Елена Богданова - Книга мастеров

Литературно-художественное издание

Для младшего школьного возраста

КНИГА МАСТЕРОВ

По киносценарию Анны Старобинец и Вадима Соколовского

Литературная обработка Елены Богдановой

Дизайн обложки О.В. Клявень

В книге использованы рисунки О.Р. Ионайтис

Редактор М.О.Торчинская

Ответственный редактор В.С.Рябченко

Художественный редактор М.В.Панкова

Технический редактор А.Т.Добрынина

Корректор Л.А. Лазарева

Верстка А.А. Комаровского

Издание подготовлено компьютерным центром издательства «РОСМЭН»

Глава 1

Каменная Княжна и её воины

Где-то далеко-далеко, в неведомом краю, за семью высокими горами, за семью дремучими лесами раскинулась Каменная страна. Отыскать её мудрено – только время зря потеряешь, в гнилом болоте сгинешь, в огненной реке пропадёшь. Потому что страна эта – волшебная, и пути-дороги в неё заколдованы. В той стране не слышно птичьего пения, не видно звериных следов. Всё живое здесь обращается в камень.

Правит в Каменной стране злая колдунья – Каменная Княжна. Сидит она на каменном троне в высокой Каменной башне посреди каменной пустыни. На голове у неё – каменная корона, рубинами да изумрудами украшенная. А в груди вместо сердца-души – один лишь камень. Прислуживают той Княжне кикиморы, лешие и всякая прочая нечисть.

Хранит колдунья в своём замке три дива дивных: вещую Книгу Пророчеств, дарующую своей повелительнице тёмную силу; говорящее Зеркало, которое знает обо всём на свете; и бел-горюч камень Алатырь. Никому не ведомо, откуда камень тот взялся, однако издавна идёт о нём дурная слава. Кто Алатырь-камня коснётся, тот навсегда сам в холодный камень обратится.

Знающие люди сказывают, что сотни лет назад была Каменная Княжна маленькой девочкой – доброй и пригожей. Она очень любила свою матушку – Бабу Ягу, хотя совсем не была на неё похожа.

– Остерегайся волшебного камня, не прикасайся к нему, – много раз предупреждала дочку Баба Яга. – Тронешь камень, не миновать нам беды.

Но, видно, от судьбы не уйдёшь. Как-то раз гуляла дочка Бабы Яги по лесу, заблудилась и случайно набрела на волшебный камень, скрытый густой травой. И так был прекрасен Алатырь-камень, что девочка, позабыв обо всём, дотронулась до него и превратилась в холодную и бездушную Каменную Княжну.

* * *

Прошло много-много лет. Все эти годы провела Каменная Княжна в высокой башне и никогда не расставалась с Алатырь- камнем, берегла его как зеницу ока. Хранился чудо-камень в особом гроте в тронном зале Каменной башни; лежал на возвышении, переливаясь и сверкая всеми цветами радуги, ждал исполнения предсказания, начертанного в Книге Пророчеств: «Придёт время, и отыщется на свете Великий Мастер, оживит он бел-горюч камень Алатырь, и выйдет Каменная Княжна из своей Каменной башни и станет править всем надземным и подземным миром».

Узнав когда-то об этом предсказании, потеряла Каменная Княжна покой и сон. С помощью злых чар создала она каменное войско из жестоких воинов-ардаров, которые беспрекословно подчинялись своей повелительнице. Выполняя приказание Княжны, ардары без устали рыскали по всему свету на могучих чёрных конях – искали Великого Мастера, который смог бы оживить Алатырь-камень.

Из каких только стран не привозили ардары пленных камнерезов – искусных и работящих мастеров. Но ни одному из них не удалось раскрыть секрет волшебного камня, никто не сумел пробудить Алатырь. И ни один из тех мастеров не вернулся домой. Все они сгинули в мрачных подземельях Каменной башни.

Так летели дни, годы, проходили века, а Великий Мастер всё не появлялся. С каждым днём становилась Каменная Княжна всё мрачнее и мрачнее – очень уж ей хотелось сделаться владычицей всего мира. Каждый день заглядывала она в волшебное Зеркало и вела с ним долгие беседы.

– Не мне ли подчиняются самые сильные воины? Не мне ли подвластны любые камни? Не я ли владычица всех тёмных сил? – гордо спрашивала Княжна.

– Безусловно... кто бы спорил... да... да... да, – безучастно отвечало Зеркало, которое устало год за годом, изо дня в день твердить одно и то же.

– Тогда отвечай! Долго ли мне ещё в башне томиться? Где новый мастер?

– Такой мастер есть, – в который раз нараспев протянуло Зеркало. – Только время его ещё не пришло...

– Есть?! Покажи мне его!

– Я извиняюсь, но ваше время истекло, – ехидно заметило Зеркало. И померкло.

Княжна в ярости швырнула Зеркало на столик. По зеркальному стеклу пробежала трещина...

Ещё пуще разозлилась Каменная Княжна. Сколько же можно ждать, в конце концов, когда этот мастер появится на свет! Призвала она к себе своего главного воина, Янгула, и велела ардарам вновь собираться в дорогу – не есть, не спать, в оба смотреть, но нового мастера разыскать-разглядеть.

Ардары послушно оседлали коней и помчались куда глаза глядят, куда дорога ведёт.

Глава 2

Великий Мастер

В одной деревне, где испокон веков люди работали по камню и это умение передавали от отца к сыну, жил юный мастер Иван. В своё время отец юноши, Степан, слыл прекрасным камнерезом, и его поделки высоко ценились далеко за пределами родного края. Степан вырезал из камня не только ажурные шкатулки и изящные подсвечники. Но лучше всего из-под его руки выходили фигурки зверей и птиц. Как живые! А какие чудесные у Степана получались цветы! Ни за что не скажешь, что каменные: лепесточки тоненькие, а на них – капельки росы, такие прозрачные, что переливаются на солнце всеми цветами радуги. Свои работы мастер Степан отмечал особым личным клеймом в виде трилистника клевера.

Но однажды ночью случилась беда. Налетели на деревню чёрные всадники на огромных чёрных конях с развевающимися гривами. В грозном молчании пронеслись они по улицам, ворвались в дом мастера Степана, схватили его и увезли с собой, а куда – неизвестно. С тех пор о нём больше никто ничего и не слышал.

Жена Степана долго искала его; день за днём ходила в лес, поднималась в горы, кричала, звала... всё напрасно. Пропал Степан, пропал навсегда. Бедняжка не перенесла такого горя и вскоре умерла от болезни. А сынок их Иванушка сиротой остался. Единственное, что сохранилось у него в память об отце с матерью, так это кулон отцовской работы, отмеченный трилистником.

Воспитывали мальчонку всей деревней – кто покормит, кто рубашку со своего плеча отдаст, кто подарит поделочный камушек, чтобы сын не забывал отцовское ремесло. Так и вырос. Стал высоким, красивым парнем с русыми кудрями и добрыми глазами, – весь в Степана!

Не только внешность унаследовал Иван от отца; передался ему и отцовский дар. Паренёк словно играючи учился ремеслу камнереза; совсем юноша, он уже был гораздо искуснее многих опытных мастеров. И глаз у Ивана был острый, и рука твёрдая. Во всём он старался подражать отцу и мечтал, как вырастет, отправиться на его поиски и непременно найти.

Местный Староста, приставленный к мастерам самим Барином, самые сложные задания поручал Ивану. Вот и накануне велел он юноше вырезать из камня медальон-камею с портретом барской дочки.

Всю ночь, до самого рассвета, сидел Иван над камеей. Так старался, что заснул прямо за верстаком, уронив голову на руки.

И приснился Ивану сон: будто он летит-падает в глубокий и мрачный колодец. Но Ивану не страшно; свет от свечи, которую он держит в руке, падает на стены, и они начинают играть-переливаться, словно самоцветные камни, и темнота вокруг рассеивается.

Всё летел Иван и летел. Но тут свеча неожиданно погасла. Иван сразу потерял лёгкость, стал падать. И вдруг, откуда ни возьмись, протянулась к нему тонкая женская рука с малахитовым браслетом, а на браслете узнал Иван отцовское клеймо – трилистник! Схватился Иван за эту руку и дальше полетел. Рука поначалу была холодная, но постепенно теплела. И стало Ивану от этого чудо как хорошо.

Очнувшись от сна, заторопился Иван, принялся камею поспешно доделывать. Тут в мастерскую тихонько вошёл Кузьма- кузнец – верный Иванушкин друг, товарищ детских игр и проделок.

С виду – простоватый увалень, добродушный, весь в веснушках. Но сила у Кузьмы была недюжинная – запросто управлялся он с огромными кувалдами и щипцами, тяжёлым молотом помахивал, как игрушечным.

Хотел Кузьма подшутить над другом, подкрасться со спины и закрыть ему глаза, – пусть гадает, кто там пришёл. Но Иван его сразу узнал.

– А, Кузьма! Чего тебе? – рассеянно пробормотал он, не отрываясь от поделки.

– Вань! Ты чё, всю ночь здесь сидишь? – удивился Кузьма.

– Да отстань, мне ещё чуть-чуть осталось...

– Иван! – не выдержал Кузьма. – Ты с ума сошёл! Беги скорей! Все уже у барина!

Иван испуганно вскинул голову:

– А сколько сейчас времени?

– Да уж опоздал! – хмыкнул друг.

Схватив со стола обклеенную бархатом коробочку, Иван пулей вылетел из мастерской.

Глава 3

Неугодный подарок

А в барском доме уже все собрались. Староста со всей деревни народ согнал, чтобы отмечать день рождения барышни Клавдии. Вообще-то сей праздник уже давно прошёл, но Клаве одного торжества показалось мало. Она потребовала, чтобы её день рождения отмечали каждый день. А Барин – что? Ради любимой дочки он на всё готов – через голову прыгнет, из кожи вон вылезет. Стоило Клаве только заикнуться о своём желании, и он тут же устроил для неё новые именины.

Накануне вечером велел Барин Старосте обойти всех мастеров и передать им, чтобы немедленно готовили для дочки новые поделки и украшения, а утром явились в дом с подарками. Особо приказал Барин сделать камею – вырезать портрет Клавдии на медальоне. Чтобы она эту камею на шее носила, а люди бы на портрет Клавы дивились: вот, мол, какая у Барина дочка красавица.

Ничего не поделаешь, барин есть барин. И характером дурной, и внешностью не вышел, но он – хозяин, и его желания для мастеров – закон. Хочешь не хочешь, а не сделать нельзя. Иначе быть мастеру битым розгами при всём честном народе.

Для такого дела держал Барин трёх детин. Умом они не задались от рождения и камень резать не умели, а вот кулаками махать – всегда пожалуйста. Жили детины в барском доме и ели с барского стола. Слушались только Барина и Старосту, который указывал, какого мастера и как побольнее наказать.

Очень не любили в деревне Старосту. Был он с виду неказист. Бородёнка – козлиная, волос – седой, кручёный в мелкую кудельку. А норовом – вредный-превредный. Вечно высматривал и отбирал у мастеров самые лучшие поделки, – глаз-то у него был намётанный, а руки загребущие. Как что покрасивее увидит, так сразу хвать – и себе в карман. Мол, будет барской дочке подарок. А на следующее утро преподносил Клавдии поделку от своего имени; дескать, вещицу эту самолично изготовил. И всё Старосте сходило с рук.

