Трамунтани Нина

Магия воздуха [litres]

Нина Трамунтани

Магия воздуха

© Дымова Н., перевод на русский язык, 2022

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

* * *

Один

Алебастр

Я кричала.

Я кричала, но ни звука не сорвалось с моих губ.

Это не имело значения. Уилл услышал меня. Он всегда слышит меня без единого слова.

Он чувствовал борьбу внутри меня. Шок. Боль.

Как он мог так поступить со мной?

Почему я должна узнать об этом сейчас?

И самое главное: как я могла быть такой глупой?

Я была не в силах смотреть на них. Ни на того, ни на другого.

Гнев на Нийола уже давно стал частью меня. Бурлил на заднем плане и давал о себе знать каждый раз, когда возвращались воспоминания. Он приходил с чувством стыда и неуверенности в себе. Гнев на Уилла был чем-то новым.

Я не такой, как он, Киана.

Не говоря ни слова, я развернулась и побежала наверх по винтовой лестнице. Сверкающий город и луна заливали спальню светом. Капли дождя барабанили по окнам. Краем глаза я заметила свернутое одеяло на кровати. Мне стало трудно дышать, когда я вспоминала, как нам было хорошо вместе. Запах Уилла. Ощущение его рук на моей коже.

Я ненавидела его. Ненавидела за каждое слово, каждый взгляд и каждый момент, которые заставили меня довериться ему, хотя я думала, что никогда больше никому не буду доверять. Я отдалась ему целиком. Рассказала о том, как Нийол проник в мое сердце по поручению Омилии. Я позволила себе утешиться и заснула в его объятиях. Снова и снова позволяла Уиллу приблизиться ко мне, хотя часть меня всегда знала, что его чувства не могут быть искренними, потому что просто отражают мои. Но это? Он знал Нийола? Работал с ним вместе?

Черт возьми, мы проникли в тюрьму, я снова увидела своих биологических родителей и узнала, что у Нерона тоже были запрещенные отношения с одаренным другой стихии, с Гайей, старейшиной Чой.

Однако сейчас я могла думать только о предательстве Уилла.

Взгляд продолжал блуждать по подушке. Мне хотелось прижать ее к лицу и кричать. На этот раз на самом деле. Пока не перестану слышать ни свое пульсирующее сердце, ни их голоса. Они выкрикивали мое имя. Сначала Уилл. Затем второй подлец.

Я бы каждому из них свернула шею.

Руки начали дрожать, и меня охватило легкое головокружение. Дышать. Я должна дышать. А потом убраться отсюда!

Спускаясь вниз, я упрямо смотрела вперед, сквозь две фигуры, как будто они были невидимы. Не доставлю им удовольствия проявить какую-либо реакцию. Особенно Нийолу. В случае с Уиллом любая попытка скрыть свои чувства все равно будет бесполезной, если я не научусь контролировать свои эмоции прямо сейчас.

Я услышала свое имя, сорвавшееся с его губ, как сквозь вату. И проигнорировала их обоих. Протиснувшись мимо них, я нагнулась за своими ботинками и натянула их прежде, чем успела влезть в свое пальто. Затем вытащила мобильник из одного кармана. В тюрьме под землей не было связи, и теперь на дисплее высветилось сразу несколько сообщений, но сейчас мне было не до того.

– Киа, куда ты идешь? Сейчас ночь. – Голос Уилла звучал настойчиво и тревожно одновременно.

На секунду я позволила себе закрыть глаза.

Возьми себя в руки.

– Давай просто поговорим, как взрослые люди, – предложил Нийол. Его высокомерная ухмылка слышалась в каждом слове. – Что было, то прошло, и теперь мы должны…

О’кей. Вот и все. Я развернулась.

– Заткнись. Просто закрой свой тупой рот.

Ярость помогла выдержать его взгляд. Его улыбка застыла. Нийол никогда не видел меня злой. В те несколько моментов, когда мы не только писали друг другу или разговаривали по телефону за спиной Софии, но и на самом деле встречались, я была маленькой наивной девочкой. Измученной угрызениями совести и опьяненной запретной близостью к нему.

Трудно поверить, что эти темные глаза не так давно повергли мое сердце в смятение.

На долю секунды захотелось, чтобы мое сердце снова застучало. Бабочки, розовое чувство влюбленности – вся палитра. Уилл должен почувствовать, как мои ноги становятся ватными из-за другого парня. Он должен сомневаться во всем, что я когда-либо делала и говорила ему, заставила его поверить, что мои чувства к нему были искренними. Я хотела втоптать в грязь каждое воспоминание о нас.

К сожалению, во мне проснулась только потребность выцарапать симпатичные глаза парня напротив.

– Киана…

Взгляд метнулся к Уиллу. Он шагнул вперед и коснулся моего плеча. Раскаяние проступило на его лице.

Я вздрогнула и вырвалась. Затем нащупала одной рукой дверь за спиной, а другой потянулась к ручке.

– Не трогай меня. – Слишком часто я позволяла ему прикасаться ко мне. Сейчас этому пришел конец.

Нийол, очевидно, оправился от моей реакции. Его ухмылка вернулась, он переводил взгляд с меня на Уилла.

– О-о-о, я задел за живое? Только не говорите мне, что отношения инвента и его подопечной переросли в нечто большее?

– Иди к черту! – мой голос дрожал. Чтобы не расплакаться у них на глазах, проскользнула в дверь и захлопнула ее за собой. Я поспешила вниз по винтовой лестнице и набрала номер Дарии, продолжив бежать.

Задыхаясь, прижала телефон к уху. Только когда пошли гудки, я подумала о том, что она, наверное, уже спит. Но мои опасения оказались напрасными, уже после второго гудка прозвучал ответ.

– Киа!

Волна симпатии захлестнула меня.

– Привет, Дария.

– Разве ты не получала моих сообщений? Я тысячу раз пыталась дозвониться до тебя! Они уже у вас?

Мои шаги замедлились. Ее голос звучал нервно.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, весь Тессарект на ушах из-за нас. Не думаю, что они видели меня, но тебя и Нейта… и Уилла с его отцом. Вы в порядке?!

Мы попрощались несколько часов назад, после того как она вместе с гондольером сначала спасла Каспера и Уилла, а потом и нас с Нейтом. Отец Уилла отстал – обнаружили его или нет, мы не знали.

– У нас никого не было. Во всяком случае, никого из Омилии.

О боже, что, если Нийола к нам домой послал Нерон?

Я покачала головой. Мне не хотелось думать о том, почему он пришел. Мне больше не хотелось тратить время на размышления о нем. Так же, как и о моем предателе-инвенте.

– Дария, послушай, я знаю, что уже поздно, может быть, ты все-таки заедешь за мной? Или расскажешь, как добраться до тебя?

– Что случилось?

– Я расскажу сразу же, как увидимся, хорошо?

Любопытство в ее молчании нельзя было не заметить.

– Я все равно не смогу уснуть. Где ты?

Мне хотелось обнять ее и никогда не отпускать.

Я поспешно описала ей свое местоположение, и мы попрощались.

Как раз, когда я собиралась пойти дальше, телефон снова завибрировал.

Стиснув зубы, я сбросила звонок, как только увидела имя. Это ни к чему не привело – через несколько секунд Уилл снова позвонил. Мы повторяли игру до тех пор, пока нить моего терпения не оборвалась и я не ответила.

– Перестань звонить мне! – крикнула на бегу.

– Киа, ты не можешь просто убежать, – его голос был спокойным, но внутри он кипел. Насколько я его знала, Уилл едва сдерживался, чтобы не закричать. Как будто был тем, кто имел на это право!

– Сегодня переночую у Дарии, – выдавила я. – Со мной ничего не случится, и ты все время будешь знать, где я нахожусь. Этого должно быть достаточно.

– Послушай, нам нужно поговорить. Сейчас нельзя разделяться. В конце концов появится Нерон, и ты должна выслушать то, что…

– Черта с два я буду слушать эту чушь. Если появится Нерон, скажи ему, что это была моя вина. Я убедила вас всех проникнуть в тюрьму. Вали все на меня. Мне все равно.

– Киа…

Я положила трубку, включила на телефоне беззвучный режим и пошла дальше. Гирлянды между серыми домами кружились на ветру, а ночное небо разрывали молнии. Дождь капал мне на лицо.

Он не отрицал этого. Уилл не отрицал, что помог Нийолу. Предоставил ему информацию обо мне, чтобы тому было легче мной манипулировать.

И теперь он хочет, чтобы я его выслушала?

Я не буду плакать. Не из-за него. Не тогда, когда он ощутит все, что я чувствую.

Никто не встретился мне по пути, и гроза бушевала все яростнее и яростнее. Я потеряла всякое ощущение времени, пока шла по узкой улице, поэтому опустила голову и не поднимала глаз, пока громкий гудок не смешался с грохотом бури.

Дария наполовину приподняла крышу своего темно-синего кабриолета. В свете уличного фонаря ее короткие волосы влажно блестели. Улыбаясь, она наклонилась над пассажирским сиденьем и открыла для меня дверь.

В два шага я оказалась рядом с ней и скользнула на сиденье. Девушка завела мотор, и машина рванула вперед.

– Ты что, с ума сошла? – я указала на проем над нашими головами и вынуждена была рассмеяться, хотя мне совсем не хотелось этого делать.

– Если ты хотела сказать: «Спасибо, что забрала меня посреди ночи», всегда пожалуйста! – воскликнула она. – Нет ничего лучше, чем ощущение капель дождя на лице, а?

Она с наслаждением бросила взгляд на небо.

– Спасибо, что забрала меня посреди ночи, – повторила я искренне, нащупывая ремень. – Знаю, что последние несколько часов были достаточно напряженными и для тебя.

Она махнула рукой.

– В конце концов, я не провела ночь в тюрьме благодаря Касперу и Нейту. Вот зануды… – В ее голосе звучала неподдельная обида.

– Поверь мне, я бы тоже с уверенностью могла обойтись без этого опыта. Честно говоря, не знаю, почему эти двое вообще были там.

– Потому что они не хотят пропускать приключения не меньше, чем я. Но я, конечно, слишком молода для этого.

– Дария, нас едва не поймали, – нахмурилась я. – Я бы никогда не пошла в тюрьму добровольно, если бы мне не нужно было искать своих родителей.

– Да, знаю. В конце концов, хорошо, что я вовремя выбралась, чтобы организовать транспорт для побега. – Она подмигнула мне. – Ну, выкладывай. В последний раз, когда видела вас с горячим инвентом, он держал тебя в руках так, будто никогда больше не отпустит. Что случилось?

Я уставилась перед собой на дорогу.

– Нийол объявился.

– Нийол?

– Бывший моей лучшей подруги, с которым у меня тоже кое-что было, – выпалила я. – Я уже говорила тебе, что мой вкус в отношении мужчин оставляет желать лучшего. В любом случае, он оказался Пноэ, который имеет какое-то отношение к Арье. И, скорее всего, его отправили в Лидс, чтобы манипулировать мной и отдалить меня от моих друзей.

– Что, прости?

Очевидно, Иви никогда не рассказывала ей о моих катастрофических любовных похождениях. Я набрала воздуха и изложила ей историю короткими отрывистыми фразами.

Она ни разу не перебила меня, только кивала. Как только я закончила, она бросила на меня озадаченный взгляд.

– И какое это имеет отношение к Уиллу?

– Судя по всему, они работали вместе. Уилл, похоже, предоставил ему информацию обо мне, чтобы ему было легче обвести меня вокруг пальца.

– Ты серьезно?

– Угу.

На мгновение она, казалось, задумалась, потом фыркнула.

– Что за недоумок!

Это прозвучало так сухо, что я рассмеялась.

– Хорошо… Если я правильно поняла, – осторожно начала она через некоторое время. – Между вами ведь что-то было, верно? Вот почему его предательство особенно больно?

Я глубоко вздохнула.

– Да, – наконец призналась я. – Так и было.

В прошедшем времени. И преуменьшение века.

Она взвизгнула. Я бросила на нее укоризненный взгляд.

– Прости-прости! Просто дело вот в чем: мы с Каспером поспорили.

– Теперь стало лучше, – я закрыла лицо руками.

Я очень рассчитывала на то, что она не попытается вытянуть из меня каждую деталь.

– И чего хотел этот Нийол от вас? Ткнуть тебя носом в то, что они заодно?

Я подняла глаза.

– Понятия не имею.

– Как так?

– Я сбежала.

Она подняла бровь.

– Ты говорила, что он Пноэ? Думаешь, он хочет работать с нами?

– Не знаю и знать не хочу.

– Ладно. Оставим эту тему. Выглядишь так, как будто тебе нужно немного отвлечься.

Машина замедлила ход, и только теперь я обратила внимание на окружающую обстановку. Темно-серые фасады в свете уличных фонарей свидетельствовали о том, что мы все еще находились в районе Идор.

– Есть еще кое-кто, кто сегодня ночью тоже не сомкнул глаз. И не может дождаться, чтобы познакомиться с тобой.

* * *

Я запрокинула голову. Каменные лестницы передо мной вели вверх по небольшому холму к зимнему саду. В этот момент дверь со скрипом распахнулась и раздался звон колокольчиков. Вскоре после этого женщина шаркающими шагами спустилась нам навстречу. Казалось, ее так же, как и Дарию, не особо беспокоил дождь.

– Друзья ночи, – воскликнула женщина, раскинув руки. На ней был кардиган с рукавами «летучая мышь», доходившими до щиколоток, темно-красные дреды были заплетены в косу.

Дария подбежала к ней и обняла. Женщина молча стояла босиком в грязной луже.

Она повернулась ко мне.

– Киана. Наконец-то я познакомлюсь с тобой лично! Я Ариэль Лагард. Зови меня просто Эль.

Лагард?!

Как… Иви и Нерон Лагард?

Прежде чем я успела ответить, она заключила меня в объятия. Аромат ванили достиг моего носа.

Она отпустила меня и махнула рукой в сторону дома.

– Давай-давай, заходи.

– Ты ждала нас? – спросила Дария, просияв. Она потащила меня вверх по лестнице и нырнула под ветку лианы, чтобы зайти в зимний сад.

Ошеломленная, я перевела взгляд на мерцающие цветы на потолке. Ариэль захлопнула за собой дверь и дважды повернула большой золотой ключ, прежде чем бросить взгляд через плечо.

– Мне снилась Эвелин. Она сидела в кроне дерева и звала меня. После того, как я наконец нашла ее, она подтолкнула меня связаться с вами. – Своими светло-зелеными глазами она настойчиво смотрела на меня. – Как себя чувствуешь?

– Хорошо… Я имею в виду… – Мой голос сорвался. Тысяча чувств пронзили меня одновременно, и ни одно из них не было хорошим. К тому же она была незнакомкой. Которая носила фамилию Нерона.

– Пноэ пришел к Киане, – Дария пришла на помощь, когда прошло несколько секунд, а я все еще ничего не сказала.

Озадаченная, Эль посмотрела на нее.

– Пноэ?

Я откашлялась.

– Извините, кто вы? – мой взгляд переместился на Дарию. – Что мы здесь делаем? – добавила я немного тише.

– Я младшая сестра Нерона, – быстро ответила Ариэль, твердо глядя мне в глаза. – И отвечу на все твои вопросы, но, пожалуйста, скажи, – она с усмешкой указала на деревянную дверь перед нами. – Не стоит ли сначала зайти внутрь?

Младшая сестра Нерона. У меня в голове все перевернулось. Она не могла быть матерью Эвелин? Ей было около тридцати лет.

Ароматные струйки дыма поднимались к нам изнутри. Свечи освещали комнату. Они стояли не только на ступенях гигантской винтовой лестницы, которая поднималась на второй уровень в центре комнаты, но и на стопках книг и подоконнике. Между ними горели благовония, распространяя аромат корицы, ванили и гвоздики. Или, может быть, этот запах исходил от дымящейся кастрюли на плите.

Мы расположились на трех покрытых мехом табуретках.

Я уставилась на Ариэль. На ее руках болтались бесчисленные разноцветные браслеты, а под кардиганом виднелись зеленые сверкающие шаровары. Единственное сходство с Эвелин было в темном цвете лица. От Нерона я в ней ничего не нашла.

– Вы… Ты… Тетя Иви? – осмелилась я спросить.

Она приветливо кивнула мне.

– Она лучшая племянница, о которой можно только мечтать. Не в последнюю очередь потому, что периодически выводит моего брата из себя. Она кое-что рассказала мне о тебе, Киана. Во время вашего пребывания в Лидсе мы регулярно разговаривали по телефону. Вы подружились, да?

Я нахмурилась. Почему Иви никогда не рассказывала мне о ней?

– Ты тоже Идор? – спросила я вместо ответа.

– О нет, меня, к сожалению, это счастье обошло стороной. – Иронии не было предела. – Я провела все детство, задаваясь вопросом, что сделала не так – почему этого не случилось со мной после Нерона и Яры, – пока не поняла, что в жизни есть что-то более важное, чем бродить по Омилии и чувствовать себя богом, потому что можешь немного управлять временем.

Ее ехидный тон сразу понравился мне.

– Яра – мать Эвелин? – выпалила я.

Иви однажды сказала мне в один особенно богатый алкоголем вечер в нашем пабе, что ее мать испарилась, когда ей не было и шести лет.

Эль фыркнула.

– Во всяком случае, что касается биологической части. Эвелин выросла в основном со мной. О Нероне не могло быть и речи, я не хотела так поступать с малышкой. Наша любимая сестра так и не смогла смириться с тем, что потеряла дар из-за беременности Иви, и в какой-то момент скрылась в ночи. Это заняло много времени, но я усвоила урок – вся эта чушь со стихиями не только опасна, но и мешает людям увидеть то, что действительно важно. Я имею в виду, управляешь временем или нет, но какая мать оставит своего ребенка?

С моих губ не слетело ни слова. Я понятия не имела, каким было детство Эвелин, она не любила об этом говорить, а я не хотела давить на нее. Боже, как я была бестактна. Снова и снова жаловалась ей на своих родителей. У меня хотя бы были родители.

Эль поднялась и подошла к маленькой кухне. Деревянной ложкой она помешивала что-то в дымящейся кастрюльке.

Я посмотрела на Дарию, которая вела себя очень тихо. До сих пор не знала точно, зачем она привела меня сюда, но то, как Ариэль говорила о своем брате и Эвелин, вселяло в меня уверенность.

– Почему ты только сейчас представляешь нас? – прошептала я Дарии. – Она, конечно, может рассказать нам больше о Нероне!

Нам пригодится любая информация, которую можем получить, если захотим пойти против него.

Дария указала на два больших чемодана под винтовой лестницей.

– Она путешествовала. После того, как Нерон затащил Иви на остров, она связалась со мной, потому что Иви внезапно перестала выходить на связь. С тех пор я держала Эль в курсе, и когда моя связь инвента с Иви пропала, она решила вернуться в Тессарект. Нерон не воспринимает ее всерьез, потому что она не одаренная. Обещаю, мы можем ей доверять. Эль сделает все ради Иви.

Прежде чем я успела что-либо ответить, Ариэль выключила плиту и повернулась к нам. Она наклонилась и схватила черную кошку, которая выскочила из-за высокой стопки книг и полоснула женщину по ногам. Эль медленно подошла к нам и устроилась на табурете напротив. Кошка с мурлыканьем прижалась к ней, когда та почесала ей за ухом.

– На чем мы остановились? Что там с этим Пноэ? – Эль переводила взгляд с Дарии на меня. – Мой брат прислал его? Из-за вашего проникновения в тюрьму?

Последний вопрос она задала совершенно нейтрально. Как будто было само собой разумеющееся, что мы проникли в тюрьму.

– Я знаю его… Со времен Лидса, – наконец выдавила я. – Он имеет какое-то отношение к Арье. Я подозреваю, что его послали ко мне, чтобы отдалить меня от друзей до того, как Уилл увезет меня в Тессарект. – Я подняла голову и посмотрела на Ариэль. – Я думаю, что за всем этим стоит Нерон.

Ее губы образовали узкую линию.

– На сегодняшнюю ночь вы здесь в безопасности. Нерон не посмеет прийти сюда. Если вообще заметил в этой суете, что я снова в городе. – Она посмотрела на меня. – Не хочешь ли рассказать, что именно произошло в тюрьме? Что твоя мама рассказала о моем брате? – спросила женщина голосом, наполненным болью.

Я сглотнула. Дария ободряюще кивнула мне.

– Она сказала, что именно он запер моих родителей, хотя они совершенно здоровы. – Я коротко покачала головой, чтобы прогнать воспоминание об Агнии, как она с распахнутыми глазами обхватывала прутья решетки. – Нерон охотится за мной. Потому что… Потому что он ненавидит меня. И их. За то, что у них было то, что у него отняли.

– Хотела бы я сказать, что все это звучит как чушь собачья. Притянуто за уши. Что твоя мать действительно сошла с ума за годы, проведенные в плену. – Она тихо вздохнула и поцеловала кошку между маленьких ушек. – К сожалению, все это действительно в стиле моего брата.

– Значит, это правда? – прошептала Дария и наклонилась ближе. – Нерон и Гайя были вместе?

Сегодня днем у нас не было возможности как следует пообщаться после того, как они с гондольером спасли нас из района Чой. Каспер и Уилл посвятили ее в события ночи, пока я, дрожа, цеплялась за своего инвента. От этой мысли мне стало плохо.

Я поспешно переключила свое внимание на Ариэль. В ее глазах застыло задумчивое выражение.

– Я была тогда еще молода. Тем не менее скандал не прошел мимо меня, хотя мне не разрешалось иметь прямое отношение к Омилии. Сейчас это невообразимо, но в то время Нерон был примером для меня. Я восхищалась им. Моя сестра была скорее высокомерна. Она всегда утирала мне нос тем, что я не принадлежу к ним, потому что они элита, а я всего лишь обычная девушка. Нерон был другим. Любящим. Пробирался в мою комнату после уроков и рассказывал истории о мире таинственных стихий. В юном возрасте я просто хотела быть частью этого, и он позволял мне настолько, насколько мог. Он был моим героем, лучшим братом, которого только можно было пожелать. Но после скандала… После Гайи… – Она запнулась и захлопала глазами. Пляшущие веснушки на ее лице, казалось, остановились. – Сначала он был в бешенстве. Кричал, ревел, был вне себя от ярости. Ему было совершенно все равно, что говорили родители или люди в Омилии, он делал все возможное, чтобы снова увидеть Гайю, даже ударил отца, когда тот хотел помешать ему выйти из дома. А потом вдруг его протест прекратился. Мы так и не узнали, что произошло. Он вернулся к нам после того, как пропал на целую ночь, и даже инвенты не могли его найти, несколько дней подряд он не выходил из своей комнаты. Его боль была вездесущей, она витала над всем домом, даже когда наши родители и Яра делали вид, что все по-старому. Я слышала, как он кричал ночью. Он не успокаивался и никого к себе не подпускал. После того как в первый раз покинул свою комнату, он больше не был моим братом. Он меня напугал. Внешне он выглядел как обычно, продолжал ходить в Омилию, сидел с нами за обеденным столом. Но его окружила тьма. Брат перестал заходить ко мне в комнату. Вообще перестал со мной разговаривать. Вместо этого обращался со мной снисходительно, как Яра.

Эль замолчала и торопливо вытерла глаза рукавом.

– Внезапно для него самым важным стало привлечь внимание старейшин. Он просто проводил все время в Омилии, хотя раньше всегда высмеивал ее. После того как предал твоих родителей, старейшины полностью приняли его, и оплошность Нерона была забыта.

Она горько улыбнулась.

– Один-единственный раз, несколько месяцев спустя, Яра в споре упомянула имя Гайи. Нерон подошел к ней и сжал ей горло. Сестре не хватало воздуха, она покраснела, но он все равно не ослабил хватку. Ни слова не сказал. В его глазах была только тьма. Самая глубокая ночь. Наш отец успел вмешаться, чтобы предотвратить худшее. С этого момента я поняла, что потеряла его навсегда.

Мурашки расползлись по моим рукам.

– Значит, он изменился после того, как его заставили перестать общаться с Гайей? Известно ли, что произошло той ночью, прежде чем он отгородился ото всех? Нерон пытался связаться с Гайей? – наморщив лоб, спросила я.

Эль покачала головой.

– Не знаю. Он сам отправился в психиатрическую больницу и прошел конверсионную терапию, чтобы излечиться от своих грехов. Как будто любовь – это то, от чего нужно лечиться! Я так и не простила своим родителям того, что они из него сделали. Омилия… Ладно, она полна выжженных мозгами, одержимых властью идиотов, но наши родители? Когда Нерон рассказал им о своей любви к Гайе, они и глазом не моргнули, побежали к старейшинам, чтобы открыть им грязную тайну Нерона.

– Ваши родители предали Гайю и Нерона? – прошептала Дария.

Эль ответила на ее взгляд, полный подавленной ярости, затем посмотрела на меня.

– Теперь ты понимаешь, почему я рада, что Эвелин выросла со мной, и я, насколько могла, пыталась уберечь ее от этого обмана? Взгляды Омилии не просто глупы и презрительны – они сделали монстра из располагающего к себе молодого человека.

С каждой следующей фразой во мне растекалась жгучая жалость. Или это был гнев? Беспомощность?

Прежде чем я смогла верно сформулировать свои мысли, которые заставили мое тело дрожать, образ горящей квартиры проник в мое сознание. За ним последовали мои приемные родители на кладбище. И мои настоящие, под землей.

– Мы должны остановить его, – услышала я свой хриплый голос. – Должны освободить моих родителей и убедиться, что этот проклятый город узнает правду.

К моему удивлению, на лице Ариэль появилась мрачная улыбка.

– Да, дорогая. Мы должны это сделать.

Она встала, выпустила кошку и пошла обратно к плите, где принялась разливать питье по трем чашкам.

Я повернулась к Дарии. Она удрученно смотрела в пол. Как раз в тот момент, когда я хотела заговорить, раздался звонок ее телефона. Она вытащила его из кармана и ответила.

– Нейт? Что стряслось?

Прерывистые звуки проникали через динамик. Громкое дыхание… Или рыдания.

– Успокойся. Расскажи мне с самого начала.

Мое тело мгновенно пришло в боевую готовность. Было достаточно странно, что Дария взяла на себя разумную, рассудительную роль. Еще более нетипичным было то, что у Нейта, вероятно, сдали нервы.

Я пододвинула свой табурет поближе к Дарии и наклонилась к ней.

– Что случилось? – беззвучно спросила я, но она была слишком отвлечена, чтобы обращать на меня внимание.

– И куда они его забрали? – настойчиво спросила она, теперь уже не так спокойно.

Осознание вины мгновенно поразило меня. Я прикусила губу, пока боль не заглушила все. Прежде чем поняла, что делаю, я вырвала у нее телефон из рук.

– Нейт? Что случилось? Что с Каспером?

На мгновение на другом конце провода воцарилась тишина, затем раздался кашель.

– Охранники узнали Каспера и Уилла. Они… Они только что были в Омилии и сообщили об этом моей матери. Они уже были у вас?

Черт, черт, черт. Я не хотела думать о Уилле. И особенно потому, что именно я была причиной этой катастрофы.

– Не знаю. – Я закрыла глаза. – Скажи своей матери, что это моя вина. Скажи ей, что я заставила тебя.

– Киа… – Он звучал спокойнее, хотя каждое слово было пропитано слезами.

– Нейт, мне все равно, что со мной произойдет. Это все моя вина. Без меня вы никогда не попали бы в эту тюрьму…

– Прекрати, это нас ни к чему не приведет, – перебил он меня. – Я не собираюсь втягивать тебя в это. Мы все знали о риске. И, несмотря на это, было бы плохо, если бы моя мама знала о нашей дружбе. Просто расскажи, как у тебя дела. Я скажу ей, что я виноват и убедил Каса. Она не позволит Нерону запереть меня. – Нейт горько рассмеялся. – Я ее золотой мальчик. Однако понятия не имею, смогу ли вообще потом покинуть район.

– Теперь это не имеет значения, – отмахнулась я. – Лучше всего вам никогда больше не покидать район.

Я не успела ответить на его вопрос, как Дария выхватила мобильник. Она закатила глаза и зажала его между ухом и плечом, принимая дымящуюся чашку, которую Ариэль протянула ей.

Я сделала это вслед за ней, обхватив руками горячий фарфор. Золотистым, в некоторых местах отслоившимся цветом вспыхнул под моими пальцами перевернутый треугольник.

Тетя Иви переводила глаза с меня на Дарию, ее взгляд был отсутствующим, когда она начала водить указательным пальцем по нижней губе.

– Да, жалость к себе сейчас тоже ни к чему не приведет, – сказала Дария, энергично кивнув в мою сторону. – Нет… Да, я тебе напишу. Теперь позаботься о Каспере. Все будет хорошо.

– Это моя вина, – застонала я, когда она закончила телефонный разговор.

– Нет, это не так. Ты не заставлял их идти с нами. Нейт защитит Каса, и ничего страшного не случится. Сейчас гораздо важнее то, что мы предпримем против Нерона.

Ариэль кивнула и схватила меня за руку.

– Одаренным ничего не сделают. – Она, казалось, поняла все по обрывкам наших слов. – Я больше беспокоюсь о тех инвентах, которые были вовлечены в это дело.

– Я… Я тоже буду защищать Уилла, – пробормотала я, не глядя на них. Жажда мести была подавлена одним махом. Никогда не простила бы ему того, как он предал меня, но это не означало, что я хотела его смерти. Хотя эта мысль была сейчас довольно заманчивой.

– Да, ты должна. И, кроме того, ты должна проявить готовность к сотрудничеству.

Моя голова дернулась вверх.

– Что?

– Тюремные охранники, возможно, смогли опознать только Каспера, Уильяма и его отца, но Нерон не глуп. Вы плыли в гондоле среди бела дня. Нерон знает, что ты была там, Киана. Так что ты пойдешь к нему и покажешь раскаяние.

Я оторвала от нее взгляд и еле смогла удержаться от того, чтобы не вскочить.

– Раскаяние?

Либо Эль не заметила моего гнева, либо решила проигнорировать его. Она очень убедительно посмотрела на меня.

– Ты скажешь ему, что слышала слухи о том, что твои родители в тюрьме. Кроме того, ты была сбита с толку, потому что не знала, кому можно доверять. Поэтому отправилась в тюрьму по своему желанию.

– Я… – У меня во рту пересохло. Неужели она потеряла рассудок?

– Киана, это логично. Ты должна убедить его. У тебя нет другого выхода.

– А потом? Буду делать вид, что Омилия идеальна, и в то время ожидать, что он в любой момент убьет меня?

Я сделала осторожный глоток из чашки, чтобы успокоиться. Кашлянув, я ответила на твердый взгляд Эль. Горячая смесь лесных фруктов, корицы и алкоголя стекала по пищеводу.

– Он не убьет тебя.

– Как мы можем быть в этом уверены?

– Он очень хочет раскрыть секрет твоего дара, не так ли? – вмешалась Дария. – Вероятно, он думает, что ты все еще можешь быть для него ценной.

Ариэль не отводила от меня взгляда.

– Если бы мой брат действительно желал тебе смерти, ты бы не сидела здесь.

Мурашки ползли теперь не только по моим рукам. Что ж, это прекрасные перспективы.

Я не успела ничего сказать, потому что в этот момент со стороны зимнего сада раздался громкий стук. Он полностью заглушил гром и звучал так, как будто кто-то стучал в дверь обоими кулаками.

Ариэль плотнее закуталась в свой кардиган и пошла к двери.

– Все в порядке, все в порядке, уже иду!

Дария прикусила губу, чтобы сдержать усмешку. Она смерила меня сердитым взглядом.

– Перестань так смотреть, – прошипела я. – Просто спроси меня, где он остался.

Должна признать, Уиллу потребовалось необычайно много времени. Какая-то наивная часть меня надеялась, что он даст мне время, в котором я так отчаянно нуждалась. Но кого я обманываю? Разве он когда-нибудь оставлял меня в покое?

Уилл пронесся мимо Ариэль. Его глаза светились, а ботинки оставляли грязные следы на скрипучем деревянном полу. Я быстро отвела взгляд. Его светлые волосы были сильно взъерошены. Так же, как и несколько часов назад. Когда я вцепилась в него руками, пока он… Стоп. Неужели я действительно настолько глупа?

– Киа.

Я не буду смотреть на него, я не буду смотреть на него, я не буду смотреть на него.

– Ты сказала, что переночуешь у Дарии.

Я поставила свою чашку так агрессивно, что напиток в ней перелился через край. Затем встала перед ним. Как он посмел ворваться сюда и быть недовольным мной?

– А ты сказал, что понятия не имеешь, кто такой Нийол, – сказала я, выдавив из себя фальшивую улыбку.

Он застонал и схватил меня за плечи.

– Нам нужно поговорить.

Я хотела вырваться, но его хватка оставалась железной.

– Посмотри на меня.

– Отпусти меня.

– Посмотри. На. Меня.

Я ненавидела себя за то, что подняла взгляд. И я ненавидела его за то, что он так умоляюще смотрел на меня. Этот чертов темно-синий, смешанный со светло-коричневым. Как только у тебя могли быть такие глаза?

– Отпусти меня, или, клянусь богом, я…

– Шикарный домик!

Я тут же замолчала.

Уилл пришел не один.

– Ты привел его с собой? – обратилась я к Уиллу. На короткое мгновение он ослабил хватку, и мне удалось освободиться.

– Эй, милашка, почему ты так поспешно убежала?

Нийол был таким же промокшим, как и Уилл. Однако он, похоже, был в гораздо лучшем настроении. Спокойно снял кожаную куртку, всю в каплях дождя, и подмигнул мне, прежде чем уставиться на Дарию. Затем закатал рукава своей белой рубашки и протянул ей руку.

– Ты тоже в команде?

Брови Дарии резко поднялись вверх, когда она оценивающе оглядела его сверху донизу.

Он взял ее руку в свою и запечатлел на ней поцелуй.

– Я – Нийол. А ты?

Дария, казалось, потеряла дар речи. Даже я не ожидала от него такой дерзости. В Лидсе Нийол всегда флиртовал с Софией передо мной, но тогда он не был таким высокомерным. Или, может быть, я закрывала на это глаза, потому что он выражал всю свою боль в наших личных беседах, и мне было его жалко.

Я оторвалась от его взгляда и посмотрела на Уилла.

– Значит, теперь вы лучшие друзья и ты повсюду таскаешь его за собой?

Мой инвент стиснул зубы.

– На самом деле у меня нет выбора.

Эта формулировка… Жар ударил мне в лицо.

– О, да-да, у тебя никогда не было выбора. Тебе также не было поручено строить мне глазки и манипулировать мной?

– Я тобой не… – начал он, но Нийол опередил его. Дария оторвалась от него, не отвечая, и забрала свою чашку.

Он снова повернулся ко мне.

– Киа, в тебя столько огня, как никогда раньше.

Боже, я действительно не смогу долго держать себя в руках.

– Что это значит?

Мы все повернулись к Ариэль, которая прислонилась к дверной раме и скрестила руки, глядя на нас. Я совсем о ней забыла.

– Как невежливо с моей стороны, – Нийол тоже взял ее руку, но, учитывая выражение ее лица, не осмелился поприветствовать женщину, как Дарию. – Вы младшая сестра Нерона Лагарда, не так ли? – Он указал на себя: – Нийол Фестида. Рад с вами познакомиться. – С иронической улыбкой его взгляд блуждал по аквариуму, мерцающим растениям и беспорядочно валяющимся стопкам книг. – Хорошо здесь у вас.

Эль даже не пошевелилась.

– Я по крайней мере на десять лет старше тебя, дорогуша, так что включи заднюю. – Она повернулась к Уиллу. – Что здесь происходит? Ты инвент Кианы, не так ли?

– И зачем ты его привел? – презрительно сморщив нос, добавила Дария, указывая на Нийола.

Уилл закатил глаза.

– Мы можем ему доверять. Он здесь, чтобы помочь нам. Вопрос в том, зачем ты привела Киану посреди ночи к совершенно незнакомому человеку.

Горячая ярость пульсировала в моих жилах.

Используя последние остатки самообладания, которое смогла собрать, я сделала шаг в сторону, боясь, что он схватит меня за руку, если буду слишком близко к нему. Доверять. Как он вообще мог произнести это слово?

– Он – Пноэ, – объяснил Уилл. – И он знает, где находится другая организация. Включая Эвелин.

Выражение лица Ариэль изменилось за считаные секунды. Она подошла к Нийолу и тыкала ему пальцем в грудь до тех пор, пока он не отпрянул назад.

– Где они?

– Эй, помедленнее. Я слышал, вы пробрались в тюрьму на севере? Насколько вы сумасшедшие, ребята? – Нийол весело посмотрел на нас через плечо.

Эль схватила его за подбородок и повернула к себе, тем самым заставив его ответить на ее взгляд.

– Я повторюсь только один раз: где моя племянница?

Ее глаза сверкали. Несмотря на то, что она была на целую голову ниже Нийола, он казался достаточно впечатленным.

– Ну ладно тебе, расслабься. Она с Фосом. Он завербовал ее, и с ней все в порядке.

Завербовал? Противники Омилии вербуют одаренных?

– А где Фос? – опасно тихо спросила Эль, не отпуская его.

Нийол торжествующе улыбнулся.

– На головокружительной высоте. Над крышами восточного города.

Дария вскочила. Ее лицо совсем побелело при упоминании о Иви.

– Враждебная организация находится в районе Пноэ?

– И почему же Иви не пришла сюда сама, чтобы сказать нам об этом? Почему именно ты? – прошипела я.

– Эвелин еще только знакомится с местностью и обучается. И это было бы слишком большим риском для нее, учитывая, что Нерон, – быстрый взгляд на Эль, – проявляет к ней особый интерес. – Он облизнул нижнюю губу. – Было логично выбрать меня. Я, конечно, вызвался посвятить тебя и убедить в нашем плане.

– Что за план? – выпалила Дария, но я покачала головой. Кого волнует, что этот сукин сын должен был сказать? Почему я должна верить хотя бы одному его слову?

– Все это чушь собачья. С чего это вдруг стану тебе доверять? – я бросила на Уилла пренебрежительный взгляд. – Почему я вообще должна еще кому-то доверять?

– Мне все равно, можно ли ему доверять, – прошептала мне Дария. – Если у него есть хотя бы намек на то, где может быть Иви…

– Я могу отвезти тебя туда, Киа! – воскликнул Нийол. – Давайте не будем тратить время.

Ариэль встала на цыпочки. Ее нос почти коснулся его носа.

– Мне нужны подробности. Сейчас же.

– Это лучше, чем ничего, – ответил он. – Фос точно объяснил мне, кому я могу доверять в этом городе, а кому нет. Благодаря Эвелин мы также знаем, что вы мало что знаете о махинациях своего брата.

О, как бы мне хотелось стереть с его лица эту высокомерную ухмылку…

Меня вырвали из моих фантазий о насилии холодные пальцы, сомкнувшиеся вокруг моего запястья.

Я тут же дернулась. Напрасно. Уилл усилил хватку. Он притянул меня ближе к себе, всякое чувство вины исчезло из его глаз.

– Не смей, – прошипела я.

– Мы сейчас поговорим наедине, – твердо сказал он, прежде чем потащить меня через дверь в зимний сад с силой, которой я никогда в жизни не смогла бы ничего противопоставить.

Мне не хватало воздуха. От гнева на глазах выступили слезы.

Уилл остановился под синими бутонами, но не попытался отпустить меня.

– Киа. Ты просто тратишь наше время.

– Ты…

– Пожалуйста, прекрати, – со стоном потребовал он.

Я моргнула. Болезненный комок образовался в моем горле. Мне срочно нужно сосредоточиться на гневе.

– Ты имеешь полное право ненавидеть меня, ясно? Можешь ругать меня, даже можешь наброситься. Все, чтобы тебе стало лучше. Я это заслужил. Но не сейчас. Не тогда, когда Нерон пытается связаться со мной каждые две секунды и может появиться здесь в любую минуту.

– Мне все равно, появится ли он здесь, – произнесла я, не глядя на него.

– Нам нужен план. И он… Нийол может помочь нам. Он может привести нас в организацию. С ее помощью мы, возможно, сможем освободить твоих родителей.

– С каких пор тебя это интересует? – вырвалось у меня. – Я думала, все дело в моем благополучии? – я несколько раз сглотнула, чтобы избавиться от комка. – Это тоже было ложью?

– Я… Я тоже не знаю, что с моим отцом. Думаю, они могли его поймать.

Мое сопротивление ослабло. В какой-то момент его голос звучал совершенно уязвимо.

На мгновение я позволила себе отвлечься.

– Почему ты так думаешь?

– Он не подходит к телефону. – И снова он, умоляющий взгляд. Уилл наклонился ко мне, и я отшатнулась назад, когда его запах достиг моего носа.

– Пожалуйста. Я знаю, что многого прошу, но выслушай его. Просто выслушай то, что он хочет сказать.

– Ну ладно. – Я отвернулась от него, напряженно глядя на заросшую стеклянную стену, которая расплывалась перед моими глазами. – Когда ты наконец отпустишь меня.

Мой голос сорвался, но это не имело значения. Потому что он наконец повиновался.

Теперь пути назад уже не было. Мало того, что он не отрицал этого – он не предпринял ни одной попытки объясниться.

Ты имеешь полное право ненавидеть меня.

Не только мой голос срывался.

Два

Мрамор

Быстрыми шагами я отправилась обратно к остальным.

Концентрация. Я должна быть рада возможности отвлечься, даже если это произошло из-за моего бывшего.

Ариэль, Дария и Нийол тем временем сидели, погруженные в беседу, на трех табуретах, и кто-то придвинул еще два.

Невольно я задержала взгляд на предплечьях Нийола. Жилистые, со слегка выступающими венами. Он как раз собирал волосы длиной до плеч в узел. Его татуировка торнадо вспыхнула под рукавом при движении. Мой взгляд блуждал по его лицу. Он выглядел, как обычно. Длинные ресницы, глубоко посаженные угольно-черные глаза, характерная линия подбородка. Только тогда он был гладко выбрит, а теперь щеки покрывала трехдневная щетина.

Казалось, с ним все было в порядке – от глубокого отчаяния, которое он излучал, когда мы впервые встретились, не осталось и следа. Действительно ли он был таким хорошим актером?

Нийол только что подмигнул Дарии. Хотя она закатила глаза, я все же могла видеть, как уголки ее рта слегка дернулись, когда она отворачивалась от него. Я поджала губы, внезапно почувствовав на себе взгляд Уилла.

– Ладно, перейдем к делу! Как ты попал в организацию? – раздался голос Ариэль. – И почему доверяешь нам? Я могу позвонить брату в любую секунду и рассказать ему об этом. Кроме того: откуда мне знать, что могу доверять тебе?

Нийол поднял плечи.

– Эвелин убедила меня, что вам можно доверять. И меня завербовал Фос.

Уилл протиснулся мимо меня, не спуская с меня глаз, и устроился на одном из свободных табуретов.

– Как именно работает вербовка?

Я тоже села, но не удостоила Уилла взглядом. Довольно того, что мне пришлось сесть на единственный свободный табурет рядом с ним.

– Тессарект давно раскололся, но прибытие Киа только усугубило ситуацию, – Нийол криво улыбнулся мне. – Среди них есть не только одаренные, но и инвенты, которые шпионят за Омилией и расспрашивают окружающих, чтобы узнать, кого можно обратить на свою сторону.

– Обратить? – пренебрежительно повторила я. Это звучало так, как будто люди переходили из одной секты в другую.

– Тех, кто готов освободиться от доктрины Нерона и Арьи, – уточнил он.

Я слишком хорошо помнила, как видела его вместе с Арьей на крыше в Пноэ. Как она обняла его.

– Разве Арья не твоя бабушка? – я фыркнула. – Разве она не приказала тебе приехать в Лидс и разрушить мою жизнь? Почему ты сначала подчиняешься ее приказам, а потом сразу действуешь против нее? Это не имеет смысла.

Казалось, Нийол находил в этом что-то забавное. Он наклонился вперед с блестящими глазами.

– Во-первых, малыш, Арья не моя бабушка, а сестра моей бабушки. Если бы она была моей бабушкой, она не была бы бездетной и, следовательно, не была бы старейшиной. Во-вторых, я не несу ответственности за твою жизнь. Ты сама неплохо справилась с тем, чтобы уничтожить ее. И в-третьих, даже если для тебя это будет сюрпризом, я тоже всего лишь человек. Кто может время от времени и при определенных обстоятельствах менять свое мнение.

– Засунь свое ребячество куда подальше.

Он запрокинул голову и громко рассмеялся.

– Мне нравится эта новая, злая версия тебя.

– Закрой рот.

Я замерла. Это сказал Уилл, и в его голосе не было ни покорности, ни раздражения. Похоже, что он вот-вот взорвется.

Я избегала смотреть на него, зато все остальные озадаченно повернули к нему головы.

Нийол первым вернул себе дар речи.

– Эй, думал, ты доверяешь мне, Ромео.

– Я сказал тебе, что мы можем работать вместе. А это значит, что в это время я решил не… – Он оборвал фразу на полуслове и глубоко вздохнул. – Не испытывай мое терпение.

Нийол рассмеялся, но прозвучало это слегка смущенно.

– Вернемся к теме. – Эль нетерпеливо хлопнула в ладоши. – Киана права. Почему мы должны доверять тебе? Мне нужны доказательства.

Несколько секунд царила тишина. Дария бросала на меня многозначительные взгляды, которые я умело игнорировала, Нийол глубоко вздыхал, а Уилл разминал руки.

– Вам нужны доказательства? – прошептал Нийол, и в этот момент его шутки прекратились. Он немного задрал рукав вверх, чтобы перевернутый волчок был виден всем. – Вот ваше доказательство.

– Это татуировка, – отметила Эль с легким сарказмом, который очень напомнил мне Иви.

– Это напоминание, – возразил он ей. – О моей матери, которая всегда хотела поступать правильно, даже если поступала так против воли собственной семьи. И против системы.

Мне хотелось кричать, что все это ложь. Он все придумывает! Но что-то в его лице меня останавливало. Возможно, это была мысль о наших ночных телефонных звонках. Его сдавленный слезами голос звучал у меня в ухе. Даже если человек, который сидел передо мной, казалось, не имел ничего общего с человеком из прошлого.

– Когда моя мать жаловалась на то, что Арья и Нерон придерживаются устаревших традиций и не видят истины, я всегда вставал на их защиту. Я полностью поддерживал идеологию Омилии, поэтому не было ничего удивительного в том, что они отправили меня в Лидс. Даже немного гордился тем, что участвую в такой важной миссии. И мне было любопытно узнать, что ты из себя представляешь. – Он кивнул на меня. Искренне, с жестким лицом. – Почему было столько шума вокруг твоего существования. Я не пробыл в Лидсе и недели, когда Арья позвонила мне и открыла, что мама перенесла инсульт и умерла мгновенно. Я хотел уехать домой, но она уговорила меня остаться. Я больше ничего не мог для нее сделать. У меня даже не было возможности поехать на похороны и попрощаться с ней. У меня ничего не осталось. Кроме голоса двоюродной бабушки, которая убеждала меня закончить миссию. Я все равно не знал, чем себя занять, поэтому с благодарностью принял возможность отвлечься.

Голос Нийола становился все более хриплым с каждым словом. Я боролась с охватившей меня жалостью.

Он действительно считал меня своей миссией. Возможностью отвлечься. На этом я должна сосредоточиться.

– Когда… Когда мне удалось изолировать тебя от друзей и работа была выполнена, я вернулся в Тессарект. Посетил могилу, оплакал мать. В течение нескольких недель внешне все было как всегда, хотя я не избавился от ощущения, что смерть моей матери была для Арьи всего лишь второстепенной вещью. Вместо этого она продолжала подчеркивать, как гордится мной, что теперь нам придется смотреть в будущее и вместе стремиться к высшему благу. Высшее благо. – Он выплюнул слова, как оскорбление. Все это время Нийол смотрел на меня, но теперь казалось, что это ему тяжело. Его взгляд дергался взад-вперед, метался, как будто не знал, где остановиться.

– Несколько союзников Фоса застали меня врасплох на могиле мамы на прошлой неделе. Они спросили, хочу ли я узнать правду о ее смерти. Этого было достаточно, чтобы привести меня в замешательство и заставить согласиться. Они отвезли меня в штаб-квартиру, где Фос лично объяснил, что у моей матери не было инсульта. Ее убрали с дороги, как и любого, кто встанет на пути идеологии Омилии. Как и твоих родителей, Киана.

Дария задержала воздух и теперь шумно выдохнула. Ариэль зажала рот рукой, а Уилл не двигался.

– Нерон и Арья убили ее. Потому что она слишком много знала и связалась с Фосом и организацией. Мне она никогда не говорила об этом, вероятно, хотела защитить меня. Во всяком случае, она предоставила Фосу и организации идеальное убежище. Впрочем, об этом Арья ничего не знает, моя мама, вероятно, отказалась раскрывать что-либо об этом месте, даже под пытками. Она представляла опасность для системы. И, кроме того, ее дар не был большой потерей, в конце концов, мама никогда особо не брала на себя роль наставника.

Отец Уилла сформулировал все почти так же, когда рассказывал о запретных отношениях моих родителей. Ледяной холод распространился внутри меня, и я замерла.

– Как… Как насчет Гайи? – тихо спросил Уилл. Его гнев тоже угас.

Нийол бросил на него озадаченный взгляд.

– Ты говоришь только о Фосе. Я думал, что враждебную Омилии организацию возглавляют старейшины Пиро и Чой.

– До сих пор я еще не встречал Гайю. Какое это имеет значение? – раздраженно спросил он.

– Остынь, – спокойно ответил Уилл. – Я просто пытаюсь собрать картину воедино.

– Мне больше нечего здесь терять, ясно?

Между тем он гораздо больше походил на того Нийола, которого я запомнила. Разгневанный. Сломанный. Одинокий.

– Я поговорю с Иви, – сказала Дария.

– Да, ты сделаешь это, – согласился он. – Как только приведу Киа в организацию и мы все сможем быть уверены, что находимся на одной стороне.

– Почему мы не можем просто позвонить ей? – настаивала Эль.

– Потому что не можем рисковать тем, что убежище будет раскрыто.

– Ты сказал, что тебе нечего терять, – снова подхватила я нить разговора. – Что именно ты хочешь выиграть? Какое тебе дело до всего этого?

– Разве это не очевидно? – его высокомерная ухмылка вернулась одним махом.

– Ты хочешь отомстить моему брату, – ответила на вопрос Эль.

– Я хочу свергнуть старейшин Омилии, – сказал он. – Все, на чем стоит этот проклятый центр стихий. Разве вы не хотите того же?

Его вопрос повис в воздухе, прежде чем целенаправленно осесть в моей голове, поджигая все и возвращая адреналин прошлой ночи.

– Я хочу освободить своих родителей, – услышала я свой голос, словно со стороны.

Он кивнул.

– И Фос поможет тебе в этом.

– Ладно. – Я тоже кивнула и посмотрела ему прямо в глаза. – Когда ты отвезешь меня к нему?

– А теперь помедленнее, – прошипел Уилл сбоку, но я смерила его убийственным взглядом. Разве это не было тем, чего он хотел? Чтобы я выслушала Нийола? Чтобы мы сотрудничали?

– Я пойду с вами, – энергично закивала Дария.

– Вы не можете просто уйти сейчас! – крикнул Уилл. – Нерон устроит нам ад. Скорее всего, он уже ищет нас по всем уголкам этого района.

– Уильям прав, – голос Ариэль звучал решительно. – Во-первых, вам нужно успокоить волнения в Омилии. – Она повернулась к Нийолу. – Тем временем ты расскажешь мне, где именно находится Эвелин.

– У меня нет полномочий посвящать неодаренных, – надменно заявил он.

Она молниеносно наклонилась и схватила его за воротник.

– А теперь слушай внимательно, дружок. Если ты немедленно не начнешь говорить, я сейчас же покажу тебе, насколько полезен твой проклятый статус одаренного.

На этот раз Нийол не дал себя смутить. Его лицо было бесстрастным.

– У меня есть разрешение привезти только Киа.

Они сверкали глазами друг на друга, пока пронзительный звонок не разорвал напряженную тишину.

Ариэль смерила его пренебрежительным взглядом и поднялась.

Женщина обошла винтовую лестницу и сорвала трубку старомодного проводного телефона с вилки, прикрепленной к стене.

– Лагард, – она повернулась в нашу сторону, и я могла видеть, как ее лицо побледнело, прежде чем Ариэль приложила указательный палец к губам и бросила на нас предостерегающий взгляд. Затем расправила узкие плечи. – Черт возьми, конечно, я спала, сейчас середина ночи, – вздохнула она. – Ах, как приятно, что я могу слышать твой голос… Конечно, мне больше нечем заняться, братец.

Уилл поднял руку, как будто хотел прикоснуться ко мне, но быстро опустил ее, как только наши взгляды встретились.

– Нам нужно уходить… – прошептал он как бы про себя. – Мы должны убираться отсюда…

– Как насчет того, чтобы ты для разнообразия позаботился о местонахождении своей племянницы, вместо того чтобы гоняться за парочкой подростков? – продолжила Ариэль. Нападение по-прежнему было лучшей защитой. – Да, похоже, ты вот-вот умрешь от беспокойства!

Она бросила ему еще несколько ругательств, затем повесила трубку.

Мы все смотрели в пол, и только Нийол встал.

– Тогда я лучше пойду, – он подошел к Ариэль и слегка неловко похлопал ее по плечу. Она скрестила руки на груди, но, казалось, была слишком взбудоражена разговором с Нероном, чтобы возражать. – Спасибо за напиток.

Затем помахал рукой – уже на ходу – Дарии и мне.

– Было приятно снова вас увидеть. Соответственно, познакомиться. Будем на связи, хорошо?

Какого черта? Я думала, он хочет отвезти меня к Иви.

Эль пришла в себя, когда он уже скрылся из виду.

– Мы еще не закончили! – крикнула она и бросилась вслед за ним.

Я вздохнула и ткнула Дарию в бок.

– Поедем к тебе?

– Киа… – Тут же подал голос Уилл. Я отвернулась от него.

Дария подняла глаза.

– Может быть, лучше спросить Эль, можем ли мы побыть у нее, пока Нерон все еще ищет тебя…

– Тоже неплохая идея. Я могу пойти прямо в Омилию, самостоятельно. Я его не боюсь.

– Ты никуда не пойдешь, пока у нас не будет плана, – возразил Уилл.

Я проигнорировала его.

Ариэль поспешно вернулась в комнату.

– Этот паршивец сбежал, – прошипела она.

Я поднялась.

– Я позволю Нийолу отвезти меня в эту организацию, как только смогу. Обещаю. Но, может быть, я могу поспать здесь сегодня ночью?

Она тепло улыбнулась мне.

– Конечно, моя дорогая. Конечно.

– Нам пора домой, – сказал Уилл, явно смирившись.

Я отвела взгляд от Ариэль и обернулась. У меня нет дома в этом городе. Мой дом сгорел.

– Ах, потому что они, конечно, не будут искать нас там? – попробовала я включить логику.

Сейчас ему было нечего мне ответить.

– Уильям, ты тоже можешь спать здесь. – Эль указала наверх. – У меня достаточно места для всех нас.

Дария встала и схватила меня за руку.

– Мы с Иви уже ночевали здесь, когда засиживались допоздна. Пойдем, я покажу вид, сейчас он поразит тебя не меньше, чем при дневном свете!

Я сомневалась, что сегодня меня еще что-нибудь может поразить, тем не менее я одарила ее улыбкой и с готовностью позволила себя увести. На протесты Уилла я не обращала внимания.

После того как мы сделали несколько кругов по винтовой лестнице и оказались на высоте добрых трех метров над землей на какой-то галерее, я сжала руку Дарии и ненадолго остановилась, чтобы положить подбородок ей на плечо.

– Спасибо, – прошептала я ей на ухо. – Спасибо, что ты рядом.

Это произошло незаметно – друзья Иви больше не были просто друзьями Иви. В какой-то момент между тайными встречами, бессонными ночами и бескомпромиссной сплоченностью они стали и моими друзьями.

* * *

Каждый шаг был усилием.

Мой взгляд был направлен на озеро перед главным зданием. Внешне все было как всегда: пасмурное серое небо, пара гондол с туристами и рассказчиками. Но от Омилии, казалось, исходило призрачное спокойствие.

Меня парализовал не страх. Я не лгала – я не боялась Нерона. Во всяком случае, не того, что он загонит меня в угол. Скорее, боялась своего отсутствия самообладания. Я все еще не была на сто процентов убеждена в плане Ариэль обмануть его и сделать все так, как он хочет, хотя мне пришлось признать, что он звучал логично при дневном свете и взгляде со стороны.

Было еще относительно раннее утро. Хотя на мягком матрасе в мансарде Ариэль я проспала недолго, зато без кошмаров, что на самом деле не было ожидаемо, учитывая события.

– Ты знаешь, что тебе нужно делать? – тихо спросил Уилл, когда мы подошли к одному из изогнутых мостов.

Я не удосужилась даже взглянуть на него. Его присутствие не совсем помогало почувствовать себя лучше в этой ситуации. Я не знала, где он спал и спал ли вообще – его круги под глазами скорее говорили об обратном, но я проснулась оттого, что он разговаривал по телефону внизу, в гостиной Ариэль. С Нероном, как мне показалось.

Нас обоих ждали. Так что даже элемент неожиданности не был на нашей стороне.

– Давай просто покончим с этим, – ответила я твердо.

Ворота с символами золотых элементов распахнулись, как только мы добрались до середины моста. Несколько человек выбежали нам навстречу.

Уилл тут же встал передо мной и остановился, так что закрыл мне обзор. Я не узнала ни одного лица.

– Уильям Лоу! – воскликнул парень с азиатскими чертами лица в сером строгом пальто. – Ты пойдешь с нами.

Он кивнул кому-то, и не прошло и секунды, как моего инвента схватили двумя парами рук за плечи и оттащили от меня в сторону главного входа.

Сначала он напрягся, но потом его тело внезапно расслабилось, Уилл только еще раз оглянулся на меня. Выражение его лица было непонятным.

– А кто это у нас тут?

Я оторвалась от взгляда Уилла.

Передо мной стояла высокая белокурая красавица на убийственных каблуках и в пиджаке кораллового цвета. И по сравнению с нашей последней встречей она выглядела далеко не такой довольной.

Я заставила себя фальшиво улыбнуться.

– Доброе утро.

Мать Нейта схватила меня за руку, впилась своими длинными красными ногтями в кожу и толкнула меня вперед.

– Что ты сделала с Натаниэлем? – прошипела она мне на ухо, пока я шла рядом с ней ко входу.

– Что, простите?

– Ты манипулировала им, да? На вашем занятии ты внушила ему какие-то больные мысли, чтобы убедить проникнуть в Десмот?

Я на мгновение потеряла дар речи, что было не так уж плохо, так как она все равно не ожидала ответа.

– Что ты ему пообещала? Доступ к твоему дару? Больше власти? Я должна была догадаться, что мой сын с такой…

Я не могла ничего с собой поделать – не раздумывая, фыркнула.

Слишком уж мне хотелось спросить ее, прилагала ли она хоть каплю усилий для того, чтобы поладить с сыном. Нейт и жаждущий власти? В каком мире она на самом деле жила?

– Я не знаю, о чем вы говорите. – Изо всех сил старалась показать, что меня сбили с толку.

Ее хватка стала крепче.

– Конечно, ты этого не знаешь, – процедила она.

Прежде чем мы смогли продолжить наш чудесный разговор, дверь в задней части коридора распахнулась. Свет ближайшей люстры ослепил меня, но не пришлось долго гадать, кто же нам шел навстречу. Фигура волочила за собой одну ногу.

– Дилара, – сказал Нерон мягким голосом, оказавшись всего в нескольких метрах от нас. – У нас был уговор.

Мать Нейта, фыркнув, отпустила меня и проследовала мимо него в сторону его кабинета, из которого Нерон только что вышел.

Его покрытая шрамами половина лица находилась в тени, поэтому на первый взгляд лицо казалось невредимым. Однако под ледяными голубыми глазами залегли такие же темные круги, как и под глазами Уилла. Серебристая прядь выбилась из убранных назад волос и упала ему на лоб. Он, казалось, не замечал этого.

Несколько секунд он оценивал меня с невыразительным видом, затем на его губах мелькнула тень улыбки.

Я замерла и вдруг осознала, как быстро бьется мое сердце. Ты не боишься, Киа. Ты не боишься этого идиота. Ты просто злишься.

Тем не менее я не могла сопротивляться образу моей измученной матери за решеткой. И не могла не вспомнить слова Нийола, когда он рассказал нам, что они сделали с его матерью.

– С тобой не соскучишься, Киана Либерт. Это уж точно.

Не давая мне сказать хоть слово, он просунул свою руку под мою, и мне не оставалось ничего другого, как вцепиться в него. Прикосновение не улучшило моего сердцебиения.

Я не осмеливалась заговорить, пока мы направлялись к его кабинету. Вместо этого я сосредоточила свое внимание на всем остальном. Стеклянный купол крыши над нами. Синие картины. Мраморные плиты под ногами. Коридор был пуст, и звук каблуков Дилары стих. Слышалось только тихое бормотание, оно доносилось из кабинета Нерона, перед которым мы теперь остановились.

Он опустил руку и указал подбородком внутрь.

– После тебя.

Я бывала здесь не раз, но никогда еще здесь не было так людно. Перед величественным книжным шкафом сидели более десяти человек, погруженных в дискуссию, все они были одеты в разные оттенки синего и серого. Люди мгновенно замолчали, как только я вошла в комнату.

