Николай Новиков

Похоже, он попал

Глава 1

«ПОЧЕМУ Я ГОЛЫЙ?!» — первое, что пришло мне в голову.

Так-так-так, отставить голозадые вопросы. Куда важнее…

«ПОЧЕМУ Я… погоди»

— С возвращением вас, господин, — сказали мне на ломанном русском.

Я открываю глаза.

«Погоди…», — не понимаю, не помню — «Какого хера?..»

Моргаю. Зрение начинает фокусироваться и приходить в норму. Осматриваюсь.

Я сто процентов в больнице, а мои руки подвязаны к потолку будто переломанные и сейчас висят под углом.

— Где я?… — прохрипел я странным, точно не своим голосом, — Где я?!

Сжимаю кулак и пытаюсь вырваться, но общая слабость не позволяет ни подняться, ни оборвать бинты на которых мои руки и подвешены.

Нет, встать не получилось. Но произошло другое.

Стоило сжать кулак, как все объекты, что не были закреплены, притянулись к одной точке притяжения. И стоило его разжать, как они разлетелись в стороны, едва не попадая в сидящую рядом японку.

— Господин Вортекс, пожалуйста, успокойтесь. Совершайте минимум движений. Вы не контролируете свою силу.

Я хотел уже снова задёргаться, но в голове что-то промелькнуло и заставило засомневаться в истеричных потугах.

Это… воспоминание.

Да, точно! Я вспомнил, как сражался с Лоуренсом, как умирал, как телепортировался в поисках Хоро-Вортекса и как… коснулся его в храме Японии.

Точно, я ведь должен сейчас быть в храме! В Сёгунате!

— Где я? — процедил я, глядя на девушку.

А ещё я помню, что японцы меня обманывали всё время, что я имею с ними дело.

— Главная больница клана Миямото, господин. Токио, — несмотря на старание, японочка не могла сохранить спокойствие, — Я… сейчас позову главврача, пожалуйста, приходите в себя!

И она убежала, оставив меня в одиночестве.

Вот тебе и приветствие, ёп вашу мать.

«Боже…», — падаю обратно на подушку.

Так, ладно, давайте думать.

Судя по обстановке, я действительно в больнице. Люксовая, дорогая, всё с ней хорошо. Лежу под одеялом. Голый. Руки подвязаны, чтобы, видимо, лишний раз не шевелил.

Горло не болит. Лёгкие тоже. Странных мыслей о порабощении вселенной тоже не наблюдаю.

У меня что… получилось? Это же не фееричные бредни умирающей от кислородного голодания собаки в космосе? Это… реальность?

Я выжил. Я выжил, твою мать, ха-ха! Я остановил душу от переселения!

Ха-а-а-а-ха-ха! Сосать, Лоуренс! Лежать, плюс…

— Ох…, - прокряхтел я, — Чёрт… водически хочу.

Во рту пересохло. Капельницы явно не помогают от засухи в микрофлоре правого желудочка. А вон там вдалеке стоит такой симпатичный графин с водической… и стаканчик ещё рядом.

«Так, а ну-ка…»

Я уже понял, что на каждое движение рукой происходит гравитационная херня. Но я так же уверен, что если аккуратно… если сконцентрироваться…

"Немного пальчиком пошерудить… немного…"

Стоило мне дёрнуть пальцем, как весь графин сносит нахер. Он слетает с полки, бьётся о стену позади меня и разливает содержимое мне на харю, живот и пах.

По одеялу растекалось длинное пятно.

В этот же момент дверь открывается и сюда заходят, кто бы мог подумать, старый хер Аргус и пожилой японец.

— Э-э-э… это вода, — первое, что сказал я.

— С больными такое бывает, — пожал плечами некромант.

Ладно, хрен с ним. Сейчас куда важнее другое — что, чёрт возьми, происходит?!

Наконец хоть что-то прояснится.

— Работай, — Аргус кивнул японцу и сел возле окна, — Ух, ну и жарень.

— Перво-наперво — поздравляю с пробуждением. Сейчас, пожалуйста, старайтесь никак не шевелиться — сила поглощённого Хоро-Вортекса подвязана на нейромышечной связи, и любое ваше движение может спровоцировать её высвобождение, — всё ещё на русском, японец говорил вежливо, — Сейчас мы проведём небольшое обследование, чтобы убедиться в стабильности вашего организма, а потом господин Аргус-сама вам всё объяснит.

Я молчал. Слушал. Осматривался.

Что, этот Аргус тоже иллюзия?

Я помню, суки, как вы половину моего дня сымитировали! Ох, никогда не забуду.

«А если так?», — дёргаю пальцем и разбиваю тумбочку рядом.

Ничего.

Дёргаю снова и сбиваю с ног узкоглазого старикана. Тоже ничего.

— Да не в иллюзии мы, угомонись! Боже, — фыркнул Аргус.

— Хм… иллюзорный Аргус бы сказал то же самое! — я дёрнул пальцем и пизданул старика по затылку.

Тоже ничего. Хм.

Аргус сжал трость, посмотрел на меня как… обычно, — с ненавистью, яростью и, судя по недовольной роже, огромным желанием сходить в туалет, — затем снова фыркнул и сел обратно.

— В-вы… позволите? — японец решил вернуться к обязанностям.

Ладно, скотины, я всё ещё вас подозреваю. Но лежать инвалидом мне тоже не очень, так что да, продолжайте.

Осмотр не занял много времени. Полчаса где-то. Мне осмотрели глаза, прослушали сердце, измерили что-то, потом просканировали десятком каких-то странных магических приборов и выдали заключение.

— Состояние стабильное. Хоро-вортекс идеально слился с вашим сердцем. Вернулся, если точнее. Ничем от обычного вышедшего из комы человека вы не отличаетесь.

— Ясно, спа… какой комы?

Японец поклонился, попрощался, и быстренько вышел из комнаты.

Я медленно перевёл взгляд на Аргуса, который судя по всему был не очень рад своей задаче всё мне объяснять.

А ещё он как-то изменился. Бородка? Причёска? Одежда? Что-то не то. Не так я его помню.

— Аргус… какая ещё кома?..

Он вздохнул, встал с места и раздвинул шторы. Я посмотрел.

Зелёные листья и яркое солнце.

— Ты пробыл в коме двести тридцать лет…, - прошептал он, — Мир… давно изменился.

— Ч-что…

Я посмотрел на некроманта и сжал одеяло.

«Погодите… ч-что?», — все мысли пропали из головы, — «Какие… двести тридцать лет?..»

— Слияние с таким артефактом не могло пройти незаметно…, - он притих, — Такова цена за твою силу — время.

Не верю.

Не может быть.

— Просто прими это, Росс. Старого мира… больше нет…

А как же семья? Как же Вика с Лизой? Они ведь не смогли бы столько прожить! Аргус ведь седлал их бессмертными? Он ведь…

— Ха-ха-ха, да ладно, я угараю, — захохотал он, — Девять месяцев всего прошло.

Я снова поднял на него глаза

Мда…

— Какой ты национальности? — спросил я.

— Обычный немецкий художник.

— Я убью всех немцев. Из-за твоего старского, вонючего, коричневого, ублюдского юморка! — прорычал я.

Все предметы в комнате задрожали, хотя я и не шевелился.

— И почему именно тебя отправили…, - вздохнул я.

— Потому что после последних выкрутасов япошек, я один из немногих, кто обладает постоянным иммунитетом от иллюзий, — он сел обратно, — Я… позаботился, чтобы со мной больше такого не вытворяли.

Я рухнул на подушку, прикрыл глаза и попытался прийти в себя.

Девять месяцев? Ну… не так уж и много. Особенно на фоне ПрЕКаЛюХи про двести тридцать лет. Может он специально так сделал, чтобы мне меньше припекало от факта комы?

— Новостей, так понимаю, много? — вздохнул я.

— План Августа и Лоуренса удался — началась война с австралийскими чудовищами.

— Мы ведь разрушили портал.

— На этой стороне. Но не на той. А на ту пробраться не сможем из-за пространственной аномалии, с помощью которой создаются временные и нестабильные порталы к нам.

Я сразу же сообразил, что от меня все снова чего-то будут хотеть.

Очевидно, раз есть пространственная аномалия, то исправить её может лишь бог, управляющий пространством.

Я.

Твою мать, точно.

Я ведь теперь Бог.

— И как воюется? — спросил я.

Аргус понял в какую сторону я буду клонить. Что мне важнее всего.

— Тревожно. Не тяжело, но вылазки чудовищ хаотичны и случайны — Лоуренс, судя по всему, не смог их подчинить. Но смог усилить, — он подошёл и сел на кресло рядом, — Твоя семья в порядке. Проблема в том…, - он пытался подобрать слова, — Что никто не знает, что ты жив.

— А?..

— Да ты и не был, собственно. Организм жив — мозг нет. Шансы, что ты проснёшься, были пятьдесят на пятьдесят. И мы… решили подстраховаться, и не говорить ни о твоей смерти, ни о выживании. Для всего мира Константин Росс просто исчез. Как и Август Романов.

— Сука…, - прошептал я, сжимая одеяло.

Не знаю как реагировать. Просто не знаю.

Для всех, кому я небезразличен, это были девять месяцев полного неведения. Девять месяцев… самобичевания как минимум сестры. Да, у них была надежда, что я выживу, и возможно они в это даже верили, но… девять месяцев?

А что насчёт Софии? Кати? Они определённо ко мне привязались.

"Погоди…", — я начинал вспоминать, — "Стоп, погоди! София ведь должна была жениться через несколько месяцев до моей комы!"

— Что с Софией и Катей?

Я приготовился к худшему. Естественно, у меня не было влияния Гордыни, но я всё ещё оставался довольно жадным и горделивым человеком.

— О, у Кати всё хорошо — она теперь важная шишка. Война, сам понимаешь. Теперь-то всем нужно и обучение, и консультации, да и полководец стране не помешает. А вот София…

— Что?..

— Ну, почти без изменений. Жизнь в мире остановилась, все контракты сдвинулись. Турнир тоже, кстати. Так что София Элерс просто повисла в вакууме. Вот только пару месяцев назад начала возвращаться к жизни — Людвиг и Мария позволили.

— Не вышла замуж?

— Нет. Пока нет. Она в агентство Евгения-то только недавно вернулась. Какая там свадьба.

Я выдохнул.

Ничего плохого не произошло. Ничего непоправимого.

Всё можно наверстать.

— В целом, это все новости, — подытожил Аргус, — А, ну и Эстер пропал, но это новость не для всего мира.

— Как пропал?

— За неделю до той битвы. Просто исчез. Цыгане украли, хрен его знает.

Итак, подытожим.

После поглощения Хоро-Вортекса я девять месяцев сражался с жопными демонами за право владения душой. Выиграл, проснулся.

За это время Лоуренс видать научился использовать стационарный портал с помощью приказов, начал войну против мира, за счёт которой роду Кати, в котором осталась лишь она, вернулось былое величие. Дама нарасхват теперь.

Софию же заморозили в холодильнике и вынули несколько месяцев назад. Не знаю как на ней сказался вновь упавший контроль Людвига, но уверен, выдернуть из этого состояния я её смогу.

Ну и мама с сестрой — за них я переживаю больше всего. Даже представить не могу, что у них на душе.

Они ведь не знают, что прямо сейчас я с мокрым пахом сижу и слушаю маразматика.

— Ладно, поправляйся, — он похлопал меня по плечу, встал и пошёл к двери, — Пойду выяснять, как тебя отсюда увозить, инвалида эдакого.

И он ушёл. Но надолго остаться одному у меня не вышло — пришли доктора. И тема визита была очевидна. Что ещё докторам, собственно, делать?

Но вот была загвоздка: меня не могут проверить досконально, не могут начать восстановительные процедуры, да и вообще ничего не могут со мной сделать, пока я могу стереть гору Фудзимото взмахом мизинца правой ноги.

Моя сила — огромная проблема. Я её просто не контролирую. И медицинские чинг-чонги пришли, чтобы понадавать мне советов к её контролю.

И как же они охерели, когда уже через час я ничего не рушил при любом пердеже.

Суть в чём. Теперь контроль пространства — такая же врождённая сила, как и двигать мышцами. И следовательно, чтобы ею пользоваться осознанно, нужна своего рода нейромышечная связь. Нужно понимать что и как именно ты делаешь.

И кто-кто, а я шарил за спорт, и, следовательно, нейромышечную связь. Мне не составило труда понять о чём они, пусть и напрягать я должен не мышцы, а мозг.

Нужно чувствовать, как твоя нервная система отдаёт команды. Понимать, что она это делает. И стараться блокировать.

Через час получилось — пусть и медленно, но я водил руками и ничего не сносил.

«Чёрт…», — до сих пор не верилось, — «Никаких приказов. Никаких костылей. Просто… чистая, врождённая сила. Настолько мощная. Настолько абсурдная»

— Воистину Вортекс, — глубоко поклонился один из врачей.

За ним последовали и другие.

Японцы. Которые не уважают никого, кроме японцев. Поклонились. Мне.

— Отдыхайте. Сейчас к вам подойдёт ваша личная медсестра. Просите её о чёмугодно. Мы вернёмся через несколько часов. До этого старайтесь ещё больше стабилизировать силу.

Вот и остался один. Наконец.

«Так-с…», — выдыхаю, перевожу взгляд на злосчастный графин, — «Попробуем»

Всё это время я учился сдерживать телекинез. Сейчас время им овладевать.

Нужно сконцентрироваться на предмете. Представить, что где-то внутри у тебя есть фантомные мышцы. Они соединены с нервами. А нервы — с мозгом.

И эту нервную систему нужно прочувствовать. Будто… ты ощущаешь каждый импульс, каждую команду.

А затем… выставив руку на предмет… ты напрягаешь нужный участок.

— Вот так!

Слегка сжимаю ладонь, и кувшин на огромной скорости сначала летит в меня, а затем останавливается в нескольких сантиметрах от руки.

Получилось.

Ха… ха-ха! Получилось! Я притянул предмет силой мысли! Работает!

Никаких костылей! Никакой отдачи! Простая, чистая мощь, которую уже никто не отберёт, которая принадлежит лишь мне!

— Ха-ха! Йе-е-е-!.. — я обрадовался, утерял контроль, и случайно отправил кувшин в окно, — А, кхм, ой.

Судя по звуку, он кому-то на голову прилетел.

«У-у-ух… круто», — настроение поднялось в край, и я прилёг обратно.

Я счастлив. Правда. После стольких недель сраных Приказов, которые, не буду скрывать, всё ещё выглядят невероятно, получить в пользование обычную, зависящую только от тебя силу, это… что-то освежающе-приятное.

Подумать только — двигать предметы лишь простой мыслью…

Ашалеть, ашалеть.

Правда из этого вытекает другая проблема — если много думать, то мозг начинает уставать. Думать в принципе противопоказано, а так много как я — тем более. Но в целом… это всё, да. Больше ограничений я не почувствовал.

— З-здравствуйте, господин. Простите, что убежала. Больше такого не повторится, — в палату вернулась та самая молодая японочка, которая встречала меня после пробуждения.

С того момента моё зрение полностью пришло в норму, и я смог её осмотреть.

Милая. На самом деле, больше на метиску похожа. Черноволосая. С внушительной грудью. В костюме медсестры, но красного цвета и выполненным по японским мотивам. Классика.

Куда больше меня привлекало другое.

Тут и там у неё виднелись чешуйки, ногти были необычайно длинны, а зрачки и вовсе вертикальные! Ещё она не моргала и странно водила лицом, будто воздух на вкус пробовала.

Да ну не угорайте. Да ты хонишь.

Это что…

Змеедевочка? Ящеродевочка?

«Oh my god…»

Ой, просто песня. Просто сказка. А ведь говорили же, здесь монстрофицируют людей. И про желающих меня девочек говорили…

И это тело не получало разрядки несколько тысяч лет…

И делать я могу что угодно…

— Можешь, пожалуйста, принести одежду? Любую, — попросил я стоящую в углу и пялящуюся на меня ящеродевочку.

— Зачем?

— Э-э… потому что я голый?

— А… ой. Да, с-сейчас! — она убежала.

В присутствии меня у неё явно мысли теряются.

Интересно, а если её в холодильник засунуть, она уснёт?.. А зимой чаще спит?..

А яйца откладывает?

— Вот, — она вернулась.

Я улыбнулся, поблагодарил, и очень аккуратно надел футболку.

— Это…, - ящерка явно нервничала, — Господин Вортекс…

— Да?..

— Не подумайте ничего такого… это вовсе не потому что я очень хочу… но… ну… можно ваш автограф?! — едва не заорала она под конец, поклонилась и протянула мне книжку «Легенда о Вортексе».

— Э?

— П-пожалуйста!

А я ведь позабыл, что для японцев я как Сунь Укун для китайцев. Национальное сокровище. Герой.

И вот, я оказываюсь реальным. Сижу, что-то мучу, да и ещё далеко не старый урод.

Теперь понятно, почему она на меня так пялилась.

«Интересно, а как ящерицы спарива…»

Так, хватит. Не туда пошёл, парень. Возвращайся.

— Да, конечно, — я улыбнулся, взял протянутый карандаш и накарябал что-то общее между именем Вортекс, Росс, писюном и жопой.

— Вау… какая классная подпись. Вы и вправду основоположник каллиграфии…, - она восхищалась каждым моим вздохом.

— Да, я тоже своего рода каллиграф.

Она стеснительно улыбнулась моему взгляду и опустила глаза.

Девушка сжала книжку и начала немного покачивать дрожащими руками. Я не обратил на это внимания. Поначалу. Но когда она незаметно подошла поближе и начала покачивать бёдрами, когда я почувствовал странный сладкий аромат, я вдруг вспомнил основы зоологии.

Если она ящерица, а не змея, то покачивания передними лапками и основанием хвоста — признак сексуального влечения и готовности к спариванию.

А ящерицы… ну… не самые умные.

Они ведь не умеют сдерживаться.

— Можно я оденусь? — я вывел её из транса.

— А? — она проморгалась.

— Мне штаны надо надеть. Можете выйти?

Она громко выдохнула через нос, перевела взгляд широких вертикальных зрачков на мои ноги, — уверен, что на конкретное место, — ещё раз засопела, посмотрела мне в глаза и, сжав книжку и поджав губы, кивнула и быстро покинула палату.

«Я не хочу быть озабоченным…», — я посмотрел вдаль, на своё прекрасно будущее, — «Я хочу быть счастливым…»

Быстро скидываю одеяло, натягиваю штаны, спускаюсь с кровати.

Первое, что ощутил — слабость. Ну, это закономерно, я ведь не двигался где-то… м-м-м… несколько тысяч лет. Удивительно, что вообще могу ходить.

Кое-как доковыляв до ванной, я закрылся, — подальше от похотливых гекконов, — включил воду и посмотрел в зеркало.

Да уж…

Мне уже сообщили, что я в теле Вортекса — того самого Бога-Созидателя, которого бережно хранили в главном храме Сёгуната. И если это правда, то неудивительно, почему японцы вообще мной заинтересовались.

Ведь Вортекс — точная копия меня прежнего, просто немного повзрослевшая. Один в один. Взрослый Костя. Или Лоуренс.

Но различия всё же были. Например, теперь я черноволосый, глаза не тёмно-синие, а светящиеся ярко-голубые. Но и это не всё. И даже не основное!

Самое, твою мать, главное — вместо сердца у меня теперь пульсирующий, мать его, кристалл!

Хоро-Вортекс — сердце Бога-Созидателя. И теперь оно у меня в груди, что видно по светящимся ярко-голубым трещинам и небольшому свету изнутри.

«Видеть как бьётся твоё сердце, которое даже не сердце, а синий кубик — это… странно», — я аккуратно щупал грудь.

Ну, теперь я Тони Старк, получается. Раньше чертом рогатым был. Повышение.

«Так, теперь надо разобраться с этим…», — я прикрыл глаза.

Каждый раз, как я концентрируюсь на собственных ощущениях и закрываю глаза, меня посещают странные чувства. Будто… я вижу больше, чем надо.

Будто вижу сквозь пространство.

Я вижу, как прямо сейчас ящеродевочка подслушивает через дверную щель. Как во всех соседних комнатах сидят подставные больные, а вместе с ними и агенты Сёгуната в невидимости. Вижу, как и реальные пациенты ходят на улице и наслаждаются солнышком. Вижу того старичка, которого я чуть кувшином не прибил.

Я вижу всё вокруг. Через стены, через иллюзии и заклинания.

Сквозь само пространство.

«Так вот вы как бога приветствуете…», — я сжал раковину, и она вся разлетелась на куски.

Я не вижу вообще весь мир. Нет, всего несколько десятков метров вокруг. Но я на сто процентов уверен, что если поднатаскаюсь, если потренируюсь и просто привыкну к силе Вортекса… я смогу видеть едва ли не всё и везде.

«Нужно уходить», — решился я, — «Сваливать пока при памяти»

Да, мне нужно восстановиться. Но я не хочу восстанавливаться в логове крыс. Они, знаете, заразу разносят.

Я вышел из ванной и посмотрел сквозь дверь. Девчонка стоит и уже не подслушивает — поняла видать, что я могу её спалить.

«Так, ладно», — включаю воду снова, открываю окно и выглядываю.

Лето. Самый разгар дня. Солнце нещадно печёт зелёный парк, странные рогатые птички напевают птичьи мелодии, а небольшая суета японской столицы навевает комфорт.

«Я смогу. Я знаю как это. Нужно лишь пробовать…»

Я чувствую, как легко даётся эта сила. Я чувствую, что это моя сила, и я ей владел.

Я знаю, что делать.

Чтобы телепортироваться, нужно представить себя как скопление нервных окончаний. Словно всё моё тело пронизывают корни Хоро-вортекса. И ими можно управлять. Напрягать словно мышцы.

И чтобы телепортироваться, нужно напрячь всё сразу. Представить, как выдёргиваешь из тела каждый нерв и толкаешь их вперёд.

А затем… сконцентрировавшись на нужном месте…

«Нужно просто выдернуть себя из пространства!»

Всё вокруг размывается, окрашивается в синий спектр и улетает назад, будто я разогнался до околосветовой скорости. Краски смешались. Силуэты объектов растянулись и уехали за границу зрения.

Всё пространство превратилось в сплошной тоннель непонятый размытых линий.

А затем…

Меня просто выкинуло где-то в другом месте.

Я на огромной скорости вывалился из вспышки, споткнулся от слабости и прокатился ещё парочку метров, попутно слушая, как разлетается всё вокруг.

Падение получилось мягким — куда-то на траву упал. Быстро прихожу в себя, моргаю, успокаиваю сердцебиение и поднимаюсь на локте.

— Ёп твою мать…

Всё вокруг меня было разрушено. Деревья, скамейки, каменные дорожки — всё это словно снесло на огромной скорости.

Но это ещё не самое страшное. Так, цветочки. Весь ужас был в точке старта.

Вся палата, откуда я стартанул, превратилась в сплошной хаос. Даже отсюда я видел, что стены вообще нет, вся мебель разбилась, трубопровод уже топит говном соседей снизу, а бедняжка гекконодевочка стоит с ошарашенным видом и водит зелёными глазками туда-сюда.

А ещё прямо в это мгновение вбежала подготовленная охрана и, естественно, понятия не имеет куда я улетел. Быстро среагировали, однако.

«Надо будет потренироваться», — в голову пришла как всегда гениальная идея, — «Но в целом… хах. Телепортация!».

Снова без костылей. Да, и не без проблем в том числе, но… хэй, телепортация же! А это считается редчайшей магией, между прочим! Мало кто её осваивает и к концу жизни, тогда как у меня она просто врождённая — бери и пользуйся.

Представить страшно на что я буду способен, если обуздаю хотя бы Хоро- Вортекс. Но нужно время и спокойное место для тренировок. Да хотя бы для тестирования своих сил!

Нужно вернуться домой. Хорошо, что я без проблем смогу это…

«Ха?..», — оборачиваюсь.

Снова видение, только теперь непреднамеренное. Или?.. Хм… Слышу странные звуки где-то вдалеке. Будто… грохот? Шум? Поэтому всевидение что-то показало? Потому что непреднамеренно сконцентрировался?

«Так, а если…», — прикрываю глаза.

Да, получается. Снова вижу всё вокруг, снова вижу сквозь стены.

И вижу, как за семьёй зажиточных японцев гонится массивный пятиметровый монстр с шестью руками и чьим-то вырванным хребтом.

«Так вот что за шум…», — отрываю глаза.

Чудовище только-только выбежало из портала, который уже закрывался. Про это говорил Аргус, когда имел в виду «случайные места»? Что-то уж они совсем случайные.

Чёрт… в какой же ад тогда превратился мир, если подобное может возникать повсюду?

И точно ли живы мои родные? Они ведь… легко могли умереть вот прямо сейчас — в таком же случайном нашествии.

«Что делать?», — я встал и развернулся в сторону будущего побоища, — «Если помогу — спалю себя. Да и на такой случай всегда должна существовать группа быстрого реагирования. Уверен, этого Шрека одолеют. Но…»

К чёрту. Удача — не про меня. Судьба — мой враг.

Я сам всё буду делать.

«Это легко… это просто…», — вытягиваю руку в нужную сторону, прикрываю глаза и напрягаю всю нервную систему, — «Пожалуйста… не разнеси всё на пути»

Скачок. Пространство размывается, объекты превращаются в линии, и спустя мгновение я вылетаю… хер пойми где. Явно не там, где нужно, но близко.

— Блядство, сифилис и проказа! — выругался я, прикрывая глаза.

Да, я мимо пролетел. Понял.

Телепорт.

Твою мать! Теперь я вообще где-то в квартире, причём теперь разрушенной.

Но я приближаюсь! Нужен ещё один скачок.

«Есть!», — вылетаю ровно на той улице, где чудовище гонится за семьёй.

Их было трое. Ребёнок, мать и отец. Хорошая одежда, испуганный взгляд и собачьи ушки.

Ребенок плакал. Громко. Он был в таком ужасе, что отец просто нёс его на руках — мальчик даже бежать сам не мог. И отец не справлялся. Он не мог убежать с грузом.

Бросить родного сына или подохнуть рядом с ним — вот какой выбор я увидел у этого мужчины.

И мне этот выбор, сука, не понравился.

— Лоуренс…, - прорычал я, выставляя кулак на массивную рогатую тварь размером с дом, — Тебе пиздец.

Напрягаю нервы в руке, и чудовище, сносящее своей поступью машины и вкопанные столбы, просто застыло. Химера не могла пошевелиться и мускулом. Её будто заморозили. Будто каждую мышцу заблокировали, хотя вокруг ничего не изменилось, и даже поднятая пыль двигалась в том же темпе.

Я же не чувствовал совершенно ничего.

— Сдохни.

Я расправляю ладонь, и пятиметрового врага… просто разорвало.

Сначала от туловища оторвались руки и ноги. Затем свернулась и отлетела словно пробка от шампанского рогатая голова. Туловище, так и повисшее в воздухе, начало раздуваться и через несколько секунд разорвалось на десятки синих кусков. Плоть, мясо, внутренности, кости — всё это разлетелось на несколько метров и застыло в воздухе.

Секунда, ну может две, и одним лишь жестом я превратил опаснейшее существо в сраный конструктор лего.

— А теперь, финал трюка, — я сжал кулак.

Все куски, все части, на которые разлетелся монстр — всё стянулось в одну точку, трамбуясь и сбиваясь в один сплошной мясистый шар. Ни кости, ни кожа, ни нательная броня — ничего не уцелело.

Всё пало жертвой притяжения. Сквозь хруст, мерзкие звуки выдавливаемой крови и небольшое сопротивление, титаническое чудовище стало лишь комом сжатого фарша.

«И это только телекинез», — хмыкнул я, разворачиваясь на японцев.

Они застыли чуть позади меня.

Они всё это видели.

— Вы целы? — спросил я на японском.

Они попятились.

Боятся, значит. Неудивительно — кто способен превратить в месиво такого исполина лишь одним движением ладони?

— Д-да…, - мужчина решился на ответ, — Целы.

Речь давалась ему тяжело. То ли от страха, то ли в общем от шока.

— Ещё есть? А если найду?

— Нет. Только…, - он сглотнул и кивнул на мясную тефтельку позади, — Только этот. Сыну стало плохо. Мы хотели… хотели воспользоваться личным телепортом. Знали, что запрещено. Что нельзя. Но всё равно активировали. И тогда случилась аномалия.

«Значит, обычные людские телепорты теперь опасны?»

Я активировал всевидение и понял, что к нам вот-вот выбежит группа реагирования. Забавно, но, судя по всему, она реально успевала. И нахрен я всё это делал, спрашивается?

— Ладно. Тогда берегите себя, — я махнул на прощание и уже приготовился телепортироваться восвояси, как вдруг…

— Г-господин! — окликнул меня мужчина, — Как… как вас зовут? Кто вы такой?! Прошу, скажите! — едва не кричал мужчина дрожащим голосом.

— Я?… — хмыкнул я, — Вортекс.

Телепорт. На сей раз аккуратный.

Я оказываюсь на крыше здания неподалёку. Тёплый ветер моментально ударяет в лицо, а приятный сладкий запах цветущих деревьев невольно вызывает улыбку.

Да, здание было невысоким. Да, даже часть города отсюда не увидишь.

Но мне казалось, что весь мир у меня на ладони. Все континенты, все страны, океаны и моря… всё лежит передо мной.

Я… я ещё никогда не чувствовал себя таким свободным.

Антон Громов. Катя. София. Мама. Сестра. Теодор.

Лоуренс.

Ждите меня.

Теперь я могу делать всё, что захочу.

Ведь даже с одним лишь Вортексом, отныне я — Сильнейший.

И уж поверьте, я не намерен это скрывать.

-

Ежеглавная рубрика “Небольшие истории этого интересного мира!"

Где-то в тёмном помещении.

— Господин Сёгун-сама! — вбежала женщина.

— Да? — ответил взрослый властный голос.

— Господина Вортекса… того…, - она сама не верила, — Украли.

— Чего?..

— Спиздили, дэсу.

Сёгун Миямото, разгребавший кучу важных бумаг, поднял голову и задрал бровь.

— Что-ж, ожидаемо. Он нам не доверяет…, - вздохнул рослый накаченный лысый мужчина, — Сам ушёл, полагаю. Чёрт… да ещё и я не успел поприветствовать…, - он начал отбивать пальцами по столу, — Это мы виноваты. Нужно возвращать его доверие.

Женщина не смела перебивать Сёгуна, но она очень хотела, чтобы Вортекс вернулся в Сёгунат. Это ведь… это ведь Вортекс! Сам! Настоящий!

Она всё сделает, чтобы его вернуть. Если понадобится… даже может отдаться. Один разок. Для дела.

Ну.

Может и не один.

А может и просто так. Но суть в том, что она как никто другой хочет его вернуть!

— Ладно, что там с Мей Рейвиль? — Миямото продолжил.

— Сказала, что явится.

— Обман Аргуса Рейвиля стоил нам потери отношений с Рейвилями. Но иначе бы Вортекс погиб в ту ночь. Я всё ещё считаю, что мы поступили верно. Спасение Бога в обмен на испорченные отношения… это хороший обмен, как думаешь?

— Конечно-конечно! — страстно закивала японка.

— Но отношения, честь и доверие — не пустой звук. И мы его подорвали. Очень… сильно. Особенно перед господином Вортексом. Теперь нам нужно во что бы ни стало извиниться перед нашим Богом, — Миямото сжал кулак, — И поможет нам только Мей Рейвиль. Остаётся лишь молиться, что она согласится на наше предложение, — он вздохнул и прикрыл глаза, — Нам нужна Агония.

Глава 2

Забавно лежать на крыше и слушать, как внизу бегают японцы и пытаются тебя найти. Чувствуешь себя читером, который притворяется обычным игроком — ты понимаешь, что несмотря на старания людей, ты в любой момент можешь просто щёлкнуть пальцами, и они проиграют.

Как бы меня ни старались отыскать, если у них получится — одна моя мысль, и я просто исчезну.

Так чувствуют себя Боги? Как читеры в игре под названием «жизнь»?

Уже вечерело. В Японии настолько приятно, что я даже задремал, уложившись на крыше одного из домов.

«Ладно, пора уходить», — я присел и размял шею.

Домой нужно. В Сёгунат ещё успею вернуться, а вот увидеть и успокоить родных хочется уже сейчас.

Но как попасть в Москву? Ну, наверное, должно быть просто — телепортариум. Подключусь как в прошлый раз. Да, я без понятия где он, но не думаю что это проблема — просто спущусь и спрошу у нормальных людей.

Пора наводить порядок в своём окружении. Навёрстывать те девять месяцев кукования на кровати.

— Всё, вставай, ержан, хватит спать, — я потянулся, зевнул и осмотрелся.

И впрямь вечерело. Судя по мирным звукам, больше прорывов чудовищ не было, и жизнь пошла своим чередом. Думаю, всё же, тот случай был единичным.

Я выглядываю из-за козырька крыши. Местечко вроде тихое. Никого. Самое то для телепортации одного дебила.

«Без разрушений… без разрушений… аккуратно…», — концентрируюсь, и вытягиваю своё тело в межпространственный тоннель.

Всё вокруг размывается, и меня выплёвывает немного не там, где планировалось.

А если точнее, то в дерево нахер.

Черепица японского домика потрескалась и посыпалась, а бедное большое растение частично разлетелось в щепки, когда я вынырнул рядом. Про землю и вовсе молчу — никакой травы здесь больше нет.

Да уж, несмотря на быстрое освоение способностей, их нужно оттачивать. Да и куча условностей неизвестна. Например, что будет, если телепортироваться в твёрдый объект? Мне что-нибудь оторвёт? Или объект разлетится? Или просто выплюнет?

Или вот телекинез. Могу ли я брать предметы, которые не вижу, но предполагаю? Сердце, например? И на каком уровне можно освоить способность? Смогу ли проводить операции на кровеносных сосудах? Соединять и разъединять клетки? Нейронные связи?

Короче, поле для экспериментов огромное. И это уже не говоря о новых способностях!

Но чтобы ко всему этому приступить, нужно вернуться. Здесь, в стране с таким количеством крыс на квадратный сантиметр, я оставаться не хочу. Пусть задабривают и извиняются, но уже в другом месте, и когда я приду в себя.

— Ладно, приберутся, — я отряхнулся и осмотрелся.

Ничего примечательного вокруг не было. Сёгунат — тихая закрытая страна. Люди здесь сидят дома под котацу, греют ножки и няшатся под аниме. Здесь нет суеты от слова совсем. И людей мало.

Ладно, попробуем иначе.

«А если так…», — прикрываю глаза и концентрируюсь.

Странное чувство, знаете. Будто ты открываешь глаза, хотя при этом они закрыты. Твоё зрение расширяется на больший радиус, пространство разворачивается словно свёрнутая до этого бумага, а мозг начинает понимать то, чего раньше никого не понимал — видение в четырёхмерном пространстве.

Да. Скорее всего, я вижу пространство в другой мерности. Или его проекцию. В любом случае, стоит лишь пожелать, и я вижу то, что скрыто от обычных людей.

"Ага, а вот и люди"

Цель найдена. Русский пошёл на охоту — докапываться до других национальностей.

Парочка из кошкодевки и собакомальчика сидела недалеко и наслаждалась обществом друг друга. Веселились, хохотали, мурлыкались. Розовая пора во всей красе.

А потом пришёл я.

— Э-э-э… коничива. Бонжур, ёпта. Я сердечно извиняюсь…

Они аж повскакивали от неожиданного появления патлатого бомжа в больничной робе.

— Где в Токио находится телепортариум?

Они посмотрели на мои светящиеся глаза, небольшие, едва заметные трещины из-под футболки, и испуганно взялись за ручки. Или за лапки, хрен его этих зверолюдей разберёшь.

Странно. Я же на японском говорю. Должны разбирать. Или они просто не понимают о чём речь?

— Место, откуда телепортируются на другие континенты. Такая огромная каменная арка! Где она?

— В-врата? — осмелилась кошкодевочка.

Она забавно прижимала уши к голове.

Что за райская страна…

— Ну, наверное, хрен его знает, — пожал я плечами.

— В Нарите. Префектура Тиба. Э-это в восьмидесяти километрах отсюда. Вон туда, — она указала пальчиком в определённую сторону.

— О. Спасибо! Приходите молиться в мой храм, если такой есть. Я дам благословение на ваших котопсов!

— В ваш… хра…

Я телепортируюсь на крышу здания, быстро осматриваюсь и, оттолкнувшись ногой, телепортируюсь вновь. Затем повторяю. И ещё раз. И ещё.

«Ха-ха», — не знаю почему, но мне было очень весело, — «Ха!», — телепортируюсь, срываюсь с крыши и прямо в падении телепортируюсь на следующую, — «Ха-ха!», — хватаюсь за край, подтягиваюсь с помощью телекинеза и вылетаю прямо над зданием.

— Пха-ха-ха!

Скачок. Снова. Снова. И снова! Неудержимое перемещение туда, куда захочу.

Я запинался, рушил всё на пути, едва не падал, но продолжал, продолжал и продолжал телепортироваться, продолжал двигаться вперёд. И с каждым прыжком, с каждым километром, оставшимся за спиной, я был всё быстрее. Всё аккуратнее. И одновременно с этим… всё счастливее.

В один из скачков, когда я приземлился аккурат перед козырьком и едва успел зацепиться за него ногой, я оттолкнулся и телепортировался так высоко, как могу.

Прямо в небо.

— Пха-а-а-а-аха-ха! — заорал я, не сдерживая смех.

Ветер сразу же ударил в лицо и зашумел в ушах. Высота была столь огромной, что останься в мире самолёты, я бы непременно мог бы столкнуться с одним из них.

Десять километров свободного полёта. Невероятная опасность, подсознательный страх и…

Такое детское, искреннее счастье свободного человека.

Я летел вниз, просто наблюдая за городом и крошечными огоньками внизу.

Мир… такой маленький.

Лишь протяни руку, и ты охватишь половину. Переведи взгляд, и увидишь весь мегаполис. Страна, что считается самой опасной, сейчас лишь не более картинки там, внизу.

Сейчас, находясь на смертельно опасной высоте, я впервые осознал, что значит свобода.

«Как же долго я спал», — улыбнулся я, разворачиваясь спиной к земле, прикрывая глаза и позволяя полёту меня поглотить.

У меня такое впервые.

Чувство… комфорта.

Я понимаю, что я на своём месте. В своём теле. Я понимаю, что я… это Я.

Теперь я чувствую, что по-настоящему жив.

«Я ни за что не отпущу этот шанс», — разворачиваюсь лицом к земле, — «Теперь я буду жить так, как захочу. Ведь я…», — всевидением замечаю прорыв монстров, — «Сильнейший».

Телепортация. Пространство размывается, и спустя мгновение я с грохотом обрушиваюсь на землю. Асфальт трещит, а ударная волна закрывшегося телепорта сдвигает стоящие рядом автомобили.

Я приземлился ровно между группой из людей и трёх богомолоподобных монстров. Погоня остановилась. Все смотрели на меня.

— Йо, чё кого? — я улыбнулся ошарашенным жителям, развернулся на чудовищ и, изобразив пистолет, прицелился на одного, — Бам.

Его грудь разрывает.

— Бам.

Голову второго сносит на куски.

— Бам.

Промахиваюсь и уничтожаю лишь ногу. Чудовище заверещало.

— Э? — недоумённо наклоняю голову, — Ты чего? Бам.

А вот теперь подыхает и последний — разлетается, словно лопнувший шарик.

— Ну вот и всё. Ладно, бывайте, — я машу рукой ошарашенным японцам, — Не забывайте посещать мои храмы.

Я почти исчезаю во вспышке, как вдруг меня хватаю за руку, и заставляют прервать скачок.

— Что? — я хмурюсь и оборачиваюсь на людей.

На японцев, с распахнутыми от восхищения глазами. На людей, которых спас их Бог.

— Это ведь правда? — женщине, схватившей меня за руку, не хватало дыхания, — Слухи не врут? Это правда вы?

— Да, это…

— Вортекс! Это Вортекс! Наш Бог!

Они совершенно позабыли, что минуту назад чуть не погибли. Им было плевать.

Восхищённые, полубезумные лица — вот, что я видел. Искреннее счастье от встречи с тем, кого они на протяжении поколений считали героем и своим хранителем.

— Скоро праздник Созидания в вашу честь? Вы явитесь?

— Я…

— Ваш храм! Вон, ваш храм! Я там был недавно! Я молился на удачу! Неужели вы меня услышали?!

— Нет, я не…

Голоса. Шум. Много, много речей со всех сторон, включая и выглянувших из окон людей.

Всё о чём-то спрашивали. Все радовались. Все не могли поверить, что я вообще реален.

Для всех них я словно… мессия?

«Чёрт», — я не мог ответить ни на один вопрос, не мог даже скоцентрироваться на одном голосе и человеке, — «Да чёрт!»

Я выдернул руку, отошёл от толпы и, не зная что делать, просто телепортировался как можно дальше.

Вспышка. Я оказываюсь на крыше одного из зданий. Осматриваюсь.

Я был на вершине одного из храмов, с каменной статуей сидящего в балахоне человека, держащего куб в руках.

Это был мой храм.

«Твою мать…», — прикрываю глаза и потираю переносицу, устало усаживаясь на край крыши.

Будь я Гордыней, наверняка бы справился с таким давлением. Быстро бы выкрутился и что-то придумал, ведь будучи владельцем Короны, я был жалким лжецом с завышенной самооценкой.

Но сейчас, когда все слова о вере и восхищении реальны… я просто не знаю, что с этим всем делать.

«Мне нужно всё обдумать. Не здесь. Не в Японии», — я снова прикрываю глаза, — «Хотя бы привыкнуть, что я — это новый я. Настоящий»

Только что мне в лицо кинули ответственность, словно мягкий сыр в лицо бедного котика. Со шлепком таким, знаете.

Похоже, не только мне по небу летать и черепицу крушить.

«Ладно, как отсюда свалить?..», — я активирую всевидение и получаю доступ ко всему, что есть в ближайший десятках, если уже не сотнях метров.

Ого, кто-то сексом занимается. О, это две девушки. Ножницы. Щи-и-ищ.

Хорошо, что я это увидел. Нет, безусловно, подсматривать плохо, и я таким занимать не буду, но меня это немного отвлекло. Да и девчонки симпатичные…

Слава богу, что не в моём храме, к слову. Не хватало ещё репутации Покровителя Разврата.

«А вон и телепортариум», — я увидел нужное здание.

До него осталась пара километров, и он, почему-то, был хорошо опечатан охраной.

А, неужели прорыв монстров из-за телепортационной арки случился? По идее, Лоуренс может открыть массивные порталы как раз в телепортариумах, и неудивительно, если их тщательно охраняют. Но, видимо, редкие прорывы случаются, и тем японцам просто не повезло.

«О, а вон и арка», — её даже обычными глазами было видно.

Огромная такая, каменная. И что самое странное, она была явно меньше той, что строил Август и Лоуренс.

Какую же огромную дрянь они планировали через неё пропустить?..

«Может в этот раз получится не поломать всё вокруг?», — телепортируюсь.

Вспышка, и я с грохотом появляюсь вообще в коридоре, а не на площадке.

Да, тренировки нужны.

— Извините, сорри, — кивнул я мгновенно среагировавшему охраннику.

Вспышка, и я улетаю от выпущенных в меня заклинаний. Пришлось использовать всевидение, чтобы понять куда лететь.

А вот теперь выхожу где надо. Моя остановочка.

— Здрасте, привет, пока, удачи, — касаюсь арки, мгновенно чувствую установившуюся связь с точкой на другом конце планеты, и по наитию активирую телепорт.

Вспышка. Причём куда мощнее и сочнее, что ли. И пространство не размывается, а улетает куда-то вверх, а я в прямом смысле оказываюсь в синем тоннеле пространственной энергии.

Я будто в сгусток материи превратился. Как… говно по канализации покатился.

«Ой. Что-то мне плохо…», — живот скрутило.

И это не шутка. Мне правда стало плохо, причём не резко, а будто закономерно. Тоннель, поддерживаемый лишь моей магией, начал трескаться, и если из него не выйти сейчас, то может случиться что-то очень ужасное.

Нужно выныривать.

Я концентрируюсь, и неведомо как телепортируюсь просто вниз, приземляясь куда-то на землю.

— Буэ-э-э…, - я упал на колени и заблевал.

Да, натурально устроил блевашку. Отдача ли это? Цена за использование силы? Или может смертельная болезнь, разрушающая моё тело?

Нет.

Меня просто укачало.

Я просто хочу кушать.

Напомню, это тело не ело несколько тысяч лет, а тут и прыжки через весь город, и телекинез, и телепортация через континенты, и собаки танцуют, и весело всем.

Мне просто стало плохо.

— О боже, — прокряхтел я, — Где я?

Осматриваюсь.

Похоже на традиционные китайские дома? Я что… вылетел в Империи?!

Хотя, это как раз логично — Империя ведь как раз между Сёгунатом и Европой. Тем более время не сильно отличается от токийского — такой же вечер, но может на час раньше.

Хм… время…

Мне тут подумалось. Есть же теория, что пространство = время. Гравитация, например, его искажает, а возле чёрных дыр творится вообще не пойми что.

А вдруг… я тоже смогу искажать течение времени? Понятно, что не перемещаться в прошлое или видеть будущее, но, например, замедлять? Создавать горизонт событий вокруг себя?

— Щи-и-и-и… буэ-э-э, — я снова заблевал.

Живот сворачивает. Такое ощущение, что он переваривает сам себя.

Похоже, не видать мне божественного тела без Аква-Вортекса. Да и Гео явно не хватает. Представить страшно, какую силу я получу, если поглощу оставшиеся два куба.

— Боже, — я перевалился на спину и прилёг.

Да, точно Империя — слышу китайский язык. И буквально через несколько секунд мою правоту подтвердил подошедший китайский ребёнок. Такая маленькая забавная девочка с пухлой мордахой, двумя косичками и в традиционной китайской одежде.

Она неуверенно подошла и посмотрела на меня сверху вниз. В этот же момент мой желудок издал прощальную песню умирающего кита, и я, не то смущённый, не то так же помирающий, схватился за живот.

Девочка нахмурилась. Она посмотрела на моё побледневшее лицо, трещины у груди, перевела взгляд на живот и, задумавшись на несколько секунд, полезла шариться в карман.

— На, — она протянула мандаринку.

— Это м-мне?… — спросил я на китайском.

Она быстро-быстро закивала.

Боже, что за чудесный мир.

Стеснительно приняв мандаринку из ладошки, что её с трудом удерживала, я сожрал милостыню едва ли не со шкуркой.

Девочка увидела мой аппетит и материализовала ещё одну, также неуверенно её протягивая.

Ну а я простой бомж. Я хочу кушать. И я кушаю.

«Вот, да. Так намного лучше», — и жизнь ярче стала, и счастье привалило.

А девочка была и рада покормить странного телепортирующегося бича. Единственное, что меня интересовало, откуда у неё столько мандаринок.

— Дорогая, что ты делаешь?! — к девочке подошёл мужик, — Не приставай к беднякам! Пойдём отсюда! У нас ещё аудиенция с Романовой.

Эх, знали бы вы, что этот бомж — бог, которого вы…

«Романовой?», — я поднялся.

Если Катя не успела заделать дочку или сестру, то это наверняка про неё! Она что, в Империи? В том же городе, в каком вылетел я?

Нужно проследить за семейкой. Если они действительно идут к Кате, то это же хорошо! Пораньше встречусь с человеком, которым хотел. Тем более в таком необычном месте. Почти свидание, хех?

Я поднялся, подождал и телепортировался на ближайшую крышу. Проследить труда не составило — парочка вывела на четырёхэтажное здание во всё том же китайском стиле. Вокруг бродили боевые маги, какие-то люди в пиджачках, а разговаривали почти все на русском.

«Девять месяцев, и уже такая важная курица», — хмыкнул я, обдумывая, как попасть к ненаглядной.

Охрана вряд ли пропустит бомжа — выпнут ещё на пороге. Так что единственный вариант…

«Должно быть на последнем этаже», — я концентрируюсь на открытом окне и как можно аккуратней к нему телепортируюсь.

Аккуратно не вышло — черепица крыши разлетелась, а деревянное окно едва не слетело. Хорошо, что я додумался скакнуть чуть подальше и ухватиться уже руками, иначе бы и стену разнёс.

Впрочем, дело сделано, а меня не заметили.

Я подтягиваюсь, переваливаюсь и вот он — кабинет Екатерины Романовой. Как минимум фотка её и Августа, стоящая на столе, говорит именно об этом.

Свет был включён, хотя в кабинете никого. Будто его быстро покинули, и скоро должны вернуться. Снизу доносились голоса. А ещё пахло духами. Женскими.

Что, неужели Катя начала их использовать?

«Что-то мне это не нравится», — я сел на диван в углу.

Раньше я за ней этого не замечал. Да, она минимально ухаживала за собой, но ни маникюр, ни плотный макияж, ни тем более духи — ничего этого и в помине не было. А здесь…

Неужели есть ради кого? Или просто изменение в характере?

Но ведь люди просто так не меняются.

«Девять месяцев…», — вздохнул я, запрокидывая голову назад, — «Как же много»

Я пропал будучи малолетним неудачником с заёмной, корявой силой, а вернулся Богом, которому поклоняется целая нация.

Интересно, как на меня все отреагируют?

«Что скажет София? Катя? А мама с Викой? Как они удивятся не просто моему выживанию, а… такому преображению?»

Только вот… с учётом посетивших только что мыслей…

А нужен ли я им вообще? Они уже если не смирились, то близки к этому. Их жизнь вошла в струю, где меня нет. Где нет странного, слишком горделивого и зазнавшегося Кости. И нужен ли им новый я? Нужен ли им Вортекс?

«Нужно ли им… Это?», — я посмотрел на светящееся сердце.

Существо в принципе другого порядка. Не выйдет ли так, что оставайся я в тени, их жизнь была бы счастливее?

Катя вполне могла себе кого-нибудь найти. София влюбиться. А семья просто смириться и жить дальше.

— Да уж. Девять месяцев. Много.

Ладно, к чёрту. Я умер два раза не для того, чтобы жить с сожалениями. Сейчас и узнаем.

Я прикрыл глаза и посмотрел сквозь пространство. Да, Катя поднимается. Скоро придёт.

«Ну… момент икс».

Первый человек, которого я хотел увидеть после пробуждения, сейчас окажется передо мной.

Дверь открывается. Слышится цокот каблуков.

— Да, я знаю! Через десять минут буду! Всё, не мешайте! — крикнула Катя на кого-то и, зайдя в кабинет, громко закрыла за собой дверь.

Даже глядя ей в спину, я не смог не признать её красоту в какой уже раз.

Военная форма, которую она носила, не могла скрыть достоинств её фигуры: ни талии, ни изгибов бёдер, ни груди, очертания которой я видел даже отсюда. Её чёрные с синим оттенком волосы явно стали длиннее, а кожа, раньше бледноватая, обрела здоровый, можно сказать, загорелый оттенок.

Красивая девушка. Даже без учёта лица, которого не вижу.

— Сколько можно?… — прошептала она сама себе, упираясь руками о стол и сжимая планшет с бумагами, — Я пришла дела делать, а не на банкетах веселиться! Какого чёрта я должна кого-то принимать?..

— Дама нарасхват теперь, ха?

Катя среагировала моментально. Она сложила пальцы свободной руки в печать, и с разворота пустила в меня что-то вроде фантомных цепей с шипами.

Я поднимаю руку и телекинезом просто останавливаю всё в метре перед собой. И магию, и пыль, и воздух. Вообще всё, что было спереди.

Цепи зависают.

— Так встречаешь знакомых?

— О боже…, - у неё перехватило дыхание.

— Ну-у да, он самый.

Катя роняет планшет, прикрывает рот ладошками и пятится назад, упираясь ногами в стол.

Она ничего не ответила — лишь продолжила тяжело дышать и смотреть на меня широко распахнутыми глазами. А заклинание, которое она поддерживала, задрожало и быстро исчезло, потеряв всякую связь с хозяйкой.

— Т-ты… но ты ведь…, - бормотала она в руку.

— Что?

— К-костя… это ведь… это…

Она что, настолько не может поверить в моё возвращение?

Она что… настолько была убита моей пропажей?

— Я ведь не умирал. Я просто исчез. И вот, в первый же день я встретил тебя. Это ли не судьба?

— Но…, - широкими от шока глазами она не отрывала от меня взгляд, всё так же продолжая прикрывать рот ладошками, — Твои волосы, глаза. Твоё лицо. Это правда ты?

— Правда, правда, — я с улыбкой встал, подошёл к девушке и расправил руки, — Ну, в честь воссоединения.

Катя замерла. За всё время нашего диалога она так ни разу и не пошевелилась, и вряд ли сейчас сообразит, чего я хочу.

Ладно, сам сделаю.

Я шагнул навстречу и просто её обнял. Не то, чтобы она мне родной человек, но я всё же был рад её видеть.

И это подуспокоило Катю. Она расслабилась — я почувствовал, как спадает напряжение с её спины и рук.

— Но что случилось?! Что с тобой стало?! Все думали что ты…

— Умер?

Она поджала губы.

Всё-таки, мою смерть начали принимать.

Это… печально и неприятно.

— Но как видишь, — я сел перед столом.

— Что произошло? Где ты был? — она села напротив меня.

— Долгая история. Я летел в Москву и случайно выпал здесь. Где мы вообще? Что ты тут забыла?

— Город возле Пекина. Сюда движется волна чудовищ, и меня попросили ассистировать их уничтожение, чтобы до Китайской Стены не добрались. Да это не важно! — эмоции прорывались сквозь шок, — Как ты выжил? Почему не появлялся? Где ты был?

— Долгая история, — повторил я, — Потом обязательно расскажу.

Её переполняют чувства: голос становится громче, руки не сидят на месте, а дыхание то и дело перехватывает.

Она что, искренне рада меня видеть?

Но… что-то здесь не так. Разговор как-то странно повис. Мы оба замолчали, и если я ждал девичьей реакции, то она либо не могла найти слов, либо решимости.

И мне это не нравилось.

Катя не из тех, у кого не хватает решимости. Раньше она без проблем могла передо мной извиниться и признать свою неправоту, — несмотря на свой характер, — а здесь, в момент радости, она не может на что-то решиться.

Плохо. Не нравится.

— Да, я вернулся. Но мне пришлось… через многое пройти, — тихо начал я.

— А? — она вскинула голову.

— У меня… провалы в памяти, — я взял её за руку, развернул ладошкой к себе и начал медленно поглаживать пальцами, — Я помню, что раньше у тебя было больше мозолей. Помню, что кожа была бледнее.

Она не сопротивлялась, а лишь смотрела на меня странным, несвойственным ей взглядом.

— Но я совершенно не помню, что мы значили друг для друга, — я немного сжал её маленькую ладонь, — Это словно тёмный участок в лесу. Мне нужно лишь напомнить. Лишь сказать правду, и я тут же вспомню. Ну или приму это за действительность, — хмыкнул я, поднимая на неё глаза, — Так кем мы были, Кать?

Она замерла. Стоило нам встретиться взглядами, как девушка опустила глаза на наши руки, и задумалась. Её будто выбило из этого мира. На её прекрасном лице не было ничего, кроме отрешённости.

Но это не продлилось долго.

Молчание было нарушено.

— Мы… мы были парой, — она поджала губы, — До того, как ты исчез, мы были парой.

