутрь по пищеводу просто бомбой, начиненной бодростью и хорошим настроением.

— Хорошоооо. — выдохнул я.

Тут снова зазвонил телефон. На этот раз меня решила побеспокоить Светлана, мой бессменный секретарь и с недавних пор еще и сосед.

— Да, Светлана? — нажав на кнопку приема вызова, начал я.

— Белый или тёмно-зеленый? — послышался бодрый голос в трубке.

— Не понял вопроса?

— Макс! Сегодня в школу какой костюм наденете? Предупреждаю, что пальто будет выше колен и цвет его будет темно-зеленый. Просто если костюм будет такого же цвета, то рубашка точно будет не белой, да и кашне тогда будет необходим, а если костюм будет белый, то можно обойтись галстуком и без шарфа.

Вот ведь не было печали! Какая разница, как я буду одет? Ох, где мой любимый джинсовый костюм и короткая куртка?

— Не надо кашне, Света. Хватит и галстука.

— Отлично! Значит — белый! — с этими словами секретарь положила трубку.

Мда… Семен Ахрорович, конечно, сделал мне очень хороший подарок. Трость оказалась просто замечательным приобретением. Но вот теперь приходится ходить в пальто и костюме. Хотя, я уже начал привыкать. Раньше казалось, что это дико неудобно, но только за вчерашний день я в таком наряде бодро бегал, прыгал и дрался, причем с ускорением, и нормально. Да и права Светлана — не ходить же крупному бизнесмену постоянно в джинсовых или спортивных костюмах? Так что рано или поздно пришлось бы привыкать к смене образа. Так лучше раньше, чем позже.

Допив кофе, я быстренько напластал себе сэндвич с сыром, ветчиной и салатом, но приступить к завтраку не успел — раздался звонок в дверь. Так, с сэндвичем в одной руке я и открыл дверь Светлане.

— Доброе утро, шеф! — звонким голосом поздоровалась со мной последняя.

— Утро! — продемонстрировал открытую ладонь левой руки я, откусывая солидный кусок немаленького сэндвича. — Но не уверен, фто оно дофрое.

Пока Светлана размахивала моими вещами на плечиках и вываливала на меня малозначительные новости, я приканчивал свой легкий завтрак и думал, как так получилось, что почти все мои вещи находятся не у меня дома, в шкафу, а у другого человека, живущего по соседству.

— Светлана.

— Да, Макс? — сделала бровки домиком та.

— А не подскажешь, как так вышло, что почти все мои костюмы и рубашки, кроме спортивных и моих любимых джинсовых, делают у тебя дома? Я молчу про мелочи, вроде ремней и, о боги, галстуков. — и я уставился прямо в глаза секретарю.

Та мило потупилась и покраснела. Возникла неловкая пауза, но мне действительно было интересно получить ответ на свой вопрос.

— Света? — повторил я.

— Шеф. Ну, вам что, жалко, что ли? — пробубнила Светлана, так и не поднимая на меня глаз. — У меня же хороший вкус, я вам подбираю стильный лук, вы же просто милашечка получаетесь.

— Милашечка? — захрюкал в голове Тень.

Я продолжал хранить молчание.

— И вообще, я сначала тренируюсь на симуляторе. — продолжила Светлана.

— Каком еще стимуляторе? — удивился я.

— Не стимуляторе, а симуляторе. — поправила меня секретарь. — Рилсимз называется. Компьютерная игра, симулирующая настоящую жизнь. Там создаешь героя, учишь его, устраиваешь на работу, одеваешь, устраиваешь ему личную жизнь и т. д.

Тень уже не хрюкал, а просто ржал в голос.

— Игрушечный милашечка! Ха-ха-ха!

Это что же, одевать меня для неё — как в игрушку компьютерную играть? Ну, дела. Девушке двадцать семь лет. И она играет в компьютерные дочки-матери. Это разве нормально? Да это отклонение какое-то! Я начинаю бояться Назарову.

— Э…Ладно, давай костюм, пойду одеваться. — протянул я руку за вещами.

Через несколько минут улыбающаяся Светлана поправила на мне галстук и с довольным видом продемонстрировала мне поднятый большой палец.

— Отлично выглядите, шеф! Просто красавчик!

— Спасибо. — отчего-то смутился я. — Ладно, мне пора. Срочного у нас ничего нет?

— Всё в рамках, не переживайте! — упорхнула к дверям Светлана.

Иногда у меня ощущение, что они видит во мне то ли младшего брата, то ли вообще — ребенка.

— Игрушкуууу. — протянул в голове Тень.

— Отстань!

— Му-ха-ха-ха!..

По дороге в школу я долго переписывался с Юлей. Та по-прежнему не ходила в школу. Родные держали её в Смоленске, но документы из нашей школы в Обнинске пока не забирали. Это обнадёживало. Значит, она, возможно, скоро вернется в наш класс.

На въезде на школьную автостоянку ко мне сквозь мою охрану попыталась пробиться пара, состоящая из симпатичной девушки с короткой стрижкой со знакомым лицом и невзрачного мужичка с унылым лицом с камерой на плече. Да это же журналисты!

— Максимилиан Алексеевич! Максимилиан Алексеевич! — бойко выкрикнула девушка. — Мы бы хотели взять у вас интервью!

— О! Да ты уже без пяти минут медийная личность! — вставил свои пять копеек Тень.

Вот оно мне надо?

— Простите, но я опаздываю на занятия. — вежливо отказал я.

— Это займет всего десять минут, не больше. — обаятельно улыбнулась девушка, выпятив внушительную грудь так, что полы расстегнутой короткой дубленки разошлись в разные стороны.

Не-не-не. Отвёл я взгляд от тонкой водолазки журналистки.

— Извините, но мне действительно некогда.

С этими словами я прошел дальше на территорию школы и направился к крыльцу. В школьном дворе на меня в открытую или искоса, но смотрели все встречные. И снова шушукались. Да что это такое? Перед крыльцом с независимым видом стояла Субботина. Настя окинула меня оценивающим взглядом и привычным жестом схватила меня за руку.

— Как ты? — тихо спросила девушка.

— Нормально. — пожал я плечами.

В дверях мы практически столкнулись с высоким светловолосым парнем.

— Здорово, Макс. — первым поздоровался Щукин.

— Здравствуй, Слава! — пожал я протянутую руку.

— Здорово, Коршунов! — протянул следом свою ладонь неизменный спутник Щукина, Коля Мартынов.

— Здорово. — пожал я руку и ему.

— Вы в класс? — неразлучная парочка наших одноклассников пристроилась рядом и потопала с нами.

— Да, ребят. — отозвался я, недоумевая.

После злополучного инцидента мы с этими парнями поддерживали своего рода нейтралитет. А тут такое демонстрируемое дружелюбие. Непонятно с чего. Как будто мало нам было сопровождения в виде двоих одноклассников, в фойе от нескольких девчонок отделилась Инна Козлова и решительно подошла к нашей разросшейся группе.

— Привет, Максик! Привет, народ! — пошевелила она пальцами поднятой руки и тоже пристроилась рядом, почему-то недовольно покосившись на Настю.

Староста ответила на это очень недружелюбным взглядом.

— Тебе чего? — вместо приветствия спросила Настя.

— Мне? Я просто иду в класс. Или правилами школы подобное запрещено? — приподняла бровь Козлова.

— Вот и иди. — крепче вцепилась в мою руку Настя.

Парочка Щукин-Мартынов в открытую ухмылялись, но ничего не говорили.

— Вот и иду. — невозмутимо ответила Насте Инна. — И ты лучше иди. А то вдруг сейчас Лопухина из-за угла выйдет. Приревнует еще.

— Не твоё дело! — заявила Настя и следом сказала уже мне. — Поёдем, Макса, тут что-то слишком людно стало.

И Настя маленьким блондинистым буксиром потащила меня за руку. Это у них что, семейное? Вот и сестрица её старшая также может.

— Вот же… Коза! — эмоционально произнесла Настя, когда мы на большой скорости удалились от оставленных одноклассников.

— М… А что это вообще было? — с интересом спросил я.

— Пф… Как что? Ты же у нас звезда новостей! Кстати, именно из новостей внезапно выяснилось, что ты очень даже клановый Коршунов, а не просто однофамилец или там дальний неклановый родственник. — пояснила мне Настя.

— И? — уже подозревая правду, но желая услышать новости в интерпретации Субботиной, вопросительно произнес я.

— И сейчас все, кто учится с тобой в одном классе, в одной школе, как клановый, так и нет, с интересом будут следить за твоей персоной, а кое-кто и захочет свести знакомство с тобой поближе. — Настя сдула упавший на лоб волос и продолжила. — Ладно, там Щукин со своим прихлебателем, но эта!

Тут мы дошли до нашего класса и вошли внутрь. В классе Настя паровозом дотащила меня до моей парты, сердитым взглядом голубых глаз обжигая всех встречных одноклассников и одноклассниц, и уселась со мной рядом.

— Пока Лопухиной нет — посижу-ка я с тобой. — заявила мне моя подруга.

— Ладно. — пожал я плечами.

На уроках ничего особенного не было. Зато на переменах… В общем, после первой перемены я решил, что с меня хватит излишне дружелюбных людей и старался в коридор не выходить. Но и одноклассники не давали мне скучать. Хорошо хоть Настя время от времени рявкала на особо назойливых. Пару раз мне приходилось буквально отбирать свою трость, лежащую на моей парте, от особо любопытных, которые так и норовили ненавязчиво так взять её в руки. И постоянные вопросы, вопросы. Настроение стремительно портилось. Наконец, я не выдержал.

— Так, у меня объявление. Народ, ау! — хлопнул ладонями я по столешнице.

Все с интересом повернулись ко мне. Я демонстративно медленно достал из портмоне айди-карту и поднял её над головой.

— Внимание всем интересующимся! Вот моя НОВАЯ айдишка. На ней черным по белому указано, что я, Коршунов Максимилиан Алексеевич, не являюсь членом клана Коршуновых или какого либо ещё клана. В новостях напутали, айди — свежевыпущенная, поэтому никаких накладок нет. Это всё — просто недоразумение. Поэтому всех тех, кому я внезапно стал интересен, как перспективный клановый одноклассник, прошу принять данный факт к сведению! У меня всё, всем спасибо. — с этими словами я медленно опустился на свой стул.

Класс загомонил, а меня наперебой начали уверять в том, что я ошибаюсь и никому, мол, не важно, отношусь я к кланам или нет. Кроме того, на меня насели с просьбами рассказать, что произошло на вокзальной площади, и почему тогда была объявлена война между Олафссонами и Коршуновыми. К счастью, мне удалось свалить всю вину на журналистов и отбояриться от проблем клана Коршуновых по причине своего незнания. Я ж неклановый, я — не знаю, что там они с Олафссонами не поделили. По поводу площади сказал, что там был какой-то невменяемый маг, который устроил землетрясение и получил по голове оторвавшимся от сейсмотолчка балконом. Так что это не ко мне — это к специалистам, а я ничего не знаю.

После уроков, опять же на стоянке за воротами меня снова попытались зажать те же двое журналистов. Ты посмотри, какие настырные!

— Может, дашь им интервью? — предложил Тень.

— Ага. И что я им скажу? А если они начнут задавать каверзные вопросы? А если они представляют интересы наших противников и потом просто исказят это интервью в нужном им свете? Ты же сам меня учил, что СМИ — это четвертая власть и с ними нужно держать ухо востро. — возмутился я на его предложение.

— Хм… — смутился Тень. — Пожалуй, тут ты прав. Лучше — не стоит.

Так что я извинился, отговорился срочными делами, я же еще и бизнесмен, вы же в курсе? Журналистка оказалась в курсе и спросила, куда именно я еду: на фабрику, к перевозчикам или к военным? Пришлось применять волшебное — «коммерческая тайна». Но поехал я просто домой. День как-то сильно меня вымотал.

Дома, раздевшись я внимательно стал рассматривать себя в зеркало. За сегодня я от нескольких людей услышал вопрос: «Макс, ты что подрос?». Никаких отличий не заметно, но это на глаз. Надо будет на базе у Кима или Шахова измерить свой рост. Приняв душ и выжав себе апельсинового сока, я проверил почту, поотвечал на сообщения и засел за телефон. Текучка, рабочие моменты, мелкие и не очень проблемы. Ситуация с Олафссонами и Коршуновыми еще не ясна, но мои юристы работают в поте лица, подготавливая требования, ходатайства и исковые заявления. Так незаметно наступил вечер.

После вечерней полноценной тренировки, которую я провёл на базе «Эгиды», я замерил свой рост на специальной планке с весами, и оказалось, что действительно вытянулся за этот месяц еще почти на сантиметр. Это радовало, я, конечно, привык к своему росту, но с возрастом хотелось бы и подрасти.

Перед сном я еще раз проверил почту. От группы, отправленной в далекую Якутию, до сих пор не было никаких новостей ни у Шахова, ни у меня. Долго они. Нет, я понимаю, что Якутия огромна, но ведь примерный регион поисков мы же знаем. Хотя и этот регион по площади занимает место поболее многих европейских, особенно германских государств. Тень успокаивает — по его воспоминаниям, территории там просто огроменные, и алмазы, по его словам, залегают глубоко в мерзлом грунте, но должны же быть хоть какие-то результаты? Олафссоны же нашли эти кимберлитовые трубки, значит и мы должны! Вот с такими мыслями я и уснул.

* * *

В просторном помещении с нарисованными окнами звучала тихая музыка, в воздухе витали легкие цветочные ароматы, беззвучно, но оттого не менее качественно работала система кондиционирования. Крутилось рулеточное колесо, летали игральные карты. Никаких пошлых автоматов, ни-ни, что вы! Только серьезные игры для солидных клиентов.

— Поднимаю на сто! — тучный мужчина с толстенной шеей бросил несколько фишек на стол.

— Роман Дмитриевич, вы сегодня в ударе. — отметил его сосед по столу и бросил карты на стол. — Я — пас.

— Пас.

— Пас.

Полетели следом карты остальных участников игры. Дилер с холодной улыбкой пододвинул все фишки к немаленькой стопке, возвышающейся над столом возле толстошеего игрока. Вновь полетели карты, и игроки бросили на поле по паре фишек. Очередной кон игры в покер начался, и снова выиграл тот, кого назвали Романом Дмитриевичем. Ему действительно сегодня везло. Впрочем, надо заметить, что играл он отлично и без всякого везения. Умело блефовал, давил ставками, в общем, применял все известные приёмы игры в карты. Через некоторое время грузный мужчина поднялся, взял у подскочившего официанта сигару и вышел в курительную комнату.

Роман Дмитриевич откусил специальной гильотинкой кончик сигары, но не успел её подкурить, как в курительную комнату плавно втекли несколько фигур в бронежилетах и шлемах. На бронежилетах белым цветом выделялась крупная цифра «3».

— Герасимов Роман Дмитриевич? — вперед вышел молодой сотрудник в штатском. — Вы задержаны! Если у вас есть оружие — сдайте его добровольно.

— Ты охренел, молодой? — недовольно скривился Герасимов. — Ты вообще в курсе, кого ты задерживать собрался?

— Герасимов Роман Дмитриевич, маг огня в ранге «С», полковник полиции, начальник, увы с сегодняшнего дня — бывший, полиции города Серпухов, всё верно? — невозмутимо уточнил сотрудник Третьей канцелярии.

— Что значит — бывший?!! — взревел Роман Дмитриевич и сжал свои немаленькие кулаки. — Как это — бывший?!!

На него тут же уставилось пара стволов пистолетов-пулеметов, а сам он упал на колени после ловких ударов двоих бойцов под коленные сгибы. Руки его оказались завернуты назад, из кобуры под мышкой дорогого пиджака был вытащен пистолет, а перед бойцами замерцали стихийные щиты.

— Ваши полномочия приостановлены. Вы подозреваетесь в получении взяток, в коррупции, злоупотреблении служебным положением и преступном бездействии. — монотонно перечислил сотрудник Третьей канцелярии. — И вам придется ответить на множество вопросов, в частности, за какие такие заслуги вами были получены от представителей клана Олафссонов на анонимные счета средства, эквивалентные пятистам тысячам рублей? Сейчас же рекомендую вам слить ваш резерв добровольно. В этом случае обещаю, что спать вы будете не менее шести-семи часов подряд. Иначе…

Бывший главный полицейский города побледнел. Он прекрасно знал, что бывает с задержанными магами. Он видел не один десяток сломленных нервных людей, которым не позволялось спать более полутора часов подряд из-за того, что им было необходимо постоянно сливать Силу из резерва. Спустя пять-семь дней вместо гордых магов дознавателей встречали дерганные полубезумные люди. Нет, такого будущего он себе не хотел.

— Хорошо. — угрюмо согласился Герасимов и опустил голову вниз. — Я… добровольно.

— Вот и отлично! Люблю работать с понимающими людьми! — улыбнулся молодой сотрудник страшной конторы…

Полковник Герасимов был первой ласточкой в череде арестов и увольнений, волной прошедших по всей области в следующие дни. Где-то крупных чиновников арестовывала Третья канцелярия, где-то этим занималась полиция, в лице службы внутренней безопасности, но пострадали многие чины от полицейских, до прокурорских. Не помогали связи, ранее оказанные услуги, родственники. Коррупционный скандал ширился и освещался как крупными, так и местными СМИ. Инспектор Лавочкин со своей командой не зря ел свой хлеб, и не зря так долго распутывал все ниточки двух странных клановых войн.

Глава 16

— И никакой магии! — задрал указательный палец вверх невысокий щуплый мужчина в толстостенных очках и невзрачном костюме. — Вам всё понятно?

— Да. — мрачно кивнул хмурый рыжеволосый здоровяк в светлом костюме с клановым значком в виде молота.

— Тогда пройдемте. — буркнул дознаватель и поманил ладонью Карла Иванова.

Серые стены пустых коридоров, решетки, сваренные из крупной стальной арматуры, редкие сотрудники, переходы с низкими потолками. Наконец, они дошли. У одной из дверей со стеклянным верхом стояло двое мужчин в серо-зеленых мундирах. Дознаватель предъявил им разрешение на свидание, и один из охранников внимательно прочитал текст.

— Хм… Иванов, значит? — кивнул он подбородком на Карла.

— Он самый. — подтвердил Карл.

— Ваши документы. — требовательно протянул охранник руку.

Подготовленный к подобной проверке Карл достал свою айди-карту из наружного кармана пиджака.

— Можете проходить. — вернул ему документ охранник после изучения. — У вас тридцать минут и ни минутой больше.

На это Карл молча кивнул и прошел в открывшуюся дверь. За дверью была совсем маленькая комнатка. В комнате были привинченные к полу стол и две лавки. На одной из лавок Карл увидел своего Главу — дядю Харальда Олафссона, но как тот выглядел! От могучего сильного и уверенного в себе лидера осталась какая-то серая невзрачная тень. Нет, дело было не в том, что Глава клана похудел. Лицо и глаза, а также поза — всё это принадлежало сломленному, слабому человеку. Серые его глаза, казалось, выцвели и потускнели, а лицо выражало бесконечную усталость и… покорность.

— Глава… — с болью в голосе позвал дядю Карл.

— Ты пришёл. — на Карла смотрели тусклые глаза заключенного.

— Да. У нас всего полчаса. Как вы? Что я могу сделать? — участливо спросил Карл Харальда Олафссона.

— Как я? — хмыкнул с ноткой эмоций в голосе Харальд и потер лицо крупными ладонями. — Лучше тебе никогда не знать, каково это, поверь мне, Карл. Но ты прав — у нас мало времени. Мне разрешили свидание с одним из оставшихся на свободе соклановцев в обмен на… на моё сотрудничество. Я выбрал тебя.

— Почему меня? — уточнил Карл.

— Потому что именно ты будешь новым Главой клана Олафссонов! Да! — не дал перебить себя Харальд. — Клан будет жить! Мы потеряем многое, мы потеряем почти всё, но! Мы сохраним людей! Ты — сохранишь людей! Выплатите все репарации, оплатите все штрафы, продадите или отдадите всё, что можно. Про алмазы — забудь, мне пришлось рассказать о них в рамках, кхм, в рамках своего «сотрудничества». Запомни, главное, что клан будет жить! — быстро и громко зашептал Харальд Олафссон.

— Но почему я? Ведь есть же Гудмунд! Он — первый боевик клана, а еще наши отцы-основатели завещали…

— Чушь! — перебил племянника Харальд. — Главой нашего клана должен быть боец. Но — боец, а не лучший боевик! Имеется в виду дух, а не магическая сила или специфические навыки. Только боец может подняться после сокрушительного удара. Только боец может оскалиться и продемонстрировать сжатый кулак в ответ на агрессию более сильного противника. Вот о чем речь! Но Главе клана также необходимы и мозги. Если сравнивать кандидатуры тех, кто остался на свободе, то ты — лучшая кандидатура для назначения Главой клана. У тебя характер бойца и при этом в наличии острый ум. Поменяешь фамилию на Олафссон и станешь новым Главой. Я так сказал.

— Я вас понял. — медленно кивнул будущий Глава клана. — а что со всеми теми, кого закрыли в застенки Третьей канцелярии? Есть хоть малейшая возможность выдернуть кого-либо?

— Нет. Забудь о них и обо мне тоже. Три недели в спецприемниках Третьей канцелярии — это уже практически приговор. Маги — по факту уже списанные в утиль психически ущербные люди. Некоторые покончили с собой, остальные еще держатся, но их никто не выпустит на свободу. Нас всех ожидают, — тут Харальд презрительно скривился. — государственные «стройотряды», казармы и сон по полтора-два часа. Как ты знаешь, выживут лишь те, у кого будет срок наказания до одного года, максимум — до полутора лет. Остальные же…

Карл понимающе вздохнул. Ни для кого из клановых, да и всех остальных тоже не было секретом, что приговоры суда, по которым наказание отбывали маги, были по факту смертными приговорами, просто растянутыми во времени. Осужденные либо сходили с ума, либо умирали от истощения. Их дар становился их же проклятием, так как их Силу использовали без остатка, резерв опустошался до донышка, раз за разом, день за днем, час за часом. От такого обращения маги начинали болеть и спустя некоторое время — умирать. Содержать же магов, как обычных людей, в тюрьмах или лагерях было бессмысленно — маги же. Убегут и что ты будешь делать?

— А теперь слушай меня внимательно и запоминай каждое моё слово. — прервал его размышления голос Харальда. — Каждый из Глав нашего клана понемногу увеличивает скрытые резервы как раз на случай тяжелых времен для клана. Таких, как сейчас. Это тайники и анонимные счета. Я добавил к ним еще и кошельки в криптовалюте. Все данные зашифрованы. Информация находится в нашей библиотеке. В моем столе возьмешь блокнот в черном кожаном переплете. Шифром к записанному в нём является стоящая на самой верхней полке на левом стеллаже в библиотеке «Сага об Ингваре Путешественнике». Запомнил?

— Чёрный блокнот в столе, «Сага об Ингваре путешественнике» в библиотеке, левый стеллаж, верхняя полка. — повторил Карл за своим дядей.

— Вот и молодец! Я всегда выделял тебя среди родичей. И не зря! Пообещай мне, что ты сделаешь всё, чтобы наш клан не исчез, сохрани его и укрепи!

— Обещаю! — торжественно произнес Карл…

* * *

Алиса скучала. В смартфон надолго залипать было нельзя — на камерах наблюдения было прекрасно видно, чем занимается персонал отдела, а за подобное следовал денежный штраф. Угум, как там было? А, точно — сотрудник отдела продаж настоящих швейцарских хронометров должен быть вежлив и точен, как часы, и всегда быть готовым удовлетворить интерес потенциального покупателя. Удовлетворить, блин! Какого покупателя? Тут за день человек пятнадцать-двадцать заходят. Отчего бы не позависать в телефоне? Но нет же — нельзя. Алиса со вздохом посмотрела на улицу. Это было возможным благодаря стеклянным стенам торгового центра, прозрачным изнутри. Хоть какое-то развлечение — прохожих рассматривать. Алиса с ленивым любопытством рассматривала подъезжающие автомобили, проходящих мимо людей.

Вот из не очень нового Горца наружу выбрался симпатичный паренек, по виду чистый мажор: пробор, костюм, галстук, легкое полупальто и даже декоративная трость в руках. Следом за ним из того же транспорта появился мужичок в возрасте с ехидным лицом и симпатичная девушка лет двадцати пяти на вид.

— Как для девушки, так она выглядит для него старовато. — подумалось Алисе. — Может сестра? Но вроде не похожи.

Девушка вдохнула поглубже и поправила белоснежную блузку на талии, так, что та облепила её грудь подобно второй коже. Самой Алисе было всего восемнадцать лет, девушка была невысокой, но обладала выразительной фигурой, красивым, по словам знакомых парней, лицом, и она была совсем не против познакомиться с богатым кавалером. А вдруг он зайдет именно к ней в отдел?

Тут в отдел действительно вошли люди. Сначала спортивного вида мужчина с внимательными глазами в свободной куртке, затем занятная троица, а следом еще один молодой мужчина, поверх свитера которого наблюдалась оперативная кобура.

— Охрана. — подумала Алиса и посетители сразу набрали дополнительные баллы в её глазах.

— Добрый день! Чем могу быть вам полезна? — с вежливой улыбкой поинтересовалась работница салона по продаже часов, спрятав руки за спиной и выпятив вперед грудь.

Она помнила занятия по практической психологии продаж и тему про открытые и закрытые позы.

— Здравствуйте, девушка! — первым поздоровался молодой паренек, а следом за ним и девушка с мужчиной.

— Здравствуйте!

— Добрый день!

— Меня зовут Алиса! — звонко представилась девушка и указательным пальцем, сверкающим ярко-красным лаком, постучала себя по груди пониже бейджика с именем…

* * *

Почти месяц спокойной жизни. Как же это оказывается классно! Нормально функционирующие предприятия, размеренные тренировки, да даже учеба в школе не напрягает. В прессе уже затихает скандал с Олафссонами, Коршуновыми, Куркиными и кучей коррупционеров со стороны властей. Всю страну неплохо так встряхнули вскрытые проблемы в чиновничьем аппарате. Полетели головы, поехали по этапу первые приговоренные. Кланы демонстративно начали соблюдать законы и вести себя скромно, как для кланов, конечно. Простые обыватели с жаром поперемывали косточки, как кланам, так и арбитрам, полицейским, прокурорским и т. д. Но, повторюсь, скандал уже затухает. На первое место вышли другие новости, другие проблемы, и люди переключаются на иные темы. Для меня же всё произошедшее закончилось хорошо. Я сохранил свои предприятия, кроме того, получил компенсации от кланов Олафссонов и Коршуновых, а главное — я выжил.

На днях контора Карякина начала работать помимо Обнинска ещё и в небольшом соседнем городке — Малоярославце. Набрали там местных водителей — и вперед. Ну, да удачи в этом Руслану Вадимовичу. Легкая промышленность стабильно приносит постоянно растущую прибыль, заказы у фабрик и цехов расписаны на полгода-год вперед. Сейчас вот Максимович бьет копытом и требует постройки новых мощностей поближе к западным границам империи, мол, заграница хочет больше удобной джинсы и кроссовок. Посовещавшись с ближним кругом, планируем согласиться с его предложением.

Но есть в этой бочке меда и своя ложка дегтя. Даже две. Одна из них — якутская кампания пока не обнаружила никаких кимберлитовых трубок. Вокруг поселка Мирного обшарили всю округу — и ничего. Тень долго вспоминал и родил на свет сентенцию о том, что в его мире этот самый Мирный появился и был назван в честь месторождения алмазов «Мир», так что этот наш местный Мирный может быть вообще находится по другим координатам. Ну, спасибо! Главное, вовремя! Почему бы ему раньше это не вспомнить?

Вторая ложка, даже скорее, ложища дёгтя — это то, что Юля так и не вернулась в нашу школу. Клан отправил её учиться в Москву, в одну из элитных школ только для клановых. Вот так нас с моей любовью и разлучили. Спасает только интернет, но общение по почте — это ведь совсем не то, чего бы нам двоим хотелось. Я тяжко вздохнул и вновь прислушался к непродолжительному спору в салоне автомобиля, в котором я молчал, а мои близкие… скажем так, пытались склонить меня к своей точке зрения.

— Потому хороший хронометр от PATEK PHILIPPE вам просто необходим! — задрал подбородок кверху Семен Ахрорович.

— Ваш PATEK PHILIPPE делает часы для старперов! Шеф — молодой парень и ему подойдут либо TISSOT, либо CARTIER. — возразила Светлана.

— Ха! Вы, милочка, еще бы плебейский ROLEX предложили! — ухмыльнулся Азимов.

Что происходит? Меня уговорили купить часы. Надежные швейцарские часы. А то, мол, образ не до конца соответствует. Как это так, такой стильный молодой человек и без хороших часов на запястье? Вот и приехали мы в Москву за настоящим швейцарским хронометром. Правда, каким именно, я еще не решил, вот и спорят друг с другом Назарова с Азимовым.

— Подъезжаем к Смоленской. — сообщил нам водитель.

— Там ближе ко входу в торговый центр «Алый» остановите. — попросила Светлана.

— Хорошо. — отозвался водитель и продублировал по рации. — Смоленская. Будем входить в ТЦ «Алый».

В сверкающем стеклом отделе нас встретила симпатичная девушка-продавец, очень молодая, лет шестнадцати-восемнадцати на вид, но дело своё она знала хорошо, и подробно описывала марки и модели хронометров. Я прямо заслушался.

— Скажите, а у вас есть парные часы? Чтобы были мужской и парный ему женский варианты? — прервал я заливавшуюся соловьем девушку.

— Конечно. — послала мне очередную улыбку девушка. — Если вы скажете, для каких целей вам необходимы часы, то я смогу намного сузить диапазон возможных моделей. Парень-девушка? Муж-жена? Брат-сестра? На какой возраст приобретаете? Сразу хочу сказать, что на любые часы нашего салона выдается пожизненная гарантия.

— Э… Для парочки. Для меня и моей девушки. — уточнил я.

Консультант на мгновение поскучнела и стрельнула глазами на Светлану, но затем снова вежливо заулыбалась и начала доставать с витрин часы.

— Вот, пожалуйста! Омега… А это — Картье… Вот парные модели от Тиссо…

Девушка ловко демонстрировала мне разные хронометры, защелкивала мне на запястье, надевала на свою руку и прижимала свою кисть к моей, показывая, как совмещаются часы на руках, рассказывала о преимуществах того или иного дизайна, о сумасшедшей надежности и точности всех часов, представленных в их отделе…

Я взял парные часы от TISSOT в корпусах из белого золота с небольшими бриллиантами. Светлана победно взглянула на Азимова. Хотел было часы купить в подарок Светлане и Семену Ахроровичу, но те отказались, мотивируя тем, что дарить часы — плохая примета. Я на это только улыбнулся, вторые часы я взял в подарок Юле. А вы думаете, что я делаю в Москве? Только за часами приехал? Ну, уж нет!

Мы с Юлей договорились встретиться сегодня и посидеть в кафе, благо, контроль за моей девушкой немного ослабили. Вот так через час после покупки часов у молодой, но профессионально подкованной девушки с редким именем Алиса, я с подарочной коробочкой в руках сидел в кафе «Синьор Эклер» на Обручева и пил сваренный на песке кофе. Отличный кофе, кстати. На столе ожидали своего часа фирменные местные эклеры, а в вазе стоял пышный букет из невысоких, но одуряющее пахнущих роз. Мои сопровождающие отправились в ближайший парк, вроде Воронцовский, а охрана ожидала снаружи.

Наконец, двери в зал распахнулись и по полу звонко застучали каблучки. Юля была великолепна. Черное платье-карандаш и небольшая шляпка делали её, казалось, ещё более хрупкой, чем она была. Огромные глаза на бледном лице только подчеркивали этот образ. Махнув рукой, она отослала охранника, шагавшего впереди неё, и быстрым шагом подошла ко мне. Я поднялся со стула и шагнул ей навстречу. Мои руки легли на тонкую талию и притянули такую красивую девушку поближе. Я сделал медленный вдох. Как я соскучился по этому запаху, по этому лицу, по глазам, по губам! Я медленно поцеловал Юлию и лишь потом смог тихо сказать: «Привет».

— Здравствуй, Масик. — улыбнулась девушка, и глаза её как будто засияли.

Я смог удержаться от повторного поцелуя, убрать руки с её талии и приглашающее отодвинуть стул.

— Как ты? — спросила меня Юля, смотря своими черными глазищами.

В ответ я начал сумбурно рассказывать обо всём, что со мной произошло с момента дуэли с Хельги Олафссоном. Заказать мы больше ничего не успели — никак не могли наговориться. Пару раз возле нашего столика появлялся официант, но оба раза его отзывал проявивший такт бармен. Коробочку с часами я как-то неуклюже вручил Юле в процессе рассказа о моём житье-бытье. В ответ на подарок Юля улыбнулась, как мне показалось печально, и повторила уже слышанную мной примету о подарках и часах. Я снова отшутился в ответ, и мы продолжали болтать. Мне хотелось, чтобы мы сидели так весь день, но приятное времяпровождение нарушил охранник Лопухиных. Он подошел к нашему столу, вежливо покашлял в кулак и сказал:

— Нам пора, Юлия Николаевна.

— Да, конечно. — со вздохом отозвалась Юлия.

Затем она взяла мои руки в свои, посмотрела мне прямо в глаза и сказала: «Макса… летом у меня будет помолвка. Прости». И затем зачем-то добавила: «Я буду носить их. Спасибо тебе за всё!».

С этими словами она поцеловала меня в щеку и пошла к выходу. А я сидел, как оглушенный, а в голове крутилась мысль о том, что дарить часы — плохая примета…

Глава 17

В двухуровневую квартиру на Большой Серпуховской Юля ворвалась маленьким нервным ураганом. Шляпка полетела на пол, туда же отправились и стильные полусапожки ручной работы. Хлопнула дверь, и из одной из спален показалась озабоченная компаньонка девушка — симпатичная крашеная в блондинку тётя Юлии, Мария Васильевна Лопухина.

— Что случалось, девочка моя? — с тревогой спросила она, глядя на заплаканное лицо племянницы, указательным пальцем поправляя очки на переносице.

— Всё. Я сказала Максу, что скоро у меня помолвка. — ещё больше размазывая тушь по лицу рукой с зажатой в ней нарядной коробкой ответила Юля.

— А он?

— Я уже перед уходом сказала. — Юля сглотнула комок в горле и продолжила задрожавшим голосом. — Я все время держалась хорошо.

— Только в машине уже не выдержала. — тут она снова всхлипнула. — Ну почему? Почему так? А, Маша?

Мария обняла разревевшуюся в голос девушку и мягко погладила её по голове.

— Поплачь, Юленька, поплачь. Легче станет. Немного, но легче. — вздохнула Мария. — Судьба у нас такая. Ты же у нас наследница, не отдадут тебя за абы кого.

— Макс — не абы кто! — вскинула заплаканное лицо Юлия.

— Да я-то не спорю. — снова вздохнула тетка, поглаживая её по спине. — Только кто меня спросит. Это плата за клановые привилегии. За всё в жизни нужно платить. Где-то службой, где-то — деньгами, а нам, женщинам, вот так… За нас решают, за кого мы выйдем замуж, от кого родим детей… Поплачь, девочка…

Красивая девушка в модном платье разревелась в полный голос, а Мария, неловко обняла ту двумя руками, не обращая внимания на сползшие с уха очки.

* * *

Домой в Обнинск я ехал, как в тумане. Семен Ахрорович тактично молчал. Светлана поначалу пыталась было меня разговорить, но после пары моих ответов невпопад и выразительного шипения Азимова и она замолчала, а затем вообще уткнулась в телефон, что-то быстро пролистывая.

В салоне повисло молчание, но в голове у меня шел вялый диалог с Тенью, поначалу даже скорее, монолог.

— Вот и твоя первая влюбленность… Да… — Тень как-то по-стариковски вздохнул. — Не думал я, что вот так быстро… Думал, это произойдет позже…

На эту его реплику я проявил толику интереса.

— То есть, ты знал, что так будет?

— Ну, не знал. Скажем так, предполагал… А что ты хотел? Она наследница крупного клана. Ты — неклановый мальчишка. Да, не совсем голо… э… нищий по их меркам, но совсем не пара наследнице клана Лопухиных. Дали ей поиграть в любовь, а потом натянули вожжи.

— Ты, Макса, не вини её. Просто… Она же клановая. Им с детства вбивают понятия долга перед кланом, ответственности и т. д. У вас сейчас такой возраст, когда гормоны играют, парни и девушки влюбляются друг в друга…

— Точно! Я придумал! — перебил я Тень. — Мне нужен клан! То есть мне нужно, чтобы я стал основателем своего клана! Тогда я смогу…

— Ох, Макса. — тяжкий вздох перебил мои сумбурные мысли. — Во-первых, основать свой клан очень не просто. Нет, с алмазами это было бы возможным, даже, скорее всего, стало бы возможным. Со стороны императора просто напрашивается подобный шаг. Но ты же понимаешь, что их у нас пока нет. В наличии нет. А во-вторых, помолвка у клановых — это довольно серьезный шаг. Родные заранее договариваются о союзе и разорвать помолвку — это… это разрыв и союза. Такой поступок может даже стать поводом к войне. В подобном деле репутация клана превыше возможных выгод с Главой свежесозданного клана. Была бы Юля не Лопухина, а, например, Щукина или там Степанова. А так…

Я молчал. Умом я понимал, что Тень прав, но как же это… больно. Больно и горько.

— Помнишь, я тебе говорил, чтобы ты чересчур не заморачивал голову тем, что на тебя претендуют сразу две красавицы? Я тебе тогда посоветовал просто наслаждаться жизнью. Вот жизнь и расставила всё по своим местам.

— А если я не хочу? Не хочу, чтобы вот так! Давай сделаем так, чтобы я смог раньше создать свой клан? Ты же можешь подсказать мне кучу разных идей! Вот как с джинсами и кроссовками. Придумай что-нибудь, а Тень?

— Макс! Что я тебе придумаю? Я же не ученый.

— Так ведь ты и не технолог легкой промышленности, а с фабриками смотри, как удачно получилось! — возразил я ему. — Ты же сам говорил, что у нас тут много чего нет!

— Говорил. — подтвердил Тень. — И что? У вас, например, тут нет танков и вертолетов. И? Про вертолеты я знаю только, как они выглядят, а что там и как работает — это для меня темный лес. А танки вам просто не нужны.

— Подожди, танки же у нас есть. — немного удивился я. — вон их сколько, на каждой ж/д станции кучи стоят.

— Да это не те танки. Я про военные танки… В общем, специальные такие бронемашины с толстенной броней, вооруженные пушками и пулеметами.

— Странное название для броневиков. А почему ты думаешь, что они тут будут не нужны?

— Так ведь это у нас магии не было. Зато были две мировые войны. Это, знаешь ли, способствует быстрому развитию военной мысли. А у вас… У вас эти танки не актуальны. У них стоимость, как у нескольких десятков бронеавтомобилей, а остановить их сможет любой маг, начиная от ранга «В». Вот и считай сам, кто будет такие многомиллионные гробы создавать?

— А вертолеты? Не можешь же ты о них совсем ничего не знать?

— Вертолеты — это такие летательные аппараты. О них я знаю только, что управлять ими в разы сложнее, чем самолетами, и что в воздух они поднимаются за счет вращающихся винтов. Всё. Я же тебе говорю. Ну, не инженер я!

— Ладно. — нехотя согласился я. — А что-нибудь еще?

— Да что ещё? Макс, я тебе говорю, я не ученый, я — боевик, Супер. Это с одеждой и обувью так удачно получилось, потому что у вас эта ниша пустовала, а материалы все были. Было бы ещё что-то такое, я бы тебе разве не рассказал?

Пришлось с ним согласиться. Но что же делать мне? Я не хочу вот так терять Юлю! Не хочу!