Только на этот раз промашка вышла. Собрал Староста, по обыкновению, в барском доме весь деревенский люд от мала до велика. В три погибели согнулся перед Барином и Клавдией, поднёс подарки от мастеров и стал ждать похвалы. А Барин вдруг спрашивает:

– А где же особый заказ?

Староста сначала побледнел, потом побагровел, потом позеленел. Чуть его удар не хватил: забыл у Ивана медальон забрать!

Покосился Староста по сторонам – где Иван? А того нет нигде.

Барин уставился выжидательно. Дочка раскапризничалась. Девушка-то она уже взрослая, а всё ведёт себя как маленькая. Испугался Староста, начал время тянуть, поздравительную речь завёл. Барин откровенно зевает. Барышня от нетерпения повизгивает. Староста от ужаса холодеет, в словах путается...

– Портрет нашей уважаемой именинницы изготовлен из драгоценного камня наивысшего качества. И поскольку прошлый день рождения нашей дорогой именинницы был только вчера, мы не ожидали, что новый наступит так скоро... – затравленно озираясь, бормотал Староста.

Тут, на счастье, сквозь толпу Иван протиснулся и незаметно сунул Старосте коробочку с медальоном. Староста тайком Ивану кулак показал: мол, потом разберёмся с тобой, а сам быстро открыл крышечку и, не глядя, преподнёс коробочку Клавдии:

– Изделие изготовлено в рекордные сроки, мною лично...

Иван чуть не задохнулся от возмущения. Лично?! Как это лично?

– И в этот торжественный день мне очень приятно вручить подарок нашей дорогой имениннице Клавдии, – заливался соловьём Староста, протягивая коробочку.

Клавдия заглянула в коробочку и криком зашлась. Из поросячьих глазок полились слёзы в три ручья, ножки в атласных туфельках по полу дробью забарабанили. Барин поспешно глянул на подарок и побагровел:

– Да как ты посмел!?

Староста не сразу понял, отчего такое расстройство случилось. Сунул нос в коробочку и обомлел от ужаса – проглядел, допустил! При всём честном народе преподнёс Клавдии точный её портрет – нос пятачком, лицо кругляшком, а глаз будто и вовсе нет – не видны за щеками.

Зарычал Барин, затопал ногами, верных детин кликнул:

– Выпороть его! Шкуру с живого спустить!

Детины пошли на Старосту с кулаками.

– Не я это! Честное благородное слово! Не я! Не я! – тут же отрёкся от медальона Староста. – Это Ванька сделал! Он – мастер, его камея!

– Ванька, говоришь? – Барин обвёл свирепым взглядом испуганную толпу, увидел Ивана и кивнул своим верным детинам. – Взять его!

Иван бросился наутёк. Детины – за Иваном. А позади всех Староста семенит, без его участия никакое дело не обходится.

Нырнул Иван под стол, и детины достать его никак не могут – лишь кулаками машут...

– Не троньте его, – проговорил вдруг Староста. – Он сам выйдет... Выйдешь, выйдешь, а не то я сейчас твою побрякушку...

Иван схватился за шею: нет подвески; видно, когда он от преследователей убегал да уворачивался, слетел с него кулон – отцовская память. А Староста уже отломил от кулона один листик.

– Отец твой такой талант был... – издевательски произнёс он, – такой талант...

– Не надо! – закричал Иванушка. – Отдайте! Это же всё, что у меня от бати осталось!

Да где там! Старосте сочувствие неведомо. Вылез Иван из-под стола. Набросились на него детины, поволокли во двор – розгами потчевать. Иван едва успел, проходя мимо Старосты, выхватить у него из рук свой кулон.

Глава 4

Набег ардаров

Пока детины привязывали Ивана верёвками к позорному столбу, Староста выгнал народ из барского дома, чтоб смотрели, как Ивана будут наказывать, да не забывали – со Старостой шутки плохи!

А люди смотрели и вздыхали. Ивана в деревне любили и уважали – и добрый он, и работящий, и слова плохого в жизни никому не сказал. Почувствовав настрой односельчан, Староста решил показать себя перед народом благодетелем. Подошёл к Ивану и предложил:

– Попроси у Клавдии прощения, тогда Барин тебя пощадит.

– За что? – искренне удивился Иван. – Вы мне заказали сделать портрет барышни, вот я и сделал камею так, чтобы все сразу видели, для кого она изготовлена.

– А тебе невдомёк, недотёпа, что ты нашу барышню изобразил в неприглядном свете? – разозлился Староста.

– Почему в неприглядном? – снова удивился Иван. – Всё как есть. В зеркале не краше будет...

– Ах ты, Иван-дурак! Сечь его! – крикнул Староста и махнул рукой детине, стоящему чуть поодаль с розгами наготове.

Только Старший детина замахнулся розгой, как вдруг послышался странный свист. Детина ойкнул, схватился пониже спины, выдернул каменную стрелу и с ужасом уставился на неё...

– Ардары... – пролепетал детина.

– Ардары! – заголосили вокруг. – Ардары!

Народ бросился врассыпную, но было поздно. Воины Каменной Княжны уже ворвались в деревню и мчались по главной улице.

Детины, подхватив Барина под белые руки, потащили его в дом. А барышню Клавдию мамки-няньки бросили на произвол, сами кинулись прятаться. Повлекла за собой барскую дочку бегущая толпа и вынесла далеко в стороне от родного дома.

А из-за поворота уже лошадиный топот слышится. Задыхаясь от страха, протиснулась Клава сквозь какую-то щель в заборе и очутилась на чужом дворе. Только хотела пот утереть, как вдруг перед ней возникла коровья морда... В ужасе шарахнулась барская дочь в сторону, привалилась спиной к забору, а тот и не выдержал – рухнул под ней. И свалилась Клавдия прямо под ноги каменным воинам.

– Неплохая для Бабы Яги похлёбка получится, – проговорил один, весь в чёрном, на вороном коне. – Забирайте девчонку! Мастера не найдём, так хоть старая карга сытно поужинает.

– Мой папа – Барин! – пискнула Клава.

Ардар, словно не слыша, подхватил девушку, перебросил через седло, воткнул в рот кляп. Бедняжка только глазами кругом повела: неужто никто ей не поможет?

– А ну отпустите девчонку! – раздался вдруг голос Ивана.

Пока все по углам разбегались да прятались, юноша, про которого детины разом забыли, сумел освободиться от верёвок. Он и не собирался прятаться, хотел своими глазами увидеть ардаров – тех самых чёрных воинов, которые, по словам соседей, много лет назад похитили его отца. Иван давно о них расспрашивал. А тут ардары сами пожаловали в деревню!

Иван видел, как ардары схватили Клаву. У паренька было доброе сердце и бесстрашная душа, заступился он за барскую дочку, да себе на беду. Схватили его ардары, связали, перекинули через седло и увезли вместе с Бариновой дочкой неведомо куда.

Глава 5

Пленники Бабы Яги

Лес этот в народе называли Бескрайним. Тёмный, мрачный, непроходимый. Грозно шумели, преграждая путь, мохнатые ели; цеплялись ветвями за одежду холодные, скользкие осины. Лес, будто чародей какой, завораживал, околдовывал, заманивал в самую чащу, из которой не было выхода. Здесь не звенели птичьи трели, не слышались крики зверей, – все сторонились Бескрайнего леса. В глубине леса в покосившейся от времени ветхой избушке жила самая настоящая Баба Яга. К ней-то ардары и привезли свою добычу – Ивана и Клаву.

Втащили в избушку и толкнули в угол у печи. Баба Яга тут же принялась оживленно рассматривать «гостинцы».

– Вы что это принесли мне? Что это такое, а? Это же одни кожа да кости! Тьфу! – возмутилась она, ощупывая Ивана. – Ну, эта ещё ничего, – добавила Яга спокойнее, поглядев на Клаву. – Эта упитанная, суп будет наваристый...

– Мой папа – Барин! – заверещала вдруг Клава, которой удалось вытолкнуть изо рта кляп. – Он пришлёт сюда своих холопов, они меня спасут, а вас выпорют!

– А твой папа жирный? – деловито поинтересовалась Баба Яга, принимаясь растапливать печь.

– Иван, – слезливо крикнула Клава, – ну скажи ей!

– Жирный, жирный, – рассеянно кивнул Иван, осматриваясь и лихорадочно соображая, как бы отсюда сбежать.

– Дурак! – вспыхнула Клава.

– Жирный дурак? – мечтательно проговорила Баба Яга. – Как вкусно! Пальчики оближешь! Надо сказать этим каменным лбам, чтобы в следующий раз твоего батюшку прихватили с собой. Ну, что встали? – прикрикнула она на ардаров. – Снаружи ждите, каменюки твердолобые!

От таких слов Клава тут же разревелась, а Иван, пытаясь найти выход, оглядывался по сторонам. Вдруг он заметил на кухонном столе большой нож. Но как к нему подобраться? К счастью, у Бабы Яги закончились дрова, и она вышла из избы за поленьями. Едва за Ягой закрылась дверь, Иван подскочил к кухонному столу и с помощью ножа ловко перепилил верёвки, стягивающие его руки. Затем освободил Клаву.

Иван осмотрелся и заметил дверь. Как оказалось, она вела на задний двор. Схватил девушку за руку, и они выбежали из избы. Вот теперь Иван призадумался: вокруг избушки Бабы Яги тянулся высоченный частокол – ни щели, ни намёка на проход. Как же через него перелезть? Сам Иван, может, и осилил бы преграду, а вот толстая и неповоротливая Баринова дочка уж точно нет.

И вдруг, как по мановению волшебной палочки, частокол перед ними расступился, открывая путь к освобождению. Но лишь подбежали пленники к проходу, как забор снова встал на прежнее место. И тогда понял Иван, что дело здесь нечисто, явно кто-то колдует. Оглянулся юноша и обомлел.

На крыльце избушки стояла юная темноволосая красавица в чудесном платье, сверкающем драгоценными камнями.

– Сбежать хотите? – недобро спросила девушка.

– А ты кто такая и откуда? – удивился Иван, против воли заворожённый её красотой.

– Здесь мой дом. И это – мой лес. А я – Катя, внучка Бабы Яги и дочь Каменной Княжны, – надменно произнесла девушка.

– Какой ещё Каменной Княжны? – не понял Иван.

– Ты что, не знаешь, кто такая Каменная Княжна? – оскорбилась девушка.

– Не знаю и знать не желаю, – бросил Иван и схватил Клаву за руку.

– Бегите, бегите. Всё равно у вас ничего не получится, – с усмешкой произнесла Катя.

Красавица нажала на какой-то рычаг, и забор, окружающий избу Яги, ушёл в землю. Иван и Клава бросились вперёд, но девушка снова незаметно на что-то нажала, и частокол опять встал стеной. Клавдия чуть не врезалась в него головой.

Юная колдунья явно смеялась над Иваном и Клавой! Она и не собиралась их отпускать.

– Потешаешься над нами? – сквозь зубы произнёс Иван. – Разве так честно?

– Честно? – недоумённо пожала плечами красавица. – Что это значит?

– Это значит без колдовства! Ты забор-то опусти, и сама нас догнать попробуй! Вот это будет по-честному.

Катя с изумлением посмотрела на Ивана. Ей и в голову не приходило, что можно обходиться без колдовства.

– Давай так! – согласилась она неожиданно для себя.

Но стоило кудеснице опустить забор, как Иван вдруг кинулся на неё, сбил с ног, прижал её к земле.

– Беги, Клава! Беги! – закричал Иван, удерживая вырывающуюся Катю.

– А ты как же? – испугалась Клава.

