Елена Пикалова

Почему страдают взрослые… Как нарушение детских эмоциональных потребностей влияет на счастье и успех во взрослом возрасте

© Пикалова Е. А., 2021

© Оформление, издание, КТК «Галактика», 2022

* * *

С благодарностью моим учителям:

Белопольской Наталии Львовне,

Романовой Елене Васильевне,

Красило Александру Ивановичу,

Косьянику Павлу Моисеевичу.

Предисловие

…временное проявление счастья и несчастья и их исчезновение в должный срок подобны приходу зимы и лета. Они рождаются из чувственного восприятия… и человеку должно научиться выносить их, так, чтобы они не тревожили.

Бхагавад-Гита (Гл.2, текст 14)

Нескончаемое число сложных и трагических судеб взрослых начинается в детстве. В процессе взросления, воспитания маленький человечек сталкивается с потерями и разлуками, с несправедливым обращением по отношению к себе со стороны близких с момента рождения до воздействия на него сложностей подросткового периода – различные сообщества, друзья, общество как носитель культуры. Ребёнок становится заложником окружающей среды, казалось бы, совсем не значащие события для его близких.

Не понимая причин своих страданий, человек идёт по жизни с тяжёлыми душевными переживаниями. Он испытывает страхи, тревогу, разочарования, беспомощность, ощущает себя жертвой и утрачивает способность «простой радости», чувствует себя ненужным. Иногда ему удается передохнуть на время, забыться, но затем всё начинается сначала, негативный опыт раннего детства преследует и не отпускает.

Почему бы не изменить такой ход жизни? Каждый человек имеет право на счастье, на внутреннее спокойствие, на счастливую жизнь полную радости и счастья. К сожалению, самым большим препятствием на пути достижения целостной и радостной жизни стоит сам человек. Чтобы разорвать мучительный круг требуется много мужества и настрой на работу, не все к этому готовы.

Кто всё же решается на психологическую коррекцию, на изменение некоторых паттернов своей личности: мышления, поведения, эмоционального реагирования, их душевные муки снижаются, сглаживаются и прекращают своё разрушительное воздействие. Человек становится более продуктивным и удовлетворённым своей жизнью.

Эта книга о людях, которые нашли в себе мужество встать на путь изменения. Она построена таким образом, что вы сможете познакомиться с их личными историями, посмотреть на эту историю глазами психолога и ознакомиться как можно справиться с данной проблемой, как психологическая коррекция помогает человеку изменить ход своей жизни в более лучшую сторону.

Так как я схематерапевт, мне удобнее будет объяснить всю трагедию личных историй и переживаний с позиции данного терапевтического подхода психологии.

Во введении я описываю основные принципы схема-терапии, знакомлю читателя с основами данного психотерапевтического метода, который зарекомендовал себя как эффективный и продуктивный метод современной психотерапии и психологической коррекции.

Надеюсь, что книга даст возможность читателям приблизиться к пониманию собственной личности и станет маленьким путеводителем по загадочной, многогранной стране под названием «личность по имени Я». Эта книга будет интересна родителям, она даёт возможность посмотреть со стороны на процесс взросления и воспитания ребёнка.

Во всех клиентских случаях имена, географические названия, профессии изменены. В книге также присутствуют измененные диалоги по мотивам реальных событий пациентов.

Елена Пикалова

Введение

Я знаю всё, но только не себя…

Ф. Вийон

Для того чтобы дорогой читатель смог более целостно понять повествования героев книги, я хочу немного коснуться самого метода схема-терапии (СТ), описать его основные принципы. Так как книга рассчитана на широкого читателя, постараюсь рассказать о психологических сложностях жизни при помощи психотерапевтического метода схема-терапии простыми словами.

Схема-терапия была основа профессором Джеффри Янгом, доктором, психотерапевтом, работающим с проблемами людей с пограничным расстройством личности. Основным терапевтическим подходом Янга был когнитивно-поведенческий А. Бека (Beck et al.,1990), но в определённый момент он столкнулся с проблемой, что данный популярный и зарекомендованный вид психотерапии не даёт должных результатов с пациентами страдающими пограничным расстройством личности (ПРЛ), стойкого исцеления не происходит. Тогда Янг задумался о том, как бы улучишь данный метод, с этого и началась работа над схема-терапией. В итоге получился новый вид психотерапии, который работает не только с лицами страдающими различными расстройствами личности, но и с людьми здоровыми, которые испытывают временные психологические проблемы в повседневной жизни.

Сам метод является интегративным и включает в себя несколько теорий объединённых в единое целое: когнитивно-поведенческий подход, психодинамический подход (теория объектных отношений, детской привязанности, теория сепарации, виды нарциссизма), конструктивистский подход (развитие познавательной деятельности ребёнка), гештальт терапия.

Схема-терапия, не является эклектической, как может показаться на первый взгляд, она имеет чётко структурированную основу: свои понятия, формы и явления в процессе работы, которые присуще только ей.

Одним из важнейших факторов счастливой и психически здоровой жизни человека, является умение адаптивным образом удовлетворять свои базовые эмоциональные потребности. Основополагающим, в данном умении, является взаимодействие врождённого темперамента человека и окружающей среды. В тех случаях, когда нарушаются эмоциональные потребности, тогда наступает психическое состояние переживания неудачи – фрустрация. Человек находящийся в данном состоянии испытывает психологический стресс. Данный феномен заметил ещё З. Фрейд в 1921 году, когда описывал ранний опыт взаимодействия ребёнка и матери в лекциях по введению в психоанализ: если ребёнок не удовлетворяет свои желания и эмоциональные потребности, то наступает стрессовое состояние.

Во взрослом возрасте человек страдающий переживает свои ситуации таким образом, как обычно он это делал в детстве, происходит вторичное переживание психологического стресса. Он переживает всё сначала, терпит муки и не осознаёт своё неадекватное реагирование. Часто отсутствует понимание, что можно реагировать на переживание другим способом.

Трудно осознать своё детское реагирование, так как все переживания, поведение, умение выйти из трудной ситуации являются для него обычным и нормальным. Он так живёт всю жизнь, но до момента если у него не возникает потребность в самонаблюдении. Анна Фрейд в своей работе «Психология Я и защитные механизмы» раскрывает данный феномен, что даёт возможность приблизиться к пониманию процесса изменения человека, когда он готов изменить свою личность для более продуктивной и удовлетворённой жизни.

Изначально анализ личности (слона можно съесть по кусочкам), а затем синтез личности (объединение уже более продуктивных реакций и стратегий поведения, всё что не надо выбросили, а всё хорошее собрали в единое) приводит к формированию новой личности, уже более продуктивной и эмоционально удовлетворённой. В итоге проведения данного метода психотерапии личность становится более устойчивой, более адаптивной к внешнему воздействию и более самоудовлетворённой [21].

Схема – это комплекс сформированных в детстве или подростковом возрасте дисфункциональных паттернов, устойчивых структур личности (напр., неуспешность, дефективность, зависимость, подавление эмоций, придирчивость). Таких схем на сегодняшний день восемнадцать, они «активируются жизненными событиями» и переживаются человеком неосознанно. Чем больше накапливается токсичного детского опыта, тем сильнее проявляется схема. Если во взрослом возрасте человек испытывает чувство собственной дефективности, неполноценности, чувство стыда, то с большой вероятностью в его детстве присутствовала сильная критика со стороны родителей, близких, того кто являлся для маленького ребёнка самым главным авторитетом. Подобные аналогии прослеживаются в различных, с первого взгляда совсем несопоставимых случаях, когда детство сильно влияет на взрослую жизнь [20].

Разные комплексы устойчивых структур или схем отражаются на нескольких уровнях человека [2]:

• Уровень эмоциональный. Дисфункциональное эмоциональное реагирование. Сильные переживания: тревога, страх, отчаяние, покинутость, обида, стыд, раздражение, гнев, чувство оставленности и т. д.

• Уровень мыслительный. Дисфункциональные когнитивные (мыслительные) установки: «Ты не достоин», «У меня никогда не получится», «Я всегда какой-то особенный», «Я никому не нужен», «Вы все человеческий мусор», «Никто не достоин меня» и т. д.

• Уровень поведенческий. Дисфункциональное поведение: избегание, капитуляция, гиперкомпенсация.

• Уровень физического реагирования (телесные отклики). Физические проявления: замирание, остановка дыхания, боль в груди, шее, сильная усталость, ноги ватные, различного рода ощущения пустоты в груди, голове и т. п.

Все эти уровни очень важны в работе над изменениями неадаптивных форм реагирования. Терапия помогает снизить или совсем нивелировать психологический стресс.

Чаще всего активация схемы проходит неосознанно. Личность, согласно психоаналитической теории, защищается от проявления аффекта и выбирает один из способов защиты, что делает её менее адаптивной [21].

Вся сложность заключается в том, что человек вырос, но пользуется своими детскими стратегиями защиты личности. Детские стратегии не могут удовлетворять его во взрослом возрасте. Поэтому СТ определяет такие защиты личности как ранние детские дезадаптивные схемы.

Для того чтобы человек был свободен от искажённого восприятия мира через свои дезадаптивные схемы, СТ предлагает разобраться с моментами, когда они зародились, провести психологическую коррекцию, а затем, помочь сформировать новые, здоровые защиты.

Понять, когда и как зарождаются искажения можно при помощи личной истории человека и теории возрастной периодизации, которая помогает определить истинные потребности ребёнка в моменте травматизации. Хотя СТ использует в теоретическом обосновании метода возрастную периодизацию швейцарского психолога и философа Жана Пиаже, я предлагаю использовать отечественную теорию возрастной периодизации Даниила Борисовича Эльконина. Так как обе эти теории придерживаются примерно одного временного периода зарождения закономерностей развития ребёнка, давайте учитывать период с момента рождения или 0 лет до 18 лет. После восемнадцати лет интеграция сформированных структур личности кристаллизуется и становиться устойчивой. Дальше происходит укрепление личности, её обогащение. Также после этого возраста, при необходимости, возможна психотерапевтическая работа по коррекции предыдущего опыта.

Согласно теории Д. Б. Эльконина [25], в процессе взросления и социализации, каждому возрастному периоду свойственны:

• своя ведущая деятельность – деятельность, в которой ребёнок может максимально реализовать свои возможности как потенциальные, так и реальные;

• новообразование – психические и социальные изменения которые определяют сознание на определённой возрастной ступени, отражают его внутреннюю жизнь, ход развития его будущей жизни [1].

• социальная ситуация развития – специфическое отношение ребёнка к окружающей его социальной действительности. Если социальная ситуация развития не благоприятна, то она тормозит формирование новообразований [15]. Ребёнок не может в полной мере использовать свой потенциал развития, что приводит его к психологическим проблемам в детском и взрослом возрасте.

Далее вы можете ознакомиться с детскими периодами, в соответствии с которыми личность ребёнка развивается в нормальном русле своего развития, а возможные проблемы во взрослом возрасте, в связи с отсутствием психологических новообразований, я опишу в главах книги.

Таблица 1. Периодизация развития личности по Д. Б. Эльконину

Психологические новообразования, по мере взросления ребёнка, настолько важны, что их отсутствие имеет прямую связь со снижением адаптации человека во взрослом возрасте.

Как пример приведу мнение доктора психологических наук, автора термина психологическое здоровье И. В. Дубровиной которая писала, что сензитивным периодом или периодом возникновения чувства психологического благополучия и его направленности является период дошкольного и школьного детства, а основную характеристику условий этого «возникновения» составляют переживания ребенком среды своего обитания и себя в этой среде – то есть «социальная ситуация развития» [7].

Действительно весь наш жизненный опыт от момента рождения и до окончания подросткового периода – основа нашей успешности и благополучия.

Для того чтобы во взрослом возрасте не возникали психологические проблемы, давайте определим основные или базовые эмоциональные потребности ребёнка, которые должны быть оказаны ребёнку в полной мере:

• потребность в любви и защите «Выражение любви в любой форме: если вы меня любите, вы не причините мне зла» (K. Хорни) – ребенок чувствует себя в безопасности, а это значит, что мир не враждебен и Я являюсь частью его;

• потребность в безопасной привязанности к значимому взрослому – при нарушении привязанности или эмоциональная депривация, постепенно формируется отстраняющаяся личность, которая «не любит людей», «чаще избегает от них» и как самая острая форма – самоизоляция от мира (А. Арнц), в эту группу также входят дети, которых с малых лет часто оставляли одних (брошенный ребенок);

• потребность в пище – у ребенка всегда должен быть доступ к еде, только тогда у него не будет возникать базальная тревога, связанная с угрозой смерти (К. Хорни, Ф. Перлз);

• потребность в предсказуемости – ребенок должен быть информированным и понимать, что происходит вокруг; двойные родительские послания, которые не может понять ребенок, вызывают чувство тревоги, а в последствии она становиться чертой характера;

• потребность в принятии – ребенок должен быть принятым, что познается в выслушивании ребенка, в здоровой заинтересованности в его социальной жизни, признании его достижений, принятии его ошибок;

• потребность в сочувствии – сочувствие не является базовой эмоцией, но она тесно связана с остальными потребностями, она должна развиваться, т. к. является социальной эмоцией;

• потребность в валидизации – ребенок должен понимать и чувствовать, что ему могут сочувствовать другие люди, что он им не безразличен, они могут переживать похожие чувства.

(Список потребностей см. в приложении № 1)

Также следует упомянуть жизненные события, которые помогают сформировать проблемы во взрослом возрасте:

1. Токсичная фрустрация (разочарование) потребностей. Формируется, когда в жизни ребёнка очень мало положительного опыта или он отсутствует.

2. Травматизация ребёнка. Он становится жертвой жестокого обращения.

3. Чрезмерный положительный опыт. Ребенку предоставляется всё, но в очень больших количествах: чрезмерное внимание, потакание прихотям, сверхмерное баловство, чрезмерная защита, свобода без ограничений. Особенность типа заключается в том, что в процессе мало уделяется внимания эмоциональным потребностям и истинным потребностям.

4. Избирательная идентификация со значимым другим. Ребёнок выборочно идентифицирует себя со значимым родителем и перенимает его поведение, способ мыслить, умение проявлять/не проявлять чувства, способы восприятия событий. Бывает полная подстройка, обычно в жизни говорят: «…ну, ты совсем как отец/мать, даже смотришь как он…> делаешь как он… вот и отец твой, тоже надуется и молчит целыми днями…» и т. п.

Когда данные события отражаются в личности как негативный опыт, они наносят сильные удары по психике и личности в целом. Наиболее ярко можно проследить это проявление в копинговом поведении или защищающемся поведении человека. Такое поведение дисфункционально так как является реактивным и направленно на то, чтобы только успокоиться в моменте.

Для того чтобы снизить уровень напряжения, возникший как реакция на фрустрацию (разочарование) человек может использовать несколько видов поведенческих стратегий [24]:

1. «Замри» – поведение чаще проявляющееся у женщин, проявляется в моменте как пассивное отстранение, эмоциональный уход в себя, оцепенение («Замри и умри»), диссоциация (отделение себя от события, отрицание).

2. «Беги» – это поведение проявляется в нескольких вариантах:

а) избегание на когнитивном (мыслительном) уровне – я не хочу думать об этом, вычёркиваю из памяти,

б) избегание на эмоциональном уровне – подавляю свои эмоции,

в) избегание на физическом уровене – убегаю в прямом смысле слова.

3. «Борись» – поведение, когда я бью первым, тогда у меня есть шанс всех победить (превентивный удар). Основная цель сохранить уважение, а может его добиться, установить внешний контроль и проявить своё доминирование.

4. «Следуй за противником» – противник оказался сильнее, значит я могу оставаться в группе и быть принятым только если буду играть по его правилам. Часто является зависимым или созависимым поведением цель которого – достижение гармонии во взаимодействии с близкими и любимыми людьми.

На этом описание теоретических основ, лежащих в схема-терапии я хочу закончить, если вы захотите более подробно ознакомиться с методом, то в настоящий момент издано множество переведённых книг Дж. Янга и его последователей Джоан М. Фаррел, Иды А. Шоу, Э. Рёдигера и т. д. Также множество статей на английском языке можно найти на различных профессиональных интернет ресурсах, на данный момент схема-терапия одни из наиболее эмпирически подтверждённых методов современной психотерапии.

Все ниже описанные мною примеры являются психологическими и основываются на опыте наших с вами соотечественников. Хочу заметить, что на мой взгляд это важный факт. Если в период младенчества и раннего детства потребности у ребёнка будут во всех странах и культурах примерно одинаковыми, то далее, начиная с дошкольного периода, влияние на формирование личности зависит от традиций воспитания в семье и системы образования страны проживания.

Теперь о людях, которые проходят психологическую коррекцию. Схема-терапия занимается не только с пациентами с психическими расстройствами, такими как пограничное расстройство личности, обсессивно-компульсивное, нарциссическое, ипохондрическое, депрессивное, но и пациентами, которые условно психически здоровы (медицинский термин). Главная задача, в ходе диагностики, определить почему они страдают и не могут быть успешными, что явилось причиной неудач, разочарований, фрустраций, а не имеют ли они какое-либо заболевание, поэтому метод является трансдиагностическим.

Моя задача заключается в описании психологической стороны жизненных проблем с которыми сталкиваются взрослые. Проблемы самореализации и видения своего будущего, уверенность в себе, понимания своих истинных потребностей, проблемы в межличностных отношениях, проблемы достижения поставленных целей, умения работать над собственными ошибками, всё что является последствием негативного детского и подросткового возраста.

Глава 1. Нарушение связи, отвержение

Если в детстве ребёнка часто повторялся негативный опыт, то во взрослом возрасте это приводит к деструктивному стилю жизни. Негативный опыт ребёнка – это не только наказания и жестокое обращение по отношению к нему, но и совсем незначительные ситуации, на которые родитель не обращает внимание и считает это нормальным.

Родителю, который не обладает знаниями о том, как формируется личность, трудно понять ребёнка. Чаще всего родители воспитывают своё чадо точно также как воспитывали их свои родители, а может с точностью наоборот. Например, женщина или мужчина никогда не будут унижать или бить своих детей, по причине того, что они сами в детстве сильно от этого страдали.

Самое сложное в детско-родительских отношениях – добрые побуждения родителей. Воспитание производится с позиции удовлетворения потребностей взрослых, а не детей. Основные базовые потребности ребёнка – любовь, уважение, признание, эмоциональная теплота, забота о развитии уходят на второй план, а самыми главными становятся потребности и желания родителей.

Маленький человек растёт и вместе с ним формируется его личность. В ситуации неудовлетворения его базовых эмоциональных потребностей, формируется дезадаптивная личность, такая которая ломается под внешним воздействием. Взрослый человек не может быть успешным, удовлетворённым жизнью, не может быть счастливым. Он может вкладывать в свою деятельность громадные усилия, но в итоге у него не получается быть успешным. Это не то, чувство, когда немножко чего-то не хватает – это когда много усилий и ничего не получается, всё бесполезно, его жизнь течёт по кругу, чем бы он не занимался. Такой человек дезадаптивен.

Прежде всего нужно понимать, что дезадаптация в нашем повествовании, будет иметь два направления:

а) дезадаптация связанная с внутренними состояниями личности;

б) дезадаптация связанная с требованиями социума.

Оба направления взаимосвязаны между собой.

Дезадаптивная личность представляет из себя конструкт из эмоциональной, когнитивной, поведенческой сфер. Давайте рассмотрим, что из себя представляют эти сферы и каким образом мы можем понять, что есть «маячки» дезадаптации.

Когнитивный (мыслительный) стиль человека, в такой жизненной ситуации, формируется с искажениями: домысливание, сверхгенерализация, катастрофизация, персонализация или дихотомия (чёрно-белое мышление). Личность формируется особенной, невротической. Особенность заключается в том, что она менее адаптивна и плохо справляется с жизненными ситуациями (Александровский).

Повышенная тревожность, которая включает в себя страх, тревогу, навязчивости становится частью личности, индивидуальной особенностью. Постоянное внутреннее и внешнее давление определяет доминирующий компонент. Например, страх – гнев, страх – страдание или страх – вина – стыд (Изард). Бессознательная тревожность в виде беспокойства приводит к дезадаптивному поведению.

Личность в основе которой находится подобный эмоциональный ригидный конструкт, не может быть успешной или удовлетворять свои потребности, а это означает, что наиболее распространёнными вторичными угрозами человека будут:

а) психосоматические заболевания,

б) психологические проблемы (напр. самооценка, коммуникативные трудности, неудовлетворённость собой),

в) проблемы в социуме,

г) материальные проблемы [22].

Для того чтобы понять, как дезадаптируется эмоциональная сфера индивида, предлагаю рассмотреть, что представляет из себя этот аппарат: эмоции, аффекты, темперамент.

Эмоция (от лат. emovere – возбуждать, волновать) – психическое отражение в форме непосредственного пристрастного переживания смысла жизненных явлений и ситуаций, обусловленного отношением их объективных свойств к потребностям субъекта [23].

Эмоции возникли в процессе эволюции как элемент, помогающий человеку определять собственные биологические состояния. Воздействие внешнего мира являлось стимулом для развития у человека эмоциональной системы координат, где побуждение человека к собственной сохранности или устранению нежелательного воздействия явились основополагающими в жизни. Постепенно сформировалась система биологического «тона ощущений», помогающего адаптироваться в окружающей среде. Наши далёкие предки стали различать съедобные и несъедобные растения, научились контролировать пространство и сохранять свою жизнь.

С продолжением эволюции, эмоции стали обогащаться и формировать чувства, которые более многомерны. Выраженность чувств, по мнению большинства психологов, занимающихся данным вопросом, зависит от темперамента индивида: от силы эмоциональных реакций, скорости протекания этих реакций; эмоциональной стабильности; общей психической активности.

Исследования особенностей темперамента в младенческом возрасте (Kagan) обнаружили феномен проявления темперамента в младенчестве и его сохранения по мере взросления ребёнка. Следовательно, темперамент будет являться своего рода фундаментом, на котором строится биологическая и психическая структура человека. Одна и та же ситуация у людей с разным темпераментом будет отражаться совершенно разными способами реагирования, а значит и разным способом поведения [1]. Человек может пользоваться различными стилями поведения, в зависимости от ситуации.

