Гришанин Дмитрий Анатольевич

Real-RPG. Практикант 2

* * *

Глава 1

Я вынырнул из кровавой пелены забвения, которая теперь заменяла мне сон. Невольно дернулся в момент пробуждения, и тут же хрипло застонал от боли в потревоженных мышцах.

Перед глазами, привычно, загорелись строки системного лога.

Внимание! Вы провели еще 4 часа в паутине кукольника. За выживание в экстремальной ситуации вам начисляется: 6 теневых бонусов к Силе, 4 теневых бонуса к Ловкости, 10 теневых бонусов к Выносливости, 9 теневых бонусов к КЭП.

В этой чертовой теневой параллели я давно потерял счет времени. Таймер обратного отсчета в углу периферийного зрения от чего-то заглючил, и теперь бесконечно выдавал и один и тот же неизменный набор цифр:

00:13:13… 00:13:13… 00:13:13…

Здесь не было привычной для родной параллели смены дня и ночи, а круглосуточно пылало намертво «приколоченное» к небосводу ослепительно-яркое солнце. Потому, сколько часов или суток я провел в плену, оставалось только гадать… Вроде бы, за время плена, я уже трижды проваливался в кровавую пелену беспамятства. Или четыре? Черт! Впрочем, да какая уже разница.

Я висел между двумя высокими и белыми, как слоновая кость, берхами намертво спеленатый паутиной, как чертова муха, и не мог шевельнуть даже пальцем. Все мышцы в теле затекли, от долгого пребывания в неподвижном состоянии, и на любую попытку шевеления реагировали болезненными судорогами.

Большой палец правой руки, с кольцом, был изолирован паутиной от остальной ладони особенно тщательно. И я не имел ни малейшей возможности ни шевельнуть им, не дотянуться до него соседним пальцем, потому не мог ни призвать копье, не вызвать меню, чтоб узнать свои текущие характеристики.

Только лицо гады оставили свободным от паутины, чтоб я не задохнулся раньше времени, и мог долго радовать своим жалким беспомощным состоянием ублюдков-похитителей.

— Оччнулсся? — я невольно вздрогнул от раздавшегося сбоку голоса соседа. — Хорошшо. Готовсся, Ссережша. Ссейччасс будем зсавтракать.

Потусторонняя тварь идеально копировала не только внешность, но и голос своей жертвы. Даже зная, что Толян мертв, услышав натянувшего его маску кукольника, я в который раз поймал себя на мысли, что готов привычно ляпнуть в ответку что-то типа: «Хоре прикалываться, Толя. Ни разу не ссмешшно.»

— Я не голоден, — прохрипел я в ответ. — Дай, лучше, воды.

Долгое общение с потусторонней тварью притупило у меня первоначальный ужас перед ней. Убедившись, что убивать меня пока в планы кукольника точно не входит, я невольно стал воспринимать высокоуровневую смертельно опасную тварь, как банального тюремщика.

— Ссперва зсавтрак, — тварь в образе Толяна вышла из мертвой зоны, неся в руках уже знакомое мне здоровенное розовое яйцо в фиолетовую крапинку (мой стандартный тюремный завтрак, как, в прочем, и обед, и ужин). — Ссъешшь зсавстрак, будешшь пить.

— Сука! — обреченно бросил я в лицо «соседу». Попытался, до кучи, еще и плюнуть, но, из-за страшного сушняка, во рту банально не оказалось слюны.

Проигнорировав мое ругательство, «Толян» мазнул по губам черным раздвоенным языком и спросил:

— Сам рот откроешь, или помочь?

При первой кормежке я имел неосторожность выпендриться и закочевряжиться. И через секунду я узнал КАК помогает потусторонняя тварь.

Свободной рукой, в тот раз, кукольник схватил меня за нижнюю челюсть. Но, вместо иллюзорных пальцев я ощутил, как подбородок до кости рвут острые, как скальпель, когти чудовища. Конечно, я тут же распахнул рот, шире самого голодного птенца. Но вместо того, чтобы тут же начать меня кормить, добившаяся подчинения тварь сперва еще с добрую минуту, глядя мне в глаза, нарочито медленно слизывала своим длинным черным языком ручьем льющуюся по изуродованному подбородку кровь… Почему я после этого не загнулся от банального сепсиса? Да фиг его знает. Может, слюна кукольника обладает антисептическими действием, как собачья. Хотя, конечно, учитывая рацион питания потусторонней твари, я б его слюну отнес скорее к биологическому оружию… Но, как бы то ни было, после того первого раза, раны на челюсти подозрительно быстро затянулись.

Однако желания повторять эксперимент эта быстрая поправка, конечно, не вызвала. И, при следующих кормежках, я больше ни разу не ерепенился. Вот и сейчас, вместо ответа, покорно открыл рот.

Кукольник мгновенно вскрыл яйцо и, приставив дырку на розовой макушке к моим губам, стал аккуратно переливать содержимое мне в рот.

На вкус эта экзотическая пища была, как… Да, как обычное сырое куриное яйцо, только приторно сладкое. Ну и порция, из-за гигантских размеров розового, была, соответственно, раз в десять (а то и все пятнадцать) больше куриного.

Первые глотки патоки яичного белка стекали в глотку легко, но дальше организму требовалось запить сладость. Однако, в силу каких-то извращенных предубеждений кукольника, тварь требовала, чтоб гигантское яйцо было выпито одним залпом, без перерывов на запить. Потому приходилось терпеть, давиться и глотать, глотать, глотать тягучую сладкую жижу.

На последних глотках снизу начинала уже подниматься тошнота, отчего патока в горле вставала колом, не желая больше опускаться, и я начинал реально задыхаться. Но кукольник в маске соседа наносил точечный укол в какую-то точку под моим подбородком, и горловой спазм на пару секунд благополучно исчезал. Остатки яйца тут же проваливались в пищевод. А то, что потом за эти пару секунд я расплачивался несколькими минутами мучительного кашли, никого уже не волновало.

Как и обещал, в конце завтрака тюремщик напоил меня водой из распечатанной на моих глазах пластиковой бутылки. Точно так же, как с яйцом, приставил мне горлышко бутылки к губам (предварительно дождавшись, разумеется, когда я закончу трястись от кашля) и, приподняв бутылку, стал аккуратно переливать мне в глотку вожделенную влагу.

Еще в процессе питья перед глазами ожидаемого загорелись строки системного лога:

Внимание! Вами было употреблено яйцо фахжжа, с пробужденным эффектом бездны. Родство с Хаосом +2 %, отторжение Порядка -2%. Вам начисляется: 48 очков теневого развития, 12 теневых бонусов к Силе, 10 теневых бонусов к Ловкости, 10 теневых бонусов к Выносливости, 6 теневых бонуса к Интеллекту, 10 теневых бонусов к КЭП.

Да, вы все правильно поняли. Чертовы яйца, похоже, были заряжены каким-то ритуалом и, оказавшись в моем желудке, начинали, игноря мои хотелки, внаглую кроить энерготип, перестраивая его в сторону Хаоса. После каждого яйца я получал приток в Хаосе и просад в Порядке, не всегда на два процента, бывало, что выпадал и один процент, но, как бы то ни было, Хаос неизменно рос, а Порядок убывал. Утешительным призом мне, при этом, был халявный рост очков и бонусов теневого развития. И что самое паршивое, как ни напрягал память, я не мог припомнить, сколько всего яиц мне уже скормили за время плена.

«Вот так станешь хаосистом, и даже об этом не прочухаешь, — мысленно возопил я и, несмотря на адское пекло, аж похолодел от следующей мысли: — А может я уже того?.. Ведь таймер обратного отсчета завис на тринадцати минутах… Хотя не. Вряд ли. Завис он уже давно. Меня тогда только-только начали яйцами пичкать. Я и съел-то их тогда всего-то… Твою ж мать, сколько же я сожрал этих гребаных яиц?!»

Пока я читал и без толку накручивал себя бурным внутренним монологом, кукольник, закончив меня поить, подобрал скорлупу розового яйца, и свалил восвояси. Я же остался висеть в паутине дальше.

Потянулся очередной, бог весть какой, бесконечно долгий солнечный день.

Глава 2

Внимание! Вами было употреблено яйцо фахжжа, с пробужденным эффектом бездны. Родство с Хаосом +1 %, отторжение Порядка -1%. Вам начисляется: 33 очка теневого развития, 9 теневых бонусов к Силе, 7 теневых бонусов к Ловкости, 7 теневых бонусов к Выносливости, 3 теневых бонуса к Интеллекту, 7 теневых бонусов к КЭП.

Читая лог, я жадно хлебал воду, и даже не заметил, что лапу кукольника на бутылке сменила изящная женская ручка, хозяйка которой неслышно заняла место передо мной, отодвинув своего прислужника.

— Долго еще меня этими дрянными яйцами пичкать будешь? — отплевываясь, озвучил я давно заготовленный вопрос, когда остатки недопитой воды, по сложившейся традиции, тюремщик выплеснул мне в лицо, имитирую пародию на умывание.

— Это было последнее, — вместо шипящего кукольника, рядом неожиданно раздался голос Линды.

Проморгавшись от стекающей воды, я изумленно уставился на довольную произведенным эффектом розоволосую знакомую, в неизменном розовом костюме.

— Я сразу понял, что мое похищение — это твоих рук дело, — зло бросил я ей в лицо.

— Ути, какие мы грозные, — хаосистка цапнула меня за подбородок и легонько потрясла. — И чумазые, — добавила она, вытирая испачканную об меня руку полотенцем, услужливо поданным подскочившим кукольником.

— Меня обязательно найдут! И тогда…

— Сережа, ты уже почти четверо суток торчишь в этой паутине, — перебила Линда. — Да будет тебе известно, что твои друзья-порядочники крайне паршиво ориентируются в локациях теневой параллели. Они почти сразу же потеряли наш след. Еще дня два порыскали наудачу в округе — за сто миль до этого места. И сдулись… Увы, дружочек. Но те, кого по наивности своей ты посчитал друзьями, похоже, решили, что практикант здесь благополучно зажмурился. И последние тридцать часов тебя никто уже не ищет.

— Ты все врешь!

— Ну да, ну да…

— Хозсяйка, дозсволь присструнить наглецца, — вдруг откуда-то сбоку напомнил о себе сгинувший из моего поля зрения кукольник.

— Не дозволяю! — зло шикнула на выскочку Линда.

— И что ты со мной будешь делать? — спросил я, отчаянно стараясь унять дрожь в голосе.

— Да вот уже и сама не знаю теперь, — проворчала хаосистка.

— Зачем же похищала?

— Занадом, блин!.. Походу, не повезло нам с тобой, Сережа. И по легкому разрулить проблемку, увы, не получилось…

Направление разговора, мягко выражаясь, начинало меня не на шутку напрягать… Млять! Если ад, через который мне пришлось здесь пройти, называется по легкому, то я даже представить боюсь, как может обернуться по тяжелому.

— Я извела на тебя одиннадцать яиц фахжжа. Обошедшихся мне, между прочим, в сто пятьдесят девять тысяч евро, — продолжила меж тем откровенничать хаосистка. — Выпотрошила закрома всех знакомых артефакторов. И, в итоге, все равно не хватило каких-то жалких трех процентов.

«Выходит, Порядок в моем энерготипе все-таки устоял!» — мысленно возликовал я.

— Напрасно лыбишься, Сережа, — оскалилась стерва, каким-то чудом заметив тень радости на моем изможденном лице. — Тебе, при текущем раскладе, по любому, скоро наступит полный трендец. Думаешь, благодаря чему ты смог протянуть в теневой параллели так долго? Правильно. Регулярное потребление яиц фахжжа поставило на паузу лимит твоего насильственного выдворения отсюда. Кстати, потребляемая тобой теневая субстанция регулярно так же укрепляла твое тело теневыми очками и бонусами, потому, несмотря на длительное неподвижное положение в паутине, твои мышцы до сих пор не атрофировались и полны сил.

— Ну да, то-то меня так колбасит от каждого неосторожного толчка, — буркнул я.

Оставив мой комментарий без внимания, Линда продолжила откровенничать:

— Я рассчитывала, что после употребления партии собранных мною яиц, ты станешь хаосистом, и теневая параллель воспримет тебя, как своего. Тогда бы ты спокойно выждал еще один карантинный день, необходимый для окончательного усвоения яиц фахжжи организмом, и спокойно вернулся домой… Или не домой — это уж сам бы решил.

— Так ты б меня и отпустила, — фыркнул я, не удержавшись.

— Хочешь верь, хочешь нет, но даже пинка бы дала для скорости. Не забывай, твое содержание тут обошлось мне в весьма приличную сумму. И просто так, от нефиг делать, увеличивать ее у меня нет ни малейшего желания.

— Ты говоришь какими-то загадками.

— Я говорю то, что тебе необходимо знать… Увы, хаосистом ты не стал. Твой внутренний Порядок отчаянно сопротивлялся давлению эффекта бездны. И отличный план с треском провалился. Нам банально не хватило яиц. Будь их у меня не одиннадцать, а хотя бы тринадцать, наверняка, все бы получилось. Но, повторяю, я выпотрошила закрома всех знакомых артефакторов. И в ближайшую неделю новых яиц спрашивать у них бесполезно. Тебе же, чтобы не запустился таймер обратного отсчета, через восемь часов нужно употребить очередное яйцо, которого у нас нет.

— Так, может, ты меня пока отпустишь? А потом, когда появятся яйца, я их приму. Обещаю, — без особой надежды предложил я.

— Не получится, — обломала меня хаосистка.

— Боишься, сдам тебя?

— Да брось, мальчик, кому ты меня сдашь, — фыркнула Линда. — Уж поверь, если б была такая возможность, я бы с радостью немедленно отпустила тебя восвояси. А потом изыскала бы способ обмануть твоих опекунов. Подкинула б тебе яйца фахжжа и вынудила сдержать данное обещание… Наша проблема, дружочек, заключается в том, что сейчас в твоем организме слишком много не до конца усвоенного теневого продукта. Для его гарантированного усвоения, как я уже говорила, нужно пробыть здесь еще один карантинный день. Если же немедля отправить тебя домой, теневая субстанция взбунтуется во враждебной среде Порядка, и твое тело банально разорвет на части.

— Выходит, здесь мне оставаться нельзя, потому что через несколько часов, по любому, снова запустится таймер, после чего время моего пребывания в теневой параллели очень быстро истечет, и меня насильственно схлопнет. Но и отправить домой меня отсюда тоже нельзя, из-за не до конца усвоенных организмом яиц фахжжа, которые дома превратятся во взрывчатку, и меня разорвет на гребаные атомы, — подытожил я услышанное.

— Да, такой вот паршивый у нас с тобой получился расклад, — развела руками у меня перед лицом Линда.

— Раз мне по любому кирдык, может, выпустишь меня хотя бы из этой чертовой паутины?

— Пожалуй, ты прав, больше в этом нет необходимости… Крошка, освободи Сергея, — распорядилась хаосистка.

Подобравшийся сзади кукольник за считанные секунды срезал удерживающие меня тенета, и я кулем рухнул на розовую траву, разразившись тут же трехэтажным матом от грандиозной вспышки боли, полыхнувшей разом во всех мышцах и суставах. Пока я стонал и корчился от судорог, пальцы «Толяна» замелькали по моему непослушному телу, разрубая опутывающие всё полупрозрачные паутинные нити.

Через минуту я худо-бедно оклемался, и уже неуклюже ощупывал и разминал застоявшиеся мышцы. Последние бодро отзывались на неумелый восстановительный массаж, подтверждая слова Линды о притоке сил от регулярной подпитки тела теневыми очками и бонусами.

— Рада была бы, Сережа, составить тебе компанию в эти последние часы. Но, к сожалению, у меня много срочных дел, — объявила вдруг хаосистка.

— Погоди. Я не хочу здесь оставаться, — я попытался вскочить на ноги, но не до конца восстановившиеся конечности тут же коварно подогнулись, и я позорно хлопнулся обратно на задницу.

— Не обижай моего Крошку, — улыбнулась мне Линда. — А ты проследи за ним, чтоб не отчебучил чего с отчаянья, — отвернувшись, бросила она уже своей ручной зверушке. И через секунду рассыпалась грудой зеркальных осколков.

— Черт! Черт! Черт! — я в отчаянии ударил несколько раз кулаками по земле. — Да хрен с ним со взрывом! Верни меня домой, сука!

Сбежавшая хаосистка моего злого требования, разумеется, не услышала. Но ее разумный питомец прекрасно все понял, и очень оскорбился за хозяйку.

Свирепо зашипев, «Толян» прыгнул на меня с пяти метров, как кенгуру. И я лишь чудом успел в последний момент перекатиться по траве в сторону.

Когда катился на глаза попалось изящное женское зеркальце, лежащие под травой на земле…

И тут же время вокруг словно остановилось.

Зависнув над зеркалом в очередном перекате, краем глаза я успел подсмотреть, как промахнувшийся кукольник уже медленно ко мне разворачивается. Иллюзия маски Толяна сползает с огромного паука со змеиной головой. И представший в своем истинном обличии кукольник тянется ко мне когтистыми лапами…

Но мгновеньем раньше его неотвратимого смертельного удара, зеркало на земле подо мной взорвалось ослепительно яркой вспышкой.

Я на пару секунд ослеп.

А когда зрение восстановилось, обнаружил себя на полу какой-то странной комнаты.

Глава 3

Внимание! Вы покинули локацию теневой параллели! Без штрафа за нарушение ограниченного пребывания! В качестве поощрения, вам начисляется 114 теневых бонусов к КЭП.

Строки короткого лога погасли, и я замер в ожидании взрыва… Но прошла секунда, другая… Тело до сих пор колбасило отходняком от длительной неподвижности. У меня по-прежнему все болело, но я не чувствовал внутри и намека на активацию каких-то взрывоопасных процессов.

— Вот ведь, гадина! Выходит, стерва снова меня обманула! — выдохнул я секунде на десятой бестолкового ожидания.

И тут же похолодел от ужаса из-за раздавшегося за спиной зловещего шипенья.

«Неужели чертов кукольник переместился вместе со мной?»

Позабыв мгновенно о боли, я мигом вскочил на ноги и отскочил в дальний угол комнаты, где обернулся, одновременно крутанув пальцем кольцо против часовой, и выставил перед собой активировавшееся воздушное копье.

Погасшие было время обратного отсчета в углу на периферии зрения снова загорелось, таймер ожил и секунды на нем начали планомерно убывать:

00:14:21… 00:14:20… 00:14:19…

Но обнаружилась и хорошая новость. Хозяином напугавшего меня шипенья оказался вовсе не кукольник. А похожая на макаку зубастая образина, с огромным (вдвое больше ее самой) пушистым хвостом. Тварюшка в напряженной позе застыла на шкафу, где (судя по катышкам пыли отлично заметным на ее белоснежной шерсти) до моего появления здесь мирно спала, и тоже теперь внимательно меня разглядывала.

Размером это совершенно незнакомое мне существо, как я уже упоминал, было примерно с макаку. У нее были похожие на обезьяньи руки и ноги. А вот хвост, скорее, походил на беличий. Глаза у этого альбиноса, как положено, были зловеще красного цвета. Но гораздо больше глаз меня напрягли внушительные зубищи твари, с трудом помещавшиеся в недостаточно широкой хищно оскаленной пасти альбиноса.

Зверюшка, размером чуть больше домашней кошки (разумеется, без учета хвоста), имела два ряда кривых остроконечных зубов, в центральной части не меньше дюйма длинной, которыми, наверняка, очень удобно выдирать из тела куски мяса. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтоб догадаться, что это ни разу не домашний питомец. Спрашивается, что делает непонятный хищник в комнате жилого дома?

Хотя, жилого ли?.. Я вдруг понял, что меня так напрягло здесь в первые секунды появления. Все мебель в комнате буквально утопала в сугробах пыли. На толстом сером ворсе напольного ковра пыль не так была заметна, но я вспомнил поднятое мною облако пыли, когда вскакивал и отбегал в угол. Очень похоже, что, до моего появления здесь, человеческая нога не ступала за порог этой комнаты даже не месяцы — годы.

— Эй! А ну пошел вон! — я сделал шаг вперед и пригрозил зубастому альбиносу копьем.

В ответ из оскаленной пасти хищника раздалось еще более яростное шипенье. И тут же многократное эхо точно такого же шипенья через распахнутую дверь донеслось откуда-то из глубины дома.

И это было очень плохо. Потому как, одно дело сразиться с одинокой агрессивной тварью (в легкой победе над которой, несмотря на устрашающего вида зубы, и свое не лучшее физическое состояние, я не сомневался — уж на один-то точный удар по подсвеченной навыком уязвимости меня всяко хватит), и совсем другое — отбиваться от атаки целой стаи таких вот хвостатых зубастиков, где мои шансы на успех, в теперешнем неуклюжем состоянии, без шансов катились к нулю.

Единственную возможность выжить я увидел в немедленном закрытии и блокировке комнатной двери. Для этого отлично подходил шкаф, располагающийся аккурат возле двери.

Больше не колеблясь, я коснулся кольцом переносицы, активируя Разоблачение уязвимости, и атаковал зубастого альбиноса.

Но ловкая тварь молниеносным скачком по потолку и стене легко ушла от моего таранного удара копьем, и я считанных сантиметров не дотянулся до голубого пятна уязвимости, загоревшегося у альбиноса на боку. Толкнувшись от стены, тварь неожиданно сама атаковала в третьем прыжке, нацелившись вцепиться мне в горло… Но против низкоуровневой твари мой навык владения копьем сработал выше всяких похвал. Стремительный разворот кисти, и пятка воздушного копья встречает альбиноса в воздухе, хлестким ударом по оскаленной пасти твари отправляя зубастика в дальний угол комнаты.

Пока первая тварь на пару секунд выбыла из игры, я бросился к двери и, схватившись за ручку, краем глаза засек бесшумные и невероятно стремительные скачки еще четырех альбиносов по полу и стенам длинного коридора в направлении нашей комнаты. Я едва успел захлопнуть деревянную перегородку перед оскаленными мордами зубастых белка-мартышек. И, подперев дверь спиной, развернулся к альбиносу номер один.

Оправдав мои ожидания, благополучно оклемавшийся зубастик уже летел по стене на меня. Но едва я вскинул копье, целя в очередную уязвимость, и наученный горьким опытом зверь, вместо атакующего удара, шикарным стремительным прыжком через всю комнату перескочил на противоположную стену, откуда тут же махнул на потолок, и от него обратно на шкаф. Там зубастый ублюдок благополучно затаился на дальнем крае, где я никак не мог дотянуться до него копьем.

Достать же гада я не мог, потому что ни на миг нельзя было отпустить дверь, в которую с той стороны свирепо колотились телами остальные прыгучие ублюдки. К счастью, дверь оказалась крепкая, а тела зубастых альбиносов — недостаточно тяжелыми, чтоб ее пробить.

Я оказался в патовом положении. Мне нужен был шкаф, чтоб заблокировать дверь, которая сейчас якорем удерживала меня на пороге комнаты, лишая необходимой для полноценной схватки с затаившимся на шкафу зубастиком мобильности. Я мог дотянуться до шкафа копьем и пододвинуть его к себе. Но, из-за сидящей на нем твари, пытаться проделать подобное было крайне опасно. Стремительного, как молния, зубастого альбиноса от немедленной атаки сдерживало сейчас лишь мое нацеленное на шкаф копье, и стоит мне его опустить, чтоб использовать не по назначению, как тварь тут же попытается вцепиться мне в горло.

И самое паршивое — надо мной нависла гильотина цейтнота. Потому как два активированных навыка стремительно пожирали жалкие остатки не успевшего восстановиться лимита КЭП, по истечении которого оба навыка попросту развеются, и против затаившегося на шкафу зубастика я окажусь практически беззащитным. Прервать действие навыков, для восстановления лимита КЭП, я опять же не мог, из-за зубастика на шкафу. Меж тем, подстегнутый удвоенным расходом секунд, таймер в углу убывал с удручающей стремительностью:

00:10:11… 00:10:09… 00:10:07…

В довесок к вышесказанному, я по-прежнему крайне паршиво себя чувствовал и, из-за напряженного ожидания отложенной схватки, мое состояние с каждой минутой катастрофически ухудшалось. По-хорошему, следовало бы активировать Целебный пот и дать возможность организму нормально восстановиться. Но третий активный навык еще сильнее ускорит сокращение лимита КЭП. И какая мне тогда разница, болезный я буду или худо-бедно здоровый, если в конце, один фиг, стану беззащитной жертвой зубастого альбиноса.

С другой стороны, откладывая лечение, я рисковал в какой-то момент банально отключиться и завалиться в обморок. После чего, через считанные секунды, зубастик играючи вскроет мне горло.

От безысходности я решился на отчаянный шаг. Накрыв левой ладонью кольцо, отменил-таки действие навыков. Но тут же коснулся кольцом переносицы, вернув активацию Разоблачения уязвимости.

Мой рисковый план был прост, как пять копеек. Тварь на шкафе, заметив, что у меня из рук пропало копье, была обязана атаковать. Я же рассчитывал мгновенно активировать копье и встречным ударом упокоить-таки альбиноса, благо уязвимости его, из-за восстановленного навыка, по-прежнему были мне доступны. Копье же активируется легким поворотом кольца — это сотые доли секунды, тварь всяко не успеет так быстро до меня добраться.

Увы, я просчитался.

Юркая бестия успела.

К счастью, мне хватило ума подстраховаться, и на всякий пожарный прикрыть горло локтем левой руки.

Я увидел лишь мелькнувшую под потолком белую молнию, и тут же взвыл от дикой боли, пронзивший выставленный локоть. И думать забыв, о поиске на теле твари подсвеченных навыком уязвимостей, я стал неистово дубасить активированным копьем по извивающемуся телу впившегося в мой локоть альбиноса… Мне повезло, что какой-то из ударов угодил по уязвимости. Хватка на локте вдруг ослабла, и оглушенный альбинос шлепнулся на ковер. Где тут же через голубое пятно уязвимости на шее оказался намертво пришпилен копьем к полу.

Ублюдок пару раз дернулся в агонии и издох.

Что тут же подтвердил загоревшийся перед глазами системный лог:

Внимание! Вы нанесли критический урон царусу 11 уровня. Царус умирает. Штраф за разницу в уровнях — 0,1. За убийство царуса вам начисляется: 2 очка теневого развития, 2 теневой бонус к Ловкости, 5 теневой бонусов к Выносливости.

Глава 4

Со смертью противника, удерживавший меня на ногах адреналин резко просел в крови, и я буквально сполз по двери на пол. Из последних сил отпихнул копьем в сторону труп альбиноса, которого Система окрестила царусом… Помнится, однажды я уже слышал упоминание такой теневой твари в офисе. От Светки. В разговоре с наставником, она сказала, что кто-то из ребят гонял на закрытой локации царусов… Так вот, значит, какие они — эти юркие царусы.

Дверь за моей спиной по-прежнему сотрясалась от частых ударов, но силенок отпихнуть меня и пробраться внутрь у собратьев мертвого альбиноса явно не хватало. Потому, даже без шкафа, сидя на полу и упираясь спиной в дверь, я чувствовал себя в закрытой комнате относительно безопасно.

Из развороченного зубищами царуса локтя ручьем хлестала кровь, а у меня не было даже никакой тряпки, чтоб смастерить подобие повязки. Майка и джинсы, что были на мне в момент похищения из общаги, после четырех дней в паутине превратились в грязные зловонные лохмотья, которыми побрезговал бы самый распоследний бомж. Прикладывать такое к ране — себе дороже, фиг знает какую инфекцию содержат разодранные липкими нитями вещи после многодневного пребывания в теневой параллели.

Разумеется, я активировал Целебный пот (перед этим отменив действие двух других навыков), и как мог сильнее зажал разорванный локоть ладонью правой руки. Сквозь пальцы тут же закапала кровь. Но покрывшая кожу ледяная испарина подарила надежду на вызволение из чудовищной задницы, в которой я оказался.

От кровопотери и общего хренового самочувствия мысли в голове поплыли, взгляд стал застилать знакомый по паутине кровавый туман. Я отчаянно держался, не позволяя сознанию отключиться. И тупо пялился на таймер обратного отсчета в углу периферийного зрения.

00:07:43… 00:07:42…00:07:41…

«Лимита КЭП хватит еще почти на восемь минут действия Целебного пота. Когда таймер обнулится, целебный навык автоматически развеется, и, если раны от зубов твари к тому моменту не успеют срастись, то мне трендец», — это была моя последняя адекватная мысль, после которой, несмотря на все отчаянные старания удержаться на плаву, меня таки затянуло в трясину кровавой пелены забвения, и я отключился…

Удар…

Еще удар…

Злобное шипенье возле уха…

Толчок в плечо…

Я выныриваю из забытья, и поспешно налегаю спиной на дверь…

Настырные царусы, воспользовавшись моей временной беспомощностью, таки смогли приоткрыть дверь своими беспрерывными толчками. К счастью, не широко — всего на пару пальцев. Но настырные твари уже во всю просовывали в щель свои крохотные «обезьяньи» ручонки. Одна такая и дернула меня за плечо.

Мой ответный удар прищемил сразу несколько лап, и зажатые теневые ублюдки за дверью затрепыхались, истошно шипя. Чтоб плотно прикрыть дверь, пришлось на мгновенье ослабить давление на деревянную перегородку, зажатые царусы тут же отскочили, и я снова наглухо запечатал проход в комнату.

Судя по отсутствию в углу таймера обратного отсчета, в отключке я пробыл дольше восьми минут. Перемазанная запекшейся кровью правая ладонь в бессознательном состоянии соскользнула с локтя, но, к счастью, Целебный пот справился с непростой задачей, и не только затянул раны на локте (вместо кровоточащих дыр от зубищ царуса, там сейчас были твердые корки болячек, без отеков и воспалений), но и определенно улучшил общее состояние организма. Исчезла тягучая боль в мышцах и суставах, прояснилось в голове.

Но не обошлось и без негатива. Мне просто зверски захотелось жрать и пить. Оно и понятно, лечебный навык подлатал тело за счет всех доступных ресурсов организма. Он истощил все мои невеликие запасы, и сейчас органон требовал немедленного их восстановления.

Мне так отчаянно хотелось утолит лютый голод, что даже на лежащий в отдалении труп царуса я начал поглядывать с гастрономическим интересом. Хорошо, что отброшенная копьем тварь лежала вне досягаемости моих конечностей, а то черт его знает, что бы стряслось, если бы я все же рискнул отведать экзотической свежатинки.

Кстати! А почему убитая потустороння тварь до сих пор не схлопнулась из нашей параллели? — этот возникший вдруг в голове вопрос отвлек меня даже от голода.

Помнится, тогда, в доме банкира, прорвавшийся к нам через портал живоглот схлопнулся буквально в течении минуты после того, как его прикончил наставник. Здесь же, со смерти царуса прошло уже не меньше десяти минут, а он до сих пор лежит себе мертвым на полу… Что за чертовщина случилась с нашей параллелью, пока я был в плену? Если появление потусторонних тварей в этом доме еще можно логично объяснить случившимся по близости прорывом, то блокировка действия незыблемого закона Равновесия — это реальный абсурд.

— Гадство, во что же я вляпался? — прохрипел я, глядя на окровавленное тело альбиноса.

Среагировав на мой голос, сзади снова стали биться в закрытую дверь угомонившиеся было, после инцидента с защемлением конечностей, царусы. Бодрые хлопки по спине мигом вывели меня из мрачной задумчивости… Как бы то ни было, но, оставаясь в этой изолированной комнате, я точно ничего не разузнаю. Значит, нужно отсюда выбираться.

Выхода из комнаты-ловушки было всего два: через дверь и через окно. Последний вариант избавлял меня от необходимости в одиночку биться со стаей царусов. Учитывая, что я с одним-то еле справился, бросать вызов целой стае зубастых альбиносов — было самоубийством чистой воды. Но чтоб добраться до залепленного пылью и паутиной оконного стекла в дальней стене комнаты, нужно было сперва заблокировать дверь шкафом. Осуществить это, не сходя с места, возможно было только с помощью копья, призыв которого временно откладывался из-за истощения лимита КЭП.

Необходимо было выждать хотя бы полчаса, чтобы обнулившийся лимит КЭП хотя бы частично восстановился.

Коротая минуты вынужденного ожидания, я решил ознакомиться с текущими показателями Персонального Кольца Развития. И привычным движением указательного пальца шевельнул кольцо по часовой стрелке.

Перед глазами тут же загорелся длинный перечень знакомых строк:

Ясновидящий Сергей Капустин

Общие характеристики:

Возраст — 18 лет

Рост — 172 сантиметра

Вес — 56,8 килограммов

Энерготип — Свет/Тьма 81/19, Порядок/Хаос 53/47

Отклик стихий — Воздух 72 %, Вода 23 %, Огонь 4 %, Земля 1 %

Открытых энергетических каналов — 9

Основные параметры:

Сила — 8 (82,06 %)

Ловкость — 8 (86,43 %)

Выносливость — 8 (88,53 %)

Интеллект — 14 (141,30 %)

Контроль энергетических потоков (КЭП) — 8 (87,04 %)

Теневые параметры:

Свободные очки теневого развития к распределению — 545

Уровень теневого тела — 20 (409/440)

Теневой бонус к Силе — 775 (07,75 %)

Теневой бонус к Ловкости — 509 (05,09 %)

Теневой бонус к Выносливости — 1026 (10,26 %)

Теневой бонус к Интеллекту — 183 (01,83 %)

Теневой бонус к КЭП — 8211 (82,11 %)

Свободные теневые бонусы к распределению — 43

Теневые навыки:

Владение воздушным копьем — активирована 1 ступень (условия активации 2 ступени: 40 очков теневого развития, Сила 7, Ловкость 8, Выносливость 7, Интеллект 7, КЭП 6).

Разоблачение уязвимости — активирована 3 ступень (условия активации 4 ступени: 160 очков теневого развития, Сила 6, Ловкость 8, Выносливость 6, Интеллект 12, КЭП 8).

Целебный пот — активирована 3 ступень (условия активации 4 ступени: 160 очков теневого развития, Сила 8, Ловкость 8, Выносливость 8, Интеллект 8, КЭП 8).

Теневые умения:

Навигатор— активирован и доступен к немедленному применению.

Разумеется, дойдя до последней строки, я добрым словом помянул Митюню, прозорливость которого ускорила появление у меня первого умения. Сработала-таки та невзрачная нитка-артефакт, что он повязал мне на руку, теперь, казалось, в совершенно другой жизни.

Итак, у меня появился Навигатор. Вот только, к сожалению, я понятия не имел, как им пользоваться.

— Блин! Хоть бы расшифровку кукую к умению приложили, — пробормотал я себе под нос.

И неожиданно Система откликнулась на мою предъяву. И под наименованием умения появилось его короткое описание:

Теневое умение Навигатор позволяет открыть карту местности посещенной параллели, радиусом 10 км вокруг ясновидящего, с плавающим масштабированием. Для активации умения, необходимо сосредоточить внимание на Персональном Кольце Развития и четко произнести фразу-активатор «Навигатор».

Внимание! Продолжительность активации теневого умения ограничена параметром КЭП! На текущий момент ваш параметр КЭП составляет 87,04 %. Указанная величина, в режиме контрольного времени, соответствует интервалу 01:27:02.

Внимание! При параллельном использовании нескольких теневых навыков и умений, расход ограниченного параметром КЭП временного интервала возрастает пропорционально количеству одновременно задействованных навыков и умений!

Зашибись, и толку мне сейчас от этого Навигатора, если для его активации нужно ждать минимум те же полчаса.

Глава 5

Отложив практическое изучение Навигатора на потом, я повторно пробежался глазами по показателям Кольца Развития, и обнаружил прогресс до восьмерки в Силе. Судя по набежавшим сверху двум процентам, этот прорыв случился не только что, а еще два-три дня назад, когда я отбывал срок мухой в паутине. Какой-то физический дискомфорт, при переходе на восьмой параметр Силы, если и был, то незаметно растворился в общем отвратном состоянии скованного путами тела. И сейчас, узнав из статов, что стал значительно сильнее, я каких-то внутренних или внешних проявлений этой возросшей силы пока что не заметил. Вот когда начну с помощью по новой призванного копья притягивать к двери шкаф, тогда и узнаю: насколько сильнее физически, с ростом параметра, теперь на само деле стало мое тело.

Не слабый прирост теневых бонусов за время плена изрядно продвинул в развитии так же еще три параметра: Ловкость, Выносливость и КЭП. Причем, в Выносливости для прорыва на очередную (девятую) ступень развития осталось добрать всего полтора процента к основному параметру или сто сорок семь теневых бонусов.

Еще, благодаря яйцам фахжжа, за четыре дня плена у меня накопилось аж пятьсот сорок пять свободных очков теневого развития, позволяющих, при желании, разогнать уровень теневого тела с нынешней двадцатки разом до тридцати четырех. Но делать этого я, разумеется, не стану, потому как единственный плюс столь бурного роста теневого тела: получение нового теневого навыка, по сути, ничего не стоит без последующей активации ступеней данного навыка — а эта процедура так же требовала немалых трат в очках теневого развития.

Халява с яйцами фахжжа закончилась, и теперь добывать очки теневого развития мне придется, убивая теневых тварей, и здесь опять же возникает ряд крайне неприятных ограничений. Много очков можно получить лишь за убийство твари большего или одинакового с ясновидящим уровня. Я же, как показала практика, еле справился с царусом одиннадцатого уровня, за победу над которым, из-за огромной разницы в наших уровнях, мне начислили жалких два очка теневого развития.

В дверь за моей спиной колотится еще добрый десяток таких же низкоуровневых ублюдков. Теоретически еще два десятка очков теневого развития так и просятся ко мне на копье. Казалось бы, я выше каждого из царусов почти на десять уровней, и шутя должен был вынести стайку «мелочевки», на деле же мне банально не хватило ловкости, чтоб увернуться от атаки всего лишь одного прыгучего, как белка, зубастика (и свежие болячки на руке — яркое тому подтверждение). Вот и выходит, что в открытом бою для стаи царусов я никакой не охотник, а, наоборот, их желанная высокоуровневая добыча…

— Стоп! А с фига ли в открытом-то? — потрясенный неожиданным озарением, я даже заговорил сам с собой вслух.

Толчком к родившейся в голове отчаянной идее: дать-таки царусам бой на пороге комнаты, стало воспоминание, как я, очнувшись от кратковременного обморока, придавил дверью лапы осмелевших зубастиков.

С помощью той же двери наглых альбиносов можно было достаточно просто лишить главного их козыря — стремительной прыгучести. Для этого достаточно сымитировать ненадежную блокировку двери шкафом, сделать так, чтобы своими толчками царусы смогли чутка сдвинуть шкаф в сторону, и между дверью и косяком образовалась щель, в которую каждый альбинос мог бы пролезть.

Именно пролезть, не проскочить!

А когда царусы начнут протискиваться в щель, мне останется лишь по очереди заколоть каждого копьем. И вот здесь все должно произойти идеально, без сбоев. Тварей необходимо будет укокошить с первого удара. Юрким альбиносом хватит пары секунд, чтобы протиснуться через щель в комнату, и за эти считанные мгновенья я должен нанести каждому царусу максимальное количество критического урона.

С нынешнем навыком владения копьем первой ступени я б даже не стал пытаться провернуть столь отчаянную авантюру. К счастью, наличие свободных очков теневого развития позволяло изрядно усовершенствовать мой теневой навык Владение воздушным копьем.

Решив не мелочиться, я заказал апгрейд копья на максимум имеющегося в распоряжении ресурса:

— Хочу направить двести восемьдесят свободных очков теневого развития на активацию подряд второй, третьей и четвертой ступеней теневого навыка: Владение воздушным копьем.

Сменив перечень текущих показателей, перед глазами загорелся еще более длинный системный лог:

Внимание! Вами использовано 40 свободных очков теневого развития!

Активирована 2-ая ступень теневого навыка Владение воздушным копьем… 03… 02… 01… Вам доступен призыв теневого оружия: воздушное копье, в любое время дня и ночи. Триггер призыва теневого оружия: поворот Кольца Развития против часовой стрелки. (Условия активации 3 ступени: 80 очков теневого развития, Сила 7, Ловкость 8, Выносливость 7, Интеллект 8, КЭП 7)

Внимание! Продолжительность призыва воздушного копья ограничена параметром КЭП! На текущий момент ваш параметр КЭП составляет 87,04 %. Указанная величина, в режиме контрольного времени, соответствует интервалу 01:27:02.

Описание теневого навыка: после призыва теневого оружия, в вашей правой руке появится двухметровое воздушное копье, и под действием навыка вы станете мастером-копейщиком, способным на равных противостоять в рукопашной схватке потусторонним тварям.

Ограничение 2-ой ступени теневого навыка Владение воздушным копьем: вероятность нанесения критического удара воздушным копьем для тварей с 1 по 7 уровень — 100 %, для тварей с 8 по 10 уровень — от 50 % до 90 %, для тварей с 11 по 13 уровень — от 10 % до 40 %, для тварей с 14 и выше уровня — менее 5 %.

Внимание! Вами использовано 80 свободных очков теневого развития!

Активирована 3-ая ступень теневого навыка Владение воздушным копьем… 03… 02… 01… Вам доступен призыв теневого оружия: воздушное копье, в любое время дня и ночи. Триггер призыва теневого оружия: поворот Кольца Развития против часовой стрелки. (Условия активации 4 ступени: 160 очков теневого развития, Сила 8, Ловкость 8, Выносливость 7, Интеллект 8, КЭП 8)

Ограничение 3-ей ступени теневого навыка Владение воздушным копьем: вероятность нанесения критического удара воздушным копьем для тварей с 1 по 10 уровень — 100 %, для тварей с 11 по 14 уровень — от 50 % до 90 %, для тварей с 15 по 18 уровень — от 10 % до 40 %, для тварей с 19 и выше уровня — менее 5 %.

Внимание! Вами использовано 160 свободных очков теневого развития!

Активирована 4-ая ступень теневого навыка Владение воздушным копьем… 03… 02… 01… Вам доступен призыв теневого оружия: воздушное копье, в любое время дня и ночи. Триггер призыва теневого оружия: поворот Кольца Развития против часовой стрелки. (Условия активации 5 ступени: 320 очков теневого развития, Сила 8, Ловкость 9, Выносливость 8, Интеллект 8, КЭП 9)

Ограничение 4-ой ступени теневого навыка Владение воздушным копьем: вероятность нанесения критического удара воздушным копьем для тварей с 1 по 14 уровень — 100 %, для тварей с 15 по 20 уровень — от 50 % до 90 %, для тварей с 21 по 25 уровень — от 10 % до 40 %, для тварей с 26 и выше уровня — менее 5 %.

Внимание! При параллельном использовании нескольких теневых навыков, расход ограниченного параметром КЭП временного интервала возрастает пропорционально количеству одновременно задействованных навыков!

Ну вот, это же совсем другое дело. Теперь для тварей до четырнадцатого уровня практически любой удар моим копьем — гарантированная смерть.

За рассуждениями и чтением длинного лога незаметно пролетели назначенные для частичного восстановления лимита КЭП полчаса.

Я шевельнул указательным пальцем кольцо против часовой стрелки, и тут же вновь в правой руке появилось голубоватое воздушное копье. Одновременно, в углу на периферии зрения появился таймер обратного отсчета, и секунды размеренно побежали вспять:

00.31.12…00.31.11…00.31.10…

Опираясь спиной о дверь, я поднялся на ноги и, особо не заморачиваясь, просто вогнал кинжалоподобный наконечник копья под углом в боковую стенку стоящего в двух метрах от меня шкафа. Поднатужившись, за длинное древко стал рывками подтягивать «добычу» к себе.

Какого-то очевидного прилива сил, от увеличения параметра Сила, я не ощутил, и корячился, как раб на галере. Тяжеленный шкаф отчаянно цеплялся за пол и упирался моим рывкам покруче любого ишака. Чтобы подтянуть упрямца к двери мне потребовалось аж шесть с половиной минут, в конце меня буквально шатало от усталости, но я таки справился.

Развеяв копье, я отдышался и приступил к финальному этапу установки дверного блокиратора, кантуя шкаф уже просто руками.

Еще несколько минут пыхтения и возни на крохотном пятаке у порога, и громоздкий блок занял свое место, надежно подперев дверь.

Разминая избитую спину, я попятился от порога, наблюдая как сотрясается массивный шкаф от ударов неуемных царусов. Отступая, случайно задел ногой мертвого зубастика, и этот ублюдок, будто специально дожидался моего прикосновения, тут же сгинул из чуждой теневой твари параллели с оглушительным хлопком… Фак! От неожиданности у меня чуть сердце из груди не выскочило.

Добравшись, наконец, до окна, я глянул через грязное стекло наружу и, не сдержавшись, хрипло выматерился сквозь зубы.

Судя по тому, как далеко внизу находился уличный асфальт, с припаркованными вдоль дороги машинами, я находился этаже на десятом, отчего выбираться наружу через окно мне тут же резко расхотелось.

Меж тем интенсивность ударов по заблокированной шкафом двери начала заметно ослабевать. Прочувствовав возросшее сопротивление двери, царусы стали терять интерес к безнадежному прорыву, что пошло в разрез с моей задумкой: устроить на пороге для альбиносов ловушку, и я бросился им помогать.

После очередного вялого удара по двери, я пихнул плечом шкаф и дверь приоткрылась на крохотную щель. И следующий удар извне я охотно поддержал диверсией, от чего щель между дверью и косяком стала еще чуть шире.

Воодушевленные неожиданным успехом зубастики тут же обрушили на дверь настоящее торнадо из непрерывных ударов. Со своей стороны я еще несколько раз качнул шкаф, добиваясь, чтобы щель достигла необходимой ширины, и, отступив в сторону, снова активировал копье.

Без толку подубасив еще какое-то время дверь, твари убедились, что дальше отодвигаться она не может, и, как я и рассчитывал, всей кодлой ломанулись в образовавшуюся щель, в дюжину харь одновременно штурмуя ее на разной высоте.

В ответку, я тупо чиркнул пару раз обоюдоострым наконечником копья вдоль щели: сперва снизу вверх, потом сверху вниз. С пяток голов срубил начисто, остальным нанес не совместимый с жизнью крит.

Дверь и стену возле косяка так густо залило кровью из рассеченных шей тварей, будто это была красная масляная краска. Зажатые в узкой щели трупы тварей так и остались висеть в точках неудавшегося прорыва.

В комнате, да и во всей квартире, наконец-то, воцарилась долгожданная тишина. А у меня перед глазами ожидаемо загорелись строки победного лога:

Внимание! Вы нанесли критический урон 9 царусам 11 уровня, 2 царусам 12 уровня и 1 царусу 14 уровня. Все царусы умирают. Штрафы за разницу в уровнях: 0,1, 0,2 и 0,4. За убийство 9 царусов 11 уровня вам начисляется 18 очка теневого развития. За убийство 2 царусов 12 уровня вам начисляется 10 очков теневого развития. За убийство 1 царуса 14 уровня вам начисляется 14 очков теневого развития. За убийство 12 царусов вам так же начисляется: 19 теневых бонусов к Силе, 22 теневых бонуса к Ловкости, 15 теневых бонусов к Выносливости, 17 теневых бонусов к Интеллекту, 21 теневой бонус к КЭП.

Интерлюдия 1

Толстая багровая свеча призыва, купленная у знакомого артефактора за полторы тысячи евро, прогорела уже на три четверти. От длительной концентрации перед трельяжем у Линды зверски разболелась голова и даже застучало в висках, но чертовы зеркала продолжали равнодушно отражать лишь удручающую картину почти сгоревшей свечи.

Когда Линда, отчаявшись дождаться ответа, потянулась уже пальцами к свече, намереваясь погасить огонь, и прервать до предела вымотавший ее ритуал, тройное изображение свечи в зеркалах вдруг исчезло, сменившись зловещими багровым отблесками в чернильной тьме.

Из трех открывшихся порталов на хаосистку пахнуло жаром вулканического огня, и знакомый насмешливый голос, минуя уши (которые слышали лишь доносящиеся из зеркальных порталов хлюпанье и треск разливающейся лавы), зазвучал сразу в ее голове:

— Слушаю тебя, смертная.

— Высший, кля… — от страшного жара и волнения в горле у девушки мгновенно пересохло, она судорожно сглотнула и продолжила: — клянусь, я сделала все возможное, для выполнения своей части нашего договора.

— Мальчишка на стороне Хаоса?

— Почти, — Линда снова судорожно сглотнула и на одном дыхании выпалила заранее заготовленную речь: — Я скормила ему одиннадцать яиц фахжжа. Скупила все запасы яиц у артефакторов, потратила на это целое состояние, и все ему. Но у мальчишки оказался слишком устойчивый внутренний Порядок. Для перевеса в сторону Хаоса не хватило сущей безделицы, всего трех пунктов. Но у меня кончились яйца фахжжа, и возникла проблема…

— СМЕРТНАЯ! — от яростного рева в голове у хаосистки чуть не взорвался мозг. — ЧТО С МАЛЬЧИШКОЙ?!

— Он сбежал, — разрыдалась девушка, не замечая хлынувшую носом кровь, пачкающую дорогое вечернее платье.

— Прекрати реветь, и рассказывай нормально, — голос в голове ослабил свой убийственный напор.

— Мой… слуга рассказал, что пленник самостоятельно открыл зеркальный портал и сбежал.

— Так найди его снова, — фыркнул голос, окончательно успокаиваясь.

— Высший, я пыталась, — утирая слезы, хаосистка размазала кровь по щекам, и даже этого не заметила. — Но у меня ничего не вышло. Сергея нет в родной параллели. Ни живого, ни мертвого. Собственно, потому я и осмелилась обратиться к вам.

— Вот даже как, — хмыкнул голос. — Выходит, в мальчишке я не ошибся… Ты принесла мне хорошую новость, смертная.

Перед глазами у Линды вспыхнули строки короткого лога:

Внимание! В качестве компенсации за понесенные затраты на вашей карте Теневой параллели открывается скрытая локация с могильником браагов.

— Высший!

— Не благодари. Ты честно это заслужила. Пусть добытые из могильника артефакты покроют твои расходы на яйца.

— А наш договор?

— Все остается в силе… Доделай начатое, перетяни мальчишку на сторону Хаоса, и получишь щедрую награду.

— Да я б с радостью, но…

— Пожалуй, немного тебе подскажу… Ты слышала о свернутых аномалиях?

— Это, когда, при глобальном прорыве теневых тварей, часть реальности изолируется Равновесием? И на месте изоляции возникает иллюзорная обманка типа горы, пустыни, или леса, с отпугивающими людей аномалиями?

— Именно.

— И вы полагаете?..

— Ты же сама сказала: его нет в родной параллели. В теневой тоже нет — я б почувствовал. Остаются только свернутые аномалии… Да и, после яиц фахжжа, сбежать туда было единственным способом выжить для него.

— Да их же сотни!

— Так у тебя в запасе еще практически целый год, — расхохотался голос.

И под этот издевательский смех у хаосистки в голове три зеркальных портала перед ней мгновенно покрылись мириадами трещин и одновременно осыпались на стол грудами бесполезных осколков.

Прогоревшая до основания свеча погасла.

И в навалившейся темноте откинувшаяся на спинку кресла девушка задумчиво уставилась на издевательскую ухмылку ущербной луны в окне.

Глава 6

Развеяв копье, я вдруг зашатался на подгибающихся ногах, попятился, чтобы не упасть в разлившуюся на пороге кровавую лужу, и буквально без сил повалился на ковер, подняв при этом настоящее облако пыли.

Силы, на адреналине сохранявшие мышечный тонус пока приходилось сдерживать напор потусторонних тварей, с исчезновением источника смертельной опасности, тут же покинули меня. До предела выжатый организм остро нуждался в питье, еде и отдыхе. А поскольку по первым двум пунктом порадовать его мне было нечем, компенсировать усталость вышедшее из-под контроля тело решило сном.

Разумеется, умом я понимал, что засыпать возле трупов только что приконченных тварей — это крайне паршивая идея, ведь, коль скоро в этом странном доме водятся царусы, по близости запросто могут оказаться и более крупные потусторонние твари, у которых запросто хватит сил сдвинуть удерживающий дверь шкаф. Но в конец обессиленное тело слало лесом доводы разума и, упирая на извечное «авось пронесет», глушило сознание апатией и сонливостью.

Сквозь смыкающие веки каким-то чудом мне удалось разглядеть в толстом ворсе ковра похожий на разлитую ртуть шарик, такого же ярко-серебристого цвета.

Шарик обнаружился в считанных сантиметрах от лица, и со следующим вздохом я даже, кажется, уловил примесь исходящего от него вредного испарения. Эта реальная опасность переборола оковы сонливости. Правая рука шаркнула по «ртути», сметая серебристый шарик в сторону шкафа. Но в момент соприкосновения ладони с ковром, по роковой случайности «ртутный» шарик задел кольцо на большом пальце.

И в следующее мгновенье меня словно ударило разрядом тока. Ослепительная вспышка боли мгновенно скинула с тела оковы апатии и сонливости. Я мигом вскочил на ноги, и отпрыгнул в сторону от опасного места. А еще через секунду перед глазами загорелись строки очередного лога:

Внимание! Ваше Персональное Кольцо Развития поглотило энергосуть 0,2 уровня. Вам начисляется: 2 очка теневого развития и 4 теневых бонуса к КЭП.

— Это чего еще за ерунда? — ошалело поинтересовался я у стен пустой комнаты.

Никакого ответа, разумеется, не дождался. Зато прислушавшись к внутренним ощущениям, вдруг понял, что больше не хочу ни пить, ни есть, ни спать.

Проверяя появившуюся догадку, вернулся на место «удара током» и тщательно осмотрел ковер. «Ртутного» шарика в его ворсе ожидаемо отыскать не удалось. Получалось, он и был пресловутой энергосутью ноль-второго уровня, поглощение которой кольцом, помимо теневых бонусов, удивительным образом подзарядило живительной энергией мое обессиленное тело.

Логично было предположить, что в длинном ворсе ковра прячется еще несколько таких же полезных серебристых шариков. Упускать столь ценный ресурс было чистой воды расточительством. Что это такое — позже выясню у наставника, сейчас же нужно было обязательно собрать все скрытые в ковре шарики. И, опустившись на колени, я стал скрупулёзно исследовать буквально каждый сантиметр ковра… Увы, получасовые поиски не принесли результата. Я лишь до черноты извазякал в пыли ладони и колени, но ни одной энергосути в ковре отыскать больше не удалось.