– Беги же! Беги!

Бросив на Ивана последний – влюблённый – взгляд, Клава пустилась бежать и скоро скрылась за деревьями. А Иван продолжал удерживать сопротивляющуюся Катю. И вдруг девушка затихла. Иван насторожился. Что она замышляет? Но Катя как зачарованная смотрела на кулон, висящий у Ивана на шее.

– Это же... – прошептала девушка.

Но она не успела договорить – сзади внезапно налетела Баба Яга и метлой оглушила Ивана.

Глава 6

Похлёбка для Бабы Яги

Очнувшись, Иванушка не сразу понял, где находится и что происходит. Он лежал, связанный, в какой-то большой круглой посудине, ноги его торчали наружу, а сверху сыпались крупно порезанные морковь, помидоры, свёкла, лук и капустные листья. Потом полетела белая пыль. Иван невольно принюхался и тут же чихнул – соль с перцем!

«Что за шутки», – рассердился Иван. Но тут он поднял взгляд и всё вспомнил. Над ним нависало противное старушечье лицо с большим горбатым носом и маленькими хитрыми глазками. Баба Яга! А круглая посудина – это огромный котёл. Сейчас он станет ужином для лесной ведьмы. Что же делать? Как выбраться из котла, как не стать похлёбкой для Бабы Яги?

– Ишь, кожа да кости. И что это за суп получится? Ненаваристый, – ворчала тем временем Яга. – Придётся грибков добавить. Пойду, за домом посмотрю, как там мои поганочки-мухоморчики поживают. А ты, Катерина, сперва потуши его, слышь, немножечко так, потом водички... И главное – не давай ему всплывать.

Иван попытался приподняться и тут же получил увесистой поварёшкой по лбу. Вдруг с улицы послышалось конское ржание.

– Это по твою душу женишок... – буркнула Баба Яга Кате. – Сейчас я его отважу.

Хлопнула дверь. И тут же над котлом склонилась красавица- колдунья и, улыбнувшись, протянула Ивану руку. Он с силой оттолкнул её.

– Новую забаву придумала? – зло проговорил Иван.

– Я хочу тебе помочь! – торопливо зашептала Катя, хватая Ивана за руку и помогая вылезти из котла.

Пока Иванушка стряхивал с себя морковь, девушка подбежала к большому сундуку и откинула крышку.

– Полезай скорее!

Красавица нетерпеливо взмахнула рукой, и тут Иван заметил на её запястье малахитовый браслет. Тот самый браслет из его чудесного сна! Опять волшебство! Ну и дела!

– Откуда это у тебя? – произнёс он, как заворожённый глядя на украшение.

Катя моментально спрятала руку за спину.

– Внученька! – донёсся с улицы вопль Яги. – Гость к тебе!

– Уже иду! Супчик только помешаю! – звонко крикнула в ответ Катя и снова повернулась к Ивану. – Полезай, – велела она. – Сиди там тихо, пока я по крышке три раза не стукну. Тогда сразу выскакивай и в окно прыгай, а я тебя снаружи встречу.

Иван, удивляясь самому себе, покорно залез в сундук. С грохотом захлопнулась крышка.

Катя задумчиво смотрела на сундук. Отчего она пошла против бабушки? Что с ней происходит и почему?

Когда Иван схватил её за руку, она впервые почувствовала человеческое тепло. Ведь всю свою жизнь Катя жила среди каменных воинов и лесной нечисти, от которых веяло могильным холодом. У её матери, Каменной Княжны, руки были всегда ледяные. И Катя отродясь считала, что по-другому не бывает и быть не может. А вот у Ивана руки тёплые... И от их тепла что-то изменилось в её душе...

Сразу после ужина недовольная Яга отправилась спать.

– Суп какой-то пустой... – бурчала она, ворочаясь на печи. – Совсем мяса нет... Кости волку серому отдай...

Через минуту с печи донёсся богатырский храп. Выждав немного, Катя трижды стукнула по сундуку и выбежала из избы.

Услышав заветный стук, Иван мигом выбрался из сундука и выпрыгнул через окно во двор. Девушка уже ждала его.

– Иди за мной! – шепнула красавица.

Через миг они оказались у колодца.

– Прыгай! – велела Катя и, увидев оторопевшее лицо Иванушки, насмешливо добавила: – Или боишься?

– Кто? Я? – возмутился Иван.

И, не раздумывая, прыгнул в глубокий колодец. Катя последовала за ним.

Глава 7

Книга Мастеров

А колодец оказался не простой – волшебный. Подхватили Катю с Иваном разноцветные всполохи, закружили вихрем и понесли куда-то вниз. Через несколько мгновений они очутились в пустынном каменном зале с высокими и мрачными сводами, освещаемом дымными факелами. Вдоль стен стояли неподвижные каменные статуи – ардары.

– Где мы? – спросил Иван.

– В Каменной башне, – объяснила Катя. – Здесь живёт моя матушка, Каменная Княжна.

Девушка зажгла от факела на стене две свечи, одну оставила себе, другую протянула Ивану. Тот, не выдержав, подошёл к ардару, постучал его по каменной груди.

– Не надо, – попросила Катя. – Он живой. Идём.

И повела Ивана по длинному туннелю.

– Ардары служат Каменной Княжне, моей матери, – рассказывала она на ходу. – К сожалению, я редко с ней вижусь, она у меня очень занятая. Дай мне руку, ты здесь сам не пройдёшь.

Они взялись за руки и замерли, зачарованно глядя друг на друга. Девушка первой пришла в себя.

– Пойдём, – проговорила она, опуская глаза, – я тебе что- то покажу. У нас мало времени.

Держась за руки, они вошли в просторный грот, в котором стоял большой старый сундук.

– У моей матери, – сказала Катя, подходя к сундуку и открывая его, – есть волшебный Алатырь-камень. И вот однажды она прочитала в своей вещей Книге такое пророчество: пройдёт много-много лет, и появится на свете Великий Мастер, который сумеет оживить бел-горюч камень Алатырь. И тогда Каменная Княжна станет властительницей всего мира, а не только Каменного царства. И вот с тех пор ардары ищут такого мастера- камнереза, чтобы он оживил Алатырь... Но пока всё никак. Помоги мне.

Иван поспешил на помощь, и вместе с Катей они достали из сундука большую шкатулку, полную искусно вырезанных украшений, чудесных фигурок птиц и зверей.

– Да они как живые! – воскликнул Иван, перебирая поделки одну за другой.

– Когда я была маленькой, – грустно сказала Катя, – ардары привезли к нам одного мастера... Это он всё сделал. Такой он был добрый... И руки у него были такие же, как у тебя, тёплые.

Достав из шкатулки одну из фигурок, Иван начал внимательно рассматривать её и вдруг разглядел на основании знакомый трилистник. Клеймо отца! Так вот оно что! Вот куда увезли его чёрные каменные воины...

– Это мой отец! Где он? – выдохнул Иван, вскидывая глаза на девушку.

– Его больше нет, – прошептала она, опуская голову.

– Это она? Каменная Княжна?

– Да, – ещё тише прошептала Катя.

– Мне бы только добраться до неё, – сквозь зубы проговорил Иван, сжимая кулаки.

– А ты уверен, что хочешь этого?

– Больше всего на свете! – горячо ответил Иван.

– Хорошо, – тихо сказала Катя и хлопнула в ладоши.

И тотчас из глубины грота возникли два странных существа, которые волокли большую книгу.

– Это Книга Мастеров, в ней собраны все камнерезные премудрости, – объяснила девушка. – Каждый мастер, который побывал в Каменной башне, оставил в этой книге свои знания, свою душу. Последним был твой отец... Как прочтёшь её от начала до конца, тоже станешь Великим Мастером. Тогда Каменная Княжна сама тебя найдёт. Ты понадобишься ей.

– Отдай мне книгу! – попросил Иван.

– Сила её велика и опасна, – предупредила Катя. – Как бы и тебе здесь навек не остаться...

Девушка чувствовала, что, как только Иван начнёт читать Книгу Мастеров, обо всём остальном забудет. И о ней – тоже. Всё померкнет для него, останутся только камни, из которых он будет вырезать диковинных зверей и птиц... Да ещё Алатырь... А вдруг Иван и есть тот мастер, кому суждено оживить волшебный камень! Как бы потом зла не вышло для людей и всего живого мира...

– Подумай, Иванушка, – ещё раз сказала девушка. – А впрочем, чему быть, того не миновать, – с этими словами она протянула ему старинный фолиант.

Иван крепко прижал его к груди.

– Пора нам отсюда выбираться, – сказала девушка, беря Ивана за руку, и потянула за собой.

Вскоре они снова были в уже знакомом зале с колодцем посередине.

– В колодец прыгнешь и сразу на воле окажешься. Любой колодец – вход в волшебный мир, – объяснила Катя. – Только не всякому этот вход открывается.

Иван осторожно ступил на край колодца, обернулся к девушке.

– Катя... мы ещё когда-нибудь увидимся? – спросил он с надеждой.

– Чему быть, того не миновать, – мягко повторила Катя. – Ну всё, прыгай.

– Прощай, Катя, – проговорил Иван и, немедля больше, сиганул в колодец.

– Я буду ждать тебя, Иванушка, – донеслось до него сверху.

Глава 8

Как спасли барскую дочку

А в барском доме царил страшный переполох. Когда ардары покинули деревню, Барин хватился, что дочки нигде нет. Мамки-няньки кинулись искать Клаву по всем комнатам, по всем углам. Звали её, звали, но она так и не объявилась. Всю деревню вверх дном перевернули, но барскую дочку не нашли. Тут кто-то догадался, что Клаву, должно быть, ардары увезли. Барин ужасно разгневался, ногами затопал и приказал своим детинам немедленно отыскать дочь и доставить её домой живой и невредимой, а всех ардаров перебить.

– А куда ж нам идти-то? – растерялись детины. – Ардаров-то этих где искать?

Тут даже Барин приумолк, а мамки-няньки, наоборот, зарыдали в голос.

– Тихо! – прикрикнул на них Староста. – Есть мнение, что ардары живут в Бескрайнем лесу, – услужливо доложил он Барину.

– Так Бескрайний лес он того... бескрайний! – испугались детины. – Мы туда не ходим!

– Верно, верно, – торопливо подхватила вдруг старая нянька. – Зачарованное это место! И ардары тысячу лет как Каменной Княжной заколдованы, в камень обращены. Главный воин у них Янгул зовётся, и вместо сердца у него камень, а...

– А вместо рук ножницы, – издевательски перебил старуху Барин. – Ох, ну и тёмный же народ... Вот и ступайте в этот Бескрайний лес, – обратился он к детинам, – и без дочки назад не возвращайтесь.

Подумали детины, в затылке почесали, а потом, вооружившись вилами и дубинами, поплелись через деревню, через поле – в сторону Бескрайнего леса.

– ...А снизу у неё хвост змеиный! – рассказывал один из холопов, когда они уже подходили к лесу. – А во рту у неё жало змеиное! И глаза у неё каменные, и волосы каменные, и руки, и ноги тоже каменные...

– Точно-точно! – подхватил другой. – Каменная Княжна по свету рыщет, каменных дел мастеров ищет...

Добравшись до опушки, детины, как по команде, остановились и со страхом уставились на тёмный лес, высоченной стеной поднимающийся перед ними.

– Может, перекусим сперва? – робко предложил старший детина.

– А что... это мысль, – оживились его товарищи.

И все дружно опустились на землю, принялись поспешно доставать съестные припасы. Через час они уже растянулись на траве, сытые и пьяные.