Дилара и тип, который вместе с ней расспрашивал меня о даре, сидели впереди. За ними виднелись незнакомые лица лет сорока и… Старейшина Пноэ. Ее белые волосы свободно спадали ей на плечи, и она была единственной, кто не обратил на меня внимания. Вместо этого женщина мечтательным взглядом смотрела в окно.

Я оглянулась на Нерона, он подал знак женщине сзади. Та вскочила, отвела от меня взгляд и подвинула свободный стул в центр комнаты, прямо перед группой людей.

– Садись, – тихо приказал Нерон.

Он присоединился к Диларе, но махнул рукой, когда ему предложили стул.

Я повиновалась. Сложила руки на коленях и опустила голову. Слишком много взглядов было устремлено на меня.

– Что случилось позавчера вечером, Киана? Или мне лучше сказать: вчера в полдень? – его голос звучал спокойно.

Почему он не кричал на меня? С гневом я бы справилась. Тогда все карты были бы на столе. Ложная вежливость опасна.

Я открыла рот и снова закрыла. Ариэль сказала, что я должна проявить раскаяние. Но как я могла правдоподобно передать это, если не чувствовала в себе ничего, кроме холодной ненависти? Тут не помогало и воспоминание о его трагическом прошлом с Гайей.

Тишина давила на уши, напряжение было натянуто до предела.

– Я проникла в тюрьму на севере города.

Слова прозвучали слишком поспешно и слишком сухо – ни виновато, ни тревожно. Довольно вызывающе.

Я рискнула бросить беглый взгляд. По группе людей пробежал шепот. Кто-то выругался. На лицах промелькнули неприязнь, удивление и даже немного благоговения.

Нерон был исключением со своим бесстрастным лицом.

– Почему? – спросил он, заставив всех замолчать.

Черт возьми, я никогда не была хорошей актрисой. Так я не продвинусь дальше. Мне нужны эмоции. Что-нибудь реальное.

Я лихорадочно уставилась на свои переплетенные пальцы. Как должен чувствовать себя тот, кто нашел своих биологических родителей под землей и теперь убежден, что Омилия все это время была права?

Раскаяние не было на первом плане. Отчаяние вытеснило все. Так же, как в Сотерии, только хуже. Гораздо хуже, потому что теперь уже не было никакой надежды.

На этот раз мысли ненадолго задержались на маме. И продолжали блуждать по другим лицам. Нейт и Каспер. Лиам и Уилл. Их поймали в бункере только потому, что я хотела к своим родителям. Что случится с Каспером, если Нейту не удастся убедить маму в его невиновности? Где был отец Уилла? Неужели охранники все-таки поймали его?

А что с Уиллом? Где он? У него тоже есть возможность объясниться? Ариэль сказала, что об одаренных нам не нужно беспокоиться. А что насчет наших инвентов?

– Я… Я думала, что вы солгали мне, – выдавила я, не поднимая головы. – Я слышала слухи о том, что мои родители совсем не сумасшедшие. Вот почему мне нужно было убедиться в этом.

Снова последовало бормотание, на этот раз более возмущенное.

– Что за слухи? – сразу же выпалил Нерон. – От кого?

Я крепко зажмурила глаза.

– Здесь, в Омилии, я слышала кое-что в коридорах, не знаю, кто это был, я не смогла разглядеть лица. – Нерон никогда мне не поверит, но что-то я должна была сказать. – Но… Мне совершенно все равно, кто это сказал. Мне просто нужно было знать. Потому что я понятия не имею, кому могу доверять в этом городе!

Доверять.

Я переспала с Уиллом. Это было не самое худшее. Хуже всего было то, что я доверяла ему. Его признание в любви выбило у меня почву из-под ног после того, как я так долго предполагала, что его чувства были не более чем отражением моих собственных. Когда действительно чего-то очень хочешь, игнорируешь все тревожные звоночки.

«Такая, какая ты есть сейчас, и такая, какой ты будешь завтра, – в моих глазах это совершенство. То, что он был слишком слеп, чтобы увидеть это, не означает, что я такой же».

Входило ли в какой-то больной план, чтобы я влюбилась в него, как до этого в Нийола?

– И? Ты смогла убедиться в этом? – голос Нерона звучал тревожно.

Я открыла глаза. Слезы побежали у меня по щекам.

– Я… Я видела своих родителей, – с трудом выдавила я. – Зачем держать их в плену, если они все же якобы больны?

– Потому что они – позор для всего города, – прошипел мужской голос с заднего ряда.

Нерон взглядом заставил мужчину замолчать.

– Это не имеет значения, – поспешно продолжила я. – Неважно. Все, что имеет значение, это то, что я ошибалась. Они были такими же апатичными, как и в Сотерии. – Обеими руками я вытерла щеки и фыркнула. – Я… Я не знала, как помочь себе иначе. Для меня все это – слишком много. С тех пор как меня вырвали из прежней жизни, я не могу нормально спать. Становится все хуже и хуже. Я постоянно представляю себе их лица. А потом… Потом мои приемные родители… Мои друзья. Которые считают меня мертвой.

Мой голос становился все пронзительнее с каждым словом, и хотелось, чтобы это все еще было связано с ролью, которую я хотела воплотить.

– Ничего не имеет смысла, понимаете? Ничего не имеет смысла!

Я закрыла лицо руками.

Возможно, Агния была права. Возможно, мне нужно было бежать, пока у меня еще была такая возможность. До тех пор, пока они не бросят меня к ним в камеру. В данный момент эта мысль была совсем не такой уж неприятной.

– Успокойся, успокойся. Никто тебя не упрекает, – нарушил молчание Нерон.

Я замерла.

– Совершенно естественно, что ты сбита с толку. Мы все очень тебя понимаем.

Что, простите?!

Я убрала руки от своего мокрого лица и моргнула. Нерон сделал шаг ко мне и мягко улыбнулся. В теплом свете потолка его шрам теперь снова внушал страх, как никогда.

– Мы должны были общаться с тобой более открыто, Киана, тогда это не зашло бы так далеко. Но ты не можешь просто проникнуть в тюрьму в чужом районе.

Обескураженная, я заставила себя кивнуть.

– Я знаю. Я знаю, мне очень жаль.

Его улыбка стала шире. Затем он сделал легкое движение головой в сторону двери и щелкнул пальцами, не глядя на кого-то конкретного. Тем не менее все один за другим поднялись и, не без враждебных взглядов в мою сторону, вышли из кабинета. Все, кроме Арьи.

Однако она также не сделала никаких попыток сесть поближе к нам или принять участие в разговоре.

Нерон с тихим вздохом опустился на один из стульев впереди, так что теперь мы сидели друг напротив друга. Он подождал, пока дверь не закроется за последним человеком, потом пристально посмотрел мне в лицо.

– Ты и твои друзья оставили после себя большой беспорядок.

Жар ударил мне в лицо.

– Они не мои друзья! Они были средством достижения моей цели. – Вряд ли я могла сказать, что была одна. Бесчисленные охранники видели нас.

– Кто? Кто там был, Киана?

Я покачала головой.

– Они все действовали не по своей воле… – Как там Дилара красиво сказала? – Я манипулировала ими.

Нерон хрипло рассмеялся.

– Дилара хотела бы верить, что ее сын абсолютно безвольный, потому что это лучше вписывается в ее мировоззрение.

– Я разговаривала с Натаниэлем во время нашей тренировки, – упорно продолжила я.

– И этого было достаточно, чтобы убедить его совершить преступление вместе с неизвестными, а также взять с собой в лодку еще одного из своих инвентов? – голос Нерона звучал весело, но резкость его слов не ускользнула от меня.

– Едва ли я кому-то неизвестна! – воскликнула я, снова подняв глаза. – Все знают мое имя. И слухи про меня. Я сочинила какую-то сказку о том, на что способен мой дар. Я одурачила его.

– Что ты сказала ему?

Мне в голову пришел охранник, который позже помог сбежать Дамеку и Дарии.

– Я сказала ему, что могу заглянуть в его будущее.

Нерон снова рассмеялся.

– И он поверил в это?

– Я могу быть очень убедительной.

– Хорошо, давай оставим это дело с Натаниэлем. А как насчет Уильяма? Как ты убедила его?

– Мне не нужно было его убеждать, – прошипела я. – Он же повсюду следует за мной.

– Ты сбежала?

Я кивнула.

– И почему он сразу не поднял тревогу, как ему было приказано, если произойдет что-то подобное?

О, если бы он знал, сколько раз уже Уилл не бил тревогу…

– Вероятно, испугался вашей реакции – или того, что я знаю, – ответила я.

– Почему он должен бояться?

Потому что ты, бессовестный сукин сын, угрожаешь его семье.

О боже. Мой желудок сжался. Что с семьей Уилла? Он сказал, что должен показать себя Нерону и Омилии. Что случится с его сестрой и матерью после того, как он допустил такую оплошность?

– Она лжет. – Арья заговорила, хотя по-прежнему не смотрела на нас. Ее лицо в форме сердца было совершенно расслабленным, седые волосы развевались на мягком ветерке, проникавшем через одно из приоткрытых окон.

– Я не лгу! – возразила я. Мне только что пришла в голову идея. Без понятия, не приведет ли это к большим неприятностям. Это мой единственный шанс. Шанс Уилла. – Я не знаю, что происходит внутри Уилла, просто знаю, что он всегда знает, чего я хочу. Это… Это не похоже на других инвентов. Он чувствует все, что чувствую я. Это означает, что он не может противостоять моим потребностям.

В глазах Нерона появился блеск, и даже Арья отвела взгляд от окна и теперь смотрела на меня.

– Повтори! – потребовал он.

Я сглотнула.

– У нас действительно особая связь. Наверное, потому, что он мой единственный инвент. Он ничего не мог с этим поделать, поэтому последовал за мной. Уилл был практически вынужден сделать это.

Нерон поднял руку. Синева его глаз была почти прозрачной.

– Ты… Ты можешь напрямую влиять на волю своего инвента?

Холод пронизывал меня насквозь. И дело определенно было не в открытом окне.

– Ему просто трудно сопротивляться.

Довольно долго Нерон смотрел на меня. Я не могла понять эмоции, которые промелькнули на его лице. Затем он вытащил смартфон из пиджака, тапнул по нему и поднес его к уху.

– Можете прекратить. – Больше он ничего не сказал, прежде чем закончил телефонный разговор.

Прекратить. Прекратить что?

– Итак. – Нерон откашлялся. – Ты подкупила Натаниэля и вынудила Уильяма с помощью вашей связи. – А как насчет охранников в Десмоте? Как тебе удалось убедить их сотрудничать? Как ты вообще смогла пройти через первые ворота?

Мое сердце бешено колотилось в груди.

О’кей. Все спокойно. Видимо, он понятия не имел ни о Дарии, ни о Дамеке. И отца Уилла он тоже не упомянул. Это хорошо.

Теперь мне просто нужно было убедиться, что из-за меня не пострадает еще больше невинных людей.

– Мы смогли схватить охранника. Угрожали ему, чтобы он выдал нам код доступа. Мне очень жаль, это вышло из-под контроля. – Я не смела даже моргнуть.

– Вам нужно было одолеть только одного вооруженного охранника? – Нерон поднял вверх седую бровь. – Этого было достаточно, чтобы войти?

Я кивнула.

– Больше никто не был вовлечен.

Он выглядел так, словно смотрел какой-то особенно занимательный фильм.

– Верится с трудом.

– Вы не должны мне верить, – парировала я. – Теперь можете меня наказать. Я заслужила это.

– Никто не будет наказан. Только ты наверняка понимаешь, что пробелы в системе безопасности тюрьмы – это серьезная вещь.

Арья издала тихий звук, но он не обратил на нее внимания.

– Кто организовал лодку, которая доставила вас обратно в город?

Я прикусила нижнюю губу.

Его улыбка вернулась.

– По описанию охранников, это был мужчина средних лет. Говорят, он был в сопровождении мальчика.

Я промолчала. Короткая прическа Дарии имела свои преимущества.

– Киана.

– Тогда охранники, очевидно, не очень хорошо смотрели.

– Так мы дальше не продвинемся. Сейчас ты отдохнешь и снова придешь в себя. Кто знает, что еще подскажет твоя память. Завтра мы приступим к тестам.

– Тестам? – повторила я.

– Что ж, мы же не хотим упускать из виду нашу цель – раскрыть твой дар. Или ты уже достигла прогресса в этом отношении и хотела бы поделиться с нами?

– Вы… Вы просто хотите продолжать, как раньше? – где подвох? Или скрытая камера?

– Естественно. Тем не менее отныне я желаю полной прозрачности. С обеих сторон.

Я просто кивнула.

– Можешь идти. – Он указал на дверь. – Уильям отвезет тебя домой.

Я встала на ватных ногах. Железный взгляд Арьи следил за мной при каждом шаге. Я не могла избавиться от тошнотворного чувства, даже когда снова оказалась в коридоре.

Никогда еще слезы и мои надуманные объяснения не убеждали их за такое короткое время. Что, черт возьми, здесь происходит?

На ходу провела рукой по зареванному лицу. Я по-прежнему была единственным человеком в коридоре. Где Уилл? Мне ждать его здесь?

Я могла бы спросить об этом Нерона, но мне не хотелось больше ни секунды проводить в этой комнате.

Что-то просто пошло совсем не так. Что, если они хотели убедить меня в чем-то так же, как и я их?

Прямо перед моим носом распахнулась дверь. Я схватила руками воздух и отшатнулась в последнюю секунду.

Вышел парень-азиат, за ним последовали два невысоких, коренастых парня. Как ни странно, при виде его мне подумалось о маленьком мальчике-Идоре. Декстоне.

Их взгляды лишь на мгновение полоснули меня, прежде чем они быстрыми шагами отправились в том направлении, откуда я только что вышла. Казалось, они были слегка не в себе.

Только я собралась пойти дальше, как мне снова преградили путь. Из комнаты вышел Уилл. Он перекинул пальто через руку. Через свою дрожащую руку. Сердитым движением он откинул с лица светлые пряди. В руке Уилл держал скомканный носовой платок. На нем виднелись темно-красные пятна.

Мое сердце чуть не остановилось, а затем бешено застучало.

Его нижняя губа была приоткрыта. В дополнение к усталым теням, теперь под двухцветным глазом был красный отпечаток.

Увидев меня, он вздрогнул.

– Киа. – Мое имя перешло в облегченный стон.

– Что произошло? – не дыша, спросила я.

– Почему они прекратили? – он моргал чаще обычного, казалось, едва мог сфокусироваться на мне.

Мне становилось все хуже.

Я открыла рот, но он опередил меня:

– Забудь об этом, давай сначала уйдем. – Свободной рукой он схватил мою. Другой рукой прижал платок к губе.

Я почти не заметила, как мы вышли через ворота на улицу и попали под дождь. Мои ноги двигались как будто сами по себе. Возможно, Уилл тащил меня за собой. Все вертелось. Не хватало кислорода.

– Охранник мертв.

Я цеплялась за его руку.

– Что?

– И мой папа в тюрьме.

– Уилл, я…

– Это не твоя вина, – сердито бросил он мне.

Мое тело онемело.

Мы пошли вокруг озера. Облачный покров немного рассеялся. Хотя шел дождь, то тут, то там можно было увидеть солнечный луч, ударяющийся о темно-зеленую поверхность воды.

– Откуда?..

– Они допрашивали меня. И всякий раз, когда я им не отвечал, они били меня. Иногда со словами, иногда без.

– Уилл.

Мы каким-то образом добрались до обочины, где была припаркована машина.

– Что ты им сказала? – прошептал он, мягко прижимая меня к пассажирской двери. – Почему они остановились?

– Что ты… Ты… – Да возьми себя в руки! – Что это я практически заставила тебя. Из-за нашей связи друг с другом. Что у тебя не было выбора.

– Ты что, с ума сошла?

Страх охватил меня, угрожал обрушить мое внешнее спокойствие. Пока я не могла этого допустить. Мы оказались на площади. Повсюду камеры.

– Посмотри на себя, – отозвалась я, подавляя ругательство. – Как долго они продолжали бы обрабатывать тебя, если бы я не сказала об этом?

Дрожащими руками он оттолкнул меня в сторону, распахнул пассажирскую дверь и обошел вокруг машины.

Я стояла там, словно окаменевшая, глядя на озеро. Пара туристов с малышом прошла по берегу. Мужчина фотографировал, а женщина подбрасывала и ловила ребенка. Его счастливый смех пронзил мои уши. Их счастье было так близко, но при это не могло быть еще дальше.

* * *

– Охранник мертв? – это были первые слова, которые слетели с моих губ с тех пор, как мы сели в машину и поехали обратно в дом в Идоре.

Уилл как раз пытался снять пальто одной рукой, что ему совсем не удавалось. Его движения становились все более яростными.

– Откуда ты это знаешь? – продолжила я спрашивать, когда он не удосужился ответить.

– Черт возьми, они мне сказали! Тот, кто впустил нас и вылил содержимое своей фляжки на огонь, чтобы вы могли уйти. Люк, так его звали? «Вот что происходит с предателями», – сказали они. А потом спросили, желаю ли я такой же участи для моего отца.

На глаза навернулись слезы. Это будет один из тех дней.

– Это моя вина. Это моя вина. Это все моя вина.

– Нет, это не так. Охранник помогал нам по доброй воле, ты его не заставляла. Как и мой проклятый отец, которому пришло в голову поддержать меня именно сейчас. – Его голос с каждым словом становился все громче.

Он тоже вот-вот потеряет самообладание. Мы не могли поддержать друг друга. Мы просто бок о бок сползали в пропасть.

Я сморгнула слезы.

– Нерон ничего о нем не сказал. Он расспрашивал меня обо всем, но о твоем отце он не упоминал.

Его полуночные глаза нашли меня. Держались за мое лицо, как будто оно было единственным реальным в этом месте. Уилл глубоко вдохнул.

– Что именно произошло? Почему он просто так отпустил тебя?

Я покачала головой.

– Это не имеет смысла. Я рассказала им какую-то чушь, и ни он, ни Арья мне по-настоящему не поверили. В какой-то момент Нерон сказал, что понимает меня, что все это произошло, возможно, только потому, что я так сбита с толку. И отныне он хочет общаться со мной более открыто.

Чем дольше я смотрела на его лицо, тем хуже становилось ощущение пустоты в желудке. Его губа не переставала кровоточить, а место рядом со скулой теперь было опухшим.

Охранник был мертв. Отец Уилла в тюрьме.

– Общаться более открыто, – безумный смех вырвался у него. – Он убьет всех нас, если узнает, что мы хотим связаться с Фосом.

И чьей идеей это было?

Слова не сорвались с моих губ.

– Нам не следовало проникать в эту тюрьму. Мы зашли дальше некуда. И только получили подтверждение, что Нерон – беспринципный сукин сын.

– Какой смысл об этом думать? – Уилл сжал челюсти. – Какой смысл строить планы? У нас нет никаких шансов. – Он отвернулся от меня и зашагал в гостиную.

Я последовала за ним. Как ни странно, его пессимизм помог мне принять оптимистическую сторону.

– Нам нужно найти организацию и поговорить с Фосом. И помочь ему свергнуть Нерона, прежде чем тот сможет причинить еще большее зло.

Перед камином Уилл остановился и обернулся.

– Мы даже не знаем, все ли Нийол продумал, – он провел ладонью по лбу.

Я прищурила глаза.

– Я думала, ты ему доверяешь.

– Я никому не доверяю. Я просто думаю, что ему больше нечего терять.

Никому? Серьезно?

Я покачала головой. Заставила себя упасть на диван только для того, чтобы через несколько секунд снова вскочить.

– Теперь можешь кричать на меня.

Я посмотрела на него.

– Я должен был сказать тебе раньше, что знаю его, – продолжил он, и в его глазах появилось мучительное выражение. – Я…

– Остановись! Перестань. Я не хочу слышать это сейчас.

– Киа…

– Сейчас нужно обсудить гораздо более важное, – сказала я со стоном.

– Ты все еще доверяешь мне? – тихо спросил он.

Я отвернулась. Это было слишком. Его лицо. Голос. Я не была готова к этому. Не сейчас. Не после того, как узнала, что кто-то умер, потому что помог мне.

– Я тебе не доверяю, – вырвалось у меня. – Того, что ты все еще мой инвент и будешь защищать меня, должно быть достаточно. – Я подавила рыдание. – Мне этого достаточно.

– Киана. – прошептал Уилл мое имя, и, ко всему прочему, голос звучал так, словно он тоже боролся со слезами.

В следующее мгновение мне больше всего хотелось дать себе пощечину. Конечно, он страдал, как и я. Как могло быть иначе, черт возьми?

Громкое вибрирование мобильного телефона отвлекло меня. Я провела рукой по карману пальто. Все тихо. Кончиками пальцев вытерла следы слез на щеках и повернулась к Уиллу.

Он с окаменевшим видом рассматривал свой дисплей, прежде чем поднести телефон к уху.

– Нерон.

Какого черта он еще хотел от него сейчас? Хотел извиниться за то, что так поступил с ним?

Инвенты взаимозаменяемы, прошептал маленький голос в моей голове, который звучал как Ариэль. Не так, как одаренные.

Но не мой, не так ли? Мой был таким же уникальным, как и я.

Мои мысли резко прервались, когда настроение Уилла изменилось.

– Нет, – прошипел он. Затем опустил руку, которой прижимал к губе носовой платок. Он, казалось, не заметил, как окровавленный клочок бумаги соскользнул на землю.

Его пальцы обхватили телефон, как будто хотели разбить его.

– Вы… Вы не можете этого сделать. Я сделал все… Все, что вы требовали.

Не зная, что делаю, я двинулась к нему. Протянула руку. Нийол и его предательство исчезли в самом дальнем уголке моей памяти. Мне просто хотелось стереть ужас с лица Уилла.

– Нет, я сделаю все, клянусь вам, я… – Он осекся. Отнял телефон от уха. Звонок был закончен. Уилл неистово стучал по телефону. – Этого не может быть, нет, нет…

Он снова поднес его к уху.

– Мама, беги, беги, проклятое дерьмо, отвечай на телефон!

Ему опять, похоже, не удалось дозвониться, потому что швырнул телефон на диван, тот отскочил и упал на пол. Тяжело дыша, Уилл опустился на колени, вцепился в волосы. С его губ не сорвалось ни одного связного слова. Только звуки. Отрывистые, наполненные болью звуки.

– Уилл? – Мой пульс участился. Что с ним случилось? Что сказал ему Нерон? Черт возьми, зачем он пытался дозвониться до матери? Они что-то сделали с его семьей?

Я преодолела последнее расстояние между нами и, протянув руку, коснулась его плеча. Никакой реакции.

– Уилл? – эхом повторила я.

Его глаза совсем потемнели. Затем губы раздвинулись.

– Алесса, – прохрипел он.

Три

Нимфа

Никто не будет наказан. Это были слова Нерона.

Тогда почему я только что стала свидетелем того, как Уилл потерял рассудок?

Он схватил торшер и швырнул его в камин. Я вздрогнула, когда абажур с громким звуком треснул.

Я ничего не могла сделать, до него больше нельзя было достучаться.

Причина, по которой он вообще приехал в Тессарект, почему он подчинился Нерону – эта причина больше не существовала, раз его худшие опасения сбылись.

Он поднял свой телефон, безуспешно пытаясь дозвониться до матери. Два, три, четыре раза. Между ними он все время что-то хватал. Пустая кофейная чашка. Книги. Небольшое кресло. Предметы разлетелись по всей гостиной.

Я отшатнулась назад, чтобы не стать мишенью.

– Что… Что именно он сказал? – спросила я, как только он остановился, тяжело дыша, и огляделся в поисках следующего предмета, на который он мог бы обрушить свою безысходность.

Словно только сейчас вспомнив, что он не один, Уилл посмотрел на меня. Его губа перестала кровоточить.

– Что я могу быть рад. Он мог бы сделать ее инвентом другого округа. Нерон хотел оказать мне услугу, поэтому послал к ней Идора. Мило с его стороны, да?

– Уилл. – Его ложное самообладание было хуже вспышки гнева.

– Он сказал, что я смогу ее увидеть, как только она будет здесь и обустроится. Что в любом случае у нас не будет на это много времени, потому что я не должен мешать ей учиться.

Я стиснула зубы.

– По крайней мере, сомнений больше нет. Мне всегда было интересно, были ли мои опасения обоснованными. Может ли быть так, что я не единственный, у кого этот проклятый ген! – Уилл говорил все громче и громче.

Сжав обе руки в кулаки, он повернулся ко мне спиной и принялся колотить по камину.

Это вывело меня из состояния шока.

Он был моим инвентом, человеком, выбранным для того, чтобы защищать меня, хотел он этого или нет. Но кто-то же должен был защищать и его.

За два больших шага я оказалась рядом с ним, схватила его за руки сзади, когда он развел их, чтобы ударить о камень. Я застала его врасплох. Это была единственная причина, по которой я могла хоть как-то удержать его.

Я усилила хватку и прижалась к его спине.

– Послушай меня. Твоя семья была единственным, что он имел против тебя. Если он сейчас разыграл этот козырь, это означает, что он в отчаянии. – Я говорила быстро и сбивчиво. – Мы сделаем все возможное, чтобы связаться с Алессой и твоей мамой. Если он действительно поселит твою сестру в Идоре, Дария сможет о ней позаботиться. Она у них еще не на прицеле. Ты не должен сейчас терять самообладание. Нам нужно как можно скорее добраться до организации и выслушать, что скажет Фос. Если ему удастся вытащить моих родителей из тюрьмы, то он сможет освободить и твоего отца. А потом мы позаботимся о твоей сестре.

Уилл повернулся так быстро, что я потеряла равновесие. Но прежде чем успела упасть, он схватил меня за предплечья.

– Разве ты не понимаешь? – прошипел он. – Если она уже стала инвентом, мы больше ничего не можем сделать!

Его слова вернули мою собственную боль. Но сейчас было не время для угрызений совести.

– Я знаю, что это последнее, чего ты когда-либо хотел для нее, но все будет не так плохо, как с тобой. Она не будет так зависима. Посмотри на Дарию или Каспера. С ними все в порядке.

Его взгляд блуждал взад и вперед, не сосредотачиваясь на мне. Он отпустил мои руки.

– Ты не понимаешь…

– Не говори мне, что я этого не понимаю, – с трудом выговорила я. – Возможно, я не знаю, каково это, когда собственная сестра обречена на ту же участь, что и ты сам. Однако я знаю, что такое бессилие. Я знаю, каково это, когда кого-то заставляют делать то, чего он не хочет. Из-за меня.

Алесса была для него всем. Ее защита была его главной мотивацией.

Он вообще больше не слушал меня, я увидела это в его глазах, отчаяние овладело им. Я не могла этого допустить.

– Хочешь хотя бы попытаться обеспечить Алессе и остальным лучшую жизнь? – воскликнула я. – Или ты просто желаешь сдаться?

Странно, как мой голос мог быть таким отстраненным, в то время как внутри бушевала буря.

– У тебя ведь наверняка есть номер телефона Нийола, так? – быстро продолжила я. – Я должна позвонить ему, чтобы договориться о встрече. Если хочешь помочь Алессе, то нам нужно к Фосу.

* * *

Уилл не последовал за мной наверх, когда я ушла без дальнейших комментариев. Он протянул свой телефон с номером Нийола, чтобы я могла набрать его. Не похоже на него, чтобы Уилл сразу же подчинился, не предупредив меня о том, насколько рискованным был мой план. Но, по крайней мере, он не производил впечатления, что собирается продолжать раскидывать предметы.

Он записал Нийола как «Пноэ». Всего одно слово. Я отчетливо вспомнила его реакцию на имя «Нийол» с замешательством. Так что на одну ложь меньше. Но какая разница, сколько раз он мне лгал? Он точно знал, о ком идет речь, когда я рассказала ему о своем романе.

Я не могла переступить через себя и сохранить номер Нийола в телефоне. Однажды этот номер погубил меня, поэтому я тогда удалила его.

Когда оказалась наверху, мой взгляд встретился с зеркалом в полный рост. Нет, беспокойство было необоснованным. Я уже не была такой, как прежде. Темные волосы до плеч были одного цвета с черным вязаным свитером. Даже на расстоянии покрасневшие глаза выделялись на светлом лице. Досадуя, я вытерла следы слез и шагнула ближе.

Я была сильнее. Теперь у меня была цель. Та, которой даже мои глупые чувства не помешали бы.

Решительно я нажала на зеленую иконку вызова и поднесла телефон к уху.

Ответ не заставил себя долго ждать.

– Что? – раздался голос у моего уха. Смесь раздраженного и нервного. Несмотря на то, что мы уже бесчисленное количество раз разговаривали друг с другом по телефону, я не могла определить точно.

– Привет, это я, – осторожно ответила я. Лучше не упоминать мое имя. Кто знает, не конфисковали ли Арья и Нерон и его телефон.

– А, это ты, ну все сразу стало понятно. – Чистая враждебность. Но теперь уже не было никаких сомнений в том, что на том конце провода был нужный мне человек.

Я закатила глаза.

– Киана. Это Киана.

Возникла короткая пауза. Затем:

– Милая, ты особенная, без вопросов, но не можешь же ожидать, что станешь единственной женщиной в моей жизни.

Повесить трубку. Я просто должна повесить трубку.

Он рассмеялся.

– Эй, ну что там? – наконец прервал он мое молчание. – Не думал, что это произойдет так быстро. Или что Уильям позволит тебе поговорить со мной по телефону.

Глубоко вдохнуть и не принимать близко к сердцу.

– Когда ты сможешь отвести меня к Фосу?

– Помедленнее, обычно начинают с небольшой светской беседы. Разве ты не хочешь спросить, как прошел мой день?

– Блестяще, если верить твоему приветствию. У тебя есть время?

– Для тебя у меня всегда есть время. Мы также можем просто забыть о Фосе и организации и поехать ко мне. Подожди, пока не увидишь мой лофт. Это не сравнится с той грязной дырой, которую они снимали для меня в Лидсе. Хотя это особо не мешало нам веселиться…

Без сомнений, я убью его.

– И я больше не эмоциональная развалина. Если только тебе это не нравится. Тогда, конечно, это можно будет организовать. Честно говоря, я не думал, что это сработает так хорошо. Ты, должно быть, страдаешь синдромом спасителя, а?

Не раздумывая, я закончила разговор и бросила телефон на кровать.

Возможно, Уилл был не единственным, кто хотел превратить дом в руины.

Прошло несколько минут, прежде чем я смогла ясно мыслить и взять верх над своей яростью. Я опустилась на матрас и пару раз глубоко вздохнула.

– Киа?

Я поспешно выпрямилась. Ступени винтовой лестницы скрипели под его шагами.

– Чего ты хочешь?

Скрип стих. Было бы лучше для нас обоих, если бы он сейчас не попадался мне на глаза.

– Я не могу позволить тебе одной пойти к Пноэ.

Безрадостно рассмеявшись, я встала и едва удержалась от того, чтобы спросить его, не ревнует ли он.

– Не волнуйся, если он продолжит в том же духе, я никуда не пойду.

– Я должен был сказать тебе, просто не знал как.

Нет, нет, нет, я только что снова взяла себя в руки, он не имел права отнимать у меня это своими жалкими отмазками.

– Избавь себя от этой чуши, – прошипела я. – Ты слышал его. Я единственная, кому разрешено пойти.

Он глубоко вздохнул, но ответа не последовало. Вместо этого Уилл сделал шаг назад.

Одновременно с этим где-то подо мной завибрировало. Я нащупала одной рукой за спиной свой телефон. Он проскользнул между двумя подушками.

У меня было сообщение с незнакомого номера.

17:30 в Воздушном замке над Оперой. Не опаздывай. И приходи одна.

* * *

Судьба была добра ко мне. Абсурдная мысль в такой день, как этот. Но Уилл всего часом позже покинул квартиру, чтобы отправиться в Омилию. Он что-то пробормотал про то, что хочет разговорить Нерона, пока я притворялась спящей.

Я боролась с грызущим меня страхом, который возникал, когда слишком долго думала о том, что он в Омилии. Потому что сейчас имело значение только одно: я должна была воспользоваться шансом. Ради всех нас.

И я сделала это – взяла большой зонт, толстый шарф, закрывавший половину лица, и темную шапку, поверх которой также накинула капюшон своей куртки.

Меня могли бы узнать, только если бы досматривали с пристрастием.

Пройдя через спальню Уилла, я вошла в туннель и двинулась на восток.

При других обстоятельствах меня бы мучили угрызения совести, что я воспользовалась его эмоциональным состоянием.

При других обстоятельствах я бы не стала встречаться с бывшим парнем Софии. Добровольно. Относительно добровольно.

* * *

– Путь шесть, белый-четыре в направлении Восточного города, пожалуйста, будьте осторожны при входе и выходе.

Опустив голову, я прошла через двери вагона с бело-серебристым рисунком, которые с грохотом распахнулись, когда с рельсов поднялся белый дым. Я устроилась на свободном сиденье, спрятав сложенный зонтик под собой. Сердце колотилось как бешеное, когда после короткого звонка поезд начал вибрирующее движение, и на этот раз дело было не только в том, что мы резко упали в глубину.

Что я здесь делаю? Что, если кто-то из Омилии найдет меня? Нерон наверняка не отреагирует так же легко, как сегодня утром.

Я повернула голову, наблюдая за зрелищем снаружи. Дым исчез, вместо этого вокруг бушевала буря, порывы ветра начали двигаться по кругу, все быстрее, все громче. Шум был отчетливо слышен через стекло. Мы не ехали по рельсам – мы летели по подземному городу в эпицентре урагана.

– Следующая остановка: «Опера». Для направления «Северный город», пожалуйста, совершите пересадку.

Только когда старушка в белом плаще с негромким шумом протолкнулась через двери на выход, я высвободилась из своего согнутого положения и уставилась на дисплей. Ограничитель на коленях подпрыгнул.

Опера. Черт возьми, я уже на месте!

Я поспешно последовала за женщиной, в последний момент споткнувшись, прежде чем двери за мной захлопнулись.

Впечатления нахлынули на меня. Стекло. Сталь. Было очень светло, хотя небо затянуто темными тучами. Высотные здания выстроились в ряд за станцией, и рядом со мной раздался громкий возглас. По обоим концам платформы наверх вела лестница, но видны были только верхние ступеньки, передо мной плотно стояли люди.

Опять рассказчик?

В следующий момент я резко остановилась, когда из группы людей выбросило тело. Красная коса, как пламя. Затем белый костюм в полный рост. Она пролетела два-три метра по воздуху и перевернулась. Девушка, как я теперь могла видеть, вытянулась, покачнулась и встала. Она парила над головами. Как такое возможно? Мои ноги сами пришли в движение.

Едва я добралась до подножия лестницы, загадка разрешилась: девушка стояла на плечах томного вида парня. Он улыбался во все юношеское лицо и обеими руками ухватился за ее лодыжки. Девушка поклонилась толпе под ней.

Еще одно ликование.

Несколько секунд я, как загипнотизированная, смотрела на пару акробатов, затем оторвала взгляд, протиснулась мимо семьи с тремя детьми и ухватилась за перила лестницы.

Когда оказалась наверху, мне пришлось зажмуриться, потому что яркость стала почти невыносимой. Белая современная архитектура, четкие геометрические фигуры, зеркальные фасады, по которым проносились пушистые облака. Здания, которые можно было ожидать увидеть в финансовом районе мегаполисов.

У меня екнуло сердце, когда бросила взгляд на свои ноги и увидела светлые вагоны в нескольких метрах подо мной, которые только что пронеслись мимо. От перепада высоты у меня кружилась голова. Стекло было настолько прозрачным и ослепительным, что казалось, будто я парю в воздухе, как девушка-акробат. Застекленная площадка, на которой я стояла, была конусообразной, утопленной в белый мраморный пол, и выходила на еще одну величественную лестницу. Я никогда не видела такого чистого общественного места.

Быстро вперед! Я не позволяла себе отвлекаться. Что было не совсем просто, так как наверху действительно ожидал рассказчик, который, хотя и собрал вокруг себя меньше зрителей, чем акробаты, но слушали его завороженно. Он сидел в белом балахоне на широких перилах и болтал ногами, а его слушатели уютно устроились перед ним, сложив ноги по-турецки. Его глаза были закрыты, и он слегка покачивался вперед и назад. Мое сердце екнуло. Разве ему не было дела до бездны позади него? Драматический голос, донесшийся до меня, не оставил сомнений в том, что он был полностью поглощен повествованием.

– …так что немногим избранным, которым все еще позволялось владеть силами четырех стихий после грехопадения человечества, приходилось не только сдерживать ограничения в отношении времени и продолжительности прыжков во времени, но и избегать контакта друг с другом, чтобы оставаться в здравом уме и продолжать использовать свой дар. Скрещивание двух стихий представляет опасность, которая находится за пределами нашего воображения. Но хотя избранные и превосходили обычных людей своими способностями, все же они несли в себе худшие из всех человеческих качеств.

Он сделал театральную паузу и смахнул со лба светлую прядь. При движении на его запястье вспыхнул серебристый перечеркнутый треугольник. Словно шрам, он выделялся на его слегка загорелой коже.

– Какие качества? – воскликнула молодая белокурая женщина впереди. Я едва расслышала ее голос, потому что сейчас по площади пронесся сильный порыв ветра, который болезненно отозвался в моих ушах и дернул за шапку.

Рассказчик улыбнулся. Как ни странно, у меня не было никаких проблем с его пониманием, хотя он и говорил совершенно спокойно. Ветер был лишь приятным сопровождением его слов.

– Неспособность быть довольными тем, что у них есть. Жажда все большего и большего.

– Почему это так плохо? – отозвалась женщина. Двое парней рядом с ней ухмыльнулись. – Стремиться к чему-то лучшему?

– Потому что стихии существуют не для того, чтобы сделать человека более могущественным. А для того, чтобы сохранить равновесие. А мания величия разрушает всякое равновесие.

Я дернулась и повернулась, чтобы идти дальше. Лицо Нерона предстало перед моими глазами, пока я делала шаг за шагом и ускорялась, чтобы не поддаться любопытству и продолжить слушать рассказчика.

Жил ли Нерон также верой в то, что стремится к чему-то лучшему? Или боль, которую вызвала любовь к Гайе, была настолько глубокой, что Нерон хотел любой ценой помешать кому-то совершить ту же ошибку, что и он?

В кармане моей куртки почувствовалась вибрация. Тяжело дыша, я остановилась и вытащила мобильник. Уилл. Я быстро сбросила вызов. Он также оставил мне несколько сообщений. Я не удосужилась даже открыть их. Вместо этого выключила телефон и положила его обратно в карман.

К сожалению, я понятия не имела, где находится Опера. Не говоря уже о Воздушном замке. Что бы это ни было.

Я поднялась по последним ступенькам до следующей платформы и огляделась. Другой лестницы не было. Белые кафе в индустриальном стиле окружали площадь, а в центре возвышалась хромированная статуя огромной птицы, поднявшей в воздух свой открытый клюв. При ближайшем рассмотрении я увидела маленькие серебряные музыкальные ноты и нотный ключ, которые, казалось, висели над статуей.

Я подошла к женщине средних лет в деловом костюме, которая только что безуспешно пыталась подкурить сигарету. Расстроенная, она сдвинула идеально оформленные брови и бросила злобный взгляд в небо. Определенно не туристка. И не сумасшедший приверженец секты.

– Извините, не могли бы вы сказать мне, где я могу найти Оперу? Или Воздушный замок? – я и так чувствовала себя дурой, и это чувство еще усилилось, когда она раздраженно окинула меня взглядом сверху донизу.

Вместо ответа она указала локтем перед нами в сторону одного из высотных зданий.

Я не пошевелилась.

– Это Опера? Или Воздушный замок?

Она издала глубокий стон и опустила руку с сигаретой.

– Опера – это футуристическое дерьмо там, внизу. Слева от главного входа находится вход в бар.

– Бар?

– Бар на крыше. Последний писк. – Она указала на крышу многоэтажки, потом окинула меня еще одним уничтожающим взглядом. – Однако туда можно входить только совершеннолетним. И одетым соответствующим образом.

Я воздержалась от дерзких комментариев и улыбнулась.

– Благодарю. Может быть, вы могли бы подсказать мне время?

Женщина показала мне свои большие серебряные наручные часы, стрелки которых показывали 17:38. Секундой позже она повернулась ко мне спиной и продолжила бешеными движениями чиркать зажигалкой.

Если все люди в этом районе такие нервные, неудивительно, что из Нийола вышел такой засранец.

Я повернулась и направилась прямо к небоскребу. Между двумя закусочными был узкий проход, по которому на ветру взад и вперед покачивались лампочки. Я нырнула под них. В левой витрине магазина рядом с фарфоровыми чайниками громоздились пастельные пирожные, в правой – мастер суши, аккуратно расставивший свои творения на серебристом бамбуковом коврике. Они выглядели как маленькие произведения искусства, и их было жалко есть – как и сладости в соседнем магазине. Атмосфера была чистейшей воды декадентской, и беглый взгляд на клиентуру показал, что все они были деловыми женщинами.

Я тихо вздохнула, дойдя до конца переулка и очутившись перед следующей лестницей, которая на этот раз вела вниз. Она была значительно круче двух других, вдвое длиннее и заканчивалась у здания, которое, по общему признанию, как нельзя лучше подходило под описание «футуристическое дерьмо». Оно было в форме НЛО, и из его центра небоскреб взмывал вверх, как ракета. Справа и слева располагались похожие на крылья смотровые площадки, которые создавали впечатление, будто могут прийти в движение в любой момент. Тем не менее они выдерживали определенный вес, потому что на них было видно несколько движущихся человеческих точек.

Я всегда была больше поклонником старых зданий, лучше в викторианском или готическом стиле и с богатой историей, но это выглядело довольно впечатляюще.

Я быстро прыгала по ступенькам, в то время как сердце стучало все быстрее и быстрее.

Внизу, перед главным входом, перед заграждением образовалась небольшая очередь шумных туристов. На остекленных дверях были выгравированы серебряной краской слова «Королевская опера Тессаректа» и маленькие поющие птички. Рядом были цены на вход и часы работы. Четверо охранников в белых костюмах проверяли сумки и билеты посетителей. Я протиснулась до заграждения, стараясь не слишком обращать внимание на устремленные на меня взгляды, и подождала, пока один из вышибал не установит со мной зрительный контакт.

– Встаньте назад, – фыркнул он и повторил фразу на трех разных языках, прежде чем я успела ответить.

– Мне нужно не в Оперу, а в бар на крыше, – поспешно ответила я.

Он уже наполовину отвернулся, затем остановился и поднял бровь.

– Это для взрослых.

Будь проклят Нийол, который выбрал этот бар для встречи.

– Нужно быть совершеннолетним, – добавил он с самодовольной ухмылкой.

Я не позволю ему запугать меня.

– Да, я совершеннолетняя. И у меня там назначена встреча.

Он прищурил глаза.

– С кем?

Я изобразила приторно-сладкую улыбку, в то время как сердце болезненно забилось в груди.

– Вы должны это знать.

О боже, надеюсь, это не было огромной ошибкой и он был сообщником Фоса.

Один из его коллег присоединился к нам и, видимо, слышал последнюю часть. Позади нас нарастал громкий раздраженный ропот.

– Все в порядке, пропусти ее, Грег.

– Мы не можем пускать туда детей. Разве ты не слышал, что в последний раз они сделали с бедной свиньей, которая…

– Просто делай то, что я тебе говорю! – жестко бросил ему другой. Они обменялись долгими взглядами, потом Грег пожал плечами.

– Хорошо, под твою ответственность. Я не имею к этому никакого отношения.

Он снял заградительную ленту и махнул мне рукой.

– Сегодня твой счастливый день, малышка.

Мне потребовалось некоторое усилие, чтобы сдержать улыбку, когда я последовала его указанию. Сегодняшний день был в значительной степени противоположностью счастливому дню.

* * *

Тошнота усиливалась с увеличением цифр на дисплее рядом с зеркальной дверью лифта. Нежная фортепианная пьеса струилась через динамики. Наверное, это должно было действовать успокаивающе, но вызывало во мне прямо противоположные чувства.

На 15-м этаже двери распахнулись. Последний. Бросив взгляд на свое уставшее лицо, я шагнула за порог. Меня сразу же обдал ветерок. Не такой бурный, как внизу, скорее весенний и мягкий.

Пол был выложен бело-серебряной плиткой, и большие декоративные буквы подтверждали, что я достигла места назначения.

Значит, это был «Воздушный замок». Пожалуй, благороднее, чем все кафе внизу. Через стеклянную входную дверь я смогла видеть кремовые кожаные диваны и сверкающий бар в форме облаков. Такими же облачными были бумажные абажуры, бросавшие свой нежный свет на толстые белые меховые ковры и мебель. Впрочем, заведение, похоже, было не особо популярным. Правда, за стойкой бара стоял официант в белом фраке, но больше я никого не увидела.

Я подошла ближе и уже хотела потянуться к треугольной дверной ручке, когда мое внимание привлекла небольшая табличка рядом с ней. Там витиеватым почерком было написано: «Закрытый клуб».

Ну класс. Неужели Нийол позволил себе так пошутить?

Мгновение я помедлила, затем все же толкнула дверь.

– Извините, – осторожно произнесла я, входя в безлюдное помещение. Взгляд той бизнесвумен внизу уже не пугал меня – это была совершенно другая лига. На каждом шагу я боялась оставить следы на безусловно драгоценных коврах.

Официант вышел из-за стойки бара. Выражение его лица было вежливым, но взгляд, скользнувший по моей одежде, дал понять, что он тоже считает, что мне здесь не место.

– Закрытый клуб, – сказал он со сдержанной улыбкой.

– Да, я знаю… Я только думала… Возможно, вы видели здесь молодого человека с длинными темными волосами? Может быть, он ждал снаружи?.. Около пятнадцати минут назад?

Он остановился и уставился на меня.

– Как вас зовут?

Я открыла рот и снова закрыла его. Разговоры, начинавшиеся с этого вопроса, в последнее время редко заканчивались хорошо.

Но внезапно его взгляд изменился.

– Вы опоздали, мисс Либерт, – он подошел ко мне и протянул руку. – Пойдемте.

Неужели Нийол арендовал все это место, чтобы встретиться со мной здесь? Я думала, что он отвезет меня прямо в организацию, так для чего весь этот театр? Неужели он хотел произвести на меня впечатление такой шикарной чепухой?

Нахмурившись, я взяла под руку официанта, и он повел меня мимо диванов. Мы свернули за угол и остановились у широкого стеклянного фасада. Многоэтажки, зеленые горы и светлые фасады домов под нами. Снаружи виднелась крытая терраса с такими же диванами, как и здесь, внутри.

– Вас ждут. Могу я принести вам что-нибудь выпить прямо сейчас?

– Спасибо, мне ничего не нужно. – Где застрял этот засранец?

Я прошла через стеклянную дверь, которую открыл официант, и вышла на террасу. Здесь тоже никого не было.

– Где именно меня ждут?

Он ничего не ответил, но фигура, поднявшаяся в конце террасы и приближающаяся большими шагами, была достаточным ответом. Я сглотнула. Только не дай ему этого заметить.

Одно дело было встречаться с ним в компании других людей, но, опять же, совсем другое – находиться с ним наедине. Еще и над крышами города в проклятом баре.

На его губах появилась усмешка. Волосы были завязаны на затылке в пучок, но несколько прядей выбились и развевались на ветру. Темные глаза вспыхнули, Нийол оглядел меня сверху донизу. На нем были джинсы и кремовый свитер, рукава которого он закатал.

– Эй, детка, разве я не говорил тебе не опаздывать? – он остановился вплотную ко мне и весело посмотрел на меня сверху вниз.

Слишком близко. Я рывком отступила назад.

– Что за ерунда? – я указала на диваны. – Ты арендовал весь бар?

– Мы не хотели привлекать к себе внимание.

– Мы? – не вдыхай, не вдыхай, не… Слишком поздно. Корица, и мускус, и… стоп!

Как сильно я ненавидела, что один-единственный запах мог вызвать воспоминание о нем! Мозг знал, что я нахожусь здесь, в городе стихий, со своим бывшим в районе Пноэ. Но тело… Мое тело лежало в маленькой, обставленной в минималистском стиле квартире на окраине Лидса.

– Киа? Ты меня слушаешь?

– Что? – нахмурилась я и яростно моргнула. К сожалению, взгляд задержался на его губах. Я должна собраться с силами.

Его темные брови были приподняты.

– Твои глаза немного остекленели. При желании после встречи мы можем воплотить в реальность кино в твоей голове. Было бы грубо оставить Фоса, даже если эта мысль более чем заманчива.

– Просто замолчи, – прошипела я, сузив глаза. – Он здесь? Я думала, ты отведешь меня в укрытие организации.

– Сначала он хочет узнать тебя получше.

Я скрестила руки на груди.

– Откуда мне знать, что это не ловушка?

Он наигранно расширил глаза.

– Неужели я выгляжу так, как будто могу договориться со своей совестью и заманить тебя в ловушку?

Враждебностью ничего не добьюсь. Он только будет провоцировать меня, пока не начну кричать.

Я посмотрела ему прямо в глаза. К черту тошноту и воспоминания. Если история с его матерью была правдой, то не все в Лидсе было игрой. То есть под этой отвратительной маской скрывался человек, перенесший ужасную потерю. Хотя это не было оправданием его поведения – с этим можно было работать.

– Как ты сам себя выносишь? – прошептала я.

Его лицо сначала оставалось равнодушным, но чем дольше я просто смотрела на него, ловила его взгляд своим так, как Уилл всегда делал со мной, тем ожесточеннее становилась битва в его бездонно-черных глазах.

Нийол был придурком, марионеткой Омилии, и сделал со мной нечто непростительное. Однако он не был бессердечным. Здесь и сейчас – это было реально. Это то, что я могла сказать, несмотря на свои слабые знания человеческой природы.

Он тяжело сглотнул и отвел взгляд в сторону.

– Пойдем. Он не будет ждать вечно. – С этими словами Нийол повернулся и пошел прочь.

Наверное, я должна испытывать чувство триумфа. Вместо этого меня внезапно наполнила боль. Этот город был полон сломленных людей. И так будет продолжаться дальше, если никто не выступит против Нерона и его чертовой идеологии.

Я придержала свою шапку, чтобы она не улетела с моей головы, и последовала за Нийолом быстрыми шагами. Мы прошли вдоль почти всей террасы. От ветра на глаза наворачивались слезы, так что я ничего не различала, пока мы не остановились перед одним из диванов в самом конце.

Поднялся человек в мятом плаще длиной до пола. Я повернулась спиной к перилам, а значит, и к ветру, и слегка прищурила глаза.

Он был невзрачен. Около пятидесяти, со светлыми пятнами по линии роста волос, оттопыренными ушами и носом, который был как будто слишком велик для узкого лица. Не совсем то, что можно ожидать от старейшины огненной стихии. Его глаза отливали металлической зеленью, а на тонких губах играла теплая улыбка.

Он был всего на один-два сантиметра выше меня и не излучал и половины такого авторитета, как Нерон. Но и холода от него тоже не чувствовалось.

Он протянул руку.

– Как хорошо, что мы наконец-то имеем удовольствие познакомиться. Я Фос Колвилл.

Я пожала его руку. И совсем без принуждения ответила на его улыбку.

– Спасибо за смелость, Киана. Учитывая положение, я ценю, что ты пришла сюда сегодня.

Его слова звучали искренне. Намного искреннее, чем все, что я когда-либо слышала в Омилии.

– Нийол сказал, что отведет меня во враждебную организацию, – ответила я.

Фос сделал шаг назад и сел на один из диванов. На столе стоял стеклянный графин с дымящейся бело-серебристой жидкостью рядом с тремя крошечными коньячными бокалами. В графине виднелись веточки лаванды.

Нийол придвинул покрытое мехом кресло и сел напротив Фоса. Хитрость полностью исчезла с его лица. Я выбрала кресло на достаточно безопасном расстоянии от него, чтобы мы образовали треугольник.

– Враждебная организация, – повторил Фос, поправляя воротник своего плаща. – Ты, очевидно, уже знакома с промыванием мозгов Омилией.

– Значит, это не так? Разве вы не представляете собой противоположность убеждениям Нерона и Арии?

Он казался приятным, но это не было поводом для опрометчивого доверия. Я не стану совершать эту ошибку снова.

– Нет, все действительно так. Однако я бы не назвал нас организацией. Для меня это слишком похоже на секту, как и Асфалия. Мы просто пара друзей, которые хотят отстаивать все хорошее.

Я подняла бровь.

– Друзей? Я слышала, что вы набираете одаренных и инвентов, чтобы сражаться с Омилией.

– Киана, я хочу открыть глаза Тессаректу, потому что мне надоело наблюдать, как старейшины Идора и Пноэ манипулируют теми, кто хоть немного наделен даром, – мужчина посмотрел мне в глаза. – Мы все люди, вне зависимости от того, влияем мы на время или нет, и жаль, что устаревшие правила наших предков сохранились так надолго. Они не вызывают ничего, кроме дискриминации, ненависти и предубеждений. Ты – доказательство, что это не что иное, как сказки.

– Почему Нерон так придерживается этих убеждений, если они не что иное, как сказки? – я пыталась сохранить невозмутимое выражение лица, хотя внутри уже кипело. Пока я не знала, не говорит ли он только то, что хочу услышать, чтобы убедить меня сотрудничать.

– Ты знакома с его несчастным прошлым?

Я едва заметно кивнула.

– Да. Где Эвелин?

– Она недавно присоединилась к нам, как ты, должно быть, заметила.

– Почему ее здесь нет? Разве это не был бы самый безопасный способ привлечь меня на свою сторону? – я вспомнила себя стоящей в своей старой комнате, в которой забаррикадировалась от Уилла. Тогда Иви также прислала мне сообщение. Тогда. Это было всего месяц назад, а я уже чувствовала себя так, как будто прошло полжизни, когда думала, стоит ли ей доверять или лучше позвонить в полицию.

– Никто не хочет перетягивать тебя на свою сторону против твоей воли. Я просто хочу изложить тебе новую точку зрения. Один из способов, который должен быть у тебя, если хочешь узнать правду о себе и своем происхождении. Я знаю, что до сих пор у тебя не было хорошего опыта общения с лидерами в Тессаректе, и поэтому у тебя вполне обоснованно возникают проблемы с доверием.

– А как насчет Иви? – настаивала я. Нийол закатил глаза и потянулся за графином, чтобы наполнить один из стаканов. Он бросил на меня быстрый взгляд и так же наполнил второй до краев, который подтолкнул ко мне.

Я не удостоила его взглядом. Конечно, я бы не позволила себе расслабиться от алкоголя.

– Эвелин показывают наше убежище. Но я должен передать тебе привет. И много любви. – Его улыбка стала шире. – Она действительно замечательная молодая женщина. Противостоять собственной семье нелегко.

Мои глаза сузились. Откуда мне было знать, что он просто не придумал все это?

– Что с ними? А с Гайей? Разве вы тоже не выступали против своих семей и системы?

– Моя семья была полна мятежников. К сожалению, ни одного из них не осталось в живых. – Его губы стали еще более узкими, а широкие крылья носа слегка дрогнули.

Я сглотнула.

– Мне жаль.

– Не стоит. Это просто еще одна причина поступать правильно.

– И чего именно вы хотите от меня?

Он откинулся на толстую кожаную подушку и сложил руки на коленях.

– Я полагаю, того же, что и ты.

Я подавила желание застонать. Загадочные разговоры, вероятно, тоже были у него очень популярны.

– И что это должно значить?

– Справедливость для твоих родителей. Смешение одаренных и отмена границ районов.

Он казался очень серьезным.

– Как именно вы хотите этого добиться, не посадив всех нас в тюрьму, если Омилия обладает такой силой, что вам приходится прятаться от нее?

Фос громко рассмеялся.

– Прятаться? Думаешь, мы прячемся? Кто тебе это сказал? Сам Нерон?

– Разве вас не изгнали? Никто ведь не знает, где находится убежище, в котором вы разместили всех одаренных, ведь так?

– Есть большая разница между бегством и добровольным уходом, Киана. Это Нерон боится нас, а не наоборот. Именно потому, что мы живем втайне. Система рушится, и он чувствует это с каждой секундой, когда задается вопросом, где я нахожусь. Хотя на его стороне больше одаренных, чем у нас, – это его единственное преимущество. Наше – фактор неожиданности.

– Вы хотите вступить в борьбу против Нерона, правильно понимаю? – я слегка наклонилась вперед. Я не была удивлена его словами и ничего не имела против. Нерон совершенно точно не сдастся без боя.

Мужчина невозмутимо ответил на мой взгляд.

– Я убежден, что в этом не будет необходимости, когда мой план сработает. Поэтому мы работаем над тем, чтобы решать наши проблемы мирным путем.

Я скрестила руки на груди.

– И как это должно выглядеть?

– Среди нас есть не только одаренные, но и наставники. Это означает, что наше сообщество растет. Изменения в Тессаректе произойдут сами по себе, если нам удастся убедить уважаемых людей в истине. Как только люди увидят, какими грязными уловками работает их лидер, как он шантажирует инвентов и излишне контролирует одаренных, они выступят против него без необходимости применения силы. Это и есть цель.

Я кивнула и потянулась за одним из стаканов. Затем окинула взглядом окрестности. Ветви плюща украшали стеклянный фасад, в котором отражались различные пастельные тона неба. Фиолетовый, нежно-розовый и бледно-голубой.

Странное спокойствие распространилось во мне, пока я наблюдала за вечерними сумерками над крышами города. Было так приятно слышать эти слова от кого-то вроде Фоса, за кем люди были готовы следовать.

Я снова повернулась к нему, сделав глоток из стакана. Вкус лайма и лаванды распространился по моему рту, и я сделала еще один глоток. Алкоголя я не почувствовала.

– Вы хотите освободить моих родителей из тюрьмы?

Он кивнул.

– В свое время, но обязательно. Они являются важной частью плана.

– Что за план? И какую роль играю я?

Нийол едва слышно усмехнулся.

– Ты всегда была такой недоверчивой или это произошло только после того, как они сожгли твою квартиру и похитили тебя?

Я бросила на него убийственный взгляд, и Фос тоже жестко посмотрел на него.

– Во-первых, важно не вызывать подозрений у Омилии, пока ты не решишь, хочешь нам помочь или нет. Как я понял, сейчас не самое подходящее время, чтобы тебя уличили в бунтарской активности. Не говоря уже о том, чтобы покидать район Идор.

Надо отдать ему должное, он хорошо осведомлен.

– Что с твоим инветом? На Уильяма можно положиться?

Гнев охватил меня.

– Нерон шантажировал его тем, что оставит его сестру в покое только в том случае, если Уилл безоговорочно последует за ним. Но из-за проникновения в тюрьму Нерон, вероятно, захотел отомстить ему. Он привез ее в город и сделал инвентом. Так что Уилл, скорее всего, будет на моей стороне.

– Прекрасно. – Фос провел по губам, потом вздрогнул. – Пожалуйста, извини, конечно, это не очень приятно, когда еще одного молодого человека заставляют оставить свою жизнь позади. В конце концов, он, вероятно, не помешает тебе присоединиться к нам. – Если я решу, что могу тебе доверять. – Эвелин сказала, что у вас с ним исключительно тесная связь? Несмотря на то, что знаете друг друга такое короткое время?

– Да.

Ни Нийол, ни Фос не могли знать, что это маленькое слово сделало со мной.

Да, у нас с Уиллом была тесная связь. Потому что нам пришлось. Ничего другого не могло быть.

– Хорошо. – Спокойный голос Фоса вернул меня в настоящее. – Время уходит, я покажу тебе убежище как можно скорее. А до тех пор твоим самым большим приоритетом должно быть показать свое желание к сотрудничеству. Конечно, это будет нелегко, после всего, что ты узнала о Нероне, но очень важно, чтобы у них не возникло подозрений.

Я кивнула. То же самое мне советовала Ариэль.

– Без проблем. Я просто сомневаюсь, что они когда-нибудь мне поверят.

Фос улыбнулся немного шире.

– Абсолютно согласен с тобой. На данный момент они не думают, что у них есть причины доверять тебе. Так что ты должна предложить им то, что затмит все остальное.

Я непонимающе посмотрела на него. Нийол тоже выглядел озадаченным.

– Чего они хотят от тебя, Киана?

– Использовать меня как оружие? Чтобы получить больше власти?

Он нетерпеливо кивнул.

– Да-да, но как им это удастся? Что еще их сдерживает?

Шорох ветра был единственным, что было слышно в течение нескольких мгновений. Затем сильное биение моего сердца смешалось с тишиной. Как это часто бывало раньше, мое тело, казалось, реагировало быстрее, чем разум.

– Мой дар, – тихо сказала я. – Они хотят знать, в чем мой дар.

– Я не буду спрашивать тебя, насколько хорошо ты это знаешь и знаешь ли вообще. Это не мое дело, и меня это не волнует. Само по себе твое существование является достаточным доказательством того, что Нерон и Арья ошибаются и что в смешении нет ничего плохого. Позволь мне дать тебе только один совет: если ты уже поняла что-то о своем даре, сейчас самое время поделиться с ними этими знаниями. Это может показаться тебе легкомысленным, но это твой единственный туз в рукаве. При других обстоятельствах я бы предложил тебе скрыть это, но время работает против нас. Мы должны действовать быстро и отвлечь его. Достаточно плохо, что он уже натравил на тебя Асфалию, я не хочу изображать из себя…

Остальная часть его фразы превратилась в неопределимую акустическую кашу. Я сжала свой стакан и наклонилась вперед.

– Он… Он натравил на меня Асфалию?

Фос тут же замолчал, с любопытством разглядывая меня.

