Мария Валерьевна Голикова

Часы рождественского эльфа

© М. В. Голикова, текст, 2021

© М. В. Шатуленко, иллюстрации, 2021

© АО «Издательский Дом Мещерякова», 2022

В одном старинном городе жил торговец, звали его Фрихан. Ему принадлежала лавка «Подарки», большая нарядная витрина которой украшала одну из главных улиц. Дети нередко прибегали туда полюбоваться на позолоченные шкатулки, лампы с разноцветными абажурами, статуэтку кошки, которая вертела головой, совсем как живая, и модель старинного корабля такой искусной работы, что на палубе можно было разглядеть фигурки матросов, причём каждый занимался своим делом. Дети засматривались на эти диковины сквозь стекло витрины, пока Фрихан не прогонял их.

– Эй, проведи нас внутрь! – упрашивали они служанку Фрихана Кетту, худенькую девочку их возраста. – Мы ничего не тронем!

Кетта не отвечала на это и поскорее исчезала, чтобы не слушать, как мальчишки дразнят её за бедное платье.

Год назад Фрихан взял Кетту из сиротского приюта, и все соседи восхищались его добротой. Девочка прибирала лавку, мыла посуду и выполняла множество других поручений, едва успевая справляться со всем. Фрихан ничего не платил ей за работу.

– Пусть скажет спасибо, что я добрый человек! – повторял он, когда был в хорошем настроении. – Дал ей крышу над головой и кусок хлеба! А иной взял бы да и выгнал девчонку на улицу. Что от неё толку?

Кетта ничего не просила у Фрихана и боялась рассердить его, чтобы он и в самом деле не прогнал её: идти ей было некуда.

Однажды ненастным осенним вечером, когда дождь барабанил в окна, Фрихан сидел за большим столом в своём кабинете и подсчитывал выручку.

– Плохо, – проворчал он и отодвинул толстую тетрадь, куда записывал доходы и расходы. – Мало покупателей. А скоро Рождество! Одни убытки от него. Пожертвования церкви, пожертвования благотворительным обществам – а если не дашь денег, все подумают, что моя лавка приносит мало прибыли… Ещё и подарки… Придётся мне поехать в столицу, в «Лавку волшебных редкостей», и отыскать там что-нибудь особенное, чего нет ни у кого в городе. Тогда все сбегутся посмотреть на волшебную вещицу и купят подарки на Рождество именно у меня! Так, глядишь, и покрою расходы. Эй, девчонка! – крикнул он и для верности громко хлопнул в ладоши.

В дверях появилась Кетта. Ткань на локтях её старенького платья совсем протёрлась, да и подол обтрепался.

– Завтра я поеду в столицу, – объявил он. – За прилавок встанет моя жена. Иди-ка хорошенько прибери лавку. Только не вздумай разглядывать товар! Смотри у меня.

– Да, господин, – проговорила Кетта, но не ушла, а задержалась в дверях.

– Чего тебе? – недовольно спросил Фрихан.

– Вы ведь завтра будете проезжать мимо приюта, где я жила раньше?

– Ну и что, – проворчал он. – Тебе-то какая разница?

– Я так жду маму – вдруг она меня ищет? Она могла написать в приют, где я жила… Не согласитесь ли вы зайти туда и спросить?

– Вот ещё! – отмахнулся Фрихан. – Не выдумывай чепухи. Никто тебя не ищет. Кому ты нужна? Иди займись делом.

Понурившись, Кетта ушла. Она выросла в приюте и совсем не помнила свою маму, но всё-таки надеялась, что та однажды найдёт её и заберёт к себе.

Целый год Кетта прожила в этом городе, но у неё не появилось друзей, если не считать дворняги, которую она подкармливала тайком от хозяина, а ночью, когда все ложились спать, тихонько впускала с чёрного хода в свою каморку рядом с кухней и спала рядом с ней. Она звала собаку Жукой и доверяла ей все свои горести и мечты – а та внимательно слушала и сочувственно вздыхала.

На следующее утро Фрихан спозаранку отправился в столицу, в «Лавку волшебных редкостей». Он слышал о ней много хвалебных отзывов, но, увидев товары на полках, был разочарован: очень уж невзрачно они выглядели.