От затянувшегося поиска меня отвлекла серия хлопков у припертой шкафом двери — это дружно развеялись зажатые в щели трупы теневых тварей. Поднявшись с ковра, я пошел двигать шкаф, чтоб закрыть образовавшуюся открытую щель между дверью и косяком. Сделав это, планировал продолжить поиски. Но застыл, как громом пораженный, когда в шаге от шкафа случайно бросил взгляд на желеобразную лужу свернувшейся крови на пороге, обнаружив на ней целую россыпь знакомых «ртутных» шариков.

Пересчитав серебристые кругляши, я снова удивился — вместо ожидаемых двенадцати, их оказалось одиннадцать. Но очередная загадка практически сразу же разрешилась сама собой.

На моих глазах пара шариков вдруг дернулась навстречу друг другу, и тут же беззвучно слилась в серебристый шарик чуть большего размера. Обнаружить еще один такой увеличенный «двойник» среди оставшихся кругляшей не составило труда.

— Охренеть! — выдохнул я.

Тут же раскрылся секрет появления в ворсе ковра энергосути ноль-второго уровня. Тот «ртутный» шарик остался на месте схлопнувшегося трупа первого убитого мною царуса.

Пока я пару секунд переваривал неожиданное открытие, один из увеличенных серебристых шариков метнулся к ближайшему соседу и слился с ним тоже. И еще пару шариков на самом краю лужи, вдруг подкатившись друг к другу, слились в единое целое.

Серебристые энергосути явно стремились к слиянию в единое целое. Решив ускорить процесс, я осторожно дотронулся кончиком указательного пальца левой руки до одного из шариков. На ощупь серебристый кругляш оказался неожиданно твердым и обжигающе холодным, как кусочек льда.

Выяснив, что болезненного разряда от простого прикосновения к энергосути не происходит, я скоренько сталь подкатывать серебристые кругляши друг к дружке. Едва соприкоснувшись друг с другом, шарики тут же сливались в единое целое. Таким макаром, за считанные секунды из нескольких отдельных серебристых кругляшей образовался один, размером с крупную горошину.

Я попробовал убрать его в карман, но неожиданно столкнулся с неприятной проблемой. Шарик запросто удалось подцепить пальцами и поднять из полузастывшей лужи, но, оказавшись в кармане брюк, сквозь тонкую ткань он стал буквально морозить бедро, да так, что через считанные секунды я ощутил, что начинает неметь и отниматься нога. Пришлось срочно вынимать и поглощать «морозильник» кольцом.

На этот раз процесс происходил у меня на глазах, ледяной серебристый шарик лежал на левой ладони, я опустил на него кольцо, и похожий на ртуть кругляш беззвучно втянулся в голубоватый металл на большом пальце. Приготовившись к очередному ослепительному «разряду тока», я был приятно удивлен легкой и практически безболезненной дрожью, прокатившейся по телу в момент поглощения кольцом энергосути.

А через секунду перед глазами ожидаемо загорелись строки системного лога:

Внимание! Ваше Персональное Кольцо Развития поглотило энергосуть 1,9 уровня. Вам начисляется: 19 очков теневого развития, 5 теневых бонусов к Силе, 7 теневых бонуса к Ловкости, 11 теневых бонусов к Выносливости, 15 теневых бонуса к КЭП.

Глава 7

Ощутив мощный прилив жизненной энергии, я с трудом удержал рвущийся наружу восторженный вопль. От переизбытка энергии я словил кайф, похожий на пик наслаждения во время секса, только ярче, острей и гораздо продолжительней. Охватившая меня эйфория растянулась на добрые четверть минуты. Когда же все резко закончилось, я вовсе не ощутил себя выжитым лимоном, а, наоборот, был свеж и полон сил, как после восьмичасового ночного сна.

Вопрос еды, питья и отдыха отодвинулся далеко на задний план. Мое тело буквально рвалось в бой, желая немедленно исследовать аномальную многоэтажку на предмет наличия здесь прочих теневых тварей… В первые секунды отходняка я, видимо, словил какой-то нехилый дебаф на интеллект и ощутил себя настоящим суперменом, абсолютно не сомневающимся в легкой победе над любой подвернувшейся под руку теневой тварью. Мне до зубовного скрежета захотелось повторить пережитое только что наслаждение. И неизбежная необходимость ждать полчаса до выпадения энергосути из убитой твари, в те роковые секунды, меня просто сводила с ума.

К счастью, единственный выход из комнаты оказался надежно заблокирован тяжеленным шкафом. И мне пришлось изрядно попыхтеть, прежде чем удалось отодвинуть блок на достаточное для беспрепятственного открытия двери расстояние.

Пока мучился со шкафом, навеянная эйфорией жажда отчаянных, безумных приключений изрядно притупилась. Ко мне вернулись осторожность и здравомыслие. И вместо того, чтоб, сломя голову, бросаться в открытый проход, я решил подстраховаться и, задержавшись возле подпертой плечом двери, сперва осмотреть ближайшие окрестности, с помощью так еще и не опробованного Навигатора.

Уставившись на Кольцо Развития, я четко произнес себе под нос:

— Навигатор!

Как и было обещано, фраза-активатор мгновенно запустила активацию уменья — в дополнение к загоревшемуся на привычном месте таймеру обратного отсчета, в противоположном нижнем углу периферийного зрения появился здоровенный черный квадрат, с крошечным белесым пятнышком в центре.

— Че за хрень! — возмутился я. — Почему мелко-то так? Как, по-вашему, я должен разобрать, че там…

Не договорив, был вынужден заткнуться, наблюдая, как крошечное белое пятно на черном квадрате начинает быстро разрастаться во все стороны… «Ну да, в описании умения, ведь, говорилось о плавающем масштабировании, — припомнил я. — Походу, это управляется с помощью мысли. Я пожелал приблизить изображение, и вот пожалуйста, кушайте — не обляпайтесь.»

Через считанные секунды, поглотив собой весь квадрат, неразборчивое пятно обернулось вполне узнаваемым интерьером приютившей меня комнаты, с не менее четкими схематичными изображениями: начинающегося за закрытой дверью коридора, с контурами остальных помещений трехкомнатной квартиры, и заднего заоконного вида улицы.

Но самым потрясающем в развернувшейся на периферийной карте понятной и легко читаемой карте оказалось отображение на ней попадающих в зону обозрения живых существ. Так, в затаившейся у двери букашке я легко узнал самого себя. И еще увидел тройку совсем крошечных козявок, неспешно дефилирующих по улице рядом с припаркованной вдоль бордюра вереницей малюсеньких машин (на карте улица изображалась с учетом открывающегося из окна комнаты вида на нее, с десятиэтажным отдалением). В неспешно вышагивающим по дороге козявках, несмотря на мизерный размер, по кроваво-красной шкуре я легко распознал бестий.

— Вот ведь гадство! Точно в прорыв угодил, — зашептал я вслух от переизбытка эмоций. — Твари разгуливают по улице, будто дома. Угораздило же меня!.. Стоп, а это еще здесь откуда?

Последняя моя фраза адресовалась замеченному в придорожном зеленом кустарнике белоснежному столбу, со знакомыми ветвистыми «рогами» на макушке. Из-за грязного пыльного стекла этих «рогов» на верхушке столба, при недавнем осмотре улицы из окна, я не заметил, и принял его за обычный уличный фонарный столб. Сейчас же, разглядев четкую миниатюру на карте, я признал в «столбе» берха — подвижное дерево теневой параллели.

Приглядевшись повнимательней к доступному фрагменту улицы, я заметил еще одного берха, притаившегося практически на границе видимости из окна. А на зеленой придорожной лужайке аж в трех местах углядел вкрапления чуждой нашей параллели розовой травы.

Пока дивился невероятному сочетанию флоры двух чуждых друг дружке параллелей, разделенных несокрушимым вроде бы барьером Равновесия, бестии неспешно добрели до конца обозримого фрагмента улицы и сгинули там в неизвестном направлении.

— Если это прорыв, то почему сюда до сих пор не прибыли наши порядочники? — спросил я пустую комнату. — Я здесь уже больше часа торчу. А бестии внизу спокойно разгуливают по дороге, и никто их до сих пор не гоняет.

Увиденное, в совокупности с собственными наблюдениями, развеяло последние остатки недавней эйфории, и меня, как обухом по голове, прибило нехорошее предчувствие, что выпутываться из этой стремной передряги теперь придется без посторонней помощи.

00.47.27… 00.47.26… 00.47.25…

Активированный Навигатор продолжал расходовать не до конца восстановившийся лимит КЭП, и я решил пока что его свернуть. Благо, главную функцию он выполнил, расположение соседних помещений приютившей меня трехкомнатной квартиры обозначил, и никакой подозрительной живности в них не выявил. Дальше, во время практического осмотра квартиры, здоровенный квадрат карты на периферии будет меня беспрерывно отвлекать, все ж таки игнорировать здоровенную блямбу в углу, с непривычки, пока что для меня трудновато.

Накрыл левой ладонью кольцо, надеясь, что универсальный для отмены действия навыков жест сработает и с умением, и не ошибся — изображение карты в углу тут же исчезло.

Аккуратно отворив дверь, я все же, на всякий пожарный, призвал в правую руку копье и, крадучись, направился на разведку в ближайшую по коридору соседнюю комнату.

Глава 8

Навигатор не подвел. Как и было показано на полностью отобразившейся карте, других живых тварей в квартире не обнаружилось.

Всего помещений в квартире оказалось семь. Три комнаты, кухня, совмещенный санузел и, непосредственно соединяющий их в единое целое, длинный прямой коридор. Кухня, ванная и гостиная не пользовались популярностью у пришельцев из теневой параллели, и там везде царило такое же присыпанное сугробами пыли запустение, как в первой комнате (которая, до случившегося здесь прорыва, вероятно, являлась чем-то вроде детской). А вот в самой дальней по коридору спальне твари устроили свое логово, и там царил безумный кавардак.

Еще в коридоре, на полпути к бывшей спальне, я учуял доносящийся оттуда острый мускусный запах. Если вы когда-нибудь были в зоопарке, то точно такой же имели несчастье вдыхать, подходя к вольерам с пушистыми дикими зверями.

Первой с порога комнаты мне бросилась в глаза кособокая конструкция, некогда выполнявшая функцию шикарной двухспальной кровати. Но от былой роскоши теперь не осталось и следа. С половиной подломившихся ножек, и с торчащими из основательно промятого и наполовину выпотрошенного матраса пружинами, эта рухлядь сейчас скорее напоминала какую-то экзотическую пыточную установку. Белесый от шерсти тварей и перьев из растерзанных подушек паркетный пол вокруг кровати был завален еще клочьями вырванной из матраса губки и посеревшими от времени лоскутами разодранного постельного белья. Остатки кровати и горы мусора вокруг нее местами «украшали» скопления бурых пятен засохшей крови.

Исцарапанный когтями платяной шкаф, в шаге от кровати, зиял пустыми рамками на пластиковых дверях, по остатком стекла в краях которых не сложно было догадаться о наличии там раньше зеркал. Вероятно, через эти, превратившиеся во время прорыва в арки зеркальных порталов, проходы между параллелями царусы и ворвались в квартиру хозяев. Хочется верить, что в момент прорыва тварей людей в квартире не было, или, если уж несчастным не повезло оказаться дома, это случилось ночью, и теневые твари мгновенно загрызли хозяев прямо во сне.

Сразу после прорыва зеркальные порталы рассыпались, запечатав пришельцев в квартире.

Наличие открытой форточки в спальне объясняет: почему твари не сдохли здесь от голода, и не разворотили в поисках съестного остальные помещения (ведь, обилие пылищи в квартире косвенно указывает на то, что теневые твари здесь хозяйничали не меньше полугода). Цепким, как обезьяны, и юрким, как белки, царусам не составляло труда выбраться через открытую форточку наружу и наведаться через такие же форточки в соседние квартиры, или спуститься по стене вниз и поохотиться на земле. Добычу твари частенько притаскивали в логово, отсюда и обилие засохшей крови на кровати и полу. Другие же помещения квартиры царусы игнорили за ненадобностью (охотиться, ведь, там не на кого), отправляя туда кого-то из стаи, вероятно, в наказание за какую-то провинность.

Вот на такого изгнанника мне, как раз-таки, и фартануло напороться. И, ведь, реально повезло с одиночкой. Потому как в первые секунды после переноса я не совершенно и таился. И если б на мой шум вместо одиночки, чуть позже, среагировала вся стая, царусы порвали б меня, как волки хромого лося.

Преодолев брезгливость и царящую в бывшей спальне вонь, я прошел по загаженному полу к окну и, от греха подальше, защелкнул форточку на шпингалет.

Сквозь запыленное стекло увидел далеко внизу еще одну пустынную улицу, с рядами бесхозных машин по сторонам дороги, и аж пятью берхами, образовавшими круг прямо посреди проезжей части, расковыряв ради такого перформанса своими мощными корнями многослойный асфальт.

— Все чудесатие и чудесатие, — пропыхтел я, отворачиваясь от окна и развеивая так и не пригодившееся копье.

Без особой надежды заглянул в платяной шкаф (относительная целостность дверей и стен которого внушала надежду, что царусами он использовался лишь в качестве дополняющей кровать второй маленькой, но высокой, лежанки), и был приятно удивлен, обнаружив внутри нетронутые полки с аккуратно свернутой одеждой. И хотя извлеченные оттуда джинсы оказались размеров на шесть шире, чем надо, и на добрую ладонь длиннее моих ног, я все равно с радостью сменил на них свои жалкие лохмотья, закатив снизу штанины до нужной длины, и ремнем надежно зафиксировав на поясе чрезмерный перебор по объему.

Вместо остатков майки, которые оказалось проще сорвать с плеч, чем обычным макаром стаскивать через голову, натянул широченную, как плащ, бежевую рубашку, у которой тоже пришлось закатывать рукава. Еще на нижней полке, среди ремней, я нашел отличную поясную сумку с двумя отделениями на молнии, ее я закрепил на поясе поверх рубашки, превратив последнюю в некое подобие солдатской гимнастерки.

Переодевшись, перебрался в кухню, где, вдохновленный предыдущей удачей, решил порыться по сусекам, в поисках еды или питья. Хотя употребленная недавного горошина энергосути кардинально решила проблему голода и жажды, и сейчас мне ни есть, ни пить не хотелось от слова совсем. Но, ведь, непонятно еще, как там дальше сложиться, и иметь НЗ в виде сухпайка, по любому, не помешает. К тому же найденную провизию теперь можно было заныкать в поясную сумку.

На кухне, однако, удача дала сбой. В холодильник я лезть не рискнул, отпугнутый большой высохшей лужей под ним (электричество в доме, похоже, отключили примерно в одно время со случившимся прорывом, значит, все хранящиеся в холодильники скоропортящиеся продукты давно протухли). А в прочих кухонных шкафах ни бутылок с минералкой, ни конфет с шоколадками, отыскать не удалось. Найденные крупы с макаронами брать не стал — как я тут их готовить-то буду, без воды и газа? А вот обнаруженные пол пачки сахара в поясную сумку пересыпал.

Еще раз обошел квартиру. Убедился, что ничего заслуживающего внимания больше здесь не осталось, и, подхватив с коридорной тумбочки связку ключей, решил исследовать дальше подъезд многоэтажки.

Разобраться с замками не составило труда. Несмотря на долгий простой, ключи в нужные скважины проникли легко и провернулись там практически бесшумно.

Выглянув в приоткрывшуюся дверь, я обнаружил широкий тамбур на три квартиры, отгороженный от лифтовой площадки хлипкой пародией на дверь из стекла и фанеры.

Оставив свою дверь широко открытой, я по очереди обошел железные двери соседних квартир и каждую подергал за ручку (колотить не решился, опасаясь привлечь ненужное внимание со стороны неисследованного пока что подъезда). Убедившись, что обе закрыты, направился к декоративной подъездной фанерке.

Эта пародия на дверь, как я и предполагал, не имела даже примитивного шпингалета. Приоткрыв ее, увидел просторную площадку, с лифтовой шахтой слева (над дверью лифта была намалевана огромная десятка, подтверждая мою догадку о десятом этаже) и второй фанера-стеклянной пародией на дверь, метров через шесть напротив, огораживающей тамбур еще трех квартир. Еще одна, на сей раз полностью деревянная дверь в правой стене выводила, судя по всему, на альтернативную лифту лестницу. И сейчас, по понятным причинами, она интересовала меня в первую очередь.

Но прежде, чем заглядывать за лестничную дверь, я перешел в соседний тамбур, подергал ручки тамошних квартирных дверей, и убедился, что и эти три тоже были заперты на замок.

За деревянной дверью я ожидаемо обнаружил выход на лестничную площадку, с которой пролеты расходились, как вниз, так и вверх, указывая, что десятый этаж в доме явно не последний.

На удачу шарахаться по лестницам дома, захваченного теневыми тварями, было смертельно опасно, а имея в загашнике умение Навигатор — и вовсе глупо. Потому следующим действием, когда открыл лестничную дверь, стала концентрация взгляда на кольце и едва слышная озвучка фразы-активатора:

— Навигатор.

Снова в углу периферийного зрения появился большой черный квадрат, с яркой точкой света по центру. Повинуясь мысленной команде, световая точна начала стремительно расширяться, и буквально через секунду уже все пространство квадрата заняла миниатюрная схема изученной мною только что площадки десятого этаже. Я вижу свою крошечную копию, застывшую на пороги приоткрытой двери, за которой открывается вид на лестничную площадку с двумя расходящимися вверх-вниз маршами. Памятуя свой предыдущий опыт работы с картой, где поначалу тоже был только длинный квартирный коридор с выходами в соседние помещения, но за несколько секунд (пока я рассматривал уличный вид из окна на другом конце плана) начальный ограниченный вид на коридор расширился до четких контуров всех прилегающих помещений (за исключением санузла, дверь в который оказалась закрыта), я запасся терпением и стал ждать.

Начинающиеся контуры лестничных маршей на моих глазах преобразились на карте в закончившиеся переходы на девятый и, соответственно, одиннадцатый этажи. Но этим чудеса Навигатора не ограничились, двойные марши-переходы к следующим этажам стали рисоваться дальше с потрясающей быстротой. И наблюдая с десятого, невероятным образом я оказался способен одновременно отслеживать марши и площадки всех появляющихся следом этажей тоже.

Через несколько секунд подъездная лестница нарисовалась целиком от первого до пятнадцатого (так я узнал, что в моем доме всего пятнадцать этажей), но и на этом возможности Навигатора не исчерпались. На этажах, где лестничная дверь оказалась приоткрыта, отобразился так же и вид на лифтовую площадку, всего таких этажей, не считая моего, оказалось четыре: второй, седьмой, восьмой и двенадцатый. При чем на двенадцатом оказалась сломана тамбурная фанерная перегородка, и, кроме лифтовой площадки, там открылся еще вид на три квартирные двери с правой стороны. Одна из этих дверей оказалась буквально выломана изнутри и сильно деформированная в полуоторванном состоянии теперь держалась на одной нижней петле. Из распахнутого настежь входа открылся вид на точно такую, как «моя», трехкомнатную квартиру, все помещения которой, к счастью, сейчас оказались пустыми. Выбившая стальную дверь тварь, похоже, благополучно сбежала из подъезда на волю. Оно и слава богу, потому как связываться с таким монстром, на нынешнем этапе развития, мне категорически было противопоказано.

Но, кроме следов свалившего опасного монстра, Навигатор отобрал и немалое количество реальных монстриков, прописавшихся на лестничных площадках и вполне уютно себя там чувствующих. Мне на радость, ими оказались насквозь понятные и вполне победимые царусы. Стайки по десять-двадцать рыл этих снежно-белых зубастых белка-обезьян я обнаружил аж на пяти лестничных площадках.

Откуда они все взялись на внутренней лестнице, при закрытых, в большинстве случаях, этажных лестничных дверях? И, наверняка, практически везде закрытых квартирных дверях?.. Да все просто. Тварюшки забрались в подъезд через общедоступные подъездные лоджии, с которых имелся боковой ход на межэтажные площадки, серединные между двумя межэтажными лестничными маршами.

Мне повезло, что ни одна из площадок обитания стай царусов не соседствовала с десятым, иначе чуткие зубастые «мартышки» могли уловить мои шараханья по десятому этажу, с открыванием-закрыванием тамбурных дверей, и смертельно удивить стремительной атакой после высовывания носа на лестницу.

К счастью, все обошлось. Ближайшая стая прыгучих тварюшек располагалась двумя этажами ниже, и, судя по карте, меня она до сих пор не почуяла.

Всего же я насчитал на лестнице семьдесят три крошечных фигурки царусов. Почти все тварюшки мирно спали, свернувшись уютными пушистыми клубочками на лестничном бетоне, как белки-альбиносы.

Просто море халявной энергосути плескалось практически под боком. Оставалось лишь придумать способ, как всех зубастиков половчее упокоить. И, как говорится, будет мне счастье.

Я аккуратно прикрыл лестничную дверь, и на цыпочках вернулся в «свою» квартиру. Разрабатывать план операции.

Глава 9

За основу будущей ловушки, разумеется, мной был принят отлично зарекомендовавший себя против царусов способ с фиксированном зазором между дверью и косяком.

Открывающиеся наружу лестничная, тамбурная и квартирная двери для этого способа, увы, не годились, потому как из нельзя было подпереть чем-то изнутри, и, приоткрыв, пришлось бы самому удерживать за ручку. Не факт, что я смог бы даже двумя руками удерживать дверь, приоткрытой на фиксированное расстояние, под напором рвущейся в щель стаи, а ведь мне необходимо было б еще параллельно как-то перебить всех царусов активированным копьем. Потому в качестве блокиратора юрких тварей я снова решил использовать испытанную комнатную дверь.

Пришлось изрядно попотеть, оттирая с косяка и кромки двери потеки свернувшейся крови, и стирая почти засохшую кровавую лужу на пороге. Без воды сделать это оказалось пипец как не просто. К счастью, с тряпками для наведения чистоты проблем не возникло, разорил для этой цели шкаф в спальне еще на полдюжины полотенец, и с их помощью оттер-таки все практически до блеска.

Заманивать царусов с лестницы в квартиру решил с помощью привязанной к длинной бечевке железной кружки (моток бечевки и кружку нашел на кухне, еще когда рылся в тамошних ящиках). Зафиксировав в открытом положении лестничную, тамбурную и квартирную двери, я оставил привязанную кружку на лестничной площадке, и, размотав бечевку, второй ее конец протянул в дальнюю комнату.

Еще кусок бечевки я привязал к ручке квартирной двери, чтобы, когда в квартиру ворвется первая стая, рывком за конец этой бечевки из комнаты захлопнуть железную дверь, и отсечь в тамбуре остальных подорвавшихся на шум царусов. Эта дополнительная мера безопасности нужна была, чтоб преследовали не видели смертельного капкана, в котором испустят дух их сородичи, и, при повторении фокуса, без колебаний тоже в него попались.

Дальше придвинул массивный шкаф обратно к двери, до образования между дверью и косяком щели нужного размера. И, активировав Навигатор, приступил к практическому испытанию ловушки.

На появившемся в углу квадрате, после приближения, появилась знакомая картинка квартиры, окруженная заоконными уличными видами уже из всех трех комнат и кухни. Но рассматривать пустынные улицы сейчас мне было недосуг, я выразил желание продвинуться в сторону лестничных маршей, и Навигатор тут же с готовностью откликнулся на мою хотелку. Угол обзора плавно сдвинулся в подъезд, и я снова увидел складки лестничного пролета.

Скопления крошечных белых комочков на площадках обнаружились на прежних местах, царусы продолжали беспечно дрыхнуть. Я дернул за бечевку с кружкой, и услышал из коридора отдаленный лязг удара металла о камень. Белые фигурки на нарисованной лестнице тут же стали массово пробуждаться и растерянно озираться по сторонам, в поисках источника шума.

Я стал сматывать бечевку, привязанная к ней кружка с оглушительным звоном покатилась по полу лестничной площадки, вывалилась через первый дверной проем на лифтовую и зазвенела дальше к тамбуру. Верхние и нижние царусы в едином порыве рванули на ней в погоню. И тут случился непредвиденный казус: я-то рассчитывал, что теневые твари побегут по лестнице нормальным способом, скача по ступеням, хвостатые же ублюдки выбрали для перемещения вверх и вниз лестничные перила, по которым понеслись с пугающей быстротой, изрядно превышая расчетное время погони.

Бросив сматывать бечевку, я стал затаскивать ее в комнату обеими руками. Гремящая кружка, скача, как лягушка, в пару гигантских «прыжков» одолела тамбур, ворвалась в коридор и, едва дернувшись к двери-ловушке, оказалась в лапах дотянувшегося до шумной добычи в отчаянном прыжке первого, самого шустрого преследователя.

Буквально вырвав источник звона из цепких когтистых лапок, я мощнейшим рывком направил кружку к приоткрытой дальней двери. И азартно шипящие преследователи (ведь следом за самым шустрым царусом в квартирный коридор из тамбура уже высыпалась вся стая) гурьбой ломанулись вдогонку.

Отпустив не нужную больше бечевку с кружкой, я подхватил конец второй приготовленной веревки и, резко рванув за него, захлопнул входную дверь.

От неожиданного хлопка сзади добежавшие уже до ловушки зубастики резко замерли и тревожно заозирались по сторонам.

— Ау! Придурки! — поприветствовал я из-за закрытой двери гостей.

И мгновенно позабыв все страхи, кровожадные пушистики всей кодлой ломанулись на штурм двери.

Убедившись, что задумка полностью удалась, я развеял Навигатор (чтоб не отвлекал, и не переводил бестолку лимит КЭП) и активировал Владение воздушным копьем.

Царусы, обнаружив достаточную для проникновения внутрь щель, ожидаемо рассредоточились вдоль косяка и стали дружно штурмовать узкий проход. Материализовавшемуся через мгновенье в моей правой руке копью тут же нашлась работа.

Как я не пытался увернуться от кровавого душа, брызнувшие во все стороны струи из перерубленных шей царусов все одно зацепили меня и пометили новую рубашку.

Через секунду перед глазами загорелись строки победного лога:

Внимание! Вы нанесли критический урон 9 царусам 11 уровня, 4 царусам 12 уровня и 1 царусу 15 уровня. Все царусы умирают. Штрафы за разницу в уровнях: 0,1, 0,2 и 0,5. За убийство 9 царусов 11 уровня вам начисляется 18 очка теневого развития. За убийство 4 царусов 12 уровня вам начисляется 20 очков теневого развития. За убийство 1 царуса 15 уровня вам начисляется 19 очков теневого развития. За убийство 14 царусов вам так же начисляется: 15 теневых бонусов к Силе, 17 теневых бонусов к Ловкости, 12 теневых бонусов к Выносливости, 5 теневых бонусов к Интеллекту, 15 теневых бонусов к КЭП.

За счет большего количества тварей в уничтоженной стае и их чуть лучшего развития, за эту победу в этот раз мне прилетело больше очков теневого развития. А вот на теневые бонусы к параметрам Система в этот раз, определенно, поскупилась (особенно заметно санкции коснулись Интеллекта, теневой бонус по которому сократился аж втрое). Оно и понятно, в первый раз я реально изобрел ловушку для царусов, а во второй лишь повторил свое успешно сработавшее уже однажды изобретение. Значит, делаем вывод, что с каждым повторением «дверного капкана» теневых бонусов за массовое убийство тварей будет прилетать все меньше… Да ну и пофиг. Главное, чтоб энергосуть выпала со всех прибитых тварюшек в полном объеме. Тогда на ней одной, заколбасив всех царусов, я Выносливость с КЭП до девятки прокачаю.

Дождавшись, когда у зажатых в щели тварей закончится агония, я отпихнул в сторону шкаф, приоткрыл дверь и перекидал трупы царусов на заранее расстеленное на ковре полотенце.

— Ну вы тут доходите пока, а я, пожалуй, продолжу, — хмыкнул я и, вооружившись заляпанным кровью полотенцем, занялся оттиранием забрызганных двери, косяка и порога.

От свежей крови избавиться оказалось куда как проще, и с уборкой я справился за считанные минуты.

Активированный Навигатор помог убедиться, что в тамбуре, как и на лифтовой и лестничной площадках десятого этажа снова не было ни души. Столкнувшись с запертой дверью, и потеряв цель атаки, твари из разных стай, как я и рассчитывал, не смогли долго тусовать на одной территории вмести, и разбежались обратно по своим вотчинам.

Четыре оставшиеся стаи, ожидаемо, я обнаружил на своих площадках. О недавнем общем забеге, напоминала взбудораженность тварюшек. Никто из царусов больше не ложился, зубастики нервно расхаживали из угла в угол по своим площадкам, и тои дело скалились на окружающих членов стаи, вероятно, переругиваясь на своем шипящем наречии. Но, поскольку Навигатор звуков не транслировал, утверждать последнее я, разумеется, не берусь.

Дальше, как несложно догадаться, я еще трижды успешно провернул фокус с дверной ловушкой. И упокоил еще три стаи общей численностью в сорок три рыла.

Последняя оставшаяся стая стала единоличным хозяином подъезда и не пожелала отходить от подозрительной двери, за которой бесследно сгинули все местные конкуренты. Чтоб упокоить и ее тоже, мне пришлось рискнуть и, распахнув квартирную дверь, посостязаться с юркими тварями в скорости бега.

Для максимального замедления на старте преследователей, и выгадывания себе хоть какой-то форы, я с помощью найденных в столе гостиной скотча и канцелярских кнопок, закрепил в квартирном дверном проеме подвешенную и плотно натянутую на косяк простынь, самую большую из найденных шкафу спальной. Потом через ткань аккуратно отжал дверную ручку вниз и, убедившись, что дверь начала открываться, рванул в предусмотрительно открытую дальнюю комнату.

За спиной практически сразу раздался треск рвущейся материи под весом первого скакнувшего в открывающийся проем царуса. Раздраженное шипенье запутавшегося зубастика стало лучшей наградой за мои труды. Но треск сзади практически сразу же критически усилился, и через секунду закономерно перерос в грохот покатившегося по полу клубка тел.

Часть царусов запуталась в рухнувшей с косяка простыне. Остальные же члены стаи получили-таки возможность беспрепятственно преследовать улепетывающего по коридору человека. И рванули в погоню.

Самый проворный зубастик успел дотянуться и на излете последнего скачка чиркнуть меня когтями по ноге. Но этот удар оказался так слаб, что не смог даже распороть джинсы. Я же находился уже на пороге спасительной комнаты, и, к безмерной досаде преследователей, в следующее мгновенье захлопнул дверь аккурат перед их раззявленными пастями.

Снова, как в самом начале, я привалился спиной к двери и стал сдерживать отчаянные наскоки упустивших добычу царусов.

Отдышавшись, подтянул шкаф. Оставил нужный зазор. Активировал копье… И через пару секунд благополучно упокоил последнюю партию угодивших в дверную ловушку царусов.

Внимание! Вы нанесли критический урон 12 царусам 11 уровня, 3 царусам 12 уровня и 1 царусу 14 уровня. Все царусы умирают. Штрафы за разницу в уровнях: 0,1, 0,2 и 0,4. За убийство 12 царусов 11 уровня вам начисляется 24 очка теневого развития. За убийство 3 царусов 12 уровня вам начисляется 15 очков теневого развития. За убийство 1 царуса 14 уровня вам начисляется 14 очков теневого развития. За убийство 16 царусов вам так же начисляется: 13 теневых бонусов к Силе, 19 теневых бонусов к Ловкости, 12 теневых бонусов к Выносливости, 4 теневых бонуса к Интеллекту, 13 теневых бонусов к КЭП.

Пробежав глазами строки победного лога, отметил, что за рисковый забег Система расщедрилась в этот раз на теневые бонусы к Ловкости.

От дальнейших размышлений меня отвлекла давно ожидаемая серия хлопков. Наконец-то подошло время схлопывания первой партии теневых тварей. Дальнее полотенце на ковре опустело, и, вместо сгинувших трупов, на нем появилось четырнадцать «ртутных» капель.

Позабыв обо всем на свете, я как коршун на суслика, набросился на добычу и, лихорадочно скатав все капли в общую горошину, тут же поглотил ее кольцом.

Через секунду тело растворилось в нахлынувшей волне эйфории, а перед глазами загорелись строки очередного лога:

Внимание! Ваше Персональное Кольцо Развития поглотило энергосуть 2,3 уровня. Вам начисляется: 23 очка теневого развития, 7 теневых бонусов к Силе, 8 теневых бонуса к Ловкости, 12 теневых бонусов к Выносливости, 2 теневых бонуса к Интеллекту, 17 теневых бонуса к КЭП.

— Хозяин, — неожиданно донесся незнакомый грубый женский голос из коридора, в буквальном смысле слова ломая мне кайф, — у тебя там дверь нараспашку. Уж не обессудь — я без стука вошла.

Человек? Живой? Здесь? Свободно разгуливает по дому, захваченному теневыми тварями? Быть может, это наконец прибыл кто-то из порядочников?

— Ишь ты. Занятно придумал, — раздался женский голос уже из-за двери, после чего блокирующий ее шкаф едва не рухнул от могучего толчка.

— Эй, че там у тебя? — спросила силачка.

— Шкаф, — обреченно выдохнул я.

— Убирай, и открывай дверь, — потребовала незнакомка. — Разговор есть.

Спорить было бессмысленной. Если шкаф едва не опрокинулся от легкого ее толчка, ежу понятно, что самостоятельно открыть эту дверь грозной даме не составит труда. А когда она это сделает, по любому, предъявит мне за нерасторопность… Ну нафиг, на ровном месте так подставляться, уж лучше сам открою.

Я кинул тоскливый взгляд на еще три полотенца с не оприходованной добычей, и поплелся открывать дверь.

Глава 10

Как только открылась дверь, через заваленный трупами царусов порог тут же перешагнула внушительного вида дама в армейском камуфляже и, потеснив меня крепким плечом к шкафу, решительно прошла в комнату.

Сразу невольно бросились в глаза: высокий рост незнакомки (женщина была на голову выше меня) и ее красное, без следа макияжа, суровое обветренное лицо, с по-мужски массивным квадратным подбородком.

Остановившись в центре помещения, гостья развернулась, окинула меня хмурым взглядом и неожиданно озадачила предъявой:

— И как прикажешь это понимать?

— Что понимать? — уточнил я, нервно сглотнув.

— То, что ты тут натворил, разумеется, — припечатала женщина и, скрестив руки на груди, как бы невзначай продемонстрировала массивное фиолетовое кольцо, сделавшееся видимым на большом пальце ее правой руки.

— Я не специально. Так получилось, — покаялся я, потупив взгляд.

— Да уж понятно, что сопливой двадцатке тут делать нечего, — фыркнула дама. — Откуда ты, вообще, свалился на мою голову?

Подхватив с пола пустое полотенце (из-под первой партии недавно схлопнувшихся царусов), она смахнула им пыль с плюшевого дивана у стены, села и не терпящим возражений голосом распорядилась:

— Рассказывай.

— А вы, собственно, кто? И что тут, вообще, происходит? — спросил я тоже в ответ.

— Потом расскажу. Сперва ты, — отрезала суровая дама. — И поторопись. До темноты осталось всего пара часов. А нам еще до укрытия бежать.

— Укрытия?

— Не отвлекайся… Как тебя зовут?

— Сергей.

— Я — Серафима.

— Очень при…

— Кольцо развития давно получил? — перебила дама.

— Неделю назад.

— Твою ж мать! — скривилась собеседница, как от зубной боли. — Вот и чего мне теперь с тобой таким шебутным и неумелым прикажешь делать?

— Да объясните уже мне…

— Нет. Сперва ты.

От взаимных пререканий отвлекла очередная серия хлопков на ковре. Подошло время выпадения ртутных капель энергосути из второй стаи мертвых царусов.

— Потом добычу свою соберешь, — пресекла мое движение к опустевшему полотенцу дама. — Она никуда отсюда уже не денется… Рассказывай, Сергей, каким ветром тебя сюда занесло?

Я не стал перечить и выложил все, что знал. Рассказал, как, вернувшись несколько дней назад с «офисной» тренировки в общагу, угодил в ловушку хаосистки Линды, и почти четверо суток потом провел пленником ее ручного кукольника. Как меня бесконечно пичкали яйцами фахжжа, чем изрядно стимулировали рост Хаоса в энерготипе, но ограниченный запас яиц у хаосистки, не позволил ей довести коварную задумку до конца, и я попал в смертельно опасное положение. Как спасаясь от мстящего за оскорбление хозяйки кукольника, наткнулся взглядом на случайное зеркальце, и неожиданно переместился зеркальным порталом в эту запыленную квартиру, с хозяевами царусами. Как везение, смекалка и своевременно открывшийся Навигатор, позволили мне не только отбить квартиру у теневых тварей, но позже заманить в изобретенную ловушку и все стаи царусов с подъездной лестницы.

Пока я говорил серии хлопков еще дважды звучали в комнате, и к концу моего рассказа все полотенца на ковре, избавившись от мертвых тушек, обзавелись подвижными «ртутными» каплями.

— Знаешь, а ты и впрямь везунчик, Сергей, — покачала головой Серафима, подытоживая услышанное. — Байку об Отражениях Вечности — зеркалах, открывающихся порядочникам, в минуту смертельной опасности — много лет назад мне рассказал наставник. И до сего дня я считала ее красивой сказкой. Ты первый мой знакомый, кому удалось сбежать от смерти Отражением Вечности. Твоя хаосистка не соврала, с неусвоенными яйцами фахжжа в желудке, по возвращении в родную параллель тебя ожидала мучительная смерть. А свернутая аномалия, куда, будучи низкоуровневым практикантом, ты невероятным образом исхитрился переместился, из-за отсутствия здесь Равновесия и смешения законов Порядка с законами Хаосом, для безопасного усвоения яиц фахжжа подходила идеально.

— Значит, я сейчас в аномалии, — ошарашенно пробормотал я.

— В свернутой аномалии. Привыкай к точности формулировки, практикант, в жизни пригодится, — хмыкнула Серафима. — И одним лишь попаданием сюда, твое сумасшедшее везение не ограничилось. Из сотен квартир этой высотки, ты угодил аккурат в захваченную царусами — самыми безобидными представителями местной фауны, справиться с которыми даже тебе оказалось вполне по плечу.

— Ну спасибо, — проворчал я. — Че-то на лестнице никого, кроме царусов, я не заметил.

— И слава богу… В противном случае, очень сомневаюсь, что ты дожил бы до этого разговора со мной. К счастью, у большинства местных обитателей активная фаза жизнедеятельности наступает ночью.

— Странно, в теневой параллели же всегда светло. Не знал, что тамошние твари предпочитают ночную тьму.

— А я разве сказала, что это теневые твари? — хмыкнула Серафима.

Мой ответ прервала знакомая череда хлопков. Исчезла последняя стая перебитых царусов, и на заляпанном кровью пороге, вместо сгинувших трупиков «пушистиков», появились и стали неспешно перекатываться навстречу друг дружке «ртутные» капли энергосути.

— Это свернутая аномалия, Сергей. Теневые твари, по сути, здесь такие же гости, как мы с тобой, — не дождавшись ответной реплики, продолжила вещать Серафима. — И местные здесь не теневые, а аномальные твари.

— Какие они?

— Чертовски опасные. Особенно для толком не обученной неумехи-двадцатки.

— Да че, блин, сложно, что ли, ответить?

— Поблинкай мне еще тут, — фыркнула Серафима и рывком поднялась с дивана. — Все, хорош, лясы точить. Договорим в убежище… Собирай свои трофеи, и выдвигаемся.

Опустившись на корточки, я потянулся кольцом к горошине энергосути, самостоятельно образовавшейся на полотенце, слиянием воедино всех выпавших со стаи царусов «ртутных» капель, но тут же был остановлен рукой Серафимы, неуловимо быстрым смазанным рывком вдруг преодолевшей разделяющие нас метры, и оказавшейся на коленях напротив.

— Сережа, я сказала собирай, а не поглощай, — сделала мне строгий выговор женщина-молния. — Ты сегодня энергосутью уже по бровищи накачался, дневной лимит в разы перевыполнил, чудо, что в кому от передоза не впал.

— Да, какая еще, нафиг, кома?! Энергосуть же, наоборот, меня энергией живительной заряжает. И до кучи еще очки развития и бонусы начисляет, — возмутился я, продолжая отчаянно тянуться кольцом к источнику эйфории.

Но перехватившая мою кисть женская рука была непреодолима словно каменная десница.

— Похоже, у тебя, малец, уже стойкая зависимость к этой дряни развилась, — покачала головой Серафима. — От греха подальше, пусть пока твои трофеи у меня побудут на хранении.

Не дожидаясь моего согласия, дама подхватила свободной рукой горошину с полотенца из-под моих пальцев. Отпустив меня, Серафима ловко переместилась на коленях дальше по ковру и собрала горошины с двух других полотенец. И первой же метнувшись к порогу, добавила к объединенному шарику энергосути трех стай еще не слившиеся в единую горошину «ртутные» капли четвертой.

— Запоминай, получилась слитная энергосуть уровня девять и одна десятая, — объявила Серафима, под моим ненавидящим взглядом разгибая спину, поднимаясь на ноги и спокойно убирая похожий на лесной орех «ртутный» шарик в карман штанов.

— Так не честно! — я досадливо хлопнул ладонью по ковру. — Сама говорила — это моя добыча!

— Преодолеешь зависимость, отдам… Сергей, правда, время нас уже поджимает. Хорош капризничать, вставай и пошли.

— Но я хочу сейчас!

— А я хочу, схватить тебя за отросшие патлы, и от души приложить пару раз мордой о стену! — зло рявкнула в ответ Серафима. — И, клянусь, я сделаю это, если ты немедленно не оторвешь от пола свою задницу, и не пойдешь, пока еще добровольно, следом за мной… Ну? Считаю до трех. Раз…

Памятуя, как быстро способна действовать эта с виду грузная дама, когда это ей нужно, я благоразумно подчинился, вскочил на ноги и, понурив голову, поплелся за Серафимой к выходу из квартиры.

Глава 11

— Послушай, мне смысла нет тебя обманывать, — остановившись на очередной лестничной площадке, зашептала развернувшаяся ко мне Серафима. — Нам еще минимум трое суток придется здесь терпеть общество друг друга. И если ты из-за каждого пустяка вот так рожу кривить начнешь…

— Ага, пустяка, — перебил я. — У тебя б так же добычу прикарманили, посмотрел бы я, как ты после этого радовалась.

— Да че ж ты, Сережа, тугой-то такой? Говорю же: взяла трофей твой лишь на хранение. Мне чужого не надо! Уже завтра твоя зависимость к бесконтрольному поглощению этой дряни ослабнет, и я со спокойным сердцем верну тебе честно заработанный трофей… Могу кольцом покляться, если не веришь.

Не дожидаясь моего согласия, Серафима цапнула мою правую руку и стиснула в своей богатырской пятерне так, что наши кольца невольно прижались друг к другу.

Перед глазами тут же загорелась строка системного лога:

Внимание! Ясновидящая Серафима Светлых обязуется завтра в полдень вернуть вам принятую на хранение энергосуть 9,1 уровня.

— Да я б и так поверил, — проворчал я, разминая отпущенную руку.

— Ага, видела я, как ты поверил, — фыркнула Серафима. — Ладно, пошли дальше.

— А почему трое суток-то? — спросил уже у спины женщины, когда мы возобновили спуск по лестнице.

— Запитка пентаграммы завершится, — откликнулась Серафима, не оборачиваясь, на ходу.

— Че?

— Позже объясню. В спокойной обстановке. А сейчас тццц, отсюда нас уже на улице слышно. Не хотелось бы на выходе с любопытной тварью столкнуться.

Последние три этажа подъездной лестницы мы преодолели в гробовом молчании.

Некогда запиравшаяся на магнитный замок мощная подъездная дверь теперь, сорванная с петель, валялась метрах в трех от порога на огороженном лавочками асфальтовом пяточке.

Из осиротевшего проема мне открылся знакомый вид на пустынную улицу, с кольцом берхов, пустивших корни прямо посередь дороги, с вереницами припаркованных вдоль обочины машин, и с клочьями розовой травы на длинных придорожных лужайках. О вечернем времени недвусмысленно напомнила густая, практически чернильная тень дома напротив, уже вплотную подобравшаяся к дороге, и полностью поглотившая лужайку на противоположной стороне.

— С ума сошел! Убери сейчас же! — шикнула на меня Серафима, когда, для придания себе уверенности на пугающей скрытой угрозой улице, поворотом кольца я активировал в руке копье.

Пришлось подчиниться, и потом выслушать еще на ухо короткий инструктаж:

— Чтоб никакой самодеятельности! Четко выполняешь, что скажу. Глядишь на меня, и делаешь всё тоже самое один в один. И самое главное! Видишь тень через дорогу? Ни в коем случае к ней не приближайся! Там таится смерть!.. Все понял?.. Ну с богом…

Про тень я, разумеется, нихрена не понял. Но уточнить ничего не успел. Торопыга Серафима, цапнув меня за рукав, уже потащила на улицу.

Выскочив из подъезда, мы тут же спрятались за ближайшей припаркованной у обочины машиной, и короткими перебежками стали дальше перемещаться от одной тачки к другой, двигаясь таким незамысловатым макаром в сторону перегородивших проезжую часть берхов.

На бегу я, разумеется, не забывал крутить во все стороны головой, и рванувшего вдогонку за нами рвача из дальнего подъезда заметил даже раньше Серафимы.

— Вот сука! Принесла ж нелегкая! Уже почти ж дошли! — прошипела дама, оглянувшись с моей подачи на преследователя. — Так, практикант, сиди здесь и не отсвечивай. Я быстро.

Не позволив мне вставить и слова, Серафима выскочила из укрытия и двинулась навстречу чудовищу, с огромными, как два копья, рогами и острым, как топор палача, роговым гребнем.

Яря себя перед схваткой, рогач на бегу стал цеплять рогами стоящие у обочины машин, сминая в гармошку двери и выбивая стекла. На поднятый им шум из подъездов пятнадцатиэтажной высотки стали выскакивать царусы и бестии (подъездные двери везде в доме оказались выбиты, и свободное перемещение теневых тварей на улицу ничто не затрудняло), но претендовать на добычу могучего рогача не решались и растерянно замирали на пороге, а ожидании скорой кровавой развязки.

Когда дистанция с рвачом сократилась до считанных метров, Серафима, сымитировав испуг, метнулась от рогатого монстра на другую сторону дороги, но у самого края поглотившей там уже все тени, применив так восхитивший меня недавно рывок, мгновенно отскочила на несколько метров в сторону. А вот преследующий ее по пятам рвач так же молниеносно погасить набранное ускорение не смог, и, протаранив залитую тенью машину, тоже целиком сгинул в чернильном мареве.

Что случилось дальше, толком рассмотреть я не успел. Услышал лишь, как свирепый рев монстра вдруг сменился болезненным визгом. В тени потерявшая вызывающе яркий рубиновый цвет туша рогача превратилась в безликое черное пятно и оказалась погребена под грудой невесть откуда взявшихся бесформенных тел. Раздался треск разрываемой плоти. И оборвавшийся тут же визг, сменился жадным причмокиванием невидимых аномальных тварей.

— Сергей! — раздался злой окрик из-за спины.

Обернувшись, обнаружил там Серафиму, невероятным образом, за секунду переместившуюся на два десятка метров.

— Че зенки вылупил? Живо за мной!

Я рванул вдогонку за женщиной, а теневые твари возле дома, скумекав, что опасный рогач вышел из игры, зубасто-клыкастой лавиной бросились со всех концов дома, кто вдогонку, а кто, наоборот, наперехват.

К счастью, наше спасение было уже под боком.

Убежищем оказался тот самый пресловутый круг берхов на дороге. После того, как я, следом за спасительницей, протиснулся меж шершавыми белыми стволами и оказался внутри узкого круга, Серафима хлопнула ладонью по центральному камню брусчатки (а внутри круга берхов, вместо наружного дорожного асфальта, оказалась выложенная в форме круга каменная брусчатка), и меж стволами теневых деревьев тут же натянулось похожая на пищевую пленку тончайшая пелена.

— Уф! Успели! — выдохнула Серафима.

— Какой, нафиг, успели?! — запаниковал я, расширившимися от ужаса глазами наблюдая, как к берхам широким фронтом подлетает волна тварей. — Все. Нам кабзда.

— Добро пожаловать в убежище, практикант, — хмыкнула дама, извлекая из снабженного расширителем кармана штанов раскладной стульчик и спокойно на него усаживаясь.

Мне же находиться внутри этого нелепого убежища с прозрачными стенами, мягко выражаясь, было пипец, как страшно. И, чтоб позорно не завопить от ужаса, я до боли стиснул зубы.

Вот первый царус долетел до кольца берхов, и с раззявленной в азартном шипенье пастью скакнул в пролет между белыми стволами… Я с ужасом осознал, что тварь нацелилась вцепиться мне в лицо, и даже немедленная активация копья не исправит уже эту матовую ситуацию, потому как из-за узости окружающего пространства я, банально, не смог бы умело воспользоваться громоздким копьем… Но, столкнувшись с защитной пеленой, тварь неожиданно вдруг просто растворилась в воздухе. И тут же материализовалась снова, только уже за пеленой по другую сторону убежища… После чего охреневший от невероятного пролета мимо цели царус покатился дальше по асфальту, и через секунду сгинул во мраке теневой стороны, разделив печальную учесть рогача.

Следом за самой шустрой тварью кольца бергов достигла все лавина набегающих чудовищ. Окружившее убежище твари, стали отчаянно рваться внутрь. Но пелена спокойно справилась с массовой атакой, захватывая тварей на входе и тут же отшвыривая на выходе, с противоположной стороны.

Часть теневых тварей после неудачного отскока так же, как рогача с царусом, угораздило залететь на теневую часть дороги, и чавканье пирующих невидимых монстров стало последним, что они услышали после смертельного приземления.

Остальные, более удачливые монстры, вхолостую просвистев мимо цели однажды, вставали, разворачивались и кидались «на амбразуру» снова… И снова… И снова…

Часть тупых ублюдков каждый раз неизменно отсеивалась, залетая на теневую сторону. Но даже самые упрямые «счастливчики», которым фартануло, многократно отфутболенными пеленой, приземлиться мимо тени больше десяти раз, в итоге тоже оказались поглощены тьмой наступившей ночи.

И при свете озарившей тьму луны, я получил сомнительное удовольствие наблюдать с близкого расстояния за кровавой баней, устроенной местными чудищами ночи пришлым монстрам из теневой параллели.

Глава 12

Невидимки, разорвавшие в чернильной тени могучего рогача, в моем воображении рисовались кошмарными тварями, сплошь состоящими из монструозного вида клыков и когтей. И когда лунный свет скинул пелену таинственности с этих кошмаров, по первости я даже не поверил своим глазам.

Среди уцелевшего десятка теневых тварей вдруг обнаружились пять с виду обычных человеческих фигур — три парня и две девушки. Все ребята были обнажены, и их идеально скроенные тела, не смотря на ночную прохладу, в лунном свете лоснились от пота.

А потом эти пятеро моих почти ровесников начали убивать, играючи настигая шустрых царусов, и шутя ломая хребты коренастым бестиям. Конечный способ убийства, при этом, у всех пятерых не отличался разнообразием — обычные с виду руки парней и девушек хватали пойманную жертву за горло и просто рвали его, будто вместо крепкой шкуры и тугой плоти под пальцами ребят оказывалась мягкая бумага.

Фонтанирующую следом кровь эти монстры в человеческом обличии направляли в широко распахнутые рты, и начинали жадно ее глотать, сопровождая сие отвратительное действо знакомыми хлюпаньем и причмокиванием. Часть крови, при этом, неизбежно проливалась на лица и голые тела убийц, и в лунном свете органично сливалась с предыдущими потеками «пота».

Теневые твари, разумеется, не сдавались без боя и до конца отчаянно пытались отбиваться. Пару раз я видел, как удары рогов бестий достигали цели. Но каждый раз в месте такого случайного попадания, человеческая плоть на секунду превращалась в сгусток темного тумана, через который беспрепятственно пролетал рог твари, и на вновь уплотнившемся теле от пропущенного удара не оставалось даже царапины.

— Как тебе шоу? — от насмешливого голоса сидящей рядом соседки я аж вздрогнул.

Одна из «кровавых» девушек в этот момент «доила» вскрытое горло бестии буквально в двух шагах от нашего укрытия. Но на достаточно громкое заявление женщины, чудовище в теле хрупкой девушки даже ухом не повело.

— Не очкуй, практикант, из убежища нас не слышно, — тут же озвучила мою догадку Серафима. — Но каковы, а? Скажи!.. Неожиданно, да?

— Они кто, вампиры? — выдохнул я, наблюдая, как умывшаяся последней кровавой струей голая девка играючи отшвырнула на пару метров обескровленный труп, с добрый центнер весом.

— Не совсем. Но что-то общее с вампирами у них, определенно, есть, — ответила Серафима. — Мы их называем исчадьями.

Меж тем девушка-исчадье вдруг вывалила изо рта непропорционально огромный язык и, словно губкой, обтерла им лицо, слизывая брызги крови. В процессе такого собачьего умывания, как бы невзначай, она повернула к убежищу голову, и наши взгляды неожиданно встретились.

В следующее мгновенье время вокруг меня в очередной раз остановилось. Соляными столбами в разнообразных позах замерли остальные участники дорожного побоища, в статую превратилась сидящая рядом Серафима. Разом стихли все звуки. И даже струи крови, толчками вырывающиеся из разодранных глоток умирающих тварей, мириадами брызг застыли в лунном свете.

Живыми и меняющимися остались лишь устремленные, казалось, прямо мне в душу глаза девушки-монстра. Ее огромные (на весь глаз) стального цвета радужки, с по-звериному вертикальными зрачками, стали наливаться серебристым свечением. И, по мере их разгорания, блекла и выцветала, превращаясь в старую фотографию, картинка за пределами гипнотических глаз… За считанные мгновенья превратившись в две невыносимые серебряные звезды, глаза в конце полыхнули двойной ослепительной молнией, и я потерялся в этой безумной вспышке, на какое-то время вывалившись из реальности…

В себя я пришел от резкого запаха нашатыря.

Инстинктивно шарахнулся в сторону от источника зловонья и, чуть не навернувшись со стула, озадаченно распахнул глаза.

— Слава богу, очухался, — прогудел над головой довольный голос соседки.

Серафима обнаружилась стоящей рядом, в тесноте убежища она упиралась широким тазом мне в плечо. Я же, вероломно узурпировав ее раскладной стул, полулежал на нем, опираясь спиной о ствол самого толстого берха.

— Это как же ты, такой впечатлительный, столько царусов в одиночку перебить смог? — покачала головой женщина, в ответ на мой немой вопрос.