* * *

Оставшееся время до конца весны мне было… тяжело. Да, пожалуй, именно это слово подходит больше всего для того, чтобы описать свое состояние. Сначала я часто писал Юле, и она даже отвечала на мои сообщения, но примерно с начала апреля стала делать это всё реже и реже. Я с головой окунулся в учебу, подготовку к выпуску и поступлению в ВУЗ. Согласовал покупку и переоборудование сразу трех зданий в новые полноценные фабрики в Петербурге, Пскове и Минске. При согласовании открытия фабрик, открыть одну из них в Петербурге посоветовал Тень. Мне сначала не показалась хорошей мысль создавать филиал в этом маленьком провинциальном городке. Тень на это стал подозрительно хрюкать и рассказал, что в его мире Санкт-Петербург был второй столицей страны, миллионным городом и каким-то «окном в Европу». Построил его знаменитый император-новатор, а не один из опальных племянников Ворона, как в нашем мире. Правда, построен был отчего-то на самой Неве, на болотах, а некак у нас, в районе Копорской губы.

Тренировался я с каким-то остервенением, спал еще меньше обычного. В своей СБ мы с Шаховым и Кимом поменяли очень многое. Для начала набрали дополнительный состав. Набирали строго по рекомендациям. Старому и новому составу моей уже не такой уж и маленькой армии было объявлено, что в перспективе их ждет работа на клан. Про алмазы, конечно, не говорилось, но многие из боевиков видели, какими темпами набирают оборот мои финансовые структуры, и люди делали вывод, что лет через десять озвученный результат вполне возможен. Я же ожидал результата гораздо раньше, в течение года, максимум двух. Но тут уже многое зависело от якутской экспедиции. Несколько раз я порывался усилить состав изыскательной партии, но Азимов, Васильев и, главное, Тень меня отговорили. Для скорейших результатов мне пришлось бы отправить в район Мирного свыше тысячи человек, а их, во-первых, не было, во-вторых, при таком концентрировании поисковых партий разговаривать о какой-либо секретности было бы уже бессмысленно. Так что, я признал правоту их доводов.

В школьных делах, честно говоря, я был очень благодарен Насте. Посерьезневшая подруга так и осталась сидеть за моей партой. Она постоянно помогала мне, препятствуя попыткам навязаться мне в друзья, знакомые или, тем более, подружки. Моя популярность в школе, если и снизилась, то не особо заметно. На уроках, в те моменты, когда я подвисал, задумавшись, девушка возвращала меня к реальности, дергая за руку или полу пиджака. Нет, она не пыталась занять нишу Юли, как об этом ядовито высказалась наша одноклассница Инна Козлова. Она просто была рядом и поддерживала меня, как могла, незаметно и в то же время чутко.

В апреле мне пришлось снова встретиться с Коршуновыми. Хорошо хоть, не с их Главой, а с одним из клановых юристов. Как выяснилось, в результате короткой, но кровопролитной клановой войны, погибли Артём Геннадьевич Коршунов и его сын — мои дед и дядя по отцу. Ближайшим наследником их оказался, кто бы вы думали? Конечно, некий Коршунов Максимилиан Алексеевич! Да, личного имущества у них было относительно немного, но активы на больше чем сотню тысяч рублей у них имелись. Получать что-то от этих родственников мне очень сильно не хотелось, но Демченко, который из рядового адвоката превратился в начальника юридического отдела моих предприятий, настоял на том, что отказываться от наследства мне не стоит, пообещав, что от меня совершенно ничего не потребуется. Как мой представитель, он брался выполнить все необходимые процедуры. Я с облегчением свалил обременительные обязанности на ушлого малоросса. Так пролетел апрель и половина мая. А в конце мая на мою почту пришло письмо от команды во главе с Васильевым. Короткое, но от того не менее информативное и радостное. «Раскурили трубку мира. Табак отличный». Кодовую фразу подсказал Тень. Воде бы именно такой или подобный текст телеграммы был и в его мире. Как вы догадываетесь, фраза означала, что команда Васильева нала кимберлитовые трубки.

Сообщение я прочитал, нагло копаясь в почте прямо во время занятий, и буквально подпрыгнул на стуле, напугав Настю.

— Ты чего? — громко прошептала староста, подозрительно глядя на меня.

— Ничего. Все хорошо. Всё хо-ро-шо! — впервые за долгое время улыбнулся я.

В мыслях у меня уже была личная встреча с императором и получение герба клана. С такой позиции можно будет и с Главой клана Лопухиных побеседовать на тему скорой Юлиной помолвки.

— Эх, Макс, никак ты не угомонишься. — забурчал в голове Тень. — Мы же вроде всё с тобой тысячу раз обговорили. Не торопись и не совершай грубых ошибок.

— Попытка — не пытка! — огрызнулся я. — Не попробую — не узнаю, а ты сам меня учил, что всегда нужно стараться бороться до конца. Вот я и собираюсь бороться! За свою любовь!

— Ох уж этот юношеский максимализм! Я думал, что ты уже успокоился. Первая любовь — она редко бывает счастливой. Чаще вот так — как у тебя с Юлей. Редко кому везет. Но и тем, кому, хм, везет… В дальнейшей жизни часто такие пары расходятся. Не посчитай это стариковским брюзжанием, до старости я всё же не дожил, но, возможно, тебе не стоит пытаться возобновить ваши с Юлей отношения. Может, лучше оглядеться? Вон сколько замечательных девушек тебя окружает? А сколько ещё встретится? А? Только вот не надо упрямство своё сразу включать. Просто — не торопись! Договорились?

Хотелось выругаться. Длинно и матерно, но я удержался и согласился с наставником.

— Хорошо. Договорились…

… В Якутию отправились Ким и Савушкин. Не одни, конечно, а с двумя десятками сопровождающих. Всё это были именно военные и летели они туда для охраны месторождения. Если честно, то сначала я хотел, чтобы туда летел и Азимов, но тот здраво рассудил, что уж его персоне вкупе с поездкой в Якутию остатки клана Олафссонов точно уделят пристальное внимание. Да, сейчас их не видно и не слышно, но кто знает, какие у них планы и кому они могли сообщить об алмазных месторождениях. Поэтому на очередном обсуждении мы определялись, кто будет представлять наши интересы там, на месте: Ким или Шахов. Выбор выпал на Сергея Викторовича, а тот уже настоял на том, чтобы взять с собой специалиста по радиоразведке. Шахов же должен был подготовить обе базы безопасников к переезду в вечную мерзлоту. Нет, не всех и не сразу — частями, по сменам и вахтовым методом, но сделать нужно было просто кучу всего. Демченко связался со старшим Дьяченко, и они договорились в экстренном порядке протащить через все вехи бюрократии необходимые документы для устранения угрозы потери прав на месторождения, на само предприятие, а также для регистрации нового клана.

На фоне бешеной скачки событий мне приходилось готовиться к выпускным экзаменам и поступлению в МИМ. Хотя Тень весьма скептически относился к тому, что я успею поступить в институт. Он, да и все остальные тоже, ожидали очень неприятного варианта развития событий. Стоит общественности узнать о возможном месте нахождения огромного запаса алмазов в Российской империи, как может начаться всё, что угодно, вплоть до войны, и не просто между кланами, а между государствами! Поэтому было разработано несколько протоколов, согласно которым я должен был быть готовым просто исчезнуть на некоторое время. Сначала я было взвился, но Тень мне жёстко указал, что либо я считаю своих людей профессионалами и следую их рекомендациям, либо признаю, что я поставил их не на свои места, и тогда мне необходимо менять состав своих безопасников.

— Макс, по меркам вашего мира, ты уже вполне взрослый мужчина. На тебе лежит большая ответственность, у тебя огромные планы, не меньшие амбиции. Так будь любезен, взрослей! — такими словами напутствовал меня Тень.

Ещё я стал больше и чаще общаться с «Божечки-кошечки». Абонент по-прежнему общался через роботизированную функцию озвучивания текста, но меня не оставляло ощущение, что со мной разговаривает девушка. Наваждение какое-то! Что касается Юли, то она окончательно перестала отвечать на мои сообщения. Я тоже пока оставил попытки с ней связаться. Тень указал, что я веду себя, как эгоист, и не думаю, что ей также может быть плохо, а тут ещё я постоянно о себе напоминаю. Со скрипом, но я вынужден был признать его правоту.

Так, очень быстро, в цейтноте, пролетела весна, прошел последний звонок, и пришло время выпускных экзаменов. Я тренировался, учился, разбирался с документами, советовался, принимал и отменял решения и тут бац — нате вам, последний звонок. Куда делся май, я так и не понял.

— Шеф, вам надо хоть немного отдохнуть. — заметила Светлана. — вы похудели ещё больше. И вам необходимо обновить гардероб.

— Зачем? — поднял я усталые глаза на секретаря. — У меня этих костюмов и рубашек — хоть завались!

— Гхм. Во-первых, сейчас уже лето, и вам нужны летние костюмы. Во-вторых, — стала загибать блестящие накрашенными ногтями пальцы Назарова. — ваши прежние костюмы уже устарели. В-третьих, вы, Максимилиан Алексеевич, выросли, и большинство ваших старых костюмов вам уже неприлично малы.

— Вырос? Малы? — непонимающе уставился я на Назарову.

— Именно. — чопорно задрала нос кверху Светлана. — так что, принимая во внимание ваш скорый выпускной, ваше поступление в ВУЗ, экзамены и всё мной перечисленное, будьте любезны, выделить один день для поездки в Москву за одеждой.

Перед моим взором снова промелькнула картина Светланы, с нездоровым румянцем на щеках рассказывающей о своей компьютерной игрушке и наряжании персонажа. Я громко сглотнул.

— Э… Может как-нибудь позже? — предпринял попытку отбиться я.

— Никаких позже! У вас через пять дней уже первый экзамен! — пресекла мои попытки на корню Светлана. — Так что в Москву необходимо ехать как можно скорее!

Слава прабабушек томных,

Домики старой Москвы,

Из переулочков скромных

Все исчезаете вы…

Пробубнил я себе под нос с горестным вздохом строки из школьной программы. Я знал, что когда Настина старшая сестра с такими горящими глазами собирается обновить мой гардероб, то сопротивляться ей практически бесполезно. Что же, в Москву — так в Москву.

Глава 18

— А что такая красавица делает сегодня вечером? — с наглой ухмылкой бесцеремонно прихватил под руку красивую блондинку длинноволосый худощавый парень.

Сам он, видимо, считал, что он обаятельно улыбается, но Оля Максимович за свои неполные семнадцать лет повидала таких хлыщей не один десяток, и все они считали себя неотразимыми, а девушек с привлекательной внешностью — пораженными их харизмой.

Девушка резким движением вырвала руку и громко и внятно произнесла: «Быстро свалил отсюда, болезный! Я тут парня своего жду!»

— Парень — не стенка, подвинется! — не унимался длинноволосый, всё так же ухмыляясь.

Блин! Ну, вот угораздило же! Где эта Ленка, чего она опаздывает? Договорились же!

Ольга с отличием сдала сессию: почти все зачеты ей зачли автоматом, так же, как и два последних экзамена. Так что зачетная книжка без пяти минут второкурсницы пестрела одними «отлично». В честь успешной и досрочной сдачи сессии Оля договорилась с одной из одногруппниц — Еленой Сафаровой, пробежаться сегодня по недавно открывшемуся торговому центру «Пирамида» и самую капельку приодеться. Папка в честь отличной учёбы скинул любой дочери довольно крупную сумму денег на карту с пожеланием потратить «на булавки». Договорились девушки встретиться внутри ТЦ, у крайнего к автостоянке входа ровно в четырнадцать часов. Оля пришла буквально за три минуты до назначенного времени, а вот подруга опаздывала уже на пятнадцать минут. Так что, вполне ожидаемо, к Оле уже прицепился очередной «мачо». Как же ей это надоело! Лет с тринадцати к ней постоянно пристают парни и даже взрослые мужики. Сначала это ей нравилось, потом стало надоедать. Обладая яркой и привлекательной внешностью, Оля даже ни с кем не встречалась. Несколько попыток начать встречаться с понравившимся парнем заканчивались тем, что либо парень начинал что-то мямлить и воспринимал её интерес, как шутку, либо тем, что после одного-двух свиданий к ним цеплялись какие-нибудь утырки, с целью привлечь её внимание, и парня просто избивали у неё на глазах, после чего тот надолго пропадал с её горизонта.

— Мой — не подвинется! Ты правда думаешь, что у такой девушки — парень доходяга? — гордо задрала кверху подбородок Ольга и добавила доверительным тоном. — А вот тебе реально может поплохеть, без шуток.

И Оля невозмутимо уставилась взглядом на переносицу парня, прямо между глаз. Всё, как на психологических тренингах, которые она посещала в рамках факультатива ещё в выпуском классе школы.

Патлатый тип смутился, пробубнил: «Больно надо было», и, наконец, свалил. Оля незаметно с облегчением выдохнула. Вот и слава богам! Многие бы сказали, что в своих проблемах с противоположным полом девушка виновата сама. Мол, можно было бы скромнее одеваться, использовать другой тип макияжа, но Оле нравилось одеваться красиво. С детства её баловали и наряжали, как принцессу, а отец просто души в ней не чаял. Он постоянно говорил, что она у него самая красивая, а когда девушка подросла, она уверилась в этом ещё больше. Окружающие подняли её самооценку на невиданную высоту. Что говорить, если лет с четырнадцати ей пришлось учиться отбиваться от наглых сталкеров!

Июнь начался и отметился очень жаркими днями. По этой причине Оля сегодня была в коротеньком светло-желтом сарафане из очень тонкого льна. Откровенно говоря, сарафан сильно просвечивал в районе груди, и крупный бюст девушки в кружевном белье хорошо просматривался сквозь наряд. Но, как уже говорилось, было жарко, и Оля не смогла отказать себе в удовольствии надеть что-нибудь легкое. Вот и пялились на девушку всякие… В общем, всякие. Типа вон того, застывшего столбом, которого жена или девушка дергает за руку и злобно шипит что-то в сторону Оли.

— Привет, подруга! = наконец, послышалось от стеклянных раздвижных дверей.

К Оле подошла невысокая тоненькая брюнетка в коротких шортах и топике. На лице у Елены были огромные темные очки. Контраст между девушками был огромный. Если Оля выглядела старше своих семнадцати, то Лена, наоборот, являясь одногодкой Оли, смотрелась совсем ребенком: маленькая, худенькая, с детским лицом и практически без груди, незнакомые люди не давали ей больше тринадцати лет, что очень бесило последнюю.

— Привет! Опаздываешь, Ленка! — выговорила Оля одногруппнице.

— Ой, да ладно! Чего ты начинаешь, Лёль? На чуть-чуть же опоздала. Пойдем скорее. — и девушка подхватила Олю под руку, и потащила вперед. — Пора тратить деньги!

С самого начала знакомства Лена стала называть Ольгу не Олей, Ольгой или там Оленькой, а Лёлей. Вот такая блажь, которая прощалась Максимович подруге.

Подружки быстро пробежались по первому этажу огромного торгового центра, но на втором плотно застряли. Сначала подбирали Лене бельё, что было серьёзной проблемой — фигура у девушки была совсем детской, а вот бельё она хотела очень даже взрослое. Но, наконец, нужный товар был найден. Затем девушки надолго задержались в бутике со всевозможными шляпками. Жаркая погода на улице натолкнула их на мысль, что уж головные уборы им просто жизненно необходимы. Девушки увлеченно примеряли по… неважно какой по счёту шляпке, имеют полное право, когда в руку Оле больно вцепились сильные пальцы.

— Хо-хо! Попалась, краля! А знаешь, врать — нехорошо! — послышался злой голос.

— Ой! — Оля обернулась и увидела давешнего длинноволосого парня, только уже не одного, а с парой приятелей, крепких, коротко стриженых парней, навскидку на пару-тройку лет старше её.

Сам длинноволосый со злобным выражением лица цепко держал ее за запястье на удивление сильными пальцами.

— Говорила парень, а сама со шмакодявкой какой-то тут бродишь. — и с этими словами он вдруг резко дернул Олю к себе…

* * *

— Спасибо, Роберт Андреевич! — вежливо поблагодарил я занудного продавца оружейного магазина и вышел из «Лавки благородного оружия». — Всего вам доброго!

— И вам, молодой человек! И вам! — донеслось в ответ.

В столице я первым делом попросил водителя ехать к Старой Москве. Я решил — раз уж всё равно ехать в Москву, то надо бы заглянуть к старому знакомому в их магазин редкого колюще-режущего и дробящего железа с целью приобрести что-нибудь типа моей трости. Очень уж удобным инструментом она оказалась. Оставив Светлану с охраной в машине, я пробежался к примечательному магазину. Да-да, тому самому, в котором я приобрел свой кхукри и откуда появился подарок Семена Ахроровича. Но тут меня ожидало разочарование. Вредный Роберт Андреевич прочитал мне унылую лекцию о штучности оружия, продаваемого в их «заведении по продаже белого оружия» и стал предлагать трости со стилетами, рапирами и даже полноценными шпагами внутри. Мне же подобное не нужно было совершенно. Прелесть моей трости была именно в том, что даже на рентгене она НЕ показывала внутри никаких клинков или сюрпризов. Да и не было там клинка. А крылья… Крылья в сложенном состоянии были просто частью металлической же птицы. Так что из «Лавки…» я ушел с пустыми руками, ничего не купив.

— А почему бы тебе не поговорить с Володей? — спросил меня Тень.

— Ты о чем? — уточнил я.

— Да о подобии твоей трости. Сам он, конечно, еще ученик, но его учитель — кузнец, и не из последних.

— И ты думаешь, он сможет мне сделать похожую трость? — скептически спросил я наставника.

— Посуди сам. Функцией раскрытия крыльев — острой их кромкой, ты практически не пользуешься. В основном, ты используешь трость, кхм… как биту или булаву, то есть тебе нужны ударно-дробящие свойства от похожей трости. А это значит, что тебе достаточно сделать цельнометаллическую литую или кованную трость с утяжелением на вершине. Уж подобную работу хороший кузнец может сделать.

— Знаешь, а ты прав. Поговорю-ка я об этом с Чумой. — согласился я с Тенью. — Эх, надо было раньше до этого додуматься!

На выходе из Деревянного местечка я купил рожок мороженного и с наслаждением вгрызся в лакомство, но и тут меня ожидало разочарование. Как раз в это время из подъехавшего туристического автобуса вывалила просто толпа народа, и меня под руку пихнула какая-то очень полная тетка с противным визгливым голосом. Да так, что я уронил мороженное. Прямо на носок туфли. Вот, что за невезение?

— Смотреть надоть, куды прешь! — фыркнула тетка и победно задрав нос направилась ко входу в Старую Москву.

Мда… Я покосился на испачканную обувь, вздохнул и потопал к автомобилю. У Светланы однозначно должны быть влажные салфетки. Хорошо, что идти недалеко.

— И куда ты советуешь ехать за м… приличной одеждой? — спросил я у Назаровой, вытирая обувь салфеткой от остатков растаявшего мороженного.

Настроение падало. Сначала Роберт Андреевич, потом эта тетка, мороженное, а сейчас еще и минимум пару часов бродить по магазинам. Светлана же просто пылала энтузиазмом. Ну да, пока я пробежался по жаре, она с комфортом провела время под кондиционером, а теперь ей предстоит вообще одно из её любимым развлечений. Называется — одень Макса. На этой моей мысли в голове послышалось хрюканье Тени.

— Да можешь смеяться в голос! Кого тебе стесняться. — пробурчал ему я. — Это же не тобой тут в дочки-матери играть будут. Эх!

— Как бы там не было, но Светлана права — тебе необходимо обновить гардероб. Так что — терпи, Макс! — утешил меня Тень.

— Значит так! Я прочитала отзывы… ну, на одном форуме, не важно. Тут недавно было открытие нового торгового центра «Пирамида». Давайте туда? Его хвалят. — просительно уставилась на меня Светлана.

— В «Пирамиду», так в «Пирамиду». — согласился я и дал команду ехать водителю.

Тот настроил навигатор, и мы выдвинулись в путь.

На первом этаже торгового центра мы потратили «всего» полтора часа. Полтора часа примерок, кручения, верчения, надевания, раздевания. Кто был в моей шкуре, тот поймет моё состояние. Но на этом мои мучения не закончились. Нас ожидали остальные этажи этой Мекки торговли и шопинга. Я с тихой грустью посмотрел на несколько пакетов и пакетиков с покупками и уверенным движением вручил всё Константину. Именно он сегодня охранял моё бренное тело.

— Константин, будь так любезен, отнеси в машину? — попросил я его.

— Шеф, это противоречит должностным инструкциям. — возразил мне мой охранник.

— Да, брось ты! Не начинай! Во-первых, что мне тут грозит? А во-вторых, ты же помнишь, что я и сам никак не отношусь к тем, кого можно обидеть! Можешь потом вообще отдохнуть, попить кофе, перекусить или тоже, — тут я ему подмигнул, — устроить себе праздник шопинга.

Константина явственно передернуло, и он с видимым испугом покосился на бодрую Светлану.

— Э… Шеф, я… В общем, я — в машине. Если что — звоните. — и он быстро растворился в толпе.

К сожалению, мне повторить его путь было не суждено. Что же, пойдем одеваться и обуваться дальше.

— Что там у нас дальше? — спросил я у Светланы.

— М… Туда! — На секунду задумалась, а затем некультурно ткнула пальцем девушка в сторону и быстрым шагом рванула в сторону очередного бутика.

С тихим вздохом я поплелся следом. Трость я положил на сгиб руки, и шагал не спеша. Мне было жарко и грустно. Вот Светлана нырнула в прозрачные двери очередного фирменного магазинчика. Значит, и мне туда же. Но войти я не успел.

— Отвали, я сказала! — послышался тонкий девичий голос. — А то сейчас точно её парень подойдёт!

В ответ грохнул мужской смех в несколько голосов и послышалось.

— Заткнись, мелкая! И вообще, вали домой, к мамке, и не мешай взрослым дядям играть со взрослой тетей. — голос был мужской, но с какими-то противными визгливыми нотками, напомнившими мне давешнюю толстуху из автобуса.

— Отвалите, вам говорят! — снова тот же девчоночий голос и…

Настроение у меня было не фонтан, как я уже говорил. Так что я пошел на голоса. Подходя к одному из маленьких бутиков, я увидел, как в мою сторону летит девочка, в большущих солнцезащитных очках, направленная наружу крепким подж… э… пинком. Пинал ребенка какой-то коротко стриженый урод в крепких ботинках. Вот прямо этим ботинком он и пнул девочку.

— И не жарко ему? — на автомате подумалось мне, пока я ловил девчушку и крепко прижимал её к своей груди.

— Что? Опять приключения тебя нашли? — ехидно прокомментировал происходящее Тень.

— Это не меня. Это их. — хмуро ответил я, осматривая группу парней, громко и противно хохочущих.

— Пусти! Вот мой парень! И у него даже охрана есть! Пусти, пока его охранники вам не наваляли! Максииим! — послышался знакомый голос.

— Э… — я удивленно уставился на красивую блондинку, которую за руку держал один из парней, в отличии от двух остальных, с длинными патлами на голове.

— Какой парень? Какая охрана? — продолжали гоготать три недоразумения.

— Разуй глаза! Это же Максимович! — подсказал мне Тень.

Точно! Это же Оля Максимович!

— Пусти, придурок! — прошипела девушка и попыталась вырвать руку.

— Уррроды! — послышалось всхлипывание у меня под носом.

— Ну-ка, погоди! — неловко погладил по голове девочку я и решительно отодвинул её за плечи в сторону. — Я быстро.

В принципе, мне всё уже было ясно. Оля, видимо, гуляла с ребенком, может, родственницей какой, может — нет, не важно. Троица дегенератов решила познакомиться, взаимности не встретила и… как бы там ни было, но хватать за руки Олю, а, тем более, бить ребенка им не следовало.

— Максиииим! — большие серые глаза просительно смотрели на меня. — Зови охрану!

— Да он такой же Максим, как я — Наталья! — родил на свет очередную глубокую мысль патлатый, и троица снова громко заржала. — Не неси пурги!

— А ты иди отсюда, мажорчик! Не меш…

Ближний ко мне крепыш еще падал, получив навершием трости в подбородочную ямку на мужественной челюсти, когда его товарищу прилетело пяткой трости прямо под ложечку. Со слезами на глазах, хулиган медленно опустился на колени, пытаясь вдохнуть хоть капельку такого необходимого организму воздуха. Пока длинноволосый тип глупо хлопал глазами, всё той же пяткой трости я ткнул ему чуть повыше запястья, в соединение костей той руки, которой он держал Ольгу.

— Уй! — схватился за руку последний оставшийся на ногах дебошир, выпуская руку девушки.

Всё также молча я резко сунул ему тростью в солнечное сплетение, после чего длинноволосого перегнуло пополам.

— Исправляйте ваши манеры! — буркнул я, отворачиваясь от ребят к Ольге.

Затем я вспомнил об избитой девочке, развернулся обратно и отпустил по знатному пинку пониже спины двум находящимся в сознании парням. Того, что с короткой прической пришлось для этого поднять с пола за ворот футболки-поло, но я справился. Третий так и лежал без сознания. Глубокий нокаут налицо.

— И запомните, детей бить — нельзя! — грозно произнес я.

После чего развернулся к Ольге и спросил: «Ты какими судьбами тут?». Ответить девушка не спела, потому что на меня налетел маленький чернявый ураган.

— Я! Не! Ребёнок! — пыталась колотить по мне кулачками давешняя девочка. — Придурок!

Не понял! — Аккуратно придерживая её за руки, подумал я.

— Максимилиан Алексеевич, спасибо вам! Вы нас просто спасли. — вежливо произнесла Ольга Максимович, немного помялась и продолжила. — И отпустите, пожалуйста, мою одногруппницу.

— Э? — недоуменно уставился я в сердито сморщенное детское личико. — А сколько лет одногруппнице? Тринадцать?

— Мужлан! Мне семнадцать! Семнадцать!!! — прошипела девоч… Наверное, всё же девушка.

— Простите, просто вы… э… м… очень молодо выглядите, вот. — подобрал я подходящие слова.

— Пф… — пропыхтела девчушка, потирая тощие ягодицы.

— Ой, Ленка! Он же тебя ударил! — подскочила ближе к подруге Оля.

— Казззёл! — сжала кулачки Елена и делая шаг к лежащему парню в ботинках. — Уууу! Не была бы я в босоножках, я бы тебе сама врезала!

Затем без перехода мелкая одногруппница Ольги повернулась к подруге и спросила:

— А ты почему раньше не говорила, что у тебя парень — богатый? Вовремя он появился. Хороший, смотрю он у тебя. — затем повернулась ко мне и продолжила. — Меня Лена зовут. А ты — Максим? А чего это Лёлька тебя… или надо выкать? Короче, чего она тебя по имени-отчеству называет? А вы давно встречаетесь? Зачетная трость! А почему она нас раньше не знакомила? А! Боялась, что я тебя у неё отобью? А ловко ты этих вырубил! Спортом занимаешься? А ты где учишься?

От обилия вопросов я даже растерялся на некоторое время. Спасла меня Светлана.

— Шеф! Где вы пропали? Там такие костюмы висят! От Пьера Кардена. Просто невесомые!

С этими словами меня за руку потащили в сторону. Фух! За полминуты общения с мелкой Леной у меня начала болеть голова, так что я был благодарен Светлане за своевременное появление. Лучше уж еще час перемещений по магазинам чем…

— Эй, а мы? Подождите нас! — перебил мою мысль звонкий голос мелкого кошмара. — Да пойдем уже, Лёля!

Я с силой вжал ладонь в лицо.

— Это будет интересно! — жизнерадостно заржал Тень.

Глава 19

Злобно кривящий лицо длинноволосый тип держал крепко. И больно.

— Пусти! Немедленно! — четко проговорила прямо ему в лицо Оля.

— Сначала — наказание за враньё! — ухмыльнулся патлатый. — Не боись, от тебя не убудет! А то посмотри — «парень, паааарень».

Группа поддержки из еще двух болванов мерзко захихикали.

— Прогуляешься с нами сегодня, на адрес один заедем, отдохнём — и твои извинения будут приняты! Да, парни? Будет у тебя не один, а сразу трое парней, га-га-га! — оглянулся на приятелей длинноволосый тип с неприятным грубым смехом.

— Ну. Дело говоришь, братан! — отозвался один из них, а второй просто закивал головой, как болванчик. — Поехали, крассовка, можем без погулять — сразу на адрес рвануть, гы!

На этих словах патлатый больно ущипнул Олю за ягодицу.

— Зачётная жопа! И точно, поехали сразу на адрес!

— Ой! — вскрикнула от боли и неожиданности Ольга.

— Ну, вы, придурки! Отвалили от нас! Быстро! — упёрла кулачки в бока Елена.

В голове у Оли метались мысли, а глаза бегали по ближайшей территории. «Где же охрана, когда она нужна?» — думалось ей. Но охраны поблизости не было, а молоденькая продавщица стыдливо прятала глаза. И что же делать? Оля глубоко вдохнула, сосредоточилась на переносице схватившего её парня и произнесла.

— Я. Никого. Не обманывала. Парень у меня есть, и он подойдет с минуты на минуту. И тогда… — девушка сделала многозначительную паузу.

Патлатый заюлил взглядом. Уж очень правдоподобно звучала фраза Ольги, да и вид был очень уверенный: поза, тон произнесенного. Он бы, может и отступился, будь он один, но он был не один.

— Да по барабану! — принял решение патлатый и свободной рукой звонко шлепнул Олю по ягодице.

— Урод! — выругалась Оля.

— Отвали, я сказала! А то сейчас точно её парень подойдёт! — поддержала подругу Лена.

— Заткнись, мелкая!..

Глаза девушки зорко всматривались в проходящих по коридорам за стеклянной стеной людей, но охраны видно не было. Тут один из парней пинком под зад отправил Лену наружу. Та бы обязательно упала, но её неожиданно подхватил парень очень знакомого вида. Сердце девушки забилось быстрее. Вот оно — решение проблемы! Это же Коршунов — тот самый парень, с которым она неоднократно попадала в очень щекотливые ситуации, и который оказался работодателем её отца. Он её знает, и он всегда ходит с охраной. А значит…

— Пусти! — забилась в руках хулигана Оля. — Вот мой парень! И у него даже охрана есть! Пусти, пока его охранники вам не наваляли!

— Максииим! — криком попыталась привлечь внимание Коршунова Оля.

К сожалению, Максим Коршунов почему-то сегодня был без охраны. Как бы, не было хуже. Впрочем, хулиганам отсутствие охранников Максимилиана ни капельки не помогло. Всего несколько секунд и грозные недомужчины оказались повержены. Ого! А Ольга и не знала, что этот парень так может! Хотя он вроде подрос, спортом что ли занимается?

Оправившаяся от шока Елена поначалу бросилась на Максимилиана Алексеевича с кулаками, она очень не любила, когда её сравнивали с ребенком. Но уже через минуту Сафарова вовсю без умолку тараторила со своим неожиданным спасителем.

Лена потащила Олю следом за Максимом, но уже в следующем торговом отделе, Максимович смогла внушить подруге, что им пора, извинилась перед Коршуновым, еще раз его поблагодарила за помощь и быстро утащила Лену на третий этаж торгового центра. Ближе к вечеру усталые девушки разъехались по домам со своими покупками. Шляпок среди их приобретений не было.

* * *

Симпатичная молодая женщина в очках с крупной оправой, крашенная в блондинку, поправила на переносице очки, задумчиво провожая взглядом занятную компанию, состоящую из одного щеголеватого парня и сразу трех девушек разного возраста.

— Хм… парень значит… Очень интересно! — протянула она, отчего-то сердито сверля взглядом спину парня с цельнометаллической тростью в руках.

— Маааааш! — позвала её со стороны одного из бутиков очень красивая молодая брюнетка с аккуратной стрижкой каре и со значком листа лопуха на укороченном шелковом жакете в тон шелковой же юбке-миди. — Ты идешь или нет? Там такая сумочка! Тебе нужно её обязательно увидеть!

— Да-да! Иду, Юленька! Уже бегу! — отозвалась блондинка и быстрым шагом пошла в сторону брюнетки, бубня себе под нос. — А ты, Максим, оказывается ещё тот… ловелас…

* * *

— А теперь, давайте пожелаем нашим выпускникам счастливого пути! Пусть жизнь их будет радостной и интересной! И пусть не забывают они о том, что двери их старой школы всегда открыты для них. Всегда! — Анна Семеновна, весной ставшая ещё и завучем, всхлипнула и продолжила. — И проводим мы их во взрослую жизнь пожеланиями добра и бурными аплодисментами!

Внутренний двор школы загремел овациями и громкими одобрительными выкриками. Радовались выпускники, радовались их родители и близкие, которые находились в данный момент на выпускном вечере. Хлопали от души: громко, сильно, долго. Но, наконец, аплодисменты начали стихать, и со сцены прозвучали торжественные слова Анны Семеновны.

— А теперь! Наши любимые выпускники на прощанье с родной школой станцуют свой последний школьный вальс!

Из больших устаревших динамиков раздалось невнятное шипение, а затем заиграли первые ноты волшебного «Осеннего сна» Арчибальда Джойса. По невысокому деревянному помосту дробью застучали каблуки, и вот уже парни в костюмах, и девушки в бальных платьях парами начали кружиться в медленном вальсе. Прямые спины, развернутые плечи, откровенные декольте и румянец на щеках девушек, всех без исключения таких красивых сегодня. Слезы мам, бабушек и некоторых учителей, кряхтение смущенных отцов, серьезные лица парней, таких взрослых в этот день. И музыка. Чудесная музыка медленного вальса.

Лишь один выпускник не был серьёзен. На лице его играла широкая, открытая улыбка. Идеально прямая спина его была обтянута белоснежной рубашкой, жилетом и пиджаком цвета свежеснятых сливок. Белый костюм-тройка отлично гармонировал со жгуче-чёрными волосами парня. Время от времени на его запястье из-под рукава сверкали часы из светлого металла. Этот выпускник кружил в вальсе первую красавицу класса, по совместительству бывшую его, класса, старостой. Сегодня на Насте Субботиной было нежно-голубое платье с открытыми плечами, очень тонкое, просто как вторая кожа обтягивающее её грудь и талию, далее расширяясь пышной и длинной юбкой, что так красиво развивалась во время переходов из открытого телемарка в импетус поворот. В такие моменты на свет показывались ножки, обтянутые белыми чулками, в светлых туфельках на низком каблуке. Девушка также открыто и счастливо улыбалась. Пара вообще смотрелась очень гармонично. Широкоплечий парень-брюнет в белом примерно на ладонь возвышался над голубоглазой блондинкой в платье под цвет глаз, но из-за высокой прически девушки казалось, что они почти одного роста. Девушка не отводила взгляда от лица парня, а тот, казалось, смотрел только на неё, но при этом пара танцевала безупречно. Танцующая пара будто бы парила над покрытой лаком деревянной площадкой, привлекая внимание многочисленных зрителей. А вальс всё играл и играл.

Но всё на свете заканчивается, вот и последний танец выпускников окончен. Зрители встретили последние аккорды музыки бурным рукоплесканием. Пары коротко поклонились, точнее, кавалеры ограничились лишь четкими кивками, а их партнерши выполнили книксены, и на площадке тут же смешались и вчерашние школьники, и их родные. Слышались поздравления, разнообразные пожелания, смех, всхлипы.

— Чему ты так счастливо улыбалась весь танец? — спросил я у своей подруги.

— А ты? — вопросом на вопрос ответила Настя.

— Не знаю. — пожал я плечами. — Мне просто было радостно.

— Вот и мне тоже. — сказала Настя и хитро прищурилась, явно что-то недоговаривая.

— Какие же вы оба красивые! — тетя Лена, мама Насти, появилась, как чертик из табакерки, и громко всхлипнула, протирая уголок глаза большим клетчатым платком. — И когда так вырасти успели? Вроде же только что в первый класс Настёну собирала.

Рядом со старшей Субботиной переминался с ноги на ногу и отец семейства — Пётр Михайлович. Был он в немного тесноватом ему в районе талии пиджаке и расстегнутой у ворота рубашке. Ему явно было некомфортно и непривычно в этой одежде, оттого он, то прятал руки за спину, то складывал их на животе, сцепив пальцы. Также с ними стояла с умиленным видом и Светлана Назарова — родная сестра Насти и, по совместительству, мой секретарь.

— Как красиво вы танцевали! А как удачно гармонируют ваши наряды. — промурлыкала Светлана.

Пф. Еще бы они не гармонировали! Это же именно она настояла на том, чтобы я надел на свой выпускной этот костюм! И ведь убедила меня, что этот наряд подходит для выпускного лучше всего. И всё это с такими честными-пречестными глазами. Теперь понятно почему. Что-то мне подсказывает, что платье для Насти подбирала тоже неугомонная Светлана.

— Да, очень удачно получилось. — заметила Настя. — Нарочно и не придумаешь!

Конечно! На репетициях вальса мы же были в повседневной одежде. Хореографиня… или такого слова нет? В общем, хореограф Ирина Анатольевна требовала только, чтобы мы обязательно репетировали в той обуви, в которой будем танцевать на выпускном вечере, а одежда была обычной. Поэтому кто и в чем будет танцевать мы и не знали. Хотя Назарова, в отличие от нас, явно знала. Что неудивительно, так как она же и покупала мне этот костюм!

— Спасибо за комплимент, Светлана! — широко раскрыл глаза я, принимая вид наивного простачка.

— Ой, да какой это комплимент? Это просто констатация факта. — не переставала мурлыкать та. — Правда, если бы у вас, шэээ… э… Максим, из нагрудного кармана выглядывал уголок кумачового шёлкового платка… Или нежно-голубого…

Глаза секретаря начали загораться уже знакомым мне лихорадочным блеском. Э, нет! Плавали — знаем! Надо скорее убраться отсюда, пока не началось.

— Эм… Ну, вы пока поболтайте, а я отойду на минуту. — родил я фразу, очень своевременно заметив крупную фигуру Чумы, машущую мне своей лапищей. — Там Вовка пришёл нас поздравить.

— А! И Чумаков Вовочка здесь. — обернулась на здоровяка тётя Лена.

Услышав от маленькой и полненькой Елены Субботиной по отношению к Вовке, явно перевалившему за сотню килограмм весом это ласковое «Вовочка», я ухмыльнулся.

— Ага. Я ненадолго. — бросил я и отпустил руку Насти, которую до сих пор держал в своей ладони.

— Ну, красава! Поздравляю, братка! — аккуратно приобнял меня за спину своими лопатообразными ручищами начинающий кузнец и мой лучший друг.

— Спасибо, Вовочка! — не удержался от повторения уменьшительно-ласкательного варианта его имени я, улыбаясь во всё лицо.

— Да тут впору мне тебя называть — Масиком. — забухал смехом Чума, глядя на меня сверху вниз.

— Это тебя сейчас так тёть Лена назвала. — поддержал его смехом я.

— Это Настина мама, что ли? — уточнил Вовка.

— Ну, так мы для наших родителей все — Вовочки, Настеньки да Масики. Прости! — извинился друг, видя моё погрустневшее лицо. — Жаль что мама Люда… Мда…

Вовка с силой хлопнул меня по плечу со словами:

— Зато видела бы она, каким ты стал — она бы очень тобой гордилась! Давай, иди и веселись! Сегодня — твой день! Что там у вас дальше?

— М… Минут через двадцать-тридцать за нами начнёт подъезжать транспорт и нас ждет ресторан. А ночью мы переодеваемся и едем на озеро. Там же и рассвет встретим.

— Тогда ещё раз поздравляю с окончанием школы и получением золотого аттестата! Давай, отрывайся! — еще раз обнял меня друг и утопал в сторону выхода.

… В ресторане «Белая Вежа» гулко бухали басы, слышался свист и крики. Раскрасневшиеся от праздника и выпитого выпускники танцевали, пели, бегали, прыгали, брызгали друг на друга водой из фонтана и, конечно, шампанским. Кое-кто устало сидел прямо на гранитных ступенях, пьяными глазами невидяще смотря на землю под собой, но основная масса празднующих была полна сил, молодой энергии и желанием веселиться дальше.