– Это книга чудодейственных рецептов… – подсказывал старый продавец. – Это ночник, который навевает красивые сны… А это перо, которым можно писать только хорошие, справедливые слова…

– Хорошими словами сыт не будешь, – заметил Фрихан. – Какое-то всё бесцветное у вас, неяркое. Сразу и не догадаешься, что волшебное. А это продаётся? – спросил он, ткнув пальцем в большие часы.

Часы ему очень понравились. Ещё бы – ведь они были чудо какие красивые: циферблат с нарядными стрелками покрывали крошечные звёздочки, слева над ним старым золотом блестело солнце, справа серебрилась луна, а внизу в причудливом узоре сплетались цветы и листья. Стояли эти часы на витых золочёных ножках, и даже ключ, которым они заводились, был необычный, с головкой в виде цветка.

– Это волшебные часы, – кивнул продавец. – Они показывают волшебное время – и, конечно, исполняют желания.

– Желания! Вот то, что мне нужно! А сколько стоят?

Услышав цену, Фрихан очень удивился: сам он запросил бы за такие часы по меньшей мере вдвое больше.

– Почему так дёшево? – спросил он подозрительно.

– Это цена часов. А волшебство не продаётся, – улыбнулся продавец.

– Но ведь желания они исполняют?

– Да, конечно, только это зависит от вас.

– И что мне надо делать?

– Добрые дела.

– И только? – обрадовался Фрихан.

– Чтобы часы показывали волшебное время, их владельцу нужно делать добрые дела, иначе волшебство оставит их, – повторил старичок. – Учтите, это не так-то просто.

– Да что тут сложного? – засмеялся Фрихан. – Я один из самых добрых людей в городе! Я член городского совета, приютил сироту, а в прошлом году пожертвовал много денег церкви! Расскажите лучше, как этими часами пользоваться.

– Пользоваться несложно, – заверил старичок. – Прочтите, что тут написано.

Продавец указал на табличку под циферблатом часов – Фрихан почему-то не заметил её сразу. Прищурившись, он прочёл блестящие буквы: «Тот, кто просит за другого, за себя просить не станет».

– И что это значит? – удивился он.

– У каждого своё волшебное время, – ответил старичок. – Это просто совет, который дают часы. А как его понимать – решать вам.

– Да всё ясно как день! Можно просить или за себя, или за кого-то. Загадывать только одно желание. Вот это правильно!

– Самое главное – не забудьте про добрые дела.

– Разве про них забудешь, – проворчал Фрихан. – Особенно под Рождество.

* * *

Вернувшись домой, Фрихан поставил часы на высокую полку, чтобы все покупатели их видели, а под ними подвесил корзину и положил пачку нарядной бумаги. Каждому покупателю он объяснял:

– Волшебные часы! Исполнят чьё-то желание на Рождество! Пишите желания и складывайте их в корзину, а в день Рождества заиграет волшебная музыка, из часов вылетит звёздочка и упадёт в руки тому, чьё желание исполнится! Только учтите: много желаний загадывать нельзя! От каждого – только одно! Скорее загадывайте своё главное и единственное желание!

Что тут началось! Даже те, кто никогда раньше не заглядывал в «Подарки», пришли, чтобы загадать желания. Торговля пошла лучше некуда: ведь почти все, кто заходил в лавку, покупали там что-нибудь.

Никто в этой суматохе не обращал внимания на Кетту, которая стояла посреди зала, не зная, к кому обратиться. Наконец подошла к красивой даме в пальто с пушистым меховым воротником. От дамы так чудесно пахло духами и она так мило улыбалась, что Кетта набралась смелости и сказала:

– Госпожа…

– Что тебе, девочка? – спросила та.

– Я не умею писать… Но очень хочу загадать желание. Чтобы моя мама нашлась… Вы не загадаете для меня?

Но дама покачала головой.

– Увы, милая, я уже потратила своё желание. Попроси ещё кого-нибудь.

Кетта обратилась к важному господину, который даже не ответил ей, а потом подошла к музыканту, который мечтал о новой скрипке.

Музыкант выслушал её и попросил у Фрихана два листка бумаги.

