Денис Соловьев

Спецназ Сербии

ГЛАВА 1. История создания спецназа Сербии и Югославии

Сербия и Югославия имеют давнюю традицию применения сил специального назначения. Первые подразделения сил по выполнению специальных задач, известные под названием "комиты", были сформированны в 1912 году, незадолго до начала войны с Турцией. Четыре отдельных отряда возглавили талантливые, квалифицированные и опытные офицеры: Воислав Танкосич, Душан Симич, Душан Секулич и Павле Блазарич.

Все четыре подразделения были подчинены командованию Третьей Армии Сербии. Естественно, подразделения не имели никаких специальных видов стрелкового оружия в своем распоряжении, да и вряд ли тогда стрелковое оружие специального назначения существовало.

Военнослужащие были вооружены винтовками Mauser — 7 мм и Маузерами — 7.63 мм как и пистолетами Luger — 9 мм. Так же они использовали ножи и ручные гранаты Vasic-VTZ.

Главной тактической задачей новых сербских спецподразделений было проведение операций на территориях контролируемых турецкими войсками. Подобные рейды в тылу врага были эффективны не только в военном отношении но и как психологическое деморализующее врага средство.

Быстрые, неожиданные нападения на эшелоны и колонны противника создавали хаос и беспорядок в его тылах, и помогали регулярной Армии в проведении больших операций.

Помня многочисленные успешные действия спецотрядов, в июле 1914 сербское военное командование решило организовать четыре новых подразделения специального назначения.

Однако, несмотря на все свои навыки и маневренность, эти подразделения понесли чрезвычайно тяжелые потери в действиях против численно превосходящих регулярных сил противника.

В целях усиления роли сил специального назначения, в середине 1917, сербское военное командование организовывало два добровольческих батальона специального назначения.

Спустя два года после этого, вероятно под впечатлением от действий итальянских "Arditi" и австрийских "Sturmtruppen", батальоны были переформированны в штурмовые роты.

Согласно предписанию военнослужащие штурмовых групп были вооружены пистолетами калибра 7,65 и 8 мм и полуавтоматическими карабинами Winchester. Широко использовались ручные гранаты OF и F1 (модель 1915 г.) и боевые ножи модели 1916 года, изготовленные во Франции компанией "General Coutellerie et Orfeverie a Thiers".

После Первой Мировой войны югославские силы специального назначения были распущенны. Только в апреле 1940 г., когда нацистские войска уже захватили большую часть Европы, югославское Министерство армии и флота было вынужденно спешно возрождать Силы специального назначения, создав шесть ударных батальонов по 210 бойцов в каждом.

Почему шесть? Идея состояла в том, направить по одному ударному спецбатальону в каждую из пяти армий, а один батальон передать в подчинение Высшему командованию.

Военнослужащие специальных батальонов имели новый официально зарегистрированный отличительный знак — серебрянный череп и две перекрещенные кости.

Их вооружение состояло из 7,92 мм маузеровского карабина, боевого ножа и ручных гранат раличного типа.

Когда 6 апреля 1941 года немецкий воздушный десант совершил высадку на территории Югославии, 1-й ударный батальон первым выступил против врага. Бой в районе аэропорта Биелины оказался тяжелым, и многие из югославских бойцов погибли в ходе сражения. Отвага и мужество товарищей по оружию вдохновляли войска в борьбе против нацистов. Хорошо известно, что югославы причинили огромное число проблем немцам и их союзникам на Балканах в ходе Второй Мировой войны.

Однако после Второй мировой войны в Югославии не было уделено должного внимания частям и подразделениям специального назначения.

С 1953 по 1959 гг. единственной в ЮНА частью которую можно было бы отнести к подразделениям специального назначения — была 63 парашютная (воздушно-десантная) бригада. Эта бригада была сформированна 5. февраля 1953 г., но в 1959 году она была расформирована и опять воссоздана в 1967 году в городе Ниш.

В 1959 году вышла первая ''Инструкция по боевому применению партизанских и диверсионных групп (подразделений)'', в которой был определен порядок выполнения боевых заданий в тылу противника. В июле того же года было начато формирование партизанских бригад и диверсионных групп.

В Приморском военном округе 19 февраля 1960 г. был создан 82 диверсионный отряд (группа) военно-морских сил в составе которого были боевые пловцы и подводные диверсанты.

Терроризм, появившийся в семидесятых годах ХХ века, в виде действий усташской эмиграции, ускорил процесс формирования антитерористических (ПТ) подразделений. Непосредственно после окончании операции ''Радуша 72'' (кодовое название ''Феникс''), вызванной заброской из заграницы террористической группы усташей в Югославию, Верховный главнокомандующий Вооружёнными силами СФРЮ Иосип Броз Тито 21 июля 1972 г. издал Директиву с требованием Министерству обороны и МВД Югославии сформировать специальные подразделения, предназначенные для борьбы с диверсантами в тылу и способными вести противопартизанские действия.

Тогда 21 июня 1972 вооруженная группа состоявшая из 19 хорватских экстремистов проникла вглубь югославской территории в горный район Радуша. Так как югославские власти не имели никаких других сил способных противостоять вооруженным боевикам кроме сил милиции, то в результате столкновений 15 хорватских боевиков были убиты, а 4 захвачены в плен живыми, тогда как полиция потеряла 13 человек убитыми и большое число раненными.

Первые подразделения специального назначения были сформированы в структуре Министерства внутренних дел СФРЮ в декабре 1978. В рамках этих нововведений Министерство внутренних дел Сербии организовывало так же специальную службу, уполномоченную бороться против террористической деятельности на территории Сербии.

Позднее этой службе дали сокращенное название САЙ (по сербски САЈ-Специјална антитерористичка единица).

"САЙ" имел три отдела, расположенные в Белграде, в Новом-Саде и в Приштине. На значке и шевроне его сотрудников был изображен сербский двуглавый орел и меч, разящий в голову змею.

Югославская Народная Армия в течении нескольких лет полагалась только на существующие в корпусах и армиях диверсионные группы и подразделения военной полиции.

Союзный секретарь Народной обороны СФРЮ(министр обороны) генерал армии Никола Любичич только 14 апреля 1978 г. приказал сформировать антитеррористическое подразделение в составе 282-го батальона военной полиции, получившее впоследствии название взвод специального назначения ''Кобры''.

12 июня 1992 г. была сформирована 72-я десантно-штурмовая (специальная) бригада. Бригада состояла из двух разведывательно-диверсионных батальонов (рдб) и антитеррористического батальона ''Соколы'' (Соколови). Каждый разведывательно-диверсионный батальон состоял из двух разведывательно-диверсионных рот, роты поддержки, парашютно-десантной роты и взвода боевых пловцов-диверсантов.

Антитеррористический батальон и взвод специального назначения военной полиции ''Кобра' являлись составной частью бригады хотя часто получали отдельные от нее задачи.

В том же году 72-я бригада, вместе с Первой танковой бригадой, Гвардейской механизированной бригадой (состоявшей из двух механизированных батальонов и 25-го батальона военной полиции) и 63-ей парашютной бригадой.

Вне корпуса остались следующие подразделения специального назначения: одна рота 5-го батальона Военной полиции специального назначения 1-ой Армии, рота 3-го батальона 3-й Армии, рота 4-го батальона 2-ой Армии, рота 52-го батальона Приштинского армейского корпуса, один взвод Военной полиции специального назначения 65-го батальона Белградского армейского корпуса, взвод 12-го батальона Новосадского армейского корпуса и 82 диверсионный отряд ВМС.

Когда в 1999 году прошла реформа Вооруженных сил Югославии (Модель 21), то КСН расформировали, а его специальные части перешли под командование Генерального штаба.

В мае 1992 югославское Министерство внутренних дел организовало подразделения полиции специального назначения ПЙП (по сербски ''ПЈП'', Посебне јединице полиције).

В мае 1993 года вышеупомянутые подразделения были преобразованы в маневренные силы Министерства внутренних дел Сербии. Основные задачи этих подразделений состояли в арестах подозреваемых в совершении преступлений, в борьбе против массовых беспорядков, в обеспечении массовых мероприятий и иные аналогичные задачи в интересах подержания правопорядка.

На эмблеме сотрудников ПЙП был изображен лавровый венок, меч и щит с сербским "триколором" на заднем плане: красный, синий и белый.

В течение югославской войны 1991–1999 гг. государственная безопасность Сербии сформировала подразделение специального назначения носившие с 1991 по 1996 годы имя ''Красные береты'', тогда как с 1996 по 2003 года носившее название Подразделение специального назначения ЙСО (по сербски Јединица за специјалне операције-ЈСО').

''ЈСО'' было расформировано указом правительства Сербии 25 марта 2003 года. 28 июня 2001 года МВД Сербии, вместо ПЙП, создало силы жандармерии.

В составе жандармерии 7 мая 2003 года была сфорирована Противотеррористическая единица-ПТЙ (по сербски Против Tерористичка Jединица-ПTJ') — специальное подразделение полиции Сербии по борьбе с терроризмом. Это специальное подразделение было предназначенна для проведения антитеррористических операций, а также для обеспечения безопасности и поддержки общественной безопасности в Сербии.

Это подразделение часто используется в таких обстоятельствах, в которых применение других подразделений полиции Сербии считается слишком опасным. Хорошо подготовленные и экипированные бойцы ПTЙ используются для выполнения задач по освобождению заложников, для обеспечения проведений операций по борьбе против коррупции и терроризма, для осуществления спасательных операций, для обезвреживания бомб, для обеспечения общественной безопасности и для многих других задач.

После распада Югославии и создания Вооруженных сил Сербии, 29 сентября 2006 г. из частей 72-й специальной бригады, 63-й парашютной бригады, 82-го диверсионного отряда ВМС и взвода ВПСН ''Кобра'' была сформирована одна Специальная бригада.

В настоящее время Специальная бригада состоит из штабного батальона, 63 парашютного батальона (''Небесные выдры''), 72 разведывательно-диверсионного батальона, антитеррористического батальона и роты обеспечения.

В армии Сербии так же сохраняет важную роль военная полиция, имеющая в своем составе антитеррористические подразделения.

Продолжает существовать отряд специального назначения-САЙ дислоцированный в Белграде, так как отряды в Приштине и Новом Саде были расформированы в начале 90ых годов.

Так же и роль специальных подразделений играют отряды жандармерии(четыре) и интервентные подразделения полиции МВД Сербии, используемые для обеспечения общественной безопасности, борьбы с беспорядками и борьбы с правонарушениями.

ГЛАВА 2. Спецназ Сербии борцы с террором из Сербии

Антитеррористическое подразделение PTJ — это элитное специальное вооруженное формирование министерства внутренних дел Республики Сербии, в первую очередь предназначенное для борьбы с терроризмом, организованной преступностью и другими потенциальными угрозами, которые могут нанести существенный ущерб национальным интересам этой балканской страны.

Подразделение было создано в мае 2003 года по просьбе бывших сотрудников расформированного к тому времени спецподразделения — группы специальных операций (JSO), войдя в состав национальной жандармерии. После расформирования JSO было принято решение использовать часть группы для создания специального подразделения в рамках национальной жандармерии.

С самого начала PTJ не предназначалось для выполнения задач, возложенных на жандармерию, которая занималась обеспечением правопорядка, охраной государственных границ и т. д. Новое подразделение сразу было заточено на решение гораздо более узких и сложных задач, связанных с ликвидацией террористических групп, освобождением заложников, захватом опасных вооруженных преступников и т. д. Именно в этом ключе была построена вся подготовка группы, разработаны учебные программы и обеспечивалось снабжение группы специальным вооружением и оборудованием.

Два года спустя, в 2005 году, группа PTJ получила совершенно новый командный состав и приступила к подготовке новых сотрудников, основной служебной обязанностью которых является борьба с терроризмом. Во главе подразделения встал полковник Горан Драгович. В 2006 году произошли еще некоторые структурные изменения, в результате которых вместо восьми взводов в группе появились четыре команды под управлением штаба. Год спустя, 11 апреля 2007 года, после ряда успешно проведенных операций правительство Сербии приняло решение выделить группу PTJ из состава жандармерии, сделав самостоятельным подразделением, контроль за действиями которого был возложен непосредственно на шефа сербской полиции.

Основные задачи PTJ

Задачи по противодействию терроризму группе ставит комиссар полиции с одобрения министра внутренних дел Республики Сербия.

На антитеррористическое подразделение возложено планирование, организация и выполнение самых сложных миссий по пресечению актов терроризма. Сотрудники группы ведут постоянный мониторинг и анализ всех событий, связанных с проявлением терроризма как внутри страны, так и на международной арене. Их непосредственными обязанностями являются обеспечение вещественных доказательств и задержание правонарушителей; предотвращение террористической деятельности; прямое вмешательство с целью ликвидации террористических групп и нарушение организованной террористической сети, освобождение заложников в общественных местах (аэропорты, школы, порты, театры и др.) или на общественном транспорте (самолеты, поезда, речные суда, автобусы), задержание особо опасных вооруженных преступников, представителей организованных преступных групп. Кроме того, на группу возложены задачи по охране VIP-персон и обеспечению безопасности важных политических и дипломатических учреждений и объектов.

В настоящее время группа состоит из 215 сотрудников — и это количество приближено к стандартам штатной численности подобных подразделений в Европейском Союзе.

Группа PTJ состоит из трех основных сегментов:

— командование;

— логистическое подразделение;

— 4 оперативные команды.

Оперативная часть группы включает в себя 147 сотрудников, которыми непосредственно руководит заместитель командира по спецоперациям. Из четырех команд две предназначены для проведения антитеррористических действий в городских районах, одна — в сельской местности. Четвертая команда отвечает за огневую поддержку и охрану персонала и помещений. Каждая из первых трех команд состоит из 35 человек, четвертая включает в себя 42 оперативника.

В каждой из команд есть три боевые группы по 9 специалистов в каждой. В первой собраны альпинисты, во второй и третьей — дайверы и парашютисты. Кроме этого в каждую группу включены по четыре снайпера, кинолог со служебной собакой, эксперт по взрывчатым веществам и медик.

Четвертая команда является командой для огневой поддержки, оснащена тяжелым вооружением и специальной техникой. Это пулеметы, гранатометы, автомобили Hummer. Группа по охране VIP-персон формируется при необходимости и включает в себя специалистов из всех боевых команд. В подразделении есть специалисты для ведения переговоров: это психологи и наиболее опытные оперативники, которые привлекаются в случае проведения операции по освобождению заложников.

Обучение

Основная цель системы подготовки сотрудников PTJ — дать им устойчивые навыки во всех специальных областях, необходимых для качественного выполнения поставленных задач по противодействию терроризму.

Обучение делится на два основных этапа: базовый и специализированный. В группу, как правило, отбирают тех, кто уже служит в других подразделениях сербской полиции, но преимущество отдается сотрудникам жандармерии или команды вмешательства полиции.

Для того чтобы стать бойцом PTJ, кандидат должен удовлетворять следующим базовым требованиям: быть гражданином Республики Сербия, проходить службу в министерстве внутренних дел, обладать хорошим здоровьем и требуемым уровнем образования, не иметь судимости. При этом стаж службы в полиции к моменту поступления в группу должен быть не менее трех лет.

Первым шагом кандидата на пути в группу является прохождение собеседования с инструктором по спецподготовке и командиром учебной группы. Именно они решают, допустить ли претендента к отборочному этапу или отказать ему в этом.

Первоначальный отбор кандидатов длится 3 дня и включает в себя медицинское обследование, психологическое тестирование, проверку физической подготовки, умение пользоваться оружием, знание приемов рукопашного боя.

Физические испытания включают в себя отжимания, подтягивание на перекладине, подъем по канату, прыжки в длину, приседания, бег на 100, 1600 и 8000 метров. Тех, кто соответствует предъявляемым требованиям и прошел первоначальный отбор, в дальнейшем ждет тщательное медицинское обследование, а далее им предлагается учебный курс, который разделен на три части: отборочно-тренировочный, базовый и специализированный этапы.

На первом этапе, который длится 45 дней, изучаются психофизические возможности кандидата, особенно применительно к экстремальным ситуациям, в которых может оказаться любой сотрудник групы в ходе своей служебной деятельности. Все кандидаты кроме больших физических нагрузок подвергаются жесткому психологическому давлению. Так что те из них, кто не готов к таким стрессам, покидает отборочный курс.

Отбор кандидатов проводится в полевых условиях, наиболее приближенных к реальной обстановке, в которой предстоит действовать сотрудникам PTJ. Инструкторы, которые отвечают за отбор, внимательно следят за кандидатами и делают заметки о всех действиях и реакции новичков на предлагаемые задания. Особенное внимание уделяется именно психологическим, морально-волевым качествам претендентов. Это прежде всего их интеллектуальные способности, эмоциональная и социальная зрелость, мотивация к службе в подразделении. К дальнейшему этапу допускаются только те, кто набрал большее количество баллов и наиболее соответствует предъявляемым требованиям.

Лучшие кандидаты переходят к базовой подготовке продолжительностью 180 дней. В этот период они приобретают знания во всех областях, которые необходимы для успешного выполнения своих обязанностей. Они знакомятся с используемыми образцами вооружения, оборудования и специальной техники, организацией повседневной деятельности, порядком и дисциплиной в группе и т. д. В ходе этого этапа также ведется отбор, и часть кандидатов отсеивается.

Тренинги в группе спланированы таким образом, чтобы наиболее точно соответствовать реальным условиям обстановки. Основными видами обучения в это время являются физическая, огневая и тактическая подготовка. Кандидаты, которые успешно прошли общую подготовку, оказываются сгруппированными в команды в зависимости от достигнутых результатов. В дальнейшем они продолжают свое обучение по конкретной специальности и постепенно вовлекаются в повседневную жизнь подразделения.

Зачисленные в группу посещают многочисленные специализированные курсы по различным узким направлениям: альпинизму, парашютной подготовке, снайпингу, минно-подрывному делу, изучению иностранных языков, служебному собаководству и др.

Обучение осуществляется как в штаб-квартире группы, так и в других районах Сербии. Сотрудники PTJ регулярно проходят квалификационные испытания на подтверждение своего профессионализма.

Сербское антитеррористическое подразделение активно сотрудничает с коллегами как внутри страны, так и за рубежом. В последние несколько лет оно наладило тесные контакты с подразделениями из региона бывшей Югославии, а также Греции и Болгарии. Кроме того, сербские спецназовцы взаимодействуют с французским спецподразделением RAID, немецкой группой GSG-9, австрийской GEK COBRA, российскими «Альфа» и «Витязь», израильскими спецподразделениями и т. д.

Девиз группы: «Многие думают, что они лучшие, а мы ими являемся».

Вооружение и снаряжение

Группа PTJ, как и любое другое спецподразделение, обладает полным набором необходимого вооружения, снаряжения, экипировки и транспортных средств, необходимых для выполнения задач по борьбе с терроризмом.

Форма одежды сотрудников PTJ имеет разновидности, которые соответствуют условиям, в которых бойцам приходится действовать. Бойцы выбирают ту или иную экипировку применительно к видам антитеррористических действий, погодным условиям, местности и пр. Таким образом, каждый спецназовец имеет несколько комплектов качественной и удобной экипировки.

Как правило, штурмовые команды облачены в черные комбинезоны французского, сербского или американского производства. Для действий в городских кварталах спецназовцы могут надевать камуфлированную форму расцветки «цифра» отечественного производства, в которой сочетаются серый, черный и белый цвета. В сельских районах сотрудники PTJ используют камуфляж классического типа или «цифровой» французского и сербского производства, в котором есть сочетание цветов хаки, зеленого, песочного и коричневого. Если говорить об обуви, то бойцы, как правило, носят модели иностранных производителей, предназначенные для использования в экстремальных условиях.

Обязательными видами экипировки команд вторжения являются налокотники и наколенники из неопрена, защитные очки, тактические перчатки, пояс отечественного производства из полимера и нейлона, изготовленный по стандартам НАТО. К поясу крепятся кобура для личного оружия и всевозможное дополнительное тактическое оборудование.

Для баллистической защиты головы в группе применяются различные тактические шлемы, как правило, отечественного производства. Первый изготовлен из кевлара и имеет уровень защиты IIIA, другой — это полушлем MD-05 S типа (соответствует американской модели TC-2001).

Шлемы типа Pro-Tec используются в процессе обучения (во время обучения скалолазанию, при прыжках с парашютом, отработке штурмовых действий и др.), так как они не обеспечивают баллистическую защиту, способны предохранить голову от ударов камней, кусков штукатурки, стекла и т. д.

Тело спецназовцев защищено баллистическим жилетом модульного типа MOLLE отечественного производства. Жилет хорош тем, что в нем есть возможность добавить защиту на грудь, спину, бока за счет наличия специальных карманов, в которые помещаются дополнительные бронепанели. Для дополнительного комфорта и циркуляции воздуха вокруг тела жилет изнутри обшит специальной «дышащей» тканью.

Что касается личного оружия, то сотрудники PTJ отдают предпочтение отличным пистолетам австрийского производства Glock 17, а также итальянским Berretta Px4 STORM (оба имеют калибр 9 мм и оснащены интегрированной планкой Picatttiny для крепления лазерных прицелов и тактического фонаря).

Автоматическое оружие представлено привычными образцами — Heckler & Koch MP-5 (версии A3, A5, SD5 и K-PDW). Все они также снабжаются лазерными прицелами, тактическими фонарями и т. д. Помимо этого в наличии имеются также автоматы Zastava M-85 калибра 5,56 мм. Для стрелбы на большие дистанции в группе используется американский карабин Colt M4 A1 Commando 0,223 мм в комбинации с лазерным прицелом Aimpoint CompM4 Red Hot.

Арсенал группы также включает в себя оружие из стран Восточной Европы калибра 7,62 х39 мм, которое обладает большей мощностью, нежели предыдущие образцы. Это автоматическая винтовка M-70 АВ2 и восточногерманская версия автомата Калашникова АК-47 MPI KM-72. При этом все эти образцы лишены деревянных частей, они заменены пластиком, впереди под цевьем установлена рукоятка, сзади — складной эргономичный приклад, а также планка Picatttiny для крепления лазерных целеуказателей и оптических прицелов.

Снайперы вооружены винтовками с ручным затвором Sako TRG с оптикой немецкого производства Leupold MARK 4 и Bushner. Если требуется вести стрельбу на значительных расстояниях, то в этом случае сербский спецназ применяет американские снайперские винтовки большого калибра Barrett M-82 A1 с оптическим прицелом Swarovski.

Ставшие уже легендарными полуавтоматические винтовки Zastava М-76 7,9 мм и H&K G-3 7,62 x51 мм, как правило, используются только во время учебных занятий.

Остальное вооружение включает в себя американские ружья Mossberg 500 и 550 калибра 12/70, а также Franchi Spas 12 и Benelli М-4 того же калибра.

В качестве огневой поддержки при проведении спецопераций используются средние пулеметы Zastava Arms M84 и FN Minimi (производства Бельгии) и тяжелый американский пулемет M-2 Browning, а также безоткатное орудие М-60 калибра 82 мм, 60-мм гранатомет Commando, автоматический 30-мм гранатомет Zastava М- 93 (югославская версия автоматического гранатомета АГС-17), ручные гранатометы М-80 и т. д.

При вторжении в здания и помещения для взлома дверей спецназ применяет специальное оборудование, в том числе гидравлический пресс Dog Rider французского производства, а также тактический инструмент отечественного производства.

Автомобильный парк группы разнообразен и представлен мощным американским джипом Hummer, специально переоборудованным для спецназовских нужд, а также внедорожниками Rover Discovery, Mitsubishi Pajero Sport, Chevrolet Suburban, бронированным военным джипом Land Rover Defender 110, грузовиком Unimog 435, микроавтобусами Peugeot Boxer, Merecdes Sprinter и Ford и бронетранспортером VBL.

ГЛАВА 3. 72-я бригада специальных операций

Состав 2 батальона.

Девиз Кто осмеливается — может, кто не знает страха — идет вперед!

Праздник бригады 29 сентября.

Командир Бригадный генерал Мирослав Талиян.

72-я бригада специальных операций (сербский язык: 72. бригада ѕа специјалне операције) образован под этим названием с конца 2019 является элитным подразделением Вооруженных сил Сербии, осуществляющим надзор за различными специальными операциями в сербской армии. Она состоит из специальных разведывательных, контртеррористических, диверсионных и водолазных подразделений. Подразделение находится под непосредственным командованием начальника Сербского Генерального штаба.

На 72-й бригады специальных операций был в 2006 году сократится до батальонного уровня (72-я разведывательно-диверсионном батальоне) и входил в состав особой бригады, которая была образована 29 сентября 2006 года путем объединения элитного подразделения специального назначения Военно-Сербия и Черногория; 72-я Особая бригада, 63-й парашютно-десантной бригады, кобры антитеррористического отрядаи частей 82-й Морской центр. согласно указу президента Александром Вучичем, 72-й бригады специального назначения был повторно на 21 декабря 2019.

Члены 72-й бригады специальных операций в основном дислоцируются в Панчево, в которую входят батальон специальных операций "Соколови" и батальон специальных операций "Грифони".

История

Специальная бригада сербской армии была сформирована в 2006 году, но она продолжила традиции гораздо более старых подразделений. 72-й разведывательно-диверсионный батальон и контртеррористический батальон "Ястребы". Но с конца 2019 года 72-я бригада специальных операций была вновь сформирована как бригада, а не Специальная бригада, эффективно набравшая большую часть своего имущества и членов, за исключением воздушно-десантного батальона, продолжающего традиции 72-й специальной бригады, сформированной в июне 1992 года. Как 72-й разведывательно-диверсионный батальон, так и контртеррористический батальон "Ястребы" входили в состав 72-й специальной бригады, которая была сформирована в 1992 году. Основными частями этой бригады были батальон военной полиции для контртеррористических операций, 1-й разведывательно-диверсионный батальон, батальон внезапных ударов, батальон поддержки и подразделения материально-технического обеспечения. Позже батальон внезапного удара стал 2-м разведывательно-диверсионным батальоном. В 2006 году, когда была сформирована Специальная бригада, 1-й разведывательно-диверсионный батальон и 2-й разведывательно-диверсионный батальон стали 72-м разведывательно-диверсионным батальоном, а батальон военной полиции для контртеррористических операций стал Контртеррористическим батальоном "Ястребы", сохранив ястреба в качестве своего символа (который ранее был символом 72-й бригады), в то время как 72-й разведывательно-диверсионный батальон сохранил номер 72 в своем названии в честь традиции 72-й специальной бригады.

С конца 2019 года. Специальная бригада была расформирована, и вновь сформированная 72-я бригада специальных операций продолжала большую часть своей работы без 63-го воздушно-десантного батальона.

Историческая структура Специальной бригады:

Командование специальной бригады (Панчево).

История 63-го парашютно-десантного батальона в составе Специальной бригады: С момента формирования бригады до 21.12.2019 г. парашютисты 63-го парашютно-десантного батальона приняли участие в 250 крупных комбинированных тактических маневрах, проведенных с заметным успехом. В период 1947–2014 годов было совершено 480 000 прыжков с парашютом и подготовлено более 35000 десантников. С 1990 года по настоящее время ежегодно производится более 10 000 капель. Все офицеры, находящиеся на действительной службе, совершили не менее 1100 прыжков с парашютом.

63-й парашютно-десантный батальон-всемирно известное и заслуженное подразделение. Она также обучает иностранные вооруженные силы навыкам парашютистов. Батальон посетили многие иностранные делегации, которые убедились в способностях и доблести парашютистов — элитных солдат своей страны.

ГЛАВА 4. Батальон специальной операции военной полиции «Кобра»

Подразделение было впервые создано приказом министра обороны в 1978 году. Подразделение было объединено с 282-м батальоном ЮНА в 1988 году. К 1999 году он превратился в отдельный антитеррористический отряд с узнаваемым символом крылатой кобры. Части этого подразделения присоединились к Специальной бригаде сербской армии в 2006 году. С 2008 года подразделение было передано в ведение Управления военной полиции.

Батальон военной полиции «Кобра» (Батальон Bojнe полицuje «Кобре») является основным антитеррористическим подразделением в составе военной полиции. Он был впервые создан по приказу министра обороны в 1978 г.; в 1988 г. был объединен с 282-м батальоном Югославской народной армии. В 1999 г. стал самостоятельным подразделением. С 2007 г. находится в непосредственном подчинении военной полиции. В это время он состоял из 60 сотрудников. Кроме проведения антитеррористических операций, батальон занимается охраной военных чиновников и президента Сербии.

ГЛАВА 5. Специальная бригада

Специальная бригада (Специjална бригада) является элитным подразделением сил сербских сухопутных войск. Она состоит из подразделений по борьбе с террористическими проявлениями, разведывательного батальона коммандос, подразделения десантников и группы боевых пловцов.

Бригада была сформирована 29 сентября 2006 г. (с базой в Панчево) из сотрудников бывших спецподразделений Сербии и Черногории, бойцов 63-й парашютно-десантной бригады из Ниша, 72-й бригады «Ястребы» из Панчево, «Кобры», 82-го разведывательно-диверсионного морского дайвинг-центра «Тени» из Кумбора и еще ряда подразделений.

Специальная бригада может работать на всей территории Сербии и на вражеской территории совместно со специальными подразделениями сербского министерства внутренних дел и при поддержке военно-воздушных сил, бронетанковых подразделений, инженерных, артиллерии, связных, подразделений электронной разведки, подразделений радиоэлектронной борьбы и других подразделений армии страны. Командование бригады и большинство подразделений находятся в Панчево; 63-й парашютно-десантный батальон базируется в городе Ниш.

Вооружение

На вооружении подразделений бригады стоит самое разнообразное как сербское, так и импортное оружие. Это автоматы Калашникова (в т. ч. «сотой» серии), штурмовые винтовки М92, М70В1, М21 производства Сербии, R4 фирмы Denel Land Systems (ЮАР), австрийские Steyr AUG, немецкие НК416, НК G36, сербские пистолеты-пулеметы М84 и немецкие НК МР5 и UMP, снайперские винтовки М76 и М91 производства Сербии и финские Sako TRG-21, крупнокалиберные снайперские винтовки М93 (Сербия), пулеметы М84 калибра 7,62 мм и М87 калибра 12,7 мм, пистолеты CZ99, НК USP, Jericho 941, дробовики Franchi SPAS-15, Benelli М4, гранатометы BGA (Сербия), минометы калибра 60, 82 и 120 мм.

72-й разведывательно-диверсионный батальон

72-й разведывательно-диверсионный батальон. Входит в состав сил специальных операций сербской армии. В прошлом — подразделение бригадного подчинения «Ястребы», еще раньше — 72-я специальная бригада. Сейчас имеет статус отдельного батальона сербской армии. Основные задачи — разведка и диверсии. Был сформирован в 1992 г., расквартирован в Панчево.

Обучение

Программа боевой подготовки обширна и включает в себя тактическую, пожарную и физическую подготовку. В рамках подготовки бойцы учатся применять холодное оружие, совершенствуются в боевых искусствах, осваивают тактику специальных операции, совершают прыжки с парашютом, осваивают легководолазное снаряжение и получают навыки самостоятельных спусков, скалолазания и спасательных работ.

Вооружение

Батальон вооружен автоматами АК сербского производства калибра 7,62 х 39 мм и 5,56 х 45 мм НАТО, карабинами М4, штурмовыми винтовками Steyr AUG, финскими снайперскими винтовками TRG-22/42, пулеметами ПКМ, различными пистолетами и револьверами.

Тяжелое вооружение 72-го разведывательного батальона состоит из гранатометов, пусковых установок ракет, противотанковых ракетных комплексов, минометов калибра 60 и 82 мм. Практически любое оружие может быть оборудовано оптико-электронными устройствами для ночных операций.

82-й морской центр «Тени»

"Тени" были югославской версией "Морских котиков" ВМС США. Они прошли подготовку по разведке на море и суше, подрывным работам, саботажу, борьбе с терроризмом и прыжкам с парашютом. По мнению некоторых, они были лучшим спецподразделением в ЮНА. С 1977 по 1991 год они дислоцировались в Дивуле, но после провозглашения Хорватией независимости их перевели в Боко-Которску в Черногории. После того, как государственный союз Сербии и Черногории фактически прекратил свое существование в 2006 году, это подразделение было расформировано, и части оказались в Специальной бригаде сербской армии.

Роль и задачи

Специальная бригада сербской армии способна выполнять множество различных функций и выполнять различные задачи благодаря подготовке множества различных специалистов в бригадных антитеррористических, парашютно-десантных и разведывательно-диверсионных батальонах. Все три батальона также имеют водолазные подразделения.

Некоторые из задач заключаются в следующем:

Борьба с терроризмом

Ситуации с заложниками

Разведка

Разрушение и саботаж

Операции в тылу врага

Обеспечение безопасности армии и государственных чиновников

Обеспечение безопасности важных зданий

Роль передового наблюдателя для других подразделений

Операции по поддержанию мира

В 2013 году команда из 12 человек из Специальной бригады участвовала в миссии ЕС в Атланте. Сербский автономный отряд защиты судов (AVPD) действовал в составе Военно-морских сил Европейского союза, обеспечивая непосредственную защиту Всемирной продовольственной программы (ВПП) на корабле MV Caroline Scan Вооруженных сил Литвы.

Обучение

Все члены Специальной бригады являются профессиональными солдатами. Чтобы претендовать на должность в Специальной бригаде, вам сначала нужно прослужить не менее двух лет в каком-либо другом подразделении вооруженных сил Сербии. Также все кандидаты должны выполнять множество других требований. Например, только около двух третей всех кандидатов проходят психофизические тесты.

Обучение в Специальной бригаде делится на три этапа и длится три года. Выборочная подготовка длится от 9 недель для 72-го батальона коммандос до 13 недель для 63-го батальона десантников. Основное внимание в ходе обучения уделяется отбору лучших умственно и физически способных и высоко мотивированных кандидатов, способных противостоять вызовам, с которыми они могут столкнуться во время службы. Во время выборочной подготовки кандидатам необходимо пройти следующие курсы: физическая подготовка, стрелковая и огневая подготовка, тактическая подготовка, тактическая подготовка для специальных подразделений, топография и ориентирование на местности, парашютная подготовка и итоговый экзамен.

Базовая подготовка для сил специального назначения длится один год и состоит из: физической подготовки, стрелковой и огневой подготовки, тактической подготовки, тактической подготовки специальных подразделений, топографии и ориентации на местности, ресурсов и систем огневой поддержки, ресурсов и процедур для телекоммуникационного трафика и тактических учений.

Курсы повышения квалификации для спецназа длится два года и включает в себя обучение за счет курсовой переоценки, а посещать следующие курсы: разведывательно-диверсионные, поле для офицеров и унтер-офицеры, передовые парашютной подготовки, курс прыжков с парашютом инструктор, курсы английского языка, курсы снайперов, обучение выживания в природе, конечно, водолазы конечно, снос поле, и кур о самодельных взрывных устройств.

Специализация кандидата и его дальнейшее обучение зависят от команды, подразделения и батальона, в которые он был назначен, и его роли в них. Некоторые части подразделения занимаются парашютным спортом, другие-разведкой или борьбой с терроризмом, а некоторые проходят подготовку для поисково-спасательных работ. Также многие члены подразделения проходят подготовку и курсы в учебных центрах за рубежом в рамках сотрудничества со специальными подразделениями других стран.

Самые хорошо оборудованные учебные центры в Сербии находятся в Нише для парашютной подготовки и в Панчево для различных других ролей. Специальная бригада также использует другие учебные центры, стрельбища и военные полигоны вооруженных сил Сербии.

Батальон «Грифони»

Батальон «Грифони» (сербский: Батаљон грифони, латинизированный: Bataljon grifoni), ранее известный как 72-й разведывательно-коммандосский батальон, был батальоном в составе специальной бригады, сегодня входящей в состав 72-й бригады для специальных операций сербской армии. Его основные задачи: разведка, диверсионные действия и подрыв.

В прошлом, с 2006 года, батальон был сформирован как 72-й разведывательно-коммандосский батальон, продолжая традиции бригадного подразделения, в которое входил батальон CT «Ястребы» (ныне Контртеррористический батальон), известный как 72-я специальная бригада. В настоящее время он имеет статус батальона реструктурированной сербской армии.

Спектр боевой подготовки очень широк и включает в себя тактическую, огневую и физическую подготовку высшего профессионального риска. В дополнение к очень сложной выборочной подготовке, которая является первым критерием поступления в 72-ю бригаду специальных операций, в подразделении реализуются:

Батальон вооружен 7,62-мм и 5,56-мм винтовками сербского производства, штурмовыми винтовками R4, винтовками Steyr AUG, H&K 416, снайперскими винтовками Sako TRG-22/42 7,62-мм, 7,9-мм и 12,7-мм снайперскими винтовками, 7,62-мм пулеметами и различные типы пистолетов и револьверов по выбору батальона. Тяжелое вооружение 72-го разведывательно-десантного батальона состоит из одноразовых гранатометов сербского производства, ручных гранатометов также отечественного производства, бронебойно-реактивной системы «Оса», а также 60-мм и 82-мм легких минометов и оптико-электронных орудий. электронные устройства для ночных операций, голографические прицелы Aimpoint, глушители/подавители.

Батальон «Соколови»

Он сформирован из бывших членов 72-го разведывательно-диверсионного батальона как полностью профессиональное подразделение, состоящее из: командования батальона, командного взвода, парашютно-десантной роты, трех разведывательно-диверсионных рот, роты огневой поддержки и роты речных коммандос. Члены батальона обучены и хорошо оснащены для выполнения своих задач на суше, в воздухе и на воде (или под водой) в глубоком тылу врага.

В 2010 году члены 72-го разведывательно-диверсионного батальона приняли участие в более чем 250 учениях по стрельбе из различных видов оружия, более чем в 30 учениях со взрывными устройствами, водолазы из роты речных коммандос провели более 500 часов погружения, а десантники из парашютной роты совершили более 300 прыжков. И это обычный год в 72-м разведывательно-диверсионном батальоне.

Оружие

Пистолеты:

CZ 99 Сербия Полуавтоматический пистолет

Heckler & Koch USP Германия Пистолет.

Иерихон 941 Израиль Пистолет.

Пистолеты-пулеметы:

Хеклер и Кох MP5 Германия Пистолет-пулемет Различные используемые варианты.

Судья Хеклер и Кох9 Германия Пистолет-пулемет.

Застава М92 Сербия Пистолет-пулемет.

Застава М85 Сербия Пистолет-пулемет.

Штурмовые винтовки:

Застава М-70 Югославия Штурмовая винтовка M70AB2 и M70ABX.

Застава М90 Югославия Штурмовая винтовка.

Застава М21 Сербия Штурмовая винтовка.

Арсенал AR-M1 Болгария Штурмовая винтовка.

Heckler & Koch G36C и G36KV Германия Штурмовая винтовка G-36KV используется 63-м парашютно-десантным батальоном, G-36C используется контртеррористическим батальоном «Соколови».

Хеклер и Кох HK416 Германия Штурмовая винтовка H&K416 используется 72-й разведывательно-диверсионный батальон.

Vektor R4 Южная Африка Штурмовая винтовка.

Штайр АВГУСТ Австрия Штурмовая винтовка.

Пулеметы:

Застава М72 Югославия Легкий пулемет.

Застава М84 Югославия Универсальный пулемет.

FN Миними Бельгия Легкий пулемет.

Застава М87 Югославия Крупнокалиберный пулемет.

М2 Подрумянивание США Крупнокалиберный пулемет M2HB.

Снайперские винтовки:

Застава М76 Югославия Снайперская винтовка .

Застава М91 Югославия Снайперская винтовка .

Сако ТР Финляндия Снайперская винтовка Sako TRG 21, Sako TRG 22 и Sako TRG 42 в использовании.

SIG Sauer SSG 2000 Германия Снайперская винтовка.

Противотанковые винтовки:

Застава М93 Черная Стрела Сербия Противотанковая винтовка.

Барретт М82 США Противотанковая винтовка Барретт М82А1.

Дробовики:

Бенелли М4 Италия Полуавтоматический дробовик.

Моссберг 50 °CША Помповое ружье Моссберг 590.

СПА-САЛОНЫ Франки-15 Италия Полуавтоматический дробовик.

Подводное огнестрельное оружие:

Подводный пистолет SPP-1 Советский Союз Подводное огнестрельное оружие. Подводная винтовка APS Советский Союз Подводное огнестрельное оружие.

Автоматические гранатометы:

BGA 30 мм Сербия Автоматический гранатомет.

Противотанковые ракетные установки:

M80 Золя Югославия Ракета, выпущенная с плеча.

M79 Оса Югославия Ракета, выпущенная с плеча.

Минометы:

Миномет М57 Югославия.

Автомобили:

Внедорожные коммунальные транспортные средства

Mercedes-Benz G-Класса Германия Внедорожное транспортное средство.

Land Rover Defender Великобритания Внедорожное транспортное средство.

Pinzgauer Австрия Внедорожное транспортное средство.

Бронетехника:

БОВ ВП Югославия Бронетранспортер.

Сотрудничество с другими подразделениями

В 2011 году Специальная бригада приняла участие в совместных учениях в Нише со специальными подразделениями сербской полиции (specijalnih jedinica и Protivteristicke jedinice). В 2013 году в Сербии прошли международные учения сил специального назначения балканских стран "Орел 2013" с участием военнослужащих вооруженных сил Сербии, Румынии, Болгарии, Греции, Турции, Боснии и Герцеговины, Македонии и Черногории. Это ежегодные учения, впервые проведенные в 2012 году в Македонии, а принимающей стороной в 2014 году является Турция. В соглашении между Сербией и Хорватией было решено, что сербские водолазы будут тренироваться в Хорватии, в то время как хорватские десантники будут тренироваться вместе с 63-м батальоном в Сербии. Совместная подготовка предусматривает проведение контртеррористических операций, парашютную подготовку, подготовку в зимних условиях и подготовку к боевым поисково-спасательным работам.

63-й парашютный батальон также обеспечивает подготовку специальных подразделений армии Черногории и тренируется с десантниками армии США.

Со своей бригадой он участвовал во многих различных действиях во время югославских войн. Имея всего 18 десантников, Горан Остоич удерживал аэропорт Церклье, что позволило эвакуировать самолеты и оборудование. Он был убит в 1998 году недалеко от Джуника. Посмертно ему было присвоено звание младшего лейтенанта.

Ежегодно в Ягодине традиционно проходит памятный кубок подполковника Горана Остоича. В память о подполковнике Остоиче в Ягодине была основана начальная школа, которая была названа в его честь и в чей день (21 мая) каждый год проводится этот кубок.

Goran Todorovic По прозвищу Фака является бывшим членом сербской 63-й парашютно-десантной бригады (сегодня 63-й парашютный батальон специальной бригады сербской армии). После несчастного случая в 2003 году, когда его парашют не раскрылся на высоте 1200 метров, он был серьезно ранен. Сегодня он является рекордсменом в прыжке с 8350 м в 2008 году. Этот рекордный прыжок был совершен в Словении в аэропорту Словень Градец и является частью его кампании по сбору средств на медицинское лечение.