– Предположительно, в их рядах был предатель, который сообщил Асфалии о твоем существовании. Но количество людей, которые были посвящены, очень ограничено. Во всяком случае, мы не имели к этому никакого отношения. Какая у нас с Гайей была причина желать тебе смерти? – это прозвучало почти весело, но его глаза гневно сверкнули. – Мы не из тех, у кого ограниченный взгляд на мир. У нас никогда не было проблем с отношениями твоих родителей, не говоря уже о твоем рождении.

– Но тогда почему он привез меня сюда, в безопасное место? Почему позволил мне спастись из квартиры до того, как она была взорвана, и инсценировал мою смерть? Если он все же хочет, чтобы я умерла?

– Он не желает тебе смерти. Тогда бы ты не сидела сейчас передо мной. Нерон очарован тобой так же, как и испытывает к тебе отвращение.

– Да, и что? Чего он хочет от меня?

– Конечно, я тоже могу только догадываться. Но я очень хорошо знаю Нерона, мы долго работали бок о бок. Он хочет твоего доверия, об этом свидетельствует и его прежнее поведение. Более того, он хочет стать твоим наставником. Твоим опекуном. Ведь ясно же: если ты будешь рядом с ним, он сможет изменить мир. Прежде всего, тогда ты не присоединишься к кому-то другому. А с другой стороны, он ненавидит тебя за все, что ты олицетворяешь.

– Звучит очень двояко, – сухо сказала я.

Фос пожал плечами.

– В любом случае, он не знает, что к чему. Мы должны воспользоваться этим.

Я перевела взгляд на перила.

– Значит, я расскажу ему о своем даре? А потом вы отведете меня к Эвелин и остальным и поможете освободить моих родителей?

– Я тебе это обещаю, – он порылся в кармане пальто и достал золотой футляр, который раскрыл и протянул мне. – Вот где ты найдешь мои контактные данные. Немедленно свяжись с нами, как только у тебя будет время. Мы сейчас находимся в середине подготовки к нашему следующему большому шагу в борьбе с Омилией – подготовке восстания. Важно, чтобы наши действия не подняли ажиотажа. Если ты примешь решение в нашу пользу, я буду доверять тебе на сто процентов. Ты не одинока, Киана.

Я потянулась к металлической коробочке и выхватила одну из визитных карточек. На толстой бумаге был напечатан золотой треугольник. При каждом маленьком движении значок менялся, временами был зачеркнут, временами вставал вверх ногами. Четыре стихии, объединенные между собой. Прежде чем смогла расшифровать надпись на нем, я почувствовала какое-то движение рядом с собой и подняла глаза. Нийол и Фос поднялись.

– Будет лучше, если не будем злоупотреблять временем в «Воздушном замке». Я уверен, что и тебя уже ищут. – Фос посмотрел на меня с теплой улыбкой. – Ты всегда можешь связаться со мной, если у тебя возникнут вопросы. Однако я прошу сохранить эту встречу в тайне. Расскажи об этом своему ближайшему союзнику, своему инвенту, если это поможет принять решение, но не следует, чтобы кто-то другой узнал, что ты встречалась со старейшиной Пиро.

Я пожала ему руку на прощание.

– Хорошо.

Нийол кивнул ему, затем положил руку мне на спину.

– Пойдем, я отведу тебя обратно.

Его прикосновение поразило меня, как удар током. Я поспешно ускорила шаг.

Мы не проронили ни слова, пока не добрались до лифта. Официанта нигде не было видно.

Почему Фос не пошел с нами? Он отправился через потайной выход, чтобы его не видели?

Я демонстративно отвернулась от Нийола после того, как за нами закрылись автоматические двери. К его счастью, он больше не прикасался ко мне.

– Мне это нравится. Быть с тобой в лифте. Настроение на высоте, да? – сарказмом и непристойными комментариями он, возможно, вывел бы меня из себя, но этот тихий, серьезный тон был значительно хуже.

Я бросила взгляд через плечо. Он прислонился к зеркальной стене и прижал обе ладони к себе. Неужели его беспокоила поездка в лифте? Его брови были сдвинуты, а глаза… Его глаза, казалось, заглядывали прямо в самое сокровенное.

Я снова отвернулась.

– Перестань со мной разговаривать. Мы не друзья, и я не хочу иметь с тобой ничего общего. Если бы не мои родители и Иви, меня бы здесь не было.

– Ты права, Киа. Я не хотел быть твоим другом. Ты знаешь, что я просто хотел пофлиртовать с тобой той ночью перед художественной галереей? Это был первоначальный план. Я планировал подойти к стойке регистрации и рассыпаться в комплиментах. Тогда мне и позвонила Арья. И рассказала о моей маме. Я не хотел больше думать или чувствовать. А потом ты вышла и спросила, все ли в порядке, как будто это самая естественная вещь в мире. Ты сидела рядом со мной на ступеньках среди бела дня, а я хотел, чтобы все закончилось. Мне потребовалось время, чтобы понять, что это ты. Я никогда не планировал пойти по этому глупому пути сострадания. Поверь, я умею соблазнять женщин, и плач точно не один из моих инструментов. Но это была ты. Ты просто говорила со мной, пока я не успокоился. – Его голос дрожал.

Черт возьми. Черт возьми, его голос звучал точно так же, как тогда.

– Я никогда не хотел быть твоим другом. Я просто хотел обнять тебя и больше никогда не отпускать.

Четыре

Кристалл

Паника началась, когда я закрыла за собой дверь. Уже с улицы я увидела, что свет не горел. Только после того, как прибыла в район Идор, я подумала о том, чтобы снова посмотреть на свой телефон. Встреча с Фосом и особенно с Нийолом занимала до этого мои мысли. За исключением одного телефонного звонка Уилла, у меня не было никаких новых сообщений. Это само по себе уже было поводом для беспокойства.

– Уилл?

Мой голос эхом отразился от стен. Не потрудившись снять куртку и обувь, я включила свет в коридоре и вошла в гостиную.

Он сидел на полу перед камином спиной ко мне. На нем была кожаная куртка, а светло-русые волосы торчали во все стороны.

– Что ты здесь делаешь?

Никакой реакции. Я шла к нему, пока не смогла увидеть характерный профиль, упрямо направленный на обгоревшие бревна.

– Эй, я с тобой говорю.

Очень медленно Уилл повернулся ко мне, посмотрел вверх, его взгляд почти скучающе скользнул по мне, и снова посмотрел в сторону.

– Чего ты хочешь от меня?

Ну, в конце концов, он не потерял дар речи.

– Просто удивилась, что ты не поднял тревогу, хотя я сбежала.

Он рассмеялся. Это звучало фальшиво.

– Ты хочешь поссориться? Хочешь, чтобы я кричал и говорил, что тебе нужно делать, как обычно?

Горячая ярость охватила меня.

– Нет, ты прав. Меня не должно удивлять, что твоя забота обо мне всегда была просто фарсом, как и все остальное.

На несколько секунд его тело напряглось, затем он одним быстрым движением поднялся на ноги и подошел ко мне.

– Ты… Ты не знаешь ничего!

– Я знаю, что ты солгал мне.

– Ах, из-за того, что я злоупотребил твоим доверием, ты подвергаешь опасности свою жизнь из мести? Я должен был сопровождать тебя!

– Это не всегда касается только тебя. – Я сжала губы и отступила назад, потому что мне стало сложно выдерживать его близость.

– Нет. Это никогда не касается меня. Я чертов инвент.

Дело было в Алессе.

– Ты что-нибудь узнал о своей сестре?

– Почему тебя это интересует?

– Я не монстр. То, что ты предатель, не значит, что я радуюсь твоей боли.

– Серьезно? Так ты думаешь, что делаешь еще один шаг, встречаясь с этим ублюдком без дополнительной защиты?

Я покачала головой.

– Ты невыносим, ты это знаешь? Сначала ты с ним братаешься, но как только я связалась с ним, начал ревновать? Это говорит инвент внутри тебя? Или твое желание все контролировать?

– Ты даже не догадываешься!

Я хотела сохранять спокойствие. В самом деле. Но я не могла иначе. Воспоминание о его близости, о его словах, о его взглядах захлестнуло меня.

– Разве? – воскликнула я. – Не думаешь ли ты, что к настоящему моменту у меня довольно четкое представление о твоих чувствах?

Я проклинала его за пылающий гневом взгляд. Как будто я обрушила на его голову самое страшное оскорбление. Как будто не он был тем, кто злоупотребил моим доверием.

– Или для тебя нормально лгать людям, в которых ты, черт возьми, влюблен? – продолжила я. – Надо отдать тебе должное. Составляешь Нийолу конкуренцию. Я такая глупая! Я с самого начала знала, что ты всего лишь мой инвент, что…

«…эта проклятая связь заставляет тебя говорить такие вещи», – хотела продолжить я, но не зашла так далеко.

– Так вот как ты это видишь. – Его голос был тихим, но дрожал от гнева. – Не смей говорить мне, что я чувствую.

– Да, и что же ты чувствуешь, Уилл?

Он вздрогнул, потом рывком схватил меня за плечи.

– Все, – выдавил он. Вся его ярость растворилась в этом слове. Осталось только отчаяние.

Некоторое время мы просто смотрели друг на друга, тяжело дыша. У меня даже не было сил вырваться из его хватки.

Казалось, Уилл не планировал ничего глупого, даже если его взгляд на мгновение переместился на мои губы, а затем снова его отвел. Почему-то мне показалось, что он не держал, а прижимал меня к себе.

– Отпусти меня. – Мой голос звучал сдержанно. Понятия не имею почему.

Он моргнул.

– Я не хочу, чтобы ты ко мне прикасался. Ты должен знать это, если чувствуешь все.

Он тут же убрал руки с моих плеч и отступил на шаг назад.

– Я не подвергала себя опасности, – продолжила я с холодностью в голосе. – А сделала то, что нужно было, чтобы освободить моих родителей и твоего отца. И спасти всех нас.

Он со стоном провел рукой по волосам. Затем включил свет и указал на диван.

– Садись. И расскажи мне все.

Синяя тень под его глазом выглядела еще хуже в свете лампы в гостиной. Я сглотнула, села рядом с ним и передала свою встречу с Фосом несколькими поспешными фразами. Совет, который он дал мне, чтобы завоевать доверие Нерона, я пропустила. Это была одна вещь, которую я должна была решить сама. И бессмысленно было спрашивать Уилла о его мнении – я уже знала, что он скажет. Или, скорее, прокричит.

Он не перебивал меня, только пару раз нахмурился. Даже после того, как я закончила, ответа не последовало. В нем больше не было гнева. Только смирение.

– Хорошо, – нарушила я тишину через несколько секунд. – Теперь ты. Что ты смог узнать об Алессе?

– Они не позволили мне увидеть Нерона. Он дал понять, что между нами все улажено и что я должен держать свои эмоции под контролем, поскольку я определенно не хочу, чтобы у Лессы было плохое начало. И что я скоро смогу увидеть ее, если буду вести себя хорошо.

– Ты пытался связаться с Дарией? – спросила я как можно более нейтральным тоном.

К моему удивлению, он кивнул.

– Она сказала, что сделает все возможное, чтобы что-то выяснить. Но обычно новые инвенты начинают тренироваться с другими позже. Она имела в виду, что сначала у Алессы будут индивидуальные занятия. – Слова звучали монотонно.

– Фос сказал, что, чтобы убедить Тессарект в истине, мы должны показать людям, что происходит за кулисами. Как шантажируют инвентов. Это может быть доказательством.

– Доказательством, – он буквально выплюнул это слово и отвернулся от меня. – Как будто недостаточно доказательств с тех пор, как заперли твоих родителей.

– Я уверена, что почти каждому инвенту, которого не впечатляют угрожающие жесты Омилии, есть что рассказать. Нам просто надо найти правильных людей и заставить их говорить. Мои родители, к сожалению, пока не рядом.

– Да, – он сухо рассмеялся. – Как будто это так просто.

– Я не говорила, что это будет легко. – Я уперлась руками в бедра и сверлила взглядом его спину. – У нас есть шанс. И на нашей стороне по крайней мере один старейшина. Который, кстати, использует такие выражения, как «промывание мозгов», и говорит мне, что Нерон и Арья, скорее всего, натравили на меня Асфалию.

Его тело застыло. Я выдавила из себя торжествующую улыбку. В замедленном темпе он снова повернулся ко мне.

– Что, прости?

– По словам Фоса, Нерон намеренно подвергал меня опасности, чтобы впоследствии забрать в Тессарект и сыграть роль спасителя. В их рядах не было предателя, который посвятил эту странную секту в тайну моего омерзительного существования. Предателем был сам Нерон.

– Это…

Я приготовилась к возражениям, но черты его лица разгладились.

– Это многое объяснило бы. Начиная с первого нападения на тебя на заправке. А потом было второе, когда мы ехали на твои похороны. Для кого, собственно, были похороны, если не для Асфалии? Они ведь все равно хотели тебя убить. Вообще то, почему на тебя никогда не нападали в Тессаректе, не имеет смысла. Зачем фанатичным уродам с далекими от реальности взглядами на мир бояться Омилии, если их главным приоритетом является уничтожение твоего существования?

Можно было почти подумать, что все было так же, как и раньше, как мы сидели и анализировали ситуацию… Я мрачно кивнула.

– Я уже подозревала, что ты должен был отвезти меня туда только для того, чтобы заставить страдать еще больше.

Некоторое время он ничего не говорил, пока, как это часто было, размышлял, расхаживая взад и вперед по комнате. Наконец Уилл тихо застонал.

– Я не хочу, чтобы ты снова ходила к нему одна. Мы не можем позволить себе опрометчиво доверять кому-либо.

Вероятно, не надо было напоминать ему, что, во-первых, я была не одна, а во-вторых, он больше не имел права что-либо требовать от меня. Однако я не могла позволить себе солгать и согласиться. Поэтому промолчала.

Внезапный стук смешался с тихим шелестом дождя. Стук, который быстро превратился в энергичные удары.

Мы одновременно повернули головы в сторону входной двери.

– Оставайся здесь, – шепнул мне Уилл, уже шагая по коридору.

Вместо ответа я закатила глаза и последовала за ним. Меня пронзило воспоминание о разговоре Нейта и Каспера внизу, в тюрьме.

– Не мог бы ты на секунду перестать строить из себя мачо?

Уголки моего рта дернулись, но, прежде чем настоящая улыбка расплылась по моим губам, реальность настигла меня. Каспер. О боже, как сильно я надеялась, что Нейт найдет способ вытащить его из этой передряги!

– Скажи, у тебя вообще не было никакого воспитания? Дай мне пройти, на меня капает!

Дария стояла на последней ступеньке лестницы в бирюзовом промокшем до нитки платье и без куртки. Она сделала попытку протиснуться мимо Уилла, чей мозг, вероятно, только сейчас заработал. Он поспешно отступил в сторону, так что она почти упала в мои объятия.

Ее приветствие вышло более быстрым, чем обычно, она тут же снова повернулась к Уиллу, который только что захлопнул за ней входную дверь.

– У нее твой цвет волос, верно? Примерно такого же роста, как я, немного стройнее. Около тринадцати-четырнадцати, я полагаю?

Все тело Уилла напряглось. Он уставился на нее, как будто хотел заставить ее говорить быстрее.

– Двенадцать, – хрипло ответил он. – Ты видела ее? Где? Она в Омилии? Как она?

– Нет, они не настолько глупы. Благодаря своей блестящей способности к дедукции я догадалась, что они, должно быть, свели ее с Идором, который тоже ребенок. Поэтому я пошла прогуляться во время обеденного перерыва и навестила нашего дорогого Декстона.

Рука Уилла молниеносно легла на дверную ручку.

– Почему ты не сказала мне раньше, что они так поступают?

– Потому что я тоже не глупа и хотела предотвратить именно эту реакцию. Как ты думаешь, что они с тобой сделают, если будешь болтаться в том районе, всего через несколько часов после вторжения в тюрьму? И что вообще случилось с твоим лицом?

Лицо Уилла окаменело. Он так крепко сжал губы, что они стали совсем белыми.

– Они избили его, чтобы вытянуть информацию о тюрьме, – с горечью ответила я.

Дария повернулась ко мне с ужасом в темно-серых глазах.

– Серьезно?

– Да. Ничего хорошего не выйдет, если ты дашь ему этот адрес.

– Немедленно скажи мне, где она, – прорычал Уилл.

Дария тихо вздохнула и снова повернулась к нему.

– Это ни к чему не приведет. Она выглядела относительно довольной, была в саду вместе с Дексом и помогала его матери накрывать брезентом мебель от дождя. Даже смеялась, когда он брызгал на нее своим водяным пистолетом.

Руки Уилла начали дрожать. Я сразу увидела это, даже когда он быстро спрятал их в карманах брюк.

– Мама Декстона увидела меня, наверное, я слишком долго заглядывала из-за живой изгороди, – продолжила Дария. – Если пойдешь прямо сейчас, Нерон наверняка сможет сложить один к одному. Он еще не знает, что мы работаем вместе. Меня не узнали охранники. Однако долго это продолжаться не может.

– Она права! – вырвалось у меня. – Мы не должны рисковать. И даже если ты увидишь Алессу, не думаешь ли ты, что ей станет хуже, если она тоже увидит тебя, а потом сразу же расстанется с тобой? Может быть, в данный момент она даже не знает, что ты тоже в городе.

– Я не намерен оставлять ее в этом доме, – выдавил Уилл.

– Дария права! – я сделала шаг к нему, чтобы в случае крайней необходимости удержать его за руку, если он просто внезапно распахнет дверь. – Каков твой план? Хочешь еще больше навлечь на себя гнев Нерона? Теперь, когда он больше не может угрожать тебе тем, что сделает твою сестру инвентом, ему больше не нужно соблюдать правила игры и быть вежливым с тобой.

– Нерон может…

– Подумай об Алессе! – оборвала я его на полуслове. – Подумай о том, как сильно ты испугаешь ее, когда она увидит тебя в таком состоянии.

Мы смотрели друг на друга, и на мгновение я забыла, что Дария тоже стояла с нами в узком коридоре.

Когда его глаза перестали гореть, я заставила себя отвести взгляд.

– Хорошо, что мы это прояснили, – сказала Дария. – Я возьму твою сестру под свое крыло, как только она начнет тренироваться с нами. Никто не сочтет это странным, пока меня не свяжут с тобой. И вот увидишь, скоро я смогу проводить с ней время в одиночестве, и ты сможешь ее увидеть.

Уилл больше ничего не сказал, а прошел мимо нас. Я вздохнула. Через минуту я услышала скрип люка, ведущего в его спальню.

– Как все между вами? – прошептала Дария.

Я поморщилась.

– Давай сменим тему, ладно? Пойдем, я приготовлю тебе чай и расскажу, что пережила в районе Пноэ.

* * *

Ночь была полной катастрофой. Дария не смогла остаться надолго, потому что ей нужно было идти на следующую смену инвента. Мне пришлось пообещать ей, что я свяжусь с ней напрямую, когда в следующий раз встречусь с Фосом или когда меня отвезут к Эвелин.

Уилл остался в подвале, и частично я была даже рада, что меня избавили от дальнейших столкновений – мне нужно было отвлечься. На мгновение меня пронзила мысль, не следует ли немедленно отправиться к Пноэ. Визитная карточка старейшины Пиро вроде бы лежала у меня в кармане.

Решение давно было принято. У меня вообще не осталось другого выбора. Интуиция говорила мне об этом. Я не забыла его слов, когда мы говорили о моем даре. Он Фоса совершенно не интересовал. Разве это недостаточная гарантия?

Но мысли о моем инвенте удерживали меня. Конечно. Как я могла оставить его здесь одного и рисковать, подвергая себя опасности?

Я крутилась в постели еще целую вечность, пока не провалилась в беспокойный сон.

Когда меня разбудили шаги на винтовой лестнице, спальня была залита светло-серым светом, и я была уверена, что заснула самое большее тридцать минут назад.

– Уходи, я хочу спать, – прохрипела я, уткнувшись лицом в подушку. Если быть точной, я хотела проспать весь день. Или всю неделю.

– Вставай.

Голос Уилла звучал бодро. Может быть, он совсем отказался от сна, меня это не удивило бы.

– Убирайся!

– Нам нужно быть в Омилии.

Я застонала и подняла голову.

– Нам?

– Да, нам. Понятия не имею, что случилось, у меня должны были быть тренировки. Не то чтобы я хотел идти. А теперь вставай. Пожалуйста.

Через полчаса мне действительно удалось принять душ и одеться – я выбрала темно-синий свитер к джинсам. Возможно, немного адаптации не помешает, если хочу завоевать доверие Нерона, – и смыть свою усталость горячим кофе с молоком, который Уилл молча сунул мне. Да, он был засранцем, но это не повод отказываться от кофеина.

Во время поездки в Омилию мы не проронили ни слова. Он тут же выключил радио, как будто веселая музыка, которая звучала, раздражала его до невозможности. Я прижалась лбом к окну. Наблюдала за гирляндами, натянутыми между темными домами и развевающимися на яростном осеннем ветру. Мои мысли блуждали по плану. Будет трудно рассказать о моем даре, если Уилл будет со мной. Еще несколько дней назад я бы никогда не скрыла от него ничего подобного. Я слишком хорошо помнила напряженность его взгляда после того, как мы вместе узнали правду, и на крыше он умолял меня никому об этом не рассказывать. Эти слова повлекли за собой…

В гневе я зажмурила глаза. Наш первый поцелуй был последним, о чем я должна была думать.

Я должна чувствовать страх. Волнение. Что-нибудь. Благодаря экскурсии к водопаду они знали, что мой дар уже срабатывал, и медицинские осмотры тоже заставили их задуматься, но они не могли быть уверены.

Они знали, что мы ворвались в тюрьму. Они знали об этом и не наказали меня. Только моего инвента. Уилл больше не мог позволить себе ошибиться. А я уже ошиблась.

После того, как мы припарковали машину и прошли по мосту ко входу, я почти полностью убедила себя, что мне не о чем беспокоиться.

На озере перед Омилией не было видно ни гондол, ни туристов, да и мосты были безлюдны. Неужели было еще так рано?

Нас встретил Пикабо Ирвинг, чье морщинистое лицо было нехарактерно замкнутым.

– Доброе утро. – Я улыбнулась ему, но он только кивнул нам, указывая на коридор, который вел как к кабинету Нерона, так и к центру Идора.

– Сюда.

– Куда все делись? – пробормотала я, пока мы проходили мимо синих картин.

– Сегодня все внимание сосредоточено исключительно на тебе.

По фразе было понятно, что тема закрыта, и я не осмеливалась больше говорить, пока мы не остановились перед каменной лестницей, ведущей вниз, к бассейну с водой.

– Уильям, жди здесь. Тебя сейчас заберут. Киана, следуй за мной.

– Значит, все-таки тренировка? – раздраженно спросил Уилл, скрестив руки на груди. – Тогда к чему все это?

Пикабо окинул его беглым взглядом.

– Тренировки не будет, – с этими словами он протянул мне руку.

Уилл посмотрел на меня, и в одно мгновение его лицо стало испуганным.

Поспешно опустив взгляд, я позволила Пикабо отвести меня вниз.

Я вдохнула прохладный воздух, который становился все влажнее с каждой ступенькой, и позволила свободной руке мимоходом скользнуть по стене. Почувствовала влагу стекающих по ней капель воды на кончиках моих пальцев.

Пикабо резко остановился, хотя мы еще не добрались до подножия лестницы.

– Все в порядке?

Не знаю, почему я это прошептала.

– Мне было приказано завязать тебе глаза.

Пикабо достал из кармана своего синего пиджака шелковую ткань и, тихо вздохнув, повернулся ко мне.

– Что?

– Мне жаль.

– Для чего это? Я уже была в центре Идора несколько раз.

Свет здесь, внизу, был тусклым, но от меня не ускользнуло, что синева его глаз стала влажной. Это были слезы?

– Это неважно, Киана.

Мое сердце начало нервно трепетать, и я проклинала его за это. Я не хотела расстраиваться. Я пережила вчерашний день, хуже быть не могло!

– Почему же это неважно?

– Повернись, чтобы я мог завязать тебе глаза. – Каждое слово, казалось, причиняло ему боль.

Я некоторое время смотрела ему в лицо, отмечая морщины вокруг его глаз, вздернутый нос, седые кустистые брови. Он знал моего деда. Он поклялся защищать меня. Как мантру, я снова и снова мысленно повторяла эти две фразы.

Наконец я сдалась и повернулась к нему спиной.

– Вы все еще на моей стороне, ведь так? – я понизила голос, опасаясь, что он начнет дрожать.

Прохладная ткань на моей коже. Я закрыла глаза.

Одним движением он натянул повязку на глаза и завязал ее на моем затылке. Но даже когда Пикабо закончил, его пальцы не отпустили меня.

– Я не могу тебе ничего сказать. Ты должна быть застигнута врасплох, чтобы эффект был сильнее. Но я не могу так поступить с тобой, я не могу… – Он умолк, и хриплый вдох достиг моих ушей.

– Тебе что-нибудь говорит термин «Пытка водой»? – прошептал он. Его мятное дыхание пощекотало меня.

Я покачала головой.

– Они хотят проверить вашу связь друг с другом. Хотят наблюдать за ним, пока они тебя… Пока они тебя…

Снова тишина.

– Пока они что? – вырвалось у меня. Мне показалось, что ледяные пальцы обхватили мое сердце.

– Они будут пытать тебя. Но ничего такого, что причинит тебе серьезный вред. По крайней мере, никакого физического вреда.

Головокружение охватило меня.

– Так называется имитация утопления. Это варварство. Ты будешь на кушетке…

Пикабо снова замолчал, но на этот раз, вероятно, дело было не в его внутренней борьбе.

Шаги. Скрип дверных петель.

– Вы готовы? – эхом разнесся женский голос.

– Мы сейчас придем! – крикнул Пикабо, схватив меня за оба локтя.

– Мне очень жаль, Киана. Мне так бесконечно жаль. Я сделал все возможное, чтобы отговорить их от этого…

Это были последние слова, прежде чем он легонько подтолкнул меня и повел вниз по оставшимся ступеням.

Как я могла хоть на секунду погрузиться в ложное чувство безопасности?

Все могло стать еще хуже.

* * *

Все хорошо. Все хорошо. Все хорошо.

Шум волн. Соленый вкус морской воды на моих губах. На этом я должна была сосредоточиться.

Параллельные миры.

Я ничего не могла видеть, повязка на глазах погрузила все вокруг в темноту. С таким же успехом я могла бы стоять на пляже. Крики чаек, добродушные люди, мороженое, все в норме.

– Отведите ее сюда.

Голос женщины показался мне знакомым. Параллельный мир исчез.

Я позволила Пикабо вести себя, хотя все во мне кричало о том, чтобы сорвать с лица повязку.

Имитация утопления.

Пытки. Они хотели меня пытать. Страх стиснул мне горло, превратив мое дыхание в прерывистое хрипение. Как бы мне хотелось, чтобы Пикабо закончил свою фразу! Хуже всего была неопределенность.

Или было бы намного хуже, если бы я знала, что именно меня ждет? Они погрузят мою голову под воду? Почему он упомянул о кушетке?

Все хорошо. Я ценна для них. Никакого серьезного вреда, сказал Пикабо. Никакого физического вреда.

Проклятье.

Словно в тумане, я почувствовала, что с моих плеч стянули пальто. Тяжелая входная дверь с громким щелчком закрылась на замок.

– Сейчас мы переведем тебя в положение лежа, – произнес женский голос. Какие-то дорогие духи лезли мне в нос, смешиваясь с запахом мяты Пикабо.

Это была Дилара, мать Нейта и наставница Пиро? Сколько еще людей находилось в этой комнате?

Я кивнула. Заставила себя сделать нейтральное выражение лица. И контролировать свое дыхание. Я не имела права показывать им свой страх. Чем меньше волнения, тем легче Уиллу будет сохранять спокойствие, не так ли?

Я позволила оттолкнуть себя назад. На что-то твердое. Несколько рук тянули меня за плечи, подтягивая все выше, пока мои ноги полностью не оторвались от пола, а голова не запрокинулась назад. Рефлекторно я хотела соскользнуть обратно вниз, чтобы у головы была опора, но чьи-то руки удержали меня на месте.

– Нет, вот так это хорошо. Голова должна быть ниже, чем остальное тело.

Я прищурила глаза, хотя это не имело значения. Должна ли я сопротивляться?

– Киана.

Мое сердце замерло при звуке глубокого голоса Нерона.

– Что… Что именно вы со мной делаете?

– Для этого теста необходимо, чтобы ты не была подготовлена, – спокойно ответил он. Он находился не так близко, как люди, которые держали меня, а его слова смешивались с тихим плеском волн.

– Что за тест?

– Мы поговорим с тобой об этом позже. Теперь ты должна сосредоточиться только на своих ощущениях. Просто полностью растворись в своих чувствах. Постарайся не подавлять их.

Я открыла рот, чтобы что-то сказать в ответ, но в тот же момент повязка одним быстрым движением была стянута с моей головы.

Застигнутая врасплох, я хватила ртом воздух и моргнула. Темнота исчезла, но я ничего не могла разглядеть. Только схематичные тени. Светлая ткань лежала на моем лице. Махровая ткань. Пахло мылом. Полотенце?

Одновременно я почувствовала пальцы на своих ногах и запястьях. Они крепко прижали мои руки и ноги к кушетке.

Раздался треск. Липучка. Прикосновение исчезло, вместо этого я почувствовала прохладную ткань. Что-то придавило меня к кушетке. Я попыталась поднять одну ногу. Не вышло. Пристегнута.

Я должна сопротивляться. Я не могла просто позволить этому случиться, я…

– Помолчи, пожалуйста.

Моя правая рука слегка приподнялась, потом что-то щелкнуло на указательном пальце. Я пожала плечами. Ничего плохого не произошло, это просто было неожиданно. Никакого беспокойства…

Мое сердцебиение теперь грохотало в ушах, заглушая все остальное.

Все хорошо. Все хорошо. Это было ничуть не хуже, чем в тот момент, когда я пыталась раскрыть свой дар в ванной. И теперь я была окружена людьми. Которые смогут помочь мне, если все станет хуже.

Которые пытали меня, чтобы проверить моего инвента.

Слова Ариэль пришли мне на ум, потом слова Фоса. У Нерона не все в порядке с головой. С ним все не очень хорошо с тех пор, как что-то случилось с Гайей. И Арья, старейшина Пноэ… Арья убила свою собственную плоть и кровь. Я не могла себя уговорить, как бы этого ни хотела – здесь я не была в безопасности. Никогда еще я не была в большей опасности. Беспомощная. Зависимая.

К счастью, я пила только кофе. Меня тошнило.

То, что я сейчас вздрогнула, не шло ни в какое сравнение с тем, что последовало далее. Моя голова снова упала в пустоту.

Рывок прошел по моему телу. Как будто меня ударило электрическим током. Звук брызгающей воды, намного ближе, чем волны, был единственным предупреждением, всего за долю секунды до этого. Ее было недостаточно.

Вода. В носу. Во рту. Задыхаюсь. Рвотный рефлекс. Мокрая ткань прижалась к моему лицу, к приоткрытым губам.

Что за…

Не вдыхай! Мне нельзя дышать!

Мысль пришла слишком поздно. Следующий заряд воды вылился мне на лицо. Или это был тот же самый и они просто замедлили поток? Мои рефлексы игнорировали разум. Я снова хватала ртом воздух. Фыркала. Хрипела. Черт возьми, еще раз. Это было не так, как в ванной. Это не было чертовой самостоятельной попыткой. Это была потеря контроля. В самом худшем ее виде.

Я вскинула руки вверх. Мотала головой туда-сюда, чтобы стряхнуть тряпку, избавиться от воды. Ткань врезалась мне в кожу. Внезапно у меня на шее оказались руки. Хватка, которая безжалостно вернула меня в нужное положение и не ослабевала.

Никто не сказал ни слова. Никаких инструкций, никаких просьб не двигаться. Просто мой отчаянный вдох.

Сердце скоро выскочит у меня из груди.

«Пожалуйста, – хотелось крикнуть мне. – Пожалуйста, прекратите». Но воды поступало все больше и больше. И мне наконец пришлось перестать дышать через чертов нос. Боль. Острая боль. Слезы навернулись мне на глаза. Я прищурилась. Параллельные миры. К черту Нерона, к черту то, что он сказал. Отделись от своих чувств. Все хорошо. Все хорошо, на самом деле этого не происходит, с тобой все хорошо. Никакого серьезного вреда. Никакого вреда. Все хорошо. А также никакой смертельной опасности, вызывающей видения. Параллельные миры. Подумай о проклятых параллельных мирах!

Уилл. Боже мой, Уилл. Он сойдет с ума.

Эта мысль послала еще несколько ударов током по моему телу.

Только когда мои хрипы утихли и грудь перестала вибрировать, я поняла, что воды больше нет. Ткань исчезла.

Я осталась в том положении, в каком и была. Не хотела открывать глаза. Не хотела видеть лица. Ни Пикабо, ни других. Никто этому не препятствовал. Они крепко меня держали.

Как можно было быть такими безумными?

– Как долго?

Это был Нерон.

Я должна плюнуть ему в лицо. Панический страх уступил место пылкой ярости. План был забыт. Мне хотелось кричать на него. Причинить ему боль.

– Чуть меньше пятнадцати секунд.

– Хорошо.

Хорошо? ХОРОШО?

Я заставила веки раздвинуться. Повернула голову. Увидела, как он только что кивнул мужчине рядом со мной, с которым я никогда раньше не сталкивалась и который размахивал тканью над моим лицом.

– Нет, – задыхаясь, сказала я. – Нет, нет, нет, пожалуйста, я сделаю все, пожалуйста, прекратите.

Пятнадцать секунд. Просто немного воды. И я превратилась в груду страданий.

Никто не ответил. Никто, казалось, даже не испытывал жалости. Последнее, что я увидела, был кабель, соединяющий мой палец с мигающим аппаратом.

Они измеряли мой пульс. Какое число им нужно было увидеть, чтобы они остановились?

Мокрое полотенце снова оказалось у меня на лице.

Просто немного воды. Просто немного больше боли.

Я уже должна была привыкнуть к этому.

* * *

Мое чувство времени ослабевало с каждым новым всплеском, который заставлял меня думать, что я нахожусь под водой и никогда больше не выйду на поверхность.

Я ничего не могла поделать со своим хрипом, но в конце концов мне удавалось время от времени задерживать воздух и воздерживаться от мольбы.

– Достаточно.

Слова Нерона словно издалека донеслись до моих ушей.

Руки потянулись ко мне, сняли ткань, отстегнули запястья, поддержали меня, чтобы я могла подняться.

Лицо было полностью мокрым – смесь холодного пота, воды и слез. Кто-то снял с меня зажим для пальца. Я смотрела на каждое лицо, когда села на трясущихся ногах и потянулась за пальто, которое мне повесили. Даже Нерона я не узнала сквозь завесу тумана, которая затянула мой взгляд. Весь мир замедлился. Больше никаких цветов. Только белый и серый.

Волны мягко бились в бассейне. Звук был таким успокаивающим. Желчь подступила у меня к горлу. Две руки держали в руках белые канистры с водой.

Мне нужно было убраться отсюда. Как можно скорее, иначе меня вырвет прямо на ноги.

Я сама пошла к двери.

– Мы еще не закончили, Киана.

Должна ли я игнорировать его? Будет ли свита Нерона тащить меня назад?

– Мне плохо. – Я даже не пыталась обернуться.

– Отведите ее наверх, как и обсуждали. Дайте ей воды и одеяло.

Я чуть не рассмеялась вслух. Это должно быть похоже на заботу?

Хотя желудок снова взбунтовался при прикосновении к моей спине, я позволила провести себя по винтовой лестнице наверх и по какому-то узкому коридору, а затем еще по одной лестнице. Движения были механическими, как будто они запрограммировали меня и сделали послушной. У меня не было сил протестовать.

Где был Уилл?

Какими бы ужасными ни были для меня минувшие моменты – для него они были невыносимыми, в этом я была уверена. Я была рождена, чтобы быть близко к смерти, но он жил, чтобы защитить меня.

Только после того, как дверь за нами закрылась и меня усадили на белый стул, туман в голове немного рассеялся. Комната была застеклена, вдали виднелись темные остроконечные здания, поросшие мхом горы и угрожающие облака над ними.

Передо мной был темный экран. И еще один из этих пульсометров. От кушетки или канистр с водой не осталось и следа. Я бы почувствовала облегчение, если бы не была такой онемевшей.

Одеяло и стакан с водой рядом я не удостоила и взглядом.

– Что я здесь делаю? – слова прозвучали так, словно их произнесла незнакомка.

Парень рядом со мной замер у экрана и теперь поднял голову. Как будто я ничего не сказала, он поднял белый провод, щелкнул зажимом и остановился рядом со мной.

– Указательный палец, пожалуйста.

Это разбудило мой дух сопротивления, я села на руки и впилась в него взглядом.

Он повторил точно таким же тоном:

– Указательный палец, пожалуйста.

Сотрудничество. Речь шла об Алессе, речь шла о Нейте, речь шла о моих родителях. Я повиновалась. В этот момент экран передо мной вспыхнул, из черного стал… Моим личным адом. Центр Идора.

С меня спало оцепенение. Почему именно центр? Почему они не поместили меня в какую-нибудь комнату, чтобы пытать там? Может быть, потому что там меня никто не мог услышать.

Может быть, потому что там были камеры наблюдения.

Четыре маленьких прямоугольника показывали его со всех сторон. Бассейн с водой. Камни. Гигантские настенные часы. Вокруг проклятой кушетки собрались три человека. И фигура с прижатой копной светлых волос.

Нет!

Краски взорвались перед моими глазами. Самые разные оттенки красного застлали глаза. Меня охватил прилив эмоций.

Что за больную игру вел Нерон? Это было его представление о возвращении к нормальной жизни?

Только когда руки толкнули меня обратно на стул, я поняла, что вскочила. Мне хотелось закричать. Мне хотелось вырваться и бежать вниз.

Выломать дверь и убить их всех.

Но я не могла показать никаких эмоций. Сохранял ли Уилл спокойствие? Сохранял ли он контроль, пока они пытали меня?

Парень водил по экрану, пока не увеличилось изображение, на котором была видна кушетка.

Мои пальцы вцепились в сиденье.

Уилл выглядел совершенно расслабленным. Не оказывал никакого сопротивления. Видео было недостаточно резким, чтобы разглядеть выражение его глаз.

– Почему? – выдавила я, пока они надевали на него наручники, которые до этого были обмотаны вокруг моих запястий.

Прежде чем парень смог ответить на мой вопрос, если он вообще планировал это делать, дверь открылась, и в комнату вошел Нерон. Выражение его лица было непроницаемым, взгляд остановился на мне.

– Что вы делаете? – прошипела я.

Он придвинул стул, сел напротив меня, разгладил свою светло-серую рубашку и сложил руки на коленях.

– К сожалению, это необходимо.

– Необходимо? – повторила я. Я говорила тихо, чтобы было слышно как можно меньше эмоций.

– Ты должна понять нас, Киана. Мы работаем в сжатые сроки, и этот вопрос также является новым для нас. К сожалению, нам не пришло в голову более эффективного способа проанализировать связь между Уильямом и тобой.

Мое самообладание рухнуло. Ярость снова застлала глаза. Но тут громкость на телевизоре увеличилась, и мой взгляд дернулся к экрану.

Они уже начали. Все тело Уилла задрожало, ноги и руки неудержимо дергались, потом он замер. Полотенце накрыло его красивое лицо. Его красивое, искаженное лицо. Хрипы. Он был моим инвентом. Больше никем. Уилл об этом позаботился.

От слез, навернувшихся на глаза, я практически ослепла. Это не имело значения. Я бы предпочла провести часы на его месте на этой кушетке, чем хоть одну секунду наблюдать, как его пальцы цепляются за нее. Его кожа казалась еще более прозрачной, чем обычно.

ПРЕКРАТИТЕ!

Слово вырвалось из моего рта в придушенном крике, и я не смогла противиться ему.

Они остановились. Дали ему отдышаться. Намного меньше, чем мне. Он покраснел, шумно вдохнул, снова сглотнул. Его адамово яблоко подпрыгивало вверх и вниз.

Человек позади него поднял голову, сказал что-то, чего я не поняла. Полотенце появилось над ним. Уилл сжал губы. Моргнул. Внезапно он вскинул голову вверх. Уставился прямо в камеру, как будто с самого начала знал, что она там находится. Его глаза были двумя черными пропастями на известково-белом лице. Это заняло едва ли не один миг. Он искал мой взгляд. В его чертах было столько решимости. Он коротко кивнул, прежде чем изображение размылось, и его фигура снова опустилась вниз. Второй раунд.

Он хотел быть храбрым. Для меня. Он хотел показать мне, что все в порядке. Что мне не следует нервничать.

Я пристально посмотрела на Нерона, и, хотя его лицо снова и снова расплывалось передо мной, я не отвела взгляда.

– Я все сделаю.

Мне было все равно, что я только что совершила огромную ошибку. Мне было все равно, что я подавала им свои чувства к Уиллу на блюдечке. Ничто не имело значения, если они не остановятся. До тех пор, пока все это здесь не прекратится.

Сколько раз он спасал меня? Вытаскивал меня из опасности или убеждался, что я не развалюсь, если боль победит? Сколько раз он был со мной, когда мой мир рушился? Сколько раз он держал меня на руках, пока я снова не могла дышать?

Кто был рядом с ним?

Его отец оставил его, и в некотором смысле мать тоже. А теперь они забрали у него и младшую сестру.

– Ты все сделаешь? – Нерон спокойно повторил мои слова, в то время как в его глазах появился блеск.

– Прекратите. Вам не нужно проверять нас. Я могу рассказать вам, как работает наша связь. Он умрет за меня. Он вообще не может иначе. А я… Я… – Рыдание грозило вырваться наружу, и я с трудом поборола его. Храброй. Я должна быть храброй для него так же, как он был храбрым для меня. – Он просто человек, который оказался не в том месте не в то время. Он этого не заслужил.

– Это причина, по которой ты не хочешь, чтобы он страдал?

– Черт возьми, какой нормальный человек хочет видеть, как страдают другие? – закричала я, в то время как взгляд снова и снова устремлялся к экрану. Я не хотела смотреть. Я не могла этого вынести. И все же мне пришлось. Этим я была ему обязана.

– Не думаю, что именно поэтому ты настолько не в себе, и у тебя пульс 200, моя дорогая.

– Прекратите! – мой голос сорвался.

Нерон наклонился вперед в своем кресле. Жадность была написана на его лице.

– Работает ли инстинкт защитника и в обратном направлении, Киана?

Это было то, что он хотел выяснить?

Я хотела много чего сказать, хотела крикнуть ему, что он может засунуть инстинкт защитника куда подальше, что мои чувства к Уиллу не имеют ничего общего с нашей сверхъестественной связью, что я буду самой собой при любых обстоятельствах, во всех других вселенных, растворюсь в этом человеке, который был таким бескорыстным, таким сильным, таким хорошим, таким, таким…

Ужасный звук заставил меня остановиться. Они снова стащили с его лица полотенце, и Уилл выпрямился, задыхаясь и выплевывая воду. Мокрое от слез лицо исказилось от боли, нижняя губа дрожала. Какая бы мысль ни помогала ему не потерять рассудок, ее больше не было.

Неужели Уилл теперь думал, что он просто инвент? Что они не сделают со мной ничего серьезного, но не будут церемониться с ним?

Его предательство было ничем. Ничем по сравнению с этим чувством. Он мог еще сто раз разбить мне сердце и вселить в меня ложные надежды – я бы все вытерпела. Разбитое сердце можно было снова собрать. На это потребуется время, но в какой-то момент это уже не будет так больно. Но мое сердце не чувствовало себя разбитым. Мне казалось, что они подожгли его. Что это обожгло меня изнутри.

Они будут настраивать нас друг против друга, Киа.

Если выяснится, что происходит с твоим сердцебиением каждый раз, когда я подхожу к тебе слишком близко, то мы оба пропали.

Имитация утопления, вода в носу, во рту, да еще и в легких. Все это ничего не значило. Вот это, это была настоящая пытка. И они это знали.

В один миг мои слезы высохли. Я сняла с пальца клипсу и небрежно уронила ее на пол. Обеими руками я вытерла щеки, отвела взгляд от экрана и посмотрела на Нерона.

– Немедленно прекратите это!

Одна из его серебристых бровей взлетела вверх от моего тона. Уголки его рта дернулись.

Я не дала ему времени. Наклонилась вперед, так близко, что почувствовала запах его отвратительного лосьона после бритья.

– И тогда я расскажу вам, как вызвать мой проклятый дар.

Пять

Туман

Нерон быстро все сообразил. Ни на мгновение не подумал, что я блефую. Хромая, он исчез из комнаты, и всего через несколько секунд на экране с Уилла были сняты наручники.

Парень передо мной выключил телевизор и неотрывно смотрел на меня со смесью очарования и страха, пока дверь снова не распахнулась.

– Вон! – приказал ему Нерон, поглаживая себя по зачесанным назад волосам.

Он немедленно повиновался.

– Ты уже использовала свой дар, – это не было вопросом.

Нерон с тихим стоном опустился на стул напротив меня и слегка скривил лицо, как будто он был тем, кто все еще чувствовал последствия пыток.

Я кивнула.

– Сколько раз? – он контролировал свой голос, но беспрестанно вращал претенциозное серебряное кольцо на среднем пальце, на котором был выгравирован знак Идора.

Все внутри меня кричало о побеге.

– Примерно пять раз.

Пальцы Нерона остановились на середине движения. На мгновение он отвернулся от меня, так что его шрамы оказались напротив меня.

– Расскажи мне все, что знаешь, – прошептал он.

Итак, я рассказала. С самого начала. Рассказала о видениях в голове, голосах, информационном вихре и путях, ведущих в разные стороны. Я намеренно представила видения в путаном виде, не сказала ничего конкретного, ничего о Софии, Нийоле или Агнии.

– Триггер, – закончила я наконец свой монолог, – триггер моего дара, каким бы точно он ни был, – это близость смерти.

Взгляд Нерона стал стеклянным, он, казалось, едва воспринимал меня.

Почти спустя целую вечность на его губах расплылась улыбка. Лед в глазах растаял.

– Бриллиант… Крайность всех стихий! Все имеет смысл…

Я собралась с силами.

– Я сама этого не понимала и не знала, как отнестись к происходящему. К этому моменту я поняла, что для всех будет лучше, если буду заниматься этим открыто и позволю помочь в раскрытии своего дара. Но теперь я хочу уйти. Мне нужен отдых. Я осознаю, что нам нужно лучше изучить мой дар, тем не менее…

Он поднял руку, чтобы заставить меня замолчать.

– Конечно, конечно. Отдыхай, береги свои силы. Все будет хорошо, Киана. Ты можешь положиться на нас.

Я не удосужилась ответить. Даже не смогла кивнуть. Для меня это было слишком. Еще секунда, и притворство сменилось бы вспышкой гнева, которая могла бы обрушить все главное здание Омилии.

Кое-как, спотыкаясь, я спустилась по ступенькам, мне пришлось держаться за перила, чтобы не поддаться искушению и не дать себе упасть.

Люстры бросали свою игру света на мраморные ступени. Солнечный свет падал сквозь застекленную купольную крышу. Входные ворота распахнулись, коридоры заполнились инвентами и одаренными с усталыми и взволнованными лицами.

Я видела все. Я не видела ничего. Кроме людей у подножия лестницы.

На Уилле была серая толстовка с капюшоном. На экране я не обратила внимания на его одежду.

Его плечи поникли, взгляд был устремлен на свои ботинки. Сначала я подумала, что он меня не видит, но, когда я дошла до последней ступеньки, Уилл придержал меня за руку, не поднимая головы. Влажные пряди его волос заставили мой желудок взбунтоваться. Как и цвет его лица. Бледно-пепельный. Его глаз я не могла видеть.

Моя рука скользнула в его. Она была ледяной.

Следующие несколько мгновений исчезли в водовороте моих чувств. Понятия не имею, как нам удалось выбраться наружу.

В какой-то момент я села рядом с ним на пассажирское сиденье, и он нажал на газ, пронзительный звуковой сигнал заполнил машину, потому что он не пристегнулся.

Его стена снова возникла между нами. Как он мог так быстро ее возвести? Откуда он взял силы?

Он сильнее надавил на педаль газа. Озеро и главное здание в зеркале заднего вида становились все меньше и меньше. По-прежнему наши взгляды не встречались.

Я хотела, чтобы он снова взял мою руку в свою. Дал мне какой-нибудь знак. Было так холодно.

– Куда мы едем? – мой голос дрожал.

Никакой реакции. Никакого замедления. Даже красный светофор он проигнорировал. Мы мчались по извилистым улочкам, сначала вниз по склону, потом вверх, вскоре нам в спину раздался гудок. Радио показывало четверть одиннадцатого – улицы медленно заполнялись. Уилл не обращал на это внимания.

На перекрестке ему лишь чудом удалось избежать несчастного случая. Гневные жесты водителей были достаточно однозначными.

Хотя состояние Уилла меня беспокоило, я молчала. Даже мое сердце не билось быстрее, как будто недавние события дали ему иммунитет. Как будто теперь в нем не было ни страха, ни волнения.

Мы ехали до тех пор, пока дождь не закончился, пока современные дома не заменили мрачные викторианские постройки, а облака не сменились насыщенным васильковым небом. У подножия широкого стального канатного моста Уилл впервые сбавил темп. Взгляд его по-прежнему был упрямо устремлен вперед. Он резко свернул направо и припарковался у бордюра перед шикарным жилым блоком между двумя белыми старинными автомобилями. Не говоря ни слова, он захлопнул за собой дверь.

Я последовала за ним на улицу. Взгляд на солнце заставил окружающую обстановку сначала исчезнуть перед моими глазами в вспышках искр. Сильный ветер подул в лицо и взъерошил волосы. Тем не менее температура здесь была приятная. Пахло цветами. Ухоженный сад простирался за низкой решеткой.

Уилл запер машину нажатием кнопки и пошел вперед, к мосту. Он даже не оглянулся на меня.

Если бы не знала, я бы сказала, что он узнал о разговоре между мной и Нероном. Причину, по которой они прекратили его пытки. Но это было невозможно. Почему Нерон должен делиться с ним этой информацией?

Я с трудом поспевала за его шагами. Он шел все быстрее и быстрее. Так же, как и за рулем, сейчас перед его глазами была только одна цель.

Вместо того чтобы поравняться с прохожими и направиться к мосту, он нырнул под ветки и исчез в зарослях прямо рядом с ним. Несколько секунд я смотрела между стальными тросами моста на воду, блестевшую внизу на солнце. Гондол не было видно, у берега выстроилось несколько яхт.

Я оторвала свой взгляд от воды и тоже протиснулась сквозь ветви, оцарапав руки и почти потеряв равновесие, когда вышла на другой стороне. Лестница. Узкая, крутая и окруженная большим количеством кустов. Уилл был почти на полпути, ветер развевал его волосы во все стороны, и у меня на глаза навернулись слезы, так что я не могла видеть то, что было внизу. Я полностью сконцентрировалась на ногах. Сегодня я не могла полагаться на свои трясущиеся ноги, и не было перил, чтобы держаться за них.

Когда я добралась до подножия лестницы, меня ожидали сорняки по колено и другие кусты, через которые мне пришлось пробираться. Мое терпение было на исходе.

– Уилл!

Мы оказались на небольшой полянке, отделенной от берега густым кустарником. Шум воды был везде. При других обстоятельствах я бы сочла это красивым местом вдали от толпы. Тень моста заслоняла нас от солнца.

Уилл стоял ко мне спиной. Не двигался.

Я сделала несколько шагов к нему, пока нас не разделяло всего несколько сантиметров.

– Пожалуйста, поговори со мной.

Его руки безвольно свисали вдоль тела. Ладони сжались в кулаки. Прошло еще несколько секунд.

Мой страх вернулся в один миг. Я хотела ему помочь. Я должна что-то сделать, черт возьми!

Как раз в тот момент, когда я приняла решение встать прямо перед ним, заставить его посмотреть на меня, жизнь вернулась в его тело, и он сам повернулся ко мне.

У меня перехватило дыхание. Его лицо было белым. Белым как мел. Синяк на скуле составлял гротескный контраст с цветом лица. Его нижняя губа задрожала, точно так же, как и раньше на этой ужасной кушетке, и карие с синим глаза наполнились влагой. Слезы за считаные секунды скопились в уголках его глаз.

Он сделал попытку протянуть руки ко мне, но дал им опуститься на полпути.

Я сразу же все поняла. Он должен был установить дистанцию между нами и Омилией. Тут ему следовало расслабиться. И все же он боялся искать моей близости. Из-за всего, что стояло между нами.

Мне не нужно было быть инвентом, чтобы почувствовать, что происходит внутри него. Паника. Отчаяние. Гнев. Беспомощность. Все это было написано у него на лице. И это было не просто отражение моего собственного внутреннего мира.

– Мне очень жаль, – его голос был приглушен, выдавая мне все остальное.

Прежде чем я смогла передумать, я преодолела небольшое расстояние между нами и обвила руками его шею.

Я ожидала шока, но ответ последовал немедленно. Одной рукой он запустил руку под мое распахнутое пальто, вцепился в мое бедро и притянул меня так близко, что ни один лист больше не поместился бы между нами. Другой прижал мое лицо к теплой впадине между шеей и плечом. Я вдыхала его несравненный аромат дождя, леса и дома. Внезапно напряжение с меня спало. Как я могла оставаться такой стойкой, если он сдался? Через несколько секунд его кожа была мокрой от моих слез.

– Мне очень жаль. Мне так бесконечно жаль, что я это допустил… Я… – пробормотал он мне в волосы.

– Это не твоя вина. – Я повторяла эту фразу снова и снова, то громче, то тише.

Уголком сознания я заметила, как мы опустились на землю, цепляясь друг за друга. Влажная трава на наших коленях. Этого было мало. Мне нужно было чувствовать его ближе, хотелось навсегда стереть из памяти образы его дергающихся конечностей и отчаянных вдохов, заменить их теплом его тела. Ощущением его рук в моих волосах. Его сердцебиением у моей груди.

Секунды шли, но он не успокаивался. Мое тело задрожало под его грудью из-за того, что он так яростно вдыхал.

Я отпрянула назад, нащупала его лицо, крепко взяла его за руки.

Во мне вспыхнуло воспоминание. Моя первая ночь в Тессаректе. Когда он показал мне новости на своем ноутбуке. Моя горящая квартира. Приступ паники.

– Посмотри на меня! – кончики наших носов соприкоснулись. Я прижалась лбом к его лбу. – Мы переживем это, – повторила я его тогдашние слова. – А потом продолжим. Нам нужно взять себя в руки, иначе сойдем с ума. И мы не можем себе этого позволить, Уилл. Хорошо? Мы не дадим этому случиться с нами.

– Мне… Так… Жаль…

Я отодвинулась от него и прижала руку к его рту.

– Перестань. Немедленно прекрати это. Нерон – больная свинья, это не имеет к тебе никакого отношения. Пытка была ничем! Ничем по сравнению с ощущением, что ты лежишь там.

Он глубоко вдохнул, его вдохи стали более частыми. Только когда Уилл медленно кивнул, я отняла руку от его губ и снова опустилась на его грудь.

– Я никогда себе этого не прощу, – прошептал он мне в волосы. – Моя работа заключалась в том, чтобы защитить вас. Алессу, мою семью, тебя. Это была моя единственная работа, и я… – Он осекся, и вдруг все его тело напряглось. – Я убью его.

– У меня есть идея получше.

Теперь уже он взял мое лицо в свои руки и отодвинулся, чтобы посмотреть на меня. Большим пальцем Уилл вытер следы слез на моей щеке.

– Позволь мне позвонить Фосу. Давайте вместе отправимся в организацию. Тебе нужно познакомиться с ним, послушать, что он скажет. А потом давай раз и навсегда положим конец этому безумию в Тессаректе.

На мгновение мы посмотрели друг другу в глаза, и я решительно ответила на его взгляд пылкой яростью.

Наконец он кивнул и откашлялся.

– Как ты думаешь, зачем я привез нас на восток?

* * *

Гудок прозвучал всего раз, и на мой вызов ответили.

– Да, говорите? – голос был женским и отстраненным. Настороженным.

– Я… Пожалуйста, я хочу поговорить с Фосом. – Я неуверенно бросила взгляд на смятую визитную карточку в своей руке. Номер соответствовал. – Фосом Колвиллом.

– Кто это? Откуда у вас этот номер? – раздалось в ответ.

Хорошо, я была на верном пути.

– Киана Либерт.

Мой взгляд нашел Уилла, который смотрел на меня, нахмурив брови. Он сидел передо мной в траве, все его тело было напряжено.

Вместо ответа коротко пискнуло, прежде чем раздалась нежная мелодия. Ожидание. Классическая музыка. Пианино.

Где-то я слышала эту пьесу раньше. Звучало мистически, задумчиво…

– Доброе утро, Киана.

Невольно я села прямо.

– Алло.

– Как приятно слышать тебя так вовремя. – Голос Фоса звучал именно так, как я его запомнила, – тепло, искренне и сердечно.

– Надеюсь, что вам удобно, знаю, что вы заняты подготовкой к восстанию, но я хотела сказать вам, что приняла решение. И что я… Что мы хотели бы посетить ваше убежище. Прямо сейчас.

Короткая пауза. Я слышала только собственное дыхание.

– Мы?

– Уильям Лоу и я. Он со мной. Мы… – Я глубоко вздохнула. – Они пытали нас. Чтобы проверить наши отношения. Я не могу больше ждать ни секунды, я… – Мой голос затерялся где-то на ветру, когда я отметила выражение лица Уилла.

– Хорошо, – спокойно сказал Фос. – Где вы находитесь?

– У моста в районе Воздуха. Я точно не знаю, как… – Ища помощи, я посмотрела на своего инвента.

– Эстакада Анема, – ровно сказал он.

Я повторила название.

– На пересечении Роял и Клиретт-стрит есть телефонная будка, прямо напротив коктейль-бара. Через десять минут там зазвонит телефон, и я дам вам дополнительные инструкции и адрес. Смотрите, чтобы за вами никто не следил. Это важно, Киана. – По-прежнему его голос был спокоен, но в важности его слов сомневаться не приходилось.

– Все ясно.

Я закончила разговор и повторила сказанное для Уилла. К моему удивлению и облегчению, он не стал ничего спрашивать. Мы снова взбежали по каменной лестнице наверх и отправились на поиски телефонной будки. Было неподходящее время, чтобы рассказать ему о том, что я сделала. О том, что теперь знал Нерон.

Наверху царила обычная суета. Напряженные офисные работники спешили на работу, несколько разрозненных туристов фотографировали впечатляющие высотные здания и мост. Гудящие машины, мигающие неоновые плакаты. Кафе с широкими террасами перед застекленными окнами, люди в эркерах, читающие газеты.

Район Воздуха казался более быстрым, чем другие, и гораздо менее волшебным. Как лучшая часть нормального большого города. Проведенные здесь часы казались еще более сюрреалистичными. Прямо как мысль о прыжках во времени.

У нас не возникло проблем с поиском угла улиц, описанного Фосом. Телефонная будка была серебристой и стояла, как памятник, между маленьким киоском и главной улицей. Не более пяти метров отделяло нас от нее, когда из нее раздался пронзительный звон.

Большинство прохожих не обратили на это внимания – многие выглядели сосредоточенными или в их ушах были наушники.

Уилл ускорил шаги.

– Быстро туда! – крикнул он мне, открывая стеклянную дверь.

Я проскользнула внутрь и потянулась за изящной телефонной трубкой. На мгновение я увидела свое отражение справа. Неудивительно, что Нерон не сомневался в триггере моего дара. Глубокие круги под глазами, растрепанные волосы, бледное, как лист бумаги, лицо – я не только выглядела так, как будто уже несколько раз сталкивалась со смертью, скорее, как будто она завладела мной.

– Алло?

– Киана?

– Да, – внезапно мне стало не хватать воздуха. Я снова увижу Иви. Получу ответы. Поддержку.

– Прекрасно. За вами никто не следил?

Я бросила взгляд через плечо. Уилл небрежно прислонился к двери будки, но его взгляд метался во все стороны, а тело было напряжено – готово вмешаться в любую минуту, если с нами случится что-нибудь странное.

– Нет, я думаю, нет.

– Тогда теперь слушай внимательно и запоминай каждое слово, – спокойно сказал Фос.

Уилл настоял на горячем завтраке и кофе, прежде чем мы отправились в путь. Хотя я была уверена, что не съем и кусочка, через десять минут запихнула в рот огромную яичницу с маслом и тосты.

– Что ж, от пыток просыпается голод, – сухо сказал он.

Я только что вытерла испачканный маслом рот, потянулась за кофейной чашкой и застыла.

Мы посмотрели друг на друга. Шли секунды. И вдруг узел в моем животе развязался, и неподвижное лицо Уилла рассыпалось.

Уголки его рта дернулись, а потом все произошло очень быстро. Легкий звук пополз вверх по моему горлу, и прежде чем я успела опомниться, мы оба разразились звонким смехом.

Это было так по-детски – и в то же время принесло величайшее облегчение. В один миг мы стали просто девочкой и мальчиком в обычное утро. Между нами больше ничего не стояло. Ни его предательство, ни наши противоречивые чувства друг к другу, даже ни тот факт, что Нерон знал об этом.

Как я могла на него сердиться? Как могла думать о тех мрачных моментах, когда он сидел передо мной целым и невредимым, подняв лицо вверх? Его глаза сияли, морщинки вокруг глаз углубились от смеха, и он запрокинул голову назад.

Вскоре у меня по щекам побежали слезы. Жар скапливался у меня в животе и заползал в кончики пальцев. Я хотела сидеть здесь вечно.

– Нет ничего прекраснее, чем видеть тебя такой, – сказал он.

