Диана Милехина

ЛОВУШКА ДЛЯ АРТЕФАКТОРА

1. О том, как прошла священная ночь

— Тайная свадьба — это так романтично!

Тася буквально пританцовывала у стола, заставленного сладкими пирогами, пока я заваривала чай. Соседка по комнате радовалась так, словно это не я, а она завтра утром станет женой самого завидного парня академии.

Я промолчала. На лице расплылась глупая улыбка.

Смешно было даже вспоминать, как в первые месяцы нашего знакомства с Роланом я шарахалась от него, боясь вновь кому-то доверить своё израненное сердце и растоптанную душу. Не верила в искренность его чувств. Отталкивала. Язвила. Но он не отступился. И в какой-то момент я сдалась его напору, о чем ни капельки не жалею. Сейчас мои чувства так сильны, что от одной только мысли, что любимого больше не будет рядом, в груди вспыхивает острая боль, на глаза наворачиваются слезы и даже дышать становится больно.

— …можно ставить спектакль на основе реальных событий! Вспыхнувшие чувства, неравный брак и вызов общественности!

Подруга продолжала щебетать, не замечая, что давит на больное.

Дело в том, что Ролан принадлежит к древнему аристократическому роду, а я… я ему совсем не пара. Самая обычная, каких тысячи вокруг. Ни красоты, ни знатной фамилии, ни денег. Из приданого лишь диплом об окончании магической академии с высшими баллами, но этого мало, если сила дара едва-едва до третьего уровня дотягивает. Зная, что родители сделают все, чтобы нас разлучить, Ролан предложил пожениться тайно, отчего я чувствовала себя если не преступницей, то алчной захватчицей единственного наследника богатейшего рода, аферисткой, которая использует парня, чтобы попасть в прослойку знати. Уверена, что именно так обо мне и будут думать. Вот только без Ролана мне уже и свет не мил.

Страхи отступили, стоило только взгляду упасть на приоткрытую створку шкафа, откуда выглядывал подол свадебного наряда. Я довольно зажмурилась, отдавшись во власть фантазий о счастливом будущем.

Скорее бы утро!

— Ив, представляешь, как у Златки сейчас лицо вытянется от удивления?!

— Это будет катастрофа, — я невольно передёрнула плечами, вновь засомневавшись в своем решении следовать свадебным традициям.

Реакция второй подруги, откровенно говоря, пугала. Ролан и Злата никогда не ладили между собой, из-за чего меня постоянно ставили перед непростым выбором.

Может, ну её, эту священную ночь?

Да если бы не Таська, силой заставившая признаться, отчего я улыбаюсь как недалекого ума девица, ни за что не стала бы ни с кем делиться планами. Вот только проще получить звание гранд-мастера, что с моим уровнем дара вообще из области чудес, чем убедить соседку по комнате в том, что противоречит её мировоззрению. Если она сказала, что несоблюдение свадебных традиций обернется несчастливым браком, то доказать обратное не представляется возможным.

— Если Ролан узнает — будет очень недоволен, я ведь обещала, что никому не расскажу, — голос едва заметно дрожит, выдавая меня с головой. — Волнительно мне что-то. Может, не стоит, Тась? Скажем Злате и тетушке Радмиле, что просто хотим отметить выпускные экзамены.

— Во-первых, он не узнает, — заверила соседка по комнате, подойдя ближе и положив ладони мне на плечи, словно успокаивая, — наше девичье чаепитие на фоне шумных студенческих вечеринок пройдет совершенно незаметно. Во-вторых, начинать семейную жизнь с нарушения главной заповеди Аширы точно не стоит, даже если ты и в богов не особо веришь. В-третьих, молчанием можно обидеть тетушку Радмилу — ты ж ей за эти годы как внучка стала, а Златка и вовсе не простит, будь уверена. Обидится насмерть. Оно тебе надо? Тем более что через день мы разъедемся в разные стороны, и неизвестно, увидимся ли в ближайшие годы.

Подруга права. Обижать близких — последнее дело. Сообщать такую новость в последний момент тоже неправильно, но лучше так, чем они узнают завтра от посторонних людей или, того хуже, из газет.

— Хорошо, — сдалась я с тяжелым вздохом. — Будь что будет.

— Да все пройдёт отлично, не дрейфь! — Таська улыбнулась и, явно желая меня подбодрить, со смехом произнесла: — Ой, а помнишь, как Златка шутила, что тебя нужно на привороты проверить?

— Почему это шутила? — в комнату вошла упомянутая. Из приоткрытой двери слышался смех стайки девушек, прихорашивающихся перед последними танцами в этом учебном году. — Я вовсе не шутила, когда говорила, что Ив слишком быстро воспылала любовью к Ролану. И проверила её.

Тяжёлая деревянная дверь захлопнулась за её спиной, и наступила вязкая тишина.

— Но ведь приворот не подтвердился? — не то спросила, не то утвердила растерянная Тася.

Признаться, я тоже не ожидала такого поворота. Думала, Злата просто выкинула эту дурь из головы, а оказывается, она сделала по-своему, даже невзирая на мой отказ. Между прочим, это наказуемо. А главное, когда она успела? Целительское обследование — не то, что можно не заметить.

— Если бы это было не так, Иветта в тот же миг оказалась бы в лазарете, а Ролан за решеткой, — нехотя отозвалась целительница, словно жалея, что этого не произошло.

— Зачем Ролану привораживать меня? Ради чего рисковать своей жизнью?

Злата сдула волосы, упавшие на лицо, и повела плечом — ответа на мой вопрос у неё не было. Впрочем, как и всегда, когда речь заходила о любовной магии.

— Слушайте, нам обязательно сегодня говорить о распрекрасном Ролане? — уже вполне миролюбиво поинтересовалась она. — Я думала, мы собираемся отметить успешную сдачу экзаменов. Смотрите, что я принесла!

Злата выложила на стол мешочек с ягодами Лам-яй, которые ещё называли «глаз дракона». Редкость невообразимая!

— Вообще-то, мы тут собрались, чтобы… — Тася запнулась, когда я легонько ткнула её локтем в бок, призывая к молчанию.

— Где ты их только достала? — быстро перевела я разговор, не дав девочкам одуматься. — Сейчас ведь не сезон! Да и стоят они целое состояние!

— Где взяла, там уже нет, — свернула тему подруга, сверля нас подозрительным взглядом. — Я чего-то не знаю?

— Расскажу, когда придет тетушка Радмила.

В этот момент, словно дождавшись условного сигнала, в комнату вошла немолодая женщина, которую, однако, назвать старушкой язык бы не повернулся, так она была изящна, так прямо держалась и так модно была одета.

— Я опять опоздала! — леди Радмила, много лет занимавшая пост комендантши женского общежития, расплылась в извиняющейся улыбке.

— Ничего подобного, вы, как всегда, подоспели к самому интересному, — хмыкнула Злата. — Иветта хочет нам что-то рассказать.

На мне скрестились взгляды всех присутствующих.

— Я… я… — от волнения голос осип.

Бросила на Тасю умоляющий взгляд, вот только поняла она меня совершенно неправильно.

— Ролан сделал Иветте предложение! — возбужденно-радостно воскликнула подруга и захлопала в ладоши, не замечая, что гостьи двумя нелепыми статуями застыли на месте. — Правда здорово?

Ответом ей была тишина.

Я мысленно застонала, чувствуя, как накаляется обстановка. Окажись Злата не целителем, а некромантом — быть бы мне уже упокоенной.

Ну почему она так ненавидит Ролана?

— Это… неожиданно, — тетушка первой нарушила молчание, присаживаясь на стул.

— Да не то слово. Иветта умеет удивлять, — произнесла Злата таким спокойным, отстраненным тоном, что я сразу поняла — поздравлений не дождусь. — Скажи, что ты отказала ему.

— Почему я должна была отказать? — Я с вызовом вздернула подбородок, глядя в непроницаемые глаза подруги. — Я люблю Ролана!

— Он совсем запудрил тебе голову, — прикрыв глаза, Злата потерла переносицу. — И когда состоится столь знаменательное событие?

— Завтра, — вместо меня ответила тетушка Радмила, изучив праздничный стол с традиционными свадебными сладостями. — Разве ты ещё не поняла? Нам оказали честь, пригласив на священную ночь.

Ночь перед свадьбой жениху и невесте полагалось провести в родительском доме, в окружении близких. Легенды гласили, что когда-то сама богиня Ашира проверяла истинность чувств молодых. Могла показать, что их ждет в браке, из-за чего свадьбы часто отменялись. И обязательно наказывала, если её пытались обмануть, особенно жестко обходилась с теми, кто использовал любовную магию. Может, так оно когда-то и было, но сейчас боги практически не являлись людям, любовная магия находилась под запретом, а священная ночь стала не более, чем данью уважения традициям. Старшие делились мудростью, молодые могли спросить совета, обсудить все тревоги и радости, не боясь, что вторая половинка об этом узнает.

Своим домом я давно уже считала родные стены академии, Злата и Тася заменяли сестер, а леди Радмила была заботливой тетушкой, взяв стайку забитых первокурсниц под своё крыло.

— Я в этом не участвую! — процедила подруга и, развернувшись, направилась к двери.

— Остынь, Злата, — тихим, но твёрдым голосом остановила её тетушка Радмила. Она была абсолютно спокойна и уже вовсю разливала чай. — Садитесь, девочки, пироги стынут.

Переглянувшись с хмурой Тасей, мы устроились за столом напротив тетушки. Злата все ещё топталась на месте, но после того, как женщина отрезала для неё кусок пирога, едва слышно что-то пробормотала себе под нос и присоединилась к нам, всем своим видом показывая, что ей это не по душе.

— Везет же тебе, Ив! — попыталась разрядить обстановку Тася, ничуть не тушуясь под злым прищуром Златки. — Нам придется отрабатывать долг за учебу где-то на задворках королевства, а ты будешь спать на мягких перинах, блистать на балах во дворце, а ещё наверняка тебя представят правящему роду! Говорят, леди Сиаланна — дальняя родственница нашей королевы! Это правда?

— Понятия не имею, — я несколько растерянно пожала плечами, едва заметно улыбаясь.

Три гостьи, как одна, взглянули на меня с недоверием.

— Что вы так на меня смотрите? — изумилась я, нервно теребя кончик косы. — С будущей свекровью мне пообщаться не довелось. При встрече уточню, если вам так любопытно.

— И правда, что тут странного? — Злата закатила глаза. — Вообще удивительно, что она не предпочла Ролану мастера по артефакторике. Она ж последний год все свободное время проводила с ним, личная ученица как-никак! Ещё не поздно переиграть, слышишь, Ив? Получишь известнейшую фамилию, доступ к родовой библиотеке и очень скоро станешь вдовой!

— Фу, Златка, что ты несешь?! — Тасю аж передернуло, не иначе как представила меня, идущей к алтарю под руку с господином Теодором Ла'Вилли. — Он же старый!

— Зато гениальный артефактор! — для значимости чуть оттаявшая подруга даже указательный палец подняла, подражая мастеру, что вел у меня профильный предмет.

Я впервые за этот вечер расслабилась и рассмеялась. Шутливая перепалка развеяла напряжение, царившее в комнате.

— Златка, ну ты и язва! — надулась Тася. Правда, надолго её не хватило, почти сразу девушка защебетала: — И все равно! Ролан и Ив! Это ж просто обалдеть! Кому скажу — не поверят!

— А ты не болтай, — назидательно высказалась тетушка Радмила, отправляя в рот очередную сладость. — Тебе не для того секрет раскрыли.

— Ой, да ну что вы! — девушка, с которой мы делили комнату с первого курса, возмущенно замахала руками. — У меня надежнее, чем в гномьем банке, сами знаете. Но как же хочется посмотреть на вытянувшиеся лица этих высокородных змеюк, когда все раскроется! — протянула она мечтательно. — Они ж вокруг Ролана все семь лет увивались, чуть ли не очередями к нему выстраивались. А он не дурак, выбрал нашу Ив! Рассмотрел настоящее сокровище.

— О глупостях ты думаешь, Тася, — вновь одернула выпускницу тетушка Радмила. — Жить-то нашей Ив предстоит не с этими вертихвостками, а с родителями Ролана в родовом гнезде. Я так понимаю, чета Масквилли не в курсе, что старший и любимый сын решил привести в семью пусть и одаренную, но безродную девицу? — словно мимоходом бросила тетушка. — И брак магический, верно?

Златка закашлялась, подавившись чаем. Тася хлопала ей по спине, прожигая тетушку таким недовольным взглядом, что я забеспокоилась — злой некромант не к добру. Мне же очень хотелось провалиться сквозь землю. И только тетушка продолжала наслаждаться угощением, словно ничего не произошло.

Зря я все это затеяла! Кажется, только Тася за меня и рада.

— Иветта, ты рехнулась? — взвилась Злата, подавшись вперед.

— Спокойнее, Злата, поумерь пыл, — целительницу вновь призвали к порядку. — Съешь ягод, они обладают успокаивающим эффектом.

— Зачем вы это делаете? — вмешалась Тася, пылая негодованием. — Ладно Златка, с ней все ясно. Но если и вы не одобряете брак Ив с Роланом, зачем остались? Чтобы напугать её? Это ведь священная ночь перед свадьбой!

— Затем, что желаю девочке добра, — ничуть не обидевшись на отповедь, продолжила тетушка, протягивая Златке очищенную от защитной кожицы драконью ягоду. Та этого даже не заметила. — А священная ночь и дана для того, чтобы все как следует обдумать, просчитать последствия. Брак магический — обратного пути не будет! И прежде чем Ив, возможно, совершит самую большую ошибку в своей жизни, я хочу убедиться, что она понимает, на какое будущее себя обрекает.

— На счастливое! Они любят друг друга!

— Тася, ты дура или прикидываешься? — рявкнула Злата, не сдержавшись и выпустив на волю эмоции. Тетушка только тяжело вздохнула и, словно отрывая от сердца, пододвинула ей весь мешок с ягодами. — Как в тебе может уживаться тьма некромантии и вера в сказки? Ты хоть на миг задумывалась, что с ней сделает леди Сиаланна за порушенные планы?

— О чем ты говоришь? — перевела я огонь на себя.

— Да родители уже наверняка сосватали его с пеленок — богат, родовит, красавец, да ещё и маг! — прозвучало то, что не давало мне покоя последнюю неделю. — А тут ты, как кость поперек горла! Вот же… — она неожиданно замолчала, прервав свою пламенную речь. И, пронзив меня потяжелевшим взглядом, через пару секунд проникновенно спросила: — Уж не на этом ли он тебя подловил? Признавайся, родители подобрали ему невесту?

Мысли о том, что я посягаю на чужое, вернулись. Не зная, что ответить, я отвела взгляд, лишь бы не столкнуться с осуждением подруги.

И вздрогнула, когда она от разочарования застонала.

— Господи, Иветта, они ведь тебя уничтожат! — услышала я совсем не то, что ожидала. — Если не родители Ролана, то семейка отвергнутой невесты. Растопчут как букашку!

— А уж если будущая свекровь и в самом деле родственница королевы…

От завуалированного намека тетушки Радмилы по спине пробежал холодок.

— А что они могут? — Нашу любительницу любовных романов было не так-то просто сбить с толка. — Брак-то магический, а не договорной, развод уже не оформишь!

Женщина взглянула на Тасю так, как смотрят на тяжелораненых магов, пострадавших у границ разлома.

— Развод не оформить, — кивнула Злата, плюхнувшись на стул и с мрачным видом придвинув блюдо с пирогом. — А вот превратить жизнь Ив в кошмар они смогут запросто.

— Или хуже того — подстроить несчастный случай и сделать Ролана вдовцом, — продолжила мысль тетушка. — Родных у неё нет, кто станет докапываться до правды? Особенно при королевском покровительстве. А сколько желающих будет утешить бедного мальчика?

Даже с полной уверенностью в том, что Ролан не даст меня в обиду, от возможных перспектив мне стало не по себе.

— Ну и нагнали вы жути, — пожаловалась Тася уже без вызова в голосе, а скорее задумчиво.

— Это только в книжках пишут про любовь и счастье в неравном браке, а в жизни-то оно совсем иначе, уж поверь взрослой женщине, у которой за плечами два неудавшихся союза, — она грустно улыбнулась. — Я тоже когда-то верила в чудеса, в благородство, но ничем хорошим это никогда не заканчивалось.

— Но ведь сейчас вы жена ректора! И всем известно, как сильно он вас любит!

— Это сейчас. А тогда? В молодости меня даже статус высокородной не защитил, — покачала она головой. — Ты извини, Иветта, но в любовь Ролана я не верю. Такие, как он, не идут против семьи ради обычных девочек, даже по большому чувству. Нет у него внутреннего стержня, силы, чтобы противостоять родным. Не тот характер. Но если ему как любимому сыну ошибку молодости простят, то ты будешь постоянным напоминанием, словно черное пятно на белоснежной шелковой рубашке, которое невозможно отстирать.

— Проще эту рубашку пустить на тряпки, — важно покивала Злата. — Это он сейчас такой смелый, видимо, невеста будущая не пришлась по вкусу, вот и решил отвертеться от навязанного брака. Ты-то ему в рот заглядываешь! Но как только родители выразят неудовольствие, а вместе с этим перекроют доступ к семейным счетам — вся его любовь испарится.

— Он знает это, поэтому мы собираемся жить отдельно, — вступилась я за Ролана.

— Где?

— Сперва в пустующем доме его друга, потом купим двухэтажный домик с лавкой на первом этаже в торговом районе. Моих накоплений на это хватит, а на остальное заработаем, не пропадем. Мы же оба лицензированные артефакторы!

На секунду в комнате повисла тишина. Златка вдруг покраснела как помидор, прыснула, а после разразилась истерическим смехом, словно я сказала что-то забавное.

— Ой не могу! — стонала она между приступами. — Наследник богатейшего рода переквалифицируется в торговца!

— Признаться, теперь даже я начала сомневаться, — протянула Тася. Соседка выглядела потрясенной.

Я из последних сил сдерживалась, чтобы не вскочить и не высказать все, что думаю о них и той священной ночи, что они мне устроили. Подруги, называется! Ни одного слова поддержки, одни насмешки!

Только голова от них разболелась!

— Хватит! — прошипела я как гадюка, которой наступили на хвост. — Что я такого сказала?

— Да нет, все прекрасно, — взяв себя в руки и отпив чая, Злата кивнула. — Ролан за прилавком станет моим героем, примером для подражания! Вот только один вопрос мне все никак не даёт покоя, — улыбнулась она и, выдержав паузу, закончила: — Как ему удалось так промыть тебе мозги?

— Ты опять? — Руки затряслись, кровь прилила к лицу, в висках застучало, лицо наверняка стало красным, как помидор. К глазам подступили злые слезы. — Неужели я настолько плоха, что меня нельзя полюбить? Что ради меня нельзя полностью изменить свою жизнь? Леди Радмила, да скажите же вы ей!

Но она промолчала, сверля взглядом скатерть. Я так растерялась, что долго не могла сообразить, что же изменилось. Сколько ее помню, леди Радмила всегда подозрения целительницы называла паранойей. Почему же сейчас не остановила её?

Златка, поняв, что тетушка ей и слова против не скажет, продолжила:

— Он красив, богат и знатен, но ты никогда не была легкомысленна, чтобы ценить обертку, а не наполнение. Почему ты не замечаешь, что Ролан чрезмерно наглый, высокомерный, самовлюбленный манипулятор? Из-за него распалась наша дружба, потому что он нас достойными не считает, но тебе словно все равно. В конце концов, чем он лучше Касьяна? — голос, наполненный горечью, ударил по нервам не хуже плети, пробуждая не самые лучшие воспоминания. — Ты так легко от него отказалась, но в Ролана вцепилась мертвой хваткой! Я не понимаю!

— Я тоже не понимаю, как Касьян мог встречаться со мной, намереваясь жениться на другой! — С каждым словом голос звучал всё громче, надрывнее. Тщательно спрятанная боль вырвалась наружу. — И до сих пор не понимаю, почему ты — моя лучшая подруга — скрыла от меня такую пикантную подробность биографии своего брата, как помолвка!

