Эл Лекс

Пятый Проект

0

Поля хлопчатника возле Ол-Дели — будто облака до самого горизонта. Каждое расчерчено большими-большими квадратами, чтобы удобнее было поливать и собирать, но этого не видно, если смотреть вровень с пушистыми белыми шариками. Если твой рост такой же как у куста, все поле — одно огромное облако от края до края. Вот только облака, как говорит мама, холодные и мокрые, а хлопок напротив — пушистый и теплый. Его кусты не вырастают большими, взрослому — всего-то по грудь будут, но для двух сестер это настоящие джунгли, где так здорово прятаться. Прятаться и искать.

Игра такая.

Ну вот и где она спряталась?

— Марты-ы-ышка-а-а! Где ты?!.

Шанти кралась по полю, осторожно раздвигая стебли. Сестра не отзывалась, но Шанти все равно прислушивалась не хихикнет ли где младшая, не зашуршит ли куст, не звякнет ли пряжка комбинезона.

— Мартышка!

Сидит себе под кустом где-то и хихикает в белые пушистые шарики, слушая вопли старшей сестры!

— Мартышка, выходи! Я сдаюсь!

В стороне раскатился звонкий смех младшей и спустя несколько секунд она уже возникла рядом:

— Здорово я спряталась, правда?

— Правда! — улыбнулась Шанти, глядя в смеющиеся карие глаза. — Расскажешь, где?

— Нет! — нахмурилась младшая. — Это секрет!

— Ну секрет так секрет. — Шанти присела перед сестрой. — Не хмурься, смотри лучше, что у меня есть.

Шанти достала из кармана комбинезона гулаб-джамун:

— Будешь?

— Ух ты! Конечно, буду!

Младшая схватила коричневый шар, плюхнулась прямо на землю, разорвала пленку и откусила сразу половину.

— Не торопись, подавишься. — засмеялась Шанти, разворачивая второе лакомство.

— Неа. — младшая помотала головой. — Не подавлюсь.

— Ну смотри у меня. — притворно погрозила пальцем Шанти. — Держи еще.

Мартышка зашуршала оберткой.

Шанти откинулась назад, легла на спину, подложила руки под голову, глядя в небо.

— Представляешь, мартышка… А что если облака это тоже хлопок? Небесный…

— Ты же слышала маму, облака не могут быть хлопком. — серьезно ответила младшая. — Они похожи, но на самом деле — мокрые и холодные.

— Все-то ты знаешь!

— Пока не все, мне всего девять. — мартышка снова зашуршала оберткой. — Но когда-нибудь я вырасту и буду знать все!

— Я в тебе не сомневаюсь. — улыбнулась Шанти и закрыла глаза.

Облака это не хлопок… Хоть и так похожи…

Да и откуда маме знать? Можно подумать, она каждый день облака трогает.

Мама?

— Шанти, ты слышишь? — позвала младшая.

Шанти приподнялась на локтях:

— Что? Да, слышу. Это мама. Давай-ка сюда голову, ты вся в хлопке, надо привести тебя в порядок, пока мама нас не нашла!

Спустя минуту, когда густые каштановые волосы младшей снова свились в косу, мама их все же нашла.

— Слава Вишну! Вот вы где!

В глазах матери горел откровенный страх, волосы трепал ветер, не чувствующийся здесь, внизу.

— Ма-а-ам? — протянула Шанти.

Мама отвела с губ прилипшую прядь:

— Нам нужно бежать! Сейчас же!

Шанти перевела взгляд:

— Па-а-ап?

— Слушайте маму! — отец мотнул головой. — Бери сестру и бегом! Сейчас же!

— Ух ты, как… Красиво…

Голос мартышки был тихим и сдавленным, но — восхищенным.

Шанти обернулась.

Младшая задрала голову к небу и завороженно следила за облаками. Еще недавно — горы хлопка, сейчас они сворачивались в спирали, черные по краям и, через фиолетовый, белые — в середине.

— Ого! — выдавила Шанти. — Мартышка, вставай, надо идти!

— Но…

— Без «но»! потом объясню! — Шанти встала. — Идем!

— Ла-а-адно…

Шанти подхватила сестру на руки, глянула на отца:

— Домой?

— Нет, к источнику! — махнул рукой отец — За мной!

Хлопчатник цеплялся лопнувшими корзинками за одежду, мешал бежать, но они неслись через поле, пока небо беззвучно закручивалось циклопической улиткой.

— Сюда! — махнула мама, показывая за водонапорную башню.

Шанти повернула вслед за мамой и остановилась у стены, опустила младшую на землю.

— Все? — деловито освободилась мартышка.

— Не знаю, мартышка… — Шанти перевела дух. — Пока не знаю.

Далеко в стороне папа что-то объяснял двум солдатам ВВ, но из-за ветра ничего не услышать. Он все тыкал пальцем в сторону дома, прикрывая другой рукой лицо от ветра и летящих клубков хлопка.

Откуда такой ветер?

И откуда здесь солдаты?

— Не знаю. — одними губами повторила Шанти.

Папа бессильно махнул рукой и вернулся:

— Мы опоздали! Она закрыли контурное поле!

Там, куда он указывал, ветер будто выключили — вот хлопчатник рвется и мечется, разбрасывая белую воздушную пену, а в метре стороной — стоит как ни в чем не бывало. И, словно меж двумя мирами, — стена едва заметного фиолетового сияния.

Мама прижала к себе дочерей:

— И что теперь делать?

Папа оглянулся, прикрыв лицо рукой:

— Когда закончат, выйдем! А пока скроемся тут, за водонапоркой хотя бы ветра меньше!

— Мама, папа, а что это? — в глазах младшей не было и тени испуга, лишь любопытство. — Шанти, все хорошо?

— Конечно, мартышка, все хорошо. — через силу улыбнулась Шанти. — Веришь?

— Верю! — решительно тряхнула головой младшая.

— Тогда идём ко мне, раз веришь.

Они присели за стеной водонапорной башни. Ветра тут и вправду не было, зато открывался вид на небо.

Лучше бы ветер…

Под тонкий, не пойми откуда идущий свист, небо закручивалось гигантской фиолетовой воронкой, падая куда-то в середину поля.

— Запустили установку! — крикнул отец. — Еще пара минут и все должно кончиться!

— Что должно кончиться? — вскинулась младшая.

— Красота твоя кончится. — торопливо ответила мама, переведя взгляд — Так что смотри скорее.

— А… Она уже кончилась. — младшая указала в небо.

Глухо ухнуло.

Все посмотрели туда, куда указывала младшая.

Воронка дрогнула и брызнула в стороны рваной черной пеной!

Белыми хлопьями!

Осколками фиолетового сияния!

Светом!..

— Красота… — успела выдохнуть младшая.

А потом мать, отец и сестра погребли ее под собой, укрывая от неизведанного…

Часть 1

Дороги, что к нам ведут

1

Часы показывали шестнадцать часов двенадцать минут. Двенадцатого августа две тысячи четыреста четвертого года.

Даже разбитые и залитые кровью, часы продолжанали показывать.

В глазах двоилось, в горле ворочался липкий комок. Пальцы скользили по солфальту, по крови и зажигательной смеси. Перед лицом — чьи-то ноги, обломки щитов, желтые элементы брони…

Клифф сжал зубы, уперся ладонями в солфальт и поднялся. Сначала на колени — слишком уж шатало после удара. Потом, помогая руками, — в полный рост.

— А ну, малец, в сторону!

Снова на солфальте! Ладно хоть в этот раз — сидя.

Мимо, перекрикиваясь, полдесятка мужиков толкали обгоревший автолет без окон. Новую баррикаду строить, не иначе.

— Клифф!..

Саймон вынырнул из дыма, как стригл из канализации. Бровь рассечена, волосы растрепаны, одежда — набор ленточек. Только красный платок узлом на запястье как новый.

— Живой, братишка?

Клифф осторожно кивнул.

Саймон быстро огляделся, хлопнул брата по плечу:

— Меня чуть лимоны не утащили, еле отбился! Мужики помогли! За нами еще две улицы, лимоны отступают! Слышишь?! Мы побеждаем!

— Слышу, слышу. — скривился Клиф. — Не ори, пожалуйста. Меня шоковой дубинкой приложили.

— Через пять минут пройдет! — Саймон помог подняться. — Идем, по пути в себя придешь!

— Может, не стоит?

— Ты оглох? Говорю же — Внутренние Войска отступают! Половина города за нами!

Клифф едва волочил ноги, стараясь идти самостоятельно, а не висеть на плечах брата:

— А что в других городах?

Клифф резко вдохнул и зашелся в приступе кашля — газ в воздухе еще висел.

— Скажем так — ничего хорошего для Координации! — развеселился Саймон. — В крупных городах все так же, как у нас! Какие-то умельцы уже вскрыли коды суб-связи с трофейных раций и вовсю слушают переговоры по всему миру! Везде бардак! В Ол-Дели, говорят, уже осаждают штаб Координации! У них там девчонка тринадцати лет вроде знамени, люди за нее лимонов на нитки рвут!

Бум!..

Взрыва слева уронил братьев на солфальт! Пахнуло горелым пластиком и озоном.

Клифф поднялся:

— Автолет?

— Похоже! — Саймон тоже встал. — Не иначе, взрывают и переносят баррикады! Идем!

Мимо пробежала стайка совсем еще детей — лет по двенадцать-тринадцать, чуть младше самого Клиффа. Они охапками тащили фототкань — прямо туда, где клубился газ и дым, где слышались выстрелы и крики.

Куда и шли Клифф с Саймоном.

Перекресток, перевернутый автолет, лужа электролита… Расплавленный им солфальт одуряюще вонял озоном.

Клифф наконец смог идти самостоятельно:

— Все, я в порядке, бро. Давай поднажмем, два квартала осталось.

Саймон кивнул, отпустил руку и прыгнул в сторону, где щерилась осколками битая витрина:

— Секунду!

Прошло целых десять, прежде чем он вернулся с двумя бутылками в руке. Ловко перемахнул обратно, протянул одну:

— За победу над тиранией!

Клифф скептически хмыкнул, но бутылку взял, приложился к горлышку и задрал дно в зенит, вторя брату. Легкий алкоголь смыл последние остатки шока, Клифф встряхнулся:

— Все, идем! А то все веселье пропустим!

Саймон довольно осклабился и братья двинулись дальше.

Газ рассеялся окончательно — пропала резь в глазах, перестало дергать в носу. Все чаще стали попадаться бунтовщики: люди, эльфы, полукровки. Люди — часто, остальные нет. Почти все — сидя, некоторые и вовсе без признаков жизни. Кому-то уже помогали, кому-то помощь уже была не нужна.

Местами взгляд цеплялся за следы боя, что еще не успели растащить мародеры — щиты лимонов, шоковые дубинки, уцелевшие бутылки с зажигательной смесью, даже несколько газовых гранат.

Захрустели под ногами гильзы.

Клифф поднял взгляд:

— Как думаешь, много лимонов полегло?

Саймон пожал плечами:

— Вряд ли много. Раненых, побитых, помятых — много. Мертвых — мало. Если бы люди всерьез настроились убивать солдат Внутренних Войск, те тоже ответили бы свинцом. Агрессия на агрессию.

— Думаешь, так до свинца не дойдет?

— Когда они поймут что зажаты в угол, как в Ол-Дели — дойдет. Так что погоди-ка!..

Саймон остановился, присел возле поликарбонатовых ВВшных щитов, которые кто-то заботливо сложил в стопку, и принялся их перебирать. Бутылку он поставил рядом.

— Не то, не то… — бормотал Саймон, один за другим отсеивая щиты по известным ему одному критериям.

— Я пока дальше пойду, догоняй!

— Добро. — кивнул Саймон. — Вперед только не лезь!

Клифф махнул рукой и припустил бегом, стараясь не наступать на бутылки, камни и куски арматуры.

Толпа приближалась, уже можно было различить отдельных людей, даже клубы дыма и газа не мешали.

Хотя, конечно, плотно прилегающие очки не помешали бы.

Клифф ввинтился в орущую толпу и принялся протискиваться вперед в надежде что-то увидеть. Сразу защипало глаза и нос, но Клифф продолжал лезть в первые ряды.

Да, Саймон просил не лезть вперед, но если ему внезапно так приспичило включить режим старшего брата то шел бы лучше следом!

Наконец-то все видно!

Два десятка лимонов стояли за стеной щитов, за их спинами улицу перегораживали полдесятка черных фургонов с известной каждому эмблемой на боку — белым перекрестьем прицела.

Так вот где затык — лимоны устроили свою баррикаду!

Вот только почему они стоят перед ней, а не скрываются за?

Законники застыли на месте, как вкопанные, бунтовщики тоже не дергались, лишь вопили и закидывали желто-полосатые щиты всяким хламом — камнями, бутылками, всем что можно найти под ногами. Изредка сухо щелкали по поликарбонату одиночные выстрелы тех, у кого нервы не выдерживали.

Но серьезных действий никто не совершал — сейчас это пат. Стоит толпе рвануться вперед, лимоны рассекут ее щитами, дробя на части, и пустят в ход дубинки. Если не выдержат нервы у псов Координации — толпа промнется в центре и схлопнется по флангам, зажимая противника в кольцо и лишая шанса на отступление.

Бунтовщики ждали, когда подтянутся оставшиеся позади, ждали, когда их станет столько, что у лимонов не останется даже надежд на удержание позиции, и они будут вынуждены отступать дальше, насилу отбирая у толпы замешкавшихся коллег.

Чего ждали лимоны вообще не понятно. Может, у них просто нет выхода? Ведь черные фургоны за их спинами перекрывают всю улицу, от здания до здания. Ни щели, ни зазора.

Как они вообще смогли так припарковаться?

И что вообще в них?

— Шакалы!

— Жабьи дети!

— Выродки! Предатели!

Толпа бесновалась, лимоны молча стояли за стеной щитов. Чего же они ждут?

Клифф посмотрел на часы, нашел среди паутины трещин время.

Шестнадцать двадцать девять.

Шестнадцать тридцать.

Бр-р-рах!

Ш-ш-шух…

Искры, шум, грохот!..

Клифф присел, сжал руками уши, зажмурился до боли, прогоняя зайчиков…

Это что, светошумовые гранаты?! Но какой смысл?! Достанется-то только тем, кто в первых рядах стоит! Остальные все ещё готовы драться!

Раздался и тут же захлебнулся крик, затрещали выстрелы, заревела толпа:

— А ну, стоять!

— Стреляй, мать их, стреляй!

— Да их пули не берут!

— Прикрой!

— Бегите!

Клифф наконец разлепил глаза и посмотрел вперёд.

Гранатная атака была лишь прикрытием для высадки десанта из черных фургонов. Минуя строй лимонов, к бунтовщикам неслись два десятка силуэтов. Быстрые, резкие, ломаные, непроницаемо-черные, без единого жёлтого элемента брони, вообще без брони! Непрозрачные черные шлемы, черная светопоглощающая экипировка, пистолеты на бедрах и дубинки в руках…

И никакой защиты!

Только фиолетовые треугольники вспыхивают вокруг, и сыплются на солфальт кусочки свинца.

— Валим, вашу мать, валим!

Черные врезались в толпу, замелькали дубинки. Кто-то дёрнул Клиффа вверх, как игрушку поставил на ноги, подтолкнул:

— Не стой, малец, ноги в руки!

Клифф обернулся — огромный коротко стриженый мужик с проседью нервно оглянулся и снова подтолкнул в спину:

— Беги, сказал!

А сам обернулся и чуть присел, расставив руки в стороны.

В правой блеснул короткий клинок.

Клифф пробежал два шага и оглянулся.

Мужик резко атаковал приближающегося черного с правой руки, тот резко отпрянул, отмахнулся дубинкой, едва не задев противника. Слева и справа, будто два стригла, возникла ещё одна пара черных. Удар, блок, удар!.. И бунтовщик повержен на солфальт, дёргается, будто в припадке…

А черный вместо пластиковых наручников достал пистолет и выстрелил ему прямо в голову.

Клифф закричал, кинулся обратно!..

Перехватили, развернули, толкнули!..

— Назад! Беги отсюда! Беги, сказали!

Черные уже были рядом, догоняли бегущих, заплетали ноги, доставали дубинками, вязали руки. При малейших признаках сопротивления — стреляли на поражение.

И Клифф побежал.

Бегать он умел хорошо.

Баррикада, перекресток, квартал первый, квартал второй…

— Саймон! Бросай все, беги!

Саймон недоуменно поднял голову. На левой руке висел щит — выбрал, чтоб его!.. Нашел время!..

— Да беги же!..

Черт, нога!..

Затрещал о торчащую арматурину кроссовок, Клифф рухнул ничком, едва успев подставить руки! Толкнулся, чтобы встать, но в спину впечаталась ребристая подошва!..

— Саймон, беги!

Бам! — по ребрам!..

— Беги!..

Клифф свернулся, прикрыв голову, пальцы нашарили ребристое и твердое.

Сжав арматурину, Клифф открыл глаза.

Дубинка падает сверху… Можно заблокировать арматуриной… Ударить в ответ… Выиграть несколько секунд для Саймона…

— А ну прочь!

Саймон перепрыгнул через брата, еще в воздухе замахиваясь бутылкой! Веер осколков от черного шлема, дубинку на щит!..

— Вставай!

Саймон отбил удар, второй, ударил сам — ногой в живот!

— Клифф, вставай!

Саймон крутнулся на месте, прикрываясь щитом от второго атакующего.

— Саймон, сзади!

Третий черный перетек вниз и ткнул Саймон дубинкой под колено!

Уперев арматурину в солфальт, Клифф кое-как поднялся на одно колено.

Бам! — тут же прилетело в солнечное сплетение.

Задохнувшись, Клифф снова упал.

Покатилась прочь, вибрируя, арматурина.

Саймон упал тоже.

Часы показывали шестнадцать часов тридцать пять минут.

Почему перед глазами часы…

Почему перед Саймоном — черный с пистолетом…

Падающая на голову дубинка…

Вспышка выстрела…

Часы зазвенели.

Клифф проснулся.

2

Это самый центр Мид-Йорка, семнадцатого в списке крупнейших городов планеты. Тридцать восьмой этаж из сорока, больше ста метров от земли. За стенами — почти четыре сотни других людей. Казалось бы не придумать лучше места, чтобы раствориться в толпе, скрыться от чего угодно.

Но с воспоминаниями это не работает.

Клифф прижался лбом к холодному стеклу и тяжело сглотнул. За окном шел дождь, свет тусклого, едва занимающегося солнца прыгал по комнате, уворачиваясь от капель. А в голове до сих пор стоял звон от удара, во рту — вкус крови, в носу — запахи озона и зажигательной смеси.

Клифф осторожно отодвинулся от окна.

Медленно и плавно, чтобы не тревожить сознание.

Когда воспоминания накатывают во сне — особенно тяжело. Нет возможности уловить нарастающую панику и принять какие-то меры. Можно лишь бороться с последствиями.

Клифф поднял с поля шорты и осторожно потряс их. По полу застучали содержимое карманов — айди, какая-то мелочь, квад-часы, цветастая яркая упаковка… Вот оно!

Клифф вытряхнул на ладонь сразу две пластинки транк-жвачки, упал на кровать и энергично заработал челюстями. Закрыл было глаза, но тут же распахнул обратно — не хватало ещё снова заснуть и улететь в потерянный!

Да ещё и жвачкой подавиться…

Вот смеху будет в завтрашних заголовках «Всемирно известный скалолаз умер во сне, подавившись жвачкой».

С кухни щёлкнула клапаном мультиварка.

В тишине квартиры прозвучало будто курок взвели.

И выстрелили прямо в лицо.

Нет, только не опять!..

Клифф прижал к лицу подушку и бессильно зарычал в нее.

Всего этого нет!..

Саймон мертв!..

Бунт подавлен!..

Прошло! Десять! Лет!..

Ну же, когда уже подействует транквилизатор?! Скорее!..

Вдох-выдох…

Вдох-выдох…

Вдох…

Ну наконец-то…

Клифф закрыл глаза и расслабился.

Выдох…

С кухни донеслась переливчатая отель — мультиварка напоминала о себе. Завтрак ждёт.

Хотя поди попробуй съесть хоть что-то после такого пробуждения.

Клифф медленно сел и только потом открыл глаза. Картинка не в фокусе и ладно, заблудиться в двухкомнатной квартире все равно не грозит. Зато паника отступила и мышцы перестало сводить судорогами.

Когда же все это кончится!..

Клифф поднялся с кровати и поднял квад-часы. Открыл календарь, пролистал план на день. Ну хоть съёмок на сегодня нет, уже хорошие новости, не придется звонить и отменять. Только тренировка, но на нее можно и не ходить.

Или нельзя?..

Клифф надел шорты, собрал волосы в хвост, перетянул резинкой с запястья.

За окном шел дождь.

Может, все же пойти на тренировку? Физические нагрузки при стрессе, говорят, помогают с ним справиться. В самом деле, не случится же новый приступ, они никогда не следовало один за другим, минимум с двухдневным перерывом.

Клифф сплюнул откровенно горчащую жвачку, встал и пошел на кухню. За спиной зажужжал жучок-уборщик.

Сначала — стакан воды.

Потом — разминка: десять минут на манекене и ещё десять — на турнике. Сорок отжиманий, пять минут скакалки. После — завтрак.

Да к черту этот моцион…

Клифф поставил на стол тарелку с углеводной кашей, дотянулся до соковыжималки, проигнорировав кофемашину, ткнул в кнопку.

Кое-как впихнув в себя завтрак, Клифф сгрузил посуду в комбайн и вернулся в спальню. Тряхнул запястьем, сбрасывая квад:

— Новости.

Квад-часы взмахнул распрямившимися, затвердевшими лучами, застрекотал винтами, вскарабкался на высоты головы. Поплыл воздух от стоячей волны и уже на нее квадрокоптер спроецировал картинку.

Показывали море.

И блондинку-диктора в углу экрана.

Звук, как всегда, на четверть секунды отстал.

— …напоминаем, что последний прорыв ноосферы был зафиксирован вчера в южной части Тихого океана. — продолжила дикторша. — Обошлось без жертв. И к другим новостям.

— Без звука. — велел Клифф и закинул в рот свежую пластинку жвачки.

Последний — вчера, стало быть предпоследний — две недели назад. С каждым новым пробоем временные промежутки между ними все меньше. А Координация так ничего и не делает.

Будто потерянный год их ничему не научил! Будто у них в рукаве есть еще какой-то козырь, вроде легионеров, на случай нового восстания, если оно случится!

А ведь оно случится, как пить дать. Десять лет назад ноосферу пробивало раз в пять-шесть месяцев, и уже это подняло людей на бунт! А сейчас — два в месяц! Странно, что люди прям сейчас не мешают зажигалку и не снаряжают магазины! Теперь-то всем известно, как бороться с легионерами и кинетическими щитами!

А было бы известно Саймону — он был бы жив.

Черт, только не опять!..

Клифф зажмурился и сжал виски пальцами:

— Звук!..

И в уши снова полез голос дикторши, отгоняя дурные мысли:

— А сейчас мы прервемся на короткую рекламу.

Короткая мелодия заставки и тут же задорное и громкое:

— Супергероев не существует!..

Ну только этого не хватало…

Клифф открыл глаза.

Вместо морской глади и дикторши посреди комнаты подергивался искусственными помехами огромный красный крест с рваными краями.

— И он — не исключение! Он — такой же человек, как и все мы!

Крест растаял, сменившись ростовым изображением человека с длинными светлыми волосами, собранными в хвост. На голове, на широкой резинке — круглые темные плотно подогнанные очки. Серая жилетка с капюшоном поверх белой рубашки с закатанными рукавами, высокие красно-черные кеды и ярко-красный крест на правой штанине черных бриджей.

Мистер Красный Крест. Клифф Дивер собственной персоной.

— Как и многие из вас, он «под прицелом»!

А вот этих кадров лучше бы не было вовсе. Этого выжженого на шее сзади перекрестья прицела крупным планом. «Эмоциональная точка», «единство со зрителями» — сыпал терминами режиссер, размахивая руками в ответ на просьбу вырезать кадры.

И только оператор понимающе отводил глаза, рефлекторно протягивая руку к шее сзади. Отводил глаза, но не камеру.

— Но это не мешает ему день за днем ставить новые рекорды и покорять новые вершины!

Кадры с соревнований, кадры с награждений. Фриран в Мадриде, золото. Скоростной подъем в Праге, золото. Свободный бой и чистый бой в Челябинске, золото, золото. Висят все на стене, рядом с двумя дюжинами других медалей.

— И всего этого он день изо дня добивается своими силами! А мы ему лишь немного помогаем! Транквилизаторная жевательная резинка «фриролл» поможет вам сохранить спокойствие даже в самых экстремальных условиях! Внимание — может считаться допингом и являться причиной дисквалификации.

Ага, добавили всё-таки эту фразу в ролик после скандала в Бирме. Интересно, добавили ли на упаковку? Нет, вряд ли. Тогда бы и про привыкание пришлось упомянуть…

Помощники, мать их…

Но польза от них все же есть — по крайнем мере, решение идти на тренировку окрепло и пересилило трассу.

А ещё возникла хулиганская мысль одеться точно так же как в ролике — пускай народ шеи вслед сворачивает, а лимоны за дубинки хватаются!

Как раз и дождь кончился.

3

До клуба — двадцать минут пешком. Или семь — на метро. Или пять — на мотоцикле, но за ним надо спускаться в паркинг.

Лучше пройтись.

Проезжая часть уже высохла — гидрофобный сольфальт не мокнет, это нарушает работу фотоэлементов из-за преломления света в воде.

Но на бетонных тротуарах царствовали лужи. Зато почти не было людей — видимо, не решались пока вылезать из блоков. Так и пропал весь хулиганский наряд втуне, вместе с настроем.

За десять минут размеренной ходьбы люди встретились лишь четырежды, и в двух случаях это были лимоны на постах. А оставшиеся два — и вовсе странные. Они оглядывались и будто спешили поскорее убраться с улицы, словно боялись чего-то, словно им нельзя было здесь находиться.

Так могли бы вести себя люди, любые люди, без исключения, в четыреста пятом, четыреста шестом… Но никак не в четыреста четырнадцатом.

Не выдержав, Клифф полез за жвачкой.

И, стоило только розовой пластинке коснуться языка, по улицам пронесся протяжный металлической звон, предвещающий Парадигму Безопасности.

Десять часов утра, стало быть.

— Жители Мид-Йорка! — загрохотали динамики, как скрытые, так и очевидные. — Координация напоминает вам о необходимости неукоснительного соблюдения установленных правил! Координация напоминает вам о недопустимости оказания сопротивления силам Внутренних Войск! Координация напоминает вам о необходимости незамедлительного выполнения любого требования координаторов любого уровня! Помните — Внутренние Войска защищают вас от вас самих! Помните — все решения Координация принимает для вашего блага! Помните — отсутствие сопротивления это залог вашей безопасности!

Голос смолк, Клифф размял шею и энергичнее заработал челюстями.

Надо поторапливаться. Неуютно тут как-то.

На пороге клуба Клифф обернулся и окинул взглядом пустынную улицу. Не то чтобы в другие дни по ней люди ходили толпами… Но абсолютная пустота сегодня это ещё более странно, чем если бы они друг на друга наступали.

Город будто вымер. Или это касается только этого квартала?

Черт, ну внутри-то есть кто-то?

Миловидная брюнетка Вайз подняла голову на звонок двери.

Ну хоть здесь все в порядке!

— Привет, Пенни. — улыбнулся Клифф, прикрывая за собой дверь.

Администратор лучезарно улыбнулась:

— Ого, какие люди! Сам мистер Красный Крест! Охрану на улице оставил?

— Опять ты за свое. — притворно нахмурился Клифф. — Дэнвер здесь?

— Пока нет. Подождешь? Или, может, мне тебя постраховать? — Вайз стрельнула глазками поверх очков.

— Оставь. — махнул рукой Клифф. — На меня твои чары не действуют. Как Дэнвер придет, скажи ему… Скажи ему…

— Да-да?

— Скажи ему, что он дурак. — ухмыльнулся Клифф и пошел к скалодрому.

Спустя час, после разминки и подготовки, Клифф уже штурмовал вертикаль динамического фазового скалодрома. Дэнвер так и не пришел, скотина, и, по-хорошему, соваться сюда без внешней страховки не стоило — того и гляди, зацепка прямо под рукой нальется фиолетовым и сдвинется по фазе, оставляя призрачный мираж. И полетишь прямо на пол, и не факт, что успеешь среагировать и применить самостраховку.

Но сколько Дэнвера ждать? Только время терять, а время — на вес золота! Уже месяц как этот скалодром стоит в клубе, а забронировать время полазать удалось только сегодня.

Да и вообще технологии всего полгода. Ох и исходили тогда паром всякие научные журналы, наперебой вопящие заголовками «Впервые пси сдвинули по фазе твердый объект а состоянии покоя!», «Революция в науке!»

Вот только оказалось, что крупнее футбольного мяча они сдвинуть ничего так и не смогли, и энергии потратили на это столько, что хватило бы бульдозер на атомы разложить. Так что вся революция — дутая.

Настоящая революция была десять лет назад, когда небольшие диски на поясах угольно-черный легионеров обратили в бегство весь мир, глотая пули как будто их и не было.

Ну твою мать!..

Клифф прижался к рельефу и зажмурился.

Самое время, самое место! В семи метрах над полом, даже жвачку не достать!

Левая рука провалилась в пустоту, ладонь мазнула по неровному рельефу, но не нашла за что зацепиться и Клифф полетел вниз.

Рефлекторный, отточенный тысячами повторений, хлопок накрест по плечу, щелчок пиропатрона — и мягкое приземление в кубометр посадочного геля.

Прекрасное начало тренировки, нечего сказать. Просто чудесное.

Когда гель окислился и всосался в клапан страховочного жилета, Клифф перезарядил пиропатрон, достав новый из браслета на запястье, и вытащил из кармана жвачку.

Дожили. Уже и на тренировке без транков никак.

Поймав несколько удивлённых взглядов — ещё бы, сам Красный Крест сорвался! — Клифф снова полез на рельеф.

Добравшись до очередной безопасной точки, где зацепки уже не мерцали, Клифф подхватил оттяжку, вщелкнулся в шлямбур и расслабился. Вися на коротком тросе и упираясь ногами в рельеф, обернулся, осмотрел клуб с высоты.

Раз, два, три… Пять, двенадцать… Двадцать два…

Двадцать семь человек на четыре тематические зоны. Даже для буднего дня очень мало, даже для утра.

А если вспомнить пустынную улицу по пути сюда и спешащих, прячущих глаза прохожих, в голову и вовсе начинают лезть нехорошие мысли. Параноидальные.

Стоп, хватит! Одно дело — подозревать Пенни в желании соблазнить звезду экрана, и совсем другое — что весь город сговорился, чтобы устроить облаву на одного человека!

Но если это не так, то почему возле стола Вайз — толпа черно-желтых угловатых силуэтов?

И почему Пенни указывает сюда, вот прямо сюда?!.

Ох…

По позвоночнику будто снова шоковой дубинкой вытянули, накалилась метка на шее сзади, запахло палёной кожей…

Потерянный нашелся.

Вытащив шоковые дубинки, а кто-то — жёлтые травматические дробовики, лимоны двинулись к скалодрому.

Клифф сглотнул и протянул руку к карабину. Нет никакого сомнения, за кем ВВ идут. Нет никаких сомнения — идут они не автограф попросить. А значит — надо отстегнуться, спрыгнуть в гель, поговорить…

Добровольно завести руки за спину, опустить голову, уехать в участок…

Или рвануть вверх по мерцающим зацепкам! С той стороны стены — трехмерный лабиринт труб и решетчатых лесов зоны фрирана, спуститься по ним — семь-восемь секунд! Пока лимоны сообразят, что к чему, пока обегут кругом — уже пожарный выход будет рядом! Про него-то они наверняка не знают!

А, может, ещё и тренирующиеся рядом рукопашники помогут — задержат!

Да, держи карман шире, помогут. Сами встанут руки за спиной, глаза в пол — как только увидят жёлтые элементы брони.

— Клифф Дивер!

Ну все, пора отстегиваться.

Клифф прижался к рельефу, аккуратно выжал карабин, отпустил освободившуюся растяжку…

И рванул вверх!

— Огонь! — раздалось снизу.

Что, серьезно?!

Клифф прыгнул в сторону, с зацепки на карниз. Рядом застучали — и правда стреляют!

Клифф в два рывка добрался до верха, ухватился за край и кувырком перевалился на плоскость.

Бросился вниз, уворачиваясь от дубинки! Вслепую отмахнулся, отшатнулся, разорвал дистанцию!..

Осмотрелся.

Как они тут оказались?!

Трое лимонов подходили осторожными шагами, не сводя взглядов с противника. Двое с дубинками, третий с баллистическим щитом.

А внизу ещё десяток лимонов уже бегут вокруг скалодрома.

Да как вы здесь оказались-то?! Не на дронах же прилетели!

Клифф вытянул руки вверх, входя в падающую сверху вниз дубинку. Зафиксировал руку в замке, удар коленом, ещё один! Второй лимон уже рядом, Клифф улучил момент и толкнул в него первую жертву, развернулся к третьему!..

Бам, бам, бам!..

Ах да, у них же еще и пушки есть…

Ну это хотя бы не больно…

Клифф перевел взгляд вниз, на три торчащих из груди дротика с ярким оперением.

Живым, стало быть, брать велено.

Ноги подкосились, зрение смазалось, мелькнул рельеф скалодрома…

Рефлекторный хлопок накрест по плечу…

Щелчок пиропатрона…

Тьма…

4

Сознание вернулось рывком, словно выключателем щелкнули. Появились звуки — легкое поскрипывание и едва слышное потрескивание. Появились запахи — табачный дым, ароматный алкоголь, тяжелый парфюм. Последними появились ощущения — скользкий лак под пальцами и онемение в груди.

Если бы не оно, на основании всех остальных органов чувств легко можно было бы определить местоположение как «музей». Но вряд ли лимоны стали бы проводить целую операцию и вырубать с расстояния снотворным, как бешеного стригла, ради того чтобы отвезти на экскурсию в музей.

Клифф открыл глаза и огляделся.

Кажется, все же музей.

Где еще найдется такое количество древних вещей, из материалов, которые никто давно не использует? Огромный тяжелый стол из лакированного дерева, несколько деревянных же полок с книгами — бумажными книгами! — по стенам, темно-коричневый глобус по пояс высотой, ковер на полу, десяток кожаных кресел, таких больших и громоздких, что, сядь в них человек, его и разглядишь не сразу.

Вот и Клифф заметил человека в последнюю очередь. И это при том, что именно от него исходили и звуки и запахи.

Сухощавый, с длинным узким лицом, короткими волосами с проседью и бородкой клинышком, он напоминал богомола, даром, что костюм серый, а не зеленый. Маленькие глубоко посаженные глаза под узкими очками без оправы смотрели будто бы насквозь, тонкие пальцы одной руки сжимали контрастно-толстую сигару, пальцы другой — толстопузый бокал с… виски, судя по бутылке на столе.

Все как и положено человеку его статуса и положения.

Он поднял бокал в знак приветствия:

— С пробуждением, мистер Дивер. Выпьете?

— Говорят, после транквилизаторов нельзя. — прохрипел Клифф и закашлялся в кулак.

— Правильно говорят. Но что запреты тому, кто на запреты через день плюет, верно?

— Я в любом случае не пью. — наконец совладал с голосом Клифф.

— А вот это уже похвально. — кивнул богомол, положил сигару в пепельницу, бокал поставил на стол и сложил ладони домиком, крышей вверх. — Знаете, кто я?

— Макро-координатор Мид-Йорка, Самсон Фэлпс. — Клифф поморщился. — Что за цирк? Каждый в городе прекрасно вас знает.

— Увы, не каждого знаю я. — Фэлпс развел руками, сломав домик. — Даже вас. Подумать только, в городе моей координаты живёт сам Красный Крест, а я даже не разу с ним не виделся!

— Вообще-то виделись. Три года назад Координация хотела использовать меня в социальной рекламе. Я отказался. Вам пришлось ее снимать с Дэнвером Бронко.

— Да разве ж это «виделись»? — махнул сухой лапкой Фэлпс. — И словом не перекинулись, и видели друг друга с двадцати метров от силы если вообще видели. Вами занимались мои секретари, я занимался городом.

— И теперь вы решили встретиться и поговорить лично? Это действительно требовало двух полных рот с оружием и стрельбой в гражданском тренировочном комплексе?

— Меры предосторожности, не более. Использование оружия было разрешено лишь в крайних случаях, например, при попытке к бегству. Не было бы его — мы бы сейчас не разговаривали.

— Не скажу, что меня бы этот вариант не устроил. — Клифф вздохнул и уперся ладонями в подлокотники. — Ну, поговорили? Я могу идти?

— Конечно же, нет. Мы может, и поговорил, но явно не договорились.

— Что ж, это было ожидаемо. — вздохнул Клифф и откинулся обратно в кресло. — Ну, тогда поскорее к делу. Раньше начнем — раньше закончим.

— Рад видеть деловой подход. — Фэлпс снова сложил палец к пальцу. — Дело-то серьезное. Про пробои, прорывы ноосферы приходилось слышать?

— Чаще, чем хотелось бы. — кивнул Клифф. — Покажите мне того, кто о них не слыхал.

— А про действия Координации в этом направлении?

— А они есть? — усмехнулся Клифф.

— Ожидаемо. — вздохнул Фэлпс. — Но я вас понял. Да, на самом деле, Координация уже давно пытается решить эту проблему… Пыталась.

— Что, надоело? — вырвалось у Клиффа. — Толку-то нет от попыток! Как пропадали люди бесследно — так и пропадают! Как сходили с ума до состояния овощей — так и сходят!

— Отбросим Сингапур. Это была разовая ситуация, ни до ни после пробой не накрывал разом целый город.

— Так и пробоев раз в две недели не было! А если следующий рухнет прямо нам на головы?!

Клифф дрожащими руками выудил из кармана жвачку, бросил пластинку в рот и прикрыл глаза.

— Продолжаем? — участливо осведомился Макро.

Клифф кивнул.

— Насколько хорошо вы осведомлены о Четвертом Проекте?

— Думаю, примерно на том же уровне, что и весь остальной мир. — Клифф открыл глаза. — Пробили ноосферу в поисках дармовой энергии, да что-то поломали, в результате чего исчезла вся научная группа и пять последующих.

— Семь. — Фэлпс почесал пальцем под носом.

Клифф поморщился и продолжил:

— После этого аналогичные, но временные и меньшие по размеру пробои стали хаотично возникать по всей планете, постоянно наращивая частоту появления. И все, кто в них оказывался, либо бесследно исчезали, либо сходили с ума до состояния новорожденных. Я ничего не забыл?

— В общем и целом, все верно и даже почти все — правда.

— Быть того не может! — усмехнулся Клифф. — А я-то думал, бунт в потерянном начался просто так, а не из-за того, что четырьмя годами раньше пробои стали уродовать планету. Что Парадигма Безопасности появилась беспричинно, и лимоны по улицам ходят, охраняя наш покой а не стабильность положения Координации.

— Вам сарказм понятен, но не актуален.

— И почему же?

— Потому что не все в пробоях пропадают и не все сходят с ума. И, если наши теоретические выкладки верны, именно вам, мистер Дивер, выпала уникальная возможность сделать так, чтобы все вышеперечисленное — исчезло. Парадигма, Внутренние Войска, даже пробои. Благодаря вам, и так всемирно известному Красному Кресту. Мы называет это Пятый Проект.

Приехали.

Клифф молчал. Макро молчал тоже. Сложил руки домиком и молчал.

Наконец Клифф заговорил:

— Это не розыгрыш?

Макро покачала головой.

— То есть, вы привели меня сюда для того, чтобы предложить участие в новом безумном проекте мирового масштаба, который затронет всю планету и в очередной раз ничем хорошим не закончится?

Макро кивнул и развел ладони, потом снова сложил палец к пальцу.

— И у вас правда есть на это полномочия?

— Есть! — раздался из-за спины скрипучий, но властный и сильный голос.

— Терпеть не могу это театральные эффекты. — Клифф откинулся в кресле, чтобы не поддаться рефлексу обернуться. — Клише — персонаж подгадывает момент, чтобы вступить в разговор максимально эффектно. Вы вправду надеялись меня этим впечатлить?

Тихий смешок был ответом. Фэлпс беспокойно побегал глазами туда-сюда и подался вперёд, собираясь встать.

— Сиди, Самсон, сиди. — велел голос, следом по полу зашелестели лёгкие шаги. — Я не гордый, в отличие от нашего гостя. Я и сам подойду.

Шаги пропали, заглушенные другими — тяжёлыми и громкими. Ещё двое.

В сумме трое. Двое в черной униформе, сплошных черных же шлемах и с короткими автоматами в руках. Через грудь каждого — по две узких красных полосы. Не простые легионеры, а личная охрана Супер-координатора. Это их шаги были тяжёлыми и уверенными.

А лёгкие и беспечные принадлежали другому человеку — лет тридцати, высокому и подтянутому. На нем был облегающий белый тканевый плащ с удобными рукавами в три четверти, из-под полы которых выглядывали носки бежевых ботинок войскового образца. Плащ стягивал широкий ремень с двумя ножами на левом боку. Прилизанные волосы человека были совершенно белыми, глаза — красными, кожа — бледной, а нос — выдающимся вперёд.

Если Фэлпс напоминал богомола, то Супер-координатор Имир Нейтан Диго походил на крысу-альбиноса.

Клифф снова подавил желание встать. Заметив неловкое движение, один из телохранителей чуть повернул голову, но и только.

Супер проигнорировал кресла. Он по-свойски выволок откуда-то из-под стола табурет и пристроился на нем. Даже сидел он не как все — как-то сверху, сдвинулись на самый край, широко расставив ноги и упираясь ладонями между ними.

— Это я дал полномочия Макро-координатору Мид-Йорка на сбор команды для Пятого Проекта. — исподлобья взглянул Диго.

Клифф одними глазами прикинул расстояние. До Супер — три метра с четвертью, в прыжке достать не проблема. Прыгнуть конгом прямо из кресла, руками переломить инерцию о ладони Диго, схватить, дёрнуть на себя, направляя колено в острый подбородок… Если тонкая шея после такого останется цела, то добавить в горло, ломая трахею.

И все, нет Супера.

Но по бокам от него истуканами застыли легионеры, недвусмысленно держа руки на оружии. И стоят неподвижно, но опытный глаз по складкам одежды легко определит, что все нужные мышцы они держат в тонусе. И, стоит телохранителям заметить хоть тень агрессии — откроют огонь без промедления. Нашпигуют пулями ещё в полёте, не дадут добраться до ублюдка.

И самое плохое — так будет всегда. Говорят, после потерянного Диго держал при себе телохранителей даже в спальне, и в каждом городе у него было по десять запасных. То, что они все казались одними и теми же — лишь заслуга единой униформы с непрозрачными шлемами.

Да и ножи на поясе у Диго не просто так висят.

Нет, так ничего не выйдет. Вот если проломить стеклянную пирамиду на крыше, через которую свет падал аккурат на стол, рухнуть на Диго сверху, тут ни он, ни охрана среагировать не успеют — просто не ждут атаки с этой стороны.

А сейчас даже слишком резко двигаться — уже опасно.

Глубоким вдохом и медленным выдохом Клифф заставил мышцы расслабиться.

— Отлично. — кивнул Супер. — Я надеялся, что обойдется без глупостей.

— Не слыхал, чтобы альбиносы тоже заделались в псионики.

— Здесь нет нужды в псионике, на лице все написано. К тому же, я привык к подобной реакции. За последние десять лет на меня покушались семнадцать раз. Хочешь не хочешь, а начнешь относиться к людям предвзято.

— А чего еще ждать человеку, который санкционирует проведение экспериментов, даже примерно не представляя, чем они чреваты? Хорошо еще так, но ведь и на чужих ошибках можно учиться! Мало нам было стриглов?! Мало кат, из-за которых каждый третий город мира стоит над гигантской каверной и держится лишь чудом?! Мало эльфов, мозги которых горят в агонии, если не могут контролировать свою силу?! Пробоев мало?! Теперь еще что-то задумали?!

Два синхронных щелчка — это легионеры повернули оружие, указательные пальцы уже наполовину выжали спусковые крючки.

Клифф глубоко вдохнул, выдохнул и заставил себя разжать пальцы, вцепившиеся в подлокотники до побелевших костяшек. Погонял во рту чуть горчащую жвачку и снова заработал челюстями.

Потянуло дымом — Фэлпс вторично раскурил сигару.

А Диго даже не шевельнулся:

— Лично я ничего не ждал. Не забывайте, лично мною был инициирован только Четвертый Проект… И да, я согласен, он не удался.

Клифф едва сдержался, чтобы не засмеяться в голос, лишь хихикнул:

— «Не удался» это очень… Емкое определение!

— Лес рубят — щепки летят. — пожал плечами Супер. — Слыхали, может, такую древнюю поговорку? Последняя война оставила человечество в глубоком энергетическом кризисе, выход из которого искали почти три сотни лет. Солфальт казался спасением, но сейчас даже он не способен обеспечить энергией ничего, кроме потребностей автолетов. А между делом, отражающая способность Земли из-за повсеместной замены дорожного полотна на солфальт, снизилась на четыре процента и климатологи ежегодно докладывают о повышении средней по планете температуры примерно на три десятых градуса. Четвертый Проект мог быть спасением. Только представьте себе бесконечный источник псионической энергии, которую можно трансформировать в любую другую!

— А что на самом деле с вашей псионической энергией?! Так и бьет четырнадцать лет столбом фиолетового света возле Ол-Дели! Три километра в диаметре сам и еще два — туман хоть глаз выколи!

— Вот именно поэтому нам и нужен Пятый Проект. — Диго подался вперед, оперся локтями о колени, сцепил пальцы. — Именно в связи с этим самым столбом.

— У меня как-то плохо в голове увязываются помощь Координации и мероприятия по устранению пробоев. — скептически хмыкнул Клифф. — Особенно если в качестве связующего элемента вы пытаетесь использовать не инженера или там ученого, а скалолаза и фрираннера.

— От вас и не требуется что-то понимать или связывать. — поморщился Диго. — Не на этом этапе Проекта.

Клифф скрипнул зубами — разговорить ублюдка не удалось. Придется ломиться напрямую:

— А что тогда от меня требуется, если вы даже в детали плана не посвящаете?

— Всего лишь вашу популярность и известность. Харизму. Нам нужен не столько Клифф Дивер, сколько Красный Крест. И нужен он нам для того, чтобы собрать всех остальных участников Проекта.

— У вас что, командовать некому? — усмехнулся Клифф.

Диго тоже ухмыльнулся, самым кончиком губ:

— Отнюдь. Командиров у нас в избытке. У нас нехватка героев. Тех, за кем люди пошли бы добровольно, а не в приказном порядке. Красный Крест — лучший вариант такого человека, на наш взгляд. Если он сотрудничает с Координацией, то не зазорно и остальным. Даже те, кто открыто выступает против, могут задуматься о правомерности своей точки зрения.

Как будто он знает, что сам Красный Крест — из таких!

Но вслух Клифф сказал другое:

— И вы думаете, что я стану ходить и агитировать всех к сотрудничеству с Координацией? Вы вообще в курсе, что у меня сзади на шее тоже клеймо?

— Так ведь именно поэтому у вам и выбора-то нет. — широко улыбнулся Диго, сверкая белоснежными зубами. — Вы известный на весь мир человек, герой, кумир и пример для подражания тысяч людей. Но вы еще и бунтарь потерянного года, агрессивный элемент, который был определен в концлагерь и отказывался проходить программу реабилитации, за что и был заклеймлен знаком неблагонадежного гражданина. Вам нельзя иметь оружие, в случае каких-то подозрений на ваш счет перестает работать презумпция невиновности, и еще имеется ряд прочих ограничений. Вы сделали все это частью своего имиджа.

— Меня не спрашивали. — буркнул Клифф.

— Но главное даже не это! — не обратив внимания, продолжил Диго. — Главное то, что на вас, как и на многие миллионы других таких же «прицельных» заведено уголовное дело по статье «Попытка переворота» и, как и миллионам других, ему не дают хода уже десять лет, потому что если дать ход всем — на планете почти не останется работоспособных людей. Но это не значит, что нельзя избирательно дать ход именно вашему. Повод найдется, не переживайте.

— Надо понимать, именно это вы и собираетесь сделать в случае отказа? Не думаю, что это заставит меня изменить решение.

— Вы хотя бы думаете, уже похвально. — Диго встал и одернул плащ. — Но советую так же подумать вот о чем. Информация о вашем заключении и дальнейшей казни очень быстро разнесется по планете. Стоит вам только пропасть с экранов и из списков соревнований — все уже будут в курсе. На себя вам, возможно, и плевать, но как отреагируют простые люди? Для которых вы — кумир и герой? Думаете, станете мучеником, отдавшим жизнь в борьбе с Координацией? Бросьте, эта борьба — попытка муравья побороть поезд. Так что у вас два варианта — либо согласиться, и, возможно, действительно стать настоящим героем мирового масштаба, или громогласно отправиться на эшафот.

Щелкнув пальцами, Супер развернулся к Фэлпсу и заговорил с ним. В звенящую от слов Диго голову лезли обрывки фраз:

— На восьмую…

— Нет, вернусь в Центро…

— Гермес готов?..

— Нет выбора…

Он прав — выбора нет.

И он прав — на себя плевать.

Но есть еще и другие люди. Люди, которые смотрят ежедневно визоры и видят там Клиффа Дивера, который не прятался, не таился, как другие прицельные. Который живет будто бы назло Координации и ее правилам. Без оружия, но вооруженный. Не занимающийся ничем незаконным, но стоящий на самой грани закона. Звезда скандалов, судов, запретов…

И вдруг он исчезнет. Будет окончательно и бесповоротно заперт в застенках Координации, а потом, после громкого суда — отправлен дергаться на электрическом стуле. В прямом эфире.

И вместе с ним умрет вера. Вера или, правильнее, допущение простых людей того, что можно наплевать на Координацию.

И глупо думать, что это поднимет людей на новый бунт. Если бы это было — да черт с ним, прямо сейчас, прямо этими ногами добровольно бы поднялся на эшафот!

Но двадцатишестилетний скалолаз это не девочка вдвое моложе, за него никто не станет рвать в тряпки лимонов голыми руками. Траур, скорбь — не больше. А Координация — будь уверен! — повернет все в свою пользу.

Клифф повернулся к Фэлпсу. Супер уже исчез.

— Вы что-то решили? — Макро задавил сигару в пепельнице.

Он уже знал ответ. Хитрый богомол прекрасно знал все, что творилось в душе Клиффа эти несколько минут. Что бы он там ни говорил, но он прекрасно знал своего собеседника, он искал информацию, он наводил справки, проводил операции. Скорее всего, именно он указал Суперу на слабую точку в характере Красного Креста и подсказал, как на нее надавить, чтобы заставить думать в нужном направлении.

Клифф сжал зубы, нашарил в кармане жвачку и сдавил ее в кулаке:

— Я согласен.

5

Вечерний Технополис был тих и спокоен. Даже несмотря на свое звание основной мировой технической и научной базы, по вечерам, когда работа заканчивается, он тих и спокоен. Люди здесь хоть и шли плотными рядами, но даже это они делали как-то тихо и спокойно, будто роботы по рельсам. С одной стороны и жалко, что с астропорта повезли прямо сюда, на центральный проспект города, не дав даже оглядеться толком…

А с другой и не жалко. Почему-то создавалось стойкое ощущение, что весь город такой же, как здесь. Бесконечные потоки людей, скользящие над разогретым солфальтом автолеты, тусклые закатные блики на линзах камер ССТВ… Здесь все подчинено функционалу, даже то, что на первый взгляд — украшение. Это Технополис. Это не Артаун, где наоборот — буйство красок и смешение стилей и минимум утилитарности.

Но даже у двух таких разных городов есть что-то общее. У всех городов мира раз в два часа появляется кое-что общее.

Протяжно взвыли динамики, возвещая о начале трансляции Парадигмы Безопасности.

Люди морщились, ведь Парадигма транслировалась даже в наушники, не давая возможности отгородиться музыкой и даже усиливая эффект малой толикой инфразвука, подмешанного в голос диктора. Люди озирались, ведь в любой момент рядом мог появиться патруль лимонов, которые углядели в придавленном низкими частотами прохожем что-то подозрительное, и потребовать документы. Люди ускоряли шаг в надежде поскорее добраться до дома, хотя прекрасно знали — Парадигма транслируется и туда.

— Координация напоминает вам о необходимости неукоснительного соблюдения установленных правил!..

Люди слушали, но не слышали, не воспринимали. Привыкли, как привыкают к неистребимым мозолям на сгибах пальцев от шершавых зацепок. Привыкли даже к давящему на виски инфразвуку и привыкли отсчитывать сутки кусками по два часа, привыкли начинать морщиться за секунду до скрипа динамиков.

Исчезни сейчас Парадигма, прекрати она транслироваться, не повторись два часа спустя предыдущей — и паники пополам с изумлением будет, пожалуй, больше, чем в шестом, когда она впервые прозвучала.

Клифф наблюдал за людским потоком с балкона второго этажа. От метронома Парадигмы сводило скулы и даже вроде слезились глаза, но Клифф не отводил их от тротуара внизу. Как раз сейчас найти цель проще всего. Говорят, он настолько силен что научился обходить воздействие Парадигмы.

Возле головы стрекотал винтами квадрокоптер, держа в воздухе досье, на которое Клифф время от времени поглядывал.

«Пол Шифти.

Рост — 152 см. Вес — 42 кг. Возраст — 38 лет.»

Прямо эталон эльфа. Рост, вес… Внешность. Белые тонкие волосы средней длины зачесаны назад, лицо широкое и длинное. Маленькие карие глаза сидят глубоко, как два шлямбура в рельефе. В левом ухе кольцо титановой, что ли, серьги. Кожа голубовато-серая.

Эльф как эльф.

«Самый сильный псионик из официально зарегистрированных в мире. Одновременно — носить самого мощного интеллекта, 189 баллов по тесту Бине.»

Эльф как эльф…

Если команда Пятого Проекта будет полностью состоять из подобных персонажей, то нетрудно понять, зачем Координации понадобился Клифф. Вербовать таких субъектов грубой силой равно организовать много трупов.

Правда как предполагается вербовать того кто официально умнее тебя — да что там, умнее всех! — остается тем еще вопросом. Координация делает ставку на харизму и известность Клиффа. И еще — на болевую точку эльфа, если первые два пункта не сработают.

Клифф снова глянул вниз и махнул рукой, подзывая квадрокоптер обратно на руку.

Шифти было несложно выделить из толпы. Эльфов и так на Земле в триста раз меньше чем людей, но Пол выделялся бы даже из толпы чистых пси, не любящих привлекать внимание и одевающихся всегда максимально неприметно. Несколько таких уже прошли за это время мимо — серенькие, неказистые, уткнувшие взгляд в тротуар…

Но не Шифти. Этот персонаж оделся, будто только что со спортивной площадки. Из белых беговых кроссовок торчали тонкие серо-голубые ноги, на них болтались свободные красные шорты до колен. Белая майка с коротким рукавом, черные напульсники на запястьях и широкая красная же лента, держащая белые волосы.

Его невозможно не узнать. Фэлпс так и сказал.

Клифф ухватился за перила и бросил тело вниз. Мягкое приземление, ролл, два широких шага — и эльф уже рядом.

В ушах пси торчали беспроводные наушники — даже если по имени позвать, не услышит. За плечо, что ли, тронуть?

Но раньше, чем Клифф протянул руку, Пол остановился как вкопанный, развернулся и по очереди вынул наушники, глядя куда-то в кроссовки. Только закончив эти нехитрые действия, в его исполнение выглядящие неким ритуалом, он поднял глаза и смерил Клиффа долгим взглядом.

В голове зазвенело.

— Много людей довелось повидать в жизни. — неожиданно скрипучим голосом сказал Пол. — Но чтобы сам Красный Крест… Чем обязан?

Картинка раздвоилась, мысли разбежались…

Клифф поморщился:

— А можно вот без этого?

— Слишком долго. — отмахнулся Пол. — Да и скучно.

— Людям не нравится, когда их псионят.

— А то я не в курсе! — рассмеялся эльф. — Но вряд ли это тот случай, а, мистер-ломай-стереотипы?

Он снова уставился своими глазами-буравчиками, бесстыдно ковыряясь в мыслях Клиффа. Лицо его стремительно меняло выражение с радостного на унылое. Уголки губ окончательно опустились и он заговорил:

— Вот значит как… Не отпустили стало быть, нашли…

— О чем речь?

— Не обращай внимания. — Пол легко перешел на «ты». — Прошлое не отпускает.

— Не тебя одного.

— Да ну? И когда же твое прошлое?

— В потерянном.

— Да у нас больше общего, чем я ожидал. — Пол потер лоб. — Но они же там понимают, что я не вернусь? Должны понимать… Или они создали для меня какие-то причины?

— Снайперы. — коротко ответил Клифф, пока пси не начал снова копаться в мозгах.

— Это не проблема. — махнул лапкой Пол и принялся крутить головой, на секунду замирая после каждого поворота.

— Вот и все. — вернул он взгляд на Клиффа.

— Ты что, убил их?!

— Нет, ты что, до ближайшего почти четыреста метров.

— Как определил?

— Это не так просто объяснить хомо. Если вкратце — главное чтобы цель видела меня, а мне ее видеть не обязательно. Расстояние я подглядел в прицеле снайпера его же глазами. А их самих просто усыпил, это нетрудно даже на таком расстоянии. Так что теперь мы оба можем просто исчезнуть для Координации. Даже ты, если уничтожишь свой айди. Я-то свой даже из дома не брал сегодня, с руки сваливается, а положить некуда.

Пол с кривой усмешкой обвел рукой свой наряд без единого кармашка.

— Не все так просто. — покачал головой Клифф. — Пока мы тут с тобой болтали, а потом ты вырубал снайперов, что тоже было частью плана — не моего, не подумай! — весь квартал обсыпали нейронными активаторами с дронов. И если что-то пойдет не так, если ты попытаешься скрыться или я повалюсь в судорогах, пуская пену, или еще чего случится, будет силовой штурм. И активаторы включат, чтобы все простые хомо тоже повалились в судорогах наземь, не мешая работать Координации. Это продлится недолго, всего лишь столько, сколько понадобится, чтобы отыскать тебя такого яркого среди других пси, которые, как и ты, конечно, почувствуют воздействие активаторов, но спокойно их проигнорируют. Зато не смогут игнорировать простые люди, и кто знает, у скольких из них за это время не выдержит сердце или не случится болевого шока? Можешь быть уверен, тебе потом сообщат о каждом из них.

«Угрожать самому сильному пси на планете — гиблое дело. — говорил Фэлпс. — Конечно, мы не будем этого делать. Просто объясни ему последовательность наших действий и позволь убедиться в правдивости сказанного. Выводы он сделает сам, и они будут именно такими, как нам нужны.»

Но это все равно угроза, хоть и иначе сформулированная. И от нее, от серьезного тона, которым приходилось об этом рассказывать, сами собой задергались пальцы.

Клифф полез за жвачкой и закинул в рот сразу две пластинки.

Может, она хоть немножко смягчит боль, если сейчас Пол развернется и даст деру…

Но эльф громко и тяжело сглотнул и поднял глаза.

— Я… Я… Не могу этого допустить. — тихо и даже виновато сказал он.

— Они в курсе. — кивнул Клифф. — Не знаю, откуда.

— Я знаю. — еще тише сказал Пол и снова опустил взгляд.

Он вздохнул и покрутил головой по сторонам, будто снова пытался уловить направленные на него взгляды. Бесполезно, конечно — сейчас если за ним и наблюдали то через камеры, дроны, бинокли, возможно. Тонкие серые пальцы эльфа шевелились то сжимаясь в острые кулаки, то разжимаясь обратно. Пол еще раз скользнул по окрестностям горестным взглядом, а потом как-то встряхнулся весь, вскинулся и широко улыбнулся:

— Что ж, не будем заставлять их ждать!..

6

Чтобы сломать Пола, Координации понадобилось целых два дня. Клифф провел это время в тренировках, благо, в штабе Координации Мид-Йорка, который теперь до самого старта Проекта — и дом и тюрьма, нашелся неплохо укомплектованный зал. Конечно, он не предназначался ни для фрирана, ни для скалолазания, да и мешки с макиварами висели чересчур легкие — никто всерьез не тренировал рукопашников, — но даже просто потягать железо было в радость. Все лучше чем в потолок пялиться сутками напролет. И заодно — помогало отвлечься от мыслей о том, чему сейчас подвергается Пол.

И о том, что дальше ждет их обоих.

На третий день в двери комнаты Клиффа, которая уже всерьез начинала напоминать тюремную камеру, постучали два легионера.

Даже внутри штаба, даже ранним утром они был в полной выкладке и при оружии.

Да люди ли они вообще?!

Легионеры по своему обыкновению стояли и молчали. Но и без слов было понятно — они здесь не для того чтобы справиться о состоянии мировой звезды и поинтересоваться не желает ли мистер Дивер чего-то еще. И, стоило Клиффу выйти из комнаты, как они тут же заняли позиции по бокам от него и двинулись вперед, к кабинету Фэлпса.

Макро взял с места в карьер:

— Я надеюсь, ни у кого из вас нет клаустрофобии? Потому что вы отправляетесь в каты Центрополиса.

— Отлично, обожаю каты! — вскинулся и просиял Пол, но тут же поник. — На самом деле нет.

Никто не любит каты.

Кроме одного человека. Именно его и предстояло поймать.

Наверное, когда-то здесь был какой-то подземный цех. Сейчас уже не определить — так мало осталось того, за что можно уцепиться взглядом, даже Пол не выдал никакой внятной идеи. Несколько ржавых кран-балок под семиметровым бетонным потолком, свисающие там и тут ржавые цепи, под ногами — бумажки и прочий мусор… И везде — горы пыли.

Никакого освещения, разумеется. Только квадрик, стрекоча винтами в полутора метрах от пола, слегка разгонял тьму светящимся экраном и информацией о новой цели.

Хотя информацией это вряд ли назвал бы и законченный оптимист…

— Неизвестно… Неизвестно… Неизвестно… — гундел Пол. — Вообще ничего не известно… Как ловить того, о ком ни хрена не известно? Пол, раса, имя, внешность… Зачем вообще нам это досье? Им даже не подтереться, оно электронное!

Пол сам хихикнул своей шутке, Клифф тоже улыбнулся:

— Зато есть внешность. Ну, или то, что ее скрывает.

С виртуального экрана таращилась жуткая маска с выпученными глазами, длинными верхними клыками и свисающим меж них ярко-красным языком. Картинку пересекала полупрозрачная надпись «смоделировано по фотографиям». То есть даже это изображение не настоящее, а лишь компьютерный эскиз.

— Ладно. — вздохнул Клифф. — Один черт информации — ноль.

Подчиняясь жесту, квадрокоптер сел на запястье, обхватил его лучами и превратился в часы — даже время на корпусе появилось.

Ох, надо было сначала нашарить на поясе фальшфейер, а уже потом выключать источник света. Ладно, и в темноте найдется, никуда не денется.

Пальцы наткнулись на узкий цилиндр, Клифф снял фальшфейер и повернул верхнюю часть. Воздух вокруг мягко засветился, сразу на пять метров вокруг.

Это чересчур. С километра заметишь.

Клифф крутнул крышку в обратную сторону, пока наноботы-светлячки не сбились в сферу двух метров в диаметре, повесил фальшфейер на пояс и зашагал вперед.

— И зачем только мы здесь? — вздохнул Клифф, глядя в потолок. — Не проще было накрыть излучением и найти Райдера? Да хоть термосканером, элементарно же!..

— Нет, мой друг, вовсе нет. — ответил Пол, шагая рядом. — Это же каты, сюда никакое излучение не проникает, слишком глубоко и слишком они разнородны по своей структуре. И отсюда никакое излучение не выйдет. Дохлый номер.

— Тогда напустили бы газу, а возле каждого выхода поставили по лимону!

— Ну даешь! — хихикнул Пол. — Это-же-ка-ты! У них столько выходов, что ВВшников даже одного на три не хватит! И вентиляция такая, что весь газ мира даже один город толком не прокачает!

— Ну загнали бы сюда лимонов с дронами и нейронками — и дело с концом! Мы же в Центро, тут подобного добра должно быть завались!

— Досье надо было все же прочитать. — щелкнул пальцами эльф. — Кое-что там все же есть. Наш Райдер прославился тем, что постоянно портил жизнь Координации, снося едва возведенные здания, причем из-под земли. Он всегда умудрялся находить слабую точку под зданием и направленным взрывом складывал его как карточный домик. Судя по всему, у него весьма обширные запасы взрывчатки и большой опыт ее использования. Загнать сюда кучу ВВшников означает похоронить их здесь, когда Райдер взорвет все входы и выходы.

— Ты же сам сказал что выходов в катах — не сосчитать.

— Вот именно, и спустя столько лет и столько переделок ты уже не найдешь того, кто знает хотя бы половину. Кроме одного человека, Райдера. Этот парень выучил наизусть все каты, не иначе. Он легко уходит от любой погони малыми группами, пользуется их разной скоростью, ныряет в самые незаметные ходы и разделяет преследователей. По катам он движется со скоростью стригла в воде, да еще и на любом транспорте, что попадется под руки. Несколько раз его удавалось лишить колес, тогда он просто утаскивал новые из-под носа ВВшников, а то и прямо из-под них! Кстати говоря, все то, что удавалось все же отнять у Райдера, после проверок тоже оказывалось принадлежащим Координации.

— Ничего не понял.

— Ну что тут непонятного? Райдер угонял транспорт Координации, в основном, открытого типа. — Пол показал руками вправо. — После этого на том же транспорте скрывался от преследования, петляя по катам и загоняя погоню в тупики. — Тонкие серые руки описали дугу и теперь указывали влево. — Ну, и по итогу мотопарк Подземного Райдера растет, в то время как Координация теряет свои единицы. — руки эльфа снова указывали вправо. — Доходит до смешного — однажды Райдер прямо с испытательного полигона, вроде бы даже с дино-стенда угнал прототип нового сверхскоростного транспорта, который, по слухам, для того и создавался, чтобы его поймать. Вот это я понимаю щелчок по носу Координации!

— Ну вот теперь все более или менее понятно. Интересный человечек нам попался.

Звук шагов резко сменил тональность и принялся метаться где-то под потолком, словно тот резко просел. Клифф прибавил интенсивности на фальшфейере и поднял его над головой, осматриваясь.

Это оказалась бетонная трубам диаметром метров пять. Серые стены местами выкрошились, горки пыли под щербинами слабо мерцали, будто частички то появлялись, то исчезали.

Клифф указал на такую кучку:

— Смотри.

— Ага, любопытно. — Пол остановился и присел. — Похоже, мы попали в разгоночное кольцо квантового реактора.

— Ты имеешь в виду телепортационный центр Третьего Проекта?

— Он самый. Видимо, стены после взрыва реактора напитались энергией, но держатся пока сохраняют хотя бы минимальную целостность, некую критическую массу. — Пол взял щепотку пыли двумя пальцами, положил на ладонь и она растворилась в воздухе. — А в состоянии микро-частиц начинает проявлять свои свойства. Я слыхал о технологиях, позволяющих делать подобное специально, но это жутко дорого и требует неприличного количества энергии, а чтобы вот так, в свободной форме…

— Надеюсь, это не опасно?

Пол встал и отряхнулся ладони:

— Было бы опасно, Райдер бы не раскатывал тут, как у себя дома… Хотя, в общем-то, он и есть у себя дома.

— Это твой уникальный интеллект в сумме с методом дедукции дали тебе понять, что Райдер был тут?

— Нет, мои уникальные глаза помогли мне в этой пыли увидеть следы протектора, на которых ты прям стоишь. — ухмыльнулся эльф.

Клифф опустил фальшфейер к полу — действительно, едва заметные следы протектора. И не заметишь, если не приглядываться. Пол лишь потому заметил, что сам ростом с табуретку, так еще и присел, изучая аномалию.

— Хорошо, и что дальше? Пойдем по следам, пока не встретим Райдера?

— Сбрендил? Мы все еще в катах, помнишь? Это же сотни квадратных километров на полудесятке вертикальных уровней! Канализация, метро, коммуникации, телепортационный центр и его периферия, местами даже цокольные этажи зданий — все связано тысячами ходов и туннелей! До следующего Проекта бродить будем!

— До следующего это до нашего, что ли? — хмыкнул Клифф. — Ладно, и каков план?

— Да мы просто не будем как ВВшники.

— Поясни?

— Они почему не могли поймать Райдера? Из-за отсутствия согласованности в действиях, связь же не работает. — снова принялся махать руками как дворниками Пол. — Но для того, чтобы поднять шум в одном конце кат, их должно хватить. Они выжмут Райдера в нашу сторону, и…

— И… что? Мы должны вдвоем сделать то, что лимоны не могут осуществить десятками?

— У нас весомое преимущество перед ними. — Пол щелкнул пальцами. — Нас слишком мало для того, чтобы мы могли друг другу помешать в отсутствие связи. ВВшников Райдер брал мобильностью, растягивая и рассеивая, заставляя мешать самим себе и постоянно создавая заторы в катах. С нами такой трюк не пройдет. Но есть и минус — у нас всего одна попытка.

— Тогда постараемся ее не упустить.

Спустя двадцать минут неспешного шага Пол остановился и нахмурился:

— Кажется, мы у цели. Слышишь?

Клифф прислушался и да — трубу действительно заполнял едва заметный гул, будто от очень далекого поезда метро.

— Может, стоит спрятаться и устроить засаду? — задумчиво потер подбородок Пол.

В ту же секунду из-за изгиба разгоночного кольца метрах в пятистах вперед сверкнули лучи света.

— Хотя нет, уже поздно. — закончил мысль Пол и приложил два пальца к виску, сверля взглядом приближающиеся фары.

Квадрацикл, а это был именно он, приближался, рев двигателя нарастал, а лицо Пола — вытягивалось.

— Я!.. — эльф схватился за голову и зажмурился. — Я не могу!..

— Что ты не можешь?!

— Ничего не могу! Полукровка, наверное!

— И что делать?!

— Не знаю!

— Тогда импровизируем!

Клифф толкнул эльфа в сторону и побежал навстречу квадрациклу. Райдер сбросил было скорость, но потом снова крутнул акселлератор и прижался к баку!

За пять шагов до столкновения Клифф тряхнул запястьем, сбрасывая квад. Вспыхнул экран со свернутым ранее досье, клыкастая морда Райдера перегородила всю трубу полупрозрачной стеной!

Завизжали заблокированные колеса, и тогда Клифф прыгнул. Прямо сквозь голограмму, рыбкой, руками вперед.

Райдер пригнулся, но не помогло — пролетая поверху, Клифф ухватился за широкий капюшон и потянул за собой.

Падение, ролл, разворот, выход в ноги…

Где-то за спиной зазвенел по полу фальшфейер.

Клифф развернулся, подманил квад, поймал на запястье.

Райдер медленно поднимался с бетона, держась за затылок — не иначе, приложился головой при падении. Что ж, поделом. Прежде чем научиться ездить, следовало бы научиться падать.

Райдер стянул капюшон, под которым… Ну разумеется, та самая клыкастая-глазастая маска, да еще и анимированная — ноздри раздуваются, глаза вращаются, не хватает только языков пламени изо рта — вылитый дракон получится.

На языке возник горьковатый привкус — сам не заметил как зажевал пластинку.

Райдер бросил быстрый взгляд себе за спину, на остановившийся квадрацикл, сделал короткий шаг назад, еще один. Развернулся и бросился бежать!

Клифф рванул следом. Шаг, шаг, толчок от стены, прыжок к потолку!..

Клифф повис на толстой вязанке проводов под сводом тоннеля. Дернул раз, дернул два, подтянул ноги, резко распрямил их и под хруст выдираемого крепежа полетел на пол вместе с проводами! Дернул еще раз, отбирая у стены побольше, и пустил волну вдоль пола, заплетая Райдеру ноги!

Беглец рухнул ничком, снова гулко ударившись шлемом. Секунда промедления, потом он сел и принялся распутывать ноги. Гиблое дело, в этой вязанке проводов не меньше двух десятков, без монтажных ножниц быстро не выбраться. Так что торопиться некуда.

Клифф и не торопился. Он медленно подходил, рассматривая Райдера.

Коричневая куртка с широким капюшоном, черные защитные мотоштаны и черные же мотоботы до середины голени. Жутковатый шлем-маска с сорванной в местах ударов об пол краской. Да и вообще вся экипировка, судя по виду, из пластикожи, видавшая виды. Потертая, но еще крепкая. Лишь мотоперчатки как новые да шлем, кроме только что приобретенных царапин.