Реакция организма в момент неожиданных ситуаций намного ярче эмоционально окрашена, чем в ситуациях, связанных с нормальным течением. Для того чтобы человек справлялся с экстремальными ситуациями воздействия, природа создала инструмент защиты – аффект.

Аффект выполняет защитную функцию для тех индивидов, кто не мог найти адекватный выход из сложившейся ситуации. Аффект стал «аварийным выходом» и нацелен на сохранность психики. В критической ситуации сохранность эмоционального состояния очень важна, ведь от неё зависит наше поведение (агрессия, бегство, замирание) об этом мы поговорим более подробно в следующей главе.

В аффективном состоянии у человека блокируется воля, сужается сознание. В следствии этого изменяется мышление, человек практически не может управлять своим поведением, теряется спонтанность. Беспорядочность действий или их скованность, заторможенная речь, также является результатом измененного состояния сознания, вызванного аффектом [18].

В более легкой выраженности аффект принимает форму импульсивности, состояния раздражительности, свершения необдуманных действий под воздействием внешних обстоятельств. Такими обстоятельствами может являться острая необходимость в сиюминутном удовлетворении своих потребностей.

Аффект, помимо защитной функции, имеет регулятивную функцию. Данное состояние образует специфический опыт, называемый «аффективным комплексом». Переживания в процессе ситуативного проявления сильно окрашенных эмоциональных реакций благодаря аффективному накоплению формируют индивидуальный опыт, который предупреждает индивида о том, что данная ситуация может повториться [12]. Если в жизни человека, вне зависимости от его возраста, когда-то уже был похожий опыт в детстве, то «организм ему всегда напомнит», что это уже происходило, твои переживания в этот момент были определённо не совсем приятными, ты не справился с внешним давлением. Чем больше таких напоминаний, тем сильнее эмоциональное напряжение и внутреннее психологическое давление. Подобные психогенные состояния (Мясищев), большей частью связанны со значимыми для человека аспектами, такими как: удача, успешность, реноме, благосостояние, принятие, принадлежность к какой-либо группе, признании, крах, катастрофа, потеря значимого лица [13].

Алексей Николаевич Леонтьев писал «Повторяясь, аффектогенная ситуация увеличивает соответствующий аффект, однако в соответствующих ситуациях аффективные следы могут «изживаться» – спонтанно (катарсис) или в результате воздействия терапевтических процедур [14]. Значит, мы можем научиться управлять процессом снижения своих деструктивных (разрушающих) эмоциональных реакций, которые, на первый взгляд, нам не подконтрольны.

Как говорилось выше, проявление эмоциональных состояний зависит от темперамента человека. Джефри Янг приводит примеры проявления эмоционального темперамента у детей и его отдельные моменты, которые трудно поддаются коррекции: тревожность, отвлекаемость, раздражительность, общительность, лабильность, спокойствие и т. д. [26]. Также следует упомянуть, что эмоциональные проявления как страх, гнев, тоска являются аффективными. Их проявление является одной из форм отражения окружающей действительности человека (Мясищев). Это нам говорит о том, что полное устранение деструктивных реакций трудно, но снизить выраженность можно, тем самым помочь человеку стать более адаптивным в социуме.

Далее я опишу как влияет детский дисфункциональный опыт на людей во взрослом возрасте на примере эмоциональной депривированности. Эта тема очень распространена, эмоционально депривированные люди встречаются везде, во всех странах и на всех континентах.

Когда люди сталкиваются с проблемой эмоциональной депривации, они изначально не могут поверить в то, что одиночество и подавленность взрослого человека может быть продуктом взаимоотношений родитель-ребенок.

Эмоциональная депривированность – это нарушение здоровых отношений между родителем и ребёнком. Проявляется в нарушение базовых потребностей ребёнка. С самого рождения обделённые вовлеченностью родителя как эмоционально, так и физически, дети становятся заложниками отсутствия понимания своих эмоциональных потребностей. Такие нарушения могут приводить к психосоматическому проявлению, вплоть до нарушения роста ребёнка, к проблемам социальной адаптации, торможению развития личностных навыков, психическим заболеваниям.

Главная черта депривированного ребёнка – они не проявляют никакого внимания или привязанности к значимому взрослому. Если при нормальных взаимоотношениях ребёнок получает заботу, внимание, защиту от взрослого (от мамы), то в ситуации опасности, он будет «прятаться за юбку матери» и искать защиту. При нарушенных взаимоотношениях, дети так вести себя не будут. Они не считают значимого взрослого объектом защиты. Взрослый воспринимается как источник стресса. Естественным поведением, при таких взаимоотношениях, будет избегание или отстранение. У них нет опоры и защиты и всю свою боль они переносят через отстранение, агрессию или зависимость, что ярко проявляется во взрослом возрасте.

Также стоит упомянуть, что проявление эмоциональной депривированности может быть сходным с аутизмом. В отличие от аутизма, отсутствует избегание телесного контакта. Депривированные дети могут чрезмерно проявлять сою потребность в удовлетворении физического контакта со значимым лицом.

В схема-терапии выделяют три основные формы депривации [26]:

• Депривация заботы: отсутствие внимания, любви, привязанности, теплоты, или дружеских отношений;

• Депривация эмпатии: отсутствие понимания, выслушивания, откровенности или возможности разделить чувства с другими;

• Депривация защиты: отсутствие поддержки и руководства со стороны окружающих.

Ещё один феномен, очень распространённый в наше время, связанный с эмоциональной депривированностью: подмена эмоциональной включённости взрослых в виде вседозволенности, чрезмерной денежной стимуляции. Родители, которые не могут сами проявить любовь и заботу, поступают по принципу «Я всё делаю только ради него, у него всё есть». Вот такое смещение на материальную сторону также является причиной взрослого одиночества или созависимых отношений.

При фрустрации и стрессе, человек с «золотым детством», вместо сниженных эмоциональных проявлений, чаще всего испытывает гнев от невозможности удовлетворения своих потребностей. В детстве было всё, а теперь приходится удовлетворять свою тревожность через свою «особенность» или «принуждения других заботиться о себе».

Маленький человечек взрослеет и вместе с ним растёт его чувство одиночества. Характерные поведенческие проявления во взрослом возрасте:

• это отсутствие партнёра,

• избегание постоянных отношений,

• выбор эмоционально скупых (холодных) партнёров, эгоистичных требующих большого внимания.

Это осознавать очень грустно и по своим признакам, такого рода обделённость, очень схожа с депрессивным состоянием. Очень часто, поход к психиатру с проблемой подавленного настроения, ангедонией, «ничего не могу делать», «не могу понять, мне всегда чего-то нахватает», «как-то пусто» или «я не могу контролировать свой гнев» заканчивается длительным подбором медикаментозной терапии. Только через некоторое время, пациент обращается к психологу, и без «копания в детстве», тут не обойтись.

Что же нужно для того чтобы исправить ситуацию? Для этого нужно научить человека самостоятельно удовлетворять свои эмоциональные потребности. Изначально определить исходную причину возникновения дефицита детских эмоциональных потребностей, затем при помощи психотерапии научиться восполнять этот дефицит самостоятельно.

Для того чтобы понять всю важность удовлетворения ранних детских эмоциональных потребностей давайте рассмотрим, как формируются данные потребности.

К базовым эмоциональным потребностям относят: потребность в безопасности; в стабильности; заботе и безусловном принятии; потребность в автономности; компетентности и чувстве идентичности, потребность в свободе выражения своих потребностей, в свободе выражения своих эмоций; потребность в спонтанности и игре, потребность в мире с реалистичными ограничениями [18].

Удовлетворение ранних детских эмоциональных потребностей является залогом формирования здоровой и продуктивной взрослой личности. Если базовые эмоциональные потребности не удовлетворены, то о психологическом здоровье речь не пойдёт. Согласно теории схема-терапии, нарушение здоровых связей ребёнка со значимым взрослым, отвержение взрослым ребёнка, приводит к серьёзным проблемам психики. Самая главная особенность таких людей во взрослом возрасте – неумение формировать здоровую привязанность со значимыми для них людьми. К сожалению, они имеют стойкое убеждение, что их потребности в любви, стабильности и т. п. никогда не будут удовлетворены [26].

Я предлагаю вам рассмотреть два клиентских случая пациентов со схемами: Эмоциональной депривации и Ожидания жестокого обращения. Данные схемы входят в первый домен СТ «Нарушение связи и отверженность», в котором собраны такие дисфункциональные ригидные структуры как: покинутость и нестабильность, дефективность и стыдливость, недоверие и ожидание жёсткого обращения, эмоциональная депривированность, социальная отчуждённость.

Данные схемы, по мнению Джефри Янга, являются самыми активными и глубинными. Во взрослом возрасте, люди, которые имеют в своей структуре личности эти схемы, склонны к избеганию каких-либо отношений или формируют их таким образом, что они являются саморазрушающими.

История Константина.

Эмоциональная депривация и покинутость

– Здравствуйте, меня зовут Костик.

Предо мной сидел молодой человек с виду лет двадцати трех. Среднего роста, глаза серо-голубые, чуть вьющиеся русые волосы отливали золотистым блеском. Одет опрятно, не вычурно. Обувь удобная и значительно дороже, чем вся его одежда. Сидя в кресле, руки он положил на подлокотники, обхватив их плотно пальцами. Молодой человек приветливо улыбался, только вот глаза оставались грустными, не выражающими радости.

– Сколько Вам лет, Константин?

– Можно ко мне обращаться просто Костик, так привычнее. Мне двадцать восемь лет.

– Расскажите, чем занимаетесь?

– У меня свой маленький автосервис.

– О, Вы ремонтируете автомашины?

– Да, я с детства их ремонтирую, лет с пятнадцати. Начал с мопеда, потом старый жигулёнок отчима, потом в училище пошел, стал ремонтировать разные легковые машины, затянуло. Сейчас ремонтирую автомобили от простых до люксовых, открыл свою маленькую мастерскую и работаю по рекомендациям. Работа есть всегда, унывать не приходится.

– Что Вас привело ко мне, в чём нужна психологическая помощь?

– Уф, так сразу и не рассказать, – он вздохнул и задумался. – Понимаете, у меня есть девушка. С недавних пор мы живём вместе. Пока мы встречались, было нормально, как у всех. Когда стали жить вместе, мне стало очень трудно. Я постоянно в каком-то напряжении. Расстаться не могу, она мне очень нравится. Сейчас мы взяли паузу в отношениях, но у меня нет уверенности, что я смогу их дальше поддерживать.

– В чём заключаются трудности?

– Я постоянно чувствую, что она живёт как бы сама по себе. Я что-то такое без чего нельзя прожить, но оно не является чем-то важным в жизни. Смотрю на неё, она такая красивая и не замечает меня. Не замечает дома, мы перебрасываемся двумя фразами и расходимся по смартфонам за новостями и виртуальным друзьям. Не замечает, когда идём в клуб. Она веселится, а когда обращается ко мне, смотрит будто сквозь меня, но всем подружкам постоянно вещает куда она с Костиком ходит, что Костик ей подарил, какой он лапочка. А я смотрю на неё и думаю, зачем врать, мы с тобой в сутки, часа полтора только общаемся. Секс у нас и тот по расписанию, один раз в неделю по команде «ну, что приступим…» Короче, сижу я в этом клубе, пью виски и понимаю, что я лишний на этом празднике (молчание).

А тут, ещё и это приключилось.

Мы договорились с друзьями поехать отдохнуть на природу в выходные. У моего друга дача на берегу реки. Можно рыбу ловить или шашлыки жарить, не всё же время железо лбом подпирать.

В день поездки мы встали рано. Наташа собрала какие-то свои вещи, я её попросил взять с собой средство от комаров, с детства их не люблю (молодой человек задумался).

Мелким ещё был, но помню, что сижу на грядке рядом с кустом смородины, ягоды срываю и ем. Как заснул не помню, а вот как меня мама нашла всего искусанного и опухшего от укусов, помню. Укусы я стал расчёсывать, было больно, остановиться не мог. Всё лицо в кровь расчесал. Так я всю неделю проходил как Франкенштейн, мальчишки надо мной смеялись. Мне было больно и обидно. С тех пор я терпеть не могу смородину и комаров.

В этот день меня накрыло этой непонятной волной, которая накрывает меня помимо моей воли. Вместе с Наташей мы подготовились к поездке на дачу.

Ехали мы быстро и весело, слушали радио. Через некоторое время пришлось съехать на просёлочную дорогу. После сильного дождя песок с землей спрессовались и под палящим солнцем превратились в стиральную доску, машину трясло. В этот момент Наташа что-то пыталась мне сказать. Я вначале не расслышал, а когда понял сквозь тряску пыль, жару, что она средство от комаров забыла, тут меня и накрыло (пауза).

Комок сдавил горло, в груди почувствовал холод и стало страшно. От чего, даже сейчас понять не могу. Потом, проступил холодный пот, закружилась голова, перед глазами стало темно. Сильное чувство тревоги и какой-то безысходности. Я очнулся, мы стояли на обочине дороги. Крепко сжав руль, я продолжал сидеть в машине. Справа от меня, сидение было пусто, а дверь открыта. Чуть поодаль от машины, на траве сидела Наташа. Она рыдала, закрыв лицо руками. Хорошо, что живы остались.

– Костя, что Вы чувствуете сейчас?

– Мне очень грустно и одиноко, я постоянно думаю, что мне плохо, я как-то себя чувствую странно, не могу описать и справиться с этим я тоже не могу. Хочется как-то выдохнуть что ли (пауза) почувствовать радость. Тут ещё эти приступы дурацкие, измучался я.

– Часто ли вы испытываете такие ощущения?

– Последнее время очень часто. Ходил ко врачу, сказали, что панические атаки, посоветовали обратиться к психологу. Я пришёл к Вам потому, что они не проходят. Одно время чаще стал уходить в себя, полегчало. Поймал себя на мысли, что девушка, которую я люблю становиться для меня неинтересной. Может я её разлюбил?

– Это происходит только во взаимоотношениях с девушкой?

– Нет, с друзьями стало не интересно общаться. Напряжение испытываю, а потом подавленность. Состояние какое-то мутное, радости нет. Иногда, даже работать не хочется, а это деньги. Пробовал на помощников перекладывать дела – толку не какого, всё завалят обязательно.

– Костик, представьте, что Вы изменили своё состояние, каким оно должно быть?

– (пауза) Я сейчас только понял, что мне очень тревожно и я не могу понять откуда эта тревога (пауза).

– Сделайте глубокий вдох и резкий выдох, повторите.

Костик проделал несколько выдохов, как-то приободрился и продолжил общение.

– Какое должно быть моё состояние? Спокойствие, радость, какая-то ясность. Очень хочется, чтобы меня понимали, а не равняли с вещью.

Постепенно, шаг за шагом, Константин начал понимать себя. Если раньше у него не было такой возможности, по причине отсутствия навыка рефлексии (обращение внимания на самого себя или познание себя), то теперь он уверенно шёл этим путём и обретал в себе уверенность.

* * *

Как ни странно, но проблема Костика сформировалась и обрела свою силу в момент его рождения.

Он родился в посёлке городского типа. Дома в нём были панельные высотой в два или три этажа, с виду такие недоделанные многоэтажки больших городов, вечно серые и несуразные. Увы, но в них тоже жили люди.

Большая улица в городке одна, в конце которой располагались частные дома с огородами. Работы в этом городке толком не было. Кто мог трудился за копейки на молокозаводе. Другие, жили своим частным хозяйством и продажей продуктов своей деятельности. Третьи уезжали работать в Москву, приезжали домой по выходным или вовсе оставались там жить.

Некий сплав города и деревни делал людей более прагматичными, как-то по-особому воспринимающую окружающую их реальность. Безучастность и равнодушие всё больше проникало в их взаимоотношения, что не могло не отразиться на местных детях. Процесс социализации проходил по принципу «накормлен, одет, обут, иди делай уроки». В промежутке между ценными указаниями, дети гуляли и как-то росли. Так выросла и Анастасия, девочка с голубыми глазами и упрямо сбивавшейся на левый бок русой чёлкой.

Ей было всего семнадцать лет, когда появился на свет её сын Костя. Нет, просто Костик, так было удобнее. Так как она была несовершеннолетняя, родители в приказном порядке оженили отца ребенка, после чего он уехал в Москву и больше не вернулся. Этот вариант взаимоотношений устроил всех.

Мальчик родился здоровым, можно сказать богатырём. Природа позаботилась обо всём – наградила физическим здоровьем и хорошей устойчивой психикой. Он был спокойным и не приносил много хлопот.

Его мать не была готова воспринимать изменения в своей жизни и поэтому постоянно пыталась как-то снять с себя всю ответственность возни с младенцем. Она себя плохо чувствовала, долго не вставала к кроватке, когда мальчик требовал проявить к нему внимание. Пыталась всё время найти причины выйти из дома. Её не устраивал статус «Соломенной вдовы» и она искала встречи с другими мужчинами.

Семье Анастасии не нравилось её поведение. В этот момент она жила с мамой, бабушкой и отчимом, теперь ещё с младенцем на руках.

– Всё Настька, родила, поставь на себе крест, – говорила ей бабушка Василиса Петровна. – Теперь ты всю свою жизнь должна посвятить этому ребёнку. А мальчишка-то какой хорошенький, ладненький. На руки берёшь, а он улыбается, дитятко. Агу, агу маленький. Давай пойдем купаться и баиньки.

От слова «крест» у Насти внутри всё обрывалось. Она замирала, холодный пот делал ладони липкими, к горлу подкатывал ком. Она лихорадочно искала выход из данной ситуации, стала убегать из дома дня на два или три. Однажды даже через балкон спустилась на покрывале со второго этажа. В своём стремлении найти женское счастье, она находила полноту эмоциональных переживаний в компании взрослого мужчины, который не спешил делать выводы и как-то расставлять точки в их отношениях. Настя бегала, возвращалась. Бегала, возвращалась.

Костик рос благодаря бабушке и прабабушке. Единственным мужчиной в семье был муж бабушки, который совсем не спешил проявлять инициативу в воспитании мальчика, но честно гулял с малышом, когда его просили. Это был единственный образец мужского начала в жизни Костика в этот период.

Наш герой произнёс своё первое слово совсем рано, в семь месяцев. Произошло это на день рождения его бабушки Галины, матери Анастасии. Собрались родственники, квартира наполнилась шумом голосов.

В какой-то момент все скопились в комнате Костика. Большие серые глаза малыша кого-то искали среди взрослых, и только когда вошла в комнату старая бабушка, сидящий в кроватке маленький ребёнок заулыбался, позвал её, – «баба», протягивая к ней маленькие ручки. Все умилённо охнули, только Насте было невесело. Её задело то, что первым словом сына не было слово «мама». Искать причины она не стала и очень скоро успокоилась. Жизнь продолжала течь своим чередом, так как они привыкли.

В один из вечеров Настя договорилась о встрече со своим мужчиной. На этот раз она решила никого не обманывать и попробовать не портить отношения с близкими сообщив им, что уходит на встречу и будет дома только завтра. К её удивлению, мама согласилась, но с условием – Настя должна уложить спасть маленького Костика. Спал он хорошо, значит Настя должна домой прийти не позже, чем в восемь часов утра, мама уходит на работу, а бабушка ещё отдыхает. Молодая женщина приняла условия и предвкушая момент свободы, отправилась укладывать малыша.

Задача оказалась не из лёгких. Малыш привык, что его всегда укладывала спать старая бабушка. Её чуть низковатый голос и сильные объятия нравились мальчику. Она держала малыша на руках, медленно покачивалась, улюлюкивала его. Так он медленно засыпал и всё шло своим чередом.

Анастасия, не могла держать долго такого богатыря на руках, тем более, что-то там петь. С задачей она справилась иным способом. Ввезла в комнату коляску, положила в неё как в люльку сына и начала возить по комнате. Бабушкины колыбельные были заменены на тихо работающий телевизор.

Малыш не мог понять, что такое происходит. Ему было в диковинку всё. Этот человек, которого называют мама Настя. Коляска вместо тёплых сильных рук бабушки. Звуки, такие непонятные для детского уха. Любопытство и какое-то неприятное состояние совсем перебили сон. Костик хотел понять, что же происходит, но самое главное, чем всё это закончится.

В отличие от сына мать не испытывала любопытства, она начинала нервничать и злиться. Почему ребёнок не спит? Он портит ей все планы на вечер. Чем больше большие его серые глаза наблюдали за мамой Настей, тем резче были её манипуляции с коляской. Она молча стояла, смотрела на малыша и внутреннее раздражение мешало ей быть адекватной в этот ситуации. Она трясла и трясла коляску.

Закончилась битва полным поражением ребёнка, который заснул от сильного укачивания. Задача была выполнена, молодая женщина могла быть свободной.

Ещё не раз повторялись похожие истории, которые заканчивались победой мамы. Маленький мальчик, постепенно привык, что эта очень неприятная тряска может закончиться если он заснёт.

Коренным образом ситуация изменилась со смертью Василисы Петровны. Теперь Настя осталась одна на один с ребёнком. Её мать и отчим работали, они содержали семью материально. Больше оставлять ребёнка было не с кем, осталось только заниматься им самой.

Маленькая мама в глубине души понимала, что она не самая лучшая мать на свете, и совсем не хочет ею становиться. Единственное, что она осознала и приняла – раз ей уже всю жизнь жить с этим мальчишкой, то придётся его таскать везде за собой. Она собрала свои и вещи Костика, отправилась жить к мужчине в которого была влюблена.

Пятилетний малыш, оказался в среде незнакомой, совсем не понятной, агрессивной. Дом, в котором жила мать со своим мужчиной, стоял в самой глухой части посёлка, на отшибе.

Смена обстановки была для ребёнка травмирующей. Если в многоэтажном доме его пространство было организовано в пределах квартиры, то в сложившейся ситуации, пределов не существовало. Дом, огород, поле, лес.

Со временем Анастасия и Владимир узаконили свои отношения, но Костика усыновлять он не хотел. Отчим не уделял мальчику особого внимания. Мать постоянно заставляла слушаться дядю Вову и выполнять всё, что он говорит. Когда мальчик подрос, к годам двенадцати, отчим стал потихоньку привлекать его к ремонту автомобиля. «Пусть учиться на жизнь себе зарабатывать», – говорил он, при любом удобном случае Насте.

