Кэрри Райан, Джон Парк Дэвис

Тени Потерянного Солнца

Посвящается Сэму и Джейку за их безграничное терпение. Наши воспоминания о вас вплетены в каждое слово этой книги.

Carrie Ryan and John Parke Davis

Shadows of the Lost Sun: The Map to Everywhere Book 3

Copyright © Carrie Ryan & John Parke Davis, 2017

Cover design © Fischer Kinder- und Jugendbuchverlag GmbH,

Frankfurt am Main, 2018

Cover illustration by Helge Vogt.

This edition published by arrangement with Writers House LLC and Synopsis Literary Agency.

© Бушуева Т.С., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

СУДОВОЙ ЖУРНАЛ КОРАБЛЯ

«Предприимчивый Кракен»,судно особой конструкции и происхождения (частная собственность)

Хранитель судового журнала: Колл, капитан корабля

Cведения об экипаже:

• Корабельный волшебник Ардент

• Палубный матрос Реми

• Палубный матрос Маррилл

• Квартирмейстер Отказуй

• Волшебница Анналесса

Примечание: Корабельный волшебник очень тяжело переносит эту утрату.

Грузовой о перевозимом грузе:

• 1 (одна) Былитамская Карта Куда Угодно, в которой, как в ловушке, заперты могущественный злой волшебник Серт и способное уничтожить Пиратскую Реку Потерянное Солнце Дзаннин;

• 1 (один) шар, наполненный концентрированной водой Пиратской Реки, способный исполнить одно желание ценой высвобождения жестокого живого огня и прилива, превращающего всё в железо;

• 1 (один) виверван, живая память древних волшебников. Жуткий на вид.

И корабельный «заяц» Фин! Жутко Опасный!

Маррилл

ДНЕВНИКОВЫЕ ЗАПИСИ

Кальмардень, пятое леньваря

Ясное небо, лёгкий юго-юго-западный ветер. Спасаясь от Железного Корабля, угодили в огромную воронку и через неё в город под названием Монерва, в котором нет чёткого времени. Уничтожили неисправную Машину Желаний, остановили живой огонь, не дав ему поглотить Пиратскую Реку, эвакуировали город, на который, грозя его уничтожить, наступал Железный Прилив. Вернулись назад через водоворот, пробыв в городе двенадцать с половиной секунд после входа в него. В остальном день прошёл без приключений.

Хватодень, шестое леньваря

Переменная облачность с умеренным ящеро-дождём, сильный восточный ветер. Сегодня взяли курс на Пепельный Жёлоб, первый город в списке пунктов назначения, предоставленном корабельным волшебником Ардентом. Ардент убеждён, что апокалиптическое Мерессианское Пророчество всё ещё продолжает сбываться и его ключевая фигура – это облачённый в металл моряк, известный как Капитан Железного Корабля. Теперь считается, что он – один из волшебников Мереса, старых товарищей нашего корабельного волшебника. Чтобы установить его личность, «Кракен» должен посетить каждого из этих ныне живущих магов.

Личное примечание: Решено сделать Реми первым помощником капитана и научить её управлять «Кракеном». Её способности впечатляют. Она обладает всеми задатками великого капитана!

Жестокосредень, восьмое леньваря

Пепельное небо, пепельный ветер, несущий пепельные облака. Прибыли в Пепельный Жёлоб, сочли название вполне оправданным. Корабельный волшебник и палубный матрос Маррилл сошли на берег и вернулись целыми и невредимыми. По возвращении доложили, что обнаружили бывшего Волшебника Мереса Форторна Унылого. Он превращён в железо.

Местные жители сообщили о буре, пронёсшейся через город накануне ночью. Бурю сопровождала красная молния. После Монервы Капитан явно остался жив и по-прежнему представляет угрозу. Моральный дух ослаб.

Спокойнодень, десятое леньваря

Кристально лазурное море, сильный ветер сверху вниз.

Взяли курс к следующему пункту назначения в списке волшебников Мереса – Великой Игре Маргама, что бы это ни значило. Решено идти петляющим курсом. Живописная полоска облачков-пуховичков по правому борту, солнце припекает, но не слишком. После недавних событий экипаж заслужил отдых.

Глава 1. Ленивый день на солнцепёке

– Эй, подержи! – сказала Маррилл, передавая палубному матросу блокнот.

Сквозь колышущиеся стебли гигантских одуванчиков над «Предприимчивым Кракеном» проплывала нежная, убаюкивающая мелодия, заключая Маррилл в липкие объятия сладких грёз. Кот Карни улёгся ей на руки, подставив мягкий животик солнечному свету, проникавшему сквозь покачивающиеся над их головами огромные пуховые шары.

Недалеко от Маррилл Фин дремал у борта, закинув руки за голову, а ноги забросив на полубак.

Стоявший на юте Колл усмехнулся. Реми вела корабль под его пристальным наблюдением, лавируя среди зелёных стеблей, выраставших прямо из вод Пиратской Реки. Маррилл улыбнулась. Было видно, что её няня счастлива, хотя в данный момент они обе находились очень далеко от дома!

– Какой чудесный день, – пробормотала Маррилл.

Даже Ардент вышел из своей каюты, чтобы полюбоваться на эту сцену. Было приятно вновь увидеть его ласковую улыбку. С тех пор как они покинули Монерву, волшебник выглядел измождённым, как будто силы и бодрость покинули его.

А после того как они обнаружили в Пепельном Жёлобе Форторна Унылого, Маррилл начала всерьёз опасаться, что больше никогда не увидит его улыбку.

– Сонные Проливы, – сообщил Ардент стоявшему за его спиной матросу. – Во всяком случае, так я называю это место. Должен сказать, что раньше я не ходил по этому пути, но в будущем сделаю это привычкой. Какая красота! – Он протянул руку и, проведя ею по невесомому шару, отправил в воздух облако пуха.

– Довольно трудно смотреть сквозь эти стебли, – сказала Реми, но это была не жалоба. В конце концов, Колл учил её управлять кораблем на ощупь, а Тросокостный Человек и штурмыши следили за тем, чтобы наклонившиеся стебли одуванчиков не путались с такелажем. Окружающий мир был спокойным, безмятежным и приятным.

После всех злоключений, через которые им довелось пройти, плавание по Сонным Проливам было похоже на массаж мозга.

Маррилл знала: это всего лишь небольшой крюк на пути к Великой Игре Маргама, и если они хотят разгадать секреты Капитана Железного Корабля, вскоре их вновь ждут бесчисленные опасности. Но пока они плыли по Проливу. Этот путь мог занять целую вечность, и Маррилл ничуть не возражала.

– Мне нравятся твои наброски, – сказал палубный матрос.

Он поднял блокнот, показывая рисунок старых кораблей, занесённых на скалы посреди бесплодной пустыни. Маррилл с трудом нашла в себе силы посмотреть на него: перед ней стоял невысокий парнишка с тёмными волосами и оливковой кожей, как у Фина. Странно, но она видела его впервые. С другой стороны, матросы были такой неотъемлемой частью корабля, что она едва их замечала.

– Спасибо, – пробормотала она и почесала коту за ухом. Карни тотчас замурлыкал.

– Раньше это была гавань Короля Соли и Песка, до того как он сжёг своё королевство и превратил его в пепел. Эти корабли были его флотом. Ты можешь в это поверить?

Палубный матрос кивнул:

– О да. Теперь я вижу на их бортах его герб, – сказал он, указывая на изображение дракона, искусно нарисованное на боку каждого корабля.

Пролив тихо нашёптывал Маррилл мелодию.

– Да, – сказала она и зевнула. – Ты знал, что Фин должен был стать воином его армии?

– Неужели?

– Выходит, что так. – Маррилл кивнула. Это они тоже узнали в Монерве. Происхождение Фина. Почему его все забывали. – Давным-давно Король Соли и Песка пожелал иметь непобедимую армию и сеть невидимых шпионов. И соплеменники Фина стали шпионами. Разве не круто?

– Ещё как, – согласился палубный матрос. – Интересно, где они сейчас?

Маррилл пожала плечами:

– Без понятия. Король Соли и Песка угодил в ловушку в Монерве и никогда их не видел. Но теперь, когда старого Короля не стало, мы поможем Фину найти его семью.

Она посмотрела на Фина. Тот дремал на солнышке, тихонько похрапывая и подёргивая головой. Конечно, было бы сложно убедить команду помочь Фину найти его соплеменников. Никто, кроме неё, не помнил его больше нескольких минут. А так как Капитан Железного Корабля разгуливал на свободе, Ардент вознамерился посетить других волшебников Мереса.

Но Маррилл пообещала себе, что приложит все силы к тому, чтобы найти маму Фина. Несмотря ни на что. Это была одна из причин, почему она осталась на Пиратской Реке. Она просто не могла бросить Фина здесь одного, чтобы его снова забыли.

Маррилл вздохнула. Ветер трепал волосы, одуванчики, мимо которых они проплывали, щекотали щёки. Размышления о маме Фина напомнили ей о её собственной маме. Интересно, каково это – расти без родителей? Она не могла этого представить.

Тут Маррилл припомнила и ещё одну причину, почему она осталась на Пиратской Реке. Дома, в её мире, её мама заболела. А в магических водах непременно должно было найтись что-нибудь такое, что исцелит её.

К счастью, у Маррилл было время найти такое средство. Её родители всё ещё в Бостоне. Они даже не успели соскучиться по ней. И даже если это займёт чуть больше времени, даже если они поймут, что она снова пропала, если она вернётся домой с волшебным средством, которое позволит вылечить маму, то все её старания окажутся не напрасны.

К тому же Монерва продемонстрировала девочке, что время может быть гибким, растяжимым. Возможно, она найдёт способ вернуться домой до своего исчезновения.

Маррилл закрыла глаза. Мелодия тотчас омыла её приятной, расслабляющей волной, и она улыбнулась лёгкому похрапыванию Фина. Солнце грело кожу, щёки овевал прохладный ветерок. Буквально вчера на неё свалилось всё: поиск народа Фина; намерение вылечить маму; ужасающий Капитан никуда не делся и продолжил играть свою роль в Мерессианском Пророчестве, предрекавшем конец Пиратской Реке.

Но в убаюкивающем умиротворении Сонных Проливов казалось, что всё это им по плечу. Просто новые приключения, новые поиски. Худшее позади. Больше никакого живого огня. Никакого Железного Прилива, гнавшегося за ними через водовороты. Никакого Серта, изрекающего мрачные пророчества и превращающего людей в рыдающих рабов.

– Знаешь, что было бы хорошей идеей? – прошептал ей на ухо один из матросов. – Мы все должны кое-что проверить. Кое-что внутри.

Дремлющий разум Маррилл не мог понять, спит она или бодрствует. Она знала, что должна что-то проверить… но она даже не могла точно сказать, откуда пришла эта мысль.

Она ухватилась за первое, что пришло в голову:

– Былитамскую Карту?

– Её самую, – прошептал голос. – Былитамская Карта… Ты действительно должна её проверить… сейчас же.

Маррилл вздрогнула и огляделась. Какой-то матрос шёл к своим товарищам, что ходили по палубе и закрепляли канаты. Понимая, что задремала, она покачала головой. И её вдруг посетила одна мысль, поднявшаяся откуда-то из глубин сна.

– Эй, Ардент! – позвала она, опуская Карни на палубу.

Кот сердито зыркнул на неё своим единственным здоровым глазом и плюхнулся на солнечное пятно.

– У меня только что возникла странная мысль… может, нам стоит проверить Карту?

Ардент оставил в покое какого-то бедного матроса, которому читал лекцию, и поднял бровь. Судя по всему, он думал об этом же.

– Странно… Я тоже как раз подумал, что нужно кое-что проверить…

– И я тоже, – добавил с юта Колл. – Мы с Реми только что говорили об этом… – Он оглянулся по сторонам.

Реми сделала то же самое, только в зеркальном отражении.

– …с кем-то, – закончила она его фразу.

– Весьма странно, – сказал Ардент. – Если нас всех посетила одна и та же мысль… Хм… Похоже, да, давненько мы не сверялись с Картой. И есть резон последовать нашей общей интуиции. – Он развернулся, лениво отбросил пяткой полы пурпурной мантии и зашагал к своей каюте в задней части «Кракена».

Маррилл встала и последовала за ним, оставив Фина наслаждаться теплом и покоем.

В каюте волшебника царил настоящий разгром. Коробки были опрокинуты, из одной вытекало какое-то комковатое розовое вещество. Над кроватью, заваленной разным хламом, косо висел уродливый щит, защищавший от ночных кошмаров. Повсюду высились горы открытых книг и старинных свитков, исписанных размашистым почерком Ардента.

Взяв ближайшую книгу, Маррилл мельком взглянула на корешок.

– «Загадки в темноте», – прочитала она. Её взгляд скользнул на подзаголовок. – «О магических играх и фокусах с испепеляющим огнём».

– Не в буквальном смысле, – поспешил пояснить Ардент, набирая комбинацию цифрового замка, который видел только он. – Если мы хотим победить Маргама в его игре, нам понадобятся все ценные знания. Это единственный способ вести разговор с сумасшедшим… Ага, вот она!

Ардент повернулся к ним и бросил Былитамскую Карту на середину стола. Маррилл до сих пор не переставала удивляться тому, насколько обыденной выглядела эта вещь – всего лишь лист старого пергамента с закручивающимися уголками. И всё же она обладала огромной силой. Карта могла привести куда угодно. А имея Ключ, можно было с её помощью найти на Пиратской Реке всё, что вам нужно.

Но Маррилл знала: Былитамская Карта Куда Угодно – нечто большее, чем просто карта. Это была тюрьма, созданная Дзаннами, первыми волшебниками. Они сотворили её для того, чтобы держать взаперти Потерянное Солнце Дзаннин, мифическую Звезду Разрушения, которая, согласно предсказаниям, уничтожит всю Пиратскую Реку. И вот теперь Серт, Мерессианский Оракул, изрёкший это Пророчество, сам оказался в ловушке карты.

В последний раз, когда Маррилл видела карту в Монерве, та была пуста. Теперь же по её поверхности растекались чернильные линии, образуя контур птицы.

– Роза! – ахнула Маррилл.

Роза ветров Былитамской Карты тотчас ожила и взмахнула крыльями, словно пытаясь сорваться с её поверхности. Её клюв раскрылся в беззвучном крике. Маррилл от ужаса тотчас стало не по себе.

– Это… нормально? – спросила Реми.

Ардент отрицательно покачал головой:

– Нет… Она пытается нас о чём-то предупредить. – С этими словами он наклонился над пергаментом.

– Не нравится мне это, – задумчиво произнёс Колл. – Совсем не нравится. Что-то тут не так.

У Маррилл перехватило дыхание. Она тоже это почувствовала. Что-то было не так. Где-то в глубине сознания шевельнулось воспоминание, но, как только она попыталась зацепиться за него, улетело прочь.

– Как ты думаешь, это связано с Мерессианским Пророчеством?

Ардент по-совиному изогнул бровь.

– Тем больше причин поторопиться, чтобы поскорее добраться до Маргама. Потому что, если мы правы, произойдёт что-то очень важное…

В следующую секунду в каюту на всей скорости влетел Фин, вытаращив глаза и тяжело дыша:

– Нас взяли на абордаж!

– Спасибо, что сообщил! – рявкнул Колл и, нащупывая кинжал, двинулся на него.

Фин яростно мотнул головой:

– Я не с ними! Я здесь, с Маррилл!

Маррилл вздохнула и кивком подтвердила правдивость его слов, чтобы успокоить остальных. При всей неприметности Фина Колл пытался бросить его в трюм, по крайней мере, дважды в день.

– Он с нами, – напомнила она капитану. – Фин, что происходит?

– Тсс! – прошипел он. – Смотрите! – Он прижался всем телом к дверному косяку и выглянул наружу. – Они повсюду!

Все, как один, последовали его примеру. Но когда Маррилл обвела взглядом палубу, то не увидела там никакой абордажной команды. Обычные матросы, тянувшие канаты и вязавшие морские узлы.

– С вами всё в порядке, молодой человек? – спросил Ардент. – Кажется, там никого нет.

Реми кивнула в знак согласия. Колл насмешливо фыркнул из-за её плеча. Маррилл легонько дотронулась до руки Фина, решив, что, возможно, ему приснился плохой сон.

Но Фин смотрел на них как на сумасшедших.

– А как же все эти люди? – прошептал он, указывая поочередно на снующих по палубе матросов.

Маррилл нахмурилась. Теперь, когда Фин специально указал на них, и она была вынуждена посмотреть на них пристальнее, она согласилась, что матросы и впрямь вели себя как-то странно. Они не тянули канаты и не вязали морские узлы. Вместо того чтобы поднимать и натягивать паруса, они, наоборот, их опускали. Несколько человек сбились в кучку и о чём-то шептались, указывая при этом на каюту. Один наклонился с бушприта и принялся маленьким зеркальцем ловить солнечные лучи.

Он сигнализирует кому-то, поняла Маррилл.

Реми шагнула к ней и вытянула шею.

– Что происходит с… палубными… матросами?.. – Она не договорила.

Фин поймал взгляд Маррилл. Колл вздрогнул от гнева и ужаса. Ардент энергично поглаживал бороду. Маррилл ахнула и осмелилась произнести вслух то, о чём они все сейчас подумали:

– На «Кракене» нет палубных матросов…

Глава 2. Лишние руки не помешают

Фин заморгал, не веря собственным глазам. По палубе расхаживали двадцать, а то и тридцать матросов – как будто это было самым обычным делом. Чтобы выглядеть так непринуждённо, требовались изрядные усилия. Фин это знал – он сам миллион раз поступал точно так же.

Но такой стиль поведения – не единственное, что роднило его с захватчиками. У них всех были такие же, как у него, тёмные волосы, округлые лица и оливковая кожа. Он узнал их по обрывкам своих самых ранних воспоминаний, начиная с той ночи, когда, ещё будучи ребёнком, впервые попал на Пристань Клучанед.

Те же черты были и у его матери. Эти же черты он видел каждый раз, когда смотрел в зеркало.

Эти люди были похожи на него.

У него в животе шевельнулось понимание, страх и благоговейный трепет, надежда и растерянность – всё вместе. Чувствуя, как бешено стучит в груди сердце, он повернулся лицом к остальным членам команды «Кракена»:

– Как давно они находятся на борту корабля?

Ардент нахмурился:

– О ком ты спрашиваешь?

Фин с трудом удержался от желания закатить глаза.

– О них, – сказал он, указав на матросов.

– А-а-а!.. – Лоб Ардента собрался складками. – Да, похоже, что у нас на борту незваные гости. Когда это произошло? – спросил он Колла.

– Гм, – отозвался Колл.

Маррилл и Реми смущённо переглянулись. Фин тревожно поднял бровь:

– Ты не знаешь?

Реми пожала плечами:

– Я помню, как разговаривала с кем-то раньше, но я… не придала этому значения.

Ардент подёргал себя за бороду.

– Здесь явно не обошлось без некой сильной магии. С другой стороны, я бы непременно её почувствовал. Чем бы ни было вызвано появление этих людей, это точно не волшебство.

Фин судорожно вздохнул. Ардент сказал ему то же самое, когда пытался объяснить, почему его все забывают. Это всё подтверждало. Сделав большие глаза, он повернулся к Маррилл:

– Маррилл, они такие же, как я! Это мой народ!

– Так ты предатель, я так и знал! – рявкнул Ардент. – То есть не знал… Я и тебя не знаю. Но теперь, когда я провёл с тобой какое-то время, ты кажешься предателем.

– Спокойно, Ардент, – сказала Маррилл. – Фин наш друг. Он никогда не предаст нас.

Фин с благодарностью улыбнулся. Но, как бы приятна ни была чья-то защита, это не давало ответа на мучившие его вопросы. Его мысли стремительно забегали, натыкаясь друг на дружку, пока одна не вырвалась наружу:

– Но что они здесь делают?

– Я и сам хотел бы знать ответ на этот вопрос, – мрачно сказал Колл, наморщив лоб.

Он оттолкнулся от дверного косяка и уверенно вышел на середину палубы. Остальные члены команды «Кракена» последовали за ним.

– Эй, вы! – рявкнул Колл. – Объясните, кто вы такие. Немедленно. И не забудьте сказать, почему я не должен бросить всех вас в трюм за то, что вы без разрешения появились на моём корабле.

Ардент прочистил горло и решительно выступил вперёд, взяв инициативу в свои руки:

– Что хочет сказать наш добрый капитан?.. – Он нахмурился, глядя на новоявленных матросов, а затем вновь на своих товарищей, словно силясь что-то вспомнить. – Добро пожаловать на борт?

– Я совсем не это сказал, – поправил его Колл.

– Неужели? – удивился Ардент.

– Я… – Колл на миг растерянно разинул рот, после чего хмуро сказал: – Может быть…

– Ты просил их объяснить, кто они такие, – напомнил им Фин.

Ардент и Колл дружно посмотрели на него, и их лица затуманило привычное неузнавание.

Фин сокрушённо всплеснул руками.

– Эй, ты, с косой! – позвал он, указывая на худого как жердь человека, который пускал зеркальцем солнечных зайчиков. – Да, ты. Не вздумай прятаться. Я тебя вижу. Всё ещё вижу. Всё ещё вижу тебя.

Худой выпрямился и скрестил на груди руки. Но ответил не он. Из-за его спины вышла девушка: длинные тёмные волосы обрамляли тонкие черты её лица.

Фин мгновенно её узнал.

Он столкнулся с ней всего один раз. Хотя, скорее, это она налетела на него, когда убегала от стражников на вонючих, чавкающих грязью улицах Белолоу-Сити. Но он был уверен: это была она. В конце концов, до сегодняшнего дня она была единственным похожим на него человеком из всех, кого он когда-либо встречал. Случайная встреча с ней подарила ему надежду на то, что он не один. Что были и другие люди, как он, и они могли помочь ему отыскать маму.

Пусть эту девушку все забывают так же, как и его самого, но он-то забыть её просто не мог.

Она просияла улыбкой.

– Брат Исчезайка, – сказала она, делая шаг ему навстречу. – Это ты!

Фин прищурился, не понимая причины её радостного приветствия. Они расстались отнюдь не друзьями. Она подставила Фина, свалив на него свои воровские делишки, и сбежала из города. А ещё был серебряный браслет, который он на бегу сорвал с её запястья. Чего она, конечно, не заметила, потому что Фин был виртуозным вором.

С другой стороны, её появление на «Кракене» убедительно указывало на то, что в какой-то момент она обо всём догадалась.

– Ты знаешь эту девушку? – спросила Маррилл, наклоняясь к нему.

– Конечно, знает, – прощебетала незнакомка.

Фин скрестил руки, пытаясь принять равнодушный вид, хотя сердце скакало в груди, словно стадо напуганных жирафолисков.

В браслете ли дело или нет, но девушка здесь. В голове Фина пронёсся миллион вопросов, но он прогнал их все до единого. Если она поймёт, как отчаянно ему нужны ответы, это даст ей преимущество.

– Ты задолжала мне дымовую завесу, – сказал он. – Я был вынужден использовать свою последнюю, чтобы убежать от тех стражников, что гнались за тобой.

Девушка откинула голову назад и рассмеялась.

Фин поймал себя на том, что его губы растягиваются в улыбке.

– Так что же привело тебя на «Кракен»? – спросил он. – Насколько я могу судить, ты явилась без приглашения.

Она мигом посерьёзнела:

– Мы пришли кое за чем, брат. За чем-то очень важным для нас.

Ардент важно шагнул вперед.

– Прекрасно! – объявил он. – Это переговоры. Колл, принеси мою выкупную шляпу. Маррилл, завари переговорного чая, и покрепче, – шёпотом добавил он, прикрыв ладонью рот.

Все матросы дружно расхохотались.

– Нет, друзья, – сказал худой человек с косой. – Мы не заключаем сделок.

Ардент вздохнул:

– Значит, вы воры и я не ошибся? Очень хорошо. Тогда выкуп пойдёт в мою шляпу. – Он угрожающе прищурился: – И никакого чая.

– Ребята, – стоявшая рядом с ними Реми потянула Колла за руку, – в здешней музыке всегда присутствуют барабаны?

Фин прислушался. И точно: нежное нашёптывание проливов перебивала настойчивая барабанная дробь. Что-то в её ритме показалось ему знакомым. У него тотчас пересохло во рту, а желудок судорожно сжался. Сердце как будто забилось в том же ритме, что и барабаны, резко и быстро.

Маррилл указала куда-то за левый борт:

– Мне кажется, это доносится оттуда.

Фин крутанулся, и в этот момент стебли одуванчиков вдали разошлись в стороны. Рассыпая по ветру пух, в пролив вошёл нос большого корабля. Размерами судно был явно больше «Кракена» – широкое, с усиленными бортами, предназначенное для боя. Фину не был виден знак на его борту, но в этом не было необходимости. Он уже знал, что там изображено.

Дракон под вписанными в круг волнами. Точно такой же знак он видел на корабле этой девушки в Белолоу-Сити. И в Монерве. Знак его народа.

Герб Короля Соли и Песка.

– К нам пожаловали гости! – воскликнул Колл и со всех ног бросился на ют. – Тросокостный, штурмыши, поднять паруса! – проревел он, вращая штурвал в попытке уйти от догонявшего их корабля.

Оснастка «Кракена» тотчас пришла в движение. Но, резко дёрнувшись, канаты застыли в неподвижности. Повсюду, куда бы ни посмотрел Фин, они были связаны вместе, затянуты сложными узлами, закреплены в неправильных местах.

Так вот чем занимались эти «матросы»! – понял он. Они привели в негодность такелаж «Кракена», чтобы этот новый корабль смог их догнать. Фин повернулся к девушке, которую все забывали. Та улыбнулась ему и выгнула бровь.

– Извини, брат, – сказала она, пожимая плечами. – Но мы не можем дать вам уйти. Сначала мы должны дождаться их.

Взгляд Фина упал на запутанные канаты: те дёргались и натягивались, как будто пытались ослабить узлы. Абордажная команда потрудилась на славу, полностью обездвижив «Кракен». Впрочем, это вывело бы из строя практически любой корабль.

Вот только они не любой корабль!

– Хм, похоже, вас никто ничему не учил, – усмехнулся Фин. Вокруг них, на глазах развязываясь сами собой, канаты начали оживать. На лице девушки читалось замешательство. – Подумаешь, несколько узлов! Нашли чем испугать «Предприимчивый Кракен».

Штурмыши промчались по палубе и заскакали по такелажу, развязывая и заново закрепляя канаты. Атакующие бросились вслед за ними, пытаясь удержать контроль над кораблём, но было уже слишком поздно. Позади Фина Ардент всего одним взмахом руки поднял главные паруса.

«Кракен» вновь пришёл в движение. Воздух тотчас наполнили семена одуванчика, пробившись снизу сквозь заросли стеблей. Поймав один такой пушистый парашютик, Фин покрутил его и, шагнув к забываемой всеми девушке, указал им на преследующий их грозный корабль:

– Боюсь, твоим сообщникам не повезло с ветром. Вот увидишь, мы всё-таки уйдём от них.

Корабль преследователей уже сдавал позиции. Он был быстроходным, в этом не было никаких сомнений. Вот только не таким быстроходным, как «Кракен».

Улыбка девушки погасла. Похоже, она не знала, что сказать.

– Новый план, братья! Отступаем и меняем позицию! – крикнул тощий с косой, сделав круговой знак рукой.

Лжематросы бросились к борту корабля. Двое из них перебросили через перила верёвочную лестницу прямо в лодку, что покачивалась на волнах возле борта «Кракена».

Девушка попятилась назад, к своим.

– Пора, – сказала она, маня за собой Фина. – Давай к нам, брат!

Фин заморгал. Она смотрела на него так, словно ожидала, что он присоединится к ней.

– Давай куда? Я даже не знаю тебя. Я никуда не пойду.

Она склонила голову набок, как будто пыталась вставить в существующий пазл новый кусочек.

– Но… я не могу просто так взять и бросить тебя. Тем более после того, как мы так долго тебя искали.

Фин был из тех, о ком говорят, что «ему палец в рот не клади». Тем не менее слова девушки лишили его дара речи. Он дважды открыл и закрыл рот, прежде чем, наконец, выдавил:

– Искали меня?

Она удивлённо моргнула:

– Конечно. Или ты не понял, брат? Мы пришли сюда за тобой. Вся твоя семья ищет тебя уже долгие годы!

Ноги Фина внезапно сделались ватными.

– У меня есть… семья? – Сердце Фина ёкнуло в груди. Собственные слова показались ему чужими, как будто их произнёс не он сам, а кто-то другой.

– Быстрее, сестра Исчезайка! – поторопил её последний из лжематросов, соскальзывая за борт. – Мы найдём другой способ в другой раз.

– Погодите! – крикнула в ответ девушка и схватила Фина за руку: – Конечно, у тебя есть! Разве ты не знал? Разве твоя мать не рассказывала тебе, кто ты такой? Разве она не рассказывала тебе про Рать и их Тени? Их ещё называют Исчезайками?

Растерянный Фин с великим трудом кивнул:

– Моя мама оставила меня на Пристани Клучанед, когда мне было четыре года. С тех пор я не переставал её искать.

Девушка сделала большие глаза, сначала в замешательстве, затем в тревоге.

– О, брат Исчезайка, – сказала она, беря его руку в свои ладони. – Пристань Клучанед? Так вот где ты пропадал всё это время?!

– Нам пора! – крикнул тощий с косой, взмахом руки призывая её поторопиться.

– Подожди! – запротестовал Фин. Она не могла так просто взять и уйти. Он ведь до сих пор многого не знал. У него была уйма вопросов. – Что значит «всё это время?» Кто ты такая? Откуда ты… я… родом?

– Пойдём с нами, – сказала девушка, увлекая его к лестнице. – Мы ответим на все твои вопросы.

Сердце Фина снова ёкнуло. Он так долго искал ответы, и вот они, всего в нескольких шагах от него. Он бросил взгляд на палубу «Кракена». Колл и Реми стояли на юте: она держала руль, он отдавал приказы. За ними стоял Ардент. Его длинная белая борода и кончик колпака развевались на ветру.

– Быстрее, быстрее! – восклицал он, как ребёнок на детской площадке.

Маррилл со смехом бегала за Карни по всей палубе, а тот в свою очередь гонялся за летающим белым пухом.

Лжематросы уже были благополучно забыты, а преследующий их корабль безнадёжно отстал, и им, похоже, и впрямь было весело. Никто даже не вспомнил о нём, никто его не хватился. Ему ничто не мешало уйти.

Но что-то привело Фина в чувство. После того как они победили Короля Соли и Песка, Маррилл отказалась вернуться домой к родителям, она осталась с ним, чтобы помочь ему найти его маму. И ей до сих пор нужно помочь своей маме. Он просто не имел права бросить Маррилл.

– Я не могу, – голос Фина дрогнул. Он сглотнул комок в горле. А в следующий миг ему в голову пришла странная мысль: – Но… может, тебе стоит остаться здесь?

– Мне? Остаться здесь? Я… – Девушка оглянулась на своих соплеменников. Внизу, подскакивая на волнах кильватера, о корпус «Кракена» билась их крошечная лодка. Девушка нахмурилась и задумчиво прикусила губу.

Каким бы учтивым ни пытался казаться Фин, в этот момент всё это исчезло. Он всю свою жизнь искал маму.

Он мало что знал об этой девушке и её народе. Он не знал, можно ли ей доверять. Но она была похожа на него. Никогда раньше он не встречал таких же, как он сам. И она знала, откуда он родом, как он сюда попал. Она пришла специально за ним.

– П-п-пожалуйста? – заикаясь, пролепетал Фин.

– Последний шанс, сестра Исчезайка! – крикнул снизу человек с косой.

– Хорошо… – Она снова прикусила губу. – Однажды я дала тебе уйти. Когда я столкнулась с тобой в Белолоу-Сити… Я даже сразу не поняла, кто ты такой. До меня дошло, лишь когда я вернулась на корабль и мы отплыли. Поэтому… Думаю, я в долгу перед тобой, и я не допущу, чтобы такое повторилось. – Она кивнула, как будто убеждая саму себя. Затем её губы растянулись в широкой улыбке. – Хорошо, я остаюсь! – Она повернулась и крикнула тем, кто уже сидел в лодке: – Я остаюсь, братья! Передайте Рати, что я прослежу за тем, чтобы с ним ничего не случилось! – Девушка отвязала от борта верёвочную лестницу. Та полетела вниз и, упав в чистую магию Пиратской Реки, взорвалась россыпью мелких камешков, поскакавших по водной поверхности.

Девушка повернулась к Фину. Улыбка на её лице была одновременно и радостной, и нервной. Фин прекрасно понимал, что она сейчас чувствует.

– Загадай желание, – сказала Маррилл, подходя к ним, и протянула Фину большую головку пуха.

Он невольно рассмеялся:

– Не пора ли нам завязать с желаниями после всего того, что случилось в Монерве?

Маррилл хихикнула:

– Нет, глупый. Там, откуда я родом, с одуванчиками поступают именно так. Ты загадываешь желание и дуешь на пух. Если тебе удастся сдуть его полностью, твоё желание обязательно сбудется.

Фин посмотрел на белый пух, а затем на девушку, так похожую на него. Она – ключ к его прошлому. Ключ к тому, кто он такой.

Похоже, его желания уже сбываются.

Глава 3. Наш новый друг, как её там

«Кракен» скользил по волнам, уплывая всё дальше и дальше. Барабанная дробь постепенно стихла, а грозный корабль остался далеко позади. Маррилл взяла одуванчик в ладони и закрыла глаза.

«Хочу, чтобы мама не болела, чтобы мои родители могли быть здесь со мной, на Пиратской Реке», – подумала она, прежде чем дунуть.

Уфф! – и ветер разнёс частички пуха в разные стороны. Маррилл проводила их взглядом.

Спроси вы у Маррилл полгода назад, верит ли она, что такое желание сбудется, она бы рассмеялась в ответ. Но это было до того, как она встретила Ардента и отправилась в плавание на «Предприимчивом Кракене». До того, как она узнала, что магия существует. Теперь даже невозможное казалось возможным. Буквально на днях она держала в руках настоящее живое желание в форме шара из Сифона Монервы. Воспользуйся она им, и на воды Пиратской Реки пролился бы живой огонь и поглощающий всё на своём пути металл. И всё же… если Маррилл сумела найти исполняющий желания шар, она наверняка сможет найти ещё что-то столь же могущественное. Если пробыть на Пиратской Реке достаточно долго, она найдёт способ вылечить маму.

Маррилл позволила себе ещё одну минуту понаслаждаться мечтой, после чего выбросила эти мысли из головы и повернулась к Фину. Каково же было её удивление, когда она увидела рядом с ним незнакомую девушку! Та стояла, опершись на перила, – примерно их с Фином возраста, смуглая и темноволосая.

– Привет, я Маррилл, – сказала она, помахав девушке рукой.

– Зацени, Маррилл! – весело сказал Фин. – Это та самая девушка, о которой я тебе рассказывал. Ну, та, которую я встретил в Белолоу-Сити, которая похожа на меня! Она решила остаться с нами и рассказать мне о том, откуда я родом, и обещает помочь мне найти мою маму!

Маррилл не сразу переварила услышанное. Но как только смысл его слов дошёл до неё, она подпрыгнула и захлопала в ладоши. Это надо же! Она отказывалась поверить своим ушам. Таинственная забываемая девушка была их единственной ниточкой, и вот теперь она здесь, рядом с ними, неожиданно появилась из ниоткуда.

– Фин, как же это здорово!

– Фин? – спросила девушка, недоумённо глядя на неё. – Кто такой Фин?

– Это же его имя, – сказала Маррилл. – А тебя как зовут?

Девушка повернулась и вопросительно посмотрела на Маррилл.

– Я… мой народ… вообще-то у нас нет имён. Я просто сестра Тень, или Исчезайка, как и все мои другие сестры.

– А-а-а, понятно, – сказал Фин. – Так вот почему ты называешь меня братом.

Маррилл махнула рукой. Эта девушка никак не могла остаться без имени.

– Это смех, да и только. Дай подумать. – Маррилл потрогала подбородок и прищурилась: – Тебя зовут Фин, потому что так было написано в твоём личном деле в приюте, верно?

– Сиротском Заповеднике, – поправил её Фин. – И да. ФИ НЕИЗ. Фамилия неизвестна.

– ФамИлия Неизвестна. Ф.И.Н. Фин. А она, такая же как ты, только девушка… девушка, у которой нет ни имени, ни фамилии… НИФ? – Маррилл тотчас осенило. Она даже щёлкнула пальцами. – Придумала. Ниф! Мы будем называть тебя Ниф!

– Ниф, – тихо повторила девушка. На её губах играла лёгкая улыбка. Она поспешила отвести взгляд, словно отчего-то смутилась. – Я… Мне нравится. Спасибо. Я запомню это имя. Даже если ты сама его забудешь.

– О чём ты говоришь? – рассмеялась Маррилл. Как она могла забыть такую новость?

В этот момент к ним подошёл Ардент со стопкой бумаг в руках.

– А, вот и ты, Маррилл! Теперь, когда мы движемся к цели, нам нужно обсудить Игру Маргама. Нам ведь придётся в неё играть, если мы хотим поговорить с Маргамом о чём-то существенном, и это включает одну важную стратегию… так что…

– Ардент! – начала Маррилл и повернулась, чтобы представить нежданную пассажирку, которой она только что дала имя Ниф. – Это…

Но Ардент махнул свободной рукой:

– Согласен, это немного раздражает. Но с другой стороны, каждый волшебник имеет право на сумасбродство. Лучше хитроумная игра, чем полный ров скиннервогов. Если ты посмотришь на эту схему, составленную в моё последнее посещение… – С этими словами он сунул ей в руки стопку бумаг.

Маррилл со вздохом закатила глаза:

– Нет, Ардент, послушай… Погоди, почему эти звёзды танцуют на свадебном торте? – Она прищурилась, глядя на рисунок, если тот можно было так назвать.

Ардент нарисовал его сам, это было ясно. Учитывая его способности к рисованию, сомневаться в этом не приходилось.

Волшебник выхватил у неё листок.

– Эти «звёзды», как ты их называешь, – люди. И это не свадебный торт, это множество уровней игры. Видишь ли, они накладываются друг на друга, как… – Он нахмурился. – Ну, прям как свадебный торт. Хм. Тем не менее…

Маррилл открыла было рот, чтобы сказать… Что-то. И нахмурилась. Она только что хотела сказать ему что-то важное. Она это точно знала. Но почему-то мысль ускользнула от неё.

– Ну… хорошо.

Ардент пожал плечами:

– Я не помню, чтобы ты спрашивала. Кроме того, это, по идее, армия непобедимых солдат. Вряд ли мы можем сделать что-то, кроме как убежать от них. К тому же мы сейчас выполняем ужасно важную миссию. Позволь мы себе отвлекаться всякий раз, когда какая-то армия решит преследовать нас… – Он пренебрежительно махнул рукой.

– Их называют Рать, – подала голос новая девушка. – И они, как гласит легенда, непобедимы. Никто не может их ранить. Их никому не остановить. Их никому не одолеть.

Маррилл нахмурилась. Кто эта девушка? Откуда она взялась? И почему Фина, похоже, не волнует, что на борту присутствуют посторонние?

Ардент посмотрел на девушку… и на Фина.

– Не думаю, что я встречал наших гостей раньше, – сказал он.

Маррилл как будто ударили футбольным мячом прямо в солнечное сплетение. Всё понятно!

Ардент посмотрел на Фина и на девушку с… одинаковым недоумением. Он не помнил ни одного из них. Так же, как и Маррилл не помнила эту девушку. А вот Фин явно помнил.

Девушку, как и Фина, вечно все забывали. Маррилл прижала пальцы к вискам, терзаясь вопросом, случилось ли с ней это впервые. Встречались ли они раньше? Разговаривали о чём-то?

– Тебя все забывают, – сказала Маррилл, подтверждая своё подозрение. – Как и Фина. Что означает… что мы, наверное, уже встречались, да?

Девушка улыбнулась ей и подмигнула:

– Нас называют Исчезайками. Мы шпионы, которых не видно. И да, мы уже встречались. Ты только что дала мне имя, правда, правда. Я – Ниф. – Она осторожно произнесла имя, как будто ещё не успела привыкнуть к нему.

– Да? – Маррилл это встревожило.

Она совершенно не помнила Ниф, как ни пыталась вспомнить о ней хоть что-то. С другой стороны, если она и вправду та, кого постоянно забывают, как Фина, ничего удивительного в этом нет. В самом начале Маррилл запомнила Фина лишь потому, что своим несчастным видом он напомнил ей раненое животное, а в своём мире она частенько спасала разных зверей. Он был один-одинёшенек на всём белом свете. Разве могла она забыть его?

Да, в Монерве она в какой-то момент начала забывать его, но недолго. Теперь же она помнила его, потому что он был её другом – она помнила его.

Но эта девушка не была её подругой, и она определённо не казалась потерянной и не нуждалась в заботе. Ниф была уверена в себе, а значит, Маррилл и дальше будет её забывать. Это было крайне неприятное открытие.

– Мы хотя бы можем запомнить эту Рать? – спросила Маррилл, лишь затем, чтобы подтвердить своё подозрение.

– Угу. Они вторая, более запоминающаяся половина Теней-Исчезаек.

Ардент хлопнул в ладоши:

– Отлично. Это решает все проблемы. Рать – это непобедимая армия, их можно запомнить. Исчезайки – это невидимые шпионы, запомнить которых нельзя. Кстати, кто вы такие, вы двое? Боюсь, вы выбрали не лучшее время для визита к нам. Видите ли, мы выполняем крайне важную миссию. А я вдобавок только что узнал, что нас преследуют очень опасные люди, которых называют Полчище.

– Не берите в голову, – сказала Ниф и подмигнула.

Ардент скрестил на груди руки:

– Боюсь, мы не можем оставить этот вопрос без обсуждения, юная леди. За долгие годы работы волшебником я уяснил себе, что, когда люди советуют вам не брать что-то в голову, это означает, что вам точно есть о чём задуматься.

Он сцепил руки за спиной и принял позу, в которой обычно читал свои «лекции».

– Один раз, который особенно мне запомнился, я пытался вникнуть в Вопрос, Который Нельзя Задавать, – не спрашивайте почему, – когда Магистр Каликсто внезапно сказал мне: «Слушай, тебе не о чем беспокоиться, но я почти уверен, что однажды где-то здесь я сжёг маленькую деревушку». И я, естественно, ответил: «И какая местная деревушка построена из чего-то такого, что легко горит?» И он ответил: «Ну, теперь никакая».

Пока Ардент монотонно вещал о своём, Маррилл попыталась перехватить взгляд Фина, чтобы посмеяться вместе с ним. Но он увлечённо беседовал с девушкой, которую она никогда раньше не видела. Как можно незаметнее Маррилл придвинулась на шаг ближе, желая узнать, о чём они могут говорить с таким интересом.

– …Знамя Рати, – говорила девушка. – Она командует армией.

– Как ты думаешь, она может знать, где моя мама? – спросил Фин.

Глаза Маррилл округлились. Они говорили о маме Фина! Она затаила дыхание. Интересно, что ответит девушка?

– Как бы это сказать… – начала та. – Может быть…

И в этот момент история Ардента достигла своего апогея и он заявил:

– Всё пошло именно так, как и следовало ожидать! Ты ведь этого не ожидала, Маррилл? Потому что и Каликсто тоже не ожидал. – Ардент с важным видом подбоченился.

Впервые Маррилл огорчилась, что история волшебника оказалась такой короткой. Лично она предпочла бы подлиннее.

– Ммм… Да. – Она попыталась придумать вопрос, который бы вынудил Ардента продолжить рассказ. – Итак, Магистр Каликсто – он случайно не из волшебников Мереса?

– О да, он самый! – воскликнул Ардент.

Маррилл отчаянно пыталась добавить что-то ещё.

– То есть… он может быть Капитаном Железного Корабля?

Ардент задумчиво постучал ногтями себя по зубам.

– Интересная теория. Хм, думаю, такое возможно… Каликсто имел склонность к тирании. К сожалению, Каликсто не выжил в ту ночь в Мересе, когда Серт напился воды из Пиратской Реки. – Ардент на миг умолк. – К сожалению для него, во всяком случае. Смею предположить, что в его магистериуме было немало тех, кто был очень этим доволен. Что вновь возвращает меня в ту пылающую деревню!

Маррилл перестала его слушать и повернулась, чтобы спросить у Фина, узнал ли он что-нибудь важное о своей маме. Но когда она повернулась к нему, девушка, которую она никогда раньше не видела, рассмеялась и положила руку Фину на плечо.

– Извини! – прощебетала Маррилл, хватая Фина за другую руку и оттаскивая его в сторону, и, не отрывая глаз от незнакомки, спросила: – Слушай, Фин, это кто такая?

– Это Ниф. Она моя соплеменница. – Выражение его лица изменилось. – Ты и вправду не помнишь её?

Маррилл отрицательно покачала головой. Она была уверена, что ни разу в жизни не видела эту девушку.

– А я должна помнить?

– Ну, я надеялся, ведь меня ты запомнила… – Он не договорил.

Но тут Ардент хлопнул в ладоши.

– Итак, вы видите, – важно произнёс он, заканчивая «лекцию», – что я, как всегда, был прав. Так же, как я прав и в данном случае. – Он задумчиво умолк и огляделся по сторонам. – Я уже забыл, в чём, собственно, я прав.

Его взгляд упал на Фина и девушку, и его лицо просветлело.

– О, привет. Вы, должно быть, друзья Маррилл. Прошу прощения за невежливость, что я не представился. Я великий волшебник Ардент, – с поклоном произнёс он. – Возможно, вы слышали обо мне?

Маррилл словно ударили футбольным мячом в солнечное сплетение. Она всё поняла. Ардент одинаково посмотрел на Фина и девушку. Он не помнил ни его, ни её. Точно так же, как Маррилл не помнила девушку. А вот Фин её помнил.

Эта девушка была незапоминаемой. Маррилл прижала пальцы к вискам, пытаясь понять, в первый ли раз она её видит. Встречались ли они раньше? Разговаривали ли?

Почему всё это кажется таким знакомым?

– Конечно, я слышала о вас, – сказала девушка, толкнув Фина локтем в бок и закатывая глаза.

Фин подавил неловкий смешок, а она прочистила горло и спросила:

– Так куда мы направляемся? Потому что мы всегда можем повернуть назад. Вернуться, чтобы увидеть Рать и её Знамя… – Маррилл заметила, как та девушка подмигнула Фину, но не поняла, что это значит.

Ардент энергично тряхнул головой:

– Только не это! Возможно, вы не в курсе, но эти люди – солдаты непобедимой армии, союзники нашего нового старого врага, Короля Соли и Песка. Кроме того, мы выполняем задачу первостепенной важности.

– Вот как? – удивилась девушка.

– Ну да, – продолжил Ардент. – Мы должны сыграть в игру! – Он умолк, как будто это заявление ошеломило его самого. – Это очень серьёзная игра, – добавил он. – На карту поставлена судьба Пиратской Реки.

– Конечно, – сказала девушка. – Хорошо… Где вы будете играть в эту игру? И как долго нам туда добираться?

– Технически сама игра и есть нужное нам место, – поправил её Ардент. – Остров, если быть точным. Вы сами увидите, когда мы приплывём туда. Маргам – мастер перевоплощений и иллюзий. Так что с ним не соскучишься. – Ардент повернулся в сторону юта: – Колл, сколько времени требуется, чтобы добраться до Великой Игры?

Колл посмотрел на свою голую лодыжку, которую обвивала татуировка в виде верёвки. Маррилл до сих пор казалось странным, что татуировка не только двигалась, но и выполняла роль компаса, помогая капитану перемещаться по Пиратской Реке.

– Наверное, день-другой. Мы отправимся туда напрямик через Яростное ущелье. – Он наклонился к Реми: – Там много странных ветров и острых зубов. Это будет хорошая практика для тебя.

– Зубов? – неуверенно переспросила Реми.

Колл пожал одним плечом.

– Я бы даже сказал, клыков.

Новая пассажирка оглянулась на пушистые головки одуванчиков, исчезавшие на горизонте позади них, и кивнула:

– Игра Маргама. Один день. Поняла.

Маррилл нахмурилась:

– Что ты поняла?

Девушка с самодовольной улыбкой махнула рукой.

– Ничего особенного, – сказала она и взяла под руку Фина: – Как насчёт ознакомительной прогулки по моему новому дому, брат Исчезайка?

На глазах у недовольной Маррилл Фин повёл девушку в трюм. Должно быть, Колл подобрал её в Монерве, подумала она. Но уже в следующий миг эти мысли выскользнули из её головы, и она забыла про незнакомку.

Глава 4. Ночная сирена

В ту ночь Фин проснулся от истошных криков и резко сел на койке. «Кракен» сильно качало на волнах, бросая из стороны в сторону. Сквозь крики он также услышал рокот, похожий на оглушительное урчание желудка.

– Должно быть, мы в Яростном ущелье, – пробормотал он себе под нос.

Хотя никто раньше не упоминал ни о каких криках в Яростном ущелье.

Он выскользнул из койки, схватил воровскую сумку и куртку для воздушных прыжков и поспешил к двери. Не успел он сориентироваться в тускло освещённом коридоре, как распахнулась дверь каюты напротив и из неё выглянула Маррилл. Даже в полутьме Фин увидел её удивлённые, широко раскрытые глаза. Карнелиус, которого она держала на руках, злобно сверкнул на него единственным зрячим глазом.

– Что это? – шёпотом спросила она.

Крики были пронзительными и с каждой секундой становились всё громче.

– Похоже, они доносятся откуда-то сверху, – сказал Фин и направился к трапу. – Пошли.

Маррилл нерешительно шагнула следом за ним.

– Как ты думаешь, это не страшно?

Фин задумался. В конце концов, они ведь уже бросились в темноту к источнику таинственных криков.

– Нет. А ты?

Маррилл вздохнула и положила Карни себе на плечо.

– Я тоже. Пошли.

Они бросились наперегонки вверх по винтовой лестнице. Фин выскочил из люка первым, Маррилл и её кот отставали от него всего на один шаг. Но стоило Фину выскочить на прохладный ночной воздух, как его едва не вывернуло наизнанку. В нос ударила вонь, как от тухлых яиц, залитых прокисшей горчицей.

Маррилл побледнела и брезгливо сморщила нос.

– Фу-у-у! – Карнелиус извивался в её руках, явно недовольный тем, что его притащили нюхать такую зловонную гадость. – Что это за место?

Фин огляделся по сторонам. Пиратская Река вновь сузилась до размеров обычной реки, но это точно было не Яростное ущелье – если судить по отсутствию пресловутых зубов. С обеих сторон реку сжимали каменные берега, рассечённые лишь канавами с грязной водой и высокими изогнутыми мостами. Тут и там высились готические здания, похожие на жирных пауков. Их витражные окна, освещённые изнутри свечами, как будто выглядывали в ночи свои жертвы.

Но главной особенностью этого места был газ. Он булькал вокруг, пузыри с треском лопались, освещая темноту странными переливающимися, зловонными бликами. Речная вода в буквальном смысле закипала под «Кракеном», раскачивая судно из стороны в сторону. До Фина дошло: вот откуда эти странные булькающие звуки, которые он слышал в каюте! А ещё он тотчас вспомнил эту вонь – так воняло в торговых доках на Пристани Клучанед.

– Мы в Переулке Радужного Света, – сказал он, морщась от смрада и стараясь перекричать душераздирающие вопли. – Скорее всего. Вонь этого газа ни с чем не спутаешь.

Брезгливо морща нос, Маррилл указала на корму, откуда доносились ночные крики. Дверь в каюту Ардента была открыта, и наружу вытекали потоки студенистой слизи. Всё это сопровождалось леденящим кровь воем.

Наконец, на палубу, шатаясь, вышел Ардент, весь в каких-то тёмных липких пятнах. Он взмахнул рукой. В воздух взлетел комок слизи и приземлился прямо у ног Фина. Вопли тотчас сделались громче и превратились в пронзительный вой. Фин посмотрел вниз и понял: вопила именно эта мерзкая слизь.

В следующий миг к ним подбежали Колл и Реми.

– Ославабогустобойвсевпорядке! – выпалила на одном дыхании Реми, похлопав Маррилл по плечу. – И с тобой тоже, Плюс Ещё Один, – добавила она, беря за руку Фина.

Фин улыбнулся. На самом деле Реми не помнила его. Она помнила лишь то, что кроме Маррилл у неё есть ещё один подопечный, за которым она должна присматривать. Но даже это было уже что-то, ведь большинство людей не запоминали его совсем. Так что он был к ней по-своему привязан.

Колл между тем поморщился и, выхватив из-за пояса кривой кинжал, обвёл глазами палубу в поисках неприятеля.

– В чём дело? – спросил он, перекрикивая шум.

Ардент пошевелил пальцами, указывая на живой студень. Тот искрился и потрескивал, а его вопли становились всё мучительнее. Затем внезапно вой прекратился, а сам орущий комок исчез, как будто испарившись облачком пара. Лишь несколько упрямых потёков липкой жижи всё ещё цеплялись за мантию Ардента и сапоги Колла, время от времени испуганно попискивая.

– Моя сирена, – хмуро буркнул Ардент.

Он обвёл взглядом окружавшие их здания. В тёмных окнах с каждой секундой вспыхивало всё больше и больше огней. А на их фоне метались скрюченные силуэты, похожие на сломанных кукол.

Волшебник повернулся и зашагал к своей каюте. Колл пошёл за ним. Маррилл и Реми, в свою очередь, бросились следом за капитаном.

– Что тут у вас происходит, брат… Фин? – спросила Ниф, подходя к нему сзади.

Фин обернулся к ней, и она безмятежно зевнула. Она явно ещё толком не проснулась и даже не успела надеть туфли.

– Сирена волшебника, кричащий гель, всё как обычно, – объяснил Фин. – А ты где была?

Ниф пожала плечами:

– В одной из кают внизу я нашла кучу одеял. Пришлось подлизаться к сварливому четырёхрукому монстру, чтобы получить простыни. Он обозвал меня «осклизлой гусеницей» и что-то буркнул про зимнюю спячку.

Фин покачал головой. Интересно, подумал он, где Отказуй был всё это время? Хотя, если честно, на корабле было куда приятнее без него. Даже ночные вопли и те не такие доставучие, как Отказуй, решил Фин.

– Думаю, тебе не помешает перепроверить, что у тебя по-прежнему есть всё, с чем ты пошла спать, – предупредил её Фин. – Отказуй порой бывает немного… нечист на руку.

Ниф недоумённо выгнула бровь:

– Какая из меня была бы Исчезайка, позволь я кому-то другому стащить у меня хоть что-нибудь?

– И то верно, – улыбнулся Фин. Чем больше он узнавал Ниф, тем лучше понимал, сколько у них общего.

Он и вправду был Исчезайкой, решил Фин. Это было так странно… как если бы он нашёл своих. Фин даже покраснел при этой мысли. Чувствуя, как горят щёки, он поспешил повернуться к корме.

– Давай посмотрим, из-за чего, собственно, весь этот шум и гам.

Зайдя к Арденту, они застали волшебника стоящим посреди хаоса, в который превратилось его жилище. В каюте в буквальном смысле всё было вверх дном, повсюду в беспорядке валялись самые разные вещи.

– Ого, здесь кто-то и впрямь постарался на славу, – сказала Реми, поддевая мыском разбитую вазу. Ваза испустила проклятие, и Реми испуганно отскочила в сторону.

Ардент огляделся по сторонам.

– Хмм, нет, когда я ложился спать, здесь примерно всё так и было.

Колл вернул кинжал в ножны и скрестил руки на груди:

– Тогда почему взвыла эта надоедливая сирена?

Ардент просиял улыбкой и начал пробираться сквозь груды хлама к резным сундукам, стоявшим под иллюминаторами.

– Это такая хитрая придумка с моей стороны. Я наполнил этот сундук волшебным бесконечным сверхзвуковым воющим гелем. Воет громче любой сирены и всегда за секунду до приступа паники. Самое главное его достоинство в том, что он липкий, что существенно облегчает поимку вора. Ведь куда убежишь и где спрячешься, если ты весь обляпан истошными воплями?

Ардент скрестил пальцы на крышке одного из сундуков, дважды постучал по боковой стенке и свистнул. Крышка откинулась, открыв взгляду кристалл в форме звезды – Ключ к Былитамской Карте Куда Угодно.

– Я использую эту штуку для защиты моих самых ценных и/или опасных вещей, – продолжил волшебник и указал на три прозрачных куба, аккуратно расставленных сразу за Ключом.

Каждый из них покоился на бархатной подушечке. В первом хранилось несколько мелких предметов, которых Фин никогда не видел (камень, как будто вырванный из сердца свирепой бури, какой-то шар с надписью «Душа ималуфус хана… Не встряхивать» и стеклянная статуэтка, которая в знак приветствия поклонилась каждому из них). Фин машинально кивнул в ответ.

Внутри второго куба плавало нечто более знакомое: Шар Желаний, почти полный концентрированной воды из Пиратской Реки, которая могла исполнить всё, кроме самых крайних, опасных желаний. А сумей Капитан Железного Корабля заполнить его полностью тогда, в Монерве, то возможным было бы всё.

Фин молча поблагодарил судьбу за то, что они с Маррилл успели вовремя и не дали этому случиться.

Но именно третий куб заставил Маррилл взволнованно пискнуть:

– Мой виверван!

Она уронила Карни на пол и, не обращая внимания на недовольный кошачий вопль, бросилась к кубу, где в углу сжалось крошечное чёрное существо. Оно было похоже одновременно на летучую мышь и паука или, скорее, на пару рук, сросшихся в запястье. Длинные тощие ноги-пальцы барабанили по стенкам куба.

Маррилл сердито прищурилась, и её пальцы невольно сжались в кулаки. На лице промелькнули гнев и потрясение. Фин вздохнул. В отличие от Маррилл, он никогда не любил жутких существ. А вот она была неравнодушна к ним, особенно к этому странному созданию. Впрочем, её можно понять, ведь виверван спас их.