Старший сержант Миролюб Яничиевич родился в Крушеваце в 1970 году, где окончил начальную и среднюю школу и стал участником клуба воздушных прыжков с парашютом "Михайло Живич". В 1990 году он начал работать в 63-й парашютно-десантной бригаде. Яничиевич был чемпионом страны в различных спортивных дисциплинах по прыжкам с парашютом, его самым большим достижением является завоевание 8-го места на чемпионате мира в 1997 году в дисциплине

ГЛАВА 6. Специальная оперативная группа SD

Группа специальных операций, или Красные береты (Црвене беретке), — элитное подразделение сербской службы государственной безопасности.

История

МЕЖДУНАРОДНЫЙ терроризм, такой, как мы его знаем сегодня, начал зарождаться в конце 1960-х годов. Он быстро развивался, и в течение следующих нескольких лет террористические действия становились все более и более дерзкими и опасными. Одним из наиболее трагических событий того времени стал захват группировкой «Черный сентябрь» израильских спортсменов во время Олимпийских игр 1972 года в Мюнхене.

В 1970-х годах тень терроризма накрыла социалистическую Югославию. Прикрываясь антикоммунистическими националистическими идеями, противники режима маршала Тито предприняли попытки бороться с ним террористическими методами.

Весной 1972 года небольшая группа хорватских эмигрантов проникла на территорию страны с целью организации партизанской группы в области Бугойно. Для их нейтрализации были привлечены подразделения Югославской народной армии и милиции.

В 1978 году политическое руководство Югославии приняло решение о создании специального подразделения, в задачу которого входила бы исключительно борьба с терроризмом. Первая антитеррористическая группа, способная на деле противостоять различным террористическим проявлениям, была сформирована 18 декабря 1978 года. Структурно она стала частью департамента милиции Нового Белграда. Подразделение получило название «Группа по борьбе с террористическими действиями — JATD» секретариата внутренних дел Республики Сербия, его первым командиром стал Милош Буйенович. Основными задачами группы были определены борьба с террористическими актами, а именно: угонами самолетов, захватом заложников, а также противодействие организованной преступности.

Группа стала базой для подготовки новых антитеррористических подразделений федеральной милиции — SSUP (Федеральный секретариат внутренних дел), которые создавались в каждой столице всех республик бывшей Югославии. В 1983 году JATD была переименована в «Группу по специальным действиям — JSD» и передислоцирована на новую базу в аэропорту Белграда. Переезд и смена названия сопровождались значительной трансформацией возложенных на группу задач.

Заместителем командира группы был назначен Радован Стоичич-Бадза (позже, в 1991 году, он стал командиром подразделения). Спустя несколько лет Радован Стоичич занял пост министра внутренних дел. Он был убит в столице в 1997 году.

После распада в 1991 году бывшей Югославии и последовавших за этим организационных пертурбаций подразделение изменило свое название на «Специальную группу — SJ — министерства внутренних дел Республики Сербия».

Штаб-квартира подразделения была перемещена из аэропорта Белграда в пригород сербской столицы Батайницу.

В дополнение к уже созданной специальной группе в Батайнице по решению руководства республиканского министерства внутренних дел в 1992 году были сформированы еще два специальных подразделения со штаб-квартирами в Нови-Саде (Воеводина) и Приштине (Косово). Белградской группой в то время командовал Зоран Симович, подразделением в Нови-Саде — Бранко Курчик. В Приштине группой специального назначения, входившей в состав секретариата внутренних дел автономного края Косово и Метохия, руководил Нуредин Ибиши. Позднее он присоединился к «Армии освобождения Косово — УЧК», террористической организации, которая боролась за отделение этого автономного края от Сербии. Там он получил известность под псевдонимом «командир Лека». 19 июля 1999 года Ибиши был назначен главой генерального штаба Косовской полицейской службы. На смену Ибиши в качестве командира приштинской группы специального назначения в 1998 году пришел Радослав Сталевич.

После принятия в 1994 году решения о создании специальных подразделений, в соответствии с обновленной структурой группы, в нее были включены командование, боевые команды (штурмовые подразделения) и подразделение поддержки, в котором числились снайперы, водолазы, специалисты-взрывотехники и эксперты по работе с химическим оружием, операторы ракетных пусковых установок и др.)

аконец, после введения специального положения, регулирующего внутреннюю организацию и систематизирующего работу спецназовцев министерства внутренних дел Республики Сербия, 31 декабря 1999 года было решено, что специальные антитеррористические подразделения в Белграде, Нови-Саде и Приштине должны быть объединены в специальную антитеррористическую группу (SAJ) со штаб-квартирой в Белграде (Центр «13 Май» в Батайнице). Полковник Живко Трайкович был назначен командиром этого подразделения. По новому положению подразделение включало команду (K) и три специализированные группы (А, В и С). Первая группа предназначена для проведения штурмовых действий, вторая — для выполнения вспомогательных задач, третья отвечала за логистику и техническое обслуживание.

В последующем структура SAJ претерпела ряд изменений, обусловленных появлением новых потенциальных угроз для молодого государства, а также реорганизацией полиции Сербии.

Организация и текущие задачи

В настоящее время специальное антитеррористическое подразделение министерства внутренних дел Республики Сербия — это современное, высокопрофессиональное подразделение полиции, оснащенное самым совершенным вооружением и специальным оборудованием и предназначенное для выполнения самых сложных, связанных с высоким риском задач по обеспечению безопасности и защиты Республики Сербия и ее граждан. Это касается прежде всего борьбы с терроризмом, а также обезвреживания опасных вооруженных преступников и преступных групп.

SAJ существует как независимое подразделение в рамках директората полиции МВД Республики Сербия под командованием Спасо Вулевича. Непосредственное командование группой осуществляет начальник полиции, при этом боевые приказы предварительно утверждаются республиканским министром внутренних дел.

Лозунг группы — «Не позволяй злу бить, но бей зло добром».

Группа дислоцирована на базе «13 Май» в Батайнице (пригород Белграда), которая включает в себя полигоны, стрельбища для снайперов, крытый тир, спортивные площадки, плавательный бассейн, вертолетную площадку и т. д.

Наиболее подготовленными подразделениями, в которых служат самые опытные сотрудники, являются группы А и В — это боевой кулак SAJ. В группе C собраны специалисты: снайперы, водолазы, кинологи, эксперты-взрывотехники и др.

Особо стоит отметить кинологическое подразделение SAJ, которое имеет прекрасно обученных собак для защиты и нападения, поиска и обнаружения взрывчатых веществ. Основные породы собак, которые присутствуют в группе, — это бельгийские и немецкие овчарки, лабрадоры, стаффордшир-терьеры и собаки местной балканской породы.

Основной задачей команды D является обеспечение безопасности высокопоставленных правительственных чиновников, а также зарубежных делегаций, прибывающих в Сербию. Кроме того, в задачу группы входит охрана дипломатических представительств в Белграде.

Сотрудники группы ведут патрулирование в аэропорте «Никола Тесла» в Белграде.

Всего в SAJ проходят службу около 100 оперативных сотрудников. Группы разделены на отделения по десять человек в каждом. В целом SAJ организована в соответствии с европейскими стандартами комплектования антитеррористических полицейских подразделений.

Отбор и обучение

Для отбора кандидатов в группу используются международные методики, в первую очередь те, которые были разработаны израильскими специалистами антитеррора. Система отбора очень строгая, достаточно сказать, что лишь 3–4 человека из 500 кандидатов принимаются в группу в конце обучения. Требования к кандидату в SAJ следующие: как минимум двухлетний стаж службы в полиции, высокие положительные оценки и рекомендации от своих начальников, исключительная добровольность при принятии решения о поступлении в группу. Первоначальное тестирование кандидатов проходит в Центре базовой подготовки полиции в Сремска Каменице. После получения положительной оценки со стороны центра кандидат в течение последующих двух лет должен сдать экзамен, чтобы быть допущенным в SAJ. Этот тест включает в себя тщательное медицинское обследование, проверку физической готовности, психологическое тестирование и собеседование с психологом и одним из представителей SAJ. Лучших кандидатов приглашают принять участие в шестимесячной подготовке, которая носит селективный характер и включает в себя несколько этапов.

Первый этап длится три месяца, это так называемая тренировочная фаза. Кандидаты не имеют права покидать базу, находясь на ней 24 часа в сутки. После окончания тренировочной фазы кандидаты проходят предварительное испытание, которое включает в себя психофизический тест, проверку умения обращаться с огнестрельным оружием и выполнение ряда упражнений по стандартам SAJ. Тестирование проводится комиссией из представителей командования SAJ. Прошедшим испытания вручается сертификат, и они становятся членами группы.

Второй трехмесячный этап обучения требует высокого уровня психофизической подготовки и лучшего обращения с оружием, умения использовать оперативно-тактические приемы. На этом этапе обучения большое внимание уделяется развитию индивидуальных способностей, а именно обращению с различными видами стрелкового вооружения, использованию снаряжения и средств индивидуальной защиты. Сотрудников обучают моментально ориентироваться в сложной обстановке, в условиях ограниченной видимости (при задымлении, в темное время суток), при быстрой смене целей. Особенно это важно при взаимодействии со снайперами и штурмовыми группами. Также изучаются методы партизанских и контрпартизанских действий. Новоиспеченные сотрудники на этом этапе также занимаются водными видами спорта, прыгают с парашютом, изучают боевые искусства и т. д.

Лучшие по завершении этапа подготовки отбираются для боевой группы В. В ней они отрабатывают тактические приемы штурма городских объектов и транспортных средств, в том числе и с вертолета, скалолазание, изучают специальные курсы по снайпингу, обращению с взрывчатыми веществами и разминированию, применению служебных собак. Здесь же на первых порах они начинают принимать участие в реальных действиях, но пока только в качестве наблюдателей.

Только на третьем году службы сотрудник начинает привлекаться к специальным операциям, связанным с повышенным риском, в составе штурмовых групп. В SAJ учат каждого, что в любой экстремальной ситуации действовать нужно нешаблонно, при этом особенно важно уметь координировать свои действия с действиями других членов команды.

Однако на этом подготовка не заканчивается. Сотрудники SAJ также отрабатывают оперативные приемы борьбы с организованной преступностью, учатся правильным психологическим реакциям в напряженных ситуациях, изучают компьютер, английский язык и т. д.

Из-за серьезных психофизических нагрузок сотрудники боевой группы, как правило, служат в SAJ не более 10 лет, после чего они направляются в другие структурные подразделения министерства внутренних дел, в соответствии с их индивидуальными навыками и наработанным опытом (инструкторами, специалистами в службу безопасности VIP-персон, советниками по борьбе с терроризмом и преступностью, командирами частей).

Как постоянно действующее антитеррористическое подразделение SAJ использует немалое количество самого современного и сложного специального вооружения и снаряжения.

Штурмовые действия осуществляются в черной униформе НОМЕКС (комбинезон), в комплект которой входят тактические армированные перчатки и черная маска и шлем, скрывающие лицо сотрудника. Эмблема группы размещена на левом рукаве униформы, на правом — нашивка с цветами сербского флага. В дополнение к этой форме сотрудники также носят камуфляж зеленой пятнистой раскраски различных модификаций.

Сотрудники SAJ оснащены противопульными бронежилетами Dyneema IIIA NIJ, которые могут быть усилены дополнительными керамическими прокладками. Для защиты головы применяются кевларовые шлемы типа PASGT или баллистические каски Protech Mod.775, которые используются в сочетании с защитными очками ESS. Группа также использует защитные шлемы, которые предназначены для защиты головы от кусков бетона, кирпича, стекла, но они не предохраняют от пуль и осколков.

Другие элементы специального снаряжения SAJ — газовые маски AVON, ремни и различные типы кобуры Eagle, тактические фонарики, наколенники и налокотники, боевые ножи, транспортные мешки для оружия и снаряжения, спальные мешки и маты.

Сотрудники группы разминирования используют шлем MD M97 A с козырьком для защиты лица, защитный костюм MD-06 FB IIIA NIJ, MD-06 или IV IIIA NIJ и т.?д. Члены группы также используют баллистический щит Protech НАТО 3 на колесах для облегчения приближения к взрывоопасному предмету.

Группы при выполнении задачи могут использовать различные виды лестниц, дымовые шашки, гранаты с полицейским газом, светошумовые гранаты, системы связи Motorola GP 300, GP 340, приборы ночного видения, оптические приборы «день-ночь» и инструменты известных фирм Leica, Swarovski, лазерные дальномеры Bushnell Vardagf Pro, GPS-навигаторы, различные типы взрывчатых веществ и т. д.

Аппараты замкнутого цикла дыхания DRAGER LAR V используются для действий под водой. В небе сотрудники SAJ применяют парашюты Parafoil 280, которые по праву считаются лучшими в своем классе.

Быструю переброску SAJ осуществляют вертолеты «BELL 212 TWIN» или «BELL 206 Jet Ranger» министерства внутренних дел Республики Сербия.

В зону ответственности сотрудники прибывают на автомобилях BMW 323 i, вездеходах Mitsubushi Pajero GLS 4 x4 и Toyota, бронированных вездеходах Land Rover Defender и фургонах Mercedes Sprinter 316 CDI. Для охраны высокопоставленных лиц сотрудники группы обычно используют вездеход Mercedes G320?4 x4, а также мощные американские джипы GMC.

Так же как и другие аналогичные подразделения по всему миру, SAJ оснащено современным оружием. Из короткоствольного оружия используются пистолеты Glock 17, Walther P-99, чешский CZ М-75 и местный «Застава CZ-99», а также небольшое число 9-мм пистолетов Glock 21, Glock 35, CZ-999 «Скорпион». Из револьверов на вооружении группы стоят местный «Застава R 357», а также Ruger GP-100 S 357 Magnum. Все пистолеты и револьверы могут быть оснащены лазерным целеуказателем «Streamlight M6».

В качестве автоматического оружия в группе в основном используются немецкие пистолеты-пулеметы от компании «Heckler und Koch» серии MP-5, в том числе с интегральным глушителем. Пистолеты-пулеметы оснащены фиксированными или выдвижными телескопическими прикладами, фонарями тактического света, лазерными целеуказателями AIM-1/RB.

Также сотрудники используют 7,62-мм автомат местного производства «Застава 70 AB2» (переработанная копия АК-47). Кроме того, в группе имеются отличные швейцарские винтовки SIG-552–2 Commando с фонарями тактического света «Surefire», американские Colt M4 A4 калибра 5,56 мм, южноафриканские «Вектор-4», 5,56-мм АК-101, H & K 33, SIG Sauer 550,223 Remington.

На вооружении снайперов находятся полуавтоматические и обычные снайперские винтовки, а именно: «Застава М-76» с телескопическим прицелом «Zrak» ON-M76 B, винтовки Heckler und Koch G-3 SG, Heckler und Koch G-3 A4, Sako TRG-42 и Sako TRG-22 с телескопическим прицелом Schmidt&Bender 3–12 x50 PMII. Также для выполнения особых задач в снайперской группе есть винтовки большого калибра 12,7 мм Barrett M95 rifle.50 BMG и «Застава M-93 Черная стрела»

Кроме того, группа в своем распоряжении имеет следующее вооружение: боевые ружья Benelli M4 Super 90, Benelli M3 Super 90, Mossberg 500 A, Franchi SPAS-12, пулеметы «Застава-М-84» калибра 7,62 мм (копия ПКТ) и SAW Ultimax 100 MKIII калибра 5,56 мм, автоматический гранатомет MGL-6, базука RBR М-80 ZOLJA, боевой арбалет «DEVASTATOR» и т. д.

SAJ всегда славилась командной работой, которая при этом не исключает собственной инициативы сотрудников в определенных тактических ситуациях. Высокий уровень эффективности при выполнении задач и небольшое число раненых даже в самых трудных и рискованных операциях являются следствием отличной подготовки каждого сотрудника подразделения и тщательного планирования действий штурмовых групп. «Больше пролитого пота в процессе обучения меньше крови, пролитой при выполнении задач» — вот негласное, но незыблемое правило, которому следуют в SAJ. Сегодня SAJ по праву является одним из самых профессиональных антитеррористических подразделений на Балканах. Что, кстати, отмечают эксперты НАТО, и особенно США. Отметим также, что группа участвовала в многочисленных столкновениях и конфликтах на территории бывшей Югославии. Только в Косово SAJ потеряла 13 своих бойцов.

Группа была официально создана в системе безопасности Федеративной Республики Югославии весной 1996 г. путем слияния военизированных формирований, которые действовали в боснийских и хорватских войнах под кодовыми названиями «Тигры», «Красные береты» при поддержке Йовица Станишича, главы сербской службы безопасности. С момента создания по ноябрь 2001 г. официально действовала под руководством и в интересах службы безопасности Сербии. Подразделение было распущено 25 марта 2003 г. через13 дней после того, как премьер-министр Сербии Зоран Джинджич был убит в результате заговора, в котором принимали участие некоторые члены группы.

Покровители и некоторые сотрудники подразделения были привлечены к ответственности за многочисленные военные преступления в югославских войнах, а также за политические убийства в Сербии.

Официальный командир подразделения Франко Симатович и его «серый кардинал» Йовица Станишич (во времена правления Слободана Милошевича — глава службы безопасности Сербии) были осуждены в 2006 г. Международным трибуналом по бывшей Югославии за военные преступления. Кроме того, данная группа обвинялась в совершении военных преступлений в Косово.

История

Группа была официально создана в системе безопасности Федеративной Республики Югославии весной 1996 г. путем слияния военизированных формирований, которые действовали в боснийских и хорватских войнах под кодовыми названиями «Тигры», «Красные береты» при поддержке Йовица Станишича, главы сербской службы безопасности. С момента создания по ноябрь 2001 г. официально действовала под руководством и в интересах службы безопасности Сербии. Подразделение было распущено 25 марта 2003 г. через13 дней после того, как премьер-министр Сербии Зоран Джинджич был убит в результате заговора, в котором принимали участие некоторые члены группы.

Покровители и некоторые сотрудники подразделения были привлечены к ответственности за многочисленные военные преступления в югославских войнах, а также за политические убийства в Сербии.

Официальный командир подразделения Франко Сима-тович и его «серый кардинал» Йовица Станишич (во времена правления Слободана Милошевича — глава службы безопасности Сербии) были осуждены в 2006 г. Международным трибуналом по бывшей Югославии за военные преступления. Кроме того, данная группа обвинялась в совершении военных преступлений в Косово.

ГЛАВА 7. Антитеррористическая группа судебной полиции

Подразделение специальных операций судебной полиции Сербии. Главная задача — антитеррористические операции; кроме этого — обеспечение и поддержание внутренней безопасности Сербии. Привлекается для решения задач, которые не по силам другим полицейским подразделениям. Хорошо обученная и оснащенная, судебная полиция решает ситуации с заложниками, проводит антитеррористические операции, аресты и обезвреживание взрывных устройств. Члены судебной полиции работают с высочайшим профессионализмом и преданностью. Группа пользуется большим уважением во всем мире.

Организация

Две команды (1-я и 2-я) подготовлены для проведения операций в городе, еще две (3-я и 4-я) — в горной и лесистой местности.

Отбор и подготовка

Кандидаты набираются из жандармерии Сербии; обязательны медицинское обследование и проверка физической подготовки. Будущие сотрудники судебной полиции в процессе обучения отсеиваются по самым разным причинам. В 2007 г. из 150 кандидатов в конечном итоге были отобраны только 8. За время обучения кандидаты подвергаются различным испытаниям, которые они могли бы встретить в ходе реальных операций. Центры подготовки находятся в Петрово-Село (неподалеку от Кула) и вблизи Врнячка-Баня.

Известные операции

В 13 операциях в восьми городах Сербии судебной полицией арестованы многие члены так называемой таможенной мафии. Задержаны известные лидеры организованных преступных группировок из Нидерландов, Греции, Швейцарии, член «Аль-Каиды», подозреваемый в связи со взрывами 2004 г. в мадридских поездах.

2007 — арестована большая группа террористов-ваххабитов.

2009 — спасены заложники в Ягодине.

Вооружение

На вооружении подразделения стоят автоматы Калашникова АК-103, штурмовые винтовки М21, карабины М4, пистолеты-пулеметы НК UMP, снайперские винтовки Steyr SSG 69, пистолеты CZ99 и Glock-17.

ГЛАВА 8. Специальное антитеррористическое подразделение полиции

Подразделение было создано в бывшей Югославии из-за увеличения числа случаев терроризма в Европе с участием различных националистических групп, например Ирландской республиканской армии, баскской организации ЭТА, немецкой «Фракции Красной армии» и итальянских «Красных бригад». Группа была основана 13 мая 1978 года.

Отряд специальных операций в составе Федерального министерства внутренних дел был сформирован Францом Косом. В течение семи месяцев с момента создания федеральной группы было принято решение создать аналогичные группы в каждой из союзных республик.

Основными задачами нового полицейского подразделения были классическая борьба против террористов, предотвращение захвата воздушных судов, освобождение заложников, борьба с организованной преступностью и подобные действия с высокой степенью риска в городских районах.

В 1983 г. основное подразделение было переведено в аэропорт Белграда и переименовано. В 1991 г. подразделение было снова переименовано.

1 июня 1992 г. создана команда специальных антитеррористических подразделений (команда CAJ). Она состояла из подразделений CAJ, которые дислоцировались в Белграде (под командованием Зорана Симовича), Нови-Саде (под командованием Бранко Куричича) и Приштине (под командованием Нуреддина Ибиши).

В составе — 4 группы: две оперативные, аналитическая, поддержки.

Вооружение

Вооружение группы в основном такое же, как и в спецназе судебной полиции: штурмовые винтовки SIG SG 552, карабины М4, снайперские винтовки Steyr SSG 69, пистолеты CZ99 и Glock-17.

Известные операции

1997 — задержание угонщика в Смедерево.

1998 — контрпартизанские операции против Освободительной армии Косово.

2003 — операция «Сабля» (арест членов организованной преступной группы).

2007 — арест организаторов и участников массовых убийств.

Эмблема антитеррористической группы судебной полиции СербииПодразделение специальных операций судебной полиции Сербии. Главная задача — антитеррористические операции; кроме этого — обеспечение и поддержание внутренней безопасности Сербии, Привлекается для решения задач, которые не по силам другим полицейским подразделениям. Хорошо обученная и оснащенная, судебная полиция решает ситуации с заложниками, проводит антитеррористические операции, аресты и обезвреживание взрывных устройств. Члены судебной полиции работают с высочайшим профессионализмом и преданностью. Группа пользуется большим уважением во всем мире.

На вооружении подразделения стоят автоматы Калашникова АК-103, штурмовые винтовки М21, карабины М4, пистолеты-пулеметы НК UMP, снайперские винтовки Steyr SSG 69, пистолеты CZ99 и Glock-17.

Специальное антитеррористическое подразделение полиции Сербии

Эмблема Специального антитеррористического подразделения полиции Сербии Подразделение было создано в бывшей Югославии из-за увеличения числа случаев терроризма в Европе с участием различных националистических групп, например Ирландской республиканской армии, баскской организации ЭТА, немецкой «Фракции Красной армии» и итальянских «Красных бригад». Группа была основана 13 мая 1978 года.

Отряд специальных операций в составе Федерального министерства внутренних дел был сформирован Францом Косом. В течение семи месяцев с момента создания федеральной группы было принято решение создать аналогичные группы в каждой из союзных республик.

Основными задачами нового полицейского подразделения были классическая борьба против террористов, предотвращение захвата воздушных судов, освобождение заложников, борьба с организованной преступностью и подобные действия с высокой степенью риска в городских районах.

В 1983 г. основное подразделение было переведено в аэропорт Белграда и переименовано. В 1991 г. подразделение было снова переименовано.

1 июня 1992 г. создана команда специальных антитеррористических подразделений (команда CAJ), Она состояла из подразделений CAJ, которые дислоцировались в Белграде (под командованием ЗоранаСимовича), Нови-Саде (под командованием Бранко Куричича) и Пришти-не (под командованием Нуреддина Ибиши).

В составе — 4 группы: две оперативные, аналитическая, поддержки.

ГЛАВА 9. Спецназ Сербии в Боснии Герцеговине

Данный спецназ был создан руководством госбезопасности (ДБ) Сербии в 1991 году, когда Йовица Станишич, шеф госбезопасности ДБ Сербии поручил тогда начальнику своего 2-го управления (ответственного за ведение разведывательной деятельности) Франко Симатовичу — «Фрэнки» и его заместителю Радоице Божовичу создание сил специального назначения, которые были бы способны организовать сербов Хорватии, а также Боснии и Герцеговины.

Их создание началось летом 1991 в «Книнской Краине» на территории созданной тогда в Хорватии Республики Сербской Краины — РСК. Благодаря сербским ветеранам французского иностранного легиона, привлеченным для обучения, бойцы отряда стали носить красные береты, и со временем этот «спецназ» стал зваться по своим головным уборам — «цервени беретки» — «красные береты». Так же был привлечен в качестве инструктора для их подготовки Драган Василькович, носивший кличку «капитан Драган».

Сам Драган Василькович родился в Белграде, но в еще несовершеннолетнем возрасте с родителями выехал в Австралию, где натурализовался, приняв имя Даниэл Снеденн. Получив полномочия от Йовицы Станишича и тогдашнего министра внутренних дел Сербии Радмило Богдановича, «капитан Драган» в лагере Голубичи в «Книнской Краине», из несколько тысяч местных добровольцев, создал первый отряд численностью около 130 человек названных «книнджами». Со временем отряды «красных беретов», благодаря существованию большого числа резервистов в составе их сил, распространились по всей территории Хорватии подконтрольной сербам.

Генерал-майор СВК (армии Республики Сербская Краина) Милисав Секулич в своей книге книге «Книн пал в Белграде» достаточно положительно отзывается о «книнджах» «Капитана Драгана», называя их самой подготовленной и дисциплинированной частью СВК, не раз проводившей диверсантские операции в тылу хорватских войск.

Сотни сербских добровольцев из Хорватии и соседней Боснии и Герцеговине, пройдя обучение в этом лагере, возвращаясь домой, создавали в координации с управлением государственной безопасности Сербии новые отряды «красных беретов», ставших важным компонентом вооруженных сил местных сербов, а также и надежным орудием этой самой ДБ.

Силы «красных беретов», созданные в соседней Боснии и Герцеговине, еще до начала боевых действий в апреле 1992 года сыграли важную роль в самом начале боевых действий, когда ими и было захвачено большая часть политических центров власти и были организованны местные сербы.

После войны, в 1996 году согласно статье «ЙСО» авторов Бранко Богдановича и Милана Галовича опубликованной в специальном приложении № 2 к журналу «Калибар», в Сербии при управлении государственной безопасности, был создан отряд ЙСО (ЈСО — јединица за специалне операције) «красных беретов», численностью до 800 человек постоянного состава под командованием Фрэнки Симатовича. В дальнейшем Симатовича заменили Милорадом Луковичем (Улемеком), служившем в Иностранном легионе Франции

Сам Улемек переменивший фамилию на Лукович в дальнейшем, был с 1991 года одним из командиров в «СДГ (Сербская добровольческая гвардия — Српска Добровољачка Гарда)» Желько Ражнатовича-"Аркана".

Отряд ЙСО был дислоцирован в городке Кула недалеко от Нового Сада. В силу существования системы «активного» резерва, этот отряд имел свыше десятка тысяч своих резервистов, находившихся в базе данных государственной безопасности Сербии. После свержения Слободана Милошевича Лукович, продолжал оставаться командиром отряда ЙСО, который принял участие в "контртеррористической" операции в Южной Сербии в 2001–2002 годах.

В дальнейшем он был сменен с должности, но то даже после своей смены, продолжал контролировать этот отряд. Данное обстоятельство в конце концов привело к тому что отрядом стали манипулировать, и в конце концов использовали его бойцов в подготовке неудавшегося переворота, который должен был последовать за убийством Зорана Джинджича в марте 2003 года.

Последовала операция МВД Сербии «Сабля», в которой вместе с сотнями членов различных сербских ОПГ, было и несколько военнослужащих этого отряда, а сам «Легия» был арестован в мае 2004 года после года скрываний.

В книге М. Лукович (Милорад Улемек) "Железный ров ("Гвоздени ров") описывает боевой путь спецназа государственной безопасности Сербии известного как «красные береты».

Сам Милорад Улемек отбывает наказание в 40 лет лишения свободы за организацию убийства премьер-министра Сербии Зорана Джинджича в 2003 году.

Истоки подразделения прослеживается с апреля 1991 года, с началом войны в Хорватии, когда вооружённая группа во главе с Франко Симатовичем и Драганом Васильковичем отправилась из Белграда в Книн. Несколькими днями ранее, 16 марта, Слободан Милошевич обещал организовать подготовку соответствующих подразделений, способных отстаивать интересы Сербии и сербского народа за пределами Сербии на закрытом заседании с сербскими главами городов. Создание такого подразделения было поручено Йовице Станишичу, силовику и главе ДГБ. Подразделение не имело формальных связей с Белградом, так что операция было взята под контроль ДГБ, без участия министерства внутренних дел. В Книне, Симатович и Василькович связались с Миланом Мартичем, министром внутренних дел Республики Сербская Краина, который организовал отправку добровольцев в учебный центр, созданный Васильковичем и где они прошли спецподготовку. Подразделение позже будет известно как "Книндзи" (серб. Книнџа — от соединения "Книн" и "ниндзя"), а Василькович под прозвищем "Капитан Драган". Название "Красные береты" пришло после битвы за Глину, когда Василькович распространил береты среди своих бойцов.

Другое крыло подразделения было образовано в мае 1991 года, в Восточной Славонии. По намёкам Симатовича, подразделение возможно было вовлечено в бой за Борово Село 1–2 мая, когда была отражены атака хорватского спецназа и 12 хорватских спецназовцев были убиты, несколько десятков получили ранения. По мнению ряда свидетельских показаний, Радован "Баджа" Стоичич, официальный работник сербского министерства внутренних дел, отвечал за операции в Восточной Славонии. По прибытию в Восточную Славонию, Желько Ражнатович принял командование над боевым отрядом "Сербская добровольческая гвардия", более известная как "Тигры Аркана".

Эти военизированные подразделения стали основой для будущего подразделения по специальным операциям. В 1994 году была создана совместная боевая группа, принявшее участие в операции "Паук". Она состояла из лёгкой мобильной артиллерии и пехоты. Подчинялась группа министерству государственной безопасности Союзной Республики Югославии.

В 1995 году во время захвата членов ООН в заложники бойцами армии Республики Сербской члены "красных беретов" действовали посредниками при переговорах об освобождении заложников.

В 1996 году подразделение получило после переименования свое официальное название — подразделение по специальным операциям. Бывшие армейские казармы в Куле стали лагерем подготовки и местом дислокации.

В ходе Косовской войны (1998–1999) подразделение создало временную базу на горе Гоч, что находилась недалеко от Косово, оттуда спецназ отправлялся на проведение операций против албанских сепаратистов из армии освобождения Косова. Одной из громких операций оказалось нападение на убежище полевого командира АОК Адема Яшари. Позже, в 1999 году, подразделение сражалось в ходе жестокой битве вокруг Печа. В ходе Натовских бомбардировок подразделение при помощи хорошего автопарка обрело высокую мобильность, что позволило быстро перемещаться и преследовать албанцев.

Также "Красные береты" боролись против албанских сепаратистов из армии освобождения Прешево, Медведжи и Буяноваца в ходе конфликта в Прешевской долине в 1999–2001 гг.

ПСО было распущено по решению Правительства Сербии 25 марта 2003 года через 13 дней после убийства премьер-министра Зорана Джинджича Милорадом Улемеком, офицером СПО. Его члены были уволены или переведены в другие подразделения полиции. Некоторые бойцы ПСО были обвинены в военных преступлениях.

Желько Ражнатович — основатель СДГ, во 2-й половине 90-ых занял должность в составе ПСО.

Вооружение

Бойцы ПСО вооружались в основном оружием югославского производства. Также имелись и образцы вооружениея западноевропейских стран. В Кипре были закуплены американские Хаммеры.

Униформа

ПСО имела в распоряжении униформу нескольких камуфляжных расцветок, включая американскую WOODLAND и югославский камуфляж М89. Головным убором служил красный берет с синим, серебряным, чёрным щитами-значками, служившими кокардой. Парадная форма состояла из красного берета, белой рубашки, темно-синего кителя и брюк. Спецназовцами носились защитные комплекты PASGT. В ходе Косовской войны некоторые отряды носили чёрную униформу с нарукавными надписями "Полиция". Также было характерно ношение чёрных и белых (зимой) масок.

ГЛАВА 10. Сербские специальные подразделения — Жандармерия

Сербская Жандармерия — организованное подразделение Управления полиции при Министерстве внутренних дел Сербии, которое планирует, подготавливает и исполняет самые сложные задачи в сфере безопасности на всей территории страны.

История сербской жандармерии

Эмблема Жандармерия была основана по указу князя Михаила в 1861 году. Главной задачей, стоявшей перед жандармами, было поддержание общественного порядка и спокойствия в Белграде. Белградская рота в то время составляла 120 человек, 15 из которых — кавалерия.

Через три года жандармерия была включена в состав армии, став четвёртым родом войск. Ещё через несколько лет князь Милан провёл модернизацию этой силовой структуры по образцу французской мобильной жандармерии, включив в её обязанности и подавление восстаний, что, особенно после Тимокского бунта 1883 года, привело к падению популярности подразделения у народа.

С 1912 года отряды жандармерии стали появляться по всей Сербии. Во время Второй мировой войны, жандармерия в оккупированной Сербии была упразднена, а на её месте создана Сербская государственная охрана. После окончания войны данная система сохранилась.

В 1972 году были сформированы Особые отряды милиции, из которых 3 января 1997 года были образованы Особые отряды полиции (ООП), включавшие шесть бригад:

22 (Белград),

23 (Нови Сад),

24 (Приштина),

35 (Ужице),

36 (Крагуевац),

37 (Ниш).

Особые отряды полиции были расформированы в июне 2001 года. Их заменило Специальное подразделение Жандармерия. Особенностью новообразованной структуры было то, что бойцы входили в её состав на постоянной основе, а не набирались из числа полицейских, как в ООП.

В рамках Жандармерии создаётся сербское антитеррористическое подразделение. Решением Правительства Республики Сербия данное подразделение в 2007 году было отделено от Жандармерии в самостоятельный орган Министерства внутренних дел.

Состав жандармерии

Сербская жандармерия состоит из пяти отрядов, базированных в Белграде, Нови Саде, Нише и Кралево.

Кроме этого, существовал ещё и Первый отряд быстрого реагирования, объединивший в себе четыре элитных сербских подразделения, в каждом из которых был антитеррористический взвод. Бойцы Первого отряда выделялись по беретам чёрного цвета и чёрной униформе.

В ходе последних реформ в Сербии Отряд был расформирован, а его бойцы распределены по территориальным отрядам жандармерии.

Идеалы жандармерии

Когда речь идёт о качествах бойца сербского спецназа, первое, что приходит на ум, — это отличная физическая подготовка, но более важным на самом деле является психическая стабильность и способность контролировать собственные эмоции.

Импульсивные реакции не желательны. Во время обучения многим вещам можно научиться, но существуют качества, которые кандидат должен иметь с рождения. Как в одном из своих выступлений сказал командир Жандармерии, генерал полиции др. Бранислав Дикич: «Слабым и нерешительным места среди нас нет».

Индивидуальные результаты не так важны, как групповые: «Ничего не значит, если один член команды доберётся первым на фронт», — написал в своей книге «Кровь, слёзы и пот» бывший командир спецназа «Супер тиргы» Сербской добровольческой гвардии и спецназа «Красные береты» Службы госбезопасности Сербии Милорад Улемек (осуждённый на 40 лет за убийство премьер-министра Сербии Зорана Джинджича, — прим. Сеница. ру).

Первичная подготовка в сербский спецназ длится 25 дней. Опыт показывает, что большая часть кандидатов прекращает обучение в первые 10 дней. В случае успешного окончания первого этапа обучения, кандидаты распределяются по отрядам Жандармерии, где они проходят курс основной и специальной подготовки.

Клятва сербского жандарма

Клятва сербского жандарма, под авторством командира подразделения, генерала полиции др. Братислава Дикича, гласит:

Kosovo je moja majka,

Moje poreklo je na Kosovu,

Moji preci su sa Kosova,

Moja istorija je na Kosovu,

Moj srpski narod roden je na Kosovu,

Moja Srbija nastala je na Kosovu.

Косово — мать моя,

Мои корни на Косово,

Мои предки с Косово,

Моя история на Косово,

Мой сербский народ рождён на Косово,

Моя Сербия вышла из Косово.

Bez Kosova nemam majku,

Bez Kosova nemamo poreklo,

Bez Kosova nemam pretke,

Bez Kosova nemam istoriju,

Bez Kosova ne postoji moj srpski narod,

Bez Kosova ne postoji moja Srbija.

Без Косово у меня нет матери,

Без Косово у нас нет корней,

Без Косово у меня нет предков,

Без Косово у меня нет истории,

Без Косово нет моего сербского народа,

Без Косово нет моей Сербии.

Narode srpski, braco i sestre,

Zaklinjem se pred Bogom,

Pobedicu ili casno poginuti,

Za moju cast, za moje poreklo,

S verom u Boga, za Krst Casni i majku Srbiju.

Народ сербский, братья и сёстры,

Я клянусь перед Богом,

Одержу победу или честно погибну,

За свою честь, за свои корни,

С верой в Бога, за Святой Крест и мать Сербию.

Zivela Srbija!

Да здравствует Сербия!

Сербские специальные подразделения

В качестве специальных в Сербии можно выделить 7 подразделений:

Сербские специальные подразделения — PTJ — Антитеррористическое подразделение PTJ — Антитеррористическое подразделение.

Сербские специальные подразделения — SAJ — Специальное антитеррористическое подразделение SAJ — Специальное антитеррористическое подразделение.

Сербские специальные подразделения — Жандармерия.

Сербские специальные подразделения — BPN «Kobre» — Батальон военной полиции специального назначения «Кобры» BPN «Kobre» — Батальон военной полиции специального назначения «Кобры».

Сербские специальные подразделения — SBVS — Специальная бригада Армии Сербии SBVS — Специальная бригада Армии Сербии.

Сербские специальные подразделения — SJP — Специальное подразделение полиции SJP — Специальное подразделение полиции.

Сербские специальные подразделения — JSO — Подразделение специальных операций JSO — Подразделение специальных операций.

«Учиться нужно у всех»: как сербская армия становится сильнейшей в регионе. Вчера сербский лидер Александр Вучич, комментируя стягивание косовских сил специального назначения к административным границам самопровозглашенной республики, назвал албанские автомобили «сафари-машинами», — и, пожалуй, для таких оценок у него определенно есть основания. В последние годы сербская армия претерпевает значительную модернизацию, а ее военнослужащие экипированы самой современной техникой в регионе. В 2007 году парламент Сербии принял резолюцию, согласно которой официальный Белград будет придерживаться политики военного нейтралитета и не станет вступать в какие-либо блоки. Такая позиция не помешала стране стать одной из самых сильных на Балканах по части военного оснащения, а также развивать военно-техническое сотрудничество с Россией и Китаем. Между тем Запад (прежде всего — США) как раз не стремится продавать Белграду передовые военные системы: во-первых, из-за ситуации с Косово, а во-вторых, из-за военного нейтралитета страны. К слову, подчеркнутое нежелание Сербии присоединяться к каким-либо блокам напоминает о том, что Югославия была среди стран-основателей Движения неприсоединения, а одним из его основополагающих принципов было неучастие членов в каких-либо военных альянсах. 60-летие основания Движения неприсоединения отпразднуют в Белграде 11–12 октября.

«Благодаря политике нейтралитета мы можем учиться как у Востока, так и у Запада и применять только то, что нужно нашей армии. Никто больше не решает за нас, как будут выглядеть наши стратегия и организация, как мы будем вооружаться, как будем представлять доктринальные и стратегические документы», — заявил еще в 2019 году бывший министр обороны, а ныне глава МВД Сербии Александр Вулин. Сегодня сербские офицеры обучаются в академиях по всему миру — в США, Италии, России, Китае, Германии, Эстонии, Франции, Великобритании и Греции. По большому счету, подготовка военных за рубежом является старой сербской традицией: на протяжении всей истории страны высший кадровый состав армии получал образование в разных странах, а позднее эти офицеры играли важную роль во время военных кампаний, которые Сербии доводилось вести последние 120 лет. В 2006 году Белград присоединился к американской программе IMET (International Military Education and Training), в рамках которой Конгресс США выделяет 900 тыс. долларов в год для офицеров из Сербии. С 2006 по 2012 год образование в Штатах получили 137 человек, а к 2020 году их число достигло трех сотен. Обучение в Европе организовано преимущественно по линии натовской программы DEEP (Defence Education Enhancement Programme).

Военная академия Сербии участвует в совместных проектах с коллегами из вооруженных сил Чехии, Словакии, Армении и Италии. Преподаватели и курсанты представляют научные доклады на конференциях в Великобритании, Болгарии, Румынии, Германии, Боснии и Герцеговине и других странах. «Укрепляя наши Вооруженные Силы, мы посылаем сигнал о том, что Сербия, имея сильную армию, не боится, что кто-то нападет на нее, — однако мы не транслируем агрессию. Мы готовы укреплять стабильность в регионе и мире, но не позволим никому нападать на наш народ и подвергать опасности нашу территорию», — отметил 10 сентября министр обороны страны Небойша Стефанович. Кроме того, ежегодно сербские офицеры проходят стажировки в российских военных академиях и, в частности, в Генеральном штабе Вооруженных Сил РФ. Еще одним важным аспектом российско-сербского стратегического партнерства являются совместные военные учения. В этом году страны открыли новую главу данного направления сотрудничества: Сербия впервые в истории приняла одно из мероприятий Международных армейских игр — соревнования военной полиции «Страж порядка», которые стали единственным конкурсом АрМИ, организованным в Европе. В состязании приняли участие военнослужащие РФ, Ирана, Казахстана, Катара, Кипра, а также полицейские из Сербии, которые заняли первое место в общем зачете.

Белград уже выразил готовность провести «Страж порядка» и в 2022 году, а интерес к участию в состязании проявили страны Латинской Америки, Тихоокеанского региона, арабские государства, республики бывшей Югославии и даже члены НАТО — Турция, Греция, Венгрия. Кроме того, Сербия активно принимает участие и в совместных учениях с США и странами Североатлантического альянса. Так, в сентябре в Болгарии продолжились трехсторонние болгаро-сербо-американские учения «Шабла 2021-2» (изначально они стартовали еще в июне, но были прерваны после крушения болгарского МиГ-29). В рамках акции артиллеристы Сербии и Болгарии проводили совместные боевые стрельбы, задействовав ЗРК «Куб», «Нева» и истребители МиГ-29. Вместе с тем в планах у Белграда до конца года провести и первые китайско-сербские военные учения. «Мы готовим первые совместные учения спецназа сербской и китайской армий и надеемся провести их к концу года. Сербия отправит в КНР один взвод, или около 30 солдат. Это даст нам возможность поучиться у наших китайских коллег, а также поделиться с ними своими знаниями», — еще в марте заявил министр обороны Сербии Стефанович. Сегодня сербские военнослужащие обладают возможностью получить образование в военных академиях разных стран, изучать российскую, китайскую, немецкую, французскую и британскую военную мысль, чтобы извлечь из них лучшее и адаптировать под нужды своей армии. Как показала практика, эта стратегия сделала сербский кадровый состав одним из наиболее подготовленных не только в регионе, но и во всем мире.