И вдруг где-то совсем рядом затрещали ветки.

– О! – протянул первый детина, пытаясь сесть. – Цыц, мужики... Что это? Смотри, кабанчик!

Двое других, пошатываясь, бросились в кусты, в которых что- то шуршало. И через пару минут выволокли на свет упирающуюся, повизгивающую от страха Баринову дочку... Бедняжка долго плутала по лесу, пока добралась до родных мест.

– Батюшки... барышня! – не веря своим глазам, пролепетал старший детина.

То-то радости было, когда детины на руках внесли Клаву в дом!

– Орёл! Орёл! – ликовал Барин, похлопывая по плечу старшего из них. – Тебе положена награда за спасение моей дочери! Самое ценное, что у меня есть, достанется тебе! А самое ценное – это Клавдия!

У детины вытянулось лицо.

– Клавушка, Клавдюша! – восклицал Барин. – Хочешь выйти замуж? За своего спасителя?

– Хочу, – ответила Клава, возлежавшая на диване в окружении хлопочущих нянек и мамок. – Только не за него. А за Ивана.

У детины вырвался вздох облегчения. Зато Барин снова взвился под потолок:

– За Ивана? За холопа?! Ни за что! Запереть девчонку в её комнате! Пусть сидит, пока ума не наберётся!

Но не тут-то было! Клавдия всю свою жизнь ни в чём отказа не знала. Вот и на этот раз упёрлась: хочу за Ивана, и всё тут! Не один день уговаривал дочку Барин – и грозил, и молил, и золотые горы сулил... А в конце концов не выдержал. Сломался.

– Хочет выйти за холопа, пусть выходит за холопа! – в бешенстве крикнул Барин. – Эй, детины! Ивана ко мне, быстро!

– Слушаюсь! – радостно гаркнули те и бросились выполнять приказание.

Глава 9

Рождение Великого Мастера

Кузнец Кузьма очень переживал, когда друг его пропал. Не верил он, что навсегда сгинул Иван в Бескрайнем лесу. Несколько раз за день бегал он проверять, не вернулся ли каменных дел мастер.

И вот в очередной раз подошёл Кузьма к Иванушкиному дому и вдруг видит – в окнах свет горит! Одним махом распахнул Кузьма дверь и глазам своим не поверил. Сидит Иван как ни в чём не бывало за верстаком, обтачивает камушек и по какой-то старинной книге всё сверяется.

Обнялись друзья на радостях, а потом разговорились. Кузьма без устали расспрашивал друга про то, где он был да что с ним приключилось. Но Иван больше отмалчивался, а если отвечал, то рассеянно и невпопад и всё оглядывался на старинную книгу, лежащую на верстаке. Да и другим он стал: с виду вроде не изменился, а взгляд у него стал чудной: смотрит на тебя и не видит. Скоро Кузьма понял, что эта книга, невесть как к нему попавшая, завладела всеми помыслами Ивана. Не стал он больше докучать другу и оставил его в покое.

А Иван, почитай, из дома не выходил. Дни и ночи напролёт сидел над выцветшими страницами; изучил все записи, все секреты каменных дел мастеров, проник в самые тонкости мастерства. Такие стал вырезать диковинки, какие здешним камнерезам и не снились.

Кузьма по-прежнему вечерами заглядывал к другу, сидел тихонько чуть поодаль, следил, как Иванушка работает, рассматривал удивительные вещицы. Он знал, чего добивается Иван: чтобы его поделки – зверюшки и птички – живых превзошли.

– Ну где это видано, чтобы мёртвый камень живым стал? – недовольно спрашивал Кузьма, вертя в руках очередную зверюшку.

– Хороший ты друг, Кузьма, только глупый, – вздыхал Иван. – Вот скажи мне, – спросил он как-то, – у тебя мечта есть? Желание самое заветное?

– Конечно есть. Ананас! – решительно ответил Кузьма.

– Чего? – вытаращил глаза Иван.

– Фрукт такой, ананас. Вот не помру, пока ананаса не попробую!

– И это всё? – удивился Иван. – Самое заветное? Не верю!

– Ну да ладно, скажу! А ты никому не скажешь? – вдруг признался Кузьма.

Иван в ответ замотал головой.

– Я, Вань, страсть как Клаву люблю...

– Что-что? – Иван от удивления рот раскрыл и молоток из рук выронил.

Но не успел он и слова сказать, как дверь распахнулась и в избу ввалились детины.

– Тут он! Тут! – заорал первый детина, указывая на Иванушку, и все вместе здоровяки навалились на мастера.

Кузьма кинулся было на выручку, но на этот раз силы оказались неравны, и кузнеца живо отшвырнули в сторону. Ивана же скрутили и приволокли в барский дом. Там его крепко-накрепко привязали к стулу, заткнули рот кляпом, и только после этого в комнату пожаловал Барин.

– Поздравляю, – радостно проговорил Барин и чмокнул Ивана в макушку. – Отдаю за тебя единственную дочку-ягодку. Зятёк...

От этих слов Иван задёргался так, словно не на простом стуле сидел, а на электрическом, и отчаянно замычал, головой замотал.

– Знаю, знаю, ты рад, – проговорил Барин, прохаживаясь перед Иваном. – Вместе с моей дочерью ты получишь приданое: избу трёхкомнатную, телегу паровую немецкую...

Иван снова громко замычал.

– Ну хорошо, хорошо... мешок серебра...

Иван почти взвыл от обиды.

– Ох, Ваня... а ты не прост. Ну ладно, мешок золота...

Иван забился на стуле.

– Ну, что тебе ещё? – возмутился Барин и, приблизившись, наконец-то вынул у пленника изо рта кляп.

– Не нужна мне ни ваша дочь, ни ваши посулы! Я другую люблю, – выдохнул в ответ Иван.

Барин от ярости побагровел, того и гляди, удар хватит. И так закричал, что стены задрожали, стёкла в окнах едва не треснули.

– Обратно отвести! В избе запереть! Всю ночь сторожить! Коли добром под венец не пойдёт, силком потащим!

Подскочили детины, поволокли незадавшегося жениха обратно.

А Иван ни о чём, кроме Книги Мастеров, думать не может; ни толчков, ни ударов не замечает, ушибов не чувствует. Ведь совсем немного дочитать ему осталось! И едва только стихли шаги барских холопов за дверью, Иван бросился к Книге и стал жадно читать.

Он читал до рассвета, до тех пор, пока не перевернул самую последнюю страницу.

– Ну что ж, чему быть, того не миновать, – прошептал Иван, захлопывая Книгу Мастеров. – Теперь узнаю, Великий ли я Мастер?

Стражники мирно похрапывали у него под дверью, и, чтобы не потревожить их, Иван тихонько вылез через окно. В ночной тиши пересёк двор и, склонившись над обычным с виду колодцем, крикнул:

– Каменная Княжна! Прочёл я книгу, до конца прочёл! Слышишь меня? Я – Мастер! И знаю секрет Алатырь-камня!

Несколько минут Иван напряжённо вглядывался в тёмную бездонную глубину, но ничего не происходило. Юноша разочарованно вздохнул и отошёл было в сторону, как вдруг из колодца вырвался яркий сноп света. Иван отшатнулся, но потом, ни секунды не раздумывая, шагнул прямо в разноцветное сияние и провалился.

Глава 10

Говорящее Зеркало открывает правду

Всё то время, пока Иван изучал Книгу Мастеров, внучка Бабы Яги, красавица Катя, жила в Каменной башне. Но не забывала любимого; даже портрет его на пяльцах по памяти вышила. Как посмотрит на портрет, так и вздохнет: каково ее милому живется, каково трудится, не околдовала ли его Книга Мастеров? А тут ещё Каменная Княжна вздумала дочь замуж выдать за предводителя ардаров Янгула.

– И где это видано, чтобы камень женился? – недовольно ворчала Баба Яга, узнав новость.

Но Княжна слушать ничего не желала и рассудила иначе. Она давно собиралась наградить Янгула за верную службу, а воин, как ни странно, действительно полюбил Катю. И каким только чудом зародилось в его каменном сердце живое чувство?

По приказу Княжны Янгул сам сообщил девушке о предстоящей свадьбе.

– Мы должны пожениться. Так велела Каменная Княжна, – твёрдо сказал он.

– А если она велит тебе утопиться, ты что, пойдёшь и утопишься? – с горечью спросила Катя.

– Да, – невозмутимо ответил Янгул.

– А если я велю тебе? – заинтересовалась девушка.

– Я сделаю всё, что ты ни пожелаешь. Выходи за меня.

– Нет! – резко сказала Катя. – Я люблю другого!

Выслушав её признание, Янгул ничего не сказал, только ещё больше в лице потемнел. Повернулся и ушёл. А Катя, заливаясь слезами, заломила руки. Как же теперь быть? Она знала, что задумает Каменная Княжна, то непременно сделает.

И вдруг на столике озарилось светом волшебное Зеркало, которое давно уже помалкивало и ни на какие расспросы не отвечало.

– Катя! Теперь ты уже выросла, и я могу открыть тебе правду, – проговорило Зеркало. – Не дочь ты этой ведьме.

Девушка испуганно уставилась на Зеркало.

– Знай же, Каменная Княжна похитила тебя, когда ты была совсем маленькой, чтобы вырастить себе помощницу в чёрных делах. Но ты не каменная, ты человек, и сердце у тебя доброе...

– Что же мне делать? – растерялась девушка.

– Береги свои чувства и будь готова ко всему... – Зеркало вдруг замолчало, точно прислушиваясь. – Ну вот... Свершилось... Иван прочёл Книгу Мастеров! А теперь быстрее отнеси меня к Каменной Княжне... Он идёт!

Схватив волшебное Зеркало, Катя понеслась тёмными переходами в тронный зал, гадая, что же теперь будет с Иваном и с ней. Но перед дверью она остановилась, перевела дыхание и с невозмутимым видом прошествовала в зал. Незаметно положив Зеркало на стол, она присела в сторонке, стараясь не отвлекать Каменную Княжну от чтения Книги Пророчеств.

Та стояла перед огромным фолиантом и, казалось, не замечала ничего вокруг.

– Каменная Княжна! Каменная Княжна! – громко, нараспев, произнесло Зеркало.

– Что это? – Княжна вздрогнула от неожиданности. – Столько времени молчало и вдруг заговорило! Зачем ты меня зовёшь?

– Обязано сообщить, – торжественно объявило Зеркало. – Мастер... Он появился!

– Где он? – пронзительно закричала Каменная Княжна. – Он здесь? Так пусть войдёт!

И уже через миг Иван в сиянии разноцветных всполохов стоял посреди знакомого ему каменного зала.

– Пропустил меня колодец-то... – изумлённо прошептал юноша. – Стало быть, я и впрямь Великий Мастер... как отец...

– Добро пожаловать в Каменную башню, Мастер!

Пронзительный женский голос зазвенел под сводами, оглушая и сбивая с толку. Иван оглянулся по сторонам... Никого. Только ардары, вытянувшись в струну, стоят вдоль стен каменными истуканами.

– Ардары проводят тебя ко мне! – снова раздался незримый голос.

И тут же на глазах каменные воины стали оживать. Иван испуганно попятился, но ардары неотвратимо надвигались на него, и юноша покорился неизбежному – послушно пошёл вслед за ними по сумрачным коридорам.

Едва он переступил порог тронного зала, как к нему на грудь кинулась Катя.