– Маррилл, всё в порядке… – попытался успокоить её Фин.

Она яростно покачала головой, не давая ему договорить.

– Ему плохо и тесно. Бедняга растерян и напуган. – Она повернулась к Арденту: – Как ты мог запрятать его туда?

Удивлённый Ардент пошевелил пальцами.

– Маррилл, виверван – не домашний питомец. Он – живое воспоминание, созданное Дзаннами, воспоминание о первых волшебниках, о времени рождения Пиратской Реки. Возможно, даже о чём-то ещё более раннем. Я уже видел однажды, что происходит, если прикоснуться к этому крошечному существу. Подобное создание, невольно высвобожденное, может привести к самым серьёзным последствиям.

– Но ведь он живой! – запротестовала Маррилл. – И он не опасный, он очень милый!

– Маррилл, – вмешалась Реми, – твой виверван заставляет людей впадать в беспамятство или что-то подобное, когда к нему прикасаются. Может, Ардент всё-таки прав?

Маррилл невозмутимо сложила на груди руки:

– Нет. Я пронесла его через катакомбы Монервы, и он никому не сделал ничего плохого. Он помог мне.

Ардент склонил голову набок:

– Скажем так, это спорный вопрос…

Они с Маррилл обменялись смущёнными взглядами. Фин посмотрел на Ниф. Та, нахмурив брови, с интересом разглядывала большой деревянный сундук и его таинственное содержимое.

Секундочку, подумал Фин.

Кажется, он понял. Шар Желания был ключом к освобождению Короля Соли и Песка… и кто-то пытался его украсть. И в этот же день один из соглядатаев шпионской армии Короля Соли и Песка присоединился к их команде.

Фин не знал, что хуже: оказаться обманутым или дать себя обмануть. Схватив Ниф за руку, он потащил её к двери.

– Это была ты, верно? Это ты пыталась украсть шар. – Его подбородок дрогнул. Им овладели боль и разочарование, злость и растерянность одновременно.

– Что?! Брат, что ты имеешь в виду?

Фин не собирался быть обманутым дважды.

– Не притворяйся глупенькой, – огрызнулся он. – Ты пыталась украсть Шар Желания и освободить своего короля. Ты сказала, что твои сородичи пришли сюда, чтобы найти меня. Но ведь это ложь? Ты использовала меня, ты всё время была здесь только ради этого шара!

Ниф обиженно надулась. Следовало отдать ей должное, она была хорошей актрисой.

– Нет. Только ради тебя, брат, правда! Мне ничего не известно про этот шар…

Он нетерпеливым жестом оборвал её:

– Где твои башмаки?

Ниф посмотрела на свои босые ноги и тотчас отвела взгляд в сторону. Она явно не ожидала, что это её выдаст.

– Ну, что скажешь? Ты выбросила их за борт или они где-то в трюме и оплакивают свою судьбу?

Ниф с досадой смахнула с лица волосы. Фин сердито посмотрел на неё, ожидая, когда же она признается.

– За бортом, – еле слышно ответила она. – Один башмак превратился в красивую певчую птицу. Второй её съел. – Она на миг умолкла. – Но я не лгала! – с жаром воскликнула она. – Мы действительно пришли за тобой.

– Тогда почему ты шныряешь по всему кораблю? – не унимался Фин. – Почему ты просто не увела меня с собой, когда у тебя была такая возможность?

– Мы – Исчезайки. Это не наш стиль… мы славимся тонким умом и хитростью. Кроме того, чем крупнее скандал, которой мы устраиваем, чем больше привлекаем в себе внимание, тем скорее люди забывают нас.

– И я уверен, что это единственная причина, – сухо сказал Фин.

– Ну ладно. – Она закатила глаза. – Мы также подумали, что стоит поискать что-нибудь, скажем так, полезное. То, что никто не охраняет. Но я действительно не знала про этот шар, пока твой волшебник не обмолвился, что у него есть груз, за которым охотится Рать. Но даже тогда я решила найти его и просто взглянуть, что это такое.

В животе у Фина как будто скрутили узел: он окончательно убедился, что Ниф его обманывала.

– И украсть его для них.

Ниф отвела глаза в сторону.

– Ты не понимаешь, – сказала она. – Если Рать чего-то хочет, она обязательно это получит. Их не остановить. Сопротивление бесполезно, брат. Мы можем только помогать им; так будет лучше, поверь.

Фин печально покачал головой:

– Если их не остановить, тогда почему мы от них оторвались?

– Ну да. – Она пожала плечами. – Я не до конца уверена, что именно произошло. Мы тоже сильно удивились, когда ваш корабль стал уходить от преследования… Такого никогда раньше не случалось.

Фин фыркнул. Доверия этой девчонке больше не будет. И всё же имелся в этом некий странный смысл. Фин был вынужден признать: если Ниф сказала ему правду, то на её месте он поступил бы точно так же – попытался бы проникнуть в каюту Ардента и взглянуть на шар.

– Никакое это не предательство, – заявила Ниф. – Ты один из нас, Фин. Ты – Тень-Исчезайка. Ты должен быть на нашей стороне. Ты должен хотеть помочь Рати вернуть шар.

Они, не сговариваясь, обернулись и посмотрели на каюту, где Маррилл и Ардент всё ещё обсуждали судьбу вивервана. Рядом с суетливым крылатым существом сиял шар, похожий на упавшую звезду, застрявшую в подушке.

Всего одно желание, подумал Фин, и путь к Монерве вновь будет открыт. Король Соли и Песка обретёт свободу и станет сжигать каждый мир, которого коснётся. Открытие этого пути также высвободит смертоносный Железный Прилив, который они едва остановили перед своим бегством. Вот почему никому нельзя воспользоваться шаром, и вот почему желания лучше держать при себе. Иначе это будет апокалиптический рывок к уничтожению всего сущего. Огонь и железо будут соревноваться между собой, кто быстрее нанесёт Пиратской Реке максимальный ущерб. А когда это случится, победитель может возжелать освободить из Былитамской Карты Потерянное Солнце Дзаннин, просто чтобы подчистить с его жуткой помощью беспорядок.

Интересно, что подумает Ниф, если узнает об этом? С другой стороны, он не собирался ей ничего говорить. На данный момент чем меньше она знает, тем лучше.

– Думаю, я должен выдать тебя. – Фин посмотрел на Переулок Радужного Света. Впереди в пузыре газа что-то медленно и неуклюже барахталось. – Жаль, что ты не предала нас на более дружественной территории.

Ниф взмахнула руками:

– Брат, подожди! Я знаю, что поступила глупо. Извини. Что ещё я могу сказать? Я привыкла добиваться своего. – Она лукаво улыбнулась ему. – Но мы оба всё равно можем получить то, что хотим. Рать будет только рада, если я помогу тебе найти мать и верну вас обоих в наши ряды. И вдобавок обещаю тебе, что не стану ничего предпринимать, чтобы заполучить этот шар.

Фин усмехнулся. Он по-прежнему сомневался, не зная, как поступить. Сегодня он узнал, кто он и откуда родом, узнал больше, чем за всю свою жизнь. И даже если он не был уверен, что хочет быть одним из Исчезаек, благодаря Ниф он почувствовал, что на Пиратской Реке есть место, где он обретёт дом. Не говоря уже о том, что только она могла помочь ему найти маму. Ну кто откажется от такой возможности?

Кроме того, Ардент явно предпринял все меры предосторожности. Даже лучшему вору на Пиратской Реке будет непросто выкрасть у него шар. А поскольку Фин самый лучший вор из всех, им не о чем беспокоиться.

Мальчик глубоко вздохнул, пока ещё точно не зная, пожалеет ли он когда-нибудь о своём решении. Но он и вправду не видел выбора.

– По рукам, – сдался он в конце концов. – Но ещё один взлом, и тебе придётся уйти. И мне всё равно куда.

Ниф, судя по всему, удивили его слова. Она ответила ему улыбкой, хотя и не такой широкой, как обычно.

– Спасибо, брат Исчезайка, – ответила она, и её слова прозвучали почти искренне.

Заключив это неловкое перемирие, Фин и Ниф проскользнули обратно в каюту. К счастью, Ардент уже улыбался.

– Конечно, Маррилл. Ты права, живое существо нуждается в наилучшей заботе, какую только мы можем ему обеспечить. В то же время мы должны помнить об опасности, которую оно может представлять. Возможно, вместе мы придумаем для вивервана лучшие условия.

– Спасибо! – радостно воскликнула Маррилл и бросилась в объятья старого волшебника.

Фин сглотнул комок в горле. Смотреть на Ардента и Маррилл было всё равно что смотреть на любящих друг друга дедушку и внучку. Это было не вполне по-воровски, но Фин невольно растрогался при виде этой сцены.

Маррилл высвободилась из объятий, и Ардент положил руку на третий куб. Не то чтобы он открылся, пальцы волшебника просто прошли сквозь его стенки. Почувствовав свободу, виверван энергично захлопал крыльями, причём одно из них, сломанное, всё ещё плохо его слушалось.

Он уже было уселся на плечо Маррилл, когда со стола Ардента раздалось приглушённое урчание. Сбрасывая бумаги и переворачивая чаши с разноцветными камнями, Карнелиус хищно полз по деревянной столешнице, явно намереваясь сцапать вивервана.

– Карни, нет! – воскликнула Маррилл и протянула руки, чтобы остановить кота.

Мгновенно поняв, что сейчас произойдёт, Фин прыгнул к ней и успел подхватить. Потому что в тот момент, когда ладонь Маррилл коснулась вивервана, её кожа пошла рябью, а сама она упала в обморок.

Кома памяти. Виверваны вызывали это состояние, наполняя разум любого прикоснувшегося к ним человека чужими воспоминаниями, отчего тот терял сознание.

– Маррилл! – крикнула Реми, подбегая. – Колл, помоги мне её поднять!

– Я так и знал, что это плохая идея, – буркнул Ардент, на цыпочках приблизившись к вивервану.

Однако того нельзя было так просто одурачить. Он пулей вылетел за дверь и полетел к ограждению левого борта. Карнелиус подскочил и бросился следом. Всё, что случилось потом, происходило как будто в замедленной съёмке.

– Кот! – крикнула Ниф.

Фин резко обернулся, и, надо сказать, вовремя, потому что Карнелиус выгнул спину пружиной, готовясь к прыжку.

В следующий миг кот бросился на добычу.

Виверван взмахнул сломанным крылом и сумел взлететь на дюйм выше.

– Ловите их! – крикнула очнувшаяся Маррилл.

Фин метнулся вперёд, пытаясь помешать коту, но опоздал. Кот и виверван столкнулись. Лапы и когти царапнули по перилам.

А в следующий миг оба исчезли.

Глава 5. В напиток

– Карни, нет! – крикнула Маррилл, успевшая прийти в себя.

От ужаса её сердце едва не выпрыгнуло из груди. У неё на глазах кот взлетел в воздух, столкнулся с виверваном и уже собрался впиться в него когтями, но в следующее мгновение оба полетели за борт.

С воплем ярости и удивления Карни рухнул в мерцающие воды Пиратской Реки. Наверху скрипнул такелаж. Канаты устремились вниз, пытаясь перехватить эту парочку на полпути к водной глади.

Пульс Маррилл на мгновение замер. Тросокостный успел вовремя, сказала она себе. Всё нормально. Карни в безопасности.

Но потом она услышала всплеск. Её лёгкие как будто сжало железным обручем.

– Не-е-ет! – завопила она, устремившись к борту.

Фин бросился следом. В окнах домов Переулка Радужного Света гротескно задвигались какие-то кривобокие силуэты, как будто в жестокой насмешке над болью, пронзившей сердце Маррилл.

Мы всё ещё в Переулке, а не на Пиратской Реке. Вода грязная и противная на вкус, но и только, попыталась успокоить себя Маррилл. С Карни всё в порядке. Но она уже видела, что они вновь выходят на открытое водное пространство.

Радужный газ теперь пузырился не так сильно. Воды Реки сияли магическим золотом. Смертельной магией.

– Животное за бортом! – крикнул Колл, выбегая из каюты Ардента и бросаясь к штурвалу. – Полный назад!

Несмотря на свою неприязнь к коту, штурмыши послушно забегали по реям и подняли парус. Колл между тем развернул корабль перпендикулярно ветру.

Маррилл перегнулась через бортик, причём зависла над ним гораздо дальше, чем обычно осмеливалась. Она вглядывалась в воду, отчаянно пытаясь увидеть Карни или вивервана. А чтобы слезы не мешали ей смотреть, она то и дело смахивала их.

Но что она искала? Хотела увидеть, кем стал Карни?

Полётсов – телефонныйстолб – вспышкажёлтого.

Сердце отчаянно стучало. Разум, словно сорвавшись с цепи, перебирал самые жуткие варианты.

Вкусмаршмэлоуопернаямелодияощущениетогочтотыпропалаитакдалекоотдомаиподвела-туединственнуюкотораятебялюбит.

А потом (ведь чудеса иногда случаются) она услышала. Услышала еле различимое «мяу!».

Далеко внизу, прямо у ватерлинии, что-то цеплялось за сетку, натянутую вдоль корпуса «Кракена». В темноте свечения волшебной реки было недостаточно, чтобы разглядеть, что там такое.

Но она тотчас поняла: это мяукал Карнелиус. Но был ли он прежним Карнелиусом?..

Котрыбачеловеккоткукурузаспрутокотзоветничегонеостаетсякакзвать

– Кажется, я вижу его! – Фин перебросил ногу через бортик, готовый спуститься вниз.

Маррилл уже собралась было последовать за ним, когда крепкие руки затащили их обоих назад.

– Существо слишком близко к воде, – предостерёг их Ардент. – Позвольте мне. – Волшебник ущипнул воздух и поднял руку.

Карнелиус взмыл к палубе, как будто вырванный из Реки невидимой силой.

Мгновение спустя несчастный кот повис в воздухе, будто кто-то держал его за шкирку. С него капала вода, мокрый мех прилип к тощему телу, отчего Карни казался намного меньше и не таким грозным, как обычно. Стекавшая с него вода образовала на палубе светящуюся лужу.

– Он по-прежнему кот! Это хорошая новость, – радостно объявил Ардент и тут же нахмурился: – Хотя это странно.

– Карни! – Маррилл бросилась к бедному, намокшему коту и упала на четвереньки.

Однако не успела она дотянуться до него, как ударилась лбом о невидимую преграду. Маррилл подняла голову и увидела, что Ардент вытянул вперёд ладонь, останавливая её.

– Осторожно! – Он кивнул в сторону увеличивающейся на глазах лужи чистой магии. – Палуба сделана из скучнодерева. В отличие от тебя. Магия скоро рассеется, смешавшись с воздухом, и больше не будет смертельно опасной. Но не сейчас. Пока надо подождать.

Маррилл глубоко вздохнула и, чтобы не схватить кота, прижала руки к груди.

– С ним… всё будет в порядке? – спросила она дрожащим голосом.

В свою очередь Карнелиус попытался вырваться из невидимой руки, держащей его за шкирку. Выпустив когти, он шипел и бил лапами по воздуху. Внезапно Ардент ойкнул, а кот рухнул на палубу, где грациозно приземлился на все четыре лапы.

Маррилл протянула к нему руки.

– Всё в порядке, Карни, – проворковала она. – Теперь ты в безопасности.

Кот сверкнул единственным целым глазом и забил хвостом. При каждом взмахе кошачьего хвоста на палубу падали мерцающие капли воды. Из груди кота раздавалось приглушённое урчание.

А потом кот заговорил:

– Я, Волшебник Рассвета, обладающий непостижимым умом и необъяснимым телом, настоящим завещаю тем, кто слушает, следующее…

Маррилл застыла в неподвижности. Такого просто не может быть! Она не может этого видеть или слышать.

Но одного взгляда на остальных было достаточно, чтобы понять: она не ослышалась и ей ничего не померещилось – все остальные тоже слышали, как Карни разговаривает. Глаза Реми в буквальном смысле вылезли на лоб. Фин стоял, разинув от удивления рот.

– Что случи… – начал было он, но Ардент взмахом руки оборвал его:

– Пусть кот договорит до конца, молодой человек, которого я не знаю.

– Прежде всего тем, кто будет играть в Игру Пророчества, я оставляю одну подсказку. Вы найдёте её спрятанной между строк этого завещания, если у вас возникнет желание её найти.

Все затаили дыхание, не сводя глаз с Карнелиуса, ожидали, что он скажет дальше. Кот тряхнул головой и шмыгнул носом. А затем чихнул, причём с такой силой, что шерсть на нём встала дыбом, внезапно высохнув. Как поняла Маррилл, вместе с последними каплями воды магия оставила кота в покое. Карни сел, поднял лапу и начал вылизываться, как будто ничего особенного не случилось.

Маррилл дрожащими руками потянулась к своему любимцу и, подняв его, прижала к себе. Ей было всё равно, оставались ли на нём частички магии, и совершенно не пугало то, что эта магия может с ней сделать.

Для неё было важно одно: держать Карни на руках, гладить, защищать от опасностей. Он прижался к её плечу и лбом боднул в подбородок. Это был абсолютно обычный кот. Если, конечно, это определение было к нему применимо.

Первым нарушил звенящую тишину Фин:

– Да, это было нечто. – Он почесал голову. – Кто-нибудь понял, что произошло?

Ардент задумчиво посмотрел на кота.

– Диву даюсь, – выдохнул он. – Никогда не видел ничего подобного.

– Что кот остался жив, окунувшись в Пиратскую Реку, или что бывают говорящие коты? – уточнил Фин.

Ардент покачал головой:

– И то и другое. – Он дёрнул себя за бороду, пристально глядя на кота.

Внезапно Маррилл выпрямилась. Она так волновалась за Карни, что забыла, что он был не один.

– А где виверван? – спросила она, обводя взглядом палубу. – Что с ним?

Фин, Реми и какая-то девушка (наверно, палубный матрос) бросились к борту корабля и, перегнувшись через перила, попытались разглядеть в воде вивервана. Ардент стоял неподвижно, нахмурив лоб.

Маррилл казалось, что её желудок вот-вот вывернется наизнанку. Если что-то случилось с виверваном, то виновата в этом будет она. В конце концов, это она потребовала, чтобы его выпустили на волю. И именно её кот устроил на него охоту.

– Я его нигде не вижу! – сообщил Фин и бросился к корме корабля.

– Там ничего нет, – повторял каждый из собравшихся на палубе.

Маррилл перехватила взгляд Реми. Её няня печально покачала головой.

– Где он? – заикаясь, спросила Маррилл. – Он всё ещё должен быть где-то здесь. Должен быть!

Ей на плечо легла сильная рука Колла.

– Прости. Мне честное слово жаль, Маррилл.

Но тут Ардент поднял палец:

– Не торопитесь расстраиваться, у меня есть одна теория. – Он рассеянно пожевал волоски, выбившиеся из его длинной бороды. – О да. Хм. Да. Из этого следует… да… Я думаю… Я считаю… Виверван всё ещё здесь!

Маррилл видела, что она не единственная, кто ничего не понял. Остальные тоже нахмурили брови, тщетно пытаясь понять смысл слов старого волшебника.

– Неужели? Где он?

– Ты держишь его в руках.

Маррилл посмотрела на кота. Тот в ответ посмотрел на неё. Он явно не понял юмора.

– Карни?

– Виверваны были творениями Волшебника Рассвета, одного из самых могущественных Дзаннов, – объяснил Ардент. – И, как мы установили раньше, то, что сотворили Дзанны, могут разрушить только сами Дзанны. Падение в воду Пиратской Реки точно не уничтожило бы существо вроде вивервана. Но возможно… повлияло на некие его аспекты.

Ардент принялся энергично расхаживать по палубе, как обычно делал, когда о чём-то размышлял.

– Виверван был живой памятью, это мы знаем. И Пиратская Река не могла повлиять на этот его аспект, нет, не могла. Но она могла изменить его форму. Сделать его… чище. В конце концов, что такое память без живого вместилища, без тела для её хранения? Более того, эта сила на самом деле подпитывается магией, делая её владельца неуязвимым для…

Колл прочистил горло:

– А можно проще, Ардент? Все же мы говорим на этом корабле по-человечески. Не по-волшебному.

– О да. Прошу прощения. Увлёкся. – Волшебник развернулся на одной пятке, отбросив другой ногой подол своей мантии, и посмотрел Маррилл прямо в глаза: – Короче говоря, воспоминания, которые были виверваном, теперь живут в твоём коте.

Маррилл снова посмотрела на Карни. Тот что-то тихо промурлыкал. Его единственный глаз подмигнул, но она не могла утверждать, что это было нечто некошачье.

– Ты хочешь сказать, что мой кот слопал его?

– Не то чтобы слопал, сколько поглотил. По крайней мере, таково моё предположение, – сказал Ардент.

Что, если честно, было не намного лучше.

– И… как нам достать его обратно?

Ардент пожал плечами:

– Трудно сказать. По крайней мере, без дальнейшего изучения. – Он протянул руки, чтобы взять кота: – Можно?

Маррилл закусила губу. После произошедшего она не хотела отпускать Карнелиуса даже ненадолго. Но если Ардент в состоянии помочь, так и быть. Она с неохотой передала ему Карни.

Надежда на лице Ардента сменилась разочарованием, стоило ему осторожно взять кота на руки.

– Похоже, воспоминания вивервана больше не передаются другому человеку, когда вы касаетесь кота. – Поджав губы, он держал кота на уровне глаз и внимательно его разглядывал. – Это вносит коррективы в нашу миссию по установке личности Капитана Железного Корабля.

Реми скрестила на груди руки и нахмурилась. Она явно была в замешательстве.

– Это почему же?

– Виверван нёс в себе воспоминания Волшебника Рассвета. После того как мы вернулись из Монервы, я изучил их – правда, весьма поверхностно – и увидел кое-какие очень интересные вещи. Похоже, Волшебник Рассвета несколько раз пересекался с Капитаном.

Ардент поморщился – как оказалось, это Карни впился когтями ему в запястье. Маррилл потянулась за котом, и Ардент с благодарностью вернул ей пушистого разбойника.

– Но… – сказала Маррилл, подумав над его словами. – Если Капитан – один из твоих старых друзей…

– Тогда как он мог встретить Волшебника Рассвета, который умер задолго до моего рождения? Отличный вопрос! – Ардент почесал бороду. – Не имею понятия. В чём, собственно, и дело. В моих знаниях всё ещё имеется ряд пробелов, которые, как я надеялся, поможет заполнить виверван, но случившееся всё слегка осложняет. Тем не менее если то, что мы услышали, было частью завещания Волшебника Рассвета, то, возможно, выход ещё есть. – Он возбуждённо хлопнул в ладоши. – Не говоря уже о невероятных возможностях для исследований! Представляю, как разозлится Замбфант Великий, узнав, что я обнаружил первый зарегистрированный в Пиратской Реке случай кошачьего вещания! О, если бы я только мог рассказать об этом Анналессе…

Волшебник отвернулся. Сердце Маррилл сжалось от жалости: в голосе Ардента слышалась нескрываемая печаль. Тем не менее он заставил себя улыбнуться и, уже о чём-то задумавшись, зашагал к каюте, бормоча себе под нос об исследовании, которое он непременно проведёт по этому вопросу.

– С тобой всё в порядке? – спросил Фин, подходя к Маррилл.

Она кисло улыбнулась ему:

– Думаю, да. В смысле, я рада, что и с Карни, и с виверваном всё в порядке. Но… – Она ещё крепче прижала к себе кота. – Что, если я лишила нас возможности выяснить, кто такой Капитан?

– Послушай, это не твоя вина, что эти два создания решили устроить соревнование по прыжкам в воду, – заверил её Фин.

Так она его и послушала!

– Не заставь я Ардента выпустить вивервана…

Фин со смешком оборвал её:

– Ты когда-нибудь видела, чтобы кто-то заставил Ардента что-то сделать? – Он прислонился к её плечу. – К тому же та часть тебя, которая тревожится о виверване, – это та же самая часть, которая помнит, кто я такой.

Чувствуя, что краснеет, Маррилл закатила глаза.

– Я помню тебя, потому что ты мой друг.

– Тогда я, как твой друг, говорю – тебе не о чем переживать. Судя по всему, Ардент убеждён, что Капитан – один из волшебников Мереса, а это значит, что всё, что нам нужно сделать, – это пройтись по списку и выяснить, кто это такой. Просто как дважды два.

– Впереди Зубы! – крикнула незнакомая девушка, стоявшая на носу корабля.

Маррилл подняла голову. Пиратская Река несла свои мерцающие воды вперёд, к месту, похожему на нижнюю челюсть гигантского зверя. Огромные острые зубы торчали из воды, а с обеих сторон их окружали гладкие красные стены, похожие на полость рта.

А вот верхней челюсти не было. Маррилл была в этом уверена, потому что звёзды всё ещё сияли на небе, от горизонта до горизонта. К тому же зубы, даже такие острые и опасные с виду, были слишком большими, чтобы представлять опасность. «Кракен» мог легко проплыть прямо между ними.

– Это Яростное Ущелье, – невозмутимо пояснил Колл. – Реми, встань за штурвал и не бери в голову, даже если напортачишь, течение всё равно будет нести нас дальше. Маррилл, тебе и твоему коту лучше спуститься в трюм. Возможно, здесь скоро станет немного… неприятно.

– По крайней мере, после вони Переулка Радужного Света нам не страшен никакой запах, – пошутил Фин, пихнув Маррилл локтем в бок, и зашагал к люку. Но тотчас на миг замер и огляделся по сторонам. – Фууу! Слюнявые стенки желудка! – Его передёрнуло, и он нырнул внутрь люка. Маррилл последовала за ним. Но на пороге она застыла на месте. Кто-то промелькнул в тени справа от неё. Стройная фигурка – палубный матрос, с облегчением заметила Маррилл – прошмыгнула через пятно света и вытащила из кармана какое-то существо. Поднеся его ко рту, девушка как будто что-то прошептала ему, а затем подбросила в ночной воздух.

Существо крутанулось, расправляя длинные радужные крылья. С тихим шуршанием те затрепетали почти так же быстро, как у колибри. Повисев пару секунд в воздухе, существо метнулось в темноту и мгновенно исчезло из вида.

Ныряя в люк, Маррилл сделала мысленную отметку: не забыть представиться девушке завтра утром. Возможно, у неё даже будет шанс увидеть вблизи это чудесное крылатое существо.

– Всем приятных снов! – крикнул Ардент с порога своей каюты. – Когда мы дойдём до конца ущелья, Большая Игра Маргама уже начнётся.

После его слов любые мысли о новом палубном матросе и её птице мгновенно улетучились. Крепко прижав к себе своего заколдованного кота, Маррилл теперь сгорала от любопытства, гадая, какие игры приготовила им Пиратская Река.

Глава 6. Игра Маргама

Когда на следующее утро Фин вышел на палубу, Колл указывал туда, где зловещие красные стены Яростного ущелья резко ныряли вниз, в широкую, спокойную, подёрнутую лёгкой рябью бухту.

– Выход из ущелья прямо по курсу, – произнёс капитан.

Низкий туман заслонял землю на другой стороне. Фину были видны лишь треугольники гор, зелень густых лесов и очертания башен какого-то загадочного города.

– О, слава богу, – выдохнула Реми.

Её волосы, вымазанные чем-то похожим на засохшую слюну, торчали во все стороны, словно иглы у ёжика. Очевидно, Яростное ущелье не было милостиво расположено к кандидату в капитаны «Предприимчивого Кракена».

Между тем туман начал постепенно рассеиваться, и Фин взялся изучать видневшийся впереди берег. Что-то не так, решил он. Там ничего не менялось.

Вообще ничего. «Кракен» двигался вперёд, а значит, даже если земля полностью застыла в неподвижности, перспектива должна была меняться. Но она не менялась. Как будто они двигались навстречу плоской картине.

Стоило Фину подумать об этом, как вся панорама и впрямь показалась ему нарисованной картинкой. Все контуры были двухмерными. Цветовые пятна – слишком размазанными. Он перевёл взгляд на воды залива. Они были не просто спокойны, а неподвижны, как зеркало. Даже водная рябь была как будто скована льдом.

Это не рябь, понял он. Это просто нарисованные линии, призванные выглядеть как рябь на воде. «Кракен» шёл прямиком в воду, нарисованную на картоне!

– Колл! Стоп! – крикнул Фин. – Полная остановка, полная остановка!

Увы, слишком поздно. В следующий миг воздух пронзил оглушительный скрежет – это нос «Кракена» врезался в раскрашенную воду ненастоящего залива. Палуба содрогнулась, и Фин упал на колени, лязгнув зубами. Реми пронзительно вскрикнула.

Колл слетел с трапа и сердито взревел от боли.

«Кракен» ещё несколько секунд по инерции двигался вперёд, затем накренился и медленно, со скрежетом, застыл на месте. В следующий миг дверь каюты волшебника распахнулась.

– Что во имя Тридцати Четырёх и Семи Громов происходит?! – крикнул Ардент, выходя на палубу. Его фиолетовый колпак свисал набок. – О! – сказал он и растерянно остановился. – Мы прибыли. Вообще-то, об этом было бы приятно узнать сорок пять секунд назад.

Колл перекатился на бок и простонал:

– Ты знал, что это произойдёт!

Ардент фыркнул и поправил колпак.

– Вообще-то я думал, что ты у нас опытный капитан, который знает, как стать на якорь на листе картона, так что нет, я не думал, что это произойдёт.

– Эй, послушайте! – запротестовала Реми. – Я пока только учусь водить эту штуку, так что отстаньте! – Она вернулась обратно к штурвалу и крепко вцепилась в него.

Фин, шатаясь, подошёл к бортику. То, что раньше изображало золотые волны, теперь было исполосовано бороздами рваной коричневой бумаги. Теперь он мог ясно видеть, что новая «земля» перед ними была просто нарисованным театральным задником.

Позади них вытекающая из Яростного ущелья река плавно сливалась с плоским пространством нарисованного залива: то, что секунду назад было водой, в следующую превращалось в картон.

Фин невольно рассмеялся.

– Игра Маргама – в буквальном смысле игра, – сказал он с искренним изумлением.

– Разумеется, – заявил Ардент. – Я имею в виду, что она…

– …названа верно, – закончила Реми.

– Точно. Потому что Пиратская Река…

– …соприкасается со всеми водами. Даже если, строго говоря, это не вода. – В голосе Реми прозвучала усталость. – Ненавижу это место. Ненавижу за то, что начинаю его понимать.

Люк открылся, и из него выскочила Маррилл с Карни на руках.

– Что..

Фин покачал головой:

– Объясню позже.

Маррилл застыла на месте и огляделась:

– О, это в буквальном смысле игра…

– Теперь ты сама всё поняла. – Фин был вынужден признать, что всё это имело смысл, пусть даже очень странный.

Реми внимательно оглядела берег.

– Вы уверены, что это единственный способ поговорить с Маргамом и узнать, что ему известно о Капитане? Что для этого нужно сыграть в его игру?

Ардент кивнул:

– Согласен, это ужасно раздражает, особенно если вы хотите лишь зайти в гости на чашку чаю. Но Маргам настаивает на том, что единственный способ получить доступ в его замок – это сыграть в игру. – Он понизил голос: – Думаю, иначе ему трудно найти желающих сыграть с ним.

– Волшебники все какие-то чокнутые, – пробормотал Фин. Но это его не остановит. Он с нетерпением ждал начала игры. – Итак, как мы играем?

Ардент хлопнул в ладоши:

– Отличный вопрос, славный незнакомый мальчишка! Давайте посмотрим на доску.

Он подошёл к носу корабля, где на маленьком столе стоял круглый деревянный щит, а на нём оловянные фигурки. Фин никогда раньше не видел ни этой настольной игры, ни этого стола. Более того, он был совершенно уверен, что минуту назад ничего из этого на палубе не было.

– Итак… – начал Ардент, склоняясь над доской.

Это была серия концентрических колец, одно внутри другого. Каждое кольцо было по-своему уникальным. Одно было разделено на квадраты, как в шашках, другое мерцало тайными символами, третье было раскрашено и походило на вал крепостной стены. Круг в центре вырастал в форме резного миниатюрного замка, центр которого, в свою очередь, был совершенно плоским и гладким.

– Это и есть та самая игральная доска? – спросила Маррилл. – Теперь мне понятно, почему она похожа на свадебный торт. – Она наклонила голову набок. – Или типа того.

Ардент прочистил горло:

– О да… Итак, посмотрим, какие фигуры к нас на руках… Рыцарь, Мошенник и… Укротитель львов!

Рядом с Фином, потирая руку, появилась Ниф.

– У вас всегда вытаскивают людей из постели так… неожиданно? – спросила она, подавляя зевок.

– Доброе утро, соня, – сказал ей Фин. – Ты правильно поступила, что не стала ночью красть штурвал. И тебе повезло. Похоже, мы достигли Игры Маргама, и ты пришла как раз вовремя, чтобы научиться в неё играть.

– А-а-а, – сказала Ниф. – Угу. – Она отступила назад, как будто собралась улизнуть. Но Фин с улыбкой вытащил её вперёд, чтобы ей тоже было всё видно.

Увидев их обоих, Ардент на миг пришёл в замешательство, но затем лишь пожал плечами.

– Ладно, чем больше народа, тем лучше, – сказал он и щёлкнул пальцами, чтобы сотворить стул.

Откинув пяткой подол мантии, Ардент сел и хрустнул костяшками пальцев.

– Итак, цель игры проста, – пояснил он. – Один игрок, который всегда Маргам, защитник. Его Волшебник будет вот здесь, – Ардент постучал по гладкому центру замка. – Все остальные игроки – нападающие. Они также соревнуются друг с другом, как и с защитником. Разумеется, на этот раз атакующие – только мы, поэтому наша цель – просто переместить наши фигуры через кольца в центр и захватить Волшебника-защитника.

Ардент взял одну из оловянных фигурок и поднял её повыше.

– Конечно, каждая из наших фигур уникальна и имеет свои ходы и способности. Укротитель львов ходит вот так, – он быстро передвинул фигуру по доске зигзагом, – а Рыцарь – вот так. – Ардент переместил фигуру вокруг внешнего кольца ходами в виде буквы «Г», затем в обратном направлении.

Резко подняв бровь, он повернулся к остальным:

– Итак, Рыцарь может уничтожить любое препятствие на своём пути и защитить любого другого игрока. Но он может двигаться только по кругу и никогда не проникнет на следующий круг, если только ему не поможет другая фигура. Между тем Укротитель Львов может отправить своего льва на поиски тайных путей между кругами, благодаря которым он может или продвинуться вперёд, или вернуться назад и вызволить Рыцаря.

Фин улыбнулся. Он ещё ни разу не играл в настольную игру.

По крайней мере, с другими людьми. Было обидно постоянно пропускать свою очередь, потому что никто не помнил о твоём существовании. Интересно, Ниф тоже было обидно? И вообще, Исчезайки играют в настольные игры или нет?

Он взял последнюю фигуру, чтобы рассмотреть её ближе. Она была какая-то странная, присевшая и в маске. Не иначе как вор, отметил Фин с улыбкой.

– А вот эта? Как она ходит и что делает?

Ардент взял у него фигуру и покрутил её в руках.

– Это Мошенник. Его сила в том, что он может ходить в любом направлении, выбирать любой путь, который найдёт, главное, чтобы никто не видел, как он ходит.

«Круто, – подумал Фин. – Это моя фигура».

– Это моя фигура, – сказала Ниф себе под нос.

У Фина отвисла челюсть.

– Мне казалось, ты не хочешь играть.

Ниф пожала плечами:

– Может, я готова сыграть, но только если мне попадётся крутая фигура.

– Хм, – буркнул Фин и скрестил на груди руки.

– Но есть одна вещь, которую мы все должны помнить, прежде чем начать, – продолжил Ардент. – Маргам создал эту игру, чтобы порадовать любого игрока. Искатели острых ощущений играли, чтобы пощекотать себе нервы. Короли – чтобы сражаться до последней капли крови… Поэтому существует только одно главное правило, которое никогда нельзя забывать: чем серьёзнее вы относитесь к игре, тем более опасной она становится.

После его слов воцарилась тишина. Все задумались. Первой нарушила молчание Ниф:

– Что мы получим, если победим?

Ардент подмигнул:

– Да что нашей душе угодно! Мы заявим об этом заранее, и, если наш противник сможет нам это дать, игра начнётся.

– А за что будет играть наш противник? – спросила Маррилл.

– Откуда нам знать. Это, думаю, невозможно угадать.

Фин переглянулся с Маррилл. Её лицо отражало его собственную тревогу. У них на борту имелся довольно ценный груз. Как хорошо, что в эту игру не играет Рать, подумал он, посмотрев на Ниф.

– Ты уверен, что это хорошая идея? – спросила Маррилл у Ардента.

Тот махнул рукой:

– Я играл против Маргама больше раз, чем помню, и его ставка всегда одинакова. Если победа достанется ему (а она ему не достанется), он захочет, чтобы я признал, что он был прав насчёт непропорционального перемещения во времени – что, конечно, не так. Никакого реального риска. К тому же, если это поможет установить личность Капитана, я готов на любые жертвы.

Фин счёл своим долгом указать на очевидное:

– Но если мы думаем, что Маргам может быть Капитаном, разве в таком случае его ставки не будут выше?

Ардент поднял бровь и недоумённо посмотрел на Фина:

– Поскольку вы явно новичок в нашей команде, я воздержусь ставить вам в упрёк ваше невежество. Но поймите, я один из самых могущественных волшебников на Пиратской Реке – гораздо более могущественный, чем Маргам. Я не собираюсь проигрывать.

С этими словами Ардент вытащил из воздуха карточку и что-то нацарапал на ней.

– Наши ставки, – объявил он и, прежде чем Фин увидел, что там написано, сунул карточку в белоснежный конверт.

– Ну что, начнём? – Быстрым движением Ардент постучал по плоскому пространству в центре замка.

Не успел Фин и глазом моргнуть, как там появилась круглая металлическая фигура – судя по мантии, не иначе как волшебник. Впрочем, её головной убор больше походил на шутовской колпак, чем на широкополую и островерхую шляпу Ардента.

– Добро пожаловать, игроки! – произнёс пронзительный голос. Он исходил из игральной фигуры, хотя та была такой же неподвижной, как и остальные. – Добро пожаловать в мою великолепную игру. Это я, Неминуемый Маргам!

– А я великий волшебник Ардент, – ответил Ардент. – Пришёл играть в твою игру.

Оловянный волшебник ответил не сразу:

– Тебе не следовало приходить сюда, старый друг.

– Он всегда был жутким позёром, – прошептал Ардент, прикрыв рот ладонью.

– Оно и видно, – язвительно отозвалась Ниф, разглядывая всё вокруг.

Ардент повысил голос:

– Маргам, послушай, мы пришли, чтобы установить личность Капитана Железного Корабля. Что ты о нём знаешь?

– Как я уже сказал Анналессе, – ответила фигура в центре замка, – вы можете здесь найти ответы на некоторые вопросы. Но они могут оказаться ответами на вопросы, которые вам не следовало задавать.

– Анналессе? – Ардент резко встал, задев при этом игровой стол. Фигуры пошатнулись и загремели. Его весёлого настроения как не бывало. Глаза волшебника стали холодными, серьёзными. – Она была здесь? Когда?

– Это не те вопросы, которые ты должен задавать, – ответил Маргам. – А теперь поворачивай назад. – Его голос зазвучал громче и настойчивее. – Уходи и будешь в безопасности. Найди в невежестве утешение. Поверь мне…

Его голос резко оборвался.

Увы, это не остудило гнева Ардента. Вся доска, весь стол, казалось, сотрясались от его ярости. Схватив с игрового поля конверт, он разорвал его и, вытащив карточку, зачеркнул то, что написал ранее, и яростно написал что-то новое.

– Я получу мои ответы! – крикнул он, потрясая конвертом.

Внезапно в душе у Фина шевельнулось нехорошее предчувствие. На пару мгновений воцарилось молчание.

– Ардент Холодный. – Голос Маргама прозвучал почти безучастно, даже немного грустно. – Тот, кто никак не может оставить в покое прошлое.

– Может, нам стоит прислушаться к нему, – предложил Фин. – Похоже, никакой он не Капитан. Давайте перейдём к следующему имени в списке.

Увы, к нему никто не прислушался. Как только Маргам упомянул Анналессу, ставки изменились. Ардент искал её долгие годы. Если у него был шанс узнать, что с ней случилось, он не собирался от него отказываться, и никто не смог бы его переубедить.

Впрочем, Фин его не винил. В конце концов, он сам отдал бы всё, что угодно, лишь бы найти свою маму. Если что-то и роднило Фина и Ардента, так это страстное желание найти тех, кого они любили.

– Мы будем играть в твою игру, – заявил Ардент, размахивая конвертом. – И это мои ставки.

Оловянный Маргам вздохнул:

– Ну, хорошо. Добро пожаловать, первый игрок. – И конверт в руке Ардента в мгновение ока исчез.

Ардент вновь занял своё место за доской и, глубоко вздохнув, поднял в воздух одну из своих фигур.

– Игра началась, – мрачно произнёс он.

Почти мгновенно мир как будто взорвался звуками и движением. Нарисованная вода вокруг «Кракена» изменила цвет. Перед кораблём по плоской бухте мчались тёмные линии, превращаясь в круги игрового поля.

Но в отличие от плоской доски на столе перед Ардентом кольца в бухте начали скручиваться и извиваться. Посередине поля буквально на глазах вырос замок Маргама, и вскоре его шпиль уже высился над заливом.

Похожий на массивный многоярусный торт, слои которого изобиловали собственными препятствиями и на разных скоростях вращались в разных направлениях, этот замок, построенный на самой вершине, возвышался перед ними, как гора. Фин прищурился, но едва смог разглядеть внутри силуэт Маргама.

– Ну вот, это больше похоже на твои рисунки, – сказала Маррилл Арденту. – Правда, слегка…

Ей не удалось закончить свою мысль, потому что в этот момент «Кракен» вздрогнул и его палуба накренилась. Из бухты высунулась массивная каменная рука и, схватив корабль, подняла его в воздух.

Фин бросился к перилам, чтобы получше всё рассмотреть. Сквозь пальцы статуи струилась золотистая вода Пиратской Реки.

– Что происходит? – крикнула Маррилл.

Фин пожал плечами и оглянулся на Ардента. Тот сидел, стиснув зубы. Взгляд его был серьёзен. Ему явно было не до шуток, понял Фин. А его мутило от страха. Ведь волшебник предупредил их…

– Ардент, не принимай…

– ТВОЙ ХОД, РЫЦАРЬ! – воскликнул Ардент, со стуком ставя на доску одну из фигур.

Не успел Фин сообразить, что делать, как он уже стоял на нижнем ярусе игры, а над ним нависла гигантская каменная рука, сжимавшая «Кракен».

– Эх, была не была! – крикнул он, отступая от потока золотой воды, всё ещё сбегавшей с корпуса корабля. Один шаг, второй…

И тогда Фин шагнул в пустоту. Падая, он перевернулся и со всей силы шмякнулся на землю. От удара у него перехватило дыхание. Он перекатился и посмотрел туда, куда чуть не упал.

Он лежал на внешнем круге игры, расчерченном в шахматную клетку. Но квадрат, на котором он только что стоял, отсутствовал. Внизу грозно мерцали волшебные воды Пиратской Реки. Не откатись Фин в сторону, он мог бы превратиться в извилистую сельскую дорогу или, например, в лесную птицу.

И тогда он всё понял: он был игральной фигурой! А сама игра была настоящей. Доска была настоящей. И, значит, опасность тоже была реальной.

Фин глубоко вздохнул и заставил себя сосредоточиться. Он никого не заметил рядом с собой, видимо, это означало, что его ход ещё не завершён. Он вскочил на ноги и уже было собрался перейти на следующий уровень, когда вспомнил, что сказал Ардент. Твой ход, Рыцарь.

Фин закрыл глаза и попытался вспомнить правила. Рыцарь ходит буквой «Г». Он мыском потрогал квадрат перед собой. Тот мгновенно исчез.

От неожиданности Фин даже ахнул.

– Хорошо, значит, я – Рыцарь. – Он отбежал вбок на четыре клетки и, затаив дыхание, застыл на месте.

– Конец хода! – пророкотал откуда-то сверху голос Маргама.

Фин облегчённо вздохнул.

– Укротитель Львов, вперёд! – крикнул Ардент.

Откуда ни возьмись перед Фином выросла Маррилл, держа в руке рыжий меховой ком – кота Карнелиуса.

– Что же это… Ой, привет, Фин! – воскликнула она.

– Маррилл, – сказал Фин, хватая её за руку, – будь осторожна. Мы с тобой фигуры! Мы должны двигаться как фигуры!

Маррилл нахмурила брови:

– Это как понимать – «мы фигуры»? – Она посмотрела вниз. И снова вверх. Их взгляды встретились. – Мы на игровой доске… Мы – фигуры!

Фин кивнул:

– Верно. Я – Рыцарь. А ты, я в этом почти уверен, Укротитель Львов, а значит, ходишь зигзагами.

В следующий миг его взгляд упал на Ниф, крадущуюся через соседние клетки. Как только он увидел её, клетка, на которую она собралась встать, исчезла, упав в протекавшую под ними реку.

– Ниф, берегись!

Ниф остановилась, глядя на него. Её лицо было перекошено от ярости.

– Брат! Я – Мошенник! Я не могу двигаться, если ты меня видишь!

Конечно, она оказалась Мошенником!

– Извини. Не хотел испортить твой ход.

– Конец хода первого игрока! – объявил Маргам.

Фин с облегчением вздохнул. Они легко прошли один раунд. Может, всё не так уж и плохо. Он потёр руки, изучая доску и планируя следующий ход.

– Хорошо, значит, снова моя очередь. Может, на этот раз нам стоит попытаться…

Гулкий голос Маргама не дал ему договорить, объявив:

– Добро пожаловать, новый игрок!

– Новый игрок? – Фин с тревогой посмотрел на Маррилл. – Я думал, мы все тут играем против Маргама.

Маррилл пожевала губу.

– Ардент сказал, что может быть больше, чем один нападающий…

– Вдруг новый игрок немного оживит игру? – предположил Фин. – Сделает её веселее?

Впрочем, он сам почувствовал сомнение в своём голосе.

– Почему-то я так не думаю, – проговорила Маррилл, указывая куда-то вдаль.

За огромной рукой, за потоком магии, стекавшим с «Кракена», из Яростного ущелья по Реке на огромной скорости приближался корабль. Фин мгновенно его узнал. Широкий нос, квадратные паруса. Ему даже не нужно было видеть его бок, чтобы понять: там наверняка будет выгравирован герб Короля Соли и Песка.

К ним спешила вторая половина его народа. Непобедимая армия, имевшая одну-единственную цель: покорить Пиратскую Реку.

К Большой Игре присоединилась Рать.

Глава 7. (Не)дружеское соревнование

Корабль Рати приближался. Маррилл видела, как его опытные матросы ловко снуют между канатами и парусами. На носу корабля застыли ряды готовых к сражению воинов. Блеск их кинжалов не оставлял сомнений на этот счёт. Вряд ли они прибыли на чаепитие.

Как только корабль подошёл ближе, из Реки показалась ещё одна гигантская каменная рука и подняла его в воздух, в точности так же, как другая некоторое время назад сделала с «Кракеном». С минуту две каменные руки вращались вокруг игровой доски, после чего замерли на противоположных её сторонах, так что корабли оказались в воздухе напротив друг друга, словно соперники за столом.

– Добро пожаловать, игрок, в мою Великую Игру! – пророкотал голос Маргама.

На нос военного корабля уверенно вышла одинокая фигура, но под таким углом и с такого расстояния Маррилл едва могла её разглядеть. По силуэту можно было предположить, что это женщина. А судя по осанке, она была воином.

– Я – Знамя Рати. Я выражаю волю нашего народа.

Голос женщины отозвался эхом, ясный, громкий и спокойный даже на расстоянии.

– Вот наши ставки, – сказала она, подняв руку с белым конвертом. – Мы будем играть в игру, и нас не победить.

Послышалось тихое жужжание, за которым последовала вспышка света. Конверт в руке женщины исчез, и на противоположной стороне гигантской многоуровневой игровой доски появились три фигуры. Они были слишком далеко, чтобы их можно было хорошо разглядеть, однако их движения отличала уверенность, которой так не хватало Маррилл.

– Похоже, у Рати есть свои фигуры. – Она ахнула от удивления: – Но почему они здесь? Как они нас нашли?

Фин не ответил. Вместо этого он повернулся и со злостью посмотрел на девушку, стоявшую в нескольких клетках от них:

– Да, Ниф, как они нас нашли?

Маррилл поразила ярость, звучавшая в его голосе, особенно по отношению к совершенно незнакомому человеку.

Незнакомка вскинула руки, как будто защищаясь от обвинений:

– Погоди! Это не то, что ты думаешь.

Фин скрестил на груди руки:

– Я думаю, ты нашла способ сообщить Рати, куда мы идём, чтобы они могли устроить нам засаду!

Девушка сглотнула.

– Хорошо, возможно, это в некоторой степени так и есть…

Фин печально покачал головой:

– И я предположу, что ты также рассказала про Шар Желаний, и теперь они здесь, чтобы завладеть им? – Девушка открыла было рот, чтобы возразить, но Фин перебил её, взмахнув рукой: – Но тебе кажется, что ты сдержала данное мне обещание, потому что лично не пыталась украсть шар? Я прав?

– Ну, хорошо, – смущённо призналась девушка. – Возможно, всё так, как ты думаешь.

– Постойте-постойте, – перебила их Маррилл. – Вы о чём?

– Про Шар Желания, Маррилл, – объяснил Фин. – Рати известно о нём. Ниф сообщила им, и они явились, чтобы отнять его у нас и освободить Короля Соли и Песка.

Маррилл как будто дали под дых. Ну конечно! Чего ещё хочет армия без полководца, кроме как освободить своего Короля?

– Мы не можем этого допустить!

– Ты права, – сказал Фин и даже улыбнулся: – Именно поэтому мы должны победить.

– Нет, Фин, – сказала Маррилл, схватив его за руку. – Это слишком серьёзно. Мы не можем играть против них, если на кон поставлен шар! Мы должны выйти из игры.

Она уже набрала полную грудь воздуха, собираясь закричать, что они сдаются, но Фин ладонью зажал ей рот. – Никто никуда не выходит, – сказал он. – Они уже присоединились к игре. Шар уже и так поставлен на карту… Мы просто упустим шанс спасти его!

Что ж, он по-своему был прав. Маррилл закусила губу, пытаясь найти выход из столь затруднительного положения. Да, плохи дела… Они застряли на гигантской волшебной игровой доске, играя по правилам, которые едва понимали, рискуя на каждом шагу свалиться в Пиратскую Реку. А теперь у них был противник, который по определению был непобедим.

Внезапно игра приняла самый что ни на есть серьёзный оборот.

– Мы просто обязаны победить, – произнёс Фин, как будто это было проще простого.

– Спасибо, Капитан Очевидность, – проворчала Маррилл.

– Я предпочитаю звание Полковника Очевидность, – ответил Фин, выразительно поиграв бровями.

– Укротитель Львов, твой ход! – крикнул Ардент откуда-то сверху, с носа «Кракена».

– Отлично, – пробормотала Маррилл. – Просто прекрасно.

Ей ничего не оставалось, кроме как продолжить игру. Быстро поводив пальцем взад-вперёд, она наметила курс, который приведёт её к двенадцатифутовой стене, что вела к следующему уровню игры. Но когда девочка добралась туда, плоская поверхность, возвышавшаяся перед ней, оказалась гладкой как стекло. Ни выступа, ни трещины, ничего такого, за что можно ухватиться или поставить ногу.

Маррилл прижала к поверхности ладонь. Камень был холодным и твёрдым – странный контраст с тёплым мехом Карни в другой её ладони.

И тут её осенило… Карни! Если она Укротитель Львов, то он её лев. И разве не в её власти поручить ему найти тайные пути между кольцами?

Подняв кота, словно тряпичную куклу, Маррилл посмотрела в его единственный здоровый глаз:

– Давай, Карни. Вся надежда на тебя. Сделай своё дело!

Она поставила его на землю у своих ног. Кот лениво подошёл к следующему квадрату и тотчас провалился.

– Карни! – взвизгнула Маррилл.

Кот с громким всплеском упал в Пиратскую Реку, однако тотчас словно ракета взмыл вверх вдоль стены следующего кольца. Его лапы оставили на вертикальной поверхности кольца зигзагообразный огненный след. Долетев до вершины, Карни уселся, глядя на Маррилл сверху вниз, прямо как чеширский кот, и произнёс:

– Королю Соли и Песка я оставляю желание неисполненным, амбиции недостигнутыми, армию без полководца и золотой шар, чьи воды столь же чисты и истинны, как истоки самой Реки.

– Вот это да! – воскликнул за её спиной Фин. – Карни всё ещё реконепроницаем! Неужели теперь каждый раз, когда он намокнет в этой воде, мы должны будем выслушивать очередные строчки из завещания Волшебника Рассвета?!

Маррилл покачала головой. Она не допускала даже малейшей возможности, что её кот снова упадёт в Пиратскую Реку. Сколько можно! Однако была вынуждена признать, что происходящие с Карни изменения были весьма любопытными.

Кроме того, как только сверкающий след кошачьих лап на поверхности кольца померк, там остались идеальные опоры для ног, благодаря которым Маррилл вскарабкалась наверх.

Добравшись до вершины, она застала Карни за наведением чистоты – кот неторопливо вылизывался, по-видимому, полностью вернувшись к нормальным кошачьим повадкам.

– Ну ладно, – сказала себе Маррилл. – Одно кольцо преодолено. Вот только… – Она умолкла и посчитала. В игре оказалось на несколько уровней больше, чем когда та была плоской! – Тут ещё куча всего, – пробормотала она.

Маррилл повернулась и посмотрела на новый уровень. Ей тотчас стало не по себе. Клетки игрового поля украшали картинки стихий: пламени, молнии, воды и ветра. За лабиринтом из этих элементов в воздухе, медленно вращаясь, висело следующее кольцо, поддерживаемое двумя стеклянными лестницами.

Плюсом было то, что на этот раз ей не нужно было карабкаться ни на какую стену.

Минусом – то, что Рать уже почти достигла лестницы со своей стороны. Они побеждали. Без сомнений.

– Эй! – крикнул снизу Фин. – Не хочешь немного помочь?

Сокрушённо вздохнув, Маррилл посмотрела вниз.

Фин карабкался по стене, но каждый раз, когда пытался схватиться на выступы, соскальзывал вниз. На секунду Маррилл растерялась. Фин был потрясающим скалолазом. Если не самым лучшим. Как такое может быть, что она без труда смогла взобраться по этим выступам, а он – нет?

И тут она вспомнила правила игры. Рыцарь не мог перемещаться между кольцами без посторонней помощи.

– Сейчас! – Улегшись на живот, она протянула руку как можно ниже.

Фин в свою очередь потянулся к ней и, как только их руки соприкоснулись, практически взлетел на стену и приземлился рядом с ней.

– Это был круто, – сказал он. Увы, его улыбка померкла, стоило ему увидеть Рать и то, насколько далеко они продвинулись. – Они оставили нас без штанов, – сказал он, отказываясь верить собственным глазам.

– Ещё раз спасибо, Полковник Очевидность, – пробормотала Маррилл.

Фин сжал кулаки:

– Это мы ещё посмотрим. Я ещё не закончил свой ход. – Он шагнул к следующей клетке, и нарисованное в ней пламя превратилось в настоящее.

Фин отскочил назад, прямо на квадрат, украшенный молнией. Маррилл схватила друга за плечо и оттащила от опасности в тот момент, когда в воздухе раздался треск настоящей молнии.

– Похоже, именно это Ардент и имел в виду, говоря, что чем серьёзнее относишься к игре, тем опаснее она становится, – заметила Маррилл.

Фин всплеснул руками:

– А как не воспринимать её всерьёз, если она каждую секунду грозит убить нас?!

Он поник, лицо его сделалось кислым, как лимон.

– Эта худшая игра из всех! Лучше я днями буду играть в «Брось какую-нибудь штуковину в Пиратскую Реку и угадай, во что она превратится». Перечница, ставшая кракеном, и то не так опасна, как это, и гораздо веселее. Что ж, если мы сдадимся, то можем быть уверены в том, что произойдёт дальше: Король Соли и Песка испепелит весь мир.

Сдаться… веселиться… В голове Маррилл вспыхнула лампочка.

– Точно! – воскликнула она. – Я знаю, что нам нужно сделать: сдаться и от души повеселиться!

Фин вопросительно выгнул бровь:

– Ты серьёзно?

Маррилл запрыгала от радости.

– Абсолютно! Фин, мы воспринимаем игру слишком серьёзно, но в конце концов всё равно проиграем, потому что Рать непобедима, верно?

Он кивнул:

– Похоже на то.

– Так что, если мы всё равно проиграем, мы можем хотя бы хорошо провести время! – Маррилл похлопала его по руке: – Мы бывали в куда более безумных передрягах и даже тогда сохраняли чувство юмора. Это же всего лишь игра! Вот и давай поиграем.

И, подхватив Карнелиуса, она запрыгнула на клетку, помеченную знаком воды.

– Беги к лестнице! – крикнула она, а в следующий миг приливная волна подняла её и понесла над квадратами.

– Уже бегу! – Фин запрыгнул на клетку со знаком ветра и, надув паруса, прятавшиеся в рукавах его куртки, описал дугу в форме буквы «Г». – Жар гонит ветер дальше! – крикнул он, касаясь одной ногой огненного квадрата. Пламя тотчас ожило и, подхватив его, понесло мимо Маррилл.

– Охо-хо-хо, нет! – закричала Маррилл и прыгнула на молнию.

Заряд подбросил её, и она пролетела над всей доской. Маррилл остановилась лишь тогда, когда перекатилась на квадрат со знаком воды. Электричество пронзило её насквозь. Зубы стучали, шерсть Карни встала дыбом.