Мой смех резко утих, когда наши взгляды снова встретились. Я сглотнула. Больше никаких следов веселья в его движениях не осталось.

Я осторожно вытерла щеки. Сопротивлялась, но ничего не могла поделать с лицом Нийола, которое вторглось в мои мысли, как предостережение.

Ты мог бы видеть меня такой каждый день. Если бы не вытоптал в грязи все, что я к тебе чувствовала.

Слова застряли у меня в горле. Чувствовала. Его присутствие. Черт побери.

– Нам нужно идти, – услышала я, словно со стороны, свой голос.

В его глазах была боль. Он снова заглянул внутрь меня и сразу понял, в чем дело.

– Мне очень жаль, – прошептал он после небольшой паузы. Я только покачала головой. Не сейчас. Не знаю, когда, но, пожалуйста, не сейчас.

Мы молча расплатились и вышли из кафе. Еще несколько минут назад я держала его в объятиях, ощущая его пульсирующее сердце на своем. Теперь мы шли по улице, и, хотя между нами было всего лишь едва заметное расстояние, все же это были целые миры, которые разделяли нас. Я стиснула зубы и сосредоточилась на том, что Фос просил нас сделать.

Мы пошли обратно к берегу, где тем временем между яхтами появились разрозненные гондолы. Согласно Google картам, наш пункт назначения находился там, где река впадала в лесное озеро, что означало, что они были самым быстрым средством передвижения. Хотя и не самым незаметным. Взгляд пожилого гондольера задержался на нас на мгновение дольше, чем нужно. Мы поспешно втиснулись в последний ряд между двумя особенно большими мужчинами в солнечных шляпах и с картами города на коленях.

Поверхность воды сверкала в солнечном свете, миллионы маленьких бриллиантов плясали на ней, двигаясь мягкими волнами и снова останавливаясь. Вода была прозрачной и мирной, совсем не похожей на бурное темно-синее течение в районе Идор. Можно было увидеть водоросли на дне и даже несколько рыбешек.

Уилл опустил голову. Здесь было так тесно, что наши бедра были прижаты друг к другу. Я не могла сопротивляться приятному теплу, которое пронизывало меня насквозь. Я бы с удовольствием избавилась от его влияния на меня. Или погрузилась бы глубоко в параллельный мир, где все было по-старому и я никогда не узнавала, что он с Нийолом заодно.

Было безумием, что я тосковала по Тессаректу, хотя в тот момент это время казалось мне худшим в моей жизни. Уиллу удалось заставить меня почувствовать что-то кроме боли в разгар этой катастрофы.

– Мы сделаем небольшую остановку, уважаемые господа!

Хриплый голос гондольера вырвал меня из мыслей. Я подняла глаза. Лодка замедлила ход и немного отклонилась от маршрута. Мы направлялись прямо к небольшому островку, заросшему сорняками. В его центре, весь в нежно мерцающей белизне, возвышался рассказчик. Низко надвинув огромный капюшон на лицо, он сидел, сложив ноги, посреди зелени. Улыбка играла на его узких губах, остальное было не чем иным, как тенью.

Разговоры на лодке стихли, когда все повернули головы к нему. Уилл вздохнул, явно раздраженный задержкой, но меня пронзило возбужденное покалывание.

Мало того, что разнообразный растительный мир и архитектура в четырех районах очаровали меня, рассказчики также внесли большой вклад в магию, окружавшую Тессарект. Когда я видела фигуры с капюшонами, внутри меня не было ничего, кроме покоя. Словно вернуться домой. Как будто что-то внутри всегда подсказывало, что этому миру есть что предложить.

– Мы уже узнали в последней части нашей истории, что равновесие на нашей Земле может поддерживаться только путем строгого разделения стихий. И чтобы пробудилась темная энергия, кто-то должен нарушить высшую заповедь. Древние люди рассматривали эту энергию как богиню, как чернокрылую ночь, перед которой даже Зевс, могущественный отец Олимпа, трепетал от страха. Это было все и ничего, начало и конец, никогда не осязаемое и не видимое невооруженным глазом. Только ветер над мировыми океанами мог поймать ее, и он ухаживал за ней в смертельном танце, пока она не положила мерцающее серебряное яйцо в лоно тьмы. Согласно легенде, маленькая девочка выскользнула из яйца и своим существованием привела в движение вселенную. Сама богиня была единством Воды, Земли, Воздуха и Огня, и никто не знал, какие силы были дарованы ей, потому что никто не мог ее видеть.

Эти качества приписывались и ее запретному ребенку, но он, в отличие от нее, имел человеческий облик и неузнаваемым передвигался по земле. Самым страшным для людей был страх перед неизвестным – возможностью столкнуться с девочкой в любой момент и верой в то, что ребенок может одним взмахом ресниц превратить в прах не только нашу планету, но и всю вселенную. Человечество, по его словам, не имело бы шансов почувствовать опасность, так как оно встретило бы их в земном облике, невинных, чистых, как дети.

– Совершенно обычная девочка, несущая в себе темную энергию? – сказала женщина средних лет с сильным южным акцентом в переднем ряду. – Должно быть, это как-то выражалось?

Улыбка заиграла на губах рассказчика. Он сложил руки на коленях и слегка наклонил голову.

– Согласно легенде, сам ребенок ничего не знал о своих мощных злых силах, она росла сиротой, пока впервые не соприкоснулась с темной стороной жизни. До тех пор, пока не задержала слишком надолго голову под водой, слишком долго не держала пальцы в огне, пока не опустилась в пропасть или не была похоронена заживо.

Кто-то втянул воздух сквозь зубы, когда поднялся ропот. Я не издала ни звука, но мое сердце… Мое сердце бешено колотилось и кричало.

– Она была бессмертна? – воскликнул рыжеволосый мальчик.

– О нет, бессмертной она не была. Она питалась только смертью и погибелью. И ее нежное тело не было создано для такой тьмы, поэтому оно медленно разрушалось изнутри, попадая в экстремальные ситуации.

– Что это значит? Если она сама себя уничтожила, значит, они избавились от проблемы, разве нет? – задала вопрос женщина.

Было безумием, как зловеще звучащий голос мог в течение нескольких секунд пленить людей самого разного возраста, хотя никто из них и не подозревал, сколько правды было в этом повествовании.

– Совсем наоборот, уважаемые дамы и господа, совсем наоборот! Уничтожение ребенка навсегда высвободило бы злую энергию во вселенной, смешав стихии друг с другом и погрузив мир в хаос. Но об этом вы узнаете больше на западе города, завтра вечером с наступлением темноты. – Хрупкий человек в капюшоне плавным движением поднялся и отдал нам честь, когда гондола уже отчалила.

Потребовалось некоторое время, чтобы разговоры стихли. Мы оставили яхты позади, река сужалась. Толстые ветки тянулись до самой воды, и нам приходилось наклоняться, чтобы они не попали в лицо.

Я едва осмелилась взглянуть на Уилла. Было ли это повествование новым? Нанял ли рассказчиков Нерон после того, что произошло вчера? С какой целью? Какая у него была причина делиться этими знаниями с туристами?

Уилл по-прежнему был напряжен и не сдвинулся ни на миллиметр, пока мы не остановились у заросшего камышом причала и гондола не опустела.

– Веселитесь! – крикнул гид вслед последнему туристу. – Билеты продаются в серебряном вагончике слева. Пожалуйста, радуйте нас снова и снова своим присутствием!

На ходу Уилл протянул мне руку, которую я взяла после минутного колебания. Его кожа, как всегда, посылала небольшие электрические разряды по моему телу, но это еще не все. Я чувствовала себя в безопасности. Почти спокойно. Параллельный мир. В других обстоятельствах я бы вряд ли коснулась человека, который предал мое доверие. Но произошедшее сегодня представило все в новом свете. Он мой инвент. И всегда им будет. Как ни крути, но мы принадлежим друг другу.

Упомянутый вагончик с билетами появился перед нами на лугу. Вокруг него росли бесчисленные фиалки. Молодая женщина в белом комбинезоне выглядывала из окна, обслуживая людей в очереди. Я не обратила на нее внимания, потому что зрелище позади волшебным образом привлекло меня.

Величественные горы в насыщенной зелени создавали фон для нашей цели и, по-видимому, самой важной достопримечательности в воздушном районе: канатной дороги. Серебристая вагонетка, привязанная к толстому стальному канату и способная вместить около десятка человек, со скрипом остановилась прямо у подножия горы. Невысокий мужчина в белом фраке провожал туристов внутрь.

Мы выстроились в очередь и взяли последние два билета, которые позволили нам проехать в этой вагонетке. График рядом с окном продаж показывал, что вагонетка курсирует по канатной дороге с 15-минутными интервалами.

Пока мы ехали, большинство пассажиров прижимали свои носы и объективы камер к освещаемыми вспышками окнам. Веселая гитара звучала из динамиков над нами. Все места у окон были заняты, но мне это было только на руку. Знакомое покалывание в животе удерживало от желания заглянуть в глубину, чем выше мы поднимались. Уилл шагнул ближе ко мне. Должно быть, он почувствовал мой дискомфорт.

Инструкции Фоса были ясны: мы должны были проехать до последней остановки. И как только вагонетка опустела…

– Прошу минуту вашего внимания! – раздалось из другого угла. Мужчина во фраке поднял белый флаг. – Из-за ремонтных работ, которые в будущем должны подарить вам незабываемые приключения в парке, к сожалению, в ближайшие несколько месяцев мы не будем останавливаться на конечной. Не волнуйтесь, вы по-прежнему сможете наслаждаться панорамным видом, а в качестве небольшой компенсации для всех на смотровой площадке будет порция какао.

Мы с Уиллом обменялись быстрыми взглядами, в то время как вокруг нас стало громче радостное бормотание.

Все шло по плану. Хотя этот парень до сих пор не обращал на нас внимания, он, по-видимому, принадлежал к организации. И он проводит нас до конечной. Строительство было идеальным предлогом, объяснил мне Фос, и канатная дорога удобно вела дальше – только не к следующему аттракциону, а прямо к штаб-квартире. После тщательного планирования старейшине Пиро удалось внедрить своих людей в команду. Никто не будет подозревать, пока стройка не будет закончена.

Фос выбрал район Пноэ, потому что мать Нийола предоставила ему это убежище, и это было последнее место, где Арья и Нерон будут искать его и организацию.

Едва заметная улыбка мелькнула на моих губах. Надежда зародилась во мне. Я снова увижу Иви. И стану немного ближе к истине. Мы не одиноки в этой битве.

* * *

Клубы тумана. Пастельно-голубое небо. И эта зелень везде. Чем выше мы забирались, тем больше мне казалось, что этот пейзаж нереален. Покачивание вагонетки было настолько равномерным, что я не испытывала страха. Скорее оно убаюкивало нас. Беседы между людьми стихли, все были слишком изумлены. Мягкие щелчки камер смешались с фоновой песней, и гид больше не говорил, а задумчиво смотрел на вид, хотя он определенно видел его бесчисленное количество раз.

Вскоре я смогла разглядеть долину между внушительными горами, заостренные дома, куполообразную крышу Омилии и голубую переливающуюся реку, которая, как змея, прокладывала свой путь через районы. Люди превратились в маленькие, беспокойно движущиеся точки.

После еще двух коротких остановок вагонетка опустела, а мы с Уиллом сидели в своем углу, ожидая знака проводника канатной дороги. Он по отдельности прощался с туристами, давал им советы о том, под каким углом можно снимать лучшие фотографии и какое мороженое в закусочной самое лучшее.

– Через пятнадцать минут вас снова заберут сюда, если только не захотите дождаться следующего рейса.

С этими словами он закрыл за ними стеклянные двери и нажал на рычаг слева. Только когда мы с грохотом пришли в движение, мужчина повернулся к нам. Веселая улыбка словно стерлась с его лица, маленькие глазки-пуговки начали излучать странное напряжение.

– Киана Либерт и Уильям Лоу. Вы даже не представляете, какая это честь для меня.

Хотя приветствие было адресовано нам обоим, он смотрел исключительно на меня, когда подошел к нам и протянул мне руку. Его глаза были близко посажены, а брови были светлыми, почти невидимыми, так что придавали лицу жуткое выражение.

– Аугустус Веллингтон.

Мы пожали его руку, и, хотя я не поворачивалась к Уиллу, чувствовала его напряжение.

– Вы отвезете нас в убежище? – холодно спросил он.

Мистер Веллингтон склонил голову, и вежливая улыбка украсила его узкое лицо.

– Это я и делаю.

– Как может быть так, что никому не пришла в голову идея подвергнуть сомнению строительные работы, если вы просто продолжаете движение после последней остановки, а не ждете там людей, чтобы вернуться к отправной точке?

Я подавила вздох и улыбнулась мужчине, чтобы немного ослабить настроение.

– Мы проедем всего одну станцию, прямо перед строительной площадкой, оставшуюся часть пути вы должны пройти сами. И даже если кто-то подвергает сомнению строительные работы – они реальны. Там на самом деле строится парк развлечений. Но почему туристы должны подвергать это сомнению?

Уилл поднял бровь и скрестил руки на груди.

– Вы не думаете, что среди них может быть Нерон и Арья? Или среди рабочих?

Теперь мужчина ухмыльнулся.

– Мне нравятся молодые люди, у которых есть правильные мысли в голове. Конечно, в Омилии есть стукачи, которые доложат, все ли идет по плану в Тессаректе. И все они здесь принадлежат Фосу. Арья устроила строительные работы, но как ты думаешь, чья это была идея? Мы не вчера родились, мой дорогой, мы уже много лет действуем втайне. И это укрытие здесь до сих пор является самым безопасным, потому что нам удалось перетащить на нашу сторону всех инвентов в команде, которая управляет канатной дорогой и работает над новой туристической достопримечательностью. Обычным работникам выплачивается соответствующая компенсация за то, что они держат рот на замке.

– Значит, все они двойные агенты? – вмешалась я.

Он подмигнул мне.

– Можно и так сказать.

Уилл выглядел так, словно еще как минимум час может обсуждать с этим типом свои сомнения, но, к моему удивлению и облегчению, он сдержался.

Мы больше не произнесли ни слова, пока вагонетка не остановилась на склоне горы перед заграждением.

Огромные строительные леса из черного мерцающего металла нарушали здесь зеленую идиллию. Они торчали из илистой земли и были прикреплены к березам высотой в метр, которые словно росли стеной. Вероятно, это было не так уж и надуманно – они образовали крепость, чтобы скрыть за ней укрытие. Кое-где виднелись несколько рабочих в белой униформе и защитных касках, которые суетились вокруг, но полностью игнорировали наше присутствие. Каждый, казалось, работал поодиночке, очень сосредоточенно, они не выкрикивали друг другу приказов и ни о чем не говорили.

Стеклянные двери распахнулись, и Аугустус Веллингтон сделал приглашающее движение рукой. До нас донесся драматичный звук скрипки.

Было приятно тепло, хотя и не сравнить с югом города, в дополнение к солнечным лучам, пробивавшимся сквозь тучки, дул свежий ветерок. Дрожащими ногами я ступила на покрытую мхом землю.

– Видите дерево за краном? – спросил Веллингтон, указывая на особенно большую березу. – Оттуда можно попасть на подвесной мост. Затем просто идите по тропинке в верхушках деревьев, пока не дойдете до ворот и…

– И никто из рабочих не будет мешать нам пересекать стройплощадку? – спросил Уилл.

Я бросила взгляд на мускулистого парня, который находился всего в нескольких метрах от нас. Его лицо было лишено каких бы то ни было эмоций.

Почему Уилл переживал о рабочих? Они были нашей наименьшей проблемой. Упоминание о верхушках деревьев заставило меня больше задуматься. Как, черт возьми, мы должны забраться так высоко?

Аугустус Веллингтон наклонил голову.

– Не волнуйся, – нетерпеливо ответил он. – Как я уже сказал, они посвящены. Кроме того, вас ждет Фос.

Прежде чем Уилл успел начать протестовать, тот закрыл дверь, помахал нам в последний раз и отвернулся. В следующее мгновение вагонетка рывком пришла в движение и понеслась в том направлении, откуда мы приехали.

– Что, если это ловушка? – с мрачным видом шепнул Уилл, когда мы отошли. – И они пригласили нас сюда, чтобы увести подальше от цивилизации?

– Если так, то они просто хотят избавиться от меня, – сухо ответила я.

Он еще не успел познакомиться с Фосом и убедиться в том, насколько тот казался более надежным, чем любой человек из Омилии, – за исключением, возможно, Пикабо Ирвинга. Внезапно во рту пересохло. Образы прошлого вспыхнули в моих мыслях. Да, рядом с Нероном у него были связаны руки, но он даже не сделал попыток помешать этому.

Уилл фыркнул.

– Ну что ж, тогда я могу расслабиться.

Никто даже ни разу не поднял глаза, пока мы прокладывали путь к упомянутому дереву. Игра на скрипке становилась все громче и громче, хотя я понятия не имела, откуда она доносилась.

– Они действуют как запрограммированные, – недоверчиво прошептал Уилл, постоянно бросая взгляды через плечо. Я схватила его за руку и потащила дальше.

– Пока они не нападают на нас, мы можем быть рады. Пойдем!

Мы миновали кран и остановились перед толстым стволом дерева позади. Наши взгляды встретились, мой неловкий, его недоверчивый, и, наконец, мы одновременно запрокинули головы. Ствол был не менее десяти метров в высоту, и вид на верхушку дерева преграждала деревянная доска, которая выглядела так, будто ее пронзил ствол.

– Я упускаю из виду что-нибудь очевидное? – нахмурившись, я посмотрела на белую кору. Веллингтон вполне мог бы быть более точным. А Фос просто сказал мне по телефону, что я должна следовать указаниям его друга.

Вместо ответа Уилл обошел вокруг дерева и резко остановился.

Скрипка была жуткой. Молчание рабочих тоже. Мое сердце забилось быстрее, и прежняя тошнота вернулась.

Я поспешно последовала за Уиллом. Он просто присел на корточки. Что-то на земле, казалось, требовало его пристального внимания. Я могла различить только ядовито-зеленые сорняки, листву, кустарник и толстые корни. Я тоже опустилась на колени и тут увидела это. Разросшиеся растения на первый взгляд отвлекали внимание, но в стволе было отверстие едва ли метр в диаметре.

Я вытянула руки и отодвинула сорняки в сторону. Отверстие увеличилось, перед ним виднелось углубление в земле.

– Мы должны вернуться, – тихо сказал Уилл. Его голос больше не был недоверчивым. Скорее смущенным.

– Дерево полое, так? – мой голос, напротив, звучал истерично.

– Как это возможно? – выдохнул он.

Сделай глубокий вдох. У нас есть миссия. И, кроме того, мы пережили гораздо худшее.

Не давая себе возможности вернуться назад, я села и потянулась к отверстию в стволе дерева. Пахло смолой и свежей землей. Успокаивающе. Осторожно ощупав внутренности, я протянула голову в темноту.

– Киа, выходи сейчас же, ты не полезешь туда первой, – приглушенно сказал Уилл снаружи. Я не обратила на него внимания. Вместо этого уперлась в дерево изнутри, ухватилась за два толстых корня и затащила себя в проем. Сверху на меня упал тонкий луч света. Хотя этого было мало, чтобы разглядеть детали, я видела зазубрины в дереве, которые через определенные промежутки времени отмечали путь вверх. Они также подсказали, что мое предположение было верным.

– Теперь я уже внутри! – крикнула я. – И хорошая новость заключается в том, что здесь настолько темно, что я не буду осознавать, как высоко поднимаюсь.

– Киана! – это больше было похоже на рычание, и звуки, раздавшиеся вслед за этим, были безошибочны: Уилл последовал за мной. Потому что он будет следовать за мной повсюду…

Я схватилась за корни над собой и начала подниматься. Вдвоем мы помещались в дупле ствола только друг над другом.

Полпути он пытался отговорить меня от этого замысла, но после того, как я поднялась на два-три метра вверх, ему не оставалось ничего другого, как поспевать за мной. Было удивительно легко нащупать углубления, а корни были такими толстыми, что я ни разу не соскользнула. Мое сердцебиение успокаивалось с каждой выемкой – возможно, к настоящему времени я просто привыкла справляться с экстремальными ситуациями.

Чем выше мы поднимались, тем больше слепил свет и тем прохладнее становилось. Несмотря на солнце, температура, казалось, упала. Поднявшись наверх, я протянула руки через небольшое отверстие, оперлась на деревянную платформу и вытолкнула свое тело наружу. За моей спиной уже появилась светлая шевелюра Уилла. Он поднял голову и сверкнул на меня глазами.

– Куда вдруг подевалась весенняя погода? – подчеркнуто непринужденно спросила я, полностью выпрямляясь и взяв его за руку. У него были плотно сжаты губы, но теперь уголки его рта слегка дернулись. После недолгого колебания Уилл обхватил мою руку своими длинными пальцами и позволил мне помочь ему встать. Но даже когда у него под ногами снова появилась твердая поверхность, Уилл не отпустил меня.

– Смешение стихий, – прошептал он. Его напряженный взгляд и прикосновения мешали мне сосредоточиться на словах. – Если здесь действительно собраны разные одаренные, то есть баланс погоды, и у нас снова будет обычная шотландская осень, как в районе Омилии.

Звучит логично. Слишком долгое и слишком короткое мгновение мы смотрели друг другу в глаза, затем он отпустил мою руку с задумчивым выражением.

– А это, вероятно, мост, который нам нужно пересечь, – сказал он после того, как откашлялся, указав подбородком мне за спину. – Выглядит очень заманчиво.

Я повернулась. Именно это Веллингтон имел в виду под тропинкой между кронами деревьев…

Между деревьями был натянут узкий веревочный мост, который слегка раскачивался на ветру и вел к выступу скалы. Веревки были тонкими, и они не были сделаны из стали, как на эстакаде Анема. Внезапно я почувствовала, что мои ноги приросли к платформе. Все внутри меня сопротивлялось тому, чтобы двигаться вперед.

Здесь, на платформе, мы были окружены бесчисленными ветвями и листьями, что очень хорошо отвлекало от взгляда в глубину. На мосту он казался неизбежным.

Резко отвернувшись, я снова посмотрела на Уилла. Его лицо, как и ожидалось, выражало протест. Он открыл рот, скорее всего, чтобы сказать мне, что я не должна этого делать.

За последние несколько недель я так часто была близка к смерти. Я была сильной. И снова увижу Иви, если пересеку этот чертов мост!

На дрожащих ногах я, спотыкаясь, двинулась вперед. Мои пальцы обхватили натянутые веревки справа и слева. Мост состоял из плоских деревянных досок, расположенных на расстоянии примерно одного шага друг от друга.

Я продолжала двигаться вперед, и мое сердце ушло куда-то в пятки. Это было полное безумие. Он слишком сильно раскачивался.

Ругательства Уилла прозвучали позади меня. Я не удосужилась оглянуться на него. Взгляд упрямо был прикован к скале напротив.

Не смотреть вниз, не смотреть вниз, не смотреть вниз.

Прежде чем я успела сделать еще один шаг, он схватил меня сзади за бедро.

– Не двигайся, – прошипел он мне на ухо.

К сожалению, было невозможно вырваться, не нарушив равновесия.

– Уилл, – начала я дрожащим голосом. – Как ты понимаешь, это требует от меня больших усилий. Мне нужно, чтобы кто-то указывал, насколько безумными и рискованными являются мои начинания, мне нужно, чтобы кто-то поддержал меня и сказал, насколько я непобедима.

– Я…

– Нет! – все мое тело дрожало, и, поскольку становилось все труднее не поддаваться искушению и не смотреть вниз, я запрокинула голову и уставилась в пасмурное небо. – Пожалуйста. Давай просто покончим с этим, осталась всего пара метров.

Шли секунды. Мое сердцебиение гулко отдавалось в ушах. Затем, очень медленно, он ослабил хватку.

– Ты невероятна, – пробормотал Уилл, но почему-то это звучало уже не сердито, а почти благоговейно. – На этот раз ты пустишь меня первым.

Я решительно покачала головой.

– Когда ты идешь первым, мой мозг начинает разыгрывать один ужасный сценарий за другим и мужество покидает меня.

Вероятно, ему больше ничего не пришло в голову, или, может быть, он понял, что уговаривать меня бесполезно.

Как в замедленной съемке, я ставила одну ногу перед другой, цепляясь за веревки мокрыми от пота руками. Когда я уже была на расстоянии вытянутой руки от безопасной скалы, меня внезапно рванул сильный порыв ветра. Я застыла и согнулась. Мост угрожающе застонал, и рефлекторно мой взгляд скользнул вниз по телу.

Желудок сжался. О, черт возьми, еще раз… Все начало поворачиваться. Зелень деревьев расплылась перед моими глазами. Строители были маленькими белыми точками.

Мы были так высоко. Слишком высоко. Если я поскользнусь, все будет кончено. Никогда не стала бы…

– Все хорошо, – донесся до меня голос Уилла. – Киа, все хорошо, слышишь? Ты уже сделала это.

Я подняла голову вверх и так крепко прикусила нижнюю губу, что почувствовала вкус крови. Ветер развевал мои волосы, пряди завладели моим взглядом.

Уилл был прав. Как только порыв ветра стих, я снова двинулась вперед. Шаг. Еще один. И еще один.

Мои ноги мгновенно подкосились, когда достигли спасительной скалы. Я шумно выдохнула воздух.

– А я думала, что пытка водой – это тяжело! – крикнула я Уиллу, который покачал головой и взъерошил волосы, прежде чем ступить на мост.

Он тоже не смел смотреть вниз, двигаясь по качающемуся мосту вдвое быстрее меня.

– Хвастун, – вырвалось у меня. Мое сердце не успокоилось, а больно грохотало в груди. Как и раньше, видеть его таким беззащитным было гораздо хуже, чем испытывать это на себе.

Он был рядом со мной. Не о чем беспокоиться.

Тем временем я снова поднялась и, хотя у меня все еще кружилась голова, шагнула ближе к пропасти.

В этот момент все произошло.

Уилл ускорил шаги и одной ногой наступил в щель между двумя последними досками.

Мир замедлился. Все звуки исчезли, а вместе с ними и все окружение. Осталось только его паническое выражение лица.

Я бросилась вперед, не успев даже поразмыслить.

Неправильное движение заставило его пошатнуться, и он поскользнулся.

Одним широким шагом я оказалась рядом с Уиллом и, схватив его за предплечье, изо всех сил дернула к себе на безопасный выступ скалы.

– Ты серьезно? – крикнула я ему после того, как мы в течение нескольких секунд смотрели друг на друга с широко раскрытыми глазами и тяжело дыша. – К чему эта проклятая спешка? Чтобы доказать, какой ты отчаянный парень?

Мы, спотыкаясь, поднялись на скале. Неуверенный смешок вырвался у него.

– Спасибо, что спасла. На самом деле я думал, что это моя работа.

Мне хотелось прижать его к себе – так крепко, чтобы уже не могла отличить свое слишком учащенное сердцебиение от его. Вместо этого я оттолкнула его от себя.

– Пошел ты, – выдохнула я, продираясь сквозь кусты.

– Теперь ты знаешь, что я всегда чувствую, – услышала я позади себя, когда уворачивалась от нескольких кустов крапивы и проталкивалась мимо особенно непокорной ветки.

Уже собиралась бросить ему гневный ответ, когда кусты передо мной стали редеть и я обнаружила фигуру.

Мужчина, возможно, возраста Ариэль, стоял неподвижно и со скрещенными руками перед деревянными воротами. У него были темные вьющиеся волосы, широкие плечи, и одет он был в пальто, которое ярко переливалось в солнечном свете. Красный, синий, белый, желтый. Сначала его лицо было таким же невыразительным, как у рабочих внизу, но когда я пошла дальше и он тоже заметил меня, на его губах расплылась загадочная улыбка.

– Вы почти сделали это, – прошептал он, окинув взглядом, который пронзил меня насквозь. Его голос был мягким.

Уилл вышел из кустов позади и встал вплотную ко мне. Боже, он не мог оставить эту чушь ни на мгновение, даже после того, как я спасла ему жизнь.

– Кто вы? – спросил он самым враждебным тоном.

Улыбка мужчины стала шире.

– Последнее препятствие, отделяющее вас от вашей цели, – спокойно ответил он. Позади него я могла видеть ворота, а за ними другие деревья и зеркальный фасад дома.

– Что это значит? – пробормотал мой инвент, и выглядел при этом так, как будто был готов в любой момент продемонстрировать свои навыки боевых искусств, если мужчина сделает хоть одно неверное движение.

Я закатила глаза и схватила его за руку, чтобы оттащить назад. Затем приветливо улыбнулась незнакомцу. Если он был с Фосом, вряд ли был плохим.

– Мы хотели бы…

– Я знаю вашу цель, – невозмутимо бросил он мне. – И я дам вам пройти, если решите загадку.

– Послушайте, вы…

– Уилл, заткнись! – прошипела я ему и шагнула вперед, как будто этим могла отвлечь мужчину от грубого поведения Уилла. – Что за загадка? – спросила я так тихо, как только могла.

Общение между моим инвентом и мной, казалось, восхитительно забавляло этого мужчину. Он долго молча смотрел на нас, пока еще один порыв ветра не зашуршал листьями. Внезапно его улыбка исчезла. И безразличия тоже не было. Как только он заговорил, голос изменился, как будто внутри него возник другой человек. Темный. Глубокий. Грубый. Будто из другого времени.

– Сначала медленно пылаю, потом мгновенно я сгораю, – прошептал он в шорохе ветра, – меня невесомо гонит шторм, жду, пока ничего не оставит от тебя он. – Возникла короткая пауза, и мужчина пристально посмотрел на меня своими темными глазами. – Кто я такой?

У меня перед глазами появился центр Пиро. Потом пожар в тюрьме. Мы с Нейтом в центре… Пламя, поднимающееся надо мной… Этот жар…

– Серьезно? – раздраженно пробормотал Уилл, но я заставила его замолчать быстрым взглядом, прежде чем снова повернуться к незнакомцу.

Слова эхом отдавались у меня внутри. Взмахнув рукой в сторону неба, мужчина продолжил. И при этом уставился на меня так, словно эти слова предназначались исключительно мне.

– Несу тебя я высоко, и взгляд твой застилает облако. Свой долг я исполняю, ни милосердия, ни разрешения не желаю.

Мурашки расползлись по моему телу, во рту вдруг пересохло.

– Кто я такой? – зловеще прошептал он.

От Уилла больше не исходило ни звука. На мгновение окружение исчезло, и передо мной появились другие картины. Я в водовороте. Окруженная обрывками слов, лицами, звуками, пока одна-единственная фраза, один-единственный символ не вырвали меня из бесконечного цикла, и я упала…

– В глубину с тобою погружаюсь, тебя проглатываю и поднимаюсь, – продолжал он, становясь все тише и тише. – Многие от меня пытались убежать, но меня повернуть не получится вспять. Кто я такой?

Под водой с Иви. Рука об руку.

Ты сильнее, чем ты думаешь.

В ванной. В центре Идора на кушетке.

Иви! Мне нужно к Иви.

– Когда тьма окутывает меня, я – конец и начало, укрываю тебя, хороню тебя, хотел ты, чтобы легендой я стало.

Тошнотворное чувство растеклось по моему животу. Один взгляд на Уилла показал мне, что он больше не был раздражен – скорее, выглядел сосредоточенным. И совершенно сбитым с толку.

Что это значило?

Во всяком случае, слова великолепно подходили к истории рассказчика…

Прежде чем мы успели сказать хоть слово, я заметила какое-то движение за воротами. Какая-то фигура приближалась к нам быстрыми шагами. Фос был одет в мятый плащ, как и в прошлый раз, под ним был коричневый толстый свитер, который был ему слишком велик. Темные вельветовые брюки тоже, казалось, не очень подходили.

Его глаза сверкнули, когда он встретился с нами взглядом.

– Бенедикт, ты можешь пропустить их, – сказал он мягким голосом, и мужчина мгновенно отступил в сторону, чтобы открыть для нас ворота.

– Киана, Уильям, как приятно, – приветствовал нас старейшина Пиро. Уилл пропустил меня вперед, и я ответила на теплое рукопожатие Фоса.

– Как ты? – его голос был спокоен, но между седыми бровями образовалась складка.

Я попробовала улыбнуться.

– Неплохо, – затем я бросила взгляд за спину. – Уилл, это Фос Колвилл. – Даже приятно, что именно я знакомила его с кем-то из этого города.

Выражение лица Уилла было невыразительным. Ни дружелюбным, ни враждебным. Даже не начеку. Однако красные прожилки все еще были отчетливо видны в белизне его глаз, так что, возможно, ему просто не хватало энергии для реакции. Он встал рядом со мной и пожал руку Фосу, прежде чем тот махнул нам рукой, и мы двинулись вперед.

За другими березами перед нами простиралось продолговатое, полностью застекленное здание. Фасад отражал не только деревья, но и небо и солнце. Широкая белая веранда окружала его. На первый взгляд здание выглядело как музей современного искусства, а не как штаб-квартира организации, сражавшейся против Омилии.

Мох под моими ботинками был маслянисто-мягким, и ощущение погружения усиливало состояние, похожее на сон, которое овладело мной.

– Что они с вами сделали? – спросил Фос, обращаясь к Уиллу.

Тот колебался. Глаза сузились, потом он слегка покачал головой, словно для того, чтобы прогнать воспоминание.

– Пытка водой.

– Чтобы проверить ваши отношения друг с другом, как ты сказала? – теперь Фос смотрел на меня.

Я кивнула и сжала губы.

– Они более напряженные, чем у обычных инвентов и их подопечных, верно?

– Откуда вы это знаете? – вырвалось у Уилла.

Я подавила вздох. И вот снова он, мой подозрительный инвент.

Фос пожал плечами.

– Просто теория. Ты единственный инвент Кианы, твой дар должен работать гораздо точнее.

К моему удивлению, напряжение Уилла рассеялось, и он кивнул.

– Это еще не все. Я ощущаю каждое ее чувство внутри себя.

Я уставилась на него. С каких это пор он стал делиться этой информацией? Еще и с незнакомцами?

Старший из Пиро казался лишь слегка впечатленным. Он кивнул и положил руку Уиллу на плечо.

– Пойдемте, сначала я покажу вам убежище. А затем перейдем к следующим шагам. Я очень рад, что вы пришли сюда сегодня, особенно после того утра, которое у вас было.

Только когда он отвернулся и указал направление, я смогла снова сосредоточиться на нашем окружении. За вытянутым домом простиралась широкая белая дорожка, вдали я могла различить смотровую площадку, которая возвышалась в воздухе над холмистым ландшафтом. Ее держали несколько веревок, которые, в свою очередь, были привязаны к толстым ветвям деревьев. Яркий флаг развевался на ветру. Синий, желтый, белый, красный. В центре был символ, который выглядел более сложным, чем треугольник, но я не могла рассмотреть его на расстоянии. На платформе стояли три фигуры, явно занятые беседой. Как будто почувствовав наше присутствие, они повернулись к нам.

Я почувствовала ее. Не силой своей интуиции. Наши взгляды встретились, хотя между нами было добрых тридцать метров. Иви была в обтягивающих джинсах и розовом шерстяном свитере, волосы скрывались под серой кепкой. Своей рукой она сжимала что-то в руке парня рядом с ней.

Одновременно мы побежали друг к другу.

Чувство дежавю завладело мной, когда я наткнулась на распростертые объятия Иви и прижала ее к себе. Ее исчезновение вошло в привычку с тех пор, как я приехала в Тессарект.

– Привет, моя милая, – она обвила руками мою шею.

– Не могла бы ты, пожалуйста, перестать постоянно уходить из моей жизни? – я зарылась в ее знакомые ароматные волосы.

Хихикая, она еще крепче прижала меня к себе.

– Хотела бы я, чтобы у меня был выбор.

Не отпуская ее, я немного отодвинулась назад.

– У тебя все хорошо? Дария и Ариэль с ума сходят. А Каспер и Нейт…

– Все хорошо, – она посмотрела на меня. Ее темные глаза сверкнули, и она откинула в сторону черную прядь. – Что с вами?

Я открыла рот и снова закрыла. Один человек умер из-за меня. Отец Уилла сидел в тюрьме. Я не могла произнести ни слова. Вместо этого у меня на глаза навернулись слезы. Я сердито покачала головой.

– Вы действительно ворвались в Десмот? – продолжила она, как только поняла, что на этот вопрос тоже не было простого ответа.

Я заставила себя кивнуть.

– Прости, что не смогла быть рядом.

Теперь я снова посмотрела на нее.

– Нет. Поверь, я этому рада. Даже не знаю, почему другие…

– Почему они помогли тебе? – с негодованием бросила она мне. – Киа, ты можешь им доверять. Этого нельзя сказать о многих людях в Тессаректе, но поверь мне, они одни из самых лучших.

– Знаю. – Рукавом я вытерла глаза. – Знаю, что могу им доверять, вот в чем проблема. Они все попали в неприятности из-за меня.

Иви закатила глаза.

– Ты все еще прежняя, как я погляжу.

Это на самом деле заставило меня на мгновение рассмеяться.

– Иви, когда ты узнаешь, что произошло…

– Не волнуйся, я в курсе, – ответила она, теперь с мрачным видом. – Мой дорогой дядя, наверное, окончательно сошел с ума, да?

– Почему… Почему ты не могла связаться с нами?

Она нахмурилась, и на мгновение ее взгляд переместился туда, где я оставила Уилла и Фоса.

– Мы не можем рисковать и раскрыть все. Это сводило меня с ума, но, к сожалению, по-другому нельзя.

Если Иви намеренно скрывалась, должна быть веская причина. Или?

– Под «нами» ты имеешь в виду Фоса и организацию?

Улыбка заиграла на ее губах, когда подруга снова сосредоточила все свое внимание на мне.

– Мигма. Это не организация, как мы думали, Киа. И не секта, как Асфалия или Омилия. – Ее глаза искрились гневными искрами, и она произнесла последнее слово так, словно это было оскорблением. – Все это здесь – не что иное, как истина, которую мы так долго искали.

Шесть

Слоновая кость

– Значит, я могу доверять Фосу?

Я искала на ее лице какие-нибудь признаки сомнения, но не нашла ничего, кроме решимости.

– Я бы не была здесь, если бы не была уверена на сто процентов. Я бы давно уже связалась с вами.

Хотя на языке вертелось не меньше сотни вопросов, я кивнула. Сколько дней прошло с тех пор, как исчезла Иви? Как Фос смог убедить ее так быстро? Откуда мы могли знать, что он не преследует свои собственные цели?

Прежде чем я успела еще что-то сказать, между фигурами, стоявшими на платформе с Иви, появилось движение.

Я поджала губы и оторвалась от Иви.

– Пожалуйста, пожалуйста, скажи мне, что ты не знала его раньше, – указав подбородком за ее плечо, где к нам подошел Нийол с усмешкой на губах и в сопровождении высокой стройной женщины.

В Лидсе Иви никогда не встречалась с ним, но она слишком хорошо знала его по моим рассказам и была непосредственным свидетелем катастрофы.

Ей не нужно было оборачиваться, чтобы понять, о ком я говорю. Вместо этого она наклонилась и пристально посмотрела мне в глаза.

– Я воспринимаю этот вопрос как оскорбление. Моим первым действием после того, как выяснила, кто этот сукин сын, было ударить его.

Я выдохнула воздух.

– Извини. Но от Уилла я тоже никогда этого не ожидала.

– Да, – фыркнула она, бросая убийственные взгляды на моего инвента, который, вероятно, все еще стоял позади меня. – Этому я тоже должна подзатыльник.

Она сделала попытку подойти к нему, и я поспешно схватила ее за руку.

– Успокойся. Сегодня, возможно, неподходящий день для этого.

Ее брови взлетели вверх.

– Может быть, неподходящий день, чтобы устроить ад тому, кто играет с твоими чувствами?

Я попыталась проигнорировать укол, пронзивший меня при ее словах, и едва заметно кивнула.

– Нерон сделал его младшую сестру инвентом. После того, как избил его, чтобы выведать информацию о вторжении в тюрьму. А сегодня утром… Нас по очереди пытали. Пытка водой, можешь себе представить? Я вот нет.

Подбородок Иви опустился вниз.

Нийол и женщина дошли до нас. Он, все еще ухмыляясь, шагнул к нам и обнял нас за плечи.

– Привет, дамы.

– Немедленно убери от нас свои грязные пальцы, Фестида, прежде чем я буду вынуждена сломать их тебе, – спокойно ответила Иви.

Волна привязанности пронзила меня. Это была именно та поддержка, в которой я нуждалась в присутствии этого идиота. Я не стала дожидаться, пока он выполнит ее приказание, а просто вырвалась и скрестила руки на груди.

Нийол рассмеялся, но больше не делал попыток приблизиться.

– Ну, как дела сегодня?

Я разглядывала его серебристую парку и неприкрытые темные волосы, пока не добралась до усталых угольно-черных глаз.

– Я не думала, что мой день может стать еще хуже, но ты показал, что я ошибаюсь.

Он подмигнул мне, и его губы раздвинулись, но тут женщина рядом с ним положила узкую руку ему на плечо.

– Нийол.

Ее голос звучал грубо, низко и… Я остановилась и отвернулась от него. Они были примерно одного роста, и на ней тоже была шикарная куртка, под которой было белое платье. Ярко выраженные скулы, заостренный подбородок, черные маленькие глазки.

Почему она казалась мне такой знакомой?

– Киа, это Сабия Фадель, – скучающе сказал Нийол.

Женщина невозмутимо уставилась на меня.

– Моя дорогая наставница Пноэ, – добавил он несколько более дружелюбным тоном.

– Мы знакомы? – я все так же смотрела на нее, не в силах оторваться от ее рентгеновского взгляда.

– Как приятно, что вы уже познакомились.

Мы все повернулись, когда раздался голос Фоса. Я не слышала, как он подошел ближе. Уилла больше не было видно.

– Киана, может быть, ты помнишь Сабию. Она пыталась перехватить тебя несколько недель назад, когда ты отправилась на южную рыночную площадь.

Несколько секунд в моей памяти не было ничего, кроме темноты, затем я открыла глаза.

– Она… Она выглядела такой… – Запущенной, вот правильное слово. Ее белое платье было грязным, лицо изможденным, я видела его прямо перед собой. Она выкрикнула мое имя, и это напомнило мне о двух членах Асфалии на заправке. Поэтому я сбежала как можно быстрее.

Губы Сабии изогнулись в улыбке, и внезапно ее лицо стало излучать тепло.

– Я замаскировалась под нищую. Кроме того, мне было что терять, если кто-нибудь обнаружит меня в районе Пиро, где я пропадала в течение нескольких недель.

Я откашлялась.

– У меня был плохой опыт общения с людьми, которые появляются из ниоткуда и знают мое имя.

– Понятно, – вместо нее ответил Фос и положил руку мне на спину. – Я бы предложил, прежде чем мы познакомим тебя с остальными, чтобы Эвелин показала тебе окрестности и ответила на вопросы.

Я благодарно кивнула. Иви была как раз тем, с кем я хотела поговорить больше всего.

Нийол смотрел на меня так, как будто мог снова пристать ко мне в любой момент, но решительное выражение лица Фоса, казалось, поставило его на место.

– А что с Уиллом? – спросила я, когда все трое повернулись, чтобы уйти.

– О, вы снова ладите? – тут же спросил Нийол.

Я не удостоила его и взглядом.

– Уильяму покажут убежище, – Фос кивнул Иви. – Вы можете спокойно немного прогуляться, а затем вернуться в дом к обеду.

Иви кивнула и поспешила ко мне.

– Пойдем.

Мы прошли мимо смотровой площадки, на которой висел красочный флаг. Теперь было видно отчетливо: он не только сочетал в себе все цвета стихий, на нем также красовались четыре треугольных символа. Поглощенные друг другом. Едва ли можно было сказать, где начинался один и заканчивался другой.

Это был правильный путь? Смешение стихий? Почему по всему городу проповедовалось обратное? И какова была моя роль во всей этой путанице?

* * *

Через полчаса моя голова все еще грозила лопнуть от кучи вопросов, но в конце концов я была с Иви. Возможно, даже вид холмов и затянутого облаками неба помог мне немного успокоиться. Каким маленьким и незначительным чувствуешь себя здесь…

Мы шли так долго, что застекленный дом уже перестал быть виден, и вышли на опушку леса. Прямо на склоне росли деревья, между стволами действительно парили десятки серебристых палаток, пробивавшихся сквозь темную зелень. И если я не ошиблась, то в нескольких из них можно было различить человеческие силуэты.

– Классное место для сна, да? – прокомментировала Иви мое ошеломленное выражение лица. – Вид оттуда действительно сумасшедший, а палатки очень уютные.

Всего здесь находилось больше двадцати человек, рассказала она мне. Когда-то больше, когда-то меньше. Со всех районов. Инвенты, наставники, одаренные. Одаренные покидали убежище только в крайнем случае, как Нийол, которого послали ко мне, чтобы убедить. Иви было запрещено возвращаться к Идорам, потому что это слишком опасно. Арья и Нерон подозревали, что исчезнувшие люди были с Фосом, и, поскольку у Иви всегда были мятежные взгляды, ее мотивация была очевидна.

– Сестра Дамека здесь? – спросила я, когда мы на мгновение остановились и посмотрели вдаль.

– Дамек?

– Тот самый Чой, который помог нам проникнуть в тюрьму, – объяснила я. – Он хотел навестить своего отца. И найти сестру.

Иви нахмурилась.

– Мы ничего об этом не слышали.

– Он успел сбежать с Дарией до того, как нас посадили.

– Ты знаешь его фамилию?

Я покачала головой.

– Он молод, может быть, около шестнадцати. Рыжие кудри, веснушки. Довольно застенчивый и…

– Админа! – перебила она меня. – Админа – Чой, у нее есть брат-близнец. И ее отец сидит в Десмоте. До сих пор я не особо с ней общалась, но возраст подходит и описание тоже.

Ну, в конце концов, хорошая новость в этот день.

– И что мы теперь будем делать? Я имею в виду, какова цель? Мы просто хотим привести как можно больше людей в это укрытие? А потом?

– Вербовка важна, да. Мы не сможем нанести удар, пока большинство не будет на нашей стороне. Вот почему для тебя так важно сохранить видимость сотрудничества с Омилией и поговорить с как можно большим количеством надежных людей. Ты никого не сможешь убедить в истине, если застрянешь здесь, как я.

– Как мне убедить людей в истине, Иви? Они все ненавидят меня!

Она рассмеялась.

– Я не говорю о таких упрямцах, как Майла. А о таких людях, как Пикабо Ирвинг, который может быть полезен, потому что тесно сотрудничает с Нероном.

Я вздрогнула при этом имени. Сегодняшний опыт, наверное, не отпустит меня так скоро.

– Знаешь ли ты, что раньше Нерон думал так же, как мы? И имел какие-то отношения с Гайей? По-видимому, он просто сошел с ума, потому что у него отняли все.

Взгляд Иви на мгновение стал стеклянным, черты ее лица суровыми.

– Мой дядя – чудовище, Киа. Бессмысленно пытаться понять его мотивы – он безнадежно потерян. Нам ничего не остается, как свергнуть его.

Я прищурила глаза до узких щелочек. Ее голос звучал странно.

– А как же Гайя? Что она говорит по этому поводу?

– Я еще не встречала Гайю.

Нийол сказал то же самое, когда появился у Ариэль.

– Тебе не кажется это странным?

Резко повернувшись ко мне, она схватила меня за предплечья и придвинулась ближе.

– Киа, у нас не так много времени. Мы не можем заниматься такими тривиальными вещами. Ты должна сделать все возможное, чтобы Нерон доверял тебе. Когда он это сделает, почувствует себя в безопасности. И тогда мы сможем нанести удар.

Волоски на моей шее встали дыбом, когда я посмотрела в ее такие знакомые глаза, которые вдруг показались мне чужими.

– Я рассказала ему о своем даре, – наконец прошептала я.

– Хорошо. Это хорошо. – Она отпустила меня, а затем изобразила не совсем убедительную улыбку. – Давай вернемся к остальным? Я уже проголодалась.

Что произошло с Иви?

– Ты не хочешь знать, в чем заключается мой дар?

Что-то не так.

Ее улыбка стала шире.

– В первую очередь ты моя подруга. Не одаренная, не мощная полукровка, способная спасти или уничтожить мир. А просто моя подруга. И если ты хочешь рассказать мне о своем даре, то можешь с удовольствием это сделать. Но я, конечно, не собираюсь подталкивать тебя к этому.

Мы несколько секунд молча смотрели друг другу в глаза, потом я быстро взяла ее за руку.

– Я так скучала по тебе.

– Я по тебе тоже, Киа, я по тебе тоже…

Сомнения становились все меньше по мере того, как мы шли обратно, но не утихли полностью. Я никогда не забуду того разговора между нами, когда она забралась в мою комнату во вторую ночь в Тессаректе. Она говорила о промывании мозгов. Настаивала на том, что принимать все и ни о чем не расспрашивать опасно. И даже если мысль о Нероне вызывала во мне гнев, я не могла позволить себе руководствоваться этим. Я слишком много потеряла. И не могла позволить себе потерять здравый смысл.

Когда мы вернулись к остальным, нас ожидал пряный запах еды. Мы прошли через мостик внутрь продолговатого дома, где оказались прямо в комнате отдыха. В одном углу пылал камин, рядом с ним находился комнатный фонтан. За массивным деревянным столом в центре сидели несколько человек разного возраста с дымящимися тарелками перед собой. Прядь белокурых волос Уилла сразу бросилась мне в глаза. Он сидел на левом конце стола вместе с Фосом, не касаясь своей тарелки. Старейшина Пиро говорил с ним тихим голосом и с непостижимым выражением лица. Поскольку рядом с ними больше не было свободного места, я позволила Иви пробраться в центр, где стояли три пустых табурета.

– Здесь занято? – дружелюбно спросила она.

Поскольку она стояла передо мной и, таким образом, мне не видно было людей, сидящих рядом, я слишком поздно поняла, к кому мы присоединились.

– Ну что, уже соскучилась по мне? – Нийол отодвинул в сторону свою тарелку с ароматным овощным рагу и подвинулся ближе. Казалось, его не беспокоило то, что Иви сидела между нами.

– Иви, давай поищем другое место? – быстро спросила я, но одного взгляда было достаточно, чтобы определить, что все занято.

Невольно я взглянула на молодую девушку, сидящую напротив меня. Должно быть, это пропавшая сестра Дамека! У нее была такая же усеянная веснушками кожа и завидные рыжие кудри. В отличие от своего брата-близнеца, у нее, похоже, не было проблем с уверенностью в себе. Она громко болтала с девушкой чуть постарше через два места, игнорируя раздраженных людей между ними.

Как же мне хотелось поделиться с Дамеком в тот момент, что ему не нужно беспокоиться о ней…

– Не веди себя так, детка, я не кусаюсь.

Мы с Иви посмотрели друг на друга, закатив глаза. Но прежде чем успели выругаться на Нийола, высокий голос прозвучал с другой стороны комнаты:

– Эвелин! Не могла бы ты, пожалуйста, зайти в комнату отдыха B1? У нас есть небольшая проблема.

Она тихо застонала, поспешно проглотила пару ложек еды и, выругавшись, вскочила.

– Прости, милая, – пробормотала она мне, прежде чем выйти из комнаты.

Вселенная действительно заботилась обо мне сегодня.

Я упрямо уставилась на свою еду, стараясь не обращать внимания на пронзительный взгляд слева, насколько это было возможно. Конечно, от меня не ускользнуло, что Нийол тут же плюхнулся на свободный табурет рядом со мной. Его запах ударил мне в нос.

Раз я пережила имитацию утопления, с этим я точно должна справиться.

– Чего ты хочешь от меня? – спросила я как можно спокойнее и повернулась к нему. Он оказался ближе, чем я думала, но, к моему удовлетворению, это не выбило меня из колеи. Я знала уязвимость, стоящую за этим отвратительным поведением.

– Просто хочу поговорить с тобой. – Улыбка застыла у него на губах, когда он на несколько секунд ответил на мой взгляд и понял, что я не собираюсь шутить.

– Нет, не хочешь. Ты хочешь меня спровоцировать. И я не понимаю почему. Ты выполнил свою задачу. Так почему бы тебе просто не оставить меня в покое?

Он сглотнул и опустил взгляд. Эти темные изогнутые ресницы… Сколько раз я смотрела на него, когда он сидел напротив меня за кухонным столом нашей квартиры? Теперь я больше не была очарована.

– Я сам не понимаю, Киа, – наконец сказал он совсем тихо.

– Моя жизнь просто идет под откос, если ты не заметил, – ответила я. – Независимо от того, что было в Лидсе, независимо от того, в какие игры с тобой играла, я больше не тот человек. Я просто хочу покоя.

Я вздохнула и заставила себя немного поесть. На вкус было превосходно, но, к сожалению, у меня пропал аппетит.

Наверное, ему ничего не пришло в голову, потому что следующие несколько секунд он молчал. Я сосредоточилась на клубке разговоров вокруг нас.

Наконец он откашлялся.

– Я знаю, что вел себя как придурок…

– Ты все еще ведешь себя так.

Его прикосновение заставило меня вздрогнуть. Я подняла глаза. Он положил мне руку на плечо и тут же убрал ее, глядя на мое лицо.

– У меня нет никакого желания продолжать этот детский сад, – прошипела я.

Через несколько мгновений его лицо разгладилось. Он коротко кивнул, затем поднялся, схватил свою тарелку и целеустремленными шагами направился в ту сторону, куда ушла Иви.

Ну вот. Почему он сразу так не сделал?

* * *

– Я им ни капельки не доверяю.

Со стоном я откинулась на ближайший диван.

– Это очень важная новость, – ответила я с иронией.

Снаружи уже рассвело. В районе Воздуха ветер был легким и весенним, здесь же он с воем проносился по домам, шелестя листьями деревьев. К тому же дождь яростно барабанил по оконным стеклам.

Мы пробыли в Пноэ дольше, чем думали, и теперь я просто чувствовала себя подавленной. После обеда Фос познакомил нас с несколькими людьми из разных районов, большинство имен которых я забыла. Наконец, мы смогли осмотреть все помещения – комнаты отдыха в индустриальном стиле и комнаты для семинаров с планами и пометками на стенах, которые выглядели как полицейский участок – и за кофе мы обсудили, как будем действовать. К счастью, Уилла не было, когда я описывала Фосу, как именно сегодня закончились для меня пытки. Как и на нашей последней встрече, он отреагировал достаточно спокойно и просто похвалил меня за мужество. Я не чувствовала себя храброй. Была просто истощена. Может, сегодня я достигла своего предела.

Как и Иви, он поручил мне поговорить с теми людьми в Омилии, которых я считала заслуживающими доверия. Мне следует осторожно прощупать почву, чтобы не ошарашить людей. И в присутствии Нерона я должна продолжать притворяться, что все замечательно. При одной только мысли об этом во мне поднялась горькая желчь.

– Есть что-то странное в этом парне, – голос моего инвента вернул меня в настоящее.

Он стоял у камина и нервно водил рукой по волосам.

– Я больше не могу думать, Уилл. У меня голова уже лопается. Не сегодня.

Ну, это было бесполезно, не так ли? Времени на отдых не было.

Он рассеянно посмотрел на меня, как будто совсем забыл о моем присутствии. Затем черты его лица смягчились.

С тихим вздохом я выпрямилась. Хотя я ничего не хотела, кроме как вычеркнуть этот день из своей памяти – у нас были дела. Сначала мне нужно было связаться с Ариэль и Дарией и сказать им, что с Иви все в порядке. А потом нужно было как-то подготовиться к завтрашнему дню…

– Ты видела эту странную доску? Это такой же больной контроль, как и в Омилии…

Я нахмурилась.

– Что за доска?

– Ах да, ты же гуляла с Эвелин. Находится в одной из комнат для планирования. Что-то вроде экрана с анимированной трехмерной картой города. С разными точками GPS. Примерно столько же точек, сколько участников восстания.

– Ты хочешь сказать, что у Фоса они тоже все под наблюдением? Как это вообще работает? Здесь не так много инвентов, разве нет?

Уилл задумчиво покачал головой и опустился на диван позади меня.

– Это не может работать с помощью инвентов. Ни один из обычных инвентов не обладает таким точным даром. Как будто им всем что-то вживили…

Я открыла глаза.

– Неужели Фос действительно кажется тебе психопатом?

– Киа, все в этом проклятом городе кажутся мне психопатами.

– Туше, – я чуть не рассмеялась. Затем подперла рукой подбородок и посмотрела на него. – Почему ты прямо сказал Фосу о нашей странной связи?

– Чтобы проверить его реакцию. И, кроме того, мы в любом случае в проигрыше. Нам больше нечего терять. – Его голова откинулась на спинку дивана, и он закрыл глаза. Нас разделяли считаные сантиметры. Мне нужно было лишь немного отодвинуться назад, чтобы положить голову Уиллу на колени.

– Все было так же, как ты сказала, – продолжил он. – Он, казалось, даже не был по-настоящему заинтересован в нашей связи. Или в твоем даре. – Он снова открыл глаза, и я поспешно перевела взгляд вперед, чтобы Уилл не поймал меня, когда пялюсь на него. Как будто было недостаточно, что он ощущал мои чувства…

– На самом деле это должно сделать его заслуживающим доверия. Но почему-то возникает вопрос, не знает ли он уже намного больше, чем Нерон и Арья.

– Что ты имеешь в виду? – я перевела взгляд на пыльный книжный шкаф передо мной, чтобы не поддаться искушению и не утонуть в его глазах.

– Это безразличие, с которым он относится к нам… Что-то здесь не так. Ты – настоящая сенсация в Тессаректе. Редкость. Что-то, чего никогда не было. Независимо от того, на чьей ты стороне, или если ты выступаешь за смешение элементов, человек все равно должен живо интересоваться тобой.

– Я, конечно, не могу жаловаться на то, что мне уделяют слишком мало внимания, – сухо ответила я.

– Что-то не так, – тихо повторил он… А потом вдруг прикоснулся к моему затылку. Я на мгновение застыла. Я не пошевелилась ни на миллиметр, пока его пальцы медленно гладили мои волосы. Как будто это самая нормальная вещь на свете. Как будто мы все еще являемся самими собой. Без секретов, боли или предательства.

Я зажмурила глаза. Это причиняло мне физическую боль. Невольно навернулись слезы. Почему мы не можем просто перемотать время назад?

Прежде чем все стало хуже, я вскочила и побежала к винтовой лестнице.

– Пойду сообщу, что с Иви все в порядке, – пробормотала я и дрожащими руками ухватилась за перила, даже не оглянувшись на него.

* * *

Я сильно простужусь. Но мне было все равно. По крайней мере, гром уже не гремел, а непрекращающиеся капли превратились в мелкий моросящий дождь. Я завязала узорчатое вязаное одеяло на груди, встала на цыпочки на стул, который задвинула под люк, и обеими руками вытащила себя наружу. Было и вполовину не так холодно, как я ожидала. В воздухе пахло осенью.

Как ни в чем не бывало, я устроилась поудобнее на наклонной крыше, закуталась в одеяло и затерялась в городских огнях, пробивавшихся сквозь пелену тумана.

Я разговаривала по телефону с Дарией, которая хотела уведомить Ариэль. У меня не хватило духу рассказать ей о своих сомнениях. Уилл был прав – что-то не так. Я пыталась дозвониться и до Нейта, но только нарвалась на автоответчик.

Где-то там были все они и, возможно, в этот момент пытались уснуть. Неужели мы когда-нибудь снова по-настоящему найдем покой? Мое прибытие в Тессарект все перепутало. До этого у них была повседневная жизнь. С обычными проблемами, не опасными для жизни. Куда все это должно было привести? Станем ли мы все счастливее, если Нерон больше не будет творить бесчинства в Омилии? Никогда мы не смогли бы убедить всех одаренных, наставников и инвентов в том, что правила, которые им прививали годами, были фальшивкой, – даже если бы нам удалось освободить моих родителей.

– Перестань ломать голову, чудо-девочка.

Я повернулась. Рядом со мной в воздухе зависли две чашки. С шоколадной крошкой, плавающей в ароматном какао.

– Возьмешь? Осторожно, горячо.

Я высвободила руки из-под одеяла и схватилась за ручки чашек.

Мгновение спустя голова Уилла появилась в полумраке. Он накинул на себя капюшон своего худи и, держась за оконную раму, вышел на улицу. Его ноги коснулись меня, когда он поднялся и устроился рядом со мной, прежде чем взять у меня одну из чашек.

Я уткнулась лицом в пар и вдохнула аромат какао.

– Где ты так быстро нашел шоколадную крошку? – спросила я подчеркнуто небрежно, потому что благодарить его было слишком тяжело.

– Да ладно, это должно быть частью продовольственного набора каждой хорошей семьи.

Тишина.

Мы молча потягивали какао, сидя под дождем.

Вздохнув, я бросила на него взгляд через плечо.

– Хочешь залезть под одеяло?

Неужели в его глазах мелькнула паника?

Он обеими руками вцепился в свою чашку.

– Ты скучаешь по мне, – прошептал он, уклоняясь от моего взгляда.

Черт возьми, разве он не мог просто сказать «да»? Мой пульс участился.

– Можем ли мы вернуть параллельные миры? – резко прервала я его.

– Что?

Я сделала большой глоток, наслаждаясь ощущением горячей жидкости, согревающей меня изнутри.

– Ты нужен мне сегодня вечером. Никаких извинений или объяснений. Сейчас у меня нет сил злиться на тебя.

Прошло еще несколько секунд. Никто из нас не пошевелился.

– Перемирие?

Я кивнула, приподняла одеяло и обвила его одним концом вокруг плеча, прежде чем повернуться к нему спиной. Тепло его тела было подобно наркотику. По моим нервным окончаниям словно бежал ток. Мое тело помнило о нашей близости.