Я распахнул глаза.

Девушка не осмеливалась поднять глаза.

— Госпожа! — в комнату вбежал мужчина, — Монстры ускорились! Уже подбираются!

— Да! Иду! — она сжала напоследок мою руку и подскочила, — Прости, скоро вернусь. Мне… мне нужно срочно бежать.

Катя подошла к мужчине, встала рядом, и тот активировал какое-то устройство, скрывшее их в портальной вспышке.

Тишина.

Я остался один.

Остался в душном, жарком помещении. Остался слушать голоса людей снаружи и собственные мысли, стучащие о стенки черепа.

— Зачем?… — прошептал я, вставая следом.

Прикрываю глаза и вижу оставшийся след телепортации. Подхожу, касаюсь, и чувствую, куда они улетели.

Действительно недалеко. Я смогу добраться до них в два прыжка

«Мы не закончили, Катя»

Активирую их портальную арку, узнаю точные координаты и телепортируюсь ровно два раза, прежде чем оказаться на реконструированной китайской стене.

Со всех сторон было много людей. И европейцы, и китайцы, и даже пара африканцев. Все бегали и суетились, орали и готовились к бою.

Катя стояла недалеко. В метрах десяти, может. Меня не видела.

Всё её внимание было сосредоточено на рое чудовищных тварей, бегущих прямо сюда. Их было несколько сотен так точно, и я даже отсюда слышал их визг, топот щелчки неугомонных челюстей. Настоящая орда.

Прорвутся сквозь стену — городу точно конец. Пекин-то наверняка устоит, но все люди до него просто помрут.

А это сотни тысяч ни в чём не повинных жизней.

Это девочка, дававшая мне мандаринки.

— Как бы я был рад услышать эти слова раньше. Я бы… просто посмеялся и принял за комплимент, — подхожу к ничего не замечающей Кате, — Но сейчас… не знаю, божественная честь мешает. Травма от недавней смерти.

— К-костя? — её аж передёрнуло, — Что ты здесь забыл?! Здесь опасно! Какого чёрта?! Как ты вообще здесь оказался?! Как…

Она заметила выражение моего лица.

— Я всё помню, Кать, — прошептал я, — Я не терял память.

Несмотря на гул и гомон, казалось, что мы слышим мы только друг друга.

— Ты спрашивала, куда я пропал? Ответ прост — меня убили. И к этому причастен человек, которому я верил. Который… в итоге меня обманул.

— …, - она распахнула глаза, а её дыхание ускорилось.

— Раз мы не были вместе раньше, с чего ты взяла, что от обмана эти причины исчезнут? Думаешь всё бы в итоге сложилось хорошо? — я посмотрел ей прямо в глаза.

Разочарование. Я испытывал разочарование.

Зачем, Кать? Ну почему? Какого чёрта? Такая радость от встречи с тобой в итоге обернулась сраным обманом, на который ты никогда раньше не была способна.

Шум приближающихся тварей мешал. Я не мог сцентрироваться.

— Да твою мать…, - процедил я, сжимая кулак, — Хватит мешать!

Я напряг руку и с разворота, в полной амплитуде, махнул в сторону приближающегося роя.

Движение далось тяжело. Очень. Я едва прорывался сквозь плотность воздуха, будто это и не воздух, а вода под давлением.

Но с каждым пройденным сантиметром, волна всеразрушающего телекинеза набирала ход.

Она началась за несколько метров до роя. Сначала прижалась трава, затем погнулись деревья. Потом они начали вырываться с корнем, и вместе с землёй, вместе с чудовищами, просто полетели по направлению невидимой силы.

Я не брал конкретный объект, не двигал воздух — я пустил волну чистого, всепожирающего телекинеза.

По высушенной земле пошли трещины. Я буквально разрывал земную твердь, и никто, будь то летающие твари, быстро ползущие или даже телепортирующиеся, никто не смог сбежать. Они верещали, убегали, защищались.

Ничего не помогало. Волна шла слишком быстро.

Когда вся мешанина из крови, пыли и щепок достигла конца роя, это действительно походило на прошедшее цунами, превратившее обычную область в высушенную, потресканную пустыню

Сотни квадратных метров. Сотни существ.

Не осталось ничего, кроме гула прошедшего землетрясения.

Рой, для сражения с которым позвали саму Екатерину Романову, превратился в ошмётки за несколько секунд.

Я тяжело дышал. На тело сразу же навалилась слабость, будто я упражнялся несколько часов. Но больше… ничего.

Одно движение рукой, и я снёс армию.

— Твою мать. Всё настроение к чёрту, — я выпрямился, вздохнул и посмотрел девушке в глаза, — Ну вот зачем?.. Всё ведь могло сложиться так хорошо. Единственный принцип, который у меня появился после второй смерти, и через тот ты переступила. До чего же ты… глупая, маленькая девочка в плане отношений. Что-ж нам с тобой так не везёт-то, милая моя Катя? Может, и впрямь не судьба?

— К-костя…, - она тяжело задышала, — К-кость, я… погоди я…

— Потом поговорим. Теперь мне интереснее другие люди, — я шагнул назад и исчез в портальной вспышке.

— Костя! Подожди! Я всё…

Дальше я ничего не слышал.

Выйдя возле пекинского телепортариума, я положил руку на каменную арку и телепортировался в Москву.

«Один из пяти человек, с которым я хотел встретиться, оказался лжецом», — я выдохнул.

Я даже не представляю, что меня ждёт с оставшимися.

Но узнать, похоже, у меня выйдет не скоро. Я даже не успел смириться с Катиным поступком, переварить произошедшее и осознать очередную грань моих возможностей, как даже без всевидения я увидел знакомого. Очень неприятного для меня знакомого.

Сатору — один из дипломатов Сёгуната.

Он, и десяток других японцев окружили портальную арку, преграждая путь недовольным, и уже бунтующим гражданам.

Сатору стоял рядом со мной. Он знал, где я окажусь.

— Господин…

— Пошёл в жопу. Ты мне не нравишься. Бака.

Я уже приготовился телепортироваться подальше, как вдруг весь гомон недовольных людей утих. Резко, в одно мгновение.

Я повернулся.

Сатору, склонив голову, стоял на коленях.

— Господин Вортекс, прошу, простите меня. За обман, за иллюзии. Простите Сёгуна, что не явился к вам лично. Сейчас я говорю от лица всей страны. Позвольте нам искупить вину, — он не осмеливался поднять головы, — Позвольте… подсказать вам, как добыть Аква и Гео Вортексы.

Я замер. Посмотрел на Сатору.

Он поднял голову.

— Вы — наш Бог, господин Вортекс. И мы сделаем всё ради вас. В том числе и поможем в поисках оставшихся частей вашей былой силы.

-

Ежеглавная рубрика “Небольшие истории этого интересного мира!"

Катя добралась до выделенного ей дома только через несколько часов. Она опёрлась руками о стол и нервно отбивала пальцами по дереву, раз за разом гоняя одни и те же мысли.

Пустота, стягивающая её сердце, всё никак не уходила.

Она взяла телефон и позвонила своему помощнику в Москве.

— Здравствуйте, госпожа, — ответил ей мужчина.

— Срочно. Где София?

— Всё ещё в школе.

— К ней никто не приходил? — с надеждой спросила девушка.

— Нет. Ну, кроме Евгения недавно.

— Тогда…, - она поджала губы, — Тогда позови её в наш особняк. Скажи… да хоть что скажи. Главное, пусть она сейчас придёт. Скажи, что я хочу её увидеть.

— Постараюсь, госпожа.

Звонок завершился.

Катя, чувствуя, что поступает неправильно, что идёт вразрез своих же ориентиров, со всей силы сжала край стола.

Возможно, она будет об этом жалеть. Но если не попытается — пожалеет ещё больше.

«Нельзя, чтобы Костя виделся с Софией», — она тяжело задышала, — «Я… я всё исправлю»

Хотя бы просто извиниться. До того, как София узнает о возвращении Кости, Катя должна хотя бы извиниться.

И плевать ей, что, возможно София останется несчастной до конца своей жизни. Слишком долго Катя отказывала себе в желаниях. Долго жила ради других.

Сейчас Екатерина Романова хочет лишь одного:

Чтобы Росс был её.

Её, и только её. А София… да плевать, что там София.

-

Ежеглавная рубрика “Ещё одна небольшая история этого интересного мира!"

— Тео, будь осторожен, хорошо? — Женя коснулся его плеча, — Даже ты не сможешь принять такую орду без последствий. Могут и разорвать.

Теодор, скрестивший руки на груди, со вздохом посмотрел на телепортатора.

— Понял-понял. В общем, приду по сигналу, — Евгений, перенёсший Теодора на поле боя, исчез во вспышке.

Мужчина остался один.

Один, против сотен, если не тысячи бегущих к Москве чудовищ. Неподконтрольных, безмозглых тварей с одной лишь установкой в голове — разрывать и пожирать всё, что встретится на пути роя.

И им было плевать даже на трупы, по которым они пробегают.

Теодор выдохнул. Он снял очки, положил их в нагрудный карман рубашки и, приложив руку к груди, тихо произнёс:

— Снять ограничитель. Уровень… первый.

От его сердца пошёл импульс, вены на всё теле вздулись, а синяя энергия, бегущая по ним, окрасилась в ярко-зелёный.

Он сжал челюсть, едва сдержал крик боли и несколько раз дёрнул головой, переводя взгляд светящихся зелёных глаз на орду чудовищ.

А затем… он просто поднял руку.

Чудовища замедлились. Из их носов, глаз и ртов медленно потекла кровь. Они бежали и верещали даже несмотря на слабость и на чувство приближающейся смерти. Их не волновало, что трава, лежащая перед ними, моментально старилась и гнила. Деревья чернели и обваливались трухой, а некоторые чудовища, бегущие по бокам, теряли сознание.

Но когда рой прорядел наполовину, даже безмозглые твари что-то осознали.

Но было слишком поздно.

Вся тысяча существ, вся живность, лежащая перед глазами Теодора… вся начала умирать от неконтролируемый, мутирующей болезни.

Органы гнили. Рак распространялся. Энергия, бегущая по жилам, превращалась в яд и прожигала изнутри.

Чудовища блевали кровью, органами. Падали и дёргались. Сходили с ума и начинали пожирать друг друга, переставая отличать союзников от врагов.

И ничего не могло их спасти. Даже если они убегут, их жизнь закончилась в тот момент, когда враг выпустил проклятье.

Когда они встретились с Теодором — Чумным Королём. Магом национального уровня и одним из немногих магов тактического назначения — фактически, живым оружием массового поражения.

Все враги пали, и уже догнивали. Скоро сюда придёт Похоронное Бюро и заберёт всё это месиво на, что забавно, простое удобрение.

— Да уж…, - Теодор выдохнул, присел на пенёк и принялся оттирать мёртвую кожу с руки, попутно набирая смс Евгению.

Мужчина в розовой шубе появился мгновенно. Даже странно — обычно он чуть задерживался.

— Тео! ТЕО! — огромный двухметровый мужик едва не со слезами на глазах подбежал к давнему знакомому.

— Что на этот…

— СМОТРИ! — он показал телефон.

Там была фотография. Теодор из-за прогрессирующей слепоты, вызванной своей же силой, ничего не увидел, надел очки и всмотрелся.

Он потерял дар речи.

— Чё за…

Главный посол Сёгуната стоял на коленях перед его сыном.

Глава 3

Я нахмурился и осмотрелся.

Кто-то достал телефоны, кто-то просто шептался, кто-то просто стоял с выпученными глазами, но всех объединяло одно — они увидели нонсенс, который даже представить было тяжело. Один из послов Сёгуната, наделённый большими правами, встаёт на колени перед молодым парнем в больничной рубахе? Такое вообще бывало? Я напомню, что когда японец здоровается с тобой в ответ — это УЖЕ редкость.

Чёрт… хотел ведь по-тихому прийти.

— Да встань ты, не позорь меня, — прошептал я, оглядываясь на людей.

Удивление они даже не скрывали.

— "Да ну нахер. Да хоть за хер, я не верю."

— "Кто это такой? Погоди, что… что происходит?"

— "Это какая-то важная шишка? Наследник какой-то? Аномальный?"

— "Фоткай! Фоткай! Ёп тво мать!"

— "Эта сладкая попка мне чью-то напоминает…"

— "Женя, какого х…"

Вот как стать звездой за несколько секунд — заставь встать на колени самую отбитую нацию. Лайфхак, ёп твою мать.

— Тц, сука, — я цыкаю и хватаю Сатору за плечо.

Нас сворачивает в воронку, выдёргивает из пространства и выплёвывает где-то на крыше телепортариума. В лицо сразу же ударил свежий вечерний воздух, прохлада пробрала до костяшек, а ошарашенный японец едва не навернулся.

— В-вы… вы уже научились телепортировать сразу двоих? — не верил он в чудеса.

— Нет, лол, я вообще думал тебя разорвёт, — я осматривался.

— Тогда зачем…

— Не нравится шум, а тебя не жалко, — я кое-что заметил, — О.

Телепортируюсь к киоску с хот-догами, хватаю один и выскакиваю обратно на крышу, филигранно и на ходу усаживаясь на выход вентиляции.

— Ну давай, я слушаю, — сказал я, откусывая хот-дог и с интересом смотря на Сатору.

Она ещё раз осмотрелся, сглотнул и понял, что Бог-то у него это… с ебанцой.

— Во-первых, выражаю огромную благодарность от всего Сёгуната за вашу снисходительность. Мы понимаем, как подорвали ваше доверие, и сделаем всё, чтобы его вернуть, — начал Сатору сквозь шум ветра на крыше.

— Уж постарайтесь. И давай к делу. Меня интересует лишь помощь в нахождении Вортексов.

— Хорошо, — кивнул он, сразу пропуская целую диалоговую ветку у себя в голове и переходя к экспозиции и лору, — Ваша сила — лишь часть былой мощи, какой вы обладали. Это даже не треть, как можно было подумать. Это… даже не одна десятая.

— Вортексы друг друга дополняют?

— Получите Аква и Гео — станете бессмертным, сможете созидать любую материю. Хоро и Гео — сможете конструировать целые реальности, измерения, — он переходил на шёпот, — Ваша сила… сила Бога-Созидателя… неописуема. Она… просто недосягаема.

Я замедлил жевательные движения.

«Вот прям… создавать новые пространства? Прям бессмертие? Буквально божественность? Буквально ВСЕмогущество?»

Это ведь… это… сколько, твою мать, возможностей! Смогу повести человечество по нужному пути, смогу ему помогать. Смогу даровать бессмертие дорогим людям. Смогу видеть дальние уголки вселенной, приложить руку к созданию и смерти целых миров!

Передо мной будет открыто… вообще всё? Любое желание? Любая прихоть?

Я смогу получить и сделать всё, что захочу.

— Нужны лишь оставшиеся Вортексы…, - пробормотал я, возвращая темп челюсти и снова откусывая хот-дог.

— Именно, — кивнул Сатору, — Естественно вы можете заявиться в Африку и украсть их сокровище, но не думаю, что они о вас не узнают. Нужна ли вам репутация вора? Вряд ли. Нужно действовать аккуратно.

— И Сёгунат, естественно, может с этим помочь?

— Вам нужно посетить все страны мира, причём будучи почётным гостем. А для этого нужен соответствующий статус, даруемый каким-либо государством.

— Не, ну вы, конечно, молодцы, — хмыкнул я, тыкая в Сатору хот-догом, — Любая страна готова принять Бога с распростёртыми объятиями, дать мне что угодно, хоть жену президента трахнуть. Какой правитель не хочет сказать: "У вас ядерное оружие? А у нас Бог". Я это и без тебя понимаю — даже Богу нужен паспорт, — хмыкнул я, — Конкретика, Сатору, конкретика! Почему именно вы?

— Для других стран — вы очень сильный маг. Для Сёгуната — его хранитель. Скажите, кем лучше быть: магом национального уровня или же официально признанным божеством?

Призадумался.

Да, с одной стороны, нахрен мне всё это не надо. Поклонение? Вера? Я не та горделивая сучка из прошлого тома — теперь я важная и импульсивная сука из финального. Только вот…

Ответственность никуда не делась. Я УЖЕ бог узкоглазой нации. Я не перестану им быть по щучьему велению, по моему хотению. Ответственность УЖЕ здесь.

— Что ещё я получу, если стану гражданином вашей страны?

— Всё, что вытекает из божественного статуса: обожание, почитание, статус. Сможете основать собственный клан или присоединиться к любому другому. Все ресурсы нашей страны в ваших руках, человеческие в том числе. Любая девушка, будь то замужняя, может стать вашей. Наследницы великих кланов, принцессы, демонессы высших сортов фильтрации, вплоть до драконьих генов — все уже на подсознательном уровне вас любят. Любовницы, жёны, гарем — всё это ваше, лишь пожелайте.

«Чёрт… драконодевочки…»

Надо подумать. Тема довольно серьёзная, тут не до хихонек. Присоединяясь к определённой стране, я даю ей огромное преимущество и во всеуслышание объявляю о своём существовании. Снова ответственность, что-то делать, что-то думать.

И без этого нельзя, увы. Большая игра. #Яжсамхотел.

Да, нужно подумать. Но, похоже, Сатору решил меня добить.

— Но самое, на мой взгляд, ценное — время, — неожиданно продолжил он.

— А? — я поднял голову.

— Другим странам нужно время. Оформление документов, проверка потенциала и всё прочее. Мы же, признаюсь, документы подготовили заранее. Нам… не нужно ничего доказывать, господин, — он посмотрел мне в глаза, — Соглашаетесь — завтра же становитесь первым официальным божеством этого мира.

Я посмотрел в ответ.

«Тц. Слишком хорошо, чтобы быть правдой», — я со вздохом спрыгнул на ноги, отряхнул руки и, в последний раз посмотрев на японца, телепортировался прочь со словами:

— Я подумаю.

Вспышка, и меня уносит в случайном направлении. Япошка сам спустится, ничего страшного.

«Думать. Надо думать…»

Я вылетел где-то в центре торгового райончика для туристов. Тут и там стояли палатки, babushk’и в платках продавали тематические товары, — матрёшки, чайники, медведей, — а простофили на неграх и китайцах с удовольствием это всё покупали, не понимая, что одни собирают хлопок, а вторые собирают в подвалах эти же самые товары из хлопка.

Сложив руки за спиной, я с удовольствием шагал квартальчику и слушал торговую суету.

Эх… приятно.

Странно, но сейчас, шагая среди людей, среди обычной человеческой суеты, я чувствую себя по-настоящему счастливым.

Зачем все эти разрушения, дуэли? К чему всё это? Разве нельзя просто строить киоски и продавать матрёшки неграм? Разве нельзя просто вызывать у них улыбку неваляшкой, которая почему-то никак не падает?

Разве стоит улыбка китайской девочки, дававшей мне мандаринки, войны с чудовищами? Стоит ли обычный московский вечер очередной войны между аристократами?

«Я не хочу конфликтов», — кажется, я всё для себя решил, — «И присоединяясь к стране, меня заставят в них участвовать. Везде я буду лишь инструментом влияния», — я подошёл к киоску, — «Везде, кроме Сёгуната…»

— Здравствуйте, подайте кубик-рубика. Можно сразу несколько

— Держи, — мне протянули три игрушки, — С тебя…

Я телепортировался на какую-то крышу, оттуда в воздух, а затем, за несколько разгонных прыжков, залетел на самое высокое здание Нео-Москвы.

Хотелось расслабиться. Побыть наедине с собой. И окружив себя телекинезом, защищающим от ветра, я смотрел на крошечные огоньки снизу и просто наслаждался каждым мгновением такого вот всемогущества.

«Куда хочешь… что захочешь… и такой свободы станет ещё больше, добудь я остальные Вортексы»

Похоже, я начинаю любить свою жизнь.

— Твою мать, как это там…, - я приподнял кубик над ладонью и попытался его аккуратно собрать, как через минуту он уже разлетелся от неумелого движения, — Э-э-э, ёпта, так, падажжи…

Достаю второй. Аккуратно. Та-а-ак. Немного…

Поворачиваю одну грань. Ага. Затем вторую. Угу…

— Э-э-э…, - я высунул язык и медленно вертел левитирующий между ладоней куб, — Хе-хе, вроде получается.

Контроль даётся лучше. Голова, правда, разболелась, но это потому что я тупой, а не…

«Ха?», — внимание привлёк взрыв где-то вдалеке.

Кубик разлетелся к херам.

Прогремел второй взрыв. Причём это не энергокристалл на заправке или типа того, а… заклинание? Да, огненное заклинание на площадь. И гремит оно откуда-то с окраин.

«Не нравится», — нахмурился я, — "Кто смеет рушить мою идиллию? Какая сука вредит МОЕМУ миру?"

Я разворачиваюсь на краю крыши и, прикрыв глаза, падаю спиной вниз.

Крайняя точка мерцающей антенны стремительно удалялась. В ушах стоял такой шум, что я едва различал даже собственные мысли, не говоря уже о звуках столицы. Холод, скорость, свобода — всё это смешалось в падении с самого высокого здания города.

Странные суицидальные наклонности. Но только так я чувствую…

Что я Бог.

До земли пятьсот метров. Двести. Сто.

Пятьдесят метров до столкновения, но одна лишь моя мысль, и я исчезаю в портальной вспышке, через мгновение уже оказываясь на ногах.

«Там», — несмотря на ор очевидцев вокруг, моё внимание привлекал лишь источник взрывов.

Я телепортируюсь на крышу, осматриваюсь, ориентируюсь, и за несколько десятков скачков пролетаю весь город, временами разрушая крыши, снося автомобили и просто шугая голубей.

Скачок. Скачок. Скачок. Раз за разом, всё быстрее и быстрее.

Но время поджимало, и потому я не обращал внимания на небольшое укачивание.

И это того стоило — двадцать секунд, и я уже на другом конце города. Выскакиваю, снова филигранно прокатываюсь на ногах и на ходу усаживаюсь на край крыши, доставая кубик и наблюдая за представлением.

Погоди… знакомое хлебало!

Вася! Мой гопник Вася! Откуда у него второй глаз?! Почему он светится?!

Васёк стоял по одну сторону улицы. А по вторую… человек в белом балахоне и с «шумящей» маской на лице?

Какого…

— Ты уверена? — спросил Вася прижимающуюся к нему девчонку лет четырнадцати.

Та со слезами на глазах кивнула и спряталась за его спиной. Вася выдохнул, хрустнул шеей и вышел вперёд.

— Какого чёрта? Ты — жалкий самозванец! Культ Догмы никогда не станет домогаться воспитанников детдома! Ни моих, ни чьих-либо ещё!

— Такова писание, мой последователь, — Догма развёл руками, — Во имя поклонения, девы могут принести жертву своим телом.

Погоди… чё, сука?

То есть остатки Приказов, остатки моей Воли сохранились с пропажей Короны? Вася всё ещё смотрит за детскими домами и защищает его воспитанников?

И культ Догмы? Он разросся настолько, что появились лжепророки?

— Это наглая ложь, — процедил Вася, указывая пальцем на Догму.

Глаз смотрителя детских домов вспыхнул, а по его телу пошли красные трещины.

Только вот мне кажется, что даже с несколькими помощниками за спиной, ему не выстоять против грёбаных десятков последователей Лже-Догмы. Да, битва примерно пять против двадцати.

— Ты ведь знаешь, что я — неприкасаем. Что воля моя…

Я спрыгиваю с крыши и с грохотом приземляюсь на чью-то машину.

Разговор прекратился. Девчонка с синяками на руках пискнула и спряталась среди парней подальше. Остальные же, — что Вася, что лже-Догма, что его последователи в белых масках, — повернулись на меня.

Я посмотрел в ответ.

Пустым, разочарованным взглядом.

— Догма — есть созидание. Он пришёл, чтобы сделать жизнь лучше. Наказать провинившихся и дать шанс достойным, — процедил я, переводя взгляд на лжеца, — Но он не приходил, чтобы трахать детей.

Я провожу рукой сверху-вниз, и…

Просто разрезаю пространство там, где стоял Лже-Догма.

Его тело распадается на две равные доли, маска перестаёт работать, и все прекрасно видят, что за ней скрывалось не божество, а простой кривозубый бичара.

— Тц, мусор, — цыкнул я, — Ну, теперь видите? Не очень похоже на хвалёную неприкасаемость, верно?

Все застыли с открытыми ртами.

«Моё наследие живёт», — я же единственный, кто улыбался, — «Как минимум Вася делает то, что я хотел», — перевожу взгляд на парня, — «Или… потому что это он хотел?»

— Ладно, бывайте. Видите Догму-идиота — не бойтесь пинать ногами. Чао, — я уже махнул, как меня отвлекли.

— Стой! — крикнул Вася, — Кто ты такой?

— Я? — не сдерживаю улыбки, — Догма.

Телепорт на крышу, с неё в воздух, а оттуда подальше.

Да уж, удивлён. Не только тому, что дело моё живёт, но и что появились целые подражатели! Культ настолько разросся? Может вернуться к его управлению? Я ведь всё-таки…

«Так, погоди… ещё взрывы?! Они продолжили сражаться? Или… сука, я не туда прилетел!»

На весь район раздался грохот. И был он неподалёку от того места, что я принял за место сражения.

Плохо! Плохо-плохо!

Я меняю направление прямо в полёте и за два скачка долетаю на ярко-алой вспышки. Приземляюсь на крышу. Осматриваюсь.

Чудовища. Десятки чудовищ всех мастей и улучшений противостояли местному ополчению, во главе с… Митей?

Митей, покрытым огненными трещинами, значительно набравшим в мышечной массе и полностью излечившемся от вида бывшего наркомана.

От него исходила сила. Настоящая, чистая боевая мощь.

И он защищал здание. Детдом? Да, точно, это детдом. Защищал людей в нём. Защищал…

— Мама…, - прошептал я.

«Нет… нет-нет-нет!», — я телепортируюсь вниз, проскакиваю мимо линии защиты и телепортируюсь прямо к лежащей женщине.

Она держалась за кровоточащий бок.

В моей груди всё опустело.

— Эй. Эй, мам, эй!

— К-костя? — она подняла на меня голову, — Костя, это ты?

— Да! Это я! — я схватил её за руку и упал рядом на колени, — Что с тобой?!

— Костя… Костя, ты жив…, - она тяжело задышала, — Ты…

— Потом разберёмся, где я и кто я! — заорал я, — Что с тобой!?

Мама зажмурилась и, протяжно выдохнув, взяла себя в руки:

— Задело. Ничего страшного, жить буду, но бегать вряд ли смогу, — улыбнулась Лиза.

— Что ты здесь забыла? Зачем ты вообще сюда вернулась? — во мне вскипала ярость вперемешку со страхом.

— Работаю, — ответила она ослабшим голосом, — Я волонтёр в культе Догмы. Они… помогали мне справиться с твоей пропажей — теперь я помогаю им.

«Сука…», — я сжал челюсть.

Вортекс в моей груди начал пульсировать. В голове появился шёпот.

— Сколько ещё продержишься? — спросил я пустым голосом.

— Много. Сынок, я же говорю, всё хорошо. Я лишь боюсь, что ты…

Взрыв позади. Грохот. Лиза замолкает и жмурится от боли, а я поднимаю руку и смотрю на свою ладонь.

Кровь.

Кровь моей мамы.

— Подожди здесь, — я поцеловал её в лоб и встал, — Я скоро вернусь.

— Костя?… — она приподнялась на локте, — Костя! Ты куда?!

Женский шёпот усилился.

Я телепортируюсь прямо в центр вражеского роя. К десяткам верещащих чудовищ, которых не брала никакая магия.

Хоро-Вортекс пульсировал.

В голове был лишь женский голос. Лишь фрагменты давно утерянных воспоминаний.

— «Забавно, милый. Все считают тебя Богом-Созидателем. Воплощением доброты…»

Всё моё тело наполняется энергией.

— «Но они даже не знают, что всю твою ярость вымещаю именно я»

Я задираю ногу.

— «Они даже не представляют, что бывает, если разозлить именно тебя»

Я бью по земле и импульс энергии, перешедший в ступню, расходится по всей улице.

Сначала поднялась галька. За ней — урны и лавочки.

Прошла лишь одна жалкая секунда, как в воздух уже поднимались автомобили, а вся та галька, та… мелочь, кажущаяся какой-то шуткой, формировала ужасающее напоминание, с чего всё началось.

А затем… затем дошла очередь и до монстров.

Чудовищам ничего не помогало. Никакая защита, никакие трюки. Даже антимагия не аннулировала полёт, хотя она считалась абсолютной защитой.

Ведь они боролись не с магией.

Они боролись с самой гравитацией.

Вокруг меня полыхала фиолетовая энергия. Импульсы Хоро-Вортекса, меняющие силу притяжения, безостановочными ударами поднимали целую улицу в небеса, а всё пространство вокруг меня буквально дрожало.

Слышался треск разрываемых строений, целые здания начали отрываться от земли и никакие когти, никакие материалы не помогали тварям против всеразрушающей силы гравитации.

Один удар ногой, одно желание, подкреплённое злостью, и я поднимаю в воздух целую улицу.

Никто и ничего не спасётся от моей силы.

Ничто не выстоит против гравитации — сущности, породившей вселенную.

Энергия вокруг меня рвала пространство. Оно разрезалось, собиралось обратно и чернело, обретая фиолетовый спектр. Слышался гул и рябь. Там, где пространство не успевало сшиваться обратно, виднелось отражение иной реальности, походящее на зеркало с секундами задержки. Сам же я и вовсе стал лишь тёмно-фиолетовым силуэтом, покрытым пламенем плавящейся вселенной.

Да. Я больше не человек.

Впрочем… сейчас мне плевать.

Я задрал руку и сжал кулак, стягивая все объекты в одну точку.

Чудовища, столкнулись друг с другом, всё равно продолжали втягиваться. Их кости хрустели, органы рвались, а боль переломанных частей тела заставляла верещать.

Гравитация ломала их позвоночники, отрывала руки и сдавливала кусками зданий, влетавших в череп. Твари орали и визжали. Их кровь, лезшая из рваных ран, стягивалась обратно и пополняла формирующееся овальное месиво из цемента, костей и плоти.

Их крики… вопли…

Такая услада для моих ушей.

«Кто-то выжил…»

Лишь стоило мысли промелькнуть в моей голове, как я моментально телепортируюсь к чудовищу.

Я хватаю сороконожку двумя руками и разрываю надвое.

Перевожу взгляд. Телепортируюсь. Выставляю руку и разрываю на куски трёхметрового голиафа.

«Ещё».

Скачок. Взмах рукой — череп слетает с головы.

Скачок. Тушка взрывается изнутри.

Скачок. Смерть.

Скачок. Убийство.

Ещё.

Ещё.

И ещё.

Быстро. Быстрее! ЕЩЁ БЫСТРЕЕ!

ВСЕХ ДО ДО ЕДИНОГО Я ДОЛЖЕН ОТПРАВИТЬ В АД!

***

Аргус получил сигнал от Лизы и сразу же телепортировался прямо к ней.

— Всё хорошо? — он упал перед ней на колени, — Ты не…

— Костя…, - женщина едва сдерживала слёзы, — Там… там Костя…, - она дрожащей рукой указала на улицу.

Аргус повернул голову и увидел то, что так боялся.

Покрытое фиолетовым пламенем, левитирующее сгорбленное существо, безустанно водящее дрожащей головой.

«Сёгун предупреждал…», — он сжал челюсть и шагнул навстречу.

— Эй, Костя! Всё хорошо! — он поднял руку, — Ты уже всех…

Вортекс моментально перемещается к нему и нависает сверху, внимательно вглядываясь в лицо.

Кожу Аргуса начало разрывать, а обрушившееся давление едва не заставило свалиться на колени.

— Всё хорошо, слышишь?! — из-за боли он говорил сквозь зубы, — Врагов нет! Ты всех убил!

Вортекс дёргал дрожащей головой и медленно приближался к Аргусу.

Ни рта. Ни лица. У этого существа не было ничего, что делало бы его человеком.

Лишь общие очертания и яркие светящиеся глазницы.

«Не помогает?», — Аргус водил глазами, — «Почему он не просыпается?! Как его…»

— Костя… сынок, — послышался голос Лизы.

Вортекс задрал голову.

— Всё хорошо, — она медленно шагала навстречу, — Всё… хорошо.

Существо упало на ноги и попятилось, нервно осматриваясь по сторонам.

Костя приходил в себя.

***

Ярость исчезла. Помутнение рассудка тоже.

Я пришёл в себя, и ровно в этот же момент кое-что чётко осознал.

Нет, я бы не навредил Аргусу и уж тем более маме. Да, я не мог понять кто это, но я полностью осознавал, что их трогать нельзя ни при каких условиях.

Но это, наверное, даже не главное.

Я наконец понял, почему вокруг так много прорывов. Всё оказалось до ужаса просто — пока я не контролирую силу пространства, порталы вокруг меня продолжат появляться. Я как магнит для аномалий.

Я удивлялся, почему в Токио было сразу два прорыва. Неужели так часто? Нет, конечно же нет. Иначе бы все вымерли.

Всё потому, что я позволяю им случаться.

— Всё хорошо, мам, — я обнял Лизу, — Я жив. Всё со мной в порядке. Передай Вике, что я скоро вернусь.

— Ч-что? Куда ты? — её не волновало, что минуту назад я был неостановимым чудовищем.

— Кое-кого повидать, — я телепортируюсь.

Десяток скачков, и я крушу всё в главном посольстве Сёгуната.

Сатору, явно закоченевший на крыше, дёрнулся от моего появления.

— Господин Ворте…

— Я согласен. Передай Сёгуну, чтобы приготовил домик где-нибудь вдалеке от людей, — сказал я, — Я готов стать вашим Богом.

-

Ежеглавная рубрика “Небольшие истории этого интересного мира!"

Мей Рейвиль стояла в главном имении клана Миямото. Облачённая в белое шёлковое платье, беловолосая женщина с голубыми глазами была тем самым недосягаемым, прекрасным цветком, о котором зачастую складывают легенды.

В каждом топе, в каждом списке она находится на первых местах. Её красота настолько постоянна и всеми признана, что в последнее время многие журналы просто выносят её в отдельную категорию, потому что смысл соревноваться другим девушкам, если первое место перманентно занято?

И вот она, жена Маркуса и правитель измерения духов, посетила Сёгунат несмотря на оскорбление всей семьи Рейвилей.

— То есть я правильно понимаю, господин Сёгун…, - она отпила чай, — Вы хотите, чтобы я освободила Агонию? Демона Войны? Одного из древнейших существ, которое не испытывает к человечеству ничего кроме ненависти? И… какова же причина, позвольте спросить?

— Всё просто, госпожа Рейвиль, — отпил Сёгун чай, — Вортекс — реален. Он поднял на уши не только Сёгунат, но и полмира. Все новости сейчас о нём и моём временами не самом смышлённом после, стоящем перед ним на коленях, — он поставил чашку и посмотрел Мей в глаза, — И раз реален он, значит и его возлюбленная — тоже должна быть реальна.

— …

— И мы подозреваем, что возлюбленная Вортекса, описанная в легендах — это Агония. Древнейший Демон, как вы и сказали.

— Не думаю, что это существо способно кого-то любить, — процедила Мей.

— Я бы тоже сошёл с ума за тысячелетия заточения, зная, что люди могут быть виновны в гибели твоего возлюбленного, — пожал он плечами, — Неужели вам не показалось странным, что из всех опасных демонов, которые могли выйти рядом с тогда ещё Константином Россом, появилась именно она? И что она до последнего не убивала именно его? Покромсала десятки, но только не его?

— Это опаснейший монстр. Его не победить и не убить. Она — само воплощение конфликта и разрушения. Кого оно вообще могло полюбить?

— Свою полную противоположность, например? — улыбнулся Сёгун, прекрасно понимая, что попал в яблочко.

Мей и Маркус — точно такой же пример притянувшихся противоположностей. Уж она-то понимает, что это возможно.

— И что будет, если я откажусь? — спросила девушка

— Мы продолжим попытки её призыва. Вы и сами знаете, что это возможно и без вашего участия.

Да, она знала. Есть как минимум один метод призвать Агонию или любое другое существо с душой, но без тела.

Адэлейс Семюр-ан-Брионне — французская девочка, наследница одного из великих родов Европы и… кукла без души, рождённая лишь с целью стать чьим-то сосудом.

Обычная мутация энергосистемы превратила её в куклу без души. Поэтому она так странно себя ведёт, поэтому почти ни на что не реагирует — у неё просто нет своей личности. И поэтому же она — идеальный сосуд для кого-то другого. Например, для Агонии.

— Что лучше, госпожа Мей: вечно бояться очередного прорыва Демона Войны и потом извиняться перед всем миром, либо же рискнуть и наконец отдать её в руки того, кто её обуздает?

Мей подняла глаза на Сёгуна, поджала губы и вздохнула:

— Когда японцы стали такими хитрыми…

— Когда стали Сёгунатом, — миролюбиво улыбнулся лысый мужчина.

«Эй, Сири», — мысленно обратилась Мей к своему духу-помощнице.

«Да, госпожа», — ответила та.

«Проверь, что там сейчас с Агонией»

«Конечно. Что-то случилось?»

«Похоже…», — вздохнула она, — «Помнишь, что нам показалось, будто от неё исходит сексуальное и душевное удовлетворение? Месяцев девять назад. Так вот — похоже не показалось. Возможно, её смогли на время призвать ну и… это самое…»

«Ого…»

«Найди её»

«Как скажете! А я-то блин думала, чего она задумчивая и спокойная ходила первое время. А оно вон что…»

— Я подумаю, — ответила девушка, поднимаясь с места, — Это нужно обсудить с Маркусом — это ведь он её запечатывает.

— Безусловно, — Сёгун поднялся, чтобы попрощаться.

Мей поклонилась. Миямото поклонился в ответ.

Встреча была закон…

«Госпожа!», — проорал дух.

«Ч-что?», — Мей аж передёрнуло.

«Агонию… того», — она сама не верила, — «Украли»

«Чего?..»

«Спиздили, госпожа Мей»

Мей ошарашенно подняла голову и посмотрела на ничего не понимающего Сёгуна.

«Агонии нет в измерении духов! Она на земле!»

-

Ежеглавная рубрика “Ещё одна небольшая история этого интересного мира!"

Новый Лондон. Небольшая, дешёвая кафешка на окраинах и всего один посетитель в ней — высокая блондинка в явно маленьком для неё платье.

— Да жуй поаккуратней, никто не отберёт, — владелец, и он же повар, покосился на жадно жующую посетительницу.

Девушка ела руками. Ну как ела. Жрала: она почти не жевала, а то, что надо резать, рвала до странности острыми зубами словно дикий зверь. Брызги летели в стороны, и тарелки гремели, блюда сменялись, но она всё не прекращала и не прекращала.

Владелец, — полноватый бородатый мужичок, увидевший исхудавшую на пороге девушку, — уже даже не возмущался — теперь ему просто интересно, сколько ещё влезет в эту бешеную и голодную красавицу.

Много, похоже. Такое ощущение, что она не ела уже несколько тысяч лет.

— Ладно, кушай, — вздохнул он, уже свыкаясь с мыслью, что денег не получит.

Он взял пульт и включил телевизор. Новости.

— Буквально за час ролик с преклонением посла Сёгуната набрал несколько миллионов просмотров! Вся общественность в шоке! — из ведущей плескал фонтан эмоций.

Блондинка подняла голову.

— Как подмечают в комментариях, юноша, перед которым посол Сёгуната встал на колени и которого тот называл не иначе как «господин», очень похож на экстравагантного и многообещающего ученика Великой Московской Школы — Константина Росса.

Картинка сменилась, и на экране показали парня с каштановыми волосами.

— Росс, известный по своему вызывающему поведению, был также уличён в связи сразу с двумя наследницами великих родов!

Картинка сменилась. Вот он выходит из кабинета Романовой поздно вечером, а вот сидит сверху во время дуэли.

Картинка меняется снова, и на ней он уже на арене рядом с Софией Элерс — что-то шепчет ей на ухо

— Что это? Простая дружба? Тайная любовь? Или протест двух красавиц против своей судьбы?

Пошла запись, где Константин благодарит сразу двух девушек после победы на одной из дуэлей.

— Так же, как вы могли догадаться, он старший брат Виктории Росс — победительницы Московского турнира среди юниоров. К сожалению, нам не удалось добиться от неё интервью, но, как утверждают анонимные источники, Росс исчез в инциденте с порталом девять месяцев назад. Позвольте заметить — мы не говорим, что умер. Его тело так и не нашли. И какова вероятность, что юноша, поставивший на колени японца — тот же, что и поставивший на колени ни одну красавицу своей школы, судя по словам его друга и героя войны Момотаро? Остаётся лишь гадать. Впрочем, думаю, скоро завеса тайны двух сенсаций в мире аристократии раскроется. С вами была…

Мужчина со вздохом выключил телевизор.

— Да уж. Мир сошёл с ума. То монстры нападают, то теперь вон — япошки на колени встают, — покачал он головой и, краем глаза посмотрев на девушку, к огромному удивлению обнаружил, что она всё это время смотрела телевизор, — Что такое? Ты его знаешь?

И тут блондинка впервые за всё время подала голос.

— Да…, - процедила она, сжимая стол и оставляя на нём глубокие следы от длинных костяных когтей, — Чёртов предатель.

Она хотела сказать что-то ещё, но в этот же момент дверь в кафе с грохотом открылась.

Зашла компашка из трёх парней — переломанные, гнусные гориллы с дебилизмом на лице и без мозгов в голове.

— Что-то нужно? — мужик, накормивший блондинку, напрягся.

— Ты и сам знаешь, — фыркнул один из них, заходя внутрь и презрительно осматриваясь.

— Я уже платил в этом месяце.

— А нужно ещё, ты знал? Новые правила, друг.

Пока они продолжали разговор, тот, что зашёл вторым, подошёл к блондинке.

— Воу. Красотка, что ты забыла в таком месте. Что с личиком, чего злая? — он сел рядом и приобнял её за талию.

Явно дорогое платье было ей очень мало. Настолько, что едва не рвалось под натяжением стройного тела, а подол прикрывал лишь область выше колен, отчего её длинные идеальные ноги можно было рассмотреть даже краем глаза.

Естественно, бандит это тоже заметил, и, восприняв отсутствие реакции как одобрение, положил руку на бледное, но очень горячее бедро.

Девушка молчала.

— Слушай, мы сейчас это… закончим с работой. Не против к нам в тачку прыгнуть? — он провёл рукой по ноге и остановил ладонь на внутренней стороне бедра.

Молчание. Блондинка даже не поворачивалась, продолжая не то терпеть, не то всё это позволять.

Мужчина облизнул нижнюю губу, отодвигая платье медленно провёл рукой вверх, и упёрся ладонью в столь желаемую мягкую границу. Всё — дальше вести руку было некуда.

— Воу. Кружевные. Кого-то ждала? — хмыкнул он, — Неужто…, - девушка повернулась, — Меня…

У неё были разноцветные глаза. Один голубой, второй ярко-алый, будто кровавый.

— А ты… необыч…

— Тц.

Половина его черепа шлёпнулась о стол, а сам труп свалился на пол.

Громкий спор владельца и коллектора мгновенно прекратился. Повисла тишина.

— Так-так-так-так, — забормотала блондинка, — А почему мерзко? А что не так? В прошлый раз ведь иначе было? А? Что? Потому что тогда мне нравилось? С чего это? На Вортекса похож? А если это он? Не-е-ет нет-нет-нет, — она взялась за лицо и замотала головой, — Нас бросили. Забыли. Это не он. Тогда почему… почему тогда было радостно? Может он? Тогда почему не вернулся. Он обещал! Обещал!

— Ты…, - пришёл в себя бандит, — ТЫ ЧТО НАДЕЛАЛА, СУКА?!

— Я… я путаюсь. Я не знаю, — её голос задрожал, — П-почему меня бросили? Что я… что я сделала плохого? — она тяжело задышала, — Почему никто за мной не пришёл? Никто и ни разу за тысячи лет? Никто… Про меня все забыли. Меня все…

— ЭЙ, ТЫ МЕНЯ…

— ДА Я ЖЕ СКАЗАЛА ЗАКРЫТЬ РОТ, ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ТЫ ДЕГЕНЕРАТ!

Она сорвалась со стула, отскочила от стены и в полёте вспорола мужику живот, тут же хватая выпавшие кишки, набрасывая их на шею последнего и со всех сил стягивая узел.

Второй упал мгновенно, а третий умер от удушья уже через полминуты.

— Фу-э-э-э, — она окунула руки во вспоротый живот и «умыла» ногу, — Мерзко-мерзко. Фе-фе-фе.

Мужчина застыл у барной стойки.

Агония медленно перевела на него взгляд, расправила длинные когти и, уже шагнув навстречу, резко остановилась.

— Нет! Нельзя! — она дурила себя по голове, — Верни контроль, дура! Нельзя! Не всех нужно убивать! — второй рукой она схватилась за волосы, — Но та-а-а-к хочется. Но нас кормили! Да. Да, точно! Есть идея! Заплатим за еду! — она с радостным лицом посмотрела на бармена, а затем на десятки пустых мисок, — Я тебе заплачу, человечишка! Больше к тебе не придут! Ха!

Агония развернулась, выбила плечом дверь и выскочила на улицу.

Запах. Стойкий запах убитых, который она могла чувствовать, шёл с конкретного направления.

— Хе-хе-е-е-е, — на её лице расползлась широкая улыбка.

***

Дальнейший инцидент войдёт в историю как «Сгнившее дерево Лондонских банд».

В этот день будут убиты все, кто состоял в крупнейших бандах Нового Лондона. Их растерзанные тела будут находить на протяжении месяца, а некоторые так и останутся пропавшими без вести.

Убийцу не обнаружат.

В то же самое время, как только полицейские займутся поисками, в телепортариуме Нео-Москвы увидят высокую блондинку необычайной красоты.

Агония вернулась в этот мир.

И у неё есть незаконченное дело.

Глава 4

— Вот ваш дом, господин, — гекконодевочка, которая непонятно как всегда добивалась места возле меня, указала рукой на открытую дверь.

Я осмотрел домик. Деревянный, двухэтажный, и очень приятный с виду. Такой, знаете — дань babushkам, но при этом не рухлядь, а вполне себе современное решение.

Думаю, стоит пояснить, что я вообще здесь забыл.

Сразу после радостной вести, Сатору свёл меня с Сёгуном. Мы поболтали, познакомились, и лысый накаченный японец. — удивительно похожий на сладкого Евгения, к слову, — выдал мне полный карт-бланш в ближайших действиях.

И я решил не форсировать события. Незачем признаваться миру в своей божественности прямо сейчас, когда я не то что непроизвольно открываю порталы к монстрам, а даже сам телепортироваться адекватно не могу.

Нужно время. Хотя бы несколько дней — отдышаться, прийти в себя и разобраться что я есть такое.

И одним из моих условий был домик вдалеке от людей. Чтобы я, природа, и единение с собой, бесконечным вечным и познание сущности истины.

Домик нашли быстро. Ну как нашли — воздвигли за несколько часов с помощью магов земли.

— Всё устраивает? — спросила довольная метиска с чешуйками.

— Пока да.

«Кроме твоего либидо…»

Приятно здесь. Примерно о таком я и мечтаю в старости — лесок позади, спереди поле, а рядом озерцо.

"Ёп твою мать, красотища какая…"

В принципе, больше и не нужно. Я посмотрел на гекконодевочку. Наши взгляды встретились — мои светящиеся голубые глаза, и её зелёные, с вертикальными зрачками.

— Ну как бы… всё. Можешь быть свободна.

— А? — она вскинула брови от разочарования, а её каменная осанка заметно просела, — Ну может что-то ещё?

— Нет.

— Может что-то хотите заказать? Или… или нужно убираться по дому? — она сильно хотела остаться.

— Нет.

— Ну может хотя бы мине…

— Нет, — я закрыл дверь перед носом уже шагающей девушки.

«Господи, кто отпустил эту женщину в период спаривания. Закройте её в тюрьме для похотливых», — вздыхаю и осматриваюсь.

Покой.

Наконец я получил покой.

Я аккуратно прошёлся по дому, устало плюхнулся на мягкий диван и распластался в стиле дальневосточной амёбы.

Хорошо.

А теперь…

— Что-ж…, - я достал подаренный телефон, — Пора возвращаться в мир живых.

С того момента, как я спас маму, прошло уже два часа. Думаю, пора уже всё объяснить.

— Ало…, - улыбка появилась сама собой, — Мам. Это я.

***

Счастье. Настоящее, искреннее счастье — вот что я испытывал, когда разговаривал по телефону.

Поразительно, как простого разговора и радостного голоса близких тебе людей достаточно, чтобы забыть всё дерьмо за день и провести несколько часов с неспадающей улыбкой.

Да у меня сердце сжималось лишь от простого факта, что все сомнения, весь груз, лежащий на плечах близких, моментально исчез. Теперь они не гадают, жив ли я. Не борются с сомнениями. Не сдерживаются, чтобы опустить руки и признать меня мёртвым.

Вся тьма и печаль, что были у них в душе — всё это исчезло. Они знают, что я жив, и знают, что со мной всё хорошо.

И лишь один этот факт делал меня счастливым.

«Я жив», — я сидел на крыше и смотрел на закат, — «Я действительно жив. Я… больше не просто существую»

Сегодня — день, когда поменялось многое. Не только мир, моё тело, мои силы и ответственность. Нет.

Сегодня изменилось моё отношение. Мои взгляды. Характер.

Моя душа стала другой.

— Вик, ну хватит.

— Ува-а-а-а, — ревела она.

— Ладно…, - вздохнул я.

Я не знал, что сестра ТАКАЯ плакса. Мама похныкала всего один раз и минут десять, но вот Вика… я её сопли слушаю уже битый час.

— А… а…, - она собиралась с силами, — Я повему в пиевв сёгн.

— Вик… я ничего не понимаю.

— Вовему?

— Не знаю. Не знаю…, - улыбнулся я.

Мы закончили через часов пять. Я рассказал всё. Честно и как было — и про моего двойника Лоуренса, и про артефакт, с которым я проснулся в туалете, и про мою силу управлять людьми. Да про всё. Единственное, о чём умолчал — что я жил в другом мире и переродился в этом. Незачем им голову ломать. Да я и сам в этом не совсем уверен.

Летнее солнце уже опустилось. Я сидел на крыше и в полной тишине наслаждался прохладным свежим ветерком.

«И так…», — я посмотрел вдаль, — «Эксперимент с отсутствием пространственной деятельности показал, что порталы открываются всё равно»

В пятистах метрах открылась воронка, из которой выползло три враждебных чебурека. Я не телепортировался, даже телекинез не использовал, однако монстры выползли всё равно. Либо кто-то знает где я нахожусь, либо я сам позволяю им здесь появляться.

Второе, полагаю.

Я спрыгиваю с крыши, в полёте телепортируюсь к врагам и взмахом руки рублю пространство в месте, где они стояли.

Это как тёплый нож прошёл сквозь масло — ни звука, ни сопротивления.

Просто три срезанных заживо куска упало к своим же ногам.

Одной лишь грёбанной мыслью.

— Какой же предел у этой силы…, - прошептал я, взмахом вырывая огромную яму, закидывая туда трупы и закапывая обратно.

Работы ещё много. Уверен, проблема с порталами для монстров решится в тот же момент, когда я научусь контролировать энергию Хоро-Вортекса. Да о чём тут говорить, если я всё ещё не могу нормально собирать кубик-рубика?

— Господин, ваши сладости, — гекконодевочка, вышедшая из портала у порога дома, протянула пакет с вкусняшками, которые я заказал.

— Спасибо, — беру заказ и захожу домой.

— Если хотите, ну… слюна ящеролюдов сладкая на вку…

— Нет, — закрываю дверь прямо перед носом босоногой ящерицы.

Забавный факт — она ходила босой. Вообще всегда. Ну, зачем ей обувь — у неё ноги полностью покрыты красными чешуйками, и вряд ли она вообще ими что-то чувствует.

Чёрт… но знаете, с каждым её появлением у меня появляется всё больше иску…

— Это ещё что, сука, такое?

Лысый кот сидел на спинке дивана. Глазастый, такой, сука. Сидит. Смотрит на меня недовольным, опасным взглядом. Хмурится.

— Бингус, сука! — его тяжело не узнать, — Ч-что… как ты… а?!

Откуда он здесь? С порталом пришёл? Какого…

— Пашол нахер, — я подскочил и с вертушки пнул его под жопу, отправляя в закрытое окно.

Он вылетел башкой вперёд.

Жаль, но от него так просто не избавиться — урона эта дрянь не получит, — хоть ты атомную бомбу на него сбрось, уверен, он даже не заметит, — а запрыгнуть обратно для кота не проблема.

Ля… палит скотина. Смотрит. Внимательно так. Как будто следит, чтобы кому-то доложить. Как будто его отправили за мной следить.

Да не, бред какой-то.

Но сам он, к сожалению, не уйдёт. Придётся его потерпеть.

— Так, ладно. Эксперимент номер один, — заправляю рукава, — Что будет, если телепортировать половину Бингуса.

Началось весёлое время.

***

Днём следующего дня меня ждал сюрприз.

Запахло лесом.

Нет, я на настолько дегенерат, чтобы не почувствовать лес, живя при этом около леса. Запахи и вкусы чувствую, всё нормально.

Просто в этот раз лесом запахло слишком сильно. Прямо в доме, прямо на кухне. После того, как Б****с насрал на диван!

Я прикрыл глаза и сразу же увидел, как из стены выползает нечто деревянное. Сначала рука, затем вторая, потом голова, а следом и всё тело.

Огромный, двух с половиной метровый человек в деревянной броне — вот что вышло из стены.

Нетрудно догадаться, что именно это за бревно.

— Два вопроса, — я встал и показал два пальца, — Как ты узнал где именно, и «чинг-чонг пинг-понг оу чи чон монъ»?.

Деревянное покрытие головы разъехалось спиралью, и Ли, не скрывая эмоций, искренне улыбнулся:

— Всё тот же, — он подошёл и обнял меня.

Я обнял его в ответ. Крепко так, но без лишнего (Мы с Момотаро (не геи))

— Давай сразу проясним, — я перестал собирать кубик-рубика и откинул его на диван, — Кто и зачем тебя послал?

— А? — притворялся пинг-понг, — Ты о…

— Я не идиот, Ли, — улыбка начала пропадать с моего лица, — Ты не мог просто так узнать мой конкретный адрес. Тебе сообщили. Кто и зачем? Давай не будем разгонять ту прекрасную гачи-атмосферу. Я не хочу споров.

Он выдохнул, втянул в себя доспех и, с задумчивым лицом, рухнул на диван.

— Аргус, — он явно был не рад это говорить, но всё же говорил, — Вчера ты заставил его знатно просраться. Но к тебе я сам напросился под предлогом «присмотра». Так бы мне, конечно, хер кто адрес сказал, — он бесцеремонно допил мой чай и тянулся к эклерам.

— Я тебе верю. Вернее, я хочу тебе верить. Но знай, если ты…

— Ой, жа-жа, — он отмахнулся наполовину откушенной пироженкой, — Мне будто эта морока нужна. Можешь подозревать, мне скрывать нечего. Жопу показать? Вдруг я там бомбу прячу.

— А она бы влезла.

— О, ещё как, брат, — закивал азиат.

Я вздохнул, пожал плечами и решил отпустить эту ситуацию.