– Неудачный ход, – прошептала она себе. – Просто жуть какой неудачный ход.

Вдруг она услышала, как где-то рядом смеётся другая девушка. Эта девушка крикнула:

– Эй, вы! Оказывается, молния – это щекотно!

Маррилл и Фин возобновили игру, они перемещались зигзагами и буквой «Г», скользили через весь ярус, смеясь и подшучивая друг над другом. Наконец Маррилл оказалась у подножия лестницы, а Фин – в нескольких клетках от неё. Она уже было решила броситься выше, но вспомнила, что Фин не может перемещаться между уровнями без посторонней помощи.

– Болтливая Роща! – крикнула она. Этого оказалось достаточно, чтобы Фин её понял. Он запрыгнул ей на спину, и она, смеясь и пыхтя, помчалась вверх по лестнице.

Хотя Марилл не знала девушку на верху лестницы, когда она врезалась на бегу прямо в неё, все трое повалились фыркающей и хохочущей грудой.

– В эту игру играть гораздо интереснее, когда всем весело, – сказала Маррилл, с трудом сдерживая смех.

Карни вырвался у неё из рук и одарил их всех недовольным взглядом.

Маррилл, покачиваясь, поднялась на ноги. Между тем ярус продолжал крутиться у них под ногами. Теперь они были почти на одном уровне с кораблями. Более того, боевой корабль Рати стремительно приближался. Оглядевшись по сторонам, она поняла, что чего-то не хватает. Вернее, кто-то пропал.

Не веря собственным глазам, Маррилл рассмеялась.

– Фин, ты ни за что не поверишь, но мы побеждаем Рать! Они всё ещё на втором уровне! – Когда Фин не ответил, она обернулась: – Ты меня слышал? Мы побеждаем… – Она так и не договорила.

Фин, стоявший позади неё, как будто прирос к месту. Глаза его были широко раскрыты.

В груди Маррилл шевельнулась тревога.

– Фин? – спросила она. – С тобой всё в порядке?

Фин медленно поднял руку, как будто нащупывал пустой воздух. Как будто пытался дотянуться до боевого корабля Рати, неуклонно приближающегося, пока их ярус вращался.

– Маррилл, – прошептал он, – это… это…

Маррилл посмотрела мимо него, туда, куда был устремлён его взгляд. Она впервые ясно разглядела Знамя Рати. Смуглая темноволосая женщина стояла ровно, как стрела, поставив одну ногу на основание бушприта, словно на шею поверженного врага. Кончики её пальцев касались игрового поля рядом с ней. На её лице не было ни следа страсти или сострадания. Ловким движением она подняла одну из своих фигур.

Фин оглянулся на Маррилл. В его глазах смешались страх, восхищение и отчаяние. Он вытянул руку, указывая пальцем.

– Маррилл, – выдохнул он, – это моя мама.

Глава 8. Встречайте родственников

Её тёмные глаза не были такими же нежными, какими он их помнил. Её голос тоже звучал резче, но теперь, когда Фин как следует рассмотрел её, он его узнал. Интересно, а мог он его не узнать? Ведь в голове он постоянно, тысячу раз слышал, как она говорила одни и те же слова: «Что бы ни происходило, помни: пока эта звезда сияет, кто-нибудь где-нибудь будет думать о тебе».

Сердце Фина защемило так сильно, что он испугался, что оно вот-вот остановится. Он никогда не думал, что этот день когда-нибудь настанет.

Сколько лет он провёл в поисках и раздумьях! Сколько раз он был готов сдаться! Сколько ночей он представлял себе, как она обнимает его. Что она, наконец, пришла за ним.

За его спиной Маррилл тяжело вздохнула:

– Эта женщина твоя мама?

Фин кивнул.

– Я помню её, Маррилл! Я видел её, когда воспользовался Картой, после того, как мы впервые победили Серта, и до того, как ты вернулась домой. – Тогда Фин втайне от всех взял Карту, хотя все считали, что он уничтожил Ключ. – Она стояла на носу такого же корабля.

Если Маррилл и сказала что-то в ответ, он её не услышал. Словно зачарованный, он вглядывался в лицо матери, рассматривал каждую морщинку и чёрточку, пока игровая доска приближала их друг к другу. Он представлял себе этот момент миллион раз, не зная, что сказать ей. Но слова спутались в голове, а язык как будто прирос к нёбу. В конце концов он смог лишь пискнуть:

– Мама?

Её глаза смотрели на него холодно – те самые глаза, которые блестели под небом Причала Клучанед в единственном оставшемся воспоминании о ней. Он ждал, что она что-нибудь скажет. Но её взгляд скользнул мимо, как будто он был пустым местом.

Фин отшатнулся. Внутри него всё как будто оборвалось. Она даже не увидела его! Нет, даже хуже: он привык к тому, что его не замечали. Она видела его. Она знала, кто он такой. Но ей было всё равно.

Чья-то рука схватила его, удерживая на месте.

– Отпусти, – огрызнулся он, пытаясь вырваться на свободу.

Он хотел убежать. Он хотел остаться в одиночестве. Он хотел вернуться домой, хотя и не знал, какое место имеет право считать своим домом. На чердак Пастернаков, где его считали призраком? В каюту на «Кракене», где его постоянно забывают?

Маррилл схватила его ещё крепче.

– Сейчас не твоя очередь, – напомнила она ему. – Если сделать ход, это может быть смертельно опасно.

– Мне всё равно, – возразил он, пытаясь вырваться.

Она вцепилась ему в плечи, не давая сдвинуться с места.

– А мне нет. Мы играем вместе, Фин, от начала и до конца.

Их ярус продолжал вращаться, удаляя их от боевого корабля Рати. Его мать почти исчезла из поля зрения, но Фин в самый последний момент успел заметить, как она поставила на игровое поле следующую фигуру и резко крикнула:

– Велл, твой ход!

На глазах у Фина самый маленький из трёх игроков Рати двинулся через доску. Причём не зигзагами, не буквой «Г», не как-то ещё. Перед ним то и дело возникали препятствия: огонь, молния, вода, ветер. Но они не замедляли его движения. Более того, казалось, что они его даже не трогали.

Он просто шёл вперёд, направляясь прямиком ко второй лестнице, что вела к Фину, Маррилл и Ниф. Фин ни разу не видел ничего подобного.

– Как он это делает? – ахнула Маррилл.

– Он Рать, – ответила Ниф за их спинами. – Их армия непобедима. Им не страшны клинки, их не остановит никакая магия.

– Но…

Маррилл осеклась. Игрок Рати между тем добрался до лестницы и одним прыжком преодолел ступени. Наверху его ждала трёхногая каменная статуя с трехсторонней косой. Мальчишка даже не дрогнул; упругий, словно пружина, он запрыгнул статуе на спину, перекатился через неё и, вращаясь в воздухе, полетел в их сторону, где ловко приземлился перед Фином и вновь, распрямившись, словно пружина, встал на ноги.

Фин ахнул.

Потому что он будто смотрелся в зеркало.

Фин понял: это тот самый мальчик, которого он видел на Былитамской Карте рядом со своей матерью. Тогда он подумал, что мальчик, возможно, его брат. Но, увидев его лицом к лицу, Фин понял, что это парень – нечто большее. Он был не просто похож на Фина. Он выглядел в точности как Фин. Если они и были братьями, то наверняка близнецами.

Нет, отличия, конечно, были. Волосы у Фина были длиннее и запутаннее, лицо грязнее, а тело более жилистым. Да и осанка у него тоже была другая. Если Фин был этаким бродячим котом, наполовину расслабленным и наполовину готовым в любой момент пуститься в бегство, то этот, другой Фин был строен и мускулист, энергия юности била из него ключом, и её не нужно было выставлять напоказ.

Глаза мальчика остановились на Фине:

– Мой Исчезайка. Мы давно тебя ищем.

– К-к-кто?.. – голос Фина дрогнул. – Кто ты?

– И что ещё важнее, – сказала Маррилл, шагнув вперед, – почему ты выглядишь в точности как Фин?

– Я – Велл. – Мальчик гордо вскинул подбородок. – Я – Рать. – Он проигнорировал Маррилл и разговаривал только с Фином: – И я не похож на тебя. Это ты похож на меня. Потому что ты – это я, в той мере, в какой это возможно.

– Что? – нахмурил брови Фин.

– Рать – это сила, мощь, решительность, – произнёс мальчик. По его лицу промелькнуло презрение. – Когда мы рождаемся, мы иссекаем из себя слабость, оставляя только нашу истинную сущность. Эта слабость принимает форму того, кто когда-то давал ей смысл и цель существования. – Он ткнул пальцем в Фина: – Ты – то, что было удалено, ты – моя тень, мой Исчезайка. Я – это подлинный ты. Заметный. Тот, кого запоминают. Тот, кто приковывает к себе внимание. Ты же проникаешь в память и выскальзываешь из неё, никем не замечаемый, потому что на самом деле ты никакой не человек.

Его слова больно ударили Фина. Он посмотрел на Ниф, надеясь, что та скажет ему, что это просто жестокая шутка. Но она лишь печально кивнула.

Это было правдой!

Лёгкие Фина как будто налились свинцом, ноги ослабли. Значит, он никто! В буквальном смысле не человек. Хуже всего, он был своего рода отбросом, как те хрящи и жир, которые бросают собакам, когда мясник разделывает мясо. Внезапно в желудке заурчало, к горлу подкатилась тошнота, голова закружилась.

Маррилл сжала кулаки и встала руки в боки.

– Никто не смеет так разговаривать с моим другом! – крикнула она. – Фин – человек, а не пустое место! И я его помню.

У её ног Карни сердито зашипел в знак согласия.

Велл пожал плечами:

– Так бывает, если кто-то питает определённую слабость к той или иной слабости. Слабость за слабость, если хотите.

– Я… – Маррилл не договорила. Её палец, поднятый в назидательном жесте, застыл в воздухе. – Это оскорбление или комплимент?!

Мальчик лишь махнул рукой:

– Констатация факта. Но ты потворствуешь его слабости, вместо того чтобы ею пользоваться.

– Люди не вещи, они не предназначены для того, чтобы ими пользоваться! – сердито возразила Маррилл.

Улыбка Велла внезапно стала ледяной и жестокой.

– Исчезайки не люди. Они – тени.

Маррилл шумно втянула в себя воздух, её лицо побагровело от ярости. Но прежде чем она смогла что-то сказать, её перебила Ниф.

– Твоя очередь, Фин, – тихо сказала она.

Велл обернулся к ней:

– Ты называешь его Фин? Как будто Исчезайки достойны имён? – Он фыркнул, как будто сама эта мысль была смехотворна.

Ниф мгновенно как будто сжалась. Её плечи поникли, она потупила взгляд и пробормотала извинения.

Куда только подевались её дерзко вскинутый подбородок, нагловатая улыбочка, постоянно изогнутая бровь. Перед лицом гнева Велла её было не узнать. В его глазах она тоже была никем. Не имеющая значения тень. Это чувство было Фину хорошо знакомо – он прожил с ним большую часть своей жизни.

– Велл! – крикнула Знамя. – Довольно болтать с ними, заканчивай игру. Король Соли и Песка ждёт нас!

Велл холодно кивнул и, повернувшись к Ниф, махнул рукой:

– Ты – пешка на их игровой доске, сестра Исчезайка. Поспеши наверх и постарайся не умереть, – сказав это, он резко повернулся на пятках. – Твоей истинной сущности стоило бы немалых трудов устранить тебя снова.

С этими словами он зашагал через игровое поле, к двум другим игрокам Рати. Кстати, те уже продвинулись к следующему уровню. Команда Фина утратила лидерство.

– Твой ход, Рыцарь! – крикнул издалека Ардент.

До глубины души потрясённый этими откровениями, Фин посмотрел на Ниф и Маррилл, не зная, что делать. Прижав к груди Карни, Маррилл смотрела на Фина, задумчиво прикусив нижнюю губу. В глазах её застыла тревога. Ниф по-прежнему смотрела куда-то себе под ноги.

И тогда Фин подумал: какая разница? Что бы он ни чувствовал, какие бы мысли ни крутились в его голове, ему вовсе не обязательно на них зацикливаться. Не лучше ли отложить их на потом, а сейчас сосредоточиться на игре.

Он заставил себя улыбнуться и произнёс:

– Глядя на вас двоих, можно подумать, что вам совсем не весело.

Маррилл было запротестовала, но он положил руку ей на плечо. Другую руку он положил на плечо Ниф и притянул их обеих к себе. Маррилл не сопротивлялась.

– Послушайте, мы же дети, – сказал Фин. – Так и давайте вести себя как дети. Знаете, что мне нравится больше всего на свете? Играть в игру с моими друзьями и веселиться. Итак, вы со мной?

На какой-то, довольно долгий, момент девочки замялись. Но затем Маррилл медленно улыбнулась.

– Уговорил, – сказала она. – Просто постарайся не отставать!

И она зигзагами бросилась через кольцо, а затем подбросила Карни в воздух. Тот приземлился на все четыре лапы, метнулся через открытое пространство и уселся на плитку. Та взмыла в воздух, от неё вверх тянулись верёвки.

– Ура, качели! – объявила Ниф. – Только, чур, не смотрите на меня!

Следующие минут двадцать все трое смеялись, орали, играли и прыгали через клетки Великой Игры. Фин сразился с огромным, злобного вида рыцарем. Он крутился и вертелся, подпрыгивал и приседал и даже дёрнул рыцаря за нос. Карнелиус обнаружил туннельную горку. Маррилл от радости захлопала в ладоши. Все трое со смехом решили покататься на ней, и прокатились, правда, почему-то не сверху вниз, как на обычных горках, а петлями, снизу вверх.

Наконец они вышли на предпоследний уровень. Над их головами высился замок. Они были в лесу из гигантских деревьев, их блестящие листья являли собой какофонию ярких цветов.

Карни бросился верх по веткам и, пока Маррилл зигзагами кружилась в зарослях сахарного кустарника, осыпал её настоящим дождём из фруктов со вкусом конфет.

Фин остановился, чтобы переброситься парой слов с шелки, с морскими людьми-тюленями, но их разговор прервала Ниф.

– Я – в дамках! – со смехом крикнула она, свисая со стены замка посреди леса.

Она дошла до конца!

Маррилл встала руки в боки.

– А вот и нет, – сказала она с напускной суровостью. – Подожди меня!

Схватив Карни, она, петляя, бросилась вперёд. В следующий миг стеклянная плитка взмыла в воздух и доставила её прямиком к Ниф.

Фин двигался по прямой; длинная нога буквы «Г» привела его к краю следующего яруса. Увы, забраться на него самостоятельно он не мог – придётся ждать следующего хода Ниф или Маррилл.

Фин посмотрел через щель в середине яруса. На другой стороне Велл и его товарищи пробирались через свою часть леса, но для них это была череда ловушек и подвохов. Пусть они непобедимы, но они увязли, продираясь сквозь препятствия.

Фин понял: Рать воспринимает игру слишком серьёзно, и та нашла способ их за это наказать. Но как бы то ни было, а следующий ход приведёт их в замок. Если Фин не доберётся туда прямо сейчас, будет слишком поздно.

Он набрал полную грудь воздуха и крикнул Маррилл и Ниф:

– Приготовьтесь!

Последним ходом (вдоль перекладины буквы «Г») он подпрыгнул в воздух. Ниф протянула к нему руки, но, увы, не сумела дотянуться. Фин с силой дёрнул за шнуры своих небесных парусов. Те мгновенно расправились и потащили его вверх. По крайней мере, до того момента, когда рука Ниф коснулась его руки.

Стоило кончикам их пальцев соприкоснуться, как внезапный порыв ветра поднял его высоко над стеной и забросил прямо к замку Маргама.

Маррилл заключила его в объятия.

– Мы смогли! Мы дошли до самого верха! – завопила она, подпрыгивая от радости. – Знаешь, что это означает? Шар Желаний в безопасности!

– Даже не верится! – воскликнула Ниф. – Мы выиграли. Против Рати. Но мы не можем победить Рать. Рать непобедима.

По лицу Фина расплылась широкая улыбка.

– Похоже, что всё-таки можно!

Он посмотрел вниз, на соперников. Те стояли, разинув от удивления рты, как будто они, как и Ниф, отказывались верить в случившееся. Фин был вынужден признать, что быть победителем чертовски приятно.

Увы, в следующий миг над их головами пророкотал голос Маргама, и приятное чувство лопнуло как мыльный пузырь:

– Игра окончена. ВЫ ПРОИГРАЛИ!

Глава 9. Никто не обещал, что игра будет честной

У Маррилл защемило сердце. Они проиграли? Почему?! Сердито топая, она направилась к замку и вошла внутрь.

– Но мы добрались сюда первыми!

Маргам ждал их в небольшой комнате – тёмный силуэт на фоне солнечного света, проникавшегося снаружи. Рядом стоял постамент, на котором лежали три белых конверта.

– Правила были переписаны. Теперь, когда команда первого игрока достигает замка, побеждает его защитник.

– Но мы выполнили все условия! – заявила Маррилл.

– Условия победы изменились. – Голос волшебника эхом отразился от бронзовых труб, покрывавших потолок.

Маррилл не поверила собственным ушам:

– Что? Это обман! Как мы могли это знать? Так нечестно!

– Никто не говорил, что моя игра будет честной.

Девочка уже была готова продолжать спор, но Фин потянул её за рукав.

– Посмотри, – шепнул он, указывая туда, где доносившие голос Маргама трубки соединялись в одной точке рядом с табуретом.

Но на табурете сидел вовсе не Маргам, и не он говорил в трубки. Это была коричнево-жёлтая лягушка!

Маррилл вытаращила глаза.

– Говорящая лягушка, – прошептала она.

Говорящие лягушки были своего рода магнитофонами Пиратской Реки. Они принимали сообщения и повторяли их тем же голосом, который продиктовал их.

Гнев Маррилл тотчас сменился дурным предчувствием. Лягушка между тем открыла рот и заговорила голосом Маргама:

– Это всё, что вы хотели, чтобы я сказал. Поздравляю, играя, вы мошенничали.

Маррилл повернулась к самому Маргаму. Тот по-прежнему неподвижно стоял в глубокой тени у окна. Она шагнула ближе, и у неё ёкнуло сердце. Теперь ей стали видны его резкие очертания. А также то, что укутывавшая его тьма вовсе не была тенью. Теперь она видела, что стоящий перед ней человек не из плоти и крови. Даже если когда-то таковым был.

Неизбежный Маргам превратился в железо. Как и Форторн Унылый в Пепельном Жёлобе, он застыл на месте, окаменел. Как будто его настиг Железный Прилив. Именно такой станет вся Пиратская Река, если Капитан Железного Корабля одержит верх.

– Не было печали! – ахнул Фин рядом. Лягушка продолжала вещать, как будто зачитывала сценарий:

– Я даже сомневаюсь, что у них есть то, что вам нужно. У вас всё? Что вы будете… Погодите, что вы делаете?! Что происходит? Мои ноги такие холодные. Я не могу двигаться! Подооооо…

Эхо голоса Маргама пару секунд висело в воздухе. Лягушка квакнула и зевнула. Большая игра Маргама была закончена. Сердце Маррилл провалилось куда-то в желудок.

– Если мы играли не против Маргама, то против кого? – спросила она сдавленным голосом. – Кто выиграл?

Не успела она это спросить, как ответ возник сам собой. Ей даже не нужно было оборачиваться, чтобы увидеть, как в дверном проёме возникла тень. Ей не нужно было видеть пустое лицо, чёрное железо, густую бороду и голубые глаза, этот единственный признак человека. Капитан Железного Корабля сжал и разжал кулак. Металлические пальцы клацнули в воздухе.

Внутри у Маррилл похолодело. Даже после всего, что они видели, в том числе застывшего в железе Маргама, она отказывалась поверить, что всё это может быть правдой. Ведь в Монерве они взорвали Капитана Железного Корабля лучами Потерянного Солнца Дзаннин! Он тогда упал в яму с водой Пиратской Реки, под Машиной Желаний. Он должен быть мёртв!

Но вот он здесь, холодный и жестокий, стоит перед ними.

Снаружи внезапно потемневшее небо прорезала красная молния. Капитан вытянул острый палец, указывая мимо них на пьедестал, на котором лежали три белых конверта, по одному для каждого из игроков.

Грудь Маррилл как будто сжал железный обруч. Она взяла тот из конвертов, на котором было написано «Защитник», разорвала клапан и вытащила лежавшую внутри карточку.

Её глаза тотчас стали огромными, кровь отлила от лица. Всё было хуже, чем она предполагала.

– О нет! – прошептала она.

– Что такое? – спросил Фин. – Что хотел выиграть Капитан?

Она перевернула карточку, чтобы остальные смогли прочесть.

– Былитамская Карта Куда Угодно, – сказала она дрожащим голосом. – Вместе с Ключом.

Не успела она произнести эти слова, как раздался громкий треск, и два других конверта исчезли с постамента. На их месте лежал пергаментный свиток, а рядом резное хрустальное солнце.

Былитамская Карта Куда Угодно и Ключ.

Сердце Маррилл наполнилось ужасом. В Монерве Капитан показал себя подручным Серта. А значит, он, скорее всего, был готов завершить дело Серта – уничтожить Пиратскую Реку. Из чего следовало…

– Он откроет ворота! – крикнула она.

Недолго думая, она бросилась к постаменту в надежде опередить Капитана и схватить карту и ключ. Но их как будто окружало силовое поле. Что-то горячее и покалывающее обожгло ей пальцы и отбросило назад.

Капитан в упор посмотрел на неё. Его маска была гладкой стеной металла, пустой и безжалостной. Его ледяные голубые глаза, блестевшие сквозь узкую щель, были такими же холодными, как и окружающий их металл.

Маррилл задрожала всем телом.

– Кто ты? – прошептала она.

Как всегда, тот промолчал, лишь поднял руку в сторону входа. Как раз вовремя, чтобы остановить летящий в него клубок энергии.

– Что ж, ловкости тебе не занимать, – произнёс Ардент. Канаты Тросокостного Человека упали с Капитана и отползли назад. – Потому что я надеялся уложить тебя на месте. – Сверкая пламенем вокруг костяшек пальцев, Ардент шагнул внутрь. – Можешь снять свою маску, Маргам. Признаюсь, я не ожидал, что Капитан – это ты, хотя, если подумать, это открытие было неизбежным. Не иначе как ты потратил последнее столетие, оттачивая умения, чтобы стать равным мне.

Маррилл прочистила горло.

– Хм, Ардент? – Она указала на металлическую статую в углу. Взгляд волшебника переместился на его закованного в железо друга, а по его лицу тотчас промелькнула горечь. Он вздохнул и повернулся к Капитану:

– А-а-а! Это не Маргам. По крайней мере, это объясняет уровень мастерства… – Он прищурился, рассматривая своего противника. – Отлично, свои секреты можешь оставить при себе. Наш выбор сужается… Серт, Анналесса, Форторн, Каликсто, а теперь мы вычеркнули и Маргама… Остаются лишь два волшебника Мереса. Вернее, один из двух.

Взгляд Маррилл заметался между ними.

Ардент и Капитан Железного Корабля медленно кружили вокруг друг друга. Магическая дуэль могла начаться в любой момент. Маррилл была почти уверена: стены крошечного замка не выдержат и рухнут.

– Танеа Полая Кровь? – размышлял вслух Ардент, пристально разглядывая своего противника. – Нет, ты не похож на женщину, хотя у Танеа и была великолепная борода.

Он щёлкнул пальцами:

– Стратег Алекстер! Ну конечно!

Капитан замер на месте. Самодовольно улыбнувшись, Ардент сделал то же самое. Они поменяли позиции на 180 градусов, так что теперь Ардент был ближе к карте.

– И как я сразу не догадался! Ты всегда был третьим из нас, самых сильных. Разумеется, после меня и Серта. Тесная связь с Анналессой. – На лице Ардента заиграла хитрая улыбка: – Что там говорится в стишке?

Из ниоткуда снова раздался голос Маргама, вернее – из говорящей лягушки в углу:

Восьмёрки, гром их разрази, от них все наши беды!

Был первым Серт, другие семь пришли за Сертом следом.

Холодный Ардент был вторым, его помощник смелый,

Он Реку вздумал сотворить на пару с Алекстером.

Каликсто, Маргам, Танеа соткали вод завесу,

Источник сотворил Форторн, а чашу – Анналесса.

Маррилл покачала головой. Холодный Ардент? Точно так же Маргам, или его лягушка, называл Ардента ещё до начала игры. Похоже, они с Фином знали Ардента не слишком хорошо. Холодный? Ей бы даже не пришло в голову описать его этим словом.

Внезапно Капитан сделал выпад. Ардент легко увернулся и метнул в противника заряд энергии. Капитан пошатнулся, но его целью был вовсе не Ардент. Его целью была незнакомая девушка, которая потянулась к Карте.

Одно движение руки Капитана, и она взлетела в воздух и ударилась о стену.

– Ниф! – крикнул Фин.

Но прежде чем он успел пошевелиться и прежде чем Маррилл успела спросить, откуда он вообще знает эту девушку, прежде чем кто-то смог его остановить, Капитан схватил с пьедестала Карту и Ключ.

Он гордо поднял их над головой, держа обеими руками в железных перчатках.

– Нет! – крикнула Маррилл.

– Алекстер, Танеа, кто бы ты ни был, прислушайся к голосу разума! – взмолился Ардент. – Ни в коем случае не открывай ворота!

Но Капитан не стал его слушать и поднёс Ключ к Карте Куда Угодно. Комнату тотчас наполнило потрескивание магии.

Волосы на затылке Маррилл встали дыбом. Через окна и дверь было видно, как небо затянули чёрные тучи. Красные молнии пронзали их, словно энергия конца света.

После всего, через что они прошли.

После стольких раз, когда они побеждали Серта.

Увы, всё было напрасно.

Капитан победил.

Серт выиграл.

Вокруг с треском плясали красные вспышки молний. Маррилл ощутила во рту острый привкус железа. Капитан прикоснулся Ключом к Карте, держа их высоко над головой.

Потерянное Солнце Дзаннин начало свой восход.

Глава 10. Не тот, кого вы ожидали

Капитан Железного Корабля прикоснулся Ключом к Карте. Фин поморщился – ему как будто острым лезвием вспороли живот. За стальным забралом глаза Капитана были полны решимости довести до конца своё чёрное дело.

– Прекрати! – прогремел Ардент и выпустил очередной заряд магии.

Воздух тотчас взорвался мучительными воплями, и по всей комнате заметались языки огня, молнии, сгустки тёмной энергии, которым у Фина даже не было названия. Но даже они оказались бессильны замедлить или остановить Капитана.

А потом Фин понял: крики исходят не из кончиков пальцев Ардента, а откуда-то ещё. Они сделались выше и пронзительнее, как будто кто-то кричал от боли. Как только Ключ прижался к Карте, её поверхность изогнулась и напряглась. Она открылась, развернула сама себя и начала растягиваться ввысь и вширь, принимая форму двери. Ключ теперь торчал в центре дверной ручки.

Чернила побежали по странице, словно решётка клетки. Фин разглядел за ними тёмный силуэт и яростные взмахи крыльев обезумевшей птицы.

Хотя Карта всё ещё была плоской и двухмерной, заключённая в ней фигура протянула руку. Поверхность пергамента пошла волнами и складками. Воздух вокруг как будто шипел и горел.

Очертания длинных пальцев прорвались в трёхмерный мир, схватились за ручку и потянули за неё откуда-то изнутри. Врата, открывавшие путь Потерянному Солнцу Дзаннин, с оглушающим грохотом распахнулись, посылая вокруг себя ударные волны.

Одна такая мощная волна налетела на Фина и отбросила его назад.

Из распахнутой двери вырвался обжигающий свет, становясь с каждой минутой всё ярче и жарче. Время как будто замедлилось. Фин невольно зажмурился. Когда же он снова открыл глаза, на фоне слепящего света виднелся силуэт. При виде него у Фина внутри всё похолодело.

Стоявшая рядом Маррилл застыла как вкопанная.

– Серт… – пролепетала она.

– Ч-ч-что происходит? – спросила дрожащим голосом Ниф.

Силуэт шагнул вперёд. Свечение вокруг него продолжало пульсировать и сливаться с ним. Его плащ начал приобретать цвет – тёмная ткань на глазах превратилась в сияющее серебро, а белые вспышки звёзд превратились в чёрные дыры, которые, казалось, поглощали свет. Его лицо было отполированным алебастром, изрезанным линиями острого обсидиана, которые когда-то были следами его слёз.

Сияющая фигура воздела в молитвенном жесте руки. Энергия не столько исходила от этой фигуры, сколько была ею самой. Казалось, что даже пол вибрировал под её ногами, так как атомы камня вращались быстрее и с большей силой.

– Я восстал, – зычно прогудел Серт. Его голос было невозможно узнать. Всякий раз, когда они встречались прежде, Мерессианский Оракул был сутул, а его голос дрожал.

Теперь же он был твёрд как камень. Внезапно, перекрыв даже гул энергии, в комнату ворвалось пронзительное карканье. И тут же из-за двери к ним устремился взъерошенный комок перьев. Отчаянно махая чернильными крыльями, он пронёсся мимо сияющего силуэта Серта и, взмыв в воздух, закружился по тесной комнате.

– Роза? – Фин даже ахнул, когда она пронеслась мимо него.

Роза с Былитамской Карты взлетела до самого потолка.

Серт медленно повернул голову, наблюдая за ней, и поднял руку. Воздух тотчас пронзил холодный свет, а в стене замка возникла зияющая дыра.

– Роза! – крикнула Маррилл.

Птица заметалась и запетляла, уклоняясь от слепящей смерти, что преследовала её. Она ещё раз облетела комнату и с громким криком устремилась прямо к выходу.

Фин испуганно отпрянул. Ниф отскочила в сторону. Ардент пригнулся. Роза долетела до дверного проёма. Теперь между ней и свободой ничего не было.

И в этот момент Капитан преградил Розе дорогу. Железная клетка захлопнулась в его руках. Пронзительно крича и каркая, Роза забила крыльями. Капитан поднял клетку над головой, бесстрастно глядя на неё сквозь металлическую маску.

А потом повернулся и вышел.

Фин посмотрел на Ардента, ожидая, что тот что-то предпримет. Но, похоже, Капитан его больше не интересовал. Вместо этого его взгляд был прикован к фигуре, стоявшей на пороге двери.

– Серт! – воскликнул он и, встав перед фигурой в серебряном одеянии, протянул к ней руки в мирном жесте: – Это я, Ардент. Твой друг. Пожалуйста, образумься. Ещё не поздно!

Сияющий Оракул шагнул вперёд. Свет за его спиной померк. Вновь став чернилами и бумагой, Карта упала на пол. Теперь наполнявший комнату свет исходил только от самого Серта.

– Свершилось. – Новый голос Оракула был наполнен спокойствием и мощью. От этого голоса у Фина вибрировали зубы, дрожала каждая клеточка тела. – Я обрёл новый сосуд. Я восстал.

Ардент остановился и медленно выдохнул. Его плечи печально поникли. В эти мгновения он выглядел ещё более старым и хрупким, чем обычно.

– Ты не Серт, – прошептал он.

Нечто, облачённое в тело Серта, похоже, даже не замечало их. Его лицо было пустой маской, лишённой любых эмоций, в нём не было ни печали, ни радости. Как не было в нём ни сочувствия, ни чего-то ещё, что можно было назвать человеческим. Это было всё равно что смотреть прямо на безжалостное солнце, слепящее, бессердечное, голое.

– Я последнее дитя, которому первые волшебники дали жизнь и форму, – прогудел он. – Я конец возможности и возможность конца. Я – пленник Карты Куда Угодно, ужасная правда, которую Пиратская Река была призвана скрыть.

Фин сглотнул, вспомнив, как Ардент впервые поведал им о Мерессианском Пророчестве и его ужасном происхождении.

Ещё до того, как была создана Пиратская Река, когда всё мироздание было лишь в зачатке, Дзанны по своей прихоти создавали новые миры, и всё было возможно. Даже конец возможности.

Сотни тысяч звёзд сияли над сотней тысяч разных творений. Но только одна звезда сияла над разрушением.

Эта звезда была заперта в Былитамской Карте Куда Угодно, связанная безграничной силой Пиратской Реки. Но теперь она вырвалась на свободу и взошла снова.

– Ты – Потерянное Солнце Дзаннин, – выдохнула Маррилл.

Фин закрыл глаза. Неужели такое возможно? Мог ли человек, который когда-то был Сертом, стать Потерянным Солнцем?

– Этим именем меня нарекли первые волшебники, ибо я – ребёнок, которого они называли своенравным, – проговорило тело Серта. Под его поступью камень уже пошёл трещинами.

Ардент нахмурился, частично вернув свой задиристый нрав.

– Называй себя как угодно, будь ты человек, звезда или и то и другое одновременно. Мне всё равно. Но я не позволю тебе уничтожить Реку.

Потерянное Солнце склонил голову набок, глядя на того, кто когда-то давно был самым близким другом Серта. В его взгляде не было сострадания, никаких свидетельств их прежней дружбы.

– Ты не имеешь права голоса, – заявил Солнце, поднимая руки.

Энергия внутри него изогнулась дугой. На мгновение показалось, что его человеческая форма окажется слишком слаба и не сможет её сдержать. Его кожа уже пошла крошечными трещинами, пропуская лучики света.

Он развёл руки в стороны и изрёк:

– Это начало конца.

– Серт! – крикнул Ардент, бросаясь к нему.

Увы, он опоздал. Существо, которое когда-то было Сертом, опустило руки. Пол под ним начал прогибаться и крошиться. Видя это, Фин схватил Маррилл и потащил её прочь.

Вот только крошился пол как-то странно.

Фин вырос в трущобах на крутых склонах горы Клучанед. Он не раз видел, как время от времени здания шли трещинами и рушились. Обычно они рассыпались грудой щебня.

С замком Маргама всё было не так. Пол не просто рухнул. Он распался и исчез. Просто перестал существовать. Под ним же ничего не было.

Лишь огромная зияющая пропасть.

Но и она была неправильной. Потому что у пропасти бывает дно. У неё бывают стены. У этой же их не было. Не было ничего. Лишь одна пустота.

У них на глазах пустота начала увеличиваться в диаметре, втягивая всё вокруг себя в это ничто.

Ардент даже не сдвинулся с места, лишь сложил руки ладонями к пустоте. Его лицо было хмурым и сосредоточенным, вокруг него лучилась энергия.

– Река бесконечна! – крикнул он своему бывшему другу. – Даже не надейся уничтожить её целиком!

Потерянное Солнце медленно двинулся вперёд, и мир исчезал вслед за каждым его шагом.

– Я не надежда. Я данность. И хотя я могу перейти Бесконечную Реку, я знаю источник, из которого она вытекает. Чистые истоки Реки манят к себе. Моя сущность вольётся в них, затрагивая все возможности одновременно. И когда это произойдёт, этот хаос закончится. Эти возможности закончатся. Все как одна. Навсегда.

Ардент яростно затряс головой.

– Нам не обязательно быть тем, кем нам говорят быть, – возразил он. – Ты можешь это остановить. Твоё Пророчество – это всего лишь одна возможность в бесконечном море других.

– Ты не понял, – возразил ему сияющий волшебник. – Я – исполнение твоего Пророчества. Я – та самая возможность, которая стала реальностью. Я – конец выбора. Я – окончательность. Я не могу остановиться, и меня нельзя остановить. – Он продолжил ступать вперёд, и мир растворялся, исчезая в разверзающейся позади него пустоте.

– Это не злоба, – изрёк Потерянное Солнце, приблизившись к Арденту. – Это необходимость. Всё должно закончиться. У тебя особенная роль в моих планах.

Пару секунд Ардент отказывался уступать. Фин затаил дыхание, ожидая, что будет дальше. Увы, старик медленно отступил назад.

– Что нам делать? – пискнула Маррилл в ухо Фину.

Фин поник. Он хотел ей улыбнуться, придумать что-то остроумное, дать надежду. Увы, на этот раз он не видел никакого выхода.

Серт был силён сам по себе. Обладая же мощью Потерянного Солнца, будучи Потерянным Солнцем, он казался несокрушимым. Даже Ардент и тот не смог дать ему отпор. Фин не был уверен, осталась ли у них хоть какая-то надежда, разве что прожить ещё несколько мгновений.

– Бежим? – выдавил он наконец.

Маррилл энергично кивнула:

– Согласна.

И они помчались к двери. Фин на миг остановился, чтобы поднять Ниф на ноги и подтолкнуть вперёд. Маррилл выбежала из замка и со всех ног бросилась через игровое поле. Не раздумывая, она прыгнула на следующий уровень. Ниф бежала за ней по пятам.

Фин бежал за ними, прикрывая сзади. Но не успел он сделать несколько шагов по нижнему ярусу, как чья-то рука схватила его за запястье и дёрнула в сторону. Это был Велл, лицо которого было перекошено гневом. Даже после того, что случилось, Фин не удержался, чтобы не напомнить Рати о проигрыше:

– Извини, что ты не смог присоединиться к нам на выигрышной клетке. Ты чуть не пропустил конец света.

– Шар, – потребовал Велл. – Где он?

Фин свободной рукой похлопал себя по карманам.

– Боюсь, его у меня нет.

– Велл, бери своего Исчезайку и давай к нам! – крикнула его мать. – Мы отплываем!

– Фин, поторопись! – крикнула с другой стороны Маррилл.

– Знамя зовёт нас. – Велл потянул Фина в направлении боевого корабля Рати.

Фин посмотрел на свою мать. Та стояла на носу и ждала. Почти всё в ней было ему хорошо знакомо. И в то же время – почти ничего. И тогда до Фина дошло. Он всё понял, причём так внезапно, что у него даже закружилась голова.

Эта женщина была как две капли воды похожа на его мать, как и Велл, который был как две капли воды похож на Фина. Потому что она была Ратью. Но женщина, которую запомнил Фин, была как Фин. Её тенью, Исчезайкой.

Знамя не была матерью Фина. Ею была её Исчезайка!

Фин упёрся пятками в землю и вырвался из рук Велла.

– Я так не думаю, приятель. Сейчас не самое подходящее время для воссоединения семьи. Тем более что ты мне не родственник.

Не дожидаясь ответа Велла, он бросился через игровое поле и без колебаний спрыгнул на следующий уровень.

Маррилл ждала его внизу и тотчас схватила за руку.

– Мы должны выбраться отсюда!

И они вместе помчались к «Кракену».

Фин рискнул напоследок оглянуться через плечо. Ардент всё ещё пытался остановить Потерянное Солнце, бомбардируя его магической энергией, отчего воздух был наполнен шипением и треском. Увы, старому волшебнику было не под силу тягаться со звездой в человеческом обличье.

Не замедляя шага, Потерянное Солнце наступал, вынуждая Ардента отступать к «Кракену».

На другом краю игровой доски Велл добрался до корабля Рати и встал у его носа, со злостью глядя на Фина.

– Рать можно сдержать! – крикнул он. – Но победить – никогда. Мы не остановимся, пока мы не вернём себе и тебя, и шар!

Фин покачал головой. Интересно, почему этот шар всё ещё так важен для них? Теперь, когда Потерянное Солнце взошёл, имелись куда более важные вещи, о которых следовало подумать.

«Кракен» ожил. Державшая его каменная рука дрогнула и пошла трещинами. Фин приготовился к падению. За их спинами Игра Маргама рухнула в никуда.

И всё же Потерянное Солнце неумолимо шагал вперёд, как будто Река уже давно ожидала его.

Глава 11. Игра окончена

Унеся ноги из Игры Маргама, Маррилл вместе с остальной командой стояла на корме «Кракена», наблюдая, как Потерянное Солнце медленно шагает вперёд. Дойдя до края массивного игрового поля, он даже не остановился, а сразу ступил в Реку и пошёл по её поверхности, как будто та была твёрдой.

Он шагал, оставляя за собой полосу небытия, и мир рушился за его спиной с каждым его шагом. Нет, «рушился» неправильное слово, поправила себя Маррилл. Скорее, вся Река вливалась в пустоту, которую Потерянное Солнце сотворил посреди её потока, – огромный водопад, уносивший всё в забвение.

Прямо у них на глазах эта пустота росла, увеличивалась в размерах, расширяясь во все стороны и медленно пожирая Реку. Это был худший сценарий. Тот самый, который их команда пыталась предотвратить с тех пор, как они давным-давно впервые столкнулись с Сертом в Болтливой Роще. Восход Потерянного Солнца. Разрушение Пиратской Реки. И это было ещё страшнее, чем она могла себе представить.

– Что происходит? – тихо спросила Маррилл, не в силах отвести взгляд от наползающей пустоты.

Позади неё Ардент сидел за столом, сгорбившись над Былитамской Картой, и внимательно её изучал. Он ответил Маррилл, даже не поднимая глаз:

– Всё погибнет. Целиком и полностью.

Слуховые лозы на корме корабля тихо повторили его слова, как будто даже растения понимали всю серьёзность ситуации.

Мысль о стольких уничтоженных мирах – о стольких возможностях – наполнила сердце Маррилл ужасом. Она отказывалась понимать, зачем и почему это кому-то нужно.

– Но зачем Капитану это делать? Зачем высвобождать Потерянное Солнце, зачем уничтожать Пиратскую Реку?

Ардент пожал одним плечом:

– Думаю, чтобы закончить то, что начал Серт, вроде «я уничтожу всё-всё-всё». Похоже, Капитан действовал как подручный Серта.

Его слова ничуть не взбодрили Маррилл.

– А можно это как-то исправить? Я имею в виду, мы ведь придумаем, как его остановить?

Ардент тяжко вздохнул и медленно выдохнул, обдумывая её вопрос.

– Нет, – наконец произнес он. – Боюсь, что всё, к чему прикасается Потерянное Солнце, исчезает навсегда.

– Братцы, – проворчал рядом с ними грубый голос. – Вы когда-нибудь замечали, что каждый мир, который вы посещаете, оказывается частично или полностью разрушен? Я это просто к слову. Вас давно пора вычеркнуть из списка приглашённых.

Отказуй побрёл к своим лескам, где принялся дёргать каждую из них, проверяя свежий улов. После чего уселся в своё кресло. Карни тотчас запрыгнул ему на колени и, уютно устроившись среди многочисленных рук Отказуя, довольно замурлыкал.

Маррилл не хотелось задумываться над правдивостью его слов.

– Мы ведь можем его остановить, верно? Прежде чем он доберётся до Мереса и всё уничтожит?

На этот раз Ардент посмотрел на неё.

– Я не знаю, – ответил он, тяжело откинувшись на спинку стула.

Слуховые лозы подхватили его ответ:

Маррилл растерянно заморгала. С каких это пор у Ардента не было ответов?

– Всё, что нам нужно, – это выяснить, как вернуть Потерянное Солнце обратно в Карту, верно? – спросила она, указывая на стол. – Ведь Дзанны один раз уже сделали это, так что наверняка должен быть способ…

– Наверно, это сработало бы вновь, будь с Картой всё в порядке. – С этими словами Ардент поднял Карту.

Взору Маррилл предстала дыра в центре пергамента.

Слуховые лозы продолжили повторять то, что теперь было уже очевидно:

Маррилл нахмурилась и перехватила взгляд Фина. Похоже, он был удивлён не меньше, чем она. Она шагнула ближе, чтобы лучше рассмотреть Карту.

– Разве не здесь была Игра Маргама? – спросила она, обводя пальцем края отверстия.

– Именно. – Ардент встал и принялся расхаживать по палубе. – Карта – это воплощение самой Реки. Пустота, созданная Потерянным Солнцем, увеличивается, растет вширь с каждым его шагом. Рискни я предположить, что, собственно, я и делаю, моя гипотеза состояла бы в том, что ухудшение состояния Карты должно точно отражать разрушения, причинённые Потерянным Солнцем.

– Иными словами, – вмешалась Реми, – по мере того как Потерянное Солнце всё больше и больше уничтожает Реку, одновременно это будет всё больше и больше уничтожать и Карту.

– Можно сказать и так, – проворчал Ардент. – Если вам не нравится точность. Или избыточное многословие.

Слуховые лозы пытались повторить последнюю фразу, но в конечном итоге всё свелось к путанице случайных слов.

Маррилл посмотрела на Карту. Её взгляд заскользил по очертанию всех миров, что плавали по её поверхности. Тех мест, которые ей никогда не увидеть. Тех мест, которые исчезнут, если Потерянное Солнце не остановить. Включая в конечном итоге и её собственный мир.

– Но, может, Карта всё ещё будет работать, – предположила она. – Вдруг эта дыра не имеет значения?

Ардент вздохнул:

– Я уже пробовал. – В подтверждение своих слов он взял Ключ и прижал его к поверхности Карты. Ничего не произошло.

– А если попробовать Шар Желания? – предложила какая-то девушка, по всей видимости, не известный Маррилл палубный матрос. – Нельзя ли просто пожелать, чтобы ничего этого не было?

Ардент покачал головой:

– Хотелось бы… – Когда никто не засмеялся над его грустной шуткой, он прочистил горло. – Шар Желания наделён силой. Он содержит, пожалуй, самую чистую, самую концентрированную воду Реки помимо самого источника Монервы.

Он задумчиво постучал пальцами по перилам.

– Рискну предположить, что, частично заполненный, он мог бы на короткое время ослабить силу Потерянного Солнца, но не остановить его полностью. И не надолго. Если же воспользоваться Шаром Желаний, это выпустит на волю Короля Соли и Песка и Железный Прилив, что, как вы понимаете, только усугубит ситуацию. В этом случае у вас будет сразу трое желающих уничтожить Реку, а не один.

– Верно, – сказал Фин, посмотрев на палубного матроса. – Так что никаких Шаров Желаний. Более того, я бы спрятал его в очень-очень надёжном месте.

– Ну, хорошо, Карта и Шар Желаний отпадают, – сказала Реми. – Сколько у нас времени, чтобы найти другое решение?

– Думаю, пока Потерянное Солнце не прибудет в Мерес и не изольёт свою силу в Источник, – сказал Ардент.

Реми закатила глаза и сказала:

– Да, это я уже знаю. – Она посмотрела на Колла: – Но сколько у нас в запасе времени?

Капитан пожал плечами:

– Зависит от того, как быстро он движется.

Ардент посмотрел в сторону горизонта.

– Со скоростью пешехода.

– Серьёзно? – усмехнулась Реми. – Это самый могущественный маг на всём белом свете, и, по-вашему, он будет идти пешком весь путь до Мереса? Лично я на его месте хотя бы сотворила лодку.

– Потерянное Солнце ничего не творит, – возразил Ардент. – Плюс, мне кажется, именно поэтому он даже не думает спешить. Потому что он самый могущественный на всей Реке. Он уверен, что ничто его не остановит. Кроме того, – усмехнулся Ардент, – как бы ты поплыла на лодке, когда каждый твой шаг разрушает мир? Да эта лодка тотчас бы ушла под воду. Если только не…

– Меньше недели, – перебил его Колл.

Он стоял у стола и, растопырив пальцы, измерял расстояние между Мересом и дырой на карте.

– Ровно столько времени у нас есть.

Воцарилось задумчивое молчание. Маррилл привалилась к одной из мачт, глядя в небо, как будто надеялась, что оттуда на неё снизойдёт вдохновение. Высоко над её головой по рее пробежали три штурмыши. О чём-то попискивая между собой, две из них натягивали на дырку в парусе большую холщовую заплатку, а третья, повиснув на задних лапах, орудовала крошечной иголкой с ниткой, пришивая заплатку.

На миг Маррилл была готова поменяться с ними местами. Ещё бы, ведь в данный момент их единственной заботой была починка лишь паруса, а не всего мира.

Она моргнула. А ведь это идея! Она взволнованно вскочила на ноги.

– Что, если Карту починить? – спросила она. – Если залатать на ней дыру, мы сможем поймать Потерянное Солнце точно так же, как Дзанны когда-то поймали его в ловушку. Верно я говорю?

Ардент фыркнул:

– Разумеется. Одна беда: как залатать Былитамскую Карту?

Маррилл встала руки в боки:

– Почему бы и нет?

– Потому что её сделали Дзанны. А значит, вряд ли получится пришить на неё заплатку и сказать, что она снова как новенькая!

– Почему нет? – повторила Маррилл.

Ардент сокрушённо всплеснул руками:

– Потому что… э-э-э… потому что это невозможно! Для этого нужна такая сила, что…

– Значит, великому волшебнику Арденту это не по силам? – подзадорил его Фин.

Маррилл улыбнулась ему. Ардент открыл было рот, но тотчас закрыл.

– Я этого не говорил…

Колл с озорной улыбкой на губах прочистил горло:

– Давай, Ардент. Я видел, как ты творишь вещи, которые не по плечу ни одному другому волшебнику. Ты и впрямь говоришь нам, что не можешь залатать карту?

Ардент наморщил нос. Одна его бровь поползла вверх. Маррилл видела, как в его глазах гордость борется с сомнением.

– Хорошо, думаю, я справлюсь.

Маррилл расплылась в довольной улыбке. От радости даже закружилась голова.

– Но! – заявил Ардент, поднимая палец. – Нам понадобятся те же вещи, которыми при создании карты пользовался Волшебник Рассвета. Кто-нибудь знает, где их найти?

Колл потупил глаза. Фин огляделся по сторонам, словно не знал, кому был адресован вопрос. Улыбка Маррилл слегка померкла. Но она не была готова оставить надежду. Пока был шанс, сдаваться не входило в её планы.

– Что именно нам нужно?

Ардент шагнул ближе и удостоил её снисходительной улыбкой. Он делал всё возможное, чтобы выглядеть серьёзно, но глаза его сверкали лукавым блеском.

– Во-первых, нам нужен хороший пергамент. И чернила. Затем мы должны отнести всё это к Мерессианскому Источнику, причём прежде чем туда доберётся Потерянное Солнце, и с помощью его чистых вод перерисовать секреты Реки прямо на нашу новую карту.

Фин потёр руки:

– Тогда чего же мы ждём? Давайте заскочим к Пристани Клучанед и захватим припасы – у них есть всё, что вам нужно, главное, знать, где искать. После чего отплывем в Мерес и – бац! – кризис предотвращён. – Он взял у Маррилл карту и принялся искать на ней кратчайший путь к Пристани Клучанед.

– Экий ты прыткий, мой безбилетный пассажир, – сказал Ардент. – Мы не можем взять первый попавшийся клочок бумаги и красящую жидкость. Нам понадобится пергамент, способный расширяться, сжиматься, скручиваться и увеличиваться в размерах и содержать все возможности Реки, которые, по сути, безграничны. И, честно говоря, я никогда о таком не слышал, не считая материала самой Карты.

Маррилл закусила губу. Вряд ли всё так безнадежно, сказала она себе, особенно сейчас, когда они придумали решение.

– Возможно, будь у меня доступ к памяти Волшебника Рассвета, я мог бы использовать её, чтобы найти ответы, которые мы ищем. Но поскольку виверван был поглощён твоим котом, знание это утрачено для нас. – Он махнул рукой Карнелиусу, но тот лишь громко зевнул и снова задремал.

– Неправда, – сказал Фин.

Ардент удивлённо посмотрел на него:

– А ты кто такой?..

– Друг, и у меня есть хорошая идея, – торопливо ответил Фин.

– Позволь об этом судить мне самому, – сказал Ардент, вопросительно выгибая бровь. – В смысле, что идея – это хорошо. Но в мою компетенцию не входит выносить суждение о том, какой из тебя выйдет друг, поскольку очевидно, что при выборе друзей разные люди отдают предпочтение разным качествам.

Колл кашлянул, перебивая Ардента.

– Что ты сказал? – спросил он Фина, с подозрением глядя на мальчишку.

– То, что знания Волшебника Рассвета не утрачены. Они просто существуют в другой форме. У нас по-прежнему есть его завещание. Что, если в нём есть информация, которую мы ищем?

Маррилл вырвала кота из рук Отказуя, проигнорировав протесты обоих.

– Ты считаешь, что мой кот знает, как спасти Пиратскую Реку?

– Думаю, Волшебник Рассвета знал, куда идти за материалами для своей Карты, – объяснил Фин. – И мне кажется, что твой кот – это самое близкое подобие Волшебника Рассвета.

Ардент хлопнул в ладоши.

– Колл, твой новый матрос довольно сообразителен. – Отбросив пяткой подол пурпурной мантии, он повернулся и ткнул пальцем в воздух: – Штурмыши! Принесите мне ведро из скучнодерева. Мы должны намочить кота.

По кораблю прокатился радостный возглас. Многоногие грызуны пронзительно заверещали, очевидно, взволнованные перспективой кошачьего купания. Маррилл вздохнула. Она знала: Ардент и Фин правы.

Но это не значило, что ей это нравилось. Когда штурмыши вернулись с ведром воды из Пиратской Реки, она прижалась лицом к шее кота и прошептала:

– Извини, Карни.

Карнелиус со своей стороны был настроен отрицательно. Как только она начала опускать его в ведро, он применил ту же тактику, к которой прибегал всякий раз, когда не хотел лезть в переноску, а именно вытянул лапы и упёрся в края ведра. Битва началась.

Увы, как бы сильно Маррилл ни толкала кота, как ни старались они отцепить от края ведра его лапы, но ни на дюйм не приблизили пушистого упрямца к ожидающей его воде. Кот истошно орал и шипел, вырывался и извивался, превратившись в крутящегося дьявола из шерсти и когтей. Дело кончилось тем, что он перевернул ведро. Все мгновенно отскочили прочь от брызг волшебной воды, кроме Ардента, который, как обычно, ничего не замечал.

Карни приземлился на все четыре лапы и принял боевую позу – уши прижаты назад, зубы оскалены. Слуховые лозы подхватили кошачий протест. С каждым мгновением их эхо становилось все громче, пока вся корма корабля не наполнилась шипением несметного полчища змей. По крайней мере, так могло показаться.

Маррилл присела и потянулась к коту. Но в тот момент, когда ей оставалась всего пара дюймов, кот дал стрекача. Он бросился к люку, который вёл в трюм, однако тотчас попятился, когда перед ним вырос Фин. Он прыгнул к мачте, но штурмыши зашикали на него, и Карни был вынужден вернуться на палубу.

– Ага, посмотрите, что вы натворили, – проворчал Отказуй. – Напугали бедного кота. Иди сюда, дружок. Дядя Нет-Нет не даст тебя в обиду.

Вонзив когти в палубу, кот резко повернулся и бросился на руки к своему защитнику. Но в тот момент, когда он почти приземлился на протянутые руки пурпурной ящерицы, Реми внезапно шагнула из-за переборки и плеснула на кота водой из Пиратской Реки, вылив на него целое ведро.

Избежать неожиданной засады было невозможно. Золотая вода попала в цель, окатив кота с головы до ног прямо во время прыжка. Кот на миг завис в воздухе, после чего полетел вниз и с мокрым шлепком приземлился на палубу.

Все растерянно посмотрели на Реми, но она лишь пожала плечами:

– Когда у вас семь младших братьев и сестёр, прошедших через фазу нелюбви к купанию, вы учитесь самым разным трюкам.

Мокрый кот у её ног прищурился и сердито мотнул хвостом, а затем открыл рот и заговорил:

– Совету Слухов я оставляю одну часть Былитамской Карта Куда Угодно – Изображение. Я бы посоветовал им делиться ею и пользоваться осторожно, дабы подозрения и ревность не укоренились в их сердцах.

– Былитамская Карта Куда Угодно! – воскликнула Реми.

Фин выкатил колесом грудь, весь лучась самодовольством:

– Значит, Карни что-то знает про карту!

Маррилл схватила его за руку. Что-то с этим завещанием было не так. В конце концов, у Совета Слухов дела явно не заладились. Им так понравилось с помощью Изображения шпионить за другими и перемывать косточки, что они не заметили, как в буквальном смысле пустили корни и превратились в заросли говорящих джунглей, известных как Болтливая Роща.

– Я не знаю, – сказала она. – Мы уверены, что можем доверять этим словам?

– Разве у нас есть выбор? – в свою очередь спросил Фин.

Реми кисло улыбнулась:

– По крайней мере, мы знаем, что завещание Волшебника Рассвета содержит некоторую информацию о карте. И если у вас нет других предложений по поводу того, как её починить… – Она подняла ведро.

Маррилл обиженно надула губы, признавая своё поражение. Бедный Карни.

– Значит, снова намочим кота, – вздохнула она.

* * *

Спустя некоторое время Маррилл сидела на краю полубака, болтая ногами в воздухе и потирая большим пальцем растущую неровную дыру на Былитамской Карте. Рядом с ней мокрый и крайне недовольный Карнелиус бубнил бесконечный список странных завещаний Волшебника Рассвета. Пока что про карту не было сказано ни слова, но она по-прежнему не хотела сдаваться.

– Фее Чайного Листа, которую я обидел, вычеркнув её имя из Книги Чудесных Существ, я оставляю напёрсток извинений, настоянных на самом первом извинении, принесённом моим братом Кабом-Мечтателем довольно маленькому камню, о который он споткнулся в дни до рождения Пиратской Реки.

Карни фыркнул, а затем громко чихнул. Затем ещё раз. Речь оборвалась, и кот снова принялся вылизывать себя. Маррилл застонала.

– Чья очередь? – спросила она.

Реми лежала в соседнем гамаке, лениво листая книгу о продвинутой тактике ведения войны между парусными кораблями.

– Не моя, – не поднимая глаз, сказала она, прижимая палец к носу.

Колл прислонился к одной из соседних мачт. Его палец тоже был прижат к носу. Даже Ардент, который делал записи в потрёпанном дневнике, прижал палец к носу.

Маррилл тоже быстро прижала палец к носу и посмотрела на Фина. Закрыв глаза, тот лежал на спине рядом с ней, греясь на солнышке. Маррилл прищурилась.

Это ей только казалось или он всё-таки притворился, что спит? Она толкнула его в бок:

– Я ходила за водой в прошлый раз. Теперь твоя очередь.

Фин застонал и сел.

– Твой кот ненавидит меня.

