Live Hope

Moments

Художественное оформление: Редакция Eksmo Digital (RED)

В коллаже на обложке использованы фотографии:

© Yauheni Rak, Vasyl Dolmatov, katiafonti, AlexMozz / iStock / Getty Images Plus / GettyImages.ru

Live Hope – это псевдоним объединивший двух писателей Викторию Привалову и Ольгу Смолину.

«Мы долгое время жили по разные стороны находясь так близко совершенно не подозревая о том, какая история свяжет нас воедино. Мы обе невероятные мечтательницы и нам совершенно точно, обеим всегда хотелось от жизни большего и лучшего. Мы были убеждены в том, что созданы для чего-то грандиозного. Эта дружба с самого начала была обречена на то, чтобы создать что-то стоящее, что-то поистине невероятное!»

Вика: «Сколько бы друзей за всю жизнь у меня не было, таких как она, не было никогда. Нам хотелось найти и обуздать свою дорогу. Мы поверили в то, что можем сделать большее и сделали это вместе!»

Оля: «Дружба с Викой, для меня нечто большее. Мы не из тех, кто бесконечно плачется друг другу в жилетку и осуждают всех окружающих. Нет, это не про нас. Мы не были потерянными душами, но мы были испуганы и задавленны обществом и навязанными стереотипами. Вика, открыла во мне всё самое лучшее, а главное помогла побороть страх перед неизведанным. Дружба с этим талантливым человеком для меня одно из самых ценных в этой жизни. Это огромная честь, быть рука об руку на этом пути».

Их история началась в 2021 году, когда они встретились и их свели не только интересы, взгляды и жизненные устои, но и любовь к писательству.

Молодые авторы художественных романов.

Первым их романом стал роман под названием «Moments». В нем затронуты разные проблемы современной жизни.

Так же, сейчас авторы продолжают работу над своим новым романом, который поразит читателей своей честностью и открытостью, своей глубиной и чувственностью. Он будет кардинально отличаться от “Moments”, но так же непременно завоюет сердца читателей.

Спасибо Богу, за возможности, что он нам даёт, за дороги на которые он нас направляет, за людей, что оставляют след в наших судьбах и в наших сердцах, за моменты, которые меняют жизнь.

Хотим выразить благодарность нашим семьям, нашим прекрасным детям за вдохновение и поддержку, всем тем, кто нас любит, и конечно тем, кто не любит (вы делаете нас сильнее и снисходительнее). И отдельную благодарность выражаем нашему копирайтеру Юлии Бычковой. Без неё эта книга не смогла бы выйти в свет.

Мы благодарны друг другу за исключительное взаимопонимание, уникальную, ни на что непохожую дружбу и безграничное доверие.

Глава 1

Апрель 2020 года.

Будильник предательски запищал, часы показывают 07:30 утра. День не сулит ничего выдающегося. Рэйчел стала собираться на работу, когда вдруг у неё зазвонил телефон, а на экране высветилось родное для неё имя «Мэри».

– Проснись и пой, моя любимая подруга Рэйчел. Ты готова собираться и идти на работу?

– Доброе утро, родная! Только ты можешь заменить мне глоток бодрого утреннего кофе. Что же нам приготовил этот день?

Мэри звонко засмеялась:

– Рэй! Как и всегда, всё самое лучшее! Лучший книжный магазин с лучшими, но не всегда новыми книгами! Милейшие покупатели с максимально нестандартными запросами. И-и-и-и наш любимый босс Джози Джо!

Рэйчел обреченно простонала, вызвав приступ смеха у Мэри.

– Прекращай быть угрюмой старушкой, натягивай улыбку, припудри носик и выбегай из дома, скоро рабочий день начнется.

– Мэри, откуда в тебе столько энергии с самого утра?

– Просто я просыпаюсь с улыбкой и верю, что это лучший день в моей жизни.

– Говоришь, пора заняться самовнушением? Ок, я попробую. Увидимся через полтора часа. Люблю тебя!

– А я люблю тебя, подруга. До встречи.

Рэйчел Джонс, молодая девушка двадцати четырёх лет. Стройная и подтянутая фигурка – результат спортивного прошлого. В школе она занималась лёгкой атлетикой, да и сейчас каждое утро выходит на пробежку, это помогает ей проснуться. Её волосы необычного каштанового оттенка, тёмные, но слегка отдают рыжиной, особенно на солнце, а вот глаза она унаследовала от папы, зелёные и выразительные. Многие завидовали её внешности, а сама Рэйчел даже не осознавала своей красоты. Она была сложным и противоречивым человеком. Разобраться в себе для неё намного сложнее, чем разобраться в проблемах других людей. В детстве и юности она выражала свои чувства и эмоции на холсте, но настолько съедала себя самокритикой, что не позволяла никому смотреть и оценивать свои работы. Возможно, Рэйчел боялась, что кто-то сможет прочитать её по картинам, узнать о переживаниях, проблемах и секретах. Порой она кажется себе слишком открытой, порой скромной и замкнутой. Она прекрасно понимала, что не сможет вечно прятаться от внешнего мира. Ей придётся ошибаться и находить в себе силы для новых дорог и открытий.

В настоящее время Рэйчел является выпускницей Университета Сальве Регина, она окончила его с отличием, по программе международные отношения. Но даже и не думала работать по специальности, так как совершенно не была заинтересована этой деятельностью. Родители настояли именно на этом факультете, и, естественно, она согласилась, точнее, подстроилась под их мнение. В свой последний год обучения она начала работать в книжном магазине и решила, что пока не определится, чем будет заниматься в жизни, останется именно здесь.

Мэри Миллер, блондинка с кудрявыми, непослушными волосами, с добрыми глазами цвета неба, среднего роста и с очень аппетитными формами, которые она умело подчёркивала. Она всегда привлекала к себе внимание, где бы ни появлялась, особенно противоположный пол. И дело было не столько в фигуре, сколько в её энергии, от неё так и веяло добром.

Её, новорожденную, мать оставила прямо в больничной палате. В детском доме Мэри прожила год, после чего её удочерили. Приёмным родителям было уже за сорок, своих детей у них не было, поэтому малышке они подарили всю свою любовь и заботу.

Как и любой человек, Мэри влюблялась, её любили, были и расставания, и обиды, но она никогда не унывала. Она верила, что у человека никогда не может быть плохого настроения. Безнадёжно счастливая, с потрясающим чувством юмора, одна из самых светлых и добрых людей, которые повстречались на пути у Рэйчел. Мэри наивно верила, что добро и только оно может улучшить и осветить человеческую жизнь. Удивительно, как ей удавалось оставаться такой светлой, ведь она тоже испытывала душевную боль, с которой не расставалась с самого раннего детства. До встречи с ней Рэйчел не думала, что такие люди существуют на Земле.

Их знакомство на первый взгляд было совершенно случайным. Но размышляя впоследствии на эту тему, они обе поняли, что это не так.

Глава 2

Когда Рэйчел исполнилось 14 лет, её семья переехала из Джеймстауна в Ньюпорт. Отцу предложили хорошо оплачиваемую должность в одном из престижных яхт-клубе.

Ньюпорт – небольшой и аккуратный город. В нём сохранены дома восемнадцатого и девятнадцатого века, на которых до сих пор висят таблички с именами прошлых владельцев.

Любимой улицей Рэйчел была Кэтрин-стрит, вдоль которой возвышались огромные живые изгороди. Девушке нравилось разглядывать скрывающиеся за зеленью дома и представлять себе их хозяев. Кем они были? Что делали в данный момент? О чём говорили?

Люди старались огородиться от остальных, чтобы ни слышать, ни видеть других людей. А местные особняки завораживали своей изысканностью. На них даже смотреть было интересно, просто разглядывать детали невероятной архитектуры, Рэйчел только могла представить себе, насколько здорово было бы жить в одном из них.

В один из прекрасных весенних дней, когда солнце становится особенно ласковым и теплым, Рэйчел отправилась в магазин за покупками и, придя домой, обнаружила, что потеряла телефон. Девушка была просто в ужасе от осознания, что вся её социальная жизнь, все контакты, всё пропало! Она прошлась по тем местам, где была, но, конечно, искать там уже не имело никакого смысла. Расстроенная безрезультатными поисками, она вернулась домой и обнаружила, что под дверью лежит записка от мамы. «Малышка, зайди, как только ты увидишь эту записку». Родители жили в соседней квартире. Всех троих такое соседство вполне устраивало, в их семье всегда царило взаимопонимание и дружеская атмосфера, так что никто не для кого обузой не являлся. Рэйчел не раздумывая отправилась к ним, потому что единственное средство связи, которое у неё было, она безнадёжно потеряла.

– Мама, это я, открывай.

– Здравствуй дорогая. Проходи.

Едва она вошла в квартиру, Рэйчел окутал аромат родного дома и маминого лимонного пирога. Боже, как же успокаивающе на неё это действовало! Бывают такие места, попадая в которые, чувствуешь себя в безопасности, и состоянии полного расслабления. Для Рэйчел таким местом был родительский дом.

Родители Рэйчел были замечательными людьми, и дочь с рождения была окружена любовью и заботой.

Бен, отец Рэйчел, высокий и широкоплечий мужчина пятидесяти лет, с тёмными волосами, едва тронутыми сединой, и зелёными глазами. В его взгляде была мудрость прожитых лет и теплота, которая так успокаивала Рэйчел, даже когда она была очень сильно расстроена, либо напугана, отцовские глаза наполняли её силой и душевным равновесием.

Сара, мать Рэйчел, была утончённой женщиной с хорошим вкусом и безупречными манерами. Её волосы каштанового оттенка, карие глаза и хрупкая фигурка до сих пор приковывают к себе взгляды мужчин. Рэйчел часто думала о том, что в ней нет и половины шарма её матери, и это наложило свой отпечаток на их отношения. Сара любила, чтобы всё было безукоризненно. Она указывала дочери на недостатки в одежде, либо в поведении. Рэйчел, будучи ещё совсем маленькой девочкой, научилась подстраиваться, для того, чтобы мама одобрила, чтобы папа гордился, чтобы одноклассники дружили и многое другое. Она всегда хотела и хочет быть настоящей хоть для кого-то, но совершенно забыла, как это сделать. Но нельзя сказать, что Сара не любила свою дочь: Рэйчел была её смыслом жизни, просто она проявляла эту любовь по-своему, так, как умела, вернее, так, как её научили.

Сложив руки на груди, Рэйчел прижалась к косяку.

– Мам, зачем ты меня срочно вызвала своей запиской? – с ухмылкой спросила Рэйчел.

– Когда я тебе позвонила, трубку взяла очень вежливая девушка и предложила встретиться, чтобы вернуть мне твой телефон. Поэтому вот, держи.

Рейчел выхватила свой телефон из рук матери и не верящим взглядом осмотрела его со всех сторон. Она выглядела как ребенок, получивший подарок на Рождество.

– Мам, что, серьёзно? Я уже и не надеялась его отыскать! А что за девушка? Ты хоть имя её спросила?

– Да, её зовут Мэри. Папа хотел дать ей немного денег в благодарность, но она категорически отказалась их брать. Тогда я предложила ей взять домашнего пирога, перед ним она не смогла устоять. Милая девушка, совершенно воспитанная, а её манеры! Таких, как она, сейчас не найдешь. Добрейшей души человек.

Рэйчел стало обидно, что ей не удалось даже отблагодарить эту девушку. Но ничего не поделать…

Спустя несколько дней, когда Рэйчел днём прогуливалась по парку, который был недалеко от её дома, она решила зайти в книжный магазин, чтобы запастись книгами на предстоящие выходные. Она подошла к полке, которая всегда ее привлекала в первую очередь. Здесь были лирические произведения, романы, классика. Книги, которые даже по прошествии веков не стареют, имеют душу и историю. Пока она выбирала книгу, читая по несколько строк из каждой, сразу отметая те, которые не привлекали её внимания, она услышала, как мужчина за соседним стеллажом позвал к себе консультанта. Это была девушка лет двадцати, среднего роста, со светлыми кудрявыми волосами. Рэйчел услышала только одно имя «Мэри».

Из разговора она не слышала ничего и не разобрала сути, но была уверена, что это та самая девушка, которая вернула ей телефон, когда в конце беседы мужчина поблагодарил «Мэри» за помощь.

– Здравствуйте! Мы с Вами не знакомы, но вы случайно недавно не возвращали найденный телефон? Моя мама сказала, что девушку звали Мэри, и я подумала, что это Вы.

– Да, похоже, что это была я, – с озаряющей улыбкой воскликнула Мэри.

– О, Мэри, спасибо, я и не надеялась никогда Вас увидеть. А уж тем более так скоро. Я была так расстроена тем, что Вы даже не оставили свой номер, чтобы я могла связаться с Вами и поблагодарить лично.

– Ну что Вы. Разве этот поступок заслуживает такой благодарности?

И Мэри посмотрела на Рэйчел своим добрым и по-детски озорным взглядом, не надеясь, что этот поступок можно оценивать как какую-то великую заслугу.

– Нет, Вы не правы. Не каждый бы вообще захотел его вернуть. Большое спасибо. Я, Рэйчел Джонс, очень приятно познакомиться.

– Я, Мэри Миллер, взаимно, Рэйчел. И… мы можем перейти на «ты»?

– Эм…конечно, Мэри. Может быть, ты позволишь угостить тебя кофе? Если, конечно, не будешь занята, например, завтра.

– С удовольствием, Рэйчел, я буду очень рада. И я принимаю это предложение не как благодарность, а лишь как дружескую встречу.

И с этого самого дня, вот уже четыре года, Мэри и Рэйчел дружат. Рэйчел не представляет, чтобы она делала, не будь рядом такого друга. Через два года после их знакомства Мэри помогла Рэйчел устроиться на работу в книжный магазин. Это была не работа мечты, но все же стабильный заработок. К тому же плюс работы в таком магазине – ты постоянно находишься в окружении бесконечных знаний, излитых на страницах книг.

Книги, как и холст с красками, всю жизнь были лучшими друзьями Рэйчел. Книги могли всё рассказать, всё объяснить, не задавали лишних вопросов. Рэйчел не выносила дурных людей, но людей слишком умных она тоже не любила. Потому что первые не давали повода для разговора, а вторые только и делали, что показывали своё превосходство над собеседником, не давая ему вставить ни слова. Она всегда искала равновесия в беседе, да и в общении в целом. Она любила людей, но не подпускала их слишком близко, и оставалась на некоем расстоянии. Но любопытство всегда овладевало ей. Ей нравилось, что вокруг так много разных и не похожих друг на друга людей, пускай и не все они нравились ей.

Рэйчел верила, что индивидуальность человека – это не просто слова, она верила, что каждый рождён, чтобы совершить что-то невероятно полезное. Но не многие приближаются к этой цели и на половину.

Глава 3

Сегодня, когда на работе Рэйчел разговаривала с Мэри и Джозефом, они договорились о том, что сходят куда-нибудь вечером, потому как давно уже никуда не выбирались.

Стоит немного рассказать Вам о Джозефе.

Джозеф Гарсия, он же Джози, он же Джози Джо – гомосексуальный сорокалетний мужчина, невысокого роста и плотного телосложения, с небольшой залысиной на голове, которая его крайне беспокоит, но он часто отшучивается по этому поводу, говоря, что так лучше мозг работает, когда не перегревается из-за волос. На самом деле Джози, как многие его называют за спиной, достаточно щепетильно относится к своей внешности. Он не упускает возможности прикупить себе новый, дорогой костюм, и часто носит дизайнерские очки для того, чтобы создать образ серьёзного и, строгого босса. Джозеф всегда был ранимым человеком, и многое могло задеть его душу.

Детство Джозефа прошло в Мексике, он воспитывался в строгой католической семье, и с раннего детства работал в мастерской отца. Его семья была сапожниками в третьем поколении, и, казалось бы, судьба мальчика предопределена. Чем старше становился Джози, тем больше не походил на сверстников: он был слишком ранимым, слишком мягким, его интересы кардинально отличались от интересов соседских мальчишек. Боевикам он предпочитал мюзиклы, футболу – танцы. Маленькому Джози было сложно понять себя и почему он так не похож на других. Родителей настораживало его поведение и тем, кем он растёт, и чтобы избежать сплетен маленького городка, когда мальчику исполнилось одиннадцать, они приняли решение отправить его к бабушке Лусии в Ньюпорт, США.

Бабушка Лусия эмигрировала в США, когда Джозефу было пять лет. Эта разлука обоим далась нелегко, она любила мальчика и понимала. У них была особая связь. Поэтому решение отправить Джозефа к ней обоих обрадовало. Он был в восторге от Америки. Дух свободы витал в воздухе, в словах, в действиях. Джозеф наконец-то смог почувствовать себя дома.

Лусия владела ателье, которое приносило ей хороший доход, она была в состоянии обеспечить внука и дать ему хорошее образование, но на третьем курсе университета Джози встретил свою первую любовь, Нейтона Кларка, и не послушав бабушку, отправился с ним колесить по Америке. По этой причине он не закончил обучение в университете, а его сердце разбилось на миллион осколков.

Джозеф вернулся через два года после побега и ненавидел себя за то, что по его вине бабушка Лусия сильно заболела и больше не смогла поправиться. Она так сильно была расстроена решением Джози отправиться за тем парнем и поставить крест на своём образовании, ради которого Лусия так много трудилась, что её сердце не выдержало этого разочарования. Она держалась ровно до момента возвращения внука, а после встречи с ним закрыла глаза и спокойно ушла из этого мира.

Джози нелегко далась эта утрата, сократил общение с людьми до минимума. На протяжении пяти лет он продолжал дело своей бабушки и содержал ателье, но по прошествии времени оно перестало приносить желаемый доход, и пришлось с ним распрощаться.

Получив в наследство крупную сумму, он решил разумно воспользоваться тем, что осталось от бабушки. Джози научился подходить к делу тщательно, изучив его, взвесив все за и против. Для него было важно, чтобы дело, в которое он вложился, приносило прибыль и было застраховано от лишних затрат и убытков. Так, Джозеф выкупил книжный магазин, который отныне называется «Лусия». Книжная индустрия не то чтобы высоко прибыльна. Просто это то, что не может испортиться, заветриться или же допустить брак в своём производстве. Книга, ее купил, и все. Никаких тебе возвратов, никаких сроков гарантии. Книги всегда будут в моде. За десять лет он ни разу не пожалел о принятом решении, это дело действительно приносило ему удовольствие.

Джозеф научился быть отличным руководителем, но он был очень строгим, за что многие его не любили и на рабочем месте не задерживались. Единственным исключением из правил были Рэйчел и Мэри. Несмотря на то, что вначале им пришлось преодолеть много препятствий, было время, когда обеим хотелось придушить его, но в итоге завязалась крепкая дружба. За год дружбы они успели попасть в десятки нелепых ситуаций, они жили в ритме безудержного веселья, в постоянном движении. Джози для Рэйчел и Мэри стал старшим братом и наставником, они с любой проблемой шли к нему и никогда не получали отказа. Джозеф умел слушать и слышать, а такое качество присуще не многим. Но, несмотря на дружбу, он был строг и требователен в работе и поблажек девушкам не давал.

Рэйчел подошла к стеллажам современной литературы, чтобы прибраться на полках. Здесь всегда беспорядок был больше, чём в какой-либо другой секции. Полки, которые пользовались большим спросом, хотя эти книги в большинстве случаев были однодневками, совершенно не заостряющими внимания на себе. Не то чтобы перечитывать такое не хотелось, но и первый раз дочитать удавалось с трудом. Она начала убирать с нижней полки, так что ей пришлось присесть, чтобы удобнее было доставать до книг.

Рэйчел услышала, что кто-то подошёл к стеллажу, поэтому ей незамедлительно пришлось подняться. Рэйчел повернулась. Позади неё стоял молодой человек.

– Здравствуйте, вы не подскажете, какую-нибудь книгу, в подарок ценителю классической литературы? Я в этом вопросе не совсем компетентен. Потому что предпочитаю журналы книгам. В наше время трудно выделить время для чтения, если у тебя есть работа. А вот моя мама просто фанатка книг. И пока он продолжал говорить…

Рэйчел повернула голову, тут, именно здесь и сейчас, произошла встреча, которая изменит их жизни.

– Д-да, конечно. Конечно, я прекрасно понимаю. Именно поэтому многие из тех, кто любит читать, как я, устраиваются в книжный магазин или библиотеку, например, – ухмыльнулась Рэйчел.

Разговор шёл настолько натянуто с обеих сторон, что выговаривать буквально каждое слово становилось невыносимо. Но от чего складывалось такое напряжение, было абсолютно не понятно. Такое бывает, когда люди друг другу настолько неприятны, что вынести общество друг друга они совершенно не в силах. Либо это означает, что между этими двумя возникло что-то, что могло их напугать. Ведь нельзя почувствовать связь с совершенно незнакомым тебе человеком. Как это называется? Любовь с первого взгляда?

– Да, пожалуй, вы правы. Но я вижу, без дела вам здесь сидеть некогда.

– Конечно, как и на любой другой работе, полагаю – закатив глаза, ответила Рэйчел.

– Наверное, вы правы. Мисс?…

– Рэйчел. Просто Рэйчел.

– Очень приятно Рэйчел, я Джастин. Вы знаете, я, наверное, зайду в следующий раз. Но всё равно, спасибо за помощь.

Джастин Мюррей, высокий брюнет, с карими глазами, в его взгляде можно было раствориться и утонуть. В них было столько манящего и запретного. При разговоре он смотрит человеку прямо в глаза, и кажется, видит намного глубже, не каждый может выдержать этот взгляд. Пухлые, чувственные губы, белоснежная, затмевающая собой всё вокруг, улыбка. Его тело, в меру мускулистое, было сложено идеально. Спорт всегда был частью жизни Джастина, и сейчас он регулярно посещает спортзал. Мимо такого мужчины невозможно пройти, не обернувшись. Джастин обладает мощной мужской энергетикой, ещё со школы за ним бегали девочки, и у него их было очень много, но серьезных отношений он избегал. Возможно, просто ещё не любил.

Джастин уже начал уходить, но вдруг резко повернулся.

Рэйчел украдкой посмотрела на него, и её сердце начало бороться со здравым смыслом.

– Рэйчел, может быть это будет слишком поспешно и грубо с моей стороны, но… не хотела бы ты увидеться?

– Увидеться?

– Да, можем просто погулять? Ты как? Я могу встретить тебя после работы?

– Да! Конечно! – воскликнула Рэйчел, не оставив за собой право обдумать предложение хотя бы пару секунд.

– Ух ты! Как же просто всё оказалось!

– Может быть, усложнить тебе задачу?

– Интересно, как?

– Приходи к девяти часам, перед закрытием магазина, поможешь мне принять поставку книг, которые привезут вечером.

– Ну что, меня за язык никто не тянул. Окей, я буду.

Рэйчел улыбнулась и пошла к покупательнице, которая, кажется, все книги на прилавке успела перевернуть. Ну неужели нельзя положить книгу на то же самое место, где она лежала?

– Рэйчел?

– Да?

– До вечера!

– Увидимся.

Джастин помог Рэйчел, как и обещал. Когда они закончили, то Рэйчел подошла к Мэри, чтобы попрощаться.

– Милая, ты доберёшься до дома?

– Да, конечно, а что случилось?

– Смотри, видишь того красавчика?

Рэйчел указала на Джастина, который говорил по телефону.

– Да-а-а-а…

– Он пригласил меня прогуляться.

– У тебя перцовый баллончик с собой?

– Мэри!

– Нет, ну а что! Если заметишь что-нибудь подозрительное, сразу в атаку!

– Да перестань! Всё будет хорошо!

– Ладно, ладно, я шучу, но всё равно, если что звони! Пойду найду Джози. Он, кажется, был где-то здесь. До завтра подруга!

– Пока, пока.

Рэйчел подошла к Джастину и прервала его телефонный разговор.

– Ну, всё, не могу говорить, завтра увидимся. Пока.

И он отключился.

– Всё в порядке?

– Да, конечно, это… не важно… Идём!

– Ну что? Куда пойдём?

– Ты знаешь, у меня есть ключи от лодки, которые мне дал знакомый отца. Ты каталась на лодке?

– Джастин, мы живем в Ньюпорте, ты сам как думаешь?

– Ну да, да, конечно.

Он немного смутился.

– Но я не против.

– Отлично. Садись в машину, поехали искать нашу лодку. На улице уже темно, как бы нам не перепутать и не залезть в чужую.

Рэйчел рассмеялась и села в машину.

Когда они были на лодке, Джастин предложил Рэйчел взять плед, на улице было уже довольно прохладно.

Такая тишина вокруг. Казалось, рядом с ними не было ни единой души. Но это не так. Просто они не замечали никого вокруг.

– Может быть, не будем выплывать отсюда?

– Боишься?

– Ты знаешь, я не боюсь воды или темноты, но когда в темноте столько воды, меня это пугает.

– Настаивать не буду. Может быть, чай?

– Да, конечно, я бы не отказалась.

Джастин достал термос и разлил горячий чай в кружки.

– Ну так что, Рэйчел?

– Что, Джастин?

– Может быть, расскажешь мне, откуда ты так внезапно появилась?

– Ты это о чем?

– Ну как же?

– Шёл я себе спокойно за подарком для мамы, и тут ты.

– Ну, ничего себе… а может быть, это ты внезапно появился?

– Ну… может и так. Во всяком случае, случайности не случайны, как считаешь?

– Абсолютно согласна.

– Выпьем же за это!

И Джастин протянул Рэйчел кружку с чаем. Она заметила на его запястье тату с именем «Макс».

– Будем!

– Будем!

Они сделали по глотку горячего чая, и Рэйчел решилась спросить:

– Джастин, могу я спросить, что за имя выбито на твоей руке? Это важный человек в твоей жизни?

Он немного смутился от заданного вопроса и помедлил с ответом, а Рэйчел ощутила укол совести от своей бестактности.

– Макс… мой старший брат. Мы… я потерял его. —

Глаза Джастина защипало от непрошенных слёз и не заживших ран.

– Мне очень жаль, соболезную, прости меня, я не хотела задеть тебя.

Он положил свою ладонь на её и посмотрел в глаза.

– Рэй, всё хорошо, я в порядке. Он погиб, когда мне было шесть. Но, что скрывать, ни я, ни моя семья так и не смогли полностью оправиться от этой трагедии.

И он рассказал Рэйчел о произошедшем.

Когда Джастину исполнилось шесть, они с Максом гуляли возле дома. Старший брат учил младшего играть в баскетбол, но в какой-то момент их мяч укатился на проезжую часть. Макс сказал Джастину оставаться на месте и отправился за мячом. Визг тормозов… глухой звук удара… на улицу с криками выбежали родители и соседи. Джастин до сих пор помнит истошный крик матери «Макс!». В тот день они потеряли Макса, а Джастин начал страдать от ночных кошмаров. С тех самых пор Элизабет, мать Джастина, начала проявлять гиперопеку над сыном: она не могла допустить, чтобы ещё с одним её мальчиком что-то случилось.

Под конец истории Рэйчел, вытирая слёзы, обняла Джастина. Он прошептал:

– Я до сих пор считаю виноватым себя в его гибели, это моя вина.

– Не говори так! Ты же был совсем ещё ребёнком, в этом нет твоей вины.

Она крепче прижала его к себе, пока его дыхание не восстановилось и слёзы перестали стекать по щекам.

Они проболтали несколько часов, как Рэйчел вдруг ужаснулась, когда увидела, который час.

– Джастин! Мне пора домой! Я завтра работаю. Не люблю опаздывать, а если я сейчас же не усну, то рискую не услышать утреннего будильника.

Когда Джастин подъехал к дому Рэйчел, они оба были переполнены эмоциями, и разговор едва мог продолжаться без ухмылок и хихиканий. Они выглядели как подростки, которые не были озабочены проблемами повседневной взрослой жизни.

– Мы ещё увидимся?

– Я бы хотела.

– Может быть, напишешь мне свой номер, чтобы мне не пришлось кричать тебя под окном?

– Да, конечно! Давай свой телефон, я запишу!

– Спасибо за вечер.

– Ещё увидимся! Ты ведь так и не купил книгу для мамы!

Рэйчел улыбнулась и закрыла за собой дверь, давая себе единственную установку «Только не оборачивайся, Рэйчел, только не оборачивайся!»

И тело не послушалось её, она обернулась и увидела, что он все ещё не отъехал и смотрел ей вслед. Он слегка качнул головой и поморгал ей фарами машины, которая тронулась с места и уехала под горящий вдали зелёный светофор.

Может ли один день изменить всю твою жизнь? Может ли случайная встреча перевернуть всё с ног на голову?

Рэйчел с каждым шагом заставляла своё сердце биться медленнее. Она поднимается по лестнице, дыхание учащается, и тут на телефон приходит смс.

«Рэйчел, ты такая красивая».

Бабочки разлетелись по всему телу, и она не смогла удержать всплеск эмоций, вырывающийся изнутри. Она запищала от радости и, глубоко вздохнув, ответила:

«Спасибо, таинственный незнакомец».

Рэйчел зашла в квартиру, закрыла за собой дверь. Выдохнула. Она дома, на своём островке безопасности, место, где можно расслабиться и всё осмыслить.

Расположившись на мягком ковре, ждала ответа на каждое своё сообщение так, будто это был важнейший ответ в её жизни. Казалось, чувства накрыли с головой, и она постепенно все глубже и глубже растворялась в них.

После первого свидания, они уже не могли держаться друг от друга на расстоянии, Джастин не упускал ни единой возможности увидеть Рэйчел.

Их встречи только разжигали все больший огонь в её груди. Закрывая глаза перед сном, представляла, как Джастин подходит к ней, как обнимает, как целует её снова и снова.

Рэйчел взахлёб рассказывала Мэри и Джозефу об их встречах, о том, что он говорил, как выглядел.

– Рэй, да ведь ты… – не договорив, Мэри остановилась.

– Что? – с улыбкой посмотрела на неё Рэйчел. – Нет! Не говори! Не говори, я этого не перенесу!

– Ты же по уши в него влюбилась! – выпалила Мэри.

– Рэй! Это же очевидно! – подтвердил Джозеф.

– О боже… Ребята, что же мне делать!?

– Любить, Рэйчел, просто любить! – в один голос сказали Мэри и Джозеф.

Глава 4

Ещё в школе Рэйчел с легкостью могла привлечь внимание понравившегося мальчика. Но относилась к этому, как к развлечению. Это была игра.

Как только парень обращал на неё внимание, игра заканчивалась, и она не подпускала к себе никого ровно на столько, на сколько ей бы того хотелось. Много разбитых сердец пришлось оставить за собой, но и на её сердце были раны. Это касалось безответных чувств к ней. Не зная, как реагировать на нежелательную для неё реакцию, Рэйчел замыкалась и искала недостатки в себе, которых, возможно, и не было. В силу своего возраста она не понимала этого.

Для кого-то достаточно просто ощущать чувство любви, для кого-то нужно подтверждение этой любви, будь оно моральное или физическое. Но так или иначе, всем необходимо почувствовать это хотя бы раз в жизни. И пусть Шекспир сказал: «Все заканчивается встречей влюблённых», но ведь тогда же все и начинается.

В шеснадцать лет у Рэйчел были серьезные отношения, которые длились год. Красавчик Майк, капитан школьной команды по бейсболу, в которого были влюблены все девочки в школе, немало боли причинил её сердцу. Рэйчел была слепо влюблена в того, кто не особо дорожил ей. Но когда она в один момент ясно поняла, что не заслуживает такого отношения – перегорела.

Рэйчел пыталась разойтись без скандалов и остаться в хороших отношениях, но Майк вдруг осознал, что теряет. Понял, насколько она дорога ему. И начались многочисленные звонки, дежурство у её дома, просьбы друзей помирить их. Именно в этот момент у Рэйчел сработал «эффект игры». И она поняла, что это бесповоротный конец. Красавчик Майк был не нужен ей.

Рэйчел выросла, и многие её мысли стали меняться, а понятия об отношениях до сих пор оставались размытыми, и она боялась, что, когда настоящая любовь придёт к ней, она из-за своей неразборчивости не сможет увидеть этого.

* * *

Встречи Рэйчел и Джастина были короткими, обычно в обеденный перерыв, либо, когда он подвозил её до дома после работы. Джастин решил это компенсировать, приготовив для Рэйчел сюрприз. Они договорились о встрече, в один из дней, когда оба были свободны.

Рэйчел надела лёгкое, на тонких бретельках, белое платье в пол, с глубокими разрезами, открывающими взору её ноги, сверху накинула джинсовую куртку, на ноги обула коричневые мюли. Каштановые волосы были собраны в небрежный пучок, а несколько прядей обрамляли лицо. Её образ был романтичным и лёгким.

Телефон зазвонил, на экране высветилось «Джастин».

– Джас! Ты уже подъехал?

– Да, красотка, и горю в предвкушении сегодняшнего вечера.

– Не смущай меня, сейчас спускаюсь.

– До встречи!

– До встречи!

Подходя к двери подъезда, Рэйчел выдохнула, она давно так сильно не нервничала перед свиданиями, но сейчас её трясло как школьницу.

– Раз… два… три… – Она открыла дверь и увидела его.

Джастин, одет в голубые джинсы, серую футболку и белые кроссовки, стоял, облокотившись на чёрный Мустанг 1970 года. С его фирменной улыбкой он выглядел как модель с обложки журнала. У Рэйчел перехватило дыхание: он здесь, человек, который занимал все её мысли.

Джастин не смог сдержать улыбки, когда Рэйчел вышла из подъезда. Она была прекрасна во всём, в ее грациозных движениях, изгибах тела, глазах, манящей, пробуждающей желание и напряжение во всём теле улыбке. Она двинулась к нему навстречу, Джастин обнял Рэйчел и вдохнул аромат её волос, от них пахло чем-то сладким, немного цитрусовым. Определённо этот запах пришёлся ему по вкусу.

– Я так долго ждал этой встречи. – уткнувшись в её шею, прошептал Джастин, оставив на ней горячий поцелуй.

– Джас, мы не виделись всего пару дней, – поддразнивая его, сказала Рэйчел, обвив его шею руками.

– Рэй, мне было сложно и один день провести вдали от тебя. А ты совсем не скучала?

Он приподнял её подбородок указательным пальцем и поцеловал в губы. От всего происходящего у Рэйчел закружилась голова, а сердце готово было вырваться из груди.

– Ну конечно, скучала, – прошептала она.

– Тогда вперёд! Нас ждёт незабываемое свидание.

– Куда мы направляемся?

– Секрет, малышка, потерпи и скоро всё сама увидишь.

– Крутая машина. Форд Мустанг, какого года?

– 1970 года. Она осталась мне от деда, его любимая лошадка. Он хорошо ухаживал за ней. Машина в отличном состоянии, я беру её только по особенным случаям.

– О, значит сегодня особенный день? – Рэйчел лукаво улыбнулась.

– Конечно! Это даже не обсуждается! – И он включил приёмник, прибавил громкость и сжал руку Рэйчел.

Машина подъехала к дикому пляжу. Пейзаж завораживал своей зрелищностью, девственная красота этих мест вдохновляла и пробуждала новые эмоции. Рэйчел ощущала ностальгию, в Джеймстауне она часто приходила в подобные места, скалы и океан определённо были её стихиями. Она вдохнула солёный воздух и закрыла глаза, позволяя закатному солнцу ласкать кожу и согревать всё тело.

Сколько памяти хранит природа, видевшая, пожалуй, все, что только можно увидеть. И слышала, пожалуй, даже гораздо больше, чем нужно было слышать.

Джастин достал из машины плед и корзину для пикника.

– Я смотрю, ты подготовился. Мистер идеальность.

– Издевайся сколько угодно, мисс задира. Извини, я не знаю, что ты любишь, поэтому собрал всего по чуть-чуть. Фрукты, ягоды, сыр, сэндвичи, кофе, апельсиновый сок…

Джастин волновался как ребёнок, то и дело взъерошивая волосы, переминаясь с ноги на ногу. Девушка напротив него вызывала в нём чувства, которые ранее он не испытывал ни к кому.

– Здесь всё, что я люблю, Джас. Ты не прогадал. Не волнуйся так.

– Сильно заметно, что я чертовски волнуюсь? – спросил Джастин.

– Я волнуюсь не меньше, – сказала Рэйчел, взяв его за руку.

Они присели на плед. Рэйчел прижалась спиной к груди Джастина, и они любовались закатом и наслаждались обществом друг друга.

– Рэй, у тебя есть мечта? – спросил Джастин, переплетая свои пальцы с пальцами девушки.

– Да, конечно. Я думаю, у каждого человека есть мечта, либо цель, к которой он стремится.

– Поделишься со мной?

– Я хочу писать картины и выставлять их по всему миру. Мечтаю быть признанной и понятой ценителями искусства. Оставить после себя след, чтобы спустя даже сотни лет люди говорили о моих картинах и вдохновлялись ими. – Рэйчел говорила об этом с особым воодушевлением. Её глаза горели от одной только мысли об этом.

– Ты пишешь картины? Я бы хотел увидеть твои работы, если ты позволишь.

Джастин наклонился к Рэйчел, так что бы увидеть её глаза. Их губы оказались совсем близко, они слились в поцелуе, не в силах противостоять притяжению между ними.

Рэйчел прошептала:

– Да… – как бы давая согласие и на его просьбу, и на его действия в настоящий момент.

Солнце уже село, пляж освещала луна, и вокруг не было ни души. Лишь двое влюблённых и шум океана. Джастин был нежен и осторожен, покрывая поцелуями каждый сантиметр её кожи, Рэйчел реагировала на каждое прикосновение, они были едины и наслаждались каждой секундой, словно она была последней в их жизни.

Они лежали нагими под светом луны и звёзд, окружённые дикой природой, тишину нарушал лишь звук океана.

– Ну, а что с твоими мечтами, Джастин? О чём мечтаешь ты? – спросила Рэйчел, проведя пальцем по его чувственным, пухлым губам.

Джастин задумчиво посмотрел на звёзды.

– Фотография – это моё тайное желание, ещё с восьми лет я грезил этой мечтой.

И Джастин с улыбкой рассказал Рэйчел о том, что с раннего детства любил фотографировать. Когда в восемь лет на Рождество Санта принёс ему фотоаппарат, Джастин был в восторге и бегал с ним по всюду. Надоедал соседям и прохожим, нередко из-за этого родители оказывались в затруднительных ситуациях, потому что не все люди хотели быть запечатлены на камере какого-то мальчишки. В итоге фотоаппарат был изъят, а на карьере фотографа поставлен крест.

– Родителям на тот момент было не до моих выходок, и отец в порыве гнева разбил фотоаппарат. Но сейчас я задумываюсь опять начать фотографировать. В мире столько прекрасного и так много моментов, которые просто стираются из памяти, а фотография помогает их запечатлеть на многие годы.

– Джас, ты должен воплотить свою мечту в жизнь. Ведь она у нас одна, и мы должны делать то, о чём мечтаем, то, что мы хотим, иначе к старости останутся лишь сожаления и обиды.

– Да, ты права. Тогда ты тоже должна это сделать, договорились?

– Договорились. Нам нужно собираться, мне завтра на работу, да и тебе тоже, я думаю. Кстати, а кем ты работаешь? – удивлённо спросила Рэйчел, поражаясь самой себе, ведь она так мало знала о нём.

– Я… я адвокат, – чуть помедлив, ответил Джастин.

– О, серьёзный человек, значит. Об этом расскажешь в следующий раз, а сейчас поехали домой.

Джастин с облегчением выдохнул, было заметно, что эта тема напрягала его.

– Поехали.

Когда Джастин подъехал к дому Рэйчел, она сладко спала, свернувшись калачиком на переднем сидении. Он не мог отвести от неё глаз, но на душе у него было совсем не спокойно.

– Рэй, малышка, мы приехали, просыпайся, – ласково сказал Джастин.

– Извини, я уснула, – Рэйчел с трудом удавалось произносить слова.

– Да, да и жутко храпела! – шутливо произнёс Джастин.

– Что? Правда!? О, Боже, какой стыд… – Рэйчел спрятала лицо в ладони.

– Шучу, нет, конечно!

– Ах! Ты…

Джастин, не дав договорить, поцеловал её в губы.

– До встречи, Рэй. Это была лучшая ночь в моей жизни.

– До встречи, Джас. И в моей.

Она вышла из машины, дошла до подъезда, обернулась к нему, Джастин ждал этого момента, чтобы уловить ещё один взгляд её красивых глаз. Рэйчел помахала на прощание, и машина тронулась с места.

По пути домой Джастин был в недоумении, что же делать дальше, ведь его совесть нечиста как минимум перед двумя людьми. И в то же время мысли о том, что сегодня произошло между ним и Рэйчел, будоражили его память и чувства.

Рэйчел, войдя в квартиру, была на седьмом небе от счастья. Ей хотелось петь, кричать, танцевать и очень срочно поделиться всем с Мэри. На часах было уже двенадцать ночи, но ей было всё равно, и она набрала подругу.

– Рэй, ты видела, сколько времени сейчас?

– Только не бросай трубку, умоляю, иначе я просто взорвусь!

– Господи, да что случилось-то? – заспанным и ворчливым голосом спросила Мэри.

– Я его люблю! Я влюбилась в Джастина, по уши! Мы провели эту ночь вместе.

От услышанного, Мэри очнулась и вскочила с кровати.

– Что???

– Да, да Мэри и это лучшее, что со мной произошло в жизни! Это было так спонтанно и совершенно не похоже на меня, но я так счастлива сейчас, знаешь, это невероятно. Он же просто идеальный! Неужели я наконец-то обрету своё счастье? Среди стольких дней в моей жизни именно этот день, когда случилась наша встреча, знаменовал что-то поистине чудесное… Я, если честно, вообще не думала, что такое когда-нибудь произойдёт. Для меня любовь всегда была чем-то настолько возвышенным, что казалось, будто она не может существовать…

– Ты и Джастин? Вы переспали? Рэй, вот это поворот! Мне нужны все подробности и срочно.

– Сейчас всё расскажу!

Подруги проболтали ещё час по телефону, после чего Рэйчел сладко уснула, прокручивая в голове все моменты и детали сегодняшнего свидания.

Глава 5

Май 2020 года.

Вечером Рэйчел и Мэри отправились ужинать в ресторанчик, который находился неподалёку от их книжного магазина, на той же улице Темза Стрит. Это был ресторан «Мама Луиза». Они просто обожали это место. Лучший итальянский ресторанчик с наивкуснейшей домашней пастой, в котором ты чувствуешь себя как дома.

После того, как голод был утолён, они решили прогуляться по парку, позвав с собой еще пару своих знакомых. Это были университетские друзья Мэри, Стефани и Кристиан. Ребята начали встречаться ещё на первом курсе и после выпуска поженились. Спустя некоторое время у них родился сын – Стивенс, и всё их время было посвящено ему. Поэтому, как только бабушки соглашались посидеть с внуком несколько часов, родители тут же удирали из дома, в надежде, что это время даст им возможность расслабиться и вернуться домой в полной боевой готовности, чтобы снова взяться за родительские обязанности. Хотя как только они покидали порог своего дома, их мучала тревога и беспокойство за своего ребёнка. Это чувство противоречия может быть знакомо только тем, кто является родителем.