– Бумага тоже волшебная! – соврал Фрихан. – Только один листок в руки! Только одно желание можно загадать!

Музыкант взял лист и долго раздумывал, не зная, что написать – и всё-таки написал про скрипку.

– Прости, девочка, – вздохнул он. – Попроси ещё кого-нибудь.

Но больше Кетта не смогла никого попросить: Фрихан заметил её и прогнал из зала.

– Негодная девчонка! Как ты смеешь приставать к покупателям!

В ту ночь Кетта плакала так горько, что Жука целых полчаса облизывала её мокрые щёки и виляла хвостом, пытаясь её успокоить.

– Волшебные часы – моя единственная возможность найти маму… Все хотят счастливого Рождества только для себя, и никто не хочет поделиться… – всхлипывала Кетта. – Но разве счастья станет меньше, если им поделишься?

Наконец, устав плакать, Кетта встала и тихо-тихо, босиком, чтобы её никто не услышал, прошла в пустой зал лавки, где в ночной темноте загадочно поблёскивали волшебные часы. Кетта хотела прикоснуться к ним, но не смогла дотянуться и просто сказала:

– Дорогие часы! Я не умею писать, но вдруг вы и так поймёте… Ведь вы меня слышите? Я хочу вас попросить… Пожалуйста, устройте так, чтобы для моей Жуки нашёлся дом! Она мой единственный друг… Но если господин Фрихан её снова увидит, он её прогонит, и я больше не смогу ей помогать. Он уже грозился её прогнать… Я сначала хотела попросить, чтобы вы помогли мне найти маму, но что это за Рождество, если просишь только для себя… Да и вряд ли моё желание исполнится. Наверно, мамы давно нет на свете… А больше я никому не нужна, господин Фрихан прав. Вот и сегодня никто не захотел мне помочь… Прошу вас, найдите дом для Жуки!

Кетта не отрывала глаз от часов, но ничего не происходило, они всё так же мерно тикали. Только звёздочки на циферблате начали мерцать, словно звёзды на морозном небе, – а может, это была непрошеная слезинка. Кетта смахнула её ладошкой и ушла к себе.

Стоило ей скрыться, как звёзды замерцали ярче, луна над циферблатом блеснула серебром – и на корпус часов выбрался эльф, маленький, не больше ладони. Его полупрозрачные крылышки светились нежно-голубым светом. Именно он делал эти часы волшебными, исполнял желания.

Такая работа нравилась эльфу, правда, большую часть времени он отчаянно скучал: желаний загадывали много, но среди них почти не было тех, что могли запустить волшебное время.

Эльф озабоченно посмотрел вслед Кетте и вздохнул.

– Надо было её расспросить…

Поразмыслив немного, он оставил свои часы и полетел в её каморку – но Кетта уже заснула.

А Жука не спала – она терпеливо дожидалась, когда Кетта заснёт, чтобы пойти в зал и загадать своё желание, но эльф остановил её.

– Давай прямо здесь. Знаешь ли, надоедает всё время сидеть в часах.

Он присел на решётку кухонного очага, Жука уселась рядом, и эльф не спеша разузнал у неё обо всём – ведь собаки с эльфами давние приятели. А потом Жука загадала ему своё желание.

* * *

С рассветом эльф отправился в путь, решив во что бы то ни стало разыскать маму Кетты. Жука передала ему всё, что Кетта рассказывала ей о своём детстве, – но знала она немного, так что эльфу пришлось обратиться за помощью к ветру. Это был холодный Северный ветер, известный своим суровым нравом; он был неразговорчив и даже угрюм, но всё-таки согласился выслушать эльфа.

– Ты всюду летаешь, по всему свету, – начал эльф. – Не знаешь ли, где родной дом девочки Кетты, что работает у Фрихана в лавке «Подарки»?

Северный ветер так глубоко задумался, что даже стих.

– Не помню, – наконец ответил Северный ветер. – Наверное, я встречал её, когда она была совсем крошкой. Надо бы тебе спросить у моих братьев.

– Но они задуют ещё нескоро, только когда придёт весна, – огорчился эльф. – А мне нужно обязательно успеть до Рождества!

– Тогда спроси у Дороги, – посоветовал Северный ветер. – Дорога знает всё.