– В данный момент он ненавидит всех нас.

Находившийся рядом с кормой Отказуй громко прочистил горло.

– Говори за себя.

Маррилл закатила глаза.

– Сейчас ты его любимчик. Я уверена, ему будет очень приятно свернуться калачиком у тебя на руках, пока «Кракен» будет погружаться в бездну небытия, которую так милостиво сотворил Потерянное Солнце.

Отказуй оторвал глаза от слуховых лоз и удостоил её кислым взглядом, проговорив:

– Только не надо грубить.

Маррилл знала: когда Отказуй начинал учить её манерам, ничего хорошего это не предвещало. Она вздохнула и пододвинула к Фину водную пушку. По крайней мере, это новое изобретение Ардента позволяло им удобнее обливать кота водой, нежели ведро.

– Ты хочешь спасти Пиратскую Реку? Облей кота, и побыстрее.

– Уговорила, – ответил он, поднимаясь на ноги. – Но в этот раз, когда Ардент откажется лечить мои раны и решит бросить меня в трюм за то, что я безбилетный пассажир, будь добра, замолви за меня словечко. В очередной раз.

Маррилл с трудом сдержала улыбку. Было бы не так смешно, не знай она, как быстро новый поющий замок трюма научился уступать его ловким пальцам.

– По рукам, – с готовностью согласилась она.

Рядом с Фином рассмеялся какой-то палубный матрос. Девушка.

– Вот что бывает, когда тебя замечают, брат Исчезайка. Люди помнят, что сейчас твоя очередь.

Он сердито посмотрел на девушку, но та рассмеялась ещё сильнее.

Фин как можно нежнее прищёлкнул языком, подзывая Карни. Но к этому моменту кот уже набрался ума-разума и со всех лап бросился прочь через всю палубу. К счастью, они догадались заранее задраить все палубные люки. Когда Карни сбежал от них в первый раз, погоня длилась не менее часа.

Не обращая внимания на шипение Карни и кряхтение Фина, который пытался его догнать, Маррилл вернулась к изучению рваной дыры на Былитамской Карте.

Десять минут спустя Фин крикнул:

– Попался, голубчик!

В следующий миг воздух наполнили знакомые звуки кошачьего голоса:

– Ракушечным Ткачам Онейры я оставляю моток ленты, сотканной прямо из нитей снов. Дорожите ею, ибо из этого материала я создал Великую Былитамскую Карту.

С каких это пор кошачий голос перестал её удивлять? Маррилл покачала головой, удивляясь тому, как быстро она привыкла к странностям Пиратской Реки.

Но тут до неё дошло, что она только что услышала. Он резко выпрямилась.

– Я ведь не ослышалась? – спросила она.

Фин кивнул, широко улыбаясь.

Маррилл с торжествующим видом повернулась к Арденту. Волшебник заморгал, всё ещё глядя на кота, а потом расхохотался.

– Ракушечные Ткачи Онейры – это блестяще! Теперь из нашего списка можно вычеркнуть ещё одного волшебника Мереса. Так уж вышло, что Сад Снов Танеа Полой Крови соединяется напрямую с Ракушечными Отмелями. – Ардент встал и воздел палец в воздух. – Колл, скажи своему первому помощнику, чтобы она взяла курс на Онейру!

Маррилл радостно вскинула руки. Она так и знала: способ должен быть, главное, не сдаваться!

– Мы идём к Ракушечным Ткачам! – воскликнула она. – Кем бы они ни были.

– И желательно побыстрее, – хмуро прервал её Колл и, вырвав из её рук Карту, развернул так, чтобы Карту увидели все.

Прямо на краю растущей дыры в середине Карты, на краю расползающегося хаоса, творимого Потерянным Солнцем, примостилась маленькая точка. Рядом с ней, написанные уже исчезающими буквами, ещё можно было различить слова – Ракушечные Отмели Онейры.

Глава 12. Раковины снов

Пока Реми прокладывала курс к Ракушечным Отмелям Онейры, а Маррилл с Карни отправились в трюм, чтобы найти для него угощение, Фин отвёл Ниф в сторону.

Наконец у него появилась возможность поговорить с ней начистоту, и чтобы их никто не заметил.

– Это из-за тебя Рать нашла нас на Игре Маргама, – заявил он, скрестив на груди руки. – Ты шпионила за нами.

Ниф с вызовом вскинула подбородок:

– Я же сказала, что помогу тебе найти твою маму.

Фин прищурился:

– Ты хотела помочь Рати украсть Шар.

Ниф отвернулась и пожала плечами:

– Если бы я хотела его украсть, я бы это сделала.

– Именно это я бы и сказал, если бы попытался украсть Шар. – Он покачал головой: – Я не могу тебе доверять.

Ниф поморщилась:

– Я знаю.

Если честно, то, что она не стала с ним спорить, удивило Фина. Он ожидал, что она будет всё отрицать. Что попытается убедить его дать ей ещё один шанс.

– Как я понимаю, ты вернулась на борт «Кракена», чтобы закончить начатое?

Ниф попереминалась с ноги на ногу. Ей явно было неловко.

– Это не единственная причина.

Фин скептически выгнул бровь. Ниф вздохнула:

– Я осталась, чтобы защищать тебя, по приказу Велла и Знамени.

Он расхохотался.

– Защищать меня? – Объяснение было настолько абсурдным, что он не поверил своим ушам. Неужели она думала, что он на это купится? – Почему их должно волновать моё благополучие?

Ниф, насупив брови, посмотрела на него:

– Ты действительно не знаешь, как это работает?

Фин молчал, ожидая, что она скажет дальше.

Ниф вздохнула и терпеливо пояснила:

– Рать и их тени-исчезайки, они… связаны.

– Я это понял.

– Нет, я имею в виду другое… – Она как будто пыталась найти нужные слова. – Мы в буквальном смысле воплощаем их слабости. В этом причина их непобедимости. Пока мы существуем раздельно, они сильны.

Фин попытался это понять:

– И если со мной что-то случится…

– Если ты умрёшь, Велл станет уязвимым, – сказала она. – Все слабости вернутся к нему. Тогда его можно будет победить или даже убить.

– Понятно.

Внезапно все эмоции, которые Фин гнал прочь от себя после того, как узнал про Велла и его мать, вся боль, которую он молча носил в себе с тех пор, как впервые узнал, что он никто, обрушились на него с новой силой.

Его самый подспудный страх оказался правдой. Он действительно был никем. Просто сосуд для чужой слабости. Он сник, пытаясь проглотить пустоту, которая угрожала сокрушить и раздавить его.

– Ты здесь для того, чтобы следить за тем, что со мной ничего не случится, а таким образом Велл останется в безопасности.

Ниф ничего не сказала, и он принял это за подтверждение своих слов.

Но затем она вздохнула и прислонилась рядом с ним к перилам. Её рука почти касалась его руки, и она спросила:

– Каково это – иметь друга?

Он заморгал, удивленный её вопросом.

– Почему ты спрашиваешь?

Она пожала плечами:

– Просто у меня никогда не было никаких друзей.

Фин чуть не задохнулся.

– У тебя целая армия друзей, – возразил он. – Ну, те, которые высадились на «Кракен» вместе с тобой? А потом пришли за нами на Игру Маргама?

– То, что они могут помнить меня, ещё не значит, что они мои друзья.

– А как же твоя Рать?

Она тихо усмехнулась:

– Думаешь, с Веллом возможно подружиться?

Теперь усмехнулся Фин:

– Понял. – Он повернулся лицом к ней: – О друзьях нужно знать одну вещь: они заботятся друг о друге. И это то, что я намерен делать по отношению к моим друзьям на «Кракене». Даже если это значит защищать их от тебя.

Ниф кивнула.

– Я не могу остановить Рать, – сказала она. – Они не перестанут вас преследовать. Дело не только в Шаре, Фин. Дело в тебе и Велле. А Рать всегда получает то, что ей нужно.

* * *

Через два дня, в тот момент, когда Фин подумал, что они свернули не туда, в тот момент, когда он решил, что смотреть особо не на что, он моргнул, и Ракушечные Отмели Онейры предстали перед ним, как будто были там с момента его рождения и во веки веков.

Отмели раскинулись перед ними в виде низких коралловых зарослей. В одних местах они поднимались наверх, образуя влажные плато, которые бросали вызов воде. Об другие бились волны, и Фин едва мог сказать, где кончалась суша и начиналось морское дно.

«Кракен» проскользнул в пролив, как будто созданный по его мерке, и вскоре бросил якорь. Маррилл встала рядом с Фином, разглядывая отмели. Вокруг них подковой изгибался коралловый атолл. Это тотчас напомнило Фину кольца Игры Маргама. Он невольно вздрогнул. Но на этом сравнение заканчивалось. Вода в центральной лагуне была лазурной и прозрачной. Сам коралл представлял собой лабиринт отростков, острых и гладких, высоких и низких, неровных и осклизлых.

Поверхность атолла блестела приливными лужами, и с высоты палубы «Кракена» Фин смог заглянуть во многие из них. На мелководье водяные гонялись за радужными гольянами. В самых мелководных миниатюрные русалки гонялись за миногами, переливавшимися всеми цветами радуги. В самых глубоких покрытые шипами морские епископы собирали паству в песчаных соборах, а тем временем неподалёку от них омары с паучьими лапами ухаживали за плантациями водорослей.

В одной из луж покачивался крошечный кораблик без экипажа, под ним чудная, вывернутая наизнанку рыбёшка играла в домино вместе с гладким скатом, похожим на грифона.

Полуденное солнце согревало кожу. Солёный ветерок был нежным и манящим. Фин посмотрел на стену чёрной пустоты, что подбиралась к ним вдоль горизонта. Это был лишь край пустоты, расширявшейся вслед за Потерянным Солнцем, пока тот шагал к Мересу. Фин мог только догадываться, что будет, когда Потерянное Солнце доберётся до своей цели.

Фин выбросил эту мысль из головы. Вместо этого он заставил себя вспомнить, что хотя конец света, возможно, и близок, но он ещё не наступил. Так почему бы не доставить себе удовольствие, пока у него ещё есть время?

Грохот трапа «Кракена» вывел его из приятной дремоты.

– Ну так как? – спросил Ардент, указывая на корабль.

– Я с вами! – крикнула Реми и помчалась по палубе, чтобы присоединиться к ним. – Думаю, я заслужила пару дней пляжного отдыха. – Она подмигнула Фину и Маррилл: – Колл может остаться и стеречь корабль, на тот случай, чтобы нас не поглотил конец Вселенной, пока мы загораем.

– Погоди минутку, моряк, – сказал Колл, запустив палец за ворот её рубашки и дернув Реми назад. – Капитаны остаются со своими кораблями.

– Так вот почему ты никуда не ходишь, – заметила она.

По губам Колла промелькнула улыбка.

– И вот почему ты останешься со мной.

– Но Сад Снов… – запротестовала Реми.

– Занятно, что ты упомянула Сад Снов Танеа Полой Крови, – с улыбкой произнёс Ардент. – Хотя главный вход далеко-далеко от дома Танеа и он соединён с Ракушечными Отмелями. Танеа была мастером по раздвиганию границ плавания по Пиратской Реке. Именно она впервые выдвинула гипотезу о восходяще-нисходящем водовороте. Нет, вы можете в это поверить?

– Лично я не могу, – заявила Реми. – Возможно, мне лучше остаться на корабле, – пробормотала она, медленно подходя к стоявшему на юте Коллу. – По крайней мере, в этом случае мы сможем оставить двигатели на холостом ходу и быть готовы в любой момент отчалить.

– Двигатели? – Колл в замешательстве наморщил лоб. Реми вздохнула, а Фин подавил улыбку. Впрочем, он тотчас улыбнулся снова, увидев, что к трапу украдкой пробирается Ниф.

– Ты тоже, матрос, – сказал он с усмешкой, хватая за её рукав. – Ты тоже останешься на корабле.

– Но ведь я должна присматривать за тобой, – запротестовала Ниф.

Фин кивком указал на Ардента:

– Для этого у нас есть волшебник.

Ниф выгнула бровь:

– Ты доверяешь мне больше, когда я нахожусь на борту, чем когда рядом с тобой?

– Да, – без колебаний ответил Фин.

Он не горел желанием провести всё время на берегу, постоянно оглядываясь на неё. К тому же, даже если бы она очень захотела, ей бы не удалось заполучить Шар. Фин потратил немало времени, пытаясь проделать дыры в системе безопасности Ардента, и убедился, что это невозможно. Он даже не сомневался, что если он сам, Главный Вор Пристани Клучанед, не в состоянии стащить заветный шар, то Ниф и подавно не сможет.

Она обиженно надула губы и вздохнула:

– Тот Сад Снов на вид довольно крутой…

– Фин, поторопись! – крикнула Маррилл и помахала ему рукой.

Он похлопал Ниф по плечу:

– Я потом обязательно тебе расскажу, – сказал он и бросился вдогонку за Маррилл. – Ну что, готова снова спасать мир? – спросил он, выразительно пошевелив бровями.

Маррилл хихикнула и взяла его за руку:

– Как всегда!

Вместе они сбежали с трапа и спрыгнули на берег рядом с Ардентом. Как только его ноги коснулись коралла, Фин невольно отпрянул назад, чтобы не врезаться в человека, которого – он был готов поклясться! – ещё секунду назад там не было.

– Умерь свою прыть, парнишка, – сказал незнакомец.

Фин посмотрел на него ещё раз. Это определённо был не человек. Слишком сутулый, а лицо слишком похоже на рыбью морду. Кожа его была морщинистой и одновременно слишком гладкой.

– Добро пожаловать, пришельцы, – сказал он. – Моё имя Юрл. Я хранитель Библиотеки Снов.

Фин огляделся по сторонам:

– Какая ещё библиотека?

– О, – сказал Юрл. – Вы пока её не видели. Так что извините. – Он длинным пальцем указал себе через плечо на пустынную лагуну позади.

Фин посмотрел, уверенный в том, что там нет ничего, кроме воды. Каково же было его удивление, когда он увидел гигантскую коралловую башню, выраставшую из самого сердца лагуны, словно массивное раскидистое дерево. В небесной вышине стаи морских птиц описывали бесконечные круги. Фин был готов поклясться, что минуту назад не слышал их криков, но теперь они наполняли воздух.

– Это только мне кажется, будто вещи здесь появляются из ниоткуда? – прошептала Маррилл.

Юрл ответил первым, опередив Фина:

– Да, вещи появляются из ниоткуда. Здесь это происходит постоянно. Это место – своего рода территория сна или типа того. – Он пожал плечами: – Я никогда толком не задумывался, как такое может быть, но да, я всего лишь плод вашего коллективного воображения.

– Погоди, так ты не настоящий? – спросила Маррилл.

Юрл хихикнул. Его смех прозвучал высоко и пронзительно.

– Нет, конечно. Просто живая картинка Ракушечных Ткачей, как и большая часть всего, что ты здесь видишь. Да я смотрю, вы и впрямь новички!

Фин пристально посмотрел на Юрла, существо, которого на самом деле не существовало. Тот казался вполне настоящим. И даже производил впечатление человека. Интересно, у него были мысли и чувства, как у него самого? Или он был внутри пуст, обычная иллюзия, созданная так ловко, что было невозможно сказать, что за этими золотисто-серыми глазами ничего не скрывается?

– Всё в порядке, Юрл, – наконец сказал Фин. – Я тоже ненастоящий.

Часть его приготовилась почувствовать, как эти слова отзовутся в душе болью. В конце концов, самый большой страх в его жизни состоял в том, что он был никем, и вот теперь он признал это.

Но, как ни странно, никакой боли Фин не почувствовал. Неким образом признание истины, которой он так долго страшился, оказалось не таким страшным, как страх произнести это вслух.

– Понятно, – сказал Юрл и, протянув руку, шлепнул ладонью по ладони Фина: – Добро пожаловать, воображаемый брат. Реальность – дурацкая штука. Мы с тобой это знаем.

Фин невольно покраснел. Это было так странно – быть никем и не иметь ничего против.

Юрл повернулся к остальным.

– Итак, настоящие, – сказал он, подмигнув Фину. – Пришли сделать вклад или просто ищете сон, который вас устраивает?

Ардент шагнул вперёд:

– Мы ищем последний моток ленты грёз, подаренный в былые времена Ракушечным Ткачам Волшебником Рассвета. Дело в том, что нам нужно восстановить Былитамскую Карту Куда Угодно и спасти Пиратскую Реку от растущей пустоты, сотворённой Потерянным Солнцем Дзаннин прежде, чем оно достигнет Источника Мереса и уничтожит всё творение!

Юрл пристально посмотрел на него:

– Я понял. Тогда… я просто отмечу вас как пришедших для осмотра. – Юрл взмахом руки указал на основание огромного кораллового шпиля у него за спиной.

Фин отметил, что отверстия в его изъеденной дырами поверхности довольно велики и люди вполне могут в них поместиться.

– Как вы смотрите на то, что я помещу вас в ракушку номер три и дам вам возможность обсудить всё между собой? Как вам моя идея?

Юрл проводил их через весь пляж к основанию кораллового дерева и, пока они шли, произнёс явно хорошо отрепетированную речь:

– Спасибо, друзья, что вы решили посетить Библиотеку Снов. Эта библиотека – одно из величайших учреждений Пиратской Реки. В течение тысячелетий Ракушечные Ткачи собирали сны со всей Реки, а если верить некоторым, даже далеко за её пределами. Никогда не знаешь, что найдёшь во сне.

Когда они подошли ближе, Фин заглянул в поры на поверхности кораллового дерева и понял, что каждая из них – это маленькая раковина и что все они склеены, образуя большее целое. Все они были белыми, хотя некоторые сияли ярко, как слоновая кость, а другие были тусклыми, как рог.

– Вот мы и пришли, – сказал Юрл, когда они достигли подножия дерева. Одна из раковин распахнула перед ними створки, открывая вход в маленькую капсулу. – Комнаты здесь довольно тесные, но, я думаю, вы сможете втиснуться. Надеюсь, вы устроитесь.

– О, ничего страшного! – заверил его Ардент, прошаркав мимо Юрла в ближайшую комнату, тусклую и желтоватую.

Маррилл с тревогой посмотрела на Фина, однако вошла вслед за волшебником. Фин пожал плечами и протиснулся следом за ней. Им пришлось постараться, чтобы поместиться в этом пространстве.

Хотя тут и было тесно, Фин приятно удивился, обнаружив, что внутри на самом деле довольно удобно.

– Так как это работает? – спросила Маррилл, как только они заняли свои места.

Юрл улыбнулся дружески:

– После того как сновидец устраивается поудобнее, раковина закрывается, а сам он погружается в сон. С этого момента ему открыта вся коллекция Ракушечных Ткачей. И, конечно, если вы хотите увидеть ваш собственный сон, к вам придёт Ткач и заберёт его, чтобы добавить в Библиотеку.

– А-а-а, – зевнул Фин. – Когда мы начнём?

Юрл отступил назад. В следующий миг его тело как будто растворилось в воздухе. Отверстие, где он только что стоял, было закрыто, и теперь их со всех сторон окружала лишь ребристая желтоватая стена. Голос Юрла стих, превратившись в едва слышимое эхо:

– Вы уже начали…

Глава 13. Ткачество Тьмы

Маррилл нравился этот вкус. Одна беда – из-за этой сладкой помадки было невозможно плыть на спине.

– Знаете, мистер Пингвин, – сказала она, – если мы хотим освободить этот коридор, нам придётся есть до скончания века.

– Совершенно верно, – прогудел в курительную трубку мистер Пингвин. – Совершенно верно!

Кстати, Маррилл не нашла в этом ничего странного, как то часто бывает, когда видишь сон.

Маррилл блаженно закрыла глаза, облизывая вымазанные шоколадом губы. Было так легко отвлечься и забыть, что она здесь для того, чтобы что-то найти. Нечто очень важное. Она покатала туда-сюда свои мысли. Ардент. Всё верно.

Ей нужно найти Ардента.

– Мне нужно найти Ардента, – сказала она вслух.

Мистер Пингвин хмыкнул, и из его трубки вылетел целый гейзер пузырей.

– Дай-ка подумать… Ардент… ммм… да… это кто-то вроде волшебника?

Маррилл тотчас выпрямилась, взволнованно перебирая ногами по сладкой помадке.

– Он самый!

Мистер Пингвин вскочил со своего кресла и проскользнул сквозь шоколадный соус к окну, которое на самом деле было картиной. Сняв её со стены, он повернул её к Маррилл. Это была странная картина, даже по меркам сна: небольшой морской анемон с моноклем в глазу и в цилиндре балансировал на щупальцах, стоя перед длинным бумажным туннелем.

– Попробуй вот этот, – произнёс мистер Пингвин. – Если не ошибаюсь, его поместил сюда тот самый джентльмен, которого вы ищете.

Маррилл брассом подплыла к нему.

– Спасибо, – сказала она, наслаждаясь последней крошкой шоколада, тающей на языке.

Она посмотрела на картину, не зная, что с ней делать. Прямо у неё на глазах анемон развернул свои щупальца на манер широкого разноцветного веера. Бумажный коридор позади тянулся в трёх измерениях…

…она же стояла на балконе высокой башни над грибным лесом. Огромные готические арки высились над заснеженными горами, лёгкий ветерок трепал ей волосы.

Она обернулась, услышав звон бокалов. Там за столом на балконе сидел Ардент. Перед ним высились горы странных угощений: стаканы, полные тумана, миски сверкавших, как алмазы, конфет, чья-то копчёная нога с когтями. С одной стороны стола корова с человеческими руками играла на арфе нежную мелодию. А на другом конце, облачённая в элегантное зелёное платье, сидела волшебница Анналесса.

При виде Анналессы Маррилл взвизгнула от восторга и подскочила, чтобы её обнять.

– Ты нашел её! – крикнула она Арденту. – Она здесь!

Смех Аннелессы был подобен звону колокольчиков – буквально.

– О, Ардент. Разве ты не сказал ей, что специально пришёл ко мне? – Она посмотрела на Маррилл. Глаза Аннелессы искрились весельем. – Я всего лишь сон, дорогая. Оставленный здесь давным-давно на хранение этим стариком. – Она повернула голову к волшебнику.

Ардент покраснел и виновато поднял руки:

– Извини, что я улизнул от тебя, Маррилл. Я собирался уйти всего на минутку. Да и ты была увлечена разговором с эрудированным пингвином по поводу его проблемы с фондю.

Маррилл пожала плечами. Какое же это удовольствие – плавать в шоколаде!

– Так что это за место? – спросила она.

– А-а-а, – протянул Ардент. – Да. Это сон, который я видел давным-давно. Я посетил библиотеку всего один раз, но оставил его здесь на хранение. Он был для меня так важен, этот сон, что я не удержался и вернулся к нему сегодня.

Он кивнул на простирающийся внизу грибной лес.

– Видишь ли, всё здесь является символом чего-то другого. Грибы представляют собой упадок волшебников Мереса, башня – непроницаемость моего высокомерия, и, как ты видишь, Анналесса привела меня сюда, выше одного и вне другого.

Анналесса скромно улыбнулась.

Корова-арфистка взяла красивый нежный аккорд. Ардент посмотрел на неё и поднёс к губам палец.

– Впрочем, я не совсем уверен насчёт коровы.

– Ну, хорошо, – сказала Маррилл. От того, что она заглянула в голову Ардента, у неё возникло чувство неловкости. – Разве мы что-то не искали здесь?

Ардент медленно встал.

– Верно. Ленту грёз. Боюсь, мы должны пробраться к самим Ракушечным Ткачам, если мы хотим её найти. Но не проще ли найти Танеа Полую Кровь и…

– Ардент, берегись! – крикнула Анналесса.

Маррилл отскочила назад. Из рук Аннелессы вырвался жёлтый огонь и опалил игравшую на арфе корову.

– Что же это…

Объятая пламенем, корова бросилась вперёд и, как человек, встала на задние ноги. Огонь угрожающе отражался от лезвия мясницкого ножа, странным образом приклеенного к одному из её копыт. Глаза коровы светились красным, как угли. С громким мычанием она вскинула копыто с ножом и устремилась прямо на них.

Маррилл отскочила в сторону. Корова-убийца пронеслась мимо неё, прорезав ножом воздух там, где девочка стояла только что. Секунду спустя она на бешеной скорости спрыгнула с балкона и под долгое, нескончаемое МУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУ полетела вниз, к земле.

По венам Маррилл пронёсся коктейль из паники и адреналина.

– Что это было?

Ардент в замешательстве наморщил лоб.

– Такого никогда не случалось раньше. Это не было частью моего сна. – Он взглянул на Анналессу, и Маррилл увидела в его глазах настоящий страх.

– Кошмары, – сказала Анналесса. – Возможно, заражена вся библиотека.

Ардент сокрушённо вздохнул.

– Это может означать только то, что пустота надвигается, – серьёзно заявил он. – Она уже совсем близко.

– Мы должны найти Ракушечных Ткачей и получить у них ленту грёз, – напомнила ему Маррилл. – Пока не поздно!

Анналесса и Ардент переглянулись.

– Кошмары, – сказала она. – Тебе придётся отвлечь их.

Он кивнул и шагнул вперёд.

– Позаботься о ней, – сказал он Анналессе. После чего протянул руку и провёл пальцами по воздуху рядом с её лицом, как будто боялся, что стоит ему прикоснуться к ней, как она исчезнет. – И береги себя.

Анналесса рассмеялась:

– Я всего лишь сон, глупый старик.

– Но ты мой сон, – возразил Ардент.

Она улыбнулась. Затем, не говоря ни слова, Анналесса взяла со стола миску с супом и повернулась к Маррилл.

– Сюда, быстро! – сказала она, сунув миску ей в руки.

Маррилл было запротестовала, но, пока пыталась найти отговорку, поняла: во сне этого лучше не делать. Она смотрела вниз, в миску. Суп был бурого цвета, цвета бумажного пакета из бакалейной лавки. Из его середины поднялся пузырь и лопнул. Там, где только что был пузырь, возник клубок щупалец.

– Фуу, – прошептала Маррилл.

Но щупальца начали извиваться и раскрылись, сияя разными цветами, точно как анемон на той картине. Суп закрутился спиралью, и Маррилл почувствовала, что падает в длинный бумажный коридор.

Посмотрев вверх, Маррилл обнаружила, что висит вниз головой, как летучая мышь с потолка пещеры! Пол внизу был полем цветов, но не обычных. Таких цветов она никогда в жизни не видела. Они были больше похожи на разноцветные вееры, отчего она снова вспомнила про анемоны.

– Эй, откуда ты взялась? – спросил чей-то голос.

Маррилл повернулась и увидела Фина. Тот стоял с ней рядом. Вернее, висел. Тоже вверх ногами.

– Фин! – воскликнула она, обнимая его. – С тобой всё в порядке!

Он обнял её в ответ.

– Да, странное место!

Она выпустила его и посмотрела вниз, на лес морских вееров под ними.

– Как ты думаешь, где мы?

Фин покачал головой:

– Понятия не имею.

Балансируя руками из-за страха потерять равновесие, Маррилл сделала осторожный шажок. Вокруг её рук тотчас закружились и затанцевали в воздухе маленькие частицы. И она поняла: воздух вовсе не был воздухом. Это была вода. Они были полностью погружены в воду, хотя могли свободно дышать и говорить.

Маррилл повертела головой в поисках знакомой фиолетовой шляпы.

– Где Ардент? – спросила она.

– Я не видел его с тех пор, как мы сюда попали. – Фин почесал голову. – Если только он не был тем чудаком в маске базилиящера?

Маррилл пожала плечами:

– Может быть.

Фин шагал рядом с ней, переставляя ноги по потолку, отчего фосфоресцирующие частички ила вокруг них падали вниз.

– Ну как, удалось найти моток ленты грёз?

Чувствуя себя побеждённой, Маррилл покачала головой:

– Я даже не нашла Ракушечных Ткачей.

Фин остановился.

– Но я думал… – Он посмотрел на поле вееров, покрывавших морское дно внизу под ними.

– Разве это не они?

Маррилл моргнула.

– Погоди, – сказала она. – Выходит, анемоны это и есть Ракушечные Ткачи? Я думала, что Ракушечные Ткачи – это люди!

– Похоже, что нет, – предположил Фин.

Маррилл наклонила голову.

– Как ты это понял?

Фин открыл рот, чтобы ответить, но так ничего и не сказал. Он нахмурился:

– Логика сна… Знаешь, иногда во сне ты видишь то, что просто знаешь, даже если не можешь объяснить?

– Вроде того, как мы выяснили, что корова была злой. – Маррилл нахмурилась. – Хотя, возможно, нужно было догадаться сразу, из-за ножа.

Фин скептически посмотрел на неё:

– Ну-ну, конечно.

– Тогда поступим так… – Она махнула рукой в сторону морских вееров. – Нам надо лишь объяснить ситуацию Ракушечным Ткачам и попросить их о помощи.

Она согнула колени, готовая оторваться от потолка, чтобы приблизиться к существам. Но Фин схватил её за руку, удерживая на месте.

– За исключением того, что они тебя не поймут. Я пытался раньше, и, кажется, они говорят только во сне.

Маррилл закрыла глаза и глубоко вдохнула воду. И потому не смогла объяснить их затруднительное положение Ракушечным Ткачам, не смогла попросить о помощи. Как же тогда ей убедить их отдать ленту?

Она напряжённо думала. Всю жизнь в её сердце был особый уголок, отведённый для животных. Она знала их лучше и любила больше, чем большинство людей. Для этого достаточно лишь понять их язык, и всё. Принять их условия.

Она попыталась вспомнить всё, что знала об этом месте, перечисляя факты в голове. Библиотека снов. Собрана со всех концов Реки. Люди приходили сюда, как Ардент, чтобы сдать сон на хранение. Как вклад в банке. Она глубоко вздохнула, сверля глазами едва заметный планктон.

И тут её осенило. Вклад! Она представляла себе вклад как возврат книги в библиотеку или отрытие счёта в банке. Когда вы хотите что-то отложить на чёрный день. Но слово «отложение» также означает осадок, который скапливается на дне, или отложенный кораллом кальций. И разве всё это место не коралловый риф?

– Как же я это пропустила? – пробормотала она вслух.

– Что именно? – недоумённо спросил Фин.

– Это не анемоны, – пояснила Маррилл. – Это коралловые полипы. Они строят риф из отложений, состоящих из снов. – Она рассмеялась, поражённая тем, насколько это очевидно. – Юрл ведь объяснил нам это с самого начала!

Фин все ещё хмурился.

– Ну да, что-то в этом есть. Ты не против, если я просто поверю тебе на слово?

Маррилл кивнула.

– И если мы захотим отдать сон на хранение, Ракушечные Ткачи придут его забрать. Всё, что нам нужно, – это видеть собственные сны. – Она умолкла, задумчиво постукивая пальцем по подбородку. – Но это должно быть что-то такое, на что Ракушечные Ткачи отреагируют. Что-то такое, что успокоит бедняг, и они почувствуют себя в безопасности, несмотря на все кошмары, наводняющие мир.

– Кошмары? – испуганно уточнил Фин.

– Да, из-за пустоты, – объяснила Маррилл. – Та уже совсем близко, и Ардент сказал, что это она вызывает кошмары.

Фин огляделся по сторонам:

– Надеюсь, мы здесь в безопасности?

Маррилл пожала плечами:

– Ардент должен отвлекать кошмары. Он даст нам знать, если оставаться тут вдруг станет опасно.

– Но…

Маррилл схватила его руку и крепко сжала:

– Не волнуйся. Просто помечтай о чём-то счастливом и безопасном. – Она закрыла глаза, уже зная точно, о чём она собралась грезить. Вскоре девочку сморила сонливость.

Я снова увижу маму…

Глава 14. Тот, в котором вы падаете

Фин смотрел на мерцающие огни Пристани Клучанед. Тёплый ветерок дул над заливом, принося с собой знакомые ароматы и звуки: голоса пиратов, что торговались на причалах, запахи жареного масляного зверя с рынка, вой ветра, прилетающего с Умопомрачительных Высот. Маленькая лодка, в которой он стоял, тихо покачивалась на волнах, а их плеск напоминал колыбельную.

Фин вздохнул, довольный, умиротворённый.

Маррилл советовала ему помечтать о чём-то счастливом и безопасном, а это было, пожалуй, самое счастливое и безопасное воспоминание – о той ночи, когда мать привела его на причал.

Ему на плечо легла знакомая рука. Зная, что будет дальше, он попробовал замедлить воспоминание, чтобы сполна насладиться им. Его мать укажет на ночное небо, на самую яркую звезду на небесах, и скажет ему: «Что бы ни происходило, помни: пока эта звезда сияет, кто-нибудь где-нибудь будет думать о тебе».

Он затаил дыхание, предвкушая, что сейчас произойдёт. Но когда она подняла палец и он откинул голову назад, то обнаружил наверху лишь пустоту. Небо было густым и чёрным, почти вязким.

В темноте не светилась ни единая звёздочка.

Он дёрнулся, пытаясь повернуться и посмотреть в глаза матери, но она держала его крепко. Её рука больно сжимала его плечо. Волны становились всё сильнее, яростно подбрасывая лодку из стороны в сторону.

– Где моя звезда? – в панике спросил он.

Голос матери прозвучал холодно и твёрдо:

– Думаю, это означает, что тебя забыли.

В следующий миг забили барабаны в такт ритма его сердца. Всё громче и громче. Сильнее. Почти знакомо. Он почувствовал, как внутри него шевельнулся страх.

– Мама…

Женщина позади него рассмеялась. Её смех был жестоким и острым, он резал, как нож. И тогда он понял: крепко держащая его женщина – не его мать. Она – Знамя Рати.

– Я же сказала, что приду за тобой, – прошипела она ему на ухо. – Потому что ты принадлежишь нам.

Фин попытался вырваться, но, увы, не смог. Вокруг него в темноте вздымались тёмные силуэты. Боевые корабли с символом Короля Соли и Песка на их корпусах.

Они пришли за Фином. Они надвигались на его крошечную лодку.

Над его головой небо треснуло пополам, расколовшись паутиной красных молний. Во главе армады Рати из воды вырвался корабль. Его металлический корпус прорезал волны, как стекло.

Фигура на носу была закована в знакомые доспехи, но было в ней и что-то новое. Он как будто стал меньше, стройнее. Приблизившись, этот кто-то сорвал с лица железную маску, и Фин увидел себя.

Это был Велл. Кто ещё это мог быть? Облачённый в доспехи Капитана. Вот только его волосы были лохматыми, как у Фина. Щёки покруглее, чем у Велла, да и держал он себя развязнее. С его бедра свисала воровская сумка Фина.

– Извини, приятель, – сказал мальчик в железных доспехах и приказал своему флоту идти на таран.

Армада во главе с железным кораблём неслась прямо на лодчонку Фина. Ещё миг, и они разнесут её в щепки.

Фину ничего не оставалось, кроме как прыгнуть за борт. Слишком поздно он вспомнил, что не умеет плавать. Солоноватая вода накрыла его с головой, плотно сжимая со всех сторон. Он отчаянно бил руками и ногами, но так и не выплыл, а лишь погрузился глубже. Лёгкие горели.

Дыши, прошептал в его голове тихий голос. Фин покачал головой, паника пронзила его, как молния. Дыши, повторил голос более настойчиво.

Выбора у него не было. Он барахтался изо всех сил, как мог, но в конце концов его рот открылся, и он вдохнул воду. Та мгновенно наполнила его лёгкие, густая и холодная. Он ждал, что вот-вот начнёт задыхаться и кашлять, но ничего не произошло.

Он мог дышать под водой!

Лети, сказал ему тот же голос. И на этот раз он сделал, как ему было велено, и потянулся к своим парусам. Те с громким хлопком расправились, и в следующий миг он уже парил в воде. Фин засмеялся, и смех рвался из его груди гроздьями пузырей. Он крутился и вертелся, взлетал и нырял.

Через несколько мгновений он добрался до берега и, шатаясь, вышел из воды. Он ожидал увидеть над собой гигантские деревянные пирсы и грязный песок под ногами. Но вместо этого он стоял посреди пышного сада в окружении зелёных листьев и разноцветных цветов. Воздух был полон всеми мыслимыми ароматами и несколькими немыслимыми тоже.

Он огляделся по сторонам. Залив Клучанед исчез. Но он всё ещё слышал дробь барабанов Рати и знал, что они по-прежнему преследуют его. Находиться здесь было опасно.

Перед ним протянулась тропа. Он зашагал по ней, сначала медленно, затем всё быстрей и быстрей. Он мчался по извилистым садам, чувствуя, что всё больше и больше сбивается с пути, пока, обогнув изгиб, не понял, что он теперь здесь не один. Он перешёл на шаг и нырнул в подлесок.

Прямо перед ним на скамейке сидела волшебница. Радужные одежды окутывали её, словно ленты облаков. Лишь рассмотрев её как следует, он понял, кто перед ним: Танеа Полая Кровь.

Одна из восьми волшебников Мереса.

Ардент как-то раз упомянул, что у неё была роскошная борода, вспомнил Фин. И был вынужден согласиться. Казалось, она разговаривала с кем-то. Фин подкрался ближе, пытаясь понять, кто это. По саду, сгибая саженцы почти до самой земли, пронёсся резкий порыв ветра. На Фина тотчас обрушился дождь из листьев, а потом крупными каплями закапал и настоящий дождь. Фин вскинул руку, стараясь прикрыться.

– Ты не можешь перенестись назад во времени! – крикнула Танеа. Ветер принёс Фину её слова. – Да, такое возможно, но сила, которая для этого понадобится, невообразима! Этого никто не делал!

Над головой Фина прокатился раскат грома, за закрытыми веками вспыхнула огненная полоса. Живот скрутило узлом, сердце бешено забилось. Он знал, что значит эта красная молния. Он знал, с кем спорит Танеа.

Фин выкрикнул предупреждение, но, увы, слишком поздно. Капитан Железного Корабля двинулся к Танеа. Его белая борода развевалась на ветру, голубые глаза за металлической маской были холодны как лёд.

Танеа вскинула руки:

– Подожди, нет! Пожалуйста!

Жестокие железные пальцы Капитана вцепились в её мантию.

Голова Танеа была повернута вбок. Её глаза запечатлели Фина за считаные мгновения до того, как её зрачки превратились в тусклый металл. Фин моргнул, и всё, что осталось от Танеа, – это железная статуя.

Фин зажал ладонью рот, но, увы, слишком поздно. Капитан уже знал, что он там, и медленно повернулся к Фину, подняв закованный в железную перчатку кулак. Фин попятился, стараясь увеличить расстояние между ними.

И ударился спиной обо что-то твёрдое. Он повернулся и увидел фонтан, перегородивший ему дорогу. Он уже начал обходить его, как вдруг вода в нём показалась ему странной. Вернее, отражение… Никакого сада. Ни деревьев, ни кустов, ни облачного неба.

Скорее оно было похоже на бумажный туннель.

Прыгай, сказал ему тихий голос. Тот самый, который направлял его ранее. Но на этот раз он прозвучал не только в его голове. Мальчик обернулся и увидел позади себя женщину. Она стояла прямо между ним и наступающим Капитаном.

– Привет, Фин! – сказала она.

– Анналесса, – выдохнул он. – Подожди, ты меня помнишь?!

Она улыбнулась и кивнула:

– Конечно, помню.

Фин нахмурился:

– Ты спасла меня.

Она подалась вперёд и прижалась щекой к его щеке.

– Позаботься о моём волшебнике, – сказала она ему.

С этими словами Анналесса прижала пальцы к его плечу и толкнула Фина назад, в фонтан. И его снова унесло в чужой сон.

Глава 15. Попробуйте её немного пошевелить

Большинство людей не понимали Пиратскую Реку. Не то что Колл. Пусть Река и не текла по его венам, однако порой у него возникало именно такое ощущение.

Он не был рождён, чтобы жить на Реке, даже близко не был. Он вёл своё происхождение от принцев и королей, от их сыновей с грузом ответственности на плечах, рождённых для куда более великих свершений.

Но всего этого уже не было. Что-то произошло по его собственному выбору, что-то – нет. Теперь он работал на Ардента. Или Ардент работал на него. Они плавали вместе по Пиратской Реке так долго, что иногда было трудно вспомнить, с чего всё началось.

Колл знал лишь одно: его корабль – его дом. Его команда – его семья. И эта его преданность Арденту была глубже и чище, чем истоки Мереса.

Вот почему ему было так неловко ничего не делать, пока гигантская пустота надвигалась всё ближе и ближе. Он прошёл через ют к ограждению левого борта и обратно и снова посмотрел на горизонт. Примерно в тысяче ярдов от берега холодные голубые воды Онейры заканчивались. Нет, они не превращались в золото и не смешивались с Пиратской Рекой. Дальше их просто не было. Вода срывалась вниз с вершины огромного, гремевшего во тьме водопада.

Пустота была уже совсем рядом. Колл чувствовал, как её разрушительное течение неукротимо тянет к себе корпус «Кракена».

– Мне поднять якорь? – спросила Реми, нервно скручивая пальцами узел верёвки. Эту привычку она переняла у него.

Колл покачал головой:

– Ещё рано.

– Как долго ждать? – не унималась она.

– Пока я не отдам приказ.

Глаза Реми метали громы и молнии. Скрестив руки на груди, она в ожидании прислонилась спиной к одной из мачт. В иных обстоятельствах он бы улыбнулся, разумеется, тайком от неё. Но это были не обычные обстоятельства. Более того, обычных Колл уже не помнил.

– Хорошо. – Он вздохнул и зашагал к трапу.

Реми увязалась за ним следом.

– Эй, библиотекарь! – крикнул он, спустившись на берег. – Как долго нам ещё ждать наших друзей?

– Его имя Юрл, – напомнила ему Реми.

Библиотекарь шагнул к гигантскому коралловому дереву с рядами раковин.

– Итак, они здесь, друзья мои. – Он постучал по поверхности раковины, и та стала полупрозрачной.

Колл смог разглядеть тощую фигуру Ардента. Рядом с ним, сжавшись в комочек, сидела Маррилл, а в углу примостился какой-то мальчишка.

– Эй, посмотри! – указала Реми. – Я нашла Плюс Ещё Одного.

Колл присмотрелся. Вокруг трёх человек внутри колыхались маленькие бумажные трубочки. Они вырастали из стен и заканчивались яркими цветными щупальцами, покачивающимися плавно, словно пёрышки.

– Кости Стестора! – чертыхнулся Колл. – Это ещё что такое?

Библиотекарь хлопнул его по спине:

– Это Ракушечные Ткачи, мой добрый человек. Ваши друзья там общаются с ними. И позвольте сказать вам, что это хорошо, потому что вон тот водопад не сулит старым Ракушечным Отмелям Онейры ничего хорошего. Во всяком случае, – продолжил он, – эту присоску вам не открыть, пока всё не завершится. Как ни старайтесь, этого не произойдёт. – Он постучал пальцами по поверхности раковины, и её стенки снова сделались непрозрачными. Колл, однако, заметил, что там, где только что раковина была тусклой, теперь она была яркой, как полированная слоновая кость.

– Сколько времени это займёт? – потребовала ответ Реми.

Юрл потёр свой странно гладкий подбородок.

– Давайте подумаем. Я не математик, но я бы сказал… учитывая скорость фильтров воображения… и судя по скорости наползания тени… и если возвести в квадрат гипотенузу… – Он быстро посчитал на пальцах. – Я бы сказал, что чуть дольше, чем осталось жить любому из нас.

Колл топнул ногой:

– И какая нам от тебя польза?

Юрл пожал плечами:

– Кто сказал, что от меня должна быть польза?

Реми сердито посмотрела на Колла:

– Хорошо, но ведь наверняка есть способ вытащить Маррилл, Ардента и Плюс Ещё Одного из этой скорлупы, прежде чем нас поглотит пустота. Что, если мы сможем ускорить Ракушечных Ткачей …

– Нет, – сказал Юрл.

– Или замедлить наступление пустоты? – предположила Реми.

Колл скрестил руки:

– Если бы мы могли это сделать, мы бы не оказались в настолько опасном положении.

– Но ведь должно же быть что-то! – всплеснула руками Реми.

Вместе они посмотрели на запечатанную темницу, в которой были заключены их друзья.

Колл внимательно рассматривал раковину, изучал её очертания. Его поразило, что раковина была единым целым со стеной. Её стенки изгибались, но они были не столько соединены со стеной Библиотеки, сколько намертво к ней прилипли. Совсем как ракушка к корпусу корабля.

А Колл по многолетнему опыту знал: моллюсков можно соскрести. По крайней мере, большинство из них.

– Мы заберём её целиком, – объявил он.

В этот момент их настиг первый порыв ветра, налетевший с великого водопада и взъерошивший Реми волосы. Колл посмотрел мимо неё на чёрную пустоту, неуклонно подползавшую всё ближе.

При мысли, что Реми так близка к вечному забвению, внутри него что-то болезненно сжалось.

– Реми, возвращайся на «Кракен». Пусть Тросокостный сбросит нам несколько канатов. Мы попробуем вырвать раковину из дерева.

Реми кивнула и бросилась обратно на корабль. У Колла отлегло от сердца.

– Я могу чем-то помочь? – спросила девушка, неожиданно возникшая рядом с ним.

Он оглянулся, недоумевая, откуда она взялась. Но в следующий миг на них налетел очередной порыв ветра, напомнив Коллу, что времени у них в обрез.

– Вот, держи, – сказал он, протягивая ей кинжал. Он повернулся и начал отковыривать основание раковины. – Мы должны сделать паз для каната.

– Это и правда здорово, друзья мои, – сказал им Юрл, когда они взялись за работу. – Приятно видеть, какие вы дружные и всё такое прочее. К тому же Ракушечные Ткачи по достоинству оценят то, что вы спасли некоторых из них, понимаете? То есть на самом деле они не оценят, потому что они не осознают вещи на таком уровне, но вы понимаете, о чём я.

Не обращая внимания на библиотекаря, Колл со всей силы ударил кинжалом по кораллу. Ему удалось процарапать зазубрину, после чего он острием кинжала попытался ослабить края раковины. Работая, он старался не думать о пустоте. О том, что произойдёт, если они не смогут вовремя оторвать раковину от кораллового дерева.

Вместо этого он сосредоточил взгляд на воде у ног, пытаясь рассчитать, как быстро та сможет потащить за собой «Кракен». Он прислушивался к хлопкам ветра в парусах, надеясь понять, какую скорость он получит, когда опустит их.

Он учёл всё: вес груза, наличие или отсутствие прогулочной палубы, угол падения солнечного света и скорость течения на мелководье, – чтобы определить, сколько времени у него окажется в запасе до того, когда бежать будет поздно. Ответ был неутешительным.

– Лови! – крикнула Реми.

Из «Кракена» выскочили канаты. Схватив один из них, Колл подтянул его к пазу, который только что вырезал. Неизвестная девушка схватила другой и закрепила его узлом.

– Тяни, Тросокостный! – крикнул Колл.

Стоявший на якоре «Кракен» качнулся в сторону. Канат натянулся, как струна. Раковина дрогнула, но не сдвинулась с места.

Девушка посмотрела на Колла, в её глазах застыла мольба.

– Нельзя ли подвести корабль ближе?

Рискуй только он один, Колл не стал бы долго раздумывать. Но он отвечал за всю их команду – Реми, штурмышей, Тросокостного Человека и даже за Отказуя.

Он не желал подвергать их большей опасности, чем та, что уже им грозила. Риф дрогнул под ними, вся отмель пошла трещинами. Пустота уже достигла края рифа. На глазах у Колла весь риф целиком оторвался и исчез в водопаде. Отмеренные им последние мгновения были на исходе. Заметив девушку, пытавшуюся помочь ему освободить раковину, он пришёл в ярость.

– Беги! – рявкнул он, перекрикивая оглушительный грохот разрушения. – Доберись до корабля… туда, где безопасно.

– А ты?! – крикнула она.

Колл бросил взгляд на «Кракен» и увидел Реми. Та стояла на юте, широко расставив для опоры ноги и крепко сжимая штурвал, как он и учил её. Волосы развевались на ветру, отчего её хмурый взгляд казался ещё более яростным, чем обычно. Она выкрикнула череду приказов, и хотя он их не услышал, он увидел, как судно оживает под её командованием. Колл улыбнулся. Из неё вышел прекрасный капитан. И она не переживёт, если что-то случится с Маррилл.

Колл с удвоенной силой взялся за раковину, откалывая вокруг неё куски коралла, и даже не обратил внимания, когда острый край порезал ему костяшки пальцев. Со стороны рифа снова донёсся треск, и отмель снова встряхнуло. Колл почувствовал, как земля под ним начала скользить, сползая к зияющей бездне.

Огромное коралловое дерево накренилось, а вместе с ним и библиотека снов. Однако, наклоняясь, оно открыло пролив до самого «Кракена». Колл с ужасом наблюдал за тем, как Реми развернула судно и повела его к ним. Прямо по направлению к бездне.

Она убьёт себя, подумал он. Увы, он ничего не мог поделать.

Между тем с борта «Кракена» в воду полетело ещё больше канатов, они стали наматываться на раковину, в которой были заключены Ардент и Маррилл. Большая часть раковины уже была свободна, оставалась лишь одна её часть, рядом с основанием.

Из ниоткуда на раковину прыгнула незнакомая Коллу девушка. Используя вес своего тела в качестве рычага, она принялась прыгать на ней. Воздух наполнился стонами. Позади них зияло забвение, всасывая в себя всё больше коралловых отмелей.

– Это печальный день, – посетовал Юрл. – Все сны, вся история утрачены. Но знаете, что мне известно? Я всего лишь простая смесь разрозненных мыслей и идей, собранных в подобие человека. Возможно, есть причина, почему сны забываются. А теперь, когда у вас есть несколько Ткачей, в один прекрасный день вы сможете построить новую отмель.

Риф раскрошился и ушёл из-под ног библиотекаря. Большое коралловое дерево дрогнуло, качнулось, упало.

– Ну вот, мои новые друзья! – воскликнул Юрл. – Библиотека снов рушится. Рушится, рушится наша Библиотека.

Как только огромное дерево рухнуло, Колл со всей силы ударил по раковине. Девушка продолжала прыгать, крича во всю мощь лёгких. Им уже начинало казаться, что рушащийся риф утащит их за собой в пустоту, как вдруг раковина оторвалась от дерева.

Словно выпущенная из гигантской пращи, она полетела в сторону «Кракена» и с глухим стуком упала на палубу. Больше не удерживаемый якорем, корабль вздрогнул. Через борт полетели брызги золотистой воды. Реми со всей силы крутанула рулевое колесо.

Стоя на последнем кусочке коралла перед водопадом, Колл ощущал неумолимое притяжение бездны. Та была совсем близко. Достаточно было протянуть руку и коснуться пальцами пустоты.

Интересно, каково это, на миг задумался он, когда всему приходит конец? Конец его бесконечным дням. Конец его проклятию. Конец воспоминаниям.

Но в следующий миг верёвка в его руке натянулась. Он крепко сжал её. Но как только его потащило прочь, он заметил рядом с собой девушку, которую вот-вот должно было засосать в пустоту. Колл потянулся и схватил её за руку. Они вместе полетели к «Кракену» и приземлились на юте.

Вокруг царил хаос. С перил левого борта стекала вода Пиратской Реки. Вооружившись крышками от кастрюль, стая штурмышей пыталась защитить себя, сражаясь с бандой клыкастых столовых приборов. Встав в круг, рядом танцевали три табуретки, фальшиво горланя детские песенки. Прямо в центре их круга, нахохлившись, сидел кот Маррилл. С кошачьей шерсти капала вода, а сам он произносил речь:

– Человеку в железе я оставляю его желание и знание того, что воды Реки терпеливы и правдивы.

Колл посмотрел на Реми. Игнорируя всё это безумие, та по-прежнему крепко сжимала руль, уводя «Кракен» прочь от пустоты. Её сообразительность и храбрость спасли им жизнь. Колл понятия не имел, что сказать. Поэтому он неуверенно кивнул и произнёс:

– Вот почему мы не оставляем вещи валяться на палубе.

Реми улыбнулась, похлопала его по плечу и проговорила:

– Добро пожаловать на борт.

Глава 16. Лента и чернила

Маррилл плакала. Не то от радости, не то от горя, она не знала. Возможно, и то, и другое. Стоя на краю утёса, с которого они спрыгнули много лет назад, она держала маму за руку. Рядом тропический водопад падал в бассейн с кристально голубой водой. Внутри Ракушечные Ткачи развернули во все стороны разноцветные усики, нежно светясь в сумерках.

– Видишь? – сказала ей мама. – Разве ты не рада, что прыгнула первой?

Маррилл кивнула. Это был безумный день. Всё началось с того, что она снова спрыгнула со скалы, но, когда упала в воду, они уже почему-то плыли по Пиратской Реке. Но поскольку рядом была её мама, то вода была неопасной.

Сначала она почувствовала вокруг себя пульс тревоги, туманный вихрь страха, что наполнял Ракушечных Ткачей, постоянно угрожая выплеснуться через край и превратить сон в кошмар.

Но так как рядом была её мама, всё было в порядке. Цепляясь за деревья, как Тарзан, они преодолели Болтливую Рощу, подначивая друг друга, поднялись на горы Монервы и сыграли в Игру Маргама.

Наконец-то Маррилл смогла поделиться с мамой всеми чудесами Пиратской Реки. А поскольку мама была рядом, то ей было не страшно. Как и в реальной жизни – когда ей бывало страшно, мама всегда помогала преодолеть страх. Мама всегда знала, что делать. Даже когда Маррилл знала, что не знает, – но мама знала всегда.

Постепенно, пока день катился дальше, тревоги стихли. Страх уступил место веселью, опасения – уверенности. Довольный и успокоенный, весь мир что-то тихо напевал себе под нос.

И всё же твёрдая сердцевина печали никуда не делась. Маррилл сжала мамины пальцы, изо всех сил пытаясь не обращать внимания на эту тоску. Эх, если бы этот день длился вечно! Увы, это невозможно. Что бы она ни сделала, это был просто сон. Когда она проснётся, она будет на Пиратской Реке, лицом к лицу с Потерянным Солнцем Дзаннин. А её мама будет в больничной палате в Бостоне, ожидая, когда доктора в белых халатах сообщат ей новости.

Она посмотрела маме в глаза и шмыгнула носом:

– Я не хочу, чтобы ты уходила, мама.

– Дорогая моя, – сказала мама, поглаживая волосы Маррилл. – Я ещё не ушла. Просто наслаждайся моментом. Даже если это лишь сон. Потому что сны здесь длятся вечно.

Маррилл прильнула к ней, и мамины руки обняли её за плечи. Она улыбнулась, наблюдая, как стены преобразуются в ленты, а те обвиваются вокруг них обеих.

В следующий миг она открыла глаза. На этот раз по-настоящему, а не во сне. Стенки раковины пошли трещинами, она раскололась и рассыпалась в прах. Не успела Маррилл сообразить, в чём дело, как уже лежала рядом с Ардентом и Фином на палубе «Предприимчивого Кракена», как будто всё время там и была.

– Ославабогу! – воскликнула Реми, крепко сжимая Маррилл и Фина в объятиях. – Мы вас едва не потеряли. Полные паруса! – крикнула она, вставая, и корабль ожил.

Паруса тотчас наполнились ветром, и «Кракен» устремился вперёд. Маррилл огляделась по сторонам. Рядом с ней на палубе лежала бумага, из которой были сделаны трубки Ракушечных Ткачей. Теперь бумага эта размоталась и склеилась, образуя единую длинную ленту.

Лента грёз, поняла Маррилл. Материал для Былитамской Карты. Они нашли Ленту!

Девочка снова огляделась, пытаясь обнаружить признаки присутствия самих Ткачей, но ничего не увидела. Ракушечные Ткачи исчезли.

Внезапно она поняла: она что-то держит в руке! Как оказалось, белую ракушку. Красивый круглый полумесяц, как у моллюска, с гребнями из слоновой кости и желтоватыми отростками.

Прижав раковину к груди, Маррилл позволила остальным по очереди обнять себя. Она чувствовала внутри раковины тепло Ракушечных Ткачей. Те как будто залегли в зимнюю спячку. Ожидая, что когда-нибудь где-то далеко-далеко, где им ничто не будет угрожать, они построят новую библиотеку.

* * *

Позже тем же вечером Маррилл сидела за столом, который Ардент вытащил на главную палубу, как он любил делать в хорошую погоду, и осторожно держала в руках Ленту грёз. Карни счастливо мурлыкал у неё на коленях. Волшебник громогласно вещал о происхождении материала и природе снов, но Маррилл его почти не слушала. Чистый холст Ленты, казалось, говорил о бесконечных возможностях. Казалось, он взывал к ним, умолял, чтобы его наполнили.

– …если учесть, что эти сны ещё никому не приснились! – с жаром объяснял Ардент явно скучающей Реми. – У меня в голове не укладывается, как можно соткать ещё не увиденные сны. Ах, эти чудеса Дзаннов!

– Проще простого, – шепнул Фин на ухо Маррилл. – Сны-черновики и всё такое прочее.

Она кивнула:

– Я не отказалась бы на ней порисовать.

Фин посмотрел на Маррилл, затем на Реми.

– Я так и думал. – Из кармана куртки он достал пачку карандашей для рисования. – Я стащил их у тебя. Вернее… – Он кашлянул и поспешил добавить: – Для тебя. Я подумал, вдруг они, как назло, у тебя закончатся в тот момент, когда будут особенно нужны.

Глаза Маррилл вспыхнули радостью. Она потянулась за карандашами.

– Ты самый лучший, – сказала она, причём от всей души. Вытащив один карандаш, она прижала графитовый кончик к чистой поверхности. – Что же мне нарисовать?

Фин задумчиво наморщил лоб:

– Как тебе… Например, как я ногой пну Потерянное Солнце прямо в физиономию! – Для наглядности он даже принял боевую позу.

Маррилл не удержалась от смеха.

– Может, лучше… дракона?! – сказала она.