— На-ка, — она сунула мне под нос фляжку.

Я послушно сделал глоток. И тут же, превратившись в лупоглазую рыбу, стал яростно задыхаться. Обожженное горло свело судорогой, в пищеводе и пустом желудке разгоралось адское пламя.

— Эх, молодежь, — хмыкнула Серафима. — Кто ж так остервенело спирт-то хлещет… Да не сдохнешь, не боись. На-ка, запей, полегчает.

От очередной фляжки я шарахнулся, как черт от ладана. Но в тесноте убежища скрыться от могучих рук Серафимы, увы, не вышло. Меня в принудительном порядке вынудили запрокинуть голову и разжать губы. К счастью, на сей раз в рот полилась обычная вода.

Кашляя и захлебываясь, я смог-таки пропихнуть в распухшее горло несколько глотков живительной влаги, и внутренний пожар удалось загасить.

От выпитого спирта в голове слегка зашумело, зато полностью исчезла недавняя слабость, и я даже попытался тут же вскочить на ноги, но был насильно удержан на стуле соседкой.

— Рано, — прилетело с верхотуры от Серафимы. — Еще минут десять хотя бы нужно посидеть.

— А че случилось-то? — спросил я.

— Сомлел ты, дружочек. Чисто барышня кисейная сомлел. Не совладала психика с обилием увиденных вблизи кровавых сцен, и ты в обморок стал заваливаться. Ну а я, заметив такое дело, вовремя подхватила, усадила на свое место, и стала в чувство тебя приводить… Дальше сам все знаешь.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

Обернувшись, я увидел за защитной пеленой убежища залитую лунным светом дорогу, с растерзанными трупами тварей.

— А где эти? Исчадья?

— По подъездам разошлись, дальше дом зачищать. Не переживай, нас в убежище они точно не достанут.

— Какой дом? Наш?

— Угу, — хмыкнула Серафима. — Наш, наш… — и вдруг рассмеялась.

— Ты чего?

— Да не обращай внимания, — отмахнулась женщина, — это нервное… На самом деле здесь кроме единственной богом забытой высотки и примыкающей к ней небольшой территории, ничего больше нет.

— В смысле нет? А как же остальные дома кругом?

— Это иллюзия, Сергей. Если ты пойдешь по дороге дальше, то через какое-то время снова окажешься возле знакомой пятнадцатиэтажки. А попытаешься войти в подъезд дома напротив, обнаружишь себя внутри высотки.

— Очуметь, — выдохнул я, невольно оглядываясь на такие реальные, даже в лунном свете, многоэтажки, расходящиеся по обе стороны от дороги.

— Утром, когда можно будет безопасно выбраться из убежища, сам сможешь проверить мои слова.

— Да я вер… ой, юуууууу, — я буквально взвыл от резкой вспышки боли в районе солнечного сплетенья. А скосив глаза к источнику боли, увидел расползающееся по рубашке кровяное пятно.

— Да что ж такое-то?! — всплеснула руками Серафима. — Ни минуты с тобой покоя!..

Перед глазами вдруг загорелись строки системного лога и, игноря причитания соседки, я сосредоточился на чтении:

Внимание! Темная сущность: исчадье 97 уровня развития, признала в вас родственную душу, и провела над вами обряд формирования крестража. Обряд прошел успешно. Крестраж прижился и, став частью вашего тела, наделил вас аномальными умениями: Рывок и Призрак.

— Ну-ка, че там у тебя? Покажи! — пока я читал и молча офигевал от прочитанного, склонившаяся надо мной силачка легко расцепила скрещенные в защитном жесте на груди руки и, рванув за ворот рубахи, распахнула ее до пупа.

— Твою ж мать! — выдохнула женщина, отпрянув от увиденного.

Глянув на оголенный до ремня торс, я обнаружил в районе солнечного сплетения свежую татуировку, в виде знакомого лица девушки-исчадья. И пока я ошарашенно на нее таращился, эта без спросу набитая на моей коже курва вдруг нагло мне подмигнула.

— Когда ж ты успел, еще и в это дерьмо вляпаться?! — простонала сверху Серафима. — Ну че пришипился, практикант? Давай, рассказывай.

Глава 13

— Жри! Кому сказано!

— Да наелся уже.

— И слышать ничего не хочу!

— Ну правда, не лезет больше.

— Пока вторую банку не схомячишь — не отстану!

— Хочешь, чтоб я блеванул?

— Только попробуй! Тогда достану еще две, и лично обе в глотку тебе запихаю!

— Да блин…

На самом деле свиная тушенка Серафимы (добытая соседкой, разумеется, из безразмерного кармана штанов) была вполне съедобная. При других обстоятельствах она мне, наверняка, даже понравилась бы. Но… Относительно недавно поглощенная энергосуть стаи царусов напитала тело энергией, что называется, по самые бровищи, и есть мне не хотелось от слова совсем. Одну банку еще как-то осилил с грехом пополам. А вторую теперь с отвращением ковырял вилкой, мечтая запустить куда-нибудь подальше в окружающую ночную тьму.

Однако, после моего признания о подкинутом девушкой-исчадьем крестраже, закончив яростно материться, Серафима обозначила причину случившей со мной подлянки: в чрезмерном потреблении энергосути теневых тварей. Мол, исчадья, в силу специфики своего предназначения, тоже в немереном количестве поглощают энергосуть теневых тварей, которую усваивают вместе с чужой кровью. От меня ж так фонило поглощенной энергосутью, что исчадье почувствовало этот фон даже через защитную пелену убежища, и закинула родственной душе крестраж, потенциально способный через какое-то время превратить меня тоже в местное исчадье.

Единственный действенный способ противостоять влиянию крестража — как можно быстрее избавиться от излишка энергосути теневых тварей. Для этого заемную энергию необходимо вытеснять собственной. По-хорошему, сейчас меня следовало бы до изнеможения гонять бегом вокруг дома, а потом хорошенько накормить и уложить спать. Но поскольку убежище сейчас покидать было опасно для жизни, пришлось ограничиться серией скукоженных приседаний на ограниченном берхами пятаке брусчатки, и последующим поеданием треклятой тушенки.

Я подцепил вилкой очередной жирный кусок и, морщась, сунул в рот.

— Молодчик, — хмыкнула надзирательница. — Жуй, жуй, не филонь… На-ка, вот, запей.

— Ты обещала рассказать: как в свернутых аномалиях заводятся исчадья? — пропыхтел я, с набитым ртом, и безо всякого удовольствия послушно глотнул воды из предложенной фляжки.

— Как ты уже догадался, свернутая аномалия — это отчаянная мера Равновесия, потерявшего контроль над участком реальности после крупномасштабного прорыва. Бесконтрольно врывающиеся в нашу параллель там теневые твари в свернутой аномалии оказывались запечатаны на ограниченной иллюзорным барьером территории, где объектами их охоты оставались лишь несчастные, волею случая, оказавшиеся внутри захлопнувшейся ловушки… Нет, так не пойдет, доедай до конца! — бдительная надзирательница решительно пресекла мою попытку, под шумок рассказа, заныкать банку с остатками тушенки под стул.

— Да ем я, ем, — буркнул я, возвращая ненавистную банку с брусчатки обратно на колени и вонзая вилку в очередной жирный кусочек.

— Спасая практически беззащитных перед захватчиками людей, — довольно хмыкнув, продолжила Серафима, — Равновесие наделило их аномальной способностью: засыпать днем беспробудным сном, становясь при этом неуязвимыми призраками, ночью же, когда привычные к солнечному свету твари из теневой параллели слабели и становились гораздо медлительнее, пробудившиеся люди получали возможность схлестнуться с захватчиками почти на равных.

— Так уж и на равных, — поморщился я, глотая очередной тщательно пережеванный кусочек мяса.

— Ты прав. Разумеется, даже замедленные теневые твари для простых людей оставались чрезвычайно опасными противниками. И в первые ночи численность защитников свернутой аномалии стремительно сокращалась. Лишь считанным везунчикам удавалось в ночных схватках убивать теневых тварей. За убийства им начислялись аномальные очки развития, из-за которых они становились сильнее, быстрее, смертоноснее. И начинали меняться внешне: старики от ночи к ночи молодели, дети, наоборот, быстро взрослели. Аномальные сущности, переставшие быть людьми, через какое-то время выравнивались в возрасте двадцатилетних юношей и девушек. Их потрепанная в ночных боях одежда, превратившись в лохмотья, рассыпалась, но аномальные существа этого даже не замечали, продолжая по ночам спокойно охотиться голышом. Более того, благодаря сгинувшей одежде, вскоре они обнаружили, что их измененная аномалией кожа обрела способность, как губка, впитывать случайно попадающие на нее в бою капли крови врагов, и за поглощенную таким макаром кровь начислялись еще дополнительные аномальные очки развития. Увеличивая эффективность поглощения, существа начали специально подставляться под струи крови и даже пить ее, после чего, окончательно перестав быть людьми, превращались в исчадий.

— Все, кажись, доел, — отрапортовал я, вкладывая в руку Серафимы пустую банку.

— Гляжу, разохотился под конец. Может, добавочки? А, практикант? — хмыкнула женщина, убирая пустую жестянку в тот же безразмерный карман.

— Да ты смерти что ли моей хочешь! — возмутился я.

— Ладно, не пыхти. Пошутила я. Отдыхай пока. Переваривай съеденное.

— Может, поменяемся уже местами? А то мне не ловко как-то сидеть, когда женщина рядом стоит. Тем более это твой стул.

— Согласна. Стоя, пожалуй, ты быстрее съеденное переваришь.

— Да, блин!

Мы поменялись. Серафима села на освободившийся стульчик, печально скрипнувший под ее немалым весом. Я же прислонился плечом к шершавому стволу берха.

— Мне одно только не понятно, — продолжил я разговор. — Если наблатыкавшиеся мочить тварей исчадья каждую ночь зачищают дом от теневых ублюдков, почему последних меньше-то не становится?

— Потому что ежедневно в свернутую аномалию рандомно открываются односторонние порталы из разных локаций теневой параллели, откуда сюда и набегают толпы новых тварей.

— А разве для порталов не нужны зеркала?

— Нужны, конечно.

— Хочешь сказать, в каких-то квартирах они еще уцелели?

— За семь-то месяцев, — хмыкнула Серафима. — Нет, конечно.

— То есть зеркал в доме нет?

— Сейчас точно уже нет.

— Издеваешься?.. Откуда ж завтра там появятся порталы?

— Вот откуда, — Серафима извлекла из кармана шарик энергосути. — Обрати внимание на его зеркальный цвет… Как ты уже знаешь, десятые доли энергосути выпадают из каждой убитой твари, после схлопывания тела. По сути, это миниатюрное зеркало, на базе которого и строится здешние односторонние порталы. От объема скопившейся энергосути зависит продолжительность действия портала. Каждая десятая энергосути добавляет примерно четыре секунды действия портала… Исчадья ночью зачищают теневых тварей. Из схлопнувшихся трупов выпадает конечная энергосуть. А на рассвете, с появлением солнечных лучей, капли или шарики накопившейся за ночь энергосути открывают по всему дому порталы из теневой параллели. Вот такой круговорот здесь каждый день и происходит.

— А конечная энергосуть, она всегда выпадает из тела мертвой теневой твари? Или это происходит только здесь, в свернутой аномалии?

— Выпадает всегда. Но только здесь сохраняется в месте выпадения. Потому как в нашей и теневой параллелях, под действием Равновесия, конечная энергосуть переносится в родовой могильник твари. А в свернутой аномалии Порядок смешался с Хаосом, и законы Равновесия не действуют.

— Переносится в могильник?

— Ну да… Че, наставник об этом еще не рассказывал?.. Блин, все забываю, что ты у нас ясновидящий без году неделя. Эх, парень, угораздило ж тебя нелегкая…

— Так че за могильники-то, — перебил я опостылившие женские стенания о моей злодейке-судьбе.

— В теневой параллели они располагаются на так называемых скрытых локациях. Почему скрытых?.. Да потому что наши Навигаторы их в упор не видят. Нащупать координаты такой локации — большая удача. Помимо залежей энергосути… Которая, кстати, является основным материалом для производства артефактов, и оценивается примерно по два тысячи евро за единицу… В тамошних могильниках можно еще мно-о-ого чего интересного надыбать. Сказочное место. Эльдорадо, мать его, по сравнению со старинным родовым могильником высокоуровневых тварей, это свалка беспонтового металлолома.

— Значит, мой шарик энергосути — не хилый такой трофейчик, — уточнил я наиболее для себя ценную информацию.

— Угу, — кивнула Серафима. — Он на девять с одной десятой энергосути, значит на восемнадцать кусков евро с гаком потянет. А ты, дурилка картонная, хотел такие деньжищи на разовый приход променять.

— Вообще-то, там еще очки развития и бонусы начисляются, — проворчал я.

— Вообще-то, крестраж тебе в итоге за все прилетел, — отрубила соседка. — С которым вообще не факт, что ты оставшиеся три дня вытянешь.

— Да че заладила: крестраж, крестраж… Подумаешь, татуировка на пузе появилась. Она уже даже не болит почти.

— Ну-ну… Ладно, умник, давай спать, утро вечера мудренее… На корточки сможешь опуститься?

— Да, вроде, должно получиться.

— На вот, — Серафима сунула мне в руку добытую из кармана подушку. — Я на стуле без нее как-нибудь обойдусь. А ты под задницу подложили. Хоть и лето на дворе, за ночь камни все одно остынут. С ней же хоть какая-то будет защита от холода.

Через несколько секунд я благополучно уселся на подушку и, спиной прислонившись к шершавой коре берха, закрыл глаза. Думал, в такой неудобной, скрюченной позе не смогу заснуть, и буду просто молча сидеть в ожидании рассвета. Но накопившаяся за безумный день чудовищная усталость взяла свое, и я вырубился практически мгновенно.

Интерлюдия 2

Марина очнулась словно от толчка. Распахнула глаза и увидела смутные очертания коридорных стен. Оказалось, пока она пребывала в отключке, за окном наступила ночь.

Она вспомнила, как готовила на кухне обед, когда из комнаты раздался вдруг истошный визг дочери, сопровождающийся звоном бьющегося стекла. До полусмерти перепуганная женщина бросилась к ребенку, но не добежала. На пороге ни с того, ни с сего отказали ноги, и разогнавшаяся Марина полетела на пол, споткнувшись на ровном месте. А тут же ее сознание накрыла непроглядная чернота.

Отключилась женщина еще в падении, не увидев, как мгновенно истаяло ее тело, и на пол она опустилась уже беззвучным невидимым призраком.

Воспоминание о кричащей дочери подбросило женщину вверх. Рывком вскочив, Марина метнулась в гостиную и обнаружила в комнате страшный бардак.

Отброшенный к стене большой обеденный стол стоял на боку, зеркальная дверца стенного шкафа была вдребезги разбита, и на рассыпавшихся по всему полу осколках валялись вывалившиеся из открытого шкафа вещи. Все это она увидела в лунном свете, льющемся из настежь распахнутого окна.

Выключатели не работали, электрический свет зажечь не удалось. Но и лунного оказалось достаточно, чтоб убедиться в отсутствии дочки в гостиной. Что стряслось нечто ужасное, было понятно без слов.

На негнущихся ногах женщина подошла к окну и, нагнувшись над подоконником, глянула вниз. Они жили на седьмом этаже, и, если дочка выбросилась, уцелеть после падения с такой высоты было практически невозможно… Целиком шапку густого кустарника внизу, с верхотуры седьмого этажа, разглядеть не удалось. Но увиденная часть, вроде, выглядела целой, без сломанных веток, что никак не могло быть, при падении в кустарник с седьмого этажа десятилетнего ребенка.

Чуть выдохнув, женщина стала разгибаться в оконном проеме, и вдруг увидела невероятное чудовище, размером с крупную собаку, спокойно шагающего по асфальту пустой дороги. В отличии от четвероного друга человека это существо на массивной лобастой башке имело пару бычьих рогов, а в оскаленной пасти — такой внушительный набор зубов, увидав который, сдохла б от зависти любая акула.

Словно почувствовав направленный на нее взгляд, жуткая образина на дороге вскинула вверх морду и, безошибочно угадав среди обилия окон многоэтажки маринино, жадно облизнулась на одинокую наблюдательницу.

Перепуганная до полусмерти женщина отшатнулась от окна, и руками зажала рот, глуша рвущийся наружу отчаянный крик… Но нет, она не имела права поддаваться панике. Ведь где-то в квартире спрятался ее до полусмерти перепуганный ребенок. И она обязана оставаться сильной, чтоб найти дочурку.

— Света? Дочка? — осторожным полушепотом позвала Марина девочку, взяв себя в руки.

Увы, ответом ей была лишь звенящая тишина.

Вернувшись на кухню за телефоном, Марина попробовала зажечь фонарик, но чертов гаджет оказался полностью разряжен, и бессовестно игнорил все ее отчаянные попытки реанимировать кусок бездушного пластика.

Пришлось продолжать поиски при лунном свете, благо в спальне тоже имелось широкое, в полстены балконное окно, а совмещенный санузел частично освещался из залитого лунным светом коридора.

В спальне царил идеальный порядок, а в туалете с ванной — такой же бедлам, как в гостиной, с разбитым зеркалом, сдернутой шторкой душа и перевернутыми полками с шампунями, парфюмом и косметикой. Но девочки снова нигде не оказалось.

На страшную находку Марина наткнулась, когда, обшарив всю квартиру, решила заглянуть на балкон. И там, на полу, в окружении полутора десятка свернувшихся калачиками белоснежных пушистиков, она увидела горку обглоданных детских костей и практически не тронутую голову своей мертвой дочери.

Неистовая злоба захлестнула лишившуюся ребенка мать. Осатаневшей фурией она набросилась на спящих убийц своей дочери, и стала рвать пушистые тела прямо голыми руками.

Разбуженные вероломной атакой твари, просыпаясь, пытались яростно отбиваться, кусаясь и царапаясь в ответ. Но пребывающая в состоянии аффекта женщина, абсолютно не чувствуя боли, продолжала их убивать.

Если бы в тот момент кто-то с камерой смог со стороны заснять происходящее на балконе, а потом показал получившееся кино Марине, женщина не поверила бы собственным глазам. Обливающееся своей и чужой кровью обезумевшее существо неистово хохотало и, не замечая свои с мясом сорванные ногти, голыми руками рвало тушки шипящих пушистиков.

На ее хохот и шум яростной схватки, к балкону стали стекаться разбуженные пушистики из соседних квартир. Отбиваться от атак посыпавшихся со всех сторон пушистиков в тесноте балкона стало неудобно, женщина переместилась в спальню, и бойня продолжилась уже там.

Физическая боль, от бесчисленных синяков, разрывов, порезов и укусов, притупляла разрывающую сердце внутреннюю боль. И она продолжала упиваться безумием отчаянной схватки… Казалось бы, неоднократно раненная женщина давно уже должна была рухнуть от обильной кровопотери. Но смерти врагов, невероятным образом, постоянно подпитывали избитое, истерзанное тело женщины порциями живительной энергии, которая закрывала раны и наполняла утомленные мышцы силой.

И она убивала снова. И снова. И снова…

Чтобы заполнить чудовищную пустоту внутри чарующим ощущением прилива энергии от чужой смерти.

На рассвете она мгновенно засыпала. Но пробуждаясь, с наступлением сумерек, тут же отправлялась на охоту. Чтоб находить, и карать… Она уже давно забыла причину своей неистовой мести. Но боль в груди кровожадного монстра, в которого превратилась обычная когда-то женщина, каждую ночь гнала ее на охоту.

Так продолжалось долго. Быть может, целую вечность.

Но однажды, во время очередной охоты, она вдруг почувствовала на себе знакомый настороженный взгляд. Так когда-то на строгую мать смотрела ее послушная дочь.

Чья дочь? Почему смотрела? — существо так и не смогло вспомнить. Оно даже не почувствовало, как во время мимолетного контакта со сторонним взглядом лишилась остатков изуродованной тысячами убийств человеческой души.

Мимолетное наваждение прошло, и утратившее остатки человечности исчадье, с упоением, продолжило терзать врагов.

Глава 14

Я вынырнул из вязкого кошмара, как из трясины с тухлой, ледяной грязью — брр! — и ничуть не удивился, что рубашка оказалась насквозь промокшей от пота. Чудовищный сон, где я оказался на месте свихнувшейся от горя матери, обнаружившей на балконе собственной квартиры останки сожранной царусами дочери, до сих пор стоял перед глазами. Теперь я знал, что исчадье «осчастливившее» меня крестражем когда-то звали Марина.

Надо мной размеренно похрапывала Серафима. Женщина, откинувшись спиной на ствол берха, и свернув руки калачом на животе, практически лежала на складном стульчике, который, несмотря на хрупкий вид, стоически выдерживал ее немалый вес. Над головой ярко сияли тысячи звезд. Ночь, походу, только-только вошла в полную силу, и до рассвета было еще безнадежно далеко.

По-хорошему, следовало попробовать снова уснуть, но, из опасения рецидива только что пережитого кошмара, я не то, что заснуть, глаза даже боялся теперь закрыть. Чтоб хоть как-то отвлечься, решил разобраться с текущими показателями Персонального Кольца Развития, где за перебитые стаи царусов должно было отразиться немало очков теневого развития и теневых бонусов.

Привычным движением указательного пальца шевельнул кольцо по часовой стрелке, и перед глазами тут же загорелся длинный перечень знакомых строк:

Ясновидящий Сергей Капустин

Общие характеристики:

Возраст — 18 лет

Рост — 172 сантиметра

Вес — 57,5 килограммов

Энерготип — Свет/Тьма 78/22, Порядок/Хаос 54/46

Отклик стихий — Воздух 72 %, Вода 23 %, Огонь 4 %, Земля 1 %

Открытых энергетических каналов — 9

Основные параметры:

Сила — 8 (83,27 %)

Ловкость — 8 (87,84 %)

Выносливость — 8 (89,66 %)

Интеллект — 14 (141,89 %)

Контроль энергетических потоков (КЭП) — 8 (88,53 %)

Теневые параметры:

Свободные очки теневого развития к распределению — 657

Уровень теневого тела — 20 (409/440)

Теневой бонус к Силе — 896 (08,96 %)

Теневой бонус к Ловкости — 650 (06,5 %)

Теневой бонус к Выносливости — 1139 (11,39 %)

Теневой бонус к Интеллекту — 242 (02,42 %)

Теневой бонус к КЭП — 8360 (83,6 %)

Свободные теневые бонусы к распределению — 43

Теневые навыки:

Владение воздушным копьем — активирована 4 ступень (Условия активации 5 ступени: 320 очков теневого развития, Сила 8, Ловкость 9, Выносливость 8, Интеллект 8, КЭП 9).

Разоблачение уязвимости — активирована 3 ступень (условия активации 4 ступени: 160 очков теневого развития, Сила 6, Ловкость 8, Выносливость 6, Интеллект 12, КЭП 8).

Целебный пот — активирована 3 ступень (условия активации 4 ступени: 160 очков теневого развития, Сила 8, Ловкость 8, Выносливость 8, Интеллект 8, КЭП 8).

Теневые умения:

Навигатор— активирован и доступен к немедленному применению.

Рывок — активирован и доступен к немедленному применению.

Призрак — активирован и доступен к немедленному применению.

Первое, что бросилось в глаза — ни один из параметров, увы, так и не вырос. Хотя в Выносливости до девятки остался сущий пустяк: всего 0,34 % развития, или 34 теневых бонуса. У меня же, в заначке, как раз имелось 43 свободных теневых бонуса — нераспределенные остатки бонусов за разгон теневого тела до двадцатого уровня. Получалось, ресурсов до повышения параметра Выносливость имелось даже с избытком, и я, разумеется, не стал затягивать с реализацией возможности очевидного усиления.

— Хочу перевести тридцать четыре свободных теневых бонуса в теневые бонусы к Выносливости, — шепотом (чтоб не разбудить соседку) озвучил я свою хотелку.

И в висящем перед глазами перечне текущих показателей, ожидаемо поменялись цифры в трех строках:

…

Выносливость — 9 (90 %)

…

Теневой бонус к Выносливости — 1173 (11,73 %)

…

Свободные теневые бонусы к распределению — 9

…

И в этот раз я реально ощутил отдачу от повышения параметра. По окоченевшему из-за длительного пребывания в неудобной скрюченной позе телу вдруг пробежала теплая волна, смывая усталость и холод, и я ощутил прилив к мышцам крови, будто только что провел энергичную физ. разминку. После чего сидеть в той же самой скрюченной позе стало в разы комфортней.

— Другое дело, — не удержавшись, хмыкнул себе под нос, — сразу видно — Выносливость подросла.

Продолжив изучать показатели Персонального Кольца Развития, я обратил внимание на случившиеся за день изменения в энерготипе. Порадовал Порядок, отвоевавший единицу у Хаоса. Но куда более сильные перемены случились в отношении двух первых противоположностей, где Свет неожиданно уступил сразу три единицы Тьме. Интуиция предположила, что столь резкое изменение до сего дня незыблемого отношения Свет/Тьма напрямую связано с «подарком» исчадья. Но уточнить это у опытной Серафимы пока что было невозможно (не будить же женщину из-за дурацкого любопытства), и я решил отложить выяснение непонятки на потом.

Благо, было чем еще заняться.

Нехилый прирост свободных очков теневого развития снова поднял вопрос о прокачке теневого тела. А соблазн, честно говоря, был. Сразу двум параметрам: Ловкость и КЭП, до достижения девятки не хватало сущей малости: 2,16 % и 1,47 % развития, соответственно. Проблему, как не сложно догадаться, могло легко решить наличие 363 свободных теневых бонусов. А за развитие теневого тела с двадцатого до двадцать второго уровня начислялось аж 430 свободных теневых бонусов. Само же это развитие обошлось бы мне всего в шестьдесят три очка теневого развития, которые у меня на данный момент были. Да че там, имеющихся свободных очков развития хватило б для прокачки теневого тела аж до тридцать шестого уровня. Но на максимум качать теневое тело я, разумеется, не собирался, а вот до двадцать второго уровня…

Хотя, с другой стороны, опыт интенсивной практической прокачки предыдущего дня подсказывал, что параметры могут прекрасно подрасти и естественным путем, за счет теневых бонусов, набегающих при ликвидации тварей. При росте же теневого тела хотя бы на уровень, приток очков теневого развития, начисляемых за убийство тех же низкоуровневых царусов, сократится в разы. А учитывая, что качаться здесь я буду под приглядом опытной Серафимы, которая опасных тварей возьмет на себя, мне же оставит тех же царусов и, вероятно, еще бестий, на двадцать втором уровне я получу существенно меньшие дивиденды от практической прокачки, чем, если оставлю теневое тело таким, как есть, двадцатого уровня.

Взвесив все за и против, в итоге решил пока оставить теневое тело без изменений. А свободные очки теневого развития вновь пустить на улучшение имеющихся теневых навыков, доведя, следом за Владением воздушным копьем, Разоблачение уязвимости и Целебный пот тоже до четвертой ступени развития, благо необходимый набор обязательных для этого условий в показателях Персонального Кольца Развития уже был достигнут.

— Хочу направить триста двадцать свободных очков теневого развития, — снова едва слышно зашептал я себе под нос, — на активацию четвертой ступени теневого навыка Разоблачение уязвимости и на активацию четвертой ступени теневого навыка Целебный пот.

Сменив перечень текущих показателей, перед глазами загорелся описательный лог:

Внимание! Вами использовано 160 свободных очков теневого развития.

Активирована 4 ступень теневого навыка Целебный пот… 03… 02… 01… Вам доступна активация теневой функции: Целебный пот, в любое время дня и ночи. Триггер пробуждения теневой функции: касание Кольцом Развития подмышки. (Условия активации 5 ступени: 320 очков теневого развития, Сила 8, Ловкость 8, Выносливость 9, Интеллект 9, КЭП 9).

Внимание! Продолжительность действия пробужденной функции: Целебный пот, ограничена параметром КЭП! На текущий момент ваш параметр КЭП составляет 88,53 %. Указанная величина, в режиме контрольного времени, соответствует интервалу 01:28:32.

Описание теневого навыка: при пробуждении функции Целебный пот, вы начинаете интенсивно потеть, и с потом из вашего организма будут интенсивно выходить болезнетворные бактерии, кроме того, попадая в открытые раны пот будет способствовать их ускоренному заживлению.

Ограничение 4 ступени теневого навыка Целебный пот: процесс исцеления болезни или раны, при пробуждении функции, ускоряется на 65 %, процесс регенерации запускается на 10 % резервной мощности.

Внимание! Вами использовано 160 свободных очков теневого развития.

Активирована 4 ступень теневого навыка Разоблачение уязвимости… 03… 02… 01… Вам доступна активация теневой функции: Разоблачение уязвимости, в любое время дня и ночи. Триггер пробуждения теневой функции: касание Кольцом Развития переносицы. (Условия активации 5 ступени: 320 очков теневого развития, Сила 7, Ловкость 8, Выносливость 7, Интеллект 12, КЭП 9).

Внимание! Продолжительность действия пробужденной функции: Разоблачение уязвимости, ограничена параметром КЭП! На текущий момент ваш параметр КЭП составляет 88,53 %. Указанная величина, в режиме контрольного времени, соответствует интервалу 01:28:32.

Описание теневого навыка: при пробуждении функции: Разоблачение уязвимости, на телах противников голубым цветом выделятся зоны, наиболее уязвимые для нанесения критического удара.

Ограничение 4 ступени теневого навыка Разоблачение уязвимости: вероятность обнаружения уязвимостей на телах противников уровнем ниже вашего — от 30 % до 65 %, на телах противников сходного с вами и более высокого уровня — менее 30 %.

Внимание! При параллельном использовании нескольких теневых навыков, расход ограниченного параметром КЭП временного интервала возрастает пропорционально количеству одновременно задействованных навыков!

Ну че сказать. Определенно, вложился не зря. Польза обоих прокаченных навыков возросла изрядно. Особенно порадовал Целебный пот, в описании которого появилось упоминание регенерации. Это че, типа, теперь, пробуждая навык, я смогу, как ящерица, оторванные конечности обратно отращивать?.. Правда, пока эта офигительно крутая абилка запускается лишь на десять процентов мощности, и сейчас отрастить ей оттяпанную руку вряд ли получится, но в перспективе… Блин! Надо срочно качать «пот» дальше!

А мешает этому лишь недостающие 1,47 % развития КЭП, всего-то 147 теневых бонусов к КЭП. И за счет поднятия уровня теневого тела, увы, эту незначительную недостачу уже не поправить. Вернее, получить-то 210 свободных теневых бонусов за двадцать первый уровень, разумеется, можно. Но подобное приобретение обойдется мне тратой тридцати одного очка теневого развития. Сейчас, после апгрейда двух навыков, у меня осталось 337 свободных очков теневого развития. Казалось бы, выше крыши. Но! За активацию пятой ступени теневого навыка Целебный пот мне придется выложить 320 очков теневого развития. Потому, трата тридцать одного очка теневого развития на увеличение уровня теневого тела, ставит крест на активации пятой ступени Целебного пота. Вот такая, блин, взаимоисключающая дилемма.

Решив пока оставить все как есть, я переключился на последние и, безусловно, самые интригующие новинки Персонального Кольца Развития, в виде подкинутых крестражем сразу двух непонятных пока теневых умений: Рывок и Призрак.

Снова поворотом кольца вызвал перед глазами длинный перечень знакомых строк:

Ясновидящий Сергей Капустин

Общие характеристики:

Возраст — 18 лет

Рост — 172 сантиметра

Вес — 57,5 килограммов

Энерготип — Свет/Тьма 78/22, Порядок/Хаос 54/46

Отклик стихий — Воздух 72 %, Вода 23 %, Огонь 4 %, Земля 1 %

Открытых энергетических каналов — 9

Основные параметры:

Сила — 8 (83,27 %)

Ловкость — 8 (87,84 %)

Выносливость — 9 (90 %)

Интеллект — 14 (141,89 %)

Контроль энергетических потоков (КЭП) — 8 (88,53 %)

Теневые параметры:

Свободные очки теневого развития к распределению — 337

Уровень теневого тела — 20 (409/440)

Теневой бонус к Силе — 896 (08,96 %)

Теневой бонус к Ловкости — 650 (06,5 %)

Теневой бонус к Выносливости — 1173 (11,73 %)

Теневой бонус к Интеллекту — 242 (02,42 %)

Теневой бонус к КЭП — 8360 (83,6 %)

Свободные теневые бонусы к распределению — 9

Теневые навыки:

Владение воздушным копьем — активирована 4 ступень (Условия активации 5 ступени: 320 очков теневого развития, Сила 8, Ловкость 9, Выносливость 8, Интеллект 8, КЭП 9).

Разоблачение уязвимости — активирована 4 ступень (условия активации 5 ступени: 320 очков теневого развития, Сила 7, Ловкость 8, Выносливость 7, Интеллект 12, КЭП 9).

Целебный пот — активирована 4 ступень (условия активации 5 ступени: 320 очков теневого развития, Сила 8, Ловкость 8, Выносливость 9, Интеллект 9, КЭП 9).

Теневые умения:

Навигатор— активирован и доступен к немедленному применению.

Рывок — активирован и доступен к немедленному применению.

Призрак — активирован и доступен к немедленному применению.

И по уже опробованной с Навигатором схеме пробормотал себе под нос:

— Хочу увидеть расшифровку умений Рывок и Призрак.

Хоть прозвучало, на мой взгляд, ужасно нелепо, сработало, зато, как часы. И под наименованием каждого умения появилось его емкое описание:

…

Рывок — активирован и доступен к немедленному применению.

Теневое умение Рывок позволяет мгновенно переместиться на дистанцию до 25 метров. Важное уточнение: рекомендуется применять умение на открытой местности, применение умения среди ограничивающих обзор препятствий, чревато получением травм различной степени тяжести. Для активации умения, необходимо сосредоточить внимание на месте желаемого перемещения и четко произнести фразу-активатор: «Рывок».

Внимание! Активации теневого умения ограничена параметром КЭП! Расход параметра КЭП на одно перемещение составляет 1 % (или 1 минута в режиме контрольного времени). На текущий момент ваш параметр КЭП составляет 88,53 %. Указанная величина, в режиме контрольного времени, соответствует интервалу 01:28:32.

Призрак — активирован и доступен к немедленному применению.

Теневое умение Призрак позволяет создать призрачного двойника, и мысленным приказом направить его в любом выбранном вами направлении на расстояние до 150 метров. Картинка, увиденная глазами призрачного двойника, будет передаваться вам по ментальному каналу. Удалившись за пределы стопятидесятиметровой дистанции, призрачный двойник развеется, и, при желании, вы сможете повторно активировать умение. Для активации умения, необходимо сосредоточить внимание на Персональном Кольце Развития и четко произнести фразу-активатор: «Призрак».

Внимание! Продолжительность активации теневого умения ограничена параметром КЭП! На текущий момент ваш параметр КЭП составляет 88,53 %. Указанная величина, в режиме контрольного времени, соответствует интервалу 01:28:32.

Внимание! При параллельном использовании нескольких теневых навыков и умений, расход ограниченного параметром КЭП временного интервала возрастает пропорционально количеству одновременно задействованных навыков и умений!

Важное дополнение! Умение Призрак можно использовать в симбиозе с умением Рывок. Рекомендуется использовать для безопасного перемещения среди ограничивающих обзор препятствий. Необходимо направить призрачного двойника на поиск удобного для перемещения участка местности в радиусе 25 метров, и затем совершить «Рывок», ориентируясь на видимый глазами двойника удобный участок.

— Ух, ты ж! Это че ж получается, Призрак я могу даже сейчас для слежки использовать?

— Я те ща так использую! — раздалось сверху хриплое ворчанье неожиданно проснувшейся соседки.

Окрыленный неожиданно открывшимися перспективами, я забылся и стал рассуждать вслух, чем невольно и разбудил чуткую Серафиму.

— И не спится тебе, наказание, — проворчала женщина, протяжно зевая. — Ну че притих-то, практикант?.. Колись уже, что у тебя там за призрак? И за кем следить с его помощью ты задумал?

Глава 15

— Ну, мне там с крестражем прилетело… Ой, блин!

На колени хлопнулось увесистая жестяная банка, с консервированной фасолью.

— Че вылупился? Ешь, давай, — шикнула сверху Серафима, добавляя к первому снаряду фляжку с водой. — Раз уж разбудил, будем завтракать.

— А кофе нет?

— Может, тебе еще круассанчик подогнать?

— Не отказался бы.

— Хрен тебе, эстет недоделанный. Жри че дают. Здесь тебе не ресторан.

— Да че-то не голоден, вроде, пока.

— Слышь, практикант, я ща фасоль на тушенку поменяю, и лично с ложки ею тебя пичкать начну!

— Да пошутил я. Ем уже, — проворчал, дергая за кольцо и макая пластиковую вилку в слизкое месиво фасоли.

Как ни странно, но неприглядная с виду консерва на вкус оказалась вполне себе ничего. А по сравнению с жирной тушенкой, вообще, бомба.

Сверху тоже раздался звук срываемой жестяной крышки, и пахнуло горошком.

— Ну че замолчал-то? — пропыхтела Серафима, с набитым ртом.

— Так, завтракаем же. А когда я ем…

— …рассказываю уважаемой Серафиме о… че ты там, говорил, тебе с крестражем-то прилетело? — закончила за меня соседка.

— Два новых умения.

— Серега, не испытывай моего терпения! Че я у тебя каждое слово клещами тащить должна?

— Ща, доем. Мне немножко уже осталось.

— Сережа!

— Да понял я, понял…

Зажав между коленей банку с недоеденной фасолью, я сделал пару глотков из фляжки, прочищая горло, и стал колоться:

— Умения называются Рывок и Призрак. С помощью Рывка можно… — дальше я подробно описал принцип действия каждого умения, и их возможное использование в симбиозе.

— Ну хоть какая-то польза от этой пиявки, — подытожила мой рассказ Серафима, распечатывая наверху очередную банку, на сей раз, судя по запаху, с ненавистной мне свиной тушенкой. — Но с экспериментами до утра ты, все же, повремени. А то, мало ли, фиг знает, как исчадья на твоего Призрака отреагируют. Со вторым крестражем, боюсь, ты и часа уже не протянешь. Так что, как говорится, береженого бог бережет.

Поковырявшись вилкой в остатках фасоли, я понял, что не хочу это доедать, и глотнув еще водички из фляжки, решил продолжить разговор:

— Вот ты все стращаешь меня этим крестражем. А на деле, это всего лишь татуировка у меня на пузе, от которой мне ни тепло, ни холодно.

— Ой, не зарекайся, — фыркнула женщина снова с набитым ртом, сглотнула и продолжила: — С ними всегда так. Поначалу крестраж подстраивается под тебя, привыкает, так сказать, к особенностям носителя. А потом начинает доить.

— Чего?

— Ближе к полудню узнаешь: чего, — профырчала Серафима снова с набитым ртом. — Боюсь, вечером в убежище придется мне тебя уже на хребте тащить.

— Блин. И че, ничего с этим нельзя сделать?

— Здесь точно нельзя. Ну а ежели дотянешь до возвращения в родные, так сказать, пенаты, попытаюсь избавить тебя от этой заразы.

— Как?

— Увидишь, — хмыкнула Серафима. — Главное три дня и две ночи тебе здесь еще продержись.

— Пока запитка пентаграммы не завершится?

— Запомнил. Молодца.

— Ты обещала об этом подробней рассказать?

— Да проще показать. Вот, смотри, — наклонившись, соседка ткнула блестящей от жира вилкой в центральный белесый камень брусчатки под стулом. — Ничего нового не замечаешь?

Сперва мне показалось, что белый камень с вечера значительно раздался вширь. Но, присмотревшись повнимательней, я обнаружил, что на сам деле камень в центре вовсе не белый, просто, он сплошь покрыт замысловатым узором из сотен тонких, как волос, нитей. Все нити выходили из центральной точки на камне, и дальше хаотично змеились в разнообразных направлениях, многократно переплетаясь между собой. Вчера вечером этот густой узор покрывал лишь центральный камень брусчатки, сейчас же, под утро, нити перекинулись на соседние камни, от чего и казалось, что камень в центре брусчатки раздался в размерах.

— Это и есть пентаграмма?

— Угу… Когда разрастется на всю брусчатку, откроется возвратный портал… Но, как видишь, процесс заполнения рисунком камней не быстрый. Так что придется запастить терпением. А в твоем случае еще и огромным везением… Ну ты поел, горе? — неожиданно сменила тему соседка и, не дожидаясь ответа, выхватила у меня банку.

— Вот что за человек, а? Ему говорят: силы днем, пипец, как пригодятся, а он, все одно, треть банки не доел, — заворчала сверху Серафима, но, к счастью, на этот раз одним ворчаньем ее недовольство и ограничилось.

Банка с объедками фасоли утилизировалась в безразмерный карман ее штанов, мне же было велено быстро допивать воду и подниматься.

— А че случилось-то? — заворчал я и, ухватившись за ствол бокового берха, рывком вскочил на ноги.

— Сейчас выглянет солнце. И нам нужно будет срочно бежать вон в тот подъезд, — Серафима указала на второй с дальнего конца пятнадцатиэтажки подъезд и, не дожидаясь очевидного вопроса, тут же пояснила: — Первый я вчера уже зачистила.

— Но вокруг же еще темно?

— Нужно заранее подготовиться, — проворчала в ответ соседка, тоже вставая, и пряча в безразмерный карман свой складной стул и мою подушку. — Когда расцветет, придется сразу бежать.

— Да с чего ты взяла, что сейчас солнце выглянет? На востоке, вон, и намека нет на зарю.

— Ну, во-первых, звезды на небе стали гораздо бледнее. А, во-вторых, глянь-ка туда, — она указала пальцем на центральный подъезд, из которого неспешно выходил голый юноша примерно моих лет, с безумной ухмылкой исчадья на лице, и уже без следа крови на идеальной чистой коже.

Следом за первым исчадьем из соседних подъездов стали выходить и другие чудовища в человеческом обличье.

— И какой смысл после них заходить в подъезд? — спросил я, невольно перейдя на шепот. — Они ж там, стопудово, истребили, нафиг, все живое.

— Увидишь, — хмыкнула Серафима. — О, кажись, начинается. Приготовься.

На востоке вдруг показался краешек ослепительно-белого диска, который, как мощный фонарь, мгновенно осветил нашу улицу, и «выключил» выцветшую в поголубевшем небе луну.

Пять направляющихся к дороге фигур при дневном свете дружно рухнули на асфальт и тут же бесследно развеялись. На дороге же, в разных местах (но больше всего возле нашего убежища) вдруг из ниоткуда, словно чертики из табакерки, стали раскрываться арки зеркальных порталов, с до жути знакомыми видами теневой параллели.

Укрывающая наше убежище прозрачная пелена беззвучно исчезла.

— Бегом, Сережа! Не отставай! — заверещала над ухом Серафима и первой, показывая пример, вбурилась в узкий проход между берхами.

Я ломанулся через соседний проем меж белыми стволами, слыша из ближайшего портала быстро нарастающий многоголосый рев.

Несмотря на свои громоздкие габариты Серафима практически сразу же вырвалась из капкана берхов, и со скоростью ужаленной под хвост кобылицы понеслась ко второму подъезду.

Понимая, что безнадежно отстаю, я решил рискнуть.

— Рывок! — выдохнул фразу-активатор ни разу не апробированного умения, и в следующее мгновенье оказался даже ближе к цели на пару метров, чем шустрая Серафима.

Догнать меня она смогла лишь на финише, и в подъезд мы ворвались практически одновременно (из-за отсутствия сорванной с петель двери вдвоем сделать это оказалось не сложно).

Наше бегство внутрь дома случилось очень вовремя. Потому что уже в следующую секунду двор стал стремительно заполняться стаями «туристов» из теневой параллели, и практически сразу же там началась остервенелая грызня.

Глава 16

Мы сразу же сбежали с лестницы на лифтовую площадку первого этажа и, свернув направо, оказались в узком тамбуре на три квартиры.

— Замри, — шепнула мне Серафима и, добыв из безразмерного кармана связку отмычек, занялась замком ближайшей двери.

У этой женщины за плечами явно имелся немалый опыт домушника. Сходу подобрав нужную отмычку, с замком Серафима справилась за считанные секунды.

Раздался едва слышный щелчок и, чуть приоткрыв массивную входную дверь, Серафима напряженно застыла на пороге.

Вчерашний опыт охоты за царусами подсказал мне, что опытная ясновидящая сейчас сканирует открытое пространство Навигатором. Я тоже решил попрактиковаться, но едва сосредоточился на кольце, как был прерван обернувшейся женщиной.

— Все норм. Пустышка. Заходим, — скороговоркой выдала Серафима, и первой юркнула в распахнутую дверь.

Я метнулся следом, и невольно тут же зажал нос от спертого, пыльного воздуха, с порога встретившего меня в давно не проветриваемом помещении.

Серафима, пропустив меня внутрь, тут же за спиной бесшумно прикрыла дверь и, пошерудив отмычкой уже во внутренней замочной скважине, по новой ее заперла.

— К чему такие сложности? — шепотом спросил я.

— Береженого бог бережет, — так же едва слышно откликнулась Серафима. — Пока твари во дворе не перебесятся, нам придется тут подождать какое-то время.

— А эти отмычки? Откуда?

— Ну ты, ведь, не думаешь, что за семь месяцев изоляции этой свернутой аномалии, мы с тобой здесь первые ясновидящие?

— Охренеть!

— Ладно, нечего у двери топтаться. Пойдем глянем, че там на улице творится. Обещаю, такого зрелища ты ни в одном кино не увидишь.

Подхватив меня под руку, Серафима прошла в запыленную гостиную, из широкого окна которой открывался роскошный вид на улицу. Из-за пыли и грязи прозрачность оконного стекла, конечно, оставляла желать лучшего, но увидеть через него развернувшуюся на дороге бойню оказалось вполне возможно, нас же с улицы заметить за ним было практически не реально.

Серафима не обманула, открывшаяся моему взору массовая драка всех со всеми, где одновременно участвовало несколько сотен теневых тварей, действительно впечатлила. Рядом со знакомыми бестиями, рвачами и царусами я увидел и пару новых для меня видов тварей: образин, похожих на белесых мохнатых гигантских гусениц, с крокодильей пастью (длинной метров в пять, шириной чуть больше полметра и высотой в холке примерно с метр), и розовых «лягушек», с кошку величиной, но играючи прыгающих с асфальта до уровня третьего этажа.

На мой вопрос (шепотом, разумеется): кто эти незнакомые твари? Серафима охотно пояснила, что «гусеницы» называются иглухами, потому как то, что из-за грязного стекла мне показалось мехом на их гусеничных телах, на самом деле оказалось плотным ершиком торчащих во все стороны иголок (от пяти до десяти сантиметров длинной), а розовые «лягушки» именовались тряхунами, так их прозвали из-за уникальной особенности вырабатывать электричество, которое прыгучие твари направляли в цель длиннющими многометровыми языками, и в зависимости от накопленного разряда таким живым электрошокером нехило так тряхануть могли даже гиганта живоглота. Последних, кстати, среди дерущихся не наблюдалось, но и без могучих ящероподобных гигантов сейчас здесь было на кого посмотреть.

Вон прямо перед нашим окном две бестии, с разбегу наскочив друг на друга, намертво сцепились раззявленными пастями и застыли, как любовники в страстном поцелуе. Вот только из-под пробитых их зубами челюстей брызнула и закапала на асфальт кровь, а взбрыкнувшие передние лапы боковыми шипами и копытами тут же изрядно добавили еще кровоточащих ссадин на лбах и шеях. На свежую кровь к бедолагам, с неожиданным проворством для обычно тихоходной «гусеницы», подсеменила иглуха и, с разгона, накрыла крокодильей пастью сцепившиеся морды бестий. Отведенные назад рога не смогли защитить бестий, и мощные челюсти иглухи стали плющить их черепа. Ошалевшие от боли недавние смертельные враги, отчаянно задергались, пытаясь расцепиться, но их уже сверху и снизу крепко сжимали в мертвой сцепке зубы «гусеницы». Лапы бестий замолотили по морде иглухи, но напоровшись на вставшие дыбом иглы, тут же сами превратились в исколотые источники новой боли. Упивающаяся победой гигантская гусеница не спешила добивать сломленных врагов, и с добрую минуту потом утробными сосущими всхлипами сглатывала кровь, набегающую в ее широкую пасть из расплющенных голов бестий, дергающихся в затянувшейся агонии, обреченно растянувшись на асфальте…

Смотреть на шумно жрущую гусеницу через несколько секунд стало скучно и противно, и я переключился на разворачивающуюся по соседству свару между дюжиной царусов. Белесые пушистики, сбившись в отчаянно шипящий клубок, рвали зубами и царапали все, до чего могли дотянуться. Отчего за считанные секунды белый комок окрасился обилием алых пятен. Через примерно пять секунд общей драки из живого клубка вывалилось изломанное тело первой жертвы, еще через пару секунд отвалился второй мертвый царус, а дальше в честную войну пушистиков подло ворвалось всепобеждающее электричество. Приземлившийся неподалеку тряхун, выстрелил языком-электрошокером по белому шипящему клубку. С кончика языка сорвалась ослепительно белая дуга разряда и, ударив по сцепившимся царусам, разметала дымящиеся тушки со вздыбленным мехом на пару метров друг от друга. Втянув язык, коварный розовый убийца прыгнул на ближайшее бьющееся в агонии тельце, цапнул широкой зубастой пастью беспомощного царуса за шею и, взвившись вместе с добычей в высоченном прыжке, от греха подальше убрался на недостижимый для большинства тварей подъездный козырек, где и приступил спокойно к трапезе. А на брошенные тела пяти других царусов тут же позарились две бестии и рвач… Кто вышел победителем из короткой схватки, полагаю, не сложно догадаться.

Краем глаза я невольно продолжал следить и за завтракающей напротив нашего окна «гусеницей». За минуту на неподвижно лакомившуюся иглуху неоднократно пытались напасть другие пробегающие мимо твари, но и бестии, и царусы, натыкаясь на игольчатую защиту, с исколотыми лапами и мордами каждый раз бесславно сваливали восвояси. Лишь под конец затянувшейся кровавой трапезы на «гусеницу» наехал примерно равный ей по силам противник. Которым, кстати, оказался тот самый рвач, запросто отогнавший от тушек царусов пару бестий, основательно помяв зубами и копытами их бока.

Схарчив пяток пушистиков, рвач обгляделся. Обнаружил рядом «гусеницу», нагло трескающую его хавчик, прифигел, и рванул наказывать «воровку».

Длинными, как копья, рогами рвач исхитрился боднуть жирный бок иглухи, пробив плотную шкуру, и не оцарапав, при этом, свой лоб о топорщащиеся иголки. Но тут же был вынужден отпустить раненую «гусеницу», потому что иглуха, с невероятным для массивного тела проворством, вдруг стремительно изогнулась дугой и, как бревном, шарахнула рвачу по боку задней частью длинного тела. Удар сам по себе вышел сокрушительным — здоровенного, как бык, рвача отшвырнуло в сторону на добрый метр, как жалкую бестию. А, учитывая, ощеренную иглами шкуру иглухи, ушибленный бок рвача после удара превратился в кровавую отбивную. В итоге, ущерб рвача от боестолкновения оказался не меньшим, чем у раненой иглухи. И я ничуть не удивился, что после такого обмена любезностями, резко зауважавшие друг дружку теневые твари ограничились лишь свирепым рычанием (от рвача) и злобным шипением (от иглухи) в сторону друг друга…

И подобных вышеописанным стычек на длинной улице перед широкой высоткой сейчас ежесекундно происходило великое множество. Арки порталов из теневой параллели начинали постепенно схлопываться, но и через пять минут после рассвета действующих порталов оставалось еще больше десятка, и из каждого, по-прежнему, продолжали пребывать новые тварей.

Увидеть из нашего окна я мог лишь малую часть грандиозной уличной битвы. Но подробное описание даже этой малости развернулось бы на десятки страниц. Свирепой, страшной, но абсолютно для нас с Серафимой безопасной, чужой резни за окном. Потому, оставив застекольную бойню в виде экзотического антуража, я перейду, пожалуй, к нашему с Серафимой разговору, состоявшемуся за просмотром уличного побоища.

— Значит, ты не первая ясновидящая, что перенеслась сюда, я так понимаю, с помощью все той же пентаграммы в убежище? — шепотом спросил я.

— Правильно понимаешь, — хмыкнула Серафима.

— А зачем?

— В смысле?

— Ну зачем вы суда переноситесь?

— Халявные трофеи… Помнишь, я тебе уже говорила, что выпадающие после смерти теневых тварей: энергосуть и иные ценные ничтяки, здесь остаются на месте гибели твари, а не уносятся, вместе со схлопнувшимся телом, в родовой могильник. Собирая тут эту выпадающую мелочевку, можно за одну командировку на дом себе заработать, с люксовым ремонтом и обстановкой. Так-то, брат-практикант.

— То есть, ты тут головой рискуешь чисто из-за денег?

— Типа того, — кивнула Серафима, а после секундной паузы неожиданно добавила: — Еще приблуд, типа тебя, спасать порой приходится. Ну и профилактическая зачистка дома в довесок, от нежелательных вредителей.

— Вредителей?

— Думаешь почему все здешние квартиры мы запираем?

— Вы запираете? — изумился я. — Я думал это жильцы квартир, спасаясь от нашествия тварей…

— Сергей, ты каким место меня слушаешь? — перебила Серафима. — Я ж говорила, что все местные, под действием свернутой аномалии мгновенно превратились в исчадья. После чего они не прятались от тварей, а наоборот активно искали встречи с ними.

— Значит, это сделали вы. Но зачем?

— Кроме обычных неразумных теневых тварей, существуют еще полуразумные. Типа небезызвестного тебе кукольника. Эти индивиды ухитряются обманывать исчадья, и устраивать в изолированных квартирах свои логова. А чтобы затруднить им задачу — ведь взломанную дверь аккуратно пристроить на место тот еще геморрой даже для полуразумного кукольника… Так вот, для этого мы квартиры в подъездах и запираем.

— Толку-то, — фыркнул я. — Те же царусы через разбитые окна или форточки запросто по стене в квартиры целыми стаями забираются, и тоже замечательно устраивают там логова. Сам видел.

— Да, и такое бывает, — кивнула Серафима. — И этих пришельцев, во время зачистки подъездов, немало истреблять приходится. Только логово царусов — это мелочевка. А вот обосновавшийся в квартире кукольник — это, уж поверь, большая проблема.

— Почему?