– Я знаю, что мы сейчас сделаем, – тихо сказал он и снова посмотрел на меня.

– Свалимся с крыши, будем надеяться, что окажемся в пруду, а потом утонем? – предложила я, чтобы снять напряжение. Конечно, это ни капельки не помогло. Мое глупое сердце радостно забилось. Мне просто хотелось свернуться калачиком в его объятиях. И он это знал.

Раздался его хриплый смех.

– Пруд глубиной едва ли в полметра, шансы не очень хорошие…

– У тебя есть предложение получше?

– Мы закричим.

– Что, прости?

– Ты правильно меня поняла. Соседи расползлись по своим домам, и, кроме того, следующая гроза надвигается вон оттуда, видишь? Мы никому не помешаем.

– И как именно это должно изменить ситуацию?

– Это ничего не изменит. Ты просто больше не будешь чувствовать себя такой беспомощной.

Я ненадолго задумалась, потом отхлебнула из своей чашки и кивнула.

– Ну ладно. Но ты первый.

* * *

Итак, мы закричали. Сначала по очереди, потом вместе. Мне потребовалось три захода, чтобы преодолеть свой психологический барьер и перестать беспокоиться о том, насколько глупо мы должны были выглядеть.

– Давай, ты можешь лучше! – подбадривал он меня.

Он был прав. Было так приятно отпустить. Весь гнев, беспомощность и отчаяние, которое просто улетело с криком в ночь.

Я продолжала до тех пор, пока не почувствовала, что мои голосовые связки вот-вот разорвутся.

Только когда мы перестали кричать и холод проник под одеяло и нашу одежду, только когда дождь усилился и полосами побежал по нашим лицам, мы вернулись в тепло. Мы свернулись калачиком на кровати. Упали друг другу в объятия. Падали все глубже и глубже, прямо в параллельный мир.

Через несколько часов взойдет солнце, и мы вернемся в реальность, где я разрушила его жизнь, а он разбил мне сердце.

Но пока тьма накрывает нас своим защитным покровом, мы останемся здесь именно так: его сердцебиение у моего уха, мои пальцы в его волосах, и между нами ничего, кроме бесконечности.

* * *

Утро наступило слишком быстро, а вместе с ним и жестокая действительность. При свете дня мы с Уиллом внезапно снова стали незнакомцами, вынужденными жить вместе и проводить вместе слишком много времени. Отстраненная вежливость и уклончивые взгляды.

– Я приготовлю кофе, – пробормотал он и выскочил из постели, стараясь больше не прикасаться ко мне. Не оказаться ко мне слишком близко.

По крайней мере, светило солнце, когда мы направлялись в Омилию.

Уилл подвез меня до задней части главного здания, но остался сидеть в машине, когда я отстегнула ремень и открыла пассажирскую дверь.

– Ты не пойдешь со мной?

Он покачал головой и слишком крепко ухватился за руль.

– Нерон сказал, что я ему сегодня не нужен. Я должен расслабиться и подумать о своих ошибках.

– Этому ублюдку это дорого обойдется, – прошипела я.

Явно удивленный небольшой вспышкой гнева, Уилл посмотрел на меня. Помедлил.

– Если… Если хочешь, я все равно могу остаться здесь.

– Зачем?

– Если вдруг ты боишься.

Глухой смешок вырвался у меня.

– Не волнуйся, после вчерашнего дня меня не так легко вывести из себя.

Я почувствовала онемение внутри. Они должны проверить меня. Запустить мой дар. Это была долгожданная перемена. И тем не менее…

Знала ли я, во что ввязалась? Что, если Фос замышляет что-то худшее, чем Нерон? Что, если он тайно работает с ним и все это было просто игрой, чтобы приблизиться к моему дару?

Я покачала головой над этой абсурдной теорией и шагнула через ворота, которые распахнулись, как только я добралась до самой высокой точки моста.

Внутри меня ожидал робкий инвент, представившийся Киллианом. Он провел меня мимо синих картин сначала в боковой коридор, затем вниз по лестнице. Я воздержалась от комментария о том, что к настоящему времени вполне могу добраться до центра в одиночку, и сосредоточилась на кончиках своих ног, чтобы не закричать.

Каждый последующий шаг возвращал вчерашнюю тошноту. Только когда оказались перед темно-красной дверью, я поняла, что мы свернули в другом направлении и что воздух здесь был не душным, а сухим. Так что сегодня не водные пытки, а огненные. Класс.

Дверь распахнулась прежде, чем Киллиан успел ввести код, и Нерон встал напротив нас. На нем был не костюм, как обычно, а черные джинсы и простой свитер.

– Доброе утро, Киана. Киллиан, разве я не сказал вам подождать наверху?

Молодой инвент покраснел и начал что-то бормотать, заикаясь, пока Нерон не оттолкнул его резким движением руки и снова не повернулся ко мне.

– Пожалуйста, извини, ты, наверное, хочешь позавтракать, прежде чем мы начнем, не так ли?

Я не дрогнула, глядя в его почти прозрачные глаза.

– Честно говоря, я просто хочу покончить с этим.

Нерон огорченно кивнул.

– Понимаю. Как ты сегодня себя чувствуешь?

Не удивлюсь, если он родился со своим шрамом. Он разрезал его лицо пополам и, следовательно, был идеальной метафорой его личности: вежливый, льстивый, но только для того, чтобы при первой возможности ударить ножом в спину.

– Это серьезный вопрос?

Понятия не имею, откуда у меня взялась смелость. Понятия не имею, почему я не дрожала и не молила о пощаде. Возможно, это было из-за слов Иви, которые теперь эхом отдавались в моей голове. «Мой дядя – чудовище. Он безнадежно потерян».

Они подстегнули мой боевой дух.

Нерон сделал шаг ко мне.

– Мне очень жаль, Киана. Мне очень жаль, что вчера мы прибегли к таким средствам. Я осознаю, как тебе, должно быть, трудно все еще доверять нам после этого.

Да, конечно, как будто вчерашняя акция была единственной причиной, по которой я не доверяла ему.

Я едва заметно кивнула.

– Что запланировано на сегодня? Меня сожгут заживо?

Нерон просто смотрел на меня.

– И вы думаете, что завтрак сделает это лучше? – мой голос звучал слишком пронзительно.

Вздохнув, он отошел в сторону и придержал дверь.

– Слева от тебя находится комплект одежды. Пожалуйста, переоденься. Это не должно занять слишком много времени.

Я нахмурилась. В чем именно заключался план? К чему мне было переодеваться, если они хотели пробудить мой дар?

Вместо того чтобы засыпать его вопросами, я просто пожала плечами и шагнула в центр. Зачем тратить время? Я бы все равно ничего разумного из него не вытянула.

Дверь за мной закрылась на замок. Белый песок, холмы, скалы, сухие травы. И гигантские, громко тикающие часы на другом конце, где маленькие язычки пламени боролись друг с другом. Точно так же, как и в прошлый раз. Только сегодня я была одна, и мне определенно не пришлют на помощь Нейта или другого Пиро. К тому же было еще далеко до полудня, так что дело было не в том, чтобы вызвать дар Огня.

Я глубоко вздохнула, в сюрреалистической надежде, что тепло заползет внутрь меня и согреет. Затем я обнаружила сверток одежды рядом на скале и начала раздеваться. Комната, безусловно, была так же под видеонаблюдением, как и остальная часть Омилии, но кто беспокоился о приватности?

Конечно, было облегчением снять с себя одежду и просто стоять в нижнем белье в этом пустынном пейзаже. Когда-то это был параллельный мир в моем вкусе. Выше тридцати градусов в ноябре, в самой северной точке Шотландии. В одиночестве в этой комнате мне было не особенно сложно просто выключить реальность.

Пока я не схватилась за темную рубашку у своих ног. Она была чем-то пропитана, и от нее исходил едкий запах…

Я поднесла ее к носу и уронила, как будто обожглась. Ха, какая ироническая мысль.

– Вы все получали ранения, – со стоном выдохнула я, прежде чем наклониться и снова потянуться к ней. Бензин. Проклятая одежда была пропитана бензином.

Я заставила себя дышать через нос и скользнула в рубашку и такие же мокрые матерчатые брюки. Если бы не вонь, одежда была бы почти освежающей.

Наконец я сделала несколько шагов вперед, пока не оказалась в центре комнаты.

– Давайте, идиоты, где пламя? – пробормотала я так тихо, что они не смогли бы меня понять.

Это не могло быть хуже пыток, верно? Причем… Во время пыток мой дар не сработал, потому что я знала, что не умру – потому что Пикабо подтвердил это заранее. Теперь должно стать опаснее.

В конце концов, за комнатой наблюдали. Эта попытка была гораздо более безопасной, чем предыдущие, в которых я запускала свой дар и имела в качестве поддержки только своего инвента. При условии, что Нерон и его свита вмешаются до того, как я подвергнусь серьезной опасности… Если повезет, я сразу же потеряюсь в своих мыслях.

Шипение прервало мои размышления. Я расправила плечи.

Ну, кто бы говорил!

Я выбрала идеальное место. Ковер пламени распространился за секунды, образуя все более тесные круги вокруг меня. Сначала огонь мерцал голубоватым, но вскоре все вокруг было залито мерцающим оранжевым светом.

Как бы ни была подготовлена, я все равно онемела от шока. Внезапно остались только пламя и я. От испуга я вдохнула через нос. Вдохнула смесь дыма, сгоревшей ткани и бензина и начала яростно кашлять.

Жар добрался до моей штанины. Я крепко обхватила руками свой торс.

Давай, покажи мне будущее, пожалуйста, покажи мне будущее. Я просто хочу знать, какое решение является правильным. Кому я могу доверять. Стоит ли все это того.

Никакого белого света. Никакого резкого порыва ветра. Только колющая боль в ноге. Пламя нашло пропитанную бензином ткань и теперь вышло из-под контроля. Я моргнула. Оно коснулось моего бедра. Теперь уже на моем правом рукаве. Кровь шумела у меня в ушах.

Выругавшись, я начала двигаться. Не то чтобы это принесло какую-то пользу, но я не могла больше ни секунды оставаться неподвижной. Жар был невыносимым. Это было похоже на раскаленное железо, прижатое ко всем частям тела. Разве этого было недостаточно?

Я мотнула головой. Видимость впереди была едва ли больше двух метров. Густые клубы черного дыма, насколько хватало глаз.

Беру свои слова обратно. Вода и вполовину не так плоха, как огонь. Еще один вдох. И еще один. Дым безжалостно царапал мне горло, обжигая легкие. Давай, держись, держись, недолго осталось…

Мои веки затрепетали. Бой был окончен. Последнее, что я заметила, было ощущение того, как мои полопавшиеся губы растянулись в улыбке.

Кто бы мог подумать, что сдаться может быть так прекрасно?

* * *

Наконец.

Ветер взъерошил мне волосы сзади, я дернулась, ослепленная, все еще ослепленная, но не из-за дыма. Виной всему был теперь тот пронзительный свет, который предвещал мое видение. Это не имело значения. Жар исчез, запах огня и отчаяния тоже, и это было самое главное.

Вскоре крики и смех пронзили мои барабанные перепонки, и свет уменьшился, пока я не смогла увидеть изображения вокруг себя. Я рассмеялась. Рассмеялось «я», которое было в панике и разнервничалось, когда это произошло в первый раз. Вот это, это была свобода.

Покажи мне будущее. Я столько раз повторила эту фразу в мыслях, что слова потеряли смысл.

Но в следующее мгновение, когда я погрузилась в глубину, в привычную темноту, в моей голове прозвучала другая фраза.

Они сделали монстра из располагающего к себе молодого человека.

Нет! Нет, нет, нет, я не хотела копаться в прошлом Нерона, черт возьми, у меня не оставалось времени. Как и в прошлые разы, я побежала по тропинке, надо мной пара ледяных голубых глаз. Разве я не должна постепенно немного больше контролировать, в каком направлении движется мой дар? И с каких это пор я могла погрузиться в прошлое, отличное от моего собственного?!

Наконец я остановилась, когда тропинка кончилась. Ни секундой раньше – я добралась до обрыва, передо мной зияла пустота.

Я отпрянула и быстро потеряла равновесие. Прежде чем смогла снова выпрямиться и изучить свое окружение, в поле зрения появились две фигуры.

– Только не говори мне, что трусишь! – голос был высоким и мелодичным, и он совсем не был мне знаком, но явно принадлежал фигуре впереди. Женщина, которая тянула кого-то за запястье к обрыву. Она стояла ко мне спиной. Силуэт как песочные часы. Длинные вьющиеся волосы.

– Любой здравомыслящий человек бы струсил. Сколько здесь метров?

Я хватала ртом воздух. Вовсе не Нерон! Это была я.

Поспешно поднявшись, я обошла их вокруг, чтобы получше разглядеть незнакомку.

Мое второе «я» отодвинулось от нее и скрестило руки на груди. Я не смогла сдержать торжествующего возгласа, как только увидела, что мои темно-каштановые волосы мерцают в полумраке. Будущее. Прекрасно.

Я слегка прищурила глаза и придвинулась к ней поближе. По моему опыту, они все равно не могли меня видеть.

– Я ожидала от тебя большего, – усмехнулась моя собеседница. Ее лицо было в форме сердца, глаза большие и темные. Она была прекрасна, но что-то меня беспокоило. Возможно, презрительная усмешка, с которой она смотрела на меня. – Неужели тебе никогда не говорили об идеальном моменте для прыжка?

– Что за…

– Когда твое дыхание сбивается и страх сжимает тебе горло, – выдохнула она в бушующий ветер и закрыла глаза. Ее волосы были зачесаны назад, обнажая симметричные черты лица. Ее красота гипнотизировала. Зловеще.

– Когда это кажется невозможным и все внутри тебя сопротивляется. Это как раз тот момент, когда нужно прыгать.

Кто ты? О чем, черт возьми, ты говоришь?

Я говорила слова, но ни единого звука не было слышно. Естественно. На самом деле меня здесь не было. На самом деле, меня это не должно волновать – эта сцена здесь не поможет мне. Она просто добавит еще больше вопросов. И все же я собиралась сопротивляться, когда ветер ударил меня, рванул за собой, назад, прочь от бездны, в темноту… Наверное, потому, что теперь я предпочитала любую альтернативную реальность своей повседневной жизни.

Я закрыла глаза и отдалась водовороту.

* * *

Голова пульсировала. Мне с трудом удалось раздвинуть веки. Было слишком светло. Я хотела подняться, но меня тут же снова толкнули назад.

– Шшш, медленно, без резких движений.

Голос был нежным, прямо у моего уха. Жар исчез. Как будто пламя не охватывало меня еще несколько минут назад.

И никакого урагана. Просто комната с хорошей температурой. Нормальность.

– Воды, – прохрипела я. Во рту словно пересохло.

Сразу же к моим губам поднесли прохладный стакан, в дополнение к прикосновению к затылку.

– Медленнее.

Первый глоток причинил боль, второй придал силы, необходимые для того, чтобы открыть глаза. На этот раз как полагается.

Я оказалась в залитой светом комнате рядом с высоким окном. Снаружи мистическим темно-зеленым цветом сверкало озеро. Я оперлась на локти и приподнялась. Белая кушетка.

Стакан исчез, и я слегка повернула голову в сторону. Посмотрела прямо в лицо Пикабо Ирвингу. Обеспокоенная улыбка.

Облегчение охватило меня, даже если это было глупо. Он был там вчера. Тем не менее видеть его лицо, когда я очнулась, было не так уж и плохо. По крайней мере, я все еще могла представить, что он не имел плохих намерений и просто был жертвой системы.

– Что случилось? – я позволила своему взгляду блуждать по овальному пространству. Книжная полка. Стеклянный шкаф, в котором стояли разные флаконы и тюбики. Кроме нас, не было ни единой души.

Как долго я была без сознания, что они успели не только вытащить меня из центра, но и унести наверх? Обычно это продолжалось всего несколько минут.

– Они запустили твой дар, да? – голос Пикабо звучал надломленно. Лицо его теперь было исполнено не просто беспокойства, а глубокой печали.

Я нахмурилась.

– Что произошло?

Осторожно он положил мне руку на плечо.

– Ты храбрая молодая женщина. Ты ничего такого не заслужила. Никто такого не заслужил.

– Ничего плохого не… – остальные слова застряли у меня в пересохшем горле. Я посмотрела на себя сверху вниз. Боже мой, на мне не было ничего, кроме тонкого халата. Больничная одежда. Когда они успели меня раздеть? Или одежда с бензином полностью сгорела? Как я могла не заметить этого? Мои руки были усеяны темными пятнами. За исключением пульсации, я не чувствовала боли, но зрелище было шоком.

Шрамы от ожогов. Шрамы от ожогов месячной давности.

– Киана. – Хватка Пикабо усилилась, его голос был напряжен. – Послушай. Ты должна покинуть город. Это единственный способ. Я… Я помогу тебе. Я пытался поговорить с Нероном, был уверен, что его еще можно привести в чувство…

Мой рот раскрылся, но я не издала ни звука. Что я должна была сказать? Вы второй, кто дает мне этот совет? Эй, все не так уж плохо, я в порядке?

– Ты здесь не в безопасности, – он наклонился ближе. Перечная мята и кожа. Запах дедушки. – Пожалуйста, беги! Поговори с Уильямом, он сможет тебе помочь. Ему больше нечего терять.

Мы оба вздрогнули, когда позади нас раздались шаги.

Пикабо отпустил меня и отступил назад. Он со стоном поднялся с маленького табурета рядом с кушеткой и встал передо мной, защищая.

– Ей нужен перерыв. Она только что пришла в себя. – Внезапно в его голосе прозвучала не только решимость, но и злость.

Никакого ответа. Нерон шагнул к нам и не удостоил его взглядом. Он смотрел только на меня.

Мне потребовалось все мое мужество, чтобы выдержать его взгляд.

– Как себя чувствуешь, Киана? – его лицо не было выразительным и даже не было подчеркнуто вежливым. На долю секунды мне показалось, что я заметила беспокойство, но это, безусловно, было всего лишь последствием моего недавнего опыта близкой смерти. Я бы не удивилась, если бы медленно начала галлюцинировать даже в полном сознании…

Я не могла заставить себя ответить.

Он кивнул. Мой вид, наверное, говорил о многом.

– Сработало?

Я посмотрела в окно на озеро. Несколько гондол плыли вокруг плакучей ивы.

– Да.

Да, это сработало, бессердечный сукин сын! И это ни к чему меня не привело.

– Полежи еще несколько минут. Соберись с силами. Потом мы поедем к водопаду.

Черт. Водопад. Как я могла забыть о волшебном месте, которое отражало видения Идоров?

– Я искренне сожалею о том, что произошло сегодня. Мы будем искать более гуманные варианты для следующего раза.

Я рывком села прямо.

– Более гуманные варианты? – воскликнула я.

Мой голос все еще срывался. Это не имело значения. Тепло вернулось, только на этот раз оно было внутри меня.

– Вы сами слышите себя?!

– Ты, наверное, все еще в шоке, это вполне нормально. Мы будем…

Слова Нерона утонули в белом шуме. Кроме того, издалека раздался звонок. Оно приближалось все ближе и ближе. Небольшая часть меня осознавала, что теперь я должна просто заткнуться и сидеть тихо. К сожалению, пространство постепенно исчезло перед моими глазами, и вместе с ним исчез и мой разум.

Краем сознания я поняла, что вскочила. Холодная плитка под моими босыми ногами.

– В чем именно заключается ваше предложение? – мой голос тоже утонул в шуме. Поэтому я начала говорить громче. – Какие еще существуют методы, чтобы приблизить меня к смерти? Утопление я проверяла, это уже почти скучно. Я должна броситься со скалы? Перерезать себе вены? Или вы хотите взять это на себя ради меня? Это доставляет вам адское удовольствие, я права?

Большие красные точки появились перед моим взглядом. Я больше не могла чувствовать холод на ногах – жар одержал верх.

И я снова стояла в огне. Горела. Кричала.

Сквозь шум до меня донеслись слова «истерика» и «паническая атака». Тихо. Они вращались вместе со своими лицами вокруг моего покачивающегося тела.

Никакого огня. Здесь нет огня. Сосредоточься, это не реально!

Вдох. Выдох. Ты справишься.

– Позови Уильяма. Вперед! Помоги ей и приведи мне этого бесполезного инвента!

Семь

Перламутр

Я оставалась в сознании. От меня ускользало только ощущение времени. Комната заполнилась людьми. Двое из них затащили меня обратно на кушетку, крепко пристегнули. Говорили обо мне, измеряли мое давление. Полностью в их власти… Как вчера. Я даже не сопротивлялась. Они, наверное, вряд ли снова лили бы мне воду на лицо, верно?

Вместо этого я заблокировала шумы, сосредоточившись исключительно на своем дыхании. Пришлось успокоиться. Замедлить сердцебиение. По крайней мере, я не плакала, это был прогресс.

– Вон.

Это было всего лишь одно слово, но оно проникло в мое сознание, в то время как остальные разговоры стихли.

Я рывком повернула голову.

Уилл стоял в дверном проеме. Его голос дрожал от гнева, но черты лица он контролировал. Он уставился на Нерона, который только что разговаривал с двумя мужчинами в белых халатах.

– Убирайтесь все отсюда. Немедленно.

Глаза Нерона вспыхнули. Очевидно, он не привык, чтобы Уилл так с ним разговаривал.

На несколько секунд воцарилась тишина. Затем Нерон хлопнул в ладоши и махнул людям. Пикабо больше не было видно.

Дверь закрылась за ними. Уилл по-прежнему не смотрел на меня. Он запрокинул голову, взгляд скользил по потолку, лихорадочно что-то ища, двигаясь в мою сторону.

Его руки нашли меня первыми и агрессивными движениями развязали мои запястья. Я промолчала. Не выпускай его из виду. Его волосы были растрепаны, как всегда, челюсть напряжена, а пальцы слегка дрожали, в остальном ничто не указывало на то, что он взволнован. Это помогло. Может быть, помогла просто его близость.

– Можно? – теперь он опустил взгляд, на мгновение зажмурил глаза. Он обнаружил шрамы.

Я сразу догадалась, к чему был этот вопрос. Он хотел знать, нормально ли, как вчера, быть рядом со мной, или его прикосновения сделают все хуже.

Вместо ответа я выпрямилась и обвила руками его шею. В следующее мгновение он поднял меня с кушетки и устроился на ней со мной на коленях. Уилл держал меня, как маленького ребенка, покачивая взад и вперед и зарываясь носом в мои волосы.

Я была благодарна ему за то, что он ничего не спрашивал.

– Пикабо, как и Агния, сказал мне бежать, – прошептала я в его шею.

Его рука нашла мое лицо, погладила меня по волосам за ухом. Я немного отодвинулась назад, чтобы посмотреть на него.

Его полуночные глаза казались еще темнее, чем обычно. Коричневый цвет лег вокруг одного зрачка, как огненное кольцо.

– Ты хочешь этого? Убежать?

– Имеет ли это значение?

Он провел большим пальцем по моей щеке.

– Тебе просто нужно сказать только одно слово, и я запихну Лессу и тебя в машину, заберу маму, и мы уедем.

– А как же твой отец?

Он поморщился.

– Моему отцу не будет легче, если мы все окажемся в тюрьме вместе с ним. Если он вообще жив.

Я выпрямилась.

– Я не хочу бежать, Уилл. Я…

Пауза.

– Говори дальше.

– Что, если они нас подслушивают? – прошептала я.

– В комнате нет камер. – Он указал назад. – И дверь заперта.

Я кивнула и твердо посмотрела ему в глаза.

– Мне все равно, заслуживает ли Фос доверия или нет. Он единственный, кто может свергнуть Нерона. С нашей помощью.

Ожидаемого протеста не возникло. Взгляд Уилла стал жестким.

– Он выяснил твой триггер, да?

Я с дрожью выдохнула. Он имел в виду не Фоса, а Нерона. Будет ли сейчас вспышка гнева?

– Да.

– Хорошо. Ты права.

Мои глаза расширились.

– Что, прости?

– Моя сестра – инвент, они знают триггер твоего чертового дара и знают, что я умру за тебя. Все карты на столе, Киа. Нам больше нечего терять. Так что мы сожжем это здание дотла, если это необходимо. Иначе всему этому никогда не будет конца.

Каждое слово он действительно имел в виду. Возможно, именно это и произошло с Иви. Требовалась всего лишь одна последняя капля, чтобы заставить бочку переполниться. Моя бочка достигла своего предела вчера, но, видимо, смысл для Уилла пришел только с последним действием.

– А сейчас? – спросила я.

– Сейчас мы сделаем хорошую мину при плохой игре.

* * *

Уилл держал меня за руку всю дорогу. Разрешения он больше не спрашивал. Время маскарада прошло. Вместе мы сидели на заднем сиденье, перед нами Нерон, рядом со своим шофером-инвентом, который уже не раз возил меня в Омилию. Даже когда мы добрались до опушки леса и сквозь дождь двинулись в ту сторону, откуда доносился грохот водопада, Уилл не отпустил меня, а только еще крепче прижал к себе.

Никто не ставил под сомнение его присутствие, и больше ни слова не было произнесено. После того, как он принес мне одежду и я оделась, мы вместе сели в машину, которая ждала нас у озера.

Сопротивление было бесполезным. Да и волноваться было не о чем. Должен ли Нерон все-таки увидеть это видение из моей головы? Я сомневалась, что он поймет из него больше, чем я.

Четыре человека вышли на поляне нам навстречу. Я узнала Майлу, когда мы проходили мимо. Ясное дело, они привели сюда Идора, которая меньше всего меня выносила. Даже сейчас она сверкала на меня глазами, в то время как две девушки рядом с ней опустили головы. Однако злоба резко исчезла с ее лица, как только ее взгляд скользнул дальше и поймал Уилла и наши скрещенные руки. Удивление мелькнуло в ее глазах.

– В чем твоя проблема? – прошипела я, но Уилл потащил меня дальше, прежде чем Майла смогла ответить.

Я попыталась сосредоточиться на окружающей обстановке. Скалы, зелено-голубая вода, влажная трава с каплями росы. Как все было мирно, когда я сидела здесь ночью с Каспером, Нейтом и Дарией.

– Стойте.

Мы остановились прямо перед первым выступом скалы.

– Ты знаешь, что должна делать, Киана, – сказал Нерон, не выпуская меня из виду.

Мрачно кивнув, я уставилась в водопад.

Легкое давление на мою руку. Я сжала в ответ. «Не волнуйся», – хотелось мне шепнуть Уиллу. – «Все под контролем».

– Уильям, проследи, чтобы она не потеряла равновесие.

Нерон намекал на мой предполагаемый приступ слабости в прошлый раз. Значит, он не видел меня насквозь?

Я фыркнула.

– Не нужно. В прошлый раз я только притворялась, потому что не доверяла вам.

Никакого ответа. Только шум воды. Поэтому я еще немного помотала головой.

И вот они: тени. Смутные очертания трех человек посреди водопада. Не только из-за шума здесь не было возможности понять их разговор. Я зажмурилась. Почему сцена была такой нечеткой? В прошлый раз она ясно предстала перед нашими глазами. Теперь даже я не могла сказать, кто из этих троих был моим будущим или нынешним «я», не говоря уже о неизвестной красотке.

Шли минуты, и хотя я едва моргала и не отрывала взгляда от воды, картина в ней все больше и больше бледнела.

– Ты помнишь то, что видела, Киана?

В голосе Нерона теперь звучала нотка нетерпения.

Я пожала плечами, стараясь придать себе равнодушный вид, и указала вперед.

– Я помню не больше. Три человека. Понятия не имею, о чем они говорили, все произошло так быстро…

– И почему я должен тебе верить?

Я оторвалась от зрелища перед нами, повернула голову и наткнулась на ледяную синеву.

– Вы думаете, мне еще есть что скрывать? После того, как я рассказала вам о своем триггере?

Я бы не уступила. Если бы это было необходимо, я бы не сводила с него глаз. Понятия не имею, кто или что было виновато в том, что мое видение стало таким размытым, но этот факт придал мне уверенности в себе.

Единственное, что на мгновение вывело меня из себя, – это рука Уилла, которая при моих словах резко оторвалась от моей. Сейчас не время для этого разговора.

– Мне стоит напомнить вам о том, через что я прошла за последние несколько дней? – прошипела я.

Прошло несколько секунд, и внезапно взгляд Нерона смягчился. На его лбу появились морщинки беспокойства. Он кивнул.

– Пожалуйста, прости, Киана.

Теперь только не смейся… Он сумел сохранить свое фальшивое сочувствие.

– Мы можем идти? – тихо спросила я.

Я понизила голос, и надеюсь, это прозвучало уязвимо. По правде говоря, я больше ничего не чувствовала в течение прошедшего часа. Я вполне четко могла определить направление своего дара. Даже если на самом деле это ничего не принесло мне, это был прогресс. К тому же шрамы на моем теле исчезнут через несколько дней, и тогда я буду как новенькая, но этого он знать не мог.

– Естественно. Поехали. Я бы посоветовал тебе все еще остаться в Омилии, Киана. Пообедать с Идорами. Позже у нас впереди еще одна поездка.

– Какая поездка? – вопрос вырвался у Уилла прежде, чем я успела его задать. Я не осмеливалась взглянуть на него. Его голос дрожал от подавленных чувств.

– К Пиро. Есть одна теория, которую нам еще предстоит проверить.

Мое сердце остановилось. Я скрестила руки на груди.

– Вы хотите снова проверять меня?

С усталым видом Нерон покачал головой.

– Нет, на сегодня хватит. Не волнуйся, это не займет много времени. – Затем он посмотрел на Уилла, и его губы изогнулись в победной улыбке.

– Уильям, что ты думаешь о том, чтобы провести вечер со своей сестрой?

* * *

Оставался ровно час перед тем, как я должна была вернуться в главное здание. Перед озером сидела небольшая группа людей, которую я намеренно проигнорировала. Все они были одеты в синюю одежду. Фос сказал, я должна влиться, пытаться обратить людей, но Майла и другие Идоры, с которыми я встречалась до сих пор, были чистой воды тратой времени. Кроме маленького Декстона, никто из них не был добр ко мне, и я вряд ли смогла бы похитить его и отвести в тайное убежище Мигмы. Мне теперь тоже нужны были дружелюбные лица.

Уилл был занят. Какой бы ни была цель Нерона, позволившего ему увидеть Алессу – определенно не сострадание, – это не имело значения. Уилл заслужил спокойствие. Особенно теперь, когда знал, как Нерон открыл секрет моего триггера.

Мои ноги сами по себе нашли дорогу к маленькому торговому переулку, и вскоре я погрузилась в толпу спешащих людей и вытащила из кармана свой телефон.

Дария прислала сообщение:

Буду с сестрой Уилла через минуту!! Увидимся сегодня вечером?

Улыбаясь, напечатала ответ, прежде чем найти контакт Нейта. В качестве меры предосторожности я скрыла свой номер и нажала на зеленую иконку звонка. Снова сработал только автоответчик, поэтому я попробовала позвонить Касперу. Ничего.

Черт, где они застряли?

Я опустила телефон обратно в карман пальто. Ладно, тогда сначала к Карле.

Дверь была открыта. Я шагнула в тепло и вдохнула привычный аромат свежей выпечки. Колокольчик над дверью негромко возвестил о моем прибытии, но потонул в громком смехе нескольких девушек.

В обеденное время в лавке всегда много людей, слышно было бормотание множества голосов, хотя отсюда я видела только узкий проход, ведущий из торгового зала в кафе. Перед стойкой ждали три человека, которых обслуживала Карла лично. Я улыбнулась, когда увидела ее вьющиеся волосы и круглое дружелюбное лицо. Она протянула пару бумажных пакетов через прилавок и улыбнулась посетителям.

– Приятного аппетита, хорошего дня!

Тогда Карла меня и заметила. Ее улыбка стала шире, и женщина подмигнула мне, прежде чем повернуться к следующему покупателю, который попросил заказ на вынос.

Как только она обслужила его и он прошел мимо меня, Карла вышла из-за стойки и раскинула руки.

– Ты очень кстати, мое золотко!

Я ответила на ее объятия, наверное, слишком крепко, потому что, когда мы отстранились друг от друга, от ее улыбки ничего не осталось. Беспокойство было написано у нее на лице.

Она погладила меня по щеке.

– Все в порядке?

Я сглотнула. Как она только делала, что все чувства, которые я только что подавила в присутствии Нерона, вернулись одним махом? Было ли это из-за ее искренней привязанности? Или из-за ее связи с моей биологической матерью?

– Я… У меня есть час, прежде чем вернуться в Омилию, – выдавила я. На этот раз мне не пришлось симулировать ранимый тон. Он пришел сам по себе. Вместе со слезами. Проклятье.

Она кивнула и снова притянула меня к себе. Я яростно моргнула несколько раз.

– Я знаю, что произошло, Киа, – прошептала Карла мне на ухо и погладила по спине. – И могу только догадываться, как это выглядит для тебя сейчас. Но думаю, что могу немного подбодрить тебя.

Любопытство пересилило горе во мне, и я перестала плакать.

– Хочешь, помогу помыть посуду? – предложила я. Сегодня она, по-видимому, работала одна, коллеги нигде не было видно. Тарелки и чашки громоздились в раковине рядом с посудомоечной машиной.

– Нет-нет, я справлюсь сама. – Она хитро наклонилась ко мне. – Иди в пекарню. Осталась пара бутербродов, и я принесу вам чая, как только позабочусь о гостях.

– Вам?

Ее улыбка вернулась.

– Ну же, дорогая.

Я позволила себе вдохнуть восхитительный аромат хлеба. Пекарня была небольшой, центральное место занимала старая дровяная печь. На стене висели фотографии разных людей в капюшонах, в основном черно-белые.

– Привет, принцесса.

Я повернулась на месте. Что?!

В дверном проеме рядом с картонными коробками и деревянными ящиками стоял не кто иной, как Каспер. С дымящейся сигаретой в руке и усмешкой на губах.

Я преодолела расстояние между нами и бросилась ему на шею.

– Что ты здесь делаешь?

Мы отодвинулись друг от друга, и он отступил на шаг. Дверь вела на небольшой балкон, выходящий во внутренний двор. Я увидела два табурета и стол, накрытый угощениями. Вокруг перил была обмотана гирлянда, излучавшая уютный свет.

Каспер рассмеялся и стряхнул пепел в узкий фарфоровый стакан у наших ног.

– По тебе скучаю, а ты как думаешь?

– Ты в порядке? А что с Нейтом? Как ты сюда попал? Я думала, ты…

– Теперь помедленнее. – Он сделал приглашающий жест рукой. – Садись.

Я повиновалась, но не выпустила его из виду. Он выглядел как всегда: спутанные кудри падали на светлые глаза. Безупречная смуглая кожа. Озорной взгляд.

– Ты в порядке? – настойчиво повторила я.

Он закатил глаза и затушил сигарету.

– Зачем столько драмы, принцесса. Я отлично справляюсь. Ты уже пробовала эти штуки? Такого у нас на юге нет. – Он схватил бутерброд, из которого вытекал плавленый сыр, и с наслаждением откусил его.

– Мы чуть не сошли с ума от беспокойства. Последнее, что я слышала, что вас узнали несколько охранников. Мы разговаривали по телефону с Нейтом, он был не в себе и…

Каспер махнул рукой.

– Ты же его знаешь, он всегда преувеличивает. Хорошо, это было дерьмово, и мы действительно сильно переживали, но Нейти объяснил своей маме, что сбежал по своей воле и помог тебе. Я, конечно, побежал за ним, потому что весь такой верный инвент, и в волнении забыл поднять тревогу.

– И Дилара поверила в это? – мать Нейта была далеко не глупой, это я испытала на себе во время наших немногих встреч.

– Нет, – в его глазах вдруг зажегся блеск. – Она никогда не поверит, что ее золотой мальчик что-то натворил без постороннего влияния. Сначала она твердо верила, что ты им манипулировала, а потом захотела свалить вину на меня. Ну и наконец, Натаниэль вышел из себя.

Я подняла бровь. Нейт и вышел из себя?

– Да, ты правильно расслышала. У него, наверное, окончательно перегорел предохранитель, я никогда не видел его таким. Он взял все на себя и сказал ей, что ему надоело всегда играть по ее правилам, что он самостоятельный человек и так далее. Она была явно шокирована, но, конечно, все равно продолжала обрабатывать меня. Говорила, что я ей никогда не нравился, что у меня в голове только вздор и что я плохо влияю на него, бла-бла, обычная болтовня. Дилара хотела знать, почему я не позвонил ей сразу, как только он сбежал от меня. А потом… – Каспер поднес ко рту тыльную сторону ладони и опустил хлеб. – Затем Нейт, наш маленький ботаник Нейт, спросил ее, неужели она настолько глупа. Оу. Видимо, она действительно была слепой и не видела истинной причины, по которой я последовал за ним на север и ворвался вместе с ним в тюрьму. Ты бы видела ее лицо!

Я уставилась на него. Почему он так развеселился? Это звучало как настоящая катастрофа. И он не объяснил, как ему удалось сюда попасть.

– Вы могли бы просто переложить вину на меня.

– Мы могли бы, но, во-первых, никто не доносит на своих друзей, а во-вторых, я бы пропустил каминг-аут Нейта.

– Каминг-аут?

– Знаешь, каковы были его точные слова? – Каспер откинулся на спинку кресла и широко ухмыльнулся. – «Он не просто мой инвент, мама, он лучший человек, которого я знаю. И он последует за мной куда угодно, потому что так делают люди, когда любят».

Я улыбнулась. Его счастье было таким огромным, что передалось мне.

– Вот что он сказал. Конечно, я совершенно потерял дар речи, думал, что я словно в каком-то кино. А потом Дилара действительно испугалась. Это не особо беспокоило ни Нейти, ни меня. Мне действительно пришлось взять себя в руки, чтобы не поцеловать его прямо там.

Я хихикнула. Я могла представить себе это.

– Как бы то ни было, разразился большой скандал. Они кричали друг другу в лицо ужасные вещи. Когда Дилара поняла, что он серьезно, начала угрожать мне. – Выражение лица Каспера впервые потемнело. – В конце концов она изменила свою тактику и предложила нам сделку: пообещала все решить с Омилией и пощадить меня. Как будто я ее боюсь. – Он фыркнул. – При условии, что мы больше не будем контактировать друг с другом и что он сделает отношения с этой Канделой достоянием общественности.

– Какие отношения?

– Слухи. Я не знаю, то ли она просто в отчаянии и боится за свое положение в Омилии, то ли действительно так мало заботится о собственном сыне, но у этой женщины явно не все дома.

– И что произошло потом?

– Угадай с трех раз. – Он глубоко вздохнул. – Этот идиот, вероятно, подумал, что это хороший момент, чтобы сыграть в героя, и согласился.

– Серьезно?

– К сожалению, да. Затем его мама отослала меня, отобрав у меня телефон, чтобы я не мог с ним связаться, и с тех пор ничего о нем не слышал. На самом деле они оставили меня в покое. Понятия не имею, что Дилара рассказала тем, кто в Омилии, но, по-видимому, это сработало. Я по-прежнему могу свободно передвигаться. Просто, к сожалению, моего новоиспеченного парня контролируют на каждом шагу и, поскольку его мать совсем слетела с катушек, сводят с кем-то насильно.

– Ах ты черт.

– И не говори.

Я зарылась лицом в ладони.

– О боже, мне так жаль, Каспер, это ужасно.

– С одной стороны, да, с другой стороны, Нейт никогда бы не выступил против своей матери и, наконец, не рассказал бы ей о нас, если бы мы не попали в тюрьму, – мрачно ответил он.

Я подняла голову.

– И к чему это привело? Если вы не можете видеть друг друга сейчас?

– Только не ломай свою хорошенькую головку. Они не смогут удерживать нас на расстоянии друг от друга вечно. Просто нужно набраться терпения и продолжить осуществлять наш план. Я слышал, что ты добилась прогресса в этом плане. – Он бросил на меня многозначительный взгляд и схватил наполовину полную чашку чая.

Прежде чем я успела рассказать о последних двух днях, Карла присоединилась к нам с полным подносом.

– Ну что, милые, все в порядке?

Каспер рассмеялся.

– Хочешь откормить нас, Карла? Мы едва справились с половиной, и Киа мне не помогает.

– Это всего лишь десерт. – Она поставила поднос на пол и подала мне одну из чашек. – Осторожно, горячо! И кроме того, мой дорогой, я могу упаковать вам остатки. Кстати, Киа, снаружи несколько Идоров – девушки спрашивают, где ты.

Я нахмурилась.

– Девушки-идоры?

– Да, я сказала им, что ты все еще занята, но они удобно устроились, так что не торопись, они, конечно, подождут. К сожалению, мне придется вернуться, извините, что больше не сможем поговорить. – Она одарила нас улыбкой и исчезла.

– Вау. Я впервые увидел ее сегодня, но она уже относится ко мне, как к своему собственному сыну, – вырвалось у Каспера.

– Это да, – я отхлебнула немного горячего фруктового чая. – Я почему-то всегда боюсь расплакаться, когда она обнимает меня или кормит…

– Я знаю это чувство.

Я закрыла глаза. Неужели я настолько глупа? Каспер был бездомным и никогда не имел настоящей семьи.

– Извини, Кас, я не хотела… Я не хотела ныть, у тебя совсем другая ситуация…

– Эй. Сейчас мы не будем спорить, у кого больше причин для нытья, хорошо? Я не особо уверен, кто победит. – Он подмигнул мне. – Ты хотела рассказать мне новости.

Это я и сделала. Между тем пришел аппетит, и я слопала два бутерброда.

Каспер ни разу не прервал меня. Выражение его лица менялось с заинтересованного на встревоженное. Пытки и приведение в действие моего дара я описала лишь поверхностно, зато подробно рассказала об убежище у Пноэ.

– Когда ты отведешь меня туда? – спросил он, когда я закончила рассказывать.

– Завтра вечером! И если тебе придет на ум еще кто-то, кому можно доверять, зови. Нам может понадобиться любая помощь.

– Мы должны как можно скорее посвятить в это Дамека.

Я кивнула.

– У меня не было возможности поговорить с его сестрой, но уверена, что это была она.

– Ладно. Тогда я приду к вам завтра вечером, хорошо? Иначе общаться будет довольно сложно.

– Без проблем. – Я подняла взгляд на свой телефон. Время пролетело как миг. И, кроме того, меня охватило любопытство, что там за девушки-Идоры.

– Так рада была тебя видеть, – пробормотала я, когда он тоже поднялся и обвил меня обеими руками.

– Взаимно. – Он прижал меня к себе. – Держись, ладно? Все будет хорошо.

– Это я должна говорить тебе, – со вздохом ответила я.

Он закатил глаза.

– Мы вместе в этом по уши, не так ли? А теперь иди уже.

С тяжелым сердцем я оторвалась от него и пошла дальше, мимо Карлы, которая заваривала кофе, одновременно принимая заказ и указывая подбородком в сторону прохода.

Кафе было битком набито – каждый из треугольных столиков был занят. Большинство гостей были молодыми, примерно моего возраста, но я также заметила семью из четырех человек с колясками и двух дам пенсионного возраста, которые хихикали, наклонив головы и сжимая свои чашки с кофе.

Я позволила взгляду скользнуть по группам людей. Кто-то подшутил надо мной или они уже ушли?

Только я собиралась развернуться и подойти к Карле, как заметила какое-то движение прямо у эркера.

– Киана!

Машущая рука в шубе. Только когда я протиснулась мимо двух столиков, увидела лицо, которому принадлежала рука. И застыла на месте. Я сопротивлялась желанию обернуться, чтобы выяснить, не имела ли она в виду кого-то позади меня.

Нет, это была не галлюцинация. Там сидела Майла, которая еще час назад на лесной поляне пыталась убить меня взглядом, и делала мне знаки, чтобы я присоединилась к ним. А рядом с ней девушка, которую я считала сестрой Декстона. Как же ее звали?

Я даже не потрудилась изобразить улыбку, когда подошла к ним за стол.

Майла подняла свою сумочку, инкрустированную голубыми стразами, с табурета между ними.

– Садись же.

Я не пошевелилась.

– Для чего?

Теперь сестра Декстона протянула руку в мою сторону и радостно улыбнулась мне.

– Привет, Киана, у нас еще не было возможности представиться как следует. Я Нала.

Я сделала усилие над собой и пожала ей руку, неохотно опускаясь на табурет.

– Вас послал Нерон?

– Зачем Нерону было посылать нас? – нараспев спросила Майла.

– Как вы узнали, что я здесь?

– Мы проследили за тобой, – призналась она и теперь тоже мне улыбнулась. – Чтобы извиниться.

Что, простите?

– За что именно вы хотите извиниться? – спросила я невинно и ответила на ее сладкую, как сахар, улыбку.

– За наше отвратительное поведение, – пришла ей на помощь Нала, рассматривая свои идеально ухоженные ногти. – Мы должны были быть добрее к тебе и больше идти на контакт. Ты никого не знаешь в Тессаректе.

Я рассмеялась.

– У меня достаточно друзей, нет причин для беспокойства.

– Она хочет сказать, – энергично продолжала Майла, не глядя на меня. – Мы просто… Испытывали к тебе определенное уважение. Отсюда и наша дерзкая манера поведения.

– Дерзкая? – я наклонила голову и посмотрела в ее темные глаза. В них не было ничего, кроме фальшивой вежливости. – Вы обращались со мной, как с изгоем, только потому, что я новичок и понятия не имею о здешних дурацких правилах.

– Да, это было несправедливо… Ты абсолютно права. Нам очень жаль.

Покачав головой, я по очереди посмотрела на них.

– Почему бы вам просто не перейти к делу? Что именно вы хотите от меня?

– Мы хотели спросить тебя, не хочешь ли ты пообедать с нами завтра, – сказала Нала. Ее улыбка выглядела более искренней, но я, конечно, не дала бы себя обмануть этим. – Через три улицы открылся новый мексиканский ресторан.

– В знак перемирия, так сказать, – добавила Майла.

Они выжидающе смотрели на меня.

На мгновение я подумала о Фосе и задаче, которую он возложил на нас. Но потом мой разум снова включился. Здесь было что-то гнилое. Совершенно точно. И сегодня мне просто не хватало терпения, чтобы понять, что именно здесь не так.

– Спасибо за предложение, к сожалению, завтра я уже занята. Так вышло, что у ненормальных людей целая куча обязанностей.

Не дожидаясь ответа, я вскочила с табурета и направилась обратно к выходу.

Этот день не мог быть более странным.

* * *

Я тосковала по руке Уилла. По любой руке, за которую можно держаться.

Снова я сидела на заднем сиденье в изящной машине Нерона, он передо мной рядом с шофером.

Ни малейшего намека на то, куда мы едем. Нерон проигнорировал мои вопросы. Все, что я могла чувствовать, – это свое слишком учащенное сердцебиение и тошноту. Я ненавидела себя за то, что страх охватил меня, хотя думала, что справлюсь с этим. Даже злость на Нерона и Омилию не помогала. Или надежда, которую на мгновение подарил мне Каспер своим появлением. Мне было так холодно. И, ко всему прочему, образ моей матери появился в памяти. Агния за решеткой, умоляющая меня покинуть город.

Я прижалась носом к оконному стеклу и попыталась сосредоточиться на своем дыхании.

Снаружи темно-серые дома сменились песчано-желтыми, и дождь больше не барабанил по лобовому стеклу. Вместо этого яркий солнечный свет ослепил меня.

Мы ехали в гору, взбираясь по дороге все выше и выше.

Внезапно водитель нажал на тормоз и поднял ручник. Ремень врезался мне в кожу, и пришлось ухватиться за переднее сиденье, чтобы не опрокинуться на бок.

– Здесь дорога заканчивается, сэр.

Кивнув, Нерон отстегнул ремень безопасности.

– Подожди нас. Остаток пути пройдем пешком. Дилара сказала, что это недалеко.

На мгновение моя паника отошла на второй план. Дилара?

Очевидно, мы приехали на юг. С какой целью?

Нерон, хромая, обошел вокруг машины и открыл дверь с моей стороны.

Снаружи было безветренно, хотя мы находились на достаточной высоте. Солнце заставляло мерцать асфальт, который закончился всего в нескольких метрах от нас, переходя в гальку и сухие заросли. Я на ходу повернула голову. Мы находились на горе, примерно такой же высокой, как вчерашняя, только не мшисто-зеленой. В долине виднелся район Пиро, рыночная площадь, за ней сверкающая река.

Оглушительный звук, природу которого я не могла определить, наполнил воздух. Палящая жара обожгла мою кожу и вернула ужасные переживания сегодняшнего дня. Это не от солнца. О, пожалуйста, не надо больше огня…

– Вы не хотите сказать мне, что это такое? – спросила я, когда Нерон схватил меня за локоть и потащил дальше. Его прикосновение усилило тошноту, но я не могла промолчать.

Когда дела будут плохи, я смогу с ним справиться, верно? Особенно если нас будет только двое. Может быть, мне следует столкнуть его со склона, пока у него нет возможности причинить мне боль…

– Твой дар объединяет будущее и прошлое, – прервал он мои соблазнительные мысли. – Это означает, что альтернативные реальности в твоей голове должны работать в обоих направлениях. Водопад в нашем районе не единственное волшебное место, отражающее переживания одаренных людей во время прыжков. Всего в Тессаректе их четыре. По одному на каждую стихию.

Я закусила губу и отвернулась от него, чтобы он не смог прочесть шок на моем лице. К сожалению, то, что он сказал, вполне имело смысл. Особенно с учетом того, что мое последнее видение дало возможность заглянуть в будущее.

Окружение расплывалось перед моими глазами, пока мы поднимались все выше и выше, и я лихорадочно соображала. В прошлый раз, когда они привели меня к водопаду, альтернативная реальность с Софией и моим прошлым «я» на нашей кухне была очень четко видна. Потому что это была сцена из прошлого. Проклятье.

Ладно, нет причин для паники. Нынешнее видение не принесло бы ему никакой пользы. Или…?

Я споткнулась о небольшой, выступающий из земли камень, и меня отбросило назад, когда Нерон остановился.

– Это здесь.

Я выдохнула. Пожалуйста, никакого огня…

Но впереди не было видно пламени. У наших ног, метрах в десяти, гора обрывалась в ущелье, в котором текла раскаленная, извивающаяся лава.

Как будто она почувствовала наше присутствие, движения набрали темп, и поднялся густой белый дым.

Нерон шагнул ко мне сзади и схватил за предплечья.

– Никаких фокусов, – прошептал он мне. Всякая фальшивая вежливость исчезла из его голоса. – И держи глаза открытыми.

Я вздрогнула. Непонятно, произошло ли это из-за силы природы перед нами или из-за его прикосновения. Его инструкция была излишней – даже если бы я захотела, я бы не смогла оторвать глаз от пылающей реки.

Получается, в Тессаректе был не только огромный водопад посреди леса, все сезоны одновременно и различные городские пейзажи в четырех районах, но и еще вулкан. Активный, извергающий лаву вулкан. Твою мать.

От дыма на глаза навернулись слезы, но я держала их открытыми. Потому что в следующее мгновение увидела их. Никаких теней. Никакого абстрактного подобия видения. Это было более реально, чем в моей голове.

Посреди пара поднялись фигуры. Прекрасная незнакомка, которая тащила мое будущее «я» к краю горного склона. И мое нынешнее «я», одетое в пропитанную бензином одежду, крадущееся вокруг нее, чтобы лучше рассмотреть.

– Только не говори мне, что трусишь!

Голос темноволосой женщины был кристально чистым. И она говорила гораздо громче, чем раньше. Так громко, что я вздрогнула.

Это нереально. Это всего лишь видение.

Я пыталась держаться за эту уверенность, но это ничего не давало. Я могла бы поклясться, что они были настоящими. Всего в нескольких сантиметрах от нас.

Все было точно так же, как когда я касалась своих шрамов и могла вернуться в видение, чтобы посмотреть его еще раз. За исключением того, что я не делала это физически. Больше было похоже на проекцию, фильм, снятый специально для нас.

Разговор шел точно так же, как и в моей голове. Хватка Нерона ослабла, когда ветер откинул назад волосы незнакомки.

– …это именно тот момент, когда тебе нужно прыгать, – произнесла она знакомые слова. Ее голос звучал еще более таинственно, чем раньше. Растерянное лицо моего сегодняшнего «я» было последним, что я заметила, прежде чем горячая лава поднялась и все трое растворились в дыму.

Сердце стучало у меня в горле. Все не так уж и плохо. Могло быть значительно хуже. Например, если бы нам показали видение, в котором я разговаривала со своей биологической матерью. Против этого видения я не возражала, я все еще понятия не имела, что именно…

Я не успела додумать эту мысль. Нерон схватил меня за плечи, повернул к себе и впился пальцами в мою кожу. Цвет его лица стал нездоровым.

– Что это было?

Я приподняла брови.

– Я уже говорила, не могу понять, это было слишком запутанно и…

– Что это было? – громко повторил он. Его взгляд стал стеклянным, и смотрел он куда-то позади меня. Нерон уставился в дым, словно пытаясь снова вызвать видение.

– Кто была эта девушка?

Так вот что его интересовало? А не то, что я появилась в дыму в двух вариантах?

– Я бы тоже хотела это знать.

Он встряхнул меня.

– Если ты что-нибудь от меня скрываешь… – остальная часть фразы растворилась в тишине. Он тяжело дышал.

– Я ничего не скрываю! – крикнула я, и паника звучала в моем голосе. Я никогда не видела его таким. Это только подтверждало то, о чем все подозревали: он сумасшедший. Непредсказуемый.

– Я никогда в жизни ее не видела.

Вдруг он отпустил меня, так что я отшатнулась.

– Нет. Но увидишь.

Он схватил меня за запястье и потянул за собой. Обратно к машине.

Я не осмелилась протестовать.

Мы больше не обменялись ни словом. Все его тело дрожало, и вскоре дрожь передалась и мне, несмотря на жару.

Похоже, я была не единственной, кто сегодня потерял самообладание.

* * *

Моя рука уже лежала на дверной ручке, когда дверь распахнулась.

– Ну наконец-то!

Уилл переоделся. Он был босиком, одет в серые спортивные штаны и белую рубашку, волосы были мокрыми от душа. Или от прошедшего ливня. Темные глаза странно сверкали.

– Пожалуйста, скажи мне, что у тебя нет плохих новостей, – вырвалось у меня.

Он помолчал, потом улыбка осветила его лицо.

– Сегодня больше нет.

Я прошла мимо него, сняла куртку и повесила ее на вешалку, прежде чем сбросить с ног сапоги.

– Ты видел Алессу?

Дверь за мной закрылась. Его улыбка стала шире. Боже мой, были даже ямочки на щеках, которые так редко можно было увидеть.

Хотя в этот день меньше всего мне хотелось улыбаться, уголки моего рта тоже дернулись.

– С ней все в порядке?

Он кивнул.

– Скоро она заедет вместе с Дарией. Не спрашивай меня, почему это вдруг разрешили, возможно, это новая манера Нерона подобраться к нам. Лесса воспринимает все это гораздо спокойнее, чем я. Может быть, это из-за ее возраста, или она просто наделена большим оптимизмом.

Я с облегчением застонала.

– Это радует. В самом деле радует.

– Она кажется такой отстраненной, Киа. Как будто все это имеет смысл. Как будто это было ее предназначение. Это сводит меня с ума, и в то же время ничего не могу с этим поделать. Я могу только принять это и надеяться, что с ней все будет не так, как… – Он остановился и опустил взгляд.

– Так, как с нами, ты хотел сказать, – завершила я фразу. – Это нормально. Я знаю, что твоя забота оправданна, но она не будет чувствовать себя так, как ты. Она инвент Идоров. И Дария хорошо о ней позаботится.

– С этим Декстоном она, по-видимому, тоже уже подружилась.

– С малышом все в порядке. В отличие от его сестры.

Он кивнул.

– А что было с тобой? – его улыбка ужасающе быстро исчезла.

– Думаю, что у меня давно не было такого сумасшедшего дня. И это несмотря на то, что последние несколько недель были просто безумными.

Уилл наклонил голову и посмотрел на меня сквозь светлые ресницы.

– Я никогда не привыкну, что тебе грозит опасность. Часть меня верила, что с каждым разом все будет лучше.

– Ты не сможешь привыкнуть к этому, если я не привыкну к этому. Я также думала, что хуже, чем утопление в ванне или пытка водой, уже быть не может, но сегодня утром это застало меня врасплох. Я не была готова, я… – Мой голос сорвался.

Его глаза светились.

– Как так? Как это вообще должно стать привычным?

– Ну, это мое предназначение. В конце концов придется привыкнуть к этому.

– Как только Нерон потерпит поражение, тебе больше не придется ни к чему привыкать. Я позабочусь об этом.

– К слову о Нероне… Мы должны немедленно отправиться в Мигму. Ты бы видел его реакцию сегодня.

Несколькими поспешными фразами я описала ему, что произошло у вулкана.

С каждым моим словом на его лице все отчетливее проступал ужас.

Дверной звонок лишил его возможности ответить. Уилл вскочил, и я последовала за ним.

Дария вышла мне навстречу прежде, чем я успела шагнуть в коридор. Ее узкая фигура была обтянута бирюзовой блестящей водолазкой, а короткие волосы строго зачесаны назад, что почему-то делало ее старше.

– Эй! – она заключила меня в объятия. На мгновение мы замерли. Она не просто обняла меня, а крепко прижалась. Когда я отодвинула Дарию на расстояние вытянутой руки, в ее маленьких, обычно таких веселых глазах промелькнул вопрос.

– С ней все в порядке, – поспешила я сказать. Хотя мы еще вчера коротко поговорили по телефону об Эвелин, видимо, ей хотелось услышать эти слова от меня лично. – С Иви все в порядке, Дария. Тебе лучше пойти со мной. Тебе там понравится, и Фос в любом случае поручил нам привести с собой единомышленников.

– Сегодня у меня ночная смена, но завтра – выходной. – На ее губах появилась храбрая улыбка. – А как у тебя дела?

Я поморщилась.

– Не могу похвастаться тем же.

– Так что все как всегда.

Нам обеим пришлось рассмеяться. В следующее мгновение в гостиную влетела Алесса. Ее длинные светло-русые волосы были собраны в замысловатую прическу из заплетенных кос. На губах играла беззаботная улыбка.

– Привет, Алесса.

Она тянула брата за собой и не отпускала его руку до тех пор, пока ее взгляд не встретился со мной.

– Киа!

Дария шагнула в сторону. Сестра Уилла бросилась ко мне и без стеснения обвила руками мою талию.

Немного растерявшись, я погладила ее по голове. Мы виделись только один раз посреди ночи, когда Уилл представил меня ей и своей матери как свою коллегу.

– Кто тебе сделал эту классную прическу? – спросила я. Я забыла, какими прекрасными были ее глаза. Сходство с Уиллом было безошибочным.

Она с гордостью показала на Дарию, после чего та сделала небольшой книксен.

– Всегда к вашим услугам, мэм. Я наконец-то нашла живую куклу, которая может сидеть неподвижно. На моих собственных волосах трудно что-либо сделать.

– Вы голодны?

Мы все посмотрели на Уилла, который остановился в коридоре.

Вопрос был адресован всем нам, но его глаза уперлись в сестру. В них было столько любви, нежности и нескрываемого облегчения от того, что она стояла перед ним невредимой.

Поэтому я была очень рада, что они воссоединились, сегодня произошло слишком много безумных вещей, и сейчас хотелось отдохнуть и насладиться небольшим ощущением счастья.

Я расправила плечи.

– Нам нужно идти немедленно. Мы не должны терять ни минуты.

Тут он снова взглянул на меня.

– Давайте подождем до завтра. Пожалуйста! Если мы уйдем посреди ночи, это вызовет слишком много шума. Сегодня я должен отвести Лессу к Декстону и…

– И я хочу пойти с тобой в следующий раз, когда ты отправишься к Фосу, – тихо произнесла Дария, умоляюще глядя на меня. – Киа, мне нужно ее увидеть…

Несмотря на то, что моя нервозность по-прежнему была невыносимой, я сдалась.

– Хорошо. Утром. Как можно раньше.

Дария кивнула.

– Обещаем.

Восемь

Серебро

Раздался пронзительный дверной звонок, и я тут же вскочила с дивана.

О сне можно было и не думать, хотя было уже далеко за полночь. Я слушала разговоры Уилла и Алессы вполуха после того, как Дария ушла на свою смену. Она казалась такой же несчастной, как и я, из-за того, что мы не смогли сразу отправиться в район Пноэ. И я не купилась на спокойное отношение Уилла – он просто не хотел паниковать перед сестрой, это точно.

Несколько минут назад он уехал, чтобы доставить ее к Декстону, так что в ближайшее время не должен был вернуться. А главное, он не стал бы звонить…

Я поспешила к двери, пока мои мысли путались, а сердце стучало где-то в горле.

Пожалуйста, никого из Омилии.

Моя просьба не была услышана. На крыльце стоял Пикабо Ирвинг. С огромным зонтиком, на который хлестал проливной дождь, и зловещим видом он стоял в темноте.

– Я не могу, – вырвалось у меня, прежде чем он успел меня даже поприветствовать. Мой рот снова оказался быстрее моего разума. – Мне очень жаль, но я не справлюсь с этим сегодня.

Его глаза сверкнули.

– Добрый вечер, Киана. С тобой все в порядке?

– Да. Нет. Пожалуйста, скажите Нерону, что мне нужен перерыв. Клянусь, это не отговорка.

Он грустно улыбнулся мне.

– Не волнуйся. Посреди ночи никто не повезет тебя в Омилию. Я пришел сообщить, что завтра у тебя выходной. Могу я зайти на минутку?

Напряжение внезапно спало с меня, и я отступила в сторону.