Она быстро набросала злобного вида зверя с головой, слишком большой для тела, пастью, полной огромных острых зубов, и толстым хвостом, который тот обмотал вокруг одной из мачт «Кракена».

Не успела она нанести последние штрихи, как вдруг нарисованная ею картинка пошевелилась и пыхнула огнём. Осветив ночь вокруг, языки пламени устремились к столу. Маррилл вскрикнула, уронила Ленту и отскочила назад. Карни спрыгнул с её колен и, несмотря на протесты штурмышей, вскарабкался на ближайшую мачту.

Ардент поднял глаза со словами:

– Маррилл, что во имя четырнадцати солнц…

Не успел он договорить, как по соседнему трапу топнула исполинская чешуйчатая нога с огромными когтями. Маррилл разинула рот, глядя, как нарисованный ею дракон спрыгнул с бака. Пытаясь что-то поймать в воздухе, он комично качал головой из стороны в сторону и бил длинным хвостом.

Маррилл испуганно отпрянула и посмотрела на дракона, которого она только что нарисовала на Ленте. Что это? Её рисунок в точности отражал то, что теперь происходило в реальной жизни!

– Клянусь Дзанном, это мегацефальный змей! – воскликнул Ардент.

– Дракон! – взвизгнула Реми, бросаясь к главному люку.

Над головой Маррилл пронёсся огненный вихрь, и она поспешила пригнуться.

– Не бойся! – объявил Ардент, стоя во весь рост перед разъярённым чудовищем. – Это не первый зверь, которого я был вынужден убить. Сгинь, ящерица!

Из кончиков его пальцев вылетела ярко-голубая молния и устремилась прямо к массивному носу дракона.

Заряд прошил дракона насквозь и, вылетев наружу из его спины, разнёс вдребезги перегородку рядом с Маррилл.

– Ардент, берегись! – воскликнула она.

Старик уставился на дракона, затем на свои руки, затем снова на дракона.

– Да, это что-то новенькое, – произнёс он.

И в следующий миг на него обрушилась драконья пасть и заглотила целиком. Крик Маррилл слился с пятью другими воплями, пронзившими темноту ночи.

Она с трудом поднялась на колени. Что-то в этих криках было не так. Да! Ардент всё ещё кричал, хотя и был проглочен драконом! Она оглянулась туда, где только что стоял её друг… и он до сих пор был там.

– ААААААААаааааа… а! Теперь мне всё понятно, – пробормотал Ардент. – Ловко я, не правда ли?

Дракон оскалился и зарычал, а когда повернулся на тесной палубе, его хвост проткнул ограждение. И тут Маррилл поняла – дракон не был настоящим.

– Фин, – прошипела Маррилл, указывая на развёрнутую Ленту грёз, из которой пришло чудовище. – Сотри рисунок!

Он посмотрел на неё как на сумасшедшую.

– Этот дракон – иллюзия! – пояснила она, бросая ему карандаш.

– Ааа! – протянул он.

Тем не менее всякий раз, когда дракон поворачивался к нему, он испуганно втягивал голову в плечи. Наконец, он схватил длинный пергамент и основательно прошёлся по нему ластиком. Издавая жуткий вой, дракон постепенно исчезал на глазах.

Наконец зверь полностью исчез, и Маррилл с облегчением вздохнула. Она не сомневалась: это был первый и последний раз, когда она что-то рисовала на Ленте грёз.

– Да, это было нечто! – невозмутимо произнёс Колл, подходя к столу.

Реми осторожно увязалась за ним следом.

Ардент хлопнул в ладоши:

– Ты тоже так считаешь? Я второй раз в жизни был проглочен целиком! – Очевидно поняв, что он только что сказал, волшебник прикусил губу. – Я бы предпочёл не обсуждать первый раз, если вы не против.

Все поспешили согласиться.

Маррилл подошла к Ленте и осторожно взяла её у Фина. На первый взгляд пергамент казался таким безобидным! И всё же она чувствовала, как из него вытекают самые разные возможности. Она была вынуждена признать, что её по-прежнему так и подмывало нарисовать на нём что-нибудь.

– Извините, я не хотела, – сказала она всем.

Ардент покачал головой:

– Не могу сказать, что это было очевидно. Но, похоже, нам следует воздержаться от каких-либо рисунков на Ленте грёз, по крайней мере, пока мы не готовы превратить её в нашу новую Карту. – Он осторожно взял у Маррилл Ленту и свернул. – Хорошо, что ты не воспользовалась чернилами, которые нам так нужны. Подозреваю, в этом случае этот милый, созданный тобой зверёк оказался бы… куда более плотным.

Реми заглянула через плечо Колла. Было видно, что она всё ещё колеблется.

– Что ставит перед нами вопрос о том, куда мы пойдём дальше? Ведь в данный момент мы, по большому счёту, просто бесцельно блуждаем…

– Верно, – согласился Ардент и поднял карту. Дыра в её середине сделалась заметно больше. Когда они высадились на Отмелях Онейры, она была не больше монетки в двадцать пять центов. Теперь же – размером с серебряный доллар и продолжала расползаться во все стороны.

– Какая часть Реки потеряна? – прошептала Маррилл. – Какую площадь покрывает эта дыра?

Ардент печально посмотрел на неё:

– На вид небольшая, и в некотором смысле это так, поскольку Пиратская Река бесконечна. Но это всё равно значительная часть. Многие миры уже исчезли.

– А вот Мерес, – продолжил он, пытаясь вернуть разговор в нужное русло, – где Потерянное Солнце намерено впрыснуть свою силу в исток Пиратской Реки. – Он указал на точку на полпути между краем пустоты и границами Карты, которые не давали её бесконечным мирам упасть прямо за край пергамента.

Маррилл обратила внимание, что дыра неравномерно вытянута, по форме она напоминала слезу, тянущуюся к точке, на которую указывал Ардент.

– Потерянное Солнце движется быстрее, чем ожидалось. При такой скорости он, скорее всего, будет в Мересе через два дня. Возможно, раньше.

Его слова наполнили сердце Маррилл ужасом.

– Думаю, нам лучше двигаться дальше. Что скажете?

Ардент кивнул:

– Именно. К счастью, нам нужна ещё только одна вещь. Живые чернила, способные рисовать всё, что было, и всё, что только может быть.

Маррилл вздохнула. Она знала, что это значит.

Она обыскала весь такелаж и, наконец, обнаружила Карни. Он неуклюже спускался вниз по бизань-мачте. Она знала, что должна сделать, выбора у неё не было. Им лишь оставалось надеяться, что Волшебник Рассвета упомянул в завещании и живые чернила.

– Я принесу водяную пушку, – сказала она.

Но Ардент махнул рукой.

– Нет необходимости, – сказал он. – Мы точно знаем, где найти эти чернила.

Маррилл тотчас оживилась:

– Прекрасная новость! И где же?

Вместо ответа Ардент посмотрел на Колла. Тот машинально коснулся татуировки на своей коже. Теперь верёвка обвивалась вокруг его предплечья.

– Дома, – глухо сказал моряк.

Маррилл обменялась растерянными взглядами с Фином и Реми.

– И это… плохо? – догадалась она.

Колл кивнул, но уточнять не стал.

Ардент посмотрел на капитана, и в его глазах мелькнуло искреннее сожаление. Правда, Маррилл понятия не имела почему.

– Ты ведь знаешь, это наша единственная возможность. Это единственное место, где мы можем найти чернила.

– Знаю, – ответил Колл.

Ардент положил руку ему на плечо:

– Мы должны, Колл.

Колл снова кивнул. Между ними возникло странное напряжение.

– Я сказал, что знаю.

– Я не стал бы просить тебя об этом…

– И всё же ты просишь.

Волшебник в упор посмотрел на капитана:

– Да, мой друг, прошу. – Он прочистил горло: – Возьми курс на Узел Скрученной Верёвки.

Колл выпрямил спину и поправил рубашку. Затем кивнул, повернулся и без слов поднялся по ступенькам на ют.

Первой молчание нарушила Реми:

– Так. Кто-нибудь хочет объяснить, почему возвращение Колла домой – это так плохо?

Ардент взял Ленту грёз, скрутил её в плотный рулон и, глядя пустым потерянным взглядом, сказал:

– Это не моя история.

Глава 17. Мрак и мерцание

На следующее утро Фин стоял на юте, с тревогой наблюдая, как Пиратская Река как будто берёт их в тиски, вновь сужаясь до обычной реки. Горизонт был усеян десятками парусов. В основном это были гражданские суда, спасавшиеся от наступления пустоты. Но некоторые паруса принадлежали военным судам знакомых ему очертаний. И эти военные корабли, понял он, шли прямо к «Кракену».

– Это Рать! – прошептала Ниф. – Они обнаружили нас. Нам никак не пройти мимо них!

Фин знал: она права. Военные корабли шли с обеих сторон, чтобы отрезать их с фланга, а другие явно намеревались обойти их сзади. Ещё немного, и «Кракен» будет взят в плотное кольцо, лишённый возможности отступить или двигаться вперёд, если только они не смогут прорвать вражескую блокаду.

Фин посмотрел на Колла, пытаясь по лицу капитана определить их шансы. Тот был хмур: брови насуплены, губы поджаты. Впрочем, Фин не мог сказать, что тому причиной – надвигающаяся Рать или следующий пункт их назначения.

Ардент стоял рядом с капитаном, хмуро глядя вперёд. Лишь развевающиеся на ветру борода и кончик шляпы слегка смягчали его суровость.

– Ты уверен, что хочешь отправиться туда? – спросил Колл.

– Уверен. Как и в том, что ты этого не хочешь, – ответил Ардент.

– Ты ведь понимаешь, что ты просишь?

Волшебник кивнул:

– Эта просьба далась мне нелегко. Я отлично понимаю, чего стоит твоё согласие. Но ты должен иметь веру. Я не подвёл тебя в последний раз, когда мы были здесь, и я не намерен подвести сейчас.

Капитан посмотрел в другую сторону, где, задумчиво закусив губу, стояла Реми. Колл ясно дал понять: если они собираются это сделать, она должна все время быть рядом, готовая взять штурвал всякий раз, когда он ей скажет.

Судя по количеству идущих на них кораблей, Фин сомневался, что это лучший момент для обучения.

С другой стороны, это не лучший момент и для споров. Колл был капитаном и их единственной надеждой, если они хотят победить Рать.

– Они уж совсем близко! – ахнула Реми. – Мы пропали!

Колл фыркнул.

– Успокойся, морячка. – Он вытянул руку и, сделав «козу», указательным пальцем и мизинцем указал на ближайшие корабли по обе стороны от них. – Только эти два могут надеяться подойти к нам вплотную. А теперь смотри!

Он повернул руль влево. Нос «Кракена» повернулся вправо. Судно с правого борта от них попыталось оттеснить «Кракен» левее. Одновременно судно с левого борта развернулось и, когда они отошли от него, двинулось им наперерез.

Но Колл был твёрд как скала и не отклонился от курса. Видя это, корабль по правому борту увеличил скорость и теперь буквально летел на них. Фин заметил на носу корабля крепкий таран. Такой пробивал вражеское судно в два счёта. Между тем на палубе Рать готовилась к морскому бою.

– Они собрались протаранить нас! – крикнул он.

Рядом с ним Ниф не могла устоять на месте от волнения.

– И это тоже, – добавила она. – Я видела это не раз. Они не знают пощады. Они разнесут нас в щепы и, пока мы будем идти ко дну, схватят Шар.

Колл поднял руку:

– Спокойствие…

Корабль Рати нёсся прямо на них.

Ещё чуть-чуть, и в пробоины «Кракена» хлынет вода, а в воздух полетят вражеские абордажные крючья. Поняв, что должно произойти, судно Рати с левого борта от них сменило курс, чтобы присоединиться к битве. Оно тоже будет рядом с ними через считаные минуты.

Реми схватила Колла за руку, а он, в свою очередь, схватил штурвал.

– Как я и говорил тебе, – услышал Фин шёпот капитана. – А теперь!

Он изо всех сил крутанул рулевое колесо. «Кракен» на всей скорости развернулся, да так стремительно, что лег буквально на бок. Корабль Рати пронёсся мимо них. Солдаты на его палубе бросились с носа на корму, глядя им вслед.

– Теперь! – снова крикнул Колл.

Реми бросилась вперёд, схватила рулевое колесо и изо всех своих сил начала крутить его в противоположную сторону. «Кракен», не снижая скорости, лёг на другой бок, аккуратно обходя второе судно.

Маррилл захлопала в ладоши, а Фин издал победный крик. Ниф с облегчением вздохнула. Стоявший на палубе Отказуй повернулся к ним спиной, чтобы они не могли видеть его руки, но Фин не сомневался: четырёхрукий монстр показывает Рати неприличные жесты.

– Вот как нужно управлять судном, – ухмыльнулся Колл и плавно направил корабль в сужающуюся протоку.

Широко раскрыв от удивления глаза, Ниф посмотрела на Фина:

– Не могу поверить, что мы ушли от них!

Фин пожал плечами:

– Колл – лучший из всех капитанов.

– Но мы победили Рать. В третий раз. – Нимф посмотрела на него так, как будто у него отвалился нос. – А ведь Рать непобедима!

Фин решил было указать, что она явно ошибается, но она взмахом руки остановила его:

– Ты не понимаешь. Я видела, как Рать захватывала целые миры. Далёкие места, просто для тренировки. Они безжалостны и умелы, и я ни разу не видела, чтобы они проиграли битву, – пока они не столкнулись с вами. Ни разу. В любом случае, так они говорят нам, в загонах… – Она внезапно умолкла.

Фин вопросительно выгнул бровь:

– В загонах?

Ниф отвела взгляд.

– Да, там, где они держат детей Исчезаек. И непокорных. И тех, кого нужно оберегать, вроде тебя… – Она прижала ладонь к губам.

Фин наклонился к ней ближе.

– Как это понимать – вроде меня? – спросил он резким шёпотом.

– Забудь, – прощебетала Ниф. – Как я уже сказала, Рать и их тени-Исчезайки связаны между собой. Если Исчезайка умирает, вся её слабость возвращается к хозяину-двойнику. – Она вздрогнула. – Это худшее, что можно себе представить. Подвести Рать… это значит, не выполнить свой долг. Это полный провал.

Фин вздохнул. Он не мог понять, что хуже: быть никем или, и того меньше, живым воплощением неудачи.

– Так они держат нас в загонах?

Ниф пожала плечами:

– Да, некоторых из нас. Как я уже сказала, молодых, которых нужно обучать, и непокорных, и тех, у кого важный двойник, кого нужно оберегать. Это не слишком приятное место, но ведь… мы это заслужили. Ведь мы те, кто мы есть. Мы слабые.

Фин покачал головой. Не может быть. Наверно он ослышался.

– Ты шутишь? Мы этого не заслужили. Никто не заслуживает того, чтобы его держали в загоне!

– Но…

– Никаких «но»! Они относятся к людям, как к скоту. Неудивительно, что моя мама забрала меня…

И в этот момент всё встало на свои места. Мать выкрала его из загона. Чтобы он был свободным. Чтобы жил нормальной жизнью. Внезапно обида, боль, которую он чувствовал все эти годы, показалась ему глупым детским капризом. Его мать рисковала всем, чтобы освободить его, чтобы он не стал таким, как Ниф. Чтобы не мирился с тем, что с ним обращаются, как с заключённым.

– Знаешь что? – сказал он Ниф. – Ты всё время твердишь, какие мы плохие. Но я видел Велла и начинаю думать, что твоё определение «плохих» и моё не совпадают. – Гордый за самого себя, он выпятил грудь колесом. – И если тебе всё равно, то лично я не считаю, что моё место в загоне. Как и твоё, между прочим. И судя по тому, что я видел, я бы сказал, что если Рать и была непобедима прежде, то лишь потому, что раньше они никогда не встречали команду «Предприимчивого Кракена». Маррилл, я прав? – Он потянулся, чтобы дать ей «пять».

Маррилл, стоявшая рядом с пушками, повернулась к нему и тоже подняла руку.

– Прав в чём? – Она посмотрела на Ниф, и её растерянность только усилилась.

Вместо того чтобы в сотый раз за утро объяснять, кто такая Ниф и откуда она здесь взялась, Фин отвлёк Маррилл. Воспользовавшись моментом, Ниф скользнула к другому борту.

– Держись крепче… похоже, сейчас будет горячо!

Впереди течение набирало скорость. Теперь Пиратская Река текла в теснине зазубренных скал, таких высоких, что их вершины терялись среди облаков над головой. «Кракен» устремился между ними, взрезая носом пену беснующейся реки. Высокие стены ущелья приблизились к ним вплотную, закрывая собой солнце. Теперь вокруг царили сумерки, подсвеченные лишь мерцанием бурлящей воды. Под её оглушительный грохот Фин вцепился в перила.

Сначала он думал, что их несёт к гигантскому водопаду. Но затем понял, что это нечто большее. Звук раздавался рядом с ними, а не только впереди. Он посмотрел на разбитые каменные стены. В их щели он разглядел мерцание золота.

Рядом с ними протекал ещё один рукав Пиратской Реки!

– Эй, вы только взгляните! – сказал он. – Там другая река!

– Знаю, – ответила Маррилл. – Вижу!

– Я тоже, – добавила Ниф с другого борта.

Фин резко развернулся на пятках. И верно, сквозь зазубренные камни с её стороны просвечивало ещё больше золота.

– Ух ты, – сказал он. – Значит, их три.

– Четыре, – язвительно буркнул Отказуй. Стоя на середине корабля, он одной рукой указывал на небо. Фин посмотрел вверх и вздрогнул: они были в гигантской пещере! И на её потолке прямо над их головами текла ещё одна мерцающая река.

– Пять, – сказал Отказуй, указывая другой рукой, затем третьей. – Шесть. Шестнадцать. Шестьдесят три.

– Вот это да! – ахнул Фин, вытягивая шею.

Они плыли по одной из нескольких сот одинаковых рек, что текли вдоль изогнутых стен пещеры, не заботясь о гравитации. Причём все в одном направлении, к одной и той же невидимой точке где-то впереди.

– Ты когда-нибудь видел нечто подобное? – спросила Ниф, возвращаясь к нему.

Фин покачал головой:

– Не видел и даже не слышал ничего подобного. Конечно, есть места, где встречаются два рукава Реки. Таких много. Но ничего подобного раньше я не видел.

– Эй, Фин! – окликнула его Маррилл. – Давайте узнаем больше!

Она побежала на ют, где стоял Колл и внимательно следил за Реми. От напряжения у той уже побелели костяшки пальцев. Фин и Ниф наперегонки побежали за Маррилл по лестнице, то и дело спотыкаясь друг о друга.

– У тебя всё прекрасно получается, – заверил Колл Реми. – Немного расслабься. Когда ты напряжена, твои движения становятся слишком резкими. Если можно, доверься течению, но когда нужно, будь готова бороться с ним.

– Так это и есть твой дом? – спросил Фин.

Колл удивлённо посмотрел на него.

– Один из них попал к нам на борт, – прошептал он Реми. – Должно быть, я прошёл слишком близко. Дай мне топор.

Фин вскинул руки.

– Я друг! Друг! – крикнул он ему, кожей чувствуя, как за его спиной Ниф медленно спускается по лестнице.

Колл посмотрел на Маррилл, та яростно закивала.

– Отставить, – сказал он Реми и, пожав плечами, вернулся к предыдущему разговору: – Да. Дом. Был. В некотором роде.

– Сколько здесь рек? – спросила Маррилл.

– Слишком много, чтобы сосчитать. Всё это, – он обвёл рукой пещеру, – лишь малая часть.

– Верно! – заявил Ардент, выходя вперёд с кормовой части корабля, как будто он нарочно всё время сидел там, ожидая, когда кому-нибудь из них хватит глупости задать вопрос, требующий многословного объяснения. – Как вы помните, – продолжил волшебник, – Пиратская Река – это не одна, а великое множество рек, и даже сам открытый поток, если можно так выразиться, – это множество рек, одновременно текущих рядом или поверх друг друга.

– Ну да, – сказал Фин. – Допустим, мы это помним.

Маррилл игриво цыкнула на него.

– Я действительно это помню, – хихикнула она.

– Говори-говори. Так я тебе и поверил, – парировал ей Фин. – Или у тебя воспаление хитрости?

Ардент несколько раз махнул рукой и выхватил из воздуха длинный носовой платок.

– О, дорогой мой, – сказал он. – Воспаление хитрости – страшная болезнь. На, возьми платок. – Фин нехотя потянулся к платку, но тот при первом же прикосновении испарился. – Как я уже сказал, – продолжил между тем Ардент, – в самом потоке все эти реки могут течь и рядом, и поверх, и через друг друга, но они текут в разных направлениях. Узел Скрученной Верёвки – это то место, где все рукава Пиратской Реки сливаются вместе, все в одном месте, все сразу.

– Тогда почему никто не знает об этом? – спросил Фин. – По идее, это должно привлекать к себе всеобщее внимание.

– Фин, смотри, – прошептала Ниф ему на ухо и подтолкнула ближе к Коллу.

Из рукава левой руки капитана выглядывала татуировка в виде запутанного узла – та, что путешествовала по всему его телу и когда-то едва не задушила его. А также из правого рукава. И из-за воротника. Она росла!

Похоже, Ардент это тоже заметил. Он исподтишка разглядывал Колла, а сам тем временем продолжал говорить:

– Сюда может прийти не каждый. Этот секрет известен лишь величайшим морякам, бороздящим Реку. Здешняя навигация требует особенного умения, каким, например, обладает наш друг Колл.

– Но, – пискнула Маррилл, – всё это время мы плыли вниз по течению Реки!

Колл покачал головой и забрал у Реми штурвал.

– Это только кажется, потому что я знаю своё дело. Уверяю вас, тут повсюду скрытые течения и водовороты. Любой капитан, который не может справиться с ними, рискует в два счёта угодить в один из них, а потом выскочить где-то на другой стороне… если, конечно, ему повезёт.

– Ну и место! – задумчиво произнес Фин. – Трудно найти, почти невозможно достичь и почти никому не известно. Эй, Отказуй, кажется, мы нашли для тебя новый дом.

– О нет! – одновременно воскликнули Колл и Ардент.

– Это неподходящее место для жилья, – добавил Ардент и повернулся к капитану. Лицо его почему-то было чернее тучи.

В свою очередь Колл тоже посмотрел на волшебника не слишком-то дружелюбно.

– Если только у вас нет другого выхода, – добавил капитан.

В его голосе Фину послышался страх, причём неподдельный. Что с Коллом случалось крайне редко. Если вообще случалось…

Капитан крепко сжал руль:

– Если бы Река не погибала, Ардент…

– Знаю, – ответил волшебник. – Знаю.

Туннель извивался, неся их всё быстрее и дальше. Вскоре шум бурной воды превратился в рёв гигантского водопада. Такого огромного Фин даже не мог себе представить, и они шли прямиком на него. Фин прищурился, пытаясь разглядеть водопад, но во мраке и мерцании Реки всё смешалось. Куда бы они ни плыли, им оставалось лишь уповать на удачу. Фин очень надеялся, что этого будет достаточно.

Вдруг Реми яростно топнула по палубе:

– Нет.

– Не понял? – переспросил Ардент, навострив уши.

Реми повернулась к старику:

– Я сказала, нет. – Она повернулась к Коллу: – А вас, мистер, это касается вдвойне. Вы двое ведёте себя странно, вечно скрытничаете и уходите от ответов, и я не намерена с этим мириться. Немедленно признавайтесь: что происходит? Куда мы идём? Что будет, когда мы туда доберёмся?

Ардент хотел было ответить, но Колл поднял руку:

– Что ж, вполне справедливое требование. Мы не можем повернуть назад. Правда состоит в том, что за то, что мы пришли сюда, мы заплатим цену. Как та, которую заплатил я, когда побывал здесь впервые… – он глубоко вздохнул, – четыреста семьдесят три года назад.

– Что?! – пролепетала Реми.

Фин посмотрел на Маррилл. Ему были хорошо видны её глаза – огромные, готовые выскочить из орбит от изумления. Впрочем, со стороны его собственные наверняка выглядели точно так же.

Безусловно, существовали способы продления жизни, и множество существ на Реке жили гораздо дольше простых людей, – например, Арденту было, по крайней мере, лет двести, а может, и больше. Да и Колл всегда казался слишком мудрым для своих лет.

И все же капитан выглядел как шестнадцатилетний мальчишка. И уж никак не тянул на пятьсот лет.

– Верно, – сказал Колл. – Я ожидал именно такой реакции.

Рёв водопада сделался громче. Колл был вынужден кричать, чтобы его услышали.

– Что касается твоего второго вопроса… ты спрашивала, куда мы идём. Мы идём вон туда.

В этот момент «Кракен» свернул за поворот реки. Здесь, впереди, скалы закончились. Более того, закончилась вся гигантская пещера. Вместо неё их взорам предстала огромная комната без потолка или неба, без пола и стен – во всяком случае, их было невозможно разглядеть.

Со всех сторон потоки мерцающей воды с грохотом устремлялись внутрь.

Сотни их вытекали из туннеля, через который они только что прошли, и их туннель был лишь одним из тысяч, извивающихся во всех мыслимых направлениях, и из каждого вытекали реки, неся свои воды в огромную пустоту впереди.

Когда туннели обрывались, одни реки могучими каскадами обрушивались вниз, другие превращались в водную пыль и летели вверх, создавая похожие на паутину радуги. Третьи переплетались и вились вокруг друг друга, запутывались и скручивались.

В центре всего этого, словно паук в радужной паутине, висел огромный собор. Он, словно жемчужина, был нанизан на нить чистой магии и опирался на текущие внизу потоки, со всех сторон окружённый реками, что текли вокруг, поперёк и сквозь. И именно на него, на этот собор, и указывал Колл.

– Ух ты! – ахнула Ниф.

Фин разинул рот и кивнул в знак согласия.

– Узел Скрученной Верёвки, – сказал Колл. – Это наш пункт назначения. – Его следующие слова прозвучали так тихо, что почти затерялись в рокоте воды. – Что будет, когда мы туда доберёмся? Понятия не имею.

Глава 18. Узел Скрученной Верёвки

Пока «Кракен» плыл по извилистым рекам магии, Маррилл впилась глазами в зловещую громаду, маячившую перед ними. То, что издали выглядело как цельное здание, вблизи оказалось лабиринтом взаимосвязанных частей, построенных в одном стиле: высокие, округлые изгибы и арки со спиральным орнаментом, казалось, обвивались вокруг струящихся потоков магии, как будто цеплялись за саму Реку.

Совсем как узел, с изумлением поняла Маррилл. Всё это сооружение было построено в форме массивного, сложного узла, запутанного вокруг множества рукавов Пиратской Реки.

Она прищурилась, но не смогла определить, из чего именно оно сделано. Гладкое, как мрамор, оно одновременно было мягким и эластичным. В мерцании вод Пиратской Реки поверхность «собора» блестела.

– Это дом Шешефеша, – тихо пояснил Колл. – Этому существу все великие мореплаватели дарят свою преданность… и свой страх. Готовьтесь к выходу на берег.

Маррилл быстро окинула взглядом главную палубу – хотела убедиться, что Фин не забыт, а Карнелиус в безопасности. (На руках у Отказуя, где он уже практически обитал.) Убедившись, что всё в порядке, она обернулась назад. И вот что увидела: Реми застыла перед штурвалом, глядя на Колла.

– Мы ни к чему не готовимся, – заявила она, – пока ты не скажешь нам, в чём конкретно заключается твой уговор.

Колл наклонился в сторону, чтобы выглянуть из-за неё. Реми наклонилась, блокируя ему обзор. Тогда Колл наклонился в другую сторону.

Реми – следом за ним. Колл вопросительно посмотрел на Ардента, но волшебник молчал. Пользуясь моментом, Маррилл выскочила вперёд:

– Да! Никто никуда не пойдёт, пока ты не признаешься, – она с прищуром посмотрела на него, – старик.

Колл облизал губы:

– Вы действительно хотите знать?

Маррилл и Реми одновременно кивнули.

– Ну что ж, – сказал он. Сняв на миг руки с руля, он задрал рукав. Чернильные верёвки татуировки змеились по его коже, словно живые угри. – Эта штука, – сказал он, – дар Шешефеша. Величайшие мореходы, те, кто смог самостоятельно добраться до Узла Скрученной Верёвки, получают от Шешефеша этот подарок. Благодаря ему они отлично чувствуют, куда сворачивает течение, и всегда способны найти дорогу обратно к Узлу. Но это также и проклятие.

По коже Маррилл пробежали мурашки.

– Проклятие – звучит как-то нехорошо.

Её слова не произвели на Колла ни малейшего впечатления.

– Да, проклятие по определению никогда не бывает хорошим. Цену, которую вы платите за подарок Шешефеша, невозможно вернуть обратно. Стоит задержаться в любом порту больше пары дней, и верёвка приходит в движение. Что и произошло, когда она начала душить меня в Монерве. Мы застряли там, и татуировка стала меня подгонять. Не отплыви мы тогда, она могла бы меня убить.

Маррилл ахнула. Реми опустила голову. Фин отвёл взгляд, а новый палубный матрос – Ниф – неловко заёрзал.

– То есть ты должен постоянно быть в движении? Всегда-всегда? – уточнила Маррилл.

Колл пожал плечами:

– Можно сказать и так.

– Это потому что ты бессмертный, – с тревогой предположила Реми, словно надеясь, что он ей возразит.

Колл снова пожал плечами:

– Более-менее. – Он посмотрел на себя сверху вниз. – Хорошо, что я был молодым и красивым, когда впервые пришёл сюда. Не ровён час, мог застрять в теле старика.

Маррилл скрестила на груди руки. Внутренний голос подсказывал ей, что здесь что-то было не так. Колл явно чего-то недоговаривал.

– Если ты приходил сюда раньше, чтобы получить этот дар, то почему тебе так страшно сейчас?

Колл посмотрел на сверкающее здание. Его стены были похожи на кольца гигантского змея, сжимавшего сердце Реки.

– Каждый моряк, который приходит сюда, в конце концов возвращается. И когда они это делают, знак Шешефеша связывает их здесь… навсегда.

– Что? – перебила его Реми.

Колл глубоко вздохнул:

– Когда вы приходите к Узлу Скрученной Верёвки во второй раз, дороги назад для вас уже нет. Никогда.

– Почти никогда, – уточнил Ардент, наконец, обретая голос. – Некоторые приходили сюда дважды и выходили снова.

Колл одарил его долгим, испепеляющим взглядом.

– Да-да! – воскликнул волшебник. – По крайней мере, один точно ушёл. И я уверен, что это случится снова!

– Но… – спросила Маррилл, – почему? Зачем этому Шешефешу удерживать здесь всех этих моряков?

Ардент прочистил горло:

– Шешефеш – это существо старой магии. Оно живёт по правилам, которые давно уже не действуют… для более конечных из нас. – Он сурово посмотрел на Маррилл: – Зазывать, направлять, запутывать – вот его правила. Он не может делать ничего другого… иначе он не будет тем, кто он есть.

Маррилл и Реми разразились вопросами, но Колл вскинул руку:

– Я же сказал, готовимся сойти на берег. – Его тон был таким резким, что никто не осмелился возразить.

Когда «Кракен» подплыл ближе, здание впереди слегка сдвинулось.

На глазах у изумлённой Маррилл из реки выросла массивная волна и устремилась к ним, неся на себе каменный причал. Тросокостный Человек быстро набросил на кнехты несколько канатов и притянул корабль вплотную к причалу. Штурмыши поспешили с рей вниз, чтобы ещё надёжнее закрепить удерживавшие «Кракен» канаты и чтобы корабль не унесло бурным течением.

– Когда мы будем внутри, – сказал Колл, когда они высадились, – ничего не трогайте. – С особой строгостью он посмотрел на Маррилл: – Я имею в виду абсолютно ничего, поняла?

– Ничего не трогать. Поняла. – Она посмотрела на Фина, чтобы убедиться, что он услышал предупреждение.

Но Фин, похоже, спорил с новым палубным матросом. Маррилл собралась было окликнуть его, но Колл схватил её за локоть, помогая спуститься с трапа. Земля, на которую она ступила, казалась губчатой. Маррилл даже слегка подпрыгнула, проверяя, насколько она упругая.

Колл ещё крепче сжал её локоть, удерживая на месте.

– И ни с кем не говори, – добавил он.

Убедившись, что она поняла, он повернулся, чтобы помочь Реми.

– Все моряки, которых собрал Шешефеш, всё ещё здесь, – продолжил он. – И они будут говорить с вами. Не обращайте на них внимания. Что бы они ни сказали. Просто помните: вы не можете им помочь.

– Ни с кем не говорить. Поняла, – повторила Маррилл, причём довольно громко, чтобы Фин, прыжками спускавшийся по трапу, её услышал. Девушку, которая шла за ним, она почти не удостоила своим вниманием.

– Когда мы придём к Шешефешу, не обращайтесь к нему напрямую, – закончил Колл. – Он заговорит со мной, потому что я капитан, и с Ардентом, потому что даже он уважает волшебников. Если он заговорит с кем-то из вас, хорошего не жди.

Ардент серьёзно кивнул. Он выпрямил спину и расправил плечи. Его мантия была недавно выстирана и отутюжена, шляпа тоже была чистой и аккуратной. Маррилл никогда раньше не видела, чтобы он наряжался на публику.

Внутри неё шевельнулся страх. Ей очень хотелось знать, во что именно они ввязываются.

Без единого звука огромная волна, на которой они стояли, поднялась вверх и понесла их в главное здание. Маррилл, разинув рот, любовалась архитектурой. Каждая парящая в воздухе спираль была здесь не просто так, каждая волнистая линия была тщательно продумана. На каждой поверхности тёмными чернилами были выгравированы изображения русалок, драконов и парусных кораблей, отчего казалось, будто само здание сплошь покрыто татуировками.

И повсюду был изображён вездесущий мотив скручивающихся в узлы верёвок.

– Насколько известно, Шешефеш существует со времён Дзаннов, – объяснил Ардент, когда платформа остановилась перед огромной стеной из выпуклых колец, похожих на сложенных друг на друга питонов. Над их головами протекал рукав Реки, и верхняя часть стены закруглялась, позволяя воде вливаться вовнутрь. – Легенда гласит, что он с самого начала поселился здесь, просунув руки в каждый рукав Пиратской Реки.

Маррилл заметила, что Колл потирает края татуировки – та увеличилась в размерах, став такой огромной, что чернильная верёвка покрывала не только его руки и кисти, но и обвилась вокруг шеи. Внезапно ей подумалось, что приплыть сюда было не самой лучшей идеей. Но она тотчас судорожно сглотнула, вспомнив, как по поверхности Былитамской Карты расползается чёрная дыра. Судьба Реки зависела от того, найдут ли они чернила и доберутся ли до Мереса раньше Потерянного Солнца.

Стена впереди сместилась. Кольца огромной спирали распрямились и разъединились, открывая вход в длинную-длинную галерею.

Насколько ей было видно, тут не было ни дверей, ни окон – только рукав Реки, протекавший прямо посередине потолка, подсвечивая им путь приглушённым золотом.

Не успели они сделать и пары шагов, как девушка, которая стояла рядом с Фином, шагнула вперёд и, встав перед Коллом, подняла руку, требуя, чтобы все остановились.

– Вы уверены, что другого способа получить эти чернила нет?

Взгляд Колла качнулся, как волна: он посмотрел на Ардента, затем снова на девушку и, ничего не сказав, шагнул мимо неё. Маррилл вздохнула и последовала за ним. Но вскоре, услышав гул голосов, замедлила шаг.

Вокруг них к стенам были привязаны моряки. Крепко удерживаемые на месте верёвочными щупальцами, они непрерывно что-то кричали друг другу.

Сначала Маррилл подумала, что они кричат в агонии, и содрогнулась от жалости и приступа холодного ужаса. Но затем она прислушалась к словам, которые, словно щупальца, переплетались в воздухе вокруг.

Кит дважды вздымался из воды,

и дважды я проскользнул мимо…

И тогда помощник говорит, помощник

говорит: «Эй, кто поставит стаксель?»

Нет, это надо же!

Шторм, которого мы отродясь не видели,

и ламантин, о, клыки ламантина…

А потом сирены Стагорна, они поют

малость выше, на целую октаву…

– Они рассказывают истории, – покачала головой Маррилл.

Колл оглянулся на неё:

– Конечно, рассказывают. А ты не слушай, девяносто процентов – сплошное враньё.

– Но… – сказала Маррилл. – Но они смеются.

– Думаю, их рассказы – это пустое бахвальство, – заметил Фин.

Колл прикрыл рот рукой и прошептал:

– Многие из них просто вежливы.

Команда «Кракена» шагала по коридору, и в ушах у них звенела какофония моряцких историй. Всё это место пропахло солью и морским ветром. С пут, которыми были крепко связаны моряки, свисали водоросли. На полу стояли лужи воды.

Верёвочный орнамент был повсюду – и в петлях вокруг кричащих моряков, и буквально на всех поверхностях, украшенных рисунками узлов, подозрительно похожих на живую татуировку, которая теперь угрожала покрыть Колла с ног до головы. Даже стены и пол напоминали уложенные рядами мотки гигантских канатов.

– Эй! – окликнул один из связанных моряков. – Эй, матросы! Поднимайтесь на борт, составьте нам компанию. Может, расскажете нам пару-тройку новых историй, а?

Не успела Маррилл даже пошевелиться, как Колл выбросил перед собой руку:

– Не надо. Не говори, не отвечай. Помните, что вы ничем не можете им помочь. – Он строго посмотрел на неё.

Между тем моряки на стенах продолжали наперебой выкрикивать свои истории.

Маррилл нехотя кивнула. Когда же она, наконец, отвела взгляд, то поняла, что, никем не замечаемый, Фин отошёл к одной из стен. Старый моряк разговаривал с ним, грузя его своими историями. С каждым словом Фин наклонялся к нему всё ближе и, похоже, не замечал, что вокруг него рисунки узлов на стене двигались, дюйм за дюймом подбираясь ближе.

Маррилл не на шутку испугалась.

– Фин! – крикнула она. – Берегись!

Фин обернулся на её крик. Позади него, прямо под трещащим без умолку моряком, нарисованный узел начал быстро развязываться. На его конце появился тонкий крючок: выскочив из стены, он приготовился нанести удар.

– Внезапная вялость! – крикнул Ардент, взмахивая рукой.

Верёвка тотчас упала, словно недоваренная лапша, шлёпнув Фина сзади по шее.

– Чуть не пропал! – крикнул он, бросаясь прочь. – Что это было?

Ардент шумно выдохнул.

– Вам крупно повезло, молодой человек, что Маррилл вовремя привлекла моё внимание к вашей персоне, – произнёс он. – Ещё мгновение, и вы бы… заразились.

– Заразился? – ахнула Маррилл и посмотрела по сторонам.

Чернильные рисунки всё время двигались, собираясь в тенистых уголках под моряками, крадучись перебегали через колоннады, из которых были сложены стены.

Колл серьёзно кивнул:

– Именно. Мы в очаге заразной болезни. Один удар, и ты заразился бы навсегда, – сказал он Фину, когда тот подошёл к ним.

Реми встала руки в боки:

– Я думала, ты получил эту штуку по собственной воле. Я думала, что ты приходил сюда за «подарком». – Произнося последнее слово, она пальцами изобразила в воздухе кавычки.

– Так и есть – сказал Колл. – Но к тому времени я уже был заражён. Чтобы болезнь проникла в вас, татуировка не нужна. Болезнь начинается с историй. С их помощью Шешефеш рассказывает о себе миру.

Маррилл вытаращила глаза. Не стань она свидетельницей того, что видела, она бы подумала, что Колл говорит образно.

Как может история кого-то заразить? С другой стороны, на Пиратской Реке… Однажды она бросила в Реку виноградину, и та превратилась в растерянность. Чтобы это понять, им потребовалась целая вечность.

Моряки вокруг них напряглись, как будто пытались освободиться от пут.

– Матери не просто так держат своих детей подальше от доков! – крикнул один из них.

– Моряцкие истории, – завопил другой, – они проникают вам в голову!

Вслед за этим последовал хор голосов:

Обещают ветер странствий,

Жизнь, полную приключений.

Заманивают Рекой и морем.

– Они заманивают вас, – крикнул ещё один, – и, как кровь, навсегда проникают в ваши жилы. Вам ничего не остаётся, кроме как уйти и посвятить себя плаванию по морям.

Обещают ветер странствий,

Жизнь, полную приключений.

Заманивают Рекой и морем.

– И чем дольше вы плаваете, – добавил другой, – тем искуснее становитесь, тем больше историй слышите и тем глубже погружаетесь в них.

Обещают ветер странствий,

Жизнь, полную приключений.

Заманивают Рекой и морем.

– Пока однажды вы не услышите самую невероятную историю, – сказал один.

– Или не встретите человека со странной татуировкой! – крикнул другой.

– Или не найдёте историю, вырезанную на коряге! – добавил третий.

Колл подался вперёд.

– Самая невероятная история из всех… секрет, известный лишь величайшим капитанам, когда-либо ходившим по морям! – крикнул он, перебивая их.

– Шешефеш! – ахнула Маррилл.

– Шешефеш! – хором крикнули моряки.

– Именно, – сказал Колл. – И вот вы… здесь.

Шумная атмосфера на мгновение сделалась странно серьёзной. По всей комнате пронёсся полушёпот-полустон. Маррилл могла поклясться, что пол под её ногами слегка качнулся.

– Мы должны поторопиться, – сказал Колл. – Шешефеш ждёт.

Глава 19. Раковина-Алтарь

Фин потёр рубец, где его по плечам шлёпнул вялый шип-татуировка. Он не сводил глаз с волнистых чернильных линий, что тянулись от шеи Колла и дальше вниз по его рукам до самых ладоней. Если бы не Маррилл и Ардент, точная такая чернильная верёвка сейчас вилась бы и по его телу. И тогда он никогда не ведал бы покоя, не знал бы, что такое дом.

Не сказать что это было большое утешение. Хотя отсутствие дома наверняка лучше жизни в загоне, напомнил себе Фин и даже покачал головой, отгоняя эту мысль.

– Ты в порядке? – спросила Маррилл, подходя, чтобы осмотреть царапину.

Ниф осторожно выглянула из-за её плеча. В её глазах застыла тревога.

Фин кивнул им обеим.

– Всё нормально, – сказал он. Но тотчас нахмурился и посмотрел сначала на татуировку Колла, а затем на орнамент на стенах. Нарисованные верёвки угрожающе вились вдоль стен, готовые в любой момент наброситься на них и пронзить острым шипом. – Думаете, это те самые чернила, которые мы ищем?

Ардент пожал плечами:

– Что-то вроде. Орнамент явно нанесён при помощи особых чернил. Но нам нужно найти источник, который… не такой коварный. – Дойдя до конца коридора, он остановился перед массивной круглой дверью. – Ну, вот мы и пришли.

Волшебник шагнул вперёд, и дверь не то что бы открылась, а скорее развернула перед ними свои кольца. Внутри их ждал огромный круглый зал. Здесь верёвочные конструкции приняли форму толстых колонн. Стоя плотными рядами, колонны вздымались вверх, уходя вдаль. Рукава Пиратской Реки, извиваясь, текли сквозь едва заметные промежутки, напоминая золотые кольца на толстых пальцах, многие их сотни, насколько мог видеть Фин.

Сама комната была пуста. Ни моряков, ни Шешефеша, никого. Только посередине зала стоял странный округлый алтарь, высотой Фину до талии. Его поверхность была гладкой, а верх изгибался, сужаясь острым кончиком, словно клюв ястреба. Края казались острыми, как раковина устрицы.

– Мы пришли, – мрачно сказал Колл. Он шагнул вперёд и почтительно поклонился алтарю: – Приветствую тебя, великий Шешефеш. Да здравствует Узел, соединяющий тысячи путей.

Как только он это сказал, створки алтаря распахнулись, и по всему залу прогремел громоподобный голос:

– Никто из тех, кто приходит сюда, не уходит навсегда. И ты вернулся ко мне, причём скоро. Ты уже наплавался, моряк? Хочешь прожить вторую жизнь?

После последнего слова алтарь резко захлопнулся. Фин задумался. Каким же крошечным должен быть Шешефеш, чтобы поместиться внутри его створок, если они при этом не увидели даже намёка на его тело. И в то же время от его голоса содрогался даже воздух вокруг. Такое не укладывалось в голове.

Ниф явно посетила же мысль.

– Внизу, – еле слышно выдохнула она. – Там есть ещё одна комната. Иначе быть не может.

Колл выпрямился и, набрав полную грудь воздуха, обратился к Шешефешу:

– Дело не в этом, – сказал он древнему существу. – Я пришёл не потому, что хочу остаться.

– И тем не менее ты здесь. С проклятым волшебником, который пытался кое-что отобрать у меня и ничего не оставить взамен. Волшебник, волшебник, почему ты не даёшь мне покоя? Разве я не одолжил тебе моего лучшего капитана?

Колл посмотрел на Ардента. Тот потянулся к нему и в знак поддержки и дружбы пожал руку юноши, пусть даже и довольно немолодого.

– Разумеется. Вне всяких сомнений, самого умелого и самого лучшего капитана из всех, кого когда-либо знала Пиратская Река.

– Тогда говори. Я слушаю.

Ардент сжал руки за спиной.

– Твои пальцы опущены в каждый поток. Ты, несомненно, знаешь, что Реке грозит серьёзная опасность.

– Многие потоки высохли, – ответил Шешефеш. – Многие нити оборваны.

Алтарь в центре комнаты захлопнулся, но затем открылся вновь.

Фин перехватил взгляд Ниф. Она кивнула. Обоим в голову пришла одна и та же мысль: под этой комнатой определённо есть ещё одна. Тайная комната, в которую ведёт только один путь: через хищную, с острыми краями раковину алтаря. Если там было что-то, что стоило защищать, – скажем, запас магических чернил, с помощью которых можно починить Былитамскую Карту, – это было бы идеальное место для хранения.

Фин облизнул губы, чувствуя, как у него чешутся руки.

– Так вот почему ты пришёл ко мне, моряк? – продолжал Шешефеш. – Ты ищешь убежище? Безопасную гавань, чтобы укрыться от урагана?

Колл скрипнул зубами:

– Мы пришли к тебе за помощью. Нужна только она, и больше ничего.

Стены вокруг слегка сместились.

– Ты уже получил моё благословение. Что ещё я могу предложить? Какую помощь я могу оказать тебе, какую не может оказать твой волшебник?

Ардент прочистил горло и шагнул вперёд:

– Мы пришли сюда за кое-чем, что у тебя есть.

Пол под их ногами как будто дрогнул. Комната наполнилась глубоким низким гулом, как будто всё здание отреагировало на настроение Шешефеша.

– То есть ты, наконец, вернулся за Розой, – пророкотал трубный глас.

Фин выгнул бровь. Роза? Это вообще не имело никакого смысла. Последний раз они видели её в руках Капитана Железного Корабля, когда играли в Игру Маргама. Что она забыла в этом месте?

Ардент также вопросительно выгнул кустистую бровь:

– Роза?

Пол зарокотал снова. Фин начал думать, что это смех Шешефеша. Если, конечно, этот ужасный звук можно считать смехом. Это было больше похоже на противное хихиканье.

– Да, волшебник. Много лет назад ты пришёл ко мне за капитаном, чтобы помочь тебе её найти, и всё же Роза Компаса всё время была у меня.

Ардент отшатнулся:

– Роза была здесь, когда я приходил к тебе раньше? Но как…

– Доверенная мне здесь, где все пути соединяются, Волшебником Рассвета, последним из Дзаннов. Ибо даже он подчинялся правилам этого места. Никто не уходит отсюда…

– …не оставив взамен что-то ценное, – закончил Ардент. Он опустил голову и медленно выдохнул. – Кроме меня.

– Кроме тебя! – голос Шешефеша прозвучал почти игриво. – О, какая самонадеянность! Ты и вправду думал, что сможешь нарушить правила, которые связывают это место? Ты думал, что они касаются всех, кроме тебя одного? Нет, ты просто не понял, что оставил в залог – твою надежду найти именно то, что ты искал.

Фин вопросительно посмотрел на Маррилл, но она, озадаченно наморщив лоб, уже дёргала Ардента за рукав.

– О чём он говорит? – прошептала она.

Ардент вздохнул.

– Ещё до того как я потерял Анналессу, я пришёл сюда в поисках Карты, – объяснил он. – Конечно, я так и не нашёл её тогда. Хотя одна её часть была прямо у меня перед носом. – Он закрыл глаза. – И как я только не заметил?!

В знак утешения Маррилл сжала руку старика. Впрочем, Фин так и не понял, почему это так важно, что Ардент много лет назад не смог получить Розу. В конце концов, он завладел всеми частями Карты.

Ниф похлопала его по плечу и мотнула головой. На них никто не обращал внимания – идеальный момент, чтобы сделать свой ход.

Раковина раскрылась, и комната заполнилась злорадством Шешефеша. Фин начал пробираться к алтарю, а Ниф – обходить его с другой стороны.

– Тогда ты потерпел неудачу в поисках, – продолжил Шешефеш. – Пришёл другой и взял у меня Розу Компаса. Волшебник, который понимал правила этого места. Она взяла мою Розу, но оставила взамен часть себя.

Фин застыл на месте. Она?

Ардента мгновенно стало не узнать. Он весь напрягся, как будто приготовился к бою.

– Анналесса? – холодно спросил он.

Комната задрожала от глухого хохота Шешефеша.

– Я предупреждаю тебя, тварь, не играй со мной, – процедил сквозь зубы Ардент. Голос его был холоден как лёд. – Вспомни, что произошло во время моего последнего визита.

Фин сглотнул, пытаясь сосредоточиться на том, что ему предстояло сделать. Возможно, Аннелесса была здесь. Возможно, именно она взяла Розу. Лично для него это древняя история уже была мало интересна. Пока Ардент вел словесные баталии с Шешефешем, снаружи пустота пожирала миры.

Он не сводил глаз с губчатого пола, осторожно, на цыпочках приближаясь к алтарю. Напротив него Ниф делала то же самое.

– Чего бы ты хотел, чтобы я вспомнил, волшебник? Как ты огнём проложил себе путь в мою обитель? Как ты жёг мою плоть, когда я не согласился освободить одного моряка? Моряка, который уже отплавал своё и был по праву навечно мой?

Краем уха Фин услышал, как Реми ахнула. Он рискнул оглянуться назад, и, надо сказать, вовремя, чтобы увидеть, как она двинулась к Коллу. Капитан потупил глаза, как будто признавая своё поражение.

– Ты уже был здесь! – выкрикнула Реми. – Ты уже был одним из них!

– Кто это говорит? – пророкотал Шешефеш.

Пол содрогнулся от мощи его голоса. Фин, который вытянул вперёд одну ногу и на цыпочках балансировал на другой, потерял равновесие. Он упал, но тотчас собрался, как то делали все дети на Пристани, и перекатился за алтарь. Приземлившись на спину, он упёрся теменем в твёрдую, похожую на раковину поверхность.

Ладонями он впервые коснулся пола. Тот был странным на ощупь – жёсткий и эластичный, прохладный и дрожащий. Фин оглянулся назад, проверяя, заметила ли Маррилл, что он задумал. К счастью, она пристально следила за назревающим скандалом.

– Тише, Реми! – прошипел Колл. Он стоял, крепко зажмурив глаза.

Из-за алтаря Фину показалось, что он видит в их глазах слёзы.

– Да, я пробыл здесь более века, – сказал моряк. – Сначала бывает приятно обрести покой. Но потом вспоминаешь море, Реку. Начинаешь ощущать тоску по свободе. Я бы даже сказал, зуд. Но не можешь уйти. Потому что застрял здесь навсегда. Всё, что тебе остаётся, – одни лишь истории.

– А если, волшебник, я дам тебе то, что ты спрашиваешь, во второй раз? – спросил Шешефеш. – Что я получу взамен? Никто не уходит, не оставив взамен что-то ценное. Это моё правило, и его нельзя нарушать. Что ты оставишь в залог в Узле Скрученной Верёвки?

– Ты сказал, что я оставил надежду найти то, что искал, когда приходил сюда раньше, и всё же в конце концов я нашёл Розу и собрал Карту. Как видишь, я тогда ничего не оставил взамен и ничего не оставлю теперь, – сердито бросил Ардент. – Анналесса оставила тебе кое-что, и я заполучу это нечто назад!

Алтарь со вздохом раскрыл свои створки снова. Над Фином пронёсся порыв ураганного ветра. Запахло мокрыми верёвками, бьющей в нос гнилью, тухлой рыбой и чем-то очень, очень подозрительным.

– В прошлом ты просил у меня не ту вещь, – прогремел Шешефеш. – Ты намерен повторить свою ошибку, волшебник?

– Я пришёл не торговаться, а требовать! – Ардент топнул ногой, да так сильно, что пол задрожал. По комнате прокатился сдавленный мучительный стон. – Ты дашь мне всё, о чем я попрошу! Что оставила тебе Анналесса?

– Ардент, мы здесь не за тем! – взмолилась Маррилл. – Чернила!

– Кто это говорит? – снова спросил Шешефеша. – Кто смеет обращаться ко мне, не имея на то права или силы?

– У меня достаточно силы на всех! – рявкнул Ардент. – Кому, как не тебе, это знать! – Он вскинул руки.

Волосы на голове Фина угрожали встать дыбом и перебежать ему на спину. Реки над головой забурлили сильнее, а эхо от их плеска гремело со всех сторон.

Воздух был наэлектризован магией.

События развивались всё стремительнее. Времени, чтобы схватить чернила и уйти, было в обрез. Ниф помахала ему через алтарь рукой – мол, давай, пошевеливайся. По крайней мере, она была сосредоточена на реальной работе: воровстве.

– Великий Шешефеш, – благоговейно воскликнул Колл, – на карту поставлена судьба Реки, и Ардент хочет сказать…

– Замолчи, моряк!

Улучив момент, Фин, как только алтарь раскрылся, заглянул в него. Внутри не было ни рыбы, ни существа, ни комнаты с сокровищами, ни чернил. Под ним зиял липкий, мясистый тоннель. Покрытую слизью мышцу выстилали крючки из устричных раковин. Стенки тоннеля волнообразно спускались вниз, насколько хватало глаз.

Фин понял: это одно гигантское существо. Это всё было одним гигантским существом.

Он заглянул в глотку Шешефеша!

В следующий миг Ниф бесцеремонно оттолкнула его в сторону, и, надо сказать, вовремя. Створки устричных раковин сомкнулись, едва не оттяпав ему голову.

– Берегись! – прошипела она.

– Другой говорит снова! – пророкотал Шешефеш.

Фин чувствовал, как гигант буквально дрожит от ярости. Краем глаза он заметил, что Маррилл отчаянно машет ему рукой, требуя, чтобы он вернулся к ним.

Но Фин думал лишь об одном: о чёрной слизи, которая, как он видел, капала со стенок горла этого существа. Она была точно того же цвета, что и татуировка Колла, и рисунки, скользившие по стенам этого странного места. Эта слизь была живой, но бесформенной. Это и были чернила…

– Вы не только угрожаете мне, но и оскверняете мою комнату присутствием недостойных!

Запустив руку в свою воровскую сумку, Фин нащупал пустую банку, которую хранил именно для таких случаев. Быстро открутив крышку, он дождался следующей вспышки гнева чудовища.

– Прекрати свои препирательства, кальмар! – рявкнул Ардент. – Дай мне то, что она оставила тебе, или я обрушу на тебя всю силу Реки!

Ниф начала считать на пальцах. Раз… два…

– Безмозглый волшебник! Я отправлю тебя навстречу твоему… Гак!

Как только огромный клюв открылся, Фин нырнул между створками и одним взмахом провёл флягой по горлу чудовища, наполняя её чернилами.

– Ах… юхк… чрр…

Гигантские колонны вокруг них закачались и начали разматывать свои кольца. Катушки двери раздвинулись, галерея за ними теперь превратилась в кишащую массу щупалец. Шешефеш зашевелился.

Фин вскочил на ноги.

– Я добыл чернила! – крикнул он, поднимая в воздух склянку с чернилами.

– Проооокляяятииие! – закончил Шешефеш.

Глава 20. Песнь Шешефеша

Маррилл изо всех сил пыталась удержаться на ногах. Весь мир вокруг пришёл в движение. То, что ещё пару минут назад казалось колоннами, толстыми, как стволы секвойи, теперь превратилось в шевелящуюся массу щупалец. Сквозь щели между ними во всех направлениях, извиваясь, текли ленты золотистой воды.

До неё внезапно дошло: вся эта структура была одним гигантским существом! Не было ни пола, ни потолка. Только воздух, только магия и огромная масса Шешефеша.

– Что ты наделал? – пронзительно крикнул Колл, когда Фин подбежал к ним. В руке у него был зажат пузырёк с густой тёмной субстанцией.

– У нас есть чернила! – воскликнул он, с видом победителя поднимая пузырёк вверх. – Давайте выбираться отсюда!

– Вор! – взревел Шешефеш.

В их сторону метнулось длинное щупальце. Маррилл пригнулась. Фин вскрикнул. Подняв голову, Маррилл увидела, как он летит по воздуху на своих небесных парусах. А в следующий миг в неё, откуда ни возьмись, врезалась какая-то девушка, которой раньше тут не было.

– Эй! – воскликнула незнакомка.

– Привет, – машинально ответила Маррилл. У неё не было времени задавать вопросы. Пол под ними качнулся.

Маррилл вскрикнула, и её голос влился в хор других голосов.

Она ударилась о резиноподобную кожу другого толстого щупальца. Удар выбил весь воздух из её легких. Она попыталась встать на четвереньки, но внезапно почувствовала, что снова взмывает ввысь. Она подняла глаза.

Рядом с ней Колл, Реми и незнакомая девушка тоже поднимались на ноги. Фин отчаянно скользил на своих небесных парусах, лавируя между тушей Шешефеша и смертоносной водой.

Мимо них пролетел кончик покрытого танцующими татуировками щупальца, не самого большого, но всё равно массивного, длиной с телеграфный столб.