– Я всё знаю, Иванушка! Ты прочёл Книгу до конца!

– Да! Я – Мастер! Мне теперь нет равных!

И в этот миг что-то вспыхнуло, засияло неземным светом... Иван удивлённо вскинул глаза и застыл на месте... Алатырь-камень! Позабыв про Катю, он медленно шагнул к камню.

– Не нужен он тебе! – тревожно проговорила девушка, пытаясь преградить любимому дорогу.

Но Иван, ничего не слыша, приблизился к камню, с трепетом взял его в руки.

– Так вот ты какой, белгорюч камень Алатырь! – восхищённо прошептал он.

Словно отдалённый гром громыхнул по залу... Это выступила вперёд Каменная Княжна, стоявшая в отдалении.

– Этот камень ждал тебя триста лет, Иван-мастер, – сказала она. – Оживи его, и я щедро награжу тебя. Исполнишь мою просьбу – проси чего хочешь.

– Не слушай её, Иванушка, бежим отсюда, пока беда не приключилась! – в отчаянии крикнула Катя, хватая Ивана за руку.

– Далеко собрались? – насмешливо вскинула брови Княжна и приблизилась к мастеру.

Катя шагнула вперёд, заслоняя любимого.

– Ах, какая! Вся в меня! – с издёвкой протянула Княжна.

– Интересно, с чего бы это? Ты же мне не мать! – с вызовом сказала девушка.

– Что? Зеркало проболталось? – холодно поинтересовалась Княжна. – Ну да ладно, не до него сейчас. Иванушка! Что ж ты за девушку прячешься?

Иван, насупившись, отодвинул Катю в сторону.

– Отвечай. Любишь ли ты Катерину? – бесстрастно спросила колдунья.

– Люблю! Больше жизни люблю! – с жаром ответил Иван.

– Что ж, тогда женитесь себе на здоровье, – так же равнодушно произнесла Княжна. – Но с одним условием: докажи, что ты настоящий Мастер, Иван. Оживи Алатырь...

– Не соглашайся, Иван! – закричала Катя. – Она тебя обманет, из-за неё ты весь мир погубишь!

– Если он и вправду оживит Алатырь-камень, мне уж точно будет не до вас, – презрительно улыбнулась Княжна. – А если не оживит... тогда зачем он вообще нужен? Бездарность...

– Я бездарность? Хорошо, я согласен! – вспыхнул Иван.

Всё пропало! Видит Катя, что обхитрила Ивана Каменная Княжна. В отчаянии рванулась она вперёд, выхватила из рук Иванушки Алатырь-камень, подняла высоко, грозясь швырнуть оземь.

– Нет! – в один голос закричали Иван и колдунья.

Поняла Княжна, что Катя выполнит свою угрозу – уничтожит камень, и решила пока их отпустить, а там видно будет. Ей ли не справиться с какой-то девчонкой!

– Ладно, быть по-твоему... – прошипела она. – Но ты, Мастер, помни: не оживишь Алатырь-камень, не видать тебе Катерины!

Иван с Катей, держась за руки и осторожно пятясь, пробрались к выходу. Через минуту они уже бежали в сторону зала, через который можно было попасть в волшебный колодец.

Несколько мгновений Каменная Княжна стояла неподвижно, с ненавистью прислушиваясь к звуку удаляющихся шагов. Потом крикнула во весь голос:

– Янгул!

А Катя с Иванушкой уже летели сквозь колодец, уже выбирались из него на твёрдую землю. И тут прямо перед ними словно из-под земли вырос Янгул. Он, как и они, воспользовался колодцем. Это Каменная Княжна отправила его вдогонку за беглецами.

Соскочив с коня, ардар смерил Ивана тяжёлым взглядом и с силой воткнул меч в землю перед собой. Волшебный меч окутался дымкой, а когда она рассеялась, из земли уже торчали рукояти двух мечей.

– Защищайся, – с усмешкой проговорил Янгул, протягивая Ивану оружие. – Я воин, а не убийца.

Юноша взял в руки меч, и поединок начался. Мощный удар сразу же обрушился на Ивана, и он с трудом удержался на ногах. Снова удар, ещё один... В глазах потемнело, юноша ничего не видел, лишь в ушах стоял свист рассекаемого мечами воздуха. Удары сыпались один за другим, и он едва успевал уворачиваться. Он не привык орудовать мечом. Но вот Иван изловчился и нанёс ответный удар Янгулу. Но тому хоть бы что – ведь каменный! С каждой новой атакой силы Ивана слабели, и вот уже ардар занёс над пареньком свой могучий меч... Но тут в ноги воину бросилась Катя.

– Нет! Прошу тебя, Янгул! Пожалуйста! Не убивай его!

Янгул замер со вскинутым мечом. Посмотрел на Катю долгим немигающим взглядом.

– Я обещал, что выполню всё, что ни пожелаешь, и сдержу слово, – медленно проговорил ардар. – И тогда ты пойдёшь со мной?

Катя безмолвно смотрела на Янгула, и по щекам её струились слёзы. А тот, не услышав желанного ответа, молча опустил меч и отвернулся. Затем легко вскочил на коня – и умчался как ветер.

Впервые за долгие годы службы Янгул вернулся к Каменной Княжне, не выполнив её приказания.

– Ты должен был привезти их сюда! – разозлилась она. – Почему ты этого не сделал?

– Мне не нужна рабыня. Мне нужна жена, – медленно ответил ардар.

– При чём здесь девчонка? – взвилась Княжна. – Я должна заполучить Мастера, чтобы он оживил Алатырь!

Она не хотела верить, что мастер, приход которого она так долго ждала, повинуется какой-то девчонке, вместо того чтобы служить ей. И только ей!

За окном внезапно потемнело. По небу стремительно поплыли чёрные тучи. Громыхнул гром. Молния надвое рассекла небо.

– Трава увянет! Реки пересохнут! Земля станет каменной! И будет вечная ночь... И я буду властвовать... – в приступе гнева выкрикивала Княжна.

И чем громче звучал её голос, тем сильнее бушевала гроза, сметая всё вокруг. Но и этого Княжне показалось мало. Подбежав к огромному чану, кипящему на огне, она принялась лихорадочно сыпать и выливать туда содержимое всевозможных пузырьков и сосудов, бормоча колдовские заклинания.

– Не хотела по добру, девочка, будет по злу... – шептала она с ненавистью.

А Катя с Иваном в это время уже подходили к дому и пока не догадывались о злых чарах, которые насылала колдунья.

– Отдай мне Алатырь, – упрашивала Катя, – ни к чему он тебе... Боюсь, не миновать нам беды...

– Да плевать на беду, – упрямо отмахивался Иван. – Если оживлю Алатырь, все узнают, что лучше меня нет мастера на свете. Ну а нас с тобой никто не сможет разлучить.

Не успел он договорить, как Кате стало худо, – какая-то неведомая сила согнула её в три погибели, голову, точно обручем, стянула страшная боль. Бросился Иван к ней на помощь, да уже поздно было. Взглянул на неё Иван и в ужасе отпрянул: лицо у Кати стало другим – холодным и злым. Глянула Катя на любимого змеиными глазами и заговорила голосом Каменной Княжны:

– Оживи Алатырь-камень, Мастер. Тогда вернётся к тебе твоя Катя. А не сделаешь этого, пеняй на себя. И сам не спасёшься, и её навсегда потеряешь. – С этими словами растаяла Катя в воздухе, словно и не было её никогда.

Глава 11

Похищение ардарами Алатыря

Упал Иван на землю и горько заплакал. Только сейчас он понял, что любит Катю больше жизни. Да слезами горю не поможешь. Надо оживить Алатырь, тогда и любимую вернёшь. Поднял Иван волшебный камень, что Катя обронила, и принёс домой. Поставил на верстак и стал рассматривать со всех сторон, не зная, как подступиться. Потом схватил молоток, замахнулся... Сгоряча решил расколоть проклятый камень... Да не поднялась рука – заворожили его чудесные переливы, околдовало волшебное сияние Алатыря.

Взялся Иван за инструмент – и забыл про всё на свете. И про Катины предостережения – как бы зла для всех не вышло – тоже забыл.

День и ночь работал Иван, и работа в его руках спорилась. Всё чудеснее выходил из-под его резца каменный цветок, был уже почти как настоящий. Но Иван не замечал, что, чем больше оживал Алатырь-камень, тем мрачнее становилось за окном.

Задули холодные ветры, всё ближе гремели раскаты грома, всё чаще сверкали молнии.

А в деревне люди поговаривали, будто вместе с громом доносится откуда-то жуткий смех, от которого кровь стынет в жилах и земля колышется под ногами.

Лишь один Иван ничего не замечал и ничего не ведал. Дни и ночи за верстаком просиживал, высекая из волшебного камня цветок невиданной красоты. Дивный получился цветок – не отличишь от настоящего.

Залюбовался Иван своей работой, засмотрелся и сам не заметил, как задремал.

И приснилось ему, будто входит он в темницу. А там Катя сидит. Неподвижная, словно из камня высеченная.

– Катя, это я! Я пришёл за тобой! – восклицает Иван.

– Поздно, Мастер, – отвечает Катя, поднимая голову. А глаза у неё – холодные и злые, змеиные... – Ты ведь оживил Алатырь-камень, Мастер... Теперь я навсегда у Княжны останусь, а свою душу каменному цветку отдам.

Иван в ужасе закрывает лицо руками.

– Зря ты ей поверил, меня не послушал. И тебя она погубит, а Алатырь ей служить станет. Трава увянет, реки пересохнут, станет земля безжизненной и холодной! И будет Каменная Княжна властвовать над всем миром! Прощай, Иван! Прощай навек!

С этими словами Катя встаёт и уходит. Подбежав к окну, Иван видит, что девушка уже сидит на коне позади Янгула. Конь, заржав, уносится в тёмную даль.

Проснулся Иван как от толчка, весь в холодном поту. И не раздумывая кинулся к другу. Кузнец уже не спал; он рано брался за работу.

– Кузьма! – прямо с порога крикнул Иван. – Выкуй мне меч, да такой, чтобы камень мог перерубать!

И тут откуда-то издали то ли померещился, то ли вправду послышался конский топот... Друзья тревожно переглянулись...

– Нет-нет, показалось, – облегчённо вздыхая, проговорил Иван.

Как ни странно, но Кузьма не удивился просьбе друга, а если и удивился, то виду не подал. Спросил только:

– За сколько дней?

– Минут за пять! – выпалил Иван.

Кузьма оторопел. Но тут же пришёл в себя.

– Сделаем, – коротко сказал он. – Чего для друга не сделаешь!

И тотчас же в кузнице закипела работа. Кузьма вихрем носился между горном и наковальней и так быстро ковал, что не успел Иван и опомниться, а Кузьма уже протягивал ему меч. Взял его Иван, поднял над собой и удивился, какой молодец кузнец – меч пришёлся ему как раз по руке.

– Сделал, как просил, – заулыбался тот, довольный своей работой. – А вот будет ли этот меч камень рубить, надо бы в деле проверить.

Едва Кузьма последние слова договорил, как снаружи всё загремело, застучало, послышался конский топот и в кузницу ворвались ардары.

– Вот меч и проверим, – бросил другу Иван и со всего маху обрушил меч на первого попавшегося ардара. Тот рухнул как подкошенный.

Иван рубил налево и направо, Кузьма так размахивал железной кувалдой, что ардары во все стороны разлетались. Но каменных воинов всё не убывало...

– Беги, Иван! Я их задержу, – крикнул кузнец, уже понимая, что всех ардаров им не перебить.