– Ясно. Хотите что-нибудь выпить?

Кого волновало, что он помогал в пытках? Вчера он умолял меня уехать из города.

– Спасибо, ничего не надо. Ты одна?

– Да.

Я помедлила. Пикабо не делал никаких попыток пройти дальше. Он просто сложил зонтик, с которого теперь капало на пол.

– Не хотите присесть?

Покачав головой, он посмотрел на меня.

– У меня не так много времени. Я просто хотел спросить тебя, что случилось сегодня.

Я нахмурилась. Для этого он специально пришел сюда?

– Почему?

– Потому что с тех пор, как я работаю наставником в Центре Стихий, Нерон Лагард еще ни разу не брал отгул и не болел. До сегодняшнего дня.

Волоски на моей шее встали дыбом от воспоминания. Я коротко рассказала о поездке на вулкан и о сцене, которая отразилась в лаве.

– В моем видении что-то было с этой женщиной. Я подозреваю, что ее вид привел его в панику. Может быть, он откуда-то ее знает?

Пикабо медленно кивнул, но выглядел не особо убежденным.

– Ему пришлось принять успокоительное. Даже больше, чем обычно.

Что, простите? Даже больше, чем обычно?

У меня не было возможности копаться в этом.

Его светлые глаза блуждали по моим растрепанным волосам и сползшей пижаме.

– Почему ты все еще здесь? – его морщинистое лицо больше не казалось дедушкиным и добродушным. А скорее выглядело злым. Как будто для него это было личным оскорблением, что я сразу же не воспользовалась его советом. – Почему ты все еще не где-то далеко за горами?

Мне хотелось рассмеяться и спросить его, куда же мне идти, если весь мир перевернулся с ног на голову. Вместо этого я скрестила руки на груди и ответила на его взгляд.

– Я спрашивала об этом раньше, когда вы привели меня на смотровую площадку. Теперь нас определенно никто не слушает. Так что, пожалуйста… пожалуйста, дайте мне знак. Кому я могу доверять? Вы сказали, что на моей стороне.

Он даже не моргнул.

– Тебе нужно бежать.

Разочарованная, я застонала.

– Вы повторяетесь! Что, если есть другой вариант? Люди, которые могут мне помочь? Если я вдруг нашла альтернативу?

– Мигма – не альтернатива, Киана, – тихо сказал он.

Я застыла и почувствовала, как удивление отразилось на моем лице. Откуда, черт возьми…

– Послушай меня, – настойчиво продолжал он. – Есть человек, с которым ты могла бы поговорить, который может рассказать больше о старейшине Пиро, если мое слово ничего для тебя не значит. Ты должна сделать это аккуратно, не вызывая у Омилии подозрений. Отправляйся туда, когда они отвлекутся, и возьми с собой подкрепление.

Я нахмурилась.

– О ком вы говорите?

– Его зовут Джонатан Слейтер. В настоящее время он живет на окраине города, в заброшенной хижине прямо на побережье. Немного боится людей. Постоянно меняет свое местоположение.

Должна ли я отрицать, что имею какое-либо отношение к Фосу? Если Пикабо знает, значит, Нерон тоже?

– Я вас не понимаю, – выдавила я.

Он вздохнул, но затем продолжил говорить так, словно я ничего не сказала.

– Он бывший член Асфалии. Один из немногих, кому удалось выйти из секты живым и не лишиться свободы. Потому что они до сих пор его не нашли. Сейчас он находится на противоположном берегу от этого ночного клуба у Пноэ. Отель «Анема».

Асфалия? Он серьезно хотел, чтобы я разыскала кого-то из этой секты?

И откуда он был знаком с районом Пноэ?

Что, черт возьми, здесь происходит?

– Какое он имеет отношение к старейшине Пиро? – вырвалось у меня, прежде чем я успела сдержать слова.

– Самое прямое, – прошептал он. Не выпуская меня из виду, он схватился за дверную ручку позади себя и нажал на нее. В дом хлынул холодный воздух. – Джонатан Слейтер, – повторил он твердым голосом и исчез под дождем.

* * *

Я все еще была словно в тумане, когда две пары рук потянули меня к дальнему углу вагонетки на канатной дороге и заключили в групповые объятия.

– Привет, ребята, – прошептала я Касперу и Дарии, когда вагонетка пришла в движение.

Ночной визит Пикабо не способствовал тому, чтобы я вчера долго спала, – он только удвоил мою нервозность.

Наставник-Идор и предполагаемый друг моего покойного деда, по-видимому, знал больше, чем мы предполагали. Что требовало срочного сбора.

– Подумай, как я могла это пропустить? – прошептала Дария в ответ, и Каспер кивнул.

– Вот-вот.

Он притворился, что заболел желудочно-кишечным гриппом, чтобы избежать своих смен, а Дария сегодня все равно была свободна. Это устраивало всех, потому что Уилл мог провести это время с Алессой, как он написал мне в сообщении. Наверное, хорошо, что я не буду рядом с ним целый день…

Поездка до тайной остановки прошла значительно быстрее, чем в прошлый раз. Мы все погрузились в свои мысли и не решались начать разговор. Вагонетка была заполнена только наполовину по сравнению с прошлым разом, но, вероятно, это было связано с погодой. Несмотря на весеннее тепло, стая облаков тянулась на восток.

– Хорошего дня! – крикнул нам вслед Аугустус Веллингтон, пока Каспер помогал Дарии и мне выйти на улицу. Мы пересекли стройплощадку, поднялись по дереву вверх и пошли дальше по веревочному мосту.

Как только мы сделали несколько шагов к застекленному зданию и оказались вне пределов слышимости, из меня хлынул поток информации.

– Пикабо знает о Фосе и Мигме? – спросила Дария.

Я пожала плечами.

– Выглядит именно так. Почему он никогда ничего не говорил? И почему все равно хочет, чтобы я сбежала?

– Потому что он, очевидно, считает, что ни у кого в Тессаректе нет действительно надежных мотивов, когда дело касается тебя, – ответил Каспер.

Как выяснилось, ни Дария, ни Каспер никогда не слышали о Джонатане Слейтере.

– Мне правда любопытно, что вы думаете по этому поводу, – сказала я, указывая на дом перед нами. – Иви, кажется, не сомневается.

В волнении я совсем забыла позвонить Фосу и сообщить, что мы поедем к ним.

Если он и был удивлен, то не показал этого, когда подошел и представился Касперу и Дарии. Он выглядел еще более усталым, чем позавчера.

– Эвелин сейчас занята, – ответил он, когда мы спросили о ней. Он махнул рукой бледному мальчику. – Вы оба можете ознакомиться с убежищем, пока Киана расскажет мне последние новости, хорошо?

Дария и Каспер были слишком растеряны, чтобы возражать, и мгновение спустя уже исчезли вместе с парнем в направлении смотровой площадки, в то время как мы с Фосом вошли в дом.

– Сможем ли мы увидеть Иви сегодня? – настойчиво спросила я. Так просто он не смог бы уклониться от моего вопроса. – Чем она занята?

– В настоящее время собирает информацию о своем дяде. Каждая деталь будет важна, если мы хотим сразиться с ним.

– Разве вы не знаете его лучше?

– Никто не знает тебя лучше, чем твоя собственная семья.

Мы сели за большой стол, который сегодня был безлюдным. Куда делись все люди?

– Что именно произошло вчера в районе Пиро, Киана? – спросил меня Фос, тем самым лишив возможности продолжить расспрашивать его.

– Откуда… – Я замолчала и провела ладонью по лбу. Резкая головная боль. Я рассказала ему о видении и, поскольку это не могло навредить, что Нерон чуть не сошел с ума от страха.

Фос тихо вздохнул.

– Его внешнее спокойствие рушится. Ни для кого не секрет, что он принимает слишком много лекарств, чтобы контролировать ситуацию, а не решать проблему.

Пикабо говорил что-то похожее. Все сходится. Что, если ему просто нужна была помощь?

Про себя я покачала головой. Зачем мне тратить впустую хотя бы одну мысль о нем? Мои шрамы были последним примером его жестокости.

– Когда именно он слишком остро отреагировал? – прервал Фос мои размышления. – После того, как увидел ту женщину в отражении твоего видения?

– Она что-то сказала. Что-то вроде того, что нужно прыгать, прежде чем будешь готова. – Ее слова навсегда запечатлелись в моей памяти. Но нет причин говорить об этом ему.

– Большое спасибо за твою помощь. Я рад, что вы посетили нас сегодня. Вы можете приходить сюда в любое время, но сообщи об этом в следующий раз. И поговори со мной, прежде чем раскрывать секрет, хорошо? Это не плохо, я полностью доверяю тебе, но мы не можем рисковать, чтобы информация попала в чужие руки.

Это звучало разумно.

– Извините, я…

Он пожал плечами.

– Ты все еще новичок в Тессаректе. Представляю, насколько все это запутанно, и ты все правильно сделала. В ближайшие дни у нас будет много дел. До сих пор мы всегда действовали из-за кулис, но пора выйти на свет. Следующий большой шаг – освободить твоих родителей, Киана. С этим мы выйдем из-под прикрытия и заставим их услышать нас. Вместе с тобой Кай и Агния являются живым доказательством того, что в Омилии что-то не так. Однако для этого очень важно, чтобы ты продолжала сотрудничать с Нероном. Поверь, я бы с радостью оставил тебя здесь, чтобы защитить от него, но Нерон и Арья перевернут каждый камень, чтобы найти тебя и тем самым поставить под угрозу все наши планы.

Мое сердце забилось при упоминании о родителях. Я кивнула. Вообще-то я подумывала о том, чтобы обсудить визит Пикабо Ирвинга, но сейчас это показалось мне более чем нелепым.

Фос хочет освободить моих родителей. Разве это не было достаточным доказательством того, что он на моей стороне?

Он встал с улыбкой.

– Пусть Нийол расскажет тебе о планах на ночь. Пара наших друзей подготовили особенное мероприятие. Я скоро вернусь, просто сообщу наверху, что нам следует собраться для краткого обсуждения положения, когда ты уже будешь там.

Разве кто-то другой не мог посвятить меня в подробности?

У меня не осталось возможности произнести вопрос вслух. В любом случае, он уже обошел вокруг стола и пошел по лестнице наверх.

– Мечтаешь?

Я повернулась и посмотрела прямо в черные сверкающие глаза.

Нийол улыбнулся мне и протянул руку. Невинный жест. В этом парне не было ничего невинного.

– Пойдем наружу? Там воздух лучше.

Я встала, но проигнорировала его руку. Его сегодняшний наряд состоял из светлой джинсовой рубашки, натянувшейся на плечах, черных матерчатых брюк и черных «мартинсов». Темные волосы были собраны в узел на затылке.

– Ты знаешь, где Иви? – спросила я вместо приветствия.

Его глаза сверкнули.

– Наверху, насколько знаю. У них мозговой штурм, чтобы найти слабое место Нерона. Я тоже имел честь присутствовать, когда дело дошло до Арьи. Не то чтобы я дал им что-то полезное…

Мы вышли на мостик, и я подставила лицо свежему ветру. Дарии и Каспера нигде не было видно. Возможно, их также повели в домики на деревьях, которые явно были здесь самыми впечатляющими.

На поляне сидели группки людей и оживленно болтали. Вместе с яркой зеленью и городом на заднем плане все выглядело как идеальный параллельный мир. Место среди гор, где царит покой.

Слишком идеальный, чтобы быть правдой?

– Как вы на самом деле приводите в действие свой дар? – спросила я, когда мы дошли до флага четырех стихий и прислонились к перилам. Это был простой вопрос, ответ на который уже когда-то слышала, но, хотя я уже несколько недель находилась в Тессаректе, все еще было так много неясностей. Как я должна узнать больше о своем собственном даре, если даже не понимаю уже существующих?

Между темными бровями Нийола появилась небольшая морщинка, и он задумчиво посмотрел на меня.

– Мы можем остановить время, когда оказываемся в свободном падении на закате. При этом не имеет значения, делаем ли мы это с помощью прыжка с тарзанки или просто прыжком в бассейн с водой. Но срабатывает только когда прыгаем парами, и это делает дар не таким уж крутым.

– Значит, все застывает? – в конце концов, именно так было в моем видении, когда я посетила его во второй раз.

Нийол кивнул.

– Дурацкие тренировки в Омилии не очень-то помогают. Лучше бы я использовал его в повседневной жизни. Если снова облажаюсь, и мне понадобится время, чтобы подумать, как все исправить. Уверен, тебе тоже часто этого хотелось, а? Просто нажать кнопку паузы? Иногда для того, чтобы отвлечься от реальности на несколько минут…

– Что за мероприятие готовится? – продолжила я, не отвечая на его вопрос. У меня определенно не было никакого желания углубляться в разговор с бывшим.

– Вторая вечеринка восстания. Первая акция прошла с успехом, я тоже там оказался, в то время, конечно, как посторонний, и до сих пор, по-моему, никого не арестовали. Они проникают в четыре района, распространяют листовки, произносят речи, сеют сомнения. Своеобразная демонстрация, интегрированная в ночную жизнь. А когда становится трудно, уходят через туннели. Фос сказал, что таким образом им удалось привлечь новых членов. И определенно заставить людей задуматься.

– Как это может сработать? Разве подземный город не контролируют?

Я подумала о том, как Иви и Дария познакомились с Каспером и Нейтом.

– Конечно, за ним следят, но в каждом районе есть бесчисленное множество входов. Входов, о которых даже Омилия ничего не знает. Нерон и Арья знают дорогу через Идор и Пноэ. А еще по всему городу забронировали места еще несколько недель назад. Замаскированные под невинную вечеринку.

– А что будем делать, если нас поймают?

Нийол наклонился, оперся локтями о перила и ухмыльнулся мне.

– Ты имеешь в виду, если нас поймают на том, что мы танцуем и веселимся, и у нас в руках случайно будет флаер злой организации? Тогда, конечно, мы сделаем вид, что ничего не знаем.

Я кивнула и устремила взгляд на небо, чтобы не смотреть на него.

Он подошел ближе. Я чувствовала его запах.

– Фос будет нашим спасением, – прошептал он мне, и его дыхание щекотало мое лицо. – Скоро все будет как надо, и игра в прятки закончится. Скоро каждый человек в Тессаректе узнает правду, и эти монстры получат свое.

Весенний аромат свежескошенной травы и цветов, царивший здесь повсюду, сменился корицей. Пряной. Темной.

Я сделала шаг в сторону и теперь все же бросила на него взгляд. Чистой воды решимость украшала его лицо.

– Где на самом деле Гайя?

Он пожал плечами.

– Я еще не видел ее здесь. Подозреваю, она занята важной миссией.

– Это звучит довольно неубедительно, – пробормотала я, нахмурившись.

Нийол не получил возможности ответить мне, потому что в этот момент Фос вышел из дома с несколькими людьми и пошел по направлению к нам.

– Дорогие друзья! – воскликнул старейшина Пиро и вышел на платформу, чтобы все собравшиеся могли его видеть. – Спасибо, что пришли. Прежде чем мы приступим к выполнению наших обязанностей, я хотел бы еще раз вкратце сказать несколько слов о нашем нынешнем положении. Я благодарен каждому, кто будет частью акции восстания сегодня ночью. Жертва, которую вы приносите за нашу общину, ни в коем случае не является само собой разумеющейся, и я сделаю все возможное, чтобы отплатить вам за это в ближайшем будущем. Вместе мы будем сеять сомнения и вселяться в умы жителей Тессаректа.

По толпе пронесся шепоток. Голос Фоса не был особенно властным, и даже его облик не внушал особого уважения, не то, что у Нерона, но каждое слово, казалось, меняло настроение. Стремление к действию, витавшее в воздухе, и мотивация людей казались очевидными.

– Нас не так много, но много и не нужно. Требуется всего 3,5 процента населения, чтобы парализовать целую страну, дорогие друзья. Наши сердца в правильном месте. Мы будем убедительны, но не должны рисковать тем, что кто-то пострадает при этом. Помните: цель не оправдывает средства. Человеческие жизни неприкосновенны. Мы – мирный союз, и хотим доказать нашим согражданам, что присоединяться к нам не опасно.

Я встала на цыпочки, чтобы лучше рассмотреть его лицо. Похоже, он не репетировал эту маленькую речь – она прямо-таки лилась из него. Никто не издал ни звука, все завороженно прислушивались к каждому слову.

– Тем не менее пришло время использовать оружие посильнее, – продолжил Фос. – Ударим Омилию в ее самое слабое место. Мы должны создать определенное ощущение угрозы, чтобы туристы уехали и идиллия рухнула. Кроме того, все одаренные будут воздерживаться от использования своих даров в течение следующих нескольких дней, чтобы вызвать бурю и повергнуть Тессарект в хаос. Я понимаю, что это очень радикальная мера, но обещаю вам, что скоро в этом больше не будет необходимости. – Он сделал короткую паузу, чтобы слова подействовали на нас. – Кроме того, мы будем проводить демонстрации средь бела дня, развешивать плакаты и провозглашать истину. И когда Нерон и Арья будут полностью заняты сглаживанием ситуации, тогда перейдем ко второму этапу плана и освободим наших союзников из Десмота.

Бурные аплодисменты и возгласы приветствия. Эйфория и жажда борьбы.

Я повернулась к Нийолу. Он тоже хлопал, но в выражении его лица не прослеживалось энтузиазма. Его челюсть была напряжена, а взгляд устремлен вперед. Думал ли он о своей матери, которая заплатила своей жизнью за то, что выступила против Омилии?

Фос подал знак толпе, и после того, как некоторые из них мне улыбнулись, они снова исчезли в направлении домов.

– Пойду проверю, как там мои друзья, – сказала я Нийолу.

– Конечно. – В его голосе действительно слышалась задумчивость. – Я пришлю тебе подробности о сегодняшней ночи.

Я уже начала уходить. Не оборачивайся. Каким-то образом я еще хуже переносила его, когда он был дружелюбен со мной.

– И, Киа?

Мне потребовалось немало силы воли, чтобы не замедлить свои шаги.

– Было приятно тебя видеть.

Я не могла сказать то же самое.

* * *

Дария и Каспер как сквозь землю провалились. Мой мобильный здесь не ловил, поэтому я даже не могла связаться с ними.

Я дошла до опушки леса, но повернула назад, потому что ветер становился все сильнее и сильнее, а небо темнело. На самом деле, даже упали несколько капель дождя. Похоже, разные одаренные здесь действительно сводят на нет фокусы с погодой.

Вернувшись в дом, спросила, видел ли кто-нибудь этих двоих, но после нескольких неудачных попыток я сдалась. В целом здесь было гораздо меньше людей, чем несколько минут назад. Куда делись все те люди снаружи? Вход в верхние этажи был перекрыт несколькими серебристыми заграждениями, и даже Нийол и Фос исчезли. Действительно странно…

Поскольку мне больше ничего не оставалось, я покинула убежище, прошла обратно по подвесному мосту и через ствол дерева и вернулась на ближайшей вагонетке по канатной дороге обратно в город, где битком набитая гондола доставила меня до ближайшей станции подземного города. Чем больше я удалялась от укрытия Мигмы, тем больше прояснялось небо. Это было действительно безумно. И жутко. Как только в поле зрения появились небоскребы и шикарные новостройки, мой телефон начал вибрировать без перерыва.

Три текстовых сообщения от Дарии, два пропущенных звонка от Каспера, одно сообщение от Уилла и одно от Нийола.

Я открыла их по очереди.

Где ты?

Он что, серьезно не позволит нам увидеть Иви? Она вообще здесь?

Хорошо, мы сделали это. Не знаю, где ты застряла, но поговорим позже!

Сообщение Уилла состояло из фотографий. На первой половине из них было смеющееся лицо Алессы, на другой было запечатлено, как он, видимо, пытался вырвать у нее из рук свой телефон, сохраняя при этом серьезное выражение лица. Пульсирующее тепло наполнило мой живот и распространилось до кончиков пальцев. Как непривычно было видеть его беззаботным… В повседневной ситуации. Было так приятно, что сестра пробудила в нем эту сторону.

Взглянув на время, я поняла, что фотографии были только что отправлены. И вот уже в окне чата появилось еще одно сообщение.

Прости, не мог удержать ее от этого. Она такая же упрямая, как и ты, если вбила себе что-то в голову, то я ничего не могу поделать.

Словно сумасшедшая, я стояла в оживленной суете людей, которые стекались мимо меня к железной дороге, и улыбалась дисплею своего мобильного телефона. Даже не волновало, что меня толкали.

Как проходит твой день?

И это все? Никаких переживаний из-за того, что я снова поехала в Пноэ без предупреждения?

Словно в трансе, я позволила себе дрейфовать в толпе и поднялась по белым мраморным ступеням наверх.

Лесса оказывает на тебя хорошее влияние.

Я отправила сообщение, прежде чем успела поразмыслить об этом, и продолжила печатать:

Есть о чем рассказать, но, по крайней мере, сегодня никаких физических проблем. А у вас?

Ожидая его ответа, я попыталась перезвонить Касперу. После двух гудков он отклонил звонок.

С Иви. Встретимся сегодня вечером в подземном городе?

Я послала ему быстрый ответ и села на следующий поезд с серо-голубым узором, который шел на запад. Больше от Уилла ничего не пришло. Все хорошо. Пока он присылает мне селфи, мир в порядке.

Посмотрим, что он скажет сегодня про акцию Мигмы. Возможно, несколько часов, чтобы отвлечься, были именно тем, что мне сейчас нужно, если уж я не могла отправиться прямо в тюрьму под землей и освободить своих родителей.

Я открыла сообщение Нийола. Он просто отправил местоположение, которое открылось одним щелчком в картах Google.

Таверна «Таласса».

– Следующая остановка: «Нулевая точка», – раздался механический голос. Мы прибыли в Омилию.

Я спонтанно вскочила и вышла на переполненную платформу. Опустив голову, побежала прочь.

Прогулка домой поможет проветрить голову и привести мысли в порядок.

* * *

Куполообразная крыша и озеро только скрылись из поля зрения, как я прямо-таки оказалась в объятиях рассказчика.

Я сознательно выбрала обходной путь, чтобы уйти от туристов и знакомых лиц, и пошла по узкой улочке между темно-серыми домами. Мой взгляд был устремлен на мостовую, чтобы не наступить в одну из грязных луж, и вдобавок я надвинула на лицо вязаную шапку.

Улица неожиданно свернула на небольшую площадь, на которой возвышалась викторианская церковь. Когда я подняла голову, небо вспыхнуло и на меня обрушился мелкий дождь.

– Очень приятно, у меня есть слушательница! – донесся до меня хриплый голос человека в капюшоне синего цвета, который, казалось, не беспокоился о погоде. В разгар дождя он или она – я не была полностью уверена, капюшон скрывал лицо – сидел, сложив ноги по-турецки на мокром выступе лестницы.

– Я не туристка! – воскликнула я, уже собираясь развернуться, чтобы вернуться в переулок и, возможно, все же пойти по главной улице. Да, мне нравились мистические истории, но сегодня мой мозг не мог обработать больше загадочной информации. Когда-нибудь он лопнет.

– Знаю, – тотчас же пришел ответ. Ладно, определенно мужчина. – Эта история все равно тебя заинтересует.

Класс. Свита Нерона преследовала меня, несмотря на то, что сегодня он был не на месте?

– У тебя ведь наверняка есть романтическая жилка, да?

Я закатила глаза, но остановилась. Это походило на обычный разговор, призванный привлечь внимание незнакомцев. Наверное, ему было просто скучно, потому что вряд ли кто-то еще забредет сюда.

– Ладно, у меня есть немного времени, – уступила я и сделала несколько шагов ему навстречу. Как всегда, любопытство победило.

Когда он начал, его голос стал еще более хриплым, и как будто можно было даже услышать улыбку.

– Когда-то двое молодых влюбленных были разделены проливом Геллеспонта. Их любовь была запретной, ведь красивый юноша принадлежал к знатной семье, которая, согласно легенде, была потомками Посейдона, правителя морей. Прекрасная дева на другом берегу происходила от Зевса, которому принадлежал огонь, якобы самый мощный из четырех стихий. Огонь и Вода совсем не уживаются друг с другом, это знал каждый ребенок, но это не мешало им обоим писать друг другу страстные письма, которые тайно передавал один рыбак. После нескольких месяцев любовной горячки и тоскующих взглядов из своих башенных окон она твердо решила: они должны встретиться вопреки здравому смыслу. Итак, однажды ночью юноша прыгнул из своей комнаты в воду и, ведомый пламенем, которое зажгла его любимая, поплыл на другой берег, где она ждала его. Их первая встреча была волшебной – она превзошла все их ожидания и развеяла те немногие сомнения, которые посеяли в них их семьи. Кого волновало, что по правилам они не подходили друг другу? Когда они соприкоснулись, мир замер. Море успокоилось, все огни в комнате погасли. И оба чувствовали себя сильнее, чем когда-либо. Они поклялись никому, кроме рыбака, не доверять свою тайну, и юноша начал плавать к ней каждую ночь, постоянно направляемый мерцающим пламенем на горизонте. Это была невысокая цена, которую он должен был заплатить, чтобы быть рядом с ней. Вода, казалось, все равно подчинялась ему.

Какое-то время все шло хорошо. Влюбленные были счастливы. Они чувствовали себя более живыми, чем когда-либо. До того момента, пока сестра девы не узнала их секрет и не предала их своей семье. Юноша был вне себя – он боялся, что они покинут остров, отправят его возлюбленную в далекий край, чтобы держать ее подальше от него. Поэтому он и поплыл в ту ночь, хотя в небе бушевала гроза. Молнии разрывали воздух, а волны вздымались на много метров в высоту. «Все будет хорошо», – подумал он. Любовь, в конце концов, бросает вызов всем препятствиям. Но тут свирепый ветер задул огонь в башне его возлюбленной, и юноша потерял ориентир. В борьбе с ветром и волнами его конечности, наконец, устали, и он сдался. Когда на следующее утро дева выглянула из окна, то обнаружила тело своего возлюбленного, выброшенное на берег. Вне себя от боли и гнева, она возненавидела свою семью, зажгла огонь, который сжег всю башню, бросилась в воду и соединилась с ним в смерти.

Девять

Бриллиант

Рассказчик замолчал и склонил голову.

– Серьезно? – вырвалось у меня. – Для этого ты меня остановил?

Раздался его хриплый смех.

– Продолжение истории… – он не стал заканчивать фразу. – Ах да, ты не туристка, могу не рассказывать остальное. Желаю приятного дня, Киана Либерт.

Разозлившись, я повернулась и пошла прочь. Это не могло быть взаправду!

Рассказывал эту историю специально для меня? Как он вообще меня узнал? Он едва ли поднимал глаза. К тому же мораль была немного нарочитой, разве нет?

Я вздрогнула. Против своей воли я была полностью погружена в повествование. Я видела перед собой бушующее море. Окна замка. И, ко всему прочему, лица моих родителей. Этого мне только сейчас не хватало!

С другой стороны… С другой стороны, Пикабо Ирвинг, который явно принадлежал к числу хороших, тоже предупреждал меня об опьянении. Он сравнивал его с наркотиками. Возможно, на самом деле только одаренные разных стихий, влюбленные друг в друга, впадали в опьянение, а дружба не имела к этому никакого отношения. Это также объяснило бы психическое состояние Нерона…

Говоря о Нероне, почему мое видение началось с него, а закончилось чем-то совершенно другим? Обычно то, что я слышала и видела вначале, выбирая правильный путь, имело решающее значение. В первый раз я увидела свои глаза – глаза Агнии – и оказалась в видении, в котором разговаривала с ней. Затем была татуировка Нийола два раза подряд, и следующие две сцены в моей голове также были связаны с ним.

Что это была за таинственная женщина и утес?

Наверное, нельзя оставлять это – рано или поздно мне придется снова посетить видение, чтобы узнать, присоединится ли к нам потом Нерон. Надеюсь, тогда я смогу это понять.

Мои мысли путались, каждая теория поднимала новые вопросы.

В поле зрения появился наш дом. Плющ между тем разросся так высоко, что обвивался вокруг черной лестничной площадки. Если так будет продолжаться и дальше, у нас скоро все будет выглядеть, как в зимнем саду Ариэль.

И снова улыбка промелькнула на моих губах. Она просто появилась из ниоткуда.

Я освобожу своих родителей. Когда-нибудь по-настоящему позабочусь о них. А потом навещу своих приемных родителей. Хотя я не могла простить им того, что все эти годы они не говорили мне правду.

Я медленно поднялась по лестнице. Останавливаясь на каждой покрытой листвой ступеньке. И мои друзья. Когда-нибудь я снова увижу их. Лео, Элли, София. Если мы переживем все это, никто больше не сможет помешать мне поехать в Лидс.

Если.

Я толкнула дверь и вошла внутрь. Как могло получиться так, что в этом доме пахло чем-то родным? Как я могла чувствовать себя здесь комфортно, хотя каждый сантиметр должен был напоминать обо всех ужасных вещах, которые произошли со мной здесь?

Вместо этого скрип деревянного пола был похож на давно забытую мелодию, которая одним махом возвращала счастливые времена. Вид пар обуви в коридоре был таким знакомым. Они валялись рядом с ковриком, потому что ни Уилл, ни я не были особенно аккуратны. Помещение, которое показалось мне таким искусственным в первый раз, теперь просто кипело жизнью. Каждый предмет мебели хранил воспоминание. Меховой ковер перед камином, который вел в спальню Уилла. Диван, на котором мы целовались еще несколько недель назад, а потом обнаружили мой шрам. Книги на полке, специально подобранные по моему вкусу, и которые в другой жизни, в параллельном мире, где я была бы совершенно обычной девушкой с обычными проблемами, сразу бы проглотила.

Я приготовила себе чай, проверила телефон на наличие новых сообщений от Уилла – ничего, его сестра, вероятно, заняла все его внимание – и схватила свою чашку, чтобы подняться наверх.

Мне нужно было убить время, пока он не вернется, и тогда мы сможем поговорить о мероприятии сегодня вечером. Несколько дней назад Уилл тут же выразил бы свои сомнения и попытался бы помешать мне пойти. Я не была так уверена в новой, мстительной версии моего инвента.

Одним осторожным движением я задрала свой свитер вверх, чтобы осмотреть шрамы. Красные линии на светлой коже напоминали гротескную 3D татуировку. Они выглядели не как свежая рана, а как будто им уже несколько дней. По опыту я знала, что они скоро исчезнут. А с ними и возможность узнать больше о моем будущем.

Я шагнула в комнату и застыла посреди движения. Чай пролился и капал на темно-красный плетеный ковер.

– Скажи, пожалуйста, сколько времени тебе нужно на дорогу домой?

Там сидел Нийол. Подобрав под себя ноги. На моей незастеленной кровати.

– Разве мы не попрощались час назад?

– Не могу вспомнить, чтобы ты прощалась. Ты просто сбежала. Довольно грубо с твоей стороны.

– Разве это не должно было быть явным признаком того, чтобы меня оставили в покое?

Я подошла к столу и поставила дымящуюся чашку, чтобы чем-нибудь заняться и не продолжать смотреть на него, сидящего на матрасе, как будто это было самое обычное дело на свете.

– Почему, черт возьми, ты просто не позвонишь, если тебе что-то нужно?

– Дверь была открыта, я воспринял это как приглашение. И я не знал, придешь ли сегодня вечером, потому что ты не ответила на мое сообщение.

Я отвернулась и закатила глаза. Села на стул. На довольно большом расстоянии от него.

– Вряд ли это был вопрос. Ты прислал мне ссылку.

– Твой надзиратель не вернулся домой с тобой, да? – спросил Нийол, не отвечая мне. Черты его были нейтральными, но глаза сверкали. Ему было невероятно весело.

– Нет, не вернулся. Что тебе нужно?

Он театрально вздохнул и скрестил руки за головой, прежде чем упасть на подушки. Поверх рубашки он теперь надел широкую черную толстовку с капюшоном, которая тем временем скользнула вверх, так что я могла видеть его белые боксеры и загорелую кожу.

Раскаленная ненависть закипела во мне. Сначала она была направлена на него, потому что он был здесь, а через несколько секунд – на себя саму, потому что я все еще так бурно реагировала на это.

– Наверное, я не заслуживаю другого обращения, – пробормотал Нийол. Словно ему тоже было трудно смотреть мне в глаза, он перевел взгляд на потолок.

Мне совсем не хотелось думать, что сегодня ночью я лягу в свою постель и почувствую его запах на простыне. Я не хотела иметь с ним ничего общего. Почему он делал все таким чертовски трудным?

– Итак, как можешь себе представить, это был предлог, чтобы я пришел сюда из-за вечерней акции. Я хотел извиниться перед тобой.

Покачнувшись, он сел и пристально посмотрел на меня. В его глазах все еще светился блеск, но теперь это не было забавой. Его кадык ходил туда-сюда.

Это был страх?

– Я должен был сделать это гораздо раньше. Так что – даже если это будет слишком поздно и ни к чему тебя не приведет: прости за то, что произошло в Лидсе. За то, что я сделал с тобой. Мне очень жаль, что я воспользовался твоей лучшей подругой. А потом тобой. Хотя ты была так добра ко мне. Прости, что слушала меня часами по ночам, а я никогда не спрашивал, как у тебя дела. И больше всего мне жаль, что я настроил против тебя Софию, поцеловал тебя и переспал с тобой. Это было действительно паршиво.

Ненависть угасла так же быстро, как и пришла. В отчаянии я цеплялась за последний остаток чувства. Хотела вызвать ее снова. С ней мне было бы проще. В отличие от комка в горле, который перекрыл воздух и заставил горячие слезы навернуться на глаза.

Проходили секунды. Грохот дождя по крыше смешивался с моими прерывистыми вздохами. Его беспомощный взгляд остановился на мне.

– Чем я могу помочь? – казалось, спрашивали меня черные глаза. – Скажи мне, как я могу помочь.

Человек, который тебя уничтожил, не может быть тем, кто соберет тебя обратно.

Но слышать эти слова из его уст не было похоже на разрушение.

– Могу я… Могу я взять тебя на руки? – никогда еще я не слышала этого голоса. Грустный, да, опустошенный, соблазнительный, ироничный. Но никогда – неуверенный.

И все же, или, может быть, именно поэтому, я покачала головой.

– Оставайся там, где есть, – выдавила я.

– Ладно. Ладно, прости.

Казалось, прошла целая вечность. Черные и серые облака миновали окна, и наступила ночь.

Раз он мог подавить свою гордость и извиниться, то может посмотреть, что это делает со мной.

– Хорошо, – мой голос звучал нормально, и я с облегчением выдохнула. – Все нормально. Итак, по поводу акции мне сначала придется поговорить с Уиллом. Это все, ради чего ты пришел?

Я увидела боль в его глазах. Я достаточно часто видела ее в Уилле, когда он впитывал мои чувства, как губка. Трудно поверить, но Нийол действительно казался способным на сочувствие…

К счастью, он быстро пришел в себя и принял нейтральное выражение. По винтовой лестнице послышались шаги.

– Киа? – прокричал Уилл. – Ты одна?

Должно быть, он был на полпути. Гроза была как всегда громкой, но я почти никогда не пропускала звук открывшейся входной двери.

Ты была изрядно увлечена…

Я вскочила со стула. Понятия не имею, о чем я думала. Может быть, хотела преградить ему путь и увести вниз. Или заставить Нийола спрятаться под кроватью. Нелепо. Это была бы прекрасная возможность задушить моего инвента. Тем не менее меня просто грызла совесть.

Почему, собственно, черт возьми?

Выражение лица Нийола изменилось за считаные секунды. Широко ухмыляясь, он наблюдал, как я запаниковала, затем скользнул немного дальше назад, пока не уперся в стойку кровати. Одной рукой распустил косу, так что волосы упали ему на плечи, другой натянул одеяло на ноги. Не хватало только, чтобы стянул через голову толстовку и рубашку.

Я бросила на него убийственный взгляд и шагнула к перилам, где уже появилась светлая шевелюра Уилла.

– Привет! – крикнула я, слишком громко и запыхавшись по необъяснимой причине.

Наши взгляды встретились. Рефлекторно Уилл лучезарно улыбнулся мне. Сначала в улыбке отразилось облегчение. Значит, он все-таки беспокоился обо мне? Затем пришло удовлетворение. Так он выглядел и тогда, когда смотрел на сестру. А потом было что-то еще. Что-то, что исчезло за последние несколько дней, а теперь постепенно возвращалось. Тоска, с долей неуверенности.

В моем животе заметалась дикая стая бабочек.

Самое время, Киа.

– Здравствуй, Уильям.

Глаза Уилла сузились, и он поднялся на последнюю ступеньку, посмотрел мимо меня на кровать и застыл.

– Он как раз собирался уходить, – вырвалось у меня. Больше всего мне хотелось бы дать пощечину самой себе. Разве это не был тот точный набор слов, который Уилл использовал, когда Нийол появился на пороге нашей двери?

– Ах, не знаю, мне вообще-то здесь очень уютно…

Я повернула голову и сверкнула глазами на Нийола.

– Мы все еще не друзья. Только от того, что ты впервые доказал, что у тебя есть намек на порядочность, ничего не изменится.

Было ясно, что он должен был снова превратиться в придурка, как только Уилл оказался рядом.

Он открыл было рот, конечно, чтобы ответить что-нибудь глупое, но я снова повернулась к Уиллу. Независимо от того, что сейчас чувствовал, он прилагал все усилия, чтобы не показать этого.

– Я буду внизу, если понадоблюсь, – сказал он сдержанным голосом, повернулся на пятках и исчез.

Проклятье.

– Что это между вами, ребята? – продолжил Нийол, усмехнувшись. По крайней мере, одеяло зашуршало, и в следующий момент он встал. Похоже, подозревал, что зашел слишком далеко. – Вы ведь не вместе, верно? Иначе он бы взбесился…

Я повернулась.

– Пожалуйста, просто убирайся! И в следующий раз, когда захочешь поговорить, просто позвони мне, идиот.

На мгновение я поймала себя на том, что вижу разочарование в его улыбке, затем он поднял плечи.

– Напиши мне, если он даст тебе выйти позже, детка.

С этими словами он протиснулся мимо меня, намеренно проведя по моей руке, и скатился вниз по перилам лестницы.

Я подождала, пока не услышала, как хлопнула дверь, потом тоже спустилась вниз. Уилл стоял на кухне, уже сняв куртку, и как раз собирался сделать себе бутерброд.

– Будешь бутерброд? – спросил он, не поворачиваясь ко мне.

– С удовольствием, – сказала я, хотя на самом деле не была голодна. – Я не знала, что он здесь. Он ждал, когда я вернусь домой.

– Тебе не нужно оправдываться. – Он говорил дружелюбно и отстраненно, но я не доверяла его голосу до тех пор, пока он не повернется и не позволит мне увидеть свое лицо. – Я не имею права ревновать.

– В любом случае для этого нет причин.

Он сложил два ломтика тоста, чтобы разрезать их пополам, и остановился. Отложил нож в сторону. Его плечи расслабились и опустились вниз.

– Ладно, я все равно ревную.

Мое сердце болезненно забилось о грудную клетку.

– И теперь я схожу с ума, потому что не знаю, как это интерпретировать, – он очень медленно повернулся. В его взгляде была осторожность.

– Как ты должен интерпретировать что? – почему, почему, почему я шептала?

Я хотела объяснить ему, почему Нийол пришел сюда. Устранить недоразумение. Но чем дольше мы смотрели друг на друга, тем труднее становилось ясно мыслить.

– Твое сердцебиение.

Это было уже слишком. Я не могла этого вынести. Покачав головой, прервала слишком пристальный зрительный контакт и пошла в гостиную. На безопасное расстояние.

О боже, что со мной не так?

– Извини, я не хотел… – Тут же отозвался Уилл.

– Прекрати извиняться! – застонав, я села в ближайшее кресло и закрыла лицо руками. – И перестань притворяться, что совсем не понимаешь, почему я так на тебя реагирую.

Он обошел вокруг стола, но шагов не было слышно.

– Я…

– Нет, – бросила я ему это и подняла глаза. – Теперь мы поговорим о Фосе. И о мероприятии сегодня вечером. Об Алессе и Пикабо Ирвинге. Не о наших дурацких чувствах, понял?

При слове «чувствах» его сдержанность ослабла. Под ней проступило чистое блаженство.

– Прекрати ухмыляться!

Теперь он рассмеялся, и мне пришлось собраться с силами, чтобы не присоединиться к нему. Перепады настроения в чистом виде сегодня.

– Сейчас приготовь нам бутерброды, подойди сюда и сядь. На кресло позади меня, – я указала в другой угол гостиной.

– Твое желание для меня закон.

Через несколько минут мы оба сидели в гостиной и заканчивали есть. Молча. Тишина между нами была почти безумной. Хотя мы действительно должны были поговорить обо всем остальном, я не могла думать ни о чем, кроме нас.

– Ты сказала, что не сможешь с этим справиться, но когда, Киа? – мягко начал он. – Когда станет легче? Здесь, сейчас, это наша жизнь, хотим мы этого или нет. Мы не сможем пережить это вместе, если не поговорим.

Я не была готова к этому разговору. Может быть, никогда не буду готова.

Это как раз тот момент, когда тебе нужно прыгнуть…

Своему голосу я не доверяла. И молча кивнула.

* * *

– Я не знал его. Нийола. Не лично. Даже не знал его имени. Нерон дал мне его номер и велел прислать ему информацию о тебе. Я был в Лидсе до него, я знал твою жизнь изнутри. Так что предоставил ему всевозможные подробности. Твой график смен в баре и галерее. Любимые кафе тебя и твоих друзей. Твоя любимая музыка. Все эти дерьмовые штуки, которые облегчили к тебе доступ. Это было отвратительно, я понятия не имел, зачем это делаю, но Нерон продолжал угрожать, что превратит Алессу в инвента и жизнь моей семьи в ад, если я буду задавать слишком много вопросов или не подчинюсь. – Его горький смех заполнил комнату. – Иронично, если посмотреть на нас сейчас. В любом случае, я сделал то, что он просил, хотя мне было больно видеть, как ты идешь на погибель. Когда раскаяние становилось слишком сильным, я напоминал себе, что это твоя вина, что ты разрушила мою жизнь, а не наоборот. Потом я узнал тебя. Настоящую тебя, а не то, что я понял за месяцы во время наблюдения. Ты знаешь, что случилось потом. Нет, это не совсем так. Ты понятия не имеешь о том, какой я тебя увидел. Всегда была эта ненависть, потому что я не мог защитить себя от связи с тобой. Кроме того… Кроме того, я никогда в жизни не встречал настолько сильного человека. Который никогда не позволяет себе опустить руки, как бы тяжело это ни было, как бы страх ни съедал его. Ты потеряла все, но никогда не сдавалась, Киа. Это качество и есть твой настоящий дар. Забудь о видениях и альтернативных реальностях.

Он судорожно вдыхал и выдыхал.

– Когда ты упомянула Нийола, я струсил. Ты была такой в конце концов из-за всего, что произошло, но это была не единственная причина, по которой я ничего не сказал. Я боялся твоей реакции. Я был эгоистом и не хотел подвергать опасности то, что сложилось между нами. Это было похоже на наркотик – быть рядом с тобой. Я просто хотел, чтобы ты вечно смотрела на меня так, как на западной крыше Омилии, в ночь праздника. Если бы мог повернуть время вспять, я бы это сделал. Рассказал бы тебе все с самого начала.

– Я бы, наверное, простила тебя, – тихо сказала я, когда он не стал продолжать.

Я все еще не могла смотреть ему в глаза, но и молчание не помогало.

– На самом деле, это имеет смысл, что ты был вовлечен, ты следил за мной в течение нескольких месяцев. И ты был такой же жертвой системы, как мои родители или я. Кроме того, ты меня не знал. Я была какой-то случайной девушкой, которая перевернула твой мир с ног на голову только из-за своего существования. У тебя не было выбора. Ты подчеркивал это снова и снова. Не знаю, на что я была бы способна, если бы Нерон угрожал моей семье или друзьям. Я бы, наверное, поступила так же, как ты. Дело не в этом, Уилл. А в том, что ты был со мной каждую секунду и позволил мне… Испытывать эти чувства. Ты позволил мне наткнуться на нож. Не говоря мне правды.

– Посмотри на меня.

Все внутри меня сжалось, как только наши взгляды встретились.

– Разве ты не понимаешь? – продолжила я, не в силах изгнать сердитые ноты из своего голоса. – Я доверяла тебе. Было чертовски трудно доверять тебе, и я все равно это делала. Хотя знала, что ты мой инвент, и ты все испортил.

– Мне очень жаль, – Уилл поднялся с кресла и сел на диван рядом со мной.

Я покачала головой. Пожалуйста. Никакого физического контакта.

– Послушай, мне очень жаль, что я злоупотребил твоим доверием, но это не имеет никакого отношения к моим чувствам к тебе. Наоборот. Я был эгоистом именно потому, что у меня есть чувства. И… Я не мог причинить тебе боль.

– Потому что ты мой инвент? – пошутила я.

– Я пытался сказать тебе. Неоднократно. Но не мог произнести эти слова.

– Это твое оправдание? Какое-то сверхъестественное принуждение удержало тебя от этого?

– Я трус, – повторил он.

– А я просто глупая.

– Нет, это не так. Мне жаль, что я скрыл от тебя правду, потому что не мог вынести твоей реакции. Тем не менее я серьезно относился ко всему остальному. К каждому сказанному слову.

– Да, – фыркнула я. – Конечно. Ты же мой…

– Прекрати это, – прервал он, схватил мою руку и крепко сжал ее, прежде чем я смогла ее убрать.

– Я в тебя влюблен. Нравится тебе это или нет. Я буду продолжать любить тебя, даже когда твои чувства уйдут. Ты злилась на меня последние несколько дней, так? Ты меня ненавидела. На мне все это не отразилось. Я почувствовал это, и это не изменило того факта, что я смотрел на тебя и у меня билось сердце. Сначала я не был уверен в себе, понимаешь? Я не знал, что это было. Теперь я знаю, Киа. Хотел бы я что-нибудь с этим поделать. Может быть, было бы не так уж плохо, если бы ты снова оказалась в опасности, а я не смог бы тебе помочь. Я сделал ошибку. Этого больше не повторится. Если не хочешь больше приближаться ко мне, я приму это, даже если это убьет меня, потому что ты каждый раз вздрагиваешь от моих прикосновений. Если тебе нужна только дружба…

– Дружба? – на мгновение напряжение между нами спало, и я засмеялась. – В какой вселенной ты видишь нас как друзей?

Он слабо улыбнулся мне.

– Мы могли бы изобрести новый параллельный мир. Просто скажи мне, чего хочешь. Мы справимся.

– Нет, Уилл. – Я вздохнула. – Скажи мне, чего хочешь ты.

Как будто только этого и ждал, он поднял руки, выпрямился и взял мое лицо в свои ладони. Он держался на расстоянии, даже когда его взгляд переместился к моим губам.

Ах, черт возьми.

– Я хочу всего, – хрипло сказал он. – Но прежде всего я хочу, чтобы ты простила меня и поверила в то, что это реально.

– Как я узнаю об этом? Откуда ты это знаешь? Как мы можем быть уверены?

– Ни в чем в жизни нельзя быть уверенным, чудо-девочка. Ты знаешь это лучше всех. Все дело в том, что человек выбирает для себя.

С этими словами он отпустил меня и отодвинулся назад.

– И я буду рядом, каким бы ни было твое решение. Свой выбор я уже сделал.

* * *

Я отложила подводку и с удовлетворением посмотрела на свою работу. Спустя несколько месяцев я впервые накрасилась. Мои светло-карие глаза больше не выглядели такими усталыми.

На самом деле, я нашла немного косметики в шкафу в ванной и сначала дразнила ею Уилла.

Я отступила на шаг от зеркала в полный рост и одернула свою черную кожаную юбку. На мне была изумрудно-зеленая бархатная водолазка с воротником. Волосы были гладко причесаны для разнообразия. В самом деле выглядело не так уж плохо. Немного воображения, и можно даже представить, что я собираюсь на обычную вечеринку со своими друзьями.

Как ни странно, убедить Уилла в том, чтобы пойти на эту вечеринку, было несложно. Я просто сказала ему, что Фос организует это и нам не мешало бы получить общее представление.

– Хорошо, мы пойдем туда, но, если появится хотя бы малейшее подозрение, что что-то не так, мы уйдем. Без всяких возражений. – Он пытался говорить строго, но ему это не особо удалось.

Конечно, я согласилась. О предложении Пикабо я пока ничего не рассказывала. Для этого еще будет время завтра. Во всяком случае, я не была уверена, имеет ли смысл добровольно искать контакт с членом секты, которая хотела меня убить. Даже если парень, по словам Нийола, покинул ее. Тем не менее я была почти уверена, что Уилл подумает об этой идее. Нет причин подвергать опасности его хорошее настроение сегодня.

Я схватила пальто, сунула телефон в карман и побежала вниз.

Бар находился в получасе езды от нас, и, вероятно, быстрее всего можно было добраться до него с помощью короткой поездки на гондоле и последующей десятиминутной прогулки по подземному туннелю.

Мы вышли из квартиры, поднялись на холм между викторианскими домами и плакучими ивами и в какой-то момент свернули налево в неприметный переулок. Уже здесь можно было услышать нежный плеск реки. Именно здесь Пикабо Ирвинг перехватил меня во второе утро в Тессаректе, когда я пыталась убежать, и отправил в мою первую поездку на гондоле.

Тогда было раннее утро, сейчас ночь погрузила все в темно-синюю тьму, и лишь несколько окон были освещены. Клубы тумана висели в воздухе, смешиваясь с нашим дыханием.

Уилл шел впереди и, казалось, не смотрел на реку, поэтому я взяла его за руку. Я отчетливо помнила, как резко закончилась здесь аллея.

– Что… – Он замолчал и с готовностью позволил оттянуть себя назад. Внезапно его лицо оказалось прямо напротив моего. В темноте я могла лишь смутно различить его, что, безусловно, было лучше для моего самообладания. К сожалению, его запах поразил меня сильнее. Слегка сладковатый, с неизвестной пряной нотой. Он пользовался парфюмом? Облегающая черная рубашка, видневшаяся под его распахнутой кожаной курткой, тоже не слишком способствовала моему самоконтролю…

– Река начинается прямо здесь, – сказала я, как только снова смогла говорить. Он подходил все ближе и ближе. Если бы продолжил, кончики наших носов соприкоснулись бы.

– Оу.

Чего он ожидал? Что я притяну его к себе по своей воле?

Жар ударил мне в лицо.

– Ты снова спасла меня, чудо-девочка?

– Просто рефлекторно. Не нужно ничего воображать себе.

– Жаль. А я уже начал надеяться.

С каких это пор мы снова флиртуем?

Он поискал мою руку и переплел наши пальцы друг с другом, не двигаясь с места.

– На всякий случай.

Я должна протестовать. Отдернуть свою руку. Поставить его на место. Вместо этого уткнулась лицом в шарф, чтобы скрыть ухмылку.

И была почти разочарована, когда спустя мгновение звон возвестил о следующей гондоле. Мы прошли на ощупь вдоль стены и вышли на берег.

Маленький огонек на переднем корпусе лодки был единственным, что можно было разглядеть, пока гондола не остановилась прямо перед нами. Остальное поглотила тьма.

– Добрейшего вечерочка, – поздоровался с нами гондольер, наматывая веревку вокруг столба на берегу. Понятия не имею, как он вообще мог разглядеть наши фигуры. На его месте я бы, наверное, просто проехала мимо. – Куда направляетесь?

За исключением тихо скулящей собаки, свернувшейся калачиком под задней скамейкой, мы были единственными пассажирами. Гондольер подал Уиллу руку и затащил его в лодку, после чего Уилл помог мне забраться внутрь.

– Мы хотим добраться до пристани.

Он отпустил мою руку, как только мы сели. Вместо облегчения ко мне пришла грусть.

Гондольер ткнул веслом в черные волны, и мы, покачиваясь, двинулись в путь. Одновременно заиграла ужасающе красивая мелодия.

Я вдохнула соленый воздух, закрыла глаза и прислонилась к теплому телу рядом, прежде чем мой внутренний моралист одержал верх. Совсем немного. В случае сомнений это может быть воспринято как случайность.

На мгновение его тело напряглось, затем Уилл обхватил меня одной рукой за плечи и положил подбородок мне на голову. Это, конечно, не было случайностью.

– Перестань ухмыляться, – повторил он мои слова тихим голосом, который гондольер не смог бы разобрать из-за громкости музыки. – Я хочу убедиться, что ты не упадешь в воду. Не надо ничего воображать.

– Ты даже не можешь знать, ухмыляюсь ли я. Слишком темно.

– По крайней мере, я слышу это в твоем голосе. И даже не хочу говорить про то, что происходит у тебя внутри.

– Просто будь осторожен, Уилл. Мы еще не вернулись к этому моменту.

– Еще нет? – он поднял голову и посмотрел на меня. – Разве ты не сказала это только что?

Сопротивление было бесполезно. Из меня вырвался сдавленный смех. Когда в последний раз я чувствовала себя так легко?

– Значит, когда-нибудь ты простишь меня за то, что я был полным идиотом? Я правильно понял?

– Закрой рот.

– Кстати, ты сегодня особенно хорошо выглядишь, я уже упоминал об этом? – его губы тем временем оказались у моего уха. – Ты всегда великолепна, но, когда на мгновение забываешь об этой чуши вокруг нас и позволяешь себе быть счастливой, излучаешь эту ауру.

– Подлизывание тоже не ускорит процесс, – ответила я тем же тоном. Мой голос не соответствовал языку тела. Наши ноги были прижаты друг к другу, и я не отодвинулась ни на миллиметр.

– Я всегда представляю себе, каково было бы познакомиться с тобой в Лидсе и чаще переживать такое. Чтобы сделать это правильно. Может быть, в университете или через общих друзей или что-то в этом роде.

Мурашки расползлись по моим рукам.

– Я тоже всегда удивляюсь, что ты умеешь улыбаться, – подчеркнуто иронично отозвалась я.

– Я даже могу флиртовать, если захочу. И как друг я тоже вполне пригоден. Просто с любовью до сих пор было немного сложно, как ты знаешь, но, клянусь, я могу быть романтичным. И как сосед по комнате я тоже не так уж плох, не так ли?

– Ты имеешь в виду, когда не сердишься на меня за то, что я сделала что-то необдуманное, или когда скрываешь от меня важные вещи?

– Да, – прошептал он. – И ты тоже что-то скрываешь от меня.

– Только для твоего же блага.

– Или потому, что боишься моей реакции.

Я высвободилась из его объятий, выскользнула и бросила на него злобный взгляд. Даже если он не мог этого видеть, он определенно чувствовал, как настроение грозит измениться.

– Ты хочешь приравнять к этому дело с Нийолом?

– Я этого не говорил! – он поднял обе руки. – Киа, я не это имел в виду. Ты права, я должен закрыть рот.

– Должен. – Небольшой приступ гнева прошел. – А теперь иди сюда, мне холодно. – Я упрямо устремила взгляд вперед, когда его руки снова сомкнулись вокруг меня.

Его дыхание щекотало мне щеку.

– Я действительно скучал по тебе, ты это знаешь?

Вместо ответа я поискала его руку. Она покоилась у него на коленях. Белое на черном. Я прижала свой мизинец к его, осторожно погладила по нему. Он сидел совсем тихо. Ждал.

– Я не знаю, готова ли ко всему, что было до этого, – призналась я шепотом.

– Тогда давай не торопиться, хорошо?

Я недоуменно моргнула.

– Я докажу тебе, что ты можешь мне доверять. Даже если на это уйдут годы.

– Ты какой-то странный, – ответила я, чтобы немного поднять настроение. И чтобы отвлечь свое тело, которое кричало и требовало его близости.

– Это называется «романтичный».

Раздался шорох. Наши головы одновременно дернулись вверх.

– Мы достигли цели, голубки. – Гондольер повернулся к нам и поднял фонарь. Не знаю, когда музыка стихла. Он смотрел на нас наполовину раздраженным, наполовину веселым взглядом. Очевидно, он уже привязал лодку и теперь ждал, когда мы покинем ее.

Когда у нас под ногами оказалась твердая земля, мне сразу бросилось в глаза несколько вещей. Мы оказались в скалистой бухте, на вершине которой возвышался маяк. За ним находилась гавань. Парусники выстроились вдоль берега до самого горизонта, все в синих тонах, как я могла различить в свете уличных фонарей.

Несколько человек прогуливались вдоль воды или сидели на другой стороне улицы в пабах и причудливых ресторанах. Несмотря на моросящий дождь, они сидели на улице. Свет из витрин отражался на влажном асфальте. Машин не было видно, и вместо шума движения в ушах ревел прибой и визг чаек.

Я достала телефон, чтобы посмотреть на наш маршрут.

– Где-то здесь слева мы должны спуститься.

Рядом со скалой был только старинный каменный колодец, прежде чем начинались перила. Он был наполовину прикрыт старыми рыболовными сетями.

– Дай-ка я посмотрю.

Мы склонили головы и посмотрели на карту на дисплее. Уилл поднял бровь.

– На что поспорим, что нам придется спуститься туда?

Я бросила подозрительный взгляд в глубь туннеля и включила фонарик мобильного телефона.

– Что ж, ты прав. – Не очень устойчивая лестница стояла у серой стены, по которой стекала вода. Я не могла сказать, насколько глубоко она уходила, для этого не хватало освещения.

– Мне пойти первым? – поддразнил он. Мерцание в его глазах нельзя было не заметить даже в темноте.

Фыркнув, я убрала телефон и прислонилась к холодному краю колодца. Он поднял меня вверх, не давая возможности подумать о том, что что-то могло пойти не так.

Я уже чувствовала его руки на своих бедрах.

– Подожди, я помогу тебе.

– Хороший повод прикоснуться ко мне, – пробормотала я, и последовал тихий смех.

На самом деле, все было не так уж плохо. Наверное, ничто уже не могло потрясти меня после спуска в тюрьму и после того, как я несколько раз пересекла подвесной мост перед убежищем Мигмы. Поскольку было абсолютно темно, я могла только представлять, что тут не слишком глубоко. Перекладины были скользкими, поэтому я сосредоточилась в основном на руках. Как только Уилл забрался внутрь, я больше не видела, что происходит наверху. Он двигался очень медленно, вероятно, боясь зацепить мои пальцы.

Спустя целую вечность я наконец ступила в пустоту и почувствовала сквозняк на ногах. Мы дошли до конца колодца.

– По-моему, мы справились, – крикнула я наверх. Мой голос зловеще отразился от стен.

Я посмотрела на себя.

– К сожалению, я все еще ничего не вижу, так что есть шанс, что мы окажемся посреди воды. – Согласно Google картам, под нами все еще был кусок земли, но шум волн действительно был пугающе громким.

– Какой была бы жизнь без небольшого риска? – последовал мрачный ответ. Уилл, конечно, уже пожалел о том, что согласился на эту идею с вечеринкой.

Ну, ничего другого нам не оставалось. Поэтому я зажмурилась, оторвала пальцы от перекладины и позволила себе упасть.

Мой желудок болезненно сжался, и мысли сразу же вернулись к моим видениям. Тяга воздуха по телу, непреодолимый водоворот. Лица, слова, шум. И я в середине.

Решайся.

Воспоминание исчезло так же быстро, как и появилось, когда я почувствовала, что спустилась. Черный песок под ногами. Камешки. Никакой воды.

Я запрокинула голову.

– Все хорошо, я все еще жива!

– Очень хочу на это надеяться. Ты мне все еще нужна.

Как только я отошла в сторону, Уилл соскользнул вниз. Он немного оступился и прижался к моему плечу. Только когда наши глаза встретились, я заметила, насколько светлее здесь внизу. Я могла видеть каждую его светлую ресничку. И даже раскрасневшиеся щеки и почти исчезнувший фиолетовый отпечаток под глазом. Это была не луна, она скрылась за густыми облаками. Я повернулась в поисках источника света. На стене рядом с нами мерцали толстые свечи, видимые лишь как светящиеся точки в туманной дали. Белый воск стекал по камню, образуя причудливый узор. От воды нас отделяло всего ничего. Волны лизали наши ботинки, брызги долетали до стены. Странно, но ни ветер, ни вода не смогли потушить огонь. Как будто кто-то заколдовал его, чтобы он горел всю ночь.

– Сюда, – прошептал Уилл, указывая на грязную табличку под двумя свечами. Она была настолько темной, что казалась единым целым со стеной. Таверна «Таласса» – гласила надпись жирными синими буквами. Над ней была выгравирована стрелка, указывающая направо. Поэтому мы последовали за морем свечей, которое вело нас все глубже и глубже под землю. К песку примешивалось все больше мелких камней, и, хотя волны не доходили так далеко, мои носки уже промокли.

– Большинству людей здесь было бы некомфортно, – нарушил молчание Уилл.

– А? – я рассеянно посмотрела на него. Я была слишком занята, чтобы обращать внимание на детали. Атмосфера здесь была непревзойденной. Таинственной. Волшебной. Море всегда очаровывало меня.

Как долго он наблюдал за мной?

– Это просто твоя фишка, да? Быть мрачной?

– Не мог бы ты на минуту перестать читать мои чувства? – ответила я, но была вынуждена улыбнуться.

– Не забывай, что я тоже очень хорошо умею читать людей. Не нужно быть инвентом, чтобы увидеть восторг на твоем лице.

Сначала я хотела возразить что-то язвительное, но мысль о прошлом внезапно вернулась.

– Может быть, тебе просто нужно было показать мне несколько панорамных снимков Тессаректа, и я бы без сопротивления пошла с тобой… Совершенно безумно говорить об этом в таких обстоятельствах, но я по уши влюбилась в город.

К сожалению, не только в город.

Он кивнул и опустил взгляд.