Им замахали руками опутанные верёвками моряки, вопящие так, будто катались на невообразимо жутких каруселях.

– Теперь вы получите! – рявкнул один из них.

– Глядите-ка, кто-то разбудил Шешефеша! – гаркнул второй.

– Надеюсь, тебе понравится превратиться в лепёшку! – пискнул третий.

* * *

То, что недавно было полом, превратилось в стену, а затем в буквальном смысле перевернулось, открыв взору комковатое тело размером со стадион. Огромный, размером с хороший бассейн, глаз впился в них взглядом.

– Я такой же древний, как и сама Река, – взревел великий зверь, – рождённый в первичном потоке её вод. Я повелитель моряков, властитель Реки. Берегитесь меня и трепещите!

Маррилл заставила себя опуститься на пятки и посмотреть вниз, чтобы убедиться, что она не соскользнёт. На бледной плоти под её пальцами плетёный верёвочный узор напрягся, словно мышцы.

Она отдёрнула руку и упала навзничь. Воздух пронзил длинный шип.

– Татуировка!

– Не давайте им прикасаться к вам! – крикнул Колл.

Они попятились назад. Живые рисунки наступали, и Маррилл, как краб, отползала прочь. Нависая над ними, словно киноэкран, на происходящее взирал огромный глаз Шешефеша.

– Никто не уходит отсюда, не оставив взамен что-то ценное. Кто готов оставить здесь свою свободу? Кто готов носить чернила моей метки в обмен на чернила, которые вы взяли?

Внезапно Маррилл охватила паника. Куда бы она ни посмотрела, к ней приближался чернильный рисунок. Ближайший напрягся, готовый впиться в неё острым шипом. Маррилл усилием воли заставила взять себя в руки. А в следующий миг мимо её лица пронеслась некая невидимая сила. Полоса чернил мгновенно исчезла, как будто была стерта с доски ластиком.

– Татуировка – это важное решение, юная леди, – раздался над ней голос Ардента. – И я подозреваю, что вы очень быстро пожалеете, что выбрали этот рисунок.

Волшебник стоял, балансируя на тонком, как тарелочка-фрисби, диске чистой энергии. Из одного рукава Пиратской Реки торчала длинная, сотканная из воды рука, осторожно удерживая диск на месте. Даже для такого волшебника, как Ардент, это было нечто потрясающее.

Глаз Шешефеша обратился к волшебнику. Гигантское тело чудовища свернулось и дёрнулось. К Арденту устремились длинные щупальца.

Маррилл ахнула.

Но в следующий миг водяная рука подбросила Ардента вверх. Диск и волшебник поплыли по воздуху. Ардент рассмеялся. Из светящихся вод Реки показалась другая рука и ловко поймала его в воздухе.

В свою очередь эта рука перебросила его к другой руке и так всё дальше и дальше. Из кончиков пальцев волшебника вылетел луч смертоносной энергии. В воздухе странно запахло жареными кальмарами.

– Если это лучшее, на что ты способен, – крикнул Ардент, – то я был слишком щедр в мой последний визит! А теперь отдай мне то, что оставила тебе Аннелесса!

– Ты лишь берёшь, берёшь и берёшь, – пророкотал Шешефеш. – И ничего не оставляешь взамен!

Щупальце, на котором они стояли, пришло в движение. Пока Маррилл пыталась сохранить равновесие, чернильная татуировка, которую отсёк Ардент, приняла прежний вид. Им никак нельзя было здесь оставаться.

– Нужно уходить отсюда!

– Куда? – крикнула Реми.

– Мы должны добраться до «Кракена»! – крикнул Колл. На его лбу вздулись чернильные вены. Над ушами свернулись тёмные кольца верёвки. – Даже если Ардент испепелит это чудовище и вынудит его покориться, Шешефеш никогда не даст вам двоим уйти без меток. Ради этого он будет сопротивляться до последнего.

Маррилл заглянула в кишащую бездну щупалец, выискивая глазами не только «Кракен», но и Фина. И не увидела ни того, ни другого. По её спине пробежал холодок. Она могла лишь надеяться, что с ним всё в порядке.

Шешефеш теперь двигался весь. Его гигантское тело змеилось сквозь извилистые рукава Реки, преследуя Ардента, пока водяные руки перебрасывали волшебника всё дальше. Весь мир превратился в клубок летающих щупалец и извилистых рек, почти неотличимых друг от друга.

– Вон там! – воскликнула девушка рядом с ней, указывая куда-то вниз.

Далеко внизу, привязанный к щупальцу Шешефеша, скользил по Реке «Кракен», словно водный лыжник. Косясь одним глазом на живой смертоносный узор вокруг неё, Маррилл попыталась взглядом отыскать путь к их кораблю.

Снизу к ним метнулось ещё одно огромное щупальце – или же это они быстро двигались на него. Но в любом случае татуировки на нём были разбросаны широко, и их было бы намного легче избежать.

– Нужно прыгать! – крикнула Маррилл своей няне.

Прежде чем та успела ответить, Маррилл схватила её руку, а также руку незнакомой девушки рядом с ней, и пушечным ядром бросилась вниз.

– Это ещё не самое безумное из того, что я делала последнее время, – напомнила она себе уже в воздухе. – Случались вещи и похуже.

Они приземлились на нижнее щупальце, а мгновение спустя следом за ними и Колл. Его лицо было хмурым, зубы стиснуты. Чернила татуировки извивались по всей его коже, отчего казалось, будто по ней идёт рябь.

Над ними, вокруг и рядом с ними Ардент и Шешефеш сошлись в жестокой схватке. Гигантское чудовище метало в волшебника чернильные верёвки и щупальца. Ардент жёг их огнём и молниями. Всё, что Маррилл могла сейчас сделать полезного, – это не упасть и не стать добычей хищных татуировок. Ардент был занят, сражаясь с чудовищем, и не мог отпугнуть от них живые чернила.

– Прыгайте снова! – скомандовал Колл. – Сюда!

Они перепрыгнули на другое щупальце, затем ещё на одно, убегая от преследовавших их татуировок, уклоняясь от смертоносной воды Реки, что, извиваясь, текла в воздухе вокруг. И пока они бежали, моряки, крепко привязанные к стенам щупальцами, пели свои морские куплеты:

Хотели бы плавать с нами вечно?

Байки морские с нами травить?

Лицо подставлять солёному ветру?

Вот только свободу придётся забыть!

Увидев всего в нескольких футах от себя спираль чистой магии, Маррилл поспешила откатиться прочь. Щупальце колыхнулось, переворачиваясь, вынуждая их бежать на месте.

Прыгая и перекатываясь, они пробирались сквозь лабиринт щупалец и воды. Вокруг них связанные моряки продолжали петь свою песню:

Хотите плавать с нами вечно?

– Что она оставила? – в очередной раз спросил Ардент, перекрикивая моряцкие куплеты.

Байки морские с нами травить?

– Скажи мне!

Лицо подставлять солёному ветру?

– Скажи мне, или я поджарю тебя до румяной корочки!

Вот только свободу придётся забыть!

Они вновь взмыли вверх, ещё дальше от корабля. Маррилл вскинула руки. Всякий раз, стоило им спрыгнуть на нижнее щупальце, оно вновь подбрасывало их вверх.

– Нам туда не попасть, – поняла она. – Мы должны поднять сюда «Кракен»!

Реми кивнула со словами:

– А это идея! Он достаточно быстр, чтобы не отставать от Шешефеша!

Колл широко улыбнулся. Кстати, он впервые улыбнулся с тех пор, как они отправились в плавание к Узлу Скрученной Верёвки.

– Хорошо, – сказал он. – Ты знаешь этот корабль как саму себя. Ты даже не заметишь, как станешь великим капитаном.

Маррилл закатила глаза.

– Вообще-то кто-то должен прежде всего добраться до корабля, – напомнила она им.

В этот момент мимо них пролетел Фин. Увидев, что с ним всё в порядке, Маррилл вздохнула с облегчением. Его небесные паруса прорезали воздух. Он на всех парах устремился к кораблю и через мгновение приземлился на палубе. Окинув взглядом спутанный клубок щупалец, он поискал глазами Маррилл и, заметив её, высоко поднял банку с чернилами, гордо показывая заветный трофей.

– Фин уже на корабле, и у него есть чернила, – взволнованно объявила она. – Он может помочь… – Она не договорила и посмотрела на Фина.

Тот отчаянно метался по палубе, пытаясь освободить швартовочные канаты. Но те упорно отказывались его слушаться. Всё понятно, подумала Маррилл, как и все остальные, корабль тоже его не помнил.

– Ладно, – закончила она. – Один из нас должен попасть на корабль!

К ней подбежала девушка, возможно, одна из палубных матросов, и спросила:

– А как же Отказуй?

Маррилл, Колл и Реми посмотрели друг на друга.

– Кто-то из нас должен пробраться на корабль, – повторила Реми.

Все согласно кивнули.

Колл встал во весь рост. Чернильные шнуры татуировки грозили лопнуть на его руках.

– Вообще-то это мой корабль, – сказал он. – И он – моя забота.

С этими словами он прыгнул.

Увидев, что произошло дальше, Маррилл не поверила собственным глазам. Вокруг по-прежнему кипела битва между волшебником и чудовищем. Моряки по-прежнему пели свои куплеты, а хищные рисунки продолжали надвигаться на них. Колл упал, вытянул руки и закричал от боли.

Хотели бы плавать с нами вечно?

Татуировки Колла, извиваясь, будто переползли с его рук на ближайшие щупальца, чтобы закрепиться на них. Одна дёрнула его в одну сторону, другая – в другую. Повиснув между ними, Колл перевернулся и, потянув изо всех сил, оторвал сначала одну верёвку, а затем другую.

Байки морские с нами травить?

Его путы тотчас устремились к другим покачивающимся щупальцам, явно намереваясь утащить его в объятья Шешефеша. Но, пока они его тащили, он рухнул ниже, качнулся, задержал своё падение и восстановил равновесие. Это было и здорово, и ужасно. Он был и супергероем, и пленником одновременно.

Лицо подставлять солёному ветру?

Наконец, издав победный крик, Колл упал на палубу «Кракена». Паруса корабля мгновенно ожили.

Маррилл так увлеклась наблюдениями за Коллом, что даже не заметила рядом с собой чернильную спираль, выбросившую острый шип. Время замедлилось, а потом и вообще замерло. Ещё миг, и она навсегда застрянет в двенадцатилетнем возрасте, обречённая провести вечность в качестве живого, дышащего украшения стен Шешефеша.

Заметив это, Реми подскочила к ней сзади и столкнула её с щупальца. Маррилл упала на другое, которое располагалось ниже. От удара воздух вылетел из её легких. Через секунду с громким криком рядом с ней упала Реми.

Маррилл перехватила её взгляд и прошептала:

– Уфф, успели.

Реми кивнула.

– Спасибо, – поблагодарила её Маррилл.

– Я лучшая няня Северной Аризоны, – напомнила ей Реми. – По-твоему, я позволю кому-то из моих подопечных провести целую вечность рядом с гигантским кальмаром?

– Ты смеешь насмехаться надо мной?! – раздался откуда-то сверху голос Ардента.

Маррилл подняла голову: волшебник волчком вертелся в воздухе, выстреливая из кончиков пальцев разрядами ослепительных молний. На расстоянии от него щупальце, не толще обычной руки, размахивало клочком бумаги.

– Вот что тебе нужно, волшебник – с упрёком в голосе прогудело чудовище. – Слова утраченной любви… И они могут быть твоими! Просто следуй моим правилам. Оставь что-то взамен. Скажи мне, кто получит мою метку, и это письмо будет твоим.

– Ардент, давай! – крикнула Маррилл.

Её ноги подкашивались. Рёбра и спина отчаянно болели от падений и кувырков. Какая разница, попадёт она на палубу «Кракена» или нет, если Ардент откажется присоединиться к ним. Они же никак не могли бросить его здесь.

Ардент широко раскинул руки. Из его тела одна за другой выскакивали дуги молний, обжигая плоть морского чудовища.

Шешефеш ревел, извивался и корчился от боли. Ардент же продолжал обрушивать на него всю силу своего гнева. Маррилл съёжилась. Она не могла без содрогания видеть муки ни одного существа, даже упрямого, жадного, злого.

В следующий миг, как раз когда «Кракен» вырвался из клубка щупалец под ними, Маррилл увидела: щупальце с письмом Аннелессы покачивалось между ней и палубой корабля, который ещё был несколькими футами ниже.

Не раздумывая, что ей делать и к чему это может привести, она прыгнула.

– Маррилл, нет! – крикнула ей в спину Реми.

Но она осознала это, лишь когда у неё свело живот. Она летела вниз, не замечая ничего вокруг, даже острых шипов на концах чернильных верёвок, готовых в любой миг вонзиться в её тело. Все её внимание было приковано к клочку бумаги, который сжимало щупальце.

Ветер жёг глаза. Те нещадно слезились, отчего всё вокруг казалось размытым. Её пальцы коснулись письма. Она тотчас крепко сжала его, в надежде на то, что оно не порвётся, что она не сомнёт бумагу в кулаке.

Что-то обвилось вокруг её лодыжки и дёрнуло в сторону.

– Не-е-ет! – взвизгнула Маррилл, уверенная, что это щупальце.

Но в следующий миг она оказалась на палубе «Кракена», а с её ноги разматывался хорошо знакомый канат. Реми приземлилась с ней рядом, а следом за Реми – какая-то девушка, которая цеплялась за её спину. Фин уже бежал, чтобы помочь им распутать верёвки.

– Спасибо, Тросокостный, – поблагодарила Маррилл. Она разжала пальцы и посмотрела на письмо. Оно было целым! – Маррилл подбросила его в воздух. – Ардент! Оно у меня!

Шешефеш взревел от ярости. Его мерзкое дыхание обдало её с головой.

– Воры, воры и снова воры! Вам ни за что не убежать!

Колл издал сердитый рык и, сложив рупором ладони, крикнул:

– Ардент, давай сюда! Немедленно!

Секунду спустя вертящийся диск Ардента приземлился на палубу. Волшебник сошёл с него. Диск напоследок ещё раз крутанулся, сжался и превратился в золотую монету, которую волшебник спрятал в складках мантии. На костяшках его пальцев продолжали потрескивать синие молнии и зелёный огонь, лицо по-прежнему пылало яростью.

– Поднять паруса! – скомандовал Колл во всю мощь лёгких. Узловатая татуировка практически пожрала его целиком, она, извиваясь, ползла по его щекам, свисала с подбородка.

«Кракен» набирал скорость, петляя по рукаву Реки, проскальзывая через лабиринт щупалец.

Шешефеш наблюдал за ними. Его огромный глаз был налит кровью, его поверхность была сплошь в царапинах, щупальца обвисли. Он пару раз выбросил их им вдогонку, но, скорее, для вида.

Монстр был повержен.

Песня моряков стихла. Чудовище забилось назад в своё логово, в самое сердце запутанного клубка рукавов Пиратской Реки.

Узел Скрученной Верёвки остался позади. Ардент глубоко вздохнул. Не говоря ни слова, он вырвал письмо из пальцев Маррилл, на мгновение уставился на него, а затем сунул в рукав.

– Ну что ж, – сказал он. – Неплохое приключение. И ничего не оставили взамен… – Ардент отряхнул мантию и подёргал себя за бороду. – Полагаю, теперь у нас есть всё, что нужно. Самое время разделаться с Потерянным Солнцем.

Команда корабля растерянно уставилась на волшебника. Маррилл хотелось ему что-то сказать, хоть что-нибудь. Про Шешефеша.

Про Анналессу. Про то, как он действовал, как это напугало её. Но она не была уверена, что именно нужно сказать.

– Колл, бери курс на Мерес! – скомандовал Ардент.

Колл посмотрел с юта вниз. Чернильные верёвки яростно извивались по его коже.

– Я… – начал он.

А в следующий миг Колл качнулся и полетел назад, за борт!

Реми вскрикнула. Незнакомая девушка метнулась к переборке на борту.

Маррилл – следом. Надо сказать, она успела вовремя, чтобы увидеть, как щупальце тянет Колла вниз, в темноту. Из бездны донёсся жутковатый хохот Шешефеша.

– Никто не уходит отсюда, не оставив взамен что-то ценное! – пророкотало чудовище.

Маррилл удивлённо разинула рот. Она посмотрела на Фина, потом на Реми, потом на Ардента. Все трое были ошарашены не меньше неё.

Колл пропал.

Вот только свободу придётся забыть!

Глава 21. Что осталось взамен

Фин уставился туда, где всего пару минут назад стоял Колл. Он был растерян. Онемел. Лишился дара речи.

Не то что Реми.

– Что произошло? – строго спросила она. Ардент молчал, и тогда она топнула ногой и закричала. Было видно, что она на грани истерики. – Куда подевался Колл?

Ардент покачал головой:

– Похоже, Шешефеш оставил его себе.

Реми растерянно заморгала:

– Я поворачиваю этот корабль назад!

Фин понял: эти слова предназначались не столько ей самой, сколько всем остальным.

– Мы должны вернуться. – С этими словами она направилась к юту.

– Мы не можем вернуться, – тихо возразил Ардент.

Реми застыла как вкопанная.

– Это почему же?

– Да, почему? – повторил её вопрос Фин.

Он отказывался верить собственным ушам. Колл был частью экипажа. А ведь они не бросали своих. Они даже не бросили Отказуя, хотя он был бесполезным, жадным обманщиком, который только и делал, что воровал еду и всех оскорблял. Но это был Колл. Их капитан. И как только Ардент мог даже подумать о том, чтобы бросить его здесь?

– Мы не можем, – повторил Ардент. – Теперь я понимаю… Нам никогда не одолеть Шешефеша. Никогда.

Реми никому не дала возможности поддакнуть ему:

– Вы шутите? Мы выбили из этого монстра чернила. Он сдался. Идите и верните Колла!

Ардент вздохнул и печально покачал головой:

– Я заблуждался, полагая, что его правила неприменимы ко мне. Что только я способен получить от него всё, что мне нужно, ничего не оставив ему взамен. Я был не прав.

В уголках глаз волшебника собрались морщины. Он выглядел старым, опечаленным и уставшим.

– Когда-то давно Шешефеш отдал мне Колла, потому что знал: я непременно вернусь, если хочу найти Карту Куда Угодно. Так или иначе, тогда я уходил от него, чувствуя себя победителем, хотя, по правде говоря, моё величайшее желание осталось там, у Шешефеша.

Сегодня он оставил себе Колла в обмен на чернила и письмо Анналессы, – продолжил волшебник. – Если мы вернёмся за Коллом, Шешефеш оставит себе взамен что-то ещё более ценное. И если мы вернёмся снова, то что-то ещё. А Река тем временем умирает.

С этими словами он извлёк из складок мантии Былитамскую Карту Куда Угодно. Дыра в форме слезы в её центре была размером с запястье Фина. Прямо у них на глазах в ней исчезло ещё несколько миров.

Ардент указал на участок, с которого, как будто готовая в любой миг упасть, свисала слеза. Прямо над ним, помеченный рисунком источника, лежал Мерес.

– Он почти у цели, – сказала Маррилл убитым голосом.

Ардент кивнул. Фина изнутри как будто терзала изжога. Времени у них было в обрез.

Все, как один, они смотрели на Реми. Та упрямо скривила губы:

– Нам нужен Колл. Он капитан корабля, разве вы забыли?

Ардент одарил её ободряющей улыбкой:

– Я верю в тебя. У тебя есть все задатки хорошего капитана.

Реми сердито сощурила глаза:

– Вообще-то я уже капитан. – Она отвернулась. – Но не самый лучший. Лучший – это Колл. И только лучший капитан способен вывести нас целыми и невредимыми из этого хаоса.

Ардент пристально посмотрел на неё. Взгляд старого волшебника был полон участия и симпатии. У Фина даже защемило сердце.

– Колл был и моим другом, – мягко произнёс Ардент, делая к ней шаг. – Мне будет его не хватить даже больше, чем ты можешь себе представить.

Нижняя губа Реми дрогнула. Она потёрла бок, как будто ей было больно. Скорее всего, ей действительно больно, догадался Фин.

– Тогда почему ты заставил его пойти в это ужасное место? Мы наверняка нашли бы способ сделать это и без него. Мы могли бы уберечь его. Он сделал это лишь потому, что ты его попросил.

Голос Реми был полон боли и разочарования. Фин чувствовал то же самое. Ардент сокрушённо вздохнул и протянул руку, чтобы её утешить.

– Потому что он замечательный человек, верный товарищ и друг.

Реми на миг задумалась.

– В таком случае ты просто ужасный друг, если обратился к нему с такой просьбой, – сказала она. – И вообще, не будь ты одержим желанием заполучить это письмо… – Она умолкла, слишком злая, чтобы даже договорить.

Отпрянув от его прикосновения, она бросилась через всю палубу к штурвалу. Фин поспешил отскочить в сторону.

Маррилл с тревогой склонила голову набок. Фин был рад, что она с ним рядом. Он понятия не имел, что сказать в такой ситуации. Маррилл же всегда знала, что делать. Она шагнула следом за няней:

– Реми…

Та резко обернулась и вскинула в воздух палец.

– Нет, – сердито бросила она.

Озадаченная таким отпором, Маррилл отшатнулась. Фин даже ахнул. Он впервые видел Реми такой злой. Хотя просто злой он видел её не один раз.

Взгляд Реми метался от одного к другому, один раз он даже остановился на Ниф. Видимо, клокотавший в ней гнев высветил всех, сделал заметными. Даже Ардент не нашёл в себе смелости бросить ей вызов.

– Потерянное Солнце приближается к Мересу с юга, – сказала она наконец. – Мы же придём с севера. Это даст нам возможность добраться до Источника, не беспокоясь о том, что он разобьёт «Кракен».

Реми повернулась и, взбежав по трапу на ют, крепко взяла в руки штурвал. Выражение её лица было каменным.

– Поднять паруса! – приказала она. Ничего не случилось. Без Колла корабль отказывался её слушать. – Поднять паруса! – повторила она громче.

– Тросокостный, – слабо произнёс Ардент. – Штурмыши… у вас новый капитан. Слушайтесь её.

Корабль тотчас ожил. Штурмыши забегали по реям, Тросокостный Человек натянул канаты. И в этот момент из главного люка выскочил Отказуй:

– Эй, ракушечные мозги, знаете, что может пригодиться, если у вашего корабля высокая палуба, а его постоянно заносит непонятно куда? Знак. Угробил последние полтора дня на переговоры о моей свободе с командой любителей варенья… – Он умолк. Все уставились на него. Отказуй посмотрел на Реми. – Погодите-ка… чирлидерша теперь наш капитан?!

Ардент вздохнул и направился к своей каюте. Реми со своей стороны одарила Отказуя испепеляющим взглядом.

– Назови мне ещё раз чирлидершей, и я брошу тебя в трюм.

Отказуй поковырял в зубах кончиком клешни возможкраба.

– Э-э-э… – сказал он, пожав всеми четырьмя плечами, и направился прочь. – Если только тот не кишит свирепыми дикарями с нездоровым пристрастием к мясным консервам, я бывал и в худших местах.

Реми ничего не сказала, лишь крепче сжала штурвал и устремила хмурый взгляд в сторону горизонта.

– Кто-то должен поговорить с ней, – сказала Ниф, кивком указав на Реми.

Маррилл посмотрела на Фина.

– Верно, – сказала она, как будто слова исходили от Фина, а не от девушки-Исчезайки. – Но я уже попробовала. Твой ход. Я же хочу поговорить с Ардентом.

– Но…

Не успел он возразить, как Маррилл подтолкнула его к юту, а сама повернулась и постучала в дверь каюты Ардента. Сердитым голосом волшебник разрешил ей войти. Она тотчас скользнула внутрь, оставив Фина и Ниф стоять посреди палубы, растерянно глядя друг на друга.

– Это невозможно, – сказала Ниф. – Она не вспомнит меня.

– Меня тоже, – сказал Фин. – Для неё я просто ещё один ребёнок, за которым нужен глаз да глаз. Маррилл и Плюс Ещё Один.

Ниф сложила на груди руки:

– А по-моему, это означает, что она тебя помнит.

Фин вздохнул. Ниф была права. Кроме того, всякий раз, когда Реми называла его Плюс Ещё Один, у него по спине пробегала приятная щекотка. Он неохотно кивнул Ниф, глубоко вздохнул и поднялся по трапу на ют.

Стоя за штурвалом, Реми сердито смотрела прямо перед собой. Но Фин мог видеть, что в её глазах блестят слёзы. Он понятия не имел, что сказать. Поэтому сказал первое, что пришло в голову:

– Э-э-э… ты знаешь, куда направляешься?

Услышав его, Реми моментально расправила плечи и гордо вскинула подбородок. Её ответ был кратким:

– Да.

Фин подождал. Но она больше ничего не добавила. Тогда он прочистил горло:

– Ты знаешь, куда направляешься?

Реми даже не удостоила его взглядом.

– Если ты не возражаешь, я бы предпочла остаться одна.

Фину было не привыкать, когда от него отмахивались. Это был не первый раз и не второй. И даже не тысячный, если на то пошло. Он кивнул:

– Ну, хорошо. Ладно. Я просто буду вон там. – Он неопределённо помахал и направился к лестнице, что вела к главной палубе.

– Ну вот, – сказал он Ниф, – я попробовал…

Она сосчитала на пальцах:

– Три… два… а теперь она забыла, что вообще говорила с тобой. Самое время попробовать ещё раз!

Фин снова вздохнул и прошёл через палубу к трапу на другой стороне. Его уже начало порядком раздражать, что рядом с ним есть кто-то, кто понимает, каково это быть Исчезайкой.

– Итак, я слышал, что тебя только что повысили до капитана, – сказал он, направляясь к Реми. – Впечатляет, учитывая, сколько тебе лет!

Реми посмотрела на него.

– Некоторые люди старше, чем выглядят, – сказала она и глубоко вздохнула: – Если ты не возражаешь…

Он в примирительном жесте поднял руки.

– Да-да, я понял, хочешь побыть одна. Никаких проблем. Я просто буду вон там… – не договорив, он начал спускаться по трапу.

– Три… два… – считала Ниф.

– Знаю, знаю, – проворчал Фин и через несколько секунд снова поднялся на ют.

– Итак… – попробовал он. – Что будет, если скрестить ящерицу с империей Хестереш?

Реми вопросительно выгнула бровь.

– Геноцид?

Она потёрла лицо.

– Если ты не возражаешь…

Ей даже не нужно было заканчивать фразу. Фин уже спускался по трапу. Ниф подняла руку.

– Дай ей несколько дополнительных секунд, – сказала она. – На этот раз она вряд ли забудет тебя.

Пока они ждали, Ниф прислонилась к нижней части трапа.

– Да, Реми права, – размышляла она. – Если мы хотим убежать от Рати, нам нужен Колл. Они знают, что Потерянное Солнце находится на пути в Мерес и что мы, в конце концов, тоже придём туда и попытаемся его остановить. Я нисколько не сомневаюсь, что они нагрянут туда следом за нами.

– Не думаю, что она расстроена именно из-за этого, – сказал Фин.

– Знаю, – ответила Ниф. – Со стороны Ардента было глупо заставлять Колла возвращаться туда, зная, что мы можем его потерять.

Фин протянул руки.

– Погоди, – сказал он. – Ардент не заставлял Колла идти туда. Он просил его, это да, но Колл всегда мог сказать «нет». Так что это его собственное решение, а не только решение Ардента.

– Что? – рассмеялась Ниф. – Неправда! Чтобы кто-то согласился на такое добровольно? Это ещё зачем?

– Я бы согласился, – задумчиво ответил Фин. – То есть, если бы Маррилл попросила меня сделать что-то подобное, чтобы спасти её маму, я бы тоже согласился. Но это был бы мой выбор, а не её.

Ниф странно посмотрела на него:

– То есть ты рискнул бы собой, чтобы помочь ей спасти её мать, которую ты даже в глаза не видел?

– Конечно, – ответил Фин. Её вопрос не имел для него никакого смысла. – Она мой друг. Ради неё я готов на всё.

– Без Рати или кого-то ещё, кто отдавал бы тебе приказы?

Теперь этот вопрос не имел смысла.

– Никто не может приказать мне, что делать, – сказал он ей. – Команда «Кракена» – моя семья. Ради них я готов на что угодно, потому что люблю их, а не потому, что я должен. – Он умолк. – Так же, как моя мама поступила ради меня.

Ниф покачала головой и едва заметно улыбнулась.

– Что такое? – спросил Фин.

– Ничего, – сказала она. – Просто… такие слова редко услышишь среди Рати и Исчезаек, вот и всё. – Она отвела взгляд.

Фин подождал, а когда молчание затянулось, сказал:

– Я видел, как ты потянулась к Коллу, когда Шешефеш схватил его. Ты пыталась его спасти.

Ниф пожала плечами, но ничего не сказала.

– Если бы тебе удалось схватить его за руку, – гнул свою линию Фин, – Шешефеш мог утянуть тебя вместе с ним. И тогда ты попала бы в ловушку к Узлу Скрученной Верёвки и провела бы там со всеми этими моряками целую вечность.

Ниф ничего не ответила и не осмелилась встретиться с ним взглядом.

– В Онейре, когда Реми рассказывала, как близко подползла пустота, когда Колл пытался освободить из отмели нашу раковину, я тогда понял, что в её истории чего-то не хватает: тебя. Ты была там и помогала ему, хотя пустота была совсем рядом. Чтобы спасти нас, ты рисковала собой. – Он шагнул к ней. – Никто не приказывал тебе идти на этот риск, Ниф. – Он опустил руку ей на плечо и сжал его. – Более того, так поступил бы только истинный член команды.

Ниф заёрзала, смущённая его вниманием. Но от правды не спрятаться: она действительно хотела быть членом экипажа. Остальные были ей не безразличны, даже если она была не готова в этом признаться. Иначе почему она рисковала собой ради них сколько раз?

Ниф снова поёрзала и прочистила горло:

– Отсчёт закончен. Пора дать Реми ещё один шанс.

– Верно, – сказал Фин.

Поднимаясь по трапу на ют, он всё ещё думал об этом их разговоре. Наверху он остановился и, повернувшись, сунул руку в свою воровскую сумку, чтобы взять оттуда кое-что важное.

– Эй, Ниф…

Она подняла глаза.

– Лови! – крикнул он.

Ниф машинально вскинула руки и на лету поймала брошенный им предмет, тускло блеснувший в мерцающем свете Пиратской Реки. Её серебряный браслет.

Глаза Ниф вспыхнули. Вернув браслет на запястье, она открыла рот, снова закрыла и, несколько раз сглотнув, тихо сказала:

– Спасибо.

Он улыбнулся и кивнул, а затем пошёл на ют. В голове у него по-прежнему кружились и мельтешили мысли о маме, Ниф, команде «Кракена», о Рати и Исчезайках, Колле и Арденте. Он не знал, что сказать Реми. Он просто хотел быть с ней рядом. Просто, чтобы ей стало лучше.

Ничего не говоря, Фин прислонился к перилам и уставился в небо. Река всё ещё была плетёным узлом, но пещера Шешефеша уже осталась позади.

Было темно, и его звезда – та самая, которую давным-давно ему указала мама, – сияла над горизонтом. Фин улыбнулся. Он знал: она всё ещё где-то там. Женщина, которая спасла его от загонов, в которых выросла бедняжка Ниф. Женщина, которая рисковала всем, чтобы дать ему шанс. Так же, как Колл поступил ради них всех.

Его грудь пронзила острая боль. Он посмотрел на Реми. Хотя её спина была неподвижной, а взгляд устремлён вперёд, её страдания были очевидны.

– Мне будет недоставать Колла, – сказал он.

Это была чистая правда. Колл был хорошим капитаном. Да, он не помнил Фина, но всегда был готов прийти на выручку друзьям.

Подбородок Реми дрогнул:

– Мне тоже.

Он колебался.

– Хочешь поговорить об этом?

– Вообще-то нет.

Фин минуту постоял, думая о том, чего бы он хотел на её месте.

– Не против, если я постою здесь подольше? Обещаю не мешать тебе.

Она посмотрела на него:

– Вообще-то Плюс Ещё Один…

Фин спрыгнул с перил, готовый броситься вниз по трапу.

Но на губах Реми играл призрак улыбки.

– Я не против, – сказала она. – А если честно, то я только за.

Фин улыбнулся ей.

– Отлично, – заявил он. – Я просто постою здесь. На тот случай, если я тебе понадоблюсь. Мало ли что.

Реми кивнула и вновь сосредоточила взгляд на переплетённых нитях Реки. Правда, теперь её плечи и спина не были похожи на деревянные.

Подозревая, что он, вероятно, уже забыт, Фин вновь занял позицию у перил, но уходить не спешил. Каково же было его удивление, когда через несколько минут он услышал от Реми тихое «спасибо».

Глава 22. Рябь на поверхности океана

– Ардент? – позвала Маррилл, входя в тёмную каюту. Сложив руки за спиной, волшебник стоял и смотрел в дальний иллюминатор. Пенный след «Кракена» мерцал, словно золотистый огонь, отбрасывая в темноту ночи яркие искры.

– Когда я впервые пришёл к Шешефешу, – сказал Ардент, не оборачиваясь, – я верил, что Былитамская Карта приведёт меня к секретам Дзаннов.

Маррилл безрадостно усмехнулась:

– Так она и привела.

– Привела, – согласился он. – Хотя Потерянное Солнце Дзаннин оказалось не совсем тем, что я предполагал. Это было до того, как Серт напился воды из Реки, до Мерессианского Пророчества. Тогда я почти не слышал ни о каком Потерянном Солнце. Нет, больше всего на свете я хотел обрести силу Дзаннов. Карта была моим главным вожделением. Зная теперь, что Роза Компаса была у Шешефеша… Это чудовище обмануло меня.

Позволив двери самой закрыться за ней, Маррилл прошмыгнула ближе к столу волшебника в центре комнаты. Тот был, как обычно, завален всяким хламом. Однако один угол был чист, за исключением толстого свитка, частично размотанного.

– Вот чего я не понимаю, – сказала она. – Ты сказал, что Шешефеш взял у тебя что-то ценное, потому что у него была Роза Компаса. Но потом он отдал Розу Компаса Анналессе, и в конце концов ты всё же её получил.

Ардент повернулся к ней. Одна его рука безвольно болталась вдоль туловища. Смятое письмо будто прилипло к его пальцам, готовое в любой момент упасть.

– Верно, – произнёс волшебник, – он нашёл для меня ещё более ценную вещь.

Он глубоко вздохнул.

– Прежде чем куда-то отправиться, я в поисках Карты потратил недели на исследования, чтобы убедиться, что мои выводы реальны, что знаю, что именно я ищу, что я узнаю любые подсказки, на какие только могу наткнуться. Когда Анналесса пропала, я всё это забыл. Я вёл поиски наобум, я сломя голову нёсся в любое место, которое, как я думал, могло оказаться моей целью, и так долгие годы и всё время безрезультатно.

Он взмахом указал на свиток на углу стола. Маррилл осторожно приблизилась. По всей его длине шёл – как ей показалось – список разных мест: Хвастливое побережье, Киттарг и Яракдала, Жёлоб Безобразной Невесты, Чудацкая Ферма.

Большинство были процарапаны насквозь, но не все. Последние три, в самом низу списка, светились нежно-жёлтым цветом, как будто были подписаны при свечах. Эти три она узнала.

Ардент щёлкнул пальцами, и свиток начал разворачиваться. Достигнув края стола, он упал на пол и растянулся по всей каюте. Маррилл громко ахнула – тут были записаны тысячи названий мест!

– Ты посетил их все?

– Многие даже дважды, – усталым голосом ответил Ардент.

Маррилл узнала выражение его лица. Точно такое бывало у её отца, когда тот пытался что-то от неё скрыть. Так бывало у него поздними вечерами, когда его одолевали мысли о здоровье её мамы. Тогда в его глазах читались страх, тревога и глубокая ноющая печаль. У Ардента и её отца есть что-то общее, поняла Маррилл. Оба были бессильны повлиять на судьбу любимого человека.

– Что было в письме? – спросила она.

Ардент вздохнул, пожал плечами и дрожащими пальцами протянул ей письмо.

– Ты вырвала его из щупалец Шешефеша. Ты имеешь право знать его содержание.

Постаравшись скрыть своё удивление, Маррилл бросилась через всю каюту, чтобы взять письмо, прежде чем он успел бы передумать, и принялась читать:

Милый Старый Глупец,

Когда мы встретились в Монерве, я поняла, что не смогу остановить Серта и его Пророчество о грядущем разрушении. Моё будущее было твоим прошлым – разве я могла его изменить? Я могла лишь отслеживать его, учиться у него и надеяться, что ответ откроется сам собой. Чего я не понимала, так это того, что мои шаги вели меня по кругу, и когда охотилась я, за мной тоже кто-то охотился. Теперь меня преследует ходячая тень человека, которого я когда-то знала, мрачное отражение человека, который был когда-то мне дорог. Он уже знает, куда ведёт нас этот путь. От этого не уйти.

Но даже он не знает, что мы там найдём.

Тем не менее я нашла то, что мне было нужно. Знаю, я не в силах остановить Пророчество, но я верю, что могу повлиять на то, как оно сбудется. И возможно, это и есть тот шанс, который нужен Пиратской Реке, чтобы пережить приход Потерянного Солнца.

Чтобы сделать то, что должно быть сделано, мне требовалась Роза Компаса. И чтобы её получить, мне пришлось оставить взамен кое-что ценное.

У Шешефеша было лишь одно требование: связанная магией Узла Скрученной Верёвки, я пообещаю, что, пока моя задача не будет выполнена, я не увижу тебя и не заговорю с тобой. Шешефеш уверяет меня, что когда-нибудь ты вернёшься и заберёшь это письмо. Более того, это он настоял на том, чтобы я его написала. Похоже, часть его цены для нас обоих заключается в том, чтобы ты точно знал условия нашей сделки.

Как жаль, что ты не пошёл со мной, когда я посетила тебя в твоей башне. Теперь такой возможности больше нет. Я должна сделать это одна.

Магнит, Роза Компаса, которую ты так давно пытался найти, тяжело лежит в моей руке. Она ведёт меня к Источнику Мереса, где встречаются волшебники и магия.

Что там будет, это мне неизвестно. Возможно, однажды ты получишь письмо со словами о том, что моя цель достигнута, проклятие Шешефеша снято, и мы снова увидимся. Но, возможно, этого не случится.

Так или иначе, верь в меня и знай: однажды мы увидимся снова, хотя неумолимое время сделает нас обоих неузнаваемыми.

До тех пор я остаюсь, как всегда,

твоей

Анналессой.

– Вот почему я никогда не мог её найти! Анналесса заключила сделку с Шешефешем, чтобы оставаться неуловимой!

Ардент снял шляпу и потёр пальцами лоб, словно пытался ослабить напряжение. Без шляпы его мягкие седые волосы распушились серебристым облаком, от чего он выглядел ещё комичнее, чем обычно.

Маррилл нахмурилась. Из того, что она поняла из письма, Ардент истолковал всё неправильно. Она вспомнила своё первое посещение Пиратской Реки, когда Ардент впервые поведал ей о своих поисках Анналессы. Поиски начались, когда она отправила ему письмо.

– Ардент, это же отличные новости! – воскликнула она.

– Ты так считаешь? – спросил волшебник, выгнув седую бровь.

– Письмо, – сказала она, трепеща от волнения. – Твои поиски начались с письма, которое послала тебе Анналесса. Если она отправила то письмо после того, как написала это, значит, её обещание Шешефешу уже утратило силу!

Ардент нахмурил брови:

– Выходит, что так… Маррилл, но у нас нет возможности узнать, в каком порядке всё это произошло. И кроме того, на самом деле она не отправляла мне никаких писем. Она послала мне… – Он умолк и вытаращил глаза. – Розу Компаса! – ахнул он.

Настала очередь Маррилл недоуменно моргнуть:

– Это как?

А вот глаза Ардента вспыхнули пониманием.

– Я никогда этого тебе не рассказывал. Она прислала мне саму Розу Компаса. Я открыл письмо, и она улетела. Видишь ли, Анналесса никогда не одобряла мои поиски Былитамской Карты. Она опасалась, что моя навязчивая идея отыскать карту будет губительной. Более того, это она когда-то убедила меня отказаться от этой затеи. И то, что она прислала мне Розу Компаса, часть карты, значит, что…

Пнув пяткой подол мантии, Ардент принялся расхаживать по каюте.

– Она бы никогда не побудила меня возобновить поиски Карты, не будь всё так ужасно. Если не было других вариантов. Я сразу понял, что я был дураком. Что я отвернулся от человека, которого любил больше всего на свете. Что, если она будет потеряна навсегда, это будет моя вина. Я поклялся, что не допущу этого.

Увидев его внезапное воодушевление, Маррилл улыбнулась:

– То есть, если она отправила тебе Розу Компаса, это непременно произошло после того, как она написала это письмо. – Она сложила на груди руки. – Знаешь, мне кажется, что Шешефеш просто играл с тобой. Анналесса, похоже, убеждена, что ты снова её увидишь… может, она ждёт тебя в Мересе. И если да, то Шешефеш просто большой буйный мерзавец… и мы всё-таки сможем вернуть Колла!

На щеках Ардента заиграл румянец.

– А ведь это мысль, мисс Истльуэст! У вас частенько бывают дельные мысли.

Волшебник склонился над столом и нежно потрепал её волосы. Оба рассмеялись. После того как Ардент жестоко и бессердечно расправился с Шешефешем, Маррилл было приятно осознавать, что он снова стал собой.

Улыбнувшись улыбкой доброго великодушного дедушки, старый волшебник повернулся к окну.

– Уже поздно – сказал он. – Сегодня мы будем спать спокойно, грезя о приятных встречах и славных победах. Ибо завтра мы выйдем на берег в Мересе.

* * *

Следующий день не столько занялся рассветом, сколько вытек в мир. Маррилл видела на Пиратской Реке несколько просто невероятных мест. Ей казалось, что остров Мерес, на котором встречаются волшебники, должен быть самым волшебным из всех. Сверхволшебным. Мегаволшебным.

Но когда она на следующее утро вышла на палубу, ничего подобного не было даже близко. Над бурной Рекой вздымались скалы, некоторые размером даже больше, чем их «Кракен». Скалы эти образовали лабиринт, такой плотный, что на первый взгляд пройти через него не представлялось возможным. Да и вряд ли у кого-то возникло бы такое желание. Судя по тому, что она успела увидеть, впереди их ждал лишь приземистый клочок земли, поросший мёртвыми деревьями. Потерянные и унылые, те стояли под печальным небом.

Маррилл поднялась на ют. Реми стояла, лениво прислонившись к столбу, и, чтобы не сбиться с курса, придерживала штурвал всего одним пальцем.

– Ты уверена, что знаешь, куда ты нас ведёшь? – спросила Маррилл.

Реми громко зевнула и моргнула покрасневшими глазами.

– Конечно, знаю. Это течение ведёт к Мересу. – рассеянно потирая бок, она подбородком указала на скалы вокруг: – Это, должно быть, и есть тот самый остров Мерес.

Маррилл сморщила лицо, не в силах скрыть разочарование.

– Но ведь… здесь так пусто… и некрасиво.

Реми пожала плечами:

– А ты ожидала увидеть единорогов и радугу?

– Нет, я ходил туда на мою третью годовщину, – проворчал Отказуй из-за соседнего стола. – Там нечего смотреть. Не понимаю, почему с ним так носятся.

Маррилл покосилась на него:

– Третью годовщину чего?

– Третью годовщину занятия своим делом без сования носа в чужие дела, вот чего, – отрезал четырёхрукий монстр. – Чего ты ещё не научилась делать. Сейчас запишу это для памяти, чтобы отпраздновать, если такое произойдёт.

– Мы что-то празднуем? – спросил Ардент, выходя из своей каюты.

Отказуй встал из-за стола и прошаркал к люку.

– Нет, если только ты не называешь очередную свою глупость праздником. Потому что если это так, то с вами каждый день – вечеринка. – Отказуй дотопал до трапа в тот момент, когда наверху появился Фин.

– Доброе утро, – прощебетал он.

Отказуй смерил его колючим взглядом.

– Поздравляю, ты научился определять время суток. Научись считать на пальцах, и ты официально будешь не так глуп, как выглядишь. – Он протянул к лицу Фина толстенную ручищу. – Классический Отказуй! – рявкнул он и скрылся в трюме.

Фин грустно покачал головой и поспешил к Маррилл.

– Приятно знать, что Отказуй всё ещё здесь. Я каждый день снимаю знак, который он разместил на прогулочной палубе, но он больше не забредает туда. – Взяв с соседнего стола сырную корку, он принялся задумчиво её грызть. – Если говорить о знаках, не видать ли признаков Рати и Исчезаек?

Маррилл покачала головой:

– Горизонт чист. Пока никаких подвохов.

Фин кивнул:

– Хорошо. Ниф говорит, что они будут здесь. Она в этом уверена.

Маррилл недоумённо посмотрела на него. Ниф? У Фина был ещё один друг, о котором она не знала? В последнее время ей казалось, что он чем-то озабочен. Большую часть их плавания, если на то пошло. Половину времени он вообще даже не разговаривал с ней.

Некая ускользающая мысль постоянно не давала ей покоя, словно она уже знала ответ. Просто у неё не получалось сосредоточиться на нём…

– Значит, это и есть Мерес, – прервал её мысли Фин. – Согласись, смотреть здесь не на что.

Ардент глянул на них с озорной улыбкой:

– Возможно, пока нет. Но Мерес не раскрывает своих секретов первым встречным. Так что смотрите в оба. – Отбросив подол мантии, он шагнул к ближайшим перилам, громко фыркнул и плюнул прямо в Пиратскую Реку.

– Эй! – сказала Маррилл. – А почему мы должны смотреть в оба?

Впрочем, не успела она это сказать, как по поверхности воды, где упал его плевок, пошла рябь. Сверху казалось, будто там расцвёл яркий цветок. Если раньше вода была жёлто-бурой, то теперь она переливалась всеми цветами радуги. Каменистые отмели расступились, освобождая «Кракену» путь.

За ними внушительной береговой линией растянулся остров. Безлистные деревья, извиваясь, тянулись вверх, их ветви сплетались друг с другом. Маррилл заморгала. С её глаз как будто упала пелена. То, что раньше было голым и бурым, теперь поражало буйной зеленью.

– Ух ты! – прошептала она.

– Чтобы отомкнуть воды Мереса, нужны воды волшебника, – сказал Ардент, выпрямляя спину. – Другие обычно предпочитали драматизм крови, но я никогда не питал пристрастия к ножам и иглам.

– Лучший плевок в истории, – объявил Фин.

Ардент наклонился к ним ближе.

– Вы бы видели, что было, когда я в него пописал, – прошептал он.

– Фуу! Зачем я услышала это?.. – простонала Реми.

Ардент прочистил горло и взмахнул рукой:

– Ммм, да. Я просто хотел сказать, добро пожаловать в Мерес! Место рождения Пиратской Реки! Теперь, когда путь свободен, доставьте нас на берег, мадам капитан.

– Без тебя знаю, старикан! – пробормотала Реми себе под нос.

И точно, она уже ввела «Кракен» в главный рукав Реки. Через несколько минут они прокладывали путь через свежие бреши в огромных скалах, зажатые с обеих сторон массивными валунами. Поскольку впереди был только остров, Маррилл поняла, что здесь можно запросто оказаться в ловушке. Она на всякий случай оглянулась на корму, и, надо сказать, не зря, так как успела заметить, как из-за самой большой скалы выходят боевые корабли.

– РАТЬ! – крикнула какая-то девушка с главной палубы, озвучив худшие страхи Маррилл.

Крепко сжав штурвал, Реми решительно вела корабль вперёд.

– У нас проблемы, ребята, – сообщила она. – Некуда свернуть, некуда бежать. Либо мы движемся к острову и рискуем угодить в ловушку, либо нам придётся попытать счастья и проскочить назад мимо них.

– Продолжай двигаться вперёд, – приказал Ардент. – Потерянное Солнце уже почти в Мересе. Мы должны попасть к Источнику прежде, чем это сделает он… даже если при этом мы потеряем «Кракен».

– Потеряем «Кракен»? – прошептала Маррилл.

Это всё равно что снова потерять Колла. Она сглотнула и попыталась выбросить эту мысль из головы. Если думать обо всём, что они могут потерять, её просто парализует страх.

– Быстро собери всё, что нам нужно для высадки на берег, – продолжил Ардент. – Похоже, это будет гонка.

– Лента грёз есть, – доложила Маррилл, выхватывая свиток, лежавший рядом с её блокнотами, и сунула его в сумку, в которой обычно носила свои принадлежности для рисования.

– Фин, чернила у тебя?

– Да, – кивнул Фин, передавая ей фляжку.

Маррилл положила их в сумку.

Ардент кивнул Фину:

– Спасибо, юный незнакомец. – Волшебник похлопал себя по рукаву мантии. – А у меня есть Карта и Шар Желания. – Он наклонился ближе и добавил: – Его лучше не оставлять здесь, чтобы Рать не могла воспользоваться им, пока мы будем сражаться с Потерянным Солнцем. С меня хватит одного апокалипсиса за один раз.

Он направился к перилам, но на его пути встала какая-то девушка.

– Вы не сможете победить в этой гонке, – предупредила она, хватая его за руку.

Маррилл испуганно отпрянула назад. Неужели их уже взяли на абордаж? Но Фин положил руку ей на плечо, а затем на плечо девушки. В голове Маррилл всплыло имя Ниф. И оно показалось ей… знакомым!

– Всё в порядке, – сказал Фин. – Она наша. И она права.

– Теперь посмотри сюда! – рявкнул Ардент.

Фин указал за корму и сказал:

– Рать догоняет нас… Они будут здесь прежде, чем вы доберётесь до Источника.

Они все на пару секунд умолкли, наблюдая, как в рукав Реки позади них входят корабли Рати. Они догонят «Кракен» меньше чем через десять минут. Да, не самое лучшее начало! Внезапно до Маррилл дошло, что только что сказал Фин.

– Что ты хотел этим сказать: «прежде чем вы доберётесь до Источника»?

Фин странно улыбнулся ей.

– Вы с Ардентом пойдёте вперёд. Я останусь здесь и выиграю вам время.

– Это безумие, – сказала она, сложив на груди руки. – Против нас непобедимая армия. Как, по-твоему, ты сможешь их остановить?

Фин покачался на пятках и расплылся в своей коронной хитрой улыбке.

– Не беспокойся обо мне. У меня есть план.

Маррилл недовольно закатила глаза.

– Фин, серьёзно. Просто… это так странно, вдруг расстаться. Мы всегда вместе смотрели в лицо опасностям, которые встречали на Пиратской Реке. – Она глубоко вздохнула. – И вообще… весь этот путь должен был помочь тебе найти твою маму. У меня такое чувство… такое чувство, что я совершенно забыла об этом и бросила тебя. Как в Монерве.

Не успела она даже глазом моргнуть, как оказалась в крепких объятиях.

– Маррилл, – сказал Фин, – ты мой лучший друг на всей Пиратской Реке. Тебе не нужно помогать мне каждую секунду, чтобы я об этом помнил.

– Причалили! – крикнула Реми.

«Кракен» замер, заскрежетала якорная цепь, и якорь в форме кальмара полетел в воду.

Держа Маррилл за плечи, Фин немного отстранился. Его лицо сделалось серьёзным – насколько это было возможно.

– Рать, может быть, и непобедима, но это не значит, что у неё нет слабого места. Оно есть у всех, и я намерен использовать его против них. Кроме того, они никогда не причинят мне зла. Велл нуждается во мне.

Маррилл снова обняла Фина:

– В любом случае будь осторожен.

Несмотря на приближающуюся опасность, Фин улыбнулся и поиграл бровями:

– Пффф, моя часть работы самая лёгкая. А вы с Ардентом отправляйтесь спасать мир.

– Я тоже остаюсь, – заявила Реми. Маррилл недоуменно посмотрела на неё. Но её старшая подруга была настроена серьёзно. – Этот корабль уже потерял одного капитана, – пояснила она. – Я не оставлю его. Кроме того, ты будешь с Ардентом. Может, я и лучшая няня Северной Аризоны, но не могу тягаться с волшебником. – Реми кивнула ей: – Ты сможешь, Маррилл.

Глубоко вздохнув, Маррилл присоединилась к Арденту на корме.

– Похоже, снова лишь ты да я, – сказал волшебник, предлагая ей локоть. – Ну что, идём?

После того как Тросокостный перебросил их на твёрдую землю, Маррилл оглянулась. Берег был узким, лишь полоса изрезанных скал, прижатая к воде пастью тёмного леса.

Фин помахал им с носа корабля. Помахав в ответ, они углубились в лес. Впереди маячили тени. Было невозможно угадать, что ждёт их там.

Но, что бы это ни было, Маррилл и Ардент не собирались поворачивать назад.

Глава 23. Непобедимые накануне поражения

Гордо вскинув подбородок и выпятив грудь, Фин стоял, провожая взглядом Маррилл и Ардента. Увы, как только те исчезли в тёмном лесу, голова его поникла, а плечи ссутулились. Над головой с насмешливыми криками кружила чайка. Пропахший солью и водорослями воздух разъедал лёгкие.

– Ну что ж, – сказал Фин, – лично у меня нет никаких идей. Поэтому, если у кого-то ещё есть мысли, я готов их выслушать.

Ниф мерила шагами палубу рядом с ним.

– Мы ничего не можем сделать, – пробормотала она. – Рать непобедима. Их нельзя остановить.

– Понял, – сказал Фин, хлопнув в ладоши. – Но это не очень конструктивно. Повторяю, есть ли у кого-то хоть какие-то мысли, но только не из серии «мы все умрём»?

Позади них боевые корабли летели по волнам между скал на головокружительной скорости, на какую не осмелился бы любой вменяемый капитан. Потому что разумные капитаны ценят свою жизнь, решил Фин. Рать же не ведала подобного страха. Они будут здесь через считаные секунды.

– Эх, зря я не осталась в Аризоне, – пробормотала Реми. – Кстати, в мои планы не входило покидать Аризону.

Фин охнул.

– Ладно, хватаем всё, что есть под рукой, – сказал он. – Сейчас для нас самое главное – слегка их притормозить. Мы будем сражаться, пока они не одолеют нас, после чего я сделаю вид, будто собираюсь отвести их к Шару Желаний в каюте Ардента. – Он усмехнулся про себя, уже представив Велла, покрытого истошно вопящим гелем. – Есть вопросы?

В воздухе просвистели первые абордажные крючья и впились в древесину главной палубы. Фин набрал полную грудь воздуха и выпустил свои скалолазные лезвия. Рядом с ним Ниф продолжала нервно расхаживать по палубе. На юте Реми схватила кортик, который Колл хранил рядом со штурвалом. Она держала его в вытянутой руке, подальше от себя, как будто боялась, что он обратит своё смертоносное лезвие против неё самой.

В «Кракен» впился очередной абордажный крюк, затем ещё один.

Воины Рати хищно присели на бортике, готовые прыжком преодолеть узкую полоску воды между кораблями.

– Ну ладно, – сказал Фин. – Чему быть, того не миновать! Вперёд!

Первый из воинов Рати приземлился на шканцах. Вскинув над головой кортик, Реми бросилась на врага, но, откуда ни возьмись, выскочил Исчезайка и сделал ей подножку. Она отлетела к каюте Ардента, где уже появились новые вражеские воины.

Другие уже добрались до главной палубы и теперь наступали на Фина. Он увернулся от первого, уклонился от второго.

Третий подкрался к нему сбоку и попытался схватить его. Фин кинжалом отбросил его руку, отскочил от перил и, вертясь волчком, приземлился посередине палубы.

Между тем на борт «Кракена» прыгали всё новые и новые вражеские воины. Защитников же было всего трое – Фин, Реми и Ниф, но та, казалось, решила не оказывать никакого сопротивления. Даже штурмыши сложили оружие – зубочистки – в знак капитуляции.

В общем, экипаж «Кракена» продержался недолго. Исход битвы теперь зависел только от Фина.

– Привет, брат Исчезайка, – произнёс позади него его собственный голос.

Инстинктивно выбросив руку с кинжалом, Фин резко обернулся, ожидая ответного удара, и приготовился отскочить в сторону. Но Велл просто стоял перед ним и принял его удар прямо в грудь.

Ткань порвалась, как бумага. Клинок со свистом прорезал обнажённую плоть Велла. Фин ахнул. А также услышал, как за его спиной ахнула Реми.

Но крови не было. Велл даже не поморщился. Фин растерянно уставился на него и снова нерешительно поднял кинжал.

Его близнец даже не моргнул. Одним быстрым движением Велл отвёл кинжал в сторону, схватил Фина за руку и выкрутил её. Фин выронил оружие. Затем Велл вскинул локоть и ударил Фина прямо в лицо.

Фин отшатнулся, голову пронзила боль. В глазах помутилось, и он рухнул на колени. Велл бесстрастно наблюдал за ним.

– Нас невозможно ранить, – сказал Велл, щёлкнув пальцами. – Нас невозможно обжечь. Мы не истекаем кровью. Мы – Рать. Теперь ты понял, что нас нельзя победить?

– Перестань играть с ним, Велл, – прозвучал другой голос.

Воины Рати тотчас разомкнули свои ряды, образуя проход.

На палубу «Кракена» ступила Знамя Рати.

Она щёлкнула пальцами, и Велл послушно отступил назад и встал рядом с ней.

– Вы знаете, почему мы здесь, – сказала она. – Шар Желания. – Её глаза скользнули по Фину. Он скорчился на палубе, одной рукой потирая скулу, по которой уже расплывался синяк. – И, конечно, чтобы забрать тебя. Это чудо, что ты не умер здесь без нашего присмотра. Ведь ты привык поступать… необдуманно. Ты хотя бы отдаёшь себе отчёт в том, как больно было бы Веллу, если бы ты снова стал его частью? Все твои страхи, сомнения и слабости передались бы ему, сделали его смертным.