Педагогический состав на время забыл о возрасте и профессиональной этике и веселился не меньше молодежи. В этом их поддерживали многочисленные родители выпускников. Старшие участники веселья гуляли в этом же ресторане, только на втором этаже, время от времени забегая на первый. Мало ли? А вдруг с детьми что-нибудь приключилось? Отсутствовали лишь родные клановых выпускников. Эти сразу после торжественной части уехали, оставив вместо себя трезвых водителей-охранников, которые должны были отвечать за отпрысков кланов Козловых и Щукиных.

Веселье не прекращалось ни на минуту. Шампанское лилось рекой. Впрочем, крепкие напитки также выпивались в большом количестве. Развязались языки, начались пьяные откровения. Вот уже толстенький Юрка Чичагин, запинаясь, признавался в любви Оксане Вилковой, высокой спортивной шатенке, обладательницей самых длинных и стройных ног в классе. Занятия теннисом способствовали. Та в ответ весело хохотала и теребила Юрке волосы, взлохмачивая их в воронье гнездо. А вон Серега Зямин держит за запястье молоденькую симпатичную официантку с щербинкой между передних зубов и что-то азартно ей рассказывает время от времени наклоняясь к самому уху, а та улыбается, но не уходит, хотя её напарница уже звала её на кухню. А вон Аленина Рита, весело хохоча, сидит на коленях у Славы Щукина, болтая в воздухе ногами так, что, кажется, сейчас одна из её туфелек точно слетит с ноги и останется наша миниатюрная блондинка, аки Золушка, без парной обуви. Верный Санчо Пансо Щукина — Коля Мартынов, куда-то пропал. А нет, вон же он, сидит, обнявшись с Зяминым Серегой. В руках оба держат рюмки с водкой, наполненные щедрой рукой почти до краёв.

— Я, естественно, тебе не запрещаю пить и не ограничиваю, но раз уж ты начал с шампанского, то запомни — или продолжай пить только его, или, повышая градус, не понижай! — в моей немного кружащейся голове учил меня премудростям пития спиртных напитков Тень.

— Угум. Хорошо. — согласился я с ним.

— Поверь, это проверенный годами личного опыта совет. — продолжал Тень.

— Да понял я. Не начинай, а? — попросил я своего соседа по голове.

— Хм. Ну, ладно. Веселись! Я до завтра тебя беспокоить не буду. — подобревшим тоном произнес Тень.

— Маааакса! — на крыльцо выскочила раскрасневшаяся Настя. — Пойдём танцевать! Хватит тебе тут филонить! Там медленный танец начался!

С этими словами Настя потащила меня на танцпол. Я за сегодняшний вечер перетанцевал со всеми девчонками класса, хотя бы по разу. Но почти все медленные темы я танцевал с Субботиной. Подруга настояла на том, чтобы сегодня внимание я уделял ей. Скоро наши пути разойдутся. Меня ждет Москва и институт математики, а Настя поступит в наш, Обнинский, филиал МИТИ. Поэтому сегодня я, мол, просто обязан провести как можно больше времени с ней! Я был совершенно не против. Ближе неё у меня среди нашего выпуска не было никого. Вовка ушёл после девятого класса, а Юля…

— Эй! Ты собираешься вести свою партнёршу? — вернул меня к действительности задорный голос подруги.

— Конечно, о королева выпускного вечера! — ожил я.

— Тогда вперёд, мой король! — улыбнулась девушка.

На торжественной части церемонии выпускного, после исполненного вальса нам с Субботиной вручили короны короля и королевы выпускного бала. Это обязывало всех обращаться весь вечер к нам, как к коронованным особам. Шуточно, но народ поддержал. Конечно, эти короны мы почти сразу сняли, но сначала пришлось наделать просто кучу фотографий. Вот серьезно — огромное количество фото. Одна только Светлана заставляла нас позировать раз так двести. У меня даже закралось подозрение, что помимо мании одевать…кхм… рисованных человечков и вашего покорного слугу, у Назаровой есть ещё одна мания — фотографирование.

— Эй, народ! Через три минуты будем запускать фейерверки, а потом грузимся в машины — и на озеро! — прокричал краснощекий Юрка.

— Урра! Салют! — взвизгнула Настя и прыгнула мне на шею. — Неси меня, мой король! Хочу смотреть фейерверк с ручек!

— Слушаюсь и повинуюсь, ваше величество! — ответил я, подхватывая Настю на руки.

Результатом постоянных тренировок по методикам Тени стало то, что с таким грузом я мог пробежать десять километров и не запыхаться, не то, что просто постоять и подержать на руках.

— Ну, понеслась! — Чичагин с длинной палкой, на конце которой горело синеватое пламя, оббежал стоящие на каменном полу вокруг фонтана короба с шутихами и…

Через считанные мгновения в воздух расцвел разноцветными сияющими цветами: синими, желтыми, красными, оранжевыми и зелеными.

Бах! Бах! Бах-бах-бах-бах-бах! Ба-бах! Рвались салютные заряды в ночном небе, даря радость наблюдателям и вызывая громкие крики и свист собравшихся поглазеть на красивое зрелище.

— Урррааааа! Ееееееее! — загремели со всех сторон молодые и не очень голоса.

После стихшего салюта ночь разорвали звуковые сигналы подъехавших минивенов. Пора было ехать на озеро и продолжать веселье там. Вплоть до встречи рассвета.

— Чур, я на первом! — прокричал Сергей Зямин, размахивая зажатой в одной руке бутылкой шампанского.

Народ загомонил и стал рассаживаться по машинам, доставая из остающихся машин свои пакеты и сумки с запасной одеждой. А как вы хотели? Не ехать же на природу в бальных платьях и костюмах?

— Оп! Подвиньтесь, ваши величества! — на соседний диванчик бухнулась Оксана Вилкова, зажимая подмышками по две запечатанных бутылки шампанского.

— Тут ещё есть место? — опасливо оглядел салон Чичагин, гремя пакетом с многочисленной стеклотарой внутри.

— Прыгай, Юрка! Будем во время поездки свитой наших величеств. — хлопнула по месту рядом Оксана и внезапно подмигнула. — отлично вы всё-таки смотритесь!

Настя почему-то очень густо покраснела. Я в ответ просто улыбнулся. Мне было хорошо.

На озере было отлично. От воды шла прохлада, пахло водой и свежестью, громко квакали лягушки. Все переоделись и стали похожими на себя обычных. Родителей и учителей с нами не было, все остались в «Белой Веже». Из взрослых присутствовали только два охранника от клановых. Откуда-то появилась гитара, и Серёжка Зямин затянул красивым баритоном печальный романс. По бумажным стаканчикам лилось спиртное, чтобы тут же ухнуть внутрь молодых здоровых организмов. Я, наконец, переоделся в джинсы и футболку. Фух, я уже начал отвыкать от такой одежды!

Ближе к трем часам ночи веселье начало затихать, а парни и девушки разбились на небольшие группки и разбрелись по всей территории. Кто-то уже просто дремал у костра. Маленькая Рита Аленина удивительно громко храпела, лежа, облокотившись на Сашку Морозова. Тот не спал, сосредоточенно уставившись в пламя костра. Серегу с его гитарой утащили куда-то дальше по берегу, и теперь гитарные аккорды звучали еле слышно.

— Макса! — громким шёпотом позвала меня Настя, беря двумя ладонями за руку.

— Что? — повернулся я к ней.

— Пойдём. — закусив губу, потащила меня в сторону от берега озера подруга.

Поставив стаканчик с прохладным шампанским на землю, я с пошел за Настей. Та шла молча. Я тоже сохранял молчание, хотя мне было очень интересно, куда она меня ведет. За пару часов мы обшарили кучу интересных локаций, но тут я еще не был. Прямо чаща какая-то! Вон, какие густые заросли, как будто Настя тащит меня в глухой лес к логову сказочного людоеда. Еще и тёмной ночью. Правда, луна сегодня очень ярко светит, так что эффект немного снижается. С этими мыслями я улыбнулся.

Но вот мы остановились, Настя резко обернулась ко мне, как-то очень тревожно посмотрела мне в глаза и вдруг двумя руками обняла меня за шею.

— Да нагнись же ты, чурбан! — чуть не плача проговорила девушка, вставая на цыпочки.

Губы у Насти были очень мягкие. Целоваться она совсем не умела, но это её не останавливало. Она целовала мои губы, щёки, глаза. Почему-то я оказался лежащим в густой траве, а Настя лежала на мне, обнимала меня за лицо, плакала и целовала меня. Я нежно и бережно обнимал её двумя руками за талию и шейку и отвечал ей тем же.

— Ты уедешь, я знаю. И, может, мы очень долго не увидимся. — в перерывах между поцелуями шептала девушка. — Мааакс… Я хочу… Хочу, чтобы ты был у меня первым… Сейчас…

Лунный свет осветил точеное лицо девушки, отразился от ставших нереально огромных глаз Насти. Я громко сглотнул, нежно поцеловал нереально красивую девушку и потянул её топик вверх. Настя улыбнулась и подняла кверху руки, как будто капитулируя. Глаза её замерцали то ли от бликов лунного света, то ли от счастья. А дальше весь мир для нас исчез…

Глава 20

Вжух! Вжух! Вжух-вжух-вжух! Вжух! Шмяк! Выставленный на максимальную скорость немного усовершенствованный аппарат по подаче теннисных шариков, в обиходе называемый теннисной пушкой, одним из мячей попал мне точно в грудь, выбив из неё весь воздух. Я застыл, и боец, управляющий пушкой, с довольной ухмылкой влупил в меня еще несколько шаров, сбивая своего нанимателя с ног. Ну, ещё бы, ему за подобный успех была положена премия! А у меня теперь прибавится синяков.

— Соберись! — рявкнуло у меня в голове недовольным рыком Тени.

— Прости. — я честно признал свою ошибку перед своим наставником.

— Прости?.. Прости?!! Мы тут что с тобой, гербарий на выставку собираем или может ты двойку в дневнике домой принес? А? Ты, когда тебя подстрелят, тоже будешь говорить «прости» своему простреленному легкому? Не слышу ответа? — недовольным голосом начал вставлять мне втык мой тёзка. — Твои физические кондиции должны позволять тебе, как полноценному Суперу, уже свободно уворачиваться от пуль пистолетов, автоматов и некоторых винтовок! А в тебя попали здоровенным медленным теннисным мячом!

— Но, Тень, там ведь скорость выставлена на сто девяносто девять километров в час. — попытался я возразить Максимилиану.

— Не смей искать оправдания! — Еще громче грохнуло в моей голове. — Ты что, думаешь, я не понимаю, почему ты уже вторую неделю не можешь сосредоточиться на наших тренировках?

В ответ я пристыжено замолчал. А что тут сказать? Тень полностью прав. После выпускного у меня действительно всё валилось из рук, я постоянно сбивался на мысли о Насте, на воспоминания о завершении выпускного вечера, и настроение было… в общем, да, сосредоточиться на тренировках не получалось.

— Средняя скорость даже пистолетной пули превышает тысячу километров в час, что в пять и более раз выше скорости какого-то там мячика! И ты просто ДОЛЖЕН уже уметь от них уворачиваться! А ну, бегом медитировать!

Со вздохом я поднялся и, кряхтя, как старик, и потирая грудь и живот, поплёлся к неизменному коврику для медитаций. Сел, подышал, настроился и закрыл глаза, входя в медитативный транс. Вдох-выдох, вдох-выдох, и ещё. Пульс начал замедлять свой частый стук, мир вокруг также начал замедляться…

Вечность спустя спокойный голос Тени проговорил:

— Достаточно.

Медленно открыв глаза, я плавно поднялся с пола и направился к дежурной двойке охраны. Бойцов моей СБ в городе осталось совсем немного, почти половина их отправилась в далекую и холодную Якутию, так что оставшихся по именам я знал почти всех, а уж в лицо — точно всех.

— Александр? — вопросительно сказал я, глядя в глаза одному из сотрудников СБ.

— Да, шеф! — с готовностью повернулся он ко мне всем корпусом.

— Ты же у нас вроде хорошо стреляешь из пистолета?

— Кандидат в мастера спорта по пулевой стрельбе из пистолета. — с готовностью подтвердил боец.

— Это очень хорошо! Вот что, боец! Сейчас берешь в арсенале резиноплюй, запасной магазин к нему, патронов пару пачек и бегом сюда! Как понял?

— Понял, шеф! Уже убежал! — ответил Александр и действительно бегом рванул к выходу.

Через несколько минут он уже вернулся и принес довольно устаревшую модель травматического пистолета, который быстро приготовил к стрельбе и вопросительно посмотрел на меня.

— Значит так! Слушай свою задачу! Сейчас ты будешь пытаться попасть в меня из травмата, а я буду делать так, чтобы у тебя это не получилось. За каждое попадание — тебя ожидает премия в размере… Допустим, в размере пятидесяти рублей. Пистолет «Стопор»? — уточнил я.

— Да. — коротко ответил стрелок.

— Значит, семь патронов в магазине, допускается один в стволе. Итого — восемь. На перезарядку делаем паузу.

— Эм… Шеф… — протянул Александр.

— Что-то непонятно?

— Шеф, вы бы это… может хоть броник наденете… и шлем? — заволновался боец. — Вы же сейчас опять свои штуки-дрюки начнете выкидывать, с кувырками, прыжками и прочими фокусами? Нет, я-то буду стараться в корпус целиться, но…

Хм… Я задумался. В принципе, я его прекрасно понимаю. Конечно, он будет переживать. Мало ли, что это я отдал прямой приказ, а вот если он покалечит нанимателя, глаз там выбьет или ещё что. Конечно, я буду делать всё, чтобы такого не произошло, но мне же нужно, чтобы он старался меня подстрелить, верно?

— Что ж, ты прав. Я надену шлем. А вот без бронежилета — обойдусь. Какие у нас есть шлемы с забралом? — спросил я у Михаила, бойца, который обстреливал меня из теннисной пушки.

— Батыр, Штурмовик, еще от британского защитного комплекса Денди вроде есть. — на мгновение задумавшись выдал тот.

— Не то, не подходит. Нужно что-то поменьше габаритами. А есть обычные мотоциклетные? — спросил я.

— У Андрюхи-байкера точно есть. — вклинился в разговор напарник Александра — Евгений, и вопросительно посмотрел на меня. — Попросить?

— Давай. — кивнул я в ответ.

Шлем был красив. Нет, он был то, что надо: удобен, имел небольшой размер. Но при этом, главное, что бросалось в глаза — он был красив. Футуристического дизайна из поликарбоната с матовым стеклопластиковым забралом, скошенным к затылку, с искусно изображенными языками пламени, идущими от шеи к затылку. Казалось, стекла в нем было больше, чем карбона.

— Подходит. Можешь теперь абсолютно не сдерживаться и стрелять куда угодно. — глухо донеслось из под шлема. — На счёт «раз» начинаем. И… Три… Два… Раз!

Сосредоточенный и серьёзный, Александр быстрым и привычным до автоматизма движением вскинул удерживаемый двумя руками пистолет, и в тренировочном зале часто загремели выстрелы. Стрелок технично и скупо менял угол прицела, двигая стволом пистолета за фигурой в тонкой спортивной одежде и черно-красном шлеме. Наконец, вместо очередного выстрела раздался металлический щелчок, и пистолет стал на затворную задержку.

— Охренеть! — в наступившей тишине громко высказался Александр, опуская пистолет.

— Что? Вообще ни разу не попал? — с интересом спросил его Евгений.

— Неа. Ни разу. — ошарашено подтвердил тот.

— Ха! А я вот сегодня премиальных неплохо поднял! — не удержался от хвастовства Михаил и победно ухмыльнулся.

— Перезаряжайся и повторяем. — Так и не сняв шлема, отдал я указание.

— Да, шеф. — Александр быстро поменял магазин, загнал патрон в ствол, выщелкнул магазин из рукояти, добавил туда патрон из коробки и снова загнал магазин на место. — Готово!

— Тогда на огневой рубеж! — скомандовал я. — На счёт «Раз». Поехали!

Мне нужно было закрепить результат, и у Александра было ещё достаточно патронов.

* * *

— Ааааааааааа! — дикий вопль заставил Машу подпрыгнуть в кресле так, что она сбила лежащий на широком подлокотнике недоеденный кусок пиццы.

— Сашка! Ты чего орёшь? Я из-за тебя еду вот уронила. — возмущенно высказала младшей сестре Мария, потирая глаза. — И вообще, сон хацкера — нерушим, а ты?

— Чёртовы корейцы! Чёртовы биржи! Чёртовы спекулянты! — продолжала громко кричать Александра, с умопомрачительной скоростью стуча по кнопкам клавиатуры.

— Да что случилось-то? — продолжила расспросы Мария, ничего не поняв из реплик сестренки.

— Эти… Эти… Короче, из-за этих корейцев мы только что потеряли больше трёхсот тысяч долларов САСШ! — Александра крутанулась в кресле и теперь смотрела прямо на сестру.

— Из-за каких ещё корейцев и как это — мы потеряли? — недоуменно посмотрела на Александру старшая из сестёр Иванович.

— Да вот так! — запальчиво произнесла Александра.

— Подробнее, Сашка! — потребовала сестра, слезая с мягкого кресла и усаживаясь в другое, тоже мягкое, но уже компьютерное.

— Нуууу… — протянула та, теряя запал.

— Что?!! Ты что загнала крипту к корейцам на биржу? Решила в арбитраж? Бася же говорила! — Маша обвиняющее ткнула пальцем в сестру.

— Да, Бася же говорила — не лезть с крупными суммами на корейскую биржу! Бася говорила — ограничиться операционными суммами ДО полутора миллиона долларов САСШ? — донесся холодный голос от входа в большую захламленную комнату.

— Эм… — потупила глаза Саша, пальцы её начали нервно теребить подол надетой на голое тело безразмерной мятой футболки с надписью «Пивозавр — жив».

— А ещё Бася объясняла — почему этого нельзя делать, да? — обманчиво мягко спросила самая младшая из сестер.

— Эм… — всё также информативно продолжила Александра.

— Я ничего не знаю, я вообще — спала! — гордо задрала подбородок кверху Маша и тут же продолжила, добавив просительных ноток в голос. — Бааась, а ты купила эклеры?

Барбара Иванович тяжело вздохнула и осмотрелась.

— Блин! Меня не было всего шесть часов, как вы умудрились так загадить комнату? Сколько ты потеряла и сколько денег застряло у корейцев?

— Ну…

— Сколько?!! — рявкнула младшая сестра.

— Кхм. Мы, то есть я завела на корейскую биржу юникойнов на почти девятьсот миллионов долларов САСШ и… — начала Александра.

— Выставила их все на продажу, после чего цена стремительно начала падать, да? — закончила за неё Барбара.

На что Саша просто кивнула.

— Отменяй ордера, оставь несколько штук на общую сумму до ста тысяч долларов. Поздравляю, дорогая, ты стала инвестором! — озвучила Бася.

— Зато от твоего мальчика пришли очередные сто тысяч. Со смайликом в приписке. — попробовала успокоить сестру Саша.

Барбара мягко улыбнулась. Александра украдкой облегченно вздохнула. Головомойки от самой деятельной сестры удалось избежать.

— А теперь, бегом убираться в комнате!!! — прогремел Басин голос.

— Но, Бася! — жалобно хором протянули сестры.

— Иначе — никаких эклеров! — припечатала Барбара.

— Тиран. — буркнула Мария и поплелась на кухню за резиновыми перчатками и мусорными пакетами.

— Дракон. — добавила Александра и пошла к чулану за ведрами и тряпками.

* * *

Жара стояла просто невероятная, и это не смотря на шумевшее поблизости море. Хотя, честно говоря, прохладный ветерок с побережья сильно облегчал ситуацию, позволяя переносить высокую температуру на ногах, не падая без сил в кондиционированный салон автомобиля, у которого застыла пара крепких мужчин в светлых тактических штанах и футболках с логотипом то ли гладиатора, то ли древнеримского легионера. Занятие мужчин угадывалось по одинаковой одежде и по пистолетам, рукояти которых торчали из открытых набедренных кобур.

— Отличный вариант, говорю вам, просто отличный! Очень своевременно он подвернулся. — И пожилой мужчина с угадываемыми азиатскими чертами лица довольно прищурился, разжал сцепленные пальцы рук и тут же энергично потер ладони друг о друга. — Как всё хорошо складывается!

— И всё же, я не понимаю, почему именно гостиница? — со скепсисом в голосе протянул молодой парень в светлом костюме из натурального льна и со стильной декоративной тростью в одной руке, окидывая внимательным взглядом огромное недостроенное здание.

— Вы ведь прочитали поданный вам на прошлой неделе проект, молодой человек? — с подозрением посмотрел на своего спутника пожилой мужчина.

— Конечно! Но мне интересно, почему вы остановились именно на этом варианте. Так почему гостиница? — пристально посмотрел я на Азимова.

— Дорогой, Максимилиан! Поверьте старому повидавшему жизнь узбеку, гостиница, хотя именно это не гостиница, а отель, а ещё точнее, сеть из трёх отелей, самый подходящий вариант для наших с вами планов! — всё так же лучезарно улыбаясь продолжал финансист, быстро оглядывая округу и убеждаясь в отсутствии лишних ушей. — Во-первых, нам нужно было гарантированно подстраховаться от рейдерских атак любого рода на АОА «Мирный», в котором вам принадлежит контрольный пакет акций. Для этого нам нужно, чтобы лично вы взяли и заложили эти самые акции. Вот вы и приобретете вот этот самый отель, также как и двух его близнецов на этом же побережье, в личную собственность, в кредит. Кредит вы берете не абы где, а у международного банка «Ломбардия», который принадлежит Великому клану Висконти. В качестве обеспечения кредита у нас получилось оставить не сами отели, а именно означенный пакет акций, чья стоимость намного превышает, как стоимость недостроенных отелей, так и сумму взятого кредита. При этом, в качестве страховки, в этот же банк на расчетный счёт зачисляется сумма, даже несколько превышающая максимальную сумму выплат по кредитному договору, плюс такая же сумма для тех же целей кладётся в Государственный банк Российской империи. Во-вторых, помните, вы говорили о довольно-таки интересной схеме работы предприятий туристического направления?

Азимов пощелкал пальцами, пытаясь вспомнить.

— Вы ещё использовали эдакий англицизм, как же это? О, вспомнил! Ол инклюзив, верно?

Да, было дело. Тень рассказал об интересной фишке в его мире. Там некоторые, скажем мягко, не особо развитые в промышленном и экономическом плане государства, основной статьей доходов сделали туризм, а с целью привлечения этих самых туристов использовали так называемую схему «all inclusive». В переводе с английского это означает «всё включено». Этим термином в мире Тени обозначали одну из систем обслуживания в отелях. Так, забронировав номер с «all inclusive» постоялец может рассчитывать на отличное трехразовое питание, включая напитки, в том числе алкоголь. Всё это входит в стоимость номера, налоги также были включены. Я как-то в разговоре с Семёном Ахроровичем упомянул этот термин и объяснил, что он означает, после чего Азимов дико возбудился и начал забрасывать меня уточняющими вопросами. Оказалось, что в нашем мире подобной системы обслуживания не существовало. Я-то этого не знал, так как на курортах никогда не бывал по младости лет, так сказать, тем более за рубежом.

— Да, я помню. — осторожно ответил я.

— Мы тут со Светланой, кстати, я вам уже говорил, что она — очень умная девочка? Так вот, мы со Светланой набросали бизнес-план, как можно превратить наше приобретение просто в золотую жилу! Вот, посмотрите сами, — тут Азимов вытащил планшет и включил на нём карту полуострова. — мы имеем три типовых пятиэтажных отеля на побережье, в районе Фороса, Симеиза и Ялты, с общим количеством девятьсот девять номеров. Да, пока они не совсем достроены, но это не проблема, кредитных и наших свободных средств с запасом хватает на их достройку и введение в эксплуатацию, с Дьяченками и Демченко я уже посоветовался по этому поводу. Если мы провернём с этими тремя отелями этот ваш фокус с «all inclusive», проведём грамотную рекламную кампанию, то по прогнозам Назаровой, я с ними, кстати, полностью согласен, это ваше новое приобретение начнет приносить прибыль в размере пятидесяти пяти-шестидесяти процентов в год. Это по самой скромной оценке. И это уже в следующем году!

Тут Азимов задрал к потолку указательный палец и, блеснув стеклами стильных очков, внимательно посмотрел на меня. Я в ответ скорчил непроницаемую физиономию и приподнял одну бровь. Нет, я был сильно впечатлен озвученными цифрами и числами, но я успел неплохо выучить характер Азимова. Семен Ахрорович в свои немолодые года так и не избавился от одной черты характера, больше свойственной молодым, даже скорее очень юным, людям. Он обожал, когда им восхищаются и его хвалят. Как умный человек он прекрасно понимал, когда ему беспричинно льстят, но от заслуженной похвалы он просто ловил кайф. Но если его успехи не замечали — он начинал рвать жилы так, что умудрялся улучшить результаты ещё на процент-два, хотя, казалось, что это уже невозможно.

— В следующем году? — я добавил сомнения в голос и снова показательно уставился на огромную коробку недостроя. — И такая прибыль?

— Максимилиан Алексеевич! Я с полной уверенностью могу утверждать… — вскинулся было Азимов, но потом, углядев что-то в моем выражении лица, тихо рассмеялся и погрозил мне пальцем. — Ах, вы негодник! Вы ведь это специально, да? Решили поиздеваться над пожилым человеком? Ай-яй-яй! Как вам не стыдно? И вы даже не подумали о моем старом больном сердце!

Эх, не прокатило! Плохо я еще умею держать покерфейс. Или же Азимов хорошо научился разбирать мою мимику. Но попытаться стоило. Я перестал сдерживаться и растянул рот в довольной улыбке.

— Семен Ахрорович! Ваше больное сердце не вяжется с вашей неискоренимой любовью к коньяку! И я совсем даже и не думал над вами издеваться! Просто пошутил.

— Юноша! — расправил плечи и надул грудь Азимов. — Любовь к хорошему коньяку… Да вообще ко всему хорошему, приходит с годами и мудростью! Поэтому, хороший коньяк действует на моё старое сердце очень положительно, не слушайте вы этих циников в белых халатах!

— Так, намёк я понял, извинюсь бокалом коньяка. — остановил я велеречивого финансиста. — Я утверждаю этот проект. Предварительно!

— Отлично! Вы не пожалеете, Максимилиан Алексеевич! — радостно воскликнул Азимов и потопал к машине. — Значит, здесь нам больше нечего делать! Надеюсь, коньяк в автомобиле есть?

Я расхохотался в голос и пошел следом за довольным финансистом.

Глава 21

Солнце еще только поднималось к зениту, но уже успело нагреть бетон и асфальт, из которых в основном и состоят современные города. Столица Российской империи также не была исключением, ведь Старая Москва, называемая по понятным причинам Деревянным Местечком, занимала совсем небольшой процент её нынешней площади. На большой асфальтовой площадке со знаком парковки, окруженной всё тем же стеклом и железобетоном зданий, стояло множество автомобилей различного класса от бюджетных Забав до шикарных Маралов и Бояр. Ближе к краю автостоянки, занимая сразу два машиноместа, стоял светло-серый, похоже, совсем недавно перекрашенный, здоровенный внедорожник Горец, ну тот, в котором ещё два поперечных дивана друг напротив друга в салоне. Возле Горца стояло три человека: один явно был охранником, вторым был молоденький паренек в легком костюме нежно-кремового цвета с короткой тростью в одной руке и с папкой для бумаг в другой, а третьей — красивая девушка, на вид немного за двадцать, в строгом брючном костюме.

— Ох! Расчёску забыли! — Светлана всплеснула руками и полезла в свою сумочку. — Вот, я как знала, взяла про запас.

— Светлана! — укоризненно посмотрел я на своего секретаря.

— Что? — в больших и таких невинных глазах Назаровой можно было увидеть многое: заботу, хитринку, уверенность в собственной правоте, и лишь раскаяния там не было ни грамма.

— Я выгляжу хорошо? — задал я каверзный вопрос.

— Конечно! Шеф, вы у нас — просто красавчик! — отозвалась Светлана. — И костюм, и туфли…

— И прическа?

— И прическа. — подтвердила Светлана.

— Ну, раз так, то значит — мне не нужна ещё и расческа. Я достаточно хорошо выгляжу и без неё.

— Ну, шеээээф! — умоляюще протянула Светлана, распахивая глаза ещё шире. — Она очень стильная и украшена моржовой костью, как раз будет замечательно сочетаться с цветом вашего костюма.

— Нет-нет-нет, меня этим больше не возьмешь. — подумал я, помахивая указательным пальцем влево-вправо перед её лицом.

— Всё. Мне пора. У меня экзамен! — пресек я уговоры фанатки компьютерных симуляторов игры в дочки-матери и наряжания меня-любимого в различные костюмы.

— Виктор, ты со Светланой остаёшься здесь! — распорядился я, обращаясь к охраннику.

— Шеф, вы уверены? — спокойно уточнил тот.

— Да, каких-либо проблем не ожидается, это раз, а если и будут непредвиденные неприятности, то я элементарно сбегу. Ты же видел, как я умею?

— Даааа. — задумчиво протянул Виктор. — Принял, шеф.

Виктор не был магом и прекрасно понимал, что случись серьезная заварушка, он сможет поддержать Коршунова разве что пистолетным огнем. Ну и, конечно прикрыть того своим телом. И, как почти все оставшиеся с Коршуновым сотрудники безопасности, он лично видел, на что способен их шеф, как в рукопашных схватках, так и, скажем так, в умении сбегать. Он вежливо поддержал дверь автомобиля для усаживающейся внутрь Светланы Назаровой, сам одновременно с этим взглядом провожая удаляющуюся фигуру своего шефа.

Людей было очень много. Все они спешили, галдели, толкались, задевали друг друга плечами и деталями туалета, наступали на ноги, извинялись или просто исчезали без всякой на это реакции. Особенно много людей было у стенда с информацией. Я аккуратно протиснулся к нему поближе, огибая кучно стоящих абитуриентов и их родственников. Как обладатель «золотого» аттестата, я должен был сдавать всего один экзамен — по основам экономики, так что мне было намного легче, чем многим, но я всё равно волновался. Ведь его ещё надо было сдать!

Ага, вот и стенд! Я внимательно начал искать информацию о нужном мне экзамене и номере аудитории, в котором он будет проходить. Текста было много, но нужной мне я пока не видел. И почему текст напечатан таким мелким шрифтом? Экономят место, что ли? Можно же было сделать его более крупным? Тогда и народ так тесно к стенду бы не жался. Тут мои размышления прервались непонятной возней сзади, которая закончилась тем, что в мою спину врезалось чьё-то тело, а локоть этого тела пребольно попал мне прямо по почке.

— Хссссс. — еле удержался от грязного ругательства я, оборачиваясь к обидчику.

— Не контролируешь обстановку. — буркнул Тень.

— Не начинай! — оборвал я того.

— Простите-простите-простите! — зачастило «тело». — Я нечаянно! Меня кто-то подтолкнул, и я споткнулась! Чесслово!

Я потер ноющий бок и стал рассматривать девушку, которая в меня врезалась. Невысокого роста, довольно симпатичная девушка с ладной фигуркой, примерно моего возраста, в короткой чёрной юбке и белой блузке, классика одежды на экзамене. В руках серая пластиковая папка, по видимому, с документами.

— Хорошенькая. — отреагировал в моей голове Тень.

— Отстань, а? Вижу, что хорошенькая. — попросил я его.

— Ничего страшного. — успокоил я испуганную девушку. — Всё обошлось без травм.

— Ещё раз простите! А вы тоже на финансовый факультет поступаете? Поэтому у этого края стенда стояли? — уставились на меня в упор большие карие глаза девушки.

— М… Да, на финансовый. — ответил я той.

— Ой, и я тоже. На специальность «финансовое управление». — с улыбкой выпрямилась и выпятила вперед грудь девушка. — Меня, кстати, зовут Барбара. Барбара Ивано…ва. Иванова. А вы?

— А я… А я тоже поступаю на ту же специальность того же факультета. — ответил я.

— Зовут, говорю, тебя как? — ещё шире улыбнулась, продемонстрировав аккуратные ровные зубки, сразу переходя на «ты» Барбара.

— Макс. Максимилин вообще-то, но коротко Макс. Макс Коршунов. — ответил я, невольно улыбаясь в ответ.

— Коооооршунов. — задумчиво протянула Барбара, скорчив демонстративно уморительно-задумчивую рожицу, а глаза её начали блуждать по поему пиджаку и трости. — Клановый что ли? Из тех Коршуновых?

— Вот уж нет! Совершенно не из «тех»! Об этом даже запись в полиции имеется. — зачем-то пояснил я новой знакомой.

— А… Это хорошо. В смысле, так с тобой проще будет общаться, а то эти клановые такие надменные! — пояснила девушка с простой фамилией Иванова.

— Это точно! — согласился я.

Барбара придвинулась ещё ближе и привстала на цыпочки, так что на мгновение прижалась грудью к моему плечу, вытянув вперед палец с коротко обрезанным ногтем. Необычно. Я уже привык, что у практически у всех моих сверстниц на руках в наличии довольно длинный маникюр.

— Ага! Нашла! Нам в двести восемнадцатую аудиторию второго корпуса. — озвучила Барбара прочитанное. — Пойдем? Ты, я вижу, тоже сегодня без группы поддержки?

— Не совсем, но именно тут я один. — согласно произнес я, двигаясь вслед за нежданной попутчицей.

— Чёрт! Столько людей! — возмутилась Барбара и схватила меня за руку. — Держись, а то так и потеряться можно!

— Какая занятная девчушка! — отреагировал Тень.

Мы уже прошли вход и двигались по просторному фойе второго корпуса института, когда у меня завибрировал смартфон, тренькнув сигналом входящего сообщения. Я вытащил аппарат из кармана и увидел уведомление о пришедшей на емейл новой почте. Хм, почтовый ящик был личный, а абонентом, отправившим письмо, был ни кто иной, как Ким. Что тут у нас? Что?!! От удивления и возмущения я даже выпустил руку новой знакомой.

— Ты чего? — строго посмотрели на меня карие глаза девушки. — Что-то случилось?

— Всё нормально. — задумчиво ответил я спутнице.

Сам же в это время я размышлял над текстом письма. Сообщение было коротким, и толком из него ситуацию было не понять. Что же там у них в Якутии произошло, и куда, и как мог пропасть Валера Васильев?

* * *

Голова гудела, как с дикого перепоя и, казалось, была набита ватой, как у плюшевого медведя. Медведя… Ну да, медведь! Здоровенный бурый зверюга… Он был на охоте и добыл медведя. Он точно его добыл.

Только вот где трофей? И почему Валера себя чувствует так, как будто бы медведи его съели и… и уже избавились от того, во что превращается съеденное? Валерий попытался разлепить плотно закрытые глаза. Попытка не удалась, глаза были покрыты какой-то засохшей коркой. Кровь? Валера поднял руку, чтобы убрать мешающую ему преграду. Точнее, хотел поднять руку, но у него вышло только дернуть правой рукой, так как оказалось, что руки у него были стянуты за спиной то ли веревкой, то ли пластиковой стяжкой. А сам он находился в сидячем положении со связанными за спиной руками.

Память Валеры, известного в определенных кругах как вор-карманник Хомяк, а в других — как офицер СБ некоего Максимилиана Коршунова, начала потихоньку возвращаться.

Вот он, осатанев от скуки, решил поддаться уговорам директора и замдиректора ОАО «Мирный», и съездить на охоту на медведя. На медведя он еще никогда не охотился. Да и вообще, честно говоря, он раньше ни на кого не охотился. Так что подобное занятие, как минимум должно было развеять его скуку. А так, кто его знает, может он бы распробовал эту сугубо мужскую забаву и стал бы заядлым охотником? Ну, а что? Работа по добыче алмазосодержащей руды ещё не началась, пока вовсю идет процесс активного строительства. Нужно было срочно строить жильё для рабочих, цеха новой фабрики, гаражи, столовые, бани, другую сопутствующую инфраструктуру, периметр безопасности и многое другое. А в условиях мерзлоты стройка — это вам не шутка! Десятки сотрудников СБ и сотни строителей сейчас ютятся в спешно построенных деревянных бараках, это ж совсем не дело? Так что пока Валера Васильев внезапно оказался обладателем большого количества свободного времени, вот только куда девать это свободное время? А тут такое предложение. В общем, соблазненный красочным описанием охоты на «вот просто шикарного мишку», Валерий в сопровождении одного из сотрудников «Легиона» в компании из ещё почти десятка человек отправился добывать свой первый охотничий трофей.

Медведь и правда был здоровенный. Он не вставал на задние лапы и бежал на Валеру на своих четырёх, но даже так было видно, что зверь очень большой. Один из местных охотников, как и обещал, вывел их прямо к небольшой речушке, почти ручью, на берегу которой крупный зверь с аппетитом выедал брюшки у сваленной там же в кучу крупной рыбы, вроде бы это была семга или что-то подобное. Охотники знали, что Васильев является магом и предоставили ему возможность срубить медведя воздушным серпом, сами при этом страхуя его с карабинами в руках. Поэтому-то Васильев сейчас и стоял впереди остальной группы людей. Тараном небольшой силы Валерий ударил по куче деликатесной рыбы, раскидав рыбин по сторонам. Медведь глухо и недовольно рыкнул, подгребая ближайшую рыбину и вгрызаясь в набитое икрой брюшко. Валера пустил ещё один таран, на этот раз прямо в морду зверя, выбивая добычу у того из лап. Медведь внимательно посмотрел маленькими глазками на этого двуного, который покушался на его пищу и тут же без раскачки или каких-либо внешних проявлений своих намерений, рванул в сторону обидчика. Валера выпустил воздушный диск с расстояния метров в двадцать пять и сразу же за ним начал формировать второй. Нет, он хотел подпустить животное поближе, но… Но медведь реально был здоровый и страшный! Так что Васильев не выдержал и отправил первый диск прямо в голову хищника. Попал он по касательной, всё же волнение, да и зверюга бежал вроде бы неуклюже, но, как оказалось, очень быстро, да ещё и голова его двигалась, как будто специально мешая прицельному попаданию. Но уже второй воздушный диск ударил как надо. Мишка рухнул, не добежав до Валерия. Одновременно с этим раздалось несколько выстрелов и из туши уже упавшего зверя вырвалось несколько фонтанчиков крови.

— Ну и зачем? Он же уже готов? Шкуру только попортили. — успел подумать Валера, прежде чем свет померк…

В лицо плеснуло холодом. Затем ещё и ещё. Кто-то усердно плескал в лицо Валере ледяной водой. Валера, наконец, смог, поочередно сжимая и разжимая веки, раскрыть глаза. Он находился в знакомой избушке, а точнее, в охотничьей сторожке, расположенной неподалеку от места охоты. Они в ней ненадолго останавливались, оставили в ней многочисленную снарягу, в основном заключавшуюся в спиртном в различной таре, и в закуске к этому спиртному.

— Вот теперь можно и поговорить. — удовлетворенным голосом проговорил кто-то, стоящий сбоку от сидящего Васильева.

— Что… — прохрипел Валерий и закашлялся.

А кто бы не закашлялся, получив крепким кулаком прямо в солнечное сплетение?

— Бху! Бхааа! — наконец, Валера смог справиться с кашлем и сделал вдох, послав порцию живительного воздуха в легкие. — Чего надо?

В голосе Валеры пробились приблатненные интонации. Вопрос задал уже не Валера Васильев, а Валера Хомяк, прошедший десятки разборок и тёрок, побывавший в куче передряг и, главное, вышедший из них всех живым.

— Ну?!! — и Хомяк демонстративно цыкнул и сплюнул через губу. — Чё затухли, фраера? У вас люди спрашивают? Так чё надо?

Валера уже прокачал ситуацию и понимал, что раз он тут, и поблизости не видно его охранника, значит — последнего уже обезвредили, а сам Валера полностью в руках у людей, находящихся с ним в сторожке. Но Валера также знал и то, что стандартный сценарий, который его ожидает — это пытки, избиения и вопросы, на которые он, Валера, рано или поздно даст все ответы. Это всего лишь вопрос времени. Значит, его задача сделать так, чтобы необходимые людям, схватившим его, ответы, они получили, как можно позже. А это означает, что ему нужно тянуть время. Что же, он его потянет. Захватывали значимого сотрудника Службы безопасности? Получите вместо него криминального авторитета!