ГЛАВА 11. 63-я парашютная бригада

Гарнизон / Штаб Ниш.

Девиз «За Отечество, за товарища, за винтовку, за честь солдат и воинов, парашютистов 63-го десантного батальона, РАБОТАЙ!» Сербский: "За отаджбину, за друга, за пушку, за войничку и ратничку част, падобранцы 63. падобранский батальона, РАД!"

Командиры:

Командир Подполковник Ненад Булатович.

63-я парашютная бригада (Сербский: 63. падобранск бригада / 63. padobranska Brigada,) является одной из специальных сил бригад сербской армии. До 1992 года входила в состав Югославской народной армии и Югославской федеральной армии (1992–2006 годы). С 2006 года он был батальоном до 21.12.2019, но в 2019 году имеет статус бригады в недавно реорганизованной сербской армии, чтобы переадресовать новые оборонительные задачи в армии из-за возросших угроз защиты и для лучшего соблюдения традиций прошлого. Предназначен для специальных, разведывательных и диверсионные операции в тылу врага.

При анализе компетенций членов 63-й парашютно-десантной бригады следует особо отметить коэффициент безопасности подготовки парашютистов, параметр, который, несмотря на несколько десятков тысяч погружений, совершенных за последние 15 лет, намного лучше, чем у сопоставимая безопасность указывает на парашютные соединения самых мощных армий мира. Это говорит о высоких стандартах подготовки и компетентности парашютистов, а также о высокой степени безопасности при обучении. В свою очередь, это говорит о том, что строгая рабочая дисциплина, отличные способности офицеров и инструкторов по парашютному спорту, высококачественное психофизическое и профессиональное обучение мужчин, тщательные проверки и безупречное состояние парашютных принадлежностей в сочетании с высоким моральным духом отдельных лиц и подразделений снижают риск.

История

Первый прыжок с парашютом в Югославии был совершен в аэропорту Нови-Сад 2 сентября 1926 года. Младшего лейтенанта Драгутина Долански сбросили с высоты 650 метров (2100 футов). 1938 год был особенно знаменательным для югославского парашютного спорта, поскольку именно тогда в Белграде проходила Первая международная выставка самолетов. Выставка в аэропорту Земун включала комбинированный прыжок 10 парашютистов, в том числе Катарину Матанович, первую и единственную женщину-парашютистку в Югославии до войны 1941 года. Югославской армии осознал значение парашютных единиц, и была открыта школа прыжков с парашютом в Панчево на 1 октября 1939 г. Школа была перемещена в Нови — Садев 1941 году, где он оставался до начала войны, откуда был запланирован переезд в Ниш. Судьба школы парашютного спорта в Апрельской войне до сих пор не выяснена. Во время Второй мировой войны десантные налеты играли важную роль почти во всех крупных военных операциях. В середине 1944 года Верховный штаб обратился к союзникам с просьбой о помощи в формировании парашютного отряда. После переноса штаб-квартиры Верховного главнокомандующего на остров Вис срочные приказы низшим уровням доставлялись посыльными на парашютах.

В сентябре 1944 года сотня военнослужащих была переброшена в Бари, Италия, на курс обучения парашютному спорту. Еще сотня добровольцев была отобрана для обучения из числа выздоравливающих в Италии раненых солдат. Тренировки и высадки с самолетов проходили в учебном центре в Гравине. Школу парашютного спорта успешно закончили 191 военнослужащий и офицер. После завершения учебного курса 14 октября 1944 года был сформирован Первый парашютный батальон, командиром которого был назначен лейтенант Чедомир Вранич. Новобранцы 1-го парашютного батальона также прошли диверсионную подготовку, курсы топографии и стрельбы по мишеням, а также интенсивную практику стрельбы из боевых патронов. Союзники снабдили батальон полным вооружением и техникой (кроме парашютов). В декабре 1944 года батальон был отправлен в Дубровник. 6 января 1945 г. батальон прибыл в г. Белград. Этот элитный батальон не имел боевого опыта во время Второй мировой войны. В середине июля 1945 года 1-й парашютный батальон был расформирован.

Помимо Италии, ряд югославских парашютистов прошли подготовку в СССР во время Второй мировой войны. По возвращении в страну они были интегрированы в существующие парашютные части. В 1946–1950 годах под командованием ВВС действовали курсы парашютной подготовки. В 1946 году по приказу Главного штаба в Белой Цркве был сформирован 46-й парашютный батальон. В 1948 году батальон был переведен в Нови-Сад. Из-за угрозы возможного вторжения с востока батальон был снова передислоцирован, на этот раз в Мостар. в январе 1951 года. В 1952 году 46-й парашютный батальон был разделен на две части. Одна часть осталась в Мостаре, а другая была переведена в Шабац. Из этой части был сформирован новый 63-й парашютный батальон. Батальон оставался дислоцироваться в Мостаре до 1954 года, когда он был переведен обратно в Нови-Сад и объединен с недавно сформированной 63-й парашютной бригадой.

Приказом № 200 Верховного Главнокомандования (ВКОС) от 5 февраля 1953 года в Шабаце была сформирована 63-я парашютная бригада. Бригада была переведена в Нови-Сад в марте 1954 г. благодаря более благоприятным обстоятельствам. Были допущены значительные ошибки в понимании использования и боевых задач этого агрегата. Преобладающая позиция заключалась в том, что Югославской народной армии (ЮНА) не требовались более крупные парашютные подразделения, поскольку, по-видимому, падение на поле боя с воздуха не имело шансов на успех в ядерной войне и с использованием современной противовоздушной обороны и массовой бронетехники. По приказу Главного штаба ЮНА в конце 1959 г. была распущена 63-я парашютная бригада, из нее были сформированы 3 отдельных парашютных батальона: 159-й парашютный батальон в Скопье.; 127-й парашютный батальон в Батайнице; и 148-й парашютный батальон в Церклье. В 1964 году в Нише был сформирован Центр подготовки парашютистов, объединивший 159-й и 127-й парашютные батальоны. 63-я парашютная бригада была вновь сформирована 5 декабря 1967 года путем объединения Парашютно-тренировочного центра и 148-го парашютного батальона. С 1967 года в Нише дислоцируется 63-я парашютная бригада. Новобранцы парашютной бригады участвовали в многочисленных парашютных и других спортивных мероприятиях в стране и за рубежом, где добились завидных результатов. Новобранцы парашютной бригады участвовали в многочисленных парашютных и других спортивных мероприятиях в стране и за рубежом, где добились завидных результатов.

С 2006 года в составе специальной бригады сербской армии вместо 63-й парашютно-десантной бригады был сформирован 63-й парашютный батальон. Формирование батальона продолжалось до 21.12.2019 когда снова была сформирована бригада, в которую вошли все члены бывшего батальона, в честь отважной истории бригады и новых задач в обороне.

Обучение

63-й десантный батальон не только является боевым подразделением высшего ранга в вооруженных силах Сербии, но и уникальной «военной школой парашютного спорта». «Парашютисты» также обучают специалистов на суше; они прекрасно знают горы и их прихоти, равнины, реки и озера, населенные пункты, коммуникации и объекты особой важности, короче говоря, все ситуации, в которых они могут оказаться как в мирное, так и военное время. Вылазки в тыл врага — разведка и диверсии — их визитная карточка.

Во всех кризисах послевоенной эпохи 63-я парашютно-десантная бригада всегда была развернута первой с высочайшей степенью боевой готовности. Во время войны НАТО в Югославии в 1999 году члены 63-й бригады воевали против ОАК в Косово, а также с диверсионными отрядами НАТО, пытавшимися совершить набеги из Албании на территорию Югославии. Члены 63-й бригады особенно проявили себя во время боевых действий у югославско-албанской границы.

С момента формирования бригады парашютисты приняли участие в 250 крупных комбинированных тактических маневрах. В период с 1947 по 1990 год было совершено 330 000 прыжков с парашютом, а с 1990 года — более 10 000 прыжков в год. 63-я парашютная бригада заслужила репутацию одного из лучших подразделений благодаря исключительным усилиям войск и офицеров, а также высоким оценкам, полученным в комплексных маневрах.

Основные ценности подразделения — любовь к Отечеству и свободе, солдатские и парашютистские клятвы, сохранение чести оружия, индивидуальное и коллективное мужество. 63 — я бригада была удостоена многих наград, которыми гордятся ее члены и командный состав: орден Национального героя, украшающий наше военное знамя, шесть орденов Мужества и более сотни других орденов и медалей, которыми награждены члены 63-й бригады за участие в боевых и других задачах. 46 ее солдат отдали свои жизни во время прыжков с парашютом и других миссий.

ГЛАВА 12. Путь Тигра: жизнь и смерть народного героя Сербии

В начале 1990-х годов республики Югославии активно выступали за провозглашение независимости. Положение усугублялось тем, что инициативу Словении, Хорватии, Боснии и Герцеговины поддерживали блоки извне, такие как НАТО и ООН. Новоиспечённый президент СФРЮ Слободан Милошевич уже не мог остановить необратимый процесс. Многовековые этнические противоречия боснийцев, хорватов, сербов, словенцев и албанцев переросли в животную бойню, унесшую за собой тысячи жизней. Однако именно в такие мятежные времена рождаются настоящие герои, которые вносят свой вклад в новую историю.

Желько Ражнатович, он же «Аркан», родился 17 апреля 1952 года в сербской семье в городе Брежице в Словении. Детство у юного «тигра» было не из лёгких. Отец, отставной полковник ВВС ЮНА, пьянствовал и вымещал всю свою агрессию на жене и сыне. Желько ненавидел своего негодного родителя и пытался во всём ему перечить. В 9 лет, после очередной ссоры с родителями, он впервые сбежал из дома. Находясь наедине с улицей, Ражнатович постиг навыки карманника и неплохо преуспел в этом деле.

В 17 лет, став уже профессиональным «щипачём», Желько пробует себя в более серьёзном деле — ограбление ювелирного магазина. Но всё пошло не так, как было запланировано. В итоге сербский парнишка попадает в детскую колонию на 2 года. Там он получает хороший жизненный опыт и становится для заключённых «малолеток» настоящим авторитетом. Выйдя на свободу, Желько, недолго думая, встревает в очередную аферу. Убегая от следствия, он скрывается в Европе, где продолжает зарабатывать на жизнь ограблением банков.

В свои двадцать с небольшим, он имел широкие связи в криминальных кругах. Общаясь с такими известными личностями, как итальянский мафиози Карло Фабиано, Желько устраивал гастрольные туры по Швеции, грабя банковские хранилища. Интерпол внёс Ражнатовича в список десяти самых опасных преступников мира. Серб отличался своей наглостью и дерзкими выходками.

Однажды он спокойно зашел в зал суда с пистолетом в руках, и вызволил оттуда своего друга (Карло Фабиано), а потом также спокойно вышел из здания. Правда, за эту выходку он был пойман в Бельгии и осуждён на 10 лет, но не отсидев и пары месяцев, совершил побег. После успешных «набегов» Желько возвращается к себе на родину.

Встав во главе местного движения фанатов «Црвены Звезды», Ражнатович устраивает несколько столкновений с хорватскими фанатами, в числе которой «Загребское побоище». Буйного серба ловят при обыске машины, где обнаруживается несколько стволов. Желько светит крупный срок, однако, удача снова на его стороне.

Отсидев чуть больше полугода, он выходит на свободу в мятежное время, когда новое правительство Хорватии готовит план по сербам (национальная «зачистка»). Являясь настоящим патриотом, Ражнатович просто не мог быть крайним в столь важном событии в истории его страны. «Аркан» отправляется на фронт.

В то время официальные вооружённые силы Югославии, в силу своей слабой организованности, мало что могли противопоставить мятежным процессам. Возникла необходимость в добровольческих объединениях, которые смогли бы навязать борьбу западному режиму. Прекрасно это понимал и Желько Ражнатович. Имея хорошие связи и авторитет, в 1991 году «Аркан» набирает из фанатов «Црвены Звезды» Сербскую Добровольческую Гвардию или, как их называют в простонародье, «тигры Аркана». За свои деньги он полностью экипирует и обучает порядка 700 человек, делая из них настоящих мастеров военного дела. Благодаря своей «железной хватке» он умудряется из горстки хулиганов сделать полноценную, боеспособную армию.

«Аркан» не брезговал и телесными наказаниями. Девиз СДГ был таков: «Первое — дисциплина. Второе — дисциплина. Третье — еще раз дисциплина». Через год число гвардейцев достигает 7000 человек. У «тигров Аркана» был собственный Устав Гвардии. СДГ имел собственный учебный центр, где бойцы обучались рукопашному бою, стрельбе, прыжкам с парашюта. Также в ряды гвардии могли вступить и женщины, причём не только в качестве медицинских работников. Именно благодаря столь хорошей выучке, бойцы «Аркана» с августа 1991 по март 1992 года потеряли лишь 9 человек, учитывая тот факт, что бои шли каждый день.

На счету «тигров Аркана» множество прекрасно выполненных операций: освобождение городов Биелина, Зворник и Брчко (Республика Сербская в Боснии), успешные бои в северной Далмации (Республика Сербская Краина в Хорватии) за свободу и жизнь местного сербского населения, антитеррористические операции в Славонии и т. д. Порой, узнав о скором приближении «тигров», враг старался быстрее уйти прочь. СДГ знали, боялись и уважали.

Как боевой командир, Желько Ражнатович был не так уж хорош. Его основным предназначением было вести народ, показывать им путь, воодушевлять на победы. Но «Аркан» был умным человеком и держал рядом собой мастеровитых генералов, прекрасно знающих военное дело. Одним из таких был Милорад Улемек-Лукович по прозвищу «Легия». Матёрый вояка, прошедший в свои годы вместе с французским иностранным легионом Ливию, Чад, Ирак и т. д. Именно он в дальнейшем возглавил элитное подразделение спецназа Сербии «супертигры». Естественно, СДГ «Аркана» не были «святыми». Они также убивали хорватское и боснийское население. Так происходило лишь потому, что на той войне не было определённых фронтов и законов, были лишь чужие и свои.

Босняки спокойно вырезали сербов целыми семьями, без какого-либо сожаления, и если бы «тигры Аркана» вдруг перестали мстить и стали более «правильными», то боеспособность и моральных дух гвардии был бы попросту подорван, а сам «Аркан» потерял бы над ними контроль. Время было такое.

Примечательно, что международный трибунал закрывал глаза на расправы хорват и боснийских мусульман. А вот действия «тигров» расценивались, как зверство и насилие. Ангажированность собственной персоной.

Сербская Добровольческая Гвардия была распущена в 1996 году. Старый друг «Легия», отобрав лучших ребят и создав элитное подразделение «супертигры», вступил в ряды Департамента Гоусадрственной Безопасности Сербии. А вот Желько Ражнатович к тому времени уже пробовал себя в роли политического деятеля.

Ещё в 1992 году создав собственную партию, серб с головой ушёл в совершенно новое для себя дело. Но, как это часто бывает, его Партия Сербского Единства собрала всего 41 % избирательных голосов. Однако «Аркан» не опустил свои руки. Он восстанавливал косовские города и сёла, вкладывал деньги в улучшение условий жизни ветеранов балканских войн, а также стабилизацию демографического положения в стране. Ражнатович делал всё для того, чтобы сербский народ жил лучше, он делал всё для того, чтобы сербский народ был единым.

Как это ни покажется странным, но не законопослушность и искренний патриотизм «Аркана», каким-то образом сочетались друг с другом. Он подкупал людей своей открытостью и душевной простотой. Люди тянулись к нему, они ему верили. Обладая огромным авторитетом, сильными связями и влиянием, Желько мог свернуть горы. Но, как вы прекрасно знаете, такие люди по естественным причинам на белый свет не уходят.

15 января 2000 года в 17:15 в отеле белградского «Интерконтиненталя» «Аркан» встречается со своим другом Добросавом Гавричем. Они радостно обнялись, поцеловались, а после этого Гаврич направил пистолет на Желько и сделал три выстрела в голову: в глаз, в рот и в весок. А затем в упор расстрелял телохранителя Ражнатовича. В скором времени преступник был найден, но по необъяснимым обстоятельствам был оправдан Белградским судом. На похороны «Аркана» пришло огромное количество сербов. Нескончаемая толпа всё шла и шла за гробом, провожая в последний путь настоящего героя и патриота Сербии.

На самом деле, Желько Ражнатович — этнический словенец, однако в период начала балканских войн он принял сторону православных сербов, т. к. с рождения исповедовал православную веру. Желько родился 17 апреля 1952 г. в семье полковника ВВС JУНА Велько Ражнатовича в словенском городе Брезичи (Брежице). В скором времени семья переехала в столицу тогдашней СФРЮ Белград, но отца неожиданно уволили из армии, из-за чего глава семейства срывал дома всю злость. И отец, и сын были заядлыми футбольными болелами: глава семейства симпатизировал "Партизану", его сын — "Црвене Звезде". Своим кумиром Аркан считал Милоша Обилича, национального сербского героя, отдавшего жизнь за свободу Косова от турецкого владычества. В середине 90-ых он купит одноименный клуб, с которым выиграет чемпионство и добьется права выступать в Лиге Чемпионов. Однако в результате скандала, клуб будет снят с участия в турнире ввиду неоднозначного прошлого своего владельца.

Скандалы в семье достигли такого предела, что эффект себя долго ждать не заставил. Желько не было и 10 лет, как он однажды сбежал из дома. К 14 годам приобрел статус карманника. Интересно то, что его называли "грабителем с розой"; он часто дарил цветы кассиршам. В 17 лет ему впаяли 1-ый срок — 3 года, впоследствии он был еще 2-жды судим, а в 20 лет он покинул родные пенаты и отправился в Европу. За ним охотились полицейские органы 12 стран, даже Интерпол. Едва попадая в кандалы, он каким-то чудом совершал побег, благо в те времена ему было на кого положиться. Он доверял только себе и паре-тройке лиц из своего окружения. Ему предписывают многое, даже ликвидацию албанской группировки "Красный Фронт". Ходит мнение, что он поддерживал дружеские контакты с албанскими "авторитетами" и работал на югославские спецслужбы. Сам Аркан эти обвинения отрицал: "Я никогда не работал на ГосБез, повторяю — никогда! … Я всегда доверял только себе. Если бы вы знали мою жизнь так, как знаю ее я, вы бы ни минуты не сомневались в том, что я говорю правду".

Немного об Интерполе. Несмотря на то, что штаб-квартира этой организации находится в Лионе, стоит отметить, что она была воссоздана в 1946-ом г. Официальной датой рождения Интерпола считается 1923 г., местом рождения — Вена (первоначальный штаб организации), а руководящие посты в этой организации занимали нацисты. Среди них Райнхард Гайдрих, шеф СД и РСХА, Артур Небе и Эрнст Кальтенбруннер. Нацистское наследие никуда не исчезло из современной роли Интерпола и сегодня Интерпол является по сути ООНовской полицией, действующей под благими предлогами в интересах США и мировой элиты. Ведь справедливо заметил тов. Сталин, что "ООН действует на потребу американским агрессорам". То же самое Коба мог бы сказать и про нынешний Интерпол. В настоящее время Интерпол насчитывает 190 членов из 193 (примечательно, что в Интерпол не входит Северная Корея, что еще больше в ближайшем будущем будет способствовать подъему КНДРовского авторитета на международной арене) и роль, которая возложена на Интерпол сегодня (в частности борьба с терроризмом, наркооборотом, детской порнухой и пр.) стала для организации ныне невыполнимой задачей, и структура элементарно не справляется с возложенными на нее обязанностями. Приведите мне хотя бы один пример, чтобы кто-нибудь из НАТОвских военнослужащих во время войны в Афгане понес ответственность за пособничество моджахедам в распространении героина. Уверен — никогда не найдете!

Аркана считали одним из 10 самых опасных людей Европы; суды 5 стран приговорили его в общей сложности к 26 годам строгача. Вскоре Аркан женился на Наталье Мартинович, выпускнице филфака Белградского университета. После медового месяца и возвращении в Белград Желько Ражнатович открыл кондитерскую, несколько бильярдных залов, дискотеку и собственное детективное агентство. Однако счастье Аркана, мир и стабильность на Балканах длились недолго.

Збигнев Бжезинский, автор трактата "Великая шахматная доска", тонко подметил факт того, что Балканы — пороховая бочка всей Европы. Введя термин "евразийские Балканы", он подразумевал распад Югославии, после которого должен был начаться очередной передел мира. Распад Югославии должен был стать увертюрой не только для войн, которые вспыхнут в начале 90-ых, но и послужить развалом СССР. "Балканизация" Югославии подразумевала отрыв Хорватии от Сербии. Для тех, кто забыл историю, напомню, что Югославия была создана благодаря братству сербов и хорватов, а начало созданию Югославии было положено Корфской декларацией об образовании Королевства Сербов, Хорватов и Словенцев (КСХС).

Отрыв Хорватии от Сербии попытался осуществить еще Гитлер, когда в 1941 г., после оккупации Югославии, в Хорватии пришла к власти хунта Анте Павелича и печально известные усташи (стоит заметить, что тогдашние бандеровцы и их "внучата" переняли многое от усташей), которые носили на запястье нож, называемый серборезом (сербосеком). Хорватия объявила себя NDH (Nezavisna Drzava Hrvatska), а режим Павелича при "духовном" покровительстве Алоизия Степинаца стал наряду с бандеровщиной самым кровавым коллаборационистским режимом за всю историю Второй мировой войны. За время усташизма было вырезано около 1 млн сербов. Зверства усташей вызывали отвращение даже у итальянской армии. Нынешняя Хорватия является прямой наследницей режима Павелича. Недавно, на президентских выборах в Хорватии победу одержала женщина, Колинда Грабар-Китарович, имеющая тесные связи с НАТО и являющейся одной из сотрудниц альянса. Вообще, в Хорватии усташи возведены в ранг национальных героев, а недавно хорватское руководство отказало Сербии во включении Нады Шакич (надзорщица в концлагере Ясеновац) в список подсудимых в МТБЮ. Ярым поклонником усташей можно считать 1-го президента независимой Хорватии Франьо Туджмана. Что не получилось у Гитлера, то сработало у Бжезинского. Название его трактата совпадало во многом с национальной символикой Хорватии. Взгляните: Это — не что иное как Шаховница. Шахматная доска является одним из национальных символов Хорватии и гербом, она изображена и на государственном флаге страны:

На флаге того же времени литера "U" обозначавшую "усташ" находилась в левом верхнем углу. Так что Бжезинский знал, на что он рассчитвал, отрывая Хорватию от Сербии. И дальше, как говорится, пошло-поехало. Балканы полыхнули.

Началом послужило т. н. загребское побоище: столкновение фанатов "Црвены Звезды" и загребского "Динамо". Увильнув от неприятностей в Загребе, Ражнатович со своими товарищами двинулись в столицу Сербской Хорватии, Книн. Там их задержали представители хорватского МВД, однако вскоре он с его сообщниками сбежали из тюрьмы. Вместе с Арканом были Душан Бандич, Зоран Стеванович, Любан Драгосавльевич, Душан Царич и Милош Кнежевич. Найденный в их автомобилях оружейный арсенал стал доказательством того, что "четническая шестерка" готовила серию мятежей против правительства Туджмана. Все 6-ро полностью отрицали обвинения в свой адрес и пояснили, что все это было необходимо им для самообороны.

Сегодня так до конца не ясно, каким образом Аркан и его люди оказались на свободе. Кто-то говорит, что Аркан угрожал рассказать на суде о том, как в СДБ СФРЮ работал на Здравко Мустача, ставшего к 1990 году советником по безопасности президента Хорватии Франьо Туджмана, и хорватам пришлось его выпустить. По другой версии, друзья арестованных похитили Невенку Кошутич, дочку Туджмана, жившую тогда в Белграде. Якобы именно из-за этого Туджман был вынужден отпустить "четническую шестерку" восвояси. Но самая правдоподобная версия, озвучил которую Йосип Больковац, бывший глава МВД Хорватии, выглядит много банальнее: группу Аркана выкупил Белград, точнее — Слободан Милошевич. Операция "купли-продажи" в соответствии с договоренностями Милошевича и Туджмана, обошлась белградской казне в 1.000.000. немецких марок.

Голова Аркана стоила ровно столько — профессиональный банкир, Милошевич знал цену деньгам и просто так их не тратил. А вскоре Аркан отомстил Туджману — однажды роскошный "БМВ" хорватского президента исчез прямо из внутреннего двора резиденции в Загребе. Это была последняя "шутка" Аркана — в августе 1991 года он отправился на фронт, а там уже никаких шуток не было.

Трудно отрицать связь между Желько Ражнатовичем Арканом и Слободаном Милошевичем, но остаётся неясным встречались ли они когда-либо ближе, чем на похоронах заместителя министра полиции Сербии Радована Стоичича Баджи, когда на знаменитой фотографии из-за плеча расстроенного Милошевича выглядывал Аркан Ражнатович утверждал, что они ни разу не встречались.

Добрила Гаич-Глишич, журналистка, которая во время войны была управленцем министра обороны Сербии Милана Симовича, в своей книге "Сербская армия" утверждает, что контакты шли через посредника. Кажется, между ними были только Симович и Стоичич.

Впервые Ражнатовича в преступлениях открыто обвинил бывший руководитель американской дипломатии Лоренс Иглбергер в 1992 году на международной конференции по Югославии в женевском Дворце наций. Ссылаясь на проверенную информацию специальной комиссии ООН, Иглбергер назвал семь человек, среди которых последним в списке был Аркан, "лидер военизированной группировки "тигры", которая самым жестоким образом этнически очистила Зворник, Братунац, Сребреницу и Гробницу, участвовала в массовых убийствах в Брчко, где было вырезано 3000 мирных жителей." С тех пор американцы регулярно попрекали Милошевича Арканом. Первым был Ричард Холбрук, который 19 октября 1995 года со ссылкой на сообщения ЦРУ рассказал Милошевичу о связях "Тигров" с югославской армией. "Ваша информация ошибочна", ответил Милошевич, на что Джеймс Пардью показал ему документ ЦРУ, который будто бы доказывал эту связь. Милошевич не захотел даже взглянуть на этот документ. Пардью оставил его лежать на столе.

Когда в начале июня 1997 года в Белграде Мадлен Олбрайт потребовала от Милошевича выдачи вуковарской тройки (Шливанчанин, Мркшич, Радич), а он ответил, что их следовало бы судить в Сербии, то в ответ получил: "У вас есть Аркан. Пока он не входит в число обвиняемых Гаагским трибуналом, хотя имеется достаточно доказательств, что он был причастен к этой войне весьма негативным образом, что совершил немало злодеяний, и вы могли бы побеспокоиться о том, чтобы Аркану предъявили обвинение и судили его в Сербии." По словам тогдашнего пресс-секретаря Госдепартамента Николаса Бернса, Милошевич не смог дать никакого адекватного ответа. Ответ на вопрос, что он думает о связи Милошевича с Арканом дал два года назад автору этих строк один западный дипломат. На вопрос, как это возможно, что западные СМИ столько пишут о злодеяниях Аркана, а обвинения выдвигаются против других людей, ответ был: "Когда Аркана пригласят в Гаагу, пригласят и Милошевича." Так и произошло.

Под славонским городком Тень, сражаясь с хорватскими частями, присланными "усмирить сербский бунт", Аркан и 24 бойца организованной им СДГ прошли боевое крещение. И только после этого они получили от местных властей автоматы, а захваченные в боях семь хорватских танков были сданы частям ЮНА в обмен на снаряжение и продовольствие. А к сентябрю 1991 года в рядах СДГ было уже 600 человек. Администрация Восточной Славонии предложила Аркану и его бойцам использовать по своему усмотрению оставшиеся от частей ЮНА казармы в городе Эрдуте. Предложение было принято, и вскоре там начал работать Учебный Центр СДГ, ставший символом сопротивления сербов Славонии, Бараньи и Срема режиму "новых усташей". В лагере, через который с 1991 по 1994 годы прошли более 10 тыс. курсантов, была установлена жесткая дисциплина. Телесные наказания за нарушения правил распорядка были нормой, а правила были едины для всех, даже для Команданта. Жесткая дисциплина и отличная выучка позволили частям СДГ избегать серьезных потерь среди личного состава — с августа 1991 по март 1992 года "аркановцы" потеряли убитыми всего 9 человек, хотя бои шли почти ежедневно. Кстати, именно в этих боях Аркан был ранен — пуля хорватского снайпера повредила ему левую руку. Единственным "черным" пятном в боевой истории СДГ стал октябрь 1993 года — тогда за месяц тяжелейших боев с частями регулярной Армии Республики Хорватия части СДГ потеряли 21 человека убитыми и еще 66 "аркановцев" были ранены. Но к концу 1993 года Арканова СДГ, насчитывавшая уже 7000 отлично обученных и экипированных бойцов, стала одним из самых боеспособных подразделений, находившихся в распоряжении Генералштаба Войска Республики Сербской (Босния и Герцеговина) и Штаба Территориальной Обороны Республики Сербская Краина (Хорватия). На счету "гардистов" было множество успешных операций — освобождение городов Биелина, Зворник и Брчко, успешные бои в северной Далмации, антитеррористические операции в Славонии и т. д. За защиту границ Республики Сербской Командант СДГ Желько Ражнатович Аркан получил высшую награду РС — Звезду Карагеоргия, которую вручил ему президент РС Радован Караджич. Выучка и профессионализм бойцов СДГ удивляла и друзей и врагов. Никто не мог понять, как ему удалось превратить вчерашних футбольных болельщиков и без пяти минут бандитов в дисциплинированных и прекрасно обученных солдат? Аркан не скрывал своего рецепта: "Первое — дисциплина. Второе — дисциплина. Третье — еще раз дисциплина. Кроме того, в СДГ нет политических раздоров — в гвардии нет партий. Мы воюем за Сербию, Сербство и Православие. СДГ сама себя снабжает — ни от каких штабов мы не зависим. И еще — я не учился на офицера, но вместе со мной служат настоящие профессионалы военного дела! Без них сегодняшней СДГ не было бы". (Одним из таких "военспецов" в СДГ был Милорад Улемек-Лукович Легия, в конце 90-х ставший командиром спецназа СДБ Сербии "Красные береты", а ныне превратившийся в главного обвиняемого в убийстве премьера Сербии Зорана Джинджича.) Слова о "самообеспечении" СДГ дали повод обвинить бойцов Аркана в мародерстве и грабежах — мол, как еще прокормить тысячи бойцов? Но Аркан имел достаточно материальных и финансовых возможностей, чтобы запретить своим бойцам брать имущество, брошенное ушедшими хорватами или мусульманами. Дело в том, что командант СДГ монополизировал всю виноторговлю в Восточной Славонии (единственный винзавод был недалеко от базы СДГ в Эрдуте), и за счет продажи спиртного покрывал часть расходов на содержание своей армии. Параллельно с этим Желько Ражнатович не гнушался торговать нефтью, оружием и продовольствием — заработать на этих товарах можно на любой войне. По его словам, у СДГ имелись богатые спонсоры, выделявшие на нужды гвардии десятки тысяч долларов ежемесячно. Скорее всего, это был банальный рэкет — Аркан знал, у кого можно взять деньги и никогда не стеснялся использовать подобного рода возможности. Возражать ему никто не рисковал: Ражнатович пользовался благосклонностью самого Милошевича, в его распоряжении была настоящая армия, так что коммерсантам оставалось только подчиниться.

Единственное, что оправдывает Аркана, так это то, что деньги, полученные таким путем, действительно шли на нужды СДГ, а не в карман командиров. Активные боевые действия части СДГ вели до самого конца 1995 года как в Хорватии, так и в Боснии. Подразделения СДГ участвовали во взятии мусульманского анклава Сребреница летом 1995 года, а в критические дни осени 1995 года "аркановцы" и спецназ МВД Сербии вместе предотвратили катастрофу на западе РС. Части ВРС, бросив свои позиции, в панике отступили, открыв мусульманам дорогу во внутренние районы РС, где почти не было войск. Только вмешательство СДГ и отряда спецназа сербского МВД спасло жизни тысяч мирных жителей и сохранило под контролем сербов два крупнейших города РС — столицу республики Баня-Луку и промышленный центр Приедор. С августа 1991 года по ноябрь 1995 года части СДГ потеряли убитыми — 51 человека, ранеными — 393 человека. Категории "пропавшие без вести" в СДГ не существовало: каждый "гардиста" знал, что оставлять на поле боя раненых и убитых нельзя. В конце 1995 года Желько Ражнатович распустил добровольцев по домам, предупредив, что в случае, если сербскому народу опять будут угрожать война, СДГ будет отмобилизована. Но когда в 1998 году в АК Косово начались бои между частями армии и МВД с одной стороны и албанскими повстанцами с другой, мобилизация СДГ не состоялась. К тому моменту Аркан уже не хотел воевать — он уже стал, как ему казалось, респектабельным политиком.

Политическая карьера Аркана развивалась параллельно с военной. Бывая в Белграде в перерыве между боями, в 1992 году он стал делегатом Народной Скупщины Сербии, представляя там население автономного края Косово и Метохия. Его предвыборная агитация была лаконична и всем понятна: закрыть границу с Албанией, силой подавить очаги албанского сепаратизма в крае, провести всеобщую перепись населения, после чего всех тех, кто не сумеет доказать свое югославское гражданство, депортировать в Албанию. Косовским албанцам предлагалось вспомнить о налогах, и оплачивать наравне с сербами коммунальные расходы — отопление, газ, свет и проч. Лояльным албанцам, выполняющим все эти требования, Аркан гарантировал защиту и безопасность. Агитация, длившаяся всего 6 дней, дала Группе граждан Желько Ражнатовича 5 мест в парламенте.

Ражнатович не жалел денег и на благотворительность. Будучи депутатом, он всячески помогал краю Косово, в частности вложил средства на строительство Храма Христа Спасителя в крае Косово и Метохия. Политические взгляды Аркана многие считают неочетническими, однако они были скорее пансербистскими.

Желько Ражнатович был трижды женат, хотя сам ненавидел людей, которые разводятся. От брака с Натальей Мартинович (2-ая жена) у него родилось 5-ро детей. 3-ий брак продлился неполных 5 лет. Последняя супруга Аркана, Светлана Величкович, известная певица, выступающая под псевдонимом Цеца, родила ему только одного ребенка, хотя сама мечтала о 5-рых. Остальные родились уже после смерти Аркана. Современники говорят, что в канун свадьбы, состоявшейся 19.02.1995 Аркан так разволновался, что в яблоко, которое нужно было раздробить из оружия, он попал лишь с 3-ей попытки. С 3-ей женой Ражнатовичу повезло — она была самой красивой женщиной Сербии.

За свои боевые заслуги Аркан был награжден Орденом Республики Сербской указом Президента Радована Караджича.

Делие — так называется фанатская группировка "Црвены Звезды". Однако сам Аркан утверждал, что его кумиром является Милош Обилич. После 1-го этапа Балканских войн, Аркан занялся развитием футбола. Он купил футбольный клуб "Обилич", вложив в него немалые средства и привел его к чемпионству. Впоследствии он говорил: "Обилич" будет символом возрождения новой Сербии." Аркан как в воду глядел. Он понимал, что отрыв Косово и Метохии от Сербии приведет к геноциду сербов. В 1998-ом разгорелся скандал: в связи с военным прошлым Аркана клуб был отстранен от участия в еврокубках. Ражнатович был вынужден переоформить клуб на жену. "И стали рваться бомбы на улицах Белграда. Агрессор не стучался, а взял и вышиб дверь…"

С началом террористической операции НАТО против Югославии, Аркан послал всех членов СДГ, к тому времени прекратившей своей существование, на защиту Косова и Метохии от поднимающих голову боевиков УЧК. С марта по июнь Белград подвергался массированным бомбардировкам НАТОвской авиации. Президент Милошевич был вынужден бежать из страны и обратился за помощью к Москве. Ельцин сорвал этот процесс, а экс-президент Югославии был выдан новыми властями Сербии Гаагскому МТБЮ. 15 января 2000 г. жизнь Желько Ражнатовича, Аркана, трагически оборвалась. 3 пули, выпущенные в рот, в глаз и в голову, оказались смертельными. Ему было всего 47. Позднее, либеральная пресса выпустила клеветническую статью про Аркана. Несмотря на весь свой нрав, Аркан был одним из немногих, кого не сломила власть денег, кто никогда не ставил деньги во главу угла. Он был патриотом своей страны и погиб он как герой. И когда я вспоминаю о Желько (на мой взгляд, он заслуживает беатификации — причислении к лику святых) Ражнатовиче, Аркане, то вздыхая думаю: "Как же сербам не хватает нового Обилича!"

11 октября 1990 года было создано одно из наиболее боеспособных подразделений гражданской войны в Югославии с сербской стороны — Сербская добровольческая гвардия (СДГ). Участников формирования также называли «Тиграми Аркана» — по псевдониму Желько Ражнатовича, который проделал путь от криминального авторитета до полевого командира, а в 1990-е был одним из самых известных и влиятельных людей в Сербии. СДГ участвовала во многих успешных операциях в Хорватии и Боснии. После завершения боевых действий Международный трибунал по бывшей Югославии обвинял гвардию в военных преступлениях.

Желько Ражнатович по прозвищу Аркан был одной из ключевых фигур общественно-политической жизни Сербии в 1990-е. Этот период получился необычайно тяжелым для страны: распад Югославии, серия малых и больших войн, резкое падение уровня жизни, военная интервенция НАТО. Охвативший западные Балканы кризис вывел на первый план людей такого склада — ставящих силу выше закона.

Его отец, черногорец по происхождению Велько Ражнатович участвовал во Второй мировой войне в партизанских отрядах Иосипа Броз Тито, а после победы и установления социалистического строя в Югославии сделал серьезную карьеру в авиации, дослужившись до звания полковника. Его сын тоже хотел стать летчиком, но связался с криминалом и уже в детстве имел приводы в милицию за кражу кошельков, а в юности получил свой первый тюремный срок. Имея ярко выраженные задатки лидера, в неволе он не тратил время попусту, а сколотил банду. Для большей солидности Ражнатович взял себе псевдоним по имени героя боевика.

После освобождения Аркан через приятелей отца завел связи на уровне верхушки МВД.

Тогда же молодым мафиози заинтересовались спецслужбы. Но его не собирались вновь упечь за решетку, а решили использовать в своих интересах. Ражнатович владел семью языками, обладал редкой смелостью и заражал своей энергией других. В современных белградских СМИ часто публикуют материалы о том, что еще при Тито криминальный авторитет тесно сошелся с управлением госбезопасности (УДБА). По одной из версий, в 1970-е Аркана специально забросили в Западную Европу для ликвидации укрывшихся там врагов режима: хорватов и албанцев.

Сотрудничество спецслужб и Ражнатовича не признавалось на официальном уровне. Более того, сам Аркан заявлял, что «никогда не работал на госбезопасность и никогда не убивал людей для Тито, а всегда слушал только себя». Тем не менее, широкое распространение получили слухи о том, что Ражнатович выполнял задания УДБА в обмен на лояльность и содействие в трудных ситуациях. Его попутные дела внутри страны спецслужбисты якобы старались не замечать. Именно альянсом с УДБА газеты объясняли тот факт, что Аркан неизменно выходил сухим из воды, хотя имел проблемы с законом и преследовался по суду в целом ряде стран Западной Европы. В какой-то момент он даже был одним из лиц, наиболее разыскиваемых Интерполом.

В конце 1980-х всегда испытывавший большой интерес к футболу Ражнатович возглавил самую многочисленную группировку клуба «Црвена Звезда».

13 мая 1990 года около 1,5 тыс. белградских ультрас отправились в Загреб на игру с местным «Динамо», вошедшую в историю как «матч ненависти». До футбола в тот день так и не дошло: сербские и хорватские фанаты устроили беспрецедентные по масштабу беспорядки, перекинувшиеся с трибун на поле. Полыхало и за пределами стадиона, а милиция не могла ничего противопоставить значительно превосходившей ее численно толпе. Столкновения длились больше часа. Травмы от ударов дубинками и арматурой, ожоги от файеров, ножевые и огнестрельные ранения получили более ста человек с обеих сторон. Считается, что этот матч послужил прологом к разразившейся вскоре гражданской войне.

Происходили и более глобальные события. На фоне активно распространявшихся в Хорватии националистических взглядов и очевидного курса республиканских властей на отделение от Югославии местные сербы организовали протестное движение и потребовали автономию. 17 августа 1990 года они соорудили на дорогах Далмации баррикады из деревьев, камней, шин и прочего хлама, лишив хорватские органы правопорядка возможности сорвать свой референдум. По основному материалу, которым хорватские сербы блокировали коммуникации, протесты получили название «революция бревен».

Ее итогом стало провозглашение Республики Сербская Краина (РСК) со столицей в Книне. Ражнатович быстро сориентировался в накалявшейся обстановке. 11 октября 1990 года он создал военизированную группировку Сербская добровольческая гвардия (СДГ). Ядро подразделения составили активные фанаты «Црвены Звезды». Символическая процедура прошла у монастыря Покайница в селе Радовань, где в 1817 году был убит вождь Первого сербского восстания Карагеоргий. После оформления структуры боевой группы добровольцы, или, как они себя именовали, «Тигры Аркана», прибыли в Книн для взаимодействия с руководством краинских сербов.

В подразделении была установлена строгая дисциплина. Ражнатович подчеркивал, что «в гвардии нет пьяного героизма» — поэтому за распитие алкоголя полагались телесные наказания. Кроме того, Аркан не переносил курение. На пост помощника командира и инструктора был приглашен Милорад Улемек по прозвищу Легия, имевший богатый опыт горячих точек в Африке и на Ближнем Востоке в составе Французского иностранного легиона. В том числе он воевал в Персидском заливе, а в гвардии передавал свой опыт и навыки добровольцам.

Личный состав СДГ, по данным прессы, не превышал 1000 человек, а всего за время войн в Югославии через подразделение прошли до 10 тыс. К «Тиграм» присоединялись профессиональные военные и бывшие милиционеры, разочаровавшиеся в эффективности официальных силовых структур. Ражнатович всегда категорически отрицал любую связь с официальным Белградом, однако тесно сотрудничал с властями РСК и Республики Сербской, президент которой Радован Караджич наградил его Звездой Карагеоргия. «Тигры Аркана» участвовали в боевых действиях в Хорватии, снискав репутацию одного из наиболее результативных подразделений со стороны сербских сил. В Боснии они отличились при взятии городов Биелина, Зворник, Брчко и Баня-Лука. Ражнатович лично руководил многими операциями своего отряда, поощрял офицеров и солдат повышением в званиях, медалями и трофейным оружием.