На глаза Фина навернулись слёзы. Он не мог сказать, откуда они взялись: то ли ему было больно от удара Велла, то ли от слов Знамени. Он посмотрел на них обоих – стоя здесь, перед ним, они казались ему наваждением. Он сам и его мать, снова вместе… Увы, он был им безразличен.

Фин отказывался это понимать. Он подумал о любви и преданности, которую чувствовал к команде «Кракена», к своей приёмной семье (к миссис Пастернак на Пристани Клучанед), даже к Отказую, к людям, которые его не помнили, но которых он тем не менее любил. Велл был его двойником – когда-то они были одним целым. Как его мать и Знамя. Это связывало их узами родства. Это должно было что-то значить.

Он не пытался сдержать слёзы. Они помогут в игре, сказал он себе. Битва была проиграна. Время перейти ко второму плана.

– Хорошо, – сказал он. – Вам нужен Шар Желания. Вы его получите. Мы больше не будем драться с вами.

– Фин, нет! – крикнула Реми.

Её тон был настолько фальшивым, что Фин даже съёжился. Более того, когда он посмотрел на неё, она театрально подмигнула ему. Актриса из неё была никакая.

Он глубоко вздохнул. Оставалось лишь надеяться, что Реми не погубит его. Он медленно поднял дрожащий палец и указал на каюту Ардента:

– Он там. На дальнем конце стола. Там стоит сундучок. Шар Желания – внутри. Просто… возьмите его, и я отправлюсь с вами.

Знамя, похоже, даже не услышала его слов. Её взгляд был устремлен мимо него на Ниф. Воины вытолкнули девушку-Исчезайку вперёд, и теперь она стояла позади Фина. Её руки были сложены на груди, одна ладонь спрятана за край жилета. Она стояла, опустив голову, избегая встречаться взглядом и с Фином, и со Знаменем.

– Он у тебя? – спросила Знамя.

Ниф медленно кивнула.

Сердце Фина забилось сильнее, объятое растерянностью и страхом. Что Ниф наделала? Неужели у неё был свой план, о котором он не знал? Почему она ничего не сказала ему?

Все его вопросы отпали сами собой, как только Ниф вытянула руку. В ней, ярко светясь концентрированной магией Пиратской Реки, был зажат Шар Желания.

– О нет… – простонал Фин.

Он ударил себя ладонью по лбу. Ему смутно припомнилось, как Ниф схватила Ардента за руку, пытаясь остановить, прежде чем он и Маррилл высадились на берег.

Похоже, тогда она и украла Шар, и никто этого даже не заметил. Ниф оказалась лучшим воришкой, чем он думал. Не потому, что она запустила пальцы в карман волшебника, – это было достаточно просто. А потому, что заставила его поверить, что все они ей не безразличны. Что втёрлась к нему в доверие.

Руки Ниф дрожали.

– Извини, Фин, – заикаясь, пролепетала она. – У меня не было выбора. Велл приказал мне во время Игры Маргама, он приказал мне выкрасть Шар, чтобы к нашей следующей встрече он…

Отчаяние и предательство затопили сердце Фина, словно морская вода трюм.

– И ты это сделала. Ты предпочла их, а не меня.

Знамя вышла вперёд.

– Угомонись, – сказала она. – Исчезайки не реальны. У них нет выбора. Хороший Исчезайка выполнит любой приказ Рати. А теперь я приказываю тебе: отдай мне Шар.

Ниф замешкалась, глядя на мягкий свет желания в своих руках. Фин видел её внутреннюю борьбу. Воспользовавшись моментом, он шагнул к ней. Рать застыла в неподвижности. Стоявшие на палубе «Кракена» ряды воинов были похожи на статуи. Неотличимые друг от друга Исчезайки выглядывали из просветов между ними.

– Нет, – произнёс он. Солнце жгло ему щёки. Солёный воздух, который ещё недавно горел у него на языке, теперь разжигал огонь в его лёгких. – Нет, вы его не получите.

Знамя пристально посмотрела на него. Фин не привык, чтобы на него смотрели в упор, чтобы его изучали, разглядывали. Инстинкт подсказывал ему: «Беги! Прячься! Забейся в какой-нибудь угол, чтобы тебя забыли!» Но он не мог. Не сейчас. Более того, он этого не хотел.

Он посмотрел ей прямо в глаза и всей силой своей воли заставил себя выдержать её стальной взгляд. И когда он это сделал, то заметил, как в её глазах промелькнуло нечто такое, чего он не ожидал.

Неуверенность.

Внезапно всё, что он знал о Рати или думал, что знал, оказалось под большим вопросом. Теперь у него было преимущество. И он им воспользуется.

– Ты говоришь, что Рать непобедима! – выкрикнул он. – Что ж, возможно, вам и впрямь не нанести ран или не причинить какой-то вред. Но, как я вижу, вам доводилось терпеть поражение. И не раз.

– Придержи язык, – прошипела Знамя, однако даже не пошевелилась.

Фин почувствовал, как в уголках его губ заиграла улыбка.

– На самом деле, – продолжил он, – мы побеждали вас всякий раз, когда вы появлялись.

– Да! – крикнула с юта Реми. – Например, Колл проскользнул мимо вашей распрекрасной блокады на пути к Шешефешу!

– И в игре… – пробормотала Ниф. Улыбка Фина превратилась в ухмылку – широкую, от уха до уха. – И когда мы оставили позади ваш корабль в Сонных Проливах. – Он скрестил на груди руки. – Похоже, непобедимая армия очень даже победимая.

Впервые по застывшим, как статуи, рядам воинов Рати пробежал ропот. Краем глаза Фин увидел, что даже Велл чувствует себя неуютно. Это была правда. И они все это знали.

– Ты не понимаешь, что говоришь! – выкрикнула Знамя. – Не смей стоять между мной и моим желанием!

Она шагнула ближе и потянулась к его плечу. Фин резко оттолкнул её руку:

– Не прикасайся ко мне!

Он почувствовал, как её пальцы скользнули по застёжке-молнии на его куртке. Тихо вскрикнув, как будто от боли, предводительница Рати отпрянула и посмотрела на свою руку. Там, на кончике пальца, алела капля крови.

– Ты истекаешь кровью, – прошептал Фин.

Она медленно кивнула. Их взгляды встретились снова. На этот раз её глаза были полны эмоций: в них были страх, сожаление, покорность судьбе.

Через всю палубу «Кракена», по рядам Рати и их двойников-Исчезаек, прокатился шепоток. Они тоже отказывались верить. Даже Велл, который до сих пор казался не способным ни на какие эмоции, был ошеломлён.

– Этого не может быть, – прошептал он. – Рать не истекает кровью. Лишь когда…

Догадка поразила Фина сильнее, чем локоть Велла. Рать была неуязвима, потому что её слабости были изъяты у них и превратились в Исчезаек. И пока их Исчезайки были живы, они оставались бессмертными.

До тех пор, пока их Исчезайки живы.

– Нет! – ахнул он.

Знамя Рати кивнула. В её глазах не было высокомерия. Или жестокости. Лишь печаль.

– Итак, ты узнал мой секрет.

Фин отказывался поверить своим глазам и ушам. Глава непобедимой армии могла пораниться, как и он сам. Как и ему, ей был ведом страх. Как и он, она могла потерпеть неудачу.

Знамя Рати была смертна. Что означало только одно… Её Тень, Исчезайка… Его настоящая мама…

– Моя мама мертва, – прошептал Фин.

Глава 24. Как в начале

Маррилл посмотрела на крошечную тропку, ведущую в глубь леса. Это было похоже на кошмар из страшной сказки, которую она когда-то читала, вернее, на все кошмары, вместе взятые, причём один страшнее другого. Она ожидала, что из зарослей на них набросятся голодные волки или хитрые ведьмы.

С другой стороны, это ведь Пиратская Река – как говорится, волки и ведьмы отдыхают по сравнению с теми ужасами, которые таились здесь.

Ардент, подбоченившись, стоял на краю густых зарослей и обозревал окрестности.

– Тебе нужно запомнить лишь три правила, – сказал он и, загибая пальцы, принялся их перечислять: – Во-первых, оставайся на тропе. Во-вторых, не теряйся. И третье… – Он запнулся и нахмурил лоб. – Могу поклясться, что было и третье. И если подумать, то оставаться на тропе и не потеряться – это, по сути, одно и то же… – Он пожал плечами: – Просто не умирай, в общем. Что ж, вперёд и с песней!

С этими словами он поправил шляпу и зашагал по тёмной тропе.

В такие моменты Маррилл обычно обращалась к Фину, чьи шутки неизменно поднимали ей настроение. Но Фина здесь не было – он остался на «Кракене», сдерживая Рать и их Исчезаек. Маррилл глубоко вздохнула. Если он, не надеясь на успех, имел в себе мужество сразиться с непобедимой армией, почему бы ей не прогуляться по тёмному жутковатому лесу.

– Нет проблем, – прошептала она себе и шагнула под свод леса.

Температура воздуха почти сразу упала. Сам воздух казался странным: гуще в одних местах, разряжённее – в других. Маррилл из последних сил старалась не отставать от уверенно шагавшего Ардента. Она шла, и каждая частичка её тела вибрировала на своей частоте. Временами ей казалось, будто разные её части движутся с разной скоростью. Лес почти вплотную подступал к ним с обеих сторон.

Ветви со скрипучим шипением тянулись к ней, как будто Маррилл была магнитом. Ей показалось, будто краем глаза она видит огни. Когда же она повернула голову, чтобы посмотреть на них, они исчезли, потухли, словно светлячки.

А ещё звуки! Маррилл была готова поклясться, что слышит шёпот и даже хихиканье, и всё это наслаивалось на крики странных существ и скользящее шуршание листьев. Кроме того, был слышен странный гул, который, стоило ей повернуть голову, всякий раз менял высоту.

На краю её поля зрения танцевали подозрительные тени.

– Я одна вижу призраков? – спросила она.

Шедший впереди Ардент хлопнул себя по лбу:

– Ах да, конечно! Как глупо с моей стороны. Это третье правило. – Он повернулся к ней: – То, что ты видишь, не призраки. Это отголоски. На твоём месте я бы избегал их.

Он отвернулся и продолжил путь. Маррилл поспешила следом.

– Что ты имеешь в виду? Отголоски чего?

– Да чего угодно! Как правило, это отголоски старой магии. Помни, что Пиратская Река – это река, которая вытекает из другой реки. Так что, если думать о Пиратской Реке как о рукаве Реки Творения, то Мерес – это остров на стыке этих рукавов. Некоторые даже скажут, что он сам – главный рукав. – Он повернулся к ней лицом. – Вот почему это место настолько волшебное! Мерес – единственный мир, который одновременно касается и Реки Творения, и Пиратской Реки. Все воды Реки текут через него.

По спине Маррилл пробежал холодок, словно кто-то провёл ей по позвоночнику холодным пальцем. А потом она поняла: это действительно чей-то холодный палец. С визгом она отпрыгнула на середину дорожки и резко обернулась, чтобы увидеть, что там такое. И не увидела ничего, кроме темноты леса. Она была готова поклясться, что услышала в шелесте листьев чей-то смех.

– Значит, так, – сказала она, прижимая руку к колотящемуся сердцу. – Я официально объявляю это место хуже ночных кошмаров.

– О чём ты? – Ардент удивлённо взмахнул рукой. – Да это самый безопасный путь. Просто рябь на поверхности океана, коим является Мерес.

Маррилл сглотнула ком в горле.

– А что, будет ещё хуже?

Ардент откинул голову назад и засмеялся:

– О да. Куда хуже.

Он снова зашагал по тропинке. Маррилл была почти уверена, что слышала, как он усмехнулся: «Гораздо, гораздо хуже».

С этого момента Маррилл не отходила от него ни на шаг.

Ардент продолжил рассказывать ей о разных эзотерических вещах, и хотя Маррилл слушала его вполуха, она была благодарна, что его голос заглушал жуткие звуки леса. Однако в конце концов воздух наполнился таким шумом, что Ардента стало почти не слышно. Начался этот шум тихо и мягко, но чем дальше они шли по тропе, тем настойчивее он становился. Вскоре он превратился в вибрирующий грохот.

Впереди непроглядная чернота леса внезапно сменилась светом и воздухом. Стоило Маррилл выйти из-за деревьев, ей как будто дали под дых. Она ахнула и, чтобы сохранить равновесие, схватилась за мантию волшебника.

– Источник Мереса. – Голос Ардента звенел благоговением, голубые глаза сияли.

Они стояли на краю круглой бездны, настолько огромной, что другая её сторона была почти неразличима вдали. Бездну эту со всех сторон окружал тёмный лес – непроходимая масса деревьев подступала к самому краю. В центре, как будто пропасть была просто большим рвом вокруг него, до самого неба вздымался шпиль.

Примерно посередине его высоты из огромных, похожих на пасти арок с каждой стороны хлестала золотая вода, чистейшая магия, низвергавшаяся в бездонную пропасть. Из глубин бездны, взрываясь калейдоскопом самых разных оттенков, поднимались облака мерцающего тумана, отчего казалось, будто сам закат испарился и повис в воздухе.

Это и был источник ревущего гула – гром и грохот падающей воды. Это, поняла Маррилл, источник всей магии. Источник, из которого вытекает Пиратская Река.

Кончик шпиля венчало здание, которое выглядело так, будто оно было не сложено, а вырезано из камня. Внимательно посмотрев на него, Ардент перекинул кончик шляпы через плечо.

– Теперь всё, что нам нужно, – это добраться до самого Источника, залатать Карту и заново посадить в клетку Потерянное Солнце Дзаннин, прежде чем оно уничтожит всё творение.

– Ну да, – пробормотала Маррилл, – ничего особенного.

– Точно, – поддакнул Ардент, явно не распознав сарказма.

– А теперь к Источнику! – И, прежде чем Маррилл успела остановить его, волшебник шагнул с обрыва и исчез из поля зрения.

– Ардент! – пискнула Маррилл, бросаясь вперёд.

Подбежав к краю так близко, насколько ей хватило храбрости, она упала на колени. И тут же наткнулась на взгляд голубых глаз, лучившихся улыбкой. Волшебник находился всего лишь футом ниже.

– Эх, видела бы ты своё лицо, – усмехнулся Ардент. – Эта шутка никогда не устаревает, честное слово. В любом случае давай за мной. Но только, чур, смотри под ноги, посередине может быть чуть сложнее. – С этими словами он направился прямо через пропасть к шпилю.

Внезапно мерцающий туман перед Маррилл сгустился в радужную линию. Чуть ниже края утёса переливающаяся радуга соединяла одну сторону пропасти с другой. Правда, на вид она была чуть более скользкой, чем ей хотелось бы. Глубоко вздохнув, Маррилл опустила ногу через край, приняла удобную позу и скользнула на мостик из сверкающей росы.

Чем ближе они подходили к шпилю, тем сильнее налетал на них ветер, покрывая кожу мерцающим туманом. Он одновременно покалывал и щекотал, превращаясь в крошечные пузырьки, отчего у неё время от времени по руке ползли мурашки. Но, к счастью, капли эти были слишком малы, чтобы творить настоящую магию.

Наконец мост превратился в лестницу, и Маррилл начала взбираться по ступенькам. Ардент ушёл так далеко вперёд, что казался пурпурным пятном. Когда она, наконец, догнала его, её ноги горели, а дыхание было надрывным.

– Разве волшебники не могли создать что-нибудь поудобнее? – задыхаясь, спросила она.

Ардент покачал головой:

– К Источнику Мереса нельзя приблизиться, не преодолев трудности. Попытайся мы это сделать, мы бы обнаружили, что отошли от него ещё дальше.

– Волшебная логика – полная бессмыслица, – пробормотала Маррилл себе под нос.

Ардент продолжил подъём вверх. Его руки мелькали в воздухе, словно птицы, а всё потому, что он вернулся к своему излюбленному занятию: многословным объяснениям туманных магических понятий.

– Тоже верно, – согласился он. – Некоторые полагают, что пространство и время в Пиратской Реке связаны друг с другом исключительно через количество усилий, затраченных на перемещение между ними. Это, помимо прочего, делает Капитана Железного Корабля столь загадочной фигурой!

– Капитана Железного Корабля? – переспросила Маррилл, разглядывая обе стороны едва различимой лестницы. С каждым шагом ей приходилось выбирать золотую середину: поторапливаться, чтобы не отставать, но и не слишком спешить, чтобы не рухнуть в забвение. – Как ты думаешь, мы увидим его здесь?

Ардент умолк и оглянулся на неё через плечо:

– Моя дорогая Маррилл, было бы удивительно, если бы этого не случилось. Вспомни, как виверван показал мне встречу Капитана и Волшебника Рассвета, хотя они никогда не существовали одновременно. А судя по последним словам Танеа Полой Крови, он допытывался у неё, как можно перехитрить время. Чтобы это сделать, требуется больше энергии, чем я могу представить. Возможно, столько, сколько мог дать только сам Потерянное Солнце… но как это будет работать…

Он задумчиво погладил бороду.

– В любом случае Капитан приложил невероятные усилия, чтобы разбудить Потерянное Солнце. Каковы бы ни были его планы, я не думаю, что он откажется от этой конфронтации.

– Прекрасно. – Маррилл даже вздрогнула при этой мысли. Она и без того была напряжена, как струна, и последнее, в чём она нуждалась, это добавить в уравнение Капитана.

Наконец они достигли основания здания. Маррилл привалилась к каменной стене. Уж если для того, чтобы достичь Источника Мереса, требовалось усилие, то она определённо заслужила, чтобы её пустили внутрь.

А вот Ардент выглядел очень даже бодрым. Он положил руку ей на плечо, и Маррилл почувствовала, как к ней перетекает его тепло.

– Готова? – спросил он.

Она кивнула. Отбросив ногой подол мантии, Ардент вошёл в дверной проём, такой узкий, что ему пришлось повернуться боком, чтобы пролезть в него. Маррилл начала протискиваться следом, но в следующий миг увидела дальнюю сторону пропасти. То, что предстало её взору, заставило горло сжаться, а живот стянуло узлом. На противоположной от «Кракена» стороне острова, за краем леса, небосклон заканчивался.

Вернее, заканчивалось всё. Мерцающие воды Пиратской Реки лились в темноту в извращённой насмешке над водопадами, что по-прежнему низвергались из Источника вокруг неё.

Пустота небытия. Потерянное Солнце надвигался, словно чёрная дыра, поглощая всё, чего касался. А впереди этой пустоты целеустремлённо шагала серебристая фигура, шагала по поверхности Реки, как будто та была твёрдой ровной дорогой. И от её шагов распространялась пустота.

Потерянное Солнце Дзаннин был уже почти рядом.

Глава 25. Пролитая кровь жизни

Моя мама мертва.

Фин задохнулся. Вокруг него перешёптывались воины Рати и их двойники-Тени. Прижав пальцы ко лбу, Велл расхаживал взад-вперёд, пытаясь постичь смысл происшедшего.

Знамя не обращала на них внимания, не сводя глаз с Фина.

– Да, – лишь сказала она, пряча палец в кулак.

Кровь окрасила линии на её ладони в малиновый цвет.

Фин издал сдавленный крик. Всё это время он искал свою маму… все ночи он смотрел на звезду, которую она указала ему, мечтая, что однажды он снова увидит её, что она снова его обнимет. Боже, как он надеялся иметь дом, семью. А она была мертва. Она была мертва!

Все его мечты оказались ложью.

– Как давно? – Его голос был рыданием, кашлем и шёпотом одновременно.

Велл ринулся вперёд и оттолкнул Фина в сторону.

– Да, мать, – сказал он с усмешкой. – Как давно? Как давно ты скрываешь свою слабость? Как долго ты позволяла длиться этому ужасу?

Знамя холодно посмотрела на Велла, в очередной раз напомнив Фину, что любое проявление её жестокости было подлинным.

– Это тебя не касается, – прошипела она.

Какую бы слабость, какую бы уязвимость она ни носила в себе, она по-прежнему оставалась Знаменем Рати. Оставалась той, что подослала Ниф украсть у них Шар Желания, той, что намеревалась освободить Короля Соли и Песка. Она по-прежнему не знала жалости.

– Так долго, что ты даже не хочешь признаться в этом? – процедил сквозь зубы Велл. – Зачем позволять этой слабости жить в тебе? Почему бы не вырезать её снова?

Впрочем, Фину это было безразлично. Он был сосредоточен на чём-то гораздо более важном.

– Когда умерла моя мама?

Знамя отступила назад, одновременно глядя на них обоих. Её спина была всё такой же прямой. Её взгляд – всё таким же суровым. Но уголки её глаз были опущены, выдавая её подлинные чувства.

Её поза тоже изменилась – стала если не дружеской, то хотя бы чуть более раскованной. Её лицо странным образом являло собой маску жестокости и сострадания, резкости и мягкости, слабости и силы.

Она была человеком, понял Фин. Не лишённой эмоций Знаменем Рати, не безликой Тенью-Исчезайкой. Просто человеком.

Она вздохнула. Это не был вздох нетерпения, а скорее усталости. Как будто она слишком долго несла груз своей слабости. Она посмотрела на Фина.

– Твоя мать на самом деле не умерла, – пояснила она. – Она часть меня, часть той, кем я стала.

Выражение её лица слегка смягчилось. Фин попытался найти в нём что-нибудь знакомое – ту её часть, которая держала его на руках, когда они плыли к Пристани Клучанед.

– Погоди… так ты… моя мама? – спросил Фин, и его голос дрогнул.

Она кивнула:

– В некотором смысле. Её личность, её индивидуальность, её мысли – их больше нет, они ушли навсегда. Но её воспоминания живы во мне. Они, по сути, и есть то, чем она была. В этом смысле она здесь, во мне. Получив их обратно, я не могла просто позволить снова их отсечь.

Она взяла его за руку и наклонилась так низко, что они оказались лицом к лицу.

– Знаю, это трудно увидеть. Знаю, что могу показаться… Я могу быть жестокой. Но поверь мне, я бы защитила тебя.

Фин отстранился. Он был уверен: то, что она делала до сих пор, никого не защищало.

– Бросив меня в загон? Порабощая таких, как я, говоря нам, что мы никто? – Он снова посмотрел на Ниф. Её лицо было маской страха, боли и растерянности. Она крепко прижимала светящийся Шар Желания к груди. – Похитив Шар Желания и выпустив на волю Короля Соли и Песка?

Она схватила его за руку и притянула к себе.

– Да! – сказала она. – Когда придёт Король Соли и Песка, для Рати и их Теней всё изменится. У нас есть реальный шанс изменить то, как мы жили тысячелетиями! Но кто-то должен быть там, чтобы объяснить это нашему Королю. Кто-то высокого положения, но не такой бессердечный, как Рать.

Фин фыркнул:

– Так я и поверил! Допустим, да, ты хочешь освободить Короля Соли и Песка и помочь ему покорить всю Пиратскую Реку, но крайне сомнительно, что в твои планы входит помочь мне и остальным Теням. – Он недоверчиво покачал головой. – Ты ещё скажи, что одинаково гордишься мной и Веллом.

– Так и есть, – сказала Знамя, и её лицо впервые озарилось искренней улыбкой. – Люди не так просты, как ты думаешь, Фин.

– Люди «сложны», потому что они слабы, – вмешался Велл, глядя на Фина с презрительной усмешкой. – Она слишком долго была твоей матерью, – добавил он, сопроводив свои слова нетерпеливым взмахом руки.

Оттолкнув Фина в сторону, он встал прямо напротив Знамени.

– Я допускаю, что такое бывает. Тени, они слабые и глупые. Они совершают глупости, они умирают, их нужно удалять. Не понимаю, зачем ты позволила этой слабости жить в себе?

– Человечность – это не слабость… – начала было она.

Но Велл оборвал её:

– Так вот почему мы проиграли игру! Так вот почему они избежали нашей блокады, так вот почему они ушли от нас! – Он говорил всё быстрее и быстрее, изогнувшись, как кошка. – Это объясняет, почему Шар ещё не у нас. Почему мы до сих пор не освободили нашего Короля и не покорили Реку. – Он посмотрел ей в глаза: – Потому что ты слаба.

Не обращая на него внимания, Знамя повернулась к Фину. За её спиной выражение лица Велла изменилось, как будто он что-то внезапно понял.

– Потому что ты слаба, – шёпотом повторил он.

Фин слишком поздно понял, что означают его слова.

Велл уже шагнул вперёд. Уже вынул из ножен нож. Прежде чем Фин успел пошевелиться, прежде чем успел выкрикнуть предупреждение, Велл вонзил в спину своей матери клинок.

Она широко раскрыла глаза. С её губ сорвался болезненный стон. В следующий миг по её груди растеклось алое пятно.

– Нет! – крикнул Фин.

Он бросился к матери и в последнюю секунду поймал её, не давая упасть. Медленно и бережно он опустил её на палубу.

Как же быстро всё произошло! Он только-только нашел её снова. Хотя и не понял толком, кого именно.

– Почему ты… почему она забрала меня? – Его голос дрогнул, по щекам потекли слёзы. – Почему вы обе оставили меня?

– Потому что любовь – не слабость. – Она сжала его руку. Её дыхание стало частым и отрывистым, глаза потемнели от боли. – Помни нашу звезду, Фин, – еле слышно произнесла она и прижала дрожащие пальцы к его щеке. – Я никогда её не забывала.

Фин так много хотел ей сказать! За эти годы в его сердце накопилось так много всего. Но он не мог подобрать слов.

А потом её не стало.

Сердце Фина разбилось на тысячи осколков, и он не был уверен, что когда-либо сможет найти их все. По рядам Рати и их Теней пробежал ропот, но Фин не обращал на него внимания. Закрыв глаза, он опустил голову и прижался лбом к её лбу.

Знамя. Его мама. Ему было всё равно, кем она была, главное, что она его помнила! Все эти годы она смотрела в ночное небо, выискивая глазами звезду, напоминавшую о нём.

Издав победный клич, Велл резко повернулся к своим воинам.

– Я новое Знамя Рати, и мой долг – получить Шар, – объявил он. – Я буду тем, кто вернёт нашего Короля. Я буду тем, кто объединит нас под его волей! – Он угрожающе посмотрел на Фина: – Отойди прочь, брат-Исчезайка. Не стой на пути моей судьбы.

Фин глубоко вздохнул. Он был растерян, унижен, раздавлен. Сопротивляться не было сил. И всё же, обнимая тело матери, он знал, что не имеет права сдаваться. Кто-то должен встать между Ратью и Шаром Желания. Кто-то должен остановить пришествие Короля Соли и Песка. И он понял: кто, если не он?

Его любили. Его помнили. Он чего-то стоил. И сегодня вечером, подумал Фин, поднимаясь на ноги, сегодня вечером, когда небо скользнёт во тьму, моя звезда по-прежнему будет там.

Если Потерянное Солнце не утащит небо в бездну…

Глава 26. Починка вещей

Внутри шпиля лесной шёпот был слышен ещё громче и сильнее. Маррилл вновь охватила тревога. Она невольно отпрянула и коснулась спиной чего-то упругого, похожего на стену густого, замёрзшего воздуха. Она испуганно обернулась. К ней двигались тени, проносясь мимо, как будто её здесь не было, – одновременно твёрдые и бесплотные, тёмные и светлые. И всё же она их чувствовала. Волосы на её затылке встали дыбом.

Кожа как будто отяжелела. Они давили на неё своим весом, проходя сквозь неё к причудливой резной двери впереди.

Испуганно пискнув, Маррилл шагнула ближе к Арденту. Как хорошо, что он по-прежнему с ней рядом!

– Не бойся их, – шепнул он, наблюдая, как они проходят мимо. – Это отголоски или просто воспоминания, привязанные к этому месту его магией и силой событий, которые здесь произошли. Они могут беспокоить тебя, но вреда не причинят.

Одна из теней остановилась у двери и слегка повернулась к Арденту и Маррилл, как будто почувствовала их присутствие. Ардент мягко улыбнулся ей.

Лицо одной из теней приобрело чёткость очертаний. Маррилл ахнула. Сходство было насколько жутким, что даже пугало. Плечи силуэта были шире, спина прямее. Лицо было более суровым, глаза пронзительными, подбородок острым, без смягчающих линий пушистой бороды.

Но держал он себя по-прежнему. Привычным образом повернулся и, войдя в комнату, в своей обычной манере пяткой отбросил подол мантии. Это был хорошо знакомый жест, который Маррилл снова и снова видела на палубе «Кракена», на Стене Монервы, даже сейчас, здесь, у входа в эту самую башню.

Перед ней был Ардент. Молодой, но тем не менее точно он.

– Воспоминания становятся более чёткими, когда рядом тот, кто когда-то их пережил, – пояснил волшебник. – Боюсь, мы увидим отголоски того дня, когда родилось Пророчество, запечатлённое в этом месте магией столь сильной, что она оставила след во времени и пространстве.

Позади молодого Ардента показалась ещё одна знакомая фигура.

– Анналесса! – пробормотал настоящий Ардент.

Она тоже была моложе, а её правильные черты почти надменны. Не то что у доброй, щедрой женщины, которую знала Маррилл. У входа в комнату она застыла на месте, как будто кого-то ждала.

У Маррилл похолодело внутри. Она поняла, кого они ждут.

Замыкающая процессию фигура была высокой и худой. Пусть это был лишь отголосок, Маррилл рассмотрела рассеянные по всей мантии звёзды. Хотя она тотчас поняла, что перед ней – юный Серт, но было трудно поверить, что это тот самый безумный пророк, а теперь безумный сосуд Потерянного Солнца, которого она знала.

Его черты излучали спокойствие, даже счастье. Его кожа была гладкой, без единой морщинки, очищенная от чёрных борозд, прорезанных многовековыми слезами.

Он был так молод. Так силён и решителен.

– Он выглядит… нормальным, – пробормотала Маррилл. Если только волшебники бывают нормальными, мысленно добавила она.

Увидев его таким, она мгновенно вспомнила фигуру, которая даже в этот момент направлялась к ним. Потерянное Солнце Дзаннин, облачённое в тело Серта, на пути к тому, чтобы излить разрушительную силу в источник Пиратской Реки.

Ардент закрыл глаза и понурил голову, не в силах видеть, как друзья его далёкого прошлого вместе вошли в комнату. Маррилл схватила его за руку, но он привалился к стене и судорожно вздохнул.

– Пойдём, – сказала она. – Мы должны починить Карту прежде, чем сюда придёт Потерянное Солнце.

Волшебник кивнул:

– Да-да, конечно… разумеется, ты права. Я… не ожидал, что всё будет так сложно. А будет ещё хуже. – Он поднялся на ноги, и, когда Маррилл попыталась его утешить, замахал руками: – Со мной всё в порядке, всё в порядке. Не волнуйся, я справлюсь.

Маррилл кивнула и толкнула резную дверь. Но стоило ей увидеть, что там внутри, как её ноги как будто приросли к месту. Она застыла в неподвижности, в изумлении глядя на представшее её взору величие. Каменные стены вздымались вверх на десятки этажей, где изгибались к куполообразному потолку из разноцветного стекла.

Но в первую очередь её внимание было приковано к Источнику в центре комнаты. Он был из того же камня, что стены и пол, – как будто вся комната была вырезана вокруг него. Его окружал высокий подиум, облегчая доступ к широкой чаше.

Сомнений не было: перед ними был Источник Мереса. Исходящий из чаши свет омывал комнату волшебным сиянием.

Ардент встал с ней рядом.

– Исток Пиратской Реки, – благоговейно пробормотал он. – Форторн Унылый создал фонтан таким, каким ты видишь его сегодня, но вот сам бьющий из земли ключ, он всегда был здесь.

Его слова почти потонули в гуле голосов, исходивших от толп теней. Их было так много, что было невозможно двигаться, не касаясь их. Их холодная темнота скользила по коже Маррилл, притягивая к себе. Их шепчущие голоса перекрывали друг друга, отчего огромная пустая, но гулкая комната напоминала Центральный вокзал Нью-Йорка в час пик.

– Я думала, что Волшебников Мереса было только восемь, – Маррилл пришлось повысить голос, чтобы быть услышанной.

– Верно, – подтвердил Ардент. – Большинство этих отголосков уже были здесь до них.

Маррилл растерянно заморгала.

– Мерес – место великой силы, – пояснил волшебник. – То, что ты видишь, – это тени Дзаннов. Это был их оплот, ведь здесь воды Пиратской Реки – самые чистые и насыщенные магией. – Он широко развёл руки. – Именно здесь они связали когда-то Потерянное Солнце. И здесь мы свяжем его снова! Более того, если нам повезёт, мы даже сможем увидеть тени того самого первого сражения.

– Если повезёт? – недоверчиво спросила Маррилл.

Ардент хмыкнул:

– Ну да. Не пора ли? – Отбросив ногой полы мантии, он направился к Источнику. – Тогда давай за дело.

Они шагнули в лабиринт отголосков. Маррилл даже поёжилась. Тени в нём мерцали, подрагивали, меняли очертания. Разные сцены разыгрывались и меркли, призрачные актёры воссоздавали тысячи ролей, накладываясь друг на друга, словно в трёхмерном монтаже.

Ардент прошёл мимо, и некоторые из них вновь приобрели яркость и чёткость, даже их лица. Не иначе как благодаря его воспоминаниям.

Она узнала Маргама, хотя видела его только закованным в железо. Он говорил что-то нараспев и был занят каким-то странным ритуалом. По взмаху его руки призрак Форторна Унылого вынес каменную чашу, которая идеально легла на верхнюю часть Источника. Маррилл поняла, что стала свидетельницей обустройства Источника в том виде, в каком тот теперь высился перед ней.

Затем её взгляд переместился к тени молодого Серта, шагавшей к Источнику. Тень Аннелессы вынесла каменную чашу. Серт взял её и погрузил в Источник.

Теперь Маррилл точно знала, что видит. Она слышала эту историю много раз.

– Это начало Пророчества, верно?

Взгляд Ардента скользнул на помост.

– Да, – серьёзно подтвердил он и почти шёпотом добавил: – Если бы мы только знали!

– Посмотрите, воды Реки не причиняют мне вреда, – заявила тень Серта, высоко поднимая чашу. Вода стекала через край ему на пальцы, но не наносила никаких ран.

Он поднёс чашу к губам. Был момент нерешительности, когда Маррилл показалось, что она увидит некое подобие улыбки. Но затем Серт опрокинул чашу и залпом выпил воду Пиратской Реки.

Маррилл знала: в этот момент всё изменилось. Серт сейчас упадёт и исторгнет слова, которые станут Мерессианским Пророчеством. С этого момента начнутся события, которые приведут к нынешнему дню.

Как будто в подтверждение раздался оглушительный грохот, похожий на раскат грома. За выходящими на юг окнами небо почернело. Затем налетел порыв ветра, но не упало ни капли дождя. Ведь не было никаких туч. Одна лишь тьма, кромешная, бесконечная тьма. Пустота надвигалась.

– Ардент! – окликнула волшебника Маррилл, напоминая ему, что времени у них в обрез.

Призрачный Серт корчился на земле. Каменная чаша выпала из его пальцев, намочив водой Пиратской Реки его мантию.

– Я вижу, – сказал Ардент, доставая из потайного кармана мантии Былитамскую Карту. Казалось, будто её середину кто-то пробил кулаком. Вершина слезинки уже касалась очертаний Мереса. Потерянное Солнце уже шагнул на остров.

– А теперь поживее, – велел Ардент, поднимаясь по ступенькам на вершину помоста. – Лента и чернила. Доставай. У нас мало времени.

Маррилл опередила его. Открыв сумку, она быстро порылась в ней. Как и прежде, как только её рука легла на Ленту грёз, в ней мгновенно проснулось буйное воображение. Её пальцы буквально чесались, чтобы взять карандаш и начать делать наброски. Её внутренний взор уже видел все фантастические образы, которые она могла бы воплотить в жизнь.

Подавив в себе этот порыв, она бросилась с Лентой и чернилами к Арденту. Она уже поднималась по ступеням, когда перед ней, блестя в темноте оскалом зубов, появилось лицо, красное и чешуйчатое. Чудовище взревело, и Маррилл накрыло пламя.

Она вскрикнула, но ожога не почувствовала. Пламя вернулось в дальний конец комнаты.

– Что это было?

Ардент подошёл и выхватил у неё из рук Ленту и чернила.

– Похоже, мы всё же увидим битву Дзаннов с Потерянным Солнцем. – Он вернулся обратно к Источнику. – Я не ожидал, что он будет настолько живым. Но тогда, я полагаю, кто-то, кто помнит эти события, уже пришёл в Мерес. – Он посмотрел на окно и на черноту за ним.

Маррилл сглотнула. Вокруг них из отголосков возникали странные существа, о существовании которых она даже не подозревала, и извивались в яростной схватке. Все они усиленно стремились к тени в углу комнаты – тени, что была темнее, чем все остальные.

Тень Потерянного Солнца. Пока снаружи настоящее Потерянное Солнце неумолимо приближался, его отголоски удивительным образом уже пробуждали отголоски Дзаннов.

Ардент осторожно положил остатки карты на край Источника рядом с другими предметами и, сосредоточенно нахмурив лоб, посмотрел на них.

– Ты ведь знаешь, что делать, верно? – спросила Маррилл.

Он нетерпеливо посмотрел на неё:

– А ты как думаешь? Я же великий волшебник Ардент. Сегодня я самый могущественный волшебник на Пиратской Реке. Если кто-то и может командовать магией Дзаннов… то это я. И я смогу. А теперь отойди в сторонку и следи за тем, чтобы меня ничто не отвлекало.

Отмотав часть Ленты грёз, он сунул её под Карту так, чтобы она заполнила созданную пустотой дыру.

Затем откупорил кувшин с чернилами и на миг замешкался. Пожав плечами, он наклонил кувшин и капнул на середину Ленты чернил. Те шлепнулись на её поверхность и медленно впитались в тонкий материал.

Маррилл, затаив дыхание, ждала. Чернильные отростки расползлись по Ленте, образовав пятнистый узор, похожий на причудливый психологический тест. Но на этом всё.

Больше ничего не случилось. Чернила не превращались в острова или континенты. Миры не появлялись. Равно как островки и деревни.

– Хмм. – Ардент нахмурился и подтолкнул пальцем Ленту, пока её уголок не опустился к Источнику достаточно близко, чтобы коснуться речной воды. Лента исчезла, растворилась, как сладкая вата в стакане воды.

Неподалёку отголосок Серта продолжал бубнить пророчество, а эхо молодого Ардента яростно записывало всё, что он сказал. По всей комнате, в ещё более раннем времени, отголоски Дзаннов вели войну с надвигающейся тенью Потерянного Солнца.

– Я не могу сосредоточиться, – объявил Ардент. – Меня вечно что-то отвлекает. Мне нужно хоть немного тишины.

Глубоко вздохнув, Маррилл окинула взглядом комнату. Чем бы ему помочь? Рядом с ней возникла призрачная кошачья морда, в которой Маррилл узнала Волшебника Рассвета. Тот взмахнул руками и, вытянув воды из Источника, сотворил целый миниатюрный мир. После чего швырнул его в сторону тени у двери. Та без труда поймала его и разрушила, погрузив целый мир в забвение.

Как же остановить вой ветра, исчезающего в забвении Потерянного Солнца? Как угомонить бормотание Мерессианского Пророчества или всё ещё враждующих Дзаннов? Это было невозможно!

С досадой сжав губы, Ардент разгладил очередной кусок Ленты и вызвал из пузырька ещё каплю чернил.

Внезапно у Маррилл возникла идея:

– Ардент, можно попросить у тебя кусочек Ленты и немного чернил?

Волшебник одарил её колючим взглядом:

– Маррилл, сейчас не время для рисования…

– Поверь мне, – взмолилась она. – Это поможет.

Ардент вздохнул и, размотав рулон бумаги, разорвал его пополам. Из воздуха он наколдовал маленькую миску и наполнил её чернилами. Маррилл протянулась за ними, но на секунду замешкалась.

– У тебя, случайно, нет кисточки?

Терпение Ардента явно было на исходе, однако он щёлкнул пальцами, и появились три кисточки. Буркнув «спасибо», Маррилл взяла одну из них и окунула в чернила.

Она быстро набросала силуэт Ардента рядом с Источником, окружённым стеклянной стеной. Она на миг задумалась, затем добавила в рисунок отскакивающие от стены музыкальные ноты.

В следующий миг рисунок соскочил с бумаги в реальность. Маррилл затаила дыхание, глядя, как Ардента окружила стена. Волшебник остановился, глядя на неё сквозь чернильные очертания только что нарисованной комнаты. Он открыл рот, но не издал ни звука. Маррилл рассмеялась. Значит, сработало! Она нарисовала звуконепроницаемую камеру, и та стала явью!

Ардент широко улыбнулся, показал ей большой палец и вернулся к работе.

Маррилл с облегчением вздохнула. На неё больше не давил никакой груз. Волшебник спасал мир, а она тем временем могла просто сидеть, сложа руки, и наслаждаться происходящим. Рядом с ней один из Дзаннов превратился из живого камня в ледяного тигра, дышащего морозом на призрак Потерянного Солнца.

Но пока она наблюдала, тень Потерянного Солнца как будто раскололась пополам. Тёмные руки взлетели вверх, чтобы отразить удар, а позади них появилась ещё одна пара рук. Эти руки, однако, не были бесплотными или выцветшими. Наоборот, они были живыми и наполненными цветом. С запястий свисали серебряные рукава.

Безликий силуэт дрогнул. Под ним из бесформенных глубин возникло фарфоровое лицо. Тень не прояснялась, поняла Маррилл. Что-то двигалось сквозь неё.

– Я пришёл, – объявил голос, который не принадлежал Серту.

Сквозь собственное эхо вперёд выступил Потерянное Солнце.

Глава 27. Что реально, а что нет

Фин тяжело поднялся на ноги. Ему показалось, что они налиты свинцом. Палуба «Кракена» с тем же успехом могла быть зияющей пропастью, её гравитация притягивала его к телу матери. Матери, теперь потерянной для него навсегда.

Велл – его двойник, чьё существование определяло его самого, – только что убил их мать. И теперь он освободит Короля Соли и Песка, выпустит на волю Железный Прилив и обречёт на гибель всю Пиратскую Реку. Как будто для этого мало Потерянного Солнца Дзаннин.

Если Фин и нуждался в доказательстве того, что Рать безжалостна и бесчувственна, то он его получил. Да, они могут быть похожи как две капли воды и быть частями одного целого, но между ним и Веллом не было ничего общего.

– Сестра Тень, – холодно и бесстрастно произнёс Велл, – принеси мне Шар Желания.

Ниф была в замешательстве, глядя то на одного, то на другого. На её лице читалось явное сомнение.

– Не делай этого, Ниф, – спокойно сказал Фин. – Он не властен над тобой.

Велл закатил глаза:

– Сестра Тень, это был приказ.

Руки Ниф, сжимавшие мерцающий Шар, дрожали.

– Я не могу сопротивляться ему, – прошептала она. – Он – Рать. Мы должны выполнять их приказы.

Фин буквально дрожал от ярости, однако сумел сдержать рвущийся из горла рык.

– Ты ничего не обязана делать, Ниф, – бросил он. – Ты человек. Ты имеешь право принимать собственные решения.

Она покачала головой:

– Нет, Фин, – прошептала она. – Не имею. Ни ты, ни я. С момента нашего рождения мы – не более чем отрезанные куски чужих слабостей. Мы не настоящие.

– Фин, – фыркнул Велл. – Ниф. Вы даже дали друг другу имена. Какой абсурд! – Он покачал головой и посмотрел на Фина: – Она права, брат Тень-Исчезайка. По сравнению со мной вы все слабы. – Его взгляд снова упал на Ниф. – Шар, сестра Тень. Дай мне Шар. Немедленно.

– Врежь ему, Плюс Ещё Один! – крикнула с юта Реми. – Покажи ему, кто тут слабак!

Рослый воин из числа Рати шлёпнул её ладонью по губам, заставив умолкнуть.

Увы, слишком поздно. Слова Реми сделали своё дело. Внезапно в голове Фина что-то щёлкнуло. Он, наконец, точно понял, в чем слабость Велла. Вернее, слабость всей Рати. Сейчас он им это покажет. И, надо сказать, он собирался насладиться каждым мгновением.

Шагнув между Веллом и Ниф, Фин посмотрел на своего двойника и расплылся в наглой ухмылке.

– Давай, иди и возьми Шар, – спокойно произнёс он. – Только для этого тебе придётся убить меня.

Велл усмехнулся, но отступил.

– В чём дело? – рассмеялся Фин. – Я просто Тень, никчёмная Исчезайка. Слабая слабость, которая слаба. Ты же суперсильный. Просто вонзи в меня кинжал, как ты поступил с нашей матерью.

Велл стоял, раздувая ноздри. Его рука потянулась к кинжалу. Но вытаскивать его он не стал. Не мог. И они оба это знали.

– Давай, – снова подначил его Фин. – То есть, разумеется, в этом случае ты закончишь, как наша мать. Со мной внутри тебя. Со всеми моими сомнениями, страхами и комплексами, которые будут цепляться за твой разум. Ты сможешь истекать кровью, сможешь многое чувствовать, сможешь умереть. – Он пожал плечами: – Но это не страшно. Я живу так каждый день. – Он махнул рукой, указывая на ряды воинов. – Как и все Исчезайки.

По рядам последних прокатился ропот.

Воины Рати нервно заозирались. Похоже, и они, и их Тени сделали для себя одно и то же открытие. Фин воспользовался моментом и заговорил не столько с Веллом, сколько с ними и Ниф.

– Или же… – нарочито медленно произнёс он, придерживая свой главный козырь. Это отлично работало на Пристани Клучанед. Играть до конца. Блефовать так блефовать. Только сейчас это был не блеф. Это была – вне всяких сомнений – правда. – Всё это время вы убеждали Исчезаек, что они не настоящие. Что мы не настоящие. Хотя на самом деле власть находится в их руках.

Велл едва ли не дрожал от ярости.

– Нет у тебя никакой власти, потому что ты ничто! – злобно выкрикнул он.

Фин отрицательно покачал головой, отказываясь в это верить.

– Вообще-то я – ключ к твоей смертности.

– А какова твоя ценность помимо этого? – огрызнулся Велл. – Какую ценность ты имеешь без меня? Кто ты, брат Тень, как не призрак, Исчезайка, цепляющийся за тень моей славы?

На миг воцарилось молчание. На губах Велла заиграла холодная, торжествующая улыбка.

Возможно, он был прав. Теперь, когда у Фина имелись ответы на все вопросы, которым он посвятил жизнь, это ничего не изменило. Он всё также был Фином. Он всё так же был Исчезайкой.

Он подавил в себе это чувство. Правда заключалась в том, что с ним всё в порядке. Быть Исчезайкой не так уж и плохо. Конечно, имелись у этого свои недостатки, но были и преимущества. Не будь он Исчезайкой, он бы никогда не познакомился с Маррилл. Он никогда бы не нашёл Карту.

Он никогда бы не победил Серта на палубе «Чёрного Дракона», не остановил в Монерве Железный Прилив и не запер Короля Соли и Песка – то самое всепожирающее пламя, которое Рать так хотела выпустить на свободу.

Так что всё сводилось к одному. Велл хотел, чтобы Фин поверил, будто он ничтожество, лишённое собственной воли. И тем не менее Фин выбрал свой путь, в то время как Велл жил, чтобы служить Королю, которого он никогда не встречал.

Велл хотел, чтобы Фин поверил, что он ничтожество, потому что в таком случае вся власть принадлежала ему. Но этот трюк работал лишь в том случае, если Фин в него верил. А он не верил.

– Кто я? – Фин встал во весь рост и гордо вскинул подбородок. – Я – Фин. Сын Знамени Рати. Я – Призрак Сточных Канав. Я главный вор Пристани Клучанед и член экипажа «Предприимчивого Кракена». Я друг Маррилл Истльуэст, товарищ Ниф и Плюс Ещё Один для Реми. Я тот, кто украл чернила у великого Шешефеша, и я тот, кто держал вашего Короля взаперти в его тюрьме.

Упиваясь растерянностью Велла, он шагнул вперёд:

– Я могу быть твоей Исчезайкой, но это также приковывает тебя ко мне. Преклонись передо мной или зарежь меня и стань мной.

Взгляд Велла затуманился яростью.

– Рать! – приказал он. – Схватите его!

С обеих сторон вперёд шагнули воины с суровыми лицами, окружая Фина.

– Не было печали, – пробормотал он. Ладно, по крайней мере, как говорится, попытка не пытка.

– НЕТ!

Фин, Велл и Рать, как по команде, замерли. Фин обернулся и увидел Ниф. Широко расставив ноги, она смертельной хваткой сжимала в руках Шар Желания. Лицо её было напряжено, зубы стиснуты.

– Нет? – сказал Велл.

– Нет, – повторил Фин.

– Нет, – сказала она и сделала в воздухе круговое движение рукой. – Братья и сёстры, Тени, Исчезайки! – крикнула она. – Защитите нашего брата Фина!

В первый миг ничего не произошло. Затем Исчезайки медленно шагнули вперёд. Пробившись через ряды воинов Рати, застывших в немом изумлении, они один за другим кольцом встали вокруг Фина.

Фин старался не показывать удивления, но в его груди разливалось приятное тепло. Его слова сработали. Исчезайки всё поняли.

Ниф тоже поняла. В конце концов она встала на его сторону. Она была его другом. Он был даже вынужден прикусить изнутри щёку, чтобы не улыбнуться.

Велл открыл было рот, но Ниф подняла руку, прерывая его.

Она вышла вперёд и встала рядом с Фином.

– Любое движение, и Рать нас перережет. Правда, потом они узнают, каково это, быть слабыми. Ведь как только Тень умирает, её благородный двойник становится смертным. Любой ваш удар – это удар по самим себе.

Фин ухмыльнулся Веллу:

– Похоже, Тени не такие уж и безмозглые и кое-что смыслят в ратном деле.

Велл застонал. Фин пожал плечами:

– Боюсь, чувство юмора – это тоже слабость.

Ниф больно ткнула его локтем в бок.

– Вообще-то, это было не очень смешно, – шепнула она и сунула Шар Желания ему в руки. – А если серьёзно, лучше возьми Шар и иди. Рать ещё никогда не сталкивалась с противником, которого нельзя убивать. Но рано или поздно они набросятся на нас просто по привычке.

– А как же ты? – спросил он и в искренней тревоге коснулся её руки.

– Не беспокойся обо мне, брат, – ответила она. – Всё будет хорошо.

Он кивнул. Дружеского шлепка по руке в знак благодарности ему оказалось мало, поэтому он быстро чмокнул её в щеку.

– Спасибо, друг.

Она закатила глаза и брезгливо поморщилась:

– Прекрати! Фу, как противно!

Тем не менее она сжала ему руку, и он по блеску слёз в её глазах понял: она действительно переживает за него.

– Береги себя, Фин, – сказала она.

– Нет проблем! – улыбнулся он и бросился через ряды Исчезаек, мимо растерянной Рати, к носовой части корабля.

Не успел он забраться на бак, как из главного люка выскочил Отказуй. На голове у монстра была треуголка, в каждой руке по кортику.

– En garde, презренные подонки! К бою! – крикнул он.

Фин недоумённо посмотрел на четырёхрукого монстра.

Отказуй фыркнул и обвёл взглядом палубу.

– Я снова опоздал? Я снова опоздал! – Швырнув оружие на палубу, он широко раскинул все свои четыре руки и заявил: – Я ненавижу вас всех до единого. В равной степени. – С этими словами он повернулся и нырнул обратно под палубу.

– Отказуй в своём репертуаре, – вздохнул Фин и, схватив канат, качнулся и спрыгнул на берег.

Он на миг оглянулся: воины Рати на носу корабля медленно пятились, отступая от жалких воплощений собственной слабости. Фин вздохнул и, оставив позади Рать и их Тени, повернулся и зашагал в лес.

Глава 28. Эскиз за эскизом

На глазах у Маррилл отголоски один за другим испарялись перед Потерянным Солнцем. Комната наполнилась его обжигающим светом. Тени Дзаннов бросили против него все свои силы. Увы, воспоминания были бессильны против реального существа. Потерянное Солнце Дзаннин шагнул в самое сердце Мереса. Он шёл в ногу с собственным эхом, которое окутывало его мерцающей вуалью света и тьмы.

Из глубин истории, словно рассвет и гром, раздался голос одного из Дзаннов:

– Готовьтесь! Звезда Разрушения идёт на нас!

– Я рад, что вы пришли приветствовать меня, – заговорил Потерянное Солнце устами волшебника Серта. Однако слова его предназначались отнюдь не Маррилл и даже не Арденту, а отголоскам Дзаннов, воспоминаниям о его последней битве.

Он шагал по переполненному залу, и каждая тень, которой касалась его одежда, мерцала, тускнела и исчезала. Как будто само его присутствие уничтожало остатки некой магии, которая удерживала их здесь.

Потерянное Солнце обвёл взглядом зал. Маррилл испуганно съёжилась и затаила дыхание.

– Источник Мереса, – прогудел он, когда его холодный взгляд упал на возвышение. – Там, где я потерпел моё первое поражение, я одержу мою заключительную победу.

За спиной у Маррилл отголосок молодого Серта невнятно бормотал строки Мерессианского Пророчества.

– …и, как и в начале, так оно и закончится…

– Ардент! – крикнула Маррилл. – Что нам делать?

Но волшебник подозрительно притих. Она оглянулась: Ардент лил чернила на Карту, которую предварительно свернул в трубку и завернул в Ленту грёз. Мелкие брызги чернил летели во все стороны, как будто кто-то писал прямо в воздухе письмо, но мгновенно гасли.

Ардент покачал головой, отбросил использованную Ленту и вытащил новый кусок. Его взгляд был прикован к чернилам и Карте. Его губы беззвучно шевелились. Маррилл поняла: он ничего не слышит! Её блестящий план имел серьёзные недостатки. И что ещё хуже, похоже, в починке Былитамской Карты Ардент ни на йоту не продвинулся.

Маррилл повернулась к Потерянному Солнцу. Даже с того места, где она стояла, она едва ли не кожей ощущала исходившую от него энергию. Под его ногами пол расходился трещинами, которые тотчас превращались в зияющие расщелины, а те устремлялись вверх по дальней стене. Внутри них ширилась и росла пустота.

У Маррилл не осталось никаких сомнений: простым прикосновением Потерянное Солнце способен уничтожить всё, что захочет. В том числе и самого Ардента. И её.

Она должна как-то оттянуть время. И у неё имелся только один способ сделать это.

Из последних сил пытаясь успокоить дрожащие руки, Маррилл притянула кусок Ленты грёз, который ей дал Ардент, и уселась на краю возвышения. Осторожно поставив рядом с собой чернила, она постаралась сосредоточиться и осторожно обмакнула кисть в тёмную жидкость.

Вокруг неё отголоски Дзаннов сражались так яростно, что она почти чувствовала силу их атак через тысячелетия. Потерянное Солнце отражало их удары, двигаясь в такт с собственной тенью, как будто битва происходила прямо сейчас.

– Держите его, – прохрипел тонкий голос Волшебника Рассвета. – Карта почти готова!

Маррилл закрыла глаза, набрала полную грудь воздуха и начала рисовать. С каждым прикосновением кисти капли чернил ложились на Ленту и растекались, превращаясь в образы, как будто вытащенные из её головы. Сначала она нарисовала резкие очертания клетки. Затем начала закрашивать её, стараясь сделать прутья как можно более толстыми и прочными.

Краем глаза она увидела, как клетка стала превращаться в настоящую и как Дзанн в облике механического грифона набросился на Потерянное Солнце. Солнце-эхо мгновенно отпрянуло назад и отделилось от себя реального. Тот же резко остановился. Вокруг него продолжала формироваться нарисованная клетка. Казалось, некая волшебная рука делала чернила трехмёрными, превращая рисунок в реальность.

От этого зрелища было невозможно оторвать взгляд – каждый мазок чернил оживал буквально на глазах.

Но у Маррилл не было времени для рассматривания.

Быстро работая кисточкой, она добавляла к клетке новые прутья, переплетая их всё теснее и плотнее, пока Потерянное Солнце не оказался полностью заключённым в чернильную тюрьму. Снаружи клетки его тень, обвитая кольцами змея изо льда и пламени, боролась с Дзаннами.

Внутри клетки нынешнее Потерянное Солнце замахнулся на решётку, как будто в надежде разрушить её. Ударился о металл. В ответ раздался оглушительный лязг. Он отпрянул. Одновременно эхо Потерянного Солнца пошатнулось, змеиные кольца грозили его раздавить, грифон царапал ему руки и ноги.

Маррилл улыбнулась. Этого он явно не ожидал! Её грудь наполнилась ликованием. Увы, недолгим.

Потерянное Солнце крепко сжал два прута решётки. Лёгкое движение запястий, и они согнулись и сломались. Лента на коленях Маррилл тоже разорвалась, а Потерянное Солнце уничтожил нарисованную ею клетку.

Одновременно его отголосок сумел освободить одну руку и взмахнул ею. Механический грифон унёсся прочь, словно поднятый вихрем песок на пляже. Другой рукой Солнце схватил змея за горло и сжимал до тех пор, пока тот не обратился в облако дыма.

– До меня всё было хаосом, – объявили в унисон прошлое и настоящее. – Я придал первичному мельтешению формы и очертания.

– Продолжай! – крикнул Волшебник Рассвета. – Не дай ему излить свою сущность в Источник, пока не будет готова Карта!

Маррилл знала: Волшебник Рассвета – это всего лишь воспоминание, взывавшее к окружавшим его другим воспоминаниям. Но казалось, будто он обращается к ней, призывая её продолжать рисовать, пока Ардент не выполнит свою задачу.

Она отмотала ещё кусок Ленты и склонилась над новой страницей. На этот раз она кирпич за кирпичом нарисовала стену.

– Обойдёмся без красот, – сказала она себе. – Главное, чтобы стена была крепкой.