Ай, к чёрту. Предаст — просто разорву его на части. Нет — очень хорошо, у меня всё ещё остался друг.

— Как успехи? — спросил карате-до, — Говорят, ты плохо контролируешь силу.

— Ну как сказать…, - я притянул два кубика, заставил их левитировать между рук и начал асинхронно вертеть грани, — Точный контроль двух объектов я уже освоил. Третий пока тяжело даётся — мозгИ не хватает его не разносить.

— Ого. На механизм часов похоже.

— Это мелочи. Самое интересное начинается с одним объектом…, - я отбрасываю два куба и оставляю один, — Я чувствую его составляющие. Понимаю, как он устроен. И даже с таким слабым контролем…

Я разобрал куб на три грани. Грани — на отдельные кубы. Внутренний механизм — на составляющие.

Всё, что было внутри, теперь повисло в разобранном состоянии, словно её и не собирали вовсе.

— Но самое удивительное, что я отчётливо помню, где что стояло, — детали полетели обратно, снова собираясь в куб, — Могу так проделать со всем. Всё, что захочу — будет мне понятно.

Я вытягиваю руку и притягиваю механические часы.

Отлетает стекло. Расходится стальной ремень. Циферблат виснет в воздухе. А затем, с тихими щелчками, начал расходится и сам механизм: пружины, шестерёнки, стрелки, штифты — всё это висло в воздухе рядом с остальным.

— И даже такое я верну в обратно состояние, — прошептал я.

И части полетели обратно.

Невероятно сложный механизм, ручной сборке которого учились годами, я собрал за несколько секунд, словно и не разбирал вовсе.

Часы затикали вновь.

И только в конце я понял, что это забавная аллегория. Часы.

Всё это было похоже, будто я мотаю объект туда-сюда во времени.

— Ну а в остальном, — я поспешил перевести тему, — Телепорты даются лучше. Учусь не пролетать в скоростном тоннеле, а просто оказываться где надо, типа суперпозиции.

— И… за сколько ты этому научился? — неуверенно спросил он.

— День.

— Это кринж.

— Нет, это база.

"А ещё есть один трюк, который у меня почти получается", — хотел сказать я, как вдруг нас прервали.

Неожиданно, позади открылся портал. Обычный — из которого ко мне люди приходят.

— Господин Вортекс! — вылетела помощница, — Срочно! Вас вызывает Сёгун!

— Чёрт…, - я вздохнул и нахмурился, — По какому вопросу?

Плохо. У нас была прямая договорённость не трогать меня ещё минимум день, и если меня вызывают вот так вот срочно — значит действительно что-то случилось.

А я не хочу, чтобы что-то случалось.

— Мне не сказали, — виновато ответила девушка.

— Твою мать…, - я прикрыл глаза и потёр переносицу, — Ладно, иду.

Момотаро к этому времени уже не было — всосался в пол. Ну и правильно — его здесь вообще не должно быть.

«Плохо. Плохо-плохо-плохо. Даже дня не прошло!», — я сжал кулак.

Портальная арка искрила. Девушка вошла в неё первой, я следом. Всё бы хорошо, однако в последнюю секунду, прямо перед тем как исчезнуть во вспышке, краем глаза я заметил блядского кота, зашедшего третьим.

Портал закрывается, и мы оказываемся в отдельном измерении. Что-то вроде комнаты, которая несётся сквозь пространство.

— Тц. Медленно, — я взмахиваю рукой и сокращаю путь до одного мгновения.

Девушка такого не ожидает и неуклюже падает на чешуйчатые коленки, а вот лысая скотина, как всегда, не пострадала. К сожалению.

— Господин Вортекс. Рад, что вы откликнулись, — глубоко кивнул здоровый лысый мужчина в японском традиционном кимоно.

— Сёгун…, - процедил я, — У нас же был договор.

— Простите. Но по телефону такое не обсудить, а если закрыть глаза, то дело может набрать серьёзные обороты, — он указал рукой, и мы пошли по главному имению правителя этой страны.

Всюду пахло благовониями. Длинные коридоры, японские бумажные двери, куча прислуги, сады — всё указывало, что это очень богатый традиционный японский дом. Им он и был, собственно.

— Слухи просачиваются быстро. Жители Сёгуната узнали о возвращении Вортекса. Многие рады. Многие счастливы. Уже собираются устраивать праздник. Но есть и те, кто сомневается.

— Как вы допустили существование последних?

— Мы люди, господин Вортекс. Мы не можем уследить за всем. Особенно с открытыми границами.

Это он, скотина, так намекает, что проблема из-за меня? Потому что я не создаю аномалию вокруг Японии?

Очевидно, что он хочет услышать моё мнение. Да, они могут просто избавиться от неугодных, как-нибудь погрузить в иллюзию случайных иностранцев, транслирующих всё в соцсеть "Моментум", но…

Если узнают? Если поднимут скандал? Да и убивать собственных граждан, это как-то…

Ой, да очевидно, что они хотят.

Сёгунату не терпится, чтобы я признал своё существование.

Ладно. Затрахали. Рано или поздно это бы всё равно произошло, а жить в домике в деревне и пить молочко я могу и будучи богом.

— Хорошо, — вздохнул я, вновь потирая переносицу, — Давайте объявим о моём существовании.

Сёгун аж в улыбке расплылся. Наверняка думал, что я буду ломаться и жопу мять. Я и хотел, чего уж там. Но подумав решил, что к чёрту.

Устал я скрываться. В прошлой жизни этого за глаза хватило.

— Готовимся! — Сёгун хлопнул в ладоши, и конвой спецслужб, шедший за нами, разбежался в стороны.

Поднялась суета. Я услышал звуки телепортов, услышал крики других японцев. Зашипели рации. Громкие возгласы и споры доносились со всего поместья.

Процесс моей интеграции был запущен.

Даже сейчас, по ежесекундной суете стало понятно, насколько важно моё существование. Какой фурор оно вызовет.

Как я повлияю на мир.

«Ху-у-у-у…», — я протяжно выдохнул, на секунду отстраняясь от мира и прислушиваясь к собственным ощущениям, — «Что-ж… с богом»

— Как и обсуждали — делаем из этого представление, — быстро сказал я, шагая вперёд по коридору, — Дайте иностранцам возможность вести трансляции. Митинг не разгоняйте. Всех желающих журналистов отберёте по степени адекватности и предложите встречу в конференц-зале. Само интервью либо на вечер, либо на завтра.

— Такого же мнения, господин Вортекс, — кивнул Сёгун, — Тогда, увидимся перед выходом.

Мы друг другу киваем, и мужчина исчезает в телепорте.

Я же, ещё раз выдохнув от напряжения, заворачиваю за угол и, уже заранее зная куда идти, захожу в гардеробную.

С меня снимают мерки, передают информацию девочке-паучихе, и начинают собственноручно плести костюм. Из пальцев, если что.

— Предпочтения? — спросила парикмахерша.

— Покороче. Без укладки, — я сел в кресло и взмахом руки включил телевизор в другой комнате, наблюдая за картинкой с помощью всевидения.

Сотни, если не тысячи людей собирались по всему Токио. Радостные, сонные, счастливые — таких было большинство. Народ Сёгуната, — японцы, скрывавшиеся за аномалией сотню лет, — были искреннее счастливы возвращению их Бога-хранителя.

Моё рождение — праздник для целой нации.

Но были и те, кто сомневался. Кто не верил. И кто обвинял правительство во лжи, а меня — в обмане честных людей. И среди них был один, кто вёл за собой скептиков и создавал больше всего шума.

Из-за этой скотины меня выдернули, из-за него я сейчас должен торопиться и забыть об отдыхе!

— Господин, люди подошли к главному храму! Среди них лидер скептиков, — в комнату забежал мужик.

— Я знаю, — ответил я, уже надевая сшитый костюм, — Скоро буду.

Невероятно мягкий внутри, но сохраняющий форму снаружи. Удобный. Очень стильный. Идеально сидящий. Даже в Школе элитная форма была хуже этого сшитого на скорую руку костюма.

Я оделся. Прикрыл глаза. Выдохнул.

Затем я встал перед зеркалом.

Всё тот же я. Повзрослевший, теперь уже не обросший. В чёрном костюме и белой рубахе.

Я глубоко дышал и смотрел в свои голубые светящиеся глаза. Пытался отыскать там хоть одну причину, чтобы просто свалить и не касаться большой политики. Скинуть ответственность на других, закрыться и спрятаться от мира.

Но я… я просто её не находил.

Я — воплощение силы. Один из сильнейших. Тот, кто пережил две смерти.

Я — Бог.

И как бы не старался, я не вижу причин бояться.

— Господин?… — в комнату зашёл Сатору.

Я в последний раз посмотрел в зеркало.

Да… я не должен бояться мира.

Это мир должен бояться меня.

-

Ежеглавная рубрика “Небольшие истории этого интересного мира!"

Вика сидела на диване и от скуки листала ленту соцсетей, как вдруг её внимание привлекла прямая трансляция с чьего-то телефона.

«Что это? Бунт? Опять пытаются вернуть бамп и сагу?», — подумала она.

— Это невероятно! Только приехал в Сёгунат, и уже такое! У них что, часто митинги и праздники?! — говорил оператор, — О, вон! Видите? Это лидер местной оппозиции. Говорят, он не верит в местного бога или типа того. Идёт впереди всей толпы!

Сотни людей. Невероятный шум. Вика не могла разобрать и половины происходящего — настолько суета была огромна.

— Он говорит, что хочет ответов! — продолжал комментировать, — Что хочет…

И тут раздался грохот, а по всей улице прошла энергетическая волна, прервавшая процессию. Оператор сначала спрятал телефон и чуть не упал, но затем медленно, в полной тишине, поднял камеру и начал снимать площадь главного храма Сёгуната.

Там стоял человек.

— М-мам…, - неуверенно прокричала Вика, — МАМ!

***

София Элерс стояла перед кабинетом деда и ждала, пока он вынесет решение по поводу брака.

Хотя, ответ был очевиден. Здесь всё понятно.

Софии нет смысла брыкаться. Нет смысла сопротивляться. Её судьба уже решена — никакой свободы, никакого счастья.

Никого, кто ей бы помог.

Поначалу она пыталась всё изменить. Пыталась сопротивляться решениям Людвига. Порой даже получалось — когда, например, он склонял её к совместной ночи с Виктором.

Это мелочи. Секс? Потеря девственности? Этого легко избежать до поры до времени.

Но общий путь её жизни, общую судьбу она изменить не в силах.

Одна и без поддержки, она очень слабая, беззащитная девочка. Всегда была, и всегда будет.

Поэтому сейчас София не бунтовала и не возмущалась, а лишь стояла у двери и пустыми глазами смотрела в пол, вспоминая все свои мечты и цели, существовавшие до смерти Кости.

Да она даже уже не плакала. Слёз, наверное, и не осталось.

Простая кукла, какой ей и суждено быть до конца своих…

— Какого… какого чёрта?! — послышался крик Людвига из кабинета.

София, будучи уже пробуждённой Королевой Клинков, обладала быстрой реакцией и вполне успешно защищала имение от редких атак чудовищ. Поэтому и сейчас она решила не медлить, а создала в воздухе меч, схватила его и ворвалась в кабинет.

Опасности не было — лишь Людвиг и отец Виктора.

Никого. И ничего, что могло бы привлекать…

— Что-ж, давайте знакомиться, — раздался голос со включенного телевизора, — Вортекс — Бог-Созидатель, и ваш хранитель. Рад нашей встречи.

Катана, призванная девушкой, с глухим ударом упала на пол.

София медленно зашагала назад, прикрывая рот рукой.

— К-костя?..

Она не смотрит телевизор. Перестала пользоваться телефоном. Перестала общаться с друзьями.

Она не знала, что он вернулся.

***

-

Глава, собственно.

Нет, я ошибся. Не сотни.

Тысячи людей.

Я телепортировался прямо к краю центрального храма и теперь смотрел на беснующуюся и орущую толпу. Меня не замечали.

«Уродцы. Подняли такой шум, и теперь даже заметить не можете», — я расстегнул пиджак и верхнюю пуговицу рубашки.

Я не собираюсь стоять здесь до вечера, пока вы, слепошарые, меня заметите.

— Я сказал…, - задираю руку, — Смотреть на меня!

Я бью по каменным перилам на краю площади и порождаю волну телекинеза, которую мгновенно удаётся взять под контроль.

Никого не снесло, ничто не сломалось. Волна, ставшая «мягкой», пошатнула всех людей и заставило задрожать целые здания, порождая гул такой силы, что тот даже перебил шум тысячной толпы.

Никакого урона. Лишь демонстрация силы, которая этот урон может принести.

Я даже перила не сломал.

— Слышал, что многие сомневаются в моём существовании, — сказал я громким от магии Сатору голосом, — Якобы, моё возвращение — ложь Сёгуна. Что-ж, давайте знакомиться, — насмешливо кланяюсь, — Вортекс — Бог-Созидатель, и ваш хранитель. Рад нашей встрече, — выпрямляюсь, — Полагаю, теперь вопросов у вас чуть меньше?

Я смотрел на застывших людей. Водил по ним взглядом светящихся голубых глаз, всматриваясь буквально в лицо каждого с помощью всевидения.

Молчание. Гробовая тишина, вызванная шоком.

Да, я мог бы быть самозванцем. Мог быть простым магом, вызвавшим телекинетическую волну.

Но разве бы правительство допустило, чтобы я стоял на площади главного храма?

— Оберегая ваш народ столетиями, я не ожидал, что в день моего возвращения меня начнут называть лжецом. Это, знаете… разочаровывает.

«Мне насрать, на самом деле. Эту речь мне Сёгун вообще приготовил»

Правда он же и предупредил, что придётся импровизировать.

И этот момент настал.

Не услышав ответа и увидев лишь ошарашенные, можно сказать, восхищённые лица, я уже развернулся и пошёл обратно, как вдруг мне в спину крикнули:

— Откуда нам знать, что вы не самозванец?

"Тц. Сука…"

Я остановился. Цыкнул. Занервничал.

Грёбанный Син Цзин Пинальный. Как ты раздражаешь.

— Хочешь увидеть доказательства? — я развернулся, — Что-ж, смотри, человек.

По плану, здесь должны вмешаться иллюзионисты. Что-то сделать, какой-то крутой трюк, чтобы все офигели. Мне бы даже напрягаться не пришлось.

Но знаете… когда тебя выдёргивают с отпуска, обвиняют во лжи и заставляют оправдываться, несмотря на две твоих грёбаных смерти…

Это правда раздражает.

Я опустил руки вниз. Напряг. Почувствовал, как пальцы утопают в плотном пространстве, охватывающем весь квартал, где собрались люди.

Затем я прикрыл глаза, дабы получить доступ к иному порядку реальности. Дабы видеть не двухмерную проекцию, прошедшую через обычные глаза, а четырёхмерную развертку.

А затем, медленно поднимая руки в стороны… я начал сворачивать весь город в кольцо.

Казалось, словно поднимаются края самой реальности, а целые улицы и районы начинают образовывать кольцо, вокруг всей центральной площади и тысячи людей на ней.

Не было ни шума, ни грохота. Ничего не ломалось. Опасности от этого никакой не было, ибо это лишь оптический трюк — люди никогда не окажутся вниз головой, ибо там, где стоит человек — всегда центр притяжения. Это — та же реальность, просто пропущенная через моё видение.

Но люди всё равно падали. Кто-то кричал. Кто-то едва держался в сознании.

Видя, как целый город сворачивается в трубу, и над тобой нависают монументальные здания, тебе начинается казаться, что весь мир сейчас рухнет прямо тебе на голову.

«Капец, Нолан гений»

Это я нагло украл из «Начало».

Я пытался провернуть подобное ещё в лесном домике, но тогда не получалось — мотивации, видимо, не хватало.

Да и не сказать, что это такой уж крутой трюк — им никак не навредить, да и постороннему человеку привыкнуть нетрудно.

Но выглядит эффектно, и этого достаточно.

Я расслабился, опустил руки и начал медленно возвращать всё как было. Несколько секунд, и всё вернулось в норму.

— Доволен? — спросил я упавшего на жопу японца.

Секунда тишины. Молчание.

А затем началось…

— "ОН ВЕРНУЛСЯ! ВОРТЕКС ВЕРНУЛСЯ!"

— "НАШ БОГ СНОВА С НАМИ."

— "ВОР-ТЕКС. ВОР-ТЕКС!"

— "БОГ СНОВА С НАРОДОМ СЁГУНАТА."

И я исчезаю, оставив Токио на растерзание толпы.

Сёгун стоял на балконе своего дома и наблюдал за этим вживую.

— Я думал нам конец, — хмыкнул он, припоминая сворачивание района.

— Я очень старался, чтобы нет.

Странное чувство, когда вот стоишь рядом с правителем опаснейшей страны и говоришь с ним не просто на равных, а как человек на ступень выше.

Какой-то сюр. Так не бывает — мне кажется, я должен подбирать слова и думать, чтобы не ляпнуть лишнего.

Но… нет.

Это Сёгун должен думать, как себя вести рядом со мной.

— Весь мир теперь знает о вашем возвращении, — произнёс Миямото после минуты молчания, — Что дальше, господин?

— Африка и Европа, — без промедления ответил я, — Пора вернуть мою оставшуюся силу, — сжимаю кулак, — И пора уже раздать старые долги.

Глава 5

— Что дальше? — спрашивал я, перекусывая на ходу и допивая уже второй стакан кофе.

— Сейчас по плану интервью возле главной токийской башни, — говорила гекконодевочка, едва за мной поспевающая, — Долго отбирали. Будет два телеканала Европы, один Коалиции, один Африки, три Империи. Также независимые журналисты — штук пять. Скорее всего блогеры.

— Группа реагирования на случай прорыва монстров готова?

— Лучшие из лучших. Все обладают телепортом, — кивнула девушка, теперь уже одетая в юбку, рубашку, и завязавшая волосы в хвостик.

— Никто не должен узнать, что рядом со мной опасно, — мимо пробежали люди, — Появляются монстры — моментально избавляетесь. Ясно?

Она кивнула и едва не врезалась в ещё одну группу пробежавших мимо японцев, которые нас даже не замечали.

Суета, суета, и ещё раз суета. Все бегали, орали, что-то делали, и лучше всего это было заметно по конференц-залу, где мы сейчас и находились.

После моего появления наружу повылазили не только проблемы организации фестиваля, но и всё, что касается закулисья политических игр: утверждение моих документов, утверждение чужих документов, организация интервью, разработка моего маршрута, пропаганда моего появления по телеканалам — всё это и миллион других вещей запустились буквально одновременно, а потому и неудивительно, что механизм едва справлялся.

— Костик, сладость ты моя! — из конференц-зала вышел огромный лысый бугай в розовой шубе и в сутенёрской шляпе, — Божечки, я так рад тебя видеть!

Он меня обнял, поднял в воздух и от счастья даже покрутил.

— Евгений?! Что вы тут забыли? — меня поставили обратно.

— Да наших, Европейских, перенёс.

— Вижу с вами всё хорошо. Я тоже рад вас видеть, — улыбнулся я возвращению старого, бесспорно гетеросексуального, товарища, — Останетесь?

— С радостью бы, но дела, — он вздохнул, — У рода Семюр-ан-Брионне, с которым я напрямую сотрудничаю, дочка пропала. Не могу на месте усидеть.

— А, ну тогда удачи.

— И тебе, сладкий, — он отошёл от двери и начал исчезать, — Тебе… она понадобится.

Женя исчез, а у меня в голове всё ещё эхом стояли его слова.

«Да… удача мне понадобится», — я останавливаюсь перед дверью, вздыхаю и, собравшись с силами, захожу в конференц-зал.

Людей немного — ровно столько, о ком предупредила помощница, плюс сотрудники.

Но боже, как давил их взгляд. Эти хищные до информации и инфоповодов глаза, только и ждущие, что ты обосрёшься. Любое слово, любая неверная фраза может порушить весь авторитет и усложнить не то что политическую деятельность, но и всю последующую жизнь.

Мозг должен работать так же быстро, как и в битвах.

Ведь интервью с этим десятком людей — и есть битва?

— Благодарю за визит и ваше внимание, — я сел за стол, на котором был микрофон, стакан воды и небольшой экранчик связи с Сёгуном и командой, — Что-ж… давайте начнём.

Ждать не пришлось — какая-то девушка с первого ряда, похожая не беловолосую француженку, подняла руку, представилась и дождалась разрешения спрашивать.

— Правительство Сёгуната, люди, да и вы сами час назад утверждали, что являетесь настоящим Богом. Какой религии вы принадлежите? Буддизм? Христианство?

— Никакой. Точно так же, как и некоторые считают Маркуса Рейвиля богом и едва ему не поклоняются — я сильное существо, сотворившее много дел, — с уверенностью ответил я, — Просто я намного раньше появился.

— Это сильное заявление, и проверить мы его, конечно, хотим, — наглая девочка не успокаивалась, — Тогда что делает вас богом?

— То же, что и любого другого — вера людей. Ну и сила, конечно же. Следующий.

Девушка насупилась, но ворчать не стала — села обратно и дала возможность подняться другому.

Азиат. Имперец, полагаю. На бейджике написано Йошида Распутин.

— Ни для кого не секрет, что и Маркус, и Эстер, будучи сильнейшими независимыми магами, обязаны попадать под мировой закон регулирования магической деятельности. Они его подписали, и они его соблюдают. Более того, у каждой страны есть средство по сдерживанию хотя бы одного из них, в случае опасности. Господин Вортекс, согласны ли и вы подписать этот документ?

— Маркус и Эстер — свободные маги. У них даже гражданства нет, насколько мне известно. Поэтому и регулировать их должна мировая доктрина. Я же — гражданин Сёгуната. Вопросы моего регулирования, пожалуйста, направляйте прямиком сёгуну Миямото. Следующий.

Ищут, суки. Ищут желтуху, чтобы без опасности для себя очернить и меня, и Сёгунат. Представляю какой фурор могла бы произвести новость: «Самопровозглашённый бог не отрицает, что может вредить людям». Здесь и инфоповод рожать не нужно — я сам его дал.

Но нет, сучары. Такого вы от меня не получите. Я уверен в скорости своего мышления и команде объединённого разума по ту сторону мониторчика. Только вот…

Моя уверенность чуть не вышла мне боком.

В один момент, после очередного вопроса, я чуть не испортил себе всю оставшуюся жизнь.

— Невозможно не заметить ваше сходство с учеником Первой Московской Школы — Константином Россом. Скажите, это вы?

Я уже почти ответил «Да». Почти признался, что пропавший многообещающий ученик — это действительно я.

Но потом…

«Ты ведь, сука, пойдёшь мою семью донимать, да?», — осознал я, сжимая кулак.

Завтра я проснусь мировой звездой. И если все узнают, что я — тот самый Костя, — то все узнают и о моей семье, ведь Вика тоже прославилась благодаря турниру юниоров, и она ни раз упоминала меня как источник вдохновения.

Тогда о спокойной жизни могу забыть и я, и они. Опасность, лишнее внимание, стресс — всё это будет сопровождать мою семью как минимум ближайшее время, если не всю жизнь.

И всё из-за моего простого существования.

«Только попробуй, тупорылая дрянь…»

— Нет, не я, — едва сдерживаю злость и раздражение, — Мне часто говорили о сходстве с ним, но уверяю — это не я. В мире полно похожих людей.

— А что насчёт вашей встречи с Екатериной Романовой в Империи? Росс тоже был замечен в связи с ней.

«Сука, всё-то ты знаешь»

— Совпадение. Просто убил орду монстров. Мне без разницы, кто и где оказался. При всём уважении к роду Романовых — если они не будут мне мешать, я их даже замечать перестану. Следующий.

Пронесло, надеюсь. Главное, что все кто нужно — все знают правду.

Не для того я помирал два раза, чтобы на третью попытку всё просрать или предельно усложнить.

Интервью шло ещё полчаса. Немного, казалось бы, но боги, как же я вымотался. Постоянно думать, подбирать слова, рассказывать о планах, которых даже нет — всё это вымотало в сто раз больше, чем сворачивание Токио. Хорошо, что половину обязанностей и ответственности можно было скинуть на Сёгуна.

Я встал, поблагодарил всех за участие, и вышел.

«Наконец», — выдохнул я, проворачивая ручку двери.

Встреча закончилась. Всё, финиш. Люди разбредаются, созваниваются и уже записывают сторис для соцсетей.

Я же, понадеявшись, что на сегодня стресс закончился и можно морально отдохнуть, был сильно удивлён продолжению банкета.

— Катя? — задрал я брови.

Девушка стояла в коридоре для персонала. Одета она была хоть и в военную, но явно не то парадную, не то просто более красивую форму — приталенная, более поджатая и подчёркивающая формы спортивной фигуристой девушки.

И, ещё… чёрт, как же Кате идут распущенные волосы. Сразу становится живее, женственнее… сексуальней?

— Как ты сюда попала? — спросил я.

— Я в хороших отношениях с Сёгунатом. Они разрешили.

— Ага. Только вот я — нет.

— …, - она поджала губы и встала у выхода, не решаясь подойти.

Я вздохнул. Ладно, не выгонять же. Раз аж сама выяснила где я, получила разрешение, то прогонять её — быть последней скотиной.

— Ладно, пойдём, — махнул я рукой, направляясь по коридору.

Катя ускорилась и быстро меня догнала.

Мы шли в тишине. Порой мимо нас пробегали сотрудники и сейчас, к моему удивлению, они не просто обращали на нас внимание, но и откровенно пялились.

Им интересна тема возлюбленной своего бога? Они считают типаж Кати — вершиной красоты? Что?! Почему они стали так пялиться?! Без понятия, чёрт возьми!

Но факт есть факт — на нас с Катей они отвлекались.

Мы настолько хорошо вместе смотримся?

— Я мысли читать не умею, — я остановился в коридорчике потише и развернулся к девушке.

Она явно поникшая, и ей явно очень неудобно, что видно и по мордахе, и по неуверенным жестам, вроде пожимания собственных пальцев.

Но Катя — сильная характером. Когда надо — она на всё решится.

И сейчас, похоже, ей надо.

— Прости меня за обман, — тихо произнесла она, смотря в пол и не решаясь поднять глаза, — Ужасный поступок, Я о нём… очень жалею.

— Но зачем? — искренне не понимал я, — Зачем это вообще было нужно?

— Ну… видимо настолько хотела свидания, — она нервно и смущённо улыбнулась, продолжая теребить пальцы.

И в этот момент, несмотря на шедшую за нами атмосферу неловкости и напряжения, я не сдержался и тоже ухмыльнулся.

Милая она, всё же.

— Ладно, прощаю. Но больше так не делай, — я легонько щёлкнул её по лбу.

Она нахмурилась, зажмурилась, проморгалась, наконец подняла на меня голову и с облегчением выдохнула.

Она настолько переживала по этому поводу? Ей настолько было важно, что я о ней думаю?

— Ну тогда сделаем вид, что ничего тогда не было? Мир? — она расцвела и подняла мизинчик.

— Мир, мир, — я улыбнулся и взял её мизинчик своим.

Мы потрясли руки.

И всё же, у неё маленькие пальцы.

— Господин! Вас Сёгун вызывает! — гекконодевочка, от зависти кусающая углы, из-за которых и выглядывала, всё же нашла повод прервать наше с Романовой воссоединение, — Сроч-но!

Очевидно, что не срочно, но ревнивая ящерица не хотела видеть других самок.

— Ладно, тогда попозже увидимся? — Катя, однако, ей поверила, и… просто меня обняла.

Просто подошла, и просто обняла, сильно прижимая к себе.

— Кхм, ладно, — она отпрянула, — Ещё увидимся! П-пока!

Девушка с нескрываемой радостью и улыбкой пошагала прочь, не обращая внимания не едва не рычащую ящерицу.

«Ого…»

Я посмотрел на Романову, словно видел её в первый раз. Впрочем, такой я действительно вижу её в первый раз.

Да… она действительно красивая. И сзади, и спереди, и лицом, и фигурой. Да всем.

Только вот почему мне кажется, что как сама Катя, так и её типаж стал мне менее симпатичен? Странное чувство. Я не могу понять, с чем это связано.

Ладно, не до этого сейчас.

Телепортировавшись в имение Сёгуна, я как всегда застал его в кабинете. Правда сейчас нашу деловую встречу ждало пополнение.

— Дядя Вортекс, смотрите! — подбежала малышка Яо, — Камушек!

— Ого… целый камень!

Это дочка Сёгуна, мы с ней уже виделись. Девочка совершенно никого не смущается — пристаёт ко всем, кого видит, в том числе и ко мне. Про понятие божественности и поклонения она, видимо, ещё не знает. Да и не должна — ей лет пять.

— Всё прошло очень хорошо, господин Вортекс, — кивну Сёгун, — Каковы дальнейшие планы?

— Отдыхаю, и завтра собираем официальную процессию в Европу, — я играл в ладошки с Яо и одновременно говорил с её отцом, — Направьте в Африку запрос на посещение. Плюс освободите Сатору и его команду иллюзионистов — мне они понадобятся.

— С Африкой могут возникнуть проблемы, — Сёгун нахмурился, — Мы заранее узнавали их мнение по Акве во время вашей комы, и примерно знаем, чего ожидать.

— И чего же?

— Категорически не хотят отдавать, — покачал он головой, — Это их сокровище. Как вы для нас, так Аква для них. Это их символ, понимаете? Символ освобождения. Священный артефакт. И они… они не собираются его отдавать.

— Заставим, — процедил я, поднимаясь с места, — Я не собираюсь сюсюкаться до самой смерти, и не спрашиваю их разрешения. Либо они соглашаются на сотрудничество — либо я отбираю Акву без их ведома, — тереблю тыковку Яо и направляюсь к двери, — И уж лучше им согласиться. Впрочем, это мы обсудим уже с неграми.

— Я вас понял, — кивнул мужчина, — Сейчас, как понимаю, приступаем к плану?

— А всё готово?

— Группа реагирования уже в Европе — на месте московского телепортариума и возле поместья Элерс.

— Ну тогда приступаем, — кивнул я.

Я выхожу из комнаты, закрываю за собой дверь и, сконцентрировавшись, телепортируюсь на крышу.

В уши сразу ударил гомон и шум. Даже здесь, в отдалённом ото всех месте, я прекрасно слышал музыку, голоса и топот. И лишь стоило поднять голову, как источник этого безобразия становился очевиден.

Фестиваль в честь моего возвращения. Спонтанный, но уже самый масштабный за последнюю сотню лет.

Все верили, что я вернулся. Все радовались, что теперь их Бог-Хранитель будет воочию присматривать за страной. Все веселились. Все праздновали.

А я — чувствовал тревогу.

Я всё ещё не понимаю, что со всем этим делать. Храмы, поклонение, праздники в мою честь… зачем?

Подумать только — ко мне каждый день обращаются с молитвами. Меня просят об удаче в году. Просят об исцелении. О защите. Просто о хорошей жизни.

И что со всем этим делать? Без понятия.

"Хорошо, что первым Вортексом мне достался именно Хоро и его телепортация, иначе бы я просто не вывез"

Я телепортируюсь на вершину токийской башни, защищаю себя от ветра, и, нацелившись на телепортариум, за несколько скачков до него долетаю.

Телепоратация мне уже давалась намного лучше. Мог летать дальше, тише, и сносить не всё вокруг, а только половину. Прогресс!

Я бесшумно приземлился на крышу, оттуда к каменной арке, а с её помощью очутился сначала в Лондоне, а затем в Москве.

Здесь уже был вечер. Темно. И намного, намного тише.

Прикрыв глаза, я сразу же заметил множество азиатов в невидимости, тут и там выжидающих прорыва чудовищ из-за моего перемещения.

«Отлично», — кивнул я их главе, стоящему перед самой аркой.

Он кивнул в ответ, и я телепортировался на крышу.

— Что-ж…, - протяжно выдыхаю, — Пора раздавать долги.

Спрыгиваю с крыши, телепортируюсь в воздух и разворачиваюсь в полёте. Секунда, и вот я понимаю следующее направление.

Скачок. Второй. Третий. Ветер развевает пиджак и едва не вырывает наушник из уха, разряженный от высоты воздух приятно покалывает нос, а вечерняя прохлада заставляет вспомнить, что я всё ещё живой человек.

Но всё это быстро заканчивается.

Ведь я приземляюсь в поместье рода Элерс.

Было тихо. Охрана ходила где-то вдалеке, а мою телепортацию никто не заметил. Приятное, спокойное место.

И я бы даже не узнал, что происходит внутри, если бы не телепортировался в одну из комнат без камер.

— Нет! Я ещё раз сказала — пошли вы все к чёрту! — орала София.

— Да что с тобой?! — Людвиг кричал в ответ, — Месяц до свадьбы, и ты вдруг решила показать свой характер и порушить все наши планы, всю свою жизнь?!

— Да насрать мне на твои планы! И на Виктора, и на тебя!

Я сел на пол и сквозь пространство посмотрел на её лицо.

Она повзрослела и исхудала. На щеках блестели следы от слёз.

Но сейчас она не плакала.

Она была в ярости.

— С чего такие перемены?! — Людвиг не мог сдержать эмоций, — Из-за Росса? Да это даже не он!

— Он, не он — без разницы! — она ткнула деда в плечо, — Увидев его снова я вспомнила, о чём мечтала и чего хотела! Даже если он умер, одной надежды достаточно, чтобы послать нахер тебя, Виктора и всю эту поганую семейку! — орала она во всё горло, — С вами, кусками говна, я позабыла, что тоже человек, и что моя сила больше вашей вместе взятой! Я найду своё место! Моя жизнь не ограничена этим поместьем и постелью Островского!

Людвиг сжал кулак и едва хотел замахнуться, как вдруг прикрыл глаза, ударил по столу и процедил:

— Да как ты смеешь…, - прорычал он, — Я дал тебе всё. Красоту. Славу. Я сделал из тебя мировую звезду. Оберегал от любой опасности. И сейчас, из-за какой-то… дворняги, подохшей год назад, ты хочешь всё испортить?… — он поднял на неё глаза, — Договор никуда не денется. Ты знаешь, кем станешь в глазах общественности, если тебя заметят с кем-то кроме Виктора, — он посмотрел ей в глаза, — Шлюхой.

— Пошёл. Нахер, — со вкусом процедила София.

— Пошла вон, — вздохнул он, падая на стул, — Проваливай.

— С радостью, — она вышла из кабинета и хлопнула дверью.

На какое-то время она просто замерла. Маска ярости спала.

И София снова заплакала, совершенно не понимая, что ей теперь делать.

Я хотел на это среагировать. Хотел осмыслить, похвалить и искреннее восхититься Софией! Как она выросла! Как она себя переборола! Я хотел к ней телепортироваться и поддержать.

Но я не успел — всевидением я заметил подъехавшего сюда Теодора.

«О, вовремя»

Я телепортируюсь к нему, хватаю за плечо и улетаю за территорию особняка.

Должен признать, реагирует он быстро — как только мы вылетаем из вспышки, он хватает меня за руку, ставит подсечку и швыряет через плечо, едва не втыкая головой в камень.

Хорошо, что здесь не подкачал уже я и телепортировался подальше — сразу на ноги.

— Костя?… — он сразу меня признал, — Т-ты… ох, — явно уставший отец выдохнул и потёр переносицу, — Предупреждать надо.

— За этим я и пришёл. Предупредить.

Теодор поднял на меня светящиеся зелёные глаза.

Всё он прекрасно понимал.

— О чём?

— Сегодня я убью Людвига. Скорее всего, убью и Антона Громова.

— Нет…, - он помотал головой, — Нет-нет-нет. Сейчас не время. Нам нужен новый план, потому что я вряд ли восстановлю все якори, которые разбросал для этого плана.

— Отец… я не спрашиваю, — я выдохнул, — Я не обсуждать это пришёл. Я говорю факт — сегодня Людвиг умрёт.

— …

— Или что? В чём причина? — я посмотрел ему в глаза и наклонил голову, — Почему раньше ты сам этого желал, а сейчас идёшь на попятную? Что изменилось?

— Потому что я скоро умру, сын, — прошептал он, садясь на камень и прикрывая лицо руками, — Я скоро умру. Прости меня.

Я замер.

Погоди?.. Что?

— Я ушёл из вашей семьи, потому что знал, что умру. Знал, что могу развить в вас неизлечимые болезни, — шептал он в свои руки, — Моя энергия распространялась везде. С вещами, по Школе, в Москве. Я должен был быть далеко. Хотел… хотел хотя бы умереть, будучи ненавистным куском говна, — он потёр лицо и посмотрел на меня, — Болезнь прогрессирует, сын. Я давал себе несколько лет, но сейчас мне и месяца не осталось. Я не могу принять управление родом. Прости.

Понятно.

Всё теперь понятно.

Да твою мать…

— Один вопрос, — неуверенно сказал я, — Что ты думаешь о маме? О Лизе.

— Не обижайся, но я к ней уже охладел. Любовь иссякла. Как и все мои чувства, в принципе, — он хмыкнул, начиная оттирать мёртвую кожу с руки.

— План остаётся прежним, — я прикрываю глаза и концентрируюсь на поместье Элерс.

— А? — он поднял голову, — Ты… ты не понимаешь?! Я не смогу присмотреть за…

— Ты не умрёшь, пап. Я не позволю, — начинаю исчезать, — Лучше думай, как решать навалившееся проблемы.

Телепорт. Оказываюсь на крыше особняка. Смотрю сквозь стены.

Вот он. Людвиг.

Телепорт.

— Ч-что? — старик подскочил, — Росс?! Что ты…

— Ну-ну. Нельзя вам нервничать. Не молодой уже, — выставляю руку, — Авось и случится чего.

Я взмахиваю пальцем. Активирую телекинез.

И одним движением перекрываю артерию, питающую сердце.

Людвиг хватается за сердце, хрипит и падает со стула.

— Инфаркт миокарда — частое явление у пожилых людей с больным сердцем, — я блокировал его руки телекинезом, чтобы он не стучал и не звал помощь, — А ещё я знаю, что на вас нет отслеживающих заклинаний, и поэтому никто… никто-о-о-о не узнает о вашем самочувствии, если вы никого не позовёте.

Я подошёл и присел перед умирающей гнидой.

— Только вот вы не позовёте, — улыбнулся я, сдерживая его челюсть всё тем же телекинезом, — Все посчитают, что вы погибли на фоне стресса, связанного со внучкой. Ну… так оно и есть, в принципе. Вы умираете только из-за неё.

Он смотрел на меня раскрытыми от шока и неверия глазами.

Ну а я же видел, как медленно погибает его сердце.

— Вы плохой человек, господин Людвиг. Действительно плохой. Вас не исправить, — я поднимаюсь, — Прощайте. В раю скажете, что Бог убил.

Мне не пришлось долго ждать.

Людвиг умер. Инфаркт. И с учётом, что моя сила — не магия как таковая, а у старика действительно были проблемы с сердцем, никто не найдёт следов убийства. Ни отложений энергии, ни подозрительных людей на записях с камер.

И теперь родом Элерс будет править Теодор.

Теперь София получила шанс стать поистине свободным челове…

— Эй, дед! Там София, идиотка, ревёт на перилах. Что случилось? Притащить её… обратно?..

Антон Громов телепортировался прямо в кабинет и сразу же принялся искать патриарха. Увидел. Застыл. Его огромная, ещё больше прежнего, фигура медленно вздымалась и опускалась от глубокого дыхания.

Антон молчал. Стоял. Вслушивался.

А затем…

— ТЫ! — проорал он, разворачиваясь на меня и создавая вокруг своего кулака пространственную аномалию.

«Медленно…», — телепортируюсь к нему и хватаю за лицо, — «Идиот»

Скачок — мы вылетаем на улицу. Скачок — перемещаемся в небо подальше от особняка. На третью телепортацию Антон вырывается, отпинывает меня прямо в воздухе и с помощью инерции разворачивается.

— Ха-ха! А вот и я, Антоша! Время платить, белобрысый ты гандо-о-о-о-о-он! — пропел я с широкой улыбкой на лице.

Я телепортируюсь к нему и на полной скорости пробиваю ногой в живот. Антон ставит барьер, выкашливает воздух и со свистом улетает вниз.

— Ого, даже это пережил! Крепкий! — я приземляюсь следом.

Он замахивается рукой и швыряет в меня сразу три машины со всех сторон. Я ухмыляюсь, подпрыгиваю и телепортируюсь на фонарный столб, стоящий ровно в метре от попадания снарядов.

— И всё?

Он скалится, расправляет ладонь и взмахивает в мою сторону, отправляя лезвие искажённого пространства. Я выставляю руку, понимаю, что не могу остановить это телекинезом и решаю просто телепортироваться.

— О, неплохо, неплохо! Так ты теперь полноценный маг пространства? Наверняка обычных людей ты только так побеждаешь. Мы с тобой, можно сказать, одного поля ягода. Да ты прямо мой брат!

— Что тебе нужно, ублюдок?! — прорычал он, озираясь по сторонам.

— Я тут вспоминаю, как ты лапал мою сестру. Как пытался меня унизить. Как пытался принести проблемы и обещал меня уничтожить. И я бы ещё подумал, если бы ты изменился! Реально мог оставить тебя в покое. Только вот…, - улыбаюсь, — Ты так и остался использованным гандоном. Я убью тебя, просто потому что хочу. У этого нет какой-либо причины. Ты для меня ничего не значишь. Ты слишком никчёмен, чтобы быть мне помехой, — телепортируюсь ему за спину, — Я убиваю тебя ради своего удовольствия, дворняга.

С разворота вбиваю ему голень прямо в висок, подкрепляя всё телекинезом и контролем ускорения.

Его сносит как сдутый воздушный шар — он влетает в автомобиль, переворачивает его, пролетает дальше и вонзается в стену кирпичного здания, снова выхаркивая воздух и едва спасаясь барьером.

Однако, Тоша быстро приходит в себя! Он подскакивает, бьёт по земле и заставляет асфальт пойти волнами. Я хмурюсь.

А вот это уже необычно. Явно не что-то простое — твёрдое не становится мягким просто так.

И да — стоило прикрыть глаза, как я увидел энергетические линии, пошедшие прямо под моими ногами.

Отскакиваю, и едва уклоняюсь от пространственных игл.

«Хм… интересный трюк».

Они бы меня убили. Без шуток. Эти иглы проходят сквозь любую материю и защиту, а нацелены они были мне в мозг.

Антон, — эта никчёмная скотина, — могла меня убить, если бы я не отскочил.

— Да, мы оба маги пространства. Оба — одного вида, — наклоняю голову и указываю пальцем на Антона, — Но знаешь в чём между нами разнится? То, что ты учил почти год, я сейчас освою за секунду.

Из моего пальца словно длинный коготь появляется такая же игла, пробивающая вражеское плечо насквозь.

— А-А! — вскрикнул он от боли.

— Ну же! Старайся, старайся!

И Антон постарался.

Он сжимает кулак, заставляет все обломки устремиться в меня и, в то время как я уклоняюсь телепортом, телепортируется сам — подальше и на другую улицу.

Как только Антон появляется из вспышки, он оглядывается, сжимает кровоточащее плечо и телепортируется вновь. Затем снова. И ещё раз. И ещё. Преодолев едва не полгорода, он изо всех сил пытается добраться до поместья, постоянно оглядываясь по сторонам.

Он сбегал. Нагло пользовался телепортом, чтобы добраться до единственного места, где ему помогут.

Но вот проблема…

— Ой, серьёзно? Бежишь? — я телепортировался прямо ему на голову всего за один скачок.

Он яростно отмахивается, но я уже стоял в нескольких метрах от напуганной крысы.

"Нападёт?", — внимательно на него смотрю, — "Будет атаковать? Снова иглы? Они — его единственный шанс. Может и победить, если я буду невни… мателен", — разочарованно опускаю руку, — "Да твою мать, серьёзно?!"

Он опять убегает.

— Сука… да ну нет! — заорал я вслед, — Сражайся, тупой трус! Ты обещал меня унизить! Обещал раздавить как таракан! Ну! Вот он я! — расправляю руки, — Давай!

Нет. Убегает.

Эта дрянь убегает.

— Тц, — я выставляю на него руку, — Как всегда одни лишь разговоры. Типичный неудачник.

Я напрягаю руку и начинаю генерировать энергию Хоро-Вортекса.

Антон совершает скачок и улетает вперёд. Затем ещё раз. Потом ещё. Он просто тупо телепортируется вперёд — быстро, не оглядываясь и изо всех сил. Просто сбегает.

Вот он телепортируется, и до поместья остаётся километр. Телепорт, и остаётся девятьсот метров. Телепорт, и уже восемьсот.

Телепорт, и снова километр.

Телепорт, и он оказался ближе ко мне, чем к дому.

Телепорт… и он снова стоит возле меня.

И тогда Антоша всё понял — он остановился, опустил руки и медленно, с нескрываемым ужасом, на меня посмотрел.

— Закольцованное пространство, — поднял я палец, — Ты прошёл заданный мной отрезок и начал бежать обратно. Ты-то этого не заметил, потому что обезьяна, а вот я прекрасно наблюдаю за четырёхмерным измерением. Или уже пяти? — призадумался я, — Неважно, впрочем. Факт в том, что тебе не сбежать, дружище. Но и играться с тобой я больше не хочу, — процедил я, — Ты… меня разочаровал.

Он испуганно осматривался по сторонам. Пытался найти выход. Хоть что-то, что может его спасти.

Но не находил.

Он понимал, что ему конец.

— Последние слова? — спросил я.

— П-пожалуйста, не…

— Мне всегда было интересно, смогу ли я разобрать органическое существо, — я выставляю руку и сжимаю кулак, — Знаешь, почему ты прожил так долго? Потому что я хотел, чтобы перед смертью ты познал отчаяние. Осознал, что весь твой прогресс погубил твой сучий характер. Понял, что будучи тараканом, к человеку тебе никогда не приблизиться. Ни по силе, ни по самой сущности.

— П-постой! ПОГОДИ Я…

Я расправил ладонь.

Антона разорвало на куски. Я разобрал его на составные части, как делал это когда-то с часами: кожа, кости, мышцы, органы, мозг.

Только разница в том, что Антона обратно собирать я не буду.

И наступила тишина…

Приятная тишина.

«Я же обещал», — хмыкнул я, наслаждаясь моментом, — «Ты тоже плохой человек. Не думаю, что ты бы исправился»

Ещё девять месяцев назад я узнал от отца, что Антон — нежеланный ребёнок. Мама не то что его не любит, а просто безразлично к нему относится. Ну есть и есть, нет и нет. Примерно такой же инструмент, как и София для Людвига.

И я знал, что убивая Антона, все лишь вздохнут с облегчением.

Ублюдок, чуть на ставший причастным к изнасилованию Вики, теперь лежал во множестве экземпляров посреди пустой дороги без людей.

Пошедший против бога умер от его же руки.

— Сатору? — активирую наушник, — Монстры есть? Если найду?

— Улица Рейвилей. Уже подчищаем, — ответили на том конце.

— Оставьте пару. Сейчас принесу кое-что, обставим как убийство.

Я скинул труп с кровью к монстрам, обляпал их в Антоне и улетел обратно к поместью.

Теодор уже вернулся. Охрана, не достучавшаяся до Людвига, обыскивала поместье. Поднялся шум.

Патриарх умер.

София же, до этого плакавшая на пороге дома, уже сидела на диване и осознавала, что её фактический владелец мёртв.

Она была укутана в одеяло и двумя руками держала чашку с дымящимся чаем, оправляясь от недавней истерики и наконец приходя в себя.

Исхудавшая и зарёванная, она просто смотрела на полыхающий камин, пытаясь отогреться от чувства полной беспомощности.

Невероятно красивая девушка. В свете огня — просто абсолют аристократичный красоты.

Но почему-то… она нравится мне куда меньше, чем должна.

«Я… я не понимаю», — смотрю на Софию.

Она красивая, да. Она — стала ещё и крутой характером. С такой я действительно не против построить семью. Только вот…

Мне кажется, что я что-то упускаю. Словно я что-то потерял, а что именно — вспомнить не могу.

— Ещё увидимся, Соф, — пробормотал я, не решаясь к ней прийти.

Телепорт.

Спустя полчаса, я уже был в поместье Сёгуна и читал ответ, данный правительством Африки.

"Встреча назначена через два дня. Место — столица, где находится Аква-Вортекс"

Они согласны.

Через два дня я попаду в страну, где находится вторая часть моей истинной силы.

-

Ежеглавная рубрика “Небольшие истории этого интересного мира!"

Агония всё видела.

Уже целый день она пытается поймать телепортирующегося Вортекса и сейчас, находясь в невидимости, девушка наконец попала в здание, где он задержался надолго — студия возле токийской телебашни.

Она слышала его голос, видела его по телевизору. Она знала, что это он!

И вот, она его нашла. После стольких лет. Стольких попыток!

После тысячелетий темноты и ожиданий.

«Да…», — она не могла сдержать искренней, счастливой улыбки, — «Да… да это он! Ха-ха! Это он!»

Это Вортекс! Тот, ради кого она держалась все эти тысячелетия, ради кого не покончила собой и в чьё возвращение искреннее верила!

Он выглядит как молодая версия себя, он говорит как молодая версия себя, и силы у него такие же, какие были в самом начале их знакомства!

Это он! Её единственный любимый человек!

Агония видела его сквозь стену. Понимала, где конкретно он сейчас находится.

Она уже задрала руку. Вышла прямо на него, снимая невидимость. Агония хотела сделать сюрприз. Хотела потом вредничать, якобы это она нашла его.

Хотела обрадовать.

Но этого не произошло.

Агония увидела, как Вортекса обнимает та самая девушка из телевизора.

— Кхм, ладно, — она отпрянула, — Ещё увидимся! П-пока!

Он ничего не ответил. Никак не сопротивлялся. Лишь улыбнулся в ответ на объятия другой женщины.

«А…», — Агония медленно опускала руку, — «Понятно…»

Через мгновение Вортекс снова сбежал телепортацией — достаточно далеко, чтобы добираться до него следующий час.

Агония, застывшая в невидимости, медленно опустилась на пол, оперлась спиной о стену и обхватила свои колени.

«Понятно…», — её губы задрожали.

Она всё задавалась вопросом: почему за ней не пришли? Почему не спасли? Агония не может умереть просто так, и Вортекс знал, что она всё ещё жива. Но тогда почему он её не забирал?

Но ответ оказался прост.

Да. Он был очевиден с самого начала.

«Меня… просто бросили», — она вцепилась когтями в свои ноги, пытаясь сдержать плачь.

Вот почему за ней никто не возвращался. Вот почему забыли.

Ей нашли замену.

Винила ли она Вортекса? Нет, конечно, нет. Она слишком его любила, чтобы скидывать вину.

Она винила себя.

— Прости…, - прошептала дрожащим голосом, — П-пожалуйста, прости. Прости. Прости, — она вцепилась в свои волосы и вонзила ногти в голову, — Милый, пожалуйста, прости. Я не хотела. Не хотела.

Даже если он о ней забыл, у этого всегда есть объяснение — забывают то, что не важно.

И она… больше ему не важна.

— Прости, — её грудь тряслась, — Я не хотела. Я… не хотела. Я не хотела пропадать, — она начала бить себя по голове и раздирать кожу до крови, — П-пожалуйста… пожалуйста, прости.

Боль не помогала. Вид и теплота собственной крови — тоже.

Залитая собственной кровью, Агония уткнула лицо в колени и тихо заплакала.

Глава 6

Саммит состоится через час. По сути, надо бы собираться у телепортариума Москвы, но чёрт меня дёрнул подзабить на это хер и провести немного времени с семьёй.

Тут как раз мама дома была, а сестра должна была вот-вот вернуться. Идеальное времечко.

— Милый, что это? — спросила вышедшая с кухни Лиза.

Я висел в центре гостиной. В прямом смысле висел — левитировал. Между рук же у меня повис уже привычный кубик-рубика.

А вернее то, во что он превратился.

— Тессеракт. Трёхмерный куб в четырёхмерном пространстве. Минуту назад я смог принести его в эту реальность.

Да, между рук у меня была синяя конструкция гиперкуба.

Представьте себе куб, внутри которого другой куб, и их углы соединены. Представили? Так вот — это одна фигура, а не две. Да, кажется, что кубов два, — как я и говорил их представить, — но на самом деле это всё ещё одна фигура. То есть это ОДИН куб. Как вот наш обычный. Но из-за его четырёхмерности ты видишь его же отражение внутри него самого. Ну как-то так.

Странная и бесполезная вещь, согласен. Зачем этот тессеракт вообще нужен? Мы же не в Марвел.

Но именно благодаря ему я только что научился привносить четырёхмерное пространство в наше, трёхмерное.

— Э-э-э… ну ладно. Пряники будешь? — спросила мамуля.

— О, давай, — я тут же забил на иную реальность и опустился на пол.

Прошло два дня с моего визита в Европу. Левитация, телепортация других объектов, продвинутый телекинез — теперь мне всё это подвластно. Также непроизвольное открытие порталов возле меня если и не прекратилось, то явно замедлилось почти до полной остановки.

Да, теперь я могу проводить время с дорогими мне людьми.

И всё это за два грёбаных дня! Да, я не могу пожирать реальности или типа того, но… чёрт, кто вообще может меня остановить?

— Говоришь через час у тебя саммит? — спросила мама.

— Ага, — я уже был в деловом костюме с иголочки и паучьедевочкиной жопки, — Там даже негры будут, прикинь!

— Ужас какой…, - покачала она головой, как вдруг в дверь позвонили, — Кто это? — мама вскинула голову.

— Пойду гляну.

Мне было лень активировать сверхзрение и ломать мозгу, поэтому я просто пошёл и открыл дверь.

— О, Вика.

— К-костя?! — она как-то странно удивилась, — Что ты… а почему ты не предупредил? — у неё забегали глазки.

— Странная реакция для той, кто ревел два часа от моего голоса, — я нахмурился.

Что-то здесь не так…

Что-то…

Сука! Кто-то, а не что-то!

Я вытянул голову, посмотрел в коридор и увидел длинного пепельного тугоплёта, которому явно не помешает хорошая порка где-нибудь в раздевалке качалки.

— Хе-хе… привет, — нервно улыбнулся Ли.

Я перевёл взгляд на сестру. Она отводила глазки и старательно делала вид, что вообще не знает как китайское чучело тут оказалось. Даже хотела безмятежно засвистеть, но не умела, поэтому просто издавала: «Пщу пщу пщу».

Я посмотрел на Ли. Затем снова на Вику.

— Пройдёмте-ка, — я махнул рукой и приказал им пройти в квартиру.

— Ой, а я это… дома утюг покормить забыл, — Ли почесал затылок.

— Я настаиваю, — процедил я.

— Да не, я…

— Настаиваю, — взмахиваю рукой и телепортирую бурята в квартиру.

Момотаро поглощает вспышка, и он с грохотом вываливается в коридоре. Вика же, возмущённо вздохнув, поспешила пройти внутрь и убедиться, что с китаечным всё нормально.

А с ним всё замечательно, знаете.

— Ой, здравствуйте, тёть Лиз, — сказал он.

— Привет, Ли. Снова в гости?

Тёть Лиз?..

Снова?..

"Эй, ты, женщина", — я посмотрел в глаза сестры, на что та вся вспотела и снова начала слюняво свистеть, — «Ну ладно, засранцы. Поболтаем».

Я заставляю расплескаться варящуюся картошку, на что мама подскочила и с криками побежала на разборки.