Северный Ветер помчался дальше и засвистел над городом так, что флюгера на крышах заскрипели и первые прохожие поёжились, плотнее запахивая пальто.

А эльф покинул город и опустился на дорогу, ведущую в столицу. Именно по этой дороге когда-то приехала Кетта.

– Дорога, ты бежишь по всему свету, – сказал эльф. – Не знаешь ли, где дом девочки Кетты, что работает у Фрихана в лавке «Подарки»?

– Знаю, – ответила Дорога, подумав. – Следуй за мной!

Эльф полетел, куда она сказала. Лететь ему пришлось долго: до самой столицы, а потом до бедного отдалённого предместья. Дорога привела к старому покосившемуся домику.

– Вот родной дом Кетты, – сказала Дорога. – Но сейчас тут живут плотник и его жена.

Эльф опечалился, услышав это, заглянул в дом и спросил у старых стен:

– Не знаете ли вы, что случилось с матерью девочки Кетты, что родилась здесь когда-то?

– Знаем, – ответили стены. – Она заболела, когда Кетте был годик, и по совету соседки отдала свою крошку в приют. «Тебе надо вылечиться, а потом ты заберёшь малютку обратно», – говорила соседка. Бедная, бедная мать Кетты! Она отдала дочку и вскоре умерла. Здесь поселились другие люди, но мы помним Кетту и её мать. Помним, помним… – вздохнули старые стены.

Расстроенный эльф полетел назад. Он давно уже жил в часах спокойной жизнью и отвык летать на такие расстояния, а вдобавок так огорчился и устал, что решил дать крыльям отдых и присел на край попутного экипажа, в котором ехали две женщины и о чём-то беседовали.

«Что же теперь делать? Моё волшебство здесь не поможет. Здесь нужно настоящее чудо», – невесело подумал эльф и стал прислушиваться к разговору пассажирок.

– У каждого своя судьба! – говорила женщина в экипаже своей спутнице. – Вот вчера я была у портнихи – кстати, рекомендую, у неё золотые руки! Добрейшая женщина – а детей нет. Она так мечтает о дочке, но что поделать…

* * *

Фрихан радовался, что его хитрость удалась: дела в лавке «Подарки» пошли лучше некуда. Купили статуэтку кошки, которая вертела головой, совсем как живая, несмотря на то, что Фрихан поднял на неё цену. А незадолго до Рождества один богатый покупатель приобрёл для своего сына и огромную модель старинного корабля с фигурками матросов на палубе. Фрихан привёз много других товаров, и в витрине его лавки появились новые диковины, так что вся окрестная детвора сбежалась на них посмотреть.

Выпал снег, и городок стал сказочным, словно рисунок на крышке шкатулки. Чем меньше дней оставалось до Рождества, тем больше волновались горожане, ожидая, когда пробьют волшебные часы. А Фрихан особенно беспокоился. Иногда ему начинало казаться, что в часах нет никакого волшебства и его просто обманули в этой столичной волшебной лавке. На всякий случай он решил подстраховаться: заранее выбрал из корзины несколько желаний, которые нетрудно было исполнить, и приготовил именитым жителям города подарки.

Кетта в рождественскую ночь почти не спала. Она слышала, как радостно звонили колокола ближайшей церкви, как люди поздравляли друг друга. Жука прижималась к ней тёплым боком и тревожно поднимала уши, когда с улицы раздавался смех и гром хлопушек.

Кетта повесила у очага свой чулок в надежде на подарок – но, когда серым рождественским утром сунула туда руку, обнаружила, что он пуст: про неё просто забыли. Она едва не заплакала, но тут же вспомнила, что решила не грустить, пока не пробьют волшебные часы, и обняла Жуку:

– С Рождеством! Беги скорей на улицу, пока хозяин не спустился. Если моё желание исполнится, ты ведь будешь приходить ко мне иногда?

Жука вильнула хвостом, лизнула её в нос и убежала – но не пошла бродить по улицам, как обычно, а осталась ждать возле лавки.

К полудню там собралось столько народу, что яблоку было негде упасть. Даже тем, кто не загадывал желание, хотелось послушать бой волшебных часов и посмотреть, как звёздочка упадёт в руки счастливчику.