Когда Константину исполнилось шестнадцать лет, он переехал в общежитие профессионального училища. К маме, отчиму и бабушке он стал приезжать по случаю. Когда появились мобильные телефоны, вовсе перестал бывать у них, звонил по видеосвязи.

История Константина.

Взгляд психолога

Для ребёнка очень важно получать удовлетворение своих базовых потребностей с самого момента рождения. Как описывает Карл Хайнц Бриш в своей книге «Терапия нарушения привязанности» [3] данное удовлетворение может произойти благодаря формированию мотивационной системы между младенцем и значимым лицом. Это условие обязательно, оно обеспечивает функцию выживания и закладывает предпосылки важных для человека способностей: способность к общению, потребность в общении, получение обратной связи в виде потребности в оценке. Ребёнок учиться оценивать сам и ждёт оценки от других, тем самым формируя систему эффективной саморегуляции [4].

Близость, со значимым лицом, обеспечивает защиту от тревоги и страха. Ребёнок благодаря телесному контакту ощущает свою уверенность и защиту. Он обретает в виде матери надёжную эмоциональную базу (Bowlby, 1975). Если здоровая привязанность сформировалась, то во взрослом возрасте человеку будет намного легче справляться с проблемами. Такая привязанность будет спасать его от психопатологий, не смотря на многочисленный травматический опыт его жизни (Grossmann, 2003).

Прочная связь и удовлетворение детских эмоциональных потребностей в период от момента рождения до пяти лет, в будущем гарантируют человеку чувство безопасности, чувство заботы и принятие, чувство стабильности, здоровую самооценку.

На жизненном примере Константина можно проследить как ребёнок формирует основы структуры психики. Прабабушка, взявшая на себя функцию матери, создала ему базовую привязанность. Сам процесс не сложный, но требует терпения и умения безусловно любить.

Надо заметить, что в нашем повествовании речь идет о процессе формирования привязанности с момента рождения до 1,5 лет. Ребёнок ещё не говорит, он не может выразить свои потребности прямо. Вопросы, которые задают молодые мамы, нервно теребящие коляску «ну, что тебе надо? от чего ты плачешь?» напрямую говорят о том, что мать не включена в эмоционально-физическую часть взросления ребёнка.

Здоровая симбиотическая связь между значимым лицом и ребёнком – это нормальное образование в период взросления до 1,5 лет. При правильном и достаточно хорошем уходе, в ребёнке, как фундамент, формируются базовые основы для последующего взросления.

Во-первых, физический контакт. Бабушка брала ребёнка на руки, когда он был спокоен. Она подкрепляла физическое ощущение безусловной любви и принятия в окружающем мире. Большая теплая бабушка с сильными руками прижимающая ещё беспомощного малыша удовлетворяет его потребности в физической защите. Такие дети, подрастая, прячутся «за мамину юбку» когда появляется чужой взрослый или проявляется к нему сильное внимание со стороны окружающих. Такая реакция вполне здоровая, говорит о том, что существует потребность в физической защите и ребёнок её удовлетворяет. Например, у детей с расстройством аутического спектра (РАС), такой формы поведения не наблюдаются [7].

Во-вторых, эмоциональный контакт. Бабушка брала ребёнка на руки, когда он был встревожен или плакал. Удовлетворение эмоциональных потребностей очень важный элемент в формировании детской психики, а в последствии, в жизни взрослого человека. Люди, страдающие повышенной тревожностью и имеющие проблемы в коммуникации с близкими и значимыми людьми, имеют в своей жизненной истории раннюю детскую травму в виде эмоциональной депривации (эмоционального лишения).

Эмоциональный контакт способствует развитию не только эмоционального интеллекта, но и способствует развитию мыслительного интеллекта. Чем более эмоционально стабилен ребёнок, тем больше у него возможности сформировать в будущем здоровые психические защиты. А это важно для самооценки, для оценки собственных потребностей, важно для понимания собственных границ и границ других людей.

Маленький Костик, благодаря сформированному базовому навыку защиты, более легче переносил трудности, с которыми столкнулся после смерти бабушки.

Маленький мальчик подрастал, вступил в новый этап своей личности. Ему было важно сформировать в себе новые необходимые навыки. Новые кирпичики – это формирование системы объектных отношений ребёнок – взрослый и ребёнок – ребёнок [25]. Ребёнок начинает познавать все тонкости отношений. Малышу важно в этот момент, чтобы его оценивали «…молодец, у тебя хорошо получается», «…у тебя сегодня получилось не очень хорошо, давай попробуем сделать вместе…», «посмотри какой домик у мальчика, а ты сделал другой, мне он нравиться…».

Если в этот период взрослые не уделяют ему должное внимание и не помогают освоить этот новый навык, то ребёнок будет приобретать его так как сможет.

Во взрослом возрасте, такой ребёнок, столкнётся с проблемой в коммуникации. Такой ребёнок будет больше ориентирован на получение чувственной или интуитивной информации. Высказывать свои потребности другому ему будет трудно. Значит, он будет ожидать со стороны других «понимания» и проявления инициативы «…ну, неужели так трудно понять, что мне было бы приятно сходить…», «…действительно он так и не додумался до этого…», «…весь день проплакала». Конечно, такое поведение не эффективно, но для них оно естественно и проговаривать свои собственные потребности другому они считают не нужным. Они очень терпеливые люди.

Отсутствие навыка объектных отношений также может повлиять на самооценку. Жизнь для таких людей является постоянным полем битвы.

К сожалению, рядом с Константином не было тех людей, которые помогли бы ему сформировать столь важные кирпичики в его личности. Поэтому во взрослом возрасте в его жизни выбор партнёра пал на холодного и постоянно дистанцирующегося человека, который не мог удовлетворить его эмоциональные потребности. Когда не удовлетворённость накапливалась, а как справиться с ней он не знал, у молодого человека начались панические атаки. Социальное избегание на какой-то момент помогало справляться с трудностями, но в итоге мужчина оказался в тупике.

Здесь я хочу привести слова Гордона Олпорта «Личность – это саморазвивающаяся система». Вот именно от того как будет сформирован фундамент личности, а в нашем случае, здоровая привязанность к значимому взрослому, то на столько хорошо будет работать это саморазвитие. Личность будет нацелена не только на адаптацию в окружающем пространстве, но и сориентирована на последующее развитие. Если ориентация отсутствует, человек просто живёт на своём уровне развития.

Русская поговорка говорит, что мы воспринимаем окружающий мир «со своей колокольни». Если что-то в жизни идёт не так, возможно следует обратить своё внимание на «свою колокольню»? Возможно её состояние требует ремонта? Если вы хотите, чтобы она была прочной и эффективной, следует укрепить фундамент, возможно переложить стены, покрасить фасад, поменять колокол. Заменить или обучить новой игре звонаря. Тогда колокольня будет повыше и звук колокола будет звучать приятнее, что привлекает людей и откликается в их сердцах. Между ударами железным предметом по шпале и ударом колокольного языка разница большая.

История Светланы.

Ожидание жестокого обращения, нестабильность

Светлана пришла на сессию чуть раньше назначенного времени. Я увидела перед собой женщину лет сорока пяти, производящую приятное впечатление. Каштановые коротко подстриженные волосы делали лицо чуть полноватым, но не лишённым очарования. Зеленые тонко подведённые серым карандашом глаза были выразительны. Чёрные ресницы, как два опахала делали взгляд немного кукольным. Движения её были чуть угловаты.

– Я решила обратиться к Вам за консультацией. Не знаю можно ли это исправить, но я устала так жить.

– Что Вас расстраивает?

– Понимаете, у меня есть такая дурацкая привычка «зависать над одеждой».

– Можно более подробно?

– Да, конечно. Я не знаю, когда это началось. Так получилось, что я покупаю себе одежду только для верхней части туловища. У меня есть множество блузок, кофт, различных пиджаков, но есть одни брюки, одна юбка и одни джинсы. Каждый раз, когда я иду в магазин за покупками, всё заканчивается тем, что я покупаю себе новую кофточку.

– Светлана, сегодня Вы в платье.

– Да, это первое платье за последние тридцать лет. Я его специально купила для того чтобы прийти к Вам.

– Это было важно?

– Да, мне было важно, что я могу что-то исправить в своей жизни.

– Вам это удалось, сделали первый шаг к изменениям. Вопрос в том, изменениям чего?

– Каждое утро я подхожу к шкафу, открываю дверцу и начинаю перебирать вещи, одеваюсь. Топ, кофта или пиджак, обязательно надеваю колготки, даже в жару я ношу тонкие колготки. Затем начинается это дурацкое состояние.

– Что именно вы чувствуете?

– Какое-то напряжение и зависание. Я смотрю на вещи и выключаюсь. Просто тупо смотрю. Когда включаюсь, понимаю, что опаздываю на работу, опять придётся выкручиваться. Я уже нарвалась на четыре штрафа за опоздание, так меня могут уволить, а работа престижная. Мне нужно идти, но я стою и не могу решиться, что мне надеть юбку или брюки, – она заплакала и крупные, жемчужного цвета слёзы покатились по щекам, каплями скатились на блузку.

Было заметно, что она сильно сковалась.

– Извините, но я не могу ни чего с собой поделать, они сами льются.

– Как давно они льются?

– Всё началось примерно четыре месяца назад. У меня нет большого количества друзей. Есть подруга, и так с пяток знакомых. Вот она и уговорила меня пойти на йогу. Я пошла на йогу и там оказалось, что я не обращаю внимания на свои ноги. Причем это получилось как-то совершенно случайно. Я стала выполнять упражнения, мне нужно было складывать руками ноги. Тут меня одолела оторопь. Я смотрю на них и понимаю, что всячески стараюсь к ним не прикасаться. Понятно, что в душе я автоматически мою мочалкой, промакиваю полотенцем или они высыхают сами.

Вспомнила (пауза) мне уже тридцать два года, а я до сих пор ни разу не была на педикюре, всё делаю сама. У меня всегда возникает мысль, что я унижаю человека. Понимаю, что мастер помогает мне ухаживать за собой, что это его профессия и чувства отвращения и унижения он не испытывает, но ничего с собой поделать не могу. Как-то быстренько все делаю сама, чаще всего под просмотр какого-нибудь сериала и забываю на месяц, что у меня там ниже пояса.

Неделю назад я ощутила, что в моём доме что-то не так. Меня прошибло током, когда я поняла, что у меня дома два зеркала. Одно в ванной, маленькое с полочкой и второе в прихожей. В одном я могу видеть только своё лицо, а во втором ровно до того места где заканчивается блузка. Я не вижу себя во весь рост. И воспринимаю себя только до пояса. Заметила, когда у меня ноги замерзают, я понимаю, что мне холодно, но не одеваю носки или тёплые тапочки, я продолжаю заниматься своими делами.

Она замолчала. Слёзы продолжали течь по беломраморному лицу, на котором не было ни морщинки, ни гримасы отчаяния, просто красивая маска. Я предложила ей воды. Через несколько минут она смогла продолжить общение.

– Ещё я хотела Вам рассказать, – робко начала Светлана, – я конечно не красавица, но и не страшнее других (пауза). У меня проблемы с мужчинами, не получаются у меня отношения с ними. Мне всегда как-то неловко оставаться наедине, а если мужчина начинает проявлять ко мне внимание, у меня в душе катастрофа (плач). Я не могу как другие женщины быть нормальной.

– Как проявляется Ваша ненормальность?

– Когда ко мне приближается мужчина, я замираю и становлюсь как камень. Был случай, вывела меня подруга «в люди». Пошли мы с ней в клуб. Я не любитель таких заведений, но она меня неделю уламывала, я сдалась. Шум, духота, я сильно нервничала, просила подругу уйти оттуда, она отказывалась. Через полчаса она уже познакомилась с каким-то парнем и весело танцевала с ним. Я сидела и наблюдала за окружающими. Ко мне подошёл симпатичный мужчина, мы познакомились, он пригласил танцевать. Мужчина был старше меня, мне было как-то не удобно ему отказывать, я согласилась. Как только он приблизился ко мне, всё мое тело превратилось в стальной прут, от напряжения у меня сводило скулы и сильно болела шея, ноги налились свинцом и мне было больно передвигаться. Дмитрий, так он представился, тихонько сказал мне, что не нужно так нервничать и можно расслабиться. Дальше у меня отказали ноги. Стою и начинаю плакать, стыд какой! Дмитрий довел меня до барной стойки и вежливо откланялся, больше я его не видела. Симпатичный был мужчина, красиво одет, ухожен, парфюм, а я полная идиотка, баба каменная, никчемная дура (плач).

Вспомнила ещё случай. На лектории по живописи познакомилась с молодым человеком, рядом сидели. Я не могла справиться с внутренним волнением, отвечала да/нет. Молодой человек грустно заметил, что я слишком серьёзно отношусь к лекции, даже не улыбнулась ни разу. А как мне улыбнуться, если у меня пустота в голове, я вообще не понимаю, что происходит. Смотрю на него и только одна мысль вертится чтобы чего лишнего не ляпнуть.

После десяти сеансов схема-терапии удалось выйти на ситуацию, которая легла в основу такого деструктивного поведения и сильных негативных переживаний.

* * *

История, которая привела Светлану к тяжёлому для неё состоянию началась очень давно, когда ей было четыре года. Тогда она жила с родителями на окраине Нижнего Новгорода и частые визиты различных родственников со всей страны были для неё развлечением. Она всегда радовалась каждому визиту взрослых. Осенний день, когда приехала бабушка, папина мама, был солнечным. Она очень хорошо его запомнила. Воздух был прозрачным и чуть прохладным от дождя. Такая погода нравилась маленькой Светочке, можно было гулять в резиновых сапогах по лужам и собирать в парке кленовые листья.

Как оказалось, позже, бабушка приехала к ним навсегда и стала частью семьи. Светочке она нравилась, но иногда она как-то странно смотрела на неё и в эти моменты хотелось куда-нибудь спрятаться, становилось как-то не по себе.

Время шло, бабушка всё больше принимала участие в жизни ребёнка. Это не удивительно, она занялась домашним воспитанием девочки. Бабушка готовила завтраки, помогала Свете собираться в детский сад. Провожала и встречала её после него, отводила на кружки. С родителями можно было проводить только выходные, да и те, когда они свободны.

Бабушка делала всё, что положено было делать для ребёнка, только вот была скупа на эмоциональное тепло. Всё больше подмечала моменты, когда у ребёнка что-то не получается.

Светлана росла, начала меняться. Ей очень было важно всё сделать правильно, бабушка же будет говорить родителям какая она есть на самом деле. Так прошло полгода и наступила весна.

Вскоре в семье произошли перемены. Трагически погиб отец Светланы. Теперь её семья – это мама и бабушка, две женщины которые потеряли самое дорогое, что было в их жизни.

Маме пришлось возложить всю тяжесть материального обеспечения на себя, она стала очень редко появляться дома. Утром уходила, когда дочка ещё спала, приходила, когда она уже спала. Как росла её дочь она начала понимать смутно, на выходных она отдыхала или брала подработку, долго что-то печатала на печатной машинке.

Так и получилось, Светочку стала воспитывать только бабушка у которой были свои взгляды на воспитание, в таких тяжёлых условиях. Стали возникать ситуации, когда бабушка не выдерживала (с её слов) и для усвоения «прописных истин» бралась за ремень. «Девочка должна быть послушной, будет меньше хлопот. А вы её разбаловали, что хочет, то и делает», – говорила женщина уставшей матери Светы. Мама соглашалась, уходила к себе в комнату и не выходила до вечера. Все уговоры дочки поиграть с ней или пойти на прогулку заканчивались строгим «нет».

Когда наступила её пятая весна, девочка становилась более самостоятельной и её маленькие детские переживания усиливались при общении со взрослыми. Она могла себя чувствовать в безопасности только наедине с собой и с милыми её сердцу игрушками. Друзей у нее практически не было и в детский сад она больше не ходила.

Весенний солнечный день был теплым. Яркие лучи солнца светили в окна. Квартира наполнялась теплом, светом, радостью, всем тем чего так не хватало маленькой девочки для того чтобы быть счастливой. Солнце поднималось выше, день становился ярче и душнее, открытый балкон впустил свежий воздух и пространство комнаты стало заполняться запахами свежей листвы, сирени, жасмина, которые росли в палисаднике перед домом. Прищурив один глаз Светочка вышла на балкон и стала рассматривать улицу, людей, проходивших в их дворе, радовалась шуму малышни, копавшейся в детской песочнице. Ей было хорошо и спокойно. Она вошла обратно в комнату и решила поделиться своей радостью с игрушками. Только они были для нее самыми близкими друзьями. Еще она считала самым любимым человеком маму, но сейчас у нее трудный период в жизни, и она очень занята, ей не до дочки.

Итак, игрушки были посажены на диване в ряд: большой белый медведь, пёсик по имени Тобик, старая большая кукла с западавшим левым глазом, парочка пупсов, любимая кукла по имени Зина и плюшевый милый серый заяц с розовыми ушами. Зал был полон, можно было заниматься любимым Светочкиным занятием – выступлением перед куклами. Иногда она пела, иногда рассказывала сказки, танцевала, играла на игрушечном рояле или просто мысленно общалась с каждым из своих любимцев.

Сегодня она приняла решение танцевать под красивую мелодию кино, которое показывали по телевизору. Девочка начала напевать мелодию плавно раскачиваясь в такт музыки. Надо сказать, что у нее был музыкальный слух, ей нравилось петь. Самое главное – это единственное занятие, которое ей удавалось хорошо по мнению взрослых, остальные подвергались критике.

В какой-то момент её взгляд упал на стоящий в углу комод на котором лежала какая-то ткань. Светочка остановилась и с любопытством начала рассматривать привлекавший её предмет, приблизилась и взяла в руки. Ткань оказалась красным шелковым палантином с разбросанными по всему полю красивыми лиловыми цветами и ещё какими-то черными узорами. Девочка аккуратно разложила палантин на диване перед игрушками, отошла и обомлела. Черные непонятные узоры превратились в маленьких красивых индийских слоников. Восторгу не было предела. Радость переполняла маленькую фигурку ребёнка. В этот самый момент сошлось всё: эмоции, запахи цветов, тепло солнечного дня, приятное общество друзей-игрушек, а самое главное, новый такой лёгкий и приятный при прикосновении палантин. Это было совсем новое ощущение, получение удовольствия от соприкосновения с материей. Девочка ранее не испытывала ничего подобного. Какая-то внутренняя теплая волна прокатилась по рукам и ей захотелось почувствовать это приятное чувство всем телом. Она быстро сняла с себя платье, колготки, трусики и обмотала во круг себя ткань. Теперь она стала частью её. Можно было петь и радоваться. Света пела, кружилась прижимая к себе палантин, который соскальзывал с нее и ей приходилось удерживать его. Её было хорошо.

Через несколько минут вошла в комнату бабушка. Увидела лежащую на полу одежду, голого ребёнка, который пытается завернуться в ткань, мурлыча что-то себе под нос. Женщина побледнела и с криком набросилась на внучку. Она кричала, что девочка развращена и больна, раз ходит голой перед игрушками. Взяла ремень с пряжкой и начала избивать ребёнка приговаривая: «Я сейчас научу тебя уму-разуму».

Светочка очень долго кричала и умоляла её не бить. «Бабушка, не надо, я так больше не буду», – кричала девочка под визг ремня. – «Бабушка мне больно». Её маленькое тельце тряслось от ударов, горло пересохло и через какое-то время она могла только шептать, что она так больше не будет расстраивать бабушку. После порки она быстро оделась в свою одежду, ещё натянула кофту и тихонько сидела в углу, так как стоять она не могла, устала, а наказание продолжалось. Она не плакала, не замечала, что по полу дует холодный ветер и ее маленькие ножки совсем замёрзли. Голова была пустой и чуть затуманенной, плакать не хотелось. Было грустно и печально и очень сильно одиноко.

Маме она не могла рассказать про этот случай, она-то знала, что может опять получить за то, что ябедничает. Через несколько часов наказание закончилось. По команде, ребёнок вышел из угла и отправилась в кровать спать.

Ещё несколько дней девочка была «как шёлковая» такая приятная и удобная для бабушки. Только вот палантин, который накидывала на плечи бабушка вызывал у неё дикий холод и маленькое тельце напоминало, как было больно от ударов ремня.

После этого случая «правильная бабушка» ещё неоднократно применяла жестокий метод порки при любом случае, по её мнению, для лучшего воспитания ребёнка. Ей не приходило в голову, чем она занимается, и что такой метод расценивается как домашнее физическое и моральное насилие над ребёнком. Откуда ей было знать, что это не нормально, её же воспитывали также «ничего выросла, не умерла».

Когда маленькая девочка подросла и стала удивительно хорошенькой девушкой. Бабушка её больше не била, только морально унижала и часто говорила, что она далеко не красавица и замуж ей не выйти никогда.

Был в жизни Светланы также момент, когда она поссорилась с мамой, которая к тому времени как-то постарела и всё чаще прикладывалась к винной бутылке. Однажды мать заметила, что дочь вернулась домой в одиннадцать часов вечера вместо десяти. Сделала сухое замечание: напомнила, что Света сидит у нее на шее и должна жить по правилам, которые устанавливает она. Девушка не хотела продолжать этот непонятный разговор и пыталась пройти в свою комнату, тогда мать преградила ей путь. С затуманенными, полными ненависти глазами она выкрикивала оскорбления, требовала уважения. Её взгляд скользил по фигуре девушки и остановился на юбке. Юбка была новая, очень узкая, сильно подчёркивавшая узкую талию и бёдра будущей женщины. «Ах, ты тварь! Бабушкой меня захотела сделать в тридцать восемь лет?» И не дав опомниться Светлане напала на неё. Не понятно откуда взявшаяся материнская сила поборола девушку и с ненавистью грубо сорвала юбку. Юбка являлась причиной всех зол на свете, по мнению матери.

Светлана стояла в растерянности, тяжело дышала, из последних сил подавляла в себе эмоции гнева. Она стояла посреди коридора в блузке, в тонких колготках в сеточку, босиком, сжимала кулаки, не чувствовала холодного пола под ногами. Ей было больно и обидно, она чувствовала себя униженной, но поднять руку на мать она не могла. «Видел бы её сейчас отец», – подумала девушка. – «Во что она превратилась, я не знаю эту чужую тётку». Мать ещё долго не унималась пока не поборола зло – разорвала на мелкие части юбку.