Райдер не казался опасным без своего глубокого капюшона и рычащего транспорта. Может, все, что ему приписывали — лишь разыгравшееся воображение, помноженное на мистический образ? Ведь сейчас лихорадочно пытающийся освободить ноги Райдер был лишь человеком среднего роста и довольно тонкой конституции.

Или Пол прав и это полуэльф?

Когда до Райдера оставалось три шага, он бросил свои попытки и потянулся к поясу. Свистнул рассекаемый воздух, громко щелкнуло, в пыли появилась широкая дуга.

Клифф остановился.

Райдер сидел все в той же позе, только правую руку отвел назад. От кисти тянулся длинный черный… провод? да нет, хлыст!

— Забавная вещица. — хмыкнул Клифф и шагнул.

Райдер дернул рукой, хлыст со свистом распрямился — все как задумано! Клифф резко сложился, выпрыгнул вперед, пропуская удар над головой, перекатился по бетону и и схватил кнут почти у самой рукояти!

— Дощелкался? — хмыкнул Клифф, занося кулак.

— Нами! — мелодично, но дерзко ответил Райдер и нажал на кнопку на рукояти.

…х!..

Судороги!..

Свет!..

Бетон, бетон!..

Дышать!..

В глазах двоилось, в горле ворочался липкий комок. Пальцы скользили по бетону и пыли.

Перед глазами — мотоботы Райдера, который наконец выпутался из проводов и стремглав несся к квадрациклу, держа свернутый в кольцо кнут в руке. Добежал, взлетел в седло, завел машину…

Покачнулся и стек по бензобаку на бетон, будто поломанная кукла.

Клифф уперся ладонями, попытался встать — безуспешно. Вторая попытка спустя несколько секунд удалась лучше, и, пошатываясь, Клифф побрел к бесчувственному телу Райдера. Хотя бы выяснить, что с ним произошло.

Но ответ на этот вопрос появился сам собой, вышел из мрака в лучи света от работающих фар, держась за нос и роняя в пыль крупные капли.

— Клифф! Эй! Красный Крест!..

Закинув голову и ничего не видя перед собой, зажав нос одной рукой и ощупывая пространство перед собой второй, Пол медленно шел вперед, едва волоча ноги.

И орал как потерпевший.

— Да-да. — вяло отозвался Клифф, опираясь о квадрацикл и сползая по нему. — Я в норме.

— А я нет! Твою мать!

Пол споткнулся об Райдера и рухнул. Выругался снова, сел рядом, закинув голову до предела:

— Я чуть таламус не надорвал! Хрен знает что ты с ним сделал, но я все же пробился, хоть и не сразу!

— Он головой ударился, дважды. — покрутил ладонью Клифф. — Может, это как-то помогло.

— По крайней мере, теперь мы точно уверены, что это не полуэльф. Полукровку я бы хрен пробил, хоть всю голову ему отбей.

— Тогда кто?

— А я откуда знаю?! — Пол опасливо отпустил нос и опустил голову. — Давай смотреть, пока я тут кровью не истек!

Клифф приподнялся и кое-как добрался до Райдера.

— Ого, электрокнут! — восхитился Пол.

— Знакомо?

— Ага, старая разработка и очень экзотическая. Из дальних восточных координат, бывшая Индия, бывший Китай. В наших координатах такая редкость, что вообще не думал, что когда-то встречу живьем!

Пол громко шмыгнул носом и утерся рукой, размазывая кровь. На его коже она выглядела черной, даже с каким-то будто фиолетовым отливом.

Клифф перед взгляд на Райдера:

— Он меня им жахнул.

— Ого! — взгляд Пола преисполнился уважения. — Да там же все четыре тысячи вольт! Ну ты силен, из резины, что ли, сделан?

— Ага, из жевательной. — слабо улыбнулся Клифф и ухватился за клыкастый шлем. — Ну, поехали.

И потянул.

Шлем покатился по полу, постукивая клыками. Через секунду он обмяк, потерял форму и сплющился в тонкий блин — выключился.

Но это было уже неважно. Намного важнее оказалось то, что под шлемом.

— Мы точно поймали кого надо? — после паузы спросил Пол.

— Ну, мы поймали того, кого на нас выгнали лимоны. К тому же, до этого момента все сходилось. Так что скорее да, чем нет. — Клифф вздохнул. — Хотя лично мне не верится…

Эльф подполз ближе, сел на бетон, подтянув колени и обхватив их руками. Клифф скрестил ноги. Оба смотрели на поверженного и наконец схваченного Подземного Райдера. На девушку лет двадцати пяти с круглым лицом с острыми скулами и пышным хвостом каштановых волос. На подбородке — маленький шрам зигзагом.

— Ну и что теперь будем с ней делать? — наконец нарушил молчание Клифф.

— В каком смысле? — поднял голову Пол. — У нас четкие инструкции.

В свете фар блеснула новая струйка крови на серой кожи — в уголке рта.

— И ты вот так запросто отдашь эту девочку Координации? — нахмурился Клифф. — Даже примерно не представляя, во что это для нее выльется?

— Мне достаточно того, что я знаю, вот что выльется для меня, если мы ее не доставим. — Пол поджал тонкие губы. — О чем и тебе бы советовал задуматься.

Клифф скривился — Пол попал в самую точку.

— Да зачем она им вообще?!

— Как пилот, полагаю. — Пол оперся спиной о квадрацикл и встал. — За эти годы она так ловко уходила от преследования на таком количестве разнообразного транспорта, что в Координации просто не могли не отметить этого. Ну, или она знает что-то такое… эдакое.

— Например?.. — Клифф поднялся тоже.

— Да откуда мне знать? План кат или еще чего!.. Сколько лет Диго там, не знаю!.. Бери ее и пойдем, мне что-то совсем нехорошо…

— Вызывай отсюда. — махнул рукой Клифф. — Я тоже не то чтобы в порядке.

— Глупый хомо! Я же говорил — в катах мы! Не пройдет сигнал ни туда, ни оттуда!

— Да, точно. — Клифф нагнулся и поднял с пола сплющившийся шлем Райдера.

— Это тебе зачем?

— А тебя не смутило, что ты ее так долго не мог пробить? — Клифф задрал футболку и засунул шлем за пояс, потом поднял девушку на руки. — Не думал, что дело может быть в шлеме?

Пол что-то прошипел и устало потер глаза:

— Ладно, беру свои слова про глупого хомо назад. Идем.

Он отнял руку от лица и удивленно посмотрел на черные пятна на пальцах. Подорвался к квадрациклу, привстал на подножке, разглядывая потеки крови от уголков глаз.

— Хотя нет… — задумчиво произнес он. — Бежим.

7

— Типичный полукровка. — вздохнул Пол, глядя на экран. — На меня можете не рассчитывать.

— Не скажу, что ты меня удивил. — ответил Клифф, рассматривая новую цель на проекционном экране.

Типичный полукровка… Один из тысяч полуэльфов. Узкое длинное лицо, серая кожа, острые скулы и подбородок. Зеленые прищуренные, глубоко посаженные глаза и узкий нос со следами давнего перелома.

Ничего выдающегося, в общем. Кроме имени, рода деятельности и всего, что из них вытекает.

Алекс Корд.

Официально — самый умелый и опасный ножевик в мире.

Не официально — еще и самый разыскиваемый наемный убийца.

— Почему-то я сомневаюсь, что такой персонаж меня послушает. — мрачно заметил Клифф. — Ему что Красный Крест, что зеленый квадрат, все побоку.

— Точно. И от меня толку нет. — вздохнул Пол. — Но, может, милашка что-то предложит?

Райдер, которую после событий в катах они увидели только два часа назад, в астромате, улыбнулась и пожала плечами. Спустя трое суток в застенках Координации она выглядела точно так же, как и тогда, только кнут у нее отобрали. Не зная, что он должен висеть у нее на поясе, и не скажешь, что эта девушка находится под незримым колпаком Координации.

— Эй, тебя как звать-то хоть? — продолжал наседать Пол.

— Ради. — мелодично ответила девушка. Словно колокольчик звякнул.

— Ради? Интересное имя, никогда не слышал.

— Ради. — повторил Клифф и полез под футболку. — Держи, это твое.

Клифф протянул девушке выключенный шлем, который перед посадкой в астромат снова сунул за пояс. Все три дня они на двоих с Полом исследовали металлический блин на предмет каких-то особенностей, которые объяснили бы беспомощность эльфа, но ничего не добились. Это был стандартный мотошлем, только необычной формы.

Ради покачала головой:

— Он мне больше не нужен. Какой теперь смысл?

Клифф пожал плечами и засунул блин обратно за пояс:

— Так, ладно. Пол, ты же читал все это, давай вкратце.

Пол проводил взглядом севший на запястье Клиффа квад и заговорил:

— Ну… Вкратце мы сейчас во дворе дома, в котором обитает Корд. Как его выследили, уж не знаю. Если Корд не изменил своим привычкам, его логово защищено так же плотно, как и предыдущие, в которых его пытались накрыть. Ловушки не фатальные, но непривычные и начинаются, возможно, прямо отсюда. И стоит Корду хотя бы заподозрить что-то неладное, и он рванет прочь, активируя свои сюрпризы по мере необходимости.

— А снайперы не вариант потому… что?

— Потому что Корд не расстается с кинетическим щитом самое последней модели.

— Ясно. — Клифф потер ладони и поднялся со скамейки.

Сегодня, чтобы не привлекать внимания окружающих, пришлось спрятать хвост светлых волос под капюшоном жилетки и подвернуть бриджи, скрывая крест. Окружающие, конечно, все равно косились на необычную компанию из миловидной девушки с потрясающе густыми каштановыми волосами, крохотного эльфа и и мощного качка… Но косились намного меньше, чем если бы знали, кто все эти люди.

Корд выбрал для жизни один из самых густонаселенных районов Центрополиса. Логичный ход для того, кто вечно в бегах — высокая плотность населения в случае силовой операции станет причиной паники и суматохи, облегчая бегство. А нейронные активаторы использовать и смысла нет — на полукровок они все равно не действуют, зато падающие вокруг в агонии люди лучше любой сигнализации дадут понять — время делать ноги.

Шесть домов стандартного жилого гекса обступали двор-колодец, оставляя меж собой проезды по пять метров. В центре традиционно располагалась детская площадка, магазин и въезд в подземный паркинг. С другой стороны к домам жались соседние гексы, все через те же пятиметровые промежутки. Если есть пятиметровая стремянка, можно друг другу в гости через балконы ходить.

Это не Мид-Йорк, в котором жилые высотки порой разделяют целые кварталы.

— Вижу! — внезапно прозвенела Ради.

Клифф вскинул голову, осматриваясь.

Фотография Корда была старой. Не меньше чем двухгодовой давности. С тех пор он сменил прическу на более утилитарную — широкую полосу коротких волос от лба до затылка, но эти прищуренные злые глаза спутать было невозможно.

Клифф повернулся к остальным:

— Ну, я пошел, а вы прикрывайте. Попробуем обойтись без сюрпризов.

— И как, интересно, тебя следует прикрывать? — скривился Пол.

— Придумай что-нибудь. Ты же самое умное существо на планете!

— О, классная шутка! — притворно захлопал в ладошки Пол. — Давно хотел ввернуть, да?

— Ага. С самого нашего знакомства! — бросил Клифф уже через плечо.

Самое главное — не смотреть на него или хотя бы не прямо. Такие как он моментально засекают повышенное внимание к себе — так и стреляет глазами по сторонам, подмечая все детали вокруг.

Как вообще начать с ним разговор? Привет, Алекс, не хочешь ли поработать на Координацию? Нет-нет, не стоит меня тыкать ножом, давай поговорим как цивилизованные люди?

Или «Эй, ты похож на того, кто мне нужен для моего плана! Ты же знаешь, кто я? Как это нет?»

Секунды текли, Алекс приближался, и, когда оказался уже вплотную, в голове так и не родилось плана.

Разве что напрячь правую руку и протаранить Алекса плечом, будто случайно.

Корд был великолепен — успел и среагировать, и даже почти успел уйти в сторону, только краем плеча задев Клиффа. Легко крутнувшись на месте, Корд на секунду застыл, скрыв правую руку за спиной, оглядел Клиффа с головы до ног и обратно.

— Простите… — едва совладал с языком Клифф — так холодны и безразличны были глаза Корда.

— Ничего. — одними губами неестественно улыбнулся полуэльф. — Доброго пути.

И он развернулся, словно моментально забыв о существовании Клиффа. Будто столб обошел, а не всемирно известную личность!

Левой рукой Клифф закинул в рот пластинку жвачки и содрал с головы капюшон, а правой — схватил даже не обернувшегося Корда за плечо:

— Простите!..

Корд развернулся прямо на шаге, пригнулся и поднырнул под захват. Шея, футболка — все утекло мимо пальцев, безуспешно царапнувших пустоту.

Ловкий сученыш!

И очень быстрый.

— Тебе чего? — сощурился Алекс. — Меня не интересует.

В этот раз он не прятал правую руку за спиной, а крутил зажатый меж большим и средним пальцами небольшой параллелепипед со скошенными гранями и ярко-красным камнем на узкой стороне.

Зажигалка? Он вроде курит.

— Что не интересует? — спросил Клифф первое что пришло в голову.

— Ничего не интересует. Что бы ты ни предлагал. — спокойной ответил Корд, сунул руку в карман, достал сигареты и щелкнул своей игрушкой.

Да, зажигалка.

— А если наоборот — мне от тебя что-то нужно?

— Тогда тем более не интересует. На этом закончим?

И что теперь? Все пошло не просто не по плану, а вообще не пошло!

Клифф не выдержал и обернулся, пытаясь найти Пола и Ради.

Всего на мгновение обернулся, на долю секунды!

А Корд уже исчез! Просто растворился среди мельтешащих людей, будто его и не было!

— Вашу!.. — ругнулся Клифф. — Я его потерял!

— Что? — скрипнул наушник голосом Пола. — Он же был вплотную к себе!

— Я в курсе, мистер голова! — Клифф осмотрелся. — Он исчез, будто растворился! Ищите!

— Я налево! — прозвенела Ради.

— Понял, я направо! Клифф, а твоя летучка нам не поможет?

— Попробую!

Клифф дернул запястьем, отправляя квад в воздух. Развернулись гибкие лучи, зашуршали винты, и проекционник завис, ожидая команд. Клифф вытянул из кармана айди, поймал квад и подключился. Плоская тонкая карточка в руках превратилась в экран, транслирующий картинку с квада. На секунду пропал звук из подключенных к айди Клиффа гарнитур Пола и Ради, но тут же восстановился:

— Я его не вижу! — зло крикнул Пол. — Что с воздуха?!

— Ищу!

Клифф коснулся экрана кончиками пальцев, и медленно поднял квад на высоту пяти метров, повел вперед.

— Давай, половинчик, где ты там спрятался?

Клифф шевелил пальцами, заставляя квад носиться над людьми на предельных ресурсах. Следовало торопиться — наступали вечерние сумерки, в них шансы окончательно потерять Корда существенно возрастали.

На экране мелькнула серая голова с широкой полосой темных волос.

— Вижу! — доложил Клифф, зафиксировал Корда пальцем, веля кваду следовать за ним, и побежал.

— Где? — звякнула Ради.

— Где?! — одновременно с ней заорал Пол.

Клифф на бегу прижал айди к предплечью, надавил, изгибая коммуникатор, на манер браслета:

— Подъезд четыре-восемь! Он уже у дверей!

— Я не успею! — взвыл эльф.

Корд скрылся в подъезде, квад потерял цель и завис перед дверью. Клифф на бегу включил термосканер, снова зацепил квад за одинокую сигнатуру внутри холодной коробки дома.

— Я на месте, вхожу. — доложила Ради.

На экране мелькнула еще одна тепловая сигнатура.

— Я в лифте. На каком он… Стоп, что?

Бах! — вылетела дверь от удара плечом. Клифф ворвался в подъезд, бросил взгляд на лифт — занято! — и ломанулся по лестнице:

— Ради!

— Я в порядке! Питание лифта отключилось!

— Корда рук дело, точно вам говорю! — пропыхтел Пол. — Я внутри, куда?!

Клифф бросил взгляд на экран:

— На крышу!

— Да вы издеваетесь!

Нога за что-то зацепилась, Клифф ухватился за перила, привычно понизил центр тяжести, чтобы не полететь носом вперед.

Паф! Паф! — пролетели перед глазами и распухли на соседней стене два зеленых желеобразных сгустка. Они стремительно разрастались, пока не слились в одну подушку — посадочный гель! Хитрая ловушка!

— У него ловушки даже в подъезде! — Клифф толкнулся от перил, продолжая подъем. — Иди осторожно!

— Да ты их все собой потралишь! Ради, ты как?

— Нарак мей джао!

— Буду считать, что это значит «хорошо». - хихикнул Пол десятком этажей ниже.

Еще одна ловушка — провалившиеся на повороте перила, едва удержался, чтобы вниз не полететь! — и Клифф оказался на крыше.

Корд все еще был здесь. Стоял спиной к Клиффу на краю бортика и смотрел на жужжащий в пяти метрах квад.

— На этом закончим? — спросил Клифф у спины, обтянутой черной футболкой с коротким рукавом.

Корд посмотрел через плечо:

— Квад гражданский. Модель для экстремалов, для съемки самого себя в движении. И оружия у вас нет, и формы. Вы не из ВВ.

— Браво, детектив! — Клифф махнул кваду возвращаться, поймал на запястье. Для этого пришлось сделать пару шагов, но Корд этого будто не заметил:

— А раз вы не из ВВ, тут два варианта. Либо вы на них работаете, либо вам нужно то, что я умею. Второе вряд ли — я уже два года не работаю. Первое вряд ли — вас не прикрывают, я проверял.

— Есть еще и третий вариант — оба варианта сразу. — Клифф сделал еще шаг.

За спиной открылась дверь.

— Я тут! — завопил Пол.

Корд резко отвернулся и прыгнул в пустоту!

— Останови его!

— Да не могу я! — схватился за голову Пол.

Клифф подбежал к краю и перегнулся через бортик, ища глазами Корда. Вот он! На соседнем доме, на блоке кондиционеров двумя этажами ниже! Увидел, усмехнулся, поднял руки, сложил из пальцев пистолет, «выстрелил» и принялся карабкаться на крышу!

Клифф обернулся:

— Никак?

Пол беспомощно развел руками. Из носа эльфа на крышу капнула кровь.

— Тогда я пошел.

Клифф забросил ноги на бортик и мощным толчком прямо из приседа прыгнул вперед, следом за Кордом. Ухватился чуть выше, чем был Алекс, полез наверх.

— А мне что делать? — завопил в спину Пол.

— Попробуй помочь Ради!

— Да уж, сделай одолжение! — яростно прозвенел наушник.

Выбравшись на крышу, Клифф снова запустил квад и поднял его на двадцать метров. А вот и Корд — уже на середине, во весь опор мчится к краю!

Привязав дрон к полуэльфу, Клифф кинулся следом. Перепрыгнул через вентиляционную пирамиду, обогнул лифтовую и увидел беглеца.

И Корд его увидел тоже — как раз в этот момент обернулся и резко взмахнул рукой. По крыше запрыгали маленькие металлические шарики, остановились и выбросили яркую синюю стену замкнувшегося стазисного поля.

Клифф кинул взгляд направо, налево — а вот и лазейка, разрыв поля там где в него вклинилась лифтовая. Толчок ногой от стены, еще один, пальцы уцепились за край и Клифф выбрался на крышу. Замер в полуприседе, оценивая и запоминая позицию.

Налево Корд не прыгнет — там двор следующего гекса, приземляться некуда.

Клифф спрыгнул с крыши лифтовой, минуя синие разряды, кувыркнулся роллом и побежал.

Прямо тоже не направится, если только он не способен на пятиметровые андербары в щель между двумя рекламными щитами.

Клифф упал на бедро, проскальзывая ногами вперед под пакетом труб.

Остается только направо.

Но полуэльф был другого мнения. Не снижая скорости и не сворачивая он прыгнул прямо в щель, вытянув руки, головой вперед, будто в бассейн.

Взгляд на айди — квад задергался, огибая препятствие, а, когда вернулся на траекторию, и снова показал Корда, выяснилось, что тот скользит на огрызке какой-то трубы прямо над двориком, по стальному тросу, натянутому от щитов к противоположному дому. Прямо над шестидесятиметровой пропастью.

И можно биться об заклад — жабий сын схватил не абы какую палку, а именно ту, что сам сюда принес именно на такой случай!

— Клифф, не вздумай! — завопил в наушнике Пол.

— А что мне остается?!

Клифф ухватился за край верхнего щита и андербаром, ногами вперед, вошел в щель, рухнул с крыши…

Трос тянулся в каком-то метре, а казалось, что до него добрый десяток…

Клифф в падении сдвинул айди на ладонь…

Джа-а-ан! — скрежетнул коммуникатор на о трос. Рывок, толчок, чуть не сорвался!.. Наложил вторую руку поверх и заскользил на плавящемся айди по тросу!..

До крыши — тридцать метров, лишь бы айди выдержал, не разлетелся от трения на атомы!..

И так уже ладонь обжигает!..

Рука!..

Клифф сорвал с ладони и отбросил оплавившийся и, разумеется, нерабочий айди. Потерявший контрольное устройство квад завис возле лица, тихо стрекоча винтами. Клифф подставил запястье.

— Я так понимаю, ты не отстанешь. — раздалось из-за лифтовой шахты, следом появился Корд.

— Я бы с радостью. — покачал головой Клифф. — Но не могу.

— Что ж, — будто с сожалением полуэльф пожал плечами. — Я хотя бы попытался.

Правая рука нырнула за спину, а когда вернулась — в ней был зажат небольшой плоский пистолет.

Время растянулось и сгустилось. Алекс медленно и аккуратно, словно на первой тренировке, перехватил рукоять двумя руками, вывел ствол от груди, и выжал спуск.

Пуля выползла из ствола, волоча за собой шлейф дыма, вкручиваясь в кристаллизовавшийся воздух. Пятнадцать метров между Клиффом и Алексом она ползла добрых три секунды. На последних метрах она выпустила стабилизаторы, в почти рассеявшийся пороховой дым вгрызся огненный шлейф реактивного выхлопа…

Перед глазами полыхнул фиолетовый круг, пуля на секунду стала прозрачной и призрачной, а потом отвесно упала на бетон.

И вторая тоже.

Корд опустил пистолет.

— Кинетик, значит. Восемь тысяч?

Клифф кивнул, рефлекторно коснулся бляхи щита на поясе.

— Значит, вы все-таки из ВВ. — Корд убрал оружие обратно за спину, достал из кармана пачку сигарет и уже виденную зажигалку.

— Скорее я с ними работаю. И, заметь, я с тобой честен.

— Что мне твоя честность? — Корд прикурил и зажигалка снова завертелась в ловких серых пальцах. — Знаешь, я два года никого не убивал. Даже тех, кто за мной приходил.

— Но?.. — прищурился Клифф.

— Но тебя, видимо, придется.

Корд по дуге отвел назад правую ногу и встал в боевую левостороннюю стойку. Центр тяжести увалил назад, на манер восточных бойцов, в правой руке… черт, нож!..

Так это никакая не зажигалка, вернее, не только зажигалка!..

Клифф глянул за спину, запоминая слепой сектор, и медленно стал отступать вдоль края крыши. Корд двинулся следом.

Грамотный, сученыш! Нож в сильной руке, ближе к телу, слабая левая выставлена вперед на контроль дистанции. Ногу чуть согнуты, строгая балансировка, только приставной шаг…

Это конец. От ножа голыми руками не отмашешься, будь ты хоть Красный Крест хоть зеленый квадрат.

— Стой-стой!.. — Клифф вынул из уха бесполезный теперь наушник и отбросил. — Все, они не слышат! Давай поговорим по-че… по-человечески!..

— Да он и так не работал. — ухмыльнулся Корд. — Я же видел, что ты выбросил свой айди. И палку, на которой я сюда приехал, не ищи — я ее тоже выкинул.

— Я смотрю, ты все предусмотрел? — Клифф на ощупь переключил квад.

— А как еще? С вами иначе нельзя.

— А это ты предусмотрел?!

Квад порхнул с запястья и завис перед Кордом, зажег экран с информацией о нем самом, ненадолго скрыв Клиффа. Очень ненадолго, максимум на две секунды!

И Клифф юркнул за вентиляционную пирамиду, перекатился за вторую и наконец скрылся за лифтовой.

Хрустнуло, треснуло…

— Квадрика больше нет. Ты следующий.

Клифф скрипнул зубами и вдоль стены двинулся в противоположную от голоса сторону.

При последнем взгляде на квадрик было 21.49. Прошло примерно семь минут. Осталось еще четыре.

Главное заманить Корда к мачте.

Полуэльф больше не говорил — понял, что на слух его легко вычислить. В любому случае, придется сменить позицию, пока он просто не обошел с другой стороны.

Клифф аккуратно выглянул из-за стены…

И тут же кинулся обратно, спасаясь от серебряной молнии! Ролл назад, выход в руки, в ноги, фляк, заднее сальто!..

Прижавшись спиной к мачте громкоговорителя, Клифф чуть присел и выставил вперед согнутые руки.

Корд подходил, перебирая пальцами нож, заставляя его с невероятной скоростью описывать круги и восьмерки:

— Хреновый был план.

— А это еще не план!

Клифф бросился вправо, Корд тут же отсек вектор движения ножом, коротко резанул — достал! — но Клифф уже провалился влево и вниз, обходя полуэльфа. Резкий разворот — и вот уже Алекс стоит спиной к мачте и если все расчеты верны, то прямо сейчас…

— Вот мой план!

Глаза Корда сузились, стрельнули туда-сюда и тут же сверху грохнуло:

— Жители Центрополиса!..

Клифф бросился вперед даже раньше, чем Корд рефлекторно посмотрел вверх. Схватил и заблокировал руку с ножом, Корд тут же дернулся назад, а потом — конечно же! — напрягся и подбросил нож в воздух, чтобы перехватить в другую ладонь!

Ручки человека и полуэльфа столкнулись в воздухе. Корж не дотянулся, нож звякнул по бетону. Клифф пнул его подальше, перевел блок в захват, силой развел руки Корда в стороны…

А потом подпрыгнул и впечатал обе ноги в черную футболку!

Руки, шея, спина… И в обратном порядке, разгибом на ноги.

Корд стоял возле мачты, морщась и держась за грудь. Пара ребер у него точно сломаны.

— А вот это уже неплохой план. — кивнул он. — Но мы еще не закончили.

Он медленно выпрямился и так же медленно присел в боевую стойку, поднял руки как-то странно держа руки костяшками вниз.

— Серьезно? — поднял бровь Клифф. — Ты будешь со мной драться? Ты что, визор не смотришь?

— Пару часов в месяц. — бесстрастно ответил Корд. — А в чем проблема?

— Ты не знаешь, кто я? Не давай, напряги память! Клифф Дивер, самый сильный рукопашник мира, скалолаз, фрираннер, мистер Красный Крест!

— Мистер, говоришь. — усмехнулся Корд. — Ничего, мистер, я попробую.

— Помните — отсутствие сопротивления это залог вашей безопасности! — громогласно закончил динамик.

И, словно только этого и ждал, Корд рванулся вперед, занося толчковую ногу для удара.

Хороший стиль — резкий и рваный, такой непросто предугадать. Но опыта Алексу явно не хватает, сразу видно — он больше привык полагаться на оружие. А рукопашный бой тренировал скорее для общего развития. Нет у него правильной балансировки, доворота на считанные градусы, использования нужных мышц в нужные моменты — всего того, что делает из обычного удара сокрушительный сверхзвуковой молот.

Клифф шагнул навстречу, поймал удар еще раньше, чем ногам полностью разогнулась, раньше, чем он успел набрать критическую массу.

Но и корд знает что делать! Подскочил на опорной ноге, обхватил за шею левой рукой… Неужто потянет вниз, в партер? Это самое глупое, что он может сделать!

— Спасибо, что пустил под щит. — хмыкнул Корд.

В живот ткнулось жесткое, навевающее мысли о пистолетных стволах.

— Пожалуйста.

Свободной рукой за ствол, отвести от себя, вывернуть!..

Блэм! — возмутился пистолет.

Бок обожгло, плевать! Не дать Корду обратно завладеть оружием, не дать дернуть затвор, освобождая пустую гильзу, блокирующую патронник!

Клифф отклонил голову назад и врезал левой частью лба в переносицу полуэльфу! Тут же — ногой под колено, роняя его, отобрал рывком пистолет, перехватил за ствол и рукоятью — по затылку!

Корд мешком рухнул на бетон.

Клифф тоже.

Через секунду он все же приподнялся, задрал футболку и осмотрел попадание, которое почему-то не болело.

Да уж… Это один из тех случаев, которые происходят раз в жизни.

Пуля застряла в плоском металлическом блине, который еще недавно был шлемом Подземного Райдера и который лишь чудом не выпал во время всей этой кутерьмы. Она пробила его насквозь, но даже не деформировалась, лишь прижгла кожу, оставив крошечный след.

А вот если бы не шлем, прошла бы внутрь, ввинтилась в почку, распуская стабилизаторы и переходя на реактивную тягу прямо в теле…

Клифф перевел взгляд на глубокий порез вдоль правого бицепса, потом снова на круглый ожог.

Что, это действительно все, чем сопровождалось задержание самого опасного убийцы в мире?

— Не забывай про почку. — внезапно раздался скрипучий голос Пола прямо в голове.

Клифф поднял взгляд и осмотрелся.

— Ты что, видишь меня? — вслух спросил он.

— Конечно, вижу! Вы же всего метров на сорок упрыгали от меня!

— На тридцать. — автоматически поправил Клифф. — А если видел то почему не помог?

— Интересно, как? Я же сразу сказал — полуэльфы инертны к псионике!

— Поэтому ты решил посидеть в моей голове, да. — кивнул Клифф.

— А кто, по-твоему, тебе подсказал идею с Парадигмой? Спасибо лучше бы сказал.

— Обойдешься. Как Ради?

— Вытащил. — коротко ответил Пол.

— Тогда пусть достает маяк и вызывает Координацию. — Клифф откинулся на спину, подложив руки под голову и глядя в небо, начинающее проклевываться звездами. — А я их тут подожду.

8

Алекса задержали дольше всех — на четверо суток. Клифф по-прежнему околачивал груши в тренировочном зале, где были Ради и Пол осталось тайной. В любом случае, не дальше территории штаба.

Пятые сутки начались со стука в дверь. За ней стояла четверка легионеров — один маленький и трое как на подбор широкоплечие и высокие. Они стояли углами квадрата, зажав в импровизированное каре Корда. Полуэльф демонстративно таращился в потолок, словно его нисколько не смущали ни эскорт, ни крепко связанные руки.

— Что, наручники не завезли? — поднял бровь Клифф.

— Из одних выпутался, вторые вскрыл. — прогудел самый низкий легионер через непрозрачный шлем. — А вообще не твое дело. Координатор ждет.

— Костюм надень. — хмыкнул Корд.

— А ты заткнись. А то снова получишь.

И да — над левой бровью Корда краснела свежая ссадина — как раз под размер затыльника приклада.

— Переживу. — Корд снова поднял глаза к потолку.

Легионер не ответил.

Странно, что вообще заговорил. Легионеры вроде не разговаривают. Даже друг с другом только жестами обмениваются. Или есть какие-то особые легионеры?

Клифф вытащил из бытового комбайна свою одежду. Чистую, выглаженную и приятно пахнущую. Только дырка от пули Корда на месте — не нашлось у машины подходящей ткани для ремонта, в Координации все сплошь черное или желтое.

Клифф оделся и вышел из комнаты.

Почему-то казалось, что навсегда.

Разговорчивый легионер просемафорил что-то трем другим и заспешил прочь, Корд проводил его подозрительным взглядом. Оставшиеся перестроились в треугольник, дождались, когда Клифф займет место рядом с Кордом и двинулись.

— Эй, мистер. — полуэльф скосил глаза. — А ты почему жив?

— Пуля застряла в металлическом шлеме, который случайно оказался при себе. Считай — потому что повезло.

— Хорошо. — внезапно просиял полуэльф. — Тогда дашь мне пару уроков.

— Нет смысла. С техникой у тебя все хорошо, у тебя опыта нет. Я только на этом и выехал.

— Что есть, то есть. — вздохнул Корд. — Я как-то больше по ножам.

Он вытянул шею, рассматривая свежий шрам на правой руке Клиффа:

— А все же я тебя достал.

Остаток пути до кабинета Фэлпса он молчал, уйдя глубоко в себя. Оживился лишь когда увидел впереди еще одну пару под конвоем — Пола и Ради.

— А вот и наши воздушные гимнасты! — радостно заскрипел Пол. — Как спалось, ребята?

Ради сумрачно посмотрела на него и нервно пошевелила затянутыми в перчатки пальцами — видимо, он уже успел ее достать.

Легионеры завели четверку в кабинет Фэлпса, развернулись и дружно вышли.

— Чуете? — громко фыркнул Пол.

Клиф принюхался, ожидая знакомых запахов алкоголя и табака, но вместо них носа коснулся внезапный тонкий аромат роз.

— Хш-ш-ш… — зашипел Алекс, мотая головой.

— Проблемы? — скосился на него Клифф.

— Да, с памятью! — яростно прошипел полуэльф.

— Отлично, все в сборе!

Фэлпс появился словно из ниоткуда — пока все таращились на шипящего Алекса, Координатор материализовался совсем рядом, в двух шагах от группы. Так значит, это не он сидит в единственном развернутом спинкой ко входу кресле? И, разумеется, не он так одуряюще пахнет розами!

Алекс снова задергал носом и громко выдохнул через ноздри, потом наклонился к Клиффу:

— Это и есть Макро Мид-Йорка?

Клифф кивнул.

— Ну него от него же этот запах, верно? — будто сам себя спросил Корд, потом заговорил уже громче. — А я смотрю, Макро-координатор Мид-Йорка бесстрашнее голодного стригла. Остаться наедине с тем, кто явно не питает к тебе добрых чувств, да, еще при их четырехкратном перевесе в количестве!.. Лично я бы не стал так опрометчиво поступать.

— Ну что сказать… Я надеюсь на ваше благоразумие. — развел руками Фэлпс. — Кроме того, я здесь не один. Собственно, как раз это и стало поводом собрать всех вместе. Пришло время познакомить вас с последним членом вашей команды, вашим Микро-координатором — Роуз Коулмен.

Стоящее спинкой к двери кресло развернулось. Миловидная коротко стриженная блондинка в форме, вроде легионерской, но без шлема и броневых элементов, открыто улыбнулась:

— Привет, мальчики! О, даже и девочки!

Алекс громко, с присвистом выдохнул:

— Ты-ы-ы!..

Он не побежал, не прыгнул — просто исчез! И появился через мгновение летящим через стол, тянущимся связанными руками к шее Роуз!..

Она округлила глаза, привстала…

Бах! — опрокинулось кресло, полетели щепки…

Двое покатились по полу, сцепившись — Алекс сверху, Роуз сверху, Алекс, Роуз, Алекс…

Дзан!

Алекс сверху, навалился всем весом на длинный узкий нож!..

Откуда нож?! Его что, не обыскивали?!

Алекс стремился достать ножом шею девушки, Роуз таким же ножом держала блок.

— Корд! — крикнул Пол. — Алекс!

Роуз изменилась в лице, толкнулась ногами от пола, взвилась в свечку, обхватила шею полуэльфа ногами!.. Рывок — Корд покатился по полу, сгруппировался и замер на корточках.

Роуз села.

— Ты-ы-ы… — выдохнула она, совсем как Алекс минуту назад, ощупывая правую голень.

— Я! — хищно улыбнулся Алекс и описал ножом круг между запястий.

Веревка кусками осыпалась на пол.

— И я помню, где ты носишь ножи. — Алекс крутнул запястьем.

— Алекс, я…

— Заткнись!

Корд кинулся вперед, Роуз отшагнула и встретила атаку жестким блоком.

Дзан! — скрежетнули клинки. Роуз отступила, присела, выставила нож перед собой, развернув в прямой хват.

Корд остановился и присел тоже, перебросил нож в сильную руку. Неужто он ее опасается?

Клифф перевел взгляд на Фэлпса, но тот лишь покачал головой и улыбнулся:

— Пусть сами разбираются. Не каждый день такое увидишь.

— Как два убийцы на ленты друг друга режут? — Пол скептически сложил руки на груди.

— О, я уверен в Роуз. В конце концов, если она сейчас не решил эту проблему, как вообще ее отпускать с вами?

Дзан! — ножи снова закусились в клинче, Роуз пнула Алекса под колено, и взвилась в воздух, занося локоть для удара сверху вниз!..

Но Корд прямо с колена кинулся вперед, перехватил ее в полете и с размаху швырнул на стол!

Зазвенел по полу выпавший нож.

Роуз вскрикнула, Алекс замахнулся, разворачивая нож обратным хватом, и нанес страшный удар! В последний момент Роуз отдернула голову, нож со стуком вонзился в дерево.

— Алекс! — Роуз схватила вооруженную руку, прижала к груди, заблокировала. — Остановись! Ну убьешь ты меня, а дальше что?!

Корд дернулся, рыкнул, занес вторую руку для удара. Роуз увернулась, перекинула ногу через шею полуэльфа и напрягла, растягивая Алекса на удушающее подобие армбара.

— А дальше что?! Живым ты уже отсюда не выйдешь! Соображаешь?!

Корд схватился за душащую ногу свободной рукой, чуть оттянул, возвращая дыхание, и опустил подбородок, защищаясь от захвата. Рывок — Алекс сцепил ладони, напрягся и поднял висящую на руке Роуз в воздух…

И снова бросил ее на стол!

Хрустнула столешница, Роуз вскрикнула:

— Остановись, Алекс!..

Новый бросок!

— Есть и другой выход!..

Еще один!

— Прошу, перестань…

Кажется, Роуз начала терять сознание. Голос стихал, сопротивление становилось все более вялым…

Может, все же вмешаться?

Но Алекс уже остановился сам. Он не поднял и не бросил Роуз снова, он замер в полусогнутом положении, уставившись ей в грудь. Туда, где серебрились выпавшие из-под ворота черной формы два стальных жетона на цепочке.

— Да, ты права. — медленно произнес Корд. — Не сейчас.

Алекс выдернул руку из захвата полу-оглушенной Роуз и обогнул стол, направляясь к остальным.

— Сука. — бросил он через плечо.

Роуз какое-то время еще лежала на столе, тяжело дыша, потом сползла и закашлялась, привалившись спиной к деревянному глобусу.

— Отлично! — хлопнул в ладоши Фэлпс. — Я рад, что вы попытались убить друг друга здесь, а не в астромате. Это было бы намного опаснее.

— И куда же мы снова летим? — вздохнул Пол. — Я за последние две недели повидал новых мест больше, чем за всю предыдущую жизнь!

— Тогда хорошие новости. — улыбнулся Фэлпс. — Ничего нового, вы возвращаетесь в Центро.

— Да мы же только что оттуда! — простонал Пол, зажмурившись.

— На этот раз никого ловить не придется, ваш отряд собран и укомплектован. Единственное, чего вам не хватает — это брифинг и снаряжение. Первое проведу я, а вторым обеспечат в Центрополисе. Присаживайтесь и начнем.

Пол заулюлюкал и прыгнул в ближайшее кресло, остальные последовали его примеру.

Алекс выбрал максимально далекое, по широкой дуге обойдя при этом сидящую на полу Роуз. Зато к ней подошла Ради, присела рядом, что-то спросила, получила утвердительный кивок и отошла. Роуз поднялась сама и подняла свое кресло, скалящееся щепками на спине.

Фэлпс открыл глобус, в котором скрывался мини-бар. Достал бутылку и пять стаканов, разлил и растолкал их сидящим. Клиффу из того же бара кинул пачку охлажденного сока. Один бокал он оставил себе и наполнил его:

— Ну, за Пятый Проект!

— Я не буду за это пить. — мрачно уронил Корд.

— Тогда пей за что хочешь, дважды предлагать не буду. — парировал Фэлпс и опрокинул свой стакан. — Приступим.

9

Фэлпс с громким стуком поставил стакан на стол и обвел взглядом всех присутствующих:

— Скажу сразу, вам это не понравится.

— Ого, как неожиданно! — оживился Пол. — А еще новости есть?

— Я лишь честен с вами. — Фэлпс поцокал ногтями о стенки бокала. — Но, может, у вас есть какие-то вопросы?

Корд поднял взгляд от столешницы:

— Где мой нож?

— Нож? — поднял бровь Фэлпс.

— Нож. — оскалился Алекс. — Черная рукоять, красный плоский камень, кинжальный клинок.

— То есть не щит, а именно нож.

— Что мне щит, их тысячи, я себе еще добуду. А нож… Он мне дорог.

Корд, наверное, и сам не заметил ни этой короткой запинки, ни короткого движения зрачков в сторону Роуз. И сама Роуз при этих словах стиснула пальцами столешницу так, что, того и гляди, вторично треснет.

Что же между ними?.. Что вообще может быть между наемником и офицером ВВ?

Или правильно — что между ними было?

— Я ничего не знаю о ноже. — Фэлпс снова осмотрел группу. — Больше вопросов нет?

— Давайте уже к делу. — проскрипел Пол.

— Уж вы-то вовсе может не слушать, все равно уже все выяснили. — Фэлпс постучал сухим пальцем по лбу. — Может, вовсе брифинг проведете вместо меня?

— Нет уж, мне за это не платят. — эльф откинулся в кресле и провоцирующе задрал тощие ноги на стол. — Так что продолжайте.

— О, спасибо. — Фэлпс изобразил издевательский поклон. — Я не буду долго распространяться о том, что в ваших руках судьба человечества, и о том, что от вас зависят миллионы жизней, и о том, что ваши действия повлияют на судьбу всей планеты… В общем и целом, ваша задача настолько же элементарна, насколько невыполнима.

— Короче, он хочет, чтобы мы сломились в самый центр первого пробоя. — перебил Пол. — Который на другом краю мира, если кто не в курсе, возле Ол-Дели.

Фэлпс с укором посмотрел на эльфа, тот развел руками:

— Ну это уже долго! Тут собрались не те люди, которым стоило бы пафосно вещать о долге, риске и ответственности. Всем тут на них, мягко говоря, плевать. А кому нет — те все равно не сочтут работу на Координацию ни тем, ни другим, ни третьим.

— Без имен? — сощурился Фэлпс.

Пол фыркнул.

Клифф полез за жвачкой.

— Ну хорошо. — кивнул Фэлпс. — Задача вам ясна?

— Предельно! — развеселился Алекс. — Только это, я чтобы сразу выяснить — палата в психушке у нас потом общая будет или у каждого своя?

Ради улыбнулся уголком губ. Ее пальцы в мотоперчатках медленно отбивали по столешнице незамысловатый ритм.

— Вообще отдельные. — улыбнулся Фэлпс. — Собирая таких людей вместе мы уже сильно рискуем, а уж если вы еще и ума лишитесь…

— Другое дело! — Корд залпом осушил стакан, и громко стукнул дном по столу. — А можно, я тогда сразу в желтый дом, минус тот этап плана, где надо в пробой лезть?

— Роуз? — повернулся Фэлпс.

Роуз помотала головой и помахала ладонью возле шеи — видимо, Корд ей все же что-то повредил.

— Ну хорошо, я сам. — ФЭлпс повернулся обратно. — Если наши теории верны, а они наверняка верны, вы можете не опасаться воздействия пробоя.

— Это еще почему? — удивился Пол. — Насколько я знаю, даже пси не защищены от псионической энергии такого напряжения!

— Ну, в подробности я вдаваться не буду, я их элементарно не знаю. Но если вкратце — у вас будет защита. Даже несколько слоев защиты. Какое-то время она вам даст, и этого времени должно хватить на развертывание и активацию новой экспериментальной установки. Того самого элемента, которого не хватило первой экспедиции.

— И, если все пойдет как задумано, — продолжил Пол, — то накопители первой установки уже сутки спустя смогут питать половину городов планеты.

— Спасибо, пси Шифти. — с нажимом произнес Фэлпс. — Все верно, используя прототип псионического интерфазного двигателя Орвилла-Ракова, мы планируем вернуть энергию пробоя в фазу нашей планеты и получить тот самый источник энергии, что не получили четырнадцать лет назад.

— Защита? — впервые за весь разговор подала голос Ради.

— О, это моя любимая часть! — хохотнул Пол.

— Первый эшелон защиты это ваш транспорт. Уникальный прототип, экспериментальная модель, существующая в единственном экземпляре. Он обеспечит защиту в непосредственной близости к пробою и немного снизит напряженность псионической энергии внутри него. Для работы внутри пробоя вы будете оснащены мощным эмиттером псионической энергии, находящейся в противофазе к той, что изучает пробой.

— Тогда почему не послать вместо нас роту лимонов? — пожал плечами Алекс. — Как вы делали уже… сколько раз?

— Потому что ни первый эшелон защиты, ни второй не дают стопроцентной защиты. Поэтому нужен еще и третий. И этот третий эшелон — вы сами. Вы знали, что в Сингапуре кроме тысяч пропавших без вести и сошедших с ума, было еще сорок два человека, который остались… скажем так, «в своем уме»? Да, с измененной психикой, с повреждениями, но способные трезво мыслить. Когда их сравнили, оказалось, что все они были… не от мира сего, скажем так. Из тех, кто вечно выделяется из толпы, даже вопреки своему же желанию.

— Не особо на меня похоже. — хмыкнул Корд.

— Ты себя просто со стороны не видишь. — улыбнулся Клифф.

А Фэлпс продолжал:

— Речь идет об эктремалах, социопатах, неформалах, даже участниках «Розы Ветров». Я думаю, упоминать о том, что все эти люди так или иначе оказались знакомы друг с другом — излишне. Вся эта ситуация и дала ход новой гипотезе и формированию списка кандидатов в Пятый Проект. Существ, которых можно назвать максимально необычными.

— Не припомню, чтобы хоть один из Проектов закончился так, как должен был. — прищурился Корд.

Клифф пощелкал пальцами, привлекая к себе внимание:

— Выходит, вся ставка на то, что пробой как-то иначе воздействует на нас, да еще и устройство сверху прикроет, и что мы за пятнадцать минут установим какую-то штуку и так же легко выберемся?

— За пять минут. — вместо Фэлпса ответил Пол. — Остальное верно.

— И какова цена?

— Свобода и жизнь. — ответил Фэлпс. — Кроме Корда. Он слишком долго и упорно портил Координации жизнь. Даже Райдер своими угонами и подрывами зданий нанесла урона меньше, чем Алекс Корд — ножами, пулями и гранатами.

— Отлично, я доволен. — щелкнул пальцами Корд и откинулся в кресле. — Но расклад меня не вполне устраивает. И я бы, может, не задавал вопрос, но, чувствую, что на него уже все равно готов ответ. Так что мешает мне, оставшись наедине с нашим… Микро-Координатором, привязать ее и свинтить в закат?

— Как насчет желания пожить подольше?

— Предметнее?

— Ну давайте представим, что с едой, которую вы ели, находясь в штабе, в ваши организмы поступали некие наноботы, которые теперь циркулируют по крови. И буквально две минуты назад, выпив то, что вам предложили, вы их активировали и теперь они отсчитывают две недели, по истечении которых начнут разрывать молекулы гемоглобина. С печальным результатом, конечно.

— Противоядие? — тут спросил Корд.

— Как только прибор, о котором мы уже говорили, заработает, он испустит сигнал, который отключит ботов. Но сработает это, конечно, только внутри пробоя.

— Что ж. — протянул Корд. — У меня появилась еще одна причина убить моего Микро-координатора.

— А вот этого делать не советую. Только палец капитана Коулмен, — живой капитана Коулмен! — запустит двигатель и подаст нужный сигнал.

— Я все еще не вижу причин работать на вас. — покачал головой Корд и откинулся в кресле, сложив руки на груди. — Что так умирать, что так.

— Торги бессмысленны, мистер Корд. — улыбнулся Фэлпс. — Других условий не будет. Мы оба прекрасно понимаем, что вам достаточно и возможности остаться в живых после пробоя и сбежать, когда угроза наноботов минует. Мы оба понимаем, что вы уже согласны.

Корд громко, очень громко скрежетнул зубами и снова бросил на Роуз испепеляющий взгляд.

— Ну так что? — Фэлпс снова обвел всех взглядом. — Есть желающие отказаться? Нет? Тогда вас ждет астромат.

10

В астромате Пол поругался с Ради. Даже не столько поругался, сколько просто достал расспросами о ее псионической инертности. Девушка сначала улыбалась и молчала, потом просто молчала, потом говорила, что не знает. Но Пол упорно делал вид, что не понимает намеков и Ради не выдержала и накричала на эльфа и даже попыталась схватиться за кнут, которого при ней, конечно, не было.

К этому моменту прошло пятнадцать минут полета из сорока пяти.

Роуз сидела, заткнув уши наушниками и закрыв глаза. Корд глядел в потолок, Ради и Пол сверлили друг друга злобными взглядами. Только десяток легионеров вел себя как обычно — молчали и не шевелились.

Клифф закинул в рот предпоследнюю пластинку и закрыл глаза.

Штаб Координации Центрополиса имел собственную посадочную площадку. У них здесь, в столице, вообще было все, что только возможно! Астропорт прямо в штабе это мелочь, он даже казался банальной обыденностью в городе, половина которого освещалась не фонарями, а миллиардами световых ботов. Будто еще при строительстве в стены зданий заложили сотни фальшфейеров и теперь они освещают улицы мягким теплым светом из ниоткуда.

Но сегодня астромат почему-то приземлился в гражданском астропорте, и поляризованные окна черного с желтым фургона предоставили отличную возможность посмотреть город.

Да, Центро был велик и высокотехнологичен. Его широкие солфальтовые дороги были забиты транспортом, на каждом столбе висели камеры системы распознавания, тут и там мелькали дроны — курьерские, наблюдательные, грузовые.

Но если присмотреться, все становится совсем другим. Если смотреть не на технику, а на людей.

Вот в переулке четверка лимонов обыскивает пару подростков, что покорно стоят, расставив ноги и положив руки на стену. Вот патрульная двойка проверяет документы у старой женщины, а потом лезет с фонариком, рассматривая ее шею сзади. А вон — бежит пара молодых людей, прямо через дорогу, откидываясь дымовыми шашками и ежесекундно оглядываясь. На лицах обоих — полумаски с символом Розы Ветров.

Центрополис казался огромным больным чудовищем, титаном, давно пережившим свой расцвет и триумф. Когда-то царь природы, сейчас монстр из последних сил цеплялся за жизнь, но тщетно — все силы организма уходили на поддержание иллюзии неуязвимости, несокрушимости.

И монстр знал, что никого он этим не обманет.

Центро задыхался — тяжелый воздух насыщен десятками газов в малой и не очень концентрации, от которых чесался нос. Центро ослеп — на всех уличных экранах крупнее метра в диагонали после каждого рекламного ролика ненадолго появлялся желтый прицел на черном фоне — Координация напоминала о себе. Центро истекал кровью, на самом деле — краской, которой бунтовщики, оглядываясь, перерисовывали вездесущие символы Координации в Розу Ветров. Центро бился в судорогах, когда транспорт Координации проносился по улицам, бесстыдно расталкивая силовыми бамперами гражданские автолеты и выбрасывая их на обочину, откуда водители безропотно возвращали их на солфальт своими силами.

Чем больше монстр, тем дольше он умирает. Пока жив мозг — борется и тело.

Клифф оторвался от окна и осмотрел спутников, у всех было примерно одинаковое выражение лица. Что-то среднее между отвращением и недоверием. Будто смотришь на чудовище в каком-нибудь старом, но все еще страшном ужастике. Вроде и не страшный, и не реалистичный, а все равно жуть навевает.

Кроме Роуз. Ее не было в кузове фургона, она сидела в кабине.

— Ради? — внезапно скрипнул Пол.

Девушка ответила ему недовольным взглядом, но Пол не обратил внимания:

— А правда, что под Центро живут стриглы? Целыми кланами?

Ради долго молчала, будто никак не могла поверить, что он остановится на одном вопросе.

— Правда. — наконец уронила она. — Местами.

— Отвратительный город. — вздохнул Пол.

— Согласна. — моментально согласилась Ради.

Пол тут же обернулся к ней, но она лишь махнула рукой — мол, продолжать мысль не намерена. Пол по привычке уставился на нее пустым взглядом, нахмурился и отвернулся.

Чуда не произошло. Читать ее он по-прежнему не могу.

Отвратительный город…

И, чем больше в нем отвратительного, тем усерднее он маскируется под райский уголок.

Да, другие города тоже не филиалы Эдема — узкая специализация каждого накладывает свой отпечаток, без этого никак. Но они хотя бы не пытаются казаться тем, чем не являются.

Фургон остановился.

— Уже приехали? — засуетился Пол, отстегивая ремни.

Двери распахнулись. Снаружи уже стояли легионеры, окружив фургон дугой, и, конечно, Роуз. Она успела сменить бутафорскую форму на настоящую, с броней и даже щитом на поясе. Только шлема по-прежнему не было, и ветер тихонько шевелил ее короткие светлые волосы.

— Команда «на выход» будет? — съязвил Пол.

Роуз пожала плечами:

— Вы и так все поняли. Командовать у меня желания нет, но, если вынудите…

— Что вы, милая леди… — протянул из глубины салона Корд.

Полуэльф встал, потянулся, а потом как-то мгновенно оказался возле дверей.

Дуга легионеров синхронно шагнула назад, ощетинившись оружием. Одна лишь Роуз не шевельнулась.

Корд нарочито медленно спустился из фургона на солфальт и заложил руки за спину.

— Мы же не глупые. Сами до всего догадаемся. Курить уже можно?

— Тебе все равно нечем прикуривать.

— И то верно. — вздохнул Алекс.

Клифф вылез из фургона, остальные — следом. Ради прикрылась от солнца ладонью, Пол завертел головой, будто пытался увидеть все и сразу.

Хотя смотреть и нечего. Фургон припарковался внутри стен штаба, поэтому ничего, кроме нескольких квадратов солфальта да пары черных с желтым фургонов, тут не было. Стены, по периметру парковки и сам штаб, будто донжон древнего замка.

— Насмотрелись? — Роуз махнула рукой. — Идем.

Двери, холл, лифт, коридор, лифт, коридор, астропорт…

Теперь понятно, почему астромат не приземлился прямо в штабе. Посадочная площадка была занята огромным, явно не гражданским, астроматом расцветки Координации. Аппарель откинута, атмосферные крылья сложены, двигатели зачехлены, острый хищный нос опущен — стоит давно и простоит еще долго. Стены посадочной площадки подняты, крыша сдвинута — не астропорт, ангар. И, как и положено ангару, бегают и суетятся люди, скользят пустые и полные грузовые платформы, а по стенам то и дело пробегают инструкции для персонала.

— Нравится? — раздалось сзади.

Однажды услышав голос Диго, не спутаешь его ни с каким другим, даже если захочешь. Клифф снова подавил в себе желание обернуться, как и тогда, в кабинете Фэлпса. И не он один — остальные тоже будто окаменели и не шевелились, пока Диго не подошел и не встал рядом. Рядом, но все же на пол-шага впереди. Рядом с Клиффом. Максимально далеко от Алекса.

— Это «Кеа». - кивнул альбинос на астромат. — Он доставит вас в точку миссии. И ваш транспорт.

— Транспорт? — Ради оторвала от астромата восхищенный взгляд.

— Сейчас увидите. — Диго махнул рукой и зашагал к «Кеа».

Четверо — четверо! — телохранителей последовали за ним, и лишь потом сдвинулся с места Клифф и остальные.

— В Ол-Дели вы, конечно, не сядете, вы туда даже не попадете. Весь тот район все еще на нейтронном карантине. Вы приземлитесь в Лакхнау и отправитесь оттуда, пересечете Ганг и прибудете на место.

— Пешком это… — Пол задумался. — Суток трое. С половиной даже. А на вашем транспорте?

— Много меньше, пси Шифти. Сейчас все сами поймете.

— Что-то необычное? — заинтересовалась Ради.

— О да, он уникален! Как транспортная единица, как технология — во всех аспектах! Уникальный транспорт для уникальных людей.

Под ногами загрохотала аппарель, группа поднялась в темное брюхо астромата.

— Команда у нас есть. — Диго остановился и развернулся, заложив руки за спину. — Дело за транспортом. Знакомьтесь, «Гермес».

Он протянул руку в сторону и щелкнул рубильником.

Вспыхнул свет.

Ради распахнула глаза, раскрыла рот и издала сдавленный стон восхищения.

Клифф едва удержался, чтобы не повторить за ней.

— Красавец, правда? — хмыкнул Диго.

— Не то… слово… — просипела Ради.

«Гермес» был не просто красив, он был великолепен. Даже сейчас, заглушенный, стоящий на консолях, полу-скрытых под сложенной резиновой юбкой, он был великолепен. Широкий приземистый угольно-черный корпус, бронированные поляризованные окна кабины, роторы четырех мощных двигателей под защитными сетками…

— Это ховер? — недоверчиво спросил Пол.

— Не просто ховер. Экспериментальное автономное разведывательное судно на воздушной подушке с защитой от псионики. — ответил Диго с такой гордостью, будто сам его конструировал. — Первый и единственный в своей роде.

— Но не последний, верно? — прищурился Пол, буравя Супера взглядом. — Если «Гермес» оправдает надежды, это будет ой как на руку Координации, да?

Диго повернул голову и с противной ухмылкой уставился на Пола. Несколько секунд они играли в гляделки, а потом Пол заскрипел и схватился за голову:

— Да ка-а-а?! Выходит, все рассказы — правда?!

— Что случилось? — оторвалась от «Гермеса» ради.

— Он тоже не читается! — не стесняясь, Пол ткнул пальцем в Диго. — Ты не читаешься, он не читается, за последнюю неделю я встретил больше пси-интертных хомо, чем за всю жизнь!

— То ли еще будет, пси Шифти. — широко улыбнулся Диго и вернул взгляд к «Гермесу». — Но на вопрос я отвечу. Если ваша миссия удастся, подобные «Гермесы» нам больше не понадобятся. А вот если нет… Талар-джи?

— Да? — откликнулась Ради.

— Доводилось иметь дело? Разберетесь?

Ради замерла, окаменела, ее зрачки сильно расширились и несколько секунд пульсировали, а потом она расслабилась и кивнула.

— Чудно. В кабине есть техническая инструкция на случай, если что-то останется непонятным. Можете приступать. Остальные, прошу за мной.

Ради бросила короткий взгляд на группу и пошла к ховеру. Напряженная спина и скованные шаги выдавали ее с головой — едва держится, чтобы не сорваться на бег и не оказаться в кабине ховера побыстрее.

— Эй, мистер!

Клифф обернулся.

Остальные уже ушли, один лишь Корд стоял у аппарели, рядом с ним — два легионера с оружием в руках.

— Глаза сломаешь. — ухмыльнулся полуэльф. — Идем, а то нас пристрелят, а я еще пожить надеюсь.

— Не пристрелят. Мы им нужны.

— Не настолько. — заглянула в «Кеа» Роуз. — Шагайте уже, а то пропустите самое интересное.

— Главное, чтобы ты ничего не пропустила. — бросил Корд, проходя мимо. — И была начеку.

— За меня не переживай. — в тон ответила Роуз. — Как раз мне вы нужны.

Алекс резко остановился и развернулся к ней. Легионеры вскинули оружие, приникли к прицелами…

Клифф запнулся одной ногой о другую, ухватился за Алекса, навалился, вынуждая пройти дальше:

— Ох, прости, запнулся.

— Ну-ну… — скосился Корд, сбросил руку Клиффа с плеча и зашагал в другой конец ангара, где мелькала платиновая шевелюра Диго.

Клифф обернулся на Роуз. Она смотрела вслед полуэльфу, в карих, почти черных глазах застыла бесконечная точка и печаль.

Что их связывает?

Или связывало?

Или?..

Раньше, чем Роуз заметила, что на нее смотрят, Клифф отвел взгляд и почти побежал за остальными.

11

— О-о-о! — отвесил челюсть Корд при виде огромной, кубов на восемьдесят, клети из мелкоячеистой стальной сетки, изнутри увешанной оружием и снаряжением. Глаза полуэльфа заблестели и забегали, будто он пытался охватить все и сразу:

— А это, видимо, подарок для меня?

— В основном, да. — кивнул Диго. — Но арсенал предназначен для вашей миссии в целом. Здесь много серийных моделей, но есть и несколько экземпляров, которые вы вряд ли где-то найдете. Оружие, одежда, экипировка, амуниция — берите все, что к полу не приколочено.

— Это я запросто! — хмыкнул Корд, дернул неприметную дверцу и скрылся внутри.

— А зачем нам столько оружия? — задумчиво спросил Пол. — Зачем нам вообще оружие? Если уж на то пошло, зачем нам вообще такой вояка-убивака как Корд? Мы же не тактическая группа, а наша операция — не боевая… Или я чего-то не понимаю?

— Вам и не нужно понимать, пси Шифти. — поморщился Диго. — Но ваша группа как раз тактическая, хоть и не в традиционном понимании этого термина, и все ее участники подобраны умными людьми. Районы Ол-Дели после четыреста четвертого все еще числятся зоной нейтронного карантина, и с тех пор там никто не появлялся. Если учесть излучение после нейтронных вспышек, близость первого пробоя и немногочисленные, но все еще встречающиеся послевоенные очаги радиации — вы можете встретить там все, что угодно. От изменившихся до неузнаваемости выживших из Ол-Дели до стриглов.

— Очаровательно! Всегда мечтал выпотрошить живую жабу! — просипел Пол и полез следом за Кордом.

— …на самом деле нет. — вздохнув, закончил за него Клифф и вошел в клетку тоже.

Арсенал оказался не только по краям увешан, еще и посередине стояли стеллажи и даже несколько шкафов с тяжелой броней.

— Эй, Алекс! — Пол задумчиво вертел в руках страшного вида нож — длиннющий, чуть ли не в локоть, с пилой на обухе и узкой прорезью в клинке. — Научишь меня с ним обращаться?

— Эльф, что бы ты там ни взял, положи на место! — раздалось из-за стеллажей, следом выглянул Алекс. — Нашел что схватить, он же в половину тебя размером!

— Так научишь?

— Обязательно! Сразу после того как научишь меня мысли читать! — хохотнул Алекс и скрылся обратно. — Сказал же — положи на место!

Пол что-то пробубнил, с лязгом вдвинул клинок в ножны, неловко прижал локтем к боку и принялся ощупывать камуфляжный костюм.

Клифф пошел к Алексу, осматривая по пути оружие и снаряжение. Все выглядело эффектно и маняще, но опыта обращения с ним — ноль. Прицельному даже иметь оружие — означает привлесь к себе утроенное внимание Координации, а уж пользоваться… Да и против кого его использовать? У лимонов свое оружие есть, а легионеры и вовсе под щитами всю жизнь. Стреляй не стреляй, толку не будет. И, чем доступнее становятся кинетические щиты, тем надежнее кажутся собственные конечности и умение их использовать, чем все эти пистолеты, винтовки, дробовики, гранаты…

А хотя вот эта штука знакома.

Клифф тронул перевязку со взрывпакетами. небольшие, размером с айди, только толщиной как шириной, блоки октогена с сенсорным дисплеем на одной стороне и электростатической площадкой — на другой. Доводилось с такими работать на съемках работать. С муляжом, конечно — взрывчатки не было, но в остальном бутафория работала исправно — моментально липла к любой поверхности и отсчитывала зловещие красные цифры. Классная штука с кучей возможностей использования.

Например, можно активировать на пять секунд и швырнуть перед собой на преграду, не беспокоясь, что отскочит куда не надо.

Десять лет назад Первый Легион так и делал, разнося в клочья баррикады, через которые бунтовщикам приходилось перелезать, теряя время.

Клифф качнулся, зажмурился и вцепился в перевязь, чтобы не упасть. Судорожно выдавил в ладонь последнюю пластинку жвачки и сомкнул челюсти. Шершавый, цепкий, специально чтобы руки не скользили, пластик взрывпакета притерся к ладони…

Клифф открыл глаза и повесил перевязь через плечо — брать так брать, раз уж сами в руки прыгают. Может и пригодятся.

Лучше бы нет.

На границе зрения появился Корд. Он медленно шел вдоль стен, скользя по ним мутным взглядом, изредка замирал возле какого-то экземпляра и шевелил пальцами, но неизменно шел дальше.

— Ищешь что-то особенное? — Клифф двинулся следом.

— Не хлам. — коротко ответил Корд, снял со стены короткую штурмовую винтовку с магазином в прикладе, вложился, приник к прицелу, повесил обратно. — Но тут ничего интересного.

— А там? — Клифф кивнул на стенд с ножами у входа.

— Сладкое к чаю, а не перед супом. — будто цитируя кого-то, моментально ответил полуэльф. — Пока тут поковыряюсь. Может, найду что-то стоящее.

— Например?

— Да без примеров. — поморщился Корд, заглядывая в пустой магазин от пистолета-пулемета. — Сейчас же каждая жаба под щитом ходит, да не простым, а пяти-восьмитысячником, с нахрапу не возьмешь. Знаешь, сколько я таких перевидал? Следишь, строишь маршруты, выбираешь и готовишь позицию, выцеливаешь, стреляешь… А пуля бац — и в фазу! И все, ушла цель, жди неделю, пока успокоится и бдительность потеряет. Вот только стрелять уже смысла нет — опять в круг уйдет. Зато можно в потоке подойти, заднюю пару телохранителей срезать, нож в печень сунуть, провернуть, чтобы наверняка, и свалить, пока передние чухают, что происходит.

Корд повесил очередную пулялку на стену и вздохнул:

— Так что тут нам не дадут ничего, что можно было бы использовать здесь и сейчас. В магазинах ни одного патрона, батареи разряжены, даже у твоих хлопушек наверняка детонаторы выкручены. И. конечно, нам не дадут ничего, что мы могли бы использовать против щитов, ни сейчас, ни когда-то еще. Ничего дозвукового, разрывного, дробового — лишь гражданка. Ничего такого, на что щит мог бы отреагировать неадекватно или не отреагировать вообще.

— Полагаешь, нам попадутся противники со щитами?

— Полагаю, что, если выживу, дам деру со всем, что на себе смогу унести. — оскалился Корд. — Правда здесь ничего путного нет. Кроме этого.

Он остановился возле ящика, в котором лежали металлические шайбы с ладонь размером. Сантиметровой толщины ребро каждой было испещрено многочисленными, будто иглой натыканными, отверстиями. На одной стороне шайбы — магнит, на другой — простой механический переключатель. Надпись на ящике сообщала, что это «Фа. кин. щит 8000».

— Фазово-кинетический щит восемь тысяч. — задумчиво расшифровал Корд и принялся выковыривать диски из гнезд.

Второй, третий…

— Куда тебе столько?!

— Мистер, ты что, дурак?! — хихикнул Корд. — Это же восьмитысячники! В каждом из них по восемь, — не три, не пять, а восемь! — тысяч нано-ботов, которые тянут фазовое поле на траекторию выстрела! Лучше этих щитов на данный момент защищает только полный экзо из баллистического кератина, только у него обзорность как у больного катарактой и подвижность инвалида! Так что эти щиты надо брать, пока из рук не посыплются!

Корд сложил на ладони стопку из пяти шайб, секунду подумал и вернул один в ящик.

— Тогда почему откладываешь?

— Да незачем столько. — тихо, будто нехотя, признался полуэльф. — Они же почти вечные. Если ни один не разобьется и не потеряется, первый же из них проживет дольше, чем я сам.

— И кроме них ты ничего не возьмешь?

— Возьму.

Корд достал из стойки компактный пистолет, примерился к нему, зачем-то несколько раз тряхнул и опустил. Как-то ловко крутнул его на пальце, перехватывая за затвор, одной рукой чуть оттянул его, отпустил и снова взял оружие нормальным хватом. Пробежал глазами по стене, нашел, снял и в мгновение нацепил на пистолет рамку прицела.

— Я возьму это.

И он направился к ножам, в обход брони и одежды. Даже маскировочные мультикамы обошел, будто так и собирался отправляться в черной футболке и черных же штанах с кучей ремешков и кармашков.

Ну да, кто бы говорил. Сам-то ничего, кроме взрывпакетов и не взял, так и оставался в том же, в чем лимоны притащили в штаб полторы недели назад, ладно хоть было где стирать и чинить.

А Корд остановился, разулся и сунул ноги в другие униботы, дождался, пока вжикнет шнуровка, и прихватил по пути по комплекту наколенников и налокотников и что-то непонятное из десятка небольших трубок, завернутых в мелкую, тончайшую до исчезновения, сетку.

— Я закончил! — проскрипели сбоку.

Пол подошел, держа в руках сложенный лесной камуфляж. Под глазами у него красовались по две жирные черные полосы боевого грима из серии «Раз нанес — неделю ходишь». На его и так темной коже они выглядели как два славных фонаря.

Корд мельком взглянул, проходя мимо, и имхо засмеялся. Клифф тоже не сдержал улыбки.

Воинственный эльф — это нонсенс. Примерно как скала, по которой нельзя взобраться.

— Да идите вы. — скривился Пол. — Сам ты скала.

И он пошел к выходу, почти волоча за собой неловко прижатый локтем тот самый нож.

С другой стороны, десять лет назад эльфы знатно плющили мозги лимонам, пока в дело не вступили инертные легионеры.

— Вот-вот!.. — проскрипел Пол из-за сетчатой стены.

Клифф бросил взгляд на Корда. В руке полуэльф держал длинный черный нож с фальшлезвием и шипованой гардой. Еще один — меньше и проще, — лежал перед Алексом на столе. И еще один, совсем простой, вроде граненого стилета, уже висел у него на поясе.

— Все в этом мире — херня, мистер. — задумчиво произнес Корд. — Кроме доброго ножа.

С лязгом вдвинув клинок в ножны, он сгреб свои сокровища в охапку:

— К этим, правда, сказанное не относится.

— А какой же тогда — добрый?

— Тот, к которому привык и который знаешь. — Корд направился к выходу. — Впрочем, ты с ним уже тоже знаком.

Пол стоял возле выхода мрачнее тучи, а его камуфляж и нож лежали в большом ящике — откуда только взялся? Не иначе, легионеры приволокли, пока группа отоваривалась.

— Закончили? — сухо осведомился Диго. — Сложите все в ящик. Получите позже, снаряженное и боеготовое.

Клифф снял с плеча и положил в ящик перевязь:

— А Роуз и Ради? Им оружие не нужно?

— Капитан Коулмен укомплектована собственным, а Талар-джи… Хорошо, что напомнили.

Супер откинул полу плаща, снял с пояса аккуратно свернутый в кольцо кнут Ради и положил его в ящик. Отдельно — какой-то цилиндр, ярко моргающий зеленым диодом.

— Думаю, ей и этого будет достаточно. Аккумулятор полностью заряжен, эта игрушка себя еще покажет. — Диго критическим взглядом окинул содержимое ящика. — Что так скудно, мистер Дивер?

— Не мой профиль. — едва разлепил враз пересохшие губы Клифф.

— Вот и я так же сказал. — вклинился Пол.

— Это ничего. — улыбнулся Диго. — Я предполагал такой поворот и подготовил кое-что особенное и для вас тоже.

Диго протянул руку в сторону и легионер передал ему что-то, завернутое в черный бархат.

— Пси, это для вас.

Эльф задрал брови почти к волосам и взял предложенное. Аккуратно развернул ткань, являя на свет простенький обруч из матового металла с фиолетовым отливом.

Руки эльфа задрожали, рот округлился, а из горла вырвалось сипение.

— Это… Это… — севшим голосом залепетал Пол. — А-а-а, серьезно?! Это какой?!

— Двадцать седьмой. — явно довольный эффектом, ответил Диго. — Но какое это имеет значение?

— Да никакого абсолютно! — Пол осторожно завернул обруч в бархат. — Клифф, ты один без подарка остался.

— Нет, не остался. — Диго снова протянул руку и взял у легионера еще один сверток. — Как и Талар-джи, мистер Дивер получит прототип. Как и Талар-джи — прототип, с которым они идеально друг друга дополняют.

Клифф взял в руки пару плотных длинных, до середины предплечья, полуперчаток с серебристым напылением. На ладонях и костяшках — усиление пластиком и прожилками металла. На запястьях — мощные утолщения, а все, что выше — переплетение проводков, просвечивающих через ткань.

— Шоковые перчатки. — объяснил Диго. — Принцип как у шоковых дубинок, только не требуется никакого навыка обращения. Погружает цель в стазис не менее чем на десять минут, зависит от массы.