Мы остались втроём.

— Присаживайтесь, — я сел за стол.

Спорить они не стали. Теперь я, Вика и парень, которому стоило бы отрезать яйца, сидели за одним круглым столом и внимательно друг на друга смотрели. Ну и Джорджи ещё, да.

Тишина сгущалась. Я вытянул губы, соединил пальцы рук и поверх ладоней рассматривал то беспокойную Вику, то притворившегося мёртвым Момотаро.

Молчание.

Но пора бы его развеять.

— Трахаетесь, да? — задал я скромный наводящий вопрос.

— Ч-что?! — Вика сразу подскочила, — Да как ты… да я… ты…

— Нет, — покачал головой Ли.

Я сразу же перевёл на него взгляд. Так, главный в этой банде вот этот уродливый азиат. Понял.

— Планируете? — задал я второй наводящий вопрос.

— Да ты ч…, - Вика краснела, — Да какая разница! Это… это вообще не твоё дело! Какая тебе…

— Хотелось бы, — пожал плечами бурят.

— Ли! — Вика топнула ногой.

— Сестрёнка, погуляй, — я махнул рукой и телепортировал буянящего гоблина куда-то в Подольск.

Мама продолжила материться на убежавшую картошку, а мы с бурятом остались наедине.

Он сидит. Я сижу. Джорджи сидит. Все друг на друга смотрим.

Чёрт… а этот парень уверен в себе.

— И как давно? — вздохнул я, потирая переносицу.

— Общаемся? За день до твоей пропажи.

— Сосались?..

— Вчера в первый раз.

— Чего?! Серьёзно? Ты-то? Девять месяцев не лез под юбку? Не смеши. Ты гей? У тебя импотенция?

— Что? — удивился Ли, — Н-нет. Нет… с потенцией у меня всё нормально. Просто… ну… понимаешь…, - он не находил слов, — Как-то иначе всё. С одной стороны я не против, да, но с другой… и без этого хорошо. Вика милая, прикольная. С ней просто приятно проводить время. Да, я животное, но с ней я впервые взял под контроль своё волчье начало, понимаешь?

— Скорее обезьянье, — вздохнул я, понимая, к чему это всё идёт.

— Да и не до этого было, знаешь ли. У неё, между прочим, брат считался погибшим. Я не лез, утешал, поддерживал и с каждым днём понимал, какое Вика… солнышко? Ну да.

Да всё здесь понятно.

Моя милая Вика, мой гоблин, мой цветочек… уже вырос.

Да и кто я такой, чтобы препятствовать её счастью и выбору? Девять месяцев, и поцелуй только вчера. Это ли не знак чего-то большего?..

— Вспоминайте про меня хоть иногда, — заплакал я, — Я ведь был хорошим братом и другом…

Вика и Ли вчера сосались…

Боже мой…

«Я одинок», — я снова заплакал в ладони.

— «Господин! Скоро встреча. Вы как там?», — спросил в наушник Сатору.

— Уже выхожу, — я вздохнул и встал со стула, — Ладно. Делайте что хотите. Я вас благословляю. Пойдём, Джорджи, — я взял обезьянку за лапку и посадил на плечо, — Похоже, мы единственные одиночки в этом мире…

Я прощаюсь с мамой, Ли, говорю, что на днях снова заскочу, и побыстрее телепортируюсь из квартиры — подальше от поднимающейся на лифте Вики.

Я её случайно в фонтан телепортировал. Она… была слегка недовольна.

Вспышка исчезает, и я оказываюсь в вип-зале московского телепортариума. Здесь уже собралась моя команда — мужчины и женщины, что отправятся со мной на переговоры с мировыми лидерами. Иллюзионисты, дуэлянты, телепортаторы, техноманты, и, наконец, самые полезные и опасные — юристы.

Ведь одно грёбаное слово, одно высказывание, и я могу развязать мировую войну!

Я — Бог без контроля над ним. Меня боятся. Никто не знает, что в голове у хранителя самой поехавшей страны, и потому сейчас мировая ситуация похожа на натянутую нить — одно движение, и она оборвётся, спуская гильотину прямо тебе на чл…

— Э-э-э… господин? — Сатору был в замешательстве, — Это что? Обезьяна у вас на плече? Откуда у вас обезьяна? Зачем вы её принесли?

— Это Джорджи.

— А-а-а. Ну тогда ладно, — закивал японец, — В общем, все в сборе. Через пять минут телепортируемся, — он словно что-то вспомнил, нахмурился, а затем чуть более тихим голосом продолжил: — И это… у меня плохие новости.

Твою мать. Плохие новости — последнее, чего я хочу перед одной из важнейших встреч в моей жизни.

— Ну и? — вздыхаю.

— На встрече с Африканцами будет присутствовать и Маркус Рейвиль.

— Тц, — у меня ёкнуло, — Ну и какого чёрта? Что он там забыл? Уговор был на личную встречу Сёгуната и Африки, а не присутствие единственного, кто способен со мной сражаться.

— Вас боятся, господин. Маркус согласился выступить наблюдающей стороной в случае возможного конфликта. И честно сказать…, - Сатору притих, — Конфликт возможен. Рейвиля не просто так позвали. Аква-Вортекс — сокровище Африки. Ценнейшее. А вы — его законный владелец, которого боится весь мир. Многое может произойти.

— Твою мать, — вздохнул я, потирая переносицу, — Если его позвали Африканцы, то значит они готовятся к конфликту, — я сжимаю кулак, — А значит отдавать Акву они не намерены.

А я должен её получить. Любой ценой.

Без Аква-Вортекса я не смогу излечить отца. Не смогу быть уверенным, что моя семья проживёт сколько захочет.

И без него я не смогу победить гордыню.

Подумать только — я могу потерять вообще ВСЁ. В, твою мать, ЛЮБОЙ момент. У меня нет гарантий, что Гордыня не восстановил подчинение. Нет гарантий, что он не сможет превратить меня в лепёшку одним лишь приказом.

Да меня прирезать обычным ножом можно, о чём я вообще говорю?!

Я не смогу остановить войну с одним лишь Хоро-Вортексом. Мне нужна гарантия, что я не умру. Мне нужен Аква-Вортекс.

И уж поверьте, я его получу.

— Ладно, буду готовым, — я решил перевести тему, — Что с трупами?

— Какими трупами?

— Которые я вложил в капитал могильного минимума.

— Людвиг — признан погибшим от инфаркта на фоне стресса с внучкой. Антон — под подозрением в употреблении магопиатов, небрежности и смерти от лап чудовищ. Хорошо, господин, что вы всё же решили собрать его труп хотя бы наполовину. Иначе бы точно не поверили.

Да, Антона я всё же собрал обратно. Частично, конечно же. Этот конструктор мне не нравится, пусть некоторые детальки лежат отдельно.

Но в целом — всё получилось! Меня, конечно, подозревают, но не больше чем любого другого контактировавшего с Громовым и Людвигом. Тем более дело путает факт, что Антон телепортировался по поместью — это запрещено и очень трудно из-за блокатора телепортации. У меня другой тип силы, мне-то плевать, а вот Антоша знатно наследил тогда.

Авось и его виноватым выставят.

Впрочем, насрать.

— А, и пока не забыл, — опомнился Сатору, — После саммита вам нужно будет согласовать свод правил, которые мы опубликуем для верующих в Вортекса. В частности, нас волнует участившееся случаи половых связей возле ваших алтарей и попытки самосуда для преступников.

— Всё настолько плохо? И почему ты мне об этом сообщаешь? Где мой личный секретарь? Где гекконодевочка?

— Продвигает идею половых связей возле ваших алтарей, — нахмурился он, — Мы решили закрыть её в тюрьме «Horny Jail».

— И правильно, — кивнул я.

Портальная арка заискрилась. Мы резко прервали диалог, посмотрели на портал и оба напряглись, прекрасно понимая, что за этим последует.

Что-ж…

Время для встречи с Африканцами.

Время для решения вопроса моей дальнейшей жизни.

«Ну, с богом. С самим собой», — выдыхаю, поправляю воротник рубашки и захожу в искрящуюся голубую арку.

Скачок. Несколько секунд ожиданий. Выход.

«О нет… niggers!», — я едва не пригнулся, когда вышел из телепорта и увидел шевелящуюся тьму.

Вопреки ожиданиям, телепортировались мы не в глиняную хижину, а обычный, даже слишком модерновый зал со стационарным порталом. Всюду были зелёные растения, красивые расписные стены под стать африканскому стилю, а в воздухе ощущалась приятная влажная жара.

Но помимо красивого интерьера, нас встречали ещё и люди.

Африканцы. Я конечно НЕ расист, но вот они настолько не изменились, что неудивительно куда пропадает весь уголь.

Хотя та же одежда и повадки у них изменились — прямая осанка, плавные жесты, стать, неизменное выражение лица, африканская одежда от лучших модельеров. На самом деле они больше похожи на аристократов, чем сами известные мне аристократы.

Впрочем, чего ещё ожидать от самой богатой страны мира? Страны, в чьих руках сосредоточено чуть ли не половина всех энергокристаллов и бесконечный источник пресной воды.

Мой бесконечный источник, скотины! Это буквально жидкость из моего тела! Такое собака жрать не станет, а негры пьют и не давятся. А потом откуда рак, откуда рак…

— Приветствую вас, господин Сатору. Господин Вортекс, — поклонился вышедший навстречу посол Африки.

— И мы вас, господин Нганну, — улыбнулся Сатору.

Я тоже поприветствовал угольного. Чёрт, здоровенный какой. Даже больше красавчика Женьки. А какие мышцы виднеются из-под туники…

Ну, не зря тростник собирают, не зря. Или что они там делают, хз.

И не знаю, либо Нганну чувствует мои НЕ расистские мысли, либо он изначально настроен недоброжелательно — лишь стоило нам замолкнуть, как он ни на секунду не отрывал от меня взгляд серых глаз.

Да кого я обманываю.

Мне здесь не рады.

Эти ублюдки, держащие у себя МОЮ собственность, не хотят меня здесь видеть.

— Пройдёмте, встреча скоро начнётся, — Нганну указал рукой на очередной портал.

Он задержал на мне взгляд, а затем отвернулся и первым прошёл в арку. За ним мои люди. Затем Сатору. Я же, раздражаясь всё больше от нескрываемого отвращения, тоже выжидать не стал.

Вспышка. Скачок. Мы выходим на балконе личного дворца Африканского президента.

И… ёп твою мать, вся злость на эту страну, всё раздражение моментально заглушилось, лишь стоило мне увидеть столицу.

Да, это столица. Центр крупной страны!

Но я не мог в это поверить.

Бурлящие реки. Зелёные сады. Грёбаный водопад! Пахло водой и недавно выросшей зеленью. Вдалеке слышалась городская суета, а поблизости пение птиц и взмахи их крыльев. Сверху, если поднять голову, не было ни единого облака, а солнце хоть и пекло, как и положено в Африке, но из-за влажности и тени растущих рядом пальм этого всего не ощущалось.

Я словно попал… в настоящий рай.

— Рад, что вам нравится, — улыбнулся подошедший Нганну, — Всё это благодаря нашему Аква-Вортексу — нашему ценнейшему сокровищу.

Да, я чувствую его.

Тот величественный водопад, размером превышающий высотки Москвы — это храм Аквы.

Чёрт… каков соблазн просто туда телепортироваться и забрать то, что принадлежит мне. Они даже среагировать не успеют! Но, твою мать, нельзя. Я не хочу потом ещё несколько лет либо вырезать всех негров, либо останавливать очередную войну.

— Пройдёмте. Президент скоро явится, — Нганну развернулся и пошёл внутрь, — И… что это за обезьянка? Этого в уговоре не было. Ей не разрешено проникать внутрь.

— Это Джорджи.

— А-а-а. Ну тогда пусть проходит.

Я в последний раз посмотрел на самый прекрасный вид в моей жизни, вдохнул свежий воздух и, собравшись с мыслями, прошёл внутрь.

Встреча будет здесь же — зал напротив балкона. Круглый стол, куча стульев, и три двери, ведущие в коридор и комнаты отдыха.

Люди уже разбились по группкам — Сатору раздавал указания нашим, Нганну разговаривал со своими. Настало время томительного ожидания.

«Большая игра, да?», — хмыкнул я, вновь ощущая груз ответственности.

В этот же момент распахнулась дверь и каждый, какими бы делами он не занимался, ошарашенно повернулись на вошедшего гостя.

Маркус Рейвиль. Всё такой же огромный, накаченный мужик два метра ростом, одетый в белую рубаху с закатанными рукавами, жилетку, туфли и брюки, медленно зашёл в помещение. Он внимательно осмотрел каждого своими фиолетовыми глазами, кивнул сразу всем и, задержав взгляд на мне, снова кивнул, на сей раз подзывая подойти.

«Чё?», — меня это покоробило. — «Охерел? Я тебе собака?»

Я остался на месте и сложил руки на груди.

Маркус выдохнул и закатил глаза. Видимо не ожидал, что хоть кто-то в мире не будет перед ним пресмыкаться.

Но времена меняются, мой друг.

Теперь в мире есть ещё один Бог.

Маркус это понял, снова вздохнул и мотанул головой в сторону коридора, сразу же направляясь туда. Ну вот это уже похоже на хоть какое-то равное отношение. Топать тебе — топать и мне.

— Что такое? — я подошёл к одиноко стоящему Рейвилю.

— Надеюсь ты понимаешь, что делаешь? — сказал он тихо без капли агрессии, — Я не буду участвовать в переговорах — я простой гарант безопасности для Африканцев. По сути, я не должен иметь к этому отношения и быть полностью беспристрастным, но…, - он посмотрел на коридор, где стояла охрана, — Я на твоей стороне.

— Чего? — я задрал брови.

— Африканцы — не бойцы. Они самая богатая страна, да, но далеко не самая сильная. И потому во время войны с чудовищами Австралии, они уже потеряли четверть всех территорий.

— Я… я этого не знал, — я призадумался.

Какого чёрта разведка Сёгуната об этом не доложила? Это может изменить вообще всё!

— Это мало кто знает. Но они упёртые трусы, боящиеся вернуться к тому, чем были — бедной отсталой страной. Они не понимают, что ты можешь закончить войну, если получишь Акву. Но и я не могу тебе помочь, чёрт возьми, — цыкнул он, — У меня связаны руки общемировой доктриной. Поэтому, если получится, Рейвили встанут на твою сторону, НО только словом. Начнёшь выкрутасы делать — я буду обязан тебя остановить. Понял?

— А сможешь? — хмыкнул я, хлопая его по плечу, — Не переживай. Если начну, вы все и среагировать не успеете — ты, бессмертный, выживешь, но и защищать тебе будет уже некого, — я пошёл обратно в зал, а Маркус проводил меня взглядом, — Но спасибо. Буду иметь в виду.

В зале все продолжали болтать. Делать вид, будто их не волнует общение двух божеств. Только вот я-то знаю, что делали они это тише, и постоянно смотрели на дверь, ожидая не то сражения, не то чего ещё.

Уверен, они захотят нас столкнуть.

Сука, я попал в настоящее логово агрессивных змей.

Неожиданно дверь распахнулась. Ну как неожиданно — я-то знал что сейчас будет, но вот остальные с облегчением удивились.

Сначала зашёл Маркус, нахмуренный и напряжённый. Мышцы чуть вздулись, лицо окаменело, а взгляд задерживался на каждом человеке, будто бы подозревая в скором нападении. Он вёл себя как охранник.

И всё потому, что прямо сейчас он им и был.

Знакомьтесь — президент Африканского государства. Аданная Нганну.

Высокая женщина с приятным, без всяких шуток, шоколадным матовым оттенком кожи. Она носила выразительное белое платье, подчёркивающее узкую талию и обтягивающую бёдра, золотое ожерелье и множество украшений на волосах, собранных в замысловатую причёску из множества кос.

При всём моём НЕ расистском отношении, я не могу не признать её красоту. Ей лет тридцать, где-то.

И да — она фактический правитель Африки, выбранный народом.

И да, Африка теперь самое демократичное государство. Дожили.

— Рада приветствовать всех вас в нашей скромной стране. Выражаю благодарность за готовность к сотрудничеству и предлагаю начать нашу встречу, — сказала она, указывая рукой на стол.

Все начали усаживаться, в том числе и я. Маркус же встал у стены, сложил руки на груди и уставился на меня

— И так. Во-первых, хочу поинтересоваться, кто будет говорить от лица Сёгуната? — спросила Аданная.

— Я, — поднимаю руку, — Я организатор, и я переговорщик.

— Хорошо… господин Вортекс, — кивнула она не без тени сомнений, — Тогда мы слушаем тему вашего визита.

Вот и начинается веселье. До этого африканцы были хоть и напряжены, но сдержаны. Естественно они знали о цели моего визита, знали, за чем я еду. Но для них это всё было где-то там, на бумаге, в планах.

Ну что-ж… теперь пусть ваши чёрные ушки услышат это воочию.

— Аква-Вортекс. Я хочу его забрать.

— Немыслимо! — сразу же встрепенулся кто-то из главных лиц Африки, — Вы понимаете, что от нас требуете?!

Поднялся шум. Все хоть и не орали, но их «безусловно важное мнение» создавало общую суматоху и походило больше на базар, чем на серьёзное обсуждение мировых вопросов.

«Хе-хе, хаос».

Они ещё не знают, что я в любом случае забираю Акву, и что Джорджи уже убежал в сторону водопада.

Единственные, кто не возмущался: мои японцы, Аданная, её родственник с той же фамилией и Маркус.

— Прошу тишины! — президент подняла руку и сказала неестественно громким голосом.

Все умолкли. Покладистые какие.

— Господин Вортекс…, - она пыталась подбирать слова, отчего постоянно поджимала губы и опускала взгляд, — Вы понимаете, ЧТО для нас значит объект, который вы требуете?

— Вполне.

— И вы должны понимать, что просьба «просто отдать» — немыслима даже на уровне фантазий. Аква — артефакт, даровавший нашей стране буквально всё. Вытащивший нас из ужасного состояния. Он привёл нас к величию, дав возможность не думать каждый день о голоде или жажде, а заняться наукой, дипломатией и добычей ресурсов.

— Да, я знаю.

— И тем не менее, вы всё равно хотите, чтобы мы его отдали?

— Ага, — я улыбнулся.

Снова поднялся шум. Уже даже не то муж, не то брат Аданнаи хотел вклиниться со своим глубоким басом, а про остальных агрессивных африканцев и говорить не стоит.

Но женщина подняла руку, и все снова утихли.

Она посмотрела на меня исподлобья и едва сдержалась, чтобы от нервов не начать отбивать пальцами по столу.

Обстановка накалялась. Теперь эта приятная уличная жара и высокая влажность не кажутся мне характеристикой рая. Нет, уже нет.

Теперь это душащий воздух в неприятной обстановке.

И я бы не нервничал, не будь здесь одного маленького такого факта — куча грёбаных магов тут и там, скрывающихся на улице, этажом ниже и даже за стенами. Буквально десятки отборных воинов, готовых атаковать неприятелей Сёгуната и развязать войну.

Вряд ли Африканцы знают, что я способен видеть буквально всё. И вряд ли они знают, что я вижу, как напряглись их воины.

Всё здесь понятно — они заранее были готовы к сопротивлению.

Они не готовы отдавать то, что принадлежит мне.

— Можно узнать причины, господин Вортекс? — спросила женщина.

— Они очевидны. Аква — моя собственность. Тут по названию и моему имени всё понятно, нет?

— Это… не доказано, — чуть не процедила она, — Любой может заявиться и сказать, что он хоть Аква, хоть Вортекс, и потребовать наше сокровище.

— Дайте мне его коснуться, и вы всё сразу увидите, — мой голос грубел, — Хватит искать поводы меня обвинить во лжи, госпожа Аданная. Вы все прекрасно понимаете, что Аква не мог взяться из неоткуда. Знаете, что легенда о Вортексе существует давно. И вам уже доказали, что Хоро-Вортекса в Сёгунате нет, и что он сейчас у меня, — я посмотрел ей в глаза, — Хватит, Аданная Нганну. Аква — моя собственность. Вы ей не владеете. И я просто хочу забрать то, что принадлежит мне.

— Аква… НЕ ваша собственность, — процедила женщина, — Артефакт — собственность народа Африки. Это не обсуждается.

Я сжал кулак.

"Сука", — а вот тут я уже реально начинал нервничать, — "Какие же вы, сука, идиоты"

Как они меня раздражают. Представьте, что у вас при всех украли телефон, и теперь ты должен доказывать, что это твой телефон. Ты ПРОСИШЬ отдать тебе ТВОЮ собственность.

Я ведь изначально хотел по-хорошему…

«Я вас всех сейчас убью», — я молчал и пустыми мерцающими глазами смотрел на Аданнаю, — «Я вас убью. Я вас убью. Я вас убью», — пространство вокруг начало дрожать, — «Я вас всех, сука, сейчас здесь разорву, идиоты тупорылые!»

Маркус напрягся и опустил руки. Африканцы переглянулись, готовясь подскакивать с места. Японцы же, пришедшие со мной, приготовились к битве.

Я могу снести им хлебальники. Без проблем. Могу забрать Акву силой. Но…

Чёрт. Нужно быть умнее.

— Боже, — выдыхаю я, сбрасывая пространственное напряжение, — Вы потеряли двадцать пять процентов своих территорий. С учётом, что у вас везде важные ресурсы и станции добычи, то потери вашего ВВП будут минимум такими же, а скорее всего и больше. И вопрос — сколько потеряете ещё?

— Ч-что? — Аданная распахнула глаза, — Откуда вы…

— Своим бездействием и желанием скрыть упадок, вы вредите только себе, — я выдохнул, расслабляясь на стуле, — Аква-Вортекс дал вам статус и богатство. Но ваше маниакальное желание оберегать артефакт всё это и отберёт.

— …, - все на меня внимательно смотрели.

Молчали. Слушали.

Теперь интересно, скотины?

— Поправьте если не прав, но именно на Африку совершается больше всего атак. Верно?

— …

— Почему? Не задавались вопросом? Хотя чего это я — наверняка задавались. Но ответа нет, верно? Что-ж, я подскажу — Аква-Вортекс, — я выпрямился, складывая руки в замок и смотря прямо в глаза Аданнаи, — Только я могу остановить Австралийских чудовищ. И для этого мне нужен Аква-Вортекс. К сожалению, про это знает и враг, который ими руководит. Знает, что я силён достаточно, чтобы порушить все его планы.

Президент дёрнулась, но ничего не ответила. Она внимательно, не сводя глаз, смотрела на меня в ответ.

Говорил ли я правду? Сам без понятия. Это лишь мои предположения и наглый блеф, но… хорошо, что мне насрать.

Это политика. Здесь не место для правды.

— Ваше сокровище станет причиной вашей же гибели. И если у вас нет хребта, чтобы спасти свой народ в обмен на Аква-Вортекс — я сделаю это сам, — процедил я, — Я — Бог-Созидатель. Хранитель мира. И я не позволю трусам погубить целый континент, — сжимаю кулак, — И либо мы сейчас договариваемся, либо вы просто лишаетесь национального достояния. А там уже будет что будет, — выдыхаю и расслабляюсь, — Вот моя позиция, друзья. А теперь, прошу — внимательно всё обдума…

Грохот.

Со стороны водопада раздался взрыв, а его силовая волна не просто покачнула интерьер, но и заставило зашататься вообще всё монументальное мраморное здание, в котором мы находились.

Я дёрнулся от неожиданности и подскочил, редкие Африканцы вскрикнули, а остальные приготовили защитные заклинания.

Слышался неимоверный грохот. Шло землетрясение. Слышался шум волны от прорванного поблизости водопада.

Маркус отпрянул от стены и исподлобья на меня посмотрел, на что я покачал головой и сам в полном шоке заозирался по сторонам.

А потом…

Потом половину здания, вместе с Маркусом, просто снесла огромная рука колоссального, пятидесятиметрового титана.

Я не мог в это поверить, но всё указывало лишь на одно.

Кто-то… кто-то напал на Африку. Кто-то взорвал храм, где находился Аква-Вортекс.

И я понял, что это идеальная возможность забрать Аква-Вортекс.

-

Ежеглавная рубрика “Лучшая девочка тайтла"

*За несколько минут до взрыва*

Охранник в золотом доспехе как всегда патрулировал важнейшее место всего Африканского государства — храм Аква-Вортекса.

Сюда допускались лишь сильнейшие, и зачастую люди приближённых к президентской семей.

Лучшее вооружение, лучшая подготовка, лучшие природные данные — всё это было у смотрителей Аквы. День за днём, не смыкая глаз, они следили за артефактом и не подпускали сюда никого, кроме президента и первосвященников. И тех лишь после множества проверок — вот настолько они внимательно следили за этим местом.

Ведь здесь…

— Ха? — охранник остановился, когда увидел что-то странное возле левитирующего в воде голубого куба.

Там стоял… силуэт? Да. Судя по всему, женщина.

— Кто там?! — крикнул он, возводя посох в боевое положение.

Девушка повернулась. Она наклонилась, пытаясь всмотреться сквозь плотный туман, приложила палец ко рту и медленно, будто испуганно, зашагала на встречу.

— Ещё раз спрашиваю, кто это?! — проорал мужчина.

Лишь тогда незнакомка вышла из тумана и хранитель смог её рассмотреть — молодую и красивую девушку со светлыми волосами, чьи корни начинали окрашиваться в розовый.

Она невинно и непонятливо смотрела на охранника, который не мог поверить, что сюда вообще кто-то смог пробраться без обнаружения.

Нарушительница всё ещё держала пальчик возле пухлых губ и такое ощущение, что вообще не понимала, почему на неё злятся.

— Э-э-э… хай? — она стеснительно помахала ладошкой.

Охранник сложил пальцы в печать, чтобы уже активировать тревогу, как Агония моментально взмахивает рукой и на расстоянии срезает обе ладони африканца, так и не успевшего завершить заклинание.

От разреза, нанесённого Демоном Войны, начали распространяться сияющие алым письмена. Словно черви под кожей они ползли вверх по руке, медленно подбираясь к сердцу и, что самое главное, рту едва не закричавшего охранника.

Проклятье кукловода взяло вверх над жертвой.

— Этого бы всего не было, понимаешь?! — Агония виновато подошла к застывшему и истекающему кровью мужчине, — Просто я… ну… я понимаю, что это как бы неправильно, да. Ну, делать больно. Но вы ведь сами виноваты! — она нервно хмыкнула, — Почему вы просто не можете отдать ему Вортекс? Это ведь его собственность! Не ваша! Вы жа-а-а-алкие воришки! — она выпрямилась и быстро заморгала, — Так… погоди…А почему я вообще это делаю? Что я… что я здесь забыла?!

Голова Агонии вновь заболела, а шёпот быстро усиливался.

— Почему?… — она схватилась за волосы, — Я… я не помню! Я… а ну вспоминай! — бьёт себя по виску, — Вспоминай, дура! — снова, — ВСПОМИНАЙ!

С последним ударом она рассекла себе кожу, и испаряющаяся кровь тихо закапала на мраморный пол.

— А, точно. Вспомнила, хе, — она хихикнула, — Ну и что, что меня отвергли, верно? Я ведь… я ведь всё равно его люблю. Не могу же я просто так его бросить. Всё равно, блин, хочу помочь. Хоть как-то. Хоть напоследок. Ему ведь сейчас как никогда нужна помощь, понимаешь? Любовь просто так не проходит, ты знаешь? Дело такое. Да?

Мужчина уже давно умер. Агония разочарованно фыркнула, пнула его по ноге и снова подошла к Аква-Вортексу.

Она не сможет его перенести — её разорвёт. Не сможет позвать самого Вортекса — шёпот будет постоянно напоминать о её никчёмности и ненужности, говорить, что её бросили, что от неё отказались и её отвергли, а потому сама Агония просто не решится показаться на глаза мужчине.

Нет, нужно что-то другое. Нужно как-то…

— СТОЯТЬ! — проорали сзади.

Они появились бесшумно. Даже Агония, способная чувствовать агрессию, не поняла, что сзади кто-то есть. Телепортация, значит.

— Да я и не шевелюсь, — задрала она бровь.

— Подними руки! Повернись! Сделаешь хоть одно резкое движение — мы будем вынуждены открыть огонь!

— Ч-что? — её голос задрожал, и Агония начала медленно поднимать руки, — Вы откроете огонь? Н-не надо! Пожалуйста, не надо! Я всё сделаю как скажете!

Она медленно повернулась лицом к охранникам в сияющих золотых доспехах.

Мужчины и женщины, не разорвавшие нарушителя лишь из-за страха навредить Аква-Вортексу, увидели молодое, искажённое от страха и тревоги лицо. Уголки её губ опустились, мышцы всего лица дрожали, а яркие разноцветные глаза блестели от выступившей на них влаге.

Абсолютно невинное, испуганное лицо.

И множество полупрозрачных лесок, тянущихся от женских пальцев.

— Хе-хе, шу-у-утка, — Агония хлопает в ладоши, — Бум!

Лески срывают запускающий механизм, и десятки снарядов, установленных по всему храму Аквы, не просто разрушают стены, интерьер и общую красоту, но и подрывают опорные конструкции, на которых вся искусственная гора и держалась.

Грохот неимоверной силы, похожий на гул землетрясения, раздался на всю столицу Африки.

Текущий от Аквы водопад сорвался во все стороны, а валуны, оторванные от горы, взлетели и начали падать прямо на здания и людей.

Но самое ужасное было не это. Не захлебнувшиеся жертвы. Не люди, превращённые в фарш от упавшего на голову валуна. Нет. Это мелочь, в сравнении с тем, что пойдёт далее.

Правда в том, что обнаружение — один из вариантов, которые предполагала Агония.

И она знала, что выброс энергии, который она даст взрывом и попыткой навредить Акве, на мгновение разорвёт саму ткань реальности, открывая проход для чего-то более ужасного, нежели простые чудовища.

— Познакомьтесь с моими отверженными и никому не нужными друзьями! — Агония радостно захлопала в ладоши.

Она знала, что произойдёт. Знала, как сделать всё хуже.

Знала, что легион обезумевших, голодных до энергии Духов вырвется из измерения Мей Рейвиль.

«Всё для тебя, дорогой», — девушка тепло и приложила руку к груди, — «Надеюсь, я смогла чем-то помочь. Не подведи»

Несмотря на успех, девушка всё равно чувствовала тьму и тоску, пожирающую сердце.

Как бы ни старалась, она не может избавиться от чувств к Вортексу.

Как бы ни старалась, она не может заглушить тоску.

Агония… не хочет оставаться одна. Но и просто бросить возлюбленного она тоже не способна.

Будучи отверженной, она сделает всё, чтобы ему помочь. Хоть как-то. Хоть напоследок. Таков её характер.

Таковы её чувства.

— Ладно, — вздохнула она, — Пора наведаться к Мей. А потом к Катеньке. Хе.

Глава 7

Маркуса снесло первым. Рука колоссального титана смахнула его словно муху и отправила не то в стратосферу, не то куда-то в Подольск, отрезая полубожество от его главной цели — охраны правительства Африки.

Всё вокруг тряслось. Уже сейчас слышался шум вырвавшейся с берегов воды и грохот сносимых ею зданий. Где-то гремели взрывы, а где-то звенели скрестившиеся клинки. А ещё… крики. Да. Крики людей.

Всё это сливалось в единую мешанину настоящего кровавого хаоса.

— Это вы! Это всё вы! — заорал на нас какой-то негр.

Сатору сразу же встрял между нами и принялся что-то объяснять. На него кричали в ответ. Он тоже перешёл на крик. Я не слушал.

Я смотрел по сторонам, пытаясь понять, кто на нас напал.

Колоссальный титан ростом минимум в пятьдесят метров шагал в строну улетевшего Маркуса, с каждым шагом создавая очередной грохот.

Твою мать… да он целое здание одним взмахом снёс!

Прямо за титаном я увидел монстров. Летающих, ползающих, человекоподобных — да всяких разных. Настоящий цирк уродцев, уже нацелившийся истреблять ни в чём не повинных людей.

Но я готов поклясться, что это не монстры. Это что-то другое, и оно явно посильнее рядового гоблина-дрочуна.

«Что-то не так…», — я чувствовал подвох, — «Это не австралийские чудовища. От них совсем другая энергетика. Но тогда кто? Кто посмел напасть, когда здесь и я, и Маркус? Кто настолько поехавший и сильный?! Кто вообще…»

Я не успел додумать — всевидением, сквозь стены, я увидел, как в нашу сторону полетел луч энергии.

Едва успевая среагировать, я телепортируюсь на остатки дворцовой крыши и ухожу с траектории луча.

Подо мной тут же закричали. Сначала от боли, затем от страха, а потом от шока — мимо меня прямо в помещение спикировал полупрозрачный мужик с крыльями и головой змеи.

Раздался взрыв. Сатору, которому повезло не попасть под лазер, сразу же погрузил тварь в иллюзию и позволил коллегам её добить, однако затраченная на это секунда позволила другой, раздутой жабе на ногах, запрыгнуть в помещение, раздуться ещё сильнее и снести всех энергетическим взрывом из своей пасти.

Часть померла от взрыва. Часть — от падающих обломков. Остальные же просто вылетели в дыру, оставленную Колоссальным. И вылетели прямо в бурлящий поток бесконечной воды, который набирал скорость и норовил превратиться в грёбанное цунами.

Это хаос. Это катастрофа для всей столицы. Это полная жопа.

Но я… никого не спасал. Я вообще не шевелился. Я ничего не делал, хотя ещё давно мог обезопасить как своих, так и африканцев. Но нет. Я лишь смотрел, как город постепенно превращается в руины.

Зачем?

Всё ради этого момента.

Я телепортируюсь в воду, хватаю Аданнаю за руку и вышвыриваю её на чудом уцелевшие обломки колонны.

Женщина прокашлялась и от бессилия рухнула на колени.

— Теперь вы видите, к чему привело ваше бездействие?! — закричал я сквозь шум волны и грохота колоссального где-то вдалеке.

— Ты…, - процедила она, — Это всё ты! Ты это подстроил!

— Нет! — проорал я, — Клянусь честью всего Сёгуната и своей собственной, это не я! Если бы я захотел, вы бы даже не узнали, что я забрал Акву!

Он сжала челюсть и с ужасом завертела головой, прекрасно слыша, во что превращается её город.

— Они пришли за Аквой! — продолжил кричать я, — Они знают, что она может их остановить! Что только я могу вам помочь! Помочь всему миру!

Грохот. Президент вскрикивает, хватается за колонну и со злостью смотрит в сторону шума — на сражающуюся стражу и прилетевший десяток монстров.

— Я могу вам помочь! Прямо здесь, прямо сейчас! Спасти всю Африку от нашествия! — я протягиваю руку, — Но мне нужно ваше разрешение! Официальное разрешение забрать Акву!

— Да не могу я, как ты не понимаешь?! — она впервые закричала, — Это наш символ! Наша надежда! Для народа Африки нет ничего ценнее Аква-Вортекса!

— Народа Африки не останется, тупая ты башка! — я уже не выдерживал, — Их смерть висит на твоих плечах! Возьми ответственность, ёп твою мать!

Она тяжело дышала. Сжимала кулаки и нервно мотала головой, не понимая, как ей поступить.

Отдать символ надежды целого народа? Рискнуть жителями? Довериться богу самой агрессивной страны?

Сложный выбор для женщины, пришедшей к посту всего два года назад.

Но я помогу тебе выбрать. Я предложу то, от чего ты не откажешься.

— Я… я воссоздам Акву. Я дам вам вторую версию этого артефакта.

— Ч-что? — она подняла голову.

— Я смогу создать синтетическую копию Аква-Вортекса, когда добуду Гео-Вортекс. Я создам бесконечный источник воды. Такой же, как у вас и был. В таком же водопаде. Да хоть любой формы! — я снова заорал и протянул руку, — Но мне. Нужен. Ваш. Договор! Нужны гарантии, что мне не придётся с вами разбираться!

Аданная поджала губы и испуганно осмотрелась.

Вода сносила здания. Слышался звон клинков. Грохот. Армада чудовищ, прыгающих со здания на здание, уже шла к нам навстречу.

Хаос. Паника. Разрушение. Буквально за несколько секунд весь мир для жителей столицы перевернулся, и обычный саммит превратился в борьбу за выживание даже для самого президента.

Здесь трудно сделать иной выбор.

Трудно не принять помощь Бога.

— Ладно…, - прошептала женщина, беря меня за руку, — Ладно. Я согласна.

Я сжимаю её маленькую ладошку и перемещаю нас в здание саммита, где вернувшийся с командой Сатору уже добивал последнего уродца. Здесь же была и часть африканцев, во главе с родственником Аданнаи.

— Договор! — сразу же крикнул президент, — Принесите!

Значит она правда решилась…

Мы заранее отправили готовый договор в Африку, но я не думал, что дело дойдёт до его подписания.

Нганну достал ящичек из тайника в камине, открыл и протянул один-единственный листок в руки Аданнаи.

Это было соглашение, подтверждающее силу основного договора.

«Они близко!», — дёргаюсь и готовлюсь к бою, — «Ну же! Быстрее!»

Чудовища пикируют прямо на нас. Та дрянь, стрельнувшая лазером и порубившая четверть всех людей, снова его заряжает.

В нас летят заклинания. По стенам заползают чудовища.

До бойни остаётся пара секунд.

Женщина прокалывает палец, смешивает кровь с синим порошком, обмакивает туда перо и вносит свою подпись с двух сторон.

Подпись вспыхивает, отпечатывается на договоре и сжигает его полностью, отправляя результат в общую базу данных и лично Сёгуну в руки.

Подтверждение вступило в силу.

— ВОРТЕ-Е-Е-ЕКС! — проорала Аданная с надеждой в голосе.

Луч света плавит стену. Чудовище пикирует вниз. Десятки заклинание пролетают сквозь дыры в стене.

Секунда до коллапса. До непоправимого! Да что я успею за грёбанную секунду?!

Всё.

— А-А-А! — вскрикнул я, выплёскивая из себя всю скопившуюся энергию Хоро-Вортекса.

И время… остановилось.

Лазер, расплавивший стену, замер возле головы Аданнаи. Чудовища остановились. Лица застыли в ужасе. Всё вокруг окрасилось в серый.

Раньше у меня не получалось. Сколько бы я ни пробовал, как бы не старался — всегда это приводило лишь к изнеможению

Но сейчас… в секунду нужны…

Да, у меня вышло.

Я изменил саму плотность пространства, растягивая каждое действие, каждое перемещение молекулы, весь её путь от начала и до конца необходимого действия.

Реальность для меня стала как вяло текучий песок.

И эта песочница — место для моего шоу.

«Повеселимся, ребята»

Я активирую телекинез и выдёргиваю людей из-под атак.

00.00.00.020

Взмахиваю пальцами, срезаю головы подлетающих монстров и тут же телепортируюсь прямо на голову стрелка лазером.

00.00.00.099

Приземляюсь на плечи. Упираюсь. Вонзаю пальцы левой руки в глазницы, правой подрезаю голову и рывком вырываю её прямо с хребтом.

00.00.00.170

Телепортируюсь на крышу. Выдыхаю. Выкидываю голову.

Осматриваюсь.

00.00.00.228

Солнце уже темнеет — значит Маркус активирует свою силу. Очевидно для титана. Окей, пусть оба друг с другом разбираются.

Значит, мелочёвка на мне. Сколько её там? М-м-м… Шестьдесят три, без учёта уже мёртвых.

Шестьдесят три. Много. Я бы сказал охренеть как много! Многие уже разбросаны по столице. Так просто не достать.

Но когда расстояние было для меня проблемой?

«Слева. Пятеро», — телепортируюсь, срезаю голову и улетаю прочь.

00.00.00.269

Скачок, телекинезом швыряю арматуру, прибивая чудовище словно гвоздём, и снова телепортируюсь.

00.00.00.322

Я ощущал всё, что происходило вокруг — любой предмет, любое изменение его положения. Чувствовал давление. Выброс энергии. Перемещение. Словно эхолокация, каждый объект чётко отрисовывался в моей памяти, и мне лишь оставалось в этом убедиться.

«Там! Два человека!»

Подскакиваю. Телекинезом выдёргиваю их подальше от падающего валуна.

00.00.00.380

«Ребёнок? Что ты здесь забыл?!»

Напрягаю руку, направляю её на жертву и рывком руки телепортирую и чёрненького малыша подальше от костяной иглы, повисшей в миллиметре от головы.

Затем я подскакиваю на его место, хватаю эту иглу и с разворота вонзаю прямо в глазницу застывшего монстра.

00.00.00.410

«Быстрее», — пространство вокруг задрожало.

Телепортируюсь. Разрываю врагов. Поворачиваюсь. Телепортируюсь.

«Быстрее!»

Пульсирующий Хоро-Вортекс в груди генерировал столько энергии, что остатки начали сгорать в сантиметре от кожи.

00.00.00.520

Скачок. Взмах. Скачок.

00.00.00.690

Телекинез, разрез, телепортация.

00.00.00.730

Раз за разом, миллисекунда за миллисекундой, я телепортировался, рвал пространство, убивал, убивал и убивал.

Скорость была настолько огромной, настолько опасной даже для меня, что в очередную попытку скакнуть в пространстве я чётко ощутил, как след моей энергии за мной просто не поспевает.

Там, откуда я улетал — оставался мой силуэт.

Напоминание, что здесь побывал Вортекс.

00.00.00.880

Я не давал боевому безумию себя поглотить, не превращался в то фиолетовое существо с жаждой убийств, но… сука, как же это прекрасно!

— Ха… ха-ха-ха! — захохотал я, взлетая в воздух.

Казалось, весь город вымер. Что это лишь проклятые руины некогда великой империи. И казалось так вовсе не не из-за трупов или разрухи. Нет, конечно нет. Людей я спас, а монстры ещё не успели развалиться. Причина была в другом.

В сотнях призрачных силуэтах, оставшихся по всей столице.

Десятках призраков прошлого меня. Фантомов моей силы.

00.00.01

И лишь тогда прошла секунда.

Пространство сжалось обратно, время побежало как и положено, а все мои действия, брошенные в замедленный котёл, наконец вступили в силу.

В одно мгновение на весь город обрушилась моя мощь. Слышался скрежет пространственных разрезов, грохот валунов и свист нескончаемых вспышек телепорта, оставшихся как после меня, так и спасённых людей.

Город вспыхнул фиолетовым светом.

Ни один человек не погиб, ни одно вражеское заклинание не попало, и ни один монстр не пережил секунду моего буйства.

Я исправил африканский кризис всего за грёбанную секунду.

«Чёрт…», — ноги подкосились.

Я уже говорил, что мне не давался этот трюк. Я к нему не привык. Я применил его впервые.

И я — не всесилен. Да, я человек другого порядка, да, управляю пространством, но по факту моё тело — такое же смертное, как и тело любого другого человека.

Я превысил свой лимит. Да, исправил ситуацию и спас людей, но подобрался к порогу своих возможностей.

«Чё-ё-ё-ёрт…», — протянул я, сжимая челюсть и поднимая голову.

Самое ужасное было в том, что всё это — ещё не конец.

Маркус… всё это время он мог двигаться в моём замедленном пространстве.

Во время телепортаций я не обращал на него и титана внимания — они сражались за городом, так что я отпустил их с миром и занялся своими проблемами. Но сейчас, смотря на их битву, я отчётливо видел, что бездна словно паразит уже едва ли не полностью окутала пятидесятиметрового гиганта.

Стоит ли говорить, что она бы не успела за секунду? Нет.

Факт в том, что Маркус — мог адаптироваться даже к моей силе. Он и его Бездна.

И факт в том, что он, так же как и я, сделал это не полностью.

Бездна… словно цунами сейчас неслась на город. То самое вещество, что пожирает человеческую душу, норовила затопить город. И самый ужас был в том, что она смешивалась с водой Аква-Вортекса, пожирая её энергию и увеличиваясь буквально по экспоненте.

Бездна не просто пожрёт город. Нет. Она его просто нахер снесёт. Обычной силой огромной волны.

«Твою мать…», — сердцебиение ускорялось, — «Твою мать!»

Уверен, Маркус успеет всё исправить. Титан уже падает, а бездну он сможет всосать обратно. Всё можно скинуть на Рейвиля. Он справится! Уверен, этот идиот справится! Но…

Если нет? Если не успеет? Если погибнут люди?

Мне плевать на людей. Они мне никто, очевидно. Но мне не плевать на мои обещания. Не плевать, что пообещав всех спасти, я допущу смерти, пусть по причине другого "защитника", который просто не ожидал такого развития событий.

А я не нарушаю обещаний — слишком низко для моей оставшейся гордыни.

Я телепортируюсь и встаю прямо между Бездной и водой. В место, где основная масса двух жидкостей столкнётся всего через секунду.

«Как избавиться? Телекинез?», — тень цунами полностью меня накрыла, — «Телепортировать? Но я не умею телепортировать жидкость! Не умею открывать порталы!»

Если я не уйду — меня убьёт. Просто разорвёт масса воды.

Но я не могу уйти. Не могу просто сбежать, ибо если бездна встретится с таким количеством энергии, то Маркус едва ли успеет спасти даже половину жителей.

Я обещал их спасти, чёрт возьми! Нужно попробовать ещё.

Нужно снова искривить реальность. На сей раз с помощью неевклидового пространства.

Я сжимаю челюсть и медленно поднимаю напряжённые до предела руки, буквально чувствуя, как изнутри плавится кожа.

Всё вокруг начало искажаться. Две волны, едва меня не накрывшие, всё ещё продолжали рваться навстречу, но сейчас, с моей перспективы, казалось, словно они просто застыли остановились на месте. Не застыли, не заморозились, нет. Они всё так же текут и шумят.

Просто они не могут сдвинуться с точки.

«Ещё!»

Те жалкие несколько метров, которые они должны были пройти, я растягивал в десятки, если уже не сотни раз. По факту — это все те же метры. Мелочь для такого цунами.

Но будь стихия человеком, ей бы казалось, что с каждым мгновением расстояние всё увеличивается, хотя по факту она всё так же движется вперёд.

«Ещё! Держи!», — сжимаю челюсть, — «Где этот… ТУПОРЫЛЫЙ ПРИДУРОК?!»

Силы пропадают. Чувствую жар. Ноги едва держат.

Не справлюсь — умру. Не справлюсь — умрут все. Я должен дождаться прихода Маркуса, чтобы он начал поглощать бездну.

Прошла всего секунда, но мне казалось, что целая вечность. Уверен, нужно продержаться ещё одну, ну максимум две! Да я чувствую, что Рейвиль уже летит сюда!

Но…

«Не справлюсь…», — я уже сейчас это отчётливо понимал.

Остановка времени съела все силы. Да, они очень быстро восполняются, но всё ещё недостаточно для неевклидового пространства.

В глазах потемнело. Тело переставало слушаться.

Нет… не смогу.

«Нужно уходить…», — в ушах звенело, а мои руки опускались под грузом усталости, — «Нужно нарушить обещание… ради себя… ради своей жизни», — в голове был туман, — «Нужно… сбежать…», — перевожу помутневший взгляд, — «Нужно…», — вспоминаю.

Нет.

Нет, всё получится. Мне не нужно убегать.

Я совершенно позабыл, что я не один. Забыл, что у меня есть союзники.

Хах, сука.

Ну точно ведь.

У меня же есть Джорджи.

Я сжимаю кулак, концентрируюсь на храме Аквы и выдёргиваю оттуда единственное живое существо.

— ДАВАЙ! — заорал я ему.

Обезьянка со всей силы своих маленьких лапок кидает мерцающий голубой куб.

Ускоренное от адреналина сознание замедляет время, и я отчётливо понимаю, что вступил в гонку.

Либо через секунду я ловлю куб, либо через эту же секунду нас накрывает цунами.

"Ну же…", — тянусь, — "Ну же!", — втягиваю воздух вокруг Аквы телекинезом, — "НУ ЖЕ!"

Холодный влажный камень касается пальцев. Всё. Даже так я чувствую, как мышцы разрывает хлынувшая в тело энергия.

"Соси…", — задираю руку, — "Сраная Бездна!"

И я бью по земле, выжигая всю лишнюю жидкость в крупнейшей столице мира. Вот так просто. Одним лишь желанием.

Щелчок. Занавес.

«Получилось. Не нарушил… обещание», — последние мысли мелькали в голове, — «Хорошо, что догадался не брать Акву первым делом…», — последнее мгновение перед темнотой, — «Твою мать…», — засыпаю, — «Снова в кому…»

-

Ежеглавная рубрика “Лучшая девочка тайтла"

Мей пыталась. Правда пыталась. Она использовала всё, что у неё есть: контроль духов, слияние с духами, призыв духов. Вообще всё! Даже прибегла к древним артефактам, хранимых у её семьи.

Ничего не помогало.

Агонию не победить. Такова её суть — Демон Войны ВСЕГДА сильнее своего оппонента, как бы тот не старался. Пусть даже на один процент, но Демону его достаточно, чтобы победить.

Любого.

Любых.

Всегда.

Агонию можно лишь запечатать. И Мей Рейвиль это могла! Она одна из немногих, кто на это способен.

Был.

Теперь-то Агония не дух.

— Дрянь, — Мей, сидящая у стены, сплюнула кровь.

— Не злись. Это для вашего же блага, — Агония, покрытая доспехом из костяных наростов, присела перед окровавленной Мей и потеребила её по щеке, — А ты как была слабенькой, так и осталась. «Богиня», хах? В сравнении с тётушкой Вайолет — ты просто муравей. Жалкий тараканчик. Жаль без усиков — следишь за собой, — она потеребила её засохшие от крови волосы и поднялась.

Мей не могла продолжать бой, и потому просто лежала, позволяя Агонии делать с ней всё что заблагорассудится.

Да какой там бой. Избиение в одни ворота.

Но что самое странное — Агония ведь не убивать её пришла, как изначально казалось. Не мстить. Нет.

Своей первой неожиданной атакой она перекрыла возможность телепортироваться и связываться с Маркусом, а затем… просто развлекалась? Да, наверное так. Зачем? Мей могла лишь предполагать.

— Тебе конец, — процедила израненная среброголовая блондинка, — Не я, так мой муж снова запрёт тебя в Бездне.

— Знаю, — с грустью улыбнулась Агония, — Прекрасно знаю… Я и не рассчитываю на счастливый финал. Эта история не про меня, и не меня здесь ждут хеппи-энды. Впрочем…, - девушка вздохнула, — Ладно, незачем тебе это знать. Мы же… хах, мы же не подружки. Чао. Увидимся в Бездне, полага…, - она резко притихла и вздёрнула голову.

Молчание. Агония, широко распахнула глаза и посмотрела куда-то в сторону, словно пытаясь что-то услышать. Её что-то привлекло.

Где-то там. Где-то очень далеко.

— О нет…, - прошептала она, — Нет-нет-нет!

И тогда девушка просто исчезла, оставив парализованную проклятьем Мей лежать возле стены и гадать, куда направился Демон Войны.

Хотя… всё здесь очевидно.

***

Агония сорвалась сначала до лондонского телепортариума, а оттуда вновь прилетела в столицу Африки.

И первое, что бросилось ей в глаза — пустота.

Было тихо. Ни звуков людей, ни грохота, ни рёва монстров. Здесь даже ветра не было. Даже привычного пения птиц. Агония очутилась в месте, где, казалось бы, нет ни единого звука.

И когда она поднялась повыше и посмотрела на город с высоты, причина стала очевидна.

Так здесь вообще никого нет.

Полностью вымерший город-призрак. Всё живое кроме растений просто исчезло, будто и не было никогда. Пропали по щелчку.

Воздух был невероятно сухой. Облаков не видно ни на километр вокруг.

Выжженная, опустевшая пустыня.

Всё понятно, что здесь произошло — чтобы остановить цунами, Вортекс просто выжег всю влагу вне живых организмов. Жить тут стало невозможно, и город эвакуировали.

«Значит, получилось», — улыбнулась она, — «Но… где он?»

Что за странное чувство её тогда посетило? Она будто услышала стон больного человека.

«Он где-то там», — Агония ощущала местоположение Вортекса, — «Мне… мне неспокойно»

С одной стороны она уже сделала всё, что должна была — дала возможность Вортексу заполучить в суматохе Акву и не дала Мей Рейвиль вмешаться, но с другой…

Нет. Ей неспокойно. Она проверит.

Вортекс был недалеко — в другом крупном городе Африки. Девушка добралась до него через двадцать минут. Вот здесь уже кипела жизнь — крики беженцев, гудки автомобилей, звуки телепортации — всё это обрушилось сразу же, лишь стоило девушке проникнуть на улицы.

Но Агонии на это было плевать. Единственная её цель — больница.

Да. Вортекс находился в главной больнице города.

«Он ведь там кого-то навещает, да?..», — её дыхание ускорилось, — «Да хоть этих двух шмар! Хоть бы… хоть бы он их навещал, а не сам там лежал», — она вошла в невидимость и быстрым шагом начала искать Вортекса.

И она нашла. Он был в палате и совершенно не шевелился.

«Нет… нет-нет-нет», — она замотала головой и сел на пол возле двери, начиная грызть ногти и едва сдерживаясь, чтобы прямо сейчас туда не ворваться.

Но… нельзя. Нет. Своим появлением она может всё испортить. Агония слишком хорошо знает Вортекса — она знает, что он хоть и не пацифист, но всё же предпочитает, когда проблем вовсе нет. Она знала, что он захочет мирного решения с этими чёрными людьми. Знала, что их надо вынудить подписать какие-то там бумажки.

И если сейчас она появится в палате и её как-то увидят, — а это возможно, — то она может всё испортить.

Нет. Надо терпеть. Надо ждать.

И Агония дождалась — Вортекса оставили лишь ночью.

Девушка просидела ещё несколько часов, убедилась, что никто действительно к нему не наведывается, и сама зашла в палату.

Да. Это он. Правда он!

Лежал в кровати с кучей приборов, подключенных к его телу.

Вортекс не был посетителем.

Он был пациентом в очень тяжёлом состоянии.

— Нет-нет-нет-нет, — шептала девушка, быстро шагая к кровати, — Почему… п-почему они тебя оставили? Почему не сбивают жар?! Тупорылые идиоты!

Да они его погубить хотят! Наверняка хотят забрать Вортексы, когда носитель помрёт!

Да очевидно же!

— Суки…, - прорычала демонесса, — Вас всех… я вас всех в фарш покрошу, тупорылые твари! Где эти две шлюхи! Как они могут быть достойны, если даже в самую трудную минуту хер пойми где?! ненавижу… ненавижу-ненавижу… НЕНАВИ…

— Аэ-э-э-а…, - по стороны Вортекса послышалось бормотание

Вся злость мгновенно пропала.

— Ох… о боже! — Агония дёргается, неуклюже тянется к парню, потом вспоминает о его состоянии, снова пугается, и только тогда берёт себя в руки. С-сейчас! Подожди, сейчас!

Агония, едва одолевая панику, смогла раздобыть тряпку, пропитать её смесью из своей крови, энергетического порошка и обычной холодной воды, и приложить ко лбу пациента.

— Вот. Вот так. Сейчас станет получше.

Вортекса, или же Костю, как его все здесь звали, изнутри сжирал неимоверный жар. Это даже на расстоянии чувствовалось! Казалось, что здесь обогреватель работает — вот настолько поднялась его температура. И представить сложно, что сейчас ощущает сам Костя.