В скором времени Светлана уехала из родного города и долго не общалась с мамой и бабушкой. Старалась не вспоминать детские переживания, но они её догнали, и она оказалась на приёме у психолога.

История Светланы.

Взгляд психолога

Нарушение права ребёнка, таких как – познание мира и себя в нем, отражается в жизни взрослого человека как мощная глубинная неосознаваемая установка, которая может состоять из мыслей, воспоминаний и телесных ощущений.

На примере жизненного опыта Светланы, постоянная негативная критика со стороны взрослых повлияла на восприятие себя. Физические наказания привели к частичному отрицанию своего тела (W. Reich, 1935), Светлана «запретила себе обращать внимание на свои ноги», она выбрала стратегию поведения – избегание. Такое поведение стало для неё защитным механизмом личности от сильных негативных переживаний, связанных с болью тела.

Ребёнок в ситуациях домашнего насилия беззащитен, он не может противостоять взрослому так как находится в его власти. Поэтому, чем чаще наказания, тем сильнее боль, страх, не принятие себя. Такое восприятие становится частью личности во взрослом возрасте.

Выбор одежды – это триггер, который активировал режим уязвимого внутреннего ребёнка, который постоянно ожидает жестокого обращения. Неосознаваемые переживания создавали сопротивление в выборе одежды [4], а зависания, с которыми он постоянно происходил, являлись проявлением страха сделать ошибку. Постоянно происходила фильтрация. Если выбор будет не правильным, то последует наказание и опять ощущение физической боли и сильные переживания. Только не учитывался один момент, что во взрослом возрасте её уже никто не накажет. Иными словами, ситуация совершенно другая, а эмоциональное реагирование и защитное поведение прежнее, как в детстве.

Пустота, которую она ощущала в момент выбора – это сформированная защита психики на эмоциональном уровне. Ассоциация с предметом была вычеркнута сознанием, остались только симптомы: пустота, физическая заторможенность, не понимание того что так опасно в данном действии. Всё было вытеснено в глубины психики, что сделало жизнь Светланы полной проблем. Могло ли быть всё иначе? Конечно.

Ребёнок в период от двух до семи лет, согласно теории возрастной периодизации Жанна Пиаже [8], формирует свой эгоцентризм. Это означает, что развивается восприятие мира со своей собственной позиции, развивается детский интеллект. Как он будет сформирован, так он будет сопровождать человека всю жизнь.

Даниил Борисович Эльконин [25], в своих работах по формированию возрастной периодизации личности, данный период определяет, как время для познания отношений – ролевая игра. Обязательное новообразование возраста – потребность в общественно-значимой и оцениваемой деятельности. Ребёнок начинает процесс социализации и познания себя в мире, через общение и оценку окружающих. Он начинает получать навыки обратной связи от других людей, вооружается приёмами самооценки. Начинается начальная стадия понимания самого себя, через подготовку к ответу на вопрос «какой я?».

Если ребёнку постоянно твердить, что он неудачник, он в это действительно поверит. А если его поддерживать и оценивать в положительном ключе, он обязательно заложит здоровый фундамент своей личности. Случилась бы психологическая травма со Светланой если бы поведение бабушки было бы другим? Конечно, нет. Ребёнок через положительную оценку значимого взрослого получил бы опыт получения удовольствия от собственных действий.

Внимательный, чуткий взрослый обязательно поможет это осуществить: «Как хорошо ты справился с заданием, молодец! Я вижу, что тебе не всё удалось сделать до конца. Тебе нужна моя помощь? Мы могли бы вместе разобрать примеры, с которыми тебе пока трудно справляться одному». Если переложить данные фразы на язык психологии – это будет звучать так:

«Как хорошо ты справился с заданием, молодец!» – валидизировали (лат. validus – здоровый), здоровое реагирование на действия ребёнка, поддерживающая оценка его деятельности.

«Я вижу, что тебе не всё удалось сделать до конца» – позитивная критика и мягкое руководство.

«Тебе нужна моя помощь?» – формирование социальных навыков. Человек имеет право просить о помощи и получать её.

«Мы могли бы вместе разобрать примеры, которые с которыми тебе пока трудно справляться одному» – поддержка, здоровое руководство, содействие, безопасность, формирование здоровой самокритики. Таким образом взрослый помогает формировать почву для взращивания здоровой психики ребёнка.

Период от четырех лет до шести лет, является периодом формирования психосексуальной идентификации. Дети начинают проявлять подлинный интерес к вопросам секса. Поведение ребёнка, связанное с раздеваниями и рассматриванием своего тела, ощупыванием, изучение половых органов, мастурбацией – нормальный процесс который приводит к формированию половой принадлежности. Дети изучают себя и сверстников, провоцируют взрослых на темы секса в разговорах, тем самым утверждаясь в своей идентификации. Роль взрослого в этот период – сторонний наблюдатель, который максимально ведёт себя тактично, он понимает, что этот период является естественным процессом познания себя. Родитель в этом вопросе также руководитель процесса познания, а не «карающая длань». Отвлечение и перевод интереса в другую плоскость помогает тактично преодолеть этот период [19].

Ребёнок постоянно мастурбирующий – это очень тревожный ребёнок, у которого не удовлетворяются детские эмоциональные потребности, отсутствует не только душевная теплота взрослого, но и физический контакт со значимым взрослым. Это очень пугает родителей, их восприятие физиологической разрядки тревожного состояния, воспринимается как что-то неправильное, даже извращённое. Поэтому важно младенца брать на руки, прижимать его к себе, тем самым снимать тревожное состояние. Тогда его познание себя в 4–6 лет будет протекать естественным способом, а не единственным выходом для эмоциональной разрядки и получения не только физического, но и психоэмоционального удовлетворения.

В этот период происходит привязка к поло-ролевым установкам. Девочки – это те, кто носят платья, бантики, красят губы и ногти, будут женщинами, будут рожать и воспитывать детей, готовить пищу, могут быть домохозяйками или выбрать карьеру, распределять бюджет, делать запасы и т. п. Для девочки этот период очень важен для последующего формирования женщины-жены, женщины-любовницы, женщины-матери. Возможно в более поздние периоды жизни она сделает выбор в пользу карьеры и партнёрских взаимоотношений в «гостевом режиме», но в пять лет, по моему мнению, она должна иметь более архетипический образ женщины. Игры в дочки-матери и семью закладывают основу для будущего девочки и мальчика. Дети через игру опробуют модель своих будущих отношений, интуитивно подбирают стратегии взаимоотношений.

В истории детства Светланы, в её важные периоды формирования она столкнулась с физическим и психологическим насилием, что привело к ранней травме и сложным психологическим ситуациям во взрослом возрасте.

В её детстве не было человека, который мог бы её поддержать и создать безопасную атмосферу, в которой она смогла бы развиваться должным образом. Но несмотря на это, психика всегда стремится к целостности (F. S. Perls, 1951) и Светлана обратилась за помощью и проделала большую работу над собой.

Глава 2. Нарушение автономии и эффективности

В главе посвящённой нарушению автономии и эффективности мы рассмотрим важность формирования психологического новообразования «Я социальное». На примерах, проследим неблагоприятные социальные ситуации развития, которые являются преградой для формирования навыка и приводят к проблемам во взрослом возрасте.

Как говорилось выше (см. введение) в жизни ребёнка важны психологические новообразования и социальная ситуация развития, которая способствует закреплению новообразований. При соблюдении данных условий, у ребёнка формируется здоровая психика и навыки социальной успешности, его личность будет готова к адаптации в изменяющейся среде. Такой человек, во взрослом возрасте, не будет ломаться «под ударами судьбы», он будет гнуться как бамбук и формировать свою реальность осознанно и самостоятельно.

Отношения «субъект – среда или ребёнок – среда» является интересом многих исследований и относится к направлению «психологии развития». Основной предмет психологии развития – закономерные изменения человеческой психики во времени, влекущие за собой изменения, и связанные с этим факты, и явления психической жизни [10].

Период от трех лет до семи лет является условным возрастом, который определяется индивидуальным развитием и соответствует раннему возрасту и вхождению в дошкольный возраст. Основная задача для ребёнка – освоить мотивационно-потребностную сферу.

Мотивационно-потребностная сфера состоит из трех компонентов:

• Хочу – интересы, влечения, желания;

• Могу – осознании своей личности: сильные и слабые стороны, способности, уровень знаний и их объём, прогнозирование своих возможностей;

• Должен – ценности, запреты, социальные установки (всё что принято в обществе в целом), нормы, индивидуальные убеждения (сформированные в процессе получения знаний).

Все компоненты (Е. П. Ильин) имеют стимулирующую, управляющую и организационную функцию.

Ребёнок в этот период познания входит в психологический кризис 6–7 лет (Л. С. Выготский), он перестаёт быть непосредственным, теряется произвольность поведения, он начинает быть непослушным и на требования или критику взрослых может проявлять не свойственные ему реакции (упрямство, негативизм, отвержение).

Что же происходит? Он начинает концентрироваться на своих переживаниях, появляется осмысленная ориентировка. Происходит разделение внутреннего мира и внешнего, формируется внутренняя позиция (Л. И. Божович). Маленький человек перешёл к осознанию своего «Я-социальное», проявляющее в потребности новой позиции в семье и обществе.

В этот момент его автономность – это новый прорыв (психологическое новообразование) в жизни. Ему необходимо транслировать могу, хочу и должен совсем с другой позиции. Он уже другой, но не все это замечают. Когда родители не способны отследить момент взросления и перехода ребёнка к новой ступени развития, их отношение к нему остаётся прежним, что рождает у ребёнка феномен фрустрации и депривации потребностей.

Острая потребность в общественном признании, новых взаимоотношениях, в значимой оцениваемой деятельности может быть нарушена отсутствием сепарации от родителя. Это момент первой естественной сепарации, когда ребёнок начинает осознавать, что значит быть взрослым и что он ещё – не взрослый (Е. Е. Сапогова).

Как правило, все дети, которые не могут функционировать самостоятельно и эффективно – это дети родителей, которые «потакали им во всем», или совсем не занимались ими. Две крайности приводят к одному дисфункциональному поведению. В основе этого поведения ребёнка, а потом и взрослого человека – отрицании родителями новой позиции ребёнка, подрыв его веры в себе. У нас в культуре есть такое понятие как «человек со стержнем», в данном рассмотрении, этот стержень не может сформироваться. Такие дети не получали подкрепления со стороны родителей и не были ими положительно оценены вне семьи, что в итоге привело к отсутствию «Я социального».

Во взрослом возрасте, из-за отсутствия данного новообразования, человек имеет проблемы личностные и социальные: трудности в решении практических проблем, отсутствие рационального и критического мышления, трудности в принятии правильных решений (да и решений вовсе), чувство собственной глупости, бездарности, невезучести, страх сойти с ума, потерять над собой контроль, «существовать могу только в паре с кем-то», «жить без него не могу» – полное растворение в другом человеке (проблемы зависимостей).

Проблемы, связанные с презентацией себя обществу: страх выступлений, отстаивание своей позиции (её нет), страх сдавать экзамены, проблемы с зарабатыванием денег и их правильном распределении, убеждение, что неудачник по сравнению с другими ровесниками, неуверенность которая приводит к разрушающему поведению и социальной самоизоляции.

У людей с несформированной автономностью есть проблемы в постановке личных целей, профессиональной ориентации, отсутствуют навыки по достижению чего-либо, они и во взрослой жизни остаются детьми.

Возможно вы не согласитесь со мной и будете настаивать на том, что не может повлиять один два года жизни ребёнка на такие проблемы в жизни взрослого человека. Я хочу вам предложить пример связанный с определёнными схемами или комплексами, в контексте схема-терапии – «Уязвимость» (см. введение), которые ярко отражают все проблемы, которые испытывают люди из-за нарушения автономии и эффективности.

История Александра.

Уязвимость

Кабинет психолога, первая ознакомительная встреча.

– Когда я к Вам шёл, пространство меня одарило знаком, – произнес молодой человек назвавшийся Александром.

– Что же это за знак?

– Понимаете, в нашем беспокойном мире каждая синхронность может быть предупреждением об опасности или наоборот о правильности выбора. По дороге от метро до Вашего кабинета нужно пройти три церкви.

– В нашем городе церкви встречаются очень часто.

– Да, но звонили они очень странно. Как только я поравнялся с первой, на колокольне прозвучали три удара в малый колокол. Как я только поравнялся со второй, произошла тоже самое. А когда я поравнялся с третьей, звон раздавался уже от трех церквей. И тут я подумал, что это знак.

– Так к чему этот знак, – спросила я, понимая, что имею дело с особенным клиентом.

– Он означает, что я правильно сделал, обратившись к Вам.

– Что именно указало на правильность сделанного выбора?

– Как что? Я не чувствовал волнения, а был спокоен и даже может начал испытывать какую-то радость, что пространство одобрило мой выбор.

Александр, молодой человек тридцати двух лет, обратился за психологической помощью в надежде научиться контролировать свои эмоции при прохождении собеседования.

– В чём заключается трудность при прохождении собеседования?

– Я сильно волнуюсь, мысли путаются, страшно – чувствую, что меня могут принять за сумасшедшего.

– От чего такая уверенность, что все подумают именно это?

– Я постоянно в напряжении, боюсь, что сорвусь и начну орать или заплачу, а может умру.

– Часто это происходит? Я имею ввиду ор и слёзы.

– Нет, не происходят, я просто предполагаю, что вот-вот взорвусь и моё поведение будет именно таким. У меня всплывает картинка внутри, как в кино, где я вскакиваю и ору, а менеджер по персоналу сжимается, сжимается и превращается в маленькую скомканную бумажку. Но в жизни, по-другому.

– Замечали ли Вы что-то подобное раньше за собой?

– Жаль, в институте, когда сдавал экзамены, они мне давались трудно. Сам материал я знал, мне не сложно учиться, а вот сдавать экзамены – это ад. Меня же будут оценивать, мне страшно, меня тошнит, голова кружится, ноги становятся ватными. Намного проще всё написать, чем рассуждать на людях.

– Как справлялись?

– Мне помогал наш декан, по совместительству куратор моей квалификационной работы. Он знал, что мои знания намного выше моей презентации себя. Большую часть экзаменов я сдавал письменно, что мне очень помогло.

– Хорошо, что на Вашем пути появился такой человек, – произнесла я, задумавшись над проблемой молодого человека.

– Мне тревожно, что не смогу совсем найти работу. У меня есть высшее образование, не хочу быть больше у мамы системным администратором. Я согласен с родителями, что пора семью создавать, их внуками одарить. А как же я смогу это сделать, если моя зарплата не зарплата. Мне её мама выплачивает. Я живу с мамой и папой. Дома с родителями, на работе с родителями. А с другой стороны, я как подумаю, что я от них ухожу, у меня ноги подкашиваются, страшно становится, я же пропаду, я разрываюсь. У меня постоянное чувство, что сейчас что-то случится страшное, к чему я не готов. Мне самому очень трудно с этим справиться.

– Соглашусь с Вами, это сделать трудно, что-нибудь предпринимали, чтобы изменить ситуацию?

– Да, я занялся самопознанием и развитием сверхспособностей. Они мне понадобятся для того чтобы научиться влиять на других людей и быть более успешным.

– Зачем же нужна моя помощь?

– Я читал ваши статьи, в них много что мне откликалось, особенно когда применяются регрессивные техники для поиска травм детства. У меня детство было счастливым, но что-то в нём было такое, что мешает добиться новой работы и новой жизни. Мама говорит, что у нас какое-то проклятие на роду лежит со стороны папы.

– Правильно ли я поняла, Вы думаете, что трудности с прохождением собеседования как-то связаны с детством и проклятием?

– Конечно, может это не детство, а ещё раньше, при прошлых воплощениях. Я подумал, что Вы поможете мне всё исправить.

В этот момент я грустно улыбнулась. Поняла, что работа будет проходить через «тернии к звёздам», а начнётся она с определения мыслительных искажений, в частности таких как «моя жизнь зависит от колокольного звона». Возможна она не будет продолжительной и клиент, не получивши чуда откажется от терапевтического альянса, но попробовать стоит. Если это не расстройство личности, то вполне возможно, что привязка к реальности пройдёт успешно и проблема сильного волнения в ответственный момент будет снята.

* * *

– Сашенька, мальчик мой, ну, куда же ты пошёл? – заверещала женщина средних лет, пытаясь догнать бойкого малыша бегущего по дорожке парка. – Сынок, ты же можешь упасть. Пойдём играть в песочек.

В песочнице мама взяла инициативу в свои руки. Слепила все куличики, построила замок из песка, что с успехом делала и в жизни, отогнала «противного мальчишку». Саша внимательно наблюдал за её действиями, пытался что-то слепить сам, пытался как-то присоединиться к детям играющим рядом, но чаще всего это заканчивалась вмешательством в процесс мамы.

Папа не устранялся от процесса воспитания. Его функция заключалась в удовлетворении потребностей, по мнению мамы, очень важных и необходимых для их сына. А как не удовлетворять, сын был настолько ценным и долгожданным для них, что проявлять какое-либо сопротивление к требованиям мамы, расценивалось как предательство с её стороны. Их сын появился на свет после двенадцати лет брака, в тот момент, когда надежда на счастье пропала.

В процессе долго ожидания беременности, мама постоянно надеялась на чудо. Вместе с мужем они объездили практические все православные святые места страны, искали опору. Молились, просили о счастье материнства и отцовства.

Постепенно каждый месяц начал превращаться в пытку для обоих. Женщина ожидала отсутствия менструации, а мужчина её разочарования от того, что пришли месячные. В какой-то момент после нескольких лет страданий, мужчина решил сам пройти обследование на возможность иметь детей. Как оказалось, состояние его здоровья не было приспособленным к зачатию. Анализы показывали большую мутацию и малоподвижность сперматозоидов, что создавало невидимую и не совсем осознаваемую проблему. Вскоре медицина помогла, его здоровье поправили. По всем медицинским показателям он мог стать отцом. Но в этот самый момент началась большая депрессия у женщины, она устала от всей ситуации и её диагноз на тот момент звучал как «психогенное бесплодие». Через несколько месяцев её поместили в клинику неврозов, где она пробыла ещё несколько месяцев.

Однажды в пасмурное осеннее утро, женщина поднялась с кровати, резким движением раскрыла шторы, посмотрела куда-то вдаль и произнесла: «Всё, не хочу ничего. Бога нет. Дети – это не самоцель. Хочу стать дизайнером интерьеров». Она закончила обучение, через некоторое время вышла на работу, занялась йогой и танцами. Изменила причёску, похудела, стала очень внимательно следить за своей осанкой, чего раньше не наблюдалось.

Изменился её характер, стал более уверенным. С мужем она общалась на расстоянии. Он был для неё другом, с которым было надёжно и хорошо, были общие интересы. Расставаться с ним она не хотела, но и прежних отношений уже не было, они начали выстраиваться каким-то иным способом.

С сексом у них были проблемы, они перестали желать друг друга и если он случался, то это не приносило удовольствия.

У неё не плохо пошёл бизнес, в финансовой сфере она стала солидно стоять на ногах. Маленькая компания с пятью сотрудниками занимала практически полностью всю её жизнь, о детях с мужем даже не начинали какие-либо разговоры. Появилось увлечение духовными практиками, стала изучать различные эзотерические направления, которые вдохновляли её в работе и, по её мнению, делали бизнес более устойчивым и прибыльным. В какой-то момент она стала заниматься трансперсональной психологией, воспринимая её как продолжение эзотерических учений, что изменило её личность полностью. Чувство, что ей подвластно всё, раскрыло новый портал в неизведанную реальность.

Мужчина любил эту женщину. Стал смотреть на неё с другой стороны, не как на нежного, где-то беспомощного человечка, который зависел от него, а на самостоятельную женщину, партнёра и друга. Иногда его смущали эзотерические разговоры, каждый раз, когда разговор заходил об успехе, достижениях, смысле жизни. Его раздражал ход её мыслей, поступки, которые она могла совершить, но он очень быстро отходил, его чувство раздражения сменялось на печальное умиление женщиной: «Чего злиться на неё, она уж столько натерпелась… просто не надо на этом концентрироваться».

Однажды. Ох, уж это «однажды». Именно такое «однажды», сделало историю наших героев похожей на чудо, провидение, стечение обстоятельств или схождение звёзд.

Итак, однажды супруги отправились в отпуск на заграничный курорт вместе со своими новыми знакомыми, которые появились у жены. Между мужем и женой возникла страсть, да такая, что они последние два дня не выходили из номера.

Через месяц тест на беременность показал два бордовые полоски. Будущие родители от счастья чуть не сошли с ума. Мальчик родился в срок, здоровый, назвали Сашенькой.

Дальше история малыша развивалась по сценарию гиперопеки. Мама сама назначила себе декретный отпуск, бизнесом занялся муж. Мама была «сумасшедшей мамочкой» которая не секунды не могла прожить без Сашеньки. Все действия с утра до ночи приносили ей удовольствие и её неуёмный потенциал был направлен на сыночка. В детский сад ребёнок не ходил и чуть ли не попал на домашнее образование, но тут уж вмешался папа и взял обязанности за поддержку в образовании на себя. Надо сказать, Сашенька учился не плохо, у него был быстрый ум и ему очень легко давались математика, геометрия, физика, что расстраивало маму, так как она не могла в полной мере принимать участие в жизни сына. Иногда на этой почве в семье были ссоры между родителями.

– Дорогая, зачем ты ему рассказываешь какие-то сказки, в которые он действительно верит, – не унимался папа. – Ему нужно на естественные науки нажимать, он же мальчик.

– Это не сказки, это древние знания, до которых учёные ещё не доросли, – парировала ему мама.

Ребёнок слушал ссоры подобного толка и никак не мог понять, что от него хотят и почему всё, что рассказывает мама, так расстраивает папу. В остальном он рос ребёнком, которому ни в чём не отказывали. Что хотел, то и получал.