— Ты берхов у дороги видел? А очаги розовой травы на зеленой лужайке?

— Ну да. И еще берхи окружают убежище.

— Нет, те, вокруг убежища, это норм. А вот остальные вестники теневой параллели здесь — это как раз действие кукольников. Своей чуждой Порядку, извращенной природой, эти создания притягивают Хаос. И чем дольше заскочивший в свернутую аномалию кукольник здесь живет, тем больше Хаоса он суда притягивает… Такое преданное Равновесием место, как свернутая аномалия, никогда не вернется под контроль Порядка, потому конечного захвата Хаосом ему не избежать. В наших силах лишь отсрочить неизбежный момент, когда свернутая аномалия превратится в очередную скрытую локацию теневой параллели.

— А что же станет тогда с исчадьями?

— Я не знаю ответа на этот вопрос, Сергей.

Упоминание ночных стражей свернутой аномалии, вкупе с созерцанием продолжающейся бойни за окном, невольно восстановило в памяти образ вчерашней вечерней схватки исчадий со сбежавшимися к нашему убежищу теневыми тварями. Облитые с макушки до пят кровью врагов, вечно молодые юноши и девушки, пьющие, как вино, чужую кровь и упивающиеся местью… Возникшая перед глазами картинка обернулась вдруг ослепительной вспышкой боли в голове.

Я зашипел от боли и, схватившись за голову, рухнул на колени.

— Дерьмо! Че ж как рано-то? Я надеялась, ты продержишься хотя бы до… — обеспокоенной кудахтанье Серафимы над моей разрывающейся черепушкой оборвалось, и я провалился в спасительное беспамятство.

Интерлюдия 3

— Солнце! Неужели в этот раз получилось! — с радостным изумлением выдохнула Марина и, отмахнувшись от склонившейся над ней и что-то раздраженно шипящей толстухи, вскочила на ноги.

— Ну-ка стоять! — возмутилась толстуха и попыталась зажать ее у стены.

Но, инстинктивно применив перемещение, Марина мгновенно оказалась за спиной злобной тетки, у самого окна. И сквозь грязное стекло, со слезами на глазах, продолжила вглядываться в поднимающийся над крышами домов солнечный диск.

— Ах ты ж, курва! — раздалось сзади злобное шипенье и сильные, как тиски, пальцы толстухи сомкнулись на ее плечах.

— Отвали от меня! — тут же не на шутку рассвирепела Марина и попыталась вырваться из стальной хватки незнакомки.

Но куда там… Тело вдруг предательски ее подвело, оказавшись в разы слабее, чем Марина привыкла считать в последнее время.

— Подергайся еще у меня тут, зараза! — раздраженно зашипела ей на ухо толстуха и, ловко перехватив ее руки, сжала в одной ладони оба марининых запястья, как в колодке.

Взгляд Марины во время неудачного рывка невольно сместился от солнца вниз, где, на улице за окном, она увидела массовую драку чудовищ, уничтожение которых являлось смыслом ее жизни.

И плевать, что врагов там было сотни, а она — всего лишь одна. Плевать, что навалившаяся на плечи толстуха оказалась гораздо ее сильнее. Она поклялась мстить! Она обязана! И она это сделает!.. Вид толпы врагов разбудил бешенство берсеркера у нее в крови. Ее силы удесятерились. И в следующую секунду руки легко вырвались из несокрушимого еще мгновенье назад захвата.

Ладонь толстухи слетает с ее плеча. Марина хватается за ручку оконной рамы, с твердым намерением сорвать к чертям эту единственную преграду, отделяющую ее от смертельных врагов. И… Тело вдруг охватывает невероятный восторг.

Из-за неожиданной эйфории Марина на пару секунд теряет боевой настрой. А коварной толстухе за спиной этой малости оказывается более чем достаточно, чтобы снова взять ситуацию под контроль.

Когда волна блаженной слабости отпустила, и Марина вернула контроль над телом, оказалось ее оттеснили от окна и прижали спиной к стене.

— Ну-ка в сторону! — фыркнула Марина, отпихивая толстуху.

— Заткнись! — шикнула в ответку злая бабища, не подумав посторониться.

«В сторону, млять!» — рассвирепела Марина, и вдруг осознала, что вместо яростного крика из ее горла доносится лишь злое шипенье.

— Так-то лучше, — хмыкнула толстуха. — И толкаться прекрати. Раздражает.

Очередная попытка оттолкнуть женщину вдруг обернулась для Марины страшной болью в области горла, на котором словно мгновенно натянулась невидимая удавка. Удушливая боль продолжалась, пока Марина не прекратила дергаться.

— Че зенки пучишь?.. Думала управу на тебя не найду? — проворчала толстуха и, отпустив успокоившуюся пленницу, отступила на шаг назад.

На попытку Марины тут же метнуться обратно к окну, последовала очередная команда:

— Сидеть!

Зашипев от вернувшейся удавки на шее, Марина шарахнулась обратно и обреченно скатилась по стене на корточки.

Толстуха, сместившись в сторону, заслонила своей широкой тушей манящее окно, после чего Марине стало гораздо легче контролировать свою ярость.

— Я те, курва, пацана на погибель не дам. Так и знай! — горой возвышаясь над ней, припечатала толстуха. — Че ты там шипишь?.. Ладно, разрешаю говорить. Только шепотом.

— Мне не нужен никакой пацан! — прошипела Марина. — Я должна драться с чудовищами! Которые там, за окном! Я дала клятву!.. Пусти меня!

— Какой пацан, говоришь? — хмыкнула толстуха. — Ну-ка руку в штаны себе сунь!

— Да пошла ты, извр… — договорить Марине помешала очередная порция удушливой боли, которая нещадно плющила горло до тех пор, пока, пересилив стыд, она не исполнила унизительное требование.

А через секунду Марине стало не до стыда, потому как пальцы обнаружили между ног совсем не то, что должно было там быть.

— Че, нащупала причиндалы? — до шокированного сознания Марины донесся насмешливый шепот толстухи. — Сюрпрайз, мля!.. Вот тебе и обещанный пацан… Эй! Ты там полегче. Хозяйство-то серёгино не оторви.

Марина выдернула руку из штанов так быстро, словно спасала ее из пасти бешеной собаки. Оглядев себя, она увидела мужскую рваную рубашку на теле, практически не скрывающую совсем не женскую грудь, мужские джинсы и крепкие ботинки, с высоким голенищем и толстой подошвой — тоже совершенно не в ее стиле… Одежда вызвала в памяти образ мальчишки — родственной души — с которым предыдущей ночью она нечаянно пересеклась взглядом, упиваясь жаждой мести в кольце обреченных на смерть чудовищ.

— Но как так? Почему?.. — прошептала Марина.

— Потому что один практикант оказался чересчур любопытным идиотом, — проворчала толстуха. — Звать-то тебя как?

— Марина.

— А я — Серафима… Как ты уже догадалась, Марин, ты оказалась в теле того практиканта. И какое-то время теперь вам придется уживаться вместе. А поскольку это тело не твое, я не могу позволить тебе в нем безоглядно бросаться в бой против толпы чудовищ. Сама понимаешь, подписываться на такой риск можно только с разрешения хозяина тела…

Серафима продолжала еще что-то говорить, но Марина ее больше не слушала. Сознание захлестнула волна слепой ярости… Чье у нее сейчас тело — не важно! Важна только месть! Раз она может, то должна биться! Это ее долг! И никакие причины не могут удержать от исполнения священной кровавой мести! Она должна!..

Когда за стенкой послышался цокот копыт тварей, Марина не выдержала и, скинув личину покорности, попыталась вырваться из квартиры на лестницу, где сейчас спокойно разгуливали ненавистные чудовища.

Решив преподать пленнице урок, Серафима на этот раз не стала вставать у нее на пути, но наброшенный еще предыдущей ночью на шею практиканту амулет подавления, разумеется, активировала…

Удавка невыносимо рвала горло, но, стиснув зубы, Марина на четвереньках ползла по коридору к входной двери. Пробивший ее еще в комнате ледяной пот неожиданно существенно облегчил страдания, и позволил ей доковылять до середины коридора. Но от удушения пот, к сожалению, ничуть не спасал. От недостатка воздуха, в двух шагах до двери Марину зашатало. Ослабевшие руки подогнулись. И от позорного падения ее спасла Серафима, тут же подхватившая тело практиканта под мышки…

Через мгновенье Марину снова окатило волной блаженства. Позабыв о своей цели, она не несколько секунд растворилась в эйфории восторга.

— Может, хватит уже чудить? — голос Серафимы вернул ее к суровой действительности.

Ненавистная толстуха снова возвышалась над Мариной, сидящей на прежнем месте в комнате у стены.

— Ты не понимаешь! Я должна отомстить! — прошипела Марина.

— Предлагаю заключить сделку. Ты больше не буянишь, и точно выполняешь мои команды. А я позволю тебе время от времени убивать чудовищ, под моим контролем, разумеется… В противном случае, мы просидим с тобой в этих четырех стенах до вечера, пока власть над телом не вернется обратно хозяину.

Марина зашипела от бессильной ярости. Ей претила сама мысль подчиняться кому-либо.

— Обещаю, не стану сильно на тебя давить, и ты получишь вдосталь чудовищ для мести, — будто подслушав ее думки, добавила Серафима и, после короткой паузы, уточнила: — Ну, что скажешь?

— Я согласна, — прошипела Марина.

— Одного твоего слова, как ты понимаешь, будет недостаточно, — хмыкнула неуемная толстуха. — Скрепим договор кровью? — в ее руке появился извлеченный из кармана складной нож.

В этот раз Марина шипела вдвое дольше, но, пересилив клокочущую ярость, все ж таки добровольно подставила руку под удар заточенного до бритвенной остроты лезвия.

Глава 17

Возвращение из забытья вышло не самым приятным. Я застонал от боли, которая, казалось, присутствовала сейчас в каждом участке тела. И рядом тут же раздался усталый голос Серафимы:

— Очухался, наконец. Ну, с возвращением, практикант.

— Что случилось? Почему мне так паршиво? — спросил, обернувшись на голос, и, сквозь слезы, увидел знакомую монументальную фигуру сидящей спиной к стене женщины.

— Давай вопросы-ответы оставим на потом, — отмахнулась Серафима. — До заката осталось всего минут двадцать, и нам нужно срочно возвращаться в убежище.

— Как двадцать?.. Это сколько же я здесь в отключке-то провалялся?

— Если б только валялся, — хмыкнула Серафима.

— В смысле?

— Ты чем слушаешь, практикант? Сказано же: все вопросы потом, когда доберемся до убежища… Все, поднимайся. Пора отсюда сваливать.

Шипя от боли, я кое-как по стене поднялся на ноги. И меня тут же повело в сторону. Но подскочившая Серафима помогла удержать равновесие.

— М-да, совсем эта сука отмороженная тебя заездила, — продолжила сыпать загадками женщина.

— Какая еще, нафиг, сука?

— Ты идти можешь?

— Пока только опираясь на стену.

— Ну норм, пошли тогда. Сейчас на лестницу выйдем, там перила. Будет за что ухватиться. А там дальше, глядишь, и расходишься.

Ухватив меня под локоть, Серафима потащила к выходу из комнаты. Из-за слезящихся глаз и общего разбитого состояния, я не сразу сориентировался в пространстве, и только в коридоре до меня дошло, что это уже совсем не та квартира на первом этаже, куда мы забежали рано утром.

— А где мы вообще? — пропыхтел я.

— Сейчас увидишь, — хмыкнула Серафима.

— Погоди, — ухватился я за косяк выводящей в общий тамбур входной двери и, сунув кольцо под мышку, активировал «Целебный пот».

Вернее, попытался активировать. Потому как загоревшаяся тут же перед глазами строка системного лога проинформировала: об обнулении временного интервала, в режиме контрольного времени, соответствующего текущему параметру КЭП.

— Фак! Почему у меня слита вся энергия?

— Че-че ты там бормочешь? — вытянув меня в тамбур, женщина шевелением отмычки в замочной скважине, практически на ходу, ловко заперла входную дверь.

— Хотел, говорю, запустить целебный навык, а меня в ответ только что лесом послали, — пожаловался я Серафиме.

— Да нормально все, Сергей, не парься. Сейчас до убежища доберемся, все подробно тебе растолкую. А пока прими на веру… Все, выходим на лестницу, так что роток на замок. И сосредоточься на спуске.

Когда мы пересекали лифтовую площадку, даже слезящимися глазами я увидел намалеванное на стене полуметровое число пятнадцать, но следуя указаниям Серафимы, удивляться по этому поводу не стал, решив получить все ответы гуртом уже в убежище.

А дальше начался длинный-длинный спуск, в процессе которого я неоднократно замечал на межмаршевых площадках и даже, порой, на ступенях лестничных маршей подсыхающие лужи и подтеки крови, свидетельствующие о кровавых схватках, случившихся здесь совсем недавно.

К нижним этажам, как и предсказывала опытная Серафима, я худо-бедно расходился, и скорость нашего спуска заметно возросла. Также, пока шагал по ступеням, мне удалось проморгаться и избавиться от искажающей обзор слезливости.

— Ну ты как? Бежать сможешь? — едва слышным шепотом обратилась ко мне Серафима, придержав на выходе из подъезда.

— Попробую, — так же едва слышно откликнулся я. — Если быстро не получится, активирую Рывок.

— Какой, в жопу, Рывок! — зашипела женщина. — Ты ж выжат досуха! Даже не думай!

— А там совсем чутка надо для активации. Пока спускались, уже несколько минут прошло — энергии хотя бы на один Рывок должно было, по любому, набежать.

— Ладно, если припрет, пробуй. Но если после этого загнешься, я лично потом тебя придушу!

— Договорились.

— Короче, план такой. Я иду сейчас первой, и ускоряюсь в сторону от убежища, агря на себя всех уличных тварей. Ты считаешь до пяти, и во всю прыть несешься в убежище. Меня не жди, и не пытайся высматривать. Я от тварей уйду, мне не впервой. Для нас главное: как можно быстрее до кольца берхов донеси свою хилую тушку … Вопросы?

— Да все, вроде, понятно.

— Ладно. Погнали тогда…

Серафима выскочила из подъезда, и почти сразу же из разных частей широкого двора послышались возбужденные роев и шипенье заметивших добычу тварей.

— Раз… Два… Три… — я стал шепотом отсчитывать секунды, осторожно выглядывая из открытого проема и просчитывая оптимальный маршрут для забега к убежищу.

— …Пять! — выскакиваю наружу и, отчаянно перебирая ногами, пытаюсь ускориться. Но избитое тело, увы, позволяет выжить из себя едва ли треть от лихого утреннего забега.

Где-то сбоку слышу пронзительный свист — это Серафима отчаянно пытается перетянуть на себя внимание тварей. Но, несмотря на все старания напарницы, моя неуклюжая пародия на бег вскоре все равно привлекает внимание ближайших тварей.

Мне на перехват из подъезда справа кидается стайка царусов, слева же, нейтрализовав колючим боком конкурентов-бестий, с невероятным для ползучей твари проворством вдогонку скользит иглуха.

Всего пара секунд понадобилась шустрым тварям, чтоб, зайдя с двух сторон, заключить меня в смертельный капкан на полпути к убежищу.

Мне не оставили выбора, пришлось рисковать. Задыхаясь от бега, отчаянно вглядываюсь в еще такое далекое убежище и рычу фразу-активатор:

— Рывок!

И тут же исчезаю буквально их-под раззявленных пастей набегающих тварей, оказавшись через мгновенье всего в паре метров от заветных берхов.

Сзади раздается звук смачного столкновения и визг нанизанных на иглы царусов. Но и у меня все прошло не идеально гладко. Зацепившиеся после перемещения ноги, вместо последнего броска к убежищу, вынуждают неуклюжее тело грохнуться на асфальт. В падении я дотягиваюсь-таки до одного из берхов и душевно бодаю шершавый белый ствол, раздирая, к фигам, лобешник.

Но не обращая внимания на острую вспышку боли и на заливающую переносицу кровь, тут же хватаюсь руками за дерево и пытаюсь встать. Разумеется, у меня получилось бы подняться и самостоятельно, но налетевшая со спины Серафима значительно ускоряет процесс, могучей дланью подхватывая меня за шкирку и, как котенка, закидывая в просвет между берхами.

Пока я кое-как протискиваюсь внутрь, пышнотелая Серафима, с проворством акробатки, проделывает то же самое рядом и, уже изнутри цапнув меня за ворот рубахи, затаскивает в убежище, как никчемного паралитика. Через мгновенье она вбивает каблук ботинка в центральный камень брусчатки, и перед оскаленными мордами сбежавшихся со всего дома преследователей активируется пленка защитной пелены.

— Ох, ты ж да! — просипела Серафима, с трудом переводя сбитое дыханье. — Давненько я так не гоняла.

— Спасибо, — прокряхтел я снизу, скатившись спиной по шершавому стволу на корточки и прижав рукав рубашки к рассеченному лбу.

Вокруг убежища уже вовсю бесновались твари, снова пытаясь прорваться внутрь через пустоты между берхами, и под действием пелены тут же безнадежно вываливаясь, не солоно хлебавши, с другого конца.

По второму разу наблюдать этот цирк было уже не так интересно, потому, не обращая внимания на тварей, мы стали привычно обустраиваться внутри. Серафима достала складной стульчик для себя, и выдала подушку мне.

Устроившись с относительным комфортом в тесноте убежища, я тут же затребовал обещанных объяснений, но, вместо ответов на вопросы, был «награжден» широкой полоской пластыря на расцарапанный лоб и очередной банкой ненавистной свиной тушенки, с ультимативным пожеланием «приятного аппетита».

— Не куксись, Серега, у нас вся ночь впереди, раз обещала, обязательно все расскажу, — подбодрила сверху Серафима, заметив с какой хмурой миной я швыряюсь пластиковой вилкой в мешанине жирного мяса. — После такого сумасшедшего дня душевно заморить червячка — это ж дело первостепенной важности.

— Тебе-то да. А мне-то че?.. Весь день бревном провалялся. Как паралитик, блин! — проворчал я.

— Не наговаривай на себя, — хмыкнула Серафима и снова напустила тумана: — Логи за ее свершения, конечно, вряд ли тебе приходили. Но кольцо четко отслеживало очки с бонусами, не сомневаюсь. Так что, пока ешь, не поленись, показатели Кольца Развития разверни перед глазами и погляди че там, да, как. Уверена, будешь приятно удивлен… А потом уж и поговорим.

Не откладывая в долгий ящик, я тут же шевельнул указательным пальцем кольцо по часовой, и перед глазами ожидаемо выстроился длинный перечень знакомых строк:

Ясновидящий Сергей Капустин

Общие характеристики:

Возраст — 18 лет

Рост — 172 сантиметра

Вес — 57,1 килограмма

Энерготип — Свет/Тьма 71/29, Порядок/Хаос 55/45

Отклик стихий — Воздух 72 %, Вода 23 %, Огонь 4 %, Земля 1 %

Открытых энергетических каналов — 9

Основные параметры:

Сила — 8 (84,38 %)

Ловкость — 8 (89,23 %)

Выносливость — 9 (92,08 %)

Интеллект — 14 (142,17 %)

Контроль энергетических потоков (КЭП) — 9 (91,6 %)

Теневые параметры:

Свободные очки теневого развития к распределению — 962

Уровень теневого тела — 20 (409/440)

Теневой бонус к Силе — 1007 (10,07 %)

Теневой бонус к Ловкости — 789 (07,89 %)

Теневой бонус к Выносливости — 1381 (13,81 %)

Теневой бонус к Интеллекту — 270 (02,7 %)

Теневой бонус к КЭП — 8667 (86,67 %)

Свободные теневые бонусы к распределению — 9

Теневые навыки:

Владение воздушным копьем — активирована 4 ступень (Условия активации 5 ступени: 320 очков теневого развития, Сила 8, Ловкость 9, Выносливость 8, Интеллект 8, КЭП 9).

Разоблачение уязвимости — активирована 4 ступень (условия активации 5 ступени: 320 очков теневого развития, Сила 7, Ловкость 8, Выносливость 7, Интеллект 12, КЭП 9).

Целебный пот — активирована 4 ступень (условия активации 5 ступени: 320 очков теневого развития, Сила 8, Ловкость 8, Выносливость 9, Интеллект 9, КЭП 9).

Теневые умения:

Навигатор— активирован и доступен к немедленному применению.

Рывок — активирован и доступен к немедленному применению.

Призрак — активирован и доступен к немедленному применению.

В процессе чтения я дважды чуть не подавился. Первый раз, когда обнаружил, что в Энерготипе Свет за день позорно слил Тьме сразу семь позиций. Второй — когда дошел до Свободных очков теневого развития и прочухал, что их за день с какого-то перепуга прибыло аж больше шестисот. На фоне вышеперечисленного, преодоление параметром КЭП девятого уровня развития показалось сущим пустяком, благо до девятки там и предыдущей ночью оставалась сущая безделица.

Но такие грандиозные перемены, за время пока я был в отключке? Да как так-то?

Мое немое изумление неожиданно было воспринято Системой развития кольца, как руководство к действию. И перечень строк перед глазами сменился длинным разъяснительным логом, который, увы, еще больше все запутал:

Внимание! Полный отчет за дневную зачистку подъезда в свернутой аномалии 421/136:

Всего вами было убито: 43 царуса 8-15 уровней и 13 бестий 7-11 уровней. Еще, при вашем непосредственном участии, были убиты: 1 рвач 37 уровня, 1 тряхун 23 уровня и 1 кукольник 46 уровня. За убийство царусов, бестий, рвача, тряхуна и кукольника вам начисляется: 452 очка теневого развития, 73 теневых бонуса к Силе, 104 теневых бонусов к Ловкости, 99 теневых бонусов к Выносливости, 18 теневых бонусов к Интеллекту, 153 теневых бонуса к КЭП.

Внимание! Ваше Персональное Кольцо Развития в течении дня поглотило 18 горошин энергосути, совокупным уровнем воздействия: 17,3. За поглощенные энергосути в течение дня было начислено: 173 очка теневого развития, 38 теневых бонусов к Силе, 35 теневых бонусов к Ловкости, 109 теневых бонусов к Выносливости, 10 теневых бонусов к Интеллекту, 154 теневых бонуса к КЭП.

— Да как такое возможно-то? — не удержавшись, на сей раз возмутился я вслух.

— Пока банку не доешь, ничего не расскажу, — хмыкнула в ответку вредная Серафима.

Я с тоской посмотрел на жирное месиво в жестянке, не уменьшившееся еще и наполовину и, тяжко вздохнув, сунул очередную вилку с тушенкой в рот.

Глава 18

Снаружи сгустились тени, и на ночную охоту вышли исчадья. Скопившиеся вокруг убежища твари, как и сутки назад, стали быстро умирать. Но в этот раз за смертоносным танцем беспощадных юных убийц я наблюдал в полглаза, от завораживающего зрелища избиения монстров меня отвлек интересный разговор.

— …Так это ж, как бы, не я был! — возмущался я. — Сама ж сказала.

— Но кольцо-то поглотило твое, — парировала Серафима. — И лог о поглощении был тебе Системой предоставлен… Какой, говоришь, там уровень за день набежал?

— Но это ж ты энергосутью крестраж умасливала, — не сдавался я. — При чем здесь я?

— Дурочка-то не включай, Сережа. И ежу понятно, что не обуздай я вовремя твою Марину…

— Че сразу мою-то? — заворчал я в параллель.

Но Серафима продолжила говорить, проигнорировав мое возмущение:

— …Эта безумная психопатка твое тело угробила б в первые же пятнадцать минут.

— Так амулет подавления же…

— А ну не тронь! — рявкнула сверху Серафима, когда, для наглядности, я хотел оттянуть красную нитку на шее.

И для острастки еще подзатыльник отвесила. Слабенький, конечно. Не больно, но, блин, обидно.

— У меня единственный такой. Порвешь, и трендец! Чем тогда следующие два дня Маринку твою урезонивать буду?

— Если нитка такая непрочная, то чего ж исчадье не могло ее за день сорвать?

— Она уже сутки как не исчадье, а твой крестраж. И у нее снова есть имя.

— Знаю. Но если тварь, поселившуюся внутри меня, я начну по имени называть. То у меня, нафиг, крыша поедет от раздвоения личности.

— Не поедет. Ты у нас парень крепкий, — хмыкнула Серафима. — Вот как башкой о берх звезданулся. И хоть бы хны.

— Так че там с ниткой-то?

— Марина не может порвать амулет, потому что он настроен на подавление крестража, и запитан ее кровью.

— Её?

— Фактически, конечно, твоей. Но поскольку твое тело в тот момент находилось под контролем темной сути…

— Да понял я.

— А раз понял, с хрена по сто раз переспрашиваешь?.. Короче, над тобой, как над истинным хозяином тела, амулет власти не имеет. Потому ты можешь его порвать, а она нет.

— Но ты так и не объяснила: зачем энергосуть-то в кольцо мое сливала, если был амулет?

— Потому что темная суть твоего крестража так же полуразумна, как породившее его исчадье. К счастью, большую часть времени твое тело контролирует вполне вменяемая Марина. Но временами на ее разум находит затмение, и тело оказывается во власти кровожадного зверя, ведомого лишь одними инстинктами. На зверя амулет воздействует слабо. И в такие вот моменты мне приходилось прибегать к помощи горошины энергосути, которая нейтрализовала звериную агрессию и возвращала худо-бедно адекватную Марину.

— Охренеть! Во мне поселилась иная сущность! До сих пор поверить в это не могу.

— Да, в ситуацию ты, конечно, попал паршивую.

— А как ты, вообще, поняла-то, что я — это уже не я?

— По глазам, разумеется.

— Че?

— У тебя глаза обычные человеческие — серые, с круглым зрачком. А у Марины, как у зверя-альбиноса — кровавя радужка во весь глаз, и вертикальный зрачок.

— Да уж, такое сложно не заметить.

— Так. Возвращаясь к нашим баранам. Повторяю еще раз: я честно вернула тебе взятые на хранение девять с десятой энергосути, как и обещала. Даже сверху от себя накинула.

— Вообще-то, в системном логе было прописано, что я самолично толпу цирусов и бестий завалил, — проворчал я, в ответ.

— Было дело, — хмыкнула Серафима. — Надо ж было Маринку ярость на кого-то сливать, вот я и доверила ей истребление в подъезде не шибко опасной мелочевки. Мне б с этих низкоуровневых тварей, все одно, практически ничего б не перепало. А так сразу двух зайцев убивали: и Маринка агрессию спускала, и тебе на кольцо теневые гостинцы сыпались.

— А энергосуть с убитых мною тварей ты ведь собрала?

— Заметь, убитых по моему позволению. И сбором энергосути, как ты правильно заметил, занималась только я. Марина же твоя активно препятствовала сбору…

— Да че моя-то?

— …норовя в любой момент отчебучить какую-нибудь подлянку.

— Значит, делиться со мной не станешь?

— Не-а. Ишь губу раскатал… По-хорошему, тебе, практикант, в конце еще счет следует выставить, за то, что вожусь тут с тобой, в ущерб делу. Забочусь. И, кстати, я об этом подумаю.

— Да у меня ж нет ни копья, — не сдержавшись, я фыркнул в ответ. — Хочешь, вон, сахару отсыплю. Я в квартире его прихватил.

— Оставь сладенькое себе, — в тон мне хмыкнула Серафима. — Что же до долга, то деньги, ведь, можно и с филиала в твоем городе стребовать. Мы свяжемся по телефону, и ты попросишь взаймы. Думаю, своему практиканту наставники не откажут.

— А ты, оказывается, жадная.

— Это мне в благодарность за заботу? Ну спасибо, Сергей.

Тяжко вздохнув, я решил сменить тему.

— А как она тварей-то убивала? Как раньше, голыми руками?

— Если б было, как раньше, ты б сейчас с макушки до пят в кровище был, — фыркнула Серафима. — Не знаю, как ей это удалось без доступа к кольцу, но Марина, вместе с контролем твоего тела, получила еще и возможность пользоваться твоими навыками и умениями. Причем, активировались абилки, при острой необходимости, самопроизвольно, порой изрядно удивляя саму Марину. Если с отлично знакомыми бывшему исчадью Рывком и Призраком она освоилась запросто, то появление Воздушного копья стало для нее откровением, и неуклюжие действия копьем в первой драке едва не кончились трагично. Пришлось вмешаться и подстраховать. А вот активация целительного пота…

— Целебного пота, — поправил я.

— Да не суть, — отмахнулась Серафима. — Важно, что этот твой, безусловно, полезный навык конкретно сейчас стал в некотором роде проблемой. Он, конечно, шустро затягивал укусы и царапины, полученные Мариной в бою, но параллельно, воздействуя на тело на ментальном уровне, ослаблял контроль амулета. Из-за чего, кстати, мне приходилось прибегать к помощи горошин энергосути гораздо чаще, чем рассчитывала. И я очень тебя прошу, пока не выберемся отсюда, и не избавим тебя от крестража, ни в коем случае не прокачивай свой Целебный пот.

— А для меня это не вредно, вообще?

— Сережа, мы в свернутой аномалии, — хмыкнула Серафима. — Для низкоуровнего новичка тут все не просто вредно, а смертельно опасно.

— Да я конкретно, об энергосути. Ты ж, помнится, говорила, что поглощение ее чревато зависимостью. Что это, как наркота. И уж, коль скоро соскочил, то больше ни-ни… А на следующий день аж восемнадцать горошин энергосути моему кольцу скормила.

— Не беспокойся, негативный эффект полностью поглощался крестражем, темная суть которого гораздо устойчивей к возможной зависимости. Ну и, как я уже говорила выше, эта была необходимость, позволявшая нейтрализовать звериную агрессию темной сути.

— Кстати, по поводу темной сути, мне крестраж еще одну проблему подкинул. С его появлением в энерготипе Кольца Развития соотношение Свет/Тьма стало быстро меняться в сторону Тьмы.

— На сколько?

— За сутки на десять единиц.

— Дерьмо!.. Вот как раз нечто подобное я и имела в виду, говоря, что не все теперь в наших силах.

— Это настолько опасно?

— Здесь, да!

— Почему?

— Потому что свернутая аномалия — это вотчина темных сущностей. Пока Свет в энерготипе доминирует над Тьмой, ты человек. А как только верх возьмет Тьма, станешь исчадьем, и начнешь необратимо изменяться.

— Да ну, ерунда какая… У моего наставника Александра в энерготипе много лет соотношение в пользу Тьмы, но ни в какое исчадье, при этом, он не превратился.

— Ты снова невнимателен, Сережа. Я горю: так происходит здесь, в свернутой аномалии. Потому темным ясновидящим дорога сюда закрыта. Если б твой наставник перенесся сюда, вместо тебя, от обращения в исчадье его б ни что не смогло спасти… Кольцо фиксирует показатели энерготипа ясновидящего, и не позволяет агрессивной внешней среде аномалии сотворить перекос в сторону Тьмы, как это мгновенно происходит с обычными людьми — случайными жертвами неконтролируемого прорыва. Но если ясновидящий изначально темный, он мгновенно тоже становится жертвой свернутой аномалии… В твоем же случае, изначальная предрасположенность к Свету, после подселения через крестраж темной сущности, начинает искажаться в сторону Тьмы.

— И что делать? Как это можно остановить?

— Не знаю, Сергей. У меня нет никаких снадобий или амулетов, дающих защиту от растущей Тьмы. И я даже никогда не слышала о существовании чего-то подобного. Придется уповать лишь на твою удачу… Какое сейчас там у тебя соотношение?

— Семьдесят один к двадцати девяти.

— Значит, еще есть двадцать один пункт запаса?

— Ну, типа того.

— А за предыдущие сутки Тьма отвоевала десять… Получается, есть шансы устоять Свету в течение следующих двух дней.

— Так-то, да. Но за предыдущую ночь соотношение изменилось на три пункта, а за день Свет потерял сразу семь единиц.

— Ну что тут скажешь… Может, это от того, что ночью тело возвращается под твой контроль, и негативное воздействие крестража на энерготип ослабевает. Будем надеяться, этой ночью изменение не превысит тех же трех единиц… Ладно, давай спать. Как говорится, утро вечера мудренее.

— Ага, уснешь тут теперь.

— Не бухти. Все равно, ничего поделать с этим здесь и сейчас мы не в силах. С утра посмотришь изменения в энерготипе, и, исходя из полученной информации, будем что-то решать… А пока: спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Интерлюдия 4

Они медленно поднимались по лестнице. Сперва Марина и, отставая на пару ступеней, Серафима. Оглядывались и прислушивались. Но вокруг все было тихо, как в могиле. Похоже всех набежавших с улицы теневых тварей (каковыми в основном оказались низкоуровневые бестии) удалось зачистить на нижних этажах. Сейчас они поднимались уже к одиннадцатому, и последние пять этажей тварей удавалось отыскать лишь в квартирах — каждый раз это были забравшиеся в открытые форточки царусы, с которыми набившая руку Марина разбиралась на раз-два.

Поднявшись до очередного этажа, привычным макаром они перешли с лестницы на лифтовую площадку, откуда имелся прямой доступ к квартирам.

Матерый рогач появился за их спинами неожиданно, как приведение. Каким-то чудом эта полуторатонная машина смерти смогла бесшумно сбежать по лестнице вниз и, зайдя людям в тыл, атаковать их на лифтовой площадке.

От могучего удара в плечо, Марина кубарем завалилась в дверь левого тамбура, и от боли потеряла сознание, оставив напарницу разбираться с теневой тварью один на один…

Придя через какое-то время в себя, Марина оказалась подвешенной на толстых крепких нитях паутины, без возможности шевельнуться, и с залепленным той же паутиной ртом. А перед ней, скрестив руки на груди, стоял и с задумчивым видом изучал что-то в углу натуральный черт, в махровом халате и стоптанных домашних тапочках, с похожей на человеческую фигурой, но с рогами на голове, козлиной бородкой, свиным пятаком, вместо носа, и хвостом, комично оттопыривающим сзади халат и неспешно подметающим кисточкой ковер.

Да-да, именно ковер. Потому как действо происходило в комнате, бывшей когда-то чей-то гостиной, а теперь превращенной в логово полуразумной теневой твари, сетями белесой паутины которой здесь было затянуто практически все вокруг. За исключением лишь центрального пятака, где и стоял сейчас черт.

— С возвращением, — по-прежнему глядя в угол, равнодушно констатировал черт на прекрасном русском.

Марина попыталась послать куда подальше рогатого ублюдка, но залепленный рот свел ее потуги к бестолковому мычанью.

— Времени мало. Она скоро будет здесь, — продолжил удивлять черт. — Запомни, она не та, за кого себя выдает. И ей нельзя доверять.

Марина снова возмущенно замычала в ответ, но не обращая на это внимание, после короткой паузы, невероятный наставник заговорил дальше:

— Хозяин поможет тебе выжить здесь. Но, помни, отныне ты у него в долгу.

Черт отвернулся и сместился чуть в сторону, что позволило разглядеть в паутине напротив оплетенное липкими нитями тело гигантской лягушки. Этот пленник так же не мог шевельнуться. Что тряхун жив сигнализировали лишь его беспрерывно хлопающие глаза. Опасный же язык теневой твари был надежно изолирован целым коконом липких нитей, накрученным вокруг «лягушачьего» рта.

Длинным, как нож, когтем большого пальца черт одним движением вскрыл тряхуну худосочную грудь и тут же, разведя края раны в стороны, обнажил комок бьющегося сердца. Ловкий зацеп когтем, и вывалившийся окровавленный комок плоти продолжает биться уже отдельно от тела на ладони черта.

Развернувшись обратно к Марине, черт тем же длинным окровавленным когтем сорвал липкие нити с ее губ.

Воспользовавшись моментом, Марина попыталась высказать хвостатому все накопившееся возмущение, но в едва раскрытый ею рот, тут же залетело «лягушачье» сердце. И она почувствовала, как оно продолжает еще биться, даже оказавшись у нее во рту.

Это было отвратительно. Живое окровавленное сердце мерзкой твари. Скривившаяся от отвращения Марина попыталась выплюнуть эту гадость.

Но предвидевший такую реакцию черт мгновенно зажал ладонью ее рот и, запрокинув голову, хлопнул второй рукой по кадыку. Марина непроизвольно сглотнула, и с отвращением ощутила, как бьющееся сердце тряхуна проваливается в пищевод.

Из коридора донесся щелчок отпираемой двери, и через секунду оттуда же раздался знакомый голос Серафимы:

— Хозяин, гостей принимаешь?

Марина отчаянно замычала, пытаясь предупредить напарницу через ладонь хвостатого, за что тут же схлопотала удар ребром ладони в висок.

Ее глаза закатились, и, уже проваливаясь в бездну беспамятства, она услышала равнодушный шепот черта:

— Хозяин свяжется с тобой. Жди звонка.

Глава 19

Невольно дернувшись со сна, я едва не опрокинул спящую рядом на стуле Серафиму. К счастью, ночной сон у соседки оказался крепким, и на устроенную мной встряску женщина отреагировала лишь недовольным сопением и кратковременным прекращением храпа.

Окончательно убедившись, что уже не в паутине (ведь подсмотренное во сне злоключение Марины, поскольку она сейчас пребывала в моем теле, я фактически воспринимал, как собственное), и что снова могу свободно двигаться, я выдохнул и постарался унять сотрясающее тело нервную дрожь.

Последняя фраза черта до сих пор стояла в ушах, будто была услышана только что: «Хозяин свяжется с тобой. Жди звонка». И интуиция подсказывала, что адресовалась она вовсе не крестражу, а именно мне.

— Гадство! Мало было проблем, теперь, вот, еще и это, — пробормотал я и, откинувшись на ствол берха, с лютой злобой уставился на мрачную в ночи махину свернутой аномалии.

За одним из окон пятнадцатиэтажки мелькнула белесая тень. Это случилось в районе третьего подъезда, то ли на седьмом, то ли на восьмом этаже. Впрочем, движение за окном было слишком быстрым, и запросто могло мне почудиться. Возможно, это был отразившийся от светлой занавески блик луны.

Повторного мельтешения загадочной тени за окнами не последовало, и мои мысли вернулись к недавнему кошмару… Почему Серафима ничего не рассказала о моем похищении кукольником? Ведь это она меня вытащила из паутины. И кукольника кончила тоже она — системный лог подтвердил его убийство. Хотя… про убийство тряхуна в логе тоже сказано, а последнее, если верить кошмару, совершил на моих глазах натуральный черт. Да и куда подевался сам рогатый представитель загадочного хозяина?

— Фак! Бред какой-то!

— Да че ж тебе не спится-то по ночам?! — тут же донеслась сверху раздраженная ответка Серафимы, разбуженной-таки моим слишком громким возмущением.

— Кошмар приснился, — пожаловался я и, осененный неожиданной идеей, продолжил: — Будто я снова завяз в паутине кукольника.

— Воспоминания о пережитом похищении… — Серафима душевно зевнула. — Это, увы, случается. Сочувствую тебе, Сереж. Но все же постарайся уснуть, ладно.

— Нет, в кошмаре было по-другому. Паутина, где я застрял, была не в теневом лесу, а в душной пыльной комнате. Такой, как там, — я махнул рукой в сторону соседней высотки. — И еще мне показалось, что, вместо меня, в кошмаре контролирует тело Марина. Я отчетливо слышал чужие мысли. Ее мысли. А учитывая, что в итоговом логе упоминалось убийство кукольника, я и подумал…

— Правильно подумал, — буркнула сверху Серафима. — Признаю. Мой косяк. Не уберегла тушку твою слаборазвитую от похищения. Рвач, зараза, вдруг со спины навалился. И пока я с ним разбиралась, кукольник, паскудник эдакий, подобрался под шумок незаметно, и тебя уволок.

— То есть я на самом деле был в паутине?!

— Был.

— А почему сразу об этом не рассказала?

— Пугать лишний раз не хотела. Кто знал, что у тебя гребаные флешбэки кошмарами выпадать начнут. Как говорится, меньше знаешь — крепче спишь… Кстати, правильно, походу, говорится. Ты, пока не знал про паутину, спокойно сопел себе в две дырочки, а как узнал — мало того сам проснулся, еще и меня разбудил.

— Еще там, в кошмаре, был черт, — закинул я на удачу еще один крючок.

И не прогадал.

— Да какой, в жопу, черт, — отмахнулась Серафима. — Так, жалкая пародия. Уж не знаю каким макаром тот полуразумный исхитрился столь ценную маску в коллекцию заполучить? И с какого перепуга решил вдруг ее перед нами засветить?..

— Так это был кукольник?

— Разумеется… Поверь мне, практикант, встречу с настоящим Чертом тебе вряд ли удалось бы пережить. И я не уверена, даже, что сама смогла бы выдержать ауру подавления этого разумного.

— Выходит, черти на самом деле существуют?

— Раз своими глазами видел, чего ж спрашиваешь, — хмыкнула Серафима. — Конечно, то была лишь жалкая копия. Но маску-то кукольник мог сорвать только с оригинала.

— А где они обитают?

— Черти что ли?

— Угу.

— В скрытых локациях теневой параллели.

— И что, у них там так же, как у нас, свои города?

— Не была. Не знаю. Врать не буду. Но, сдается мне, все у них там совсем по-другому. Ведь, мы-то живем по законам Порядка, они — Хаоса.

— А как же хаосисты? Они ж тоже за Хаос топят, и в теневой параллели, как рыбы в воде…

— Ключевое слово здесь как. Поясню на простом и понятном тебе примере. В нашей параллели фигова туча рек, озер, морей и океанов, потому многие люди умеют плавать. Кто-то хуже, кто-то лучше, кто-то просто великолепно. Кто-то полжизни проводит в воде, фанатея от дайвинга. Эти любители подводного плавания чувствуют себя на глубине, как рыбы. Но даже самому лучшему дайверу, при всем его филигранном мастерстве, бесконечно далеко до самого убогого дельфина.

— А если в теневой параллели доведется повстречать черта? Что делать? Как защищаться?

— Не доведется.

— Почему? Сама ж сказала: они там водятся.

— Это мы там периодически водимся, а они там живут. Чуешь разницу?

— Погоди, но если среди нас, людей, встречаются ясновидящие, способные перемещаться в теневую параллель, то, вполне вероятно, среди тамошних разумных тоже отыщутся уникумы, умеющие перемещаться в нашу параллель.

— Глубоко копаешь, Сережа. Молодец, далекой пойдешь. Если отсюда выберешься, разумеется.

— Так, значит…

— Ничего это не значит. Разовьешься со временем до серьезного уровня, и сам все поймешь, а пока рановато тебе голову заумью этой забивать. Как говорится, не по Сеньке шапка… Все, на вопросы твои я ответила, посему, давай-ка сворачивать эту говорильню, и будем дальше баинькать.

— Хорошо. Спокойной ночи.

— Спокойной…

Вскоре сверху донесся раскатистый храп Серафимы. Я же заснуть не смог, и коротал оставшиеся ночные часы в тяжких раздумьях о судьбе-злодейке.

Почему не поведал Серафиме о странном монологе черта-кукольника, и об устроенном им для меня отвратительном представлении, со скармливанием в конце мне «лягушачьего» сердца?.. У меня не было четкого ответа на этот вопрос.

Хоть Серафима и удовлетворила мое любопытство, отвечая на все вопросы вроде бы без утайки. Но поселившийся в глубине души червячок сомнения остался не удовлетворен ее первым ответом и продолжал подозревать, что напарница пыталась скрыть от меня происшествие с паутиной вовсе не из-за опасения напугать меня… А еще мое недоверие к Серафиме, разумеется, усугубляли зловещие предостережения черта-кукольника, что она не та, за кого себя выдает, и ей нельзя доверять.

Тяжкие думки прервали загоревшиеся вдруг перед глазами строки системного лога:

Внимание! Артефакт Теневое сердце вошел в симбиоз с крестражем и, став частью вашего тела, наделил вас аномальным умением: Разряд.

Офигеть! Это че еще за подстава? Какой, нафиг, симбиоз с крестражем?! Мало мне было заморочек с одним «подарочком», теперь, до кучи, еще какая-то хрень выскочила, как чирей, на заднице… Ладно, че там за Разряд, давайте разбираться…

Глава 20

Разряд — активирован и доступен к немедленному применению.

Теневое умение Разряд позволяет прикосновением части тела или оружием ближнего боя ударить противника электрическим разрядом мощностью 10–15 Вт. Эффективность применения, в зависимости от массы противника, от парализующего до летального исхода. Для активации умения, в момент удара, необходимо четко произнести фразу-активатор: «Разряд».

Внимание! Активация теневого умения ограничена параметром КЭП! Расход параметра КЭП на один удар составляет 2 % (или 2 минуты в режиме контрольного времени). На текущий момент ваш параметр КЭП составляет 91,6 % (+180 % — резерв артефакта Теневое сердце). Указанная величина, в режиме контрольного времени, соответствует интервалу 01:31:36 (+03.00.00 — резерв артефакта Теневое сердце).

Внимание! При параллельном использовании нескольких теневых навыков и умений, расход ограниченного параметром КЭП временного интервала возрастает пропорционально количеству одновременно задействованных навыков и умений!

Подарок, определенно, отменный. Еще и резерв не хилый в КЭП от «Теневого сердца» добавился. Но все же симбиоз с крестражем звучит зловеще. Хотелось бы поподробней узнать: что это означает? И чем мне в будущем может аукнуться?

Вместо ответа на мои мысленные предъявы, система вдруг выкинула очередной неожиданный фортель:

Внимание! Вами использованы 355 свободных очков теневого развития.

Текущий уровень теневого тела — 30. Свободных теневых бонусов к распределению — 2550.

Внимание! В качестве поощрения за достижение 30 уровня теневого тела вам становится доступен теневой навык: Третий глаз (условия активации 1 ступени: 20 очков теневого развития, Сила 7, Ловкость 7, Выносливость 8, Интеллект 8, КЭП 5).

— Че за!..

«Да тише ты, истеричка, — неожиданно перебил мой гневный возглас незнакомый женский голос, зазвучавший вдруг у меня прямо в голове. — Сейчас толстуху разбудишь, и нам обоим не поздоровится.»

Храп наверху, и впрямь, резко оборвался, но через пару напряженных секунд благополучно продолжился, как ни в чем не бывало.

«Уф! Кажись, пронесло, — снова зазвучал голос в голове. — Ну, будем знакомы, гм… партнер по телу. Хотя, заочно мы друг с другом уже знакомы, все же соблюдем, так сказать, формальность. Я — Марина.»

— Сергей, — выдохнул я автоматически.

Сказать, что от случившего я пребывал в состоянии шока — это ничего не сказать. Я реально прифигел от такого поворота. Одно дело смириться с неизбежностью параллельного существования в одном теле с темной сущностью, и совсем иное — обнаружить вдруг, что сущность эта способна выходить с тобой на прямой голосовой диалог, и, до кучи, еще может вносить коррективы в мое Персональное Кольцо Развития.

«Спокойно, парень, не претендую я на твое драгоценное колечко!»

Фак! Она еще и мысли мои читает, как открытую книгу.

«Не все и не всегда, — тут же снова прилетела ответка от Марины. — Но сейчас ты так громко хнычешь, что не услышать это просто нереально… Давай сразу закроем тему моего вмешательства в твое развитие. Ты ж сам захотел ответов на вопросы. А без ментального навыка докричаться мне до тебя было невозможно. Вот и пришлось подтолкнуть прокачку. Благо, возможность была… Ведь, согласись, из-за своего мазохистского настроя: огребать по полной с низкими статами на низких уровнях, самостоятельно ты б еще не скоро уровень до следующего навыка поднял. Поговорить же нам, для разрешения накопившихся вопросов, необходимо было как можно быстрее.»

— Но как?..

«Лучше общайся со мной мысленно, — перебила Марина. — Так будет безопасней.»

«Как ты узнала, что за тридцатый уровень я получу нужный ментальный навык? И, кстати, мне хотелось бы подробней узнать, что это за навык такой?»

«Доверилась сердцу», — эта фраза Марины, я так понял, была ответом на мой первый вопрос. Потому как следом за ней перед глазами загорелись строки системного лога, содержащие ответ на второй вопрос:

Внимание! Вами использовано 20 свободных очков теневого развития.

Активирована 1-ая ступень теневого навыка Третий глаз… 03… 02… 01… Вам доступна активация теневой функции: Третий глаз, в любое время дня и ночи. Триггер пробуждения теневой функции: касание Кольцом Развития лба. (Условия активации 2 ступени: 40 очков теневого развития, Сила 7, Ловкость 7, Выносливость 8, Интеллект 8, КЭП 6)

Внимание! Продолжительность действия пробужденной функции: Третий глаз, ограничена параметром КЭП! На текущий момент ваш параметр КЭП составляет 91,6 % (+180 % — резерв артефакта Теневое сердце). Указанная величина, в режиме контрольного времени, соответствует интервалу 01:31:36 (+03.00.00 — резерв артефакта Теневое сердце).

Описание теневого навыка: оказывает ментальное воздействие на все разумные и неразумные сущности в радиусе 10 метров. При пробуждении функции Третий глаз, доступными для просмотра становятся характеристики и параметры других существ, с вероятностью нанесения низкоуровневым противникам ментального оглушения.

Ограничение 1-ой ступени теневого навыка Третий глаз: вероятность просмотра характеристик и параметров существ уровнем ниже вашего — от 10 % до 100 %, существ сходного с вами и более высокого уровня — менее 10 %.

Внимание! При параллельном использовании нескольких теневых навыков и умений, расход ограниченного параметром КЭП временного интервала возрастает пропорционально количеству одновременно задействованных навыков и умений!

Едва дочитал, и тут же прилетело дополнение от Марины:

«Благодаря нашей неразрывной связи, между собой мы контактировать можем, как ты и сам уже понял, даже в пассивном состоянии ментального навыка.»

«Так. С этим, вроде, понятно. А что там за резерв от Теневого сердца? Проясни.»

«Я в любой момент могу подменить тебя в бою, или энергозатратном переходе, на три часа, в режиме контрольного времени… Да не бухти ты раньше срока, дослушай сперва. Разумеется, самостоятельно захватывать твое тело я не стану. Мое вмешательство возможно только с твоего согласия.»

«Че-то не припомню, чтоб задирать уровень просил, или первую ступень нового навыка активировать», — мысленно возмутился я.

«Разве? — в голосе Марины послышалась откровенная насмешка. — Но ты же хотел получить ответы на свои вопросы? И выполняя это твое желание, мне пришлось повышать уровни и активировать ступень.»

«Вот ведь… Давай-ка договоримся на будущее, Марина, что мои статы находятся исключительно в моей власти. И какие бы благие цели ты не преследовала, теневые очки развития и бонусы больше не тронешь никогда. Ими распоряжаться могу только я сам!»

«Как скажешь, грозный господин.»

«И прекрати паясничать!»

«Да, все, все, успокойся… Кстати, раз уж ты такой у нас самостоятельный, то самое время разобраться с накопившейся горой теневых бонусов. Советую вложиться в Ловкость и Выносливость, вчерашний день показал, что, при работе с копьем, эти параметры…»

«Как-нибудь сам разберусь!» — раздраженно перебил я.

«Конечно, сам. Все-все, умолкаю. Но, ежели чего, ты знаешь где меня искать», — хмыкнула Марина и, выполняя обещанное, замолчала.

Я тяжко вздохнул, и погрузился в распределение привалившего «счастья».

Глава 21

Несмотря на собственный категоричный протест, все же я прислушался к мнению советчицы, и перво-наперво поднял параметры Ловкость и Выносливость до десятки. Это обошлось мне в 1869 теневых бонусов (1077 — в Ловкость, и 792 — в Выносливость). От имевшихся в наличии 2559 теневых бонусов, после вышеозначенного распределения осталось всего 690. Для прокачки еще на уровень Ловкости или Выносливости этого было недостаточно, зато с лихвой хватало на доводку до девятки параметра Сила. Куда я тут же и направил еще 562 теневых бонуса. В итоге, свободными к распределению у меня остались 128 теневых бонусов, которые я решил оставить пока про запас.

Стремительная прокачка параметров (особенно Ловкости, подскочившей с восьмерки разом до десятки) отозвалась в скрюченном теле весьма болезненными процессами ускоренной растяжки и уплотнения мышц. Чтоб не заорать, пришлось даже закусить зубами рукав рубашки, а палец с кольцом сунуть подмышку, активируя Целебный пот.

Через несколько минут боль приутихла, я развеял энергозатратное действие функции, и продолжил распределение вчерашней добычи. Ведь, кроме свалившихся вдруг на голову бонусов, еще остались накопленные за предыдущий день очки развития. Которых, после самовольной траты Марины, все равно было еще внушительное количество: аж в 587 очков.

Я собрался вложить большую часть этих очков в развитие до четвертой ступени нового навыка, чтобы, так сказать, уравнять его с остальными. Но снова вмешалась неугомонная советчица:

«Развитый Третий глаз, конечно, лишним не будет. Но пока с ним можно повременить. А вот с копьем нашим обязательно нужно срочно что-то делать…»

— Я же просил! — психанул я.

— Че ты там просил? — через секунду донеслось сверху недовольное ворчанье разбуженной-таки Серафимы.

А в параллель с соседкой как ни в чем не бывало закончила свою мысль Марина:

«…Вчера я попыталась им прикрыться от удара рвача, и у меня сложилось такое впечатление, что он его даже не заметил. В общем, решай конечно сам, но, если планируешь выбираться из-под юбки толстухи, оружие необходимо улучшать в первую очередь.»

— Так че просил-то? — напомнил о себе зевающий голос Серафимы.

— Не помню. Приснилось че-то, — соврал я.

— Ты, Сережа, у нас тут, прям, заместо будильника, — хмыкнула женщина уже более бодрым голосом. — Будишь ровно за полчаса до рассвета… Ладно, давай, что ли, завтракать.

Мне на колени плюхнулась очередная банка консервов и следом мягко приземлилась запечатанная в слюду пластиковая вилка.

Сегодня Серафима «порадовала» сардинами в масле.

На мой немой вопрос последовал лаконичный ответ:

— Четверг — рыбный день… Ну, приятного аппетита.

— Взаимно, — буркнул я, отдирая крышку и тыкая вилкой в кусок плавающей в масле рыбы.

Пока безо всякого удовольствия поглощал богатый фосфором завтрак, отдал мысленную команду о вложении 320 очков в активацию пятой ступени «копья», и еще 120 — в активацию по очереди второй и третьей ступеней «глаза».

Перед глазами загорелись строки длинного системного лога:

Внимание! Вами использовано 320 свободных очков теневого развития.