Он тяжело дышал и постоянно стонал от боли. Сжимал челюсть, дёргал головой и что-то бормотал, неспособный полноценно провалиться в сон..

Он мучался. Это было очевидно.

Агония хотела уйти. Она не могла даже помыслить, что любимый человек, который её бросил, будет на неё смотреть.

Она считала себя ничтожной. Слишком ужасной для него.

Но…

Она не могла.

— Бедненький…, - прошептала она со слезами на глазах.

Она села рядом на кровать, взяла его за руку и начала аккуратно её поглаживать, следя за состоянием Кости.

— Всё хорошо. К утру поправишься. Я не уйду, — прошептала она, — Всё будет хорошо. Хорошо.

Компресс помогал. Настолько, что Костя даже начал что-то соображать.

— Э-э-э?… — промычал он, глядя на незнакомую расплывчатую фигуру, — Тв квто?

— Не узнаёшь? Ну, наверное даже и к лучшему.

— Э-э-э?..

Вортекса пробрал абсолютный даунизм. Он как после наркоза, только ещё овощнее — шепелявит, ничего не помнит и нихера не соображает.

Но Агония не могла не улыбнуться.

Подумать только… Вортекс — один из сильнейших существ всей вселенной! Только его братья и отец способны дать ему отпор! Он сильнее Агонии, сильнее каждого существа этой жалкой планетки!

И сейчас он превратился в такое овощное рагу, что его любая обезьянка побить сможет, не говоря уже о лысых котах.

Сейчас Агония видела его не иначе, чем простым маленьким ребёнком.

— Ты квто? — он уже забыл, что только что это спрашивал.

— Не важно, — Агония снова поменяла компресс, — Я о тебе позабочусь, а потом уйду.

— Э-э-э…, - парень делал вид, что у него есть мозг, — Жащем?

— Меня… меня не хотят видеть, — улыбнулась она.

— Кто?

— Мой… мой жених.

— У вебя есь вених?! — удивился онемевший Костя, — И он вебя бвосив?

— Ага.

— Э-э-э…, - он лёг обратно, — Ну он… ну… он… и дебив…

— П-почему?…, - сердце Агонии защемило.

— Я бы тевя никовда не бросил…, - уверенно, пусть и невнятно сказал он, — Ты квасивая…

Она ничего не ответила. Не смогла. Если бы попыталась, то выдала бы дрожь в голосе, и Костя бы снова начал задавать вопросы.

Девушка лишь поджала дрожащие губы и, сама того не понимая, невольно сжала ладошку Вортекса.

Он бредит. Очевидно, он бредит. Девушка уже ухаживала за ним в таком состоянии и знает, что и как делать.

И сейчас он точно бредит.

Агония не выдержала и на полчаса покинула возлюбленного. Как минимум нужно найти еды.

— Вот, тебе надо покушать. Запустить пищеварение, — через полчаса она уже держала в руках тарелку с тёплой едой, — Тело адаптируется к Акве, и если энергии для этого достаточно, потому что Аква сама её выделяет, то вот белка не хватает, — Агония села на край кровати, набрала ложку и потянула её ко рту рослого ребёнка, — Тебе нужен белок.

— Бевок? Не-е-е-е, — замотал тот головой, — Бевоки… мивые. Они на девевьях живут. Пувыстые… не-е-е…

— Ешь давай. Не выкобенивайся, — она запихала ложку в его всегда открытый рот.

Вортекс забавно держался за одеяло обеими руками и смотрел на Агонию как нашкодивший ребёнок. Он не хотел, чтобы на него ругались. Пришлось жевать.

— Никогда бы не подумала, что снова увижу тебя в этом состоянии, — она улыбнулась, — Помню я тогда долго плакала и думала, что ты умираешь. Уже цветочки на могилку собрала. Как сейчас помню — две ромашки и одну розочку.

— Мы быви внакомы?

— Вместе под столом ползали. Наши… наши родители дружили. Дядя Артур и Адам, — девушка взяла его за руку и погрузилась в воспоминания, — Я была шкодным ребёнком. Всех била. И тебя тоже. Так продолжалось, пока ты не начал бить меня в ответ. Твои родители заставили тебя со мной мириться, и тогда ты впервые случайно проявил Акву — изменил моё ДНК и покрасил волосы в розовый. Мне понравилось, — она улыбнулась, — Так мы начали играть вместе.

Она смотрела в пол и впервые за долгое время чувствовала искреннее, неподдельное счастье, просто вот так вот разговаривая с дорогим ей человеком. Просто вспоминая все моменты, пережитые с ним.

— Ты постоянно из песка что-то строил, я в войнушку играла. Шло время, мы взрослели. И пока у других деток было половое созревание, у тебя… вот это, что сейчас.

— Ты ховошая…

— Ты один так думал.

— Ты очень ховошая…

Снова без ответа. Снова нет сил сдержать дрожь в голосе.

— Скоро… скоро жар спадёт, — она выдохнула, сдерживая покалывания под глазами, — Тебе станет холодно. Если согреешься — через пару часов уже придёшь в норму.

На сей раз молчал разговорчивый в бреду Вортекс.

Вместо ответа он лишь немного вздрогнул, ощущая разливающийся по телу холод.

Началось.

-

Ежеглавная рубрика “Не всех в этой истории ждёт хеппи-энд…

Да ведь?"

Стало холодно. Очень. Это единственное, что я отчётливо понимал.

Но потом… потом появился источник тепла. Приятного, мягкого тепла, окутывающего почти всё тело.

Я почувствовал, как сзади кто-то ложится и аккуратно обнимает меня одной рукой.

Да… это от него так тепло. Так хорошо.

Я даже начал засыпать.

— Когда ты уснёшь — я сразу уйду. С тобой обязательно всё будет хорошо, — прошептали ему в спину, — Ты… ты обязательно со всем справишься. Даже один.

Её голос дрожал, а рука сжимала одеяло, которым я бы укрыт.

А затем…

Затем меня поцеловали в щёку

— Прощай. Надеюсь, у тебя всё будет хорошо.

Сознание угасало. Из памяти пропадало всё, что я сейчас пережил.

Я медленно засыпал.

И даже холод упавших на щёку слёз не смог меня разбудить.

— Прости…, - заплакала девушка, — П-пожалуйста… прости.

***

Я открыл глаза. От шума, наверное — вокруг суетилось очень много людей. Все что-то бегали, разговаривали, спорили.

Здесь были и японцы, и африканцы, и, очевидно, европейцы. Здесь даже Аргус был! И Сатору.

И…

И София? Да, здесь была София! Что она тут забыла?

— Костя?… — она распахнула глаза, — Костя?!

Девушка бросилась ко мне в объятия, но резко вздёрнутая рука Аргуса её остановила. София остановилась, поджала губы, кивнула и нервно начала перешагивать с ноги на ногу, не решаясь на дальнейшие действия.

Но мне… всё это было без разницы? Будто меня здесь вообще не было.

Я лишь сжимал одеяло и смотрел по сторонам.

«Не понимаю…»

— Не стоит, София, — помотал головой старик, — Он опасен и наверняка заразен. Пусть восстановится. Хотя странно, что он так быстро пришёл в себя.

Я всё вспомнил. Всё, что было до потери сознания в первый раз.

После того как Джорджи кинул мне Вортекс, первое, до чего я додумался — просто испепелить всю влагу вне организмов. Получилось. Однако вместе с цунами и Бездной испарилось и всё остальное. Находиться в Африке стало просто невозможно, и меня, потерявшего сознание, вместе с другими людьми срочно эвакуировали.

Прошли сутки. Я чувствую внутри себя уже два Вортекса, вижу живую Аданнаю, живого Джорджи и понимаю, что всё вышло просто идеально.

Теперь-то я могу начать подготовку ко встрече с гордыней! Могу наконец отомстить! Я могу сделать родных частично бессмертными!

У меня всё получилось. Да ко мне даже София пришла — первая красавица Европы! Я знаю, что она в меня влюблена. Знаю, что она теперь свободна ото всех обязательств и мы можем развить нашу историю в нечто большее.

Вчера, в день посещения Африки, я могу с уверенностью сказать — я победил. Во всех смыслах и планах.

— Где? — прошептал я, нервно осматриваясь по сторонам, — Вчера ночью ко мне кто-то заходил. Где этот человек?

— Э-э-э…, - протянул Аргус, — Никто к тебе не заходил. Ты должен был лежать один. Ты тогда ещё бредил.

Все на меня уставились. Я посмотрел на каждого в ответ и сразу понял, что вчерашнего гостя среди них нет.

«Я победил? Могу отдохнуть?», — снова сжимаю одеяло.

Всё об этом говорит. Счастливые лица, солнце за окном, чувство выполненного долга.

Всё.

Кроме моей интуиции.

Прямо здесь и сейчас решается моя судьба. Я это чувствую. Если я сейчас что-то не сделаю — буду жалеть до конца дней.

— Простите, — я встаю с кровати и откидываю одеяло

— С-стой! Куда ты намылился?! Лежи! — Аргус сразу же спохватился.

Я прикрыл глаза. Сконцентрировался.

Бездна.

Чувствую сильнейший выброс Бездны в сотнях километров отсюда.

Мне нужно туда.

— Костя?… — София подошла.

— Прости, — я посмотрел на неё, — Я знаю зачем ты пришла. Но… наверное, ничего из этого не выйдет.

Телепортируюсь на крышу, оттуда в воздух. Поворачиваюсь.

Я ощущаю течение энергии. В каждом человеке, в каждом существе.

И там, где-то вдалеке, я ощущаю нечто ужасное, но с тем же и могущественное. Отвратительную, неправильную по своей природе субстанцию, которой не должно существовать вовсе.

Бездна. Лишь сейчас я понимаю, насколько это ужасающая материя. Она… она просто нарушает все законы, на которых держится эта вселенная.

Энергия никуда не исчезает. Она существует в постоянном круговороте, просто переходя из одного состояния в другое, из одной материи в другую. Но Бездна… она её просто не выпускает.

Бездна — то, что способно привести к смерти вселенной. И этим обладает Маркус, этим он повелевает.

Я взмахиваю рукой, выдыхаю и толкаю воздух второй, впервые в своей жизни открывая обычный портал.

Телепортируюсь в него. Жду секунду. Выхожу прямо там, где надо.

И понимаю, что успел в последнюю секунду.

Здесь действительно был Маркус. Он стоял на обломках какой-то горы, и половина его тела была покрыта чёрной бурлящей субстанцией, шевелящейся на нём словно живой симбионт. Но он был не один.

Перед ним, где в метрах пяти, у осколков камней лежала девушка. Окровавленная, покрытая каплями всё той же Бездны. Высокая розоволосая девушка с разноцветными глазами.

Мы с ней встретились взглядами. Уже израненная и уставшая, она где-то нашла сила широко распахнуть глаза, открыть рот в попытке что-то сказать и снова зажмуриться от вспыхнувшей боли.

Да… ей сильно досталось. бездна просто плавила её изнутри. Я даже отсюда видел, как медленно растворяется рана на её животе, за который она держалась одной рукой.

Ей больно. Невероятно больно. По лицу понятно.

Но даже так — она справлялась с этой болью и продолжала на меня смотреть, не то боясь, не то не веря, что я вообще здесь появился.

"Понятно", — улыбнулся я её распахнутым от шока глазам.

Знаете…

Любая история начинается на «бумаге». Бумага может быть хорошего качества, может быть газетной, туалетной. Этой "бумагой" может быть монитор или экран телефона. Всё это показывает, что у каждой истории разные исходные данные.

Но только человек определяет её сюжет.

В моей истории напрашивался грустный хеппи-энд. Будь в моей жизни автор, он явно хотел растрогать читателей. Хотел показать счастье моё на фоне несчастья другого. Сыграть на контрасте. Это было бы идеально. Это бы показало его мастерство рассказчика, выдавив у читателя кучу эмоций.

Но я не хочу этого.

— Что ты делаешь?.., - процедил Маркус.

Я встал между ним и лежащей девушкой.

— Не знаю, — хмыкнул я, говоря полную правду, — Реально не знаю!

— Отойди, — едва не прорычал он.

Солнце начало чернеть. Вновь почувствовалась влага, присущая бездне.

— Это ведь… это ведь полный идиотизм, да? — я смотрел на свои руки, — Идти против тебя ради незнакомого человека? Это же… тупо?

— Ты не понимаешь во что встреваешь. Не знаешь, что эта сука сделала с моей женой! — он сделал шаг навстречу, — Отойди. По-хорошему. Пока не стало слишком поздно.

— Я понимаю твои чувства. Понимаю что в голове у божества, родственника которого ранили, — я повернулся на бедную, прижатую к стене девушку, — Но я не могу избавиться от чувства, что сейчас — важнейшее решение моей никчёмной жизни. Что сейчас, если я всё сделаю верно, я снова начну жить, а не существовать.

Не знаю кто это. Даже понятия не имею. Высокая, истощённая. Израненная.

Но такая… красивая.

— Да…, - я улыбнулся её ошарашенному, не верящему лицу, — Сейчас я побуду идиотом. Порой бред — единственный верный путь.

По телу Маркуса шли чёрные трещины, а глаза обретали лунный оттенок.

Он вошёл в боевое состояние.

— Уверен, мы сможем это обсудить. Сможем прийти к нормальному, мирному пониманию, — по моему телу также пошли трещины, — Но это явно будет потом. Сейчас же…

Я протянул руку и развернул ладонь вверх, приглашая оппонента.

— Нападай, Маркус. Посмотрим, кто из нас Сильнейший.

Глава 8

Маркус хмыкнул. Он задрал голову, облизнул губы, о чём-то подумал и снова опустил на меня взгляд.

Странно. Не нападает? Сражения не будет? Не хотелось, конечно бы — уверен, всё можно решить мир…

«Ох, сука!», — я едва успеваю выставить перед собой барьер, как в него влетает выскочившая из-под земли Бездна.

Удар тёмной жидкости сносит меня нахер, и я на полной скорости втыкаюсь спиной в тот же камень, на который опиралась розоволосая девушка.

Прилетел не хило, но и я, похоже, теперь не простой человек — я почувствовал лишь небольшой дискомфорт, но не боль.

— Ох, ёмаё, — прокряхтел я.

Девушка сразу же испугалась — раскрыла глазки, едва что-то не сказала и уже потянула руку чтобы меня коснуться, но я успел помотать головой и быстро подскочить.

В меня снова летит волна смоляной жидкости — она лезла буквально из всех щелей и уверен, что скоро вообще из-под ног появляться начнёт.

«Она с лёгкостью пробила барьер телекинеза», — я анализировал, — «И она пожирает энергию — как выяснилось не только магическую, но и вообще всю, что есть во вселенной. Значит любая защита бесполезна. Плохо. Очень… плохо»

Я телепортируюсь с траектории удара и взмахом руки отшвыриваю девушку в сторону.

— Ну можно же всё решить нормально! — проорал я на так и не шевельнувшегося Маркуса, — Уверен, из этого всего есть нормальный выход!

— Есть, — кивнул он, — задирая ногу, — Но для начала я хочу выбить всё дерьмо из этой паршивой суки.

Выбить… всё дерьмо? Это значит заставить страдать? Такую няшку?

У меня ёкнуло.

Странно.

— Э-э-э нет, — я напрягаю руку, — Вот этого я, почему-то, очень не хочу.

Он бьёт ногой по земле и раскалывает всю горную площадь, отчего десятки чёрных фонтанов вырываются из расщелин, сливаются в единую волну и устремляются прямо на нас.

Это не заблокировать — невозможно. От этого не убежать — нет смысла, ибо догонят.

Нужно что-то иное. Но что?! Как победить Бездну — грёбаную материю, способную привести к тепловой смерти вселенной?!

Как вообще побеждать Маркуса?!

«К чёрту»

Мне нужно увести атаку. Хотя бы сейчас… хотя бы для этого момента…

Чёрт возьми, да ради своего будущего!

Я взмахиваю рукой. Бездна, столкнувшись с невидимой преградой, проходя её становится двумерной, на что я дёргаю пальцами и поворачиваю эту двумерную картинку словно грань кубика-рубика, направляя поток вообще в другую сторону.

Затем взмах рукой, превращение потока в нормальный трёхмерный объект, и вот кажется, что бездна — словно лазер, ударивший об зеркало, разворачивается также резко и без причины, словно отражается от воздуха.

«Бинго», — я осознал, как победить Маркуса.

Он жрёт всю энергию. Что против него не ставь — он всё поглотит и станет лишь сильнее. Но при этом, если он не сжирает всё пространство вокруг, то значит…

Да — достаточно запихать его в другое пространство, в котором у меня больше возможностей.

— Жди меня, — я телепортирую застывшую девушку подальше отсюда.

— Думаешь поможет? — наклонил Маркус голову, — Я всё равно её найду.

Я чувствовал, как у меня выступает пот.

Уверен, он меня не убьёт. Уверен, что и девушку тоже. Но твою мать… как я не хочу, чтобы нам обоим причиняли вред. Особенно ей. Вот… чувство такое.

Ой, да кого я обманываю. Дебилом надо быть, чтобы не понять, что это именно она ко мне приходила, и она меня обнимала.

— Найдёшь, — хмыкнул я, слегка подлетая над землёй, — Если выберешься.

Маркус взмахивает рукой, и вся скопившееся под нами Бездна, всё это грёбаное цунами всепожирающей материи, разрывает целую гору и устремляется прямо в меня.

Нет, меня точно не убьют.

Меня лишат сил и заставят лежать в грязи с осознанием, что сейчас ту глазастенькую милашку превращают в кусок избитого мяса. Я уже видел как она мучается лишь от одного ожога Бездной, и не представляю что она испытает, если на неё обрушится эта волна.

А она ведь… милашка. Глазастенькая такая. Мне показалась беззащитной.

Я…

Нет. Я этого не хочу. Интуиция вопит, что я должен её защитить.

«Концентрируйся», — прикрываю глаза, — «Концентрируйся», — напрягаю руки, Хоро и Аква вортексы, — «Ради себя. Ради той девчонки, что тебя буквально выходила в больнице», — до касания бездны остаётся метр, — «Просто вспомни…», — пара сантиметров, — «Да… на самом деле ты всё умеешь. Нужно лишь вспомнить»

Я раскрываю глаза, расправляю руки и очерчиваю ими круг в воздухе.

Вся земля, вся реальность вокруг свернулась в спираль, и Бездна, едва не коснувшаяся моей голой стопы, обошла меня вокруг и исчезла где-то в продолжении бесконечной спирали, находящимся за моей спиной.

Я совместил всё, что знаю и умею. И неевклидову геометрию, растягивая расстояние между мной и бездной. И привнесение иной мерности в нашу, когда буквально отрезал гору от всего остального мира.

«Да… это было правдой», — улыбнулся я, вспоминая слова Сатору.

Аква и Хоро — создание новых измерений.

И только что я создал такое — место, где последствия битвы не коснутся реального мира.

Всё вокруг разрушенной горы превратилось в одну сплошную графическую ошибку — все объекты потеряли объём, смешались в один цвет и вытянулись, словно в фотошопе кисточкой мазанули. Бездна же, закружившаяся вокруг меня, улетала куда-то в одну точку бесконечного долгого пути — словно её засасывало в водоворот. В спираль, в начало которой она и падала.

Даже мне трудно описать всё, что было вокруг. И потому неудивительно, что Маркус, пусть и сохраняющий безмолвие, знатно напрягся.

Я не стал выжигать бездну, как сделал это вчера. Боюсь, что снова станет плохо. Но вот отсечь её от энергии, пустив в бесконечное путешествие — это показалось мне проще.

Только вот…

«Чёрт…», — я начал задыхаться.

Испарения.

Испарения бездны проникали в моё тело и быстро распространялись словно вирус, пожирая все силы.

Твою мать… такой простой трюк пропустил.

«Сука… сука!»

Я чувствую, что Бездна внутри меня словно всепожирающий рой — с каждой частицей поглощённой энергии, частица бездны разделяется на две.

Созданное вокруг пространство начало рябить и пытаться вернуться в обычное состояние.

Какой же ты опасный чёрт, Маркус! С тобой рядом даже дышать нельзя!

Эта дрянь, получившая доступ к огромному, если не бесконечному источнику энергии, просто расплавит меня через минуту!

«Надо думать…», — чувствую, как рушится измерение.

Перестану левитировать — упаду в обломки горы, которую этот поехавший разрушил. Перестану поддерживать зеркальную реальность — бездна сожрёт меня снаружи. Не рожу ответ быстро — сожрёт изнутри.

Да сука! Что мне вообще делать-то?!

Можно сбежать. Можно сдаться. Но…

Разве я становился богом, чтобы бежать и сдаваться? Разве… я настолько жалок?

— Нет…, - прохрипел я, задерживая дыхание, — Нет… нет…, - энергия Хоро и Аквы начала рвать меня изнутри, — Нет-нет-НЕТ. НЕТ!

От меня начал отделяться силуэт. Моя копия, пытавшаяся выбраться из тела. Она вырвалась, возвращалась, затем пробовала снова. Я чувствовал, как рушится мой организм, как разделяются мои мысли. Как боль рвущихся нервов буквально выключает и включает сознание! Мне казалось, что каждую клетку моего организма разрывают надвое, чтобы потом сшить воедино. Раз за разом, попытка за попыткой.

Мой голос обрёл эхо, силуэт с каждым мгновением отрывался всё дальше, а Маркус, застывший вдалеке, совершенно не понимал чего ожидать.

— НЕ-Е-Е-ЕТ! — выкрик, вызванный раздвоением сознания, положил этому конец.

Он стал финальной точкой.

Финальной точкой в создании моей копии.

Я чувство, что могу это сделать. Понимал, что возможно. И даже несмотря на отсутствие опыта, на боль и скверные навыки…

Да, я создал свою полноценную копию.

Второй Вортекс рухнул на остатки горы, поднял голову на Маркуса и напряг доставшуюся половину Аквы и Хоро, перехватывая у меня поддержание зеркального измерения.

Я же, не выдержав разъедающую изнутри Бездну, схватился за грудь и начал выжигать её с помощью Аквы.

Да. У меня получалось.

Ха-ха, сука!

Я вижу его глазами. Чувствую его телом. Думаю его мыслями. То, что я создал — не полноценный второй человек. Нет. Это что-то вроде… тела, соединённого коллективным разумом со мной во главе.

Да, убиваешь меня — умирает и копия, но даже так — это именно то, что и поможет мне выиграть.

Всё внутри меня буквально горело. Я пустил все силы на Акву, и клянусь, чувствовал, как действительно выжигаю бездну из тела, словно довожу жидкость до кипения.

«Какой же ты, скотина, сложный враг», — я поднял глаза на Маркуса, так и не сдвинувшегося с места, — «Нужно что-то приду…»

Погоди…

Точно ведь! Я придумал! В голове стрельнула лампочка. Эврика!

Я ещё раз подняла глаза на Маркуса.

Он стоял. Просто стоял. Зловеще так, сцука. Сложив руки на груди, он просто смотрел то на меня, то на копию. И, кажется, вообще не воспринимал нас за врагов.

— Может начнём переговоры? — крикнул я.

— Ты всё ещё думаешь, что можешь победить? Того, чьей смерти нет в сюжете этого мира? — задрал он бровь.

Я хмыкнул.

Ну, я пытался всё решить более спокойно.

— А кто сказал, что я собираюсь тебя убивать? — я вытянул руку, — Да и кто сказал, что я собираюсь тебя побеждать?

— …, - он нахмурился и наклонил голову.

— Ты зол, Маркус. Я понимаю. Всё, что тебе нужно — это остыть. Прости, что прибегаю к этому, — напрягаю Вортексы, — Но я правда не дам ту девушку в обиду. Я… я с ней обязательно разберусь! Всё выясню, и мы всё решим мирно! Ты, твоя жена, она и я! Но для этого…, - мой голос грубеет, — Ты должен успокоиться.

Он опустил руки и напрягся. Впервые за всё время серьёзно приготовился к бою.

Но было поздно.

Тот двойник, которого я создал для поддержания зеркального измерения — уже как несколько секунд оптическая иллюзия. Простая картинка.

На самом деле, эти несколько секунд измерение поддерживаю я.

Где двойник? Что-ж… хороший вопрос!

Он…

«Ха?», — я едва успел среагировать на то, что произошло.

Розоволосая няшка… она просто оказалась позади Маркуса и срубила ему голову к херам.

— Ха?..

Его тело валится наземь. Голова откатывается в сторону.

Девушка, поджавшая под себя руки, с улыбочкой смотрит на содеянное.

— Ха?..

Погоди…

Чтоп… сто?

Что… твою мать, за херня?!

Маркус не умер. Он явно не умер — я уже вижу, как его голова начала прирастать к телу обратно! Да, я всё ещё с ним справлюсь, — мой план ни капли не изменился, — но…

— Да ёп твою мать! — не выдержал я, — Зачем?!

— А? — она испуганно дёрнулась и поджала ручки. — Ну я… я просто хотела помочь.

Молодец, дура, помогла. Теперь он ещё больше на тебя зол, и хер его знает, как решать это всё мирно.

Ё-п-п твою мать, woman moment.

Маркус прирастил голову обратно, оскалился и уже было взмахнул рукой на мою няшку, как вторая моя няшка, — двойник, — успевает выйти из невидимости и схватить его за плечо.

Всё. Шах.

Копия взмахивает свободной рукой, точно так же сворачивает пространство в зеркальное непробиваемое измерение и начинает создавать бесконечно далекий неевклидовый коридор между собой и повелителем Бездны.

Площадь, которую он захватил — ничтожно мала. Да всего один шаг! Это не целая гора, как у меня.

И потому я уверен, что он ещё долго сможет отдалять себя и Рейвиля в этом отрезанном от реальности измерении.

Да… в этом и был мой план — двойник должен был подобраться как можно ближе и запереть Маркуса вместе с собой в небольшом кубике пространства.

Получилось.

Всё наконец получилось.

— Ху-у-ух, боже, — падаю на задницу, с удовольствием наблюдая, как отрезанная от управления бездна начала исчезать.

Боже. Победа. Ну как победа — отсрочка сражения. Всё ещё без понятия как побеждать непобедимого, но вот запечатать я его смог.

Теперь можно переключиться на другие мысли.

Теперь можно понять, что это за пугливое чудо такое.

— Я… я тогда пойду…, - прошептала девушка, боящаяся поднять на меня глаза.

— Э-э-э… как насчёт нет?

Длинноногая. Израненная. Покрытая костяной бронёй. И очень, сука, милая. Она похожа на котёнка. Злого такого, знаете, но при этом милого. такого, которого никто кроме хозяина-то и не любит, потому что котёнок ну РЕАЛЬНО злой.

Не знаю кто это. Без понятия.

Но мы…

Мы наконец встретились.

Кажется, это финал чего-то грустного, и начало чего-то очень счастливого.

— Что-ж… давай знакомиться, — улыбнулся я, — Вортекс.

— Значит, просто не помнил…, - она впервые за всё время улыбнулась и подняла на меня глаза, — Меня… зовут Агония.

А… мля, точно. Знакомое лицо.

Демон Войны, чуть не убивший меня в школе. Великое бедствие магического мира.

Уверен, ей есть что мне рассказать.

Глава 9

Мы решили присесть. Здесь же, неподалёку от пространственной аномалии.

— Мы были парой, — тихо и с улыбкой сказала Агония, — Наверное, ты первый мне понравился. Когда мы были маленькими, я постоянно к тебе приставала. Ты говорил, что я какашка зубастая, из-за чего мне было обидно и я приставала ещё больше, — она смотрела вниз и нежно улыбалась, — Я считала себя счастливой. А потом…

— Я пропал, — продолжил я, — Но как?

— Не знаю. Правда. Тебя невозможно убить — такова воля твоего отца. Поэтому я тебя и ждала. Верила, что ты заберёшь меня из того кошмара, в котором я прожила тысячи лет. А когда увидела, что ты жив, но ко мне не возвращаешься…, - Агония поджала красные губы, — Подумала, что просто больше не нужна. Но и забыть в ответ тоже не смогла. Такая дура, — она хмыкнула дрожащим голосом, — Я просто хотела помочь и забыться. Дать бездне меня доломать. Но мы… снова встретились. И ты меня, оказывается, не бросал. Я…, - девушка не могла сдержать улыбку, — Я так рада…

Она правда радовалась. Искренне. Уверен, что вот эта счастливая детская улыбка идёт от сердца, и всё, что у неё на лице — отражение её души.

Агония словно маленький, теперь уже счастливый ребёнок, нашедший любимого человечка. Ну а я же…

— Не помню…, - не могу найти слов, — Я… совершенно ничего не помню, — смотрю на свои руки, — Чёрт.

Да как так?..

Ну как же, сука, так?

Целая жизнь! Любящая меня семья. Возлюбленная с самого детства… Всё это у меня было, и ничего из этого я не помню!

Да какого чёрта?

Поэтому обладая божественной силой, всё, чего я желаю — спокойствия, любви и обычной жизни? Потому что просто хочу вернуть то, что когда-то имел?!

— Чёрт, — я взялся за лоб, — Чё-ё-ёрт!..

— Н-не переживай! — девушка сразу запаниковала и аккуратно взяла меня за руку, — Наверное всё можно вернуть? Вспомнить? Наверстать?

Я поднял голову и посмотрел сначала на держащую меня маленькую ладошку, а потом раскрытые от волнения разноцветные глазёнки.

Твою мать…

Милота-то какая.

Не знаю, может во мне воспоминания говорят, но… рядом с Агонией как-то спокойно? Нет, конечно, она — поехавший демон, кошмарящий человечество вот уже несколько тысяч лет, но какая разница, если она милашка?

Я уже было вырвал руку обратно, но в последний момент понял, что просто не хочу. Её маленькие окровавленные ладошки как-то успокаивали мои — большие и с пульсирующими синими венами.

Так мы и продолжили держать друг друга за ручку. Вернее она меня, а я был и не против.

— Мы идеально друг друга дополняли, — прошептала она, поглаживая мою ладонь большим пальцем, — Кем бы тебя ни считали человеки, но ты — злой бог. Ты строишь на обломках, а не чинишь. И я… была твоей злостью. Твоим гневом. Я брала эту ношу на себя. И так во всём. Ты не давал моей сущности вырваться наружу, а я не позволяла тебе срываться, — она улыбнулась, — Или вот… по домашним делам. Если бы не я, ты бы вообще из дома не выходил! Или… или даже вот…, - она покраснела, — Ну вот взять проблемы с моими либидо!

— Э-э-э… что?..

— Я ведь и впрямь демон. Ну, не человек! — она очень резко и по истеричному повеселела, — И у меня как бы… это… ха-ха, ну проблемы с похотью! Если людям там минут десять надо, то мне… ну… часик, наверное.

— Часик?..

— Ну ладно, два, — она явно начинала сходить с ума, — Ха-ха, н-ну ладно, вру. Блин, чего это я?! Ладно. Пять где-то. Д-да, пять часиков мне в самый раз! И кто если не человек с бесконечной выносливостью мог бы меня удовлетворить, да?! ДА?! — она схватила мою ладонь обеими руками и, вся покрасневшая, бешено на меня посмотрела.

Я испугался.

Мама…

— А… кхм. Ой, — она села обратно и снова понурилась.

Ну, теперь понятно, что я делал всю ночь перед тем, как нашёл розовые волосы в кровати. Этот момент, как и призыв на арене мы уже обсудили.

Призыв — людей похожих много, не в каждом же Вортекса видеть. Жаркая ночка — воспоминания туманны и непонятны, и мы вообще сомневались, что она была.

Но теперь-то не сомнений осталось. Думаю, это мои воспоминания частично пробудили симпатию к Агонии, из-за чего всё это и произошло.

Но мне всё ещё тяжело поверить, что все эти странные чувства внутри меня — канон. Что у меня была возлюбленная. Что она и сейчас есть! Вот она, сидит передо мной! Окровавленная, исхудавшая и раненная, но живая и даже почти счастливая.

Всё это похоже на сюр. И это проблема, на которую я не могу закрыть глаза.

— Я ничего не помню. Я… не знаю, что об этом всём думать, — прошептал я, погружаясь в размышления.

— Понятно, — поджала губы девушка, — Тогда, наверное, и впрямь забывают то, что не…

— Но! — я перебил её, на что Агония подняла глаза, — Если ты не против, если готова смириться с тем, что я амёба без памяти…, - я сжал её ладошку в ответ и посмотрел в разноцветные глаза, — Я бы хотел попробовать всё сначала. Ну, попытаться. Хотя бы узнать тебя получше.

Она замолкла и широко распахнула глаза. Её рука задрожала.

— П-правда?… — она аж нахмурилась.

— Ага, — кивнул я.

— Правда-правда? — её глаза заблестели.

— Правда-правда.

Она резко вздохнула, прикрыла рот ладошками и подскочила.

— Ха-ха, ура-а! — девушка запищала и запрыгала на месте, — Е-е-е-е, ха-ха, ура-а-а!

Она прыгала, топала босыми ногами и смеялась. Счастье, облегчение, надежда — всё это из неё пёрло неостановимым потоком, который не мог не подействовать даже на такого как я.

Наблюдая за счастьем простого мирового бедствия, я невольно улыбнулся.

— Я так рада, — она остановилась и вытерла выступившую слезу, — Боже, я сейчас заплачу, хе-хе, — она хныкнула вместе со смешком.

Не знаю, как это остановить. Да и не хочу, наверное. Столько радости от пары слов я ещё никогда не видел. Я даже запереживал насчёт её ног — она так часто и так сильно скакала на месте, что острые камни наверняка вонзались в её босые ступни.

«Да уж…», — хмыкнул я, смотря на смеющуюся и утирающую слёзы Агонию, — «Неудивительно, почему я был в неё раньше влюблён»

Я был готов порадоваться вместе с ней. Готов был ради интереса ещё наговорить приятных слов, чтобы посмотреть предел радости этого окровавленного чуда-юда.

Но меня прервали.

Странное, тягучее ощущение откуда-то неподалёку. Будто воздуха перестало хватать, а сердце неприятно стянуло как при волнении или страхе.

Я быстро понял, что это такое.

— Агония, послушай…

— Да-да?! — она остановилась и как заяц подскочила ко мне.

— У нас будет полно времени познакомиться ещё раз. И порадоваться, и всё остальное. Но сейчас у нас есть одна огромная проблема. Настолько огромная, что обязательно приведёт к смерти, если не решить её мирно.

Она проморгалась и вздёрнула голову в сторону пространственной аномалии с Маркусом.

Да, она поняла всё правильно.

Прошло минут десять с его запечатывания. Десять грёбаных минут, как он почти вырвался!

У моего двойника заканчиваются силы. Несколько минут, максимум пять, и Маркус вырвется. И самое убогое, что я больше не смогу запечатать его так надолго.

Я не успеваю восстановиться. Если я создам клона и проделаю тот же трюк — это будет половина от половины силы. Потом ещё раз. И ещё. Время сдерживания будет всё меньше и меньше, пока я просто не упаду от бессилия и не позволю Бездне разорвать милашку Агонию.

А я… не хочу, чтобы её разрывало. Она и без того много страдала.

Улыбка с лица агонии пропала.

— И в этом виновата ты, — я вздохнул.

— Н-но я просто хотела помочь…, - виновато прошептала она.

— Я понимаю. Но делов ты наделала, и исправлять их будешь ты.

— Я готова! — она излучала энтузиазм.

— Нет… ты не готова.

Я уже понял, что она за личность.

И… ох…

Агония точно к этому не готова.

***

Подготовка закончилась.

Теперь розоволосая дура будет исправлять то, что натворила.

Я и Агония стояли на всё той же горной равнине, но теперь уже перед искажённой аномалией, похожей на размазанную картину. Отсюда открывался прекраснейший вид на африканский оазис.

А ещё здесь была Мей Рейвиль — жена Маркуса. Это я её сюда привёл.

— Ты поняла, что нужно сказать?! — я надавил на Агонию.

— Поняла…, - пробурчала она, сжимая край разодранного платья.

Боже… хоть бы поняла.

Я концентрируюсь на аномалии и растворяю двойника, также выпуская Маркуса на волю.

Он с грохотом приземлился на ноги. Вздохнул. На лице вообще ничего не было — теперь он не злой, а просто настолько затраханный всем этим, что даже эмоции пропали.

Он сжал кулак, цыкнул и медленно повернулся на меня.

— Знаю что ты хочешь сделать, но послушай! — я поднял руку.

— …, - Маркус заметил свою жену, — А ты что здесь забыла?

— Пришла послушать. Как и ты, надеюсь, — это слово она выделила.

— …, - он снова перевёл взгляд сначала на меня, затем на понурившуюся Агонию.

Так. Пока всё идёт как надо.

Мне незачем сражаться с Маркусом. Незачем пытаться его убить. О, а убить я его смогу, уж не сомневайтесь — я уже выжигал Бездну, пусть и ценой своего сознания, так с чего не смогу это повторить?

Но зачем? Мне этого не нужно — он просто взбешён из-за того, что его жену в месиво превратили. Я бы на его месте ещё неадекватнее был.

Это нужно решить мирно.

— Агония хочет вам кое-что сказать, — я пихнул её вперёд, — Давай.

Девушка вышла. Словно маленький детсадовец, она сжала края платья, опустила голову и вышла на «сцену».

Боже… и мило, и стыдно.

— Я…, - она надулась ещё сильнее и пробурчала, — Я хочу извиниться за то, что сделала. Я была неправа. Обижать людей плохо.

Она настолько надулась, что даже со спины я видел, как из-за её головы выглядывают щёки.

«Ха-ха, е-е-е!», — я искренне радовался за успехи карапуза.

— Ещё что? — напомнил я.

— Я…, - она покраснела, а на глазах выступили слёзы, — Я больше так не буду.

— И? — снова я.

— И…, - запищала Агония, — И простите меня, пожалуйста.

«Ура-ура!», — я чуть не захлопал в ладоши.

Агония стояла и шмыгала носом.

Боже, стоило видеть её лицо. Да его и представить-то несложно — достаточно помнить, что Демон Войны ненавидит ВСЕХ, кроме меня. Буквально. Любой другой человек для неё не больше таракана.

Представьте, НАСКОЛЬКО она себе пересиливает? Насколько она ломает свой характер?

И ради чего? Ради… меня?

Я настолько ей дорог?

— Молодец, иди сюда, — я позвал карапуза к себе.

Агония пропищала что-то ещё, сжала края платьишка и поковыляла ко мне.

Маркус же смотрел на нас как на олигофренов.

— И что это? — процедил он, задирая бровь, — Ты… ты угараешь? Ты серьёзно думаешь, что этого достаточно, а?! — его голос грубел.

Вокруг снова запахло влагой.

Тц, сука.

Бездна начала скапливаться.

«Твою мать», — я сразу же отодвинул Агонию за спину, — «Не подействовало? Хотя я его понимаю. Но… чёрт!», — потираю пальцы, ощущая волнение, — «У меня дай бог половина сил. Я после адаптации Аквы-то не отошёл, а здесь ещё половину сил пришлось клону отдать»

Влагой уже не просто пахнет — ей несёт. Потоки Бездны ощущаются под ногами, а в воздухе едва ли не виднеются её частицы.

Атмосфера накалялась. Глаза Маркуса начли чернеть и обретать лунный оттенок, тогда как на его шее взбухли тёмные вены.

Он зол. Он снова в ярости. Его жену искромсали, и теперь просто просят прощения? Да какой идиот подумал, что это сработает?

Нет. Мы не те, кто сможет его вразумить.

— Марк, пожалуйста, приди в себя, — подала голос Мей.

— Ха?! — он резко дёрнул на неё голову.

Мей выглядела вполне живенько. На лице виднелось лишь пара ссадин, но в целом — и не скажешь, что её чуть не зарезали. Даже белое платье — и то целое.

— Не нужно ей мстить. Она же извинилась, — Мей кивнула в сторону надутой Агонии, — Ты посмотри как через себя переступила — аж пищала. Не стоит.

— Ты… ты угараешь?! — он наклонил голову до хруста, — Ты… ты что такое несёшь? ДА ТЕБЯ ИСКРОМСАЛИ! Я ВИДЕЛ, КАК ТЫ ИСТЕКАЕШЬ КРОВЬЮ!

— Но теперь-то я целенькая. Смотри, хоп, — она закружилась.

— …

Он не находил слов.

Он просто распахнул глаза и смотрел на жену шизофреничку.

— Марк, милый, не сходи с ума. Если ты хочешь за меня мстить — не надо. Я её прощаю. Пожалуйста.

Повелитель бездны снова посмотрел на Агонию.

Я, почувствовав, опасность, закрыл ему обзор и спрятал девушку за спиной.

«Я понимаю тебя, приятель. Мы обсудим всё это за мятными пряниками, но сейчас тебе нужно успокоиться. Пожалуйста, не давай мне поводов тебя убить»

Здесь есть лишь два выбора: либо Маркус умирает, либо отпускает ситуацию.

И всё решится именно сейчас. Ровно в этот момент.

Либо сражение, где я могу проиграть, либо…

— Ёп твою мать, woman, — процедил он, расслабляя позу.

Запах Бездны ослаб. Напряжение спало.

Всё.

Противостояние закончено. Боя не будет.

— Дома поговорим. Ты простила — ты и ответственная за эту психопатку, — он сделал шаг назад, буквально втёк в землю и телепортировался подальше из этого дурдома.

Вот теперь точно всё.

Теперь даже я чувствую, что мы здесь втроём.

— Дебил блин черножо…, - хотела пробормотать Агония.

— Молчи! — я дёрнул её за палец, на что она снова запищала, — Мей, спасибо больше за…

— Ты думаешь я по доброте душевной это сделала? — она прикрыла глаза и потёрла переносицу, — Будто я хочу прощать эту психопатку. Она же и правда не в себе!

— А ты корова жирная…, - пробурчало что-то сзади.

Я повернулся.

Ты чё, сука, ты чё?!

Она это прекрасно поняла и снова опустила голову, начиная ковырять землю пальцами ноги.

— Просто я понимаю, что лучше перевоспитанный Демон Войны, чем запечатанный, — она подняла на меня глаза, — И я… впервые вижу, чтобы она себя так вела. Кротко. Послушно… Адекватно, — Мей выдохнула, — Только вот Маркус под эмоциями этого не осознаёт.

— Что ты хочешь? — я нахмурился.

— Чего я хочу? Чтобы эта психопатка заплатила за всё, что натворила! — она повысила голос, — Но не страданием. Хватит с неё. Она убивала тысячи. Десятки тысяч. Так пусть теперь столько же и спасёт. Давай сделку, Вортекс, — она подошла и протянула руку, — Ты сдерживаешь демона Войны — я своего поехавшего мужа. Не знаю кто из вас сильнее, но вы явно не должны быть врагами. Позор для женщин, если из-за них дерутся их мужчины.

Я посмотрел на её белоснежную ладошку. Погоди, это что… база? Сказанная woman? Базированная девушка?

И всё? В этом весь прикол?

— Ну ладно…, - я недоверчиво пожал её руку.

Агония это увидела и сразу же начала оттягивать меня за рукав.

Боже, ей сколько? Десять? Тысяч лет?

Мей на всё это посмотрела и лишь с улыбкой покачала головой.

— Ещё увидимся, молодожёны, — хмыкнула она, исчезая в призрачном хлопке.

Нас обдувает воздух от телепортации богини духов и мы вновь остаёмся вдвоём.

Я посмотрел на место, где только что стояла парочка. Прикрыл глаза. Прислушался к ощущениям.

Никого. Ни бездны, ни каких-либо существ.

Остались лишь мы вдвоём.

— Ну вот и всё, — я выдохнул, — Вот и конец арки Агонии…

Мы оба прошли огромный путь, чтобы просто друг с другом встретиться. Я знаю про её путешествие. И про то, как она захватила тело куклы, и как увидела меня по телевизору, и про недопонимание с Катей, и про сработавший план с Аквой.

Я всё это знаю. Да из этого можно целый сюжет для книги делать! Наверное, она получилась бы восхитительной.

— А? — подняла голову девушку.

— Говорю, ты молодец, — я не знал что делать, поэтому просто погладил её по макушке, — Всё прошло идеально. Ну… почти.

— Хи-хи, — она довольно заулыбалась и прикрыла глаза как котёнок, которого гладят.

Ой мля… ой… моё сердце. Нельзя же так! Женщина, преставай быть такой милой! Ты убийца! Ты не должна мурлыкать!

— Так, ладно, — я даже смутился и с трудом отодрал руку, — А теперь план действий.

Не стоит забывать, что я буквально сбежал перед носом у Аданнаи.

Где я? Куда я? Зачем я? Никто даже и не представляет. Аргус, разве что. И я был бы конченным симпом, если бы сейчас всё бросил и остался с Агонией. Вайфу вайфой, но нельзя забываться.

Я бог. Я — надежда.

И теперь не только для Сёгуната, но и для Африки.

Я объяснил Агонии всю ситуацию. Сказал, что нам придётся на время попрощаться, и что о ней позаботятся забавные узкоглазые человечки. Поначалу она расстроилась, но после обещания, что я «ну точно вернусь», она вроде как подуспокоилась.

— Ну? Готова? — я протянул руку.

Она с грустью на неё посмотрела. Притихла.

Выбора у неё нет.

Вспышка. Держась за руки, мы телепортируемся в больничную палату.

— Так, Сатору! — я обратился к ошарашенному азиату со шрамом на лице, — Вот эту розоволосую — в Сёгунат. Следить и оберегать.

— Я… я правильно понимаю, что это…

— Да. Она.

— Ох, ёп твою мать-десу, — он спохватился.

Девушка продолжала молчать и лишь крепко сжимать мою руку.

Азиат крикнул, позвал телепортаторов, ждавших в коридоре, и подошёл к Агонии.

Мы встретились взглядом. И даже в этой суматохе время для нас будто остановилось. Всего на мгновение.

— Пожалуйста…, - прошептала она, — Не бросай меня.

— Не брошу, — прошептал я так тихо, чтобы услышала только Агония

Девушка распахнула глаза и повернулась на меня. Она хотела это услышать. Она мечтала именно об этих словах. Что пусть и не полюбят, но её хотя бы снова не бросят.

Она хотела быть хоть кому-то нужной.

И потому в мгновение перед телепортацией, когда все звуки для неё исчезли, она беззвучно прошептала:

«Я», — её губы зашевелились, — «Люблю», — вытянулись, — «Тебя»

Вспышка.

Телепортаторы и Агония исчезли. Остался лишь я, африканцы и японцы.

«Ясно», — хмыкнул я, — «Ясно…»

Кто ещё мне говорил такие слова кроме матери и сестры? Для кого ещё я так дорог?

Нет таких людей.

Кроме Вики и Лизы, лишь поехавший демон с шизофренией и явными расстройствами личности сказал мне прямо: «Я тебя люблю». Лишь он.

Не знаю, радоваться мне или плакать.

Хотя кого я обманываю. Всё я знаю.

— Так! — я повеселел и почувствовал прилив сил, — Что там дальше?

— О, много чего, господин Вортекс, — послышался голос Аданнаи.

Я развернулся.

О нет…

Недовольные негры.

Глава 10

— И снова рад вас приветствовать, — глубоко кивнул я, — Извиняюсь за столь… резкий побег.

— Да, более чем резкий, — она кивнула в ответ и направилась на выход, — Не объясните свои действия?

— Возникли неотложные дела, — я придержал для неё дверь и пошёл следом по коридору.

— Например, спасение окровавленной розоволосой девушки?

— Например, спасение окровавленной розоволосой девушки, — кивнул я.

Мы зашли в конференц-зал для персонала, где уже было три моих человека и три афронегра. Мы все друг друга поприветствовали, присели и начали играть в гляделки.

Боже, оставьте себе эти игры! Что вы рассчитываете увидеть в моих глазах? Совесть? Что хотите сделать? Повлиять на меня? Запугать?

— Господа, давайте не будем устраивать этот детский сад. Понимаю, вы напряжены моим существованием, но поверьте, я тоже им напряжён, — хмыкнул я, заправляя рукава больничной рубахи.

— Мы отдали вам Акву. Наше сокровище. И вы пообещали воссоздать его! Но вместо этого… просто сделали столицу непригодной для жизни! — процедил здоровяк Нганну.

Аданная кивнула. Её лицо застыло в напряжении.

Мне вот кажется… что я им не нравлюсь. Есть такое, да?

А ещё… Хм…

Меня посещает странное чувство. Будто давление со стороны, смешанное с чем-то мелькающим на периферийной границе зрения. Будто ты что-то видишь, но стоит подумать — как этого нет. Но оно же есть, сцуко! Не шизофреник же я?!

— И что подумали бы люди, останься они в столице, м? — импровизировал и блефовал я, — Что вы отдали сокровище? А может лучше, чтобы они и вовсе пока не знали о вашем решении? Почему вы думаете, что все мои действия носят niggaгативный характер?

О да, соображал я сейчас быстро. В том числе понимал, что надо ковать пока горячо. Пока, так скажем, чёрненькие под впечатлением и размышлениями.

— Сатору, Сёгун подтвердил подписание? — спросил я помощника.

— Ещё вчера, господин.

— Принеси договор.

Мне быстро его принесли. Я прочитал. Да, тот же самый.

— Подписывая договор вы подтверждаете, что отдаёте Акву во владение Сёгунату. Но при этом вы…, - я замолк.

Снова начало давить чувство.

Да что это?! Меня это уже напрягает.

— Но при этом вы не можете выдвинуть какие-либо претензии по этому поводу. В том числе и насчёт синтетической копии Аквы.

— Н-но…, - уже было всполошилась Аданная.

— Мои люди направят вам новый — на обязательство в создании Аквы с моей стороны, — поднял я руку, — Устроит? Успокоит нервы?

Девушка вскинула брови. Такого она не ожидала. Чего-чего, но точно не содействия и открытости к диалогу.

— Устроит.

— Прелестно. Тогда, если позволите, я скину дальнейший диалог на моих помощ…

Давление на глаза стало невыносимым.

Нет. Что-то не так. Что-то происходит. И это что-то — очень плохое, раз моя интуиция так об этом вопит.

Я прикрываю глаза. Концентрируюсь. Пространство вокруг открывается для моего взора и, кроме спрятавшихся тут и там вояк, я не вижу ничего подо…

«А это ещё что?..», — всматриваюсь.

Мне же не кажется? Я же и впрямь это вижу?

Маленькие пульсирующие линии буквально внутри каждого существа. Синие. Как вены, только едва-едва различимые. В человеках, в тараканчике вон, в деревьях и траве. Эти линии пронизывают всё вокруг. Всё сущее. Они — часть каждого живого существа.

Энергосистема. С помощью Аква-Вортекса я научился её видеть.

«Там…», — понимаю, что меня так смущало.

Вдалеке мелькали сотни таких огней. Вы только представьте сколько там существ, если я даже отсюда вижу сплошное синее свечение, хотя каждая энергосистема размером не больше кровеносной?

Сюда что-то несётся. Быстро. И уже близко.

— Я на секунду, — поднялся я, — В уборную. Если не против.

Не дожидаюсь ответа. Плевать.

Телепортируюсь на крышу, оттуда в воздух, а потом, открыв ускоряющий портал, словно из рогатки выстреливаю собой на километры вперёд.

«Вот здесь!», — прерываю тоннель и со свистом влетаю ногами в землю.

От падения раздался грохот и поднялась пыль. Было жарко. Солнечно. Несмотря на кучу растительности, это всё ещё была Африка с её жарким и достаточно сухим климатом.

Жаль, что всю красоту портила огромная, сраная армия марширующих чудовищ!

Помните, когда я уничтожил орду в Китае? Тогда ещё думал: «Охренеть как много, люди с ними не справятся!».

Так вот — сейчас в десять раз больше.

Они идут со всех сторон. Это не единая армия — это множество разных отрядов, соединяющихся словно ручьи в реку.

«Мне это не нравится», — я нахмурился и осмотрелся.

Почему они сюда идут? Приказали? Или невольно пошли в сторону массовой телепортации? В любом случае — это очень плохой знак.

Что-то зашевелилось с поглощением Аквы.

— Гордыня, говна кусок. Не смог испоганить жизнь мне, решил всему миру? — поднимаю руки, — Да когда ты уже угомонишься, неудачник…

Аква-Вортекс, центр которого я чувствовал в черепе, пустил энергию в мои руки и налил вены синим свечением.

Я выдыхаю. Прислушиваюсь к себе. К своим возможностям.

Передо мной — армия безмозглых чудовищ. Буквально армия. Тысячи. Они идут уже не первый час, их рёв и грохот слышен даже отсюда — за километр от первых рядов.

От них не добиться ответа. Их нет смысла оставлять в живых. Ни одного.

Их нужно лишь убивать.

«Пха…», — я улыбнулся, напрягая энергию Аквы на кончиках пальцев, — «Пха-ха!»

Воздух стал тяжелее. Послышался гул, будто трансформаторная будка шумит где-то на дне океана, а от моих пальцев, прямо к центру чудовищной армии, поплыли мягкие невидимые ленты.

А затем… монстры остановились.

Нет, они не видели ни ленты, ни мою силу. Да и не факт что видели даже меня.

Просто они поняли, что умирают.

Ленты собрались в небольшой красный шарик над армией, и одновременно с этим завопило первое расплавленное заживо чудовище.

А потом его участь постигла и остальных.

Сначала растворилась их энергосистема — она вытекала прямо из тел и по воздуху втекала прямо в красную жемчужину.

Затем растворялись внутренности. Мышцы. Кожа. Слой за слоем, все живые существа начали превращаться в единый поток биомассы, питающий активно растущую жемчужину.

Они вопили. Дёргались. Пытались сопротивляться, убегать и искать виноватого.

Безуспешно.

Живая, пульсирующая словно сердце сфера поглощала всё, из чего состояли живые когда-то существа. Целый поток материала втекал в неё со всех сторон, и в какой-то момент стена расплавленной плоти стала настолько огромной, что закрыла собой даже горизонт.

И в этот момент я понял, что такое Аква-Вортекс.

Это не энергия. Это не вода.

Аква-Вортекс — это жизнь. Поэтому и Аква — в честь воды, которую везде считают источником жизни.

Гул прекратился. Вопли тоже. Всё закончилось.

Остались лишь тысячи скелетов и огромная, монументальная сфера в воздухе, издающая звуки бьющегося сердца.

— Мерзко, — заулыбался я во весь рот, — Пха-ха!

Сфера начала пульсировать и сжиматься, с каждым биением медленно перемещаясь ко мне.

И вот, через минуту от активации заклинания, и через десять секунд после смерти орды, я держал в руках маленькую алую жемчужину.

«Я могу уничтожать города», — я поднял её на солнце, — «В моих руках сила превратить всех жителей земли одну мерзкую аберрацию, как эта жемчужина», — я чувствовал бьющуюся внутри неё жизнь, — «Но при этом всё, чего я хочу — вернуться домой и поняшиться с вайфу»

Я хмыкаю и закидываю две тысячи страдающих существ себе в рот, с удовольствием проглатывая килотонны энергии.

«Быть может у меня божественная импотенция?»

То, что я сделал — первый шаг на пути к воскрешению и созданию людей.

Я понял, что могу забирать жизнь. А раз могу в прямом смысле её забрать, то с Гео-Вортексом создам тело, в которое смогу её поместить.

Я поистине бог-созидатель.

— Так, на чём мы остановились, — я телепортируюсь обратно к моим угольным друзьям, — А, да вроде всё порешили.

Они на меня уставились.

Эх, а они ведь даже не знают, что я спас их от смерти. Впрочем, мне и не надо. Я не для признания это делал, а… зачем, кстати? Просто захотел, наверное.