Клифф слушал, натягивая перчатки на руки. Обе сели как влитые, Клифф несколько раз сжал и разжал пальцы, а потом по привычке два раза стукнул кулаком в кулак.

Перчатки затрещали, заискрили голубыми разрядами!..

— Осторожно, они активируются, когда сжимаешь кулак. — отметил Диго. — Для рукопашника то, что надо, не так ли?

— Отлично! — Клифф с удовольствием пошевелил пальцами, прикидывая расстояние до Супера и его телохранителей.

Нет, не выйдет, они заметили нездоровый интерес и одновременно шагнули — один вперед, другой назад. Даже если прыгнуть, первый заслонит собой Диго, а второй сместится вбок и откроет огонь.

Клифф разжал пальцы и опустил руки.

А Супер будто и не заметил ничего:

— И да, у меня будет просьба. Это все же прототип, так что… Если вернетесь, я хотел бы знать, как хорошо они работают.

Диго кивнул, словно сам себе, улыбнулся и развел руками:

— Ну, все довольны? Все хорошие мальчики получили свои подарки? Или чего-то не хватает?

— Блока сигарет. — мрачно уронил Алекс.

— Сухпайка для пси. — поднял палец Пол. — На неделю, не меньше.

Клифф вздохнул и подбил список:

— И двадцать пачек «фриролла».

12

Обычный астромат от Центрополиса до Лакхнау добирался бы девять часов. «Кеа» собирался управиться за семь с половиной, четыре из которых уже прошли.

Этого времени Полу хватило, чтобы без всяких пробоев свести Ради с ума бесконечными глупыми вопросами. Закончилось все тем, что она заперлась в «Гермесе» и читала инструкцию, не обращая внимания на настойчиво барабанящего в окна эльфа.

Корд дремал, закинув голову назад. Кажется, он делает это вообще всегда, когда не делает чего-то другого.

Роуз вообще не было видно — наверное, сидела в кабине с пилотами.

От вида Алекса тоже захотелось спать. Ночью не вышло — снова снился потерянный.

Но стоило только смежить веки, как за руку неуверенно подергали и пришлось открывать глаза.

Ради сидела на корточках напротив и улыбалась. Даже не так — она вся буквально светилась, так и распространяя вокруг себя волны удовольствия, разве что не урчала, как кошка.

Клифф не выдержал мощи этой психологический атаки и улыбнулся тоже:

— Что случилось?

— Мы приземляемся через десять минут. — Ради склонила голову к плечу. — Но я не заметила, чтобы кто-то решил тебя разбудить.

— Ну кто-то точно разбудил бы. Но я рад, что это оказалась именно ты. Я даже и не заметил, что мы прилетели. Черт, да я даже как уснул не заметил! А что, с «Гермесом» ты уже закончила?

— Не совсем… Но все равно — он удивительный!

Она мечтательно закатила глаза:

— Его корпус изготовлен по той же технологии, что и солфальт, только не пластичный, а напротив — очень прочный. Он точно так же собирает солнечный свет и перерабатывает его в электроэнергию, топливо ему почти не нужно, если только ночью или при пустых аккумуляторах. А еще броня содерит какой-то особый сплав, который значительно снижает псионическое воздействие!..

Клифф слушал ее щебетание и улыбался. Ну вот кто бы мог подумать, что какое-то транспортное средство может стать причиной такого неподдельного восторга! От Ради исходили такие мощные волны позитива, что в голове осталась только одна мысль — только не замолкай, говори ещё и ещё, позволяя купаться в этой искренней радости, наслаждаться ее теплом и мягкостью, пусть даже мало что понимая.

— Внутри у него достаточно места для всех пятерых, есть даже спальные места, как раз четыре плюс один! А ещё запас провизии, небольшой медблок, туалет и даже грузовой отсек, в который я, правда, не заглядывала — закрыт. Да в «Гермесе» жить можно!

Ради замолчала и сияющими глазами уставилась на своего молчаливого слушателя. Радость ее потихоньку сменялась расстройством:

— Тебе не интересно, да?

— Совершенно. — как можно более открыто улыбнулся Клифф. — Но это не повод сворачивать разговор.

— Тогда ты мне что-то нибудь расскажи. — Ради наклонилась ближе, сложив руки на коленях Клиффа. — Например, почему Красный Крест?

— Ах, это… — Клифф бросил взгляд на штанину. — Ничего интересного, сплошная случайность.

Ради чуть нахмурилась:

— Ну, об интересности уж позволь мне самой судить.

— Дело твое. — пожал плечами Клифф. — Однажды на съемках я по сюжету ролика должен был лезть на скалу. Ну в смысле, будто я в каких-то роликах делал что-то иное. — Клифф усмехнулся. — Либо лазал, либо дрался. Так вот я полез и чуть не сорвался. Страховка удержала, но по рельефу я проехался знатно и разодрал штанину, как раз крестом.

Клифф черкнул пальцем по ноге, показывая, как именно разорвал.

— Снимали далеко от города, на натуральном рельефе, сменной одежды не было, да и день уже клонился к закату. Режиссер велел поставить заплатку изнутри и просто не брать крупные планы, решил, что будет незаметно. Но тот, кто чинил, почему-то решил использовать фототкань и именно красную и в свете прожекторов крест буквально загорелся на черной ткани.

Клифф хмыкнул, когда перед глазами появилось вытянушееся и полное восторга лицо режиссера:

— И режиссеру так это понравилось, что доснимать не стали, а на следующий день переснимали все заново, уже с новыми штанами, на которые рваный красный крест нашили специально. С тех пор он и стал ассоциироваться со мной. Говорю же, забавная глупая случайность.

— Отчего же? — улыбнулась Ради. — Случайности не случайны. Все в жизни идет так, как должно идти, и приходит к тому, что должно случиться. Тем или иным путем, но приходит.

— Фатализм? — удивился Клифф. — Не думал, что у человека, который способен так открыто и искренне радоваться, могут быть фаталистичные взгляды на мир. Или это относится к твоему вероисповеданию?

— Вера? — нахмурилась Ради. — Вера мне чужда, я верю лишь в себя.

— Тогда как это сосуществует с убеждением в предопределенности всего?

— Я…. Это сложно объяснить. Да и не хочу.

— Секрет?

— Да, секрет. — сверкнула глазами Ради. — Не у всех жизнь проходит под прицелами камер двадцать четыре на семь! У кого-то и секреты бывают!

Она резко встала и отошла, недовольно стуча металлическими набойками мотобот. Клифф проводил ее взглядом и вздохнул.

Знала бы ты, милая девочка, какие секреты хранят живущие под прицелами камер…

Под прицелами в принципе…

Где-то над головой голосом Роуз заговорили скрытые динамики:

— Внимание все кто спит — подъем! Через две минуты приземляемся!

— О-о-о… — потянулся Корд. — И что бы я только делал без этой великолепной женщины и ее подсказок, как бы я жил? Ума не приложу! Не иначе, быстро бы ввязался в темное дело в дурной компании, которой прямая дорога или в психушку или в тюрьму!

Динамики, конечно, ничего не ответили. Но почему-то казалось, что слова нашли своего адресата.

13

«Гермес» и вправду оказался удивительным.

Громко гудя роторами двигателей, он выполз из брюха «Кеа» как какой-то морской хищник из норы — чуть боком и так плавно, что будто даже не он двигался, а пространство перемещалось относительно него.

А когда все погрузились, оказалось, что внутри бронированной машины — прорва свободного места, да еще и довольно тихо, настолько, что даже голос не пришлось бы повышать, чтобы поговорить.

Ради медленно вела «Гермес» по астропорту Лакхнау, ориентируясь на конвойные фургоны в цветах Координации. Вокруг вообще все было в цветах Координации и, строго говоря, этот астропорт даже не принадлежал городу а располагался за его чертой, почти что посреди леса, и не принимал гражданский транспорт. А значит и никаких людей, кроме работающих на Координацию, вокруг не было.

Все в стиле Супер-Координатора — продумано и взвешено. Даже если из-за посадки в этом астропорте «Кеа» придется преодолеть большее расстояние, эта цена несравнима с ценой потери «Гермеса» и его экипажа в городе. А вероятность этого очень далека от нуля, это же индийские координаты, здесь «Роза Ветров» сильнее всего, здесь транспорт Координации горит на порядок чаще, чем где-то еще. А уж такой приметный как «Гермес»…

Спустя пять-семь минут неспешного маневрирования Ради аккуратно остановила «Гермес» возле проходной. Распахнутые ворота, опущенные контр-блоки, один только шлагбаум перегораживает дорогу, да и тот уже поднимают.

Боковая дверь отъехала в сторону, в салон влезла Роуз. Осмотрелась, выглянула наружу, что-то крикнула и вернулась обратно. Через несколько секунд четверка легионеров втащила в салон уже знакомый черный ящик, развернулись и вышли.

— Снаряжение. — кивнула Роуз. — Теперь можно двигаться.

Ради сковано кивнула и тронула «Гермес», минуя шлагбаум и выезжая на дорогу, тянущуюся поперек движения ховера.

— И все так просто? — Корд приклеился взглядом к отъезжающим фургонам эскорта. — Просто уезжаем?

— А ты желал сопровождение? — повернулась к нему Роуз.

— Странно, что не пожелала ты!

Алекс вцепился в подлокотники кресла и привстал.

Роуз вздохнула и встала с кресла.

Алекс пролетел через салон, впечатал ее в стену, прижал шею локтем!..

«Гермес» остановился.

— Сдурел?! — Пол одним прыжком оказался между Алексом и ящиком с оружием. — Пусти ее!

— Отвали! — оскалился Корд. — Не лезь!

Он занес руку для удара, но внезапно Ради ухватилась за нее и повисла:

— Паагаль хо!

— Отвали! — Корда заело. — Что бы ты ни имела в виду, не лезь, это между нами!

— С тех пор, как у каждого из нас в крови техногенный яд это уже не только между вами! — крикнул Пол. — Подыхай сам, если хочешь, остальные тут при чем?!

— Да мне плевать! — Корд дернулся, но Ради держала крепко. — Нашли проблему, эльф, заставь ее прямо сейчас отключить ботов!

— Ты думаешь, я идиот?! Я еще в штабе Мид-Йорка пробежался по мозгам всех, до кого смог дотянуться — устройство действительно заработает только внутри пробоя, это не ложь!

Клифф медленно отстегнул ремень безопасности, встал и, не таясь, прошел к ящику со снаряжением. Как и ожидалось, никто не обратил на это внимания, разве что припертая к стене Роуз проводила внимательным взглядом.

— Да одумайся ты! — снова заговорила Ради. — Посмотри на нее, она же даже не сопротивляется! Это неспроста, не находишь?! Может, у нее есть какая-то кнопка, нажатие которой убьет нас всех, а?! На случай совсем уж критической ситуации!

— А может и нет! — яростно сверкнул глазами Корд. — Может, и яда никакого нет! Вы его видели?! Я — нет! Может, вообще все это — блеф?! Уж поверьте, эта женщина ещё и не на такое способна!

Клифф закинул в рот пластинку жвачки и поднялся с корточек, разминая пальцы. Шоковые перчатки тихо заискрили.

Теперь надо как-то отвлечь общее внимание, сделать что-то необычное, что-то совсем не подходящее ситуаци…

Давай, Пол, придумай что-нибудь, ты же самое важное суще…

— Анекдот! — завопил эльф, перекрикивая всех.

В салоне повисла звенящая тишина. Все замерли и скрестили взгляды на эльфе.

Пол стоял посреди салона, с важным видом тыкая пальцем в потолок. Убедившись, что все на него смотрят, он опустил руку и кивнул Клиффу.

Клифф сжал кулак и от души врезал Когда сзади по шее. Треснул разряд, Корд мешком повалился на ребристый стальной пол.

— Есть яд, нет яда. — Клифф погонял во рту жвачку. — Лично я проверять не собираюсь.

Часть 2

Дороги, что выбирают нас

14

Пол настаивал на том, чтобы связать Алекса или вовсе привязать к столу в медицинском отсеке, но Роуз отказала:

— Он больше не нападет. При всей упертости он не дурак. Он хорошо понял, что никто его не поддерживает, а воевать против всех он не станет.

— Звучит довольно уверенно. — сощурился Пол. — Будто ты хорошо его знаешь.

— Я всех вам хорошо знаю. — уклонилась от ответа Роуз. — И не вздумай лезть мне в голову, я замечу. Ради, едем.

— Куда? — мрачно спросила Ради, рассматривая сплошной лес прямо перед носом «Гермеса» и тянущуюся вправо и влево от ховера дорогу.

— Пока направо. Дальше скажу.

Ради кивнула, на месте повернула «Гермес» вправо и воткнула рычаг тяги до упора.

Алекс очнулся через пятнадцать минут. Едва заметно приоткрыл глаза, буквально на пару миллиметров, — если не следить, и не поймешь, что он вернулся в сознание, — одними зрачками быстро оглядел салон, как-то весь подобрался в кресле, но тут же снова расслабился и открыл глаза полностью:

— Все на одного значит, да?.. — он обвел группу взглядом, будто запоминая каждого. — Ладно… Ладно.

Как и сказала Роуз, попыток напасть он больше не предпринимал. Лишь кинул долгий взгляд на ящик со снаряжением, который Роуз использовала как кресло.

— Не советую. — сказала она, поймав его взгляд. — Даже если доберешься до оружия и снова попытаешься меня убить, поддержки в этом ты не найдешь.

Корд кивнул:

— Я уже понял. Спасибо, дорогая.

Он, по своему обыкновению, закинул голову назад и снова закрыл глаза.

Как у него шея не болит спать в таком положении? Ладно сейчас мягкая воздушная подушка движется без тряски, но ведь он так же сидел и в астромате и в фургоне!..

Такое ощущение, что он и в бою спать способен. А еще — что спит он любую свободную секунду.

Примерно через час равномерного гула роторов за бортом Роуз велела остановиться:

— Дальше дикие территории. — она встала с ящика. — Так что экипируйтесь.

— Даже я? — открыл один глаз Корд.

— В первую очередь ты.

Алекс хмыкнул и встал с кресла.

Но в первую очередь в ящике оказался Пол. И схватил он не камуфляж и даже не нож, а завернутый в бархат обруч. И лишь потом — остальное.

Алекс, которого крошечный эльф, чуть не сбил с ног, проводил его удивлённым взглядом, и под присмотром Роуз принялся нарочито медленно доставать из ящика оружие.

Клифф подсел поближе к Полу:

— Ну и что это такое? Сияешь так, словно сокровище откопал.

— Это лучше. чем сокровище. — мечтательно улыбнулся эльф, баюкая в руках сверток. — Это почти легенда.

— Можно предметнее?

— Это псионитовый венец. — Пол аккуратно разернул ткань. — Не удивительно, что ты о них не знаешь, но в свое время они гремели на весь мир, их называли новой вехой развития псионики! При этом как-то так вышло, что в массовое производство они так и не попали.

— Так а нужен-то он для чего?

— Он усиливает псионические способности. Почти вчетверо. — Пол надел венец на голову. — Псионит это дорогой сплав висмута, тантала и германия, варящийся при огромном давлении и под воздействием особой формы магнитного поля. В таких условиях кристаллическая решетка металла приобретает уникальную форму тетраэдра, основаниями к черепу, вершинами, соответственно — наружу. Они концентрируют псионические импульсы в своих вершинах, фокусируя их.

— Так это же…

— Никому не нужно? — поднял сияющий взгляд Пол.

Надо же, он настолько счастлив, что даже задал вопрос, а не прочитал продолжение мысли!..

— Я хотел сказать «очень круто».

— Да, но никому не нужно. Их создали случайно, а практической пользы они так и не принесли. Защиту пси или там полукровок они все равно не помогали пробить, а иные нужды с лихвой покрывались врожденной псионикой. Венцы можно было бы использовать в военных целях, да войн три века как нет. Во Внутренних Войсках тоже не придумали, куда их деть, вот венцы и остались лишь амбициозным дорогим проектом без массового практического применения. Примерно как сейчас — предварительно фазированные материалы. Венцов отлили всего шестьдесят шесть штук, часть была утеряна, какие-то осели в частный коллекциях, какие-то переплавили… Сколько сейчас их в мире осталось, наверное, никто и не скажет, но один — у меня на голове!

И эльф водрузил обруч себе на голову.

— И что теперь?

— Как что? Носить буду.

— Нет, в смысле… — Клифф покрутил рукой. — Что ты теперь можешь? Легионерам мозги крутить? Псионить тех, кого не видишь и кто не видит тебя? Или, может, предметы силой мысли двигать будешь?

— Понятия не имею — потупился эльф. — Честно говоря, я даже не в курсе, надо ли с ним что-то делать или он уже работает… Но точно могу сказать — в данный момент я самое инертное к псионике существо на этой планете.

— Это еще почему?

— Ну почему… — эльф снял обруч с головы. — Потому что кристаллическая решетка псионита как фокусирует импульсы изнутри, так же и рассеивает снаружи. — он снова надел обруч. — Плюс моя врожденная защита, плюс обшивка «Гермеса», которая, вероятно, что-то переняла от псионита…

— Да, Ради говорила что-то про особую кристаллическую решетку…

— Ну вот. — широко улыбнулся эльф. — Я теперь пси-бронирован!

Он постучал палцьем по лбу и снова снял обруч:

— Ну а ты? Доволен подарком?

Клифф перевел взгляд на шоковые перчатки, которые так и не снимал, ожидая от Корда новых глупостей:

— Да, вполне… А что?

— Да так, разговор поддержать.

И Под настойчиво стрельнул глазами в сторону. Клифф скосился и заметил пристально наблюдающую за их разговором Роуз.

— Подарки супер. — ухмыльнулся Клифф, откинулся в кресле и закрыл глаза.

— Все закончили? — раздался голос Роуз. — Тогда едем дальше.

15

Алекс не открывал глаз до самого вечера, часов шесть, не меньше. Смысл открывать? Снов видеть весь этот сброд? Снова видеть Юн… То есть, Роуз. Нет уж, увольте. Чем меньше придется с ними контактировать, тем лучше.

А друг с другом пускай контактируют сколько влезет.

В кабине висел тонкий, едва уловимый, такой привычный аромат роз. И не избавиться от него, в герметичном салоне — точно нет, а салон такого транспорта просто не может быть не герметичным.

Оставалось лишь терпеть. Сидеть, слушать тихие напевы дамочки-пилота да поглаживать рукоять пистолета.

— Ради, останови! — скомандовала Ю… Роуз! Роуз!

— Сбрендила? — проскрипел эльф. — Если ты вдруг забыла, наши часики тикают и каждая минута на счету! Не время терять время!

— А что предлагаешь ты? — в тон ответила Роуз. — Продолжать движение по неизвестной местности ночью с риском порвать экран? В условиях усталости и притупленного внимания? Да ещё и без солнца, на одних аккумуляторах?

— Все, заткнись. — вздохнул эльф. — За последнюю неделю я слишком часто ощущал себя идиотом.

— Советую задуматься. — хмыкнул Алекс, открывая глаза.

И ведь не хотел же, само вырвалось! Да и ладно, за дело.

— Тебе тоже не мешало бы. — окрысился эльф. — Хотя постой, ты же не умеешь! Тебе лишь бы ножами помахать!

Мистер чуть подался вперед, но Алекс лишь ухмыльнулся на выпад и обратно откинулся в кресло.

Какой смысл кому-то что-то доказывать или наоборот — опровергать? Максимум пару дней надо потерпеть — и можно линять. Предварительно ножом помахав, да.

— Ради, оставь минимум ресурсов на обогрев салона. — продолжала распоряжаться Роуз. — И займёмся ужином. Предлагаю на улице.

Подавая пример, она первая поднялась, открыла неприметную панель в стене и выволокла из узкого потайного ящика кемпинговый костер:

— Можете мне поверить, в салоне вы ещё успеете насидеться.

Открыв дверь, Роуз выглянула из салона, осмотрелась, прислушалась и легко выпрыгнула.

— Конечно, можете остаться внутри, если хотите. Но здесь довольно тепло и свежий воздух.

— Хорошо, уговорила. — мистер заворочался и полез следом за Роуз.

Что ж, идея и в самом деле неплохая. По крайней мере, на улице перестанет преследовать запах роз.

Как вообще его терпят остальные?!

Спустя пять минут костер уже излучал тепло, подогревая и так не холодный вечер. Роуз выставила лёгкое освещение и половину обогрева и раздала пайки. Эльф открыл свой и уселся есть прямо там, где стоял. Глядя на мерцающий псевдо-огонь, принялся за еду.

Ну хотя бы еду он поглощает молча, уже хорошо!

Мистер перед едой решил размяться на сухом дереве, размеренно нанося удары поочередно всеми конечностями. Дамочка-пилот, держа паек на коленках, а в правой руке — вилку, левой листала инструкцию к «Гермесу», намереваясь выучить ее наизусть, не иначе.

А Роуз…

Роуз съела от силы половину пайка, отложила его и принялась буравить Алекса взглядом, будто дыру желая прожечь.

Это уже слишком.

Алекс доел свой паек, смял судок и кинул в траву. Термостатический картон заискрил на изгибах фольги, но заряда не хватило, и он не зажегся.

Ничего не меняется. Столько лет прошло, а Координация кормит своих псов все тем же дерьмом все из того же дерьма. Даже этот казённый химический привкус никуда не делся. Даже картон, который должен загореться от пробоя статики на изломах фольги, по-прежнему не всегда загорается.

Зашуршала трава.

Пахнуло розами.

— Алекс.

Ну разумеется… Разве могло быть иначе?

Алекс глубоко вдохнул, выдохнул и потянул из ножен нож и брусок керамики.

Роуз села рядом:

— Давай поговорим.

Алекс скрежетнул зубами и камнем по лезвию.

— Я знаю, ты меня ненавидишь. — потупилась Роуз.

— Нет.

— Что?

Алекс поднял взгляд.

Роуз сидела, удивлённо задрав тонкие брови на лоб:

— Что ты сказал?

— Я тебя не ненавижу. — Алекс крутнул нож в руке. — Презираю, скорее.

Роуз дернулась, будто от пощёчины, но и только. Даже тон не дрогнул:

— Пусть так. Но сейчас нужно об этом забыть. У нас есть общее дело и мы должны забыть прошлое, чтобы это дело выполнить.

— Назови хотя бы одну причину, почему мне стоит это сделать?

— Как насчёт твоего ножа?

Руки дрогнули, камень соскочил с клинка, лезвие вгрызлось в палец, нож упал…

Плевать!

Ведь у Роуз в руке — черный строгий параллелепипед с тонкой, не заметной глазу гравировкой, и плоским рубином на узкой грани.

— Это я его забрала с крыши. Чтобы отдать тебе.

Алекс протянул руку и взял нож. Холодная гладкая рукоять, знакомая, цепляющаяся за пальцы гравировка розы.

Другая рука сама собой вытащила пачку сигарет, на торце ножа-зажигалки вспыхнул маленький огонек. Алекс прикурил и привычно крутнул зажигалку, зажав ее между большим и средним пальцами.

— А я уже и забыла, как ты улыбаешься.

Алекс нахмурился, сжал но в кулаке:

— На что ты надеешься? Это ничего не изменит.

— Даже если нет…

— Вот именно — нет!

Алекс выпрямился и взглянул Роуз в глаза:

— Да, мы в одной упряжке и делаем одно дело! Но это — временно! И, когда мы закончим, ты за все ответишь!

— За что?! — Роуз вскочила. — За то, что спасла тебя?!

— За то, что предала!

Бам! — врезалась в скулу холодная ладонь! Увесистая, звонкая пощечина! Медленная, эмоциональная… Роуз не желала навредить, сорвалась! Можно было даже заблокировать удар, легко!..

Рука не поднялась…

Алекс рыкнул, рванулся вперёд, подцепил Роуз под колени, толкнул плечом в живот, уронил на землю! Сразу попытался пройти выше, но Роуз спешно закрыла гарду, сжав ребра ногами и скрестив ступни!

— Корд!

Легки на подъем, глянь! Чуть жареным запахнет, оба тут как тут — и мистер, и эльф!

Алекс поднял голову и открыл рот, чтобы послать их…

— Пошли вон! — зло крикнула Роуз снизу.

— Ч-чего? — опешил эльф.

— Проваливайте! — ещё яростнее крикнула Роуз. — Без вас разберемся!

И весь запал куда-то исчез. Бить, давить, душить… Зачем? Может, ей только это и нужно?

Алекс положил ладони на живот Роуз, спустил к бедрам и прижал подвздошные мышцы. Рефлекторный выдох — и она расслабила ноги, раскрывая гарду. Алекс откатился, встал с земли и пошел к «Гермесу».

— Алекс!..

Ей что, мало?! Никак не угомонится?!

Алекс остановился, покосился через плечо:

— Один вопрос. Как ты меня нашла?

— По маячку в ноже, конечно. — улыбнулась Роуз, лёжа в траве.

— За кого меня принимаешь? Я его до винтика разобрал, едва ты ушла. Трижды! Не было там никаких маячков!

— А ты меня за кого принимаешь, дорогой? — в тон ответила Роуз. — Думаешь, смог бы так легко найти мой маяк?

Алекс дёрнул плечом и полез в ховер.

16

«Гермес» предлагал пассажирам четыре полноценных, хоть и весьма аскетичных откидных спальных места в самой глубине салона, и ещё одно получалось из разложенного пилотского кресла. Обнаружив это, Корд сразу заявил, что там и устроится, после чего открыл боковую дверь и канул в ночи на добрую четверть часа. Вернувшись, он проигнорировал и удивлённые взгляды и прямые вопросы от Роуз, упал в кресло, накрылся аварийным пластиковым одеялом и закрыл глаза. Вряд ли уснул, ведь он так же поступал в любой другой непонятной ситуации. Вообще, если бы не рой нано-ботов в крови, можно было бы с уверенностью сказать — полуэльф только и ждёт, когда все заснут, чтобы сделать ноги. Он явно не из тех, кого остановили бы такие мелочи как дикая местность и удаленность от города.

Спальные места представлялись полками, одна над другой. На них уже имелось покрытие с эффектом памяти и даже какое-то подобие подушек. А когда эльф, покопавшись в углу, подцепил какой-то шнурок и потянул, раздвигая настоящую шторку, отделившую мальчиков от девочек, стало вообще почти уютно.

— Надо же, даже о такой мелочи подумали. — бормотал Пол, ощупывая матовую пластиковую занавесь. — Все для людей, ну…

— И для эльфов, ага. — Клифф скинул жилетку и майку. — Или ровно наоборот — чтобы дать нам почувствовать себя людьми, а не узкоспециализированным инструментом. Сам подумай — вряд ли в серийных моделях «Гермесов» будут занавески, спальные места, туалет… Не нужны же они Координации.

— Вот даже интересно, ты в самом деле такой… — Пол пощелкал тонкими пальцами. — Бунтарь? Нонконформист, во. Или это только образ?

Договорив, будто бы задав Клиффу направление, в котором надо мыслить, эльф уставился прямо в глаза, да так пристально, что рука сама собой полезла за жвачкой.

— Ладно, это было ожидаемо. — вздохнул Пол, отводя взгляд. — У всех свои демоны.

— Не вздумай копать глубже! — нахмурился Клифф.

— Да, босс. — вяло отмахнулся эльф.

Часы показывали двадцать три тридцать. Самое время спать.

Но, едва голова коснулась подушки, тишину разодрал вой сирены.

Клифф подскочил на кровати и завертел головой.

Часы показывали три пятнадцать.

— А-а-а, хватит выть! — заныл Пол, наваливая на лицо подушку. — Дайте поспать!

Сирена смолкла.

— Вот спасибо. — пробормотал Пол, все ещё во сне.

Клифф спрыгнул с верхней полки и дёрнул эльфа за ногу, стаскивая с лежанки:

— Подъем, магистр! На нас напали!

— Что-о-о? — мгновенно распахнул глаза эльф.

А Клифф уже отдергивал занавеску.

Ради сидела на верхней полке, прижав простыню к груди одной рукой и сжимая рукоять кнута в другой. Волосы ее были распущены, глаза опухли от сна, но она явно была готова дать отпор.

Роуз не было.

— Где Роуз?!

— Нахим пата. — нахмурилась девушка. — Нарак! Не знаю!

Ради спрыгнула с полки и ловко завязала простыню на плече:

— Я за ней не слежу!

— А стоило бы… — раздалось со стороны пилотского кресла.

Корд то ли успел одеться, то ли так и спал в одежде. Он деловито засунул в кобуру пистолет и достал из кармана фальшфейер:

— Даже я не заметил, как она свалила.

Он был спокойнее всех, будто заранее был готов ко всему, в том числе и в исчезновению Роуз.

— Может, ты и про сирену знаешь? — нахмурился Пол.

— Эс-эр-эс. — загадочно ответил Корд и протянул руку к двери. — Я подключил ее к ховеру, благо, у лимонов все разъемы стандартные.

— Чего? Кого? — переглянулись Клифф и Ради.

— Сейчас увидите.

Алекс толкнул дверь и, включив фальшфейер, выпрыгнул в ночь.

— Ты куда?! — Клифф прыгнул следом. — Что увидим?! Опять ты за свое?!

Пол и Ради тоже покинули салон, девушка зябко переступила босыми ногами по траве.

— Эс-эр-эс. — повторил Корд, присев и подцепил мизинцем с травы тонкую, совершенно невидимую, если не знать, где она, паутинку. — Сигнальная растяжечная система восемь на два, если точнее. Знал, что пригодится.

— Ты ее из арсенала спер? — округлил глаза Пол. — Нахрена?!

— Непривычно вопросы вслух задавать, а? — усмехнулся Корд. — Не спер, а взял, заметь, с разрешения. А зачем… Затем. Затем, чтобы в будущем такие как вы не сказали за мной по крышам. Пригодилась, как видишь, раньше.

— Хорошо, но Роуз-то где?! — не унимался Пол.

— Ну, раз ее нет тут, значит, она там. — кивнул Корд на «Гермес». — И, раз она до сих пор не явилась на весь этот балаган…

Алекс коротким движением достал и привел в готовность пистолет, сжал двумя руками, перетек к носу ховера и аккуратно выглянул, держа оружие наготове.

Спустя секунду он встал в полный рост и махнул остальным — подойдите, мол. Когда подошли, он размахнулся и кинул фальшфейер через нос «Гермеса», подсвечивая находящееся за ним.

Роуз лежала на траве, свернувшись клубком, и тихо сопела, будто во сне. Вокруг нее лазурью сняли нити сигнальной системы, мягко очерчивая силуэт. Это было бы даже красиво… Если бы не было так странно.

— Эй! — крикнул Корд. — Заблудилась?

Роуз завозилась, тревожа сеть, заставляя ее мерцать, и села:

— Вы чего тут?.. А это что? Сигналка? Ал, твоих рук дело?!

Корд махнул рукой и прислонился к «Гермесу», сложив руки на груди.

— Да, его рук дело. — ответил за Алекса Пол. — А ты что забыла ночью снаружи?

— Я… — Роуз похлопал глазами и прикрылась от света фальшфейер а ладонью. — Мне стало душно внутри, я решила спать на улице. В чем проблема?!

— Как минимум, в том, что из-за тебя теперь не спят остальные. — хохотнул Корд.

— Никто не просил вас растягивать сигналку! — Роуз зло поднялась с травы.

— Странно, что ты вообще прошла эти пять шагов, умудрившись не задеть сетку. — пожал плечами Корд. — А я всего лишь озаботился безопасностью. Раз ею не озаботилась координатор операции!

Последние два слова он произнес нарочито издевательски.

— Удобно спать на траве? — прищурился Пол.

— Только попробуй! — Роуз дернула из кобуры и направила на Полу пистолет.

— Стоять! — Алекс молниеносно взял ее на прицел.

Запястье Когда захлестнул кнут, Ради недвусмысленно погладила кнопку.

Клифф достал сразу две пластинки «фриролла» и закинул в рот:

— Вы уже меня достали.

— Хм… — Пол пробежался по всем взглядом. — Анекдот?

И Ради засмеялась. Звонко и заливисто. Улыбнулась Роуз и даже морду Алекса перекосило какое-то подобие ухмылки. Да и сам Клифф улыбнулся до ушей.

— Алекс… — все так же улыбаясь, Роуз расценила и развела в стороны руки. — Я убираю оружие.

— Я рад. — кивнул Корд, опуская пистолет и распутывая кнут. — Дамочка, не делай так больше.

— Нарак мей джао. — ответила Ради с улыбкой. — Иди к черту.

— Роуз, будь добра, вернись в ховер. — обратился к девушке Клифф. — А то из-за сетки, боюсь, мы так и не поспим.

Роуз кивнула и зашагала к «Гермесу».

Быстро, но недостаточно для того, чтобы выглядеть подозрительно.

— Душно в вентилируемом ховере… — задумчиво произнес Корд, когда Роуз скрылась в салоне.

— Решила спать, не взяв на чем спать. — кивнула Ради.

— И никого не предупредила. — подытожил Клифф. — Пол, успел что-то увидеть?

— Умник нашелся. Что я там увижу, когда в лицо ствол тычут?

— Но что-то же ты увидел! Не юли, я уже понял, что ты людей псионишь по привычке!

— Ну, увидел… — пробормотал Пол. — Увидел! Что-то… Хрень какую-то! Сияющий силуэт, столбы фиолетового света!.. По-моему, она меня намеренно путала!

— А так можно? — заинтересовался Корд.

— Сложно, но можно. Но только если человек хорошо умеет себя контролировать.

— Хотите сказать, она что-то скрывает? — обвела всех взглядом Ради. — Тайны? Секреты?

— Все намного серьезнее. — ухмыльнулся Корд. — Она вся — один сплошной секрет. А тайны — это вообще ее работа.

17

Алекс сел в пилотское кресло и закурил. Тяжелый дым заструился вниз, огибая пальцы, стекая по штанинам, стелясь по полу.

Тихо и спокойно. Неужели после этого аврала может быть так тихо и спокойно?

Свободной рукой Алекс отстегнул с набедренной платформы кобуру с пистолетом, положил на приборную панель. Пробежал взглядом по непонятным рычажкам и переключателям, поморщился и закинул на приборку ноги. Достал и принялся крутить меж пальцев нож.

Сон не шел.

Сигарета дотлела в тишине и темноте. Отчетливо зашипел плавящийся фильтр, погас огонек. Алекс потянулся и положил окурок на приборку, рядом с пистолетом — урн-то нет.

— Хорошо, что Ради этого не видит. — проскрипели за спиной. — Она бы тебе голову за это оторвала.

Эльф прошел мимо и встал напротив:

— Тоже не спится?

— Нет, что ты! Сплю как убитый!

— Тогда извини, что разбудил.

— Не очень-то твой тон похож на извиняющийся.

— Да и тебе, полагаю, мои извинения нужны как стриглу — засуха. — эльф подпрыгнул и уселся прямо на приборную панель.

— А вот за такое дамочка убила бы уже тебя. — хмыкнул Алекс.

— Значит, нам обоим на руку, что она всего этого не видит. — махнул рукой эльф. — И, надеюсь, не слышит. Никто, надеюсь, не слышит.

— Та-а-ак… — Алекс убрал нож в карман. — Планируешь замучать меня беседой? И на какую тему? Мизантропия? Дружелюбие? Терпимость? Может, СРС?

С каждым новым предположением ухмылка эльфа становилась все кривее и кривее.

— Ясно. — вздохнул Алекс. — Роуз.

— Все! — эльф хлопнул в ладошки. — Моя часть сделки выполнена!

— Ты это о чем?

— Ты же говорил, что научишь меня обращаться с ножом, когда сможешь читать мысли!

— Я не так говорил, не ври. — покачал пальцем Алекс. — Ты вообще бываешь серьезным?

— Бываю. Но тебе этого увидеть не дано. — противореча себе же, совершенно серьезно ответил эльф.

Повисло молчание. Алекс снова закурил, а эльф все пялился, почти не моргая.

— Да хрена ты хочешь?! — не выдержал Алекс. — Если тебе нужна информация о Роуз, пойди и покопайся у нее в голове!

— У спящей? — хихикнул эльф. — И что я там найду? Твой портрет в сердечках и в розовой дымке?

— Уж поверь, ты не хочешь знать, что там можно найти.

— Ну, тем более нет смысла ковырять спящую. — эльф сложил ногу на ногу и сцепил пальцы на коленке.

— Не сейчас, так утром. Завтра. Послезавтра! В любой день! В конце концов, ее мысли тебя не обманут! В отличие от меня…

— Кто из нас кого за дурака должен держать? Думаешь, я не пробовал? Даже пытался задать направление мысли, тщетно! Любая мелочь, любая зацепка, которая может привести ее мысли к тебе, а у нее почти все приводит к тебе! — и все, блок! Дальше никакого движения и вообще ничего, лишь безумная тоска, печаль и вина.

— Извини, что?

Алекс засмеялся, но тут же оборвал себя — не хватало еще разбудить кого-нибудь. Улыбаясь, продолжил:

— Эта девочка… ты даже не представляешь, кто она и какая она!..

— Так просвети меня.

— Да хрен. Тренируй свои навыки убеждения на ком-нибудь другом, эльф, я — пас.

Алекс докурил сигарету, затушил об подошву и положил к первой:

— Одно скажу. Она настолько многолика, настолько талантлива в своей лживости, что все, что ты о ней знаешь, даже то, что видел в ее голове — это все иллюзия. Она способна обмануть кого, когда и как угодно, она с успехом это делала и продолжает делать!

Алекс откинулся в кресле и снова вытащил нож, закрутил в пальцах.

— Историю тебе, что ли, рассказать… — задумчиво произнес эльф. — Пожалуй, да. Расскажу. Историю об одном амбициозном пси, который всю жизнь совершал ошибки.

— И звали его?..

— Зовут. Все еще «зовут». Но это потом. Сначала история. О несносном пси невиданной мощи.

Он родился в семье сильного пси и женщины-полукровки, унаследовав и приумножив их мощь. Даже в детстве он проявлял недюжинные способности, а когда пошел в школу, уже умел худо-бедно или пользоваться. Разумеется, в пару к этому ему достался чрезвычайно мощный интеллект, у пси иначе не бывает, поэтому учиться в школе ему было скучно. Все преметы давались легко, вся информация схватывалась налету, все было настолько просто, что он успевал делать задания не только за себя, но и за половину одноклассников. Преподаватели обожали его, засыпали комплиментами, пророчили ему великое будущее.

А вот одноклассники недолюбливали. Ну знаешь, как это бывает. Пока надо списать или помочь, ты — лучший друг, а как дело доходит до каких-то совместных игр, ты будто перестаешь существовать. И чем старше становишься, тем прочнее и привычнее такое к тебе отношение. Списывание становится непреложным фактом, а отрицательное отношение прогрессирует и вот тебя не просто игнорируют, а открыто оскорбляют и задирают за то, что ты не такой как все. За то, что ты лучше.

И со временем наш пси, понимая, что такая линия поведения ни к чему хорошему не приведет, разочаровался в хомо и перестал помогать кому бы то ни было. Показатели класса моментально поползли вниз, и угадай кого дети посчитали виноватым?

Они договорились проучить «эльфа» и, во время предстоящей экскурсии на завод солфальта, запереть его в школьном автобусе и «забыть» там на все четыре часа, чтобы он подумал о своем поведении. Говоря строго, в этом плане собиралась участвовать лишь кучка отъявленных задир, не весь класс, конечно нет. Но и их с лихвой хватило бы, чтобы затащить нашего маленького хилого пси в автобус и запереть там. Но на их беду наш герой случайно уловил их мысли. Сначала он пришел в ужас от их озлобленности, но после — озлобился сам. И решил проучить их на свой лад.

Говоря начистоту, до шестнадцати лет пси запрещено использовать свои способности, считается, что мозг еще недостаточно сформирован для того, чтобы контролировать псионику. Но наш герой нарушил это правило. Когда группа стала выходить из автобуса, он вышел одним из первых, но в головах своих недругов создал иллюзию, что все еще сидит на месте, нервно на них оглядываясь. А в головах всех остальных — что они вышли вместе со всеми. И, когда все ушли внутрь завода, он закрыл задир в автобусе, заблокировал механизм и, довольный своей находчивостью, побежал догонять остальных, посмеиваясь над тупостью хомо.

И, знаешь, с тех пор он изменился. Агрессия стала порождать агрессию, его толкнут — он ударит псионикой. Его подразнят — он шустро пробежится по мозгам обидчика, найдет слабину и ответит такими выражениями, что у самого лютого хулигана слезы на глаза навернутся! Слабые хомо, глупые хомо! — думал он. — Куда вам тягаться с пси? Все, что вы можете — нападать исподтишка, желательно толпой, а как получите отпор — бежите за помощью!

Наш герой рос и росла его мощь. Прошло время — и он начал, не стесняясь, псионить всех, кто просто попадал в поле зрения. Нескольких секунд хватало, чтобы вытащить из хомо всю его жизнь, составить полный портрет субъекта и тут же его забыть. Тысячи и тысячи людей, сотни раз в день. Он изучил так много людей, что стал понимать их лучше, чем они сами могли бы себя понять! Две минуты наблюдения, пять-семь секунд псионического контакта — и готово такое досье, какое Координации и не снилось!

Да он даже жену себе нашел!.. Не нашел, сделал!.. Именно сделал, именно так! Псионил толпу по привычке, пропуская через себя личности, как песок сквозь пальцы, и внезапно наткнулся на яркое сияние чистой радости и счастья. Никогда прежде он не испытывал таких эмоций, он замер, впитывая их в себя, наслаждаясь, а потом решил, что ему это нужно.

«Подойди. — велел он в толпу. — Улыбнись. Представься.»

И она подошла, улыбнулась и представилась. И всю оставшуюся жизнь прожила с ним. Сначала — в навязанной им уверенности, что действительно любит его, потом — по привычке. Она никогда не шла против его мнения, потому что он так велел, она всегда поддерживала его решения, потому что он так велел, она всегда говорила «лучшему — лучшее». Потому что он так велел.

А еще он запретил ей думать о детях, по его мнению, она слишком часто заводила эти разговоры. А в его планах детей не было, в его планах было продолжать наращивать мощь и узнавать хомо.

А потом его пригласили в Координацию, где он быстро продвинулся по карьерной лестнице и уже через год стал главой социологического отдела. Его решения и выводы, его планы были настолько безукоризнены, что со временем их даже перестали ставить под сомнение, а просто начинали выполнять незамедлительно после получения инструкций. Пока наш герой находился на посту главы социологического отдела Центрополиса, весь мир находился в спокойствии, любые попытки бунта пресекались раньше, чем успевали зародиться, даже Роза Ветров ушла в подполье и затаилась. На планете оставался лишь один фактор, с которым этот мощный интеллект не мог справиться в силу его масштабности.

И, как назло, именно этот фактор и поднял людей в четыреста четвертом. Но, если ты думаешь, что наш герой спасовал перед трудностью, ты глубоко заблуждаешься! Он же лучший, он знает людей лучше, чем они знают себя! И уже через двадцать минут после брифинга у него был готов план.

Знаешь, что происходит с ВВшниками, которых официально списывают? Девять из десяти по итогу отправляются в госпиталь Внутренних Войск и оттуда уже не возвращаются. Знаешь, почему? Потому что тетриназин. Ага, вижу, ты в курсе, что это. Но вряд ли ты в курсе что помимо постепенного незаметного отключения участков мозга, отвечающих за принятие решений и постановку целей, долгосрочное употребление тетриназина еще и дает хомо практически такой же иммунитет к псионике, как у нас с тобой. Представь — люди лишаются сознания, превращаясь в биороботов, бездумно и дословно выполняющих приказы, но взамен получают пси-броню. А теперь повесь на каждого буквально неделю назад созданные прототипы кинетического щита и отдай приказ «Преследовать и вязать гражданских, в случае сопротивления — убить». Кто получится? Правильно, Первый Легион.

Тогда-то и наступил звездный час нашего героя. Когда по его указке из всех клиник вывезли тренированных, экипированных, инструктированных тетриназиновых психов, а его самого поставили перед полусотней мониторов, транслирующих картинки с полусотни тактических камер.

И он управлял операцией по зачистке Центрополиса, как шахматист — партией, только вместо фигур разной ценности ему повиновались группы безукоризненных машин смерти. Неуязвимых для пуль, неуязвимых для псионики, всем своими видом и действиями несущих лишь одну парадигму — «отсутствие сопротивления — это залог вашей безопасности».

И план работал идеально — люди бежали, спотыкались, сдавались или нет и тогда — умирали. А наш герой упивался своим триумфом, прыгая взглядом с экрана на экран.

Пока не увидел жену.

Легионеры, они же как роботы — выполняют приказы неукоснительно. Они не обдумывают их, не проводят проверку на соответствие моральным нормам или еще чему-то. Даже ребенок, оказавший сопротивление, будет убит. Женщина — тем более. Поэтому, когда на тактической камере внезапно появилась жена нашего героя, пытающаяся отбить у легионеров ребенка лет семи с горящей бутылкой зажигательной смеси в руках, он даже не успел ничего скомандовать, как их обоих пристрелили. Прямо на глазах нашего пси, который всегда пропускал мимо ушей разговоры о детях, который вообще не обращал внимания на жену, не пытался ее узнать, который приказал «Люби!» и со временем решил, что все идет именно так, как должно!

И что-то сломалось. Он снял с головы гарнитуру и ушел, разбрасывая псионикой всех, кто пытался остановить или просто заговорить. И каждому, кого встречал, вкладывал в голову — я ухожу. Лучше не ищите. Даже несколько полуэльфов, которые пытались его остановить, почему-то быстро меняли свое решение — наверное, что-то такое было в его взгляде.

Дождавшись конца бунта, наш герой перебрался в Технополис и следующие десять лет жил с клятвой не вредить больше людям, прямо или косвенно, действием или его отсутствием. И все эти десять лет при виде легионеров каждый раз вспоминал жену. Которую сам же и убил, зная все о тысячах посторонних людей, но не зная ничего о единственной близкой.

Пол замолчал и будто даже перестал дышать. Глаза его помутнели, словно он ушел в транс.

— И зовут его?.. — осторожно подсказал Алекс.

— И зовут его Пол Андерсон Шифти. — медленно ответил эльф. — И, как пси, прочитавший и познавший за свою жизнь тысячи и тысячи людей, как главный социолог Координации, он хочет тебе сказать кое-что о Роуз. Она, безусловно, сложная. Непредсказуемая, многогранная, многоликая… Ты ее не прочтешь, не узнаешь, не предугадаешь, если сама не захочет, но…

Он тяжело вздохнул.

— Но тебе она не врет. И каждый раз, когда она на тебя смотрит, в ее голове нет ничего, кроме печали и тоски.

— Выгораживаешь ее? — прищурился Алекс. — Какой тебе с этого прок?

— Решительно никакого. Я тебе помочь пытаюсь.

— Обойдусь.

— Не сомневаюсь. Ты же Алекс Корд, воплощенная мизантропия. — Пол встал. — Только помни — есть те, кто не обойдется без тебя, каким бы ты ни был.!

— Их проблемы. — скрипнул зубами Алекс.

— Ты ее проблема. — вздохнул Пол. — Как ты не поймешь?

— Я все понимаю! Я все лучше тебя знаю! Но это не твое дело! Не лезь в наши с ней отношения! И в голову к ней тоже больше не лезь!

— Надо же. — усмехнулся эльф. — А тут, оказывается, еще не все потеряно. Доброй ночи.

Послать бы его, а то и вовсе взять пистолет и пристрелить…

Но Алекс лишь сжал зубы и промолчал.

18

Надо же, заснул все-таки…

Алекс открыл глаза и огляделся. Протянул руку, взял с панели окурок, повертел в пальцах.

Ну, раз даже окурки на месте, разговор с эльфом точно не приснился. А жаль… Мелкий пакостник все же умеет вытаскивать нужную ему информацию…

Алекс поднялся, сложил кресло, прицепил на место кобуру, аккуратно и медленно потянулся. Вытянул вперед руки, развел их в стороны выгнулся до хруста в позвоночнике и так замер.

Сзади, из глубины салона, раздался голос дамочки:

— Тогда разбудишь его?

— О, поверь, он уже проснулся. — ответила ей Роуз.

— Тогда зови его завтракать.

Алекс усмехнулся. Развернулся и положил руку на пистолет.

И в этот момент вошла Роуз:

— Тренируешься?

Алекс молча ухмыльнулся.

— Ради зовет завтракать.

— Готовила, надеюсь, не ты?

Роуз сощурилась:

— Не припомню, чтобы раньше ты жаловался.

— Всем меняется. Раньше я и убить тебя не хотел.

— Не верю, что хочешь сейчас.

— Твои проблемы.

Роуз махнула рукой:

— В общем, завтрак снаружи.

Она развернулась и пошла прочь.

Алекс потянул пистолет вверх, сжал рукоять ладонями, вывел от груди на линию огня, одновременно отшагивая правой ногой на ширину плеч. Скорректировал линию огня под рост Роуз, аккурат в центр светлого затылка, щелкнул переключателем режима огня и аккуратно выбрал слабину спускового крючка.

Усмехнулся снова, отпустил спуск, поставил на предохранитель и убрал оружие обратно в кобуру.

Завтрак, конечно же, готовил не Роуз. Вообще никто не готовил — снова распаковали пайки. И в ближайшие пару суток явно не планировалось ничего другого.

Доев, Алекс смял судок и кинул к первому, вчерашнему. Не изменяя себе, комок фольги поискрил, но так и не загорелся. Алекс подпалил и тот и другой зажигалкой.

— А смысл?

Снова Роуз, да как бесшумно подкралась!

— В первую же грозу набрали бы остаток статики да сгорели.

— Я в курсе.

— Ну вот я и спрашиваю, какой смысл?

Алекс перевел взгляд с шевелящихся шариков пепла на Роуз:

— Я, знаешь, привык сам исправлять то, что сделал.

— Ой ли? — горько усмехнулась Роуз. — Не похоже.

— Это потому что с тобой я не «сделал». А наоборот — «не стал делать». Не стал искать, не стал выслеживать, убивать, просто исчез, позволив тебе жить своей жизнью и надеясь, что она не пересечется с моей вторично. Считай, первый раз в жизни отошел от привычного плана — и, как видишь, все пошло наперекосяк.

— Ты такой дурак…

— О, если бы я получал юнит каждый раз, когда это слышу от тебя! — засмеялся Алекс. — Я бы, пожалуй, был побогаче нашего мистера!

— Даже если бы и был, дураком от этого быть не перестал. Ты видишь все только так, как хочешь видеть, как привык. Ты даже мысли не допускаешь о том, что можешь оказаться не прав.

— Да ни хрена подобного!

— Ну вот, что и требовалось доказать. — грустно улыбнулась Роуз. — Вспомни, как мы познакомились, как ты истекал кровью, но даже тогда отказывался от помощи.

— Так ты же меня и порезала!

— И, заметь, нашла в себе силы признаться!

— Спустя год?!

— Так ты даже спустя два стоишь на своем!

— У тебя, в отличие от меня, не было выбора!

— Еще как был! Я могла просто уйти, могла тебя сдать!.. Хотя нет, сдать не могла, но просто исчезнуть, оставив тебя в неведении — легко! Но я понадеялась на тебя, доверилась тебе, думала, ты поймешь.

— А плохой я воспринял все буквально и возненавидел тебя, да? Вот это поворот! Разве могло такое произойти?!

— Дурак как есть. — Роуз поднялась. — Ничего дальше собственного носа не видишь.

— А мне и не нужно. Я хорош на коротких дистанциях, два метра и меньше, чтобы под щит попасть!

— Но злость на меня ты несешь через годы. — горько улыбнулась Роуз.

Алекс скрипнул зубами — ответить было нечего.

— Ты совершенно не изменился. Такой же своевольный и упертый, как и два, и три года назад.

— Ну да, ты зато так сильно изменилась! Волосы перекрасила — и сразу другой человек!

— У меня хотел бы хватило смелости подойти! И не раз, заметь! Уже дважды я пыталась с тобой поговорить, а ты?!.

— Надо было тогда разговаривать! Прежде чем исчезнуть!

— Да ну? — заинтересовалась Роуз. — И что, помогло бы?

— Не имею понятия. — огрызнулся Алекс. — Но это всяко честнее, чем оставлять меня с обрывком бумаги!

— Я тебя услышала. — серьезно кивнула Роуз.

— И дальше что?

— А какая разница? Твоя рабочая дистанция — два метра под щитом, ты хорош на ней. Дальний прицел оставь мне, как в старые добрые времена.

— Перестань наконец вспоминать прошлое, ты этим ничего не добьешься!

— Хорошо. — Роуз развернулась и закончила через плечо. — Тогда считай, что я так моделирую будущее.

Алекс несколько долгих секунд переваривал услышанное, глядя ей вслед.

Что же она задумала?

Или тем более — что уже сделала?

Алекс выругался и пнул два шарика пепла — все, что осталось от судков.

19

— Вижу воду. — подала голос дамочка-пилот спустя пару часов после выезда.

— Отлично! — радостно отреагировала Роуз. — Пересекаем Ганг, и нам останется всего ничего до конечной точки.

— Пожелания? — скосилась дамочка.

— Гони на полную. — улыбнулась Роуз.

— С удовольствием.

Дамочка вернула ей улыбку и утопила рычаг тяги в панель.

Через семь-восемь минут ховер ощутимо качнуло, гул двигателей сменил тональность, за окном потянулась водная гладь.

Роуз приникла к стеклу, высматривая что-то впереди:

— Сверни. Нам нужно подняться по руслу где-то с километр, там выберемся на берег.

— А почему мы просто не переправились по мосту? — проскрипел со своего места эльф.

— Мостов нет. — задумчиво ответила Роуз. — Координация уничтожила их десять лет назад, прежде чем выпустить по Ол-Дели ракеты. Тогда шли на все, лишь бы мятежники не вырвались из оцепления.

— Но часть все равно вырвалась. — тихо продолжила за ней дамочка. — Как раз потому что не двигались ни по земле, ни по воде. Даже не планировали. Они двинулись по катам, на свой страх и риск, доверившись ребенку. Они прошли насквозь сжимающееся кольцо оцепления и выбрались за границей города на другой стороне Ганга.

— А ты разбираешься. — с непонятной интонацией произнесла Роуз. — Я могу узнать, откуда?

— Нет.

Как же жестко это прозвучало! После такого ответа даже несносный эльф прекратил бы все расспросы, даже ему стало бы ясно — продолжения разговора не будет.

Да кто бы мог подумать что дамочка вообще так умеет!..

Через пару минут Роуз снова приникла к лобовому стеклу и велела:

— Здесь давай на берег.

— Уверена? Берег высокий, забраться будет непросто, и обзор нулевой. Я бы не хотела ехать вслепую.

— Уверена. Сворачивай.

— Как скажешь. Ты — босс. — пожала плечами дамочка.

Ховер увалился на борт, резко качнулся и пошел вверх.

— Главное пересечь гребень. — продолжила Роуз. — А там уже… Стой!..

— Какого?!.

Крики женщин слились в один, дамочка рванула штурвал в сторону, ховер накренился…

Удар!..

Инерция вырвала Алекса из кресла, дернула вперед!..

Успеть бы хотя бы сгруппироваться — впереди стальной ящик со снаряжением!..

Будет больно.

— Хыть!.. — выдохнул мистер.

Плечо стрельнуло болью, хрустнуло!..

— Пристегиваться надо! — рыкнул повисший на ремнях безопасности мистер, отпуская запястье Алекса. — Ради, что произошло?!

— Врезались мы, вот что произошло! — вместо дамочки ответила Роуз, щелкая ремнем. — И Ради тут ни при чем!

— А кто при чем?! — завопил эльф.

Мощный удар в лобовое был ему ответом. Удар и жуткая морда, прижавшаяся с той стороны. Полупрозрачная кожа, глаза без век, шевелящаяся бахрома щупалец на месте рта… Перепончатая лапа подняла загнутую крючком, расплющенную в кривую полосу, с жалким подобием режущей кромки, арматурину и снова обрушила ее на стекло!

— П-п-прекрасно, п-п-прекрасно. — выдавил эльф, стуча зубами. — В-в-всегда мечтал в-в-выпотрошить ж… ж… живую ж-ж-жабу…

— На самом деле нет. — задумчиво продолжил за ним мистер и внезапно вскинулся, будто проснулся. — Какая к чертям жаба?! Мы что, сбили стригла?!

— Боюсь, все намного хуже. — дамочка развернула пилотское кресло в салон. — Мы въехали прямо в их деревню.

— Вы… Вы… — задрожал эльф.

— Я говорила, что не стоит тут ехать. — вздохнула дамочка.

— Тихо! — подняла руку Роуз. — Все нормально, мы в безопасности. Ради, заводи и уезжаем.

— Не уедем. — покачала головой дамочка. — И не заведемся. Я сразу попыталась, когда заглохли. Не выходит.

Алекс наконец поднялся с пола и отряхнулся:

— Причина?

— Судя по всему, заблокированы роторы. — дамочка пожала плечами. — Не знаю, как это произошло, ведь они защищены сетками… Но иначе объяснить я не могу.

— Может, что-то сломалось? — нахмурилась Роуз. — От удара?

— Исключено. Силовая установка у «Гермеса» сзади, а мы ударились носом и бортом. Да и не такой уж силы удар был.

Мистер отстегнулся и выглянул в окно:

— И какие у нас перспективы?

— Ну, здесь, как водится, две новости. — охотно ответила дамочка. — Хорошая в том, что стриглы внутрь не проникнут, шкурка «Гермеса» им не по… чем он там стучал?

— Хуксвордом. — подсказал Алекс. — Что вы смотрите?! Да, я знаю, как это называется, какие-то проблемы?!

— А плохая в том, что мы тоже никуда отсюда не денемся, пока не выясним что с роторами и не устраним это. — продолжила дамочка.

— А для этого нужно выйти наружу, верно? — панически-спокойно спросил эльф. — Прекрасно, п-просто прек-красно!

— Утихни. — бросил через плечо Алекс. — Есть гарантия, что мы заведемся, если выйдем наружу?

— Только шанс. — развела руками дамочка. — Кроме него, в любом случае, ничего нет.

— Ну тогда я за. Давно пора размяться!

Алекс вытащил пистолет, снял с предохранителя, осмотрел остальных:

— Что сидим? Смелых нет? Дамочка, понятно, и так идет — ей еще с движком колдовать.

Вздохнула и встала Роуз. Поднялся мистер.

— Отлично. — кивнул Алекс. — Тогда эльф…

— Хрен тебе! — оскалился эльф, спрыгивая с кресла и доставая из-за пазухи свой сокровище. — Я как все, не надо из меня беспомощного делать!

Трясущимися руками он развернул ткань и нацепил обруч на голову:

— Они, конечно, почти не разумны… Но с этой штукой я пробью даже их!

Этот камуфляж, нелепые полосы под глазами, чудовищный нож на поясе, обруч на голове…

Охотник на жаб, как есть.

Алекс усмехнулся:

— Тогда останься с Ради, ей понадобится прикрытие.

Роуз уже стояла у аппарели, держа пистолет стволом вниз. Алекс занял позицию напротив:

— Я ведущий. Готова?

Роуз кивнула:

— Только не лезь на линию огня, как обычно.

— Что, отвыкла?

— Отвыкла. — серьезно кивнула Роуз и впечатала кулачок в кнопку.

Алекс выпал в щель, перекатился, крутнулся…

Вспышка, три метра!..

Вспышка, метр!..

Вспышка!..

Удар!..

Стригл выпал из пустоты, сбил на землю, Алекс упал на спину, стригл навис сверху, замахнулся хуксвордом!..

Пистолет от себя, контрольная пара — раз, два!

Пули отбросили врага назад, в воздухе расстелились шлейфы полупрозрачной крови…

— Тэ-три! — крикнула Роуз за спиной.

Выстрел, выстрел!

Алекс обернулся.

Роуз стояла на колене, держа в прицеле дохлого стригла за спиной своего ведущего.

Алекс поднялся, не опуская пистолет:

— Тэ-три? Что значит тэ-три?

— Что нам сейчас придется несладко.

Роуз обвела стволом будущее поле боя: покосившиеся полу-землянки, смотанные ржавой проволокой коряги, на который сушились драные сети, сплетенные из травы… Между двумя такими и застрял «Гермес», а сети прочно оплели лопасти, застряв между ячейками защиты роторов.

Под ногами — лужи с грязной водой, ворохи тряпья, кучи рыбы, свежей и гнилой.

— Сука-а-а… — протянул Алекс, стараясь дышать через рот.

Выстрел, второй!..

Роуз, оскалившись, отстрелялась куда-то в сторону и слабой рукой дернула с голени нож.

Движение!

Алекс повернулся, начиная стрелять вслепую.

Выстрел, выстрел! — стригл ушел за нору и притаился.

— Ну где вы там?! — крикнул Алекс в дверь «Гермеса», меняя полупустой магазин. — Самое интересно пропустите!

20

Клифф выпрыгнул почти на голову Роуз, споткнулся об нее, едва не рухнув в грязь.

— Отойди! — окрысилась блондинка, рыская стволом пистолета из стороны в сторону.

— Клифф!

Ради из дверного проема ткнула пальцем вверх:

— Подсади!

Клифф присел, дождался, пока девушка встанет на плечи и рывком разогнул ноги, без труда закидывая ее на крышу. Вяло сопротивляющегося Пола вообще швырнул, схватив под руки.

— Нож! — скомандовала эльфу Ради, оценив масштаб проблемы. — И пять минут!

— Если мистер так и будет стоять столбом, у тебя и двух не будет! — рыкнул сзади Алекс. — Цель на три! Цель на одинадцать!

— Цель на три. — подтвердила Роуз, грубо отпихнула Клиффа локтем и дважды выстрелила куда-то в сторону.

Никогда не доводилось видеть живого стригла…

Клифф обернулся.

Темные провалы нор, ободранные стволы деревьев, лужи, кости, кучи отбросов… Настоящие горы разного мусора, но ничего, что выглядело бы хоть сколько-то стабильным. Все выглядит так, словно вчера появилось и завтра исчезнет. И никаких стриглов.

— И где они?

— Не переживай, скоро увидишь. — ответила Роуз. — Пока медлят, но это ненадолго. Сейчас до них дойдет, что громкие хлопки несут смерть не всем, и пойдут в атаку.

— Надеюсь, что это случится позже, чем через пять минут.

— В лучшем случае, через две. Но наш случай даже не лучший. Даю сорок секунд.

— Почему?

— Потому что тэ-три. — туманно ответила Роуз и поднялась с колена, продолжая удерживать линию огня. — Двигаемся.

— Куда? Зачем? — Клифф обернулся на «Гермес», на копошающуюся на крыше Ради, на Пола рядом.

— Куда угодно. Подальше. Но быстро. Когда тэ-три атакуют, последнее, что ты хочешь — быть прижатым к стене и лишенным возможности маневрировать.

— Началось! — крик Корда прервался двумя выстрелами.

— На шесть!.. — Роуз дернула стволом в сторону.

На шесть это…

За спиной!

Клифф развернулся, поднимая руки в стойку.

Вспышка! — и из воздуха появляется стригл, уже занесший арматурный крюк!

Шаг вперед, крест руками, перехват, коленом в солнышко, не нравится, тварь?!.

Стригл взвизгнул и забился, но попробуй вырвись из такого захвата!

Прижимая вооруженную лапу к груди, а другой рукой цепко сжимая скользкую шею, Клифф развернулся.

Вовремя!..

Арматурина вытянула по спине пойманного стригла, просвистев в сантиметре от лица! Хрустнули кости, тварь снова заверещала, второй стригл беззвучно встопорщил щупальца и кинулся в атаку!

Взмах, удар!..

Клифф поднырнул под лапу пленника, выкрутил, отбирая оружие…

Вспышка, удар сверху!

Блок арматуриной обеими руками, ногой в живот, тварь согнулась, отступила…

Вспышка!

Еще один вывалился из пустоты, безоружный, но бесстрашный — сразу в атаку! Прошел под руками, увернулся от колена, вцепился лапами в шею, сжал…

Ну и несет же от него!

Безумные глаза без век, мерзкая шевелящаяся бахрома на месте рта, перепонки вместо ушей… Отвратительная пародия на человека!

Но ведь пародия! А значит, и строение у них такое же, как у людей!

Клифф опустил руки и рывком прижал арматуриной позвоночник твари. Треснули остистые отростки, стригл тонко заверещал и разжал лапы.

Второй уже пришел в себя, снова замахнулся, Клифф присел, уходя от удара, толкнул покалеченного вперед…

Вспышка — оба исчезли!

Толчок сзади, рефлекторный перекат по земле — конец одежде! — разворот и новый кувырок назад! Сразу три стригла наступали со спины, размахивая хуксвордами!

Один вырвался чуть вперед, Клифф прыгнул ему навстречу, рыбкой вошел в мах, перекинул крюк в левую руку и ударом сверху вниз выбил оружие из перепончатой лапы! Тварь взвизгнула, кинулась за оружием, получила коленом в морду!..

Назад!

Двое оставшихся кинулись в атаку, еще усерднее размахивая арматуринами!

Ух, с такими противниками спиной к стене не подраться! Зажмут и атакуют со всех сторон, даже сверху и сзади!

Но ведь и голова на триста шестьдесят не крутится!

Движение сзади!

Клифф развернулся, отмахиваясь хуксвордом. Черная тень скользнула вниз и в сторону, снова уходя за спину.

Стриглы так не двигаются.

— Это я! — крикнул из-за спины Корд. — Сдурел?!

— Там двое! — крикнул Клифф, блокируя удар.

— А там трое!

Трое?

Один, чей удар на блоке. Второй чуть подальше…

Где третий?!

Вспышка!

Боль, звон, пелена!..

И лужа перед глазами.

И все такое мутное и расплывчатое…

Стригл взмыл в прыжке, занося хуксворд, Клифф нетвердыми руками поднял в блоке свой…

Но цель твари не скалолаз, а голова Корда, еще не успевшего понять, что спина осталась без прикрытия.

И ноги встать не слушаются, и язык крикнуть не ворочается…

Знакомая ситуация.

И знакомые ощущения…

— Алекс! — откуда-то издалека крикнула Роуз. Около нее — пятеро дохлых стриглов и один живой. Совсем рядом, настолько, что уже тянет к голове девушки хуксворд. А ее пистолет почему-то направлен не в сторону угрозы, а на Алекс и Клиффа.

Раз, два — отправились в полет пули, протягивая за собой хвосты полупрозрачного дыма. Раз, два… И затвор встал на задержку.

Стриглы за спиной Корда отлетели, сбитые пулями в прыжке. Алекс обернулся на крик Роуз:

— Падай!..

Но Роуз не успевала даже упасть, уходя от удара. Она лишь грустно улыбнулась Алексу…

Удар.

Роуз повалилась в грязь, по платиновым волосам поползло красное. Стригл снова замахнулся…

Выстрел! Второй! Третий!

Вспышка! — стригл исчез!

— Назад, суки! — закричал Корд, бросаясь к Роуз наперерез тварям!

Носком унибота подцепил комок грязи, швырнул в морду ближайшему, моментально сблизился, вжал ствол в полупрозрачную кожу. Раз, два! — дернулся затвор, Корд оттолкнул стригла, вывел ствол от груди — раз, два! — контрольные в голову! Затвор на задержке, молниеносная смена магазина, нырок по удар — в руке сверкнул нож! — порез по шее, ствол под подбородок — раз, два!

— Падаль!

Алекс отшвырнул стригла, дважды выстрела в другого, подбирающегося к Роуз — мимо, ушел! Корд добрался до девушки, спрятал нож, присел рядом — рука на шее, — замер, ища пульс и не забывая обводить стволом окрестности.

Клифф медленно встал. Очень сильно шатало.

Сбоку!..

Клифф рухнул на четвереньки, неловко откатился…

Голова!..

Бам! — выстрел! Будто молотком по макушке!

Стригл свалился с дырой в черепе.

— Мистер, не спать! Двигай сюда!

Клифф кое-как доковылял до Алекса.

— Хватай! — велел Корд, указав на толстую петлю на жилете Роуз. — Я прикрою!

От него пахло так же, как от стриглов.

Завтрак отчаянно лез наружу.

— Тащи!

Алекс кинулся в сторону.

Клифф ухватился за петлю и поволок Роуз по грязи в сторону «Гермеса», оставляя за собой широкую жирную канаву.

Смотреть только под ноги… Иногда по сторонам… Никогда — вверх…

Алекс мелькал там и тут, появляясь на самой границе зрения и пропадая вновь. Он перехватывал стриглов раньше, чем они успевали добраться до раненых — чуяли, твари, слабое звено!

У полуэльфа давно кончились все патроны, он сменил пистолет на второй нож и резал, резал жаб, сшибая в прыжках, атакуя со спины, ловя на ударах! Он будто знал, где окажется следующий, предупреждал каждое действие!.. Выбили нож — не тот, что его любимый, другой, — он тут же выхватил третий и обратным хватом всадил в затылок стригла!

— Клифф, подвинься!

Ради толкнула бедром, вцепилась в петлю тоже, потянула:

— Пол, помоги Алексу!

Пол выскочил вперед и замер, приложив пальцы к виску. Стригл, обходящий Алекса сбоку, рухнул, будто отключенный, из лопнувших глаз побежали красные полупрозрачные ручейки.

— Эльф, не мешай! — на мгновение обернулся Алекс. — Я его видел!

Удивительно, но он не был зол. Он был совершенно спокоен. Только глаза потемнели почти в черное.

Корд шагнул влево — хуксворд мимо. Укол в локтевую выемку, подсечка, стригл упал на спину, Корд рядом — нож в шее врага. Вспышка! — новая жаба падает из ниоткуда. Алекс поймал бросок, перекатился назад, придержав тварь, оказался сверху, глаза стригла — два клинка.

— Ради, справа! — крикнул Пол, обернувшись.

Ради отпустила петлю, щелкнул и загудел кнут, раздался визг стригла. Запахло паленым.

Снова замутило.

Но надо тащить дальше. «Гермес» уже в двух шагах.

Ради и Пол помогли затащить Роуз внутрь, Ради вернулась к двери:

— Алекс, уходим!

— Я не закончил!

Ради прищурилась и снова схватилась за кнут:

— Ты своем уме?! Уходим!

— Отвали!

Клифф вяло ткнул Пола:

— Придумай что-нибудь…

— Корд, у них же бешеная регенерация! — вмешался Пол. — Раненые через две минуты будут на ногах! А каждая секунда задержки делает состояние Роуз все тяжелее и тяжелее! Подумай хотя бы о ней!

Алекс на мгновение замер, чуть не пропустив удар, вскрыл последнего стригла и рванул к «Гермесу», на бегу вытирая клинки о штаны.

Прыжок! — Корд на боку вкатился в салон. Клифф захлопнул за ним дверь и сполз по ней спиной — в голове снова все перевернулось.

— Валим! — велел Корд, подбираясь к Роуз.

Ради кивнула и прыгнула в пилотское кресло.

— Придержи ее. — Пол кивнул на Роуз. — А то растрясет.

Алекс кивнул и аккуратно, даже бережнее, чем свой нож, приподнял Роуз с пола и зафиксировал в объятьях. Отстраненно провел рукам по красным волосам.

Будто тысячу раз это делал.

— Валим. — подтвердила Ради из пилотского кресла и «Гермес» прыгнул вперед.

Клифф не удержался, повалился набок и позволил себе отключиться.

21

Стриглы даже не пытались кинуться в погоню, что необычно для этих полупрозрачных комков ярости, помноженной на зачатки разума. Дамочка вывела ховер из жабьей деревни и выкрутила тягу на полную — впереди была сплошь равнина.

Эльф повернул голову:

— Алекс, отнесем Роуз в медпункт.

Разумеется, это значило «отнеси» — сам эльф весил, наверное, даже меньше девушки.

Удивительно, но даже два года спустя руки все еще помнят ее…

Медотсек был совсем крошечный, даже скорее просто многофункциональный шкафчик, на роль полноценного полевого госпиталя мало подходящий. Но здесь был складной стол с бестеневой подсветкой с потолка, и, если присмотреться к надписям на многочисленных ящичках — неплохой набор препаратов и инструментов. Даже портативный дефибриллятор имелся — правда, отключенный от сети и вообще опломбированный.

Эльф ловко разложил и зафиксировал стол:

— Клади.

Алекс аккуратно положил Роуз на хромированную поверхность и отошел.

Привычный запах роз почему-то стал каким-то угловатым и непонятно-зеленым…

— Посмотри пока, что с Клиффом. — эльф принялся шариться по ящичкам, бесцеремонно срывая пломбы. — Возможно, он сюда следующий.

Но мистер уже сам оторвался от пола и переполз в кресло. Бледный, серый, будто тоже в момент стал полуэльфом, он никак не мог застегнуть пряжку ремня безопасности, но все же был жив и в сознании.