Активирована 5 ступень теневого навыка Владение воздушным копьем… 03… 02… 01… Вам доступен призыв теневого оружия: воздушное копье, в любое время дня и ночи. Триггер призыва теневого оружия: поворот Кольца Развития против часовой стрелки. (Условия активации 6 ступени: 640 очков теневого развития, Сила 8, Ловкость 10, Выносливость 8, Интеллект 9, КЭП 10)

Внимание! Продолжительность призыва воздушного копья ограничена параметром КЭП! На текущий момент ваш параметр КЭП составляет 91,6 % (+180 % — резерв артефакта Теневое сердце). Указанная величина, в режиме контрольного времени, соответствует интервалу 01:31:36 (+03.00.00 — резерв артефакта Теневое сердце).

Описание теневого навыка: после призыва теневого оружия, в вашей правой руке появится двухметровое воздушное копье, и под действием навыка вы станете мастером-копейщиком, способным на равных противостоять в рукопашной схватке потусторонним тварям.

Ограничение 5 ступени теневого навыка Владение воздушным копьем: вероятность нанесения критического удара воздушным копьем для тварей с 1 по 18 уровень — 100 %, для тварей с 19 по 25 уровень — от 50 % до 90 %, для тварей с 26 по 30 уровень — от 10 % до 40 %, для тварей с 31 и выше уровня — менее 5 %.

Внимание! Вами использовано 40 свободных очков теневого развития.

Активирована 2 ступень теневого навыка Третий глаз… 03… 02… 01… Вам доступна активация теневой функции: Третий глаз, в любое время дня и ночи. Триггер пробуждения теневой функции: касание Кольцом Развития лба. (Условия активации 3 ступени: 80 очков теневого развития, Сила 7, Ловкость 7, Выносливость 8, Интеллект 9, КЭП 7).

Внимание! Продолжительность действия пробужденной функции: Третий глаз, ограничена параметром КЭП! На текущий момент ваш параметр КЭП составляет 91,6 % (+180 % — резерв артефакта Теневое сердце). Указанная величина, в режиме контрольного времени, соответствует интервалу 01:31:36 (+03.00.00 — резерв артефакта Теневое сердце).

Описание теневого навыка: оказывает ментальное воздействие на все разумные и неразумные сущности в радиусе 10 метров. При пробуждении функции Третий глаз, доступными для просмотра становятся характеристики и параметры других существ, с вероятностью нанесения низкоуровневым противникам ментального оглушения.

Ограничение 2 ступени теневого навыка Третий глаз: вероятность просмотра характеристик и параметров существ уровнем ниже вашего — от 20 % до 100 %, существ сходного с вами и более высокого уровня — менее 20 %.

Внимание! Вами использовано 80 свободных очков теневого развития!

Активирована 3 ступень теневого навыка Третий глаз… 03… 02… 01… Вам доступна активация теневой функции: Третий глаз, в любое время дня и ночи. Триггер пробуждения теневой функции: касание Кольцом Развития лба. (Условия активации 4 ступени: 160 очков теневого развития, Сила 7, Ловкость 8, Выносливость 8, Интеллект 9, КЭП 8).

Ограничение 3 ступени теневого навыка Третий глаз: вероятность просмотра характеристик и параметров существ уровнем ниже вашего — от 30 % до 100 %, существ сходного с вами и более высокого уровня — менее 30 %.

Внимание! При параллельном использовании нескольких теневых навыков, расход ограниченного параметром КЭП временного интервала возрастает пропорционально количеству одновременно задействованных навыков!

Для наглядного подтверждения случившихся за ночь немалых изменений, я шевельнул указательным пальцем кольцо по часовой, и перед глазами, сменив предыдущий лог, ожидаемо выстроился длинный перечень знакомых строк:

Ясновидящий Сергей Капустин

Общие характеристики:

Возраст — 18 лет

Рост — 172 сантиметра

Вес — 57,1 килограмма

Энерготип — Свет/Тьма 70/30, Порядок/Хаос 54/46

Отклик стихий — Воздух 72 %, Вода 23 %, Огонь 4 %, Земля 1 %

Открытых энергетических каналов — 9

Основные параметры:

Сила — 9 (90 %)

Ловкость — 10 (100 %)

Выносливость — 10 (100 %)

Интеллект — 14 (142,17 %)

Контроль энергетических потоков (КЭП) — 9 (91,6 %) / +180 % — резерв артефакта Теневое сердце

Теневые параметры:

Свободные очки теневого развития к распределению — 147

Уровень теневого тела — 30 (764/805)

Теневой бонус к Силе — 1569 (15,69 %)

Теневой бонус к Ловкости — 1866 (18,66 %)

Теневой бонус к Выносливости — 2173 (21,73 %)

Теневой бонус к Интеллекту — 270 (02,7 %)

Теневой бонус к КЭП — 8667 (86,67 %)

Свободные теневые бонусы к распределению — 128

Теневые навыки:

Владение воздушным копьем — активирована 5 ступень (Условия активации 6 ступени: 640 очков теневого развития, Сила 8, Ловкость 10, Выносливость 8, Интеллект 9, КЭП 10).

Разоблачение уязвимости — активирована 4 ступень (условия активации 5 ступени: 320 очков теневого развития, Сила 7, Ловкость 8, Выносливость 7, Интеллект 12, КЭП 9).

Целебный пот — активирована 4 ступень (условия активации 5 ступени: 320 очков теневого развития, Сила 8, Ловкость 8, Выносливость 9, Интеллект 9, КЭП 9).

Третий глаз — активирована 3 ступень (Условия активации 4 ступени: 160 очков теневого развития, Сила 7, Ловкость 8, Выносливость 8, Интеллект 9, КЭП 8).

Теневые умения:

Навигатор— активирован и доступен к немедленному применению.

Рывок — активирован и доступен к немедленному применению.

Призрак — активирован и доступен к немедленному применению.

Разряд — активирован и доступен к немедленному применению.

Больше всего, по понятной причине, меня здесь интересовала строка Энерготип. Соотношение Свет/Тьма снова сократилось, но в этот раз всего на одну единицу, что дарило надежду оставшуюся пару дней, таки, продержаться в свернутой аномалии, с дающим иммунитет к превращению в исчадье статусом «светлого». Второе же соотношение удивило со знаком минус. Отвоевывающий в течении двух предыдущих дней обратно свои позиции у Хаоса Порядок ночью дал сбой, уступив Хаосу единицу. И что-то мне подсказывает, что эта наметившаяся тенденция напрямую связана с проглоченным мною сердцем теневой твари.

— Ну че, поел? — оторвал меня от мрачных раздумий голос Серафимы. — Ладно, хорош уже мучить банку. Давай ее сюда.

Не дожидаясь моей реакции, спустившаяся вниз рука соседки цапнула с коленей консервную банку, содержимое которой я сократил от силы на треть, и последние пару минут, вместо того, чтоб есть, лишь делал вид, что ем, на самом деле лишь перемалывая вилкой несчастные сардины в кашу, и периодически отправляя в рот пустую вилку.

— М-да, ну ты, конечно, то еще едок. На вот, хотя бы, воды попей.

Мне на колени плюхнулась бутылка минералки. Пить, и вправду, хотелось люто, потому я тут же ее вскрыл и жадно к ней присосался.

— Че там у тебя? Энерготип-то, поди, уже проверил? — спросила Серафима, когда я вернул ей пустую бутылку.

— Свет за ночь просел еще на единицу.

— Всего-то! — фыркнула женщина. — Да ты, практикант, и впрямь у нас везунчик. Честно говоря, я ждала, что ухнется единиц на пять. Все мозги себе сломала, изобретая способ тебя отсюда до срока вытащить… А оно, вишь, как повернулось-то! За ночь всего на единицу… Невероятная удача! Если так пойдет дальше, появится шанс, что все утрясется само собой.

Искренняя радость женщины едва не спровоцировала меня выложить Серафиме все, как есть, на духу. И про странное поведение кукольника, заставившего вчера Марину проглотить трепыхающееся сердце тряхуна. И про симбиоз крестража с превратившимся в моем желудке в артефакт сердцем. И, наконец, о случившемся после этого, сегодня ночью, диалоге с темной сущностью.

«Не вздумай, идиот! Она не та, за кого себя выдает!» — окрик читающей мои мысли союзной сущности мгновенно прочистил мозги, не позволив признанию сорваться с языка.

«Эта сука уменье какое-то ментальное активировала, — продолжила Марину уже спокойней. — Я чувствую. Но против меня такие штуки не работают. Держись, Сергей! Не позволяй этой старой ушлой крысе запудрить тебе мозги!»

— Сережа, ты ничего не хочешь мне рассказать? — вдруг спросила соседка, словно почувствовав мое недавнее намерение, косвенно подтверждая этим свои вопросом предостережения Марины.

— Чего рассказать? — включил я дурочка.

— Ну, может, что-то с тобой случилось?

— Да что могло случиться-то? Я ж ночью спал здесь, рядом с тобой. А днем, сама говорила, все время был у тебя на глазах.

— Не знаю, может, сон тебе приснился какой-то странный?

— Фиг знает, мне, вроде, много че снилось. Но я, как проснулся, сразу забыл все.

— Так-таки и все?

— Да правда, блин… И, вообще, я не пойму, че за дурацкий допрос?

— Какой допрос, бог с тобой. Просто сидим, и беседуем о ерунде всякой, коротая минуты до рассвета, — ловко дала заднюю соседка, столкнувшись с решительным отпором, и тут же сменила тему: — Кстати, че-то мы с тобой, Сергей, и впрямь заболтались. А время-то уже осталось — всего ничего. Пора готовиться к старту.

Подавая пример, Серафима первой проворно вскочила на ноги и тут же стала убирать в бездонный карман свой складной стульчик. Я гораздо медленнее поднялся следом и, передав соседке подушку, стал энергично дрыгать руками и ногами, разминая их (насколько позволяла теснота убежища) перед грядущим стартом.

— Сегодня наша цель третий подъезд, — напутствовала Серафима. — Это вон тот, — даже рукой мне показала, для пущей наглядности, как дебилу.

— А сам бы я, типа, не догадался, что третий идет следом за вторым, в котором мы были вчера? — не удержавшись, фыркнул я в ответ.

— Поостри мне еще тут! — шикнула Серафима. — Все, секундная готовность. Сейчас озарится. Три… Два… Один… Ну че встал! Бегом марш! И ходу, практикант, ходу!

Интерлюдия 5

Линда в стильном розовом костюме бизнесвумен вошла в модный ресторан, и уверенной походкой зашагала к дальнему столику, где в одиночестве обедал импозантный мужчина в смокинге.

Двое плечистых молодцев, побросав вилки, мгновенно вскочили из-за столика по соседству и молча загородили дорогу незнакомой девице.

— Мне назначено, — ничуть не испугавшись грозного вида охраны, спокойно пояснила Линда.

— Ребята, пропустите, — подтвердил ее слова, властный голос сзади.

Так же ни слова не говоря, охранники вернулись за свой стол.

— Эдуард Семенович, — улыбнулась мужчине в смокинге Линда, опускаясь на стул напротив.

— Линда, — кивнул мужчина, отрезая кусочек стейка и отправляя мясо в рот.

— Приятного аппетита.

— Благодарю.

— Вы сделали, что я просила?

— Разумеется.

— И?..

— Не желаете отобедать? Здесь отменная кухня.

— Благодарю, я сыта. Извините, Эдуард Семенович, но у меня очень мало времени.

— Хорошо, — мужчина отложил нож с вилкой и вытащил из внутреннего кармана запечатанный конверт. — Как договаривались?

Линда достала из клатча смартфон и, пробежав пальцами по экрану, объявила:

— Я перевела деньги на ваш счет. Проверяйте.

— У что вы, Линда. Какие глупости. Разумеется, я вам верю, — улыбнулся мужчина и передал конверт.

— Посмотрите позже, — мужчина прервал порыв девушки тут же вскрыть покупку. — Линда, позвольте полюбопытствовать: чем вызван ваш внезапный интерес к свернутым аномалиям? Неужели дела так плохи, что вы собрались податься в сталкеры?

— Да ну бог с вами, Эдуард Семенович, — рассмеялась девушка, пряча конверт в клатч. — Просто прикупить хочу кое-что из добычи сталкеров. И намереваюсь сделать это из первых рук, в обход, так сказать, посредников.

— Что ж, в таком случае, можно считать, вам повезло. Один как раз возвращается на днях из аномалии.

— Да что вы говорите. Любопытно?

— Некая Серафима. Досье на нее приложено к моему отчету… Ну, как говорится, не смею вас больше задерживать. Удачи вам, Линда.

— Всего хорошего, Эдуард Семенович.

Девушка встала из-за стола и не оборачиваясь зашагала к выходу.

Глава 22

Я испытал острый приступ дежавю, когда в рассветных лучах выглянувшего из-за горизонта солнца вокруг нашего убежища снова в изобилии стали отрываться зеркальные порталы. Как и вчера, мы с Серафимой рванули наперегонки, и практически одновременно скрылись в подъездном проеме. Дезориентированные в первые секунды после портального переноса твари нас проигнорили, и мы снова благополучно спрятались в очередной пыльной квартире на первом этаже.

От начавшейся за окном грызни меня практически сразу же отвлекла Марина:

«Чтоб Серафима ничего не заподозрила, предлагаю передать управление телом мне.»

Еще чего! — мысленно возмутился я. — Вчера весь день в отключке провел. Хочешь и сегодня меня с первых минут вырубить?

«Теперь так не будет. Мы же…»

Нет — я сказал!

«Не тупи, Сергей, я ж как лучше хочу. Серафима ждет твоего преображения. И сильно удивится, если его не случится.»

Я что-нибудь придумаю.

«Ну, как знаешь…»

— Как самочувствие, практикант? — спросила Серафима, встревоженно вглядываясь в мое лицо.

— Все норм.

— Че-то ты у меня какой-то бледный совсем. Ну-ка дай руку, пульс проверю.

Не дожидаясь моего согласия, Серафима сама цапнула мою правую ладонь… И в следующее мгновенье меня тряхнуло, как от удара током. Но, вместо боли, сознание заполнила волна благостной эйфории. А перед глазами загорелись строки системного лога:

Внимание! Ваше Персональное Кольцо Развития поглотило энергосуть 0,9 уровня. Вам начисляется: 9 очков теневого развития, 3 теневых бонуса к Силе, 3 теневых бонуса к Ловкости, 5 теневых бонусов к Выносливости, 1 теневой бонус к Интеллекту, 6 теневых бонусов к КЭП.

Серафима! Это че за фигня! — возмутился я.

Вернее, попытался возмутиться. Потому как переставший повиноваться мне язык, озвучил совершенно иную фразу:

— Снова ты?

— Мариночка, я тоже рада нашей новой встрече, — расплылась в довольной улыбке Серафима. — Вчера мне понравилось работать с тобой. Надеюсь, и сегодня ты не обманешь мои ожидания.

Эй, а че происходит-то?.. Эй, ау! Я, вообще-то в сознании, и все слышу!

Но снова, вопреки моему желанию, рот-предатель вслух выдал чужую фразу:

— Куда ж я денусь-то, ты ж фиг от меня отвяжешься.

Марина, что за фокусы! — не сдавался я. — Ну-ка немедленно верни мне контроль над телом.

И в следующее мгновенье забытая на шее нитка артефакта вдруг резко натянулась, превратившись в убийственную удавку. Руки непроизвольно дернулись к шее, пытаясь ногтями выцарапать из бороды источник невыносимой боли, однако хрупкая некогда нитка вдруг оказалась прочной, как стальная струна.

«Я не могу, — простонал женский голос в голове. — Боюсь, если продолжу, это убьет наше тело.»

— Эй, ты че творишь, дура?! — возмутилась Серафима. — Ну-ка прекрати немедленно, маньячка малохольная!

Снова «разряд тока», эйфория и очередной системный лог:

Внимание! Ваше Персональное Кольцо Развития поглотило энергосуть 0,6 уровня. Вам начисляется: 6 очков теневого развития, 1 теневой бонус к Силе, 2 теневых бонуса к Ловкости, 4 теневых бонуса к Выносливости, 5 теневых бонусов к КЭП.

После встряски и последующего расслабления убийственное воздействие артефакта сошло на нет само собой.

Отходящее от удушья тело согнулось в хриплом кашле. Я же, сатанея от вынужденной беспомощности, стал высказывать предъявы своей тюремщице:

Дрянь! Серафима, какая ж ты, оказывается, двуличная дрянь! Мне все уши прожужжала о вреде поглощения энергосути, и сама же второй раз уже пичкаешь меня этим дерьмом, причем с интервалом меньше пяти минут.

Но меня, увы, по-прежнему никто не слышал.

— Очухалась, суицидница? — встряхнула меня за плечи Серафима, когда удушливый кашель подутих.

— Да, все нормально, — откликнулась Марина.

— И че на тебя вдруг накатило-то? Ведь вчера еще о сотрудничестве договорились. Или за ночь случилось чего?

Я невольно напрягся после последнего вопроса, ожидая, что порабощенная амулетом подавления Марина сейчас начнет каяться. Но моей союзнице удалось выкрутиться:

— Конечно стряслось — впервые за много-много дней я ночью не охотилась, а спала.

— Ну и чего ж ты тогда сейчас пыталась доказать?

— Да пошла ты!

— Другой разговор. Узнаю вчерашнюю напарницу… Так, клиенты наши, кажись, начинают разбегаться по подъездам. Пора и нам, подруга, выдвигаться… Ну че, милая, поработаешь, как вчера, на карман тети Серафимы?

— Чтоб ты сдохла!

— И я тя тоже люблю. Ну, погнали…

Глава 23

Охотничья удача улыбнулась нам уже в соседней квартире.

Бесшумно вскрыв замок и чуть-чуть приоткрыв дверь, Серафима тут же ко мне развернулась и едва слышно выдохнула:

— Царусы.

Семью оттопыренными пальцами на обеих руках она обозначила количество забравшихся в квартиру теневых тварей. И, отступив в сторону, широким жестом предложила мне самостоятельно разобраться с низкоуровневыми «зубастиками».

Через слишком узкую дверную щель невозможно было ничего разглядеть внутри квартиры. Потому, перво-наперво я, разумеется, решил активировать Навигатор.

И в очередной раз жестоко обломался. Ведь хозяйкой моего тела сейчас была темная сущность, а у Марины имелась своя, гораздо более рискованная, стратегия охоты на царусов.

Вместо Навигатора, она активировала Призрак. И появившаяся полупрозрачная копия моего тела легко просочилась через узкую дверную щель.

Картинка у меня перед глазами тут же словно раздвоилась. В одной половине остался знакомый тамбур, с затаившейся чуть сбоку Серафимой, и рядом появилось изображение квартирного коридора, по которому, не оставляя следов на пыльном полу, призрак неспешно побрел в сторону до дрожи знакомого многоголосого шипенья.

Стайка, вероятно, только-только забравшихся через открытую форточку в квартиру царусов как раз обустраивалась на широкой кровати бывших хозяев. Шипя и наскакивая друг на друга, твари яростно выясняли отношения, в борьбе за лучшие места на целом еще матрасе, когда на пороге спальни вдруг беззвучно нарисовалась полупрозрачная человеческая фигура. Пушистые «зубастики», следует отдать им должное, мгновенно среагировали на вторжение постороннего на их территорию. Склоки и шипенье непосед-царусов тут же как отрезало. А стоило призраку сделать еще шаг внутрь комнаты, как семь белоснежных молний, распластавшись в стремительных прыжках, атаковали незваного гостя.

Но когти и зубы царусов, разумеется, не смогли нанести ущерб бестелесному призраку. Семь теневых тварей бесполезно проскочили свозь врага, не оставив на его воздушном теле ни единой раны, и запущенный Мариной фантом продолжил неспешное продвижение внутрь спальни.

Ничуть не обескураженные первым промахом твари, оттолкнувшись от противоположной стены, тут же повторили массовую атаку. Опять, разумеется, не преуспели. Но настырности не очень умным, но упертым, царусам было не занимать, и стая атаковала снова… Пока призрак доковылял до середины спальни, белесые молнии пронзили его тело с разных сторон пять раз подряд.

А дальше Марина активировала Рывок, и двойная картинка у меня перед глазами тут же слилась одну — исчезло изображение тамбура, и я очутился в спальне на месте призрака.

Все это случилось для меня так неожиданно стремительно и было столь чудно и непривычно, что окажись в сей роковой момент тело под моим контролем, весьма вероятно, я б не успел увернуться от очередной слаженной атаки стаи прыгучих «зубастиков». Но, к счастью, тело по-прежнему контролировало бывшее исчадье, и Марина прекрасно знала: в какую сторону необходимо метнуться в следующую секунду, чтоб избежать болезненного контакта с зубами и когтями тварей.

Я и не предполагал, что способен так прогибаться, когда откинувшись назад практически коснулся шевелюрой пола, при этом каким-то чудом умудрившись не только устоять на ногах, но и активировать в руке воздушное копье.

Снова время вокруг многократно замедлилось, словно превратившись в вязкий, тягучий кисель. И я отчетливо увидел, как пролетевшие в сантиметрах над моим животом царусы, цирковым кульбитом синхронно развернулись на подлете к стене и, оттолкнувшись от нее мощными задними лапами, снова всей стаей прыгнули на меня. В полете твари азартно щелкали зубастыми челюстями и остервенело рубили воздух растопыренными когтями передних лап — брр, жуткое зрелище.

Одновременно с новой атакой стаи мое тело начало подниматься с «мостика», параллельно боковым скачком смещаясь в сторону, и из такого кривого, неуклюжего положения Марина каким-то чудом изловчилась еще выстрелить копьем навстречу летящим царусам.

Одна из тварей насадилась на голубое острие копья, как кусок мяса на шампур. И по тому, как забился в агонии царус на пробившем его насквозь длинном наконечнике, стало понятно, что он точно больше не жилец.

Остальные шестеро зубастых пушистиков вновь проскочили мимо, лапа ближайшего почти дотянулась когтем до моей груди. Но, как говорится, почти — не считается.

Период замедления закончился, и в режиме реального времени стремительные мгновенья боя замелькали перед глазами с чудовищной быстротой.

Махнув копьем вдогонку просвистевшей мимо стае, Марина отправила в спины царусам сорвавшийся с наконечника труп самого невезучего из «зубастиков». И этот снаряд, как шар в боулинге, разметал выверенный до миллиметра порядок оттолкнувшихся для очередного прыжка «зубастиков».

Мертвая тварь сбила четверых из шести царусов. И вместо слаженной атаки стаи на сей раз в мою сторону выстрелила лишь куцая пародия на атаку, всего из пары «зубастиков».

Теперь Марина и не подумала уклоняться от летящих на нее тварей, напротив, метнулась навстречу царусам и, вскинув перехваченное за середину древко копье, ловко припечатала закрученными винтом концами по оскаленным мордам «зубастиков».

Царус, словивший промеж глаз лезвие наконечника, с разрубленной башкой сдох мгновенно, второму «зубастику», с разбитой в кровавое месиво мордой, пришлось еще какое-то время помучиться в конвульсиях на полу, пока в плотном графике Марины не открылось окно для окончательного умерщвления страдальца милосердным ударом наконечника.

Собственно, на этой последней атаке пары царусов как таковой бой фактически и закончился. Дальше инициативой полностью завладела Марина, и уже она гоняла по комнате ошеломленных столкновением «зубастиков». Заметавшиеся между стенами спальни царусы не догадались вовремя сбежать в коридор, и длинное копье позволило Марине хладнокровно перебить по очереди всех противников, доставая их даже в дальних углах под потолком.

— Ай, молодца, — похвалила мою союзницу появившаяся на пороге комнаты Серафима.

И сейчас я полностью был с ней согласен, признавая, что сам так же лихо с царусами точно б не справился. И в лучшем случае победа далась бы мне ценой многочисленных порезов и укусов, а в худшем — «зубастики» сами могли закусать меня до смерти. Марина же, в моем теле, не только справилась с поставленной задачей, но умудрилась выйти из схватки с невероятно быстрыми и смертельно опасными царусами без единой царапины.

— Вчера ты действовала не так уверенно. А сегодня — просто на загляденье, — продолжала меж тем рассыпаться в похвалах Серафима. — Никакой суеты. Все четко и ровно. И каждый удар смертелен… Впрочем, оно и понятно. Сергей изрядно укрепил за ночь ваше тело, подняв уровень до тридцатки… Мариша, ты, кстати, не в курсе, что там за навык ему прилетел?

— Да пошла ты, — фыркнула Марина моим голосом.

— Ну да, откуда тебе знать, — рассмеялась Серафима. — Передохнула?.. Ну, пошли тогда дальше.

Подстегнутый напоминанием, я тут же захотел проверить возможности Третьего глаза и, забывшись, попытался коснуться кольцом лба. Но непослушное тело в очередной раз проигнорило мою команду и покорно зашагало следом за Серафимой к выходу из квартиры.

Марин, ты меня слышишь? — попытался мысленно достучаться до соседки. Но ответа, увы, не получил… Видимо, лошадиная доза поглощенной кольцом энергосути временно нарушила наш ментальный контакт, и теперь, хочу я того или нет, какое-то время мне придется довольствоваться лишь ролью немого зрителя.

Третья квартира в правом секторе первого этажа оказалась пустой, как и первая. И Серафима через пустую лифтовую площадку перевела свою марионетку на левую сторону.

Еще через минуту выяснилось, что слева все три квартиры оказались необитаемыми. Проверка первого этажа закончилась, и пришло время выбираться на лестницу, с нижних площадок которой даже через плотно запертую дверь доносилось порыкивание обосновавшихся там бестий.

— Одна бестия прям тут, развалилась шагах в четырех от порога, — стала шепотом инструктировать Серафима, беззвучно приоткрыв лестничную дверь и мгновенно просканировав Навигатором верхние этажи. — Еще три на втором. Пять на третьем. И пара на четвертом. Выше только царусы. Но их стаи обосновались начиная с седьмого и выше. Серьезных тварей на лестнице пока что, вроде, не видно.

— Ага невидно ей, — фыркнула Марина. — А потом страшилища здоровенные со спины наскакивают.

— Не бздой. Я прикрою.

— Да пошла ты!

— Мне нравится твой боевитый настрой. Ну, погнали!..

На этот раз Марина обошлась без активации Призрака. Метнувшись в распахнутую Серафимой дверь, временная хозяйка моего тела тут же пригвоздила к полу заранее призванным копьем бестию, не позволив последней даже обернуться на стремительное движение за спиной… И наблюдая в своем исполнении этот неотразимый удар, я невольно поразился, что ранение в спину твари оказалось смертельным. Все случилось так четко, будто удар пришелся аккурат в точку уязвимости, подсвеченную моим навыком Разоблачение уязвимости. Но прикол в том, что навык-то в момент нанесения удара не был пробужден, и уязвимости на теле твари не подсвечивались, но, тем не менее, Марина нанесло бестии всего один удар (ни разу не в сердце, и не в голову), который с какого-то перепуга оказался смертельным.

В памяти невольно всплыло: как несколькими минутами ранее союзница с одного удара точно так же без шансов наповал разила и царусов. После чего очевидный вывод сложился в голове сам собой: либо бывшее исчадье на интуитивном уровне угадывало положение жизненно важных органов в телах теневых тварей, либо Марине все это время просто фантастически везло.

«Не то, и не другое, — неожиданно раздался в голове знакомый женский голос. — Я их энергосуть сердцем чую.»

А, ну конечно, у тебя ж симбиоз с теневым сердцем, — откликнулся я, обрадовавшись окончанию наложенной Серафимой блокады.

«Это че-то чересчур мудрено ты сейчас завернул,» — хмыкнула союзница.

Так это не я, а Система… — начал было я объяснять. Но тут же был перебит недовольным брюзжанием из-за спины.

— Че встала-то? Пинка для скорости ждешь? Наверху тебя, с нетерпением, дожидается еще десяток таких же образин.

— Да пошла ты! — в своей коронной манере огрызнулась Марина.

— Марш вперед, сучка. И смотри у меня, чтоб без фокусов! Иначе…

Шею снова сдавила крепкая, как струна, нитка. К счастью, в этот раз пытка удушьем продлилась не долго — пара секунд и все кончилось.

Растирая помятое горло, Марина покорно зашагала по ступеням первого лестничного марша. Союзница тут же на ходу активировала Призрака, и моя полупрозрачная фигура бесшумно рванула вверх со значительным ускорением.

Картинка перед глазами уже привычно разделилась. И в пару секунд добежавший до второго этажа призрак, с разгона буквально наступил на тушу развалившейся поперек выхода на площадку бестии.

Оскорбленная теневая тварь, хоть и не почувствовала физического ущерба от человеческой ноги, обиженно взревела и попыталась цапнуть «меня» за голень. Но длинные зубы бестии, разумеется, бестолково лязгнули друг о дружку, не встретив сопротивления призрачной плоти.

На рык товарки и щелчок вхолостую сработавших челюстей обернулись еще две кабано-подобные твари со зловеще багровыми шкурами. И через секунду все три бестии, вскочив на ноги, с яростным рычаньем рванули на призрака, беспечно остановившегося в середине лестничной площадки.

После чувствительного столкновения пятаками, трое ошарашенных неудачей бестий разлетелись в стороны. И активировавшая Рывок Марина, оказавшись на месте призрака с готовым к бою копьем в руках, тремя стремительными ударами подвела итог скоротечной схватки.

— Ишь ты шустрая какая, — донесся с лестницы довольный голос Серафимы.

— Да пошла ты, — привычно огрызнулась Марина, запуская навстречу сбегающим с верхних площадок тварям очередного призрака.

Картинка перед моими глазами в очередной раз привычно раздвоилась…

Глава 24

С остальными бестиями Марина разобралась так же играючи, как и с первой четверкой… Кстати, во время истребления Мариной бестий, на шум схватки сверху не спустилось ни единого царуса, хотя несколько стай там точно было — Серафима обмолвилась об этом. Из чего я сделал вывод, что лестничная территория была строго поделена между враждующими видами теневых тварей. И нижние этажи здесь принадлежали бестиями, верхние же являлись вотчиной царусов. Получалось, строго чтя нейтралитет, в чужие владения ни бестии, ни царусы предпочитали вообще не совать своего носа.

Снова пообщаться с союзницей в конце скоротечного боя мне помешала Серафима, которая, хваля сноровку вновь проявившей себя на высоте Марины, незаметно приложила к моему кольцу очередную порцию энергосути… Толчок прокатившегося по телу разряда эйфории. И бинго, блин! Я снова оказался в изоляции, наедине с видимыми лишь мне ненавистными строками системного лога:

Внимание! Ваше Персональное Кольцо Развития поглотило энергосуть 0,8 уровня. Вам начисляется: 8 очков теневого развития, 2 теневой бонус к Силе, 2 теневых бонуса к Ловкости, 5 теневых бонуса к Выносливости, 1 теневой бонус к Интеллекту, 6 теневых бонусов к КЭП.

Ну что за гадство!..

Пока я шипел в бессильной злобе, изолированный барьером энергосути в собственном сознании, Серафима снова повела свою покорную марионетку на зачистку квартир.

Еще пару стай царусов удалось обнаружить в двух квартирах на втором этаже. Зато на третьем все шесть квартир оказались с наглухо запертыми окнами и, как следствие, остались необитаемыми. На четвертом в еще одной из квартир Марина извела очередную стайку «зубастиков», а в последней на этаже квартире союзнице неожиданно выпал шанс сразиться с невесть как забравшимся на такую верхотуру тряхуном.

Наблюдение в режиме онлайн за боем с юркой и чрезвычайно опасной лягушкой-переростком изрядно помотало мне нервы.

Что с хитрой и обладающей зачатками интеллекта теневой тварью не получится разобраться так же легко, как с царусами, стало понятно с первых секунд схватки, когда затаившийся на люстре в гостиной тряхун напрочь проигнорил появление в комнате традиционно посланного на разведку призрака. Но как только, активизировав Рывок, союзница в моем теле во плоти материализовалась на месте призрака, встрепенувшийся тряхун мгновенно атаковал, ударив длинным языком на опережение.

Марина чудом успела закрыться копьем, и это неожиданно сработала против шокера. Принятый на древко электрический разряд практически целиком ушел в сухую деревяшку, лишь чутка ее обуглив, и все. До удерживаемой копье руки добрались лишь самые крохи вложенной в удар мощи. Союзницу тряхануло гораздо слабее даже, чем при поглощении энергосути.

Но и ответная контратака Марины не достала противника. Нацеленный в тварь наконечник копья лишь вдребезги разнес один из трех плафонов люстры, а укрывавшийся за ним тряхун розовой молнией метнулся на крышу соседнего шкафа. И, оказавшись на новом месте, снова выстрелил длиннющим языком.

Однако и Марина не стояла на месте, успела скакнуть в сторону, и живой электрошокер пронзил пустоту в ладони от моего локтя.

Снова удар копьем мимо цели, в пустоту над шкафом, где мгновеньем раньше была юркая тварь. Тряхун же, метнувшись обратно на покалеченную люстру, в ответку, стрельнул сверху вниз языком, метя мне в голову.

Марина чудом успела отшатнуться в последний момент. Волосы у меня на голове невольно встали дыбом, наэлектризованные просвистевшим в считанных сантиметрах искрящимся шокером.

А потом выброшенное, казалось бы, наудачу копье, в противоположную от шкафа сторону, неожиданно загарпунило юркую тварь в очередном прыжке. И вот хоть убейте меня — не пойму, как Марина догадалась, что, вместо шкафа, на этот раз тряхун решит прыгнуть на дверь. Впрочем, как бы то ни было, но факт остается фактом: союзница угадала и не промахнулась.

Пробитая на вылет теневая тварь сдохла так же быстро, как обычный царус.

Появившаяся через секунду на пороге Серафима похвалила марионетку за красивый бой и в награду «оглушила» очередной порцией эйфории… Мое беспросветное заточение продолжилось.

Далее, вместо похода на пятый этаж, где, как я догадывался, на лестнице начиналась нейтральная полоса между враждующими группировками бестий и царусов, Серафима повела марионетку обратно вниз. И, начиная с квартиры первого этажа, занялась собором ртутных капель энергосути, выпавших из схлопнувшихся уже к тому времени трупов теневых тварей…

Сбор посмертных трофеев с царусов и бестий не открыл мне ничего нового. И там, и там стандартные ртутные капли — короче, скучная рутина. А вот останки высокоуровневого тряхуна принесли неожиданный сюрприз. Здесь, кроме ртутной капли энергосути (раза в три, кстати, большей, чем выпадали из останков царусов и бестий), обнаружился еще голубой ромбовидный кристалл, который Серафима заграбастала в первую очередь. По тому, с каким проворством она это сделала (словно опасаясь, что кто-то может ее опередить), я понял, что этот трофей на порядок ценнее обычной энергосути. Увы, отрезанный блокадой даже от общения с союзницей, я был лишен возможности поинтересоваться: что это такое? Заменяющее же меня в теле бывшее исчадье охоче было лишь до сражений с тварями, а такое мелочи, как ценные трофеи из останков поверженных врагов, Марину, увы, ничуть не интересовали.

Закончив сбор трофеев с первых четырех зачищенных этажей, Серафима дала добро на продвижение выше. И запущенный Мариной призрак снова первопроходцем отправился «дразнить гусей»…

Истребление с наскока первой стаи царусов, как и ранее с бестиями, произошло до смешного просто. Как и обещала Серафима, это случилось на площадке седьмого этажа. На несколько секунд «зубастикам» была предоставлена счастливая возможность безнаказанно рвать зубами и кромсать когтями замершую в середине этажной площадки призрачную фигуру. А когда царусы, утомившись от череды бесполезных попыток, привыкли к присутствию призрака и перестали остервенело атаковать его всей стаей, Рывок переместил на место призрака охотника воплоти, и серией стремительных уколов Марина тут же перебила всех «зубастиков».

Выстоять в навале еще трех стай с верхних этажей, последовавшем после истребления царусов на седьмом, Марине удалось с большим трудом. Из-за обилия вдруг навалившихся противников, даже молниеносная реакция бывшего исчадья не всегда успевала уберечь тело от болезненных касаний царусов, разом атакующих со всех сторон. Неуязвимое доселе, теперь (особенно в первые секунды навала) тело стало густо покрываться полосами царапин и следами глубоких укусов. В основном страдали руки. Правую твари стремились зацепить, потому что в ней было зажато опасное для них копье, а левой доставалось не меньше, потому как ей Марина прикрывала от зубов царусов горло.

Но и союзница, разумеется, не оставалась в долгу. На максимум задействовав свой боевой потенциал, она вертела копьем, как пропеллером, ежесекундно сбивая на лестничные ступени по твари. И параллельно то и дело рывками перемещалась на несколько метров вверх-вниз по ставшему ареной сражения лестничному маршу, выскакивая таким незамысловатым макаром из мощных челюстей царусов, бульдожьей хваткой цеплявшихся за разные части тела.

Растянувшаяся почти на минуту схватка закончилась, разумеется, очередной победой бывшего исчадья. Но добивая последнего врага Марина сама уже шаталась от усталости, с трудом удерживаясь на дрожащих ногах.

Все мое тело было залито кровью своей и чужой буквально с головы до пят. Одежда превратилась в лохмотья. И сквозь десятки прорех многочисленные царапины и укусы фонили такой болью, что даже терпеливая союзница, не в силах сдержаться, теперь мучительным стоном сопровождала каждое самое незначительное движение.

В пылу схватки, из-за адреналина, боль от ран притуплялась, но СЕЙЧАС… Я в своей изоляции, когда адский ад мелькающих здесь и там зубов и когтей наконец прекратилась, и отложенная до победы боль заявила о себе в полную мощь, просто заорал благим батом, на чем свет стоит костеря и Серафиму, и Марину. Одну за то, что отправила марионетку в одиночку биться с полчищем «зубастиков». А вторую — что, блин, рада стараться, маньячка фигова.

«Сергей, потерпи, сейчас должно стать легче», — неожиданно раздался в голове усталый голос Марины.

Видимо, случившийся болевой шок разблокировал наш ментальный канал связи. Ну хоть какая-то польза от жутких страданий…

И действительно боль в сплошь изрезанных руках и лице, и на частично разодранных ногах, боках, спине и животе, сразу стала заметно тише.

Это как ты?.. — не договорив (мысленно, разумеется), я сам догадался как, почувствовав побежавшие по коже ледяные капли целебного пота.

«Облегчение приходит само собой, когда мне очень плохо», — ответила союзница.

Вон оно как, значит, Марина тоже может применять мои навыки. А, впрочем, чего это я туплю-то, ведь она с самого начала использует в бою воздушное копье, а это ж тоже навык. Выходит, она может ими пользоваться, но происходит у нее это спонтанно, само собой, когда сильно припечет, и очень надо.

Марин, а попробуй… — я снова замолчал не договорив, осознав вдруг, что понятия не имею, в какой ситуации у нее мог бы самопроизвольно открыться Третий глаз… Или не заморачиваться, и просто попросить ее дотронуться кольцом до лба. А че, вдруг прокатит?

«Что попробовать?» — уточнила союзница.

Но ответить ей я уже не успел.

— Ох ты ж ё-моё, — раздался с заваленного трупами «зубастиков» лестничного марша голос Серафимы. — Славно ты их тут намесила… Ага и тебе, гляжу, в этот раз прилетело. Ладно, не криви рожу-то, добрая тетя Серафима ща поможет.

Дальше моя правая ладонь снова оказалась в цепких лапищах женщины-горы, и через мгновенье тело прошило разрядом снимающей усталость эйфории. А перед глазами загорелись строки очередного, фиг знает какого уже по счету, системного лога:

Внимание! Ваше Персональное Кольцо Развития поглотило энергосуть 1,1 уровня. Вам начисляется: 11 очков теневого развития, 4 теневых бонуса к Силе, 3 теневых бонуса к Ловкости, 7 теневых бонусов к Выносливости, 1 теневой бонус к Интеллекту, 7 теневых бонусов к КЭП.

Гадство! Я снова оказался в изоляции.

— Чуток побольше дала тебе сейчас, чем обычно. Можешь не благодарить. Заслужила.

— Да пошла ты!

И на этот раз я был полностью солидарен с союзницей.

Глава 25

Квартиры с пятого по седьмой этаж порадовали отсутствием тварей. И за полчаса поочередного вскрытия и сканирования их Серафимой, оставаясь все это время не у дел, благодаря бесперебойному воздействию на организм Целебного пота, мое избитое тело пришло практически в норму — царапины и укусы затянулись, гематомы рассосались, усталость отступила. Даже Серафима, являющаяся невольной свидетельницей бурного исцеления своей марионетки, при переходе с седьмого этажа на восьмой, не удержавшись, позавидовала наличию у меня столь полезной абилки.

— Это ж до какой ступени у него целебный навык прокачен? — пробормотала поднимающаяся следом за марионеткой женщина.

— А я почем знаю, — буркнула, не оборачиваясь, Марина.

— Это был риторический вопрос.

— Да пошла ты.

На левой половине восьмого этажа три квартиры снова оказались необитаемыми, с наглухо задраенными окнами. Зато в первой же квартире с правой стороны нас поджидал сюрприз. Да еще какой!

Едва щелкнул замок отпираемой отмычкой двери, как внутри квартиры чем-то отчетливо пшикнули, и стало понятно, что трехкомнатная жилплощадь кем-то прихватизирована, еще до произведенного Серафимой сканирования.

— О да! — расплылась в широкой улыбке начальница, отпрянув от микроскопической щели. — Не показалось. Это он и есть!

Да кто, блин, он-то? — изнывал я рядом от любопытства.

Но, увы, очередная порция энергосути, «скормленная» кольцу Серафимой всего пару минут назад, лишила меня контакта с темной сущностью. Сама же Марина приступами любознательности не страдала, и, что там такое-эдакое обнаружила «толстуха» за дверью, ей было фиолетово.

К счастью, Серафиму так разобрало от долгожданной находки, что, не в силах сдержать эмоции, и без наводящих вопросов, она зашептала на ухо марионетке сбивчивые объяснения:

— Там затаился курильщик. Он в гостиной — это вторая дверь по коридору справа. С ним тебе не справится. Потому в этот раз я буду биться первым номером. Твоя задача появиться ровно через десять секунд, с начала нашего боя. И хоть на мгновенье отвлечь теневую тварь на себя. Это понятно?

— Угу.

— Ну и чего тебе понятно?

— Да пошла ты!

— Заткнись, сука, — цапнув Марину за грудки, Серафима легко, как пушинку, оторвала тело марионетки от пола и тряхнула так сильно, что во рту клацнули зубы.

— Игры кончились, — продолжила женщина, опуская помятую тушку на пол. — Противник реально серьезный. Потому сейчас давай-ка без выкрутасов. Я задаю вопрос — ты отвечаешь строго по делу. Усекла?

— Да.

— Так что тебе понятно?

— Захожу в квартиру через десять секунд после тебя. И отвлекаю на себя тварь.

— Не вступаешь с курильщиком в бой, а появляешься на секунду, и тут же со всех ног валишь обратно сюда, на площадку.

— Как скажешь.

— Чтоб ты до конца прониклась пониманием момента, прежде чем начнем, пожалуй, я расскажу тебе немного о курильщике. Эта тварь очень осторожна. Нападает всегда из личного убежища, в котором она практически неуязвима. Настолько, что твои приятели исчадья накануне ночью не смогли почуять присутствие курильщика в этой квартире. Хотя тварь уже здесь была, потому-как я увидела в окне ее отраженное в лунном свете облако…

Я тоже! — поддакнул я, припомнив померещившееся мне белесое пятно в окне многоэтажки. Но моего комментария, разумеется, никто не услышал, и Серафима продолжила просвещать марионетку:

— …Атаковать своих жертв курильщик предпочитает дистанционно. С помощью кислотного облака — частое появление которого возле убежища твари, собственно, и послужило причиной получения курильщиком своего прозвища. Своим облаком тварь владеет даже лучше, чем ты копьем. А учитывая, что там, вместо стали и дерева, крайне едучая кислота, вообрази, как он опасен… Как уже сказала, я пойду первой. И намеренно подставлюсь по удар кислотного облака. У меня имеется средство, позволяющее на несколько секунд заблокировать разрушительное действие кислоты. Я заставлю курильщика поверить, что пала жертвой его удара. Тварь выберется из убежища, чтоб затащить в логово добычу — и это наш единственный шанс выманить курильщика из скрыта. Десяти секунд мне будет более чем достаточно, чтоб, изобразив жертву, привлечь курильщика. Дальше на пороге комнаты внезапно появишься ты. Курильщик отвлечется, перенаправив облако на тебя. Я тут же перестану изображать жертву и атакую… Короче, постарайся, чтоб в конце он тебя не достал, за это Сережа тебе потом ба-а-альшое спасибо скажет. А потом я прихлопну тварь, и будем почивать на лаврах.

Убедившись, что Марина прониклась серьезность момента, и в ключевой момент не замедлит с появлением, Серафима приоткрыла дверь и, с неожиданной для ее мощного тела грацией, скользнула внутрь квартиры. Бывшее исчадье в моем теле осталось в тамбуре и, как научила начальница, шепотом начало размеренный отсчет секунд.

— И раз, и два, и три…

За дверью послышался грохот, сопровождаемый испуганным визгом Серафимы. Это мракобесие продлилось секунды три, и снова внутри все стихло.

— …и восемь, и девять, и десять, — ни разу не сбившись, спокойно закончила отсчет Марина и, призвав копье, шагнула в повторно открытую дверь.

Через секунду бывшее исчадье бесшумно переместилось на порог гостиной, где моему взору открылась картина нешуточного разгрома. Опрокинутый шкаф, с грудами вывалившихся с полок книг, громоздился на покосившемся, из-за сломанной ножки, столе. Отброшенный от стены перевернутый диван лежал в середине комнаты, и от его почерневшей местами обивки к потолку поднимался вонючий сизый дым. Скрючившаяся в позе эмбриона Серафима обнаружилась в дальнем от входа углу. Женщину окутывало плотное облако белесого тумана, от контакта с которым почернели и местами облезли до штукатурки обои вокруг пленницы. Судя по тому, как судорожно ее колотило в белом мареве, сейчас Серафиме было очень хреново. А напротив своей жертвы, сразу за диваном, возвышаясь практически до самого потолка, стоял жуткий уродец, с тонким, как швабра туловищем, без рук, но на трех ногах, и со здоровенной, как переспелый арбуз, башкой, непонятно каким чудом удерживающейся так высоко на столь тщедушном теле. Пленивший Серафиму туман струился из раззявленной клыкастой пасти чудовища, и впрямь очень похоже имитируя процесс выдыхания курильщиком табачного дыма.

Привлекая к себе внимание, Марина чиркнула копьем по деревянному дверному косяку, и высокая тварь среагировала на звук за спиной быстрее пули.

Я даже не уловил момента ее поворота. Вот только что курильщик стоял к нам спиной, и — бац! — он уже с лютой ненавистью пялится на нас щелями угольно-черных, без намека на белок, глаз. А вырывающийся из широкой безгубой пасти белесый вихрь с головой накрывает только-только начавшую разворачиваться Марину.

Тут же жгучая, как кипяток, волна боли захлестнула мой разум. В глаза будто воткнули по раскаленной спице, и я ослеп.

Серафима — гадина! — как же подло ты нас обманула. Ведь, наверняка, знала, что мое тело физически не способно сбежать от столь стремительного противника.

Спасаясь от кислотного тумана, я скакнул в сторону (в тот момент тело вдруг снова начало слушаться моих команд, но это я осознал уже потом, а тогда мне было на это плевать, я лишь отчаянно пытался выжить в кромешном аду), врезался во что-то типа очередного книжного шкафа, но даже не почувствовал боль от удара, потому как боль эта оказалась сущим пустяком, на фоне намертво прилепившегося к телу кокона кислотной БОЛИ.

Вслепую заметавшись из стороны в сторону, я о что-то то и дело ударялся, что-то сшибал, и в какой-то момент вдруг оказался на краю обрыва. Не устояв на ногах, через мгновенье рухнул в многометровую яму, которой, разумеется, никак не могло оказаться в квартире современной многоэтажки.

— Нет! Стоять! Нельзя! — ударил по ушам отчаянный крик Серафимы, когда я летел вниз.

Усиленный болевом шоком удар о твердый, как камень, пол меня доконал, и, потеряв сознание, я наконец отключился от адского трэша.

Глава 26

Мое возвращение в реальность было ужасно.

Все тело горело огнем, будто я очутился в сауне, разогретой градусов до двухсот, и немедленно выскочить (вернее, в теперешнем своем состоянии, скорее, выползти) из этой адовой жаровни не было ни малейшей возможности, потому как беспрерывно слезящиеся глаза, вместо помещения и окружающих предметов, различали вокруг лишь расплывчатые пятна, в узком спектре мрачных тонов от светло-серых до чернильно-черных. Оставаясь практически слепым, я банально не видел выхода из окружающей душегубки.

С губ, помимо воли, сорвался мучительный стон. Ответом на который тут же стало сердитое шипенье союзницы:

Тццссс!

Где я? — послал мысленный запрос Марине, принимая правила игры.

В убежище, — раздался в голове лаконичный ответ усталым женским голосом.

Меня Серафима что ли на горбу притащила? Нифига не помню. Че вообще дальше-то было, после того как я отрубился? И почему здесь вдруг стало так просторно? — продолжил я задавать вопросы.

Ты не понял, Сергей. Ты сейчас не в убежище толстухи, а в убежище курильщика, — огорошила союзница.

От шокирующей новости я даже забыл о боли и, рывком оторвав спину от пола, прохрипел вслух:

— Как это курильщика?

Тццссс! — тут же снова рассерженной кошкой зашипела Марина. — Ночь на дворе. По дому исчадья бродят. Хочешь, чтоб нас тут застукали?..

Где-то снаружи вдруг раздался треск ломаемой двери.

Все, млять, пипец, накликал гостя дорогого… Сейчас сиди тихо, как мышь! И даже думать ни о чем не смей!

Марина замолчала. У меня же от стресса вдруг на несколько секунд прояснилось зрение, и я обнаружил себя сидящим внутри довольно просторного бочкоподобного сооружения, с сиреневыми стенами из непонятного гладкого, как кожа, но твердого, как камень, материала. А через единственный наружный выход отсюда открывался роскошный панорамный вид на залитую лунным светом знакомую разгромленную гостиную.

Я увидел, как на порог комнаты из тьмы коридора бесшумно вынырнул темноволосый парень, примерно моих лет, с черными в ночи потеками свежепролитой крови на обнаженном теле.

По-птичьи скосив голову набок, исчадье замерло на пару секунд на месте, к чему-то явно прислушиваясь. Потом крадущейся походкой незваный гость скользнул внутрь гостиной, и его загоревшиеся в ночи, как угли костра, глаза стали неспешно осматривать каждый уголок комнату. Что-то мне подсказывало, что сейчас этому пронзительному взгляду чудовища в человеческом обличии было доступно содержимое даже закрытых шкафов.

Когда огненные глаза исчадья добрались до моего смотрового окна, я невольно зажмурился, в ожидании неминуемого разоблачения.

Но прошла секунда, другая…

Все, можешь выдыхать. Он ушел, — раздался в голове голос Марины.

И только после ее слов я заметил, что сидел все это время, с момента обнаружения на пороге гостиной исчадья, затаив дыханье.

Беззвучно выдохнул, и так же плавно вздохнул.

Что, проняло? — хмыкнула союзница. — А ты молодец, не дрогнул, справился.

Я снова распахнул глаза. Но, увы, увидел опять лишь смутные серо-черные пятна.

Исчадье уже далеко, можно разговаривать. Но только мысленно, разумеется, — подбодрила Марина.

Почему исчадье меня не тронул? Он же глядел прямо на меня? — я тут же отправил в ответку мучивший меня вопрос.

Он не мог увидеть тебя в этом убежище даже пристальным взглядом. Только если б ты раскрыл свое присутствие каким-нибудь шумом или сильным эмоциональным выплеском. Но ты затаился и, не шелохнувшись, досидел до конца.

После объяснения союзницы страх окончательно развеялся, и тут же снова навалилась лютая боль. Стиснув зубы, я кое-как переместил руку с кольцом под мышку и, ощутив побежавшие по спине ледяные струи пота, стал ждать избавления от лютого жара. В углу на периферии зрения появился таймер обратного отсчета, и секунды на нем размеренно побежали вспять:

01:35:20… 01:35:19… 01:35:18…

Болезненные ощущения в теле поначалу ожидаемо снизились, но через короткое время, несмотря на продолжающееся действие Целебного пота, утихший было жар начинал по новой набирать обороты.

Это бесполезно. Пока ты в отключке был, у меня лечилка эта всю энергию вытянула, но за три часа так с кислотными ожогами и не справилась, — неожиданно прокомментировала происходящее Марина. — Поверхностные раны и пузыри пот вроде затянул. Но чертова кислота, похоже, проникла глубоко вглубь тканей. А чтоб исцелить и глубинные болячки, у лечилки, увы, похоже не хватает мощи.

Сейчас попробуем это исправить, — отозвался я. — Очков развития за день, вроде, прилично прилетело. На прокачку очередной ступени должно хватить.

Я мысленно пожелал направить триста двадцать свободных очков теневого развития на активацию пятой ступени теневого навыка Целебный пот, и замер, в ожидании результата.

Через секунду перед глазами (вернее перед внутреннем взором, потому что, несмотря на непрерывное слезотечение, я смог прекрасно все разобрать) загорелся системный лог:

Внимание! Вами использовано 320 свободных очков теневого развития.

Активирована 5 ступень теневого навыка Целебный пот… 03… 02… 01… Вам доступна активация теневой функции: Целебный пот, в любое время дня и ночи. Триггер пробуждения теневой функции: касание Кольцом Развития подмышки. (Условия активации 6 ступени: 640 очков теневого развития, Сила 9, Ловкость 9, Выносливость 10, Интеллект 10, КЭП 10).

Внимание! Продолжительность действия пробужденной функции: Целебный пот, ограничена параметром КЭП! На текущий момент ваш параметр КЭП составляет 95,33 %. Указанная величина, в режиме контрольного времени, соответствует интервалу 01:35:20.

Описание теневого навыка: при пробуждении функции Целебный пот, вы начинаете интенсивно потеть, и с потом из вашего организма будут интенсивно выходить болезнетворные бактерии, кроме того, попадая в открытые раны пот будет способствовать их ускоренному заживлению.

Ограничение 5 ступени теневого навыка Целебный пот: процесс исцеления болезни или раны, при пробуждении функции, ускоряется на 80 %, процесс регенерации запускается на 20 % резервной мощности.

Внимание! При параллельном использовании нескольких теневых навыков, расход ограниченного параметром КЭП временного интервала возрастает пропорционально количеству одновременно задействованных навыков!