Я ведь поклялся делать только то, что захочу. В этом же суть свободы, нет? Хочу спасать — иду и спасаю. Хочу убивать — убиваю.

Такова моя воля.

— Тогда прощаемся, господа, — забираю Джорджика, — Скоро я снова к вам наведаюсь, не переживайте.

Прощаемся с чёрненькими, отходим с Сатору подальше и я, схватив его за плечо, переношу нас к запасному главному телепортариуму Африки, откуда мы прямиком улетаем уже в Сёгунат.

Поместье клана Миямото ничуть не изменилось. Я прошёл по коридору, постучал в дверь и зашёл в кабинет правителя страны.

— Мы молодцы? — спросил я.

— Мы молодцы, — кивнул он, показывая подписанный договор.

— А-е-е-е, сасный, — я довольно уселся за стол, — Есть что-то, что я должен знать?

— Абсолютно нет, господин Вортекс, — он даже сам удивился и задрал брови, — Договор ровно тот же, какой мы с вами согласовывали. По факту, Африканцы просто отдали Акву. Всё.

— Отлично, — я нахмурился и кивнул, погружаясь в обсуждение дел, — Но мы всё равно должны успокоить угольных. Напряги юр. отдел, пусть сделают обязательство на моё имя создать копию Аквы. Без указания сроков. Ни к чему нам волнение на политической арене — пусть Африканцы не нервничают, — я прикрыл глаза, — Также раскидайте своих по всей Африке — пусть мониторят вторжения. Что-то мне не нравится тамошняя активность монстров. Как-то мне неспокойно от этого.

— Возможно из-за энергокристаллов.

— Возможно. Но зачем монстрам энергия? Я ни разу не слышал, чтобы они её собирали. Это очень странно. Нужно узнать, — выдыхаю, — Ну и пока всё. Есть ещё пара мыслей, но я их потом выдам. Сейчас голова не варит. Давай лучше ты вывалишь на меня все дела, и мы разойдёмся.

Он достал папку с документами. А я, не то от поднявшегося ветерка, не то хрен знает почему, ощутил холодок.

— Нужно заверить речь перед гражданами. Заверить дизайн новых храмов, плюс рассмотреть закон о предпринимателях, которые хотят монетизировать вашу веру. Плюс Евгений Евгениев очень выпрашивает фотосет.

— Ох…, - потираю переносицу, — Перенесём всё на завтра. Всё это — мелочи, которые могут и подождать. Есть вещи… куда важнее, — мой голос притих, — Я получил Акву. Но где оставшийся Вортекс? — поднимаю глаза, — Где Гео?

Сёгун ничего не ответил. Лишь пожал плечами, также погружаясь в размышления.

Так мы оба и притихли.

Я не сунусь в Австралию без гаранта, что Гордыня меня не подчинит.

Мне нужна уверенность, что я не потеряю шанс на счастливую жизнь. Не упущу девушку, которая меня искренне любит. Семью. Свободу.

Я не хочу умирать. Я не хочу всё терять.

Я не хочу проигрывать Гордыне.

И поэтому мне нужен Гео-Вортекс. Я не знаю на что способна связка Аквы и Хоро, но я уверен, что смогу создать себе запасное тело с помощью Гео. Я УЖЕ переместил чужую душу. Мне осталось лишь разобраться в этой силе и научиться создавать подходящее тело.

Копия — не пойдёт. Это марионетка, а не второй я. Нужна именно запасная оболочка.

Нужен Гео.

— Направь запрос на посещение Коалиции, Империи и Европы, — сказал я, — Попробуем поискать там. В Империи его нашли, в Коалицию должны были отправить. Зацепки есть.

— А Европа?

— Там у меня… личные дела, — я поднялся, ощущая странный озноб, — А теперь, если вы не против, я навещу единственное существо, которое сможет рассказать о Вортексах подробнее. Кстати, где оно?

— В вашем доме в лесу. И это… поспешите, господин.

— Почему?

— Агония… очень переживает. Это невооружённым взглядом видно.

Я кивнул и больше ничего не сказал.

Телепорт. Сначала на крышу, затем на подготовленный для меня указательный маяк — он даёт координаты моего дома.

Касаюсь камня. Вливаю энергию.

Телепортируюсь.

Выходя из вспышки, я сразу же ощутил приятный запах дикого леса. Почувствовал касание свежего вечернего воздуха. Услышал пение птиц вдалеке.

Но как только портал погас, я увидел то, ради чего на самом деле так спешил.

Девушка сидела на диване и обнимала свои подогнутые ноги. Не шевелилась и почти не дышала. Лишь смотрела в пол пустыми, блёклыми глазами.

Похоже, она заранее готовилась к худшему.

Сейчас, сидя в пустой тёмной квартире, освещаемой лишь заходящим солнцем, она искренне верила, что её всё таки бросили. Что никто так и не придёт.

— Что с мордой? — спросил я.

Но вера её и гроша не стоила.

Агония распахнула глаза, резко подняла голову и, лишь меня завидев, сразу же подскочила.

— Т-т-ты…, - заикнулась она.

— Я-я-я?

— Т-ты вернулся?! Вернулся! Ха-ха! — она прыгнула через весь зал прямо ко мне в объятия.

Меня чуть не снесло. Причём в прямом смысле — я еле устоял на ногах.

— Ну я же сказал, — улыбнулся я, ощущая сильное тепло от девушки.

Агония была очень высокой. Если я — около метра девяносто, то она — лишь на пару сантиметров ниже. И потому когда мы обнялись, Агония уткнулась лбом в мой нос отчего я, вольно или невольно, коснулся его и губами.

И это… странное чувство. Я не помню, чтобы когда-то так делал.

Но оно приятное. Такое родное. Это, оказывается, очень "тёплый" жест. Ещё хочу так сделать.

Я чуть вытянул губы и коснулся ими небольшого девичьего лба, из-за стеснения пытаясь сделать вид, что снова вышло случайно.

И именно после второго раза девушка притихла.

"Ай мля… стыдно…", — я зажмурился, ощущая невероятный кукож.

Я ведь только что поцеловал в лоб буквально незнакомую девушку. Впрочем…

Ну да и похер. Мужчина хочет — мужчина бьёт палкой по башке и тащит в пещеру. Всё.

«Что-то мне жарковато…», — я облизнул пересохшие губы.

Но почему? Что не так? Странное ощущение. Это похоже на озноб, который я начал ощущать ещё у Сёгуна.

«Может это… похоть? Возбуждение?»

Я посмотрел вниз — на обнимающую меня девушку.

На Агонии было лишь рваное, явно маленькое платье. Её длинные босые ноги будто специально касались моих, прижатая грудь, несмотря на малый размер, всё равно ощущалась очень упругой и объёмной, а общие формы супермодели лишь подчёркивались рванным облегающим платьем.

Я видел часть её голых бёдер. Немного выступающие ягодицы. Оголённую кожу на талии. Изгибы спины. Чувствовал её дыхание на своей шее.

Здесь надо быть королём геев, чтобы не возбудиться. Я даже скрывать не буду.

Но жарко мне было не от этого.

— Чёрт…, - я выдохнул горячий воздух, понимая, что у меня в прямом смысле озноб.

Агония, кажется, сразу поняла в чём дело и приложила руку ко лбу. Она сделала это молча и почему-то старательно избегая взгляда.

— У тебя жар, — тихо сказала девушка, — Но скоро пройдёт, и станет холодно. Тебе нужно прилечь и согреться, — она взяла меня за руку, придержала за талию и помогла дойти до кровати.

— Почему… так? — чувствую, как и впрямь начинает холодить.

— Не восстановился.

Был вечер. Темнело. Комнату освещали лишь остатки вечернего солнца, но скоро его сменит взошедшая луна.

Холодно. И впрямь очень холодно. Я упал на мягкую, широкую кровать и задрожал.

— Тебе… нужно согреться. Просто отдохнуть, — Агония, мягко освещаемая светом с улицы, присела на край кровати.

От неё исходило тепло. Я это ещё днём заметил, когда за руку держал — девушка явно теплее обычного человека. И потому сейчас, встретившись взглядом, мы оба понимали, что это — снова лучший выход.

Ничего не спрашивая и не говоря, Агония легла рядом, приобняла и положила голову на плечо, укрывая нас обоих одним одеялом.

И мы… замолчали.

В темноте моей спальни мы просто лежали под одним одеялом и молчали, слушая дыхание друг друга.

Я чувствовал, как вздымается и прижимается её грудь. Чувствовал тёплый воздух из её рта на своём плече. Чувствовал жар её голых ног.

Чувствовал её тяжесть. Тяжесть женщины, разделяющей со мной одну кровать.

Наверное, мы оба сейчас испытывали одно и то же. И если я был чётко уверен в нашей обоюдной связи, то Агония всё ещё сомневалась.

Только вот несмотря на мысленный запрет, она не смогла сдержать возбуждение.

Медленно приподнявшись вверх по кровати, Агония аккуратно прикусила меня за ключицу, облизывая рану губами и оставляя на ней горячую влагу.

В этот момент я понял, что остановиться она уже не в силах.

Агония провела рукой чуть дальше, вдавила ногти в кожу и, случайно оголив мой торс неспокойной рукой, снова чуть прикусила. Потом ещё раз. И ещё. И когда она нацелилась прикусить уже шею, она невольно подняла свою ногу на мой корпус, подгибая её для большего удобства и буквально прижимаясь ко мне внутренней стороной бедра.

Я чувствовал этот жар. Чувствовал голую кожу ноги. Чувствовал, как трётся её кружевное нижнее бельё, прижатое к торсу.

И ещё я почувствовал боль. Не ожидая глубокого укуса, я прижмурился и со всей силы сжал её бедро, так удобно лежащее на животе. Но похоже сейчас перестарался и я, отчего буквально вдавил её зону между ног себе в корпус.

— М-м…, - Агония остановилась и выдохнула, прижимая лицо к моей шее.

Поборов волну удовольствия, она разжала губы и впервые решилась поднять на меня голову. Посмотреть мне в глаза.

Я встретил её блестящий от возбуждения взгляд.

Да… всё мы оба понимаем.

Я приподнял её голову за подбородок и, чуть наклонившись, поцеловал в губы, сразу же ощущая горячую мягкую влагу.

Через пару секунд мы разорвали поцелуй, но не прошло и мгновения, как Агония снова прильнула к губам и перекинула ногу через мой корпус, полностью укладываясь сверху.

Из-за позы наездницы её платье задралось, и, подцепив за края, мне ничего не стоило стянуть его через голову, понимая, что кроме чёрных кружевных трусиков у Агонии ничего и нет.

Меня ждёт тяжелая ночка.

Глава 11

— Обращаюсь к этому Обэме Акияме…, - я вещал на всю страну, — Был бы ты человек. Я понимаю ваше рвение и веру. Более того, я очень рад вашей страсти к поклонению, но храмы созданы для молитвы, а не беспорядочных сексуальных связей! — я поднял палец, — Но! Я также понимаю и традицию зачатия в священные дни. Поэтому, чтобы не превращать места поклонений в публичные дома, и при этом не лишать вас многолетних традиций, в скором времени государство создаст и урегулирует возможность бракосочетания перед главными храмами! Благословение, даруемое мной молодожёнам, будет направлено не только на долгий брак, но и на все объекты любви двух людей!

Я вещал с серьёзным лицом, и, похоже, удачно — даже оператор закивал и показал большой палец.

Дальше пошло полегче. Немного пропаганды, благодарности за хорошее поведение, несколько напоминаний о «Та-та по жопе, если будете себя плохо вести», ну и всё в таком духе.

Через полчаса от начала я закончил свою речь. Аллилуйя.

— Что там дальше? — я отпил мятное молоко и посмотрел на список в руках недавно освобождённой гекконодевочки.

— Ну, на сегодня, похоже, всё, — весь список был перечёркнут.

«Тяжело… тяжело», — вздохнул я в стиле пророка Санбоя.

Весь день уже мотаюсь по Япониям. Да, с Аквой у меня ускоренное восстановление сил, но кто сказал, что я вообще хочу жить?

— Тогда передай Сатору, чтобы явился в мою резиденцию как освободится, — сказал я.

— Так точно!

Несколько телепортаций, туда-сюда, и вот я уже стою у лесного домика, в котором пару дней назад случилось пополнение.

И ох уж это пополнение…

— Я… вернулся…, - сказал я, заходя домой, — И что ты делаешь?..

Агония держала огромный плазменный телевизор за края и что-то пыталась в нём рассмотреть.

Она раскрыла глазки, дико на меня повернулась и чуть не выдернула все провода из бедной техники.

— Как это переключить?! — она затрясла телевизор.

— Там пульт нужен…

— А-а-а…, - она замыргала.

— …

— …

— …

— Что такое пульт?

— …

— …

— …

— А ещё я сломала компьютер.

— Понятно…, - вздохнул я.

Боже мой… боже мой…

С появлением этого зубатого солнца дом перестал быть пустым. Да, с его же появлением часть мебели полетело на помойку, туда же часть техники, стало меньше вещей в целом и больше пространства, только вот…

Я про другую пустоту говорил. Пусть с каждым днём дом и становился просторней, сам я ощущал всё меньше пустоты.

— Ничего страшного, — я не мог не улыбнуться, — Только это… поставь телевизор на место. Пожалуйста.

Агония, одетая в майку и шортики, аккуратно, будто её только что наругали, поставила телевизор на место.

Ей-богу, её появление один в один как появление кота в доме. Также бегает что-то, орёт, шкодит, всё ломает, волосы везде оставляет, но ты просто не можешь не любить эту морду.

Девушка встала, стеснительно потопталась на месте, а потом как школьница подошла и неловко меня обняла.

— С возвращением! — сказала она и полезла целоваться.

И так она делала КАЖДЫЙ раз, когда я уходил хотя бы на час.

Представьте, насколько она не может поверить, что я снова с ней? Как сильно она боится, что любой мой уход может стать последним? И это после трёх дней совместной жизни. После каждодневных слов, что я точно не уйду. После… скажем так, долгих ночей, это подтверждающих.

Нет. Всё равно боится остаться одна. Всё равно не верит своему счастью. Бедняжка.

Ну а я что? А я каждый раз ухожу весь в её слюнях.

— Как с зацикленным источником? — спросил я, заранее зная ответ.

— Перестал работать через час, как ты ушёл.

Я отодвинул чмокающуюся девушку за лицо, вышел на улицу и посмотрел на пространственную аномалию.

Да… и впрямь отключилась.

"Тц, твою мать"

Идея заключалась в том, чтобы с помощью Аквы начать генерировать воду вокруг и зациклить это действие с помощью пространственной аномалии, где поглощение частиц энергии было похоже на своего рода механизм, возвращающийся к исходной позиции. Короче, чтобы заклинание самоповторялось.

Не сработало.

Мало того что аномалия отключилась и вода перестала литься, так заклинание и вовсе начало жрать не просто свободную энергию, но и выкачивать её из жизни вокруг.

Так что, теперь вместо красивого летнего леса и зелёной поляны, вокруг — безжизненный пустырь с гниющей и засушенной жёлтой травой.

— Твою мать, — я выдохнул, присел на колено и коснулся земли.

Пошла волна энергии. Они ушла глубоко в землю и распространилась на метры вокруг, охватывая каждый корень, каждый подводный ручей и любое живое существо, погибшее от воздействия аномалии.

То, что было гнилым — восстанавливалось. То, что иссохло — наливалось жизнью.

Трава зеленела и поднималась. Деревья, едва не крошащиеся под натиском ветра, прорастали изнутри, словно сбрасывая шкуру.

Жёлтый и серый мир вокруг превращался в зелёный. Лишь от одного моего касания.

«Я и впрямь Бог», — я посмотрел на свою руку.

Такая сила… такое могущество…

Я ведь и впрямь могу повести всё человечество вперёд…

— Всё-таки нужен Гео, — Агония обняла меня за шею, расслабилась и теперь просто тащилась за мной как сосиска.

— Думаешь?..

— Хоро и Аква — создание измерений, всякие выкрутасы с ними. Аква и Гео — полный контроль материи. Если ты хочешь сделать этим чёрненьким источник воды — ты должен создать катализатор для этого действия, — она положила голову мне на плечо, — Не думаю, что в этом недоразвитом мирке есть такой. Нужен Гео.

— Которого нигде нет…, - цыкнул я.

Мы не можем найти Гео-Вортекс. Последний и важнейший кусок моей силы, моей прошлой личности — потерян.

Да, я ещё не бывал ни в Коалиции, ни в Империи, лично не давил на их археологов и исследователей, но у меня есть лучшие тайные агенты мира — полулюди Сёгуната, — но и они тоже нихера не нашли. Ни одной зацепки. Вот просто… ничего.

Гео-Вортекс как пропал при перевозе из Империи в Коалицию, так его нигде и нет.

И знаете…

Это плохо. Это очень, сука, плохо, ведь я не представляю, как противостоять Гордыни без Гео.

Да, я владею невероятной, неописуемой силой. Могу буквально разорвать любой объект на молекулы! Могу выкачать жизнь из любого существа! Да кто вообще сможет пережить мою атаку?!

Но где гарантии, что я смогу её нанести? Где гарантии, что Лоуренс не восстановил силу подчинения? Да с чего я вообще взял, что он элементарно не скажет «Усни» в тот же момент, как я появлюсь в Австралии?

Я не буду лгать самому себе. Самообман — хрень для девочек. И правда такова, что я…

Просто боюсь.

Элементарно боюсь проиграть и просрать всё, что имею. Маму, сестру, друга, вот эту вот штуку, повисшую на спине и кусающую меня за плечо.

Мне нужен Гео-Вортекс. С его помощью я смогу создать соединённую душой копию и переместиться без всяких парадоксов «Корабля Тессея» и прочей чуши цифрового бессмертия. Это буду я. Не моя копия, а именно я.

Но Гео нигде, сука, нет!

— Не расстраивайся. Ты всегда со всем справлялся, и сейчас получится, — Агония висела на моей спине и до этого грызла макушку.

Я поднял голову и посмотрел на девушку. Это как, знаете, когда кот забрался куда-то повыше и сейчас смотрит на тебя внизу. Вот такая же морда.

— Думаешь? — спросил я.

— Ну конечно, — она улыбнулась, — Ты со всем справишься. Уж я-то знаю.

Да уж…

Как порой не хватает именно этих слов.

Боже, храни поехавших, но искренне тебя любящих демонесс шизофреничек. Каждому такую в дом.

— Ладно, слезай, — я подхватил её за руки и снял словно рюкзак, — Кушать пора.

— О, а что? — она достала приготовленную в ресторане и доставленную еду в контейнере.

— Без понятия. Что-то вкусное, — сажусь за стол.

Мне-то еда больше не нужна, а на сон достаточно и час в сутки тратить, но вот Агония сейчас в человеческом теле, — которое она своровала, и которое, можно сказать, нам решили отдать с концами, — поэтому её беспокоят некоторые человеческие проблемы. Голод, например. Она вынуждена есть, а я вкуса ради сижу за компанию.

Сегодня на обед был стейк пигнек с картофельными дольками, салат, десерт брауни с шоколадным муссом и три вида напитков. Идеально, можно сказать. Просто восхитительно!

Ничего плохого произойти точно не может.

Мы оба сели за стол. Почти семейный обед.

— Что это?… — Агония скривила морду и подняла баклажан.

— Баклажан. Запечённый. Овощ такой.

— ФУ, Я НЕНАВИЖУ ОВОЩИ! — она испуганно и с омерзением отшвырнула тарелку, отпрыгнула на другой конец дома и повисла на потолке.

Вся еда полетела в стену, а кусок баклажана упал мне на лицо.

Я завис. Медленно поднял уцелевший, не покрытый овощами глаз на девушку.

— Ш-ш-ш! Ш-ш-ш-ш! — она шипела на овощи.

Потолок заскрипел и обвалился под весом демонессы.

Она рухнула на телевизор, слома его и стол, ошарашенно подскочила и снова испуганно понеслась подальше от овощей, снося сначала шкаф, а затем ещё один стол.

На весь дом стоял грохот и звон битой посуды.

Я опустил глаз. Посмотрел на свои руки.

Заплакал.

И ей будто не хватило этого перфоманса, как Агония аккуратно прыгнула ко мне, подошла на носочках и с опаской откинула и мою тарелку подальше, спасая меня от, видимо, невероятно опасных овощей.

Вот и поели…

И не хватало И ЭТОГО перформанса, как я услышал чавканье откуда-то снизу. Повернулся. Посмотрел.

Бингус ел свежий, невероятной сочный и идеально обжаренный стейк.

Все эти три дня его не было и вот скотина объявилась.

— О, Люцик! Ты вернулся! — обрадовалась Агония.

— Кто?… — мне показалось?

— Лицфериус Третий. Люцик. Твой папа, почему-то, его называет «Нацик», — она подняла кота на руки, — Наш котик.

— «Наш»?..

— Ну да, — пожала она плечами, — Ты мне его подарил.

— «Я»?… — тыкаю себе в грудь, — Но как я… как я мог подарить это лысое… страшное… злое…

— Ну, ты думал, что это как с зайками. Или ёжиками. Что коты пока маленькие — лысые, а потом обрастают и становятся нормальными.

— Я… я был настолько… тупым?

Агония виновата промолчала.

Боже мой…

Это получается… это ведь…

Главный злодей этой истории — я сам?..

— Н-но как я мог?! Это же самое злое зло во вселенной! Нет опасней существа, чем он!

— Но это же просто лысый кот…

— Не-е-е-ет!

Вот и вся мораль жизни, ребята. Так и получается. Так оно и есть.

Почти все проблемы создаём мы сами. Вот и всё.

— Господин, — сказал вышедший из портала Сатору, — Вы сказали… явиться?… — он посмотрел на весь этот ад вокруг.

Разбитая мебель, искрящийся телевизор, разбросанная еда и оторванный кусок потолка.

И всё это за десять минут.

— Господин, почему вы плачете? — спохватился Сатору.

— Да так…, - я утёр слезу, — Ладно, обед всё равно не задался. Пошли уже.

Теперь, думаю, понятно, почему я не хочу её ни знакомить с родителями, ни в принципе куда-то отпускать? Здесь социализировать и социализировать. Она одежду-то с трудом терпит, а о лифчиках и подобном сейчас и речи идти не может — да, она ходит только в майке, что прекра-а-а-сно видно.

Поэтому, попрощавшись с Агонией и в третий раз за день пообещав вернуться, я уже было собирался улетать с Сатору, как меня остановили.

— Повернись, — попросила девушка.

— Что, снова?! Да ну не надо!

— Н-надо!

Я закатил глаза и повернулся к ней спиной. Агония подошла, приобняла меня за плечи и сильно, явно с чувством, укусила в шею под затылком. Я аж зажмурился — вот настолько сильно.

Зачем она это делает? Без понятия. Говорит, что на удачу. Да мне и без разницы, в принципе — главное, что ей от этого, почему-то, легче.

И вот сейчас я точно могу с чистой совестью пойти по делам.

Мы с Сатору улетаем сначала к телепортариуму Токио, а от него садимся в “маршрутку” Новый Лондон — Нео-Москва.

До встречи с Рейвилями, — которую они сами и инициировали, — ещё два часа, поэтому я должен успеть навестить родных и разобраться с личными делами.

Я выхожу из Московского портала, смотрю вверх и улетаю прямиком в воздух.

Предел моей телепортации увеличился с нескольких метров до нескольких сотен. Сопутствующие разрушение теперь полностью в моей власти. Силы больше не расходуются. И потому, очутившись в воздухе, я без проблем определяю направление и за два скачка прыгаю прямо к входной двери старого дома.

Стучусь. Открывают.

И, похоже, это судьба, но иначе не объяснить, что ровно в тот же момент Момотаро одевался в коридоре квартиры и прощался с Викой.

Стоило им меня увидеть, как парочка повисла. Ли и вовсе с одним ботинком замер.

— Эм… э-э-э…, - он явно пытался родить ответ, — Просто в гости!

— П-просто гуляли! — сразу же заволновалась сестра.

Я нахмурился и посмотрел на них как на дебилов.

— А я разве что-то сказал? — задрал я бровь.

Школьники четырнадцать лет, ей-богу.

Момотаро оделся, захватил чёрный порванный балахон, который он надевает на боевые вылазки и, стеснительно встал в коридоре. Вика стеснительно замерла рядом. Оба смотрели то на меня, то на друг друга.

И, похоже, у сестры оказались яйца побольше, ибо именно она решила встать на носочки и быстро, очень пугливо, поцеловать Ли в щёку на прощание.

«Вы чё… олигофрены?..»

Наверное их пугает, что я — в прямом смысле бог? Ну типа… боятся, что в них молнией ударит?

— В общем… кхм, пока, — Ли кивнул, и как болванчик без анимации покатился по коридору, — Ещё увидимся, Кость.

«Боже, ну и дурдом», — я покачал головой и всё же зашёл в квартиру.

Всё как всегда. Впрочем, я здесь и вчера был — на полчасика заглядывал. Правда, одно отличие всё же было — в вазе на столе цветы стояли. Догадываюсь откуда они там.

— Ч-что это? — прошептала шедшая сзади Вика, — Ч-что это?!

— А? — я повернулся, — Где?

— А… а сам-то! А сам-то! — она затыкала в меня пальцем.

— Да что?..

— М-мам! М-а-а-ам!

— «Что-о-о-о?..»

— У Кости девушка есть!

— «Чего-о-о-о?!»

Мама выбежала из своей комнаты с телефоном в руках.

Я нахмурился. Завертел глазами. Попятился.

"Ч-что? Но… откуда, твою мать? Это что, женская телепатия?!", — у меня аж пот выступил от нервов.

— Сына, а почему ты не сказал? Почему мы не знаем?

— Откуда вы… чё за…, - я даже начал их бояться, — Откуда?!

— Это что такое?! — Вика развернула меня спиной к маме, — С какой бешеной ты встречаешься?! Почему так глубоко? Чтобы точно не зажило?!

И тут я начал догадываться.

Ёп твою мать, Агония…

— Девчонки часто так делают, — поясняла Вика, — Кусают видное место на шее или засос оставляют. Типа «Не трогать. Занято».

"На удачу, на удачу". Тьфу. Woman.

Из-за этого мне пришлось всю нашу и без того небольшую семейную встречу слушать и отвечать на вопросы о моей новой пассии. Ну а как иначе — женщины получили огромный пласт для обсуждений и сплетен, а я, увы, сбежать уже не мог.

Ох, как же приходилось крутиться. Сошлись на том, что они обязательно должны познакомиться.

Что-ж… их ждут большие сюрпризы. Главное, чтобы овощей на встрече не было. Ну, кроме меня.

«Боже, первый раз жалею, что пришёл сюда», — я наконец попрощался и телепортировался на крышу.

Удивительно, как две женщины могу высосать энергии больше, чем дела государственной важности. И это у существа с почти бесконечной энергией-то.

Но семейные дела на этом не заканчиваются.

Сейчас я приступаю к одной из основных целей визита в Европу.

Я открываю портал, направляю его на поместье рода Элерс и за один шаг телепортируюсь на внутреннюю территорию.

Уже вечерело. Солнце только-только начало опускаться.

Я прикрыл глаза и увидел Теодора не в своём кабинете как обычно, а в спальне, оборудованной под…

Сука, больничную палату.

Телепортируюсь. Смотрю на отца.

Он был плох. Очень. Если раньше он напоминал здорового медведя, то сейчас казалось, будто ему не хватает даже на еду: впалые глаза, поджатые щёки, а кожа, казалось, и вовсе посерела.

Да, он не выглядел мертвецом, но было очевидно — он умирает. Его состояние с каждым днём всё хуже и хуже.

— Я уж думал не придёшь, — хмыкнул он, всё ещё разбираясь с документами.

Сидел он на сей раз не за столом, а на кресле с откидывающейся спинкой. В руке был установлен катетер.

— Прости, я…, - мне было тяжело на него смотреть, — Я должен был удостовериться, что смогу хоть что-то сделать.

— И как?… — он на меня посмотрел.

Я… я впервые видел у него такой взгляд.

Отец, бросивший семью ради её благополучия, посмотрел на своего сына с нескрываемой надеждой.

И ведь правда… я — его последний шанс. Он ждёт чуда. Верит в него. И он смотрит на меня не как отец на сына, а ровно наоборот — как ребёнок, смотрящий на Деда Мороза с самым желанным подарком.

Только вот…

Нет этого подарка.

— Прости, — я коснулся его руки и моментально просканировал всё тело, — Как и думал. Причина твоей болезни — мутация энергосистемы. И чтобы излечить, нужно её полностью заменить. А для этого… мне не хватает последней части силы.

— Понятно…, - он улыбнулся, опуская взгляд, — Понят… КХА!

Я пустил импульс Аква-энергии.

Его кожа тут же начала обретать человеческий оттенок, впавшие щёки чуть выступили наружу, а в зелёных глазах вновь появился блеск.

— Чё тебе понятно? — хмыкнул я, отводя руку, — Я же говорил — я тебя вылечу.

— Ч-что… что ты сделал? — он глубоко задышал.

— Снял симптомы. Восстановил тело. Я не смогу так делать вечно — энергосистема рано или поздно откажет, и ты умрёшь. Однако тело поправить я вполне могу, и раньше Ядра оно не умрёт. То есть, свой месяц ты ещё точно проживёшь.

Он всё ещё дышал и не мог прийти в себя. Без понятия, что он чувствует, но наверняка много всего. И это я только про физические ощущения — не каждый день ведь буквально из могилы возвращаешься.

— Я обещаю, что излечу тебя. Мне просто нужно чуть времени. Но поверь…, - открываю портал, — Я не собираюсь тратить его впустую.

Телепорт. Софии дома не было, так что больше нет смысла здесь находиться.

Я не хочу, чтобы отец умирал. Да, возможно он заслужил, но… мне ли не похер? Если я не хочу — значит я не хочу.

Сейчас я могу продлить ему жизнь, но не больше. Чтобы его излечить — нужна либо Гордыня, как я делал это с матерью, либо Гео-Вортекс.

Я должен торопиться.

Я обязан найти свою последнюю часть.

И возможно, в этом мне поможет единственная семья, фактически правящая миром.

Наша встреча была назначена через полчаса в одном из особняков центра Москвы. На входе ждал всего один человек, и тот лишь открывал входную дверь.

Я захожу в явно арендованное на день здание и по звукам прекрасно понимаю, где сейчас всё мероприятие.

Стучусь. Мне открывают.

Здесь уже были Аргус и Маркус. Старик стоял возле стола, а повелитель Бездны сидел на стуле и явно скучал.

И вид у них был… странный. Я не такого ожидал. А если точнее, то меня смутил лишь один человек — Аргус.

Он явно был погружён в тревожные мысли. Даже не сильно зная старикана, я готов поклясться, что что-то случилось. Однако при этом его внук, Маркус, лишь чувствовал неладное, но конкретную причину явно не знал.

Значит, Аргус нас собрал, чтобы впервые что-то рассказать. Но… какого хера тогда здесь я? Разве внук не должен знать этого в первую очередь? Зачем рассказывать и мне, и своей семье одновременно?

Я поздоровался и сел за стол. Ждать долго не пришлось. Дверь открылась.

Сначала зашла Мей Рейвиль в своём извечном белом платье, а за ней…

— Привет, пап, — махнул рукой Ли.

Маркус молча махнул в ответ.

А… понятно.

Я задрал брови и вытянул губы, смотря как скрытный, уродский, почему-то теперь страшненький и ну явно не годящийся в женихи бурят с нервным лицом сел напротив.

— Вот так значит, да? — я застучал пальцами по столу, — И почему не говорил, можно вопрос?

— Ну…, - ему явно было неудобно, отчего организм выделял кукож по венам, — Ты ведь и не спрашивал…

И впрямь — я ни разу не спрашивал Ли о его семье.

Ой, да ладно, ну конечно я о чём-то таком и догадывался. Ну не настолько же я дебил, чтобы не соотнести «У Маркуса больше всех энергии в мире» и «Юный гений с таким же потенциалом как у Маркуса».

Тем более цвет его волос — в прямом смысле сочетание волос его родителей.

— Так ты не Ли…, - покачал я головой.

— Я даже не Момотаро…, - покачал он головой.

Вот и всё. так друзей и теряют. Сначала он не Ли, потом не Момотаро, а потом и твою жопу считает не аппетитной. Ну и где правда?..

«Так вот почему она так сильно не хотела конфликта…», — я смотрел на Мей, которая тоже явно не в своей тарелке.

Твою мать. Подумать только — моя сестра встречается с сыном сильнейшего после меня человека на земле!

Bruh.

— Что-ж, все собрались…, - вздохнул Аргус.

Мы все уже сидели. Маркус и Мей болтали. Мы с Ли играли в гляделки. Я бы даже сказал, что это похоже на семейную встречу, чтобы её.

Но вся эта атмосфера была прервана лишь парой слов.

— Возможно, этому миру конец, — сказал Аргус, смотря каждому из нас в глаза, — Всё… движется к концу.

Глава 12

Все притихли и посмотрели на старика. Казалось, что ему не только говорить это тяжело, но и вовсе поверить.

А раз так, то поначалу не поверил и я. Думал что-то вроде «Дед опять таблетки принять забыл».

Но увы…

— И что это значит? — спросил Маркус.

— Вторжение монстров началось после инцидента с Короной и Августом Романовым. Тогда он и, как Константин его называет, Гордыня, попытались построить межконтинентальный портал между Москвой и Австралией. Так? — начал Аргус.

— Ну.

— Но зачем? Нахрена им вообще это было нужно? Ладно Август — война помогла роду Романовых возродиться, но Гордыне это зачем?

Мы переглянулись.

И впрямь. Если с Августом всё было понятно, то зачем война Гордыне, который мог тихо-мирно восстанавливать силы и пытаться вернуть подчинение? Не понятно.

Но, похоже, сейчас мы узнаем ответ.

— Я узнал это вчера, — вздохнул Аргус, включая проектор по центру стола.

Картинка упала на стену, и мы увидели мёртвого монстра со странной сферой на спине.

— Это чудовище — ещё быстрее и скрытнее Константина, — сказал Аргус, переводя взгляд на меня.

Я нахмурился. Это как, твою мать?

— Оно умеет телепортироваться, становиться невидимым, создавать свои копии. Более того — оно регенерирует быстрее Гордыни, его почти невозможно убить, а перемещается оно так быстро, что пересечь Москву — для него дело нескольких секунд, — некромант показал на сферу, — Но самый ужас — вот это.

Красно-синяя сфера, вросшая в спину. Монстр, который походил на получеловека, полубогомола, носил сферу как рюкзак, и она явно не стесняла его движения. Очевидно, что химера специально была спроектирована так, чтобы носить именно эту штуковину.

— Знаете, зачем чудовища так часто нападают? Почему не делают абсолютно ничего, кроме убийства? — спросил Аргус, — Потому что вся энергия убитых, все души, вся… жизнь — всё пожирает эта сфера.

Погоди…

— Единственное, зачем всё это нужно — копить энергию, — закончил он.

Если один пусть даже слабый маг способен без проблем питать целый дом энергией и особо не знать бед, кроме небольшой слабости, то на что способны сотни тысяч таких людей? Какое колоссальное количество энергии дадут их ядра?

Твою мать… и ведь таких слабых магов — меньшинство! Сфера поглощает людей куда сильнее энергетически, чем тех, кого я привёл в пример!

— То есть, ты хочешь сказать…, - начал Маркус.

— Во время каждого нашествия — рядом всегда есть эта дрянь, — он указал на переносчика сферы, — И каждый раз они уходили со всей энергией, какую мог бы произвести человек за жизнь. Уходят… с их ядрами. Душами. Жизнью. Более того — энергия заклинаний тоже поглощается. Как и выбросы от кристаллов. Как и всё, что выделяет магическую энергию. Они… они забирали всё и уносили обратно в Австралию.

Сука…

Ой, сука!

Это энергия минимум нескольких ядерных бомб! Десятков! Да этим весь мир подорвать можно!

Все это в момент поняли. У всех забегали глаза, а немые взгляды пытались найти хоть какой-то ответ в лице сидящего напротив.

Не получалось.

Все не знали, что на это сказать.

— Ты уверен? — спросила Мей.

— Абсолютно. Я провёл опыты. Воскресил тварь.

— Но как мы их не замечали? Почти целый год! — всполошился Момотаро, — Да они же сотни тысяч людей убили! А сколько магических зверей?! Как ты-то его заметил?!

— Чистая случайность. Я просто оказался ровно там, куда случайно телепортировался бежавший переносчик.

— Но это ведь… какой должен быть шанс, чтобы…

— Погоди-ка, — я резко встал и прервал Ли.

Все повернулись на меня.

"Боже, только не говорите…"

Да не. Не может быть. Но я должен убедиться.

— Аргус, стой на месте. Двинешься — прикончу, — процедил я, медленно шагая к нему.

Все семья Рейвилей напряглась. Маркус даже сжал кулак, чтобы если что отшвырнуть меня Бездной.

Но, кажется, они думали ровно о том же, о чём и я.

Я подошёл к старику. Аккуратно коснулся его груди. Прикрыл глаза.

— Хух, твою мать, — выдохнул я, — Не вижу отличий от человека. Значит не химера.

Ли, который понял меня с полуслова, также заметно выдохнул. До остальных дошло сразу после.

Если Лоуренс научился создавать настолько продвинутых чудовищ, то кто сказал, что он неспособен создать человеческую копию?

— Не против, если всех проверю? — спросил я.

Рейвили осмотрелись и согласились.

Я коснулся каждого. Мей — была человеком-порталом. Своего рода воротами в мир духов. Момотаро — очень тёплый сгусток жизни, которому приходилось себя сдерживать, чтобы не заставлять всё вокруг прорастать корнями.

Ну а Маркус же… у него было настолько колоссальное количество энергии, что при первом взгляде он и вовсе мне показался полым. Простой чёрной Бездной. Но на самом деле это была его энергия — он полностью из неё состоял.

— В порядке, — кивнул я, присаживаясь обратно, — Но внимательно следите за своим окружением. Каждым может быть лишь копией.

— Думаю, уже поздно об этом переживать, — пробормотал Аргус.

— Почему же?

— Сколько бы ни было перевозчиков, хоть один, хоть сотня, они — бесспорно важнейшая часть плана Лоуренса. И вот… пропал один из них, — притих он, — Лоуренс знает, что мы всё знаем. А раз так, то и смысла от обычных набегов больше нет.

— И остаётся лишь закончить войну. Либо сдачей, либо полной победой…, - закончил я.

На что бы ни копил энергию Гордыня — он скопил невероятно много. И сейчас ему нет смысла вновь открывать порталы и посылать группки чудовищ.

Он либо сдаётся, либо наносит последнюю атаку. И здесь нет сомнений, что он выберет.

Лоуренсу хватит одного заклинания, и он сможет стереть полмира. Просто элементарно взорвать.

"Чёрт…", — сердце забилось быстрее, — "Да чёрт! Почему всё не может быть чуточку проще?!"

— Вопрос лишь в том — когда миру придёт конец, — пробормотал Аргус.

— Нет, — цыкнул я, едва сдерживая эмоции — Вы что, семейка пессимистичных неудачников, или что?

Рейвили нахмурились и смотрели на меня.

— Что вы смотрите? Вопрос не в том, когда все подохнут, а в том, когда нам нападать. Хватит сопли жевать! Боже! — я вскинул руки.

"Держись. Не давай страху их сожрать", — я изо всех сил справлялся с растущей внутри тьмой, — "Если не ты, то кто их воодушевит?"

— И что ты предлагаешь, умник малолетний? — фыркнул Аргус.

— Так, ты бы не базарил, — я помахал на него пальцем, — Я старше тебя раз в двадцать.

— Напомни, когда не похер. Ну?

— Баранки гну. Давайте думать вместе. Мы ведь за этим собрались, не? — я посмотрел каждому в глаза, — Я понимаю, что у вас в мыслях. Но я сражался с Гордыней, я был его частью, и я знаю, что он не так умён и опасен, как вы думаете. Поэтому… давайте обсуждать все варианты, — я поджал губы, отгоняя гнетущие мысли, — Мы победим. Осталось лишь выяснить как.

Итак, что мы имеем?

Лоуренс для чего-то копил энергию. Он мало того что забирал энергию убитых людей, животных, выпущенных заклинаний и всего подряд, так и вовсе не тратился на производство химер, ибо и их энергия также возвращалась в сферу.

Нам неизвестно для чего ему столько, но очевидно, что прямо сейчас он не может этим воспользоваться. Мог бы — давно бы прибегнул.

Значит у нас есть время. Возможно день, возможно пара месяцев, возможно всего час. Без понятия. Но факт в том, что время — ограничено. Лоуренс знает, что мы будем препятствовать сбору энергии, и потому для него нет смысла отправлять новые набеги и давать нам ещё больше информации.

Что-то готовится, и мы должны это остановить. И главный вопрос…

Как, чёрт возьми?

С первого взгляда всё кажется так просто. Так, сука, элементарно! "Что здесь думать", — скажете вы? Просто отправьте того же Маркуса! Он ведь сотрёт остров с лица земли!

Бам, и проблема решена, да?

Но одно лишь «Подчиняйся» — и Маркус на стороне врага.

Где гарантии, что Лоуренс не восстановил способность? Я уверен, что Рейвилей сейчас не контролируют, — я бы отличил подчинённого от не подчинённого, — но где гарантии, что в любой момент это не изменится?

Идти на остров — огромный риск. Для любого из нас. Любой может в момент стать рабом Лоуренса, и если хоть кто-то из нас перейдёт на сторону врага…

То жопа. Натуральная.

— План А…, - констатировал я, — Сразиться с Лоуренсом. Желательно тому, кого нельзя подчинить.

Так, первый вариант есть.

— План Б…, - продолжил я, — Уничтожить остров, не заходя в область действия приказов. Проблема в том, что нападаем мы — нападает и Гордыня. И если не получится — то мы просто просрём шанс и потеряем гипотетическое время для подготовки.

— И далеко не факт, что мы уничтожим остров…, - вздохнула Мей.

— Да, — кивнул я, — Гордыня может приказать «Отмена», и всё — силы потрачены, а острову ничего. Он уже упоминал Приказы без отдачи, и не факт, что он их не достиг.

— Однако он всё ещё прячется на острове, а не уничтожает мир одним словом, — заметил Аргус.

— Именно, — кивнул я, — Что-то мешает ему пользоваться силой. Возможно — подчинение, которое я убрал. Возможно — недостаток времени. Не знаю. Но факт в том, что у Гордыни какие-то проблемы. И именно поэтому план А — возможен. Далеко ведь не факт, что Подчинение и вообще боевые приказы восстановились.

— Но и это же — огромный риск, — вздохнул Маркус, переводя на меня взгляд, — Ну и, Константин? Что делаем-то?

Они снова на меня повернулись. Все до единого.

Я — человек, которого решили посвятить лишь с подачки Аргуса. Они не считали меня за своего. Считали почти врагом.

Но сейчас — все мне доверились. Я — их лидер. И возможно…

Я — их последняя надежда.

— Если я смогу найти Гео-Вореткс — я уверен в плане А. Тогда он не составит для меня труда, и мы сто процентов победим. Но загвоздка в том, что Гео может быть в Австралии. И тогда, если мы не находим последний Вортекс — приступаем к плану Б.

— Тогда сейчас…

— Ищем Гео. По всем странам. Везде. Он — наш единственный гарант, что всё получится.

Я знал, что дело плохо, но не знал, что настолько. Времени может не быть вовсе.

Счёт идёт на дни.

Ой, да кого там…

На часы.

— Нам доверяют. Мы сможем прорубить ходы в другие страны, — поднялся Маркус.

— Тогда я попытаюсь найти что-то ещё, — я тоже поднялся, — Может есть иные выходы.

Встреча закончилась. Больше нам обсуждать нечего.

История близится к финалу.

Я телепортируюсь обратно в Сёгунат. Рассказываю всё, что выяснил, перед этим проверив Миямото на фальшивость.

Скрывать правду смысла нет, тогда как агенты Сёгуната могут помочь.

Дома ждала Агония. Она уже было снова бросилась обниматься, как лишь по одному моему лицу поняла, что что-то случилось.

Ей я тоже всё рассказал.

— Мне нужен план В…, - прошептал я, падая на диван и потирая переносицу.

— Ты обязательно его найдёшь, — она погладила меня по спине, — У тебя всё…

— Что?! Получится?! — я повысил голос, — Да с чего ты это взяла?! Я УЖЕ терял личность! Уже всё забывал! Да я уверен, что разделение моей души и тела — вина Гордыни! Так с чего сейчас-то всё иначе будет, а?! — я не выдержал давления.

Агония притихла. Она опустила взгляд, поджала губы и замолчала. Но даже так… даже с учётом моего срыва…

Она не переставала меня обнимать и прижиматься.

"Твою мать. Как же я сейчас жалок. Срываюсь на того, кто так мной дорожит. И всё потому, что ничего не могу сделать. Из-за бессилия…"

Я держался с самой встречи. Сейчас, очутившись наедине с дорогим и близким человеком, защита пала.

— Прости…, - выдохнул я, снова потирая глаза, — Просто… я без понятия, что делать. Я воодушевил Рейвилей, но…, - сжимаю кулак, — Но на самом деле я и сам не верю, что всё выйдет. И впитал их страх. Я… я просто не знаю, что делать.

— …, - она прижалась щекой к моему плечу.

— Одно слово этого ублюдка — и меня может не стать. Одно грёбаное слово…, - прошептал я.

— Ты справишься, — пробормотала она.

Я хмыкнул. Снова та же пластинка. Снова та же глупая, почти детская уверенность.

Что у этой женщины в голове?..

— Думаешь?

— Угу, — кивнула она, лёжа на моём плече.

— Ну раз ты так говоришь…

Мысли начали проясняться. Тьма, копившаяся с самого начала дня, медленно расходиться.

Боже, как мне в жизни не хватало такого человека.

— Ты знаешь меня лучше, чем я сам, — я сжимаю кулаки и собираюсь с мыслями, — Агония, прошу, скажи — что я умел раньше? Какими силами обладал? Мне нужен план В, но я прекрасно понимаю, что…, - едва нахожу в себе силы признаться — Что я не справлюсь один. Остатки Гордыни застилали мне глаза. Я думал, что всё крутится вокруг меня. Что рассчитывать можно только на себя. Но…, - улыбаюсь, глядя на разноцветные глаза, — Похоже, это не так. Я хочу услышать твои советы. Твои мысли. Прошу, скажи, что я умел. Что могу противопоставить на крайний случай. Мне…, - что-то внутри меня окончательно ломается, — Мне нужна помощь. Твоя.

Вот я в этом и признался. Произнёс слова, которые мне никогда не давались — "Мне нужна помощь".

Впервые за всю грёбаную жизнь.

Агония выпрямилась. Нахмурилась.

Как бы её ни задели мой повышенный тон — сейчас она полностью отдалась размышлениям и воспоминаниям.

— Я не буду говорить про разрезы пространства или выкачивания жизни. Ты и сам это понимаешь, — она наконец подала голос, — Я, если честно, немного знаю о твоих силах. Ты можешь так много, что здесь и не выделить что-то особое. Но…

— «Но»?

— Но есть одна вещь, о которой я всегда подозревала, но молчала. Ну, ты не говорил, я и не спрашивала. Значит у тебя были причины…

— Агония, ну? Говори уже.

— Мне кажется ты мог отматывать время назад.

Я задрал брови.

Это… как вообще? Хотя у меня есть идеи.

— С помощью Хоро ты фиксировал в памяти местоположение всех частиц вокруг. При необходимости — начинал разрывать и перемещать их в это положение. Гео помогал соединить всё обратно, а Аквой ты возвращал жизнь и души в существ. Ну, мне так казалось.

Да, так и думал. Вообще, в теории любой владелец телекинеза может отматывать время — как раз по такому же способу, какой описала Агония.

Значит, возможно, я тоже мог.

Но только с Гео, сука.

— Не знаю, поможет ли это, но спасибо, — я серьёзно задумался, — Ещё есть что-то?

— Нет, — виновато пробурчала Агония, — Не думаю.

Ладно. Чувствую, это может мне помочь. Или нет. По словам той же Агонии, поглощение Гео дастся ещё тяжелее, чем Хоро. Гео-Вортекс — вся материя. Моё тело буквально создастся с ноля, и не думаю, что в таком состоянии стоит сражаться.

Но эта информация дала понимание — я могу куда больше, чем сейчас осознаю.

Нужно искать. Думать. Как ни странно, но именно воображение сейчас может спасти мир.

— Господин! — из портала едва не вылетает Сатору.

— Что? — я нахмурился его появлению.

— Есть возможность прямо сейчас отправиться в Империю! Если поторопимся. Рейвили потребовали доступ к материалам дела о Короне и Вортексах. Разрешили. Сейчас можно отправиться вместе с ними!

— Ёп твою мать! — я подскочил, — Ну конечно пошли!

Но стоило мне сделать шаг, как я почувствовал, что меня потянули за рукав.

Я поворачиваюсь и вижу, как Агония краями пальчиков удерживает меня от, возможно, ровно того же, что она видела в последнюю минуту перед своим безумием — меня, срочно куда-то уходящего.

Её руки слегка подрагивают, а грудь вздымается от глубокого дыхания. Девушка, широко распахнувшая глаза, понимает, что ей точно не удастся меня не удержать, но прошлые воспоминания так сильно рвут её на части, что тело двинулось само.

Она не хочет меня отпускать. Не хочет снова терять. Снова оставаться одна. Не в этот раз.

— Чёрт…, - выдохнул я, — Тебе придётся одеться.

Агония распахнула глаза.

— Что стоишь? Быстрее!

— Д-да! — пропищала она с огромной улыбкой на лице и побежала в спальню.

— Вы… вы возьмёте Демона Войны с собой? Но это ведь опасно! Она совершенно не адаптирована к миру! — Сатору говорил действительно верные вещи.

— Ага, — я это понимал, — Но как же жаль, что насрать.

Агония вернулась быстро. Видимо не справившись со штанами, она натянула единственное, к чему привыкла — платье-сарафанчик.

— Красотка, — похвалил я, — А теперь — бегом!

Мы зашли в портал. Пару слов с Сёгуном, обещание держать себя и Агонию в руках, обещание от Агонии держать себя в руках, и мы телепортируемся сразу в Империю.

Здесь нас уже ждали. Мей и Ли.

— Где остальные? — с ходу спросил я.

— В Коалиции пытаются договориться, — Мей сразу покосилась на Агонию, на что та ехидно заулыбалась и с чувством победы взяла меня под руку, — Всё будет нормально?

— Всё будет нормально. Ты лучше думай, как вытянуть больше инфы из чинг-чонгов.

Ли удивлённо смотрел, как Агония не стесняется ко мне липнуть.

— Итак, — Мей решила отпустить ситуацию и пошла вперёд, — Нам решили предоставить данные об археологическом проекте, где нашли Корону и Вортекс. Также раскроют все данные об их хранении и перевозке, — мы завернули в коридор и шли к китайской делегации, — На самом деле думаю с Империй не возникнет проблем. Они довольно сподручные. Куда больше я переживаю за Коалицию.

— Они поехавшие. Нация горделивых идиотов, — вклинился Ли.

Я кивнул и мы впятером, — Сатору тоже разрешили, — встретились с китайскими людьми.

На самом деле, я даже особо и не помню о чём шла речь. Нам всё рассказывали, показывали. Я краем уха слушал, кивал, поддакивал, вопросы задавал и соотносил всё с имеющимися знаниями. Я честно участвовал в процессе! Ну не идиот же я, верно?

Однако в то же время я прекрасно понимал, что Имперцы нихера не знают.

Что если Гео не найти? Что если уничтожить остров не выйдет? Что тогда? Как остановить всесильное существо с килотоннами энергии?

Половиной мозга я был в расследовании. Второй — в собственных мыслях.

И… это было верное решение.

У Имперцев нихера нет. Ничего полезного, ничего, что я бы не знал или не предполагал: Корона — убивала всех, кто касался; Гео-Вортекс — просто лежал, пока его не увезли. Всё.

Да… через пять часов после визита, уже под ночь, мы поняли, что ничерта не нашли.

— Твою мать…, - я выдохнул и прикрыл лицо руками.

Мы сидели в ресторане. Всё же, у всех кроме меня здесь тратятся силы, и все здесь почти люди. Даже Агония — и та с трудом и стеснительно, но запихала в себя мясо.

Она, кстати, на удивление вообще не буянила. Лишь просто таскалась следом и изредка бросала гневные взгляды на всех подряд.

— Всё хорошо, — Агония сидела рядом и поглаживала меня по спине, — Наверняка узнаем в другом месте.

— Да, тоже так думаю, — неожиданно поддакнула Мей, — Я и не рассчитывала, что у имперцев что-то будет. Так что, ещё не всё потеряно, — она вдруг нахмурилась и посмотрела на меня, — Да ведь? Ты ведь тоже так считаешь, Костя? Или тебе есть что сказать?..

Я в последний раз потёр лицо, выпрямился и посмотрел в ответ.

Увы…

— Боюсь, что есть.

Все внимательно на меня посмотрели. Я собрался с мыслями, выдохнул и наконец честно признался:

— Лоуренс ведь — копия прошлого меня. Кто как не я должен знать, что у него на уме. И я чувствую… мне кажется…, - стучу пальцами по столу, — Что у нас почти не осталось времени. Лично я бы не выдержал и нанёс удар почти сразу же, как всё это вскрылось.

Мей и Ли переглянулись.

Ситуация принимает серьёзный оборот.

— Позвони отцу, — сказала женщина.

Ли кивнул, достал телефон и быстро связался с Маркусом. Что-то сказал. Услышал ответ. Кивнул.

— Американцы ещё думают. Пока что они не хотят пускать нас к своим данным, — сказал он.

— Идиоты тупые, — цыкнула его мать, — О чём они думают? Да не сдались нам их исследования! И что теперь дела…

— Я иду, — я поднялся.

— Ха? — Мей задрала бровь, — У тебя нет разрешения так просто прилетать в центр Коалиции и требовать самое ценное, что у них есть!

— А кто меня остановит?… — процедил я, чувствуя, как энергия Вортексов медленно потекла по телу, — Кто мне что сделает? Думаешь мне есть дело до этих… дегенератов?! — голос грубел, — Мне плевать. Совершенно. Мне насрать, хотят они пускать меня к своим данным или нет! — воздух задрожал, — Если понадобится — я всех их вырежу под коре…

— Дорогой…, - Агония взяла меня за руку.

Я дёрнул головой и резко повернулся на Агонию. Она, не скрывая обеспокоенное лицо, лишь крепче сжала мою ладошку и посмотрела в глаза.

Сердцебиение чуть подуспокоилось. Мысли начали возвращаться в прежнее русло.

— Чёрт…, - глубоко вздыхаю и сжимаю девичью руку в ответ, — В общем… я лечу туда. Нам нужна эта информация. Всё, что они имеют. Я смогу её вытащить, и либо вы со мной, либо я сам их заставлю.

Ли молча поднялся, допил чай и подошёл. Мей, вздохнув, позвонила по телефону и видимо хотела предупредить мужа о нашем прибытии.

Но никто не взял.

— Странно…, - пробормотала женщина, — Не берёт.

Мы с Ли нахмурились и переглянулись.

Мей решила позвонить ещё раз. Сначала мужу, потом Аргусу.

Никто так и не взял.