– Я никогда не позволял себе видеть в нем красоту. Пока ты не оказалась здесь со мной.

И тут я перестала обращать внимание на наше окружение. Даже звуки пропали. Мне хотелось взять его лицо в свои руки, провести пальцами по мягким волосам. Ощутить его теплые губы на моих.

К черту не торопиться. Он извинился. И рано или поздно мы снова окажемся в опасности. Кто знает, сколько времени нам еще осталось.

– Ты сводишь меня с ума, – тихо сказал он.

Когда мы остановились?

– Зато честно, – ответила я срывающимся голосом.

Уилл попытался улыбнуться, но толком не смог. Неприкрытое желание было написано на его лице, и все же он не двигался.

– Я тоже этого хочу. Хочу… Ты знаешь, чего я хочу. Но мне нужно, чтобы это было правильно. Я не могу позволить себе ошибиться, понимаешь? Только не снова. Не с тобой.

Я хотела стереть с его лица следы беспокойства, но была словно парализована.

– Ты еще не уверена, Киа. Ты не уверена, что сможешь меня простить, я это чувствую. И потом, есть еще что-то с… Нийолом. – Ему явно стоило усилий произнести это имя. – Он все еще волнует тебя. Я понимаю. Он был первым, к кому у тебя возникли настоящие чувства. Для меня этот человек – ты.

Я уставилась на него. Он выглядел так же, как и я: готовый в любую минуту броситься в бегство. Очевидно, для Уилла было так же тяжело, как и для меня, говорить на эту тему.

– Если решишь снова доверять мне, то должна быть уверена. Я не могу тебя… Нет, я не хочу тебя делить. И даже если часть меня сейчас задается вопросом, какой я идиот: я также не хочу, чтобы ты целовала меня, пока не будешь на сто процентов уверена. Я не вынесу этого.

Была ли это какая-то тактика? С каких это пор речь зашла о подлинности моих чувств? Он просто повернул стрелку, чтобы сбить меня с толку?

Нет, для этого он казался слишком измученным.

– Пойдем дальше, хорошо?

Не дожидаясь моего ответа, он пошел дальше. Мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним. Мы все ближе и ближе подходили к своей цели. Слышалась музыка и смех, и в сиянии свечей перед нами вырисовывались очертания двух извивающихся очередей.

– Это VIP-проход, – раздался раздраженный голос спереди. – Вы не умеете читать?

– Я думаю мы из VIP-персон?.. – крикнул Уилл, когда мы подошли. Входная зона выглядела непримечательной: две двери, перед которыми стояли двое бородатых мужчин в темной форме, контролирующих людей. Слева над дверной рамой была прикреплена табличка «VIP-проход». Перед ним стояли всего два человека, в то время как другая очередь состояла, судя по всему, из человек двадцати.

Мы решили попытать счастья, чтобы пройти быстро, хотя взгляд вышибалы не казался приветливым.

– Имена, – рявкнул он нам после того, как отослал пару впереди.

– Уильям Лоу и Киана Либерт, – сказала я, понизив голос. Только тонкая веревка отделяла нас от второй очереди, и я чувствовала на своей шее каждый любопытный взгляд.

Парень держал в руке темную папку, к которой, вероятно, был прикреплен список гостей, но он даже не потрудился взглянуть на него, прежде чем пнуть дверь за собой ногой и махнуть нам.

Позади нас раздались возмущенные возгласы, но, прежде чем я смогла поддаться искушению и оглянуться на людей, Уилл положил мне руку на спину и толкнул внутрь.

Гулкий бас и белый дым встретили нас. Вопреки моим ожиданиям, от него пахло не алкоголем и сигаретами, а водорослями и морской водой.

Мы шли по узкому проходу, толком ничего не понимая.

– Я бы не удивился, если он заманил нас в ловушку, – услышала я голос Уилла где-то впереди. Я не могла его видеть. Это была дым-машина?

Я вытянула руки и ощупала стеклянные стенки.

– Ах, ерунда, это просто какой-то клуб. Там же были нормальные люди.

Стробоскоп пронзил темноту. Сине-желто-бело-красный. Светлый, темный, светлый, темный. Я хотела поискать Уилла, но застыла от вида слева. За стеклянной стеной находился аквариум высотой в метр. Мое удивленное лицо снова и снова отражалось перед косяками рыб и мягко колышущимися водорослями. Я откинула голову. Черт возьми, это был не аквариум. Мы находились в помещении, похожем на подводную лодку. С видом на подводный мир. Как глубоко мы опустились? В любом случае, конца не было видно. Вдалеке плавало только больше рыб.

– Супер, мы очутились в морском мире Тессаректа. – Уилл стоял в конце прохода и ждал, когда я закончу пялиться. – Алессе бы это понравилось.

Через серебристую занавеску мы добрались до гардероба. Здесь с потолка свисали лампы в форме якорей, а вместо окон в деревянные стены были вставлены иллюминаторы. Четыре лестницы вели к люкам наверху, из которых вырывался разноцветный дым. Музыка гремела сквозь щели.

Мы обменяли наши куртки на маленькие пластиковые номерки, на которых красовалось название места. Сотрудница радостно улыбнулась нам. Ее рабочая одежда состояла из синего комбинезона и красно-белой полосатой рубашки, и матросской шапочки, из-под которой выглядывали две светлые косички.

– Добро пожаловать в таверну «Таласса». На первой палубе вас ждут напитки, специально созданные для сегодняшней ночи, а на второй палубе открывается фантастический вид на гавань. Кодовое слово – симбиоз. Если в какой-то момент оно прозвучит из динамиков, пожалуйста, немедленно покиньте корабль для вашей же безопасности. Наслаждайтесь пребыванием здесь и следите, чтобы не свалиться за борт.

– Спасибо за подсказку, – сказал Уилл слишком громко и с явной иронией. Я быстро потащила его к ближайшей лестнице.

– С тобой действительно никуда не пойдешь, – прошипела я, старательно подавляя смех.

Поднявшись наверх, мы оказались рядом с танцполом и снова с первого взгляда не смогли разглядеть ничего, кроме дыма, в котором толпа танцующих людей выглядела как призраки. На танцполе были цвета четырех стихий, и вскоре начали вырисовываться четыре разделенные танцевальные зоны. Над каждой висел неоновый светильник в виде одного из символов стихий, в центре – знак всех четырех, который я заметила на флаге в штабе Мигмы.

– Довольно сдержанно, – прокричала я Уиллу на ухо.

Как они организовали это? Достаточно, чтобы только один из гостей был из Омилии и поднял тревогу.

– Это была плохая идея, – тотчас же ответил мой инвент.

Во мне вскипело знакомое чувство бунта. Было довольно впечатляюще, как они сделали знак против дурацкого разделения. Поэтому я схватила Уилла за руку и потащила к одной из барных стоек. Их, конечно, тоже было четыре.

Официанты были одеты в такие же наряды, как и женщина наверху. Молодой человек с длинными рыжими волосами и внушительной физиономией обратил на нас внимание и склонился над стойкой.

– Что желаете, друзья? Могу предложить один из наших специальных напитков? Четыре творения бармена, приятные как с алкоголем, так и без него. – Не дожидаясь нашего ответа, он сунул нам меню напитков, в котором можно было увидеть картинки четырех напитков, включая названия и список ингредиентов.

Бокал для мартини с красной жидкостью, из которой поднимался серый туман, – «Горящий смерч». Клубничное пюре, лавандовая сода, сок лайма и немного гренадина. Баночка, наполненная золотистой жидкостью и небесно-голубой горой сливок, – «Песчаная буря». Бейлис, бурбонская ваниль, взбитые сливки с ароматом мяты.

Прежде чем я смогла рассмотреть два других, почувствовала руку на своем плече и посмотрела вверх – в светло-голубые глаза, обрамленные черной подводкой для глаз, которая могла бы посоперничать с моей.

– Ты тоже здесь, – воскликнула я и поцеловала Каспера в щеку. На нем была блестящая рубашка-оверсайз с рисунком из листьев, узкие джинсы и сумка с металлическим отливом. В одной руке он держал бокал с мартини, подозрительно похожий на тот самый напиток из специального меню.

– Уже полчаса как. Я уже начал беспокоиться, что мне придется искать себе новых друзей. – Он прижал меня к себе, а затем поприветствовал Уилла рукопожатием, на которое тот ответил с необычайным энтузиазмом.

– С тобой все в порядке, приятель?

Каспер выглядел довольно озадаченным, и мои глаза тоже слегка округлились.

– Ого, ты действительно можешь быть очень милым, – ответил он и похлопал Уилла по плечу.

А тот? Тот на самом деле улыбался. Без ямочек, но все же.

– Оставляю для людей, которые совершают преступления вместе со мной.

Каспер поднял бровь, делая глоток из своего бокала.

– Значит, потребовалось совместное проникновение в тюрьму, чтобы мы стали друзьями, зануда?

Уилл бросил взгляд в сторону бара.

– Не так громко.

– Все по-старому, как погляжу. – Каспер повернулся ко мне. – Я пытался уговорить Дамека пойти со мной, когда Нейти не смог пойти, но малыш не отвечает на мои сообщения с момента нашего преступления.

– Может быть, тебе стоит рассказать ему, что мы нашли его сестру.

– Так ты уверена, что это она?

– Она – часть Мигмы, – прокричала я ему на ухо, после чего встретила строгий взгляд Уилла. – Кстати, тебе еще предстоит рассказать мне все о своем визите. Как, черт возьми, мы могли потерять друг друга из виду? И как вы добрались до Иви?

Он открыл рот, но слова утонули в вое сирены. Музыка внезапно прекратилась, и подергивающиеся тела замерли. Недовольный ропот.

– Поблагодарите того, кто привел вас сюда сегодня ночью! – голос отозвался внутри меня. Головы повернулись, пытаясь определить местонахождение говорившего, даже официанты казались озадаченными.

– Это не обычная вечеринка. Мы здесь не для развлечения. Для всех, кто задавался вопросом, так ли это. Для всех, кто сомневается в своей личности. И в том, действительно ли смысл его жизни заключается в том, чтобы следовать за несколькими приверженцами старых традиций. В течение многих лет мы принимали границы районов. Они говорят, что это для нашей собственной защиты. Что они преследуют только наши интересы. – Говорил мужчина, и он четко проговаривал каждое слово. – Если у нас так много власти, дорогой Идор, почему бы не перестать позволять другим думать за нас и не использовать, наконец, свои собственные мозги? – возникла пауза. Наступила полная тишина. Никто, казалось, не осмеливался даже дышать слишком громко.

– Противоположности притягиваются, и наши различия делают нас сильнее, слышите?

Фраза эхом отразилась со всех сторон, и вдруг зазвучали электронные звуки, повторяя слова, как в обычном ремиксе. Одновременно из углов выскочили фигуры и начали раздавать толпе маленькие разноцветные листочки бумаги.

Где-то я уже слышала эту фразу раньше, только где?

Было ли это в видении? Или в моей прежней жизни?

– Черт, мы должны немедленно уведомить старейшин, – услышала я, как сказал кто-то за стойкой бара. Краем глаза я наблюдала, как бармен, который нас обслуживал, вместе со своим коллегой положили руки на плечи девушке, которая говорила, и потащили ее к задней двери. – Ты не сделаешь этого, Тина, – услышала я, после чего они исчезли в свежем сине-зеленом облаке дыма.

Теперь комната бушевала. Музыка снова включилась на полную громкость, и, если кто-то возмущенно реагировал на маленькую речь, протест стихал в давке. Наоборот, я чувствовала, эти слова подпитывали толпу участников вечеринки. Были ли здесь в основном члены Мигмы или сочувствующие ей?

– Мы должны уйти отсюда, – услышала я Уилла, но Каспер взял нас обоих за руки и потащил на танцпол к Пиро.

– Нет уж! Не сейчас, когда веселье только начинается.

– Ты плохо его знаешь, – сказала я. – Веселье определенно закончится, если у него такой взгляд.

В этот момент произошло нечто действительно шокирующее: мой инвент отправил свои принципы за борт и, запрокинув голову, начал танцевать. Танцевать так, словно завтрашнего дня больше не существовало. Как будто его отец не сидел в тюрьме. Как будто он не был привязан ко мне навсегда.

А я, как самая большая идиотка, просто стояла и смотрела на него. Мне было все равно, что Каспер понял это и ухмылялся рядом со мной. Мне было все равно, что через несколько мгновений, возможно, мир вокруг нас погибнет.

Решайся, Киа.

Белокурые волосы, и полуночные глаза, и все параллельные миры.

Кого я обманываю? Я уже приняла решение.

Десять

Холод

Мир не погиб. Не тогда, когда мы танцевали под The Kooks, и даже не тогда, когда играли Arctic Monkeys или Parov Stelar. Последнее заставило Уилла с экстатическим выражением лица взять мои руки в свои.

Мы все ждали полицейского рейда, вместо этого получили идеальную подборку музыки. Повсюду улыбающиеся лица. Круговые движения бедрами. И туман. Так много тумана, что близость между нашими телами стала невыносимой. Снова и снова я позволяла Касперу кружить меня. Я не выпила ни капли алкоголя, но все же чувствовала головокружение. В хорошем смысле. Немного смелости. Не знаю, что бы я сделала, если бы слишком долго танцевала с Уиллом. Он хотел сделать все правильно. Бросаться ему на шею на вечеринке в честь восстания в центре клуба было нехорошо.

– Дария!

Каспер только что несколько раз повернул меня вокруг своей оси, и комната проносилась мимо меня в цветном водовороте. Его лицо было единственным, на чем я смогла сфокусироваться, когда Кас опустил руку и поддержал меня за бедро, чтобы я не потеряла равновесие.

Я обернулась и пару раз моргнула, пока тоже не узнала фигуру в синем дыму. Дария была одета в облегающий светло-зеленый корсет, черные шорты и кружевные колготки. Она улыбнулась всем нам, и я хотела поприветствовать ее, когда отметила выражение лица Уилла. Сжатые губы, напряженная челюсть. В чем была его проблема?

В этот момент из-за спины Дарии вышла его проблема. Я едва узнала Алессу, потому что у нее были не только ярко накрашенные глаза, Дария явно позволила ей заглянуть в свой гардероб: на Алессе было бирюзовое кружевное платье и колготки с блестками, белокурые волосы мягкими волнами спадали на обнаженные плечи. Она не могла насмотреться на сверкающие огни и танцующих людей. И даже когда девочка наконец перестала смотреть по сторонам и встретилась взглядом с братом, восхищение на ее лице ничуть не угасло.

– О чем ты вообще думала? – громкий голос Уилла был отчетливо слышен даже не фоне музыки.

Дария открыла рот, но он встал перед ней и не дал вымолвить ни слова.

Прежде чем я опомнилась, Каспер схватил меня за руку и потащил в сторону танцпола.

– Малышка должна уладить это сама, – со смехом прокричал он мне в ухо. – Она ведь знает этого зануду, должна была подумать, как он отреагирует?

– Интересно, как Дария протащила сюда Алессу. Если не считать того факта, что она несовершеннолетняя, вышибалы не выглядели великодушными по отношению к людям из обычной очереди.

Каспер пожал плечами.

– Скорее всего, кто-то из Мигмы внес их в список. – Он взглянул на ребят. – В любом случае, хорошая внешность – это у них семейное.

Я рассмеялась.

– Да, она определенно разобьет много сердец. Говоря о Мигме…

Мы пробрались между несколькими группками людей к бару и устроились на табуретах.

– Так что там с Иви? – спросила я после того, как Каспер заказал нам добавку.

– Они отвезли нас к ней после того, как провели экскурсию по дому и лесному участку. Понятия не имею, почему для тебя это должно быть тайной. Во всяком случае, с ней все в порядке. Мы были очень рады видеть ее, что случается все реже и реже.

Я медленно кивнула.

– Мне нужно на минутку в туалет, – пробормотала я, вскакивая с табурета. Уилл и Дария, похоже, все еще были погружены в жаркую дискуссию. Я подмигнула Алессе, проходя мимо них. Она усмехнулась мне.

Через деревянную дверь я вошла в туалетную комнату, тоже оформленную в корабельном стиле, отделанную темно-синей плиткой. Спасательные круги и огромные морские коньки украшали деревянные стены, а в воздухе витал запах морской воды. Я вошла в первую свободную кабину и заперла за собой.

Хотя это было бессмысленно, мне придется снова вызвать видение, прежде чем шрамы от ожогов исчезнут. И если не сейчас, пока Уилл отвлекся, то когда?

Поэтому я закрыла крышку унитаза, села на нее и осторожно закатала рукава своей бархатной водолазки.

Я вполне могла выбирать направление своих видений. Находясь в этом странном воздушном вихре, я изо всех сил стремилась в будущее, и это именно то, что происходило. Кроме того, в видениях указателем всегда было высказывание, за которым следовал символ, связанный с конкретной ситуацией. В прошлый раз я хотела выяснить, кому могу доверять, и именно глаза Нерона направили меня сквозь темноту.

Только в этом не было никакого смысла. Нерон даже не появился в моем видении – такого еще никогда не случалось. Так что, возможно, он должен был появиться позже, а я покинула сцену так рано только потому, что люди в Омилии слишком быстро вытащили меня из опасной зоны. Может быть, на этот раз я смогу увидеть больше. Я не могла упустить ни единого шанса.

Адреналин наполнил мою кровь, придав необходимую смелость. Я прислонила голову к холодным плиткам позади себя, затем прикоснулась к самому большому из ожоговых шрамов и в тот же миг закрыла глаза.

Сразу пришла тошнота, но в то же время я почувствовала вибрирующий бас на ногах. Вихрь унес меня прочь, но, как и в прошлый раз, я не полностью потеряла связь с реальностью.

Даже шаги двух женщин перед моей кабинкой совсем тихо доносились до моего уха, в то время как передо мной возник утес.

– На этот раз им действительно понадобилось много времени для облавы…

– Помнишь, как в прошлый раз через полтора часа они штурмовали вагончик?

Концентрация, Киа!

Мое тело выгнулось. Мне было так плохо. И все же сдаться было нельзя. В видении с Софией я увидела гораздо больше, когда коснулась шрама. Если бы у меня было больше времени…

Насыщенно-зеленые горы. Запах свежей травы и цветов. Нежный ветерок. Слегка пасмурное небо, как в идеальный весенний день.

Незнакомка потащила мое будущее «я» вперед к краю обрыва, разговор между ними слился в приглушенную мешанину голосов. Я отметила красивое лицо незнакомки. И чем дольше смотрела на это, тем очевиднее становилось тошнотворное чувство в подложечной области, которое не имело ничего общего с тошнотой во время видения. Я больше не была сторонним наблюдателем, я была собой. Чувствовала, как ее теплые пальцы безжалостно сомкнулись вокруг моего запястья. Ее темные глаза сверкнули. Злорадство, совершенно очевидно.

– Кто ты такая? – хотела я спросить. – Кто ты такая, черт возьми, и как можешь помочь мне узнать истину?

Однако ни единого звука не сорвалось с моих губ. И разговор тоже стих. Вместо этого все замерло. Ее темные длинные волосы замерли, когда порыв ветра только отбросил их назад. Дар Пноэ. Я тоже могла останавливать время. Только с какой целью?

Кого-то она мне напоминала. Эти черные изогнутые брови, оливковый цвет лица…

Я оторвалась от ее взгляда, и в тот же миг ветер снова задул, и она потянула меня вперед, произнеся последние слова. Для уверенности я еще крепче прижала палец к шраму, ощущая краем сознания, как задыхаюсь. Это не должно было закончиться, это не должно было закончиться здесь…

Видение на этом не закончилось. Хватка девушки ослабла на моем суставе, ее рука скользнула ниже и с силой переплела наши пальцы. Ее ухмылка стала шире, обнажив ряд белых зубов. Затем она рывком шагнула вперед, прямо в пустоту.

Мой пронзительный крик рассек воздух.

– Эй, ты там в порядке?

Дрожа, я открыла глаза. Мои руки переместились ко рту, чтобы заглушить звук.

Разве кричала только я? Или мое будущее «я» тоже?

Несколько раз я глубоко вздохнула, потом смахнула со лба мокрую от пота прядь.

– Все в порядке, извините! – крикнула я хриплым голосом.

– Можем ли мы как-то помочь? – спросил голос после короткой паузы. – Может, кого-то позвать?

– Нет-нет, пожалуйста, не надо. Я просто слишком много выпила.

К счастью, через мгновение шаги удалились.

Я вернула рукава обратно и подождала, пока больше ничего не услышу. Затем открыла дверь и поднялась. Мои ноги подкашивались. Лицо в зеркале над черной раковиной было мертвенно-бледным. Промокнув бумажным полотенцем мокрый лоб, я плеснула себе на щеки немного холодной воды. Затем твердо посмотрела себе в глаза. Золотистые пятнышки в них стали одним целым с ярко-коричневым, окрашенным в красный цвет.

С момента пробуждения дара у меня было два видения будущего. Одно с моей биологической матерью, другое с Нийолом. Откуда мне было знать, насколько далекое это будущее? Имею ли я какое-то влияние на это? Момент с Агнией стал реальностью всего через несколько дней после видения.

Вопросы, только больше вопросов. Мне нужно было с кем-то поговорить. Уилл был занят и слишком зол, так что, возможно, с Каспером. Может быть, поможет объективная точка зрения незаинтересованной стороны…

Я как раз собиралась толкнуть дверь, когда крики смешались с грохочущей музыкой и клубком голосов. Это не звучало как обычная ссора пьяных людей, которым нужно было дать волю своей агрессии из-за того, что кто-то приставал к его подруге или пристраивался к ней на танцполе. Это звучало скорее как массовая паника.

Я пыталась что-то понять – тщетно. Раздалось несколько голосов, из динамиков все еще гудела музыка. Девочки возле моей кабинки говорили про облаву. Было ли сейчас то самое время? Омилия узнала о запретной вечеринке?

Очень осторожно я толкнула дверь и высунула голову наружу. Прежде чем смогла различить что-либо среди разноцветного тумана, меня с силой швырнуло внутрь.

– Оставайся на месте!

Пошатываясь, я наткнулась на раковину. Глаза горели. И все же я сразу поняла, кто зашел в женский туалет.

Нийол был одет в белую рубашку с высоким воротом, поверх нее черные подтяжки. Его волосы были собраны в растрепанную косу, глаза прищурены.

– Что за…

– Слезоточивый газ, – прошипел он и несколько раз моргнул. – Их методы становятся все радикальнее.

– Как ты меня нашел?

– Спросил инвента Пиро, прежде чем началась драма.

– Они распылили слезоточивый газ в клубе? – выдавила я и уставилась на него. О боже, Уилл, и Алесса, и Дария, и Каспер.

Полуослепший Нийол подошел к раковине, включил кран и нащупал дозатор мыла.

– Ты можешь мне помочь? – в его голосе звучало раздражение.

Я сделала усилие над собой и подвела его руку под дозатор, одновременно нажимая на него. Ловкими движениями он вымыл руки, а затем наклонился под краном. Всякий раз, когда он хватал ртом воздух, из него вырывались ругательства.

Через несколько мгновений ему удалось полностью открыть глаза. Нийол выпрямился и повернул кран. Мои глаза были не настолько покрасневшими, как его.

– А сейчас? – обескураженная, я ответила на его взгляд.

Вместо ответа он схватил свою рубашку за низ и разорвал ее на части.

Я подняла брови, но промолчала. Он не выглядел так, будто шутит.

– Не обязательно так смотреть. Нам придется прикрыть носы и рты, если хотим выбраться отсюда безопасным путем.

Я указала на дверь сзади.

– Что это даст, если мы ослепнем, как только войдем туда?

– Ты с ума сошла? – он разорвал кусок ткани в своей руке посередине, прежде чем шагнуть ко мне. – Конечно, мы туда не вернемся. И все же, лучше перестраховаться.

Его властный тон заставил ярость закипеть во мне. Однако Нийол не дал мне шанса ответить, повязав кусок ткани у моего лица.

– Поскольку женские туалеты построены так же, как и наши, рядом с кабинками должен быть люк. Через него мы выйдем на улицу. А потом в туннели. Фос и Мигма не просто так выбрали это место.

Он повернулся и прошел мимо зеркал, чтобы убедиться в своей теории.

Я последовала за ним.

Действительно, там, в двух метрах над полом, рядом с дверью, обозначенной словами «Помещение для инвентаря», было круглое окно.

– Зачем нам идти в туннель?

– Если у тебя есть идея получше, я весь внимание, Киа, – подтолкнул он меня, когда локтем толкнул дверь и схватил метлу, которой пытался надавить на защелку. Окно имело диаметр не более полуметра.

– Забудь об этом, – сказала я, скрестив руки на груди. Послевкусие видения все еще не исчезло, и сегодня у меня уже было сомнительное приключение.

– Как хочешь, жди здесь, чтобы ты могла красиво броситься прямо им в руки.

– Почему ты такой сукин сын? – нахмурилась я. Он был прав, и я проклинала его за это.

Он с грохотом распахнул окно. Холодный сквозняк ворвался внутрь, вызвав у меня мурашки по коже.

– Да, переложи вину на меня. Это делает все проще. Если я такой сукин сын, почему искал тебя и хочу помочь сбежать?

– Откуда мне знать, какому сомнительному плану ты снова следуешь.

Он остановился, отбросил метлу в сторону и просунул голову в темную комнату для инвентаря. Через несколько секунд вытащил ржавую лестницу.

Бросив торжествующий взгляд в мою сторону, Нийол прислонил ее к стене.

– Тебе просто не нравится быть со мной наедине, детка.

Я закатила глаза, когда он тоже повязал ткань вокруг рта, а затем приглашающим жестом указал на лестницу.

– Дамы вперед.

* * *

Мы спустились по внешней стене корабля. В древесину были вбиты ступеньки, кроме того, с палубы свисали толстые веревки, за которые можно было держаться. Глухие крики смешивались с шумом моря, но внизу нас не ждала вода. Как и предсказывал Нийол, мы оказались у входа в узкий туннель. Либо море начиналось немного дальше, либо мы находились в подводном проходе.

Нийол схватил меня за руку.

– Иди вдоль стены и держи глаза закрытыми, пока все это продолжается.

– Ты хоть представляешь, в каком направлении мы идем?

– Немного. Туннель ведет только на восток. Мы просто будем следовать за шумом.

Что ж, я повиновалась ему. Позволила переплести наши пальцы вместе. В Лидсе мы шли рука об руку ровно один раз. По дороге в его квартиру, в ту ночь, которая все разрушила. Я все больше терялась с каждым шагом. Тепло его кожи было всем, о чем я могла думать. Запретная близость.

С Уиллом этот жест всегда был другим. С ним мы были знакомы гораздо меньше, чем с Нийолом, и все же я потеряла счет тому, насколько часто он брал мою руку в свою. Иногда это меня злило, например, в самом начале, когда его властная манера доводила меня до исступления. В других случаях его рука была единственной опорой, удерживающей меня в реальности. А потом были ситуации, когда мое сердце чуть не выпрыгивало из груди, а в животе порхали целые стаи бабочек. Не потому, что это было заманчиво или рискованно. Но потому, что в этом невинном жесте было столько всего, чего я никогда не смогу выразить словами. Обещание. Свидетельство нашей связи. Шанс на счастье.

– Перестань беспокоиться. Они справятся с этим.

Я сопротивлялась потребности открыть глаза.

– Что?

– Твой надоедливый инвент и друзья.

Он явно неправильно истолковал мое молчание.

– Спасибо за успокаивающие слова, но ты не имеешь ни малейшего понятия, правда это или нет, и в тот момент я не об этом думала.

– Ах, о чем ты тогда думала? – его чуткий тон сменился прежним непристойным.

– Вы с Уиллом давно знакомы, верно? – задала я встречный вопрос. Я тщетно пыталась изгнать неуверенность из своего голоса.

– Да, мы лучшие друзья, как ты, конечно, уже заметила.

– Я серьезно.

Некоторое время он ничего не говорил. Шум голосов затихал вдалеке, как и шаги.

Наконец Нийол вздохнул.

– Когда я пришел в дом после вашего впечатляющего проникновения в тюрьму, то впервые увидел его вживую. До этого Уилл только отправлял мне короткие сообщения. Был не особо разговорчивым.

Я ничего не ответила. На что я надеялась? Уилл уже рассказал мне эту историю.

– Я ревновал его, – продолжил он, теперь уже шепотом. – Он тоже вел себя по отношению к тебе как придурок, и все же ты смотрела на него так, как будто он…

Хотя мне не следовало этого делать, я открыла глаза. Моргнула несколько раз. И высвободила свою руку из его ладони.

Ревновал?

Так это и было причиной того, что он так отвратительно вел себя по отношению ко мне? Поэтому использовал каждую минуту, чтобы флиртовать со мной и доводить до белого каления?

Он тоже открыл глаза.

– Я просто сделал то, что они от меня просили. Так же, как и он. И все равно с ним все в порядке, а со мной – нет.

Я покачала головой.

– А кто сказал, что все в порядке?

– Ты…

– Нет! Вы оба получили задания, которые не могли быть более отвратительными, но тебе это понравилось. Ты получил удовольствие от того, что растоптал мои чувства. Хоть представляешь, что все это со мной сделало? А с Софией? Я никогда больше не хотела доверять ни одной человеческой душе.

– Я был не единственным, кто предал Софию.

Слезы застлали мне глаза. От газа в воздухе не осталось ничего, но его слова были мощнее любого химического вещества.

– Я знаю. Меня всю жизнь будет преследовать осознание, что я смогла предать лучшую подругу ради того, чтобы на меня обратили внимание.

– Ты сделала это не для того, чтобы привлечь к себе внимание. Ты была влюблена в меня. – Его голос стал громче.

Какого черта?

– Нет. Я думала, что люблю тебя. Это не то же самое, что влюбленность. Ты бы знал это, если бы испытал сам.

– Ты не имеешь ни…

Его слова растворились в шуме. Мы подошли к перекрестку – наш туннель переходил в более широкий. Он был освещен свечами, и здесь было много людей. Мимо нас промчалось больше десятка человек. Они дико кричали, и по их красным глазам и мокрым щекам было понятно, что они тоже были в клубе.

– Быстро, двигайтесь!

– Макси-и-и-и-м, где Максим?

– У нас нет времени, давайте, вперед! Или хотите, чтобы вас арестовали?

Мы с Нийолом обменялись быстрыми взглядами. На этот раз мы одновременно схватили друг друга за руки. Наш разговор был забыт, даже злость отошла на второй план. У нас не было выбора.

Поэтому в следующее мгновение мы бросились в толпу и поплыли по течению. Подходило все больше и больше людей, их тени мелькали в сиянии лампочек на стенах. Но сколько бы раз я ни оборачивалась, не узнавала ни лица Уилла, ни его сестры, ни Каспера и Дарии. Оставалось только надеяться, что они вовремя покинули клуб. Ни один из них не мог позволить себе оплошности по отношению к Омилии.

– Я больше не могу, – задыхаясь, сказала я после того, как потеряла чувство времени, и ноги болели при каждом шаге. Насколько длинным был этот паршивый туннель?

Людей стало меньше, большинство отстали, только один-два человека обогнали нас и скрылись из виду.

Нийол невольно остановился.

– Это не так уж и далеко.

– Мы должны как-то связаться с Уиллом и остальными. – Я порылась в сумочке и вытащила телефон.

– Ты же не думаешь, что здесь есть сеть.

Черт. Он прав.

Я застонала.

– Куда ведет этот туннель?

– В отель «Анема». Там тоже проходит акция восстания.

– В Пное? И кто сказал, что они еще не нагрянули туда со слезоточивым газом?

– Никто, – он закатил глаза и пошел вперед, не глядя на меня.

Стиснув зубы, я последовала за ним. Однако мы не успели далеко уйти – по туннелю эхом разнесся крик. Потом тишина.

– Отлично, – прошипела я, как только немного оправилась от ужаса. – Звучит очень заманчиво.

Нийол обернулся.

– Иди сюда. Мы должны держаться вместе.

Мое сердце сбивчиво стучало в груди.

Очень медленно мы пошли дальше. Мы все еще носили импровизированные маски, но этот крик не походил на газ. В этом голосе звучало что-то похуже.

– Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось, – отмахнулся Нийол.

Я тихонько фыркнула.

– Избавь себя от этой чепухи. Меня не нужно защищать. И, кроме того, я не боюсь.

– Тогда ты на шаг впереди меня.

Ничего, кроме нашего дыхания, не было слышно. Перед нами появился перекресток. Два туннеля, справа и слева. Я старалась двигаться как можно тише, глядя на Нийола. Он мгновение колебался, потом указал подбородком влево и схватил меня за руку.

О’кей. Ничего страшного. В самом деле, худшее было позади, не так ли?

К сожалению, это осознание мало помогло, последние несколько дней доказали, что, когда я думала, что достигла дна, становилось все хуже и хуже.

Нийол дышал совершенно спокойно, но наши руки тем временем были мокрыми от пота. Невольно меня пронзила волна привязанности. От его напускного хладнокровия ничего не осталось.

Затаив дыхание, я сделала шаг вперед, в левый туннель. Он сделал это вслед за мной, и вдруг там не было ничего, кроме света. Ослепляюще белый свет – как в моем видении.

– Черт! – раздалось рядом со мной, и рука Нийола соскользнула с моей.

Через секунду яркость уменьшилась.

– Ты останешься здесь, друг, – промурлыкал тошнотворно сладкий голос. Я не могла разобрать, кому он принадлежал. Мой взгляд остановился на руке с серебристыми волосами, которая сжимала голову Нийола. И на руке, прижимавшей нож к его шее.

– Мы… Мы понятия не имели, что это за вечеринка, – произнес он, глядя на меня широко раскрытыми глазами. Ткань соскользнула с его рта.

Я сделала шаг вперед. У ног нападавшего стоял треугольный фонарь, который заливал светом нижнюю часть мрачного каменного туннеля.

– Они распылили какой-то газ! – пришла я ему на помощь. Мне даже не пришлось притворяться, голос и так звучал, будто вот-вот заплачу. – У нас не было другого выбора, мы должны были выбраться оттуда…

Нож прижался к гладкой коже Нийола. Его вены проступили. Проклятье.

– Пожалуйста, мы ничего не сделали! – воскликнула я.

– В неподходящее время в неподходящем месте, – ответил голос. Я не могла определить, принадлежал ли он мужчине или женщине, но фигура явно была меньше Нийола. Она стояла на цыпочках позади него. – Тот, кто верит, будет спасен… Как вас зовут?

С разговорами мы далеко не уедем. Скорее всего, даже если назовем вымышленные имена. С моим везением меня, скорее всего, узнают.

Так что я позволила адреналину взять контроль. Подняла одну ногу и со всей силой ударила по тонкому колену позади Нийола.

Крик боли наполнил туннель, Нийол извивался в объятиях, нож крутился в руке, полоснул по щеке, вонзился острием в темную кожу… Его лицо исказилось, но времени на ужас не осталось. В следующее мгновение Нийол шагнул следом, уперся ногой в колено, которое ударила я, и рванулся прочь.

– Ну, подождите, вы, маленькие бестии! – закричал голос позади нас. Я увидела только копну седых волос, потом меня дернуло вперед. От усталости теперь не осталось и следа. Мое тело собрало все запасы сил, и мы бросились в полумрак, преследуемые эхом ругательств.

* * *

Фигура даже не удосужилась броситься за нами. Либо мы действительно серьезно ранили ее, либо она нашла более легкую жертву.

Тем не менее мы замедлились только тогда, когда небольшое пятно света перед нами возвестило о конце туннеля. Вместо шума волн теперь слышалось птичье щебетание. Посреди ночи. Я безуспешно искала по каменным стенам динамики. Наверное, это относилось к чарам района Воздуха. При других обстоятельствах я была бы поражена.

Первым обрел дар речи Нийол.

– Ты действительно сумасшедшая, детка!

Я отпустила его руку, чтобы успокоить свое стучащее сердце.

– Если ты мне не нравишься, это не значит, что я хочу твоей смерти.

Ухмыляясь, он отмахнулся.

– Это был просто фарс. Он хотел напугать нас, не более того.

Приподняв брови, я указала на его рану. Кровавый порез украшал щеку.

– А это похоже на трюк, крутой парень?

Его улыбка угасла, и он остановился. Преградил мне путь.

– Спасибо, что спасла.

Я закатила глаза.

– Не стоит благодарности.

Он сделал шаг ко мне, теперь нас разделяло всего несколько сантиметров. Мы оба освободились от импровизированных масок. Я изо всех сил старалась удержать его взгляд и не смотреть на его разорванную рубашку и полуобнаженную грудь.

– Наш разговор прервали.

Я поспешно покачала головой.

– Все уже сказано.

– Нет, это не так.

– Нийол, прекрати.

Я протиснулась мимо него и пошла дальше.

Нийол тут же развернулся и поспешил за мной, чтобы в следующий момент встать передо мной. Во время нашего побега его коса распустилась, так что темные волосы упали ему на плечи.

– Оставь меня в покое! – сказала я кисло.

– Я не могу оставить тебя в покое.

– Ты…

Он уже подошел ближе. На этот раз с пылающим взглядом. И действительно имел наглость приложить палец к моим губам.

С моим самообладанием было покончено. Да, он помог мне выбраться из клуба и только что подвергся нападению, но это не давало ему права меня…

– Я знаю, что ты никогда не простишь меня за это. – Его губы дрожали, как и голос. – И я также не буду отрицать, что в то время это было скорее желанной возможностью отвлечься, чем преодолением. Меня не мучала совесть, и я также не задавался вопросом, что будет с ней или с тобой, но все, что произошло после этого, все, что я тебе сказал, было реально. Я не хотел испортить свою работу, поверь, это было последнее, чего я хотел. Но ты…

В один миг я увидела перед собой лицо Софии. Ее залитое слезами лицо, когда рассказала ей всю правду. Я схватила его за руку и оттолкнула в сторону. Шагнула ближе, чтобы пронзить его взглядом.

– Ты не испортил свою работу. Ты добился именно того, чего от тебя требовали.

Теперь его запах был всем, что я могла воспринимать. Я ненавидела его за то, как он был мне знаком.

– Странно, я не могу вспомнить, как получил задание влюбиться в тебя, Киана.

Мой гнев мгновенно угас.

Мое тело пораженно застыло. Даже сердце билось медленнее.

Дежавю. Дежавю. Дежавю, черт возьми!

Больше всего мне хотелось рассмеяться. Или заплакать от радости.

Нийол отступил назад, и теперь я совершенно ясно видела все перед собой. Знала, что отразится на его лице в любой момент. Потому что нет, он не планировал этого признания, ему это было неприятно. Его поведение в последние дни действительно имело смысл. Вероятно, он любой ценой хотел помешать мне понять, как тяжело ему видеть Уилла и меня вместе.

Нийол захлопал глазами. Хотел убежать. Взять свои импульсивные слова обратно. Я точно знала, что произойдет, потому что уже испытала это раньше.

Важно только то, что ты решишь.

Это был он. Мой шанс. Момент в Лидсе я не могла изменить, потому что прошлое изменить нельзя. Но будущее можно.

Словно в замедленной сьемке, я подняла руку и погладила его пряди за ухом.

– Мне очень жаль, – прошептала я. – Мне очень жаль, но я не собираюсь целовать тебя. Я учусь на своих ошибках, понимаешь?

Его взгляд дернулся ко мне. Черные глаза подозрительно мерцали.

– Я… Я не ожидал, что ты поцелуешь меня. – Нийол сдался и открыл мне всю боль, которую так хорошо скрывал. – Я знаю, что ты не хочешь моей близости…

Я опустила руку, чувствуя, как он отступает от моего прикосновения. Мне тоже это было не чуждо. Не потому, что я видела это в своем видении, а потому, что знала, каково это. Прикосновение того, кого ты любишь, когда тот не отвечает взаимностью.

– Мне очень жаль, – повторила я, вытирая свою щеку. – У меня есть чувства к другому.

Он стиснул зубы. Презрительно покачал головой и отвернулся.

– Как будто я этого не знаю.

Сердитыми шагами он пошел прочь.

Облегчение охватило меня, когда в следующее мгновение мы подошли к концу туннеля.

– Ну наконец-то, – неожиданно нейтральным тоном сказал Нийол и повернулся ко мне. Улыбка, в которую мне не особенно верилось, осветила его лицо. – Не похоже, чтобы Омилия нагрянула сюда.

Перед нами возник серебряный лифт. Послышалось журчание музыки. Голубоватый свет падал сверху. Прежде чем мы продолжили идти, двери распахнулись, и из них вышла платиновая блондинка с каре. На ней было обтягивающее блестящее коктейльное платье, а глянцевые губы были растянуты в широкой улыбке. Она замерла на мгновение, как только ее взгляд встретился с Нийолом.

– Боже, что с тобой случилось? – воскликнула она, шагнув вперед.

– Привет, Венди, – Нийол схватил ее за руку и поцеловал. Она вырвалась и встала перед ним. Несмотря на высокие каблуки, девушка доставала ему только до плеча.

Ее темные накрашенные глаза стали совсем узкими.

– Ты снова дрался? Ты не можешь ни разу…

– Нас перехватили в туннеле, мой ангел, – с усмешкой прервал ее Нийол. – Вечеринка в Идоре закончилась довольно внезапно, когда наши друзья распылили слезоточивый газ.

– Что?! – ее голос зазвучал на три октавы выше. – И почему никто не сообщил нам об этом?

– Большая часть людей, вероятно, были заняты тем, чтобы не попасть в лапы Омилии, – саркастически сказал он. – Значит, здесь все идет по плану?

Она кивнула и несколько раз нажала на кнопку лифта.

– Входите, пусть вас осмотрят наверху. А после этого ты с твоим придатком отправитесь прямиком домой, понял? Иначе у нас обоих будут большие неприятности.

Нийол рассмеялся.

– Киа, могу я познакомить тебя с моим любимым инвентом? Она примерно такая же надоедливая, как Уильям.

Я протянула ей руку. Она по-прежнему не обращала на меня внимания.

– Киана Либерт, – представилась я.

Выражение ее лица изменилось, девушка ошеломленно уставилась на меня, прежде чем натянуть извиняющуюся улыбку и пожать мне руку.

– Венди Кенсингтон. Прости, я сегодня не в себе.

– Не только ты, – пробормотала я, когда двери лифта раздвинулись.

Мягким движением она втолкнула нас внутрь.

– Я сообщу остальным. Пожалуйста, идите прямо за бар и позаботьтесь о ране. А потом уходите. Здесь слишком опасно. Если таверну «Таласса» уже накрыли, то это лишь вопрос времени, когда они обнаружат и нас.

Двери закрылись за нами. Я только успела увидеть, как Венди пошла в том направлении, откуда мы пришли. Прямо в туннель.

– Куда она пошла?

– До отеля «Анема» можно добраться не только на лифте, – сказал Нийол и прислонился к зеркальной стене, после того как нажал на одну из кнопок. Мы бесшумно двинулись вверх.

Отель «Анема».

Мне пришли в голову слова Пикабо, когда он появился у меня ночью: «Сейчас он находится на противоположном берегу от этого ночного клуба у Пноэ. Отель «Анема».

– Джонатан Слейтер, – вырвалось у меня.

Нийол нахмурился.

– Что?

– Есть ли способ добраться отсюда до другого берега?

– А?

– Мне нужно нанести кое-кому визит. Сегодня ночью, пока все отвлечены. Это идеальное время. В этой суматохе нас никто не хватится.

Это был мой шанс выяснить, действительно ли я могу доверять Фосу. И Пикабо говорил, что я должна взять с собой подкрепление, так ведь?

– Откуда ты знаешь Слейтера? – прошептал Нийол.

– Ты тоже его знаешь?

Он медленно кивнул.

– Раньше он принадлежал к Асфалии.

– Давай поедем туда. Я просто хочу поговорить с ним. Пожалуйста.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга. Потом его взгляд вдруг смягчился.

– Ладно. Я отвезу тебя.

Уилл тоже зависит от того, узнаю ли я сегодня правду.

Я была уставшей, перегруженной и, кроме того, обеспокоенной, потому что не знала, сбежали ли Уилл и остальные. Мне нужно было отвлечься.

Мои мысли, наверное, были написаны у меня на лице, потому что Нийол вздохнул.

– Позвони ему. Наверху у нас будет сеть. Позвони и спроси, все ли с ним в порядке. А потом расскажи ему о плане. Он может пойти с нами, если захочет.

– С каких это пор ты такой… милый?

Он оттолкнулся от стены. Вместо того чтобы подойти ближе, повернулся ко мне спиной и встал прямо перед дверями.

– С тех пор, как случайно выдал свои чувства и у меня больше нет цели притворяться бессердечным придурком.

* * *

Отель «Анема» представлял собой гигантский шар, вращающийся вокруг собственной оси, открывающий панорамный вид на город. Путей побега я не смогла обнаружить, однако нам пришлось пройти мимо трех охранников, прежде чем смогли войти в клубную зону. Нас пронзали злобными взглядами. Услышав наши имена, нас пропустили так же быстро, как и те вышибалы перед таверной «Таласса».

Меню напитков было таким же, как и на вечеринке в Идоре, и посетители казались такими же пестрыми. У меня не было возможности более подробно рассмотреть происходящее. Как и сказала инвент Нийола, мы пошли прямо за бар, где один из официантов принял нас с аптечкой. Мы оказались на обычной кухне. В раковине громоздилась посуда, а гигантская посудомоечная машина гудела.

Пока один из официантов ухаживал за раной Нийола, я набрала номер Уилла.

Несмотря на то, что сеть была, на телефоне не было ни новых сообщений, ни пропущенных звонков. Определенно не очень хороший знак. Я беспокойно бегала взад и вперед перед стеклянным фасадом.

Прошло семь гудков, прежде чем в трубке щелкнуло.

– Кто это?

Из-за фонового шума голос нельзя было четко разобрать, но он определенно звучал по-мужски… Только, к сожалению, совсем не принадлежал моему инвенту, чей голос я узнала бы повсюду, несмотря на уровень шума. Проклятье. Дрожащими пальцами я закончила разговор.

– Ты не дозвонилась? – спросил Нийол.

Я обернулась.

– Ответил кто-то посторонний.

– Только не придумывай себе всяких ужасов. Это еще ничего не значит.

Или это значит, что их поймали. Я присоединилась к ним, рассеянно наблюдая, как официант дезинфицирует рану Нийола, который изо всех сил старался скрыть свою боль. Он задержал на мне взгляд.

– Я серьезно, не углубляйся в это. Попробуй набрать своих друзей.

Это было именно то, что я намеревалась сделать. Я нажала на список контактов и попробовала сначала Дарию, затем Каспера. У обоих автоответчик.

– Проклятье. – Я взъерошила волосы.

– Если хочешь вернуться домой, я могу это понять.

– Это реверсивная психология?

Он усмехнулся и вздрогнул в тот же момент, когда парень наклеил на него пластырь. Прежде чем Нийол успел ответить, в моей руке завибрировал телефон. Взгляд дернулся к дисплею. Номер не был записан. Со смешанными чувствами я нажала на зеленую кнопку ответа.

– Да? – осторожно спросила я.

– Киана? Это ты?

Я шумно выдохнула. Я уже слышала этот голос раньше…

– Это Ариэль. К счастью, я дозвонилась до тебя, дорогая. С тобой все в порядке?

– Да, да, я…

– Почему никто не сказал мне об этой идиотской вечеринке? – перебила она меня. – Не поймите меня неправильно, я обычно ценю поводы разозлить брата, но это? Это просто безумие! Нерон сейчас действительно вне себя.

– Ты что-нибудь слышала о Дарии?

– Нет, именно поэтому и звоню. Она собиралась навестить меня сегодня вечером вместе с сестрой Уильяма. Вместо этого весь район в смятении из-за бунта.

– Я в Пноэ. С Нийолом. Нам удалось сбежать, когда они нагрянули со слезоточивым газом. Я пыталась дозвониться до нее, Каспера, Уилла и Алессы… Боже мой, а что, если их поймают?

На мгновение воцарилась тишина. Когда Эль заговорила, ее голос звучал гораздо мягче.

– Я бы поняла это, Киана. Слышишь? Не беспокойся об этом. Я только что была в Омилии, разговаривала с наставниками. На ваше счастье, мой дорогой брат все еще находится на лечении и передал бразды правления на сегодняшний вечер.

Надежда погасила любую разумную мысль. При других обстоятельствах меня бы интересовало состояние Нерона – и особенно то, почему он так слетел с катушек, – но теперь имело значение только одно.

– Мне прийти к тебе? Тогда сможем поискать их вместе?

– Не думаю, что это хорошая идея. Они обложили ваш дом. Обыскивают улицы. Вам лучше оставаться на месте. Как только Уильям появится, я скажу ему, что с тобой все в порядке. Вы ведь в порядке? Тебя беспокоит этот высокомерный Пноэ?

Против собственной воли я рассмеялась.

– Нет-нет, не волнуйся. У меня все под контролем.

– Хорошо, дорогая. Мы останемся на связи, ладно? Береги себя. И если увидишь мою племянницу, передай, что я скоро нанесу ей визит, – с этими словами она завершила звонок.

Нийол спрыгнул со стула, на котором его лечили. Официант с любопытством посмотрел на меня, прежде чем вернуться к стойке бара.

– Я вижу облегчение?

– Это была Ариэль, – поделилась я с ним. – Она сказала, чтобы я оставалась здесь.

– Отличная идея. Могла бы быть моей. – Он подмигнул мне, потом стал серьезным. – Почему это делает тебя счастливой?

– Она была в Омилии и сказала, что поняла бы, если бы они поймали кого-то из моих друзей.

– Ну вот видишь. Так что лучше ломай себе голову над чем-нибудь значимым. – Он шагнул ближе ко мне, испытующе огляделся и понизил голос: – Если поторопимся, сможем быть на побережье через час.

– Думаешь, этот тип не спит в это время?

– Ради тебя он захочет пожертвовать своим сном. Если вообще спит. Не удивлюсь, если он начеку каждую секунду. В конце концов, он прячется от секты фанатиков.

Нам все равно нужно было убить время. Я бы точно не стала сидеть сложа руки в этом модном местечке.

– Пойдем.

* * *

После того, как услужливые официанты подарили нам пуловер с логотипом клуба, мы сели в тот же лифт, что и раньше, только спустились не до конца, а вышли на первом этаже, где столкнулись с парнем из службы безопасности в тускло освещенном коридоре.

– Ваша лодка уже ждет, – сказал он, обращаясь к Нийолу, и вежливо кивнул мне: – Приятной поездки.

– Как у тебя получилось так быстро все организовать? – прошипела я, проскользнув через дверь рядом с лифтом, которую он придерживал. Нас встретил прохладный воздух.

Вместо ответа Нийол просто весело улыбнулся.

Мы оказались на платформе, от которой вел узкий подвесной мост. На несущих тросах были маленькие лампочки.

– Когда ты на самом деле узнала, кто я? – нарушил молчание Нийол.

– В ночь празднования юбилея. Я видела вас с Арьей вместе на крыше, когда стояла на противоположной стороне.

С почином. Я схватилась за натянутые веревочные перила. Мост покачивался на ветру. Не особенно заманчиво, но мне ничего другого не оставалось. Кроме того, теперь у меня уже была практика. Я ухватилась справа и слева, напрягла плечи и сделала первый шаг.

– Я так и знал! Ты была слишком спокойна, когда я появился у твоей двери. Ты не теряла самообладания, пока не поняла, что мы с Уильямом знали друг друга.

– Прекрасное совпадение, да?

– Ты задумывалась о том, чтобы вызвать меня на разговор? – он шел сзади меня. Мост застонал под нашим весом.

– Нет, – сухо ответила я. – Это была первая ночь, когда я сознательно запустила свой дар, и у меня правда были более насущные проблемы. – Меня не волновало, что я должна быть осторожна с информацией о своем даре. Мне нужно было о чем-то поговорить, чтобы избежать паники, протянувшей ко мне свои холодные пальцы.

– Что? Так поздно? – его голос внезапно приобрел странный оттенок. Он буквально выдавил из себя слова.

– Только не говори, что ты тоже боишься высоты, – вырвался у меня безумный смех. – Ты же Пноэ!

– Какое отношение одно имеет к другому? – Нийол изо всех сил старался казаться непринужденным, но обмануть меня ему не удалось.

– О боже, ты действительно напуган так же, как и я, – снова засмеялась я.

Вместо того чтобы возразить мне, он тоже рассмеялся.

– Заткнись и двигайся, – задыхаясь, проворчал он. – Чем быстрее мы спустимся с этой дьявольской штуки, тем лучше.

Я повиновалась. Вскоре у меня заболел живот от громкого смеха. И даже когда ноги подкашивались, а сердце стучало как сумасшедшее, я не могла остановиться.

Такова была жизнь, верно? Внушающая страх и сумасшедший смех одновременно.

Спустя целую вечность я увидела перед собой свет. Один уличный фонарь. Посреди густо заросшего холма.

Последний отрезок мы пробежали, хотя мост от этого только еще сильнее качался.

Мы очутились на твердой земле и улыбнулись друг другу, пытаясь отдышаться.

– Я начинаю сожалеть о своем плане, – сказал Нийол.

– Да, если бы ты упомянул, что он требует прохода через подвесной мост, включая безумный страх, я бы не согласилась так быстро.

Мы шли до самой высокой точки, пока между зарослями не стала видна узкая тропинка, круто ведущая вниз. К сожалению, разглядеть можно было только первые несколько метров – кроме уличного фонаря больше освещения не было.

– Ты идешь первым. – Я скрестила руки на груди и остановилась, снова вытащив свой телефон, чтобы включить фонарик. – У меня нет желания сломать себе шею.

– Тут меньше десяти метров, трусишка. Разве еще не слышишь, как шумит море?

Он был прав. Наверное, я слишком сосредоточилась на своих чувствах, но теперь совершенно отчетливо был слышен безошибочный шум волн, разбивающихся о скалы.

– Увидимся на берегу, – таинственно прошептал он, потом побрел вниз по тропинке. Через несколько секунд его силуэт исчез среди колючих кустов.

– Засранец, – пробормотала я, оглядываясь в последний раз. Отель «Анема» сиял в ночном небе. Цвета четырех элементов поочередно озаряли сферу.

Я посмотрела вперед. Если его страх высоты был таким же сильным, как и мой, и расстояние его не беспокоит, то тут действительно могло быть всего несколько метров. По крайней мере, я на это надеялась.

– Эй, у нас нет времени торчать тут всю ночь! – донесся до меня его голос. Ну вот, он был совсем рядом.

– Не дави на меня! – крикнула я в ответ, но затем закрыла глаза, вытянула руки и соскользнула в пропасть.

Все закончилось прежде, чем стало по-настоящему страшно. В один миг я чувствовала, как ветки впиваются мне в руки и ноги, а в следующий момент наткнулась на что-то мягкое.

Я моргнула.

Руки Нийола сомкнулись вокруг моей талии.

– Что я говорил?

Я поспешно высвободилась и подняла свой телефон. Одновременно волна прокатилась по моим ногам, и холодная вода пропитала колготки. Я рефлекторно отпрыгнула назад.

Как было обещано, нас ждала лодка. Она была привязана двумя веревками к деревянному столбу и была больше, чем туристические гондолы. К тому же намного изящней.

– Электромотор, – прошептал мне на ухо Нийол и начал снимать веревку. – Потому что нам не нравится вся эта ностальгическая чушь, как в Идоре.

– Я уже заметила, что Пноэ – снобы среди одаренных, – ответила я со сладкой-сладкой улыбкой.

Со смехом он вскочил на лодку и протянул мне руку.

– Просто прекрати. Всякий раз, когда ловко отвечаешь на мою чушь, я влюбляюсь в тебя еще больше.

Я застыла на месте.

– Не смотри так, это была шутка. Может, только наполовину. А теперь иди сюда.

Смущенная, я схватила его за руку и дала помочь мне забраться на лодку. Нийол удивительно быстро оправился от моего отказа, раз даже мог шутить на эту тему. Может быть, это только потому, что он никогда всерьез не предполагал, что я отвечу ему взаимностью…

Он затянул трос в лодку и завел мотор.

– Ни единого облачка в ночном небе при скорости ветра не более двадцати километров в час. Устраивайтесь поудобнее и наслаждайтесь поездкой, мисс Либерт!

* * *

Около десяти минут все шло хорошо. Мы летели над поверхностью воды, попутный ветер сдувал мои волосы назад, наполняя живот хорошим покалыванием. Спустя несколько восхитительных ударов сердца я была свободна. Свободна от обязательств, свободна от забот. Нийол оставил меня в покое, и я наблюдала за белыми брызгами, которые поднимала лодка, и звездным небом над нами. Только мои постоянные взгляды на телефон омрачали настроение, экран оставался черным.

Когда капли дождя упали мне на лицо, в голове еще не зазвенели тревожные звоночки. Это чувство было слишком знакомо мне с тех пор, как я приехала в Тессарект, чтобы заставить паниковать.

Только когда Нийол повернулся ко мне с широко распахнутыми глазами, я очнулась от своего транса. Его губы шевельнулись, но слова потонули в грохоте грома.

Я запрокинула голову и сразу же получила мощный дождевой душ. Капли падали все быстрее с бешеной скоростью.

– Это, должно быть, буря, которую Фос пытался вызвать! – крикнул Нийол, держась за руль. На много километров вокруг на воде была только наша лодка.

– Ты действительно в это веришь? – ответила я так же громко. Я вздрогнула, когда молния разорвала небо.

– Я никогда не испытывал ничего подобного! Мы в моем районе, черт возьми! Штормовые порывы, да, но дождь?

– Тебя беспокоят капли воды? – В его глазах промелькнул страх. – Не ветер или молния?

– Мы сейчас не будем терять самообладания, хорошо?

– Слишком поздно! – ведь это не могло быть правдой! Когда, скажите пожалуйста, успела подняться чертова буря, а мы и не в курсе? – Если доберемся до берега живыми, я сверну тебе шею за эту глупую идею!

Он рассмеялся, и это прозвучало так, словно парень был близок к безумию.

– Мы должны пройти через это сейчас. Возвращаться – самоубийство, ветер слишком сильный. Видишь вон тот маяк? Едва заметный на расстоянии? Туда мы должны доплыть. Мы справимся с этим. Ты слышишь? Мы справимся с этим.

Я замерла. Действительно – рассеянный свет мерцал в ночи. Но это не было причиной того, что все во мне превратилось в лед.

Рассказчик! Легенда о двух влюбленных. Я покачала головой, чтобы прогнать воспоминание.

– Рассказчики, – крикнула я. – Всегда ли вы адаптируете свои рассказы к аудитории? Или есть фиксированные требования?

Он озадаченно посмотрел на меня, потом пожал плечами.

– Фокусы для туристов. Не знаю, что они рассказывают. – Его лицо тем временем стало таким же мокрым, как и мое.

– Ты никогда не утруждал себя тем, чтобы выслушать их?

– Последние несколько лет я тратил свои дни на то, чтобы постоянно совершенствовать свой дар. На сказки было мало времени.

– Это не сказки, – возразила я. – Они основаны на чем-то истинном. И эти рассказчики, кажется, всегда узнают меня.

– Какой сюрприз. Ты – злодейская полукровка. Каждый ребенок в Тессаректе знает тебя.

Я прищурилась и ухватилась за край лодки, когда меня дернул еще один порыв ветра.

– Почему ты меня не боялся? Ты вырос с таким же промыванием мозгов, как и все остальные.

– Ты говоришь об опьянении, а? Арья заверила меня, что я не подвергнусь опасности. Опьянение поражает только тех одаренных, кто использует свой дар перед одаренным другой стихии.

– И ты ей поверил? Разве в Омилии не проповедуют, что простого контакта с одаренным другой стихии достаточно, чтобы сойти с ума?

– В Омилии много чего проповедуют, когда день длинный.

Мы оба вздрогнули, когда еще одна молния осветила лодку.

Холодный страх разъедал мои конечности. Пальцы были похожи на сосульки. Я уже не могла сказать, то ли дождь, то ли хлещущие волны промочили мою одежду. В любом случае, ткань прилипла к моей коже.

– Моя мама… – воскликнул Нийол, освободил одну руку от руля и потянулся за моей. Я не протестовала. – … моя мама была из тех, у кого мятежные мысли. Хотя я тоже столкнулся с промыванием мозгов в Омилии, но у нас дома все выглядело совсем по-другому. Мама с тех пор, как я мог соображать, внушала мне, что слепо следовать правилам опасно. Даже – или только если – эти правила многовековые.

– Умная женщина. – Я впилась пальцами в его кожу.

– Она заплатила за это своей жизнью. Это не должно случиться со мной.

Я покачала головой. Я почти ничего не могла разглядеть. Ветер немного поутих, и даже гром теперь звучал все дальше и дальше, однако дождь стал сильнее, чем прежде. Вода лилась в лодку, образуя лужи у наших ног.

Лодки тонут не из-за воды, которая их окружает, а из-за воды, которая попадает внутрь.

Черным по белому я увидела перед собой слова. У Софии над кроватью висела доска с цитатами. Мотивирующие высказывания для любой жизненной ситуации. Это была одна из них, и я точно запомнила последнюю фразу: не позволяй всему, что тебя окружает, проникать внутрь и тянуть тебя вниз.

Одиннадцать

Алмаз

– С тобой этого не случится! – я скользнула вперед, прижимаясь к его мокрой спине, не отпуская его руки.

Вода у наших ног поднималась все выше и выше.

Его хватка усилилась.

– София всегда говорила о тебе, когда я ее встречал. Она говорила и о других ваших друзьях, но никогда так, как о тебе. Ее лицо светилось, и я почти ревновал, потому что никогда не испытывал такой связи с другим человеком. Вы были родственными душами. Я думал, что ничто и никто не сможет встать между вами. Я не знаю ее и наполовину так хорошо, как ты, Киа, но знаешь, я думаю, что однажды она простила бы тебя.