Свою политическую программу он излагал следующим образом: «Мы боремся за полное возвращение границ бывшей Югославии, так как это сербские границы. Словения снова будет Сербская Словения, Хорватия — Сербская Хорватия, Босния — Сербская Босния, Македония — Сербская Македония. Словения должна стать сербской, потому что я там родился и потому что словенцы объединились с нашими врагами — усташами, поэтому мы должны нанести им военное поражение, а победитель имеет право по своему желанию проводить границы и давать завоеванным территориям имена, какие хочет».

На фоне в целом неудачно складывавшейся для сербов кампании СДГ приобретала все большую известность и популярность среди простого народа. Вместе с тем в хорватских источниках можно встретить утверждения о том, что после успешных операций «Тигры» грабили имущество хорватских властей и граждан.

Международный трибунал по бывшей Югославии (МТБЮ) обвинял Аркана в военных преступлениях. Однако после подписания президентами Сербии, Хорватии и Боснии Слободаном Милошевичем, Франьо Туджманом и Алией Изетбеговичем 14 декабря 1995 года Дейтонских соглашений, прекративших войну, Ражнатович вольготно чувствовал себя в Белграде, где обрел колоссальную популярность и влияние. В частности, он купил столичную футбольную команду «Обилич» и привел ее к титулу чемпиона Югославии. УЕФА, однако, запретил клубу выступать на международной арене, мотивируя свое решение нахождением Аркана в списках Интерпола. Поэтому для заявки «Обилича» в Лигу чемпионов он переписал клуб на свою супругу Светлану Ражнатович — сегодня она является одной из самых популярных певиц Сербии и известна как Цеца.

В апреле 1996 года, после воцарения на Западных Балканах относительного мира, СДГ была распущена, хотя ее бойцы в составе государственных формирований принимали участие в начавшейся в 1998-м Косовской войне.

Самого Аркана в 2000 году застрелили во время деловой встречи в одном из отелей Белграда. По версии СМИ, Ражнатовича ликвидировали по приказу президента Милошевича или американцев. Улемек отбывает 40-летний тюремный срок за соучастие в убийстве в 2003 году премьер-министра Сербии Зорана Джинджича, который выдавал сербских военных и политических деятелей в МТБЮ.

ГЛАВА 13. Бросок на Приштину

Самая дерзкая военная операция 90-х: бросок на Приштину в воспоминаниях очевидцев. Ровно 20 лет назад произошло событие, которое заставило весь мир вспомнить о, казалось бы, пришедшей в упадок в 90-х годах российской армии. В ночь на 12 июня 1999 года сводный батальон воздушно-десантных войск, входивший в состав международного миротворческого контингента в Боснии и Герцеговине, преодолел более 600 километров и захватил расположенный в Приштине аэродром Слатина, на считанные часы опередив войска НАТО. Дерзкая секретная операция, о которой многие высшие чины (даже в России) узнали из трансляции CNN, едва не обернулась вооруженным конфликтом. По некоторым оценкам, все могло закончиться третьей мировой войной, а воспоминания участников тех событий, как выяснила «Лента. ру», во многом расходятся и даже противоречат друг другу.

10 июня 1999 года завершилась военная операция НАТО в Югославии. Согласно резолюции Совета безопасности ООН, в Косово вводились миротворческие силы альянса, а сербские войска покидали край. Основные силы НАТО были сосредоточены в соседней Македонии. 12 июня они собирались занять аэропорт Слатина — единственный в Косово, способный принимать военные, пассажирские и грузовые самолеты.

Однако их плану было не суждено сбыться, потому что у России созрел свой. Еще в конце мая майор Юнус-Бек Евкуров (ныне — глава Ингушетии) получил секретный приказ: в составе группы из 18 спецназовцев ГРУ скрытно проникнуть на территорию Косова и Метохии, взять под контроль аэропорт Слатина и подготовиться к прибытию основных сил российского контингента. Поставленная задача была выполнена. Подробные обстоятельства операции до сих пор засекречены.

В ночь на 12 июня батальон ВДВ на бронетранспортерах и грузовиках выдвинулся из боснийского Углевика в сторону Косова. Колонна прибыла в Приштину примерно в 2 часа ночи. Сербское население города вышло на улицы, радостно встречая российских военных, а к утру войска полностью заняли стратегический аэродром.

Известно, что план по занятию Слатины приходилось разрабатывать в тайне от многих российских военных и политиков. Скажем, о готовящейся операции не знали министр иностранных дел Игорь Иванов и, согласно некоторым свидетельствам, глава Генерального штаба Анатолий Квашнин, хотя разрабатывали план его подчиненные. Эти события получили название «Приштинский бросок». «Для начальника Генштаба это мелкая операция была. Подумаешь, батальон»

Генерал-полковник Леонид Ивашов о броске на Приштину

В 1999 году был начальником Главного управления международного военного сотрудничества Минобороны России; во время операции убедил возглавлявшего колонну генерала Виктора Заварзина продолжать движение на Приштину, несмотря на приказ главы Генштаба повернуть обратно.

Мы вели достаточно сильную аналитику мировых военно-политических процессов, и, конечно, следили за ролью в них России. И мы видели, что американцы заявили об однополярном мире и проводят стратегию по подавлению всех тех стран, которые пытаются проводить независимую политику или быть в союзе с другими центрами силы. Еще в 1993 году господин Киссинджер (американский дипломат Генри Киссинджер — прим. «Ленты. ру») заявил, что они не допустят появления где бы то ни было государств или союзов государств, способных бросить им вызов. То, что они строят однополярный мир, кстати, было закреплено и в стратегии национальной безопасности США.

Мы отчетливо наблюдали: все, что сопротивляется американской политике, просто уничтожается, втягивается в конфликт и так далее. И плюс, чтобы дисциплинировать Европу — а ведь в 1990-е годы там блуждали настроения, что, поскольку нет Варшавского договора, поскольку нет явных угроз, то возникает вопрос, зачем необходимо существование НАТО, — был развязан балканский кризис.

Нормы международного права, естественно, тоже подгонялись под концепцию однополярного мира. По сути, вся система международной безопасности, международного права подгонялась под американские устремления, американские желания и американское законодательство. И мы жестко обвиняли НАТО, когда без решения Совбеза, по их решению, начались массированные бомбардировки Югославии.

Это было преступление. Мы не шли на сотрудничество с ними. Мы оказывали возможную поддержку министерству обороны и вооруженным силам Югославии — и через присутствие своих советников, и через оказание другой помощи.

Мы как постоянные члены Совета безопасности ООН предложили американцам такой формат: давайте, мы представляем свой план международного военного присутствия в Косово, а вы свой. Мы такими планами обменялись. Наш план состоял в том, чтобы те страны, которые принимали участие в агрессии против Югославии, не размещались на территории Косова, а только вдоль границ. Также у нас была своя позиция в отношении вывода сербских сил из Косова. Мы настаивали, чтобы было выведено не более 50 процентов вооруженных сил и сил безопасности Союзной Республики Югославии. И американские военные согласились с этим. Но заместитель государственного секретаря США Строуб Тэлботт и Черномырдин размыли эту позицию, хотя мы, военные, стояли за это совместно.

Ряд других вопросов нам удалось согласовать с военными США. Но когда мы стали вести переговоры после принятия резолюции Совета безопасности ООН, американцы стали предлагать нам условия. В нашем МИДе американские генералы вручили мне своего рода предложение: мы разрешаем вам одним батальоном участвовать [в миротворческой операции] в американском секторе. Я говорю: а почему вы решили, что мы согласимся? Мне генерал Фогельсон говорит: это отвечает вашей позиции, и так как вы не хотите подчиняться НАТО, то ваш батальон будет подчиняться не НАТО, а американскому генералу. Естественно, с таким предложением мы не согласились.

Я доложил министру обороны. Стали планировать. Подготовили записку президенту Борису Ельцину о том, чтобы предусмотреть ввод наших сил, нашего контингента, одновременно с натовскими войсками. И все, больше ни МИД, никто об этом не знал. Четко спланировали и ввели.

Главной проблемой для нас было вывести батальон из Боснии. Мы планировали направить три батальона: один высаживается в городе Ниш на территории Сербии, другой высаживается в Слатине, а батальон из Углевика выдвигается и занимает свой сектор в Косовской Митровице, которая прилегает к основной территории Сербии. Но, поскольку самолетам с нашими солдатами не дали пролететь румыны и венгры, что, кстати, было нарушением правил международных перелетов, мы перенацелили оставшийся батальон, который вместо Косовской Митровицы пошел на Приштину.

Нашей целью было взять под контроль главный военный объект на территории Косова — это единственный аэродром, где могли приземляться военные самолеты.

О готовящейся операции не знали не только в МИДе. У нас в Генштабе, Министерстве обороны, воздушно-десантных войсках об этом знали буквально единицы. А в полном объеме обо всей операции — там же было еще военно-дипломатическое прикрытие — знали всего шесть человек. И если бы мы подключили МИД, Администрацию президента, еще какие-то структуры, то, я думаю, американцы знали бы об этом раньше наших десантников. Нужно врасти в ту ситуацию 1990-х годов [чтобы понять]. Многие наши чиновники заискивали перед американцами, выполняли их приказы. Поэтому операция проводилась в таком закрытом режиме.

Министру иностранных дел Игорю Сергеевичу Иванову, который обиделся на меня, я объяснял, что это специальная военная операция, и МИД здесь совершенно ни при чем, обижаться не нужно. Вот когда мы взяли Приштину — пожалуйста.

Тогдашний глава Генштаба Анатолий Квашнин не мог быть автором идеи марш-броска в Косово, как писал в своих воспоминаниях генерал Геннадий Трошев, потому что этот вариант мы избирали у меня на совещании в узком составе.

Мы не знали, как вывести батальон из Углевика, ведь это Босния и Герцеговина, зона ответственности многонациональной дивизии «Север», которой командовал американский генерал. И вот полковник Евгений Дубков, начальник Научно-исследовательского центра Главного управления международного военного сотрудничества Министерства обороны России, который отвечал за аналитику по Балканам, сделал свое предложение.

Мы просто применили элементы военной хитрости. Мы действовали таким образом, что батальон уже несколько часов идет по территории Сербии, господин Строуб Тэлботт спокойно вылетел в Вашингтон [из Москвы], и только когда стали подходить к границе Сербии и Косова, американцы поняли, что этот батальон мы ведем туда [в Приштину].

И генерал Квашнин приказывал развернуться, когда министр иностранных дел Игорь Иванов привез вернувшуюся американскую делегацию в Министерство обороны. Они вернулись, чтобы повлиять на нас.

Когда министр обороны Игорь Сергеев засомневался — может, говорит, остановим батальон? — я понимал, что если это сделать, то англичане первыми зайдут и займут аэродром Слатина. Поэтому на совещании, где были и МИДовцы, и начальник Генштаба, а также другие генералы и офицеры, я сказал, что с Заварзиным связи нет. Министр обороны потом одобрил это.

Это правда, что я посоветовал Заварзину выключить телефон. Но Квашнин тогда поднялся и сказал: я сейчас [сам] свяжусь. В батальоне была командно-штабная машина, которая держала связь со своей бригадой. И через этот канал он дал команду остановить движение и развернуться. Заварзин позвонил мне. Я ему напомнил: кто вам ставил задачу? Он говорит: министр обороны лично. Я говорю: а он получил эту задачу от президента, и дать команду на отмену может только министр обороны, а не начальник Генштаба. Поэтому я ему сказал выполнять приказ министра обороны, что Заварзин и сделал.

Ну а генерал армии Квашнин зашел и всех успокоил, сказал, что батальон разворачивается. Он не знал, что там за трасса, она настолько узкая, что развернуть бронетранспортеры без аварии невозможно в принципе. И когда Строуб Тэлботт что-то требовал у Иванова, все его успокаивали, что батальон разворачивается, а потом, как в «Ревизоре» у Гоголя, кто-то вбегает и кричит, что CNN показывает ввод нашего батальона в Приштину. Задача была поставлена, получили согласие президента, и задача была выполнена.

Есть у нас видеосъемки, как наш батальон входил в Приштину. Мы шли по минутам, чтобы упредить натовские войска в занятии аэродрома. И мне генерал Заварзин докладывал, что обступили, ликуют люди, несут цветы, несут фрукты. Я его просил двигаться очень осторожно, чтобы не задеть, не омрачить радость. Я обратился к начальнику генерального штаба югославской армии генералу Драголюбу Ойданичу, чтобы расчистили дорогу. Сербы немедленно помогли: объяснили людям, люди отошли, и батальон прибыл вовремя, упредив англичан.

Со стороны албанцев во время движения батальона чего-то агрессивного предпринято не было. Но здесь опять же очень здорово помогли сербы, прежде всего сербская полиция и вооруженные силы. Они разработали и привели в исполнение план обеспечения безопасности нашего батальона. Это был план секретный. Сербы были готовы поддержать, если вдруг с натовцами произойдет какой-то инцидент. У них выделялся [для этого] целый корпус.

Ребята блестяще справились. Они, особенно командиры, еще в месте дислокации в Углевике отрабатывали свои действия по установлению контроля над аэродромом на специальном макете местности. И каждый, начиная от командира отделения, знал свою задачу. Естественно, и подчиненные их знали. Поэтому, как только батальон прибыл, мгновенно вышли на свои объекты, тут же установили связь между собой и приготовились к обороне.

Где-то на полчаса с лишним позже нас пришли англичане. Они в какой-то момент попытались своими бронемашинами оказать давление на наши посты, и ребята просто проявляли героизм. Они не успели оборудовать даже окопы, но нацелили гранатомет на британскую бронемашину и предупредили: еще один метр, и мы будем действовать. И далее они сами [англичане] предложили взаимодействие.

Командующим силами безопасности KFOR (сокращение от Kosovo Force, в официальных документах ООН на русском языке именуются СДК, «Силы для Косово», — международные силы под руководством НАТО, отвечающие за обеспечение стабильности в регионе, — прим. «Ленты. ру») был английский генерал Майкл Джексон. Приказы главнокомандующего объединенными вооруженными силами НАТО в Европе американского генерала Кларка о том, чтобы атаковать, выдавить русский батальон, он не выполнял, потому что читал резолюцию Совета безопасности ООН, где НАТО вообще как международная организация не упоминается.

И поэтому в первую же ночь командир британской бригады предложил провести встречу с нашим командованием, с генералом Заварзиным. Последний получил разрешение провести такую встречу. А после нее британцы в интересах личной безопасности остались ночевать в расположении нашего батальона.

Разговоры о том, что наши солдаты, занявшие аэродром, испытывали трудности с припасами, это все глупости, дурь. Просто ложь какая-то, дурная ложь. Во-первых, батальон пришел со своими запасами. И через два часа по прибытии уже работала кухня. И, кстати, британцев, которые напросились на встречу, командование британской бригады, угощали горячим ужином. Это первое. Второе: наш тыл работал хорошо. И, конечно, мы имели определенные договоренности с сербами. Там возникла проблема с водой. Но не потому, что воды не было, а потому, что поступила информация, якобы албанцы отравляют источники питьевой воды, которые мы используем. Поэтому я позвонил немецкому генералу, с которым мы взаимодействовали, и попросил перекинуть туда минеральной воды. Мы с немцами кое в чем сходились против американцев по поводу Балкан в целом и Косова в частности. Две огромные фуры тут же развернулись и обеспечили водой наших ребят.

Тут лучше вспомнить, как натовские офицеры и даже генералы становились в очередь в русскую баню, которую буквально через несколько дней срубили наши ребята. Это же десантники. Они все могут, умеют. Тем более, они адаптировались к этим балканским условиям, выполняя боевую задачу в гарнизоне Углевика в Боснии и Герцеговине. Так что все они прекрасно знали. И потом, это же лето было. Сербские граждане несли туда овощи, фрукты. Но они не проникали на объект. Все это было хорошо организовано, действовала тыловая служба — что можно брать, что нельзя. А потом уже мы, Главное управление международного военного сотрудничества, организовали наш российский тыл — через Салоники, через Грецию. Постоянно шли туда и боеприпасы, и вещевое довольствие, и продовольствие. Греки в Салониках тоже здорово встречали нас.

Действия группы спецназа под командованием Евкурова, которая взяла под контроль аэропорт Слатина еще до прибытия батальона, до сих пор засекречены. И я не уполномочен их рассекречивать. Но действительно, для чего у нас разведка, для чего у нас спецназ. Причем спецназ не худший в мире, а скорее всего, наилучший. Это не то, что показывают в фильме «Балканский рубеж».

Конечно, мы все свои действия осуществляли в тесном сотрудничестве с сербами, и это нужно понимать. С их Генштабом, с его главой Драголюбом Ойданичем мы встречались много раз. Я даже защищал его в Гаагском трибунале, он восемь лет отсидел.

В полной мере об этой операции знали от Генштаба в Главном разведывательном управлении — начальник Главного управления, его первый заместитель. И знал Юрий Николаевич Балуевский, начальник Главного оперативного управления. Они планировали, работали.

Для начальника Генштаба в то время эту должность занимал генерал армии Анатолий Квашнин это мелкая операция была. Что там, подумаешь, батальон. Он не стремился вникать. И по ряду причин не все до него доводили.

Николай Стаськов в 1999 году — начальник штаба ВДВ, в 1993–1998 годах был заместителем командующего ВДВ по миротворческим операциям. Сейчас — заместитель председателя ДОСААФ. Генерал-лейтенант ВДВ в отставке, доктор политических наук. Я давно занимался миротворческой деятельностью, почти шесть лет был заместителем командующего ВДВ по миротворческим операциям, и на Балканах в разрешении конфликтов я принимал непосредственное участие, уже был опыт проведения операций по вводу батальона в Сараево (российские миротворцы находились в Боснии с 1992 по 2003 год — прим. «Ленты. ру»).

Когда начались события в Косово, было решено там провести операцию под эгидой НАТО, многонациональных сил, для того, чтобы взять под контроль этот край, где назревали большие события. Чтобы кровопролитие прекратить, было решено ввести войска, разбить территорию края на сектора и принудить стороны к миру — так спланировали натовцы.

Но Российская Федерация придерживалась противоположного мнения о необходимости урегулировать этот вопрос дипломатическим путем и была против проведения [силовой] операции.

Шло время, и натовцы заявили: если вы не желаете участвовать в этой операции, тогда мы проведем ее сами. И вот, когда мы оказались за бортом, встал вопрос: а как мы поможем сербам, как мы повлияем на обстановку? Решение натовцами было принято, им нужно было только ввести войска и взять под контроль свои сектора.

Тогда принимались различные решения. Было много вариантов, но они все напрямую вели к развязыванию третьей мировой войны: переброска войск и по воздуху, и по земле через сопредельные государства. Это была утопия, которая вела к непредсказуемости событий. Поэтому еще месяца за полтора первый заместитель начальника Генштаба Юрий Балуевский меня предупредил, мол, будь в готовности ввести миротворческий батальон по типу Сараева.

Шло время, и вдруг выстрелил этот вариант. Поставили задачу по линии штабов. Ввиду того, что была определенная секретность, были ограничены каналы, по которым мы работали. Не все первые лица государства знали, что такая операция проводится. Мною была создана оперативная группа, поставлены задачи. Поскольку я размещал ту бригаду в Углевике, я все там знал. Оперативную группу возглавил генерал-майор Валерий Рыбкин, командиром батальона был назначен полковник Сергей Павлов. Командир бригады — полковник Николай Игнатов.

Мы вывели батальон прямо из-под носа натовцев, потому что нас контролировали, под видом того, что он отправляется на занятия. Там недалеко есть полевой аэродром, мы вывели батальон туда, подготовили его к маршу. Нам нужно было опередить ту армаду, которая выдвигалась в Косово, чтобы занять свои сектора ответственности. Нам были нужны большие маршевые скорости, поэтому решение было принято, чтобы техника была однотипная, колесная, то есть БТР-80. Тылы мы оставили на аэродроме, только взяли с собой заправщики.

И на скорости, которая достигала 60 километров в час (это для батальона очень много), мы сумели опередить натовские войска. Когда мы вошли в Косово, там все вышли на улицы и приветствовали нас. А ранее, когда батальон шел по автобану, там больших населенных пунктов не было, мы там проскочили быстро.

Никто не сомневается, что против той армады войск, которая выдвигалась для занятия своих секторов в Косово под прикрытием авиации, мы особой силы не представляли. Это было несоизмеримо.

О происходящем не знали многие первые лица в России, не знали и в Соединенных Штатах. Мир узнал только после того, как CNN передал картинку, что батальон уже там, в Косово, его встречают сербы.

Когда мы уже вошли туда, многие начальники, в том числе и Квашнин, поняли, что вопрос настолько серьезен, и все настолько далеко зашло, что нужно было принять решение отойти назад, на границу с Сербией. Но выполнить это распоряжение, развернуть батальон назад, когда ликующий город вышел на улицы, было невозможно. Хотя такая команда последовала.

И вот с этого момента все началось. Политики требовали серьезных мер. Я читал все эти отчеты, они были за то, чтобы, используя силовой метод, сбить батальон с аэродрома, проявить решительность. Но военные были против. Английский генерал Майкл Джексон произнес знаменитую фразу о том, что он не собирается развязывать третью мировую войну. Поэтому они решили пойти на переговоры. В итоге Россия участвовала в операции на территории Косова.

Министр иностранных дел Игорь Иванов действительно не знал о готовящейся переброске батальона в Косово. А то, что об этом не знал глава Генштаба Анатолий Квашнин, — это неправда. Он был одним из организаторов всего этого. Все готовилось, как я уже говорил, по линии штабов — Генштаба, штаба ВДВ.

Если послушать, что тогда говорили Игорь Иванов и другие чиновники — они невпопад отвечали, что произошло. Это потом, когда президент в 10 утра одобрил наши действия, все заговорили.

Об операции группы из 18-ти спецназовцев под командованием нынешнего главы Ингушетии, а тогда майора Юнус-Бека Евкурова, я ничего не могу рассказать, хотя он и был тогда моим подчиненным. Мне об этом неизвестно. Возможно, какие-то задачи и ставились, выполнялись… Но они не обнародовались.

Сейчас много чего рассказывают. Я говорю о том, какие распоряжения я отдавал и какие полномочия имел. Взять тот же фильм «Балканский рубеж». Обидно, что фильм однобокий. Чего не было, то выпятили. То, что было, отвели на второй план. Батальон показали в виде роты. Но это на совести режиссеров. Они делали так, чтобы это все было интересно смотреть, и фильм был кассовым. Но если бы там была стрельба, то была бы большая война. В том фильме я был консультантом. Гоша Куценко приехал, рот раскрыл, а я два с половиной часа ему рассказывал. А там они уже все перевернули.

Мы готовились серьезно и батальон бросить один не могли. Мы просчитывали все ситуации. По поводу каких-то проблем со снабжением, это домыслы. Они рождаются, обрастают слухами. Нет, здесь не было проблем. И население к нам относилось хорошо, помогало. Никто не предлагал поделить аэродром в обмен на провизию, как об этом некоторые пишут.

Юнус Евкуров в конце мая 1999 года возглавил группу в составе 18 бойцов ГРУ, которая тайно проникла на территорию аэропорта Слатина и фактически контролировала его до подхода десантного батальона. В 2000 году ему присвоено звание Героя России. Сейчас Евкуров — глава Республики Ингушетия.

Обстановка на Балканах была напряженной в течение всего 1998 года и особенно обострилась с началом военной операции НАТО против Югославии в марте 1999-го — когда самолеты НАТО начали бомбить Белград и стратегические объекты на территории страны. — рассказывал Евкуров в колонке, опубликованной в марте 2019 года на сайте ТАСС. — В тот момент и сам блок НАТО, и наше Министерство обороны рассматривали различные варианты ввода сухопутных сил на территорию Косова и Метохии — если межэтнический конфликт между сербами и косовскими албанцами еще больше обострится. Тогда и наши миротворцы, и представители блока НАТО стояли на территории Боснии и Герцеговины. И конечно, — я так думаю — всех волновал вопрос, как зайти в Косово, какие площадки, какие транспортные коммуникации для этого использовать.

Сам исторический «бросок» — переброска сводного батальона ВДВ из состава российского контингента в аэропорт Слатина в 15 километрах от Приштины — был проведен в ночь на 12 июня. Но нам, группе, которая эту операцию готовила, задача была поставлена еще раньше. Нет, не захватить аэропорт, а взять его под наблюдение, проверить, какие у него возможности, какая взлетно-посадочная полоса, коммуникации, «под кем» находится объект, кто его контролирует.

В обстановке безвластия — это было во многих региональных конфликтах — власть берут в руки местные криминальные авторитеты. И в Косове была такая же ситуация: в каждом районе, на каждом углу свой хозяин, все с оружием — беспредел. И аэропортом тоже заведовали они. Никаких регулярных военных формирований, только небольшие группы, которые по своим возможностям захватили ряд таких стратегических объектов. Наша группа выжидала, когда часть этих людей уходила вечером — на свои разбойничьи дела или, может, в кабаки. Под утро они возвращались и целый день отсыпались. Мы выбрали момент, когда на месте было небольшое количество людей, воспользовались этим и заняли аэропорт.

В моей команде были и российские военнослужащие, но большинство — все-таки представители местного населения: сербы, албанцы, хорваты. Люди разных национальностей, разных вероисповеданий. Хочу подчеркнуть, что было много албанцев, которые были недовольны действиями радикальных албанских и хорватских националистов по отношению к мирному населению. Ведь там творилась, можно сказать, нереальная жестокость, поэтому и разные люди были в команде.

Для кадровых военных это обычная работа, но, конечно, мы учитывали, что ситуация может выйти из-под контроля. Случиться могло всякое, никто не застрахован, и были у нас сложные моменты. Все шаги просчитывали, понимали, что находимся далеко, что вокруг, скажем так, недружественная обстановка, поэтому никто не ожидал, что все будет гладко, готовились ко всему. Никаких переживаний не было, я даже не заострял на этом внимание. У меня была задача, и я ее выполнил.

Самым сложным был этап, когда была пауза, — решалось, пойдет или нет основная колонна наших сил. Это тот момент, когда ты вроде бы и имеешь моральное право уйти, но при этом знаешь, что к аэропорту уже выдвинулся британский батальон, бронеколонна. То есть стоит выбор: оставить позиции тем же бандитам и в дальнейшем англичанам либо все-таки дождаться своих. В таком подвешенном состоянии действуешь уже по интуиции: сам принимаешь решение, и от него зависит дальнейший ход истории. Мы интуитивно решили еще час потянуть время, посмотреть, что будет, — и выиграли.

Леонид Ивашов: Вообще, такого начальника Генштаба, как генерал армии Квашнин, я в истории российских вооруженных сил не припоминаю. Он особо не вникал в армейские дела и не понимал простых вещей, хотя я ему неоднократно докладывал. Я знал тот источник, который влиял на Квашнина, когда он неоднократно ставил вопрос о расформировании Главного управления международного военного сотрудничества. И при Сердюкове он, по сути, добился своего. А потом уже, с приходом Сергея Шойгу, срочно стали все восстанавливать, но специалисты ушли.

Вся миротворческая деятельность России, а значит — деятельность Министерства обороны, финансировалась не из военного бюджета (Леонид Млечин в своей книге «МИД. Министры иностранных дел. Внешняя политика России» приводит слова Анатолия Квашнина, сказанные в апреле 2003 года, когда российский контингент был выведен из Косова: «У нас не осталось стратегических интересов на Балканах, а на выводе миротворцев мы сэкономим двадцать пять миллионов долларов в год» — прим. «Ленты. ру»). Она финансировалась по статье «Международное сотрудничество». И нам, Министерству обороны, содержать боевые подразделения за рубежом — в качестве миротворцев или каких-то других структур — было очень выгодно, потому что это было вне бюджета Министерства обороны, вне его расходов. Плюс мы получали столь богатый опыт.

В случае с Косово Россия получила международный авторитет, международное признание. Но для Квашнина это ничего не значило, потому что у него были другие мерки, другие категории. Я с ним категорически не согласен. Ничего мы от этого ухода с Балкан не выиграли. Но мы в очередной раз продемонстрировали, как делали это не раз со времен Горбачева, что мы сдали своих друзей, сдали своих союзников, ничего не получив взамен, потому что были очень послушны тем же американцам.

Если бы на посту премьер-министра был Евгений Примаков в то время, когда мы планировали эту операцию, то ситуация развивалась бы по-другому. Российские десантники своим марш-броском подняли авторитет России и создали передовой плацдарм, который нужно было развивать в политическом плане и в плане создания системы международной безопасности. Да и российская экономика туда бы зашла, если бы разумные люди ею управляли. При том успехе и авторитете можно было бы все там делать: и «Южный поток», и все, все, все. Но мы ушли оттуда.

Мы, военные, создаем плацдарм для наступления и политики, и дипломатии, и экономики и всего-всего. Это не использовали. Ну а господин Квашнин, когда наши войска вывели с Кубы из разведцентра (имеется в виду радиоэлектронный центр в Лурдесе — главный советский, а затем российский зарубежный центр радиоэлектронной разведки, использовался по назначению до 2002 года — прим. «Ленты. ру»), тоже начал считать: это все столько вот стоит, а вот мы спутники запустим… В результате — ни разведцентра, ни спутников.

Наши ребята были в центре внимания всего человечества, всего мира. Это был подвиг. Понимаете, насколько американцы надоели всем, включая народы натовских стран? Наших ребят на руках носили, радовались, что наконец-то нашлись русские десантники, которые утерли нос нагловатым янкам.

Николай Стаськов: Суть состояла в том, чтобы заставить НАТО считаться с нами. Они это увидели, выделили нам сектор. Мы перебросили туда бригаду и выполняли там задачи. Поэтому была и уверенность у сербов, что мы присутствуем, что они не брошены. Это все понимали и понимают.

А самое главное — это профессионализм офицеров, генералов, личного состава, их подготовка, содержание техники. Все это позволило выполнить задачу, притом в таких экстремальных условиях. Это факт, отрицать который нельзя. Наши отцы и деды сделали столько, что у натовцев до сих пор присутствует какой-то звериный страх, поэтому они нас и боятся, и уважают. А мы должны были доказать и подтвердить, что мы такие.

Решение о выводе российского контингента спустя четыре года, в 2003 году, нужно было принимать однозначно. Потому что там одни, как говорится, правили бал, а вторые помогали доставать каштаны из огня. Туда, где не могли действовать натовцы, посылали русских, потому что сербы полностью доверяли и доверяют нам. И в этих вопросах они использовали нас везде. Ну а когда все устаканилось, и сербское многотысячное население в основном ушло, остались, так сказать, сотни. По факту, стало ясно, что Косово уже признано НАТО территорией косовских албанцев. Мы поняли, что перспектив нет. И последние события показывают, что это так.

Юнус-Бек Евкуров: Для государства и мира в целом в тот период стало понятно, что Россия, находясь в тяжелейшей ситуации, все равно в состоянии выполнять такие задачи за пределами страны, — писал он. — На днях выступал министр обороны и правильно говорил, что еще лет шесть назад никто не мог подумать, что наши войска, кроме морских походов в нейтральные воды и полетов дальней авиации в нейтральных зонах, могут выполнять за пределами страны боевые задачи. Мировому сообществу было показано, что на России ставить точку рано, Россия себя еще покажет.

Если бы этот локальный военный успех был закреплен политическим решением и политической волей, возможно, сейчас в Косове была бы другая ситуация. Но получилось так, как получилось. Мы понимали, что Югославия осталась со своими проблемами один на один, как бы Россия ни пыталась помочь. Россия тогда была не той, что сегодня. Возможностей не было помогать. И понимание у западных партнеров тоже было такое, что Россия не игрок на этом поле, и поэтому они так нагло и смело себя вели.

Я думаю, что уроки Югославии сегодня извлекаются в ходе принятия различных внешнеполитических решений руководством страны. Тогда было показано, что западные партнеры нарушили все договоренности, которые были с Россией достигнуты по Югославии. Я уверен, что сегодняшняя внешняя политика ведется в том числе с учетом ошибок Югославии в 1999 году.

ГЛАВА 14. Сербский спецназ взбунтовался

Подразделение специальных операций (ПСО) службы госбезопасности Сербии вновь оказалось в центре внимания. Сотня спецназовцев во главе с командиром Душаном Маричичем поднялась на бунт с конкретными политическими требованиями. Среди них — отставка министра внутренних дел Сербии Душана Михайловича и урегулирование законодательным путем отношений Белграда с Международным трибуналом по бывшей Югославии. В конце прошлой недели представители ПСО устроили блокаду дорог вблизи Кулы на севере Сербии. А начиная с понедельника их протесты перекинулись на Белград. "Красные береты", как называют представителей ПСО, настроены весьма серьезно: на улицы они вышли в униформе и с оружием, в сопровождении собственных бронемашин. Премьер-министр Сербии лично пытался вернуть спецназовцев и к их повседневным обязанностям, но не сумел. Сами бунтовщики говорят, что премьер отнесся с пониманием к их действиям, хотя и не поддержал их.

С виду толчком к недовольству послужил арест братьев Бановичей, который был произведен самими "красными беретами" на прошлой неделе. Бунтовщики утверждают, что им не было известно, что речь идет о лицах, обвиненных в военных преступлениях Международным трибуналом по бывшей Югославии. Дескать, был получен приказ арестовать злостных преступников, и не более того. Если основываться на заявлениях бунтовщиков, то ПСО считает Гаагский суд антисербской инстанцией. Бановичи — сербы, хоть и не граждане СРЮ, а соседней Боснии. "Красные береты" оправдают сотрудничество Белграда c Международным трибуналом только, если будет принят соответствующий закон. В нынешних же услових случай с Бановичами, якобы, замарал честь "красных беретов".

Напомним, что ни в парламенте Сербии, ни в парламенте СРЮ демократам до сих пор не удавалось протащить закон о сотрудничестве с Гаагским судом. Основным препятствием к этому является неизбежная формулировка о выдаче граждан СРЮ, что не позволяется республиканской и федеральной конституциями. Политические силы страны серьезно разделены в данном вопросе: одни говорят, что трибунал сам по себе незаконная политизированная инстанция, другие считают, что сотрудничество с Гаагским судом следует снабдить авторитетным документом (а лучше всего законом), третьи убеждены, что международное право выше национального и поэтому никаких специальных документов не требуется. Выдача экс-президента СРЮ Слободана Милошевича в Гаагу была подкреплена, как известно, постановлением правительства Сербии. Сей документ, по мнению премьера Джинджича, и есть основа для экстрадации любого другого обвиняемого. Как говорится, на вкус и цвет…

В любом случае трибунал продолжает трепать нервы "сербской демократии". Ныне это проявилось в отказе "красных беретов" подчиняться Министерству внутренних дел. А это позволяет, по крайней мере, усомниться в еще недавних утверждениях главы МВД Душана Михайловича и шефа госбезопасности Горана Петровича, что ПСО "под полным контролем".

О "красных беретах" ходят многочисленные слухи: и об их завидной храбрости, и об их чудовищных преступлениях. "Красные береты" неплохо вооружены — у них есть и бронированная техника американского производства, и русские вертолеты Ми-24. ПСО создавалось в начале 90-х годов, когда республики разваливавшейся СФРЮ ступили на тропу войны. Первые свои операции "красные береты" провели в Сербской Краине (Хорватия). Затем были Босния и Косово. Кстати, говорят, что в косовской войне ПСО проявило себя как самое организованное и дисциплинированное подразделение сербских сил безопасности. Представители ПСО действовали и в южных общинах Сербии на границе с краем Косово, отражая вылазки албанских боевиков из "буферной зоны" (упразднена этой весной). В 1996 году ПСО сделали частью службы госбезопасности МВД Сербии. Подразделение возглавил Милорад Лукович (Легия), который в свое время воевал бок о бок с ныне покойным головорезом Желько Ражнатовичем (Арканом).

С "красными беретами" среди прочего связывают и одно из покушений на лидера Сербского движения обновления Вука Драшковича. Осенью 1999 года в результате автокатастрофы на Ибарской магистрали погибли 4 представителя СДО, сам Драшкович остался почти невредим. "Красные береты" пригодились и новым демократическим властям в столь важном вопросе, как арест Слободана Милошевича. Та акция, осуществленная нынешней весной, до сих пор остается темным делом. Через некоторое время после ареста экс-президента Легия оставил пост командира ПСО.

Бунт "красных беретов" может объясняться не только и не столько несогласием с условиями, в которых спецназовцы осуществили арест Бановичей. Источники в МВД Сербии сообщают, что иных представителей ПСО охватил страх за собственную судьбу, ибо Международный трибунал испытывает особый интерес и к этому подразделению. По другим версиям, бунтовщикам могут не нравиться и перемены, осуществляемые в структурах госбезопасности, которые, видимо, восприняты как подрыв положения "красных беретов". Что касается финансовых причин для недовольства, то они вроде бы сбрасываются со счетов. Представитель ПСО получает от 30 до 45 тыс. динаров (1 марка равна 30 динарам), что по меркам госбезопасности считается очень высоким жалованьем. Кому все-таки придется искать новую работу — министру Михайловичу или командиру Маричичу со своими ребятами, покажет время. Михайлович говорит, что за свое кресло не держится. Дело в любом случае приняло политический размах. Остается подождать, какие новые трещины даст властвующая коалиция сербских демократов.

ГЛАВА 15. Четники первый спецназ на Балканах

При слове «четник» большинству интересующихся Сербией представляется храбрый бородатый и порой слегка нетрезвый воин в меховой шапке, скрывающийся в горах, любящий короля и одинаково недолюбливающий и немцев и коммунистов. Однако, четники это еще и спецназовцы-диверсанты Армии Королевства Югославия, первый профессиональный спецназ на Балканах.

О батальонах четников в Югославской королевской армии я писал достаточно давно, еще в 2009 году для одного старого-доброго сайта. Пришло время обновить рассказ с учетом появившейся новой информации.

Первый отряд «армейского спецназа» — «первая штурмовая рота» в сербской армии был создан в 1923 году в составе батальона пехотной офицерской школы в Сараево. В состав роты входили четыре взвода, в каждом взводе по четыре стрелковых отделения, отделение химической службы и отделение огнеметов (211 солдат, 4 коня, два автомобиля, 12 единиц автоматического оружия). Командовал ротой майор Михайло Георгиевич. Штурмовая рота должна была объединить опыт сербских повстанцев — четников и опыт штурмовых отрядов Салоникского фронта. Однако, вскоре рота была расформирована. Как пишут сербы, без каких-либо причин, но, скорее всего, на фоне разразившегося экономического кризиса.

Сначала аншлюс Австрии Германией, а затем резкое изменении военно-политической ситуации в мире после разгрома Польши заставили югославский генеральный штаб полностью пересмотреть свои прежние военные планы. Новый план, вошедший в историю как план «S», принятый в начале 1940 года предполагал в первой фазе возможной войны оборону пограничных фронтов а затем постепенное отступление вглубь страны за линию Уна-Сава-Дунай.

Сам план не сохранился, но по рассказам армейского генерала Душана Симовича, возглавлявшего тогда Главный Генеральный штаб и одного из создателей плана полковника Генерального штаба Бранко Поповича, занимавшего во время разработки плана должность в оперативном отделе Генштаба, план «S» предполагал использование партизанских подразделений. Полковник Попович рассказывал, что военный план «S» предполагал «операции в виде глубокого маневра с опорой на частично укрепленные пограничные фронты, а затем на ряде сильных речных и горных линий с упором на то, чтобы армия как целое не дробилась и не подвергалась уничтожению по частям. При этом принималась к рассмотрению и «герилья» на территории с которой отступили наши части». Генерал Душан Симович также отмечает, что план «S» предполагал действия партизанских отрядов в тылу неприятельской армии при участии пограничников, местного населения и жандармерии с опорой на военные склады, оставленные армией.

Создание югославского спецназа

В январе 1940 генерал Симович был смещен со своего поста, а должность начальника Главного генерального штаба занял армейский генерал Петар Косич, под руководством которого был подготовлен новый военный план — «R-40», учитывающий вновь изменившиеся обстоятельства — итальянскую оккупацию Албании, нападение на Грецию и приближение Болгарии к «Оси».

Этот план также предполагал использование специальных партизанских подразделений в тылу врага, чуть позднее этот план был сменен новым — «R-41», где партизаны также не были забыты. Так как Югославия не располагала сильными бронетанковыми и моторизованными частями (имелось лишь два танковых батальона, и одна механизированная бригада, включенная в состав третьей кавалерийской дивизии), то было решено, что специальные партизанские части будут не только выполнять задачи в тылу врага, но и парировать удары вражеских бронетанковых подразделений.

Руководствуясь этими задачами, военный и морской министр генерал Милан Недич 8 марта 1940-го года подписал приказ о создании «Четнического командования» («Cetnicka komanda»), возглавляемого бригадным генералом Михайло С. Михайловичем, ранее руководившим Школой резервных пехотных офицеров в Сараево. Генерал Михайлович считался умелым партизаном — он участвовал в партизанских операциях в Македонии и южной Сербии в 1911–1912 годах и на Солунском фронте 1916–1918. Начальником штаба «Четнического командования» стал майор генерального штаба Душан Анджелкович. По требованию Влатко Мачека, заместителя председателя правительства и главы Хорватской Крестьянской Партии «Четническое командование» 10 июля 1940 года сменило название и стало «Штурмовым командованием» («Jurisna komanda»), так как название «четнический» отражает историю лишь одного народа и являлось якобы проявлением великосербского шовинизма и унижением хорватского народа.

Лишь 1 апреля 1941 года, непосредственно перед началом войны приказом военного и морского министра «Штурмовому командованию» было возвращено старое название — «Четническое командование».

Что же имели в виду югославские генералы под словами «четнические боевые действия»? В секретном документе Главного генерального штаба «Наставление по четнической войне» от 1929 года приводятся основные отличия четников, в соответствии с которыми «Четническое командование» получило три основные задачи:

— В том случае, если югославская армия в грядущей войне будет разгромлена, четнические подразделения должны стать организационной, кадровой и учебной базой для развертывания массовой партизанской войны.

— На четнические подразделения возлагались задачи по действиям в неприятельском тылу, — от диверсионных операций до организации разведывательной сети с опорой на местное население.

— Кроме того, четнические подразделения могли быть использованы и для охраны стратегических целей и высшего командования и использоваться с целью организации контрразведки, поиска вражеских шпионов, борьбы с диверсантами и парашютно-десантными частями.

Для решения столь разносторонних задач сербские «спецназовцы», должны были получить особое вооружение, снаряжение, а также проходить особую подготовку, отличную от прочих пехотных подразделений.

Четническое командование

«Четническое командование» с момента своего создания располагалось в Нови Саде в Петроварадинской крепости и лишь перед войной, 1 апреля 1941 года было перебазировано в село Самаила под Кралево. Четники непосредственно подчинялись военному министру и лишь в вопросах военной подготовки — Верховному инспектору вооруженных сил.