— Чё притухли, сявки?!! — рявкнул связанный Хомяк и скорчил зверскую рожу.

— Ты глянь-кось, кажись, по головке-то ты его чересчур приголубил-то, а, Федь? — немного обескуражено протянул один из «охотников», ранее исполнявший роль водителя директора фабрики.

— Да вроде не особо. Всё в пределах. Он же магик, так что надо было его того-этого быстро. — ответил второй «охотник», крепкий мужчина неопределенного возраста, которого представили, как зятя замдиректора. — Можэ он того, в себя ещё толком не пришёл? Сейчас…

И крепыш подшагнул к Валере и хлестко ударил того дубовой ладонью по щеке, раз и другой. Голова Валеры резко мотнулась, а рот наполнился кровью из лопнувшей губы. Он сплюнул её, пустив длинной струйкой между зубов, угодив точно на камуфлированную штанину «зятя».

— Крови моей хочешь? Так на тебе крови!!! — истерично завизжал Хомяк и забился в путах. — Падлы!!!

«Зять» огорченно посмотрел на испачканные штаны. Затем обернулся к своему «тестю».

— Больной он что ли, Владим Владимыч?

— Нормальный он. По крайней мере, с утра был нормальный. Придуривается. А вот зачем? — ответил Владимир Владимирович Корзинкин, заместитель директора «Мирного».

— Так может его того-этого? Только уже пожёстче? — спросил «зять», потирая костяшки крупного кулака.

— Пожалуй, можно. — важно кивнул Корзинкин. — Не стоит пытаться формировать магические плетения, молодой человек, я тоже маг и будь уверен — я успею раньше.

Пару минут крепкий зять, хотя какой он к чертям зять, понятно же, что он такой же зять, как Валера — тёща, так вот, несколько минут этот неприятный тип, имя которого Васильев не помнил, хотя ему его и называли в числе прочих, ловко и умело бил Валеру по почкам, печени, в живот. Остальные мужчины, присутствовавшие при избиении, молча курили. Оттого в избушке слышно было лишь пыхтение, резкие выдохи и глухие звуки ударов.

— Достаточно! — скомандовал Владимир Владимирович, смяв окурок в жестяной банке, исполняющей роль пепельницы.

Он встал с табурета, сколоченного из толстых досок, немного переваливаясь из стороны в сторону, приблизился к избитому Валере, взял того за подбородок и задрал его голову кверху.

— Пришёл в себя? Теперь готов к нормальному разговору?

Валера с ненавистью смотрел в холеное лицо немолодого мужчины, сморщенное в брезгливой гримасе.

— Кто же вы, черти вас забери, такие? Олафссоны? Коршуновы? Кто?.. — роем кружились мысли в его голове…

Глава 22

— Записала. Таааак. Погоди… Сейчас я тебя наберу… Угу… Всё. Пошел гудок. Можно подписать просто «Бася». Ну, всё, давай, я побежала! — моя новая знакомая захлопнула чехол-книжицу своего смартфона, с улыбкой помахала мне рукой, резко, до взлета вверх юбки, крутнулась на месте, и исчезла в толпе.

Откровенно говоря, я ей был даже благодарен за столь своевременное расставание. Дел появилось — просто вагон и маленькая тележка. Голова прямо раскалилась от мыслей. И мысли эти были абсолютно не об учёбе или о поступлении. Нет, вступительный экзамен я сдал. Вроде бы. Как-то так вышло, что после получения известия о пропаже Валеры, который успел стать одним из тех немногих людей, что тянули локомотив под названием «зародыш будущего клана», я немного выпал из реальности. Нет, мы с Барбарой нашли нужную нам аудиторию, где я продемонстрировал свои документы, заполнил анкету и потянул билет…

Дальше я что-то писал, но голова была забита иными проблемами, так что я даже не обращал внимания на окружающих, да и на то, что я там написал — тоже. В себя я пришел уже в коридоре, когда моя новая знакомая — Барбара, с сосредоточенным видом махала у меня перед лицом раскрытой ладошкой и одновременно тыкала меня в грудь пальцем другой руки. Я даже, кажется, в кого-то пару раз врезался до этого, пока шел по коридору к окну.

— Пока! — запоздало крикнул я вслед девушке, но той уже не было видно.

Вот уж действительно, растворилась в толпе.

На выходе из здания учебного корпуса меня ожидала озабоченная Светлана вместе с Виктором.

— Шеф! Ну, наконец-то! — явно обрадовалась моя помощница. — Вы почему трубку не поднимаете? Мы тут уже тревогу забили.

Достав из кармана смартфон, я убедился в том, что мне названивали все, кому не лень: сама Светлана, Шахов, Савушкин, несколько незнакомых номеров. Я что, поставил телефон на беззвучный сигнал? Когда я успел? Вот так дела! Даже этого не помню.

— Шеф, Святослав Олегович приказал, чтобы охрана усилила бдительность. Сейчас мы должны немедленно ехать домой, в Обнинск, и постоянно быть на связи. — шагнул вперед Виктор. — Прошу вас соблюдать требования безопасности!

Ранее я планировал заскочить в Старую Москву и посетить одного нудного продавца колюще-режущего оружия, но, видно, не судьба. Значит, в следующий раз.

— Хорошо. — кивнул я, поудобнее перехватывая трость и включая звук на телефоне. — Поехали!

Почти вся дорога до Обнинска прошла в нервном молчании. Лишь водитель постоянно был на связи с базой «Легиона», да я поговорил, если это можно так назвать, со своей службой контрразведки в лице «Божечки-кошечки». Мне пообещали в самое ближайшее время собрать всю доступную информацию по пропаже Валеры, но дело осложнялось тем, что в огромной Якутии оснащенность камерами наблюдения была настолько низкой, что даже факты дорожных правонарушений там устанавливали лично полицейские, визуально. Там даже со связью были огромные проблемы, край был до сих пор почти не развит и практически не заселён. Так что меня попросили чудес не ждать. Попросили предупредить Кима о том, что с ним свяжутся для лучшего взаимодействия. Дозвониться Сергею Викторовичу не получилось — в Якутии, в районе Мирного, очень слабо была развита мобильная связь и, тем более интернет. Пришлось отправить ему сообщение на почту.

Добрались домой мы без происшествий, лишь у самого дома под колеса чуть не попала бродячая собака, заставив водителя резко затормозить, отчего Виктор сразу же выхватил пистолет и навалился на меня спиной. Мы нервно посмеялись над инцидентом и уже более расслаблено зашли в свой подъезд, застав в фойе нервничавших бойцов. Старшим у них был Константин, с которым мы в своё время неплохо так побегали от Олафссонов, и даже вместе угнали автомобиль у одного бедолаги. Хотя денег я ему тогда за потерю машины оставил.

— Здравствуй, Константин! — крепко пожал я его протянутую руку.

Я обратил внимание на то, что тот был непривычно взволнован.

— Что-то случилось? — прямо спросил я у него. — Ты чем-то взволнован.

— Шеф! Мне очень не нравится то, что ваш дом пытались пасти, а ещё больше мне не нравится то, что наши ребята не смогли взять тех, кто это делал. Они ушли, буквально играючи сбросив со следа наших парней из «Эгиды». Такое ощущение, что это либо были профи из какой-то клановой СБ, либо… — тут он замялся, но потом упрямо вздернул подбородок, посмотрел мне прямо в глаза и продолжил. — либо же такие же профи, только на государственной службе.

А дело принимает нешуточный поворот. Звоночек звенит за звоночком. Сначала Якутия с пропажей Валеры, теперь и тут. И везде неизвестные фигуранты. Проблемы.

— Как думаешь, Тень, кто это может быть? — обратился я к наставнику.

— Я думаю, Макс! Я — думаю! — огрызнулся тот. — Уже кучу вариантов прокрутил. Это могут быть и остатки клана Олафссонов, и огрызки клана Коршуновых… Но могут быть и какие-то третьи лица. Это может быть союз Олафссонов с Коршуновыми, это может быть вообще кто-то другой, узнавший об алмазах. Всё же шила в мешке не утаишь, и такая масштабная стройка в северной глуши однозначно привлечет внимание. Вот тебе и причина для похищения Валеры Васильева. Он же именно что язык, захваченный на нужном объекте. Тут нужно подключать аналитиков. Вон, давай Савушкина своего напряги, Светлану, у неё хорошие аналитические способности, свою неуловимую контрразведку, в конце концов.

— Так при тебе же разговаривал с «Божечки-кошечки»…

Тут я прервал сам себя. Еще не хватало оправдываться, как будто я в чём-то виноват. Нет, конечно, виноват. Виноват в том, что где-то не додумал, где-то не всё предусмотрел. Но я же человек, а человеку свойственно ошибаться. Сейчас надо заниматься не посыпанием головы пеплом, а устранять проблему и спасать Валеру, надеюсь — он ещё жив. И нужно понять — кто решил начать со мной игру втёмную? Что за люди? Всё так же размышляя, я снова набрал абонента «Божечки-кошечки» и пообщался, проинформировав о новых фактах. Мне пообещали немедленно заняться новыми обстоятельствами дела.

* * *

Буммм! Гулко хлопнула входная дверь и в прихожей пару раз цокнули(о ужас!) каблуки.

— Да, блин! — звонким женским голосом выругался вторженец в тихий мир жужжащих кулеров и клацающих клавиатур.

— Бася? — шлепая босыми ногами по полу, к сестре вышла удивленная Мария, как всегда одетая в безразмерную футболку на голое тело.

На этот раз на футболке красовалась пестрая надпись «Мир, Май, Хой».

— Ты чего…

Но Барбара уже отшвырнула в сторону снятые туфли и бегом рванула мимо сестры в одну из комнат.

— Всё потом! Некогда! У нас ЧП! — бросила она на бегу.

— Какое ещё ЧП? — сильно удивилась Маша. — Вроде всё в порядке. Контракты все в стадии выполнения. Где надо — ломаем, где надо — защищаем. Сашка больше на биржи с шашкой наголо не лезет. Контрагенты платят вовремя, наёмники выполняют всё в срок, наш процент отчисляется автоматически, выплаты наёмникам проводятся без сучка, без задоринки. Ролы вот только закончились, так что еды опять нет. Но это же не настолько большая про…

— У Коршунова в Якутии похитили человека! А ещё — за его квартирой зафиксирована попытка наблюдения! — выкрикнула, перебивая сестру, Бася, как была, не переодеваясь, бухаясь в компьютерное кресло и, бешено стуча пальцами по клавиатуре, запуская пакет необходимых программ.

— У кого? А… У мальчика твоего. Ну, с Якутией — сама понимаешь. — развела руками старшая сестра. — Там мы фактически слепы и глухи. А вот по поводу наблюдения…

— Ага! — торжествующе вскричала Бася. — Есть контакт! Получила доступ к полицейским камерам наблюдения! Сейчас просмотрим записи за последний день…

Пальцы девушки с коротко подстриженными ногтями порхали над изогнутой клавиатурой с невероятной скоростью.

— Тааак. Заходим на сервер… Какой ещё ограниченный доступ? Я тебе покажу сейчас «ограниченный доступ»! — вслух комментировала свои действия Барбара. — Вот так… Теперь так… Где у нас была эта программка? А воооот она… Сейчас я тебя…

— А где ты была? — не выдержала и задала вертевшийся на языке вопрос Мария. — И одета ты как-то…

Мария покрутила в воздухе рукой.

— И косметики совсем нет. Прямо школьница вылитая! Ой, да ты покраснела? Сашаааааа! Сааааааашааааа! — громко позвала ещё одну сестру Мария.

— Чего вы орёте? — спустя минуту показала свою взлохмаченную головку с растрепанными волосами средняя сестра, с видимым усилием откусывая от треугольника пиццы, которая уже почти дошла до стадии окаменения.

На Александре Иванович также красовалась безразмерная футболка чёрного цвета, только на этой была надпись «томат раста», и нарисован улыбающийся помидор в стеклянной банке с листьями совсем от другого растения.

— У нас интрига! — выпалила Мария. — Баська где-то пропадала несколько часов вот в таком виде, и даже в туфлях на каблуках! Невысоких, но — на каблуках!

И указующий пест Марии обличающе прошелся сверху вниз по наряду младшей сестры.

— Она точно от нас что-то скрывает!

— Мда? — без особого энтузиазма промычала Александра, с трудом даже не откусывая, а отгрызая ещё один кусочек от пиццы и продолжая безэмоционально. — Как интересно…

— Да ты чего? Чего ты? Смотри, она же выглядит, как какая-то малолетка! А что если она соблазняла педофилов в парке? Или ловила маньяка на живца? Или… — тут фантазия Маши забуксовала и девушка запнулась. — Э… У меня мозг без калорий отказывается генерировать идеи. Мне нужно подкрепиться! Или… Или…

— Да в институт она поступала. Ааааааа! — чуть не вывихнула в могучем зевке челюсть Александра, отнеся в сторону руку с деревянной пиццей. — В Московский институт математики!

— Откуда ты знаешь? — смешно сморщила лицо Мария. — И почему я об этом не знаю? И главное — зачем это ей? И… О, мой голодненький мозг! Короче, колись давай!

— Пф! Отвечаю по порядку. Вчера она распечатывала документы на новую личность со своим фото. По документам ей там всего шестнадцать лет. Кроме того, также вчера она взломала базы МИМа и немного повозилась с вопросниками к экзаменам и данными абитуриентов, добавив туда свою новую личность. И какой отсюда напрашивается вывод, принимая во внимание её внешний вид? А если бы кое-кто не рубился шесть часов подряд в свою сетевую игрушку, не обращая внимания на окружающих, то этот кое-кто, не будем показывать пальцем, — скучным монотонным голосом проговорила Саша и тут же в противовес своим собственным словам ткнула пальцем в Марию. — тоже бы всё это заметил. Ну, или, как более мудрая сестра — спросила непосредственно у Баськи.

— А… — обескуражено протянула Мария.

— Бэ! — отрубила Александра.

— Ох, ничего себе! — прервал разговор старших сестер возглас самой младшей Иванович.

— Что такое? — синхронно повернули головы девушке к Барбаре.

— Да я тут установила по лицам личности тех умельцев, которые следили за Коршуновым. Правда, пришлось для этого ломать кое-какие закрытые базы, потому что в полицейских базах их не нашлось.

— Иии? — протянула вопросительно Мария.

— И, похоже, у Масика серьёзные проблемы.

* * *

Порыв холодного, совсем не летнего ветра заставил поёжиться невысокого, квадратного в плечах, азиата, стоящего у крыльца немного покосившейся, но всё ещё крепкой, потемневшей от времени, настоящей деревянной избы. Таких здесь хватало, дерево — плохой теплопроводник и при этом относительно дешевый для данных мест ресурс. Вот и строили тут дома в основном из него.

Сергей Викторович Ким развернул запястье внутренней стороной кверху и посмотрел на свои старенькие, но надежные командирские часы с поцарапанным стеклом. Сколько можно возиться? Уже почти час, как чудом захваченный с большой земли в эту командировку целитель осматривал тела найденных Валерия Васильева, молодого и очень перспективного сотрудника их службы безопасности, и Александра Бакина, бывшего пограничника, опытного ветерана, приданного Валере в пару, больше для охраны последнего. Эта парочка умудрилась пропасть на охоте, затеянной с развлекательной целью заводчанами. Как итог, когда двух безопасников нашли, выяснилось, что эти «охотнички» таки встретили медведя. Только вот Васильев умудрился с перепуга застрелить своего напарника-охранника, а сам попал в лапы к самому крупному хищнику на земле. В результате мы имеем два человеческих трупа и одну посеченную ударами воздушного диска или серпа медвежью тушу, которую остальные охотники добивали всем скопом — очень уж здоровенный и живучий зверюга им попался. После инцидента напуганные заводчане затеяли долгую сутягу по поводу того, что делать дальше? Два трупа — это не шутки, а два трупа сотрудников безопасности, один из которых не последний человек с большой земли — момент ещё более серьезный. В общем, они банально испугались и целый день даже не сообщали о произошедшей трагедии, придумывая, что же сказать представителям собственника в лице СБшников, чтобы избежать их гнева. Трупы привезли в ближайший поселок, и только когда пропавших безопасников начали искать, эти прохиндеи сообщили, что они-де пропали, а через несколько часов признались, что те оба погибли на охоте, продемонстрировав бойцам охраны мохнатый трофей и погибших.

С противным скрипом раскрылась тяжелая деревянная дверь, и наружу выбрался молодой, высокий и худощавый мужчина в легких кроссовках и неизменном для этих краёв камуфляже.

— Сергей Викторович, огня и дыма у вас будет? — спросил молодой человек и протянул крупную ладонь за протянутой ему сигаретной пачкой. — Благодарю.

Ким подождал, пока тот сделает первую, самую сладкую для курильщика, затяжку, и только тогда глухо спросил.

— Ну что там, Стас?

Курильщик, бывший тем самым целителем, по имени Станислав Романович Тиханович, сделал ещё одну долгую затяжку на четверть белого цилиндрика с табаком, и только тогда ответил.

— Бакина застрелили. Скорее всего, жаканом в затылок. Там головы, считай, и не осталось, но это точно он. — прервавшись на очередную тягу, Станислав Романович продолжил. — Второе тело обезображено ещё сильнее. Лицо просто отсутствует, оно было сорвано вместе со скальпом, даже тело разорвано когтями так, что потеряло привычную человеческую форму…

— Ты мне скажи, это точно медведь его? — задал волнующий его вопрос Сергей Викторович.

— Сто процентов. Я всё же целитель. Уж такое определить я могу. — с чувством собственного достоинства кивнул Тиханович. — Вот только…

— Что — вот только? — прищурил и без того узкие глаза Ким.

— Вот только второе тело — точно не Васильева.

— Что?!! — взвился Ким.

— Я знаю, что говорю! Да телосложение немного схоже, но тело так изломано, что и не поймешь просто так, какой у покойника был рост и телосложение. Разве что понятно, что покойный не был толстым. Да и помер он явно намного раньше нашего Александра. Васильева же я в своё время осматривал. И поэтому со всей ответственностью заявляю, что труп бедолаги, порванного медведем, принадлежит кому угодно, но только не Валере! Так что не срастается картинка-то! Врут наши охотнички.

— Понял тебя, Стас. — хищно оскалился Ким, поднося ко рту простую двухканальную рацию, с мобильной связью в этих краях также было непросто.

— Папа-панда на связи! Всем кто меня слышит! Код — красный! Повторяю! Код — красный! — чётко и внятно проговаривал в микрофон рации Ким, доставая из кобуры пистолет.

Глава 23

Киря, а если полностью, то Кирилл Олегович Кузнецов, никогда, за исключением самого что ни на есть розового детства, не обманывался по поводу своей внешности. Среднего роста, с пухлыми щечками, с маленькими глазами, носом картошкой, с очень короткой шеей, и даже пальцы на его руках были короткими и пухлыми — он вовсе не выглядел красавцем и предметом девичьих грёз. С такой внешностью он был малопривлекателен для девушек своего возраста и не только своего. Да и парни не отличались особым желанием с ним общаться. К своим шестнадцати годам он это понял чётко и ясно. Поэтому еще в средних классах школы он сосредоточился на учебе и стал классическим заучкой-ботаником. Всё изменилось в процессе подростковых изменений тела и… резерва Силы. В период подростковых преобразований его слабенький дар стихии воды резко скакнул с последнего ранга «Е» сразу к рангу «В», буквально за считанные недели проскочив промежуточные ранги «D» и «С». Такие случаи были известны, но они были настолько редки, что на подобный вариант развития резерва обычно никто не рассчитывал. Но, повторюсь, такие случаи встречались. И вот, с Кириллом именно такое и произошло. О, что тут началось! Киря, точнее, уже Кирилл или Кир, стал довольно популярным в среде, как знакомых, так и незнакомых ранее, людей. С ним стали первыми заговаривать девушки, и не просто заговаривать, но и приветливо улыбаться при этом, к нему стали обращаться, и также первыми, ребята, и это было не презрительное «Слышь, Киря» или «Эй, Толстый». Нет, все к нему стали непривычно дружелюбными. Вершиной всех изменений стало знакомство с представителем клана Синицыных. Кирилл не знал, откуда те о нём узнали, но надо признать, что СБ клана Синицыных не зря ели свой хлеб. Кто-то из штатных охотников за головами очень быстро узнал о появлении бесхозного, то есть, конечно, некланового, мага «В» — ранга. И, как результат, один из заместителей клановой службы безопасности, а именно Синицын Денис Витальевич, молодой маг огня «А» — ранга, лично встретился с Кириллом и предложил ему стать претендентом в члены клана! В стажёрах ему при его согласии предстояло проходить календарный год, в течение которого к нему бы присмотрелись, занялись его воспитанием и обучением, сам бы он немного пообтесался, изучил историю клана, получил краткий правовой ликбез и тому подобное. Конечно же, Киря, э… то есть Кирилл сразу согласился! Родители дома очень сильно обрадовались тому, как «высоко взлетел наш сын» и на каждом празднике стали хвастаться «кровинушкой», сестра восприняла это довольно флегматично, а младший брат вообще не понял, что происходит, по своему малолетству. И вот, Кирилл Кузнецов уже больше чем полгода является клановым стажером, пока ещё без смены фамилии, но зато с кучей плюшек. Одной из таких плюшек стала возможность поступления в один из самых престижных ВУЗов страны — МИМ, на финансовый факультет.

С прошлого ноября, когда с Кириллом произошла эта чудесная метаморфоза, новоявленный клановый успел привыкнуть, как к тому, что его финансовое положение стало очень м… скажем так, стабильно платежеспособным, так и к постоянному вниманию, а также уважению всех окружающих. Особенно последнее касалось сверстников. И потому вдвойне неприятно было снова окунуться в прошлое, когда его не уважали и совершенно не замечали. Вот как сейчас, когда сразу после сдачи экзамена по основам экономики, какой-то понтовитый мажорчик в светлом костюме и даже, какая безвкусица! — с металлической короткой тростью, последовательно наступил на ногу Кириллу, задел его плечом, и пошел себе дальше, как ни в чём не бывало, даже, казалось, не заметив Кирилла. Кузнецов от растерянности даже не сообразил сначала, что ему нужно отреагировать на подобное. Он как будто застыл, вернувшись в своё прошлое состояние неконфликтного и незаметного толстячка-аутсайдера. Когда же в нём медленно разгорелось чувство гнева, этого, ну который с тростью, уже не было видно. Урррод! Ну да ничего, глядишь, ещё увидимся, на один факультет поступаем, так что до скорой встречи!

* * *

Совсем небольшая река Ирелях. Небольшая и коварная. Год от года меняются уровень воды в реке, поднимается или опускается речное дно, спасибо за это морозным зимам, часто сковывающим льдом всю воду в реке полностью, до самого дна, а не только поверхность реки. Оттого так внимательно и следит за водной гладью прищуренными глазами крепкий мужчина в камуфляжной одежде. А как не следить? Недоглядишь на такой скорости — и прощай лодка! А до места встречи на Оччугуй-Ботуобуе на своих двоих добраться ой как тяжело, да еще и с таким своеобразным «грузом». Мужчина невольно бросил взгляд через плечо назад, но тут же снова уставился на поверхность воды.

— Да нормально всё, не переживай! — Крикнули ему из-за спины, как будто прочитав его мысли. — Спит наш магик. Я ему по графику наркозу колю, не очухается.

— Наркоз — это хорошо. Но это же магик? А если он, того-этого, как-то в себя придёт? Они же, магики, и не люди посчитай! Может и наркоз на них по-другому, того-этого, действует? — громко, сильно напрягая горло, чтобы перекрыть шум мотора, проговорил впередсмотрящий.

— От ты, сказанул! Как это — не люди? — удивился второй пассажир лодки, хотя в данный момент, скорее, кормчий, мужчина неопределенного возраста в таком же камуфляжном наряде, что и первый.

— Дык, они ж, того-этого, штуки-дрюки всякие могуть, чего человек-то и не может. Значит — не люди они, а что-то другое. — пояснил свою точку зрения первый мужчина.

— От ты глупай! Люди это, люди. Токмо у их Сила есть, а у нас с тобою — нету. Это ж как слух музыкальный: у кого-то есть, а у кого-то нет. Понял? — покровительственно пояснил кормчий.

— Э, не. Я ещё со школы, того-этого, помню. Значит, слух музыкальный у всех есть, только одни его развивают, а другие, того-этого, нет. Вон, китайцы — кто говорить может, так у них у всех слух есть, потому как у евойном, китайском, языке ударения в словах — музыкальные! — поднял кверху указательный палец впередсмотрящий.

— Брешуть! — авторитетно заявил кормчий. — Где это видано, чтобы, значит, все могли петь да на…

Тут он резко замолчал и к чему-то прислушался.

— Чего замолчал? — не огладываясь назад, спросил впередсмотрящий.

— Федя, а ты ничего не слышал? — спросил кормчий.

— Движок шумит и ничего, того-этого, не слышно, а что? — спросил тот, кого назвали Федей.

— То-то и оно, что движок шумит. — негромко проговорил кормчий. — Вот токмо, как эхо ему отвечает. Али гудит что вдалеках.

— Что ты говоришь? — громко переспросил Федя.

— Вперед, говорю, смотри! — громко скомандовал кормчий. — Как будет удобное место — надо бы пристать! Жрать уже хоцца.

— Жрать — это, того-этого, хорошо! — обрадовано отреагировал Федя. — Ушицы в самый-то раз будет посёрбать!

Минут через сорок всё та же парочка крепких мужиков, вытащив лодку на берег и собрав сушняка, уже разжигали небольшой костер, деловито доставая заботливо упакованную в несколько слоев материи пластиковую бутылку с крупой и выдергивая из-за борта лодки кукан с крупной рыбой. Особо не церемонясь, Федя хорошими кусками пластал рыбин и, сполоснув их тут же в реке, швырял в котелок, где уже находилась дробленая пшеница.

— Картохи нет. — Со вздохом сказал Федя и спросил у напарника. — Коль, а Коль, а морковка есть?

— В рюкзаке. — коротко отозвался кормчий, внимательно оглядывая окрестности и цепко держа за цевье винтовку. — Много не клади — не люблю.

— Да я немножко. — повеселевшим голосом успокоил Николая Фёдор, топая к лодке.

Не смотря на тревогу Николая, обед прошел спокойно. Напарники тщательно затушили костер, вымыли посуду, Коля проверил находящегося в отключке пленника, и лодка вновь заскользила по речной глади. Но продолжалось это совсем недолго.

* * *

Устаревший и неоднократно побывавший в ремонте самолет летел, низко прижимаясь к верхушкам деревьев. В салоне на поцарапанных и потертых металлических лавках сидело пять человек, экипированных, как воздушные десантники: у всех имелись по два парашюта, присутствовало и огнестрельное оружие. Совсем недавно их было ровно в два раза больше, но первая пятерка парашютистов была сброшена раньше, после обнаружения первой подозрительной лодки. Сейчас наблюдатели в кабине заметили ещё одну моторку на реке и дали команду готовиться к прыжку. В не такой уж и маленький салон самолета могло поместиться в три-четыре раза больше десантников, но парашюты нашлись лишь на десяток.

После молниеносного захвата и допроса всех причастных к убийству Александра Бакина и похищению Валерия Васильева, выяснилось, что Васильева захватили люди начальника местной полиции. А тот, в свою очередь, также выполнял то ли просьбу, то ли приказ кого-то ещё с большой земли. Владимир Владимирович Корзинкин, один из главных фигурантов дела, не смотря на то, что являлся магом, сопротивления не оказал, да и вообще оказался хлипким и трусливым человеком. Он рассказал, что на него надавил местный начальник полиции Якутска, некто Тебикеев Сергей Эчинеевич, якобы запугал несчастного замдиректора, и заставил приблизить к себе двоих душегубов. Цель у людей Тебикеева была простая — добыть любыми путями информацию о происходящей стройке в районе Мирного, её целях и задачах. Долгое время возможности для добычи информации не было, а сам завод, как и раньше, занимался выплавкой цветных металлов и не более того. Даже директор и его заместитель не были в курсе событий, а понаехавшие безопасники молчали, как рыба об лёд. Очень удачно для похитителей одного из местных жителей на рыбалке задрал медведь. Погибший был одинок, а главное, фигурой был схож с одним из старших безопасников — Васильевым, а лицом… Там не то что лица, там головы почти не осталось.

Люди Тебикеева, некто Фёдор Петров и Николай Попов умудрились немедленно связаться со своим начальством, на скорую руку состряпали совершенно идиотский план по захвату Васильева, который при этом сработал, и заслали Корзинкина предложить дуреющему от якутского однообразия Васильеву поохотиться на медведя. Одни боги знают, чем думал Васильев, когда соглашался на предложенную ему медвежью охоту, но у горе-охотников всё могло получиться. Да практически и получилось! Если бы не Тиханович, единственный на весь штат целитель, точно установить картину произошедшего бы не удалось, а подозрения — это всего лишь подозрения. Даже если бы потом начали усердно копать — поезд бы уже ушёл, Васильева бы уже точно не вернули бы. Сейчас же есть все шансы на то, что Валерия можно отбить назад, и на то, что утечки информации удастся избежать. От всё того же Корзинкина удалось узнать, что усыпленного Васильева увезли по реке на моторной лодке для передачи где-то на Оччугуй-Ботуобуе. Ким быстро отобрал десяток бойцов и на единственном местном самолете отправил группу захвата, разделив её на основную и дублирующую, с наказом остановить беглецов.

— Леха, смотри, если что — страхуй воздухом! — нервно попросил один из пятерых десантников.

— Не боись, Дёс, всё будет отлично! В крайнем случае — поставишь перед приземлением стихийный щит. — отозвался маг-воздушник. — Не мандражируй! Вон смотри, Марк сидит, и в ус не дует! Бери с него пример!

— Да я не о себе! — возмутился Денис. — У нас вон, два неодаренных в составе команды, ты их страхуй!

Два оставшихся стрелка с невозмутимыми лицами молчали.

— Их? Или её? — с ухмылкой уточнил Алексей.

На вопрос один из десантников повернулся в их сторону, и стало понятно, что один из неодаренных — женщина.

— Ну… Это… — смущенно забормотал Денис.

Сидящая женщина широко улыбнулась, так, что, даже не смотря на смешной шлем с ушами, закрывающий голову и, частично, лицо, стало заметно, что она довольно привлекательна.

— Спасибо за заботу, боец! — низким, но довольно приятным голосом поблагодарила она мага. — Но у меня за плечами сорок восемь прыжков, так что лучше о себе переживай!

— Внимание! Внимание! Готовность — одна минута! — с шипением и треском сообщила динамик. — Всем приготовиться!

Все сидящие резко выпрямились и начали поправлять лямки надетых парашютов и проверять крепления карабинов, к которым крепилось оружие, накидывая по очереди вытяжные фалы на натянутый вдоль салона трос. Вот в салоне замигала красная лампочка, и снова ожил динамик.

— Готовность — ноль. Прыжок!

В распахнутый люк посыпались фигурки парашютистов. Последней в пустоту шагнула женская фигура, неслышно прошептав одними губами привычное «пошёл».

* * *

— Аааах! — с наслаждением потянулся я, чувствуя, как ноют натруженные мышцы.

Посмотрев на себя в зеркало, я улыбнулся и немедленно схватил расческу — на голове после душа была прическа в стиле «взрыв на макаронной фабрике». Несколькими привычными движениями приведя себя в порядок, я направился ко второму, после тренировок и душа, утреннему источнику удовольствий — к кофемашине. Через минуту, проиграв бодрую мелодию, кофемашина зажурчала, наполняя кружку готовым напитком, а кухню — непередаваемым ароматом свежесваренного кофе.

Так, с чашечкой кофе в одной руке я и стоял, когда мой телефон завибрировал и загремел громким хитом последних недель. Кто у нас тут? На дисплее высвечивалось «Божечки-кошечки». Я аккуратно поставил чашку на столик и поднял трубку.

— Да?

Я уже привык к странному способу общения со своей службой разведки и контрразведки, поэтому, услышав в ответ неживой механический голос, даже не вздрогнул.

— Шеф, у вас очень-очень серьезные проблемы! Проверьте почту. Там прикреплены запароленные файлы. Пароль — дата вашего последнего танца. Вальса. Как ознакомитесь — сразу же сообщите! До связи!

Я даже не успел больше ничего сказать. Что же там за серьёзные, вот прямо очень-очень проблемы такие? Я зашел на свою почту и действительно увидел входящее сообщение с прикрепленными файлами, ни открыть, ни скачать их просто так не получалось — запрашивался код. Дата моего последнего вальса? Дата выпускного вечера что ли? Пальцы быстро вбили цифры в формате дата, месяц, год. Пароль подошёл, и я раскрыл прикрепленные документы и аудиофайлы.

Спустя сорок с чем-то минут я положил планшет и потянулся за кофейной чашкой. Вот ведь дьявол и все его демоны! Хотелось ругаться благим матом. И, поверьте, это была реакция совсем не на безнадёжно остывший кофе. Из сообщения, присланного Божечки-кошечки, стало ясно, кто следил за моим домом. Проблема была в том, что занимались этим люди, непосредственно подчиняющиеся министру внутренних дел нашей страны. Их даже в базе данных полиции не было! Но Божечки-кошечки откуда-то вытащили их реальные личности, включая звания и подведомственность. Содержание аудиофайлов без пояснения было бы не очень понятным, но и тут прилагалось пояснение. Не знаю, каким образом Божечки-кошечки всё это удалось, но своих денег они стоят, это уж точно.

Из всех полученных файлов складывалась следующая картина. Нет, я нигде не переходил дорогу господину Синицыну Александру Анатольевичу, клановому, магу воздуха в ранге «А+», или, говоря по-простому, архимагу, который и был главным полицейским в нашем государстве. Всё дело было в алмазах. Кто-то из оставшихся Олафссонов, точнее какой-то Гудмунд, умудрился встретиться с министром МВД и сообщить ему о якутских кимберлитовых трубках. Как я понял, у клана Олафссонов в результате их беспредельных действий отобрали почти все их активы, и, прежде всего, акции «Мирного». Вот этот Гудмунд Олафссон, явно не последний человек в клане, и поделился информацией с Синицыным, с условием, чтобы хотя бы часть активов «Мирного» вернулась в клан. Гудмунд… Вроде бы был у них такой в заместителях у начальника СБ клана, здоровый такой, главный над боевым крылом клана. Он? Не он? Голоса его я раньше не слышал, так что кто его знает? Но, скорее всего, он. Подходит по всем параметрам. Других Гудмундов, так чтобы они стояли близко к руководству клана и не попали в застенки Третьей канцелярии, я не припомню. Так, а что мне разведка про них сообщала? Я напряг память. Тааак. Сейчас вспомним. Главой у них стал Карл, ранее Иванов, а теперь же Олафссон, а начальником клановой СБ… — Гудмунд Олафссон. Бинго! Значит снова Олафссоны гадят? Но теперь не лично, а опосредственно. Правильнее будет сказать — они уже подгадили, а теперь все возможные неприятности мне следует ожидать со стороны структур МВД и клана Синицыных. И как же мне обезопасить себя от такой опасности? Это же гремучая смесь — официальные правоохранители в одной лодке с непоследним в стране кланом! Хорошо, что от рейдерских захватом мы с моей командой обезопасили себя максимально возможным способом.

— Тень? Что будем делать? — решил я посоветоваться с наставником.

— Надеюсь, ты не собираешься сдаваться? — сварливо спросил Тень.

— Вот уж нет! — горячо воскликнул я.

— Хорошо! — удовлетворенно крякнул Тень. — Тогда я предлагаю следующее…

Глава 24

Абсолютно ровный и спокойный участок реки вдруг превратился бурную стремнину, которая резко закрутила моторную лодку вокруг своей оси.

— Что за ерунда? Федя, ты что там, заснул? — рявкнул на напарника Николай, пытаясь выровнять лодку.

— Да…

Что хотел ответить Федор, кормчий не узнал, потому что его ответ перебили частые выстрелы, прозвучавшие короткой барабанной дробью. Первым же выстрелом стреляющие попали в японский двигатель, который коротко взвизгнул, плюнув в стороны кусками металла и пластика, и заглох. Вторым выстрелом Федора снесло с носа лодки в воду, а в следующий миг Николай почувствовал сильный удар в правое плечо, развернувший его лицом назад, а затем Попов упал на дно лодки, теряя сознание. Его еще успела посетить совершенно нелепая мысль о том, что очень неудобно ему будет лежать лицом на ногах бессознательного пленника.

На берегу появились фигуры нападающих с оружием в руках.

— Марк! — закричала одна из фигур. — Давай подтягивай лодку сюда!

— Да, блин, Лёха, я же не двужильный! Сейчас этого вытащу, пока он не утонул! — отозвался Марк. — Лодку и ты можешь к берегу подогнать, воздухом, а этого гаврика из воды только я могу тянуть!

— Простите, парни! Это я виновата! — прозвучал женский голос. — Я думала, он в лодку упадет, специально так выцеливала, а он за борт рухнул.

— Да всё нормально, не переживай! Главное сделано! Васильева нашли, похитителей определили. Лёха вон их ещё когда они уху наворачивали проверил — наши объекты. Засада сработала на пять баллов. Сейчас всё быстренько закончим. Мы же одаренные, а значит — с нами легче! — заявил до этого молчавший боец тройки магов, пытаясь приобнять за талию одну из фигур с винтовкой в руках, но быстро получил от этой фигуры по рукам и убрал пострадавшую руку за спину.

— Помогайте! — подал голос Марк. — Хватайте лодку и вытягивайте на берег!

Через некоторое время на берегу лежало два перевязанных тела, с туго стянутыми одноразовыми наручниками руками и одно — крепко спящее.

— И что дальше? — неуверенно спросил Денис.

— Дальше всё согласно плану. — недоуменно ответил ему Марк.

— Да я вот об этих вот. — толкнул сапогом Денис одного из похитителей. — Они же еще без сознания. Что нам с ними делать? Тут с ними возиться или так и оставить, пока за нами катер не придет?

— Да, посмотрим. Главное, что с Васильевым всё в порядке — он просто спит, обкололи его чем-то. — ответил Марк. — На базу мы всё сообщили, лодки вышли одновременно с нашим вылетом, так что ждем. Придут в себя — поспрашиваем. Не придут — значит, спрашивать их будут другие. Мы им первую помощь оказали? Оказали. А дальше — как карта ляжет.

— О! Глядите! Рыба! И здоровая какая! Это вам не карасик! — восторженно проорал Лёха, указывая рукой на плеснувшую хвостом рыбину. — Давайте ухи сварим? А то я, пока мы этих вот уху нюхали, весь слюной изошел! Вон и сетка небольшая в лодке есть.

Все остальные члены засадной пятерки при этой реакции опытного мага-боевика на обычную рыбу, почувствовали, как нервное напряжение, не отпускавшее их с самой высадки, тает, и негромко засмеялись.

— Ну, ты, Алексей, и карась! — прозвучал низкий женский голос на фоне тихого смеха.

* * *

Небольшие провинциальные городки хороши тем, что в них, в отличие от мегаполисов, нет постоянной суеты, нет постоянно куда-то опаздывающих толп сердитых и равнодушных людей. Даже движение автомобильного транспорта тут не отличается особой нервозностью, свойственной для оного, и такого знакомого автолюбителям Москвы, Новосибирска, Волгограда или других городов-миллионников нашей просторной страны. Тем удивительнее было наблюдать редким зевакам картину дорожно-транспортного происшествия с участием автомобиля и пешехода.

Вроде бы всё ясно, водитель мощного «Горца» зазевался и сбил женщину-пешехода, но самые первые очевидцы отчего-то заявляли, что прилично одетая женщина сама взяла и выпрыгнула под колёса многотонного внедорожника. Глупость же несусветная? Впрочем, очень быстро появившиеся сотрудники дорожной полиции заполнили протоколы ДТП, деловито и с привычной сноровкой восстановив картину событий. И вот тут редких свидетелей аварии очень быстро и даже с какой-то охотой сменили совсем другие люди, утверждающие, что они были тут с самого начала и видели, что женщина вовсе не бросалась под колеса машины, а аккуратно переходила проезжую часть. Тогда как тяжелый внедорожник на большой скорости выскочил из-за поворота и ударил чудом выжившую пострадавшую. Более того, эти самые многочисленные очевидцы хором заявили, что за рулем автомобиля сидел не мужчина среднего телосложения, что заявил о себе, как о водителе транспортного средства, а вон тот юноша, что сейчас, вот ведь наглость какая! — со скучающим видом поигрывает металлической тростью.