— Мне это не нравится, — процедил я, — Только что же всё нормально было.

Плохо. Очень плохо. Что могло произойти буквально за минуту? Почему не берут сразу оба?!

Нет. Нет, это точно не просто так.

Что-то…

— Эй…, - пробормотал Ли, — Эй, что это такое?!

Вспышка. Невероятно яркая жёлтая вспышка ударила с неба, и я услышал грохот такой силы, что в нём потонули даже собственные мысли.

— КОСТЯ! СЗА…

Не успел Момотаро прокричать, как меня, вместе с половиной здания, сносит рука колоссального титана.

Лишь чудом, прикрыв глаза и включив всевидение, я успел засечь атаку и поднять защиту. Лишь грёбаным чудом! Лишь благодаря крику Момотаро!

И сейчас, когда меня отшвырнули словно щепку, когда я летел на другой конец города, я прекрасно видел, что происходит со столицей Империи.

Десятки колоссальных титанов просто топтали город, а сопровождали эту разрушающую силу армия чудовищ, какую я никогда ещё не видел.

— Не успели, — прошептал я.

Всё.

Начался финальный акт.

Глава 13

Я ставлю щит и влетаю в стальной каркас высотки Пекина, буквально прогибая его под ускорением своей туши, а ударная волна, пошедшая следом, лопает окна и пугает и без того подскочивших людей.

«Чёрт…», — прокряхтел я, выбираясь из-под обломков.

Неприятно. Даже сквозь щит. Меня просто снесло как мячик для гольфа — настолько огромна сила титанов.

Я поднялся и осмотрелся. Помимо грохота, который так и не прекращался, я чётко увидел, что основная атака пришлась именно на наш ресторан. Будто чудовища знали где мы находимся. Будто Лоуренс открыл портал именно у нас перед носом, надеясь снести одной быстрой атакой.

Да почему "будто". Так и есть.

Только вот у них не вышло, и потому безмозглые, ведомые лишь инстинктами твари начали медленно направляться как в мою сторону и разбредаться по всему городу.

Если ничего не сделать — всем в этом городе настанет конец. Жители не смогут защититься, и они это прекрасно поняли. Ещё бы не понять, когда в твою сторону движется титан, чья голова на уровне сотого этажа.

Крики. Ор. Паника. Плачь. Всё это вмиг смешалось за моей спиной, я едва не кожей ощутил всё давление, что свалилось на головы обычным, ничего не понимающим людям.

Твою мать… а ведь человечество реально не знает, почему оно может исчезнуть.

Эти люди не знают, почему сегодня умрут.

Или?..

— Чёрт…, - я вздыхаю, расправляю ладонь и рублю ею воздух.

Я разрезаю шедшего сюда титана поперёк, отчего он останавливается, делает ещё шаг и с громким звуком рвущегося мяса распадается надвое.

«Ох, сука!», — до меня только доходит, что он не из пуха состоит.

Я дёргаю рукой и заставляю два куска его туши моментально прибиться вниз, превращая колосса в своего рода спрессованный куб мяса.

«Вот так-то лучше», — ухмыляюсь я, — «Теперь нужно прикончить… остальных…»

Тот куб мёртвой, уже сочащейся плоти хрустнул, раздулся и словно разорвался изнутри, раскидывая останки на метры вокруг. Мясо начало наливаться вновь, кости соединяться с мышцами, а тонкие алые жгуты притягивали две разорванные половины друг к другу, буквально собирая титана обратно.

И вот через несколько секунд я уже видел, как мёртвый мгновением назад колосс снова дышит, водит головой и уже ждёт, пока конечности вновь начнут функционировать.

Сука… они теперь ещё и регенерируют. Все десятки колоссальных титанов… теперь бессмертны.

«Твою мать…», — я едва не схватился за голову, не зная что делать.

Какие у меня вообще варианты?

Выкачать жизнь и предотвратить регенерацию тварей? Не смогу! Так же как и с Хоро-Вортексом, с Аквой необходимо тренироваться. Я просто не смогу проделать трюк со сферой, ибо тогда погибнут и люди, ведь я так и не научился разделять цели для поглощения.

Можно убивать монстров до тех пор, пока не иссякнет энергия на регенерацию. Но тогда погибнут люди в остальных городах. Да и далеко не факт, что это вообще возможно. Я просто не знаю предела их ядра.

Можно телепортировать отсюда всех людей и снова прибегнуть к поглощающей сфере, но где гарантии, что их не перебьют на новом месте, пока я занимаюсь монстрами здесь?

«Чёрт… чёрт!», — как бы я ни старался, но придумать ничего не удавалось.

Ещё эти крики… грохот… взрывы…

Люди плачут. Кричат. Умоляют их спасти. Спасти их родных.

Вы просто представьте мысли родителя, который видит всё это. Представьте, если их дети жили в том районе, куда телепортировались монстры? В районе, где уже ничего не осталось.

Просто представьте, что они сейчас думают.

«Нет. Здесь всё очевидно…»

Вариантов много. Просто охереть как много! Я даже четверть не перечислил, а столько всего в голову лезет!

Только вот все они — рискованны. И все они в итоге сведутся к одному — с гордыней нужно сразиться.

Планы А, Б, и В нужно исполнять прямо сейчас.

В этот же момент, как я наконец определился, раздался такой силы грохот, что он выделялся даже на фоне грохота титанов. Даже среди него! А его на километры вокруг слышно! Из-за него мысли путаются!

Что могло так взорваться? Что… а главное, кто мог это породить?

На самом деле ответ очевиден.

Огромные, монструозные корни разорвали землю и начали обрастать шагающего в нашу сторону колосса. Они обматывали ноги, впивались в мышцы, разрывали кожу. Казалось, словно целое дерево начало прорастать ровно там же, где шагал враг, совершенно наплевав на живое препятствие.

Что-ж… так оно и было. Первые корни — остановили титана. Вторые — прорубили его заживо.

Ли понял, что их не убить. Понял, что выкачивать энергию слишком долго. Так что он просто замуровал их живьём.

Теперь прямо в центре Пекина прорастало стометровое древо, из которого выглядывала кровоточащая плоть замурованного титана.

Жуть.

«Ли жив», — я выдохнул, — «Но…чёрт, а остальные?»

Я спрыгиваю со здания и за скачок перемещаюсь в эпицентр прорыва. Прикрываю глаза. Подключаю зрение Аквы и Хоро. Осматриваюсь.

Вот Ли. Вижу его — приращивает себе руку обратно.

Так… вот Мей! Она вообще не пострадала, и сейчас открывала какой-то портал.

Но…

«Где?..», — мой взгляд метался из стороны в сторону, — «Где… где… где?!», — сердце забилось чаще, — «Боже, только не говорите, что…»

И тут я услышал грохот. Не от Ли, не от Мей, не от китайской армии.

Рядом упала нога титана. Она буквально со свистом отлетела от чудовища поблизости, и приземлилась в паре метров от меня.

Я моментально перевёл взгляд.

«Агония!»

Окровавленная девушка с клинком вместо руки стояла над поверженными тварями. Живая.

Чёрт возьми, живая!

— Вортекс! — она вскрикнула и бросилась ко мне, — Ты жив! Ты не ранен? Всё в поряд…

Я её осмотрел. Раны есть, но они уже затягиваются.

— Боже, всё хорошо…, - выдохнул я,

Всё хорошо. Всё в порядке. Она цела.

Вхух.

— Так, Агония! Возьми себя в руки! У меня к тебе задание!

— Д-да?! — пропищала она сквозь шум хаоса вокруг.

Я взял её за руку, развернулся в сторону уже встретившихся Рейвилей и телепортировался к ним.

— Костя! — крикнул Ли, — Боже, я думал тебя в говно превратили! Ох, твою мать. Как ты это пережил?!

— Да неважно! — крикнул я в ответ.

Да, приходилось орать. Шум был постоянным, а с учётом, что мы в эпицентре прорыва, так ещё и до невозможности громким.

— Мы опоздали! — прокричала Мей, — Лоуренс напал! Энергия нужна была на армию, которая сотрёт мир!

— Чёрт… чёрт! — гаркнул Момотаро, — И что делать?! А если это по всему миру?! Мы же не успеем всех спасти! Да мы почти никого не успеем спасти! Они бессмертны, твою мать! Да кто с ними вообще справится, кроме нас и королей?!

— Я… я не знаю, — ответила его мать, — Я не знаю! Чёрт…, - она прикусила ноготь и схватилась за волосы, — Да чёрт! Не знаю!

Паника. В глазах сильнейших людей планеты — паника.

Они напуганы. Они не знают что делать. Подумать только — женщина, считающейся БОГИНЕЙ духов, и парень, взмахом руки навсегда обездвиживший бессмертного титана — паникуют, как простые смертные люди.

Вся их сила, вся их божественность… всё это ничто, в сравнении с ситуацией, в которую мы попали. В которую попал мир.

Ничто, в сравнении с истинной мощью, какую обрушил Лоуренс.

Они не справятся. Они даже не знают что делать. Всё это для них слишком быстро и резко. Они не были готовы, что весь мир может быть уничтожен за несколько часов.

Им нужна помощь.

— Я знаю…, - пробормотал я.

— Ч-что? — повернулась Мей.

— Я знаю, — повторил я, — У меня есть план!

— Что?! Какой?!

Я знаю, что делать. Знаю, в какую сторону двигаться.

Ну… с богом.

— Сейчас я попытаюсь найти Гео-Вортекс! Максимально быстро! Вместе с этим я заберу Маркуса, и мы отправимся к Австралии! Попробуем план Б!

— А что делать с монстрами?! Пока ты ищешь, пока вы всё это делаете — они полмира снесут! Монстров не убить! Они постоянно регенерируют! На это Лоуренсу и нужна была энергия — сделать бессмертную армию!

— Я вам помогу! Я сделаю их смертными!

— Как?! — не верила Мей.

— Да неважно, ёп вашу мать! Всё, что от вас требуется — убивать! Ясно?

Они промолчали.

— ЯСНО!? — заорал я, — Просто кромсайте! Делайте всё, чтобы убить как можно больше и быстрее! Ясно?!

— Д-да!

— Тогда бегом! Я скоро к вам подключусь!

Они кивнули и, воодушевлённые хоть какой-то надеждой, телепортировались из под обломков.

Осталась лишь Агония.

— Дорогая…, - я взял её за руку, — Сейчас я на какое-то время уйду. Обещаю, перед самым серьёзным делом мы снова встретимся. Но перед этим… мне нужна твоя помощь.

— Я… я помогу! Что нужно?!

— То, что ты умеешь, — прошептал я, — Убивай.

Она широко распахнула блестящие глазки, а уголки губ чуть искривились в странной, пугающей улыбке.

— Убивай монстров. Рви на части. Делай всё, чтобы от них избавиться. И… не сдерживайся. Никак.

— Не… не сдерживаться? — она, кажется, даже не могла поверить.

— Нет. Сияй, дорогая. Этот момент — для тебя.

Она отпустила мою руку и попятилась назад, уже совершенно не сдерживая звериный оскал.

Её плечо вывихнулось вверх, и сквозь кожу прорвалась обломанная белоснежная кость. Её позвоночник вырвался из тела, а рёбра, повисшие в мясе, начали вновь стремиться к опоре, заставляя кость прорастать и обволакивать окровавленную кожу.

Её руки разорвались поперёк, кисти и предплечья слились в клинки, кожа посерела, а голову обволок шлем из костных наростов, оставивший лишь тонкие разрезы под глаза.

Трёхметровое левитирующее чудовище с четырьмя клинками вместо рук, покрытое собственными же костями — вот настоящий облик Агонии.

И в секунду, как девушка завершила трансформацию, она просто исчезла, а где-то вдалеке послышался свист рассекаемого воздуха, короткий вопль и шлепок упавшей головы.

Эх… красотка моя.

— А теперь…

Самое неприятное. Собственно то, без чего этого плана бы не было. Какой смысл от убийств, пусть даже таких быстрых, если враги восстанут, а твои силы кончатся?

— Чёрт…, - я схватился за голову, — Чёрт-чёрт-чёрт…

Ненавижу это делать! Мерзкое, неприятное дерьмо, к которому нельзя привыкнуть!

От меня начал отделяться силуэт. Моя копия, пытавшаяся выбраться из тела. Она вырывалась, возвращалась, затем пробовала снова. Я чувствовал, как рушится мой организм, как разделяются мои мысли. Как боль рвущихся нервов буквально выключает и включает сознание! Мне казалось, что каждую клетку моего организма разрывают надвое, чтобы потом сшить воедино. Раз за разом, попытка за попыткой.

Мой голос обрёл эхо, силуэт с каждым мгновением отрывался всё дальше.

— А-А-А-А! — выкрик, вызванный раздвоением сознания, положил этому конец.

Двойник встал рядом, и наши сознания переплелись в единую систему со мной во главе.

Мерзотный навык. Но сейчас без него не обойтись.

Копия, стоящая рядом, схватилась рукой за голову и начала выдёргивать из себя такой же фиолетовой силуэт. У неё это получилось легче.

Теперь передо мной стояло два двойника.

Затем каждый из них дёрнул головой, чуть согнулся от неприятных ощущений и снова разделился.

Четыре копии.

«Работает», — я не мог не заулыбаться.

Это — единственное, чему я научился с двойниками.

Да, чтобы создать копию, способную использовать все твои силы, нужно отдать ей половину. Но кто сказал, что уже копия не может создать копию? А та ещё одну?

И кто сказал, что копии не смогут поглощать живых существ с помощью Аква-Вортекса?

Сейчас передо мной стояло шестнадцать моих точных копий, связанных одним коллективным разумом. Энергии у них — только на телепорты. Даже на щит нет.

Но лишь стоило одной из них исчезнуть в портальной вспышке, как я почувствовал, что она быстро начал восполнять силы. Секунда, две, три, и обезвреженный Агонией небольшой монстр окончательно подох, а моя копия… создала ещё одну копию.

«Пха-ха. Гениально», — улыбнулся я, наблюдая, как расходятся оставшиеся двойники.

Скорость самокопирования будет расти со скоростью смерти врагов, и рано или поздно настанет момент, ради которого всё это и затевалось.

Вернее, он уже настал.

Я телепортировался в воздух и посмотрел на кульминацию плана.

Там, где-то вдалеке, одна из моих копий сожрала ядро монстра и разделилась не на двоих, а на троих. Теперь три одинаковых Вортекса стояли над трупом поверженной твари, и двое из них уже телепортировались дальше — на помощь Рейвилям и Агонии.

А один, взмыв в воздух, улетел прочь. Просто куда глаза глядят.

Он отправился на поиски Гео-Вортекса.

Весь план заключался именно в этом — на остатках энергии создавать двойников, что будут летать по миру и в какой-то момент должны будут засечь Гео.

Да, я не могу делать это вечно. Сила моего разума — не безгранична. Я чувствую боль, страдания, усталость… да всё, что видят и чувствуют двойники, пусть и в меньшем объёме. Я просто сломаюсь раньше, чем подохнут все монстры. Однако…

Сейчас хотя бы есть шанс на спасение, верно.

«Семья…», — я посмотрел на чудом сохранившийся телепортариум, скакнул к нему и улетел сначала в Лондон, а оттуда в Москву.

Да. Нападения случились по всему миру — я везде видел чудовищ. Впрочем, как и моих двойников — даже сейчас я почувствовал парочку, уже выискивающую подбитых чудовищ.

Я не стал ждать чуда и просто телепортировался в квартиру. Хотел увидеть семью. Убедиться, что с ними всё хорошо и увести подальше от этого ада!

Но… никого.

«Н-нет…», — я заозирался по сторонам.

Здесь была разруха. Виднелись следы борьбы, и даже чья-то кровь.

«Только… не это…», — я вылетел на улицу и прикрыл глаза, — «Ну же… ну же! Где вы?!»

Каждый уголок. Каждый сантиметр обозримого пространства. Я смотрел везде. Я пытался, пытался и пытался их найти!

Но как бы я ни старался, моей семьи не было видно.

Они… пропали.

— Н-нет…! — прошептал я

Нет. Невозможно. Это… просто невозможно. Я ведь… я ведь не умею воскрешать!

Они не могли умереть!

Думай, Вортекс, думай! Если ты не видишь их жизнь и энергию — ищи трупы. Не видишь трупы — ищи в другом месте!

Их здесь нет. Но где? Как они смогли сбежать из этого ада, если даже первые лица мировой политики заперты в иностранном районе и лишь рассчитывают на охранников и местных магов?

Кто сильнее мировой охраны? Кто был способен их вывести?!

«Пожалуйста, умоляю…», — прикрываю глаза и пускаю сканирующую волну, настроенную лишь на одну сигнатуру.

Бездна. Я её чувствовал. Но не источник или саму материю, нет. Лишь её отголосок.

Того, кто недавно находился рядом с ней.

— Аргус! — я телепортируюсь к нему.

Мама, сестра и Аргус Рейвиль стояли в центре поднятой нежити и бежали к одному из его похоронных бюро.

Живы.

Они… живы.

— К-костя! — крикнула мама.

— Боже. Вы живы! — я со всей силы их обнял.

На них не было ни царапины. Вообще. Лишь помятая одежда и чуть испачканная кожа.

Живы… боже… они живы.

— Костя! — сестра прижала меня к себе.

Как же я счастлив.

Я поднял глаза на Аргуса. Он посмотрел в ответ. Слов не требовалось — мы оба всё понимаем. И он — мою благодарность, и я — причину, почему всё это время он держал мою мать за руку.

— Куда вёл? — спросил я.

— Под Бюро есть арка телепорта. Она ведёт в закрытую аномалией зону, где живёт наша семья. Туда не попасть просто так. Там безопасно.

— Понял, — киваю я.

Я хватаю маму и сестру за руки, концентрируюсь, действительно нахожу хорошо спрятанную в тайных проходах портальную арку и скачу к ней, моментально получая точные координаты.

Снова телепорт. Куда более долгий и тяжёлый. Буквально тяжёлый — даже мне было непросто, хотя я, напомню, бог пространства.

Но мы благополучно выбрались и очутились в небольшой деревушке с парочкой домиков. Первым нас встретила тишина. Казалось, будто это место отрезано от реальности, и никакого апокалипсиса вокруг не происходит. Будто эта деревушка — реальность, а мир, из которого мы пришли — кошмар.

Ощущение рая. Идеального места.

Здесь точно не открывались порталы.

Нас, очевидно, уже ждали — из дома сразу же вышли мужчина и женщина с каштановыми волосами, а сам я почувствовал присутствие беловолосого азиата, скрывающегося в тени неподалёку.

Кто-то из семьи Рейвилей, очевидно.

— Где Аргус? — спросил мужчина.

— Сражается в Москве. Я к нему возвращаюсь, — я посмотрел на, очевидно, главу семьи, — Пожалуйста… позаботьтесь о них.

Он нахмурился, посмотрел на Лизу с Викой и кивнул.

— Костя… всё же будет хорошо? — спросила мама.

«Не знаю», — хотел сказать я, — «Правда не знаю. Прости, но я не могу тебе обещать. Возможно, я снова исчезну. Возможно, моё место займёт одна из выживших копий, как-то развившая самосознание. Я не застану ваши улыбки, но вы, дорогие мне люди, не увидите разницы. Вам будет казаться, что я жив и всё со мной хорошо, только вот… я, лично я, буду уже мёртв. И осознавая это, в момент смерти, я буду счастлив, ведь тогда будете счастливы и вы. Возможно, всё так и будет».

Я хотел высказаться. Хотел дать слабину и признаться, что боюсь не справиться. Я уже умирал. Меня уже стирали и отправляли в другой мир. Я уже всё терял.

И это может повториться.

Я хотел это сказать.

— Да. Всё будет хорошо, — улыбнулся я, поглаживая их по щеке и растворяясь в телепортации.

Не смог. Дам слабину, пущу хоть одну трещину в своём стремлении выжить — сломаюсь окончательно.

Нельзя.

Я выживу. Я справлюсь. Я не умру. Я всё не потеряю.

Нахер судьбу. Нахер грустный финал.

— Всё, доставил! — я добрался до Аргуса, командующего легионом мёртвых магов, — Мне нужен Маркус!

Мимо нас пролетела моя копия. Причём, судя по лицу старика, не в первый раз — он уже не удивлялся, что меня буквально много. Только вот этому моему двойнику не повезло — энергии на защиту у него нет, а телепортацию подловили и пробили голову насквозь.

Боль сразу же ударила по мне цепной реакцией, отчего я пожмурился и сжал зубы.

И так каждый раз, когда умирал кто-то из двойников. Просто сейчас я наконец не выдержал.

— Где Маркус?! — спросил я ещё раз.

— В Вашингтоне! — крикнул сквозь шум Аргус.

Я кивнул и, перед тем как улететь к телепортариуму, прикрыл глаза и обратился ко всей сети коллективного разума.

Нет. Гео-Вортекс никто не находил. Ни одна из тысячи копий.

Сука.

Я телепортируюсь к портальной арке, затем в горящий Лондон, а из него уже в Вашингтон.

Да. Маркус явно здесь — Бездной несёт так же, как и во время битвы с Гордыней в Москве.

Хотя нет, вру, не так же. Раз в сто сильнее.

Бездна буквально сжирает город. Не знаю, чем думал Маркус, но я могу сказать точно — Вашингтон пал.

Столицы Америки больше нет.

— Ты идиот! — крикнул я, как только добрался до повелителя Бездны.

Найти его было нетрудно — он стоял в центре чёрного озера и впитывал пожирающую материю в себя.

— Ты что наделал?! — продолжил я орать сквозь шум волны.

— Меня убили! Одной атакой разорвали тело и заставили Бездну вырваться!

— И как только она вырвалась из носителя, пошла цепная реакция. Тц, твою мать, — сразу же понял я.

Теперь понятно, что здесь произошло.

— Нам нужно в Австралию! Попытаться уничтожить Гордыню без вмешательства в сам остров! — кричал я, краем глаза наблюдая, как мимо пролетает моя копия.

— А получится?!

— Не знаю! Но это единственный шанс остановить грёбаный апокалипсис!

Маркус всё понимал. Он кивнул, попросил минуту и начал втягивать Бездну ещё усердней. Я же, решив не терять время полетел туда, где всё решится.

В место финального акта.

Я не стал телепортироваться прямо в Австралию. Нет конечно. Я даже близко к ней не приблизился — она настолько далеко, что отсюда видны лишь её смутные очертания.

Но даже так — я натурально зажмурился, ожидая, что сейчас в голову влетит Приказ. Я серьёзно думал, что это — последняя секунда моей жизни.

Я ошибся. В сознании, вроде.

И это… жутко. Любая секунда, любое мгновение — и меня может просто не стать. Само моё нахождение здесь — огромный риск не только для меня, но и для всей планеты.

Но выбора нет. Если я не решу кризис сейчас, то не смогу никогда, ведь я УЖЕ чувствую, как мне плохеет. Уже понимаю, что достиг предела.

Мои двойники летают по миру. Копируются. Передают информацию. Их уже тысячи, они везде. Представьте сколько всего я чувствую и сколько мне приходится фильтровать?

Разум просто не справляется. Он начинает ломаться, и лишь вопрос времени, когда все мои копии рухнут вместе со мной.

«Ладно, попробуем»

Я приказал одному из своих двойников телепортироваться сюда же и отправил его на остров.

Через секунду томительного ожидания и, честно признаюсь, страха быть подчинённым через связь, я понял, что копии просто не стало. Вот буквально. Её не убили, не отозвали. Она просто… исчезла? Вернее, исчезла наша связь — я перестал чувствовать и контролировать двойника. Словно пространственная магия такого порядка там просто не работает.

«Плохо… очень плохо!»

Я даже не понял, есть ли там Гео. Да я в принципе ничего не увидел!

Повторные попытки ничего не дали. Любой мой двойник, сколько бы энергии у него не было, при приближении к Австралии просто исчезал.

Следом за моим разочарованием пришёл Маркус. Я всё рассказал, уверил, что меня не подчинили, и мы оба решили, что выбора нет.

Нечего ждать. Нечего скрываться. Сейчас или никогда.

Маркус, пустивший каплю Бездны в океан, заставил её выжирать воду и плодиться по экспоненте, превращая прозрачную голубую гладь в тягучее чёрное месиво.

— А-А-А-А! — закричал он сквозь зубы, с трудом поднимая руки.

Вся бездна, все тысячи кубометров воды зашевелились, поднялись в единое цунами и направились в сторону Австралии, всё продолжая множиться и увеличиваться в объёме.

Волна достигла таких размеров, что уверен, она бы запросто накрыла даже стометрового колосса в Пекине, не говоря уже о городских зданиях и тем более людях.

Это — то, что уничтожает города. То, что лишь тяжестью снесёт любой признак цивилизации.

И это…

Бесполезно.

— Й̹с̪̂ч̘͌е̰́з̱ͨн̪̽и̱͛.͉͆

Вся бездна… всё это цунами…

Оно просто исчезло. Растворилось в воздухе, не достигнув и берегов Австралии. Просто… лишь по одному желанию Гордыни.

— Да вы… гоните…, - пробормотал Маркус.

Он попробовал ещё раз. Снова создал волну, и снова направил на континент.

— Й̹с̪̂ч̘͌е̰́з̱ͨн̪̽и̱͛.͉͆

Потом ещё раз. И ещё. Он, видимо, пытался лишить Лоуренса сил. Заставить выдохнуться.

Но я прекрасно понимал, что всё это лишь детские мечты. Бесполезные и никчёмные.

Чёрт…

— Пойдём отсюда…, - я взял его за плечо и без спроса телепортировался в Пекин.

Мы вылетели из вспышки, и Маркус, настроившись уже на новый призыв Бездны, одёрнул плечо и смахнул мою руку.

— Ты что творишь?! Зачем ты нас перенёс?! — прорычал он.

Но вся его злость мигом пропала, лишь стоило увидеть моё лицо.

Я молча сел на обломок здания, выдохнул и посмотрел себе в ноги.

Да всё здесь понятно.

— Мои копии облетели весь мир. И они… ничего не нашли. Ни-че-го, — прошептал я, — Единственное место, которое я не осмотрел — Австралия. Но твоя магия там не работает, а пространственная аномалия вокруг обрывает связь с моим двойниками, — я посмотрел на Маркуса, — Ты понимаешь, что это значит?

Он ничего не ответил.

Он всё прекрасно понимает.

— Уже сейчас мои копии начали пропадать. Я не справляюсь с таким количеством информации. Просто… устаю. Чудовищ убить не получится — они уничтожат мир раньше, — хмыкнул я, понимая, что, возможно, это конец, — Всё, что остаётся — пойти кому-то из нас в центр Австралии и прикончить Лоуренса. Но твою силу он уже отменял, так что…

Стояла тишина.

— Туда пойду я, — улыбнулся я.

— Понятно, — пробормотал Маркус, задирая голову к встающему солнцу, — Понятно…

Здесь всё ещё стояла битва, но она уже заканчивалась в пользу Момотаро и моих двойников.

— Я могу что-то сделать? — спросил он.

— Позаботься о моей семье. И не обижайте Агонию. Это всё, что я прошу.

— Не прощаемся, — кивнул он, хлопая меня по плечу.

Мгновение, и Маркус исчез.

Я остался один.

"Да уж…", — смотрю на руки, — "Да уж…"

У меня было много мыслей. Много размышлений. Сомнений. Я хотел вернуться к семье, попробовать сбежать, да просто телепортироваться в грёбаный космос! Подальше от этого ада.

Я много о чём думал.

Но мои мысли, мой поток страха прервал всего один звонкий голосок.

— Дорогой! — крикнула Агония.

Она приземлилась рядом и мгновенно вернулась в человеческую форму.

— Дорогой, всё получилось? Вы справились?

Я поднял на неё глаза. Покачал головой.

И она… всё поняла. Прочитала мою душу. Лишь по одному взгляду.

Чёрт… ну почему именно ты так меня понимаешь?..

— Ты… ты ведь не планируешь умирать? — она схватила меня за руки, — Эй, ты ведь не хочешь жертвовать собой?!

Я ничего не ответил.

Не хочу. Но есть ли выбор? Я уверен, что попади я в центр Австралии, смогу без рисков просто втянуть её в подобие чёрной дыры, уничтожая всё вокруг.

Меня не успеют подчинить. Не успеют усыпить. Своей жертвой я спасу весь мир, только вот…

Тогда умру и я. Поглощу своё же ядро. Свою энергию. Жизнь.

Это — гарант нашей побе…

— НЕ СМЕЙ! — крикнула Агония.

— А? — меня моментально выдернуло из размышлений.

— НЕ СМЕЙ ДАЖЕ ДУМАТЬ О ТАКОМ! — её голос задрожал, и она едва держалась, чтобы не выдать плачь в своём крике, — Просто… просто выкинь это из головы!

Я непонимающе на неё смотрел. На её покрасневшие глаза, на её дрожащие губы, и на её очень, просто невероятно злое лицо.

— Но я…, - подал я голос.

— Нет! — она со всей силы сжала мои ладони, — Ты не посмеешь умереть! Не посмеешь снова оставить меня одну! Ты… ты…

Я не понимал. Не хотел осознавать её привязанность. Привязанность многих людей, которым я дорог.

До этого момента.

— Пожалуйста…, - прошептала Агония, — Пожалуйста… не оставляй меня снова.

Ну да. Конечно же. Девушка, прожившая со мной буквально тысячелетия, прекрасно понимала, что у меня на уме. Ей достаточно было взгляда в глаза, чтобы понять все мои переживания. Прочитать все мои мысли.

И сейчас она понимала, что я сдался. Выбрал лёгкий путь.

"Боже…", — я сжал кулаки, — "Как я жалок"

— Я не буду обещать, что наверняка выживу, — поднялся я, обнимая дрожащую от едва сдерживаемого плача Агонию, — Но я… боюсь умереть. Я не хочу. Не хочу исчезать и снова терять всё это. Так что… я обещаю, я клянусь, что сделаю всё, чтобы не жертвовать собой, — поглаживаю её по спине, — Хорошо?

— Нет, — пробормотала она, упираясь мне в грудь, — Обещай, что просто вернёшься. Пожалуйста…

Какой же я слабый. Просто сломался, устав искать другие варианты.

Ай, к чёрту.

— Ну тогда… ладно, обещаю, — улыбнулся я, разрывая объятия, — Я вернусь. Просто жди.

Телепорт. Снова перед глазами Австралия, снова чувство ожидаемой опасности. Гнетущее давление.

Я прикрываю глаза. Прислушиваюсь к себе.

Концентрируюсь.

Напрягаю Аква и Хоро Вортексы.

***

— Что-ж…, - прошептал я, открывая глаза, — Пора это заканчивать.

Телепорт. Моя нога касается берегов Австралии.

С тебя всё началось, с тобой всё и закончится, Лоуренс. Это — финал нашей истории.

И сейчас мы выясним, для кого он будет плохим.

Глава 14

Их была тьма. Летающие, ползающие, с магией и просто с клинками из рук. Даже сейчас, шагая по берегам Австралии, я понимал, что тот кошмар во внешнем мире, весь тот… апокалипсис — лишь начало. Лишь первая волна. Даже без всевидения я понимал, насколько большую армию создал Лоуренс. Более того — с помощью Аквы я чувствовал, как с каждым мгновением появляются всё новые монстры.

Не останавливаю их сейчас — не остановит никто. Ну, либо ценой половины мира, да и то вряд ли.

Первые враги заметили меня сразу же. Они рванули навстречу, заверещали и уже занесли клинки для атаки, как следующим же шагом просто распались на куски от одного лишь моего взмаха.

Эту мелочь я даже не замечаю. Но их нападение явно дало понять, что внутри континента своеобразной связи нет — узнали лишь единицы из миллионов, — тогда как в остальном мире Лоуренс, очевидно, способен отдавать им команды. И это может означать только одно:

Вся Австралия — одна огромная аномалия. И это как её защита, так и помеха.

«Хоть бы получилось», — я поджал губы, напряг Акву и создал ту же сферу, что поглотила орду чудовищ.

Сфера появилась, да. Но стоило ей отлететь от руки, как она моментально распалась на вихрь синей энергии, разошедшийся в стороны.

«Чёрт!»

Аномалия отключает не только пространственную магию. Даже способности Аквы — и те не работают.

Сука! Да твою мать!

Чёрт его знает, сколько возможностей мне обрубили. Чёрт его знает, как мне сражаться с Гордыней в случае необходимости! Чёрт его знает, как мне вообще побеждать!

Но я уверен — если бы Лоуренс мог от меня избавиться прямо сейчас — он бы избавился. Я просто это знаю. Он бы сказал что-то в последнее мгновение, а потом просто либо убил, либо что ещё. В качестве доказательства своего превосходства.

Но он не может. Значит, аномалия мешает не только мне.

Значит, сейчас мы в одной лодке.

Да. Всё решится сейчас. Этот конфликт, тянущийся тысячелетия, тянущийся через миры и вселенные…

Закончится здесь.

Я телепортируюсь вперёд и осматриваюсь. Монстры, меня заметившие, с воплем бросаются в атаку. Но не успевают они сделать и шага, как их тело разрубает пространственный разрез.

Значит, телепортация, телекинез и пространственные разрезы работают — это хорошо.

Плохо — не работает всевидение. Как бы я ни прикрывал глаза и не концентрировался, пространственное зрение видит лишь помехи. Оно буквально хуже обычного!

Впрочем, не велика потеря — я и без того прекрасно чувствую где сейчас Гео-Вортекс.

Вон там вот. В том направлении. Отчётливо ощущаю его энергию, его зов, его… мольбу.

Я телепортируюсь. Даже уже не обращаю внимания ни на монстров, ни на сферы с энергией, из которых они медленно появляются. Не обращаю внимания ни на что, кроме приближающийся сигнатуры моей силы.

И вот, спустя примерно десять минут от попадания на континент, спустя сотни убитых мелких тварей, я добрался до сердца этого кошмара. До первопричины апокалипсиса, способного стереть землю.

Он сидел там. Среди леса из каменных деревьев, на выжженной, серой поляне. На троне из чёрного камня.

Его тело иссохло. Кожа посерела. Голова — буквально разорвана прорастающими изнутри зубьями короны. Он был плох. Невероятно плох. Он не был похож ни на что, кроме давно захороненного трупа с костным наростом из головы.

Мерзко. И… жутко.

Вот каким предстал Лоуренс. Труп с изуродованной головой, восседающий на троне.

Гео-Вортекс где-то здесь же. Вот, буквально возле Лоуренса! Но где именно — не вижу.

Впрочем… вряд ли мне дадут к нему доступ.

— В итоге заблудшая овечка прискакала сама, — хмыкнул труп, едва нашедший силы ко мне повернутся, — Или ты очередная копия? Впрочем, финал для вас всех будет один.

Я увидел, как те сферы, создающие монстров, также подключены и к телу Лоуренса. Они его питали, но очевидно, что предел такой поддержки уже иссякал. Лоуренс на пределе. Ещё бы чуть-чуть, буквально пару недель, и он бы помер уже сам — Корона, с полным пробуждением которой он не справляется, просто бы забрала его силы.

Значит, всё, что пришлось пережить миру, всё, ради чего я буквально предавал сам себя, свои идеалы и слова…

Всё это — жалкая последняя мера?

— Никогда бы не подумал, что именно ты окажешься Вортексом. Реальностей много, но призвал я именно тебя. Иронично.

Погоди… что?

А разве…

Разве он это изначально не знал? Разве не он меня разделил? Не его сила позволила навсегда вышвырнуть меня из этого мира?!

Что за…

— Впрочем, хватит. Разрез.

Чувствую, как рвётся кожа.

«Сука!»

Всплеск адреналина замедляет время так сильно, что едва не останавливает.

«Он ведь приказал мне! Именно мне, как физическому объекту!», — чувствую, как рвётся моя плоть, — «Значит куда бы я ни телепортировался, куда бы не убегал — приказ везде сработает!», — сердцебиение ускорялось, — «Как избежать атаки? Почему он не приказал просто умереть? Думай…», — понимаю, что смерть настигнет через мгновение, — «Думай», — понимаю, что умирать пока рано, — «Думай!»

Хватаю себя за голову, дёргаю в сторону и одновременно с этим телепортируюсь на несколько метров назад.

Едва не жмурюсь. Жду боли, смерти и темноты. Но… ничего.

Вместо себя я оставил свою копию, и приказ, не видя разницы, сработал именно на ней.

— Как ты…, - процедил Лоуренс, сжавший подлокотники трона.

— Знаешь…, - хмыкнул я, поднимаясь на ноги, — Я не боюсь смерти. Никогда не боялся. Я был таким создан. Только вот умирать мне ещё рано. Есть вещи, которые я ещё не сделал. И поэтому, если хочешь меня убить, — напрягаю Хоро, — Придётся очень постараться.

Телепортируюсь в сторону и взмахиваю рукой, отправляя пространственный разрез.

— О̯̂т͉͌м͓ͮе̭̓н̗̂а̺͑.̰͛

Приказ прозвучал даже сквозь закрытый рот гордыни.

— Слепота.

Я уже чувствую покалывания в глазах и едва успеваю выпрыгнуть из тела, как мой двойник хватается за лицо и со вскриком падает наземь.

"Нужно просто потянуть время! Нужно что-то, что его обезвредит!"

Я напрягаю Хоро, пускаю его энергию в руки и пытаюсь провернуть тот же трюк, что и в битве с Маркусом — создать новое пространство, в котором получится хотя бы на время заковать врага, только вот… это заклинание постигла та же участь, что и поглощающую сферу:

Пространство зарябило, энергия, потраченная на магию, рассеялась, а сам я почувствовал недомогание, едва не стоившее мне жизни.

— Глухота.

Выдёргиваю себя из тела. Как всегда избегаю Приказа, но…

Видимо, не полностью.

Лишь стоило мне телепортироваться назад, как я осознал, что с одной стороны совершенно ничего не слышно.

Я оглох на одно ухо.

— Провались.

Земля под ногами исчезает и я, отвлечённый на мысли о глухоте, падаю вниз.

— Закройся.

Яма начала зарастать и давить меня со всех сторон, однако на сей раз я собираюсь с мыслями, вытягиваю руку и буквально вышвыриваю себя из ловушки.

К сожалению, за спасением пришло и наказание.

Из-за частичной глухоты я не услышал, что меня уже ждали.

— Взрыв.

Энергия, накопленная заранее, лопается словно водяной шар и сносит меня вниз. Удар был не мощный, но настолько быстрый и неожиданный, что он успевает щёлкнуть мне по лицу и на секунду выбить сознание.

Да, из-за Аквы я очнулся мгновенно, но последствия не заставили себя ждать: в ушах стоял звон, сам я потерялся в пространстве, а зрение помутнело. Всего на секунду, но меня вывели из строя.

И тогда…

— Оглохни.

Я не успеваю среагировать. Просто не успеваю прийти в себя, чтобы сделать хоть что-то.

С грохотом падая наземь, я понимаю, что совершенно ничего не слышу.

Понимаю, что не могу реагировать на приказы.

Да, я быстро подскочил на ноги и поднял глаза, но… ухмылку Лоуренса, его смех и его, очевидно, речь насколько я жалок — я просто не слышал.

Ничего. Ни единого звука.

Абсолютная глухота.

«И почему не секундой раньше?..», — выдохнул я, переводя взгляд за трон Лоуренса.

Моя копия. Там стояла моя копия.

Я создал её ещё в самом начале. Даже несколько, если быть точным. И у всех них была лишь одна цель — искать Гео-Вортекс. Точное его местоположение.

И у одной получилось. Двойник рассказал мне всё с помощью языка жестов и, перестав бороться за жизнь, распался от недостатка энергии, которую я не могу передать из-за аномалии.

Да, мои копии могли здесь существовать. Они не пропадали и не умирали.

Просто всех их побеждал Лоуренс.

Попадая сюда, любой мой двойник становился оригиналом. Отдельной личностью. Становился… живым человеком.

И он — умирал. Каждый раз.

А это значит, что умирал и Я.

Я проигрывал. Всегда. С тем же набором сил, с теми же мыслями и стремлениями. Всех нас ждёт одна судьба.

Только вот…

— Много треплешь, идиот, — сказал я сквозь глухоту.

У нас есть различия. Я — не боюсь смерти. И я — знаю, где сейчас Гео-Вортекс.

Я уклоняюсь от мелькнувшей позади атаки монстра, на развороте разрезаю его надвое и, лишь оттолкнувшись ногой, на огромной скорости влетаю прямо в Гордыню.

Каменный трон разломился и слетел вместе с владельцем. Мы пронеслись несколько метров вперёд, пробили каменное дерево и остановились лишь вонзившись в очередную скалу, порождённую отходами Гео.

И без того умирающий Лоуренс этого не ожидал. Любая атака по нему — непоправимый урон хрупкому телу, и не удивительно, почему в его глазах, в его лице и жестах я увидел… страх. Неверие.

В момент, когда я и в самом деле нанёс ему урон — он искренне меня забоялся.

Жаль, что всё это лишь ширма. Лишь короткая слабость.

Ибо ровно через мгновение я увидел улыбку. Дикий оскал, присущий лишь…

Победителям.

Мы одновременно задираем руки и вонзаем их друг в друга. И если я пробиваю ему грудь насквозь, хватая инкрустированный Гео-Вортекс, то вот Гордыня просто схватил меня за голову. Аккуратно, можно сказать.

Он просто вдавил пальцы в мои виски.

«Чёрт…», — моё сознание начинает меркнуть, а мысли перекрывать чужой шёпот, — «Нет-нет… нет…»

Лоуренс не может подчинить Приказом. Многие функции Короны у него просто не работают, в том числе и главная.

Но ему это было и не нужно.

Всё, что он хотел — чтобы я приблизился.

Всё, что ему было нужно — подчинить меня Волей.

— СМОТРИ, — в моей голове прогремел голос, — МНЕ, — тело начало неметь, — В ГЛАЗА.

Я сопротивлялся. Я напрягал мышцы, отгонял шёпот и изо всех силы пытался вырваться из хватки полумёртвого тела. Я дёргался, вставал и снова падал. Я пытался, пытался и ещё раз пытался!

Но я не мог. Я… просто не мог.

Медленно, совершенно себя не контролируя, я поворачивался на Гордыню и смотрел в его светящиеся, тёмно-синие глаза.

Смотрел в эту… пустоту, пожирающую разум.

Смотрел и понимал, что с каждым мгновением от моей личности остаётся всё меньше.

Понимал…

Что это конец.

«Вот значит как я умру. Стану рабом…», — хмыкнул я, — «Ну… хоть миру спасу»

На самом деле, я соврал. Я мог выдернуть голову. Мог отвернуться и уйти. У меня оставались силы, но лишь на одно действие. Я должен был выбрать, что сейчас сделать.

Да, я мог выбраться. Мог спастись.

Но я не стал.

— А-А-А! — я напрягаю руку и с выкриком полным боли, отчаяния и ненависти, выдергиваю вросший в грудь Лоуренса Гео-Вортекс.

Я задираю его высоко над головой и в следующий же момент ощущаю, как ладонь сносит одним ударом. Как проскочивший мимо фиолетовый силуэт буквально отрывает её вместе с кубом.

А затем…

Всё.

Мышцы ослабли. Сознание начало меркнуть. Всё, что было от Константина, что было от Вортекса…

Всего этого уже не оставалось.

Агония? Мама? Сестра? Друг?..

Разве это… имеет значение? Разве… всё это важно?

Нет… не думаю.

«Чёрт… умру, да?..», — хмыкаю я, поднося ладонь к своей шее, — «Впрочем… плевать, наверное…»

Лоуренс широко распахнул глаза.

Оставалась буквально секунда до моего подчинения. Лишь оно мгновение, и всему миру пришёл бы конец, ибо у главного врага человечества появился бы сильнейший воин. Только вот…

Иронично, но единственное, что у меня осталось — моя гордость.

«Забавно», — хмыкнул я в последнюю секунду моей жизни, — «Но моя гордыня оказалась сильнее твоей. Быть может это я достоин Короны?»

Взмах.

Я отрубаю себе голову.

Ни за что и никогда я не буду рабом.

Я знал, на что иду. Знал, что это моя последняя битва. Я спас мир, но погиб сам. Спас всех, кто мне дорог.

Такова моя судьба. Такова моя история.

Таков мой финал.

.

.

.

.

.

.

Надеюсь, ты не облажаешься, Вортекс.

***

Я медленно открываю глаза.

«ПОЧЕМУ Я ГОЛЫЙ?!» — первое, что пришло мне в голову.

Так-так-так, отставить голозадые вопросы. Куда важнее…

«ПОЧЕМУ Я ПРИКОВАН К БАТАРЕЕ?!»

Вот это уже интереснее и, с учётом первого факта, намного опаснее. Для жизни, чести и достоинства. И жопы.

Я попытался подёргать рукой и понял, что наручники ломаться не собираются. Плохо.

Затем я прислушался и осмотрелся. Судя по всему, сидел я на холодном кафельном полу в туалете какого-то клуба. Где-то за стеной играл клубняк, по бокам висели раковины и стояли кабинки. Писсуаров не было.

Здорово, я ещё и в женском.

Так, ладно, давайте разбираться и вспоминать. Нет безвыходных ситуаций — есть решения, которые ты ещё не видишь.

— Так… хм-м-м-м…, - я прикрываю глаза и копаюсь в памяти, — Кто я?.. Где я?.. Зачем я?… — раскрываю глаза, — А, ну точно!

Что-ж, давайте по порядку.

Меня зовут Константин Росс. Или Вортекс, если знаете меня больше тысячи лет.

И только что мой двойник забрал последнюю недостающую часть моей силы — Гео-Вортекс.

Причина, почему все двойники до него проваливались — страх смерти. Все они были моими копиями, и все они не хотели умирать. Они искренне пытались выжить, каждый раз вонзаясь в барьер желания жить.

Лишь создав двойника без страха смерти, лишь даровав самому себе полную и несомненную готовность к жертве, я преодолел стену, сдерживающий меня от решающего действия.

Моя изменённая копия пожертвовала собой. Достала Гео-Вортекс и не позволила Гордыне поработить и двойника, чтобы тот остановил меня от поглощения Гео.

Ну а я же, понимая, что снова впадаю в кому — включил перемотку времени. Вернул мир в то состояние, каким я застал его при рождении.

В день, когда проснулся в туалете.

В день, когда всё началось.

— Э-э-э? Пху-ха-ха-ха. Смарите, БДСМ терапия! Э-э-э-эй, парниша ты…, - в кабинку зашли пьяные девушки, — Ты дверочкой ошибся.

— Да, простите, — я улыбнулся, достал нематериальную руку из наручников и поднялся.

Из трещин на моём теле появилась золотая пыль. Она закружилась, обволокла мои ноги и торс и создала обычные серые штаны и футболку, чтобы хоть как-то скрыть наготу.

Я прикрываю глаза. Телепортируюсь прямо в Коалицию. Без костылей. Прямым скачком.

Найти его оказалось нетрудно.

— Йо, Лоуренс, — я телепортировался на машину, к которой он подходил, — Забавно, но ты, носящий имя Гордыни, проиграл гордыне обычного человека. Кринж.

— Ч-что ты…, - он распахнул глаза.

— Так, может, ты недостоин этого имени, а, неудачник?

Мне даже шевелиться не пришлось.

Импульс Гео-Вортекса превратил его в пыль и просто не оставил ничего для регенерации. Ни единой клетки.

— Жалость, — хмыкнул я, улетая на крышу самого высокого здания Вашингтона.

Забавно… но Гордыня проиграла гордыне и из-за своей же гордыни.

Гордость проиграла лучшему её воплощению — тому, кто ценит лишь свои реальные заслуги и стремления, а не надутую и надуманную чушь. Кто ценит реального себя. Свою свободу. Своё право на счастье. Свою… жизнь.

И впрямь…

Забавно.

— П̝ͭр̰̌о͙͑б͍ͣӱ̻́д͈̊и͔̿с̹̈ь̪̔, - приказал я, и Корона из тёмного камня воспарила над моей головой.

Я — Константин Росс. Сын Елизаветы и Теодора. Брат Виктории.

Я — Вортекс. Бог-Созидатель и возлюбленный Демона Войны.

И я…

Истинная Гордыня.

Такова моя история. Таково её начало.

Как я спасал Нягонию, и почему Катя и София могут стать одной семьёй

Последние деньки лета. Утро. Улица. Передо мной стоят два обворожительных парня с вполне аппетитной задницей.

— Ты, клон номер А! — указываю на одного, — Твоя цель: Екатерина Романова! Не забывать! В её роду всего два человека! Сделай так, чтобы стало минимум десять!

— Есть! — он приставил руку ко лбу.

— Ты, клон номер Б! — указываю на второго, — Цель: София Элерс! Не забывать! Если начнёт буянить — шлёпай по жопе и придушивай! Она ещё спасибо скажет!

— Так точно!

— Всё, бойцы! Брифинг окончен! — хлопаю в ладоши, — Приступить к операции «Идеальный гарем!»

— Слушаюсь! — выкрикнули оба парня и быстрым шагом двинулись в сторону Первой Московской Школы.

«Эх. Ну какой же я гений. Как же я хорош. Как мощны мои лапищи. Как огромный мои яйчища…», — не мог не восхищаться я высотой моего гения.

Я долго ломал голову, что делать со всей информацией о будущем? О возможных симпатиях и хороших женщинах? Как выбрать вайфу? Очевидно, что титул лучшая девочка тайтла выигрывает Агония, но ведь и Катя с Софочкой тоже заслуживают счастья, верно? Они ведь тоже хорошенькие, да ведь?

И тут я подумал: а зачем выбирать, когда можно осчастливить всех и при этом никому не изменять?

Я создал два клона. Изменил им внешность, отобрал силы Вортексов и даровал обычную, человеческую магию. Ну, рояльную, если точнее — чтобы было чем впечатлять притязательных дам.

Но главное — я отключил нам связь разумов.

Да. Я буквально создал двух новых людей, которые как я, но не я. Они не составят мне конкуренции как по физическим причинам, так и ментальным — они и не смогут, и не будут.

Они — мои клоны. Они мыслят как я. Они мечтают о том же. А мечтаю я прожить спокойную счастливую жизнь с детишками, тянучкой под пледиком и анимешкой. И мятными пряниками. И обезьянкой. И без лысых котов. Так потому и неудивительно, что мои клоны с огромной радостью восприняли мой план и цель их жизни. Я ведь, можно сказать, осуществил их/нашу мечту!

Единственное, что я принципиально им убрал — симпатию к ненужным девушкам. Объект А — не полюбит Софу и Агонию, но уже симпатизирует Кате. Объект Б — стремится к Софийке, но не посмотрит на Агонию и Катьку.

И вот, в бедную школу, которая явно повидала много дерьма, идут Биба и Боба с огромной выпуклостью в штанах, симпатией к лучшим девочкам и невероятной силой. Два брата акробата.

Ну а я же…

Ух. Я иду за своей девочкой.

Я взмахиваю рукой, очерчиваю круг в воздухе и открываю портальную арку прямо в измерение духов, где сейчас запечатана Агония.

Захожу. Прикрываю глаза. Осматриваюсь зрением, которое теперь видит буквально всё, и…

Да. Она здесь.

Наверное, стоит пояснить некоторые детали. Интересные факты путешествий во времени, так сказать.

Все измерения, все пространства и аномалии — всё это имело прямую зависимость с миром обычным. Что-то типа квантовой запутанности.

Изменяю Землю — меняю и всё, что с ней связано. Измерение духов в том числе.

Однако! Есть две вещи, что остались неизменным.

Первая: Вортексы — как выяснилось, они могут существовать лишь в одном экземпляре, и при перемещении назад не воссоздались, а остались у меня. Это же и подтверждает теорию, что я мотал не время, а просто разрушал и пересоздавал мир, возвращая его в запомненное состояние.

Вторая: Эстер — его нет. Он не вернулся, и вот здесь я реально не знаю почему.

В остальном же — всё, вроде как, на месте.

Первым делом, как я с горем пополам воссоздал Акву для чёрненьких, Хоро для узкоглазеньких, а Гео для Августа, я начал свою интеграцию в мир.

Я не стал объявлять о себе. Не стал поступать в школу. Не стал становиться божеством Сёгуната. Пока не хочу. Да и незачем. Сейчас я простой Костя город Москва, пытаться создать благотворительный организация «Догма».

Моей семье я наврал. Увы, пришлось. Я сказал, что получил огромную силу, продемонстрировал пару трюков, излечил мать и… на этом всё. Незачем им знать, через что мне пришлось пройти. Пока что, опять же.

С Ли я познакомился вообще случайно — встретил его в китайском ресторане, когда пытался выкрасть Джорджи. Так мы стали друзьями ещё до школы.

О, и Джорджи. Это вообще отдельная история.

Я решил его выкрасть. Не, ну а чё мне сделают? Но каждый раз, когда я украдел обезьянку, каждый раз это оказывалась не та! И ни раз, и не два! Да, можно подумать, что я дебил, но позвольте сказать!

Я, конечно, не расист, но ёмаё, это же капуцин! Они же все на одно лицо!

В итоге-то я нашёл своего Джорджика, но теперь у меня в съёмной квартире живёт двадцать три одинаковых обезьянки.

В общем, худо-бедно я вернул, — или начинаю возвращать, — то, что имел. То, что искренне дарило мне счастье. Возвращаться в обычное течение той жизни, о какой мечтал.

Осталось лишь вернуть Агонию.

Я её нашёл. Это было нетрудно, с Хоро и Аквой-то.

Вся окровавленная и голая, она сидела на камне и дико озиралась по сторонам, выискивая очередного духа для издевательств.

Она была очень лохматой из-за засохшей на голове крови. И ещё грязной — на лице, руках, да и вообще всём голом худом теле то и дело виднелась обычная грязь и кровь. Натуральная чупакабра.

"Ёп твою мать, бич ты мой милый", — вздохнул я.

— Кто ты?! — она распахнула глаза и обернулась на меня как кикимора, — Ха-ха-а-а, ещё одна жертва?!

Она меня не узнала. Ну, и неудивительно. Мир духов — это буквально мир вечной темноты. По крайней мере, в том месте, где обитает Агония — в самом кошмаре для всех духов, куда никто адекватный и сунуться не подумает. Самый настоящий ад, не побоюсь этого слова.

И вот здесь живёт моя красотка.

— Ты мне кого-то напоминаешь…, - она нахмурилась и за прыжок оказалась рядом, — Впрочем… плевать, — Агония заносит когтистую руку, — ЗРЯ ТЫ ПОПАЛСЯ МНЕ НА…

— Да не ори ты, ёмаё. Мей здесь, — я шлёпнул её по лбу раскрытой ладонью.

Не то от шока, не то от шока, она просто распахнула глаза и попятилась назад, будто я действительно её сильно ударил.

Подумать только… когда вообще Демона Войны шлёпали по лбу?

Да никогда наверное.

— Пошли за мной. Портал рядом, — сказал я, разворачиваясь к выходу, — По дороге всё объясню.

Розоволосая красопетка замерла. Сейчас она просто походила на плюшевую пучеглазую игрушку.

— Ох… так и думал, что придётся тащить, — я вздохнул, взял Агонию за шкирку и приподнял.

Её парализовало, и она подогнула лапки.

"Боже… её что, коты рожали?"

Впрочем, полюбоваться и искренне умилиться моим грязным чурчмеком мне не дали — Мей выскочила из ниоткуда, как чёрт из табакерки. Не знаю, как я её не почувствовал. Видимо, залюбовался котёнком Чмоней.