Отношения с ребятами у него складывались хорошо до класса четвёртого, до того самого момента пока у него не закончились истории, которые ему рассказывала вместо сказок перед сном мама. Он перестал интересовать окружающих ребят, тогда он решил стать магом чтобы вернуть своих друзей и управлять ими. Он стал тревожиться и прислушиваться к себе и просить у пространства сообщить ему знаки. Так как он выработал свою сигнальную систему с пространством, он стал немного спокойней, так не очень страшно. Система состояла из простых физиологических реакций. Если указательный палец подёргивается на левой руке – это означает, что она правильно поступает, если на правой, то не верно. Самое главное, то что он задавал вопрос некому образу, который у него сложился в процессе маминого «культурного просветительства» перед сном. Образ представлял из себя Солнечного Ангела, который проявлялся в виде облака или большого огненного шара. Общение с ангелом было актуальным практически всегда, когда Сашеньке приходилось контактировать со взрослыми. Ему трудно давались объяснения своего поведения, так как мама взяла с него клятву, что он никому, никогда в жизни не будет рассказывать про Солнечного Ангела и то, что они общаются. Объяснить учителю почему он на уроке ложиться на парту, накрывает голову книжкой и что-то шепчет, он не может. Вместо этого он стоял молча, повесив голову на грудь, перед всем классом, представляя, что большой Солнечный Ангел стоит за его спиной и прикрывает Сашу своими золотыми крыльями.

Шли годы, когда ему исполнилось двенадцать лет его ангел пропал и перестал выходить с ним на контакт. Мальчик очень встревожился, ему перестали даваться легко даже любимые предметы, он стал бояться выходить к доске и сделать ошибку так как его Солнечный Ангел уже не стоял с ним и не держал его за руку. Рассказать об этом маме он не решался, про папу говорить не стоит, тот быстро определил бы его ко врачам. Так и стал Сашенька практически всегда ожидать, что случится что-то плохое, постоянно искал подтверждения своим негативным мыслям. Чтобы справиться с постоянной тревогой, избегал практически всего стал «домашним мальчиком» на радость маме. Друзей у него не было, по инерции общался в школе, но заводить новые знакомства не стал, да и не умел.

В институтские годы его большим другом был папа, который ему помогал и практически за него написал выпускную работу. Ещё Саше помог друг папы – декан, которому Саша был очень благодарен. Он был единственным из преподавательского состава кого наш герой не боялся и мог свободно общаться. Так сложилось, что ему было проще общаться с людьми намного старше себя. Ровесники его сторонились и в скором времени вовсе перестали обращать на него внимание, тоже самое делал и Александр. Вскоре пришёл интернет ему в помощь. В этом пространстве у него было очень много друзей, даже тех, кто понимал его рассказы про Солнечного Ангела. Это стало единственной для него средой обитания, даже вплоть до секса, только там он мог найти девушку и самоудовлетвориться.

Поиски работы Александра не были успешными. Ему никто никогда не перезванивал или не отписывался. Его просто забывали, от чего он сильно страдал. Мама с папой говорили, да зачем тебе это надо, ты замечательно работаешь в семейном бизнесе. Александру хотелось большего – самостоятельности и как-то изменить свою жизнь. К сожалению, постоянные разочарования и страх во время собеседований, измотали его так, что он слёг с депрессией и стал бояться, что он умрет, так и не оставив человечеству чего-то очень важного и ценного. Вот так он пролежал целый месяц в кровати, под заламывания рук к небу мамы и долгие суровые взгляды папы.

Родители приняли решение определить его на лечение в клинику неврозов. Пока готовили документы, Саше не сообщали, но только осуществить своё решения они не успели. В одно прекрасное утро зашли в комнату сына, со скорбными лицами, но молодого человека они не обнаружили, кровать была пуста. Мама упала в обморок, отец кое-как справился с мамой и начал поиски пропавшего сына.

Александр нашёл выход из сложившейся ситуации. Через интернет, ему удалось выйти на очень сильного мага, который имеет доступ к высшим сферам. Тот пообещал вернуть контакт с Солнечным Ангелом, для защиты и обретения уверенности в себе, но на определённых условиях.

Условия оказались невыполнимыми, после единственного сеанса, на котором был установлен факт проклятия в прошлых жизнях, были оплачены пятьдесят тысяч за столь ценную информацию, общение с «очень сильным магом были закончены». Можно только догадываться почему их общение не продолжилось, наверно так сложились звёзды.

Следующая инстанция куда отправился Александр – психолог. В кабинете психолога Александр опустив глаза «просил регрессивный гипноз» и поднятие самооценки.

Конечно можно было бы и продолжить этот ряд в развитии, например, врач, но нам это мне это не известно. Спустя несколько сессий Александр, не получав чуда, применил стратегию «Избегание».

История Александра.

Взгляд психолога

Трудно описывать таких людей как Александр. Их естественное состояние часто принимают за как-нибудь «чудинку в характере» или за психическую неполноценность.

В основе такого не совсем адекватного, на первый взгляд, мышления и поведения лежит сильный страх «я не справлюсь с ситуацией и значит, моя психика разрушится».

На окружающих, такие люди, производят впечатление взрослого человека и ребёнка одновременно. Трудно воспринимать мужчину тридцати двух лет который свято верит во внешние могущественные силы, а самое главное в их влияние на него и возможность самому обрести влияние на них. Такое слияние внутреннего с внешним рождает особое мышление, которое мы называем «магическим мышлением». Этот вид мышления является один из самых древних и самых распространённых, но к сожалению, самым дезадаптивными в современном мире. Вот так виртуозно, не смотря на научное образование в этом человеке объединились два мира – рациональный и иррациональный.

При нормальном возрастном развитии личности такой образ мышления свойственен детям от 3-х до 5 лет [19]. Отсутствие четкого понимания «собственного Я» без чёткого руководства всемогущего взрослого, приводит к постоянному ощущению тревоги, катастрофизации, стереотипному мышлению (шаблонное мышление, которое не подвергается сомнению). Такое чувствование, в схема-терапии принято называть уязвимостью.

В психологии уязвимость – это особое состояние повышенной чувствительности, влияющее на психическое отражение реальности, которое может привести к травматизации психики. Уязвимость – это про высокую тревожность, в которой может сочетаться: страх, тревога, недоверие, боязливое поведение.

Причиной возникновения уязвимости могут послужить различные травмирующие ситуации раннего детства, в которых ребёнок не смог справиться с действительностью. Если такие ситуации повторяются часто, то во взрослом возрасте всё негативное, что возникает вокруг вызывает реактивное поведение в виде компульсивных ритуалов, которые не продолжительное время помогают снизить степень тревожности и защищают от сильных переживания. Со временем ритуалы становятся тягостными, человек начинает страдать от самих ритуальных действий, но самостоятельно прекратить он не в силах.

Уязвимые люди часто полагаются на «сигнальную систему безопасности». Мысли о том, что пространство наполнено руководящими знаками приводит к сверхгенерализации – обобщению «если мне не удалось пройти два собеседования, то я неудачник и ненормальный, меня никто никогда не примет на работу».

Вся их жизнь превращается в одну большую борьбу по предотвращению чего-то плохого. Хотя это плохое не имеет своих четких границ и не совсем осознаётся, но оно, по мнению уязвимого, настолько действительно, что и в взаправду может причинить ему горе, нестерпимые эмоциональные переживания, боль и возможно смерть.

Для того чтобы люди, постоянно находящиеся «начеку» начали воспринимать свою жизнь как естественную череду событий, достаточно помочь им обрести своё собственное восприятие в моменте. Важно помочь им научиться снижать степень давления мыслей о том, что опасное событие где-то рядом. Если говорить в терминологии схема-терапии, внутренняя часть личности Александра, которая захвачена внутренним беспричинным страхом – это «Испуганный ребёнок», который не может защититься сам.

Также здесь можно отметить ещё одну особенность Александра – влияние когниций (мыслей) на эмоциональное состояние. Он сам себе формирует тревожное состояние, когда думает об угрожающих обстоятельствах, которые могут (по его предположению) случиться. Он без сомнения верит, что не сможет справиться с ситуацией. Повышенная тревожность приводит к неэффективному поведению [17].

Стереотип того, что уязвимость – это состояние подавленного настроения, нерешительности, уход в себя и тому подобное, часто сбивает с толку людей, которые находятся с «Уязвимым» в коммуникации.

Например, в ситуации автоматической реакции на стресс у «Уязвимого» могут быть несколько форм реагирования или защитного поведения.

В схема-терапии чаще используются три формы копинговых (защитных) стратегий поведения, которые согласно теории являются дезадаптивными, то есть разрушающими:

1. Капитуляция – постоянно просит подтверждения, что все хорошо сейчас и всё будет хорошо и в будущем. Испытывает сильный страх, что случится катастрофа и он не сможет справиться с ней, но тем не менее постоянно смотрит видео с авариями, катастрофами, читает литературу, которая подтверждает возможность, что с ним возможно может произойти что-то плохое. Мысли: «причина всех неудач – это Я», «только я могу всё испортить», «если и будет что-то хорошее, но это от меня не зависит».

2. Избегание – избегают посещения мест, которые, по их мнению, не являются безопасными, избегают общения с людьми, которые, по их мнению, намного их успешнее и уверенней в себе. Избегание может развить фобические состояния [20].

3. Гиперкомпенсация – при данном виде защитного поведения «Уязвимый» применяет опасные приёмы. К ним могут относиться опасное вождение автомобиля, опасные виды спорта, он упорно стремиться к противоположности поведению «Капитуляции», применяет стиль поведения «Контрафобия» – мне ничего не страшно «тормоза придумали трусы».

Каждый человек может применять все три формы поведения, в зависимости от силы его темперамента, структуры личности и ситуации.

Например, человек со схемой «Уязвимость» может как капитулировать (свалиться в депрессивное состояние), так и гиперкомпенсировать – вести себя безрассудно, пытаться сделать опасность своей профессией. Но также не стоит забывать про избегание – это самый их излюбленный стиль поведения. Режим или состояние «Отстранённый защитник» помогает находиться в обществе, но одновременно в нём не находиться – избегание эмоций, отвержение помощи от других.

«Магическое мышление» которое описано в случае Александра, также отличительная черта «Уязвимого» выбравшего основную защиту поведения как гиперкомпенсация. В основе такого мышления – страх перед неосознанным, тревога и опора только на внешние более могущественные силы делает личность ригидной, заковывает в рамки и лишает спонтанности. Этот патологический процесс связан с так называемым «когнитивным слиянием», когда психика становится ригидной и практически не поддаётся каким-либо корректирующим воздействиям. Мышление становится на 100 % черно-белым.

Один из важных моментов в процессе терапии с «Уязвимыми» людьми относится к вопросу тревоги и состояний, которые осознаются и не осознаются в моменте, который пациент расценивает как опасный.

Декатастрофизация будет являться помощью справляться с искаженными мыслями, помогает снизить или полностью убрать панические атаки.

Камнем преткновения в случаях с данным устойчивым паттерном личности, по мнению многих специалистов, является страх перестать защищаться способами избегания и гиперкомпенсации [26]. Не будем забывать, что только путём укрепления здоровой части личности, её более реалистичного взгляда на жизнь психологическая помощь будет успешной и эффективной.

Отрыв от реальности – активирует чувство уязвимости, полное опасностей и неопределённостей. Александр не может справляться со своими тревожными импульсами по причине, что он не находится в зоне «здесь и сейчас», наблюдается отсутствие осознанности момента.

Александр с большим трудом начал своё движение к выздоровлению, но вскоре применил защитное поведение в виде «избегания», ко мне он больше не обращался.

Глава 3. Нарушение границ

Психологические границы личности – относительно новое понятие в психологии, которое, согласно психоанализу, обозначает преграды на пути удовлетворения ведущих потребностей в принятии, понимании, сочувствии и т. д. По утверждению Карен Хорни, психологической границей является комплекс внутренних рамок, который помогает адаптироваться к внешним ограничениям.

В. П. Зинченко предлагает рассматривать психологические границы как функциональный орган, который даёт возможность «Я» взаимодействовать с внешним миром. Это не физическая, а виртуальная граница, состоящая из действий (например, поведения) [9].

Психологические границы формируются, развиваются на протяжении всей жизни. Если границы оптимальны и имеют свойство быть пластичными, тогда личность может эффективно приспосабливаться/адаптироваться к ситуации и её функционирование будет совпадать со своими желаниями и возможностями (Щукина). В отсутствии границ, конфликт между желаниями и возможностями делает жизнь полной тревоги и неопределённости.

При наличии внутренних границ, которые являются регулятором взаимодействия с внешним миром, личность является успешной и обладает такими функциями как самодисциплина, умение двигаться по пути долгосрочных планов, соблюдение обязательств, уважение прав других людей на самовыражение, ответственность за других людей в профессиональном контексте.

Для того чтобы более точно понять, что такое «психологические» границы, я предлагаю рассмотреть, что же разграничивает или ограничивает в личности эти границы.

Думаю, что вы согласитесь со мной, что внутри этих границ располагается некое пространство, которое собственно они и защищают. Что это за пространство? Раскрыть этот вопрос поможет Роберт Бернс и его «концепция Я».

Во-первых, у человека должен быть сформирован некий образ о самом себе. Он состоит из:

а) когнитивной (или мыслительной) составляющей – что я думаю о себе самом;

б) эмоциональная составляющая – мой эмоциональная установка о себе или самооценка;

в) поведенческие реакции – я так себя веду.

Если представить эти составляющие как части внутри какой-либо сферы, то сама сфера и будет являться нашей личностью с чёткими границами и внутренним содержанием. Такая личность понимает себя и других.

Если оболочка сферы не чёткая, а расплывчатая или диффузная, то границы такой личности называются интрузивными, т. е. человек не осознаёт своих границ и не понимает границ других. Проблема такого человека будет заключаться в том, что любая критика в его адрес будет восприниматься как агрессия, унижение, домогательство, предательство.

Сам Р. Берн представлял всю структуру личности с границами в виде пирамиды на вершине которой расположились «Я концепция» или глобальное представление индивида о самом себе включая физические границы, личностные границы, психологические границы и т. д.

Вся структура, по мнению Берна, имеет определённые модальности, которые имеют свою направленность:

1. «Я реальное» – представление о том, кто я такой на самом деле, какие у меня способности, какие у меня знания, как я переживаю, каково моё поведение.

2. «Я социальное» – что думают обо мне другие.

3. «Я идеальное» – представления о себе в перспективе, каким я могу быть.

Эта структура подвижна и может меняться в зависимости от обретения человеком жизненного опыта. Что-то будет укрепляться и станет более крепким и более весомым, а что-то наоборот станет легче и придаст личности большую пластичность, а значит большую адаптивность в социуме.

Психотерапия часто встречается с феноменом не сформированных психологических границ. Схема-терапия выделяет отдельный домен «Нарушение границ», где рассматриваются внутренние психологические границы в контексте взаимодействия человека с другими людьми. Две схемы – «Привилегированность / грандиозность» и «Недостаточность самоконтроля» являются следствием несформированных границ. Зарождаются они в период детства, когда основными навыками, которыми должен овладеть ребёнок являются навыки: развития своих способностей к самоконтролю, принятие и следование правилам, принятым в семье или обществе, ребёнок должен научиться учитывать интересы окружающих (см. введение).

Во взрослом возрасте, они испытывают трудности в межличностных отношениях, трудности с контролем и сдерживанием своих эмоциональных проявлений или импульсов, не способны к долгосрочным обязательствам, не умеют сотрудничать, очень плохо переживают фрустрации (не совпадение желаний и возможностей).

Личность с проблемами недостаточности самоконтроля практически не может достичь каких-либо высот, так как очень часто конфликтует с другими. Не может отложить сиё минутное удовольствие, ради выполнения рутинной работы.

Личность с проблемами привилегированности / грандиозности придаёт слишком большое значение своему статусу в обществе, полагает, что имеет особые привилегии по отношению к другим. Испытывают большую трудность во взаимодействии с другими людьми: всегда доминируют, всегда ищут власти, циничны, не толерантны, считают, что имеют особое право делать всё, что им захочется.

История Марка.

Гиперкомпенсация

Всё чаще стали приходить на консультации родители, которые не удовлетворены общением со своими взрослыми детьми. Меньше приходят взрослые люди, которые не умеют общаться со своими престарелыми родителями. Мир меняется, а тургеневский вопрос взаимоотношения отцов и детей остаётся открытым. Ко мне обратился мужчина лет шестидесяти по поводу отношений со своим двадцати девятилетним сыном.

– Мне нужно научиться с ним общаться. Возможно так я смогу исправить всю ситуацию.

– А хочет ли Марк её исправлять?

– Мне думается, что не очень. Возможно он, также, как и я, не знает, как это сделать.

– Тогда давайте спросим об этом у него самого, зачем же всё додумывать за других.

– Ну, что Вы, он не пойдёт к психологу, он не верит вам. Извините.

– А кому он верит?

– Мне это не известно. – Произнёс мужчина, немного помолчал и начал рассказывать историю Марка.

– Я влюбился в его мать с первого взгляда. Было в ней что-то такое очень нежное, дерзкое и обречённое на разрушение, – начал свой рассказ отец Марка, – ей было двадцать, а мне почти сорок. Я женат и совладелец большого бизнеса, а она выпускница академии хореографии.

– Она была вашей любовницей? – спросила я.

– Какое-то время, да. Спустя полгода наших встреч, я оставил жене солидный откуп и ушёл к своей Лилит, я так её называл. Она была настолько привлекательна и губительна для меня, что я терял голову… У меня и сейчас дух захватывает, когда я её вспоминаю в молодости.

…Мы были настолько влюблены в друг друга, что со стороны это казалось полным сумасшествием. Для меня она была богиней. Её блестящие глаза с большими чёрными зрачками и сумасшедшие поступки постоянно меня возбуждали и подстёгивали, от этого я чувствовал себя молодым, двадцатилетнем пацаном, который выиграл миллион и полюбил королеву.

Моя Лилит терпеть не могла осени, зимы и ранней весны. От них мы бегали по тёплым странам. Однажды мы задержались на островах и начался период дождей. Постоянный дождь. Радости никакой, как у нас осенью.

Через три дня дождя, моя красавица слегла. Она постоянно лежала, закутавшись в простыню с головой или сидела, раскачивалась и напевала что-то себе под нос. Говорила мне, что ей скучно, очень скучно и огромная тоска как большая чёрная дыра в груди. Она перестала есть. Ещё через два дня я понял, что что-то случилось и мне нужно её выводить из этого состояния. Через сутки мы были уже дома. Обследование показало, что у неё анемия и она скоро поправиться, чему я был рад.

Спустя некоторое время Лилит опять стала весела. В этот год она забеременела. К сожалению, беременность для неё стала каторгой, она еле выходила положенный срок. Мальчик родился здоровый. Мама в отличие от своего новорожденного сына, была подавлена, её ничто не радовало – послеродовая депрессия. Я вышел из ситуации, купил на одном из островов средиземного моря домик, куда и отправился жить вместе со своей семьёй. Так мы прожили замечательных два года.

Возвращаться домой пришлось. Лилит опять стала уж слишком возбуждённой, требовала секса. Когда она его не получала, убегала из дома. Городок, где мы жили, был настолько маленький, что слухи о русской женщине вечером завлекающей в оливковую рощу мужчин стал излюбленной темой аборигенов. Продолжалось это не долго, я взял Марка, жену и мы вернулись в родной город.

У Марка появилась няня. Мама потеряла какой-либо интерес к сыну, была очень занята собой. Через некоторое время её госпитализировали в острой маниакальной фазой в психиатрическую клинику. Скорая подобрала её на вокзале, где она танцевала и выкрикивала: «Я – Анна Каренина, это последний танец Анны». Из больницы она вернулась с диагнозом биполярного аффективного расстройства (БАР)…

* * *

Так получилось, что всё это время отец Марка так и не подозревал, чем больна его Лилит. Теперь всё стало на свои места. Он не мог просто так бросить любимую женщину, вскоре он отправил её в Швейцарскую клинику на лечение, которое затянулось на пять лет. Всё это время он воспитывал сына один отвергая предложения сестры и матери. Он считал, что это особый его долг, когда жена поправиться, всё станет на свои места.

Марк был рад, что мама вернулась. Правда она была какая-то очень спокойная и практически не обращающая ни на кого внимание. Чаще она сидела у окна и рисовала акварелью, иногда давала свои кисти и краски Марку, что ему очень нравилось. Марк её запомнил именно такой спокойной, без эмоций и желаний. Хотя он помнил, как они с мамой бегали по берегу моря и бросали в воду камешки, помнил её развивающиеся кудрявые волосы и серо-голубые глаза с большими чёрными зрачками. Для него это было самое счастливое воспоминание из детства, о котором он рассказывал отцу.

Самым неприятным воспоминанием стало происшествие, которое помнили все, но не упоминали о нём никогда. Болезнь отступила на время, и женщина стала заботиться о своём сыне, которому уже было семь лет.

В тайне от всех мама перестала принимать лекарства, которые муж заботливо выписывал из Швейцарии. Её поступок превратился в трагедию для сына.

Лилит почувствовала силу в себе и как-то перед новым годом, решилась поставить домашний спектакль для детей и их родителей, тех немногочисленных друзей мужа, которые были ему преданы. Кульминацией спектакля должен был быть её танец с длинным алым шарфом, символизирующим связь, поколей. Репетировали долго, заигрались. Мать показывала сыну танец Айседоры Дункан и накинула на его шею один конец шарфа. Встала на пуанты и потянула шарф к себе. Вместо того чтобы сын просто прижался к ней, сын начал хрипеть. Она стояла и дёргала шарф. Её большие черные зрачки смотрели в одну точку на шею и алый шарф. Мальчика спасла горничная, которая вошла в комнату. Она оттолкнула хозяйку, быстрым движением сняла шарф с шеи мальчика, подняла в доме шум.

Когда приехала бригада и её вновь госпитализировали, открылся её обман с таблетками. Она призналась, что уже три месяца их не принимала.

Вскоре рядом с большим домом, появился маленький, но очень уютный и многофункциональный домик, где поселилась мать Марка и её сиделка.

Мальчик практически перестал общаться с матерью, мог видеть её издалека, гуляющей с сиделкой или сидящей у окна в кресле. В один день она исчезла из жизни Марка. Со слов отца ей стало совсем плохо, и она навсегда отправилась жить в Швейцарскую клинику.

Прошло семь лет, когда Марк узнал, что у отца есть другая женщина, он не мог принять, с его точки зрения, «измену» отца. Молодому человеку было обидно за мать. Переживания были настолько сильными, что Марк «включил режим» трудного подростка.