— Живой?

Мистер скривился и покрутил в воздухе раскрытой ладонью:

— Бывало и лучше. Впрочем, бывало и хуже.

— В следующий раз голову включи, прежде чем на жаб с кулаками прыгать. Где твои чудо-перчатки? Забыл?

— Забыл. — признался мистер. — Я, знаешь, вообще живого стригла впервые в жизни видел.

— Понравилось?

— Я в восторге. — мистер наконец застегнул ремень. — На самом деле нет… Все отстань, хочу умереть в тишине.

От откинулся в кресле, закрыл глаза, поморщился и шумно выдохнул. Ради обернулась, оглядела его с ног до головы, мило улыбнулась и вернулась к пилотированию.

Интересно, откуда она знает, куда ехать? Роуз ей вроде никаких инструкций не давала.

Алекс покачнулся и ухватился за кресло, чтобы не упасть.

В голове сильно шумело.

Алекс зажмурился, помассировал глаза, снова осмотрелся — нет, все так же двоится. Видимо, полученные в бою повреждения серьезнее, чем казалось. Левая рука, левая нога, ребра справа — все болело, но ведь от такого в глазах двоиться не начинает.

Ладно, пройдет.

Пошатываясь, Алекс вернулся в медотсек.

Эльф уже выстриг волосы вокруг раны и заряжал медицинский степплер.

— Все не так плохо. — сообщил он. — Рану стянем, череп цел, даже вмятины не останется. Сотрясение, конечно, будет, но постараюсь купировать возможную амнезию. Тысячу-другую нейронов она потеряет, но ничего фатального.

— Я просто счастлив. — выдавил Алекс, закрывая глаза и сползая спиной по стене.

— Что-то не очень похоже… А ну открой глаза!

Голос эльфа доходил будто через толстый слой ваты, а перед глазами медленно плавали разноцветные кляксы, нисколько не смущаясь тем, что глаза закрыты.

— Нет. — мотнул головой Алекс.

Ох и зря!..

Кляксы тут же завертелись в смазанном хороводе, будто раскрученные на центрифуге.

— Это еще почему? — нахмурился эльф.

Точно нахмурился! Даже сквозь сомкнутые веки это было ясно видно! Да так нахмурился, что брови сошлись в одну, а потом вовсе поменялись местами и выползли с головы, повиснув в воздухе!

— Потому что если я открою глаза и увижу на твоей голове рога, то, наверное, умом тронусь. — Алекс облизнул пересохшие губы и добавил. — И без всяких пробоев.

— Кажется, понял. Ты жабьей крови случайно не наглотался?

— Нет. Наверное… Не знаю. Не помню.

Надо отвечать коротко. Как можно короче. Длинные слова будут громоздиться друг на друга, ломаться и путаться…

— Ну конечно, наглотался! Ты же там с ними чуть ли не в обнимку валялся!

— И что с того? Не отравлюсь же.

— Ну как сказать… Может, слыхал про такую штуку — «жабья кровь»? Популярный легкий галлюциноген, особенно на всяких вечеринках.

— Ага, слыхал. — сглотнул Алекс. — Даже пробовал разок.

А потом дошло.

— Да ладно!..

— Вот тебе и ладно! — всеми тремя головами кивнул эльф. — Жабья кровь и есть! Центрифугированная и отхроматографленная!

— Пожалуйста, не надо длинных слов!..

Но поздно. Две сколопендры — «центрифугированная» и «отхроматографленная» уже выползли из-за границ поля зрения и принялись бороться и возиться, отгрызая друг у друга буквы, поглощая их, меняясь на глазах, становясь совершенно бредовыми и бессмысленными.

— Ну так и есть! — констатировал серый кактус. — Готовься к худшему!

— С чего бы? «Кровь» так не работала!

— Так она вполовину разбавлена! — кактус выпустил полуметровые иглы. — От настоящей крови эффект сильнее, но и накрывает спустя пятнадцать минут против двух!

— Ну не сдохну же!

— Конечно, нет! — кактус принялся хлопать дверцами морговых криокамер. — Сейчас найду универсальный антидот, вколю — не сдохнешь. Поломает конкретно… Ну, переживешь.

— Ага. Переживу.

Во всем окружающем бедламе все же оставалось кое-что стабильное — Роуз, лежащая на столе. Ее очертания колебались и расплывались, но сама она не менялась, оставаясь все той же Юной… То есть, Роуз… Ведь Юна это и есть Роуз.

— Не дергайся!

Укол в левую руку.

Алекс рыкнул и все же дернулся, отламывая у кактуса длинную иголку.

— Спокойно! — кактус отскочил и рассыпался на тысячу пауков. — Скоро все закончится!

Из прокола в коже бил фонтан фиолетового света.

— Сейчас тебя отключит и накроет. — зашелестели пауки из-под стола. — Будешь сходить с ума, но не настолько, чтобы выпрыгнуть на ходу из «Гермеса», горло себе вскрыть или как там тебе захочется с собой покончить. Советую думать о чем-то хорошем, тогда и глюки будут хорошие и более стабильные.

— Я… Попробую…

Стабильное, говоришь… Хорошее, говоришь…

К горлу подступил комок, в носу защипало.

Алекс резко выдохнул, фокусируя взгляд на татуировке розы…

И отключился.

22

Алекс пришел в себя от холода. От холода и запаха крови. И то и другое очень печально, ведь на улице двадцать градусов тепла, а кровь вообще — своя собственная.

Алекс осторожно приподнял футболку и скосился, разглядывая колотую рану в правой половине груди.

Нет, не привиделось. К сожалению…

Уперевшись спиной в мусорный бак, за которым отключился, Алекс встал. По груди снова потекло, справа по шее тоже, но там не страшно — порез, хоть и длинный, но поверхностный. Сосуды и гортань не задеты. Пробитое легкое намного, намного хуже. Нужна герметизация.

Алекс достал из кармана окклюзивный пластырь и влажную салфетку, как мог стер кровь вокруг раны и налепил полупрозрачную заплатку.

Ну и ловкий же противник попался! Ни разу еще среди ВВшников, что обычных, что оболваненных, не находилось никого, кто бы так мастерски махал ножом. Форма легионерская, но в руках даже оружия не было, только один стилетный нож, с которым мелкий дьявол сразу кинулся в контакт. Успел, уловил мгновение, когда Алекса отвлекли плотным огнем с подготовленной позиции, влез под щит, да и уколол в длинном выпаде прямо в сердце!..

Ладно хоть промахнулся, а, поняв, тут же отступил в ряды своих, растворился среди них, надеясь, что раны сделают свою работу.

Кто же ты так, маленький черный легионер? Посмотреть бы тебе в глаза, без этих чертовых непрозрачных шлемов.

Дышать стало чуть легче — пластырь усох и загерметизировал прокол. До дома должен продержаться.

Алекс достал из мусорного контейнера спрятанную под крышкой сумку, переоделся в чистое, запихнув окровавленную одежду в пластиковый пакет, обтер влажными салфетками всю кровь и упаковал все улики в сумку. Накинул на голову капюшон, сумку закинул на плечо и вышел из переулка.

Что ж, говоря откровенно, это была отличная попытка. Пожалуй, самая лучшая за все эти годы попытка Координации поймать Алекса Корда. Круговое оцепление в три квартала, продуманная охрана цели, плотная подготовка точки захвата, да еще и этот странный тип с ножом… После того, как вмешался он, казалось, уже все — конец. Но не, ушел-таки. Ускользнул, потратив почти весь запас игрушек. Осталось три дымовые шашки, обойма «чеснока», два заряда паутины. Почти пустой пистолет. Даже магниевую пыль с рукавов пришлось стряхнуть, впервые за этот год.

Нож вовсе остался торчать в трупе транспортного координатора Варшавы.

Как ни крути, а после появления того дьяволенка что-то пошло не так. Преследование, стрельба, отрезание путей отступления — все это было, но какое-то… вялое. Внутренние Войска словно бы отпустили свою жертву, позволили уйти, не стали добивать.

Бред какой-то.

Через десять минут Алекс добрался туда, где должна была ждать оплата. Остановился, достал левый ай-ди, подключился к одной камере, другой, третьей, но нигде не было ничего подозрительного. Один фиолетовый с зеленым автолет, один человек, сидящий на капоте. Девушка. Миниатюрная коротко стриженная брюнетка. Волосы почти черные, на шее справа — татуировка розы. Одета незнакомка в синее платье с коротким рукавом и легкомысленные босоножки. На левой щиколотке — наглая подвязка с ножом.

Ну, если у Бэка нынче такие курьеры…

Алекс отключился от камер и вошел в переулок с противоположной от девушки стороны. За пять метров до автолета замедлил шаг, присматриваясь.

Девушка, склонив голову, внимательно слушала что-то в беспроводных наушниках. В правой руке она держала сигару, но — незажженную. И зажигалки рядом нет. И вообще не похоже, чтобы она курила.

Да, покурить было бы неплохо. Но не с пробитым легким, конечно.

С пробитым легким даже дышится хуже из-за висящего в воздухе аромата роз…

Девушка, словно почувствовав чужое присутствие, подняла голову и обернулась.

Чуть угловатое личико, глаза в цвет волос, вздернутый носик, острый подбородок. Милая мордашка, хоть и жестковато скроенная.

Впрочем, не детей же с ней делать.

А вот хмуриться ей не идет… Ох как не идет!

— Корд?

— Пока еще Диттер. — Алекс прикрепил к ай-ди термитного жучка и отбросил в сторону. Карта сгорела раньше, чем коснулась земли. — К делу.

Девушка открыла дверь автолета и взяла с пассажирского сиденья небольшую зеленую сумку.

— Сорок тысяч. — зная правила, она назвала сумму вслух, передавая сумку.

Назвала верно.

— Сорок тысяч. — кивнул Алекс и забрал, не пересчитывая.

— А это от Бэка в довесок. — она протянула сигару.

Алекс усмехнулся:

— Это лишнее. Хранить ее мне негде, а за неделю она высохнет.

— Почему неделя? — нахмурилась незнакомка.

Цепкие черные глаза быстро, но внимательно пробежали с головы до ног, словно рентгеном просветили. И как-то она все поняла.

— Да ты ранен!..

— Пус… Пустяки!

Алекс закашлялся, пытаясь выгнать из легких настойчивый аромат роз… Откуда он тут?!.

Кажется, от кашля треснула заплатка на груди.

— Ты!.. — выпучила глаза девушка. — Легкое?!

— Не твое дело! — огрызнулся Алекс, отступил к стене и закашлялся снова.

Под ноги упал клочок розовой пены.

— Идиот!

Девушка подскочила, ухватилась за одежду:

— Покажи!

Алекс перехватил ее руки и сдавил. Девушка замерла, глядя снизу вверх своими бездонными черными глазами.

Полными боли и сочувствия.

Алекс разжал одну руку и отщелкнул крепления ножа на бедре девушки. Потом расслабился и позволил ей осмотреть рану.

— Ну твою же мать!.. — расстроилась она. — Давно?

— Минут тридцать назад.

— И ты еще сюда шел! Ведь шел же, а?! Деньги важнее жизни?! А если бы тебя приняли по дороге?! Ты же ведь даже отбиться не смог бы!

— Да у меня весь путь на глазах! И здесь четыре точки обзора! И отбиться я тоже в со… состоянии!..

Новый приступ кашля…

Розовой пены стало больше.

— Черт! — девушка присела и глянула снизу вверх. — Короче, поехали до базы. Там тебя подлатают.

— Какая трогательная забота!

— Да Бэк с меня шкуру спустит, если узнает, что ты тут кровью плевался, а я тебе не помогла! — всплеснула руками девушка. — Или у тебя выбор есть?! В больницу пойдешь? Или, может, у тебя дома собственный врач имеется, который умеет легкие штопать, а?!

Забавная.

Вроде не врет. Стригл ее разбери.

— Ладно, поехали. Все равно надо Бэку сигару вернуть. На хранение. Я надеюсь, у тебя хватит ума не поехать не туда.

Прежде чем сесть в автолет, Алекс, не скрываясь, просканировал его. Незнакомка отнеслась с пониманием, ничего не спрашивала и спокойно дождалась, пока сканер не подтвердит отсутствие посторонних сигнатур, отличных от стандартной энергосистемы.

Девушка вела автолет спокойно, не торопясь и не привлекая внимания, хоть и поглядывала порой обеспокоенно на своего пассажира. Алекс заново заклеил рану и старался дышать пореже и не разговаривать.

Но любопытство пересилило.

— Ну и кто ты?

— Что конкретно тебя интересует? — мгновенно отреагировала девушка, будто ждала вопроса.

Совсем как сам Алекс. Даже слова те же.

— Ну, для начала, имя.

— Юна Гат.

— И ты?..

— Помощница Бэка.

— Помощник Бэка — здоровенный лысый амбал Брокер. — поморщился Алекс. — Я идиот, по-твоему?

— Пока не знаю, я тебя вижу впервые в жизни. — хихикнула Юна. — Брокер — правая рука Бэка, а я — левая.

— У Бэка нет левой руки, оставил в потерянном.

— Верно, нет. Поэтому ему и нужна я.

Алекс скосился, но комментировать не стал.

— Я у Бэка вроде… специалиста по связям с общественностью. — задумчиво продолжила Юна. — Постоянно в разъездах, поэтому мы легко могли и не видеться раньше.

— А сегодня у тебя что, выходной?

— Что-то вроде. — улыбнулась Юна. — Я даже сама вызвалась отвезти тебе деньги, давно хотела посмотреть на легендарного неуловимого Корда. Не расскажешь, в чем твой секрет?

— Я никому не верю.

— Похвально. — кивнула Юна. — Но это же не панацея. Одиночку рано или поздно зажимают в угол, из которого некуда отступить.

— И неоднократно зажимали. Сегодня, например. Но, поверь, у меня достаточно в запасе трюков, чтобы выбраться даже сейчас даже из этого автолета. Выбраться и скрыться.

— Верю. — снова кивнула Юна. — Уж на таком уровне я о тебе наслышана.

— Тогда…

Алекс снова закашлялся.

— Я поняла. Не задавать глупых вопросов. — закончила за него Юна.

Алекс откинулся в кресле и закрыл глаза, стараясь дышать пореже.

Внезапно автолет плавно, но быстро замедлился.

— Это… Что… — выдавила Юна.

Алекс открыл глаза.

Юна сидела, вся подавшись вперед, вцепившись в руль, аж костяшки побелели. Рот ее был приоткрыт, глаза могли поспорить размерами с кинетическими щитами.

Алекс проследил ее взгляд и резко подобрался в кресле, нащупывая рукоять.

База Бэка горела.

Два склада на окраине города, которые местная ячейка «Розы ветров» использовала как штаб, больше не существовали. Один еще горел, от второго остались лишь руины. Над складами парил черный с желтым астромат, окруженный облаком дронов, а дорогу перегораживали четыре фургона тех же цветов. Три-четыре десятка черных с желтым фигур, еще столько же — в гражданском, лежащих ничком. Кто-то из них еще шевелился, кто-то — уже нет.

Все же ловушка.

Алекс погладил рукоять пистолета, следя боковым зрением за Юной.

Дернется — получит пулю.

Но Юна не дергалась. Все так же сидела, подавшись вперед, и языки пламени плясали в ее глазах.

Выживших начали грузить в фургоны. Еще несколько секунд — и кто-то точно заинтересуется автолетом, которого явно не было до начала операции.

Юна тоже это поняла. Молодец, соображает.

Она быстро включила реверс и медленно, не привлекая внимания, отползла в переулок.

— Ты… — она бросила руль. — Ты видел?!

— Угу. Удивительное совпадение, правда? Именно сегодня.

Алекс стиснул рукоять, наполовину вытащив пистолет из кобуры.

— Ты!.. — Юна задохнулась злостью. — Я!.. Они!.. Да как?!.

Следующую минуту она изрыгала ругательства, колотя ладошками по рулю.

А потом резко успокоилась.

— Так. Все плохо. Но Бэк успел уйти, уверена. У него как раз на такой случай была приготовлена пара секретов.

Надо же, и про секреты знает…

Может, все же она ни при чем?

Да и вопрос еще, какие отношения у них с Бэком вообще были. Наверное, не стоит ей пока рассказывать, что у одного из тел, неподвижно лежащих в лужах крови, не было левой руки.

— А если Бэк ушел, рано или поздно он выйдет с нами на связь. — задумчиво продолжила Юна, барабаня пальчиками по рулю. А значит, пока что надо заняться тобой. Едем ко мне.

— Шутку понял, смешно. — ухмыльнулся Алекс.

Юна непонимающе глянула, потом махнула рукой:

— Я уже и забыла. Тогда к тебе. Ой, ладно, я знаю, что у тебя в городе далеко не одна квартира арендована, иметь всего одну было бы просто глупо! Так что даже если одну засветишь, то переживешь!

— Все-то ты знаешь…

— Работа обязывает! И да, если ты вдруг решишь, что я создаю угрожающую для тебя ситуацию, ты меня убьешь, знаю. В курсе. Поехали уже.

Алекс вздохнул, скривился от боли и убрал пистолет обратно в кобуру:

— Ладно. Едем.

23

Пол стоял возле стола, закрыв глаза и держа голову Роуз обеими руками. Распотрошенный степплер валялся рядом.

— Эй, эльф…

Нет ответа. Будто умер.

— Шифти!.. Издеваешься?!.

Алекс подтянул ноги, чтобы встать.

— Не советую. — замогильным голосом произнес эльф. — Токсин только-только начал метаболизироваться. Будешь дергаться — разгонишь по крови снова.

— Сразу нельзя было сказать?

— Если ты не заметил, я тут занят твоей подругой. — не меняя тона, ответил эльф. — Не мешай. Осталось немного.

Сам ты… подруга…

Алекс достал нож, крутанул в пальцах. Мелькнула гравировка розы, Алекс нахмурился и спрятал нож обратно.

Эльф наконец открыл глаза:

— Готово. Жить будет, память на месте. Не стоит благодарности.

— Да больно надо… Если бы не боты в крови…

— И давно они начали тебя пугать?

— Явно позже, чем тебя — стриглы.

В точку!

Наглость в глазах эльфа сменилась растерянностью, он даже весь как-то подобрался, съежился…

Но в глаза глянул с вызовом:

— Хочешь поговорить об этом?

А быстро оправился! Можно сказать, моментально!..

Алекс пожал плечами:

— Мне вообще все равно. В смысле, все равно, что ты их боишься. А вот почему — это уже мне интересно.

— Детские страхи. — буркнул эльф, пряча глаза.

— Неужели?

— Слушай, я же не спрашиваю, почему мысли оперативного офицера ВВ полностью забиты самым опасным на планете преступником! — взорвался эльф. — И вовсе не в контексте его поимки!

Роуз вздрогнула от крика, повернула голову и что-то прошептала одними губами.

— Тихо. — Алекс поднял руку. — Орать точно не нужно.

— Сам начал. — огрызнулся эльф.

— Что начал? Орать? Лезть в голову? Я помочь хочу.

— Что я слышу! Алекс Корд, мизантропия во плоти, кому-то хочет помочь! Видимо, боты уже начали действовать, да сразу с мозга начав!

— Расквакался. — усмехнулся Алекс. — Я себе хочу помочь, серый. До тех пор, пока мы в одном отряде, я желаю знать о всех возможностях каждого. И невозможностях — тоже. При виде стриглов перепугался один лишь ты. Единственный эльф. Уверен, этому есть объяснение.

Тонкие брови эльфа поползли вверх:

— То есть, ты это серьезно?! Я думал, ты издеваешься. Думал, все в курсе истории эльфов и стриглов. В смысле, все-все. Весь мир.

— Видимо, это у тебя с тех времен, когда ты считал себя умнее всех.

— Я и сейчас умнее всех!

— Нет, ты самый умный. Это немного разные вещи.

— Все зависит от контекста.

— Ты увиливаешь.

Пол вздохнул и задумался. Потом вздохнул еще раз:

— Ладно, чего тебе?

— Что конкретно не ясно? Я вроде четко обозначил свой вопрос.

— Вот как ты!.. — эльф устало потер двумя пальцами глаза. — Ты же одной фразой умудряешься перекрыть все пути к отступлению!

Алекс кивнул на Роуз:

— У нее научился. Она это делает еще лучше.

— Вы, ребята, с каждым новым днем удивляете меня все больше. Ладно… С чего б начать…

— С начала. Желательно, с самого.

— Знать бы еще, где оно, это «самое» начало. Ладно… Ты в курсе, что у эльфов не бывает женщин? Пси рождаются только мужчинами. Полукровки не в счет — у них нет псионики, да и интеллект укладывается в рамки среднего статистического. А чистых пси женского пола просто не существует, основная масса пси-признаков сцеплена с У-хромосомой. Специально так сделали. Координация боялась, что пси со временем проявят себя как доминирующий вид и захватят всю планету, вот и подстраховались таким механизмом. Для размножения пси нужны женщины хомо, а значит, нужны и мужчины. А от связи «хомо-пси» может родится полукровка любого пола или пси-мальчик, но никогда — пси-девочка, их просто не существует в природе.

Но речь не о том. Это так, просто чтобы иметь представление о том, насколько пси непросто в плане репродукции. Через двадцать лет после условного успеха Второго Проекта популяция пси насчитывала примерно сорок тысяч по всей планете. Причем треть из них были инкубаторными, первым поколением, выращенным на метаболиках, совершенно не социализированными и уже лишенными возможности когда-то социализироваться. Да, многие из них женились, причем почти все — на работницах лабораторий, в которых сами же и росли. Что сказать, против импритинга не пойдешь, но они до конца жизни так и оставались полу-овощами, совершенно не понимающими, как устроен мир за пределами их квартир и контактируя с ним только посредством своих женщин.

Зато вместо этого они ударились в науку, успешно делая то, для чего их создавали. И очень скоро, сначала в теории, а потом и на практике, пси доказали существование Конечного Фазового Пространства. Одно лишь это открытие стоило того, чтобы придумать, создать и интегрировать в общество хомо пси.

КФП это, грубо говоря, другое измерение. Такое себе окружение нашего мира, безграничное и содержащее в себе все возможные вариации его существования. КФП это продолжение теории параллельных миров, или, если правильнее, параллельных временных линий, но, если в той теории миры существуют строго обособлено друг от друга, то КФП наоборот объединяет их в единую систему, каждая точка которой являет собой самостоятельную вариацию. Вероятнее всего, количество таких вариаций бесконечно, а конечным пространство названо потому, что уже не может в свою очередь являться частью другого фазового пространства.

Разумеется, дотянуться до других миров невозможно, они сдвинуты относительно нас во всех мыслимых измерениях. Сдвинуты по фазе. Ничего не напоминает? Нет? Ну ладно, может, позже поймешь.

Представь, что наш мир это резиновый шарик, наполненный водой, и он лежит в бесконечной куче других таких же. Хотя нет, тогда нижние лопнут из-за гравитации. Пусть бесконечная куча шариков находится в невесомости, плотно утрамбованная. Вода из нашего шарика никак не попадет в соседний — оболочка не пропустит, которая называется фазовым грань-полем. Но оболочку можно проколоть. Приложить натурально космическую энергию, чтобы изменить частоту квантовой вибрации одной-единственной элементарной частицы, мюона, если я правильно помню.

На этом и была основана теоретическая база Третьего Проекта — на проколах в КФП, где нет расстояния в том виде, в каком мы к нему привыкли. Поэтому и потребовался единовременный запуск всех центров телепортации. Их синхронизировали через спутники, доверили запуск автоматике, а не людям. Говоря строго, никакого конкретного времени запуска и не было — система должна была запустить все центры одновременно, в тот момент, когда их параметры станут оптимальными. Все учли, в общем.

Природу только не учли, ну а как ее учтешь? Да еще в таком стихийном проявлении, аналогов которому не было ни до, ни после?

Стриглы ворвались через вентиляцию и сбросы охладительных контуров. Тогда они еще не умели телепортироваться, но оставались быстрыми и ловкими тварями с бешеной регенерацией. А ведь больше половины персонала телепортационных центров составляли пси, которые ни ментально, ни тем более, физически, не могли противостоять жабам.

Конечно, сеть не запустилась. Но это пол-беды. Стриглы показали потрясающую согласованность действий, но это был первый и последний раз, так что это тоже пол-беды. А беда в том, что в тот день популяция пси на планете сократилась более чем вполовину. Живые ли, раненые ли, мертвые — всех разнесло на кварки излучением перегруженных реакторов.

Так и осталось в мире несколько десятков тысяч вдов, многие из которых были беременны новым поколением пси. И когда они родились, как-то сам собой образ стриглов стал пугачкой, детской страшилкой, которой грозили, если ребенок не слушался. Мамы думали, возможно, что навязанный страх перед стриглами оградит физически слабых пси от самой возможности контакта с ними… Вот только в отличие от бабаек и бугименов прошлого, стриглы были реальны, многочисленны и неконтролируемы. А встретить вот так в лицо свои страхи… То еще удовольствие…

А некоторые, кстати, и вовсе считают, что Первый Проект закончился не фиаско, а очень даже хорошим результатом. Они говорят, что если бы эксперимент не пошел вразнос на третьей инкубации, то четвертая, уже с полноценным интеллектом, точно через четверть века захватили бы всю планету. Их, кстати, потому и зовут стриглами что это аббревиатура. Существа Третьей Инкубации. СТРИ.

Впрочем, классические т-один, кроме регенерации ничего особенного из себя не представляли. Но когда их часть, что находилась подальше от реакторов, поглотила и каким-то образом метаболизировала излучение, они уже превратились в т-два, вторую трансморфу. Эти унесли с собой не только жизни многих пси, но и пожизненный риск в любой момент развалиться на элементарные частицы. А вот уже потом оставшиеся в живых скрестились с т-один и породили третью, самую опасную трансморфу. И, если бы они были хотя бы вполовину умнее…

Впрочем, они и без этого дел наворотили. Координация так и не оправилась. Пока разгребали последствия, пока закрывали компенсации, пока то, пока это — оборудование мокло, гнило и приходило в негодность. В итоге его стало рентабельнее просто демонтировать, чем починить. А его были тысячи кубометров, просто так не подобраться, зачастую приходилось пробивать новые ходы под демонтаж… Так и появились каты… Которые снова заселили эти проклятые жабы!..

Подумать только — те, кого создавали как решение проблемы, наплодили тысячу новых! Первый Проект должен был дать людям клеточную регенерацию аксолотлей — по сути, лекарство от всего, кроме смерти! А получился новый вид яростных тварей, которые умеют телепортироваться и нападают на все, что увидят. Кстати, я ошибся — нападение было не первым случаев командной работы стриглов. Первый был веком ранее, когда т-один вырвались из вольеров. Это была первая успешная закрепившаяся мутация и после того, как методику разослали по другим лабораториям, и там ее повторили, получив, в общей сложности почти четырнадцать тысяч существ третьей инкубаци…

Вот тогда они разом, в один и тот же день, во время кормления, вырвались из камер и через вентиляцию и канализацию сбежали, рассеявшись по окружающей территории. Поначалу их даже пытались ловить, но попробуй там!.. Нырк в реку, и на дно, двойная дыхательная система позволяет. А реки-то они везде. И стриглы стали… везде…

А потом и пси стали везде. И детская страшилка про стриглов стала везде, почти фольклорной. Ученый ты, инженер, социолог — если ты пси, подсознательно будешь бояться стриглов.

Но от теории КФП пси не отступили. Они переработали ее в Четвертый Проект, решили оттолкнуться от истока вариативности миров. Когда-то кто-то сделал свой первый выбор, создав два мира из одного, и это породило КФП, совокупность всех таких выборов. Сумма опыта всех, кто жил, живет, будет жить и мог бы жить, в бесконечном числе миров. Одним словом — ноосфера. И, разумеется, опыт не может быть материей, а значит он — энергия. Бесконечная прорва энергии!

Так думали пси, создавая пробойную установку.

Они схитрили. Они использовали объемы кат как резонаторы, вызывая локальные возмущения фазового грань-поля, и смещая их к точкам раздражения, чтобы в рассчитанном месте его напряженность стала нулевой. Чтобы открыть не короткий прокол, в тысячные доли секунды, а полноценную энергетическую магистраль. И, собственно, получилось то, что получилось. Да, пробили. Да, открыли. И первая же экспедиция пропала без следа в потоке фиолетового света. И вторая, и третья. А резонаторы кат все это время, пока работает установка, продолжают нарушать стабильность грань-поля, создавая все новые, уже нерасчетные точки раздражения. И в итоге — короткие пробои по всему миру, сходящие с ума или растворяющиеся в массиве информации люди, мы, едущие все это исправить, и вот это вот все…

Псих махнули рукой и стали колоть хроматографом орехи, придумав кинетические щиты, используя технологию с бесконечным потенциалом для ловли пуль. Они справедливо решили, что, если объект обладает большой энергией, ее можно использовать, чтобы переместить объект на мгновение в КФП путем разрыва на его месте грань-поля — дальше объект все сделает сам. Потратив всю энергию на создание микро-пробоя, пули падают дождем. Первые модели кинетиков выстраивали ботов треугольником, представляешь? До пси не дошло, что минимальная площадь всегда будет у окружности. Фантастическая тупость, да? Как и все это изобретение в целом — использовать суть мироздания как защиту от пуль. Ну а потом четыреста четвертый, «Роза ветров»… Дальше ты сам знаешь.

— Угу. — Алекс поднялся. — Ни хрена, оказывается, я не знаю. Ни про тебя, ни про мистера, ни про…

Короткий взгляд на Роуз.

— А, впрочем, это уже совсем другая история.

24

— И такого там — три километра. — задумчиво пробормотал эльф, глядя на клубы фиолетового тумана.

Ховер стоял, почти ткнувшись в них носом, но лишь «почти» — в полуметре от машины туман будто бы удерживала невидимая стена. В общем-то, так оно и было — стойки контурного поля, натыканные через каждые десять метров, по-прежнему работали.

— А ведь это, скорее всего, последнее контурное поле на планете. — продолжил эльф.

— Это то, которое ни ты, ни оттуда?

Алекс скосился:

— Мистер, ты что, в школе не учился?

— Я, знаешь, вместо школы лазал и дрался. И в соревнованиях участвовал. А в двадцать два уже в первом ролике снялся.

Алекс вздохнул:

— Да, мистер, это то самое поле.

— Прекрасно. И как мы туда попадем?

— Да никак. — хмыкнул эльф. — Дождемся, когда очнется Роуз, покажем ей это, и скажем, что сделали все возможное.

— И сдохнем. — мрачно закончил мистер. — Почему оно вообще еще держится? Четырнадцать лет, как на него не поступает питание!

— Как раз питания тут хоть отбавляй, они же до энергии пробоя добрались, только не управились с ней! Вот они и питает контурные стойки! — эльф аж пальцами прищелкнул. — Чудо же!

— Да как?! — не сдавался мистер. — Это же не электричество тебе!

— Да и тебе тоже. Но другой теории у меня нет. — эльф пожал плечами. — Вообще, знаешь, все, что связано с пробоями, до сих пор больше напоминает мистику, чем науку. Мы добрались до того что не способны понять и попытались это подчинить. Результат налицо.

— А сейчас… Мы точно понимаем, что делаем? — вступила в разговор Ради. — Не сделаем еще хуже?

— Определенно, нет. — раздалось сзади.

Перебивая запах крови, пота и подгнивающей рыбы, по кабине поплыл аромат роз.

— Клянусь, она специально ждала момента. — вздохнул Пол.

Роуз сбросила грязный и дырявый комбинезон с плеч, завязав рукава на груди. Кожа ее цветом почти повторяла волосы, даже кровавые пятна попадались, и, будто одно из них — роза слева на шее.

Дев родинки между ключицами.

Шрам, родом еще из детства, на правом плече…

Алекс скрипнул зубами и до хруста сжал пальцы в кулаки.

Роуз, задумчиво покусывая нижнюю губу, смотрела в туман.

— У нас проблемы? — наконец повернулась она.

— А контурное поле считается за проблему? — кивнул на препятствие эльф.

— Никак не большей, чем стая стриглов. — повела плечом Роуз. — Не в нашем случае. Правда, Ради?

— Ради тут при чем? — вскинулся мистер.

Но Ради, видимо, при чем-то. Иначе с чего бы еще ей стискивать штурвал так, что перчатки заскрипели?

Мистер тронул ее за плечо:

— Ради?

— Это не будет проблемой. — процедила Ради, глядя в клубящийся туман.

— И что ты намерена делать? — заинтересовался эльф.

— Мы проедем в разрыве. — ответила за нее Роуз. — Есть место, в котором стойка снесена… Как-то же должны были туда попадать предыдущие группы, ну?..

— И как же ее снесли? — скривился эльф. — Если они излучают наружу?

— Изнутри. — тихо ответила Ради и тронула рычаг тяги.

— Постой. — мистер накрыл ее ладонь своей, не давая сдвинуть рычаг. — Давайте не будем торопиться. В пробой всегда успеем. Не мешало бы отдохнуть сначала. Надо бы раздобыть воды, помыться, одежду почистить… Что вид, что запах у нас — те еще. Поесть. Отоспаться хотя бы…

Роуз улыбнулась:

— Я как раз хотела предложить то же самое. Только не знаю, где раздобыть воду.

— Я знаю. — Ради посмотрела на Клиффа снизу вверх, улыбнулась и снова подала рычаг тяги.

— Я могу поинтересоваться, откуда? — повернулся к ней эльф.

— Я здесь выросла.

Пауза.

— Продолжать ты, конечно же, не намерена?

— Конечно, нет. — улыбнулась Ради, выкручивая штурвал.

«Гермес» рыскнул в сторону, обходя стену контурного поля. Будто краб, он полз боком, разве что не царапая носом стойки контурного поля. Как Ради понимала, где находится — неясно, но ей это явно не мешало. Через пару минут она уверенно остановила и посадила машину.

— Приехали.

Она первая выпрыгнула из ховера, даже не глядя на фиолетовые щупальца, что бились в прозрачную стену в каких-то трех метрах.

— Вот. — дамочка хлопнула рукой по торчащей из земли колонке. — Скважина. Автоматическая.

— Зачем она здесь? — хмыкнул эльф. — Да и как ее запустить? Энергии-то нет.

— А как же «питания хоть отбавляй»? — подколол Алекс. — Ладно, к ховеру подключим и готово.

— Не подключим. — поспешила расстроить Роуз, осматривая колонку. — Тут контакты какие-то древние, я таких много лет не видела. У «Гермеса» таких выходов точно нет.

Мистер принялся осматривать колонку со всех сторон:

— Может, вручную как-то можно?

Ради успокаивающе положила руку ему на плечо:

— Я помогу.

И она с пояса электрокнут.

— О-о-о, «ты была очень плохой колонкой»! — хихикнул Алекс, садясь прямо на траву.

Роуз хихикнула, но Ради не отреагировала — она внимательно осматривала контакты на колонке. Потом сняла перчатку с левой, не покрытой белыми узорами, руки, ногтем подцепила что-то на рукояти кнута и вытянула тонкий провод. Его она воткнула в контакты колонки и та исправно моргнула тусклым диодом.

— И как это работает? — поинтересовался эльф, когда из колонки полилась, конечно же, ржавая вода.

— Внутри рукояти — графеновый аккумулятор, а сама рукоять — набор переходников под все возможные типы разъемов. — охотно пояснила Ради. — Специально, чтобы была возможность зарядиться где угодно и от чего угодно. А я доработала еще и вывод энергии, часто доводилось заводить технику с блокированным аккумулятором.

— Изящное решение. — оценил мистер. — ты поэтому выбрала такое необычное оружие?

— Нет, не поэтому. — ответила за нее Роуз, набирая очистившуюся воду в ладони. — А потому, что она очень ловко научилась им выдергивать ВВшников из открытого транспорта.

«ВВшников».

Не «нас», не «наших».

ВВшников.

Алекс пристально вгляделся в Роуз, но та спрятала лицо в брызгах воды и весело фыркала.

— Там в «Гермесе» есть полевой душ. — наконец разогнулась она. — Давайте развернем его и вообще… Давайте сегодня просто отдохнем.

— Отлично. — Алекс встал. — Эй, мистер! Твое последнее желание смертника исполнено!

— Заткнись. — ожгла взглядом Роуз. — Я еще вас всех обратно верну.

— Да ну? Всех? — усмехнулся Алекс. — Обещаешь?

Роуз сощурилась, закусила губу, но взгляд не отвела.

Алекс снова хмыкнул и пошел умываться.

25

Фиолетовый туман осторожно щупал пространство, вылезая из разрыва контурного поля. Стойка выломанного эмиттера валялась перед носом «Гермеса», метрах в пятнадцати от своей позиции между двумя такими же, но целыми. Местами заросшая мхом, вся гнутая, она явно пережила мощный удар. Удар изнутри, из царства фиолетового тумана и глухой неизвестности.

Впору начать думать о жутких потусторонних монстрах, только и ждущих, когда к ним явится консервированный обед.

— Ла-а-адно… — медленно, будто через силу, протянул мистер. — В мыслях это было как-то проще…

Он потянулся к карману, не иначе за своей жвачкой.

— Ну, туда же не обязательно лезть всем, правильно? — пожал плечами Алекс. — Зачем там все? Верно, Ю… Роуз?..

— Совершенно верно. — отрешенно ответила Роуз. — И, если что-то пойдет не по плану, оставшиеся снаружи не пропадут моментально, а умрут долгой мучительной смертью от денатурации гемоглобина наживую.

Алекс повернулся обратно к мистеру:

— Она милашка, правда?

Мистер нахмурился, явно ничего не понимая.

— Все несложно. — Роуз присела возле ящика со снаряжением и принялась все из него выкладывать. — Пол, на этом этапе все зависит от тебя.

— Что за новости? — вскинулся эльф.

— Ты в венце — самый защищенный от псионики член отряда. — Роуз перевернула ящик и приложила ладонь к днищу, прямо по центру. — Так что именно тебе придется поставить экран, который защитит остальных. Согласно итогам моделирования, ты продержишься за бортом около минуты, а на установку экрана понадобится всего-то секунд пятнадцать.

Не отпуская ладони, Роуз подняла ящик на узкую грань, и только потом отняла руку. Ящик завибрировал и из него выехала длинная телескопическая мачта с шариком на конце. Он уперся в потолок «Гермеса», антенна чуть согнулась.

— Опять штука в другой штуке. — вздохнул эльф, глядя на трансформации ящика. — А если что-то пойдет не так? Если модель ошиблась?

— Если что-то пойдет не так, все равно сдохнем мы все. — за Роуз ответил Алекс. — Соберись, эльф, настал твой черед побыть героем! Или, ты думал, тебя взяли мозги жабам поджаривать?

— Прекрасно! — истерично хихикнул эльф. — Всегда мечтал побыть героем!

— Да угадаю… — продолжил Алекс. — На самом деле…

— Прекратить! — Роуз грохнула на пол бухту силового кабеля, другой конец которого прятался под панелью приборов. — Пол, ситуация тебе известна от начала и до конца! Уговаривать никто не будет!

— Да понятно… — вздохнул эльфэ — Просто хотелось бы умереть все же в здравом уме… И, желательно, лет через тридцать.

— Не переживай, ты еще внуков своих увидишь. — улыбнулась Роуз.

А вот это она зря.

Историю Пола она, конечно, знала, не могла не знать, это первое, что ее должно было интересовать…

Вот только она определенно не знала, какие шрамы эта история оставила в его памяти.

Лицо эльфа заострилось, глаза сузились, скулы выделились под тонкой кожей.

— Делать что? — сухо спросил он.

— Поставить ящик на землю, нажать кнопку, дождаться, пока появится купол. Все просто.

— А я его унесу?

Роуз задумчиво покачала ящик пальцем.

— Ну, он где-то килограммов восемь…

— Тогда унесу. Давайте уже покончим с этим всем, я есть хочу.

— Мы же завтракали час назад. — удивился мистер.

— А я когда нервничаю, становлюсь голодным!

— Не знал такого о тебе.

— Да что ты вообще обо мне знаешь?!

— Тихо! — вмешалась Роуз. — Ради, джентльмены желают двигаться!

Ради кивнула и бесстрашно двинула ховер в фиолетовое марево.

— Ох, что сейчас будет… — тихо произнесла она, когда туман коснулся обшивки.

— Надеюсь, что ничего. — процедил эльф. — Надеюсь, что Координация действительно сделала эту консервную банку способной выдержать энергию пробоя.

— О себе лучше подумай. — бросила Ради и добавила тяги. — А «Гермес» справится.

Ховер утонул в фиолетовом тумане.

Мистер с хрустом размял шею:

— Кто-то что-то чувствует?..

— Голод. — буркнул эльф.

Ради подхватила эстафету:

— В ушах чуть звенит.

— В глазах двоится. — описала свои ощущения Роуз.

Алекс только пожал плечами — никаких изменений состояния не наблюдалось.

— Значит, все работает, зря волновался. — подытожила Ради.

Эльф вяло показал язык и следом — оттопыренный обрубок мизинца.

— Нам нужно оказаться максимально близко к центру пробоя. — Роуз нагнулась к Ради. — Справишься?

— Легко. Держать ровно, и через три минуты будем там.

— Отлично. Пол, готовься.

Эльф пробормотал что-то и взялся за свою коробку.

— Что-что? — заинтересовался мистер, явно что-то расслышавший. — Какую идею?

— Корпус «Гермеса» покрыт псионитом, или его имитацией, со схожей кристаллической решеткой. — ответил эльф. — Поэтому мы в безопасности внутри. Верно, Роуз?

Роуз улыбнулась и кивнула.

— Это идея пси четвертьвековой давности — покрывать череп тонким псионитовым напылением, чтобы защитить хомо. Вроде клетки Фарадея, только не от электричества, а от псионики. Прямо под кожу, прямо на кости.

— Впервые слышу. — почесал затылок мистер.

— Еще бы, это на уровне идеи и осталось. — эльф поволок ящик к двери. — Никто не способен был выдержать такую операцию, за редчайшим исключением. Основным требованием была полная функциональность мозга в период напыления сплава, чтобы кристаллическая решетка перенимала частоту биоритмов конкретного мозга. А это значит — никакой анестезии. Удачный исход операции определялся лишь способностью конкретного индивида переносить боль от вдуваемого под кожу черепа через тонкие иглы расплава псионита…

Мистер явственно дернулся.

Ховер плавно остановился.

— Твою мать, что, уже?! — занервничал эльф.

В окне, кроме фиолетового тумана, так ничего и не было видно.

Алекс повернулся к дамочке:

— Как ты узнала, где тормозить?

— Мы почти что носом уткнулись в первую установку. — невозмутимо ответила та. — Просто ее не видно.

— Тогда откуда ты знаешь, что она там?

Ради молча отвернулась.

— Ладно… — прошептал эльф. — Поехали!

Он хлопнул по кнопке открытия и выскочил наружу.

В ушах ощутимо зазвенело.

А мистер и Роуз скривились так, словно все зубы разом заболели.

Скрежетнула по полу коробка и канула в туман вслед за эльфом. На полу остался только свернутый бухтой кабель…

— Ал, стой!..

Но Алекс уже схватил бухту и вывалился в фиолетовую бурю.

Молния… Молния… Солнце… Разряд… Взрыв…

Мать… Отец…

Юна… Диго… Фэлпс…

Роуз!..

— А-а-а-а!..

Алекс рухнул на колени, зажмурился, сжал голову ладонями, больно придавив висок кабелем…

На голову давило сто метров водной толщи, со всех второн слышались голоса… Кричали, шептали, просили, молили, плакали, смеялись!.. Тысячи голосов!.. Миллионы фраз!.. Миллиарды людей!..

— Эльф!..

— Ельф!.. Ель!.. Качель!.. Канитель!.. Карусель!.. — подхватили голоса.

— Корд?!

Мелкие частые шаги…

— Ты что тут забыл?!

— Ка… бель… — выплюнул Алекс, уронил кабель, рухнул на землю…

— Абель!.. Абель!.. Абель!..

— Точно. вот почему не работает!

Легкие и быстрые шаги прочь… Прочь… Прочь… Не помочь… Обесточь… В ночь… В нос… Не вопрос… Не вопль… Некрополь… Не крепче… Не легче… Легче…

Черт, легче!..

Алекс поднял голову. Наверху радужным зонтом переливался защитный купол, стоящий на тонком луче света, бьющего из антенны ящика. Или, вернее, теперь это передатчик ящика, эмиттер. Фиолетовый туман не проникал сквозь тонкую пленку, а тот, что остался внутри, стремительно таял.

— Получилось! — выл эльф, танцуя возле свой коробчонки. — Вашу мамашу, сработало!

— Я счастлив. — выдохнул Алекс, пытаясь сесть. — Самое время передохнуть.

Роуз выглянула из ховера и огляделась:

— Некогда отдыхать. Купол сейчас стремительно опустошает аккумуляторы, и, когда они иссякнут, он пропадет. Надо поторопиться.

Она выпрыгнула, давая мистеру дорогу. У того в руках покоился какой-то сегментированный шар — не иначе, тот самый двигатель из того самого закрытого багажного отсека.

— Ставь куда угодно. — распорядилась Роуз. — А остальные, подойдите сюда.

Ради и мистер переглянулись, эльф хмыкнул.

— Ну, на минуту… — Роуз обвела всех просящим взглядом. — Хочу сделать снимок.

Алекс нехотя поднялся:

— Это нужно для отключения ботов?

— Нет, это… — Роуз закусила губу и опустила взгляд. — Это для меня. И вам, если захотите у себя дома иметь снимок, подобного которому нет ни у кого в мире.

— О, я в деле! — хлопнул в ладошки эльф. — Корд, пошевелись! Быстрее снимемся, быстрее закончим!

Алекс махнул рукой и встал рядом с остальными.

Роуз достала ай-ди:

— Чуть вправо… Еще… Еще… Стойте, я лучше сама ракурс сменю.

Она перебежала прямо к излучателю купола и наконец сделала снимок.

— Готово! — улыбнулась она, опуская ай-ди. — Человеческая память несовершенна, вряд ли я смогу в мелочах запомнить вас… такими…

— Такими? — сощурился Алекс.

— Такими. — кивнула Роуз. — Это… не объяснить. Сами все поймете. Удачи.

Она присела, выдернула из-за голенища нож и перерубила кабель питания.

Часть 3

Дороги, что выбираем мы

26

Часы показывали шестнадцать часов двенадцать минут. Двенадцатого августа две тысячи четыреста четвертого года.

Разбитые и залитые кровью часы показывали минус десять лет.

Перед лицом — чьи-то ноги, осколки щитов, желтые элементы брони…

Клифф уперся ладонями в солфальт и легко поднялся в рост.

— А ну, малец, в сторону!

Сам ты… малец…

Мимо, перекрикиваясь, полдесятка мужиков толкали обгоревший автолет без окон. Новую барикаду строить.

Да это же все уже было!

Очередной сон?!

Рука рефлекторно полезла за жвачкой и — вот это поворот! — нашла ее! Нашла в кармане черных бриджей, а не рваных синих штанов, что были на Клиффе во время бунта!

То есть, все же не сон…

Наверное, так люди и сходят с ума в пробоях… Тонут в прошлом, вспоминают его, не желают отпускать…

— Клифф!

Ну, точно. Прощай, разум. Здравствуй, брат.

Саймон вынырнул из дыма, как стригл из канализации. Бровь рассечена, волосы растрепаны, одежда — набор ленточек. Только красный платок узлом на правом запястье как новый.

— Живой, братишка?

— Пока еще живой, но, судя по всему, это ненадолго.

Саймон нахмурился:

— Чего? А, ладно, потом расскажешь, за нами еще две улицы, лимоны отступают! Слышишь?! Мы побеждаем!

— Да, знаю. — вздохнул Клифф. — Идем, я хоть напоследок повеселюсь.

Барикады, автолеты, лужи электролита, люди, эльфы…

Сейчас взорвется слева.

Бум!..

Клифф присел, удержался, а вот Саймон упал на бок.

— Ого! Похоже, автолет! — Саймон поднялся. — Не иначе, взрывают и переносят барикады!

— Не переносят. — себе под нос пробормотал Клифф. — Просто взрывают, расчищают путь легионерам. Но об этом расскажут только в четыреста седьмом.

— Чего?

— Идем, говорю.

— Секунду!

Две бутылки, знакомый тост…

— Но я не пью… — Клифф нахмурился и махнул рукой. — Хотя ладно, о чем я… Десять минут осталось.

Алкоголь мгновенно вскружил голову и перетряс мысли. Клифф встряхнулся:

— Идем!

— Как думаешь, много лимонов полегло?

А ведь в оригинале этот вопрос задавал Клифф…

— Больше перешло на сторону бунтовщиков. — ответил Клифф, осматриваясь в поисках стопки щитов. — Остались только самые поехавшие, кто уже давно и плотно сидит на тетриназине. Почти легионеры.

— На чем сидит?

Клифф отмахнулся:

— Забудь. Возьми лучше щит.

— О, классная идея! А ну, погоди!

Интересно, а что если… Специально все сделать наоборот?

Клифф сел прямо на солфальт:

— Да ты не торопись особо.

— Ты даже на разведку не сходишь? Как же твое вечное любопытство?

— Я и так все знаю. — Клифф допил и поставил бутылку.

— Откуда?

— Давай без лишних вопросов.

В голове слегка шумело, по телу разливалась приятная слабость — вот, что значит семь лет не пить. Или все это результат взаимодействия алкоголя и жвачки?

Часы показывали шестнадцать двадцать три.

— Сейчас начнется.

— Начнется что? — поднял голову Саймон.

Ну да, примерно в этот момент он и нашел устраивающий его щит, только разве что на руку не успел надеть.

Из-за угла показались первые беглецы — двое мужчин тащили под руки эльфа без сознания. Из носа пси капала кровь — похоже, пытался пробить легионеров, да надорвался…

Саймон выпучил глаза:

— Что за хрень?!

— Ты, главное, не дергайся, когда увидишь легионеров. — спокойно объяснил Клифф. — И не пытайся с ними драться.

— Кого? С кем?

Клифф кивнул на первых черных:

— Я вот про этих.

— Что за…

Саймон встал и четверка легионеров тут же атаковала.

Клифф рефлекторно вскинул руки, защищаясь от прямого ногой в голову, упал на бок.

Главное — не атаковать в ответ.

— А ну прочь!..

Да чтоб тебя, Саймон!.. Велено же было не дергаться!

Веер осколков, удар дубинкой в щит…

Что там такое в спину упирается?

— Вставай!

Новый удар в щит!

— Саймон, сзади!

Неужели это сам Клифф кричит?!

Перед Саймоном — легионер с пистолетом.

Перед глазами — падающая на голову дубинка.

А за спиной руки нашарили ребристую арматурину.

Будет забавно, если это та же самая, об которую угораздило споткнуться десять лет назад.

А, впрочем, почему бы и нет?

Клифф рывком перевернулся на спину и кинул ноги вверх, встречая дубинку подошвами! Выкатился в руки, подхватил арматурину и врезал по стволу, что грозил брату!

Бэм!

Промазал, сука!

Но в лицо уже тоже смотрит ствол.

«Отсутствие сопротивления — залог вашей безопасности…»

Клифф ушел влево, хватая и блокируя ствол. В шлем бить без толку, без замаха ничего не выйдет. Значит — тычок в живот! И арматуриной по кисти, выбивая пистолет!

Клифф схватил согнувшегося легионера за шею, развернул и разогнул, прикрываясь им, как щитом.

Хотя почему «как»?! Именно что «щитом», ведь на поясе у него — самая первая модель кинетика!

Тройка легионеров мгновенно рассредоточилась — двое пошли обходить со сторон, третий — строго по центру.

И тут же упал, споткнувшись о брошенный Саймоном в ноги щит!

Решение пришло моментально.

Клифф толкнул своего пленника во второго, а сам побежал к третьему.

Но, едва исчезло разделяющее их препятствие, легионер достал пистолет…

— Лови!

Мимо просвистел еще один щит, легионер дернулся в сторону, но сбил прицел и выстрел прошел мимо! Клифф длинным кувырком доломал линию огня и на подъеме снизу вверх вытянул легионера по шлему!

Спасибо, брат. Выручил.

Шлем брызнул осколками, оглушенный легионер плашмя рухнул на спину. Но сзади еше как минимум два.

Ох и неприятное это ощущение, когда тебе в спину ствол смотрит. А то и не один.

Клифф сорвал с пояса оглушенного шайбу и резко развернулся, демонстрируя ее противникам. Они все в момент поняли и снова взялись за дубинки.

Клифф тоже поудобнее перехватил арматурину.

Замах!

Клифф заблокировал удар слева, справа в открывшийся бок тут же нырнула вторая дубинка. Подшаг правой — тычок уходит в пустоту, арматуриной по кисти и в противоход — по шлему!

Легионер рухнул на четвереньки — то, что надо!

Клифф толкнулся от его спины, замахнулся. Противник вскинул дубинку двумя руками в горизонтальном блоке…

Клифф ударил его коленом в грудь прямо в прыжке, сбил дыхание, заставляя отступить! И мощным ударом снизу вверх в подбородок вскинул легионера в воздух!

— Пошел нахрен! — раздалось сзади.

Саймон боролся с легионером, тем, что упал, запнувшись о щит. Черный все пытался освободить руку и ударить дубинкой, Саймон наоборот крепко цеплялся за нее, понимая, что в этом его единственная защита.

Саймон не учился драться половину жизни. Саймон не знает, как обращать оружие противника против него же.

Гулкий удар арматурины по шлему остановил эту возню.

Легионер осел на землю, Саймон не удержался и упал следом.

— Ну, спасибо. — пропыхтел он, снова поднимаясь на ноги. — Где так драться навострился? И когда?

— За последние десять лет. — мрачно ответил Клифф, озираясь.

Как-то так вышло, что за секунды боя Клифф и Саймон оказались в одиночестве. Не считая четырех бездыханных легионеров под ногами, вокруг больше никого не осталось. Неужели несколько десятков людей умудрились так быстро пробежать мимо?

Неужели никто из них даже не остановился, чтобы помочь своим — что тем, что тем?

Саймон махнул рукой:

— Ладно, сваливаем.

— Куда? — усмехнулся Клифф. — Некуда валить. Потому что всего этого нет.

— Ты что несешь? — нахмурился Саймон. — Чего нет?

— Ничего нет. Тебя нет, легионеров нет. Арматурины нет. — Клифф взглянул на свое оружие. — Этого всего не было, все закончилось не так. Меня вырубили, а тебя… убили.

— Тебе коктейль по мозгам дал? — выпучил глаза Саймон. — Идем скорее, пока нас снова не приняли! Надо прорываться, пусть даже вдвоем!

— Нет! Никаких! Двоих!

Насечки арматурины больно впились в ладонь.

В другую — острые грани упаковки «фриролла».

— Ты мертв! Ты шутка моего подсознания! Я знаю, прекрасно знаю, что тебя убили! Когда в концлагере меня клеймили, я даже боли не чувствовал — все не мог смириться с тем, что не защитил тебя! А я пытался, я семь лет пытался! Но даже когда смирился — кошмары меня не отпустили! Я сутками тренировался, чтобы не допустить больше никогда повторения той ситуации, чтобы никогда больше не оказаться бесполезным куском мяса, защита которого стоит людям жизни! Я тысячи раз крутил в голове момент твоей смерти, прикидывал, были ли вообще у меня шансы тебя спасти!.. Тогда я был уверен, что не было…

— Были, были. — кивнул Саймон. — Идем уже.

— Были, точно. Я же спас тебя сейчас. — усмехнулся Клифф. — Я могу спасти тебя, я могу спасать других. Даже спустя десять лет в моей голове ты жив, но теперь-то понятно — это потому что в моей голове я сам же тебя и спас. Наверное, это и значит самого себя простить.

— Ты идешь, нет?

— Нет. — покачал головой Клифф. — Я никуда с тобой не пойду.

И, только прозвучала эта фраза, солфальт затянуло фиолетовым туманом. В нем утонули тела легионеров, скрылся щит. Туман поднялся, сгустился, скрывая дома и барикады.

Остались только Клифф и Саймон.

— Что ж… — грустно улыбнулся Саймон. — Ты выбрал свой путь. Я знал, что ты не ошибешься. Рад был тебя повидать, бро…

Фигурау Саймона затянуло фиолетовым туманом и из него, уже едва слышно, донеслось:

— И это… Я горжусь тобой.

— И я тебе рад. — прошептал Клифф в непроницаемый туман. — Спасибо, брат.

И все смолкло. Ноги подкосились, Клифф рухнул на колени. Только арматурина, упертая в землю, не давала завалиться окончательно.

Клифф дрожащей ладонью закинул в рот сразу четыре пластинки.

— Чтоб вас… Ух, чтоб вас!..

Через минуту отпустило, хотя бы тремор пропал.

А еще через одну послышались невнятные вопли.

Клифф прислушался.

— Ребята! Эй!.. Кто-нибудь!..

Это же Пол! Его скрипучий голос не спутать ни с чьим другим!

Клифф поднялся и поковылял на звук, ощупывая туман под ногами арматуриной.

27

Поля хлопчатника возле Ол-Дели — будто облака до самого горизонта. Так любила говорить старшая, так она любила описывать их тем, кто не видел. Да и тем, кто видел — тоже.

Но хлопок — не облако. Мама говорила, что облака — мокрые и холодные. На это сестра всегда шутила, что мама не трогала облака и не может знать этого. А вдруг облака и есть хлопок, только небесный?

Конечно, она и сама вряд ли в это верила. Но в девять лет можно поверить и не в такое…

Ради открыла глаза.

— Все целы?

Даже минувшие годы не стерли из головы этот голос.

И в него поверить будет сложнее, чем в хлопковые облака.

— Сатья? Ради? Шанти?

— Мы целы! Где Ради?

Ради села и уставилась на родителей, не в силах поверить:

— Мама? Папа?! Ша… Шанти?!

Они обернулись и застыли, словно тоже не могли поверить, что Ради здесь. Но лишь на секунду. Потом мама всплеснула руками и бросилась к младшей дочери:

— Цела! Слава Вишну, ты тоже цела!

Она буквально вздернула Ради на ноги, расцеловала в щеки…

— Ух! — выдохнул папа за маминой спиной. — А я уж успел испугаться. Никогда не видел ничего даже отдаленно похожего! Не знаю, что это было, но, думаю, нам крупно повезло.

— Согласна. — мама наконец разжала объятия. — Никогда такого не видела.

Ради отстраненно коснулась щек, пальцы скользнули по следам помады.

— Что… Что происходит? Я сошла с ума?! Я умерла?!

— Глупая! — где-то за спинами родителей засмеялась сестра. — Наоборот, мы живы! Как бы ты нас видела, если бы мы умерли?

— Шанти, не пугай сестру! — притворно напустилась на нее мама.

Папа вышел из-за маминой спины, огляделся, поправил бородку, как делал всегда, когда размышлял:

— Надо уходить. Не знаю, что это было, и выяснять не хочу. И вообще хочу оказаться подальше отсюда, вдруг оно повторится.

— Да, ты прав. Девочки, идем!

— Мам, я…

— Потом, Шанти! Сначала уйдем, а потом расскажешь все, что хотела!

— Но мы с Ради…

— И за прятки ваши с Ради получите тоже потом! И за ваш вид!

А что вид?

Что не так с видом?

Ради подняла руки. Повернула их ладонями вверх. Опустила. Снова подняла.

Быть этого не может! Это же безумие!

Не было больше смуглых рук с коротко остриженными ногтями. Не было мотоперчаток, даже не было белого узора менди на правой кисти и знакого крестообразного шрама на левой. И мозолей от руля тоже не было.

А были тонкие детские ручки в царапинах от острых коробочек хлопчатника.

Не было куртки, и штанов с мотоботами тоже не было. Был синий комбинезон с налипшими кое-где клоками хлопка, были сандалии, из которых торчали смешные детские пальчики.

Кнута не было…

— То мэй мар гайа хун!

— Ради, сколько раз повторять — говори на стандарте! — нахмурился отец. — А такие вещи не говори вообще!

Мама шагнула к нему, успокаивающе положила руку на плечо:

— Виджай, не сейчас.

Она всегда так делала, и это всегда работало.

Но не сейчас.

— Все, идем! Сатья, возьми Шанти! Ради, пойдем!

Он схватил за запястье и больно сжал, потянул за собой…

Ради выкрутилась раньше, чем сообразила, что делает — рука просто сама собой обогнула большой палец отца, разрывая хват.

— Ради, это что такое? — ахнула мама, округлив глаза.

Ради засмеялась:

— Это самооборона! Это то, что я получила в обмен на вашу пропажу! Вернее, одно из много, что я получила!

— Пропажу? — нахмурилась мама. — Но мы же не пропали. Куда мы пропали?

— Пропали! Исчезли! Растворились! Откуда я знаю куда!

— Но мы же здесь. — вылезла из-за родителей Шанти.

— Нет, это я здесь! Там, где вы! Тогда, когда вы! Но я все помню! Я помню, как вас не стало, помню как пришла в себя посреди фиолетового хаоса, одна! Помню, как искала вас, едва не теряя сознание от раскалывающих голову знаний! Помню грузовик, помню как решила выбираться и поискать вас снаружи, где нет этого чертового тумана! Как я не могла дотянуться ногами до педалей и искала, чем бы их придавить! Как снесла столбик контурного поля, поранив подбородок и руку, повредив грузовик! Как шесть часов шла до Ол-Дели, зажимая раны куском хлопка! Я все помню…

Родители растерянно переглянулись.

— Ради… — осторожно начала мама. — Но мы же здесь. И ты здесь. Никто никуда не пропадал. Мы сейчас пережили что-то крайне непонятное, и, возможно, тебе что-то привиделось…

Ради сощурилась:

— Привиделось? Четырнадцать лет жизни привиделось? Знания о том, как управлять любым видом техники — привиделись? Может быть, планы кат всего мира? Или знания о тактических приемах работы Внутренних Войск? Это все мне привиделось?!

Мама примирительно подняла ладони и улыбнулась:

— Ради, остынь. Давай сначала выберемся отсюда, а потом уже выясним. Я тебе обещаю, мы все выясним. Но потом.

Привиделось.

Привиделось…

— А Клифф? Роуз, Пол, Алекс? Они все тоже привиделись?!

— Кто все эти люди? — строго спросил отец.

— Ради, что за имена? О ком ты говоришь?

— О моих друзьях!

— Но я их не знаю. — мама развела руками. — Познакомишь? Только для этого надо сначала выйти отсюда.

Привиделось…

Привиделось…

Ради села на землю и всхлипнула.

Поднялся ветер.

Полетели мелкие обрывки белых облаков…

— Эй, мартышка, ты чего?

— Шанти! — шикнула на сестру мама и присела рядом. — Ради, идем. Мы во всем разберемся, обещаю. Идешь?

— Идем, дочь. — папа снова взял за запястье.

И Ради снова рефлекторно выкрутилась.

— Да что это такое! — воскликнул отец и схватил вновь.

Он не терпел непослушания ни от одной из своих трех женщин. Это для него нормально.

Ненормально для него знать этот захват — одной рукой за кисть, второй за пальцы, с заломом внутрь. Папа был простым фермером, что выращивал хлопок. Он не мог знать захват, который используют легионеры в контролирующих тройках — по одному на руку и третий нейтрализующий.

Он как минимум не дожил до того, чтобы где-то его видеть.

Ради вскрикнула, пролезла свободной рукой в кольцо захвата, положила ладонь на свое е запястье и резко нажала, выпрямляя руку, разрывая захват!..

— Чтоб вас!.. — не выдержала мама. — Виджай!

— Да сколько можно?! — в тон ей ответил папа, морщась и держась за запястье.

Ради засмеялась в голос:

— Хватит! Я все поняла! Заканчивайте ваше представление!

И тут же резко потемнело. Ради быстро взглянула влево-вправо не выпуская псевдо-семью из поля зрения.

Фиолетовый туман поглотил все вокруг, и только четыре человека остались в круге чистого пространства. Четыре человека и тяжелый трехосный грузовик черно-желтой расцветки.

Папа грустно улыбнулся:

— Ты молодец. Я всегда говорил, что ты сообразительная.

Мама повторила его улыбку:

— Я горжусь тобой.

— Ты же хотела знать все. — поддержала их Шанти. — Теперь знаешь.

Но Ради не расслаблялась:

— И что дальше?

Шанти озорно улыбнулась и указала глазами на грузовик.

— А… А вы?

Мама вздохнула:

— А что мы? Нас нет. Уже четырнадцать лет как. Сама же сказала.

— Но как же… Вот же вы. Точно такие, как я вам помню!

— А кто еще помнит, кроме тебя? — усмехнулся папа невесело. — После всего, что произошло — кто помнит простую фермерскую семью, что стала первой жертвой пробоя?

— Да плевать, кто! Главное что помню я! Этого достаточно! Недаром же говорят что живы лишь те, кого помнят! Пусть даже живы лишь в моей голове, но — живы!

— Именно, дочь, именно. — кивнул отец. — Я же говорю — ты сообразительная. А теперь тебе пора. Тебя ждут друзья.

Ради подошла к грузовику и протянула к двери руку.

Затянутую в коричневую мотоперчатку руку.

Ради обернулась.

— Там, где вы… Как? Страшно?

— Не страшно. — успокаивающе улыбнулась мама. — За нас не переживай, у тебя и так полная голова забот. Главное — помни нас.

— Ты такая красивая выросла. — папа говорил серьезно, но глаза его улыбались. — Настоящая красавица. Вся в маму.

— Зато характером в тебя. — мама сплела пальцы у него на плече, положила на них подбородок. — Ради, мы любим тебя. Никогда не забывай это.

— И я вас… — прошептала Ради, отвернулась и полезла в кабину.

— Удачи, мартышка! — донеслось в спину.

Ради захлопнула дверь, стерла слезы и полезла под рулевую колонку.

Где и что скрутить, чтобы запустить двигатель — не забылось.

Ничего не забылось.

И никто.

И все это уже было. Разве что теперь ноги свободно достают до педалей, а все остальное — уже было. Рев двигателя, облако выбитого силовым бампером хлопка перед лобовым стеклом, эмиттер контурного поля…

Удар!

И это уже было. Короткая потеря сознания, саднящий подбородок, глубокое рассечение левой кисти. Только лопнувшей по шву перчатки не было. Зато уже была полная кабина налетевшего через разбитое лобовое стекло хлопка.

Ради взяла сколько поместилось в ладони, примяла, добавила еще, еще, пока не получился плотный шар, и прижала левой кистью к подбородку — чтобы остановить сразу оба кровотечения. И там и там останутся шрамы.

Вернее уже остались. Ведь это все уже было.

И, когда поврежденный двигатель закипел и грузовик встал, Ради спокойно выпрыгнула из кабины и пошла пешком через фиолетовый туман, прижимая хлопковый шар к ранам.

Все это уже было.

Все, кроме криков Пола откуда-то сбоку.

Ради усмехнулась и пошла на звук, разгоняя туман здоровой рукой.

28

Экраны.

Экраны.

Экраны…

— Восемь-восемь, жду указаний!

Экраны.

Экраны.

— Группа двадцать, дом четыре! Не знаю!

Экраны…

— Четыре-три, заходим в автобусное депо!

И в углу каждого — дата и время тактической камеры: пять часов вечера. Двенадцатое августа. Две тысячи четыреста четвертого.

— А-а-а-а!..

Пол упал на колени, зажмурился и схватился за голову. Под пальцами — многоканальная гарнитура, перед глазами — бесконечные экраны, под ногами — командирская консоль…

— Сто-о-оп!..

— Три-шесть, есть стоп!

— Четыре-шесть, есть стоп!

— Восемь-два…

— Семь-шесть…

— Четыре-два, подтвердить, мы под огнем.

— Три-три отрицательно.

Пол сорвал с головы гарнитуру и отшвырнул ее.

— Милый! Милый, что с тобой?

Этот… Голос…

Невозможно!

Пол замер и прислушался.

— Милый?..

Только не открывать глаза… Главное не открывать глаза, а то окажется, что все это — лишь иллюзия!

— Эй посмотри на меня… Ну…

— Тш-ш-ш… — скривился Пол. — Тебя ведь нет, правда?

— В каком смысле? А кто тогда есть?

— Никого нет… Никого же нет! И всего этого тоже нет!

— А что тогда есть?

— Есть только пробой. — пробормотал Пол. — И я в нем медленно схожу с ума. А, может, уже сошел.

— Ты что такое говоришь? А ну, посмотри на меня!

— Ни за что.

— Открой глаза, ну… Я беспокоюсь! Посмотри на меня.

Пол глубоко вдохнул и открыл глаза.

Она редко бывала серьезной. Но сейчас — как никогда. Серые глаза, золотистые локоны, тонкий носик, острый точеный подбородок…

Пол протянул руку и долго выдохнул:

— Линда…

— Угадал. — чуть улыбнулась она и подалась вперед, чтобы рука коснулась щеки.

— Ты… Ты?

— Я. — по-прежнему улыбалась она. — Ты в порядке?

— Нет, конечно!

Пол подобрал ноги, подался вперед, схватил жену, сжал в объятиях:

— Я в жизни не был настолько не в порядке!

Она тихо засмеялась:

— Ты чего?

— Я уже успел забыть, как ты красива в жизни. Только по фотографиям тебя и помню.

— Ты что несешь? Что значит «в жизни»?

— Да ну понятно. — Пол чуть отстранился. — Я же не идиот, я понимаю, что все это — бред моего агонизирующего сознания, которое корчится в центре пробоя. Всего этого не существует, а ты и вовсе мертва.

— Опять ты… — она нахмурилась. — Да что ты, черт возьми, такое несешь?

— В тот день тебя не было рядом. Я вообще о тебе тогда не подумал, полностью поглощенный своей операцией, своим детищем и тем величием, которое она должна была мне принести. — Пол сел поудобнее, подобрав ноги и привалившись спиной к консоли. — Только бросил тебе, что буду поздно, и ушел. И уж тем более ты бы не попала внутрь штаба координации, даже если бы каким-то образом оказалась рядом. Тем более в такой день.

— Какой еще день? Какой «такой»?

— Такой! — Пол ударил кулаком по консоли. — Двенадцатое августа две тысячи четыреста четвертого! День, из-за которого весь год назвали «потерянным»! Когда я обрек на смерть тысячи людей…

— Милый… Но это же сегодня…

— Хватит!

Пол зажмурился и закрыл голову руками:

— Замолчи! Прекрати! Я не поверю в это ни за что! Даже не старайся!

— Кто-нибудь, принесите выпить! Покрепче! — крикнула Линда куда-то в сторону. — Милый…

— Заткнись!

Пол сжался, что было сил, ударился затылком о консоль, еще раз, еще!..

Но даже боль не способна была закончить этот кошмар…

— Хватит, успокойся…

От нее даже пахло так же — едва уловимый аромат корицы и чего-то цитрусового.

— Вот, выпей.

Целая бутылка виски. Что, прямо из офицерского бара?

Нет, стоп. Думать в таком ключе — уже наполовину признать реальность происходящего.

— А давай…

Пол свернул пробку и сделал два хороших глотка. Вернее, сделал один, а второй — выплюнул на пол в приступе судорожного кашля.

— Ну что ты… — расстроилась Линда.

— Да плевать. — отмахнулся Пол.

— Тебе полегче?

— Скажем так, я прошел фазу отрицания. — Пол сделал еще глоток. — Я все понял, сейчас двенадцатое августа, я провожу операцию по подавлению бунта. А ты тут… А, впрочем, я сам — тебя я же и велел доставить. Это логично, я бы так и сделал, если бы мне выпал шанс провести работу над ошибками.

— Ты так и сделал. — улыбнулась Линда. — Конечно, ты так и сделал. Как мог ты поступить иначе? Ты же у меня самый умный и заботливый, ты все предвидел.

— Ладно, допустим. Но что ты делаешь конкретно здесь, возле командирской консоли? Тоже мое распоряжение?

— Слушай, ну это уже никуда не годится. Да, твое!

— Прекрасно. — Пол отпил еще. — Этого следовало ожидать. Думаю, дальнейший разговор тоже лишен смысла, все сведется к тому, что последние десять лет мне приснились.

Линда охнула, округлила глаза:

— Десять лет?! Какие десять лет?!

Вместо ответа Пол оттопырил огрызок мизинца:

— Это что, скажи мне?

— Это тебе лазером сожгло в двадцать четыре. — тихо ответила Линда. — В лаборатории.

— Хорошо, это знаешь. А это?

— Это… Твое ухо.

— А в нем?

— А в нем… — Линда нахмурилась. — Не знаю. Сера? У пси есть ушная сера?

Пол ухватился за мочку левого уха.

Серьги не было.

— Зеркало!.. Быстро!.. Черт!..