— Да что же это такое?!! — громко голосила пострадавшая, довольно миловидная, но уже начавшая увядать, женщина из тех, что по поводу возраста всегда отвечают, что им «чуть за тридцать», демонстрируя всем желающим ободранные голые колени и сверкающие свежими ссадинами руки. — Малолетние мажоры понапиваются, обнюхаются своими наркотиками и честных людей на своих дорогих машинах сбивают?!!

— Женщина, вы с ума сошли? Что вы несете? — возмутился стоящий рядом мужчина, одетый в светло-серые свободные брюки и серую же футболку, на которой выделялась открытая оперативная кобура. — Какие мажоры? У вас повылазило, и вы не видели ни машины, ни того, кто был в ней за рулем?

— Людииии! — пронзительно завизжала жертва ДТП. — Видели? Нет, вы видели?!! Мало того, что среди бела дня меня машиной сбивают, так меня ещё и при всем честнОм народе оскорбляют! Сумасшедшей обзывают! Да что же это такое?!! Я этого так просто не оставлю!

— Да чего ты не оставишь, дура?!! — взорвался мужчина. — Ты что под наркотой? Сама под колеса кинулась, а теперь ещё и несёшь ересь какую-то!

— Попрошу вас не накалять обстановку и не оказывать давление на потерпевшую. — скучным казенным тоном произнес полицейский, наконец, закончивший заполнять на удивление многочисленные протоколы.

— Да ты чего, командир? — удивился мужчина. — Какое давление? Ладно, ещё «потерпевшая», я всё понимаю, я — за рулём, машина — «источник повышенной опасности», всё такое, «пешеход всегда прав», но она же несет полный бред!

— Бред или не бред — это решать будет следователь, а потом и суд. — всё тем же казенным тоном отбрил мужчину полицейский. — А пока вы все вместе с нами едете в полицейский участок.

— Шеф, вам придется с Сергеем на такси дальше ехать. Или подождите, с базы уже выехала запасная машина. — развел руками водитель.

— Подождем. — отозвался молодой парень, постукивая себя тростью по руке. — Юристов уже предупредили, страховую — тоже, так что…

— Вы меня не поняли! Вы все вместе едете в участок! — строго произнес полицейский, делая ударение на слове «вместе», обводя раскрытой ладонью, как парня, так и двух его спутников.

— Вот так вот! — довольно заявила пострадавшая дамочка. — А то ты посмотри!..

— И вы — тоже. — буднично заметил полицейский. — Вот только сейчас коллега схему ДТП дорисует.

В это время подъехал автомобиль неотложной помощи, и оттуда выскочил медик, немедленно потребовавший пострадавшую в аварии женщину дать себя обследовать. От чего последняя отказалась, заявив, что она в госпитализации не нуждается и чувствует себя «вполне сносно для того, чтобы проконтролировать ход дела», а то ведь «знаем мы этих мажоров, сейчас на лапу даст кому надо, и всё замнут».

К тому моменту, как собралась небольшая толпа зевак, большинство уже вовсю обсуждало, как молодой наркоман-богатей сбил несчастную женщину, угробив её здоровье. Более того, как это часто бывает, всё больше людей из присутствующих с жаром доказывали недавно подошедшим любопытным, что они лично видели, как «обдолбанный» наркотиками юнец после ДТП выполз из-за руля и пересел в салон, а на его место быстро пересел вон тот мужик. Толпа возмущалась, охала, негодовала. А в душе каждый был рад, что вот сегодня будет чем поделиться из острых новостей с домашними или коллегами.

* * *

Сказать, что я недоумевал, было бы преуменьшением. На некоторое время я банально растерялся. Во время поездки в основное здание швейной фабрики, оно же по совместительству и здание службы такси, прямо под колеса нашей машины буквально сиганула какая-то тётка. Сегодняшний водитель, также как и сопровождавший меня охранник, отзывался на имя Сергей. Старший смены с утра даже баянисто пошутил про «что ни рожа — то Серёжа». Так вот, Сергей-водитель успел затормозить, и бестолковая тётка отделалась легкими ушибами. Сергей-охранник дисциплинированно выхватил пистолет и снял его с предохранителя, вертя головой на все триста шестьдесят градусов. После того, как оба Сергея убедились в том, что никакой явной опасности не наблюдается, Сергей-охранник вышел узнать у сбитой женщины, что с её самочувствием. Сергей-водитель же, согласно инструкции, остался за рулем, готовый к немедленному старту, и сообщил старшему сегодняшней смены охраны о произошедшем инциденте.

Как из-под земли, меньше чем через минуту после ДТП появился полицейский дорожный патруль. Сергею-водителю пришлось выйти из автомобиля. И я, позвонив Максимовичу, предупредил того, что задержусь, и также вышел наружу. А вот дальше началось какое-то кино. Суицидная дамочка начала голосить про то, что сбил её, оказывается, лично я, призывать все возможные кары на мою бедную голову и обвинять меня во всех смертных грехах, сосредоточившись на алкоголизме и наркомании. Откуда-то набежала толпа непонятных «очевидцев», которые хором подтверждали всё, что заявляла дамочка, а полицейские добросовестно записали их первичные показания, после чего потребовали, чтобы оба Сергея и я ехали к ним в участок.

Тень тут же поднял тревогу и просто запретил мне куда-либо ехать без адвоката. Более того, он, отыгрывая паранойю, настоял на том, чтобы я немедленно уведомил Шахова о моих, а если точнее, то его, соображениях насчёт подставного ДТП. Поразмыслив над его словами, я решил, что лишняя осторожность не помешает и по-быстрому отзвонил всем нужным людям. Шахов, как и Тень, страшно встревожился и также включил режим паранойи. Что же, когда два опытных человека начинают при странных непонятностях бить тревогу, думаю, стоит прислушаться к их мнению. Я собрался и начал периодически входить в ускорение, осматриваясь по сторонам, высматривая подозрительных людей, машины, и, как мог, отслеживал любое изменение картины.

Наконец, прибыла кавалерия в лице моего адвоката Дмитрия свет Александровича и усиленной тревожной группы боевой поддержки в лице сразу трёх троек, вооруженных до зубов. За это время никто на меня не нападал, на агрессию не провоцировал, хотя, возможно, этому помешал решительный вид обоих Сергеев, внимательно и демонстративно отслеживающих любую возможную опасность. Вот в таком составе мы и отправились в полицию, где всем новоприбывшим, кроме Демченко, пришлось остаться ожидать нас снаружи территории полицейского участка, а двум Сергеям пришлось сдать оружие, так как в это здание они попали не в качестве моей охраны, а в качестве то ли свидетелей, то ли подозреваемых.

В участке нас всех развели по разным кабинетам, со мной остался только Демченко. Следователь, очень низенький брюнет с заметными залысинами, неразборчиво представился скороговоркой, но Демченко вежливо попросил повторить всё сказанное разборчивее и более внятно. Следователь недовольно зыркнул исподлобья, но повторил. Дмитрий Александрович с невозмутимым видом записал его данные, даже не улыбнувшись. Мне же было труднее сдержаться, всё же опыта у меня меньше, и я заулыбался, но хоть не засмеялся в голос. Поначалу следователь со смешной фамилией Сосиска долго и нудно заполнял анкетные данные на меня, потом — данные на Демченко, как моего адвоката, затем ознакомил меня и моего представителя с нашими правами и обязанностями, а потом просто взял и вышел из кабинета, пробурчав что-то неразборчивое.

Отсутствовал он довольно долго. Мы с Демченко успели даже заскучать, неспешно перебрасываясь фразами. Но тут следователь Сосиска вернулся и, с торжествующим видом помахивая стопкой распечатанных листов, заявил.

— Ну, вот и всё! И не стыдно вам, Максимилиан Алексеевич? Пытались ввести следствие в заблуждение! Как нехорошо! — постучал пачкой листов ребром по столу с улыбкой следователь.

— Это вы о чем? — доброжелательно уточнил у него Демченко.

— Да вот, имперский подданный Бочкарёв Сергей Денисович, ваш сотрудник, верно? Признался моему коллеге в том, что за рулём сбившего гражданку Сафронову Лилию Андреевну, сегодня, недалеко от пересечения улиц Школьной и Нагорной, были именно вы! А его вы уговорили взять вину на себя, чтобы избежать полагающегося вам наказания! — и Сосиска мелко засмеялся, погрозив мне пальцем. — А вы знаете, что чистосердечное признание — облегчает понимание?

Вот это номер! Я задумался. Это что же должны были сделать с Сергеем-водителем, чтобы он написал или, скорее, подписал такой текст? Но тут всё тем же доброжелательным тоном подал голос Демченко.

— Антон Филиппович, может, прекратите этот цирк? Я не первый год работаю и прекрасно знаю, что заурядное дело о ДТП будет вести всего ОДИН следователь, а в случае особой сложности дела, например, участии в процессе клановых представителей, убийства трёх и более лиц и так далее, следственная группа создается не за один день. Вы же хотите нас убедить в том, что какой-то ваш коллега уже опросил одного из моих подзащитных. И последнее. — тут Дмитрий Александрович сделал короткую паузу, безмятежно уставившись в глаза следователю. — Оба сотрудника господина Коршунова проинструктированы, как своим непосредственным начальством, так и лично мной по поводу общения с правоохранительными органами. Без меня никто из них давать никаких показаний не будет! Поэтому — хватит трясти этими бумажками, и давайте уже закончим с опросом ПЕРВОГО из моих подзащитных!

Сосиска побагровел, набычился и тяжелым взглядом обвёл нас обоих. Затем свернул форматные листки в рулон, похлопал ими по ладони, резко развернулся и снова вышел в коридор.

— Не переживайте, Максимилиан Алексеевич! — с улыбкой обратился ко мне Демченко. — Обещаю вам, что если в течение трёх, точнее, уже двух часов и пятнадцати минут, вас не опросят, то мы с вами просто покинем это гостеприимное здание. Даже если для этого мне придётся звонить в прокуратуру и в Третью канцелярию.

В это время мой телефон тренькнул сигналом о входящей почте. Открыв входящие письма, я прочитал короткий текст и задумался. Значит, Васильева отбили. Это уже хорошо. Но тогда, получается, моё задержание — это ответный ход Синицына? Как-то мелко, как по-моему. Хотя, кто его знает, какие цели стоят перед этим Сосиской? Обменявшись мнениями с Тенью, я наклонился к Демченко и негромко поделился с ним нашими мыслями.

— Дмитрий Саныч, вполне возможно, что всё произошедшее, начиная с самого ДТП, изначально подстроено с целью затащить меня в полицейский участок. Вы ещё не в курсе, но, оказывается, у меня возникли некие разногласия с министром внутренних дел Синицыным.

— Насколько серьёзные? — подобрался Демченко.

— Достаточно серьёзные. Финансового характера. — коротко ответил я.

— Да, финансовые разногласия на таком уровне — это и правда серьёзные проблемы. — задумчиво протянул Демченко, задумался на короткое время и спросил. — Надеюсь, с Третьей канцелярией у вас никаких разногласий нет?

— С ними — никаких. — подумав, ответил я.

— Хорошо. Тогда, думаю, вы не будете против, если я побеседую со знакомым вам Лавочкиным?

К указанному господину я относился неоднозначно. Уж очень разные маски носил инспектор Третьей канцелярии Лавочкин. Я так и не понял, что он за человек. То он — тупой служака, то могущественный маг, то хитрый интриган…

— Вы считаете, это хороший ход? — всё ещё раздумывая, спросил я.

— Думаю, да. И своевременный. — уверенно ответил мой адвокат.

— Тогда я не возражаю. — кивнул я Демченко.

Тот немедленно достал телефон.

— Абонент недоступен. — огорченно посмотрел на меня Демченко. — Сейчас…

Адвокат начал быстро набирать что-то на экране телефона. На вошедшего Сосиску он бросил быстрый взгляд и продолжил набирать текст.

— Может быть, вам надо посетить туалет? — злобно сверля глазами сразу нас двоих, спросил следователь.

Сначала я хотел воспользоваться предложением следователя, но меня перебил Демченко.

— Нет уж, благодарю. Давайте, побыстрее закончим с нашими делами, и господин Коршунов воспользуется ванной комнатой у себя дома.

Я бросил быстрый взгляд на закончившего печатать Демченко. Он чего-то опасается? Тогда посидим, подождем.

— Может быть, хотите чай, кофе? — с явно фальшивой улыбкой спросил у нас Сосиска. — Простите за недавнее — профессиональная деформация.

— Нет, спасибо! — отрезал Демченко.

— А я выпью! — заявил следователь. — С утра ни крошки во рту не было. Ах да, у меня же сахар закончился! Одну минуту!

С этими словами следователь снова вышел из кабинета, оставив нас с Демченко вдвоём.

— Будь готов к неприятностям! — с тревогой предупредил меня Тень.

— Угум. — отозвался я.

— Не нравится мне всё это. — вторил Тени Демченко.

В это время открылась дверь, и внутрь заскочила давешняя пострадавшая, как её там — Сафронова? Цепким и каким-то профессиональным взглядом окинув обстановку в кабинете, она подошла к столу и…

— Аааааааа! Караул!!! — дико заверещала женщина. — Убивают!!! Помогите! АААААААА!!!

Со стола на пол полетели какие-то бумаги, канцелярский набор. Сама «потерпевшая» рухнула спиной на пол, рванула ворот своего тонкого сарафана и выставила в мою сторону руку с зажатым в ней канцелярским ножом.

— Вииииииии! — Чуть не переходя на ультразвук, завизжала чокнутая тётка.

Внутрь ввалился следователь, а за ним ещё несколько людей в гражданском.

— Прекратить! — рявкнул Сосиска.

Тётка резко замолчала и начала всхлипывать.

— Что тут происходит? — грозно спросил следователь.

— Вот он, — ткнула в мою сторону зажатым ножом Сафронова. — грозился меня убить! Платье вот порвал и битой своей железной угрожал, замахивался! На стол повалил! Мне вот канцелярией всякой пришлось защищаться.

Тут она снова заголосила, добавив плаксивости в голос.

— Да что же это такое делается-то? Прямо в полиции убивают! Никого не боятся богачи-мажоры!

— Тихо! — Громко прекратил её нытьё следователь и повернулся к остальным. — Вот видите, граждане, какое непотребство прямо у меня в кабинете устроил господин Коршунов?

Лица некоторых новоприбывших были знакомы. Это же «очевидцы ДТП»! Кстати, довольно сердитые лица.

Следователь Сосиска повернулся ко мне и с торжествующим видом заявил.

— Господин Коршунов Максимилиан Алексеевич, вы задержаны по факту нападения на госпожу Сафрону Лилию Андреевну! Следствие будет разбираться, как трактовать ваши действия, но лично я усматриваю в произошедшем нападении факт покушения на убийство!

Глава 25

Крупные толстые пальцы с побелевшими от напряжения ногтями сжимали тонкий корпус одного из самых дорогих смартфонов, производства клана Синицыных, до тех пор, пока технологичное устройство не лопнуло. Но даже так сильная рука продолжала крошить несчастный аппарат. На пол посыпались куски пластика и стекла, а некоторые части телефона глубоко воткнулись в ладонь грузного, крупного немолодого мужчины с большими залысинами на голове. Боль от пораненной ладони привела Александра Анатольевича Синицына в себя. Он недоуменно посмотрел на торчащие из руки остатки смартфона, а затем брезгливо тряхнул несколько раз рукой. На крошечных ранках уже образовалась тонкая ледяная кромка, охлаждая их и останавливая кровь.

— Идиоты! — громко и внятно произнес архимаг. — Почему у меня в ведомстве служит столько идиотов? Сначала полудурок Табикеев со своей самодеятельностью, теперь ещё и этот!..

Министр внутренних дел Российской империи глубоко вдохнул, прикрыл глаза и откинул голову назад. Он прокручивал в голове состоявшийся разговор и размышлял о том, где же он допустил ошибку? Как вышло, что простой и действенный план по нейтрализации всего одного человека дал сбой? Ладно ещё ситуация в Якутии. Дикий край, дикие люди. Он всего лишь попросил одного полковника уделить пристальное внимание происходящему в районе посёлка Мирный, а особенно всем новым подозрительным людям и, если получится, ЕСЛИ, специально же сказал!!! то постараться добыть информацию из первых рук. По какой причине Табикеев организовал целое похищение, ещё и убили кого-то там вроде, Синицын не понимал. Закончилось всё вообще тем, что тупой полковник сообщил Александру Анатольевичу, что операция по захвату «языка» провалилась. Вот нах… зачем Александру Анатольевичу об этом знать? Мозги у этого Табикеева есть или там одна извилина, и та — от фуражки?

Но то далекая и глухая Якутия, где медведей больше, чем людей. Но теперь же вот прямо тут, в Подмосковье, и такое фиаско! А ведь он лично, лично!!! связался с начальником полицейского управления города Обнинска и попросил его об услуге. Нужно было всего-навсего организовать уголовное дело в отношении молодого некланового коммерсанта. Обязательно с имущественными претензиями, чтобы можно было сразу же наложить арест на его имущество, в числе которого находились акции нужного Синицыну предприятия. Затем начинающему бизнесмену популярно бы объяснили, что, как магу, тому грозила бы не тюрьма, а государственные строительные отряды, где молодой Коршунов очень быстро бы умер. Альтернативой такого развития событий было бы одно — передача прав собственности на вышеуказанные акции клану Синицыных. Да они даже заплатили бы ему за них хорошие деньги!

Министр раскрыл глаза, подошел к столу и нажал на кнопку селектора.

— Лилия! Послеобеденный набор мне! Сейчас же! — громко пробасил Александр Анатольевич и уселся в монументальное кресло.

Мысли его продолжали крутиться вокруг дела с Коршуновым. Синицыну было всё равно, каким образом городской начальник полиции добьётся результата. Оказалось — зря. Этот недоумок подключил одного своего человека — следователя-идиота, а тот — таких же идиотов-исполнителей. Это сборище недоумков не придумало ничего лучше, чем инсценировка ДТП с участием фигуранта, а затем, уже в полицейском участке, типа пострадавшая в ДТП, совместно со следователем, изобразили картину нападения Коршунова на глупую бабу. Идиоты! Почему было не остановиться на версии с ДТП? Нет, перебдеть они решили! Чтобы уж точно всё получилось! В итоге, получилось всё похе… кхм, поломать. Адвокат этого самого Коршунова запустил на своём смартфоне видеосъёмку, куда смотрел следователь с совершенно идиотской фамилией Сосиска, непонятно? И, естественно, тупая провокация была заснята полностью, от начала до конца. После чего, наглый адвокат переслал видеофайл в прокуратуру, УСБ и Третью канцелярию. В общем, задержать Коршунова не удалось. Кстати, надеюсь, хоть записи уличных камер с якобы ДТП начальник городской полиции додумался удалить?

Раздался негромкий стук и в кабинет, аккуратно открыв дверь, вошла стройная фигурка помощницы в ладно пошитом мундире, подчеркивающем все достоинства этой самой фигуры. В руках она несла поднос, на котором стоял небольшой, грамм на триста, стеклянный графин с коньяком, снифтер, парящая чашка со свежесваренным кофе и блюдце с нарезанным лимоном. Там же находились солонка и перечница. Александр Анатольевич предпочитал закусывать коньяк долькой лимона, посыпанной солью и чёрным перцем.

Министр важно кивнул Лилии, дождался пока она поставит поднос на стол, нальёт ему на два пальца коньяка, после чего залпом опрокинул бокал. Лилия в это время уже посыпала лимон солью и перцем. Министр забросил в рот одну дольку лимона, сжал её крепкими зубами, так что она брызнула соком в стороны, провоцируя вкусовые рецепторы на обильное слюноотделение, и, не удержавшись, хлопнул помощницу ладонью по крепкому заду, обтянутому форменной юбкой. Та в ответ на это действие скромно потупила глазки.

— Александр Анатольевич!

— Иди. Думать буду. Для всех — я занят. — рыкнул Синицын помощнице и действительно стал размышлять.

Правда, это совершенно не мешало ему пить коньяк, запивая его кофе и закусывая лимоном.

* * *

— Просто возмутительно! Где твоя скорость? Где реакция? — стыдил меня Тень. — Почему простой человек успел среагировать, а ты, Супер, — нет? Тебе что, скорость нужна только чтобы по стенам бегать и шарики твои швырять? А голова — чтобы в неё есть?

От такого упрека у меня сорвалась рука, и очередной шарик воткнулся в девятку.

— Тень, ну хватит уже! Я понял, что я протупил. — взмолился я.

— Ничего не хватит! — разорялся старший Максимилиан у меня в голове. — Главная сила Супера — это его мозг! Зачем тебе скорость, если ты сам по себе — тормоз? Ты же прекрасно понял, что этот Сосиска вышел из кабинета не просто так! Ты знал, что тебе нужно опасаться полицейского ведомства! Ты ожидал неприятностей. Так почему ты не был готов?!!

— Я был готов. — запротестовал я. — Ты же знаешь, что левая рука у меня уже была в кармане с коробочкой для шариков, а в правой я крепко держал трость. Просто я не ожидал, что будет не нападение, а вот такое представление.

— Ты сейчас оправдываешься прямо как ребенок. — более спокойным тоном резюмировал Тень. — Я не понимаю, что с тобой происходит? Гормоны играют? Юношеская влюбленность отключила мозги? Объясни, Макс, что с тобой случилось? Я годами воспитывал в тебе ум, способности к анализу и планированию. Но в последнее время просто тебя не узнаю. Чувствую себя отцом, у которого сын достиг подросткового возраста и стал вести себя, как… как… Теперь я начинаю сомневаться, что у тебя получится реализовать план по становлению тебя самым молодым миллиардером.

В голосе Тени слышалась горечь и разочарование.

— Прости. Ты прав. — признал я. — Сам не пойму, что со мной. Но обещаю, что я соберусь и снова стану прежним Максом.

— Надеюсь. Пойми, Макса, игры давно кончились. Сейчас на кону такие ставки, что тебя сотрут в порошок просто мимоходом. Ты постоянно должен быть начеку. Постоянно ожидать подлости и нападения. И ты должен думать головой. Должен, Макс! Это хорошо, что ты послушался моего совета и решил не затягивать с информационным оповещением об алмазных месторождениях и твоей личности. Надеюсь, с появлением информации в СМИ и обнародованием этих фактов твоим противникам будет сложнее захватить твои активы. Только почему ты до сих пор не подал заявку на имя императора о создании клана?

— Э… — на этот вопрос у меня не было внятного ответа.

Действительно, я непозволительно расслабился, и такое поведение может выйти мне боком. Тень полностью прав. В нелепой ситуации, произошедшей в кабинете у следователя со смешной фамилией, я показал себя не лучшим образом, в отличие от Демченко. Я ожидал неприятностей, но не думал, что это будет такая наглая и беззастенчивая провокация. А вот Дмитрий Александрович, наоборот, готовился как раз к различного рода провокациям. Так что первым делом, когда мы остались одни в кабинете, он достал свой смартфон, включил видеосъемку, под запись объявил дату, время и засунул его в нагрудный карман, камерой наружу. Поэтому всё представление одного актера в лице этой Сафроновой было записано на камеру. Только благодаря Демченко меня не задержали. Я хмыкнул, вспомнив багровую рожу следователя Сосиски после того, как мой юрист с невозмутимым выражением лица достал телефон, отправил видеофайл с записью нескольким адресатам, после чего так же невозмутимо оповестил всех находящихся в кабинете о том, что всё происходящее снималось на видео и это видео уже получено представителями УСБ МВД, прокуратуры и Третьей канцелярии. На поднявшийся шум в кабинет заглянул даже начальник следствия, который через несколько минут, ознакомившись с представшей его глазам картиной и пошушукавшись с Сосиской, умыл руки и ушёл. Багровый, то ли от злости, то ли от гнева, Сосиска в свою очередь удалил всех посторонних из кабинета и потребовал от меня подробное объяснение о произошедшем ДТП. Демченко, не церемонясь, снова запустил видеосъемку, даже с какой-то нарочитой демонстративностью, и попросил следователя оставить нас на некоторое время для обсуждения нюансов, сославшись на соответствующие статьи законов. На удивление покорный, Сосиска вышел в коридор, сообщив, что у нас есть десять минут.

Когда Сосиска, вернувший своему лицу нормальный цвет, возвратился, объяснение уже было готово. А чего ему не быть готовым, когда я там коротко написал в стиле «Ехал. Сидел в салоне. Затормозили. Ничего не видел. Всё». Как не пытался Сосиска выцыганить у меня ещё хоть что-нибудь, я, наученный своим адвокатом, отвечал, что мне нечего добавить. Так что следователь, скрепя сердце и скривив недовольную мину, спустя полчаса вынужден был подписать мне пропуск на выход из полицейского участка. Кстати, камеру на своём смартфоне Демченко выключил только после того, как мы сели в нашу машину. Затем он попрощался со мной и направился обратно в участок. Ему предстояло отбить ещё двоих подзащитных — наших Сергеев.

В машине меня чуть ли не подбрасывало от избытка адреналина и негодования. Так что я решил успокоиться привычным образом. Поэтому мы поехали не домой, а на базу к «легионерам». Там я методично начал пробивать мишени стальными шариками, метая их с двух рук. Стоя, сидя, в движении. А Тень начал меня пилить, хотя, надо заметить, за дело. Ещё когда я узнал, кто является моим противником, спасибо «Божечки-кошечки», Тень предложил осветить на всю страну факт обнаружения богатейших алмазных залежей в Якутии, которые, по сути, относились к моей личной собственности, а также инициировать процесс создания нового клана. Моего клана. Для чего я, а точнее Дьяченки от моего имени, должны были подать все необходимые документы, аргументируя правомочность появления нового клана как раз существованием кимберлитовых трубок. Таким нехитрым способом мы, как минимум, убирали возможность по-тихому отнять у меня акции «Мирного». Но, если информацию в различные СМИ мы разослали, то с кланом я не спешил. Там дело не быстрое и… Да, честно говоря, побаивался я. Сам понимаю, что рано или поздно клан нужно будет создавать. Этого просто требуют обстоятельства. Сейчас вышло так, что клан надо создавать именно что «рано». Но…

— У тебя что, комплексы? — влез Тень. — Ты всегда м… негативно относился к кланам и клановым. У тебя есть основания для такого отношения. Твои родственники по отцу, некоторые знакомые тебе клановые заслуживают подобного. Но на них свет клином не сошелся. Вспомни тех же Щукиных, на которых работала твоя мать. Вспомни Лисовских, которые честно вели с тобой дела. Если бы кланы представляли из себя только сборища высокомерных и тупых болванов, то они никогда бы не смогли стать экономическими локомотивами разных государств мира. А простые обыватели не стремились бы с такой силой попасть в кланы. И, напоследок, ты создаешь новый клан. Твой клан, с твоими людьми. И только ты будешь определять его стратегию развития, направление деятельности и многое другое, включая социальное обеспечение членов клана. Подумай об этом!

— Хорошо! — согласился я с Тенью.

Бросив последний шарик, и даже не посмотрев, куда он попал, я решительно направился к лестнице. Тень прав, пора перестать рефлексировать. У меня есть цель, и я буду добиваться достижения этой цели всеми силами. Телефон, лежащий на обшарпанном, старом столе, перекочевал ко мне в руки, и я набрал старшего Дьяченко.

— Игорь Евгеньевич? Здравствуйте!.. Можете говорить?.. Отлично! Игорь Евгеньевич, запускайте процедуру регистрации клана… Чем скорее — тем лучше… Да, конечно… Спасибо, и вам!..

Нажав на кнопку отбоя, я с облегчением вздохнул. Вот я и сделал это. Процесс запущен, и обратного хода нет. Надеюсь, информация в СМИ заставит даже такую публичную фигуру, как министр внутренних дел, действовать аккуратнее. Или хотя бы не так топорно, как сейчас. Я нервно хихикнул, вспомнив красную физиономию Сосиски. Со дня на день инфосфера Российской империи просто всколыхнётся от новости об алмазах и о моей скромной особе, и Синицыным уже не удастся сделать что-либо со мной без огласки на всю страну.

Насвистывая веселую мелодию, я поднимался по ступеням, чувствуя, что настроение у меня тоже поднимается. Теперь и на душе легче. Но что-то я ещё хотел сделать. Точно! Я снова достал телефон и набрал абонента «Божечки-кошечки».

— Да… Дело срочное. МВД уже сделало свой ход. Подстроенное ДТП с попыткой выставить меня нарушителем ПДД и даже несостоявшимся убийцей… Нет, от последнего удалось отбиться. Демченко оперативно среагировал… Нет, за рулём также был не я. Если получится, то мне нужны записи с камер наблюдения. Пересечение улиц Нагорная и Школьная… Желательно с запасом… Буду ждать с нетерпением.

Теперь мне остается только набраться терпения и ждать.

С базы я уехал не сразу. Раз уж я сюда попал, то решил заодно и провести полноценную тренировку. Набегавшись и напрыгавшись, я снова тренировался уворачиваться, сначала от мячей, а затем и от пуль, резиновых, конечно. На этот раз премий за попадания по мне, любимому, никто не получил. Бойцы расстроились, а моё настроение, наоборот, поднималось всё выше и выше.

По окончании тренировки, приняв душ, я быстро переоделся и с неизменной тростью подмышкой, уставший, но дико довольный, потопал к ожидающим меня машинам. В этот момент у меня зазвонил телефон. Ух ты! Вовка Чума!

— Здорово, пропажа! — радостно поприветствовал друга я.

— Привет, Макса! — пробасил Вова.

— Чертовски рад тебя слышать! Как ты? Как мама Люда? Ты поболтать или по делу? — улыбаясь, заговорил я.

— Взаимно, братка, взаимно! — отозвался Вова. — Все хорошо и всё хорошо! Я так, поболтать, а заодно и обрадовать тебя новостью. Тут я, ну не совсем я, учитель помогал, в общем, сковали мы тебе трость, как ты и просил. Получилось вроде неплохо. Я её уже зачистил, сверкает, как серебряная!

— О, отличная новость! — заверил я Чуму.

— Только ты это, не приезжай за ней. Я лучше сам тебе привезу, от греха. — с заботой в голосе попросил Чума.

Это он на прошлое моё посещение намекает, когда на обратном пути из кузни на меня было совершено покушение, что ли?

— Как скажешь. — согласился я с Вовкой. — Когда тебя ждать?

— Да завтра ближе к вечеру заскочу. Ты там занимайся своими делами, если будешь занят или тебя не будет — я через охранников твоих передам.

— А поболтать? — спросил я Вову.

— А поболтать — это ты как к нам в гости заедешь. На оладушки или просто. Мама будет рада.

— Как, кстати, её здоровье? — спросил я.

— Да всё отлично, спасибо тебе, Макса, за это! — бодро пробасил Чума.

— Ну и замечательно!..

В это время у меня начал мигать экран, сигнализируя о том, что второй линией вызова меня хочет услышать абонент «Божечки-кошечки».

— Ладно, Вовка, давай, обнял тебя, а то у меня вторая линия. — с этими словами я переключился на другого абонента.

Глава 26

— Алло? — на автомате бросил я в трубку, хотя и знал, что общаться со мной будут не напрямую, а через аудиопрограмму, озвучивающую набранный текст.

Механический безэмоциональный голос вывалил на меня не очень хорошие новости. На полицейском сервере все видеофайлы с камер, снимающих нужное мне пересечение улиц, оказались удалены. «Божечки-кошечки» утверждали, что они могут восстановить даже удаленные файлы, но для этого им нужен был физический доступ к серверу. А его не было. Что же, тут административный ресурс наших противников сыграл против меня успешно. Жаль, что не получилось так же легко, как и в случае с провокацией в кабинете следователя, но, что уж тут поделаешь?

— Тебе не кажется, что ты уже относишься к своей анонимной разведке, как к палочке-выручалочке? — недовольно спросил у меня Тень.

Подумав над его словами, вынужден был признать, что он в какой-то мере прав. Я действительно начал неосознанно ожидать чего-то нереального от «Божечки-кошечки». Как какого-то чуда, прямо. А так не должно быть.

— Приехали, шеф! — отвлек меня от раздумий Константин.

Сегодня именно он сопровождал мою тушку.

В фойе меня ожидал сюрприз в виде Назаровой и Азимова.

— Здравствуйте! — тепло, но удивленно поздоровался я со своим ближним кругом.

— Здравствуйте, Максимилиан Алексеевич!

— Здравствуйте, шеф!

Нестройно поприветствовали меня мои неожиданные посетители.

— Что вас привело в наши пенаты? — обратился я к Азимову. — Светлана, понятно, она здесь живёт, а вы?

— Мы оба — к вам. — решительно заявила Назарова.

— Хм… Решили заглянуть на чашечку кофе? Что же, пройдёмте. — приглашающее повёл ладонью я.

Дома я привычно сунул ноги в мягкие тапочки и пошлёпал на кухню, к кофемашине.

— Все будут кофе?

Я дождался двух кивков, запустил машину и снова спросил.

— Сахар, молоко, сиропы?..

Итогом долгого и вдумчивого разговора стал общий вывод о том, что в ближайшие несколько дней, пока телевидение, газеты и интернет-ресурсы не растиражируют информацию обо мне, как о владельце контрольного пакета ОАО «Мирный», мне лучше вообще не покидать своего дома, во избежание различного рода провокаций и просто неприятностей. Данные об алмазных месторождениях были разосланы в ряд СМИ почти две недели назад, но до сих пор ни одно издание ещё не огласило эту информацию. Интересно, почему? Проверяют? Тень считает, что очень уж невероятная это тема, для того, чтобы без проверки публиковать подобное. На всякий случай, я даже отписал Киму, чтобы наши сотрудники, в случае общения с прессой, не скрывали правду о собственнике предприятия и о предполагаемых объемах ископаемых. Мне же предстояло несколько ближайших дней сидеть под своеобразным домашним арестом, даже лишив себя полноценных тренировок.

Почти неделя тянулась так, будто в сутках количество часов удвоилось, а то и утроилось. В телефонном, и не только, режиме я постоянно общался со всеми важными структурами моих таких разных по виду деятельности предприятий. Довольно часто я общался с «Божечки-кошечки». Всё было просто подозрительно хорошо: новые фабрики легкой промышленности развивались, строились новые цеха, в «Стрелу» по выгодной лизинговой программе было закуплено несколько десятков автомобилей, наши таксисты охватили несколько ближайших населенных пунктов, а в Балабаново, Белоусово и Боровске «Стрела» также стала единственной организацией, предоставляющей услуги такси. Недостроенные отели в Крыму ударными темпами приводились в порядок, и даже в Якутии строители довели до ума все запланированные постройки, и сейчас занимались внутренней отделкой. Тень бурчал, что «это жжж неспроста», и нужно ожидать неприятностей. Я считал, что в этом случае он полностью прав, и был внимателен, как никогда, ожидая чего-то такого. Но неприятностей пока не было. Это нервировало, также, как и странное и непонятное бездействие со стороны Синицыных.

Но любое ожидание рано или поздно заканчивается. Закончилось и моё вынужденное сидение дома. «Однажды он проснулся знаменитым». Или что-то в этом роде. В общем, в один день, до сих пор не знаю, прекрасный или же наоборот, мне прямо с утра позвонила Светлана и сообщила, что сразу в трёх еженедельниках и в нескольких интернет-издательствах сегодня рано утром появились статьи о том, что Российская империя превращается в государство, которое теперь готово заявить о себе, как о потенциальном мировом лидере по добыче природных кристаллизованных углеродов, или, говоря обычным языком, алмазов. Сообщалось о районе месторождений, предприятии, которое будет заниматься добычей, а также о вашем покорном слуге, как об основном собственнике этого предприятия. При этом журналисты ссылались на те самые документы, которые мы и отправляли в различные СМИ.

Надеюсь, что теперь я смогу себя обезопасить хотя бы от подковёрной борьбы с кланом Синицыных, внаглую использующих МВД в своих грязных планах.

— Теперь-то мне можно выйти наружу? Хотя бы на тренировку? — с довольной ухмылкой спросил я у Шахова.

— Может быть, подождем, пока не появится результат наших действий по созданию клана? — с надеждой в глазах предложил тот.

— Э, нет! Так вы меня еще несколько месяцев будете мариновать в четырёх стенах! А у меня учёба в сентябре! Да и огласка уже пошла. Так что хоть ненадолго, но выбираться из своей берлоги мне уже нужно.

— Но обязательно с усиленной охраной! — поставил условие мне Шах.

* * *

— Какие люди! Вячеслав Валерьевич, собственной персоной!

С этими словами к Лавочкину, раскинув руки в стороны, подошёл его старый знакомый и коллега, Шепелев Аркадий Михайлович. Знакомы они были уже лет пятнадцать, периодически встречались на праздниках, неплохо общались, правда, в последнее время всё реже. Лавочкин больше выполнял инспекторские функции, а Шепелев, в основном, занимался бумажной волокитой в конторе.

— Аркадий Михайлович! — с улыбкой похлопал по спине Шепелева Лавочкин. — Сколько лет, сколько зим! Рад тебя видеть, дорогой!

— Слава, ты уже обедал? А то я сейчас помру с голода! — с экспрессией сказал Шепелев.

— Ты знаешь, нет. Сам подумывал о том, что надо сходить поесть, со вчерашнего дня кроме кофе во рту ни крошки не было. Так и похудеть можно! — ответил Лавочкин, озабоченно поглаживая свой внушительный животик.

Сегодня коллеги встретились в малом здании Третьей канцелярии в Старой Москве. Поэтому пообедать они зашли в очень недешевый, как и все заведения подобного рода в Деревянном Местечке, трактир. Точнее, «Трактиръ». Подавальщица была в укороченном сарафане и косынке, очень интересно стилизованных под старину, правда, подол сарафана был намного выше колен, зато на ногах были мягкие укороченные сапожки с широким голенищем.

— И не жарко ей? — подумалось Лавочкину.

Взяв на двоих целого запеченного гуся с яблоками, салат из свежих овощей под сметанным соусом, половину темного, только что из печи, ноздреватого ржаного хлеба и по кувшину кваса, сотрудники Третьей канцелярии стали насыщаться, болтая при этом ни о чем и обо всём.

— И в какие края ты в этот раз мотался? — с искренним интересом спросил Лавочкина Аркадий.

— Ой, Аркаша, занесло меня на Урал. Помнишь волна пошла после того случая с Куркиными, Олафссонами и Коршуновыми? Вот там, в Пермском крае выявилось такое! — Лавочкин покачал головой. — Просто ни на одну голову не налезает! Сплошное кумовство, коррупция, всё, вот абсолютно любую проблему там можно было решить при помощи денег! Там между собой породнились судьи, градоначальники, полицейские начальники, УСБшники, прокуроры, Арбитры. Бррр.

— Копнули, и там такое на свет полезло, что пришлось батальон «Волкодавов» в помощь вызывать, и даже просить помощи у Службы Имперской Безопасности!

— Да ты что?!! — пораженно застыл Шепелев.

— Угу. Честное слово, не ожидал такого уровня противодействия! — замахал на эмоциях вилкой с наколотым куском птицы Лавочкин.

— И что в итоге? — спросил Шепелев.

— Да, что? — Лавочкин сделал большой глоток кваса. — Эх, хорошо! В итоге, во ВСЕХ городах Пермского края поменялись мэры и до четверти сотрудников всех силовых структур, надзорных организаций и государственных администраций. А государственные строительные отряды пополнились большим количеством неофитов.

При этих словах Лавочкин ухмыльнулся так, что сидящим через столик он государственных служащих четверым мужчинам, с клановыми нашивками на одеждах, стало не по себе, и они дружно отвели глаза в сторону, успев заметить ещё, как, ставший похожим на злобного волчару, мужчина в возрасте, потёр пальцем перстень-печатку с литерой «А».