Возглавлял «Четническое командование» дивизионный генерал Михайло Михайлович, начальником штаба был назначен полковник Бранко Наумович. Командиру четников ставились следующие задачи: развивать у солдат дух самопожертвования, стремление быстрого и полного уничтожения врага, даже ценой жизни, руководить тактическим совершенствованием развитием подчиненных офицеров, развивать у них инициативу, а также следить за деятельностью подобных подразделений за рубежом и перенимать у них все то, что может способствовать улучшению организации, вооружения и подготовки четнических подразделений.

«Четническому командованию» подчинялось шесть четнических батальонов (по неподтвержденной сохранившимися документами информации планировалось создать до 14 батальонов). На территории каждой армейской области было дислоцировано по одному батальону. Первый — в Нови Саде, второй в Сараево, третий — в Скоплье, четвертый в Карловце, пятый — в Нише, а шестой в Мостаре. Формирование седьмого четнического батальона началось 1 апреля 1941 года в Кралево, но в связи с молниеносностью Апрельской войны так и не было завершено.

Создание четников не прошло незамеченным немцами и уже 28 января 1941 нацистская служба безопасности СД сообщила руководству, что «по решению Министерского совета Королевства Югославия в 12 местах вновь сформированы четнические группы. На это выделен кредит в сумме 2,5 миллиарда динаров, который равномерно распределен между Министерством армии и Министерством внутренних дел. Обучение четников проводится в Нови Саде, Кралево и 10-м пехотном полку в Сараево».

Структура батальона четников

Каждый четнический батальон состоял из штаба батальона, штабного взвода, взвода связи (30 бойцов) и двух-трех рот. Первый и Третий четнический батальоны состояли из трех рот, а остальные — из двух, в каждой роте по 70 бойцов. Штаб батальона состоял из командира батальона в чине майора или подполковника, заместителя командира — капитана 1-го или 2-го класса, интенданта, адъютанта, двух писарей и специалиста-оружейника. Батальонный обоз в мирное время состоял из двух автомобилей, четырех конных упряжек и трех коней, в военное время обоз должен был развертываться до 101 коня.

В штабной взвод входили три противотанковых отряда, а также специалисты для «общих потребностей» — врачи, ветеринары, кузнецы и курьеры.

Взвод связи стоял из телефонно-сигнального и радио-телеграфно-телефонных десятков. Четническая рота состояла из штаба роты, четырех взводов и «тыловой» части. Штаб — командир роты — капитан 2-го или 1-го класса, четыре офицера, унтер-офицер и три ординарца. Тыловая часть — трое посыльных, один конюх и один повар. Командир роты был освобожден от всех финансово-материальных обязанностей и посвящал свое время исключительно подготовке подчиненных к выполнению тяжелейших задач из области «четнической войны». Обычный четнический взвод состоял из командира — офицера в чине поручика или подпоручика, заместителя командира — унтер-офицера в чине старшего сержанта или сержанта и шести троек, в «тройку» входили капрал и два солдата. Итого взвод состоял из двадцати человек — офицер, унтер-офицер, шесть капралов и двенадцать солдат.

На службу в четнические подразделения принимались исключительно славяне: сербы, хорваты и словенцы. В первом, втором, третьем и пятом батальонах командирами и большей частью офицеров и солдат были сербы, в четвертом и шестом — хорваты, словенцы составляли приблизительно 10 % от общего числа бойцов — четников. Особых инцидентов на национальной почве в частях «спецназа» зафиксировано не было, лишь в шестом батальоне отмечалось, что офицеры- хорваты в неслужебное время избегают общества офицеров — сербов.

Местное население Мостара, где располагался Шестой батальон негативно относилось к размещению у них данного подразделения в том числе и из-за названия «четнический», символизировавшегося исключительно с сербами, и символики в виде черепа на униформе. Офицеры-сербы часто жаловались на оскорбления со стоны местных хорватов, тогда как к офицерам-хорватам отношение было совершенно иное.

Вооружение

Так как четнические подразделения предназначались для проведения специальных операций, то и их вооружение отличалось от оружия обычной пехоты. Специальный четнический (штурмовой) карабин был создан на базе экспортного карабина M 24 FN и короткой чешской винтовки. Четнический карабин носил обозначение M 24 CK, об этом оружии сохранилось крайне мало информации, неизвестно сколько их было произведено, но на основании анализа серийных номеров сохранившихся экземпляров можно предположить, что всего было выпущено более трех тысяч экземпляров, сохранилось всего три карабина — по одному в Военному музее Белграда, Музее революции в Любляне и Музее фабрики «Црвена застава». Точно можно сказать лишь то, что производство карабинов на Военно-техническом заводе в Крагуевце началось не раньше мая 1940 года.

К этому необычному карабину прилагался и оригинальный штык с рукояткой, напоминающей турецкие кинжалы и в целом выглядящим как комитские Камы времен балканских войн из-за оригинальности облика иностранные авторы часто обозначают его как «нож гвардии короля Александра». Стоит отметить, что способствовал распространению этой ошибки и знаменитый отечественный специалист в области оружия А.Б. Жук, который в своей книге, переведенной на множество языков, обозначил штык как «гвардейский».

Для вооружения четнических подразделений в США было закуплено сто автоматов «Томпсон модель 1928» калибра 11,43 с магазином на 50 патронов и вертикальной передней ручкой по некоторым сведениям автоматы поступили в Югославию 12 апреля 1941, но до адресатов так и не дошли. Во время второй мировой эти автоматы, судя по фотографиям, использовали коллаборационисты из так называемого Сербского добровольческого корпуса.

На вооружении четников не было пулеметов или пистолетов-пулеметов, а также пехотных пушек и минометов, как в других пехотных частях Армии Королевства Югославия. Офицеры и унтер-офицеры были вооружены стандартным пистолетом «Browning M 10/20» калибра 9 мм, планировалась закупка в Германии пистолетов «Mauser C 96» с характерной деревянной кобурой, используемой и как приклад. Из ручных гранат на вооружении четников были четырехгранная граната модели «VTZ-Vasic M 12/25», гранаты яйцевидной формы «М 17/25», оборонительные гранаты «М 35» и наступательные гранаты «М1938». Кроме того, четнические части располагали значительными количествами разнообразной взрывчатки.

Транспорт

В состав каждого четнического батальона входило три мотоцикла с коляской немецкого производства «Zundapp» с двигателем 590 см3, для преодоления водных препятствий батальон располагал восемью резиновыми лодками немецкого производства, более никаких моторизованных средств передвижения у четников не было. Военное министерство планировало приобрести для четников итальянские «автокареты» типа «36Р», уже использовавшиеся аэродромными частями и механизированной бригадой Третьей кавалерийской дивизии, эти автомобили уже даже начали использоваться для подготовки четников в Нови Саде, однако из-за нехватки времени и денег это план реализован не был и четники вступили в войну с транспортом, состоящим лишь из нескольких немецких мотоциклов.

Предполагалось, что противотанковые отряды будут вооружены противотанковыми пушками, но до начала войны они в состав четнических частей так и не поступили, взводы связи не располагали достаточным количеством радиостанций, так что четнические батальоны вынуждены были «занимать» необходимое у подразделений связи пехотных полков с которыми они дислоцировались в одном гарнизоне.

Форма

Униформа четников также отличалась от формы обычной пехоты. Шайкача с кантом была одинаковой для офицеров, унтер-офицеров и солдат. Четнический китель изготавливался из серо-оливкового сукна, приталенный, но пошитый с расчетом на то, чтобы под него можно было одевать безрукавку или джемпер, горизонтальные карманы сделаны объемными для размещения снаряжения, застегивающимися на одну пуговицу. Пуговицы на офицерском кителе из полированного металла, у нижних чинов — из кости. У офицеров и унтер-офицеров на кителе пришивались погоны, обозначения чинов такие же, как и у прочих пехотинцев. Брюки полуфранцузского кроя, с горизонтальными карманами, застегивающимися на две пуговицы, на генеральских брюках пришивались лампасы. Плащ-накидка длиной до колен, с капюшоном изготавливался из плотной непромокаемой ткани.

Офицерская шапка — из черного каракуля, а у унтер-офицеров и солдат из черной овчины, высотой тринадцать сантиметров, ширина нижней и верхней части шапки одинакова, верх шапки удлиненный, из черной ткани. На передней стороне шапки офицеры носили эмблему — череп и кости, а унтер-офицеры — герб. Четники носили ботинки такие же, как и бойцы горных частей, но несколько легче, подошвы или подкованы или изготовлены из резины, чтобы не скользить в горах. «Опанки» черногорско-герцеговинского покроя носились летом при выполнении специальных заданий. Прочие элементы формы не отличались от пехотной, кроме наличия черного канта и четнической символики.

Подготовка

В связи со специфичностью поставленных задач бойцы четнических подразделений должны были пройти специальное обучение, так что их подготовка была длительной и сложной, обучение проходило крайне интенсивно, многофазно и на различных полигонах. Первые группы солдат, попавших в четнические отряды состояли из бойцов, завершивших базовую пехотную подготовку в своих родных частях с наилучшими результатами и потому по прибытии четнические подразделения сразу приступавших к специальной подготовке. Позднее рекруты поступали сразу к четникам и потому проходили пехотную подготовку в четнических частях. Первые группы бойцов прошли чрезвычайно интенсивную подготовку, продолжавшуюся с мая 1940 по апрель 1941-го. Упор делался на стрельбу, использование холодного оружия и преодоление водных препятствий. Четники обучались чтению карт, ориентировке на местности, рисованию схем местности и простейших панорамных снимков. В плане тактики особое внимание обращалось на подготовку засад, внезапных вылазок, а также борьбе с парашютными десантами. Зимой 1940/41 все четнические части прошли обучение по действиям в горах зимой и лыжной подготовке. Все четники обучались использованию разнообразных взрывчатых средств и вождению мотоцикла.

Завершающей фазой обучения была парашютная подготовка. По плану она разделялась на два этапа, в 1940 и 1941 годах. Первый этап охватывал обучение действиям во вражеском тылу после парашютного десантирования, этот этап обучения был успешно завершен в 1940-м году. Второй этап представлял собой непосредственно обучение прыжкам с парашютом с самолета, этому четники научиться так и не успели из-за начала войны. Парашютную подготовку завершило лишь небольшое число офицеров и унтеров, обучавшихся летом 1940 в Панчево, где располагалась парашютная школа, основанная 1 октября 1939 года. Одномесячный курс охватывал теоретическую подготовку, прыжки с вышки, построенной в 1938 году на белградской ярмарочной площади а, а также прыжки с парашютом из транспортного самолета.

Из-за нехватки времени бойцы четнических отрядов не прошли полный курс запланированной подготовки до начала войны в апреле 1941 года, также проблемой стала нехватка снаряжения. Из-за отсутствия противотанковых пушек обучение борьбе с танками не соответствовало первоначальным планам, бойцов смогли подготовить лишь борьбе с танками при помощи «подручных» средств — мин, гранат, бутылок с зажигательной смесью и создания препятствий. Нехватка телефонов и раций была несколько смягчена благодаря «помощи» пехотных полков, кроме того проблемой оказалась нехватка касок, — на складах их было вполне достаточно, но командование решило, что диверсантам шлемы ни к чему, позднее боевые действия показали ошибочность этого решения.

Впервые четники были продемонстрированы общественности на маневрах под Белградом 9 сентября 1940. На этих маневрах группа из десяти офицеров и унтер-офицеров, прошедших полную десантную подготовку и курс по выживанию в природных условиях, продемонстрировала действия диверсионной группы в тылу неприятельских войск. Четники десантировались при помощи парашютов «IRVIN KN» с переделанного под транспортник трехмоторного бомбардировщика «Avia Fokker F-39». Десант был проведен в районе «Монастырский лес» в Раковице под Белградом, четники десантировались без оружия и боеприпасов, они сбрасывались в тканевых мешках со специальным парашютом (как и у германских парашютистов), при десантировании один офицер получил травму, однако четники полностью выполнили поставленную задачу и их действия были признаны успешными.

Летом 1940 года в Округлице под Сараево офицеры и унтер-офицеры-четники провели трехнедельный курс по партизанским действиям для членов молодежной организации «Соколы», кроме того, офицеры четнических подразделений проводили краткосрочные курсы по борьбы с диверсантами и парашютистами для частей, отвечающих за охрану аэродромов, военно-промышленных комплексов и коммуникационных центров в ходе курсов акцент делался на информировании о целях и составе т опыте использования диверсионных подразделений в ходе боев разгорающейся Второй Мировой, а также с наиболее эффективными тактическими приемами борьбы с ними.

Участие в Апрельской войне против Германии

В связи с резким ухудшением внешнеполитической обстановки в конце 1940 — начале 1941 года «Четническое командование» по приказу военного министерства интенсифицировало обучение и подготовку своих подразделений. После путча 27 марта 1941 года стало ясно, что войны с Германией не избежать, в связи с этим был отдан приказ об отправке рекрутов в четнические подразделения раньше, чем во все остальные части, чтобы в военное время располагать как можно большим числом людей, подготовленных к ведению партизанских и диверсионных действий. Одновременно было выявлено, что немецкая разведка проявляет особый интерес к размещению, составу, целям и вооружению четнических (штурмовых) подразделений (так в директиве Верховного командования Вермахта номер 25 от 30 марта 1941 особое внимание войск обращается на подготовку югославами специальных подразделений для партизанской войны). 1 апреля 1941 года военное и морское министерство отдало приказ о возвращении «Штурмовому командованию» старого названия «Четническое командование», перебазировании командования из Нови Сада на окраину Кралево и начале формирования Седьмого четнического батальона из третьих рот Первого и Третьего батальонов. Пятому батальону было приказано переместиться из Ниша в Кралево, где совместно с новым Седьмым батальоном он должен был сформировать ядро четнических сил. На следующий день министерство приказало командиру «Четнического командования» принимать в состав подразделений всех добровольцев славянского происхождения, кроме болгар, вне зависимости от уровня подготовки. Так как предполагалось, что четники вступят в войну в составе мирного времени они не нуждались в мобилизации и были готовы начать боевые действия уже через несколько часов после отдачи приказа.

Данные об участии четников в Апрельской войне с 6 по 18 апреля 1941 года разрозненны и скудны. Штаб «Четнического командования» в первые три дня войны с 6 по 8 апреля располагался в селе Самайла под Кралево. В течение этих трех дней командование занималось подготовкой лагеря для размещения четнических подразделений, которым было приказано перебазироваться в Кралево и охраной окрестностей лагеря от возможных воздушных атак врага. 8 апреля «Четническое командование» по приказу Верховного командования отправило одну роту нового Седьмого батальона в Косовску Митровицу в распоряжение штаба Третьей Армии. Сам штаб «Четнического командования» переехал сначала 10 апреля в Ужичку Пожегу, затем 13 апреля в Рогатицу, а затем через Горажде и Фочу 14 апреля в Калиновик, оттуда 16 апреля в Сараево, где 18 апреля наконец закончил свои мучения и сдался немцам, вместе со штабом сдались остатки Второго и Седьмого батальонов.

Первый четнический батальон

Первый (новисадский) четнический батальон располагался при штабе Первой Армии до 11 апреля, когда ему было приказано в связи с ударом немецкого 46-го корпуса во фланг Первой армии организовать оборону переправ через Саву в районе Рачи, удержать свою.

По одной версии на следующий день батальон уже отступил к Биелине, там получил приказ подготовить оборону биелинского аэродрома, по другой, более новой версии событий, с учетом немецких документов, четники до 14 апреля находились в Раче и были брошены на аэродром позднее. В Биелине располагались остатки 6-го истребительного, 1-го бомбардировочного полков, 11-й самостоятельной разведывательной группы и 1-й и 2-й групп армейской авиации. 10, 11 и 12 апреля немецкое авиационное командование Арад (Luftwaffen-Kommando Arad) 4-го воздушного флота нанесло серию ударов по аэродрому, уничтожив большинство остававшихся там югославских самолетов. Оставшись без машин пилоты и техники уже 11 апреля покинули аэродром на автомобилях через Тузлу прибыли в Сараево.

14 апреля при поддержке истребителей из I/ZG.26 и III/JG.54 а также пикирующих бомбардировщиков Ju-87 немцы захватили аэродром Биелины — бомбежки и штурмовка начались с утра, а около полудня на полосу приземлились 17 транспортных Ju-52 с 250 десантниками (в сербской историографии часто упоминают парашютный десант, но немцы пишут именно о посадочном). После короткого боя аэродром был захвачен, 210 югославских солдат взяты в плен. После получения информации о захвате аэродрома командование Первой армии приказало Первому четническому батальону оставить оборону плацдарма на Раче и выдвигаться к аэродрому. На марше батальон подвергался непрерывным атакам немецкой авиации, в борьбе с парашютистами четники понесли значительные потери, и были окончательно разбиты подошедшими немецкими танками, эффективно противостоять которым не могли из-за отсутствия противотанковой артиллерии, а с тыла не ударили хорватские коллаборационисты — усташи (в другой версии боя танки и усташи не участвовали, а батальон полег при попытках отбить захваченный немецкими парашютистами аэродром). Избежав пленения командир Первого батальона майор Миодраг Палошевич и офицеры капитан Миленко Рельич, поручик Боривойе Илич, подпоручик Павле Мешкович и старший сержант Гойко Айваз с четырьмя солдатами вырвались из окружения и в начале мая 1941 в селе Заовине на Равной Горе присоединились к полковнику Драголюбу «Драже» Михайловичу.

Майор Палошевич, впоследствии стал одним из видных дражиных офицеров и организаторов четнического движения в таковском и качерском районах.

Второй (сараевский) четнический батальон планировалось направить в район Косовской Митровицы, с самого начала войны непрерывно отступал, данных о каком-то его участии в боевых действиях нет. 18 апреля он вместе со штабом «Четнического командования» сдался немцам в Сараево.

Третий (скопский) батальон 8 апреля получил приказ совместно с одной ротой Седьмого батальона оборонять вход в Качаничское ущелье, фактически рота, приданная Третьему батальону на усиление была той самой ротой, которую у него недавно отняли для создания нового батальона. Четники были вдребезги разбиты наступающими через ущелье немецкими броне-механизированными частями (9-я танковая дивизия) и сдались 12 апреля. Один взвод из третьей роты под командованием унтер-офицера Джордже Герогоевича смог избежать пленения и ушел на Копаоник, солдаты вступили в Копаоничский партизанский отряд, но сам Герогоевич, как монархист, был расстрелян коммунистами.

Четвертый (карловацкий) батальон в ночь с 4 на 5 апреля был переброшен из Карловца в Беловар. В связи с прорывом сил немецкого 46-го корпуса через Драву возле Джекеньеша и реку Муру возле села Летенья четвертому батальону было приказано готовиться к проведению диверсий в тылу врага и ждать дальнейших приказаний. Командованию Четвертой Армии, которой был подчинен батальон было известно о сильных проусташеских настроениях в «четническом» батальоне и потому оно не использовало его в подавлении усташеского бунта в Беловаре, произошедшего 9 апреля в частях 108-го пехотного и 40-го резервного полков. Однако, к 10 апреля четнический батальон полностью разложился под влиянием усташеской пропаганды и сдался немцам.

Пятый (нишский) батальон до 8 апреля располагался в Нише, где охранял штаб Пятой Армии. После падения Пирота 8 апреля командование Пятой Армии направило объединенный отряд из Пятого четнического батальона и моторизованного дивизиона Второй кавалерийской дивизии, саперного батальона и мелких артиллерийских подразделений из состава армейского артиллерийского полка на Шпайские позиции. 9 апреля немецкая 14-я танковая дивизия прорвала Шпайские позиции и взяла Ниш. Данная боевая группа с боями отступала до района Кралево, где 14 апреля сдалась немцам.

Больше всего информации о боевых действиях Шестого (мостарского) четнического батальона. 4 апреля батальон был переброшен из Мостара в Младеновац, оттуда пешком отправлен в Азанью, где располагался штаб Шестой Армии. 9 апреля после полудня вместе со штабом Шестой Армии грузовиками батальон перебросили в Тополу, утром 10 апреля — автобусами в село Чумич на трассе Топола — Крагуевац. Здесь командир батальона майор Любомир Тадич получил приказ выдвинуться в Крагуевац, подавить возникшие в городе после отступления армии беспорядки (после ухода войск местные жители начали грабить армейские склады), после чего останавливать остатки разбитых частей и организовать оборону города. Батальон начал выдвижение, но уже через пятнадцать минут встретил остатки бегущего кавалерийского эскадрона, разгромленного немецкими танками, четникам, большей частью хорватам по национальности, идея идти куда-то дальше и что-то оборонять видимо не понравилась и они присоединились к отступающим, оставив в качестве заслона часть первой роты под командованием капитана 2-го класса Бранко Животича.

Оставшиеся в заслоне четники оказали умелый отпор наступающим немцам и уничтожили три танка, один из которых подбил сам Бранко Животич, погибший в этом бою (капитан 2-го класса Бранко Животич был участником показательных учений под Белградом, где демонстрировал действия диверсионной группы во вражеском тылу, отличился при подавлении усташеского бунта в Имотском в марте 1941). После этого боя батальон непрерывно отступал в условиях полного отсутствия снабжения и сдался немцам в Горнем Милановце 15 апреля. Сразу после боя под селом Чумичи из батальона сбежали командир второй роты капитан 1-го класса Драгомир Маркович и командир взвода связи поручик Иван Петружела. Драгомир Маркович вернулся домой в Мостар где сразу предложил себя к услугам усташеской власти, Петружела попал в плен, но смог доказать немцам свою лояльность и через несколько дней был освобожден.

Седьмой четнический батальон без той роты, которую он вернул в состав Третьего батальона, вместе с дивизионом ПВО Штаба Верховного Командования 12 и 13 апреля действовал на фронте Первой армии в районе Зворника против немецких броне-механизированных частей, добившись при этом неплохих успехов, уничтожая немецкие танки и грузовики. После этого Седьмой четнический батальон с боями отступал к Сараево, где вместе со вторым батальоном и штабом «Четнического командования» 18 апреля сдался немцам.

В доступных источниках крайне мало информации о потерях, понесенных четниками в борьбе с немцами. Достоверно известно, что из состава Шестого батальона в бою с авангардом немецкой 11-й танковой дивизии возле села Чумичи погибли офицер и два солдата, несколько унтер-офицеров и солдат получили ранения. Про Первый батальон некоторые авторы пишут, что он «погиб до последнего человека», однако это скорее всего неверно, хотя потери при обороне биелинского аэродрома действительно были значительны. Потери Седьмого батальона в боях с немецкой 16-й моторизованной дивизией под Зворником также неизвестны.

После пленения в Сараево Штаба «Четнического командования» и его оставшихся подразделений, подчинившихся приказу Командования о прекращении боевых действий и капитуляции, участие четников в Апрельской войне 1941 года было завершено.

Выводы:

Таким образом, четникам, как и всей югославской армии, пришлось испить горечь разгрома в молниеносной Апрельской войне. Без преувеличения, четники являлись элитой армии, частями, состоящими из добровольцев и лучших представителей сухопутных войск, однако это не помогло им преодолеть главные проблемы югославской армии — национальные противоречия и неумелое командование, практически сразу потерявшее контроль над ситуацией. Хорваты и словенцы не имели ничего против того, чтобы стать частью элиты — частей специального назначения в мирное время, но воевать против немцев не желали, из-за чего батальоны, состоявшие из хорватов были небоеспособными и в бой не рвались, в части случаев командование их не трогало, — как, к примеру, Четвертый батальон. Шестой батальон самовольно отказался от выполнения приказа и, за исключением небольшого арьергарда, оказавшего немцам жесткий отпор, разбежался. Четники в большинстве не прошли запланированного курса обучения, не успели получить значительную часть оружия и снаряжения.

Югославское командование допустило в использовании частей спецназа классические ошибки: четнические батальоны или держали про запас, как последний козырь, который в итоге так и не пригодился, или бросались в качестве «пожарной команды» в атаки на прорвавшиеся части вермахта, в которых четники, не имеющие вообще никакого тяжелого вооружения, несли тяжелые потери без шансов на успех. Цепь командования оказалась максимально запутанной, армейской разведке четники, по сути разведчики и диверсанты не подчинялись. Единственным батальоном получившим приказ на проведение диверсий в тылу врага оказался «проусташеский» Четвертый батальон и то, только потому что командование ему совершенно не доверяло и решило «не трогать». Так что поражение четников, оказавшихся слишком малочисленными и слабо вооруженными для выполнения чересчур амбициозных задач и планов является логичным последствием ситуации в Королевстве Югославия в военном, экономическом, общественном и политическом плане.

ГЛАВА 16. Югославские войны Гроза на горизонте (1980–1990)

История современной Югославии (или «Второй Югославии») началась во время Второй мировой войны. Атаковав Югославию, Гитлер фактически расчленил ее на отдельные территории. При этом лидер хорватских усташей Анте Павелич сформировал независимое государство Хорватия, в состав которой вошла также большая часть Боснии-Герцеговины. Германия, Италия, Албания (марионеточное государство под управлением Муссолини), Венгрия и Болгария аннексировали Словению, Македонию, Черногорию, Воеводину и Косово. Отметим, что фашистский режим Павелича устроил массовые чистки среди сербского православного населения в Хорватии. Сербов не только убивали, но и насильно обращали в католичество. Естественно, подобный подход привел к первой Сербско-Хорватской войне, которая стала для югославов таким же водоразделом, каким стала для русских Русско-Украинская война 2014 года.

В апреле 1941 года полковник Драголюб Михайлович сформировал движение «Четников». В июле того же года Иосип Броз Тито запустил партизанскую кампанию против нацистского режима. Замечу, что и четники и партизаны видели в людях Павелича открытых врагов и поступали с ними соответственно. Партизаны Тито были людьми различных национальностей, поскольку Тито видел будущую Югославию федеративным государством. Михайлович же опирался только на Сербов, поскольку был заинтересован в восстановлении довоенного, монархического порядка. В мае 1942 обстановка в Югославии несколько изменилась, поскольку наиболее радикальные четники провели ряд совместных (с немцами) операций против партизан. Однако война в горной стране сложилась таким образом, что в 1943 году союзники сделали окончательную ставку на Тито. Поддержка четников прекратилась в 1944 году. Заключив договор с СССР, Тито выбил нацистов с Югославской земли, а потом брутально уничтожил всех пособников оккупационного режима.

2 декабря 1945 года Тито провозгласил создание Федеративной Народной Республики Югославия. В состав единого государства вошли 6 республик и областей: Босния-Герцеговина, Хорватия, Македония, Черногория, Словения и Сербия (включая автономные области Косово и Воеводина). Удивительно то, что будучи коммунистом, Тито проводил национальную политику, ловко лавируя между интересами США и СССР. В 1960 году Тито стал лидером движения неприсоединения. 7 апреля 1963 года страна была переименована в Социалистическую Федеративную Республику Югославия (СФРЮ).

21 февраля 1974 года в СФРЮ была принята новая конституция, благодаря которой в отдельных областях появилась собственная региональная полиция. Маршал Югославии Иосип Броз Тито. Руководитель ФСРЮ с 1945 по 1980 год.

Подобная система управления была эффективна до тех пор, пока Тито руководил государством. Югославский аналог КГБ быстро разбирался с несогласными до возникновения серьезных проблем. Однако, после смерти Тито (в мае 1980 года) ситуация в федерации начала ухудшаться. В первой половине 80-ых годов начался Югославский экономический кризис. В 1982 г. рост ВВП СФРЮ составил 0,5 %. В дальнейшем подобный темп роста сохранялся до 1988 г. Чтобы повысить конкурентоспособность национальной экономики и расширить сбыт продукции, в Югославии начали осуществлять стимулирующие меры по расширению экспорта. В 1982 году на четверть стоимости была девальвирована национальная валюта, в частных банках была ограничена возможность изъятия валюты. Вследствие высокой инфляции, граждане страны стали избавляться от денег. В дальнейшем темпы инфляции стали превышать увеличение номинальной зарплаты, и население откровенно проигрывало из-за нарастающей финансовой нестабильности. Тем не менее стремление компенсировать потери посредством индексации нарастало, и нестабильность, таким образом, продолжала усиливаться.

Весной 1981 года на фоне тяжёлого общеюгославского экономического кризиса обострились противоречия между косовскими албанцами и сербами в Косове. Беспорядки были организованы албанскими националистами, которые требовали немедленного выхода Косова из состава СФРЮ. Выступления были разогнаны полицией Югославии, в результате столкновений были убиты около 12 человек, более 4200 были арестованы. В Албанской мифологии эти события получили название «Албанская весна».

Албанцы хотят независимости от центральной власти. Через десять лет они покинут страну, будут продавать наркотики и крышевать лондонскую проституцию.

Кредиты на поддержку экспорта, отрицательные реальные процентные ставки и фактически существующий бюджетный дефицит определили высокие темпы роста денежной эмиссии. Если в 1985 г. прирост денежной массы составил 61 % (в три раза больше, чем в Польше, в шесть раз больше, чем в Венгрии, в пятнадцать раз больше, чем в Чехословакии), то в 1988 г. он составил уже 242 %. Это было уже в четыре раза больше, чем в Польше, и примерно раз в двадцать больше, чем в Венгрии и Чехословакии. Таким образом, у роста цен были различные источники, но в конечном счете все изменения приводили к одному к росту денежной массы.

Если в 1984 г. инфляция составила еще только 57 % по отношению к предыдущему году, то к 1988 г. дошла почти до 200 %.

24 сентября 1986 года по Сербской Академии Наук начал циркулировать анонимный меморандум сербских националистов в котором было сказано, что Косовские сербы находятся в опасности из-за количественного превосходства Албанцев, тогда как в Хорватии возможно возрождения хорватских националистических движений. Это был, так сказать, первый звоночек. К 1987 году национальные трения внутри федеративного государства стали настолько привычным явлением, что Слободан Милошевич, лидер Сербской Коммунистической Партии начал задумываться о реформировании федерального ландшафта страны. Согласно Милошевичу, Сербия должна была стать первой республикой государства. Трения между различными национальностями Милошевич хотел решить с помощью правильной демографической политики. Например, в Хорватии Милошевич хотел увеличить число сербов и тем самым уменьшить вероятность возникновения полномасштабного хорватского мятежа. Что делать с Косово руководители страны попросту не знали. Тито, вероятно, бы просто изгнал Албанцев из области, но новая власть на такой поступок решиться не смогла.

В мае 1988 года в стране началась полномасштабная экономическая перестройка. При этом Югославия обратилась за помощью к МВФ. Реформа предполагала существенную либерализацию в сфере ценообразования и внешнеэкономических связей. Был создан единый валютный рынок, сняты административные ограничения в системе банковского кредитования. Однако результат получился обратный ожидаемому. Соединить либерализацию с финансовой стабилизацией в югославских условиях оказалось невозможно. С одной стороны, сильно выросли тарифы естественных монополий, которые принудительно держали на низком уровне примерно 25 лет. С другой же стороны, прирост денежной массы в 1989 г. возрос в десять раз по сравнению с 1988 г. Темпы инфляции, в годовом исчислении превысили 1200 %.

В мае 1989 года Милошевич стал президентом СФРЮ. При этом он отклонил все попытки Словенцев и Хорватов добиться большей независимости от центра (слишком хорошо помнил прошлое). В 1990 году и в Словении и в Хорватии прошли собственные президентские выборы, на которых победили Милан Кукан (словенский социал-демократ) и Франью Туджман (бывший югославский коммунист, отрицатель холокоста и лидером ХДС). Туджман «прославился» тем, что на одном из съездов ХДС в открытую заявил, что: «Хорватия времен Второй мировой войны была не только нацистским образованием, но и выражала тысячелетние стремления хорватского народа».

Франьо Туджман

Про Туджмана следует рассказать более подробно, поскольку человеком он был неординарным. Начиная с 1941 г. Туджман участвовал в антифашистском движении. После войны, в середине 50-х гг. он окончил Военную академию и оказался самым молодым генералом югославской армии. Однако уже на следующий год он по собственной инициативе оставил военную службу и занялся научной работой. В 1965 году он стал доктором политических наук и начал выступать на коммунистических собраний с антимарксистских позиций. Руководство Югославии выступления доктора не одобрило и отправило Туджмана на пенсию. С 1972 г., когда начались репрессии против хорватских диссидентов, Туджман периодически отправляется в тюрьму. В 1987 г. Туджману пришлось эмигрировать из СФРЮ. Но уже через пару лет — в 1989 г. — Туджман создал национал-хорватскую партию ХДС, после чего стал первым президентом Хорватской республики.

28 июня 1989 года, в день Битвы на Косовом поле Слободан Милошевич сказал своим последователям следующие слова: «Я хочу вам сказать, товарищи, что вы должны оставаться здесь. Это — ваша земля, это — ваши домашние очаги, ваши поля и сады, это — ваша история. Вы не должны оставлять эту землю только потому, что жизнь здесь трудна, потому, что вы подвергаетесь унижениям. Сербы и черногорцы никогда не пасовали перед трудностями, никогда не отступали в часы сражений. Вы должны оставаться здесь — во имя ваших предков и ваших потомков. Югославия не существует без Косова!».

Слободан Милошевич — последний президент не марионетка.

В августе 1989 году страна сделала еще один шаг к войне. Собор Хорватии принял закон о языке, в котором сербский язык как язык сербского народа в Хорватии не упоминался

Не удивительно, что отношения между Милошевичем и новыми лидерами Словении и Хорватии начали портиться с удивительной быстротой. На фоне кризиса всех ветвей власти в СФРЮ, словенское руководство проявляло изрядную самостоятельность. Лидеры республики стремились сплотить население вокруг идеи Словенской независимости. Подчеркивалось, что Словения всегда боролась за свою самобытность, тогда как в составе Югославии она была «областью» второго сорта.

В 1990 г. в ходе осуществления экономической стабилизации, когда предприятия стали испытывать трудности со сбытом продукции, разразилась торговая война между Сербией и Хорватей в союзе со Словенией. Сербы стали облагать специальными налогами товары, поступавшие из других республик, те, в свою очередь, стали делать то же самое. Белград блокировал республикам перечисления из федерального бюджета. Хорватия и Словения начали удерживать в своих бюджетах таможенные пошлины и федеральные налоги.

В мае 1990 в Загребе произошел, так называемый «Матч ненависти» — грандиозная драка между сербскими и хорватскими футбольными фанатами. В беспорядках пострадали более 80 человек. Одним из героев побоища стал Желько «Аркан» Ражнатович — сербский футбольный фанат, грабитель банков и националист (мы расскажем о его судьбе в следующих частях цикла). После «Матча ненависти» Югославская футбольная лига продержалась еще один сезон, а потом прекратила свое существование.

Хорватские фанаты на футбольном стадионе.

В начале 1990 года из официального названия Словении было изъято слово «социалистическая». К лету местным органам власти были переподчинены военные части. 2 июля 1990 года Словенская Скупщина приняла Декларацию независимости. В октябре Словенский парламент объявил, что на территории Словении не имеют юридической силы 27 союзных законов, и что впредь ни один закон не должен приниматься без одобрения локального парламента. 23 декабря в Словении прошёл плебисцит, на котором 88,5 % населения высказалось за отделение Словении от Югославии.

Ситуация в Хорватии усугублялась националистическими мерами хорватского правительства. Летом 1990 сербскохорватский язык был изменён на хорватский, грамматические нормы языка были переписаны, кириллица — запрещена. Из школьных программ были изъяты тексты по сербской истории. Сербов заставляли подписывать «документ лояльности» новой власти; отказавшихся немедленно увольняли. Начались нападения католических экстремистов на священников сербской православной церкви.

Желько «Аркан» Ражнатович

16 августа 1990 года Сербское вече решило провести референдум по вопросу автономии сербов в Хорватии. Хорватская власть объявила референдум незаконным. Сербы, в ответ, ввели военное положение в своих анклавах, взялись за оружие и проголосовали за отделение от Хорватии. 21 декабря 1990 года в Книне была провозглашена Сербская автономная область Краина.

16 марта 1991 года Милошевич заявил, что Сербия больше не будет выполнять обязанности федерального центра. Таким образом, проект «Второй Югославии Тито» подошел к своему логическому концу.

ГЛАВА 17. Югославские войны: Хорватский национализм

Для понимания хода Югославских войн необходимо разобраться с феноменом Усташества, который в течение долгих десятилетий оставался незаживающей раной Югославских межнациональных отношений. Именно события Второй мировой войны стали катализатором этнических чисток и военных преступлений, разрушивших Югославское единство в 90-ых годах XX века.

Истоки хорватского национал-социализма

В основе хорватского национализма лежала идея создания национального государства Хорватов. Подобно другим фашистским движениям, хорватские националисты черпали вдохновение в мрачном средневековье. За образец национального хорватского государства бралось легендарное Хорватское королевство, существовавшее в IX–XI веке Н.Э. На протяжении всего XIX века хорваты выстраивали теоретически фундамент своей доктрины — в частности, доказывали свое происхождение от готов и тем самым отделяли себя от православных сербов.

В действительности же, сербы и хорваты были одним народом, но разная религия стала для них водоразделом, который было невозможно преодолеть. Как следствие, хорваты видели друзей совсем не в сербах, а в австрийцах или итальянцах, тогда как сербы считали «своими» греков. На протяжении нескольких столетий неприятие между народностями подавлялось тем, что хорватская аристократия не имела связей с крестьянской общиной и сражалась в основном с австрийскими чиновниками (как правило, тоже славянами). Однако к началу 20-го века прежние границы рухнули, и в Хорватии возникло мощное движение Франковцев (последователей хорватского философа Старевича), который предложил раз и навсегда разобраться с южными варварами, то есть, с сербами.

К моменту завершения Первой мировой войны Хорваты были морально готовы к построению собственного национального государства, но история распорядилась по-иному. Ряд сил, придерживавшихся панславянской ориентации, организовали в Лондоне так называемый Югославянский комитет, к которому присоединились схожие по настроениям деятели из Словении и Черногории. 20 июля 1917 г. члены комитета подписали Корфскую декларацию, предусматривавшую, по окончании войны, создание единого Королевства Сербов, Хорватов и Словенов. Власть в королевстве должна была получить сербская династия Карагеоргиевичей, однако "названия, национальные символы, язык и вера" трех народов-соучредителей декларировались равноправными. В то же самое время наиболее влиятельные хорватские политические организации: Партия права, Хорватская объединенная крестьянская партия и другие национальные партии выступили против «Единой Югославии».

Формирование нового королевства происходило с проблемами. В Загребе произошли столкновения между хорватами и сербами. Ситуацию накаляли сербские отряды, начавшие уничтожать хорватов, которых они считали причастными к австро-венгерским репрессиям во время Первой мировой войны. В 1918 году политической арене страны появилась фигура Анте Павелича. Павелич военным не был, он был юристом и писателем Кроме того, его перу принадлежит исторический роман «Король Тамислав и свобода». От службы в армии Павелич откосил, на фронт Великой войны в отличие от Гитлера не попал, так что завоевывать репутацию ему пришлось в политических баталиях и скандалах.

Анте Павелич. Тяжела и неказиста жизнь хорватского юриста

Присоединившись к Хорватской республиканской партии (ХРП), будущий диктатор начал пропагандировать идеи хорватского национализма. Павелич регулярно скандалил в парламенте, дрался с депутатами-сербами и занимался прочими выходками в стиле Жириновского. Не удивительно, что Павелич быстро стал кумиром пассионарной молодежи. Однако Степан Радич (руководитель ХРП) характеризовал Павелича так: «Отсутствие четких политических ориентиров и вечный оппортунизм, которые г-н Павелич принимает за тактическую хитрость и прагматизм, делают его недальновидным политиком-любителем». К несчастью для хорватов, в конце 20-ых Радич был убит сербским радикалом. Павелич воспользовался лидерским вакуумом в среде хорватских националистов и сформировал собственную политическую группировку «Хорватский домобран».

В 1928 году Павелич написал «Декларацию хорватской самообороны». Базисом декларации стали следующие идеи:

1) сербский террор против хорватов, исключает возможность поиска межнационального компромисса;

2) для обретения хорватской независимости хороши любые средства; (я переставил слова)

3) высшими ценностями являются хорватство и католицизм;

4) независимость важнее территориальной целостности;

5) залог успеха — иерархия, дисциплина и верный выбор союзников.

Радикальные идеи оказались замечены тайной полицией Югославии. В конце года группировка Павелича была признана незаконной.

После январского монархического переворота 1929 года парламент Югославии был распущен, а автономная Хорватия прекратила свое существование и была разделена между несколькими Югославскими административными единицами. Во избежание ареста Павелич ушел в подполье и обратился к насильственным методам борьбы с королевским режимом. 7 января 1929 г. на конспиративной квартире в Загребе на собрании нескольких руководителей "Домобрана" было принято решение о трансформации структуры в Хорватскую революционную организацию "Усташа" (Ustasa — Hrvatska revolucionarna organizacija), руководителем которой присутствующие избрали Анте Павелича.

Усташи в подполье

В 1929 году Павелич сбежал в Болгарию. Отношения между Софией и Белградом в это время были натянутыми, вследствие чего лидер усташей мог не беспокоиться за свою жизнь. В Болгарии Павелич договорился о совместных действиях с Македонской революционной организацией, а его люди совершили несколько налетов на югославскую полицию. 17 августа 1929 года чрезвычайный суд Югославии заочно приговорил Павелича к смертной казни. Не стоит забывать, что при этом в Югославии продолжал действовать Хорватский домобран (хорватская националистическая организация, стремящаяся к созданию независимого государства), который проводил пропаганду Хорватского возрождения без использования насильственных методов.

В 1932 году Павелич замыслил открыть партизанский фронт против Сербского правительства. В том же году были сформированы первые партизанские отряды, одетые в черную униформу, скопированную с одежды македонских сепаратистов. Ночью 6 сентября 1932 года усташи предприняли первую в своей партийной истории независимую боевую акцию — атаковали югославскую жандармерию в городке Брушани. Однако «молниеносная» акция превратилась в затянувшуюся перестрелку. Силы усташей были отбиты местной полицией, после чего за людьми Павелича началась настоящая охота, в которой участвовали даже армейские части. В конечном счете, потеряв несколько человек, люди Павелича пересекли итальяно-югославскую границу и ушли от погони. Неудачное восстание привело к тому, что сербы раскрыли несколько подпольных сетей хорватских националистов и буквально раздавили сопротивление в Ликском регионе.

В течение следующих двух лет основные базы Усташей находились в Италии. Павелич пытался встретиться с Муссолини, но итальянский диктатор не проявил ни малейшего интереса ни к хорватскому лидеру, ни к хорватскому сопротивлению.

Покушение на короля Югославии

Убийство короля Югославии (Марсель, 9 октября 1934 года) нанесло по движению Павелича еще один сильный удар. Одним из лидеров заговора был усташ Евген Кватерник. Реакция итальянцев была мгновенной. Руководителей усташей арестовали и обвинили в причастности к убийству югославского лидера. Павелич провел в тюрьме два года но следствие по его делу до конца доведено не было. В то же самое время новый югославский режим оказался намного более мягким, чем режим короля Александра I. Новый лидер страны — регент Павел отказался от силового подавления националистов и подарил народам Югославии некоторые свободы. Усташи воспользовались этим для возрождения своей конспиративной сети.