Тася рядом ахнула. Ни она, ни тетушка Радмила не знали всех деталей давней истории и теперь шокировано взирали на Злату.

— Ты даже не захотела выслушать! — вскочила она со стула.

— Кого? — съязвила. — Негодяя, который клялся мне в любви, зная, что женится на другой, или его сестру, что скрывала от меня правду?

Несколько секунд девушка вглядывалась в моё лицо, словно искала что-то. И не находила. Я давно уже научилась держать эмоции под контролем. Крутя роман с самым популярным парнем академии, быстро учишься встречать неприятности с улыбкой.

— Тогда почему ты со мной дружила, раз знала про помолвку?

— Потому что ты не Касьян, — голос предательски дрогнул. — Но я каждый день ждала, что подруга расскажет мне правду и извинится.

— Это мой брат, тебе не понять, — воскликнула она и тут же, словно испугавшись собственных слов, прикрыла рот рукой и отвела взгляд.

— Куда уж мне, сироте, до ваших семейных ценностей, — ухмыльнулась я в ответ, пытаясь отгородиться от жалящих слов. — Вот только моей семьёй были ты и Лика. И теперь я знаю, что сильнее ранят те, кому ты безоговорочно доверяешь. Вы обе меня предали! В то время как ты покрывала своего братца, а затем и вовсе встала на сторону Лики, что пробралась в кровать к парню своей подруги, опоив его, Ролан был всегда честен со мной! Так что не смей марать его имя своими грязными, ничем не обоснованными обвинениями. Он единственный, кто всегда был на моей стороне!

— Все было не так!

— Девочки, но что же вы ссоритесь?! — взмолилась Тася.

— Ничего подобного, — мазнула я по ней взглядом. — Просто наконец все прояснили.

— А знаешь, я ошибалась, — протяжно и зло сообщила Злата, — все это время слепа была не ты, а я. Искала оправдание твоему поведению, а вы просто с Роланом одного поля ягоды!

— Злата!

Тетушкино предостережение осталось без внимания.

Вместо этого Злата обогнула стол и встала напротив. Я тоже поднялась со своего места, чтобы смотреть ей прямо в глаза.

— Говоришь, считала нас семьей? Ждёшь от меня извинений? Не дождёшься! Мой брат совершил ошибку, когда влюбился в тебя. И поплатился за это разрушенной жизнью и карьерой. Но тебе мало было этого, и ты сломала жизнь Лике. Каково это, выходить замуж, зная, что твой жених насильник?

Внутри проснулась такая ярость, что я почти ударила ту, что была мне подругой. Сдержалась. Лишь подошла близко-близко и, глядя в глаза, прошипела:

— Я не собираюсь это выслушивать! Убирайся из моей комнаты!

— А я все сказала! — ухмыльнулась она. — Не забудь своего муженька перед брачной ночью отправить к целителям, а то не дай бог что подхватишь!

И выскочила из комнаты, громко хлопнув дверью.

— Вот ведь, — тяжело вздохнув, пожилая женщина встала из-за стола. — Злата, конечно, наговорила лишнего, но это от беспокойства за тебя и от собственного бессилия, но зерно истины в её словах есть. Ты все-таки подумай. Как бы ты себя в ловушку не загнала.

Я ничего не ответила, чувствуя, что картинка перед глазами размывается. Хотелось, чтобы все они ушли. От всех этих криков моя голова просто раскалывалась на части.

— Ив, не плач, — Тася крепко меня обняла. — Я сейчас же поговорю со Златкой, она совсем с ума сошла!

И, не слушая моих возражений, пылая праведным гневом, отправилась вразумлять подругу.

2. О том, как тайное становится явным

Зная Тасю, я понимала, что она, даже несмотря на своё хрупкое телосложение, вполне могла притащить Злату, чтобы та извинилась. Вот только оно мне надо? Никакие извинения не помогут забыть те гадости, что она наговорила. И когда? В мою священную ночь! Как она только могла? А тетушка?! Пусть и ненадолго, но из-за неё я усомнилась в человеке, которого люблю!

В душе зародилась злость, и только она не позволяла позорно расплакаться от обиды. Голова была тяжела, в висках стучало хуже, чем в кузне, лихорадочная дрожь пробегала по всему телу.

Надо собрать вещи, это поможет отвлечься и успокоиться. К тому же предстоящая ночь в студенческом общежитии будет последней. Все экзамены сданы, магическая клятва принесена, завтра днём состоится официальное вручение дипломов и распределение по городам для обязательной отработки, которая мне уже не грозит. Благодаря наставнику я еще во время учебы смогла выручить неплохие деньги за парочку своих разработок, чтобы покрыть долг перед академией. Студентам позволялось торговать лишь амулетами, а вот артефактами, не имея диплома, строжайше запрещалось. Хорошо, когда твой наставник и поручитель имеет высшую квалификацию гранд-мастера. Он, конечно, брал свой процент, но и его имя увеличивало стоимость моих артефактов в несколько раз. А уже теперь, будучи дипломированным магом и ученицей самого Теодора Ла'Вилли, я и вовсе развернусь в полную силу!

Если бы Злата и тетушка только знали, какое открытие в артефакторике я совершила, они бы не высказывались обо мне столь пренебрежительно! Я, может, и безродная девица, но умная. Из всей нашей группы лишь я смогла не просто закончить академию, а сделала это с наивысшими баллами, даже несмотря на то, что дар не слишком велик. Да, родители Ролана поначалу будут не в восторге от нашего союза, но, когда осознают, что я могу приумножить богатство их рода, уверена, сменят гнев на милость. Золото творит чудеса. И даже предрассудки высокородных относительно того, что женщины не должны работать, не помешают мне стать известным мастером-артефактором, как я мечтаю!

Погрузившись в мысли о прекрасном будущем, в котором непременно будет награда от самого короля за вклад в развитие артефакторики, а вместе с этим и звание гранд-мастера, как у моего наставника, я постепенно успокоилась и незаметно для самой себя привела комнату в надлежащий вид. Ополоснула посуду в небольшом рукомойнике, что есть в каждой комнате, убрала оставшуюся еду в небольшой холодильный ларь, расставила немногочисленную мебель по своим местам. К концу уборки я была уже в благодушном настроении. И голова не болела!

Ну её, эту Златку! Разрушить своё счастье из-за её глупых домыслов? Нет уж! Надо же, даже тетушку настроила против меня!

Ничего-ничего. У нас с Роланом все обязательно получится!

Вещей у меня было немного, а вот книг и исписанных конспектов столько, что едва ли они поместятся даже в самом большом чемодане. Обозрев своё богатство, я вздохнула. Какое счастье, что у меня есть мамина сумка-артефакт, иначе пришлось бы нанимать дополнительную карету для перевозки всего этого добра.

Я нырнула под кровать, чтобы достать книги, которым не хватило места на полке, когда раздался странный звук. Не сразу придав ему значение, я подскочила и тут же больно ударилась затылком о койку, когда различила тихое жужжание переговорника. Кое-как выпрямилась, вскинула голову, ища ученическую сумку, в которой лежал артефакт, и тут же, не церемонясь, вывернула её наизнанку и вывалила все содержимое на кровать.

Выпавший переговорник легко соскользнул по гладкой поверхности книги, упал на пол и, стуча по коврику, откатился в угол.

— Нет, нет, нет! — бросилась я к половинкам, что когда-то прятали в себе часовой механизм, а сейчас явили нутро моей уникальной разработки. Хватило одного взгляда, чтобы понять: связующий контур нарушен, а центральный камень погас. Сломан!

Не сдержав разочарования, я взвыла в голос.

Полгода скрупулезных магоматических расчетов, несколько месяцев поиска подходящих, дорогостоящих материалов и безумно сложный процесс вливания силы улетели под хвост темной твари! И ладно бы, это был просто тестовый экземпляр, тьма с ним. Но я отдала Ролану вторую часть артефакта в качестве свадебного дара! И сейчас должна была презентовать ему артефакт, делясь открытием, благодаря которому мы вскоре разбогатеем.

Господи, ну как так? Что за день сегодня такой дурацкий, словно все против меня!

Паникуя, я судорожно пыталась починить конструкцию, хотя прекрасно понимала, что это невозможно без специальных инструментов, но тут артефакт вдруг ожил. Камень засветился, в работу переговорника вмешались какие-то помехи, которые то и дело прерывали входящий звук, но это не помешало различить голоса двух мужчин и услышать разговор, явно не предназначавшийся для моих ушей.

* * *

Тем временем в одном из столичных особняков.

Ролан Масквилли сидел в кресле перед камином и с отвращением разглядывал металлического уродца, которого получил несколькими часами ранее. Он никак не мог взять в толк, что такого его дед разглядел в Иветте Маркес? Эта идиотка даже свадебный дар не смогла нормально оформить — подсунула нерабочий артефакт с таким видом, словно вручает мешок золотых.

Ни богатой родни, ни сильного дара. Обычная посредственность, каких тысячи вокруг. И все же молодой человек никак не мог отделаться от ощущения, что знает далеко не все о тихоне-заучке, за которой наблюдал больше года.

Он вновь нажал на камень под крышкой артефакта. Скорее машинально, чем на что-то надеясь, но тот, к его удивлению, не только подал признаки жизни в виде маленькой искорки, бегающей по окружности, но и странным звуком. Впрочем, все закончилось так же неожиданно, как и началось, с появлением огромной трещины на центральном камне.

— Так не терпелось похвастаться очередной неудачной разработкой, что ты явился ко мне на ночь глядя?

Как и всегда, Ролан вздрогнул, услышав противный старческий голос у себя за плечом. Он ненавидел манеру деда двигаться практически бесшумно и пугать до заикания. В теплом халате, огромных мягких тапках и с колпаком на голове родственник сейчас меньше всего напоминал великого артефактора Теодора Ла'Вилли, у которого мечтает учиться каждый второй маг его специализации.

— Полюбуйся на свадебный дар своей ученицы, — произнес он пренебрежительно, наконец взяв себя в руки и легким движением отбросив безделушку на небольшой столик.

— Артефакт? — мужчина не спешил высказывать заинтересованности, неспешно наполняя бокал вином. — И что делает этот артефакт?

— Он самый. А для чего его использовать, без понятия. Ив сказала, что я сам догадаюсь, как только активирую. Только сперва он вообще никак не реагировал, а потом камень и вовсе развалился прямо на глазах.

— А в плетении что? Проверил уже?

— Ты же знаешь, что я не могу снять её защиту.

— Достаточно взглянуть на основные узлы, чтобы понять хотя бы примерное направление действия артефакта, — с раздражением произнес мастер, словно специально тыкая непутевого внука в отсутствие необходимых любому магу его квалификации знаний. — Но откуда тебе это знать, если вместо учебы ты только и знаешь, что развлекаешься.

Мужчина занял соседнее кресло, вытянув озябшие ноги к камину и принялся изучать творение своей лучшей ученицы. В том, что это очередной шедевр артефакторики, он даже не сомневался, Иветта, невзирая на отсутствие сильного дара, обладала незаурядными мозгами.

В отличие от Ролана. «Наградили» же боги семью этим лоботрясом.

— Ну даёт! — не сдержав эмоций, воскликнул пожилой мужчина, как только разглядел линии плетения, которые, к его недоумению, с каждой секундой истончались, не позволяя как следует рассмотреть структуру. Но главное он понял. — Отлично, просто отлично. А ты ещё спрашиваешь, что я в ней нашел. Талант! Талант, которого ты, к сожалению, от меня не унаследовал.

— Талант ублажать наставника на регулярной основе? Так тут большого ума не надо, — хохотнул парень. — И какова личная ученица в постельных науках? Такая же отличница?

— Хочешь сказать, что ты с ней не спал?

Пожилой мужчина прищурился, его взгляд стал острым, как гномье лезвие. Опровергать или подтверждать похабные домыслы недоумка-родственничка он и не подумал.

— И сдалось мне это лохматое недоразумение, когда вокруг полно красавиц всех мастей и сословий, — ответил с бахвальством внук, не замечая перемены настроения старшего родича. — Она, небось, и не знает, что в постели с мужиком делать, только об учебе и думает.

— Это ты себя мужчиной считаешь? После того как принудил Лику Осборн к интиму с помощью ментального внушения? — собеседник даже и не думал скрывать отвращения, охватывающего его каждый раз, как он возвращался мыслями к грязному поступку сопляка, по какой-то ошибке богов родившегося в семействе Масквилли. — Мужчины добиваются женщин, но тебе мало тех, что сами вешаются на шею и задирают юбки. Решил нервишки пощекотать, да? Ну и каково это, получить обвинение в изнасиловании и опозорить наш род?

— Да кто знал, что у этой истерички брат из теневого департамента? — оправдывался Ролан, но уже без былой бравады. И то скорее потому, что побаивался деда, чем из-за искреннего раскаяния в содеянном. — Да и все равно не доказали. Кто я — и кто она?

— Ты сопляк, который только приносит проблемы, — процедил дед, с каждой секундой заводясь все сильнее. Даже радужка глаз начала серебриться, что выдавало состояние сильного эмоционального напряжения у менталиста. — А не доказали, потому что я вмешался, идиот. Ты хоть знаешь, что она была беременна и собиралась пройти обследование у королевского целителя?

С молодого наследника знатного рода слетела спесь и непринужденность, мигом исчезла и ухмылка.

— Что, удивлен? — съехидничал старик, поняв, что до куцего мозга внучка информация таки добралась. — Если бы не я, ты бы уже либо был «счастливым» мужем, ожидающим пополнения в семействе, либо сидел в тюрьме. Какой вариант больше нравится?

— Дед, не нагнетай, — попытался успокоить разошедшегося родственника Ролан, осознав, что неприятности в очередной раз обошли его стороной. — Думаешь, я не понимаю, что ты избавил меня от проблемы только потому, что тебе нужна Иветта, а без меня её заполучить проблематично?

— На этот раз тебе действительно повезло, — пожилой мужчина недобро усмехнулся, откидываясь на спинку кресла. — Но ещё хоть раз засветишь свои способности — и твои скудные мозги превратятся в запеканку раньше, чем до тебя доберутся теневики. Я не собираюсь из-за твоей дурости проходить процедуру запечатывания дара, а потом гнить в тюрьме остаток жизни. Ты меня понял?

Невзирая на улыбку, в которой растянулись тонкие губы старика, Ролан не позволил себе обмануться в решительности деда. Этот не пожалеет.

— Да понял я, понял. Думаешь, не знаю, что сглупил? — покаялся парень, чувствуя, как внутри расползается противный липкий страх. — Просто эта Лика смотрела на меня как на дерьмо на подошве туфель, взбесила своим высокомерием. Кстати, как ты сделал так, чтобы она скинула ублюдка?

— Договорился с поварихой в академии, та подмешала ей кое-какие травки в обед, — уже вполне спокойно отозвался собеседник, и у Ролана отлегло от сердца.

— Что за травки? — оживился было он, но вовремя заметил, что в глазах деда вновь появляются серебристые признаки ярости. — Что ты так смотришь на меня? Ладно-ладно, не заводись. Забыли. Травки и травки.

— Весь в свою мамашу, — смиренно, на грани шепота дал нелицеприятную характеристику мастер, не понимая, как в его роду мог появиться такой идиот.

— Так что там создала твоя талантливая ученица?

— Это, — намотав длинную цепочку на кисть, мужчина поднес несуразную основу от карманных часов к лицу, — артефакт связи.

Полностью исчезнувшее плетение его ни капли не расстроило. Ничуть. Это могло объясняться лишь тем, что девушка усовершенствовала защиту, что очень даже хорошо. Новые возможности сулят немалые доходы. А уже завтра он выяснит не только детали разработки связника, но и все секреты, хранящиеся в талантливой рыженькой головке.

А уж если его подозрения о её наследии подтвердятся, то…

— Неработающий, — насмешливо добавил Ролан, вернув деда из грез. — И на вид… так себе. Я бы не купил.

— Скорее всего, ты его встряхнул и повредил. Да и не было у неё под рукой подходящего материала, вставила механизм в первую попавшуюся безделушку, поэтому артефакт и выглядит так дешево. Если сделать золотую огранку да украсить драгоценностями, тем же лунным камнем, можно продавать по сотне золотых за штуку. А иметь такой артефакт захотят все.

— Учитывая, что это свадебный дар, я надеюсь, разработка будет оформлена на меня?

— Не смеши, — холодно оборвал его мастер, не задумываясь ни на секунду. — Ты хоть представляешь, какое тут сложное, многоуровневое плетение? Величайшие артефакторы не один десяток лет бьются над этой разработкой, а решение нашел посредственный маг, который не может произвести даже элементарные расчеты для создания почтовика? Ничего глупее придумать не мог?

— Значит, мне полагается процент с выручки! — кипятился Ролан, понимая, что огромные деньги проплывают мимо него.

— Обойдёшься. Я и так плачу больше, чем должен, учитывая твои выкрутасы. И завтра не пожадничаю, если все пройдет гладко. А теперь, может, сообщишь, какого лешего ты заявился в мой дом?

Молодой мужчина поинтересовался в ответ:

— Ты в курсе, что на церемонию вручения дипломов явится Верховный маг?

— Я декан факультета артефакторов. Конечно, я в курсе!

— А мне сказать ты когда собирался?

— Зачем?

— Зачем? — взвился Ролан, подскочив с места. — Зачем? Может, затем, что нам следует все перенести?! Одно дело — запудрить какой-то глупой девке мозги, и совсем другое — нарушить закон о свободе личности одаренного в непосредственной близости от сильнейшего мага королевства. За это можно лишиться головы! А если он что-то заподозрит? Почувствует всплеск магии во время ритуала? — молодой мужчина нервно расхаживал по кабинету. — Что Верховный вообще забыл в академии?

— Прекрати истерить, хуже девки, ей-богу, — осадил его дед, отчего парень покраснел до кончиков ушей, злясь, но ему не хватает смелости перечить. — Верховный прибудет в качестве сопровождения и обеспечения защиты правящего рода.

— Просто прекрасно! Ещё и королевская семейка до кучи, а с ними отряд гвардейцев и безопасников. Дед, ты с ума сошел на старости лет?

Дождавшись, когда внук хоть немного вернет себе ясность разума, мастер продолжил:

— Они придут порталом за пару часов до начала церемонии и никак нам не помешают. План остается в силе. Территорию академии покидаете рано утром под отводом глаз — после сегодняшней попойки студенты будут спать до самой церемонии, так что вас не заметят. Но я на всякий случай прослежу. И обеспечу свидетелей, которые подтвердят, что видели Иветту, выбегающей за ворота в одиночестве. Ритуал, опять же, не затянется, там только вас и ждут. Потом отправишь её ко мне, перехватить контроль — пара пустяков. К моменту, когда прибудут безопасники с проверкой, все уже будет завершено. Никто ни о чем не догадается, так что не стоит волноваться.

Речь деда, произнесенная с непоколебимой уверенностью, притупила внутренние страхи Ролана.

— Ты уверен, что ритуал вообще сработает?

— Да, уверен, — в очередной раз повторил старик, стараясь не раздражаться, желая как можно скорее отправиться обратно в постель. — Это настоящий брачный ритуал. Когда-то с его помощью подавляли волю принцесс, чтобы они не вздумали убить новоиспеченного мужа во сне. Ну и, сам понимаешь, королева должна оставаться вменяемой, так что в поведении Иветты ничего особо не изменится. В дуру с бессмысленным взглядом не превратится, только, подобно монахине, станет смиренной и слушаться меня будет как господа бога.

Молодой человек продолжил мерить кабинет шагами, мысленно просчитывая временные рамки, в которые он должен реализовать план, пока вдруг не застыл, словно споткнувшись на месте.

Переведя взгляд на деда, он задал очередной вопрос:

— Нас ведь не поженят по-настоящему?

— Ролан! Прекрати вести себя как идиот! — рассвирепел выдающийся артефактор. — Выпей уже и успокойся, хватит мельтешить перед глазами, у меня голова от тебя кругом идёт, ещё немного — и начнется мигрень.

— Легко тебе говорить, это ведь не ты будешь участвовать в запрещенном ритуале подчинения! — зло отчеканил внук, но тем не менее плюхнулся обратно в кресло и одним большим глотком осушил бокал с остатками вина.