Послушался друга Иван, мечом проложил себе путь из кузницы и бросился вон. Кузьма же остался биться с воинами Каменной Княжны. А те всё наступали и наступали, окружали, теснили кузнеца. Пока не задавили его совсем своими каменными телами...

Выскочив во двор, Иван оседлал первого попавшегося ардаровского коня, пришпорил, гикнул... Тот ни с места.

– Ты чего? – удивился Иванушка. – Волшебное слово, что ли, нужно? – Задумался на миг, а потом сказал первое, что в голову пришло: – Ну, пожалуйста!

И полетел конь точно птица прямо к Иванушкиному дому. Через минуту Иван уже вбежал в мастерскую. И замер: чудесного цветка, из Алатырь-камня выточенного, на верстаке не было.

Заметался Иван по комнате, а как понял, что выкрали у него ардары каменный цветок, так и совсем голову потерял. Снова на коня вскочил, к колодцу волшебному поскакал, да с разлёту кинулся в тёмную глубь. Забыл он, что не всегда и не каждому открывается потайной ход. Чуть не захлебнулся. Вылез весь мокрый, растерянный. Не пропустил его колодец... А конь диким глазом на Ивана косит, фыркает презрительно, точно насмехается.

– Ну ничего, – проговорил Иван, стряхивая с себя водоросли. – Мы пойдём другим путём.

Вскочил он снова на коня.

– Вперёд! В Бескрайний лес! Пошёл! – кричит.

А конь ни с места.

– Пожалуйста! – спохватился Иван.

А конь ни с места.

– Ну что такое! – возмутился Иванушка. – Ну это же твой лес! Ну ты ж колдовская лошадь!

– Сам ты лошадь, – оскорбился конь. – Деревенский житель, а коня от лошади отличить не можешь. Ты не Иван-дурак, случайно?

– Чего обзываешься? – в свою очередь обиделся Иван и, спрыгнув с коня, присел у колодца и отвернулся.

– Тебя чего в лес-то несёт, Иванушка? – уже по-другому спросил конь.

– Колодец-то меня не пропустил, – буркнул Иван.

– А ты что думал, это тебе проходной двор? – съехидничал конь. – Колодец тебя пускал, пока Каменная Княжна разрешала. А теперь ты ей не нужен. Ардаров прислала, решила от тебя избавиться.

– Потому и в лес нужно, – упрямо проговорил Иван. – До Бабы Яги добраться... Может, подскажет, как Катю выручить.

– Может, ты всё-таки дурак? – задумчиво спросил конь. – Ты лучше признайся. Ты ж в этом лесу сгинешь!

– Ну и пускай! Мне без Кати всё равно жизни нет!

– Ладно, помогу тебе, – вздохнул конь. – Очень ты мне дурака напоминаешь, а дуракам помогать надо, – насмешливо сказал он. – Значит, так... «Что, Иванушка, невесел? Что головушку повесил?»

– Ты чего? – изумился Иван.

– Молчи, так надо! Значит, просьбу ты уже изложил... «Велика беда, не спорю»... Теперь слушай внимательно. Кто тебе в пути повстречается, тот и укажет к Бабе Яге дорогу. Да только просто так даже в сказке ничего не делается. Сначала ты сам доброту и заботу проявить должен. Всё понял? Ну, теперь ступай.

И Иван пешим отправился в Бескрайний лес.

Глава 12

Долгий путь к Бабе Яге

Шёл Иван долго, ни на миг не останавливался. И вот уже к вечеру очутился он на берегу лесного озера. Красота вокруг сказочная, над водой туман стелется... И вроде как женское пение издалека слышится, а голос такой нежный, печальный... Иван сжал меч покрепче и пошёл на голос. Видит, на камне сидит красивая девушка, смотрит на него томным взором и подзывает к себе:

– Иван... Иди ко мне, Иван... Я так долго тебя ждала...

У Ивана от её пения будто в голове всё помутилось. Как зачарованный, он пошёл на зов и, ничего вокруг не замечая, влез в озеро по колено. А девушка знай поёт свою песню, околдовывает парня. Лицо у неё – точно бледная луна, длинные волосы волнами вдоль тела падают. И глаза у незнакомки – синие и такие огромные, что утонуть в них можно.

– Мне так холодно, – простонала красавица. – Согрей меня... поцелуй меня...

Иван покорно, околдованный её красотой, подошёл ещё ближе и хотел было её поцеловать. Тут взгляд его случайно скользнул вниз... Вместо сарафана в свете луны сверкал чешуёй большой и мокрый рыбий хвост, покрытый тиной. И в тот же миг наваждение исчезло, и Иван с воплем отскочил назад. Перед ним была Русалка!

– Чего испугался? – огорчилась Русалка. – Ну хвост... Ну и что?

– Погубить меня хотела? – дрожащим голосом пробормотал Иван, загораживаясь мечом.

Русалка, увидев, что её чары больше не действуют, тяжело вздохнула.

– Ну, так сразу и погубить! Так, запугать немножко. Думаешь, мне весело здесь сидеть...

И она поведала Ивану свою грустную историю.

Вот уже много лет сидит она, прикованная к дубу золотой цепью, и тоскует от одиночества. А когда-то была вольной и плавала себе в лесном озере как хотела. Кащей Бессмертный был давно влюблён в неё и двести лет добивался согласия выйти за него замуж. А когда Русалка почти согласилась, случилась беда. Кащей поссорился с Каменной Княжной – украл у неё какие-то камни, и та не простила этого: в отместку похитила его невесту, спрятала и цепью приковала.

– Слушай, добрый молодец, – оживилась вдруг Русалка, – а давай ты меня освободишь.

Засомневался было Иван. А ну как затянет его Русалка в омут да и утопит в нём? Но потом пожалел бедняжку и одним махом разрубил цепь. Послышался громкий всплеск, и пропала Русалка, как и не было. Покрутил Иван головой да и пошёл себе дальше вдоль берега.

Всю ночь шёл Иван, а на рассвете увидел перед собой чудную картину: сидит на берегу богатырь, вместо меча держит в руках удочку. Смотрит богатырь с тоской на поплавок и думу думает – невесёлую, видно, думу. Взял Иванушка и рядом присел. Только тут богатырь спохватился. Вскочил, поспешно шлем на макушку нахлобучил и вытянулся в струнку. Иван даже растерялся.

– Вы, случайно, не Гвидон Салтанович? – осторожно спросил тогда богатырь.

– Не... Иван я...

– Царевич? – нахмурился богатырь.

– Какой там царевич... Можно просто Ваня.

– Очень приятно, – просиял богатырь. – А я тридцать четвёртый Богатырь.

– В каком смысле тридцать четвёртый? – удивился Иванушка.

– Ну, как же. – Богатырь вскинул брови. –

«Море вздуется бурливо,

Закипит, подымет вой,

Хлынет на берег пустой,

Разольётся в шумном беге,

И очутятся на бреге

В чешуе, как жар горя,

Тридцать три богатыря».

На самом-то деле во взводе у дядьки Черномора были тридцать четыре богатыря. Но... не складно! Вот меня и сократили, чтобы рифму и размер не портил. Черномор так и сказал: «Ничего личного». С тех пор я Бабе Яге служу, за озерцом присматриваю. Я богатырь... А у меня вместо меча – удочка. Ох, мне бы меч... Я б тогда...

– Вот что, богатырь, – решительно сказал Иван. – Давай меняться. Я тебе меч. А ты меня за это к Бабе Яге проводишь. Идёт?

– Дорогой ты мой человек, – растроганно залопотал богатырь.

И пошли они через лес, и вывел богатырь Ивана к знакомому частоколу. Мастер недрогнувшей рукой постучал в ворота. Долго ждать не пришлось, Баба Яга тут же выскочила на стук.

– Впервые вижу, чтобы ужин сам, по доброй воле, второй раз приходил! – удивлённо прошамкала она.

– Ты, бабка, вот чего... – сердито проговорил Иван, обиженный тем, что Баба Яга назвала его ужином. – Ты меня сначала напои-накорми, а потом и спрашивай.

Пришлось Яге расстараться, худо-бедно на стол накрыть.

Иван жевал, стараясь не задумываться, чем его кормят, и одновременно рассказывал, зачем пожаловал. Баба Яга слушала его, не перебивая, лишь время от времени головой кивала, знала она, какой крутой нрав у её дочери, Каменной Княжны.

– Плохи дела у нашей Катьки, – вздохнула Баба Яга и принялась рыться в том самом сундуке, в котором когда-то Иван прятался. – Куда ж оно подевалось-то... А, вот... Возьми-ка... Последнюю отдаю! – С этими словами она протянула Ивану склянку, на дне которой болталась мутноватая жидкость. – Это живая вода! Такая редкая вещь! Прямо вот от сердца отрываю! Только ради внученьки! А теперь слушай. Цветок этот из ; > Алатырь-камня надо бриллиантами украсить...

И Баба Яга рассказала, что её дочка, превратившись в Каменную Княжну, первое время всё плакала – не хотела каменной быть, жить вдали от людей и зло творить. И её слёзки тут же превращались в алмазы. Долгое время она хранила их у себя в башне, пока Кащей не выкрал, позарившись на их блеск. Эти бриллиантовые слёзки великую силу имеют. Коли украсит ими мастер цветок из Алатырь-камня, случится чудо из чудес – утратит камень тёмную силу, и тогда с дочки Бабы Яги снимется заклятие, и снова её душа и сердце сделаются живыми.

– Спасибо тебе, Баба Яга, – шёпотом вымолвил Иван.

Тем временем старуха достала из сундука клубок грубой деревенской шерсти сине-серого цвета и бросила его на пол. Приглядевшись, Иван с лёгким испугом заметил, что у клубка светятся два глаза.

– Это клубок-Спутанник, – пояснила Баба Яга, заметив смятение парня. – Он отведёт тебя к Кащею: бриллианты заберёшь. Ну, давай, – велела она Спутаннику, – скатертью дорога.

Поблагодарив ещё раз Бабу Ягу, в пояс ей поклонившись, Иван вышел из избы и дальше отправился.

Глава 13

Волшебный клубок

Снова очутившись в лесу, Иван осторожно потряс Спутанник. Он представления не имел, что делать с этим странным глазастым клубком. Неожиданно тот засветился голубоватым светом. Послышался щелчок, а затем клубок заговорил механическим голосом:

– Идите прямо. Через пятьдесят саженей поверните направо...

Иван усмехнулся: что ж, с таким волшебным клубком-навигатором в лесу не заблудишься, а Спутанник и в самом деле не умолкал ни на минуту, указывая путь.

– Через шесть саженей поверните налево, – бубнил он, контролируя каждый шаг. – Через пять саженей поверните направо... через три сажени поверните направо... поверните направо... поверните направо...

Вскоре Спутанник сообщил, что до царства Кащея осталось всего сто саженей. И только тогда Иван спохватился: как же это он безоружным идёт сражаться с Кащеем и отнимать у него похищенные бриллианты.

– Стой, – велел Иван волшебному клубку, – придётся тебе дорогу назад отмотать. Покажи мне сначала путь в деревню. Мне надо за Кузьмой зайти, без него мне в одиночку да без оружия Кащея не одолеть.

Спутанник очень удивился его просьбе. Он ведь волшебный был и знал, что Ивану ещё было неведомо.

– В деревне тебе всё равно делать нечего, – скороговоркой ответил клубок. – Кузьму твоего ардары убили.