В 1937 году правительству Югославии удалось урегулировать конфликт с Италией, вследствие чего выпущенный из тюрьмы Павелич вновь оказался вне закона. Попытка установить контакт с Гитлером (посредством Хаусхофера и Гесса) провалилась. Несколько лет Павелич жил на гонорары с исторических романов и беспробудно пил. Казалось, мечта о создании хорватского государства никогда не сможет воплотиться в реальность…

В 1939 году началась II мировая война. В 1940 году в войну вступила Италия. Поскольку Гитлер не желал поддерживать союзника в попытках расширения Империи, Дуче приступил к самостоятельному планированию агрессии против Греции и Югославии. В этот момент руководители Италии вспомнили о Павеличе и попытались сделать из него свою марионетку, но командир Усташей послал потенциальных «союзничков» нафиг и начал со злорадством наблюдать за тем, как греки разносят в дребезги «непобедимую» итальянскую армию.

Создание Хорватского государства

27 марта 1941 года группа пробританских и просоветских офицеров во главе с генералом Симоновичем совершила в Югославии вооруженный переворот. Гитлер расценил случившееся как попытку включения Югославии в сферу влияния союзников и инициировал агрессию против горной страны. Получив поддержку от фюрера, Муссолини пригласил Павелича на личную встречу, договорился с Усташами о сотрудничестве, выдал хорватским националистам оружие и, даже восстановил работу их подготовительных лагерей. 5 апреля, накануне вторжения Рейха в Югославию, Павелич обратился по радио «к братьям-хорватам и сестрам-хорваткам» с призывом к полномасштабному восстанию и созданию Независимого государства Хорватия (Nezavisna drzava Hrvatska) далее НГХ.

Поглавник и новобранцы

Германская SD обещала усташам поддержку в формировании национального государства. Взамен хорваты должны были запросить помощь у Германии в целях спасения хорватского населения. Хорватия должна была стать протекторатом под управлением Италии и Германии. При этом в ее состав должны были войти земли Боснии и Герцоговины.

6 апреля 1941 Германия, Италия и Венгрия, при поддержке Болгарии атаковали Югославию сразу с нескольких направлений. Югославская армия не смогла защитить свою страну. В следствие внутренних проблем и национальных противоречий она потерпела быстрое и чудовищное поражение (немцы потеряли 151 человека убитыми!). Король Петр II удрал из страны, прихватив золотой запас. Министры тоже дали деру. 17 апреля Югославское командование подписало акт о безоговорочной капитуляции.

Что касается Хорватии, то местное население встретило нацистов с энтузиазмом. Хорватские националисты Кватерника-старшего подняли вооруженный мятеж и заняли Беловар. Межу югославскими полицейскими и хорватскими националистами вспыхнула короткая война, пленных в которой не брали. Уже к 10 апреля Усташи взяли под свой контроль столицу Хорватии Загреб и провозгласили создание НГХ. Массы хорватского населения ликовали и приветствовали вермахт, как «освободителей от сербского гнета». Хорватские политические лидеры югославской поры признали Павелича в качестве вождя хорватского государства. Католическая церковь поздравила Павелича с победой позднее светских деятелей –13 апреля 1941 года архиепископ Степинац сформулировал официальное и благожелательное отношение церкви по отношению к новому государству.

15 апреля 1941 года в Загреб прибыл Павелич, под руководством которого изначально аморфное НГХ начало собираться в единую государственную структуру. Сабор (национальный аналог парламента) Хорватии избрал Павелича новым руководителем государства, в котором Усташи заняли подавляющее большинство государственных должностей. Деятельность всех политических партий была приостановлена, Югославскую конституцию заменил пакет государственных актов, были приняты арийские законы о национальной принадлежности и арийской крови (!), которые запрещали межэтнические браки. Как всегда в категорию недочеловеков попали евреи и цыгане. Серб мог считаться человеком лишь после принятия католичества. Боснийцы считались полноценными арийцами, как и вообще все мусульмане югославского происхождения. Усташеский журналист Будак описал новую доктрину следующими словами: «НГХ является исламским государством повсюду, где люди исповедуют мусульманскую веру… Мы являемся государством двух религий — католичества и мусульманства…».

Указом от 21 мая 1941 г унтерменши должны были носить на рукаве специальные повязки, на которых была вышита буква: "Z" (Zid) — для евреев, "С" (Cigan) — для цыган и (внимание, локальная новинка!) "Р" (Pravoslavac) — для православных сербов. В отличие от немцев, хорватское правительство не успело распространить это позорище по территории всей страны и ограничилось лишь несколькими городами. В селах и деревнях усташи и сочувствующие им боснийцы определяли не арийцев на глаз.

Важным законодательным актом стал национальный приказ, на основании которого была сформирована хорватская армия. Униформа новой армии была чрезвычайно разнообразной. Солдаты и офицеры хорватской армии донашивали прежнюю югославскую форму с кепи германского образца. Военнослужащие-мусульмане носили красные фески с кистями. На головных уборах помещались латунные кокарды в виде литер "NDH" или “U” вписанных в декоративный узор. В стране были введены знаки различия нового образца. Воинское звание определялось по числу звездочек в форме трилистника и ширине нашивок на петлицах. Цвет петлиц различался по роду оружия: голубой — ВВС, черный — танковые войска, красный — пехота. Полицейские силы НГХ включали в себя Хорватскую жандармерию (пять полков под командованием генерал-майора Милан Меслер). В городах полицейские функции были возложены на службу Охраны Порядка (5 тысяч сотрудников).

Стоит отметить, что Хорватские нацисты поначалу не отличались особой стойкостью в бою и имели серьезные проблемы с дисциплиной. Связано это было с тем, что руководители на местах формировали отряды усташей, не прислушиваясь к требованиям центра. Как следствие, в отряды попадали не только идейные бойцы, но также бандиты и прочие маргинальные элементы. Именно таким, локальным образом был сформирован 1-ый ударный усташеский полк, получивший известность, как «Черный легион» (название было получено из-за черной униформы бойцов). Помимо официальных усташей, на территории Югославии начали действовать «дикие усташи», шайки бандитов, воевавшие под хорватским флагом и активно занимавшиеся уничтожением цыган и сербов.

В середине лета НГХ присоединилась к антикоминтерновскому пакту, после чего (в декабре 1941 года) объявила войну Британской империи. В обмен на северное побережье Долмации Хорватия получила ценного союзника в лице Италии. Королем хорватского государства номинально стал Томислав II (принц Аймоне Маргарита Мария Джузеппе ди Торино). Павелич этого выскочку видеть не хотел и Томислав II в Загребе так никогда и не появился. Все эти реверансы перед итальянцами были вызваны тем, что Павелич отлично понимал следующий факт — одно резкое движение и Рейх сомнет Хорватское государство, также, как он смял украинских и эстонских националистов. Италия давала некую защиту от имперских выходок Гитлера.

Стоит отметить, что пронацистское правительство Сербии такой защиты не имело, и поэтому было вынуждено терпеть на своей территории оккупационные силы, которых на территории Хорватии не было аж до 1943 года.

Согласно официальным данным Загреба, новая хорватская держава занимала 115.000 кв. км. (без учета территорий, отданных союзникам по борьбе), а ее население составляло 6 млн. человек.

Усташи в действии 1941–1942 г.

Установив на землях НГХ нацистский режим, усташи начали вспоминать прежние обиды (как мнимые, так и реальные), и на территории Хорватии началось кровавое побоище. Этнические чистки затронули и сербов, и цыган, и евреев.

Брутальность происходящих событий была такова, что против усташеского террора (не напрямую правда) выступила не только часть католической церкви Хорватии, служители которой были потрясены размахом и жестокостью побоища, но и Муссолини, который приказал принимать бегущих из Югославии людей, поскольку слухи из Хорватии приходили чудовищные. Германские офицеры, ставшие свидетелями геноцида, говорили, что ничего подобного в Европе не было со времен 30-ти летней войны. Что касается Сербов, жертв усташеского террора, то сербы запомнили своих обидчиков и обещали хорватам кроваво отомстить.

На страницах данной статьи я не буду описывать весь кошмар произошедшей резни, ибо по сравнению с некоторыми уставами герои маркиз де Сада начинающие неумехи. Если написать о поступках усташей полноценную книгу, то ее никто не сможет дочитать до конца, ибо читатели, открыв книгу, тут же ее и закроют (от ужаса). Кроме того, за давностью событий очень трудно отделить правду, от вымысла. Сейчас уж и не поймешь, были ли в действительности совершены наиболее одиозные преступления той поры. Например, рассказ о павеличевской корзинке с сербским глазами оказался литературным мифом. С другой стороны, факт уничтожения усташами узников концлагерей не вызывает ни малейших сомнений. Ясно только одно: хорватские националисты оказались достойными учениками фашистских карателей, погубили множество людей (в основном сербов) и полностью заслужили свою страшную судьбу, которая в конце войны вернулась к ним бумерангом.

Как правило, под удар усташеских зондер-команд попадали не сербские военные, а мирное население, женщины и дети, коих Усташи уничтожали тысячами. Только за один июль-июль 1941 хорватские националисты уничтожили 180,000 человек. Трупов было так много, что усташи не успевали хоронить мертвецов и те бесконечным потоком плыли по багровым от крови Югославским рекам.

Удивительно то, что за пределами Хорватии черно-красного геноцида, вроде бы, не было. Павелич поддерживал дипломатические отношения с оккупационным сербским правительством Недича и проводил с сербскими коллаборационистами совместные контрпартизанские операции.

Естественно, этнические чистки сербского населения привели к вспышке партизанской борьбы на территории Хорватского государства. Обиженные люди уходили в леса с ручным оружием и открывали горный фронт борьбы против нового правительства, новой хорватской власти и новой страны, на территории которой им не повезло очутиться. К концу 1941 года совместные четницко-партизанские отряды (состоявшие из сербских монархистов и коммунистов) установили контроль над большей частью Боснии. Произошло это потому, что хорватские националисты не имели серьезного боевого опыта и несли крупные потери. Зимой 1942 года в Боснию перебралась основная группировка Тито, которого из Сербии выбили немецкие войска. Начиная с этого момента, у Хорватского государства начались серьезные военные проблемы.

У хорватского государства были собственные ВВС, на вооружении которых находились германские самолеты.

Вермахт попытался помочь Хорватам, полагаясь на авиацию и тяжелую артиллерию. Быстро выяснилось, что все эти игрушки в горах и лесах Югославии практически бесполезны. В некоторых случаях профессионалы вермахта несли даже более тяжелые потери, чем добровольцы-усташи. В конце 1942 года Усташеская армия была переформирована в шесть отдельных бригад, пять из которых располагали отдельными танковыми ротами (на вооружении состояли итальянские танки L6/40). Вдобавок к этому в состав Усташеской армии вошли 4 немецких батальона СС: «Принц Ойген», «Генерал Лаудон», «Людвиг фон Баден» и «Эмануэль фон Байерн». СС-овцы подчинялись берлинскому командованию и на Загребские приказы плевали с высокой колокольни, что серьезно беспокоило Павелича. В рядах этой армии служили 76,000 человек, в том числе и женщины призывного возраста. В 1942 году, поднабравшись сил, Усташи вновь перешли в наступление против партизан Тито. Пытаясь ослабить связь между сербскими крестьянами и партизанами, Павелич объявил амнистию тем бойцам сопротивления, которые сложат оружие и откажутся от участия в вооруженной борьбе. Заключив договор с четницкими частями майора Дангича, Павелич обезопасил свой тыл от атак монархистов, погрузившихся во внутреннюю грызню.

Как следствие, 1942 год стал самым тяжелым годом для Югославских коммунистов. Люди Тито терпели одно поражение за другим. Во время битвы за Козару, усташи и солдаты вермахта наголову разгромили крупную партизанскую группировку. Из образовавшегося котла ускользнуло не более 1000 человек. Тито был вынужден оставить Боснию и перебраться в горную Крайну, где коммунисты с ходу захватили крупный районный центр Бихач. В отместку за предшествующие лишения, партизаны убили всех представителей хорватской администрации и более 700 человек усташей. Попытка хорватов отбить горный плацдарм закончилась полным провалом, поскольку усташи вводили свои войска в бой по частям. Во время этих безуспешных «набегов» погиб руководитель «Черного легиона» Юре Францетич.

Усташи теряют инициативу 1943–1944 г.

Не сумев перемолоть партизан в открытом конфликте, Усташи, решили выбить из-под ног коммунистов «питательную среду». В этих целях руководство Хорватского государства приступило к созданию концентрационных лагерей. В лагеря попадали партизаны, противники режима и лица «не арийской» национальности. Газовых камер у Усташей не было, так что проблему перенаселенности лагерей они решали при помощи голода, болезней и массовых убийств с использованием холодного оружия (ножей-сербосеков и кувалд). Детей, попавших в лагеря, хорватские надсмотрщики морили голодом и холодом, а после убивали, как нетрудоспособных. Мальчиков постарше отправляли в так называемые «Лагеря усташеских воспитанников», где новичкам промывали мозги и учили ненавидеть партизан. В конце войны фанатичную молодежь бросили против бойцов Тито. Сражаясь с невиданной яростью, они погибли практически поголовно (брать их в плен было попросту опасно).

В 1943 году, в связи с провалом Гитлеровского блицкрига на Востоке, некоторые дальновидные Усташи поняли, к чему дело идет и начали перебегать на сторону партизан. Тито, в свою очередь, развернул массовую пропаганду марксизма среди мусульман и захватил новые плацдармы в Боснии. В конечном итоге получилось так, что коммунисты вместе с мусульманами повели борьбу против усташей, состоящих в союзе с четниками.

Павелич и казаки Вермахта

К этому времени Хорватия стояла на грани полномасштабной экономической катастрофы. Карточная система, призванная решить ситуацию, оказалась несостоятельной и привела к появлению мощного черного рынка. На фоне 6-ти дневной 12-ти часовой рабочей недели начались конфликты между владельцами и работниками предприятий, участились случаи преднамеренного промышленного саботажа. Вертикаль власти, сложившаяся внутри страны, разваливалась буквально на глазах.

К середине 1944 года стало понятно, что будущего у Германии нет, войну выиграют союзники. Наблюдая за ростом партизанского движения и успехами Красной армии, левое крыло усташей (во главе с Лорковичем и Вокичем) попыталось убедить Павелича переметнуться на сторону союзников и открыть страну для Американо-Британского десанта. Однако для реализации подобной операции следовало нейтрализовать германские подразделения, находящиеся на территории Хорватии. Павелич на мятеж не решился, поскольку помнил, чем переход на сторону союзников закончился для Итальянцев. Лорковича и Вокича исключили из Усташеской партии, арестовали, а позже казнили. Впрочем, массовых репрессий в стране не было, все соратники Лорковича остались на своих постах.

Конец Усташеского государства

28 сентября 1944 года, по прямой просьбе Тито, на территорию Югославии вступили Советские и Болгарские коммунистические войска. Уничтожая очаги германского сопротивления, Советская армия стремительно шла вперед, партизаны Тито двигались следом и попутно вырезали своих обидчиков. Так, например, после взятия Белграда, партизаны расстреляли и повесили не менее 30 000 человек, в числе которых были не только усташи, но классовые враги — богатые сербы (промышленники, предприниматели, банкиры и часть интеллигенции).

Зимой 1944–1945 года в Югославии начались упорные бои между коммунистическими силами и разнообразными противниками Красного режима, сформировавшими единый фронт. Усташи сражались отчаянно, поскольку понимали, что в случае поражения партизаны не пощадят никого. Однако, их дело было обречено с самого начала. Сказывалась нехватка артиллерии и тяжелой техники. В декабре 1944 года Усташеский антикоммунистический интернационал закрепился на территории Хорватии. Против него действовала новорожденная Югославская армия, вооруженная советской техникой и советским же оружием. Силы Красной армии к этому моменту были выведены из страны и продолжали борьбу на участках советско-германского фронта.

Весной 1945 года, в преддверии неизбежного конца независимой Хорватии, Павелич приступил к демократизации страны. В частности, был издан закон о равноправии всех хорватских граждан, вне зависимости от их национальности и вероисповедания. Впрочем, эта демократизация изрядно запоздала. 6 мая югославские танки прорвали фронт и начали приближаться к Загребу, из которого повалили толпы беженцев. Павелич сжег большую часть Хорватского национального архива и приказал ликвидировать уцелевших узников концентрационных лагерей. 7 мая Павелич, вместе с уцелевшими соратниками, прибрав к рукам часть золотого запаса НГХ, бежал из страны.

По завершении активных боевых действий, многие усташи оказались пленниками британцев, которые, в свою очередь, выдали их Югославской армии. Некоторые хорваты отказались подчиняться британскому командованию, и тогда против них использовали танки. Впавшие в отчаяние усташи частенько бросались на своих конвоиров с голыми руками или совершали самоубийство, поскольку понимали, что люди Тито будут безжалостно мстить за 5 лет мучений. Один из британских офицеров оставил страшное свидетельство, согласно которому в ночь с 16 на 17 мая 47 девушек из усташеской вспомогательной женской службы совершили массовое самоубийство, перерезав друг другу артерии перочинными ножами.

Среди усташей были не только мужчины. Справа — Майа Буждон, была повешена коммунистами в 1945 году. Слева — Нада Шакич, бежала с мужем в Аргентину, умерла в 1998 году.

Усташей, доставленных в Марибор, ждало быстрое коммунистическое правосудие, представленное в виде классической сталинской тройки. Наказание у суда было одно — смертная казнь. К 20 мая, расстрелы стали заменять длительными сроками заключения. К этому времени было казнено примерно 50 тысяч хорватов, сербов и прочих некоммунистов.

Уцелевшие усташи, оставшиеся на территории западных союзников, во множестве эмигрировали в Аргентину. Там же скрылся и Павелич, сумевший перебраться из Австрии в Италию, а потом и на Южноамериканский континент. Пули сербских мстителей Благое Йововича и Мило Кривокапича настигли его в Буэнос-Айросе 10 апреля 1952 года (стрелки нашли хорватского диктатора без особых проблем, поскольку он, вообщем-то, от возмездия не прятался). Убийцы выстрелили в Павелича пять раз, дважды попали и ретировались с места преступления целыми и невредимыми. Павелич, испугавшись возмездия, бежал в Испанию, где и умер от ран два года спустя во время неудачной операции. Могила Павелича в Испании. Место паломничества современных хорватских националистов.

В мае 1941 года в частях Усташей была введена новая зелено-коричневая форма, на фуражках и кепи появился новый алюминиевый символ в виде гранаты, а также эмблема шахматного поля со стилизованной буквой U. Петлицы также приобрели красную окраску. На фуражке офицером появилась красная окантовка. Рядовые бойцы носили как хорватскую униформу M1941, так и итальянскую и даже германскую униформу, которая производилась в хорватских мастерских. В 1945 году Хорваты ввели в оборот объединенные армейско-усташеские знаки различия, предназначенные для высших чинов. Связано это было с тем, что старшие офицеры, командующие дивизий и корпусов имели одновременно армейские и усташеские звания.

На воротнике капрала стандартная для усташей петлица в виде шахматного поля. На головном уборе расположен алюминиевый значок с изображением гранаты и символ U. В 1942 году в Усташеской армии были введены трехцветные нашивки: маленькие для офицеров, крупные для всех остальных бойцов. В мае 1942 капралы получили красную прямоугольную петлицу, сохранившуюся до конца войны. Стоит отметить, что в декабре 1944 года рядовые усташи должны были получить новую серо-голубую униформу с погонами. Однако ее не ввели, а выкройки были утеряны. Как следствие, дизайн серо-голубой униформы в настоящее время исследователям не известен.

Знаменитая черная усташеская униформа была введена во всех частях легиона лишь в 1942 году. После роспуска в 1942 году часть легионеров перешла в II связную бригаду, тогда как остальные сохранили черную униформу и влились в ряды V Действующей служебной бригады Усташей, которая сохранила название «Черный легион» до полного краха, случившегося в мае 1945 года.

Черный легион принимал участие в Третьем антипартизанском наступлении, а также в операции Козара (сражение окончилось поражением партизанских войск и привело к этнической чистке, с последующей гибелью 30 тысяч мирных жителей). Звездным часом легиона была Битва за Купреш, во время которой легионерам полковника Франко Симича удалось отбить три волны партизанских атак, направленных на северо-боснийский город Купреш. Казалось бы, Хорватский национализм погиб окончательно и бесповоротно. Однако, в действительности он затаился и в конце 80-ых вновь поднял голову под красно-белым шахматным флагом.

ГЛАВА 18. Югославские войны: Югославская народная армия и вооруженные силы Словенских сепаратистов

Югославская народная армия была сформирована Тито 21 декабря 1941 года (в день рождения Сталина). Во время войны подразделения ЮНА назывались Народно-освободительными войсками Югославии. Свое официальное название Народная армия получила 22 декабря 1951 года. В состав ЮНА вошли сухопутные силы Югославии, ВВС, ВМФ и несколько позже (в сентябре 1968 года) силы Территориальной обороны (далее ТО).

Армия Югославии имела уникальную доктрину военных действий, так называемую «Доктрину общенародной обороны». Своим появлением доктрина обязана специфической внешней политике Тито, благодаря которой СФРЮ ни вошла ни в НАТО, ни в Варшавский пакт. В итоге, Югославия готовилась к возможной войне на два фронта (в том числе и на два фронта одновременно). Отражение удара со стороны СССР также входило в планы военных поскольку, после Чехословацких событий 1969 года отношения между Москвой и Белградом стали очень напряженными. Военные СФРЮ рассматривали и сценарий тотальной Мировой войны, во время которой Югославия становилась горячим театром военных действий для противоборствующих сторон.

При любом возможном раскладе армия Югославии должна была действовать против более мощного и технически более продвинутого противника, лобовое столкновение с которым не представлялось возможным. В случае начала горячей войны регулярная армия сдерживала противника до развертывания частей ТО из резерва гражданского населения. После этого уцелевшие подразделения регулярной армии и силы ТО переходили бы к полномасштабной партизанской войне на своей территории. То есть маршалы Югославии на полном серьезе надеялись осуществить сценарий Второй мировой войны в атомную эпоху. Не мудрено, что доктрина «Общенародной обороны» никакой пользы стране не принесла, а вот горя от нее сербы, хорваты и другие обитатели СФРЮ глотнули не мало. В 90-ых силы ТО стали не героями-партизанами, а участниками кровопролитного межнационального побоища.

После 1974 года подразделения ТО были подчинены конкретным территориям и провинциям, находящимся в составе СФРЮ. После смерти Тито федеральные лидеры Югославии начали ослаблять мощь ТО, поскольку понимали, что в случае сецессии бойцы территориальной обороны могут бросить вызов армии центрального правительства. Весной 1981 года после серии кровавых стычек между сербами и албанцами ЦК СФРЮ распустил Косовское ТО. Без тяжелого оружия остались 130,000 местных албанцев. К сожалению, центральная власть Югославии решила не избавляться от арсеналов на других, потенциально опасных территориях и легкое оружие, оказавшееся за пределами Сербии, быстро нашло себе новых хозяев.

Однако вернемся к Югославской армии. После реформы наземных войск 1974 года сухопутные силы Югославия были разделены на шесть армий, расположенных в пяти республиках: 1 Армия (штаб-квартира в Белграде) располагалась в северной Сербии и Воеводине, 2 армия (Нис) — в южной Сербии и Косово, 3 армия (Скопье) — располагалась в Македонии, 5 армия (Загреб) — располагалась в Хорватии, 7 армия (Сараево) — располагалась в Боснии-Герцоговине, 9 армия (Любляна) — размещалась в Черногории. 4 армия состояла из 2 армейского корпуса (Титоград) и подразделений береговой охраны. В 1988 году эти армии были реорганизованы по военным округам и более не получали приказы от регионального командования. В добавок к этому пехотные дивизии были реорганизованы в корпуса. В прежнем формате остались исключительно элитные Пролетарские Механизированные дивизии.

Командующим югославской армии начиная с 29 сентября 1989 года стал сербский генерал Благой Аджич, у которого усташи убили семью и который понимал, что в случае конфликта с хорватами, Сербия должна обладать подавляющим техническим превосходством.

К июню 1991 года Сухопутные силы Югославии насчитывали 165,000 человек личного состава (в том числе 40,000 офицеров) и были организованы следующим образом:

1 военный округ (Белград) — Северный театр военных действий в составе Сербии, Хорватии, Боснии-Герцеговины и Воеводины, насчитывал 40,000 человек личного состава, 968 танков, 633 бронемашины, 1392 артиллерийских систем (92 РСЗО), состоял из 6 корпусов (4,5,12,17,24,37), 1-ой механизированной гвардейской дивизии, 1 смешанной противотанковой артиллерийской бригады, 454 смешанной противотанковой артиллерийской бригады, 389 бригады РСЗО, ТО Боснии-Герцеговины и подразделений сербских и хорватских ТО.

3 военный округ (Скопье) — Юго-восточный театр военных действий в составе Южной Сербии, Косово, внутренней Черногории и Македонии, насчитывал 41,000 человек личного состава, 729 танков, 427 бронемашин, 1190 артиллерийских систем (60 РСЗО), состоял из 5 корпусов (2,21,41,42,52), 211 и 243 танковой бригады, 150 смешенной артиллерийской бригады, 102 смешенной противотанковой артиллерийской бригады, ТО Македонии и подразделений сербских и Черногорских ТО.

5 военный округ (Загреб) — Северо-Западный театр военных действий в составе Словении и Западной Хорватии, насчитывал 35,000 человек личного состава, 711 танков, 367 бронемашин, 869 артиллерийских систем (64 РСЗО), состоял из 5 корпусов (10,13,14,31,32), 265 и 329 танковой бригады, 560 смешенной артиллерийской бригады, 158 и 288 смешанной противотанковой артиллерийской бригады, ТО Словении и подразделений Хорватских ТО.

Силы Береговой Охраны (Сплит) защищали три морских сектора Черногорского и Хорватского побережья. Личный охраны состав состоял из 20,000 человек, разделенных на 9 корпусов и 2 бригады плюс подразделения Хорватских и Черногорских ТО.

В состав армии также входили 17 отдельных корпусов: Сербские (12,21,24,37,52), Хорватские (9,10,13,32), из Боснии-Герцеговины (4,5,17), Македонские (41,42), Словенские (14,31), Черногорские (2). Каждый театр военных действий имел от 5 до 6 корпусов, плюс локальную штаб-квартиру, смешанную артиллерийскую и противотанковую бригаду. Каждый корпус имел в своем составе штабное подразделение, три полка огневой поддержки (полевой, противотанковый и зенитный), шесть вспомогательных батальонов (связь, инженеры, службы тыла) и порядка четырех танковых, механизированных и моторизированных дивизий, поддержанных бригадами легкой, горной или регулярной пехоты. Во время последующих военных событий отдельные корпуса усиливались дополнительными подразделениями, некоторые батальоны были усилены до полков, а отдельные полки превратились в бригады. Корпуса, персонал которых в массе своей дезертировал, были упразднены.

Резервные подразделения были организованы в 9 партизанских дивизий, в составе каждой из которых находилось некоторое количество партизанских бригад (число которых в каждой дивизий было различным).

В качестве примера можно рассмотреть состав бронетанковой бригады СФРЮ образца 1991 года. Он состоял из 3 бронетанковых батальонов (10 танковых рот), на вооружении которых находился 31 танк М-84 (Югославский вариант Т-72М с пушкой 2А46, композитной броней, усовершенствованной системой ведения огня и более мощным двигателем), Т-72 или Т-55.

Стоит отметить, что детальный order of battle на начало 1991 года до сих пор не доступен в открытой печати. Возможно, он находился в армейских архивах Республики Сербия, которые были частично уничтожены во время Агрессии НАТО против Югославии.

Помимо сухопутной армии у Югославии был военно-морской флот, в котором служило более 10,000 человек, в том числе 2300 солдат артиллеристов (25 береговая батарея) и 900 морских пехотинцев (12 бригада морской пехоты). Основной задачей ВМФ была защита протяженной береговой линии и контроль над проливом Отранто. В списках флота значились дизельные подводные лодки, 2 сторожевика проекта 1159, торпедные катера, 2 фрегата типа «Котор» и пара десятка ракетных катеров советского производства. Уровень подготовки югославских ВМФ оставлял желать лучшего по причине общей слабости флота и редких учений.

Военно-воздушные силы Югославии помимо военно-воздушных частей также включали в себя подразделения ПВО. Штаб-квартира ВВС располагалась в Земуне (возле Белграда). На вооружении Югославов находилось 380 боевых самолетов, включенных в состав 3 воздушных корпусов (1,3 и 5-ый корпус). Стоит отметить, что на момент развала страны ВВС Югославии были вооружены не только устаревшими МиГ-21 и F-84G Sabre, но и 16 новенькими МиГ-29 в модификация Б и УБ. Помимо иностранных разработок ВВС СФРЮ обладало парком собственных легких штурмовиков Super Galeb. Военно-воздушные силы Югославии практически полностью остались под контролем Сербов и довольно активно применялись на всем протяжении военного десятилетия, как для переброски грузов, так и для нанесения ударов по вражеским позициям.

Последним и самым массовым видом Югославских вооруженных силы были силы Территориальной обороны. Фактически это было народное ополчение югославских республик, состоящее из граждан СФРЮ, как мужчин, так и женщин общей численностью 3 млн. человек. В случае начала войны бойцы ТО должны были стать партизанами. Основным подразделением ТО являлась рота, на региональном уровне были сформированы батальоны и полки ТО, имевшие собственную артиллерию, легкую бронетехнику и части ПВО. Теоретически, силы прибрежной ТО могли контролировать береговую черту Югославии, поскольку под их контролем было некоторое количество канонерских лодок.

В 80-ые годы армия СФРЮ пользовалась заслуженным уважением, как у стран НАТО, так и у стран участниц Варшавского договора. Однако, политические кризисы 80-ых поставили под удар ее великолепную репутацию и значительно снизили ее качественный уровень. Связано это было с тем, что армия СФРЮ имела мульти национальную основу (большая часть офицеров была выходцами из Сербии, тогда как во флоте служили в основном Хорваты). В 1990 году в предчувствии больших потрясений бойцы различных национальностей несли службу с явной неохотой. Молодежь от службы в армии старалась и вовсе уклониться, поскольку многим людям было ясно, что без вооруженного конфликта дело не обойдется, а коли так, то бойцы армии СФРЮ будут стрелять по своим соотечественникам.

В марте 1991 года положении Югославской армии стало настолько критическим, что генерал Аджич отправил в отставку всех генералов не Сербского и не-Черногорского происхождения. На вольные хлеба отправились многие офицеры армии и ТО, которым Аджич откровенно не доверял. Когда начались бои в Словении, быстро выяснилось, что Аджич был прав. Подразделения, состоящие из бойцов различных национальностей оказались полностью деморализованы и упорно не желали сражаться со своими «братушками». Возможно, в условия НАТОвской или Советской агрессии многонациональные силы самообороны показали бы высокую эффективность. Однако в условиях гражданской войны Югославская военная уникальность превратилась из силы в слабость, а слабость обрекла некогда единое государство на многолетний межнациональный конфликт.

Взамен явно устаревшей, но все же довольно удобной униформы М77 появилась новая камуфляжная униформа удобного покроя, созданная под влиянием французской униформы, появились новые бронежилеты и кевларовые шлемы М89. Впрочем, боец, приведенный на изображении, одет в шлем M59/85, который был принят на вооружение в 1961 году и модернизирован в 1985 году. Красная звезда на шлеме оставалась до октября 1991 года.

Обратите внимание на левую руку бойца, на ней расположен знак отличия в виде красной ленты. Толщина ленты зависела от воинского звания, у офицеров она была 8-10 сантиметров, у младшего командного состава — 5 сантиметров, у рядовых — 4 сантиметра.

Вместо старых пулеметов M53, югославской копии MG42, на вооружение армии СФРЮ поступили новые пулеметы M84 — лицензионная копия советского пулемета ПКМ с оптическим прицелом. К сожалению руководителей государства, новое стрелковое оружие и униформа поступала в войска крайне медленно: к 1991 году обновленное снаряжение и оружие получили только элитные части народной армии.

2. Водник 1-го класса 12-ой пролетарской механизированной бригады, Восточная Славония, октябрь 1991 года.

Серая униформа М77 была принята на вооружение в 1982 году. Ее зимний вариант включал в себя легкое пальто, на котором было два боковых кармана, ремень, погоны и два внутренних кармана. В левой части униформы располагалось крепление для капюшона. Летняя униформа была более легкой, она состояла из рубашки М75, штанов и пилотки (со звездой для рядовых и серебряным пятиконечным лучевым символом для младшего командного состава и офицеров). На пилотках бойцов пролетарской дивизии можно было увидеть также серп и молот. Офицеры и сержанты носили темный широкий пояс из кожи, пояс рядовых был светло-коричневого цвета. Камуфлированная униформа появилась в Югославской армии в середине 80-ых годов. Одежда, в которой щеголяет капитан, предназначалась для специальных подразделений, воздушных десантников, разведчиков и элитных пехотинцев. В ткань куртки были вшиты четыре стальных D образных кольца, на груди располагались два кармана на молнии, дополнительные кармашки были на талии и возле левого плеча. Знаки различия располагались на груди (в виде прямоугольных закамуфлированных полосок). Десантные войска имели униформу оливково-серого цвета, тогда как военная полиция носила камуфлированную униформу синего цвета.

На берете располагались знаки различия Югославской народной армии: красная звезда и парашют, заключенные в лавровый венок. В октябре 1991 года на беретах Югославской армии появилась кокарда, на которой можно было увидеть золоченые буквы JNА, сине-бело-красный диск и позолоченные скрещенные мечи. Кокарда офицером была увенчана серебристой розеткой, тогда как генеральская кокарда была украшена золотым венком.

Вооруженные силы Словении

Исторически, первым врагом нового Югославского государства стала Республика Словения, о вооруженных силах которой будет рассказано в данной главе.

Социалистическая Республика Словения являлась самой западной республикой в составе СФРЮ. При этом Словения имела границы с двумя капиталистическими государствами: Италией, Австрией, а также с социалистической Венгрией. На протяжении истории словенские земли всегда принадлежали австрийцам или немцам, а в состав Королевства СХС вошли только после Первой мировой войны, до того являясь частью Австро-Венгерской монархии. Как следствие, словены считали себе настоящими европейцами, а жителей южных территорий они считали в лучшем случае отставшими соседями и отказывали им в надлежащем уровне цивилизованности. Таким образом, фундамент словенского национализма был заложен еще в XIX веке.

После захвата Югославии Германскими войсками, Словения была включена в состав Третьего Рейха, то есть была объявлена core — территорией. Западная Словения была оккупирована Италией, провинция Прикумье перешла под контроль Венгрии. Согласно планам Гитлера, часть словенской территории должна была быть заселена немецкими колонистами, половина местного населения должна была быть онемечена, а друга половина выселена на восток.

В апреле 1941 года губернатор оккупированных словенских территорий доктор Марко Натлаен сформировал Национальный комитет за независимость Словении, а также подконтрольный Оси Словенский легион. До конца войны на территории Словении было создано несколько военных формирований, дружественных Оси и находящихся под контролем различных противоборствующих сторон. В самом конце войны Словенцы попытались создать собственное национальное государство, но потерпели в своем начинании полное фиаско. Тито быстро показал им, что жить в рамках единой Югославии не только лучше, но и полезнее для здоровья.

В период с 1945 по 1991 год Словения была самой высокоразвитой в экономическом отношении республикой в составе СФРЮ. Объём доходов населения, высокоразвитая, благодаря широкой сети туристических курортов, социальная сфера, более высокий, нежели в других республиках федерации уровень жизни, позволял словенцам идентифицировать себя скорее с западными европейцами, нежели со своими балканскими соседями. Технологический уровень республики, предопределил лидерство Словении в различных областях внутренней и внешней торговли. На её долю приходилось более 17 % производимого в стране общественного продукта, 19 % промышленности и 7 % сельскохозяйственного производства. В Словении производилось около 30 % всех югославских грузовиков, 50 % автобусов, почти 30 % холодильников, свыше 40 % телевизоров.

Процесс разложения социалистической системы, кризис всех ветвей федеральной власти, общее состояние государственных органов, близкое к параличу, лишь ускорили давнюю мечту словенцев об отделении от СФРЮ. Пользуясь благоприятными, на их взгляд, причинами для выхода из состава СФРЮ, представители Словении проявляли самостоятельность во всех государственных структурах — в СКЮ, в Президиуме СФРЮ, в Союзной Скупщине, в правительстве, в руководстве ЮНА. Лидеры Словении, опираясь на национальную идею, старались сплотить население вокруг политики по отделению республики любой ценой. В обществе культивировалась мысль, что Словения всегда боролась за свою самобытность — и против Австро-Венгрии, и даже против наполеоновских завоеваний. Руководство Республики и националистические круги раздражало постоянное, на их взгляд, вмешательство в свои внутренние дела со стороны федерального руководства, сербы в правительстве Югославии, по мнению сторонников независимости, проводили политику великодержавного шовинизма, а значит прямой вооруженный конфликт был не за горами.

В то же самое время стоит отметить, что объективных причин для войны между Словенией и Югославией не было. В военную пору отношения между сербами и словенцами были терпимыми. Некоторые четники и вовсе нашли в Словении политическое убежище. Словенский национализм никогда не достигал «высот» хорватского фашизма. Наконец, личной ненависти у словенцев к сербам практически не было, вследствие чего будущая 10-ти дневная война неизбежно должна была стать короткой.

Для того чтобы сражаться на равных словенцы отказались реформировать свою ТО и отказались выдавать властям свои арсеналы. Когда командир ТО Иван Хоцевар (словенец, кстати) отказался выполнять приказ центра о передаче арсеналов под контроль Югославской армии, руководство Словении поставило на его место майора Янека Слапара, который часть оружия передал, а часть утаил «до лучших времен».

В августе 1990 года управление силами ТО перешло под контроль секретной Мобильной Структуры Национальной Защиты (далее МСНЗ). После того, как федеральное правительство начало демонтаж ТО на уровне командиров штабов, МСНЗ взяла под свой контроль все рычаги управления локальной обороны и подготовилось к возможному удару со стороны Белграда. Майор Слапар сформировал штаб-обороны и в течение нескольких месяцев занимался преобразованием Словенской ТО в маленькую армию, состоящую из 15,000 регулярных бойцов и 6,000 резервистов.

На 27 апреля 1991 года штаб МСНЗ располагался в Любляне. Под контролем структуры находилось семь военных округов (МСНЗ 2–8): 2 (Нижняя Карниола), 3 (Верхняя Карниола), 4 (Южное Побережье), 5 (Любляна), 6 (Северное Побережье), 7 (Восточная Штирия), 8 (Западная Штирия). Каждый округ был поделен на 2–5 военных суб-округов, общим числом 27, каждый суб-обкруг, включал в себя до 3 локальных административных округов. МСНЗ состояло из 12 мобильных бригад (восемь номерных) и десяти независимых военных подразделений. По завершении реформы в МСНЗ должно было остаться 11 бригад, из которых 4 были бы подчинены ставке. Однако на момент начала 10-ти дневной войны под непосредственным контролем Любляны было развернуто всего 2 бригады.

Милан Кучан — первый президент Словении, бывший партийный функционер СФРЮ, не смог найти общего языка со Слободаном Милошевичем.

Народная милиция Словении, изначально была готова встать под знамена новой страны. Переходу благоприятствовал тот факт, что милиционеры не зависели от Белграда и напрямую подчинялись Министру внутренних дел Словении Игорю Бавеару. К 1 июня 1991 года Народная милиция Словении насчитывала 10,000 человек личного состава, а ее подразделения находились в 13 милицейских округах. В добавок к этому, к милиции относились специальные подразделения охраны, под контролем которых находились важные военные и правительственные объекты, а также Специальное милицейское подразделение (Словенский спецназ). Во время Югославско-Словенского конфликта милиция выступила на стороне локальной власти с оружием в руках.

Помимо сухопутных сил в распоряжении МСНЗ были крохотные ВВС (14 тренировочных UTVA-75, пять Bell 412 и один захваченный вертолет SA-431H Газель). Военно-морских сил у Любляны не было вообще.

Фактически план войны с федеральным правительством появился в ноябре 1990 года, то есть за несколько месяцев до горячей фазы конфликта. В основе плана лежала партизанская борьба против центрального правительства. Тяжелой техники у словенских ТО не было, вследствие чего борьба с танками и самолетами должна была производиться с помощью ПТУРСов и ПЗРК. Ландшафт Словении, изобилующий горами, перевалами и мостами, благоприятствовала подобной тактике боевых действий. До кучи, Словенское правительство обратилось к интернациональным торговцам оружием и приобрело для сил самообороны несколько десятков ПЗРК типа «Стрела».

24 июня Словенское правительство провело мобилизацию служащих МСНЗ и милиции, общей численностью 20,115 человек. Еще через день, 25 июня 1991 года, Словения объявила о своей независимости. Данное решение было поддержано хорватским парламентом и руководители СФРЮ были вынуждены прибегнуть к военной силе во имя сохранения территориальной целостности единого государства.

В предыдущих главах я рассказал о том, как Югославия вошла в экономический кризис, а ее политические лидеры (в массе своей бывшие коммунисты) решили разделить страну на несколько независимых государств. При этом национальные вооруженные формирования в течение нескольких месяцев готовились к сецессии, тогда как Югославская армия к боевым действиям готова не была, а ее руководители не имели планов борьбы с сепаратистами. Из этой статьи вы узнаете, к чему привел подобный подход.

К началу десятидневного конфликта под контролем Словенского командования находились следующие военные округа:

• 2 округ (Нижняя Карниола, Юго-Восточная Словения) прикрывал Хорватскую границу. В состав округа входили 14-й корпус армии СФРЮ, гарнизоны Крномеля и Рыбницы, а также 31-й Корпус из Ново Место (округ участвовал в тяжелых боях против 4-го бронекорпуса СФРЮ, 140-ой механизированной и 580-й смешанной артиллерийской бригады),

• 3 округ (Верхняя Карниола, Северная и Центральная Словения) прикрывал границу с Австрией. В состав округа вошли 14-й корпус армии СФРЮ, гарнизоны в Краньи, Есенице и Скофье Лока (округ участвовал в боях средней интенсивности против 1-го бронекорпуса СФРЮ).

• 4 округ (Юго-Восточное побережье, Юго-Западная Словения) прикрывал границу с Хорватией и Италией, а также защищал часть словенского морского побережья. В состав округа вошли отдельные части 14-ого корпуса армии СФРЮ, гарнизон в Постояне (округ участвовал в боях средней интенсивности против 13-ой пролетарской механизированной бригады).