— Храмовники проведут только первую часть ритуала, брачными узами вас не свяжут, — все же расщедрился на небольшое откровение пожилой мужчина, понимая, что исполнитель плана на взводе.

— И все же, что в этой девке такого особенного? Для чего столько усилий? Почему ты отказался от старого, проверенного метода?

— Не твоего ума дело.

— Так, значит? — зло выплюнул тот, что год плясал под дудку старика. Грудь Ролана, как и плечи, тяжело вздымалась, хотя голос — твёрдый, звенящий — был уверенным и не срывался. — В таком случае я не собираюсь рисковать своей шкурой непонятно ради чего. Нужна послушная твоей воле Иветта? Вот и отправляйся в храм сам.

— Чего ты добиваешься?

Старик спросил этой спокойно. Вот только смотрел тяжелым взглядом на недоумка, развалившегося в соседнем кресле и прикидывал, стоит ли делиться информацией. Ролан слишком импульсивный, ведомый эмоциями, а не логикой, а ещё жадный до неприличия. Нет, правду парню знать нельзя. Не раньше, чем он передаст контроль над девушкой. В противном случае из зависти может встать в позу, а старику ой как не хотелось убирать с пути пусть и гнилую, но родную кровь, ведь, случись необходимость, старый опытный манипулятор не задумываясь выберет талант, а не родню.

— Я хочу услышать правду.

— Помимо этого, — мастер даже бровью не повел, для себя уже все решив.

— Что ж, раз ты так настаиваешь на конфиденциальности, — с иронией протянул Ролан и озвучил ещё более неприемлемую цену, на которую дед точно не согласится: — Я требую кулон-артефакт с постоянным ментальным воздействием.

И понял, что ошибся в своих суждениях, ведь старик одной фразой фактически начал переговоры.

— И кто удостоен чести?

— Амелия Ларсен, наследница Грегори Ларсена, — все ещё не веря в удачу, закинул удочку наследник рода Масквилли.

— Не те ли это Ларсены, что ведут разработку лунного камня? — в голосе старика прорезались заинтересованные нотки.

— Они самые. На их землях самая большая жила. Они спят и видят, как бы породниться с семейством Хантеров. На их счастье, отпрыск Хантеров проявил интерес к Амелии, и, как я понимаю, все идет к помолвке.

— А что твоё внушение?

— Слетает подобно шелухе, — поморщился молодой мужчина, словно от зубной боли. — Не сразу после потери прямого контакта, как это было с Иветтой, но тоже быстро.

— Значит, там уже не просто влюбленность, а весьма сильные чувства. Да, дела. Медлить в таком случае никак нельзя, уведут нашу жилу из-под носа. Я предоставлю артефакт ментального воздействия, но ты мне организуешь поставки лунного камня по бросовой цене. Идёт?

— Нет, не идёт, — прищурился парень, поняв, что за лунный камень можно стребовать не только уникальный артефакт на основе ментальной магии. — Артефакт в обмен на послушную Иветту. А лунный камень я тебе предоставлю, если ты повторишь ритуал, но уже с Амелией. Послушная жена — вот залог удачного брака.

— Договорились, — усмехнулся дед, отметив про себя, что внуку деловой хватки не занимать.

— Отлично, — мысленно потер руки Ролан, с чувством глубокого удовлетворения откинувшись на спинку кресла. И размечтался: — Потом с помощью женушки уберу с дороги тестя, чтобы не мешал — и все будет идеально. Ой, вот только не смотри на меня с осуждением, напомнить, сколько безвольных артефакторов работают на репутацию гениального Теодора Ла'Вилли?!

— Не стоит утруждаться, точное количество тебе все равно неизвестно, — фыркнул дед. — И кстати об артефакте. Не забудь уничтожить прежний сразу после ритуала. Верховный непременно заинтересуется девчонкой, если они пересекутся на церемонии. Это тебе не наши академики-недотепы, он сразу почувствует потоки ментальной магии. И я тебя умоляю, не напортачь! — ворчливо протянул старик напоследок. — Иветта не должна ни о чем догадаться.

— А то я не знаю, — прямо-таки оскорбился молодой мужчина.

Он терпеть не мог поучения деда, тот вел себя так, словно внук до сих пор малый ребенок, за которым нужен глаз да глаз. Вот только чтобы заполучить Амелию, Ролан был готов расшибиться в лепешку. Даже тайны вокруг тихони-заучки отошли на второй план. Год этой дуре Иветте мозги пудрил, и завтра все пройдет отлично. Если понадобится, использует дар на полную силу, чтобы она от влюбленности соображать перестала. Очухаться не успеет, как окажется на очень коротком поводке, который он с удовольствием обменяет на уникальный артефакт, жаль, что запрещенный.

Оба мужчины вздрогнули от неожиданности, услышал треск, исходящий от изобретения Иветты, а в следующую секунду ошеломленно уставились на то, как треснутый центральный камень вдруг начал осыпаться кристальной пылью.

— Вот это я понимаю — защита от взлома плетения, — не то с восторгом, не то с испугом пробормотал наставник девушки. — Все, хватит болтовни. Нам следует отдохнуть, завтра будет сложный день. Ты все запомнил?

— Не переживай, сделаю в лучшем виде.

— Как вернешься, сразу ко мне. Я должен перенести контроль на себя до появления Иветты. Со свидетельницей договорился?

— Ещё нет, — протянул парень, улыбаясь, как кот, дорвавшийся до сливок. — Но у меня на это есть целая ночь.

3. О том, как беды объединяют

Боль пришла не сразу.

Первые минуты после активации артефакта я пыталась разобраться, как должны были перестроиться плетения, чтобы переговорник превратился в подслушку, не вникая в беседу Ролана с каким-то стариком. Вот только голос у собеседника был примечательный — резкий и въедливый, он задевал что-то в душе, привнося в нее еще больше беспокойства. Мало мне сломанного образца!

А потом взбудораженный мозг воспринял весь смысл услышанного.

Обида, гнев, жажда мести стремительно нарастали, а вслед за ними явилась мигрень. Первая вспышка гнева и всепоглощающей ненависти запомнились звенящей болью, разрывающей виски. Но сильней этой боли был страх — жуткий страх пропустить хоть каплю ценной информации. Так что я терпела, сцепив зубы, чтобы не выкрикнуть ни единого слова. Но с каждой новой фразой, с каждым ядовитым обертоном такого родного голоса в душе пускала корни ненависть, а боль все усиливалась, заслоняя от меня реальность.

Издалека доносился чей-то скулеж, но меня так сильно трясло, что я никак не могла совладать со своим телом и сосредоточиться на происходящем вокруг. Мысли о Лике вспыхивали ослепительно-ярко, отдаваясь нестерпимой болью в затылке. Перед глазами мелькали позорные воспоминания о том, как я кричала на неё, обвиняя в распутстве и требуя отозвать свои жалкие обвинения, а тем временем ядовитый голос мастера равнодушно шептал мне прямо на ухо: «…договорился с поварихой в академии, чтобы та подмешала ей кое-какие травки…»

Убью гадов! Уничтожу собственными руками!

Четкая мысль ворвалась в мой мозг раскаленной кочергой. Паника накрывала, как облако, и я разревелась. Меня прямо прорвало, и ком в грудине встал такой, что дышать сделалось невозможно.

— Ив, Иветта, — послышался ласковый и испуганный шепот Златы где-то на краю сознания. — Сейчас будет легче, потерпи, родная. Ещё немного!

Далекий голос еле-еле доносился до меня сквозь пелену боли, но я цеплялась за него, как утопающий за соломинку, в надежде на спасение. Горло обожгло жаром, дыхание перехватило. И вдруг все прекратилось. Боль ушла практически мгновенно, оставляя после себя звенящую пустоту.

Я очнулась на холодном полу. Открыв глаза и увидев родные лица, попыталась приподняться, но рухнула обратно, глухо застонав. На лоб легла прохладная ладонь склонившейся надо мной Златы, от которой пошло явно ощутимое тепло под негромкий, плохо различимый шепот целительницы.

— Спасибо, — поблагодарила я, как только почувствовала, что боль полностью ушла.

Злата вдруг всхлипнула, а через секунду заревела в голос. Горько и безутешно, как ребёнок, некрасиво скривив накрашенный шоколадно-красной помадой рот.

— Как же ты меня напуга-а-ала, — прорыдала блондинка. — Не смей так больше делать, поняла меня?! — И неожиданно дернула ворот моего платья, отчего не выдержавшие такого натиска пуговицы тут же полетели на пол. — Где, где эта гадость?

— Ай! Мне больно! — взмолилась я, хватаясь за поцарапанную шею, совершенно ничего не понимая. — Что ты делаешь?

— Пытаюсь найти кулон, о котором говорили эти сволочи! — сверкнула глазами разъяренная девушка.

— Ив, ты разве не поняла, что Ролан нацепил на тебя артефакт, влияющий на разум? — напряженный взгляд зелёных глаз Таси сверлил меня, ища признаки вменяемости. — Его нужно снять как можно скорее.

— Все я поняла, — кивнула я и успокаивающе сжала руку Златы. — Но снимать его нельзя.

— Господи, неужели это влияние необратимо? — Некромантка схватилась за голову, с ужасом взирая на целительницу. Губы ее дрожали, словно она готова была заплакать.

Злата нахмурилась и вновь попыталась добраться до моего горла.

— Это не кулон! — отползла я как можно дальше. — Это серьги, серьги, Злата. И их нельзя снимать, потому что в них может быть заложена сигналка. Мастер сразу догадается!

— И пусть! Пусть знает, козел, что его планам не суждено сбыться!

— Дура! — рявкнула я на неё, отталкивая руки, что норовили вырвать серьги-гвоздики вместе с мочками ушей. — Он сразу же явится сюда и промоет нам всем мозги, понимаешь ты или нет? И пополнится его коллекция не только новым артефактором, а ещё и целительницей и некроманткой! А что? Отличное приобретение! Тася по его указке станет убивать конкурентов, а ты будешь отдавать ему свои жизненные силы!

— Ты забыла про ручного зельевара, — послышался от двери растерянный, но до боли знакомый голос Лики. — Или вы собрались отправиться в такое веселое приключение без меня?

Лика выглядела уставшей до предела, унылой и сломленной. Все слова вылетели из головы, поэтому я просто пялилась на неё, не в силах что-то сказать, чтобы выразить то безмерное сожаление, которое испытывала. Как просить прощения за то, что оттолкнула подругу в тот момент, когда она больше всего нуждалась в моей поддержке?

— Мы потом с тобой все обязательно обсудим, — произнесла она, словно прочитав мысли. — Знай, ты не виновата.

Я лишь покачала головой, считая иначе. Лика всегда была самой доброй из нас, но это уже перебор.

— Вы все здесь, — я обвела взглядом лучших подруг. — Что случилось? Если честно, я мало что сейчас понимаю.

Девочки переглянулись, как бы спрашивая друг друга: «Кто начнет?» По итогу слово взяла Лика.

— Я сплю, никого не трогаю, — с усмешкой начала она рассказ, сев на кровать Таси и обняв руками подушку. — Тут без стука врывается Злата, включает свет и начинает кричать, что Ролан тебе окончательно промыл мозги, ты совсем свихнулась и нуждаешься в спасении. Следом за ней влетает разъяренная Тася и начинает жаловаться уже на Злату, мол, она черствая, как сухарь, и грубая, как наш физрук. Я лежу, сонно хлопая глазами, и вообще ничего не понимаю. Пока разобрались, что к чему, пока думали, как убедить тебя отказаться от свадьбы, подошли к твоей комнате, а из-за двери раздаётся голос Ролана.

— Я думала, Злата просто дверь снесет, — добавила Тася, посматривая на подругу с уважением. — Такая она злая была. До сих пор не понимаю, что она забыла на целительском, ей бы с таким темпераментом в боевики. В общем, залетаем мы, а тут это, — она кивнула на части разбитого артефакта, — вещает. Что это? Артефакт связи, да?

— У тебя все-таки получилось? — удивляется Злата.

— Да, получилось, — я вновь взглянула на остатки артефакта, благодаря которому могла бы получить звание мастера-артефактора уже в этом году. Вот только радости по этому поводу больше не испытывала. — А дальше что было? Я читала про артефакты на основе ментальной магии, для носителей они очень опасны. Как вам удалось деактивировать его?

Опасны — это мягко сказано. Правильнее сказать — смертельно опасны. Как и все, что носит в себе ментальную магию. Не зря носителей этого дара пару сотен лет назад признали нестабильными, после того как они предприняли попытку поработить всех людей. Сейчас же родиться обладателем ментального дара считается проклятием. Таких магов жестко контролировали, отслеживая каждый шаг. Вот только мастеру каким-то образом удалось скрыть проснувшиеся возможности, и его внуку тоже.

— А мы не его деактивировали, а тебя, — поведала Злата. — Ты тут не единственная заучка. Как только я поняла, что артефакт сводит тебя с ума, сразу сообразила, что нужно притушить бушующие эмоции. Вот только у меня это никак не получалось — все усилия впустую. И Лика подала идею. Она для выпускной работы знаешь какое зелье изобрела? Для огневиков. Чтобы они не перегорали, когда не могут совладать с эмоциями. Вот это зелье мы в тебя и влили.

— Экспериментальное, — добавила Лика и, словно оправдываясь, развела руками. — Учитывая, что ты не стихийница, возможны побочные эффекты.

— Главное, оно избавило меня от боли. Все остальное я как-нибудь переживу.

— А наша Злата неожиданно начала страдать излишней скромностью, — Тася смотрела на неё прищуренным взглядом, после чего озвучила опущенные детали: — Лика ещё не вернулась, когда у неё закончились силы. И тогда она взяла половину твоей боли на себя.

— Злата… — у меня перехватило дыхание от неожиданности.

— Чего не сделаешь ради подруги? — пожала плечом и заправила упавший на лицо локон за ухо.

Она вела себя так, словно это в порядке вещей. Вот только, вспомнив ту адскую боль, которая разрывала мою голову на части, и поняв, что это была лишь половина, я пришла в ужас.

Она ведь тоже могла умереть!

— Ты абсолютно ненормальная, — я крепко сжала её в объятиях, хлюпнув носом, — самая лучшая. Извини меня за те слова, я давно уже отпустила ситуацию с Касьяном. Вы все меня извините, слышите?! Я такая ду-у-ура.

— Слышим и умоляем перестать разводить сырость, — едва слышно пробормотала Лика, часто моргая, прогоняя непрошенные слезы. — Если мы сейчас все начнем просить друг у друга прощения, можем не успеть до рассвета. Не забывайте, что зелье экспериментальное. У нас есть не больше пяти часов, чтобы придумать, как снять с тебя эту гадость и решить, что делать.

— Как минимум сообщить теневикам о незарегистрированных менталистах.

— И я сделаю это сама, — обвела я подруг твердым взглядом. — Не ввязывайтесь в это, девочки. Не навлекайте на себя беду!

— Злата, ударь её ещё раз, — посоветовала Лика отстраненно. — У неё явно там что-то в голове перемкнуло. Или это побочный эффект?

— Лика! — возмутилась я.

— Что Лика?! — отозвалась девушка, откинув подушку в сторону. — Думаешь, я все это просто так оставлю? Я теперь знаю, что произошло на самом деле. Только представь, сколько девчонок пострадало от рук этого ничтожества. А сколько ещё пострадает?

— Ив, а она ведь права, — нахмурилась Тася. — Ролан бы сейчас уже сидел в тюрьме, если бы не… — она бросила виноватый взгляд на Лику, — в общем, вы поняли. А сейчас у неё нет никаких доказательств, расследование вот-вот закроют. Почувствовав абсолютную вседозволенность, он слетит с катушек. Помнишь, что в учебниках по истории про них написано? Нельзя так это оставлять. Да и тебя они в покое не оставят, особенно мастер. Кстати, ты знала, что они родственники?

— Понятия не имела.

— Думаю, никто не знает, — сказала Злата. — Не зря же у них фамилии разные.

— Надо идти к ректору, — выдвинула дельное предложение Тася. — А он сообщит Верховному магу.

— А если они заодно?

— Злата, не говори ерунды, — я возмущенно уставилась на подругу. — Думаешь, тетушка Радмила вышла бы замуж за подлеца?

— Леди Радмилу я знаю, а её мужа — нет, — отрезала Злата. — За все семь лет учебы, знаешь ли, не нашлось повода познакомиться.

Мы все разом фыркнули. Ректор вызывал только тех, кто был на грани отчисления. Первый раз, чтобы предупредить, второй — чтобы уведомить об отчислении. Мы же с девочками были в числе лучших.

— А влюбленная женщина может многого не замечать, — подвела итог целительница.

— Нам нужен проверенный человек, — согласилась я.

Мало ли, может, ректор тоже под влиянием, а мы сейчас к нему сунемся.

— Как насчет Маркуса? — Лика выдвинула кандидатуру старшего брата. — Он работает в теневом департаменте и знает, как действовать в таких ситуациях. Плюс, он кровно заинтересован в том, чтобы наказать этого негодяя.

— Пожалуй, так и поступим. Тогда ты иди вызывай брата, а мы с Тасей поможем Ив собрать вещи. Лучше быть наготове, мало ли, вдруг придется уносить ноги.

Мы переглянулись и, кивнув друг другу, принялись за дело.

Через час комната была девственно пуста, если не считать казенного постельного белья, которым были заправлены кровати, и свадебного платья, сиротливо висящего в пустом шкафу.

При взгляде на него меня в очередной раз перекосило. Какое счастье, что Ролан посчитал меня недостойной своей персоны. По крайней мере, у нас с ним не было близости. Фу! Только жаль, что Лике так не повезло. Она очень красивая, правильные черты лица и потрясающая фигура постоянно притягивают мужские взгляды. Неудивительно, что этот негодяй не смог пройти мимо.

Тася тоже собрала все свои вещи, здраво рассудив, что ей не стоит оставаться в комнате при любом раскладе.

Единственная заминка произошла, когда я не могла решить, что делать с набором мастера-артефактора, которому место нашлось только на платяном шкафу.

— Бери!

— Это ведь «свадебный дар»! — заупрямилась я.

— Предлагаешь вернуть Ролану с уведомлением, что помолвка разорвана? — съязвила Злата. — Да и потом, ты сама говорила, что набор стоит как маленькое состояние.

— Это по твоим меркам оно маленькое, — фыркнула я в ответ. — А для меня эта сумма неподъемная. Тем более брать не хочу — быть им обязанной, ещё чего! Да я каждый раз буду вспоминать этих гадов, чтоб они под землю провалились!

— Значит, продашь! И купишь другой набор.

— Кто мне его продаст без лицензии мастера-артефактора? — возмутилась я, невольно закатив глаза. — Это ведь профессиональная автономная лаборатория!

— Иветта, не беси меня! — она решительно уперла руки в боки и сдула упавшую на глаза прядь волос. — Считай этот набор компенсацией за моральный и физический ущерб! Хочешь сказать, ты не заслужила?

— Да что ты её уговариваешь, — влезла Тася, не переставая пытаться закрыть свой чемодан, в который она бы и сама с легкостью уместилась. — У неё мозги ещё не работают в полную силу и самолюбие задето.

— Очень на то похоже, — пробормотала блондинка и, вновь переключившись на меня, командным голосом потребовала: — Давай сюда свою чудо-сумку, будем упаковывать подарок. В конце концов, его всегда можно будет передарить. Обычно так поступают с неугодными подарками.

Я насупилась.

Ага, передарить. Обойдутся.

Действительно, и чего кочевряжусь? Должна же я хоть какой-то бонус получить за минувший год! Я этому идиоту сделала дипломный проект, за который он, естественно, получил высший бал, едва не лишилась лучшей разработки и самого ценного, что у меня есть, — мозгов! Ещё и с подругами из-за него поссорилась!

— Ладно, признаю, ты права, — сдалась на милость целительницы, протягивая ей сумку. Придвинув стул к шкафу, я взобралась на него и начала передавать предметы набора: — От них не убудет, а мне пригодится. С такими инструментами работать станет намного проще.