– Ребята, вы замечательно справляетесь. И не смейте говорить, что это не так! – сказала Мэри. – Когда я была маленькая, я ни в коем случае не обижалась на своих родителей, если они оставляли меня на бабушку с дедушкой, и не считала это чем-то таким, за что я могу усомниться в их любви ко мне. Поэтому, если вы один раз в неделю уходите от Стивенса, при этом без конца звоните домой, переживая, вовремя ли ему дали детское питание или поносили ли его столбиком после еды, вы просто не имеете никакого права огорчаться и думать, что делаете что-то неправильно.

Выдохнув, Мэри добавила:

– Ребята, да расслабьтесь вы уже!

– Спасибо, Мэри, но ты не понимаешь этого, пока не станешь родителем. Просто это беспокойство никогда не покидает. И это осуждение внутри себя, что мы оставили ребёнка, чтобы провести время не с ним. Но в то же время я прекрасно понимаю, что наши родственники, ни за что не откажутся понянчиться. И им это будет только в радость.

– Стеф, это всё ерунда. Мэри права, вы замечательные и любящие родители, вам совершенно не о чём беспокоиться, – подметила Рэйчел. – Конечно, мы вряд ли поймём вас и ощутим то, что чувствуете вы. Но сами подумайте, ваши родители счастливы, посидеть с малышом, Стивенс наверняка сейчас весело играет с бабушкой и дедушкой и не думает ни о маме, ни о папе. А вам тоже иногда следует выпускать пар.

Ребята сидели на лавочке, освещенной фонарём, который равномерно распределял свет, так что казалось, будто он гладко расстилается сквозь потоки воздуха. И вечер был таким спокойным…даже слишком. Рэйчел нужно было позвонить маме, чтобы договориться о завтрашней встрече. В самом центре Ньюпорта на одной из выставочных площадок состоится встреча с мировым писателем, который приедет, чтобы презентовать свою книгу. За разговором с мамой девушка отстранилась от беседы с друзьями и отошла в сторону, чтобы не мешать им, общаться. Когда же Рэйчел вернулась обратно, то была шокирована, совершенно не поверив своим глазам…

Она остолбенела. Девушка подошла к ребятам. В этот момент на несколько секунд воцарилась тишина, и Рэйчел улыбнулась Джастину, но тот лишь с виноватым видом посмотрел на неё.

Только она собралась открыть рот, чтобы сказать ему «привет», как её прервал Кристиан.

– Рэйчел, это Джастин и его девушка Эмили.

– Его?… – тихо прошептала она.

Джастин был шокирован не меньше, и его лицо явно выдавало едва сдерживаемые гримасы.

Мэри схватила подругу за руку. Та вцепилась в неё в ответ.

– Рэй, нам лучше будет уйти, – прошептала она ей на ухо.

– Д-да…

– Кристиан, извините нас, но нам надо… Мне позвонили по работе, и нам срочно нужно быть там.

– Что? Прямо сейчас? Разве они могут вот так срывать вас?

– Непредвиденная ситуация…

Рэйчел посмотрела на Джастина. Посмотрела осуждающе и со всей силой обиды, которая у нее была внутри.

И быстро попрощавшись, они с Мэри ушли.

Джастин ненавидел себя в тот момент. Он понимал, как глупо выглядел со стороны. Ну а что ему оставалось делать? Ведь он сам не понимал, насколько он влип. Его руки вспотели, а на лице стали появляться вены. Он высвободился из рук повисшей на него подружки, и посмотрел вслед уходящей Рэйчел.

– Мэри? Что это? Ты понимаешь, что происходит?

– Рэй, успокойся, дыши. Может, может она просто…я даже не знаю, но этому наверняка есть разумное объяснение!

– Я просто…Проклятье! Что за Эмили? Ещё вчера он писал мне…Мэри, он писал, что никогда раньше не испытывал таких чувств. Он говорил…Он так много говорил…Что же мне теперь делать?

– Может быть, вам стоит поговорить?

– Поговорить? Но о чём? О чем можно говорить с человеком, который так нагло врал мне в лицо? Лжец!

– Тебе разве не интересно узнать, что происходит?

– Что происходит? А я скажу тебе что происходит, он просто решил завести интрижку на стороне от своей возлюбленной Эмили. Что за имя вообще такое? Эмили…Да пусть он катится на все четыре стороны! Я больше не хочу его видеть.

Джастин взял Эмили за руку.

– Нам пора.

– Что? Почему?

– Эмили, не задавай лишних вопросов, объясню всё дома.

Эмили, не понимая, что происходит, просто уставилась на него.

Она любила лишний раз выйти в люди, а вот Джастину не особо нравились шумные компании. Практически все вечеринки и тусовки она посещала одна. И Эмили это устраивало, она любила быть в центре внимания.

– Ребята, извините, но нам пора уходить, возникли непредвиденные обстоятельства. – Джастин проговорил это немного резче, чем рассчитывал.

Друзья остались в недоумении от происходящего.

Он потащил Эмили к машине, громко захлопнув за ней дверь.

– Джастин, какого чёрта происходит, что ты себе позволяешь?

– Извини, я всё объясню дома.

Эмили состроила обиженное лицо и отвернулась к окну, недоумевая от этой ситуации.

Джастин встретил Эмили, когда прогуливался вечером по магазинам. Шикарная голубоглазая блондинка с изящной фигурой.

Она шла ему навстречу, загруженная до отказа пакетами после плодотворного шоппинга. Видя, как она еле передвигается на своих нереально высоких каблуках, Джастин помог донести покупки до машины. Они разговорились, и Эмили предложила ему поужинать, как бы в благодарность за помощь. Так и начались их отношения.

Эмили училась на год старше Джастина в том же университете, когда они познакомились. Молодая, амбициозная и безумно богатая папина дочка. Единственная дочь одной из самых богатых семей Ньюпорта. Ее отец, Грэг Грейсон, владел юридической компанией «Грейсон групп». Его фирма занималась делами практически всех организаций в городе, в том числе банков и представителей власти. Она не знала слова «нет». Всё, что желала, получала беспрекословно, люксовые автомобили, украшения, брендовые вещи. Её главной особенностью было затмевать собой всё и всех, где бы ни появлялась. Бесконечные тусовки, вечеринки, алкоголь. Она не знала цену вещам, не знала, что такое хорошее отношение людей, потому что все улыбались и были доброжелательны, если получали то, что хотели. Эмили знала это, ей оставалось лишь умело пользоваться своим положением. Друзей у неё всегда было много. Все любили и ненавидели её одновременно. Она могла часами рассказывать, как ходит по магазинам и выбирает себе сумочку за бешеные деньги. Подруги завидовали, мужчины восхищались. Эмили Грейсон была нереальным персонажем в реальном мире. Жизнь ее была похожа на сказку, в которой не было финансовых проблем.

Джастин не мог дать ей всего, что она привыкла получать, да Эмили этого и не требовала, он покорил её своей харизмой. Этот парень показался ей совсем другим, не похожим на тех, с кем она привыкла общаться. Джастин не обратил внимания на её машину, на дорогие часы, он был далёким, привлекательным и интересным одновременно. Мужчины её круга больше всего любят себя и гордятся своим положением в обществе. А Джастину, казалось, абсолютно всё равно, как уложены её волосы и насколько уважаемы и богаты её родители. Именно он пробудил желание заботиться о ком-то, благодаря Джастину Эмили стала более спокойной и приземлённой. Уже только за это семья Грейсон приняла его и была благодарна. Эмили уговорила своего отца оказать материальную поддержку, когда остро встал вопрос об оплате обучения Джастина.

Он окончил школу с отличием, как и колледж, после усердной подготовки смог поступить на юридический факультет Стэнфордского университета, по стипендии, которая покрывала часть расходов за обучение. Пытаясь совмещать учёбу и работу, к третьему курсу университета Джастин оказался в затруднительном положении, завалив очередной зачёт, лишился стипендии и оказался на грани отчисления.

Мистер Грейсон оплатил обучение Джастина, а через какое-то время пригласил его стажироваться в фирме. По окончании университета взял парня на полноценную должность адвоката. Таким образом, Джастин и Эмили переехали жить в Ньюпорт, в дом, который достался ему по наследству от бабушки.

По дороге домой они молчали, Эмили перебирала в голове причины такого резкого поведения Джастина, а он пытался подобрать правильные слова для предстоящего разговора.

Войдя в дом, Эмили швырнула сумку на пол и развернулась к Джастину лицом.

– Что, твою мать, происходит? Что это было?! Ты никогда не позволял себе подобного поведения!

– Я прошу прощения, Эми. Я не хотел тебя обидеть. Просто… чёрт… я не знаю, как тебе об этом сказать.

– Стоп, стоп, стоп! Джастин, это из-за той девчонки? Что у тебя с этой, как её там!? – В глазах Эмили горел огонь, она выставила ладонь вперёд, как бы останавливая его.

– Рэйчел… – чуть слышно прошептал Джастин.

– Что? Что ты сказал.

– Я сказал, Рэйчел, Эми. Рэйчел! Прошу, выслушай меня. Я полюбил её, слышишь, и мне очень жаль, что мне приходится делать тебе больно. Я благодарен тебе за эти годы отношений, я в долгу у тебя, Эм. Но я не властен над этими чувствами!

Эмили уперлась рукой в стол, не ощущая под ногами пола. Она выдержала паузу, пытаясь осознать, что вообще происходит сейчас.

– У тебя с ней что-то было?

– Эми, прошу тебя, не нужно…

– Заткнись! – Она скинула со стола, всё, что на нём стояло. – Что не нужно, Джастин!? Что!? Ты спал с ней?

– Эми, послушай!

– Да! Или! Нет!

– Да! Да! Да! И это был лучший секс в моей жизни! Это ты хотела услышать!?

– Ты пожалеешь об этом, Джастин Мюррей! Я обещаю тебе! Я Эмили Грейсон! Меня бросить нельзя! Я всегда беру всё, что захочу, я всегда имею, что захочу, и когда захочу! Для меня нет преград и запретов! Я тебя почти на помойке подобрала, как щенка бездомного, ты за счёт моего папочки выучился и работу получил! Ты думаешь, тебя за ум твой уникальный в фирме держат? А?

– Эмили! Что ты несёшь! Ты себя слышишь вообще!?

– А что ты думал? У тебя привилегии в фирме лишь от того, что ты спишь с дочерью владельца! А сам по себе ты полное ничтожество!

– Хорошо, что ты наконец-то смогла сформулировать свои мысли обо мне. А я ещё стыдился своих чувств. – Джастин взъерошил свои волосы. – Я о помощи не просил ни тебя, ни твоего отца. Твой отец пришёл ко мне и сказал, что я перспективный студент, он видел меня на одном из заседаний, где я был ассистентом. И поэтому он решил финансировать моё обучение и принять меня на работу!

– Считай так, наивный. – Она рассмеялась ему в лицо.

– Эмили, я не хочу сейчас опускаться до унижений и оскорблений, я действительно благодарен тебе и твоей семье. Хорошо?

– Нет, не хорошо, ты бесчувственный и совершенно скучный человек.

– Но ты давно компенсируешь это своими бесконечными тусовками! Эм! Я не понимаю, откуда берётся эта агрессия. Ведь мы уже год живём как соседи, лишь изредка занимаемся сексом и играем идеальную картинку перед твоими родителями. Да тебя дома почти и не бывает! И нас обоих всё устраивает, потому что чувств больше нет! Никаких! Вообще! Ты за всё время, что мы вместе, так и не нашла времени познакомиться с моими родителями. Они ниже твоего положения в обществе, да? Они не отвечают твоим требованиям? Они так же скучны, как и я!

– Да пошёл ты! Плевала я на тебя, твоих родителей и твою скучную жизнь! Но за то, что ты посмел найти мне замену, я тебя не прощу, никогда! Я должна принимать подобные решения, и только я!

– Эмили, я не твоя вещь, понятно? А теперь собирай вещи и уходи из моего дома.

Эмили была в шоке от происходящего; мало того, что ей, Эмили Грейсон, нашли замену, так ещё из дома выставляют, как не нужную вещь.

– Джастин, ты не можешь выгнать меня, подумай хорошенько, сколько ты знаком с ней? Ты уверен, что она стоит этого?

– Эмили, дело сейчас не в Рэйчел, дело в наших отношениях и твоих истинных мыслях обо мне. – Он чуть помедлил и добавил: – Прости меня, Эми, но всё кончено.

– Нет, это не ты меня бросаешь, понял? А я бросаю тебя! Иди к чёрту, Джастин! И я обещаю тебе, что последствия будут, я не дам вам спокойно проживать свою любовь!

Эмили поднялась наверх и начала собирать свои вещи. Джастин остался внизу, он присел на диван и обхватил голову руками. Было понятно, что разговор будет не из простых, но такого урагана он точно не ожидал.

Эмили спустилась с двумя чемоданами, она всё ещё была в гневе. Уходя, она добавила:

– В ближайшие дни я заберу оставшиеся вещи.

– Позволь я помогу тебе донести чемоданы до машины? – предложил Джастин.

– Не смей даже прикасаться… – прошипела сквозь зубы Эмили и захлопнула за собой дверь.

Джастин видел свет фар и слышал звук удаляющегося автомобиля. Это был бесповоротный конец их отношений. Он испытывал и горечь, и облегчение одновременно. Но ведь конец – это может быть началом чего-то нового и прекрасного. Так ли это? Мы сможем узнать, только если рискнём и отважимся на этот шаг.

Рэйчел была так зла, что не видела дороги, по которой идёт. Она споткнулась о бордюр и впопыхах выронила ключи от квартиры.

Когда она вышла из такси около подъезда, то поняла, что в сумочке их нет. Она вывернула все наизнанку, но это не помогло. Тогда она решила позвонить маме, чтобы взять у неё запасной ключ.

– Милая, у тебя все в порядке?

– Мам, не сейчас, ладно? Ты нашла ключи?

– Да, конечно, заходи!

Рэйчел прошла к квартире родителей и мама открыла дверь.

– Вот держи. Может быть, тебе нужна помощь?

– Нет, мам, все нормально, я пойду, ладно? Завтра утром на работу.

– Хорошо. Спокойной ночи! Звони, если что.

Рэйчел пришла домой и рухнула на диван. Она достала телефон, который заключал в себе так много…Перечитывая смс от Джастина, она закрывала глаза и вспоминала его лицо, то, как он трёт подбородок, когда думает, как взъерошивает волосы, как берет за руку. Но её вдруг передернуло от мысли о том, что Эмили стоит позади и смотрит на все это, не скрывая злорадной улыбки. Ка же так могло случиться? Почему ничего его не выдавало? Он всегда был так спокоен при встречах, так мил…неужели это можно было сыграть? Неужели все это было ненастоящим?

Рэйчел пошла в ванную, чтобы поскорее отмыться от этого позора. Ей было просто омерзительно вспоминать то, как она неподвижно стояла там и, выпалив «Привет», ожидала ответной реакции.

Она ложилась спать, как вдруг телефон зазвонил.

Рэйчел не раздумывая взяла трубку.

– Рэй…Рэй, прости, – раздался тихий голос Джастина.

– Простить за что?

– За то, что тебе пришлось…я не хотел тебя обидеть.

– Не хотел меня обидеть? Чем же? Тем, что у тебя есть девушка?

– Всё очень сложно. Позволь мне объяснить…

– Да? Ну, попробуй.

– Может быть, встретимся?

– Нет!

Рэйчел была уверена, что как только увидит его, то не сможет противостоять его обаянию, и сможет легко простить то, о чем даже думать была не в силах.

– Пожалуйста, Рэй, дай мне шанс всё исправить!

– Джастин…нечего тут исправлять…

И Рэйчел повесила трубку, оставив за собой лишь гудки прервавшегося звонка.

«Как же получилось, что я могла попасть в такую ситуацию» – подумала она.

Почему, как только ты кому-то открываешься, то становишься мишенью? Рэйчел часто попадала именно в такие ситуации, в которых ей меньше всего хотелось бы оказаться. Но именно так и происходило.

Гордость взыграла в ней с небывалой силой. Единственное, что оставил после себя в жизни Рэйчел Майк, ее первая любовь, так это то, что он никогда не решал проблемы, а всегда только избегал их, и Рэйчел, к счастью или сожалению, переняла его манеру поведения на все свои последующие отношения. И она решила для себя, что не хочет больше ни видеть, ни слышать Джастина, не давая ему даже возможности оправдаться.

Глава 6

Джастин пытался связаться с Рэйчел уже два дня, но всё было безуспешно. Их последний телефонный разговор не давал никаких надежд. Выходные закончились, а значит, ему неизбежно нужно было идти в «Грейсон групп», а это означает, что ему предстоит разговор с мистером Грейсоном. При любом раскладе Эмили уже обо всём рассказала своим родителям. И сейчас он будет пожинать плоды своего поступка.

Он надел свой лучший костюм, белоснежную рубашку, галстук и неприлично дорогие туфли. Джастин чувствовал, что возможно, для него это последний день в фирме, так что он решил идти на «казнь» с шиком. Проигрывать он не любил, а если и приходилось, то всегда делал это красиво.

08:30 утра.

Совещание в «Грейсон групп».

Джастин вошёл в конференц-зал, он был пуст, а во главе длинного стола сидел Грэг Грейсон.

– Джастин.

– Мистер Грейсон.

– Проходи, присаживайся. Нам нужно кое-что обсудить.

Мистер Грейсон щёлкал ручкой, это был явный признак того, что разговор будет не из приятных.

– Я слушаю Вас. – Джастин держался невозмутимым, этому он в идеале научился за годы работы адвокатом.

– Эмили рассказала о случившемся. Что ты себе позволяешь? Ты понимаешь, какую ошибку ты совершаешь. Ты из-за какой-то интрижки решил перечеркнуть отношения и карьеру?

– Мистер Грейсон, не стоит вмешивать отношения…

– Заткнись! – Грейсон ударил кулаком по столу. – Ты унизил, предал и опозорил мою дочь! Ты, щенок! Кем ты себя возомнил?!

– Я не думаю, что нам стоит переходить на оскорбления. – Джастин сжимал кулаки с такой силой, что его костяшки побелели, а внутри всё кипело.

– Здесь я! И только я решаю, что стоит делать, а что нет! И так, Джастин, у тебя только два варианта развития событий. Первый: ты заканчиваешь свою интрижку, возвращаешься к моей дочери, а я делаю тебя своим компаньоном, и мы все дружно обо всём забываем. Второй вариант развития событий: ты продолжаешь этот бред со своей новой любовью, но тогда ты сейчас же собираешь свои вещи и уходишь отсюда. Если ты выберешь второй вариант, я обещаю тебе: ты никогда не найдёшь работу в Ньюпорте и жизнь твоя здесь будет невыносима.

Джастин поднялся со стула, с достоинством и внешним спокойствием поправил галстук.

– Мистер Грейсон, благодарю за годы сотрудничества, за Вашу помощь в моём образовании, но я никогда и ни за что не вернусь к вашей дочери. Я лучше на свалке жить буду и жрать дерьмо, чем ещё один день проведу в этой компании и в этой семьёй! Меня тошнит от вас, от этой гордости и завышенной самооценки. Засуньте свою власть себе в задницу. Вы людей ни во что не ставите, относитесь, как к вещам! Но учти, Грэг, я ведь тоже не дурак, и подстраховался, у меня есть компромат на тебя, и если о нём кто-то узнает, то тебе придёт конец. Так что убери руки от меня, от моей семьи и от близких мне людей. Я думаю, что выразился предельно ясно. Удачи!

Он небрежно махнул рукой и вышел из зала, оставив великого Мистера Грейсона переваривать полученную информацию. Джастин почувствовал такое облегчение, словно с его плеч горы рухнули. Вздохнув полной грудью, направился в свой кабинет и спокойно собрал свои вещи. Сотрудники толпились возле кабинета Джастина, спрашивая друг у друга, что происходит.

Вилли, помощник Джастина, влетел в кабинет и, разогнав зевак, закрыл дверь.

Вилли, худощавый парень двадцати четырёх лет, в очках, с длинными волосами, заделанными в хвост. Глядя на него, создаётся ощущение, что он всегда чем-то напуган. Но он был очень умён и исполнителен. Джастин доверял ему больше всех в компании, а Вилли просто боготворил своего босса.

– Мистер Мюррей, что происходит?

– Вилли, просто Джастин, отныне для тебя я Джастин. Смотри, я ухожу из компании, и не знаю, как сложится твоя судьба здесь, но я хочу, чтобы ты знал: ты талантливый юрист, и у тебя большое будущее в этой отрасли. Друг, если у тебя есть возможность перейти в другую компанию, переехать в другой город, то сделай это. Не зарывай свой талант в этой глуши.

– Эм, мистер, то есть Джастин, могу я узнать причину вашего увольнения? Вы лучший адвокат этой фирмы!

– Личное, Вилли, личное.

– Мне очень жаль, работать с вами было удовольствие.

– Ты всегда можешь обратиться ко мне, Вилли, за любой помощью. Буду рад. А теперь мне пора.

Джастин похлопал парня по плечу и вышел с коробкой из кабинета. Все стояли шокированные происходящим.

– Всего хорошего, ребята!

И он ушёл навстречу новой жизни. Не имея не малейшего представления, что будет делать дальше.

Глава 7

Джастин отправился на тот самый пляж, где они с Рэйчел провели ночь. Усевшись на скалистый берег, он снял с себя пиджак, ботинки и развязал галстук. Любуясь гладью воды, перебирал в голове всё произошедшее за последние дни. Находясь в полном неведении, что же делать дальше, его мысли вновь и вновь возвращались к Рэйчел. Он до сих пор ощущал её аромат, осязал её кожу, слышал её голос. Джастин понимал, что до встречи с Рэйчел никогда не испытывал подобных чувств. Он влюбился. Полюбил так сильно, что уже не мог представить жизни без этого человека, и пусть потерял всё, что было до неё, знал, что приобретает что-то большее.

Прямиком с пляжа Джастин отправился к родителям в Провиденс. Ему нужно было оказаться там, где безопасно, где его поймут и не осудят.

Родители Джастина, Элизабет и Остин, любили своего сына и всегда максимально опекали, но Джастин не стал эгоистом, а наоборот, научился ценить свою семью и вырос добрым, честным, справедливым человеком, который не бросает людей в беде.

Остин – высокий худощавый мужчина, шестидесяти лет, пухлые губы, близко посаженные карие глаза, густые брови, сдержанный и достаточно скупой на проявление эмоций.

Элизабет невысокого роста, с короткими, всегда уложенными светлыми волосами. Когда она улыбается, около серых глаз появляются лучики, так называемые «гусиные лапки», они придают её круглому лицу сияние и доброту. Как мать, она максимально заботлива, порой даже слишком, ранее с Джастином они часто ссорились по этой причине, но с возрастом он понял, что о лучшей матери и мечтать нельзя. И стал ценить её заботу, а не отталкивать.

Элизабет выросла в Ньюпорте, её отец работал в порту, а мать в отеле, горничной. Семья жила небогато, но они были счастливыми людьми. Элизабет любила лето, в это время Ньюпорт наполнялся туристами, новыми лицами, ей было интересно наблюдать за ними, узнавать про их жизнь и откуда они приехали. С четырнадцати лет Элизабет работала в кафе официанткой. Она была в восторге от этой работы, несмотря то, что это была тяжёлая работа, но так она могла помочь своей семье и общаться с новыми людьми.

В то лето, когда ей исполнилось семнадцать, она начала работать в том же кафе на побережье. В тоже время в Ньюпорт приехал Остин, он только отслужил в армии и отправился на побережье Атлантического океана с друзьями по службе. Они завалились шумной компанией в это кафе. Элизабет обслуживала их столик, один из парней начал к ней приставать и отпускать в её адрес сальные шуточки, девушка испугалась, но вида не подала. Она со всех сил влепила обидчику пощёчину. Парень взбесился и вскочил со стула, но Остин его остановил и приказал сесть на место. Элизабет выбежала на улицу. Впервые столкнувшись с таким жестоким поведением, она была в ужасе. Впившись руками в перила, слёзы хлынули из глаз. Остин вышел к девушке, чтобы узнать, в порядке ли она, и извиниться за поведение своего друга. Он был восхищён её отвагой и чистотой, она не была похожа на девушек, которых он знал раньше.

Остин родился и вырос в Сиэтле, его семья была выходцами из Шотландии. Отца он потерял в возрасте пяти лет. Его матери пришлось нелегко воспитывать трёх сыновей, она работала на двух работах, а мальчики были предоставлены сами себе. Все трое очень рано начали работать: разносили газеты, стригли газоны, разгружали фуры в магазинах. Двое из них уже в подростковом возрасте попали в тюрьму, а Остин получив тем самым урок, решил исправить свою жизнь к лучшему, и в возрасте 18 лет записался в ВВС США. Он отслужил четыре года, потом был комиссован из-за ранения. В возрасте двадцати двух лет он отправился с товарищами по службе в Ньюпорт, солнечный уютный городок, который так манит к себе туристов своими пляжами, яхтами и ресторанами.

После встречи с Элизабет он не мог забыть её лучистые глаза, нежную улыбку, такую юную и манящую. Несмотря на то, что в тот день около входа в кафе, где она плакала от обиды, он был отвергнут и выгнан с позором, Остин успел дать ей свой адрес в Сиэтле и попросил написать ему.

Элизабет целый месяц не решалась написать письмо, но забыть незнакомца с карими глазами не смогла. Его голос, тёплые руки, которые коснулись её плеча, и каждый раз, когда она вспоминала об этой встрече в кафе, сердце начинало учащённо биться. И Элизабет решилась, отправила письмо, не надеясь на ответ. Но через три недели она держала в руках письмо от Остина. Год они переписывались, а уже следующим летом он приехал за Элизабет в Ньюпорт и забрал её с собой в Сиэтл.

Они поженились, у пары родился первый ребёнок, Макс, и их счастью не было предела. Через пять лет на свет появился Джастин. Макс был лучшим старшим братом в мире. Несмотря на свой возраст, он максимально ответственно подходил к своей роли в жизни маленького Джастина. Макса не стало в одиннадцать лет, несчастный случай наложил отпечаток на всех членов семьи.

Спустя год после трагедии семья Мюррей переехала в Провиденс, штат Род Айленд, поближе к родным Элизабет. Сиэтл отныне стал для них напоминанием о жуткой трагедии.

Едва забрезжил свет фар на подъездной дорожке, Элизабет выбежала на улицу. Родная, как всегда, в фартуке и с полотенцем через плечо, такая красивая, такая добрая и нежная мама. Джастин вышел из машины, и Элизабет бросилась к нему в объятия.

– Сыночек, мальчик мой! С днём рождения! Как же я соскучилась по тебе. Почему ты не позвонил и не предупредил, что приедешь, я бы приготовила твой любимый картофель, крылышки и именинный торт.

– Мам, ничего страшного, я просто хотел вас увидеть, я соскучился.

– Джастин, что случилось?

– Мам, может, в дом войдём? Я всё расскажу, обещаю.

– Ой, да что же я! Конечно, родной, давай проходи.

– Папа дома?

– Да, он на заднем дворе.

Они вошли в дом, такой тёплый и уютный. Милый викторианский домик, мебель была далеко не новая, но нисколько не поизносилась, Элизабет всегда была бережливой хозяйкой, она всегда находилась в состоянии уборки и готовки. Без дела эта женщина не сидела никогда. А Остин любил мастерить, многое из мебели он сделал своими руками. В доме всегда пахло чистотой и едой. Любимый аромат Джастина.

– Остин! Милый! Наш сын приехал!

– Он опять что-то мастерит? – усаживаясь за стол, спросил Джастин.

– Да, но что именно, я не знаю, твой отец мне не показывает своё творение. Думаю, что это подарок к моему дню рождения.

– Надеюсь, что пять месяцев ему хватит, чтобы его закончить.

– Ты же знаешь своего отца, если он чем-то увлечётся, то не успокоится, пока всё недоделает.

В кухню вошёл Остин. На нём был старый рабочий комбинезон, в волосах были опилки.

– Папа, привет! Вот это видок у тебя, – Джастин засмеялся.

– Сынок, рад тебя видеть. С днём рождения! – Остин похлопал сына по плечу. – Чем обязаны твоему визиту?

– Мам, пап, в моей жизни кое-что случилось, я не знаю, куда мне идти, вы единственные, с кем я могу об этом поговорить.

Джастин знал, что в этой жизни он может положиться только на родителей. Они всегда поддерживали и помогали ему. У них не было тайн друг от друга.

Элизабет в свойственной ей манере начала охать и нервно теребить полотенце. Остин спокойно сел за стол и приготовился выслушать сына.

– Что случилось, Джастин? Рассказывай, сынок.

Джастин рассказал про встречу с Рэйчел, про расставание с Эмили и увольнение из «Грейсон групп».

– Мне никогда не нравилась эта Эмили, – резко высказалась Элизабет. – Да мы и не знали её толком, только из разговоров с тобой. За все годы отношений она не удосужилась встретиться с нами. Я думаю, что всё к лучшему, сынок.

– Джастин, а что теперь с карьерой адвоката? – спросил Остин.

– Папа, я посвятил этой работе достаточно времени и помог многим людям отстоять свои права, но на этом история заканчивается, да я и не думаю, что мистер Грейсон со своими связями оставит мне такую возможность. С такой рекомендацией я вряд ли смогу где-либо работать адвокатом.

– Но это абсурд! Ты так долго шёл к этому, столько учился и работал! – Остина сильно разозлил тот факт, что кто-то так легко может разрушить мечты его сына.

Джастин спокойным тоном сказал:

– У меня была ещё одна мечта, и если вы поддержите меня, то я смогу осуществить её. Фотография. На данном этапе я хочу заниматься этим. Я так устал от давления фирмы, от душного офиса, официальных костюмов. Я хочу изменить свою жизнь.

– Но на что ты будешь жить, сынок? – взволнованно спросил Остин.

– У меня есть кое-какие накопления.

– Ты останешься в Ньюпорте? После всего, что произошло? – удивлённо сказала Элизабет.

– Да, я останусь в Ньюпорте. Мне нужно быть там.

– Это из-за за той девушки, Рэйчел? – Материнское сердце сложно обмануть.

– Из-за неё тоже, а ещё чтобы доказать всем вокруг, и себе в первую очередь, что я не трус, и не сбегаю при первой же неудачи.

Несмотря на то, что Остин остался недоволен ходом этого дела, а Элизабет была напугана столь сильным и значительным переворотом в жизни сына, они поддержали его в этом выборе. Ведь он уже давно не маленький мальчик и сможет позаботиться о себе.

– Пусть всё будет так, как ты решишь, сынок, мы всегда рядом. – Остин пожал сыну руку и отправился в свою мастерскую.

– Джастин, ты не волнуйся, отец сейчас немного расстроен, но он верит в тебя, так же, как и я.

– Спасибо, мам. Я приму душ и схожу к Джефри, мы не виделись с ним целую вечность.

– Конечно, ты же останешься переночевать у нас? – Элизабет спросила это с надеждой. Она очень сильно соскучилась по сыну.

– Да, останусь. У меня нет сил, ехать куда-то в ночь. – Улыбнувшись, ответил Джастин, понимая настроение своей матери.

– Вот и отлично. – Мама выдохнула и вытерла руки о фартук, она всегда так делала, когда нервничала.

Джастин взял свой пиджак и вышел из дома. Проходя мимо школы, он вспомнил тот год, когда их семья только переехала в Провиденс, то, как нервничал перед началом учебного года. Ещё с начальной школы Джастин был отличником. Он усердно учился и мечтал стать адвокатом, помогать людям, которые сталкиваются с несправедливостью. Видимо, трагический случай со старшим братом Максом наложил свой отпечаток. Когда Джастину было шесть лет, Макса сбила машина, несмотря на все старания родителей, водитель вышел «сухим из воды» и не понёс наказания. У Элизабет и Остина не было достаточно средств на хорошего адвоката, а вот у этого человека были. Несмотря на свой юный возраст, Джастин осознавал, что такое несправедливость.

Вдыхая аромат знакомых улиц, он шёл не спеша, мысленно возвращаясь в прошлое. Вот за этим углом, он впервые поцеловал девчонку, а на этом дереве вырезано отцовским ножом «Джас» и «Джеф». Ребятам, тогда здорово досталось, потому что в момент, когда они вырезали свои имена, их поймал с поличным офицер и за уши привёл к родителям. Теперь эта история вызывает в нём улыбки, но тогда мальчишки сильно испугались.

Джефри был и остаётся лучшим другом Джастина с самого первого дня, когда семья Мюррей переехала в Провиденс. Вместе они совершили немало безбашенных поступков, за которые им приходилось выхватывать и от родителей, и от руководства школы.

Джастин знал, что Джефри не выходит из спортзала раньше десяти вечера. Так что найти друга ему не составило труда.

Джефри – мускулистый мужчина среднего роста, его голова была лысой ещё со старших классов, он утверждал, что это его особенный стиль и девочкам так больше нравится. На самом деле у него была проблема с выпадением волос, и он решил, что вместо того, чтобы это скрывать, лучше сбрить все волосы полностью. В школе Джефри был крутым парнем и отличным спортсменом, а сейчас он работает фитнес тренером в одном из лучших залов Провиденса, а также проводит онлайн тренировки по своей индивидуальной программе. В фитнес индустрии он является весьма узнаваемой личностью.

Джастин подкрался к нему незаметно, пока тот расставлял инвентарь и хлопнул в ладоши прямо над ухом. Это была их шутка ещё с детства. Джефри от испуга уронил блины для штанги, по залу прогремел звук ударяющегося друг о друга железа.

– Какого чёрта! – Он развернулся и не поверил своим глазам. – Братишка! Джас! Откуда ты здесь?

– Джеф, ты ещё больше раскачался, ты размером со шкаф!

– А ты тощий как глиста! Бро! Стой! Сегодня 20 мая!? С днём рождения тебя! Джас!

Друзья рассмеялись и обнялись.

– Джас, ты подожди меня десять минут, я соберу здесь всё, и мы сходим в паб.

– Я помогу тебе, дружище, мне нужно занять чем-то свои руки.

– Я только за. Бро, у тебя какие-то проблемы? – Джефри понял, что с Джастином что-то случилось.

– Я всё расскажу, давай закончим здесь, и пойдём в паб, мне срочно нужно что-нибудь выпить.

Ребята управились за пятнадцать минут и отправились в заведение, с которым связано так много историй, «Паб у Стиви», можно сказать одна из главных достопримечательностей их района и юношества, двух закадычных друзей.

Они сели у барной стойки, поздоровались с барменом и заказали пиво.

– Ну, парень начинай, вижу, случилось нечто очень серьёзное.

– Джеф, я по уши в дерьме. Я встретил девушку, она просто нереальная, красива и умна, у неё такая добрая душа.

– Судя по твоим словам, ты влюбился, – подметил Джефри.

– Видимо, я влюбился, но я очень плохо поступил с ней. Мы прожили кое-что прекрасное, но Эмили… я не сказал ей про Эмили.

– Что!? Ты закрутил на два фронта? Чувак, это не в твоих правилах!

– Знаю, Джеф, знаю. Сам не понимаю, как это произошло, но когда впервые увидел Рэйчел, мой рассудок помутился. Я не отдавал отчета в своих действиях, я просто знал, что не могу упустить этого человека. Она узнала про Эмили после того, как мы переспали, случайно встретив нас в парке, в компании её друзей.

– Бро, не обижайся, но в этой ситуации ты получаешься тем ещё подонком.

– Так и есть, кажется, я переступил через все свои принципы. В общем, в этот же вечер я всё рассказал Эмили и порвал с ней. Ты бы видел, как она вскипела, я думал, что живым мне не выбраться. И вот сегодня меня уволили из компании, высказав всё дерьмо, что их семейка обо мне думает.

– Хреново всё это. Но согласись, что эта Эмили та ещё сука. Думаю, всё, что произошло с тобой, к лучшему, наконец-то ты смог вырваться из этой чокнутой семейки. Никогда они мне не нравились.

– Да, я тоже так считаю, но не думаю, что Эмили заслужила, чтобы к ней так отнеслись, с моей стороны это было подло.

– Ну, а что та девушка, Рэйчел?

– Она не хочет со мной говорить, даже шанса не дала объясниться.

– Её можно понять, Джас. Ты просто на её чести и гордости потоптался. Обманутая женщина беспощадна.

– Да, видимо так и есть. – Джастин обречённо вздохнул.

Джастин и Джефри просидели допоздна, они встретили много знакомых, с которыми они росли и учились в школе. Были и разговоры по душам, и воспоминания из детства, смех, слёзы и философские рассуждения. Джастин вернулся домой далеко за полночь.

Наутро он проснулся с тяжелой головой. Взяв в руки телефон, с ужасом обнаружил, что набирал номер Рэйчел как минимум пятнадцать раз и отправил ей кучу смс.

– Боже! Вот я кретин. Она меня точно за психа примет.

Оглядевшись по сторонам, понял, что находится в своей комнате, в родительском доме. Он набрал Джефри.

– Джас, неплохо мы с тобой напились вчера, я еле смог привести тебя в чувства.

– Джеф, я ничего не помню, вообще ничего! Я вчера что-нибудь учудил? Как домой попал? Боже, в голове вообще пусто. – Он постучал ладонью по виску.

Джефри рассмеялся.

– Бро, что ты вчера мог натворить? Ты ныл весь вечер, жаловался на несправедливую жизнь и названивал бедной девушке. А домой я тебя принёс, сразу после того, как ты начал засыпать в пабе.

Джастин обреченно простонал.

– Я понял, бро. Спасибо тебе. Созвонимся.

– Созвонимся, бро!

Приняв душ, Джастин спустился вниз. В нос ударил аромат свежей выпечки. Элизабет суетилась в а кухне, готовя завтрак для сына.

– Доброе утро, мам. Как вкусно пахнет.

– Джастин, как ты себя чувствуешь? Ты вчера, как бы сказать, был слегка не в форме. А вот это запоздалый завтрак именинника.

– Мама, извини за то, что тебе пришлось это увидеть. – Джастин почувствовал, как волна стыда накрывает его.

– Ох, милый, ничего страшного. Мы понимаем, что тебе сейчас сложно. Не думай об этом, лучше посмотри, что я приготовила для тебя.

– Мамочка, я этот запах не спутаю ни с чем, апельсиновый пирог, мой любимый.

– А как же, мой сын редкий гость в этом доме, и я имею право побаловать его. – Элизабет обняла сына и поцеловала в макушку.

– Папа в мастерской?

– Да, как всегда.

– Я схожу к нему?

– Сначала завтрак, потом пойдёшь. Джастин, может быть ты останешься у нас на несколько дней?

– Нет, мам, мне нужно возвращаться в Ньюпорт.

– Мой сильный сын, всё наладится, вот увидишь.

– Надеюсь.

Джастин плотно позавтракал. Такого чувства сытости он давно уже не испытывал. После отправился к отцу в мастерскую. Остин был увлечён работой и не слышал, как сын вошёл. В мастерской было пыльно, повсюду валялись опилки, и приятно пахло деревом.

– Папа, я могу войти?

– Джастин, проходи, конечно!

– Что на этот раз мастеришь?

– Подарок для твоей мамы, она давно хотела приобрести стеллаж для книг.

– Здорово, успеешь за пять месяцев?

– Думаю, да. – Остин поправил очки. – Джастин, сынок, послушай. Как ты сможешь заниматься фотографией без какого-либо обучения или подготовки? Ведь этому тоже необходимо учиться.

– Я понимаю твоё волнение, пап, но я учился этому в университете, я прошёл курс по современной фотографии, нужно только освежить память.

– Понял, но всё же жаль, что тебе приходится бросать профессию юриста. – Остин, старался быть ненавязчивым, но было видно, что он расстраивается и переживает за сына.

– Всё будет хорошо, пап, обещаю. Ты будешь мной гордиться. Опять. – Джастин похлопал отца по плечу. – Мне пора уезжать.

– Не останешься на обед?

– Не в этот раз. Люблю тебя, Папа. И спасибо за всё.

– И я люблю тебя, сынок. Хорошей тебе дороги и позвони, как доедешь.

– Обязательно! – крикнул Джастин.

Он вышел из мастерской, а Остин вытер непрошеную слезу со щеки. Джастин собрал свои вещи и попрощался с родителями.

– Настало время изменить свою жизнь и исправить ошибки, – сказал Джастин сам себе и отправился в путь.

Глава 8

Июнь 2020 года.

Рэйчел пыталась прийти в себя, но не могла найти способ успокоить своё сердце. А когда она не могла решить, что ей делать, то полагалась на судьбу. Конечно, это было безрассудно, но переубеждать себя или искать ответы подсознание категорически отказывалось.

Рэйчел устала. Она была опустошена и не пыталась решить проблему. Ей просто хотелось сбежать куда-нибудь.

Джастин несколько раз пытался связаться, но Рэйчел пресекала все его попытки на корню.

В эти дни она писала картины, выплёскивая своё негодование на холст.

Ещё с университета она была знакома с Орландо Конти, он вёл одну из лекций по современному искусству. Несмотря на то, что Рэйчел, для того чтобы угодить родителям, получала специальность в области международных отношений, она всей душой рвалась к искусству, по этому, когда появилась возможность выбрать дополнительный курс, она незамедлительно записалась.

Орландо был ценителем искусства. Он всю жизнь искал таланты и помогал им продвигать свои труды. Ему было около шестидесяти лет. Примерно, потому что он никому не говорил, сколько ему на самом деле. Он всегда увиливал от ответа, «Я большой ребёнок, моя душа наивна, я до сих пор верю в чудеса».

Орландо всегда путешествовал со своей женой, Селестой. Их дети уже давно разъехались кто куда. Старшая, Патриция, была всю жизнь влюблена в Америку, и уехала жить туда, вскоре встретив там своего будущего супруга Эндрю. Средний сын, Дженнаро, остался жить в Италии, купил квартиру и живёт там один. Но родители, конечно, в предвкушении поскорее женить его. Младшая дочь, Марсела, живёт пока у бабушки с дедушкой, чей дом находится недалеко от её места учёбы. Поэтому дома Орландо и Селеста совершенно заскучали и вот уже несколько лет путешествуют по миру в поисках талантливых художников, чтобы помочь им реализоваться. На добровольной основе. Селеста, долгое время работала в одной из галерей Милана. Там она обзавелась связями, которые поддерживает до сих пор. Поэтому выйти на кого-то, кто может пойти навстречу талантливым художникам, у неё шансов больше, чем у обычной вдохновлённой и творческой натуры.

Рэйчел долго не решалась спросить у Орландо, могут ли они взять её с собой, чтобы познать мир искусства, чтобы научиться чему-то и показать свои картины кому-то ещё. Она достаточно долго мечтала об этом, а сейчас, когда она так хотела скрыться от всего, что произошло, это был идеальный вариант сбежать от проблем и забыть всё, как страшный сон и осуществить свою мечту, попасть в мир искусства.

Утром она первым делом схватила телефон, со злостью удалила пропущенные вызовы от Джастина и стёрла сообщения, даже не прочитав их. Она нашла в записной книге Орландо.