• 5 округ (Любляна, Центральная Словения) защищал Люблянский регион. В состав округа вошел 4-й корпус армии СФРЮ, гарнизон в Толмине (округ участвовал в боях средней интенсивности против 13-й пролетарской механизированной бригады).

• 6 округ (Северное побережье, Северо-Западная Словения) прикрывал Итальянскую границу. В состав округа вошел 4-й корпус армии СФРЮ (округ участвовал в боях средней интенсивности против 13-ой пролетарской механизированной бригады).

• 7 округ (Восточная Штирия, Восточная Словения) прикрывал Австрийскую, Венгерскую и Хорватскую границы. В состав округа вошел 31-й корпус армии СФРЮ, гарнизоны в Мариборе, Мурска Собота, Птуйя и Словенска Бистрица (округ участвовал в тяжелых боях против 32-ой механизированной и 195-ой моторизированной бригады).

• 8 округ (Западная Штирия, Восточная и Центральная Словения) прикрывал Австрийскую границу. В состав округа вошел 31-й корпус армии СФРЮ, гарнизоны в Целие и Дравограде (округ участвовал в боях средней интенсивности против 195-ой моторизированной бригады).

27 июня 1991 года, на следующий день после объявления независимости Словенцы полностью развернули свои вооруженные силы и приготовились к прямому противостоянию с Белградом. Националисты считали, что армия СФРЮ начнет против них активные боевые действия, в которых примет участие тяжелая техника и авиация. Данное предположение оказалось ошибочным, ибо бойцы Югославской армии еще не были готовы стрелять «по своим».

Стратегия Словенцев была проста. Во-первых, они хотели предотвратить изоляцию Словении от границ (для этого требовалось не только взять под контроль блок-посты, но и захватить аэропорт в Любляне). Во-вторых, гарнизоны СФРЮ, сохранившие верность центральному правительству, должны были быть блокированы, а передвижение югославской армии по дорогам провинции должно было быть прервано или приостановлено. В-третьих, хорваты должны были помочь словенцам в блокировании 10-го, 14-го и 31-го корпусов СФРЮ, целью которых должна была стать нейтрализация Словенского национального правительства.

Руководство ЮНА, в свою очередь не слишком понимало, что нужно делать, да и попросту неверно оценивало сложность проблемы, с которой пришлось столкнуться. Командование 5-го военного округа СФРЮ отправило на «закрытие» югославской границы всего 1900 человек, среди которых было множество бойцов, не имевших вооружения.

27 июня личный состав это импровизированного отряда понес первые потери в живой силе. В тот день словенцы сбили первый «Ми-8» возле Любляны и взяли в плен 65-ый приграничный батальон. Силы СФРЮ, бросившиеся ему на помощь, были встречены дружным огнем ПТРК. В добавок к этому, югославские бойцы наткнулись на заранее поставленные минные поля.

Как следствие, 4-ая танковая бригада была остановлена под Бретаном, тогда как 580-ой дивизион понес тяжелые потери в живой силе, потеряв не менее 30 человек. 140-ая механизированная бригада (из Загреба) была остановлена 25-ой группой МСД на Хорватской границе, около Ригонце. Та же самая судьба постигла 10 танков Т-55 из 32 механизированной бригады, которые были остановлены в Ормозе. Во время столкновения за Люблянский аэропорт Брник 1-ый танковый батальон в составе двух колонн вступил в боевой контакт с 1-ой Словенской бригадой специального назначения и потерял один танк. Вторая колонна была атакована 55-ой МСД и вскоре сдалась. 51-ая МСД блокировала гарнизон 14-го корпуса внутри Любляны. 71-ая МСД атаковала танковую колонну 195-ой моторизированной бригады, которая направлялась к Австро-Словенской границе через мост в Сентилье. 25-ая МСД предприняла попытку захвата аэродрома Церклие (около Марибора), но большая часть самолетов покинула ВПП прежде, чем бетонка перешла под контроль повстанцев.

Таким образом, к концу 27 июня Федеральное правительство откровенно запуталось в ситуации. Белград не понимал, что происходит в восставшей республике. Руководство 5-го военного округа СФРЮ боялось пролить кровь и поставить повстанцев на место, хотя в частях появились первые убитые. Хуже того, контроль над одними частями был потерян, с другими была прервана связь. Командиры среднего звена получали противоречивые приказы и, в большинстве случаев, отказывались вести огонь по гражданам Югославии. Техника таких офицеров, как правило оказывалась в руках повстанцев и уже через несколько дней использовалась на других участках фронта с сражениях против ЮНА (Югославская Народная Армия).

Ночью пятницы, 28 июня, словенцы продолжили укреплять и усиливать блок-посты, расположенные на основных дорогах. В добавок к этому, сепаратисты провели серию атак против колонн Югославской армии, которые в этот момент пересекали границу мятежной области.

Югославский танк с поврежденной гусеницей. Военные СФРЮ не имели ни малейшего понятия о защитных сетках и экранах, вследствие чего техника частенько поражалась самыми примитивными средствами противотанковой борьбы.

В 10 часов утра 28 июня 580-ая смешанная артиллерийская бригада ЮНА была атакована в Медведжике бойцами 21-ой и 25-ой мотострелковых дивизий. 73-я МСД умудрилась остановить танковую колонну 32-ой механизированной бригады в Гибне и а при атаке другой колонны уничтожила несколько БТР. Стоить отметить, что бойцы ЮНА ограниченно пользовались оружием и старались не открывать огня первыми, что привело к серьезным потерям в их рядах.

61-я МСД атаковала подразделения 13-ой пролетарской механизированной бригады в Крнице. В Брнике вялая перестрелка превратилась в полноценное побоище между 3-ей МСД и 14-ым корпусом Югославской народной армии. Во время сражения проявился еще один недостаток Югославской военной машины: танковые подразделения вступали в бой, не имея пехотного прикрытия, что приводило к серьезным потерям в экипажах и технике.

В тот же день бойцы 27-ой МСД захватили арсенал в Боровницах. Подобные захваты складов и арсеналов происходили на всем протяжении десятидневной войны, при этом офицеры Югославской армии частенько отдавали их без боя, меняя оружие на жизнь своих подчиненных. Впрочем, из данного правила бывали и исключения. Так, например, водник Драгомир Груйович вследствие измены офицеров-словенцев взял на себя командование обороной большого склада ГСМ в поселке Мокроного в Словении и всерьез пригрозив взорвать его, добился не только снятия осады словенских сил, но и открытия прохода танково-механизированной колонне, зажатой словенцами в Кыршко.

Попытка 27-ой МСД захватить арсенал в Рыбнице закончилась полным провалом. 14-я артиллерийская бригада ЮНА открыла огонь по сепаратистам и сумела удержать объект под свои контролем.

195-ая моторизированная бригада ЮНА попыталась прорваться через Баррикады в Пешнице, но была вынуждена отступить, попав под огонь 71 МСД и местной полиции. Бойцы 6-ой МСД взяли под контроль Словенско-Итальянскую границу, а также совершили удачный рейд против приближающейся танковой колонны ЮНА, которая потеряла 5 танков (два уничтожены и три захвачены повстанцами).

Ближе к полудню 28 июня против Словенских сепаратистов начала действовать штурмовая авиация. Ее эффективность оставляла желать лучшего, поскольку федеральное командование все еще не могло скоординировать активность собственных подразделений. Единственная более-менее, успешная атака штурмовой авиации была проведена против сил Словенских ТО (см. раздел, повествующий о структуре военных формирований Словении), укрепившихся в городе Брник. Во время этой атаки погибли два журналиста — немец Николас Вогель и австриец Норберт Вернер.

В пятницу сотни словенских военнослужащих, не хотевших сражаться против соотечественников, покинули ряды Югославской армии. Кроме того, выполнять приказы командования отказались некоторые хорваты, не видевшие никакого смысла в запугивании будущих союзников. Поскольку во многих казармах ЮНА, находящихся на территории Словении, связь отсутствовала, бойцы получали информацию из радио- и телепередач. Понятно, что во многих случаях она не соответствовала действительности. К концу пятницы под контролем сепаратистов оказались телевизионные передатчики в Криме, Куме и Наносе.

Третий день боевых действий (суббота, 29 июня 1991 года) начался с захвата словенцами аэропорта Брник. Сепаратистам сдались бойцы федеральной полиции, обеспечивающие безопасность комплекса и также подразделение десантников из 63-ей парашютной бригады. В Скофья Лока полицейское словенское формирование при поддержке пулеметчиков из 35-ой МСД разгромило 14-ый инженерный полк ЮНА.

Не прошло и нескольких часов, как 195-я механизированная бригада была полностью окружена и сдалась словенским сепаратистам в Сентильи. Из боевых машин входящих в ее состав была сформирована 7-я окружная танковая рота армии Словении.

В Ховатини Югославские ВМФ попытались высадить морской десант. Высадка завершилась неудачно, поскольку береговые ТО были начеку и сбросили незваных гостей в море. Некоторых бойцов югославской армии сепаратисты взяли в плен.

В ночь на 30 июня федеральное правительство выставило Словенцам ультиматум и потребовало от сепаратистов немедленной сдачи. Естественно, требования ультиматума никто выполнять не стал. В тот же день Словенский парламент единогласно проголосовал за принятие любого мирного решения СФРЮ, которое обеспечит независимость нового государства.

30 июня, в воскресенье бои продолжались весь день. 32-й, 13-й и 10-й корпуса Югославской армии готовились к новым атакам. При этом бойцы 13-го корпуса прошляпили захват коммуникационного центра в районе Сеножице 45-ой мотострелковой дивизией. Кроме того, сепаратисты захватили еще 3 «Т-55» и сформировали из них 6-ю окружную танковую роту, которая впоследствии пополнилась другой захваченной техникой. Серьезный бой разгорелся в пограничном туннеле Караванке на Австрийской границе, перешедшем под контроль Словенских сепаратистов.

Вдобавок к этому словенцам сдался гарнизон Дравограда — 16 офицеров и 400 человек личного состава со всем оружием и боеприпасами. На сторону сепаратистов перебежали и бойцы гарнизонов Толмина и Бовеча.

В ночь на 1 июля федеральный центр отправил Словенскому руководству очередной ультиматум, на который словенцы, по старой традиции, попросту не ответили.

1 июля (пятый день войны) запомнилось сразу несколькими событиями. Во-первых, сепаратисты захватили военную базу в Нова Васе к югу от Любляны. Во-вторых, в Чрни Врх произошло возгорание склада боеприпасов, в результате которого произошел мощнейший взрыв, повредивший большую часть города. В домах выбило стекла, было уничтожено несколько гражданских машин. Местные жители, решив, что город бомбит авиация СФРЮ, запаниковали, что привело к новым жертвам. В-третьих, в тот же день Словенцы захватили склады боеприпасов в Пековнике, Буковзлаке и в Залошка Горице.

В полдень 1 июля 306 артиллерийский полк ЮНА оставил свои позиции в Медведжике и попытался соединиться с подразделениями Югославской армии. К сожалению, командиры выбрали неправильный путь отхода и попали в окружение около города Крско. Бойцы 306-го полка от сдачи отказались, решив дождаться подхода подкреплений.

Вечером 1 июля министр обороны Югославии Кадиевич проинформировал федеральных министров о том, что первоначальный план окружения Словении провалился, а значит с сепаратистами можно покончить только в случае запуска полномасштабной наземной операции, которая может привести к началу полноценной гражданской войны. Председатель президиума Югославии Борисав Ёвич отказался выдать разрешение на проведение подобной операции, что вызвало возмущение командира генерального штаба Благое Аджича, который сказал: «Эти проклятые политики используют нас в качестве мальчиков на побегушках. Они треплются о переговорах в то время, когда Словенцы убивают наших ребят.

Вторник, 2 июня 1991 года ознаменовался целой серией тяжелых боев. В 11:37 по местному времени радиопередатчик в Домжале был атакован двумя югославскими МиГ-21, отработавшие по нему НУРС-ами. 110-ый словенский штурмовой полк вступил в бой с подразделениями 4-ой механизированной бригады ЮНА, посланной на помощь бойцам 306-го артиллерийского полка. Несмотря на оказанную авиационную поддержку бойцы ЮНА сдались в плен. В итоге, 21-я и 25-я МСД, проатаковав 306-ой артиллерийский полк, принудили его деморализованных солдат к сдаче.

Бойцы 73-ей МСД атаковали танки 32-ой механизированной бригады в Горния Радгона, а 45-ая МСД отбила часть хорватской границы у 13 пролетарской механизированной бригады. Две танковые колонны из 5-ой механизированной бригады были остановлены у Синья Горица и Цесарки Врх бойцами 5-ой МСД. После тяжелых боев сепаратисты захватили склады оружия в Лесковаче, Райяхенаве, Пруле и Згорная Ложница.

В 21:0 °Cловенцы объявили об одностороннем прекращении огня, которое, впрочем, выполнить так и не удалось. Аджич, в свою очередь, попытался перейти к полномасштабным военным действиям, но столкнулся с непониманием своей позиции в высших кругах Федеральной власти. Югославский народ не горел желанием участвовать в гражданской войне, которая продолжала разгораться не по дням, а по часам.

3 июня 1991 года Югославскую армию ожидал еще один серьезный удар. Военный конвой, вышедший из Белграда к Словенской границе остановил свое движение по причине «технических неисправностей». До момента полной остановки движения конвой успел преодолеть 265 миль. Тем временем 73-я МСД продолжала атаковать 32-ю механизированную бригаду в Раденци и Коге. 71-я МСД без боя захватила военнослужащих 195-ей моторизированной бригады. Других боевых столкновений в этот день не было и генерал Аджич приказал Югославской армии прекратить огонь.

Наступил четверг 4 июня 1991 года. В этот день словенские ТО взяли под контроль всю границу новообразованного государства. 5-я армия ЮНА вернулась по своим гарнизонам в Словении и Хорватии. Некоторые бойцы покинули казармы, прихватив с собой оружие и боеприпасы.

5 и 6 июня крупных боевых столкновений не было, армии противоборствующих сторон находились в ожидании грядущих событий. 6 июня к концу дня Федеральное правительство смирилось с тем, что Словения выходит из состава Югославии.

В воскресенье 7 июня 1991 года уполномоченные представители Югославии, Словении и Европейского союза встретились на острове Бриуны, где было подписано так называемое Брионское соглашение. Согласно этому документу армия Югославии прекращала боевые действия на территории Словении. При этом Словения и Хорватия приостанавливали на три месяца вступление в силу декларации о независимости. Однако руководители СФРЮ прекрасно понимали, что «развод» с республиками неизбежен.

Итоги десятидневного конфликта оказались следующими. Крохотная Словения одержала победу над крупной и хорошо вооруженной Югославской армией. Подобное поражение стало прямым следствием паралича воли, который овладел высшим руководством СФРЮ. Если бы федеральные власти решили раздавить обнаглевших сепаратистов, то они не стали бы брать под контроль границу, а попытались бы овладеть ключевыми точками словенской инфраструктуры с помощью диверсионных подразделений и стремительных воздушных десантов. Воинские подразделения, получив четкий приказ на открытие огня, скорее всего вступили бы с сепаратистами в бой и одержали победу, опираясь на мощь тяжелого вооружения. Когда войсками управляли уверенные в себе командиры, ситуация развивалась в положительном для югославов ключе. В качестве примера можно привести эпизод с обороной аэропорта Брник. Командир югославских подразделений Горан Остоич несколько дней отбивался от превосходящих сил словенских МСД, имея под своим командованием не более двадцати человек личного состава.

К сожалению, многие командиры среднего и высшего звена ЮНА не имели воли к победе и не желали приступать к активным действиям. Пассивность была всеобщей. Добровольцев в Югославской армии не жаловали, а героев короткой войны вообще предали забвению. Результат подобной деятельности сказался ближе к осени, когда к отделению от страны приготовилась Хорватия. Если в Словении югославские войска были уверены в своих силах, то к моменту начала «Хорватской кампании» в рядах бойцов поселился скепсис и неуверенность. Словения стала первым шагом на пути к тотальному развалу страны на составные части.

Что касается Словении, то новообразованное государство пошло по либерально-демократическому пути развития. На смену социализму пришел капитализм, в стране появился иностранный капитал, взявший под контроль большую часть промышленных предприятий. 29 марта 2004 Словения вошла в военный блок НАТО, а 1 мая того же года, первой из бывших Югославских республик, вошла в Европейский союз.

Людские потери в ходе войны были не так уж и велики. Югославская армия потеряла 44 человека убитыми, словенские подразделения 16. Раненых было несколько сотен.

Словенские ТО получили первые комплекты зеленой униформы в 1989 году. Новые знаки различия были введены в декабре 1990 года и в 1991 году были введены во всех подразделениях Словенских вооруженных сил. Нарукавные эмблемы в подразделения ТО появились во время десятидневной войны. На изображении видно, что на левом плече майора расположен бело-сине-красный (славянский) диск с вершинами, которые, в свою очередь, символизируют Триглав, самую высокую гору Словении. На правом плече офицера расположен символ текущего боевого подразделения. Офицерские знаки различия расположены над левым карманом полевой униформы. На кепи (берете у сил специального назначения) можно увидеть золоченую кокарду с Триглавом и бронзовые скрещенные мечи. Кокарды офицеров украшены венком из листьев (зеленых у старших офицеров).

Во время Десятидневной войны многие бойцы Словенских ТО носили югославскую униформу образца 1968 года, плащ-палатку и кепи, цветовая схема которых была введена в ЮНА в 1950 году. В 80-ых годах плащ-палатку заменили зимним жакетом. Несмотря на повсеместное использование старой униформы на головных уборах словенских бойцов красовались новые кокарды с Тризубом. Стоит отметить, что подразделения, сформированные из Партизанских бригад ЮНА, отказывались носить югославские знаки различия и прикалывали эмблему Тризуба на грудь слева, прямо над карманом.

Словенская полиция одевалась в униформу федеральной полиции, поступившую в части в марте 1987 года. Униформа обладала специальными кармашками на рукавах. В ее состав входил черный кожаный жакет и такого же цвета штаны. Серая униформа была введена в 1980 году и использовалась исключительно для вооружения словенской полиции и сил самообороны. 25 июня 1991 года в частях Словенской полиции впервые появились головные уборы с золочеными кокардами. Бойцы, оставшиеся без новинки, просто снимали со шлемов югославские кокарды и воевали так на всем протяжении десятидневной войны. На левом верхнем плече словенских полицейских была нашивка со словом «MILICA».

Обратите внимание на головной убор военного, который представляет собой защитный шлем MPC-1, производившийся словенской компанией PAP во второй половине 80-ых годов. Подобный шлем применяли не только словенцы, но и части Югославской милиции вплоть до окончательного развала страны.

ГЛАВА 19. Югославские войны: Армия Хорватской республики

Хотя Югославские войны начались в Словении, основным очагом войны в промежутке с 1991 по 1995 год стала Хорватия, земля на которой выросло не одно поколение националистов (о них мы писали в предыдущих частях цикла).

К моменту развала Югославии, Хорватия была второй по численности республикой федеративного государства. На ее территории проживало 4 784 300 человек. Львиную долю жителей республики составляли хорваты (78,09 % населения), сербов было значительно меньше (12,15 % от общего числа населения), остальные жители Хорватии были представителями иных этнических групп. Ситуация осложнялась тем, что сербские и хорватские анклавы были перемешаны, что неимоверно усложнило государственный «развод» и в последствии привело к формированию очередного очага напряженности в Сербской Краине.

Хорватия имела исторические связи с Австрией и обладала небольшим опытом существования в виде независимого национального государства. Хорватский язык был похож на сербский, но хорваты, в отличие от сербов, использовали для написания латиницу и исповедовали иную христианскую доктрину — католицизм. Как следствие, внутри республики были сильны центробежные силы, заинтересованные в развале СФРЮ и выходе Хорватии из федеративного государства.

Безусловно, кровавого хорватско-сербского конфликта можно было бы избежать, если бы руководство Хорватии даровало сербским анклавам автономию и с уважением бы отнеслось к языку и обычаям «братьев по федерации». К несчастью, руководство новой Хорватии сплошняком состояло из упертых националистов, которые заняли по отношению к сербам непримиримую позицию, что и привело к чудовищной четырехлетней бойне.

Сербский вопрос мы решили, не будет больше 12 % сербов или 9 % югославов, как было. А 3 %, сколько их будет, больше не будут угрожать хорватскому государству.

Из речи Франьо Туджмана на открытии военного училища «Бан Йосип Елачич» в Загребе 14 декабря 1998 года.

Прежде чем начать обзор Сербско-Хорватского конфликта, имеет смысл более подробно взглянуть на вооруженные силы новообразованного государства.

Фактически, армия независимой Хорватии родилась 9 сентября 1990 года. В этот день президент Туджман назначил нового министра обороны республики — бывшего командира 5-ой армии ЮНА Мартина Шпегеля. Шпегель понимал, что в самом ближайшем будущем Югославская армия может стать врагом нового европейского государства. По этой причине министр обороны Хорватии обратился за военной помощью к властям Восточной Германии и Болгарии. Не прошло и двух месяцев, как Болгары передали Хорватам 10,000 экземпляров АК-47. Немцы снабдили людей Шпегеля тяжелым ручным оружием и реактивным гранатометами.

В апреле 1991 года группа хорватских бойцов сумела взять под контроль танковый завод в городе Славонски-Брод и захватила там несколько только собранных танков М-84. Позже, летом и осенью 1991 года во время захвата казарм ЮНА хорватам удалось прибрать к рукам: 40 гаубиц 152-мм, 37 гаубиц 122-мм, 42 гаубицы 105-мм, 40 гаубиц 155-мм, 12 РСЗО, 300 минометов 82-мм и 120-мм, 180 орудий ЗИС-3 и и Б-1, 110 противотанковых пушек 100-мм, 36 САУ, 174 ПТРК, 2000 гранатометов, 190 танков М-84, Т-55, ПТ-76 и даже Т-34-85, 179 БТР и БМП, 180 зенитных орудий 20-мм, 24 ЗСУ М-53/59 "Прага", 10 ЗСУ ЗСУ-57-2, 20 зенитных орудий, 200 000 единиц стрелкового оружия, 18 600 тонн боеприпасов, 1630 тонн горючего. Обладая такими запасами вооружения, Хорваты могли сопротивляться югославской армии в течение нескольких месяцев осени и зимы 1991–1992 года.

К 12 апреля 1991 года власти Хорватии свели все полицейские силы в корпус Национальной гвардии (Zbor Narodne Garde) (бойцов этих подразделений частенько называли «Зенговцы»). 15 мая была сформирована первая национальная пехотная бригада, а еще через 13 дней (28 мая 1991) на улицах Загреба был проведен военный парад, в котором участвовало 4 пехотные бригады А класса (активные). 30 мая в Ховартии появился Специальный гвардейский батальон, целью которого стало обеспечение безопасности первых лиц государства. Дополнительные Гвардейские бригады R класса (резервные) формировались на всем протяжении лета 1991 года. Их целью стали склады ТО, подконтрольные федеральному правительству.

На протяжении лета 1991 года Хорватское правительство внимательно наблюдало за Словенским кризисом и готовило республику к полномасштабному вторжению ЮНА. К августу 1991 года армия Хорватии включала в себя 4 бригады А класса и 15 бригад R класса. 20 сентября Хорватские власти провели очередной этап армейской реформы. Были созданы Хорватские вооруженные силы (Hrvatska Vojska), а республиканская территория была разделена на 6 оперативных зон (с 1 по 6). Главнокомандующим Хорватской армии стал генерал Антон Тус (бывший командир Югославских ВВС), поскольку Шпегель стал жертвой серьезного конфликта с Туджманом и был «повышен» до должности генерал-инспектора Хорватской армии. В середине осени в состав новоиспеченного войска влились многочисленные дезертиры, навсегда оставившие ряды ЮНА.

Первый настоящий бой между хорватскими националистами и югославской армией произошел в Боровом Селе 1 мая 1991 года. В центре внимания противоборствующих сторон оказался национальный флаг СФРЮ, вывешенный на стене местной администрации. Вооруженные хорваты попытались добраться до центра города на легковых машинах и бронетранспортерах, но наткнулись на ожесточенное сопротивление сербов, въехали в заранее подготовленную засаду и потеряли 12 человек убитыми и своего командира Степана Бошняка. В плен попало несколько десятков человек, в том числе граждане Румынии и Албании, а также заезжий деятель из СССР. От полного разгрома хорватов спасли части ЮНА, которые развели участников перестрелки «по разные стороны ринга». Впрочем, у сербов не осталось сомнений в том, что в самом скором времени хорваты повторят свой визит. Фактически конфликт за Борово Село стал прологом полномасштабной Сербско-Хорватской войны, которой будет посвящена следующая часть нашего повествования.

К моменту начала боевых действий между Хорватией и СФРЮ, административная структура Хорватской армии была следующей: каждая оперативная зона находилась под контролем 0–2 бригад А класса; на территории зоны находились 5-16 бригад R класса, 0-11 отдельных гвардейских батальонов и зональная штаб-квартира (в ее состав входили 1–2 артиллерийских батальона, 1–2 батальона ПВО, 1 инженерный батальон и один батальон военной полиции). 3-я зона, обеспечивающая безопасность Загреба была защищена в два раза большим числом войск, чем любая другая зона (меры предосторожности оказались излишними, поскольку ЮНА так и не нанесла удар по столице Хорватии). Зоны 1 и 6 (Славония и Далмация, соответственно) были насыщены тяжелым оружием, поскольку именно они должны были сдерживать натиск Югославских войск.

К зиме война в Хорватии достигла своего апогея. Обе стороны конфликта во всю использовали тяжелую технику и артиллерию. Мирные жители гибли тысячами, а в западную и Российскую печать начали просачиваться ужасающие слухи о пытках и концентрационных лагерях, формируемых по обе стороны фронта. Югославская армия испытала на себе все прелести городского танкового боя (Вуковар), тогда как хорваты несли чудовищные потери во время атак против укрепленных сербских позиций. Собственно, воевать толком не умела ни та, ни другая сторона конфликта. Современного боевого опыта ни у кого не было, а опыт Второй мировой войны был исключительно партизанским, мало подходящим для осадной войны, в которой активно применялись артиллерия и танки. Хорватским и сербским генералам приходилось экспериментировать прямо на поле боя, что приводило к неоправданному увеличению потерь.

В декабре 1991 года Хорватская армия насчитывала 230,000 человек личного состава (в том числе 180,000 хорватов), как мужчин, так и женщин, сведенных в 60 бригад А и R класса. При этом 3,000 хорватских военнослужащих были бывшими офицерами ЮНА. 1-ая (Тигры), 2-ая (Молнии), 3-я (Куницы) и 4-ая бригады (Пауки) были сформированы из профессиональных военнослужащих. В состав этих бригад входили подразделения быстрого реагирования. Остальные 56 бригад были сформированы из резервистов и добровольцев различного уровня подготовки. Вдобавок к этому, в состав хорватской армии входили 19 отдельных пехотных батальонов, 8 артиллерийских батальонов, 11 подразделений ПВО, 7 инженерных батальонов и 7 батальонов военной полиции. К министерству обороны был прикреплён отдельный «Зринский» батальон диверсионных операций. 20 января 1992 из судейского персонала полиции была сформирована еще одна — 98 бригада.

Согласно уставу, Хорватская бригада должна была состоять из 1,800 человек, но в условиях непрерывных боев ее численность колебалась в пределах от 500 до 2,500 человек. Дополнительные бойцы представляли собой добровольцев, наемников или людей, движимых чувством мести.

На первом этапе войны Хорватская армия не имела серьезного опыта боевых действий и, частенько несла крупные потери от топорных ударов «в лоб» вражеской позиции. Например, во время боя за казармы ЮНА в Мирковцах (21 сентября 1991) хорваты попытались штурмовать укрепленную сербскую позицию отрядом, состоящим из тысячи человек. Естественно, лобовая атака на позицию, усиленную ЗСУ, танками, БМП и тяжелыми пулеметами могла завершиться только поражением и тяжелейшими потерями в войсках наступавших.

Несмотря на отсутствие опыта, хорватские командиры не страдали от недостатков, свойственных Югославскому командованию: они не уклонялись от боя («спасая» жизни своих солдат) и уж тем более не сдавали свое оружие потенциальному врагу (командиры ЮНА оставили хорватским военным не менее 1/3 всех запасов оружия, размещенных на территории Хорватии.

Формирование бригад резервистов (R — класс) по месяцам (1991 год):

Июнь 1991: 100, 101, 105–110, 112–114;

Июль 1991: 111;

Август 1991: 103,104;

Сентябрь 1991: 99;

Октябрь 1991: 115, 117–119, 123, 125–134, 137–138, 145, 148–150, 153, 204;

Ноябрь 1991: 102, 116, 120–122, 124, 135, 136, 139–141, 143–144, 151–154;

Декабрь 1991: 142, 156.

Гвардейские бригады Хорватской армии:

1-я гвардейская механизированная бригада «Тигры» (1990–2008);

2-я гвардейская механизированная бригада «Гром» (1991–2008) (в некоторых источниках ее почему-то называют "Молния");

3-я гвардейская бригада «Куницы» (1991–2003);

4-я гвардейская моторизованная бригада «Пауки» (1991–2008);

5-я гвардейская бригада «Соколы» (1992–2008);

7-я гвардейская бригада «Пумы» (1992–2003);

9-я гвардейская бригада «Волки», изначально 6-я (1992–2008).

Структура бригад и батальонов Национальной гвардии:

Моторизированная бригада Национальной Гвардии включала в себя штаб, состоящий из инженерной и полицейской роты, а также из разведывательного, контртеррористического взвода, а также взвода связи и отряда коммандо. Вдобавок к этому, в нее входили 1–4 батальона пехоты, плюс смешанные артиллерийские, танковые батальоны или батальоны ПВО.

Пехотный батальон Национальной гвардии включал в себя штаб, в который входила рота связистов и рота охраны, а также инженерный, артиллерийский и логистический взвод плюс взвод поддержки. Кроме того, в составе батальона были 1–4 взвода регулярной или добровольческой пехоты. Рота хорватской Национальной гвардии включала в себя 80+ человек личного состава (1–4 взвода) и взвод снабжения, в составе каждого взвода было 1–4 отделения по 12 человек. Смешанный артиллерийский батальон (дивизион) включал в себя одну 105 мм гаубицу и два 120мм полевых орудия.

Танковый батальон насчитывал одну механизированную и две танковых роты (по два взвода в каждой). Моторизированная бригада, как правило, включала в себя 4 пехотных и 1 артиллерийский батальон, а также различные дополнительные подразделения состав которых зависел от задач, выполняемых бригадой.

В 1992 году ситуация на Хорватском фронте несколько изменилась. Сербское наступление выдохлось. Вдобавок к этому против сербской армии открылся второй «мусульманский» фронт в Боснии. Кратковременное перемирие, установившееся между сербами и хорватами во второй половине 1992 года, было прервано в январе 1993. Новый этап войны продолжался еще два года, при этом хорваты сражались не только на своей земле, но и на территории Боснии (что не мешало им, при этом, воевать на пару с сербами против мусульман в отдельном Хорватско-Боснийском конфликте).

К середине 1995 года (то есть к моменту начала операции «Буря») хорватская армия представляла собой сплоченную боевую силу, закаленную 4 годами боевых действий и способную достичь поставленных целей, несмотря на ожесточенное сопротивление противника. Некоторые исследователи вообще считают, что в середине 90-ых хорваты обладали самой боеспособной армией на Европейском континенте.

После очередных разногласий с Туджманом 22 января 1992 года свой пост покинул генерал Антон Тус. Новым руководителем Хорватской армии стал генерал Янко Бобетко, который ушел в отставку 15 июля 1995 года и передал командование генералу Звонимиру Червенко.

После начала перемирия (1992 год), Хорваты сформировали 12 бригад: 2 в 1-ой оперативной зоне (157 и 160), 5 в 3-ей оперативной зоне (98, 161 позже 57, 162, 165, 175), 1 в 5-ой оперативной зоне (155) и 4 в 6-ой оперативной зоне (158, 164, 159, 163). Численность личного состава была уменьшена. В марте 1992 года было демобилизовано 20.000 человек, в мае-июне еще 100.000 бойцов и, наконец, в ноябре с военной службы было уволено еще 40.000 военнослужащих.

Воспользовавшись знаниями американских инструкторов, хорваты сократили численность армии до 105.000 человек регулярного состава и 100.000 резервистов. Большая часть независимых батальонов стала «гвардейскими». Военнослужащие бывших Территориальных батальонов влились в так называемое Хорватское Домобранство (Domobranstvo).

В состав «Домобранства» входило 43 полков и 34 бригад, в том числе 15 новых полков (1, 4–5, 7–8, 11, 13–17, 20, 21, 24, 52), 5 полков были сформированы из бригад, заодно у них сменилась нумерация (129 в 3, 141 в 6, 135 в 9, 124 в 10, 162 в 12), 23 полка были сформированы на основе бригад без изменения порядкового номера (107–110, 116, 118, 121, 125, 126, 132–134, 136–138, 140, 142, 143, 154–157, 163), 30 бригад остались в составе сил, защищающих оперативные зоны (99-106, 112, 114–115, 119, 122, 128, 130–131, 144, 145, 148–151, 153, 158–160, 164–165, 175, 204). Четыре бригады были упразднены (98, 117, 120, 127), три бригады стали механизированными бригадами (11, 113, 123), одна бригада стала отдельным механизированным батальоном (139). 161 бригада была переименована в 57 бригаду. Число артиллерийских батальонов было увеличено с 8 до 10 (2, 4, 6, 8, 10–12, 14, 16, 19). В состав «обороны» вошли два противотанковых батальона (3, 5) и две противотанковых бригады (15, 16), четыре бригады ПВО (201–204), два инженерных батальона (32, 34) и одна инженерная бригада (33), один сигнальный полк (40) и шесть сигнальных рот (251–256).

4 пехотные бригады, сформированные в 1991 году, были преобразованы в Гвардейские моторизированные бригады в декабре 1992 года. Их число было увеличено до 7. 23 декабря 1992 правительство Хорватии расформировало 19 отдельных пехотных батальонов и сформировало из их бойцов 5 отдельных гвардейских батальонов (номера 80–84).

Защита любой из шести Оперативных зон Хорватии в 1992–1995 году должна была обеспечиваться силами: 0–2 Гвардейских моторизированных бригад, 2-15 моторизированными бригадами или полками Домобранства, 0–3 отдельными гвардейскими батальонами вместе со штабным подразделением (0–3 артиллерийских батальона, 0–2 противотанковых батальона, 0–1 бригада ПВО, 0–1 инженерная бригада или батальон, а также разведывательная рота и батальон военной полиции). Реальный состав защитных частей зависел от текущего положения на линии фронта, а также от числа имеющихся у Хорватов резервов. В феврале 1993 года система Оперативных зон была упразднена и ей на смену пришла система Корпусных округов.

Во время конфликта с Сербами хорватская армия вела, в основном, позиционную войну. Фокальными точками противостояния становились хорватские города, осажденные Сербской армией, или сербские города, осажденные хорватскими подразделениями. Регионом наиболее интенсивных боев стала Славония, на территории которой сражались многочисленные хорватские подразделения, усиленные полицейскими частями, батальонами специального назначения и бойцами ХСП (Хорватская партия справа — прямые наследники усташей).

На ранних этапах войны хорватские специальные подразделения несли большие потери. Их бойцы, не имели единой подготовки и частенько, вступали в бой не имея четкого плана действий. Особенно тяжелыми потери были на вражеской территории. Не сумев преодолеть «линию фронта», хорваты попадали в «мешок» и уничтожались наступающими силами сербов при помощи танков или тяжелой техники.

Большую эффективность хорватские специальные подразделения продемонстрировали во время действий на своей территории. Эффективными были и их атаки вражеских механизированных колонн (применялась тактика уничтожения первой и последней машины с последующим уничтожением центра колонны). На первом этапе войны подобные нападения происходили так часто, что у Сербских танкистов этот период получил название Кукурузная война (хорваты любили использовать для засад заросли цветущей кукурузы).

Понимая слабость собственного спецназа, хорваты всерьез взялись за обучение бойцов силами западных военных специалистов. К концу войны специальные силы хорватской армии могли проводить успешные боевые рейды в глубоком тылу противника.

Хорватские ВВС флот и ополчение

Как было написано выше, костяк Югославских ВМФ составляли выходцы из Хорватии. Хорватский военно-морской флот был создан 12 сентября 1991 года. Личный состав флота насчитывал 1,000 человек, находящихся под командованием адмирала Свето Летицы. К маю 1995 года личный состав флота был увеличен до 1,850 человек. Хорваты располагали 2 ракетными катерами, торпедным катером, минным заградителем, подводной лодкой и кораблем, предназначенным для обеспечения операций коммандос. Подразделение морской пехоты состояло из 53 роты, нескольких батальонов Домобранства, береговой артиллерийской батареи, 51 батальона связи и 74 батальона военной полиции.

Хорватские военно-воздушные силы были созданы в январе 1992 года. Полковник Томо Мадич сформировал костяк ВВС, набрав в него 150 профессиональных пилотов, механиков и специалистов ПВО, из числа которых было сформировано 3 воздушных эскадрона и три отдельных авиационных взвода. Хорватские пилоты летали, в основном, на захваченной у ЮНА военной технике, а также на гражданских самолетах, которые достались им «по наследству» от прежних югославских владельцев.

Хорватские силы территориальной обороны представляли еще один вид вооруженных сил, находящийся в распоряжении Хорватского правительства. Люди Туджмана перехватили контроль над локальными силами ТО 8 ноября 1990 года. К моменту начала сербскохорватского конфликта, численность хорватских ТО составляла 240,000 человек. Во время активной фазы войны эти люди влились в ряды Зенговцев или сражались в составе отдельных частей Территориальной обороны, которые действовали на передовой до 1995 года.

Силы народной обороны (Narodna zastita — NZ), сформированные 5 апреля 1991 года, насчитывали 100,000 бойцов-добровольцев в задачу которых входила защита частной собственности, стратегических предприятий и конвоев, а также сбор данных о перемещении вражеских войск. Все подразделения Народной обороны был расформированы в марте-апреле 1992 года.

Хорватская полиция

В мае 1990 года Хорватская милиция насчитывала 16,000 человек (милиция была переименована в полицию 8 ноября 1990 года). Изначально милиция подчинялась Республиканскому министерству внутренних дел (Ministarstvo unutarnjih poslova — MUP). На территории Хорватии располагались 119 милицейских секретариатов (17 в Загребе, остальные на других хорватских территориях). Не менее 60 % служащих хорватской полиции были сербами.

17 августа 1990 года хорватская милиция попыталась разоружить сербских милиционеров, действующих на территории Хорватии. В ответ на это сербский генерал милиции Милан Мартич начал раздавать сербам оружие, что привело к кризису в Сербской Краине с последующим отделением этой территории от новообразованного Хорватского государства. После развала Хорватии на две враждебные территории (на Хорватию и Сербскую Краину), хорватская милиция была полностью обескровлена, новых бойцов пришлось учить всему с самого начала.

Солдаты ЮНА внезапно атаковали хорватский полицейский участок. Фотограф, оказавшийся внутри, зафиксировал творящийся в здании переполох.

Первые 1,800 человек, подготовленных хорватами по новой программе, 12 сентября 1990 года влились в состав Подразделения специального назначения (в декабре того же года, данный отряд был переименован в Луцкое Контртеррористическое подразделение).

В 1991 году напряжение между милиционными формированиями сербов и хорватов достигло своего апогея, в ход пошло автоматическое оружие. 2 марта 1991 в Пакраце (Западная Славония) хорватская позиция захватила здание Службы Безопасности, которое охраняли сербы. На помощь сербам пришли подразделения ЮНА, против которых хорваты использовали БТР. В Плитвицах хорватская полиция отбила у сербов локальное милицейское здание, а потом вступила в бой с сербскими милиционными силами. Побоище продолжалось два дня.

Летом 1991 года подобные перестрелки становились внутренним делом полиции / милиции, поскольку бойцы ЮНА должны были одинаково относится к обоим сторонам конфликта. К концу года ситуация изменилась и Югославская армия стала вступать в бой на стороне сербской милиции.

В январе 1991 года полицейские силы Хорватии состояли из 55,260 человек личного состава (21,360 регулярных полицейских, 22,900 резервистов и 11,000 бойцов из состава специальных полицейских соединений). В мае 1991 года из трех территориальных полицейских батальонов была создана Специальная полицейская бригада, способная вести боевые действия против сербских войск (позже на основе таких бригад создавались регулярные бригады А класса). В июне 1991 года полицейская административная структура была разделена на 19 полицейских департаментов. Общее число бойцов сократилось до 40,000 человек (регуляров и резервистов) плюс 4,000 бойцов в составе специальных подразделений полиции. 26 декабря 1992 года полиция была реорганизована вновь, ее административная структура увеличилась до 20 окружных департаментов.

Во время боевых действий, роты и батальоны военной полиции использовались не только для наведения порядка на подконтрольных хорватам территориях, но также и для прорывов вражеской линии обороны. Частенько, полицейские подразделения выполняли роль пожарных команд, которыми затыкали «дыры» в проблемных местах фронта. Стоит отметить, что боевой дух хорватской полиции, в среднем, был выше, чем у регулярных частей, что сказывалось на выполнении боевых задач в условиях активного противодействия противника.

Хорватские военизированные подразделения

Первым военизированным подразделением Хорватских националистов стали боевые отряды ХСП, возглавляемые ультра-правым националистом Доброславом Парагой. Идеологическими предшественниками ХСП были усташи времен Второй мировой войны. Нет ничего удивительного в том, что боевые знамена и форма бойцов ХСП изобиловали усташеской символикой. Общая численность боевого крыла ново-усташей составляла 10,000 человек, в число которых входили 300 бойцов воскрешенного «Черного легиона» (под командованием Алия Сиджака). Бойцы ХОС завоевали уважение регулярных частей хорватской армии за фанатичное упорство, проявленное во время битвы за Дубровник и Вуковар.

В ноябре 1991 года Туджман арестовал Парагу, боевое крыло ХОС было распущено, а его бойцы включены в состав 109 и 114 бригады Национальной гвардии.

Бойцы хорватских ТО носили югославскую униформу и знаки различия до конца 1990 года. В 1991 году хорваты окончательно отказались от шапок «титивок» и стали одевать классические горные кепки. Данный боец несет хорватские национальные символы на кепке и на нарукавной повязке (хорватский национальный символ представляет собой испанский щит Sahonvica, украшенный красно-белым шахматным узором. В верхнем левом углу щита находится красный квадрат. Выше щита можно увидеть эмблемы пяти исторических хорватских областей — Хорватии, Дубровника, Далмации, Истрии и Славонии).

Боец одет в куртку и штаны югославских вооруженных сил, образца 1975 года. На руке — кустарная повязка, сделанная наспех в одной из хорватских швейных мастерских (на раннем этапе конфликта некоторые хорваты использовали не повязку, а бумажный жетон с национальным символом). Знаков различия у бойца нет, поскольку в начале 1991 года хорваты не наносили их, пытаясь запутать противника. Хорватский боец вооружен пистолетом-пулеметом Gorenje MGV-176, который был реквизирован с ближайшего склада ТО.