Маррилл рисовала картинку за картинкой, точно так же, как дзанны один за другим обрушивали свою мощь в Потерянное Солнце. Но как бы быстро она ни рисовала, он рвал её рисунки в клочки. Стены, клетки, заборы, бастионы, баррикады – всё, что ей приходило в голову, – он разносил в два счёта. И отголосок Солнца, и нынешняя Звезда Разрушения легко преодолевали любые преграды на пути. Их можно было замедлить. Остановить – нет.

– Почти закончил! – крикнул в конце концов Волшебник Рассвета.

– Только я один – порядок, – в унисон пророкотали Потерянные Солнца. – Я один – завершённость. И когда моя сущность изольётся в источник магии, я привнесу эту завершенность во всю Реку Творения.

Отголосок Потерянного Солнца высоко поднял руку. На кончиках его пальцев играл тёмный свет.

Маррилл оглянулась. Размахивая перед ним Картой, словно тореадор плащом, Волшебник Рассвета бросился туда, где теперь стоял Источник.

– Давай, яркая звезда! – крикнул он, разворачивая Карту. Свет отголоска Солнца уже лился к нему. – Посвети вот сюда!

Но здесь и сейчас подобной победы не наблюдалось. Ардент по-прежнему стоял, склонившись над Источником. Вокруг него на постаменте валялись клочки Ленты грёз и не было никаких признаков хотя бы малейшего успеха.

Маррилл старалась не поддаваться панике. Судьба Реки тяжким грузом давила ей на плечи. Им нужно больше времени.

Не обращая внимания на судороги в руке, Маррилл схватила Ленту грёз и с яростью, рождённой отчаянием, провела по ней кистью. На этот раз она нарисовала серию металлических цепей. Они крест-накрест пересекали всю комнату и были скреплены массивными замками. Затем она нарисовала поверх замков ещё больше цепей и ещё больше замков на этих цепях, а затем добавила на замки на цепях шипы.

Вокруг неё под речитатив Дзаннов карта поглощала свет отголоска Солнца. В реальной жизни облачённая в серебро фигура Серта отступила на шаг и, окружённая цепями, наблюдала, как разыгрывается сцена его прошлого поражения.

Сердце Маррилл стучало как бешеное, а рука добавляла на бумагу последние детали её шедевра. Но как только она нанесла последние штрихи на последний замок, весь рисунок начал разрываться, рассыпаясь на части, как и все предыдущие.

Отголосок Волшебника Рассвета захлопнул Карту.

Фигура древнего Потерянного Солнца померкла. Сбросив с себя цепи, нынешнее Потерянное Солнце шагнуло сквозь собственный отголосок.

– Здесь расходятся прошлое и настоящее, – возвестил он.

Маррилл ахнула и потянулась за новым куском Ленты. Но рулона, лежавшего рядом с ней, больше не было – она использовала его последний дюйм!

Подобравшись к Арденту, девочка стукнула кулаком по звуконепроницаемой стене, которую сама же и создала.

– Мне нужно больше Ленты! – крикнула она, не сводя глаз с Потерянного Солнца.

Но Ардент даже не шелохнулся. Его руки безвольно висели вдоль туловища. Голова печально покачивалась. Он медленно поднял глаза, и их взгляды встретились. Волшебник пошевелил губами, но слов Маррилл не услышала.

– Что ты говоришь? – спросила она.

Потерянное Солнце широко раскинул руки и проговорил:

– Больше не будет никаких барьеров.

В этот момент чернильные стены вокруг Источника со звоном разбились, как стекло. Звуконепроницаемый рисунок рассыпался на части.

Маррилл отшатнулась назад. Ардент застыл над обрывками Ленты грёз. Последние капли чернил Шешефеша вытекли из фляжки. Былитамская Карта плавно опустилась на землю, а зияющая дыра в ней стала ещё больше.

– Я потерпел неудачу, – сокрушённо произнёс Ардент.

Глава 29. …так оно и закончится

Фин выбежал из леса. Шёпот лесной чащи всё ещё окутывал его разум, как паутина. Напротив него, далеко за грандиозным шпилем, на другой стороне пропасти зияла расщелина. Казалось, будто сама земля уступала пустоте, и та медленно росла, словно прореха в ткани реальности. Над гулом и рёвом водопадов трещали молнии и грохотал гром, вылетая из окон здания на вершине шпиля.

Битва была в самом разгаре.

У Фина защемило сердце. Потерянное Солнце было уже там, с Маррилл и Ардентом. Они нуждались в его помощи, причём немедленно. Не то чтобы он знал, как им помочь, но он должен попробовать.

Никаких признаков моста не было, как не было времени, чтобы попытаться его найти. Прежде чем Фин успел отговорить себя от этой затеи, он спрыгнул с края утеса, дёрнул шнуры в рукавах куртки и, раскрыв небесные паруса, нырнул в поднимавшийся из бездны туман. Магия танцевала по его коже, порой буквально. Уголки его глаз как будто хотели поменяться местами, внутри его носа пахло. Воздух имел привкус кардамона и тоски.

Как только магия достигла опасного уровня, сила восходящего тумана подхватила его и подняла вверх. Фин издал ликующий крик, взмывая ввысь, описывая круги вокруг шпиля. Увы, ликование было недолгим.

Чем выше он поднимался, тем сильнее осознавал, насколько близки они к полному разрушению. Клин небытия расширялся, уходя вдаль, а на его острие был Потерянное Солнце. Казалось, будто мир был пирогом и кто-то вынул из него огромный кусок.

Подлетев к самым верхним окнам исполинского здания, Фин зацепился кончиком пальца за подоконник одного из них и на мгновение прильнул к боку шпиля. Далеко внизу под ним грохотала Река, а ещё ниже зияла бездонная пропасть. Он глубоко вздохнул, укрепляясь в своём решении, а затем подтянулся выше и заглянул в комнату.

Ему казалось, что он был готов ко всему. Но он никак не мог предвидеть хаос, который предстал его взору в огромной комнате. Перед ним море теней, казалось, разыгрывало тысячу разных сцен из тысячи разных времён одновременно. Некоторые из них были чёткими и тёмными, как те, которые он видел на тропинке в лесу, другие – наполовину выцветшими, словно отбелённые светом Потерянного Солнца. Третьи обращались к собеседникам, которых там больше не было.

Фин осторожно соскочил с окна на каменный пол у основания возвышения. У его ног тень молодого человека, подозрительно похожего на Ардента, присев рядом с рыдающим молодым Сертом, яростно делала какие-то наброски, а Оракул извергал строки Пророчества. Рядом с ними стояла такая же молодая Анналесса, одновременно пытавшаяся успокоить безумца и отогнать Ардента. Рядом лежала куча разорванных рисунков, их края уже начинали скручиваться. А дальше, в центре возвышения, бурлил источник Реки, окружённый обрывками Ленты грёз, покрытыми чернильными пятнами.

Там – возле Источника – стояла Маррилл. От ужаса в её лице не было ни кровинки. Рядом с ней, с несчастными видом понурив голову, стоял Ардент. И к ним уже поднимался по лестнице высокий и зловещий Серт.

Это не Серт, напомнил себе Фин. Это Потерянное Солнце Дзаннин.

– Я что-то пропустил? – пробормотал он.

– Фин! – крикнула Маррилл. Они бросились навстречу друг другу, и она заключила его в объятия. – У нас беда, – сообщила она.

– Да я вижу, – сказал Фин, указывая на тени вокруг них.

Маррилл махнула рукой:

– Это просто отголоски старых воспоминаний. – Фин попросил было её объяснить, но она его перебила: – План не сработал. Ардент не смог починить Карту.

Фин не поверил своим ушам. Если Ардент потерпел неудачу, то их последний шанс остановить конец Пиратской Реки… пропал. Нет, это невозможно. Такого не может быть. Или может?

Маррилл посмотрела ему в глаза. На её лице застыла страдальческая маска поражения. У Фина невольно свело живот.

– Что же нам делать? – прошептала она.

Фин повернулся к Арденту. Наверняка должен быть какой-то запасной план. Тайное решение их проблемы, которое они узнают в последнюю минуту и спасут Реку. Но волшебник лишь покачал головой.

– Я не знаю, – еле слышно пробормотал он.

Внутри Фина разверзлась бездна, ноги подкашивались. Неудачу потерпел не только Ардент. Неудачу потерпели они все. После всего того, через что они прошли, – после сражений и борьбы, после того, как он нашёл мать, чтобы снова потерять её, – они ничего не достигли. Пиратская Река всё равно будет уничтожена.

Фин с замиранием сердца смотрел, как Потерянное Солнце преодолел последнюю ступеньку, что вела к возвышению.

– Не надо стыдиться, – сказал им Звезда Разрушения, широко раскинув руки, словно предлагал им дружеские объятия, а не быструю смерть. – Вы боролись упорно. Но ваша задача невыполнима. С самого первого раза, когда я пролил свой очищающий свет на безумие творения, этот день был неизбежен. Всему и всем должен настать конец.

К удивлению Фина, Маррилл, сжав кулаки, прыгнула вперёд.

– Нет! – крикнула она. – Ты ошибаешься! Пиратская Река не должна исчезнуть. Так не должно быть!

Потерянное Солнце наклонил голову и остановил на ней свой взгляд. Даже оттуда, где они стояли, Фину было видно, как под кожей тёмной Звезды, просачиваясь сквозь крошечные, едва заметные трещины, пульсирует энергия. Как будто её было слишком много для человеческого сосуда.

– Так и должно быть, – пророкотал Потерянное Солнце, обращаясь к Маррилл. – Хаос Реки жаждет, чтобы мой свет придал ему форму, чёткие очертания. Её прозрачные воды тянут меня к себе, ибо они последний концентрированный остаток чистых, ничем не скованных возможностей. Они призывают меня покинуть этот сосуд, чтобы пролить на них мой свет и через них коснуться – и положить конец – всем возможностям одновременно. Это неизбежно. Это судьба. Так и будет.

– Довольно! – крикнул Ардент.

Черты его потемневшего лица сделались твёрдыми и резкими, словно обветренный камень. В комнате внезапно стало холодно, руки Фина покрылись гусиной кожей. Костяшки пальцев Ардента вспыхивали искрами энергии.

– Тебе не уничтожить Пиратскую Реку! – процедил он сквозь зубы. – Только попробуй, и тебе придётся пройти через меня!

Потерянное Солнце не удостоил его даже взглядом. Он лишь взмахнул рукой, легко и мягко, словно кошка, трогающая клочок бумаги.

Удар, однако, оказался мощным. Сбитый с ног Ардент перелетел через всю комнату и с такой силой ударился о дальнюю стену, что камень пошёл трещинами. Волшебник рухнул на пол, как тряпичная кукла, и со стоном перекатился на спину.

– Ардент! – Крик Маррилл, казалось, донёсся издалека.

Фин застыл как парализованный, пытаясь понять, что происходит. Но Маррилл уже бежала к распростёртому на полу наставнику.

– Удар должен был его убить, – размышлял вслух Потерянное Солнце. – Но твой друг силён. Думается, из него вышел бы лучший сосуд, чем этот… – Его холодные глаза посмотрели на фарфоровые руки Серта. – Неважно, я покину это тело уже скоро.

Впрочем, Фин его не слушал. Всё в данный момент казалось бессмысленным и неправильным. В его голове вновь и вновь возникало одно и то же видение: тот момент, когда пальцы его матери обагрились кровью. То, как она, упав, вцепилась в него. Звук её голоса – такой знакомый и чужой одновременно.

Тяжесть её тела в его руках, когда она умерла.

Внутри него, в неком крошечном, раненом месте, часть его задавалась вопросом, а не право ли Потерянное Солнце? Конец всему означал и конец боли. Конец всем страданиям и мукам, которые терпят каждый божий день. Это означало, что никто не увидит, как умирает их мать, а Исчезаек не будут держать в загоне и говорить им, что они ничтожества.

Потерянное Солнце прошёл по возвышению и замер, глядя, как перед ним вновь разыгрывалась сцена рождения Пророчества. Он видел образы, вживлённые в его разум, и из глаз Серта струились чёрные слёзы. Тень Анналессы боролась с его замёрзшими одеждами, пытаясь утешить его.

– Потерянное Солнце Дзаннин снова здесь… – пробормотал молодой Серт, хватаясь за Анналессу.

– Дзанны верили, что они способны заключить определённость в тюрьму бесконечных возможностей, – произнёс устами Серта Потерянное Солнце. – Но бесконечные возможности предполагают и возможность конца.

– Помоги мне с ним, – взмолилась Аннелесса, обращаясь к молодому Арденту.

– Я пишу так быстро, как могу, – отозвался отголосок Ардента.

– То, что он говорит, не имеет значения! Ему нужна наша помощь, – настаивала она.

Тень молодого Ардента не удостоила её даже взглядом.

– Всё, что он говорит, имеет значение!

– И как было в начале… – Потерянное Солнце протянул руку Серта к его прежнему «я». Одно лёгкое прикосновение, и отголосок исчез.

– …так оно и закончится, – договорил Потерянное Солнце, делая последний шаг к Источнику Мереса.

Мерцание чистой воды Пиратской Реки подсвечивало его лицо, отчего чёрные бороздки на его коже сделались резче и отчётливее. Его пустые, широко открытые глаза были полны нетерпения. Он протянул руку к Источнику.

Усилием воли подавив боль и отчаяние, Фин снова посмотрел на Маррилл. Та ласково обнимала Ардента. Если Потерянное Солнце уничтожит всё, ей уже никогда не будет больно.

Но тогда она никогда больше не улыбнётся. Конец боли также означал и конец счастью. Мир без страха был миром без смеха. Мир без слёз был миром без друзей.

Фин покачал головой, стряхивая с себя сковавший его паралич. Он должен что-то предпринять. Должен остановить Потерянное Солнце. Но как? Времени было в обрез!

Воздетая рука Серта пошла трещинами и начала светиться. Мощь Потерянного Солнца росла. Пространство вокруг буквально гудело энергией. На концах его пальцев играл свет, готовясь вырваться на волю.

– Они взывают ко мне даже сейчас, – пророкотал Потерянное Солнце. – Чистые воды Реки, их хаос жаждет упорядоченности, меня тянет к ним!

Эти слова разбудили что-то в глубине души Фин. Чистые воды. Потерянное Солнце повторял это снова и снова. Неудивительно, что они застряли в памяти Фина. Чистые воды Пиратской Реки. Они взывают ко мне… Меня тянет к ним. Но это был не единственный раз, когда он слышал эти слова за последнее время.

Неожиданно ему вспомнилось, как Карнелиус зачитывал завещание Волшебника Рассвета:

Королю Соли и Песка

я оставляю желание неисполненным,

амбиции недостигнутыми, армию

без полководца…

– …и золотой шар, – закончил Фин, – чьи воды столь же чисты и истинны, как истоки самой Реки! – похлопав по карманам куртки, он, наконец, вытащил Шар Желания.

Рука Потерянного Солнца пылала, словно раскалённый добела металл, взрывая ослепительным светом тени Мереса. Энергия как будто вытекала из тела Серта, скапливаясь на его ладони. Снаружи завывал ветер, пустота лихорадочно росла, а Потерянное Солнце приближался к моменту своего триумфа. Конец был близок. Сейчас или никогда.

Вскочив на ноги, Фин вскинул шар над головой. Сердце его бешено колотилось. Он понятия не имел, что сейчас совершит, – невероятную хитрость или невероятную глупость.

Если глупость, по крайней мере, он не успеет даже пожалеть о ней.

– Эй, Солнечный зайчик! Лови! – крикнул он.

И со всей силы швырнул Шар Желания прямо в фарфоровое лицо Потерянного Солнца.

Сила, которую едва-едва сдерживало тело Серта, вырвалась наружу и устремилась к Источнику Мереса. Но последняя частичка его человеческой сущности чисто рефлекторно отреагировала. Потерянное Солнце выбросил руку и поймал Шар, прежде чем тот успел удариться об него.

Потерянное Солнце вздрогнул. Ослепительный свет устремился вперёд и тотчас погас, затянутый внутрь очищенными водами Шара Желания. Сущность Потерянного Солнца вытекла из тела Серта, но так и не достигла Источника Мереса. Шар Желания перехватил её и жадно втянул в себя.

Тело Серта корчилось, истекая силой, словно кровью. Серебро на чёрных одеждах волшебника померкло. Каменное лицо смягчилось до состояния бледной плоти. Звезда Разрушения покинула своё временное вместилище.

– Эта тюрьма… больше не вмещает меня… – Голос Потерянного Солнца прозвучал тонким хрипом, как будто вытекал вместе с его силой. – Она больше не вмещает меня…

Тело Серта рухнуло на колени. Воздетое в воздух, желание ярко пылало в его руке, словно Шар не давал телу упасть.

– Конец… можно только… отсрочить, – выдохнул Потерянное Солнце. – Скоро… я буду… свободен…

Последний свет померк на его губах и в его глазах. В следующий миг тело, которое только что служило сосудом Потерянному Солнцу Дзаннин, Звезде Разрушения, самому могущественному творению Дзаннов, упало ничком.

Глава 30. Компас, Роза

Маррилл не сводила глаз с бездыханного тела.

– Ты только что… – Она попыталась распутать свои мысли. – Сделал это просто…

Она осторожно опустила потерявшего сознание Ардента и поднялась на ноги. Вместе с Фином она приблизилась к Источнику и к безжизненному телу рядом с ним. Снаружи вой пустоты стих. Трещины в стенах перестали расти. Глубокое ничто рассеялось, превратившись просто в пустой воздух. Маррилл покачала головой:

– Неужели мы только что спасли Пиратскую Реку?

Фин пожал плечами:

– Разве?

Внезапно Маррилл хихикнула. Неужели она и впрямь смеётся после всего того, через что они только что прошли?

– Мы победили! – воскликнула она, отдаваясь во власть ликованию. – Мы спасли Пиратскую Реку!

Подпрыгивая от радости, они схватились за руки.

– В очередной раз спасли, – заметил Фин.

Маррилл рассмеялась.

– Да, в очередной раз, – согласилась она.

Но в следующий миг её ликование угасло, стоило ей вспомнить Ардента.

Хотя Волшебник, несмотря на свою худобу, и был на редкость крепок, Потерянное Солнце нанёс ему мощный удар.

– Думаю, нам следует вывести Ардента отсюда и вернуться на «Кракен».

– Э-э-э, – сказал Фин и указал пальцем.

Ардент уже очнулся. Более того, он поднялся на ноги и шагнул к центру комнаты, где молча застыл на месте, глядя на вход в Большой Зал.

Маррилл и Фин, как по команде, бросились к нему.

– Ардент! – окликнула его Маррилл. – Ардент, с тобой всё в порядке? – Она подалась вперёд, пытаясь поймать его взгляд. – Вдруг у тебя сотрясение мозга, – добавила она.

– Нет, Маррилл, – ответил старик, – со мной всё в порядке.

Она с облегчением вздохнула.

– В таком случае ты всё пропустил! Ты не поверишь, но это был конец света! Потерянное Солнце всё время ух-ух-ух-бум-бум-бум. – Она вытянула руку, передразнивая Потерянное Солнце, когда тот копил энергию, чтобы влиться в Источник. – А потом Фин крикнул: «Эй, лови!» А после этого…

Но Ардент, похоже, её не слушал. Он даже не взглянул на неё. Вместо этого его взгляд был по-прежнему прикован ко входу.

– Анналесса! – ахнул он.

Маррилл оглянулась. В дальнем конце комнаты показалась новая фигура. Аннелесса была точно такой же, какой Маррилл запомнила её в Монерве: длинные чёрные волосы, элегантное платье, высокие, благородные скулы. Сердце Маррилл подпрыгнуло от радости. Они нашли её!

– Анналесса!

Но та её не услышала. Более того, она выглядела обеспокоенной, словно куда-то спешила. Она быстро прошла через комнату, будто не видела, что они наблюдают за ней.

И тогда Маррилл поняла.

– Это её эхо, отголосок – прошептала она.

Все остальные тени исчезли, сгорев в свете Потерянного Солнца. Но Анналесса была здесь, явственно видимая и живая, как будто была частью реальной жизни.

– Должно быть, кто-то здесь помнит это, – произнесла вслух Маррилл, вспомнив, что сказал ей Ардент, когда они пришли сюда. – Из чего следует, что, возможно, Анналесса действительно здесь, верно?

Не отрывая от Анналессы глаз, Ардент кивнул. Между тем она поднялась на возвышение и встала позади Источника Мереса.

– Я знаю, что ты здесь, – прошептала она, обведя глазами комнату, и гордо вскинула подбородок. – Ничто не собьёт меня с этого курса.

Маррилл затаила дыхание. Слова Анналессы прозвучали сурово, хотя в комнате больше никого не было. С кем же она могла разговаривать?

Ардент придвинулся к основанию возвышения и встал прямо перед тенью Анналессы, словно она говорила с ним, словно могла его видеть. Видя боль на его лице, Маррилл едва не расплакалась. Что, если эти слова, подумала она, были и впрямь адресованы Арденту? Что, если Анналесса знала, что однажды он будет здесь, будет слушать её, будет наблюдать за ней. Что, если это был единственный способ свести их вместе, чтобы обратиться к нему напрямую, пусть даже будучи и бесплотным созданием.

– Маррилл… – прошептал Фин и указал на вход.

Застывшая там фигура в один миг опровергла теорию Маррилл – высокая, бесстрастная, с головы до ног закованная в холодный металл. С пустой клеткой в руке.

Капитан Железного Корабля.

Паника пронзила Маррилл, словно удар тока. Она отшатнулась назад, как можно дальше от ужасной фигуры. Фин вытянул руку, успокаивая её.

– Он не настоящий, – прошептал он. – Просто ещё один отголосок.

Маррилл кивнула. Она уже это поняла: свет вокруг Капитана мерцал и подрагивал, временная пропасть делала его тело бесплотным. Она была благодарна, что Ардент ошибся, полагая, что он появится здесь во время их последней схватки с Потерянным Солнцем. Но что здесь делал его отголосок, и не один, а вместе с Анналессой?

– Мы были неправы, – сказала Анналесса Капитану. Её голос звучал глухо, искажённо, как будто издалека. – Мы должны были приложить усилия и остановить Серта. Можешь возразить мне, но правда в том, что мы даже не пытались. Волшебники Мереса хотели обладать силами Дзаннов. Силами творения. Но посмотри, что мы нашли вместо неё: разрушение. На нас лежит такая же ответственность, как и на нём.

Маррилл сглотнула. Значит, это правда. Что бы ни сделало его тем, кем он является сегодня, – перемещения во времени, злой договор или некое заклинание, которое пошло не так, – Капитан Железного Корабля когда-то был Волшебником Мереса.

Она провела рукой по волосам, пытаясь это осознать.

– Всё возвращается обратно к Капитану, – прошептала она. – Он был там, когда Серт впервые открыл Врата на борту «Чёрного Дракона». Это он загнал нас в водоворот к Монерве.

– Это он заполнил Шар Желания в Сифоне, – добавил Фин.

И, конечно же, кто как не Капитан освободил Потерянное Солнце в Игре Маргама. И вот теперь он снова был здесь – не сейчас, а в отголоске-сейчас – с Анналессой. Маррилл покачала головой. Почему? Что ему было нужно?

Пока она размышляла, тень Капитана шагнула в самое сердце зала.

Тень Анналессы замерла на месте.

– Тебе меня не остановить, – сказала она. – Ты сам отлично это знаешь. – Из-под складок своей мантии она достала каменную чашу. Маррилл поняла: это была точная копия той чаши, из которой молодой Серт пил воду Реки.

– Помнишь, я сотворила её? – сказала Аннелесса с натужной усмешкой – Ты не думал, что я смогу создать другую?

Сжимая в руках чашу, она шагнула к Источнику.

Ардент, до этого момента наблюдавший за ней в гробовом молчании, стряхнул с себя оцепенение.

– Нет, Анна, нет! – Его крик, казалось, высосал из комнаты всё тепло.

Маррилл отпрянула назад, дрожа от холода. Волшебник потерял самообладание. Его чувства, словно кровь, истекали из него в окружающий мир!

Будучи лишь отголоском прошлого события, Анналесса не могла его слышать. Тем не менее она подняла голову. В её глазах блестели слёзы.

Ардент сделал шаг к возвышению.

– Анна, прошу тебя! – взмолился он.

Но Анналесса, запертая в другом времени, не могла его слышать. Вместо этого она вытащила из складок мантии какую-то другую вещь. Странный маленький предмет, нечто среднее между ложкой и кувшином, с круглой пустой чашечкой на конце узкой ручки. Анналесса поставила его себе на ладонь. Раскачиваясь взад-вперёд, странное устройство поворачивалось само по себе, указывая в одну сторону, затем в другую, затем снова назад и наконец замерло, указывая прямо на Источник перед ней.

Ардент громко втянул в себя воздух:

– Магнит… Роза Компаса!

Маррилл не поняла, о чём он. Это точно была не Роза. Роза выполняла функции компаса для Карты Куда Угодно, она представляла собой птицу, нарисованную когда-то и ожившую. Тень Аннелессы уронила магнит прямо в каменную чашу.

Похоже, Ардент уже понял, что вот-вот случится, но Маррилл – нет.

– Нет, Анналесса! – ахнул он и, запрыгнув на возвышение, бросился вперёд и встал перед ней. Его лицо застыло всего в нескольких дюймах от её лица. – Нет!

Обретя физическую форму, боль и паника вырвались из него в виде сгустка энергии, который пронёсся через всю комнату. Маррилл и Фин были вынуждены пригнуться и закрыть ладонями лица, чтобы та их не опалила.

– Ардент, успокойся! – крикнула Маррилл.

Но даже если волшебник и услышал её, он точно не подал виду. Так же как Анналесса, судя по всему, не слышала – или не слушала – его самого.

Аннелесса улыбнулась, а из её глаз покатилась слеза.

– Я делаю это, чтобы спасти нас всех. – С этими словами она погрузила чашу в Источник.

Фин и Маррилл ахнули, видя, как её кожа коснулась речной воды.

– Посмотри, вода мне не страшна, – сказала она.

Маррилл узнала эти слова. То же самое говорил Серт прямо перед тем, как выпил из этой же чаши. Неприятное чувство в животе переросло в леденящий ужас.

Анналесса глубоко вздохнула.

– Моя любовь к тебе, Ардент, столь же широка, глубока и необузданна, как и Пиратская Река, – сказав это, она поднесла чашку к губам и выпила.

– Анна! – Ардент потянулся к ней. Но его пальцы коснулись лишь эха и тени.

Маррилл прижалась лицом к плечу Фина. Ей было боязно взглянуть, какой кошмар Река сотворила с их другом. Впрочем, в то же время она не стала закрывать один глаз. Если честно, она просто не посмела отвести взгляд.

Тень Анналессы дрогнула и потускнела, став едва различима. Однако тотчас вернулась к жизни, такая яркая и живая, как будто настоящая. Её глаза внезапно сделались огромными.

– Я не могу… – Анналесса опустила чашу, пошатнулась и упала на колени. – Что я…

Ардент бросился к ней. Увы, его руки прошли через бесплотную тень, что скорчилась на полу. Тень Анналессы яростно затрясла головой. Её длинные чёрные волосы растрепались, извиваясь вокруг головы словно змеи. Их пряди буквально на глазах стали утолщаться и удлиняться.

– Ардент! – воскликнула она. Крик вырвался из её горла сдавленным, хриплым визгом.

Тень исчезла – или это исчезла сама Анналесса? Цвет как будто испарялся с её кожи, оставляя одни лишь контуры, отчего она напоминала оживший рисунок. Но затем даже эти контуры исказились. Тело Анналессы на глазах рассыпалось бесформенными каракулями. Затем каракули перестроились и превратились в крылья. Крылья широко распахнулись и яростно захлопали.

В следующий миг в воздухе появилась знакомая птица и, описав круг, уселась на краю Источника.

Роза.

Вернее, эхо, отголосок Розы.

Маррилл разинула рот, не веря своим глазам.

– Я… она… – Она покачала головой: – Анналесса… стала Розой?!

Стоявший с ней рядом Фин был ошеломлён не меньше неё.

– Выходит, когда Роза вела нас к частям Карты, когда мы впервые встретились… это была Анналесса?

Маррилл нахмурила брови, силясь осознать, что произошло.

– Это она впервые привела меня к Реке… она свела нас вместе на Пристани Клучанед. – Её мысли путались. Значит, Анналесса была с ними с самого начала! Неким образом слившись с Картой.

– Ардент? – спросила она в надежде, что тот поможет ей понять.

Но Ардент даже не взглянул на неё. Его взгляд был прикован к птице. Его губы кривились в усмешке.

– Ардент! – крикнула она ещё раз.

Не оборачиваясь к ней, волшебник сжал пальцы в кулак. Слова, которые Маррилл собиралась произнести, застряли у неё в горле. Она буквально подавилась ими. Пару мгновений она изо всех сил пыталась дышать, глаза слезились от паники.

Фин подбежал к ней:

– Маррилл, что с тобой?

– Не трогай её! – Ардент щёлкнул пальцами.

Голос Фина тотчас же оборвался. На миг единственным звуком был только хрип удушья. Грудь Маррилл как будто сжало железным обручем. Затем волшебник расслабил пальцы. Маррилл закашлялась, её дыхательные пути очистились. Жадно хватая ртом воздух, она рухнула на колени.

Она пыталась сказать Фину, что с ней всё в порядке, но была слишком напугана, чтобы выжать из себя хотя бы слово. Слишком напугана, чтобы снова навлечь на себя гнев волшебника. Она посмотрела на Ардента, и её пронзило чувство предательства, настолько острое, что она ощутила его почти физически. Холодный Ардент, подумала она. Так вот что это значит! Вот каким он был до того, как Анналесса исчезла. В те дни, когда он был Волшебником Мереса, правой рукой Серта, помогая – и даже участвуя – в церемонии, которая привела к Мерессианскому Пророчеству. Ей тотчас вспомнились сплетни о том, что Ардент эгоист и упрямец. Она отказывалась в них верить. Тем не менее это оказалось правдой.

Её осенило тошнотворное открытие: отрицание не меняет реальности. Только потому, что ей хотелось, чтобы что-то было правдой, её желание не делало из этого правды. Она была вынуждена признать: как бы ей ни хотелось верить в обратное, Ардент не был тем, кем она его считала.

Глава 31. Железный человек

Фин присел рядом с Маррилл и обнял её за дрожащие плечи. Её глаза были полны слёз. Зато Фин был в ярости. Никто не смеет так обращаться с его лучшим другом, даже самый древний-предревний могущественный волшебник. Он встал, готовый бросить Арденту вызов.

Но Маррилл схватила его за руку и потянула обратно вниз.

– Нет, Фин, – прошептала она. – Он сам не свой.

Фин отказывался поверить своим ушам: она оправдывала Ардента после того, что тот сделал!

– Маррилл, ты шутишь? Он просто…

– Я хотела сказать, что он легко может тебя убить, – перебила его она.

Не обращая на них внимания, Ардент потянулся дрожащими пальцами к эху Розы и принялся обводить в воздухе её пернатые очертания.

– Это я во всем виноват, – прошептал он себе под нос. – Я подвёл её. – Он понурил голову. Его сутулые плечи подрагивали. – О, Анналесса, любовь моя! Почему ты совершила эту глупость?

Роза вспорхнула с Источника и дважды облетела комнату. Впервые с того момента, когда он вошёл сюда, отголосок Капитана Железного Корабля пошевелился. И протянул руку к нарисованной птице. Та отпорхнула, едва избежав его железных пальцев, и, хлопая в воздухе чернильными крыльями, вылетела прочь.

Отголосок Капитана повернул голову, провожая её взглядом. Как всегда, если у него и были эмоции, они были похоронены глубоко под железной бронёй сдержанности.

И тут Фин понял, зачем нужна пустая клетка. Капитан пришёл за Розой. Чтобы взять её, как он сделал в Игре Маргама. Разница заключалась лишь в том, что тогда у него был идеальный момент, как будто он знал, когда именно Роза подлетит к двери, тогда как на этот раз она оказалась неуловимой.

Фин покачал головой. Сумей Капитан поймать Розу тогда, когда она только-только изменила своё обличье, прежде чем она долетела до экипажа «Кракена»…

Он никогда бы не встретил Маррилл. Они никогда бы не собрали Карту и не помешали бы Серту открыть Врата на «Чёрном Драконе». Сама Пиратская Река прекратила бы своё существование, и никто не смог бы этому воспрепятствовать. При этой мысли Фин вздрогнул.

– Он упустил её здесь, – сказала Маррилл. Её мысли явно текли по тому же руслу, что и мысли Фина. – Неужели он совершил всё это – потопил «Чёрного Дракона», запустил Машину Желаний, выпустил на волю Потерянное Солнце – лишь для того, чтобы поймать её?

Фин покачал головой. Он не знал, что и думать. Но одно было ясно: Капитан преследовал их буквально на каждом шагу. Даже буря, что привела Маррилл на Пиратскую Реку, была в первую очередь делом его рук.

– Он был причиной всего, – заключил он. – Всего-всего. Всё это время.

Они просто не знали почему.

На краю возвышения Ардент поднял голову и встал на ноги.

– Как я сразу не увидел, – прошептал он. – Я должен был её остановить. – Он повернулся и посмотрел на них, несчастный и сломленный.

Позади них звякнуло железо. Фин тотчас обернулся. Отголосок Капитана, с клеткой в одной руке, стоял там, где Фин видел его в последний раз. Но сейчас что-то изменилось. Клетка звенела. Внутри неё бились и хлопали крыльями чёрные каракули.

– Это не эхо! – испуганно ахнула Маррилл.

– Это настоящий Капитан! – крикнул Фин и повернулся к Арденту. Он не знал, сможет ли забыть, как жестоко волшебник обошёлся с ними всего несколько минут назад. Но в данный момент обиды могли подождать.

– Хорошо, Ардент, – сказал он, – пора!

Но Ардент даже не шелохнулся. На кончиках его пальцев больше не потрескивали молнии. Он явно был не готов к бою – и, похоже, даже не думал об этом. Вместо этого он просто в упор смотрел на Капитана, а Капитан, в свою очередь, смотрел на него.

– Итак, мы снова здесь, – наконец проговорил Ардент. – Вернулись к тому, с чего начали.

Капитан медленно кивнул.

Ардент взмахом руки указал на клетку.

– Ты поймал её, – сказал он. Железная голова кивнула ещё раз. – Я должен её спасти, – добавил Ардент.

Капитан снова кивнул.

Фин перехватил взгляд Маррилл. Судя по её испуганному лицу, она явно хотела что-то сказать, вмешаться, но боялась, что сделает только хуже. Фин не поставил бы ей это в упрёк; он чувствовал то же самое.

– Эта магия слишком сильна, – пробормотал Ардент. – Её не отменить. Анналесса и Карта слиты воедино… но…

Ардент спрыгнул с возвышения и пружинисто приземлился, как кошка.

– Её можно спасти, – пробормотал он. – Есть способ. Я знаю! Река касается не только всех мест, но и всех времён…

Говоря, он принялся яростно расхаживать взад-вперёд. Фин и Маррилл поспешили юркнуть в другой конец зала, чтобы не попасть ему под ноги.

– Но ты и это знаешь, не так ли? – сказал он, обращаясь к Капитану. – Ты нашёл способ вернуться к моменту зарождения Реки. Но как? Требуемая для этого сила…

Капитан пошевелился и медленно протянул руку железной ладонью вверх. Зажатый в металлических пальцах с острыми когтями, пульсируя, словно биение сердца, светом и тьмой, в ней лежал Шар Желания.

У Фина свело живот. Он проклинал себя за то, что не схватил Шар в ту секунду, когда тот засосал внутрь Потерянное Солнце. Новая тюрьма Потерянного Солнца, ключ к клетке Короля Соли и Песка, барьер, сдерживавший Железный Прилив, – три в одном. Теперь судьба Реки была полностью в руках Капитана.

Фин нащупал руку Маррилл, ожидая, что Капитан вот-вот произнесёт желание и выпустит всё это наружу. Но вместо этого холодная фигура протянула Шар Арденту – мол, на, бери. Внутри на фоне золотистого сияния билось чёрное пятнышко.

Два волшебника застыли лицом к лицу. Между ними сиял Шар. Ардент в упор смотрел на Капитана, как будто пытался заглянуть в глаза сквозь щели железного забрала. Голубые глаза, как у самого Ардента. Интересно, задумался Фин, что он в них видел, стоя так близко. Осталось ли в них хоть что-нибудь человеческое? Или же Капитан и вправду был лишь тёмным призраком Реки, как когда-то предположил Ардент.

– Я знаю, кто ты такой, – наконец сказал Ардент. Его взгляд упал на Шар Желания. Наклонив голову, он наблюдал, как внутри танцуют и носятся вихрем чёрные точки. – Это ненадёжная тюрьма, – задумчиво произнёс он. – Она ненадолго удержит Потерянное Солнце. Рано или поздно он вновь вырвется на волю.

Он посмотрел на Розу в железной клетке. Его подбородок дрогнул, он вздохнул и покачал головой. А затем, осторожно, как будто боялся разбить, взял Шар из рук Капитана. Чёрные точки внутри него тотчас закружились, по золоту воды поползли полосы тьмы. Подняв Шар перед собой, Ардент медленно повернулся, пристально наблюдая, как его содержимое вращается всё быстрее и быстрее. Тёмные полосы становились все гуще и серее, и тут Фин понял: это вовсе не тьма.

Это был металл.

– Я спасу её, – просто заявил Ардент. – Даже если ради этого мне придётся уничтожить всю Реку.

Не успел Фин крикнуть, как Шар в руке Ардента растаял. Прямо на глазах у него пальцы волшебника покрылись золотом и железом. Жидкий металл растекался по его запястью, мчался вверх по его руке.

– О нет, – выдохнула Маррилл. – Ардент, нет!

Жидкая смесь золота и железа пролилась на Ардента, поглощая его. Обволакивая. Твердея. Заключая в металлический панцирь. Вскоре на металлических пальцах выросли острые когти. Кожа покрылась непроницаемой броней. Холодная тьма закрыла его лицо, спрятав под маской из кованого железа.

Фин отпрянул назад, увлекая за собой Маррилл. Всё его тело дрожало от потрясения и ужаса.

– Этого не может быть, – прошептал он сдавленным голосом.

– Ардент! – крикнула Маррилл.

Но даже если он её услышал, это не имело значения. Железо словно вторая кожа обволакивало его, не оставив и следа человека, которого они знали. Ничего знакомого, кроме длинной белой бороды и холодных голубых глаз.

Ардент исчез. На его месте стояла знакомая железная фигура. Ардент стал Капитаном Железного Корабля.

– Не может быть! – ахнул Фин.

Его разум пытался осмыслить произошедшее. Теперь было два Капитана, совершенно одинаковых. Та же белая борода. Те же холодные глаза. Та же осанка.

Единственное отличие состояло в том, что первый держал в руке железную клетку, в которой по-прежнему сидела Роза.

Казалось, сам мир снаружи взвыл. Одновременно резкий и глубокий, этот вой как будто оцарапал Фину позвоночник. Новый Капитан раскинул руки в стороны, и из них вырвалась красная молния. Стены комнаты, уже потрескавшиеся и расшатанные Потерянным Солнцем, взорвались во всех направлениях.

Маррилл с криком схватила Фина и потащила его к возвышению. Фин тряхнул головой. Задачей номер один было самосохранение, а для этого требовался ясный ум.

Потолок раскололся, обрушившись на них дождём камней и обломков. Фин и Маррилл бросились к Источнику, единственному крошечному укрытию. Оттолкнув безжизненное тело Серта, они съёжились под краем чаши.

– Что происходит? – растерянно спросил Фин, перекрикивая какофонию разрушения.

Глаза Маррилл были полны слёз и ужаса. Она отказывалась им верить.

– Ардент воспользовался Шаром, – прошептала она. – Он загадал желание.

Фину было слышно, как над их головами бурлит Источник. Снаружи в воздухе кружились угли и молнии, комната вокруг них рушилась. Стены и потолок рухнули. Вскоре не осталось ничего, кроме возвышения, Источника и клочка искорёженного пола.

Все остальное исчезло, за исключением нового Капитана и старого. Они стояли бок о бок, глядя, как вокруг них всё летело в тартарары.

Фин окинул взглядом окружавшее их опустошение. В пропасти под ними воды Реки, пенясь, закручивались вокруг шпиля. С каждым мгновением поток увеличивал скорость, его волны бились о скалы. На глазах у Фина и Маррилл заново рождался водоворот Монервы, возвращённый к жизни силой желания.

К югу от них пустота оставила в реальности дыру, затянутую теперь густым туманом, который, казалось, поглотил Пиратскую Реку. На севере пожар пожирал лес Мереса. Сквозь обугленные и сломанные стволы деревьев бежала Рать, мчась к краю обрыва, где облако светящихся углей собралось в силуэт человека. Король Соли и Песка вернулся, чтобы занять место во главе своей непобедимой армии.

Фин вздрогнул. Но прежде чем он смог постичь всю глубину бедствия, Маррилл впилась ему в руку, заставив вновь сосредоточиться на той угрозе, что была рядом.

К ним шагал новый Капитан, а его близнец беспристрастно наблюдал за происходящим. Железная фигура была совсем близко. Фин крепче схватил Маррилл и встал перед ней. Вокруг, завывая, бушевал ветер. Он трепал белую бороду нового Капитана, словно флюгер. Но тот, не обращая внимания, переступил через безжизненное тело Серта и шагнул к Источнику.

Маррилл попятилась, увлекая за собой Фина. Но, похоже, новому Капитану до них не было никакого дела. Даже не взглянув в их сторону, он погрузил руку в волшебные воды, в исток Пиратской Реки.

Было в этом действе нечто порочное. Фин тотчас вспомнил Велла, вонзившего нож в спину Знамени. Та же самая ужасающая жестокость и леденящая душу окончательность. Из каменной чаши донеслось шипение. Вода в ней, уже и так клокотавшая, вспенивалась и закипала. Золотистые пузыри покрывала тусклая плёнка.

Почти мгновенно из пропасти внизу донёсся новый звук. Рев водопадов изменил высоту, как будто те усилили свою мощь. Фин осмелился заглянуть через разбитый край пола на основании шпиля.

Его сердце похолодело от ужаса. Некогда яркие пенные каскады, что изливали волшебную воду Источника в Пиратскую Реку, теперь несли в неё металл. К водовороту внизу примешивались тёмные металлические полосы.

Поднимался Железный Прилив.

Роза каркала и, обезумев, била крыльями о прутья клетки. Капитан Железного Корабля посмотрел на своего близнеца и свободной рукой указал на водоворот. Новый Капитан послушно сошёл с возвышения и направился к краю платформы.

Фин вцепился в Маррилл, чтобы не быть сметённым набиравшей силу бурей. Монстр, который совсем недавно был их другом, снова взглянул на них. Но даже если в нём и осталось что-то от Ардента, Фин этого не увидел.

А затем, без предупреждения, новый Капитан шагнул через край, рухнул в сердце водоворота и исчез.

– Ардент! – крикнула Маррилл. По её щекам текли слезы.

Оставшийся Капитан повернулся к ним, но даже не сдвинулся с места. Фин заставил себя посмотреть в эти голубые глаза, зная теперь, кому они принадлежат. Он не был уверен, как работает эта магия, но он точно знал: оба Капитана – один и тот же человек. Неким непостижимым образом Капитан, который им угрожал, всегда был Ардентом.

Нет, мысленно поправил себя Фин. В этом существе не осталось ничего от их друга. Ардент был прав: Капитан Железного Корабля это и вправду лишь тёмный призрак Реки.

– Фин! – крикнула Маррилл, указывая на Источник. – Бежим отсюда!

И точно, через край каменной чаши, стекая вниз на помост, уже полз металл. Судя по всему, Железный Прилив лился не только из водопадов. Если они с Маррилл хотят уйти отсюда живыми, они должны бежать, прежде чем Прилив поглотит весь шпиль.

Насколько мог видеть Фин, оставался только один вариант побега. Он потянулся к шнурам на своих небесных парусах. Увидев, что он делает, Маррилл вытаращила глаза.

– О нет, – сказала она. – Ты не сможешь перенести нас обоих через пропасть!

Возможно, она и права, но Фин предпочёл проигнорировать её протест. Выбора у них не было.

– Даю тебе три секунды на то, чтобы придумать план получше, – сказал он.

Маррилл нахмурилась и посмотрела на Железный Прилив. Тот подкрадывался всё ближе.

– Ммм…

– Один…

Закусив губу, она покосилась на Капитана. Тот слегка наклонил голову. Как будто ему было любопытно, что она скажет.

– Два… – считал Фин. Он выбросил Капитана из головы и приготовился к прыжку.

– Ладно, давай, прыгай! – Маррилл вскарабкалась ему на спину и обняла за шею.

– Ага, дошло, – буркнул Фин и глубоко вздохнул. – Летим! – Разбежавшись как можно быстрее – всё же вес Маррилл давал о себе знать, – он широко раскинул руки и спрыгнул с края платформы, молясь о том, чтобы они не рухнули камнем вниз или чтобы Капитан не разорвал их на куски своей магией.

Мощный водоворот создавал довольно сильную тягу. Ветер тут же подхватил их. Маррилл издала ликующий вопль. Фин позволил себе мгновение эйфории.

Увы, их радость была недолгой. Почти сразу же они начали опускаться вниз. Маррилл была права – им не преодолеть пропасти. Сердце Фина оглушительно стучало в груди. Водоворот под ними разинул пасть, словно голодное животное.

А затем в них что-то врезалось. Они закрутились и начали резко терять высоту.

– Фин! – взвизгнула Маррилл. Её пальцы соскользнули с его плеч.

Зато чьи-то пальцы крепко обвились вокруг его лодыжки, чья-то рука ещё быстрее тянула их вниз, навстречу гибели. С замиранием сердца Фин посмотрел вниз, и в этот момент его ногу обвила вторая рука. Его кровь застыла в жилах. Это был Серт. Он был жив. Их же, похоже, ждал верный конец.

– Вверх! – прохрипел голос Серта.

Внезапно налетевший ветер подхватил их и подтолкнул вверх.

Затем другой сильный порыв, налетевший уже с другой стороны, стабилизировал их и вернул на прежний курс. Небесный парус Фина наполнился ветром и понёс их ввысь. Когда они летели над водоворотом, Фин от радости испустил победный вопль.

Через пару мгновений ветер уже нёс их над горящим лесом, мимо тёмного полчища Рати и дальше к береговой линии. Фин с облегчением увидел, что «Кракен» ждёт их. Корабль уже поднял якорь и развернулся носом к морю. Фин описал вираж, устремляясь вниз, к кораблю.

Изящная посадка была невозможна. Рухнув на палубу, они покатились кубарем, пока не врезались в трап на юте. Реми, изумлённо разинув рот, перегнулась через перила.

– Это было несколько неожиданно, – сказала она, глядя на Серта. – Что это…

Фин отряхнулся и помог Маррилл подняться на ноги.

– Ещё как неожиданно! – воскликнул он и повернулся к Серту, готовый к тому, что Мерессианский Оракул из спасителя вновь станет угрозой. Но, к своему удивлению, увидел, что волшебник лежит на палубе, вновь неподвижный и безжизненный. Какую бы силу он ни задействовал, чтобы спасти их, похоже, она была исчерпана. На данный момент им ничего не угрожало.

– Повторяю, – сказала Реми. – Что произошло?!

Фин переглянулся с Маррилл. Она лишь покачала головой, как будто у неё не было слов. Тогда он оглянулся на берег.

Ниф стояла на корме, вцепившись пальцами в слуховые лозы, вившиеся вокруг перил. Взгляд её был потерянным и печальным. Позади неё клубился дым, поднимаясь к небу. Вдали глухо рокотал водоворот, затягивая Железный Прилив, чтобы поглотить Пиратскую Реку.

Фин повернулся к Реми. Похоже, та недавно плакала. Наверно, ей лучше не знать, через что они только что прошли. Он растерянно развёл руками и пожал плечами:

– Дело сделано?

Эпилог

Опершись на корму, Маррилл смотрела на остававшееся позади опустошение. «Кракен» между тем маневрировал между скалами Мереса, держа курс к открытым водам Пиратской Реки. Она глубоко вздохнула и крепче прижала к себе Карнелиуса. Мягкая шерсть на животе кота – вот, пожалуй, единственное, что дарило ей хоть какое-то утешение. Слуховые лозы тихонько перекликались с его довольным мурлыканьем.

С одной стороны, они со многим справились. Помешали Потерянному Солнцу уничтожить Пиратскую Реку. Правда, сражаясь с ним, они потеряли почти всё.

Колл пропал, навсегда оставшись в щупальцах Шешефеша. Теперь они знали, что Анналесса добровольно отказалась от человеческого облика, чтобы стать единым целым с Былитамской Картой. Роза, которой она стала, даже сейчас была пленницей в клетке в руках Капитана Железного Корабля.

Фин нашёл свою мать, но теперь она была мертва. Его соплеменники были рабами собственных близнецов, и начатое им восстание закончилось, как только Король Соли и Песка вернулся из своего изгнания в Монерве, длившегося целую вечность.

Что касалось самой Маррилл, то раньше она никогда даже не сомневалась: команда «Кракена» сумеет найти ей дорогу домой – после того, конечно, как они найдут способ вылечить её маму. Без волшебника или штурмана теперь она не надеялась найти ни то, ни другое. И, конечно же, у них не было сил, чтобы остановить Железный Прилив. Как не было оружия, чтобы дать отпор Королю Соли и Песка и его непобедимой армии. Или одолеть Капитана…

– О, Ардент, – прошептала она.

– Кстати, Отказуй пару раз пнул Серта, и нам думается, что бедняга малость того, – объявил Фин, становясь рядом с ней. – Я не стал проверять его пульс, не хотел обморозить об него руку. Или обжечься. Или что там ещё.

Он не договорил, скользнув глазами по оставшемуся позади острову. В тёмных лесах Мереса бесчинствовал огонь. Маррилл могла даже разглядеть фигуры воинов Рати на берегу. Прыгая и что-то крича, они погружались на свои корабли. По крайней мере, «Кракен» взял хороший старт, и преследователи вряд ли смогли бы его догнать. По словам Реми, в тот момент, когда начался пожар, Рать предпочла ликованием встретить своего восставшего короля, нежели продолжать преследование «Кракена».

– Интересно, как себя чувствует Велл в роли нового Знамени Рати, – задумчиво произнёс Фин и улыбнулся, явно намереваясь пошутить по этому поводу.

Но Маррилл было не до смеха.

– Всё ужасно, – прошептала она. Слова капали с её губ, словно слёзы.

Фин обнял её за плечи:

– Эй, у нас всё ещё есть много поводов для радости! Например, у нас есть Карни. – Он погладил кота по спине. – У нас есть «Кракен». У нас есть Реми. У нас есть Ниф. – Маррилл недоумённо подняла бровь. Это имя ей ничего не говорило. – Ты её знаешь, она хороший человек, даю слово, – сказал Фин. – У нас также есть Отказуй.

Маррилл простонала.

– А вот это не аргумент, – поддразнила она. Впрочем, она была вынуждена признать, что одна лишь мысль о вредном монстре вызвала у неё улыбку.

– У нас есть мы, – добавил Фин.

Маррилл прильнула к нему.

– Да, – сказала она. – У нас есть мы. И если мир будет разрушен четырьмя разными способами, я бы хотела увидеть это только на пару с тобой.

Фин рассмеялся.

– Спасибо, – сказал он. Маррилл невольно улыбнулась. Они пару мгновений молчали, наблюдая, как разрушенный исток Пиратской Реки отдаляется от них всё дальше и дальше.

Наконец, Фин прочистил горло:

– Как ты думаешь, что там произошло? С Ардентом?

Маррилл закусила губу, пытаясь сдержать противоречивые чувства. Позволь она им всем одновременно вырваться наружу, это было бы слишком – она бы точно ревела белугой.

– Не знаю. – Она покачала головой. По её щекам текли слёзы.

Ей не хотелось даже думать о том, чего они лишились в лице Ардента. О том, что он для неё значил. О том, как он их предал. И главное, почему? Крепко прижав к себе Карни, она попыталась отогнать прочь печальные мысли.

Но одну так и не смогла. Одной правде ей придётся посмотреть в глаза. Потому что весь этот ужас и разрушение – освобождение Короля Соли и Песка, Железный Прилив, возможно даже, возвращение к Мерессианскому Пророчеству – так или иначе вели к Капитану Железного Корабля. Что бы Ардент ни привёл в движение, они должны это остановить.

Маррилл судорожно вздохнула, и этот вздох наполнил её решимостью.

– Но мы должны всё выяснить, – резко сказала она.

– Ну, конечно! – сказал Фин и даже фыркнул: – И как мы это сделаем?

Маррилл шумно выдохнула. Вся её решимость мгновенно испарилась.

– Хмм…

– Последуйте за ним, – ответил голос у них за спиной.

Фин и Маррилл, как по команде, обернулись. Возле иллюминатора каюты Ардента стоял Серт. Заходящее солнце светило сквозь открытую с другой стороны дверь, подсвечивая его высокую тощую фигуру.

– Водоворот унёс его назад во времени. – Серт двинулся им навстречу. Его тёмные одежды развевались, белые звёзды на них переливались при каждом шаге. – Назад, к рождению Пиратской Реки.

Маррилл инстинктивно съёжилась. Жестокий волшебник посмотрел на неё и Фина. Его лицо прочерчивали чёрные полосы – следы слёз, которые он лил на протяжении веков. Но взгляд его глаз был спокойным, пытливым и твёрдым.

Маррилл посмотрела на Фина. Фин посмотрел на Маррилл. Вместе они посмотрели в лицо волшебнику, который был их злейшим врагом.

– Чтобы пойти за ним туда, вам понадобится проводник, – продолжил Серт. Некогда фарфоровая, его кожа светилась румянцем жизни. – Кто-то, кто бывал там раньше. – Его губы дрогнули в улыбке. – Например, я, – добавил он.

От авторов

Вы могли подумать, что, плывя за солнцем, трудно сбиться с пути, но когда вода сияет, как небо, довольно скоро всё выглядит одинаково, и вы слепы и слегка не в себе. Мы выражаем вечную благодарность нашему редактору Дейрдре Джонс за то, что она была козырьком, который затенял нам глаза и указывал путь вперёд.

Также огромное спасибо Дженни Чой, Шерри Шмидт, Розанне Лауэр, Энни МакДоннелл, Саше Иллингворт, Анжеле Талдоне, Вирджинии Лоутер, Кристине Пискиотту, Эмили Полстер, Херин Каллендер и всем остальным работникам издательств за то, что затыкали пробоины в корабле и тот всё время плыл вперёд, пока перед нами сияла далёкая звезда. И конечно, нам никогда не забыть нашу главную волшебницу – Викторию Стэплтон, у которой, похоже, прекрасные отношения с ветром, потому что тот всегда дул нам в спину и наполнял наши паруса.

Также, как всегда, спасибо Meррили Хейфец и добрым людям в Writer’s House за то, что, когда страсти накалялись, успокаивали нас и остужали наш пыл. Особой благодарности удостаивается Сесилия де ла Кампа за то, что в шторм она взяла руль в свои руки и тем самым уберегла нас от водоворота, хотя мы даже не подозревали, что он есть на нашем пути.

Red @ 28th и кафе «Летающее Печенье» давали нам возможность понежиться в тени, а Сара Маклин, Бет Ревис, Диана Петерфройнд, Элли Картер, Роуз Брок, Брендан Рейкс, Рене Адье, народ из Пещеры Летучих Мышей, Филипп Льюис, Росс Ричардсон и ребята из «FDWNC» растолковали нам значение теней, которые мы там видели.

Наши семьи, как всегда, были желанной водой для наших пересохших губ. Без вас, дорогие, это путешествие вряд ли бы состоялось. Особая благодарность Кори Селлу за то, что тот потребовал говорящего кота, хотя, увы, мы так и не смогли дать ему кота летающего.

Однако больше всего мы хотим поблагодарить всех наших читателей за то, что они вместе с нами вышли на солнцепёк. Особый привет Рэйчел Хестер, с которой мы никогда не встречались, но чьё мужество и юмор видны далеко из-за горизонта. Спасибо также Джеки Альтмайер и её книжному клубу в начальной школе Святого Патрика в Дилворте за то, что они показали нам места на Пиратской Реке, о существовании которых мы даже не догадывались. (Хотя Ардент, конечно, побывал везде.)

И, наконец, мы не можем закончить это путешествие, не упомянув друга, которого потеряли на этом пути. Спасибо тебе, Хизер Хеди – за всё, что ты сделала, за твою неизменную поддержку, и прежде всего за любовь и доброту. Нам не хватает тебя. Пусть твой свет никогда не погаснет.

Content

Кэрри Райан, Джон Парк Дэвис
Тени Потерянного Солнца

Глава 1. Ленивый день на солнцепёке

Глава 2. Лишние руки не помешают

Глава 3. Наш новый друг, как её там

Глава 4. Ночная сирена

Глава 5. В напиток

Глава 6. Игра Маргама

Глава 7. (Не)дружеское соревнование

Глава 8. Встречайте родственников

Глава 9. Никто не обещал, что игра будет честной

Глава 10. Не тот, кого вы ожидали

Глава 11. Игра окончена

Глава 12. Раковины снов

Глава 13. Ткачество Тьмы

Глава 14. Тот, в котором вы падаете

Глава 15. Попробуйте её немного пошевелить

Глава 16. Лента и чернила

Глава 17. Мрак и мерцание

Глава 18. Узел Скрученной Верёвки

Глава 19. Раковина-Алтарь

Глава 20. Песнь Шешефеша

Глава 21. Что осталось взамен

Глава 22. Рябь на поверхности океана

Глава 23. Непобедимые накануне поражения

Глава 24. Как в начале

Глава 25. Пролитая кровь жизни

Глава 26. Починка вещей

Глава 27. Что реально, а что нет

Глава 28. Эскиз за эскизом

Глава 29. …так оно и закончится

Глава 30. Компас, Роза

Глава 31. Железный человек

Эпилог

От авторов