— Ну наконец-то я слышу голос разума! — хохотнула Тася.

Практически сразу после того, как последний элемент набора был упакован и убран в сумку, в комнату вошла Лика. За её спиной возвышался хмурый, как грозовая туча, Маркус в форме, а рядом с ним переминалась с ноги на ногу растерянная леди Радмила.

— Привет, девчонки, — поздоровался он с Тасей и Златой. — Здравствуй, Иветта, — произнес как выплюнул, пришпилив меня острым взглядом к полу, за что тут же получил тычок в бок и тихую выволочку от сестры.

Я чувствовала себя некомфортно, думая о том, что он, скорее всего, меня ненавидит. Впрочем, я сама себе никогда не прощу случившегося с Ликой.

— Здравствуй, Маркус, — выдавила я приветствие, стараясь не отводить взгляда.

— Лика мне уже все рассказала, — поставил в известность теневик. — Идемте к ректору, он нас ждет. Скоро подтянутся остальные. Иветта, возьми артефакт, с помощью которого подслушала разговор, он понадобится.

Я похлопала по карману брюк, намекая, что и сама догадалась.

Тася, незаметно подкравшись, сжала мою ладонь и подмигнула, словно желая вселить в меня уверенность.

Так как женское и мужское общежития находились в непосредственной близости, больше всего я опасалась, что Ролан увидит нашу процессию в окно, но, как оказалось, Маркус такой вариант развития событий предусмотрел.

Вслед за тетушкой Радмилой мы спустились в подвал, за одной из стен которого скрывалась сеть тайных ходов, имеющих столько ответвлений, что становилось понятно — паутина коридоров охватывает всю территорию академии. Вскоре мы оказались в здании главного корпуса, но и там, вместо того чтобы воспользоваться главной лестницей, леди Радмила отодвинула одну из фальшпанелей и провела нас прямо в кабинет ректора.

У мужчины, сидящего за столом, были длинные темно-серые с проседью волосы и тонкие черты лица. Ворох бумаг подсказывал, что мы отвлекаем его от работы. Учитывая, что завтра церемония вручения дипломов, мы и впрямь, наверное, явились не вовремя.

— Проходите, располагайтесь, — он даже глаз не поднял, продолжая что-то чиркать стилусом на бумаге. Закончив писать, отодвинул документ в сторону и взглянул на нашего представителя. — Маркус, может, вы уже объясните, в чем провинились мои студентки? Неужели это что-то настолько серьезное, что требует сиюминутного разбирательства?

— Вам сейчас мои коллеги все расскажут, — навел ещё больше интриги теневик, бросив на пол портальный камень.

— Все настолько плохо? — мужчина насторожился и обвел нас с девочками внимательным взглядом.

В свою очередь мы возмущенно уставились на Маркуса.

— Мы ни в чем не виноваты, — принялась оправдываться Златка.

— Вы даже не представляете, насколько большие у вас проблемы.

Мы так и не поняли, кому была адресована угроза. Нам или ректору?

Однако ректор принял все на свой счет, но ответить не успел. Посередине комнаты, там, где на полу лежал камень, открылось окно портала, в котором отражался интерьер другого помещения и группа мужчин.

Мы все — включая ректора и леди Радмилу, пристроившуюся за его плечом, — подскочили со своих мест, когда из образовавшегося проема вышел Верховный маг. Следом появились ещё двое мужчин, после чего проход закрылся.

— Добрый вечер, господа, — поприветствовал хозяин кабинета нежданных гостей.

— Здравствуй, Фрэнк, — обратился главный маг к ректору по-свойски, — рад видеть вас, леди Радмила, — отвесил он учтивый поклон.

И, безошибочно выделив меня из толпы, подошел на расстояние вытянутой руки, чтобы осторожно отодвинуть волосы и взглянуть на одну из сережек.

— И почему я не удивлен, Иветта? — вздохнул он. — Вечно вы, девушка, во что-то влипаете.

Я смотрела на мага широко распахнутыми глазами, теряясь в догадках. Он говорил так, словно знал меня, тогда как я видела этого мужчину впервые в жизни. Да что там, я даже ректору не была официально представлена, не заслужила! А это Верховный — главный! — маг королевства!

— Я не специально, — пролепетала я от растерянности, как нашкодивший ребенок. И тут же почувствовала, что заливаюсь краской.

Молчи, Иветта, лучше молчи! За умную сойдёшь!

Я перевела дух, когда он потерял ко мне интерес и переключил своё внимание на главу академии.

— Мир, проверь ректора и его супругу, — непонятно к кому обращаясь, отдал приказ Верховный.

Один из мужчин сделал несколько шагов вперед, но застыл под колючим взглядом ректора.

— Меня в чем-то подозревают? — возмутился он. — Почему не предъявлены обвинения?

— Фрэнк, если бы я хотел тебя в чем-то обвинить, разговор строился бы совсем иначе, — остудил его пыл господин Морриган. — На данный момент это простая формальность, я должен официально исключить тебя из списка подозреваемых.

— Подозреваемых в чем? — продолжал упрямиться глава академии.

— Узнаешь сразу после проверки.

Не знаю, как девочки, а я затаила дыхание в ожидании вердикта некого Мира, впервые наблюдая за работой менталиста.

Не знаю, чего я ожидала, но проверка оказалась до неприличия скучной. Пора бы уже привыкнуть, что эффектные зрелища устраивают только стихийники и иллюзионисты. Менталист попросил ректора присесть на второй стул для посетителей, прикоснулся пальцами к посеребренным вискам и установил зрительный контакт. Несколько минут тишины, что изредка прерывалась резкими вздохами да тихими ругательствами ректора, и все закончилось.

— Не замешан.

— Понять бы ещё в чем, — хозяин кабинета потер рукой лоб и передернул плечами, словно избавляясь от мурашек.

Мы с девочками дружно выдохнули. Значит, и леди Радмила чиста, что вскоре и подтвердилось. Только, в отличие от господина Фрэнка, женщина не смогла сдержать тихий болезненный стон. Супруг помог ей подняться и, придерживая за плечи, отвел в угол, где стояла небольшая софа.

— Иветта, вы следующая, — сообщил Мир.

— Я? — растерялась, решив, что ослышалась.

— Вы, вы, — поторопил он. — Мне нужно взглянуть на артефакт.

Верховный нетерпеливо притопывал ногой, как бы намекая на мою медлительность, так что я поспешила занять предложенное место и едва не рухнула, зацепившись мыском за ковер.

Ну что за день?!

— А теперь замрите.

Менталист обратился ко мне, но командному голосу повиновались, кажется, вообще все, включая Верховного. Такая тишина установилась, что я отчетливо слышала стрекотание кузнечиков, доносившееся из приоткрытого окна. Маг тем временем осторожно поворачивал мою голову из стороны в сторону, изучая серьги магическим зрением и раз в пару минут выдавал интригующие: «Хм…»

— Ну что там? — первым не выдержал Верховный маг. — Это их работа?

Кого «их», не уточнялось.

— Плетения гораздо сложнее, — определил Мир. — И я даже не знаю, хорошо это или плохо, но, думаю, мы вышли на след самого Подавителя, а не его учеников.

Верховный весь подобрался.

Чёрные брови сошлись на переносице, губы вдруг искривились, словно он готовился к чему-то неприятному. Даже ноздри его хищно раздулись. Я сама напряглась, предчувствуя неладное. Кто такой этот Подавитель?

— Ты уверен? — спросил отрывисто и неожиданно грубо.

— Не знаю, — уклонился маг от точного ответа, устало откинувшись на спинку стула и на пару секунд прижав ладони к лицу, словно собираясь с силами.

И вновь погрузился в изучение артефакта.

— Подождите-подождите, — вмешался в разговор ректор. — Кристоф, ты хочешь сказать, что моя студентка стала объектом интереса маньяка, которого вы не можете найти больше десяти лет? Того самого Подавителя?

— Все гораздо хуже, Фрэнк, — горько усмехнулся Верховный. — Этот гад работает в твоей академии. Представляешь, я каждый угол обшарил, землю рыл, а он сидит тут, под самым носом!

За все время Кристоф Морриган, архимаг и маг всея королевства, впервые повысил голос. И только выдержка не позволяла выйти наружу той ярости, что сверкала в глазах облеченного огромной властью мужчины. Как оказалось, иной раз даже такие люди не всесильны.

— Кто? — глухо уточнил абсолютно потерянный глава академии.

— Мастер, — до сих пор не в силах принять случившееся, подсказала я. — Мастер Ла'Вилли. Я случайно услышала разговор.

Ректор вздрогнул и покачнулся.

— Тео?

С лица мужчины сошли все краски. Он трясущейся рукой дергал шейный платок, словно ему не хватало кислорода, и все пытался что-то произнести.

Первой среагировала Злата. Хозяин кабинета ещё не успел полностью завалиться на бок, а она уже проводила диагностику и вливала в него силы, доказывая, что не зря училась семь лет целительскому искусству. Ещё через пять минут она налила мужчине стакан воды и, убедившись, что пациент в порядке, вернулась к девочкам — Лика и Тася привычным образом взяли её за руки, передавая силы через прикосновение. А подняв глаза, обнаружили, что оказались под прицельным вниманием всех присутствующих.

— Хорошая работа, — похвалил Верховный.

Лучшие выпускницы академии зарделись от смущения.

— Схема влияния идентична, — вновь вступил в разговор менталист, — но более детально проработана. Артефакт на основе лунного камня, а энергии в нем столько, что… сам понимаешь, — менталист взглянул на меня с жалостью, словно мысленно поставив на мне крест. — Она жива только потому, что не пыталась снять серьги.

По кабинету разнесся дружный девичий ах. Я ошарашенно взглянула на подруг, понимая, что прошла по острию ножа. Девочки выглядели не лучше меня, а Злата так и вовсе побелела так, что стала похожа на покойника.

— Рассказывайте, — не терпящим возражений тоном потребовал Верховный, прижавшись бедром к ректорскому столу.

4. О том, как угодила в ловушку

Подруги переглянулись, говорить решила Тася.

— Мы пытались снять артефакт, когда Иветту скрутило. Но искали кулон, о котором говорил Ролан, а не серьги. А когда все выяснили — уже Иветта не позволила.

— Почему? — поинтересовался Мир у меня, не отрываясь от своего занятия. От прикосновений его холодных пальцев по коже то и дело пробегали мурашки. — Это ведь инстинкт самосохранения — избавиться от вещи, причиняющей боль. На то и был расчет. Догадалась о ловушке?

Я повела плечами, пытаясь избавиться от жуткой картинки перед глазами. И тут же получила выговор:

— Не дергайся.

— Если честно, об этом я не подумала, — пробормотала, застыв статуей. — Но посчитала, что в плетении могла быть сигналка — я сама такие закладываю в защиту курса с пятого.

— Ты с артефакторского? — заинтересовался мужчина.

Я же отвлеклась на Верховного, что в этот момент отдавал какие-то распоряжения второму помощнику. И не сразу поняла, что пропустила вопрос. Вместо меня ответил ректор.

— Лучшая ученица на потоке.

Демоны, как же приятно такое услышать из уст главы академии! Я таки не смогла сдержать улыбки, несмотря на мрачное настроение.

— Молодец, быстро сообразила, — прокомментировал Верховный, открывая портал для сотрудника и вызывая удивление, как он все успевает? И с подчиненным о чем-то договорился, и наш разговор не оставил без внимания. — Это и спасло тебе жизнь.

— Одно могу сказать точно, я это снимать не буду, — вынес окончательный вердикт менталист. — Моих знаний для деактивации ловушки не хватит. Нужен тот, кто хорошо разбирается в таких штуках.

— Догадался, — кивнул господин Морриган, занимая место во главе стола. — Леон сейчас приведет профессора. А пока девочки нам расскажут все, что им известно. Мир, будь добр, принеси стулья.

Последние нашлись в соседнем кабинете и вскоре уже все устроились вокруг стола.

— Серьги мне подбросили прямо в комнату, — собравшись с мыслями начала я, — девочки ещё шутили, что у меня появился тайный поклонник.

— Лично я считала, что это подарок от моего брата, — тихо добавила Злата. — Они как раз были в ссоре. Думала, он попросил кого-то из друзей подкинуть украшение.

Я пораженно уставилась на Злату. Даже так?

— Серьги несколько месяцев лежали в тумбочке, — виновато подхватила Тася, — пока я не уговорила их надеть на танцы. Гвоздики идеально подходили к платью. А потом Ив их уже не снимала. Да и перемены в её поведении начались не сразу, поэтому мы не связали эти события.

— Иветта, на танцах ты пересекалась с Роланом? — задал неожиданный вопрос Мир.

— Да. Он в тот день мне буквально прохода не давал, — припомнила я.

— Скорее всего, проводил активацию артефакта, — разъяснил теневик. А я поморщилась. Могла бы и сама догадаться. Мне с таким работать не приходилось, но ведь читала же!

Когда повествование дошло до событий минувшего вечера, Верховный потребовал предъявить переговорник. И внимательно изучал то, что осталось от артефакта, пока Тася четко, с расстановкой пересказывала подслушанный разговор и описывала мой припадок. Узнать о том, что я выла от боли и каталась по полу, как раненый зверь, хватаясь за голову, было неприятно. И почему-то очень стыдно.

Прервали Тасю только тогда, когда она упомянула зелье.

— Что за зелье? — почти хором спросили мужчины.

— Для огневиков.

То, что каждый из присутствующих в этот момент пялился на Лику, как на диковинную зверушку, не добавляло ей уверенности.

— То самое, которое вы представили в качестве дипломного проекта? — удивился ректор, одновременно с этим шаря в ящике стола.

Она часто-часто закивала. Через секунду на стол легла пухлая папка, которая тут же перекочевала в руки менталиста.

— Кристоф, это гениально просто, — пораженно выдохнул мужчина спустя несколько минут, перелистывая страницы. — Ну, конечно! Если жертве отключить эмоции, артефакту не на что влиять! Господи, у нас целый отдел голову ломает, как обойти защиту, а нужно было просто взглянуть на ситуацию под другим углом. Как долго действует зелье?

— Не больше семи часов, если верить моим расчетам. Этого мало, но я работаю над формулой. Однако Иветта не стихийница, поэтому примерно часов пять у неё есть.

— В нашем случае на счету каждая секунда, — не оценил её кокетства Мир. — Пять-семь часов — это отличный результата! Увы, не всем жертвам, столкнувшимся с Подавителем повезло так, как Иветте. Я бы в такой ситуации сам лучше не придумал, девочки, а вы молодцы, не растерялись.

— Надо поторопиться, — заключил Верховный, сопоставив временные рамки. — А вот и они, как раз вовремя.

Открылся портал — вернулся Леон в компании старенького дедушки, облаченного в какой-то безразмерный балахон зеленого цвета. Двигался тот достаточно бодро, невзирая на возраст.

Я сразу мысленно окрестила его одуванчиком из-за седых волос, торчащих во все стороны, как бывает у зельеваров после неудачного опыта, и цвета накидки, больше всего напоминающей цвет молодой травы.

— Ну-с, и где жертва? — добродушно поинтересовался гость, обведя толпу взглядом поверх очков. — А-а-а, все, вижу-вижу. Девочки, уступите пожилому мужчине место. А вы-то куда собрались, голубушка? — положил он руку мне на плечо, усаживая обратно.

Мужчина водрузил на стол чемодан. У меня аж дыхание перехватило! Это ведь набор гранд-мастера! Руки зачесались от желания заглянуть внутрь, и мастер это заметил.

— Коллега? — посмеиваясь, поинтересовался он. — Глаза блестят.

— Только закончила академию, — согласилась, жадно глядя на то, как после нескольких касаний мужчины чемодан начал трансформироваться в мини-лабораторию.

Как жаль, что с таким слабым даром мне никогда не стать гранд-мастером.

Менталист тем временем без лишних деталей ввел одуванчика в курс дела.

— Сейчас мы тебя освободим от этой гадости, — уверенно заявил он, словно перед ним стояла пустяковая задачка. Я бросила панический взгляд на девчонок. А если что-то пойдёт не так? — Ну и какой артефакт ты презентовала на защите диплома?

— Никакой. Я разработала плетение, снижающее энергопотери и продлевающее время работы бытовых артефактов.

— Да что ты говоришь? — протянул мужчина. — Как интересно…

Потом разговор перескочил на мой переговорник, после чего я с удовольствием отвечала на уточняющие вопросы мастера. Мы даже задачку какую-то решили — гранд-мастер оказался очень интересным собеседником. Вынырнула я из расчетов, только услышав спокойное: «Ну вот и все, а ты боялась, голубушка». И вдруг поняла, что все это время мастер просто заговаривал мне зубы, отвлекая от процесса деактивации ловушки.

Пожилой мужчина тихо посмеивался, глядя на то, как я, вскочив со стула, счастливо схватилась за мочки ушей. Сегодня же попрошу Злату зарастить дырки! Чтоб я ещё хоть раз нацепила на себя какое-то украшение! Никогда в жизни!

— Спасибо, спасибо вам! — на радостях я обняла мужчину и, не сдержавшись, вдруг заревела.

— Ну-ну, все уже позади, — похлопал он меня по спине.

— Эффект зелья почти прошел, — в голосе Лики слышалось облегчение. — Успели. А который сейчас час?

— Четыре утра. Ваши расчеты оказались верны.

Слезы моментально высохли. Как четыре утра? Это ж сколько мастер со мной возился?!

Последний вопрос, кажется, я произнесла вслух. Ответил мне Верховный.

— Долго. За это время мы успели разработать план.

Пока я, отрешившись от реальности, общалась с мастером, маги не только придумали жизнеспособный план, но и приступили к его подготовке. Мир и Леон ушли, как я поняла, за подмогой. Тетушка Радмила тоже куда-то испарилась. Сомневаюсь, что в такой момент она решила пойти отдохнуть, а значит, тоже выполняла какое-то поручение.

В кабинете, помимо меня, остались девочки, ректор, Верховный маг и артефактор. И ещё Маркус, который продолжал молча подпирать стену.

— Что мне нужно делать? — быстро включилась я в обсуждение, здраво рассудив, что все завязано на мне. Ролана наверняка будут ловить с поличным, а без невесты тут никак не обойтись.

Мысль о том, что я в операции не участвую, даже не рассматривалась. И потому я удивилась, когда маг отрезал:

— Даже не думайте, — и обвел нас с девочками ледяным взглядом, чтобы наверняка прониклись. Мы прониклись. Навлекать на себя гнев Верховного никому не хотелось. Не дурочки ведь! — Фрэнк, куда эти студентки едут после вручения дипломов?

— Тасьяна поступает на службу к вам, полагаю, её отправят в серую зону, — не заглядывая в документы, отрапортовал ректор. — Не обманывайся её внешним видом, лучше посочувствуй будущему начальству этого дарования и предупреди, что некроманты мстительны. Эта особенно, — предостерег он Верховного, а Тася громко фыркнула, выражая своё отношение к подобным высказываниям. Нет, она не была злой, скорее проецировала на окружающих то отношение, которого удостаивалась сама. — Злату пригласили в главный целительский, но она решила отправиться в госпиталь, чтобы оказывать помощь пострадавшим после прорывов. Лика училась на платной основе, а Иветта была освобождена от обязательной практики, так как уже погасила долг за обучение.

— Серьёзно? — бровь мага взлетела от удивления, а взгляд устремился на меня. — Полагаю, средствами жениха?

Я вспыхнула от негодования.

— Ещё чего! Оплатила из собственных денег! — ответила запальчиво. И, видя скепсис на лицах мужчин, добавила: — Заработала на артефактах.

Посмурнел даже мастер, что вызволил меня из ловушки, а Верховный так и вовсе волкодавом смотрел.

— Иветта, — сокрушенно простонал ректор. — До получения лицензии студентам строго запрещено продавать собственные разработки! Вы понимаете, что нарушили закон?

— И ничего я не нарушала, — опровергла я обвинения. — Артефакты были зарегистрированы на наставника, меня оформили как помощника, так что все законно. Ему процент с доходов, мне возможность сбыта под известным именем.