— Да… Дела… — откинулся на спинку стула Шепелев. — Кстати, знаешь, презанятнейший случай на днях произошёл с этими самыми Коршуновыми.

— Да? — вопросительно поднял одну бровь Лавочкин, не переставая жевать сочное мясо.

— Ага. — Шепелев захрустел салатом и продолжил. — Приносят мне на проверку из канцелярии обращение. О создании клана. От Коршунова! Представляешь? Ха-ха-ха! Ещё и в обоснование указали «в связи с чрезвычайной пользой, принесенной государству Российскому, многими благами и величайшим открытием полезных ископаемых, что позволили Российской империи называться алмазной державой»! Ну, и в таком духе. Представляешь, кино какое? А-ха-ха-ха!

Но Лавочкин, отчего-то не поддержал смех коллеги.

— Ты чего? — посерьезнел Шепелев.

— Какую резолюцию ты поставил на обращение? — прищурившись, спросил Лавочкин.

— Э… Ну… — замялся Шепелев и неуверенным тоном продолжил. — «Отказать в связи с недостоверностью изложенного».

— Аркадий! Ты что не…? А, хотя да, это же была закрытая информация! — взмахнул рукой Лавочкин. — Что там за Коршунов был, не помнишь?

— Э… — поднял глаза к потолку Шепелев. — Вроде Михаил? Нет. Максим?..

— Максимилиан? — подсказал Лавочкин.

— Точно! — щёлкнул пальцами кабинетный работник. — Максимилиан Алексеевич Коршунов!

В это время по всему залу послышались женские и мужские вздохи, и различные междометия. Сотрудники Третьей канцелярии закрутили головами и, проследив за всеобщей реакцией, также повернули головы к работающей плазменной панели на стене.

— … никогда! Это просто невероятно! — молодой мужчина со стильной стрижкой с микрофоном в руке на экране еле сдерживал эмоции. — Вы просто представьте себе! К сожалению, с господином Коршуновым не получилось встретиться, мы разминулись с ним буквально на несколько минут, но у нас получилось взять интервью у его секретаря.

Камера навела фокус на красивую сероглазую шатенку в элегантном костюме.

— Светлана Петровна, ответьте всего на один вопрос! Это ПРАВДА?

Девушка улыбнулась и потянулась лицом к протянутому микрофону.

— Да. Чистая, как камень самой чистой воды, правда!

Зал снова пораженно ахнул.

— Да что случилось-то? — сердито возмутился Шепелев.

— А, это? — промокнул салфеткой краешек рта Лавочкин. — Это в новостях уже сообщают ранее известную только очень узкому кругу лиц информацию об огромных запасах алмазов в Российской империи, открытых и разрабатываемых предприятием, принадлежащим некоему Коршунову Максимилиану Алексеевичу.

— К…К… Как это? — дрожащим голосом спросил не пойми кого Шепелев.

— Вот как-то так. — развел руками его коллега. — Знаешь, Аркаша, на твоём месте я бы немедленно рванул на рабочее место, поднял одно обращение с твоей резолюцией, пока оно не ушло адресату, и поменял оную на «верно. удовлетворить».

— А? — непонимающим взглядом посмотрел на Лавочкина Шепелев.

— Обращение. Коршунова. С твоей резолюцией. — чётко и внятно произнес Лавочкин.

— Точно! — прямо подпрыгнул на месте Шепелев. — Слава, мне надо бежать!

Грохнул упавший на пол стул и Аркадий Михайлович выскочил из трактира, позабыв на столе бумажник и очки. Инспектор Лавочкин невозмутимо продолжил насыщаться, думая о чем-то своём.

* * *

Толстые крупные пальцы с идеальным маникюром били по столешнице в неспешном ритме. На одном из пальцев блестела золотом скромная простая печатка с литерой «А». В просторном кабинете в полной тишине был слышен лишь этот стук и громкий ход больших напольных часов.

Синицын Юрий Львович, не смотря на свои шестьдесят семь полных лет, выглядел лет на сорок. Он постоянно пользовался услугами целителей, оттого в его светло-русых волосах не было даже седины. Сам он был высок, атлетично сложен и обладал очень умными глазами. При этом он являлся магом очень редкой стихии — стихии металла.

Сидевший напротив него человек также мог похвастать рангом «А», но только в стихии огня. Это был тоже Синицын, только Денис Витальевич, и было ему всего тридцать. Но, не смотря на молодой возраст, молодой Синицын уже был заместителем начальника СБ клана. И он только что закончил доклад Главе по одному очень важному для клана вопросу.

— Значит, говоришь, что Александр Анатольевич с этим мальчишкой облажался полностью?

— Да. — коротко ответил младший Синицын. — И даже дважды. Он, конечно, ссылается на эксцесс исполнителей в обоих случаях, но результат, как говорится, налицо.

— То есть на административный ресурс можно не рассчитывать. — задумчиво произнёс Глава клана.

Денис Витальевич промолчал.

— Зря я сделал ставку на нашего министра, зря. Моя ошибка… Какой запасной вариант у тебя есть?

— Аналитики проработали несколько вариантов. К сожалению, все они нежизнеспособны. Объект наглухо заперся под охраной в своей квартире и не покидает её уже несколько дней. Со дня на день ожидается информационный вброс через СМИ новости о существовании кимберлитовых трубок. Информация уже прошла в ряд газет и каналов. Пока всё на уровне слухов, но данные проверяются и рано или поздно акулы пера придут к выводу о правдивости данных, и тогда… Тогда уже будет поздно что-либо предпринимать. — безмятежно посмотрел в глаза своему Главе замначальника СБ.

— Что нам остаётся? — медленно спросил Юрий Львович.

— Есть неплохие шансы, что в случае внезапной смерти объекта, имущество не смогут выморочить в пользу государства, так как у него есть живые родственники, хоть и очень дальние. А вот в этом случае должность Александра Анатольевича может нам помочь. У Коршуновых сейчас настолько большие проблемы, что давления полиции они могут просто не перенести. В этом случае аналитики прогнозируют вероятность приобретения нами до тридцати процентов всех акций нужного нам предприятия.

— Тридцать — это лучше, чем ничего. А в такого рода занятии тридцать процентов «Мирного» сделают наш клан номером один в империи. — подытожил старший Синицын. — Ну, что же. Даю тебе добро на ликвидацию объекта. И не подведи меня, Денис! И тогда быть тебе самым молодым начальником клановой Службы Безопасности за всю историю клана!

— Я не подведу, Глава! Ликвидационная команда уже готова. С нами их никто не свяжет, да и они сами будут думать, что работают на клан Олафссонов, точнее остатки клана. — ухмыльнулся Денис Синицын. — А после операции всех выживших уберет другая команда наёмников.

— Смотри, не облажайся! На него неоднократно совершались покушения, и он каждый раз уходил из ловушек! — предупредил сбшника Юрий Львович.

— Не в это раз, Глава! Аналитики рассчитали, что наш объект, используя некие хитрости, постоянно преподносит неожиданности одаренным. Потому в этот раз его устранением займутся настоящие специалисты. Минимум магии. Основной упор сделан на тяжелые калибры и плотность огня.

— Меня не интересуют такие подробности. Принеси мне результат, и ты не пожалеешь!

После этих слов потенциальный начальник СБ клана поднялся со своего места, вежливо кивнул и, после повелительного жеста хозяина кабинета, удалился, оставив моложаво выглядящего Главу одного. И снова в кабинете слышался лишь стук пальцев по дереву и ход часов.

Глава 27

— Ну, Светка! Ну!.. И это называется сестра? Ведь ничего же мне не сказала! Уууууу! — красивая блондинка сердито поджала губы и грозно сверкала глазами, сжав кулачки. — И Макс тоже! Вот ведь!..

Эмоции переполняли Настю, так что она буквально подпрыгивала на диване, но при этом продолжала смотреть, не отрывая взгляда, на экран телевизора, на котором её старшая сестра с горделивой улыбкой продолжала отвечать на вопросы въедливого журналиста, касательно алмазов и всего, что с ними связано.

Но вот, короткое интервью сестры-интриганки закончилось, и камера переключилась на студию, в которой двое представительных мужчин и одна ослепительно красивая женщина стали обсуждать перспективы Российской империи в свете последних новостей, курс валют и расстановку сил в российских, и не только, кланах. Оказывается, открытие богатейших алмазных месторождений уже прямо сейчас меняло многие привычные порядки. Так, например, сначала на мировом рынке немного упала стоимость необработанных алмазов и бриллиантов, поднялась цена на изумруды, и повысился курс рубля. Акции многих компаний, повинуясь одни боги знают каким законам, резко обесценились, а другие — также молниеносно подскочили до заоблачных вершин. Ряд российских кланов просто неприлично засуетился, а вежливые ведущие делали прогнозы на то, как быстро Его Императорское Величество Михаил II Ворон одобрит создание нового российского клана. Вспомнили и братьев Белкиных, которым в своё время за открытие серебряных руд в Забайкалье императором было позволено создать свой клан уже через год после совершенного подвига. Правда, братьев было трое, а вот нынешний герой новостей был, как выяснилось, совсем один, без родственников. «И даже без жены!» — Как игривым голосом промурлыкала красавица в телеэкране.

Настя насупилась. А ведь теперь её Макс отдалится от неё еще дальше. Мало было появившейся разницы в материальном положении? Эта разница увеличилась почти до бесконечности. А теперь у него ещё и очень большие шансы стать клановым появились. А Настя? Настя всего лишь бедная провинциальная девчонка. И девушка вновь тяжело вздохнула в ответ на собственные мысли. Правда, у неё, как выяснилось, есть козырь в рукаве — её родная старшая сестра, которая очень тесно общается с предметом Настиных девичьих мечтаний. И вот тут уже можно подумать над вариантами! Но Светка всё равно — редиска! Секретность она развела, понимаешь!

* * *

Высокий симпатичный парень в, набравшем просто дикую популярность в последнее время, джинсовом костюме приятно улыбался чему-то своему, демонстрируя милые ямочки на щеках. С этой улыбкой он прошел мимо весьма колоритной парочки: фигуристой блондинки из разряда тех, кого мужчины называют шикарными женщинами, и маленькой темненькой девочки, с ярким макияжем на лице. Парень окинул обеих встречных цепким взглядом карих глаз и задорно подмигнул не пойми кому, то ли блондинке, то ли брюнетке, а может быть и обеим сразу.

— Смотри, какой красавчик! — толкнула миниатюрная девочка-подросток свою статную, красивую подругу. — Как думаешь, ему нравятся молодо выглядящие девушки?

— Ой, Лен, я не могу! — зажурчала смехом Оля Максимович, вытирая набежавшие от смеха слезы. — «молодо выглядящие»! Ну, ты даешь!

— Чего ты? — возмущенно и очень мило надулась девочка.

— Просто честно признай, что ты выглядишь, как маленькая девочка, и от этого никуда не деться. — попросила подругу Оля. — Ты же у меня — мечта лоликонщика!

— Я в ваше дальнее Подмосковье приехала с целью познакомиться с хорошим, не испорченным жизнью в большом городе, парнем! — задрала носик Елена Сафарова. — И я выгляжу не как маленькая девочка, а просто очень молодо, скажем, моложе своих лет! Посмотрим, как ты запоёшь лет через десять, подруга!

Ольга засмеялась ещё громче, запрокидывая голову кверху, непроизвольно заставляя подпрыгивать крупную грудь, привлекая к себе ещё больше заинтересованных взглядов, мужских, естественно.

А парень в тонком джинсовом костюме и белой борцовке, всё также улыбаясь, уже прошёл далеко от места случайной встречи, достал телефон, набрал несколько цифр по памяти и произнес в трубку:

— Добрый день! Как ваши дела?.. Вот как?.. Нашёл несколько подходящих точек… Да, реализация должна пройти успешно… Да, надеюсь план по продажам выполним в самое ближайшее время… Да, я знаю, что желательно это сделать как можно скорее… Мы предпринимаем для этого все возможные шаги…

Тут его голос налился металлом, а лицо ощерилось в хищном оскале.

— Не надо на меня давить! Иначе мы можем и расторгнуть наш контракт, что будет ОЧЕНЬ неприятно в самом разгаре процесса наших… торговых операций! И я сомневаюсь, что вы найдёте нового контрагента в свете последних открывшихся всей стране новостей! — парень явно выделил интонацией слово «очень». — Я сказал — в самое ближайшее… Нет, нашей компании не нужны, кхм, подсобные рабочие. Наши сотрудники — настоящие специалисты своего дела…

— Другое дело. Всего вам доброго! — смягчившимся тоном сказал парень и закончил разговор, убирая телефон во внутренний карман пиджака.

Весело насвистывая, он внимательно осмотрел округу и нырнул в ближайший проходной двор. Спустя некоторое время этот же парень сидел на маленькой кухоньке старой квартиры, покачиваясь на колченогом табурете, и потягивая холодный морс из высокого стакана.

— Ух, хорошо как! — довольным голосом протянул он.

Сидящие напротив него двое мужчин средней комплекции среднего же или, скорее, неопределенного возраста с какими-то незапоминающимися лицами, невозмутимо ждали, пока их молодой коллега напьется. Но вот модник утолил свою жажду и строго осмотрел мужчин. Те подобрались и внимательно стали следить за лицом молодого парня.

— Вот что, — веско уронил тот. — время поджимает, клиент бьётся в истерике, требует ускорить акцию. За спешность наш гонорар увеличивается в полтора раза.

На лицах двух его слушателей промелькнула тень улыбки.

— Гиппо, что с транспортом? — строго спросил молодой… начальник?

— Хукер, всё подготовлено. Машины арендованы. Ясное дело, что на левые документы. Кроме того, я подстраховался и купил без документов ещё одну иномарку, древнюю, но в хорошем состоянии — бегает на загляденье. И одну старую «Забаву» парни угонят прямо в день акции — она стоит тут недалеко, хозяин по ночам работает.

— Это хорошо. — Хукер перевел взгляд на второго слушателя.

— Меля, что с нужными нам адресами? Проблемы есть?

Тот поёжился.

— Босс, не все точки получилось снять.

Хукер нахмурился. Ямочки с его щёк пропали, а в лице стало прослеживаться что-то хищное, а сам он сразу же стал выглядеть старше.

— Меля… — холодно произнес Хукер.

— Хукер! Ребята подготовили дополнительные точки на чердаках и крышах, а основные объекты почти все получилось снять! — заволновался мужчина.

— Меля! Почти все — это не тот результат, который нам нужен! К остальным адресам пусть подбирают ключи, пусть взламывают замки, готовятся захватывать жильцов — короче, мне плевать как! Мне нужно, чтобы всё было готово к часу «Х»! Все точки должны быть подготовлены: как основные, так и дополнительные! Ты понял меня?

— Понял, босс! — сглотнув, ответил Меля.

— Так, с этим всё ясно. А где Итальянец? — спросил Хукер.

— Это… Он за сигаретами вышел. Буквально минут за пять до твоего прихода. — Отозвался Гиппо.

Тут послышалось щелканье замка, и обрадованный Гиипо воскликнул.

— Вот он! Вернулся уже!

Рука Мели показалась из-под стола с зажатым в ней ножом, а кулак Хукера покрылся каменной чешуёй.

— Парни, это я. Всё нормальды! — послышалось из прихожей.

Все трое сидящих на кухне расслабились.

— Вот ваша шавуха и пиво! — послышалось из коридора, и следом за этой фразой послышались обрадованные возгласы.

Стало понятно, что в квартире явно много больше трех человек. Наконец, на кухню зашел жгучий черноглазый брюнет с очень худым и смуглым лицом.

— Приветствую, шеф! — протянул руку вперед брюнет.

— И тебе привет! Где тебя носит, Итальянец? — недовольно спросил Хукер.

— Да я за сигаретами выскочил, а тут ещё парни попросили взять чего-нибудь пожрать и попить. А что? Что-то срочное? — бросил на стол распечатанный блок с сигаретами Итальянец.

— О! — с одобрительными возгласами потянули руки к пачкам Гиппо и Меля.

— Акцию нужно ускорить. — пояснил Хукер. — Что с машинками и глазами?

— Машинки уже в городе. Получилось достать японские, калибр — одиннадцать миллиметров. Песня, а не машинки! — Итальянец поцеловал кончики пальцев. — Глаза — германские. Сегодня ночью должны уже быть на складе. Сеть Малинка настроит за пару-тройку часов.

— Малинка? Она сможет. — одобрительно кивнул Хукер. — Гиппо, что по стрелкам?

— Четыре пятерки. К каждой прикреплен один одаренный. Все готовы, оружие проверено, пристреляно, резервы накоплены, ждут только приказа. — отозвался Гиппо.

Хукер мощно затянулся никотиновой палочкой, заставляя её ярко вспыхнуть.

— Тогда набирайтесь сил. Послезавтра — день «Х»!

* * *

— Ещё раз повторяю! Чтобы головами крутили на все триста шестьдесят градусов, ясно? Бдительность и внимательность, как у таракана на кухне у голодного тайца! Ещё раз увижу, что кто-то в сортир самовольно умчал — подам рапорт на имя Шахова, и прощай премия за месяц! — песочил сбшников пока ещё не зарегистрированного клана старший смены.

— Старшой, все прониклись, все — взрослые мальчики. Не переживай, сделаем всё и чуть-чуть больше! — заверил Константина один из бойцов.

На что Константин ожёг всех строгим взглядом, поправил и без того ладно сидящий бронежилет на одном водителе и только после этого пошел к головной машине.

— Поехали!

И два бронированных автомобиля выехали с базы.

Сегодня с самого утра пекло даже сильнее, чем вчера. Жара стояла такая, что местами тек асфальт. Мне-то ладно, я в тонком льняном костюме, и в машине, также как и в помещениях, работают кондиционеры, а вот тем, кто сейчас ходит по улицам ил пользуется общественным транспортом — не позавидуешь!

— Сегодня обещали ливни с грозами. — как будто отвечая на мои мысли, сказала Светлана.

— Было бы неплохо. Жара — неимоверная. — признал я.

— И не говорите. — вздохнула Светлана.

— Что у нас на сегодня?

— Сейчас у нас ожидается визит представителя одного нового ювелирного бренда с деловым предложением, в 11:00 у вас деловая встреча с представителями городского муниципалитета из управления архитектуры, с двенадцати до часу вас будет ждать Максимович, после обеда встреча с журналистом из «Вестей», а на 16:00 у вас повестка в полицию, в качестве свидетеля по делу о ДТП, к этому, — тут Назарова сморщила носик. — к следователю Сосиске.

Я прокрутил у себя в голове всё озвученное, сравнил со вчерашними планами. Вроде ничего не добавилось.

— Демченко? — уточнил я у Назаровой.

— Он будет ждать вас на стоянке у полицейского участка. — Отозвалась Светлана.

— Хорошо. — удовлетворенно кивнул я.

Без тяжёлой артиллерии в виде своего адвоката я больше к полицейским — ни ногой! Как представлю, что я был бы в прошлый раз там без него — брррр! Сейчас бы уже осваивал различные строительные специальности и носил абсолютно безвкусную робу.

— Ну что же, посмотрим, что там за ювелирный представитель. — пробормотал я сам себе…

…День прошёл плодотворно. Представитель совсем недавно появившегося бренда «Шайнин студио» сделал мне очень выгодное предложение. Не много, не мало, их компания первыми захотели сотрудничать с российским предприятием по добыче алмазов. Для чего предлагали создать на паях ювелирный завод, а если потребуется, то и сеть заводов. Сам бренд принадлежал неклановому имперскому подданному Шайнину Александру Федоровичу, который смог всего за неполных двадцать лет подняться от простого кустарного ювелира до производителя и автора эксклюзивных драгоценностей. Со своей стороны финансовый директор Шайнина предлагал от лица Александра Федоровича участие в виде необходимых специалистов, оборудования и, конечно, денег. Последнее было немаловажным, так как мои финансовые запасы таяли, как дым. С моей стороны требовалось высококачественное сырьё, т. е. алмазы, а если будет что либо помимо алмазов, то это только приветствовалось. Вопрос оставили открытым, так как нужно было подумать о соразмерности долей.

У вредных муниципалов удалось получить предварительное согласие на застройку давно приобретенного участка земли новыми корпусами фабрики легкой промышленности. Пришлось пообещать им спонсорскую помощь в устройстве ближайшего городского праздника — им оказался день города.

Максимовича обрадовал согласием муниципалитета на застройку, выслушал от него кучу позитивных отчётов. Как же хорошо, когда у руля стоит настоящий специалист и при этом энтузиаст своего дела! Я практически не вмешиваюсь в работу фабрик, Олег Павлович тянет всё сам. Из вежливости спросил про его дочь и… Почти полчаса выслушивал дифирамбы этому идеалу дочери и вообще девушки. Нет, я знал, что Палыч любит свою единственную дочку, но это же уже просто обожание.

— А представь, что ты за ней приударишь? — ехидно спросил Тень.

Меня аж озноб пробил при такой мысли. В голове сразу всплыл характерный выкрик «Извращуга!», и почему-то представился хмурый Максимович с древним дульнозарядным ружьем наперевес. Э, нет!

Журналист оказался вполне приличным человеком. Откровенно говоря, я ожидал от этой братии каких-то провокаций, подлостей, но Светлана успешно отфильтровала почти всех желающих, и пока пропустила только одного. Моложавый мужчина с приятной профессиональной улыбкой был обаятелен, корректен и вежлив. Конечно, он попытался задать несколько вопросов с двойным дном, но я на них просто не стал отвечать, слабо улыбаясь, и он быстро переключился на нормальные темы. В общем, впечатление он о себе оставил достаточно хорошее. Умеют же, когда хотят!

А вот сейчас я ехал в полицейский участок к следователю Сосиске. Настроение в связи с этим уже начало опускаться. Мы уже выехали, когда, наконец, загремел гром, и с неба полил настоящий потоп. Молнии сверкали, как стобоскоп в ночном клубе. Снаружи сразу потемнело. Люди разбегались в поисках укрытия от стихии, а мы на двух бронированных автомобилях, снизив скорость, ехали на встречу к следователю.

Громыхало так, что ощущалось даже в салоне бронированного «Горца».

— Ну, наконец-то. — облегченно вздохнул Константин, сидящий со мной в салоне с ещё одним бойцом — Семёном.

— Что такое? — с любопытством спросил я.

— Да голову давит второй день. От жары, наверное. Прямо паранойя начала развиваться. Везде неприятностей жду. Хотя это уже профессиональное. — коротко хохотнул Константин. — Вон уже бойцов задолбал с утра.

— Да нет, старшой! — отозвался Семён. — Всё в порядке. Все всё понимают. Мы и сами на взводе который день. Но ведь есть же причины. Сколько раз уже на шефа нападали. А где мы ещё найдем такого начальника? Чтобы как к людям относился и платил в три раза больше обычной ставки?

Тут Семён задорно подмигнул сразу нам обоим, но тут же сделал серьёзное лицо.

— У нас все знают, что вы, шеф, родственникам всех пострадавших помогаете. И со страховкой, и помимо неё. И бойцам, и гражданским. После того случая… Ну… ну, вы поняли. С предательством. Наши плотно так друг с другом поговорили. Без экивоков. Так что народ уже давно сделал свой выбор. Кто не готов был рисковать своей шкурой, тех попросили. Остались самые стойкие! — на этой фразе Семён снова подмигнул.

Мы с Константином переглянулись и одновременно улыбнулись. Именно в этот момент что-то тараном ударило в бок автомобиля.

— Скорость! — прорычало у меня в голове голосом Тени.

На автомате войдя в ускорение, я успел увидеть, как броневик медленно приземляется на бок. Правая дверь была вмята внутрь. От удара меня вышвырнуло с дивана, и я приземлился на ноги на ставшую полом дверь. Я ещё не успел выйти из ускорения, когда увидел, как в днище бронеавтомобиля появляются и увеличиваются острые каменные сосульки, разрывая сталь, как бумагу. Эти большие каменные шипы медленно влетели внутрь, три из них ударили в стихийный щит Константина, а четвертый попал в плечо сгруппировавшегося Семёна, отрывая напрочь ему руку. И тут же из дна машины показалась следующая серия каменных шипов…

Глава 28

Бабах! Гром прозвучал подобно выстрелу из гаубицы, так, что Меля даже пригнулся от неожиданности. Вообще-то его звали Емельяном, но ещё с детства он привык к сокращенному «Меля» настолько, что уже перестал даже отзываться на своё полное имя. Затем «Меля» — стало его позывным.

— Твою мать! — громко выругался он, поправляя съехавшую гарнитуру. — Отвратительная видимость! Отвратительная гроза! И я печенкой чую — отвратительный заказ и отвратительный заказчик!

Видимость действительно оставляла желать лучшего. Сильный ливень ухудшал её очень сильно, а часто сверкающие молнии делали частые засветки кадров, из-за чего временами казалось, что камеры демонстрируют не видео в живом режиме, а слайд-шоу плохого качества.

— Отставить ругаться в эфире! — рыкнул в наушнике Хукер. — Что по готовности?

— Мышки в отнорке. Группы Альфа и Браво — готовность ноль, Группы Гамма и Дельта — на фоксе! — послышался спокойный голос Гиппо. — Коты — готовы. До старта две минуты.

Резиновой лентой потянулось время. Меля переключился на второй канал и услышал, как пятерки боевиков, каждая состоящая из трех автоматчиков, снайпера и гранатометчика, распределяют между собой цели…

… Итальянец забросил в рот жевательную конфету со вкусом ананаса и усиленно заработал челюстями. Взгляд его при этом не отрывался от нескольких мониторов, стоящих на двух сдвинутых столах.

— Ну! — с азартом воскликнул он.

Как будто отвечая на его выкрик, из больших наушников радиостанции, сейчас положенных в нарушение всех инструкций на стол тихо прозвучало — «Старт».

Итальянец сразу же закинул в рот еще одну конфету и быстро натянул наушники на голову, утыкаясь носом в мониторы. В руках у него уже был джойстик.

— Поехали! — и Итальянец издал дикий индейский вопль…

…Хукер сидел в грузовике, превращенном в подобие штабного автомобиля. Снаружи грузовик украшала яркая реклама дезинсекции, а сам грузовичок был снаружи превращён в подобие то ли жучка, то ли таракана с крыльями и усиками. Под невнятные крылья и вибриссы были замаскированы мощные антенны для аппаратуры. Автомобиль был отлично звукоизолирован, внутри можно было оглохнуть от громкой музыки, а снаружи ничего бы не услышали, и наоборот. Внутри было тесно от мониторов и серверов, а сам Хукер примостился в неудобном сиденье у одной из стен, внимательно отслеживая всё происходящее на экранах. Кроме Хукера внутри было всего два человека: Гиппо, сидящий у соседней стены, и один боец в качестве охраны. Планы чуть смешала погода, решившая порадовать природу сильной грозой, отчего связь была хуже обычного, но Хукер был этому даже рад. Он был очень опытным наемником и давно знал, что если план исполняется совершенно без сучка и без задоринки, то в конце обязательно вылезет какая-то ерунда, которая может всё испортить. А вот если в самом начале уже произошло что-то неучтенное, то дальше всё будет хорошо и пойдет, как по маслу.

Крайний контракт очень не нравился прожженному специалисту городских засад. Не нравился своей просто огромной ценой, не нравился явной демонстративностью, срочностью и особенно не нравился внезапной популярностью объекта устранения. Но сумма контракта была огромной даже для того, чтобы после операции бросить всё и уехать в САСШ, поменяв внешность и документы. Заработанных денег при разумном образе жизни хватит даже внукам Хукера. Старая команда в лице ещё шести человек, также пришли к выводу, что после операции всем придётся покинуть пределы Российской империи. Денег должно хватить всем.

В наушниках Хукера, сейчас через станцию слышащего всех участников операции, послышалось чёткое «Старт», и операция началась. Хукер подался всем телом в сторону мониторов, успевая отслеживать картинки сразу с нескольких экранов. А там начался настоящий ад.

Маг, приданный группе Альфа, ударил каменными шипами по первой бронемашине, останавливая её и вскрывая днище, как тонкий картон, а маг группы Браво мощным воздушным тараном перевернул на бок второй бронеавтомобиль. Следом за этим они поменяли цели. В передний автомобиль ударили воздушные серпы, а в задний — каменные шипы. Раз, другой, третий. И маги отступили, резерв у нанятых специалистов был не бесконечный. Теперь пришла очередь обычных бойцов. С балконов и из окон квартир с обеих сторон улицы ударили автоматы и гранатометы. Хукер заметил, как из переднего броневика горохом посыпались люди, и в группы стрелков полетели ответные пули. От второго бронеавтомобиля отлетело лобовое стекло, и из машины выкатилось четыре фигуры, но одна тут же упала в неестественной позе.

— В первом уцелело больше людей. — в никуда заметил Хукер. — Но это ненадолго.

И, словно в ответ на его слова, в наушниках прозвучало:

— Альфа-пять, огонь на поражение!

— Браво-пять, огонь на поражение!

Неумолимо и страшно в своей результативности заработали снайперы. Противники грамотно сгруппировались за броней машин, но это могло помочь против обычных стрелков, а вот против снайпера…

Вот одна фигурка откинулась назад, следом другая. Вот вокруг одного из мужчин у первой машины замерцал стихийный щит.

— Посмотрим, насколько тебя хватит. — тихо проговорил сам себе Хукер.

Но охранник не стал мешкать и скрылся из вида снайпера полностью. Но не от камер наблюдения, во множестве установленных техническими специалистами команды Хукера. Вспышки молний мешали отличному зуму камер, поэтому Хукеру казалось, что одна из фигур у второй машины, самая мелкая, то пропадала, то появлялась, как бы мерцая.

— Малинка! Что с картинкой? — рыкнул в микрофон Хукер.

— Помехи на фоне грозы, босс! — послышался молодой женский голос. — Ничего не могу поделать!

— Аааа! Браво-три убит! — послышалось в наушниках.

— Браво-четыре ранен, не могу продолжать бой! — вторил ему другой голос.

— Это Альфа-один, нам отвечают плотным огнем, вынужден снизить темп обстрела.

— Объект уходит! — прервал их диалог еще один голос.

Хукер бросил быстрый взгляд на один из экранов, и увидел, как два человека бросились в разные стороны от второго автомобиля. Вокруг одного сразу замерцал стихийный щит от пулевых попаданий, а вот со вторым происходило что-то непонятное. Не смотря на то, что по нему стреляли не меньше, чем по первому — по нему не попадали. Даже снайпер!

— Итальянец! — взревел Хукер, увеличивая изображение. — Займись им! Это объект!

— Принял, шеф! — сквозь громкое чавканье донеслось до Хукера.

Стоявший дальше по улице неприметный «Битюг» распахнул задние двери, и в почти пустой будке любой желающий сразу же смог бы увидеть стоящий на сложном станке пулемет, поблескивающий красным светодиодом камеры.

— Счастье есть! Оно не может не есть! — дико завопил наушник голосом Итальянца.

Следом за этим криком крупнокалиберный пулемет, стоящий в кузове грузовичка, задергался в станке, поливая улицу огнем и свинцом, повинуясь джойстику в руках Итальянца.

* * *

Сгруппировавшись, я прыгнул вперед, в просвет между передними сиденьями. Резко ускорившись, я в прыжке согнул и разогнул обе ноги, сдвоенным ударом просто выбивая закаленный триплекс в сторону.

— Все наружу! — гаркнул я и, показывая пример, выкатился из ставшего ловушкой «Горца».

Следом за мной рыбкой нырнул Константин. За ним показался водитель и боец с переднего отсека — Дмитрий. Семена видно не было.

— За броню! — скомандовал Константин. — Прикрываем Коршуна!

В руках у всех троих появилось оружие, но водителя тут же отбросило назад от меткого попадания.

— Вова! Аааа! Мммать! — заорал Дмитрий и стал бить короткими очередями их пистолета-пулемета куда-то вправо и вверх.

— Сзади! — крикнул Константин и бросился ко мне.

Дмитрий тут же сократил расстояние между нами, прикрываясь щитом, выставленным Константином, и ответным огнем заставил стрелков в окнах на нашей стороне улицы прятаться в помещениях.

Бах! Бах! Как-то совсем не солидно взорвалась пара гранат у нашего автомобиля и второго, что стоял на четырех колесах. Группа бойцов возле него умудрялась вести огонь во все стороны, и нападающие невольно сбавили свой темп. Но ненадолго. Вот одна фигура отлетела в сторону от меткого попадания. Вот ещё один боец упал, сраженный вражеским выстрелом.

— У них снайпер! — громко закричал один из наших бойцов.

— Шеф! Нас зажали намертво! Надо уходить! Прямо сейчас! — на меня уставились бешенные глаза Константина.

— Он прав! — подтвердил Тень. — У вас нет шансов, если вы останетесь тут. — Немедленно уходи! Примени всё, что сможешь, ускоряйся и беги!

Я в гневе сжал кулаки и бессильно огляделся. Парням конец. И мне, если я не сбегу — тоже. Как же грамотно подловили. Сволочи!

— Уходим в разные стороны! — крикнул я Константину, перекрикивая грохот грома. — Ты — вправо, я — влево! Дмитрий прикрывай нас с этой стороны! Бегом!

— Мы — в отрыв! Всем! Прикрывать Коршуна! — проорал Константин.

Мы рванули в разные стороны. В стихийный щит Константина застучали пули. Я же в режиме мигания успевал уходить от тех, что были предназначены мне. Помогал ливень, ухудшающий видимость не только нам, но и нашим противникам. Наши бойцы шквальным огнем заставили противника уменьшить давление на нас. Но тут забахало намного чаще и ниже. В одном грузовичке оказался спрятан пулеметчик, который открыл по нам просто ураганный огонь. Точнее, по мне. Да вы что, издеваетесь?!! Это всё одному мне?!!

Я в ускорении пробежал по стене дома метров десять, уходя от длинной очереди. Чувствуя, что инерция движения по мокрой и скользкой стене ослабевает, сделал просто сумасшедший прыжок в сторону, а цепочка попаданий пуль прошла дальше по стене здания. Если я не войду в слепую зону пулеметчика или не спрячусь в укрытии — мне конец. Мысль только промелькнула, а я уже бежал по широкой дуге в сторону грузовичка. Я перестал мигать, а просто включил скорость. Сейчас только она может меня спасти. Пулеметчик просто не должен успевать вести за мной стволом тяжелого пулемета. Но этот невероятный стрелок успевал. Почти. Пули вырывали куски асфальта и бетона сразу за мной. Огонь велся просто на расплав ствола. Не жалеет оружие. — промелькнула нелепая мысль. Какое к бесам оружие?!! Он тут никого и ничего не жалеет! От мирно стоящей у обочины легковушки полетели брызги, куски пластика и стекла. Мда, то, что останется от машины можно будет просто сдать в утиль. Одна из пуль попала в быстро переваливающегося с лапки на лапку голубя, прячущегося от дождя под козырьком подъезда, не оставив от того ничего, кроме красного облачка, медленно истаивающего в воздухе.

Дьявол! Я резко поменял направление бега. Если бы я продолжал бежать по старой траектории, то стопроцентно пересекся бы с сидящей прямо в луже у фонаря перепуганной девушкой, и тогда бы пулеметная очередь прошлась бы по ней.

— Что? — удивился я.

Поменяв угол движения, я смог увидеть пулемет, из которого по мне вели стрельбу. Вот только кроме пулемета в будке грузовика не было никого. Вообще ни одного человека.

— Это что за чудеса? — мелькнула и тут же пропала мысль.

— Пулемет управляется оператором дистанционно. Не отвлекайся! — прозвучало у меня в голове.

Скорость. Скорость. Влево. Ещё левее. Длинные огненные выхлопы уже практически слепили глаза. А теперь низкий нырок и тут же высокий прыжок. Есть! Я приземлился на скользкую от дождя крышу грузовика, расправил стальные крылья коршуна на трости и забросил её внутрь. Вращающаяся секира, брошенная в ускорении, срубила несколько стальных прутьев в основании станка, на котором стоял плюющийся пламенем пулемет, и застряла в самом станке. Так и не прекративший стрельбу пулемет завалился на бок и бессильно задергался на металлическом полу будки.

— Есть!

Я вскочил на ноги, выпрямился и вскинул кулак в победном жесте. Выкусите! Тупой удар в спину отшвырнул меня вперёд, и я почувствовал сильную боль в груди. От сильного удара меня перекатило по ребристому настилу кузова. Стало тяжело дышать, и я ощутил сильнейшую слабость. Опустив глаза на свою грудь, я увидел быстро расплывающееся пятно темной крови. Моей крови. В голове звенело. Не хватало воздуха. Я попытался глубоко вдохнуть.

— Кха. — вместо вдоха я закашлялся.

Изо рта также вылетел кровяной сгусток. Мелькнула слабая мысль, что у меня разорвано лёгкое. Тяжелые капли били меня по лицу и заставляли порозоветь вытекающую кровь.

— Почему я лежу на боку? Мне же надо бежать.

— Маааакс! — больно громыхало в голове. — Макс, ускорься! Скорость, Макс! Скорость! Беги! Беги, Макс!

Какая скорость? Какой бег? Мне даже дышать тяжело! Точнее, нечем. Тень что — издевается?

— Макс! Хотя бы скатись с крыши! Тебя же сейчас контрольным достанут! — продолжал разоряться Тень.

Мысли путались. Что это? Шок?

— Макс! Ускорься! — уже даже не кричал, а буквально рычал на меня Тень. — Ну же!

На одних рефлексах я вошел в ускорение, но что толку? Сил даже чтобы ползти у меня не было. Казалось, что я еле шевелил пальцами, и всё. Зрение странно обострилось, и мне показалось, что я даже увидел вспышку у дульного тормоза винтовки, метров за четыреста-пятьсот от меня. Вспышка мне может быть и показалась, но пулю, медленно приближающуюся ко мне, разбивающую дождевые капли, я действительно видел. Нет, она летела с обычной скоростью, но я-то был в ускорении. Мозг услужливо подсказал, что через доли секунды пуля встретится с моей головой, но я действительно ничего не мог с этим поделать! Это что — конец?

— Макс! Маааакс! АААААА! — дико взревел Тень.

И тут я почувствовал, что какая-то сила начинает разворачивать меня, наклоняя мою голову в сторону. Но это точно был не я. Это что — Тень? Значит, он может управлять моим телом? И теперь спасает мою тушку вместо меня самого? Но — как? Однако, эта попытка моего наставника всё равно была предпринята чересчур поздно. Не успеть. Я почувствовал страшный удар в голову и дальше для меня всё потемнело…

* * *

Глобус вертелся на подставке, а указательный палец с аккуратно подстриженными ногтями и обрезанными кутикулами время от времени останавливал вращение маленькой Земли, после чего задумчивый голос озвучивал название ближайшего города. Сасебо, Лексингтон, Редонду, Асьют, Ургенч, Чарлстон…

— Карл. Э… Глава! — позвал спортивного рыжеволосого мужчину в белоснежном костюме, украшенном клановым знаком стилизованного молота, по имени высокий здоровяк с грязно-соломенными влосами.

— Что? — отозвался Глава клана Олафссонов.

— Мы с Эриком, — последовал кивок на коллегу, следом Гудмунд Олафссон кивнул на казначея клана. — и Адольфом уже допили кофе, а ты все вертишь свой глобус. Тебе это интересно, а нам проще в телевизор посмотреть.

— Мне так лучше думается. — пояснил очевидное для него Карл Олафссон, раннее носивший фамилию Иванов.

— А телевизор… — тут Глава клана взял в руки пульт от плазменной панели. — Телевизор можно и включить. Если негромко.

И глобус снова завертелся вокруг своей оси. Но ненадолго. Размышления Карла Олафссона снова были прерваны громким восклицанием главы службы безопасности клана. Жалких остатков прежнего клана. Карл тяжело вздохнул и обернулся к громко похохатывающему Гудмунду.

— Хха! Надеюсь, теперь-то уж этот недомерок наконец подохнет!

Карл недовольно посмотрел на Гудмунда.

— Глава! Ты только посмотри! Этот сопливый Коршунов допрыгался!

— Что? — недоуменно протянул Карл.