Иван лишь охнул, услышав горестное известие, и, не слушая наставлений, бросился назад к деревне.

Ворвавшись в кузницу, он сразу же увидел на полу бездыханного Кузьму. Мастер кинулся к нему, тряс за плечи, звал по имени. Но напрасно. Тут Иван вспомнил, что Баба Яга дала ему живой воды для Кати, и в отчаянии выхватил из кармана склянку.

– Предупреждение, – занервничал Спутанник. – Запас живой воды на одноразовое применение.

«Э, нет, злая сила, – подумал Иван, – я не позволю тебе убивать хороших людей. Ты прости меня, Катя, – мысленно обратился он к любимой, – тебя я тоже спасу, но сначала помогу Кузьме».

Открыл он заветную склянку и капнул на Кузьму. Тот вздрогнул всем телом и открыл глаза.

– Я думал, ты уже умер... – облегчённо вздохнул Иван.

– Ванька... – радостно пробормотал Кузьма. – А я сон видел. Будто на небесах ананас кушаю, а он кислый, собака, и после него во рту щиплется. Вот тебе и мечта!

– Значит, это и не мечта вовсе, настоящая мечта впереди!

Не успел Иван договорить, как дверь в кузницу распахнулась и с порога на них с Кузьмой двинулись барские детины.

Надо сказать, что с тех пор как Иван пропал перед свадьбой с Клавдией, им не сладко пришлось. Барин за то, что они дочкиного жениха упустили, чуть со свету их не сжил. Детины всю деревню вверх дном перевернули, разыскивая Ивана, да всё впустую... Совсем отчаялись, боялись возвращаться в барский дом. Тут староста им и подсказал, где того искать. Знал он про дружбу Ивана и Кузьмы, вот и посоветовал устроить засаду у кузнеца. Наверняка, как только Иван узнает, что кузнец погиб, он примчится проститься с телом друга.

– Вот он! Попался! – радостно загалдели они при виде Ивана.

Кузьма медленно приподнялся, привычно потянулся за ломом... Иван попятился... А за спиной у него – кузнечный горн; пламя полыхает вовсю.

– Прыгай в огонь, – отчеканил Спутанник.

– Чего?! – не понял Иван.

– В огонь прыгай...

– Сам прыгай! – огрызнулся Иван, опасливо оглянувшись на горн. – Ты что, смерти моей хочешь?

– Объекту говорят «прыгай», а он не прыгает, – вредным голосом доложил клубок. – Всё-таки ты дурак, – обиделся Спутанник. – Разве в сказке герой в воде тонет, в огне горит?

– И то правда! – усмехнулся Иван. И с криком: «Ну, держись, морда шерстяная!» – «рыбкой» нырнул в пламя.

– Иван!!! – завопил Кузьма, подбегая к горну.

Детины, переглянувшись, почтительно стянули шапки.

– Смелый парень был, – с уважением проговорил старший детина. – Под венец идти не хотел... Заживо сгорел.

Глава 14

У Кащея Бессмертного

Однако рано они Ивана хоронили. Живой и невредимый Иван попал в самое Кащеево логово. Открыл он глаза – ничего понять не может. Место какое-то незнакомое. Над ним мужчина склонился, тоже незнакомый. Лицо вроде молодое, но уж больно неприятное. Кто такой? Неясно. Пошарил Иван возле себя руками – нащупал Спутанник. Тот тоже был целёхонек, вот только обгорел немного и наглотался дыма.

– Ну и зачем ты мне его сюда приволок? – покашливая, недовольно спросил незнакомец. Это был сам Кащей. – Я сколько раз Яге говорил: огненным ходом пользоваться только в случае крайней необходимости...

Иван головой завертел: к кому обращаются-то? Но тут с громким щелчком включился Спутанник:

– Передаю сообщение: «От Яги Бабы Бессмертному К. Прошу вернуть депозитированные мною бриллианты в распоряжение представленного здесь Ивана. Они ему для доброго дела нужны».

– Бриллианты! – протянул Кащей. – Какие-такие бриллианты? И где это слыхано, чтобы Кащей Бессмертный доброму делу помогал?! А какое дело-то? – с любопытством спросил он.

– Да хочу победить Каменную Княжну, – сказал Иван. – Ведьма она. Когда-то она заточила моего отца в своей Каменной башне, из которой он так и не вернулся. А теперь похитила мою любимую и заколдовала её.

Кащей призадумался. Он ненавидел Каменную Княжну. Много веков Кащей Бессмертный правил в своём царстве, но появилась Княжна и стала рассылать во все концы страны своих каменных воинов. Они рыскали и бесчинствовали на земле Кащея, и теперь ему приходилось подчиняться Княжне, а это ему совершенно не нравилось.

Больше всего на свете Кащей любил Русалку и долго уговаривал её выйти за него замуж. Чтобы добиться согласия красавицы, он проник в Каменную башню и похитил бриллианты у Каменной Княжны, надеясь, что их блеск растопит сердце Русалки. Обнаружив пропажу, Каменная Княжна страшно разозлилась и решила наказать Кащея. В своей волшебной книге она нашла заклятие и заколдовала его невесту, и с тех пор несчастная сидела на берегу озера, прикованная золотой цепью к старому дубу, и чарующим голосом завлекала добрых молодцев, обрекая их на гибель. Сколько ни старался Кащей снять колдовские чары, ничего у него не выходило. А Баба Яга, к которой он обратился за советом, открыла ему тайну: лишь смелый человек, с любящим, горячим сердцем может перерубить золотую цепь и разрушить колдовство. Но при условии, если он устоит перед чарами Русалки.

Выслушав Ивана, Кащей и подумал: «А что, может, этому Ивану и удастся одержать верх над Каменной Княжной? Тогда и заклятие само собой снимется. А если не выйдет? Страшен гнев Княжны...» – засомневался он.

Тут раздался громкий всплеск. И в тот же миг вода в бассейне у Кащея вспенилась, и из него вынырнула Русалка.

– Кащеюшка! – пропел знакомый голосок.

«Никак Русалка пожаловала, – сообразил Иван. – Долго же она добиралась».

– Ой, добрый молодец! – всплеснула мокрыми руками красавица. И поспешно поправила слипшиеся зелёные пряди, которые тут же превратились в пышные кудри.

– Опять засматриваешься! – вспыхнул Кащей от ревности и, подбежав к бассейну, из которого высунулась Русалка, выдернул затычку. Вода, булькая, стала сходить.

– Кащеюшка! – жалобно заголосила Русалка. – Ты неправильно понял! Я тебе сейчас всё объясню! – И, подтянувшись на руках, она уселась на краю бассейна, а хвост кокетливо перекинула в зал. – Отдай ему то, что он просит.

– Это он мне всё объяснит! – прорычал Кащей, кивнув головой в сторону Ивана. – Ты зачем пришёл?

– За бриллиантами, – честно ответил Иван.

– За моими бриллиантами! – возмутился Кащей. – Нормально так, за бриллиантами! Так я тебе их и отдал!

Кащей угрожающе навис над Иваном. Тот быстро схватил волшебный клубок и выставил его перед собой.

– Бриллианты не ваши, а депозитированные, – отчеканил Спутанник.

– Деп... – Кащей аж поперхнулся, – У-У-У-У– депози... были ваши, стали наши!

– Кащей! – сладко протянула Русалка. – Отдай ему то, что он хочет. Он меня спас. Он цепь разрубил, и теперь я свободна! А я так обрадовалась, так к тебе спешила, что даже не поблагодарила его.

Что-то бормоча себе под нос, Кащей неохотно подошёл к сейфу, набрал шифр и, покопавшись в недрах тайника, достал маленький чёрный мешочек.

– Так и быть, отдам тебе бриллианты Каменной Княжны, – проговорил он, высыпая на ладонь горсть сверкающих камушков, – но и ты выполни свою часть уговора – одолей тёмную силу. Да и рыбке моей скажи спасибо, – буркнул он Ивану. – На, лови!

– Спасибо! – Иван подхватил мешочек на лету. И тут же услышал знакомый голос.

– Необходимо переместиться в Каменную башню, – ожил Спутанник. – Время на исходе.

– Опять? – помрачнел Иван, с отвращением поглядев на пылающий камин. Ведь неизвестно, что уготовит тебе судьба и где ты окажешься в следующий раз.

– Давай, смелей! – злорадно захихикал Кащей. – Давай, смелей! Ты ж, это, добрый молодец!

Иван стиснул зубы, сжал кулаки.

– Прощевай, нечисть! – крикнул он и с разбегу прыгнул в гудящее пламя.

– Смотри, бриллианты не проморгай! – рявкнул ему вслед Кащей.

Глава 15

Колдовские чары рассеиваются

Но Иван его уже не слышал. Снова закружил его волшебный поток – подхватил и понёс: то вверх вздымал, то в пропасть бросал, но не отпускал и вынес наконец на голые холодные камни. И хорошо, что холодные, – одежда ещё тлела. Встал Иван. Прямо перед ним, на фоне тёмного грозового неба, высилась Каменная башня. Запрокинул он голову... и обмер. Стоит на самой вершине башни его Катя, окутанная сиянием, и в руках каменный цветок держит. Цветок ярким огнём пылает, а Катя – словно неживая, окаменевшая. А ведь и правда окаменевшая! Ноги её до коленей уже каменными стали.

– Катя! Что с тобой? – отчаянно закричал Иван.

– Плохи наши дела, – как всегда неожиданно включился Спутанник. – Пока мы с тобой по дорогам плутали, пока ты всех подряд выручал, Каменная Княжна из волшебной книги узнала, что нельзя оживить камень Алатырь лишь одним мастерством камнереза, надо ещё вдохнуть в него тепло человеческой души. И сейчас душа твоей Кати уходит из неё и перетекает прямо в камень. Смотри!

Иван снова взглянул на небо и ахнул – огонь на вершине башни разгорелся и превратился в огромный огненный цветок. Его гигантские лепестки дотянулись до туч-облаков и зажгли их. Красное зарево занялось над всей каменной пустыней и перекинулось дальше. А на земле закружился страшный смерч. Он вздымал в воздух каменные глыбы, кружил их, разбрасывал в разные стороны, гнал перед собой песчаную бурю, и вскоре чёрное безжизненное поле протянулось без конца и края.

В ужасе смотрел Иван на башню: неужели нельзя остановить пожар?

– Мне надо туда, к Кате! – крикнул он Спутаннику.

– Не вопрос, – спокойно заметил клубок, выпуская кончик нити. – Держись!

Иван схватился за нить, а клубок, полностью размотавшись, вытянулся в тугую струну и подбросил его почти к самой вершине, – чуть-чуть не хватило нити до верхней площадки. Иван едва успел ухватиться за какой-то выступ, потянулся вверх и окликнул Катю.

Но Катя не слышала его – тонкая струйка её душевного тепла медленно переходила из неё в каменный цветок, рдеющий жутковатым алым светом. И чем больше уходило из неё души, тем больше Катя окаменевала, уже до пояса покрывал её каменный панцирь. Понял Иван: медлить нельзя. Ещё немного – и она совсем окаменеет.

– Катя! – что было сил закричал Иван, чувствуя, как соскальзывают пальцы с холодной сырой стены. – Я люблю тебя!

Не слышит его девушка.

– Катя, я люблю тебя! – ещё раз крикнул Иван, не отрывая от неё взгляда.

Катины ресницы едва заметно дрогнули.

– Катя, я люблю тебя! – в третий раз беззвучно прошептал Иван, понимая, что сейчас сорвётся.