Верховный как-то иронично хмыкнул и бросил взгляд на хозяина кабинета, мол, видал? Подготовилась!

— А что это за артефакты?

— Например, детектор ядов. В зависимости от категории и степени опасности, а также расстояния от предмета, вызывающего опасность, камень меняет цвет.

— Вот такой? — Маг поднял руку, оголяя запястье, чтобы показать плетеный браслет с крупным камнем.

Удивилась я лишь на долю секунды, а потом сама же себя и одернула. Если разработку выкупил теневой департамент, то логично, что и Верховный обзавелся детектором. Да одна половина магов боготворит «главную тень» королевства, а вторая — желает смерти.

— Да, он самый, — подтвердила, показывая свой собственный, куда более скромный, браслет.

— Мастер подсказал идею? — слово «мастер» он произнес как ругательное слово.

— Сомневаюсь, — опередил меня ректор. — Скорее уж Иветта сама сформулировала задачу, после того как её отравила одна из бывших пассий Ролана. Девушку, естественно, нашли и наказали, но, думаю, впечатлений за три дня в целительском корпусе Иветта получила достаточно, чтобы сообразить, как обезопасить себя в будущем. Я прав?

Ещё как. Меня рвало три дня даже под бдительным присмотром целителей, но хотя бы не умерла.

— Да. Плетения мои, а вот с базой опасных веществ помогли девочки. Это было ещё до танцев. И мы честно поделили все доходы с разработки. Вот только ваш департамент назначил очень скромную цену, — укорила я большого начальника, — так что разбогатеть не получилось. А ведь теперь детектором пользуются все теневики, я видела.

— А вот тут вы ошибаетесь, Иветта, — покачал маг головой, но объяснять, в чем именно, не стал. — Так, дальше. Какие ещё артефакты вы продавали через мастера?

— Всего их было пять, но только солнечный накопитель стал по-настоящему доходным. За ним очереди выстраиваются. Вот с этих денег и закрыла долг.

— «Свет в каждый дом» — это ваших рук разработка? — пораженно поинтересовался мастер-одуванчик.

Вот это да! Смогла удивить!

— Да, — я улыбнулась. — Я практику проходила у гномов, а у них проблемы с освещением. На стандартных светильниках разориться можно, а огня я боюсь. Пришлось выкручиваться.

— Хорошо выкрутились, — с нечитаемой интонацией отметил Верховный. — И много заработали?

— С моими сорока процентами выходит примерно пятьдесят золотых в месяц.

Я произнесла это с гордостью, считая большим достижением. Зарабатывать такие деньги, будучи студенткой, ещё нужно суметь!

— Быть не может! — возмущенно воскликнул одуванчик, вскакивая со стула. Моя улыбка несколько померкла. — Да он же!.. Я видел отчеты по продажам!

— Вы в разных весовых категориях, — напомнил Верховный. — Кто бы её подпустил к документам? — И взглянул на меня как на свалившуюся на его голову проблему, у которой оказалось двойное, а то и тройное дно. — Иветта, мастер Аврелий хочет сказать, что тебя ввели в заблуждение относительно реального количества продаж солнечного накопителя. А что касается детектора ядов, так Ла'Вилли торговался до последнего. В итоге я лично контролировал сделку и точно знаю, что департамент заплатил непомерно большую сумму исключительно по причине уникально обширной базы веществ.

— Ну как же? Он мне отчеты показывал из гильдии… — пробормотала я растерянно.

— Вероятно, фальшивые, — посочувствовал дедушка-одуванчик. — Вы ведь ещё не заключили прямой контракт, всех нюансов не знаете. Настоящих отчетов ни разу не видели. Поверили своему наставнику, что, собственно, логично, учитывая, что мы своих учеников практически к родным детям приравниваем.

Это уж точно не про моего наставника. Хотя, если он был готов сжечь мозги своему родному внуку… Странное у него отношение к «детям», ничего не скажешь.

Я ещё легко отделалась.

— Ла'Вилли позволил тебе самой выплатить долг академии — и ни он, ни Ролан якобы не при делах, — окончательно растоптал мою наивность ректор. — Да и никто бы тебя искать не стал, выплатила долг академии, и отлично! Мало ли куда ты решила податься после учебы? Тихо-мирно растворилась бы на просторах королевства, и все.

Чувствовала я себя препогано. Кому понравится, когда тебя используют вслепую? Но если это цена за свободу, то так тому и быть. Артефактов ещё придумаю множество, а я у себя одна.

И тут меня осенило: имя мастера. Вот что меня так зацепило в словах Верховного, и все это время свербело где-то на краю сознания.

— Погодите, — неверяще прошептала я, во все глаза уставившись на мужчину в годах. — Вы грандмастер Аврелий Валленштайн?

Мужчина весь светился озорством, словно совершил остроумную шалость и сейчас наслаждается последствиями.

Какие деньги, какие, к дьяволу, отчеты, когда я нахожусь в одном помещении с первым грандмастером в области артефакторики! Легенда! Светило! А я его одуванчиком прозвала! Стыд-то какой! Хорошо, что хоть не вслух.

— Приятно познакомиться, коллега, — усмехнулся великий, но жутко скрытный артефактор, о котором мне было известно до обидного мало.

К сожалению, мастер не радовал общественность подробностями из своей жизни. Зато его артефакты ни с какими другими не перепутает даже обычный крестьянин, живущий где-нибудь в глуши.

— Год под принуждением стоил того, чтобы с вами познакомиться, — ляпнула я от переизбытка чувств. — Простите, это от волнения.

Зато все засмеялись, даже молчаливый Маркус давился смешками. И гнетущая атмосфера в кабинете развеялась.

— Так. Ты и ты, — господин Морриган указал на Тасю и Злату. — Извините, девочки, но бал отменяется. Сейчас получаете свои дипломы и идете собирать вещи. Через час вас заберут мои ребята и доставят к местам службы, во избежание, так сказать. Рисковать собой ради танцев не стоит.

Последнее касалось всех. Стало понятно, что ни одну из нас до поимки негодяев не допустят. Девочки хотели что-то возразить, но Верховный та-а-ак глянул, что все возражения отпали. Даже у меня.

— Вот и отлично, — удовлетворенно вздохнул он, поняв, что с нами проблем не будет. — Мастер Аврелий, я прошу вас оказать содействие Иветте в переоформлении документов. Добейтесь проверки в гильдии на предмет присвоения Ла'Вилли чужих разработок, детальной проверки. Что-то я не припомню, чтобы девушка проходила в документах по детектору. Просто так гильдийцы её развернут на пороге, а вот вас послушают. Если заартачатся, ссылайтесь на меня — мой визит им не понравится куда больше. Иветте в любом случае нельзя находиться в столице, пока мы не выловим всех причастных, а, как выяснилось, свои люди у этого мерзавца есть даже в академии, — припомнил он повариху. Все сочувственно взглянули на Лику. — Ла'Вилли мы, конечно, поймаем, но ведь есть ещё и его ученики, которых мы не знаем. Они могут навредить девушке в любой момент.

— Конечно, — легко дал согласие артефактор. — Никаких проблем. С удовольствием проведу время в компании умной девушки. Заодно и переговорник зарегистрируем, да, голубушка?

Я кивала и млела от счастья! Вот это подфартило!

Верховный согласился и переключился на последнюю из нас.

— Маркус, вы с Ликой…

— Я хочу участвовать! — возразила она, не дослушав.

— Нет! — рявкнул Маркус, схватив сестру за предплечье, словно боясь, что она убежит к Ролану прямо сейчас.

— Это не обсуждается, — поддержал его Верховный. — Мы отправим нашу сотрудницу под иллюзией.

— И она провалит операцию, — привела аргумент подруга твердым голосом. — До встречи с Роланом осталось всего ничего, она не успеет подготовиться. А я дружу с Иветтой семь лет, знаю, как она общается, как ведет себя, как двигается. Хотите спугнуть этого урода? Что в таком случае вы им предъявите? Обвините в том, что он без согласия родных решил жениться?

— Вы уже сейчас на взводе, а что будет, когда столкнетесь с ним лицом к лицу? — резонно спросил Верховный, и словно специально давя на больное, продолжил мысль: — А ведь он будет целовать свою невесту, ворковать с ней. И опять применит внушение. В какой-то момент выдержка откажет, и вы выдадите себя. И вот тогда точно будет провал.

— Она справится, — не сговариваясь, хором заступились за Лику мы с девочками, буквально подтверждая, что даже мыслим одинаково.

Замечание, что Роланд будет целовать не меня, не подняло никакого отклика в душе. Было удивительно приятно чувствовать внутреннюю свободу. Словно в голове крутилась одна и та же мелодия, и, наконец, отпустило. А еще до дрожи под сердцем было жаль Лику. Не уверена, что, окажись я на её месте, нашла бы в себе храбрость вновь встретиться с негодяем лицом к лицу.

— Лика справится, — заявила я с абсолютной уверенностью, глядя главному магу в глаза. — Она два месяца после обвинения то и дело оказывалась под градом насмешек, её имя полоскали в газетах, в неё тыкали пальцами, шептались за спиной. Но она выстояла. Разве нет? Ваши сотрудники даже особо не старались в расследовании, поверив в байку про влюбленную девицу, желавшую женить на себе наследника знатного рода, приближенного к королевской семье, так позвольте ей хотя бы получить удовлетворение от поимки этого мерзавца.

— Она сделает все, чтобы этого гада прижучили, — поддакнула Тася. — Выведет его на чистую воду.

— Господин Морриган, ей это нужно, — вступилась Злата. — Для того, чтобы двигаться дальше.

И словно мало было всего вышеперечисленного, Лика добавила от себя:

— Подарю вашему департаменту формулу зелья для огневиков, если позволите участвовать.

Ну да, зелье уже зарегистрировано на неё. Сам Верховный, конечно, сможет получить доступ к рецепту, вот только правда рано или поздно всплывет, и тогда зельевары поднимут хай. Вздрогнут все.

В кабинете стояла абсолютная тишина.

Сами не заметив того, мы с девочками во время пламенной речи придвинулись к Лике. И сейчас стояли под изумленными взглядами, ожидая вердикта Верховного.

Злата правильно сказала: Лике нужно участвовать в операции, чтобы убедиться, что Ролан действительно больше ни одной девушке не причинит вреда. Что никто не пострадает. А потом забыть, как жуткий кошмар, и жить дальше, не думая, что в один прекрасный день он может оказаться на пороге её дома.

Артефактор что-то шепнул Верховному магу.

— Я об этом ещё пожалею, — выдохнул Морриган, прикрыв глаза. — Маркус, что скажешь? Разрешишь ей сыграть роль наживки? Под мою ответственность.

Плечи молодого мужчины осунулись, будто под тяжестью незримого груза, он молча смотрел на сестру. И в конце концов выдохнул:

— Под вашу ответственность.

Лика расслабилась. И на удивление светло улыбнулась.

— И не нужна мне ваша разработка, департаменту по силам заплатить за неё, раз уж сами не смогли решить головоломку. Ещё и выволочку устрою, лучшие умы проиграли студентке! — пробурчал маг. — Все, идите, собирайте вещи и прощайтесь. Лика, жду вас здесь же ровно через час, нам ещё нужно время, чтобы все обговорить. Опоздаете, вместо вас пойдет наша сотрудница, так и знайте.

5. О том, как тесен мир

Стоило покинуть кабинет ректора, как мы столкнулись с тетушкой Радмилой. Наша покровительница была уставшей от переживаний — давала о себе знать ночь, полная потрясений.

Я и сама, признаться, держалась на чистом адреналине.

— Вот и не верь после этого в существование высших сил, — первое, что сказала супруга ректора, зябко кутаясь в плотную вязаную шаль поверх лёгкого, цвета слоновой кости с отливом, платья. — Веселая священная ночь, ничего не скажешь.

— Я уж думала, мне одной все это показалось очень странным, — с облегчением выдохнула Тася, с которой за последние несколько часов слетел весь романтический флер. — Как-то все уж очень… своевременно. И артефакт сломался, и вернулись мы как раз в нужное время, чтобы услышать разговор, и зелье у Лики нашлось. Чудеса, да и только.

— А как по мне, так не больше, чем обычное совпадение, — заспорила более рациональная Злата. — Если бы не артефакт Иветты, никто бы ничего так и не узнал.

Да. Если не считать того, что в артефакте не была заложена функция прослушки. Даже при самом маловероятном исходе такого эффекта случиться не могло, или я зря училась эти семь лет, но развивать эту мысль не хотелось. Сразу появлялись вопросы о том, где были боги, когда с Ликой случилась беда? И с другими людьми? Почему они допустили, чтобы эти негодяи творили свои зверства?

— Одну меня волнует, что никто не разглядел в добром мастере-артефакторе опаснейшего преступника? Вы только представьте! Он цеплял свои жуткие разработки на людей и шантажировал, угрожая смертью. И ведь много лет вообще никто не мог понять, что происходит!

— Просто академию он считал домом, — вздохнула тетушка, сдвигая очередную фальшпанель. — А в собственном доме не гадят даже такие гаденыши, уж простите за печальный каламбур.

В общежитие мы вернулись тем же путем. На этаже было тихо. Танцы давным-давно закончились, уставшие студентки разбрелись по комнатам и наверняка будут спать до самого обеда.

Мы в восемь рук собрали вещи Златы и переместились в нашу с Тасей комнату. Я в последний раз заглянула во все ящики, чтобы убедиться, что ничего не забыла, а обернувшись, заметила девочек, застывших напротив открытой дверцы шкафа.

— Это свадебное платье? — голос у подруги по несчастью был спокойный, но явно огорченный. — Красивое.

— Не одумался? — спросила сердито Злата.

Мы с Тасей переглянулись, не понимая, о чем речь.

— Кому нужна порченая девушка? — делано равнодушно усмехнулась Лика, проводя кончиками пальцев по струящейся ткани. — Во время расследования он ещё держался, а после закрытия дела исчез и больше не объявлялся.

До меня наконец дошло, что обсуждают не кого иного, как жениха подруги, в которого она была влюблена. Так влюблена, что никого другого не замечала.

— Этот дурак ещё прибежит извиняться, когда все раскроется! — целительница была убеждена. — Вот увидишь!

— Брату пришло письмо, что помолвка расторгнута. — Мы пораженно уставились на девушку. — Да и зачем мне мужчина, который верит всем, кроме меня? — произнесла она с отвращением. — Ещё и исчез, как последний трус. Может, таким образом боги и меня уберегли от неудачного брака?

— Может, оно и так, только методы у них паршивые, — выдохнула я зло, стягивая платье цвета молока с плечиков. — Примеришь? Как по мне, это идеальный наряд, чтобы станцевать на крышке гроба виновника всех проблем. И подол не слишком пышный, не будет мешаться.

Зря я его, что ли, покупала? Страшно вспомнить, сколько денег отдала. Удавиться! Одно утешает: я была не в себе.

Девочки обдумывали мои слова лишь мгновение, а после разразились смехом.

— Вот уже действительно! Ой, а у меня и туфли есть подходящие, с металлическими набойками!

На двадцать минут комната превратилась в гримерную, а от идеального порядка не осталось и следа. Переодевались все. Лика в платье невесты, мы с остальными собирались в дорогу. Каждой из нас предстоял неблизкий путь, а значит, одежда должна быть удобной. Тася распахнула с таким трудом закрытый чемодан, отчего половина вещей сразу оказалась на полу, Злата не могла найти, куда сложила мантию, которую наконец имела полное право носить, прицепив на неё знак лицензированного целителя. Я же не могла определиться, в чем предстать перед гильдийцами, и в конце концов переоделась в то, в чем чувствовала себя комфортно: белоснежную рубашку с длинными свободными рукавами и темные брюки. Корсет из тонкой кожи завершил образ, даря ощущение защищенности. На кровати лежали перчатки без пальцев и сумка с лямкой через плечо, на полу — длинные, чуть выше колена, сапоги на небольшой платформе.

— Вот вам и бал, — расстроено произнесла Тасьяна, покрутившись перед зеркалом.

— Тебе и платье не понадобится, чтобы свести мужчин с ума, — хихикнула Лика. — Менее облегающих брюк у тебя не нашлось?

— Пусть сходят с ума, я против, что ли? Все равно к некромантке сунется разве что идиот.

— Поверить не могу, что мы расстаемся, — озвучила Злата мысль, что витала в воздухе. — Как я буду без вас?

Сразу стало как-то грустно. За прошлые семь лет мы с девочками практически не расставались, если не считать периодов практик и непродолжительных каникул. Даже невзирая на то, что учились на разных факультетах, мы всегда поддерживали друг друга. И, пожалуй, только благодаря этой поддержке выжили в серпентарии под названием Высшая магическая академия.

Но сейчас подругам предстояла пятилетняя отработка в отдаленных местах. Лика, скорее всего, продолжит семейное дело, а моё будущее вообще зависит от того, как скоро переловят всех преступников.

— Ну, раз уж мы с Иветтой абсолютно свободны, кто мешает нагрянуть к вам в гости? — выдвинула предложение Лика.

— Да и почтовики никто не отменял, — подсластила я пилюлю, видя, что Тася шмыгает носом. — А я ещё и переговорники создам, так что сможем разговаривать хоть каждый день.

— Ну что, девочки, готовы? — в комнату заглянула тетушка Радмила. И застыла, увидев Лику во всей красе. — Нужна накидка, чтобы до поры до времени спрятать это великолепие, а то там мужики обалдеют — очередь из женихов выстроится.

Мы хихикнули. Фальшивая невеста резво накинула поверх платья упомянутую деталь гардероба.

— Вот, а теперь берите вещи и идите за мной, вас уже ждут.

В этот раз мы спустились на первый этаж в комнату отдыха. Тут было просторнее, чем в кабинете ректора, но излишне многолюдно. Бойцы в форме теневиков уставились на нас с интересом, отчего я практически сразу почувствовала себя не в своей тарелке.

У одной из стен разговаривали, оживленно жестикулируя, менталист, Верховный маг и молодая женщина с яркой внешностью, что буквально пожирала глазами господина Морригана.

— Иветта, Лика, подойдите ко мне, — поманил нас господин Морриган, а как только мы оказались рядом, указал на незнакомку: — Это Лаура. Она наложит на вас иллюзии. Лаура, Лику нужно превратить в Иветту, — он поочередно указал на каждую из нас, а Иветте изменить внешность так, чтобы она стала похожа на родственницу мастера Валленштейна.

Красивая фигуристая темноволосая женщина лет тридцати смотрела на меня с неудовольствием и легким прищуром, сложив руки на пышной груди, ещё сильнее ее подчеркивая.

— Не переживай, — пообещала она Лике, наконец перестав сверлить меня взглядом, — это всего на пару часов, после чего ты вновь станешь красоткой.

У меня, надо сказать, челюсть в этот момент познакомилась с полом. Вот так походя одной фразой оскорбить незнакомого человека. Чем я ей не угодила?

— Угу, легко быть красивой, имея дар иллюзиониста, — заметила мимоходом, не собираясь делать вид, что не услышала её слов.

Женщина вспыхнула, но сказать ничего не успела. Рядом послышались легкие смешки. Сперва девичьи, потом к ним присоединились и мужчины, не сдерживая эмоций.

— Работайте, Лаура. Молча, пожалуйста, — вздохнул Верховный, словно уже устал от подобных выходок подчиненной.

Подходя к зеркалу, чтобы оценить свою внешность, я ожидала, что в отместку Лаура превратит меня с страхолюдину. Каково же было моё удивление, когда я увидела самую настоящую красавицу. Светло-каштановые волосы, чуть раскосые зеленые глаза, бледная кожа, нежный овал лица. Я усмехнулась. Наверняка, Лаура сделала это специально, дабы я после возвращения к копне рыжих волос, чуть вздернутому носу с веснушками и очаровательным ямочкам вокруг аккуратного рта почувствовала разницу. Вот только я никогда не считала себя дурнушкой. И очень даже довольна своей внешностью. Даже непослушными волосами, потому что благодаря насыщенному рыжему цвету я всегда выделялась из толпы как под копирку разукрашенных ровесниц.

— Просто одно лицо с мастером Аврелием, — расхохоталась Злата.