— Кто ты?! — заорала Рейвиль, указывая на меня пальцем, — Что ты сделал с демоном Войны?!

Я посмотрел на Агонию — та как висела с подогнутыми руками-ногами, так и висит.

— Да ничего, — я нахмурился и погладил Демона по голове, отчего она забавно зажмурилась, — Вон какая хорошенькая. Что с ней делать-то?

— К-какого хера…, - богиня духов была "немного" удивлена, — Н-не знаю как, и зачем, но ты должен её отпустить! Ты не понимаешь, что творишь! Положи её на место!

— Стреляй. Не отдам, — я развернулся в сторону портальной арки и со всех ног побежал на выход.

Мей, ошалев от ситуации, просто побежала следом.

— Отдай сало! — закричала она.

— Нi.

— Give salo back!

Я выбегаю к искрящемуся порталу и на полном ходу прокручиваюсь.

— YEET! — швыряю Нягонию с разворота.

— Нрь-я-я-я-я! — с диким кошачьим криком, Нягония вылетает в мир людей.

Портал почему-то захлопывается, Демон спасается, а я остаюсь наедине с Мей.

"Да уж. неловко", — я почесал затылок, глядя на пучеглазую блондинку, — "Впрочем, плевать. Кто мне что сделает?"

Ну, цель выполнена. Теперь, похоже, придётся знакомиться с Рейвилями раньше планируемого.

Ох, нас ждёт серьёзный разговор. Как с Маркусом, так и Аргусом, так и Момотаро, который даже не Момотаро.

Почему всё не так просто, и кто такой Аякс

Мы с Момотаро сидели в кафешке, пили молочные коктейли, — потому что мы мужчины, — и обсуждали давно волнующую меня тему.

— У меня… есть один знакомый некромант, — начал хитрый бурят.

— Ага-ага. А как зовут?

— Та неважно. В общем, он говорит, что абсолютное воскрешение — невозможно. По крайней мере ещё никому не удавалось.

— Как это? — удивился я, — Но я же слышал, что такое применяют.

От Аргуса и слышал.

— Они называют это абсолютным воскрешением, но по факту, это не оно. Абсолютное — полное сохранение сознания умершего, тогда как, максимум, на который способны даже лучшие некроманты — скорее копия, и та с изменениями. На месте умершего явно просыпается другой.

Чёрт. Загвоздочка.

— И почему не получается? — я отпил коктейль.

— Есть теория, что душа — это разум, закреплённый энергией. Вырвать-то душу несложно, но вот всунуть обратно и не повредить — невозможно. Ты как бы… ломаешь эти крепежи. С концами. А когда пытаешься пропихать душу обратно, она цепляется за что попало, и человек меняется.

— Хм…, - я почесал подбородок, — Ну, спасибо, полагаю.

Вопрос воскрешения всё ещё остаётся открытым. Да, я могу вернуть человека к жизни с помощью одной даже Аквы, но при этом я быстро замечал, что он и впрямь отличается от умершего. Гео здесь не особо помогал.

Всё, что тяжелее простого разрушения — всё это навыки и знания, которых у меня нет. Потому здесь реально надо кумекать и быть любознательным.

Что-ж, будем думать.

— Костя? — послышался знакомый голосок, — Что ты здесь делаешь? Ты что, молочный коктейль пьёшь? Пха-ха, отсто-о-ой!

Это была Вика. Естественно. Кто если не этот мелкий гоблин будет смеяться, что её брат пьёт молочный коктейль? Пил бы я крепчайший кофе, она бы сказала: "Что, дофига взрослый? Отстой".

Мы с Ли на неё повернулись. Она же, увидев бурята с пепельными волосами, удивлённо задрала брови.

— А, ой. Привет, — кивнула сестра.

— Привет, — кивнул Момотаро.

Я как Скала Джонсон задрал бровь с характерным звуком "Ту-ум".

— Знакомы? — спросил я.

— В одной школе учимся. На вступительных встретились, — парень чуть напрягся тому факту, что Вику знает другой парень, — А… ты?

— Мы сёстры.

Ли задрал брови.

Да, с момента воровства Агонии и отправки двух амонгасов прошло не так уж и много времени. Неделя, может чуть больше.

И да, Кассиус Рейвиль не знает, что я знаю его настоящее имя. Также он не знал и о нашем с Викой родстве. Ну и, естественно, друг друга они тоже особо не знают

Пока что.

Мы с Викой перекинулись ещё парой слов, я удивлённо пронаблюдал, как она заказывает такой же молочный коктейль как у Момотаро, и повернулся уже на самого пинг-вонга, как вдруг понял, что он всё это время украдкой поглядывал в сторону Вики.

Так это с первого взгляда у вас, да?..

Мда уж…

— Что, нравится? — спросил я.

— А? — опомнился бурятолог, — Да нет, нет…, - он вздохнул, — Ну да, есть такое. Милая. Но ты ничего не подумай, как бы, я не собираюсь…

— Да ладно, понятно всё с вами, — вздохнул я, поднимаясь со стола, — Завтра я буду вынужден конфисковать твой чщлен.

— Н-е-е-е-т! — Момотаро вскинул руки, упал и умер.

Я вышел из кафешки, — которая находится возле школы, оттого мы все там и встретились, — осмотрелся, никого не увидел и телепортировался сначала в воздух, а затем на крышу самого высокого здания Нео-Москвы.

Эх, обожаю это чувство. Ты можешь попасть куда хочешь. Сделать что хочешь. Ты можешь забраться на самое высокое здание мира лишь по одному желанию, с помощью силы одной лишь грёбаной мысли!

Путешествие по миру, полная безопасность, уверенность в себе и в будущем, в конце концов!

Я люблю смотреть на город с большой высоты. И каждый раз, как я хочу это сделать — я это делаю. Без усилий.

Полная свобода.

— Эх… прекрасная жизнь, — глубоко вдыхаю холодный летний воздух и улыбаюсь.

Я взмахиваю рукой, открываю портал и захожу.

Секунда, и вот я оказываюсь на острове посреди океана. Меня сразу же встречает Джорджи № 17, а где-то неподалёку я ощущаю самого, собственно, OG Джорджи.

Да, вы всё правильно поняли — я здесь живу. На острове. Посреди океана.

По началу я хотел сделать его самостоятельно с помощью Гео-Вортекса, но стоило мне отправиться на поиски, как я тут же нашёл натуральный подходящий вариант — большой тропический остров с озером, водопадом и деревьями. Красотища, одним словом.

У водопада мы и живём — в роскошном двухэтажном домике.

Твою мать, я ведь могу воздвигнуть жильё где угодно! В любой красивейшей точке планеты!

Ха-ха!

— Дорогой, смотри! Срочно! — Агония, одетая в домашнюю маечку и шортики, спрыгнула со второго этажа, проломила пол и схватила меня за руку, — Смотри-смотри!

— Ну что там?… — я поплёлся за девушкой в нашу комнату.

— Это срочно!

— Прям настолько?… — я уже догадывался, что там.

— Очень! — её же распирало от эмоций, — Вот, смотри!

Мы зашли в комнату и подошли ко включенному компьютеру, пользоваться которым Агония научилась буквально вот утром. Ну, по крайней мере она его не ломала. Или?..

— И что здесь? Опять сломала?

— Нет! Смотри! — она ткнула в монитор, — Смотри какой смешной кот!

Там было открыто видео, где пухлый кот шагает в камеру со звуками Сквидварда из Губки Боба, и в самом конце бьётся плоской мордой в объектив. И… всё. Конец видео.

Вот это мне срочно хотела показать Агония. Смешного кота.

И мне не смешно. Ни капли. Это просто лысый кот, который шагает в камеру. У меня на лице не отразилось ничего, кроме усталости и желания умереть, потому что именно мне заделывать пол после этого перфоманса.

Но вот Агония… этот Демон Войны, которого боится всё человечество…

У неё была такая искренняя, почти детская радость и улыбка, что мне этого было достаточно.

— Боже, — я со вздохом улыбнулся и поцеловал её в щёку.

— Ну как, смешно?!

— Не очень, — хмыкнул я, возвращаясь в зал.

— Э-э-э?..

Я спустился в подвал, подошёл к земной насыпи, за которой, казалось бы, ничего быть не может, и взмахнул рукой, отменяя пространственную иллюзию.

И тогда передо мной предстала вторая часть дома. То, ради чего мне и нужен был такой огромный остров.

Подземная лаборатория, где я восстанавливаю силы Вортекса. Тихая. Уединённая. А с недавнего времени ещё и расширенная магией пространства, которой я учился пользоваться здесь же.

Лаборатория, где порой творятся ужаснейшие вещи.

Я завернул в одну из комнат, сел за стол и поднял глаза на "куклу" — человеческую мумию, чьё тело пронизывали синие кристаллы и светящиеся вены энергосистемы, созданные Гео-Вортексом.

На столе же лежали чертежи и коробка с красными сферами — человеческими душами.

Что-ж. Пора приступать к работе.

— Та-а-ак, ёпта. Воссоздать крепежи для души, значит. Так, падажжи, — я почесал затылок, — Ну ладно, попробуем.

Армия. Я хочу создать полностью автономную армию. Чтобы в ней состояли исключительно лучшие бойцы, чтобы при необходимости её вели лучшие генералы. Да чтобы в ней состояли только все гении, когда-либо рождавшиеся на свет!

А для этого мне нужно научиться вселять чужие души в нужную оболочку.

Но у меня ничего не получается, чёрт возьми! Почему с моей силой мне приходится думать?! Ыа-а-а!

Конечно, можно воспользоваться Короной и Приказами, но… всё не так просто как кажется.

Подчинения-то как не было, так и нет. Следовательно, уменьшать цену приказов я тоже не могу, а буквально воскрешение человека — это, как можно догадаться, очень и очень нехилое вмешательство в реальность.

Да, я могу залечиваться с помощью Аквы и Гео, но это ведь нужно тратить силы и чувствовать боль.

— Ух, — уже свечерело, и я откинулся на спинку стула и посмотрел на свечку, — Зажгись.

Свеча загорелась. Эх, ностальгия.

В общем, приказы — есть. Но ими я предпочитаю не пользоваться. Их ведь, в конце концов, могут отобрать. Как, например, я временно лишился возможности отправляться в прошлое.

Да, это не шутка. Это, как оказалось — козырь, который я уже разыграл. Нет, на что я вообще рассчитывал, применяя такую силу совершенно без тренировки и привыкания вообще к Гео? Конечно во мне что-то поломалось, и я уверен, что провернуть такое ещё раз просто не получится.

Так что, выбора у меня особо и нет. Лучше буду развивать силу, что была со мной с самого начала и способна буквально отматывать время, а Корона пусть побудет приятным дополнением.

— Дорого-о-ой…, - сзади подошла Агония, — А что делаешь?..

Погрузившись в размышления, я не заметил девушку.

"О нет, ей нечего делать. Она скучает"

Надо срочно её чем-то занять, пока не стало слишком поздно! Скучающая Агония — это много проблем. Я знаю способы заткнуть ей рот, но сейчас не до них!

Ладно, у меня есть мастер-план.

— Я читал в книге про двух моих братьев…, - я вытолкал её из мастерской, поднялся в зал и плюхнулся на диван, — Кто они? Расскажи. Они сильнее?

— Ты правда ничего не помнишь?… — притихла Агония.

Я покачал головой.

Агония без труда поверила во всё, что я ей рассказал. И о перемещении в прошлое, и о том, что я всё забыл, и о моей жизни в другом мире. По этой же причине она не была так «сломлена» и не считала, что её бросили. Сейчас она была даже поживее и счастливее, чем в прошлой версии мира.

И по той же причине она особо не лезла ко мне в голову с расспросами и напоминаниями. Не отвлекала от дел. Она просто… жила и радовалась, что я наконец рядом? Да, наверное.

Но даже так — я всё равно то и дело возвращался к размышлениям о прошлом.

У меня ведь… семья есть. Вторая. Настоящая. Понимаете?

А я ведь её даже не помню.

Единственное что осталось от прошлого меня — возлюбленная, силы и почему-то сраный лысый кот, которого, слава богу, нигде нет и, надеюсь, не будет.

— У тебя два брата, — она села рядом, — Аякс и Эммерих. Аякс — старший и… наверное, всё же, сильнейший из вас.

— Сильнейший? — я задрал бровь, — Даже сильнее меня?

— Как бы сказать…, - она призадумалась, — У Аякса — самый плохой старт с точки зрения силы. Он не родился сразу сильнейшим. У него не было и десяти процентов могущества в том же возрасте, в каком оно появилось у тебя. Но его потенциал… безграничен. Единственное, чем его одарила природа — мышлением твоего отца: тягой к знаниям и огромной скоростью мышления. Аякс был как чистый лист — у него ничего не было, но и нарисовать он мог всё что угодно.

— То есть, он может обладать любой силой?

— Он манипулирует энергией. И из неё плетёт что пожелает. Как заклинания. Поэтому его называют Королём-Магом. И… не обижайся, дорогой, но он сильнее тебя, — она взяла меня за ладошку, — Он единственный, кроме вашего отца, способен перемещаться по мирам. И некоторые он разрушает. Порой для вашей общей цели, порой ради своей силы.

— Погоди, он способен… пожирать реальности? Мультивселенные?

— Да! И он это делает! Настоящий… демон мультивселенной. Бр-р-р, жуткий человек, — её передёрнуло, и она нахмурилась.

— Ну… бывает? Я бы тоже так делал, если бы понадобилось. А что он за человек сам по себе?

Чёрт, интересно. У меня есть брат, который сильнее меня! И нет, я не чувствую зависти или ревности — это же круто! Будет с кем божественные проблемы обсудить.

— Он… своеобразный, — Агония, казалось, опасалась о нём говорить, — Он порой жуткий. У него мало эмоций. Он очень дотошный. Но с другой стороны, он всегда помогает тем, кому это необходимо. В каждом из миров, где он живёт, в каком перерождается — везде он создаёт приюты, фонды. И везде… заставляет людей объединяться против себя. И это несоответствие меня пугает, — она притихла, — Не обижайся, но мне он не нравится.

Агония постоянно переживала, что я на неё обижусь или разозлюсь. Наверное, даже с учётом изменённой первой встречи, она боялась, что я снова её брошу.

— А ещё, у него три жены! — вдруг вспомнила девушка, — И Люцифериуса тебе, кстати, именно он подарил — Аякс очень любит зверушек всяких. Обезьянок там, котов, собачек.

— Ужасный человек…

Я передумал — я не хочу с ним общаться.

Это кем надо быть, что РОДНОМУ брату подарить ЭТО? Но твою мать… я ведь не лучше! Кем надо быть, чтобы подарить ЭТО своей возлюбленной?

Прости меня, Агония…

— А Эммерих что? — спросил я.

— А что он? Разве вы с ним не общались? — она задрала брови.

— Э-э-э… каким образом?

— Ну он же был в этом мире. Как там его зовут все… м-м-м…, - она забавно насупилась, — А, точно! Эстер!

— Ч-что?..

— Эстер — это Эммерих. Твой брат. Он не говорил? Куда он исчез, кстати? — она перевела взгляд на край дивана, где из ниоткуда появился лысый кот, — О, Люцик телепортировался!

Возрождение культа и война с Horny

Я сидел в своём личном офисе! Снять его оказалось нетрудно: с телепортацией-то, невидимостью и банками вокруг. Конечно, я мог не воровать деньги, а снять что-то поскромнее, но кто тогда вообще понесёт к нам деньги на добровольной основе?

Офис в центре — это лицо, после которого уже смотрят на руки.

— Это всё, конечно, хорошо…

Я сидел в большом кожаном кресле важный как писюн бумажный и разговаривал с пухлым мужиком в очках и классическом костюме.

— Вы вкладываете сто тысяч еврорублей, а мы помогаем вам в репутационной прибыли, организуем встречи, всячески превозносим по возможности. Дело не трудное, а деньги важны, но вот скажите…, - я задрал бровь, — Любите ли вы котиков?

Владелец сети фармацевтических компаний, один из первых решивший вложиться в благотворительную организацию «Догмат», надменно ухмыльнулся.

На самом деле он хоть и выглядел как мерзкий коммерс из хентая с тегом «Ugly Bastard», но было в его лице что-то такое доброе.

— Люблю ли я котиков?… — гость медленно поднялся, а на его лице промелькнула тень, — Котики, значит, да?… — хмыкнул он, — Да у меня их двенадцать!

Он хватается за пиджак и разрывает его на части, обнажая под рубашкой футболку с аниме кошкодевочкой.

— Я по образованию ветеринар! Вот, смотрите! — он размашистым движением вбил корочку со своим дипломом мне в стол.

— О! Круто-круто! — я захлопал в ладоши, — Ну, тогда, наверное, мы можем обсудить с вами и вложения в нашу организацию приютов для животных?

— Мы обязаны! — громогласно заявил он.

Я подскочил, и мы с громким шлепком пожали наши руки в мужском, крепком жесте полного доверия и начала тесных отношений.

Эх, как всё хорошо пошло. И это после месяца тщетных попыток создать благотворительную организацию будучи простолюдином. Пришлось даже прибегнуть к помощи Рейвилей, благо намёк на спасение мира всегда оказывал на них давление и исправно работал.

А ещё Мей прекра-а-асно знает и о Кассиусе, который Момотаро, и об Аргусе, и об их каштановых предпочтениях в девушках.

Мей хитрая женщина. Как и тогда, так и сейчас она не хочет портить отношения с будущим родственником и главой семьи, в которую втюрились все её свободные родственнички.

В общем, так я стал аристократом. Мелким и незаметным, но полноправным.

И дело организации «Догмат» быстро пошло в гору. Да, увы, в законодательстве нельзя организовать культ. Сам в шоке! Но, слава богу, наша деятельность недалека от благотворительности, так что место в реестре нам всё же нашлось.

Пока ещё у нас ничего толком и нет. Мы ведь только начинаем! Хотя, опять же, мы быстро начали "тесное сотрудничество" с детдомами — половина из их работников уже лежит либо в канаве, либо в больнице, а воспитанники имеют право получить рабочую книжку и, собственно, работу.

Это что касается результатов. Планы же также не стоят на месте, и я активно присматриваюсь к будущим сотрудникам и многоходовочкам.

Вася, например, как оказывается, добр к мелким, и когда те убираются за небольшое вознаграждение, всегда за ними присматривает по своему желанию: других гопарей отгоняет, помогает в уборке, прикалывается вместе с детьми. Он добрый парень. Правда. Окружение сделало его гопарём.

Митю я пока не трогал, но незаметно уменьшил воздействие наркотиков на его тело — теперь он не помирает так быстро. Как бы я ни хотел его спасти и пустить в дело, но, — да простят боги мою меркантильную душонку, — я хочу использовать его страдания.

Как именно? Что-ж, хороший вопрос!

Так мы плавно переходим к Теодору.

Я его не лечил. Даже не притрагивался. Он как умирал от своей болезни, так и умирает.

Безусловно, я его вылечу. Но сами подумайте, как это будет выглядеть, если я просто приду и такой: «Привет. Я — твой сын-неудачник. И сейчас я излечу тебя от неизлечимой болезни». Как это оправдать? Тем, что я теперь Иисус, или что?

Нет конечно, так делать я не буду. Я поступлю умнее.

У меня ещё достаточно времени на развитие Догматы. С её помощью я проникну во все важнейшие сферы человечества, и, сосредоточившись на здравоохранении, привлеку внимание Теодора тем, что мы будем лечить неизлечимых. Митрича, к примеру.

И когда Теодор заинтересуется, когда мы наобещаем ему исцеление — мы привлечём достаточно инвестиций от рода Элерс, заработаем репутацию и получим влияние над великим родом Европы.

Подло? Вполне. Но это будет своеобразная расплата за то, что кинул семью и ничего не объяснил. Весьма дебильный поступок. Так-то лечение он в любом случае получит, только мы получим ещё и денюжки.

«Хи-хи, мировое господство», — я потирал ладошки

Повезло, что один из выходцев рода Островских, — немцы, известные медициной, — это анимешник обожающий зверушек. С ним было легко договориться.

«Динь-динь-динь», — зазвенели умные часы.

Это была напоминалка.

— Ох, ёп твою мать, чуть не забыл!

Встречи давно закончились, так что я с чистой совестью телепортировался из офиса прямиком на улицы центра Москвы.

Был вечер. Весьма прохладно, что неудивительно — осень в самом разгаре. Ну и огромные толпы куда-то спешащих людей, естественно.

Я осматриваюсь. О, вот оно! Магазин женского нижнего белья.

Удивительно, но у Агонии его так и нет. Вернее, оно было, но любые попытки приучить её к современным тенденциям выливаются в недовольство, рвущуюся ткань и что странно, секс.

Но сегодня — всё будет иначе! Я не позволю писюну взять контроль над мозгом!

— Так! Мне нужно три комплекта повседневного, одно на вечерний выход, которое подходит к белому платью и…, - я вытянул губы, — Ну и ладно, посоветуйте кружевное. С подвязочками. Хе.

Я наизусть помню все данные Нягонии, так что подобрать размер оказалось нетрудно.

«Ёп твою мать, сколько же оно стоит…», — я схватился за голову, — «С этого момента я против w*men»

Но самое интересное было даже не в трусиках, и даже не в этом магазине!

Дело в том, что напротив был магазин элитных зоотоваров, и прямо сейчас в нём стояла… София! Неумело скрывающаяся, в кепке, очках и маске, но это точно София!

Она покупала собачий ошейник.

«Хм… собаку завели, что ли?..», — я почесал затылок.

Ну, ладно, не моё дело. Завели они собаку и завели. Хорошие люди, значит.

Насколько мне известно, София и Амогус Б только лишь недавно поцеловались, и то, их случай примерно напоминал наш в прошлом — случайно и в порыве страсти. А так — София всё такая же Рич Бич, проявляет склонности к мазохизму и её очень легко впечатлить мотивацией и помощью в боевых искусствах.

В общем, дело идёт! Да и ещё бы оно не шло. Амогусы ведь — фактически я. И если я смог завоевать расположение девушек, то и они без труда смогут. Нужно лишь время.

С Катей, кстати, всё легче — стоило Амогусу А нехило ей напиздячить, как она поумерила гонор и, через уважение к силе, подпустила к себе. Они даже на свидание ходили! Но не спали.

Но за попу «я» её трогал. Хе-хе.

Ладно, хватит о других. Рассказы Бибы и Бобы это, конечно, хорошо, но у меня своя бестия, и она куда-а-а интереснее.

Ох… сегодня будет тяжёлый вечер.

Ведь сегодня я знакомлю свою семью с Агонией.

Я телепортируюсь на остров и нахожу девушку в одной лишь длинной мужской футболке.

Агония была мокрой и приятно пахла бомбочкой для ванны, а по её бледно-розовой коже медленно стекали капли недавнего душа.

Демону Войны не нужно мыться — она не потеет, а грязь сама сходит. Но, как оказалось, боязнь воды Нягония у кошек не переняла — она очень любит нежиться в ванной.

Да и в целом она часто… мокрая.

— Так! Почему мы только из ванны вышли? — я реально не понимал, — Я же сказал, что к семи нужно быть готовой! Вон, даже часы повесил!

— Но там же стрелочки! Я не понимаю!

— О-ох…, - я закатил глаза и кинул бельё, идеально подходящее к вечернему платью белого цвета, — На. Трусики и лифчик. Ты две недели привыкала — сегодня экзамен.

— Не-е-ет. Я ненавижу трусы! — она обречённо вздохнула

Я подошёл к ноутбуку, быстро проверяя входящие письма и слушая ворчание шлёпающей сзади девушки.

А потом… стало тихо. Даже очень. девушка не то, что замолчала — она вообще перестала издавать звуки!

Плохо. Очень плохо! Это как с ребёнком — если он притих, то быть беде.

И… да, я был прав.

Я не услышал её шагов, но почувствовал приближающийся сладкий аромат и теплоту.

Она подошла сзади.

— Может… воспользуемся тем, что я пока их не надела? — прошептала Агония, прикусывая мочку моего уха и оставляя на ней тёплую влагу, — Они ведь… будут только мешать.

Я повернулся. Лицо почти двухметровой Агонии было на уровне моего, а потому я прекрасно чувствовал её горячее дыхание на своих губах и видел блестящие розовые глаза, неотрывно смотрящие в мои.

Её мокрые волосы прилипали к тонкой шее и просвечивающей футболке, а грудь с затвердевшими сосками то и дело вздымалась от частого дыхания, игриво касаясь моей.

— Ты можешь…, - я прикрыл глаза и сконцентрировался, чтобы сбросить ненужные сейчас чувства, — Ты можешь… хотя бы день не быть такой похотливой!

Я расправил ладонь и шлёпнул Horny по лбу.

— Нет! — я помотал головой, — Я тебя знаю! Не получится у нас за полчаса управиться! А ну надевай трусы!

— Да не-е-ет! — она затопала ногой и поплелась к одежде.

— И вообще, что с твоим либидо? У нас так и раньше было? Сейчас ведь даже не ночь! Сколько тебе надо?!

— Хех! Не хочу хвастать, но…, - она упёрла руки в бока, победоносно улыбнулась и вздёрнула, — Я могла принять до пяти Вортексов одновременно!

Она излучала гордость.

Я же ошарашенно выпучил глаза.

"Стоп, что?.."

— В бою? — уточнил я.

Агония ехидно прищурилась, посмотрела на меня и облизнула губы.

— В бою ведь?… — я опустил руки.

— Сегодня проверим. Начнём с двух.

Помогите…

***

Моя семья жила в таунхаусе возле школы, который я купил им едва ли не через неделю после перерождения. Ну в самом деле — не в однушке же жить родителям?

В него мы и направлялись — мы вот-вот должны приехать на машине как нормальные люди

— Дорогой, ты уверен? — Агония взяла меня за руку.

— М? В чём? — я чувствовал, что её что-то волнует.

— В том, что ты не хочешь вспоминать прошлую семью.

— Да. Пока уверен, — я вздохнул, — Понимаешь… я её не помню. У меня нет к ней никаких чувств, и сейчас для меня это всё равно что незнакомые люди. Конечно, это мои настоящие, искренне любящие родители, но пойми — здесь, в этом мире, у меня есть такие же люди, которые искренне любят меня как родного человека, — я посмотрел на вид вечерней Москвы и вздохнул, — Всему своё время. Пока я в этом мире — я хочу сосредоточиться на нём. Я верю, что полюблю свою настоящую семью, но и эту бросать я не собираюсь. Сейчас — они моя семья. Хорошо?

— Хорошо. Я поняла, — она, кажется, была удовлетворена ответом и старалась прогнать лишние мысли.

Мы приехали. Нескромный двухэтажный домик встречал нас яркими огнями из окон и явной суетой изнутри.

Я постучался в дверь. Поправил пиджачок. Посмотрел на Агонию — та постоянно поправляла платье в районе груди и бёдер, так и продолжая воевать с нижним бельём.

Её розовые волосы всегда ложились идеально прямо, так что никакого парикмахера или даже расчёски ей не требовалось. Как и визажиста или косметики.

Дело в том, что у неё особая пигментация кожи — Агония в целом бледная, но на некоторых участках она более здорового, розовенького цвета. На попке, например. Или на груди.

И в том числе на лице. Тот самый розоватый цвет создавал ей натуральный макияж вокруг глаз, придавал румянца и красил губы в мягкий оттенок алого. Казалось, что у неё розовые дымчатые стрелки. Или крашенные губы. Или выделенные контуры лица. Но нет! Всё это — натуральный цвет её кожи.

Агонии не требовалась косметика. Она всегда была красавицей. В любом состоянии.

И это признавал не только я.

— Ну наконец! — Вика открыла дверь, — Вы что… опоздали… то…

Она медленно перевела взгляд на Агонию. На высокую девушку с меня ростом, что только сейчас смирилась с нижним бельём и хоть как-то попыталась войти в образ адекватного человека.

Они встретились взглядом.

Вика едва сдерживается, чтобы не заорать «МА-А-АМ», но, слава богу, на дрожащих губах и выпученных глазёнках дело и кончается.

— П-привет, — кивнула сестра.

Агония на секунду зависла, нахмурилась, закатила глаза, погрузилась в размышления и вспомнила, что надо просто поздороваться в ответ.

— Привет, — нежным голосом сказала она.

— Кхм. Проходите, — Вика отошла в сторону и быстрым шагом своих маленьких ног потопала к матери.

Пока мы раздевались и вспоминали весь наш гениальный план, я не сдержался и подслушал разговор двух сплетниц.

— "Да она же красотка!" — шипела Вика.

— "Насколько?!" — шипела Лиза в ответ.

— "Да я таких в жизни не видела! Она вообще человек?! Здоровенная такая! Как она вообще нашего Костика заметила?! Он что, Бог какой-то?!"

Мама взяла себя в руки, наконец закончила с одеждой, вышла к нам в зал и, улыбнувшись мне, выпучила глаза на стоящую позади Агонию.

Господи, и ты туда же?!

— Что-то не так? — спросил я.

— С-сынок… а это… как?

— Что?..

— Ой, действительно, что это я. Ха… ха-ха! — её брала истерика, — Проходите, проходите! Рада вас приветствовать…

— Агнесса, — сориентировалась Агония, — Меня зовут… Агнесса.

— О, с греческого «Невинная», — сумничала Вика, — Очень подходит, очень!

Почему у меня такое чувство…

Что про меня все забыли?

Пока бедного Демона Войны уволокли женщины, я осмотрелся и помимо Бинджуса, — как он сюда попал? — увидел роскошный букет на подоконнике. Свежий, красивый. Подобранный явно со вкусом и явно мужчиной, который на флориста особо не учился, но очень старался.

«Так-так-так. Ну и от кого же это?..», — я подошёл к букету, чтобы просканировать сигнатуру энергии.

Я уже научился определять, где цветы созданные Момотаро, а где обычные. Да, доводилось пару раз такие видеть.

И потому сейчас…

«Твою мать! Да это же не от Ли!»

— Сынок, обед почти готов. Что застрял? — подошла мама.

— На цветочки вот смотрю. Красивые. Поклонники?

— Ну, я, конечно, не такая красавица как наша Агнесса, но тоже, знаешь, ещё хороша собой! — она вдруг опомнилась, — Так, а с чего ты вообще взял, что это мне?

Аргус-Аргус, старый хер.

Нет, ну я не пойму. Что за фетиш на Россов? В мире полно похожих на нас людей, почему именно мы-то?!

Дела у Момотаро и Вики идут также медленно, как и до рестарта вселенной — они всё ещё не целовались. Но уже, вроде как, гуляют вместе! И даже обнимаются при встрече! Охереть!

А вот мама познакомилась с Аргусом на том же мероприятии, куда позвали победителей турнира и их родственников. То есть Вику и её мать, соответственно.

Конечно же, Аргус там «типа по делам, а не с Момотаро», но факт остаётся фактом — они там оба были, там же познакомились и теперь общаются. Между ними тоже ничего не было и судя по тенденциям, ещё долго не будет — Рейвили в целом долго мнут яйца.

Впрочем, не моё дело. Я ещё ни разу не видел, чтобы они хоть как-то портили настроение моим дамам.

Мне бы теперь самому с ними разобраться.

— О чём болтали? — я сел рядом с Агонией.

— Да так, знакомились, — Вика сканировала меня с прищуром, — Мне вот интересно… а где ВЫ познакомились?

Я посмотрел на возлюбленную. Та посмотрела на меня и, с уверенным лицом победителя, без тени сомнений дала понять, что всё под контролем!

Вхух. Она ответит нормально и по сценарию. Горжусь!

— Убива…, - начал Агония.

Ёп твою мать!

— У диванного магазина, — я пнул её по ноге, — Там, где диваны продают. Диванный магазин.

— Да?.. И что такая красавица делала в диванном магазине?… — продолжала Вика.

— Э-э-э… покупала диван, гений ты мой?

— Возможно…, - ещё сильнее прищурилась сестра.

Тем временем мама вернулась с кучей подносов. Прикатила, если точнее.

Ну наконец будет чем заткнуть рот сразу всем. Я даже, наверное, воспользуюсь Аквой, чтобы подогреть им аппетит и ускорить метаболизм, лишь бы они побольше молчали и жрали.

Эх, да и сам бы, если честно, поел бы. Пахнет жареной курочкой. И… самодельным хлебом!

Что-что, а мама очень вкусно готовит. Если бы не её странное рвение работать в Догмате, она бы могла быть первоклассным поваром в ресторане. У неё реально талант.

«Так, что тут у нас?», — я потирал ручонки, — «О, угадал! Курочка. С пюрешечкой! И вино даже притащили! Вике-то можно?»

Роскошный стол. Девоньки постарались.

— О, а это что? — мне накладывали последнему, так что и увидел я последний.

— А это овощи на гриле!

— А-а-а. Понят… стоп, ЧТО на гриле?! — я резко обернулся на Агонию.

Она неотрывно смотрела на тарелку, а её глаза наливались кровью.

О, сука, нет…

Ну привет, братец. Похоже, это финал

Почти получается! Ещё чуть-чуть и я, наверное, смогу создать полностью живую куклу!

Душа уже начинает приживаться, но ей что-то мешает. Будто она не в своей тарелке. Будто… робот, которым она управляет, откликается очень плохо и в итоге ломается, выплёвывая пилота из кабины.

Я близок к прорыву. Я чувствую, что стоит мне создать идеальное тело, инкрустировать в него душу и воскресить человека — как это станет финальной точкой в возвращении моих сил.

Здесь будет сочетаться всё. Хоро — я удерживаю душу. Аква — я вживляю душу. Гео — я создаю тело для души.

Ещё немного. Совсем чуть-чуть! Но…

Не получается, сцука! Успех близок, но не в руках!

— Аргх! — я схватился за голову и откинулся на спинку кресла, наблюдая, как марионетка буквально рушится на глазах, — Уродство.

Мне не нужно становиться сильнее. Зачем? Я и так сильнейший. Кто вообще способен меня победить? Нет, сила мне не нужна.

Я просто хочу вернуть то, чем обладал. Только и всего.

— Нда-уж… нда-уж, — я со вздохом поднял Корону и покрутил её на пальце, — А может?..

Я не пользовался Гордыней уже очень долгое время. Ни в повседневной жизни, ни для экспериментов. Не вижу смысла. Да и неприятно.

Но, видит бог, с каждым днём, с каждым месяцем соблазн всё больше.

Можно ведь просто приказать «Приживись», и всё. Одно грёбанное слово, и эксперимент будет удачным! Вот так просто!

Меня останавливает лишь то, что это будет не моя истинная сила.

Да и… побаиваюсь я как-то.

— Что-ж ты за предмет такой?… — пробормотал я, глядя на мерцающую в темноте Корону, — Что-ж тебе было нужно?..

Я ведь так и не знаю, зачем Лоуренс хотел уничтожить мир. Вообще без понятия.

Изначально я хотел спросить его об этом во время битвы. Развести хоть на какую-то информацию. Но знаете, эти анимешные планы только в голове выглядят рабочими — в реальности даже мой клон без страха смерти не нашёл на это времени.

И если с Августом всё понятно, то вот зачем это Лоуренсу — нет. Даже близко. Гордыню потешить? Эго? Но зачем всех-то убивать?

Нет. Цель какая-то была. И я без понятия в чём она заключалась.

— Пам-пам-пам…, - забухтел я, катая корону по столу, — Непонятно.

Размышления прервали. Несложно догадаться кто.

— Милый, там это… на часах большая стрелочка к цифре девять подходит, — сказала Агония.

— Да, пошли одеваться.

— Обязательно? — недовольно пробурчала она, — Мне и так хорошо.

Я повернулся и увидел, что Агнесса была одета в обычный купальник и, судя по красной коже, только что вернулась с пляжа.

Да, хоть во всём мире уже близится зима, но мы-то на тропическом островке живём! Как оказалось, мы оба любим жаркий климат и солнышко, а потому так и не переехали.

А ещё, как оказалось, у меня… фетиш на линии загара.

А у Агонии, как оказалось, фетиш на мои фетиши, и лишь благодаря этому она наконец привыкла к нижнему белью — всё для того, чтобы загорать в купальнике и потом получать за это ночное вознаграждение.

— Обязательно, — вздохнул я, поднимаясь наверх, — Мама с Викой тебя любят больше, чем меня. Они все мозги «Агнессой» выносят.

— Но там же будет эта… Мей. Буэ, — Агонии мало кто нравился, — Всё нормально?

— Ну конечно, — мы уже поднялись и я искал что надеть, — Я же сказал — теперь тебя никто не тронет. Можешь считать это моим приказом. А мои приказы…, - я обернулся, — Абсолютны.

Я был уверен в своих словах. Уверен, что они прозвучали круто и убедительно, ведь я действительно так считал!

Но Агония… не отреагировала. Она замерла с раскрытыми глазами и просто на меня уставилась, словно… не веря в услышанное.

Повисла тишина. Лишь стук настенных часов её прерывал.

Ч-что… что не так?

— Откуда ты услышал эту фразу? — пробормотала девушка, — Ты… ты её раньше не говорил.

— Ну… я ведь поменялся, верно? А что не так?

— Так говорит твой брат, — она посмотрела мне в глаза, — «Мои приказы абсолютны» — любимые слова Аякса.

Я замер.

Погоди, но я ведь…

Я ведь начал так говорить из-за воздействия гордыни. Ещё до получения даже первого Вортекса.

— Ладно, потом подумаем, — я отвлёкся на будильник, — Собирайся.

— Угу, — Агония ушла в себя и даже не стала возмущаться.

Чёрт… странная херня. Любимые слова Аякса? Что это может значить?

Он — и есть Гордыня? Он — Лоуренс? Или он изначально обладал Короной? Или он просто горделивый уродец?

На самом деле я верю в последний вариант — судя по словам Агонии, Аякс действительно своеобразный персонаж. И он вполне может быть очень гордым.

Прям как я сейчас.

Как я после обретения Короны.

«Тц, твою мать!», — я очнулся лишь когда мы сидели в машине.

Агонии нравилось кататься в машине, — она каждый раз удивлялась «Вау, а как это?», — так что внутри Москвы я старался особо не телепортироваться вместе с ней.

Наверное, оно и к лучшему — сейчас есть время поболтать.

Я создал звуконепроницаемый барьер и обратился к девушке.

Пора бы уже чуть приоткрыть завесу тайны моего прошлого. Что-то… оно начало меня смущать.

— Агония, помнишь ты как-то упоминала ещё месяца четыре назад, что у нашей семьи есть какая-то «общая цель».

— Когда про братьев говорили?

— Ага. Расскажи, что это.

— Ну-у-у…, - она забавно насупилась, — Я сама не до конца понимаю как это, так что могу лишь пересказать слова твоего отца, а ты дальше сам.

— Давай.

— Представь, что мир — компьютерная симуляция. Что будет, если в таком мире создать другую симуляцию мира? Будет симуляция внутри симуляции. Как матрёшка. Это — мультивселенная. И раз так, то где-то же должен быть изначальный мир? Реальный. Там, где и была создана первая симуляция, в которой потом отпочковались остальные.

— Реальный компьютер, на котором всё это запущено.

— Да, — кивнула она, — Цель вашей семьи — бороться с вирусом, который хочет добраться до этого копутера. Если он доберётся — отключатся все миры. Вообще. Все погибнут. И вы в том числе.

— Погоди моя семья… я… мы что, боремся с каким-то злом из другого измерения?

— Я не знаю, — пожала она плечами, — Я вообще это подслушала в детстве от твоего папы. Ну ты ни с чем не боролся. А вот Аякс — может быть. Он часто пропадает.

Если всё так, как она описала — то всё очень херово!

То есть где-то там бродит какая-то дрянь, способная в один момент обрубить все измерения? Вот просто… уничтожить нас, и мы даже этого не поймём?

Херово!

Но это при условии, что я правильно всё понял. Потому что есть подозрение, что Нягония хоть и умница, но… в общем, она не самый смышлёный человечек. Могла и напутать.

Ладно, к чёрту. Потом.

Сейчас — праздник. Вика выиграла Европейский турнир среди юниоров!

Да, её высокий магический потенциал дал о себе знать — она и лучшая ученица в школе, и очень хороший дуэлянт.

И в честь завершения турнира был организован праздник, куда пригласили всех родственников участников. И, так как мама любит Агонию больше чем сына, мне пришлось захватить и розововолосое чудо.

Если повстречаются овощи — остановлю время и выведу Агнессу из зоны боевых действий.

— Блин, людей много. Не люблю людей, — пробормотала девушка в розовом вечернем платье, — Вот бы их всех зарезать.

Народа и правда было много. Везде горел свет, доносилась приятная музыка и шум сотен голосов, сливающийся в гомон увлечённой толпы.

После месяца отшельничества — довольно непривычно. Но… в целом приятно. Хорошая атмосфера.

— Агнесса, моё солнышко! — Вика нас увидела, пробежала мимо меня и обняла Агонию.

Сестра тоже любила мою девушку больше, чем меня.

«Я настолько плох?..», — я обнял сам себя.

К нам подошёл Момотаро — он тоже победитель, но уже одиночного взрослого этапа. Он же, кстати, сломал все конечности Антону Громову и поумерил его пыл, лол.

И по очевидным причинам китаяц сегодня был вместе с Викой. От него она и убежала.

— Пьёте?… — я подозрительно прищурился.

— Ни в одном глазу!

— Смотри мне, чинг-чонг, — я приблизил своё лицо к лицу Момотаро.

Мимо прошёл ещё один знаковый персонаж — Абобус А. И шёл он…

Хи-хи, под ручку с Катей.

Как и говорил, с Катей всё шло куда легче. Теперь они даже не скрывают своих отношений. Ну, по крайней мере их начала.

Абобус А тоже выгриал турнир, но в другой категории, а в качестве сопровождающей взял как раз Катю. Этот же Абобус, между прочим, делает всё, чтобы возродить род Романовых без грёбаной мировой войны, и пока что очень в этом преуспевает!

В мире, где дуэли — это война, школа для дуэлянтов — самая востребованная. Катин Абобус реализует эту идею.

За что явно как минимум трогает Катю в разных местах, и получает то же в ответ.

Заслуженно. POG.

Мы с ним встретились взглядом и просто друг другу кивнули.

Тем временем Вика, прилипшая к Агнессе, наконец от неё отстала и вспомнила про бедного Китайца, к которому прилип уже я.

— Костя, не обижай Ли. Он сейчас сознание потеряет, — она взяла его под руку, — Лучше сходите к маме. Она в-о-о-он там, — она указала на дальний угол стола.

И впрямь — вижу её каштановую макушку.

Мы попрощались и пообещали ещё пересечься. Напоследок я поклялся следить за Ли в оба глаза, на что Вика поскорее утащила его к фужерам с лимонадом.

На этом действительно разошлись.

«О. Софа!», — пока шли, я увидел ещё кое-кого.

Да, София тоже здесь. И недавно выздоровевший Теодор — в последнее время он аж светится и очень часто стал выходить в люди.

А ещё здесь же Абобус Б. Или же Абобус Софии.

Вообще мне кажется, что это какая-то финальная серия, где собираются все персонажи сериала. Здесь же ну буквально ВСЕ! Гекконодевочки только не хватает.

София и Абобус — оба победители парного этапа. Вон они — стоят, воркуют и типа просто друзья.

Но я то знаю, что они начали очень плотненько общаться ещё до победы над Островским. Ещё до разрыва свадебного контракта.

Уж я то зна-а-а-аю, что для того, чтобы избежать потери девственности, они всё это время трахались в ж…

— Костик! Нэссочка! — Мама заприметила нас издалека.

В этот раз меня хоть обняли.

"Спасибо, мам, хоть ты меня любишь…"

Правда всё равно через секунду она уже бежала к Агонии, которая почему-то всё это время шла нахмуренная.

Овощи, что ли, увидела.

«Так, а это ещё что?..»

Для того чтобы нас поприветствовать, мама покинула компанию… Аргуса.

— Так-так-так…, - я прикрыл один глаз, а раскрытым приблизился к лицу некроманта, — А ты что здесь делаешь?

Он мужик стойкий и своенравный. Но даже он, зная что я бог и, главное, сын Лизы, чувствовал себя неловко.

— За правнука порадоваться пришёл, — он замер и с трудом отводил от меня взгляд.

— ДаАаАаА? — я едва не коснулся своим глазом его глаза, — ХмМмМмМ?

Бедный Аргус аж вспотел.

Боковым зрением я увидел, что мама отошла к Вике, а Агония осталась на месте. Она замерла, будто не решаясь пошевелиться, но при этом осторожно осматривалась вокруг.

Но это продлилось недолго.

— Дорогой…, - Агония дотронулась моего плеча.

— Да? — я обернулся.

Её взгляд бегал. Лицо застыло. Рука чуть подрагивала.

— Мне кажется… что-то не так, — прошептала она, — Мне очень некомфортно.

Я нахмурился и осмотрелся.

Овощи — очень далеко отсюда. Их даже не видно. Никого злобно настроенного тоже — здесь самые адекватные аристократы. Никаких аномалий вокруг, никакой странной магии. Ничего.

Не понимаю.

— Аргус, чувствуешь что-то? — спросил я старика.

— Душно.

Значит ничего. Как и я, собственно. Ничего подозрительного, и это с учётом Аквы и Хоро.

Но вот Агония…

— Хочешь уйти? — спросил я.

— Нет…, - её дыхание участилось, — Нет… не хочу портить тебе праз…

— Агония, не надо, — я взял её за руку, — Я могу уйти и оставить клона. Ты — важнее праздника.

Она не улыбнулась. Не сжала руку в ответ.

А должна была.

До этого она всегда улыбалась на комплименты.

— Давай выйдем на воздух, — попросила она.

— Можем на крышу, — предложил я.

Она кивнула, и я повёл её к лестнице.

«Плохо. Очень плохо!», — я осматривался всевидением, — «Что произошло? Почему так?!»

Агония никогда себя так не вела. Она никогда не паниковала, никогда не вела себя словно… потерянная от страха девочка.

Но сейчас ей плохо. Откровенно плохо. Она что-то чувствует, но не может понять что, тогда как я даже со всеми своими способностями и предположить не могу.

Такого раньше не было.

«Сука…». — поджимаю губы и чувствую, как начинает ускоряться моё сердцебиение, — «Да какого хера?!»

Мы вышли на крышу. Народу здесь было маловато — всё же, холодно уже. Но для нас — в самый раз.

Агония подошла к краю крыши, опёрлась о перила и глубоко задышала, пытаясь прийти в себя. Казалось, её сейчас вырвет.

Я напрягся. Даже активировал Вортексы.

Но я. Ничего. Не видел!

Шум толпы начинал пропадать под гнётом давления, а прохлада свежего воздуха практически не ощущалась.

— Получше? — я подошёл к побледневшей девушке.

— Нет…, - она замотала головой, а её голос задрожал, — Нет! Дорогой! Мне не становится лучше!

— Эй, всё хорошо! — я быстро взял её за руку, — Сейчас я тебя проверю. Всё будет хорошо.

Она не ответила.

Я включил Акву и пропустил волну сканирующей энергии через Агонию, и… понял, почему она не ответила. Почему замолчала.

Её организм вообще перестал функционировать. Он не умер, нет. Он просто… остановился.

— Что за…, - не веря прошептал я.

И тут я понял другое.

Это не Агония застыла — это вообще всё вокруг застыло

Люди не шумели. Ветерок больше не обдувал лицо. Все звуки, что меня окружали, все ощущения, что испытывал внешне — всё это исчезло.

Словно мир остановился.

— Ну привет, братец, — послышался мягкий, мелодичный голос.

Я резко оборачиваюсь и вижу голубоглазого брюнета, сидящего на перилах крыши. Он был одет в чёрный рваный балахон, и очень…

Очень, сука, походил на меня. Просто старше.

— Аякс?… — прошептал я.

— Рад, что ты пробудился, — по-доброму улыбнулся он.

Плохая улыбка.

Очень плохая улыбка. Я верю, что она искренняя, но я также уверен, что после неё не последует ничего хорошего.

Я облизнул пересохшие губы и осмотрелся

Да, время застыло. Никто не шевелился.

— Что ты сделал? — спросил я.

— Начал уничтожение этой вселенной, — он пожал плечами, — Агония скоро начнёт двигаться, не переживай. Как и всегда, впрочем. Она выживет.

— Ч-что?… — я распахнул глаза, — Что ты сказал?

Уничтожение… вселенной?

Я, сжав кулаки, быстро осмотрелся и только сейчас увидел, что мир начал сереть. Терять краски.

И что на небе виднеется нескончаемый разрез реальности, за которым не было ничего, кроме темноты.

Аякс… мой родной брат…

Уничтожал мир, в котором живёт моя новая семья.

— Но зачем? Что ты творишь?! — я перестал сдерживать тон.

— Ха, злишься, да? — он спрыгнул с перил, — Отлично, значит ты привязался к этому миру. Хорошо, — Аякс расправил руки, — Я уничтожу всё, что тебе дорого, братец! Я клянусь! Мне плевать на этот мир! Плевать на твою новую семью! Единственный шанс их защитить — победить меня! Не дай себя убить! Не дай отправить тебя и Агонию на перерождение!

— К-какого…, - я смотрел в его уверенные, спокойные глаза, и искренне не понимал, — Зачем? Нахера?!

— Потому что ты — слабый. Как и Эммерих. Он — уже проиграл.

— Так это…

— Ага, — он улыбнулся, — Я убил нашего младшенького. Отправил на перерождение.

— Но зачем?! Как ты вообще сюда попал? Что вообще происходит?!

— Как "что"? Неужели ещё не догадался? — он задрал бровь, — Ты правда думаешь, что разделение души, страдания в другом мире и возвращение в этот — дело рук Лоуренса? Правда думаешь, что наличие Гордыни и твоего настоящего тела в одном и том же мире — это совпадение? Почему Агония помнит лишь урывками? Откуда она знает про остановку времени, если ты никогда её не применял?

— Ч-что ты…

— Лишь я и отец можем противостоять Вирусу, пожирающему вселенные. Этой… заразе. И то, я — только с недавнего времени, — Аякс сжал кулак, — Мы, брат — позор. Мы — слабые. Я никогда не забуду этот стыд, когда мы даже втроём не смогли с ним справиться! — едва не прорычал он, — Вы — бессмертны. Но не против Вируса. А вот против меня — да. И я всего лишь хочу, чтобы когда пришло время, ты смог себя защитить. Только и всего. Я буду убивать тебя до тех пор, пока подсознательно ты не станешь сильнее. Пока не поймёшь рецепт твоей идеальной силы. А когда станешь — умру я, встав на этот же путь, — он двинулся навстречу, а его глаза замерцали, — Эволюция не должна останавливаться, Вортекс. Если ты силён достаточно — ты защитишь этот мир и новую семью. Нет — начнёшь сначала. И не переживай, я не подпущу Вирус пока ты снова не пробудишься. Мой эксперимент чист. Таков мой приказ. А мои приказы — абсолютны, — он вытянул руку, — К̪̾о̫͂ ̥̾м̻̋н̲̽е̲̚.̣̐

Невидимая Корона срывается с моей головы и летит в сторону Аякса, на что я взмахиваю руками, создаю портал на их пути и заставляю Артефакт вылететь мне прямо в руки.

Агония вырывается из плена остановленного времени, кашляет и быстро осматривается.

— Дорогой! — она моментально оказывается возле меня.

Я хватаю её за талию, шагаю назад и телепортируюсь вместе девушкой на другой конец крыши, поднимая зеркальный щит, отражающий любую материальную атаку.

Аякс не шевелился. Лишь молча наблюдал, сложив руки на груди.

Я же… чувствовал лишь страх.

Наша вселенная разрушается. Против меня — брат, который знает меня лучше, чем я сам. Который… и разрушает эту вселенную

Я… я просто не понимаю, что делать.

Сражаться. Да, очевидно. Но я не раскрыл весь свой потенциал! И если я и раньше проигрывал, то как… как побеждать сейчас?

Неужели мне, чёрт возьми, придётся убить родного бра…

— Тц. Так вот вы где, — четвёртый голос.

Со спины послышался четвёртый голос. Грубый, глубокий, и отражающийся в пространстве.

Приглушённый голос, словно пропущенный через маску

Я обернулся и увидел огроменного черноволосого мужика в адамантовой броне, трещины на которой светились ярко-голубым.

Знаком. Он мне очень знаком!

Кто это?! Я ведь его знаю! Я чувствую, что знаю его!

Он излучал силу. Огромную, просто невероятную мощь, какую даже я с раскрытием всего потенциала не смогу выдать.

Это… чистейшее воплощение могущества.

Самый настоящий… апофеоз. Абсолют, рядом с которым ты боялся просто пошевелиться.

Он опустил голову и посмотрел на меня светящимися синими глазами. Сверху-вниз. Но не как бог на муравья, нет. А как…

Отец на маленького сына.

Наверное, потому что это он и был.

Мой отец.

— Давно не виделись, балбес, — он улыбнулся и потрепал меня по голове.

Я подумал, что его каменная рука меня вдавит в пол и сплющит, но нет — его ладонь была очень тёплой и мягкой.

— Дядя Артур! — обрадовалась Агония.

— И тебе привет, малышка.

Отец.

Мой… отец?!

Я просто застыл, не зная что делать. Впрочем… что я сейчас мог сделать?

— Аякс, давно по жопе не получал? — Артур вздохнул и поднял глаза на старшего сына.

— Никогда, пап, — покачал он головой, — На меня мама больше ругалась, чем ты. А чтобы бить… не, вы хорошие родители.

— Тогда, пожалуйста, не заставляй. Тысячелетия не получал, а сейчас получишь. Стыдно должно быть.

Аякс лишь хмыкнул, расправляя руки.

Он опустил взгляд, вздохнул и почесал затылок, серьёзно задумываясь над дальнейшим.

— Да уж, тебя в планах не было, — цыкнул он.

— Ну, потому что планы у тебя, честно говоря, дебильные, сынок. Весь в мать. В Арианну, если точнее.

— Ради вас и стараюсь, — он задрал голову и ещё раз вздохнул, окончательно принимая решение, — Ладно. Похоже, теперь это моя проверка, а не Вортекса, — всё ещё не смотря на нас, Аякс хрустнул шеей.

— Наглость — второе счастье. И как тебя жёны терпят…, - покачал головой Артур.

Он развернулся ко мне и присел на колено, чтобы находиться на одном уровне.

— Сынок…, - он протянул руку, — Не одолжишь?

Вдруг ни с того ни с сего послышался ещё один голос. Но он исходил не от человека, а от… огромного каменного меча за спиной отца:

«Ха-ха, горделивый гомосек, наконец ты попался!»

— Ч-что?… — я не понял.

— Гордыню, — папа улыбнулся, — Ты ведь хочешь увидеть весь её потенциал?

Аякс, способный освоить любую способность и поглотить энергию целой вселенной, против Артура, буквально даровавшего ему жизнь.

Сильнейшее существо против своего сильнейшего сына.

Похоже, история нашей семейки только начинается.

Послесловие

Эту книгу вы прочли бесплатно благодаря Телеграм каналу Red Polar Fox.

Если вам понравилось произведение, вы можете поддержать автора подпиской, наградой или лайком.

Страница книги: Похоже, он попал

Content

Николай Новиков
Похоже, он попал

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Как я спасал Нягонию, и почему Катя и София могут стать одной семьёй

Почему всё не так просто, и кто такой Аякс

Возрождение культа и война с Horny

Ну привет, братец. Похоже, это финал

Послесловие