Теплая влага смешалась с холодными каплями дождя на моих щеках.

– Я знаю.

Мы так и стояли, прижавшись друг к другу. Мои глаза закрылись.

– И все же я позволила тебе встать между нами, – сказала я, не стесняясь того, что меня душили слезы.

Я подняла голову с его спины, и мои веки дрогнули. Вода стекла полосами по моему лицу, но больше ничего не было. Я отпустила его руку и была готова прыгать от радости.

– Нийол, дождь перестал идти!

Он одарил меня торжествующей улыбкой и освободил другую руку от руля, чтобы поднять обе руки в воздух.

– Не только дождь.

Безветренно. В один миг стало безветренно. Вода застыла. Перед нами ввысь устремились скалы, на которых возвышался красно-белый полосатый маяк, конус света которого блуждал по воде.

– Мне действительно нужно взять себя в руки, чтобы не поцеловать тебя, – крикнул Нийол через плечо и опустил руки.

– Веди себя прилично! – я не могла и не хотела останавливать хихиканье, последовавшее за моим предупреждением.

– Ничто не сравнится с ощущением близкой смерти посреди ночи со своим бывшим, да?

Покачав головой, я опустила взгляд. Вода скопилась на дне. Еще несколько сантиметров, и мы стали бы жертвами наводнения.

– Хотя для тебя в этом нет ничего нового. Ты ведь что-то вроде эксперта в ощущении близкой смерти.

Облегчение затянуло мой мозг ватой, и все же я замерла при его словах.

– Что ты имеешь в виду?

Он мимолетно моргнул, прежде чем снова сосредоточиться на руле.

– Разве не это триггер твоего дара? Близость смерти?

– Откуда ты это знаешь?

Я не получила ответа. В следующее мгновение нас вынесло на берег, с негромким звуком мы врезались в обрыв.

– Качество нашего транспорта все же оставляет желать лучшего, – сказал Нийол, поднимаясь. – Пойдем. Мы же не хотим злоупотреблять своим счастьем.

Рука об руку мы спрыгнули с лодки и двинулись вверх по скалистому берегу, за которым, к моему облегчению, обнаружили пляж с черным песком. Дрожа, я наблюдала, как волны снова и снова бросали лодку на скалу, пока по переднему корпусу не прошла большая трещина.

– Пойдем, нужно идти дальше, мы теперь не сможем ей помочь, – прокомментировал мой потрясенный взгляд Нийол.

– Из-за плохого качества. – Я фыркнула. – Эта штука спасла нам жизнь.

Со стоном я выпрямилась. Когда у нас обоих под ногами оказалась твердая почва, я посмотрела ему в лицо.

– Вернемся к теме. Откуда ты знаешь триггер моего дара?

Он казался серьезно озадаченным.

– Фос как-то упомянул его мимолетом. Почему это имеет значение? Он не должен был рассказывать? Я не собираюсь распространяться об этом. Разве нам не нужно дальше? Мне чертовски холодно.

Я покачала головой.

– Я никогда не говорила Фосу о триггере своего дара.

– Значит, он угадал его, ну и что?

– Угадал? Ты же знаешь, какую суету устроили в Омилии из-за этого?

– Давай обсудим это позже? У нас все еще впереди небольшая прогулка.

Я неохотно кивнула. Сейчас не время для этого – я столкнусь с Фосом в следующий раз, когда буду в штаб-квартире Мигмы.

– Ты знаешь, куда идти?

Нийол вытащил свой мобильный телефон, вытер дисплей о свитер и постучал по нему, прежде чем указать направо.

– На запад. Примерно километр вдоль побережья. Хижина, вероятно, находится на опушке леса, спрятанной между деревьями.

– Звучит так, что посреди ночи пропустить ее невозможно, – сухо прокомментировала я.

– Мы только что пережили шторм, так что с этой задачей тоже смело справимся.

Я закатила глаза, но молча согласилась с ним.

Вскоре мои зубы застучали друг об друга из-за холода.

– Скажи мне, если тебе нужен мой промокший свитер.

– Ты слишком добр.

Как только мы отошли на шаг от маяка, кроме черного песка и зловещих очертаний деревьев слева было мало что видно. Несомненно, сегодня ночью ни одна человеческая душа, кроме нас, не решится пойти сюда. Волны справа неторопливо шумели, звезды на небе ярко сверкали. Мирное зрелище. Если бы я не промокла с ног до головы, могла бы поклясться, что последние полчаса были продуктом моего буйного воображения.

– Как шторм мог прекратиться так быстро? – пробормотала я и, обхватив себя руками, растерла себя быстрыми движениями.

– Понятия не имею. Как я уже сказал, мы все еще находимся в Пноэ, хотя и на окраине района. Такие дожди обычно бывают только на западе. Или когда равновесие нарушено.

– Какое равновесие?

Нийол посмотрел на меня многозначительно.

– Равновесие стихий. То, что имел в виду Фос.

– Рассказчики тоже имели в виду что-то в этом роде, – насмешливо отозвалась я.

– Конечно, твои любимые рассказчики.

– Перестань издеваться надо мной. Без них у меня вообще не было бы никакого представления о том, что происходит в Тессаректе. В Омилии от меня отмахивались лишь загадочными общими фразами. Где-то я должна была почерпнуть знания.

– Я удивительно часто забываю, что ты стала частью этого мира всего несколько недель назад, – пробормотал он. – Итак: равновесие стихий выходит из-под контроля, если мы регулярно не используем наши дары. Или когда какая-то злая, очень злая энергия замышляет недоброе рядом с нами.

– Злая энергия? Ты имеешь в виду меня?

Он фыркнул и откинул в сторону черную ветку.

– Кого еще я должен иметь в виду? На самом деле в этом нет особого смысла, ты же сама говорила, что уже не раз использовала свой дар. До сих пор я не замечал никаких природных или погодных катастроф, за исключением шторма, который несколько Пноэ вызвали на днях, когда назначили встречу.

– Природа реагирует на то, что я использую свой дар? – с сомнением спросила я.

– Разве тебе не рассказывали легенду о дочери богов? Человеческое дитя, которое несет в себе злую энергию и может этим уничтожить весь мир? Чьи способности проявляются, когда приближается к смерти?

Я была не совсем уверена, шутил ли он надо мной или действительно был уверен в том, что говорил. Я небрежно пожала плечами.

– Да. И могу заверить тебя, что мой дар не злой.

– Расскажи подробнее. – Теперь он усмехнулся.

– Ты лучше скажи мне, почему рассказчики распространяют эту легенду по городу и, по-видимому, она относится к базовым знаниям, но у Нерона и остальных до недавнего времени не было ни малейшей догадки, что является моим триггером?

Нийол внезапно остановился и схватил меня за плечо. Его темные брови сдвинулись.

– Ты слышала эту легенду от рассказчиков?

Я кивнула.

– Видишь, они все-таки очень полезны.

Он покачал головой.

– Это невозможно. Рассказчики относятся к Омилии. Это инвенты, которым в свободное время больше нечем заняться, кроме как служить своим святым наставникам, поддерживая туристическую деятельность. Они бы никогда не рассказали о себе такую историю. Я слышал эту легенду в Мигме.

– Там тоже ходят рассказчики?

Он недоверчиво посмотрел на меня.

– Конечно, нет. Фос владеет наследием мятежных организаций. Книги, статьи. Запрещенный материал, который лаковые обезьяны в Омилии сожгли бы без колебаний, если бы когда-нибудь получили к нему доступ.

– Сжигание книг? В каком веке мы живем?

– Угу.

Нийол был прав. Что-то здесь не сходилось. Одно странное событие следовало за другим. Мое видение. Предупреждение Пикабо. Дело в том, что Фос знал о моем триггере и я слышала якобы запрещенную легенду в городе средь бела дня. Все эти события, казалось, были вызваны одним и тем же вопросом: кому я могу доверять? Омилии? Мигме? Никому, кроме себя самой?

Возможно, сегодня ночью я стану немного ближе к истине. Надежда, как известно, умирает последней.

Песчаная дорожка размывалась с каждым шагом и в конце концов полностью затерялась в гальке. Через несколько метров нам не оставалось ничего другого, как идти прямо в лес, – альтернативой было море, и сегодня я явно была сыта им по горло.

Подлесок хрустел под нашими ногами, и крик совы достиг моих ушей, когда что-то зашуршало у моих ног. Наши телефоны давали нам видимость всего на несколько метров, но быстро стало ясно, что этот участок леса был не таким развитым, как тот, что в районе Идор. Наверное, потому, что к водопаду совершало паломничество гораздо больше людей, чем сюда. Сорняки росли в метр высотой, а стволы деревьев стояли так близко друг к другу, что нам приходилось обходить их. Мое сердце забилось быстрее, и я вдохнула лесной запах. Сочетание мха, листьев, грибов и папоротников немного успокоили. Тяжелый, сладковатый и землистый аромат.

– Я слышал, здесь водятся медведи, – прошептал Нийол в темноту. – И кабаны.

– Они будут твоей наименьшей заботой, если будешь продолжать в том же духе, – ответила я, уклоняясь от толстой ветки над головой, на которой болталось что-то непонятное. Быстрее вперед. У меня было мало желания выяснять, живое ли оно. – Разве я не обещала свернуть тебе шею, если мы доберемся до берега?

– О, да ладно, я тебе тоже немного нравлюсь.

Я подняла руку, освещая окружение, когда раздалось шипение.

– Что это было? – я повернулась к Нийолу и посветила ему в лицо. Он покачал головой, выражение его лица было поразительно серьезным.

– Это не смешно, – прошипела я.

– А я и не смеюсь!

Вот, опять. Острый предмет молниеносно пролетел по воздуху и с шорохом исчез где-то в кустах. Звук был слишком близко.

– Если это не ты, – прошептала я и сделала еще один шаг вперед, – тогда на нас напали.

– Осталось всего несколько шагов. Он должен быть там. Нийол протиснулся между двумя стволами и догнал меня. – Вот, смотри. Мы очень близки. – Он держал свою карту перед моим носом.

– Отлично. Тебе не кажется, что парень не хочет, чтобы его обнаружили? Похоже, он принял меры предосторожности…

Остальное застряло у меня в горле. Нийол шагнул передо мной, нас разделяло всего полшага.

Шипение раздалось снова, на этот раз сопровождаясь придушенным криком Нийола. Одним резким движением его тело взметнулось в воздух на моих глазах. Как по волшебству, парень улетел в темноту только для того, чтобы через несколько секунд болтаться вниз головой на ближайшем дереве.

Я машинально подняла руку, в которой был телефон.

– Ах черт возьми…

Он находился на высоте не менее двух метров над землей. Его тело было связано натянутой сетью, лодыжки привязаны к толстой ветке.

Несколько секунд я не двигалась с места.

– Киа! – крикнул он мне, выводя меня из транса. – Найди Слейтера и скажи ему, кто ты. И смотри, куда наступаешь.

– Не нужно, – раздался из темноты хриплый голос. – Слейтер уже здесь.

Я с трудом сглотнула и повернулась вокруг собственной оси. Безуспешно. Ничего, кроме растений и стволов деревьев. У меня во рту пересохло.

– Мы не хотим вам зла, – воскликнула я. – Мы просто хотим поговорить.

– Поговорить. – Дребезжащий смех. – Вы все хотите поговорить.

– Это Киана Либерт, черт возьми! – проревел сверху Нийол. Усилие исказило его голос. – Мы принадлежим к Мигме.

Пару мгновений не было слышно ничего, кроме тихого пения соловья.

– Вас послал Фос?

– Нет. – Я попыталась изгнать неуверенность из своего голоса. – Мы хотим правды. Мне лгут с тех пор, как я приехала в Тессарект. Нерон и все остальные.

– Откуда мне знать, что ты тоже не лжешь? – прохрипел голос.

Я подумала о словах Нийола. Меня здесь знал каждый ребенок. Даже в тюрьме меня сразу узнал член Асфалии.

– Посмотрите на меня! Посмотрите мне в лицо и убедитесь сами. Я дочь Кая и Агнии Либерт.

Раздался кашель.

– Разве не было бы довольно глупо со стороны полукровки из всех людей искать именно члена Асфалии?

– О, прекратите, – вмешался Нийол. – Эта секта преследует вас не меньше, чем Киану.

– А ты кто, дружок? – ответил голос. Было ли это всего лишь моим воображением или он казался немного впечатленным?

– Я – никто. Моя мать была убита старейшиной Пноэ, ее собственной плотью и кровью за то, что выступила против Омилии.

На этот раз пауза затянулась дольше. Я едва осмеливалась дышать, не говоря уже о том, чтобы пошевелиться.

– Нийол Фестида. Чем обязан такой чести?

– Мы можем обсудить это, когда вы меня отпустите? – отозвался Нийол. – Мы чуть не утонули полчаса назад, и кровь, которая только что ударила мне в голову, не делает ситуацию лучше.

Вот это самообладание! Однако его тон, казалось, подействовал.

В следующее мгновение я была ослеплена. Резкий свет нарисовал перед моими глазами большие яркие пятна, заставив темный лес исчезнуть.

– Шагай вперед, – голос был совсем близко. – Медленно. И подними руки. Если это ловушка, твой друг поплатится за это.

Я зажмурила глаза, пытаясь что-то разглядеть, но луч был слишком ярким. Передо мной появилась тень. Или это было просто еще одно дерево?

– Делай, что я тебе говорю, мисс.

Поэтому я сдалась. Подчинилась его указаниям и полностью закрыла глаза, когда боль стала слишком сильной.

Несколько секунд вообще ничего не происходило. Только свет за моими веками угас.

Потом кто-то свистнул сквозь зубы.

– Ну и ну. Даже и не скажешь, на кого из них двоих ты больше похожа.

Я не могла устоять перед желанием взглянуть на него. Мне пришлось открыть глаза. Прямо передо мной стояла сухощавая фигура с фонариком в руке, теперь направленным на покрытую корнями землю, а не на меня. Мужчина. С длинными ногтями, под которыми скопилась грязь, и с одним светлым пухом на голове. Зато густая рыжевато-коричневая борода скрывала половину лица и доходила до груди. Густой белый мех лежал на его плечах, с одной стороны свисала светлая лисья голова. Я посмотрела в ее маленькие настороженные глазки. Ее взгляд, казалось, пронзил меня насквозь.

Куда только Нийол нас завел?

Мужчина был широкоплечим и примерно такого же роста, как Уилл. Во всяком случае, без посторонней помощи я не смогла бы с ним справиться.

– Не смотри так, вы внушили мне по крайней мере такой же ужас, как и я вам. Я тебе ничего не сделаю, – сказал он после секундной игры в гляделки.

Корни под его ботинками, также покрытыми мехом, не издали ни звука, когда он прошел мимо меня к дереву, где Нийол попал в ловушку. Несмотря на свое коренастое телосложение, он как будто парил над землей.

– Иди сюда. Направь фонарь на меня. – Он протянул его мне не глядя.

Пожалуй, разумнее всего было повиноваться ему.

Лапообразными руками мужчина нащупал покрытый мхом ствол, только чтобы схватить самую нижнюю ветвь и оттолкнуться от земли. Он переходил от ветки к ветке с нечеловеческой скоростью, я едва могла достаточно быстро следить за ним фонариком.

– Не в глаза. Хочешь, чтобы я ослеп? – с невозмутимым видом он провел рукой перед лицом, что, казалось, не имело значения для его равновесия.

Я быстро опустила руку.

– Я опущу тебя на веревке, мальчик, – услышала я, как мужчина сказал Нийолу, который вел себя подозрительно тихо. Он издал какой-то звук, который можно было истолковать и как одобрение, и как подозрение.

Возможно, страх все же одолевал его.

Я чувствовала себя совершенно бесполезной, стоя там с фонариком в руке и наблюдая за происходящим. Сначала мужчина ухватился за веревку одной рукой, потом схватил ее обеими руками и позволил ей очень медленно скользить вниз. Если вес Нийола и волновал его, он не обращал на это внимания. Он даже не выглядел сосредоточенным. Скорее раздраженным, потому что ему нужно было позаботиться об этом.

Я зажала фонарик под мышкой и потянулась в воздух, как только Нийол оказался на уровне моих глаз.

– Ты в порядке? – тихо спросила я. Я тщетно искала его взгляд.

– Угу, – пробормотал он. – Я просто пытаюсь убедить себя, что сейчас не лучшее время для рвоты. Это требует всей концентрации.

Я поддерживала его и опустилась на корточки, чтобы как можно мягче опустить его на землю.

Как только это было сделано, мужчина отпустил веревку.

– Эй, – невозмутимо отозвался он. – Свет, если позволите! К сожалению, я ни черта не вижу ночью.

Так же быстро, как взобрался на дерево, он снова оказался рядом с нами. Ловкими ручками ухватился за сеть и потянул ее, прежде чем освободить от нее Нийола и протянуть ему руку, чтобы тот мог подняться.

В свете фонарика цвет его лица казался совсем зеленым.

– Так… – Мужчина переводил взгляд между нами, и наконец, схватил фонарик и, кивнув головой, указал нам за спину. – Меня зовут Джонатан Слейтер, как вы совершенно верно определили. И я бы сказал, что приглашаю вас на домашний пунш.

* * *

Почему-то я представляла себе членов Асфалии более страшными. Даже если они были бывшими. Тип, которого я видела в тюрьме, явно лучше вписывался в мои представления.

Хижина Джонатана Слейтера была крошечной и пахла деревом и лесными ягодами. Если там и были окна, то они были покрыты разноцветной тканью, которая свисала по всем четырем стенам. На потолке виднелось небольшое отверстие для дыма. В центре потрескивал костер, а с потолка свисали горящие фонари рядом с чем-то, похожим на копченое мясо.

Мы с Нийолом позволили ему толкнуть нас на раскладушку и приняли дымящиеся чашки, которые мужчина протянул нам. От них исходил тот же запах, что и от качающегося медного котелка, висевшего над огнем.

Слейтер бросил нам вязаные одеяла, прежде чем подтащить деревянный табурет к огню и устроиться на противоположной стороне.

– Что вы здесь делаете, дети? – наконец со вздохом спросил он.

Нийол взял мою чашку, а я натянула ему на плечи одно из одеял, прежде чем завернуться в другое. Я была уверена, что выражение моего лица прямо-таки расплылось от благодарности. Горячий напиток и теплое одеяло были как раз тем, на что мы и не смели надеяться.

– Как уже сказала, – ответила я, снова взяв свою чашку и прижав к ней каждый палец. – Мы хотим знать правду.

Джонатан Слейтер ничуть не смутился.

– О чем?

– О Фосе и Мигме. То, что Нерон хотел моей смерти – ну, не совсем, только чтобы спасти меня, я уже знаю…

– Нерон. – Мужчина хмыкнул и погладил себя по бороде. – Нерон Лагард то еще посмешище.

– Разве вы не находитесь под его защитой? – вмешался Нийол.

Хмыканье превратилось в полномасштабный смех. Слейтер насмешливо протянул указательный палец в нашу сторону.

– Ты думаешь, мне было бы нужно расставлять ловушки в лесу и запираться в этой развалюхе, если бы я находился под защитой Лагарда? Ты действительно такой глупый или просто притворяешься?

Нийол не унимался.

– Как вы можете жить в Тессаректе, если Нерон не имеет к этому никакого отношения?

Я непонимающе посмотрела на него.

– Членам Асфалии категорически запрещено входить в город, – добавил он, обращаясь ко мне.

– Я не имею ничего общего с этими сумасшедшими, – прошипел Слейтер. – Так сложи один плюс один, лисенок. Как ты думаешь, почему я решил укрыться в городе стихий?

– На вас охотятся, – повторила я слова Нийола, сказанные ранее. – Вас разыскивают за то, что ушли из секты?

Слейтер потер потрескавшиеся губы, исчезнувшие под рыжими усами.

– Не так-то просто уйти. Но да. Я на самом верху списка оставшихся.

Я инстинктивно наклонилась вперед.

– Оставшиеся? Что это значит?

– Ты хочешь знать правду, девочка? Я могу рассказать тебе правду. Кому ты будешь доверять, это твое решение. Я не знаю своего места в твоем сверхъестественном мире. Для меня важны только факты. Как я слышал, ты не совсем невежественна. Несколько месяцев назад к нам прибыл посланник от имени Лагарда. Рассказал о дьяволе, который втайне вырос в английском городе. Аномалия: запретная помесь огня и воды, которая нарушает равновесие на Земле.

Я мрачно кивнула.

– Нерон назначил за мою голову награду.

– Награду за голову? – его смех теперь гремел по хижине громче, чем раньше. – Ты, похоже, понятия не имеешь об Асфалии. Дело не в деньгах. Одаренные для нас как боги. – Он кашлянул. – Для них, я имею в виду. Ты была опасна для всей системы. Итак, они пытались убить тебя.

– Я знаю, – нетерпеливо перебила я. – Я была там. Затем меня спас Нерон, все это было подстроено, чтобы я доверяла ему… А еще потому, что у него не все в порядке с головой.

– Лагард был не единственным, кто спас тебя.

– Да, конечно, еще был мой инвент, который всегда рядом…

– Насколько хорошо ты знаешь Фоса Колвилла? – спросил он с блеском в глазах, как будто я ничего не сказала. – Ты знаешь его прошлое? Его семейную историю?

Я нахмурилась. Что-то промелькнуло у меня в памяти… Фос вкратце упоминал свою семью… Называл их мятежниками, верно?

– Считаю, что это «нет», – Слейтер уперся обеими руками в бедра и рассеянно уставился в тлеющие угли. – Асфалия состоит в основном из членов семей инвентов и одаренных. Посторонние, которым никогда не позволяли участвовать в общем веселье, и в результате они сошли с ума. Тяжелая жизнь – всегда прижиматься носом к оконному стеклу и напрасно надеяться на приглашение в частный клуб. Некоторые покинули свой дом. А потом была пара особых кандидатов, которые взяли негативные чувства и превратили их во что-то хорошее. По крайней мере, так было изначально задумано. Они обожали одаренных и даже их инвентов. Собирали информацию как сумасшедшие, следили за ними на каждом шагу. Они назвали себя «Асфалия» – «Правда». Все это вышло из-под контроля, приобретая патологический характер. Вскоре старейшины узнали об этом. Сначала их высмеивали, пока все больше и больше одаренных не стали жаловаться на домогательства. Когда был похищен молодой Идор, ситуация изменилась. Старейшины изгнали Асфалию из города и поклялись бросить в тюрьму всех сторонников секты. Теперь отбросы Тессаректа были вынуждены торчать на окраинах. Их не только исключили из Омилии, но и отняли у них дом. Вместо того чтобы заняться своей жизнью и направить энергию на здоровые вещи, они стали еще более фанатичными.

Мурашки покрыли мое тело. Замерзшая, я плотнее закуталась в одеяло.

– Какое это имеет отношение к Фосу и моему доверию ему?

– Прямое. – Джонатан Слейтер закрыл глаза и грустно улыбнулся. – Колвилл был единственным в своей семье, кто унаследовал ген. Его мать была обычной женщиной, а отец-Пиро перенес сердечный приступ, когда малышу было всего пять лет. С самого детства у него развились огромные амбиции. Он проводил в Омилии вдвое больше времени, чем другие сверстники, впитывая любую информацию как губка. Тот факт, что в результате пострадали его отношения с семьей, и что с точки зрения общественной жизни выглядело довольно скудно, не остановил его.

– Откуда вы так много знаете о нем? – поспешила спросить я, прежде чем он продолжил. – Если все-таки принадлежали к секте?

Он не поднимал глаз. Боль внезапно исказила его лицо.

– Я был лучшим другом его брата, – сказал он, шумно вдыхая. – Короче говоря, никого, наверное, не удивило, когда он занял пост старейшины Пиро. Раньше он лучше всего ладил со старейшиной Чой, чем со старейшинами Идора и Пноэ. Консервативные взгляды отскакивали от экспериментального либерализма, как это бывает в политике.

История, несомненно, была увлекательной, но он должен был, наконец, добраться до сути. До сих пор я не услышала ничего, что помогло бы мне продолжить. По возможности бесшумно я вытащила свой телефон из кармана, пока он сделал небольшую паузу. Краем глаза я видела, что Нийол наблюдает за мной. Я нажала кнопку включения, и экран загорелся. Ну он хотя бы не разрядился. Короткий триумф длился недолго. Все еще никаких новостей, черт возьми.

Нийол покосился на меня и одарил полуулыбкой, которая, вероятно, должна была быть ободряющей. Я рефлекторно хотела закатить глаза, но сдержалась. Между нами что-то изменилось. Было ли это из-за совместного путешествия в ад или из-за его признания, я не знала. На мгновение я встретилась с ним взглядом, пока осознание не поразило меня.

Отсутствие боли. Вот что изменилось. Больше не было больно смотреть в его глубокие черные глаза.

– Вы хотите выяснить, можете ли доверять ему. Чисты ли его мотивы, – нарушил тишину Слейтер.

Он внимательно наблюдал за мной. Как человек, который хотел предвидеть реакцию своего слушателя, прежде чем продолжить говорить, чтобы добиться максимально возможного эффекта.

– Почти все Колвиллы относились к Асфалии. Некоторые из них были более радикальными, чем другие. Кроме его младшей сестры, никто из семьи не имел близких отношений с Фосом, но, тем не менее, контакт никогда не прерывался. Он регулярно связывался с ними, даже навещал за городом после того, как стал старейшиной. И каждый раз Фос пытался убедить их отвернуться от секты. Безуспешно, как можете себе представить. Я всегда задавался вопросом, почему он вообще беспокоился об этом.

Он поднял ветку, лежавшую рядом с ним на земле, и начал ковырять ею в огне.

– Когда ситуация в Омилии обострилась и старейшины раскололись, контакт внезапно прервался. Внезапно Колвиллы больше ничего не слышали о нем. Шли годы, все больше множились слухи. Слухи о твоем существовании. – Не поднимая глаз, он кивнул в мою сторону. – К тому времени я уже давно вышел из Асфалии. Но связь с братом Фоса осталась. Наша связь была глубже, чем эта дурацкая религия. Даже в бегах я понял, какую суету подняли, когда слухи стали реальностью и началась охота на тебя. Это не Лагард назначил за тебя награду, а сама Асфалия. Твой убийца должен был быть щедро вознагражден. В конце концов, он избавил бы человечество от олицетворения дьявола. – За его словами последовал глухой смех, звучавший как отчаяние. – А потом произошло нападение.

Ни горячий напиток между моими руками, ни огонь не помогали против холода, который заползал внутрь меня.

– На мою квартиру?

Его правый глаз дернулся.

– На Асфалию. Фос точно знал, где собирается большинство из них. Он знал бараки, которые они называли своим домом. Однажды ночью он ушел со своими новообретенными последователями, потому что, как вы знаете, тоже с тех пор стал аутсайдером. Мигма. Мигма в ответе за то, что ты все еще жива, Киана Либерт. Они просто сожгли штаб-квартиру Асфалии, прежде чем тебя смогли поймать. В доме, где каждое воскресенье проводилось собрание, было более двадцати человек.

– Что? – мы с Нийолом одновременно вскрикнули.

Слейтер опустил взгляд.

– Он пожертвовал собственной семьей ради тебя. Ради справедливости. – Его голос звучал не озлобленно, а просто смиренно.

– Он… Он убил их? – выдавила я. – И вы называете это справедливостью?

– Какая чудесная ирония судьбы. У дьявольского отродья более чистое сердце, чем у всех его врагов, вместе взятых. – Он поднял нос. – Разве ты не слушаешь меня, малышка? Они охотились на тебя, чтобы уничтожить. Только потому, что твое существование не вписывалось в их больное мировоззрение.

Нийол выглядел таким же напуганным, как и я: его глаза были широко раскрыты и он смотрел на Слейтера.

– Почему никто в Тессаректе не заметил этого?

– Кого волнует, что происходит с отребьем? – прошептал Слейтер. – Твоя двоюродная бабушка и Лагард, должно быть, узнали об этом, когда нападения на девушку прекратились. Зачем трубить об этом? Большинство из них, вероятно, испытали облегчение.

Я поставила чашку рядом с собой на пол и вскочила. Ни секунды больше я не могла сидеть на месте.

– Почему? Почему Фос должен делать что-то подобное для меня? Он совсем не знал меня в это время!

– Ты живешь иллюзией, если не признаешь, что весь Тессарект знает тебя. Я думаю, что дело было не столько в тебе, как в личности, сколько в принципах. В том, что ты собой олицетворяешь.

Я покачала головой. Его слова ранили меня, словно острые стрелы. Мне хотелось скорее вернуть холод. Или страх. Все было лучше, чем уверенность в том, что еще больше людей потеряло свои жизни из-за меня. Да, они хотели убить меня, но разве это могло оправдать их смерть?

– Фос Колвилл всегда был одиночкой, маниакальной рабочей лошадкой и карьеристом. Бессердечным он не был. Даю руку на отсечение. Я не хочу представлять себе, какие адские муки он переживает с тех пор, как у него на совести оказались все эти люди. Не пойми меня неправильно, я не хочу защищать его. Ничто в мире не могло заставить меня лишить жизни другого человека. Это была лишь одна из многих причин, по которым я в конце концов ушел. Если ты понимаешь, что Омилия послала за тобой убийц, как ты можешь еще сомневаться в том, кому тебе доверять?

В отчаянии я посмотрела на него.

– Разве Фос тоже не убийца?

Слейтер покачал головой.

– Его можно в чем-то упрекнуть, но, конечно, не в импульсивности. Это решение было хорошо продумано. Он заранее взвесил все варианты, я в этом уверен.

– И все же он убил их всех. Свою семью.

– Чтобы защитить тебя, – на этот раз заговорил Нийол. Он тоже поднялся. – Киа, разве ты не слышишь? Он сделал это ради тебя.

Я провела рукой по волосам.

– Арья тоже наверняка скажет, что убила твою маму, потому что это послужило высшему благу.

Гнев вспыхнул в его глазах.

– Это не одно и то же. Моя мать не представляла опасности для других людей.

– Только для их чертовой идеологии, верно?

Он кивнул и стряхнул одеяло.

– Как я уже сказал: нельзя сравнивать одно с другим.

Я хотела что-то возразить, но в следующее мгновение нас прервал громкий стук. Кто-то со всей силы колотил в деревянную дверь.

Джонатан Слейтер мгновенно вскочил и побежал к двери. Прежде чем открыть ее на ширину щели, он потянулся за винтовкой, которая лежала позади нее. Я застыла на месте.

– Кто там? – рявкнул он.

Ответа не последовало. Вместо этого прозвучало мое имя. Сначала тихо, потом решительнее.

В один миг отчаяние покинуло меня.

В три больших шага я оказалась у двери.

– Это мой инвент, – сказала я Слейтеру, который не двигался с места.

Прищуренными глазами он уставился на меня.

– Я не впущу сюда еще одного неизвестного.

Я вздохнула и бросила быстрый взгляд через плечо на Нийола. Его гнев явно угас, он кивнул мне.

– Иди. Я сейчас приду.

– Спасибо за ваши честность и доверие, – сказала я Джонатану Слейтеру, надеясь, что он услышал искренность в моих словах, хотя хотелось, чтобы часть сказанного осталось неуслышанным. – Берегите себя.

Не дожидаясь его ответа, я засунула руку между дверью и петлей, сбросила ее и поспешила наружу.

Дверь закрылась за мной на замок, и я очутилась в кромешной тьме. Но мне не нужен был свет, чтобы различить руки, которые протянулись ко мне всего через мгновение. Аромат Уилла мгновенно окутал, и знакомое тепло пронзило меня, как миллионы ударов электрическим током.

Прежде чем смогла подумать об этом, я нащупала его грудь и взяла его лицо в свои руки. Наверное, было лучше, чтобы я не видела его лица.

– В-все в порядке? – прошептала я, в то время как мои глаза постепенно привыкали к темноте.

Его пальцы впились в мое бедро.

– Все в порядке.

– Алесса? Дария и Каспер?

– Все в порядке. Они в безопасности. Нас никто не видел. – Он рывком притянул меня ближе. Его губы на моем лбу.

– Слава богу, – простонала я. – Как…

– Что ты здесь делаешь? – прервал он меня. Я не услышала гнева в его голосе.

– Я… – Мой голос сорвался. Что я должна была сказать? С чего мне начать?

– Ты здесь с ним, да?

Его голос был полон боли.

Нийол. Побег. Асфалия. Массовое убийство. Нийол. Все, что Уилл знал, это то, что я на другом конце города посреди ночи с парнем, к которому когда-то испытывала чувства.

– Ты еще не уверена, – сказал он, полагая, что это правда, потому что почувствовал смятение внутри меня. Но замешательство возникло не из-за моих чувств, теперь я поняла это. Это было свидетельством того, что каждую чертову секунду появлялась новая информация и все переворачивалось с ног на голову.

И если слова уже не помогали, оставалось только одно, что можно было сделать.

Если бы я ждала уверенности, стопроцентной уверенности, я бы потратила всю свою жизнь на ожидание.

Поэтому я приветствовала страх распростертыми объятиями, подошла к своей личной пропасти и посмотрела ей прямо в глаза.

Возможно, я никогда не узнаю, были ли чувства Уилла ко мне настоящими. Но я определенно не позволю ему ни на минуту усомниться в моих. Я прыгнула в пропасть. Встала на цыпочки, придвинула его лицо ближе, нашла его губы и поцеловала. Я не поддалась, когда он вздрогнул и начал хватать ртом воздух. Даже когда он пробормотал мое имя, совершенно ошеломленный. Я прижалась губами к его губам, пока они не отступили передо мной. Горячее вместо холода. Как ни крути, но мы были связаны навсегда – он должен все чувствовать. Мои страдания, мое отчаяние, гнев и беспомощность. И как все это растворилось в белом шуме, как только он ответил на мой поцелуй. Со стоном Уилл схватил меня за шею, и наши языки встретились. Я прижалась к его груди и потянулась к его влажным волосам. Падала, падала и падала. Между прерывистым дыханием и сердцебиением и близостью, такой сильной близостью, я наконец поняла, что жестокого столкновения не будет. Не этой ночью.

– Пожалуйста, скажи мне, что это не просто отвлекающий маневр, – хрипло прошептал он, когда мы оба отступили друг от друга. Мои глаза к тому времени настолько привыкли к темноте, что я могла различить его очертания.

Тяжело дыша, я прижалась лицом к его шее.

– Нет. Это мое решение.

– Что… Что здесь делает этот сукин сын? – прошептал он мне в волосы.

Я подняла голову и посмотрела на него.

– Этот сукин сын тоже просто несчастная душа. Уилл, помнишь то видение будущего, которое я видела, когда поцеловала его и не хотела тебе об этом рассказывать, чтобы ты не сходил с ума?

Он кивнул и поджал губы.

– Это было сегодня. И я решила иначе. Так обстоит дело с будущим, знаешь ли. Существует не только одна версия.

Слабая улыбка озарила его черты.

– А что это за хижина?

– Там живет бывший член Асфалии. И, прежде чем ты начнешь сердиться: нет, я не подвергала себя опасности. Мы с Нийолом пришли сюда, чтобы выяснить правду о Фосе.

Он неподвижно уставился на меня. В ожидании.

В нескольких предложениях я рассказала ужасную историю.

– Больше всего мне хотелось бы где-нибудь с тобой спрятаться, – заключила я. – И забыть обо всем этом.

Он кивнул.

– Солнце скоро взойдет. На сегодня этого достаточно, ты не находишь?

– Определенно. И мне очень жаль, что мы пошли на вечеринку восстания. Это была глупая идея, – призналась я.

– Ты ничего не могла поделать. Если бы у Дарии не возникла грандиозная идея взять с собой мою несовершеннолетнюю сестру, я бы не отвлекался и мог бы сбежать с вами. Но похоже, что эта ночь не была напрасной. – Он провел большим пальцем по моей щеке. – Мы все обсудим, как только вернемся домой и немного поспим, хорошо?

– Звучит неплохо. – Я приподняла голову, и Уилл тут же подвинулся ко мне, чтобы поцеловать меня в губы. Уголки моего рта дернулись. – Это абсолютное безумие. Это было безумием еще тогда, когда ты похитил меня, привез в Тессарект и перевернул мою жизнь с ног на голову. Я никогда не думала, что можно чувствовать себя такой счастливой, когда вокруг весь мир рушится.

Он не улыбнулся. Как загипнотизированный, смотрел на меня.

– Значит ли это, что ты простила меня?

– Что ты почувствовал, когда я поцеловала тебя?

– Что я почувствовал? Ты серьезно? Разве я недостаточно ясно выразился о том, что я чувствую по отношению к тебе?

Я усмехнулась.

– Мои чувства, я имею в виду. Каковы были мои чувства?

– Все. И потом ничего.

– Именно.

– И это должно быть хорошо? – с сомнением спросил он.

– Уилл, – кончики наших носов соприкоснулись. Его дыхание стало моим. – Ты заставляешь боль уйти. Неважно, насколько паршиво я себя чувствую, когда ты рядом, все в порядке. Каким-то образом. Нет, это не нормально, но это… Терпимо. Тогда я знаю, что могу это вынести. Даже когда мне было больно и я злилась, ты был рядом со мной, и становилось лучше. Ты сказал, что это мой дар. Мой настоящий дар, а не тот глупый дар, который мне дали мои бедные родители. Что я никогда не сдаюсь. – У меня сжалось горло. Но слова должны выйти наружу. Он должен их услышать. – Я не сдаюсь, потому что ты не сдаешься. Потому что у меня есть что-то, за что стоит бороться. Не только мои друзья и родители – я имею в виду и тех и других – являются моей мотивацией выйти из этой истории живой. Разве ты не понимаешь? Твой трюк с параллельными мирами работает только потому, что я могу сбежать туда вместе с тобой. Этот мир здесь абсолютно безумен, он доводит меня до предела, но ты – его часть. Вот почему я продолжаю. Я не хочу альтернативы без тебя. И я устала думать о том, реально ли это. Настоящие чувства. В этот момент. Мне этого достаточно.

Прохладными пальцами он погладил меня по щеке.

– Я настоящий. Это реально. Киа, я обещаю тебе, что никогда не буду…

– Я простила тебя, – перебила я его. – Я давно простила тебя, идиот. А то, что с ним… То, что с Нийолом, – это мое прошлое. Я ничего не могу изменить, как бы этого ни хотела. Он был тогда, и он был ошибкой. Сейчас есть ты.

– Я хочу тебя такой, какая ты есть. Здесь и сейчас, и в любой другой момент, который у меня будет. Я вытерплю каждый сердечный приступ, если ты снова уйдешь и я не буду знать, что тебе взбрело в голову. Я возьму все на себя. К черту судьбу, которая нас связывает. Ты не моя судьба, Киана. Ты – лучшее решение, которое я когда-либо принимал.

Когда наши губы встретились в этот раз, сдержанности не было. Ветер завывал, холод при других обстоятельствах был бы невыносим, но здесь, между нами, не было ничего, кроме тепла, близости и безопасности. На одно восхитительное мгновение посреди ночи были только мы вдвоем. Голодные губы и блуждающие руки. Ватные колени и нехватка кислорода.

Но тут дверь хижины распахнулась.

– Вы должны немедленно прибыть в убежище.

Мы отпрыгнули в разные стороны, хотя все во мне сопротивлялось этому.

Нийол остановился.

– Извини, – пробормотал он и отвел взгляд в сторону.

– Мы как раз собирались пойти домой, – возразил Уилл, освобождая мое лицо, только чтобы обнять меня за талию.

Нийол впился в него взглядом, вернулся обратно и закрыл за собой дверь. Джонатана Слейтера нигде не было.

– Думаю, это срочно.

– Ты не устал? – спросила я, чтобы скрыть смущение.

– Как ты думаешь, Фоса волнует, устали ли мы? Он позвонил мне и сказал, чтобы я собрал всех и отвез к нему. Он должен сообщить что-то важное, что не может ждать. На самом деле, почему бы тебе не подойти к своему телефону?

Теперь я посмотрела на своего инвента, потому что меня это тоже интересовало.

Уилл закатил глаза.

– Потому что я потерял его в беспорядке. Они не глупы, им следует отдать должное. Слезоточивый газ вывел всех из строя.

– Это объясняет, почему ответил какой-то незнакомый голос, когда я хотела связаться с тобой, – пробормотала я. – Вы тоже сбежали через туннель?

Он покачал головой.

– Они организовали спасательные шлюпки. Один из охранников помогал нам забраться на борт, пока его коллега отвлекал людей Нерона.

– И как ты попал сюда? – продолжала я расспрашивать. Странно, что теперь это стало совершенно нормально, что он мог обнаружить меня в любой момент. Странно и практично.

– Поговорил с Ариэль. Она сказала, что наш дом в Идоре осадили. Значит, вы сбежали по воде, а потом?

– Тогда мы впервые поблагодарили небеса за то, что пережили это путешествие, – он незаметно притянул меня к себе.

Нийол спросил быстрее меня:

– Буря бушевала и посреди Идора?

– Неужели и здесь тоже? – Уилл посмотрел сначала на него, потом на меня, как будто ему нужно было убедиться, что я действительно стою рядом с ним.

– Что-то пошло не так, – сказал Нийол. – Погода никогда не сходит с ума настолько.

– Дария взяла Лес к себе, хотя я действительно сомневался, стоит ли мне когда-нибудь снова доверять сестру ей, – продолжил Уилл, стиснув зубы после небольшой паузы. – И она одолжила мне свой кабриолет. На нем я доехал до леса, прежде чем добраться сюда.

– Оу. Приятно знать, что можно попасть сюда с материка. – Я одарила Нийола возмущенным взглядом, который прогнал мрачное выражение с его лица.

– Ну прости, нашей отправной точкой был отель «Анема». У нас не было другого выбора.

– Ты рассказала мне не всю историю, да? – нахмурившись, Уилл смотрел на меня, пока мы удалялись от хижины.

На самом деле, я опустила пикантную часть. Я была уверена, что он был свидетелем моей паники. Кроме того, вся правда в этой ситуации только увеличила бы напряженность между ними.

Я заставила себя улыбнуться и махнула рукой.

– Не стоит и упоминать.

Затем повернулась к Нийолу. Только сейчас я заметила, как хорошо вижу их лица. Ночь сменилась утром, и я разглядела мох, сорняки и колючие ветки. Было слышно все больше и больше птиц.

– Каков именно план? Как доберемся до Мигмы? В это время, конечно, канатная дорога не работает.

– Киа, нам пора домой, – протестовал Уилл с покорностью в голосе.

Я твердо посмотрела ему в глаза и тоже положила руку на его спину.

– Плюс-минус час большой роли не сыграет, так? И, возможно, не повредит, если мы будем держаться подальше, пока волнения в Идоре немного не сгладятся.

Он застонал.

– Несправедливо. Разве ты не можешь послушать меня хоть раз?

Я понизила голос:

– Разве ты не говорил, что тебе нравится, когда я безрассудная?

– Я почти уверен, что сформулировал это не так… – Он изо всех сил пытался сдержать улыбку.

– Канатная дорога сделает для нас исключение, – сказал Нийол. Он ускорил шаги и шел впереди нас, как будто больше не мог выдержать нашего вида.

– Куда ты бежишь, Фестида? Разве ты не должен отвезти нас туда? – крикнул Уилл ему вслед.

– Это не значит, что я должен терпеть вашу отвратительную парочку, – немедленно ответил он. Его темные волосы развевались позади.

– Что с ним случилось? – спросил Уилл, обращаясь ко мне. Слегка торжествующий тон его голоса не ускользнул от меня.

Я смущенно закусила нижнюю губу, прежде чем взглянуть на него краем глаза.

– Угадай с трех раз.

* * *

Солнце как раз поднялось над горами, когда канатная дорога пришла в движение. Яркий свет залил стеклянный дом, на мгновение ослепив нас.

Уилл припарковал машину Дарии прямо на пляже, и дорога до туристического места заняла чуть меньше двадцати минут, а там нас ждал довольно усталый с виду Аугустус Веллингтон. За всю дорогу мы не произнесли ни слова. Нийол сидел на заднем сиденье, прижавшись носом к окну, а Уилл положил руку мне на бедро, словно само собой разумеющееся, пока мы ехали. Я разрывалась между угрызениями совести и блаженством. Если бы несколько недель назад кто-то сказал мне, что я буду жалеть Нийола, я бы, наверное, рассмеялась. Но время в Тессаректе, казалось, не подчинялось обычным правилам. Секунды проходили как часы. Все может измениться в течение одного дня. Одна ночь избавила меня от сомнений относительно Мигмы и Фоса.

Даже когда солнце скрылось за облаком, мои глаза не перестали гореть. Усталость навалилась на меня, и очень хотелось, чтобы мы с Уиллом действительно могли просто поехать домой. Мысль о том, чтобы вместе лечь в постель и заснуть рука об руку, была слишком заманчивой.

Но потом мои мысли вернулась к Фосу. И к истории Слейтера. Будет ли Фос давать мне задания? Доверит ли конкретный план того, как мы свергнем Нерона и Омилию и освободим моих родителей? Неужели наконец дойдет до этого?

Или нас вызвали на экстренное собрание, потому что акция восстания пошла не так, как надо?

Я вернулась в реальность только тогда, когда вагонетка с грохотом остановилась и мистер Веллингтон распахнул нам дверцу.

Бок о бок мы шли по заброшенной строительной площадке к нужному дереву, затем один за другим взобрались вверх и прошли через мост. Постепенно я привыкала к этому.

У ворот никого не было, и поэтому у нас был свободный доступ в дом. Густые капли росы висели на сочных зеленых травинках, и, кроме пения птиц, царила мертвая тишина. Здесь, вдали от города, было так мирно.

Обогнув здание, мы увидели трех человек, стоящих на краю плато. Фос говорил с мужчиной и женщиной, вероятно, давал им какие-то указания, потому что они только кивали. Как только он обратил на нас внимание, одним движением руки отослал их прочь и большими шагами пошел к нам. Его бежевый плащ развевался позади.

– Благодарю тебя, – сказал он, обращаясь к Нийолу, прежде чем улыбнуться мне и Уиллу. Его глаза были налиты кровью, но он, казалось, искренне рад был нас видеть. – Рад, что вы пришли сюда в этот ранний час, – сказал он. – Вероятно, вы спали так же мало, как и все мы.

Подтверждающий кивок.

– Мои друзья принесут нам всем кофе, а затем мы отправимся на небольшую прогулку. Мне нужно обсудить с вами одно серьезное дело. – Он бросил на Нийола взгляд, который, вероятно, дал ему понять, что его работа выполнена, потому что тот повернулся и пошел к дому.

– С нами обоими? – спросил Уилл.

Фос кивнул.

– Конечно. Сегодня мы потеряли двух участников из-за Омилии. Тем не менее вечеринка восстания во всех четырех округах увенчалась полным успехом. Я сожалею, что вы были среди тех людей, которых нашли быстрее всех, но горжусь тем, что могу причислить вас к нашей группе.

Я уставилась на него. Могло ли это быть правдой? Мог ли этот дружелюбный, добродушный человек, стоявший передо мной, сознательно поджечь дом, в котором находилась его собственная семья? Чтобы спасти мне жизнь?

Покашливание Уилла прервало мои мрачные мысли.

– Извините, в какой степени вечеринки были успешными? Вы набрали новых членов?

– Я хочу на это надеяться. На этот раз посторонних присутствовало гораздо больше, чем в прошлый раз. И значительно больше их осталось даже после того, как мои отважные друзья провозгласили правду и распространили листовки. На это мы и не смели надеяться.

Девушка с медно-рыжими кудрями и бесчисленными веснушками на носу подошла к нам с подносом в руках. Сестра Дамека. Она радостно улыбнулась и подала каждому из нас по белой термокружке.

– Большое спасибо, Админа, – сказал Фос, после чего она исчезла из поля зрения так же быстро, как и Нийол.

Должна ли я передать ему историю, которую рассказал нам Слейтер?

Мы пошли в сторону леса, куда Иви водила меня в первый раз. Иви. Боже мой.

– Как Эвелин? – выпалила я. – Вы сказали, что в Омилии двое наших членов. Их просто поймали? Или того хуже? – мой голос не выдержал.

Фос на мгновение положил руку мне на спину.

– Не волнуйся. Эвелин была нужна здесь, в убежище. Ее не было на празднике. А что касается двух других, то, к сожалению, мы ничего точно не знаем. Пока не хотим исходить из худшего. Для нас было большой удачей, что Нерон не присутствовал лично. Это то, чем мы обязаны тебе.

Я не ответила. Я ничего не делала, кроме как выполняла его приказы. Кроме того, я все еще не могла придумать оправдание тому, почему Нерон был так потрясен из-за моего видения. Один из тысячи вопросов, на которые у меня не было ответа…

Лес был гораздо дружелюбнее того, через который мы пробирались несколько часов назад. Высокие деревья росли на большем расстоянии друг от друга, и солнечные лучи мелькали между ними. Тем не менее я не могла наслаждаться зрелищем природы. Меня не покидало ощущение, что я что-то упускаю из виду. Что-то важное.

Я прокрутила в голове события прошедшей ночи. Таверна «Таласса», мое видение, газ, Нийол, наш побег через туннель. Затем путешествие через море. Как в истории.

Нет. Нет, не так, как в истории. Мы не были любовниками. И к тому же мы прибыли живыми на другой берег, вместо того чтобы стать жертвами шторма.

Вот оно!

Я рывком остановилась, в то время как слова Нийола эхом отразились в моей памяти: «Ты что-то вроде эксперта в ощущении близкой смерти».

Уилл и Фос повернулись ко мне и вопросительно посмотрели.

– Откуда вы знаете триггер моего дара? – вырвалось у меня, прежде чем я смогла сдержать вопрос.

На лице Фоса проступило замешательство.

– Что, прости?

Не позволяй ему сбить тебя с толку.

– Я никогда не говорила вам об этом. И все же вы его знаете. Даже поделились им с Нийолом, хотя никто в Омилии об этом не знал. Вы сказали мне, что вам все равно. Это была одна из причин, по которой я вам доверяла.

Уилл выглядел таким же растерянным, но сейчас был не тот момент, чтобы просвещать его. Чем дольше я смотрела на старейшину Пиро, тем быстрее стучало мое сердце.

Загадка. Загадка, которую нам рассказали в первый раз у ворот Мигмы и больше никогда не упоминали, – как будто она была написана специально для меня.

Сначала медленно пылаю, потом мгновенно я сгораю,

Меня невесомо гонит шторм, жду, пока ничего не оставит от тебя он.

Несу тебя я высоко, и взгляд твой застилает облако.

Свой долг я исполняю, ни милосердия, ни разрешения не желаю.

В глубину с тобою погружаюсь, тебя проглатываю и поднимаюсь.

Многие от меня пытались убежать, но меня повернуть не получится вспять.

Речь шла о смерти. О смерти от четырех стихий. От экстремальных ситуаций. Точно так же, как в истории рассказчика.

Что-то здесь вышло из-под контроля.

Вдруг лицо Фоса расслабилось. Грустная улыбка заиграла на его губах.

– Ты получишь все ответы, Киана. Я просто прошу тебя немного потерпеть, осталось недолго.

Следующие несколько минут тянулись как вечность. Лесу, казалось, не было конца. Я схватилась за руку Уилла. Я не могла смотреть на него, не хотела видеть беспокойство в его глазах, но все равно нуждалась в нем рядом.

Чтобы отвлечься, я запрокинула голову и посмотрела на серебристые палатки, висевшие в кронах деревьев. Стволы были полыми внутри, говорила Иви. Может быть, когда-нибудь я смогу переночевать в одной из них с Уиллом. Вид, безусловно, стоил того…

Уилл сжал мою руку, и я устремила свой взгляд вперед. Между деревьями мелькнуло ярко-голубое небо. С Иви мы не заходили так далеко в лес. Выглядело так, словно мы вышли на поляну.

– Я уверен, что вы заметили, – снова начал говорить Фос. – Прошлой ночью на Тессарект обрушился ураган.

– Мы слышали об этом, – сказал Уилл. Я испытала уважение к его бесстрастному лицу.

– Погода, а также флора приспосабливаются к одаренным, как вы, наверное, уже заметили. Только когда разные стихии сталкиваются друг с другом, наступает равновесие и появляются естественные сезоны. Это лишь один из многих аргументов, говорящих в пользу смешения одаренных. Но я отвлекся. Что хочу сказать: непогода не была случайностью. И это не нормально. Вот почему не могу больше ждать ни минуты. Вот почему я вызвал вас сюда сегодня.

Фос ускорил шаг, и мы последовали за ним. Он нас намеренно истязал?

Я крепко прижалась к Уиллу. Он вздрогнул, так сильно, что я впилась ногтями ему в кожу. Мы оказались не на поляне. Мы оказались на вершине горы. Перед нами простирался зеленый луг. За ним зияла бездна. Как в моем проклятом видении…

Сегодня действительно был не мой день.

– Ты хочешь знать, откуда я знаю триггер твоего таланта, Киана. – Фос повернулся ко мне лицом, не замедляя шага. – На этот вопрос я могу тебе ответить. Но сначала хочу, чтобы вы кое с кем познакомились.

На самом краю обрыва стоял дом. Небольшой стеклянный дом с покатой крышей, который спереди стал единым целым со скалой. Едва ли в тридцати метрах от нас. Дверь открылась, и я тут же с абсолютной уверенностью поняла, что знаю человека, ступившего на поляну.

Ее длинные темные кудри. Ее симметричные, привлекательные черты лица. Фигура – песочные часы. Высокомерная ухмылка.

Молодая женщина из моего видения. На ней было черное платье, и волосы развевались на ветру. Но она не сделала никаких попыток приблизиться. Она не смотрела на меня. Ее взгляд сверлил лицо моего инвента.

Моя голова дернулась к нему, когда он нежно, но сильно высвободил свою руку из моей хватки.

– Уилл?

Что здесь происходит?

Уилл, казалось, не слышал меня. Его лицо было совершенно застывшим, когда он, словно в трансе, рванулся вперед. Прямо навстречу к незнакомке.

– Кто… Кто она? – мой голос звучал как-то странно.

Фос что-то ответил, но я не могла разобрать слов, слетевших с его губ. Потому что молодая женщина подошла к краю обрыва. В самой высокой его точке. Ее взгляд был прикован к Уиллу. Он почти добрался до нее, когда она резко отвернулась от него, а затем, не колеблясь ни секунды, разбежалась и прыгнула.

Пронзительный крик разорвал воздух. Я застыла в шоке, пока Уилл опускался на землю. Мои ноги пришли в движение, когда я поняла, что это кричал мой инвент.

Я опустилась рядом с ним на колени. Кровь отхлынула от его лица, он дрожал всем телом. Это была не обычная боль. Это были нечеловеческие муки.

Боковым зрением я заметила, как Фос последовал за мной. В панике я подняла глаза.

– Что с ним происходит? – мой голос дрогнул.

Он улыбнулся.

Почему, черт возьми, он улыбнулся?

– Вот что происходит с ним, когда ты приближаешься к смерти и высвобождаешь свой дар, – сказал он.

– О чем вы говорите? – я схватила Уилла за плечи, пытаясь повернуть его в мою сторону. Напрасно.

– Уилл. Уилл, посмотри на меня. В чем дело?

Никакой реакции.

– Кто эта девушка? – закричала я. – Почему… – Я осеклась.

– Уильям. – Фос с кряхтеньем опустился прямо перед ним на корточки и протянул руку. – Уильям, ей ничего не угрожает. Она в безопасности.

Внезапно напряжение исчезло из тела Уилла. Его дыхание участилось.

Безмолвно я перевела взгляд с одного на другого, а затем в пропасть.

Уилл поднял голову. Его глаза были открыты. Он открыл рот и закрыл его без единого слова, в то время как Фос взял его руку в свою, выпрямился и потянул за собой.

– Ей ничего не угрожает. Все в порядке. Убедись сам.

Вместе они подошли к пропасти. Мне не оставалось ничего другого, как последовать за ними.

– Видишь? Вот и веревка. Она сейчас же поднимется наверх.

Я тоже хотела посмотреть вниз, хотела посмотреть, о чем он говорит, но что-то меня остановило. Вместо этого я отступила.

– Кто она такая? – на этот раз выдавила я из себя слова. Но это был не тот вопрос, который вызывал у меня тошноту.

Почему Уилл так реагирует на нее?

Фос повернулся ко мне, как будто только что вспомнил о моем присутствии.

– Ее зовут Меламарсия, – торжественно объявил он.

Уилл шумно втянул воздух, не отрывая взгляда от бездны. Мне захотелось встряхнуть его. Заставить посмотреть на меня. Поговорить со мной.

– Она такая же полукровка, как и ты, Киана, – продолжил Фос. – Помесь Чоя и Идора.

Мир остановился, пока воспоминания бешено крутились в моей голове. В то время как я стояла там, словно окаменевшая, и не могла пошевелиться.

Чой и Идор. Земля и вода. Так же запретно, как и любое другое смешение стихий.

– Мы попали в нужное время, чтобы он мог искупить свой собственный грех.

– Его запретные отношения с Гайей. С Чоем! Худший из всех проступков.

– Он любил ее. Это то, что он сказал Каю.

– Ты – все, чего у него никогда не было, Киана. Ты – будущее, которое он оставил.

Фос откашлялся.

– Она дочь Нерона и Гайи.

Уилл оторвался от созерцания бездны и посмотрел на него. Неверующе. Благоговейно.

Фос кивнул. Он открыл было рот, но я опередила его. Внезапно все стало совершенно ясно. Внезапно кусочки головоломки сложились.

Я не хотела быть там, когда девушка снова поднимется наверх. Я не хотела видеть ее идеальное лицо. Но больше всего мне не хотелось видеть облегчение и преданность на лице Уилла.

Никогда не была свидетелем того, что случалось с ним, когда я задействовала свой дар. Когда он считал, что моя жизнь в опасности. До сих пор.

– И Уилл только что стал ее инвентом.

Благодарности

Я благодарю всю команду издательства «Oetinger» и моего невероятно замечательного редактора Лену, которая не только поддерживает порядок в моих рукописях, но и облегчает мою работу своими забавными и мотивирующими комментариями и не позволяет мне переборщить с драмой (непростая задача).

Как всегда, спасибо Клаусу и Мише из моего замечательного агентства «Erzähl: perspektive», я так рада, что вы оба у меня есть.

Большое спасибо моей семье за поддержку – моей маме, потому что она прочитала «Город стихий» за очень короткое время и подтолкнула всех вокруг к прочтению, моему папе, потому что он снова и снова прислушивается к моим сомнениям в себе и возвращает меня на землю.

Я благодарю Элфи за то, что нет никого, с кем я могла бы лучше построить сюжет, и за то, что ее первая реакция на эту часть была «ЭТО БЫЛО ЧЕРТОВСКИ КРУТО». Спасибо Марии, которая находит эту историю захватывающей, хотя она по-прежнему пропустила все романтические сцены и с ужасом отреагировала на конец («Почему он ее инвент????»).

Спасибо Леа за иллюстрации – ты каждый раз превосходишь сама себя, и нет ничего лучше, чем работать с тобой (ну ладно, может, разговаривать с тобой). Спасибо Йонасу за то, что ты ходил практически в каждый книжный магазин в Берлине и находил мои книги.

Огромное спасибо Катинке за первый обзор «Города стихий» и твой энтузиазм, хотя ты не самый большой любитель фэнтези. Софи – спасибо за то, что читаешь, и твои милые слова об истории. Джесс – как всегда, спасибо за совместные сеансы письма, за магию симбиоза, за классное стихотворение и за то, что позволила мне позаимствовать твою внешность для Марсии. Мишель – за то, что ты в один вечер влюбилась в Уилла (и в Киа… Но в основном в Уилла). Эмили – спасибо за бесчисленные встречи с писателями и мотивирующие разговоры – будь то в реальной жизни или через WhatsApp. Мелани – за твою помощь с веб-сайтом, за творчество и вдохновение.

Ребекка и Джулия – спасибо за ваш медицинский опыт и ответы на такие вопросы, как «Э-э, а можно убить кого-то, а затем очень быстро вернуть его к жизни?», эпические советы по песням, ваш энтузиазм и отличные разговоры с 2017 года. Стеффи, за то, что была первой, кто погуглил имя Нийола, и придала мне столько храбрости своими прекрасными словами.

Сабрине, за то, что была свидетелем каждого момента сомнения и каждого момента вдохновения и всегда была на моей стороне. Коринне, за то, что ты была там вживую, когда я закончила эту книгу, и отпраздновала это со мной. Луиза, спасибо за все, я не могу дождаться твоей реакции на эту книгу. Диана, спасибо за твою поддержку и за то, что рассказала в магазине «Wittwer», что я писатель.

И последнее, но не менее важное: спасибо, спасибо, спасибо моим читателям. Около половины моей повседневной работы состоит из сомнений, поэтому я особенно благодарна вам за ваш энтузиазм. Будь то через Instagram, LovelyBooks, Amazon, Thalia и т. д. – вы так меня радуете каждым сообщением, каждой фотографией и каждым обзором и напоминаете мне, почему эта работа всегда стоит того. Я никогда не буду считать само собой разумеющимся, что вы даете моим книгам шанс. Надеюсь, вы прочитали финал, и мне действительно любопытно посмотреть, насколько вам понравилась эта часть (живые реакции на финал особенно приветствуются: D). Как всегда, самый быстрый способ связаться со мной – через Instagram (@nenatramountani) и через Messen & Co.

Content

Трамунтани Нина Магия воздуха [litres]

Нина Трамунтани Магия воздуха

Один Алебастр

Два Мрамор

Три Нимфа

Четыре Кристалл

Пять Туман

Шесть Слоновая кость

Семь Перламутр

Восемь Серебро

Девять Бриллиант

Десять Холод

Одиннадцать Алмаз

Благодарности