— Но-но, голубушка, — демонстративно оскорбился мастер, выпятив грудь колесом. — В молодости я был тем ещё красавцем. Да что там в молодости, я и сейчас хоть куда!

— Все, профессор, забирайте коллегу и отправляйтесь в гильдию. Как все закончится, я с вами свяжусь для дальнейших распоряжений.

Я слегка расстроилась, поняв, что увидеть поимку Ролана мне не светит. Но расставаться с девочками было куда тяжелее, да и обстановка к бурным прощаниям не располагала. Договорившись поддерживать связь через почтовики, я покинула главный корпус с мастером Аврелием.

А у главных ворот мы нос к носу столкнулись с виновником всех моих бед.

При виде Ролана Масквилли, подпирающего высокий постамент со статуей одного из основателей академии, я сбилась с шага, чем моментально привлекла внимание.

От его оценивающего взгляда мне стало не по себе. В первые секунды я оцепенела, как мелкая нечисть под воздействием ловца, а потом вспыхнула. Какого дьявола? Он меня даже не узнал под иллюзией! Точно так же он смотрел на всех красавиц нашей академии, словно приценивался, пытаясь определить, сколько времени и усилий потребуется, чтобы покорить очередную крепость. Чаще всего эти крепости сдавались в плен ретивее, чем завоеватель завоёвывал. Так что я расправила плечи и вздернула подбородок, стараясь выразить взглядом полное спокойствие и даже лёгкое презрение.

К сожалению, пройти мимо не получилось. Стоило Ролану перевести взгляд на моего спутника, как его глаза вспыхнули узнаванием.

— Не ожидал вас здесь встретить в столь ранний час, грандмастер Валленштайн, — поздоровался он, дернув подбородком вверх-вниз, что должно было означать вежливый поклон. — Но весьма рад встрече.

— Мы знакомы? — мастер притормозил и недоуменно вздернул бровь, холодно взглянув на преградившего путь.

Даже голос его звучал иначе. Ни былой веселости, ни добродушной иронии. Зато превосходство пронизывало тонкой нитью каждое слово, и неудовольствие, что его остановили.

— Я имел честь быть представленным вам год назад на королевском балу, — уже не так уверенно произнёс он и вдруг, оживившись, добавил: — Я Ролан Масквилли.

— Извините, не припомню, — произнес мастер скучающим голосом. — Право слово, на этих балах с кем только не знакомят. Хотя, признаться, фамилия Масквилли мне что-то напоминает. Где-то я её уже слышал…

— Наше знакомство было слишком коротким, — улыбка у подлеца вышла чуть кривоватая. На моей памяти ещё никто не общался с ним столь пренебрежительно. Обычно, стоило упомянуть род, к которому принадлежал Ролан, как все окружающие тут же начинали лебезить. — Скажите, мастер, я слышал, что ваш ученик получил статус мастера-артефактора и теперь вы ищете нового претендента на его место.

— Ищу, — кивнул мастер, пройдясь по Ролану заинтересованным взглядом. — Вернее, искал. Глава академии очень рекомендовал некую Иветту Маркес.

Пусть это и неправда, но как же приятно видеть перекошенную физиономию одного из «лучших выпускников».

— Иветту? — паршивец не сдержал эмоций.

Мало того что не узнали его, так ещё и наследнику знатного рода предпочли какую-то девицу, которую он уже давным-давно мысленно пустил в расход.

— Вы знакомы? — оживился мужчина в годах. — Господин ректор охарактеризовал её как исключительно талантливую особу.

— Учились в одной группе, — темноволосый, одетый с иголочки щеголь произнес это так пренебрежительно, словно и впрямь знал меня лишь как «однокурсницу». Вот засранец! — Со своей стороны могу сказать, что девушка слабосилок, — продолжил он с видимым безразличием, — а все её таланты не более, чем тесное общение с нашим деканом, — вдобавок к своим словам Ролан поиграл бровями, мол, «ну вы понимаете, о чем я». — Да и что девушка может смыслить в такой сложной науке, как артефакторика?

— Что вы говорите? — натурально изумился мастер Валленштайн, суетливо поправив очки на носу. — А вы, юноша, с какими баллами закончили академию?

— С высшими, — этот поганец выпятил грудь, словно в этом была хоть капля его заслуг.

Я мысленно фыркнула.

— Что ж, в таком случае я мог бы рассмотреть и вашу кандидатуру, — мужчина кивнул. — Как, вы говорите, вас зовут?

— Ролан Масквилли, — на смазливом лице проскользнула тень неудовольствия из-за необходимости вновь представляться, но он быстро взял себя в руки. — Сочту за честь учиться у вас.

— Да, точно. Ролан Масквилли… Хм, где же я слышал это имя? — гранд-мастер сосредоточенно хмурил лицо, делая вид, что пытается вспомнить, а спустя пару секунд воспрянул, поймав озарение: — Ах да! Как же я мог забыть! Вы тот самый юноша, о котором писали в газетах…

И сказано это было так, что сразу становилось ясно — новость о Ролане мастер читал в колонке светской хроники, где особенно упорно мусолили обвинения Лики и ход расследования.

— Ой, да чего в этих газетенках только не пишут, — поморщился младший Масквилли как от боли, неприязненно передернув плечами. Верный признак злости. — Чего только девицы не придумают, чтобы пробиться в высший свет. Но главное, что все эти глупые обвинения были сняты!

— Они прозвучали, и этого достаточно, — веско обронил гранд-мастер, одной интонацией закрывая вопрос с возможным наставничеством. — Извините, юноша, но я слишком консервативен и не могу допустить, чтобы моё имя связывали со столь ужасающими обвинениями. Но я слышал, что гранд-мастер Ла'Вилли набирает учеников, думаю, он вам не откажет в наставничестве. Он очень хороший артефактор, до статуса мастера обязательно вас доведет. А теперь прошу меня извинить, я опаздываю на встречу с клиентом.

Мастер ободряюще потрепал мою ладонь и поудобнее устроил ее на сгибе своего локтя. Мы зашагали вперед. И только отойдя на несколько шагов и услышав тихое: «Ну вы как, голубушка?» — я поняла, что все это время практически не дышала.

Постепенно напряжение отпустило и мне стало даже смешно. И чего так испугалась? Наверное, подсознательно ждала момента, когда этот гад воспользуется своим даром убеждения. К счастью, ему мозгов хватило не связываться с мастером Валленштайном. Или он просто был предупрежден дедом о талантах конкурента?

— Я думала, Ролана разорвет от злости, — фыркнула, почувствовав, что окончательно пришла в себя. — Вы и впрямь не узнали его?

— Такого забудешь, — хмыкнул мастер. А я ведь почти поверила! — Его отец мне уже весь мозг выел, желая пристроить отпрыска. Ну а я просто решил, что было бы неплохо выбить нахала из колеи. Уязвленное самолюбие заставит делать ошибки, что вашей подруге только на руку.

Я лишь подивилась, как быстро мастер-одуванчик сориентировался.

— Надеюсь, у неё все получится.

— Даже не сомневайтесь, — ободрил меня мужчина, движением руки подзывая наемную комфортабельную карету для господ.

С удобством устроившись на мягкой сидушке, он обернулся к маленькому оконцу и вполголоса сообщил вознице адрес:

— Торговый город, гильдия артефакторов. Если успеем добраться к завтрашнему утру, заплачу по двойному тарифу. И на выезде из столицы остановись у приличной таверны.

— Понял, — ответил возница.

Окошко закрылось.

Карета тронулась с места, и я окончательно расслабилась, моментально почувствовав, как мягким облаком меня окутывает усталость. Зевок сдержать не получилось — ночь была сумасшедшей, организм требовал своего.

— Отдыхайте, голубушка, — мастер заметил мои попытки устроиться поудобнее. — Путь предстоит неблизкий. Позднее перекусим.

Я кивнула и, перетянув сумку на колени, привалилась боком к мягкой стенке кареты.

Но стоило мне только прикрыть глаза, как мастер вдруг поинтересовался:

— Голубушка, а не подскажете ли мне, откуда у вас творение Агаты Маркес? — Едва прозвучало имя моей матери, как всякий сон слетел. Мастер Валленштайн, с видимым усилием оторвав взгляд от сумки-артефакта, взглянул на меня и шокировано уточнил: — Вы ведь тоже Маркес. Неужели вы дочь Агаты?

— Вы её знали? — В горле почему-то запершило. Или просто голос сел, по крайней мере, когда я заговорила снова, прозвучало немножко хрипло. — Вы знали мою маму?

— Знал? — мастер, казалось, растерялся от моего вопроса. — Неужели её больше нет?

Я отрицательно качнула головой. А через мгновение вынуждена была отвернуться к окну — смотреть на мастера было горько. Казалось, что он вмиг постарел на несколько лет, морщины стали резче, глаза заполнила боль.

— Как же так? — прошептал мастер. — Пожалуйста, Иветта, не могли бы вы рассказать, что случилось с Агатой? К сожалению, мы с ней потеряли связь.

— А вы?..

— Я был её наставником.

Наверное, я даже не удивилась. Держа в руках один из самых редких артефактов, существовавших в наше время, несложно было представить маму ученицей столь выдающегося мастера.

— На самом деле я мало что знаю, — пожала плечами. — Я была малюткой, когда её не стало. Мне известно лишь то, что однажды она уснула и больше не проснулась.

— Как? Она ведь была так молода! — опешил мужчина. — А как же ты?

— Меня воспитывал товарищ отца — дядя Алек. Он говорил, что смерть любимого подкосила мою маму, и, невзирая на все его целительские умения, жизнь из неё утекала, словно вода через решето.

— Да, — невпопад сообщил грандмастер Валленштайн, глядя в никуда расфокусированным взглядом. Вынырнув из мыслей, он пояснил: — Любовь у них была настоящая. О таких романах разве что в книгах пишут.

— Вы хорошо знали её? Можете что-нибудь рассказать? Я ведь совсем не помню маму, и спросить было не у кого. Про отца мне дядя Алек немного рассказывал, а вот про маму он совсем ничего не знал.

— Как уже говорил, я был её наставником, — приступил мужчина к рассказу, тяжело вздохнув и нервно теребя в руках платок. — Сильная магичка, талантливый артефактор, ещё и красавица, каких поискать. Знаешь, какие ухажеры были? Один родовитее другого. Но все не солоно хлебавши отошли в сторонку, когда она познакомилась с одним из двадцати лучших боевых магов королевства, с твоим отцом — Ирваном. Казалось, они дышали друг другом. Уже через месяц после знакомства поженились, а ещё через два Ирвана призвали на службу — у границ разлома случился сильнейший прорыв. И почти сразу пришла весть — его отряд сгинул полным составом. К тому моменту Агата уже знала, что ждет ребенка, но, невзирая на мои уговоры, отправилась его искать. Говорила, что он жив, что она это чувствует. И уехала. А так как у разлома магия нестабильна, почтовики не работали, мы потеряли связь. Обратно она не вернулась. Скажи, Агата нашла Ирвана?

— Да, в одном из госпиталей. Дядя Алек так и не смог объяснить, каким чудом отцу удалось выжить, когда все его товарищи погибли. Полное выгорание, разорванная на клочки аура, несовместимые с жизнью раны. Он считает, что отец ждал мою маму, чтобы попрощаться. А ещё он успел дать мне имя.

— Но почему же она не вернулась?

Мне оставалось лишь пожать плечами. О своих родителях я знала меньше, чем сам господин Аврелий.

— Этот артефакт должен был сделать её гранд-мастером, — он похлопал сморщенной ладонью по сумке, лежавшей у меня на коленях. Вид при этом у него был ностальгический, словно мастер приветствовал давнего друга. — Мы бились над ним больше года, никак не могли разобраться. Приятно знать, что у Агаты все-таки получилось довести артефакт до ума.

— Она работала над ним до самой смерти, — я грустно улыбнулась, уже давно смирившись с тем, что за жизнь Агата Маркес цеплялась лишь для того, чтобы доработать своё детище, а вовсе не из-за меня. — Правда, я за все семь лет обучения так и не смогла разобраться в плетениях. И информации по пространственным карманам в общем доступе до обидного мало.

— А что же её дневник? — изумился мастер. — Разве там нет записей о ходе её работы?

— В дневнике?

— Она скрупулезно записывала все свои эксперименты, а учитывая её страсть к артефакторике, таких тетрадей у неё было около десятка.

— Я ничего не знала об этом, но обязательно спрошу у дяди Алека, — произнесла я задумчиво, — возможно, они у него хранятся.

И, может быть, именно там я найду ответы на свои вопросы.

Разговор сам собой прервался. Мне хотелось узнать о родителях как можно больше, но пришлось отложить свои расспросы на потом. Весь вид господина Валленштайна говорил о том, что он переживает утрату своей ученицы, с которой потерял связь много лет назад. И беспокоить его не стоит.

У таверны мы остановились ближе к вечеру, но задерживаться там не стали. Заказали полную корзину продуктов и продолжили путь. Поев, я стянула сапоги, чтобы забраться на сиденье с ногами, и, укрывшись вытащенной из сумки шалью, привалилась спиной к мягкой стенке кареты, чтобы забыться тревожным сном до самого утра.

6. О том, как планы изменились

С рассветом мы въехали в торговый город, где жизнь бурлила и кипела, казалось, круглосуточно. Сюда стекались торговцы со всего королевства, чтобы обменяться товарами, узнать о новинках, встретиться с поставщиками. Идеальное место, где можно найти все что угодно на любой вкус и кошелек.

И именно в этом городе были расположены почти все гильдии.

Выпрыгивая из кареты, я поморщилась. Какой бы комфортабельной она ни была, ездить на дальние расстояния в ней было тяжело. От долгого сидения в одной позе ноги затекли и казались чужими, всё тело словно пронзали миллионы острых иголочек. Очень хотелось размяться, хотя бы сделать элементарную зарядку, не говоря уже о полном разминочном комплексе, выполнения которого от нас каждое утро требовал физрук.

— Идём, — коротко обронил мастер, расплатившись с извозчиком, и направился в противоположную сторону от гильдии. — Там пока никого нет, рано ещё. А нам не мешало бы привести себя в порядок перед визитом.

Миновав буквально пару кварталов, мы свернули за угол и очутились перед заведением с вывеской «Две похлебки», уж не знаю, как насчет двух, но от одной я бы точно не отказалась.

В животе предательски заурчало. Продолжая питаться раз в день, я скоро стану напоминать поднятое пособие Таси — скелет обыкновенный.

Сама таверна оказалась чистенькой. Интерьер небогатый, но по-домашнему уютный. Внутри тихо, даже первые постояльцы ещё не встали. А вот хозяйка — пышнотелая женщина лет пятидесяти — уже была на ногах и вовсю суетилась за стойкой. С первого взгляда узнав мастера Валленштайна, она душевно с ним поздоровалась, с интересом глянув в мою сторону.

— Как обычно, гранд-мастер? — уточнила она, поправив черный как смоль локон, спадающий на шею. — Ранехонько вы в этот раз, раньше завтрашнего дня и не ждала.

— Ну так, ученицу уже нашел, чего ещё в этой столице торчать? — отмахнулся мужчина, устраивая свой чемодан на одном из табуретов. — Считай, только выпустилась, вот и приехали, чтобы оформиться, как полагается. А то сегодня-завтра подтянутся остальные выпускники, не протолкнуться будет. Так что в этот раз нам потребуются две комнаты, найдутся?

Я старалась сильно на мастера не пялиться, но его слова об ученице взбодрили меня похлеще тонизирующего зелья. Это он всерьез? Или просто для прикрытия?

— Для хорошего человека в моем трактире всегда найдутся места, — кивнула она, закидывая полотенце на плечо. — Завтракать будете сейчас или потом спуститесь?

— Часа тебе хватит? — гранд-мастер глянул в мою сторону.

— Даже много.

— Вот и отлично, — и вновь обернулся к хозяйке, — Милава, нам два номера с подведенным водопроводом и сытный завтрак через час — есть будем в общем зале.

Я только успела вытянуть из сумки кошель, чтобы расплатиться, как мастер меня одернул:

— Убери, — голос был недовольным, словно я его оскорбила. — Департамент все оплачивает.

Я кивнула и мысленно выдохнула. Вот и отлично! А то за номер с новомодными удобствами дерут столько, что на эти деньги в обычном можно жить неделю. А учитывая тот факт, что я планирую купить дом-лавку в торговом квартале столицы, не стоит сорить деньгами. Ещё неизвестно, смогу ли я вернуть то, чего меня обманом лишил мастер Ла'Вилли.

Номера оказались на первом этаже, в самой дальней и тихой части таверны. Выделенная мне комната была отличной! Просторная, светлая, с широкой кроватью. В отдельной нише стояла здоровая ванна с крышкой со специальной выемкой для шеи. Я такую видела только в женском салоне, куда нас водила Злата, чтобы отметить совершеннолетие. Возможно, мы тут задержимся, и у меня будет возможность повторить этот чудесный опыт.

Скинув лишнюю одежду и быстро выполнив комплекс физических упражнений, я помылась, высушила волосы артефактом, который смастерила ещё на втором курсе, и только тогда взглянула в зеркало. И ахнула. Иллюзия спала!

Так быстро я ещё никогда не собиралась.

Мастер был уже в зале. Правда, его стол вместо тарелок с едой ломился от вороха документов. Завидев меня, старик кивнул, указывая на свободный стул.

— Мастер Валленштайн, — обратилась я полушепотом и, невзирая на его невозмутимость, все же поинтересовалась: — Иллюзия спала. Так и должно быть?

— Она спала ещё на рассвете, — отмахнулся одуванчик как от чего-то незначительного и тут же подсунул мне какой-то список: — Я получил наименования всех разработок Ла'Вилли. Выдели те, в создании которых участвовала, чтобы потом не терять время.

Устроившись поудобнее и взяв в руки несколько сшитых листов, я принялась вчитываться в названия. Признаться, я была шокирована количеством зарегистрированных на мастера артефактов, а когда наткнулась на знакомое наименование и вовсе мысленно охнула. И принялась читать более внимательно, чувствуя, как мои брови всё выше и выше поднимаются от удивления.

Какого дьявола?

— Нашли что-то интересное? — уточнил временный наставник, стоило мне отложить бумаги.

— Вы ведь знаете, что в академии есть архив недоработок? Куда сбрасываются изобретенные студентами артефакты, которые работают не так, как должны, или идеи, которые так и не были реализованы из-за своей сложности. Так вот. Когда мастер понял, что основную учебную программу я освоила, он стал мне подкидывать эти самые нерешенные задачи. Конечно, я смогла решить далеко не все, но те, которые все-таки довела до ума, должны были войти в учебное пособие, но… они все тут. Разве они не принадлежат академии?

Значит, слова мастера Ла'Вилли о том, что он пишет новый учебник для артефакторов, очередная ложь?

— Нет. Разработка принадлежит тому, кто смог её реализовать.

И, конечно же, моё имя нигде указано не было. Взяв карандаш, я быстренько отметила изобретения из академического архива, с которыми работала, и протянула бумаги хмурому грандмастеру.

Список получился внушительным. Мысль о том, что мне придется доказывать создание каждого артефакта, приводила в ужас.

В гильдию мы с мастером явились спозаранку, и не сказать, что нас приняли радушно. Но стоило лишь упомянуть о заинтересованности Верховного мага, как отношение изменилось с «Что за ересь вы тут несете?» на «Так уж и быть, против такого аргумента не нам возражать».

Мастер вместе с главой гильдии скрылся в одном из кабинетов, куда постепенно подтянулись ещё несколько человек, оставив меня куковать в коридоре. Так что, дожидаясь, пока мастер Валленштайн убедит комиссию начать расследование, я занималась самоедством. Сетовала на промах, ругала себя всякими словами, потому что никак не могла взять в толк, как можно было ничего не замечать? И тут же сама себе напоминала, что, во-первых, я была под ментальным воздействием, а во-вторых, подозревать и не верить своему наставнику все равно что не верить родному отцу. Это даже звучит оскорбительно. А учитывая, что своего отца я никогда не видела, мастера едва ли не боготворила…

За все время я ни разу не слышала ни одного грубого слова в свой адрес, ни разу мастер не повышал на меня голос, хотя других студентов, случалось, разносил в пух и прах. Я считала себя исключительной, а оказалось… Жизнь преподнесла жестокий урок. Очень больно разочаровываться в людях, особенно в тех, кем до того восхищалась.