— Да вот же, Карл, то есть, Глава. — ткнул пальцем в экран телевизора Эрик. — Никак не привыкну называть тебя не по имени, а — Главой.

Карл прибавил звук на телевизоре, который сейчас показывал блок новостей. Строгий голос диктора продолжал вещать.

— …всячески скрывают все подробности, но как сообщают наши источники, самый обсуждаемый человек этой недели — Максимилиан Коршунов, стал жертвой покушения. Сейчас врачи борятся… Простите. Конечно же, борются за его жизнь. Сам Коршунов так и не пришёл в себя, не смотря на неотложную помощь целителей, он находится в критическом состоянии и даже перенес клиническую смерть. По словам немногочисленных очевидцев, его и группу охранников буквально расстреляли из многочисленных стволов автоматического оружия, пулеметов и гранатометов прямо посреди города. Также была применена магия одаренных. Источник, попросивший оставить его личность неизвестной, заявил, что покушение на господина Коршунова было совершено как раз по дороге в один из полицейских участков города. У нас появляется всё больше и больше вопросов к департаменту полиции в городе Обнинске…

— Га-га-га-га! — захлопал себя но бедрам Гудмунд. — Мелкий утырок точно сдохнет! Я говорю!

Карл резко развернулся к Гудмунду.

— Гудмунд… Дорогой ты наш глава СБ клана… — мягким голосом, растягивая слова, протянул Карл.

— Э… Да, Глава! — отозвался, почувствовавший неладное, Гудмунд Олафссон.

— А, скажи нам, пожалуйста. Именно в своём новом качестве скажи. Если… Ты слышишь? — Карл свёл большой указательный пальцы руки в колечко и повёл им в сторону родственника. — Если Коршунов действительно умрет. И умрет прямо сейчас, в результате этого покушения… На кого В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ подумают все, как на виновника и заказчика убийства Коршунова? Ладно — все. Главное, на кого подумает Третья канцелярия? А именно она будет заниматься этим случаем, ведь Коршунов у нас так и не стал клановым, тогда как те, кто, как все подумают, стоят за его убийством ПОКА ещё кланом являются.

— А… Э… — протянул Гудмунд.

Затем его глаза начали наполняться смыслом, и он дико выпучил глаза.

— Но мы же не при делах! — возмущенно завопил он.

— А это мы все вместе будем уже доказывать Лавочкину и его коллегам. — зябко передернул плечами Карл.

— Дерьмо. — выдохнул Гудмунд.

— Мда… — поддержал его Эрик.

— Так что, мне озаботиться выводом средств? — грустно спросил новый казначей клана Адольф Олафссон.

— А вот теперь давайте-ка заниматься тем, зачем я вас всех и собрал — думать! — припечатал Карл Олафссон. — Только повестка дня теперь у нас будет совсем другая…

Глава 29

После жаркого солнца снаружи, в здании городской клиники было просто бесподобно прохладно. Мерно шумели кондиционеры, настраивая всех, кто находился внутри на мажорный лад и релакс. Всех, но не совсем. У стойки регистратуры красивая девушка с заплаканным лицом разговаривала о чём-то с медицинской сестрой. Та со строгим лицом качала головой.

— Да говорю же тебе, глупая, не пустят тебя к нему! Там охраны, как у Императора! — говорила девушке медицинская работница.

— Да мне одним глазком, хотя бы! — продолжала упрашивать красавица со светло-русой косой на голове.

— Нет, я тебе говорю! — снова отказала медсестра. — Даже и не проси! Только близкие родственники!

— Да я его очень близкая подруга! С первого класса! И вообще — его… его… его староста, вот! — покраснев, выпалила девушка.

— Ах, староста!.. Ну, тогда конечно! Тогда — совсем другое дело!.. — саркастически протянула медсестра.

— Что? Правда? — с надеждой переспросила девушка.

— Нет! — громко выпалила медсестра. — Ты что, совсем что ли? Вообще юмора не понимаешь? Я тебе русским языком повторяю, что данные о пациентах мы имеем право сообщать только близким родственникам! Всё. Давай, иди отсюда, не мешай работать!

— Хоть скажите, с ним всё будет хорошо? — тихо попросила девушка. — Мне очень надо! Он, правда, мне, как близкий родственник.

— О, всемогущие боги! Да откуда же я знаю, милочка! Я же не его лечащий врач и даже не ассистирующая этому врачу медсестра! Я знаю столько же, сколько и любой другой человек, следящий за новостями. Он жив, привезли в тяжелом состоянии, но сейчас уже даже не в реанимации, а в обычной палате. Всё, отходи, не собирай очередь!

За красивой блондинкой действительно уже стояло два человека, нетерпеливо переминающиеся с ноги на ногу.

Под бубнёж сердитой медсестры Настя Субботина с тяжёлым вздохом отошла от стойки регистрации и побрела к ближайшему вендорному автомату, где, накормив автомат несколькими монетами, ткнула пальцем в кнопку под банкой с холодным лимонадом с соком грейпфрута.

Чпок! Очень громко в тишине фойе хлопнула открываемая банка. Настя присела на кушетку, обитую коричневым кожзамом, и неспешно начала потягивать холодный горьковатый напиток, бездумно осматривая проходивших мимо неё людей. Мысли её были безрадостными. Её терзала тревога за её Макса, но ей отказались даже сообщать в какой он лежит палате. Всё, что она знала о его состоянии — это то, что им своевременно занялись целители, и то, что он был в очень тяжелом состоянии. То есть только то, что сообщили по телевизору в новостях. А что если он… умрёт? От подобной мысли хотелось плакать. Нет, Макс не может вот так взять и умереть! Настя упрямо вздернула подбородок и встретилась глазами с симпатичной молоденькой медсестрой в белом халате. Та, проходя по коридору мимо Насти, замедлила шаг и очень внимательно, и как-то оценивающе оглядела девушку с ног до головы. Насте показалось, что даже не просто оценивающе, а ревниво. Встретившись с Субботиной глазами, медсестричка отвела взгляд в сторону и прибавила шаг, доставая и надевая медицинскую маску, оставив Настю в недоумении. «Романовская» было написано на её бейджике. Субботина точно была уверена в том, что она не знала эту медсестру, и что это такое тогда было?..

— Здравствуйте! — звонкий девичий голос оторвал Георгия Арамовича Геворкяна от заполнения медицинской карты.

— Здравствуйте. — безэмоционально отозвался врач и поднял глаза на говорившую.

В дверях его кабинета стояла совсем молоденькая девушка в белом халате, медицинской шапочке и маске. На бейджике, криво прицепленном к отвороту халата, виднелась напечатанная чёрным шрифтом надпись. Георгий Арамович напряг глаза и прочитал «Романовская Варвара Родионовна, медицинская сестра второй категории».

— Э… Варвара Родионовна? — вопросительно протянул Геворкян и приподнял одну бровь.

— Я из родильного отделения. Сегодня прислали к вам, на утро, на замену Ирины Сергеевны. — ответила на незаданный вопрос Романовская.

Ирина Сергеевна Янкаускас была медсестрой, которая с ним работала.

— А… — но и тут Георгий Арамович не успел спросить.

— У неё семейные проблемы. И она взяла на один день отгул.

— Ага. — многозначительно отозвался Геворкян. — А почему я вас не знаю?

— Я только первый месяц работаю в больнице. — судя по глазам улыбнулась Романовская…

Через сорок пять минут молодая и явно симпатичная, что было заметно даже не смотря на надетую маску, медсестра подошла к двадцать четвертой палате, у которой стояло сразу несколько мужчин с выразительно хмурыми лицами. Двое из них были в полицейской форме, а остальные — в черных и песчаных противоосколочных костюмах с эмблемой щита на рукаве. Полицейские и щитоносцы сверлили друг друга неприятными взглядами, и, казалось, были не прочь выбросить невольных помощников из больницы. Но — терпели и не накаляли ситуацию.

— Куда? — преградил дорогу девушке подозрительно сощурившийся боец в протвоосколочном костюме.

— Пациенту нужно поставить укол. — продемонстрировала планшетку с прикрепленным листом медсестра.

— Константин! — позвал боец кого-то.

Второй боец внимательно ознакомился с содержимым бумаги, тщательно осмотрел края листа, сам бланк, печати на нём.

— Что у вас с собой?

— Вот. — медсестра показала одноразовый шприц и стеклянную ампулу.

Боец взял ампулу в руки, внимательно прочитал надписи на стекле, достал смартфон и вбил туда название препарата. Прочитал что-то в сети и только после этого вернул лекарство медсестре.

— Почему не пришёл Геворкян или Янкаускас?

— Георгий Арамович занят, а Ирину Сергеевну заменяю сегодня я. Если хотите, могу показать вам приказ во внутренней сети больницы. — вздохнула девушка.

— Был бы вам очень признателен. — холодные глаза охранника диссонировали с его вежливой улыбкой.

Романовская достала свой смартфон, её пальцы с коротко подстриженными ногтями замелькали с большой скоростью.

— Вот, ознакомьтесь.

Боец внимательно прочитал приказ, подписанный главврачом клиники, затем посмотрел на бейджик.

— У вас есть какие-нибудь документы, подтверждающую вашу личность?

— Права подойдут? — иронично спросила медсестра и протянула документы, одновременно с этим припуская вниз медицинскую маску и показывая красивое лицо.

— Да. — кивнул ей боец.

Повертев в руках пластиковую карточку водительского удостоверения, боец поблагодарил девушку и скомандовал: «Пропустить», «Сопроводить».

Полицейский у входа в палату отнесся к медсестре более лояльно, не интересуясь причинами отсутствия врача и знакомой медсестры, но всё равно проверил её личность.

— Проходите. — разрешил он, наконец, и подмигнул девушке. — У вас смена до скольки, Варенька?

Но та проигнорировала его вопрос, лишь фыркнув, проходя мимо ловеласа. Следом за ней в палату вошел один охранник в чёрном…

* * *

У вас бывало такое состояние, когда вы знаете, что спали довольно долго, но при этом элементарно не получается заставить себя проснуться и оторвать голову от подушки? Вот именно такое состояние сейчас было у меня. Голова казалась такой тяжелой, а веки — просто неподъемными. Дико хотелось спать, и при этом одновременно присутствовало чувство пересыпа. Ерунда какая-то! Не понимаю, что со мной? Я же никогда не был лежебокой, а уж в плане поспать никогда не отличался особой любовью. Наоборот, мне всегда хватало четырех-пяти часов для того, чтобы хорошо выспаться. Последний раз такое состояние, как сейчас, у меня было, когда я в детстве умудрился подхватить двустороннюю пневмонию, заставив сильно переживать мою бедную мать. И то, помню, тогда Тень тормошил и отвлекал меня от ненужной жалости к себе — любимому. Тень…

— Ты чего молчишь? — спросил я своего спутника по сознанию, не открывая глаз. — Можешь начинать ругаться.

Тишина…

— Чего молчишь, спрашиваю?..

В ответ я не услышал ничего. Вот! Вот что ещё меня беспокоило! Странная пустота внутри. Пустота и тишина. Как будто чего-то важного не хватало… Как будто я был совсем один. Подобного чувства я не помнил ранее, ни разу за всю свою жизнь. Тень всегда был вместе со мной. Сколько я себя помню. А теперь…

Теперь его нет. Этот факт я вдруг осознал очень чётко. Я не знаю, как он сделал то, что он сделал, но я знаю, что он спас одного очень самонадеянного и ленивого, застрявшего в детстве мальчишку.

— Тень? — надеясь на чудо, позвал я своего наставника вновь.

Напрасно. Тени не было. Я остался совсем один. Во рту появился привкус желчи. Я наконец-то осознал, что раньше со мной всегда был мой старший товарищ. Он незримо присутствовал у меня в голове и советовал, как реагировать тогда, когда меня дразнили соседские дети, он утешал меня, когда умерла моя мама, он воспитывал и тренировал меня, он учил меня, он заменил мне отца и старшего брата, он был моим самым близким человеком. Он — был. А я? Я — остался один. Это оказалось неожиданно больно. Я крепко сжал зубы.

— Бедный. — услышал я тихий девичий голос и почувствовал, как меня гладят по щеке.

Голос был знакомый, но я не мог понять — чей он? Глаза открываться не хотели — веки слиплись. Но вот один глаз раскрылся. И тут же закрылся. Это уже я зажмурился от яркого света. Поморгал и снова приоткрыл глаз.

— Ой! — вскрикнула стоявшая около меня девушка в белом халате.

Не понял? А что тут делает Иванова? В конце концов, раскрылся и второй глаз. И уже в оба глаза я недоуменно уставился на свою знакомую по поступлению в институт, которая отчего-то щеголяла в медицинском наряде. Маска не давала хорошо разглядеть её лицо. Опустив глаза ниже, я растерялся. На прицепленном к лацкану халата бейджике красовалась надпись «Романовская Варвара Родионовна». То есть это не Иванова? Показалось мне что ли?

— А?.. — прохрипела моя пересохшая глотка.

— Пациент пришёл в себя! — пискнула медсестра, которую я сначала принял за свою знакомую абитуриентку. — Нужно срочно позвать Георгия Арамовича.

И тут же выскочила из палаты. А на меня уставилось жутко довольная физиономия одного из бойцов, побывавших со мной в псевдо-аварии — Сергея.

— Шэээээээф! — восторженно пробасил Сергей и тут же громко заорал в сторону, так, что у меня аж уши заложило. — Коршун очнулся!!!

Раздался топот и в палату, где я лежал, ввалилось сразу несколько человек.

— Шеф!

— Коршун!

— Наконец-то.

— Ожил!

— Какого хрена вы сюда набились, как сельди в бочку! — буквально пролаял забежавший в палату Константин. — А ну, бегом на пост, ленивое племя! Всем — готовность высшего приоритета! Не дай боги, кто-то зевнет неприятности любого толка! На винегрет пущу! И Шахову позвоните!

И тут же бойцы охраны исчезли в коридоре.

— Шеф! — с глупой улыбкой подошел ко мне Константин. — Я знал, что вы выкарабкаетесь! Как вы себя чувствуете? А у нас тут такое!

Константин вываливал на меня последние новости, но я был вынужден его перебить.

— Пиииить. — прохрипел я.

— А! Сейчас, шеф!

Костя буквально подпрыгнул на месте, рванул к стоящей на тумбочке, казенного вида, бутылке минеральной воды, схватил её и заозирался в поисках стакана. Не нашел его, на мгновение задумался, а потом отвинтил крышку и решительно подошел к кровати, на которой лежало моё бренное тело.

Первые глотки, казалось, просто испарились у меня во рту, но стало намного легче. Я прикончил всю бутылку и удовлетворенно откинулся на подушку.

— Что с нашими? — прямо спросил я у Константина.

Тот замялся, а потом взглянул мне в глаза и сухо сказал.

— Одиннадцать погибших. Остальные с ранениями различной степени тяжести, но сейчас все идут на поправку. Без повреждений не осталось никого. Хорошо, что Гриднев был в сознании, когда приехала «неотложка». Он их буквально заставил под угрозой оружия везти в больницу только тебя, а там уговорами и угрозами вынудил немедленно заняться тобой дежурного целителя. А там и наши приехали. Вы, шеф, к тому времени уже перенесли клиническую смерть. У вас одно лёгкое было просто в клочья, голова повреждена, даже череп треснул, ну и крови потеряли очень много. Короче, если бы не Лёха Гриднев — мы бы с вами сейчас не разговаривали.

— Что с нападавшими?

— Ушли. У них тоже были потери, но они унесли тела с собой. Сейчас нападением занимается Третья канцелярия и полиция параллельно. Олафссонов трясут, как не знаю кого.

— Олафссонов? — удивленно посмотрел я на Константина.

— Так они же сейчас первые подозреваемые по делу! Там вообще такая история…

Тут в палату быстрым шагом вошел мужчина в белом халате в сопровождении одного из бойцов «Эгиды» и полицейского. Константин был вынужден прерваться, а мне пришлось терпеть, пока мне проводили быстрый, но вполне профессиональный осмотр. В результате меня и окружающих обрадовали сообщением о том, что я практически здоров, и в госпитализации больше не нуждаюсь. Пока мы обсуждали нудные вопросы, связанные с выпиской и дальнейшим моим лечением в домашних условиях, в дверях показалась Светлана Назарова с пакетами в руках. Судя по её решительному виду, за право самой донести эти пакеты сюда ей пришлось выдержать небольшую битву с нашими орлами.

— С выздоровлением, Макс! — чмокнула она меня в щёку и закопалась в пакеты. — Так! Тут у нас тебе еда на скорую руку, тут — одежда, тут — обувь.

Еда! Я внезапно почувствовал, что дико голоден. Поэтому прежде, чем одеваться, я тут же схватил контейнер с греческим салатом, сэндвич с ветчиной и пододвинул к себе термос со сладким чаем. В общем, собрались уезжать мы только через полчаса. Как раз подъехала автоколонна охраны. Я не шучу. Реально автоколонна. Состоящая из шести автомобилей, один из которых был бронированным иностранным микроавтобусом «Ивеко», полных вооруженного до зубов народа. Вооруженные автоматами бойцы выглядывали даже из верхних люков некоторых машин. В него-то, в микроавтобус то есть, меня и загрузили со всем почтением.

Светлана уселась со мной в одну машину и проинформировала о том, что в финансовых вопросах в целом у нас всё в порядке, по поводу нападения на меня СМИ устроили настоящую бучу, смешав в кучу людей и коней. Досталось МВД, Олафссонам, нашему градоначальнику, конкурентам по швейному делу, по отельному бизнесу, по транспортному, конкретно следователю Сосиске, а вот по поводу клана Синицыных была полная тишина. Также она предупредила меня о том, чтобы я ждал в самое ближайшее время визита Азимова, Шахова, Савушкина и был готов к встрече с представителями МВД и Третьей канцелярии.

У самого нашего дома я заметил стоящий лимузин с тонированными стеклами. Автомобиль имел знаки клана Лопухиных, но находится в нём кто-то или нет — было не видно.

От стоянки до подъезда меня провели, прикрывая стихийными щитами, и вот, наконец, дом. Четверо бойцов остались стоять прямо у входа в мою квартирку. И вот тут, уже в квартире, меня и накрыло ещё раз. От осознания того, что дальше я буду жить без Тени, меня прямо заколотило. Даже руки затряслись. Успокоился я только после двух чашек кофе. Что, Макс, вот и пришло время повзрослеть. Оглядываясь назад, я понимал, что раньше я часто вёл себя, как ребёнок, полагаясь на Тень, зная, что если прижмет по-настоящему, то мой старший спутник всегда поможет. Теперь надо привыкать жить без этого. Я крепко зажмурился. Затем достал из бара столь любимый Азимовым коньяк, налил себе на три пальца в бокал и со словами «За тебя, Максимилиан фон Церинген! Где бы ты ни был!» опрокинул содержимое бокала. Фух! Я выдохнул и скривился. Всё же спиртное, особенно крепкое — это не моё. Я запил алкоголь стаканом мандаринового сока и запрыгнул на турник на шведской стенке.

А через сорок минут, уже после душа, мне позвонил знакомый инспектор Третьей канцелярии.

* * *

— Ох, ты ж ё-моё! — удивленно воскликнула Барбара, увидев у входных дверей два плотно набитых мусорных мешка. — Это что тут произошло? Чудо? Моих сестер подменили? К нам проник шпион-чистоплюй? Мы создали робота-уборщика?

— Баааася! — на девушку уставилось четыре сияющих глаза.

Барбара вздрогнула.

— А где наш «Наполеон»? Мы всё убрали, как и обещали! — дуэтом пропели старшие сёстры Иванович.

— Блин! — хлопнула себя по лбу младшая сестра. — С этим побегом из больницы у меня совсем вылетело из головы! Девочки! Я забыла забежать за тортом.

— Бася! — угрожающе сузила глаза Мария и пнула мусорный мешок босой ножкой.

— Ба-ся! — недовольно повторила за сестрой Александра. — Значит, мы тут три часа порядки наводили, а ты?..

— Где наш «Наполеон»? — строго переспросила Маша.

— Сейчас будет. — вздохнула Барбара и снова стала обуваться.

— И чтобы к «Наполеону» были ролы! — скомандовала, почувствовавшая за собой правду Александра.

— Мне с угрем! — вставила свои пять копеек Мария.

— Ладно. — покладисто согласилась Барбара. — А вы тогда пока удалите личность Варвары Романовской из баз. Этот пакет документов уже засвечен.

— Без проблем! — отозвалась Александра. — Тогда с тебя ещё и корейский рамен с Демидовской, мы рекламу видели, там новая раменная открылась.

— Два! — добавила Мария.

— Хорошо. — согласилась Барбара. — Будет вам рамен.

Старшие сестры хлопнули ладонями, и до Баси, уже закрывающей двери, донеслось «Может надо было и пиццу заказать?».

Глава 30

В небольшом, любовно украшенном мастерски сделанной резьбой по дереву на стенных панелях, кабинете просто одуряющее пахло кофе. Аромат стоял такой, что даже у людей, равнодушных к этому напитку, начали бы бежать слюнки. Звякнула ложечка, положенная на край блюдца и внимательные карие глаза Его Императорского Величества Михаила IIВорона прикрылись от удовольствия.

— И как эти вьетнамцы научились производить такой хороший кофе, а Родион Сергеевич? — спросил он своего собеседника.

Руководитель одной из двух «страшных» служб империи, Родион Сергеевич Гусев, архимаг воздуха, сорока одного года от роду, вежливо улыбнулся своему младшему по возрасту, но старшему по статусу, визави.

— Удачный климат и азиатское трудолюбие? — предположил он.

— Наверное. — согласился с ним Михаил. — Ты пей, остынет же.

Император кивнул на вторую чашку темного напитка.

Глава Третьей канцелярии чинно взял в руки маленькую чашечку и сделал глоток.

— Хм… — удивленно поползли вверх его брови.

— А я что говорил? — запальчиво спросил император самой большой страны в мире.

Кофе, как и всё хорошее в это жизни, быстро кончился. Михаил II откинулся на потертую спинку продавленного кресла. Было видно, что оно довольно старое, но любимо владельцем.

— Что там с якутскими алмазами? — голос правителя резко поменялся с добродушного на строгий и властный.

Гусев невольно подобрался на своём стуле. Рука его потянулась к невзрачной папке, лежащей на столе.

— Мой доверенный сотрудник, Лавочкин Вячеслав Валерьевич, вы его должны помнить, встречался с фигурантом. Разговор прошёл успешно. Фигуранту было высказано пожелание Вашего Императорского Величества по поводу вхождения государства в состав владельцев ОАО «Мирный». Фигурант…

— Родион Сергеевич. — прервал Гусева Михаил.

Практически всесильный архимаг сразу замолчал.

— Можно без вот этой казёнщины? Доклад я всё равно прочитаю сам. Я бы просил вас вкратце пересказать самую суть. И своими словами.

— Да, Ваше Императорское Величество! — Гусев попытался вскочить.

— Сидите-сидите. — попросил император. — Продолжайте!

— Кхм. — прочистил горло Гусев. — Если коротко, то у Лавочкина получилось наладить нужные отношения с Коршуновым. Тот оказался довольно разумным, цепким и толковым молодым человеком. Интерес государства в якутских месторождениях он воспринял с полным пониманием ситуации. Пообещал в самое ближайшее время инициировать на собрании акционеров дополнительную эмиссию акций предприятия. Как владелец более пятидесяти процентов акций «Мирного», он сможет сделать это без проблем. Теперь остается наш ход.

Гусев кивнул на папку и продолжил.

— В докладе указано, какие шаги ожидаются от министерства финансов для того, чтобы дополнительно выпущенные акции стали принадлежать государству, а не пошли в свободную продажу. Но Коршунов, в свою очередь, выставил ряд своих условий…

— Что-то сверхсложное? Незаконное? Аморальное? — уточнил правитель Российской империи.

— Нет-нет, что вы! — поднял руки ладонями к Михаилу II Ворону Родион Сергеевич. — Его интересы вполне просты и понятны. По-моему, удовлетворить их нашей державе вполне по силам в самое ближайшее время. Там ничего такого. Единственное — он утверждает, что в покушении на его жизнь он считает виновным министра внутренних дел и клан Синицыных. И ожидает, что наша сторона сможет оградить его, как от использования против него структур МВД, так и поддержать в ближайшем будущем в возможных конфликтах, как с кланами, так и с другими… м… охотниками за баснословным барышем.

— И это всё? — по лбу императора побежали морщины.

— Да. Клан, безопасность, минимальная помощь и поддержка, наказание виновных в совершении ряда преступлений. — подвел итог Гусев.

— Что же, Родион Сергеевич. Я ознакомлюсь с докладом вашей службы в ближайшее время. — протянул руку за папкой Михаил II. — Пока же пусть ваш Лавочкин продолжает работу с молодым Коршуновым. Я доволен проделанной им работой. Думаю, вскоре одного инспектора ожидает награждение. Предварительно, ожидания Коршунова будут удовлетворены. Можете идти.

Гусев поднялся со стула.

— Благодарю. Всего наилучшего, Ваше Императорское Величество!

— И вам всего хорошего!

Молодой, ему ведь всего тридцать семь лет, правитель огромных территорий и десятков народов поднялся со своего старого кресла с папкой в руках. Пролистал её содержимое, пару раз хмыкнул то ли удивленно, то ли восхищенно. О существовании в Якутии алмазных месторождений он узнал давно, ещё когда Третья канцелярия занялась кланом Олафссонов. Ознакомившись с некоторыми протоколами допросов и докладом ребят Родиона Сергеевича, Михаил был поражен. Первое время ему показалось, что он читает сценарий приключенческого фильма. Это же надо? Мальчишка-сирота с бесперспективным статусом и почти без дара к магии становится предпринимателем, затем волей случая получает доступ к потенциальным миллиардам рублей, воюет с целым кланом, сражается на дуэли и побеждает. Первые минуты Михаил даже подумал, что это чей-то наглый розыгрыш. Но оказалось — нет. Действительность показала, что жизнь может писать сценарии куда круче самых титулованных сценаристов. Михаил даже стал в некоторой мере восхищаться юным Коршуновым.

Знания о наличии в его стране такого ресурса, как алмазы, воодушевило и порадовало императора России. Нет, он не собирался отнять месторождения для клана Воронов или в государственную собственность. Но и полностью отдавать такой стратегический аспект, как добыча алмазов, в собственность простых промышленников либо кланов? Увольте, но среди Воронов идиотов не было никогда, по крайней мере, среди тех, кто становился правителем государства. Нужно было обязательное участие государства в таком многообещающем деле. В свою очередь, Михаил II Ворон был готов оказать поддержку молодому и пока одинокому Максимилиану Коршунову.

— Синицыны, значит. Ещё и Александр Анатольевич тут замешан. — Михаил недовольно покачал головой и поднял, лежащий на столе телефон в платиновом корпусе.

В списке контактов он быстро нашёл личный номер бессменного главы Службы имперской безопасности, Быкова-Задунайского.

— Алло? Ярослав Иванович, добрый день. Будете у меня сегодня?.. Отлично!.. Как раз имеется к вам интересный разговор… Да, буду ждать…

Правитель и государь Российской империи положил трубку и, мурлыча под нос мелодию детской песенки, снова упал в продавленное, но такое удобное и любимое кресло, предаваясь размылениям.

Ещё его дед, столкнувшись со стагнацией общества и экономическим застоем, принял жесткое решение об ограничении аппетита клановых элит. Старые могущественные кланы в России набрали такую силу, что часто государство в лице как своих слуг, так и даже правителя, уже не могло влиять на их политику, и кланы стали эдакими миниатюрными государствами в государстве. Михаил помнил, как, казавшийся тогда огромным великаном, дедушка сажал его на колени и негромким твердым голосом поучал его отца, тогда ещё наследника трона. Предостерегал, учил, направлял. Советовал поддерживать молодые кланы, помогать развивать в России малое предпринимательство, перестать делать ставку на превращающихся в олигархов клановых представителей, требовать от кланов безукоснительного выполнения Договора, заключаемого между Государем и Основателем клана. Маленький Миша тогда многое запомнил, благодаря отличной памяти, но он и не думал, что в мудрые слова деда нужно было вслушиваться внимательнее. Что совсем скоро, чуть больше, чем через десяток лет ему самому придется сесть на трон властителей России. Кто же знал тогда, во времена счастливого Мишиного детства, что увлечение легкомоторными самолетами лишит Российскую империю Его Императорского Высочества Александра Ворона, так и не успевшего вступить на престол под своим именем с добавлением номера три? А совсем молодому, а по меркам правителей, так даже юному Михаилу придется самому нести нелегкую императорскую ношу?

Дед, спасибо ему огромное, ещё при своей жизни успел сформировать вокруг любимого внука ближний круг, во многом благодаря которому Михаилу и удалось продолжить дедову политику. Сейчас, спустя неполные два десятка лет после его, Михаила, воцарения, Российская империя твердо стоит на могучих ногах. Рубль уже давно стабильная мировая валюта, российские кланы — одни из самых законопослушных в мире, а уровень жизни простых имперских граждан с каждым годом совсем понемногу, но улучшается. Значит, Михаил находится на верном пути, и нужно продолжать действовать так же. И скоро в Российской империи будет создан новый клан, основатель которого, Коршунов Максимилиан Алексеевич, заключит свой договор с династией Воронов.

* * *

Тугие струи горячей воды сменились холодной струей из душевой насадки. Бррррр. Я буквально чувствовал, как отходят от усталости натруженные мышцы. В комнату я вернулся, агрессивно растираясь полотенцем. Там я в очередной раз взял в руки форматный лист бумаги с куцым текстом и фотографией пухлощекого парня с маленькими глазками. Быстро пробежал информационную сводку глазами, и отложил лист бумаги, принесенный одним из моих сбшников. Затем я взял в руки плотный конверт с изображённой на нём синицей с раскрытым клювом, достал из него лист гербовой бумаги, всё с той же синицей, бросил мимолетный взгляд на имя отправителя и, убрав бумагу обратно в конверт, уселся в кресло.

Вызов на дуэль. Естественно, вызывают меня. А впрочем, чего я ещё ожидал?

В конце августа мне пришлось ехать в Москву. Нет, не потому что я так горел желанием потусить и оторваться на посвящении в студенты. Но мне же нужно было узнать, в какую группу я попал, да и к учёбе было пора приступать. К этому времени Шахов со своими орлами нашел мне несколько подходящих вариантов жилья, из которых я выбрал один адрес, совсем недалеко от МИМа, и набил кучей охраны соседние квартиры. Фактически мне пришлось снять целое крыло из четырех квартир, так как, не смотря на купленный за просто огроменные деньги кусок земли в столице, построить нужный комплекс зданий мы никак не успевали.

Вот первого сентября всё и произошло. Я стоял у стендов с напечатанной мелким шрифтом информацией на втором этаже, возле деканата. Рядом находилась тройка охраны, с обязательным магом. Но одному очень решительно настроенному придурку это не помешало в выполнении его планов. Пока я искал свою фамилию в списке групп первого курса, некто Кузнецов Кирилл Олегович, без пяти минут член клана Синицыных, взял и испортил мне костюм и моё настроение, плеснув мне на спину липкое содержимое своего стакана, вроде бы с колой. Охрана среагировала мгновенно, но стоило скрутить этого психа, как откуда не возьмись, подобно чёртику из табакерки, появились сбшники клана Синицыных. Воздух загудел от магических плетений, в руках обеих сторон появилось оружие. Дело чуть не закончилось кровью, но конфликт удалось осатновить, хотя невысокий толстенький паренек буквально прожигал меня насквозь ненавидящим взглядом. Не знаю, в чем там подоплека, скорее всего этого Кузнецова замотивировали, скажем так, старшие товарищи по клану, но я прямо кожей чувствовал, что этот невзрачный паренек хочет меня размазать по напольной плитке. Синицыны начали дружно вопить что-то по поводу оскорбления действием, тыкать в клановый значок на лацкане пиджака этого пухляша и требовать сатисфакции. Сам Кузнецов прошипел что-то в стиле: «Уж в этот раз тебе это просто так с рук не сойдет». И добавил несколько очень оскорбительных слов в мой адрес. Хуже всего, что народу вокруг была просто куча, а значит и тех, кто видел и слышал произошедшее, было достаточно. Так что, даже, если бы мне не пришел вызов на дуэль, то такой вызов пришлось бы отправлять уже мне.

Интересно, как на это событие отреагирует одна коронованная особа? Надеюсь, ему передали мои условия? Хотя, чего гадать? Это дело личное, касающееся чести и достоинства конкретно Коршунова Максимилиана Алексеевича, а вовсе не некоего Михаила с фамилией Ворон. Так что — дуэли с этим Кузнецовым быть! Я уверен, что даже Тень бы меня поддержал. Только теперь мне самому нужно всё хорошенько продумать: условия дуэли, какое оружие взять, стратегию и тактику боя. Эх, сколько вопросов раньше брал на себя именно мой тёзка!

Шахов, Азимов и даже сохраняющий или — ая, а может вообще — ии анонимность «Божечки-кошечки» предлагали вариант проигнорировать инцидент. Ещё бы! Этот Кузнецов оказался не много не мало — а магом В-ранга в стихии воды. Очень крепкий орешек для меня. У меня же уровень владения всё той же водой аж на два ранга ниже! Очень серьёзный противник, в общем. Исходя из моего опыта, помочь решить проблему с магом В-ранга мне мог помочь лишь балкон — шутка. Я сомневался в том, что смогу справиться с таким противником в условиях дуэли на арене. Но я просто знал, что время, когда я мог игнорировать оскорбления и подобные афронты — в прошлом. Сейчас мне просто не дадут удержаться на гребне волны, если я буду позволять себя оскорблять, а тем более, игнорировать вызовы на дуэли.

Из размышлений меня вывел завибрировавший смартфон. Дисплей высветил незнакомый номер. Опять журналисты? В сомнениях я поднял трубку.

— Алло?

— Здравствуйте, Максимилиан Алексеевич. — казалось, что не прозвучал, а прошелестел тихий голос. — Вайнер моя фамилия, сип.

Последнее слово я не понял. Сип? Орел что ли? В смысле — сип белоголовый?

— Что, простите? — переспросил я.

— Вас беспокоит СИБ, Служба имперской безопасности. Моя фамилия Вайнер. Вольдемар Германович. И я имею распоряжение моего начальства… Скажем так, об организации содействия некоторым вашим планам. Мы могли бы встретиться с вами, например, завтра утром? — всё так же безэмоционально прошелестел голос.

Я облизнул внезапно пересохшие губы. СИБ! Эту аббревиатуру знал каждый житель нашей страны. Секретная служба Его Императорского Величества, занимающаяся самыми страшными и резонансными преступлениями, внешней разведкой и контразведкой. Имеющая карт-бланш на любые действия, как внутри страны, так и за её пределами. Про которую сняли огромное множество остросюжетных кинокартин, с обязательным суперпуперкрутым главным героем. Для которой не было никаких авторитетов, а существовали только воля Его Императорского Величества, приказ руководства, и закон. Причем, именно в таком порядке.

— Максимилиан Алексеевич? — послышалось в трубке.

— Э… Да. Да, говорите!

— Так что, завтра утром у вас есть какие-то планы?

— Кроме похода в институт — никаких. — ответил я, собравшись.

— Не волнуйтесь. — мне послышалась слабая усмешка в тоне говорившего. — По поводу пропуска вами занятий у деканата не будет никаких вопросов к вашей особе.

Да уж я думаю!

— Хорошо. — собрался я. — Где и когда?

— Часиков в десять давайте наши сотрудники за вами заедут? — предложил Вайнер.

— Меня будет сопровождать охрана. — поставил условие я.

— Было бы глупо, если бы вы этого не предложили.

— И юрист. — на всякий случай решил подстраховаться я.

В трубке раздался какой-то странный звук, напоминающий то ли скрип, то ли сдавленное кряхтенье.

— Из Дьяченко кого-то возьмете или Демченко вызовите? — показалось, или в тоне Вайнера появились веселые нотки.

— Еще не знаю. — честно ответил я.

— В принципе, не проблема. Берите, кого захотите, но не больше тридцати человек. И предупредите ваших безопасников, что заедут за вами «Волкодавы».

Час от часу не легче! Ещё и «псы императора» будут!

— Хорошо. — осторожно согласился я.

— Тогда всего хорошего и до завтра! — прошелестел телефон напоследок и запикал короткими гудками.

Я посмотрел на лежащий в ладони телефон, как на опасного ядовитого зверька. Вот так дела! СИБ! И что мне делать? Давайте-ка подумаем.

Предупредить Шахова — раз, попросить «Божечки-кошечки» проверить этого Вайнера — два, позвать с собой юристов — три. Пожалуй, в этот раз лучше позвонить Дьяченко, им будет проще, всё же тут — Москва.

Что же, приступим…

Глава 31

Дверь плавно покатилась по направляющим, почти неслышно клацнул дверной замок, отсекая от меня звуки снаружи автомобиля. Я откинулся на не очень удобное сиденье бронированного микроавтобуса «Ивеко» и только тогда почувствовал, как меня отпускает напряжение, в котором я пребывал с самого утра.

— Фууууух. — тихонько выдохнул я воздух и поерзал на сиденье.

— Внушает, да? — кивнул Константин на неподвижно замерших «Волкодавов» в светлой форме, стоящих возле своих автомобилей.

Словно специально, как раз в этот момент они шустро сорвались со своих мест и стали буквально нырять в автомобили. Ага, значит, обратно они тоже будут нас сопровождать.

— Эх, нам бы таких бойцов, хотя бы отделение! — мечтательно протянул старший смены моей сегодняшней охраны.

Я иронично посмотрел на восторженного безопасника и тот смутился.

— Да это я так — просто пожелания вслух. Куда сейчас, шеф?

— Знаешь, давай-ка мы воспользуемся неожиданным усилением охраны и заедем к нотариусу.

— Зачем? — недоуменно спросил Константин.

— Завещание надо оставить. — невозмутимо пояснил я.

— Чего?!! — вытаращился на меня старший охранник. — Какое ещё завещание, шеф?!!

— Да, всё хорошо! Просто Дьяченко мне тут подкинул хорошую мысль, как дополнительно обезопасить себя от ненужных покушений. Надо всего лишь оставить завещание и потом слить об этом информацию. Таким образом, смысла уничтожать лично меня уже не будет, понял? — пояснил я Константину.

— А… — протянул тот. — И к которому нотариусу ехать?

— А вот Игорь Евгеньевич тебе и скажет. — кивнул я на юриста.

Дьяченко старший ненадолго задумался и предложил:

— А давайте в госконтору на Остроженке заедем? Она тут, пожалуй, ближе всего будет. Я сейчас созвонюсь с нотариусом, чтобы в очереди не ждать?

— Сейчас свяжусь с представителем «Волкодавов». — сообщил Константин и поднял выданную ему утром рацию.

— Коршун — волкодаву. Коршун — волкодаву. Эй! Волкодавчики! Это коршуны. У нас смена курса. Адрес — государственная нотариальная контора на Остроженке! Как приняли?

— Пш… Волкодав — коршуну. — лениво отозвалась рация. — Принял. Понял. Выдвигаемся на Остроженку…

Спустя полтора часа я с чувством облегчения поставил последнюю подпись и положил ручку на стол.

— Спасибо! — поблагодарил я совсем ещё не старую женщину-нотариуса.

— Всегда пожалуйста! Обращайтесь ещё, Максимилиан Алексеевич! И, желательно, по другому поводу. — улыбнулось она в ответ, помолодев сразу лет на пять.

Все также в сопровождении своих бойцов и «Волкодавов» мы настоящим поездом промчались по широким московским улицам и доехали с комфортом до нашего временного жилища. «Псы императора» удалились только после того, как за мной закрылась дверь в квартиру. Очень смешно было наблюдать широко распахнутые глаза многочисленных встречных, восторженно глядящих на настоящих «Волкодавов» в форме, с оружием и на спецтранспорте, украшенного эмблемами оскаленных пастей. Особенно поразила одна девочка, лет десяти на вид, у которой глаза стали почти в треть лица, прямо как в мультфильмах.