Пол схватил гарнитуру и запустил в ближайший экран.

Побежала паутина трещин, изображение исчезло, Пол уставился в размытое нечеткое отражение в погасшем дисплее.

Серьги действительно не было.

— Ага… Я понял…

Пол задумчиво подергал себя за ухо, поднял бутылку и сделал хороший глоток. Подумал и глотнул еще:

— Так, моя жена жива, ухо в память о ней я не прокалывал, да и вообще мне двадцать восемь, я координирую операцию по подавлению бунта в Центрополисе. Все верно?

— Ну наконец-то! — радостно выдохнула Линда.

— Ничего не хочу знать.

Пол снова приложился к бутылке.

— Пси Шифти!

К консоли подскочил взмыленный лейтенант ВВ с планшетом в руках:

— Пси Шифти, мы теряем инициативу! Необходимо срочно вернуться к командованию, легионеры ждут указаний!

— Ага, я понял. — кивнул Пол. — Указываю — ликвидируйте операцию.

— Выпол… Простите, что?

Одновременно с ним вскинула брови и Линда:

— Милый?

— Какое словно неясно? Сворачивайте операцию.

ВВшник побледнел:

— Но… Но…

Линда вытянула в его сторону ладонь:

— Я разберусь.

Солдатик исчез быстрее стригла.

— Милый, ты ничего не хочешь мне сказать?

— Хочу. Я люблю тебя.

— Ох, ты так редко это говоришь… Вернее, вообще не говоришь, последний раз был…

— На нашей свадьбе. Я помню.

— Пол, что ты делаешь?

— Исправляю свои ошибки. Раз уж выдалась такая возможность.

— Но ты… Ты же сам спланировал эту операцию. Кто ее закончит, если не ты?

— Никто, конечно. — Пол пожал плечами и отхлебнул. — В том и план.

— План?! — Линда всплеснула руками. — Пол, если ты еще не понял, там снаружи — ад! Ты же сам видел, что там происходит! И сам сделал так, что один лишь ты способен это остановить! И ты отказываешься это делать?!

— Все верно поняла. Я все еще самое умное существо на планете. И знаю, к чему приведут мои дальнейшие действия. Я видел. Мне не понравилось.

— Да что ты видел? Что ты мог видеть? Тебя одолели галлюцинации от переутомления, только и всего! Какой-то бред, в котором я мертва! Но я жива, понимаешь?!

Пол отхлебнул еще:

— А тысячи людей — уже мертвы. И станет их еще больше, если я все это не остановлю.

— Станет, если остановишь! И среди них будем и мы тоже! Как только мятежники ворвутся в штаб, нас линчуют вместе с остальными!

Пол пожал плечами:

— Пусть. Я готов. Я уже давно готов.

— А я — нет!

— А это потому что ты не моя жена!

И Пол ударил. Собрал всю свою псионическую мощь в единый импульс — и пронзил голову Линды!

Пусто.

Пусто.

Пусто.

И только потом — едва заметный тихий звон, будто стеклянная капля упала на мрамор.

Пол усмехнулся:

— Пустышка. Фантом.

Двойник Линды с пустым мертвым взглядом кулем повалился на пол.

— Линда всегда поддерживала меня, любое мое решение. Она знала, насколько я увлечен самим собой, они понимала, что я никогда не подвергну себя опасности, что мои даже самые опасные на первый взгляд планы всегда имеют второе, третье дно, пути отступления и все прочие меры безопасности. — сообщил Пол двум ВВшникам у выхода. — К тому же, я уже давно смирился с ее потерей. А теперь исчезните.

И они исчезли.

И Линда исчезла.

Все исчезло. Потонуло в фиолетовом тумане.

Только бутылка осталась.

И левое ухо стрельнуло короткой болью.

— Е-е-е! — скривился Пол. — Кто надрал зад пробою?! Я надрал зад пробою! Кто молодец?! Я молодец!

Еще пара глотков… Пусть этот алкоголь не пьянит, зато и не кончается.

— Эй, ребята! Вы где?!

Тишина в ответ.

— Ребята! Кто-нибудь!

Пол сел на землю, глотнул, глубоко вдохнул и завопил:

— Эхе-хей!

Еще пара глотков.

— Ну нас же предупреждали, что пробой на наши мозги не будет влиять так, как на остальных… Вот будет забавно, если я один такой оказался…

Бум!

В голову ударило твердое, Пол выпустил бутылку, завалился набок…

Рядом громко выругались знакомым грубым голосом.

— Клифф?

Пальцы снова нащупали бутылку.

— Ребята? — неуверенно спросила Ради откуда-то сбоку.

Туман немного расступился, освобождая клочок пространства, на котором едва поместились все трое.

— Клифф, откуда у тебя арматурина?

— Полагаю, что примерно оттуда же, откуда у тебя бутылка. Ради, что у тебя?

— Порезалась. — девушка протянула вперед абсолютно целую руку. — Что за!.. Тут была рана! И на подбородке тоже!

— Но теперь их нет. — пробормотал Пол, рассматривая большой, почти с голову, ком ваты в руках у девушки. — А вата есть. И алкоголь. И палка какая-то. И идея, кажется…

— Какая идея? — заинтересовался Клифф.

— Дурацкая, если честно. А ну давайте сюда свои артефакты!

29

«Алекс, прости. Я не могу больше тебя обманывать. Я бы сказала, что не хочу, но это тоже будет ложью. Хочу. Но у меня больше нет возможности.»

Эти строки можно даже не читать — они живы в памяти. Словно ножом по извилинам вырезаны. И все последующие — тоже.

Изложенное по старинке — ручкой на бумаге — это письмо не отличалось долговечностью, истерлось за полгода. Но память его сохранила. Будто назло сохранила так, как не могла иной раз сохранить маршрут отступления или план-схему ловушек. Против воли и желания сохранила эти длинные угловатые буквы.

Она всегда писала такими, когда торопилась.

«Я вовсе не та, кем ты меня считаешь. Вернее, наоборот — я как раз та, кого ты во мне подозревал. На самом деле я офицер Внутренних Войск Роуз Коулмен и уже год как работаю под прикрытием. Вернее, работала я первые полгода. А последние — пыталась не вспоминать, что работаю.»

Алекс оторвался от записки и огляделся. Ожидаемая съемная квартира в Аль-Хазире, в которой два года назад он и обнаружил эту записку. Те самые два года назад.

«Я вычислила тебя больше года назад. Почти месяц следила и лишь чудом связала тебя и ячейку Бэка. Я схватила Брокера, вытащила из него нужную мне информацию и убила.

Это я спланировала операцию, в которой тебя ранили. Это я тебя ранила.

Когда ты ускользнул, никто не удивился — в Координации хорошо знали о твоей неуловимости, да еще и специально оставили пару лазеек. Потому что все это было лишь началом плана, что я разработала.

Убить тебя было бы нетрудно, вопрос лишь в соотношении жизней бойцов ВВ к одной твоей. Но Координации это и не нужно. Твой труп мог бы стать новым угольком восстания, песчинкой в перенасыщенном растворе гнева, вокруг которой начал бы расти кристалл нового бунта. Вероятность такого исхода невысока, но рисковать никто не хотел.

Другое дело, если схватить тебя живьем и склонить на свою сторону. Поверь, способы есть — химия, пытки, психология, все вместе… Способы есть.

Я втерлась к тебе в доверие и стала тебя изучать. Став тебе любовницей и подругой, я выясняла места твоих явок, контакты твоих осведомителей и поставщиков, схемы ловушек… убежища…

Я изучала твои навыки, способности, привычки, образ мышления… И каждый раз, когда мне казалось, что я тебя знаю и могу спланировать операцию по твоему захвату, ты находил новый способ меня переубедить.

Представляешь, поначалу я верила, что однажды ночью просто вколю тебе миорелаксант, пока ты спишь. Хорошо, что мне хватило ума этого не делать, не понаблюдав за тобой…

А через пять месяцев этих наблюдений я поняла, что не могу отдать тебя им. Да никому не могу. Не хочу.

Но от меня продолжали требовать отчетов и я продолжала их предоставлять — ложные. И каждый заканчивался одной и той же резолюцией — „Данных недостаточно для разработки безопасной операции. Штурм нецелесообразен.“ Так продолжалось еще семь месяцев, за которые я так прикипела к тебе, что уже не мыслила без тебя жизни. Мне даже стало наплевать на твои мотивы, перестало быть интересно, почему ты убиваешь тех, кто имеет отношение к Координации и при этом не принимаешь других заказов, сколько бы тебе не предложили. Мне стало все равно, какие события в твоем прошлом сделали тебя таким. Мне было хорошо с тобой, каждую минуту. Ужинать, тренироваться, спать, что угодно. Я хотела, чтобы этого не кончалось.

Но это было невозможно. Координация сочла нецелесообразным продолжение операции, которая за год не принесла никаких результатов. Подобные вердикты обычно влекут за собой одно последствие: ликвидация операции и всех причастных, иногда — вместе с оперативником. Поэтому сейчас, когда ты читаешь это письмо, я уже далеко. Скорее всего, я уже в штабе, даю ложный отчет о том, что ты меня раскрыл, пока медики возятся с моей разрезанной рукой. Конечно же, к тебе сразу отправят штурмовую группу, так что тебе тоже надо скрыться — чем быстрее, тем лучше. В этот раз все будет серьезно и, скорее всего, Координация не станет считаться с жертвами. Ни с гражданскими, ни с военными, ни с какими. Я знаю, ты готов, знаю, что у тебя есть план отхода на любую ситуацию, кроме той, из которой выхода уже просто нет, но это, скорее всего, будет как раз она. Не испытывай судьбу, не проверяй. Пожалуйста, не надо…

Вот. Я сказала все, что должна была. Я хотела бы и дальше тебя обманывать, но быть с тобой, да обстоятельства сильнее. Не буду просить прощения, потому что знаю — не простишь. Но я надеюсь, что ты сможешь жить дальше так же, как жил до встречи со мной. Этого мне будет достаточно.

Люблю.

Твоя Юна.

Твоя Роуз.»

Записка выскользнула из пальцев и мягко спланировала на пластиковый пол.

Алекс прижал пальцы к вискам, закрыл глаза и глубоко вдохнул.

Едва заметно потянуло розами. Наверное, от записки.

— Вспомнил?

Вдох-выдох…

Разумеется, не от записки.

Алекс открыл глаза:

— Для начала — и не забывал. Ни на один день.

Роуз стояла напротив. Не Юна, Роуз. Не платье, а комбинезон легионера. Не босоножки, а высокие ботинки, в голенищах которых — два клинка. Даже волосы светлые.

Роуз.

Алес потер зудящие глаза:

— Ты-то что здесь делаешь?

— Исполняю твое желание. Ты же хотел, чтобы я была рядом, когда ты… прочитал.

— Ничего себе!

Алекс усмехнулся, в руке сам собой появился нож:

— Какие еще мои желания исполнишь?

— Здесь и сейчас — все, что захочешь.

Алекс перелетел через диван и впечатал Роуз спиной в стену!

Прижал шею локтем, правая рука развернула нож обратным хватом, замах!..

Роуз молча вскинула скрещенные руки, поймала удар, напряглась, удерживая нож в считанных сантиметрах…

— Все, что захочешь. — одними губами повторила она и опустила руки.

— А если я хочу убить тебя?!

Но незавершенный удар так и остался висеть в воздухе, почти касаясь стальным жалом татуировки розы.

«Если»… Вот именно — «если».

— А я в это не верю. Я тебя знаю. Если бы ты правда хотел — убил бы. Ты бы меня легко нашел — твои связи позволяют. Ты бы меня легко убил — в прямом бою я слабее. Но ты не стал.

«Если».

— В тот момент это было единственное, что я могла для тебя сделать, пойми! И я… Я тоже многим пожертвовала, не думай, что для меня это прошло без последствий.

— Меня это не интересует.

— Знаю. Тебя интересуешь только ты сам. Но я готова рискнуть и предположить, что и я тебя интересую тоже.

Она опустила было взгляд, но тут же снова, будто одернув себя, посмотрела снизу вверх:

— Ну давай. Убей меня, и будешь жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Или оставь жить… И я сделаю тебя самым счастливым на планете. Все, что ты захочешь.

Алекс скрипнул зубами и занес руку с ножом.

Роуз смотрела без страха и уже даже без вызова. Лишь надежда и вера.

Алекс ударил.

Нож воткнулся в стену в сантиметре от татуировки.

— Все, что ты захочешь. — выдохнула Роуз.

Она дернулась навстречу и остервенело впилась в губы. Толкнула, ловко подбив ноги, упала, утянув за собой, в голос рассмеялась и снова приникла к губам.

Алекс поднял голову:

— Я…

— Заткнись!

И она снова прервала его поцелуем. И все никак не могла оторваться.

Все, что захочешь…

Алекс закрыл глаза и ответил на поцелуй.

По коже потянуло ветром.

В квартире-то?..

Алекс открыл глаза.

Все пропало. Диван, стол, зеркало, записка на полу, сам пол. Под спиной снова — растрескавшаяся земля, а вокруг — клубы фиолетового тумана. Оставленный в стене нож перепрыгнул обратно в руку… И самое главное — Роуз! Она тоже здесь, она, черт возьми, не исчезла!

— Ты… Ты что, была настоящая?! А если бы я все же убил тебя?!

Она задорно улыбнулась, теребя жетоны на шее:

— Я же сказала, что не верю тебе.

Алекс выругался и мостиком сбросил ее с себя:

— Вот дура! Какая же ты дура!

— О, если бы я получала юнит каждый раз, когда слышу это от тебя!

Алекс потянулся к ее ноге, она проворно откатилась и захохотала. Алекс тоже улыбнулся против воли, но тут же взял себя в руки:

— Ладно, завязывай. Надо понять, что происходит. Веселье потом.

Роуз по-птичьи склонила голову к плечу:

— Что конкретно тебя интересует?

— Например, почему мы еще живы. И не мерещится ли мне все это.

Роуз улыбнулась и протянула руку:

— У меня есть ответы на все твои вопросы. Идем.

Алекс усмехнулся:

— Неужели? И почему я не удивлен…

Щелкнула зажигалка, Алекс прикурил и оставил нож крутиться в руке. В другую руку взял узкую ладошку Роуз:

— Ладно. Веди.

Через пару минут из фиолетового тумана выступили три силуэта — два повыше, один пониже. Он, бормоча, поливал длинную палу остро пахнущим алкоголем.

— Вы все же сбрендили, да? — осведомился Алекс. — Не лучше ли это выпить?

Пол замер:

— Ну, точно! Все сходится!

Мистер и дамочка переглянулись:

— Что сходится?

— Палка, вата, алкоголь, огонь! Клифф, Ради, я, Алекс! И Роуз? А Роуз тут как?.. Плевать, Корд, дай огня!

— За всех не скажу. — мистер полез в карман. — А вот Пол, кажется, все же тронулся.

Эльф отмахнулся и сунул в лицо Алексу арматурину, на конце которой капал алкоголем здоровый ком ваты.

— Ну!..

Алекс вздохнул и зажег на торце ножа лепесток пламени. Пол подпалил свой импровизированный факел…

И туман вспыхнул!

Кучей металлической пыли, облаком распыленного этанола!..

Вот странно, вроде бы людям в эпицентре объемного взрыва таких масштабов не полагается придумывать ему красивые эпитеты. Им полагается моментально и молча перестать быть.

Но никто не торопился умирать. Даже наоборот — тревожно озирались по сторонам, впервые за долгое время глядя друг на друга без фиолетовой пелены.

Все, кроме Роуз. Она задрала голову к небу, туда, откуда лилось молочно-белое сияние, и счастливо смеялась.

30

Клифф прикрыл глаза ладонью, рассматривая силуэт невысокой стройной женщины. Он лучился жемчужным светом, а контуры будто растирались в окружающем пространстве, так что нельзя было в точностью сказать, где он еще есть, а где — уже отсутствует. Черты лица незнакомки были мягкими и какими-то чересчур идеальными, настолько, что даже мысли не возникало о том, что это — живое существо. Не бывает таких идеальных людей, тем более светящихся.

И уж тем более не бывает людей с равномерно-белыми глазами. А еще на незнакомке не было ни клочка одежды. И ни единого волоса.

— Да ну… — тихо истерил Пол. — Да вы…

Он задохнулся эмоциями, понурился и махнул рукой.

— Я же говорила, что они справятся. — повторила Роуз и шагнула к силуэту, улыбаясь до ушей.

— У меня и тени сомнения не было.

Это нельзя назвать голосом. Это тысячи голосов сразу, миллионы. Но они каким-то неведомым образом не мешают друг другу, не перекрывают, не диссонируют. Если прислушаться, можно даже выделить каждый отдельный — от глубокого командирского до звонкого детского. И будто бы даже голоса родителей. Вот ведь какая штука — самих родителей память не удержала, а вот голоса…

— Алекс, убери, пожалуйста, нож. — продолжило существо. — Он тебе не понадобится.

— Да еще и не поможет. — поддакнула Роуз и попыталась забрать у Корда оружие.

— Тш! — Алекс дернул головой, будто сбрасывая оцепенение, отскочил, выставил вперед слабую руку, а вооруженную отвел назад. — Какого хрена тут происходит?!

Он даже не вспомнил, что на бедре висит пистолет.

— Здесь происходят… — незнакомка подняла взгляд к небу. — Удивительные вещи.

— Да к дьяволу ваши вещи!.. — Корд описал ножом нервную восьмерку. — Если я сейчас же!..

— Я тебя помню.

Ради сказала тихо, но услышали все. Ее голос тоже раздробился на тысячи других, меняясь, переливаясь, заполняя собой все вокруг. Не такой сильный и глубокий, как у незнакомки, но похожий, так же похожий, как похожа еще маленькая и нескладная дочь на взрослую красивую мать.

— Я тебя видела.

— Да, дитя. — кивнула незнакомка. — Почти пятнадцать лет назад. Тогда ты была еще ребенком, чистым разумом, открытым к познанию. Не совершавшим ошибок и не жалеющим о них. Все это тебя и спасло.

— Меня — да. А остальных? Родителей? Сестру? Ученых и солдат?! Все, кто был в первом пробое и всех, кто стал жертвами следующих?!

Казалось, вместе с Ради кричит вся планета. Тысячи людей тысячами голосов.

— А все те, чьи знания теперь живут в моей голове?! Все, кого я упорно пытаюсь забыть все эти годы, пытаюсь задвинуть на задворки сознания?! А ты в курсе, что мне теперь знаком каждый седьмой встречный на улице?! А ты знаешь, что я теперь в курсе такого количества грязных тайн и секретов, что самый желтый журнал покраснел бы от зависти?! Что умею управлять любым видом транспорта, что знаю наизусть каты всего мира?! Что мне приходится жить в них, потому что только там я могу не видеть людей, не давить в себе желание подойти и поздороваться с тем, кто меня видит первый раз в жизни?! Я не могу ходить по улицам, потому что вижу под ногами не солфальт, а туннели и штреки, вместо зданий — точка входов и выходов! Я даже не могу нормально вспомнить свою семью, потому что знаю все то, что они хотели бы скрыть от меня и друг от друга! И это — это! — ты называешь жизнью?!

Ради схватилась за хлыст.

Загудел воздух, громко щелкнуло — но кончик хлыста свободно прошел сквозь силуэт.

— И я даже не могу тебе ничего сделать…

Рука разжалась, хлыст выскользнул на землю. А следом — и сама Ради опустилась на колени и тихо заплакала, спрятав лицо в ладонях.

Клифф шагнул было к ней, но остановился и повернулся к незнакомке.

Та виновата развела руками:

— У меня была возможность спасти только Ради и только такой ценой. Или не спасти никого. Разумы всех остальных были слишком… Ограниченными, зажатыми, закостеневшими. Моя власть тоже не безгранична.

— Власть?! — оскалился Пол. — Да кто… что ты вообще такое?!

Клифф присел возле Ради и притянул ее к себе:

— Мне тоже интересно.

— Третьим буду. — хмыкнул Корд и отмахнулся ножом от потянувшейся Роуз. — Отвали! Во что ты опять меня втянула?! Сдается мне, ты одна понимаешь, что здесь происходит!

— Ал, я…

— Заткнись! Надо было и дальше тебе не верить!

— Да что ты!..

— Роуз, позволь мне. — незнакомка повернулась к Алексу. — Я понимаю твое волнение…

— Да хрена лысого ты понимаешь! Единственное мое волнение это в какой стороне выход, скольких придется убить, чтобы до него добраться и отключены ли наконец чертовы боты в моей крови?!

— Да не было никаких ботов!

Алекс склонил голову к плечу и замер на секунду, будто переваривая услышанное. Потом медленно повернулся к Роуз:

— Что, дорогая?

Роуз, вся красная, сжимала кулаки до белых костяшек, глаза горели яростью, грудь ходила ходуном от частого дыхания — еще секунда, и бросится на Алекса, наплевав на нож!

Но она лишь медленно, почти по слогам, повторила:

— Не было. Никаких. Ботов.

Алекс еще секунду стоял задумчивой птицей, а потом развернулся и принялся тыкать ножом в сторону остальных:

— Я говорил, а? Говорил? Говорил?

— Говорил, говорил. — вздохнул Пол. — Ладно, сейчас я рискну тебя послушать — где выход? Мне надоели эти игры разума.

— Разума — определенно. — стройный хор голосов незнакомки улыбнулся. — Игры — отнюдь. И выхода вы не найдете. Вам придется его создать.

— Да-да, я понял. — покивал Пол. — Роуз, дальше что? Признаюсь, на сей раз даже моих мыслительных способностей не хватает.

Роуз пожала плечами, от ее ярости не осталось и следа:

— Я свое дело сделала, доставила вас к…

Она осеклась и посмотрела на незнакомку.

— Кстати, да! — оживился Пол. — Мы тут уже кучу времени болтаем, а до сих пор не знаем, с кем! Можно наконец представиться?

— Даже нужно. Но у меня много имен, и я не знаю, какой будет ближе для вас. Меня звали Дзен и Нирвана, энергополе и ноосфера, а твои сородичи нарекли Конечным Фазовым Пространством. Но лично мне больше нравится Гея.

31

— Гея, стало быть. — задумчиво произнес Пол. — Ноосфера, стало быть. КФП.

— Примерно так. — развела руками Гея.

— Хорошо, я понял. Идти можно?

Гея улыбнулась:

— Попробуй.

Пол едва заметно дернулся. Лицо его вытянулось, он дернулся еще пару раз и как-то неестественно выпрямился, будто антенну проглотил.

— Моя власть не безгранична. Но здесь, в пробое — весьма велика. И на тебя, даже с венцом, ее хватит.

— Я п-понял… — эльф сглотнул. — Будем считать, что внушение прошло успешно, и я успокоился.

Гея повернулась к Корду:

— Алекс?

Корд несколько секунд прыгал взглядом с Геи на Пола и обратно, потом расслабился и щелкнул ножом:

— Уговорили, вещай. Попробуй удивить.

— Клифф?

— Секунду. — Клифф закинул в рот сразу три пластинки. — Поехали.

— Ради?

Ради подняла голову, дернула влево-вправо под хруст шейных позвонков, и выдохнула:

— Да…

Через силу она это сказала, глаза все еще горели яростью. Но либо она ее усмирила… Либо придушила, оставила на потом.

— Все началось много тысяч лет назад. — начала Гея. — Когда на планете появились первые разумные люди, когда их разумы создали первую точку бифуркации и напряжение псиосферы впервые стало отличным от нуля, тогда и появилась Гея. И с каждой новой точкой, с каждым новым выбором и решением, Гея росла и ширилась, объединяя в себе сотни тысяч миров.

— И в каком из них мы? — хмыкнул Алекс.

— В своем. У миров нет номеров или других способов идентификации, если ты об этом. У них у всех одна Гея, и все они — это один и тот же мир, но… в другом, скажем так, исполнении.

— Не буду врать и говорить, что понял.

Пол неопределенно покрутил рукой:

— А вот я вроде понял. Напряжение псиосферы, ее вектор и конфигурация — три координаты, что определяют местоположение каждой вариации в КФП. Почти как трехмерные координаты в пространстве, только КФП не пространство в привычном понимании, так что и координаты не метрические.

Алекс вздохнул:

— Ты не сильно упростил. Но суть я вроде уловил.

— Это довольно старая теория, ее разрабатывали к Третьему Проекту. Нужно было как-то определяться и ориентироваться в вариациях миров, чтобы телепортируемый не попал в чужую.

К Полу вернулась свобода движений, но он этого даже не заметил, занятый активной жестикуляцией:

— Напряжение, то есть, грубо говоря, количество пси-доноров на планете, конфигурация, то есть, их качество и расселение по планете, и вектор как грубая характеристика бинарного типа.

— Это как? — вмешался Клифф.

— Это значит, что характеристика имеет только два значения. — ответила за Пола Гея. — И показывает развивается ли мир и живет, или наоборот — стремится к смерти.

Алекс поднял бровь:

— И прогноз?

— Очень плохой.

— Предметнее?

Шея чуть улыбнулась:

— Если выражаться понятным тебе языком, ваш вектор сейчас застыл в нуле, но в любой момент может развернуться к минусу.

— О, постойте, дальше я! — перебил эльф. — И началось все четырнадцать лет назад, верно?

— О, намного раньше. — ответила Гея. — Но до этого момента все было не настолько плохо. Даже когда бушевала последняя война, мне удалось ее остановить. Даже Первый и Третий проекты мне удалось сорвать а Второй — скорректировать так, чтобы он не стал фатальным для всего мира.

Пол аж дернулся:

— Стоп, что?! А ну, поподробнее с этого момента!

— А ты считаешь, что невероятная координация стриглов в момент их побега и нападения на центры телепортации — это стечение обстоятельств? Или гениальная в своей простоте мысль о том, что эльфы должны быть поголовно мужчинами, которая пришла в голову био-инженерам в последний момент?

— То есть, все смерти, которые стриглы… — Пол задохнулся словами, замахал руками, продышался. — Но зачем?!

— Ты же сам говорил, что эльфы могли бы заполонить всю планету, вытеснив обычных хомо. — ответил Алекс. — А если бы удался Первый Проект, планета уже через век была бы перенаселена почти бессмертными людьми.

Пол вздохнул и почесал голову:

— Да, ты прав. Мог бы и сам дога… Ладно, а Третий?! С ним что не так?!

— То же самое, что сейчас не так с пробоями, полагаю. — пожал плечами Алекс. — Судя по твоим рассказам, установки как раз тем и занимались, что открывали секундные пробои.

— И искажали структуру фазового грань-поля. — пробормотал Пол, глядя в землю. — А постоянно переносящиеся туда-сюда люди вдобавок исковеркали бы конфигурацию псиосферы, вызывая дестабилизацию по координатам.

Он на мгновение замер, потом снова вскинулся:

— А Четвертый? Его-то почему нельзя было остановить?

— Моя власть не безгранична. Мало того, за пределами пробоев моя власть весьма мала. Все, что я могу — это закладывать в головы идеи и подталкивать людей к правильным решениям. Но менять уже принятые решения людей с сильной волей мне не под силу. Я — это лишь совокупность вас, и, подобно вам, я не в состоянии без помощи извне глобально менять части себя.

— Речь о конкретной части? — сощурился Алекс.

— Имир Нэйтан Диго.

— Сукин сын!.. — Алекс ударил торцом ножа в ладонь. — Я так и знал! Куда ни плюнь, везде этот ублюдок!

— Постой-постой! — завопил Пол, размахивая руками. — А Диго тут при чем?!

— Двадцать один год назад Диго стал Супером, а знаете, при каких условиях? Он занял место предыдущего, который был убит в собственном доме, вместе с двумя своими телохранителями! Официальной версией тогда было, что старого Супера убили оппозиционеры, и якобы именно этот момент стал отправной точкой для «Розы Ветров»… Но это брехня! Не было следов взлома, борьбы, даже просто — присутствия большого количества людей! А убиты все трое были ножом! Ножом! Тогда, когда кинетических щитов еще не существовало, и убивали из огнестрела, а ножами только на кухне пользовались! И вообще все дело было соплями склеено, но Диго не дал хода расследованию, бросив все силы на поиск несуществующей оппозиции! А потом, пытаясь справиться, с его новым режимом и указаниями, все позабыли, что он — лишь исполняющий обязанности Супера, и проворонили его бредовый документ, который, помимо прочего, официально сделал его Супер-координатором!

— И откуда, интересно, ты осведомлен о таких подробностях? — впервые за долгое время подала голос Роуз.

— Выяснил! — Алекс зло стрельнул глазами. — Выкопал, выбил, выкупил!

— Такие вещи без причины не выясняют.

— У меня была самая веская причина — одним из убитых телохранителей была моя мать!

— Я-то тебе что плохого сделала?

— О, напомнить?!

— Анекдот!

Пол пощелкал пальцами, привлекая к себе внимание:

— Давайте вы попозже разберетесь с личными проблемами! Если вы не заметили, у нас тут цирк с потусторонними сущностями! Давайте с самого начала — почему мы еще живы?! Или уже нет? Или все же да и тогда где все, кто побывал в пробое до нас?

Гея улыбнулась:

— Не переживай. Вы живы и в полном психическом здравии. Ну или как минимум не хуже, чем были до попадания сюда.

— Ты вообще брифинг слушал? — вклинилась Роуз. — У Фэлпса в кабинете? Про особый склад ума и все такое.

— Да я думал, что это все так, байки! А если все правда, к чему этот маскарад с воспоминаниями? Очередная проверка?!

— И да… И нет. — мелодично ответила Гея. — Каждый, кто попадает в пробой, переживает заново свою собственную точку бифуркации, самую важную. Не какой-то простой выбор вроде выбрать на ужин лапшу или рис, а момент, после которого жизнь пошла бы совершенно иначе, сделав человека совершенно другим. Вы сами видели, о чем идет речь. И должны понимать, почему мало кто выбирает оставить все как есть. Все хотят изменить прошлое, воссоединиться с мертвыми, вернуть любовь, отказаться от сомнительной сделки. Переиграть все, изменить. И, конечно, те, кто выбрал измененную реальность, не способны существовать в той реальности, где этого изменения не произошло.

— И ты их убиваешь. — мрачно уронила Ради.

— Ты меня переоцениваешь, дитя. — покачала головой Гея. — Я никого не убиваю и даже не имею возможности это сделать, но таков закон мироздания. Люди затронули те материи, которые не способны понять и, тем более, которыми не способны управлять. А здесь все так устроено, что любому объекту приходится выбирать свою позицию.

Клифф поднял руку, привлекая внимание:

— И откуда была уверенность, что правильный выбор сделаем мы?

Роуз устало потерла глаза:

— Да не было никакой уверенности. Была очень большая вероятность. У каждого из вас своя цель, ради которой вы готовы пожертвовать даже своим прошлым, но в сути — цель у вас одна. Я полтора года за вами наблюдала. За вами и еще сотней претендентов. Вы подошли лучше прочих.

— Интересно, кто остальные. — пробормотал Алекс, перехватил взгляд Роуз и поспешно добавил. — Нет, не интересно.

— Хорошо, а что насчет тех, кто теряет разум в пробое? — не сдавался Пол. — Остается жив, но овощем?

— А каково тебе было с осознанием того, что все можно было изменить, но ты не стал? — грустно улыбнулась Роуз. — Люди разные. Кто-то не выдерживает.

Пол вздохнул:

— Я тебя понял. До хрена знаешь, подруга. Откуда бы?

— Сингапур.

Повисло неловкое молчание. Даже Алекс как-то по-новому посмотрел на Роуз.

А она сказала это просто и спокойно. Будто быть одной из двенадцати выживших на целый город-государство это нормально, это в порядке вещей.

— Сингапур, значит. — задумчиво повторил Корд. — Кажется, я даже знаю, как ты оказалась в моем видении.

— Потом расскажешь, хорошо?

— Да ни хрена я тебе не расскажу.

Роуз вздохнула, подошла к Корду сзади, обхватила за пояс и прижалась лицом к спине, будто совсем не опасаясь негативной реакции.

Впрочем, ее и не последовало. Будто Алекс тоже поразило волей Геи.

— Нет, постойте!..

Клифф помотал головой, сбрасывая непонятное оцепенение:

— Постойте, что получается? От нас всерьез хотят, чтобы мы спасли мир?! От чего?!

— От того, с чем не могу даже справиться я. К сожалению, не могу сказать больше, но может Роуз.

— Опять Роуз, везде Роуз! — заворчал Алекс.

— Одно могу сказать: я не столько предлагаю вам спасти мир, сколько достичь своих целей. Дать людям надежду и силу, отомстить, повторить прошлое. То, что вам не под силу по отдельности, достижимо, если будете действовать сообща.

— Как в лагере стриглов, ага? — мгновенно сориентировался Пол. — Хоть что-то в этом путешествии не было частью плана?!

— Мое ранение. — тихо ответила Роуз.

— Ага. — Алекс саркастично скосился через плечо.

Роуз молча боднула его в ухо.

Гея снова заговорила:

— Время выходит. Долго оставаться в пробое опасно даже для вас.

— Но мы же ни к чему не пришли! — выпучил глаза Пол.

— А я и не могу вас ни к чему привести. Этим я и отличаюсь от Диго — принуждать не в моих правилах.

Силуэт Геи стал расплываться и таять.

— Но делать-то что?! — отчаянно крикнул Пол.

— Слушайте Роуз. Она очень умна. Она все знает.

И Гея растворилась в молочно-белом свете.

— Впрочем, ничего нового. — вздохнул Алекс. — Это я знал и так. Что делаем дальше, всезнайка?

— О нет, всезнайка в нашей команде вовсе не я. — улыбнулась Роуз. — И даже не Пол. Но что делать, я скажу — прыгаем в «Гермес» и уезжаем.

— «Гермес»? — Ради принялась крутить головой, услышав заветное слово.

Роуз с улыбкой показала ей за спину, где в фиолетовом тумане проглядывали очертания ховера.

— Отлично. — вздохнул Алекс. — Мы все это время топтались в двух шагах от ховера. Могли бы просто уехать, когда узнали, что никакого яда нет!

— И разве ты бы так поступил? — лукаво улыбнулась Роуз.

Алекс смерил ее злобным взглядом, дернул плечом и первым полез в ховер.

32

— У всех людей на планете сейчас история в сути своей одна и та же — жил себе не тужил, тут внезапно случился четыреста четвертый, и после него все пошло наперекосяк. На самом деле, все началось раньше, даже раньше четырехсотого. Но именно потерянный принято считать переломным. Именно после него предпосылки, которые все игнорировали, стали последствиями, которые всех ужаснули. А ведь Координация не всегда была такой, как сейчас.

Солнце ярко сияло с неба, тихо шуршала трава и едва слышно гудел «Гермес». Поскрипывали судки разогревающихся пайков, постукивали закипающие термосы, залитые из уже знакомой колонки. И тихо звенел голос Роуз:

— Я родилась в семье сразу двух офицеров ВВ. Это сейчас их любят чуть больше чем стриглов, а двадцать четыре года назад это была почетная должность. Настолько почетная, что мама вернулась на службу, едва мне исполнилось семь. Но к тому моменту в Координации уже произошла смена власти, и Супером стал Диго. В рядах ВВ, как и во всем остальном мире, произошли серьезные изменения. Стало больше требований по подготовке и особенно — по оружию. Из ВВ будто бы снова делали армию, из механизма поддержания порядка — механизм его насаждения. Многие уволились после таких реформ из ВВ, но не мои родители. Они всю жизнь отдали службе и не мыслили себе другого занятия. Меня с детства приучали к тому, что быть ВВшником — это то, чему можно и нужно посвятить всю жизнь. А я верила им. Восхищенно слушала и верила.

Роуз вздохнула, встала с земли и подошла к термосам, из клапанов которых уже вовсю валил пар. Распаковала сублимированный кофе и принялась рассыпать по термосам, не прерывая рассказ:

— Подобное рвение не осталось незамеченным и очень быстро пара моих родителей стала личными телохранителями Диго. А раньше это считалось вообще самой почетной должностью в ВВ. И я тоже надеялась когда-то стать телохранителем Супера. Но потом я начала замечать, что мои родители меняются. После смены Супера они и так изменились — даже есть дома перестали, перебиваясь сухпайками из штаба. И, чем дольше это длилось, тем страннее становилось их состояние. Они будто сгорали изнутри, теряли интерес к жизни и блеск в глазах. Все меньше разговаривали, и друг с другом и со мной, пока вовсе не перестали, ограничиваясь лишь простыми вопросами и короткими емкими ответами. Их взгляды опустели, они перестали чем-то заниматься. Могли часами сидеть без движения, глядя в одну точку. Зато они оставались самой результативной парой во всех тактических симуляциях. Вот только я при этом оказалась предоставлена самой себе, но и эту проблему решили очень быстро, когда из обычной школы меня перевели в кадетский корпус ВВ, исполняя тем самым мечту детства.

Роуз принялась передавать друзьям термосы с кофе, не поворачиваясь при этом лицом, а протягивая их за спину. Будто специально глаза прятала.

— Ситуация в мире становилась все сложнее, родители буквально жили в штабе, а я — в интернате при нем. А когда мне исполнилось пятнадцать, грянул четыреста четвертый. Официально восстание началось в Ол-Дели, когда вооруженные люди вышли на улицы, требуя свержения Супера и неся на руках девятилетнее Звездное Дитя Ол-Дели. Но в Центрополисе это выглядело как охота на Диго. Она даже могла закончиться успехом, если бы не телохранители. Люди перехватили транспорт Супера и заблокировали, Диго пришлось пробиваться через толпу со своей охраной. Пешком. Велев охране стрелять на поражение. Так начался бунт в Центрополисе.

Роуз села на свое место и сделала глоток кофе, будто беря паузу на обдумывание следующих слов. Или усмиряя эмоции.

— До штаба Супер добрался в сопровождении только одного телохранителя. А трое других, в том числе, мои родители, остались на улицах Центро. Он просто бросил их там, приказал задержать людей, не давая приказа к отступлению. Просто выкупил свою жизнь их жизнями.

— И кто их убил? — подал голос Алекс. Нож в его руке не крутился, как обычно, а дергался туда-сюда, по половине оборота.

— Я не знаю. Не сообщили. Это неважно. Для меня — их убил Диго.

Алекс подбросил зажигалку, поймал, сунул в зубы сигарету, прикурил:

— А дальше?

— А дальше я помню лишь ненависть. Я ненавидела Диго и искренне желала ему участи моих родителей. Но меня с детства воспитывали бойцом и первое, чему учили — трезво оценивать свои силы. А еще — планировать операции вдумчиво. И я спланировала свою операцию. Разработала свой план — стать лучшей, стать как мои родители, стать телохранителем Диго и убить.

Роуз вскрыла сухпаек, задумчиво сложила из крышки вилку и поковыряла картофельное пюре. Остальные, следуя ее примеру, тоже захрустели армированной фольгой.

Клифф поморщился — сегодня с рационом не повезло. Бобы со свининой.

Ради толкнула локтем в бок.

— Хочешь, поменяемся? — шепнула она, показывая свою курицу с рисом.

Клифф протянул ей рацион:

— Не любишь рис?

— Я все люблю. В катах особо не попируешь.

— Спасибо. — улыбнулся Клифф.

— Не за что. — одними глазами улыбнулась в ответ Ради и принялась за еду.

Роуз, так и не съев ни кусочка, воткнула вилку в пюре и продолжила:

— Я жила в интернате Внутренних Войск и там же училась. Я была лучшей на курсе, во всем лучшей. От теории и тактики до огневой подготовки. У меня часто спрашивали, как мне это удается, а я всегда честно отвечала, что мною движет желание отомстить за родителей. И так продолжалось несколько лет, пока я не начала понимать, что забываю как и что собиралась сделать. Доходило до того, что я неделями тренировалась и училась, совершенно не вспоминая зачем и для чего я это делаю. Потом, в отгуле, сев и как следует подумав — вспоминала и причину и чувства, что мною двигали. Это было очень похоже на то, как угасали мои родители, теряя нити критического мышления. Я провела сравнительный анализ и вычислила, что у моей жизни с их последними годами нет ничего общего. Кроме питания. Они в последние годы питались только едой производства Координации, как и я. С этого момента началась новая глава моей жизни под названием «Маска». Я всеми правдами и неправдами избегала пищи в штабе, тайком выбрасывала или ссылалась на плохое самочувствие. Но главное — делала вид, что та дрянь, которой они пичкают еду, продолжает на меня действовать, что все идет по плану и я теряю способность к критическому мышлению. И при этом — что я получаю питание в полной мере, что я сильна и здорова. Хотя порой, когда не удавалось на отгулах купить еды и спрятать в блоке, я едва не теряла сознание от голода.

Клифф чуть не выронил вилку. Оставшаяся половина пайка резко перестала быть аппетитной.

— То есть…

Пол махнул рукой, другой в это время он орудовал в своем черном, а не зеленом, как у других, судке:

— Не переживай. Тетриназин надо постоянно принимать, не меньше, чем несколько месяцев подряд, тогда влияние будет ощутимо. Там же микродозы, иначе не просто кукушкой тронешься, а вовсе лишишься высшей нервной деятельности.

— Верно. — кивнула Роуз. — И я избегала его всеми мыслимыми способами, при этом делая вид, что нахожусь под воздействием. Было тяжело, было очень тяжело, но через время я поняла, что научилась легко обманывать других, носить маску и менять ее на любую другую по желанию. Быть для всех разной и для каждого — своей. Я стала как хамелеон, и решила этим воспользоваться. После выпуска, получив младшего сержанта, я разработала и предложила операцию по захвату самого опасного преступника на планете. Того, кто уже несколько лет терроризировал Координацию, убивая координаторов разных уровней и координат одного за другим.

Алекс громко откашлялся, отпил кофе.

— Но произошло невероятное — не отработав и половины операции, я влюбилась в свой объект. — Роуз улыбнулась, глядя на Алекса. — Так сильно, что не нашла в себе сил сдать его Координации, даже зная, что стоит на кону. До этого я жила лишь своей местью, но после — всей моей жизнью стал он. С ним я забывала о прошлом и буквально утопала в счастье. Самый опасный ножевик в мире, самый неуловимый убийца, зло во плоти! Мне было наплевать. Я создала себе образ, который оправдывал бы мою подготовку, и это давало мне определенную свободу. Я была с ним на одной волне. Тренироваться, выполнять задания, стрелять в тире, упражняться на ножах, учить его и учиться у него… Кроме шуток — я никогда не была так счастлива.

А потом операцию свернули. Мне пришлось покинуть его. Я оставила записку, в которой во всем призналась. Знала, что после этого он меня не простит. Знала, но не хотела продолжать носить маску и перед ним. И даже плевать было, что человек его возможностей легко меня найдет, легко убьет, наплевать. Еще я понимала, что что после провала такой операции я не стану телохранителем Супера, да и вообще доверие ко мне будет сильно подорвано, но и на это было наплевать. Я взяла отпуск за свой счет и уехала так далеко, как мне позволило мое воображение — в Сингапур. Там и произошло мое знакомство с Геей. Я выдержала ее испытание, как и вы сегодня. Она сделала мне то же предложение, что и вам сегодня. Она попросила моей помощи, и я согласилась сделать для нее невероятное — собрать в команду людей, которые не хотят собираться. Одиночек, которые осознанно взвалили на свои плечи груз, неподсильный и сотне других. Тех, кто ведет борьбу с Координацией и не может победить даже в теории, потому что каждый одинок в своей борьбе. Вернувшись в ряды Внутренних Войск, я почти год собирала информацию и отсеивала кандидатов. Потом предложила ваши кандидатуры Координации, которая как раз в этот момент, не без помощи Геи, решила инициировать Пятый Проект. Дальше вы знаете.

Корд мрачно скомкал судок:

— Я знал, что не было никаких жучков в ноже! Я трижды проверял!

Роуз улыбнулась:

— Верно, не было. Мне Гея подсказала, где вас искать. А как затащить в Проект — пришлось уже думать самой, основываясь на том, что успела о вас узнать.

— Гея подсказала? — мрачно уточнил Пол. — И много она знает?

— Все. — вздохнула Роуз. — Все знает, все видит. Только делать мало что может. А пси-инертным и вовсе — ничего.

— И это тоже проблема, видимо…

— После четыреста четвертого — да. Сразу после бунта Диго пропал из поля зрения Геи. Если раньше она хотя бы пыталась закладывать ему в голову толковые мысли, но он от них отмахивался, то теперь стал закрыт от нее, будто пси какой-то.

— Вся беда в его пси-инертности?

Роуз покачала головой:

— Половина беды. А остальная половина в том, что тот прибор, который мы везем, на самом деле призван не вернуть энергию пробоя в фазу, а перенаправить ее на все каты мира. Снова использовать их как резонаторы, но уже — излучения, а не поглощения. И замкнуть итоговый контур приемной части. А единственный образец приемной части — у Диго.

— Извини, что? — уточнил эльф. — Я тебя верно понял?

— К сожалению, да. Диго хочет подчинить всю ноосферу, всех людей на планете своему сознанию. Если он это сделает, в его руках окажется абсолютная власть.

— И откуда эта информация? О приборе, Диго, его планах?

— После двенадцатого августа Диго только и делал, что твердил о необходимости единой власти. В том числе вслух, в том числе и до того момента, пока не пропал из псиосферы. Можно сказать, все его сознание было занято этой мыслью, просто поглощено. Потом мы довольствовались лишь косвенными доказательствами — фразы, которыми перебрасывались создатели прибора, чертежи… Все это дало понять, что нас ожидает.

— Да не может быть!.. — Пол задохнулся словами. — Не настолько!..

Все взгляды скрестились на нем, потом Алекс уточнил:

— Диго. Который обрек на смерть миллионы гражданских в один день, а оставшихся велел заклеймить как скот, просто чтобы они не забывали о том дне?

— Да-да, я понял. — скривился эльф. — Чушь сказал. Просто не верится, если честно.

Клифф хмыкнул:

— А во все остальное, значит, верится? В отсутствие ботов, в офицера ВВ, который является двойным, если не тройным агентом? В Гею, разум планеты?

— Я готов поверить уже во все, что угодно. — вздохнул эльф. — Потому что если я начну об этом думать, боюсь, у меня взорвется голова.

— Плохо быть самым умным, да? — улыбнулась Роуз и отодвинула так и не тронутый паек. — У вас есть вопросы?

— Что ты делала тогда ночью на улице? — первым спросил Алекс. — Как попалась в СРС?

Роуз потупилась:

— Просила совета. Мне было необходимо показать вам, что вы способны работать в команде, что это удобнее и лучше, чем порознь. Вблизи пробоя я могу общаться с Геей, но это непросто и нужно, чтобы рядом никого не было, иначе я путаюсь. Поэтому мне пришлось выйти из «Гермеса».

— Поразительно, что ты не вляпалась в сетку сразу, как вышла из двери. Как всегда — изумительное везение! — поморщился Алекс. — И Гея посоветовала навести нас на стриглов.

— Верно. — кивнула Роуз. — Именно после того боя все стали терпимее друг к другу относиться, не заметили?

Все молча переглянулись. Ответ не нужно было произносить вслух — он висел в воздухе.

— Еще вопросы?

— Мы сильно торопимся? — подала голос Ради. — Мы вообще торопимся? Нам вообще что дальше делать? Мы можем просто оставить прибор в пробое, или сломать его. И все. Можем же?

— И Диго построит новый и отошлет новую группу. — пожала плечами Роуз. — Еще скажите спасибо, что в пробое не работает сложная электроника, не то Диго давно бы уже воспользовался роботом для доставки прибора и мы бы уже давно ходили под ним. Но, к нашему счастью, что-то сложнее ай-ди просто горит в пробое.

— А «Гермес»?! — вскинулась Ради.

Роуз улыбнулась:

— «Гермес» защищен. А вот всякие жучки, которыми напичкана броня — они погорели. Ну, и еще всякие мелочи — навигация, климат-контроль, но ничего, что повлияло бы на возможность двигаться. Ничего, что потом нельзя было бы починить. Зато с этого момента «Гермес» полностью пропал из поля зрения Координации, как и все мы. И о нашей судьбе у них нет никакой информации. Так что — нет, Ради, в разумных пределах мы никуда не торопимся.

— Отлично. — серьезно кивнула Ради. — Тогда у меня тоже есть одно дело.

— Расскажешь?

— Заедем в Дели.

33

Мид-Йорк для Клиффа всегда начинался с астропорта. Удивительно, но за всю жизнь так и не довелось вернуться в город каким-то другим способом. Уезжал всегда по-разному, даже один раз пересекал границу города пешком, когда пропустил маглев и добирался до следующей попутной станции. А вот возвращался всегда астроматом. Так что Мид-Йорк начинался с астропорта.

Центрополис начался со штаба Координации.

Лакхнау — с салона «Гермеса».

Ол-Дели начался с разрушенных зданий.

Когда первое из них промчалось за окном, Клифф даже дернулся — очень уж неожиданно плоская равнина от край до края сменилась чем-то рукотворным.

Второе здание Клифф уже успел рассмотреть — небольшой бетонный ангар с полукруглой крышей, основательно разрушенный. Двери отсутствовали, стекла в окнах — тоже, верхняя часть будто погрызена, торчит ржавая и гнутая арматура. Не тут ли стриглы брали материал для своего оружия?

Когда скелеты зданий разменяли третий десяток, Пол громко вздохнул и заворочался:

— Вот обязательно было ехать под вечер? До утра никак не могло подождать?

— Здесь нет разницы, вечер ли, утро ли. — не оборачиваясь, монотонно ответила Ради. — Здесь все мертво. Что ночью, что днем.

— Вот и я о том. Жуткая картина, смотришь — и мурашки по коже.

— Это еще не жуть. Это окраины. Фермы, в основном. Они пришли в упадок, потому что за ними никто не следил. Жуть — она в самом городе. И чем ближе к центру, тем жутче.

— И нам, конечно, в самый центр?

Ради промолчала.

— Я просто счастлив! — вздохнул Пол и полез в ящик с сухпайками.

«Гермес» летел по выщербленной трассе, здания за окном мелькали все чаще, пока не слились в сплошную серую стену с редкими дырами. Но все здания оставались промышленными, явно не теми, что заполняют собой центры крупных городов.

— Ладно здания. — нахмурился Корд. — Трасса-то почему пустая? Где весь транспорт? Жители же должны были из города бежать тысячами!

— Никто не успел. — возразила Роуз. — Все были заняты бунтом, все чествовали Звездное Дитя. Серьезно, кто мог подумать о том, что Координация решится уничтожить целый город? А Диго решился. Ракеты запустили по низким траекториям, почти плоским, так что их засекли буквально за десять минут до удара, в самый разгар бунта. Солдат Координации накрыло точно так же, как и гражданских. Потом эта новость распространилась по всему миру, и многие ВВшники даже через тетриназиновую блокаду осознали, что происходит. Тогда-то они и стали переходить на сторону бунтовщиков.

Корд очень внимательно посмотрел на Роуз:

— Интересно, как информаци вышла за пределы Дели… Если всех накрыло?

— Наверное, так же, как и Звездное Дитя. — пожала плечами Роуз. — Я-то тебе что сделала?

Алес поморщился:

— Эта история кажется мне не выдерживающей критики. Нейтронные вспышки это тебе не нейронные активаторы включить. Это смерть на полтора километра вокруг эпицентра. А по Ол-Дели выпустили семнадцать ракет.

— Ал, я говорю тебе то, что знаю сама! Если хочешь, проведи собственное расследование. Следы, конечно, горячими уже не назовешь, но, по крайней мере, вот они — прямо перед тобой, и их много. Шум двигателей «Гермеса» сменил тональность.

— Ямуна. — тихо сказала Ради. — Мы почти на месте.

Все снова прилипли к окнам.

Снаружи все преобразилось. «Гермес» летел по водной глади широкой реки, по обоим берегам которой сгрудились здания в десятки этажей. Они тянулись в обе стороны, сколько глаз видел, превращаясь в неровные силуэты на фоне заката, таяли, сливаясь с горизонтом… Кое-где зданий не было, будто в массиве города, оставив лишь сплавившиеся воедино обломки, кто-то зубами выгрыз огромный кусок.

Острыми нейтронным зубами, процедил Корд.

— Ол-Дели после войны стал очень крупным городом. — блеснул знаниями Пол. — Здесь боевых действий почти не велось, многие бежали именно сюда, в безопасную зону. Буквально за сто лет вся зелень на территории Дели была выведена и заменена на огромные дома, и, соответственно, понадобилась соответствующая инфраструктура. Остался только один парк, в самом центре города. Хотели уже строить установки искусственного климата, чтобы город не высох на солнце без зелени, но обошлись, в итоге, расширением русла Ямуны, протекающей через город.

— Расширили русло — уменьшили полезную площадь еще больше. — хмыкнул Алекс. — Все же люди гениальны.

— Раджив Чоук. — тяжело и мрачно, будто темное заклинание, произнесла Ради, и «Гермес» остановился.

Клифф обернулся и уставился в окно:

— Кто-кто?

— Раджив Чоук. — повторила Ради. — Когда-то так назывался один из самый крупных районов Ол-Дели. Потом это название закрепили за центром района, тем самым последним парком. За местом, с которого все началось.

Прямо перед «Гермесом» раскинулось жирное черное пепелище. Круглое, диаметром примерно в километр, оно было совершенно, просто идеально пустым. Только черная глянцевая поверхность, глядя на которую решительно невозможно было даже предположить, что когда-то здесь был парк.

Влево и вправо, насколько хватало глаз, от ховера убегала, постепенно изгибаясь, солфальтовая дорога. В сгустившихся сумерках не было видно, но сразу становилось ясно, что на противоположном конце пепелища дорога замыкается в кольцо. Солфальт потрескался и выкрошился, из щелей тут и там торчали растения, но ни одно из них не залезало на испепеленную территорию.

— Откуда здесь растительность? — Корд тронул стекло, будто пытался коснуться растения. — Выжгло же все начисто.

— Нейтронное излучение быстро сходит на нет. — снова встрял Пол, жуя какой-то эльфийский черный батончик. — Есть некоторые материалы, которые порождают долгоживущие изотопы: железо там, никель, серебро, алюминий… Но в парке их, конечно, почти нет, так что здесь почти безопасно. Пару часов можно спокойно провести даже без защиты.

— Почему люди не заселили город заново? — не отставал Корд.

— А кому он нужен? — Ради встала и прошла к двери. — Это город-призрак. Сожжен дотла.

Она открыла дверь и выпрыгнула наружу.

— Куда?! — Пол дернулся, выронив свой баточник. — Там же!..

Клифф тоже встал:

— Что? Что «там»? Сам же сказал, там почти безопасно.

— «Почти» не значит «совершенно». — пробубнил Пол.

Клифф махнул рукой и вышел вслед за Ради.

Девушка сидела на корточках, медленно пропуская между пальцами пробивающийся из солфальта росток. Глаза ее заволокло мутной пеленой, губы едва заметно шевелились, будто Ради молилась.

— Свежо. — отметил Алекс, легко спрыгивая на солфальт. Протянул руки, аккуратно снял с ховера и поставил рядом с собой Роуз.

— Растрескавшийся солфальт не поглощает солнечный свет. — глухо ответила Ради. — Наоборот, отражает.

Она подняла голову и огляделась, будто впервые в жизни видела все окружающее.

— Мы подошли со стороны Шажахан роуд. — Ради подняла руку, указывая на противоположный край парка. — Мы прошли всего четыре квартала, но нас к тому моменту стало уже несколько сотен. Люди будто знали, что происходит, и что произойдет. Они выходили из домов и присоединялись к нам. Молча. Кивали знакомым, знакомились с незнакомыми, и вставали рядом. А когда мы дошли до парка и остановились, они продолжали прибывать.

Ради поднялась, оставив росток в покое, повернулась, глядя туда, откуда они только что приехали:

— Люди шли со всех сторон. Они заполняли парк, создавалось ощущение, что информация распространялась со скоростью света. И это было удивительно, ведь никто даже не разговаривал. Все чего-то ждали, и будто бы от меня.

Ради медленно двинулась вперед, черный пепел захрустел под плотными мотоботами.

— Внешнюю кольцевую дорогу Индия Гейт Сёкл пытались перекрыть, но люди продолжали идти. Парк перестал вмещать всех желающих. Те, кто пришел первыми, мы, которые пришли первыми, двинулись по Раджпат Мардж к штабу Координации, к бывшему зданию Секретариата. Все перекрестки, которые мы миновали, уже были перекрыты ВВшниками. Создавалось ощущение, что Координация сама хочет, чтобы мы пришли к штабу. Но когда до него оставалось несколько кварталов, дорогу перегородили гранатометы, водометы и стена щитов.

Ради остановилась и развернулась, раскинув руки в стороны, закинула голову, глядя в небо:

— И тогда людей словно прорвало. Все кричали. Громко. Так громко, что у меня болели уши, хотелось зажать их и свернуться в комочек. Но еще больше хотелось кричать тоже. Как люди вокруг. Как мои дядя и тетя, которые меня, почти чужого им ребенка, растили четыре года. Как мои родители и сестра, когда им было страшно. И больно. Когда они… умирали.

Ради глубоко вдохнула и носком мотобота прочертила в пепле прямую линию:

— Нельзя точно сказать, кто начал, но в какой-то момент начало было положено. Люди кинулись на ВВшников, те стали закидывать толпу газовыми гранатами, заливать водой, обстреливать шокерами. Люди ответили огнем из личного оружия, кинулись вперед, сметая ряды противников. Меня оставили позади, в окружении хороших и верных друзей, которые ни на шаг от меня не отходили. Но остальные будто с цепи сорвались. Всех уже достало то, что Координация делала с миром, все устали бояться того, что еще она могла сделать. Люди кашляли и плакали от газа, падали под струями воды и ударами ВВшников, но валили их в ответ, оглушали, отбирали оружие и рации, кричали по суб-связи, что всем конец, что Координация должна умереть, что мир больше не выдержит мучений. Они знали, что их услышат везде, где принимает суб-связь, то есть, по всей планете. Они знали, что их услышит Координация. Она на это надеялись. Они этого и хотели.

Ради снова черкнула носком пепел — на этот раз нарисовав перпендикуляр в первой линии, словно букву «Т». И еще один, подальше от первого. И еще. И еще.

— Блокады ВВ на всех перекрестках были прорваны, их просто раздавили между двумя волнами людей. В ход пошла зажигательная смесь, ВВшники ответили тяжелой техникой, но ее быстро вывели из строя. Люди продолжали прибывать, блокпост на пути к зданию Секретариата смяли, но вперед уже выстроили новый, согнав остатки техники в одну баррикаду, разворачивая оружие, на сей раз боевое. В громкоговорители людей призывали одуматься и остановиться, иначе будет открыт огонь на поражение, но никто не остановился. И они открыли огонь.

Ради ногой стерла все нарисованное, в воздух взвились облака пепла.

— Эта баррикада держала людей почти четыре часа. Много людей погибло. Обойти блокпост не было возможности, а дорогу к штабу он перекрывал надежно. Но уже тогда было совершенно ясно, что когда-то у ВВшников закончится боекомплект. И они это тоже понимали. По трофейным рациям суб-связи стали приходить сообщения о том, что пламя бунта вспыхнуло и в других городах, с каждой минутой их число увеличивалось. И тогда огонь прекратился, оружие полетело с баррикады. Через громкоговорители нам сообщили, что на нас летят ракеты, и что лететь им осталось семь минут. Координация решила убить вообще всех, и этим решить проблему. На баррикаде завязался бой, но теперь уже ВВшники били друг друга. Лоялисты Координации против тех, кто решил присоединиться к бунтовщикам. Но это уже не имело значения, потому что жить нам всем оставалось семь минут. Я уже готовилась встретиться с семьей, но у ВВшников на баррикаде были другие планы. Некоторые вырвались оттуда и примкнули к нам. Они рассказали о старом бомбоубежище в здании министерства обороны, через которое можно было уйти в каты. И увели нас. В общем сложности, около двухсот человек. Пятнадцать ВВшников, я и простые гражданские. Мы едва успели спуститься в каты, как наверху загрохотало. Даже через многие метры земли, бетона, гидроизоляции, стали ощущалась вибрация взрывов. Я насчитала семь. Позже выяснилось — семнадцать. Семнадцать ракет с нейтронной боевой частью выпустили по Ол-Дели. Нас спасло лишь то, что каты непроницаемы для излучения. И спасла Ямуна, под которой мы вышли из города. Двести человек без еды и воды за сутки в катах прошли насквозь все заслоны ВВ, следуя за мной. За маленькой девочкой, которая вела их через мертвые туннели и лазы, полагаясь лишь на свое ненадежное, неокрепшее чутье. Тогда-то я и поняла, чего они от меня ждали там, в парке. Они ждали, что я их возглавлю, что поведу за собой. Но я тогда не умела. Откуда мне?..

Ради опустила голову и прижала ладони к лицу, тихо всхлипнула, но потом снова выпрямилась, сжала челюсти так, что скулы едва не рвали кожу.

— В полевом штабе дезактивации, на который мы наткнулись на выходе из кат, почти не было охраны. Люди легко захватили несколько машин и добрались до соседних городов, с ужасом узнавая новости о последствиях бунта. Мы ехали мимо наспех сооруженных концлагерей, некоторые даже проезжали почти насквозь. Охрана была никакая, да они и не нужна была — после того кровавого дня все население было морально раздавлено, и никто не мог помыслить о сопротивлении снова. Мы видели, как несколько людей пытались бежать, и их расстреливали на месте, прямо на глазах остальных. И это было везде. Везде мы видели одно и то же. И тогда я поняла — я упустила свой шанс. Я его просто потратила в никуда, подставив при этом под удар тысячи и тысячи жизней. И еще я поняла, что не могу себе позволить так поступить с кем-то еще. Когда-то еще. Не хочу, чтобы на моих руках оказалась еще чья-то кровь. Поэтому, когда мы добрались до города, в котором могли раствориться, я ускользнули от остальных через каты, план которых услужливо подсунула мне память. Я угнала машину и перебралась в следующий город, воруя еду и деньги. И снова скрылась в катах. И снова угнала машину. А потом катер, чтобы перебраться через реку. Однажды увела небольшой астромат. И все ради того, чтобы добраться до Центрополиса. В обшей сложности, у меня ушло на это четыре года. И я твердо решила, что закончить начатое я все же должна. Даже если в одиночку. А всех тех, с кем я выбралась из Дели, я увидела двумя годами позднее. Они появились в ориентировках Координации как предполагаемые участники и важные лица движения «Роза Ветров».

Ради закрыла глаза:

— Но это уже было неважно. Этот путь они выбрали сами. А я выбрала свой.

— Гонять по катам, воруя транспорт у ВВ? — Корд закурил. — Взрывать здания, принадлежащие Координации из-под земли? При очередной погоне обрушивать тоннель за тоннелем, лишая себя свободы маневра, загоняя себя в угол? В чем смысл?

Ради снова открыла глаза и посмотрела вверх:

— Я делала то, что могла. Я не видела другого способа нарушить стабильность структуры, в силах которой даже подавить всепланетный бунт. Что могла сделать я одна, даже с моими способностями? Склады, базы, пункты связи… Я отдавала приоритет тому, что только-только строится. Дожидалась, чтобы Координация вложила максимум средств и сил в здание, и рушила его. Но никогда, за все десять лет, я ни разу не тронула гражданское здание.

Ради глубоко вдохнула и посмотрела на остальных:

— В общем, вы все уже поняли. Я — Звездное Дитя Ол-Дели. Когда-то им была.

— Давно уже поняли. — мрачно изрек Алекс. — Даже до пробоя я начал подозревать неладное, а уж когда Гея назвала тебя «дитя»… Вот только это откровение как-то затерялось среди всей той хреноты, что вокруг творилась.

— Точно. — поддакнул Пол. — Точнее не скажешь — хренота. Причем в таких объемах, что я, наверное, не заметил бы, даже если бы мне второй мизинец сожгло… Обидно только, что я раньше не догадался.

— Я бы и не хотела, чтобы вы догадались. Я не хочу, чтобы из-за моей вендетты пострадали еще и вы.

— О, не переживай! — цыкнул Корд. — К твоей итоговой цели у каждого из нас свои счеты. С тобой ли, без тебя ли, цель у нас одна.

— Потому я и привела вас сюда и рассказала все это.

— А я думала, ты сама хотела это вспомнить. — подала голос Роуз, зябко ежась в объятиях Алекса. — Или какое-то обещание выполняла.

— Скорее, давала. — серьезно кивнула Ради. — Но еще и затем, чтобы открыться вам. Именно потому, что поняла — я верю, что у нас все получится. Я верю в каждого из вас. И я верю в нас вместе.

Она глубоко вдохнула, успокаиваясь:

— Не могу поверить, что сказала это.

— Ладно. — вздохнул Пол. — Только давай ты больше не будешь злиться, когда дело я тебя достаю? Я же не специально.

— Врешь. — улыбнулась Ради.

— Вру. — грустно согласился Пол. — Просто не могу себя сдержать, когда дело доходит до новой информации.

Алекс скосился на Роуз:

— А ты, конечно, с самого начала все знала про Ради.

Роуз не ответила, лишь ткнулась ему лицом в грудь.

— Ясно.

Ради подошла к «Гермесу»:

— А теперь давайте уедем отсюда. Больше меня здесь ничего не держит.

Лязгнула дверь, ховер загудел, развернулся и полетел прочь от нейтронного пепелища.

Ради за штурвалом снова улыбалась знакомой таинственной полу-улыбкой.

Роуз в задней части салона покашляла, привлекая к себе внимание:

— Когда выйдем на безопасную территорию, надо остановиться и расположиться на ночлег. Завтра тяжелый день. Опять.

— И что у нас тяжелого завтра? — заинтересовался Пол.

— О, тебе понравится! — Роуз хищно оскалилась, рука ее потянулась к кобуре, но застыла на полпути. — На самом деле нет.

34

Лес поутру мерзкий. Мокрый и скользкий. Того и гляди оступишься. А оступишься — полетишь носом в землю. Руки-то скованы за спиной.

Алекс скосился через плечо:

— Все же добилась своего, да? Довольна теперь?

— Иди давай. — Роуз больно ткнула стволом пистолета в спину. — Чего я добилась?

— Ага, дуру включила. Чего добилась… Алекс Корд, самый опасный и разыскиваемый преступник в твоих руках, в наручниках, с неясным будущим. Все, как ты и планировала три года назад, не так ли?

— Неплохая задержка, в три года. Да еще и сложнее на восемь порядков.

Алекс скосился через плечо:

— Ну, ты вроде с самого начала не ставила строгих рамок.

— Нестрогие рамки это не то же самое, что отсутствие рамок. Руки нормально?

Алекс пошевелил пальцами:

— Вполне. Осилю.

— Вот и отлично. Не споткнись, корень.

— Без тебя вижу.

Алекс перешагнул корягу и снова скосился через плечо:

— А перед остальными тебе не стыдно?

— За что?

— Да ты же их, считай, бросила там.

— Как и ты.

— У меня-то выбора не было.

— У меня тоже. Их отсутствие это тоже важная часть плана.

— Да у тебя вся жизнь по плану.

— За редким исключением. Все, заткнись, мы пришли.

Лес закончился резко, будто ножом обрезали. Сразу за деревьями тянулась вычищенная и выжженная территория, подпирающая высокий серый забор координационного астропорта Лакхнау. По гребню стены тянулась старая как сам мир спираль Бруно, а над нею возвышалась темная громада «Кеа». В воротах контрольно-пропускного пункта маячила тройка угольно-черных силуэтов с оружием. На башнях по периметру забора торчали стволы пулеметов.

Да, отдельный астропорт Координации не был местом, в котором следовало бы появляться приличному убийце. А самому разыскиваемому на всей планете — тем более.

— Иди давай! — снова толкнула стволом Роуз. — Все равно там окажешься, рано или поздно.

— Проследи потом, чтобы я тебе все это припомнил.

— Обязательно, дорогой. Но не сегодня.

— О, я подожду.

— Все, заткнись.

Алекс окинул ее максимально недовольным взглядом и пошел вперед, прямо к легионерам.

Когда до них осталось меньше пяти метров, средний шагнул вперед, крайние остались на местах, но недвусмысленно положили руки на короткие пистолеты-пулеметы. Прекрасный выбор оружия — скорострельность у них безумная, два-три таких ствола способны поломать даже кинетический щит. И ребятам явно не составит проблемы пустить их в дело. Даже форма Роуз, пусть грязная и драная, но точно такая же, как у них, не смягчила реакции постовых.

Роуз остановилась, подняла пистолет стволом вверх:

— Спокойно, ребята. Роуз Коулмен, капитан Координации Мид-Йорка.

Легионеры переглянулись. То, что поближе, откинул визор на лоб, направив ствол в небо:

— Цель прибытия.

— Возврат в Центрополис после выполнения миссии. Наш астромат внутри.

— Остальные?

— Ликвидированы согласно плану.

Ликви… что?!

Алекс дернул плечом и скосился на Роуз, но она снова недвусмысленно ткнула стволом в спину.

— А этот?

— Жив, как видите. Именно поэтому и конвоирую. Пусть в штабе разбираются, что с ним не так, прежде чем путевку на электрический стул выписать. Мы пройдем? Транспорт ждет.

— Ждет. — эхом повторил командир и кивнул подопечным. — Сопроводить.

Те молча развернулись на сто восемьдесят.

— Что значит «жив»? — прошипел Алекс через плечо. — Что значит «ликвидированы»?

— Давай потом! — в тон ответила Роуз.

— Ты опять что-то скрываешь?!

— Да заткнись ты! Сказала же — потом!

Один из легионеров обернулся. Роуз моментально нацепила маску командира:

— Я говорю, что мне нужна суб-связь. Передать сообщение, что миссия выполнена почти успешно. Скоро будем. Где у вас передатчик?

Легионер кивнул в сторону высокой, метров тридцать, вышки, собранной из толстого металлического профиля. На верхушке торчала параболическая антенна, а вниз сбегали четыре стальных троса, закрепленные в бетон.

— Не функционирует. — безучастно прокомментировал легионер. — Окно между спутниками, самое длинное за сутки. Еще двенадцать минут.

Стало быть, семьсот двадцать секунд. Семьсот девятнадцать. Семьсот восемнадцать.

— Я не про антенну, где пункт связи?

Легионер повернулся в другую сторону, поднял руку…

— Стоять!

Легионеры замерли, даже не донеся ног до бетона. Алекс тоже остановился, через мгновение в спину ткнулся ствол — Роуз тоже встала:

— Что опять-то?

Все четверо развернулись, шаркая по бетону подошвами.

Сзади, в сопровождении еще двух легионеров, подходил… Судя по жетону на груди — майор. Лицо классического индуса: широкий нос, смуглая кожа, кудрявые волосы цвета антрацита. Сам весь откормленный, холеный, сразу видно — штабной. Хорошо если знает, с какой стороны у оружия пули вылетают. А судя по вальяжной походке и заложенным за пояс большим пальцам — еще и самый главный начальник этого астропорта.

— Доложить! — хрюкнул майор.

— Капитан Коулмен… — начал было легионер.

— Постой, я сама. Капитан Роуз Коулмен, координата Мид-Йорк. Конвоирую опасного преступника в Центрополис.

Майор прищурился, окончательно превратившись в борова:

— В одиночку? Такого опасного, что аж в одиночку?

Роуз повела плечами:

— Наручники же.

— О да, наручники! Это же такая проблема для Алекса Корда! — хохотнул майор. — Да-да, я тебя узнал, смертник! И я ни при каких обстоятельствах не позволю хрупкой девушке остаться наедине с таким опасным человеком. Побудьте здесь, а его мы пока возьмем под стражу. У меня здесь не так много людей, чтобы сформировать конвой, но придержать одного дикого зверя — хватит. А через десять минут передадим сообщение в Центро и они вышлют полноценный конвой.

Пятьсот девяноста девять. Пятьсот девяноста восемь. Пятьсот девяноста семь.

Алекс хмыкнул:

— И ты получишь всю славу за поимку знаменитого Алекса Корда, верно? Небось, годами проверенная схема — получать заслуги других?

— Заткнись, дергунчик! — процедил майор. — На электрическом стуле говорить будешь, когда тебе последнее слово дадут! Под конвой!

Легионеры, все четверо, моментально исполнили приказ, зажав Алекса и Роуз в каре.

— И все же. — не сдавалась Роуз. — Как координатор Пятого Проекта я несу личную ответственность за подконвойного. Благодарю за ваше предложение, но справлюсь и сама.

— Я не ставлю под сомнение ваши способности! Но это способности решения стандартных ситуаций, а у нас явно не такая. И оставлять хрупкую девушку решать ее в одиночку мне не позволит честь офицера!

— Да откуда бы ей взяться? — хохотнул Алекс. — Роуз, это бесполезно, он не отступит. Сдается мне, весь план пошел… к чертям.