– Орландо, здравствуйте.

– Да, Рэйчел привет! Что-то ты давно не звонила. Что-то случилось?

– Эм, нет, нет, просто… Я вообще-то звоню вам по делу.

– Да, конечно, говори.

– Вы сейчас в Ньюпорте?

– Да, через пару дней улетаем в Италию! А там как пойдёт, сама знаешь, мы долго на одном месте не сидим.

– Да… Я как раз по этому поводу. Не хотелось бы навязываться, но может быть, вы позволите мне отправиться с вами? Я написала две картины, которые могут понравиться критикам.

– Рэйчел, это довольно серьезный шаг, ты уверена?

– Сейчас я уверена в этом больше, чем когда-либо.

– А с работы тебя отпустят?

– Я договорюсь, думаю, все будет в порядке.

– Тогда конечно! Думаю, Селеста будет рада женской компании.

– Спасибо! Вы меня спасли!

Рэйчел прибежала на работу, позабыв о предательстве Джастина, и рассказала о своей идее Мэри.

– Что? Как это? И на сколько? Как долго тебя не будет?

– Я думаю, несколько недель, но там как пойдёт, не будем торопить события. Мэри, не переживай, со мной всё будет хорошо. Это такое странное ощущение внутри меня. Тут просто нужно довериться. Довериться и все. Мне нужно уехать и привести свои мысли в порядок.

И Рэйчел совершенно наивным и счастливым взглядом посмотрела на Мэри, которая была совершенно растеряна…

– Но как же… – после некоторой паузы Мэри взяла подругу за руку, и сказала:

– Да, ты, наверное, права. Ты же знаешь, что я жуткая трусиха. И ни за что не рванула бы вот так покорять мир, бросив свою привычную жизнь. Но я тобой очень горжусь. Ты молодчина. А Джози? Он уже в курсе?

– Нет, – с опущенной вниз головой произнесла Рэйчел.

– Иди же! Вперёд!

Рэйчел ворвалась в кабинет Джозефа. Глаза горят, эмоции накрывают с головой. Джози смотрит на неё поверх очков в недоумении происходящего.

– Мне нужен отпуск! – выпалила Рэйчел.

– Что? О чём ты вообще? У тебя жар?

– Жар? А! Нет! Жара нет. Мне нужен отпуск, Джози прошу тебя! – Рэйчел, сложила ладони у груди, как бы умоляя.

– Рэй, может, ты хотя бы объяснишь, в чём дело? – Поправив очки, поинтересовался Джозеф.

– Извини, конечно, сейчас расскажу. Орландо Конти, мой преподаватель из университета, предложил отправиться с ним и его женой в тур по ряду стран, суть заключается в организации и посещении выставок картин, для поиска новых талантов. Это мой шанс, Джози.

– Рэй, это сложно, я не могу сейчас отпустить тебя, кто будет работать?

– Мне очень нужно уехать! И я же не брала отпуск в том году, пожалуйста! После приезда я буду работать сверхурочно.

– Конечно, будешь! И ещё помогать мне с отчетами!

– Я согласна!

– А что случилось-то? Почему такая срочность?

– Джози, тот парень… про которого я тебе рассказывала…

– Что? Что он сделал? Только скажи, я ему покажу, как обижать нашу Рэйчел!

– У него есть девушка, представляешь?

– Как?

– Да! Вот так!

– И как он объяснился?

– Я лишила его такой возможности. Именно поэтому мне и нужно скрыться, понимаешь?

– О, Рэйчел…Я могу чем-то ещё тебе помочь?

– К сожалению нет. Мне нужно только время, столько сколько ты сможешь дать.

– Так, даже не продолжай! Как только будешь готова!

– Спасибо. Ты лучший. Я обязательно привезу тебе подарок!

– Ну какой подарок, главное, чтобы ты залечила свои раны, птенчик! Ох уж эти превратности любви…Попрошу выйти за тебя Эмбер, это моя соседка, её недавно уволили с работы, давно просится ко мне.

– Что?! А если она решит остаться?

– Тебя я никем заменить не смогу, ты же знаешь! Только на время твоего отсутствия!

– Ты меня так больше не пугай, – усмехнулась Рэйчел.

Этот рабочий день пролетел быстро, ему сопутствовали разговоры с Мэри о предстоящей поездке и никаких разговоров о Джастине.

– О, Мэри, я совсем забыла! Я же купила билеты на выступление местной группы. Хотела сделать Джастину сюрприз, но теперь эти билеты мне не нужны. Может быть, ты сходишь? Если хочешь, конечно.

– А что за группа?

– Группа называется «Street guys», выступление будет 30 июня, в баре Place.

– Это тот, в котором мы с тобой тогда пели в караоке?

Мэри рассмеялась, вспомнив этот вечер. Погуляли они тогда на славу. Весь зал аплодировал стоя, когда девушки на бис пели песню Бритни Спирс «I love rock and roll».

– Да! Именно! Тогда был наш звёздный час!

Рэйчел поддержала ее, засмеявшись в ответ.

– Ну, так что? Билеты возьмёшь?

– Конечно! Обязательно схожу. Позову с собой кого-нибудь. Может, Нэнси.

– Отлично! Я оставлю билеты у родителей, заберёшь?

– Да, спасибо! Будет чем заняться в выходные!

После работы Рэйчел отправилась прямиком к родителям, она понимала, что лёгкого разговора не будет, но его было не избежать.

– Мам, ну что в этом такого?

– Я просто не понимаю, зачем тебе нужно уезжать?

– Я же объяснила тебе, Орландо с Селестой пригласили меня поехать с ними, это было бы прекрасной возможностью для меня, ну ты же знаешь…

– Возможностью, чтобы рисовать?

– Да…

Рэйчел мялась с ноги на ногу и сразу вспомнила, как в детстве мама ругала её, стоя в той же позе, что и сейчас. Руки её были на талии, а ноги немного расставлены в сторону, и ещё этот взгляд…

– Рэйчел, когда же ты уже наконец-то поймёшь, что рисование не принесёт тебе заработка! Это ведь просто хобби!

– Ты не права! – фыркнула она в ответ.

И мама немного смягчилась увидев, что дочь это задело.

– Рэй, детка. Просто я беспокоюсь за тебя, ты меня пойми. Ты уже взрослая, чтобы начать принимать действительность.

– Мама, я знаю, что ты переживаешь, и понимаю твои опасения, но если я не попробую сейчас, возможно, другого шанса у меня больше не будет.

Далеко не все проблемы в жизни могут помочь решить родители. Есть такая часть нашей жизни, в которую вход для них навсегда будет запрещён. У каждого есть своя личная жизнь, которая касается только самого человека. Рэйчел доверяла своим родителям только то, что они должны были знать. И как бы они не старались выведать у неё больше информации из её жизни и взаимоотношениях, грань неприкосновенности не была нарушена.

Сара немного провела рукой по волосам Рэйчел.

– Доченька, обещай, что, если ты поймёшь, что это не твоё, ты тут же вернёшься домой!

– Обещаю… – произнесла она и, попрощавшись с родителями, ушла к себе.

Орландо забронировал три билета до Неаполя.

Рэйчел тем временем собирала вещи, всё самое необходимое. Она не хотела обременять свою поездку вещами или заботами о нарядах. Ей нужно насладиться миром, жизнью.

Никогда не знаешь, что повлияет на твою жизнь. Одно решение, один человек или случайное совпадение. Но только так всё складывается в общую картинку, которая, казалось, и не могла выглядеть иначе.

Мэри пришла с утра, чтобы помочь подруге собраться.

– Рэйчел, обещай, что всё время будешь писать и звонить.

– Мэри, ну конечно! Я ещё успею тебе надоесть!

– Как же я буду тут без тебя. Ну, всё, поезжай, поезжай скорее.

Рэйчел обнялась с Мэри, которая залилась слезами.

«Однажды ты станешь свободной» – в памяти всплыла фраза, которую ей когда-то сказала Мэри. И вот, похоже, что этот момент наступил. Чувство свободы, которое ничем не было обременено. Чувство, полное возможностей и открытых дорог. Когда можно полностью посвятить себя тому, что ты искал. Жизнь, полную творческих открытий и великих свершений.

Глава 9

После расставания с подругой Мэри отправилась домой. Она жила в одном доме со своими родителями, помогала им с домашними делами и следила за их здоровьем. Мэри чувствовала себя ответственной за родителей и понимала, что они не всегда будут рядом, поэтому старалась всё своё свободное время проводить в кругу семьи.

Уютный фермерский дом, расположенный на окраине Ньюпорта, сочетал в себе классику и простоту. Здесь всегда было светло, тепло и уютно. В нём царили любовь и понимание.

Роберт и Дороти Миллер были простыми и добрыми людьми, никогда не желали зла окружающим, пара прошла много испытаний в этой жизни, но их сердца не стали черствыми, а наоборот они были милосердными и настоящими.

Дороти, седовласая женщина, плотного телосложения, с добрыми голубыми глазами и невероятно тёплыми и нежными руками. Несмотря на то, что годы оставили на лице морщины, улыбка оставалась прежней. Именно её улыбка вскружила Роберту голову, когда он увидел её впервые.

Дороти росла в строгой семье, где помимо неё было ещё четверо детей. Они жили в небольшом городе Лафейетт. Родители не отличались лаской и добротой. Они были простыми рабочими людьми, которым нужно было работать до изнеможения, чтобы прокормить семью. Их воспитание заключалось в приобщении к жизни и труду. Но нельзя было их в этом упрекать. Они старались выживать. На роскошь и уют в доме можно было не рассчитывать. Одежда переходила от старших детей к младшим. В шесть лет Дороти получила своё желанное пышное платье, которое досталось ей от старшей сестры. Она научилась ценить жизнь и то, что она даёт. В более зрелом возрасте именно Дороти помогала родителям до конца их дней.

В семилетнем возрасте Дороти столкнулась с первой потерей близкого человека. Старший брат, Робинс, вёл разгульный образ жизни и был выгнан из дома. Она была огорчена тем, что её брат бросил свою жизнь на произвол судьбы, и безумно переживала за него, но ему, по всей видимости, было на это наплевать. Дороти, несмотря на свой юный возраст, сама ходила по улицам и разыскивала брата, чтобы вернуть его домой. Умоляла родителей простить его, убеждала в том, что он ещё сможет измениться. После этого мать пошла его разыскивать, чтобы вернуть домой. Она нашла сына в баре, и после того, как увидела, что в глазах его совершенно пусто, что там нет ничего, кроме отвращения ко всему окружающему, последняя надежда погасла. Через полтора года его нашли убитым в этом же баре. Мать и отец до конца своих дней винили себя в смерти сына.

Дороти после этого замкнулась в себе и стала меньше общаться с людьми. Она была ещё ребёнком, но уже тогда она поняла всю соль жизни. Поняла, каково это – потерять близкого человека. Вопросы в её голове копились, ответы на которые ей приходилось искать в книгах. В них она находила всё, что было необходимо. Ей нравилось, читать и обучать этому соседских детишек. Именно тогда Дороти поняла, что хочет учить детей. Она стала учителем, и посвятила этой профессии долгие годы своей жизни.

Роберт был высоким, широкоплечим темнокожим мужчиной. Он всегда отличался чувством юмора и с лёгкостью становился душой компании, где бы ни появился. Роберт до фанатизма любит шляпы и не помнит времён, когда бы появлялся на людях без них. В доме выделена целая стена для шляп, по ним можно было историю изучать. Он мог отказать себе во многом, только не в шикарной шляпе. Дороти часто называет Роберта «великаном с добрым сердцем», а его лицо излучает добро, он относится к той категории людей, рядом с которым забываешь про все беды мира.

Роберт родился и вырос в Новом Орлеане, его семья не бедствовала, они считались средним классом. Отец владел небольшим кафе, в котором работали мать и сестра Роберта. На сына они возлагали большие надежды, они внимательно следили за его успеваемостью, и в итоге он первым из семьи Миллер окончил Колумбийский университет, получил диплом и стал доктором психологических наук.

Однажды Роберт приехал в Лафейетт провести семинар для учителей. Именно тогда он и увидел прекрасную девушку с красивой улыбкой, мисс Дороти, учительницу начальных классов. Роберт пригласил её на ужин и покорил сердце юной мисс своей харизмой, чувством юмора и совершенно искренней детской восторженностью. Больше они не расставались. После замужества пара несколько лет пыталась забеременеть, но безрезультатно, в итоге решили больше не возвращаться к этой болезненной для обоих теме. Шли годы, и Дороти изо всех сил старалась не показывать мужу того, что в её сердце появилась пустота, которую так сложно заполнить. Она мечтала стать мамой, а вместо этого учила чужих детей. Видимо, поэтому она была привязана к своим ученикам больше, чем другие учителя. Роберт видел то, что его прекрасная Дороти больше не улыбается и часто молчалива. Именно тогда он предложил Дороти обратиться в детский дом и подарить брошенному малышу настоящую семью. Когда они впервые увидели Мэри, то единодушно приняли решение забрать её к себе. В будущем Миллеры ни разу не пожалели об этом. Роберт и Дороти любили и оберегали Мэри, и передали все свои самые лучшие качества. Воспитали в ней веру, любовь, искренность. Она выросла достойной дочерью своих родителей, и ни разу не дала им повода для разочарований. Она с отличием окончила школу, затем колледж и университет. Как и Роберт, она выбрала Колумбийский, но факультет литературы. После окончания обучения Мэри вернулась в Ньюпорт, поближе к родителям, которые так много значили для неё, и устроилась работать в книжный магазин «Лусия».

С раннего детства Мэри любила читать и сочинять стихи, рассказы, сказки. Когда Мэри было 15 лет, она потеряла свой любимый дневник, в который переписывала стихи с черновиков, но однажды дневник просто бесследно исчез, и девочка была ужасно расстроена. Мэри плакала, закрывшись в своей комнате, а когда, в конце концов, начала приходить в себя, услышала, как родители подъезжают к дому, и, выходя из машины, несут какую-то коробку.

Как оказалось, мама с папой решили сделать дочери подарок на день рождения; съездив в издательство, они напечатали несколько экземпляров сборников со стихами Мэри, каждый из которых она с гордостью раздала своим бабушкам и дедушкам. Стихи были не совсем складные, но c ясностью и глубиной, с которой Мэри уже тогда могла раскрыть человеческую душу.

… (Отрывок из сборника Мэри, стихотворение «К человеку»).

…За стенами и за оградами людей,

Мне хочется так видеть безмятежность.

И что количество там проведённых дней,

Не уменьшает к жизни их потребность.

Не прячьтесь, люди, не бегите.

Остановитесь, вместе постоим.

Вы только, оглянитесь, посмотрите,

Прошу вас уделить хоть, сколько б времени другим…

Так уж в жизни происходит, что если что-то или кто- то исчезает из неё, то появляется возмещение, пустота заполняется. Главное, чтобы человек принял это и ни в коем случае не отталкивал от себя.

Глава 10

По возвращению в Ньюпорт Джастин несколько раз пытался связаться с Рэйчел, но она отказывалась его видеть и слышать. После неудачных попыток он решил немного подождать и заняться своей жизнью.

В первую очередь Джастин затеял ремонт. Он хотел избавиться от всех воспоминаний. Из всех комнат была вывезена мебель, нетронутым остался только кабинет, так как это была только его комната, и рука Эмили её не касалась. Когда в доме остались только голые стены, Джастин принялся за покраску. Из-за избытка свободного времени он справился со всем за неделю. Выбор его пал на светло-серый цвет, именно им он покрасил все стены дома. Для ремонта ванных комнат и кухни Джастин нанял подрядчиков, тем самым освободив время для выбора мебели.

Ремонт был окончен через месяц, и следующим этапом на пути к новой жизни была работа. Как ни крути, а без стабильного заработка сложно было прожить, да и деньги на счету таяли как мороженое на солнце. Ему понравилась идея Джефри с онлайн тренировками, и Джастину пришла идея создать сайт юридической помощи, таким образом, у него будет больше времени для фотографирования.

Изучив тонну информации о подобных сайты и услуги, понял, что самостоятельно он вряд ли сможет это сделать, в голову пришёл только один человек, который и сайт сможет прописать, и в юриспруденции соображает – Вилли!

Он схватил телефон и начал искать номер Вилли.

– Алло, мистер Мюррей, здравствуйте.

– Вили, дружище, как твои дела?

– На самом деле, не очень. После вашего ухода мистер Грейсон уволил меня, так как я сказал о том, что вы лучший адвокат во всём Род-Айленде. Видимо, лучше бы я этого не говорил. Мне пришлось обратно переехать к матери. Так что судите сами.

– Вилли, мне очень жаль, это всё случилось из-за меня.

– Ну что вы, мистер Мюррей, без вас там всё равно делать нечего.

– Дружище, у меня есть предложение, которое может изменить нашу жизнь, но без тебя мне не справиться. И прошу тебя, называй меня просто Джастин.

– Я весь во внимании, мистер… Джастин.

– Ты же увлекаешься компьютерами, сайтами и тому подобное?

– Да, я обожаю это.

– Вот и отлично! Мы создадим с тобой сайт юридической поддержки. Через него люди со всех уголков нашей страны смогут получить квалифицированную помощь юриста.

– Звучит многообещающе. Я в деле, Джастин! Когда приступаем?

– Приезжай ко мне домой и обсудим все детали.

– Скоро буду!

Вилли приехал примерно через час, прихватив с собой какие-то книги и тетради. Джастин, воодушевлённый идеей, бросился его обнимать. Парень оказался действительно способным, он указал на проблемы и возможности, о которых Джастин даже не задумывался. День и ночь они трудились над созданием сайта, и за неделю совершили невозможное.

– Всё готово, босс!

– Вилли, не забывай ты такой же босс, как и я! Поздравляю, дружище, мы сделали это!

Глава 11

Сначала Рэйчел, Селеста и Орландо приехали в Неаполь. Город, завораживающий и отталкивающий одновременно. В нём так много противоречий, так много непонятного и таинственного. Невероятная архитектура наряду с грязью запутанных улиц, смеси религий и бесконечного потока шума вокруг, оживлённых рынков и дорогих бутиков. Так много было в этом городе, который пленит и пугает. Рэйчел зацепила будничная жизнь Неаполя. Она с жадным любопытством разглядывала, как местные жители сидели небольшими группами под балконами своих домов и играли в шахматы, а их жёны развешивали только что постиранное белье на бельевых веревках, растянутых между домами. Её будто не интересовали все эти достопримечательности вокруг. Она пыталась рассмотреть душу Неаполя, самую его глубину. Несколько раз на глазах у Рэйчел пытались орудовать воришки, которые, кажется, не стеснялись своих действий. Но даже это было своего рода изюминкой, которая характеризовала город. Старый центр города больше был похож именно на ту Италию, которую мы все себе представляем. Маленькие и узкие улицы, особенно район Сан-Мартино, который расположился на холмах. Рэйчел впитывала этот колорит, как губка, чтобы отразить это всё в своих будущих работах.

– Ну, как тебе Италия? – спросила Селеста, когда они втроём расположились в одном из уличных кафе.

– Это же просто потрясающе! Я в восторге. Здесь нет ничего идеального. И это замечательно. Я думала, что тут везде царит красота и гармония, но нет. Все эти огромные церкви, новые здания, они как отвлекающий маневр. Знаете, если смотреть только в эту сторону, – и она махнула рукой в сторону высотки, – то может показаться, что мы в высокоразвитом городе, который начинает свою жизнь, а если смотреть в эту сторону, то мы увидим город, сохранивший свою античность. Мне больше по душе простота. Я за честность, – добавила Рэйчел и придала этому ответа двусмысленное значение.

Этот город навсегда останется в памяти, но запомнится он не только вкусной пиццей и талантливыми людьми…

Неаполь один из тех городов, к которому возникают противоречивые чувства. Местами безумно красивый, завораживающий дух, местами грязный и густонаселенный иммигрантами. Рэйчел так хотелось прогуляться по этим узким улочкам, как прогуливалась героиня фильма, которого она посмотрела несколько дней назад. Но окажись она там, ей было тесно, и прохожие, которые неторопливо шли, беседуя о своих повседневных заботах, могли задеть её плечом, настолько тесными были улицы. Она не любит, когда её личное пространство нарушают. Ей это показалось грубым. Но итальянцы не замечают такие мелочи. Если обратить внимание, то многие машины, стоящие вдоль тротуара, были поцарапаны то сбоку, то спереди, вмятины виднелись тоже едва ли не на каждой машине. Потому что тут настолько все тесно, и все к этому привыкли.

Эти улицы – как лабиринты, ведущие в неизвестном направлении. Если потеряться, то ни один путеводитель не сможет вывести тебя назад.

Большое количество мотоциклов и мопедов вокруг иногда сбивает с толку. Многие водители не соблюдают правила дорожного движения. Но тот, кто хочет найти недостатки, всегда их найдёт. Поэтому Рэйчел постаралась насладиться чем-то простым и легкодоступным в этой новой для неё среде. И она взяла от Неаполя все, что ей было нужно.

И тут снова раздался голос Селесты, вернувший Рэйчел к реальности.

– Чудесно, чудесно, девочка моя, – произнесла Селеста. – Рэйчел, вы намного интереснее, чем я думала. Так открыто говорить о своих мыслях и чувствах. Италия, очень скрытная страна, которую тяжело понять после нескольких дней пребывания тут. Но прошу, не делайте выводы так скоро. Надеюсь, когда вам удастся приехать сюда вновь, вы будете не одиноки и сумеете разглядеть здесь и романтические нотки.

Рэйчел задумалась о её словах, но не подала виду. В ответ она просто сдержанно улыбнулась, потому что не хотела заводить беседу на эту тему и ворошить и без того больные раны. Для неё столько всего вокруг оставалось непонятным.

Глава 12

Мэри встретилась с Нэнси и, поужинав в кафе, они пошли в бар на выступление группы.

Людей было достаточно много, но танцпол пока пустовал. Должно выйти несколько человек, чтобы разжечь толпу, и тогда остальной народ подтянется сам собой.

– А этот солист ничего!

– Нэнси, да ведь эти музыканты такие несерьёзные парни…

– А что же ты тогда с него глаз не сводишь?

– Ну, надо признаться, он симпатичный.

– Кажется, он отвечает тебе взаимностью.

Мэри повернула взгляд на сцену, и увидела, как солист группы, сидя на стуле, настраивает гитару и постоянно смотрит на неё. Когда их взгляды встретились, он подмигнул, а Мэри улыбнулась уголком губ и отвернулась.

– Ну что? Теперь понимаешь, о чем?

– Да он же всем улыбается, Нэнси! Перестань!

– Видела бы ты, как он пять минут назад отправил со сцены вон ту девицу в розовом платье. Она, видимо, хотела с ним познакомиться, а он ее вышвырнул.

Девушки протанцевали пять песен подряд, а потом начала играть очень мелодичная песня, и группа «Street guys» ушла со сцены на перерыв. Зал немного опустел, кто-то пошёл на улицу, чтобы освежиться, потому что в зале было очень душно. У туалета стояла очередь, к бару подходили и подходили один за другим. Из толпы стали появляться парочки, держащиеся за руки, которые двигались в такт песне.

– Мэри, ты не против, если я…

И Нэнси указала на парня, стоящего у барной стойки.

– Это Дилан, мой старый знакомый, я отойду на минутку?

– Да, конечно, иди. Я буду здесь! Только не уходи без меня!

– Я на пять минут, только поздороваться.

Мэри оперлась на стенку и рассматривала фото в телефоне, которые Рэйчел присылала ей из Неаполя.

Она задумалась о том, что ей тоже обязательно нужно там побывать. Да и вообще ей хотелось выбраться куда-нибудь из Ньюпорта, посмотреть мир. Было бы здорово путешествовать. Отправиться туда, куда тебе хочется. Жаль, что это требует немаленьких затрат.

Тут Мэри почувствовала прикосновение на своём плече, с полной уверенностью, что это вернулась Нэнси, она развернулась и выпалила:

– Я уже тебя заждалась.

Обернувшись, Мэри увидела, что перед ней стоит солист группы, выступающей сегодня в баре.

– Значит, ты меня ждала?

– Что? Нет! Я подумала… Моя подруга…

Мэри вскинула рукой в сторону.

– Я жду свою подругу.

– Я Пол.

Он был худощавого телосложения со смуглой кожей. Невысокого роста, но на голову выше Мэри, чего было вполне достаточно. Мэри не любила, когда мужчина был ниже неё. Темные и небрежно взъерошенные волосы только прибавляли десятки очков к харизме. А в его карих глазах плясали огоньки. Было в нём что-то безумно сексуальное, притягательное и запретное.

Пол протянул ей свою руку, на которой было несколько татуировок, Мэри не разобрала, что на них изображено.

– Мэри.

Пол улыбнулся, придвинулся чуть ближе и спросил:

– Ты не потанцуешь со мной?

– Я… даже не знаю…

– Идём, кажется, твоя подруга ещё не собирается возвращаться к тебе, а ты скучаешь. Не бойся, я не кусаюсь.

Он протянул ей руку, и она подалась чуть вперёд, чтобы дать свою.

– Ну, хорошо.

Когда они вышли на танцпол, некоторые девушки стояли и смотрели на них так, будто это было сенсацией. Мэри не ожидала увидеть столько взглядов на себе, и ей стало не уютно.

– Все на нас так пялятся!

– Не любишь внимание Мэри?

– Люблю, конечно, но кажется, это не очень доброжелательные взгляды, – рассмеялась она.

– Просто ты очень красивая, и они хотели бы оказаться на твоём месте.

– Ох, как скромно! Спасибо за комплимент.

– Как тебе наше выступление?

– Очень…необычный репертуар!

– Песни мы пишем все вместе, от того они получаются такими не похожими друг на друга.

Мэри посмотрела на Пола и увидела на его шее шрам, но тут же отвернулась, чтобы не показаться нетактичной.

Но Пол заметил это.

– А-а-а, не обращай внимания, это долгая история.

– Боевое ранение?

– Можно и так сказать.

Она держалась за его плечи и оценила, что парень был весьма подкачанным для музыканта, учитывая то, что он так любит себя, скорее всего, занимается спортом, чтобы держаться в форме.

Когда музыка закончилась, Пол поблагодарил ее за танец.

– Мне пора. Ты не хочешь встретиться после концерта?

– Но я же сказала, что я пришла сюда с подругой, я не могу ее бросить.

– А мы не будем бросать, я возьму с собой Патрика. Это наш басист. Посидим где-нибудь вчетвером?

– Я спрошу у Нэнси, если она будет не против, то почему бы и нет!

Мэри всегда тянуло к плохишам, хотя она всю жизнь старалась быть примерной девочкой. Но противоположности притягиваются, и этому сложно препятствовать.

Нэнси была одной из тех знакомых Мэри, которая готова поддержать любое спонтанное решение. Она согласилась пойти с подругой за компанию и уже даже успела положить глаз на своего спутника.

Она сегодня была неотразима, и поэтому ей с легкостью удалось завоевать много восторженных взглядов. На ней было одето короткое платье красного цвета, а рыжие волосы прибавляли ее образу некоторой дерзости. Все черты ее лица достаточно небольшие, а уголки губ всегда приподняты вверх, что создаёт впечатление, будто она улыбается. А ещё одна отличительная черта Нэнси была в том, что она просто обожала серьги-кольца. Носила их, просто не снимая. У неё дома есть целая коллекция, в которой имеются кольца на любой случай жизни.

Ребята отлично посидели в кафе, которое находится через дорогу от бара. Кафе не отличалось вкусной кухней, но сама атмосфера была располагающей к долгим разговорам и веселью. Мэри постоянно общалась с Полом, отвечая взаимностью на его флирт.

– Мэри, ты первый раз была на нашем концерте?

– Да! Но я случайно оказалась здесь.

– Как это?

Пол сидел достаточно близко к Мэри и старался приблизится к ней каждый раз, когда она ему отвечала, делая вид, что просто пытается расслышать её слова, но на самом деле она каким-то образом сумела настолько сильно очаровать его, что он ничего не мог с собой поделать и просто следовал зову своего сердца. Но взаимно ли это?

– Подруга, которая купила билеты, не смогла пойти, и отдала их мне.

– Ну, надо же. Может быть, это не случайность? – Пол вскинул брови и ждал с нетерпением, что она ответит.

– Знаешь, интересно, что люди почему-то всегда говорят: «Может это, судьба», когда история заканчивается хорошо, а когда она заканчивается плохо, то утверждают, что «это случайность».

– Ну и что же ты решишь, Мэри? Для тебя это судьба или случайность?

– Пока я не могу ответить на этот вопрос. Узнаем чуть позже…

Мэри улыбнулась и посмотрела на Пола. Он показался ей очень смелым, это не могло не привлечь её внимания. Она и желала, и боялась, чтобы он проявлял к ней интерес. Внутренний голос вступил в борьбу с сердцем. Мэри часто спорила сама с собой, когда не имела четкого понятия о том, как ей поступить. Но здесь она всё же дала себе шанс надеяться на лучшее.

– Как скажешь! Но хочу сказать одно: не будь тебя сегодня там, я бы уже спал дома в своей кровати!

– И как это понимать?

– Я не стал бы приглашать кого-то другого. Есть такое ошибочное предположение, что музыканты ветряные и непостоянные. Но поверь, это не так!

– Я никогда не сужу о человеке по каким-то навязанным стереотипам. Я всегда составляю своё собственное мнение.

– Ну и в чем же подвох?

– Какой подвох, о чем ты?

– Ты вся такая положительная, почему же согласилась пойти со мной?

– Даже не знаю… Есть в тебе что-то особенное…

– Ты клёвая, Мэри!

– Так что ещё говорят?

– Ну конечно!

– Ну ладно.

Мэри откинулась на спинку стула и погрузилась в переписку с Рэйчел. Она коротко рассказала ей о том, как прошёл концерт, ни словом не упомянув о Поле, рассчитывая созвониться с подругой завтра и обо всем ей рассказать.

Глава 13

В Италии Рэйчел успела познакомиться с одной из очень талантливых людей, владелицей галереи и художницей в одном лице – Руби Мур. Чтобы описать её внешность, можно воспользоваться несколькими идеально подходящими прилагательными: утончённая, изящная, высокая и невероятно лучезарная. Она совершенно незаурядная и эксцентричная личность. Её взгляд на современное искусство и на то, что молодые и талантливые должны брать всё в свои руки, привлекал и восторгал Рэйчел. Руби отчаянно верит в то, что современный художник должен попытаться нам донести какую-то глубокую мысль. И тогда он, несомненно, сделает себе на этом имя и обретёт популярность. И пусть иногда современное искусство трудно понять с первого взгляда, но при подробной детализации можно погрузиться и раствориться в работе полностью. Человеку нравится то, что его очаровывает. С первого взгляда это произошло или после подробного рассмотрения, это уже не важно.

Как говорит Руби – «Главная задача художника – нарисовать картину по одному из двух вариантов: нарисовать так, чтобы у человека не было вопросов, и он был очарован тонкостями, и ясностями сути и темы, передаваемой художником, или нарисовать картину, которая оставит после себя множество вопросов, не даст ответов, возможно, даже и сам автор».

В последнее время большинство художников почему-то придерживаются именно второго варианта. Но Руби сказала Рэйчел напутственные слова, которые убедили её в том, что она должна закрепить за собой первый вариант.

Рэйчел не знала, что ждёт её и куда это приведёт. Она знала только одно: эта поездка поможет ей отвлечься от дурных мыслей и настроить себя на волну вдохновения, которая захлестнет с такой силой, что выбраться назад уже не удастся. Так же, как и не удастся воспротивиться чему-то новому в её жизни, чему раньше она могла противостоять. Рэйчел отвела взгляд в сторону, оперев лицо на левую руку и зажмурившись от солнечных лучей, что так яро пытались проникнуть под её очки, увидела мужчину, который сидел на лавке. Поймав этот момент, она постаралась запомнить отдельно взятые детали, чтобы суметь воспроизвести это на бумаге. Она никогда раньше так не делала. Раньше она просто смотрела и рисовала. А теперь она пытается оживить свои картины и наполнить их действием, наполнить воздухом, который так и просится, чтобы его вдохнули. Ей хотелось писать картины, чтобы на них была жизнь.

Ей хотелось рассказывать истории людей через картины, чтобы, глядя на картину, люди могли узнать в этом старике своего соседа Генри или продавщицу Донну из магазина. Для человека так важно иногда бывает увидеть себя в чем-то. Будь то кино, музыка, хороший сериал или картина. Главное, чтобы каждая история рассказывала о настоящей жизни, о том, какая она есть на самом деле. Только тогда она сможет затронуть всю глубину нашего сердца. А именно это как раз и побуждало Рэйчел изменить стиль своих работ. Вот что её сейчас действительно интересовало. Вот что дало ей возможность раскрыть в себе эту многогранность и многоликость творческого человека. И не просто творческого человека, а по-настоящему опытного художника. Художника, который не просто пишет картины – а рассказывает о безграничности жизни.

Глава 14

Следующим пунктом назначения Рэйчел была Греция.

Рэйчел сидела на соседнем кресле с Селестой, тем временем Орландо решил сходить к стюардессе за напитками. Во время полета Рэйчел наблюдала за тем, как крошечные строения внизу растворяются в бездонности и величественности красот природы. Всё-таки такого человеку никогда создать не удастся

– Селеста, вы только взгляните, неужели так бывает?

– Да, дорогая моя, да. Это всё происходит на самом деле. Всё это создал Бог и дал нам возможность видеть это, чувствовать и передавать эти чувства с помощью музыки, танца, картин, кино, книг. Это же величайший дар, когда мы можем описать то, что видим. Знаешь, у меня есть один знакомый, его зовут Патрик, он потерял зрение в возрасте 15 лет. Никогда больше и ничего Патрик не увидит собственными глазами. Представляешь? Каково это, знать, что не посмотришь на себя в зеркало, не увидишь своего соседа, не сможешь смотреть на небо, на птиц, на эти яркие краски растений? При всей трагичности ситуации парень не потерял оптимизма и пишет музыку. Она просто волшебная. Несколько его песен были использованы для мюзиклов. Невероятно талантливый, но этот талант открылся в нём, только когда он потерял зрение. А представляешь, чего бы он смог добиться, если бы начал играть тогда, когда ещё видел?! Мы, люди, не ценим элементарных вещей, которые даны нам. Но постоянно что-то просим, в то время как уже многое имеем, чтобы добиться желаемого.

– Неужели он счастлив?

– Да, конечно. Конечно, счастлив. Гениальный композитор, любящий муж и отец четверых детей. Семья всегда его поддерживает, и это тоже огромный плюс.

– Я не представляю, как можно не погаснуть после такого…

– Это стоило ему огромных усилий над собой. Но главное – это стремление и вера!

– Это поистине заслуживает оваций.

И Рэйчел вновь отвела свой взгляд к окну. Когда самолет стал идти на посадку, она крепко вцепилась в подлокотники своего кресла. Это было самое страшное – момент, когда самолет должен коснуться земли. Когда это случилось, и в салоне раздались аплодисменты, Рэйчел вновь открыла глаза и выдохнула.

– Ура! Мы в Греции! – воскликнул Орландо.

– Ура, ура! – восторженным криком поддержали его Селеста и Рэйчел.

Перед ними расстилались необъятные просторы Афин.

Место силы, место, где твои мечты, кажется, обретают свою значимость с новой силой. Рэйчел увидела украшенные цветами улочки и свисающие сверху зданий сады. Любовалась изящными двухэтажными домиками вокруг. Она смотрела на живописные заведения и представляла, как сидит там, в таверне, за деревянным столом, накрытым клетчатой скатертью, с кружкой эспрессо и ела греческий йогурт.

Ставни почти на каждом окне, выходящем на улицу, это просто отдельный вид искусства.

Но не обошлось и без минусов. Многие здание были подвергнуты вандализму и были исписаны нецензурной лексикой в виде граффити. Но это, кажется, есть везде. И Рэйчел понимала, что люди, рисующие это, должно быть, просто выражали свои чувства. Пусть они не умели правильно их преподнести, но ведь это тоже творчество. Может быть, это слишком грубо, но во всём есть свой посыл, должно быть, людям просто хотелось высказать своё мнение.

Больше всего по прилету Рэйчел предвкушала наслаждение от поедания оливок. Почему-то именно с ними у неё ассоциировалась Греция.

Самое первое, необходимое место к посещению после прибытия в Грецию – это, конечно же, пляж Навагио, расположившийся на острове Закинф, откуда простирается фантастический вид с кристально чистой, бирюзовой водой. Добраться до этого места можно только на лодке. На этом пляже есть своего рода достопримечательность. Там стоит браконьерское судно восьмидесятых годов, которое выбросило на берег, и теперь оно стоит там как памятник браконьерам. Орландо с Селестой уже неоднократно бывали там и знают, что туда лучше отправляться ближе к закату, потому что это излюбленное место многих туристов и местных жителей. Поэтому, пока у них в запасе было около пяти часов, они решили просто прогуляться по улицам, попробовать местного мороженого, которое делали только здесь (как утверждали продавцы мороженого).

Они гуляли по площади, выложенной светлой плиткой, на улице было очень жарко, и освежающее мороженое не спасало ситуацию. Конечно, виды вокруг были просто потрясающими. Неподалеку располагался отель, в котором завтра утром будет проходить выставка картин, и Селеста с Орландо, зная владельца этой выставки, договорились с ним, чтобы одну из работ Рэйчел тоже повесили в зале. Они зашли в отель, в котором велась подготовка, и множество рабочих вокруг были заняты особыми поручениями, важность которых каждый из них ощущал очень остро. Потому что обычно за такие мероприятия рабочие получали хорошие чаевые, а жить в Греции весьма недёшево, поэтому за любую работу здесь брались вполне охотно.

– Вот, Рэйчел, позволь тебе представить Лоренсо. – И Орландо указал рукой на человека, стоящего справа от него. – Это организатор выставки.

Лоренсо протянул руку, ожидая, что Рэйчел подаст в ответ свою. Но от неожиданности она даже немного растерялась. Молодой человек выглядел очень серьёзным и в то же время безумно красивым, с очень чёткими чертами лица. Выраженные скулы, цепкий взгляд, и кажется, что на его волосах переливался блеск для укладки волос. Они были светлыми, кажется, даже слишком. Рэйчел подумала, что это наверняка от солнца некоторые пряди были выгоревшими.

– Эммм, здравствуйте, я Рэйчел, – очень сдержанно ответила она.

– Вы, кажется, новая звезда в нашем галерейном царстве? Селеста прислала мне вашу работу, она пришла несколько дней назад. Признаться, честно, я ожидал увидеть более взрослую женщину, ну знаете, с причудливыми волосами и совершенно сумасшедшим прикидом.

– Я полагаю, что могу считать это за комплимент? – усмехнулась Рэйчел.

– Несомненно, просто обязаны. Мне очень понравилась ваша картина, давно вы занимаетесь живописью?

– Я всю жизнь рисую, но серьёзно стала подходить к этому совсем недавно. Ну знаете, как это бывает, в детстве есть мечта, а потом мы вырастает и понимаем, что не всем мечтам суждено сбыться, бросая дело всей жизни и зарываясь в повседневности своих забот.

– В этом я могу с вами поспорить.

– Да, сейчас, многое, переосмыслив, я понимаю, насколько наша жизнь зависит именно от нас.

– Всё верно, Рэйчел!

Рэйчел вновь бросила свой взгляд на Лоренсо, она успела рассмотреть в нем многие отличительные черты лица. Родинка, которая находится под левым глазом, очень ему идет. И глаза, такие карие. Что это с ней? Рэйчел поймала себя на мысли, что он очень даже ничего, и она была бы не против того, чтобы и он нашёл её привлекательной для себя. Лоренсо тем временем отвлёкся на какого-то мужчину, очень странно одетого, похоже, это был ещё один из художников его выставки. И кого только не встретишь, когда находишься в таких пропитанном творчеством месте. После того, как их разговор был исчерпан, Лоренсо повернулся к Рэйчел, Селеста и Орландо в этот момент решили обойти местность и посмотреть, что тут к чему, и выбрать наиболее благоприятное место для картины Рэйчел.

– Рэйчел, может быть, вы составите мне компанию и выпьете со мной по чашечке кофе? – спросил Лоренсо

– Я даже не знаю, я ведь пришла не одна. Я бы с удовольствием, но нужно спросить Селесту с Орландо, если они не будут против.

– Ну конечно. Но, поверьте мне, зная этих двоих, я думаю, они найдут, чем себя занять, – рассмеявшись, сказал Лоренсо.

Он продолжал смотреть на Рэйчел испытывающим взглядом, пытаясь сию же секунду услышать положительный ответ. Она колебалась, но всё же, признаться, очень хотела согласиться.

– Селеста, Вы не будете против, если мы сходим выпить по чашечке кофе? – спросила она.

– Ну конечно, деточка, зачем ты спрашиваешь, мы ведь не в детском лагере, – засмеялась она.

– Мы пока пробежимся по магазинам.

– Замечательно, тогда, как мы закончим, я вам позвоню.

– Не торопись, на пляж можно съездить и завтра.

– Нет, ну что Вы, мы не долго, – отозвалась Рэйчел.

Лоренсо положил Рэйчел руку на талию, прикрыв перед ней дверь и пропустив вперед себя.

– Лоренсо, вы всегда жили здесь?

– Нет, моя семья переехала сюда из Румынии. Но это было уже очень давно, и это время я помню лишь урывками, поэтому всё же, скорее да, я всегда тут жил. Нравится здесь?

– Я пока не могу передать свои ощущения, так как я мало где была, но то, что я видела, мне определенно очень нравится. У вас красивая природа. Так живописно.

– Да, это действительно так. Здесь есть много того, от чего сердце замирает. Рэйчел, можно вопрос?

– Прошу, называйте меня просто Рэй.

– Хорошо, Рэй, тогда я в ответ Вас попрошу обращаться ко мне на "ты".

– Конечно.

В этот момент Рэйчел почувствовала некое облегчение, потому что когда начинаешь общаться с новым, не знакомым тебе человеком, так сложно бывает не нарушить эту тонкую грань между воспитанностью и невежеством. Рэйчел не любила общаться на "Вы" с людьми близкими к ее возрастной категории.

– Так о чём ты хотел меня спросить?

– Ах, да, Рэй, ну и что же такая красивая девушка делает тут совсем одна? Неужели твой кавалер не боится отпускать тебя так далеко и оставлять так надолго без присмотра?

Лоренсо понимал, что это до жути банально, но спрашивал это с неким вызовом, чтобы добиться ответа на свой главный вопрос, одинока Рэйчел или нет…

– Всё просто. Я одинока, поэтому я могу ни перед кем не отчитываться в своих действиях.

– Это, признаться честно, и радует, и удивляет одновременно. Как такая девушка может быть одинока? Неужели ты одна из тех, кто не любит, а позволяет себя любить?

– Я? Ну что ты, нет! Конечно же, нет. Я… как бы правильнее выразиться… Всё слишком сложно.

– Не люблю сложности.

– Да! Вот и я предпочитаю думать так же! К чему они вообще, эти сложности…

– Плевать!

– Плевать!

И они оба рассмеялись. Рэйчел постоянно поправляла свои волосы. Это обычно происходило в тот момент, когда она волновалась или её одолевало стеснение. Ей нравилось это чувство. Нравилось, потому что она любила внимание. Мужское внимание. Этот неподдельный интерес со стороны Лоренсо вновь поднял её самооценку на ступеньку выше. Тем более, когда перед тобой такой горячий мужчина, излучающий невероятную харизму. Хотя она воспринимала это просто, как приятное общение и не более того.

– Лоренсо, ну а ты? Как ты отбиваешься от армии своих поклонниц?

– У меня есть охрана, которая всегда придет ко мне на подмогу.

– Да неужели? И где же она? Что-то я никого не видела. Это странно, не считаешь? – И Рэйчел с ехидной улыбкой смотрела на него, ожидая услышать ответ.

– Мой друг любит пообщаться с разными девушками, а я обычно держу их на расстоянии. Не люблю, когда кто-то нарушает мое личное пространство, разумеется, если только я сам этого не хочу.

Лоренсо опять коснулся рукой руки Рэйчел и будто ожидал её реакции. Потому что он и сам прекрасно понимал, что прикосновения совершенно чужого и незнакомого человека могут напугать и сбить с толку, но если это взаимная симпатия с первых минут знакомства, то это, наоборот, может разжечь огонь. Рэйчел, подождав пару секунд, увернулась от его руки и повернулась к нему лицом, шагая спиной вперед к дороге и лицом к Лоренсо. Это было забавно, им как будто по пятнадцать лет, они просто гуляют и болтают, не ожидая ничего от завтрашнего дня.

– Лоренсо, как ты думаешь, мне удастся стать знаменитой художницей?

– Ты сильно этого хочешь?

– Кажется, да. Если честно, пока что я не совсем точно и с уверенностью могу сказать, что я хочу получить от жизни.

– Ну, точно и с уверенностью вообще вряд ли кто-то что-то знает. Но если ты чего-то хочешь – делай. Знаешь, я всегда стараюсь выполнить то, к чему у меня сам собой всплывает вопрос "А что если?…" или "А что было бы, если?"… Такой вопрос напрямую имеет отношение к тому, что я хочу. Возможно, он будет хрупкий, но это только поначалу. Потом вопрос станет более уверенным и в итоге обретёт ту форму, которая и требовалась для того, чтобы найти на него ответ.

– То есть я должна ждать вопрос в своей голове? По твоей версии?

– У всех осознание приходит в разной форме. Главное, когда ответ придет к тебе, не упустить его.

– Интересный подход к делу.

– Само собой, ты ведь, кажется, приехала искать себя. Вот и начни с вопросов, тогда ответы будут находить тебя сами.

– Именно так и сделаю, – улыбнулась Рэйчел.

Через пару минут после этого разговора они повстречались с парой, которую знал Лоренсо. Он остановился, чтобы поздороваться, но отделаться простым "Здравствуйте" не удалось; он вступил в разговор, а Рэйчел стояла чуть позади и наблюдала за этой парочкой. Девушка – очень изысканная и утончённая, а молодой человек казался на её фоне весьма обыденным персонажем, хотя имел очень миловидные черты лица. Девушка была вся увешана дорогими украшениями: кольца, браслеты, серёжки, ожерелье. «И как можно носить на себе столько всего, неужели ей это не мешает?» – думала Рэйчел. И тут её мысли прервал Лоренсо.

– Ну что, идём?

– Да, конечно. Может быть, присядем на скамейку? Что-то я так устала.

– Хорошо, давай.

Они немного поболтали о предстоящей выставке и отправились назад к Селесте и Орландо, потому что время для них пролетело незаметно, а по факту прошло четыре часа, их там наверняка уже все потеряли.

– О-о-о, неужели наша Рэй вернулась! Как прогулялись? – поинтересовалась Селеста.

– Неплохо, очень даже неплохо, – ответила Рэйчел.

– Неплохо, говоришь? А я хотел сказать, что мы отлично погуляли! – с нескрываемым любопытством и ожидая объяснений, сказал Лоренсо.

Рэйчел рассмеялась и слегка толкнула Лоренсо плечом. Он ответил тем же. Лоренсо нужно было уходить, чтобы продолжить подготовку выставки, многие вопросы были нерешенными.

– Мне уже нужно идти, завтра увидимся! – Лоренсо подмигнул Рэйчел.

Она подмигнула в ответ, и они разошлись. Рэйчел, Селеста и Орландо отправились в отель, находящийся неподалёку.

Завтра предстоит сложный и очень интересный день. Поэтому спать они решили лечь пораньше.

Глава 15

Тем временем в Ньюпорте у Мэри вовсю кипела жизнь. Она продолжала общаться с Полом.

Они переписывались и созванивались. Сегодня на календаре 13 июля, пятница, последний рабочий день, и можно было построить планы на выходные.

Когда Мэри собиралась на работу, ей пришло сообщение, но она в спешке выбежала из дома и не увидела его. И только когда она уже оказалась на работе, то смогла добраться до телефона.

Переписка с Полом не заканчивалась ни на один день.

Пол:

«Доброе утро красотка, сегодня увидимся?»

Мэри:

«Привет! У тебя есть идеи?»

Пол:

«Может быть, кино?»

Мэри:

«И на какой же фильм мы пойдём?»

Пол:

«Не знаю, по ходу дела разберёмся!»

Мэри:

«Хорошо»

Пол:

«Заеду за тобой в 7 вечера?»

Мэри:

«Да, я скину тебе адрес»

Пол;

«Жду с нетерпением нашей встречи»

Мэри:

«Взаимно»

После того как они договорились о встрече, Мэри была в предвкушении, и жутко волновалась, за то как пройдёт вечер. Ведь в прошлый раз они были в кругу друзей, и всё шло как-то само собой, без особых усилий и напряжения, а сейчас они будут вдвоём…

– Джози, можно мне сегодня уйти немного пораньше?

– А что за повод?

– Я…Меня пригласили на свидание.

– Да ты что? И что за красавчик смог покорить твоё сердце?

– Не-е-ет, никто его не покорял, мы просто общаемся, я пока ещё совсем в нём не разобралась…

– Ну, хорошо, хорошо. Кто он? Я его знаю?

– Он музыкант, играет в местной группе.

– И что за группа?

– «Street guys».

– Подожди-ка…кажется, что-то знакомое…

– Может быть, ты слышал их выступления.

– А что они поют?

– Джози, – рассмеялась Мэри, – если честно, песни меня не особо впечатлили. Ты же знаешь, что я очень серьезно отношусь к «творчеству слова», так как сама пишу, и к тому же я выросла на классике. Для меня их песни были просто фоновой музыкой для танцев.

– Да ты просто милашка, смотри не скажи это своему кавалеру.

– Нет, что ты. Просто, знаешь, он вроде милый парень, несмотря на всю эту его внешнюю дерзость и явное самолюбие.

– Ладно, ладно, всё! А то я сейчас начну завидовать! Иди уже!

– Значит, можно?

– Беги, пока я не передумал.

Она чмокнула его в щёчку, а Джози состроил ей милые глазки в ответ.

Придя домой, Мэри собралась и ждала, когда приедет Пол, постоянно выглядывая в окно спальни. Время встречи было назначено на семь часов вечера, но машина так и не подъезжала…Мэри начала переживать, что возможно он вообще не приедет. Она решила ему позвонить, и пошла, искать свой телефон, но стоило взять его в руки, как он зазвонил. Это был Пол.

– Ну что? Ты готова?

– Да.

– Я тут немного задержался, надо было подкинуть одного парня. Через пять минут буду.

Мэри очень не любила, когда кто-то опаздывает, она всегда воспринимала это близко к сердцу. Но всё же, в жизни бывают разные ситуации и неотложные дела, возможно, эта ситуация – одна из них.

– Привет! Ты отлично выглядишь!

– Привет! Спасибо. Я уже подумала, что зря наводила марафет.

– Что? Нет, конечно, нет, просто нужна была помощь другу, ну ты сама понимаешь…

Пол не стал вдаваться в подробности, куда и кого он отвозил. Он знал, что это ей знать необязательно. Его друг Эванс попросил отвезти его на игру в покер. Он получил зарплату и решил отыграться за прошлый раз, когда просадил все свои деньги. Пол и сам частенько играл в этом кругу. Но он не был туда так затянут, как Эванс.

– Я не буду спрашивать тебя о том, о чём ты не хочешь говорить.

– Спасибо, – и Пол одобрительно кивнул ей в ответ.

– Я не из тех людей, что вмешиваются в жизни других. Но если вдруг захочешь поделиться, то я всегда выслушаю.

После того, как закончилось кино, они решили просто погулять по городу, есть им не хотелось, потому что в кинотеатре они взяли попкорн, начос, и наелись досыта.

– Тебе понравился фильм?

– Если честно, я не люблю такое…

– Такое?

Пол с ухмылкой посмотрел на неё и ждал более развёрнутого ответа.

– Ну вот зачем этот Роб всё-таки вышел в океан на своей яхте? Он же знал, что было штормовое предупреждение? Для чего нужно было рисковать своей жизнью?

– Он хотел показать, что он крутой чувак, Мэри. Если бы он не сделал бы этого, все считали бы его слабаком.

– Считали бы только те, кто не особо отличается умственным развитием. Эта шайка, которая подначивала его.

– Ну это же просто фильм.

– Да, но я не понимаю таких фильмов, которые мотивируют нас на неправильные поступки. Главный герой чуть не погиб, доказывая непонятно кому непонятно что. А ведь у него есть ребёнок. Почему же в этот момент он не думал, что может оставить парня сиротой.

– Да он просто придурок, Мэри, просто придурок, – пробубнил Пол, уже жалея, что позвал её именно в кино, и думая, что испортил этим их встречу.

– Ох…Надо отвлечься! – вскрикнула Мэри. – Может, сходим в парк? Там есть такое место, где всегда можно увидеть белок.

– Да? А они не кусаются?

– Ты же такой сильный, если что, дашь им отпор, – и Мэри звонко засмеялась.

– Ага, точно, представляешь если кто-нибудь увидит, как парень бьёт белок в парке?

– Наверняка тебя примут за сумасшедшего.

– Я просто с детства не доверяю белкам.

– Что? Неужели они тебя обманули?

И Мэри опять залилась смехом, едва сдерживая себя.

– Белка укусила меня прямо в палец, когда я был ещё мальчишкой, а я просто пытался её покормить. Я помню, как испугался тогда, и столько было крови. Жуть, как вспоминаю, до сих пор дрожь берёт.

– Ладно, ладно, я поняла, белки у нас под запретом. Ну и что, какие тогда предложения?

– Может, пойдём ко мне? Я же на машине, мы быстро доберёмся, а потом я отвезу тебя домой.

– И что же мы будем делать?

– Покажу тебе свою студию звукозаписи!

– Ха-ха-ха, ладно, твоя взяла.

Когда Мэри оказалась в квартире, то не была удивлена тем, что вокруг было много музыкальных инструментов и повсюду лежали нотные тетради. Атмосфера квартиры больше напоминала звукозаписывающую студию, чем жилище.

– Ты давно живешь тут?

– Два года. Снимал раньше квартиру в другой части города, но цену подняли, и мне пришлось оттуда съехать. Тут, конечно, не много места, но мне хватает. Дома я почти никогда не бываю, а если и бываю, то всё время занимаюсь музыкой.

– Интересно…

– Покажешь что-нибудь из последнего?

– Вот, эта песня новая, мы будем играть её на следующей неделе.

Мэри взяла листок бумаги и начала вчитываться в слова.

– Ну, что скажешь?

– Это неплохо. Но, если позволишь…

Мэри взяла карандаш и сделала несколько пометок, поменяв местами некоторые строчки и заменив очевидные сравнения более объемными и яркими.

– Ну вот, держи! Прочитай.

Она протянула ему бумагу и ждала ответную реакцию на свои исправления.

– Здорово! Кажется, что так это будет звучать намного круче! Ты что, пишешь?

– Да. Но исключительно для себя.

– Но у тебя же талант!

– Просто мне нравится это делать вот и всё. Я не ищу в этом никакой выгоды, делаю это для души.

Мэри поднялась с кресла и прошла к окну, оставив за собой шлейф ароматных духов.

– Мэри! Да ведь мы могли бы стать с тобой отличной командой, ты бы писала стихи, а я накладывал бы на них музыку.

– Ну, нет. Это не моё. Я не хочу, чтобы то, о чём я пишу, слушали люди, которые сидят в баре за кружкой пива. Уж извини.

– А все-таки подумай об этом!

Они выпили пару бокалов вина, и Пол рассказал ей свою историю, которая привела его к музыке. Мэри слушала его очень внимательно и сопереживала всем горестям, которые сопутствовали его пути.

Пол, учась в школе, часто попадал не в те компании. Именно при таких обстоятельствах он и познакомился с Эвансом. У них был общий знакомый Рэймонд, который постоянно устраивал вечеринки. И конечно же, они не проходили без алкоголя, а иногда и различных запрещённых веществ. Рэймонд жил один, его родители почти всегда мотались по командировкам, и за сыном следила его тётя, которой тоже было некогда уделять время племяннику. Поэтому иногда она по неделям не приходила к нему, и просто звонила узнать, в порядке ли он.

И конечно, как любой другой подросток, он умело пользовался своим положением. Когда Пол начал общаться с Рэймондом, то стал прогуливать уроки. Вместо школы они сидели на квартире, играли в видеоигры и пили пиво.

Потом Рэймонд познакомил его ещё с парой ребят, и по мере того, как Пол втягивался в эту жизнь, он стал познавать, что значит быть свободным и делать то, что ему всегда хотелось. Конечно, в определенный момент родители Пола заметили, что с ним происходит что-то странное, а звонок директора школы подтвердил их опасения. Они пытались воспрепятствовать этому нежелательному общению, но у них уже было недостаточно авторитета, чтобы повлиять на сына. И они пустили ситуацию на самотёк. Пол играл в школьной музыкальной группе, но и это вскоре бросил, потому что у него не хватало времени на развлечения и репетиции. Через полгода этой непринужденной жизни происходит то, чего Пол никак не ожидал: Рэймонда сажают в тюрьму. Он был пьян и избил мужчину, который получил тяжкие увечья. К счастью, врачам удалось спасти ему жизнь. Но для Рэймонда дверь в будущее была закрыта. После этого Пол немного образумился и с трудом окончил выпускной класс, оставаясь на распутье, что же ему делать дальше. У него оставалась только музыка. Это был единственный способ не пустить жизнь под откос. И он создал свою группу, в которой играет по сей день. Но старые связи всё же иногда напоминали о себе. Эванс был тем, с кем он продолжил общаться из своего прошлого. Он безобиден, в сущности, и часто помогал Полу, когда тот был на мели, поэтому он не мог его оставить. Брайс, ещё в школьные годы подсел на наркоту, но так и не сумел полностью уйти от этого. Он принимал лёгкие наркотики, но так или иначе его часто тянуло на неприятности, а как известно, «утопающий всегда тянет за собой», и этого Пол боялся, что однажды и он поддастся этому соблазну. Поэтому он свёл общение с Эвансом до минимума, лишь иногда приходил на помощь, когда она требовалась.

– Музыка это всё что у меня есть! Я рад, что могу делать то, что хочу, понимаешь?

Пол всё время ходил за Мэри по комнате, пока она рассматривала памятные вещи, которые висели на стене.

– Я рада, что ты нашёл себя.

– Ну, а ты?

– Мне кажется, что поиск себя не у всех увенчивается успехом. Я работаю в книжном магазине, и мне нравится там. Но работать там всю жизнь – это всё равно, что запереть себя в клетке. Я хотела бы заниматься чем-то ещё.

– Чем именно?

– Не знаю… Странно, наверное, но я не знаю. В детстве я почему-то представляла, что буду психологом. Хотя я почти все профессии примеряла на себя. Даже не знаю… просто я умею слушать…

– Да, это я уже заметил. Не каждый может это. Я вот, например, наоборот, только болтаю.

– Да, это я тоже заметила! – И Мэри посмотрела на его лицо. Сегодня оно было каким-то другим…

– Что-то не так?

– Да нет. Просто вдруг почему-то задумалась о том, выйдет ли что-то из этого?

– Вот, значит, как? Ты же потенциальный психолог, а бьешь прямо в цель. Кажется, психологи наоборот стараются быть аккуратными.

– Ты мне нравишься.

– Ты так сказала это, будто опасаешься чего-то?

– Пол, ну конечно же я опасаюсь…

– Чего?

– Тебя. Ты же…это ты…А я…это я…

– И что в этом плохого? Ты тоже нравишься мне. Очень нравишься.

Пол сел к ней ещё ближе и попросил её руку.

– Не переживай, детка, всё будет нормально!

Мэри повернулась к нему и увидела его глаза. Этот горячий, почти огненный взгляд. Мэри ещё после концерта это заметила, но сегодня они были особенно прекрасны.

– Я не переживаю! – вымолвила она.

– Тут стало слишком жарко. Я, пожалуй, открою окно.

И Пол встал с дивана, оправив свои джинсы, и пошёл в сторону окна.

Мэри провожала его взглядом и ущипнула себя за то, что сама того не ведая оценивает его: походку, то, как он двигается, как выглядит. Она наслаждалась этой приятной картинкой. Пол очень мужественный, и даже здесь и сейчас он казался ей совершенным. Чёрная футболка облегала каждый сантиметр его мускул.

«До чего же он хорош», – подумала она. Но Мэри прекрасно осознавала, что вино тоже играло свою роль в этом, но в тот момент это не имело никакого значения.

– Что? Почему ты улыбаешься? – спросил Пол, увидев, что Мэри смотрит на него. И улыбался ей в ответ.

– Я не знаю, – Последовал её смущенный ответ.

Пол подошёл к старому проигрывателю, стоящему на тумбочке в углу комнаты, и включил музыку.

– Ты не хочешь повторить?

– Что повторить?

– Наш танец, конечно.

Он поднял её с дивана, и они прошли в центр комнаты, где, обнявшись, растворились в танце. Песня была такой чувственной, и эти пара минут длились для них так долго… каждое прикосновение, каждый взгляд был чем-то особенным. Пол осторожно проводил рукой по её хрупкой спине, и Мэри чувствовала, что все её тело откликается на эти прикосновения. Она не хотела только одного – чтобы это закончилось. Прижавшись к его груди, она вдыхала аромат его мужественного тела. Он обнял её крепче и уткнулся лицом в волосы.

Мэри подняла голову, вырвавшись из его крепких объятий, так что их лица оказались друг напротив друга. Пол потянулся к ней, но аккуратно и медленно, чтобы она потянулась в ответ, и они поцеловались. Они делали это снова и снова, пока не оказались на диване.

Пол продолжал целовать её, и когда его рука скользнула под платье, он остановился и спросил:

– Ты уверена?

– Больше, чем когда-либо.

После этой ночи они почти всё свободное время проводили вместе.

Мэри немного отстранилась от Рэйчел по понятным причинам, но старалась ей рассказывать всё, что с ней происходит. Самое важное событие, произошедшее в отсутствии Рэйчел – это их встреча с Полом, и по приезду Рэйчел, им многое нужно было обсудить.

Глава 16

Рэйчел продолжала познавать мир искусства. Когда выставка была почти готова к открытию, народ понемногу начал собираться у входа. Селеста с Орландо зашли в зал первыми, взявшись за руку, будто они только что сошли с алтаря, такое сильное впечатление они производили на окружающих людей. Следом за ними зашла Рэйчел, которая сделала шаг, затем другой, и навсегда запечатлела в своей памяти этот момент. Она уже издалека видела свою картину и была удивлена, как смотрится её работа: картина выглядела так, будто была написана кем-то другим.

Удивительно, что человеку даётся возможность создавать что-то, что может удивить даже его самого. Рэйчел пошла по залу, начиная с самой первой картины, и не переставала удивляться тому, насколько талантливые люди писали их. Сколько красок, сколько жизни! Каждому присущ свой стиль, своя особенность, в каждой картине есть изюминка, жаль, что не все писатели обречены на успех. Многие из них наверняка даже голодают, но это не волнует тех, кто любит смотреть на картины, кто любит просто прийти и оценить искусство. Насколько бы талантлив ты не был, так или иначе найдётся тот, кто будет талантливее тебя. И тут размышления Рэйчел прервал таинственный голос, доносящийся из-за спины.

– Добрый день.

Рэйчел повернулась и увидела Лоренсо. Он был одет в кристально-белую хлопковую рубашку с подвернутыми рукавами и светло-синие джинсовые шорты, которые подчёркивали его и без того отточенную фигуру.

– Добрый день, – отозвалась она.

– Ты отлично выглядишь.

– Спасибо, ты тоже неплохо, – сказала Рэйчел.

– Это "неплохо" означает хорошо? – с улыбкой уточнил Лоренсо.

– Возможно.

– Ты очень сдержанна в своих эмоциях.

И Лоренсо слегка коснулся её руки. Рэйчел рассмеялась и в ответ толкнула его в плечо.

– Ну, что скажешь?

– Я в восторге! Правда! Я не ожидала увидеть здесь столько свежести. И где ты только находишь всех этих невероятных художников?

– Удивительная штука получается, но они сами находят меня. Я не знаю, как и почему, но у меня всегда было хорошо развито чутьё на таланты. Поэтому я просто умело пользуюсь своим даром. Впрочем, так же, как и ты своим. Твоя картина понравилась одному очень серьёзному критику. Он сказал: "Здесь есть над чем поработать".

Поверь мне, услышать эти слова от такого человека – это очень высокая похвала.

– Правда? Это же здорово. Я рада, что я здесь.

– Да, я тоже. Я тоже, Рэйчел. Извини, но мне нужно отойти, ещё увидимся?

– Да-да, конечно. И да, кстати, Лоренсо! Отлично выглядишь!

Лоренсо подмигнул ей в ответ. Рэйчел ещё долго ходила по залу и рассматривала картины, знакомилась с новыми и интересными людьми. Людьми, которые делились с ней своими невероятными историями, на что она в ответ делилась своими. Это был не светский раут, который показал ей людей из высшего общества, это был очень душевный и тёплый день, когда Рэйчел могла позволить себе оставаться собой.

Рэйчел и Лоренсо договорились поужинать где-нибудь по окончанию выставки. Лоренсо привёл её в кафе под названием "Акропол". Само заведение было очень самобытным. Внутри, у барной стойки, висел стенд, на который посетители вешали свои фото, сделанные в этом кафе. Это были дети, молодые люди, пожилые и даже их домашние питомцы. Интересная задумка. На каждом столике стояли маленькие, в котором плавали настоящие рыбки.

Они сели, сделали заказ и во время ожидания еды обсуждали выставку.

– Замечательный день. Ты проделал огромную работу. Все были просто в восторге.

– Спасибо. Я долго к этому шёл, поэтому каждый раз очень ответственно подхожу к подобному роду мероприятию.

– Тебе нравится твоя работа?

– Конечно. Я люблю искусство, люблю всё, что с ним связано. Это моя страсть. Невероятная удача в жизни – найти дело, которое приносит тебе удовольствие, в которое ты можешь погрузиться с головой и которое совершенно не будет тебя тяготить. А особый вид кайфа – это после проделанной работы оценить результат. Результат, который поднимет тебя на совершенно новый уровень, позволит испытать гордость, понимая, что ты создал что-то совершенно идеальное, новое, прекрасное.

– Тебе повезло. Ты занимаешься тем, что тебе нравится. Не каждый может этим похвастаться.

– Да, но кто мешает этому "не каждому" заниматься тем, что ему нравится, да еще и получать за это деньги? Я все-таки придерживаюсь того, что человек сам куёт свое счастье.

– Да, наверное, ты прав.

И тут их разговор прервала официантка, которая поставила на стол две тарелки с салатом. Уходя, она спросила, нужно ли что-то ещё, акцентируя свой взгляд на Лоренсо. Он улыбнулся и сказал, что им ничего не нужно, и как будет горячее, пусть сразу его подают.

– А ты пользуешься спросом.

– Я даже не обращаю внимания на такие вещи.

– Неужели тебе это не льстит?

– Это мимолетный флирт, и иногда я отвечаю на него, но по большей части мне это не интересно.

– Хорошо, ты умеешь держать себя в руках. Это похвально.

– Рэйчел, лучше скажи мне, когда вы уезжаете? Сколько еще времени мы сможем провести с тобой?

– Билеты куплены на 17 июля. Поэтому скоро мы уезжаем. Завтра вечером Селеста и Орландо хотят свозить меня на пляж, потому что днем там много туристов, и сложно будет что-то рассмотреть.

– Так скоро?

– Это довольно долго. Мы и так задержались здесь. Нам ещё нужно объехать несколько городов.

– Я… – Лоренсо немного растерялся и не знал, что сказать. Он не хотел, чтобы Рэйчел уезжала.

– Куда вы поедете на этот раз?

– Мы хотим вернуться в Америку и поездить по штатам. Там сейчас начинается горячее время, много выставок и аукционов. Хочется увидеть как можно больше. Знаешь, я как будто всю жизнь была голодна, и вот тут по крошке в каждом новом для меня месте собираю и пытаюсь насытиться, но пока этого не происходит.

– Конечно, путешествия всегда дурманят рассудок. Не всегда хочется возвращаться домой. Столько есть в мире мест, и так мало у нас времени, чтобы все их увидеть.

– Да-да, Лоренсо, я думаю, что не имею права упускать эту возможность.

– Совершенно верно. Хотя, признаться, я был бы рад, если бы ты осталась здесь как можно дольше.

– Знаю, мне хотелось бы побыть здесь ещё, но, к сожалению, это невозможно. Ты обязательно должен приехать ко мне в Ньюпорт. Ты ни разу не был там?

– Нет, я был только в Нью-Йорке, Майями, Лос-Анджелесе и Калифорнии. Всё это были рабочие командировки. Мне понравилось там. За исключением, пожалуй, Майями. Я был там в июне и застал очень переменчивую погоду, за день мог 4 раза пойти дождь в промежутках между палящим солнцем и под вечер разразиться сильнейшей грозой.

– Да, я слышала, что погода там не всегда хорошо встречает. Я не была в Майями, но обязательно и туда доберусь.

– Может быть, съездим туда вместе?

– Ты серьёзно?

– А почему нет? Ты мне нравишься, и раз ты сидишь здесь со мной, полагаю, что и я тебе тоже. Было бы здорово провести время вдвоём.

– Так, значит? Ты у нас бьёшь прямо в лоб, – рассмеялась Рэйчел.

– Прости за напор, просто мы уже давно не дети, почему бы не воспользоваться сложившимися обстоятельствами.

– Да, я согласна. Знаешь, мне нравится это.

– Нравится что, Рэй?

– Нравится, что ты не ждёшь удобного случая, а просто говоришь то, что хочется говорить сейчас. Ты живёшь в моменте. Я так не умею.

– Может быть, ты встретила меня, чтобы научиться этому. – И Лоренсо положил свою руку на руку Рэйчел, которая скромно перебирала салфетку, лежащую на столе.

– Мне приятна твоя компания, Рэй, ты очень красивая, нет, ты безумно красивая. Ты настоящая.

– Спасибо, мне это очень льстит. Мне тоже очень приятно находится рядом с тобой. – И Рэйчел высвободила свою руку из руки Лоренсо и положила поверх его.

Они сидели и разговаривали в совершенно непринуждённой обстановке. Когда ужин закончился, Лоренсо предложил пройтись по вечернему городу. Фонари освещали им дорогу, и шаг за шагом они, казалось, отдалялись от всего вокруг. Шум машин и разговоры прохожих не были слышны им. Лоренсо смотрел на Рэйчел и не мог понять свои смешанные чувства. Его необъяснимо тянуло к ней, губам, волосам. Лоренсо хотел прикасаться к ней так, будто-то она его и ничья больше. Он улыбался ей, когда она смотрела, а когда отворачивалась, он продолжал смотреть, но улыбка не сходила с его лица.

– Рэй, и что же ты делаешь со мной?

– О чём это ты? – будто не понимая спросила она.

– Неужели ты хочешь похитить моё сердце?

– А это возможно?

– Это уже почти случилось.

– Ну, раз так, то это, пожалуй, серьёзно. – И Рэйчел вновь просияла улыбкой.

– Это опасно! – возразил Лоренсо. – Ведь, если это будет так, то я приду к тебе, где бы ты ни была.

– Звучит здорово! – И они оба в голос рассмеялись.

– Звучит здорово? Ты вообще слышала, что я тебе только что сказал? Я признался тебе в своей симпатии, а ты радостно восклицаешь, что это здорово. Ты однозначно получаешь звание «самой интересной девушки».

– Спасибо, спасибо всем, кто помог мне, спасибо моим родителям, что верили в меня, спасибо друзьям, которые поддерживали…

– Стоп, стоп, стоп, это что? Речь на вручение Оскара?

– Эм, вроде того…

– Ха-ха-ха, хорошо, я понял. Ладно, тогда вот, стой тут, я сейчас… – и Лоренсо остановился у цветочного ларька. Через две минуты он стоял перед Рэйчел, протягивая ей букет из алых роз голландского сорта, который отличался длиной стеблей. – Это будет твой Оскар.

– Зачем ты, не нужно было…

– Отнести обратно? – Всё с той же игривой улыбкой спросил Лоренсо.

– Ну что ты, что ты, нет, конечно, нет! Спасибо, они прекрасны.

– Ну вот, другое дело.

Они прогуляли еще около получаса и время уже было позднее, оба они были изрядно измотаны.

– Рэйчел, можем зайти ко мне, если хочешь, я живу тут совсем не далеко. Выпьем чего-нибудь.

– А ты не будешь ко мне приставать?

– Если только ты сама этого не попросишь.

Когда Лоренсо открыл дверь в свой дом, Рэйчел была воодушевлена. Повсюду были развешаны картины, стояли скульптуры, разные безделушки украшали полки, висящие на стенах. Там было столько всего, но это не было чем-то вроде музея, всё будто стояло именно так как должно, на своём месте.

– Ничего себе, да ты эстет. У тебя очень гармонично всё расставлено. Ты сам занимался дизайном дома?

– Спасибо. Этот дом достался мне от моей тёти, её не стало несколько лет назад. Она очень любила искусство и передала эту любовь мне.

– Сочувствую… Ты, наверное, скучаешь по ней?

– Мы не были особо близки. Она была очень строгой, скорее воспитывала меня и формировала как личность, чем дарила свою любовь. Но я благодарен ей, ведь без неё я бы не стал тем, кем являюсь.

– Да, иногда некоторые люди странно выражают свою любовь, но она ощущается как раз в этих действиях. Пускай ты и не слышал от неё слово "люблю", но зато понимаешь сейчас, что она по-своему проявляла это чувство.

– В детстве мне этого не хватало, но потом я привык и не ждал от неё этих слов.

– Мне жаль.

Рэйчел взглянула на него украдкой и поймала себя на мысли, что он очень мил, очень. Это было радостью для неё. Она не разучилась чувствовать. Она, может быть, снова сможет испытать чувство любви. Не к Лоренсо. Конечно, нет. Он живёт так далеко, и это спонтанные эмоции, которые были приятными, но были равносильны хорошему сну. Сон кончается ровно тогда, когда наступает утро, а утро – это возвращение Рэйчел домой, в Америку.

– Лоренсо, я рада, что встретила тебя. Мне необходимо было развеяться.

– Я тоже рад. Надеюсь, что это путешествие запомнится тебе.

– Рэй, не хочешь вина?

– Не знаю…

– Давай выпьем и посмотрим какое-нибудь кино?

– Ну хорошо, только немного.

Рэйчел села на диван и провела рукой по мягкой обивке. Она смотрела то в одну сторону, то в другую, сомневаясь, правильно ли она поступает. Вино вскружит ей голову, и тогда опрометчивых действий уже не избежать. Она откинулась на спинку дивана и улыбнулась, подумав о том, что всё-таки сможет держать себя в руках.

Когда они допивали по второму бокалу, Лоренсо рассказывал о своих успехах в школе, потом в университете. Рэйчел слушала его, не переставая удивляться тому, насколько он целеустремлённый. Не каждому в жизни дано этим похвастаться.

С каждым глотком лицо Рэйчел румянилось всё больше.

– Рэй, не хочешь выйти на террасу?

– Да, с удовольствием, я бы немного освежилась.

Они поставили бокалы на стол и вышли на улицу.

– Как же тут красиво.

– Да, но к этому быстро привыкаешь.

– Мне кажется я бы каждый день восхищалась этим видом.

– Тебе только кажется. Всё когда-то становится обычным.

– Очень недвусмысленно.

Рэйчел восприняла это так, будто он охарактеризовал этим объяснением отношения между людьми. Что чарующий вид может надоесть так же, как и человек, заинтересовавший в начале, может стать совершенно обычным.

– Рэй, о чем ты задумалась?

– Да так, ни о чём…

– Ты что, расстроена моим ответом?

– Нет, это твоё мнение, да и мнение, наверное, большинства людей. Просто я и сама, скорее всего, думаю так же, просто не хочу признаваться себе в этом.

– В чём?

– Ну, знаешь, брак, например. Ты ведь связываешь свою судьбу с человеком, с которым тебе придётся провести всю свою жизнь. И на протяжении этой жизни многие ситуации меняют тебя, неужели и вкус не может измениться? Только представь себе, сколько пар женились и понимали, что сделали неправильный выбор. Может быть, кому-то вообще не суждено побывать на собственной свадьбе…

Лоренсо немного смутился и с вопросительным выражением лица посмотрел на Рэйчел.

– Ты имеешь ввиду себя?

– Нет. А может быть и да, не знаю. Но по крайней мере вероятность этого очень высокая.

– Значит, ты ещё не встречала человека, который перевернёт твоё понятие о любви.

И Лоренсо многозначительно помахал головой.

– Однажды мне довелось испытать сильные чувства, но это… – И Рэйчел замолчала.

– Но это…?

– Да нет, забудь. Давай не будем об этом. Не хочу портить этот вечер унылыми разговорами.

– Не переживай на счёт этого. Меня ничуть не напрягают твои разговоры. Интересно посмотреть на тебя с другой стороны.

Лоренсо приблизился к Рэйчел и посмотрел на неё, чтобы она позволила ему взять себя за руку, она кивнула и шагнула ему навстречу.

Но потом что-то в её сердце всё-таки пробудилось, она вспомнила лицо Джастина, и в груди защемило от боли.

– Лоренсо, прости, я не могу.

Она высвободилась из его рук и отвернулась, пытаясь сдержать эмоции, вырывающиеся изнутри.

– Рэй, всё в порядке! Мы не обязаны…Просто иди сюда.

И он прижал её к себе.

– Я просто не могу…

– Дай-ка угадаю? Дело не во мне?

Он улыбнулся и обнял ее.

– Всё пройдёт. И я уверен, что тот, о ком ты плачешь, тоже не находит себе места! Посмотри на себя! Ведь ты же такая красотка! Художник! Просто сейчас у тебя тяжелые времена, и их нужно пережить.

– Но ты ведь даже не знаешь, что у меня произошло…

– А мне и не нужно…

– И когда же эта боль пройдет?

– Самое темное время – перед рассветом, Рэйчел. Помни об этом.

Рэйчел проснулась и поначалу даже не поняла, где она очутилась. Озираясь по сторонам, девушка была смущена, вспоминая вчерашний вечер, и раскраснелась, едва увидев Лоренсо.

– Доброе утро, как спалось?

– Ты знаешь, хорошо. Обычно я плохо засыпаю на новом месте, смешно, наверное, слышать это от человека, который решил путешествовать по миру, но это так. А тут я выспалась. Спасибо за то, что уступил мне свою кровать.

– Ну конечно, конечно. Завтрак уже на кухне!

– Всё выглядит очень аппетитно. Я присоединюсь к тебе через пять минут. Я только позвоню Селесте.

– Да, хорошо.

– Я тебя отвезу.

– Да, спасибо, а то я могу заблудиться в этих узких улочках.

– Ну что ты, я не могу позволить тебе самой искать дорогу назад.

Погода на улице была замечательная. Солнце грело, но лёгкий ветерок не давал воздуху быть душным. Они ехали и разговаривали, пытаясь насытиться последними мгновениями пребывания вместе. Когда они подъехали к отелю, Рэйчел вышла из машины и ждала, пока Лоренсо подойдёт к ней, пытаясь подобрать слова, чтобы попрощаться с ним.

– Спасибо. Я надеюсь, что ты когда-нибудь захочешь приехать ко мне. Я буду рада познакомить тебя со своими друзьями.

– Тебе спасибо. Я был бы рад. Правда. И я желаю тебе поскорее разобраться во всем, Рэй. Не хочу, чтобы ты и дальше продолжала эти душевные терзания.

Они попрощались и вернулись каждый к своей прежней жизни.

Глава 17

Тем временем в Ньюпорте Джастин не находил себе места. Он много работал, их с Вилли сайт заработал, и они получали кучи заявок от клиентов. Так же Джастин фотографировал всё, что только можно запечатлеть.

Он обрывал телефон, пытаясь дозвониться до Рэйчел, но все попытки были тщетны. Джастин решил сходить в книжный магазин. Обнаружив, что там её тоже нет, потерянно пошёл к выходу.

Мэри в этот момент стояла около стойки с открытками, подняв взгляд наверх, она узнала его. Обойдя прилавок и ускорив шаг, она подошла и начала говорить.

– Джастин?

– О, Мэри, это ты? Ты не знаешь, где Рэйчел? Мне очень нужно…

– Зачем ты пришёл? Ты хоть понимаешь, как сильно обидел её?

– Но ведь она даже не дала мне шанс все объяснить…

Их разговор стал переходить на повышенные тона. И Мэри, озираясь по сторонам, попросила его отойти подальше, чтобы никто не слышал их разговора. Она стала говорить чуть тише.

– Джастин, я не знаю, в чем твоя проблема, но Рэйчел ты не найдёшь ни здесь, ни где-либо ещё…

– Что? И что это значит? Что-то случилось?

– Нет! Но…

– Но? Где она, Мэри? Прошу, мне правда нужно все ей объяснить!

– Её нет в городе, и когда она приедет, я не знаю…это единственное, что я могу тебе сказать…

– Она уехала из-за меня?

– А сам как думаешь?

– Она в порядке?

Мэри молча смотрела на него, и Джастин понял её без слов.

– Просто скажи, как она?

– У неё все хорошо…

– Спасибо! Я прошу тебя, позвони мне, когда она приедет, она не отвечает на мои звонки и сообщения, я никак не могу с ней связаться…вот мой номер.

Джастин протянул свою визитку и удалился, не дав Мэри что-либо возразить.

Но в душе она понимала, что он заслуживает второго шанса, как и любой другой человек, хотя бы раз оступившийся в жизни.

Глава 18

На календаре 17 июля, день отъезда. Чемоданы были собраны, сумки стояли у выхода. Самолет взлетит через четыре часа, и уже утром она вернётся в любимую сердцем страну.

Когда самолет приземлился, за окном уже был виден Вашингтон. Неделя здесь пролетела быстро. Рэйчел успела посетить восемь выставок. Селеста познакомила её с нужными людьми в сфере искусства. В этих кругах чем больше людей знает о тебе, тем лучше. Тут уже должно сработать сарафанное радио.

После Вашингтона они посетили Лос-Анджелес и Бостон. Когда пришло время возвращаться домой, Рэйчел накопила множество впечатлений и эмоций от увиденного, и её просто разрывало как можно скорее поделиться этим с Мэри. Рассказать про выставки, про свои знакомства, о том, что душа её наполнилась энергией, и она готова творить.

Наконец-то в иллюминаторе показались родные виды, а пилот объявил о посадке в Ньюпорте. «Наконец-то я дома» – подумала Рэйчел.

Мэри знала, что Рэйчел прилетает 3 августа, и с предвкушением ждала её в аэропорту. Она нарисовала большой плакат и встала на самом видном месте, чтобы первое, что увидела Рэйчел, когда вышла в этот огромный зал, было родное лицо Мэри. Когда Рэйчел вышла из-за стены, она просто подпрыгнула от радости и полетела к Мэри, которую увидела среди незнакомых людей. Она была так рада, что около десяти минут просто стояла и обнимала её.

– Ну рассказывай, я хочу знать всё!

Девушки направились к выходу из аэропорта и, садясь в такси, продолжили говорить.

– Рэй? Что ты сделала?

– Ну… я и Лоренсо, мы…

– Рэй, как же так!? Ты серьезно???

– Нет, нет, ничего не было. Чуть не случилось, но я решила, что не хочу…

Мэри была рада, что подруга всё же поступила так, как велело её сердце и не поддалась на соблазн, потому что уже сообщила Джастину о её приезде, и была горда тем, что возможно ей удастся помирить подругу с предметом её воздыхания.

– Я не знаю, я была так зла на Джастина, и момент был такой…

– Рэй, ты всё правильно сделала…Ты в порядке?

– Всё нормально! Мы, может быть, вообще больше никогда не увидимся.

– Может быть…

– Мэри ну ты что? Почему ты так беспокоишься об этом?

Она уже хотела рассказать обо всём, что произошло в отсутствие Рэйчел, но потом одернула себя, потому что не хотела встревать между двух огней.

– Эм…ладно. Я просто рада, что ты здесь, серьезно! Мне столько нужно с тобой обсудить.

И после недолго молчания добавила:

– Рэй, он тебе звонил?

– Да…

– Ну, а ты?

– Я не брала трубку.

– Ты слишком сурова.

– Я уже и сама думаю, что возможно погорячилась, но гордость внутри меня говорит обратное.

– Вам нужно поговорить! Ты уже достаточно поквиталась с ним, не считаешь?

Рэйчел засомневалась…она настолько была поглощена идеей досадить Джастину, что, возможно, перегнула палку и поспешила с решением лишить его возможности восстановить их отношения.

Мэри отправилась на работу и по пути высадила Рэйчел у дома.

– Эй, Рэй, не забудь, сегодня у Кристиана день рождения!

– Да, конечно! Увидимся вечером!

Когда Рэйчел зашла в свою квартиру, она сразу распаковала вещи и улеглась на диван, почувствовав внезапную слабость в конечностях. С дороги нужно было отдохнуть, потому что все эти насыщенные дни очень вымотали её. Веки отяжелели, и Рэйчел уснула.

Глава 19

На день рождения Кристиана был приглашено очень много людей, в их числе был и Джастин. За время соседства они с Кристианом достаточно хорошо сдружились.

Джастин, знал, что Рэйчел наверняка придёт сегодня, представлял, как она войдёт в дверь и озарит всё одним только своим появлением. И между ними вновь возродятся былые чувства.

И вдруг входит она. Окаменев, Джастин просто смотрел…

Рэйчел не заметила его из-за большого количества народа.

После поздравления Кристиана Рэйчел, Мэри и Стефани прошли в гостиную и сели на диван. Столько закусок и выпивки было вокруг, что создавалось впечатление, будто вечеринка была рассчитана не на один вечер, а на все выходные.

Рэйчел перебирала свои волосы и медленно отпила глоток вина. Оно показалось ей слишком терпким, и девушка, отставив бокал в сторону, оправила джинсы, которые без конца с неё сползали. За время путешествия ей удалось сбросить пару килограммов, поэтому часть гардероба нужно было отложить, но у неё не было времени перед выходом, и она натянула на себя первое, что попалось под руку.

Джастин медленно двинулся навстречу из другого конца комнаты и мысленно представлял, что скажет ей. Но как назло, все слова, что крутились в голове предыдущую неделю, куда-то подевались, и мысли были запутанными и несвязными.

– Рэйчел. Привет.

– Джастин…

– Можно сесть?

И он указал на место рядом с Рэйчел.

– Да, садись.

Её сердце забилось в такт музыке, играющей из колонок. Тело стало ватным и руки не слушались. Она сидела неподвижно и выдохнула, чтобы немного упокоиться.

Мэри увидела, что была лишней, и решила оставить ребят наедине, прихватив с собой Стефани.

– Рэй, может, выйдем во двор?

Рэйчел молча встала и пошла в сторону задней двери дома. Она шла медленно и ощущала прохладу, пробежавшую по её коже.

Они сели на лежаки, стоящие у бассейна. Вокруг не было ни души. Только они. Джастин рассказал Рэйчел всё, что связывало его с Эмили, рассказал об ее отце, о помощи, которой он оказал.

– Рэйчел, мы расстались. Пойми, я не знал, как сказать тебе. Когда мы встретились, у меня в душе всё будто перевернулось, я места себе не находил.

– Джастин, поставь себя на мое место, что бы ты сделал тогда? Я чувствовала себя полной дурой! Я считаю, что не заслужила…

И она замолчала, вспомнив, что некоторое время назад была с Лоренсо и чуть не погубила свою жизнь.

Одно решение, лишь один неверный шаг может привести человека к неизбежному…

– Я прекрасно понимаю твои чувства и не прошу, чтобы ты находила оправдание моему поступку, просто хочу, чтобы ты поняла, почему я поступил именно так, а не иначе. Но всё же я безумно виноват перед тобой, я сломал то чудесное, что было между нами. И поверь, я бы всё сделал, чтобы вернуть это. Что? Что мне сделать, чтобы доказать тебе искренность своих чувств? Ты настоящая, такая светлая, такая чистая, добрая…

По мере того, как Джастин говорил, Рэйчел ещё больше погружалась в себя.

– Джастин, не надо…

– Нет! Ты была права, что не отвечала на мои звонки и смс

Глаза Рэйчел заполнялись слезами, потому что она не знала, что ответить, но понимала только, что не может себе представить жизни без него…

– Рэйчел, давай начнём всё сначала. Нам нужен второй шанс. Не будем ворошить прошлое и сделаем вид, что это наша первая с тобой встреча.

Она помедлила с ответом и взяла в руки свой недопитый бокал, с жадностью опустошив его за несколько секунд.

– Сначала, говоришь? Ты уверен, что это хорошая идея? И никакая Эмили больше не будет неожиданно появляться на горизонте?

– Ну конечно, нет. Её больше нет в моей жизни. Я поставил точку в наших отношениях.

– А она? Ты думаешь, она тоже понимает, что это конец? Что-то я не уверена, что такие, как она, просто так отпускают то, что считают своим.

– Я же не её домашний питомец. Если я захотел уйти, то уйду, и ничто меня не удержит.

Рэйчел верила его словам, она видела, что он говорит искренне.

– Хорошо… Я согласна, что поторопилась с выводами и была несправедлива, лишив тебя права высказаться.

– Я понимаю, что ты была в ярости. Я не держу обиды на тебя, главное, что мы всё выяснили.

Джастин протянул ей руку и помог подняться, Рэйчел слегка захмелела и почувствовала, что тело расслабилось.

– Я так скучал…

Он приблизился к ней и нежно провёл рукой по волосам.

Рэйчел уткнулась лицом в его рубашку и вдыхала аромат духов. Она уже начала забывать его, свежий, сладкий и такой пленяющий…

– Ну что ты? Маленькая моя, всё хорошо.

Он прижал её к себе, и крепкие объятия продолжились поцелуем, но не страстным, а осторожным и трепетным.

Мимо прошли пара ребят, которые решили искупаться, и, сорвав с себя одежду, нырнули, после чего повсюду разлетелись брызги воды.

Джастин стоял ближе к бассейну, поэтому закрыл Рэйчел от удара этой волны.

– О боже, Джастин!

И она громко рассмеялась, указав на его одежду.

– Что? Что ты смеёшься? Вышла сухой из воды, значит?

Джастин рассмеялся и, взяв девушку за руку, прыгнул в бассейн, потащив её за собой.

Она вынырнула и стала вытирать лицо рукой.

– Безумец! Что ты натворил! Посмотри на меня!

Джастин подтянул её к себе, и они стали целоваться.

Ребята в бассейне свистели и поддерживали их овациями.

На этот шум вышла Мэри.

– Что? Что тут происходит?

Тут она увидела, как Рэйчел и Джастин плавают в бассейне в одежде, дурачась как маленькие дети. Она улыбнулась и решила не нарушать их единение, а потом расспросить подругу о подробностях.

Вода была достаточно холодная, и парочка быстро замёрзла. Они вылезли из воды и, ухватив с собой пару полотенец, пошли в дом, чтобы поскорее согреться. Кристиан и Стефани одолжили им свою одежду и, переодевшись, они продолжили празднование дня рождения.

Рэйчел, вернувшись домой, была воодушевлена сегодняшним днём. Она легла спать, растворяясь в своих мечтах и мыслях о Джастине.

Глава 20

Прошло пару дней после вечеринки. Джастин был в отъезде, отец попросил его свозить на похороны к старому знакомому, поэтому они с Рэйчел не виделись, но постоянно были на связи, и вот когда утром 6 августа вернулся в город, то решил сделать Рэйчел сюрприз.

Он заехал в цветочный магазин и купил букет цветов, но не один из тех, что уже стояли на прилавке. Он попросил сделать новый и сам выбрал цветы и бумагу, в которую их нужно завернуть.

Его переполняло волнение перед встречей с ней, он чувствовал себя мальчишкой, постоянно перебирал в голове слова, которые скажет ей при встрече.

Джастин приехал в книжный магазин и открыв дверь, первой, кого он увидел, была Мэри.

– Джастин, какой приятный сюрприз.

– Привет!

– Я вижу, что примирение прошло удачно?

– Более чем. Спасибо тебе за помощь! Я…

– Не нужно, Джастин, – и Мэри положила руку ему на плечо. – Она там, в конце магазина, разбирает книги для распродажи. Ну же, иди к ней.

Джастин загорелся и пронёсся сквозь книжные ряды, чуть не споткнувшись о наставленные в кучу коробки.

– Джастин?

– Привет!

– Привет. – Рэйчел просияла и была очень удивлена его появлению.

– Что? Что ты здесь делаешь?

– Я…Просто захотелось тебя увидеть. Вот, это тебе.

И он скромно протянул ей букет алых хризантем, окутанных в белую пергаментную бумагу. Как он мог угадать? Это были любимые цветы Рэйчел. И никаких лишних деталей. Идеально.

– Спасибо, он безумно красивый.

Она нежно поцеловала его в щеку.

– Ты свободна сегодня вечером?

– Да, у меня нет абсолютно никаких планов. Если хочешь, приходи ко мне, закажем китайскую еду?

– Я за! Во сколько ты освободишься? Я тебя заберу!

– В восемь часов.

– Тогда, я заеду за тобой. Значит до вечера?

– Да! До вечера!

Рэйчел смотрела на него с ожиданием продолжения разговора.

– Ну, я пошёл?

– Иди.

– Ухожу.

– Джас?

Он обернулся, и Рэйчел послала ему воздушный поцелуй, на что получила ответный. Она ощутила тёплое покалывание по всему телу, и лицо ее покрылось румянцем.

Как только Джастин покинул магазин, она пошла на склад, чтобы найти вазу и поставить цветы. Она зашла в телефон и открыла их совместную фотографию. Вглядываясь в его лицо, Рэйчел улыбалась и с нетерпением предвкушала встречу.

Мэри тихонько подкралась к подруге, и шепнула ей на ухо.

– Что это было?

– Мэри, ты видела?

– Он молодец! А цветы? Это же твои любимые!

– Да, представляешь, я не говорила ему об этом. Совпадение?

– Не думаю, подруга!

– Как же здорово, что у нас с тобой все так хорошо складывается. Не думаешь, что нам уже наконец-то нужно их познакомить?

– Конечно! На следующей неделе Пол будет выступать в “Balmont”, он достал нам билеты.

– Отлично, это будет здорово!

– Он вам понравится. Ну, а сегодня? Я так понимаю, у тебя на вечер долгоиграющие планы?

– Да.

– Что будете делать?

– Джастин заедет за мной после работы, и мы поедем ко мне.

– Ммм, и что же вы будете делать?

И Мэри с ухмылкой посмотрела на подругу.

– Мэ-э-эри, ну что за мысли?

– Надеюсь, у тебя есть красивое бельё?

– Кошмар…

– Что?

– Нам срочно нужно отпроситься на обед! Пойдём выбирать бельё.

Мэри рассмеялась и нахмурила лоб.

– Скорее! Сейчас всё самое красивое разберут и останутся только пошлые трусики.

– Мэри!

Они взяли обед и сходили в магазин нижнего белья, выбрав очень красивый кружевной комплект чёрного цвета. Рэйчел очень любила чёрный цвет, он казался ей глубоким и таинственным.

Когда Джастин подъехал за Рэйчел, та уже ждала его у дверей магазина.

– Ты здесь!

– Привет, запрыгивай! Я уже заказал нам еду, сейчас по пути заедем и заберём.

– Отлично!

Когда Рэйчел открыла дверь квартиры, она включила свет и мимолетно осмотрела ее, чтобы оценить, нет ли чего-то такого на видном месте, что срочно нужно было бы убрать. Но вроде бы всё было в порядке, и она зря беспокоилась.

– Проходи.

– Ну ничего себе!

– Ты удивлён?

– Я по-другому представлял себе твою квартиру.

– И как же?

– Ну, знаешь, всякие там девчачьи штучки.

– Я не люблю захламлять свою квартиру, поэтому тут немного пустовато на первый взгляд, но есть всё, что мне нужно.

Квартира Рэйчел была просторной и уютной. Четыре больших окна, без штор и занавесок, от чего по утрам комнаты были наполнены светом.

В гостиной было всё необходимое: телевизор, мягкий диван, мольберт и, конечно же, стол, на котором лежали множество набросков и зарисовок. Большой ковёр, который лежал около дивана, Рэйчел любила особенно сильно, потому что иногда она так уставала, что была не в силах забраться на диван, и растягивалась прямо на нём. Именно в этой комнате она чаще всего писала свои картины. Включала музыку и придавалась вдохновению.

Кухня была небольшой, но комфортной, на ней всегда можно было найти необходимые продукты для приготовления ужина. Рэйчел любила готовить и экспериментировать. Иногда эксперименты заканчивались провалом, и всё улетало в мусорный бак.

Обеденный стол всегда был сервирован. Посуда была в темных тонах, с коричневым оттенком. Никаких рисунков и узоров. Все это стояло на кристально белой скатерти, лишь лавандовый букет посередине стола разбавлял одноцветную палитру.

– А ты любишь читать! – сказал Джастин, обращая внимание на то, какая большая книжная полка стоит в центре гостиной.

– Да, книги дают мне ответы на многие вопросы.

– Это…здорово! А это что?

– Это ерунда, просто наброски.

Джастин приблизился к столу, стоящему у дивана.

– Можно?

– Конечно, я отлучусь ненадолго, мне нужно привести себя в порядок.

– Да, хорошо.

И Джастин стал перебирать её рисунки. Он с особым трепетом рассматривал каждый штрих и каждую линию. Ему было интересно всё, чем занималась Рэйчел, таким образом, он как будто пытался понять её, приблизиться к ней ещё на один шаг ближе, чем сейчас.

В этот момент Рэйчел вышла из спальни.

Она надела шорты и футболку. Дома ей всегда хотелось ходить в чём-то, что не сковывает её движений. Рэйчел тихонько подошла к Джастину со спины.

– Ну что? Есть что-нибудь стоящее?

– Ты, наверное, шутишь?! Это же невероятно! Ты просто талантище! Никогда не понимал, как человек может рисовать так точно, что на бумаге обыкновенное яблоко может выглядеть красивее, чем в реальности.

– Практика. Только и всего. Но всё равно мне очень приятно, что тебе нравится.

– Ты видимо ставишь для себя слишком высокую планку. У тебя действительно потрясающие работы.

– Я хочу, чтобы мои картины были не просто красивыми. Для меня важно. Для меня важно, чтобы они вдохновляли, чтобы они меняли восприятие человека к жизни, к миру в целом. Не могу объяснить это. Ладно, не будем об этом. Пойдём ужинать?

– Конечно, как скажешь!

Рэйчел разложила еду на тарелки и накрыла на стол.

– Прошу.

– Ничего себе, ты умеешь из ничего сделать конфетку.

– Да ладно тебе.

Рэйчел пошла к кухонному шкафу, чтобы взять ложки, и вдруг ее рука остановилась у бокалов.

– Может быть, хочешь немного выпить?

– Да, давай!

Она достала бутылку вина, которую купила в Италии.

– Я привезла его из Италии.

– Ты так и не рассказала об этой поездке.

Рэйчел немного помялась с ноги на ногу, потому что понимала, что придётся делиться с Джастином не только своими достижениями в творческом развитии, но и тем, что произошло в Греции…

– Да…это был необычный опыт для меня, но я познакомилась со многими людьми и поэтому думаю, что скоро смогу посвятить всё своё время рисованию.

Джастин заметил, что Рэйчел немного погрузилась в себя.

– Всё в порядке?

– Да, но знаешь, так как мы решили, что начинаем всё с чистого листа, я не хочу, чтобы между нами оставались недосказанности.

И Рэйчел рассказала ему о Лоренсо.

– Рэй, я…Не сужу тебя, мы с тобой не были в отношениях в этот момент, и если ты говоришь, что это ничего не значит для тебя, значит, так и есть…

Она взглянула на него украдкой и увидела в его взгляде понимание и сочувствие.

– Да, да так и есть. Просто я не хочу, чтобы ты думал, что я какая-нибудь распущенная или ещё что-то вроде того, потому что это совсем не так. Мне было больно осознавать и принимать всё, что произошло между нами, и я решила, что переключись я на другого, смогу забыть о тебе. Но сейчас очень сожалею, что подумала так, и не разобравшись в ситуации, делала то, чего, по сути, могла и не делать.

– Но ведь ничего же не было?

– Нет, но это…

– Рэй, забудь, просто забудь и всё. Неважно, что было до, ты не разочаровала меня и никогда этого не сделаешь…

Рэйчел выдохнула и была счастлива, что услышала эти слова.

Когда они доели, то взяли свои недопитые бокалы и пересели на диван, включили телевизор и болтали.

Джастин смотрел на Рэйчел, и вдруг ему так сильно захотелось её поцеловать.

– Рэй?

– Да?

Он приблизился к ней, высвободив бокал из её руки, поставил его на стол.

Джастин оказался так близко, что Рэйчел даже растерялась от этого порыва. Она почувствовала, как её сердце забилось.

Джастин поцеловал её, и Рэйчел уж не смогла оторваться от него. Ей хотелось всё больше и больше его поцелуев, его прикосновений. Он аккуратно уложил её на диван и потом, чуть отдалившись, посмотрел прямо в глаза.

– Ты невероятная. Как же долго я ждал тебя.

– Джастин…

И они слились в страстном поцелуе, который продолжился ночью любви и познанием друг друга.

Наутро проснувшись в одной постели, они были так счастливы, как никогда раньше.

– Доброе утро.

– Доброе утро, красотка!

– Сегодняшняя ночь была просто волшебной…

– Ты была волшебной.

Рэйчел вопреки своему желанию кое-как вылезла из-под одеяла и поняла, что ей срочно нужно собираться на работу.

– Джас, милый, мне нужно поторопиться. Я опаздываю.

– Не-е-ет, ещё пятнадцать минут.

– Как бы мне хотелось, чтобы это не заканчивалось, но я должна бежать.

Джастин лениво поднялся с кровати и подхватил Рэйчел на руки.

– Сколько кубиков, – проведя по его животу рукой, сказала Рэйчел.

– Сегодня я заберу тебя?

– Да, я буду ждать тебя. А потом?… Может быть, повторим?

И Рэйчел рассмеялась, целуя Джастина.

– Обязательно! Обязательно повторим! – ответил Джастин и поцеловал её, прикусывая нижнюю губу.

– Слушай, Джастин, ты же помнишь, я рассказывала тебе про парня Мэри?

– Да, Пол, кажется?

– Именно! На следующей неделе у него будет концерт, он достал нам три билета. Нужно сходить, познакомиться с ним.

– Без проблем! Я только за!

Джастин отвёз Рэйчел на работу и сам поехал заниматься делами.

Рэйчел пришла в магазин первой и решила, наконец, разобрать книги и подготовить их к распродаже.

Глава 21

14 августа.

Мэри проснулась рано утром и почувствовала тошноту. Решив, что во всём могут быть виноваты съеденные ею вчерашние крылышки баффало, девушка пошла на работу. Но в магазине ей не стало лучше.

– Мэри, привет. Ты какая-то бледная. Что с тобой?

– Рэй, мне как-то не хорошо. У тебя нет таблеток от тошноты?

– Нет…Может, сходить в аптеку? Она же за углом, через пять минут я буду тут.

Мэри на секунду задумалась и начала считать в голове, сколько дней прошло с последних критических дней, и её глаза расширились. Она окликнула Рэйчел, идущую к выходу, подошла к ней и шепотом произнесла:

– Нужно купить кое-что ещё…

– Да, конечно! Что?

– Тест на беременность!

Когда Мэри выпила таблетку и сделала тест, она сидела в туалете и прокручивала в голове все их встречи с Полом. Могли ли они допустить оплошность и забыть о предохранении? Когда чувства берут верх, не всегда есть возможность контролировать свои действия.

Она крутила тест в руке и боялась взглянуть на него. Но в то же время представляла, каково это, быть матерью. Каково это, иметь ребёнка? Она всегда мечтала, чтобы её ребёнок родился в полной семье.

– Мэри, ну что? Что там? – Рэйчел стояла за дверью кабинки и ждала подругу.

Мэри вышла и протянула ей тест.

– Мэри!!! Ты беременна!

– Кажется, да.

– Ты рада?

– Я не знаю…

И немного помедлив, добавила:

– Боже, да что же я говорю! Конечно! Конечно, я рада! Рэйчел, я беременна.

Подруги обнялись и, не сдержав эмоций, расплакались.

– Мэри! Ты должна сказать об этом Полу!

– Да, да… я скажу, но чуть позже, не сегодня, сначала мне нужно сходить к доктору.

– Разумеется!

Пол забрал Мэри после работы, и они немного прогулялись по вечернему городу. Тошнота к вечеру отступила, но аппетит до сих не вернулся. За весь сегодняшний день она выпила только две кружки зелёного чая и не съела ни крошки.

Разговор плавно перетекал с темы на тему, и так пролетело пару часов, пока Мэри не начала чувствовать прохладу на своём теле.

– Детка, да ты замёрзла.

– Ничего.

– Вот, возьми мою куртку.

Он накинул свою кожаную куртку ей на плечи и бережно расправил рукава.

– Пойдём, я провожу тебя домой.

– Так не хочется…

– Знаю, мне тоже, но завтра рано вставать. Трудный день.

– Конечно, я помню. Ну, ты готов к концерту?

– Конечно!

Пол проводил Мэри и пошёл домой. Он шёл медленно, прокручивая в голове сегодняшний вечер. Он всё ещё не верил в то, что ему удалось найти такую девушку. Ему нравилось, что она была скромной, но с ним открывалась с совершенно другой стороны. Эта девушка вскружила голову и изменила его восприятие к миру.

Он шёл по улице один и улыбался, так что идущие мимо прохожие недоумевали «Что с этим парнем не так?»

Вдруг раздался звонок, определитель номера не сработал.

– Ну, здорово, братец.

Пол ощутил, как в его тело вонзилось сотни ножей, как только он услышал этот голос.

– Ты что молчишь?

– Рэймонд…

– Надо встретиться.

– В каком смысле встретиться?

– Да! Меня выпустили за хорошее поведение, эти ублюдки, наверное, рады были избавиться от меня. Ты бы знал об этом, если бы хотя бы иногда навещал меня!

Пол услышал голос Рэймонда, и его передернуло от мысли, что тот снова попытается втянуть его в неприятности.

– Рэймонд, что тебе нужно?

– Как что? Твой друг вышел из тюрьмы, тебе же наверняка есть что мне рассказать?

Пол молчал и не знал, что ему ответить. Он понимал: если пустит его в свою жизнь, то это будет началом конца.

– Рэймонд, извини, у меня сейчас много работы, давай как-нибудь в другой раз.

– Ладно, ловлю тебя на слове, чувак. Не прощаемся.

Всю ночь Пол не мог уснуть и вспоминал то время, что проводил в одной компании с Рэймондом.

После программной терапии по отказу от наркотиков, которая завершилась всего лишь какой-то год назад, ему было тяжело, наконец, научиться поступать правильно. Все эти три года, что его друг сидел, он твёрдо решил, что больше не хочет иметь с ним ничего общего и прервал всякое общение, когда Рэймонд хотел втянуть в свои аферы, происходящие за решеткой. Он не отвечал на звонки, избегал их общих знакомых, и вскоре ему даже пришлось сменить номер, потому что не переставал получать смс с просьбами и предложениями о каких-то махинациях.

Теперь, когда Рэймонд вышел из тюрьмы, как Пол будет избегать общения с ним, ведь они живут в одном городе?

Утром Пол пошёл в ванную и, увидев себя в зеркале, решил, что нужно всё-таки ненадолго лечь и постараться заснуть. Ведь сегодня вечером будет концерт, и вряд ли их слушатели будут рады смотреть на это измученное лицо.

Проспав около четырёх часов, он проснулся и вспомнил, что обещал Мэри отвезти её на работу. На телефоне было несколько пропущенных вызовов.

– Мэри?

– Да…

– Прости, я не очень хорошо себя чувствовал, всю ночь не спал, а под утро всё же отрубился и не слышал звонков. Вот такой я ненадежный парень.

– Да что ты… перестань! Мы с Рэйчел поехали вместе. Ты в норме?

– Да, прихожу в себя, только открыл глаза.

Мэри тяжело вздохнула.

– Жаль, что мы не увиделись. Так вы сегодня играете «Belmont”?

– Д-да, конечно, вы придёте? Три билета я оставил на ресепшн, как договаривались.

– Мы придём. Пол?

– Да?

– Я люблю тебя.

И Мэри была в шоке, что выпалила это прямо вот так, по телефону. Но слова уже вылетели, и причем с такой скоростью, что Пол ничего не разобрал.

– Не понял?

– Чего ты не понял? Люблю тебя, говорю!

– Мэри, детка… и я люблю тебя!

Мэри рассмеялась и оборвала звонок.

– Рэй?

– Что?

– Я сказала Полу, что люблю его!

– Ха-ха-ха, Мэри, это же здорово, а он что?

– Что, что, конечно же, ответил взаимностью.

– Ну конечно!

И подруги засмеялись.

– Я так за тебя рада, Мэри.

– Мне так хорошо, что хочется закричать!

– Милая, только не здесь. Сегодня на концерте дашь волю своим чувствам.

– Да! Там я не буду сдерживаться.

Глава 22

Вечером Джастин подъехал к дому Рэйчел и галантно открыл двери автомобиля выпорхнувшим из подъезда девушкам.

– Отлично выглядите!

– Спасибо. Мы старались.

Заходя в Balmont, Мэри увидела Пола и потянула Рэйчел с Джастином, чтобы успеть познакомить их перед концертом.

– Привет, ну ничего себе! Ты просто красотка!

– Не смущай меня.

Мэри раскраснелась и указала на своих друзей.

– Вот, познакомься, это Рэйчел и Джастин. Ребята, это Пол.

После обмена любезностями Пол сообщил, что через десять минут начнётся концерт, и ему нужно настроить инструменты.

Ребята прошли в зал и заняли свободный столик. Пока группа играла, Рэйчел успела пропустить несколько бокалов с коктейлем, а Джастин взял пива.

– Мэри, а ты ничего не будешь? – спросил Джастин, обратив внимания на то, что она ничего не заказывает.

– Нет, нет, я ничего не хочу, спасибо.

Джастин вопросительно посмотрел на Рэйчел, но получил в ответ грозный взгляд, сопровождающийся отрицательным мотанием головы.

У Джастина зазвонил телефон, и он отлучился на несколько минут, чтобы поговорить, оставив девушек наедине.

– Мэри, ты что, до сих пор ему не сказала Полу?

– Я…нет. Но я скажу, сегодня я всё скажу.

– Ты же была у доктора уже несколько дней назад, почему ты тянешь?

– Я нервничаю… а вдруг…

– Нет! Не смей даже думать об этом! Он непременно обрадуется! Всё будет в порядке!

– Я скажу! Но до тех пор ничего не говори Джастину! Эти парни, они все заодно, не хочу, чтобы он узнал это от кого-то раньше меня!

– Ах, значит, вот как ты думаешь о Джастине?

И Рэйчел сморщила лоб и надула губы.

– Ну ты же понимаешь, о чем я.

И Мэри рассмеялась, подталкивая подругу плечом.

– Да поняла я, поняла. – Та ответила ей взаимностью.

Пол закончил своё выступление, и ребята вышли из бара, отправившись в кафе.

– Ты молодец, дружище! Отлично отыграли!

– Да, спасибо! Всё работает, как отлаженный механизм.

– Это здорово. Кто у вас пишет песни?

– Я… в основном я.

– Здорово.

– Я рад, что вы пришли. Мэри давно хотела нас познакомить, и наконец-то это случилось.

– Да! Мы тоже рады, – отозвалась Рэйчел.

Мэри очень обрадовалась тому, что ребята поладили, потому что для неё это было очень важно, особенно теперь, когда она носит под сердцем ребёнка Пола.

Они погуляли по набережной, и Джастин отвёз Мэри с Полом к нему домой.

Рэйчел сидела на соседнем сиденье с Джастином и смотрела на то, как он управляет автомобилем.

– Рэй, почему ты так смотришь?

Рэйчел улыбнулась и увильнула от ответа.

– Что ты улыбаешься? Может, всё-таки скажешь мне, в чем дело?

– Просто… Мне нравится, когда ты за рулём.

– Нравится, когда я за рулём? Это что-то новенькое.

– Ты такой мужественный!

И Рэйчел провела рукой от его плеча до пальцев, которые крепко зажимали рычаг передач.

Джастин улыбнулся и поцеловал её руку.

– Рэй, я люблю тебя!

Она просияла, услышав это. Ее сердце, кажется, замерло на несколько секунд, но потом ритм вновь восстановился, и она на выдохе произнесла:

– Я тоже люблю тебя.

Они отправились в дом Джастина. Рэйчел была здесь впервые, и ей было очень интересно узнать, как он обустроен. Джастин припарковал автомобиль возле гаража и помог Рэйчел открыть дверь.

– Вау! Кто это у нас джентльмен такой? – подшутила над ним Рэйчел.

– Конечно же, я, всегда к вашим услугам, – Джастин учтиво поклонился.

– Ты лучший ухажёр изо всех, что я знаю.

– О, и много их было? – Джастин притянул Рэйчел к себе.

– Слишком много, чтобы помнить, но ты точно лучший, – прошептала Рэйчел на ухо.

– Детка, ты меня соблазняешь?

– О, да!

– Тогда ты доигралась!

Он перекинул Рэйчел на плечо и понёс в дом, словно дикий зверь, поймавший добычу.

– Джастин! Ты безумец! Отпусти меня!

– Ну уж нет, мышка Рэй, ты попалась.

Из соседнего дома вышла старушка, узнать, откуда доносится шум. Рэйчел помахала ей рукой и улыбнулась.

Они вошли в дом, и Рэйчел была поражена обстановкой. Всё было стильное, местами винтажное и продуманное до мелочей. При входе взору открывается белоснежная кухня, столовая зона и гостиная с огромным бежевым диваном, который так и манил прилечь и отдохнуть. Казалось, что в доме пространство намного больше, чем можно было бы подумать, когда смотришь на него с улицы. Оглядевшись по сторонам, Рэйчел заметила в углу, возле самого большого окна, что-то, прикрытое простынёй. Она слегка наклонила голову, чтобы понять, что это такое. Повернувшись к Джастину, Рэйчел поняла, что он наблюдает за ней с нескрываемым удовольствием.

– Джас, что это?

– А как ты думаешь?

– Силуэт мне напоминает мольберт.

– Открой и сама посмотри.

Рэйчел стянула простыню и ахнула от удивления. Там было всё: мольберт, краски, даже раковина и стеллаж с многочисленными коробочками, в которых лежали новые кисти, палитры и запасы красок.

Рэйчел не могла вымолвить и слова.

– Рэй, поговорим немного? – Джастин взял её за руку.

– Джас, это для меня?

– Я сейчас всё объясню, прошу, просто послушай меня. В тот день, когда ты увидела меня с Эмили, я порвал с ней, после меня уволили с работы. Но меня это нисколько не тронуло, все мои мысли были только о тебе, я не мог поверить, что потерял тебя навсегда, мне было очень стыдно за то, что я так поступил с тобой. Попытки связаться с тобой не увенчались успехом, но я и мысли не допускал о том, чтобы забыть тебя. Рэй, у меня была вера в то, что когда-нибудь ты простишь меня. Именно тогда я решил начать новую жизнь, чтобы, когда мы вновь будем вместе, перед тобой был новый Джастин, не отягощённый прошлым. Мне пришлось избавиться от всех вещей в доме и наполнить его новыми. И, Рэй, покупая мебель и обставляя дом, я думал, мечтал о том, что буду жить здесь вместе с тобой. Я так хочу, чтобы этот дом стал и твоим домом тоже. Переезжай ко мне. Давай вместе провожать закаты и встречать рассветы, потому что твоё лицо – это единственное, что я хочу видеть по утрам.

– Эм… Джас… ты обустроил дом для нас? – Рэйчел была в небольшом шоке от услышанного.

– Тебя напугало это? Извини, вот я придурок. – Джастин вскочил и начал наматывать круги по гостиной.

– Джас. Джастин. Посмотри на меня.

На его глаза навернулись слёзы, он сам не ожидал такой реакции от себя.

– Это лучшее, что для меня когда-либо делали. Извини за такую реакцию, я просто шокирована. Я принимаю твоё предложение жить вместе. Я люблю тебя, Джастин Мюррей.

Джастин подхватил Рэйчел на руки и закружил по комнате.

– О, Рэйчел Джонс, а я-то как сильно люблю тебя! Ты сделала меня самым счастливым мужчиной в мире!

– А что с твоей работой? Что будет дальше?

– Я бы всё равно не смог там работать, пока мы были в разлуке, я не только дом переделал, а ещё и придумал, как применить свои знания в юриспруденции и освободить время для карьеры фотографа!

– И как же?

– Мы с моим другом, по прошлой работе, создали сайт, на котором оказываем юридические услуги онлайн.

– Здорово! Джастин! Это же гениально!

– И это работает! У нас куча заявок, и мы начали зарабатывать.

– Я горжусь тобой, милый. Заявляю! Мой мужчина самый гениальный, самый умный и просто идеальный!

– Ты ещё больше будешь мной гордиться, детка! Я на всё готов, только будь рядом.

– Буду.

– А я буду рядом с тобой и больше не отпущу твоей руки.

Глава 23

20 августа стал значимым днём для Мэри и Пола.

Мэри призналась Полу в том, что она беременна. Она не ожидала столь бурной реакции Пола, он очень обрадовался. Кружа её в своих объятьях, благодарил Бога и Мэри, за столь прекрасный подарок.

Он убедил Мэри, что готов на всё ради неё и ребёнка.

Пол, не задумываясь, предложил жить в месте и переехать в его квартиру, Мэри согласилась.

Ребята начали жить вместе, и это было поистине волшебное время. Пол уже не представлял своей жизни без этой девушки. Каждый вечер на столе стоял горячий ужин, все вещи постираны, а в квартире были уют и порядок, чего никогда ему не удавалось достичь самому. Мэри была его поддержкой и опорой. Она была его светом, который сиял и направлял на правильный путь.

Беременность протекала нормально, и поводов для беспокойства не было, поэтому Мэри продолжала работать в книжном магазине в ожидании своего декретного отпуска.

Мэри очень хотела познакомить Пола со своими родителями. Но они уже, пару недель отсутствовали в городе, так как отправились в Новый Орлеан, для того чтобы навестить родственников Роберта и должны были вернуться в Ньюпорт, лишь в конце октября. Мэри была уверена в том, что Пол понравится родителям. Они простые люди и легко находят контакт с любым человеком.

Глава 24

Перед тем как окончательно переехать к Джастину, Рэйчел нужно было обсудить это с родителями и познакомить их со своим возлюбленным.

Джастин ужасно волновался и извёл Рэйчел вопросами про родителей: что они любят, о чём говорить, а о чём лучше промолчать.

– Джас! Я умоляю тебя, ты стал параноиком! Всё будет хорошо, мои родители – самые обычные люди, они точно не съедят тебя на ужин, просто будь собой. Хорошо? И этого будет достаточно.

– Хорошо, Рэй, спасибо. Я понял.

Они заехали в цветочный, Джастин делал попытки купить что-то слишком вычурное и дорогое, но Рэйчел смогла убедить его, что для мамы будет достаточно купить скромный букет из кустовых роз алого цвета.

Подъехав к дому, напряжение Джастина достигло своего апогея, поэтому, паркуясь, он чуть не снёс мусорный контейнер. Рэйчел не смогла скрыть своего смеха, когда он посмотрел на неё ошалевшим взглядом.

– Ну что, ты пришёл в себя? Нам пора идти.

– Да, да, конечно, пошли.

– Послушай, ты даже перед нашим первым свиданием меньше волновался.

– Я сам не пойму, что со мной такое, но я так сильно хочу им понравиться.

– Милый, они будут от тебя в восторге. Обещаю.

Джастин и Рэйчел поднялись в квартиру родителей. Как только они открыли дверь, их окутал аромат домашней еды, особенно выделялся запах лимонного пирога.

– Мам, пап, мы пришли!

Сара и Бэн вышли им на навстречу.

– Мистер и миссис Джонс, здравствуйте, я Джастин.

– Очень приятно познакомиться, сынок, проходите, – Бэн пожал Джастину руку.

– Эм, миссис Джонс, это для вас. – И он протянул ей букет алых кустовых роз.

– Джастин, они прекрасны, спасибо большое. Получать цветы в любом возрасте приятно, не так ли, Бэн? – Сара с укором посмотрела на мужа.

– Папочка, кажется, это тебе адресовалось? – подмигнув, прошептала Рэйчел.

– Не думаю, – шепнул в ответ Бэн.

Они прошли в просторную гостиную. Белоснежная мебель и бирюзовые акценты в элементах декора придавали квартире атмосферу пляжного дома. Стол был уставлен многочисленными блюдами, в основном морепродуктами, без которых не обходится ни один прибрежный городок. И конечно же, лимонный пирог.

– Мама, ты столько наготовила, нам и за неделю всё это не съесть! – изумилась Рэйчел.

– Я немного увлеклась, – смущённо ответила Сара.

– Миссис Джонс, вы здорово потрудились.

– Джастин, прошу, называй меня просто Сара, а то я чувствую себя старушкой.

– Ну что вы, это совсем не про вас. Сара, вы выглядите потрясающе.

– А меня можешь называть просто Бэн, и давай на ты, а то это напряжение не пройдёт никогда.

– Отлично, Бэн, а то я скоро с ума сойду от волнения. Рэйчел докажет, что я просто сам не свой от знакомства с родителями моей любимой.

От этих слов родители Рэйчел растаяли окончательно и бесповоротно полюбили Джастина, как родного сына.

– Ребята, раз вы решили к нам заглянуть, значит, вы хотите нам что-то сообщить? Мы правильно понимаем? – спросил Бэн.

– Мам, пап, мы с Джастином решили жить вместе, в его доме.

– Это серьёзный шаг, Рэйчел, – Сара сказала это немного напряженно.

– Сара, я уверяю, что смогу позаботиться о Рэйчел, у меня есть работа, дом, машина. А самое главное, мы безумно влюблены. Я никогда не обижу её. – Джастин крепко сжал руку Рэйчел. – Я клянусь, что буду оберегать её и поддерживать во всём.

– Мама, папа, я сейчас так счастлива, я его очень сильно люблю. Мы два взрослых человека и приняли это решение осознано.

– Вы можете приходить к нам, когда захотите, мы всегда будем вам рады, – добавил Джастин.

– Рэй, Джастин, как вы и сказали, вы давно уже не дети и вправе самостоятельно принимать такие решения. Мы благодарны вам за то, что вы проявили уважение и поделились этой новостью с нами. Я и Сара можем только пожелать счастья и порадоваться за вас. И Джастин, учти, что с этих самых пор мои глаза всегда на тебе, не обижай мою девочку.

– Никогда, Бэн. Я оправдаю ваше доверие и не подведу.

– Молодец сынок, за любовь можно и нужно бороться, и я рад, что ты не боишься давать столь важные и сложные обещание, а уже жизнь покажет, сможешь ли ты их сдержать. Мы с Сарой через многое прошли на пути к своему счастью, нам приходилось принимать непростые решения, но он того стоило.

Бен родился и вырос в бедной семье, он был старшим из четверых детей, поэтому очень рано начал работать для того, чтобы помогать родителям прокормить семью. Это была работа в порту Джеймстауна, она заключалась в починке моторных лодок, в чём он быстро преуспел. Джеймстаун – небольшой городок, расположенный на острове Конаникут, окружённый водами Атлантического океана. Людей здесь живёт немного, но есть укромные живописные пейзажи, завораживающие своей неповторимостью, умиротворением и красотой.

Сара – девушка из богатой семьи, выпускница Колумбийского университета, в то лето она приехала с семьёй в Джеймстаун. Родители настояли на том, чтобы Сара провела с ними месяц в этом уединённом месте после напряженного выпускного года.

Однажды тёплым июльским вечером она отправилась прогуляться по тихим улочкам городка, чтобы хоть чем-то себя занять. После шумного и вечно живого Нью Йорка, Джеймстаун был для неё слишком тихим и скучным. Погрузившись в свои мысли, Сара пришла к скалистому берегу. Не ожидая того, что под ногами может быть скользко, она подошла слишком близко к обрыву. В то же время Бен, устроившись под деревом, доедал свой ланч и собирался вернуться к работе. Он увидел прекрасную незнакомку на самом краю обрыва, и, отложив сэндвич, наблюдал за происходящим. Девушка смотрела на облака и не замечала подстерегающей её опасности. Бен не спеша встал и направился в сторону обрыва. Он понимал, что стоит ей опустить голову и посмотреть вниз, она неминуемо сорвётся вниз. Бен подкрался к девушке беззвучно и аккуратно взял её за руку, притянув к себе. Сара была напугана и возмущена поведением это наглого типа. Она замахнулась для того, чтобы дать ему пощёчину, но он схватил её за запястье, и шансов вырваться у неё не оставалось. Сара кинула свой взор на лицо этого наглеца и замерла. Она растворилась в глубине его зелёных глаз и потеряла себя в них бесповоротно.

С тех самых пор они были неразлучны. Её родители были против их отношений, произошёл сильнейший скандал, и Сара была вынуждена отказаться от своей семьи, вышла замуж за Бена и осталась жить в Джеймстауне. Она никогда не высказывала сожаления о сделанном ею выбора, но возможно в глубине души задавалась вопросом «А что было, если бы я поступила иначе?». Но они были счастливы и любили друг друга на протяжении двадцати шести лет. И любое «А что если…?» не имело никакого значения.

Рэйчел и Джастин пробыли у родителей до полуночи, решили вопросы с квартирой, в которой жила Рэйчел. Было принято решение сдавать её туристам, это принесёт отличную прибыль в курортный сезон, которую будут перечислять на сберегательный счёт Рэйчел, на будущее.

Уходя, Джастин сказал:

– Скоро у моей мамы будет день рождения, и я был бы счастлив, если бы вы отправились вместе с нами в Провиденс, познакомиться и отметить праздник. Родители будут в восторге и от вас, и от Рэйчел.

– Будет здорово! Большое спасибо за приглашение, – ответила Сара.

Рэйчел была удивлена столь скорому согласию, но это означало только одно – родители полюбили Джастина, а это самое главное.

По возвращению домой Джастин без умолку рассказывал Рэйчел о том, какие замечательные у неё родители. Они вспоминали шутки и моменты прошедшего вечера и смеялись до колик в животе.

Рэйчел и Джастин засыпали в объятиях друг друга, умиротворенные и довольные.

* * *

Время шло своим чередом, пара привыкала, друг к другу, особого труда это им не составляло, так как они по уши были влюблены друг в друга.

Джастин, совместно с Вилли, много работали и наняли ещё пару ребят, так как Джастину нужно было освободить время для фотографии.

Джастин и Рэйчел посещали множество красивых мест Ньюпорта и окрестностей. Пара часто выходила на яхте в океан, отправлялась подальше от города, они встречали потрясающие закаты, которые Джастин талантливо запечатлел на камеру, а Рэйчел, вдохновлённая пейзажами, творила в своём уголке для живописи.

Помимо природы, Джастину нравилось фотографировать людей, жизнь, движение. Он брал камеру повсюду, будь то бары, рестораны или фестивали. Чаще всего он фотографировал Рэйчел, она особенно хороша была на черно-белых снимках.

Во всём этом было что-то интимное, волшебное и эстетически очень красивое. Определённо это были лучшие его работы.

Джастин оборудовал в подвале проявочную комнату, и они с Рэйчел часто называли процесс проявки фотографий волшебством – секунда жизни, перенесённая на бумагу и увековеченная на года.

Джастин выставлял свои работы на различных стоковых сайтах, к середине сентября его фотографии начали покупать и наконец-то появились первые предложения о сотрудничестве, а также частные предложения о съёмках типа день рождения, свадьбы, крестины. Несколько раз Джастин соглашался на подобные фотосессии, но его это не особо вдохновило; да, в них были настоящие моменты, но в основном постановочные фото, навязанная тематика. А он любил свободу самовыражения.

Рэйчел предложила Джастину послать портфолио в какой-нибудь журнал, либо организаторам выставок, но он до ужаса боялся. А что если его не оценят? А что если скажут, что это работы полного неудачника? Но ей всё- таки удалось уговорить его. И они вместе разослали его портфолио в несколько агентств и журналов. Теперь дело осталось за малым: ждать и надеяться наудачу.

Глава 25

Рэйчел и Мэри договорились посидеть в кафе «Мама Луиза» вместе с Джозефом и немного посплетничать, девушкам было, что рассказать ему.

Рэйчел зашла к Джозефу в кабинет, для того, чтобы пригласить его на ужин.

– Джози, ну ты же знаешь, что я по тебе соскучилась? Нам срочно нужно увидеться после работы, и ещё у нас с Мэри для тебя есть очень важные новости.

– Знаю, тыковка моя. Знаю. Давайте сходим сегодня куда-нибудь после работы? Ты меня заинтриговала, что за новости такие?

– Ты скоро всё узнаешь! Встречаемся в «Мама Луиза»

– Отлично!

Заняв столик в кафе заранее, они пришли туда и заказали ужин.

– Ну, так что? Что вы хотели мне рассказать?

– Джози, у нас с Полом будет ребёнок!

– Да ты что? Я вас поздравляю! Это же прекрасно! Какая же ты счастливая, завидую тебе белой завистью, милая моя.

– Джози, всему своё время. Когда-нибудь и ты найдёшь своё счастье, и у вас тоже будет малыш.

– Уповаю на твои слова, дорогуша.

Рэйчел перебила их.

– Джози, Мэри, это ещё не всё!

– Что?! Ты тоже беременна?

– Не-е-ет, нет, я не беременна. Во-первых, Джастин решил отправить свои работы в журналы и организаторам выставок!

– Что!? – в два голоса воскликнули Мэри и Джозеф.

– Да! Мне так долго пришлось его уговаривать, он очень талантливый фотограф! И я думаю, что у него большое будущее!

– Джастин молодчина, я знала, что он хороший парень! – сказала Мэри.

– Он лучший мужчина в моей жизни. А ещё завтра у меня очень важная встреча, которая, возможно, изменит всю мою жизнь.

Мэри удивленно посмотрела на подругу.

– Что за встреча?

– Я иду в галерею Гареда Батиста. Я буду показывать ему свои работы, и возможно, какие-то он сочтёт стоящими и выставит их у себя.

– Это здорово, – ответила Мэри. – У тебя обязательно всё получится.

Джозеф посмотрел на девушек подозрительным взглядом.

– Так, подождите-ка минутку… Так значит, Мэри уйдёт в декрет, а ты, Рэйчел, будешь писать картины? Вы что, обе покинете меня???

Девушки переглянулись, не подумав об этом.

– Кажется, что так и есть…

Они бросились друг к другу в объятия.

– Эй, неужели эта глава нашей жизни подойдёт к концу? Я уже не представляю свой книжный магазин без вас. А как же наши постоянные разговоры по утрам и обсуждение надоедливых покупателей?

Рэйчел положила свою руку на руку Джозефа.

– У нас ещё есть минимум полгода, чтобы делать это, Джози! Но всё же подыскать новых работников уже стоит.

– Мэри, когда ты уходишь в декрет?

– Я планирую проработать, как можно дольше.

Тут их разговор прервал официант, который принёс салаты.

– А какой у тебя сейчас срок?

– Джози, не смотри на меня такими глазами, я пока не собираюсь никуда уходить, у меня всего лишь девять недель.

– Ну, а я… – опять перебила её Рэйчел, – ещё не знаю, выйдет ли что-нибудь из этого. Поход в галерею ведь не даёт мне никаких гарантий, это всего лишь встреча. Поэтому о моем уходе пока тоже нет ясной информации. Просто, если всё получится, то мне будет нужно больше свободного времени, чтобы творить.

– Ну, девочки, вы меня просто обескуражили. Я рад за вас, за вас обеих, и надеюсь, что вы никогда не забудете о том, где все началось.

И Джозеф положил свою руку в центр стола.

– Никогда.

– Никогда.

И девушки положили свои руки сверху.

Как в детстве, перед тем как сделать что-то важное, мы складывали свои руки вместе и расцепляли их, будто придавая друг другу тем самым сил и уверенности в себе.

Глава 26

25 сентября.

Сегодня Рэйчел нужно было написать приветственные слова для галереи Батиста, работу над которыми она так долго откладывала.

Дело в том, что эта галерея одна из самых крупных и внушительных не только по своим размерам, но и по тому, сколько художников представляло там свои работы. Но чтобы притронуться, так сказать, к этому искусству, а уж тем более стать его частью, нужно было безупречно показать себя перед руководством.

Рэйчел предстояло показать три свои самые лучшие работы и произнести речь, в которой она расскажет, как она стала художником, что её к этому сподвигло и т. д.

Тогда у неё будет шанс участвовать в одном из самых крупных аукционов страны. Они проходят каждый год, собирают большую сумму денег на благотворительность, а художник получает с этого отличный гонорар и плюс ко всему приобретает известность, шанс оставить после себя что-то стоящее, что-то, чем можно будет гордиться. Учитывая, что настоящие таланты оценивают с большим трудом и меньшей охотой, за такой шанс стоило ухватиться обеими руками.

Рэйчел в итоге не стала ничего писать и положилась на саму себя. В конце концов, в порыве можно сказать более выразительные и глубокие слова. Да и к тому же это же не поэтический конкурс, и главную роль тут будет играть не то, что она скажет, а что скажут её картины.

Когда она зашла в эту огромную галерею, она как будто очутилась в каком- то совершенно другом, но при этом родном и уютном мире. Это было такое место, где гармония присутствовала во всём, даже в воздухе. Странно было наблюдать со стороны за тем, как люди, находясь в таком месте, куда- то бегут и торопятся. Тут, наоборот, хотелось замедлить шаг и идти, вдыхая каждой частичкой себя эту атмосферу, где находилось столько творений талантливейших людей. Рэйчел подошла к кабинету, на котором висела табличка с именем «Гаред Батист», она поднесла руку к двери и остановилась… эта дверь, возможно, навсегда изменит её жизнь…

Она постучала и, слегка помедлив, открыла её. Перед ней расстилался шикарный панорамный вид из окна, который делал кабинет непохожим на кабинет, по крайней мере, каким себе его представляла Рэйчел, пока шла сюда. Тут было очень много света. Не было ни одного тёмного или неосвещённого уголка. Рэйчел всегда мечтала, чтобы именно так выглядела её мастерская.

Кабинет был очень просторный. Там было огромное множество картин, но они не висели на стенах, как это привычно было видеть, а лежали в коробках. Сколько человек написали их? Сколько писателей таится внутри? Рэйчел было интересно взглянуть, хотя бы одним глазком, но она ни за что бы не осмелилась спросить об этом.

Справа и слева от Рэйчел на входе стояли две скульптуры, но она так и не смогла разобрать, что это. А эта люстра, просто нереальных размеров, она могла бы легко осветить какой-нибудь дворец.

Рэйчел, ошеломлённая таким видом, как будто и вовсе забыла, зачем она пришла сюда, и немного опомнившись, обратила свой взор на него. Это был Гаред Батист. Он был невероятно статный и коренастый мужчина. Владелец галереи очень славный и добрый мужчина лет пятидесяти, невысокого роста, слегка полноватый. Но при всей его милой и располагающей к себе натуре он был безумно строг и скрупулёзен к своей работе.

Его пронзительно голубые глаза не тускнели, несмотря на немолодой возраст, и смотрели с глубоким уважением и интересом. Гаред был человеком, несомненно, располагающим к себе. Но при этом рядом с ним было страшно сказать какую-то глупость.

– Здравствуйте, я Рэйчел, мы с вами договаривались о встрече.

– Здравствуй, Рэйчел, проходи, садись, куда тебе будет удобно. Ну, с чем же ты пришла к нам в гости? Ты извини, что я так сразу тебя атакую. Не хочу тратить время, которого у нас и так всегда мало, предлагаю сразу же перейти к делу.

– Конечно, я уверена, что у вас множество дел, не требующих отлагательств. Вот три картины, которые, как я считаю, смогут передать вам мой почерк.

– Так, ну что ж, давай посмотрим.

Он вглядывался в картины, пока Рэйчел смущённо наблюдала за его реакцией.

– Ага… Да… В этом определённо что-то есть.

И Гаред продолжал рассматривать картины одну за другой, то сидя в кресле напротив Рэйчел, то, взяв картину в руки, начинал ходить с ней по кабинету, постоянно приговаривая что-то и комментируя. Рэйчел слегка напряглась, не зная, что и думать, хороший это был знак или же наоборот, дурной. Она просто покорно сидела в кресле и ждала вердикта. Потом в один момент она всё-таки заметила удивительное для неё выражение на лице мистера Батиста. Это была улыбка. Да, это точно была она…

– Послушайте, Рэйчел, я совершенно уверен в том, что вы одарённый человек. У вас есть большие возможности и творческий, развитый взгляд для того, чтобы писать всё, что вы видите. Но! Вам просто необходимо найти стиль, один единственный стиль, по которому вас будут узнавать, не глядя на подпись на картине. Чтобы люди, видя ваши творения, знали вашу индивидуальность, знали ваши особенности. Эта картина! Где это?

И он указал на одну из её работ.

– На одной из небольших улочек в Италии. Я была там всего несколько дней, поэтому поскорее постаралась запечатлеть то, что осталось в моей голове. Этот старик совершенно необыкновенный, я не могла от него оторваться. Надеюсь, когда я делала его наброски неподалёку, он не счёл меня сумасшедшей, – рассмеявшись, сказала Рэйчел.

– А мне, глядя на эту картину, кажется, что ты знаешь его. Мне нравится эта работа, в ней есть твой штрих. А в двух других я вижу просто хорошего художника, но, к сожалению, ничем не запоминающегося. И я уверен, что ты много времени убила, чтобы нарисовать их. И это похвально. Но они пустые. А тут ты настоящая. Тут ты показываешь, что чувствуешь. Итак, это будет первая твоя работа, которую я выставлю здесь на показе в субботу. Ты согласна? Подписанием контракта можно заняться позже, как будет время. О гонораре не беспокойся, в документах всё будет прописано.

– Эм, да, конечно, я согласна.

Рэйчел была просто вне себя от счастья, но не подала виду, чтобы не напугать Гареда.

– А насчёт неудачных картин не расстраивайся, это лишь моё мнение, да?

– Я не расстраиваюсь, согласна с каждым вашим словом, мистер Батист.

– Называй меня просто Гаред, я, конечно, уже старик, но не настолько.

Улыбнувшись и оставшись полностью удовлетворённой этой встречей, Рэйчел поднялась с кресла.

– Ну, Рэйчел, спасибо, что заглянула. Настало время творить! Главное помни, что никто не отнимет у тебя «Тебя»! Ты должна знать, что сокрытые в твоей душе тайные чувства – твои лучшие помощники в этом деле. Покажи нам самое сокровенное, что таится в твоей душе, покажи наконец-то себе, на что ты способна. Покажи, какой след ты готова оставить после себя.

– Спасибо. Я постараюсь сделать всё, что в моих силах. И спасибо за все комментарии, я обязательно прислушаюсь ко всему, что вы сказали!

Рэйчел возвращалась домой с противоречивыми чувствами: с одной стороны она была безумно счастлива и горда собой, с другой стороны, страх овладевал её сознанием, да и не все картины произвели на него впечатление.

С порога её встретил Джастин.

– Ну что? Рассказывай! Удачно?

– Я даже не знаю. Он вроде бы был доброжелательным, но Гаред сложный человек, и его нелегко однозначно понять. Одну мою картину он выставит на предстоящей выставке.

– Это же замечательно?! – Джастин был в восторге от услышанного. Он крепко обнял Рэйчел.

– Да, наверное.

– Почему ты не радуешься?

– Просто… это будет символизировать начало моей новой жизни… Если всё сложится удачно, то мне придётся посвятить этому всё своё время.

– Да, я понимаю, ну так и что в этом плохого?

Рэйчел присела на диван.

– …почему-то вдруг так грустно стало…Я стала замечать, что когда в жизни появляется что-то новое, обязательно при этом что-то и исчезает из неё…

Джастин взял её за руку и подвинул ближе к себе.

– Ну конечно, это нормально. Когда я ушёл из юридической фирмы, мне тоже сначала было не по себе, но вскоре это прошло, когда я понял, что лучше я буду заниматься любимым делом, чем тратить время впустую, не имея шанса хоть что-то изменить для себя и жить, поддаваясь течению.

Рэйчел обняла Джастина и поблагодарила за то, что тот просто находится рядом с ней.

Глава 27

16 октября.

Наступил день рождения Элизабет. А это означает, что произойдёт знакомство двух семей. С родителями Джастина Рэйчел познакомилась по видеосвязи. Элизабет и Остин полюбили её как дочку, их родительское сердце было отныне спокойно, рядом с их сыном замечательная девушка, а самое главное, что Джастин счастлив. Родительское счастье ведь в этом и заключается.

Рэйчел долго не могла определиться с выбором подарка, и когда она была в отчаянии, в памяти всплыл момент первой встречи с Джастином. Она вспомнила, что он упомянул о том, что его мама любит читать.

Рэйчел похвалила себя за свою находчивость, она расспросила Элизабет о том, какие книги ей нравятся, но так, чтобы не вызывать подозрений. И как выяснилось, любимой книгой была «Джен Эйр» Шарлотты Бронте. А самое восхитительное, что день рождения 16 октября, приходится на дату выпуска первой книги в 1847 году. Рэйчел пришлось немало знакомых напрячь, для того, чтобы найти максимально ранний экземпляр, и ей это удалось. Через несколько дней она держала в руках книгу, напечатанную ещё 1894 году, тогда Бронте выпускалась под псевдонимом Каррер Белл. Поразительно то, что этой книге сто двадцать семь лет, и только ей известно, в скольких руках она побывала, сколько девичьих слёз впитала в себя, ведь столь разные эпохи эта книга прожила, и сколько ей ещё суждено прожить.

Джастин и Рэйчел заехали за Сарой и Беном, и они отправились в Провиденс. Родители здорово нервничали перед знакомством. Джастин пытался их успокоить рассказами о своей семье и о своём детстве. Въехав в Провиденс, все замолчали и просто любовались видами. Современная застройка очень гармонично сочеталась с классическими зданиями музеев, выставочных центров и галерей.

Когда они подъехали к дому Мюррей, им навстречу вышли Элизабет и Остин. Джастин про себя отметил, что мама с папой надели свои лучшие костюмы, было видно, что они так же сильно волнуются, как Сара и Бен.

Джастин вышел первым и открыл дверь для Рэйчел и Сары. Рэйчел сразу подбежала к встречающим.

– Элизабет! Остин! Наконец-то мы встретились вживую!

– Рэйчел, милая! Добро пожаловать!

Все трое обнялись, как самые близкие родственники. Для Джастина это был самый лучший момент в жизни.

– Дорогие, позвольте вам представить моих родителей, Сара и Бен Джонс.

– Добро пожаловать, мы очень рады с вами познакомиться! – доброжелательно сказала Элизабет.

– Остин.

– Бен.

Мужчины пожали руки. И Элизабет пригласила всех пройти на задний двор. Внутри была потрясающая атмосфера: большой стол, уставленный многочисленными угощениями и свечами, стоял на открытом патио, над ним всё было увешано огоньками, а на каждый стул был повешен плед на случай, если кому-то станет холодно. Вся картина напоминала больше деревенский дом, нежели городской. Но Саре пришлось это по душе. Все собрались за столом, и Джастин решил сказать тост.

– Мама, моя милая, добрая, красивая мама с лучистыми глазами. Я благодарен тебе за каждый день моей жизни. Спасибо тебе за заботу, ласку и любовь, которыми ты меня окружаешь с самого детства. Будь здорова, мама. С днём рождения!

– О! Сыночек мой. Джастин, зачем доводишь меня до слёз! – Элизабет крепко обняла сына.

Рэйчел была приятно удивлена отношениями матери и сына, его уважение стоило самого дорогого в мире, а её любовь была просто космических размеров.

Вечер проходил в приятном общении, Остин и Бен моментально нашли общий язык и разговаривали, не обращая ни на кого внимания. Остин показал Бену свою мастерскую, а это было высшей степенью доверия, так как он никогда и никого не впускал в неё.

Сара и Элизабет так же быстро нашли общий язык, они обе были воспитанными и начитанными, так что говорить было о чём.

Джастин и Рэйчел сидели, обнявшись, и просто молча наслаждались вечером.

– Мам! Что в итоге папа подарил тебе? – спросил Джастин, прерывая беседу.

– Джастин, как же я забыла рассказать!? Пойдёмте в дом, я сейчас покажу.

Едва зайдя в дом, все ахнули от удивления. По всей стене красовался книжный стеллаж из дуба, покрытый белой краской. Это была искусная работа, в нём было отражение викторианской эпохи, а резные детали, являющиеся карнизом, были точной копией карниза крыльца.

– Ребята, это стеллаж для моих книг! Боже! Я в восторге от него!

– Лизи, неужели Остин сделал это своими руками? – не в силах сдержать удивления, спросила Сара.

– О, да, милая! Он месяцев семь не выходил из своей мастерской.

– И оно того стоило, однозначно!

Рэйчел решила, что это был лучший момент для вручения подарка, и подошла к имениннице.

– Извиняюсь за то, что прерываю вашу беседу, но я хочу преподнести подарок, это для Вас.

Элизабет аккуратно вскрыла упаковочную бумагу и обомлела от увиденного.

– Рэйчел, Боже мой, это лучший подарок! Как ты смогла найти столь раннее издание? Я просто не могу поверить! Спасибо, дорогая.

– Ну что Вы, Элизабет. Я рада, что подарок пришёлся по душе.

Вечер продолжался в такой же доброй атмосфере, Рэйчел и Джастин, поняв, что родители так увлечены друг другом, что не замечают их, решили сбежать из дома. Они выглядели как два подростка, которые хотят улизнуть из дома, пока предки смотрят телевизор.

Джастин провёл Рэйчел по местам, где прошло его детство и юность, а потом ему пришла в голову сумасшедшая идея. Они тайком пробрались в школьный бассейн.

– Джас! Ты просто сумасшедший! А если нас поймают?

– Малышка, всё будет отлично, мы так сто раз делали с друзьями.

– Так, значит? И девочек с собой приводили?

– Нет, конечно, как ты могла обо мне такое подумать? – Джастин насмешливо щёлкнул по её носику, а Рэйчел толкнула его в плечо. Они сидели, опустив ноги в воду, и наслаждались моментом уединения.

– Давай искупаемся?

– А давай, раз уж мы нарушаем все правила.

Обнажёнными они прыгнули в бассейн, счастливые и безрассудные, оба испытывали давно забытое чувство свободы. Джастин приблизился к Рэйчел и поцеловал, она обвила его ногами, пожар между ними был всегда, а атмосфера этой ночи разжигала его с большей силой. Обратно они выбирались не столь аккуратно, и их заметил охранник. Он бежал за ними с фонариком, выкрикивая ругательства и проклятия. Джастин и Рэйчел смеялись до боли в животе, выбежав за территорию школы, они свернули за угол и остановились, чтобы отдышаться.

– Господи, Джас! Мне давно не было так хорошо, да и вообще не было никогда! Как же круто!

– Моя безумная Рэй! Здорово иногда устроить себе подобную встряску. Напомнить себе о том, какая жизнь прекрасная, разнообразная, а главное, она у нас одна, и только нам решать, как её проживать.

– Джастин, я люблю тебя.

– А я люблю тебя, малышка.

Глава 27

Рэйчел расстраивало то, что с Мэри никак не удавалось увидеться последние несколько дней. Мэри часто приходилось в последнее время ходить на приём к врачу. На начало ноября, у неё назначен плановый поход к врачу, и на этом приёме им с Полом скажут пол ребёнка.

Когда Пол узнал, что это будет девочка, он безумно обрадовался, и даже не сдержав эмоций расплакался. Он был уверен в том, что сможет сделать всё возможное, чтобы огородить её от этого порой несправедливого и злого мира, от той части, которой он и сам был поглощён какое-то время.

Мэри позвонила Рэйчел, и та вскрикнула ей в трубку.

– Боже, Мэри, я тебя поздравляю. Вас поздравляю! Как же ей повезло, что она родится на свет и у неё будете вы! Когда мы с тобой увидимся, столько всего нужно обсудить!

– Спасибо, милая моя. Да, да я знаю! Ты же ходила в галерею, прости меня, я обо всём забываю, кажется, моей беременности сопутствует кратковременная потеря памяти.

И подруги в голос рассмеялись.

– Всё хорошо. Обсудим это при встрече.

Они договорились о том, что Пол и Мэри зайдут к ним в выходные после встречи с мамой и папой.

Мэри договорилась с родителями об их знакомстве с Полом, её срок был уже около пятнадцати недель. Живот не был заметен, это была её первая беременность, и поэтому она ещё спокойно могла носить свои вещи, не вызывая подозрения. Хотя её любимые джинсы уже казались ей неудобными.

Было принято решение рассказать им сегодня. Для Мэри было очень важно, чтобы родители её поддержали. Они были для неё островком спокойствия, а родительский дом – местом, где все твои проблемы и радости будут общими.

Мэри с Полом зашли в дом, и их очень дружелюбно, в обычной своей манере, встретили Роберт и Дороти Миллеры.

После того, как Мэри объявила о беременности, обстановка вокруг стала ещё более расслабленной. Дороти позвала дочь поболтать обо всём поподробнее, а Роберт и Пол остались одни в гостиной.

– Ну, Пол, как дела в группе?

– Спасибо, сэр, всё хорошо. Недавно к нам на концерт пришёл один музыкальный продюсер и предложил свои услуги. Он занимается раскруткой.

– И что? Вы согласились?

– Я не знаю. Мне бы очень этого хотелось. Я, можно сказать, шёл к этому всю жизнь, но сейчас… Сами понимаете, ребёнок, семейная жизнь. Я бы не хотел пропадать надолго и не видеть, как растёт без меня моя дочь.

– Да, это правильно! Но знаешь, отказываться от мечты для семьи или из-за семьи… Сынок, послушай.

И Роберт приобнял Пола за плечо.

– Сколько вокруг нас есть талантливых людей, только оглянись вокруг. Включи телевизор или радио, сходи в кино или на концерт. Что было бы, если бы все, у кого рождались бы дети, бросали всё только из-за боязни того, что не будут участвовать в их жизни? Да мы просто не знали бы никого из них. И ничего из того, что они создали, мы бы никогда не увидели.

Твоя семья – это твоя поддержка и опора. Семья – это же твоё преимущество. Я считаю, что тебе не стоит торопиться с решением, нужно как следует всё обдумать.

Пол даже растерялся от этих слов.

– Вы так считаете?

– Ну конечно! Ты должен попытаться ухватиться за эту возможность обеими руками. Пусть тебе будет сложно, но у тебя есть мы. Теперь мы тоже твоя семья.

Пол растрогался от этих слов, и глаза его заслезились.

– Ну что ты. Иди сюда.

И Роберт обнял его.

– Только всегда помни о том, что семья должна стоять на первом месте.

– Несомненно.

Пол вытер глаза рукой и сделал глубокий вдох. Роберт предложил чаю и ушёл за кружками.

Пока его не было, Пол сел на кресло у окна и смотрел на задний двор, вспоминая свою семью, своих родителей.

Он не понимал, почему не заслуживал в детстве такого же трепетного отношения с их стороны, как от родителей Мэри.

Пол рос в полноценной семье. Но его родителям, грубо говоря, не было до него дела. Отец, Тодд, всегда занимался своими делами. Он работал в бюро, принимающем ставки, другим словом, тотализатор.

Его обязанность была в том, чтобы выудить с людей как можно больше денег, имея с каждой ставки определенный процент. И казалось бы, что же тут плохого? Человек работал, был примерным семьянином. Да только большую часть своей зарплаты он спускал, не уходя с рабочего места, ожидая, что когда-нибудь обязательно повезёт. Таким образом делая вид, что старается для семьи. Дома появлялся редко, потому что часто зависал со своими дружками.

Мать Пола, Ребекка, пыталась организовать свой швейный бизнес, но в итоге за неуплату налогов всё рухнуло. И после этого она стала часто выпивать, обвиняя всех вокруг в том, что её бизнес кому-то помешал и она не заслуживает всего этого, и прочую подобную чушь. В итоге Пол был предоставлен сам себе. Родители часто допускают такую ошибку. Они думают, будто их дети уже взрослые и их уже не нужно воспитывать, сами всему научатся. Да, возможно, одна история на миллион предоставит нам нужный пример, но в большинстве случаев такие дети ищут воспитания в других местах: школа, дворовые компании…

После этой истории с Рэймондом родители и вовсе махнули на него рукой, и он перестал с ними общаться. Не то чтобы они поругались, просто Пол уже давно не нуждался в их любви и сам мог позаботиться о себе. Хотя однажды в Рождество ему все-таки захотелось навестить Ребекку и Тодда. Но оказалось, что они развелись, и Тодд переехал в Нью-Джерси, а мать завела новый роман с кем-то по имени Скотт. Выглядела она ужасно в этот день. Полу было больно видеть её такой, несмотря на то, что она даже не обняла сына при встрече и отказалась пускать в когда-то и его дом.

Как потом выяснилось, Скотт был коллектором, вышибал деньги из должников. Странно было принимать это, потому что когда-то его мать и сама должна была деньги одному из его шайки, и проклинала всех, кто связан с этой «профессией».

После встречи с мамой Пол окончательно понял, что для его родителей его больше нет.

Наверное, у всех в жизни бывают такие моменты, когда кажется, что это конец. Что точки для возврата просто нет и, что бы ты ни делал, ничего уже нельзя изменить. Ничего. И ты думаешь, а нужно ли вообще было бы что-то менять? Какой смысл идти наперекор судьбе? Может, как бы ты не старался сделать иначе, ничего бы и не изменилось? Таких историй много, и он был не единственным человеком во всем мире, который пережил это. Случаются в жизни вещи и похуже этого. Так он размышлял. И остановился на том, что как бы там не было, все это в прошлом и не нужно вспоминать то, что не приносит тебе радости.

Пол услышал, что Роберт зашёл в комнату и поставил чай на стол, он повернулся и поблагодарил его.

Мэри и Дороти вернулись в комнату, более чем довольны разговором по душам.

Сегодняшний вечер прошёл в очень уютной и тёплой атмосфере. Давно Пол не чувствовал себя так, как чувствовал в доме у Миллеров.

Вернувшись к себе, ребята приготовились ко сну и уже легли в кровать.

– Мэри, у тебя замечательные родители.

– Всё прошло хорошо?

– Ты ещё спрашиваешь? Всё прошло просто замечательно. Знаешь, твой папа посоветовал мне не отказываться от услуг этого продюсера, который оставил мне визитку.

– Я ведь тоже говорила тебе этого не делать!

И Мэри испытывающим взглядом посмотрела на возлюбленного.

– Прости, милая. Прости. Просто я не был уверен, что это будет правильно по отношению к тебе и нашей дочке.

– Послушай, Пол, я хочу лишь одного, чтобы мы были счастливы. Чтобы все мы были счастливы. И я знаю, что для тебя значит музыка. Я же вижу, как ты вечерами сидишь за столом и пишешь песни, как репетируешь в любую свободную минуту. Ты должен рискнуть. И даже если из этого ничего не выйдет, то это ничего, мы справимся со всем этим вместе. За свою мечту нужно сражаться! Я когда-то очень давно хотела стать писателем. Но я растратила свои умения, и теперь, даже если захочу, из этого вряд ли выйдет что-нибудь стоящее. А ты… Несмотря на все испытания не бросил музыку. И ты должен добиться того, что хочешь, понял меня?

– Я люблю тебя.

– И я тебя люблю.

Глава 28

Совместная жизнь Пола и Мэри приносила удовольствие обоим, они были счастливы в своём мирке.

Мэри составила список продуктов, которые необходимо купить. Пол взял список со стола и отправился в магазин за продуктами для завтрашней встречи с друзьями.

Он шёл, наблюдая за тем, как дети играли, бросались разноцветными листьями, опавшими с деревьев. Он представил, как будет делать то же самое со своим ребёнком. Как же ему хотелось, чтобы поскорее наступило это время. Родители Пола практически никогда не играли с ним. Он хотел, чтобы его дочь росла не такой, как он, чтобы у неё все было по-другому.

Зря он пошёл пешком, пакеты оказались достаточно тяжелыми, к тому же недавно Пол сорвал спину на репетиции. Пришлось остановиться, чтобы немного передохнуть. Тут кто-то коснулся его спины.

– Здорово, мужик.

Пол, затаив дыхание, резко обернулся назад.

– Рэймонд?

– Ну? Что замер? Не рад увидеть друга?

– Привет. Ты как здесь?

– Я же кажется говорил тебе, что меня выпустили, но ты так и не соизволил мне позвонить! Ну, как оно?

Пол почувствовал, что все мышцы его тела непроизвольно напряглись.

– Всё в порядке, как ты?

Рэймонд потирал нос и оглядывался по сторонам.

– Нормально, я…нормально, знаешь, привыкаю к этому. Там за решеткой, всё по-другому.

– Представляю.

Пол пытался подбирать слова, чтобы разговор не развился дальше…

– Да нет, ты вряд ли это представляешь.

– Рэймонд, ты прости, что я не звонил, просто очень много дел.

– Да слыхал я про твои дела! Что, приударил за новой юбкой?

Пол очень разозлился, когда разговор коснулся этой темы, потому что он не хотел, чтобы Рэймонд совал свой нос в чужие дела.

– Это совсем не так!

– Да ладно, ладно тебе, расслабься ты уже, чего ты так напрягаешься?

И Рэймонд схватил его за плечи.

– Когда увидимся?

– Я…я не знаю…

– Ты какой-то странный, чувак! Пошли, я тебя провожу.

Пол поджал губы.

– Н-нет! Нет, не надо. Мне надо торопиться.

Тут у Рэймонда зазвонил телефон, и он отвлёкся на звонок.

Пол воспользовался удобной ситуацией и поскорее улизнул от него домой.

Он брёл не оглядываясь. В голове начали крутиться разные мысли. Неужели Рэймонд не видит, что это общение уже никому не нужно? У Пола была другая жизнь.

Когда человек старается измениться, сложно не сойти с верного пути. Лишь один шаг назад перечеркнёт все шаги, сделанные вперёд. Остаётся одно, не оступиться и идти по намеченному пути…

Когда он вернулся домой, Мэри заметила, что в его поведении что-то изменилось.

– Милый, всё хорошо?

– Д-да, да, всё хорошо.

Пол потёр подбородок.

– Знаешь… вообще-то нет, не все хорошо.

– Что такое?

– Помнишь, я рассказывал про парня, с которым мы раньше общались?

– Тот, что тебе звонил?!

Пол кивнул.

– Ну и что?

– Я видел его сейчас. Он опять просил о встрече.

– Так может тебе сходить? Ты не думаешь, что он мог измениться? Всем людям нужно давать второй шанс.

– Да, конечно. Но ты просто не знаешь его так, как знаю я. Он не из тех, кто может измениться.

– И что ты будешь делать? Ведь, как я вижу, твои попытки отвадить его от себя не увенчаются успехом.

– Я не знаю! Просто он очень настойчив. И ты права, он не понимает того, что я хочу ему донести.

– Просто скажи ему! Скажи как есть!

– Боюсь, это может плохо закончиться.

И Пол закрыл лицо руками.

– Будем надеяться, что в нём есть хоть капля благоразумия, и он оставит тебя в покое.

Через несколько дней Рэймонд опять позвонил Полу.

– Ну, так что? Сегодня ты свободен?

– Давай вечером встретимся в «Extreme place».

– Замётано.

Пол зашёл и увидел, что Рэймонд сидит за крайним столиком в конце зала, он прошёл туда и обменявшись рукопожатием сел за стол.

– Ну, может поведаешь мне, почему так долго не мог найти время на старого приятеля?

– Послушай, я очень рад, что тебя отпустили, правда. Я не хотел бы, чтобы твоя жизнь рушилась из-за одного неправильного поступка, но я вижу, что ты не очень-то стараешься что-то изменить.

– Я не понял, ты сейчас о чем вообще?

– После того, как тебя посадили, я как бы стараюсь жить иначе, понимаешь?

– Слушай, я же не говорю тебе, что сам этого не хочу.

Пол окинул Рэймонда оценивающим взглядом.

– Ты что, под кайфом?

– Да это только для настроения. Чувак, расслабься. Может, ты тоже хочешь расслабиться?

– Вот видишь, именно об этом я и говорю, мне это сейчас не нужно!

– Я не заставляю тебя колоть эту дрянь, не хочешь – твоё дело. Только тихо, а то меня пасут.

– Рэймонд, ты…просто пойми, я не хочу….

– Да? Знаешь, а ты молодец! Я ведь вступился за тебя в той драке! Ты…ну, знаешь, мог бы сказать спасибо.

Пол разозлился.

– Я не просил тебя об этом! Я был не прав, и готов был сам отвечать за свои действия! Этот парень, ты хоть соизволил сходить к нему? А я был… У него ведь семья, дочка Люси, такая милая, славная девочка. Ты понимаешь, что она могла остаться без отца?

– Что? Какого черта ты к нему ходил? Вот как ты всё красиво повернул! А почему я с ним подрался, помнишь?

* * *

4 года назад…

19 марта.

Пол и Рэймонд, закинувшись очередной дозой, пошли в бар. Они сели за стойку и пили виски. Их сознание ещё до прихода в бар было уже туманным, и повышение градуса только поспособствовало ухудшению их состояния.

Сзади них за столом сидели пятеро коренастых мужчин. Видимо, что-то отмечали. Потому что они громко выкрикивали тосты и пели песни.

Через пару часов этих посиделок Пол почувствовал, что его начало отпускать, и он пошёл в туалет, чтобы покурить дури. Когда он достал из кармана свои закрутки, зашёл один из тех парней из-за стола.

– Эй, мужик, ты что тут делаешь?

Пол был неадекватен и сказал тому убираться из туалета.

– Вали отсюда, жалкий наркоман.

Пола передернуло от этих слов, и он припер этого бугая локтем к стене.

– Тебя это не касается, слышишь? Это не твоё дело. Пошёл отсюда.

– Парень, убери свои руки, пока целы. Иди лучше проспись!

В этот момент в туалет заходит Рэймонд и видит, как тот отталкивает Пола и отряхивает свою одежду.

– Какого…?

И Рэймонд без раздумий набрасывается на этого парня и начинает его избивать.

Пол вдруг моментально протрезвел, когда увидел, что брызги крови начали разлетаться в разные стороны.

– Рэймонд, Рэймонд!

Он пытался оттащить его, но тело было ослаблено и руки его не слушались…

* * *

– Я не просил тебя драться за меня. Просто парень оказался правильным и пытался вразумить меня! Как мы выглядели со стороны? Это же просто отвратительно! Два убогих…

– Ну знаешь, тогда ты вообще-то не жаловался.

Пол выдохнул и продолжил говорить более спокойным тоном.

– Тогда! Это было тогда…Я не хочу возвращаться к этому. Я прошёл реабилитацию, и мне нелегко далось время после всего этого.

У него перед глазами опять всплыла эта картина, где приезжает скорая и забирает избитого парня на носилки, а Рэймонда в наручниках ведут к полицейской машине.

– Да ты мне всю жизнь будешь обязан! Я вывел тебя в люди. Кем бы ты стал, если бы не я?

И Рэймонд стукнул кулаком по столу, озираясь по сторонам.

– Трудно представить, кем бы я стал, если бы ты!..Тебе нужна помощь. Неужели ты так и будешь бунтовать против жизни и делать то, что хочется?

Рэймонд повысил голос.

– Я вовсе не…

Потом он вновь посмотрел по сторонам и заметил, что некоторые стали оборачиваться… и сказал чуть тише.

– Я вовсе не бунтую. Ты и сам придёшь ко мне. Но я твой друг, и поэтому, когда это случится, я приму тебя.

Рэймонд стукнул его по плечу.

– Бывай, старик.

Пол вернулся домой и не находил себе места. Хорошо, что Мэри сегодня осталась ночевать у родителей, потому что он хотел сейчас побыть один.

Пол вообще любил одиночество. Раньше оно его пугало, маленьким он никогда не оставался дома без родителей, его сразу одолевали все страхи, которые могут посетить ребёнка в возрасте семи лет: боязнь темноты, боязнь чудовища из-под кровати, боязнь разных непонятных звуков.

Поэтому в школе над ним часто подшучивали ребята. Но потом настал такой момент, когда страхи отступили, или Пол научился сдерживать их внутри. И он полюбил быть один. Он понял, что только в тишине и спокойствии можно обрести душевную гармонию, которую нельзя было достигнуть в присутствии других людей.

Пол достал из шкафчика пиво и расположился на диване. Он крутил в руках открытую бутылку и думал обо всём, что произошло сегодня.

Глава 29

Рэйчел встала с кровати, и сонная побрела в ванную, лениво умывшись и почистив зубы, она вышла, и тут к ней подлетел Джастин.

– Рэй! Сегодня семь месяцев со дня нашего знакомства. И я… в общем, у меня тут есть для тебя кое-что.

Джастин достал из заднего кармана своих джинсов конверт.

– Что???

Ошеломлённая Рэйчел не понимала, почему он вообще что-то ей приготовил, это же была не круглая дата.

– Да, я понимаю, что это не круглая дата, но просто скоро будет Рождество, и поэтому для воплощения моего подарка сейчас самое подходящее время.

– Джастин, я ведь ничего не…

– Ничего и не нужно, просто открой.

Она протянула руку и взяла конверт, достав оттуда два билета до Нью-Йорка.

– Ты серьёзно???Джастин, это же… И мы будем только вдвоём?…

– Ну конечно, только ты и я.

Она бросилась обнять его.

– Как здорово! Я не могу поверить. Целых три дня в Нью-Йорке.

Рэйчел оповестила Джози о том, что ей срочно требуется один дополнительный выходной, и он, понимая, что у него нет выхода, в шутку сказал ей:

– Ой да езжайте вы уже куда хотите!

– Люблю! Люблю! Люблю! Ты самый лучший.

– Да, это я знаю! Привезите мне… да, хотя бы, что-нибудь привезите!

– Конечно! Обязательно привезём, – рассмеялась Рэйчел.

Она сразу стала перебирать места, которые хотела бы посетить вместе с Джастином.

У Рэйчел была целая неделя, чтобы подготовиться к поездке.

Они собрали один чемодан на двоих.

Пол подбросил их до аэропорта, они попрощались и, сев в самолёт, с нетерпением ждали, когда окажутся в одном из самых известных городов в мире.

Когда самолёт приземлился, Рэйчел подскочила с сиденья и потащила Джастина за собой.

Нью-Йорк осенью – это отдельный вид искусства. Хотя сегодня был дождь, это не могло испортить атмосферу поездки.

Удивительно, как мегаполис может быть столь уютным и тёплым. Так прекрасно, скрыться от дождя в какой-нибудь кофейне, глубоко вдохнуть аромат свежесваренного кофе и выпечки. Именно так они и сделали.

Самым первым для посещения был “Times Square”, столько ярких и талантливых людей там можно встретить, просто прогуливаясь по улице. Кто-то танцует, кто-то поёт. Это не просто улица, это воодушевляющее, вдохновляющее и совершенно ни на что не похожее место. Находясь там, ты и сам чувствуешь себя необыкновенным человеком. Рэйчел была пропитана этой мощной энергетикой. Она постоянно одергивала Джастина, чтобы показать что-то. Он был рад, что отвёз её именно сюда.

После они побывали в “Empire State Building”.

Дождь уже закончился, но на высоте всё равно было достаточно ветрено. Но какой вид, смотровые площадки просто поражали грандиозностью своих строений. Они добрались сюда уже к вечеру, поэтому застали невероятное зрелище, когда верхушка небоскреба сияла разными цветами. Хорошо, что народу сегодня было немного, и можно было спокойно насладиться этим местом, потому что обычно, несмотря на то, что вход сюда недешёвый, людей здесь очень много.

Интересная экскурсия, на которой рассказывают о всех мелочах строения и работы этого здания. Эти богатые коридоры, умопомрачительные лифты, множество сувенирных магазинов, где Рэйчел с Джастином накупили подарков для своих друзей и родственников.

На следующий день погода разгулялась, и они решили отправиться в “Central park”, чтобы полюбовался красками осени.

Когда они зашли в парк, Рэйчел была поражена свободой людей. Буквально через дорогу находится такой шумный, такой грандиозный город, а тут преобладает тишина и умиротворение. Люди гуляют босиком, лежат на траве и едят свой завтрак. Тут есть и скалы, и фонтаны, а сколько здесь бегает животных.

Перед ними расстилались необъятные просторы, застеленные разноцветным листьями. Рэйчел и Джастин арендовали лодку и прокатились на ней по озеру.

– Джастин, ты только посмотри, как тут красиво.

– Да, это место очень притягивает к себе.

– Как жаль, что Мэри этого не видит, ей бы понравилось. Но ты покажешь ей свои фото, она будет в восторге.

– Конечно!

– Ты не отрываешься от фотоаппарата, милый.

– Здесь всё другое, мне хочется запомнить этот момент.

– Слушай, у меня тоже есть сюрприз для тебя.

– Что? Правда? И какой же?

– Сегодня мы с тобой идём на выставку одного фотографа, Нельса Марлена.

Джастин был очень заинтересован в походе туда. Это была отличная возможность обзавестись связями в сфере фотографии. Он никогда не слышал этого имени, но сколько есть в мире известных имён, которых он не знает… столько ещё всего впереди.

Они вышли из лодки, и пошли дальше гулять по парку.

Музыканты стояли практически на каждом углу. Невероятно играющие скрипачи и гитаристы, которые получают взамен на своё творчество овации и море аплодисментов.

Над головой развивается американский флаг.

Такой патриотизм, такая мощь и сила. Это место определённо раскроет все секреты о Нью-Йорке туристам. Здесь можно прочувствовать и культуру, и наследие и очень щепетильное отношение ко всему, что окружает людей. Каждый кусочек этого парка, поражает своей красотой, необычностью и навсегда остаётся в сердце.

Время было три часа дня, выставка уже открыта, пора было выдвигаться.

– Как же не хочется отсюда уходить…

– Я тебя понимаю…

– Джастин, давай сфотографируемся здесь? Посмотри это же Терраса Бефезда. Сколько съёмок фильмов проходило здесь, даже сложно себе представить. Как много людей… Боже, это нереальная атмосфера.

Они сделали фотографии и пошли на поиски выхода из парка.

Выставка проходила недалеко от Бродвея.

Добравшись туда на такси, и переплатив не малую сумму, только за то, что это было всеми известное желтое такси, они вышли из машины и направились к входу.

Около двери стояли кучки людей, очень интересные и необычные. Все были одеты в весьма непривычную одежду.

Рэйчел проходила, с заинтересованной улыбкой разглядывая этих персонажей.

Нельс Марлен был известен, но в малых кругах, он всю жизнь работает фотографом, но так же проводит мастер классы, и Рэйчел, ущемлённая тем, что Джастин приложил такие усилия, чтобы её удивить, решила реабилитироваться, и купила ему мастер-класс у этого фотографа. Но решила сообщить об этом только на самой выставке, сначала узнав о том, понравятся ли ему его работы.

Зал был немного темным, свет приглушен, а все окна занавешены. Все холсты были чёрно-белыми. На каждом фото были люди, их портреты шли от молодых к более зрелым.

– Рэй, ты тоже это видишь?

– Что? Что такое?

– Ты только взгляни, это фото просто потрясающее.

Джастин встал напротив одного из снимков и поставил одну руку на бедро, другой показывал Рэйчел, сколько в этом фото нюансов, которые на первый взгляд не имеют никого значения, когда ты просто смотришь на красивую фотографию. Но при этом невероятно сложно поймать этот миг, чтобы свет лёг именно так, как нужно.

Рэйчел, прекрасно понимая, о чем именно он говорит, податливо качала головой. Она была очень тронута тем, как Джастин загорелся.

Он шёл, медленно разглядывая все работы, представленные там.

– Джас, у меня есть для тебя кое-что ещё.

– Рэй, да ты шутишь? Зачем? Не надо было тратиться, я вовсе не ждал от тебя никаких подарков.

– Но ведь это важно для тебя! Тебе пора найти себя и отправляться в большое плавание, и вручила ему пригласительное на мастер класс.

– Чёрт, Рэй, иди сюда.

Джастин обнял её и поблагодарил.

На этом вечере им даже удалось пообщаться Нельсом. Хороший парень, открытый и вполне легко идет на контакт с любым, кто проявлял к нему интерес.

Рэйчел услышала, как её телефон зазвонил, и она взяла трубку, чтобы ответить.

– Алло?

– Рэйчел, привет! Это Гаред! Гаред Батист!

– О-о-о, мистер Батист, здравствуйте!

– Завтра будет выставка в честь дня благодарения, я выставляю тебя на этой выставке.

– Что? Вы серьёзно!?!?

– Милочка, какие тут могут быть шутки? Конечно же, я серьёзно! Если выставка пройдёт удачно, и картина зайдёт посетителям, что, в общем-то я уверен, обязательно произойдёт, то я готов предложить тебе работу! Будешь моим штатным сотрудником, и я периодически буду просить тебя писать картины, на необходимые мне темы!

– Правда? Это же здорово! Я очень рада.

Рэйчел приподнялась на цыпочки и начала тихонько прыгать.

После этого разговора она рассказал всё Джастину, и он поздравил её с первым шагом к реализации своей мечты.

– Сегодня же 24 ноября! День благодарения, Рэй! Может, сходим в ресторан и заодно отпразднуем это?

– Да, отличная идея! Неужели я не буду ничего готовить сегодня? Обычно этот праздник я всегда проводила у плиты.

– В этот раз всё иначе, будешь только ты и я, будем отдыхать, наслаждаться жизнью и обсуждать наши планы на будущее.

Рэйчел поцеловала Джастина и пошла собираться на ужин. Она одела расклешенные чёрные брюки в пол и белую кофту на одно плечо. Ресторан был недалеко от отеля, поэтому они быстро добрались. Народу было немного, все наверняка сидят дома и празднуют вместе со своими семьями.

Пол и Мэри, например, были в этот день у родителей Мэри.

Они с мамой приготовили индейку и провели традиционный, семейный ужин, наполненный тёплыми разговорами и просмотром альбома с фотографиями.

Пол поблагодарил Мэри за то, что она впустила его в свою семью, и был рад быть частью всего, что происходит. Он никогда раньше не ощущал такого. Только в детстве ему доводилось проводить праздники в кругу своих родных. И то, многочисленные проблемы часто срывали эти праздники, поэтому этот день для него был очень важным.

Последний день пребывания в Нью-Йорке Джастин и Рэйчел оставили просто для прогулок, не строя никаких планов. Сегодня в ночь они вылетают обратно в Ньюпорт, поэтому часы для них летели, как минуты.

Рэйчел обошла несколько магазинов одежды и кондитерские, накупив всяких разных вкусностей, чтобы привезти их домой. Джастин покорно поддавался на любые авантюры и с удовольствием следовал туда, куда его вела возлюбленная.

Глава 30

В это время в Ньюпорте.

Пол пошёл на репетицию.

Они с ребятами из группы обсудили репертуар для записи альбома, который продюсирует Кевин, тот парень, что оставил тогда визитку.

Им нужно было выбрать пятнадцать песен, что войдут в дебютный альбом, дата выхода которого назначена на 17 декабря.

Пол решил показать им новые наброски, которые он написал совместно с Мэри. Эта песня была о его ещё не рождённой дочери Мии.

Он наиграл на гитаре мотив, и ребята его сразу подхватили. Басисты начали подбирать темп, Сэм на барабанах отбивать ритм, и в студии зазвучала мелодия, которая в будущем ляжет на слова.

Когда репетиция закончилась, Пол увидел на телефоне пропущенный вызов с неизвестного номера, он сразу же подумал на Рэймонда. Но всё-таки решил перезвонить.

– Алло, вы звонили?

– Пол Стивенс?

– Да, кто это?

– Это шеф полиции.

– Да, что-то случилось?

– Извините за то, что приходится сообщать это по телефону, но у меня для вас плохие новости.

– Что…что случилось?

– Ваша мать Ребекка Стивенс скончалась пару часов назад, вы не могли бы подъехать к её дому, нам нужно задать вам пару вопросов.

Пол почувствовал слабость в коленях. Сердце защемило от сильной боли. Он взял все свои вещи и молча вылетел из студии, избегая ненужных вопросов.

Он вышел и побрел в сторону своей машины. Сев на сиденье, он схватился за руль. А потом со всей силы стал стучать по нему обеими руками.

«Мама…что же ты наделала…»

Пол завёл машину и поехал к дому матери. Он ехал с остекленевшим взглядом и через стиснутые зубы тяжело вдыхал.

Подъехав к дому, он увидел, что вокруг всё было оцеплено полицией, и повсюду ходили полицейские.

К нему подошёл шеф полиции, который представился, как Скотт Гибенс.

– Вы Пол Стивенс?

– Д-да…

– Пройдемте, мы вас не задержим. Я понимаю, что сейчас вы не в том состоянии, чтобы разговаривать, мы просто выполняем свою работу.

Мысли Пола путались, он чувствовал, что с каждым шагом всё больше уходит в себя, пытаясь абстрагироваться от реальности. Он чувствовал лишь одно – непреодолимое желание убежать.

– Пол, как давно Вы в последний раз видели Ребекку?

– Я…не… Мы давно не виделись…

– Так вы не общались?

– Нет, мы давно прекратили наше общение.

И Полу стало страшно от своих слов. Он почувствовал, как его руки вздрагивают, и тело содрогается от неизбежности всего происходящего.

– Вы уверены, что это она? Я могу увидеть её?

И тут из дома на носилках вынесли тело.

Пол подскочил, опережая ответ сотрудника полиции; он увидел руку, свисающую с носилок, на ней были часы, единственные часы, которые она всегда носила. Уже давно потертый коричневый ремешок и стрелки, которые стоят на одном месте. Ребекка всегда надевала эти часы, зная, что они не работают, потому что очень любила их и думала, что это предаёт ей солидности, как будто это было возможно, при видимости общей картины…Пол поднял ткань и увидел её… лицо было мертвенно холодным и не выдавало никаких эмоций.

Пол ощутил, как его живот скрутило и охватило чувство тошноты. Сделав несколько шагов назад, он повернулся к Скоту.

– Как это произошло? Что тут случилось, черт возьми!?

– По предварительным данным смерть наступила из-за утечки газа. Будучи в алкогольном опьянении, она не заметила, как огонь потух и…

Скотт махнул рукой в сторону дома, ну вы понимаете…

– Вы не знаете, как нам связаться с сожителем вашей матери?

– Нет! Я не знаю. Если это все, я могу идти?

– Да, конечно. Сынок, мне очень жаль.

И Скот сочувственно покачал головой.

Пол разорвал зрительный контакт и молча ушёл к машине.

Как позднее сообщила полиция, Ребекка поругалась со своим новым возлюбленным Генри, когда они выпивали у неё дома. Она выгнала его и осталась дома одна. Взяла ещё одну бутылку и села смотреть телевизор. Когда и эта была опустошена, она пошла на кухню, чтобы приготовить поесть. Живот щемило от боли, она чувствовала, как алкоголь разъедает его изнутри.

Она достала замороженную фасоль и включила плиту. Поднесла спичку и зажегся огонь, но потом потух, потому что тяга была включена слишком маленькая, отвернувшись она уже не заметила этого. Она села за стол и пыталась привести себя в чувства, потому что ощущала, что голова стала кружиться, ей было привычно это состояние. Алкоголь давал такой же эффект. Она поднялась со стула, чтобы выключить фасоль, но до плиты так и не дошла и рухнула на пол.

Пол сел в машину, позвонил Мэри и рассказал, что произошло. Но коротко, чтобы не продолжать разговор. Ему не хотелось общаться сейчас ни с кем. Он оборвал звонок в полном смятении, не зная, куда ему скрыться и что сделать, чтобы усыпить эту боль хотя бы на время. Просидев так ещё около двадцати минут, Пол завёл машину и поехал куда глаза глядят, не задумываясь о маршруте. Он ехал и ехал, пока не пришёл в себя и не увидел, что оказался около дома Рэймонда, с ужасом понимая, что его сюда привело. Но Пол отдёрнул себя, внушая, что это не выход. Это всё только усугубит.

Машина заглохла. Пол держал одну руку на руле, а другую на ключе зажигания. Тяжело вздыхая, он вспомнил один день из детства. Один счастливый для него день…

* * *

Ребекка очень любила готовить. И хотя она делала это не очень часто, потому что дома не всегда были продукты, да и она большую часть времени находилась под воздействием алкоголя. Хотя когда Полу еще было около девяти лет, сын только начал замечать, что поведение мамы странно меняется, когда мама пьёт вон из той бутылки, всегда стоящей на одном и том же месте, в крайнем шкафу на самой верхней полке. Раньше он думал, что это какое-то лекарство, но потом, становясь старше, он больше узнал об этом слове «алкоголь» и понял, что мама вовсе не принимает лекарств.

Ребекка сегодня накрыла целый пир. Тодд наконец-то выиграл приличную сумму на своих ставках и принёс домой зарплату за полгода вперёд.

Сегодня у Пола было день рождения, ему исполнилось 10 лет. Он привык к тому, что в день рождения в его доме нет кучи друзей, которые поздравляют его. В основном сверстники его сторонились, но не потому, что он был каким-то не таким, а просто из-за того, что он и сам не особо хотел общаться с кем-то.

Пол спустился вниз по лестнице и увидел, что родители ждут его у праздничного стола.

– Сынок, что ты там встал? Иди сюда. У нас с папой есть для тебя подарок.

Папа с гордым видом вышел из гостиной и вернулся, везя рядом с собой велосипед. Таким красивым он казался Полу в тот момент. Он так долго мечтал о велосипеде, что сам не ожидая того расплакался.

– Эй, ты что? Почему ты плачешь?

Ребекка растерялась и подошла к сыну.

Так случается, когда ждёшь чего-то так сильно, и не думаешь, что это когда-нибудь может произойти.

– Спасибо. Я не думал, что вы…

После того как Пол успокоился, они сели за стол и с удовольствием набросились на свежий и вкусный ужин.

– Мам, всё очень вкусно. А торт – просто пальчики оближешь.

Когда они поели, Пол рассчитывал на то, что родители вместе с ним выйдут на улицу, чтобы он мог обкатать свой новый велосипед.

Но посмотрев на маму, увидел, что она пошла к злосчастному шкафчику и протянула руку, чтобы достать бутылку.

А папа договорился с друзьями о встрече в пабе, и выскочил из дома, пока все были заняты своими делами, не успев толком попрощаться.

Пол с грустью взял велосипед и побрел к выходу.

Ребекка посмотрела на него в тот момент.

– Сынок. Подожди…

И отставив стакан, подошла к нему и помогла стащить велосипед со ступеней.

Этот вечер он провёл с ней только вдвоём. Она не пила, она была той матерью, которой её всегда мечтал видеть сын.

Оказывается, она так заразительно смеётся…именно такой, он навсегда запечатлел её у себя в памяти.

Это был самый счастливый день в жизни ребёнка, тогда ещё не знающего, что его мама нуждалась в помощи…

* * *

Пол вытер слёзы, скопившиеся в глазах, и с усилием сглотнул. Он не мог сосредоточиться, и просто сделал несколько глубоких вдохов, крепко сжимая кулаки.

Эта скорбь, та скорбь, что рвётся изнутри, режет тебя на тысячи осколков. И хочется только одного, сделать что-то, что поможет справиться с этим. Пол винил себя в смерти матери. Винил за то, что он не помог ей справиться. Что он даже не допустил мысли о том, что она нуждалась в помощи, как и он когда-то. Но он всё же смог уйти от этого, а Ребекка нет… Винил за то, что не проведал её даже вопреки её нежеланию.

Почему, когда в жизни случается что-то плохое, человек начинает винить себя и уверять в том, что он был в силах сделать хоть что-то? Может быть, это просто случилось и всё? Может быть, не могло быть иначе, учитывая то, что Пол даже не общался с родителями, как он мог помочь матери, которую уже несколько лет не видел? Но Пол смотрел на это с другой стороны. С осуждающей себя стороны. И это самое страшное. Потому что его рассудок помутнел, и ясность мышления притупилась.

Пол повернул голову и перед глазами был только один дом, который тянул его к себе, который давал надежду на то, что боль можно заглушить.

Он был так зол, зол на себя и думал о том, что он не заслуживает той жизни, которая у него сейчас есть.

В глазах потемнело. Пол вышел из машины и пошёл туда, откуда не так давно бежал со всех ног.

Но ведь темная сторона есть во всех? И пусть мы стараемся перекрыть ее хорошими делами и поступками, боясь себе признаться в том, что это навсегда остаётся с нами.

Когда Рэймонд захлопнул за ним дверь, они сели на диван, и после употребления Пол почувствовал жжение в желудке, и то, как мышцы начинают атрофироваться, а кости стягивает пеленой, и тело как будто полностью обнажается. Ты ощущаешь себя прозрачным, невидимым и неощутимым для всего мира. И боль отступает, и остаётся только пустота. Пол, как будто сбросил с себя этот тяжелый груз, и на лице просияла улыбка. Неосознанная и неконтролируемая улыбка.

Это было именно то, что ему нужно, чтобы не чувствовать не только боль, но и радость, которая сейчас лишь ещё больше ранила его.

Глава 31

Мэри звонила Полу, но тот не отвечал на звонки.

Она оделась и пошла к ребятам из группы, чтобы узнать, может быть, они могут знать, где он.

– Сэм, я прошу тебя, подумай хорошенько, где он может быть? Это сейчас очень важно.

– Я, правда не знаю, что у вас случилось?

– Его мама…

Тот сразу понял, о чем идёт речь. Все знали, что она выпивает.

– О нет…

Сэм потёр лицо рукой.

– Мне так жаль.

– Эванс, может быть, он знает, где Пол?

– Ну ведь они не общаются, зачем бы ему понадобилось с ним связываться?

– Сэм, а ты сам подумай! Скорее ищи его номер.

– Черт! Ты думаешь, он мог?…

– …

Сэм нашёл номер Эванса и дал Мэри телефон.

– Звонок уже идёт.

– Алло? Эванс?

– Да, кто это?

– Это Мэри, мы с тобой не встречались. Я девушка Пола.

– А да, да, привет.

– Послушай, я никак не могу найти его. Может ты знаешь, где бы он мог бы быть?

– Раньше, когда он пропадал, его можно было найти только в одном месте.

– Рэймонд?

– Да.

Он дал ей адрес, и Мэри с Сэмом поспешили отправиться туда.

Она попросила Сэма остаться в машине.

Когда Мэри поднималась по лестнице, чувство тревоги не покидало её. Она судорожно вздрагивала от мыслей, что Пол мог сорваться. Мэри поднималась по лестнице, опираясь на перила и пытаясь успокоить себя. Но внутреннее чутьё, к сожалению, почти никогда не подводило её.

Когда она поднялась на третий этаж, то каждый следующий шаг до квартиры давался ей всё сложнее и сложнее. Она постучала, но никто не выходил, тогда она начала стучать громче, и, когда дверь открылась, она увидела Рэймонда.

Подкаченный стройный парень смотрел на неё своими темным, почти чёрными глазами, совершенно остекленевшими и равнодушными.

– Он здесь?

– Да.

Она оттолкнула его и протиснулась в квартиру.

То, что она увидела там, ранило её в самое сердце. Пол лежал на диване и не подавал никаких признаков жизни. Она испугалась и незамедлительно подбежала к нему, упав на колени рядом с ним. Она начала ощупывать его пульс и с облегчением выдохнула, когда поняла, что он дышит. Пол уснул. Она кое-как сумела растолкать его, чтобы привести в чувства.

– Пол, вставай, нам нужно уходить отсюда.

– Мэри?

– Да, да, это я. Вставай!

– Что ты здесь делаешь? Тебе нельзя здесь быть! Уходи скорее!

– Я без тебя никуда не уйду.

– Я не могу, Мэри. Прошу тебя, уходи.

– Пол, поднимайся.

Рэймонд стоял и наблюдал за всем, что происходит.

– Да оставь ты его в покое, он же сказал тебе, уходи.

– А ты…лучше не лезь. Что ты за человек? Ты же знал, что он прошёл реабилитацию, а ты опять даёшь ему эту дрянь? Да что с тобой не так?

– Ему было плохо, и он пришёл ко мне. Ко мне, а не к тебе. Поэтому вопрос к тебе «Что не так с тобой?»

– Знаешь, да пошёл ты. Ублюдок. Ты не имеешь никого понятия о том, как тяжело ему было восстановиться. И вообще я не обязана тебе ничего говорить.

Пол был в полуобморочном состоянии и едва улавливал разговор, доносящийся до него как будто из-за стены.

Мэри взвалила его на плечо и вытащила из этого злосчастного места. Она шла медленно, потому что Пол почти всем своим весом опирался на неё. Когда Сэм увидел, как она выходит из подъезда, то выскочил из машины, чтобы ей помочь. Они уложили Пола на заднее сиденье автомобиля, и Сэм повёз их домой. Он затащил его и уложил в кровать и сказал, что если понадобится какая-то помощь, Мэри может сразу звонить ему.

Всю ночь она просидела рядом с Полом, который так и не приходил в себя. Он спал, только иногда пробуждаясь и вновь впадая в сон.

Под утро Пола рвало, и Мэри сделала ему укол, который ненадолго остановил этот приступ. Он боялся посмотреть ей в глаза, всё время, отводя взгляд, когда она смотрит.

– Что ты сделал, Пол?!

И Мэри с чувством тревоги и волнения сидела на кресле, ожидая, что Пол хоть что-то ей объяснит.

– Прости…, я не хотел, чтобы так получилось. Ты не должна была приезжать туда. Но, спасибо, что ты забрала меня.

– Мне очень жаль твою маму Пол. Мне, правда, жаль. И то, что вы не общались…, просто знай, что это не твоя вина.

Пол с отчуждением посмотрел на неё.

– Нет! Я виноват, и всю жизнь мне теперь с этим жить.

– Почему ты так говоришь?

– Потому что это правда!

Мэри разозлилась. И стала говорить громче.

– Кто заставлял её столько пить? Ты, что ли? В чём здесь твоя вина? Она была вольна сама решать, что ей делать со своей жизнью, и вот к чему это привело. Ты злишься, и это нормально. Но ты не должен брать на себя чужие ошибки!

– Я мог…

– Ты ничего не мог сделать.

И Пол прижал обе руки к лицу. Мэри обняла его и ужаснулась от мысли, что Пол сорвался, и это могло значить, что это будет не единственный раз, когда он пребывает в таком состоянии. Нужно было что-то с этим делать, но обращаться к родителям она не хотела, а Рэйчел с Джастином приезжают только завтра.

Мэри уложила Пола в кровать и позвонила Рэйчел, рассказав обо всём, что случилось сегодня.

Как только Рэйчел и Джастин прилетели, они бросили вещи и поспешили к Мэри.

– Дорогая, мне так жаль…Как он?

– Сейчас лучше, сегодня ему нужно на репетицию, а я боюсь его отпускать.

– Ты не можешь запереть его дома. Пусть идёт, может, там он окончательно придёт в себя.

– Да, наверное, ты права.

– Похороны завтра?

– Да. Я не хочу просить вас об этом, но вы бы не могли пойти с нами?

– Конечно! Мы будем рядом.

* * *

Похороны прошли скромно, и народу было немного. Даже его отец не соизволил явиться. Пол практически никого не знал.

Он хотел посмотреть на того парня, который оставил его мать одну в тот день.

На протяжении всей церемонии похорон он выискивал его среди людей. И вот заметил, как к кому-то обращаются по имени Генри.

Пол высвободился из рук Мэри и двинулся вперёд.

– Пол, не надо, прошу тебя.

– Всё в порядке.

– Пол, не ходи!

– Мэри, я сказал, что всё в порядке, отпусти мою руку.

Он подошёл к Генри, а тот как будто ждал, когда же это случится.

– Пол. Соболезную твоей утрате.

– Да ты вместе с ней напивался каждыми днями, хорош мужик.

Генри осмотрелся по сторонам, чтобы быть уверенным в том, что его никто не слышит.

– Пацан, не пытайся очернить меня.

Генри на людях старался не показываться в пьяном виде, хотя все прекрасно знали, что он каждый вечер напивался в стельку.

Пол схватил его за свитер.

– Да ты уже и так с лихвой показал, кто ты есть. Молись, чтобы мы с тобой больше никогда не встретились.

Генри одёрнул воротник и в свойственной ему манере скорчил гримасу, растворившись в толпе скорбящих.

Мэри, Джастин и Рэйчел ждали Пола у выхода с кладбища.

Джастин завёл машину, и когда Пол к ним присоединился, они отправились домой. Рэйчел вышла из машины, чтобы проводить Мэри, а Пол и Джастин остались внутри.

– Если тебе что-то понадобится, ты же знаешь, что всегда можешь обратиться ко мне?

И Джастин положил свою руку Полу на плечо.

– Да, чувак, конечно, спасибо тебе за поддержку!

– Всё нормально?

– Я уже и не знаю, как это, нормально?…Но я держу себя в руках, если ты об этом.

– Пол, я понимаю, что никакие слова не помогут сейчас, но и наркотики боли не снимут. Мы справимся с этим вместе, слышишь?

Пол посмотрел на него и кивнул в ответ, протянув свою руку.

Полу было приятно, но он не очень хорошо умел показывать свои эмоции, поэтому по его лицу не всегда было видно, что на самом деле было у него внутри.

Рэйчел и Джастин приехали домой и разговорились. У них обоих сейчас были смешанные чувства. Ещё вчера они гуляли по Нью-Йорку, а сегодня пришли домой с похорон. У них даже не было возможности обсудить всё это.

– Милый, я беспокоюсь за Пола. Ты думаешь, он сможет прекратить это?

– Нет…Я считаю, что ему нужна помощь.

– Почему ты так говоришь?

Рэйчел недоверчиво посмотрела на него. Она прошла из центра гостиной и рухнула на диван.

Джастин пошёл следом за ней и сел рядом.

– Рэй, сегодня он был сам не свой.

– Он что, принимал что-то?

– Да, я уверен в этом. У меня был друг, которого коснулась такая же беда. И я знаю, как выглядит человек в таком состоянии, поверь, это не просто скорбь.

– О боже…Ты думаешь, Мэри заметила?

– Нет, вряд ли. Во всяком случае, говорить ей об этом не нужно. Но с этим точно придётся что-то делать, Рэй. Она беременна, ей нельзя волноваться, а он просто сорвался, и ему нужна профессиональная помощь, а не пустые нотации.

– И что же нам делать?…

Глава 32

2 декабря.

Прошло около недели после похорон Ребекки.

Пол не давал Мэри никаких поводов для беспокойства и почти всегда был рядом с ней. До выхода альбома его группы оставалось чуть меньше двух недель.

Мэри сегодня нужно было идти на приём к доктору, второй триместр протекал вполне нормально, без осложнений.

Поэтому на вопрос Пола, пойти ли ему вместе с ней в больницу, она сказала, что не нужно беспокоиться, и она одна сходит на осмотр.

Так она сказала Полу, но на самом деле она позвала Рэйчел пойти с ней, чтобы поболтать обо всём, что они не успели обсудить после их прилета из Нью-Йорка.

Пол остался дома один и, убедившись, что Мэри уже достаточно далеко ушла от дома, прошёл в спальню, опустился на пол и достал из-под кровати свёрток.

Пол взял его и пошёл в ванную. Устроившись на полу, он достал шприц и ввёл его себе в ногу, чтобы не было видно следов от укола. Почувствовав лёгкую слабость в теле, он прислонился спиной к ванной и лежал так около часа.

В это время Рэйчел с Мэри вышли от доктора.

– Ну вот, всё хорошо. Когда теперь идти на приём?

– Сказали, что через две недели нужно быть в больнице.

– Теперь две недели можно спокойно отдыхать.

Рэйчел рассказала Мэри о Нью-Йорке, показала ей фото и наконец-то отдала подарки.

– Как бы и я хотела побывать там вместе с Полом…

– Как он?

– Я даже не знаю, он странный в последнее время. То ли от того, что произошло с его мамой, то ли… Как только я хочу поговорить об этом, он постоянно меняет тему разговора и пытается демонстрировать то, что он и сам может со всем справиться. Он будто лишает меня возможности думать о том, что ему нужна помощь.

– Ну а ты как считаешь, она ему нужна?

– Не уверена. И я не хочу просто так обвинять его в чём-то, понимаешь?

– Конечно, милая, я всё понимаю.

– Но мои мысли обращаются к худшим вариантам.

– Всё будет хорошо, Мэри. Хочешь, Джастин поговорит с ним?

– Нет, нет, не нужно, пока я сама не узнаю, действительно бросил ли он эту дрянь или нет, пусть всё остаётся так, как есть.

Пол пошёл на кухню, открыл холодильник и достал оттуда пачку молока, опустошив её с мимолетной скоростью.

Глаза его были наполнены отчаянием и смятением.

Он сел на диван, взял гитару, ручку и листок и начал писать.

Он излил всё, что было у него на сердце, всю боль и обиду, стараясь тем самым отпустить прошлое.

Он написал песню, посвятив её своей маме. Какой бы ни была Ребекка, для него она мама, и этого ничто и никто не может изменить.

Лист был полностью исписан, исправления поверх уже написанных строчек, и дополнения на полях, Пол вложил все свои душевные терзания. Этой песней он хотел обелить имя матери, хотя бы для себя.

Глава 33

Рэйчел и Джастин спали в своей тёплой кровати, когда посреди ночи раздался звонок.

– Рэй, кажется, это твой. Кто так поздно может звонить тебе?

– Это Мэри, наверное, что-то случилось…

– Мэри, что такое? Почему ты так поздно звонишь?

Рэйчел услышала быструю, едва разбираемую речь:

– Рэй, прошу тебя, мне срочно нужна ваша помощь.

– Что такое? Где ты?

– Я в порядке, но Пол… Я нашла шприц у нас под кроватью, а сегодня он сказал, что пойдёт на репетицию, но после того, как он должен был уже вернуться, я созвонилась с Сэмом, и оказалось, что он не приходил на неё. Я не знаю, что мне делать, он не берет трубку.

– Послушай, тебе сейчас нужно успокоиться, хорошо? Оставайся дома и ничего не предпринимай, мы скоро будем!

Мэри положила трубку и в отчаянии заплакала.

Джастин привёз Рэйчел к Мэри, но сам заходить не стал. Он, не заглушая машины, отправился на поиски Пола.

– Рэй, а где Джастин?

– Все будет хорошо, только не нервничай, я прошу тебя, подумай о ребёнке. Вот, возьми, выпей воды. Джастин поехал искать Пола.

– Но как он его найдёт? Он не отвечает на звонки.

– Он проедет по всем открытым барам, может, он где-то близко к дому. А сейчас давай приходи в себя и ни о чём не переживай.

– Спасибо, что вы пришли на помощь, если бы не вы…

– Так, ну все хватит, перестань!

Джастин зашёл уже в три злачных места, где мог бы быть Пол, но там его не оказалось. Тогда он позвонил Рэйчел и узнал у Мэри адрес этого Рэймонда, чтобы подъехать ближе к его дому и посмотреть там.

Бар, если его можно было так назвать, стоял на углу улицы, Джастин открыл дверь и его сразило жутким ароматом, доносящимся с обоих сторон. Там было накурено, и в воздухе чувствовался стойкий запах никотина. Он огляделся по сторонам и увидел Пола. Он сидел, облокотившись на стенку, болтая с каким-то парнем. Джастин целенаправленно двинулся к нему.

– Джастин? Какого черта ты тут делаешь?

Пол улыбнулся, радуясь знакомому лицу. Но в то же время он осознал, что он появился здесь не просто так, наверняка его прислала Мэри.

– Давай, дружище, вставай, нам пора.

– Куда?

– Домой, конечно, куда же ещё.

Джастин протянул ему руку.

– Давай поднимайся.

– Нет! Я не поеду.

– Почему?

– Ты посмотри на меня, в каком я состоянии, что я скажу Мэри?

– Ничего не скажешь, просто придёшь домой и хорошенько выспишься.

– Джастин, это не хорошо, я не должен появляться там в таком состоянии.

– Мы как-нибудь это исправим, но по дороге, поехали.

Джастин вновь подал ему руку, потому что понимал, что сам он вряд ли сможет подняться.

Тут в разговор вмешался Рэймонд.

– Эй, а ты у нас кто такой? Спасатель Малибу, что ли?

Джастин посмотрел на него презренным взглядом и ничего не ответил.

– Я кажется, с тобой говорю, брат!

И Рэймонд положил свою руку на его плечо.

– Рэймонд, не трогай его! Слышишь? – отозвался наконец Пол, понимая, что ситуация в любую секунду может накалиться.

Джастин повернулся с грозным взглядом и сбросил его руку со своего плеча.

– Я тебе вовсе не брат, ты понял? Ещё раз положишь свою руку на меня, пеняй на себя.

Рэймонда это здорово разозлило, и он вспылил, разбив свой стакан об пол.

– Да ты знаешь с кем ты говоришь, сопляк?

– Просвети меня?

– Ты нарываешься на неприятность.

И Рэймонд подошёл вплотную, оказавшись лицом к лицу с Джастином.

– Неприятность – моё второе имя.

И Джастин оттолкнул от себя Рэймонда, так что он упал на соседний столик.

Рэймонд вскочил и Пол увидел в его глазах этот взгляд, тот, что он уже видел прежде. Это была злость и ярость во всех их проявлениях. Пол встал из-за стола, но слегка покачнувшись, вновь оказался на диване. Он не успел выйти из-за стола, как Джастин и Рэймонд уже сцепились. Рэймонд подлетел и нанёс первый удар, но не сбил Джастина с ног, а лишь раззадорил его. Джастин ударил в ответ, так что Рэймонд рухнул на пол.

Рэймонд коснулся своего лица и увидел, что на руке осталась кровь.

Джастин нагнулся к нему и сказал:

– Мы сейчас уйдём отсюда, и ты больше не будешь продавать ему эту дрянь, ты понял? У меня есть знакомый коп, который уже давно наблюдает за тобой, и стоит мне сделать один звонок, тебя тут же пристроят обратно.

Рэймонд осознал, что на этот раз ему придётся признать поражение. Он слишком ярко помнил о днях, проведённых за решеткой, и не хотел возвращаться туда. Поэтому, побоявшись расправы, поднялся и вышел из бара со словами:

– Мужик, ты об этом пожалеешь, будь уверен!

– Проваливай, пока я не передумал!

Пол с недоумением посмотрел на Джастина.

– У тебя ведь нет никакого знакомого копа, который за ним следит?

– Конечно, нет, но таких, как этот парень, нужно бить его же оружием.

– А ты не промах!

– Ты ещё многого обо мне не знаешь!

И Пол поднялся, расплываясь в улыбке.

Они прошли в машину, и кажется, от всей этой ситуации Полу даже стало лучше, и он понемногу приходил в себя.

– Слушай, Мэри там вся на взводе, поэтому не будем угнетать обстановку и рассказывать обо всём, что сейчас произошло, ладно?

– Без проблем, старик. Спасибо тебе.

– Я же сказал, если будет, что-то нужно обращайся, ты так и не понял!? Ты теперь часть и моей жизни тоже, поэтому если у тебя проблемы, не бойся просить помощи!

Пол пристыдился этих слов, но одновременно с этим ему было приятно слышать, что его жизнь не безразлична другим людям, что у него есть друг, который подставит своё плечо, когда это потребуется.

Пол поднялся домой, и Мэри увидев его бросилась ему на шею.

– Ну как ты мог? Я уже с ума схожу! Пол…

И она уткнулась ему в плечо.

– Прости…

– Не надо, просто проходи домой. Ложись спать и ни о чем не беспокойся.

Пол побрел в спальню, пряча лицо за низко надетую бейсболку.

Двадцать минут спустя.

– Он уснул.

Мэри закрыла дверь в спальню и села на диван рядом с ребятами.

Разговор начал Джастин.

– Мэри, пора оказать ему помощь! Сам он не выберется.

– Лечение?

– Да! Причём как можно скорее! Нужно связаться с клиникой и отвезти его туда сегодня же!

– Но время пять утра.

Тут Рэйчел вступила в разговор.

– У моей мамы есть знакомый доктор, может быть, он сможет ускорить этот процесс. Я сейчас позвоню ей и узнаю его контакты.

Рэйчел достала номер доктора Спенсера и попросила его поговорить со своим коллегой из клиники, в которой есть несколько программ для реабилитации, которые Джастин нашёл неподалёку от Ньюпорта. Это частный центр в сорока минутах езды от города.

– Когда Пол проснётся позвони нам, и мы сразу приедем. Поняла?

– Да, да, конечно. Но, а вдруг он не согласится ехать.

– Джастин поговорил с ним, и он сказал, что не против! Не переживай, всё будет нормально! Главное вовремя начать.

– Спасибо, ребята. Я вам очень благодарна.

Когда Рэйчел и Джастин ехали в машине, она допытывала его, как он нашёл Пола и что было в баре, но тот так ничего толком и не рассказал, потому что не хотел попусту её волновать.

Мэри договорилась с Полом, что когда он запишет последнюю песню для своего дебютного альбома, то Джастин сразу же отвезёт его в больницу.

Прошло несколько дней, и последняя песня была записана. Пол отправился на лечение. Мэри очень переживала и постоянно думала о том, поможет ли это Полу…, но старалась не унывать и надеяться на лучшее.

Альбом должен выйти через пару дней. Полу было стыдно, что он не сможет быть с ребятами в этот момент, и за то, что он оставил Мэри одну дома. Но он понимал, что эти вынужденные меры были необходимы, чтобы начать жить. Всё будет лучше после лечения. Нужно было идти вперёд, и если ему для этого нужно было полежать в больнице, то пусть так оно и будет.

Через три дня с Мэри связался доктор и сказал, что Пол пролежит в больнице до рождества, и если все будет хорошо, то праздники он уже будет отмечать дома.

Глава 34

Рэйчел проводила Джастина на собрание с Вилли и парнями, которые присоединились к их делу, а сама села дописывать картину. Раздался телефонный звонок, она подумала, что это Джастин звонит, возможно забыл что-то, но там оказался неизвестный номер.

– Рэй. Привет!

– Привет!

Но она не поняла, кто говорит с ней.

– Рэй, это Лоренсо, помнишь меня? – с ухмылкой спросил он.

– Эммм, да, Лоренсо, конечно, извини, я тебя не узнала.

– Как поживаешь?

– Всё хорошо.

И она с недоумением ждала, что он скажет ей, зачем позвонил.

– Я звоню тебе по делу. По одному очень важному делу. Я тебя не отвлекаю?

– Нет, что ты, конечно, нет.

И она слушала его, слегка приоткрыв рот.

– Послушай, я общался с Орландо и Гаредом, они сказали, что твоя картина в Нью-Йорке нашла отклик. Я показал её своему знакомому, который устраивает званный ужин для очень знатных персон, и они согласились выставить твою картину для благотворительного аукциона, но тебе необходимо приехать и встретиться с организаторами, потому что это очень серьезные люди и все должно проходить строго под надзором. Нужно подписать какие-то бумаги и, естественно, присутствовать на этом вечере. Но вылетать нужно прямо сегодня.

Рэйчел была в шоке, и не знала, что ему ответить.

– Эй, ты тут?

– Да. Дай минутку, мне надо переварить.

– Рэй, что тут переваривать? Пакуй чемоданы и вперед!

Рэйчел вдруг осенило, что Пол лежит на реабилитации, и Мэри сейчас как никогда нужна поддержка, и она не может просто взять и бросить её, отправившись туда. Хотя, конечно, возможно, это её единственный шанс, но она решила, что это будет неправильно по отношению к её подруге.

– Лоренсо, спасибо тебе большое, но, к сожалению, сейчас не самый подходящий момент для этого. Я не смогу поехать! – скрипя зубами, ответила Рэйчел.

– Да ты что такое говоришь? Рэй, ты понимаешь, что такого шанса больше может и не быть?

– Да, поверь, это я очень хорошо понимаю.

Самое страшное, когда идёшь к чему-то так долго и так упорно, стремясь к вершине, вдруг получаешь то, к чему шёл, но понимаешь, что не готов взять это сейчас… Могут быть разные тому причины. Рэйчел понимала, что если её талант действительно настоящий, то он перетерпит и этот отказ.

– Рэйчел, очень жаль, что ты отказываешься от этой возможности.

– Мне тоже…

Рэйчел положила трубку и сидела думала над тем, стоит ли ей говорить об этом Джастину? Но потом, немного поразмыслив, всё-таки пришла к выводу, что не нужно, ведь нет никакой поездки, значит, и разговоров о ней тоже не будет. Тем более её дела и так складывались неплохо. Гаред Батист после первой выставки попросил написать две работы, которые ещё не были завершены, но за них она уже получила хорошую предоплату, сравнимую с её годовой зарплатой в книжном магазине. Поэтому беспокоиться было не о чем, будут ещё возможности, которыми она обязательно воспользуется.

Глава 35

Джастин после окончания совещания направился в сторону дома. Он не торопясь ехал по вечернему городу. Впереди выходные, а значит, можно немного сбавить темп. Он позвонил Рэйчел, чтобы узнать, нужно ли что-то купить в магазине, но она ответила, что уже была там, и чтобы он поскорее возвращался домой.

Джастин остановился на заправке. Он вышел из машины, вставил пистолет в бак и пошёл оплачивать на кассу. Когда он собирался уже сесть в машину, к нему подошёл парень, одетый во всё чёрное, лицо его было прикрыто, и он не сразу понял, кто это.

Этот парень толкнул его, так что Джастин переступил с ноги на ногу и чуть не упал.

– Какого черта?

– Помнишь меня?

И таинственный парень повернул своё лицо к нему. Это был Рэймонд.

– Ну, что уставился? Помнишь, я спрашиваю?

– Что тебе нужно? Тебе мало было в прошлый раз? Так мы можем это исправить!

– Я кажется, предупреждал тебя, что ты пожалеешь о том, что сделал! Ты выставил меня полным идиотом, перед людьми.

– Да и выставлять-то нечего, все и так знают, кто ты такой и кем только пытаешься казаться!

– Да пошёл ты, ублюдок! Ещё пожалеешь, что связался со мной!

И Рэймонд подошёл к нему, вынул из-за пазухи нож и резким движением ударил Джастина, тут же скрываясь в темноте за заправкой.

Джастин почувствовал жгучую боль под ребром. Он терял власть над своим телом. Все мысли в голове перемешались. Боль была такой сильной, что он потерял дар речи и, зажав рану рукой, Джастин облокотился на машину и медленно съезжал по ней вниз.

Заправщик увидел, что что-то не так и выбежал на улицу, а потом в ужасе вернулся внутрь, чтобы вызвать скорую помощь.

Рэйчел приехала в больницу сразу как смогла.

К счастью, Рэймонд слегка задел его, ведь Джастин был в куртке, и нож прошёл только через мягкие ткани, не задев жизненно важные органы.

Когда доктор разрешил Рэйчел пройти к Джастину в палату, она со всех ног побежала туда, чтобы поскорее убедиться, что все хорошо.

Джастин спал от действия наркоза, который ему дали, чтобы зашить рану.

Рэйчел аккуратно села рядом с ним на кровать, чтобы не задеть его, и ждала, пока он очнётся.

Она гладила его по волосам и была так напугана. Она видела его обездвиженное тело и хотела только одного: чтобы он поскорее открыл глаза.

– Джастин, если ты слышишь меня, я рядом. Прошу тебя, милый, не бросай меня.

И тут Джастин зашевелил рукой и слегка приоткрыл глаза.

Рэйчел набросилась на него, а потом, вспомнив, что ему сейчас должно быть нелегко, она немного отстранилась.

– О боже, Джастин. Как же ты меня напугал!

Рэйчел целовала его, не в силах остановиться. Она постоянно смотрела на его перебинтованную рану, и на глаза наворачивались слёзы.

– Ну ты что? Это ничего! Пустяк! Шрамы украшают мужчину.

Джастин прижал её голову и тихонько поцеловал в лоб.

– Джастин, что случилось? Что произошло?

И Джастин рассказал Рэйчел всю историю, начиная с поисков Пола.

– И что теперь будет? Его поймают?

– Насколько я знаю, он уже в участке. Сюда приходил шериф и сказал, что завтра мне нужно будет прийти и дать показания.

– Придурок! И зачем только таких, как он, выпускают оттуда? А если бы рана была серьезная? А если бы он убил тебя? Чтобы я тогда…

И Рэйчел закрыла лицо руками.

– Рэй, эй, милая, посмотри на меня. Со мной всё хорошо, я здесь, не бойся. Его посадят, он больше никому не сможет навредить. Ни мне, ни Полу!

– Только, Рэй, не говори ничего Мэри, потому что она наверняка расскажет всё Полу, а я не хочу, чтобы его тревожили.

Глава 36

Рождество.

Город заполонили множество праздничных вывесок и украшенных магазинов.

Каждый, кто мог хоть чем-то украсить улицы Ньюпорта, непременно сделал свой вклад.

Снег ещё не выпал, но все с нетерпением ждали, когда же это случится. Особенно дети.

Через два дня Пола должны были выписать из больницы, а на следующий день после выписки будет Рождество. Половина беременности Мэри была позади. Дни без Пола проходили очень утомительно для неё. Она так не любила ждать чего-то. Но вместе с тем предвкушала их встречу.

Родителям пришлось всё рассказать. Но они весьма спокойно отнеслись к этому. Наркомания – это болезнь, и главное было не запускать её. Поэтому они поддерживали дочь и Роберт, отец Мэри даже пару раз звонил Полу, чтобы узнать, как он себя чувствует.

Мэри обожала Рождество, это был любимый ее праздник. Такой светлый и чистый, и все люди вокруг казались такими счастливыми в этот день…

Рэйчел с Джастином позвали Мэри съездить в магазин и закупиться на праздники всем необходимым, потому что потом магазины будут пустыми и найти что-то накануне Рождества будет просто нереально.

– Рэй, мне не верится, что скоро Пол будет дома.

– Да, осталось совсем немного. Но дома ты должна постоянно поддерживать его. Ты разговаривала с его психотерапевтом?

– Да, он сказал, что нужно будет каждую неделю приезжать на сеанс, и он будет смотреть за его улучшениями, и когда он поймёт, что Пол уже готов самостоятельно справляться с зависимостью, ездить больше будет не нужно.

– Ну вот и отлично. Кстати, альбом получился просто фантастический! Мы с Джастином прослушали все песни. Особенно нам понравились две, про маму и про Мию… Какое имя вы выбрали замечательное! Мне очень нравится.

– Да-а, альбом действительно супер

– А Пол слышал альбом?

– Нет, ещё нет, его немного задержали перед выходом в свет, и Пол уехал, так и не успев послушать. Так что это ещё один подарок ему на Рождество.

– Да, он будет счастлив!

Рэйчел закупила продукты и разные украшения для газона, чтобы вместе с Джастином украсить лужайку перед домом.

Самым сложным было развесить гирлянду вокруг дома. Джастин купил высокую лестницу и целый вечер потратил на то, чтобы закрепить её. Но это того стоило! Дом ожил и как будто бы готовился к приходу Санта Клауса. И это придавало ещё больше волшебства атмосфере вокруг.

– Джастин, милый, у меня возникла одна безумная идея!

– Какая же?

– Может быть, это покажется тебе слишком, но мне почему-то так хочется собрать всех родных рядом в этот праздник. А если мы позовём наших родителей, Мэри, её родителей, Пола, Джози, Орландо и Селесту, твоих друзей и устроим мега вечеринку?…Представляешь, что все эти люди объединятся тут, в твоём доме? Вокруг будет непринужденная, теплая и уютная атмосфера.

– Эммм… А знаешь, мне кажется, это отличная идея.

– Правда? Ты серьёзно так думаешь?

И Рэйчел удивленно подскочила с дивана.

– Да! А почему бы не собрать всех у нас! Я уверен, что будет весело!

– Да! И я так считаю!

Рэйчел поцеловала его и была рада, что он так отреагировал.

Они разослали всем приглашения, и все, кого они позвали, дали своё согласие.

Джастин хотел сделать много фото, чтобы этот вечер заполнился всем надолго, а потом фото можно было бы распечатать, сделать альбом и подарить всем, кто был на этом празднике.

23 декабря.

Каково всю жизнь ощущать себя человеком, от которого ждут только худшего? Пол знал это, как никто другой. Он привык жить в своей тени, и от него никто не ждал ничего хорошего. И есть такое утверждение, что если все в тебя не верят, то и ты в себя верить перестаёшь, поддаваясь мнению большинства. Пол жил так до встречи с Мэри. Сейчас он понимает, что должен приложить все свои силы, чтобы оправдать её ожидания, ведь она не просто любовь всей его жизни, теперь она мать его ребёнка, который через несколько месяцев появится на свет.

Пол собирал свои вещи и зашёл попрощаться к психотерапевту Вайету Риверса.

– Доктор Риверс, я зашёл поблагодарить вас. Сегодня меня выписывают.

– Да, Пол, проходи. Присядь.

Пол сел на кушетку и потёр подбородок, опустив голову вниз.

– Пол, послушай, мы с тобой будем видеться каждую неделю, слышишь? Это самое начало твоего пути, я не дам тебе опустить руки! Всё будет хорошо! Понял меня?

– Да, да, я надеюсь, нет… Я уверен, что всё так и будет!

– Не сомневайся, сынок! Главное, верь в своё исцеление! Всё начинается с наших мыслей. Поэтому не давай своему разуму вступать во власть над собой. А теперь иди, твои близкие наверняка уже места себе не находят в ожидании тебя. Увидимся после праздников.

Пол поднялся с кушетки и подошёл к доктору Риверсу, протянув ему свою руку.

После рукопожатия он развернулся, пошёл к двери и, обернувшись, сказал:

– Я чуть не забыл! С наступающим Рождеством!

– Да! Конечно, и тебя, с наступающим Рождеством.

Пол вышел из клиники и увидел, что на парковке стояли Мэри, Рэйчел и Джастин, облокотившись на машину. Это было так здорово, он ощутил себя частью чего-то большего, частью этой «банды». Он двинулся им навстречу, закинув свою сумку на плечо и растворяясь в улыбке, чувствовал гордость, что у него есть такие друзья, которые не бросили его, не отреклись в тот момент, когда их помощь буквально спасла ему жизнь.

Мэри бросилась ему навстречу. Она повисла у него на шее.

– Детка, твой животик заметно подрос. Ну что ты, успокойся, я рядом.

Он прошептал ей на ухо.

– Теперь всё будет по-другому, обещаю!

– Я знаю, милый, знаю.

Джастин и Рэйчел подошли к ним, и они вчетвером стояли, обнявшись у машины.

Джастин отшутился.

– Ну ладно, ребята, кажется, пора заканчивать с этим, люди смотрят. Прыгайте в машину.

Когда Пол зашёл в квартиру, то ощутил приятное чувство внутри себя. Всё было таким же, но уже другим… Ему казалось, будто он уже вечность не видел родного дома и очень по нему соскучился. Каждый уголок, мебель, всё было идеально…

Рэйчел с Мэри пошли накрывать на стол, а Джастин сел на диван. Пол подошёл к нему и сел рядом.

– Эй, бро, я слышал, что произошло у вас с Рэймондом на парковке. Мне жаль, что я втянул тебя в это.

– Мужик, ты чего? Всё нормально, расслабься ты уже. Он за решеткой, там, где ему самое место. Всё в прошлом.

– Ты из-за меня попал в эту передрягу, поэтому…

– Да всё путём! Как ты? Как себя чувствуешь?

– Хорошо, я дома, вы здесь, что ещё нужно?

– А я знаю, что ещё может тебя порадовать!

Джастин достал диск с песнями группы Пола.

– О, как я мог забыть об этом?

– Мы уже все песни прослушали! Давай! Включай!

Пол включил их альбом.

Музыка зазвучала на весь дом.

Девушки подхватили мелодичный ритм и стали танцевать.

А парни начали хлопать и присвистывать.

Если бы моменты называли песнями, то этот момент был бы назван самой светлой и душевной песней. Четыре друга, которые прошли в жизни не мало препятствий, сейчас находились здесь, ощущая абсолютное счастье.

Рэйчел схватила Джастина за руку и потащила танцевать. Пока они кружились в весёлом танце, Пол медленно поднялся с дивана и прошёл к Мэри. Она ждала его, покачиваясь из стороны в сторону.

Он взял её за талию, а она положила руки ему на шею.

– Только посмотри… Если бы не ты, ничего этого могло бы и не быть…Спасибо, что дала мне шанс снова начать жить!

– Я бы дала тебе тысячу возможностей, чтобы жить! Это самое важное, не терять надежду! Каждый человек заслуживает её.

– Я рад, что вы у меня есть.

Пол погладил живот Мэри.

– Ты и Мия. Если и есть в жизни свет, то вы мой свет.

– Я люблю тебя!

– Мэри?

– Что?

Она посмотрела на него с нескрываемой улыбкой, запустив руки в его волосы.

Пол достал из кармана кольцо, которое хранил уже пару месяцев.

– Ты выйдешь за меня?

– Что ты сказал???

Рэйчел подхватила:

– Д-да… Что ты сказал?

– Мэри Миллер, выходи за меня!!!

– Я…конечно! Да! Да!

И тут ребята начали хлопать и кричать поздравления. Джастин достал свой телефон и сказал встать покучнее.

– А ну-ка, все сюда, нужно запечатлеть этот момент!

Все четверо обнялись, и Мэри выставила руку с кольцом на первый план фото, и все закричали «ура».

* * *

Рэйчел и Джастин провели в суматохе предпраздничный день, готовясь к ужину.

Рэйчел купила огромное количество красно-белых леденцов для тех, кто придёт с детьми. На горячее она решила запечь утку по фирменному рецепту мамы. Так же она с мамой напекла заготовки для пряничных домиков, чтобы украсить ими помещение. Сегодня Сочельник, а значит, все кто будет отмечать Рождество, идут в церковь. Она была недалеко от их дома, поэтому Рэйчел и Джастин оделись потеплее и вышли на улицу, оставив все остальные приготовления до завтра. Джастин закрыл дом, и они спустились по лестнице, ведущей от крыльца. В Сочельник хор пел рождественские песни, а дети, облачённые в костюмы ангелочков, прыгали вокруг, радостно прихлопывая в ладоши.

– Как же здорово быть частью всего этого.

– Да! Ты права! Рождество – чудесный праздник!

Джастин взял Рэйчел за руку, и они отправились на мессу.

По окончанию они поболтали с Кристианом и Стеф, пока их сыночек Стивенс сладко спал в своей коляске.

– Ребята, ну вы как? Насчёт вечеринки?

– Да, да, думаю, мы придем! Ничего, что Стивенс будет с нами?

– Конечно же нет! – сказал Джастин. – Моя мама обожает нянчиться! Так что думаю, что вы даже сможете немного выдохнуть! Там будет несколько пар с детьми, поэтому не переживайте и просто приходите!

– Ну тогда до встречи!

– Увидимся, ребята!

Рэйчел задумалась над словами Джастина, и её это немного смутило. А вдруг он тоже хотел своих детей? Рэйчел пока не была готова к такому и надеялась, что он не будет заводить с ней этот разговор как минимум до того момента, пока она не поднимется по карьерной лестнице.

– Эй, милая, всё в порядке?

– Д-да, всё нормально. Просто я очень устала, завтра будет тяжёлый день.

– Не волнуйся! Всё пройдёт, как по маслу.

25 декабря.

Рэйчел проснулась в 06:00 утра. График сегодня забит до отказа. Нужно было успеть закончить все приготовления до прихода гостей, который состоится в 05:00 вечера.

Первым делом Рэйчел закончила начинять утку и оставила немного настояться, перед тем как отправлять в духовку.

Пока Джастин развешивал чулки над камином, она решила приготовить пунш и глинтвейн. Хорошо, что они ничего не забыли купить, потому что сейчас беготня по магазинам была бы совсем некстати.

– Ммм, а чем это так вкусно пахнет?

– Это апельсиновый пирог, он стоит в духовке.

– Аромат на весь дом. Обожаю апельсиновый пирог! Моя мама всегда готовит его в Рождество.

– Так значит, я похожа на твою маму?

– Нет, ты совсем не похожа на мою маму, – рассмеялся Джастин.

Шесть часов беготни по дому очень утомили Рэйчел, и она решила лечь отдохнуть перед приходом гостей.

– Ну ты как?

– Я просто немного утомилась. Давно я так не суетилась по дому.

– Всё пройдёт замечательно.

– Думаешь?

– Ну конечно! Это будет мега-вечеринка!

Рэйчел, немного отдохнув, украсила стол и расставила тарелки, разложив под них кружевные белые салфетки. Утка уже почти приготовилась, и будет красоваться на столе к приходу гостей.

Рэйчел одела коктейльное платье тёмно-зелёного цвета и слегка нанесла макияж.

– Ты прекрасно выглядишь милая.

Джастин притянул её к себе и, отодвинув прядь волос, поцеловал в шею.

– Джас, родной, гости уже вот-вот придут.

И Рэйчел таяла от каждого его прикосновения.

– Гости подождут.

Он снова поцеловал её, легким касанием спуская бретель платья с её плеча.

– Джас, ну что ты делаешь?

– Мне остановиться?

– Н-н-нет.

И тут в дверь раздался звонок.

– О боже! Это же гости.

Джастин уныло вздохнул.

– Ну вот! Но мы продолжим на том, на чём остановились!

Джастин слегка пришлепнул её, когда она пошла открывать дверь.

Рэйчел рассмеялась и погрозила ему пальцем.

Когда дом был наполнен гостями и все были в сборе, Рэйчел и Джастин решили произнести приветственный тост.

Джастин взял бокал и протянул второй для Рэйчел.

– Минуточку внимания!

Джастин начал говорить первым.

– Сегодня в нашем доме собрались люди, которые очень дороги нам, и разные истории связывают нас с каждым из вас. Я хотел бы сказать всем вам огромное спасибо за то, что вы пришли, и надеюсь, что этот вечер надолго вам запомнится! Конечно, только в хорошем смысле этого слова! – И он рассмеялся, подняв бокал.

Рэйчел взяла слово следом за Джастином.

– Да. Я присоединяюсь к словам Джастина. И хотелось бы добавить, что этот год стал во многом поворотным для большинства из присутствующих здесь. И пусть не каждый день был наполнен радостью, но зато пройдя через все преграды оглянитесь вокруг! Сколько человек собралось сегодня, и все мы связаны! Каждый стоящий справа от вас так или иначе связан с человеком, стоящим слева, образно говоря, и это удивительно! Мир тесен. И я рада, что жизнь свела нас с такими замечательными людьми, как вы! Я надеюсь, что до конца вечера вы все успеете познакомиться друг с другом! Мы вас очень любим и…счастливого Рождества!

Все присутствующие воскликнули в ответ:

– Счастливого Рождества!

Вечеринка была в самом разгаре, и Рэйчел немного выдохнула, видя, что все присутствующие были довольны.

Мэри болтала с Нэнси.

– Ну-у-у, и когда же ждать пополнения?

– Срок мне поставили на 15 апреля.

– Вы с Полом отличная пара! Я рада за вас!

– Кажется, что ты сыграла немаловажную роль в том, что мы с Полом встретились! Если бы ты не пошла со мной тогда на тот концерт, неизвестно, встретились бы мы с ним или нет…

– Ой, да ладно! Я всегда за, когда дело касается таких вылазок, ты же знаешь!

– Ну а ты? Думаешь наконец-то заняться личной жизнью? Или так и будешь притворяться, что тебе это не нужно?

– Э-э-эй, детка, тише, я такого не говорила! Просто парни попадаются не те, знаешь, мне нужен рыцарь, чтобы вот увидела и поняла – МОЁ!

– Кстати о сильных…

И тут из угла вышел Джеф.

– Ты не знакома с Джефом? Это друг Джастина.

– Нет, такого мужчину я бы не пропустила!

И Нэнси кокетливо состроила глазки коренастому парню, стоящему напротив неё.

– Нэнси, – она протянула свою хрупкую руку.

– Джеф, – раздался ответ очень низким голосом.

– Ну-у-у, я вас оставлю! Мне нужно найти своего суженного!

Мэри двинулась в толпу на поиски Пола, который разговаривал с её родителями.

– Мам, пап, вы как?

– Мэри! Все хорошо, детка! Мы с Полом обсуждали, что если вам нужна какая-либо помощь, вы обязательно спрашивали и не стеснялись, ты же это знаешь?

– Мам, ну конечно! Спасибо вам.

Мэри с Полом прошли к столу, где встретились с Рэйчел и Джастином.

– Мужик, ты как, в норме?

– Да, да, Джастин, спасибо. Я отлично себя чувствую!

– Вот и хорошо. Ну что, кажется, неплохое завершение года?

– Ты шутишь? Это лучшее, что можно было себе представить!

– Мне жаль, что твоих родных нет с нами!

– О чем это ты? Вот же они! Вы все! Вы – моя семья!

Джастин положил свою руку Полу на плечо.

– Да, в этом ты прав!

Рэйчел с Мэри стояли рядом и наблюдали за тем, как их парни мило общаются между собой.

– Эй, а вы случайно никого не забыли? – поинтересовалась Рэйчел.

Мэри податливо покачала головой.

Парни рассмеялись.

Тут к ним подошёл Джеф.

– Джастин, я тут с такой красоткой познакомился!

– Да ты что-о-о?

И парни ушли в сторонку, чтобы поболтать и не мешать Рэйчел и Мэри своими докучливыми разговорами.

Рэйчел взяла бокал и повернулась к Мэри.

– Вы решили, когда будете играть свадьбу?

– Да, мы подумали, что сделаем это 19 февраля!

– Отлично! А почему в этот день?

Мэри задумалась и засмеялась.

– Я не знаю! Просто день, почему бы не пожениться именно 19 февраля?

– Логично, – Рэйчел рассмеялась в ответ.

Вечеринка продлилась до поздней ночи, и все гости, уходя, благодарили ребят за такой тёплый приём.

Перед сном Джастин показал Рэйчел фото, сделанные в течение дня.

– Супер! Ты просто гений фотографии! Серьёзно! Это так классно! Нужно обязательно распечатать эти фото, как ты и предложил!

– Спасибо, я старался.

Джастин приблизился к Рэйчел и приобнял за талию. Потом, взяв её на руки, усадил к себе на колени.

– Я так довольна сегодняшним днём! Спасибо, что согласился пойти на это!

– Это тебе спасибо, что собрала всех под нашей крышей!

– Джас?

– Да?

– Так на чём мы там остановились?…

И Рэйчел легонько провела рукой по его животу.

– Ммм, кажется, кто-то немного перебрал?

– Ну, если ты не хочешь, то я могу уйти…

Рэйчел с ухмылкой начала вставать с его колен.

– Нет! Стоять!

И он притянул ее обратно.

– Я никуда тебя не отпущу! Не сейчас…

Он поцеловал её…

Глава 37

Новый год будет совсем скоро. Мэри с Полом и Рэйчел с Джастином были приглашены на вечеринку в книжном магазине, которую организовывает Джози.

Он давно хотел организовать что-то подобное, например, на Рождество, но Рэйчел с Джастином опередили его своим приглашением, поэтому он решил перенести всё на Новый год.

31 декабря.

Джози накрыл большой стол в центре магазина, установил там шоколадный фонтан и множество вкусных закусок, которые заказал в ресторане «Мамы Луизы».

Он знал, что Мэри скоро родит, а Рэйчел пускается в большое плавание, и это, можно сказать, будет их вечер прощания с магазином. Джозеф подготовил им небольшие подарки. Это было фото в рамке, на которых они втроём стоят напротив прилавка с книгами. Он завернул их в красочную бумагу и прицепил красные банты.

Вечер прошёл замечательно, много воспоминаний было у Мэри и Рэйчел. Они всегда с теплотой будут помнить это время, проведённое среди книг. Этот уголок Ньюпорта стал для них вторым домом.

Рэйчел подошла к Джози и положила руку ему на плечо.

– Ну что? Ты уже подыскал нам замену? Я ухожу через неделю после Мэри.

– Да, милочка, я нашёл двух ребят, это Пибоди и Хармен.

– Пибоди? Это же наш постоянный покупатель?

– Да, да! Когда он узнал про вакантное место, то тут же попросил взять его!

– Но он же вроде бы работает в мастерской своего отца?

– Да, но это его порядком достало.

– Да, я понимаю! Иногда так хочется просто взять и круто изменить свою жизнь!

– Да, со знанием дела говоришь!

– Джози, но мы же будем иногда видеться? Я не хочу, чтобы ты пропал из моей жизни!

– Ни за что! Джози всегда будет рядом! А ну-ка, бери бокал! Выпьем!

Они чокнулись бокалами, и звон раздался по залу.

– Сегодня много книг продалось!

– Да! Все эти деньги я отдам на благотворительность в детский дом. Таков был уговор!

– Это здорово! Мы с Джастином тоже купили книги! Пополняем нашу библиотеку, а то мне всё время кажется, что у нас их очень мало.

– Да, книг много не бывает.

– Отличный вечер, Джози! Пойду найду Джастина, а то они с Полом, кажется, заболтались!

Время близилось к полуночи, и все собрались вокруг стола и начали обратный отсчёт. Как только прозвучали куранты, все начали целоваться и обниматься. А потом поздравлять друг друга с Новым годом.

Глава 38

Джастин и Рэйчел решили прогуляться в парке. Побыть только вдвоём. Джастин первый раз позволил Рэйчел сесть за руль мустанга. Он переживал и постоянно вздрагивал, когда Рэйчел резко давила на тормоз. Она не привыкла к этой машине, и ей было беспокойно, что Джастин волнуется на этот счёт.

– Милый, может быть, всё-таки ты сядешь за руль?

– Нет! Всё нормально. Это всего лишь машина. Езжай.

Он выдохнул, сам поверив в свои слова, и одобрительно кивнул ей головой на дорогу.

Они подъехали к парку, и пошли гулять.

Темнеет на улице рано и температура с каждым днём понижается, но за счёт того, что, наконец, то выпал снег, на улице стало так уютно.

Рэйчел взяла Джастина за руку.

– Джас, ты можешь поверить в то, что всё сложилось так?

– Как? Детка, ты о чём?

– Ну как же, ты и я, Мэри и Пол…да вообще всё, что происходит в наших жизнях и в жизнях тех, кто находится рядом с нами?

– Кстати о случайностях…

Джастин достал свой телефон и показал Рэйчел фото.

Она открыла рот от удивления и взяла его телефон, чтобы рассмотреть поближе.

– Джастин, что это?

– Я недавно сел за свои старые снимки, которые я делал, ещё не думая, что решу стать фотографом. Я просто иногда брал фотоаппарат и делал красивые фото, прогуливаясь по городу. И вот однажды я гулял по улице и решил пофотографировать людей, сидящих в кафе.

Рэйчел была просто в шоке: на этой фотографии за столиком сидела она и Мэри.

– Но как такое вообще возможно?

– Я…я не знаю… но эти мелочи, они есть во всём, просто мы их не замечаем.

– Я в шоке. Это как будто знак… И…я даже не знаю, что и сказать…

– Да, а теперь вернёмся к нашему разговору. Я до сих пор теряюсь в догадках, как всё сложилось. Но я рад, что всё именно так!

– Да, я согласна.

В тот самый момент, состоялась встреча, которую всем впоследствии хотелось забыть.

Эмили шла по парку, держа в руках бутылку шампанского, которую она допивала после встречи со своей подругой Грейс, и разговаривала по телефону, Едва заметив, кто идет ей навстречу, она сбросила звонок.

– Надо же, посмотрите-ка, кто у нас тут…

И она махнула бутылкой в сторону.

– Эмили?

Рэйчел сморщилась от злости и вцепилась в руку Джастина ещё сильнее.

– Джастин…и его новая игрушка. Знаешь, а ты ничего. Только прошу тебя, милочка, не надевай больше эту куртку, ты в ней похожа на пингвина.

Рэйчел слегка подалась вперёд, но Джастин не отпустил её руки.

– Джастин, не надо, просто отпусти мою руку…

– Рэйч, она этого не стоит, идём…

– Да, Рэйч, иди! Иди, Рэйч, что ты смотришь на меня? Нравится жить моей жизнью? Нравится, что теперь ты, а не я, просыпаешься рядом с ним? А как он в постели? Хорош, да? Как же я, поэтому скучаю!..

– Эмили, что ты несёшь? Ты вообще в своём уме?

– Да, Джастин, я-то в своём, а вот ты? Променять меня на неё? Ты правда считаешь, что она сможет хоть в чём-то меня превзойти?

– О боже, Эмили… Да ты совсем не в себе. Рэйчел, пошли отсюда!

Джастин потянул Рэйчел за собой, а Эмили, наполненная яростью, кричала им вслед:

– Да! Валите! Валите отсюда! Никчемный Джастин! Я ненавижу тебя!

Джастин шёл, не оглядываясь и не отпуская руки Рэйчел.

– Джас! Джас! Всё, мы далеко ушли от неё! Остановись! Что это было? Она что, до сих пор что-то чувствует к тебе?

– Она безумная! Ей совершенно противопоказан алкоголь, а как ты видишь она была в стельку…

– И что? Она теперь каждый раз, как увидит нас вместе будет говорить всё что ей вздумается?

– Просто забудь, идём!

– Джастин, но это неправильно! Если бы ты отпустил меня, я бы врезала ей!

– Знаю, поэтому и не отпустил! Она не стоит того, Рэй, её отец юрист, он бы потом затаскал тебя по судам! С этой семейкой лучше не связываться!

– Это как-то странно, значит, она вот так легко может испортить нам вечер и ей просто сойдёт это с рук?

– Она психопатка! Таких, как она, ничего не исправит, ей нужно лечиться. Наступит время и ей всё это вернётся, поверь!

– Я не хочу больше видеть её…никогда!

– Она смирится! Просто нужно время!

Когда они вернулись домой, то уснули в крепких объятиях, потому что Рэйчел не прекращало трясти от злости и чувства недосказанности. Она засыпала и думала о том, что не будь Джастина рядом, Рэйчел показала бы ей, кто и что из себя представляет, чтобы та больше не лезла к ней со своей глупостью.

На следующий день, когда Джастин ушёл на работу, Рэйчел позвонила Мэри и рассказала об этой встрече в парке.

– И что вы сделали?

– Ничего! Просто ушли, представляешь?

– Ну, знаешь…, может быть оно и к лучшему? Кто знает, на что способна эта ненормальная…

– В следующий раз я не стану отмалчиваться!

– Рэй, перестань, она просто девушка с разбитым сердцем!

– Вот всегда ты так!

– Как?

– Ищешь в людях хорошее! Но не всегда и не во всех это хорошее есть!

– Просто зачем думать о плохом, когда в мире столько прекрасного?

– Ладно, забудем о ней! Как ты себя чувствуешь? Всё хорошо?

– Да, все просто замечательно! Пол стал таким внимательным. Я рада, что он продолжает общаться с психотерапевтом, это точно идёт ему на пользу.

– Я очень рада, что у вас всё хорошо! А как идёт подготовка к свадьбе?

– Всё по плану. Мы же на следующей неделе идём выбирать торт, ты не забыла?

– Конечно, нет, я помню!

Глава 39

19 февраля.

Наступил долгожданный день. Мэри проснулась с рассветом, она была абсолютно уверена в том, что впереди их ждёт счастливая жизнь, в любви, понимании и верности. Она не испытывала и доли сомнения в своём выборе.

Рядом с Полом она смогла забыть о своих проблемах и заботах. Конечно, с ним ей тоже пришлось пройти немало, но это не имело никакого значения, когда всё отступает на второй план, если есть любовь. Он любил её такой, какая она есть, а другого для счастливой жизни и не нужно. Мэри рядом с ним смогла обрести себя и внутренний покой. Она носила под сердцем его ребёнка и только за это будет благодарна Полу до конца своих дней.

После завтрака началось волшебство.

Мэри сделали макияж, причёску, а фотограф сделал сотни фотографий для свадебного альбома.

Мэри было уже тяжеловато переносить всё на ногах, и она часто садилась передохнуть.

Пол проснулся с мыслями о Мэри, о том, что они сегодня официально станут семьёй. Женщина, только от аромата которой всё его тело напрягалось, а в груди бушевал пожар, он любил в ней всё: её формы, волосы, голос, характер, а главное, в ней был такой стальной стержень.

Ему всегда казалось, что она сама не отдавала себе отчёта в том, насколько она сильная и делает такими же всех, кто находится рядом с ней. В том числе и его. Она поверила в то, что он сможет измениться, и так и произошло.

Фантастическая женщина, сочетающая в себе ум и красоту.

Пол в костюме жениха выглядел просто идеально: чёрный классический костюм и белоснежная рубашка с запонками, галстук, туфли – всё было совершенно. Рядом были все, кто стал дорог Полу за последние полгода. Он и подумать не мог, что все эти люди будут рядом с ним в этот торжественные день.

– Чувак, тебя только на обложку журнала осталось поместить! – сказал Джастин.

– Дружище, прекращай! Костюм как костюм.

Пол провёл рукой по волосам и встал в позу.

Друзья рассмеялись. Продолжая шутить, они закончили все приготовления и отправились к месту проведения торжества.

Пол жутко волновался перед началом церемонии. Столько людей, такой ответственный момент…

Видя то, как Пол оглядывался по сторонам, к нему подошла Дороти и сказала:

– Ну что? Волнуешься?

– Безумно! Даже ноги дрожат.

Дороти взяла руку Пола в свою.

– Как прекрасно видеть то, каким мужчиной ты стал. Я не была уверена с самого начала, что ты будешь именно тем, кто подходит Мэри больше всего. Да и, по правде говоря, как мать вообще может быть уверена на этот счёт.

И Дороти ухмыльнулась.

– Но потом, узнав тебя поближе, я поняла, что ты очень хороший и добрый парень! Мы полюбили тебя! Полюбили всей душой, слышишь? Мы с Робертом хотели бы пожелать вам счастья.

– Спасибо, миссис…

Пол немого помялся с ноги на ногу.

– Нет! Никаких миссис! Прошу, называй меня просто мама.

И она чмокнула его в щеку, тут же вытерев след от своей помады.

Дороти прошла к гостям.

Пол повернулся и увидел, как Мэри шла под руку со своим отцом к алтарю. Она была прекрасна в белоснежном подвенечном платье: верх был полностью выполнен из кружева, он идеально прочеркивал декольте, глубокий вырез на спине делал образ более хрупким, а многослойный воздушный низ создавал впечатление невесомости, от которого Мэри словно парила над землёй. Волосы были уложены в аккуратные локоны, а заканчивала образ фата, которая прикрывала лицо невесты

У Пола перехватило дыхание, едва Мэри вошла в зал. Никого прекрасней он в жизни не встречал, женщина его мечты шла к нему навстречу, чтобы стать его женой.

– Я, Пол, беру тебя, Мэри, в законные жёны. Обещаю быть твоей стеной и опорой, защищать и любить тебя вечно, и в болезни, и здравии, и в горе, и в радости, в этой жизни и после неё. Вместе и навсегда.

– Я, Мэри, беру тебя, Пол, в законные мужья, перед Богом и людьми, клянусь быть для тебя надеждой, тихой гаванью, твоим покоем. Я буду рядом и в болезни, и в здравии, и в горе, и в радости. Я люблю тебя всем сердцем и буду любить тебя вечно, в этой жизни и после неё. Вместе и навсегда.

– Теперь обменяйтесь кольцами, это символ бесконечности данных вами клятв, помните и следуйте им как друг перед другом, так и перед Господом.

Пол дрожащей рукой поднял фату с лица своей будущей супруги и увидел те самые глаза, которые с первой же секунды их знакомства свели его с ума. Их губы слились в поцелуе, они забыли про всё и всех вокруг. Священнику пришлось покашлять, чтобы привлечь к себе внимание молодожёнов.

По залу раздались смешки, Мэри немного смутилась, но посмотрев в глаза любимого, успокоилась.

Все стали аплодировать воссоединению двух влюблённых сердец.

Пол подхватил Мэри на руки и начал её кружить, поддавшись эмоциональности момента.

– Милый, тиши, тише, у Мии там, наверное, все вверх дном.

– Прости, точно!

И Пол опустил Мэри на пол.

Праздничные столы были накрыты в ресторане под названием «Amazing time”.

Были приглашены шестьдесят семь человек. Все друзья, родные и близкие люди окружали Мэри и Пола в этот день. Поздравления не утихали.

Сейчас время поздравления от Рэйчел и Джастина, которые поднялись, чтобы подойти к столу молодоженов.

Рэйчел начала говорить первой.

– Каждому из нас в жизни очень важно найти человека, с которым нам будет уютно и тепло, комфортно и спокойно. Я знаю, как сложно это сделать в нашем современном мире. Мы постоянно куда-то спешим, торопимся… А жизнь, она проходит, и каждый день это не просто день, а шанс для все новых и новых возможностей. Я хочу пожелать вам, чтобы каждый день вашей совместной жизни был наполнен любовью. Хочу, чтобы ваша дочь видела, что её родители счастливы и готовы делиться с ней этим счастьем. Я уверена, что вы будете прекрасными родителями, и мы всегда будем рядом с вами, чтобы не случилось!

Тут микрофон взял Джастин.

– Я присоединюсь к вышесказанному и хочу добавить, что любовь – это самое светлое и доброе чувство, не теряйте её, и самое главное, всегда помните, с чего всё начиналось!

И тут на экране позади молодожёнов запустили короткий фильм с фото, который Рэйчел с Джастином подготовили для ребят вместе.

Мэри с Полом держались за руки, и у Пола перед глазами пронеслись все эти моменты, он как будто бы заново пережил их. Какое удовольствие понимать, что, сколько бы в жизни не происходило плохого, хорошего всегда будет больше.

У всех глаза были на мокром месте, и по окончанию фильма по залу разлетелись громкие аплодисменты и свист.

Родители Мэри подарили ребятам новую машину, которая красовалась на парковке у ресторана.

Пол несколько раз поблагодарил их и говорил, что не стоило им так тратиться, ведь почти все расходы за свадьбу они взяли на себя, и ему было неловко за это, но он пообещал, что обязательно вернёт им этот долг, ведь его дела пошли в гору после выхода альбома.

Наступило время первого танца молодых.

Все встали в большой круг и впустили туда Мэри и Пола.

Пол взял Мэри за талию, и музыка заиграла. Пол с ошарашенным лицом посмотрел на Мэри.

– Что??? Это же…

– Да, да… Я решила, что твоя песня будет идеально подходить для такого момента.

Это играла песня «In my heart».

Пол обнял свою жену покрепче, и они закружились в танце.

После того, как официальная часть свадьбы закончилась, началось безудержное веселье.

Джозеф заметно выпил и постоянно подходил к Рэйчел с Мэри, чтобы вытащить их потанцевать.

К Джастину подошёл отец Мэри и начал расспрашивать о том, как идут дела с фотографией. Пока они разговаривали, Рэйчел предложила Мэри сходить станцевать и показать всем, как это делается.

Они вышли в центр зала и почувствовали себя маленькими девочками. Это здорово, на время возвратиться в детство. Беззаботное время, когда кажется, что все возможно. Рэйчел и Мэри танцевали, раскидывая руки в стороны и подпевая песне изо всех сил. Потом Мэри вдруг остановилась.

– Мэри, ты чего? Все в порядке?

Рэйчел обняла подругу.

– Д-да-а-а, протянула она. – Но, кажется, у меня отошли воды…

– Что-о-о??? О боже, что же делать?

Рэйчел растерянно смотрела по сторонам.

– Я…Я не знаю, что мне делать?

– Так…идем, нужно найти Пола и Джастина!

Пол был на машине, так как он не пил, он сел за руль, и ребята вчетвером поехали в больницу. Джастин сел на переднее сиденье, а Рэйчел и Мэри прыгнули назад. Рэйчел всю дорогу до больницы поддерживала Мэри, как только могла, но боли начали усиливаться, и непроизвольные всхлипывания иногда раздавались в машине.

Когда они подъехали к больнице, Пол и Джастин взяли Мэри под руки и помогли дойти, потому что она могла потерять равновесие, и так было намного безопаснее.

К ним подлетела акушерка с каталкой. Пол помог Мэри сесть и повёз в палату.

Мэри переодели в одноразовый халат и предоставили кровать, на которой ей нужно было просто лежать и терпеть схватки. Ей измерили давление и прослушали сердцебиение ребёночка, всё было хорошо.

К ней подошла Лили и предложила для облегчения болевых симптомов медленно походить по палате.

Но боли были такими сильными, что казалось, будто все кости изнутри ломает на тысячи осколков, и даже это не облегчало боль. Были моменты, когда в перерывах между схватками Мэри успевала сделать несколько глубоких вдохов, но потом боль возвращалась и с новой силой испытывала её на прочность.

Пол, как мог поддерживал супругу и вздрагивал, когда Мэри морщилась от боли.

Мэри поинтересовалась у акушерки.

– Лили, сколько ещё ждать до родов?

– Ещё совсем немного, думаю, через часик ты уже родишь!

– Что??? Ещё час?

И Мэри с выпученными глазами посмотрела на неё.

– А как ты хотела? Роды дело такое, тут не стоит торопить события. Я так понимаю, что ты и так прибыла к нам раньше срока, поэтому нужно просто дождаться момента, когда малышка захочет появиться на свет.

Лили массировала её спину, чтобы смягчить боль.

Мэри с досадой следила за часами и с ужасом понимала, что время остановилось. Каждая минута давалась ей всё тяжелее и тяжелее. И когда боль стала совершенно нестерпимой, она подошла к кровати и облокотилась на неё.

Рэйчел и Джастин наблюдали за всем этим процессом и просто поддерживали Мэри добрым словом и периодически брались за руки, потому что обоим было страшно от происходящего.

И тут Мэри вскрикнула:

– Миссис Оуэнс, мне кажется, началось!

Акушерка посмотрела на раскрытие и сказала, чтобы принесли чистые полотенца, ведь малышка вот-вот появится на свет.

Джастин и Рэйчел удалились из палаты и оставили Пола и Мэри одних, чтобы они сумели насладиться этим мигом только вдвоём.

Это был самый светлый, самый радостный и самый запоминающийся момент в жизни Мэри. Да и вообще в жизни любой матери. Момент, когда ты понимаешь, что не зря мучилась в таких страданиях, потому что благодаря этому на свет появилась она. Малышка Мия.

Лили подошла к Полу и протянула ему дочь.

– Поздравляю, у вас девочка, 2800 г, рост 49 см.

Земля из-под ног ушла в тот момент, когда он услышал эти слова.

– С ребёнком все хорошо? А с Мэри?

– Не переживайте! Со всеми всё хорошо!

Позвать ваших друзей?

– Д-да, конечно!

Рэйчел с Джастином зашли в палату и принялись поздравлять молодожёном, ведь сегодня их семья стала на одного человека больше. Маленькая Мия в окружении родных ей людей. И пусть сейчас она нуждается только в родительской ласке и заботе, рядом с ней всегда будут и те, кто поддержит её и поможет, когда это потребуется.

Мэри выписали из больницы через неделю после родов.

Пол успел собрать кроватку и обустроить детскую комнату с помощью Рэйчел, Джастина, Роберта и Дороти.

По всему дому висели шарики и растяжки с поздравлениями.

Самыми тяжелыми для молодых родителей оказались первые недели, когда ты не знаешь, чего хочет ребёнок. Но потом, когда они по немного освоились с этим, и начали понимать с первых всхлипываний Мии, что ей было нужно, стало легче.

Каждый день, Пол и Мэри, узнавали эту жизнь по-новому. Все их привычное понимание мира изменилось. Все знания и принципы были подвергнуты неустойчивости. Но ведь так и должно быть, когда в семье появляется ребёнок? Мы становимся уязвимы больше, чем когда-либо. Но это поистине самые счастливые моменты в жизни. Пол и Мэри были очень счастливы и всем сердцем любили Мию.

Эпилог

Весна.

Время пробуждения и начала новой жизни, в воздухе витает любовь и предвкушение неизведанного. Рэйчел набрала номер Мэри, они договорились встретиться и прогуляться к пляжу.

Две подруги, проживающие самые прекрасные моменты в своей жизни. Девушки, чьи мечты осуществились за прошедший год. Было ли это легко? Нет! Стоило ли оно того? Определённо да!

Мэри и Рэйчел сели на песок и опустили ноги в прохладную воду.

– Рэй, только подумай, что ещё год назад мы были свободными и одинокими, не было Пола и Джастина, и не было моей Мии.

– Мэри, я каждую ночь закрываю глаза и прокручиваю в голове все моменты этого года. Я просто не могу поверить, насколько сильно изменились наши жизни. Этот год был поистине судьбоносным.

– Пол принял решение уйти из группы. Он хочет открыть центр помощи зависимым.

– Мэри! Это очень благородно, тем более у него есть опыт выхода из зависимости.

– Рэй, главное, что он будет рядом со мной и Мией. Не будет концертов, турне и неизвестности.

– Ты всё ещё боишься, что он может сорваться? – Рэйчел немного напряглась, в голове действительно промелькнула эта мысль.

– Я просто понимаю, что в этой жизни всё возможно и понимаю, как сложно ему бороться с этим. И я рада, что не будет факторов, склоняющих его к риску. – Мэри легла на песок и устремила взгляд в небо. Рэйчел легла рядом.

– Знаешь, мои работы выбрали для выставки в Провиденс, а Гаред Батист представил одну из моих картин в Нью-Йорке, она многих заинтересовала, мне даже предложили неприлично высокую сумму за неё. Думаю, что я соглашусь.

– Рэй, я так горжусь тобой! Я всегда знала, что ты исключительно талантлива. Я очень хочу, чтобы Мия была похожа на тебя.

– Серьёзно? Почему?

– Ты умеешь достигать своих целей и не боишься рисковать. Это я люблю в тебе больше всего.

– Милая, ведь ты такая же. Просто цели у нас разные. И я тебя люблю. А у меня ещё одна важная новость! – Воскликнула Рэйчел. – О Джастине напишут в «Таймс»! И опубликуют одну из его работ!

– Да он, становится настоящей знаменитостью! Детка, ты урвала себе лакомый кусочек!

– О да! Интересно, у нас будет звездная болезнь? – задрав подбородок, спросила Рэйчел.

– Так, послушай меня, начнёшь зазнаваться, ко мне и близко не подходи, – пригрозила кулаком Мэри. Подруги рассмеялись.

– Слушай, Мэри, помнишь бывшую девушку Джастина, Эмили? Та, с которой мы его видели в парке?

– Да, да, Эмили Грейсон. Она опять объявилась?

– Слава Богу, не в нашей жизни! На днях с Джастином листали местную газету, и там был репортаж про неё. Оказывается, она вышла замуж за какого-то богача из Лос-Анджелеса.

– Нашла себе мужчину под стать. Пусть живёт счастливо и подальше от вас.

– Согласна, подруга! Дай пять.

– Рэй, а как там Джози? Я настолько загружена домашними делами и заботой о Мии, что совсем не нахожу времени позвонить ему.

– Джози, как же я забыла рассказать о нём! Наш Джози-Джо нашёл свою любовь! И в этот раз, кажется всё серьёзно. Я таким счастливым его никогда не видела.

– Теперь наш суровый босс начнёт добреть, и несчастные работники книжного магазина смогут выдохнуть. Я рада за него, всем сердцем рада, но Рэй, мы должны познакомиться с этим парнем! Дать свою авторитетную оценку.

– Обязательно, подруга, он ещё не получил наше одобрение. – И они снова рассмеялись.

– Рэй, посмотри, кто там идёт!

Им навстречу шли Джастин, Пол и малышка Мия, сладкая спящая в коляске.

– Наша семья, Мэри. Наше всё.

* * *

История каждой жизни имеет право быть услышанной.

В каждой есть слёзы, боль, радость и счастье. И чего в ней больше, решать только нам. Пусть путь будет сложным и порой решения даются нам с большим трудом, но нужно верить в то, что за каждой дверью всегда есть место для новых открытий.

Четверо друзей, жизнь которых за этот год кардинально изменилась, поведали нам свой рассказ о том, как дружба спасала их в сложные времена. Научила, что радоваться можно и нужно не только за себя и за свои успехи, но и за успехи тех, кто рядом с тобой.

Все человеческие жизни каждый день пересекаются друг с другом, и этот миг навсегда меняет их. И по прошествии времени начинаешь понимать, что всё, что происходило с тобой – это не случайность, это судьба, которая сложилась именно так, как и должна была сложиться.

Сегодня мы делаем шаг, который непременно предшествует каким-то событиям. Мы не замечаем этого, но это так. Вся наша жизнь состоит из множества моментов, связывая между собой все воедино. Момент – это настоящее, то, что мы проживаем здесь и сейчас. Есть моменты, которые запоминаются нам на долгие годы, есть и те, которые с мимолетной скоростью исчезают из памяти, но эти моменты делают нас теми, кто мы есть. Делает нас сильными или уязвимыми, злыми или добрыми, скромными или тщеславными. Но в любом случае, оглядываясь назад, мы начинаем понимать, что моменты составляют нашу жизнь, наполняя ее событиями и придавая им насыщенность всех красок и всех оттенков, которые только существуют в этой прекрасной и необъятной жизни.

Content

Live Hope
Moments

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Эпилог