Эффект от апгрейда навыка я визуально ощутил еще в процессе чтения описательного лога. Сперва прекратилось обильное бесконтрольное слезотечение, и тут же серо-черные пятна, на фоне которых горели ровные строки системного текста, стали ужиматься до предметов знакомого интерьера разгромленной гостиной. Вот так запросто увеличившаяся вдвое регенерация реанимировала мои обожженные кислотой глаза.

С остальными ожогами на теле процесс восстановления протекал не так бурно. Но учитывая тот факт, что теперь с каждой минутой действия навыка мне становилось заметно легче, Целебный пот соскочил с холостого хода и, как раньше, вновь начал наращивать обороты.

Глава 27

Что кризис миновал, жар отступает и самочувствие мое хоть и медленно, но верно, улучшается, заметила и Марина.

Однако ж, лихо ты лечилку апгрейдил, — похвалила союзница. — Я, признаться, грешным делом, опасаться уже начала, что до возвращения толстухи не дотянем.

Кстати, ты так и не рассказала, как получилось, что Серафима бросила меня здесь одного? — мысленно спросил я.

А что она могла, если ты провалился в убежище и отключился? — хмыкнула Марина. — Без подсказки хозяина убежища, она не могла увидеть входа в этот скрыт.

В смысле, хозяина?

Честно говоря, я сама толком не разобралась — не забывай, мне тогда было так же паршиво, как и тебе. Но, думаю, дело было так. После гибели курильщика, убежище, как трофей, досталось убийце бывшего хозяина.

Так курильщика ж Серафима грохнула.

Но с твоей помощью. В одиночку, без тебя, толстуха б не справилась. Потому, лавры победителей достались вам обоим. Но поскольку ты первым обнаружил вход в убежище, и успел даже туда провалиться…

Убежище, типа, сочло меня новым хозяином и изолировало от воздействия извне, — закончил я мысль союзницы.

Да, думаю, примерно так все и было.

Хорошо, я был в отключке, а убежище приняло меня, как родного… Но, ведь, Серафима могла приказать тебе вернуться в гостиную. Сегодня она не раз доказала, что жестко тебя контролируют. И вот хоть убей меня — не пойму, почему она в этот раз так не сделала?

Сереж, а ты на себя посмотри, — неожиданно предложила Марина вместо ответа.

Я послушно глянул на усыпанные подсыхающими язвами ожогов руки, ноги, грудь, живот…

Одежда твоя, как видишь, практически вся сгорела в кислотном облаке, — подсказала союзница. — Та же участь постигла и удавку на шее, через которую толстуха имела надо мной власть.

Руки тут же невольно обшарили горло и шею, и не обнаружили нитки артефакта.

Понятно, — мои губы невольно разошлись в улыбке, когда представил, как в гостиной бесновалась Серафима, вдруг лишившись разом и вожделенного трофея, и безотказной марионетки.

Ты слишком сгущаешь краски, — фыркнула союзница, подглядев мои мысли. — Толстуха, хоть и редкостная сволочь, но баба она тертая, и неудачи принимать умеет. Она быстро разобралась, что команды на меня больше не действуют, и, оставив бесполезные попытки отыскать захлопнувшийся скрыт, ушла из квартиры. Через несколько часов, ближе к вечеру, заглянула снова — вероятно, спускаясь по лестнице после зачистки оставшихся квартир на верхних этажах. Позвала тебя, меня… Опять не получила ответа. И, пожелав нам не сдохнуть ночью, свалила из квартиры уже окончательно. Направившись, полагаю, на ночь в убежище во дворе.

Слушая объяснения Марины, я осматривал сиреневые округлые стены убежища (благо восстановившиеся зрение теперь позволяло это сделать) и вдруг в одном месте заметил знакомые радужные переливы. Подобравшись поближе, я обнаружил торчащее из стены ртутное семечко эблюса. И этот артефакт столь органично смотрелся на фоне похожего на кожу сиреневого материала, будто он здесь вырос. Наличие в стене убежища расширителя пространства объясняло идеальную изоляцию скрыта — находясь в расширении, оно действительно было недоступно никому, кроме хозяина, и проникнуть сюда извне теперь, похоже, будет возможно только после того, как я обозначу расположение единственного входа.

Не стоит! — пресекла мою попытку дотронуться до эблюса Марина. И я вдруг на пару секунд потерял контроль над рукой, которая упала вниз, так и не дотянувшись до ценного трофея.

Ты че, блин, творишь?! — возмутился я (тоже мысленно, разумеется). — Эта штучка называется эблюс — очень ценный артефакт, стоящий целое состояние.

Это ты че творишь?! — ничуть не смутившись, в тон мне, предъявила Марина. — Жажда наживы совсем мозг отключила!..Если все тут устроено, как ты предположил, то повреждение этой штуки может разрушить убежище. Тогда вернется исчадье, и тебе уже негде будет от него спрятаться. Посему, смотреть — смотри, но руками, пока за окном не расцветет, лучше не трогай.

Согласившись с доводами союзницы, я оставил находку на потом, и, продолжив уже гораздо более тщательный осмотр стен убежища, в скором времени обнаружил еще одно торчащее из кожи салона «семечко». А через еще примерно минут десять бесплодных поисков вдруг в не единожды проверенном углу наткнулся на еще один эблюс.

Воодушевленный новой находкой, я потом еще добрые полчаса елозил по убежищу и, игноря маринины насмешки, выискивал в буквально под микроскопом изученных стенах очередной подарок судьбы…

Увы, четвертого эблюса обнаружить мне так и не удалось. Ну да и три столь ценных трофея — это о-го-го какой солидный улов. Наверняка, многократно превышающий совокупную стоимость всех собранных Серафимой здесь артефактов за несколько дней. Теперь понятно, от чего ее так взбудоражила находка в одной из квартир скрытого логова курильщика.

Коротая оставшееся до рассвета время, я решил ознакомиться с отложенными на потом победными логами, которых за чрезвычайно насыщенную схватками первую половину дня прилетело мне немало, но тогда читать их не было времени, и я попросил систему обобщить все логи в единую сводку, как это было сделано в предыдущий раз. И вот теперь на мой мысленный запрос перед глазами загорелись строки итоговых логов:

Внимание! Полный отчет за дневную зачистку подъезда в свернутой аномалии 421/136:

Всего вами было убито: 41 царус 8-15 уровней, 11 бестий 8-11 уровней и 1 тряхун 27 уровня. Еще, при вашем непосредственном участии, был убит: 1 курильщик 77 уровня. За убийство царусов, бестий и тряхуна и курильщика вам начисляется: 886 очков теневого развития, 157 теневых бонуса к Силе, 194 теневых бонусов к Ловкости, 342 теневых бонусов к Выносливости, 57 теневых бонусов к Интеллекту, 278 теневых бонуса к КЭП.

Внимание! Ваше Персональное Кольцо Развития в течении дня поглотило 11 горошин энергосути, совокупным уровнем воздействия: 10,7. За поглощенные энергосути в течение дня было начислено: 107 очков теневого развития, 24 теневых бонусов к Силе, 21 теневых бонусов к Ловкости, 67 теневых бонусов к Выносливости, 7 теневых бонусов к Интеллекту, 95 теневых бонуса к КЭП.

Учитывая, что царусы и бестии сейчас уступали мне уровнем более десяти пунктов, за их убийство очков и бонусов прилетело по минимуму, а впечатляющие 886 очков в основном сложились из заоблачно высокой награды за участие в убийстве курильщика — как оказалось, теневой твари аж семьдесят седьмого уровня. Фак, даже загадывать боюсь какой же уровень у Серафимы, раз она смогла завалить эдакую образину.

Как бы то ни было, очков развития, благодаря такому подарку судьбы, у меня прибавилось изрядно. Даже с учетом недавно потраченных трехсот двадцати (на освоение очередной ступени Целебного пота) остаться еще должно было весьма прилично, и с этим можно и нужно было что-то делать.

Но сперва, разумеется, следовало узнать точные цифры, потому, шевельнув указательным пальцем кольцо по часовой, я вывел перед глазами текущие показатели своего развития:

Ясновидящий Сергей Капустин

Общие характеристики:

Возраст — 18 лет

Рост — 172 сантиметра

Вес — 56,6 килограмм

Энерготип — Свет/Тьма 71/29, Порядок/Хаос 52/48

Отклик стихий — Воздух 72 %, Вода 23 %, Огонь 4 %, Земля 1 %

Открытых энергетических каналов — 9

Основные параметры:

Сила — 9 (91,81 %)

Ловкость — 10 (102,15 %)

Выносливость — 10 (104,09 %)

Интеллект — 14 (142,81 %)

Контроль энергетических потоков (КЭП) — 9 (95,33 %) / +180 % — резерв артефакта Теневое сердце

Теневые параметры:

Свободные очки теневого развития к распределению — 820

Уровень теневого тела — 30 (764/805)

Теневой бонус к Силе — 1750 (17,5 %)

Теневой бонус к Ловкости — 2081 (20,81 %)

Теневой бонус к Выносливости — 2582 (25,82 %)

Теневой бонус к Интеллекту — 334 (03,34 %)

Теневой бонус к КЭП — 9040 (90,40 %)

Свободные теневые бонусы к распределению — 128

Теневые навыки:

Владение воздушным копьем — активирована 5 ступень (Условия активации 6 ступени: 640 очков теневого развития, Сила 8, Ловкость 10, Выносливость 8, Интеллект 9, КЭП 10).

Разоблачение уязвимости — активирована 4 ступень (Условия активации 5 ступени: 320 очков теневого развития, Сила 7, Ловкость 8, Выносливость 7, Интеллект 12, КЭП 9).

Целебный пот — активирована 5 ступень (Условия активации 6 ступени: 640 очков теневого развития, Сила 9, Ловкость 9, Выносливость 10, Интеллект 10, КЭП 10).

Третий глаз — активирована 3 ступень (Условия активации 4 ступени: 160 очков теневого развития, Сила 7, Ловкость 8, Выносливость 8, Интеллект 9, КЭП 8).

Теневые умения:

Навигатор— активирован и доступен к немедленному применению.

Рывок — активирован и доступен к немедленному применению.

Призрак — активирован и доступен к немедленному применению.

Разряд — активирован и доступен к немедленному применению.

Перво-наперво, разумеется, озаботился текущей ситуацией в Энерготипе. Соотношение Свет/Тьма там изменилось на единицу в пользу Света, что позволило облегченно перевести дух. Перспектива скатиться до темной сущности в свернутой аномалии за оставшийся день, определенно, больше мне не грозит. А вот в соседнем соотношении Порядок/Хаос наметившийся ранее перекос в сторону Хаоса усугубился еще на две единицы. Проглоченное сердце тряхуна продолжало неудержимо тянуть меня в сторону стихии теневых тварей. Но сейчас как-то предотвратить это я был не в силах, потому оставалось лишь уповать на усиление сопротивления Внутреннего Порядка у последнего рубежа, и надеяться на друзей-порядочников, опыт которых позволит благополучно разрешить эту проблему. Но это, разумеется, возможно будет лишь по возвращении домой.

Сейчас же нужно было грамотно распорядиться накопившимися свободными очками теневого развития.

Для очередного лавинообразного разгона параметров, можно поднять теневой уровень с тридцатого до сорокового. Это обойдется мне всего в четыреста пятьдесят пять очков развития, имеющихся восемьсот двадцати очков — хватит с лихвой…

Советую вложиться в оружие, — неожиданно вмешалась в мои рассуждения союзница.

Так, для шестой ступени, в КЭП должна быть десятка, а мне до нее четырех с лишним процентов не хватает… Хотя, ежели уровень поднять не на десять, а на пару пунктов, и свободные бонусы вложить в КЭП, то может сработать.

Действуй, — одобрила Марина.

Смотри-ка, а при таком раскладе, я и лечилку еще на ступень апгрейдить смогу.

Супер!

Но очков развитие хватит только на что-то одно. Так что нужно выбирать между оружием и лечилкой.

Тогда копье, — без колебаний выбрала союзница.

А может все-таки лечилку? После нового апгрейда регенерация еще выше станет. Сейчас, конечно, Целебный пот тоже неплохо справляется, но, блин, медленно. Уже почти час прошел, как пот пятой ступени шарашит, и все равно, до конца глубокие ожоги еще не исцелились. А ежели сейчас еще разок апгрейдить, уверен, минут через пять буду, как огурец.

Оставь. И так лечилка нормально пашет, — возразила Марина. — Еще минут двадцать, и будешь, как огурец.

Но у меня энергозапас обнулится.

Не переживай. Мой уже откатился. В случае опасности, возьму управление телом на себя… Впрочем, дело, конечно, твое. Но, знай, интуиция подсказывает мне, что в ближайшем будущем сильное оружие понадобится нам больше мощной лечилки.

Ладно, уговорила…

Сосредоточившись, я стал мысленно формулировать многоходовое пожелание. Сперва, отправить восемьдесят три свободных очка теневого развития на развитие теневого тела до тридцать второго уровня. Затем, четыреста шестьдесят семь свободных теневых бонусов, из прилетевших за пару новых уровней, распределить в КЭП. И, наконец, направить шестьсот сорок свободных очков теневого развития на активацию шестой ступени теневого навыка Владение воздушным копьем.

Через секунду перед глазами загорелся длинный системный лог:

Внимание! Вами использовано 83 свободных очка теневого развития.

Текущий уровень вашего теневого тела — 32 (847/890).

Вам начисляются 630свободных теневых бонусов к распределению.

Внимание! Вами использовано 467 свободных теневых бонусов к распределению.

Теневой бонус к КЭП +467.

Контроль энергетических потоков (КЭП) — 10 (100 %)

Внимание! Вами использовано 640 свободных очков теневого развития.

Активирована 6 ступень теневого навыка Владение воздушным копьем… 03… 02… 01… Вам доступен призыв теневого оружия: воздушное копье, в любое время дня и ночи. Триггер призыва теневого оружия: поворот Кольца Развития против часовой стрелки. (Условия активации 7 ступени: 1280 очков теневого развития, Сила 10, Ловкость 11, Выносливость 9, Интеллект 10, КЭП 11)

Внимание! Продолжительность призыва воздушного копья ограничена параметром КЭП! На текущий момент ваш параметр КЭП составляет 100 % (+180 % — резерв артефакта Теневое сердце). Указанная величина, в режиме контрольного времени, соответствует интервалу 01:40:00 (+03.00.00 — резерв артефакта Теневое сердце).

Описание теневого навыка: после призыва теневого оружия, в вашей правой руке появится двухметровое воздушное копье, и под действием навыка вы станете мастером-копейщиком, способным на равных противостоять в рукопашной схватке потусторонним тварям.

Ограничение 6 ступени теневого навыка Владение воздушным копьем: вероятность нанесения критического удара воздушным копьем для тварей с 1 по 25 уровень — 100 %, для тварей с 26 по 30 уровень — от 50 % до 90 %, для тварей с 31 по 35 уровень — от 10 % до 40 %, для тварей с 36 и выше уровня — менее 5 %.

Внимание! При параллельном использовании нескольких теневых навыков, расход ограниченного параметром КЭП временного интервала возрастает пропорционально количеству одновременно задействованных навыков!

Я еще дочитывал длинное описание лога, когда из окна разгромленную комнату залил бледный серый свет наступающего утра.

Все, время исчадий истекло. Можешь вытаскивать из стен свои ценные трофеи, — дала добро на эксперимент Марина.

Опасаясь схлопывания убежища, я как можно скорее поочередно выдернул из стен три обнаруженных эблюса, и…

Ничего не произошло.

Меня по-прежнему окружали сиреневые стены убежища, и передо мной имелось панорамное окно с видом на гостиную — оно же единственный выход из убежища.

Ну извини, перестраховалась, — опережая мои упреки покаялась союзница.

Забей, я не в обиде, — мысленно откликнулся я, торопливо скидывая ботинки, пряча под стельки эблюсы, и снова приминая их ногами.

Ну а куда мне еще было их девать? Если, кроме ботинок, из всей одежды на мне уцелели лишь трусы, да и то все в дырку, как дуршлаг. Нижнее белье спасло, что основной удар кислотного облака приняли на себя верхние джинсы. Кожа ботинок тоже заметно окислилась и деформировалась, а в некоторых местах кислота растворила нитки прошивки, и в обувке появилось пара-тройка прорех, но в целом боты остались вполне рабочими. Скрытая под штанинами джинсов шнуровка тоже пострадала частично, и из нескольких уцелевших фрагментов длинных шнурков мне удалось связать пару коротких, но достаточно крепких, чтоб надежно завязать ботинки.

Закончив с переобувкой, проверяя прочность, я подергал боты за голенища и носы, и несколько раз топнул по твердому полу убежища — покоцанная обувь с честью выдержала испытание.

И едва я закончил испытывать «заряженную» трофеями обувь, как из коридора донесся до дрожи знакомый грубый женский голос:

— Сережа?

Однако же быстро толстуха подорвалась со двора на восьмой этаж, — в тон моему резко упавшему настроению, проворчала Марина.

И, опередив мой ответ, на пороге гостиной появилась мощная фигура Серафимы.

Глава 28

Формально участие в зачистке курильщика принимала Марина, я же (по мнению Серафимы) должен был в это время находиться в режиме офлайн, и на этом можно и нужно было сыграть, прикинувшись ничего не понимающим и до смерти перепуганным чайником.

— Серафима, я здесь! — откликнулся я и тут же, отыгрывая легенду, взмолился: — Пожалуйста, вытащи меня отсюда!

— Ну слава богу, жив, — обрадовалась женщина и направилась к засвеченному убежищу. — Сергей, ты меня видишь?

— Да. Тут есть окошко, и через него…

— Отлично! Значит глаза уцелели, — перебила довольная Серафима, остановившись аккурат напротив окна-выхода из убежища.

— Что значит уцелели? — я постарался максимально достоверно изобразить панический ужас. — И, вообще, почему я проснулся черт знает где, и голый?

— Не бздой, практикант, все страхи уже позади, — стала увещевать меня купившаяся женщина. — Я рядом, и помогу тебя. Делай что говорю, и все будет хорошо.

— Фак! Да какое, нафиг, хорошо! Я тут за ночь такого натерпелся! Такого!..

— Потом. Все потом, — отмахнулась Серафима. — Руку давай, — ее могучая лапища, пройдя сквозь пелену «окна», зашарила по краю сиреневой стены. И мне ничего не оставалось, как вложить в широкую ладонь женщины свою руку.

Мощный рывок, и я, как пробка из шампанского, вылетел из сиреневого салона наружу.

— А ты отлично сохранился, практикант, — хлопнула меня по плечу Серафима. — Признаться, ожидала, что после кислотных ожогов все будет гораздо хуже. В который раз убеждаюсь, что твоя лечилка, парень, просто чудеса творит.

— Кислотных ожогов?! — взвыл я, продолжая отыгрывать паническую нервозность.

И в награду за убедительную игру получил пощечину от Серафимы. После чего благоразумно заткнулся.

— Соберись, тряпка! — встряхнув меня за плечи, зашипела на ухо женщина. — Забыл, где мы? Хочешь, чтоб на твои вопли все твари со двора сбежались?.. Сергей, я все тебе обязательно объясню. Обещаю. Но чуть позже… А пока ступай, поройся вон в том шкафу — там, вроде, одежда. Подбери себе чего-нибудь. А я пока загляну в убежище.

— Убежище?

— Да не то, что во дворе, а это… что у курильщика вчера отбили.

— У курильщика? Отбили?

— Млять! Короче, потом объясню, и все поймешь. Иди пока, одевайся. А я ща, быстренько.

Я покорно побрел к поваленному на бок шкафу с оторванной дверцей, и услышал вдогонку последние наставления Серафимы:

— И это… Сереж, ты потише там, ладно. И за коридором приглядывать не забывай. А то дверь в квартиру сломана. Я хоть и приладила ее обратно, но там все на соплях… Ну, короче, ты понял.

Не дожидаясь ответа, Серафима нырнула в убежище и исчезла. В разгромленной гостиной я остался один, и стал инспектировать содержимое полок разгромленного шкафа.

Увы, все вещи здесь оказались женскими. И под насмешки Марины, угорающей над моим угрюмым сопением, из всего изобилия имеющейся в шкафу одежды я взял лишь спортивный костюм, кошмарного розового цвета.

Напрасно ты от того канареечного топика отказался, Сереж, — продолжала выносить мне мозг союзница, пока я переодевался в обновку. — К этому костюмчику он бы идеально подошел.

Заткнись, а! — бог весть какой уже по счету раз мысленно возмутился я.

И трусишки надо было поменять, как я предлагала, — и не подумала угомониться садистка. — А то твои уже наладом дышат. Розовые же в серую крапину панталончики, что я советовала…

ААААА!..

Раздавшийся в коридоре шорох оборвал наш мысленный диалог. Я застегнул молнию спортивной кофты и, крутанув указательным пальцем кольцо против часовой стрелки, призвал в руку копье. Вернее, попытался призвать. Потому как, едва материализовавшись в ладони, окутанное голубым воздушным ореолом оружие тут же самопроизвольно развеялось из моей руки. А перед глазами загорелся короткий разъяснительный лог:

Внимание! Накопитель КЭП исчерпан и временно не доступен к использованию, переключившись на режим подзарядки. Полное восстановление заряда накопителя КЭП ожидается через: 01:39:59… 01:39:58… 01:39:57…

Внимание! Для активации теневых навыков и теневых умений достаточно частичного восстановления заряда накопителя КЭП. Частичное восстановление заряда накопителя КЭП ожидается через: 00:29:59… 00:29:58… 00:29:57…

Фак! Пущенный на самотек Целебный пот хоть и подлатал все глубокие подкожные ожоги, но под это дело незаметно высосал из кольца всю энергию. И теперь навыки и умения не доступны мне минимум полчаса.

Алё, Сережа, а про меня ты часом не забыл? — раздался в голове насмешливый голос союзницы. — У меня, между прочим, как уже говорила, резерв давно восстановлен и готов к потреблению. Так что, ежели не возражаешь…

Конечно, действуй, — мысленно выдал союзнице полный карт-бланш. И тут же ощутил, что больше не контролирую свое тело.

А через секунду в гостиную из коридора заглянула рогатая морда рвача. И у меня засосало под ложечкой от жуткого оскала твари, которым рвач отреагировал на находку человека посреди разгромленной комнаты. Еще мгновенье, и мощная туша, пригнув рогатую башку, кидается на меня, но, к счастью, слишком узкий для мускулистых боков твари дверной проем слегка притормаживает кровожадный порыв рвача… И вот, хоть убейте меня, не пойму, как эдакий лосина смог практически бесшумно прокрасться через поломанную входную дверь из подъезда в квартиру.

Марина, следует отдать союзнице должное, как бывшее исчадье, вообще, похоже, не испытывала ни перед кем чувства страха. И на рывок в нашу сторону априори гораздо более сильного и смертельно опасного врага она среагировала не попыткой увернуться, как стопудово сделал бы я, а, наоборот, самоубийственной встречной атакой.

Союзница словно заранее знала, что могучая туша рвача не успеет с одного скачка прорваться через дверной проем, что на секунду завязнет в деревянное рамке, и этой секунды ей с лихвой хватит, чтоб всадить призванное на ходу копье аккурат в горящий лютой злобой глаз страшилища.

— Ну-ка в сторону, млять! — раздался за спиной запоздалый приказ Серафимы. Похоже, из убежища грозная дама тоже заметила появление на пороге комнаты рвача и, бросив свои изыскания, поспешила мне на помощь.

Но слившееся с ладонью копье погрузилось неожиданно глубоко в голову твари и, вероятно, зацепилось тыльной частью наконечника за глазницу черепа, отчего мгновенно выдернуть его из раны у Марины не получилось. Дальше же озверевший от боли рвач начал неистово трясти рогатой башкой, от чего удерживающую копье руку стало буквально выкручивать из плечевого сустава… К счастью, эта пытка продлилась не долго. Секунду, от силы две.

Марина вернула мне контроль над телом. Копье, разумеется, тут же развеялось. Я же, отброшенный очередным рывком твари, пролетел метра три, не касаясь ногами пола, и спиной влетел аккурат в открытую створку выпотрошенного одежного шкафа.

— Да ну ладно?! Че серьезно? — сквозь шум в ушах я услышал удивленный возглас Серафимы, занявшей мое место перед рвачом.

Отчего-то крутая тетка уже не спешила пустить в ход свои боевые перчатки. Впрочем, сейчас мне было не до серафиминых причуд. У меня зверки болело вывихнутое правое плечо, и здоровой левой рукой я пытался максимально безболезненно зафиксировать на теле вторую неуклюжую конечность. А что самое паршивое: из-за недостаточно восстановившегося накопителя КЭП я не мог для решения этой, по сути, пустяшной проблемы запустить свой читерский Целебный пот. И судя, по мельтешащему на периферии зрения таймеру обратного отсчета, не смогу еще это сделать аж двадцать семь минут.

Меж тем, так ничего и не предприняв против подозрительно затихарившейся твари, секунд через десять молчаливого созерцания рвача женщина вдруг обернулась ко мне и недовольно проворчала:

— Сергей, хорош там валяться. Иди сюда, и объясни уже мне, наконец, как ты исхитрился это провернуть?

Я подчинился. Придерживая раненую руку, с грехом пополам поднялся, приковылял обратно к порогу и обнаружил там наполовину перекрывшую дверной проем тушу мертвого рогача. Над обугленной глазница которого еще курился белесый дымок.

В подтверждение увиденному перед глазами загорелись строки победного лога:

Внимание! Вы нанесли критический урон рвачу 41 уровня. Рвач умирает. Бонус за разницу в уровнях — 1,9. За убийство рвача вам начисляется: 397 очков теневого развития, 54 теневых бонуса к Силе, 47 теневых бонусов к Ловкости, 66 теневых бонусов к Выносливости, 15 теневых бонусов к Интеллекту, 138 теневых бонусов к КЭП.

Вот гадство! Похоже каким-то невероятным образом Марина исхитрилась без фразы-активатора применить против сбесившегося недобитка Разряд. А я-то надеялся сохранить это не засвеченное доселе умение, как козырь в рукаве, на самый крайняк. Э-эх…

Ну извини, — раздался в голове обиженный голос Марины.

— Ну и?! Я жду объяснений! — тут же требовательно рыкнула мне в ухо Серафима.

Я обреченно выдохнул и начал колоться…

Глава 29

— Как это вдруг появился? — недоверчиво хмыкнула Серафима.

— А я знаю? — развел руками я, изо всех сил прикидываясь шлангом. — Говорю же: ночью в убежище этом странном проснулся, стал логи просматривать, и наткнулся на уведомление, о пробуждении аномального умения Разряд.

— Да ну бред какой-то. Не бывает, чтобы вот так, с бухты-барахты, система умение открывала. Да еще такое редкое!

— Так оно редкое?

— Слышь, практикант, ты зубы мне заговаривай. Признавайся, как на самом деле все было. За что тебе Разряд дали?

— Откуда ж я знаю-то! Говорю же: отключился вчера еще утром, в первой квартире на первом этаже. И, кстати, у тебя хотел спросить, как я здесь-то потом оказался? Снова темную сущность во мне пробудила?

— Я?..

— Ну а кто?..

— Так, ладно, бог с этим Разрядом, — тут же решительно сменила тему Серафима. — Лучше скажи: ты вот такие штучки серебристые на стенах убежища видел? — она вытащили из кармана эблюс.

Фига се, выходит, ушлая баба смогла-таки отыскать в убежище еще один эблюс-невидимку! — удивился я про себя. В слух же произнес, разумеется, совершенно другую фразу:

— Нет, не видел. А что это?

— Трофей из убежища курильщика, эблюс называется, артефактору можно сдать за приличные деньги, — расплывчато пояснила Серафима. — Значит, говоришь, не видел таких?

— Нет.

— Странно. Курильщик, вроде, не молодой. А эблюсов в убежище у него всего пару штук отыскать смогла.

Охренеть! В дополнение к трем моим она за какую-то минуту надыбала еще два. Да как так-то?! — возмутился я мысленно. — Я ж перед ней полчаса по стенам лазил, каждый сантиметр там прощупал — не было в убежище больше эблюсов!..

Да успокойся. Верю я тебе, не было, — неожиданно прилетела ответка от союзницы.

Откуда ж, вдруг, появились? Да еще разом два эблюса?

Это не ко мне вопрос… Интересно, задай его толстой стерве, — усмехнулась Марина

Ага, очень смешно. Прям, обхохочешься…

— Сергей, че притих-то? — заставил меня прервать внутренний диалог с темной сущностью недовольный бас Серафимы.

— А че говорить-то?

— Действительно, — хмыкнула женщина, и вдруг огорошила: — Гляжу, переоделся. А чего ж ботинки-то не сменил?

Вот гадство! Неужели про заначку прочухала?

Не паникуй раньше времени, — раздался в голове спокойный голос союзницы.

— Так там в шкафу и одежда, и обувь — все женское оказалось, — стал выкручиваться я, ощущая, как тонкий лед лжи под ногами начинает трещать и крошиться. — Костюм вот только этот дурацкий худо-бедно налез. А обувка не подошла ни размером, ни фасоном.

— Ну, как знаешь, — неожиданно отмахнулась Серафима. — Но имей в виду, если боты твои на ходу развалятся, босиком дальше погоню.

— Не развалятся. Это они только с виду покоцанные. А так-то еще вполне крепкие — я проверял.

— Ну-ну… Ладно, пошли в подъезд, будем выявлять остальные твои скрытые таланты.

— В смысле?

— Ну мало ли? Может, кроме Разряда, система тебе еще прорву умений понаоткрывала в гостях у курильщика.

— Да нет никакой прорвы, — возмутился я. — Все остальные ты и так знаешь.

— Вот и проверим…

— А с убежищем курильщика чего теперь будет? — спросил я напарницу уже в коридоре, следом за мощной дамой перевалившись через частично перекрывшую дверной проем тушу рвача.

— Схлопнется скоро, — удивила Серафима.

Первой добравшись до открытой рвачом входной двери (которая просто чудом удержалась на сломанных и просто наспех впихнутых обратно в рамку петлях), Серафима бесшумно ее прикрыла, придавила могучим плечом и, дождавшись меня, вдруг снизошла до объяснения:

— Ведь оставшееся после курильщика убежище — это, по сути, часть его мертвого тела. Ну, типа, ракушки от улитки. Пока кто-то остается внутри — убежище продолжает функционировать, оберегая псевдо-хозяина. Сейчас же, когда оно опустело, постоит немного невидимкой и схлопнется… Потом, когда вернемся за энергосутью рвача, и трофеи с убежища заберем. Надеюсь нам, повезет, и еще хотя бы одним посмертно выпавшим эблюсом удастся разжиться… Ну, готов? — без перехода вдруг спросила она, берясь за ручку двери.

— Погоди, надо же сперва Навигатором там все разведать, — запротестовал я.

— Молодец, соображаешь, — хмыкнула Серафима. — Только раньше надо было. Я еще в гостиной Навигатор активировала, как только ты рвача завалил. Дверь-то наружу потом все время открытой оставалось — поневоле пришлось подстраховаться, на случай явления очередных незваных гостей.

— Лихо, блин.

— Просто опыт. Доживешь до моих лет — многое научишься на автоматизме проделывать… Значит, мотай на ус, практикант, мы сейчас находимся на восьмом этаже. На площадке нашего этажа и выше теневых тварей пока что нет. Недавно заскочившие в подъезд царусы и бестии сейчас ниже делят территорию. В квартирах здешних, после вчерашней зачистки, они, опять же, вряд ли успели завестись так быстро. Может, на первых этажах, после утреннего нашествия, еще есть резон заглянуть-проверить, но инспектировать квартиры выше третьего — это, на мой взгляд, пустая трата времени… Вывод?

— Нужно спускаться вниз, и гасить всех встреченных на пути тварей.

— И?..

— Ну и, в конце, осмотреть квартиры трех первых этажей.

— Супер. Тогда, вперед!

Чересчур сильно распахнутая в этот раз дверь, таки, не удержалась на петлях, и с демаскирующим нас скрежетом ее перекосило в могучих руках Серафимы.

Пригнувшись под заваливающейся дверью, я первым перешагнул порог и через распахнутую дверь тамбура направился к выходу на лестничную площадку.

— Упс, — хмыкнула здоровячка мне вслед. — Извини, Сереж, случайно вышло.

Я, в ответ, гордо промолчал — вслух, разумеется. Мысленно же яростно заистерил:

Ага, так я тебе и поверил! Ежу понятно, специально тварям сигнализировала! Чтоб их разом побольше набежало, и со стороны наша драка позрелищней выглядела!

Не бурчи, я справлюсь, — раздался в голове спокойный голос Марины.

Че это ты-то опять? Мне, между прочим, тоже практиковаться надо.

Так у тебя ж накопитель до сих пор в откате, — пояснила союзница.

Покосившись на таймер обратного отсчета на периферии зрения, мне пришлось признать правоту ее слов:

00:19:37… 00:19:36… 00:19:35…

Надо же, с момента убийства рвача, оказывается, еще и десяти минут не прошло.

Еще на лифтовой площадке я услышал доносящийся с нижних маршей лестницы азартное шипенье несущихся вверх царусов, заметно тише им вторили яростным ревом подотставшие бестии.

Извини, — раздался грустный голос Марины, в момент перехода на лестничную площадку, и я потерял контроль над телом, в очередной раз превратившись в никчемного зрителя.

В правой руке, которая только внешне оставалась моей, через мгновенье материализовалось копье. А еще через пару секунд оно обагрилось кровью первого самого шустрого царуса, который решился атаковать союзницу длинным высоким прыжком через межмаршевые перила. Смельчак-царус оказался буквально разрублен на две половинки метнувшимся наперехват кинжалоподобным наконечником копья.

Бойня началась…

Интерлюдия 6

— Стой, Крошка! — опасаясь, что из-за ураганного встречного ветра, ее приказ окажется не услышан, розоволосая девушка, в стильном кожаном костюме такого же цвета, сопроводила команду хлестким хлопком ладони по загривку теневой твари.

И тут же пожалела о содеянном, потому что похожая на зебру ездовая животина, с тремя парами беговых конечностей и хищными клыками в оскаленной пасти, тут же вбила все шесть копыт в землю и, подняв облако пыли, через пару секунд встала, как вкопанная. Наездница же, при столь резкой остановке, не удержалась на сгорбившейся спине забурившейся в землю твари и, кувыркнувшись через опущенную голову «зебры», грохнулась в траву, просто чудом не свернув себе шею.

— Млять! Курва тупорылая! Ты че творишь, мразь?! — заорала Линда, тряся отбитыми о твердую, как камень, землю ладонями.

— Исссвини, хозссяйка, — зашипела в ответ теневая тварь, — это не ссспеццциально. Просссто так вышшш…

— Заткнись! — перебила девушка, поднимаясь на ноги и отряхиваясь. — Уже второй раз так чудишь. Смотри, Крошка, еще один такой косяк, и зарублю к чертовой матери.

— Как ссскажшшешшшь.

— И задрала шипеть! Просила ж: употреблять в разговоре со мной слова без шипящих.

— Ссслушшшаюсссь.

— Да ты, блин, издеваешься что ли!.. Стоп! Это не вопрос. Не надо отвечать. Лучше поменяй маску быстронога на человеческую. До места мы, вроде, добрались, и помощник с руками сейчас мне будет куда как полезнее.

Кукольника, как покрывалом, на мгновенье скрыл чернильный сумрак трансформы, а когда затемнение развеялось (так же стремительно, как и образовалось) вместо полосатой ездовой животины перед девушкой возник двадцатилетний парень в спортивном костюме, в котором Сергей (окажись он здесь сейчас) легко опознал бы своего несчастного соседа по комнате в общежитии.

— Значит так… Видишь вон там скопище берхов? — Линда указала помощнику на небольшую круглую рощицу корявых белесых великанов в десяти метрах. — Нужно между окраинными стволами наплести паутину. И устроить все так, чтоб из центра наружу можно было б выбраться в единственном узком месте. Лучше всего, думаю, вон там, у густого куста колючек… Понятно, где?

— Абсссолютно, — кивнул кукольник, в образе молодого парня.

— Млять, сложно что ли просто да ответить, — фыркнула девушка. — Не надо отвечать!.. Короче, там, за кустом, мы с тобой потом и устроим засаду, поджидая сталкера… Ну, фронт работы понятен?

— Абсссолютно.

— Че ж, тогда, стоим? Кого ждем? Паутина сама на берхах не вырастет. И, имей в виду, у тебя на все про все не больше трех часов.

— Всссе сссделаю. Не бессспокойссся, хозссяйка, уссспею в сссрок.

— Фак! Крошка, как же ты бесишь своим извратным шипеньем!.. Да не надо ничего отвечать! Иди уже, ради Хаоса, работай!

Глава 30

Заколов последнюю бестию, Марина тут же уступила мне контроль над телом. Испачканное кровью копье развеялось в руке, и я стал читать загоревшиеся перед глазами строки победного лога:

Внимание! Всего вами было убито: 24 царуса 9-15 уровней и 13 бестий 9-12 уровней. За убийство царусов и бестий вам начисляется: 37 очков теневого развития, 47 теневых бонусов к Силе, 49 теневых бонусов к Ловкости, 42 теневых бонуса к Выносливости, 11 теневых бонусов к Интеллекту, 52 теневых бонуса к КЭП.

— Лихо управился, — раздался с верхнего марша довольный голос Серафимы. — С одного удара тварей укладывал — любо-дорого было смотреть. Никак ступень копья поднял?

Отпираться было бессмысленно, и я кивнул:

— Да, поднял.

— И до какой же, стесняюсь спросить, ступени ты, Сережа, свой боевой навык развил?

— До шест…

Неожиданный удар по затылку, от подобравшейся вплотную сзади Серафимы, мгновенно «выключил» свет, оборвав меня на полуслове…

В себя я пришел от резкого запаха нашатыря. Ушибленный затылок совершенно не болел, из чего я сделал вывод, что провел в беспамятстве уже много часов подряд.

Распахнув глаза, обнаружил, что сижу на брусчатке уличного убежища, упираясь связанными за спиной руками в шершавый ствол берха. За пеленой убежища царила лунная ночь. Кольцо берхов на асфальте привычно окружали десятки трупов упокоенных исчадьями тварей. А внутри тесного спасительного круга справа на складном стуле, как обычно, горой возвышалась надо мной Серафима.

Ноги мои тоже оказались крепко связанными в районе щиколоток, а лишенные рваных шнурков ботинки были надежно зафиксированы на ступнях с помощью серого скотча.

— Че волком зыришь? — хмыкнула Серафима, отводя от моего носа ватку с нашатырем и убирая в свой бездонный брючный карман. — Эх, Сережа, Сережа, неужели ты в серьез надеялся, что я не проверю твои чудом уцелевшие ботинки? Спрятать под стельки эблюсы — это же так банально…

Я бы ей ответил! Ух, как бы я ей ответил! Высказал бы все, что думаю, об этой лицемерной гадине. И обязательно припомнил бы ее же слова о том, что, дескать, ей чужого не надо… Но, увы, я был начисто лишен такой возможности, из-за кляпа во рту.

— И нечего теперь мычать, — продолжила меж тем куражиться Серафима. — Я тебе давала возможность: честно сдать награбленное… Че-че ты там пыхтишь? Твоя добыча? — Она рассмеялась. — Заруби себе на носу, практикант, здесь нет вообще ничего твоего. Я выкупила лицензию на рейд в эту свернутую аномалию. И по условиям контракта, все добытые здесь трофеи — абсолютно ВСЕ! — мои. И даже ты, Сергей, теоретически являешься трофеем, вынесенным мною из аномалии. Потому, когда вернемся в родную параллель, твоему филиалу придется хорошенько за тебя раскошелиться. И, заметь, совершенно на законных основаниях…

А я тебя предупреждала: не доверять ей, — раздался в голове грустный голос союзницы. — Толстуха — та еще сука.

Я попытался активировать копье, чтобы с его помощью избавиться от пут. Но сколько не крутил кольцо на пальце — ничего не происходило.

— Уж извини, пришлось тебя стреножить, дабы не выкинул какой фортель напоследок, — снова заговорила Серафима. — И не терзай попусту колечко на пальце, в убежище блокировка установлена на любые боевые навыки и умения…

Я досадливо фыркнул, и отвернулся.

— Да не пыхти ты, чучело, ждать уже чутка осталось, — взъерошила мне волосы женщина. — Пентаграмма полностью запиталась — глянь, как под задницей-то у тебя все уже сияет… Значит, портал должен активироваться с минуты на минуту.

Я покорно опустил глаза к брусчатке, и увидел, как мириады похожих на паутину, белесых нитей, разрисовавших камни убежища замысловатым узором, сейчас наливаются ослепительно-ярким белым светом, отчего пол под нами постепенно превращается в сплошное пылающее пятно.

Очень скоро от нестерпимо-яркого света у меня заслезились глаза. Я захотел отвернуться или хотя бы зажмуриться, но у меня ничего не вышло. Взгляд словно прикипел к пронзительному белому сиянию, от которого, как от прожектора, в какой-то миг выстрелил вверх белый луч света…

И после светового выстрела сразу все затухло.

Ослепшие глаза затянула багровая пелена. На которой через мгновенье отобразились, видимые внутренним зрением, строки системного лога:

Внимание! Вы покинули свернутую аномалию 421/136. Без штрафа за нарушение ограниченного пребывания! В качестве поощрения, вам начисляется 38 теневых бонусов к КЭП.

Внимание! Вы переместились в локацию теневой параллели! Ваше пребывание здесь ограничено параметром КЭП!

На текущий момент ваш параметр КЭП составляет 102,28 %. Указанная величина, в режиме контрольного времени, соответствует интервалу 01:42:17.

Строки информационного лога погасли сразу после прочтения, и на периферии кровавой пелены в углу привычно остался лишь отсчитывающий секунды таймер:

01:42:17… 01:42:16… 01:42:16… 01:42:16… 01:42:15…

Определенно, работающий отчего-то с очевидным замедлением.

— Ну вот, Сережа, мы уже и на полпути к дому, — донесся откуда-то с верхотуры голос невидимой пока Серафимы. — У меня тут неподалеку в тайнике зеркало портальное припрятано. Ты посиди тут пока тихонечко, а я пойду, схожу за ним. Взяла бы тебя с собой, но эта паутина вокруг уж больно мне не нравится…

Багровая пелена перед глазами начала бледнеть, и первым, что я увидел, оказалась розовая трава, вместо мостовой убежища. Мой взгляд больше ничего не удерживает на месте, я поднимаю глаза, и замечаю яркие солнечные лучи, пробивающиеся сквозь частокол окружающих берхов (которых вокруг стало в десятки раз больше) в затененное пространство внутреннего круга.

— …Ее точно здесь не было, — продолжала меж тем вещать дальше стоящая надо мной Серафима, — когда в рейд уходила. Сам понимаешь, одной разобраться с приблудившимся кукольником мне будет сподручней… Короче, ты тут пока не скучай. Обещаю, что обязательно скоро за тобой вернусь.

Закончив говорить, мощная дама ухватилась за единственный не оплетенный паутиной ствол берха и, ловко раскачав его парой могучих рывков, с хрустом переломила бревно у основания.

Аккуратно приставив к древесной стене внутри круга выломанный берх, силачка сунула голову в сделанный пролом и, в своей излюбленной манере, предупредила противника о грядущем вторжении:

— Эй, хозяин, гостей принимаешь?

Не дожидаясь ответа, она с кошачьей грацией, невероятной, казалось бы, для столь широченного тела, протиснулась в темный пролом, и сгинула с моих глаз.

Интерлюдия 7

В окружающей паутине имелась очевидная странность: густо оплетая все белесые стволы небольшой рощицы, паутина не затрагивала узкую полоску берхов, оставляя безопасную тропинку между ними, для выхода из внутреннего кольца. От столь очевидного «приглашения» кукольника за версту тянуло ловушкой. Но уверенная в своих силах и возможностях Серафима без колебания приняла вызов теневой твари и, активировав боевые перчатки, стала выламывать закрывающий единственный безопасный выход берх.

Узкая тропа вывела женщину к колючему кусту, десятисантиметровые шипы которого, по замыслу хитрой твари, должны были поставить жирный крест на возможности быстрого выхода потенциальной жертвы из захлопнувшейся ловушки. К счастью, в арсенале Серафимы имелся Рывок, легко решавший возникшую проблему.

Активировав умение, женщина исчезла с тропки между берхами и тут же материализовалась снова, но уже на просторной лужайке за колючим кустом.

— Впечатляет, — наглый женский голос за спиной ничуть не обескуражил привычного к неожиданностям сталкера. Чего-то подобного она и ждала.

Серафима мгновенно обернулась и атаковала незнакомку с розовыми волосами. Но последняя тоже оказалась опытным бойцом и, увернувшись от кулаков могучей дамы, ловко контратаковала призванным огненным клинком. И уже Серафиме пришлось демонстрировать чудеса акробатики: дугой выгибать спину и втягивать объемные телеса. Все же огонь с кончика клинка розоволосой дотянулся до ткани камуфляжной куртки, и воздухе запахло паленым.

Обменявшись превентивными ударами, противницы отскочили на безопасную дистанцию в пару метров и, замерев в боевых стойках, стали изучать друг друга.

— Ты кто, вообще, нахрен, такая? — первой решилась прервать молчание Серафима.

— Твой деловой партнер, надеюсь, — улыбнулась розоволосая.

— Че за хрень?

— От знакомых узнала, что ты сегодня возвращаешься из рейда…

— И решила грабануть меня по-тихому, сучка?

— Не газуй, Серафима, дослушай сперва… У меня навык артефактора недавно открылся. Сама понимаешь — нужно прокачивать. Вот я и решила, опередив конкурентов, первой товар твой заценить, и все сливки снять. За реальный кэш, разумеется. Меня, кстати, Линдой зовут.

— Гладко стелешь, сучка, — проигнорировав имя девушки, поморщилась Серафима. — Только ни разу ты не похожа на честного артефактора. А вот на хаосистку, разбоем промышляющую…

— Да блииин! Че ты тугая-то такая, — фыркнула Линда. — Говорю же, недавно навык открылся. Я, так сказать, в начале пути.

— И потому ловушки строишь, и со спины подкрадываешься? — хмыкнула Серафима.

— А как еще тебя на разговор выцепить?

— Действительно. Ведь просто подойти и спросить такие ублюдочные твари, как ты, не способны.

— Да ты задрала, сука старая!.. Ежу ж понятно, что в теневухе ты ровно на столько, чтоб дойти до спрятанного портала. Пока буду ПРОСТО подходить, ты свалишь домой, где тебя прикормленные заказчики уже поджидают. И хрен мне тогда, а не сливки с добычи.

— За старую сучку, мразь, придется ответить, — оскалилась Серафима и нарочито хлопнула кулаками друг о дружку.

— Сама ты мразь! Корова жирная, — фыркнула потерявшая терпенье девушка, и так быстро крутанула клинком в руке, что оставленный за ним в воздухе шлейф из рыжего пламени на мгновенье превратился в огненный круг.

— О! Наконец-то прорвалось нутро гнилое, разбойничье… Ну же, сучка, хорош трепаться, давай я быстренько сверну твою цыплячью шейку, и пойду дальше. Дел у меня много, недосуг брехню твою пустую слушать.

— Ах ты ж стерва!.. Ладно не хочешь по чесноку договариваться, ща вскрою твое жирное брюхо, а потом выпотрошу и мешок с добычей. Так даже проще — целиком все мне достанется.

— Сучка, ты даже не представляешь от скольких мразей мне уже пригодилось слышать подобные пустые угрозы. Многие жаждут заполучить добычу сталкера. Но переоценивают свои возможности, и подыхают молодыми и наглыми. Точно такими же как ты.

— Это мы еще поглядим, кто ща сдохнет.

— Я в предвкушении, сучка… Бой!

Глава 31

Как только Серафима покинула круг, я тут же попытался активировать копье. Но, увы, у меня снова ничего не вышло. Видимо, ограничения убежища в свернутой аномалии распространялись и на этот круг берхов в теневой параллели.

Позволь мне. Я, кажется, знаю, что нужно делать, — раздался в голове маринин голос.

— Валяй, — обреченно выдохнул я.

В следующую секунду тело перестало подчиняться мне, перейдя под контроль союзницы, и темная сущность, задействовав Рывок, швырнула нас, прямо из сидячего положения, в узкий лаз проделанного Серафимой прохода.

Хоть Марина и попыталась сжать тело в момент переноса в комок, накрепко связанные руки и ноги не позволили ей максимально обезопаситься, и жесткого столкновения с шершавой, как наждачка, корой берхов внутри узкой тропы избежать не удалось.

Мне показалось, я услышал хруст своих костей, когда левая сторона тела врезалась в шершавый ствол. По разодранной о кору щеке побежала кровь. Остальные телесные повреждения маскировал костюм, и что там стряслось с отбитыми плечом и коленом, мне оставалось лишь догадываться, потому как, уступив союзнице контроль тела, я перестал ощущать и физическую боль. Высокий же болевой порог бывшего исчадья позволил Марине не только стоически вытерпеть жесткое столкновение с берхом внутри узкой тропы, не издав ни звука, но даже каким-то чудом устоять после удара на здоровой правой ноге.

Через секунду в правом кулаке союзницы материализовалось воздушное копье (как я и предполагал, за пределами круга блокировка боевых абилок перестала действовать), и, перебирая пальцами обеих рук по древку, Марина скоренько добралась до широкого наконечника. Дальше, действуя им, как кинжалом, она легко перерезала стягивающие запястья веревки. Еще несколько секунд союзнице потребовалось, чтобы рассечь копьем веревки на ногах. И вот уже, полностью освободившись от пут, она стояла на тропе на двух ногах, хотя по-прежнему основной упор старалась делать на правую, подтверждая мои догадки о как минимум серьезном ушибе левой коленки.

Давай, дальше я сам, — предлагаю союзнице.

Как скажешь, — безропотный выдох в ответ.

И в следующую секунду я буквально втыкаю кулак в зубы, сдерживая рвущийся из горла вопль, от пронзительной вспышки боли в целиком отбитом боку, и особенно садистки-острой в плече и коленке.

Может, я еще немножко похозяйничаю? — предлагает союзница.

И я отчаянно киваю, ни в состоянии вымолвить ни звука, с вбитой в рот рукой.

Сверлящая мозг боль исчезает так же молниеносно, как до этого появилась.

Отбитое о берх тело снова под контролем терпеливой Марина, но союзница не спешит двигаться вперед по тропе. Сперва она активирует Призрака, отчего изображение перед глазами привычно раздваивается. Справа продолжает отображаться теснота берхов вокруг, а слева транслируется глазами двинувшегося вперед призрака «кино» постепенно расширяющейся от центра тропы, петляющий в окружении оплетенных паутиной стволов.

Увлеченный «кино» на левом экране, я не сразу замечаю заструившиеся по лбу и рукам капли активировавшегося Целебного пота. Заметив же, тут же отправляю мысленную благодарность союзнице, не забывшей запустить процесс «починки» ушибленного тела.

Ой, да брось, — фыркает в ответ Марина, и тут же азартно добавляет: — Глянь, лучше, что там творится…

Призрак остановился, добравшись до преградившего выход с тропы высокого колючего кустарника, и, повинуясь воле хозяйки, таращился теперь сквозь белые шипы неодолимой преграды на жаркую схватку с другой стороны двух высокоуровневых ясновидящих.

В плечистой великанше-камуфляжнике, скачущей, с легкостью балерины, по просторной лесной полянке, и сноровисто отбивающей сияющими серебром перчатками молниеносные росчерки огненной сабли в руках верткой противницы, не составило труда распознать Серафиму. Но я буквально ошалел от изумления, когда в противостоящей толстухе девушке, с розовыми волосами и в розовом же кожаном костюме, узнал своего злого гения — Линду.

Так это и есть та стерва, спасаясь от которой, ты угодил на аномалии в загребущие лапы толстухи? — спросила Марина.

А ты откуда?.. Ну да, мои мысли ж для тебя, как раскрытая книга.

Не все. Просто сейчас ты слишком громко думал.

Фак!..

Двойная трансляция перед глазами вдруг пошла рябью, но через секунду все снова наладилось. Правда картинка теперь осталась одна — с дракой через колючий куст, а отображение теснотой тропы на выходе из круга сгинуло без следа. До меня с легким запозданием дошло, что союзница активировала Рывок в симбиозе с Призраком, и перенесла тело на место безмолвного разведчика.

Надеюсь, ты не собираешься туда лезть? — запаниковал я.

Пока нет, — откликнулась союзница подозрительно веселым голосом.

Что значит пока?! Марина, эта дурацкая шутка перестает мне нравится! Каждая из них на порядок круче тебя!

Вижу.

Ну, и фигли ты задумала?.. Фак! Возвращай, живо, мне тело обратно!

Через минуточку.

Чего?!

Вот увидишь, Сереж, тебе понравится…

Глава 32

Из-за сумасшедшей скорости высокоуровневых ясновидящих, я не замечал добрую половину их стремительных финтов, но и того, что удавалось разобрать в мельтешении скачущих на полянке фигур, за глаза хватало для восхищения мастерством обеих дам.

Вот Линда проводит очередной молниеносный косой удар огненным клинком сверху вниз, который, казалось бы, неминуемо должен вспороть живот толстухи. Серафима стопудово не успевает уклониться от этого удара. Но могучая великанша даже и не пытается этого делать, вместо отскока с линии удара она легко, как от мухи, отмахивается от летящей в живот сабли левой серебристой перчаткой — не блокируя удар, а чуть изменяя толчком его направление, и кончик огненного клинка бестолково проносится в миллиметрах от ее тела. Одновременно с левой, правая перчатка великанши несется Линде в лицо. Но, провалившись после промаха на одно колено, девушка спасается от таранного удара боевой перчатки, и серебристый кулак Серафимы проносится сквозь облако вздыбившихся розовых волос девушки так же бестолково, как миг назад огненный клинок… В падении на колено подхватив рукоять промахнувшаяся сабли левой рукой, девушка отчаянным усилием меняет направление удара. Мгновенно развернувшись огненный клинок, как коса, уже несется параллельно земле, целя в колени Серафимы. Но толстуха, как заправский акробат, с места подпрыгивает вверх на добрый метр, одновременно выводя ноги из-под секущего удара, и целя в прыжке носком правого ботинка Линде в висок… И снова промахивается. Потому что розоволосая девушка, словно предвидя такую ответку от великанши, заваливается боком в траву следом за горизонтальным ударом сабли, и ботинок Серафимы пронзает пустоту в том месте, где мгновением раньше была ее голова… Откатившись на метр стремительным боковым перекатом, Линда вскакивает на ноги и, потеряв из-за промахов инициативу, вынуждена уйти в глухую оборону, отбивая огненным клинком удары перешедшей в атаку Серафимы…

И вот так, с переменным успехом, схватка продолжалась еще какое-то время — увлеченный экспрессивным действом, затаив дыхание, я следил за ней из-за колючего кустарника, не считая пролетевшие секунды. И, как это обычно бывает в бою равных соперников, исход поединка решил его величество случай. Во время очередного атакующего рывка Линда острым носком сапога попадает в невидимую в зарослях розовой травы ямку, спотыкается и на мгновенье теряет концентрацию. Ее огненный клинок уходит в сторону от цели, и, вместо заслона от сабли, левый кулак Серафимы беспрепятственно пробивает в открывшееся плечо девушки.