Майор нахмурился:

— План?

Пятьсот семьдесят пять. Пятьсот семьдесят четыре. Пятьсот семьдесят три.

— Ро, время.

Роуз закусила губу, прыгая взглядом по легионерам и майору:

— Да, пошел.

— Отлично. — выдохнул Алекс и сбросил наручники.

Вхмах руками — в воздухе повисает облако термической пыли с рукавов. Щелчок пальцами — пыль вспыхивает от нанесенной на подушечки магниевой смеси.

Никто ничего не успел сделать — яркая вспышка ослепила их даже через тонированные визоры. Всего на секунду ослепила, но Роуз хватило. Хлопнули четыре сдвоенных выстрела — быстрые, резкие, вслепую, по памяти, зажмурившись. По бетону загрохотало снаряжение четырех легионеров.

А Алекс кинулся туда, где стоял майор. Врезался в него, открыл глаза и сразу ударил коленом в живот. Майор согнулся, хрипя и пытаясь одной рукой протереть глаза, а другой — достать пистолет. Алекс аккуратно отобрал оружие, обошел противника со спины и прижал шею сгибом левого локтя.

— Хотел к передатчику? Ну, идем к передатчику!

— Жабий выродок! — просипел майор. — Да ты же живым отсюда не выберешься! Коулмен, пристрелить преступника!

— Идиот, она за меня!

— Сучья дочь!..

Джиу! — срикошетило рядом о бетон. Следом хлопнул выстрел. Стреляли откуда-то сзади.

Алекс развернулся, прикрываясь майором, положил вооруженную руку ему на плечо, на локте зафиксировал левую ладонь, продолжая держать удушающий. Но в прицеле никого не видно, а значит…

— Снайперы! — пискнула Роуз, откатываясь к телам легионеров и обшаривая их. — Дымы!

Две шашки покатились в разные стороны, звеня и источая клубы густого красного дыма. Дым теплый, липкий, даже тепловизоры не возьмут. Им придется либо стрелять вслепую, либо не стрелять вовсе.

— Они же не будут стрелять, верно? — хмыкнул Алекс. — Само собой, они побоятся задеть такого командира, как ты. Ты же, если выживешь, потом сгноишь того, кто тебя подстрелил! Спасибо, майор, твоя глупость нам на руку!

— Для самого опасного убийцы ты феноменально самонадеян! Слишком высокого о себе мнения!

— Ровно настолько, насколько могу себе позволить!

— Это да… — просипел майор, пытаясь отжать душащую руку. — Но вместе с тем ты слишком низкого мнения о других!

Ох…

Левая рука повисла плетью, майор вывернулся и канул в дым.

— Ах ты сукин!..

Одной правой Алекс вскинул пистолет, но стрелять не стал — майора уже и след простыл.

— …сын!

— Что произошло? — Роуз вынырнула из дыма, вооруженная легионерским пистолетом-пулеметом. Еще один болтался на спине, а через плечо переброшены два боевых пояса.

— Сбежал! — процедил Алекс, сунул пистолет за пояс и выдернул из локтевого нерва длинную толстую иглу. — Хитер, тварь!.. Как же я его недооценил!

— С тобой это все чаще стало происходить в последнее время!

Джиу! — снова срикошетило рядом. — Джиу!

Похоже, майор добрался до своих, и теперь они нащупывают цели огнем.

— Все, валим! — Алекс схватил Роуз за руку и потащил прочь от выстрелов. — Я там какую-то бетонку видел, скроемся за ней!

— Мы же в щитах!

— Ага, а если с гранатомета? А гатлинг? Мы-то внизу, а они все на позициях!

Роуз мгновенно оценила перспективы и рванула прочь. Алекс на ходу подцепил с пояса мертвого легионера еще одну машину, активировал и швырнул за спину. Затея сработала — пули стали щелкать там.

Четыреста тридцать. Четыреста двадцать девять.

— Сюда!

Алекс схватил Роуз, дернул, прижал к себе и втиснулся в щель между двумя бетонными блоками.

— А теперь отвечай! Что значит «остальные ликвидированы»?!

— Ал, у тебя талант выбирать самое неподходящее время! Давай потом, умоляю, мы и так в заднице! Через пару минут они сообщат в Центрополис о нападении, а мы так и не узнали, где у них рубка связи!

— Но мы же не одни, у нас есть еще трое на подхвате! Те, кто «ликвидирован»! И они, услышав выстрелы, едут сюда — как мы и договаривались!

— Вот именно! Прямо в ловушку!

— Нет. Если мы их предупредим и попросим помощи!

Рядом вжикнуло что-то крупного калибра.

— Помощь в чем?! — Роуз ударила кулаком в бетон. — Мы же так и не выяснили, где пункт связи!..

— Раз не выяснили, значит… — Алекс усмехнулся. — Снесем вышки!

— И как же мы это сделаем?! Связь-то мы оставили в «Гермесе», чтобы не светиться!

Алекс пожал плечами:

— А ты подумай. Громко-громко подумай.

Четыреста один. Четыреста. Триста девяноста девять.

— Будем надеяться, что эльфу не пришло в голову снять свой ободочек.

35

В салоне «Гермеса» царила мертвая тишина. Даже Пол молчал. Вертелся, как стригл на столе вивисектора, места себе не находил, то и дело открывал рот, но ничего не говорил. Ради задумчиво барабанила пальцами по рычагу тяги, а Клиффу только и оставалось что прыгать взглядом с одного на другого.

— Как думаете, они добрались? — наконец выдал Пол.

— Тут идти почти два километра. — ответила Ради, не переставая тарабанить. — По лесу. Это минут двадцать, не меньше.

— А прошло? — не отставал Пол.

— Семнадцать. — вздохнула Ради. — Пол, уймись. Дойдут, никуда не денутся. некуда им деться.

— Мне бы куда деться. — Пол заерзал в кресле. — Есть пожевать?

— «Фриролл». — хмыкнул Клифф.

— Я просил пожев… А, ну да.

— Так будешь?

— Нет, спасибо.

— Как хочешь. А я буду.

Со стороны базы раздались приглушенные расстоянием хлопки выстрелов.

— А вот и голубки наши. — с удовольствием произнесла Ради и подала рычаг тяги вперед.

— Надеюсь, все пошло по плану. — вздохнул Пол.

— Там Корд, он справится. — улыбнулся Клифф. — Даже если все провалилось. Для него отсутствие плана — тоже план.

— А нам до базы сколько ехать? — не переставал нервничать Пол.

— Минуты две. — ответила Ради.

И как она умудряется и за дорогой следить и за всем, что в салоне творится? Это тоже какая-то способность Звездного Дитя?

— Чего так мало-то… — пробормотал Пол, нервно озираясь по сторонам.

— Мы-то по дороге, а не через лес. По датчикам и зонам покрытия спутников.

— Так что надень свою шапочку из фольги. — не сдержался Клифф. — Чтобы спутники тебе твои драгоценные мозги не застудили.

Пол злобно зыркнул, но заткнулся и напялил обруч. Внезапно его глаза резко округлились, он выпрямился и глубоко вдохнул:

— Сто-о-ой!..

Ради отреагировала моментально — Клифф едва успел ухватиться за подлокотник, чтобы не вылететь из кресла.

— Что опять? — Ради обернулась, нервно барабаня пальцами по рычагу тяги.

Пол сидел, глядя пустым взглядом в стену, шлепал губами, будто читая что-то с невидимого экрана.

— Пол! — не выдержала Ради.

— Да тихо ты! — взмолился Пол, не меняя ни позы, ни взгляда.

Клифф осторожно привлек внимание Ради и прижал палец к губам — «тихо». Девушка нахмурилась, но кивнула.

Пол еще пару секунд сидел истуканом, а потом моргнул и снова вдохнул во все легкие.

— Гони-и-и!..

— Тебя не поймешь — то стой, то гони! — рассердилась Ради. — Делать-то что?!

— Да хоть что-нибудь! Ни хрена у них не вышло! Они завязали бой, и теперь их прижали! Гони же!

— Чего? — не понял Клифф. — Кто?! Кого?!

— Да голубков же! — застонал Пол. — Роуз на всю округу радирует, странно, что вы не слышите!

— Но… — Ради нервно хрустнула шеей. — Ты же ее не видишь.

Пол постучал пальцем по обручу:

— А это у меня зачем, по-твоему? Глаза оттенять?! Гони, говорю, у них там все плохо! Они не выяснили, где пункт связи, и не могут покинуть укрытие! А до закрытия окна, на которое мы рассчитывали, пять минут!

— И что теперь? — продолжила недоумевать Ради. — Куда гнать? Туда? Обратно? Что мне делать?

— Туда, конечно! Они хотят… что сделать?! Сбрендили?! Они хотят, чтобы мы вломились в открытую и помогли снести вышку, раз они не нашли пункт связи! — эльф застонал. — Как будто мы можем это сделать!

Ради глянула на него с сомнением и закусила губу, что-то обдумывая.

— Что… — осторожно скосился Пол. — Мы можем это сделать?

— У «Гермеса» бронирование по четвертому классу. Переживет даже мной гранатометный выстрел, любой КПП мы вообще проедем, не заметив. А вот что делать с вышкой…

— Да плевать! — Клифф ударил кулаком в ладонь. — Так или иначе, надо их вытаскивать, а с вышкой позже разберемся!

— Да я же не спорю! — поднял ладошки эльф. — Просто подчеркиваю, что наш план с треском провалился!

— Придумаем новый!

— А если нет?

— А если нет, тем лучше. — Ради подала рычаг тяги. — Отсутствие плана — это тоже план.

«Гермес» дрогнул и рванул вперед, набирая скорость.

— Ох, не нравится мне все это! — запричитал Пол. — Я не хочу жить заветами Корда!

— Тебя никто не спрашивает! — весело ответила Ради. — Да и дело раз плюнуть: заехали, схватили, выехали!

— Если я правильно помню, вся эта миссия изначально характеризовалась как «раз плюнуть»! Да что-то не очень похоже!

«Гермес» резко вильнул, Пол заткнулся и схватился за подлокотники:

— И вообще, нельзя ли поаккуратнее?!

— Нет, нельзя! — азартно ответила Ради. — И вообще держитесь, таран через три!.. Два!..

— Я просто счастлив!

Удар!

«Гермес» стремительно прыгнул вперед и вверх, снаружи по броне зацокали пули.

— Блокировку подняли! — прокомментировала Ради. — Будто мы не на простой машине, а не на СВП!

— Легионеры же! — простонал Пол. — У них на любую ситуацию ответ один — слепое следование приказу!

— Хватит умничать! Нам куда?! — оскалилась Ради.

— А? Чего? — Пол ошалело моргал, держась за голову.

— Где Роуз и Алекс, ну!.. — Клифф схватил Пола за грудки и встряхнул. — Соображай!

«Гермес» снова вильнул, за бортом ухнул взрыв.

— Быстрее! Они гранатометы притащили!

— Это!.. Это!..

Пол зажмурился, сжал голову до хруста в пальцах, несколько раз глубоко вдохнул, открыл глаза и поднялся из кресла:

— Туда!

Клифф тоже вскочил и тут же рухнул на пол — так резко Ради кинула ховер в сторону. За бортом еще дважды взорвалось.

— Быстро же до них дошло! — процедила Ради, сжимая штурвал.

Клифф поднялся с пола, цепляясь за пилотское кресло.

— Ты о чем?

— Я о гранатометах! — Ради снова заложила крутой маневр. — Видать, голубки их тут неплохо повеселили!

— Ты же говорила, гранатометы нам не страшны!

— Во-первых, я сказала «не каждый гранатомет»! А во-вторых, это не повод лезть под выстрелы!

— Сто-о-оп! — завопил Пол.

Ради, конечно, не стала тормозить, а лишь замедлила «Гермес» вполовину. Пол тут же кинулся к двери и открыл ее.

В салон вкатился Корд, сжимая в объятиях Роуз. Оба были увешаны оружием и амуницией, которых при них не было, когда они уходили.

— Не отключили? — зачем-то спросил Пол.

— Какой там! Даже не узнали, где! — Алекс отбросил Роуз и вскочил. — Надо вышку таранить!

— Исключено! — возразила Ради, наращивая тягу. — Даже если снесем, отсюда «Гермес» уже не выберется!

— Да там не монолит, а хренота на четырех растяжках! — задрав ствол оружия в потолок, Корд ткнул пальцем. — Сама смотри! Дунешь — упадет!

— Тем более, нет! А если лопнувшая растяжка нам экран порвет?! А если по роторам хлестнет?!

— Погодите спорить!

Клифф оттеснил Корда и взглянул туда, куда тот указывал. А указывал он метров на тридцать вперед. Там торчала и стремительно приближалась обыкновенная, собранная из металлического профиля, вышка. Стандартная схема сварки — квадрат на диагонали. И антенна наверху. Сама по себе конструкция не очень прочная, но вместе с оттяжками должна выдержать более или менее серьезный вес. Обязана выдержать, ведь обслуживают же они ее как-то!

— Не надо таранить вышку, сделаем по-другому!

— Предлагай быстрее! Осталось полторы минуты! — зарычал Корд.

За бортом снова взорвалось, Ради кинула ховер в сторону, заставив его скользить боком.

— Мне хватит двадцати секунд. — сказал Клифф, неотрывно следя за вышкой. — Если вы меня прикроете.

— От чего? — не унимался Корд.

— От всего! От гранат, пуль и прочего, что вредно для здоровья!

— О, это не проблема!

Корд подскочил к Роуз, выволок из-под нее ящик со снаряжением, покопался в нем и кинул Клиффу диск одного из своих щитов:

— Цепляй!

Клифф поймал щит и прицепил к поясу:

— Ради, нужно подобраться к вышке!

— Издеваетесь?! Я же почти вытащила нас отсюда! Я уже вижу второй КПП!

— Тормози! — рыкнул Корд. — Надо закончить дело!

Клифф полез в ящик со снаряжением.

Ради громко выругалась на хинди и заложила крутой вираж, по дуге приближаясь к вышке. За бортом снова послышались взрывы и щелчки пуль.

— Ладно, мистер. — Корд отстегнул магазин, надавил пальцем на верхний патрон и пристегнул обратно. — Прикрыть я тебя прикрою. Но сам-то то собрался делать?

Клифф наконец нащупал и выудил перевязь со взрывпакетами, повесил ее через плечо:

— То, что умею лучше всего.

36

— Вы нас всех прикончите! — сквозь зубы шипела Ради, остервенело крутя штурвалом. — Вишну клянусь, вы нас всех прикончите!

— Главное, не дай им повредить «Гермес»! — Клифф поправил перевязь и шагнул к двери. — А уж мы знаем, что делаем!

— Что-то сомневаюсь!

— Сомневаться не в твоих интересах! Просто притащи нас к вышке!

— Да они уже под вышкой! Поняли, куда мы метим!

Корд отпустил оружие, повисшее на ремне, и вытащил из карманов на поясе две гранаты:

— Так это же прекрасно! Чем ближе они, тем лучше для нас.

— Тогда радуйся, потому что мы уже приехали! — оскалилась Ради.

«Гермес» рыскнул вбок, крутнулся вокруг своей оси, резко встал, будто на тормозах, и Алекс распахнул дверь. В проем отправились гранаты, еще две следом кинула Роуз.

— Это еще зачем? — дернулся Пол.

Корд даже не обернулся:

— Спокойно, это дымы!

Шашки за четыре секунды заволокли все вокруг густым красным дымом.

— Так у «Гермеса» бортовые дымы же есть… — тихо произнесла Ради.

Корд гневно сверкнул глазами:

— А раньше ты не могла сказать?! Все, идем!

Он первым прыгнул в дым, тут же затрещали выстрелы.

— Ради, езжайте с Полом, найдите «Кеа»! — бросила Роуз и выпрыгнула следом.

Ради запоздало округлила глаза:

— Чего?! С ума сошли?!

Клифф положил руки ей на плечи и развернул к себе:

— Делай, что говорят! Если у нас не выгорит, спасетесь хотя бы вы! А если вы останетесь здесь, то не спасется никто! Найдите «Кеа» и заводите, а мы догоним!

— Да вас же тут прикончат!

— Вот и отвлеките часть сил на себя! — не дослушав, Клифф выпрыгнул в дым.

Теплый и какой-то скользкий на ощупь красный дым, от которого слезились глаза.

Надо бы очки надеть.

— Мистер, справа!

Справа? Где тут право?!

Клифф крутнулся на месте.

Шесть метров, легионер, уже целится!

Мелькнули три вспышки на конце ствола, трижды вспыхнули фиолетовые круги, три пули канули в густой дым.

Ух, пронесло. Даже среагировать не успел, даже дернуться! Зато легионер успел — бросил оружие, повисшее на ремне, и схватился за шоковую дубинку.

Клифф напрягся, не отрывая взгляда от солнечного сплетения противника и контролируя остальное периферийным зрением.

Черт, опять забыл перчатки в ящике!

Атака слева, блок в крест, атака сверху, рыбка, вход в вектор, колющий навстречу!..

— Да чтоб тебя!..

Из дыма вылетел Алекс и врезался плечом в легионера. Ударил сверху-вниз прикладом по рукам, легионер выронил дубинку и схватился за оружие Корда. Полуэльф не стал бороться, отпустил, выхватил с бедра пистолет, прижал к черном шлему и дважды выстрелил.

— Хватит тут танцы устраивать! Делай что должен! — Корд вернул себе оружие и сменил магазин. — Минута осталась! Шевелись!

Клифф открыл было рот, но Корд срезал безумным взглядом и заорал:

— Пошел!

А потом вскинул ствол, припал к прицелу и канул обратно в дым.

Клифф вздохнул, ухватился за трубу и полез вверх.

В Пекине на чемпионате мира тридцать три метра трассы были покорены за шестнадцать с половиной секунд. Но там и трасса была сложнее: кривой рельеф, горизонтальные свесы, широкие разрывы между зацепками. Тут знай себе перебирай левой-правой, не забывая дышать. Каких-то десять секунд — и вершина покорится. Дым уже остался далеко внизу, вокруг только свежий воздух, дышится легко, левой-правой, левой-правой…

Дзан!

Труба под рукой лопнула, Клифф едва успел перехватиться и прижаться, чтобы не упасть!

Это было близко.

Дзан!

Еще один участок трубы разворотило, уже подальше.

Черт, а ведь сколько-то выстрелов и вовсе прошли незамеченными, пропали в щите!

— Алекс! Снайперы!

Дзан!

Нет, он не услышит с такой высоты. Да им там и так есть чем заняться.

Главное не дать им нарушить целостность вышки с одной стороны, а то костей не соберешь потом. Конечно, и вышка будет разрушена, но такая цена не кажется соразмерной результату.

Клифф, перебирая руками, переполз на другую сторону и снова полез вверх.

Дым внизу почти рассеялся, тут и там мелькали головы и своих и чужих.

— Алекс! Роуз!

Но вместо Алекса и Роуз остановились и задрали головы несколько ВВшников, в желтой и в черной форме. Следом они задрали стволы.

— Да чтоб вас! — Клифф полез быстрее.

Сейчас будут стрелять.

Лишь бы щит не подвел! Черт, лишь бы не подвел!

Но вот уже и вершина, и антенна на мощном сварном креплении. Таком мощном, что это, пожалуй, вообще самый мощный элемент всей вышки! И очень удобный для того, чтобы расположить на нем взрывпакет. Положить, зажав между диагональю и горизонталью. Закрепить в штатном порядке все равно не выйдет — все поверхности слишком малой площади, статика не удержит.

Клифф достал блок взрывчатки, поставил таймер на 10 секунд и заложил прямо в узел крепления.

— Роуз говорит, осталось тридцать секунд. — скрипнул в голове Пол.

— Я закончил. — по привычке вслух ответил Клифф, перебираясь поближе к углу, где к вышке крепилась оттяжка. — Что у вас?

— Мы добрались до «Кеа» и закрылись внутри. Ждем вас.

Клифф перекинул через оттяжку перевязь со взрывпакетами и взялся за концы:

— Скажи Ради, пусть заводит. Мы идем.

И прыгнул, заскользил, полетел вниз.

Дзан! — снова ударило где-то рядом.

Опоздали, ребята!

Клифф спрыгнул с троса, покатился по бетону, вскочил, осмотрелся:

— Алекс, Роуз, уходим!

Откуда они вынырнули?! Растрепанные и грязные, Роуз хромает, у Алекса рассечена бровь, левая половина лица залита кровью. Вместо прежнего оружия в руках полуэльфа длинный дробовик, совсем как тот которым Клиффа вырубили на скалодроме, только не желтый, а черный. И пояс на Корде какой-то другой, усеянный петлями с толстыми патронами, а не подсумками с магазинами.

— Чего встал? — Корд пробежал мимо, не опуская ствола. — Куда нам?!

— Куда нам? — обратился Клифф к Полу.

— На юго-запад.

Клифф огляделся:

— Это куда?!

Пол выматерился.

— Идите за Роуз, она сориентирует!

— Роуз тут при чем?

Пол не ответил, зато Роуз вдруг споткнулась и застыла, опустив ствол. Глаза ее расширились, губы зашевелились, потом она моргнула:

— За мной!

— Давай, пошел! — обернувшись, крикнул Корд.

Черт, он прав, сейчас же рванет!

Клифф побежал за ними.

Ба-бах!..

Мимо, свистнув, хлестнул конец оттяжки, зацокали по бетону куски металла. Клифф на бегу обернулся — антенна отвалилась от вышки и застряла в ячейках конструкции, где-то на середине высоты. Две из четырех оттяжек лопнули, вышка покосилась, но держалась.

— Отлично! — обернулся на бегу Корд. — Пять баллов, мистер! Самое сложно сделано!

Разве?

Вот это оптимизм!

Вроде самое сложное еще впереди.

37

Дым рассеялся окончательно, вокруг сразу же вспыхнули фиолетовые круги. Много фиолетовых кругов, очень много, слишком много! Роуз и Алекс бежали, насколько это возможно со вскинутым оружием, рыскали стволами по своим секторам, но не отвечали на выстрелы.

— Почему не стреляете?

— Какой смысл? У них те же щиты! — ответил Корд. — И расстояние!

— И долго так может продолжаться?

— Пока они не притащат гранатометы или…

— Пулемет! — взвизгнула Роуз, кидаясь за угол.

— Где?! — Корд развернулся в ее сектор, вскидывая оружие.

Но пулемет уже открыл огонь.

Под ногами хлестнуло визжащим рикошетирующим свинцом.

— Вразброс! — заорал Корд, отпихивая плечом Клиффа. — В укрытие!

Клифф упал, перекатился по бетону, выхватывая детали окружения.

Роуз хромает в другую сторону, оставляя на бетоне кровавые отпечатки…

Пулеметная очередь мечется, словно стрелок не может выбрать, по кому вести огонь…

Корд ничком падает за какие-то ящики…

Ох!

Клифф скорчился от удара спиной в жесткое и судорожно вдохнул.

Больно и нечем дышать, зато в укрытии.

Черт, да зачем им вообще здесь этот бетонный блок? Не астроматы же они к нему привязывают!

Пулемет стих, так никого и не зацепив. Корд лежал за невысокой кучей ящиков, но уже на спине, положив оружие на грудь и заинтересованно осматриваясь, насколько позволяла поза. Метрах в тридцати Роуз присела за штабелем реактивных снарядов. Оружие лежало рядом, а сама он держалась за ногу и тяжело дышала.

Алекс приподнял голову, вытянул руки и просемафорил Роуз серией жестов. Та вяло отмахнулась, достала нож и принялась резать правую штанину, разбрызгивая по бетону кровь.

А Корд внезапно закинул ноги за голову, ловко кувыркнулся, выкатываясь из своего неудобного укрытия, и в одно мгновение оказался рядом — будто у стриглов телепортироваться научился. По бетону хлестнула запоздалая очередь, Корд лишь хмыкнул.

Роуз что-то показала руками и продолжила бинтоваться, откинув лохмотья штанины. Клифф показал на нее:

— Пулеметом задело?

— Если бы пулеметом, она бы без ноги осталась. Под вышкой еще, ножом резанули.

Снова поймав взгляд Роуз, Корд опять непонятно помахал руками. Она ему ответила тем же, он повторил, она махнула рукой.

— Да не видел я! — прошипел Алекс, колотя ладонью по прикладу.

— Вряд ли она тебя слышит с такого расстояния.

— Знаю, заткнись.

Алекс махнул сложенными руками, глядя на Роуз. Она округлила глаза и быстро замотала головой. Корд нахмурился и повторил свой жест, Роуз закусила губу и снова отказалась. У нее даже взгляд будто изменился — из изумленного стал испуганным.

Испуганная Роуз? Да что Корд вообще от нее хочет?!

А Корд провел ладонью по груди в районе сердца и похлопал себя по лбу. Очень серьезно кивнул.

Под ноги Роуз снова капнула кровь, на сей раз — из прокушенной губы. В глазах застыла безграничная тоска. Почти такая же, какая была в каждом взгляде на полуэльфа еще в начале путешествия.

Но она кивнула тоже.

— Вы что делаете? — не выдержал Клифф.

— Я не успел заметить пулеметное гнездо. — ответил Корд, снова берясь за дробовик. — А выстрела у меня всего два.

Алекс повернул оружие боком и дважды дернул цевье. В воздух друг за другом взмыли два красных толстых патрона, полуэльф одним движением перехватил их и убрал в петли на поясе. Из соседних петель достал два новых патрона — зеленых в косую черную полоску. Один вложил сразу в открытый патронник и щелкнул цевьем, второй загнал в подствольный магазин.

— И что ты сделаешь дробовиком? У тебя же даже нормального прицела нет!

— Он мне не нужен. Сейчас все увидишь.

Корд присел на колено, взял оружие наизготовку и кивнул Роуз. Она кивнула в ответ, вскинула ствол и решительно шагнула из укрытия.

— Роуз, назад! Что ты делаешь?!

Но Роуз знала, что делает. Она вскинула оружие, вложилась в приклад, застыла, будто в тире, и открыла огонь в сторону внешней стены астропорта.

И, едва первая пуля покинула канал ствола, Корд выпрямился тоже, вскинул дробовик и замер, глядя поверх ствола.

Застучал пулемет, вокруг Роуз взвились фонтанчики бетонной крошки, замелькали круги щита. Много кругов, слишком много даже для восьмитысячника! Еще пара секунд — и какая-нибудь пуля прорвет щит!

Корд шумно выдохнул и спустил курок. Дернул цевье, выбрасывая почерневшую гильзу, и выстрелил еще раз. Постоял секунду и расслабился, закинул оружие на плечо:

— Так, твою мать!..

Клифф не выдержал и выглянул из укрытия.

Пулемет находился на вышке на стене и должен был, судя по всему, контролировать внешний периметр, но его развернули во внутренний. Сейчас же очертания вышки скрылись в черном полупрозрачном облаке, которое стремительно росло. В облако тянулись два расплывающихся инверсионных следа.

— Обожаю гладкий ствол! — оскалился Корд.

— Это что, ракеты были?!

— Да, с магнитной пеной. Специально для выведения из строя техники и огневых точек.

— Никогда не слышал.

— Откуда бы тебе? Вещь редкая даже среди солдат ВВ, особенно сейчас, в эпоху щитов. Придумана еще до потерянного, и там же и забыта. Повезло, что кто-то из легионеров вообще еще помнит, что это такое, и таскает их с собой. А кто не имеет отношения к ВВ, те и не знают про них.

— А ты что, имеешь отношение?

Злобный взгляд и молчание было ответом.

— Урод!

Роуз подскочила и коротко, без замаха ударила. Корд отрешенно заблокировал удар дробовиком, ткнул ее прикладом в грудь и отскочил.

— Ты же обещал больше не подставлять меня!

— А у меня был выбор?! Я не успел срисовать гнездо!

— Пошел ты!

— Давайте потом, нас ждут! — взмолился Клифф.

— Я тебе это припомню! — Роуз сверкнула глазами и побежала.

— Давай, мистер, пошел!

Клифф дернул головой и последовал за ней.

За две минуты быстрого бега остановиться пришлось всего раз, когда из-за угла вынырнула пара лимонов.

Клифф огляделся:

— А где все? Неужели закончились?

— Мечтай, мистер! Наверняка отвлечены на «Кеа»! — ответил Корд. — Сначала все отвлеклись на нас двоих, сейчас наоборот стянулись к астромату, так что… Готовьтесь, сейчас будет весело!

Роуз обернулась на бегу:

— Сюда! — и свернула за угол.

Сразу же затрещало оружие.

— Ну, поехали… — выдохнул Алекс, сворачивая следом.

Клифф притормозил, глубоко вдохнул и последовал за ними.

Два десятка лимонов и пяток легионеров. Трое уже мертвы, но остальные еще не успели сообразить, что опасность пришла со спины. Алекс и Роуз пользовались этим на всю катушку. Они проскальзывали меж врагами, прижимали стволы к шлемам и разряжали их.

Уже не три тела на бетоне, а пять, восемь…

До остальных дошло, что происходит. ВВшники засуетились, рассыпаясь на звенья, разрывая дистанцию, вскидывая оружие.

И одновременно с этим поползла вниз аппарель «Кеа», и на ней появился Пол. Пара ВВШников кинулась к нему, но эльф сурово посмотрел на них, они зашатались и осели. Пол хмуро обвел поле боя взглядом, поднял вытянутый указательный палец и ткнул в троицу легионеров. Они моментально рухнули, будто лишившись всех костей, Пол повел пальцем, и бойцы Координации один за другим падали, как сбитые кегли. Роуз и Алекс сначала провожали каждое падение стволами, но после пятого опустили их и побежали напрямую к астромату.

— Ты что, и легионеров можешь вырубать?! — бросил Алекс, пробегая мимо Пола.

— С этой штукой, — Пол постучал по венцу, — Я чего только не могу!

Он показал пальцем на два тела там, где аппарель касалась бетона. Эти два мертвых легионера отличались от прочих: у одного после мощного электрического разряда дымилась жженая борозда на груди, второй был цел, только лежал, скрючившись и вцепившись в шлем, из-под которого натекла лужа крови.

— Потом, все потом! — Роуз пробежала мимо. — Надо взлетать!

Клифф поднялся по аппарели и обернулся, провожая взглядом астропорт Лакхнау. «Кеа» дрогнул и пополз вверх. Аппарель поднималась, но Клифф нашел и нажал кнопку стопора. Хотелось посмотреть подольше.

Вышка все-таки упала, растяжки не удержали. Странно, что никто этого не услышал, ну да в том хаосе нетрудно. Возле обломком суетились синие комбинезоны — наверное, техники.

Пулеметное гнездо, накрытое ракетами Корда, превратилось в бесформенный ком, серебрящийся на солнце. Неровный и бугристый, будто гнездо огромных металлических ос. Много, видать, там металла было, на которой пена налипла. И зря Корд второй патрон стрелял, перестраховался. Хватило бы и одного.

— Ты на аппарели? — раздался в голове скрипучий голос. — Ради просит закрыть.

— Перестань лазать ко мне в голову, сколько говорить! — поморщился Клифф, нажал на кнопку закрытия и пошел к остальным.

38

Стол чуть вибрировал от работы двигателей, нестройно покачивались поставленные на капсюли патроны. Дробовик с заглушенным затвором стоял прислоненным к столу и ждал очереди на чистку.

Алекс прикрутил на место клипсу и несколько раз щелкнул клинком, проверяя работу механизма выброса. Достал и прикурил сигарету, проверяя работу зажигалки.

Все работает. Все отлично.

Алекс протянул руку за спину, нащупал и взял дробовик. Вытащил заглушку из затворной группы, отсоединил ствол и посмотрел его на свет, будто в монокуляр. Ствол был чист, без следов нагара и признаков освинцовки, без каверн, идеально гладкий. Предыдущий хозяин содержал свое оружие в чистоте и порядке. После оживленного боя его даже чистить особо не надо — обработал ствол чистящим средством, заглушил затвор, подождал десять минут — и готово.

Вот бы все в жизни было так просто.

Носа коснулся тонкий аромат роз.

В жизни не бывает просто.

— Ты закончил?

Алекс поставил на место ствол, закрыл затвор, отложил дробовик и поднял глаза.

Роуз стояла, привалившись к стене и сложив руки на груди. Бледная, тусклая, в рваной и окровавленной одежде. Улыбалась. Слабо и неуверенно, но улыбалась искусанными губами.

Она качнула правой ногой, грубо перебинтованной на середине бедра:

— Поможешь?

Только сейчас стало видно, что под сложенными на груди руками прячется небольшая аптечка.

— Попроси эльфа. — вздохнул Алекс и затянулся. — Он тебя уже однажды штопал.

— Не хочу эльфа. — ответила Роуз, отклеилась от стены и подошла, чуть прихрамывая. — Хочу полуэльфа. Анестезия перестает действовать, помоги.

Алекс вдохнул, потушил сигарету и локтем расчистил место на столе. Подхватил Роуз под бедра и усадил перед собой прям на столешницу. Опустил голову, рассматривая повязку, но Роуз схватила за подбородок и потянула вверх:

— Ты… А с собой-то ты что сделал?!

— В смысле? Рану стянул.

— Без зеркала, что ли?

— Ну да. — Алекс дернул плечом. — Где я его возьму? У меня даже клинок вороненый.

— Какой же ты дурак. — вздохнула Роуз. — Ну кто рассеченный лоб без зеркала стягивает? Не могу попросить кого-то? Ты такой кошмар сотворил!

— Мы вроде тобой собирались заняться.

— Это не значит, что потом я… ай! Не займусь тобой!..

Алекс оставил повязку в покое:

— Я подумаю. Дай антисептик.

Обработать руки, потом — клинок ножа. Два движения — и неподатливый бинт развалился, открывая рану.

— Ну как там?

— Подожди пока.

Алекс разрезал штанину еще выше почти до пояса, но она все равно мешала. Снова затрещала под клинком ткань, отрезанная под корень штанина полетела на пол.

— Ты так нетерпелив. — хмыкнула Роуз. — Но давай сначала закончим с раной, а уж потом…

— Заткнись.

Рана была хорошая. Насколько вообще ножевое ранение может быть хорошим. Глубокое и длинное, но резаное, а не колотое. Крови мало — бедренная артерия не задета, разрез почти параллелен мышце.

— Жить будешь.

— А бегать?

— Со временем.

— А…

— Заткнись.

Алекс покопался в аптечке, нашел и вытащил пакет с гемостатическим порошком:

— Будет больно.

Пальцами раздвинул края раны и всыпал порошок.

Роуз вскрикнула, дернулась, прижалась, вцепилась ногтями в спину…

Горячая, живая, настоящая…

Тяжело дышит.

И одуряюще пахнет розами.

— Спина… — прошипел Алекс, стараясь удержать края раны сомкнутыми.

— Раньше… Тебе нравилось.

Даже сейчас язвит, зараза!

— Ситуация не та! Пусти!

Роуз медленно, будто через силу, расслабилась и отодвинулась.

Кровь, конечно, снова пошла, но это уже не страшно. Основное сделано, остались мелочи — еще раз полить рану антисептиком и закрепить края раны.

Алекс заглянул в аптечку:

— Будем паять. Степлер не щелкнет, кость далеко, а клея нет.

— Хорошо. — подозрительно легко согласилась Роуз.

— И постарайся оставить мою спину целой.

— Ничего не… ай!

Алекс потянул нить через прокол:

— Поговори мне еще. Не дергайся.

Спустя две минуты, которые Роуз провела, сжимая столешницу побелевшими пальцами, шов был завершен. Алекс отрезал остаток нити, сполоснул руки и нож антисептиком и достал пузырек с катализатором.

— Готова?

Роуз зажмурилась и кивнула.

Алекс открутил крышку и щедро полил на свежий шов.

Громко зашипело, нить стала съеживаться, стягивать рану, трансформироваться в коллаген и трансформируя ткани вокруг. Роуз зашипела тоже, ударила ладонью по столу и громко выругалась, не открывая глаз.

— Каждый раз зарекаюсь это делать! — она открыла один глаз. — Все?

— Все. — Алекс отодвинул аптечку в сторону и поднял глаза. — Я больше тебе не нужен?

— Опять ты чушь несешь. — Роуз нагнулась и нежно поцеловала. — Кто еще меня будет мучать, если не ты?

— Отличная у меня роль, я просто счастлив.

— На самом деле нет?

— На самом деле нет.

Алекс потянулся к дробовику, но Роуз перехватила руки. Нагнулась и пристально посмотрела в глаза:

— А ты вообще бывал счастлив?

— А что ты вкладываешь в это понятие?

— Ал, не юли. — нахмурилась Роуз. — Я прекрасно знаю, что ты не хуже меня жонглируешь словами и разводишь софистику. Так что мы можем много часов болтать ни о чем. Или ты просто ответишь на мой вопрос.

— Или нет.

— Или нет. — согласилась Роуз. — Но я надеюсь, что да. Так ты бывал счастлив?

Счастлив… Странное слово. Непривычное.

Нет, слово обычное. Странна попытка применить его к преступнику, убийце, самому ловкому и опасному на планете. Может ли такой персонаж быть счастлив? Испытывать ощущения, свойственные лишь тем, кто не привык дышать сгоревшим порохом, ходить по колено по крови, ждать пулю из-за каждого угла?

Ответить на этот вопрос можно лишь отбросив все, что касается этой деятельности. Забыть о ней. Оставить крошечную долю обычного… полуэльфа. Оставить редкие дни, которые не содержали в себе нового заказа или подготовки к нему. День, что не начался не с проверки датчиков и ловушек, а тонкого аромата роз и нежного шепота в ухо:

— Просыпайся, соня.

— Отстань, женщина. — отмахнулся Алекс. — Выходной же. Мы позже встаем.

— Сегодня особый день.

— Да ну?

Алекс открыл глаза и перевернулся на спину. Юна сидела на кровати, подобрав под себя ноги, прижимая простыню к груди и азартно улыбаясь.

— И что же сегодня за день такой особый?

— Ох, ну я, конечно, слышала, что это обидно, когда мужчины забывают всякие даты, — нахмурилась Юна. — Но не думаю, что настолько… У нас сегодня год, Ал! Год как мы вместе!

— О, серьезно? Уже?

— Да иди ты! Я уже и подарок приготовила!

— Какое совпадение! И я тебе! Давно уже приготовил.

Юна подозрительно прищурилась:

— То есть, ты помнил?

— Ну как тебе сказать… Плюс-минус неделя. — хохотнул Алекс и полез в тумбочку. — Ага. Держи.

Юна внимательно осмотрела сложенные вместе ладони со всех сторон и только потом подставила свои.

— Ух ты-ы-ы!..

Она потянула с ладони тонкую серебряную цепочку с серебряной подвеской в виде военного жетона древнего образца. Вместо информации о носителе всю поверхность занимала гравировка цветка розы. Точно такого же, как у Юны на шее.

— Я… Я…

Ее глаза снова заблестели, они дрожащими пальцами принялась дергать замочек, уже не держа простыню и даже не замечая этого. Наконец застежка подалась, подвеска заняла положенное ей место в ложбинке между грудей.

Точно там, где и задумывалось.

— Как по линеечке. — цокнул языком Алекс.

— Эй! — Юна восхищенно зыркнула и снова схватила простыню. — Глаза поломаешь!

Алекс засмеялся.

Юна засмеялась тоже и сбросила простыню вовсе:

— Ладно, мой черед.

Она откинулась на спину перевернулась на живот и принялась копаться в своей тумбочке. Алекс подобрался поближе, сложил ладони на очаровательных ямочках ее спины и положил сверху голову.

— Нашла. А ну пусти! И не вздумай открывать глаза!

Теплое. Длинное, узкое, со скругленными гранями. Вроде гладкое, но к руке липнет так, что и захочешь — не выронишь. А на узкой грани — ребристая цепкая кнопка.

— Стой, не трогай! Вот теперь лучше открой глаза.

Нож. Хищный узкий черный фронтальник двойного действия в половину ладони длиной. Кнопка на узкой грани выточена из натурального рубина. А в боковине рукояти — едва заметная гравировка тончайшей красной линией. Роза. Точно такая же, как на шее девушки.

— Ты с ума сошла!

Алекс двинул кнопку следом, нож дернулся, выстреливая злой ободоострый клинок с узким осевым долом. Матово-черный, как и рукоять, только режущие кромки полированы в зеркало.

— Еще есть стеклобой и клипса. — сообщила Юна, довольно улыбаясь. — Но я их сняла, а то ты бы сразу догадался, что это.

— Ты с ума сошла. — повторил Алекс и двинул кнопку назад. Клинок с гулким щелчком исчез, будто и не было.

— Подай еще дальше.

— В упор же.

— Подай-подай. — кивнула Юна. — Только переверни.

Кнопка и впрямь подалась, на другом, казалось бы, сплошном торце, рядом с резьбой под стеклобой, открылось крошечное сопло, изрыгнувшее конус зеленого пламени.

— Сейчас как раз вернулась мода на узкие длинные зажигалки.

— Не думал, что ты следишь за модой.

— Не слежу. Но для тебя выяснила. Нравится?

— Не задавай глупых вопросов.

Алекс еще несколько раз щелкнул механизмом, а потом перехватил нож указательным и большим пальцами и привычно крутнул. Нож послушно сделал оборот, цепко держась за пальцы.

Алекс поднял глаза:

— Идеально. Ты чудо. И он. Но ты больше.

— Чудо-чудо!

Юна засмеялась, заурчала и прильнула, потерлась макушкой о щеку.

— Но подожди! — она снова села и нахмурилась. — По объему наши подарки совершенно не равны, а значит, с тебя еще причитается!

— Да ну? — Алекс отложил нож на тумбочку. — И что же ты хочешь?

Юна возвела глаза к потолку, поглаживая себя по груди:

— Даже не знаю… А что ты можешь предложить?

Алекс засмеялся, протянул руку, ухватил свой подарок и потянул, принуждая Юну лечь сверху:

— Можно было обойтись простым «Хочу тебя».

— Хочу тебя. — очень серьезно повторила Юна и впилась в губы Алекса.

Легкие прохладные руки легли на плечи, большие пальцы нажали на подбородок, вынуждая поднять голову.

Роуз обеспокоенно заглянула в глаза:

— Ты в порядке?

— Да. — ответил Алекс ее огромным глазам. — Я был счастлив. Однажды. Ровно за четыре дня до твоего исчезновения.

Роуз закусила губу и опустила взгляд.

Динамик под потолком скрипнул и заговорил голосом Ради:

— Ребята, соберитесь в пилотском. Все.

Роуз подняла голову:

— Ал…

Алекс встал:

— Идем. Мы вроде выяснили все, что собирались.

— Я не о том. — Роуз качнула левой ногой. — Может, и эту штанину отрежешь? Для симметрии. А то выгляжу глупо.

Алекс вздохнул и выщелкнул клинок.

39

Ради отложила микрофон и вернулась к приборам. Ее руки касались рычагов и тумблеров нежно и осторожно, будто тела любовника. Губы девушки застыли в легкой полу-улыбке, а глаза то и дело заволакивало пеленой отрешенности. В такие моменты казалось, что она сливается с астроматом воедино.

Хотя кто поручится, что это не так? Мало ли какие способности таит в себе Звездное Дитя?

— Ради.

— А?

Ради вынырнула из глубин разума, будто через силу, даже рот приоткрыла.

Клифф улыбнулся:

— Есть вообще что-то, что ты не умеешь водить?

— Пока не встречала. — Ради широко улыбнулась в ответ. — Если у чего-то есть двигатель и органы управления, я смогу это пилотировать.

— А «Гермес»? А «Кеа»? Они не выглядят как что-то привычное и тривиальное. Это же почти спецтехника.

— В сути-то они просты. «Гермес» это СВП, «Кеа» — астромат, только более функциональные. Мне в пробое передались знания всех, кто там находился. Видимо, кто-то из них серьезно увлекался техникой и вождением. Может, это был водитель.

— Или механие. Или и то и другое.

— Или так. — Ради заправила за ухо выбившуюся прядь. — Мне тогда вообще очень много информации передалось. Голова почти взрывалась от ее объема. И она сразу же пригодилась, когда я в тумане наткнулась на грузовик ВВ. И на нем выехала, снеся бампером стойку контурного поля. Разбила подбородок об руль, даже шрам остался. Зато голова перестала болеть.

— Вот в этот момент ты и полюбила технику. — раздался сзади скрипучий голос. — «Импритинг» называется. Психологическая привязка, порою сопряженная с сильным стрессом.

— Ты сейчас у меня чуть сильный стресс не вызвал. — Клифф обернулся. — У Корда подкрадываться научился?

— Напугался? Пожуй жвачку, успокаивает. — беззлобно парировал Пол, пробираясь в кабину.

— Нет уж. — не сдавался Клифф. — Ты напугал, ты и исправляй.

— Сам же просил не лезть тебе в голову.

— А то ты послушал!

— Критические моменты. — Пол развел руками. — О, голубки.

— По шее получишь. — пообещала Роуз, проходя мимо.

Корд заходить не стал, встал в проеме, подпирая стену. В пальцах, как всегда, крутил нож, но хоть не курил.

Роуз внимательно осмотрела приборную панель:

— Что ты хотела, Ради? Что-то не так?

— Мы прошли апекс баллистической дуги. — Ради обвела рукой приборы, будто всерьез считала, что кому-то что-то понятно. — Дальше только час горизонтали и снижение. Самое время подумать, что делать дальше.

— Как что? Приземляемся там же, откуда взлетели, проходим в кабинет Диго, здороваемся и любезно просим проглотить свои ножички. — Пол оглядел всех и пожал плечами. — Ну плохой план так плохой, чего орать-то?

— И как скоро нас заметят на радарах? — снова спросила Роуз.

Ради указала на непрерывно моргающую красную лампочку:

— Давно уже заметили. И давно уже пытаются выйти на связь. Будто мы и не рушили вышку в Лакхнау, и они успели связаться с центральным штабом.

— Будь так, у нас в каждом двигателе уже по импульсной ракете бы торчало.

— А так они у нас там появятся, едва мы спустимся из стратосферы. — задумчиво произнесло Роуз, постукивая медальоном по нижней губе. — Если мы не выйдем на связь, на нас отправят перехватчики.

— Примерно это я и хотела сказать. — кивнула Ради.

— Постойте, по-моему, вы забыли о самом главном. — Пол важно поднял палец. — Чтобы понять, как где-то оказаться, надо сперва представлять, где именно вы хотите оказаться.

— В катах, конечно. — мгновенно ответила Ради.

В кабине повисла гробовая тишина. Все переваривали услышанное.

— Правда? — первой нарушила молчание Роуз. — Ну и идея.

— Отличная идея. — внезапно возразил Корд. — Мы исчезнем в катах, в который нас в жизни не найдут, в то время как мы сами, благодаря проводнику, будем мобильны и внезапны. Я за.

— Плохо себе представляю, как там… жить. — признался Клифф.

— У меня есть все, что нужно для жизни. — улыбнулась Ради. — Там все не так плохо.

Пол громко сглотнул:

— А… стриглы?

Ради звонко рассмеялась:

— Ты наслушался городских легенд о катах, кишащих стриглами! Под Центро живут три маленьких клана, и все они очень далеко от меня.

— Хоть это радует.

— А знаете, я тоже за. — махнул рукой Клифф. — Хоть что-то новое в жизни будет.

— Да я е не возражаю. — повела плечом Роуз. — У меня все равно идей нет.

— Значит, решено! Идем к Ради в гости!

— Из меня так себе хозяйка. — засмущалась девушка. — Так что пиршества не ждите.

— Ну вот… — прогудел Пол. — Тогда не заставляйте меня нервничать.

Кабина взорвалась хохотом. Даже Корд, что всегда обходился кривой ухмылкой, смеялся, утирая слезы кулаком. Роуз и вовсе уткнулась лицом в ладони и почти истерила.

— А теперь серьезно! — продолжил Пол, дождавшись, когда все успокоятся. — Тема-то непростая. Я не смогу жить на пище обычных хомо.

— А что случится? — поинтересовался Корд.

Пол покрутил рукой вокруг головы:

— Мозги поджарятся. У пси синаптические импульсы втрое мощнее, чем у хомо. Значит и нейроны обладают втрое меньшей проводимостью, чтобы не сгореть от таких мощностей. И, соответственно, нужна диета, которая не даст организму и нейронам в частности накапливать проводящие элементы.

— А я гадал, зачем в магазинах отделы «Все для пси»! — хмыкнул Алекс. — И почему меня там ничего не привлекает.

— У полукровок мозг почти как у хомо. Вам эта диета не нужна. А у нас — расплата за наши способности.

— Ты же брал сухпаек с собой. — вспомнила Роуз. — Тебе много отгрузили.

— Там на два дня осталось. — поморщился Пол.

— Ты у нас больше и не будет. — тут же отреагировал Алекс. — Хорошо, если хотя бы столько будет. На третий день Координация уже точно поймет, что в «Кеа» нас нет и не было, и встанет на уши. Мы потеряем фактор внезапности, а, учитывая нашу немногочисленность, это единственное, что во всей этой ситуации на нашей стороне.

Ради нахмурилась:

— Я не понимаю хода твоих рассуждений. Ты говоришь так, словно мы им отдадим «Кеа». Но я не планировала этого делать.

— А придется. Мало того, придется его разбить и затопить.

Штурвал в руках Ради мелко завибрировал — так сильно она сжала пальцы. Девушка скрипнула зубами и очень отчетливо попросила:

— Повтори?

— Мы утопим астромат. — Корд поморщился и махнул рукой. — Только не начинай, а… Мы уже засветились на радарах, на спутниках…

— На спутниках — нет. — вмешалась Роуз. — Над морями спутникового наблюдения нет.

— Это еще как? — изумился Пол. — Летят себе по орбите, летят, а над морем раз — и сворачивают?

— Ну нет, конечно. — Роуз улыбнулась ему как маленькому. — Просто над морями системы отключаются для экономии ресурсов. Следить все равно не за кем и не зачем. Последнее крупное судно выходило в море еще до моего рождения. Остались только мелкие частные речные катера.

Корд пощелкал пальцами, привлекая к себе внимание:

— Эй, эй! Есть они, нет их — поровну! Вернемся к проблеме! Сейчас мы можем игнорировать попытки выйти на связь, делая вид, что у нас помехи, грозовой фронт или что-то там еще… Но стоит нам спуститься из страты, и жить нам останется те двадцать минут, что понадобятся перехватчикам, чтобы до нас добраться.

— Я все еще не понимаю твоей мысли. — процедила Ради. — При чем тут «Кеа»?

— Выйдя из страты, мы резко снизимся к воде, имитируя неполадку, и начнем на всех частотах транслировать аварийное сообщение. После этого сядем в «Гермес» и прямо на ходу покинем астромат — воздушная подушка сделает такой трюк возможным. «Кеа» тонет в океане, а мы на всех парах летим к Центро, пока Координация собирает экспедицию к месту крушения. Им понадобится примерно день, чтобы в примерном квадрате последнего сообщения найти машину. Еще сутки, если не двое, чтобы поднять ее и понять, что нас там нет. И все это время они будут считать нас мертвыми.

— Если только не засекут «Гермес» на тех же радарах. — вмешался Пол.

— Не засекут. — нахмурилась Роуз. — Мы будем точно на уровне моря, а современные радары используют водную поверхность как рассеивающую линзу, начиная фокусировать контрольное излучение в двух-трех метрах над ней. То есть, все, что ниже этого порога — для радаров невидимо.

Алекс задумчиво кивнул:

— Тем более. Значит, торопиться нам некуда. Главное — исчезнуть до того, как прибудет Координация.

— Расписал все до черточки. — задумчиво ответил Пол. — Будто у тебя в таких вещах большой опыт.

Алекс хмыкнул.

— Он уже сбивал Координацию со следа, инсценируя свою смерть. — объяснила Роуз. — Дважды.

— Ребят, я не могу… — прошептала Ради. — У меня рука не поднимется. Я не шучу нисколько, я даже автопилот не смогу запрограммировать, у меня истерика случится. Я серьезно…

Не находись сейчас «Кеа» в разреженном воздухе стратосферы, он бы, наверное, затрясся как эпилептик в припадке — так сильно дрожали руки Ради, так сильно ходил ходуном штурвал.

Клифф тронул Ради за плечо:

— Не переживай. Тебе ничего не придется делать.

Другой рукой он погладил перевязь со взрывчаткой.

— Не-е-ет! — скривилась Ради. — Нет, нет, нет! Как вы не понимаете?! Он уникален, нельзя его уничтожать!

Она кричала и стучала кулаком по приборной панели, по смуглым щекам катились крупные слезы.

— Эй, эй! Эй! — Клифф кое-как поймал ее за руку. — Ради! Ради!

Подумай о другом — а если мы не справимся? Если не выгорит? Ведь «Кеа» тогда снова попадет в руки Координации! Они будут использовать его против людей! Ты ведь не хочешь этого? Что важнее — люди или астромат?

Ради замерла, недоверчиво глядя на Клиффа. Рука, занесенная для нового удара по штурвалу, замерла в воздухе.

— Ну? — Клифф положил ладони ей на плечо, заглянул в глаза. — Все хорошо?

— Все… Хорошо… — медленно повторила Ради и вздохнула. — Нет, не хорошо! Не хорошо, но я тебя услышала. Ты прав, вы все правы. Делайте что считаете нужным.

Клифф посмотрел на остальных. Пол сидел с открытым ртом, глядя на Ради так, словно впервые узнал, что она — Звездное Дитя. Роуз кивнула. Алекс, почувствовав на себе взгляд, ухмыльнулся, покрутил рукой возле головы и закурил.

— Значит, так и сделаем. — кивнул Клифф, перебирая пальцами блоки взрывчатки на груди. — Заодно версия с поломкой и крушением будет выглядеть реалистичнее.

— И взрыв замаскирует тепловую сигнатуру двигателей ховера. — добавил Корд. — На случай, если кому-то придет в голову анализировать. В общем, через час жду в «Гермесе».

Он развернулся и исчез, оставив облако дыма. Роуз встала тоже, кивнула, указав глазами на Ради и последовала за ними. Пол еще несколько секунд сидел, а потом закрыл рот, сглотнул и спросил:

— А что еще может довести тебя до такого состояния?

— Пол! — нахмурился Клифф.

Пол заткнул рот ладонью, вторую поднял вверх и боком покинул кабину.

Ради все так же нежно касалась органов управления «Кеа», но теперь вместо улыбки ее лицо искажала печаль. Движения были осторожными, будто она прощалась. Впрочем, так оно и было.

Клифф поднялся из кресла, Ради повернула голову и взглянула снизу вверх.

— Останься? — жалобно попросила она.

— Я думал… — Клифф махнул рукой. — Ладно, неважно. Ошибся.

— Спасибо. — чуть улыбнулась Ради.

Спустя час из кабины «Кеа» вылетели стекла и снопы пламени. Астромат клюнул носом, коснулся воды, подпрыгнул, завалился на крыло и покатился по водной глади, расшвыривая обломки фюзеляжа, струи пылающего топлива, куски двигателей…

Ради смотрела на все это из кабины «Гермеса», замершего там же, где спрыгнул с аппарели. В глазах девушки блестели слезы, руки дрожали на штурвале.

Клифф протянул руку и накрыл ее ладонь своей. Ради шумно выдохнула, схватилась за руку как за последнюю надежду. Сжала сильно, будто кости переломать хотела. Но хотя бы взгляд прояснился и в нем снова забрезжил разум.

— Ради… — Клифф аккуратно отнял помятую ладонь. — Надо двигаться.

— Да. — Ради еще раз вдохнула-выдохнула. — Да. Надо. Тут в восьми километрах бывшая база подводных лодок. Очень старая, но через нее мы попадем сразу в каты Центро.

Клифф чуть улыбнулся:

— Тогда поехали.

— Да. Поехали.

«Гермес» тронулся, по длинной дуге обходя широкий и низкий корпус астромата, медленно погружающийся в морские воды.

Часть 4

Дороги, которыми мы идем

40

По катам «Гермес» двигался аккуратно и медленно, едва ли быстрее бегущего человека. Дамочка поминутно сворачивала, уже давно стало невозможно определить, в какой стороне выход. Останься сейчас Алекс один в этих лабиринтах — и можно смело загонять в ствол дробовой патрон и выпускать в подбородок. Выбраться все равно не светит.

— А вот раньше были такие люди, которым в радость было залезть туда, куда даже стриглы побоятся сунуться. — задумчиво сообщил Пол, глядя в окно. — Диггеры звались. Даже не верится, что у кого-то может быть настолько пусто в голове.

— Такие есть и сейчас. — глухо ответила дамочка. — И некоторые даже умудряются зайти достаточно глубоко. Из-за них я и надела маску впервые.

— Не удивлюсь, если это именно они разрекламировали образ Подземного Райдера, и все те жуткие истории о нем. В смысле, в ней.

— Насчет этого не знаю. Но убегали они всегда быстро.

— Было бы весело, если бы однажды они наткнулись на твое логово.

— Они бы не наткнулись.

«Гермес» перестал вилять и резко ускорился.

— Скоро будем дома.

Алекс выглянул в окно, но, кроме череды сменяющих друг друга бетонных тюбингов и редких темных ответвлений, смотреть было не на что.

— Ты так разогналась. — послышался голос мистера. — Не то чтобы я тебе не доверяю, но…

— Тоннельь асболютно прямой. Раньше по нему на базу, с которой мы сюда попали, перевозили персонал, запчасти, топливо, все подряд. Если присмотришься, увидишь рельсы на полу. Потом по ним вывозили демонтированное оборудование. В смысле, и по ним тоже.

— А боковые ответвления?

— В основном, тупики, технологические коридоры всякие. Но есть и переходы в другие уровни, мало, но есть. Пока мы на краю города, здесь каты простые. Чем ближе в центру, тем сложнее. Добавляются новые уровни, десятки переходов между ними, тупиков на три порядка больше. Структура разнородная, где-то обвалы, где-то наоборот — огромные пустые площади.

Алекс скосил глаза — мистер сидел, поставив локти на колени, сцепив руки в замок, весь подался вперед, заинтересованный лекцией. Наверное, и правда интересно, от такого-то лектора.

Но немного вздремнуть всегда предпочтительнее.

Алекс зевнул, потер лоб и прикрыл глаза.

Подремать удалось двадцать минут, не больше. Ховер резко сбросил скорость и принялся петлять. Алекс открыл глаза.

— Мы уже приехали? — поднял голову Пол.

— Еще пять минут.

— Никак не соображу, где же располагается твое убежище. — признался Алекс. — Так, чтобы его не могли найти столько лет. Честно говоря, не могу сообразить даже, где мы сейчас находимся.

— Под криокомбинатом. Отсюда, например, можно попасть прямо к основной турбине хладагента. А мое убежище на то и убежище, что никто не сообразит, где оно.

— Это еще почему?

— Потому что для всех, кроме меня, в него нет прохода. Я сама-то его обнаружила случайно.

Эльф задумчиво почесал голову:

— А я, кажется, немного понимаю, о чем речь. Но с выводами торопиться не буду.

— А торопиться и некуда. Мы уже приехали.

Пол выскочил из вставшего ховера, опередив всех — не терпелось ему поскорее вцепиться в новую тайну. Следом за ним, загадочно улыбаясь, вышла сама хозяйка этих мест.

— Обожаю каты. — вздохнул мистер, поднимаясь. — На самом деле нет.

Роуз взяла Алекса за руку и потянула:

— Идем. Сдается мне, сейчас будет шоу.

— Да у меня с момента твоего возвращения вся жизнь — шоу. — вздохнул Алекс, поднимаясь.

Это была пещера, только, наверное, рукотворная, а не природная. Огромное помещение в виде сильно сплюснутой сферы, стены идеально ровные, настолько, что аж блестят там, где их выхватывает свет прожекторов ховера. Но даже их мощности хватало от силы на пару процентов объема огромного зала, остальное тонуло в кромешной тьме. Та же тьма царила в обоих концах изогнутого коридора, который пересекал пещеру под прямым углом возле одной из вершин лежащего на боку…. Как оно там правильно, эллипсоида?

— Странное… помещение… — задумчиво осматриваясь, произнесла Роуз.

Странное — не то слово. Будто здесь было закопано огромное, циклопическое веретено, а потом, копая тоннель, его обнаружили, задев одну из вершин, каким-то образом начисто испарили, и стали использовать получившийся зал как…

Как что? Как вообще можно использовать зал, у которого даже пол — изогнутая линза, на вид такая скользкая, что невольно понижаешь центр тяжести, чтобы не покатиться. И потолок — такая же линза. И стены точно такие же. Кроме одной — той, что является общей со стеной тоннеля, из которого они приехали. Все его стены — грубо обработанный камень, и там, где должен быть предполагаемый конец веретена — такой же грубо обработанный камень. Даже под ногами обломки валяются, много и крупных.

И вот эту-то стену и обнюхивал сейчас Пол. Он буквально ползал по камням, переворачивал их, обнюхивал, ладно хоть не облизывал. На остальных он не обращал внимания.

Запала хватило минуты на три, потом эльф разогнулся и сообщил:

— Печенкой чую, загадка тут. Ну ладно, показывай.

Дамочка улыбнулась:

— Смотри внимательно. — и полезла в ховер.

— Чего? Куда? — засуетился Пол.

Роторы ховера пришли в движение. «Гермес» подполз туда, где Пол перебирал камни, развернулся перпендикулярно коридору, чуть накренившись на изогнутом полу и уперся носом в стену, прямо в камень. Роторы ускорились, в помещении поднялся сильный гул, даже корпус задрожал…

И стена исчезла! Моментально осыпалась серой пылью, соскользнула с корпуса ховера, как вода с гидрофобного материала! Даже в роторы ни пылинки не затянуло, словно этот порошок вообще не подчинялся физическим законам! Из появившейся дыры хлынули потоки света, будто «Гермес» пробурил выход на поверхность!

— Что-о-о?! — завопил Пол, размахивая руками. — Что это за магия?!

Мистер присел возле кучки волшебной пыли и протянул руку, но тщетно — пальцы прошли насквозь.

— Что-то мне это напоминает. — пробормотал он.

А «Гермес» тем временем переполз непонятную границу, и свет исчез.

Наступил мрак.

— Не дело. — прогудел мистер.

Отчетливо щелкнул фальшфейер, воздух вокруг засветился.

Стена снова стояла на своем месте, будто никуда не пропадала. И пыль с пола исчезла.

— Да чтоб меня стри… — Пол икнул. — Стриглы зажарили.

— Стриглы еду сырой едят. — отрешенно ответила ему Роуз. — Черт, что это было?!

— Я-то откуда знаю!..

Эльф махнул рукой и снова кинулся к стене. В маленькой серой лапке сверкнул огромный нож с пилой по обуху. И как только он его во всем этом балагане не потерял?

Пол принялся скоблить и царапать стену, но она оставалась монолитом и подаваться не намеревалась. Даже кусочка не откололось.

— Я не… Да как это!.. Бред же! — бормотал Пол. — Немыслимо! А вы чего стоите, будто через такие стены домой к себе ходите?!

Алекс закурил:

— Слушай, я недавно разговаривал с одушевленной ноосферой, а сейчас нахожусь в компании не кого-то там, а Звездного Дитя Ол-Дели собственной персоной, в месте, о самом существовании которого знает пара человек во всем мире, причем все они здесь же, и в которое я бы точно не полез по собственной воле! Не думаю, что в мире осталось что-то, что может меня удивить.

— Невежда! Неуч! — взвыл Пол. — Проклятый прагматик!

Стена снова осыпалась пылью, впуская рык двигателя и свет. Пол дернулся, отскочил, споткнулся, подавился воплем и растянулся на камнях во весь свой небольшой рост.

Ну хоть не на нож упал.

В проеме стоял, крупно дрожа, мощный черный с желтым квадрацикл. За рулем, придерживая ручку газа, сидела дамочка. Двигатель работал впустую, на выжатом сцеплении — машина вибрировала, но с места не двигалась.

— Заходите! — дамочка едва перекрикивала двигатель. — Быстрее!

Эльф поднялся:

— А это точно безопасно?

Но мистер уже подхватил его и буквально перекинул через волшебную границу, потом перешагнул сам.

— Мне никто не поверит. — сокрушенно вздохнул эльф с той стороны.

Роуз пожала плечами и шагнула тоже, потянув Алекса за руку.

Едва все оказались рядом, Ради начала аккуратно и медленно откатывать квадрацикл назад, с усилием отталкиваясь ногами от ровного — ровного! — бетонного пола. И, едва силовой бампер пересек пылевую границу, едва появился зазор между ним и несуществующей стеной — и стена тут же появилась! Не поднялась, не выросла, а просто единомоментно возникла.

Мистер осмотрелся:

— Эй, Пол. А мы где? Не в разгонном ли кольце? Опять?..

Кстати да, что это за место…

Коридор повторял слегка изгибающуюся форму предыдущего, и наверняка где-то далеко замыкался сам в себя. Здешние стены тоже были идеально гладкими и тоже изгибались, но не так страшно, как в том огромном яйце — всего лишь в круглое сечение диаметром метров пять. А еще здешние стены были… живыми. Они изобиловали всякими кронштейнами, крепежами, толстыми вязанками кабелей… И, судя по нескольким мощным прожекторам, кабели еще и под напряжением!

— Ток-то откуда?! — не сдержался Алекс.

— Ага, ток тебя, значит, удивляет а стабильно-сдвинутая стена — нет?! — заорал эльф.

— В катах вообще полно электричества. — ответила дамочка, слезая с квадрацикла. — Но местами. Где-то полно, где-то — ни электрона.

— И разгонные кольца под напряжением? — уточнил мистер.

— Не все. Но это — да. Оно вообще особенное.

— Дошло-о-о! — снова завопил эльф. — Дошло, дошло! Это пятое разгонное, то, которое примыкало напрямую к реактору Центро! Там, за стеной, как раз реактор и был! Когда он взорвался, аннигилируя все вокруг, магнитное поле кольца растянуло сферу взрыва в эллипсоид и часть энергии засосало в само кольцо! Стена между ними, конечно, моментально разлетелась на кварки, но спустя секунду по кольцу вернулась в первоначальное состояние! И, пока напряженность поля падала, так и металась между волновой и корпускулярной функцией, в итоге закрепившись в обеих сразу! Изумительно!

— А сейчас-то она почему… — Роуз неопределенно покрутила рукой. — Рассыпается?

Эльф секунду смотрел на дамочку, на квадрацикл, который она толкала, придерживая за руль и снова заорал:

— Вибрация! Правильно подобранная частота вибрации заставляет корпускулярную, вещественную функцию стены, входить в резонанс с волновой функцией! Заставляет так сказать вспомнить момент, когда она существовала в виде пыли элементарных частиц! Фан! Тас! Ти! Ка!

Алекс усмехнулся:

— Ты кончил? Можем идти?

— О да! — выдохнул эльф, закатывая глаза. — Погоди, я… Не в том смысле! Я закончил!

— Да-да, я это и имел в виду. — кивнул Алекс. — А где ховер?

— Я его отогнала в гараж. — Ради обернулась на ходу. — Идем, тут недалеко.

Метро через пятьдесят во внутреннем радиусе кольца появился разрыв — еще один коридор, следующий основному изгибу, но с более крутым радиусом.

— А это, судя по всему, ствол квантовой пушки. — эльф на ходу развернулся, продолжая шагать спиной вперед. Махнул рукой из-за плеча вперед. — Частицы вылетали из генератора, попадали в магнитное поле кольца и начинали разгоняться. Стало быть, мы идем против движения частиц.

Дамочка снова обернулась:

— Это имеет значение?

— На самом деле — нет. — эльф пожал плечами и снова пошел нормально, лицом вперед. — Разве что психологическое, вроде там идем против течения, против системы.

— Да нет, все проще. — Ради пожала плечами. — Налево проще поворачивать и выезжать из гаража.

— Ты устроила гараж на месте квантовой пушки?!

— Сам смотри.

Ствол оказался коротким — от силы тридцать метров. Уперся он в огромное, в четверть стадиона, помещение с потолком пятиметровой высоты. И почти половина этой площади была уставлена разнообразной колесной техникой, от миниатюрных мотоциклов до крупных песчаных багги. Все исключительно в черно-желтых цветах. И, как предводитель этого механического воинства — «Гермес» прямо возле выезда.

— Нравится? — Ради подкатила квадрацикл к четырем таким же и развернулась, усевшись на него боком. — Мне вот нравится.

41

Дамочка явно погорячилась, когда сказала, что у нее есть все для жизни. Или, вернее, она сказала все как есть, вот только следовало бы уточнить, о каком конкретно уровне жизни идет речь. Сказать, что здесь царил аскетизм — приукрасить реальность.

Вся жилая площадь легко помещалась на площади два на три в самом углу гаража. Большой надувной матрас, пара карематов на перевернутых ящиках, электроплитка, миниатюрный кемпинговый проектор на стене и пара софитов рядом, еще несколько ящиков, полных запчастей и инструментов…

Собственно, все.

А нет, еще — высокий стеллаж, на котором в идеальном порядке лежали скомпонованные наборы из мотобот, защитных перчаток и шлема-маски с выпученными глазами и вывалившимся языком.

— О, старые знакомы! — присвистнул мистер. — Немало их у тебя. Как раздобыла?

— Скупала по сети, маленькими партиями, чтобы не вычислили. — ответила дамочка, сдвигая вместе несколько ящиков.

— А как же ай-ди?

— А у меня его нет. — дамочка положила на ящики не пойми откуда взятую доску, соорудив импровизированный стол. — Я работаю только с налом и мелкими платежными терминалами, которые не требуют подтверждения личности. Много мелких сделок дольше одной крупной, но безопаснее.

— Да. — вздохнул мистер. — У меня теперь тоже нет ай-ди. И квада нет. Спасибо Корду.

— Если все закончится хорошо, я тебе четыре таких куплю. — хмыкнул Алекс. — У меня-то с платежами и ай-ди проблем нет. У меня их восемь.

Эльф выпучил глаза:

— Это как? Они же на ДНК кодируются!

— Ну да, и все восемь закодированы на мою.

— А конфликты в базе?!

— Слушай, не только в Координации есть умники! Понятия не имею, как оно работает, но работает. Если есть какая-то система, будь уверен — скоро придумают, как ее сломать.

— Да уж не сомневаюсь. — вздохнул эльф. — Я тут, видимо, один такой законопослушный гражданин. И ай-и у меня один.

— Может, он у тебя еще и с собой? — прищурились Роуз.

— Неа, я его даже с собой не брал, когда Клифф меня выцепил. — мотнул головой эльф. — Я ведь в баскетбол ходил играть. Зачем он мне там?

Теперь уже мистер выпучил глаза:

— Ты? В баскетбол?!

— Эй, мы вроде решили, что ты не будешь торопиться с выводами насчет меня! — эльф обвиняюще ткнул в него пальцем.

— Это когда же? — подошла Роуз.

— Когда он нож себе выбирал. — вздохнул мистер. — Ты прав, извини.

Эльф кивнул и отрешенно, будто рефлекторно, погладил рукоять ножа на поясе. Движение вышла обыденным, словно он уже много раз это делал — проверял наличие и состояние оружия одним коротким жестом. Неужели и правда успел к нему привыкнуть? Вон как стену ковырять кинулся — рукоять словно сама в руку прыгнула.

Может, мистер прав и у мелкого эльфа есть шанс чего-то достичь в этих областях?

Да не, бред какой-то.

— Ребята, идем! — позвала дамочка.

Ну, на пиршество это и вправду не походило, но после сухих пайков порадуешься и такому разнообразию. Копченая курица в вакуумной упаковке, козий сыр, что-то из родной хозяйке кухни, наверное — совсем уж непонятно, что это такое… Пара коробок молока, вареные яйца тоже в вакууме… Все продукты длительного хранения, все сугубо утилитарное.

— Толко чашек и тарелко у меня почти нет. — развела руками хозяйка.

А кофе есть? — поинтересовался Алекс.

— Тоже нет. Не люблю.

Алекс вздохнул:

— А в полях пила.

— А был выбор?

— Тоже верно.

— Я принесу из «Гермеса». — Роуз ласково взяла Алекса за руку. — Заодно прихвачу термосы. Снимем крышки — вместо чашек вполне сойдет. Пол, тебе захватить паек?

— И не только мне, захвати еще пару, вдруг кто не наестся.

— Ты, например? — хохотнул мистер.

Эльф скорчил рожу, ткнул в него отсутствующим мизинцем и первым уселся за стол, болтая ножками.

Кто бы мог подумать, что обычная едва после пары дней на сухпайках будет казаться такой… живой. Понятно, что сухпаек — это сбалансированный и полноценный рацион, вычисленный и высчитанный. Но все равно — что-то в нем не так. Будто чего-то не хватает.

Или наоборот — что-то лишнее.

Эльф сразу нагреб себе вареных яиц и целый литр молока.