В квартиру со мной вломился и Константин в сопровождении тройки бойцов. Они не успокоились, пока не обшарили все углы в просторной, хоть и всего лишь двухкомнатной, квартире. Хм… Что-то я зажрался. Двухкомнатная квартира для меня уже и «всего лишь»! Бронзоветь начинаю? Я задумался. Нет. Скорее просто волнуюсь. Точно! Я прищелкнул пальцами. Вспомнил!

— Константин! — позвал я выходящего охранника.

— Да, шеф? — резко развернулся тот.

— А что там с моим секундантом?

— С секундантом? — отчего-то замялся Константин.

— Да. Как вообще отреагировали Синицыны? — продолжал смотреть на отводящего глаза охранника я. — Кто, кстати, из ребят в итоге поехал?

— Секундант… он… Это… Он… В общем… А, да пошли они все к бесам! — отчаянно махнул рукой Константин. — Шеф, с секундантом произошла следующая история…

Я закрыл дверь за Костей, всё еще похрюкивая от смеха.

Недавно по ротации из Якутии в числе прочих наших бойцов вернулась неразлучная троица друзей-магов: Денис, Алексей и Марк. Я их прекрасно помнил — очень толковые и веселые парни. Ким их явно выделял среди прочих за слаженность и профессионализм. Когда я просил Шахова подобрать мне секунданта для дуэли, тот не нашел ничего лучше, чем выдернуть отдыхающих магов и предложить одному из них выполнять функции моего секунданта. Его ошибкой было то, что он не ткнул пальцем в конкретного человека, а сказал что-то типа «парни, пусть один из вас займется этим делом». Дальше Святослав Олегович умыл руки, его можно понять, он вылетал в Якутию, обратно вместо него должен был прилететь Ким, а эти три великовозрастных балбеса решили устроить соревнование, по результатом которого и будет выявлен тот, кто станет моим секундантом.

Видимо, до сих пор не согревшись после холодной Якутии, эти трое решили устроить дружеский конкурс на самое длительное сидение в сауне. Найти парилку в Москве, да ещё и летом — естественно, не проблема. Скорее проблемой является завлечь клиента в сауну в это время года. И всё бы ничего, но очень уж упертые ребята оказались. Может после северных холодов они стали настоящими отморозками? Первым из соревнования выбыл Марк, просидев в парной двадцать одну минуту. Оставшиеся двое упрямо продолжали сидеть ещё почти пятнадцать минут и, в конце концов, досидели в сауне до потери сознания. Поэтому обоих пришлось везти в больницу, так и не выявив победителя, а Марк самоустранился, так как, по его словам, проиграл и не имеет морального права нарушать условия спора. От гнева Шахова их уберегли, не сообщив тому об инциденте, но в результате, к Синицыным сегодня так до сих пор никто и не поехал. Я попросил Константина самому взять на себя эти обязанности, но при этом смеялся до слёз.

Что-то чересчур хорошее настроение у меня. Как бы мне его не испортили в скором времени. Хотя, чтобы его испортить понадобится очень весомая причина, — подумал я, поглаживая сквозь ткань пиджака лежащий во внутреннем кармане смартфон.

* * *

— Крак! Тьфу! — Вольдемар Германович сплюнул кусок карандаша в корзину для канцелярского мусора.

Туда же отправился и испорченный карандаш. Была у начальника Департамента физической защиты СИБ, полковника Вайнера плохая привычка, задумавшись, грызть колпачок шариковой ручки или кончик простого карандаша. Оттого ручками он пользовался самыми дешевыми, с пластиковыми колпачками. Все используемые им ручки имели характерно погрызенный вид. Карандашам везло и того меньше. Они просто перекусывались у края.

— Мда… Какой интересный молодой человек! — снова вернулся к окну Вайнер.

Он внимательно смотрел, как его недавний посетитель садится в иностранный микроавтобус и в сопровождении целой кавалькады машин выезжает за территорию СИБ. Мысли Вольдемара Германовича вернулись к недавнему разговору. Разговор этот был непростым. И очень хорошо, что практически в самом начале их беседы Коршунов проявил понимание и отправил своего юриста в приемную, после чего диалог между сторонами продолжился тет-а-тет.

Вольдемар Германович лично получил указание от начальника СИБ, Быкова-Задунайского, всеми силами способствовать выживанию Коршунова Максимилиана Алексеевича в ближайшие месяцы. Для этой цели Вайнер вызвал Коршунова в СИБ и предложил ему усилить его службу безопасности несколькими оперативниками СИБ. Коршунов осторожно пообещал подумать над этим предложением. Вольдемар Германович понятливо улыбнулся и предложил следующий вариант — временную изоляцию Коршунова в специальном лагере подготовки личного состава подразделения физической защиты. Посетитель, подумав и сделав несколько звонков, с видимым сожалением отказался. Когда полковник предложил тому физическую защиту в виде усиления его непосредственной охраны, молодой Коршунов оживился и уточнил, будут ли это «Волкодавы», на что Вайнер только растянул тонкие губы в резиновой улыбке и пояснил, что «Волкодавы» в численном составе его отдела, как и вообще в СИБ отсутствуют. Сегодняшнее сопровождение получилось организовать по счастливой случайности, но Максимилиан Алексеевич может попросить подобную услугу у Его Императорского Величества Михаила II. Естественно, Коршунов заверил, что в его планах такой просьбы нет.

В результате долгих переговоров Вайнер с Коршуновым пришли к следующему решению — полковник пообещал прислать двух отставников на пенсии в качестве консультантов для СБ потенциального клана. Но помимо этого, Коршунов смог выпросить у начальника департамента СИБ кое-что, позволяющее выйти ему сухим из воды практически в любой ситуации, произойди она в Российской империи. Вайнер посчитал очень серьезной возможность противодействия структур МВД против своего собеседника и предпринял для предотвращения такого развития событий определенные меры. Правда, для этого делать телефонный звонок пришлось уже самому полковнику Вайнеру. Звонил Вольдемар Германович не много ни мало начальнику СИБ. И только после одобрения Быкова-Задунайского полковник зашел в служебную базу с кодом ААА+00, где ввел данные Коршунова и вбил в соседней графе цифру «1». Такими простыми действиями была создана беспрецедентная ситуация, когда у человека, не имеющего никакого отношения к СИБ, появился карт-бланш на совершение любого деяния, правонарушения или преступления в пределах империи. При этом, он становился неподвластным обычным правоохранительным органам и даже судам. Правда, только на один раз, о чем говорила цифра в базе. Для этого Коршунова теперь достаточно продемонстрировать одно интересное приложение у себя в смартфоне. Ну, или заставить проверить на сканере свою айди-карту.

Полковник Вайнер подробно объяснил все нюансы статуса имперского подданного со статусом дух нолей и, ведомый любопытством, все-таки спросил, откуда Максимилиан Алексеевич узнал о существовании карт-бланша, и как додумался его попросить у СИБ? Ответ молодого человека заставил Вайнера приложить некоторые усилия, чтобы не расхохотаться в голос. Коршунов похлопал глазами и ответил: «Из кино, конечно. Если точнее, из боевиков».

— Все же этот Коршунов довольно занятный молодой человек! — вспомнив о последней сцене, повторил полковник и улыбнулся своей настоящей, живой улыбкой.

* * *

Молодцеватого вида молодой мужчина, как заведенный шагал туда-сюда, заложив руки за спину. На кармане бело-серого клубного пиджака была вышита синица с раскрытым клювом, а на одном из пальцев правой руки поблескивал желтым простенький золотой перстень с буквой «А». Шагал этот представитель клана Синицыных не просто так — он тщательно и подробно объяснял стоящему перед ним навытяжку молодому протеже всю соль ожидающих Кузнецова событий.

— … понимаешь, Кир?

Дождавшись уверенного кивка, Денис Витальевич Синицын, заместитель начальника СБ клана, продолжил поучать стажера.

— Поэтому тебе просто жизненно необходимо на примере этого наглеца — Коршунова, доказать всем, что ты больше не какой-то там безродный выскочка, а полноправный член сильного клана! И тебя больше нельзя мешать с грязью или смотреть на тебя, как на пустое место!

Денис Витальевич бросил быстрый взгляд на лицо Кузнецова и заметил, как гневно прищурились и без того маленькие глаза его подопечного.

— Ты — наш! Ты — Синицын! Ты — не один! Клан всегда с тобой! Клан поддержит тебя в трудную минуту и порадуется — в добрый час! Сейчас твоим обидчиком занялся целый профильный подотдел: составили на него досье, изучили его возможности и даже подготовили для тебя план действий, исходя из его и твоих возможностей.

— Да я его!.. — сжал кулаки Кирилл.

— Вот также думал и Хельги Олафссон, клановый маг С-ранга, между прочим. — веско уронил Денис Витальевич и добавил. — Ныне покойный.

— Олафссон? Это эти — металлургия, да? — напряг память Кирилл.

— Молодец! Запомнил! — похвалил его замначальника СБ клана. — Они самые.

Синицын дождался радостной от похвалы улыбки Кира и продолжил.

— Твой противник оказался не так уж и прост. Во-первых, у него просто отличная фехтовальная подготовка. Он участвовал в нескольких соревнованиях, побеждал, имеет спортивные разряды, в общем, крепкий орешек. Наши аналитики выдали справку, что в вопросе фехтования он на голову выше тебя.

— Во-вторых, не смотря на очень слабые способности в магии, он, кстати, водник, как и ты, у него имеются кое-какие секреты. Точнее, он думает, что это секреты, но мы же клан, а не какие-то там любители. — широко улыбнулся Синицын.

Дождавшись ответной горделивой улыбки Кузнецова, Денис Витальевич продолжил.

— Так вот. По поводу его «секрета», — Денис Витальевич при этих словах дважды загнул указательные и средние пальцы на руках. — Имей в виду — он ОЧЕНЬ быстр.

Слово «очень» СБшник явно выделил голосом.

— Мы не разобрались, каким образом, но этот твой Коршунов иногда умудряется двигаться просто с нечеловеческой скоростью.

Кирилл резко вскинул голову и внимательно посмотрел в лицо своего старшего соклановца.

— Как это?

— Когда я говорю «с нечеловеческой» — это значит именно «с нечеловеческой». Он двигается так, что олимпийский чемпион по легкой атлетике ему позавидует. Что это за странность? Может особенность его организма, может — артефакт, может ещё что… Не знаю.

— Артефактов же, кроме защитных, не существует? — просевшим голосом уточнил Кузнецов.

— Магические артефакты — не известны широкому кругу лиц, но на самом деле они существуют. Просто их настолько мало и над ними так трясутся их владельцы, что… Но это не важно. Важно то, что наши аналитики считают, что на Арене Коршунов однозначно применит эти свои способности. А это значит, что тебе нужно его опасаться.

— Магу в ранге «В» опасаться «D»-шника? — округлил в удивлении глаза Кирилл.

— Вот, наверное, так и считал Хельги Олафссон, пока Коршунов не воткнул ему нож в сердце. — недовольно уронил Денис Витальевич.

— Понял. — подобрался Кирилл.

— Итак, прогноз вашей дуэли. — продолжил Денис Витальевич. — Коршунов будет всячески пытаться сократить между вами расстояние и навязать тебе чистое фехтование. К сожалению, на Арене запрещено использовать стихийные щиты, защитные артефакты и доспехи. Что означает, что в чистое фехтование тебе просто нельзя с ним вступать. Но на защитные плетения, за исключением стихийных щитов, запрет не распространяется. Так что ты будешь использовать ледяной доспех. Создашь его в первые же секунды схватки. Коршунова же ты будешь бить дальними атаками, желательно не точечными, а масштабными. Потянешь?

Синицын внимательно посмотрел на Кузнецова. Тот задумался ненадолго и ответил.

— Резерва хватит. Буду бить ледяными бомбами. Еще могу устроить град копий и… и… Да ему этого с головой хватит!

— Не надо недооценивать своего врага! — внушительно произнес Денис Витальевич. — Ещё применишь цунами! И запустишь все плетения сразу, понял?

— Да у меня же резерв наполовину просядет после такого! — возмутился Кирилл.

— Глупый сопляк! — рыкнул Синицын. — Речь идет о жизни и смерти! Твоей! И его! Ты что думаешь, ты умнее целого нашего кланового аналитического отдела?

— Нет, конечно. — признал Кирилл.

— Тогда запоминай план твоих действий! Тебе надо так размазать этого Коршунова, чтобы больше никто не усомнился в твоих талантах! В твоей силе! В твоем праве! Понял?

— Понял. — торжественно кивнул Кирилл.

— Итак, как только начнется дуэль — ты создаешь ледяной доспех. Следом — град копий, ледяные бомбы и цунами. Если даже Коршунов каким-то чудом и выживет после такого — добьешь его элементарными водяными стрелами. Но ни при каких обстоятельствах не приближайся к нему! Не надо добивать его мечом или проверять его пульс. Контроль в корпус и голову — и всё. Запомнил?

— Да. — коротко ответил Кузнецов.

— И помни! Результатом дуэли должна быть только его смерть! Иначе придирки и насмешки окружающих будут сопровождать тебя и дальше. Люди — они чувствуют и понимают только силу. Вот и покажи всем СВОЮ силу! — с этими словами Синицын сильно хлопнул Кузнецова крепкой ладонью по мягкому плечу последнего.

— Я всё понял. Коршунову — конец! — мрачно пообещал клановый стажёр, потирая ладонью пухлый кулак.

Глава 32

— Девушка, вы кого-то ищете? Может быть, меня? — с приятной улыбкой обратился к красивой блондинке высокий спортивный молодой человек, стоящий у ближнего ряда сидений Арены.

Девушка недоуменно посмотрела на обратившегося к ней парня, скосила глаза на вышитый клановый знак в виде боевого молота, вдохнула, явно собираясь что-то сказать, но тут её окликнул другой голос. На это раз женский.

— Настя! Настяааа! Мы — тут!

Сигурд Олафссон, не так давно носивший фамилию Дроздов, обернулся на голос вместе с блондинистой красоткой. А эта тоже ничего. Но — постарше, лет так двадцати пяти на вид, и шатенка, в отличие от первой, что со светло-русыми волосами.

— Света! — обрадовано воскликнула блондинка и, не обращая внимания на парня, стала пробираться сквозь настоящую толпу народа ко второй девушке.

Несостоявшийся ловелас проводил фигуру удаляющейся девушки сожалеющим взглядом, но тут же плотоядно улыбнулся. В проходе между трибунами показалась ещё одна молодая девушка, ничуть не хуже давешней блондинки. Кстати, и эта тоже блондинка.

— Девушка!.. — с довольной улыбкой двинулся навстречу Сигурд.

Эффектная блондинка оценивающе оглядела его с ног до головы своими ярко-зелеными глазами, фыркнула и молча постучала указательным пальцем по висящей на груди табличке с надписью «Пресса». И тут неудача. Журналистка обогнула поскучневшего молодого человека и исчезла в толпе.

Но ничего, при таком скоплении людей, симпатичных девушек без пары тут хватало. Сегодня Сигурд развлечется на полную катушку: и полюбуется, как размажут виновника упадка его родного клана, и подцепит себе какую-нибудь цыпочку.

* * *

— Стойте! Сюда нельзя!

Двое хмуро-подозрительных мужчин в нарядах, украшенных знаками клана Синицыных, преградили путь красивой блондинке, целенаправленно держащей путь в сектор Синицыных.

— Добрый день! — широко улыбнулась девушка и продемонстрировала мужчинам карточку «Пресса», подняв ту с внушительной груди. — Ирина Яровая, интернет-ресурс «ЧерНовые происшествия». Я бы хотела взять интервью у господина Кузнецова. Очень короткое, буквально несколько слов.

— Прошу прощения, но господин Кузнецов до окончания дуэли никаких интервью давать не будет. — твердо глядя в ярко-зеленые глаза журналистки сказал один из Синицыных.

— Может быть, возможны исключения? — грудным голосом озвучила вопрос Яровая, призывно улыбаясь сразу обоим безопасникам.

Но те в ответ только нахмурились ещё больше.

— Никаких исключений. — ответил все тот же сбшник и добавил. — Даже красавицам в таких замечательных линзах.

— Хорошо. Я дождусь окончания дуэли. — холодно улыбнулась блондинка и, резко развернувшись на каблуках, направилась к выходу из сектора.

— Может, стоило взять телефончик? — спросил тот безопасник, что был немного помоложе второго.

— Зачем? Это ж блогерша. Её контакты в сети есть. — отозвался второй.

— Что, серьёзно? — удивился молодой.

— Да. Какие шутки?

— Скинешь ссылку?

— Напомни потом. Скину. — успокоил молодого старший.

А в это время «Ирина Яровая», стоя в женском туалете, с тихими ругательствами снимала контактные линзы. Светлый парик был стянут в хитрую сеточку и уже отправился в сумочку. Туда же была спрятана карточка представителя прессы. Вот последняя линза отправилась в контейнер с раствором, и Барбара Иванович стала быстро моргать обоими глазами. Затем у зеркала Барбара смыла яркий макияж, нанесла новый, совсем неброский, и вдохнула.

Вот что теперь делать? Девушка задумалась. План «С» не сработал, также, как не сработали два предыдущих. Основным планом предусматривалось выведение из строя Кирилла Кузнецова командой наемников. Барбара разместила анонимный заказ, и за его выполнение взялась команда, известная сестрам Иванович, как «Дикие шпицы». Оплатила его Барбара, конечно, из своего кармана. Но аванс наемники вернули, так как не смогли подобраться к Кузнецову до начала дуэли. Охраняли его качественно, а на клановый полигон попасть бы у наемников не получилось при всем их желании.

Запасным планом было устроить аварию с участием Кузнецова в день проведения дуэли. Так, чтобы он не успел на Арену до оговоренного секундантами времени. Этот заказ был выполнен, но…

Мария позвонила Барбаре, когда та сидела в автомобиле недалеко от самой востребованной сегодня Арены.

— Алло! Бася?

— Да, Маш?

— Накладочка вышла. Ребятишки въехали в бок Синицыным, но те были на четырех одинаковых автомобилях. Наши парни ударили вторую машину, но Кузнецов был не в ней. В каком из оставшихся автомобилей он находится, установить не удалось. Прости, Бась. — протянула старшая сестра.

— Вот, дерьмо! — выругалась Барбара.

— Бася! — строго прозвучало в телефоне. — Не ругайся! Придумаем еще что-нибудь.

— Да что тут придумаешь? Запасной план не сработал! — эмоционально воскликнула Барбара. — Буду использовать самую крайнюю возможность!

— Бася? Ты что задумала? Бася? БАСЯ?!!

Но Барбара уже положила трубку и нырнула в перчаточный ящик, в просторечии называемый бардачком. Вскоре, из неприметной «Ладоги» выскользнула эффектная блондинка с зелеными глазами и не по-девичьи широкими шагами направилась к ближайшей аптеке.

Это был даже не аварийный план, а так, почти экспромт. Барбара купила сразу два сильнодействующих слабительных средства в порошках, которые были в аптеке. Как она подсыплет слабительное Кузнецову, девушка пока не знала, но зато она знала, что если она ничего не предпримет, то один очень симпатичный ей молодой человек вот прямо сегодня закончит свой бренный путь. А этого она допустить не могла. Вот и ринулась в бой, используя одну из своих активно используемых «масок» видеоблогерши Ирины «Yara-yara» Яровой. Но и тут её ждала неудача.

Голова гудела от напряжения, но дельных мыслей просто не было. Поединок состоится через тридцать пять, уже через тридцать четыре минуты. Может быть, раз уж не вышло с Кузнецовым, то попробовать вывести из строя Максимилиана? Точно! И девушка решительно зашагала в противоположный конец Арены…

* * *

Тук-тук-тук-тук-тук-тук. Барабанной дробью в тишине стучали пальцы черноволосого мужчины с просто идеальным пробором по клавиатуре. Я сидел на неудобном диванчике, ровно держа спину. Тут от резных двустворчатых дверей в мою сторону шагнул «Волкодав» в парадной форме.

— Максимилиан Алексеевич? Проходите!

Трость мне пришлось оставить у охраны. Хотя эта трость не содержала в себе никаких сюрпризов, как старая. Просто цельнометаллическая трость с красиво оформленной рукоятью в виде коршуна — подарок Вовки Чумакова. Но да боги с ней, с тростью. Меня ждал император.

Внимательные карие глаза нашего императора тщательно осмотрели меня с ног до головы. На некоторое время я почувствовал себя котенком, которого выбирают возможные покупатели в зоомагазине. Неуютное чувство, честно говоря.

— Проходите, Коршунов! Проходите! — красивым звучным голосом пригласил меня средних лет мужчина с заметной сединой в волосах.

Гусев. Родион Сергеевич. Архимаг. Начальник Третьей канцелярии. Опознал я говорившего. Я почувствовал, что в горле запершило от волнения. Император, глава Третьей канцелярии. Не хватает только руководителя СИБ и премьер-министра, чтобы в одной комнате собрать четырех самых влиятельных людей империи. Я сглотнул образовавшийся комок в горле и подошел к круглому столику, вокруг которого стояло три кресла. Два из них уже были заняты. Я вопросительно посмотрел на совсем ещё не старого императора огромной евразийской империи.

— Добрый вечер, Ваше Императорское Величество! Добрый вечер, Родион Сергеевич!

— Ну, здравствуй! Присаживайся! — кивнул на пустое кресло Михаил II Ворон. — Вот ты, значит, какой… Я думал — ты будешь повыше ростом. И покрепче.

Я скромно промолчал. А что тут говорить? Вчера мне позвонили из Его Императорского Величества канцелярии и сообщили, что сегодня меня желает видеть правитель и государь Российской империи. За мной заедет положенный эскорт и сопроводит меня на встречу с указанным лицом. В итоге, за мной заехал конвой из «Волкодавов» и доставил меня в Старую Москву, в резиденцию Воронов, где я и ожидал вызова к императорской особе «по личному вопросу», как указывалось в моей карточке просителя. И вот — я впервые в жизни вживую вижу правителя России.

— Ты знаешь, по какому вопросу мы тут встретились?

— Никак нет, Ваше Императорское Величество! — ответил я.

Выражение лица Михаила II поскучнело. Он перевел взгляд на Гусева. Тот зажмурился и посмотрел в лицо российского императора. Затем они оба повернулись ко мне и уставились прямо мне в лицо.

— Что, совсем никаких мыслей? — уточнил Михаил II.

— Отчего же? — ответил я и прочистил горло. — Кхм. Скорее всего, вы вызвали меня для того, чтобы предварительно оговорить условия создания нового клана, а также основы общественного договора между этим самым кланом и династией Воронов. Так, Ваше Императорское Величество?

Я прямо посмотрел на императора. Тот снова переглянулся с Гусевым и кивнул тому.

— Всё верно, Максимилиан Алексеевич. — подал голос начальник Третьей канцелярии. — Именно для этой цели вы были приглашены к Его Императорскому Величеству. И именно поэтому на этой встрече присутствую я, как руководитель той службы, которая отвечает за правильное выполнение обязанностей, вытекающих из подобного договора кланами, в качестве стороны. Я думаю, мне не нужно уточнять, ЧТО ожидает вас, в случае нарушения условий договора?

Глядя на холодную улыбку и ставшие ледяными глаза Гусева, уточнять мне совсем не хотелось. Всем и без того было известно КАК работает Третья канцелярия. Тем более, я лично столкнулся с примерами деятельности этой конторы.

— Когда мы заключим договор, я буду кровно заинтересован в его соблюдении. Так же, как и все мои соклановцы. — заверил я архимага.

— Это очень хорошо, что вы это понимаете. — закивал головой Гусев.

Родион Сергеевич пододвинул ближе простую папку со скоросшивателем, раскрыл её и развернул её содержимое в мою сторону.

— В канцелярии ЕИВ Михаила II возник ряд вопросов к вам. Вопросы это рядовые, их могли бы решить не спеша путем обычной переписки, но тогда этот процесс занял бы минимум полгода. Так что давайте сразу закроем эту проблему? — Гусев продолжил, не дожидаясь моего ответа. — Итак, начнем с того, что клан Коршуновых в Российской империи уже существует, и вы об этом прекрасно знаете. Поэтому предлагаю вам очень простой вариант — убрать окончание вашей фамилии. Были Коршуновыми — станете просто Коршуном.

— Не принципиально. — Отреагировал я.

— Хорошо. Продолжим. По вышеуказанным причинам вы также не сможете оформить клановым знаком пикирующего коршуна. Сидящего коршуна канцелярия откажется регистрировать, потому что он будет напоминать сидящего ворона, а этого никто не допустит.

Да уж, понятно. — подумал я, бросая быстрый взгляд как раз на носителя такого знака.

— Чтобы сэкономить время, вам предлагается самый подходящий вариант — взлетающий коршун анфас. Есть возражения? — Гусев посмотрел на меня и, дождавшись отрицательного жеста, продолжил. — Значит, оставляем этот вариант. Основателем и главой клана будет считаться Максимилиан Алексеевич Коршун, вам всё ясно?

— Да, всё понятно. — подтвердил я.

— Тогда вернемся к условиям…

Мы сжато, минут за двадцать обсудили все существенные условия предварительного договора. Всё было довольно стандартно, как-никак это был не первый, и даже не сотый договор, который оформляла имперская канцелярия. А тот факт, что больше половины созданных за время правления династии Воронов кланов, давно прекратила своё существование, обусловлен объективными причинами.

— Ах, да. Чуть не забыл! — слабо улыбнулся Михаил II. — Основной договор будет заключен сразу же после первой успешной промышленной добычи алмазов на «Мирном». Я с удовольствием поприсутствую при этом торжественном и важном для всей страны событии. У меня как раз будет немного свободного времени через месяц. Я планировал посетить с инспекцией ряд городов Дальнего Востока нашей державы.

Блиииин! Я почувствовал, как у меня задергалось веко. Через месяц? По всем расчетам промышленная разработка кимберлитовых трубок планировалась к старту через полтора-два месяца. Опять аврал! И это в условиях постоянного ожидания неприятностей от клана Синицыных.

— Да, по поводу ваших разногласий с кланом Синицыных… — как будто угадал мои мысли Гусев. — Глава клана Синицыных лично пообещал Его Императорскому Величеству, что никаких нерешенных вопросов с вами, а тем более претензий к вашей особе он больше не имеет.

А вот это отличная новость! Тогда мы, может, и успеем запустить работу рудника и завода через месяц.

Меня уже выпроваживали, но почти у самых дверей меня остановил голос Михаила II Ворона.

— У меня к вам остался только один вопрос…

— Да, Ваше Императорское Величество? — всем корпусом повернулся я к Михаилу II.

— Расскажите, как вам всё же удалось ТАК убедительно победить на дуэли с представителем клана Синицыных?

Всё-таки началось. — подумал я, а в голове замельтешили воспоминания.

… На Арену я вышел собранный донельзя. В руках у меня были подаренные моим лучшим другом шашка и кинжал, очень легкие для своего класса, но такие удобны именно для меня — для Супера. Так я и стоял под прицелом множества пристальных глаз. Трибуны были заполнены на все сто. Помимо моих сотрудников, Синицыных, Олафссонов, Коршуновых, и этих принесло, было просто огромное количество любопытных. Плюс толпа журналистов. Эти ненормальные даже ко мне в раздевалку прорывались. Хорошо, что охрана их дальше коридора не пускала. Я стоял и смотрел на своего противника. Набычившийся, он сжимал в руке прямой недлинный палаш. Кроме этого, никакого оружия у него не было. За исключением, конечно, магии. Я прекрасно понимал, что шансы у меня очень низкие. Куча просмотренных видео, опыт многих боевиков, рассказы того же Кима и других специалистов давали возможность представить себе способности мага в ранге «В». Это реально страшная сила! Я знал, что если я не убью его очень быстро — мне не поможет ни моя ловкость, ни скорость, ни моё мастерство, как фехтовальщика. Так что этот Кузнецов мог выйти вообще без клинка — для меня, и для него ничего бы не поменялось. И мне не поможет тот факт, что на Арене нельзя использовать стихийные щиты. Он меня просто размажет и не заметит.

Сначала я планировал использовать карт-бланш, полученный от СИБ для того, чтобы убить своего недруга до начала дуэли, но всё указывало на то, что после этого Синицыны меня точно достанут. А карт-бланш у меня был только на один поступок. Так что, подумав, я пришел к выводу, что он мне пригодится после дуэли, как раз для того, чтобы удержать клан Синицыных от необдуманных поступков. Но для начала мне нужно было пережить бой. А это, как я уже говорил было большой проблемой.

Так что, мне оставался только один способ, чтобы остаться в живых. На полную катушку использовать свои возможности Супера. Я уверен, что даже Тень, останься он со мной, поддержал бы меня в этом решении.

Спокойствие и собранность. Вот удалились Константин и один из Синицыных, выполняющие обязанности наших секундантов. Голос Арбитра загремел над Ареной.

— …Бооооооооой!

Окончание фразы я встречал уже в ускорении. Скорость! Скорость! Ещё быстрее! Я рванул с места так, как никогда ранее. Я буквально чувствовал, как время утекает сквозь пальцы, как песок. Тот самый песок, которым покрыта Арена. Я чувствовал, как тянутся сухожилия, казалось, я ощущал, каждый микроразрыв в мышцах ног. Когда до злобно скривившегося толстячка оставалось метра четыре, я сильнее оттолкнулся и прыгнул, закручивая корпус и выбрасывая правую руку с зажатой в ней шашкой. Воздух, казалось, загустел до состояния воды. Пока я несся к Кузнецову, я успел рассмотреть, как вокруг его туловища из ниоткуда появляется ледяная броня, а его левая рука медленно поворачивается в магическом пассе. Я знал, что этот доспех мне не пробить. Но я — успел. Успел за доли секунды до того, как доспех закрыл моего противника полностью.

Какой-то газетчик сразу после дуэли восторженно написал, что я преклонил колено в знак уважения к достойному противнику, а остальные потом хором подхватили эту фразу. На самом деле я просто вынужден был упасть на одно колено, потому что разорвал связки. Я даже шашку упер в песок, а кинжал воткнул в него же, чтобы не упасть, потому что со второй ногой дело у меня обстояло чуть лучше, чем с первой. Но получилось так, что для всех на колено я встал в тот самый момент, когда тело моего противника, теряя куски ледяного доспеха, упало на песок. Его голова к тому времени откатилась метров на восемь.

Потом был бешеный рёв трибун, вердикт Арбитра, урегулирование формальностей секундантами. За это время сразу два наших целителя привели меня в порядок, и я смог встать.

Журналистов мне удалось оставить без общения с моей скромной персоной, отговорившись травмами и усталостью после дуэли. А уже ночью «Божечки-кошечки» взломали личный аккаунт Главы клана Синицыных, и прокрутили ему видеофайл, демонстрирующий заряд взрывчатки на самом крупном заводе Синицыных по производству процессоров для мобильных телефонов. После чего был переслан скрин карт-бланша от СИБ на моё имя. Благо, цифра «1» в этом приложении не высвечивалась. К этим данным было прикреплено послание лично Юрию Львовичу, что подобные сюрпризы, также как и сюрпризы иного характера могут ожидать не только предприятия клана, но и конкретных лиц, относящихся к верхушке этого клана. Сопровождала всё это просьба оставить в покое одного молодого человека. Как вы понимаете — меня.

Все эти воспоминания пронеслись в моей голове. Я посмотрел прямо в переносицу императору Михаилу II и скупо улыбнулся.

— Мне просто повезло…

* * *

— … в этот знаменательный для всей нашей бескрайней Родины день! А перерезать красную ленту мы имеем честь предложить Его Императорскому Величеству Михаилу II Ворону, Государю всея Руси!

Мой заученный наизусть спич перекрыл дружный рев огромного количества глоток. Народ восторженно вопил изо всех сил. Ещё бы! Такое событие! Я, было, подождал, пока вопли стихнут, но куда там! Так что я сделал несколько шагов, отделяющих меня от российского правителя, и с широкой улыбкой на лице вручил ему короткие золотые ножницы с закругленными кончиками. В этот момент чувствовал я себя не очень хорошо, потому что я очень не люблю, когда в меня целятся, тем более из нескольких автоматических стволов. Но «Волкодавам» было наплевать на моё мнение. Дернись я — и меня нашпигуют свинцом, как утку на открытии «перьевой» охоты.

Император огромной страны приятно заулыбался, помахал рукой людям, стоящим на деревянных трибунах, вызвал ещё более громкий ор, и, наконец, перерезал эту чёртову ленту.

— Запускай! — громким басом заорал начальник добычного участка.

Загудели многочисленные моторы различной техники. Десятки рабочих разбежались по своим местам, напоминая трудолюбивых муравьев. Ещё больше рабочих скрывали стены свежеотстроенных цехов завода. Алмазный рудник, совмещенный с заводом, заработал. Мы уложились к приезду императора, хоть это далось нам очень нелегко.

Его Императорское Величество Михаил II Ворон остался доволен. Все работники старались, как для себя. А Валера Васильев, вот ведь шустряк, успел притащить крупный алмаз из первой добычи, почти на сотню карат. Его мы презентовали на память правителю с эпитетом «самый крупный камень, добытый в день открытия алмазного рудника». Хотя после его отъезда рабочие добыли камень ещё крупнее. Но это уже мелочи. В общем, всё получилось. Перед отъездом Михаил II при мне дал распоряжение своему референту связаться с ЕИВ канцелярией и ратифицировать договор о создании нового клана. Клана Коршуна. Моего клана!

Вечером я в окружении своих близких людей отмечал наши успехи. Все сотрудники праздновали торжественное открытие нашего предприятия, а мы с Шаховым, Кимом, Азимовым, Савушкиным и Назаровой засели в кабинете управляющего, которым неожиданно стал вцепившийся в работу Васильев. Азимов откуда-то вытащил две бутылки двадцатилетнего «Ожье». Шахов ухмыльнулся и добавил к нему столько же бутылок двенадцатилетнего «Арди». Все были возбуждены и веселы. Но, оказалось, Васильев решил не останавливаться на своих достижениях.

Когда я допивал свой первый бокал отличного коньяка, этот деятель ввалился к нам с выпученными глазами, таща за руку какого-то местного дедка.

— Валера! — обрадовано вскричала Назарова.

— Кого это ты к нам привел? — подозрительно прищурился Ким.

— Знакомьтесь. Это Иван Тимирдэй. Он местный житель. И он маг металла. Правда, слабый. «С»-ранг всего лишь.

— И? — спросил Азимов, пока я внимательно рассматривал дедушку.

— И… — на лице у Васильева расплылась глупая улыбка. — Я хочу нас всех поздравить с тем, что на землях нашего предприятия находятся просто очуметь какие огроменные запасы золота!

Вот это номер! Реакция была разной. А вот я почему-то сразу поверил словам Валеры. Посмотрел на морщинистое невозмутимое лицо якута и поверил. Вот так привалило! Как будто мало было алмазов?

— Это дело надо отметить! — громко заорал обычно тихий Савушкин.

Вся компания поддержала его согласными воплями.

— За Коршуна! За человека, который совершил невероятное! — поддержал его Ким.

— За Коршуна! За человека, давшего нам цель! — выкрикнул Шахов.

— За Коршуна! За Главу нашего клана! — звонко прозвучал голос Светланы.

— Ааааааа! — закричала и зашумела звоном посуды такая, вроде бы совсем небольшая, компания.

Я оглядел радующихся людей и почувствовал, как откуда-то изнутри у меня также поднимается волна радости и счастья.

Эпилог

— Вовочка, ты оладушки будешь?

— Буду, мам! Конечно, буду! — здоровый, как медведь, молодой мужчина на секунду оторвался от вкуснейшей солянки, чтобы ответить.

— Сделай телевизор погромче, сыночка! И на Первый переключи! Там новости должны идти!

— Да, мам! — отозвался известный в определенных кругах своими работами кузнец, Владимир Чумаков, и схватил утонувший в его лапище пульт от телевизора.

Экран телевизора мигнул, в нем появился серьезный мужчина в очках в крупной оправе.

— На Дальнем Востоке очередная провокация со стороны Ниппона. На Сахалине произошла перестрелка между нашими пограничниками и несколькими вооруженными автоматическим оружием боевиками. Имеются потери с обеих сторон. К сожалению, тела погибших боевики смогли унести с собой. Боевики не имели на одежде никаких отличительных знаков, но оставленное на месте столкновения оружие, боеприпасы и взрывчатка — производства Ниппон. Официальный Ниппон отрицает участие своих граждан в инциденте, а мы напоминаем, что это уже не первый похожий инцидент за последние три месяца. До этого боевики восточной наружности, вооруженные японским оружием и техникой, неоднократно нападали на золотоносные прииски Сахалина, Магаданской области и Якутии. Также не решена проблема десятков рыболовных судов, браконьерским образом добывающих морские биоресурсы в нашей акватории. При появлении пограничников Российской империи данные суда немедленно уходят в сторону японских территорий. Правительство Российской империи выражает негодование по поводу всех этих инцидентов и заявляет, что к нарушителям государственных границ, а тем более к агрессорам будут применяться самые строгие меры. Пограничникам восточных рубежей был отослан приказ — стрелять по любым вооруженным нарушителям на поражение, без предупреждения.

Министром Внутренних дел стал неклановый неодаренный тридцатидевятилетний Николай Копытин, ранее возглавлявший Нижегородское областное управление МВД. Позиции клана Синицыных после кончины бывшего министра внутренних дел не изменились — заявил Глава клана.

В Воронежской области произошел взрыв на газозаправочной станции. Пострадало три человека. Все они сейчас находятся в ожоговом отделении Воронежской областной клиники, угрозы жизни уже нет, целители своевременно выполнили свою работу. Уже завтра все пострадавшие будут выписаны из больницы. Все расходы, связанные с пребыванием пострадавших в больнице, взял на себя клан Козловых, которым и принадлежала станция.

Клан Коршуна продолжает набор специалистов туристического развития для работы в Крыму. Абсолютно любой имеет редкую возможность поменять свой статус на клановый! Но помните, собеседование только после проверки СБ клана!

— Вовочка! Ну, переключи на Первый!

— Ма, тут же тоже новости! — запротестовал Владимир.

— Переключи, я кому сказала? — категорически потребовала Людмила Чумакова.

Владимир отодвинул опустевшую посудину и снова взял в руки пульт.

Экран мигнул и продемонстрировал чувственно красивую ярко-накрашенную девушку в странном футуристическом наряде и огромной шляпке.

— …вернули за вознаграждение. Сама известная фотомодель выложила на своей странице в социальных сетях фотографию медальона с подписью «Ура! Он снова вернулся ко мне!». Но это еще не интрига, а только цветочки!

Ведущая загадочно улыбнулась.

— Как нам стало известно из источников, близких к самой Анастасии Субботиной, потерянный и счастливо возвратившийся к владелице медальон содержит внутри себя фотографию. Фотография довольно старая. Чуть ли не школьных времен. Но на этой фотографии… — ведущая сделала драматическую паузу. — На этой фотографии присутствует сама Анастасия и… Самый известный холостяк нашей страны, Глава и Основатель клана Коршунов — Максимилиан Коршун! Да-да, вы не ослышались! На фоне слухов о размолвке между Максимилианом Коршуном и его девушкой — известной блогершей Ириной «Yara-yara» Яровой, пост Субботиной с такой подписью выглядит очень провокационным. Но самое интересное, что мы нашли свидетелей, которые утверждают, что на оригинале фото кроме Коршуна и Анастасии Субботиной был третий человек — ещё одна девушка! Кто же это был? О чём или о ком писала на своей странице известная фотомодель? Смотрите в вечернем выпуске программы «Светская жизнь», а с вами была я, Леля Максимович…

— Охо-хонюшки! — вздохнула Людмила Чумакова и вопросительно посмотрела на сына. — Вовочка, а Масик точно на этих выходных приедет?

— Да, мам, он же сам тебе говорил. — пробасил Чума. — Оладушков твоих захотел.

— Ой! Точно! Надо же молоко поставить скисать! — всплеснула руками пожилая женщина.

— Ага! Ну, всё, я побежал! Мне пора! — здоровяк запихнул последнюю оладью в рот.

Владимир чмокнул маленькую мать в макушку и выскочил из квартиры. Он действительно спешил. Его ждали прекрасная погода, отличное настроение и любимое дело.

Конец

Content

Алексей Акданин
Взлет Коршуна 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Эпилог