От таранного удара Линду отшвыривает метра на три. Она катится по траве. А сломанная правая рука волочится рядом непослушной плетью. Остановившись, девушка начинает разворачиваться из неудобной позы, чтоб дотянуться здоровой левой рукой до сабли, оставшейся в травмированной правой. Но бросившаяся добивать Серафима настигает ее гораздо раньше…

И тут в чужую схватку решает вмешаться Марина.

Из-за активированного вдруг Рывка картинка у меня перед глазами резко искажается. И, как это часто случается в ключевые моменты жизни, время вокруг замедляется в десятки раз, превращаясь в тягучий кисель.

Картинка пред глазами непривычно медленно обретает четкость. Я оказываюсь в шаге за спиной Серафимы, уже согнувшейся над телом поверженной Линды. Возникший «стоп-кадр» позволяет в деталях рассмотреть последние мгновенья их противостояния. Подошвой ботинка толстуха жестко трамбует в землю запястье раненой руки с саблей, возможно повторно при этом ее ломая. Правой боевой перчаткой Серафима наотмашь лупит левую руку девушки, так что единственная надежна на спасение последней без шансов летит в сторону. Левая же перчатка силачки, как молот кузнеца на наковальню, сверху вниз падает Линде в лицо. В расширившихся от ужаса глазах жертвы читается обреченность…

Но неожиданное вмешательство Марины вносит существенные коррективы в исход боя. На мгновенье опередив кулак Серафимы, союзница ткнула копьем в загривок толстухи, активируя в момент укола Разряд. И удар током, способный повалить с ног даже трехметрового живоглота, не оставил ни единого шанса и почти победившей Серафиме. Через ногу женщины часть электрического разряда перенеслась на искалеченную руку Линды, отчего лежащую в траве девушку тоже душевно тряхануло, и бедолага вырубилась еще до того, как на нее рухнула стокилограммовая туша Серафимы.

Страйк! — раздался в голове довольный вопль союзницы, и в следующую секунду я понял, что снова контролирую свое тело.

Окружающее замедление исчезло, и, охнув от вернувшейся боли в левом колене, я с трудом устоял на ногах. Чтоб не упасть, в первые секунды мне даже пришлось упереться в землю пяткой копья.

Впрочем, боль показалась сильной только с непривычки. Целебный пот основательно подлатал отбитый левый бок, и оставшиеся болезненные симптомы были легкой тенью недавной невыносимой БОЛИ. К ноющей боли в ноге я скоро привык, а через пару минут и вовсе о ней забыл, перестав даже хромать.

Э-э! Куда намылился-то?! Че так и бросишь их здесь?! А добить?! — возмущенно заголосила союзница, когда я, развернувшись, стал озираться по сторонам, выбирая по какой из трех тропинок между рощами берхов стоит двинуться дальше.

Я не убийца, — мысленно буркнул в ответ.

Чистоплюй! — фыркнула Марина.

Одно дело убить врага в бою, и совсем другое — добивать, когда вот так, без сознания, — возмутился я. — Тем более не тварей, а людей.

Понятно. Нужно было самой…

— Прекрати. Ты все правильно сделала, — снова возмутился я, не заметив даже, как заговорил вслух.

Ладно, решил пощадить — дело твое. Но порыться-то в карманах у сучек — святое дело! — продолжила накручивать меня Марина.

Я не…

Вот только не надо мне тут про позорное мародерство лапшу вешать! — перебила союзница. — Тебя толстуха в аномалии пользовала и в хвост, и в гриву. А под конец не побрезговала даже в ботинки залезть, и законную добычу отобрать… Я уж молчу про вторую сучку, сделавшую на твоих подставах целое состояние!

Спорить с приведенными железобетонными аргументами было нелепо, и я был вынужден согласиться.

Подкравшись к телам воительниц, я аккуратно, стараясь не потревожить бесчувственное тело, засунул руку в бездонный брючный карман Серафимы (благо, отлично знал его местоположение), и неслабо так прифигел, ощущая, как рука там проваливается в пустоту.

Попробуй пальцами пошарить у краев, — подсказала союзница.

Как ни странно, совет оказался дельным. С краю пальцы нащупали твердый «кожаный» материал, похожий на стены убежища курильщика. Направив руку вдоль него, чуть ниже я нащупал некое подобие полки, с вереницей консервных банок.

Вытащил первую подвернувшуюся под руку. Это оказалась банка с зеленым горошком.

Оставляй. Пригодится, — хмыкнула Марина.

Я бросил банку в розовую траву, и снова сунул руку в карман. На этот раз стал ощупывать край «мешка» с другой стороны. Снова наткнулся на полку… увы, на сей раз заваленную всяким мусором.

— Да как так-то? Куда же тут у тебя трофеи запрятаны?! — пропыхтел я, в азарте поиска засунув руку в бездонный карман до самого плеча.

А дальше вдруг одно за другим случилась сразу серия судьбоносных событий подряд. Я нащупал-таки внизу третью полку с вожделенной мелочевкой. Но крайне неудачно угодил кольцом на горошину энергосути, отчего меня тряхнуло разрядом эйфории и, я потерял связь с пространством, непроизвольно уступив контроль тела союзнице. В доказательство случившегося казуса перед глазами загорелись строки системного лога:

Внимание! Ваше Персональное Кольцо Развития поглотило энергосуть 1,6 уровня. Вам начисляется: 16 очков теневого развития, 5 теневых бонуса к Силе, 5 теневых бонуса к Ловкости, 9 теневых бонусов к Выносливости, 2 теневой бонус к Интеллекту, 11 теневых бонусов к КЭП.

Мой резкий толчок подстегнул к возвращению из обморока Серафиму, богатырша рядом шевельнулась и запыхтела. И тут же я услышал за спиной до дрожи знакомое шипенье изготовившегося к прыжку кукольника.

Пока я цепенел от ужаса, ожидая неминуемых ударов от Серафимы по погруженной в карман руке и от кукольника в спину, незнающее страха бывшее исчадье легко нашло выход из сложившейся, казалось бы, матовой ситуации и, активировав Рывок, попросту перенесла тело обратно за колючий кустарник на тропу между оплетенными паутиной берхами.

Прыгнувший же на мое место кукольник чрезвычайно удивился, обнаружив под когтями, вместо человеческой спины, маленькую жестянку с горошком.

— Так это ты, мразь, по карманам мне шаришься?! — взревела рядом окончательно очухавшаяся Серафима, и стремительным, как росчерк молнии, ударом перчатки в ощерившуюся пасть твари выбила кукольнику пару зубов.

И снова из безопасного укрытия я наблюдал, как вскочившая на ноги Серафима вступила в схватку со свирепо шипящим паукообразным страшилищем.

В отличии от предыдущего поединка, это противостояние продлилось не долго. Даже раненая богатырша значительно превосходила теневую тварь в силе и скорости, и боевые перчатки ясновидящей сперва превратили в отбивную тушу кукольника, а потом и вовсе разодрали тварюшку на части.

— Вот же ж дерьмо! — разразилась проклятьями толстуха, когда, закончив с теневой тварью, вернулась к телу Линды, но вместо хаосистки обнаружила в траве лишь примятый след от ее тела.

Розоволосая стерва, похоже, очухалась следом за Серафимой и, учитывая свое плачевное состояние, предпочла сбежать под шумок.

Фак! Надо было уходить, пока была возможность! — возмутился я мысленно, наблюдая, как Серафима направляется к соседней роще берхов, где, вероятно, у нее и было зарыто портальное зеркало. — Повелся, блин, на твои уговоры…

И куда бы ты направился? Один? Не зная карты этой локации? — фыркнула Марина.

Не знаю. Выкрутился бы как-нибудь.

Нафига забор городить, когда Серафима может спокойно вытащить нас отсюда порталом?

Не понял, ты че специально все это подстроила?

Ерунду не городи… Между прочим, я предлагала даже добить ее. Забыл?

К чему ж тогда намеки такие странные?

К тому, что следует исходить из реалий текущего момента. И раз уж так вышло — может, это судьба? Согласись, гораздо проще и безопасней будет через пару минут сбежать отсюда порталом, чем рыскать по незнакомой локации в поисках непонятного выхода?

Так-то у меня в Навигаторе должна храниться карта с показанным Митюней стационарным порталом.

Ага, проблема только, что локация с порталом этим может располагаться отсюда за тысячу верст.

Не исключено, — вынужден был я признать правоту союзницы.

О! Она, кажись, возвращается. И мне лучше не светиться. Так что давай дальше как-нибудь сам.

Я снова обрел контроль над телом.

А остановившаяся на поляне Серафима, хмуро глянув в мою сторону, вдруг проворчала:

— Сумел, значит, самостоятельно освободиться, практикант… Ну? И давно там уже стоишь?

— Только что подошел, — соврал я.

— Ну-ну, — хмыкнула толстуха. — И че тормозим?.. Вали уже сюда.

— Так колючки же, — включил я дурака.

— Сережа, не разочаровывай меня. Рывок-то тебе для чего?

— А, ну да…

Сосредоточившись на траве рядом с Серафимой, я шепнул «Рывок» и перенесся обратно на поляну.

Глава 33

Переход из теневой параллели состоялся довольно обыденно. Серафима развернула измазанную землей тряпку, достала из свертка небольшое круглое зеркальце, примерно в треть ее ладони, и, пробормотав что-то неразборчивое, просто бросила его в траву… А через секунду над местом падения артефакта возникла двухметровая арка зеркального портала. Цапнув меня за локоть, женщина шагнула вместе со мной в портал, и мы оказались в обычной мебелированной комнате. За нашими спинами же на паркет пола осыпались осколки двустворчатого зеркала, секунду назад бывшего дверью массивного платяного шкафа.

— С возвращением, Симочка! — донесся из коридора радостный мужской голос. — Как успехи? Удачно…

Забежавший в комнату сорокалетний, лысый, как коленка, мужчина в черном шелковом халате и тапочках на босу ногу, увидев меня рядом с женщиной, растерянно замолчал.

— Все норм, Валер, — улыбнулась богатырша и, шагнув к опешившему хозяину квартиры, крепко его обняла.

— А это…

Не дав мужчине договорить, Серафима резко отстранилась и пробасила:

— Мы там намусорили немного, ты уже прибери по-братски, ладно.

— Но…

— У нас срочное дело, — дернув меня за рукав кофты, Серафима потащила за собой в коридор мимо ошарашенного мужика и, не оборачиваясь, властно зыкнула на ходу: — Где мой телефон?

— Там, в верхнем ящике комода, — донесся ответ с порога комнаты. — Я только вчера его подзарядил.

— Что бы я без тебя делала, золото мое, — Серафима дернула ящик в коридорном комоде и достала айфон. — Валер, я буквально на пятнадцать минуточек…

Отворив входную дверь, Серафима вытащила меня на лестничную площадку, с высоченными потолками, украшенными роскошной лепниной, и с широченными лестничными маршами, где запросто могли параллельно спускаться три Серафимы подряд, с узорчатыми кованными перилами по бокам. Судя по отсутствию лифта, это был невысокий дом, всего этажей в пять или четыре. Через окошко на межмаршевой лестничной площадке я увидел уютный ухоженный двор, с детской площадкой, где резвилась малышня под бдительным присмотром мамочек… Беззаботно веселящиеся дети и никаких тварей вокруг — как же здорово вернуться в родную, безопасную параллель.

Пока я осматривался, Серафима связалась с кем-то по телефону, и вскоре я стал невольным участником ее короткого диалога:

— Ало, Плюха… Ну а кто еще может звонить тебе, говнюк, с моего номера?.. Ага, привет… Да, вернулась уже… Так, все, стопэ! Заткнись и слушай, я по делу. Ты, ведь, извозом у нас промышляешь?.. Да мне плевать: курьером-терьером! Парнишку одного нужно домой доставить… Да, мля, прямо сейчас! Стала б я тебе звонить, если бы не срочно… Куда? Черт, забыла спросить. Ща, повиси пять сек… Эй, практикант, — прижав айфон к внушительному животу, обратилась ко мне Серафима, — ты у нас из какого города-то?

Врать было бесполезно. Один фиг без денег и документов, одетому, как бомж, в чужом городе сбежать от Серафимы у меня не было шансов. И, по любому, раскрывшийся через какое-то время обман сделал бы мое положение пленника еще хуже.

— Из Нижнего, — обреченно сознался я.

— Не слабо, однако ж, тебя забросило, — хмыкнула Серафима и, вернув гаджет к уху, продолжила разговор: — В Нижний Новгород… Знамо дело не ближний свет… Слышь, выпендрежник, хорош комедию ломать. Напоминаю, ты мне должен. Так что забей свои дела обратно в свое вонючее дупло, и чтоб через пять минут был на своей гребаной ракете у моего подъезда… Че ж ты, говнюк, до сих пор в трусах-то по хате бродишь?.. Ах разбудила. После ночного пати… Ладно, хрен с тобой, жду через десять минут. Но, Плюха, ты меня знаешь. И если хоть на секунду опоздаешь… Понял? Вот и ладушки. Все, вали, собирайся.

— Пошли, — кивнула мне командирша, убирая айфон в карман, и, подавая пример, первой зашагала вниз по широким ступеням.

Мне ничего не оставалось, как двинуться следом.

— Никогда в Нижнем была, — снова заговорила Серафима, когда мы перешли на второй лестничный марш. — Красивый город?

— Скоро сама увидишь, — буркнул я, ничуть не сомневаясь, что домой поеду (если, вообще, поеду) под конвоем богатырши.

— Приглашаешь в гости? — хмыкнула женщина и сама рассмеялась своей шутке. — Не, практикант. Спасибо, конечно. Но старовата я для тебя. Эх, кабы скинуть годков так …цать…

— Я одного только не пойму, — перебил я. — Зачем ты мужу-то своему сказала, что сейчас вернешься?

— Мужу? — фыркнула Серафима. — Ты че, Сергей, типун тебе на язык! Неее, нет у меня никаких мужей — я девушка свободная.

— Хорошо, не мужу, но Валере этому, который нас в квартире встретил…

— Дак, все правильно я ему сказала. Сейчас до тачки тебя провожу. Отправлю домой. И вернусь.

— Издеваешься?

— Ничуть.

— Как же ты выкуп за меня потребуешь, если опустишь.

— А, вот ты о чем… Тпру! Постоим пока здесь на лестнице, не хочу, чтоб соседи на улице глазели на нас.

Мы остановились на межмаршевой площадке между первым и вторым этажами, в окно которой открывался шикарный вид на подъездные лавочки и примыкающую дорогу.

— Все просто, Сергей. Я передумала, и решила отпустить тебя домой безо всякого выкупа.

— С чего вдруг? — напрягся я, пытаясь разгадать скрытый подвох.

— Считай это моим прощальным подарком… Не веришь? Ладно, давай по чесноку… Каюсь, был грех, хотела на тебе баблишка срубить. Причем, заметь, не по беспределу срубить — а на вполне законных основаниях. Но жизнь все расставила по своим местам. На выходе из рейдового круга мена подловила хаосистка… Да ты ж ее видел — стерва с розовыми волосами. И схватка с ней едва не стоила мне жизни.

— Но ты же побед… — я захлопнул говорливый рот слишком поздно… Фак! Кажись, я только что сдал самого себя с потрохами.

— Да не куксись, — хмыкнула Серафима. — Неужели ты думаешь: я не догадалась, кто приголубил меня сзади разрядом?

— Догадалась?.. И все равно решила отпустить?

— Ну а что ты хотел? За добро следует платить добром. Иначе фарта не будет. Я в это свято верю.

— Чего-то я совсем запутался… Ты знаешь, что я атаковал сзади в момент, когда ты практически выиграла бой, и считаешь это добром?

— Нет, конечно, — рассмеялась Серафима. — Я считаю, что, после удара разрядом, ты запросто мог заколоть меня копьем. Но не сделал этого. Так что, по большому счету, я тебе, практикант, обязана жизнью… Ну, а коварное нападение сзади нивелируется моим вчерашним точно таким же нападением на тебя. И здесь, получается, мы квиты… Я чересчур уверовала в свои силы, и неоправданно сбросила со счетов возможность мести со стороны оскорбленного практиканта. Вот и выходит, что схватка с розоволосой стервой едва не стоила мне жизни. И отказ от выкупа — это моя тебе благодарность за ее сохранение.

— Офигеть, — выдохнул я.

— О, а вот и твой транспорт прибыл, — Серафима кивнула в окно, за стеклом которого к нашему подъезду подкатила роскошная ауди, кислотно-зеленого цвета.

— Не переживай, что цвет тачки у него такой петушиный, — продолжила наставлять меня Серафима уже на ходу, потащив дальше по лестнице. — Плюха у нас, хоть и мажорик, но водила от бога. А отец у него толи полковник, толи вообще генерал… короче, шишка какая-то у гайцов, так что на трассе этого балбеса ни один дпсник не рискнет тормознуть. В общем, не сомневайся, домчит тебя до дома быстро и без приключений.

Мы наконец вышли из полумрака подъезда на солнечный свет.

— Че он у тебя чумазый-то какой? — вместо приветствия, скривился через открытое окно водила кислотного ауди — парень года на два меня постарше, в дорогущей брендовой кофте (ниже через окно я не видел) и с сережками в ухе и губе.

— Не обращай внимания, Сереж, — проигнорила крикуна Серафима, распахивая передо мной заднюю дверь. — Ну, удачи, практикант, — богатырша вдруг порывисто меня обняла. — Даст бог свидимся.

— И тебе, Серафима, удачи, — буркнул я и, освободившись от медвежьей хватки, полез в тачку.

— Эээ! Подруга, мы так не договаривались! — тут же взбеленился паренек за рулем. — От него ж псиной тащит! У меня ща весь салон этим дерьмом провоняет!.. Мля, Серафима, че, в натуре, за подстава?! Кто за чистку платить будет, если этот бомжара твой мне диван обоссыт?!

— Заткнись, ушлепок, — молниеносное движение руки великанши, и окольцованная губа мажора оказалась намертво зажата между согнутыми средним и указательным пальцами. — Если хоть один волос с головы моего товарища упадет, я тебя, говнюк, найду и через жопу наизнанку выверну. Ты знаешь, я могу. Усек?

Перепугавшийся не на шутку парень заблеял что-то жалобно-покорное.

— Не слышу! — подпустила металла в голос Серафима.

— Ффе, фефаю! Ффе! — заскулил водила.

— Другое дело, — Серафима отпустила закровившую губу и вытерла перемазанные в багровой слюной пальцы о брендовую кофту мажора. — Все, скатертью дорога.

Развернувшись, она зашагала обратно к распахнутой двери подъезда. А наша кислотная «ауди», со скрипом покрышек сорвавшись с места, зеленой молнией пронеслась по двору и, ловко забурившись в плотный поток машин, понесла меня куда-то вперед по улицам незнакомого города.

Глава 34

Однако, не ожидала от толстухи, — даже негромкий маринин голос в голове, на фоне напряженной тишины между мной и водилой, прозвучал раскатом грома.

И я невольно вздрогнул.

Заметивший, по закону подлости, мою реакцию парень за рулем поморщился и презрительно бросил, глядя в салонное зеркало:

— Еще и дерганный какой-то.

— За дорогой следи ты… Плюха, — ответил я с неменьшим презрением.

— Ты попутал что ли, бомжара?! — тут же взъерепенился водила. — За толстой жопой Серафимы и себя крутым почувствовал?! А может мне тормознуть… да хоть вон там у заборчика, вытащить тебя из тачки и отбуцкать хорошенько, чтобы, сука, место свое знал?!

Пусти на секундочку, я манерам говнюка поучу, — параллельно с наездом мажора взмолилась Марина.

— Нет, не надо! — раздраженно ответил я союзнице. Но — фак! — сгоряча выдал это вслух. И говнюк за рулем, разумеется, принял фразу на свой счет.

— Че, зассал, удот!.. Колись, говнюк, че тя с Серафимой связывает?

Мажор достал. Марина права, говнюка следовало срочно «поучить манерам». Вот только сперва нужно было как-то вынудить его остановиться, а то тачка летела по городским улицам под сотку, всех и все обгоняя на пути, и ежесекундно перескакивая из ряда в ряд. Любой тычок водителя на такой скорости грозил столкновением с окружающим транспортом.

— Эй, бомжара, язык что ли проглотил? Серафима, спрашиваю, тебе, вообще, кто?

— Останови где-нибудь, мне надо поссать, — отыскал я выход их патовой ситуации.

— Потерпишь.

— Ну, как знаешь, я предупредил…

— Сука! Не смей ссать на мой диван! — резкий визг тормозов и, нагло подрезав автобус, «ауди» встает у обочины через десять метров за остановкой.

— Вали, дерьма кусок! Хошь — вон в те кусты, хошь — за остановку. Хотя, можешь и посреди остановки — так, кстати, получится даже круче. А я тебя на мобилу сниму, — откровенно угорает мажор. — Тебе ж, ушлепок, на камеру поссать не в падлу?

Только не калечь, — мысленно обращаюсь я к затаившейся в предвкушении союзнице и спускаю с короткого поводка бывшее исчадье: — Он твой.

Со следующего мгновенья я больше не хозяин своего тела, а лишь безмолвный наблюдатель… Вижу, как лицо водилы в зеркале вдруг озадаченно вытягивается. И догадываюсь, что он заметил оскал исчадья на моем лице. Мне даже становится жалко бедолагу, которому сейчас придется спорна ответить за гнилой базар.

— Че зыришь, сука, иди уже ссы.

Говнюк сам забил гвоздь в крышку своего гроба.

Марина коршуном кидается в проем между передними сиденьями и начинает наносить локтями и кулаками крайне болезненные удары по корпусу. Мажор пытается защищаться, но куда ему соперничать в скорости с темной сущностью, запредельная реакция которой отточена на охоте за теневыми тварями… Четверть минуты жесткого избиения, и размазывающий сопли слабак скулит о пощаде.

Ко мне возвращается контроль над телом и, оттолкнув по-бабьи стонущее тело, я возвращаюсь на заднее сиденье.

— Видишь, я и без Серафимы могу запросто в любой момент намять тебе бока, — объявляю, по-хозяйски откидываясь на мягкую спинку роскошного дивана.

— Блииин! Ты ж мне все ребра, нахрен, переломал! — скулит мажор. — Как теперь мне тачкой-то управлять, в таком состоянии?

Врет. Я контролировала силу ударов, и все кости должны быть целы! — возмутилась Марина.

— Скажи спасибо, что морда целая, — отвечаю я, без намека на сострадание, и приказываю опущенному до ранга рядового кучера мажору: — Хоре, стонать, Плюха. Заводи, поехали.

Водила послушно тянется к кнопке запуска мотора, и через секунду «ауди» срывается с места, ныряя в поток машин.

Мажор за рулем морщится, пыхтит, сопит, но терпит и машину по дороге ведет так же уверенно, как раньше.

— Можно я музыку включу? — интересуется через пару минут молчаливой езды «воспитанный» водитель.

— Не возражаю, — откликаюсь полусонным голосом. Плавный ход «ауди» меня убаюкивает.

Из колонок за спиной через секунду вырывается ритмичный бубнеж Моргенштерна, и под неразборчивые рулады этого опопсившегося репера я не замечаю, как окончательно проваливаюсь в сон.

Очнулся я от тычка в колено и требовательного окрика:

— Ай, але, как там тебя… Сергей, приехали! Бабло гони!

Я на автомате ощупываю карманы спортивного костюма. Окончательно просыпаюсь. Вспоминаю, где я и с кем. И ловлю хмурым тяжелым взором в зеркале любящуюся рожу водилы.

— Ээ, ээ, спокойно, бро, шуток, что ли не понимаешь, — тут же вскидывает в защитном жесте руки Плюха.

— Где мы? — я переключаюсь на окна, и вижу в вечерних сумерках знакомую с детства стелу с гигантскими буквами названия родного города.

— Где заказывали, — откликается водила. — Адрес говори, куда конкретно здесь вести.

Я задумался. Так-то официально моим домом здесь была институтская общага. Но после убийства соседа, и моего подозрительного исчезновения, вряд ли мне без проблем позволят вернуться обратно в комнату…

— Але, снова уснул что ли? — хмыкнул Плюха. — Бро, имей совесть! Мне, вообще-то, еще триста верст с гаком обратно пилить.

Вместо общаги, я назвал адрес офиса организации, решив, сперва посоветоваться с опытными старшими товарищами.

Плюха, набил запрос в навигаторе авто и, получив картинку маршрута, в своей агрессивной манере, едва не расталкивая другие машины на дороге, рванул дальше по улицам вечернего Нижнего.

Я же озадаченно сунул руку в правый карман кофты, в котором что-то нащупал во время недавнего спонтанного обыска.

Сюрприз, — раздался в голове довольный маринин голос.

И я вытащил из кармана эблюс с тремя крупными горошинами энергосути и парой разноцветных кристаллов… Догадаться о попадании в карман этого богатства не составило труда. Видимо, тогда, на поляне, зарывшись по плечо в бездонный карман Серафимы, поймав разряд эйфории, Марина, за мгновенье до активации Рывка и переноса за колючий куст, успела цапнуть с нижней полки часть рассыпанных там трофеев. Потом она спрятала добычу в карман. Я же, пребывая в шоке от неожиданного разоблачения, попросту не заметил этого ее маневра. Дальше ко мне вернулся контроль над телом, и все завертелось… а забытые трофеи остались в кармане.

— Однако, лихо ты! — похвалил я союзницу.

— Что, прости? — тут же навострил уши водила.

— Ничего. Это я так… Мысли вслух, — откликнулся, возвращая ценную мелочевку обратно в карман.

За окном замелькали знакомые дома, и я улыбнулся, радуясь долгожданному возвращению домой, да еще и не с пустыми руками.

Глава 35

Машина свернула в знакомый проулок и через несколько секунд тормознула у крайнего подъезда офисной пятиэтажки.

— Благодарю, что подвез, — кивнул я в зеркало водителю.

— Угу, — хмыкнул Плюха и нетерпеливо забарабанил пальцами по рулю.

Поняв немудреный намек, я не стал дальше морозить парня свои присутствием и, распахнув дверь, выбрался из салона авто.

«Ауди» совалась с места еще до того, как я успел закрыть за собой дверь, и последняя захлопнулась самостоятельно от потока встречного воздуха. Из водительского окна разгоняющейся тачки высунулась рука с оттопыренным средним пальцем. Пара секунд, и «кислотная ракета» скрылась за углом дома.

Эх, мало говнюку втащила, — раздался в голове раздосадованный маринин голос.

— Да забей, — буркнул я в ответ. — Пусть катит подобру-поздорову. Задание свое он честно выполнил: до офиса меня довез…

Добрый ты, Сережа, — перебила Марина. — А уродов учить надо… Вот что тебе мешало: рывком нагнать говнюка, и сломать его гребаный палец?

— Ну извини, что не такой кровожадный. И подобная дичь мне в голову даже не пришла.

Ладно, какие твои годы. Все придет с опытом…

Так, за разговором с союзницей, я неспешно дошагал до подъездной двери и, нажав на домофоне двойку, затаился в ожидании ответа.

— Ну кого там еще, на ночь глядя?.. — донесся из динамика задорный девичий голос.

— Свет, привет! Это я. Открой, пожалуйста, — вежливо попросил я.

Но вместо ожидаемой трели отпираемого замка из динамика горохом посыпались вопросы:

— Че-че? Кто это я? Это опять ты мелкий пакостник? Откуда мое имя узнал?

— Да это ж я — Сергей, — растерянно пробормотал в ответ.

— Да мне похрен, как там тебя зовут, утырок ты недоделанный!..

В голове, параллельно с ором из динамика, раздался истерический хохот союзницы.

— …Ну, погоди, засранец! Через неделю мне гипс снимут! На ноги встану! Я тя поймаю, и так уши надеру — что ты у меня чебурашкой станешь!

— Блин, че происходит-то?! — от возмущения я тоже перешел на крик. — Это я — Сергей Капустин! Практикант!

— Серега? Ты?! — агрессия в голосе Светы мгновенно сменилась крайней степенью удивления. И еще через секунду в динамике раздалась-таки долгожданная трель отпираемого замка.

Вскоре я уже привычно дернул вниз ручку обитой рейкой деревянной двери, с прикрученной сверху бронзовой блестящей двойкой. И через открывшийся порог шагнул в стандартную крошечную прихожую, с заваленной куртками вешалкой в углу и россыпью разнокалиберной обуви на полу, где даже в одиночестве я ощутил себя, будто в тесной собачьей конуре.

Ведущая в коридор деревянная дверь привычно оказалась заперта, но это иллюзорное препятствие, как и остальной антураж прихожей вокруг, продержалось ровно до того момента, пока я не захлопнул входную дверь за спиной… Большой палец с кольцом тут же обдало холодом. И через мгновенье окружающее меня пространство разительно преобразилось.

Стены тесной прихожей развеялись, как мираж, и я очутился на пороге просторного угловатого помещения-студии, получившегося из стандартной жилой квартиры, после сноса всех внутренних перегородок. Объема студии добавляло обилие на стенах зеркал, которых здесь было так много, что в иных местах рамы соседних висели друг на дружку внахлест. Даже входная дверь за спиной изнутри оказалась замаскирована зеркалом. Освещался лишенный окон офис сотнями горящих свечей, вставленных в подсвечники закрепленных под потолком старинных ламп. Бесконечное отражение свечей в окружающих зеркалах усиливало и без того яркий свет сотен мерцающих огоньков, отчего в студии было светло, как солнечным днем. Такая планировка, благодаря многократному отражению отраженного, визуально превращала студию в бесконечный зеркальный лабиринт, от вида которого, с непривычки, после длительного перерыва, у меня невольно зарябило в глазах.

— Боже, исхудал-то как! — донесся участливый голос девушки из-за стойки администратора. — Сергей, что ж ты там топчешься у порога, как не родной? — Ничуть не изменившаяся Светлана все в том же инвалидном кресле выехала из-за своего укрытия и, широко распахнув руки, понеслась ко мне навстречу. — Иди уже скорее сюда, потеряшка! Обнимемся, наконец.

Сделав пару шагов навстречу, я наклонился и крепко обнял остановившегося очаровательного администратора.

— А ведь поначалу пускать не хотела, — не удержался я от шпильки, размыкая объятья и помога Свете развернуться обратно к стойке.

— Извини, за ушлепка тебя одного приняла. Голоса у вас больно похожий, — стала объяснять Света, возвращаясь обратно на рабочее место. — А этот упырь малолетний, прикинь, повадился вечерами на домофон нам названивать. Кощей, подлюка, навадил! Старикану нашему, видишь ли, скучно тут в одну харю кроссворды разгадывать, и за радость языками зацепиться с незнакомым малолеткой. Мне же трындеть с малолетним хамом ни разу не по кайфу, вот и приходится отваживать. Прям, бесит!

— Да я уж понял, — кивнул я, склонившись над ограждением, и опершись локтями на стойку. — М-да, весело у вас тут.

— Ага, прям обхохочешься, — фыркнула Света и тут же, всплеснув руками, досадливо зачастила: — Ой, чего это я об ерунде всякой… Ты ж, наверняка, голодный. Да и помыться тебе не помешает… Ничего не хочу слышать! Все разговоры потом! На вот, держи сменку, и марш в душ!

Передо мной на стойку плюхнулись извлеченные из нижнего ящика джинсы, майка и даже трусы с носками (судя по наличию бирок и слюдяной упаковки на одежде, все — новое, ни разу не ношенное).

— Че рот раззявил? — хмыкнула Светка. — Это наставника твоего сменка. Санек у нас тот еще перестраховщик… И, видишь, вот, пригодилась… А это тебе еще бонусом, конкретно от меня, чтоб штаны, как на вешалке, не болтались… — Света положила поверх одежды пару тугих прищепок для бумаг. — Извини, ремня нет, потому, когда джинсы начнешь мерить, присобачь их как-нибудь аккуратненько сзади… И не надо так зыркать на меня! Это какая-никакая, но чистая одежда. И она в тысячу раз лучше того вонючего тряпья, что сейчас на тебе.

— Спасибо, — кивнул я, собирая в стопку неожиданные подарки.

— Обожди. И вот это еще возьми, — к лежащей передо мной одежде на стойку плюхнулась еще пара вполне приличных лакированных туфель, со слегка сточенными каблуками.

— Это Кощея обувка, он в них дежурит здесь, — пояснила Света. — Твои-то боты, гляжу, совсем никакущие, раз скотчем даже пришлось обмотать. Так что рожу не криви, бери и надевай смело. Размер у вас с Кощеем, вроде, один. Днем обувку себе новую справишь, эти вернешь, и старик ничего не узнает… Ну все, вали в душ. А я пока покушать тебе что-нибудь организую.

Поняв по решительному тону девушки, что спорить с ней бесполезно, я подхватил со стойки одежду с обувкой и направился в указанном направлении, мысленно ликуя, что наконец-то вернулся домой…

А тебе не показалось подозрительным, что после твоего неожиданного исчезновения из общаги, длительного отсутствия незнамо где и столь внезапного возвращения сразу в офис, эта явно любопытная девица не засыпала тебя сразу кучей вопросов? — слегка сбила мое благодушное настроение Марина, когда я уже отмокал под струями теплого душа.

— Да брось, — беспечно отмахнулся я. — Просто от меня, две недели не мытого, так тащило, что Света тактично предложила сперва принять душ. Сама же слышала, как она сказала: все разговоры потом.

Хорошо, если так, — хмыкнула союзница.

— Ой, вот только не нагнетай, а.

Ладно, как скажешь…

Интерлюдия 8

— …Да, Светлана, понял тебя. Вместе с Александром развлекайте его до моего приезда… Примерно через полчаса… Все, до встречи.

Артем Борисович нажал на «сброс». И еще секунд десять задумчиво смотрел на потухший экран айфона, барабаня пальцами по столу. Затем в «Контактах» быстро пролистал длинный перечень телефонов до нужного номера и нажал на «вызов».

— Ало, Митюня… Извини, дружище, что отвлекаю от столь интересного занятия. Увы, я по делу… Слушаешь? Прекрасно. Тогда у меня для тебя две новости. Хорошая и плохая. С какой начать?.. Без разницы тебе. Кхе… Ладно. Так вот, Сергей, практикант наш сгинувший, представь себе, вдруг нашелся. Он только что сам в офис пришел … Нет, лично я еще его не видел. Знаю со светкиных слов. Только что с ней по телефону разговаривал. Говорит, парень сильно исхудал, и одет был, как бомж, но выглядел вполне бодрячком… Это, как ты понимаешь, новость хорошая. Плохая же заключается в том, что наши опасения подтвердились, и практикант, увы, стал хаосистом.

Мужчина отодвинул гаджет от уха и, выждав несколько минут, продолжил разговор:

— Митюня, кончай орать, что о тебе девушка твоя подумает… Она может и привычная, зато я нет. Ну все, угомонись… Да, мне тоже обидно, но я же держу себя в руках. Криком ситуацию не исправить… Лично не проверял, но в данном вопросе Светлане можно довериться на все сто. Сам знаешь, у нее ступень Проницательности выше даже, чем у меня… Да, девочка провела глубокое сканирование. Пацан позволил себя крепко обнять, и она вскрыла текущие параметры его Персонального Кольца… Пока там не критично, перекос в Хаос всего на пару пунктов. Но, как говорится, лиха беда начало… Не мне тебе рассказывать какие затейники эти хаосисты. И что на уме у нашего измененного практиканта теперь одному Хаосу известно… Не суетись, Светлана дернула наставника парня экстренным сообщением, как только объявился Сергей. Саня должен прибыть в офис с минуты на минуту. Практиканта она отправила пока мыться. А к его выходу из душевой, как раз подтянется Александр, и вдвоем они займут Сергея. Я обещал подтянуться через полчаса, и ты тоже приезжай… Да, согласен, легко можем управиться и без тебя. Но я знаю, как ты прикипел к этому парню. Потому хочу, чтоб ты лично стал его Детектором, и сам решил дальнейшую судьбу хаосиста…

Аркадий Борисович снова отодвинул от уха телефон, пережидая яростный поток ответного мата. Когда заряд возмущения у оппонента начал ослабевать, мужчина вернул айфон к уху и несколькими рубленными фразами быстро завершил разговор:

— …Через полчаса. Жду тебя у двери офиса. Это приказ!

Нажав «сброс», мужчина сунул айфон во внутренний карман пиджака, поднялся с кресла и вышел из кабинета.

Шагая по длинному коридору, Аркадий Борисович бросил появившейся на пороге гостиной женщине, что вынужден отлучиться по неотложному делу. Привычная к его беспокойной жизни супруга, без возражений, с грустной улыбкой пожелала ему удачи.

Аркадий Борисович вышел из квартиры и захлопнул за собой дверь.

Глава 36

Вернувшись в офис чистым и в новой одежде, я увидел в окружающих зеркалах тощего скуластого типа, с всклокоченной после полотенца шевелюрой и с нелепой пародией на щетину, смешными клочьями отросшей за пару недель под носом, на впалых щеках и остром подбородке… М-да, доведись мне увидеть себя в таком виде месяц назад где-нибудь на фотке, в жизни бы не поверил, что так изуродовать аватарку возможно без фотошопа.

— Серега! Как я рад, что ты наконец отыскался! — радостный возглас наставника оторвал меня от мрачного созерцания непривычно худых рук. Выпирающие из-под кожи мослы которых, позволяли рассмотреть анатомию верхних конечностей подробно, как на скелете.

Обернувшись на голос, я обнаружил Александра (как обычно, облаченного в модный дорогой костюм), поднимающегося с мягкого кресла и устремляющегося мне навстречу.

Через пару секунд наставник заключил меня в свои медвежьи объятья, и мне даже показалось, что при этом раздался тихий хруст моих безжалостно сминаемых костей.

— Кошмар! Как же ты исхудал! — громыхнул Саня уже мне в ухо.

— Я тоже раз встрече, наставник, — прокряхтел я в ответ.

— Где ж тебя черти носили целых две недели? А, практикант?! Мы ж, грешным делом, уже похоронили тебя…

— Э-э! Хоре пургу нести! — возмутилась подкатившая к нам сбоку Светлана. — Да пусти ты уже его, горилла! Че вцепился, как бульдог в палку! Раздавишь, ведь, пацана!.. Все, угомонись, сказала! Отыскался твой драгоценный Сережа, и никуда в ближайший час отсюда точно не сбежит.

Александр ослабил хватку и, приобняв меня за плечи, потянул к столу.

— Пошли, Серега. Светка, пока ты мылся, там тебе гору вкусняшек организовала.

И правда невысокий длинный стол оказался буквально погребен под сверками с бургерами и картонками с картошкой из Макдака, огромными коробками с пиццей из Додо, и ведерками с ножками и крылышками из Киэфси. А в качестве запивки к этому изобилию на столе имелась коробка с двумя десятками банок пепси и упаковка полулитровок с минералкой.

— Ну чего стоишь, как не родной. Садись, бери что нравится. Ешь, пей… Короче, ни в чем себе не отказывай, — напутствовал наставник, буквально силком усаживая меня в кресло.

Пару недель назад я б накинулся на такое угощение, как волк на ягненка. Сейчас же, уж не знаю почему, но, хотя не ел практически уже двое суток, открывшаяся на столе мечта голодного студента, вместо аппетита, вызвала, наоборот, лишь острый приступ отвращения.

Чтобы не обижать на славу расстаравшуюся Свету, цапнул из ближайшего ведерка куриную ножку, и вяло куснул ее пару раз. Отложив едва начатую ножку, переключился на напитки, и с гораздо большим удовольствием выдул друг за дружкой подряд пару банок пепси.

— Да че ты воду-то одну дудонишь, на-ка лучше, вот, бикмак захомячь, и маргаритой закуси, — устроившийся в соседнем кресле заботливый наставник сунул мне в руки уже развернутый бургер и выдернутый из коробки кусок пиццы.

Но от вида и запаха любимого фастфуда мне вдруг резко подурнело. И, зажав рукой рот, а стрелой понесся в туалет.

— Серега, это еще че за фокусы? — полетел мне вдогонку удивленный сашин возглас…

— Да какая, в задницу, анорексия! — встретил меня на выходе из уборной возмещенный крик Александра.

— Спиридонов, не смей на меня орать! — в тон ему ответила Светлана. — Я всего лишь предположила. Симптомы, сам видел — один в один.

— Да его всего две недели не было! Не могла эта гадость так быстро развиться!

— Ты че, медик?

— Да пошла ты!

— Сам пошел!

— Я вам не мешаю, — решился-таки я тоже подать голос и обозначить свое присутствие.

— Пацан, ну-ка признавайся, ты когда последний раз ел? — тут же в ответку огорошила меня прямым, как телеграфный столб, вопросом Света.

— Давно, — буркнул я, возвращаясь и опускаясь обратно в кресло.

— А поподробней?..

— Два дня назад, — признался я и, с характерным «пшшш» вскрыв очередную банку сладкой шипучки, тут же жадно к ней присосался.

— Что и требовалось доказать, — припечатала администратор.

— Млять, Серега, да как так-то! — всплеснул руками Александр.

— Думаю, это из-за длительного и частого потребления кольцом энергосути теневых тварей, — огорошил я Саню со Светой очередным, гораздо более шокирующим, признанием и, отложив пустую жестянку, потащил из коробки новую банку пепси.

— ЧЕГО?! — ожидаемо вскинулся наставник. — Да где ж, рвач тебя задери, ты ее раздобыл?!

— Стопэ, Сергей! Больше не слова! — возразила требованию наставника Светлана. — Сперва давайте дождемся Борисыча. Он должен подъехать в офис с минуты на минуту. Вот ему все, как было, и расскажешь…

Глава 37

— Значит, Серафима, говоришь, звали твою спасительницу? — после продолжительной паузы, возникшей по окончании моего рассказа, первым тишину решился нарушить Митюня.

Здоровяк прибыл в офис вместе с Борисычем. И повел себя со мной после длительной разлуки непривычно сдержанно. Проигнорил мою попытку обняться, ограничившись, как и начальник филиала, лишь вялым рукопожатием.

— Да. Она такая мощная женщина, высокая…

— Кажется, я ее знаю, — перебил Митюня, отвернувшись к Борисычу, и, отвечая на его удивленный взгляд, продолжил: — Нет, лично мы не знакомы. Но Лиза о ней рассказывала. Серафима — опытный сталкер, пользующийся у артефакторов серьезным уважением. Типа, ежели эта дама берется за заказ, она железобетонно добывает нужные трофеи к означенному сроку. Правда и дерет за услуги безбожно. Крайне неуступчивая в плане денег тетка, за лишний евро глотку перегрызет.

— Ишь ты, а нашего практиканта, мало того спасла, еще и знакомому гонщику поручила, чтоб в Нижний Серегу доставил с ветерком, — хмыкнула Светка. — И, до кучи, даже трофеями поделилась… Че-то не вяжется с образом крохоборки.

— Ну я ж в аномалии не сидел сложа руки, а помогал Серафиме. Если б не я, в одиночку с курильщиком она б точно не справилась. Вот в благодарность за тот совместный бой Серафима и организовала мне поездку в родной город.

По совету Марины, я сохранил в секрете активацию теневого сердца, рассказав ясновидящим лишь о подселении через крестраж в тело темной сущности, не упомянув о сложившихся, благодаря артефакту Хаоса, между нами доверительным отношениям. Из-за этой недосказанности, пришлось умолчать и о своем участи в схватке Серафимы с Линдой, неожиданно ставшей для меня пропуском на свободу. Потому теперь приходилось так вот коряво выкручиваться.

— Ишь ты, — покачал головой Митюня, — с курильщиком он ей помог.

— А я Сереге верю! — поддержал наставник. — Он искренне говорит — это ж видно!

— Оттиск крестража еще раз покажи, — попросил впервые за вечер подавший голос Борисыч.

Я снова задрал до горда футболку, демонстрируя скалящийся маринин лик на животе.

— Ничего странного не замечаешь? — обернулся начальник к Митюне.

— Борисыч, я не спец по этой дряни, — поморщился здоровяк. — Надо Лизе показать. Она — артефактор, ей и карты в руки.

— Это само собой, — скривился Аркадий Борисович. — Потом, Лизавета, разумеется, сделает подробный анализ. Но главное очевидно уже сейчас. Митюня, ты ж опытный ясновидящей, и такие простые вещи должен подмечать на раз. Ну же?..

Заинтригованный настойчивостью шефа, я сам сверху покосился на татуировку на впалом животе, но тоже не заметил там никаких бросающихся в глаза перемен. Все выглядело точно так же, как в первые минуты после получения мною крестража.

— Глаза девицы на оттиске, — вместо здоровяка неожиданно откликнулась Света. — Они широко распахнуты. Что невозможно, при спящем крестраже.

— Умничка, — похвалил администратора Борисыч и, повернувшись ко мне, хитро прищурился: — Практикант, ты точно все нам рассказал?

— Как на духу, — соврал я.

— Ну-ну, — покачал головой начальник и, отвернувшись обратно к Митюне, потребовал: — Твое решение?

— Источник проблемы очевиден, — после короткого раздумья заговорил здоровяк. — Отвезу, пожалуй, парня к Лизке. Пусть просканирует пацана своим навыком. Думаю, она сможет артефакт смастерить, чтоб дрянь эту в теле практиканта смог заблокировать, а со временем и полностью вытравить ее к чертям. Тогда, уверен, все наладится само собой… — он еще что-то продолжил затирать, про богатого буратино, которому теперь есть чем забашлять за недешевый индивидуальный заказ, но дословно разобрать помешала союзница, белугой взвывшая еще после столь нелестного отзыва о ее крестраже:

Ты слышал?! Нет, ну ты это слышал?!Скажи этому ушлепку, что сам он дрянь редкостная! А лучше пусти, я сама ща все ему выскажу!

Ну-ка цыц! — поморщился я. — Наш союз уже в шаге от разоблачения. Вот, Борисыч как зыркает недоверчиво. Хочешь в открытую о себе заявить? Тогда чего ради скрытничать меня просила?

Мои мысленные увещевания смогли обуздать напор обиженной Марины. Бывшее исчадье перестало вопить, успокоилось, и я снова смог слушать собеседников за столом.

— …две недели и в хвост, и в гриву, — что-то втолковывал Борисыч уже Александру. — Дай подопечному хоть недельку передышки. Успеешь еще нагрузить его по полной. А пока, я согласен с Митюней, лучше ему несколько дней погостить у Елизаветы.

— И так уже две недели псу под хвост, — осмелился возразить Александр.

— Саня, ты меня понял?! — спросил Борисыч, поддав голос металла.

— Понял, — проворчал понурившийся наставник.

— И чтоб никаких в это время от тебя звонков и поручений!

— Да понял я, понял.

— А раз понял, гони вещи практиканта, — влез в их диалог Митюня. — Не в майке же мне его на улицу вести.

Наставник сунул руку во внутренний карман пиджака, и жестом фокусника извлек оттуда по очереди: сперва мою косуху, и следом знакомый рюкзак.

— Держи, практикант, — бросил мне на колени полученные вещи Митюня.

— И больше не теряй, — хмыкнула Светка.

Потянув за молнию рюкзака, внутри я обнаружил тетрадки с лекциями, пожеванный кошелек и айфон. Последний за пару недель, разумеется, полностью разрядился, и на мою попытку активировать экран, прикосновением к сканеру пальцем, ожидаемо ответил презрительной чернотой.

— Позже с телефоном наиграешься, — фыркнул Митюня. — Одевай куртку, и за мной.

— Это твое окончательное решение? — донесся нам с спину странный вопрос Борисыча, когда, вместе со здоровяком, мы зашагали к выходу из офиса.

— Угу, — откликнулся Митюня, не оборачиваясь.

И мы вышли в подъезд.

Интерлюдия 9

— Девушка, что случилось? Вас беспокоит боль в руке? — хирург выскочил из-за стола навстречу элитной клиентке, и самолично придвинул ей стул.

Кокетливо поправив непослушную прядь розовых волос, Линда аккуратно опустилась на предложенное место, тяжко вздохнула и огорошила врача неожиданным ответом:

— Напротив, доктор, с рукой настолько все здорово, что я решила — пора снимать гипс.

— Шутить изволите? — хмыкнул хирург, возвращаясь в кресло за столом. — Вам же этим утром только его наложили.

— Так ведь уже вечер, доктор, — улыбнулась Линда. — И поторопитесь, пожалуйста, у меня через час запланирована важная встреча в другом конце города.

— Вы что это, серьезно?

— Разумеется. Повторяю, поторопитесь.

— Но позвольте, девушка! У вас же там, насколько я помню, двойной перелом со смещением лучевой кости!

— Все верно. Так и было написано в выданной утром справке, доктор.

— Но с такими травмами не шутят! Для полного восстановления вам необходимо носить гипс еще минимум месяц!

— Уверяю вас, доктор, рука уже в полном порядке. Снимите, и сами убедитесь.

— Но это решительно невозможно!

— Снимайте, прошу вас, — широко улыбнулась Линда. — Под мою ответственность… А это вам за заботу.

Она положила на край стола извлеченный из клатча конверт.

Недовольно хмурясь, хирург потянулся к презенту и, заглянув внутрь, ошарашенно заморгал. Две стоевровые купюры мигом прекратили его дальнейшие препирательства.

Через пять минут, звонко цокая каблучками, из кабинета хирурга выскочила избавленная от гипса розоволосая девушка в розовом осеннем пальто и, на ходу разминая освобожденную правую руку, зашагала по коридору в сторону выхода.

Оставшийся в кабинете хирург, проводив до порога щедрую клиентку, тут же метнулся к внушительной стопке медкарт сегодняшних пациентов и стал лихорадочно ее перебирать.

Нужная карта отыскалась в самом низу. Вытащив из нее рентгеновский снимок руки, доктор добрую минуту тщательно разглядывал ее на свету ослепительно-яркой потолочной лампы — так долго, что под конец у бедняги даже заслезились глаза.

— Чертовщина какая-то! — пробормотал он, убирая снимок обратно в папку и возвращаясь в кресло. — Все правильно: двойной перелом со смещением. Но как, дьявол меня раздери, такая травма могла бесследно исчезнуть всего за полдня?!

Мужчина достал из нижнего ящика початую бутылку виски и, не утруждаясь поиском стакана, свинтив пробку, тут же стал жадно хлебать огненный напиток прям из горла.

Настроение у Линды было просто великолепное. Благодаря регенерации целительного навыка, поломанные кости замечательно срослись за считанные часы, и озадаченный вид снявшего гипс доктора повеселил ее лучше любой комедии. Но эта невинная шалость, разумеется, была сущим пустяком на фоне по-настоящему грандиозного достижения девушки.

Самое важное случилось еще пару часов назад. У Линды перед глазами вдруг всплыл системный лог, о досрочном исполнении задания последнего шанса. Похоже, каким-то чудом Сергей не только выжил, но и самостоятельно стал хаосистом. Линде же прилетели за это обещанные пятнадцать дополнительных уровней к теневому телу. Собственно, этот неожиданный подгон с халявной прокачкой и позволил залатать переломы настолько быстро. Изрядно подскочившие основные параметры сделали тело значительно сильнее, что в разы ускорило регенерацию. На самом деле кости под гипсом срослись практически разу же после прочтения ей системного лога. А к доктору с задержкой она направилась, потому что сперва позвонила в любимый ресторанчик и забронировала на вечер отдельный кабинет со спец облуживанием, потратив львиную долю времени на утверждение с управляющим вечернего меню (разумеется, не только вина и закусок).

От предвкушения скорой встречи с парой загорелых красавцев, отобранных ей лично по скайпу из целой галереи предложенных кандидатур, у Линда на лице невольно появилась мечтательная улыбка, а каблучки по паркету зацокали еще звонче. Запланированный вечер, безусловно, станет вишенкой на торте, кульминаций ее сегодняшнего триумфа. Ведь не каждый же день случаются ТАКИЕ подарки судьбы, и столь замечательное во всех отношениях событие, как единовременное поднятие пятнадцати призовых уровней, обязательно следовало хорошенько отпраздновать.

Теперь девушке оставалось лишь сесть в дожидающееся неподалеку от больницы такси, которое увезет ее веселиться в любимый ресторанчик.

Когда Линда сбегала по ступеням широкого крыльца, в клатче зазвонил телефон.

На экране гаджета высветился незнакомый входящий номер, но прожженную авантюристку, разумеется, это не остановило, и, нажав на соединение, девушка буркнула в айфон:

— Кто это?

От раздавшегося в ответ знакомого до жути голоса девушка едва не оступилась на последней ступени:

— Я сделал все за тебя. Ты получила награду незаслуженно. Настало время отрабатывать долг.

Все мысли: о такси, ресторане и отдыхе в объятьях мускулистых мачо, мгновенно вылетели у нее из головы. Линда замерла на месте и подрагивающим от напряжения голосом прошептала в гаджет:

— Что я должна делать?

Глава 38

Три дня в доме артефактора пролетели, как во сне. Фиг знает, то ли переутомленный за предыдущие две недели организм настолько отчаянно нуждался в отдыхе, что меня все это время ежедневно и еженочно неудержимо тянуло в сон, то ли хитровыдуманные хозяева, попросту, постоянно подмешивали мне снотворное в еду и питье, от чего меня и плющило все это время не по-детски…

Отчетливо врезалась в память лишь первая ночь, когда Митюня привез меня после офисных посиделок в дом Елизаветы.

Еще по дороге в машине мой провожатый связался по айфону с подругой-артефактором, и предупредил ее о моей болезненной худобе и полном отсутствии аппетита. Потому к нашему прибытию Лиза успела сварганить офигительно вкусный куриный бульончик, который, в отличии от бургеров и прочего фастфуда, мой желудок воспринял настолько благосклонно, что без намека на протест принял аж две к ряду здоровенные миски наваристого напитка.

После позднего ужина Митюня попросил меня показать Лизе свои трофеи, и я высыпал на стол перед женщиной добытые из кармана горошины энергосути, пару разноцветных кристаллов и эблюс.