— Тебе не поплохеет? — улыбнулась Роуз.

Эльф сверкнул глазами:

— Наоборот — белок и кальций мне строго показаны. Не волнуйся, я много не съем.

— Ага, я вижу. — улыбнулась Роуз и потянулась к нарезанной ломтиками курице.

Когда с едой было покончено, Ради притащила чайник с горячим чаем и отдельно воды для кофе.

Мистер огляделся по сторонам:

— А воду-то ты где берешь?

Ради указала в самый дальний угол гаража, где — ого! — приткнулся небольшой полевой санитарный блок. Самый натуральный, совсем как те, что Координация использовала в наспех развернутых концлагерях в потерянном. Душ, туалет и даже стиральный комбайн — все в блоке полтора на два!

И где она его раздобыла?

— Охлаждение реактора, полагаю. — махнул половинкой яйца эльф. — Там трубы такие, что восемь таких блоков питать можно. Правда, вода ледяная должна быть.

— У меня стоит нагреватель. И даже фильтр.

— Ну еще бы! — махнул рукой эльф. — Даже не буде спрашивать, где и как ты все это раздобыла, сколько времени это заняло, и как у тебя хватило терпения.

Дамочка потупилась и села обратно за стол, спрятав взгляд в своей чашке с горячим чаем.

Некоторое время за столом царило молчание.

— Ладно, раз никто не хочет начинать, начну я. — заговорила Роуз. — Пора поговорить о нашем плане. Вернее, о его отсутствии.

— Ого. — заинтересовался эльф. — У тебя и вдруг нет плана? Как же так? Я думал, что вся наша миссия в твоей голове разложена по полочкам.

— Если бы это было так, зачем бы я рекомендовала в состав миссии тебя?

— В пробой вылезать, конечно!

— Действительно. — Роуз подняла свою импровизированную чашку двумя руками и осторожно отхлебнула. — Но не только. Еще меня крайне нужен был твой интеллект.

Эльф закатил глаза:

— Ладно, подлизалась. В чем проблема?

— В аварийном поезде.

— С этого момента поподробнее. — заинтересовалась Ради.

Алекс поднял руку:

— Нет уж, лучше обо всем по порядку!

Мистер кивнул:

— Он прав. Лично я, например, не вижу проблемы в том, чтобы подкараулить Супера на улице, заблокировать «Гермесом» и дело с концом.

— Мы не может это сделать. После потерянного Диго стал серьезнее относиться к вопросам транспорт и теперь передвигается исключительно на трех тяжелых бронированных машинах с ротой бойцов. — принялась объяснять Роуз. — Даже если мы перегородим дорогу «Гермесом». В лучшем случае его просто снесут головной машиной, а в худшем — еще и выстрелят гранатометом из замыкающей.

Эльф щелкнул пальцами:

— Ну раз мы не можем атаковать конвой Диго, значит, атакуем штаб Координации. Предварительно наведя шороху на улицах, чтобы им пришлось максимально рассредоточить силы.

— Это я легко! — оживилась Ради.

Роуз повертела пустой термос в руках:

— Отличный план, умник. Вот только в Координации именно на случай таких вот умников и существует аварийный поезд. Едва в штабе объявят тревогу, Диго спустят под землю и посадят на поезд, который моментально увезет его в тайное убежище.

— Ну так атакуем убежище! — снова щелкнул пальцами эльф.

— Какое из четырех?

— А в какой его повезут? — эльф щелкнул пальцами обеих рук, потом глупо хлопнул глазами. — А, понял… Нда, задачка..

— Вот тебе и задачка. — кивнула Роуз.

— А маячок поставить? — задумчиво произнес мистер. — У нас есть какой-нибудь маячок, чтобы отследить поезд?

Пол хихикнул:

— Даже если и есть… Забыл? Каты, излучение туда-сюда не ходи.

— Я могу отследить поезд.

Все дружно замолчали и уставились на Ради.

Мистер неопределенно покрутил рукой:

— Это как?

Ради пожала плечами:

— На квадрацикле. Я знаю, где поезд покинет штаб, я давно присматривалась к этим гермоворотам, которые не берет ни взрывчатка, ни термит, ни криомит, ни вместе, ни по отдельности.

— Ты уверена, что это именно те ворота? — прищурился эльф.

— В катах вообще, знаешь, не очень много дверей. — Ради склонила голову к плечу. — Тем более, закрытых. Тем более, таких мощных. Тем более, прямо под штабом Координации.

— Подождите, мы не о воротах! — вмешался мистер. — Как ты собралась догнать поезд?

— Тоннели старые, им почти шестьдесят лет. За тюбингами еще следят, но крепеж шпал разболтан и находится не в лучшем состоянии. Если поезд сильно разгонится, то сойдет с рельс и его размажет по стенам тоннеля. Если машинист не дурак, он по вибрации состава быстро поймет, что надо замедлиться. А через время тоннель выйдет в действующую ветку метро, там им тоже придется держать небольшую скорость, чтобы не вписаться в пассажирский поезд. На квадрацикле я смогу идти вровень с ними. Не на каждом, конечно, но у меня есть подходящий экземпляр.

Роуз сложила ладони домиком:

— Ладно, а остальные?

Ради нахмурилась, задумчиво сплетая из пальцев замысловатые фигуры:

— В принципе, я могу за пару часов научить кого-то из вас управлять «Гермесом». На базовом, конечно, уровне, но там ничего сложного. Куда-то доехать хватит. А я, когда достигну убежища, выберусь на поверхность и подам вам сигнал.

Алекс хмыкнул:

— Если тебя еще по пути из поезда не заметит. И не отстрелят.

— Исключено. — возразила Роуз, постукивая по губам своим жетоном. — На поезде нет зеркал заднего вида, они ему не нужны. У него всего две станции — начальная и конечная, и пассажиров строго определенное количество.

— Камеры?

— А зачем они ему? — улыбнулась Ради. — Будто кроме меня кто-то способен угнаться за поездом по туннелям.

— Точно, никто. — согласился Алекс. — Но что если именно из расчет на тебя камеры и поставили?

— Нам же лучше. — пожала плечами Ради. — Ускорятся, пытаясь оторваться, и разобьются. Нам же меньше мороки.

— Красиво излагаешь. — мистер откинулся назад, забыв, что у ящиком нет спинок, и чуть не упал. — Черт… Ну а дальше-то что? После того, как мы доберемся до убежища? Штурмовать его? Там толпа легионеров!

— Около тридцати, насколько я знаю. В сумме, внутри и снаружи. — ответила Роуз. — Но дальше уже мое дело. Мы добудем одного из них, я замаскируюсь под него, проникну внутрь и тихо без шума устраню Диго, после чего покину убежище.

Мистер вскинул брови:

— Чего? Вот прямо так?

Алекс усмехнулся:

— О, поверь, ей это проще простого. Если уж она меня столько времени водила за нос, обмануть оболваненных, изображая такого же оболваненного ей что зевнуть.

— Вот спасибо. — вздохнула Роуз. — Всегда знала, что ты в меня веришь.

Алекс отодвинул пустой термос и сплел пальцы рук:

— На самом деле, план неплохой. Меня только смущает необходимость где-то сидеть, пока да… Пока Ради гоняет стриглов по катам. И еще — надо будет как следует осмотреть штаб и продумать план атаки.

Роуз кивнула:

— Само собой. Главное, у нас есть сам план. Мелочи продумаем.

— Ну, раз мы закончили, я курить! — Алекс хлопнул ладонями по коленям и встал.

— Только не здесь. — нахмурилась дамочка. — Выйди в кольцо.

— Да, босс.

Алекс притворно взял под козырек, встал и направился к выходу.

План, конечно, отвратительный. Но, если нет другого, и такой сгодится.

На самом деле нет. Если бы пришлось действовать одному, лучше было бы подождать, пока не родится более подходящий план с меньшим количеством дыр. Или вовсе идти в лобовую, без всякого плана, тоже нередко срабатывало. Морозные мозги легионеров не способны воспринимать импровизации и реагировать на них.

В принципе, с такой точки зрения и план уже не кажется таким самоубийственным.

Алекс докурил и затушил сигарету о стену.

Конечно же, урн дамочка здесь не держит…

Алекс положил окурок в карман и пошел обратно в гараж.

Прямо возле входа обнаружился эльф. Он с перекошенной физиономией размахивал своим огромным ножом из стороны в сторону, видимо представляя себе, как бьется с полчищами врагов. Грязный камуфляж, полустертые полоски под глазами, лихорадочно блестящие глаза… Как он до сих пор сам себя не порезал? Руки так и мелькают… Кстати, скорость ударов у него неплохая, ему бы вектора менять, а не крестить воздух туда-сюда.

— Эй!

Эльф замер и медленно повернулся:

— Чего тебе?

— Режущие удары малоэффективны. — Алекс щелкнул ножом и изобразил несколько коротких подрезов. — Длинные резы легко блокируются, у коротких малая дистанция поражения. Повреждения тоже страдают. Резать надо, когда цели убить нет. Серьезно ранить или убить порезами — это должно очень сильно повезти. Чтобы убить, надо колоть.

Алекс провел серию уколов со сменой атакующей руки и векторов: бедро, живот, подбородок снизу вверх, ключица сверху-вниз.

— Но не так. Учитывая твои габариты, надо бить всем весом тела, соединяя шаг и удар в одно движение.

Алекс старательно, словно на первой тренировке, шагнул, вынося вооруженную руку в удар и держа слабую в защите.

— И главное — тут же вернуть руку. Одного удара может не хватить. Да и нож так могут легко заблокировать и отобрать.

Эльф старательно повторил все движения, посмотрел, повторил еще раз.

— Неплохо. Будешь тренироваться, что-то да получится. Хотя нож тебе, конечно, сменить бы. Но не сейчас.

И пошел дальше — туда, где за столом с алмазом в руках медитировала над клинком Роуз.

— Эй, Корд. — раздалось в спину. — А ты не такой урод, каким кажешься.

Алекс остановился, повел плечом:

— Ты тоже далеко не клоун.

42

Эльф решительно не годился на роль разведчика. Даже просто поднять его в шесть утра уже оказалось настоящим испытанием. Весящая от силы сорок килограммов тушка во сне становилась совершенно некантуемой, поэтому идея дотащить ее до санитарного блока провалилась. Но, когда Алекс пошел к блоку с пустым термосом, намереваясь хотя бы плеснуть эльфу в лицо, тот уже проснулся сам и выбрался из «Гермеса», зевая и потягиваясь.

— Почему именно я? — ныл он, поглощая вареные яйца и запивая молоком.

— Ты все знаешь. — отвечал Алекс.

— Ты меня бесишь.

— Ты меня тоже. Переодеться не забудь.

— Будто есть во что!

— Ради там что-то подобрала.

— А ты?

— Я так пойду. Я-то не в камуфляже.

— А…

— Доешь и сотрем. Я знаю как.

— А…

— Заткнись уже и ешь. Кто его знает, сколько нам придется там проторчать.

Хорошо, что дамочка предпочитала мужскую одежду. Ну или, вернее, ей приходилось ее предпочитать, с ее образом жизни платья и туфли явно не стали бы хорошим выбором.

Но надо же ей иметь какую-то одежду и для дома, так что даже несмотря на разницу в росте, кое-что на эльфа подошло. Темные шорты ниже колен, светлая футболка, кепка. Довольно простой и незапоминающийся образ. Серый, как сам эльф. Даже полосы с морды он оттер, пользуясь советом Алекса — быстро потер пальцами и снял четыре пласта скомканной краски.

— Не знал, что их вообще можно снять.

— Формально — нельзя. — хмыкнул Алекс. — Производителям выгодно, чтобы покупатели были уверены в ее исключительной стойкости. Гражданские, в смысле, покупатели. А об этой небольшой особенности знает только Координация.

Эльф вскинул брови:

— Да? Координация? И ты? Или, может, «в том числе ты»?

— Заткнись и собирайся.

— Так я готов.

Алекс осмотрел эльфа с головы до ног.

Что-то все равно не так.

— Серьгу бы…

— Нет! — моментально ответил эльф. — Даже не начинай.

Не окрысился, как обычно, а твердо, спокойно и уверенно ответил. Тоном, который ясно дает понять — компромисс невозможен.

Кто бы мог подумать, что он вообще так умеет.

— Ладно, идем.

Ради уже ждала возле волшебной стены. Одежда на ней была такая же, как вчера, только новая, а вот квадрацикл уже другой. Низкий и приземистый, с широкими колесами и обтекаемыми формами. Дамочка сидела на нем боком, будто на скамеечке, сложив ногу на ногу.

— У тебя на каждый день новые колеса? — буркнул эльф.

— Нет. — улыбнулась дамочка. — Конкретно этот вообще один такой.

— И чем же?

— Полагаю, это «Пикси». — улыбнулся Алекс. — Первый и единственный прототип.

— Тот самый? Для маневрового преследования на сверхвысоких скоростях? С полигона?

— Он самый. — кивнула дамочка. — Прямо с полигона. Самое смешное, что его разрабатывали вроде как именно для того, чтобы меня поймать.

— Но зачем? — не унимался эльф.

— Мне он всяко нужнее, чем Координации. К тому же, мне это показалось забавным — дамочка перекинула ногу через бак и взялась за руль. — Мы идем?

Алекс махнул рукой:

— Открывай.

Чиркнул стартер, двигатель глухо заворчал. Дамочка подкатила квадрацикл к стене и, как вчера, уперла силовой бампер в стену. Крутнула ручку газа, наращивая обороты.

Когда рев двигателя стал уже неприятен, стена подалась и выпустила троицу.

— Долго. — вздохнул эльф и поежился, будто от холода.

— Я в первый раз его пилотирую. Ну, во второй, если считать сам угон. Потому я и выбрала его сегодня — хоть привыкну немного.

— Ты же идеальный пилот! — продолжал ныть эльф. — Зачем тебе привыкать!

— Слушай, я умею управлять чем угодно, но это не значит, что я привыкла управлять чем угодно!

— Но ты!..

— Заткнись. — не выдержал Алекс. — Ра… Ради, ты не изменила плана?

— Нет, все как решили. Две магистрали водоснабжения, криомит на основные силовые кабели восточного сектора. И у меня еще один сюрпризик заготовлен. Давно еще, даже до того, как с вами познакомились.

— Отлично. Тогда встречаемся здесь же через четыре часа.

— Мне хватит двух.

— Нам — трех. Час оставим про запас.

— Может, все же свяжемся? Я могу выбраться на поверхность, как закончу.

Алекс поморщился:

— Не стоит. Идем.

Направо, прямо, направо, налево, налево, прямо, прямо направо, о, лестница.

— У тебя так близко выход? — удивился эльф.

— Именно поэтому я им почти не пользуюсь. Я вообще всегда разные выходы использую.

Ради погазовала, на месте разворачивая квадрацикл под свист шин. Выжала сцепление левой рукой, а правой — опустила на лицо маску.

— Четыре часа пошли. — глухо сказала клыкастая морда, квадрацикл прыгнул вперед и улетел вдаль по тоннелю.

— Быстро она привыкла. — вздохнул эльф.

Алекс махнул рукой и первым полез по лестнице.

Старая, но еще крепкая лестница проходила через три уровня, и упиралась в тронутый ржавчиной металлический люк.

Хорошо, что не пустил эльфа вперед — ему этот блинчик точно был бы не под силу.

Поднапрягшись, Алекс поднял крышку и выглянул в щель.

— Что там? — тут же зашипел снизу эльф.

— Двор. Вроде тихо. Шевелись давай.

Алекс откинул крышку и как мог быстро вылез. Вытащил эльф и хлопнул крышку на место:

— Идем.

Эльф боязливо оглянулся на люк:

— А не потеряемся?

— Не переживай, я запомнил. Я знаю эти места. Не знал только, что здесь есть вход в каты.

— Ладно… — эльф вздохнул и засеменил следом. — А куда идем-то?

— Увидишь.

— С тобой невозможно разговаривать.

— Со мной не нужно разговаривать.

— Роуз ты так не говорил.

— Ты не Роуз.

— Так и ты не я.

— А это ты вообще к чему?

— Не знаю. С толку сбить.

— Ну и заткнись тогда!

Людей на улицах было много. По сравнению с тем, сколько их было рядом в последние несколько дней — очень много. Зато, в отличие от неисправимых искателей приключений Пятого Проекта, прохожие даже по сторонам старались не смотреть, а наоборот — прятали глаза.

Точно, глаза. В этом балагане последних дней совершенно из головы вылетело, что надо соблюдать осторожность и мимикрировать под остальных.

Алекс ссутулился и опустил взгляд, пнул зыркающего по сторонам эльфа, кое-как знаками объяснил, что надо вести себя поскромнее. Эльф кивнул.

Впрочем, притворялся он настолько паршиво, что лучше бы не делал этого. Ну и ладно, тут недалеко.

Дважды по пути встречались лимоны, сначала малый патруль, потом — мобильный пост. Оба раза эльф запинался на ровном месте и разве что не на бег переходил.

Странное он все-таки существо. Все у него наоборот. Когда есть реальная опасность, он собран и тверд, будто бронебойная пуля, а когда опасности все равно что нет — трясется. В команде Пятого Проекта, конечно, все с придурью, но эльф бьет все рекорды. Алекс открыл дверь подъезда:

— Заходи.

— Сюда?!

Эльф остановился возле двери и скрестил руки на груди:

— В жилой дом? Где полно людей? И камеры?

Алекс огляделся и насильно запихал эльфа в подъезд.

— Я не понимаю, что ты делаешь.

— Тебе не нужно. — вздохнул Алекс, вызывая лифт.

На шестом этаже Алекс вышел, по привычке мазнул рукой по правой стене, но пальцы ни за что не зацепились. Ну да, в последний раз он сигналку не взводил.

Алекс подошел к двери, отодвинул панель электронного замка, под которой скрывалась еще одна — сенсорная цифровая клавиатура.

— Это еще что? — изумился эльф. — Я думал, никто уже давно не пользуется такими!

— Я пользуюсь.

— Да зачем?!

Алекс набрал код, открыл дверь:

— Электронные замки работают с таким количеством ай-ди, сколько человек зарегистрированы в квартире. А у меня их мало того, что восемь, так еще и постоянно разные с собой.

— То есть, это твоя…

— Да, это моя квартира. Настоящая, а не подставная. В которой я живу, а не отсиживаюсь между заказами.

— Так за ней же следят!

— То, что я в ней живу, не означает, что она оформлена на меня. Не забудь разуться.

— Охренеть. — бормотал эльф, скидывая ботинки. — Я в квартире самого Корда. Интересно, что бы сказали по этому поводу в Координации? Диго там, например…

— Надеюсь, что скоро он лишится возможности говорить.

Алекс прошел в комнату, привычно лавируя между пирамидами с оружием, ящиками с гранатами, горами снаряжения. Вышел на балкон, облокотился на перила и закурил.

Эльф подошел через две минуты:

— Берлога милая. Но хлама много.

— Я тут почти не появляюсь.

— Зачем тебе квартира, в которой ты не появляешься?

— А ты туда глянь. — Алекс щелчком отбросил окурок и оставшимся торчать указательным пальцем ткнул в раскинувшийся в квартале от дома штаб Координации.

Эльф выпучил глаза:

— Ого! Тут же рукой подать!

— Вот именно. Ты даже не представляешь, сколько времени я провел, глядя туда, во двор, в том числе сквозь разнообразные прицелы разнообразных стволов. Здесь отличная позиция для снайпера, и будет отличная позиция для тебя завтра. Так что приступай к делу. Раньше начнем — раньше закончим.

— Я уже начал, не переживай. Да и куда нам торопиться? Времени вагон.

— Всегда есть куда торопиться.

— Например? К Роуз?

— Да ты! — Алекс ударил ладонью по перилам. — Ревнуешь, что ли?!

Эльф кивнул:

— Шутку понял, смешно. Но нет, мои вопросы имеют под собой иное основание. Я, может, и не могу тебя читать, но иногда достаточно просто внимательно смотреть на лица.

— И что на них можно увидеть?

— Вот мне и интересно, как это называется. У вас даже эмоции одни на двоих, но жить при этом вы умудряетесь в разных мирах. За эти дни не было ни дня, чтобы я не увидел, как ты от нее шарахаешься. Но если поначалу это в своей основе имело чувство вины Роуз, то теперь что-то похожее проскальзывает на твоем лице. И ты все равно сторонишься ее. Хотя ее уже не в чем винить. Как это работает?

Алекс вздохнул:

— А ты что, семейным психологом заделался?

— СОЦИологом. Да, причем уже давно, если помнишь. Так ты расскажешь?

— Ты же знаешь, почему она чувствовала вину передо мной. Сама рассказывала.

— Вот именно. Она нашла в себе силы рассказать. При всех, заметь.

— Слушай, ну это слишком дешевая манипуляция для такого, как я.

— Тьфу, дурак! — скривился эльф. — Я к тому, что она сама приняла свою ошибку и перестал ею мучиться. Но ты же не такой. Ты же крутой и гордый, ни с кем ничем не делишься.

— В этом мире по-другому лучше не жить.

Эльф пощелкал пальцами:

— Эй, друг! В каком мире?! В твоем мире, где ты один и вокруг сплошь враги? Не больше того мира, если ты не заметил. Ты теперь в команде! Причем тебя в ней никто не держит, кроме твоего собственного желания! У нас тут новый мир зарождается!

— Слушай, занимайся делом!

— Я уже пять минут как занимаюсь делом. Ты мне не мешаешь.

Алекс закурил.

А, может, и правда рассказать? Эльф вроде умный. Может, подскажет, что делать.

Алекс в три затяжки сжег сигарету и выбросил окурок:

— Помнишь, Роуз рассказывала, как погибли ее родители?

Эльф кивнул, не отрывая взгляда от штаба.

— Это был я.

— Что «я»?

— Это я их убил.

Эльф вздохнул и перевел взгляд:

— Ч… Чего?!

— Да, у меня была примерно та же реакция, когда я это понял. А понял я это как раз во время рассказа.

— Подожди, но она же сказала, что они погибли во время бунта потерянного! А тебе тогда было…

— Девятнадцать. Мне было девятнадцать. И я стоял в рядах оцепления ВВ. В тот день в строй ставили всех, даже курсантов.

— А как ты стал курсантом?

— Самое смешное — так же, как и Роуз. Наверное, ты прав и у нас действительно слишком много общего. Когда моя мать погибла вместе с Супером, отца отправили в экспедицию на исследование первого пробоя, чтобы не мутил воду требованиями расследования. Там он, конечно, пропал без следа. А, может, и раньше — Диго вполне обладал такими возможностями. И я принял решение стать курсантом ВВ, оказаться ближе к Диго и отомстить за родителей. В пятнадцать лет курсантом стать нетрудно, а сирот вообще берут всех без разбора.

Алекс достал еще сигарету, прикурил и продолжил:

— Мать с самого детства учила меня, показывала всякие приемы и техники. Поэтому многое из программы обучения я уже знал и свободное время занимал тем, чему ВВ не уделяло внимания, а сейчас забыло вовсе — контактному бою. Хотелось вернуть Диго должок его же методами.

— А тетриназин?

— Не знаю. У меня есть подозрение, что когда меня принимали в курсанты, только на него и надеялись. Они же знали, чей я сын. Должны же у них были возникнуть подозрения в моей… лояльности. Им просто не на что было рассчитывать, кроме препарата. Но я о нем узнал уже постфактум. Во время службы эффекта я не чувствовал — наверное, из-за того, что полуэльф. Мозги крепче или еще что-то.

— Или другой склад ума. — пробормотал эльф. — И мозги крепче, да. Других полукровок же ломает. Дольше, чем хомо, но ломает.

— Меня не успел. Или не взял, не знаю. Но когда я стоял в строю ВВ и видел, как легионеры избивают и вяжут людей, без колебаний убивая любого, кто окажет хотя бы намек на сопротивление, я понял, что дальше в этой структуре не смогу оставаться. Ни ради чего. И я дезертировал. Пользуясь ВВшной формой и эффектом неожиданности, зарезал двух легионеров, забрал их оружие и щиты — мне хватило ума понять, что именно эти бляхи делали их неуязвимыми для пуль. Потом я снял и выкинул форменную куртку, спорол нашивки со штанов и стал обычным бунтовщиком. С необычной целью. Я решил убить Диго, не откладывая. По рациям как раз передали, что он покинул транспорт, и где это произошло. Я отправился туда, но опоздал буквально на пять минут. Отследить, куда двинулся Диго, было нетрудно, и я пошел за ним. Попадались раненые гражданские. Именно раненые, не мертвые, и все — легко, ни одного фатального или даже тяжелого. Я вышел на них, на двух телохранителей. Они заняли хорошую позицию, просто идеальную — простреливали каждый угол и могли держаться, пока есть боекомплект. Но мне-то наплевать на пули, я под щитом! Время поджимало, и я бросился в лобовую. Не знал, как хорошо работают щиты, но надеялся, что их хватит, чтобы я успел добежать. Хватило, конечно. Они пытались отступить с позиции на другую, но я прижал их огнем и поэтому в бой вступил с пустым оружием. Зато с ножом.

Алекс зашипел и выронил стлевшую до пальцев сигарету, так и не сделав ни затяжки. Помахал рукой, достал нож, но прикуривать не стал, а вместо этого закрутил в пальцах.

— Они были хороши и вблизи. Не кидались оба сразу, а постоянно разделялись. Один атаковал, пока второй обходил со спины. Я тогда не знал, что у щитов есть мертвая зона. Они, конечно, тоже, поэтому бросили оружие и схватились за дубинки. У одного я отобрал, он тут же вернулся на винтовку и стал орудовать ею, даже магазин отстегнул, чтобы удобнее держать было. Подумать только — если бы они всего один-два раза выстрелили, на этом бы моя история была закончена! Но они не были Первым Легионом, и про щиты знали даже меньше, чем я. Но даже и без этого они меня сильно задержали. И я, правда, до последнего не хотел их убивать. Но их фанатизм не оставил мне выбора.

Алекс сунул сигарету в зубы и прикурил:

— Диго, конечно, ушел. Я скрылся и решил вести свою войну. Решил обескровить Координацию, вырезая ключевые фигуры, нарушая стабильность системы. Ожидая, когда она станет шаткой настолько, что в попытке починить ее, Диго снова допустит ошибку, которая позволит к нему подобраться. А потом оказалось, что у «Розы» планы во многом совпадают с моими, и мы стали сотрудничать. «Роза» помогла мне с новыми ай-ди, мою квартиру пустили с молотка, и я же ее и выкупил через подставное лицо. Не знаю, где «Роза» берет финансирование, но платили они всегда исправно. И работать с ними было приятно. За два года я уничтожил почти два десятка координаторов разных уровней и направленностей, по всей планете. А потом появилась Роуз. Дальше ты знаешь.

Повисло недолго молчание. Эльф переваривал услышанное.

— Дела, брат. — наконец протянул он.

— Жалеешь, что спросил?

— Не то чтобы… Но теперь я понимаю, почему ты в таком раздрае.

— Я не… Ну, может, немного.

— Боишься, что Роуз возненавидит тебя?

— Я ничего не боюсь, эльф. По крайней мере, из того, что мне известно. Но я не хочу снова ломать ей жизнь, ломать все, что она знает. Мне наплевать, как она станет ко мне относиться и что будет между нами. Но мне все равно, как она после этого станет относиться к самой себе. Не впадет ли в истерику? Не наложит ли на себя руки? Или не кинется ли всерьез с ножом на меня, и не придется ли мне ее убить, как убил ее родителей? Она ведь у меня тоже немного того… ненормальная.

— Ты в курсе, что улыбаешься?

— Да уж чувствую. — Алекс выкинул окурок. — Только вот стоит вспомнить о ее родителях — и улыбаться уже не хочется.

— Если ты мне все это рассказал, чтобы услышать мое мнение — надо ей рассказать. Она же сказала: с ее точки зрения, в их смерти виноват Диго. И, в принципе, с этим трудно поспорить.

— Думаешь, смирится?

— Она знает, что ты убийца. Он любит тебя убийцей. Она принимает тебя убийцей. Ее не удивить тем, что в прошлом ты убил кого-то, кого она знает. А остальное… Она умная, она поймет.

— Приму твои слова к сведению. — кивнул Алекс. — Долго еще будешь штаб ощупывать?

— Даже не начинал.

— А как же твоя многозадачность?

— Ну, соврал. Иначе бы ты не заговорил.

Алекс вздохнул:

— Да уж. Новый мир, новый мир. А верить по-прежнему никому нельзя.

— Да, новый мир. — улыбнулся эльф. — Но любой новый мир начинается с нового тебя.

Алекс махнул рукой:

— Давай уже начинай. К обеду надо точно знать, сможешь ли ты завтра нас прикрыть.

— Прикрыть смогу. Осталось выяснить, насколько эффективно.

— Да, босс.

43

Алекс успел от скуки проверить четверть арсенала, когда эльф наконец вышел с балкона и потянулся будто со сна.

— Вот думаю, что будет актуальнее. — непонятно зачем поделился с ним Алекс, бегая взглядом между двумя штурмовыми винтовками на дозвуковых патронах.

— Ни то, ни другое. — одернул эльф. — Завтра никакого огнестрела.

— Это еще почему?

— Я худо-бедно смогу создавать иллюзию толпы атакующих, но иллюзию толпы стреляющих и, тем более, попадающих — точно нет. Не для такого количества итоговых целей, а их там почти сотня.

— Но будет-то вдвоем меньше. Если не втрое.

— Все равно — нет. Ты представь — это же для каждого надо соорудить иллюзию собственного противника, его вспышки выстрелов, эффекты работы щита… А я ведь даже не знаю, у кого они есть, а у кого — нет.

— У легионеров есть, у других — нет. — Алекс на мгновение задумался. — Хотя это штаб, тут все может быть не так, как мы привыкли.

— И я о том. Так что завтра никак стрелялок. Ваши лучшие друзья — это кинетические щиты и собственные кулаки.

— Что, и нож нельзя?!

— Нож можно. — удивленно посмотрел эльф. — Конечно же, можно.

— Тогда ладно. А мистер все равно не умеет стрелять.

Алекс отложил обе винтовки в сторону:

— В принципе, в ховере тоже есть из чего пострелять. Ладно, если ты закончил, то идем. Скоро Ради должна вернуться.

Ради уже вернулась и ждала возле спуска через колодец. Она сидела боком в седле «Пикси» и не пойми где взятым белым татуажным маркером то ли дорисовывала, то ли переделывала рисунок на руке.

Надо будет как-нибудь узнать что он значит…

При появлении разведчиков девушка молча убрала маркер, натянула висящую через руль перчатку, слезла с квадрацикла и принялась толкать его в сторону убежища.

— Даже не расскажешь, удачно ли все прошло? — эльф явно не способен в тишине и пяти минут провести.

— Всем сразу и расскажу. — прозвенела дамочка, не оборачиваясь.

Алекс усмехнулся.

Эльф надулся.

Едва троица переступила порог гаража, мистер прекратил свой медленный бой с тенью и постучал ладонью по корпусу «Гермеса». Из люка тут же выпорхнула Роуз. Выпорхнула и бросилась к вошедшим. Она наконец скинула форму легионера и переоделась в то, чем поделилась Ради: сброшенный с плеч и завязанный на поясе коричневый комбинезон и голубая безрукавка.

— Как дела? — муркнула Роуз, прижимаясь к Алексу, скользнула губами по губам.

— Чудно. — Алекс вздохнул, отстраняясь. — А у вас?

— Я почти подружился с «Гермесом». Как Ради гонять, конечно, не смогу, но из одной точки в другую доставлю!

Они прямо сияла от гордости и удовольствия! Вроде ховер как ховер, а люди за штурвалом посидят — и будто жабьей крови пополам с эфиром употребили.

— А я изнывал от скуки. — прогудел мистер, помогая дамочке пристроить «Пикси» на место.

Это показалось, или она на него смотрит с благодарностью? И не только с ней…

— Давайте есть! — эльф пошел напрямую к столу, игнорируя остальных.

Сегодня стол бы скуднее, чем вчера: холодильник Ради не был рассчитан на большое количество гостей. Вообще ни на какое количество гостей не был рассчитан, если уж на то пошло. Одна Ради могла бы неделю питаться его содержимым, но четверо лишних едоков за сутки почти опустошили его. Эльф с тоской оглядел стол, захапал последнюю пару яиц и поплелся в ховер за пайком.

Когда все поели и убрали со стола, Ради включила настенный проектор и вывела карту города прямо на стол. Полазала в настройках и отметила красным семь точек.

— Здесь будут отвлекающие… — она на секунду замялась, подбирая слово. — Мероприятия.

— Водоснабжение, электричество. — пояснил остальным Алекс. — Ничего опасного, но хаос будет что надо. Правда там еще о каком-то сюрпризе еще речь шла?

Ради мечтательно улыбнулась:

— Топливные склады Координации. Я с них заправлялась все это годы.

Эльф прищурился:

— И никто не замечал?

— Они автоматические. Там некому замечать. Приезжали, заправлялись, уезжали. Я по сравнению с расходами Координации брала совсем каплю, и не из резервуаров даже, а врезавшись в подающие магистрали.

— А почему решила взорвать? Ты сказала, сюрприз был готов еще до встречи с нами.

Дамочка пожала плечами:

— Но это же не значит, что я его подготовила за день до встречи с вами. Я уже давно их заминировала, на случай, если пойму, что меня зажимают в угол. Тогда — бум! — и пока склады полыхают, я под шумок скроюсь.

— Разумно. — оценил Алекс. — Надо было взорвать, когда тебя мистер с эльфом повязали.

— Детонатор был тут, в убежище. — слабо улыбнулась Ради. — Я же не могла знать, что кто-то умудрится поймать меня прямо в катах, в моем же царстве.

Она достала из кармана и показала всем продолговатую капсулу, рассеченную пополам черной линией:

— Один поворот — и все сгорит.

Мистер вскинулся:

— А гражданские?

— Не переживай, жертв не будет. — Ради улыбнулась, убрала руку с карты и положила мистеру на плечо. — Не будет даже взрывов как таковых, здания сложатся внутрь. Максимум — пара небольших пожаров, которые легко изолируют. Я давно все рассчитала.

Мистер выслушал ее, улыбнулся и вернул взгляд к карте.

Вряд ли он и сам заметил, что свой ладонью-лопатой накрыл ее руку.

— Так, с этим разобрались! — Алекс хлопнул по столу ладонью, снова привлекая внимание. — В семь тридцать Ради подрывает заряды и уходит в каты, добирается по тоннелям до штаба и ждет там. В это время эльф с моего балкона контролирует штаб. Примерно через полчаса все патрули и аварийные экипажи разъезжаются, и мы втроем на «Гермесе» вламываемся во двор штаба.

Алекс обвел всех взглядом, но ни уточнений, ни возражений не последовало. Только дамочка бросила горестный взгляд на ховер и сильнее сжала плечо мистера, тот аж поморщился.

Алекс продолжил:

— Нам понадобится не больше пятнадцати секунд, чтобы своими петляниями по двору привлечь к себе внимание, этого времени мне вполне хватит чтобы из люка раскидать по двору СРС. Потом во дворе появятся ВВшники.

— Подожди, про сеть не было в плане. — нахмурилась Роуз.

— На ходу с эльфом придумали. Буквально, на ходу. Пока шли обратно ко входу в каты. Он жаловался, что на такой дистанции и такой площади ему будет тяжело создавать галлюцинации и я предложил вариант с сетью. Вспышки взлетающих ракет внесут в атаку дополнительный хаос в нашу атаку, кроме того послужат отличной звукомаскировкой, не позволяющей догадаться, что нам всего двое. Все это в сумме существенно понизит требования к качеству иллюзий.

Роуз покачала головой:

— Мне вообще не нравится вся эта идея. Надо было обратиться к «Розе».

Алекс поморщился:

— Мы это обсуждали. «Роза» не даст людей.

— Да-да, знаю. Если и даст, то не раньше, чем через неделю. — Роуз отмахнулась. — Но мы даже не попробовали.

— В нашем случае нельзя пробовать. Надо действовать сразу, вторых и третьих шансов не будет. — Алекс жестом попросил Ради погасить карту. — Ради преследует поезд, по прибытии выбирается из кат, подает нам сигнал. Мы прибываем, Роуз маскируется под легионера, проникает в убежище и ликвидирует Диго. Вопросы?

Эльф поднял лапку:

— Да, у меня. Как мы додумались по подобной бредятины?

— А по существу?

— По существу нте.

Роуз хлопнула в ладоши:

— Тогда предлагаю всем отдохнуть. Завтра тяжелый день.

Алекс поднял руку:

— Подожди. Мы выяснили все насчет завтра, но кое-что осталось под вопросом.

— М? — муркнула Роуз.

— Тогда, в астропорте Лакхнау, ты сказала, что все остальные ликвидированы согласно плану. Не хочешь объяснить, что это значило?

Мистер вскинул брови:

— Ликвидированы?!

— Ликвидированы?! — в унисон изумилась дамочка.

Роуз резко посмурнела, от улыбки не осталось и следа.

— Может, вы все же не хотите этого знать, а?

Эльф подался вперед, сверля Роуз тяжелым взглядом:

— Нет уж, подруга, давай выкладывай! Такие вещи надо говорить сразу!

— Сразу нельзя было! — в лицо ему выкрикнула Роуз. — Раз уж читаешь, читай до конца!

Эльф потер лоб:

— Я бы вообще предпочел, чтобы ты это рассказала сама. В конце концов, мы имеем право знать.

— Конечно, имеете. И я правда собиралась рассказать. Но потом. Совсем потом, после того, как все закончится.

— Считай, что «потом» уже наступило.

Роуз вздохнула:

— Ладно. Вы, конечно, правы и это не стоило скрывать. В общем… Вы не должны были вернуться из Ол-Дели.

Алекс хохотнул:

— Ну надо же, какие новости!

— Не смешно. — зло посмотрела Роуз. — Лучше бы спасибо мне сказал. Если бы не я, контролирующая ваше питание в штабе, вы бы все давно были мертвы! Никакого сигнала, отключающего ботов, не было и даже не планировалось! Наоборот, был сигнал, который запускал их действие! И через десять минут после активации прибора вы должны были остаться трупами там же, где были — в центре пробоя! Там, где вас никто не найдет, даже если план Диго не выгорит!

Мистер потер лоб совсем как эльф:

— Чего-то подобного я и ожидал. Слишком вкусно выглядели обещания Диго. Зачем делать столько всего тем, от кого ты уже получил, если можно просто не делать ничего?

— А меня больше другое интересует. — Ради чуть сместилась за спину мистеру, положила обе руки ему на плечи. — Почему нельзя было рассказать раньше?

— Вы должны были принять решение сами. Если бы я рассказала, это неизбежно повлияло бы на вас и ваше решение внутри пробоя, а это было недопустимо, это уже было бы вмешательством в чужую волю. Пусть не принуждением, но подстрекательством. А от этого недалеко и до методом самого Диго. А бороться со злом другим злом — не выход.

— Меня что, только что обозвали добром? — засмеялся Корд.

Мистер звонка хлопнул ладонями о стол и полез в карман:

— Что ж, лично у меня появилась лишняя причина надрать зад жабьему выродку. Так что, считай, не зря рассказала.

— Не уверена. — тихо произнесла Роуз и встала. — Я пойду еще попрактикуюсь.

Она скрылась в «Гермесе», остальные молча сидели за столом. Тишина угнетала, но сказать было нечего.

Хотя нет. Сказать есть что, но не этим людям.

Алекс встал и пошел вслед за Роуз.

Она сидела в пилотском кресле, держа на коленях открытую инструкцию, и невидящим взглядом смотрела в нее. Она даже не замечала, что брошюрка лежит вверх ногами.

— Эй! — Алекс присел рядом, сбросил инструкцию на пол, положил на ее место ладони. — Ты молодец.

— Ненавижу сообщать такие вещи. — глухо ответила Роуз. — Чувствовала себя, будто снова тебе прощальное письмо пишу.

Ее глаза подозрительно покраснели.

— Знаешь, Координацию предавать — как само собой разумеющееся… Но, когда кажется, что предаю вас… тебя…

— Знаешь, я чувствую что-то похожее.

— Ты-то почему? Ты от меня ничего не скрываешь. По крайней мере, ничего, что мне стоило бы знать.

Алекс вздохнул:

— Кое-что есть. Я понял это совсем недавно, но тоже никак не мог решить, стоит тебе это знать, или нет. Ро…

Она подняла взгляд и чуть улыбнулась.

Кажется, ей нравится это сокращение.

— Ро, это я убил твоих родителей.

И Алекс рассказал все то же самое, что рассказывал эльфу. Не отрывая взгляда от ее изумленных глаз. Наблюдая, как уходят слезы, как они сменяются… чем? Это не ярость, не гнев, даже не злость. Не тоска и не грусть. Больше всего это похоже на недоверие…

Роуз молчала. Даже когда Алекс закончил, она молчала. Сидела и смотрела сверху-вниз, но словно бы внутрь себя. Будто и не слышала ни слова.

— Ал. — наконец глухо уронила она. Ее рука поползла к щиколотке, где она хранила ножи.

Алекс напрягся, следя взглядом за тем, как она медленно, очень медленно, явно понимая, что делает и не желая спровоцировать, вытягивает нож.

— Я знаю, что ты много кого убил. И я знаю, что среди тех, кого ты убил, могли быть те, кого я знала. Если бы я кого-то знала…

Прямо как эльф говорил. Почти слово в слово. Впору заподозрить его вмешательство, но нет — взгляд Роуз чист и ясен.

Она положила нож на приборную панель:

— Помнишь, мы с тобой говорили о том, что оружие без человека — ничто. Что оружие не убивает.

— Убивают люди. Само по себе оружие не виновато ни в одном убийстве.

— Вот именно. — Роуз снова перевела взгляд на Алекса. — Я уже говорила — моих родителей убил Диго. Даже если при помощи тебя. Ты не знал, что творишь. А те, кого ты убил, уже не были моими родителями. Они лишь были на них похожи. А мои родители умерли годом раньше.

Она подняла взгляд к потолку и глубоко вздохнула:

— И знаешь… За то, что Диго еще и нам с тобой так насолил, я ему выставлю отдельный счет.

44

В половину восьмого утра город еще наполовину спит. На улицах никого — ни прохожих, ни ВВшников. Даже воздух будто бы чище и свежее от того, что им еще никто не дышал.

Клифф с удовольствием потянулся и перевел взгляд на Роуз. Она еще с вечера была какая-то… Ну, как обычно. Будто вчерашние разговоры выбили ее из колеи. Вчера весь вечер молчала, сегодня все утро…

Алекс, кстати, тоже не выглядел довольным. Нервно курил, поглядывал вокруг, будто ожидая, что на безлюдном крытом паркинге, в подвал которого вывел тоннель из кат, с минуты на минуту появится толпа бойцов Координации.

Хотя Алекс, наверное, их появлению только обрадуется. У него добрая драка — вообще средство от всех печалей.

Чего не сказать об остальных. О Клиффе — точно.

Глухо ухнуло. Даже пол под ногами дрогнул.

— Дамочка сама пунктуальность. — Корд щелчком отбросил окурок и отлип от борта «Гермеса». — Засекаем полчаса.

Клифф на автомате бросил взгляд на левую руку, но привычного квада с часами там не было — Корду спасибо.

— Засекай. — вздохнул Клифф, закинул в рот пластинку жвачки и полез в салон.

Через минуту зашла Роуз, села в пилотское кресло. Корд остался на улице в одиночестве.

Вскоре в голове раздался скрипучий голос Пола:

— Тыт серьезная движуха, ребята.

— Все уезжают? — вслух спросила Роуз.

— Я вижу уже шесть отъезжающих машин. Уже семь. Не знаю, это все или нет.

— Плюс внутренний гарнизон… — пробормотала Роуз. — Это еще человек пятнадцать.

— И в сумме?

— Двадцать пять-двадцать семь.

— Я ощущаю… — Пол запнулся. — Сорок два, сорок три.

— Я про тех, что представляют опасность.

— А… — непонятно отреагировал Пол и замолчал.

Еще через время в салон влез и Алекс.

— Пора. — коротко уронил он, падая в кресло.

Роуз кивнула и неловко запустила двигатель.

До штаба было около семи минут, но в расчетах все забыли про один факт — завидев желтый с черным ховер, автоматы предпочитали убраться с дороги, даже если это значило съехать с солфальта и лишиться питания.

Поэтому во двор штаба «Гермес» ворвался не через семь, а через пять с половиной минут. Слегка качнуло — это отлетел сбитый шлагбаум. Алекс тут же распахнул дверь и принялся стравливать повешенный на плечо клубок СРС.

— Давай по кругу! — велел он, шустро перебирая руками. — Мистер, перчатки не забудь!

Точно, перчатки!

Клифф достал из ящика и надел подарок Диго. Сжал несколько раз кулаки, привыкая.

Странно, но сейчас совершенно не было нервоза. И даже не хотелось кинуть в рот новую пластинку.

— Ну что, мистер… — Алекс улыбнулся, нехорошо так. — Как говорится, двум смертям не бывать…

— А одной бы не хотелось. — вздохнул Клифф, поднимаясь.

— А это уж как пойдет! — захохотал Алекс, прямо на ходу выпрыгивая из «Гермеса».

Роуз обернулась, проводила его взглядом и посмотрела на Клиффа:

— Пригляди за ним.

— Конечно. — улыбнулся Клифф и выпрыгнул следом за Кордом.

«Гермес» за спиной взвыл двигателями и ускорился.

Впереди слабо серебрились нити СРС, как раз между спешащими со стороны штаба ВВшниками и идущим им навстречу Алексом. Лица, конечно, не видно, но широко разведенные в сторону руки, в одной — вращающаяся зажигалка, в другой — почти докуренная сигарета, — позволяли предположить его любимое выражение лица. Кровожадную ухмылку.

Вокруг Алекса вспыхнули фиолетовые круги. Пока мало, но новые солдаты уже бежали от штаба.

— По-о-ол… — протянул Клифф. — Пора делать дело!

— Рано!

Рано?!

Рано для чего?!

Вж-ж-жах!

Ревущий, гудящий, огромный «Гермес» врезался в толпу ВВШников, раскидывая их, как кегли! Черно-желтые бросились врассыпную, покатились, поливая ховер пулями, зацепили СРС…

И одновременно с первыми взлетевшими ракетами Алекс бросился на врагов.

— А вот теперь пора! — удовлетворенно заявил Пол.

Ракеты взлетали там и тут, заволакивая двор красным дымом. ВВшники рассыпались по двору, пригибаясь, отстреливаясь и отмахиваясь от видимых только им противников.

Алекс что-то закричал и щелчком отправил окурок в черный визор. Легионер отшатнулся, отмахнулся вслепую прикладом, но Корд атаковал другую цель — спину отступающего от пустого места ВВшника. Нож вошел в шею, рывок — по воздуху расстелился шлейф крови, Алекс вернулся к первому противнику.

— Чего ждешь?! — будто прямо в ухо завопил Пол. — Я не смогу им вечно мозги крутить!

И тут же, будто услышав, один из легионеров обратил внимание на Клиффа. Молча перевел ствол и открыл огонь.

Цынь, цынь, цынь — посыпались пули на бетон. Легионер бросил оружие на ремень и схватился за дубинку.

— Ага. — Клифф ударил кулаком в кулак, вызвав сноп искр. — Ну, давай померяемся.

Легионер ткнул дубинкой, Клифф отвел удар в сторону, по дуге развернул руку противника кистью вверх и через свой локоть воткнул кончик дубинки под черный шлем. Легионер застыл столбом, и рухнул на спину.

Следующая пара даже стрелять не стала, сразу бросились с дубинками. Один — держа для удара наотмашь, второй — для колющего.

Клифф сместился в сторону, формируя из себя и врагов прямую линию, прячась от одного за другим. Они не могут встать рядом — Клифф постоянно смещается, не выпуская их из поля зрения, и не могут атаковать из-за спины друг друга — нет пространства для удара.

Надо только не опускать руки и держать дистанцию. Пока что — держать дистанцию, ждать ошибки, искать удобный случай. Одному лезть против двоих с длинным оружием, да еще таким, что гарантированно вырубит с первого, максимум, второго касания — та еще идея.

— Мистер, хватит танцевать!

Корд выскочил из-за спины, замахиваясь откуда-то взятой дубинкой. Легионер вскинул свою параллельно земле, блокируя удар, но левая рука Алекса, будто змея, вынырнула из-за спины, серебристая молния рассекла оба запястья легионера.

Второй враг ударил сверху-вниз, в голову Алексу. Клифф подшагнул к нему, подставил руку, меняя вектор удара, спасая полуэльфа. Ударил коленом, сгибая противника пополам, и тут же — апперкотом, подкрепленным шоковым излучением, вскинул его в воздух!

Как там Корд?

А у Корда еще один труп и висящая плетью левая рука.

— Нормально?

— Справлюсь! — рявкнул Корд и внезапно захохотал. — Смотри, какой бардак!

«Бардак» — это еще мягко сказано.

Дым от взлетающих ракет затянул весь двор, в нем тяжело ворочалась туша «Гермеса» и копошились бойцы Внутренних Войск. Они махали руками, слышались беспорядочные приказы и выстрелы. Несколько трупов, очень много раненых, причем почти все — своими же.

Но вряд ли этот хаос долго продлится.

— Ребята, Диго в поезде! — снова заорал Пол в голове. — Сваливайте сейчас же! Они собираются включить нейронные активаторы!

Нейро… что?!

— Ты серьезно?!

— Нет, шучу! Убирайтесь оттуда!

Клифф обернулся:

— Корд! Нейро!..

Ху-у-у… — на голову будто надели громадную кастрюлю.

А-а-а!..

Голова!

Руки!

Ноги!

Грудь!

Живот!

Клифф подтянул колени к животу, сжался как можно плотнее…

Боль, боль во всем теле! Порезы, переломы, ожоги, вывихи, гематомы — все сразу! Везде сразу!

— Клифф!.. шишь!.. райтесь!.. Корд!..

Клифф закрыл руками уши. Пылающими факелами — кровоточащие дыры. Поджал к сломанному подбородку выдернутые из суставов колени…

Скорее бы сдохнуть…

— Да хрена там! — послышалось сквозь пелену боли. — Дамочка меня потом прямо с ножом сожрет!

Движение…

Шипение…

Спокойствие…

И боль отступила.

Клифф открыл глаза.

Салон «Гермеса», Роуз за штурвалом, и Алекс, изо всех сил пытающийся одной рукой затянуть Клиффа подальше от закрывающейся двери.

— Ох… Я в норме. — выдохнул Клифф.

— Тогда ползи сам! — рявкнул Алекс. — А еще лучше сбрось пару десятков килограммов, я чуть не надорвался, пока тебя поднимал и тащил! Скажи спасибо, что я знаю «рейнджерский кувырок»!

Клифф дрожащей рукой полез в карман:

— Мне нечего… сбрасывать. У меня в теле пять процентов… жира… Остальное — мышцы…

— Да мне плевать!

Алекс стек по стене и закурил:

— Они скоро додумаются, куда мы делись, даром что тупицы тупицами, зато на них-то активаторы не действуют! Так что валим отсюда и побыстрее, мы свое дело сделали!

Роуз кивнула. И даже не посмотрела при этом на Алекса.

Клифф сглотнул вязкий комок и закрыл глаза.

Черт, после попадания под нейронные активаторы всегда так сердце колотится?

45

О катах ходит много легенд. И, даже несмотря на то, что слухи и легенд обычно рождаются не на пустом месте, большинство из них — чушь. Что каты кишат стриглами, что там царит непроницаемая тьма, что в них стоит мертвая тишина. Все чушь Или, вернее, не совсем правда.

Но насчет тишины — чушь абсолютная.

В катах вообще не бывает тихо. Никогда и нигде. Все как раз наоборот — каты всегда звучат. И везде — по-разному. Где-то — медленное стаккато падающих с потолка капель. Где-то — унылое портаменто завывающего ветра. Где-то — остинато проносящихся поездов.

Интересно, кого из попавших в первый пробой так сильно интересовала музыка?

Ради вздохнула, сложила руки на руле и опустила пальцы на подбородок.

Скучно.

Глупо, конечно, было рассчитывать, что команда примется за дело раньше, чем квадрацикл доберется от мест взрывов до точки старта — по катам-то… Но уже минут двадцать прошло, а с момента активации взрывчатки — все двадцать семь. А ворота все еще неподвижны и лишь гудят легким вибрато. Отсюда, из технологического тупичка в ста пятидесяти метрах, этого, конечно, не слышно… Но они всегда гудели — все те годы, что их прочность проверялась испытанию всем, что только придет в голову.

А еще этот шлем… Удивительно, как быстро можно отвыкнуть от того, в чем раньше едва ли не спала.

Несколько дне й- и он уже как чужой, давит и мешает дышать. Даже мысли ворочать как-то тяжелее, будто Клифф жвачкой своей угостил.

Клифф… Как он там? Наверху? Что вообще у них сейчас происходит? Лезть в самое логово Координации — ох, и безумный план, ох и безумный! И почему никто не предложил ничего получше? А если что-то пошло не по плану? А если Пол не справился и Клифф с Алексом уже в плену?

Или и того хуже?

И ведь даже никак не узнать, что у них там! Как у них дела!

Да как же все, оказывается, непродумано!

Раздался громкий щелчок, подхваченный гулким эхо, и следом — нарастающий гул.

Ради подняла голову.

Ворота открывались. Толстенные ворота, несущие на себе ожоги от термита и криомита, несколько видов взрывчатки, ни разу не поддавшиеся за все эти годы ворота наконец открывались! Из укрытия они казались совсем маленькими, а поезд, выползающий из них, и вовсе с червяка размером. Или гусеницу. Черную с желтой головой. И глазами-фарами.

Ради выжала сцепление и дернула левой стопой вверх, включая передачу.

Поезд проехал мимо не спеша, будто ощупывая перед собой путь усами-лучами света. На самом деле машинист просто не рисковал разгоняться на довольно крутом изгибе тоннеля. И зря Алекс волновался, что из поезда могут заметить — на все три бронированных вагона, кроме кабины машиниста, не было ни одного окна.

Едва поезд проехал мимо, Ради отпустила сцепление и выехала из тупика. Пристроившись зв последним вагоном, переключилась на вторую и выкрутила газ. Квадрацикл завибрировал по шпалам, но быстро поймал рельсы на широкие колеса и полетел вперед как по струне.

Ради пригнулась к рулю, прижалась грудью к баку, дожала восемь тысяч и щелкнула третью. Подключилась турбина, набегающий воздушный поток придавил обтекаемый корпус, прожав подвеску, расстояние до поезда начало сокращаться.

Ох уж эти гонки по тоннелям. Как в старые добрые времена, только теперь не от Координации, а за ней. И карта кат в голове в этот раз бесполезна, потому что неясно, куда надо попасть.

Да и приз иной.

Тоннель изменился — вместо распорок и колонн замелькали бетонные тюбинги и лампы под потолком. Взгляд по сторонам: так и есть, метро. Значит сейчас больше восьмидесяти они не поедут, чтобы не догнать гражданский поезд.

Станция.

Первая радиальная. Мелькнули и остались за спиной изумленные люди, указывающие на невиданный черно-желтый поезд и его преследователя. Кто-то из них уже тыкал пальцами в ай-ди, то ли вызывая кого-то то ли еще зачем. Зачем? Связи-то все равно нет.

Ах да, станция же поверхностного залегания.

Вокруг снова сгустились искусственные сумерки, Ради повернула руль, следуя изгибу тоннеля.

Отсюда поезду три пути: ко второй радиальной, что бессмысленно — зачем им кататься им по кругу? — в разворотное депо, что, в общем-то, все равно, что в тупик, или через переход — к внешнему кольцу. Скорее всего, туда они и направляются, а это значит — тоннель через километр. Конечно, еще есть связной тоннель с шестой радиальной на третью, ведущий за город, но туда ехать четверть кольца, поверху и то быстрее бы получилось.

Так что — перегон.

Но машинист решил иначе и на тройной развилке свернул не направо, ко второй радиальной, и не налево, к объездному, а поехал прямо.

В депо.

Ради скрипнула зубами и сбросила газ, аккуратно въезжая следом.

Что они собрались сделать? Не разворачиваться же, не ехать обратно? А больше из депо ехать некуда!

Поезд медленно прокрался сквозь пустое депо, проехал все реверсные площадки и почти уткнулся в глухую стену. Ради потушила фары, заглушила двигатель и слезла с квадрацикла. Дальше надо двигаться тихо. Скрытно и пешком.

Зачем они уперлись носом в стену? В глухую бетонную стену? Зачем вообще к ней ведут рельсы? Они все равно заканчиваются стоп-знаком!

И знак этот сейчас вместе с куском стены заметно дрогнул и начал отъезжать в сторону!

Ради присела, прикрыла рот ладонью, чтобы не выругаться вслух, совсем забыв о шлеме.

Быть того не может! Они умудрились построить новый проход, неизвестный даже Подземному Райдеру?!

Жабий выкормыш Диго еще хитрее и изворотливее, чем казался!

Ради скрипнула зубами и села обратно в седло.

Кстати, о жабах. Если этот тоннель прямой, то должен скоро влиться в магистраль, которая приведет к водораспределительному центру. А под ним как раз живет один из кланов. А если и дальше пойдет по прямой, то выведет прямиком к шестой радиальной, по самому короткому пути.

Поезд уже скрылся в проходе, дверь дрогнула и начала закрываться.

Ради добежала до квадрацикла, прыгнула в седло и завела двигатель.

Потайной тоннель оказался прямым как стрела — вдалеке виднелось пятно света сигналов моторного вагона. Значит, пора готовиться к худшему.

Воздух ощутимо похолодел, стало тяжелее дышать — вот и водораспределительный центр!

Тоннель вышел в большой зал с огромными темными пятнами на полу. На их местах раньше стояли огромные цистерны с водой, но потом их частью разрезали и вывезли, частью оставили гнить. Тут и там лучи света фар выхватывали колодцы аварийных водосбросов, где-то забранные решетками, где-то — уже вскрытые максимально грубым образом.

Из них-то и полезли стриглы, недовольные тем, что в их царство тьмы и тишины ворвались шум и свет.

Первые двое атаковали поезд — напрыгнули сбоку и отлетели, сбитые выгонами. Третий попытался запрыгнуть на крышу, но не смог уцепиться и рухнул вниз, исчезнув в метре от пола в голубой вспышке.

Следующие выбрали себе цель поменьше — квадрацикл.

Ради пригнулась к баку, пропуская бросок сверху, и прибавила газу. Седло ощутимо промялось — тварь уцепилась сзади!

Ради, не оборачиваясь, щелкнула за спину хлыстом и вильнула рулем, спасаясь от новой атаки.

Вот и тоннель к шестой радиальной уже виден. Осталось лишь добраться до него, не полезут же они следом! Никогда не лезли!

Что, полезут?!

Ради перехватила газ левой рукой накрест и свесилась сбоку от бака, уворачиваясь от молниеносного броска. Стригл пролетел мимо и тут же исчез. Ради вернулась в седло, оглянулась.

Их было около двух десятков. Они неслись следом, покрывая по десять-пятнадцать метров за прыжок. Они цеплялись за стены, отпрыгивали от потолка, набирали скорость серией вспышек… И даже не думали бросать преследование! До этого момента все стриглы всегда бросали погоню метров через семьсот, и возвращались обратно, а эти… Если так пойдет и дальше, они и до станции допрыгают!

О нет, станция!

Там же люди!

— Ребята!..

В наушнике гарнитуры — мертвая тишина. Ну конечно, это же каты!

Еще один стригл приземлился сзади, Ради ударила локтем за спину, еще раз, еще, приподнялась на подножках и ударом ноги выбила тварь!

— Ребята!..

Тишина.

А до станции осталось каких-то пятьсот метров. А на станции — полно ни в чем не повинных людей!

Ради снова обернулась. Стриглы все так же скакали по стенам и даже не думали снижать скорость. Видать, сильно Координация их переполошила, когда свой тоннель копала!

Вперед забрезжил свет — вот и станция. Ее уже видно, здесь уже должна ловить связь! Ну!

— Ребята! Клифф!..

Да что же это такое!

Поезд вылетел на станцию.

На полную людей освещенную станцию.

И стриглы вылетели следом.

С платформы послышались крики, люди кинулись врассыпную, грохнуло несколько выстрелов. Пара патрульных ВВшников вскинули оружие тоже, открыли огонь!

Их стриглы и выбрали первыми мишенями.

Они напрыгнули на людей, валя их на перрон, истошно вереща и беспорядочно телепортируясь! Замелькали хуксворды, капнули первые багровые капли…

Ради прижала ногой тормоз и взялась за хлыст.

Нет, нельзя! Надо преследовать поезд дальше!

И тогда люди погибнут. Когда у них кончатся патроны и силы следить за тварями, что ежесекундно прыгают с места на место, не атакуя всерьез, но и не давая коснуться себя, даже увидеть! — их сомнут. Два десятка стриглов — это слишком много!

— Ребята! Клифф кто-нибудь!

— Ради?!

Да! Услышали! Наконец-то услышали!

— Клифф, мне нужна помощь!

— Чего? Какая помощь? Почему ты вообще на канале?!

— Пожалуйста, хватит вопросов! На шестой радиальной стриглы напали на гражданских, нужна помощь! Я не могу остановиться, мне нужно продолжать преследование! Но я не могу их там бросить!

— Шестая. — повторил Клифф и что-то неразборчиво крикнул в сторону. — Мы уже едем, будем через три минуты! Они продержатся?!

Ради обернулась на перрон.

Двух человек сбросили на рельсы, они безуспешно пытались отползти в тоннели. Папа ВВшников каталась по перрону в обнимку со стриглами, остальные все мелькали среди людей, не атакуя всерьез, а раздергивая, загоняя, заставляя паниковать!..

— Думаю, да!

— Тогда продолжай преследование! А мы напрямую, тут быстро!

Слава Вишну! Лишь бы они не опоздали!

— Три минуты… — прошептала Ради, глядя за спину. — Только продержитесь…

Правая рука привычно открутила газ, Ради пригнулась к рулю и рванула догонять поезд.

46

Роуз гнала по улицам, не думая об осторожности скрытности. Казалось, она в один момент научилась водить не хуже Ради — ховер так и мотало из стороны в сторону, когда она объезжала помехи.

Хотя нет, Ради, наверное, прямо по помехам бы двигалась, не объезжая.

— Шестая радиальная — это же другой конец внутреннего кольца! — вопил Пол, придерживая венец. — Какого черта они там забыли?!

— Не знаю, но нам на руку! — ответил Корд, набивая своя дробовик патронами. — Это по кольцу до нее ехать двадцать минут, а по радиусу за три доберемся!

— Все даже еще лучше! — внезапно подала голос Роуз. — Шестая станция — векторная, пересадочная. Неглубокого залегания и с широкими входами, рассчитанными на большой пассажиропоток!

— И что с того? — Корд перевернул дробовик, взялся за цевье и ударил прикладом в пол, передергивая затвор.

Вместо ответа ховер упал.

Клифф ухватился за подлокотники и напрягся, чтобы не вылететь из кресла. В салоне резко стемнело, зажглись лампы.

— Психопатка. — вздохнул Корд, глядя как к ногам Роуз катится оброненный патрон.

Ховер двигался вперед и вниз, почти под сорок пять градусов, будто бы…

— Ты что, прямо по лестнице?! — изумился Клифф.

— А как еще я тебе ховер на станцию запихну?!

— Да никак, пешком!

— Так быстрее!

«Гермес» выровнялся.

— Вижу стриглов! — сообщила Роуз. — Готовьтесь, высадка через три!..

Корд отстегнулся и перетек к двери, сунув в магазин попутно подхваченный с пола патрон.

— Два!..

Пол стиснул рукоять ножа на поясе, тонкие серые губы шевелились, будто он занимался аутотренингом.

— Один!..

Слюна во рту стала вязкой и горькой. Руки на автомате достали из кармана новую пачку, а челюсти начали жевать едва ли не раньше, чем пластинка оказалась во рту.

— Ноль!..

Черт, опять забыл перчатки надеть.

— Пошли!

Дверь распахнулась, Корд вихрем вырвался наружу, следом, споткнувшись, выпал Пол. Клиффа выпихнула Роуз, будто телепортировавшаяся из пилотского кресла к двери, как стригл какой-то:

— Пошел, пошел!

За бортом царил хаос. По платформе метались полсотни людей и полтора-два десятка стриглов. Каждый третий вооружен хуксвордом, а то и двумя. Люди пытались прорваться к выходам, пытались скрыться в тоннелях, но стриглы неминуемо настигали их и валили. До сих пор людей спасал только неуемный охотничий инстинкт стриглов… Или как еще обозвать их поведение — повалив одного, они тут же кидались на следующего, совершенно забыв о первой жертве, пока та не пыталась бежать снова.

Еще на платформе было пятеро вооруженных. Три бойца ВВ и два гражданских, с маленькими пистолетами. Все пятеро — мертвы, в шлеме одного ВВшника торчит намертво засевший хуксворд.

— Хватит жаб считать! — завопил Пол, усердно пытаясь указательным пальцем выцелить в этой мешанине хотя бы одного стригла. — Сделайте что-нибудь!

Роуз подобрала оружие ВВШника, проверила магазин, патронник. Вскинула винтовку, подергала стволом и стороны в сторону и наконец выстрелила. Стригл в двадцати метрах, тащивший за ногу кричащую девушку, отлетел, перекатился по бетону и исчез.

Роуз опустила ствол:

— Твою мать! Нельзя стрелять, все слишком плотно!

— Быстро двигаются! — согласился Корд, не отрывая щеки от приклада. — Есть идеи?! Нет?! Тогда у меня есть! Эльф, парализуй жаб!

— Не могу! Мне нужна хотя бы секунда, чтобы на них настроиться! А я за ними даже уследить не могу!

Конечно не может! Они же так и скачут от одного убегающего к другому, от одного к другому!

От одного к другому…

Что за идея!..

Клифф глубоко вдохнул и выпалил:

— Останови людей!

— Сдурел?! — выпучил глаза Пол.

— Выполняй! — заорал Клифф что есть мочи.

И Пол подчинился. То ли от неожиданности указания, то ли мысли успел прочесть — он вздрогнул и все люди на станции вздрогнули тоже. И замерли. На половине шага, на половине движения. Кому-то не повезло еще больше — их сбили в прыжке стриглы.

Но и стриглы замерли тоже, словно недвижимая добыча перестала для них существовать.

— О, сработало! — оценил Корд и спустил курок.

Стригла, нависшего над молодым парнем, сорвало зарядом дроби и отшвырнуло на рельсы.

Роуз улыбнулась и выпустила короткую очередь в другую жабу.

— Эй, какого черта?! — раздалось из живого музея.

Пол скрипнул зубами:

— Половинчик! Что б тебе молча не постоять, а?!

Половина стриглов обернулась на звук голоса. Половина начала медленно подбираться к группе.

— Медленно веди людей к выходу! — бросил Клифф, начиная разгон. — По одному!

Стриглы заверещали и бросились навстречу. Справа и слева захлопали выстрелы — Алекс и Роуз не теряли времени зря. Несколько жаб упали, остальные принялись метаться из стороны в сторону, и…

Первый!

Клифф перехватил бросок в воздухе, перевернул тварь над головой и впечатал спиной в бетон! Ударил ногой, ломая ребра, развернулся…

Алекс вскинул дробовик, блокируя сразу два хуксворда, ударил в колено одному, в ребра второму, крутнулся, уходя за спину замершему человеку, скрываясь за ним от атаки, в движении сунул в патронник патрон и резким прыжком оказался между противниками. Резко развел руки в стороны, в левой — нож, по рукоять вошедший в шею стригла, в правой, упираясь прикладом в локоть — дробовик, изрыгающий пламя в сторону второго.

Роуз отступала сразу от трех тварей, огрызаясь короткими, в два патрон, очередями. Стриглы прыгали и метались, изредка ловили телами пули, но даже не обращали на это внимания. Высокий худой полуэльф в другом конце платформы катался в обнимку со стриглом, который так и норовил вцепиться ему в шею.

А сзади подбирался еще один.

Клифф налетел на них, схватил жабу в удушающий, прижал, заставляя отпустить половинчика, оттащил и свернул шею. Второй, увидев это, заверещал и исчез.

Полуэльф поднял изумленные глаза:

— Спаси…

— Сзади!

Клифф оттолкнул его с линии атаки и выбросил вперед кулак. Стригл исчез за мгновение до удара…

И появился сзади! Ухватил за шею, повис, истошно вопя в ухо!

Клифф зажмурился, выдохнул, подпрыгнул и упал на спину! Захрустели тонкие кости, стригл снова взвыл и пропал — Клифф рухнул на бетон. Поломанная тварь появилась чуть в стороне, стригл медленно отползал, не сводя немигающего взгляда с противника.

— Нехрен. — заявил ему Клифф и поднялся с пола.

Корд уложил пятерых и сейчас отбивался от еще двух. Роуз потеряла оружие и с двумя ножами теснила стригла, который почему-то не телепортировался, а спешно отступал спиной вперед.

Пол, будто опытный пастух, аккуратно и медленно, по одному, вдоль стены вел людей в сторону выхода, и там, видимо, снимал свой контроль: оказавшись возле лестницы на поверхность, люди удивленно оглядывались, будто не понимая, где они и что происходит.

Кстати, даже возле Пола валялся дохлый стригл с кровавыми дырами вместо глаз.

Клифф снова повернулся к спасенному половинчику:

— Делай как все! Медленно!

— Но…

— Выполняй!

И Клифф бросился на помощь Алексу и Роуз.

Через пять-семь минут все было кончено. Несколько оставшихся в живых стриглов, вереща, скрылись в тоннеле. Другие еще худо-бедно ползали, и, возможно, имели шансы регенерировать, но, в основном — валялись падалью.

Корд ухмыльнулся:

— А у нас неплохо получается. Может, стоит начать брать деньги за очистку кат от жаб?

Свой дробовик он держал на отлете, чтобы не испачкаться — последние минуты боя опустевшее вплоть до петель на прикладе оружие он использовал как простую дубинку.

— Вы! Вы!.. Вы-ы-ы!.. — раздалось из толпы.

Клифф пихнул Пола локтем:

— Ты почему не вывел их на улицу?!

— Скажи спасибо, что сюда довел! — огрызнулся тот. — Думаешь, так просто уследить за четырьмя десятками людей, да еще и прикрыть, и стриглов не проворонить?! Откуда я мог знать, что они не ломанутся на поверхность, едва увидев выход?! Лично я бы так и поступил!

— Ребята. — тихо позвала Роуз. — Завязывайте.

Через толпу протиснулся давешний полуэльф.

— Я вас знаю! — завопил он. — Ты — Клифф Дивер, Красный Крест!

Услышав знакомое имя, толпа одобрительно загудела.

— А с вами кто? — не унимался половинчик.

— Друзья. — коротко ответил Клифф, сжимая в кулаке пачку жвачки.

— Друзья… Друзья?

Он обернулся обратно к толпе и картинно простер к потолку руки:

— Друзья! Я все видел! Эти люди на спасли! Спасли, понимаете?!

— Кто? — раздалось из толпы. — Кто «они»? Кто они такие?

— Да какая разница! Неважно, кто они такие, с ними Красный Крест! Они сделали то, что должна была сделать Координация! Вот, что важно!

— Парень, ты что, из «Розы»?!

— Я? Нет! — хохотнул полуэльф. — И они, думаю, тоже!

— Да у них машина в цветах Координации, какая «Роза»!

— Это маскировка. — моментально ответила Роуз.

— От кого?! — не унимался задира в толпе. — От людей? От координации? От «Розы»? Вы кто вообще такие?!

— Мы сами по себе. — чистосердечно ответил Клифф. — Разве неясно? У одних нам не нравятся цели, у других — методы. Меня-то вы знаете. Как у многих из вас, у меня на шее выжжен прицел. Как многие из вас, я числюсь опасным элементом, я такой же, как и вы.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Очень простую вещь. — Клифф улыбнулся и разжал пальцы в кармане. — Мы сами по себе, но, как видите, не каждый сам по себе. Вы точно так же можете быть сами по себе, но вместе. Координация существует лишь потому, что вы разобщены. Любая социальная единица — город, страна или, как сейчас — Координация, это в первую очередь люди, которые ее составляют. И людям следует решать, как им жить.

— Как?! У них оружие, техника, ВВ!

И тут внезапно взорвался Корд:

— А у вас что, труха вместо мозгов и поролон в яйцах?!