Да, с доверием у меня теперь однозначно будут проблемы. А вот за собственную слепоту и бестолковость придется расплачиваться. Теперь поди докажи, что известнейший мастер систематически злонамеренно присваивал себе профессиональные заслуги студентки-недоучки.

Из-за двери, где заседали уважаемые артефакторы, послышался разговор на повышенных тонах, временами переходящий в яростную ругань, неподобающую достойным ученым мужам. Я уж думала, они никогда не придут к решению, но тут дверь распахнулась.

На пороге возник господин Аврелий.

— Ну, Иветта, я сделал все что мог, — произнес он раздосадовано. Видимо, по мнению мастера, этого было недостаточно. — Проверка состоится, но дальше все зависит от тебя. Главное, не тушуйся перед этими индюками и помни, ты в своём праве.

— Спасибо, мастер.

Глубоко вздохнув, я постаралась успокоиться, желая предстать перед комиссией в лучшем свете — уверенной и собранной. Но, едва переступив порог, сразу почувствовала себя на экзамене по предмету, которого не знаю. От уничижительных и возмущенных взглядов группы мужчин, большинство из которых обладали знаком высшего звания, захотелось вытереть взмокшие ладошки о штаны, а лучше — провалиться сквозь землю.

Вместо этого я лишь сжала зубы от досады и осмотрелась.

Передняя, приподнятая часть зала была площадкой для выступающих — специальная трибуна и огромная доска позади. Напротив на некотором отдалении стоял длинный стол под зеленым сукном и одиннадцать стульев с красной обивкой, которые предназначались для членов комиссии. Половина мест сейчас пустовала. За спинами представителей комиссии, облаченных в мантии, вдоль стены стояли две лавки. Именно там и расположился гранд-мастер Аврелий Валленштайн.

— Представьтесь, — попросил один из членов комиссии низким голосом, стоило мне подойти к трибуне.

— Лицензированный артефактор Иветта Маркес, — мой ровный голос разнесся по всему залу благодаря встроенному в сцену артефакту усиления звука.

— Уровень дара?

— Второй.

В зале наступила тишина. Мужчины недоуменно переглядывались между собой, о чем-то возмущенно шептались, то и дело бросая на меня раздраженные взгляды.

И только глава гильдии соблюдал абсолютное спокойствие. Тощий как жердь седовласый мужчина в темной, с богато расшитым воротником рубашке и мантии поверх неё, изучал бумаги. Полагаю, те самые, где я выделила знакомые мне разработки.

— То есть вы утверждаете, что создали ряд сложнейших артефактов, обладая столь скромным даром? — холодное лицо главы дрогнуло, а по губам скользнула едва заметная саркастическая улыбка. — Вы понимаете, насколько это нелепо звучит?

К этому я была готова. И ответ подготовила заранее.

— Не более нелепо, чем мастер-артефактор, подавший заявку на должность главы гильдии наряду с известными и опытными гранд-мастерами, — вспомнила я интересный факт из биографии главы гильдии, с которой ознакомилась на истории артефакторики. — И все же вы смогли доказать, что являетесь лучшим кандидатом, невзирая на юный возраст и недостаток опыта. Я же могу доказать, что создала все указанные артефакты, невзирая на слабый дар.

Мужчина хмыкнул и, расслабившись, откинулся на спинку стула, не сводя с меня заинтересованного взгляда и тарабаня пальцами по столу.

— Позвольте, но это абсолютная чушь! — зло фыркнул самый молодой из присутствующих, мужчина с тонкими, даже изящными чертами лица и белобрысой шевелюрой. Единственный обладатель значка простого мастера-артефактора. — Да тут половина артефактов требует не менее шестого уровня дара, не говоря уже о знаниях, доступа к которым у вас нет. Ещё несколько разработок имеют высший уровень сложности. Кого вы пытаетесь обмануть?!

Рядом сидящий пожилой мужчина, напротив которого стояла табличка «Аристарх Шейн. Грандмастер», высказался более миролюбиво.

— Плетения действительно чрезмерно сложны для ваших возможностей, госпожа Маркес. Вы уверены, что желаете начать данное разбирательство? Ведь, если не сможете доказать свои слова, дело обернется против вас. И уже вас обвинят в попытке присвоить чужие заслуги. Полагаю, вы осознаете, чем это карается?

Лишением лицензии как минимум.

Я бросила короткий взгляд на одуванчика, но тот был невозмутим. Лишь коротко кивнул в знак поддержки.

— Уверена, — заявила я, не собираясь отступать.

— Что ж, пусть будет по-вашему, — вынес решение глава гильдии. — К сожалению, мы не смогли связаться с мастером Ла'Вилли, что не дает формального права провести разбирательство. Но раз уж на данной проверке настаивает сам Верховный, — он сделал паузу, пережидая, пока остальные мастера переварят сказанное, — вы можете попытаться доказать своё авторство. Итак, госпожа Маркес, чем подкрепите обвинения?

Я мысленно хмыкнула, подумав, что бывший наставник сейчас вне зоны действия почтовика. Надеюсь, он уже сидит в тюрьме!

— Я храню записи по всем своим разработкам. Вы можете сравнить их со схемами плетений, которые вам предоставил господин Ла'Вилли.

Назвать этого негодяя мастером язык не повернулся.

Учитывая, что на расчеты для одного артефакта у меня уходило несколько тетрадей, сохранить личный архив в полном объёме удалось только благодаря сумке с пространственным карманом. К счастью они мне требовались не все. По мере того, как на трибуне росла стопка исписанных формулами и исчерченных плетениями от корки до корки сшитых тетрадей, лица членов комиссии теряли маски невозмутимости.

Хорошо, что сумка была скрыта трибуной, иначе непременно возникли бы вопросы.

— Записи можно украсть, — заметил обладатель шикарной бороды, когда я закончила потрошить свои закрома. Табличка гласила, что звали его Лаврентий Сейрос. — И переписать. Раз вы были его ученицей, значит, имели доступ в кабинет с документами.

— Как минимум это мой почерк. Даже переписать правильно подобные расчеты затруднительно. Разобраться в сокращениях и объяснить ход мыслей изобретателя ещё сложнее, — ответила сухо на провокацию. — Ваши обвинения бездоказательны.

— А ваши смехотворны, — бросил очередную шпильку белобрысый. — Даже зная плетения, у меня не хватит сил, чтобы создать ряд из заявленных артефактов, не говоря уже о том, чтобы разработать их с нуля. А ведь у меня седьмой уровень дара!

Последняя фраза прозвучала с немалой долей хвастовства в голосе. Но я лишь мысленно усмехнулась. Вот так просто выставить себя некомпетентным неучем?

— Если вы не способны собрать артефакт, имея на руках инструкцию со всеми плетениями, да ещё и обладая столь развитым даром, что вы тут делаете? — делано удивилась я, проглатывая рвущуюся наружу язвительность. — Вы даже не гранд-мастер, — ткнула в очевидное. — Сами ведь сказали — часть плетений высшего уровня, в которых вы, как выяснилось, не разбираетесь.

На красивом лице незнакомца, не удостоенного именной таблички, заходили желваки. Он даже привстал со своего места, как наш препод по магоматике, который орал именно в такой позе, но буквально подавился заготовленной речью.

— Оче-е-ень интересно проходит проверка, — из-за спин мужчин раздался протяжный голос Верховного, что устроился рядом с «профессором» — именно так он называл мастера Аврелия.

Теперь уже все повскакивали со своих мест — появление второго по важности человека после короля никого не оставило равнодушным. Я же странным образом испытала облегчение. И тут же задалась вопросом: а как маг тут появился? Явно не через дверь. И не через портал. Неужели он все это время был в зале под невидимостью?

Остальные, судя по взволнованным лицам, подумали о том же самом.

— Грандмастер Ривз, — обратился Верховный к главе гильдии спокойным тоном, — не объясните, что здесь происходит? Где обязательная в таких случаях комиссия? И кто этот молодой человек?

— Рад вас приветствовать, Верховный. Увы, так как сбор был экстренным, не все члены большого круга смогли явиться. Многие находятся у границ разлома для поддержания защиты. Мастер-артефактор Легранд прислан своим наставником в качестве наблюдателя.

— Вот и займите полагающееся вам место, — прозвучал короткий приказ.

Притихший белобрысик под прищуренным взглядом Верховного переместился на лавку, хотя, будь его воля, уверена, он вообще бы предпочел незаметно исчезнуть.

— Довожу до вашего сведения, — весомо обронил Верховный, степенно двигаясь в сторону трибуны для выступающих. По-моему, он был в той же самой одежде, что и вчера. Встав напротив членов комиссии и выдержав паузу, мужчина жестко продолжил: — Джеймс Масквилли, действующий под качественной иллюзией и вымышленным именем Теодора Ла'Вилли, обвиняется в ряде преступлений, таких, как: сокрытие ментального дара, использование запрещенных способностей против одаренных, разработка смертельных артефактов, шантаж высокопоставленных особ, убийства. Так же в его подпольном цеху было найдено более десятка подчиненных магов. Ваших коллег, замечу. Ученики, кстати, ни у кого не исчезали?

— Убийства?.. — переспросил кто-то слабым голосом.

Даже на меня перечень деяний произвел гнетущее впечатление, что уж говорить о неподготовленных, пребывающих в благодушии старичков, с таким рвением защищающих коллегу от произвола наглой выпускницы.

Аристарх Шейн провёл рукой по лбу, как делает человек, когда он сильно не в себе, и затем не сел, а скорей упал на стул.

— Какой ужас, — пробормотал его коллега, присаживаясь рядом.

— Где сейчас подчиненные артефакторы? — выцепил глава гильдии важную для себя информацию. — Чем мы можем помочь?

— Сейчас они все в королевском целительском корпусе, — проговорил Верховный. — Многие маги выгорели — их держали только для расчетов. Со своей стороны я прошу разобраться, кому по-настоящему принадлежат разработки Ла'Вилли. Даже если создатели уже мертвы, надо оформить патенты на их семьи и восполнить причитающееся — корона поможет с финансированием.

На зал опустилась гнетущая тишина. Даже белобрысик выглядел пришибленным и подавленным.

— Мы проведем расследование. Тщательное и справедливое, — твердо пообещал господин Ривз, глава гильдии артефакторов. — И начнем с Иветты Маркес.

На этот раз на меня взглянули совсем иначе. Без насмешки и презрительных гримас. Скорее даже с долей сочувствия.

— На текущий момент это уже не так актуально, — сообщил Верховный маг. — С этим можно разобраться чуть позднее, тем более все материалы вам предоставили. Сейчас девушка должна защитить звание мастера-артефактора.

— Что? Сейчас? — я окончательно растерялась, не понимая, что происходит.

— Да, прямо сейчас. Разве не для этого вы создали переговорник?

— Но я не готова! — запаниковала я, поняв, что Верховный вовсе не шутит. — Совсем!

К тому же прототип сломан!

Верховный вздохнул и щелкнул пальцами — вокруг нас моментально появилась переливающаяся сфера. Полный полог тишины. Нас даже не видно!

— Соберись, Иветта, — вдруг перешел он на «ты». Появилось ощущение, что я одна из его подчиненных и отказываюсь выполнить прямой приказ. — Он сбежал, — злой выдох. — У твоего наставника, как оказалось, на любой случай есть запасной план. Или осведомитель, что вероятнее. Как думаешь, он захочет поблагодарить тебя за разрушенную легенду, которой пользовался больше десяти лет?

Я во все глаза смотрела на мага, вцепившись рукой в трибуну. Казалось, только благодаря ей я ещё стояла — ног не чувствовала. Сердце в груди колотилось как бешеное, словно норовя слинять куда подальше.

— А Лика? — голос прозвучал пискляво, отчего я сама поморщилась. — Что с Ликой?

— Она в полном порядке. Все сделала все как надо — Ролана взяли. Вот только Подавитель видел тебя, а не твою подругу, — этот факт он выделил голосом особенно, напоминая об иллюзии, — и он захочет отомстить. Конечно, ты можешь меня не послушать — насильно заставить уехать я тебя не могу, долг академии ты выплатила. Но прежде чем отказаться от моего предложения, уясни: до тех пор, пока не пойман Подавитель, все твое окружение под ударом. Друзья, знакомые, просто мимо проходившие — не важно.

— Что вы предлагаете? — спросила глухо, казалось, уже смирившись с любым возможным вариантом.

Хуже жизни в гномьих горах быть ничего не может. А я там двухмесячную практику отбыла!

— Ты подписываешь контракт на год и отправляешься в качестве штатного артефактора на границу разлома. Там он тебя не достанет. Но размышлять некогда, ответ мне нужен сейчас. Я должен убедиться, что ты справишься с поддержкой защитного купола.

Что я там говорила, хуже и быть не может?

Может!

В первое мгновение я хотела отказаться — отправляться в закрытую от остального мира зону очень не хотелось. Может, Подавителя поймают уже завтра, а мне у разлома куковать целый год? А как же мои планы? Мой домик, мастерская, амбиции?

Но стоило только представить, что из-за моего малодушия пострадают Злата, Лика или Тасьяна, как внутри все похолодело. Паника почти сразу отступила, мозги начали выполнять свою прямую обязанность — думать.

Так, ладно. Что я знаю об артефакторах, работающих на границе? Во-первых, многие коллеги по «цеху» мечтают попасть туда — тем, кто следит за артефактами, подпитывающими защитный купол, платят очень хорошие деньги. Во-вторых, маги рвутся к разлому, невзирая на опасность, чтобы изучить «темную энергию», просачивавшуюся в наш мир сквозь защитный купол, и её влияние на магические потоки, а также увидеть драконьи артефакты вживую. Это ведь настоящее раздолье для научной деятельности! Правда, двое таких престарелых деятелей пару десятков лет назад «доковырялись» и испортили плетения. В результате купол рухнул, а через образовавшуюся брешь хлынули жуткие твари. Погибло очень много людей, включая, как оказалось, моего отца.

В конечном итоге защиту восстановили, тварей уничтожили, а вокруг купола образовалась так называемая серая зона. Дополнительный рубеж на случай прорыва и непреодолимая преграда для не в меру любопытных искателей приключений, ученых и желающих пощекотать нервишки. Попасть в серую зону теперь можно, только имея особый пропуск, не говоря уже о том, чтобы пройти к самому разлому. По этой же причине отбор кандидатов ужесточился. Что касается артефакторов, то это квалификация не ниже мастера и обязательное умение работать со сложными плетениями. И ещё десяток разных пунктов, начиная от проверки у целителей, стрессоустойчивости и приличной физической подготовки и заканчивая собеседованием с распределительной комиссией. Уже после первых двух пунктов отсеивалась большая часть желающих, до последнего доходили единицы. И мне предлагается разом перемахнуть через эту мороку?

— Иветта, мне нужен ответ, — выдернул из размышлений Верховный, который по прежнему держал сферу тишины.

— Можно подумать, у меня есть выбор, — вздохнула я, смирившись со своей участью. На самом деле выбор есть всегда, но в данном вопросе Верховному я доверяла. Были бы еще варианты — предложил бы, а не возился лично и не пытался защитить. Чувствует вину за то, что упустили негодяя? В любом случае мне это только на руку. — В конце концов, не все так плохо! — улыбка вышла чуть кривоватой. — Может, я напишу научный труд за этот год?

— Мне нравится твой настрой, — рука мужчины чуть дернулась, словно он собирался потрепать меня по голове, но вовремя спохватился. Эта мысль меня развеселила, и я окончательно успокоилась. — Думал, испугаешься.

— Кого? — пожала я плечами. — Если вы про тварей, которыми кишат те места, так боевые маги их в капусту нашинкуют. Скорее уж нужно опасаться реакции этих самых магов на вступление в их ряды девчонки с мизерным даром.

Верховный с непонятной усмешкой взглянул на меня, после чего выдал:

— Ну тут уж от тебя все зависит. Команда уже сплоченная, ребята хорошие. Командира я знаю лично, уверен, вы с ним сработаетесь! — во втором восклицании послышалось веселье, причин которого я не поняла.

Но заострять внимание не стала. Мало ли что у человека, который не спал пару суток, на уме? Может, так у него стресс выходит?

— Так что, ты согласна?

— Да. Но понятия не имею, как буду защищать звание статуса мастера, — развела я руками. — В конце концов, у меня даже наставника нет!

— Раз уж сложилась такая ситуация, думаю, члены комиссии будут не против, если заявку от твоего имени подаст гранд-мастер Валленштайн. А ещё у меня для тебя есть вот это, — и он, как иллюзионист, вытащил из кармана темных брюк две половинки прототипа. — Полагаю, восстановить артефакт будет проще, чем собрать с нуля?

Разинув рот, я в полном обалдении смотрела на ладонь Верховного. И лишь закивала, не силах вымолвить ни слова, забирая сломанный артефакт, который так круто изменил мою жизнь.

— Иветта, соберись, — повторил мужчина своё наставление.

— Я все сделаю, господин Морриган, — произнесла я твердо, понимая, что не могу себе позволить разочаровать этого человека.

Маг пробормотал под нос что-то вроде «кого-то ждет сюрприз», но контекста этой фразы я так и не поняла.

Сфера рассеялась, открывая вид на группу переговаривающихся между собой мужчин, в центре которой был господин Валленштайн. Не удивлюсь, если он в этот момент просвещал коллег на тему злодеяний Подавителя. Дедули были хмурыми и нахохленными, как боевые воробьи.

— Господа, — привлек внимание магов Верховный. — Иветта Маркес готова к защите. Начнем?

7. О том, как лицензию получала

Стоило ли отдавать за номер с подведенными удобствами такие деньжищи, если я уже четвертые сутки торчу в гильдии? Хорошо, что всю эту роскошь оплачивает департамент, а то я бы удавилась, честное слово.

И вновь я куковала в коридоре, подпирая стену, ожидая, пока комиссия придет к какому-то решению. Из-за огромных двустворчатых дверей доносились энергичные споры, но в этот раз уже без ругани — при Верховном особо не забалуешь. Он и без того не в духе, лучше не нарываться.

Я пакостно ухмыльнулась. Так ему и надо! Не только же нам с бедными пожилыми гранд-мастерами страдать. Если бы не его требование получить звание здесь и сейчас, я бы все сделала по-человечески. Подготовила все расчеты. Через наставника передала бы их гильдийцам, у которых было бы несколько месяцев, чтобы вдумчиво ознакомиться с моим изобретением. Потом явилась бы в красивом платье на официальную церемонию присвоения званий, выступила с короткой презентацией, продемонстрировала артефакт и получила заветную лицензию.

Но нет! Верховный решил, что легкий путь не для меня. Вероятно, он думал, что я сейчас начерчу на доске пару схем плетений, починю на коленке артефакт, продемонстрирую его работу, а через пару часов уже получу на руки лицензию мастера-артефактора с королевской печатью и отбуду на границу.

Ну да, ну да.

Вместо этого я прыгала вдоль доски, чертила несколько десятков плетений, попутно объясняя, как они накладываются друг на друга, за счет каких связок уменьшается расход энергии, а какими нейтрализуются неизбежные перехлесты потоков. Сдерживая раздражение, отвлекалась на вопросы представителей комиссии, потому что мастера не поспевали за ходом моих мыслей. А я виновата, что, чертя одну схему, уже мысленно рассчитывала вторую и параллельно выстраивала третью? Ещё и большинство стандартных формул изменила под свои скромные возможности — результаты ставили членов комиссии в тупик. Иногда у меня создавалось впечатление, что мы разговариваем на разных языках. Ну, или мои мозги закручены как-то иначе. Некоторые вещи для мастеров стали откровением, иногда же они пытались доказать, что у меня закралась ошибка в расчетах, и мы, отвлекаясь от основной темы, начинали спорить. Короче, я так всех запутала, прыгая с первого на десятое, что через несколько часов мужчины сдались. Выделили мне уютную спальню на третьем этаже, поставили напротив окна большой стол, принесли стопку писчих принадлежностей и потребовали оформить все по-человечески, как полагается.