Горошины энергосути тут же были тщательно взвешены на аптекарских весах и отложены в сторону, мне же было объявлено, что эти полезные для изготовления артефактов расходники Елизавета готова у меня приобрести аж за три тысячи шестьсот пятьдесят евро. До сих пор не привыкший к таким астрономическим для студента суммам, разумеется, я был более чем рад сбагрить «ртутные» шарики по предложенной цене. Но вспомнив свой давнишний уже торг с Митюней за амулет Навигатора, решил приколоться, и объявил, что готов продать горошины энергосути лишь за четыре тысячи евро. Как не странно, меня не подняли на смех, напротив, Митюня даже одобрительно крякнул, за что тут же был отправлен раздосадованным артефактором в другую комнату. И после ожесточенного торга тет-а-тет с Елизаветой, мы пришли к компромиссной цене сделки в три тысячи семьсот шестьдесят евро.

Продавать эблюс я отказался категорически, заказав изготовить из него артефакт-расширитель. И этот заказ обошелся уже мне в пять тысяч восемьдесят евро (это уже цена после торга, потому как изначально Лиза за работу запросила пять с половиной тысяч евро).

Но в минусе я, разумеется, оставался не долго. Моя догадка, что кристаллы ценятся гораздо больше энергосути, подтвердилась в полной мере, когда за оранжевый — далеко не редкий, по утверждению Лизаветы, кристалл, выпавший из матерой бестии — мне с ходу было предложено две с половиной тысячи евро. В процессе торга удалось накинуть на начальную цену еще сто тридцать евро, и в итоге этот кристалл был выкуплен у меня аж за две тысячи шестьсот тридцать евро. Путем несложных вычислений, я прикинул, что снова в плюсе более чем на тысячу триста евро.

Однако самое интересное началось, когда мы добрались, наконец, до последнего дымчато-серого кристалла. Лиза объявила, что этот редкий и дорогой кристалл, выпавший из курильщика (последнее для меня, разумеется, стало шокирующей неожиданностью), она готова выкупить у меня аж за сто тысяч евро, и торг тут невозможен, потому что сто тысяч — это вся имеющаяся в ее домашнем сейфе наличка. Но артефактор тут же честно предупредила, что на моем месте не стала бы продавать столь редкий трофей, а, накопив еще пару десятков тысяч (не рублей, разумеется), заказала бы изготовить из него артефакт Кислотного дыма — оружие, эффективное практически против всех тварей теневой параллели… Лизавета продолжала мне расписывать разрушительный потенциал Кислотного дыма, но испытав не так давно его секундное воздействие на собственной шкуре, я прекрасно все знал и без ее убеждений. Потому в пол уха слушая и кивая атефактору, сам параллельно отвлекся на немой диалог с союзницей:

Сто тысяч евриков, а! — ликовала у меня в голове Марина. — Кто молодец — я молодец!..

Серега, прикинь, как толстуху переклинит, когда она этого камушка в своей копилке не досчитается?

А если она догадается, что это ты?.. то есть я… то есть мы…

Да хрена лысого она догадается. Скорее на Линду подумает. Толстуха ж уверена, что это кукольник, по приказу хаосистки, в кармане у нее рылся.

Все равно мне как-то не по себе… Фак! Это ж считай была главная драгоценность среди ее трофеев!

И поделом суке толстожопой! Забыл, как она из ботинок эблюсы твои умыкнула?

Такое забудешь…

Вот и нехрен нюни распускать. Мы ж, считай, гребаный джекпот сорвали! Радоваться надо…

— Сергей, ты часом не заснул? — легкий тычок в плечо вернул меня от мысленного к реальному диалогу.

— Нет, все в порядке, просто задумался, — тут же откликнулся я.

— Ну и чего надумал? Готов за сто тысяч продать кристалл? Или, все-таки, отложишь редкий трофей на будущее?

— Готов.

— Ну, как знаешь, воля твоя, — и дымчато-серый кристалл тоже был сдвинут маленькой женской рукой к другим проданным трофеям.

По завершении наших торгов, Митюня был призван обратно в гостиную, а мне было велено задирать футболку и ложиться на диван. Дальше Елизавета со сосредоточенным видом долго водила над моим животом какими-то непонятными амулетами, сканируя таким замысловатым макаром татуировку крестража.

Итоги обследования для меня остались секретом, потому как еще в процессе осмотра на меня накатила первая волна сонливости, и я банально отрубился, лежа к верху пузом на мягком диванчике в гостиной… Дальше, сквозь сон, вроде, ощущал, что на щиколотках ног и запястьях рук мне затягивали ремни, и лили потом что-то пронзительно-ледяное на живот, настолько болючее, что я даже от болевого шока потерял сознание. Впрочем, все это мне запросто могло и присниться, потому что утром я проснулся свободным от пут в нормальной постели, с татухой крестража на невредимом животе, и еще со зверским аппетитом. А потом, кажется, повторно уснул прямо за столом, едва набив пузо утренней кашей…

Дальше снова пробуждение в кровати, обед, и резкая волна сонливости… Опять возвращение в реальность уже в постели, ужин и неодолимый сон… И так три дня по кругу. Вот и решайте: последствия это длительного переутомления, или действие каких-то подмешанных в еду препаратов?

Как бы там ни было на самом деле, до правды теперь фиг докопаешься, потому как три дня изоляции остались уже позади.

Этим утром я проснулся не сам, а от знакомых пронзительных трелей айфона, оказавшегося вдруг на прикроватной тумбочке. Потянувшись, я мазнул пальцем по экрану, отключая в гаджете надрывающийся будильник. За окном еще было темно, и затяжной осенний дождь вовсю барабанил по стеклу, но, несмотря на располагающие к досыпанию под одеялом дорассветную рань и дождливую погоду, я вдруг почувствовал себя настолько бодряком, будто только что подряд засадил две чашки крепчайшего кофе.

Выскочив из-под одеяла, я натянул джинсы и поплелся на кухню. Поскольку в коридоре уже горел свет, а из кухни доносились приглушенные голоса, еще на подходе к месту стало понятно, что, несмотря на такую рань, проснулся в доме я самым последним.

Помимо Елизаветы, которую я наблюдал здесь ежедневно, во время трехразового приема пищи, в этот раз на кухне за столом обнаружился и завтракающий Митюня, которого я не видел с ночи заселения, все три полукоматозных дня.

— Давай, практикант, скоренько перехвати чего-нибудь, и погнали, — кивнув мне здоровяк на пустой табурет рядом.

— Куда это? — забеспокоился я.

— В институт, разумеется, — хмыкнул Митюня. — Ты ж у нас вроде как студент. Или память отшибло?

— Да, но…

— Никаких «но», — перебил здоровяк. — Лизавета сказала ты уже норм.

— Че правда? — я обернулся к артефактору.

— Сам посмотри, — она кивнула на огромное зеркало в коридоре и, заметив мое колебание, добавила: — Не беспокойся в моем доме зеркала так же безопасны, как в офисе.

Я вернулся в коридор, погляделся в зеркало, и увиденное меня весьма порадовало. Вместо оскала узника концлагеря, каким я себя увидел в офисных зеркалах трое суток назад, мне улыбнулось привычное, чутка скуластое лицо, и даже уже без следов смешной щетины на щеках (а поскольку я не помнил, чтоб брился сам, сделал вывод, что и за эту услугу, вероятно, стоит поблагодарить заботливую хозяйку). От болезненной худобы в стройном подтянутом теле теперь так не осталось и следа. Руки больше не выглядели, как обтянутые кожей кости, а невероятным образов всего за три дня основательно обросли мясцом, и сейчас на них даже явно обозначились мышцы, как у спортсмена, чего раньше на моих верхних конечностях точно никогда не наблюдалось. Задрав майку, с еще большим изумлением я уставился на сияющий девственной белизной живот — татуха крестража исчезла, словно никогда ее и не было.

Марина, ты меня слышишь? — мысленно обратился я к союзнице. Но, увы, ответом мне была лишь звенящая тишина.

— Эй, хорош там на себя пялиться, чай не девка, — хохотнул Митюня. — Иди омлет ешь, пока совсем не остыл, и погнали.

В подавленном настроении, но с натянутой улыбкой на лице (ведь я ж, типа, должен был рад избавлению от метки темной сущности, иначе коллеги не поймут), я вернулся и сел завтракать…

А еще через четверть часа в дождливом предрассветном сумраке мы уже лавировали на митюнином «Рендж ровере» среди плотного потока машин, держа курс к моей альма-матер.

Поначалу какое-то время мы ехали молча, потом постепенно разговорились.

— …Ты, Серега, главное, веди себя в институте естественно, как будто нифига ничего и не было, — напутствовал меня здоровяк. — Мы вчера с наставником твоим всех, кого надо, там уже обработали, как положено. Так что вопросов, из-за продолжительного отсутствия, у деканата к тебе не будет, зуб даю.

— А как же общага? Толян?

— Забудь. К убийству соседа ты не причастен. От полиции тебя полностью отмазали. Официальная версия следствия по убийству — твой сосед стал жертвой маньяка. Ты, типа, увидел убийцу в момент преступления, испугался и сбежал. Потом, естественно, пришел в полицию. И, как важного свидетеля, тебя спрятали… Собственно, это и является оправданием твоего долгого отсутствия в институте. Пару дней назад убийцу-маньяка схватили. После чего надобность дальше прятать тебя отпала. И, вот, ты снова возвращаешься к учебе — весь такой из себя герой, помогший правосудию поймать маньяка.

— Лихо, блин.

— А то! Знай наших!.. Кстати, по поводу лечения, как самочувствие-то?

— Отлично, — кивнул я. — Скажи, сколько я Лизавете за это должен?

— Шутишь, — рассмеялся Митюня. — Ты ж ей кристалл курильщика всего за сто штук продал. Это она, считай, все заначки за такой подгон тебе выгребла. И лечение, так сказать, за счет заведения презентанула.

— Бесплатно что ли?

— Угу, как ценному поставщику редких кристаллов… Кстати, бабки твои за кристалл, и там по мелочи еще за остальное — всего сто одна тысяча триста десять евро — я лично упаковал в твой рюкзак.

— Так, может, тогда мы по дороге в банк заедем. А то на учебу с такими деньжищами, сам понимаешь…

— Да какой банк, Серега? Ты глянь сколько машин кругом, раннее утро, а дорога забита уже, как в час пик. И так еле плетемся. В самый притык к первой паре успеваем.

— Издеваешься? Ты, вообще, представляешь, что будет, если кто-нибудь в институте прочухает, что у меня полный рюкзак денег?

— Да че там, господи. Две пачки с европейскими пятихатками и еще скрутка с остатками — пара твоих тетрадок куда больше места занимают.

— Нахрен учебу! Рули к банку!

— Не газуй, практикант, ща все порешаем, — хитро подмигнул мне здоровяк. — Ведь это еще не все сюрпризы для тебя. Ну-ка руку в правый карман куртки сунь.

Я покорно расстегнул молнию на указанном кармане косухи и полез туда рукой. И растерянно замер лишь, когда рука погрузилась в декоративный, казалось бы, карман аж по локоть.

— Уж извини, не отказал себе в удовольствии приколоться, — заржал, наблюдая мою вытянувшуюся от изумления физиономию, Митюня. — Сам приладил твой расширитель, без спросу. Но ежели тебя его наличие в этом кармане не устраивает, можем прям ща перебросить артефакт в другой.

— Да нет, утраивает. Очень устраивает, — закивал я. — Выходит, она и это успела сделать?

— Лиза — мастер своего дела. А расширитель, считай, самый ходовой товар, и она эти артефакты с закрытыми глазами насобачилась уже клепать. Главное, чтоб исходники были… Эблюс же ты ей предоставил. И даже горошины энергосути по сходной цене подогнал. Так что себя благодари за срочность. Так-то, пацан.

— А как, вообще, пользоваться-то расширителем? Там, наверное, что-то типа шкафа? — прикинулся я шлангом, хотя уже имел опыт проникновения в чужой бездонный карман, и знал это наверняка. Но Митюня-то о моем опыте был не в курсе, вот и пришлось разыгрывать сущего болвана.

— Догадливый, — кивнул здоровяк. — Карман твой, под действием расширителя, сейчас действительно превратился в некое подобие вместительного стеллажа с полками. Но тебе заморачиваться об этом не нужно. Все что от тебя требуется — это просто сунуть вещь в карман. А дальше артефакт сам подхватит ее и определит на нужную полку. Потом, чтобы забрать вещь обратно, так же нужно сунуть пустую руку в карман и просто пожелать, чтобы в ней оказалась оставленная на хранении вещь. Имеются, разумеется, некоторые ограничения по объему и весу. Нельзя запихивать в расширитель вещи совокупным объемом больше полутора кубометров, и совокупным весом более трех тонн.

— Охренеть.

— Да хорош уже карман-то щупать. Лучше, пока едем, попрактикуйся. Забрось туда что-нибудь, и обратно вынь.

— А чего засунуть-то?

— Да хотя бы то же пачки денег из рюкзака. Уж поверь моему опыту, в личном расширителе твои деньги будут куда в большей сохранности, чем в самом надежном банке.

У меня на этот счет было, разумеется, свое особое мнение, все ж таки редкий кристалл попал ко мне как раз из чужого расширителя. Но поскольку в институте о бездонных карманах никто ни сном ни духом, вряд ли кто-то там соблазнится пустым декоративным карманом косухи. Почему пустым? Да потому, что из-за чудовищной тесноты этого ни разу не практичного кармана, любая помещенная туда мелочевка тут же бросалась всем в глаза. А поскольку сейчас карман, с расширителем внутри, не топорщился, значит для всех, не посвященных в секреты ясновидящих, обывателей сейчас он был пуст. Следовательно, прятать там деньги можно было действительно без опасений.

Я со своего места неуклюже потянулся за рюкзаком, толкнул локтем Митюню, и тут же услышал сбоку раздраженное ворчанье:

— Да че ты дергаешься, как припадочный! Так до заднего сиденья не дотянешься, бестолочь! Ремень, ремень сперва отстегни!..

Вот жлобяра охреневший! Даже разбудил, сука! — вдруг раздался в голове заспанный маринин голос. — Сергей, дай-ка я ему разок всеку! Ну всего разочек!

И я счастливо расхохотался.

Глава 39

Митюня оказался прав, из-за утренних пробок, мы подкатили к институтскому крыльцу всего за три минуты до начала первой пары. И, выскочив из машины, как угорелый, я понесся на четвертый этаж, где первой сегодня у моей группы по расписанию стояла практика по Вышке.

Мое появление в аудитории практически совпало с началом пары. Все ребята уже сидели на местах. А наш профессор Прокоп Миронович — вечно всем недовольный сухопарый ворчун лет пятидесяти — с куском мела в руке подошел к доске, намереваясь накарябать условие первой задачки.

— Опаздываете, Капустин, — поморщился на мое появление преподаватель.

— Извините, — пропыхтел я, безуспешно стараясь унять отдышку после недавного ускорения.

— Скажите спасибо, что я не начал еще писать, — проворчал Прокоп Миронович… Был у этого зануды такой бзик: отмечать в личном журнале прогул каждому студенту, кто появился на паре посте того, как мел в его руке касался грифельной доски. И наличие трех таких прогулов за семестр оборачивалось гарантированным снижением бала на экзамене, вне зависимости от уровня подготовки студента. Проще говоря, будь ты даже гением в математике, безупречно реши все задачи и, как стихотворении, отбарабань ответы на экзаменационные вопросы, если в журнале Мироныча у тебя за семестр накопилось три и более прогулов, выше четверки не видать тебе, как своих ушей.

— Ступай на место, — смилостивился Прокоп Миронович и, отвернувшись к доске, стал выводить каллиграфическим почерком условие первой задачи.

Под заинтригованными взглядами не видевших меня больше двух недель одногруппников, я прошел на заднюю парту и, опустившись на стул, полез в рюкзак за тетрадкой. В процессе заметил, что поставленный на беззвучку айфон, озаряет темное нутро рюкзака вспышками света, сигнализируя о входящем. А на его экране, вместо телефонного номера, высветилась аватарка налитого кровью глаза.

— Че за хрень, — едва слышно буркнул себе под нос.

Ответь, интересно же, — откликнулась в голове Марина.

Покосившись на строчащего условие препода, прикинул, что еще минуту Мироныч не должен был оторваться от доски точно, и, наклонившись так, что практически скрылся под партой, мазнул-таки пальцем по зеленой трубке на экране, подтверждая соединение.

— Кто это? — шепнул я в микрофон.

— Тот, благодаря кому ты выжил в аномалии, Сергей, — донесся из динамика приятный баритон.

— Че за?..

— По моему приказу кукольник подсадил тебе сердце тряхуна, — перебил меня спокойный уверенный голос. — Артефакт прижился, и только поэтому ты там выжил и вернулся в родную параллель. Ты мой должник, Сергей. И, пока не расплатишься сполна, полагаю, справедливо будет, чтоб, обращаясь ко мне в разговоре, ты именовал меня впредь Хозяином.

— Но как вы?..

Понявший меня с полуслова Хозяин снова стал отвечать, не дослушав вопрос:

— Все просто. Знакомый хакер твоей розоволосой подружки в нужный момент взломал твой телефон, и устроил нам этот разговор.

Опять эта сучка Линда! — вклинилась параллельно Марина. — Предлагала ж, заколоть обеих сук там на поляне, пока была возможность!

— Да я, вообще, мог не отвечать на этот чертов звонок! — забывшись, где нахожусь, под конец фразы с шепота я перешел практически на крик.

За что тут же и поплатился.

— Капустин! — раздался гневный вопль препода.

Я торопливо выдернул голову из-под стола, но впопыхах забыл об айфоне, до сих пор прижатом к щеке. За что мне снова прилетело.

— Это просто возмутительно! Черт знает что такое! — метал громы и молнии у доски Прокоп Миронович. — Мало того, что едва не опоздал! Он еще позволяет себе на занятии по телефону болтать!..

Но справедливое негодование профессора я слушал вполуха, продолжая параллельно внимать налившемуся сталью гласу Хозяина.

— Ошибаешься, мальчик, ты НЕ МОГ не ответить на мой звонок, — неслось из айфона. — Прижившееся в твоем теле теневое сердце, почуяв волю ВЫСШЕГО, не позволило б тебе отвернуться, — (в подтверждение, тут же невольно вспомнился маринин голос, подтолкнувший ответить на звонок) и меня прошиб ледяной, но ни разу не целебный, пот. — Ты связан обязательством, Сергей. Потому слушай, что тебе нужно будет сейчас сделать…

Сергей, не ведись на этот бред! Я честно не при делах! Это ж, просто, случайно так совпало! — заголосила в параллель еще и уловившая мои сомнения на свой счет Марина.

Не выдержав одновременного напора с трех сторон, я иступлено закричал в ответ:

— Да заткнитесь уже!

Увы, беспрекословно послушалась лишь союзница.

У Мироныча же от возмущения побагровела даже лысина, и бедняга профессор, вероятно впервые в жизни столкнувшись со столь вопиющим проявлением студенческого хамства в свой адрес, ошарашенно выдохнул:

— Чего?!

— Серый, ты че? Какая муха тебя укусила? — в повисшей гробовой тишине даже шепот приятеля Витьки Шипова, с середины соседнего ряда, прозвучал раскатом грома.

— Разумеется, я был готов к первоначальному твоему отказу, — ничуть не смутившись, продолжал меж тем вещать из телефона Хозяин. — И приготовил для тебя небольшое воспитательное представление… Набери мне, когда созреешь до продолжения нашего разговора.

Не дожидаясь ответа, Хозяин отключился.

Я тут же опустил руку с замолчавшим наконец айфоном, и запоздало покаялся:

— Извините, профессор. Это был очень важный для меня звонок, я не мог не ответить…

— Пошел вон с моего занятия, хам! — звенящим от ярости голосом приказал Прокоп Миронович.

Я покорно поднялся на ноги, подхватил рюкзак, но успел сделать всего пару шагов по проходу между столами, когда из коридора на весь четвертый этаж (а, возможно, и на все здание института) разнесся истошный женский крик.

Интерлюдия 10

(Разговор по телефону накануне)

— …Сядешь в Москве на самолет — билеты беру на себя — и через час будешь в Нижнем. Там у любого таксиста Политех местный спросишь, и тебя мигом до института довезут.

— Линда, че за бред? Нахрена мне так подставляться?

— О какой подставе ты говоришь? Дело ж плевое.

— Это прорыв в институте-то плевое? Ты — сука отмороженная, там же дети! Да если кто узнает, что я к этому был причастен…

— Не ссы, не узнает. Вина за акцию целиком ляжет на одного из студентов. Который, представь себе, тоже хаосист. И, что самое замечательное, местные порядочники знают это и пытаются прикрывать пацана.

— Уж такую откровенную туфту не гони, а. Совсем за лоха меня держишь?!

— Клянусь тебе, все сказанное — чистая правда!

— Парядочники отмазывают хаосиста? Серьезно?! Линда, я был о тебе лучшего мнения. Подруга, ты правда веришь, что я куплюсь на эту туфту?

— Да пацан этот еще пару недель назад был конкретным порядочником. Его практикантом в тамошний филиал организации взяли. Уже начали тренить на своих локациях. Заложили базу… И тут такой вдруг облом. А местные порядочники прикипели уже к пацану, понимаешь? Вот и возятся с ним до сих пор, пытаясь вернуть обратно в стойло Порядка.

— И все равно, как-то это… Слушай, раз там все так просто, чего ж сама-то ты не подпишешься?

— Млять, ты в уши что ли долбишься?! Я ж тебе в самом начале уже объяснила, что терки у меня с нижегородским филиалом порядочников, после недавней акции. Нельзя мне самой в тех краях светиться, мигом срисуют и повяжут.

— А мою жопу в их загребущие лапы отдавать, значится, не жалко?

— Мрачный, да ты задрал! В натуре, как целка, ломаешься! Я те тридцать кусков за пустяшную услугу предлагаю, безопасную, как глоток воды, а ты параноика битый час включаешь. Короче, берешься — нет. Или…

— Или че?

— Сварщику позвоню — вот че!

— Так он же псих конченный. Переклинит на акции, сам засыплется, и тебя за собой утащит.

— Зато уговаривать долго не придется. И на бабках сэкономлю. Этот чудило и за двадцатку с радостью подпишется.

— Надеюсь, потом расскажешь, чем дело кончилось?

— До пошел ты… Ладно, Мрачный, бывай тогда…

— Стопэ! Че завелась-то? Я ж нет еще не сказал.

— Так ты и да не торопишься говорить. А у меня дело срочное.

— Давай, так: ты еще пятерочку к тридцатке обещанной накинешь, и я в деле.

— Ловлю на слове!

— Э-э! Че так резко-то?

— Позняк метаться, Мрачный. Я уже перевела тридцать пять тысяч евро на твой счет. Теперь твой ход!

— Да млять! Жопой же чуял, что подстава…

— Не ной, не пожалею. Слова сказано, деньги получены…

— Ладно, чего уж. Сделаю, раз сказал.

— Смотри этаж только не перепутай. Там домина здоровый, и планировка этажей везде похожая. Но тебе нужно подметить зеркало в сортире именно на четвертом.

— Да помню я.

— Отлично. Значит, порешали.

Глава 40

Однако ж, опасный тип этот таинственный Хозяин, если его угрозы имеет тенденцию так быстро воплощаться в действительность, — мелькнула в голове мрачная догадка, и с неторопливого шага я перешел на стремительный бег.

— Стой, Капустин! Там опасно! Я запрещаю покидать аудиторию! — требовательный окрик поменявшего решенье профессора, разумеется, меня не остановил.

Все-таки Мироныч, на поверку, оказался не таким уж и бездушным сухарем, и в минуту опасности мигом забил на косяк непутевого студента. Ведь, одно дело выгнать хама с урока, и совсем другое отправить в коридор пацана, когда там раздаются непонятные хлопки, и оттуда доносятся чьи-то испуганные вопли.

Когда я пробегал мимо, препод попытался даже схватить меня за руку, но куда ему было тягаться в ловкости с охотником на царусов. Оказавшись спиной к профессору, я сбросил с плеча рюкзак и попытался спрятать его в заранее раскрытый бездонный карман косухи. Провернуть этот фокус получилось гораздо проще, чем получасом ранее в салоне митюниного авто. А поскольку случилось все за доли секунды, никто в аудитории даже не заметил куда вдруг испарился мой рюкзак.

Выскочив за дверь, я едва не угодил под копыта несущейся по коридору своры бестий. Но, как это не раз уже случалось в мгновенья смертельной опасности, время вокруг словно остановилось.

Я увидел, как оскаленные пасти двух ближайших потусторонних чудовищ, дружно развернулись к лакомой добыче — ко мне, и вдруг застыли в киселе-воздухе, не дотянувшись считанных сантиметров до моей правой ноги. Как капли слюны, сорвавшиеся в атакующем броске с пятаков и языков клыкастых ублюдков, фантасмагорическим ореолом зависли вокруг голов тварей.

Заранее прижатый к большому, указательный палец сейчас с огромным трудом смог сдвинуть с места кольцо, которое в вязком киселе стоп-кадра, казалось, намертво проросло к моей руке. Но даже минимального смещения в нужном направления оказалось достаточно для активации Воздушного копья.

Материализовавшееся в ладони древко, в голубом ореоле, уперлось стальным наконечником в хребет одной из атаковавшей меня бестий. Я надавил копьем, пробивая толстую шкуру бестии, и одновременно стал смещать правую ногу за спину уколотой твари, выводя из-под зубов бестий… В процессе этого моего нехитрого маневра время сорвалось с паузы и, как ни в чем не бывало, продолжило свой привычный ход.

Снизу раздался визг пронзенной копьем твари, которая, продолжив атакующее движение, сама насадилась на длинный кинжалоподобный наконечник копья и, получив смертельное ранение, рухнула на пол, заливая паркет кровью. А сбоку — треск двери в аудиторию, куда воткнулась башкой разминувшаяся с мой отведенной ногой вторая бестия.

Открывающаяся лишь наружу дверь превратилась для безрукой твари в непреодолимый деревянный щит, который последняя могла лишь вышибить из косяка. Но сработанная на совесть дверь выдержала таранный удар теневой твари. На ней остались сколы от зубов бестии, и по деревянному полотну зазмеились трещины, но в проходе она устояла и доступ к аудитории, где на удар живо среагировал многоголосый девичий хор, не открыла.

Выдернув копье из забившегося в смертельной агонии тела первой жертвы, я тут же ударил им вторую бестию. А потрясенная после промаха и чувствительного удара пятаком по двери тварь оказалась недостаточно расторопной, чтоб отреагировать на мой хоть и прямолинейный, но чертовски быстрый, удар. Так счет моим убитым врагам через секунду удвоился.

Из семи оставшихся тварей, четыре самые шустрые бестии стаи поначалу проскочили по коридору мимо, посчитав, видимо, что пары их товарок на одного человека там хватит за глаза, им же стоит поискать свое «мясо» дальше по коридору. Тройка же отстающих, увидев, как лихо я за секунду расправился с двумя их собратьями, ожидаемо тут же замедлила бег и стала расходиться широким полукругом, окружая меня у двери, и готовя повторную атаку уже втроем.

Однако сразиться только с тремя противниками мне не позволили четыре первых бестии, которых привлек и заставил развернуться визг одногруппниц за дверью. Я едва успел перевести дух после двойного убийства, и оказался уже в окружении семи жаждущих мщения, оскаленных рыл.

Оставаться на месте под таким массированным прицелом — это верная смерть. Но и все пути бегства по коридору для меня оказались надежно перекрыты. К счастью, аккурат на такой случай в загашнике у меня имелся Рывок. Теперь следовало лишь дождаться, когда твари бросятся в атаку, чтоб тут же Рывком переместиться им за спины, и… Вот только вид мертвых собратьев у меня под ногами явно нервировал бестий, мешая им решиться на бросок. Затянувшаяся заминка заставляла нервничать, наполняя душу сомнениями: а вдруг не успею, а если промахнусь…

Сереж, позволь, я продолжу, — раздался в голове нетерпеливый маринин голос.

Бывшее исчадье почуяло кровь, и пытаться сдерживать ее сейчас, задвигая на задний план — себе дороже. К тому же я не до конца был уверен, что сдюжу в одновременной схватке сразу с семью бестиями. У Марины же это должно было получится играючи — ведь, на аномалии ей случалось выходить победительницей в драках и похлеще, — рассудив подобным образом, я мысленно дал союзнице карт-бланш.

И уже через мгновенье получил очередной урок от мастера.

Без малейшего колебания, Марина сама атаковала нерешительно переминающихся ублюдков. Просто выбросила копье в сторону центральной из семерки окруживших полукольцом тварей, и сколь не широк был институтский коридор, совокупной длинны копья и моей вытянутой руки с лихвой хватило, чтобы вонзить стальной наконечник в пятак твари. Отпрянуть же от брошенной в лицо смерти бестии помешала противоположная стена коридора, в которую тварь уже упиралась задницей.

Этот смертоносный выпад союзницы мгновенно прорвал плотину нерешительности тварей. Бестии с двух сторон атаковали Марину, но лишь столкнулись рогатыми лбами у двери, подвергнув последнюю очередному таранному удару. От которого, кроме стандартного девичьего визга из аудитории, на этот раз раздался зловещий скрип покосившихся петель в косяке.

Но развить успех с покореженной дверью тварям не позволила Марина. Рывком уйдя от возмездия, союзница тут же атаковала промахнувшихся бестий с тыла, и парой неотвратимых ударов заколола еще двух сцепившихся рогами образин.

Уцелевшая четверка, прыснула в стороны от двери, и попыталась перегруппироваться на безопасном расстоянии для новой совместной атаки. Но союзница не стала их дожидаться, а Рывком же отправилась сперва вдогонку за одной бестий, и тут же за второй, со смертельным уколом каждой в конце, разумеется…

Когда уцелевшие бестии развернулись-таки для ответной атаки, бедолаги обнаружили вдруг, что из всей стаи их осталось уже только двое. И, как не тупы были низкоуровневые теневые твари, от аномально высокого уровня смертности им подобных близ злосчастной двери проняло обоих выживших. Забив на лакомую добычу за покосившейся деревянной преградой, бестии задали стрекоча с залитого кровью паркета. Но Марина серий Рывков, разумеется, легко обоих нагнала и добила фатальным для низкоуровневых тварей уколом на совесть прокаченного копья.

Несмотря на многословное описание, целиком весь бой со стаей бестий, от убийства лично мною первых двух тварей, до ликвидации союзницей пары удирающих трусов, занял не дольше десяти секунд. Но в коридоре за это короткое время успела объявиться еще одна стая бестий, стая царусов и пара тряхунов.

Еще беглый осмотр захваченной тварями части коридора показал, что кровь на здешний паркет сегодня, к сожалению, пролилась не только бестий. В дальнем конце на полу я разглядел растерзанные человеческие останки, над которыми пировали теневые твари. И жертв среди людей в любой момент могло стать гораздо больше, потому что лишенные защитников двери аудиторий в захваченной части коридора уже трещали под напором бестий.

Но атака Марины, напавшей и перебившей группу из трех бестий у первой из двух дверей, вынудила тварей отбежать и от второй двери тоже. Впрочем, согнанные с места бестии, быстро оправившись от испуга, уже через несколько секунд влились в толпу других выходцев с теневой параллели, собравшуюся для уничтожения единственного, но крайне опасного, защитника с копьем.

Пока Марина мочила бестий у первой двери, краем глаза я успел зафиксировать, что постоянно прибывающие твари выскакивали в коридор из распахнутой двери мужского туалета. О чем и не преминул упредить союзницу, когда бывшее исчадье, расправившись с первыми бестиями, сходу врубилась в сборную солянку из бестий, царусов и тряхунов.

Марина полностью поддержала мою идею: как можно быстрее ворваться в туалет, чтоб отыскать и уничтожить там источник прорыва. Однако реализовать ее оказалось пипец как непросто. Потому как враждебные друг дружке в той же аномалии теневые твари, с какого-то перепуга, сейчас вдруг стали прекрасно уживаться друг с другом. Бестии, царусы и даже ярко выраженные индивидуалисты тряхуну вдруг сплотились в дружную команду и выступали против одинокого охотника с копьем единым фронтом, стеной став на пути к источнику прорыва.

Пришлось прибегнуть к активации Призрака, и пока моя призрачная фигура неспешно шагала по коридору в заданном направлении, союзнице пришлось задействовать по максимуму весь свой опыт бывшего исчадья, чтобы одновременно отбиваться от совместных атак тварей и сверху, и снизу.

Но как бы парадоксально это не прозвучало, как раз-таки большое скопление тварей, в те роковые минуты вынужденного ожидания вокруг меня, и уберегло союзницу от большой беды. Потому что самым опасным и коварным ее противниками — тряхунам — беспрерывное мельтешение бестий и царусов вокруг цели сильно сужало возможность для маневра.

Две юркие, прыгучие лягушки, со смертоносным разрядом на кончике выстреливающего до трех метров языка, вынуждены были рассчитывать каждый свой выстрел с поправкой на низкоуровневую шушеру, которая своими бесконечными атаками попросту сбивала тряхунам прицел.

Марина же, в свою очередь, вынуждена была ограничивать Рывки, с поправкой на местоположение смертельно опасных тряхунов. Так же дополнительные неудобства союзнице доставлял вдвое урезанный из-за Призрака обзор. Разделенная надвое картинка перед глазами поневоле создавала несколько мертвых зон, где атакующий противник становился невидимым, это неудобство заставляло союзницу чаще обычного крутить головой и дополнительно рассеивать внимание… Думаю, у меня одного шансов уцелеть в этом аду было немного, но бывшее исчадье выстояла против объединенного отряда теневых тварей, в очередной раз с частью пройдя суровое испытание.

За те двадцать три секунды, что потребовались Призраку, чтоб дойти до двери туалета, изрядно потрепанные бестиями джинсы на моих ногах превратились в окровавленные лохмотья, а куда более крепкая косуха обзавелась на рукавах многочисленными дырками и царапинами — следами от зубов и когтей царусов. Сохранить в относительной целостности лицо (пара-тройка мелких царапин на лбу не в счет) удалось благодаря непрестанному прикрытию его левым рукавом куртки.

В ответку Марине удалось сразить копьем лишь троих царусов и четырех бестий, зато и ни один из «выстрелов» тряхунов не достиг цели.

Мгновенный перенос к двери, на место Призрака, для тварей оказался неприятным сюрпризом. И пока потерявшие вдруг врага бестии, царусы и тряхуны, растерянно озирались по сторонам, союзница прорвалась-таки к источнику прорыва.

Интерлюдия 11

И широкое институтское крыльцо, и плотно заставленная машинами парковочная площадка перед ним, напоминали сейчас растревоженный улей, где, как на митинге, собралась внушительная толпа родителей, пытаясь прорваться в огороженную полицейским кордоном дверь института, где, по слухам, утром состоялся теракт. Что там стряслось на самом деле никому в толпе доподлинно было неизвестно, потому как представители правопорядка на вопросы из толпы не отвечали, детей-студентов из здания подозрительно долго отчего-то не выпускали, и, добавляя нервозности обстановке, мобильную связь в округ наглухо заблокировали примерно с половины девятого утра.

В припаркованном на первой линии у ступеней крыльца «Гелендвагене» Артема Борисовича Неклюдова, в отсутствии хозяина авто, царило тягостное унынье. На мягком и комфортном диванчике заднего сиденья дожидающиеся начальника Митюня с Александром чувствовали себя, как на доске с торчащими гвоздями.

Наконец из приоткрывшейся двери института выскочил взъерошенный, как мокрый воробей, Борисыч и, порвавшись сквозь плотную у входа толпу, засеменил по ступеням к припаркованной внизу машине.

— Ну-с, господа наставники, я вас внимательно слушаю, — едва усевшись на водительское место, с нарочитой строгостью обратился Артем Борисович к проштрафившейся паре на заднем сиденье.

— Борисыч, я тебе клянусь, мы все здешние зеркала накануне проверили! — горячо заверил начальника Митюня. — И в туалете на четвертом, разумеется, тоже. Там, как и везде, печать Лизаветы имелась.

— Подтверждаю, — кивнул Александр. — И оно, как прочие зеркала, было абсолютно безопасным.

— Да что ты говоришь?! — Артем Борисович раздраженно шарахнул ладонью по пустому сиденью справа. — Может, тогда, выйдешь и расскажешь это родителям восьми растерзанных тварями студентов?! И объяснишь им, как это в абсолютно — млять! — безопасном коридоре, средь бела дня, на их детей напала толпа людоедов, и за считанные минуты обглодали тела несчастных настолько, что теперь по ДНК приходится идентифицировать останки, чтобы предоставить хоть что-то для захоронения убитым горем родственникам!

— Вообще-то, мы с Митюней там самыми первыми появились. Уже через две с половиной минуты после начала прорыва, — буркнул в ответ Александр. — И если б не мы, жертв могло быть гораздо больше,

— Да если б не ваше ротозейство, — начальник снова раздраженно хлопнул ладонью по коже сидения, — жертв в институте сегодня утром, вообще, бы не было!

— Борисыч, мы искренне соболезнуем горю родителей, но че, в натуре, ты всех собак-то на нас вешаешь, — заворчал Митюня. — И выставляешь все так, будто это мы…

— А кто?! — перебил Артем Борисович. — Кто хаосиста в набитый студентами институт с утра пораньше приволок?!

— Сергей — не хаосист, — буркнул Александр.

— Ага, попробуй комитетчикам это теперь докажи!

— Гон это, Борисыч! — горячо заспорил Митюня. — Энерготип пацана еще два дня назад в сторону Порядка стабилизировался. Как только татуха крестража у него с пуза исчезла… А сегодня утром отношение Порядок-Хаос у него было пятьдесят пять на сорок пять. Лизавета при мне замер сделала. Не веришь, прямо сейчас ее набери, и она подтвердит.

— Да какая теперь разница верю я вам — не верю, — Артем Борисович устало провел ладонью по лицу. — Важно, что пацана комитетчики с поличным у разбитого портала взяли. И, как заверили их химики, после экспресс-теста изъятой из пальца крови Сергея, в момент задержания, в энерготипе нашего практиканта Хаос значительно доминировал над Порядком.

— И ты этим крысам лабораторным поверил?! Да, у их индикаторов погрешность…

— Угомонись, а, — раздраженно перебил Артем Борисович. — У комитетчиков, и кроме показаний приборов, против нашего практиканта до черта лысого косвенных улик.

— Любопытно послушать? — недоверчиво хмыкнул Митюня.

— Любопытно ему… Что ж, изволь. Во-первых, по утверждению преподавателя и одногруппников Сергея, он заявился в аудиторию последним, едва успев к началу пары…

— Потому что мы с ним в пробках завязли, — вставил Митюня.

— Еще раз посмеешь перебить, ничего больше не расскажу, — пригрозил Борисыч.

— Извини.

— Плевать не причину опоздания. Важно, что у Сергея, прибывшего в числе последних, имелась возможность по дороге в аудиторию заскочить в пустой туалет, и активировать трансформу зеркала в потусторонний зеркальный портал. Что в дальнейшем и объясняет уничтожение им призывного портала, без перехода в теневую параллель. Ведь, как не крути, но уничтожить изнутри активированный портал может только его создатель.

— Не верю…

— Хрень… — загалдели наперебой сзади слушатели.

— Просил же, не перебивать! — зло рявкнул на подчиненных Артем Борисович, восстанавливая тишину в салоне. — Я прекрасно понимаю, что вы хотите до меня донести. У нашего практиканта недостаточно опыта, чтоб, забежав на несколько секунд в туалет, тут же развеять на зеркале сложную защитную печать Лизаветы. И я бы полностью с вами согласился, если б не вторая косвенная улика против Сергея… Проблема в том, что, заняв место на задней парте, Сергей тут же залез под стол, разговаривать по телефону. И этому факту так же имеется масса свидетелей. С кем же, спрашивается, он мог общаться, если в его айфоне все номера, кроме наших, были заблокированы Лизаветой по моему личному распоряжению? Согласитесь, непонятная и весьма подозрительная активность со стороны только-только выпущено из изолятора практиканта. А, учитывая тот факт, что сразу после того, как вмешательство преподавателя вынудило Сергея прекратить разговор по телефону, в коридоре четвертого этажа начался прорыв, происходившее сильно смахивает на общение практиканта по телефону к неизвестным подельником. Возможно, наставником-хаосистом, выполняя инструкции которого, практикант и смог быстро развеять защитную печать… Вот теперь можно. Валяйте, высказывайтесь.

— Если обвинение против практиканта строится на его разговоре по телефону, то неужели нельзя было забрать у пацана телефон, и отследить последний звонок? — высказался первым Митюня.

— Конечно, можно было. Но, при обыске, после ареста, комитетчики не нашли у Сергея телефона. У него вообще ничего не нашли, даже рюкзак словно сквозь землю провалился.

— Ну еще бы, — хмыкнул здоровяк.

— Что ты имеешь в виду?

— Я пацану расширитель на декоративный карман косухи установил. Наверняка, там он вещички свои и заныкал. А эти ротозеи за молнией очевидной обманки шарить, разумеется, не стали…

— Твою ж мать, Митюня!

— Да все законно, Борисыч. Пацан честно оплатил артефакт. Лизавета может подтвердить.

— Да хрен с ним, что установил. Почему комитетчиков-то о расширителе не предупредил?

— Нормально!.. Эти контрацептивы нас с Саньком даже переговорить с Серегой не пустили. И после этого, я перед ними расшаркиваться должен?

— Дерьмо! Как же меня задрал этот детский сад!

— А я не верю, что Сергей причастен к организации прорыва, — твердо заявил Александр.

— Жду аргументов, а не пустых заверений в преданности, — поморщился Артем Борисович.

— Сергей функционально не готов к совершению такого рода диверсий.

— Да, пацан три дня пролежал пластом, — подхватил Митюня. — Его организм еще слишком слаб.

— Слаб? Серьезно? — фыркнул Борисыч. — Практикант в одиночку пробился через захваченный тварями коридор от аудитории к туалету, перебив по дороге толпу бестий и царусов. Я собственными глазами наблюдал его подвиги, зафиксированные коридорными видеокамерами. Увы, по понятным причинам, не смог отследить последней его схватки, непосредственно уже в туалете. Но судя по остаточному фону схлопнувшейся там твари — это был живоглот.

— Чего?!

— Да ладно?!

— Прохладно, млять, — хмыкнул Борисыч на изумленные восклицания подчиненных. — Так что не надо мне тут бла-бла, о слабости пацана… Впрочем, все предыдущие улики против Сергея меркнут на фоне последней, полученной комитетчиками, как только что выяснилось, благодаря твоей, Митюня, обидчивости… Да будет вам известно, господа наставники, что ваш подопечный полчаса назад порталом сбежал из-под ареста.

— Как это сбежал?! — возмутился Александр. — Комитетчики совсем что ли нюх потеряли?

— А я тут причем? — подхватил Митюня.

— При том, дружочек, что, судя по оставшимся на полу клетки автозака обломкам, портал для побега наш удалой практикант исхитрился создать с помощью своего айфона, благополучно срытого, при твоем попуститьстве, от конвоиров, до поры до времени, в расширителе.

— Ну пацан дает, — показал головой здоровяк.

— И что теперь с Сергеем будет? — нахмурился Александр.

— За побег-то из-под ареста? — хмыкнул Борисыч. — Уверен, что ничего хорошего. У комитетчиков теперь на него зуб, высотой с этот институт.

— Но сперва, пускай попробуют его поймать, — ухмыльнулся Митюня.

— Напрасно радуешься, ловить-то как раз-таки нам поручено… Ну-с, господа бывшие наставники, какие будут на этот счет ваши предложения?

Глава 41

Едва переступил порог туалета, и источник прорыва тут же бросился мне в глаза. Потому как раздраженно шипящую трехметровую тушу зубастого ящера, с натугой протискивающегося через явно узковатый для него зеркальный портал над разбитым умывальником, не заметить было попросту невозможно.

Сам бы я, разумеется, ни за что не решился приближаться к матерому живоглоту, который не сожрал меня тут же на пороге туалета только из-за того, что застрявшие в рамке портала задние конечности с толстым хвостом удержали рванувшую ко мне тушу в стене, и не позволили теневой твари дотянутся. Но клацнувшие всего в полуметре от лица зубы-ножи живоглота перепугали меня до икоты… Меня. Но не мою отмороженную союзницу.

Активировав Рывок, напрочь лишенное страха бывшее исчадье мгновенно преодолела отделяющую от живоглота безопасную дистанцию в три метра и, оказавшись у левой лапы ящера, саданула стальным наконечником копья по кусочку цельного зеркала в углу рамки-портала.

Дальше практически одновременно случились два происшествия.

Обнаруживший вблизи лакомую добычу живоглот, по-змеиному изогнув длинную шею, сомкнул зубы на древке брошенного союзницей наперехват копья. Голубая защитная аура моего чудо-оружия не выдержала мощи челюстей матерого ящера, и древко предательски затрещало под острыми зубами чудовища.

Параллельно, по расколовшемуся с края зеркалу зазмеились трещины, и портал внутри рассыпающегося зеркала тут же тревожно замигал.

Марина попыталась вырвать оружие из пасти монстра, но какое там. Копье будто срослось с челюстью монстра. В азарте схватки живоглот пропустил грозящую ему самому опасность, вероятно, треск сминаемого зубами дерева заглушил в голове ящера звон крошащегося вокруг ног зеркала.

Стальной наконечник копья стал опасно крениться на бок. И чтобы окончательно не лишиться угодившего в капкан оружия, Марина деактивировала навык Владение воздушным копьем.

Освободившаяся пасть тут же понеслась вниз на мою беззащитную голову. К счастью, аккурат в этот же миг покрывшаяся сетью трещин зеркало наконец лопнуло, портал в теневую параллель захлопнулся. Вдруг лишившийся обеих задних лап и хвоста ящер, потеряв опору, промахнулся мимо моей головы и завалился рядом на пол туалета, окончательно снеся в падении обломки раковины, и забрызгав все вокруг (и меня в том числе) фонтанами крови из нижних обрубков.

Отпрыгнувшая в сторону Марина через секунду по новой призвала в руку копье (по-прежнему погнутое у наконечника, с глубокими царапинами от зубов на древке, но не развалившееся и вполне боеспособное), и точным ударом вогнала наконечник в налитый кровью глаз монстра. Разрядом она добавила удару смертоносности. И через пару секунд гигантская туша поверженного ящера забилась в агонии.

Подтверждая очередную победу союзницы, перед глазами загорелись строки системного лога:

Внимание! Угроза прорыва ликвидирована.

В процессе ликвидации прорыва всего вами было убито: 3 царуса 13 и 15 уровней, 16 бестий 10–14 уровней и 1 живоглот 46 уровня. За убийство царусов, бестий и живоглота вам начисляется: 638 очков теневого развития, 113 теневых бонусов к Силе, 124 теневых бонуса к Ловкости, 143 теневых бонуса к Выносливости, 26 теневых бонусов к Интеллекту, 212 теневых бонусов к КЭП.

Походу, дело сделано. Дальше, Серега, сам разгребай, — подытожила Марина, первой уловившая суть уведомления, и вернула мне контроль над телом.

Обожди. А как же те твари, что в коридоре остались? — возмутился я мысленно в ответ.

Ты сперва глянь: че там, — предложила союзница.

Последовав ее совету, я вернулся к порогу, осторожно выглянул из туалета в коридор и невольно тут же шарахнулся обратно, оказавшись вдруг под прицелом пятерки автоматчиков, в черном камуфляже и масках.

— Ни с места! — раздалось вдогонку, и пара автоматчиков сместившись вдоль дальней стены коридора взяли меня под прицел автоматов за порогом туалета.

— Оружие убрал!

Я отменил действие навыка Владение воздушным копьем, и развеявшееся древко исчезло из правой ладони.

— Руки за голову! И два шага вперед!

Я снова выполнил приказы автоматчиков.

И буквально через секунду, заломив мне за спину руки, бравые парни вынудили меня согнуться в три погибели и куда-то потащили.

Волки позорные! Ушлепки! Впятером на одного! Ну я ща вам устрою!.. Серега, пусти меня! — неистовствовала в голове Марина. Но, понимая, что сопротивление спецназу лишь ухудшит и без того незавидное мое положение, я велел союзнице заткнуться и ждать более благоприятного момента.

— Эй, вы там! Полегче с ним! — мне в спину донесся из коридора запоздалый крик, кажется, Александра. Увы, на этом участие наставника, едва начавшись, тут же и закончилось.

Спустив по лестнице на первый этаж, автоматчики с черного хода вывели меня из здания института и тиснули в тесную клетку заранее подогнанного автозака, предварительно обшарив карманы и застегнув на руках наручники — к счастью, спереди.

Что наручники на мне не простые, я понял, когда попытался активировать действие Целебного пота — хотел унять зуд в ногах, расцарапанных тварями еще во время штурма коридора, да и ломоту в плечах после жесткого захвата автоматчиков унять не помешало бы. Из-за скованных рук, было крайне неудобно засовывать палец с кольцом под мышку, но с этой непростой задачей я все же справился. Вот только ожидаемого эффекта затем не последовало.

Проверяя догадку, я по очереди попытался активировать остальные теневые навыки и, не преуспев ни разу, окончательно убедился в полной блокировке читерских абилок непростыми наручниками.

Марина? — позвал я мысленно союзницу. Но снова обломался. Наручники блокировали и ментальную связь.

Мы ехали куда-то по городу. Но, из-за отсутствия окон в кузове автозака, я не мог отслеживать свое перемещение. Рядом с моей клеткой на скамейке сидел охранник-автоматчик, и угрюмо пялился в стену напротив.

— Куда меня везут? — попытался я его разговорить.

Но мужчина, не желая отвечать на вопрос, равнодушно закрыл глаза и отвернул голову.

В памяти вдруг всплыли последние слова таинственного Хозяина: «Набери мне, когда созреешь до продолжения нашего разговора».

Посоветоваться было не с кем — заблокированная наручниками союзница не отвечала.

Похоже, время пришло, — мысленно подбодрил я себя и полез в бездонный карман за айфоном, благо, не знавшие о расширителе автоматчики его у меня не отобрали.

С тугой молнией на декоративном кармане пришлось провозиться почти минуту, зато удалось открыть ее абсолютно бесшумна. Дальше, как учил Митюня, ладонь в карман и мысленный призыв айфона. И через мгновенье в ладони замечательным образом материализуется гаджет.

Красный глаз таинственного Хозяина высветился на экране сразу же, после разблокировки гаджета пальцем.

Нажав на соединение, я поднес телефон к дальнему от стражника уху, закрывая головой айфон.

Хозяин ответил на входящий на первом же гудке и, не позволив мне сказать ни слова, заговорил сам, быстро и уверенно, не терпящим возражений голосом:

— Я знаю о непростом положении, в котором ты оказался. И могу немедленно тебя оттуда вытащить. Но для этого, ты должен мне полностью довериться. Не нужно ничего отвечать. Если готов, просто переведи взгляд на аватарку глаза на экране, и подтверди кивком согласие служить мне.

— Эй, пацан, что там у тебя? — донесся со скамейки настороженный голос охранника.

Времени на раздумье у меня не осталось. Либо все оставить как есть, и ехать в тюрьму, из которой (судя по робкому поведению наставника в коридоре) не смогут меня вытащить даже могущественные ясновидящие. Либо…

— Пацан, не вынуждай меня!.. — сбоку раздался щелчок снимаемого с предохранителя оружия.

— У меня вот это… — я опустил к решетке айфон.

И пока охранник тянулся к прутьям решетки, чтоб забрать у меня гаджет, я, как было велено, сосредоточил взгляд на аватарке багрового глаза и кивнул… А через секунду ослеп от зеркальной вспышки разового портала.

КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ

Спасибо всем, кто помогал дельными советами, лайками и наградами.

Это вдохновляло сделать книгу интереснее.

* * *

Приложение

Текущие показатели Персонального Кольца Развития Сергея:

Ясновидящий Сергей Капустин

Общие характеристики:

Возраст — 18 лет

Рост — 172 сантиметра

Вес — 61,3 килограмма

Энерготип — Свет/Тьма 71/29, Порядок/Хаос 42/58

Отклик стихий — Воздух 72 %, Вода 23 %, Огонь 4 %, Земля 1 %

Открытых энергетических каналов — 9

Основные параметры:

Сила — 9 (94 %)

Ловкость — 10 (104,4 %)

Выносливость — 10 (106,69 %)

Интеллект — 14 (143,35 %)

Контроль энергетических потоков (КЭП) — 10 (104,51 %) / +180 % — резерв артефакта Теневое сердце

Теневые параметры:

Свободные очки теневого развития к распределению — 1185

Уровень теневого тела — 32 (847/890)

Теневой бонус к Силе — 1969 (19,69 %)

Теневой бонус к Ловкости — 2306 (23,06 %)

Теневой бонус к Выносливости — 2842 (28,42 %)

Теневой бонус к Интеллекту — 388 (3,88 %)

Теневой бонус к КЭП — 9958 (99,58 %)

Свободные теневые бонусы к распределению — 291

Теневые навыки:

Владение воздушным копьем — активирована 6 ступень (Условия активации 7 ступени: 1280 очков теневого развития, Сила 10, Ловкость 11, Выносливость 9, Интеллект 10, КЭП 11).

Разоблачение уязвимости — активирована 4 ступень (Условия активации 5 ступени: 320 очков теневого развития, Сила 7, Ловкость 8, Выносливость 7, Интеллект 12, КЭП 9).

Целебный пот — активирована 5 ступень (Условия активации 6 ступени: 640 очков теневого развития, Сила 9, Ловкость 9, Выносливость 10, Интеллект 10, КЭП 10).

Третий глаз — активирована 3 ступень (Условия активации 4 ступени: 160 очков теневого развития, Сила 7, Ловкость 8, Выносливость 8, Интеллект 9, КЭП 8).

Теневые умения:

Навигатор— активирован и доступен к немедленному применению.

Рывок — активирован и доступен к немедленному применению.

Призрак — активирован и доступен к немедленному применению.

Разряд — активирован и доступен к немедленному применению.

Content

Гришанин Дмитрий Анатольевич
Real-RPG. Практикант 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Интерлюдия 1

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Интерлюдия 2

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Интерлюдия 3

Глава 17

Глава 18

Интерлюдия 4

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Интерлюдия 5

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Интерлюдия 6

Глава 30

Интерлюдия 7

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Интерлюдия 8

Глава 36

Глава 37

Интерлюдия 9

Глава 38

Глава 39

Интерлюдия 10

Глава 40

Интерлюдия 11

Глава 41

Приложение