Алекс сделал несколько шагов вперед:

— Десять лет назад это не остановило людей, хотя против них было все то же самое! Вы трясетесь перед оружием и техникой, а я в одиночку несколько лет убивал людей из Координации, вплоть до самых важных и охраняемых персон! И ни разу не был пойман! А вы целыми семьями, рядами, толпами говорите, что ничего не можете поделать! Да можно подумать, вы пытались! Запуганные овцы, дрожащие кролики! А, да хрена я вам объясняю!

Алекс махнул рукой, развернулся и зашагал обратно к ховеру.

— Опять он… — вздохнула Роуз и побежала следом.

— Опять он что? — не понял Пол. Ответа он, конечно, не получил, и побежал за ними. — Опять он что?!

Клифф вздохнул и перевел взгляд на толпу.

— Он в чем-то прав. — задумчиво произнес полуэльф. — Но самое главное осталось непонятным. Делать-то что? В смысле, конкретно нам? Да, пусть мы все видели и слышали, но нас тут сколько? Четыре десятка? Четыре с половиной? А все остальные? Мы не можем вложить им в голову свои мозги!

— И не надо. Просто смотрите по сторонам и внимательно слушайте. И пытайтесь заставить других смотреть и слушать. Пропустить нужный момент будет невозможно.

— Но не всех убедят слова! Да никого не убедят! — не унимался полукровка. — Нужно что-то посерьзнее! В потерянном у восстания был символ, талисман — Звездное Дитя! Но она пропала после того, как Координация подавила бунт! Где взять новый талисман?!

— Клифф! — крикнула сзади Роуз. — Ради вышла на связь, пора ехать!

Клифф повернулся обратно к толпе:

— Поверьте, вы старый талисман рано сбрасываете со счетов!

И побежал к «Гермесу».

47

Метро взяло реванш за проигрыш в центре города. Если до шестой радиальной «Гермес» по улицам добрался даже быстрее, чем поезд Супера — по кольцу дряхлых тоннелей, то теперь нагонять его пришлось почти полчаса. За это время успели выехать из города, пересечь старое, намертво заросшее сорняком поле, и даже чуть-чуть зацепить уже почти не фонящее горячее пятно. И за все это время ни Роуз, но Алекс не проявили даже желания завести разговор, пресекая все попытки Клиффа односложными ответами.

Пол безостановочно жевал.

Дверь «Гермеса» едва успела открыться, а Ради уже оказалась внутри. Чуть ли не быстрее чистого и свежего, совершенно не городского воздуха. Она обежала всех беспокойным взглядом, бесшумно шевеля губами, словно пересчитывая по головам, и улыбнулась:

— Все хорошо? По плану?

— На сто сорок шесть процентов. — за всех ответил Корд, поднимаясь. — Что у тебя?

Ради пожала плечами:

— Жадность и бахвальство.

— Это как?

— Идем, сами увидите.

Она увела их прочь от транспорта и прочь от полуразрушенных-полузасыпанных ворот в рукотворном холме, возле которых застыл укрытый свеженаломанными ветками «Пикси». Створки ворот были грубо оплавлены — не иначе, термит постарался.

Идти пришлось минут десять, но за это короткое время полянка успела смениться лесом, густым и диким.

— Как, блин, ты запомнила, куда идти? — недоумевал Пол, поминутно отодвигая от лица ветки, которых остальные на той высоте даже не замечали.

— Азимут держит. — ответил Алекс. — Теперь мой вопрос. Откуда всего в получасе от Центро такие заросли?

Пол прищурился:

— Да уж, заросли. Глаза-то разуй: деревья-то все молодые, от силы десяток лет им. Хорошо если хоть четверть леса сама выросла, а не была специально высажена.

— Тогда вопрос, настоящие ли они вообще. — Корд деловито щелкнул ножом, но Пол внезапно изловчился и пнул его под колено:

— Сбрендил? А если нет? Если это контактные датчики?

— Тогда мы уже пятьдесят раз попались. — хмыкнул Корд, но нож убрал.

Ради остановилась около невысокого плоского холма, густо поросшего мелкой травой, и показала рукой на него, но будто бы сквозь:

— Вот, глядите. Только лежа, а то, не ровен час, заметят.

Даже не улыбнулась. Даже тени улыбки нет! Серьезно, что ли? Вот прямо лечь и ползти?

Роуз легла на землю и поползла вверх по склону, нисколько не беспокоясь об одежде. Корд последовал за ней. Добравшись до вершины, он глубоко вдохнул и выдохнул:

— Ну, Ди-и-иго… Ну, сукин сын…

Видимо, придется прямо ползти. Когда еще доведется увидеть что-то, способное так сильно впечатлить Корда?

Убежище Супера оказалось именно таким, как описала Ради: воплощением жадности и бахвальства. Это был самый настоящий двухэтажный особняк, хоть и не очень большой. Каждый этаж — по сто квадратов, крыша местами сверкает стеклом, местами — солнечными панелями, а по периметру тянется стена — высокая, неприступная, с арматурными шипами поверху. И не залезешь на такую, даже если захочешь.

Так, наверное, думали строители. Но стена в сыром лесу это не то же самое, что стена в сухом душном городе. Даже отсюда, со ста метров, легко различались зеленые плети плюща на сером бетоне. А это значит, что он нашел трещинки в бетоне и уцепился за них. И рос, выкрашивая бетон еще больше. А там, где уцепился плющ, там уцепится и профессиональный скалолаз.

— Есть двор, есть дорога, нет ворот. — цокнул языком Корд. — Зачем тогда дорога?

И вправду, дорога, ведущая к стене, прямо в стену и упиралась, без какого-то намека на ворота.

— Эй, Ради! — продолжил Алекс. — А куда ведет тоннель, по которому ты приехала? В смысле, после особняка?

— Не имею понятия. Судя по всему, что тоннель, что убежище, построили уже после того, как каты были задокументированы и распланированы для использования в Третьем Проекте.

Корд почесал нос:

— Странно, что это вообще не бункер.

— Строительство бункера — это очень много людей и техники. Больше, чем понадобилось бы на быстрое возведение дома из поли-блоков. — принялась рассуждать Роуз. — А Диго свел утечку информации к минимуму. Вероятнее всего, даже телохранители не знали, куда едут. Я, например, не знала.

— Ну да, скрытность высшей степени — особняк посреди леса. — хохотнул Корд. — Ни за что не заметишь, особенно сверху!

Пол молча пихнул его локтем в бок и указал глазами в небо.

Корд недовольно поднял взгляд и расстроился:

— Ну твою ж мать…

На высоте метров десяти, накрывая собой особняк, чуть переливалась яркая и сочная голограмма все того же леса.

— Да от чего они ее питают?!

Пол фыркнул:

— Голограмма много не требует, даже такая детализированная. Ее можно хоть месяцами не выключать, хватит пары солнечных панелей. Меня больше интересует кое-что другое.

Палец Пола недвусмысленно ткнул в небольшую башенку посреди одной из стен — как раз там, где обрывалась грунтовка.

— А вот и наши ворота. Если я все верно понимаю, это фазовый индуктор.

— И что с того? — потребовал продолжения Корд.

— Если вкратце, эта штука делает то же самое, что волшебная стена в логове Ради. Ворота в стене есть, но после установки их залили предварительно активированным бетоном, соорудив монолит. И, пока эта штука работает, стена остается монолитом, а когда отключается — бетон осыпается и вуаля — ворота!

— У меня на скалодроме есть исчезающие зацепки, — перебил его Клифф. — Это оно?

— Не совсем, ты о редукторе. Они существуют, пока энергии нет, а тут наоборот. Монолит можно сделать только из пред-активированного материала, а такие мелочи как зацепки так не работают. Изобрели всю эту чушь недавно, я меньше года назад читал… Правда энергии на все это должно тратиться, как на сорок «Гермесов»!

— Зато теперь мы точно знаем, кто спонсировал эти разработки. — прервала их Роуз. — А насчет энергии — нашли проблему! Дополнительный кабель питания провели — и готово. Хватит уже пялиться, займитесь делом! Пол, найди внутри кого-то моей комплекции, и вытащи к нам.

— Легко сказать. — хмыкнул Пол. — Ждите час.

Алекс нервно засмеялся:

— Сколько?! Ты же в штабе десятками мозги крутил!

— Сравнил! Галлюцинации — это вообще самое простое. Чуть подкорректировал синаптические сигналы от глаз и ушей к мозгу, и готово. Конечно, чем больше целей, тем сложнее, но зависимость не прямая. Именно как воздействие, галлюцинации — это самое простое.

— А что не простое? — Корд достал сигарету, но пока не стал прикуривать, только мял в пальцах.

Наверное, боялся, что запах учуют за холмом.

— Усыпить не так просто. Считай, надо заставить организм поверить, что необходимо начать выработку гормоны сна, и отключиться. Обездвижить сложно — надо перехватывать все сигналы от мозга к конечностям, но при этом — держать мышцы в тонусе.

— Убить?

— Несложно. Все равно что симулировать шоковое состояние. Плюс повышение кровяного давления — и привет, инсульт! Самое сложное — управлять человеком. Приходится не просто перехватывать импульсы от мозга, приходится самому стать мозгом для чужого тела. Представь, что примеряешь на себя другого человека. Надо копировать его манеру двигаться, чувствовать, реагировать. Чтобы к этому привыкнуть, нужно время. Много времени. В переложении на легионера — прорва времени. И сил.

— Сил?

Корд определенно сегодня нанялся работать эхом Пола.

— Угу. Я уже худо-бедно представляю себе, что меня ждет. Боюсь, полное подчинение легионера выжмет меня досуха. Пару дней серьезнее глюка ничего не сотворю.

— Тогда приступай. — снова перебила Роуз. — Раньше начнешь — раньше закончишь.

Она поползла назад. Видимо, увидела все, что хотела, и раздала все указания, что хотела.

Да, именно указания. Приказы. Сухим командным тоном.

Пол устало потер глаза и уставился на особняк Супера:

— Ладно, она права. Я дам знать, как закончу.

Час тянулся, будто две вечности. Клифф сидел как на иголках, не зная, куда себя деть. Кончилась очередная пачка «фриролла». В ховере оставалось еще три, Клифф сходил и забрал сразу все. Впору было опасаться, что в ожидании эльфа они все и кончатся.

Когда вернулся, Корд дремал на траве, Роуз не было видно, а Ради, скрестив ноги, сидела на собственной куртке и, тихо напевая, рисовала на руке белые узоры. Казалось, они и без того переплетены так, что взгляд теряется, но она все дорисовывала и детализировала что-то.

Будто почуяв взгляд, она подняла голову и улыбнулась. Клифф улыбнулся в ответ, подошел и сел рядом:

— Расскажешь, что это?

— Менди.

Ради вытянула руку, позволяя рассмотреть рисунок.

— Когда-то давно это было просто такое украшение с религиозным подтекстом. А потом стало своего рода… способом хранить память.

— Память?

Вот же ж… От Корда, что ли, заразился?

— Память о том, что дорого. О своих обещаниях, например. О семье.

Ради тронула три почти одинаковых цветка, вплетенных в узор вершинами треугольника.

— О городе.

Настал черед длинной линии с частыми зубцами.

— О своем народе.

Тонкая спираль, сходящаяся прям в центр кисти.

— Каты и мои машины.

Несколько кругов, пересеченных дугой, будто бусы.

— Вы.

Перо, лист, язык пламени.

— Ты.

— Я?

Клифф взял ее за руку и вгляделся в яркую белую трехлучевую звезду.

— Это потому, что я — звезда?

— Это потому, что ты указываешь путь. Потому что ты — лидер.

— Шутишь? Корд — лидер. Роуз — лидер. Даже Пол больше лидер, чем я. Какой из меня лидер? С моими-то демонами, с моими привычками.

— Не для нас. Для простых людей.

— Для людей лидер скорее ты. Прецеденты были.

— Я — символ, я — знамя. Старое и потрепанное, которое никто даже не признает, если только на него не укажет кто-то… авторитетный.

— Ради, ну…

— Не спорь, пожалуйста. Я же вижу, как ты борешься с самим собой. Я так же боролась. И сдалась. Ушла в каты и заперлась в них. А ты продолжаешь бороться за себя, продолжаешь всем вокруг нести посыл: смотрите, я Клифф Дивер, и мне совершенно плевать на метку на шее, мне совершенно плевать на то, что каждый ВВшник косо смотрит, мне наплевать, что я на особом положении у Координации — я продолжаю делать то, что хочу и заниматься всякими вещами, сумма которых стоит уже на грани закона.

— От тебя это звучит как-то иначе. Даже ободряюще.

— Точно так же это звучит и для остальных. Даже рекламщики используют тебя как образ, как символ постоянной борьбы с чем-то. Даже если не с чем — они подчеркивают, что ты борешься, а не сидишь, закрывшись в блоке. Да, ты, может, и проигрываешь борьбу с самим собой, но ведь этого никто не знает.

— Теперь ты знаешь. — улыбнулся Клифф, глядя прямо в ее затягивающие карие глаза.

— А я никому не скажу. — серьезно ответила она. — К тому же, теперь ты не один. А вместе мы эту борьбу, может, и выиграем.

— Обязательно выиграем.

Сборку зашуршало, рядом будто из ниоткуда появилась Роуз:

— Мы с Полом закончили. Пора приступать.

И исчезла. Будто и не было ее.

— Идем. — Клифф поднялся и потянул Роуз за собой. — А то пропустим самое интересное.

Ради прихватила куртку и снятую перчатку, поудобнее перехватила его руку и последовала за ним.

48

Пол привел легионера. Легионершу. Невысокую девушку, фигурой совсем как сама Роуз, только пошире в бедрах. Но это не страшно, разгрузочный пояс все скроет.

— Знакомьтесь, Мекка Вард. — вздохнул Пол, держась за виски. — Двадцать восемь лет, из них шесть — в Координации. Четыре года как легионер. Второй круг охраны Диго. Мастер штурмовой винтовки. Не замужем, конечно же.

Мекка стояла, держа шлем прижатым к боку и безучастно глядя в одну точку. Коротко стриженная шатенка, шрам через левую щеку, будто словила пулю шлемом, и осколками пропахало плоть. Но даже несмотря на это, она могла бы быть более или менее привлекательной, если бы не глаза. Они были не то что пусты, а будто вместо них вовсе вставили два стеклянных протеза. В них можно было разглядеть даже себя. Даже себя, но не саму Мекку.

— Я снял матрицу личности. Ну, того, что от нее осталось. Уцепиться почти не за что, но кое-какие мелочи все же есть. — продолжил Пол.

— Мне нужно посмотреть на нее в деле. — поморщилась Роуз.

Следующие пятнадцать минут Пол заставлял Мекку приседать, браться за оружие и снова бросать его на ремень, лазать по карманам. А Роуз впитывала информацию, считывала движения, примеряя на себя их, примеряя саму Мекку.

— Отлично. — кивнул Пол. — Один в один. Но я все равно поселюсь у тебя в голове и буду давать указания, есть что-то пойдет не так.

— Осилишь?

— Просто сидеть в мозгах это почти как дышать. — Пол усмехнулся, но тут же скривился, словно в приступе мигрени. — Если, конечно, мы опять же не о легионере.

— Тогда пусть раздевается. — велела Роуз.

Пол стушевался:

— А… Ну…

— Я займусь. — раздалось сзади.

Ал подошел, как всегда, бесшумно, но не незаметно. Его выдал запах табака. Совершенно теряющийся в атмосфере города, в чистом воздухе леса он чувствовался очень резко. Когда-то этот запах раздражал. Потом — даже полюбился, хоть сама Роуз так ни одной сигареты за жизнь и не выкурила.

Пол поежился, будто от холода:

— Ты же не имеешь в виду…

— Имею! — жестко ответил Алекс. Щелкнул нож.

— Но… Это же человек!

— Это легионер, эльф. Не человек. Инструмент. Если тебе мало моих слов, залезь к ней в голову еще раз и посмотри, какой процент ее личности еще жив. Ставлю свой нож прости твоего ободочка, что не больше пяти.

Нож он ставит, как же… Знает же, что пол не будет спорить.

— Просто… — эльф потупился. — Черт, просто дайте мне минуту, чтобы уйти.

— Лучше я ее уведу.

И увел, едва на Мекке осталось только болье — серое, грубое, казенное, разве что не инвентарными номерами помеченное. На траве остался аккуратно сложенный комбинезон с броневыми элементами, сплошной черный шлем, комплект защиты на руки и ноги, разгрузочный пояс и оружие. Винтовка, пистолет, дубинка, пара гранат. Нож, который Мекка вытащила из голенища. Который не входит в стандартный комплект экипировки легионера, а значит, являлся крошечным обломком агонизирующей личности.

Все остальное — такое же, как то, в чем Роуз начинала это дикое путешествие, только нашивки другое. И шлем.

Ал вернулся. На лице — обычное для него выражение сосредоточенности с оттенком презрения. Никаких эмоций по поводу содеянного. Если подумать, правда на его стороне. Во всем, что касается легионеров, он вообще всегда прав.

Под пристальным взглядом Пола Роуз разделась и натянула еще теплый комбинезон. Защелкнула пластиковые фастексы, вжикнула пластиковыми молниями, застегнулась на все пластиковые пуговицы.

Сплошной пластик. Легкий и прочный. Везде пластик, кроме керамических пластин на груди, животе, ребрах и внешней стороне бедер.

— Готова?

Все же Ал волнуется. Скрывает, конечно, но голос выдает с головой. Может, этого не заметят другие, но явно не та, кто с ним жила под одной крышей и спала в одной постели.

— Да. — улыбнулась Роуз.

Получилось, наверное, грустно.

Ал присел, глядя снизу вверх:

— Уверена?

— Я справлюсь. — максимально твердо ответила Роуз.

— В этом я как раз не сомневаюсь. Меня беспокоит, какими потерями это может сопровождаться.

Он поднялся, коротко глянул на замершего в стороне Пола, поманил его пальцем:

— Можно начинать.

— Угу. — Пол вздохнул и его голос сразу не только в ушах зазвучал, но и в голове тоже. — Нормально принимаешь?

— Четко и ясно.

Роу надела шлем и подняла оружие:

— Пол… Веди.

И зашагала к особняку, не оборачиваясь.

— Ноги чуть сильнее сгибай, более пружинисто. — тут же раздалось в голове, и следом появилась картинка, как следует двигаться.

— Спасибо. — одними губами ответила Роуз. — Походку я забыла срисовать.

— В левый рукав у тебя вшит ключ для прохода, перед стеной не притормаживай, иди уверенно.

— Поняла.

Стена приближалась. До нее оставалось метров десять, когда левый рукав мелко завибрировал. Стена тут же пришла в движение — осыпалась пылью, совсем как в убежище Ради, на месте бетонного монолита показались двустворчатые ворота и отдельная небольшая дверь рядом.

— Что внутри?

— Два десятка легионеров, двое прямо возле ворот. — немедленно доложил Пол.

Роуз толкнула дверь и вошла во двор. Рукав завибрировал снова.

— Не оборачивайся.

В спину толкнуло потоком воздуха.

— Это стена снова стала монолитом.

Постовой легионер повернулся к Роуз и коротко обратился:

— Статус?

— Секунду, я сейчас голос подшаманю! — засуетился Пол. — Давай!

— Разведка. — так же коротко ответила Роуз.

— Результат?

— Свободно.

— Принято.

Легионер кивнул и отвернулся, мгновенно потеряв интерес. Роуз зашагала дальше, к зданию.

— Ты же говорил, у тебя сил не осталось.

— Я же объяснял насчет глюков, ну… — застонал Пол.

— Ладно, я поняла. Где вход?

— Ты в другую сторону идешь.

— Плевать. Кругом обойду. Заодно как раз разведку проведу, нехорошо людей обманывать.

Роуз обошла дом, подмечая детали и отмечая их для Пола: решеток на окнах нет, но сами стекла бронированные, на уровне второго этажа тянется узкий карниз, вряд ли декоративный. Возможно, какие-то скрытые системы, возможно, радиоподавления.

— Кодовый замок.

— Введи любую цифру, сбрось, потом введи четыре-восемь-три-один. Мекка всегда первую цифру забывала.

Прямо за дверью оказался длинный тамбур, вроде дезактивационного шлюза. Но это явно не он — ни душа, ни газа, вообще ничего не было в этой комнате, кроме холодного света, стальных стен, еще одной двери напротив входной, и стойка под оружие по обеим стенам. Половина — заполнена, половина — пуста. И два легионера. Один — экипирующийся со стойки, второй наоборот — разгружающийся.

— Пол?

— Секунду… — растерялся эльф. — Секунду…

— Нет секунды. — уже вслух прошипела Роуз и под внимательными взглядами легионеров пошла к ближайшей стойке, не забывая чуть сильнее обычного сгибать ноги. Остановилась возле стойки, сняла с плеча ремень винтовки, и тут снова прорезался Пол:

— У меня нет информации. — огорченно признался он. — Смог добыть только сам факт, что Вард оставляла здесь все оружие и снова его брала, когда выходила. Я не знаю зачем, все упирается в прямой приказ.

— Поняла.

За винтовкой последовала дубинка, пистолет и пояс.

— Все оружие или только штатное?

— Нож тоже. — сразу понял Пол.

Дьявол!

И чем теперь убивать Диго?!

Нож тоже занял место на стойке, Роуз развернулась. В шлюзе остался только один легионер. Он стоял возле двери, ведущей внутрь здания, и, чуть повернув шлем, держал руку на сенсоре открытия. Впору было кивнуть ему с благодарностью, но он не поймет.

А все непонятное легионеры расценивают как подозрительное.

Легионеры друг друга не благодарят.

Роуз подошла, и, миновав легионера, вышла в коридор. Обшитые металлическими панелями стены, на потолке через каждый пять метров — широкие ленты светодиодов, освещающих такой же металлический пол. Редкие двери по бокам и лестница в конце коридора. Вот там, на втором этаже, и скрывается Диго.

Роуз шагнула вперед.

— Вард. — раздалось из-за спины.

Роуз четко, как на параде, развернулась.

— Сложи руки за спиной! — прошипел Пол.

Роуз послушалась.

— Статус?

— Туалет. — ответила Роуз, разглядывая нашивку «Семецкий», две красных полосы через грудь легионера и погоны капитана.

— Свободна.

Роуз повторила поворот и шагнула прочь, вступая на залитый светом пол.

И, едва вторая нога пересекла границу, как светодиоды сменили цвет на красный, и в коридоре громко закрякала сирена!

— Пол?!

— Я без понятия! — завопил эльф.

— То есть, это не вы?!

— Нет!

— Вард. — снова раздалось из-за спины.

Роуз замерла, глядя на потолок. Семецкий подошел и встал рядом, глядя туда же:

— Тревога.

— Подтверждаю. — согласилась Роуз. — Причина?

Семецкий развернулся:

— Вард.

И ударил!

Коленом в живот!

Х-х-ха!..

По голове!..

Роуз упала на пол, задыхаясь. Свернулась в клубок, поджала ноги!

Но Семецкий больше не бил. Присел рядом, вытащил откуда-то пластиковую стяжку и сковал руки за спиной.

— Нарушитель. — констатировал он.

Дышать стало чуть легче — Семецкий сковырнул шлем.

— Не Вард. — снова констатировал он.

В глазах все двоилось, все размыто… Но на лице Семецкого совершенно точно нет ни единой эмоции. Даже радости от того, что поймал лазутчика.

Семецкий подхватил Роуз, закинул на плечо, снова выдавливая воздух из легких.

Роуз зашлась в кашле, попутно проверяя на прочность стяжку. Бесполезно. Затянуто так, что через час уже руки уже будет проще отрезать, чем привести в порядок.

— Эй, Пол… Я в заднице.

— Вижу… — упавшим голосом ответил эльф. — Я не знаю, как… Ты все делала, как Вард!

Семецкий мерно шагал к лестнице в конце коридора, поскрипывая пластиковыми деталями снаряжения. Из-за качки из-под воротника выполз и закачался на цепочке подарок Алекса.

— А я, кажется, поняла. После того, как Вард оставляла все оружие и даже нож, на ней не оставалось металла.

49

Пол оторвал пальцы от висков и обвел всех присутствующих тяжелым взглядом:

— Ну, ребята… Все плохо. Роуз раскрыли.

Корд дернулся и подался вперед, ухватившись за подлокотники:

— Чего?! Она жива?!

— Жива, но… Ее схватили. Тащат на второй этаж особняка. Думаю, к Диго.

Корд несколько секунд сидел, барабаня пальцами по подлокотникам, а потом встал и схватил свой дробовик. Вытащил ящик со снаряжением, открыл и принялся в нем копаться.

Ради нахмурилась:

— Алекс?

— Я иду за ней. — не отвлекаясь, уронил Корд.

— И как же, интересно?

— Ногами.

Алекс закрепил на поясе щит и принялся набивать патронташ на прикладе.

Пол вздохнул:

— А через стену как?

Алекс замер на секунду, вращая между пальцами красный патрон, совсем как зажигалку.

— Эльф, ты можешь вывести…

— Нет. — отрезал Пол. — Я же предупреждал.

— Черт, напрягись!

— Да не могу я! — вспылил Пол. — Физически! Иди «Гермес» подними, для меня сейчас это то же самое!

— Дьявол!

Алекс швырнул патрон в стену, тот отскочил обратно, Корд рефлекторно поймал. Нахмурился, покрутил в пальцах, сунул в петлю на прикладе и снова выругался:

— Дьявол! Делать-то что?!

— Я тебе скажу, что НЕ делать! — нахмурился Пол. — Дергаться и бежать! Вот Роуз вроде даже готовилась, а металлодетекторы не предусмотрела!

Корд вскинул брови:

— Металлодетекторы?! А сами они как?.. Черт, конечно! Новая форма, образца девятого года! Без металлических деталей, сплошной пластик, броня — керамика! Как она сама это не просчитала!

Клифф вздохнул:

— Боюсь, ее голова была занята другим.

— Как понять? Эльф!

— Она была немноо нестабильна, да… — развел руками Пол. — Но ее решительность все перекрывала!

— Решительность, вашу мать! — Корд одним движением закинул дробовик за спину, достал сигареты и прикурил. — Делать-то что теперь?! Как внутрь попасть?! Мистер! У тебя была взрывчатка!

— Там почти полметра бетона! Какая взрывчатка?! — сорвался на крик Пол.

— Да любая! Давайте ворота протараним, ну, в смысле, там где они должны быть!

— И заработали себе разбитый транспорт и десяток переломов! Там не ворота, там сейчас сплошной бетон! Индуктор-то работает!

Сплошной бетон.

Индуктор работает.

А если не работает?

— И как же ты его выключишь? — скривился Пол.

Вопрос вслух что ли выскочил?! Надо повнимательнее следить за собой.

— А какие у него отношения со взрывчаткой? — уже осознанно продолжил Клифф.

— Как у любой сложной техники — отвратительные.

— Тогда я могу помочь. — Клифф поднялся, отодвинул Корда от ящика и вытащил перевязь со взрывпакетами. — Там стена — метров семь. Я залезу, установлю взрывпакет на индуктор, снесем ворота и вперед!

Пол глянул с сомнением:

— А сможешь?

— Доверься мне. — Клифф показал большой палец. — Надо только, чтобы кто-то прикрыл. А то мало ли что.

— О, в этом уже ты мне доверься. — оскалился Корд. — Эльф, что с Роуз?

— Она с Диго и охраной. Пока в безопасности. Он ей рассказывает, какая она плохая и глупая, раз предала его.

— Тогда не теряем время! — Клифф надел перевязь через плечо. — Ради, заводи! Надо подобраться поближе!

Через две минуты Клифф уже стоял перед воротами, разминая пальцы.

— Имейте в виду, там уже все на ушах стоят. — предупредил Пол, невинно глядя в стену. — И нас уже ждут не дождутся.

— Так это же прекрасно! — усмехнулся Алекс. — Что Роуз?

— Время тянет. Качественно.

— Моя девочка. — оскалился Корд. — Мистер!

— Я пошел. — кивнул Клифф, двумя шагами разогнался и сразу забежал вверх на два метра. Пальцы уцепились за трещины в бетоне, Клифф прижался, прирос, чтобы почувствовать рельеф.

Вопреки словам Пола, стена не была монолитна. Бетон где-то крошился и высыпался, шел трещинами. Все это формировало для скалолаза если не ковровую дорожку, то как минимум — лестницу. Да, это не фрактал металлических труб вышки связи, но и не исчезающие зацепки трассы категории девять-б. Пальцы находили трещины и плети плюща, ноги лишь упирались в стену и слегка помогали перемещаться по горизонтали. Искать для них опору — гиблое дело, тем более, в такой обуви. Пальцы еще худо-бедно цепляются, а вот ноги точно никак не закрепить.

Хотя даже такое состояние для бетона — подарок судьбы. Какой там год назвал Алекс? Девятый? За пять лет бетон в такое состояние не придет, если только его кувалдой еженедельно не молотили.

Хотя кто знает, как на материал влияет постоянное превращение в пыль и обратно.

Вот и башенка индуктора. Бетонная, как и вся остальная стена, и в таком же состоянии. Чуть слышно гудит и вроде даже слегка светится.

Ненадолго.

Клифф надежно уцепился за индуктор, второй рукой вытащил из перевязи взрывпакет.

— Пол, сколько у нас времени?

Ах да, с такой высоты можно и голосом спросить. Мысленное общение становится все привычнее.

— От силы тридцать секунд. Внутри уже распорядились готовить ракетные комплексы.

— Тридцать так тридцать! Устроим им сюрприз!

Клифф достал из перевязи взрывпакет и натыкал на нем тридцать секунд. Нажал на кнопку активации электростатической липучки и приложил к бетону.

Он не прилип.

Кнопка не сработала?

Нет, вот она, утоплена в корпус заподлицо. И все равно не прилипает! Что там могло сломаться?! Таймер-то тикает!

Но таймер-то механический. А вот плата управления липучки, конечно же, электронная.

А любая сложная электроника горит в пробое.

Такие дела, мистер Красный Крест.

Двадцать семь секунд.

И что теперь делать?

— В смысле «что»?! — заорал снизу Пол. — Слезать! Выбросить и слезать!

И сверху, на башенку индуктора, взрывпакет не положить — крыша четырехскатная, и каждый скат меньше, чем сам пакет.

— Что там у него? Объясни нормально!

И рядом на стену нет смысла класть — слишком низко будет, и слетит со стены в первое же мгновение.

— Клифф, послушай его! Слезай, мы найдем другой выход! — взмолилась Ради.

— Нет другого выхода. — Клифф, цепляясь одной рукой за стену, а в другой сжимая тикающий взрывпакет, глянул вниз. — По крайней мере, не появится за то время, что легионеры не притащат ракет и не сожгут «Гермес» к чертям.

— «Гермес» выдержит!

— А две ракеты?! А три?!

Клифф снова приложил взрывпакет к башенке.

Двадцать секунд.

— Убегать уже поздно! Ракеты догонят! Путь только один — вперед! Я постараюсь спрыгнуть в момент взрыва!

— Ты не успеешь!

Ради… плачет?

— Совершенно точно не успею. — одними губами прошептал Клифф. — Спасите Роуз и уезжайте! А я…

…и так слишком задержался на этом свете. Там уже брат заждался.

— Пожалуйста, нет! Слезай!

Нет, Ради. Не слезть уже, не отказаться от этого решения. Путь выбран. Короткий, для кого-то, может, даже глупый. Зато — яркий. Как хвост падающей звезды.

Сейчас бы жвачки пластинку, да руки заняты…

Стоп, что?!

Двенадцать секунд.

Одинадцать.

Жвачка!

Прижать взрывпакет к груди подбородком, руку в карман… Где?!

Есть! Кпаковка трещит на зубах, сразу всю пачку в рот, вторую, третью!

Жевать, жевать… До боли в челюстях, до скрипа в зубах — главное слюну не глотать, а то сразу в отключку…

Пять секунд.

Мокрый комок жвачки — на бетон. Держится?!

Держится!

Две секунды!

Взрывпакет — на жвачку!

Держится!

Одна!

Отрыв!

Клифф развернулся, напряг ноги, выбрал точку приземления…

В-в-в-ух-х-х…

В спину мягко и очень сильно толкнуло.

Очень быстро толкнула.

Слишком быстро!

Ноги! Не удержали!..

Колени! Не удержали!..

Руки! Не удержали!..

Голова… Грудь… Живот…

Ребра, диафрагма, ключица…

Боли нет. Только руки и ноги не слушаются.

Голос кругом, в глазах туман…

Вдохи — хрипы… И очень сильно давит в груди.

— А ну, дава!

Пол?

— Поднять!

Куда… Куда вы?.

Нет, нет! Не трогайте!

Как же кружится голова…

Поаккуратнее!.. Так ведь и отключиться… недол…

50

Мистер рухнул навзничь в три этапа — ноги, колени, руки. Не вышло ни там, ни там, ни там. Так и рухнул всем весом на грудь, едва успев уберечь голову. Рухнул — и остался лежать.

Дамочка охнула и в один момент оказалась рядом. Полетели в стороны перчатки, тонкие смуглые пальцы быстро, но осторожно пальпировали позвоночник, ребра, шею, череп.

Алекс вскинул дробовик, держа на прицеле появившуюся в бетоне дверь и наблюдая за мистером периферийным зрением.

Подскочил эльф:

— А ну, давай!

Вдвоем они перевернули мистера на спину. Вид у него тот еще: очки в крошево, на лбу — огромная рваная рана — все же не уберег он голову. Глаза закрыты, грудь едва-едва движется.

— Дыхание слабое! Пульса вообще почти нет! — эльф принялся колотить кулачком по груди мистера.

С его-то весом…

Дамочка отпихнула эльфа:

— Не так! В «Гермес» его! Поднимай!

Алекс сунул дробовик эльфу:

— Подержи!

Левой рукой — за левый ботинок мистера, кувырок по бездыханному телу, и вот Красный Крест уже давит всем своим немалым весом на плечи.

— Нет, мистер… Тебе все-таки надо похудеть!

В «Гермесе» мистера сразу положили на стол, эльф подключил какие-то датчики. Они двое суетились так активно, словно всю жизнь спасали пострадавших от взрывов.

— Кардиограф сдох!

— Без него обойдемся! И так ясно, что что-то с сердцем!

— Естественно, он же на своей жвачке сердце посадил за годы! А тут еще такой удар!

— Аре тум, я поняла! У него фибрилляция!

— С чего ты взяла?!

— Пульс на шее и руке не совпадает!

— Понял, она! Нужен дефибриллятор!

А дефибриллятор опечатан. А значит — даже не заряжен. И заряжаться ему минимум двадцать минут. Если он вообще не сгорел вместе с кардиографом.

— Черт! Давай вручную!

И эльф снова принялся колотить кулачком в необъятную грудь мистера. Не понимал, что его веса и силы удара никак не достаточно. Или, скорее, не хотел понимать.

— Корд, не стой, помоги!

— А я что сделаю?! Я убиваю, а не спасаю!

— Да хоть покачай его, я выдохся! Надо зарядить дефибриллятор!

— Да не успеем! — Алекс поймал такт и сменил эльфа.

— У нас нет вариантов!

— Есть вариант.

Голос Ради снова стал жутким и пугающим. Совсем как тогда в пробое — словно тысяча человек хором заговорила. Ради сняла с пояса хлыст, скрученный в кольцо, и развернула его.

Эльф вытаращил глаза:

— Ты что?! Там же не меньше четырех тысяч вольт нужно!

— Выдаст. — коротко ответила Ради, пытаясь ногтем подцепить что-то на рукояти.

— Он выдаст, а ты?!

— Выдержу.

— Как?!

— Выдержу!

— Ты даже перчатки сбросила!

— Я выдержу!!!

Щ-щелк!

Кнут хлестнул по злосчастному дефибриллятору, срывая с него пломбу.

— Я — Звездное Дитя Ол-Дели! Я выдержала энергию первого пробоя, я выдержу и разряд тока!

— Четыре тысячи?! Сравнила! В пробое была не только твоя заслуга! Вообще не твоя заслуга!

— Слушай, он ни секунды не колебался на стене! Когда от него требовалось, возможно, жизнью пожертвовать, он не колебался! И я не стану!

— Черт, решайте быстрее! — выдохнул Алекс, не прекращая ритмично качать подозрительно хрустящие ребра. — Я тоже не вечен!

Ради спокойно свернула хлыст восьмеркой:

— Короче, я это сделаю. — сообщила она эльфу. — Помоги мне. Или не мешай.

— Ладно, я понял. — эльф протянул выуженную из ящика банку с токопроводящим гелем. — Только руки не испачкай. Поджаришься.

— Тогда давай сам.

Эльф своим жутким ножом распорол рубашку мистер и нанес гель на грудь двумя пятнами — выше и ниже сердца. Ради кое-как пролезла между рук не останавливающегося Алекса и положила так, чтобы перегибы легли на гель.

— Алекс, я готова.

Алекс толкнул последний раз и отскочил, давая ради пространство.

Шансы на успех — процентов пятнадцать.

Ради закрыла глаза и громко выдохнула:

— Са вахийя абьянтар суких…

Треск!

Голубая вспышка!

Ради отбросило от стола!..

Клифф выгнулся дугой, сползая с поверхности!..

Алекс прыгнул вперед, поймал за руку мистера, не давая ему упасть, второй рукой схватил запястье дамочки…

И замер, чувствуя, как под пальцами бьются два пульса, но…

— В одном ритме.

Вырвалось. Скорее мысль, чем слова — тихо, шепотом, на одном пораженном выдохе. Но все услышали.

— Во дела. — слабо улыбнулась Ради, поднимаясь спиной по стене.

— В одном ритме?! — изумился эльф. — Это как?! Не иначе, разряд остановил и сердце Ради тоже, а потом оба запустились одновременно! Ради, ты как себя чувствуешь?

— В порядке. Как Клифф?

А мистер был уже в сознании. Лежал, таращился в потолок и часто, поверхностно, дышал. Алекс нагнулся, пощелкал пальцами, проверяя реакцию глаз:

— Как сам?

— Не очень. — мистер сглотнул. — Что случилось?

— Что-что… Взрывом тебя по земле чуть не размазало! — прорычал эльф. — А потом фибрилляция сердца началась! Еще бы чуть-чуть — и привет, асистолия!

Эльф в сердцах стукнул кулаком по столу.

«Гермес» содрогнулся.

Пол ушел из-под ног, все упали, кроме мистера, успевшего уцепиться за столешницу.

— Вот черт. — расстроилась Ради, глядя на мощную вмятину в стене прямо у нее над головой.

— Это была ракета или граната.

— А что с индуктором? — прохрипел мистер.

— В пыль разнесло! — довольный, будто это его заслуга, ответил эльф.

Мистер закрыл глаза и задышал чаще:

— Тогда едем за Роуз. Ради, едем за Роуз.

— Да, едем… — прошептала Ради, не сводя с него взгляда и не шевелясь.

Алекс не выдержал:

— Ради!

— Иду! — она наконец развернулась. — Сейчас будем таранить, держитесь!

Очнулись и загудели двигатели, завибрировал корпус. Ховер дернулся и поползе вперед, медленно разгоняясь.

— Держитесь!

Никто не удержался — все упали снова, даже мистер сполз со стола и рухнул на пол, кое-как подстраховавшись руками.

По обшивке зацокали пули.

— Мы внутри! — доложила дамочка. — И для нас там готовят еще несколько ракет! Боюсь, их нам не пережить!

Алекс подтянул за ремень дробовик и поднялся:

— Тогда не будем терять времени! Я за Роуз!

— Я с тобой. — буркнул эльф.

Вот это поворот! Что на него нашло? Совсем страх потерял? Он же выжат!

Да и ладно. Не справится сам, так хоть предупредит об атаке со спины.

— Идем. — кивнул Алекс.

Мистер с трудом взгромоздился на стол:

— Ради, иди с ними.

Дамочка вспыхнула:

— Шутишь?! Я тебя не оставлю!

— Здесь я в безопасности, а им… не помешает помощь.

— А если кто-то проникнет внутрь?!

Алекс засмеялся:

— Дуболомы?! Они и так все здесь! А после меня проникать будет некому!

— Иди, Ради, иди. И возвращайся… ко мне.

Дамочка явственно всхлипнула, ховер застыл на месте, как вкопанный. Алекс качнулся и ухватился за стену.

Дамочка подбежала к мистеру и взяла его руки в свои:

— Я быстро.

Эльф молча сунул ей под ном один из восьмитысячников. Соображает, молодец! Когда только успел за ними сбегать?!

— Я вообще не боец, а ты не в лучшем состоянии. — вздохнул он, цепляя второй щит себе на пояс. — Но вместе мы, можем, на что и сгодимся.

Ради серьезно кивнула и прицепила щит на пояс. Снова повернулась к мистеру, тихо прошептала что-то. Провела пальцем по веку, мазнула по подбородку Клиффа, оставляя черную полоску теней, нагнулась и прижалась губами к его губам.

Алекс щелкнул цевьем, открывая патронник, проверил маркировку патрона, закрыл обратно:

— Ради?

Дамочка наконец встала и развернулась:

— Идем.

51

— Просто не делайте ошибок. И приглядывайте за моей спиной. Я все сделаю сам.

Алекс повел плечами, вскинул дробовик, стволом ткнул в кнопку открытия.

Солнечный свет ворвался в «Гермес» наперегонки с запахами сгоревшей взрывчатки и бетонной пыли. И пулями.

Легионеры заполняли двор. С оружием в руках, с оружием на ремне. Кто-то целится в проем, кто-то готовит к запуску новую ракету, кто-то еще только бежит сюда.

Пол сглотнул.

Алекс плавно двинулся вперед, будто перетекая из стойки в стойку. Сместился в сторону, и ствол легионера уже не упирается ему в грудь, а бессильно плюется справа от полуэльфа. И уже все равно, что ближе двух метров фазовые боты не успевают перехватить пули — нет смысла перехватывать то, что все равно проходит мимо.

А сам Алекс стреляет точно в цель — пламя выстрела упирается прямо в черный шлем, крошит его, корежит, отрывая целые куски поликарбоната.

Звонко щелкает затвор, глухо щелкает о бетон гильза.

Ради тоже кидается вперед. Хлыст обвивает ствол, легионер разжимает пальцы, но куда мышцам тягаться в скорости с электричеством! Так и отлетает назад на добрых три метра — вряд ли Ради меняла настройки после использования хлыста в качестве дефибриллятора.

Вокруг них вспыхивают фиолетовые круги, но все пули бессильно падают на бетон свинцовым дождем. Зато с хлыстом дроны справиться не могут, и с дробью тоже — не всегда. Если и перехватывают десяток дробинок, то одиннадцатая все равно прорывается. А не одиннадцатая, так двенадцатая, тринадцатая. Элементарно не хватает ботов.

Но не все жертвы Алекса и Ради умирали. Кто-то оставался жив, хоть и ненадолго. И они пытались выполнить свою задачу — хватали за ноги, тянулись к оружию. Паре то и дело приходилось отбиваться, чтобы не уронили, не задушили, не ударили ножом.

Легионеры выпустили ракету, но Алекс и Ради просто расступились, пропуская ее мимо. Где-то потом она упадет? До Центро не долетит, конечно, но где-то упадет же.

Осталось девять сигнатур в поле зрения. И трое — внутри, одна из которых — Роуз.

Диго сигнатуры закономерно не имел.

Алекс перевернул дробовик спуском вверх, зафиксировал левой рукой, а правой — раз, два! — сунул в оружие сразу четыре патрона. Раз, два! — повторил он и снова приник к прикладу.

Бам! — вокруг легионера расцвел фейерверк фиолетовых окружностей. Два, три, пять, десять, без счета! Посыпался на бетон свинцовый дождь, но легионер все равно сложился, словно ему ноги подрубили.

А Алекс уже шел дальше, нащупывая стволом следующую цель.

Вжух! — прогудел мимо хлыст в замахе, заплелся вокруг шеи легионера. А тот будто и не заметил — продолжал стрелять, даже когда из-под шлема повалил дым. Ради дернула хлыст, распутывая петлю, и замахнулась вновь.

Как же они хороши! Даже Ради вернулась в форму, будто неутомимый полуэльф и ее зарядил своей энергией. Хлыст и пустые гильзы так и мелькают в воздухе, роняя легионеров одного за другим. Ради и Алекс идут вперед и не оборачиваются.

И поэтому не видят, как из-под мертвых тел выползает раненый, перемазанный кровью, но еще живой легионер. Левая рука висит плетью, с кисти капает кровь, вторая рука сжимая мощный нож, а ноги уже напряглись, чтобы кинуть тело в последнем рывке, догнать врагов, всадить нож в спину!

— Алекс! Ради!

Но они не слышат, не обращают внимания в этой карусели!

И нет сил даже врезать по мозгам легионеру или послать образ друзьям — они все инертны! Чуть коснешься этих черствых извилин, и по губе уже бежит теплое.

А легионер уже рядом. Еще секунда — пробежит мимо, набросится со спины, вонзит нож!

От ножа щит не спасет, нож — не пуля.

В ладонь впились глубокие насечки на рукояти.

Нож — не пуля.

— А-а-а!

Пол ударил, как учил Алекс — одновременно с шагом, складывая два импульса в один. Повернул нож, сколько хватило сил, выдернул, ткнул снова! Снова! Снова!

— А-а-а!..

Снова!

Снова!

Еще и еще, пока он не ударил в ответ!

— А-а-а!..

— Эй, хватит! Пол, хватит!

Как же сильно трясет… И так темно.

— Глаза открой, чудик! Посмотри сюда!

Глаза! Все это время они были зажмурены!

— Отдай нож! Твою мать, отдай нож!

— За… Забирай.

Пол открыл глаза и разжал пальцы, Ради аккуратно отобрала нож.

— Я…

Голос сорвался на хрип, на кашель.

Ради улыбнулась:

— Ты. Ты молодец.

Пол осторожно выглянул ей за спину. Легионер, так и не добежавший до своей цели, лежал навзничь в луже крови. Наверное, это хорошо — не видно, сколько ран появилось в его теле. Хорошо хоть не шевелится, не пытается встать.

— Я его убил…

Руки в крови. Ноги в крови. Даже на лице — кровь. Своя ли, чужая ли — не разберешь.

— Я его убил… — просипел Пол.

— Но он же не первый. — нахмурилась Ради.

— Полагаю, что руками — первый. — раздалось сбоку.

Корд стоял чуть поодаль, приникнув к дробовику и обводя стволом окрестности — ожидал новой атаки. Он чуть повернул голову и закончил:

— Не переживай, ты привыкнешь.

— Я не… не хочу привыкать к этому.

Алекс повел плечом:

— Тогда не привыкай, мне все равно. Мы всех перебили?

Понадобилось несколько секунд, прежде чем до Пола дошло, что вопрос адресован ему.

— Сейчас… Сейчас…

Раз сигнатура. Два сигнатура. Три сигнатура. И еще полдесятка тусклых незаметных — при смерти.

— Остались только телохранители Диго и Роуз. И сам Диго, видимо.

— Чудно!

Алекс провел рукой по пустым петля на поясе, повернул дробовик, осмотрел оставшиеся три патрона на прикладе. Нагнулся, поменял оружие, забрав у мертвого легионера, отомкнул магазин, заглянул в него, проверил патрон и кивнул. Закинул ствол на плечо:

— Какой, говоришь, код на двери?

52

Десять лет. Десятки смертей. Тысячи единиц боеприпасов. Сотни тысяч фазовых ботов. Литры крови. Несколько ножей. Родители.

Роуз.

Лучше тебе бежать, Диго. Ты не потянешь оплату всех этих счетов, кем бы ты ни был. Даже если ты — пси-инертный альбинос, даже если Супер-координатор, даже если в твоих рукавах еще остались козыри. Жить тебе осталось несколько минут.

От удара прикладом стеклянная дверь осыпалась осколками. Светодиоды на потолке разом сменили цвет на красный, закрякала сирена. Алекс нашел глазами динамик, вскинул пистолет-пулемет, приник к коллиматору и дважды выжал спуск.

Эльф вымученно улыбнулся:

— Вот спасибо. Такая она мерзкая.

Алекс кивнул и пошел к лестнице, попутно дергая двери. Заперто, заперто. Какой-то склад, оружейка, полная ракетных комплексов. Заперто. Ряды мониторов. Лестница.

Алекс поднимался медленно, прислушиваясь и следя за тенями. Доверять псионике эльфа сейчас, в его печальном состоянии — плохая идея. Случиться может все что угодно.

И случилось. Последняя ступенька осталась за спиной, сбоку зашелестело…

Легионер вылетел прямо из стены, разбивая фальшпанель! Вцепился в ствол, в другой руке — нож!

Алекс отпустил оружие, но все равно не успеть, никак! Максимум — чуть повернуться, чтобы вместо сердца клинок попал в левое плечо!

Ар-р-рх!..

Алекс заблокировал руку, чтобы противник не забрал нож и не ударил снова, двинул коленом в пах, еще, еще! Дуболомы вы или нет, но рефлекторно ты, сука, согнешься! И тогда — щелк! — узкий черный клинок входит в шею, круша позвонки!.. Пришлось отпустить руку с ножом, но противник уже мертв! Теперь дожать, роняя его на пол…

Ш-шах! — пронеслось мимо уха. И кончик хлыста врезался в шлем второго телохранителя, покрывая его сеткой трещин!

Ш-ш-шах! — и второй удар разрывает шлем на куски, в пыль! Оглушенный легионер отступил, вскинул оружие…

Рывок!

Алекс схватил ствол, задрал вверх, очередь ушла в потолок! Левой рукой — блокировать оружие, правой — локтем в подбородок, еще! Ножа нет, нож в трупе остался!

Есть нож! В плече торчит!

Подавись!..

Легионер выронил оружие и осел на пол, пытаясь вырвать из шеи нож. И даже вырвал. И даже попытался атаковать, но Алекс легко ушел от медленно движения и подсек телохранителю ноги.

Второй раз он уже не встал.

Алекс осел тоже, зажимая ладонью плечо.

Побежали Ради и Пол.

— Перевяжи! — эльф протянул какую-то тряпку.

Да это же его футболка! Вот почему он голый по пояс!

— Спасибо. — Алекс кое-как перетянул рану. — И тебе спасибо. За помощь.

Ради улыбнулась и молча кивнула.

Пол внимательно рассматривал трупы, но не прикасался.

— Как они тебя так? Я думал ты для них идеальный хищник, вроде стригла для рыбы.

Алекс вырвал из шеи трупа свой нож, вытер об одежду убитого и перевернул его на спину. Указал клинком на нашивку «Семецкий» и две красные полосы через грудь:

— Телохранители Диго. Каждый из них почти как я по способностям. С определенного момента их даже тренируют отдельно от остальных. Элита. Сукин сын боится.

Ради подняла тонкие брови:

— Боится?

— Боится. Что когда мы до него доберемся, у него не останется места для маневра. — Алекс нагнулся и подобрал оружие. — Вот и послал своих кадавров на перехват. Не удивлюсь, если он еще какой-то козырь в рукаве припрятал. Боится. Идемте. Закончим уже.

— Нам туда. — Пол указал на большие деревянные двери в конце коридора.

Алекс хмыкнул:

— Да я догадался.

Дверь открылась плавно и бесшумно. Алекс просочился в дверь, не отрывая взгляда от прицела, повернулся слева направо, обводя комнату стволом и ожидая, когда прицельную марку пересечет голова Диго.

На этот раз ему не скрыться, не схитрить, не обыграть! Палец на спусковом крючке уже выжал свободный ход, остались миллиметры!

— Алекс Корд! — театрально объявили справа. — Ну наконец-то!

Сука, обыграл все же!

Алекс скрипнул зубами и закончил поворот, опуская оружие.

Диго стоял возле большого застекленного шкафа с алкоголем, держа Роуз сразу под двумя ножами. Конечно, двумя! От одного она бы легко освободилась — Алекс научил. Но когда вот так — словно обняв за шею, а на деле — прижимая по клинку к обеим сонным артериям, тут не подергаешься!

— Роуз? — позвал Алекс.

Махнула рукой. Мол, я в порядке, но в заднице.

— Я ее не трогал. — невинным тоном сказал Диго. — Я вообще никого не трогал.

В круге света, падающего сквозь застекленную крышу, в своем балахоне, он действительно мог бы сойти за святого.

— Ага, точно, только убить пытался! — крикнул Пол из-за спины.

— Цель оправдывает средства. — пожал плечами Диго.

Клинки шевельнулись, скобля татуировку. Матовые клинки, белые.

— Керамика, сука! — прищурился Алекс. — А я-то думал, как металлодетекторы на тебя самого не реагируют!

— Браво, мистер Корд! Я бы вам похлопал, да руки заняты! Вы соображаете, а вот наша Роуз — не очень. Ей-то было известно, что мои ножи — керамика, могла бы хоть заподозрить что-то. С другой стороны, есть ли смысл обсуждать умственные способности человека, которому их не хватило даже чтобы сообразить, чем чревато предательство.

— Были причины. — прохрипела Роуз. — Ты все равно сдохнешь… Даже если не от моих рук!

— Ро, помолчи! Диго, ты же не дурак! Тварь и ублюдок, но не дурак. Ты понимаешь, что отсюда уже не выйдешь, ведь так?

Диго притворно вскинул брови:

— Отчего же? Стрелять в меня вы не станете, да к тому же я под щитом капитана Коулмен. В выигрышном состоянии здесь я, а не вы. Я просто спущусь обратно к поезду и вернусь в штаб. Но следует отдать вам должное — нападение вы организовали крайне элегантное.

Пол внезапно засуетился, дернул головой вверх-вниз, глядя то на Диго, то на стеклянную крышу точно над ним. Туда-сюда, туда-сюда. А потом прижал пальцы к вискам и, не мигая, уставился на Супера.

— Да ладно вам, пси Шифти! Мы уже оба знаем, что на меня псионика не действует!

— Угу. — кивнул Пол. И провел рукой под носом, стирая свежую кровь.

Сверлить взглядом Диго он не перестал.

— Кстати, надо сказать, я очень впечатлен вашими способностями! Из Лакхнау передавали, что вы даже легионерам мозги плавили. А ведь это считалось невозможным!

— Угу. — снова кивнул эльф и сплюнул на паркет.

Кровью.

— Раньше вы казались более интересным собеседником. — вздохнул Диго. — Неужели на вас венец так повлиял? Кстати, интересный факт — я так и не смог вспомнить, откуда у меня появилась идея его вам дать!

— Угу. — Пол закрыл глаза и даже не слушал.

— Ладно, вижу разговор не клеится. Мистер Корд, разрешите?

Алекс снова вскинул оружие:

— Никуда ты не пойдешь!

— Ал, убей его!

— Да замолчи ты!

— Она права, мистер Корд. Чтобы меня остановить, придется меня убить. Но я в любом случае успею забрать ее с собой. Вы же не сочтете такой размен равноценным?

— А вы все еще считаете жизни разменной монетой? — внезапно подала голос Ради. — Обмен наших жизней на тотальный контроль над планетой — это равноценный обмен?

Диго поморщился:

— Талар-джи, я признаю вашу уникальность, но в данном случае вы ничем не отличаетесь от всех остальных. И, как все остальные, вы не поймете моей великой цели! Вы просто не захотите ее понять!

— Великая цель?! Контроль над всей планетой — великая цель?! Подчинить миллионы людей своей воле — великая цель?!

— Да что вы понимаете!

Диго внезапно разъярился! И так далекое от модельного лицо перекосило злобой, голос взлетел до крика!

— Не контроль! Координация! Не зря мы так называемся, мы координируем людей, чтобы все были как единое целое! Чтобы все были равны и равноценны! Чтобы никто, никогда и никем не был обижен!

— И без тебя есть кому людей объединять! — ответила Ради.

Диго мелко рассмеялся:

— И кто же это?! Полу-наркоман Клифф Дивер?! Убийца Алекс Корд?! Звездное Дитя?!

— Никто из них! Ноосфера! Гея!

Казалось, Диго сейчас лопнет: кожа резко покраснела, глаза расширились так, что еще немного — и лопнут! Даже корни волос будто бы заалели!

— Ноосфера — это лишь инструмент! — процедил он. — Нет в ней никакого разума, который вы зовете Геей! Теория Геи, разума планеты, который сохраняет на ней жизнь, вопреки самой природе — бред! На протяжении всей истории человечество было разобщено, и смотрите, к чему это привело! Очаги радиации последней войны где-то еще фонят! Координация вроде положила всему конец, но она оказалась все той же нерабочей структурой, что и раньше, но под другим названием! И сейчас, когда наконец появился лидер, не боящийся взять на себя ответственность, вылезаете вы, все рушите и прикрываетесь при этом Геей?! Где была ваша Гея в Первую Мировую, Вторую Мировую, последнюю войну?! Где была Гея во время катастроф, геноцидов?! Гея, ха! Если вам так нужно все персонализировать, то лучше задумайтесь о теории Медеи! Планета не сохраняет жизнь, планета всеми силами пытается от разумной жизни избавиться! И только разумная деятельность человечества — патоген, с которым иммунная система планеты не может справиться, — удерживает жизнь от полного уничтожения!

— Анекдот!!! — внезапно заорал Пол.

Повисла мертвая тишина.

Роуз хихикнула.

— Что-что? — недоуменно моргнул Диго.

— Я говорю, анекдот.

Пол открыл глаза, ухмыльнулся, размазал кровь под носом ладонью и продолжил:

— Так вот, заходят пси, полукровка и хомо к Супер-координатору и спрашивают: «Диго, а почему у тебя крыша стеклянная?»

Диго ухмыльнулся:

— А он им?

— А он им: «А это я пытаюсь загореть!» — заржал Пол.

И крыша лопнула!

Осколки, обломки, лучи!

И мистер, падающий в стеклянно облаке прямо на голову Диго!

Сбил с ног, уронил на пол, упал сам!

Роуз сжалась и откатилась. Вскочила, рванула к Алексу, приникла и обняла так, что чуть весь воздух из груди не выдавила!

А в куче обломков, шатаясь, медленно поднимался мистер. Под ногами у него на четвереньках судорожно кашлял Диго.

— Эй, Диго. — прохрипел мистер, опираясь на спину Супера. — Ты тут хотел знать… Как работают твои перчатки.

Диго замер и поднял голову.

— Отлично работают. — мистер занес руку, затянутую в перчатку. Сверкнула искра. — Просто прекрасно.

И ударил.

И обвалился следом сам.

— Клифф!

Ради бросила хлыст и подбежала к мистеру.

Алекс скосился вниз:

— Нормально?

Роуз кивнула и внезапно приникла к губам — яростно, неистово, будто в первый раз.

Или последний.

— Нормально. — повторила она, наконец оторвавшись. — Идем. Наверняка Клиффу нужна помощь.

Пошатываясь, мимо прошел эльф:

— Определенно нужна!

— А ну стой! — Алекс схватил его за плечо. — Как тут мистер оказался?! Твоих рук… мозгов дело?!

— А то чьих же!.. — эльф вырвался. — Чуть мозжечок не надорвал! На последних каплях вел его образами по двору, потом по стене!

— А что за бредовый анекдот? При чем тут загар?!

— Так он же альбинос! Загар, альбинизм, ну!.. Эх, дурачье. — эльф махнул рукой и пошел дальше, оставляя на полу кровавые капли.

Когда Алекс и Роуз подошли, мистер уже сидел. Не без помощи Ради, но сидел, а не валялся борцовским манекеном.

— Живой? — бросил Алекс, проходя мимо.

— Наполовину. — хмыкнул мистер.

— А он?

— Живой, но…

— «Но» меня не устраивает.

Алекс нагнулся над телом Диго, схватил за воротник, приподнял.

— Ал, стой!

Алекс замер с занесенным ножом, повел плечом.

— Нет.

И ударил, вскрывая беспомощному Диго гортань снизу-вверх.

— А-а-ал… — протянула Роуз за спиной.

Алекс бросил труп Диго и развернулся:

— Что? Это вы тут все хорошие. Не я.

Какие у них глаза! Прекрасно понимают, что это нужно было сделать. И так же понимают, что ни у кого из них не хватило бы духу.

— С другой стороны. — эльф потер лоб, размазывая кровь и по нему тоже. — И поделом ему.

Он подошел к телу Диго, перебирая пальцами по рукояти своего жабокола. Присел возле трупа, ухватил в кулак белые волосы и прочертил острием прямо по линии их роста.

— Пол, ты… Что делаешь?! — ахнула Ради.

— Кое-что проверяю.

Эльф отложил нож и пальцами раздвинул края разреза, без брезгливости стер выступившую кровь ладонью.

— Так я и думал. — вздохнул он, глядя на отливающие фиолетовым кости черепа. — Псионитовое покрытие.

— Ребята. — снова позвала Ради. — Нам бы поторопиться. Клифф далеко не в лучшем состоянии.

Пол встал, вытер руки об одежду Диго и подобрал нож:

— Да, мы идем.

Да, ВЫ идите. — Алекс посмотрел на бутылки в баре. — А у меня еще есть дело.

— Ал, ну это уже совсем дико! Если тебе надо, бери и выпьешь по дороге! Не надо трупом же!

— Идея хорошая. — оценил Алекс. — Но нет.

— А что тогда?

Алекс взял первую попавшуюся бутылку, откупорил и перевернул над трупом Диго. В воздухе резко запахло алкоголем, Роуз сморщила носик.

— За все годы я оценил хитрость этой твари в полной мере. Не хочу, чтобы выяснилось, что он приберег для нас еще какую-то уловку.

Алекс щелкнул зажигалкой и поднял глаза на Роуз:

— Так что пусть все горит.

00

Перелом двух ребер, трещина в ключице, вывих кисти, ушиб легких, множественные ссадины и гематомы. Три дня искусственной комы, которые совершенно выпали из памяти. Несколько новых шрамов, конечно.

Не сказать, что совершенно здоров, но достаточно для того, чтобы самостоятельно передвигаться.

Клифф толкнул дверь и вышел в холл госпиталя.

Роуз уже ждала возле стойки регистрации. Снова в строгом комбинезоне Мекки Вард, только без именных нашивок — маскируется, как и тогда, когда заставляла принять Клиффа в стационар, надавливая своим званием и порядковым номером.

Клифф широко улыбнулся Роуз, но она ожгла его предупреждающим взглядом и снова обратилась к регистратору:

— Если мы закончили, я его заберу.

— Конечно. — вымученно улыбнулся молодой парень, едва ли старше самой Роуз. — Вот бумаги.

Роуз размашисто расписалась пальцем поперек сенсорного листа, проговорила в микрофон «капитан Роуз Колмен. Восемь-два-два-шесть» и махнул Клиффу:

— Как самочувствие, мистер Дивер?

Клифф ухмыльнулся:

— Вашими молитвами.

— Вам очень повезло, что мы испытывали новый транспорт так близко к месту ваших съемок. — серьезно продолжила Роуз. — И что ваш режиссер уговорил нас принять вас после падения. Скорая помощь в те края вряд ли смогла бы добраться.

— Я… очень благодарен. — стараясь не улыбаться, ответил Клифф.

— И не забывайте в следующий раз свой ай-ди. Где-то вас могут и не знать в лицо. А теперь пойдемте. Сдам вас режиссеру с рук на руки. Поторапливайтесь, уже вечер.

Двери больницы остались позади, перед глазами появился низкий широкий фургон в цветах Координации. Роуз указала глазами — полезай.

— Рада тебя видеть. — сверкнула улыбкой Ради, сидящая за рулем.

— Откуда машина? — Клифф постарался поудобнее устроить негнущееся тело на жестких сиденьях. — Угнали, конечно?

Ради завела двигатель:

— Само собой. Не на «Гермесе» же тебя забирать, только лишнее внимание привлечем. Уже привлекли, когда привозили, да Роуз выкрутилась.

Спустя десять минут фургон замер на втором этаже крытого паркинга. Автолетов здесь почти не было, людей не было вовсе. Только эльф и полуэльф, сидящие прямо на бетоне и двумя ножами играющие в крестики-нолики.

Перечеркнутые поля уже занимали больше места, чем стоящий рядом с игроками «Гермес».

— Так тебе! — Алекс размашисто перечеркнул три крестика.

Пол нахмурился:

— Да что ты… Ты точно не научился мысли читать? Шучу, конечно… Но как?!

— Элементарно. Это игра не про то, как выиграть, а про то как заставить противника проиграть. — Алекс встал. — А в этом я мастер. Как сам, мистер?

Пол тоже поднялся:

— Привет, Клифф! Рад тебя видеть. Дай-ка…

В голове защекотало, Клифф поморщился.

— Ну, почти нормально. — махнул рукой Пол. — Я бы, конечно, сделал получше, но что уж теперь…

— Ребята… — широко улыбнулся Клифф. — Я так рад вас видеть!

— Вот только давай без!.. — закричал Алекс, отстраняясь.

Но не успел.

Клифф обхватил сразу всех и сжал в объятьях.

Как же хорошо, что все остались живы!

Убийцы.

Подрывники.

Гонщики.

Драчуны.

Психопаты.

Клифф глубоко вдохнул и отпустил всех, кроме Ради. Она тихо вздохнула и сплела руки у него на плече, положила на них подбородок.

— Где вы были эти три дня?

— Мы с Алексом — у него в квартире. — ответила Роуз. — Наблюдали за штабом и пытались понять, стало ли им уже известно о смерти Диго. Пришли к выводу, что нет.

— Я и Ради — в катах. Приводили в порядок «Гермес» и угоняли фургон.

— А я прохлаждался, выходит. — засмеялся Клифф. — Ну и ладно, я все равно рад вас видеть. Но ведь мы здесь собрались не для того, чтобы меня порадовать, верно?

— Вообще да. — потупилась Роуз. — По делу собрались.

И все как-то резко посмурнели и спрятали взгляды. Даже Алекс, которого, казалось, ничем не проймешь, спешно окутался табачным облаком.

— Штука в том, что мы еще ничего не закончили. — вздохнула Роуз. — Мы убили Диго, но не Координацию. Она обезглавлена, но не мертва. И мы не можем быть уверены, что на место Диго не сядет новый Диго.

Клифф нахмурился:

— Ты на что намекаешь?

— На найденный потерянный. — прошептала на ухо Ради.

Воцарилась тишина. Такая, что стала слышно, как трещит табак в сигарете Алекса.

Как вообще такая тишина может быть здесь, в центре города?

— Поясни? — как можно спокойнее произнес Клифф.

— В Координации скоро поймут, почему Диго так долго не выходит на связь. И его место займет еще больший проходимец. — ответила Роуз. — Так и будет, поверь мне. В верхних эшелонах Координации нет никого, чья душа не была бы черна от вседозволенности.

— И что ты предлагаешь?

— Опередить. Объединить людей под своим началом раньше, чем это снова попытается сделать Координация.

— И ты… намекаешь на Ради?

— Она намекает на нас. — прошептала на ухо Ради. — Меня и тебя.

— Я не понял, кто в больнице был, я или вы? У вас крыша тоже стеклянная стала, что ли?

— Пока ты в больнице койку давил, все сети только тем и пестрили, что сообщениями о твоей госпитализации. — Корд отщелкнул сигарету. — И разговоры на улицах были о том же: Красный Крест совсем убился, всерьез.

— Ты же не смотришь визор. — ухмыльнулся Клифф. — Впрочем, ладно. Я не совсем понимаю, что вы от меня хотите. Я — скалолаз и контактник. Я не Координатор, тем более не Супер. Больше чем тренером я в жизни не был.

Роуз улыбнулась:

— Все придет со временем. А даже если нет… Хуже, чем был Диго, быть невозможно. Тебе — невозможно. Ты слишком добрый.

Клифф улыбнулся, накрывая ладонью руку Ради на плече:

— Я уже на все согласен. Только что именно надо сделать?

— Для начала — связаться с «Розой Ветров» и дать им понять, что скоро все изменится. «Роза» сама по людям разнесет, они лучше любого визора сработают. — ответил Алекс. — Надо найти лоялистов среди Координаторов среднего уровня, потому что все уровни выше — уже нам не подойдут.

— А что, такие есть? — удивился Клифф. — Прямо среди Координаторов?

— Да, у меня есть целый список. Фэлпс, например. — засмеялась Роуз. — Это он мне помогал заменить ботов на физраствор.

— Вот оно что! — протянул Пол. — А я-то гадал, где в этой истории нестыковка!

— Через пару недель в Координации решатся сообщить о смерти Диго и тогда должен произойти взрыв. Нет, Ради, не в прямом смысле! — Алекс поднял ладони. — Информационный взрыв! «Роза» это обеспечит. А вам к тому моменту надо будет засветиться вместе. Не как Клифф и Ради, а как Звездное Дитя и Красный Крест. И люди пойдут за вами. Поверьте.

Клифф внимательно вгляделся в их глаза:

— И вы? Вы ведь нам поможете?

Алекс покачал головой:

— Нет, мистер, без меня. Я глотки режу, а не революции устраиваю. Если понадобится кого-то выпотрошить — обращайся. Но во главе толпы я не пойду, я предпочитаю работу внутри нее.

Роуз ничего не ответила, но по ее взгляду и так было ясно — куда Алекс, туда и она.

— И я тоже. — вздохнул Пол. — Мне, в конце концов, почти пятьдесят, а я все как мальчишка. Это не то чтобы плохо, но пора и честь знать. К тому же, если народ узнает о моем прошлом, это сделает вам плохую рекламу. Но я точно знаю — вы и вдвоем справитесь. У вас есть все необходимое оружие.

Досадно вот так расставаться. Но с другой стороны — расставание ли это? Они же не исчезают в никуда. Они наверняка оставили Ради свои контакты, в любой момент на них можно выйти.

Но все равно. Их будет не хватать.

— Вот только не опять!.. — отшатнулся Корд.

Клифф печально улыбнулся, опуская руки:

— Я пошутил. Тогда удачи вам, и… не пропадайте, что ли.

Корд ткнул кулаком в плечо:

— Лазай там аккуратнее.

И отошел.

Роуз по очереди обняла Ради и Клиффа:

— Берегите друг друга. Если что, мы на связи.

— В следующий раз, когда увидимся, я тебе новый анекдот расскажу. — пообещал Пол. — Если что, ищите меня… А, впрочем, я сам вас найду. Венец-то у меня остался.

Он коротко кивнул Ради, она нагнулась к нему. Пол что-то шепнул ей на ухо и что-то вложил в ладонь. Ради улыбнулась.

— Бывайте. — Пол махнул лапкой и следом за остальными скрылся в фургоне. Завелся двигатель, машина медленно двинулась к спирали съезда.

— «Гермес» теперь — твой трофей?

— Я же должна была хоть что-то получить с этого путешествия? — мурлыкнула Ради.

— Я не в счет?

— «Что-то», а не «кого-то». Прокатимся?

— С удовольствием. Хочу посмотреть закат.

— Да, мой генерал! — игриво улыбнулась Ради и за руку потянула в «Гермес».

Двигатели взвыли, ховер приподнялся и пополз вверх по серпантину. Ради, прищурившись, мурлыкала что-то себе под нос и по-прежнему сжимала в руке полученное от Пола.

«Гермес» выехал на крышу парковки и замер. Клифф осторожно вылез — ребра еще отдавали болью от резких движений.

— Ты хотел закат — ты получил закат. — Ради подошла и снова сложила ладони на плече Клиффа.

— Представляешь, я скалолаз, а на настоящих скалах ни разу закат не смотрел. — посетовал Клифф. — Д я вообще его не вижу. Забыл уже, когда видел.

Солнце медленно опускалось за горизонт, плодя тысячи отражений в вертикалях Центрополиса. Город тонул в закатных тонах, будто в тумане пробоя неправильного цвета.

— А таких закатов я не видел вовсе.

— Я, может, не вовремя. — Ради наконец разжала кулак. — Тут Пол просил тебе передать.

На ладони у нее лежала свежая блестящая пачка «фриролла».

Клифф улыбнулся, взял серебристый параллелепипед, покачал в пальцах и швырнул с высоты.

— Да к черту ее! У меня, считай, вторя жизнь началась. Нечего в нее тащить старые привычки.

— Отлично сказано.

И ради приникла к губам Клиффа.

И плевать, что там будет дальше. Когда губ касаются ее губы, словно бы щекочущие слабыми электрическими разрядами, когда шею обвивают смуглые руки, одна — почти белая от сложного узора, понимаешь — это не два человека, а один, разделенный надвое. Не Клифф и Ради, а Звездное Дитя и Красный Крест. А значит — все получится. И даже такая сила, как Координация не помешает. Потому что до них никогда не дойдет — еще ни один Проект не закончился так, как планировалось. И ни один не закончится.

Потому что, кроме тех, кто придумывает Проекты, координирует Проекты и исполняет Проекты, есть кое-кто еще.

Кто все видит.

Все знает.

Но сделать мало что может.

Content

Эл Лекс
Пятый Проект

0

Часть 1 Дороги, что к нам ведут

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

Часть 2 Дороги, что выбирают нас

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

Часть 3 Дороги, что выбираем мы

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

Часть 4 Дороги, которыми мы идем

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

00