Молодой человек стал вести себя не совсем адекватно. Перестал заниматься учёбой, стал дружить с мальчиками, которые постоянно пытались доминировать. Настоял на том, что он уже взрослый и будет возвращаться домой самостоятельно, выбирать одежду, которая нравится ему, а не принято носить в их обществе, есть только то, что ему хочется. Четко разграничил границы, в которые он мог впускать отца.

Характер его изменился, ему нужен был друг, который мог бы откликнуться на его переживания и поддержать его. К сожалению, такого друга не нашлось. Вместо этого постоянно нужно было доказывать свою принадлежность с определённому классу. Он стал нервным, раздражительным, любое малозначительное происшествие приводило его в мрачное унылое состояние. Особенно мрачнел, когда наступал дождь. В тоже время, улыбка девушки или удачная шутка в сериале поднимали ему настроение, и он был таким, как и прежде хорошим весёлым Мариком.

Определяться и как-то искать самостоятельности от отца, молодой человек не спешил. Отец стал для него источником дохода и напоминанием о постоянно ноющей ране связанной с предательством мамы. В итоге Марк превратился в типичного неконтролируемого представителя «золотой молодёжи», который не подчинялся даже отцу.

«…Я смотрел на своего сына и в какой-то момент, всем своим поведением, слезами и смехом он напомнил мне его мать. Тогда я испугался и подумал, что у него тоже может быть эта страшная болезнь, а я требую от него того, что он просто не в состоянии сделать. Вот сейчас он плачет, а пройдёт некоторое время, и он будет весел, как ни в чём не бывало. Пойдёт в свою комнату и будет лежать в постели дня два, а потом куда-нибудь уедет. В тот день, когда он поставил крест на себе, были и лёгкие наркотики, и алкоголь…»

Закончился протест Марка следующим образом.

Приятное тепло окутало молодого человека, глаза закрывались, поддаваясь неге. Он с трудом удерживал руль автомобиля. В голове проносились мириады звезд, всё тело стало лёгким как перышко. Образ красивой девушки манил его куда-то ввысь, а вокруг зеленели травы и журчали ручьи. Природа взяла своё, он провалился в глубокий сон.

Если бы не гул сирены скорой помощи, он находился бы в таком состоянии и дальше, но возвращаться пришлось. Его автомобиль на высокой скорости въехал в автобусную остановку, погибло четыре человека. Когда молодой человек выбрался из чуть поцарапанного внедорожника, получив больше ущерба от подушки безопасности, чем от столкновения, на остановке стояли и плакали люди. Голосившая женщина склонилась над лежащей на тротуаре маленькой фигуркой накрытой белой простыней.

– Папа, у меня тут маленькие неприятности, приезжай за мной, – сказал молодой человек в смартфон, – не поеду я ни куда, менты насели. Чего они тут… сами виноваты, а на меня всё сваливают. Их никто не просил тут стоять, я не виноват. Давай быстрее, а то тут сумасшедшие меня разорвут.

Дальше не последовало ничего. После шумихи телевидения, долгих судебных экспертиз и разбирательств, Марка признали не вменяемым, отец стал опекуном. Закон был нарушен, отец спасал своего единственного сына. Помогла и болезнь матери, которая якобы явилась причиной его психического расстройства и импульсивность Марка, его маломотивированная смена настроения.

Что делать с жизнью Марка дальше, его отец не знал. Ему очень хотелось прекратить «смотреть этот кошмарный сон», но как это сделать он не понимал.

История Марка.

Взгляд психолога

История, которую вы прочли выше, является обычной, при условии, если в вашей семье проживает психически больной человек. По-другому оно и не могло выстроиться. Дети, родители которых больны маниакальными, психотическими, шизофреническими расстройствами, развивают свою личность с «вкраплениями» данных расстройств. Сам по себе человек не является душевнобольным, но поведенческие реакции могут соответствовать заболеваниям. Адаптация сохраняется в полном объеме, но некоторые черты характера мешают быть «нормальным». Марк, как в последствии было установлено, имел акцентуацию характера по лабильно-циклоидному типу (Личко).

Характерные для данной акцентуации фазы «хорошо» и «плохо» непродолжительны, максимум два-три дня, в отличие от маниакальной и депрессивной фаз БАР. Ещё характерно для данной акцентуации отсутствие чрезмерной реактивности эмоций. Нет молниеносной смены «хорошо» и «плохо», весь процесс проходит плавно. При состоянии «плохо», отсутствует вялость и бессилие, все события воспринимаются через призму негативизма.

Выявить у подростка данный вид акцентуации трудно. Подавляющее множество людей, в подростковом периоде имели депрессивное настроение и были настроены негативно или вызывающе. Личность в этот период учиться и получает новообразование в виде умения общаться с другими людьми.

Что же происходило с Марком с точки зрения схема-терапии?

Это был опыт Марка, его детский опыт, который не сотрёшь. В нём, как в калейдоскопе, смешивались разные состояния и поведение взрослых, которое любой ребёнок копирует и примеряет к себе. Он примерил к себе импульсивность, эйфорию матери и нормальные состояния отца. Он не мог определить какой он есть на самом деле, реалистичное представление о себе отсутствует. Очень быстро он понял свою особенность, сделал выводы, что шансов выжить без отца у него не будет. Таким образом он объявил себя человеком с «особыми правами на зависимость» (Young). Все вокруг него должны заботиться о нём, удовлетворять его потребности. А если этого не происходило, Марк сердился, начинал вести себя надменно. Где-то даже шантажируя отца своим «плохим» состоянием, ведь оно было так похоже на состояние его матери.

Очень уж эта схема ригидна, её трудно ломать, из-за большой вторичной выгоды «у меня всё есть, зачем что-то менять?». Действительно, добровольно отказаться от благ, которые предоставляет ему мир в образе отца, ради какой-то там взрослости и умения принимать решения и брать ответственность на себя, зачем? Миллионы людей мечтают о такой жизни, а она им не доступна. О каких изменениях идёт речь? Ему не приходила на ум мыль о том, что отец не вечен и взрослеть придётся рано или поздно (если поздно, не факт, что вообще получится). Хотя если поразмыслить, он спокойно мог бы продолжать свою жизнь «паразита общества» получая проценты с акций отца в компании, если бы тот умер. Только творчество, труд, созидание, саморазвитие делает нас людьми, которые способны жить полноценной жизнью.

Марк долго сопротивлялся пониманию важности изменения своего видения и поведения. Его всё устраивало, даже психиатрический диагноз. Для Марка настолько было естественным его поведение («…я не один такой»), образ мыслей, импульсивность которая привела молодого человека к недостаточности самоконтроля: дезорганизованности, употреблению психоактивных веществ, острому избеганию дискомфорта (физического и психологического).

В итоге ему помог приём «жёсткая любовь» со стороны родителя, который начал выставлять свои жёсткие рамки в личностных границах. Важным мотиватором изменений стал ультиматум отца. Молодой человек получил минимальную финансовую поддержку с обязательным условием посещения психотерапевта. Основной запрос на терапию звучал примерно так: «Хочу научиться уважать других людей и научиться с ними общаться».

Глава 4. Направленность на других

В детском возрасте все смыслы ребёнка сводятся к взаимоотношениям со значимыми для него взрослыми людьми. Важность этих взаимоотношений оставляет свой отпечаток во взрослой жизни, но не всегда в адаптивной форме.

Дезадаптивными проявлениями могут быть – покорность, самопожертвование, поиск одобрения. Именно эти три схемы (жесткие, трудно поддающиеся изменению паттерны личности) в схема-терапии составляют домен «Направленность на других».

Зарождение проблемы происходит в раннем детстве, когда ребёнок полностью зависим от взрослого и не имел свободы выражения своих наклонностей, желаний. Если у ребёнка нет возможности проявлять свои эмоции, удовлетворять безусловные эмоциональные потребности, то он начинает адаптироваться иным способом, но не функционально. Ребёнок изо всех сил пытается быть хорошим, при любом случае демонстративно показывать свое «правильное поведение». Получение восхищения его персоной «какой хороший мальчик» становиться нормальным и при отсутствии похвалы у ребёнка повышается тревожность, недовольство, он испытывает чувство отвержения. Оценка других является ориентиром самооценки: «Я чувствую себя более уверенно, когда меня хвалят».

Во взрослом возрасте, люди страдают от того, что их поведение полностью зависит от реакций других людей. Они постоянно отслеживают всех, кто высказывается критично в их адрес. Последующая стратегия взаимоотношений выстраивается как заискивание перед критиком.

В некоторых случаях, личность, полностью захваченная данными схемами, настолько отождествлена с ними, что человек считает данное поведение естественным и вполне приемлемым. Он не понимает, что его переживания и страдания связаны с неудовлетворением ранних детских эмоциональных потребностей, которые приводят к дезадаптивному поведению.

Например, схема «Покорность». Личность с наличием данной схемы передаёт функцию самоконтроля на других. Как пишет Джеффри Янг (2005) такая направленность имеет два основные формы:

1) подчинение потребностей: подавление собственных желаний;

2) подчинение эмоций: эмоциональные реакции человека всегда под контролем, особенно гнев.

В итоге собственные потребности всегда считаются неважными и не заслуживают внимания.

Прокрустово ложе, схемы «Покорность» – чрезмерное соблюдение правил и сильное желание угодить другим людям. Человек растворяется в желании угодить. Состояние внутреннего напряжения настолько высоко и, как следствие, может привести к различным рода психосоматическим заболеваниям. Постоянный хронический стресс приводит к личностным расстройствам. Например, к неконтролируемым вспышкам негативных эмоций.

Так как направленность на других очень тесно связанна с эмоциональным реагированием, то степень выраженности подавления или проявления эмоции, напрямую зависит от темперамента человека – базового биологического свойства личности (Русалов).

Темперамент важно учитывать при рассмотрении коммуникативной сферы человека, его субъектно-ориентированных стратегий подведения.

Далее уместно вспомнить теорию В. Н. Мясищева, где он выделил особую категорию отношения личности – категория отношения к людям, которая является «решающей и определяющей» во взаимоотношениях [25].

Например, в случае воспитания ребёнка в жестких рамках с ценностными установками «нужно быть только добрым (запрет на проявление негативных эмоций), прощать всем любую агрессию или несправедливость, в особенности родителям, «не будь жадиной, отдай всё, что у тебя есть», во взрослом возрасте личность примет форму депривированности, т. е. лишения учёта своих личных потребностей. Поведение депривированного взрослого будет зависеть от силы темперамента, силы волевого компонента, который «отвечает» за внутреннюю мотивацию.

Если биологическая основа является сильной и подвижной, то скорее всего, защищаться от негативного влияния окружающих и нарушения его ценностей он будет гиперкомпенсионным путем – нападаю и бью первым. В случае слабого темперамента, защитой будет капитуляция – замри и умри, смирение. В любом из этих вариантов общее состояние и функционирование личности будет являться негативным, дисфункциональным.

Психологи часто сталкиваются с жалобами клиентов на снижение или отсутствие мотивации. Как показывает практика, из двух функций воли: побудительной (мотивационной) и тормозящей, у людей с направленностью на других, более сильной является вторая. Человек сознательно тормозит свои побуждения и стремления, отказывается от удовольствия. Данный пример не является константой. Направленность мотива может сохранять побудительную функцию. На примере людей с нарциссической акцентуацией характера, нарциссическим расстройством личности вся сила мотива направлена на поиск признания и восхищения. Вся жизнь для них становится постоянной подпиткой собственной самооценки через оценку со стороны других.

Для людей с паттерном личности самопожертвование, вся сила мотива направлена на чрезмерную ответственность за других. В основе такого мотива – сильные эмпатические переживания. Человек тонко чувствует переживания других, но на таком уровне, что не в состоянии сам пережить такую раздирающую душу боль. Следовательно, он будет делать всё чтобы снизить степень душевных переживаний другого, не требуя ничего взамен. Такие проявления характеры не только для людей с самопожертвованием, но и для людей с созависимостью, эмоциональной зависимостью от партнёра.

Изменить при помощи психологической коррекции вышеприведённые дисфункциональные паттерны личности возможно. При условии отягощённости личности каким-либо расстройством, коррекция направлена на формирование новых навыков эмоционального реагирования и поведения. Схема-терапевт помогает обучиться новому более эффективному, продуктивному эмоциональному реагированию и поведению, развивает навыки саморегуляции. Если механизм саморегуляции запущен, то тогда личность будет самостоятельно совершенствоваться в течение всей жизни.

Механизм саморегуляции или произвольного управления описывал в своих работах Е. Ильин, который рассматривал волевой компонент как самоуправление с помощи сознания. Такая позиция говорит нам о том, что человек сам инициирует свои волевые функции, в процессе принятия решения создаёт, если можно так сравнить «протокол действия», согласно которому он будет действовать. Составляющие этого протокола имеют сложную структуру, поэтому следует учитывать не только психологические аспекты, но и психические, которые задействуют произвольные и не произвольные мозговые механизмы [18]. В случае снижения функции или поражения, психического аппарата самостимуляция и самомобилизация невозможна.

Иными словами, виды дисфункциональных частей личности – поиск одобрения, самопожертвование, покорность, зависят от множества вышеописанных составляющих, но с учётом взросления, саморазвития, позитивного общения с людьми могут ослабевать. Могут проявляться не как постоянный паттерн личности, а как фрагментарное реагирование на сильные триггерные ситуации или полностью нивелироваться.

При проведении коррекционных мероприятий (изменения личности) по развитию саморегуляции, хорошие результаты показывают когнитивно-поведенческие техники, техники осознанности, техники развития эмоционального интеллекта. Схематерапия, в практической своей части, включает техники данных направлений. В конце книги я приведу несколько из них, которые вы сможете по мере надобности применять самостоятельно.

Далее я хочу предложить вашему вниманию два примера связанных с проявлением схем «Покорность» и «Самопожертвование», значение которых может быть не корректно понято. В общественном понимании они приравнены к «Смирению» и являются противоположностью гордыни, которая осуждается. Я постараюсь донести на примерах, что не всё так однозначно, и высшая добродетель «Смирение» включающая в себя кротость и жертвенность, может быть не проявлением высших духовных способностей, а последствием детского негативного опыта. Любой, на взгляд взрослого, неприятный случай может стать для ребёнка глубокой травмой, которая может повлиять на всю его жизнь в будущем.

История Галины.

Покорность

Если бы не знакомая психолог Ольга, которая работает в центре реабилитации женщин, подвергшихся насилию, моя встреча с Галиной могла не произойти никогда. Женщины, которые с детства сориентированы на подавление своих потребностей, не обращаются самостоятельно за помощью. Так и в этот раз, женщину тридцати пяти лет привели ко мне, можно сказать за руку. По мнению психологов центра, ей требовалась дополнительная помощь помимо групповой когнитивной терапии.

В реабилитационном центре составили её психологический портрет:

• женщина, 39 лет, образование высшее не законченное, место жительства г. N, по месту постоянного пребывания не проживает, семейное положение – замужем.

• в центр была размещена сотрудниками полиции по решению суда о «прохождение курса социальной реабилитации» на основании судебно-психиатрической экспертизы.

• шатенка, чуть выше среднего роста, астенического типа сложения, сутулая. Особенности во внешности: при осмотре врача центра на теле в области верхней части спины присутствует татуировка в виде дракона с крестом, размер от седьмого шейного позвонка до середины лопаток, цветная, потёртая. На поверхности тела имеются следы проколов (пирсинг).

• эмоционально холодна, амимична, агрессию не проявляет.

• на контакт идёт не охотно, плохо приспосабливается к новым ситуациям, на вопросы работников центра отвечает вяло, в движениях проявляется заторможенность. За три месяца пребывания контакт с пациентами центра не наладила. На групповой терапии чаще уходит в себя, чем идёт на контакт. Мотив к психологической коррекции снижен, не проявляет активности.

• мышление в пределах нормы, патологий не выявлено, присутствует настрой на негативное восприятие окружающей действительности.

• в отдельных ситуациях может самостоятельно пойти на контакт с работниками центра, чаще по организационным вопросам. Общение формальное.

• по результатам судебно-психиатрической экспертизы недееспособность не подтверждена, психика в пределах нормы.

– Да, уж… случай тяжёлый, – произнесла я, поднимая глаза от бумаг с историей Галины.

– Конечно тяжёлый, сколько она пережила, как только жива осталась или умом не тронулась, – вторила Ольга.

– Почему она такой можно ещё понять, а вот составить дорожную карту по социализации и её отработать – очень трудно.

– У нас в центре нет ресурса для этого случая, а помочь-то хочется.

– Я понимаю, твои переживания и устремления, но как мы можем с тобой всё это проделать? Для неё нужна такая степень реабилитации, которая вернула бы ей доверие к миру, а это нужно жить с ней. Минимум, стать для неё другом, а ещё лучше, чтобы она почувствовала материнские чувства по отношению к ней. Это в кино всё быстро, а в жизни на это уходят годы.

– Ты сомневаешься, что у нас что-то получится?

– Доля сомнения конечно присутствует, – с тревогой произнесла я. – Надо реально оценивать свои возможности и ресурсы. Мы же с человеком работаем, а не с куклой.

Мы ещё долго обсуждали эту проблему и в итоге пришли к общему соглашению. Для начала, на два месяца, я вместе с Ириной переселяюсь на дачу к Ольге. По выходным к нам будут приезжать хозяйка дачи с детьми и мужем, мой муж и сын. Задача, которую мы поставили перед собой – заключалась в том, чтобы показать Галине, что в семьях могут быть здоровые отношения, где люди доверяют и любят друг друга, можно высказать свои желания. Данный вид работы был направлен на то, чтобы ей было проще и более спокойнее общаться в группе в центре. Задачи полностью её исправить мы не ставили, смотрели реально на вещи. Позиционировать себя мы стали как друзья, не обещая семейных отношений. Нам было нужно чтобы она начала психологическую работу, чтобы у неё появился мотив. Самым сложным было получить согласие администрации центра и непосредственно Галины. Этим вопросом занялась Ольга, что получилось у неё весьма успешно.

Так началась наша с Ольгой помощь, по сути своей, маленькой беззащитной девочке. Через четыре месяца работы, контактность Галины стала проявляться, она потихоньку начинала нам доверять, а через десять месяцев она рассказала нам свою историю.

* * *

– Мне трудно говорить, я привыкла больше слушать, – тихим, немного сиплым голосом произнесла наша героиня.

– Мы не будем тебя заставлять что-то говорить, что захочешь, то и расскажешь, – с сочувствием произнесла Ольга.

Мы договорились, что женщина расскажет три случая из своей жизни которые связаны с детством, подростковым периодом и взрослой жизнью, те, которые не забываются и постоянно напоминают о себе. Люди с тяжёлой судьбой часто смешивают времена, получается своего рода постоянное действие в «здесь и сейчас», но полностью негативного (разрушающего) содержания. Неважно, когда оно происходило, для них это только сейчас. Сильное погружение в проблему и концентрация на негативе, часто мешает начать психотерапевтический диалог. Только терпение и сочувствие терапевта поможет страдающему рассказать миру как ему плохо, трудно, что он переживает.

Детство

В моём детстве входные двери в квартиры оставались всегда открытыми, их закрывали только на ночь. Помню мне было лет пять. Бабушка отправилась в магазин и взяла с собой старшую сестру, я осталась одна. У меня было много игрушек и я с удовольствием играла, придумывала разные игры. В какой-то момент в входную дверь кто-то стал очень сильно стучаться. Дверь была деревянной и мне маленькой пятилетней девочке казалось, что она сейчас рухнет и из-за неё появиться большое чудовище, которое меня убьёт. Я стояла в коридоре перед входной дверью и моё сердечко колотилось, было очень страшно. Я не плакала, настолько мне было страшно, но и на помощь тоже не звала.

Спустя некоторое время дверь, так как она была открыта, распахнулась и на пороге вместо большого страшного чудовища, полустоя, опираясь одной рукой на дверной косяк, проявился чудовищно пьяный сосед, который жил двумя этажами ниже. Глаза его были затуманены, видно, что он передвигается на полном автомате, не понимая, что происходит и где он сейчас находится.

Промычав что-то себе под нос, спотыкаясь и падая, он отправился в детскую, где всем своим грузным телом, в грязной одежде и ботинках, рухнул на мою кровать. Перевернулся на бок, уткнулся лицом к стенке и заснул.

Сказать, что мне было плохо, я не могу, у меня как бы отключилось всё. Помню, что описалась и долго плакала.

Когда бабушка с сестрой пришли, я ещё продолжала плакать.

– Ты чего ревёшь? – спросила входящая бабушка.

– Там, пьяный Петка на моей кровати спит.

– Какой Петька?

– С третьего этажа, он долго дубасил в дверь, а потом ввалился.

Дальше, мной никто не занимался, а стали решать проблему с пьяницей соседом.

Когда тело Петьки было забрано престарелой матерью, бабушка объявила, что теперь дверь будет запираться всегда и каждый должен носить ключ.

Пришли родители и сидя за ужином долго смеялись над забавной историей про алкоголика Петьку, который перепутав этажи и квартиры завалился спать на Галкину кровать, так как его кровать стоит там же, но двумя этажами ниже.

Наступила ночь, пришло время ложиться спать. Бельё на кровати поменяли. Мама пришла уложить спать нас с сестрой.

– Ну, борец с алкоголиками, давай ложись спать, – произнесла весёлым тоном мама.

– Я не буду туда ложиться, – опустив глаза произнесла я, и слёзы хлынули из моих глаз.

Ещё долго мама уговаривала меня лечь на кровать. Она сидела на ней, а я стояла чуть поодаль. Сестра, которая была свидетелем всех этих происшествий, всем своим видом показывала, что это только наше дело и она к нему не имеет никакого отношения.

– Мааам, выключай свет, я уже спать хочу, мне в школу рано вставать, – пискляво произнесла сестра.

– Вот, ложись спать, сестре завтра рано вставать, – настаивала мать.

– Ну, не хочет ложиться пусть стоит в углу всю ночь, – предложила сестра.

Мама подошла к Галочке, взяла её на руки и положила на кровать.

– Всё хватит концертов, быстро спать, не морочь мне голову, – уже раздражением произнесла мама. – Коленца мне тут начала выбрасывать, внимание привлекает. Спать немедленно!

Деваться было некуда, пришлось спать.

Подростки

Галине исполнилось пятнадцать. Она чувствовала острую нехватку свободы, захотелось бунтовать.