Подобно своим «коллегам» из Югославской полиции и полиции Сербской краины, хорватские полицейские активно использовали «тигриный камуфляж». Данный боец одет в американскую зимнюю униформу M82, которая была распределена между первыми 1800 хорватскими полицейскими национального призыва. На левом плече стрелка можно увидеть зеленый полицейский шеврон с надписью на хорватском «POLICIJA». Этот новый шеврон пришел на смену старому темно-синему шеврону «MILICIJA», кириллический вариант которого использовался личным составом федеральных сил Югославской безопасности, а также милиционными частями Сербии, Черногории и Воеводины с 1978 года.

На кепке полицейского можно увидеть эмблему в виде шахматного щита с золотым лучами (образец 90 года). В Марте 1991 года на смену золоченой эмблеме пришел новый вариант щита с серебряными лучами и золотистым венком. Знаков различия боец не имеет, что характерно для начального периода войны. В руках полицейского штурмовая винтовка SAR-80, привезенная в Хорватию под видом гуманитарной помощи.

Этот полицейский одет в Хорватскую униформу образца 1986 года с погонами. В 1991 году во всех полицейских частях Дубровника красная звезда была заменена на национальный шахматный символ. Поскольку численность национальной хорватской полиции стремительно увеличивалась формы для всех бойцов не хватало. Чтобы решить эту проблему, хорватские военные приобрели для полицейских несколько тысяч комплектов словенской униформы. Новая униформа полиции состояла из жакета с четырьмя карманами, штанов с двумя боковыми карманами и двумя карманами на липучках, берета, ремня и югославских офицерских ботинок.

На левом плече бойца располагался серый шеврон «MILICIJA» (буквы белые). Еще одна нашивка в виде щита появилась в июле 1991 года, под ней размещался дополнительный кармашек.

Шахматный символ на берете был введен в Хорватских полицейских частях в начале лета 1990 года. В августе от символа отказались, дабы не нервировать полицейских из Сербской краины. Однако осенью шахматный щит вновь вернули национальной полиции.

Представленный на изображении полицейский носит на берете кокарду образца 1991 года (золотистый венок, серебряные лучи). Рядовые полицейские старались не носить знаки различия, но старшие констебли имели неофициальные погоны (два желтых шеврона на голубом фоне).

Многие Зенговцы носили униформу ЮНА образца 77 года, серую униформу словенской полиции или американский армейский камуфляж образца 1982 года. В 1991 году Хорватские швейные мастерские начали пошив собственной униформы, скроенной по американскому образцу (в качестве маскировки использовался «тигриный камуфляж» или защитные «полицейские цвета»). Поскольку многими Зенговскими подразделениями командовали профессиональные полицейские, на униформе отдельных бойцов можно было увидеть знаки различия югославской милиции (позже, хорватской полиции). Рядовой состав не имел знаков различия от Октября 1991 года.

Данный офицер одет в зенговую кепку образца 1991 года с национальной хорватской кокардой (некоторые офицеры использовали полицейские или зенговские кокарды). На правом левом плече офицера можно увидеть зенговскую эмблему в виде перекрещенных штурмовых винтовок. В верхней части эмблемы расположен текст ZNG RH (Zbor narodne garde Republike Hrvatske).

Во время тяжелых осенних боев 1991 года хорваты приобрели с бывших складов ГДР несколько тысяч комплектов военной экипировки: шлемы образца 56/76 года и зимнюю униформу образца 90 года в «дождевом камуфляже». Хорваты срезали с немецкой униформы погоны и приладили наплечную эмблему с национальным шахматным полем.

Осенью 1991 года знаки различия носили только представители высшего командного состава. Когда знаки различия появились у рядовых (это случилось во второй половине 1992 года), немецкая униформа уже не использовалась. Вместо нее Хорваты стали носить Британскую униформу образца 84 года и западногерманскую униформу образца 90 года. Что касается касок, то в боях использовались американские каски M1, швейцарские каски M49/62 (вариант британской каски AT mk.II), британские каски AT mk.IV, польская версия советской СШ40, югославская каска модели 59/85 и даже словенская MPC-1.

Бойцы ХОС носили американский камуфляж образца 82 года (с зимним и летним маскировочным рисунком), черные береты или хорватские кепки. В повседневных условиях ХОС-овцы предпочитали использовать черную форму американского образца и красные береты с национальным символом довоенного времени (с белым левым верхним квадратом). Этот символ, впервые появившийся в средние века, был дискредитирован фашистским режимом Павелича и не использовался после 1945 года.

На левой руке ХОСовцев находилась нашивка в виде старой национальной эмблемы в серебристом кольце. В верхней части кольца располагались буквы HOS, под ними HSP. В нижней части кольца была вышита надпись «Za dom spremni» (Готовы к защите Родины). ХОСовцы носили как хорватские знаки различия, так и усташеские, история которых прослеживается с времен Второй мировой войны.

В декабре 1991 года власти Хорватии потребовали от ХОСовцев снять усташеские символы и использовать символы Хорватской республики.

ГЛАВА 20. Партизанская война в Косово в 1999 году

Армия Югославии имела также развитую и подготовленную организацию военной полиции которая имела свои роты в каждой бригаде, а батальоны — в корпусах. Военная полиция рассматривалась как своеобразная элита и имела, по сравнению с пехотой, лучшее обеспечение и подготовку.

В составе пехотных батальонов в марте 1999 года были так же созданы «интервентные» взводы в которые брались, как правило, добровольцы. В данном случае под добровольцами понимались, как правило, как раз граждане Сербии, призванные в резерв армии Югославии и выразившие добровольное желание по тем или иным причинам проходить службу на территории Косово и Метохии.

Вместе с тем, в рядах добровольцев было значительное количество иностранных граждан: как сербов по национальности, в первую очередь из Республики Сербской в Боснии и Герцеговине, так и «несербов» в том числе граждан Российской Федерации, Украины, Белорусии, Болгарии, Швеции, Дании и ряда других стран.

В своей массе это были подготовленные лица а некоторые из них оставались на воинской службе в своих государствах и так погибший доброволец-гражданин Российской Федерации Федор Шульга, как выяснилось после его смерти являлся сотрудником Министерства по Чрезвычайным Ситуациям Российской Федерации.

Денежное довольствие добровольцев было таким же как и у резервистов армии Югославии — то есть 49 динар в день, что составляло до 5 немецких марок.

Впрочем, последнее не помешало судебным органам некоторых государств начать преследование добровольцев и так например доброволец из Дании Нильсен (до того работавший в ОБСЕ) был в Дании подвергнут судебному преследованию, очевидно, под политическим давлением.

Впрочем, ошибочно считать что командование армии Югославии сознательно собирало добровольцев. Скорее, наоборот, это командование предпочитало бы что бы их совсем не было, но в силу очевидного политического характера этой войны невозможно было избегать реакции в обществе на подобную политику, последствия которой отражались не на одних военных, а на всем обществе.

В результате, значительная часть этих добровольцев попала в созданные «интервентные» взвода и хотя эти взвода за два с половиной месяца войны с марта по июнь 1999 года не были ни отлажены в действиях, ни обучены для разведывательно-диверсионных действий, однако, сам опыт добровольцев ставил их в положение такого же ранга, как и подразделения и части специального назначения.

Помимо этого местное сербское население частью находилось в полиции, а частью — в военно-территориальных отрядах и они, как и офицеры и подофицеры пограничных караулов армии, хорошо знали и местность, и местных албанцев.

Согласно книге Милана Миялковского и Петара Дамьянова «Терроризм албанских экстремистов» в марте 1999 года силы 15-й танковой бригады из направления Приштины и 252-ой танковой бригады, дислоцированной в Кралево, очистили пути сообщения и обеспечили ввод в бой силам специального назначения МВД и государственной безопасности Сербии, а также подразделениям 37-ой и 125-ой моторизованных бригад, разбивших силы УЧК соответственно в Дренице (37-ая бригада) и в Метохии (125-ая бригада) после чего 37-ая моторизованная бригада заняла позиции в районе Дреницы с целью дальнейшей «зачистки» от сил УЧК, тогда как 125-ая бригада была направлена под Призрен на юг Косово с целью усиления сил 243-й механизированной бригады.

Главный удар армии Югославии и сил МВД Сербии в начале марта 1999 года пришелся на оперативную зону «Лаб», ибо Подуево граничило с Сербией, тогда как рядом с ней находились стратегически важные рудники Старого Трга. Так как местность была вокруг самого Подуево была преимущественно равнинная, а на ее территории, как и на соседней ей территории общины Косовская Митровица, жило много сербов, то особых шансов на успех УЧК не имела здесь. Ее силы в районе Байгоры и Старого Трга были частью разбиты, а частью отступили на территорию других зон в ходе действий.

Большие потери понесла и силы УЧК в зоне «Шаля», где местность также была частично равнинная, где проходили стратегически важные пути сообщения, соединявшие Косовскую Митровицу через Вучитырн с Приштиной и где было много сербских сел.

В Метохии в районе Печи, которую охватывала зона «Дукаджин», согласно Миялковскому и Дамьянову упорные бои велись в районе горного массива Ябланица. Здесь УЧК с 1998 года создала подконтрольный ей район, охватывавший до пятнадцати сел.

Командир зоны «Дукаджин» Рамуш Харадинай, согласно интервью Первому каналу РТС-государственного телевидения Сербии бывшего командира 125-ой моторизованной бригады полковника Драгана Живановича, имел важную роль в действиях УЧК, так как именно через его зону шли основные каналы по снабжению оружием и боеприпасами УЧК. Нет смысла отрицать что данному обстоятельству благоприятствовало то, что наряду с албанской границей, охранявшейся армией Югославии, зона «Дукаджин» охватывала и тогда административную границу с Черногорией которую охраняла лишь полиция, с тем, что на территории Черногории военное положение так введено и не было, как и не было там мобилизации.

Более того как пишет бывший командующий ВВС и ПВО Югославии генерал Спасое Смилянич в своей книге «Агрессия НАТО — Военно-воздушные силы и противовоздушная оборона в защите отечества» руководство Черногории и силы черногорской полиции враждебно вели себя против армии Югославию поощряя дезертирство из ее рядов самих черногорцев, организуя провокации против военнослужащих и ведя разведку ее объектов.

Подразделения 5го батальона военной полиции Подгорического корпуса ЮНА находились тогда в состоянии боеготовности к возможным столкновениям против сил МВД Черногории.

Очевидно, учитывая влияние албанской наркомафии в Черногории, которая полностью или частично контролировала власть в черногорских Ульцине, Тузи под Подгорицей, в Плаве и частично в Рожае, легко понять, что Черногория являлась базой снабжения УЧК и, тем самым, рост влияния УЧК в Метохии был легко объясним.

Вместе с тем сама фактическая численность подразделений УЧК в зоне «Дукаджин» согласно начальнику военной безопасности Приштинского корпуса генералу Момиру Стояновичу (интервью в телеперадаче «Чирилица» Миломира Марича от 7 декабря 2012 года) достигала лишь 500 боевиков. И потому с наступлением подразделений армии Югославии: сил 125ой моторизованной бригады и сил специального назначения государственной безопасности Сербии сопротивление УЧК было сломлено в начале апреля 1999 года, хотя и в мае продолжались боевые действия. Так в районе Чакора 19-го мая группа, состоявшая из около 20 боевиков, была взята в плен.

Часть боевиков УЧК тогда уходила на территорию Черногорию и так одна группа УЧК была разбита под Рожаем на территории Черногории подразделениями армии Югославии. Еще одна группа УЧК численностью в 13 боевиков была разбита 17-го апреля в районе Плава на границе Черногории и Албании.

Также активные действия продолжались и в районе Малишево, Сувой Реки, Клины, Ораховца и Джаковицы где силы УЧК зоны «Дрим» вели достаточно активные действия до конца войны, и нападение УЧК на городок Джаковицу в десятке километров от границы в мае-июне совершенно не свидетельствует о полной изолированности внутреннего театра боевых действий.

Таким же образом велись боевые действия и против сил УЧК в зоне «Неродимлье», где после того как силами 243ей механизированной бригады был захвачен контролировавшейся УЧК район в районе Урошевца, подразделения УЧК продолжили вести партизанскую войну против армии Югославии.

Зона «Карадак» не отличалась большой активностью действий сил УЧК, так как из общины Гниланы был родом Беджет Пацоли, компаньон по бизнесу известных в Сербии бизнесменов братьев Карич, связанных с Милошевичем, и потому после того как силы 354-ой пехотной бригады армии Югославии и силы полиции Сербии провели «зачистку» района Косовского Поморавля, который и охватывала зона «Карадак» и заняла контролировавшийся УЧК район в подножии горного массива Голия недалеко от города Ново Брдо, то активизации боевых действий здесь стороны избегали.

В условиях полного превосходства армии Югославии командование УЧК лишь стремилось сохранить свои силы. В силу этого УЧК вела боевые действия либо обороняясь в ходе операций по «чищению» (зачистке) югославских сил, либо нападая на отдельные, небольшие группы югославских военных или полицейских, как правило, при их передвижении на автомашинах.

Таким образом, после начала авиаударов НАТО по Югославии в конце марта 1999 года, несмотря на военное положение которое было введено сербской стороной, полного разгрома УЧК сербское командование осуществить не смогло.

В ходе операций армии Югославии и полиции Сербии в силу отсутствия достаточного числа разведывательно-диверсионных подразделений, сложные участки горно-лесной местности нередко оставались непроверенными, тем более, что подразделения УЧК часто получали данные авиационной разведки НАТО о передвижениях сербских сил.

К тому же подразделения не были в своей массе обучены ведению поиска противника по следу и вместо этого часто «зачистки» осуществлялись развертыванием подразделений в цепи и прочесыванием местности.

Закономерно, что подобная тактика требовала большого количества сил, что в свою очередь вызывало внимание авиационной разведки НАТО.

В итоге, многие операции заканчивались так, что многие подразделения даже не разворачивались в боевые порядки. В результате чего деятельность других подразделений пускалась насмарку.

Сами разведывательно-диверсионные действия в Косово велись, главным образом, по инициативе низовых командиров. Комплексного подхода к таким действиям со стороны командования часто не было.

При этом главным недостатком показалось то, что в батальонах не были предусмотрены группы, предназначенные для разведывательно-диверсионных операций, и потому командование и приступило к созданию в батальонах вышеописанных «интервентных» взводов.

Разумеется в ходе этого наступления армии Югославии к началу апреля большинство основных позиций УЧК были захвачены, но, вместе с тем, на практике в Косово и Метохии продолжали сохранятся значительные силы УЧК, которые, разбившись на множество небольших групп, смогли в горах, в некоторых селах, и даже в поселках, организоваться и продолжить партизанские действия против югославских войск.

Их основная концентрация наблюдалась в горно-лесных районах Дреницы (Сербица — Глоговац), горном массиве Чичавицы (от Дреницы до Приштина, Вучитырна и Облича), в горном масиве Жеговца (район Гнилана), в горном районе Паштрика (города Призрен и Сува Река), в районе Байгоры и Старого Трга вплоть до долины реки Ибра, в лесном районе вокруг Урошевца, Штырпцы и Липляна, в горном районе Юника и в районе поселка Ораховца.

Не стоит преувеличивать боевой дух албанцев, но все же они выстояли перед наступлением югославской армии и сохранили УЧК.

Более того, после начала авиаударов НАТО группы УЧК активизировали нападения: по данным Миялковского и Дамьянова всего с 1-го января по 20-ое июня 1999 года было зарегистрировано 658 нападений сил УЧК на подразделения и части армии Югославии. Причем, если с 1-го января 1999-го по 24-ое марта 1999 года таких нападений произошло 106, то с 24-го марта до 20-го июня было проведено 552 нападения сил УЧК на армию Югославии.

В районе Дреницы боевые действия начались с начала марта и там согласно книге Милана Миялковского и Петара Дамьянова «Терроризм албанских экстремистов» важную роль сыграла 37ая моторизованная бригада под командованием будущего начальника Генерального штаба армии Сербии подполковника Любишы Диковича разгромившая силы 113-ой и 114-ой бригад УЧК и захватившей ее позиции и пункты снабжения в селах Ликовац, Обринье, Преказ, Лауш, Ликошаны, Чирез и Овчарево.

На Дренице, как пишет Миялковский и Дамьянов, в районе Горнег Обринья бригада УЧК «Фехми Ландровцы» численостью до двух сот боевиков попыталась провести тогда контрнаступательную операцию, но нападение было отбито.

Тем не менее, на Дренице сохранился район под контролем УЧК в Обринье, охватывающего районы сел Обринье, Полужа, Резала, Тырстеник, который представлял собою горный район площадью в несколько десятков километров, оборонявшийся силами полутора тысяч боевиков УЧК.

Этот район стал снабжаться НАТО по воздуху, и так в мае были замечены выброски парашютных контейнеров в этом районе, как и вертолеты НАТО, летевшие со стороны границы.

Было также известно и о действиях британских спецназовцев по непосредственному командованию подразделениями УЧК в этом районе и так согласно данным военной разведки армии Югославии, здесь находился капитан британских сил специального назначения, командовавший отрядом УЧК.

Силы УЧК здесь при поддержке авиации НАТО смогли отбить две наступательных операции армии Югославии и лишь в начале мая силами 37-ой моторизованной и 58-ой пехотной бригад, как и силами МВД Сербии, в том числе спецподразделения САЙ (точнее его резервного отряда), и отрядом русских добровольцев 37-ой бригады, линии обороны УЧК были прорваны и этот район был поставлен под контроль.

Тем не менее, силы УЧК в Дренице продолжили боевые действия до вывода подразделений и частей армии Югославии 17-го июня, в ходе которых погибло и пропало без вести несколько десятков военнослужащих армии Югославии и полиции Сербии. В числе пропавших без вести был и русский доброволец — бывший сотрудник МВД Украины из города Черкассы — Сергей Старцев.

Дреница — область, которую можно обозначить городками или поселками, Сербицей, Глоговцем, Малишево и Клиной была и политическим и военным центром УЧК откуда она черпала основные кадры — Хашима Тачи и Сулеймана Селими. И именно здесь и решалась судьба всей УЧК. В силу этого, закономерно важное внимание к ней командования НАТО и потому сюда были по воздуху переброшены подразделения британского САСа и американских «зеленых беретов».

В районе Призрена и Сувой Реки важную роль сыграла 125-ая моторизованая бригада полковника Драгана Живановича, которой пришлось удерживать оборону вдоль границы с Албанией.

Согласно книге «Терроризм албанских экстремистов», уже 10 апреля с территории Албании началось нападение на позиции армии Югославии в районе пограничного караула «Кошары».

12 апреля нападение повторилось уже на позиции армии Югославии: как в районе пограничного караула «Кошары», так и пограничного караула «Морина».

Сам караул «Кошары», находящийся на юге границы с Албанией на территории Косово, имел достаточно неблагоприятное положение, находясь под горой, возвышавшейся над ним на 200–300 метров.

В мирное время охрана участка государственной границы здесь осуществлялось силами одного взвода с глубинной до полукилиметра-километр.

В марте 1999 года на данном участке была дислоцированна сводная группа под командованием подполковника Любинко Джурковича, командира 2-го батальона 125-ой моторизованной бригады. Помимо сил этого батальона в группу вошли также силы 2-го пограничного батальона Приштинского корпуса а также силы выделенные из состава отдельных 63-ей парашютной и 72-ой разведывательно-диверсионных бригад и артиллерийские подразделения.

Помимо этого согласно Любинко Джурковичу в группу были включены многочисленные иностранные добровольцы добровольно вступившие в состав армии Югославии с началом авиаударов, так что в группе находились добровольцы-казаки из России, группа шведов, а также французы, англичанин, словенец и еще ряд добровольцев из бывшего СССР, один из которых Виктор Булах погиб в бою и чье тело осталось у противника.

В Албании, согласно также Джурковичу, находилась десятитысячная группировка УЧК, большая часть которых была мобилизована в состав УЧК путем мобилизации в лагерях беженцев. Их подготовку вели британские инструктора из состава САС-а с тем что общее командование их действиями осуществляли офицеры армии США, а их огневую поддержку осуществляли артиллерийские подразделения итальянского и французского воинских контингентов.

Помимо этого, по свидетельству Джурковича, разведка армии Югославии располагала данными о наличии хорватских советников в рядах УЧК, как и о наличии там какой-то русскоязычной группы. Боевые действия начались так, что силы УЧК 9-го апреля прорвали позиции армии Югославии.

Согласно книге Стэйси Салливан в ходе боев за Кошары УЧК все же удалось захватить казармы караула Кошары находившиеся на границе, взяв двух пленных, переданных американскому командованию, и в начале июня с захваченных позиций журналист американской телекомпании CNBC Джеральдо Ривьера сделал репортаж с этих позиций.

Подразделения армии Югославии отступив вглубь территории создали новую линию обороны, но и силы УЧК установили собственную линию обороны так что до сербских позиций расстоянии составляло от 100 до 300 метров.

После этого, по воспоминаниям Джурковича, УЧК силами нескольких рот несколько раз с 12 по 14 апреля пыталась осуществить прорыв сербской обороны на нескольких направлениях одновременно с основным направлением у самого караула и вспомогательными у высоты Мая-зец, у камня Ц-4 и у караула Молич. Нападения были отбиты несмотря на действия авиации НАТО.

Новое нападение УЧК 6го мая также было отбито сербами, хотя и попытка их контрнаступления предпринятая в этот день была сорвана авиаударом НАТО. Безрезультатно закончилось для УЧК нападение 16-го мая, а такой же исход получило и большое наступление УЧК прошедшее с 23 по 25 мая при поддержке авиации НАТО.

Вместе с тем 22 го мая авиация НАТО нанесла авиаудар по захваченным УЧК позициям караула Кошары при чем погибло семеро боевиков УЧК а пару десятков было ранено.

Всего силы армии Югославии, согласно Джурковичу, потеряли в ходе боев за Кошары 34 убитыми, из которых 14 были срочнослужащие а 20 добровольцы и резервисты. Албанцы же согласно собственным данным в боях потеряли 134 убитыми.

Командование НАТО в этом районе часто использовало авиацию нанесшую несколько ударов кассетными боеприпасами по боевым порядкам армии Югославии, в частности по силам 63-ей парашютной бригады.

Использовало командование НАТО и переброшенные на данный театр боевых действий во второй половине апреля 1999 года вертолеты AH-64 «Аpache», а затем подготовило и другую наступательную операцию на позиции сил армии Югославии в данном районе Призрена на участках пограничных караулов «Горожуп» и «Морина», получившую название «Стрела».

Согласно книге Милана Миялковского и Петара Дамьянова «Терроризм албанских экстремистов» силы УЧК насчитывали до четырех тысяч боевиков поддерживаемых артиллерией и авиацией, а самой операцией командовал Агим Чеку.

Операция «Стрела» началась 26-го мая на участке фронта шириной в шесть километров и с направлением на Горожуп-Планея.

В ходе операция «Стрела» силы УЧК, включавшие в свой состав и подразделения «Атлантической» бригады численностью в шесть сотен человек, были переброшены на горный массив Паштрик, где им удалось 27-го мая фланговым ударом при поддержке вертолетов «Апач» и используя снайперские винтовки калибра 12,7 мм прорвать сербские позиции на границе и захватить господствующие высоты выйдя на линию Горожуп-село Мартинай..

Потом однако наступление остановилось ибо авиации НАТО-бомардировщикам Б-1 и штурмовикам А-10 не удавалось обнаружить хорошо замаскированные позиции сербской артиллерии и часто кассетные боеприпасы сбрасывались или по гражданским районам или просто не попадали по целям.

Затем наступление было остановлено подразделениями 549-ой моторизованной бригады армии Югославии, в которых было значительное число добровольцев.

Подразделения 549-ой моторизованной бригады, которые насчитывали, как пишут Миялковский и Дамьянов, до 450 человек и в качестве огневой поддержки имели батарею 122 милиметровых гаубиц, две батареи 155 миллиметровых гаубиц и одну батарею РСЗО.

Как пишут авторы книги дабы преодолеть сербское сопротивление командование НАТО с 29-го мая начало применять для ударов по сербским позициям стратегические бомбардировщики Б-52 и 31-го мая началось новое нападение сил УЧК, продолжавшееся до 5-го июня.

Тем не менее нападение УЧК было успешно отбито причем сами потери оборонявшихся сербских подразделений составили лишь 25 убитых и 126 раненых. В срыве наступления УЧК важную роль сыграла сербская артиллерия, которая находясь в составе боевых порядков пехоты действуя куда эффективнее артиллерии НАТО.

Подразделения УЧК, имевшие опыт лишь проведения разведывательно-диверсионных действий, не имели опытных кадров для проведения операций по прорыву позиций, тем более что основная масса УЧК были плохо подготовленные мобилизованные албанские беженцы. К тому же отсутствие достаточного количества средств огневой поддержки, как и отсутствие бронетехники не могло быть возмещено действиями авиации и артиллерии НАТО, так что неуспех УЧК был вполне ожидаем.

Помимо этого в районе Призрен — Сува Река продолжали вести партизанскую войну подразделения УЧК, и здесь главным центром сопротивления УЧК в оперативной зоне «Паштрик» стал район Будаково, где действовали большие силы УЧК.

Этот район после осады все-же был захвачен подразделениями армии Югославии, в том числе силами отряда МВД Сербии, в составе которого действовал отряд русских добровольцев под командованием будущего героя России подполковника 45-го полка спецназа ВДВ Анатолия Лебедя.

В ходе боев силы УЧК в данном районе были разгромлены, в том числе был уничтожен значительный процент командного кадра УЧК, однако боевые действия здесь продолжились, как например, в районе Батуши.

Между тем, УЧК могла самостоятельно приобретать оружие в Иране, так же как это делали боснийские мусульмане в 1992-95 годах. И, вероятно, иранские противотанковые ракетные комплексы RAAD (советская «Малютка», причем в Иране выпускают и модернизированную версию с тандемной боевой частью и с новым прицелом), гранатометы РПГ — 7 и безоткатные орудия СПГ — 9, как и относительно широкий ассортимент противопехотных и противотанковых мин американской, китайской и итальянской разработок, как и минометы, подняли бы на новый уровень возможности УЧК.

Албанцев мог бы вооружать и Египет, где довольно широко была развита военная промышленность, причем Египет, как и Китай, выпускал 130мм пушки М-46 и переносной ракетный зенитный комплекс Стрела-2 М.

Несколько батарей пушек 130 мм пушек поставил бы места дислокации армии Югославии под угрозу постоянных артиллерийских ударов, тем более что уже известен аналогичный опыт Вьетконга, успешно наносившего удары по базам армии США в ходе войны во Вьетнаме.

Помимо этого, оружие косовские албанцы могли получать и через Боснию и Герцеговину, где под конец войны в 1995 году боснийским мусульманам поступили китайские ПTPK «Красная Стрела-8» (аналог TOW), чьи модификации — 8E имели дальность стрельбы до 4 км и тандемную боеголовку.

Наконец, сама армия США располагала переносными системами дистанционного минирования MOPMS (Modular Pack Mine System), также описанными в американском уставе FM 20–32, которые принадлежит к классу кассетных мин — FASCAM (Family of SCAtterable Mines) и представляют собою малогабаритные переносные прямоугольные контейнеры М131 общим весом каждый 162 фунта (?75 килограмм), содержащий семь кассет, каждая с тремя минами. Всего в контейнере имелось по 17 противотанковых противоднищевых мин M76 и по 4 противопехотные натяжные мины осколочного действия мины М77.

Эти мины были идентичны по своим весогабаритным характеристикам, конструкции и действию (исключая устройства перевода в боевое и безопасное положение и управления) минам авиационной системы минирования Gator (BLU-91/B и BLU-92/B) и системы минирования Volcano.

Контейнеры расставлялись на расстояниях до 70 метров по фронту. Выброс мин из контейнеров М-131, производился вышибным зарядом в полукруге радиуса 35 метров, по направлению к противнику, командами с помощью радиостанции М-71RCU. Через 2 минуты мины переводятся в боевое положение, причем в конце этого периода из мины М77 выбрасываются натяжные нити. С помощью пульта управления М-71RCU оператор может держать под своим контролем до 15 контейнеров. Оператор может задавать минам (что является их отличием от мин системы GATOR) время может задаваться на 4 часа, с возможностью трехкратного повторения.

Дальность управления 1–3 км, также возможен вариант дачи команды на выброс мин из контейнеров по электрокабелю.

Система MOPMS обеспечивала возможность разведывательно-диверсионным группам, а и остальной пехоте, бороться с наступающими бронетанковыми силами противника, опять-таки при условии использования и иных противотанковых средств. Такая система была подходящая для проведения засад, когда возможно несколькими подобными контейнерами отсечь пути возможного выхода противника из засады.

Наконец, возможно было использование переносных одноствольных кассетных контейнеров Grillo-90, Grillo-120, созданных в Италии для дистанционной установки мин компанией Valsella.

Раз всех этих систем вооружения у УЧК не появилось то, очевидно, что УЧК для НАТО продолжала оставаться достаточно «сомнительным» партнером и ее усиливать не хотели.

Лишь в апреле 1999 года в конгрессе США было принято решение о выделении УЧК 25 миллионов долларов и так как времени оставалось мало, то УЧК так и осталась легковооруженой пехотой. Это свидетельствует о том, насколько НАТО опасалось усиления УЧК, и потому возлагало куда большие надежды на закулисные переговоры политиков и авиаудары с воздуха.

Безусловно, США ушли далеко в разработках различных «экзотических» видов оружия, которые могут быть использованы силами специального назначения в ходе действий на территории самой Югославии.

Уже к 1999 году из самой военной прессы Югославии можно было узнать о разработках в США новых видов оружия для проведения диверсий в тылу противника, как например различные химические составы (на основе галлия, цезия, рубидия, индиума), приводящие в негодность металлические конструкции или горючее, разработки мелкой крошки из керамики, которая при распылении на аэродроме вызывает повреждения двигателей машин при их запуске (путем всасывания в них при запуске).

Однако, все эти разработки в Югославии 1999 года почему-то применены не были, хотя и не требовали вступления подразделений спецназа США в прямой огневой контакт, а могли быть применены военнослужащими спецназа США находившихся в составе УЧК, точно также как они применяли лазерные целеуказатели.

Что касается самих действий «Сил специального назначения США», то война 1999 года, вопреки сформированному тем же Голливудом в бывшей Югославии общественного мнения, не продемонстрировала примеров превосходства сил специального назначения НАТО над югославскими, просто потому что командования сил специального назначения США и Великобритании избегали привлекать свои подразделения к прямым столкновениям против подразделений армии Югославии.

На практике операции «специального назначения» НАТО на территории противника свелись главным образом к ведению разведки, в том числе и агентурными методами.

То, что спецслужбы НАТО вели силами местной агентуры как из числа албанцев так и сербов агентурную разведку показывало, что системы электронной разведки, приборы оптико-тепловизионного наблюдения, спутниковые системы разведки и не всегда дают полную и достоверную информацию о противнике.

Подтвердилось старое правило, что только разведывательная информация полученная непосредственным контактом человека с объектом разведки, может дать о нем самую достоверную информацию.

Помимо этого важной областью было наведение с земли систем управляемого оружия.

В книге Спасое Смилянича «Агрессия НАТО-Военно-воздушные силы и противовоздушная оборона в защите отечества» пишется, что было обнаружено до двадцати радиолокационных маяков-локаторов вокруг объектов ПВО, установленных агентами спецслужб НАТО: как из числа различных «международных» наблюдателей, так и из числа югославских граждан. Помимо этого подобные маяки устанавливались вокруг объектов самой армии Югославии, а также объектов инфраструктуры. В Косово и Метохии для установки маяков привлекались также члены УЧК.

Применение наводимых наводчиками с земли из числа военнослужащих спецназа США и Великобритании лазерных УАБ в ходе боевых действий в Косово дало возможность оказывать им непосредственную огневую поддержку силам албанской УЧК в ходе операций югославской армии.

Уничтожая одиночные цели в виде танков, бронетранспортеров и грузовиков силы военнослужащие сил специального назначения США и Великобритании этим компенсировали превосходство армии Югославии над УЧК.

Таким образом, задача спецназа состояла не в организации засад и захвате «языков», как это представлялись в фильмах Голливуда, которые после окончания войны и свержения Милошевича со временем стали довлеть над психологией ряда военных и гражданских чиновников силовых ведомств Сербии, а в наведении управляемых авиабомб (с лазерной ГСН) с помощью лазерных целеуказателей, установке радиолокационных маяков и обеспечении работы различных систем радиотехнической разведки.

В этих условиях вступать в прямой огневой контакт спецназу британских и американских войск и не было смысла, и подобный контакт происходил лишь в случае если подразделениям армии Югославии удавалось найти базы, где, помимо подразделений УЧК, базировались и подразделения спецназа США или спецназа Великобритании, что очевидно было большой редкостью.

Вместе с тем, при необходимости огневую поддержку силам специального назначения США и Великобритании могли обеспечить самолеты АС-130H которые, согласно книге «Агрессия НАТО — Военно-воздушные силы и противовоздушная оборона в защите отечества», применялись в тех районах Косово и Метохии, где ПВО была подавлена либо отсутствовала. Помимо этого вертолеты сил специального назначения ВВС США (прежде всего МН-53) принимали участие в действиях в глубине территории Косово и Метохии.

Последние на вооружение своего командования AFSOC имели ряд типов специальных самолетов и вертолетов для низких ночных полетов при пониженном собственном шумовом уровне (МС — 130 Е, МH-53, МH-47 Е, МH — 60 К) которые применялись для переброски личного состава в центральные районы Косово, где УЧК таким образом получала и боеприпасы, и подкрепление.

Данные задачи осуществляла согласно данным сербских спецслужб 325-ая авиагруппа которая имела задачу обеспечивать действия 10-ой группе специального назначения Командования специальных операций США — USSOCOM, которая с конца 1997 г. вела подготовку албанских боевиков в Албании.

325-ая авиагруппа AFSOC используя как базы в Албании, так и авиабазы Бриндизи и Виченца в Италии обеспечивала переброску на внутренний фронт Косово как боевиков УЧК, так и сотрудников западных спецслужб и группы спецназа США и Великобритании, осуществлявших сбор информации, командование действиями групп УЧК, координацию действий УЧК с авиацией НАТО и целеуказание для авиации НАТО наземных целей.

Согласно книге бывшего командующего ВВС и ПВО Югославии генерала Спасое Смилянича в составе ВВС и ПВО были созданы силы «противодесантной борьбы» состоявшие из группы истребительной авиации созданной на базе 83-го истребительного полка базированной на авиабазе Слатина под Приштиной, эскадрильи истребительно-бомбардировочной авиации базированной на аэродроме Ниш, эскадрилья противотанковых вертолетов базированных в районе Звечаны, одна батарея самоходных ЗРК «Куб» в районе Липляны и две батареи самоходных ЗРК малой дальности «Стрела-1М» и ПЗРК «Стрела-2М» дислоцированных в районах Липлян-Косово поле.

Однако, согласно Смиляничу, через несколько дней после начала авиаударов НАТО данные силы были расформированы.

Создание новых систем управляемого оружия увеличило возможности сил специального назначения США и Великобритании, что позволило разведывательно-диверсионным группам в несколько человек поражать любые цели на всю глубину территории Югославии.

Не случайно, что после войны в Косово и Метохии в военно-политических кругах США не раз выдвигали предложения о сокращении сухопутных войск и создании небольшого воинского контингента, достаточного для переброски по воздуху в любую точку мира.

По сути, контингент представлял бы из себя силы специального назначения США в первом эшелоне и моторизированную пехоту, оснащенную легкобронированной техникой во втором эшелоне, и главная бы его задача заключалась в обеспечении эффективного применения систем управляемого оружия воздушного, морского и наземного базирования в сотрудничестве с местными «союзниками».

Американское военное командование было настолько уверено в своем превосходстве, что считает возможным уже сегодня эту теорию осуществлять на практике.

Эта теория была разработана бывшим командующим корпусом морской пехоты генералом Чарльзом Крулаком, который являлся автором доктрины «войны в трех кварталах», согласно которой в то время, пока в одном квартале морские пехотинцы ведут боевые действия, во втором они могут вести «зачистку» территории, а в третьем раздавать гуманитарную помощь.

Руководство США, основываясь на своем превосходстве, по сути, полагало возможным возвратиться к практике начала XX века, когда американская морская пехота проводила подобные операции в странах Центральной Америки и Карибского бассейна.

Практически данная стратегия была ориентирована на создание небольших вооруженных сил, оснащенных современными системами управляемого оружия, а также средств разведки и радиоэлектронной борьбы, которые могут без долгой подготовки самостоятельно вести боевые действия в любой точке планеты при помощи местных союзников

При этом государственный аппарат не проводил бы традиционных мер по переводу жизнедеятельности стран на военное положение.

Шевроны специальных подразделений Сербии

Используемая и рекомендуемая литература:

1. «Тероризам албанских екстремиста». Милан Мијалковски, Петар Дамјанов. Новинско-издавачки центар «Војска». Београд.2002 г.

2. «Геройская защита разбудившая мир». Спецвыпуск (Номер 5 за 2000 год) журнала Генерального штаба Армии Югославии. Белград / «Herojska odbrana koja je probudila svet» — specijalni broj casopisa «Novi glasnik», br. 5., 2000. god.

3. «Трећа армија на тежишту одбране» — генерал-пуковник Лазаревић Владимир. Журнал «Војно-технички гласник», № 5, 2000 г.

4. «Приштински корпус: одбрана на више фронтова» — генерал-мајор Стевановић Радојко. Журнал «Нови гласник», № 5, 2000 г

5. «Агресија НАТО-Ратно ваздухопловство и противваздушна одбрана у одбрани отаџбине". Генерал Спасоје Смиљанић. Београд. 2009 г.

6. Статья «Генерал спржене земље».Д.Вујичић,Р.Мирков.»Вечерни новости». Београд. 12.10.1999 год («Генерал сожженной земли». Д.Вуичич, Р.Мирков. Газета «Вечерни Новости».12.10.1999 год. Белград)

7. Статья «Новая стратегия генерала Чеку» Джуро Козар. Журнал. «Svijet». Sarajevo («Nova strategija Agima Cekua» — Duro Kozar, «Svet», 23.05.1999.)

8. «Al-Kaida u Bosne I Herzegovine — mit ili stvarna opasnost». Vlado Azinovic.»Slobodna Europa»

9. Moderno ratovanje. Vesli K. Klark.Prevodilac: Jelena Stakic, Vesna Hadzic (Waging Modern War. Wesley K. Clark) "Samizdat B92". Beograd 2003

10. «Be not afraid». Stacy Sullivan. St Martin's Press. New York. 2004

11. «The Yugoslav wars — Bosnia, Kosovo and Macedonia". Nigel Thomas, Krunoslav Mikulan, Darko Pavlovic. Osprey Publishing.

12. «Kosovo — what everyone need to know". Tim Judah. Oxford University press. 2008

13. «Za hrabrost, ali i zbog mira u kuci» — Dragoljub Petrovic, «Glas Javnosti», 19.07.1999.

14. Статья «ЙСО-Специальные силы полиции» — Специальное приложение № 2 к журналу «Калибар». Бранко Богданович, Милан Галович. («JSO» — specijalni prilog br.2. magazinu «Kalibar», Branko Bogdanovic, Milan Galovic)

15. «Jubilej SAJ» — Istok Bojovic, Manojlo Vukotic, Branko Bogdanovic, Dragan Dzamic, Boris Vojvodic, Milan Galovic, Dade Subasic, casopis «Kalibar», br. 62

16. «Вооруженный конфликт 2006 года в Ливане». Михаил Барабанов. Сборник «Чужие войны». Центр анализа стратегий и технологий. Москва.2012 год под редакцией Руслана Пухова.

17. «Pravilo bataljon (pesadijski, morotizovani, brdski, planinski, partizanski i mornaricke pesadije)". Generalstab oruzanih snaga SFRJ. 1988

18. «Knin je pao u Beogradu».General-major SVK Milisav Sekulic, Beograd 2001

19. ‘CIA Aided Kosovo Guerrilla Army'. Tom Walker and Aiden Laverty. Sunday Times, 12 March 2000

20. «New American Magazine», May 24, 1999

21. «Подразделения спецназа и осназа Вооруженых сил Югославии и МВД Сербии». Бранко Богданович

22. «Тероризам албанских екстремиста".Милан Мијалковски, Петар Дамјанов. Новинско-издавачки центар «Војска". Београд. 2002 г.

23. «Агресија НАТО-Ратно ваздухопловство и противваздушна одбрана у одбрани отаџбине". Генерал Спасоје Смиљанић.Београд. 2009 г.

24 «Be not afraid». Stacy Sullivan. St Martin's Press. New York. 2000 г.

25. Валецкий О. В. Волки Белые. Сербский дневник русского добровольца. 1993–1999. — М.: Грифон М, 2006. — 288 с. — ISBN 5-98862-023-X.

26. Валецкий О. В. Партизанская война в Косово и Метохии в 1999 году. Пушкино: Центр стратегической конъюнктуры, 2013. 70 с. ISBN 978-5-906233-13-4

27. Валецкий О. В. Югославская война 1991–1995 гг. — М.: Крафт+, 2006. — 528 с.

28. Танев Б. Война в Македонии 2001 года. Под ред., вст. ст. О.В. Валецкий. — Пушкино: Центр стратегической конъюнктуры, 2014. — 136 с. ISBN 978-5-906233-67-7

Content

Денис Соловьев
Спецназ Сербии

ГЛАВА 1. История создания спецназа Сербии и Югославии

ГЛАВА 2. Спецназ Сербии борцы с террором из Сербии

ГЛАВА 3. 72-я бригада специальных операций

ГЛАВА 4. Батальон специальной операции военной полиции «Кобра»

ГЛАВА 5. Специальная бригада

ГЛАВА 6. Специальная оперативная группа SD

ГЛАВА 7. Антитеррористическая группа судебной полиции

ГЛАВА 8. Специальное антитеррористическое подразделение полиции

ГЛАВА 9. Спецназ Сербии в Боснии Герцеговине

ГЛАВА 10. Сербские специальные подразделения — Жандармерия

ГЛАВА 11. 63-я парашютная бригада

ГЛАВА 12. Путь Тигра: жизнь и смерть народного героя Сербии

ГЛАВА 13. Бросок на Приштину

ГЛАВА 15. Четники первый спецназ на Балканах

ГЛАВА 16. Югославские войны Гроза на горизонте (1980–1990)

ГЛАВА 17. Югославские войны: Хорватский национализм

ГЛАВА 18. Югославские войны: Югославская народная армия и вооруженные силы Словенских сепаратистов

ГЛАВА 19. Югославские войны: Армия Хорватской республики

ГЛАВА 20. Партизанская война в Косово в 1999 году

Шевроны специальных подразделений Сербии

Используемая и рекомендуемая литература: