Клэр Боус ЛЮС

Загадочное исчезновение Биксби

РАССКАЗ

Солнце, остановившись прямо над горой, залило светом ее теневые склоны, окрасив их в нефритовые тона. Широкие дуги пляжей Конг и Тортуга под его лучами сверкнули кривыми восточными саблями. Лучи, проникнув сквозь полуприкрытые ставни большого окна, разбудили знаменитого обитателя курорта м-ра Брайтона Биксби.

Брайтон Биксби уже в тридцать лет стал лауреатом премии Пулитцера за книгу «Мужчины, деньги и снаряды». В тридцать три года он выдвинулся на пост вашингтонского корреспондента одной влиятельнейшей газеты на Среднем Западе. В тридцать пять лет, по общему мнению Вашингтонского корпуса прессы, он считался, выражаясь языком газетчиков, «бронебойным пистолетом» — незаурядным журналистом.

В начале августа популярность Биксби вдруг обернулась против него. На выборах, проведенных в Вашингтонском корпусе прессы, он получил подавляющее число голосов в опросе «Репортер, который более других подходит для полета в космос вместе с космонавтами». Некоторые нашептывали, что избрание Биксби журналистом-космонавтом объяснялось настолько же уважением, насколько и завистью коллег.

Биксби ясно представлял себе, что, согласись он на предложение генералитета, космический прыжок вполне мог стать причиной его гибели. С другой стороны, он видел, что у него нет выбора и как у журналиста и как у честного человека. И все же надо иметь незаурядное мужество, чтобы бросить себя в холодную бездну, как того хочет Пентагон и предлагает Вашингтонский корпус прессы.

В то время как Биксби обуревали подобные сомнения, он получил несколько заманчивых предложений. Обе газеты — «Нью-Йорк таймс» и «Геральд трибюн» — предложили ему места в своих редакциях, давая столько свободного времени, сколько потребуется для освещения космической темы.

Но самое выгодное предложение пришло от президента молодой «Либерти Бродкастинг компани», который обещал Биксби пятилетний контракт на пятьдесят тысяч долларов в год плюс гонорар, широкую поддержку и место первого вице-президента редакции научного и политического вещания. Это предложение не включало пункта о необходимости космического путешествия.

Биксби прилетел на самолете в Санта-Томасина в одиннадцать утра. Пересел на катер, доставивший его в Санта-Урсулу тридцать минут спустя. После завтрака он пошел через высокий гребень длинного мыса Хоук-Пойнт, который отделяет Конг-Бич от Тортуги, в свой маленький двухкомнатный коттедж. Там он разделся и облачился в купальный костюм.

Затем он вернулся в Тортугу, в сверкающий на солнце прибрежный магазин, где купил бутылку масла для загара и поинтересовался у черной продавщицы в отношении уроков по нырянию с трубкой. Продавщица ответила, что инструктор весь день будет занят с детьми. Биксби, задетый таким замечанием, проворчал, что ныряние, пожалуй, не выглядит столь уж трудным делом и он освоит его самостоятельно. Наглотаться соленой воды — это худшее, что может случиться.

— Вы так думаете, молодой человек? — сильный пронзительный голос раздался у него за спиной. Биксби обернулся и оказался лицом к лицу с женщиной.

— Добрый день, д-р Ормстид, — пропела негритянка мягким печальным голосом, продолжая рыться на полке с оборудованием для плавания.

— Добрый день, Иента, — ответила женщина и подарила Биксби широкую полнозубую улыбку. Ей было ближе к шестидесяти, чем к пятидесяти годам. Она была одета в черный облегающий костюм, натянутый на приземистое тело. Ее мускулы под бронзовой морщинистой кожей производили внушительное впечатление. В руках она держала гавайскую острогу, маску, дыхательную трубку и пару больших черных ластов, сделанных по типу галош.

— Лучше дай ему сейфети-пэк[1], Иента, — приказала она и набросилась на груду шляп, плетенных из пальмовых листьев, натягивая их одну за другой на свою большую, седую, неаккуратно подстриженную под мальчишку голову.

— Хорошо, д-р Ормстид, — девушка добавила маленький, покрытый пластиком предмет, размером и формой напоминавший сигаретную коробку, к светло-голубой резиновой маске и ластам, и подала Биксби.

— Положите это в карманчик ваших купальных трусов. — Д-р Ормстид была чрезвычайно официальна. — Если вас что-нибудь напугает, надавите пакет и опустите в нахлынувшую воду. Спокойно проплаваете пару часов, и никто на вас не нападет.

— Спасибо, но я не знаю, что такое страх, — холодно отрезал Биксби.

Биксби расписался за ласты и маску, дал продавщице номер своего коттеджа и назвал фамилию.

— Ради всего святого! — Д-р Ормстид повернулась к нему вновь. — Я слышала о вас по радио! Вы тот самый газетчик, который собирается совершить первое путешествие вместе с космонавтами?!

— Это зависит от того, где я буду и что буду делать, когда они соберутся улетать…

— Все равно примите мое восхищение вашим героизмом, — сказала женщина, и в ее маленьких серых глазках сверкнул искренний восторг.

Биксби собрал свое снаряжение и решительно направился к двери.

Женщина испустила возглас притворного ужаса и направилась к прилавку.

— Обождите! — окликнула она, и Биксби остановился, ощущая возрастающую неприязнь к д-ру Ормстид.

«Кого она мне напоминает?!»

— Вы забыли свой сейфети-пэк! Вы легкомысленный мальчик! — прокудахтала она.

Когда Биксби направился к берегу, д-р Ормстид засеменила вслед.

— Ныряние, — сказала она своим не терпящим возражений тоном, — не так просто, как кажется. Опыт. Знания. Они необходимы во всем. Почти каждый умеющий плавать думает, что ему можно забираться далеко от берега после первого же ныряния с трубкой. Но эти воды! Остерегайтесь плавать на рассвете, — она указала своим похожим на обрубок пальцем в сторону мыса. — Когда начинается отлив, появляется еще одно скрытое течение, которое бежит между Хоук-Пойнт и рифами. Можно попасть в него — и это ужасно! Я нашла пока только один способ, как из него выбраться…

Биксби прервал. Это была одна из первых удачных попыток прервать мерное течение ее бесконечной речи, которые он предпринял.

— Когда-нибудь, прежде чем я отправлюсь туда, я попрошу вас дать мне полный список всех опасностей, подстерегающих в открытом море.

Вопреки мнению д-ра Ормстид он нашел ныряние довольно легким, почти детским видом спорта. И необычайно приятным. К концу получаса он уже освоился, хотя мышцы его с каждой минутой уставали все больше и больше.

Он было совсем направился к берегу, когда красно-коричневый предмет появился в поле его подводного зрения. Это была девушка, нырявшая в маске-очках и с трубкой во рту, раздувавшей смуглые щеки. Ее длинные волосы переливались золотой волной поверх красного купального костюма.

Как только ее тело сверкнуло перед ним, длинные стройные коричневые ноги со светло-голубыми ластами взбили прозрачную воду сильными ритмичными ударами. Секундой позже лодка прошла вплотную к Биксби, и весло поднялось и опустилось над его головой.

Биксби, машинально среагировав и уклонившись от весла, поплыл за обаятельным видением. Почувствовав, что ноги коснулись дна, он встал, чтобы увидеть, как девушка будет подниматься из воды на мелком месте. Стоя спиной к нему, она сдернула маску и ласты, бросила их негру-гребцу, который пристал к берегу в нескольких метрах от нее, и побежала к отелю. Биксби подумал, что сможет увидеть девушку в баре, где собирался посидеть за стойкой.

Но когда он вечером вошел в бар, девушки среди дюжины загорелых отдыхающих, которые там сидели, не оказалось.

Когда Биксби пошел прогуляться по террасе, он нашел, что пять или шесть молодых и молодящихся пар — ни в одной из которых не было девушки — сдвинули плетеные кресла в тесный кружок вокруг д-ра Ормстид. В мятом шерстяном платье, нелепо украшенном маленькими розами, она была похожа на маму больше чем когда-либо.

— Итак, дельфин, — говорила она, — это восхитительное создание. Изумительное. В пропорции к телу мозг дельфина самый большой в животном мире, не считая человека, конечно. У дельфина есть даже голосовая коробка. Он может исторгать человекоподобные звуки. О да, да, может!

Биксби уселся поодаль в тростниковое кресло-качалку, машинально подчинившись голосу чувств, если не звукам голоса женщины, о которой он теперь думал, как о мом[2] Ормстид.

Биксби окинул взглядом террасу, ища блондинку, и щелкнул пальцами, подзывая официанта.

— Джин. Двойной, — прошептал Биксби официанту.

— Слушаюсь, сэр! — пропел тот в ответ.

Д-р Ормстид обернулась, и ее серые глаза озарились добротой.

— О, здесь знаменитый мистер Брайтон Биксби, наш космонавт! — искренне воскликнула она и вскочила на ноги, открывая дорогу для Биксби. — Присоединяйтесь к нам!

Все гости обратили на него внимание. У Биксби не оставалось иного выбора, как присоединиться к гостям без тени заметного неудовольствия.

Когда все уселись вновь, д-р Ормстид сказала снисходительным голосом старшего, уговаривающего ребенка прочитать стишок:

— А теперь вы расскажите нам все-все о вашем предстоящем путешествии в космос.

Биксби почувствовал, как злость закипает в нем.

— Благодарю вас, — сказал он подчеркнуто вежливо, — но я предпочитаю никогда не говорить о вещах, которые еще не сделал. Дурная примета, вы знаете.

Д-р Ормстид обратилась к кружку разочарованных лиц.

— Хорошо, если он не хочет рассказывать нам, значит он не хочет, — сказала она весело. — Я могу вернуться к разговору о море… Мы все гоняемся за каждой новостью о космических проблемах, — начала она. — А почему мы теперь должны знать много больше о космосе, чем о рифах вокруг бухты Блэк Вирджин…

— Послушайте, док, — сказал один из молодых людей, — извините меня за то, что перебил, но я жду весь вечер, чтобы спросить вас: есть ли в округе акулы?

Все повернулись к женщине, которая не была, однако, смущена этим неожиданным вопросом.

— Акулы? — сказала она своим уютным, нравоучительным тоном. — Конечно. Это только кажется, что акулы приходят и уходят. Они всегда здесь. Для подводников нет ничего безопаснее, чем плавать группой. Акула и впрямь самое непривлекательное и коварное существо. Как все злодеи, она предпочитает нападать на одинокие жертвы.

— Д-р Ормстид, — сказал Биксби спокойным, хрустящим голосом, каким он обычно брал интервью у знаменитостей далеко не первой величины, — вы ведь не хотите испортить нам отдых, не так ли?!

— Конечно, нет! — поспешно ответила д-р Ормстид, и Биксби было приятно видеть, что она покраснела.

— А сами вы знаете человека, на которого когда-нибудь нападала акула?

— Достоверных данных, конечно, о нападении акулы в этих водах нет, но… — она запнулась, — в прошлом году произошел непонятный случай. И очень печальный. Один из наших приезжих студентов-биологов, молодой сильный швед исчез как раз по ту сторону рифа. Его имя было Свен Сорхарст. Мы ныряли фактически вместе вблизи кораллового рифа Блэк Вирджин. Больше шведа никогда не видели. Вероятно, на него напала акула. — Мом холодно смотрела на луну. Казалось, она больше не хотела продолжать этот разговор, но была уже не в силах остановить его.

— Но если вы ныряли вместе, неужели вы не видели, что с ним случилось?

Д-р Ормстид вздохнула. Она понизила голос и довольно странно замерла, подбирая слова.

— Нет, — сказала она, — мы заплыли вместе и ныряли в песчаном проливе, который отделяет скалы Блэк Вирджин от рифа. Там было совсем мелко, и я нашла триглу — большую рыбу, которая похожа на гигантскую бабочку. Проколов триглу копьем, я решила отправиться за лодкой, чтобы поднять добычу на борт. Свен сказал, что останется здесь, пока я не возвращусь. Я отсутствовала не более получаса. Когда же вернулась назад, Свена не было. Поискав его кругом, я в конце концов возвратилась за катером. Мы проехали по течению около двух миль и забрались по ту сторону Вирджин Кей. Вот тогда-то я и увидела акулу. Никаких признаков тела Свена не было найдено. Я и еще один студент проныряли в округе весь день…

Но Биксби не сдавался:

— Вы же не имеете никаких доказательств, что именно акула схватила его?!

Она грустно покачала головой.

— Таким образом, причиной гибели могли быть судороги?

— Может быть, — уступила д-р Ормстид. Ее голос был безжизненным, так же как ее волосы и глаза. — Но воды такие теплые…

Как раз в этот момент Биксби увидел, что одинокая белокурая женщина вошла в бар на другом конце террасы. Он быстро встал с кресла-качалки и невнятно пробормотал извинения, что-де увидел старого друга. Не дожидаясь рассказа о том, как большой швед мог спастись от чудовища из морской пучины, он направился к бару. Это была та самая ошибка, за которую он так жестоко поплатился позднее.

За высокой стойкой Биксби быстро разделался с двойной порцией виски и, тихо насвистывая, направился к своему коттеджу.

Когда утреннее солнце разбудило его, Биксби приподнялся в постели, чтобы взглянуть на часы, и тяжело вздохнул. Было пять пятьдесят утра. Голова гудела. «Слишком мало спал, — подумал он, — слишком много сигарет и чертовски много виски».

Раздетый и еще не привыкший к солнцу нарождавшегося дня, он прошел в ванную через забрызганную солнечными бликами комнату коттеджа. Бросил таблетку «Алька-зельтцер» в стакан с водой и, ожидая, пока выйдет немного газа, держал стакан в руке.

Биксби сделал один глоток и поставил стакан на подоконник рядом с сейфети-пэк.

И затем он увидел златовласую, бронзовокожую девушку в алом купальнике. Она стояла с гарпуном в руке, наклонившись над большим валуном у самой кромки воды.

Мужчина, который всегда гордился своим хладнокровием и рассудительностью, сейчас подчинился велению чувств. Он сдернул купальные трусы с проволоки, протянутой над ванной, и, надев их, застегнул «молнию». Он поднял большую голубую маску, болтавшуюся но ручке крана, выудил из-под раковины пару больших ластов и направился к двери. Затем ему показалось, что он забыл какую-то часть своего оборудования, накануне купленного им в магазине отеля.

«Что, что это, черт возьми, было?» Он вернулся, пытаясь вспомнить, и поймал в зеркале, висевшем над ванной, отражение своего лица. Коротко подстриженный блондин. Пронзительные голубые глаза смотрели сквозь толстые стекла очков. Упрямый подбородок (Брайтон был доволен, что побрился вчера вечером) и сильный большой рот.

Действительно, запоминающееся лицо. Красивое в своем роде. Лицо проницательного репортера или школяра. Возможно, президента радиовещательной компании.

Ей должно понравиться это лицо. Большинству женщин нравилось. Он закрутил полотенце вокруг шеи и размашисто зашагал через небольшой садик коттеджа.

Теперь девушка медленно плыла в семидесяти футах, вдоль длинной береговой дуги к Хоук-Пойнту, а черный гребец в лодке, работая веслами, замер футах в двухстах, дожидаясь ее.

Когда Биксби вышел на берег, близлежащие воды начало рябить легким утренним бризом, и они стали похожи на бледно-голубой вельвет. Но вдали лагунные воды, которые отделялись проливом от рифов, были пока по-сатанински мрачны. Кроме легкого похмелья и чувства небольшой тошноты в желудке, где газы «Алька-зельтцер» сейчас вдруг устроили бунт, Биксби чувствовал себя бодро. Он вошел по колено в воду, завернул свои очки в полотенце и кинул сверток обратно на берег. Наклонился как раз напротив скалы, где нагибалась девушка, бросился в воду и заработал ногами. Он подсчитал, что сможет ее догнать через десять минут. И догнал бы ее…

Биксби сразу различил молочный песок дна, маленькие стайки шныряющих рыбок-козлов, белых как алебастр, которые паслись или, замерев, висели над кладбищем разбитых коралловых кустов, словно изучая их вместе с морскими ежами. И тогда он, наконец, вспомнил, что же забыл на подоконнике в ванной комнате — сейфети-пэк.

«Дьявол с ним, что может случиться в этой маленькой запруде?!»

Девушка его мечты, он знал, плыла впереди, не далее чем в трехстах футах. Еще завтра хватит времени, чтобы использовать сейфети-пэк, когда он отправится нырять снова, но уже вместе с девушкой. Биксби никогда не сомневался, что именно этим закончится его сегодняшнее преследование. Работая ластами и время от времени поднимая голову для того, чтобы не потерять из виду медленно идущую впереди лодку, Биксби внезапно опьянел от чувства восторга перед прекрасным. Взглянув вниз, он обнаружил, что старая мом Ормстид оказалась права — под водой было волшебно.

Внезапно сердце Биксби замерло. Прямо перед ним без движения стояла длинная, серая, сигарообразная рыба с пастью, полной острых зубов. Барракуда! Он почему-то сразу узнал ее. И почувствовал первый приступ страха.

«Никто не нападает на человека в воде, пока не запахло кровью».

Он самоуверенно поплыл прямо навстречу барракуде. Та парила на расстоянии, и так же, как казалось ему, парил Биксби. Затем она растворилась в молочной белизне моря и исчезла из видимости. Только теперь Брайтон Биксби поднял голову из воды. Лодка была вдалеке, на почтительном расстоянии, в самом конце Хоук-Пойнта, который, казалось, заворачивал в порт Тортуга. С того момента, когда он в последний раз видел лодку и девушку, они успели достигнуть мыса.

Биксби выплюнул воду и посмотрел назад, в сторону берега. Он был гораздо дальше, чем думал, возможно, в полумиле от берега и в четверти мили от мыса.

«Бог мой, я совсем запыхался. В моем возрасте можно быть и в лучшей форме».

Внезапно Биксби обратил внимание, что воды стали глубже, отдельные верхушки кораллов поднялись выше. Он не придал этому значения, считая, что должен быть где-то возле мыса.

Медленно работая ластами и медленно дрейфуя, Биксби начал осматривать все с особым вниманием, так, чтобы потом смог описать виденное в мельчайших подробностях. Прошло не менее десяти минут, прежде чем он вновь поднял голову и сделал поразившее его открытие. Он не нашел ни девушки, ни лодки. Пролив становился неспокойным. Он уже покрылся крупной рябью от крепчавшего ветра.

Биксби плыл с трудом и обдумывал свое положение. Что хотела сказать мом Ормстид? Биксби вспомнил сейфети-пэк на подоконнике и выругал себя за рассеянность.

Лучшее, что можно было сделать, — позвать на помощь. Крик хорошо слышен над водой. Он не успел взвесить все «за», как эта идея уже стала ему противной. Он согласился бы лучше отдать себя в руки дьявола, чем сказать мом Ормстид: «Я прошу помощи!» А презрение девушки?

Как только вздыбленные сосульки кораллового леса стремительно выросли почти до самой поверхности, они сразу же показали испуганному Биксби свои зубчатые обломки. Сильное движение ногой или глубокий гребок рукой непременно заключался бы ударом об острые зубы сосулек и кровоточащей раной.

«Кровь в воде всегда привлекает акул».

Затаив дыхание, закрыв глаза и стиснув зубы, Биксби поднял руки над головой, подобно ныряльщику. Тело вытянулось в струнку. И мощное течение с шумом перенесло его через коралловый барьер. Он проскочил риф без единой царапины. Биксби широко открыл глаза и посмотрел в воду. Дно пролива тускло мерцало далеко книзу. Он был в пасти океана. Биксби ни на минуту не сомневался теперь, что нуждается в помощи и немедленной помощи.

Он принял решение: плыть хоть и с трудом, но в сторону рифа, а затем, попав в течение, двигаться параллельно до низких скал Блэк Вирджин. Если только он сможет достигнуть скал, можно не сомневаться, что он сумеет взобраться на них в каком-нибудь месте.

Приливная волна подхватила его, и он вновь очутился над кораллами. Теперь Биксби оказался не столь счастливым, как в прошлый раз. Хотя он и лежал на волне, словно палка, коралл тысячами бритв шаркнул по его втянутому животу и груди. В следующее мгновение Биксби оказался в глубоком проливе. Но на этот раз весь покрытый кровью.

«Кровь в воде! О боже! Теперь кровь в воде! Моя кровь!»

Он был сейчас не более чем в трехстах футах от низкого края крутых скал Блэк Вирджин. С удивительной энергией продолжал он свой путь к этим скалам, с трудом побеждая море, зная, что борется сейчас за свою жизнь.

Биксби направился в единственную бухточку среди скал Кей. Бухточка, окруженная отвесными утесами, оказалась глубокой и, когда он проник внутрь ее, уютной, как плавательный бассейн. Биксби различал подводную скалу, лежавшую около пяти футов ниже поверхности. Подплыв к ней, он опустил ноги и осторожно пошел по скале. Затем Биксби снял маску и, держась одной рукой за выступ стены, закричал вновь и вновь. Над головой в голубом небе кувыркались и неслись огромные белые облака, сливаясь и разваливаясь, сворачиваясь и разворачиваясь, рождаясь и тая. Они безмятежно плыли под безмолвным ветром.

Время, по всей вероятности, приближалось к 7.30. Конечно, думал Биксби, его хватятся в отеле еще до второго завтрака. Кто-нибудь найдет оставленные на берегу полотенце и очки, и за ним пошлют розыскную группу. Быть может, девушка или негр в лодке вспомнит, как он следовал за ними, когда они огибали мыс. И начнут искать, где он и что с ним случилось. Но здравый смысл подсказывал Биксби, что девушка даже не заметила его, а если заметила, ей и в голову может не прийти сказать, где он. Внезапно Биксби возненавидел девушку. «Маленькая шлюха ввергла меня в эту авантюру!»

Мысль о д-ре Ормстид пришла ему в голову как благословение. «Она единственная, кто может вытащить меня отсюда».

В ту самую минуту небольшой флот маленьких катеров покидал порт. Во главе его двигался принадлежавший отелю катер с д-ром Ормстид. Катер вспарывал мелководье лагуны, направляясь к проливу. В лодке вместе с д-ром Ормстид находилась прекрасная девушка с длинными желтыми волосами и несколько атлетически сложенных пловцов.

Взвесив все, что его ожидает, Биксби вновь подставил покрытую волдырями спину бесстыжему медному солнцу и, держась вдоль стены, медленно, но решительно поплыл по направлению к выходу из фиорда.

Оставалось футов двадцать до выхода, когда Биксби увидел что-то лежащее на дне. Это «что-то» пробудило в нем надежду, но затем напугало. Глаза Биксби различили среди неизвестных разнообразных предметов морского дна длинную прямую линию. Биксби не был опытным подводником, но знал, что в природе не встречается длинных прямых линий. К тому же предмет, лежавший под ним, был явно искусственным, сделанным руками человека. Биксби замер над ним, пока внимательно рассматривал. Один конец белой тонкой линии лежал в гнезде морского ежа. Другой пропадал из видимости в подводном гроте. Грот был свыше четырех футов высотой и шириной в пару двойных дверей. Затем Биксби увидел, что это был за предмет — леса от гарпунного ружья. Слова дорогой-предорогой мом Ормстид пришли ему на ум. «Лучше встретиться с акулой лицом к лицу, когда в руках у тебя гарпун или копье».

Он сделал глубокий вдох, нырнул и выхватил гарпун из гнезда. Едва рука легла на металл, как он почувствовал боль, столь сильную, что исказилось выражение его лица. Рука уподобилась подушечке для булавок, в которую воткнулись злые иглы ежа. Перехватив гарпун другой рукой, он застыл в воде, морщась от обжигающей боли. Через мгновение страшная боль прошла. Почувствовав облегчение, Биксби вынырнул и поплыл к выходу. Но кто-то сильно потянул гарпун из его рук. Длинная нить лесы зацепилась внутри грота. Он пытался разорвать ее, но очень прочный нейлон, крепко привязанный к стреле, не поддавался.

Стоя в воде, Биксби повернул лицо к гроту и, ухватившись за гарпун двумя руками, сильно потянул. Странный предмет выплыл из грота. Это была верхняя половина человеческого скелета, начисто обглоданного маленькими рыбками. Под водой он показался Биксби скелетом какого-то гиганта.

Если барракуда и ветвистый коралл напугали Биксби, то все это было ничто по сравнению с тем ужасом, который охватил его в бухте, где пловец запутался в своей же гарпунной леске и встретил в гроте загадочную смерть.

Биксби выронил стрелу, сорвал маску, которая столь чудовищно увеличивала размеры всего виденного.

Оба — гарпун и маска — погрузились в воду. Скелет Свена Сорхарста опрокинулся спиной на гнездо морских ежей. Биксби рванулся к выходу из бухты, где быстрое течение подхватило его и потащило в пролив. В пяти футах от входа в бухту Биксби заметил черное, нечто рыбоподобное, устремившееся на него.

Ему для спасения надо было только одно: следовало накануне вечером остаться и дослушать д-ра Ормстид, объясняющую, что человек не должен никогда, никогда делать, встретив акулу. Но он не слушал. И Биксби, конечно, сделал запретное. Он ударился в панику. Когда пятифутовое чудовище кинулось на него и слегка подтолкнуло тяжелой мордой, Биксби испустил последний вопль отчаяния: «О мом, о мом, помоги мне!» Но звук потонул в его собственных ушах, в шуме приближающегося катера.

Последнее, что увидел Биксби, были восемьдесят восемь прекрасно отточенных зубов, потянувшихся к его руке. Затем сердце Биксби замолчало, дыхание остановилось, и он мгновенно исчез под водой. В самом низу, на глубине пятидесяти футов, течение подхватило тело и тихо понесло прочь.

Рисунки В. КАРАБУТА

Каждый в «Тортуга-Бич-отеле» был глубоко потрясен гибелью Брайтона Биксби. Он сам был бы поражен больше всех, если бы на следующее утро смог прочитать сообщение о своей смерти в «Вашингтон пост».

«САНТА-УРСУЛА, VI, СЕНТ, 6 (АН) — Брайтон Биксби, известный вашингтонский корреспондент, в возрасте 35 лет, холостой, будучи кандидатом № 1 на звание «Лунного репортера», утонул в спокойном море вчера утром, когда он в трех милях от берега столкнулся с прирученным дельфином. Дельфин по кличке Ундине накануне убежал из аквариума д-ра Вернова Пинкуса, директора морской научной станции на Санта-Томасина, соседнем острове.

Трагедия произошла на глазах спасательной группы в полдюжину катеров и парусных лодок, которые вышли из Тортуга-Бич на полчаса раньше в поисках убежавшего дельфина.

Д-р Миртл Ормстид, морской биолог, свидетельница этой трагедии, сказала, что предыдущим вечером журналист с энтузиазмом обсуждал свое предстоящее путешествие в космос, с ней и другими обитателями отеля.

Она подозревает, что Биксби, человек близорукий, плывший без маски и очков, принял по ошибке дельфина за акулу и ударился в панику.

Если в этом причина гибели, то это ужасно вдвойне. Д-р Пинкус, хозяин дельфина, заявил во время интервью: «Ундине слышал крик Биксби о помощи и хотел дать ему возможность верхом на своей спине добраться до берега».

Тело Биксби было обнаружено через несколько часов после гибели. Оно было выловлено у Конг-Бич, невдалеке от коттеджа Биксби, где отлив подхватил его и унес в море. Тело было замечено со спасательного катера д-ром Ормстид и отдыхающей на острове мисс Гелен Линдлей, дочерью Джеймса Линдлея, президента «Либерти Бродкастинг компании».

Перевела с английского Ксения СЕЧИНА.

Примечания

1

Сейфети-пэк — специальный пакет с составом, отпугивающим акул.

2

Мом — сокращенное от слова «мама».

Content

Клэр Боус ЛЮС
Загадочное исчезновение Биксби

Примечания