Во все времена, для того чтобы снизить степень своих переживаний и высвободить эмоциональную энергию подростки танцевали. В каждой культуре есть свой танец, который отражает личность. Во времена юности Галины данную функцию выполняли «дискотеки» – танцы под музыку, чаще иностранных исполнителей. Никто ничего не понимал, но сама музыка нравилась, «отрывались» по полной, кто во что горазд. Каждый проявлял свой темперамент, пластичность, каждый самовыражался через движение. На дискотеках знакомились, создавались пары, возникали взаимоотношения, в отдельных случаях, создавалась семья. Галина ни о чём таком не думала, ей нравилось танцевать. Были конечно проблемы с тем, что танцевала она пластично, но ребята её обходили стороной. В обычной жизни она была незаметной серой мышкой, а в танце проявлялась её энергия, возможно это пугало их. Мальчики в этот период взросления также учатся адаптироваться и проявлять свои сексуальные желания через культурную норму (к сожалению, не все). Галина задавалась вопросом, почему меня никто не приглашает на медленные танцы? Ответа она найти не могла, что поднимало в ней какую-то волну своей неполноценности: «я не такая, я – уродина, я им не нравлюсь…» Она не знала, что с такими мыслями, стояли или сидели вдоль стен домов культуры десятки девушек, которые также, как и она страдали.

Не испугался только один, он был не местный. Несколько студентов технического института проходила практику в их городе. В выходной, ребята решили развлечься на дискотеке, так они и познакомились. После танцев он проводил её до дома. Молодой человек предложил проводить её до двери, девушка не возражала. Они поднимались на четвёртый этаж, единственный, где горел свет. Первые три поднимались в полутемноте и в какой-то момент Галочка споткнулась, нога соскользнула со ступеньки, она упала. Модой человек хотел помочь, но он также поскользнулся, упал на Галину. Раздался смех, начали подниматься. В этот момент одна из квартир открылась, яркий свет залил тёмную лестницу, появилась фигура женщины. На фоне яркой лампы её грузное тело казалось устрашающим. Раздался ор на весь подъезд: «Покоя от вас нет. Чем вы занимаетесь? Галька, а по тебе и не скажешь… тихоня днём, а ночью с мужиками в подъезде тра…» После её криков двери стали открываться, люди не понимали, что произошло, кто-то подумал, что начался пожар.

Сгорая со стыда, молодая девушка побежала к своей квартире. Дверь открыл полусонный отец. Девушка ворвалась домой, а вслед доносился крик старухи и осуждение со стороны соседей. Отец вышел на лестничную клетку, послушал, всем заткнул рот и отправился восвояси…

– Отец со всего размаху ударил меня по лицу, – продолжала женщина, – и с ненавистью в голосе произнёс: «Мало, что дура, но не хватало, чтобы мою дочь блядью считали. Всё больше ни каких прогулок в десять часов вечера. Сам за руку отведу в детскую комнату милиции если будешь бунтовать. Там тебя поставят на учёт, будешь ходить как заключённая на поселении, отмечаться каждый день».

Галя сидела на полу, слушала отца и прижимала рукой горящую после удара щёку. После окончания речи отца, она встала, шатающейся походкой пошла в ванную комнату, включила воду и тихонько заплакала от боли, обиды и непонимания. Больше о встречи с мальчиками она даже думать себе запрещала.

Взрослая жизнь

Галина только закончила медицинское училище, как вся жизнь рухнула – умерла бабушка, а за ней, через шесть месяцев мама. Сестра выросла и уехала жить за границу. Отец потерял работу, запил. Галине пришлось работать и содержать себя и отца. Оставить его она не могла, не хватило духу, она в ответе за него.

Больше всего её хотелось выучиться в институте и стать врачом, детским педиатром. Она много готовилась и вот уже второй раз решилась поступать в институт.

– Галька, ты давай дура, в институт поступай, сейчас можно всех резать, ничего за это не будет, – кричал пьяный отец из своей комнаты. – Всю страну просрали.

– Замолчи, жильцов разбудишь, – раздражённо прошипела Галина входя к нему в комнату. – Отец, прекращай пить, мне трудно работать, учиться и за тобой смотреть.

– А ты брось меня, как твоя сестричка, сука. Брось как твоя маманя… все оставили, – пьяные слёзы отца перемешивались с соплями и детским всхлипыванием.

– Ну, что ты пап, давай я тебе чайку погрею, ты у меня ещё будешь молодец, – утешала отца дочь, укладывая его спать.

Так текли их серые дни, без радости и каких-либо удовольствий, они выживали как могли. В то время, практически всё население страны вело подобный образ жизни.

Алексей в жизни молодой девушки появился как торнадо, неожиданно и с большими последствиями. Он был пациентом больницы в которой работала Галина. Молодой человек долго присматривался к ней, говорил ей комплименты, чем смущал медсестру. Когда наступило время выписки, Алексей признался девушке в любви, предупредил, что она должна стать его женой. Потом он пропал на три месяца, а после его появления жизнь молодой девушки стала кардинально меняться.

Алексей появился торжественно. Одет он был в военную форму, которая на нём сидела как на картинке. В руках держал цветы. Чуть позади его, улыбаясь, стояли два его товарища. Галина не ожидала такого поворота.

– Как и обещал, а я свои обещания всегда держу, пришёл жениться. Галя выходи за меня замуж, отказ не принимается, – скороговоркой произнёс молодой человек.

Галина не успела моргнуть глазом, как оказалась женой капитана внутренних войск, который выполнял странные, на её взгляд, поручения командования.

Муж проявлял заботу, помог устроить отца Галины на лечение в реабилитационный госпиталь для военнослужащих, как члена семьи.

– Не волнуйся Галчонок, его подлечат и устроим его работать охранником, – подмигивая, с задором обещал молодой человек. – Ты только верь мне, всё будет хорошо.

Галина не волновалось, судьба наконец-то смилостивилась над ней и в её жизни появилась опора. Постепенно она стала влюбляться в своего мужа или испытывать к нему чувство благодарности, она так понимала любовь.

Муж уезжал в командировки и возвращался, лежал в госпиталях, с его слов на отдыхе поле выполнения боевого задания. Всё текло своим чередом. До момента, когда Алексей начал говорить об надвигающейся катастрофе. Стали проявляться приступы агрессии, ревности, которые перемежевались с продолжительными периодами депрессии. Галина стала замечать неадекватное поведение мужа: «Он начал сильно меня ревновать и в тот же самый момент у него проявлялись приступы гиперсексуальности. Половой акт был механическим и продолжительным настолько, что я готова была умереть в этот самый момент. Он насиловал меня и говорил, как он меня любит. Мог после этого запереть дома и не появляться дня два-три».

И в этот раз Галина третий день не выходила из дома. Муж её запирал утром и отпирал, приходя вечером: «Времена сейчас очень сложные, вокруг бандюги ходят, я не переживу если с тобой что-то произойдёт, любовь моя».

Иногда он, привязав руку жены к своей руке, вечером выводил её на прогулку.

– Какая у вас замечательная пара, – говорили старушки у подъезда. – Всё время за ручку ходите – любовь.

А когда они отходили от лавочек, он ласково смотрел на её и гладя по лицу приговаривал: «Да, любовь, – он демонстративно поднимал их связанные вместе руки, – навсегда как Ромео и Джульетта.»

Галина чувствовала себя собакой, которую выводят погулять на улицу, но как изменить ситуацию она не знала, но постоянно думала об этом. Помочь ей было некому, а если рассказать «добрым людям со службы мужа» – это позор вселенский.

– Я тогда думала, что мне проще умереть, чем так опозориться, – сказала Галина, из глаз которой покатились слёзы. – Я же плохая и не достойна нормальной жизни.

Ситуация изменилась благодаря сослуживцу Алексея, который пришёл навестить товарища и выяснить почему его нет на службе уже целую неделю. Выяснить толком не удалось, так как Алексей начал кричать о том, что «меня так просто не взять, я не дам погибнуть Галочке». Он начал отстреливаться.

Оперативно-боевая группа взломала дверь, Алексея задержали, Галину отвезли в больницу в тяжёлом состоянии откуда она была направлена в центр социальной реабилитации. Как позже выяснилось, у мужа Галины уже несколько лет был диагностировано онкологическое заболевание головного мозга. Алексей скрывал своё состояние и проходил «поддерживающую терапию». Все приступы были обусловлены органическим поражением головного мозга, которые ещё начались с момента контузии во время выполнения боевого задания в горячих точках страны.

История Галины.

Взгляд психолога

Состояние «Покорности» всегда обусловлено терпением и смирением/капитуляцией перед негативными событиями жизни. Человек ощущает себя загнанным в ловушку, у которой нет выхода. Представьте, что вы находитесь внутри детского пластмассового кубика и кто-то этим кубиком играет. Всё что произошло с нашей героиней, как ни странно, не череда негативных событий, а вполне закономерное развитие.

«Покорность» не может позвать на помощь, она выжидает, что всё измениться, само собой. Чувство бессилия, страха, безысходности и одновременно сильного, но подавляемого гнева – это переживания человека, который захвачен «Покорностью». Галина была полностью в ловушке: «Мне проще умереть, чем сказать…». Вся её личность была «с оглядкой» на социум. Подавление собственных желаний, отрицание себя привело к полному смирению и психосоматическим заболеваниям. Она не была беспомощной, как можно было подумать, но она всегда искала авторитетную фигуру, которая может себя проявлять и отстаивать свои желания. «Я присоединяюсь, чтобы выжить» – посыл который мотивировал все её действия. Страх быть наказанным и отверженным привёл к разрушающему поведению. Галина думала, что если она заявит о своих истинных потребностях, то на неё обрушится «кара небесная» со стороны авторитетного близкого.

Особенность этой схемы заключается в не осознанности человека, ценности его переживаний, чувств и желаний для других людей. Они полностью исключают, возможность собственной ценности. Подавление гнева приводит к сильному контролю окружающего пространства и в то же время приводит к дисфункциональному поведению в виде капитуляции. «Я буду терпеть, я могу и умею терпеть, такова моя судьба», – обычно говорят сами себе люди со схемой «Покорность». Галина терпела и не думала, что можно жить как-то по-другому, рядом не было «хорошего взрослого», который смог бы ей помочь разобраться в себе, помочь осознать, что у неё есть свои потребности и чувства.

Что помогло молодой женщине выйти из замкнутого круга череды негативных ситуаций?

Во-первых, осознание, что отношение с другими людьми могут быть иными.

Во-вторых, понимать и выражать другим людям свои потребности, желания, чувства – это естественный процесс.

В-третьих, сформировать новый «образ Я», где Галина понимает, свою ценность, идентичность.

В-четвёртых, отстаивать свои права и потребности.

Работа с психологами, по этим этапам, может занять не один год, к этому нужно быть готовым, СТ имеет отсроченный результат. Не бросать, даже когда трудно и изменения не видны. Мы все разные, каждый идёт к своему исцелению со своей «крейсерской скоростью».

На пути «взламывания» данной схемы могут стоять трудности связанные с неумением выражения своих чувств и потребностей: «Я не знаю, что я хочу. Я не знаю, что я чувствую». Иногда, люди впадают в чрезмерное выражение гнева, так как они не понимают себя. Здесь могут помочь приёмы наблюдения за собой. Самоисследование – это хороший инструмент, помогающий избавиться от многих схем. Понимание своих чувств, эмоций в моменте «здесь и сейчас» приводит к результату изменения личности в сторону большей осознанности. Когда личность будет готова к изменениям, они обязательно произойдут.

Глава 5. Чрезмерная ответственность и жёсткие стандарты

Невозможно жить в окружении людей и не контролировать свои импульсы, потребности и желания, чувства. Это естественный процесс, который связан с общепринятыми стандартами, моралью, общественными устоями. Люди, которые пытаются чрезмерно контролировать свою жизнь, теряют свои спонтанные чувства и побуждения.

Когда человек утрачивает такую способность как спонтанность, его реальность не будет совпадать с действительностью. Его мир будет ограничен и подчинён жёстким внутренним рамкам. Это лишает человека адекватного реагирования в изменённой ситуации. Ситуация изменилась, а её восприятие и поведение человека остаётся прежним, в какой-то степени ригидным.

Условие жёсткого воспитания лишает личность спонтанности. Л. С. Выготский, Д. Б. Эльконин, С. Л. Рубинштейн и т. д. в своих трудах обосновали важность игры для формирования спонтанности.

Дети в семьях с жёсткими, завышенными требованиями к ребёнку не учитывают важность игры. В таких семьях больше ценятся большое стремление быть счастливым через самоотречение, самообладание. «Надо» и «Должен» всегда стоит на первом месте. Ребёнок в такой семье вырастает с жизненной установкой – вся жизнь борьба. Это безрадостное и серьёзное явление, стремление к получению удовольствия табуировано. Возможен вариант, что удовольствие можно получать только его заслужив.

Во взрослом возрасте, это приводит к лишениям: лишения отдыха – трудоголизм, лишение близких отношений, лишению собственного счастья и удовлетворения от проживания собственной жизни, лишению здоровья.

Личность, лишённая спонтанности, всегда тревожна, она полна пессимизма и обречённости. У человека на мыслительном уровне постоянные навязчивые мысли о том, что у него может в любой момент всё рухнуть и он окажется один на один со своей болью, разочарованием, смертью, неразрешимыми конфликтами, со своими страхами.

Подавляются эмоции, которые напрямую блокируют спонтанные действия. Вся жизнь направленна то, чтобы не попасть в унизительную ситуацию, избежать критики и осуждения со стороны окружающих. Защитные реакции проявляются в виде подавлении гнева, раздражения.

Отсутствие спонтанности блокирует сексуальные импульсы. Так как важный навык игривости, проявлении сексуального возбуждения, радости от близости подавляется, на первый план выходит рационализация, что никак не связано с сексом. Рождаются сексуальные проблемы и девиации.

Сверхкритичное отношение к другим людям или «Придирчивость» заставляет человека быть в постоянном напряжении, она давит «все люди должны быть вписаны в мою картину мира, как я понимаю этот мир – это единственный правильный путь».

Большой крайностью является проявление «Пунитивности» – особого убеждения «все люди должны быть строжайшим образом наказаны за свои ошибки». Как принято в схема-терапии пациенты со схемой «Пунитивность» настолько ригидны, что не принимают во внимание желания, намерения, особенности других людей. Они не прощают себя и других. Весь мир, для них, определённые стандарты, которые они усвоили в детстве [2].

Вот перечень самых ярких примеров жёстких стандартов:

• Перфекционизм.

• Отрицание положительного и подчёркивание негатива.

• Подчёркивание чужих недостатков и акцентуация на собственных.

• Страх допустить ошибку, ведь они могут привести к катастрофам: в межличностных отношениях, финансовой сфере, унижению.

• Завышенные моральные качества.

• Завышенные культурные предписания.

• Завышенные религиозные предписания.

• Чрезмерная обеспокоенность временем.

• Чрезмерная обеспокоенность эффективностью.

• Чрезмерная обеспокоенность чтобы все было только в соответствии «с моими требованиями».

Могут ли такие личности быть счастливыми? Нет, очень уж не вписывается личность понятие «Счастье», им не до него, нужно соответствовать высокому стандарту общества.

История Юлии.

Жесткие стандарты

За окном идёт дождь, пасмурно. В такую погоду клиенты стараются найти предлог для переноса сессии, но некоторым такая погода не помеха. Сегодня будет новая встреча, новая история жизни и проблемы, которые мучают и мешают жить счастливо.

Ровно в положенное время в дверь постучали и в кабинет вошла женщина лет тридцати пяти.

– Юлия? – спросила я.

– Да, здравствуйте!

– Проходите, присаживайтесь.

– Спасибо, – сказала Юлия и не замешкавшись села в кресло у окна.

Я села напротив неё и подумала, что мне не будет видно её реакций. Протянув руку к торшеру, включила свет. Она засмущалась. Её было не удобно и у меня возникла мысль, что она рассчитывала на то, что её лица не будет видно. Я чувствовала, что молодой женщине не нравится играть по чужим правилам. Интересная игра у нас получается.

– А можно попросить воды? – спросила женщина.

– Да, конечно.

Мне пришлось выйти из кабинета, наполнить стаканчики водой. Когда я вернулась, Юлия сидела, прикрыв глаза. Её поза тела говорила о том, что она очень сильно тревожится и настраивается на разговор.

Как-то уж она больно профессионально или манипулятивно всё делает, – подумала я, – кресло у окна, отправила меня за водой, настраивается и, скорее всего, проговаривает про себя приготовленную речь. Надо её спровоцировать на спонтанность. Она же пришла за помощью, а не «экзамен всей своей жизни» сдавать.

– Юлия, а какой психологический ВУЗ заканчивали?

Женщина немного смутилась, но очень быстро собралась и ответила.

– МППГУ, психолог-педагог.

– Вам нужна супервизия или психологическая помощь?

– Я хочу разобрать отдельный эпизод своей жизни, очень уж он меня мучает, самоанализ не даёт результата (пауза) к коллегам я не могу обращаться, супервизию давно не проходила. Я стараюсь каждые полтора года проходить краткосрочное повышения квалификации, в рамках программы можно поработать в группе как клиент, этого мне было вполне достаточно. Запускались процессы, которые помогают рефлексии.

Ещё минут пять она в профессиональных терминах описывала последние десять лет своей жизни.

– Опишите пожалуйста саму ситуацию или реакцию, которая Вам так мучает, – прервав её уверенную профессиональную речь, произнесла я.

Она сделала несколько глотков воды. Опустила глаза и начала своей рассказ.

…Это произошло пять лет назад. Я принимала участие в очередной программе по повышению квалификации. Народ собрался разношёрстный, даже были те, кто не имеет психологического образования. Меня всегда бесило, когда в группе есть такие люди. Они ничего не понимают, но из-за своих амбиций получают квалификационное удостоверение. Для меня это означает, что такой человек одновременно становится моим коллегой. Но, проблема в том, что его бумажка о квалификации автоматические обесценивает меня, как профессионала… это так несправедливо. Я чувствую свою бесполезность.

Она замолчала, эмоционально отстранилась, только правый уголок рта опустился вниз и слегка нахмурились брови.

…Мне с детства говорили, что нужно быть успешной. А я была девочкой не совсем умной. Мне с трудом удавалось понять, как говорила мама, элементарные вещи. А тут это обучение, зачем я туда вообще пошла. Что-то я всё сумбурно рассказываю, я волнуюсь, сейчас постараюсь по порядку.

Я работаю в психологическом центре и являюсь ведущим психологом. Ещё у меня есть личная групповая практика. Иногда пишу научные статьи, раз в неделю преподаю в одном из ВУЗов. Стараюсь всегда быть в курсе новшеств в психологическом сообществе. Как профессионал я понимаю, что у меня есть личностные проблемы. Но почему произошло то, что произошло, я проанализировать не могу.

В то время, когда произошла трудная ситуация, я и была на повышении квалификации. В промежутках между занятиями часть группы уходила в маленькое кафе расположенное в одном из соседних зданий. В нем можно было перекусить, выпить приятный кофе или просто посидеть и пообщаться. Вот за одним из таких столиков оказались я, женщины по имени Дарина, Светлана и Валентина.

Светлана была студенткой последнего курса психологического института и для чего она была здесь мне казалось очевидным, человек развивается и обогащает свой профессиональный арсенал. Что делали на курсе Дарина и Валентина, я не понимала. Обе принадлежат к людям сферы бизнеса, обе работают в крупных иностранных фармакологических компаниях, обе имеют социальный статус выше, чем все остальные в группе. И самое главное, ничего не понимают в психологии с профессиональной позиции. Причём одна и другая постоянно пытаются высказать своё мнение, которое можно сопоставить с мнением человека, который о психологии знает только из популярных книг.

В бизнес среде, такое поведение называется – четкая личностная позиция. В моём мире – это нарциссическое реагирование на предполагаемую угрозу из вне. Другими словами, они ожидают, что их могут унизить из-за того, что они чего-то не знают и не понимают в теме всего курса переквалификации. Если это произойдёт, то это выльется в тяжёлые эмоциональные переживания. Очень больно и потеря энергии, а это означает, что свои бизнес-задачи выполнить на пять с плюсом они не смогут. Чтобы этого не произошло, они психологически защищаются, а иногда даже переходят границы других, обесценивают других, но сами этого не понимают. Для них это нормальное поведение в сообществе. Вот за столиком произошло их «нормальное поведение в сообществе».

Дарина объявила, что она занимается благотворительностью, поддерживает приюты для бездомных собак. В Швейцарии, где она проживала продолжительное время, вообще нет брошенных собак и она поставила себе цель сделать нашу страну лучше и научить россиян правильно обращаться с животными.

Ещё она предложила всем сидящим за столом взять себе собаку из приюта. Протягивала каждой телефон и расхваливала каждую из пострадавших собак.

Ещё хочу добавить, что в тот момент я была беременна, это были первые месяцы беременности. Я никому об этом не сообщала, а моя одежда скрывала этот факт.

Когда дело дошло до меня я посмотрела в телефон, одна из собак мне показалась очень симпатичной, я прониклась к собачонке.

– Вот эту собачку я может быть и взяла, но мне нужно посоветоваться с мужем, – не совсем уверенно проговорила я.

– Ах, нет, – всплеснув руками заявила Дарина. – Эта собака уже пристроена.

– Пристроена, а глаза такие грустные и тоскливые, – задумчиво произнесла я.

– Ну, что ты! Эту собаку пристроили в такую семью, она живёт лучше, чем ты.

Когда она закончила предложение, в глазах у меня потемнело. Большой тяжёлый камень навалился на грудь и мне стало трудно дышать. По всему телу пробежал холод.

– Ну, разве только так, – сказала я и извинившись перед присутствующими вышла в туалетную комнату. Хорошо, что в ней никого не было. Открыв кран умывальника, я тупо смотрела на себя в зеркало. Мне было так нехорошо, что такого я не чувствовала никогда в своей жизни. И только женский голос в голове всё время повторял «ты живёшь хуже этой собаки, бездомной собаки которая нашла свою семью», а через некоторое время голос в голове добавил «а ты нашла свою семью, брошенка?»