Девушка широко раскрыла глаза:

– Иванушка... суженый мой... – прошептала она, и случилось чудо. Колдовские чары разрушились, и тотчас куски камня, покрывающие её тело, стали отваливаться, разбиваться в мелкие кусочки, а потом превратились в пыль и рассеялись в воздухе.

Погас огонь цветка Алатыря. Тучи внезапно разошлись, и небо посветлело.

Катя очнулась от своего страшного сна, кинулась к краю, схватила Ивана за руки, помогла вскарабкаться на площадку. Они крепко обнялись. Потом она завернула в рукав погасший Алатырь и потянула Ивана за собой:

– Бежим, здесь есть ход, он приведёт нас в подземелье, а там мне каждый камешек знаком!

Но тут над ними загремел голос Каменной Княжны:

– Алатырь! Верните мой Алатырь!

Это заставило их поторопиться. Девушка передала каменный цветок Ивану, они бросились к лестничному проёму и стали поспешно спускаться по винтовой лестнице. Много виражей пришлось им преодолеть, у Ивана даже голова закружилась, но Катя бежала впереди и торопила любимого.

Наконец лестница закончилась, и влюблённые оказались в длинном коридоре, слабо освещённом дымными факелами. Не успели они пробежать и нескольких шагов, как от стены отделилась чья-то тень, и дорогу им преградил Янгул.

– Катя, останься со мной, – произнёс ардар, глядя на Катю.

Но та только крепче прижалась к Ивану.

– Прошу тебя, отпусти нас, – взмолилась девушка.

Янгул ничего не говорил и лишь молча смотрел на неё.

– Хорошо! – в отчаянии воскликнула Катя. – Я останусь! Только Ивана отпусти!

Несколько мгновений, показавшихся Кате вечностью, воин не отрываясь смотрел в глаза девушки. А потом вдруг решительно шагнул в сторону.

– Ты не любишь меня, – глухо сказал Янгул. – Уходите оба. Да побыстрее, пока я не передумал, – добавил он, заметив, что они замерли в нерешительности.

– Янгул... А как же...– прошептала Катя, не веря происходящему.

– За меня не беспокойся, у меня каменное сердце. Оно всё выдержит, – ответил он на её молчаливый вопрос. – Ну, быстрее!

– Спасибо, – крикнул Иван, схватил Катю за руку, и они промчались мимо ардара по коридору.

Янгул всё также молча проводил их взглядом. Но тут за его спиной словно из-под земли выросла Каменная Княжна.

– Взять их! – крикнула она.

– Оставь их, – холодно произнёс воин.

– Это приказ! – взвизгнула Княжна.

Но Янгул даже не шевельнулся.

– Оставь их, – повторил он. – Они любят друг друга. Тебе этого не понять. Есть на свете вещи сильнее твоих колдовских чар, Княжна...

От его слов колдунью затрясло от злости.

– Ишь ты, расчувствовался, – прошипела она. – Однажды я пощадила тебя, но, видно, ты ничего не понял. Ты камень! Так оставайся им навечно!

Княжна взмахнула рукой, и Янгул обратился в неподвижную статую.

– Поговори мне теперь о любви... Булыжник! – презрительно бросила она и, не оборачиваясь, устремилась по коридору вслед за Иваном и Катей.

Выйдя из башни, Каменная Княжна призвала своё каменное войско.

– Ко мне, мои верные ардары! – закричала она. – Надо догнать Мастера и отобрать цветок каменный! Убить обоих – и Мастера, и девчонку!

Впервые за долгие годы Каменная Княжна покинула своё добровольное заточение, оседлала коня и помчалась вперёд, возглавив каменное войско.

Глава 16

Две судьбы

На краю деревни, неподалёку от колодца, в который когда-то прыгнул Иван, мирно расположились детины. Перед ними на скатёрке лежала немудрёная закуска. И только они принялись за еду, как из колодца стремительно вылетели Иван и Катя. У детин от ужаса волосы встали дыбом.

– П...койники... – пролепетал первый и, ничего не соображая от ужаса, схватился за ружьё.

Двое других рухнули за телегу.

– Уходи, беги, Катя! – закричал Иван, видя, что обезумевший детина вскинул ружьё.

Но Катя рванулась к нему, обняла... И в тот же миг грянул выстрел. Девушка медленно опустилась на траву. Иван бросился к ней... Катя была белее полотна и совсем не дышала. От отчаяния у юноши словно в голове помутилось, и, развернувшись, он со всех сил ударил подбежавшего детину. Но тот лишь встряхнулся и быстро заломил Ивану руки за спину.

– Мужики! Мужики! – завопил он, уже уверенный, что перед ним не покойник. – Хватай его! Это Клавдин женишок!

Безутешный Иван особо и не сопротивлялся. Его скрутили и потащили в барский дом.

– Ему Барин такую честь оказывает, – приговаривал детина, волоча за собой безразличного ко всему Ивана, – а он! На тот свет от женитьбы бегает, а? Всё одно под венец пойдёшь!

Барин встретил Ивана с распростёртыми объятиями.

– Вернулся, голубчик! А Клавдюша уж все глазоньки выплакала! Ну, чего тянуть, завтра же и за свадебку! А пока пойди, отдохни, любезный. Эй, детины, отведите-ка его в каморку, да заприте покрепче, да сторожите получше...

Отвели Ивана в каморку, на топчан бросили, дверь захлопнули- заперли.

Тут-то Иванушка и достал из-за пазухи цветок свой каменный, а из кармана – чёрный мешочек с бриллиантами и немедля взялся за дело...

Наутро барские детины проснулись и всполошились, как бы Иван опять куда-нибудь не запропастился. Заглянули в избу, а Иван сидит себе, их поджидает. Взяли они Ивана под белы руки и повели на барский двор, чтобы оттуда почётным выездом ехать в церковь с Клавдией венчаться.

А во дворе барского дома народу уже собралось видимо- невидимо, почитай, вся деревня. Люди смотрят, удивляются: неужели и впрямь Иван-мастер женится на барской дочке? «Неслыханное дело», – судачили люди и жалели паренька.

Вот вывели жениха с невестой на крыльцо. Клава от счастья сияет, не сводя влюблённых глаз с жениха, а тот стоит, понурив голову, постоянно ощущая за спиной присутствие детин. Довольный Барин чмокнул его в затылок и стал по правую руку от Клавдии, а Староста от Ивана – по левую. И только-только собрались садиться в экипаж, как вдруг раздался тонкий свист.

Стоявший рядом детина ойкнул, схватился за плечо и вытащил стрелу.

– Ардары... – с ужасом прошептал он.

Толпа ахнула, качнулась... Но бежать было некуда. Ардары плотным кольцом окружили барский двор. И вот распахнулись ворота, и въехала на коне сама Каменная Княжна. За ней следовали каменные воины.

– Всем ни с места! – резко крикнула Княжна. – Руки за голову!

Люди торопливо подчинились. А Княжна повернулась к Ивану:

– Сейчас я начну всех убивать. По одному. Начнём, пожалуй, с...

Тут один из ардаров вытолкнул вперёд Катю.

– Катя! – вскрикнул Иванушка. – Ты жива!?

– Я её оживила, я её и убью, – холодно усмехнулась Княжна. – Если только...

– Я всё понял, – перебил Иван. – Вот! Бери!

И он вытащил из-за пазухи каменный цветок, весь украшенный бриллиантами, которые сверкали точно росинки на лепестках и листьях.

– Что ты наделал, Иванушка! – охнула Катя. – Не отдавай!

Но Иван, отведя взгляд, протянул цветок Каменной Княжне. Та легко соскочила с коня, бережно взяла каменный цветок, не сводя с него восхищённых глаз. Цветок засиял, засверкал с утроенной силой. Развернулись, подрагивая, новые лепестки. Все замерли, ожидая самого страшного. Но ничего не происходило. Не почернело небо, не грянул гром, не разверзлась земля.

Вот только изменилось вдруг лицо самой Каменной Княжны. Дрогнули губы, затрепетали ресницы... и по каменной щеке скатилась настоящая живая слеза... а на цветке в тот же миг стало одним бриллиантом меньше.

– Я всё вспомнила, – прошептала Княжна. – И как маленькой была, и как маму любила, и как зло творить не хотела... Что это? Я плачу? Это бриллианты обратно в слёзы мои превратились...

– Да, – поспешил объяснить Иван. – Детские слёзы превратились в драгоценные камни. Если их с цветком соединить, то злые чары исчезнут. И станет Каменная Княжна человеком, как прежде, обретёт живую душу. А камень Алатырь больше не будет злу служить. Вот я и сидел вчера всю ночь, рассыпал бриллианты по цветку, будто капли росы. Княжна ни о чём не догадалась, прикоснулась к ним, и древнее заклятие потеряло свою злую силу.

Каменная Княжна плакала, вспоминая детство, и воспоминания растопили её каменное сердце.

– Бедная ты, бедная, – жалостливо проговорила Катя. – Просто несчастная какая-то...

– Ты меня жалеешь? – удивлённо спросила Княжна. – «И будут повиноваться Княжне, пока камень не заплачет, а человек не пожалеет камня...» – задумчиво произнесла она, вспоминая слова пророчества.

Катя, больше не раздумывая, вырвалась из рук ардара и кинулась к Ивану. Тот сжал её в своих объятиях.

Княжна, глядя на них, улыбнулась: не будет она больше им мешать.

И, сев на коня, Каменная Княжна возглавила своё верное войско, и они ушли с барского двора в ту сторону, где солнце всходило. А потом медленно исчезли в солнечном сиянии.

Люди облегчённо завздыхали, задвигались. И тут Клава, которая все это время не смела шевельнуться, сердито глянула на Ивана, обнимающего Катю, и в гневе затопала ногами:

– А я! Я замуж хочу!

– Так выходи! – засмеялась Катя. – Только за того, кто тебя по доброй воле возьмёт!

– Да кто ж её возьмёт-то! – с горечью сказал Барин.

– Я возьму! – громко воскликнул Кузьма, выступая вперёд.

Все уставились на него в глубочайшем изумлении. Клава бросила возмущённый взгляд – и словно впервые увидала.

– Я тебя знаешь как люблю, – мужественно продолжил кузнец. – Пойдёшь за меня?

– Пойду! – выдохнула Клава.

Кузьма шагнул к ней, не веря своему счастью. И тут сзади его по плечу хлопнул Барин. Кузнец испуганно вздрогнул.

– А я так скажу, – объявил на весь двор Барин. – Горько!

* * *

И сыграли в деревне сразу две свадьбы – Ивана с Катей да Кузьмы с Клавдией. Гуляли на свадьбах всем честным миром – мёд-пиво распивали, до зари плясали, песни пели, хороводы водили. Весело было!

Content

Елена Богданова - Книга мастеров

Литературно-художественное издание

Глава 1 Каменная Княжна и её воины

Глава 2 Великий Мастер

Глава 3 Неугодный подарок

Глава 4 Набег ардаров

Глава 5 Пленники Бабы Яги

Глава 6 Похлёбка для Бабы Яги

Глава 7 Книга Мастеров

Глава 8 Как спасли барскую дочку

Глава 9 Рождение Великого Мастера

Глава 10 Говорящее Зеркало открывает правду

Глава 11 Похищение ардарами Алатыря

Глава 12 Долгий путь к Бабе Яге

Глава 13 Волшебный клубок

Глава 14 У Кащея Бессмертного

Глава 15 Колдовские чары рассеиваются

Глава 16 Две судьбы