– Дорогие друзья! – начал Фрихан торжественную речь. – Сегодня, в светлый праздник Рождества…

Он долго готовил эту речь, но посетители лавки слушали его вполуха, не сводя глаз с волшебных часов. Наконец Фрихан замолчал: минутная стрелка подходила к цифре 12. Негромкий щелчок – и из часов полилась чудесная музыка, а потом все ахнули: звёзды на циферблате замерцали, одна из них вспыхнула, оторвалась от часов и поднялась в воздух.

– Вот это да! – сказал кто-то.

Но ещё больше он удивился, когда звёздочка проплыла над головами собравшихся и выскользнула на улицу.

– Что такое? – удивился Фрихан. – Расступитесь! Расступитесь! Давайте все вместе поприветствуем того, чьё желание сейчас исполнят волшебные часы!

Все разошлись, освободив проход, и в лавку торжественно вошла Жука, на голове которой, как корона, сияла звезда.

Люди переглянулись в недоумении – а Жука пробежала через зал и прижалась к ногам Кетты. Та смотрела на неё, не веря своим глазам, а потом присела и осторожно погладила собаку, боясь притрагиваться к звёздочке.

– Жука, дорогая, так ты тоже загадала желание?! Но какое? Как жалко, что ты не можешь сказать!

– Какое ещё желание?! Косточку на обед? – усмехнулся Фрихан, решив разобраться с Кеттой и её дворняжкой потом, когда все уйдут.

Кетта ещё раз посмотрела на звёздочку и встала, ожидая, что случится – но никто не шевелился, и все вопросительно смотрели на неё.

Вдруг дверь лавки отворилась, и вошла женщина, которую никогда раньше не видели в этом городке.

– Ох, кажется, успела… – выдохнула она, запыхавшись. – Я ищу девочку Кетту, которая станет моей дочерью!

Кетта, сама не своя от волнения, пошла к ней, и Жука побежала следом. Женщина ласково обняла Кетту, а та прильнула к ней, словно боялась, что она исчезнет. Многие прослезились, глядя на трогательную сцену.

Из часов вылетел эльф, уселся на прилавок перед Фриханом и сказал тихонько:

– Ну как насчёт добрых дел?

Фрихану в эту минуту меньше всего на свете хотелось делать добрые дела.

– А подарки на Рождество разве не считаются? – ответил он.

Эльф покачал головой.

– Ты мог бы сделать на память подарок девочке. Тем более что ты забыл её поздравить. Или мог бы предложить её матери остаться здесь…

– Что?! Два рта вместо одного? Да пусть скажут спасибо, что я вообще отпускаю девчонку! Ни за что не отпустил бы, если б не праздник! Одни расходы с этим волшебством!

– Тогда я переезжаю, – объявил эльф.

– Ну уж нет! – рассердился Фрихан. – Тебя я не отпущу! Я купил твои часы!

– Только часы, – напомнил эльф. – А волшебство не продаётся.

– Это нечестно! На часах написано, что каждый может загадать только одно желание! И ты должен был исполнить желание кого-то из моих покупателей, а не этой глупой собаки!

– Ничего подобного, – возразил эльф. – На часах написан главный секрет волшебного времени: «Тот, кто просит за другого, за себя просить не станет». Но только двое в городе осмелились загадать желание не для себя: Кетта хотела, чтобы её собака Жука нашла дом, а Жука просила, чтобы Кетта нашла маму… А для того, что нужно тебе, не требуется волшебства. Сегодня в твоей лавке произошло настоящее рождественское чудо – а ты даже этого не заметил… Счастливо оставаться!

Фрихан недовольно хмыкнул и принялся дарить подарки именитым горожанам, а эльф вылетел на улицу и быстро нагнал женщину, которая шла по дороге, крепко держа Кетту за руку. Рядом с ними бежала довольная Жука, на голове которой всё ещё блестела звёздочка.

Эльф сел женщине на плечо и поинтересовался:

– Какие у вас часы в доме?

– Старенькие, с кукушкой.

– Всегда любил часы с кукушкой, – сказал эльф и устроился на её плече поудобнее.

Content

Мария Валерьевна Голикова
Часы рождественского эльфа