После этой фразы, Юлия заплакала. Она от чистого сердца, навзрыд, переживала вновь эту страшную сцену своей жизни. Через некоторое время она немного успокоилась, вытирая глаза салфетками и дополнила свой рассказ:

…через три дня у меня произошёл выкидыш, спасти беременность не смогли… у меня до сих пор нет детей, не получается, хотя по заключению врачей с физиологией всё в порядке…

* * *

Юлия родилась в семье, которая по своему социальному статусу была на порядок выше других семей. За окном было начало восьмидесятых годов прошлого столетия. Отец занимал высокий пост в одном из министерств, мама была преподавателем по классу скрипки в консерватории. Жили они в одном из маленьких переулочков старого города, в большой квартире. Как говорилось раньше «приличная упакованная семья».

У Юли была няня, по совместительству помощница по хозяйству. Няня Нюра была неопределённого возраста, спокойная, чуть полноватая, с большими тёплыми руками. Она часто гуляла с девочкой и обучала её нехитрым играм на улице. То они готовили салат из листьев одуванчика, то они вылепливали куличики из песка, то Нюра защищала Юленьку от мальчишек, которые бегали и бросались песком в глаза, могли ударить.

Няня вкусно готовила и чисто убиралась, со временем мама переложила полностью на неё обязанности по уборке и приготовлению пищи. Мама сама занялась воспитанием дочери. Вот так между мамиными занятиями с учениками и воспитательными речами взрослела Юленька.

– Юлия, – обращалась мама к десятилетней девочке. – Ты обязательно должна добиваться поставленных перед собой задач. На данный момент – это окончить музыкальную школу.

– Мама, но мне не совсем нравится играть на фортепиано, я не хочу быть музыкантом.

– Что ты такое говоришь, как можно не любить музыку? Все приличные девушки должны уметь играть на фортепиано, уметь петь, рисовать.

– А если мне это не нравится?

– Тогда ты очень плохая девочка и не стремишься к тому чтобы быть лучше и успешнее. Ещё нужно заниматься иностранным языком. Кому ты будешь нужна если этого не будешь уметь – говорить по-английски, а лучше по-французски? Кто тебя возьмёт замуж? Да, ещё разбираться в живописи неплохо.

– А я не хочу замуж, я хочу…

– Тебя никто не спрашивает, что ты хочешь, – перебила девочку мать. – Ты живёшь в родительской семье и будешь играть по нашим правилам, а мы с папой лучше знаем, что для тебя нужно, а то будешь какой-нибудь брошенкой, когда мы умрём. Вдруг в старости будем болеть, а ты не сможешь нам помочь. Всё! Разговор окончен, ты должна и точка. А то станешь какой-нибудь швеёй-мотористкой и будешь пальцы себе машинкой калечить, получать копейки, муж будет алкоголик. К нам тогда не обращайся, нам нужна успешная дочь, которая может за себя постоять в этой жизни и чего-то добиться, хотя бы хорошего замужества.

Девочка не совсем понимала, что теперь вся её жизнь должна превратиться в подготовку к немощной старости её родителей, но она стоически стала подчиняться воле матери. Постоянные требования «ты должна быть…», строгий распорядок дня, отдых только тогда, когда много и хорошо поработала и т. д.

Отец в жизни дочери присутствовал в выходные или праздники. В будни он рано уезжал и поздно приезжал, девочка спала. Ей нравилось ездить с папой в отпуск на море, но и там ранний подъем, распорядок дня – «удовольствие и расслабление по расписанию».

Девочка взрослела. Подготовка к хорошему замужеству шла полным ходом. Музыкальная школа, музеи, консерватория, литературный кружок репетитор английского языка из престижного ВУЗа (институт, который ей выбрали родители). Строгое расписание.

Папа шутил: «отдохнём в следующей жизни», вот выйдешь в большую жизнь и поймёшь, что всё подчинено твоему основному жизненному делу. Правда у тебя есть, карт-бланш, ты женщина, а это значит, у тебя есть вариант с замужеством, как главный запасный выход. Хотя если посмотреть правде в глаза, женой и матерью тоже нужно уметь быть. Дочь, в этой жизни всегда будет возможность тянуться к своему идеалу. Скучать не придётся.

Всё шло своим чередом, пока ей не наступило восемнадцать лет. В семнадцать так бывает, наступает весна и воздух наполняется пряным ароматом черемухи, жасмина, сирени, от дурманящей липы кружится голова. Странные желания и ощущения толкали Юлю на преступление против правил. Обманывая маму, девушка убегала в парк гулять с подругой. В парке их ждали мальчики и танцы, на которые их ещё не пускали, но можно было посидеть на лавочке перед танцплощадкой и послушать музыку. Она очень сильно себя винила в глубине души за свои «выкрутасы». Она бездельничала и врала маме. Нехорошо, но так хочется.

Возвращалась она всегда вовремя. Её провожал или подвозил на мотоцикле, молодой человек, который ей нравился или не нравился, сама она понять этого не могла. В один из таких провожаний Юля домой не вернулась, произошла авария.

В больнице пришлось сообщать адрес и телефон родителей, которые примчались через полчаса. Они были удивлены «Как это могло произойти с нашей дочерью?» Виноватого нашли, им оказался молодой человек, который хотел охмурить их дочь и втереться в доверие к её отцу – такова была версия мамы. Отец молча ходил взад и вперед по узкому, пахнущему хлоркой коридору и не обращал внимания на умозаключения жены.

Через некоторое время вышел врач и сообщил, что хорошо бы Юле сделать переливание крови. В этот момент рухнули все планы мамы на будущее. Кровь ни одного из родителей не совпадала с кровью Юли. Им пришлось признаться девушке, что она была удочерена ещё в младенчестве.

Юлия не смогла простить приёмным родителям сокрытие правды. Она выросла девушкой сильной, целеустремлённой, которая не прощает ошибок себе и другим. Как только она оправилась от автомобильной катастрофы, а это произошло через два года, она подала документы в психологический институт и забросила музыку. Ещё через два года, с подругой, стала снимать комнату. К родителям в гости она приходила, хотя бывала на домашних празднествах. Больше общалась с отцом, который ей помогал оплачивать комнату и опекал настолько, на сколько это позволяла Юлия. С мамой отношения были натянутые, иногда вместе ходили в музей. В личную жизнь родителей она не посвящала.

История Юлии.

Взгляд психолога

Какие-либо стандарты в жизни ребёнка должны быть обязательно. Вседозволенность порождает хаос и формирует невротическую личность, которая плохо адаптируется в мире. Ребёнок должен понимать, что от него хотят взрослые, но и уметь понимать, что хочет он сам. Пожалуй, последнее будет самым главным в жизни уже взрослого человека. Отражение мира через себя, а не через желания других людей – признак целостной здоровой личности.

Как бы не сопротивлялась Юлия правилам в процессе воспитания, которые ей предлагали родители, она не смогла сформировать свою личность с пониманием своих желаний. Жёсткие требования мамы, подкрепления этих норм отцом отпечатались в жизни девочки как единственная правильная форма мышления и поведения.

Характерная черта людей со стойким комплексом эмоциональных переживаний «жёсткие стандарты» – постоянное чувство соперничества. Они постоянно чувствуют эмоциональное давление. Жизнь человека с постоянным напряжением и постоянной раздражительностью делает не только его собственную жизнь трудной, но и причиняет много проблем для окружающих. Постоянное неудовлетворение выражается в придирчивости к другим.

На что только не идут такие люди. Амбиции и чёткое убеждение правильности рождает трудоголиков, перфекционистов которые в различных сферах своей жизни будут применять свою схему «Жесткие стандарты»: соблюдение правил поведения, соблюдение правил трудовой дисциплины, спорт и высокие достижения, внешность – самый красивый, учёба, быт – «дом образцового порядка», совершенная семья – «витрина для общества», родовые регалии – «наш род самый древний и значит обладает особыми правами», личностные характеристики – слишком внимательное отношение и зацикливание на отдельных деталях, требования их соблюдения от окружающих (часто с карающим осуждением). Иными словами, мышление полностью захвачено принципом «всё или ничего», «я делаю то, что от меня ожидают». В поведение проявляется «сверхконтроль». Если контроль теряется, то наступает ожидание катастрофы.

Основной признак катастрофы – ангедония или прекращение получения удовольствия от жизни. Человек перестаёт получать удовлетворение от труда, блокируется его спонтанность и творчество, начинается автоматическое выполнение своих функций. Сильно прослеживается неудовлетворённость в общении с близкими. Переносить неудачи становиться невыносимо трудно. Часто такие люди испытывают «нехватку времени». Они тревожны и страдают, когда их просят сделать что-то «на своё усмотрение».

Блокируя «чувствование» – свою эмоциональную часть, у человека начинаются проблемы со здоровьем. А так как изначально в личности включены амбициозные механизмы «чего-то достичь любой ценой», «всё должно быть идеально», начинается конфликт личности и физического тела. Не будем забывать, что всё это подкрепляется сверхкритичностью, и, как следствие, выливается в болезнь [11].

Мы можем проследить на примере Юлии как сформировалось её психологическое бесплодие.

Молодая женщина постоянно находилась в тонусе. Её мыслительный аппарат постоянно был в состоянии перфекционизма. Мама не зря помогла ей сформировать личность, нацеленную на достижение результата любой ценой. Ценой собственных желаний, собственных интересов, влечений и предпочтений. Всё должно быть направлено на соответствие стандартам, которые предъявляет социум. Большинство людей с подобными родительскими установками не понимают «что нужно именно мне», «кто я?». Для них внешняя направленность настолько естественна, что они принимают перфекционизм как нормальное явление, отвергая его дисфункциональность. Всё это происходит до момента, когда уже справляться с высокой тревогой, которая сопровождает амбиции, уже невозможно.

В случае Юли, обесценивание её уклада жизни «собака живёт лучше, чем ты», произошёл мощный шок, который сопровождался отрицанием, гневом и самоунижением, направленным на себя.

Была нарушена наиважнейшая ценность молодой женщины – поддержание её социального статуса, её места в обществе, уважение со стороны окружающих. Когда Юлия узнала, что она приёмная дочь, то она не смогла простить себе своё чувство неполноценности «меня бросили, значит я плохая и мне нужно как можно больше стараться быть хорошей и быть лучшей во всём». Такая разрушающая установка привела к сильной психологической травме. Самообвинения, сильная тревога, депрессия часто сопровождают людей испытавших сильных эмоциональные разочарования (фрустрации) [27].

Восприятие того, что она не соответствует установки успешности, привело к отвержению плода. Дети – это счастье, а Юля не достойна быть счастливой, она же не достигла непоколебимого авторитета своего социального статуса «каждый меня может сравнить меня с бездомной собакой, которую приютили». Удушающая тревога не даёт возможности забеременеть Юлии вновь, поставлен диагноз психологическое бесплодие.

Как можно помочь Юлии?

Во-первых, она должна осознать, что в состоянии постоянного стремления к идеалу она теряет намного больше, чем приобретает. Потеря собственного здоровья – это расплата за разрушительные формы реагирования личности. Личность «захвачена» разрушающими схемами/комплексами и воспринимает такое состояние как естественное.

Во-вторых, научиться понимать, что нужно именно ей, каковы её истинные потребности, а не то, что ей диктует социум. К маме можно прислушиваться, а вот выводы и действия должны исходить только от тебя самой.

В-третьих, снизить уровень претензий к окружающим. Все люди разные и они не влияют на твою жизнь, все бразды управления должны быть в твоих руках. Можно стать гибче и больше принимать людей такими какие они есть.

Может ли что-то помешать изменить свою личность и снизить выраженность гиперкомпенсации своих дефективных установок? Да, может. Одной из таких преград может стать высокая оценка социума, проявляющаяся в финансовой стабильности, в высокой значимости профессионального сообщества или признания твоей духовной составляющей выше, чем у всех.

Трудно отказаться от таких благ. Страшно «стать таким как все». Тревожно осознать, что твоя значимость и возвышение над другими существует только у тебя в голове.

Если набраться мужества и преодолеть свой страх, жизнь раскроется и станет более интересной и яркой.

Заключение

Завершая своё повествование, хочу сказать несколько слов о том, что я приветствую людей, которые самостоятельно, осознанно идут на психотерапевтические отношения для того чтобы изменить свою личность.

Обретение новых качеств обогащает личность, выводит её на новый уровень, более высокий и более продуктивный.

Конечно, вопрос свободы выбора всегда актуален. Ты можешь выбрать не изменение, а только осознание своей проблемы. Но в этом случае, нужно понимать, перемены наступят в твоей жизни, но не так как бы тебе хотелось. Да, у тебя будет осознание, почему ты страдаешь, но изменения могут не наступить.

Важную роль также играет тот факт, что в нашем обществе ещё не сформировалась культура получения психологической помощи, хотя доверие к психологам в связи с пандемией возросло. Надеюсь, что в скором времени, знания, подкреплённые профессиональным и жизненным опытом психолога, будут востребованы намного больше.

Для чего это нужно обществу? В нём появятся намного больше счастливых и удовлетворённых своей жизнью людей. Появится понимание, что психологическое здоровье также важно, как и физическое. Что существует множество физических болезней, которые берут своё начало в психологических проблемах и с ними нужно работать психологу и врачу одновременно.

Появится понимание, что психологические проблемы у человека могут начинаться с момента рождения из-за психологических проблем его родителей. Мы не можем научиться любить, потому что нас не любили. Мы не можем принимать других, потому что нас не принимали. Мы не понимаем других людей из-за того, что в детстве взрослым не было дела до наших переживаний. Может наоборот, они так сильно нас опекали, что «задушили» формирующуюся личность в сильных объятиях и мы стали беспомощными во взрослой жизни.

Несмотря на не счастливое или счастливое детство, мы продолжаем идти вперёд. Наша жизнь сроится таким образом, что в ней есть негатив – страдания взрослых людей. Они могут прекратиться если осознать проблемы, а главное научить справляться с ними самостоятельно – это и есть исцеление страдающего взрослого. Тогда жизнь станет ярче, интересней и более успешней.

Приложение 1. Список базовых потребностей

Ниже приведен список базовых потребностей, которые обязательно должны быть удовлетворены в детском возрасте. Если они не удовлетворяются, то во взрослом возрасте люди испытывают трудности в общении, в своей эффективности и продуктивности, проблемы со психическим здоровьем.[1]

Приложение 2. Упражнения

Упражнение 1: определение в себе уязвимой части

Уязвимость – состояние повышенной чувствительности. У каждого человека присутствует четыре базовых эмоции: гнев, радость, страх, печаль. Ниже приведены четыре шкалы на которых следует указать на сколько сильно выражены в вашей жизни эти базовые эмоции, где 0 % – они совсем отсутствуют, а 100 % присутствуют только они.

Если гнев, страх и печаль до 40–45 %, то это будет означать, что вы не уязвимый человек. Если ваши показатели по всем шкалам выше 45–55 %, тогда следует обратиться к психологу за помощью в определении причин уязвимости, определить есть ли тенденция к повышению данных показателей. Если 60 % и выше, тогда вы постоянно находитесь в состоянии повышенной чувствительности, что делает вас менее адаптивным.

Также вы можете более подробно расписать свои чувства. Например, гнев может проявляться в виде раздражения или ярости, тогда также следует указать насколько сильно они проявляются в вашей жизни. Раздражение на 65 %, а ярость на 80 %. Страх можно разделить на тревожность и страх. (Сумма % в колонке не должна совпадать со 100 %, это показатель индивидуальной выраженности эмоции.)

Упражнение 2: как справиться со своей уязвимостью

Последовательно ответьте на вопросы воспользовавшись образцом.

1. В каких ситуациях я чувствую свою уязвимость?

В ситуациях разговора с другими людьми, когда меня критикуют, когда мне указывают, что нужно делать. Испытываю сильную уязвимость, когда оценивают мою внешность и способности.

2. Какие мои потребности нарушаются в данный момент?

Потребность в принятии, в функциональной критике и руководстве. Потребность в признании моей точки зрения, потребность в признании меня как личности.

3. Как я могу удовлетворить свои потребности более здоровыми способами?

Я могу вступить в контакт с оппонентом, объяснить, что в данный момент его критика меня задевает и причиняет дискомфорт. Я могу разъяснить оппоненту, что вполне могу справиться с поставленными задачами сама, а если мне требуется помощь, то я обязательно к ней прибегну.

Могу научиться справляться со своими негативными эмоциональными реакциями при помощи дыхательных техник. Могу более безопасно для себя и других выразить свой гнев, если он меня переполняет.

4. Какой результат может быть после удовлетворения моих потребностей?

Я буду чувствовать себя более защищённым и уверенным в себе. Я буду чувствовать, что меня не оценивают, а принимают. Мне будет спокойно, и я смогу выполнять свои обязанности без обид, не отстраняясь и не замыкаясь в себе и т. д.

5. Какое послание могу получить от своей «Здоровой Части Я»?

«Я понимаю, что я испытываю сильные переживания и не могу удовлетворить свои потребности из-за постоянной критики в детстве. Однако сейчас я взрослый человек, я общаюсь с другими взрослыми людьми, которые вовсе не собираются унижать меня или нарушать мои границы. Если такое может произойти, я не буду защищаться способами, которые применялись в детстве.

После того как вы отвели на все вопросы, определите, удалось ли вам изменить своё эмоциональное состояние к заявленной проблеме. Если вам не удалось, то следует обратиться к психологу.

Литература

1. Аверин В. А. Психология детей и подростков: Учёб. пособие. – 2-е изд., перераб. – СПб.: Изд-во Михайлова В. А., 1998. – 379 с.

2. Арнц А., Якоб Г. Практическое руководство по схема-терапии. Методы работы с дисфункциональными режимами при личностных расстройствах / Пер. с англ. Е. Плотниковой; под научной редакцией А. В. Черникова. – М.: Научный мир, 2016. – 320 с.

3. Бриш К. Х. Терапия нарушений привязанности: От теории к практике. / Пер. с нем. – М.: Когито-центр, 2014. – 316 с. (Клиническая психология).

4. Выготский Л. С. Проблемы возраста // Собр. соч.: В 6 т. – М., 1984. – Т. 4. – С. 262–264.

5. Выготский Л. С. Проблема возраста // Психология. М., 2000.

6. Дубровина И. В. Журнал «Герценовские чтения: психологические исследования в образовании», 2019. Выпуск 2.

7. Дубровина И. В. Психологическое здоровье личности в контексте возрастного развития / Журнал «Развитие личности» № 2, 2015 г. – с. 67–95.

8. Жан Пиаже. «Речь и мышление ребёнка». – Римис, 2008.

9. Зинченко, В.П. Методологические вопросы психологии / В. П. Зинченко, С. Д. Смирнов. – М.: Изд-во МГУ, 1983. – 165 с.

10. Карандышев Ю. Н. Психология развития – Минск, 1997. – Гл. 1.1.

11. Карголь И. В. Психологические аспекты изучения женского бесплодия // Вопросы журналистики, педагогики, языкознания, 2012. – № 18 (137) – статья.

12. Кейдунова Е. Р., Мавренкова Е. А., Напханенко И. П., Попандопуло Д. В. Понятие и виды аффектов // Философия права, 2017. – № 4 (83).

13. Клиническая психология: Учебник для вузов. 5-изд. / Под ред. Б. Д. Карвасарского. – СПб.: Питер, 2018 – 896 с.

14. Леонтьев А. Н. Лекции по общей психологии. – М.: Смысл, 2007. – 511 с.

15. Маслоу А. Мотивация и личность. 3-е изд. / Пер. с анг. – СПб: Питер, 2019. – 400 с. (Серия «Мастера психологии»).

16. Мясищев В. Н. Психология отношений. – Москва-Воронеж: Институт практической психологии, 1995. – 356 с.

17. Перре, М. Клиническая психология. /М. Перре, У. Бауман/ – СПб.: Питер, 2007. – 1312 с.

18. Рафаэли, Эшколь, Бернштейн, Дэвид Ф., Янг, Джеффрри Схематерапия: отличительные особенности. / Пер. с англ. – СПб.: ООО «Диалектика», 2021. – 192 с.

19. Сапогова Е. Е. Психология развития человека. Учебное пособие. – Аспект Пресс, 2005. – 460 с.

20. Фаррал Д. М., Н. Рейсс, А. А. Шоу. Клиническое руководство по схема-терапии. Полный ресурс для создания и реализации индивидуальных, групповых и интегративных программ по схема-терапии. – М.: Научный мир, 2020. – 352 с.

21. Фрейд А. Психология Я и защитные механизмы. – СПб.: Питер, 2018. – 160 с. ил. (Серия «Мастера психологии»).

22. Хэллэм, Р. Консультирование по проблемам тревожности. – М.: ПЕРСЭ; Институт консультирования и системных решений – 191 с.

23. Шапарь В. Б. Словарь практического психолога / В. Б. Шапарь. – М.: ООО «Издательство АСТ»; Харьков: «Торсинг», 2004. – 734 с.

24. Экхарт Рёдингер, Брюс А. Стивенс, Роберт Брокман Контестуальная схематерапия. Интегративный подход к расстройствам личности, межличностных отношений и эмоциональной регуляции. – М.: Научный мир, 2021. – 344 с.

25. Эльконин Б. Д. Психическое развитие в детских возрастах: Избранные психологические труды / под ред. Д. И. Фельдштейна; вступительная статья Д. И. Фельдштейна. 3 изд. – М.: Московский психолого-социальный институт, Воронеж: НПО «МОДЭК», 2001. – 416 с. (Серия «Психологи Отечества»).

26. Янг Дж., Клоско Дж., Вайсхаар М. Схема-терапия. Практическое руководство. / Пер. с англ. – СПб.: ООО «Диалектика», 2020. – 464 с.: ил. – Парал. тит. англ.

27. Menning, B. The emotional needs of infertile couples. Fertility and Sterility, 34(4). – p. 313–319.

Примечания

1

Данный список является частью теоретического обоснования в теории схема-терапии (Young & Klosko, 1994; Young et al., 2003)

Content

Елена Пикалова
Почему страдают взрослые… Как нарушение детских эмоциональных потребностей влияет на счастье и успех во взрослом возрасте

Предисловие

Введение

Глава 1. Нарушение связи, отвержение

Глава 2. Нарушение автономии и эффективности

Глава 3. Нарушение границ

Глава 4. Направленность на других

Глава 5. Чрезмерная ответственность и жёсткие стандарты

Заключение

Приложение 1. Список базовых потребностей

Приложение 2. Упражнения

Литература

Примечания