Два дня пролетели — я даже не заметила. Очнулась только тогда, когда поставила точку после заключения. Не могу сказать, что такой режим для меня в новинку — в академии я порой выползала из мастерской только из необходимости посетить занятия. Тут мне даже еду приносили в комнату! Зато я придумала новый артефакт — самопишущий стилус! Вернее, обосновала только идею, а как эту самую идею реализовать, ещё слабо представляла. Но лиха беда начало!

На третий день прошла та самая защита. Пока глава гильдии изучал мой научный труд, я под пристальными взглядами гранд-мастеров собирала второй переговорник, объясняя ход действий. К сожалению, прототип восстановить оказалось чем-то из области чудес. Понятия не имею, что с ним сделал этот недотепа Ролан, но такое чувство, что артефакт швыряли в стену до тех пор, пока не раскрошился центральный камень. Тот факт, что плетения исчезли, вообще ставил меня в тупик. Может, с защитой перемудрила? Ну не верить же в проделки богини?!

Пришлось выпотрошить всю начинку и собрать её заново, попутно накладывая плетения и подпитывая их энергией. Хорошо, что глава гильдии предоставил недостающие элементы — мои запасы давно требовали пополнения.

— Ну, вроде бы готово, — протянула с сомнением, установив на плетения свою фирменную защиту. Спина нещадно гудела. Это ж надо было согнуться в крендель! — Проверим? Мне нужен доброволец.

— Позволишь мне? — опередил всех белобрысик, который так и продолжал сидеть в составе комиссии, невзирая на возвращение его наставника.

Имя его в моей памяти не отложилось, а вот точная характеристика — вполне.

— Да пожалуйста, — пожала я плечами.

Ничего против парня — а по возрасту он недалеко от меня ушел — я не имела. Ко мне он больше не цеплялся, напротив, пристально следил за тем, как собираю артефакт, задал парочку дельных вопросов по ходу дела, невольно напоминая о мастере Ла'Вилли. Все же тот многому меня научил. Каким бы негодяем он ни был, а в артефакторике разбирался.

— Что нужно делать?

— Выходишь из зала, плотно закрываешь дверь и жмешь вот на этот камень. По кайме побежит свечение, так и задумано, не переживай. Остальное сделаю я.

Стоило напарнику двинуться в сторону выхода, держа в руке артефакт как великую драгоценность, как вокруг меня тут же столпились все члены комиссии. Их, кстати, стало вдвое больше — любопытство, что поделать. Отложили свои дела, приехали.

Спустя несколько секунд мой артефакт призывно зажужжал, а маленький светлячок принялся нарезать круги по кайме, пока я не нажала на камень, устанавливая связь.

— Ты меня слышишь?

Вместо ответа прозвучал какой-то грохот, словно парень от неожиданности подпрыгнул и упал на пол, опрокинув лавку для посетителей.

— С-слышу, — отозвался он с дрожью в голосе. — Слышу! Обалдеть! Работает!

— Можно? — И, не дожидаясь дозволения, переговорник буквально выхватили у меня из рук, а меня саму оттеснили в сторону.

— Что ж, мастер Иветта, спешу вас поздравить с успешной защитой, — сообщил глава гильдии, подкравшись из-за спины. — А теперь идите, вам стоит отдохнуть, а комиссии протестировать новинку. Утром ваша лицензия будет готова.

Протестировать? Скорее уж поиграть!

И вот наступило утро следующего дня, а я уже час ждала приглашения для вручения лицензии. Даже слегка принарядилась — нашла в своих закромах единственную симпатичную блузу из белого шелка с широкими рукавами и длинными лентами по воротнику, которые завязывались в шикарный бант. Конечно, было бы неплохо дополнить её юбкой в пол, но я побоялась, что Верховный не даст возможности переодеться и отправит меня на границу прямо в таком виде. Так что выбор пал на узкие темные брюки, которые я когда-то приобрела по настоянию модницы Тасьяны, но так ни разу и не надела.

В общем, я была в предвкушении. И неслабо обалдела, когда дверь распахнулась. Вместо того чтобы пригласить меня внутрь, гранд-мастеры покидали зал.

— Поздравляю, мастер Иветта, — говорили некоторые из мужчин, притормаживающие подле меня, чтобы пожать руку. — Признаться, удивили!

— А куда они все? — поинтересовалась я у Верховного, глядя вслед уходящим старичкам.

— А что не так? — не понял меня мужчина. — Ваша лицензия, кстати.

И все? А как же…

Беря в руки свиток, перевязанный красной лентой, я испытывала невероятное разочарование. Что, так сложно было толкнуть речь на два предложения?

Кто бы мог подумать, а? Называется, исполнилась мечта.

Верховный уловил перемену в моем настроении. И наконец заметил мой внешний вид. Глаза его вспыхнули пониманием. Он собирался что-то сказать, наверное, выдать какое-нибудь глупое утешение, которое мне совсем не нужно.

— Что дальше? — опередила я его, давая понять, что тема закрыта.

Не хватало ещё слезу пустить перед Верховным из-за такой глупости. Переживу.

В следующий час, признаться, мое разочарование несколько поутихло.

Для начала Верховный отправил меня регистрировать изобретение, но настоятельно посоветовал сперва наведаться на кухню.

«После пообедаю. Мне теперь кусок в горло не полезет!» — думала я, чувствуя, как обида на несправедливость сдавливает горло.

Сперва обломали с балом выпускников, где меня должны были представить как одну из лучших выпускниц и удостоить записи на доске почета — зря, что ли, семь лет грызла гранит науки? Теперь и тут втюхали лицензию как что-то несущественное. Подумаешь, три дня спала урывками, чтобы по прихоти Верховного получить звание мастера. Это ведь так легко — написать научный труд на коленке, — любой справится!

В общем, явившись под очи милой дамы за сорок с воздушной прической и изящными очками на носу, подчеркивающими красоту её глаз, я чувствовала себя маленькой злобненькой девочкой, которой не досталась кукла.

Но почти сразу признала: Верховный глупых советов не даёт.

— Садись, дорогуша, — благосклонно пропела женщина, окинув меня заинтересованным взглядом. — Будем подписывать документы.

После чего кивнула на внушительную стопку бумажек.

— Это так каждый раз? — спросила я ошарашенно.

И от удивления не села — плюхнулась на стул. Да на такую кипу уйдет больше времени, чем на само изобретение!

— Да, — спокойно кивнула мастер Реджина Миллс, как гласила табличка на столе. А после, едва заметно улыбнувшись, добавила: — Если ты разом будешь регистрировать по двадцать изобретений.

Не сразу, но до меня дошло, о чем она толкует.

Получается, пока я писала научный труд по переговорнику, комиссия таки изучила мои записи и сравнила их с формулами Ла'Вилли! И не только сравнивала, а идентифицировала авторство и тут же без всяких проволочек отдала необходимые распоряжения. Это же сколько людей пахали ради одной никому не известной выпускницы?!

Какой там обед, когда тут такое?!

Следующие два часа я под руководством мастера Реджины оформляла права на разработки. Вникала в то, какие договора уже заключил бывший наставник. С кем, на каких условиях и на какие сроки. Отзывать разрешения на создание и продажу артефактов по моим плетениям не стала, хотя имела на это полное право. Коллеги ведь не виноваты, что Ла'Вилли приторговывал ворованным — в конце концов он был уважаемым гранд-мастером. Рано или поздно эти договоры все равно потеряют силу, пока же я буду получать процент с каждого проданного артефакта. Тоже неплохо. Авось к моменту моего возвращения набежит приличная сумма.

Однако в ряде случаев, по совету мастера Реджины, пришлось вносить правки. Некоторые мастера выплачивали до смеха мизерный процент, не иначе бывший наставник так изящно взятки давал! Надо бы Верховному сообщить их имена, может, заинтересуется. Или он и без меня догадается проверить документацию Ла'Вилли? Скорее всего. В общем, этим товарищам я подняла процент до рекомендованного, согласно направлению изобретений. Другим мастерам, напротив, процент пришлось снизить до стандартной ставки.

— Мастер Иветта, у вас счет в банке есть? — полюбопытствовала Реджина, проверяя последний документ.

К мастерам-женщинам всегда обращались по имени, тогда как к мужчинам — по фамилии. Эту моду ввела первая женщина, удостоенная звания мастера, а затем и гранд-мастера. И слышать столь уважительное обращение по отношению к самой себе было непривычно, но очень приятно — внутри сладкой патокой растеклась гордость, залечивая раненое самолюбие.

— Нет. А нужен?

Счета в банке у меня отродясь не было. А зачем? Деньги-то стали появляться не так давно. И то я почти сразу их тратила. На детали для экспериментов, на камни, которые ни разу не дешевы, на кристаллы с сырой силой — в академии порой давали такие задания, где без них не обойтись. Будь у меня дар посильней, кристаллы бы не понадобились, а так приходилось выкручиваться.

Потом я гасила долг перед академией. А все то, что успела скопить, хранила в пространственном кармане, куда ни один воришка свою руку не запустит.

— Нужен. Деньги за использование ваших разработок поступают ежедневно. Последние три дня они хранятся на счетах гильдии, но это неправильно. Вам нужно посетить банк. Вот контакт моей почтовой шкатулки, — она вытащила из ящика стола тонкую металлическую пластину размером с четвертушку ладони и положила передо мной, — пожалуйста, напишите сразу, как откроете счет. Я перенаправлю поступления.

Пластину с контактами моей шкатулки я уже приложила к документам.

— Договорились, мастер Реджина. Что-то ещё?

— Вы забыли самое главное, — выдержав паузу, она выложила на стол знак мастера с гербом артефакторов, опустив его поверх коробки с конфетами. — От всей души поздравляю!

От её искренней, доброй улыбки плохого настроения как не бывало.

— И хотя лицензию вы уже получили, глава гильдии включил вас в список для официального представления на церемонии присвоения новых званий. Пожалуйста, напишите за месяц, стоит ли вас ждать.

— Конечно, — я широко улыбнулась, поняв, что меня не лишили праздника, которого удостаиваются все новые мастера. Просто нужно подождать! — Обязательно сообщу.

8. О том, как гномы напортачили

На первом этаже уже ждал мастер Валленштайн. Завидев меня, он широко улыбнулся и распахнул объятия, в которые, чуть помявшись, я все же упала.

— Поздравляю, голубушка. Ты молодец! Мама бы тобой гордилась.

Эти неожиданные слова заставили расчувствоваться до слез.

— Спасибо, наставник, — я отстранилась, украдкой смахнув влагу со своей щеки. — А где господин Морриган?

— Ну так он ушел почти сразу, как отдал тебе лицензию. Вернется завтра утром, чтобы открыть портал в серую зону, а мне поручил помочь со сборами и проинструктировать. Все же я сам не раз там бывал.

— Вы знаете? — удивилась я.

Почему-то казалось, что место моего назначения едва ли не засекречено. От гильдийцев-то он утаил информацию!

— Ну я ведь твой наставник, конечно, знаю, — возмутился мужчина.

— А разве… — я замялась, не зная, как спросить. В итоге плюнула — и чего мнусь? — Сказала как есть: — Разве ваше наставничество не формальное? Я ведь получила уже звание мастера-артефактора.

— Вот ещё, — засмеялся одуванчик. — Я тебя ещё до гранд-мастера дотяну, вот увидишь, раз уж с твоей матерью не вышло. Чего так смотришь? — отреагировал он, оценив диаметр моих глаз. — Гранд-мастерами становятся не из-за силы дара, а из-за мозгов, — он постучал пальцем мне по виску. — А извилины у тебя заточены на артефакторику, я в этом убедился, ещё когда снимал с тебя ловушку Подавителя. По щелчку пальцев приставку «гранд» не присваивают, но шансы у тебя есть. Для начала напиши все-таки учебник по артефакторике, как и хотела, такая работа станет хорошим поводом заявить о себе не только как о талантливом ремесленнике.

— Напишу, — пообещала как поклялась. От переизбытка чувств хотелось обнять весь мир, сердце так и норовило выпрыгнуть из груди. — Обязательно напишу, наставник. Я вас не подведу!

Обалдеть! У меня в наставниках светило артефакторики! Еще несколько дней назад мне казалось, что жизнь едва ли не разрушена, а сейчас… сейчас происходит что-то невообразимое. Словно у моего дома перевернулась повозка с чудесами!

— Вот и договорились, — довольно кивнул наставник — даже мысленно звать его так было очень приятно — и протянул мне ладонь для рукопожатия. В сложившейся ситуации этот жест расценивался как признание заслуг, уже имеющихся и будущих. В общем, я впечатлилась. — А теперь идем. У нас не так много времени, а ещё нужно зайти пообедать. Ты ведь не ела, верно?

По пути в таверну мастер перечислял все то, что мне необходимо купить для работы штатным артефактором. Список выходил ужасающим, итоговый ценник — кошмарным! Какое счастье, что платить за все это не мне и что у меня есть пространственный карман! Не представляю, как бы я тащила все это добро на себе.

Пока уплетала вкуснющий обед — хозяйка таверны прямо расстаралась, не иначе как мастер шепнул, что у меня праздник, — наставник на второй половине стола составлял многочисленные заказы и отправлял их через свой личный почтовик проверенным поставщикам.

Посещение банка мне представлялось чем-то скучным и неинтересным. То ли дело пройтись по лавкам, пообщаться с торговцами, оценить новые инструменты для артефакторов, закупить материалы для собственных экспериментов и, конечно же, посетить книжный. Вот где душа может разгуляться! Кто же знал, что гномам удастся меня удивить вовсе не драгоценными камнями и ценными породами?!

Прибыв в банк и сообщив о цели визита, я со спокойной душой передала представительному гному свои документы и переключилась на изучение драконьего артефакта — знаменитого на весь мир «банковского хранилища». Само помещение, конечно, мне никто не покажет. Ходили устойчивые слухи, что оно спрятано в глубине самых неприступных гор, и только гномьим банкам доверен доступ к нему. Тысячи и тысячи уникальных ячеек. А вот увидеть плетения хотя бы в общедоступной части… Ну как в общедоступной. Как нам рассказывали в академии, у каждого доверенного гнома-сотрудника есть доступ к уникальному сейфу, который связан малым стационарным порталом с хранилищем, но интересно не это. Заумно, но в целом понятно. А вот на плетения переноса документов я бы посмотрела. Ну, хоть одним глазочком! Эх! Да кто ж мне даст. Стойка гнома, который принялся меня опекать, была защищена магопоглощающим стеклом, даже непривычного вида артефакт, по которому гном лихо забарабанил короткими толстыми пальцами, толком рассмотреть не удалось.

Я подняла вопросительный взгляд на наставника.

— Запрашивает твои данные в системе хранения, — едва слышно ответил мастер Аврелий.

— Типа печатной машинки? — Мысли закрутились вихрем, я сразу прикинула, как бы сама осуществляла подобный проект. — Только учет или передача на расстояние?

И сама себе ответила — конечно передача. Как-то же хранилище должно «понять», какие документы отправить. Голова закружилась от непомерной глобальности задачи, и я приструнила полет мысли — не до того.

Сейф, у которого я могла лицезреть из-за мешающей стеклянной перегородки лишь дверцу, вдруг засветился. Гном открыл его и вытащил стопку документов.

— А говорили, что вы у нас впервые, — удостоил он меня укоризненного взгляда. — Хорошо, что я решил проверить на всякий случай…

Я, конечно, удивилась тому факту, что у гномов есть информация обо мне, но явно не так сильно, как сам гном.

По мере изучения документов на его лице сперва проступило удивление, потом недоумение, а через минуту клерк уже выглядел откровенно ошарашенным, если не испуганным. Глянув на меня, мужчина резко побледнел, засуетился, как при пожаре, и, попросив подождать минутку, побежал к коллегам о чем-то докладывать.

— Мне кажется, или происходит что-то странное? — пробормотала я растерянно, мимоходом отметив, что гномы, оказывается, умеют бегать. Никогда бы не подумала! Они ж низкорослые, мощные. Ходят степенно, никуда не торопясь, словно своим появлением делают одолжение всему миру. А тут такой кадр…

— Сам не понимаю, — нахмурился мастер, прожигая взглядом незадачливого сотрудника банка сквозь стекло. Тот постоянно оборачивался, словно чувствовал взгляд, и передергивал широченными плечами.

Мы прождали не меньше пятнадцати минут, прежде чем о нас вспомнили. На этот раз подошел уже другой представитель банка. Судя по деловитости и важности — начальство.

— Добрый день, госпожа Маркес, — хорошо поставленным голосом произнес он. — Меня зовут господин Везаверт, я управляю этим отделением банка. Спешу принести свои искренние извинения за нашу ошибку.

— Но вы ещё ничего не успели сделать, — обалдела я. — Я просто хочу открыть счет.

— Дело в том, — он промокнул платком капельки пота, выступившие на лбу, — что у нас хранится посылка для вас, которую мы обязались вручить в день вашего второго совершеннолетия. То есть минувшим летом. Однако произошла… — тут он замялся, подбирая слово, но в конечном итоге сказал как есть, не приукрашая: — …ошибка. Произошла ошибка. Мы перед вами виноваты, госпожа Маркес, — покаялся представительный гном. — Ума не приложу, как такое могло произойти!

— Посылка? — пуще прежнего удивилась я, от волнения переступая с ноги на ногу. — Вы уверены, что она для меня?

— Уверен. Отправитель — Агата Маркес, ваша матушка.

Голова закружилась. Пока перед глазами запестрели черные мушки, а где-то на периферии продолжал бубнить гном: «простите», «извините», «исправим». И компенсацию по договору выплатим, да. Но интересовало меня вовсе не это.

— Когда я могу получить посылку?

— В ближайшие дни. Посылка в столичном отделении — её туда отправили, чтобы вам вручить. Скажите, где вы сейчас живете, и мы доставим ее к вашему дому.

— Завтра утром я уезжаю в серую зону, — заявила я мрачно. — У вас есть сутки, чтобы выполнить свои обязательства и доставить посылку в таверну «Две похлебки», иначе… — я задыхалась, не в силах придумать угрозу.

В таких вещах я вообще полный профан! Но ждать ещё целый год?!

— В противном случае мы вас засудим, — сухо проинформировал наставник.

И он не шутил.

— Именно, — поддакнула я. — Да чего там. Я завтра же утром при встрече с Верховным подам на вас жалобу!

И тут же почувствовала на спине ладонь наставника. Что-то я разошлась. Разозлилась.

— Зачем же доводить до крайностей? — засуетился гном, окончательно теряя маску невозмутимости. — Мы и без Верховного все решим, я уверен. Мастер Иветта, — обратился ко мне, заметив значок на блузке, — подскажите, пожалуйста, точное место назначения. Мы что-нибудь сейчас придумаем.

Чем эта информация могла помочь гномам, я не представляла, но мастер, видимо, знал больше меня, поэтому спокойно вручил господину Везаверту документы с моим назначением.

Гном быстренько пробежался взглядом по бумагам, после чего вернул их и подняв вверх указательный палец — мол, подождите, я думаю, — принялся расхаживать за стройкой взад-вперед, то и дело дергая себя за пышную бороду. Со стороны за своим начальством наблюдали ошарашенные гномы.

— Так, хорошо, — резко остановился управляющий, словно напоровшись на невидимую стену. — Клянусь своей бородой — посылку вам доставят прямо к разлому в самые кратчайшие сроки. Вас устроит такой вариант?

Э-э-э… а как? Мы с наставником переглянулись.

— Но там ведь закрытая зона!

— На кону репутация банка! — обронил он веско. — И моя борода! Слово даю, доставим!

Борода — это мощно. Ее сбривают гномам перед изгнанием из клана. Невообразимый позор. После такого свои же сородичи и прибьют по тихой грусти, чтобы не порочил горный народ своим бритомордым существованием.

— Хорошо, будь по-вашему, — согласилась я. А какой у меня был выбор?

Везаверт вздохнул с облегчением и наконец закончил экзекуцию — оставил рыжие волосенки на подбородке в покое.

— Все сделаем, даже не сомневайтесь. А компенсацию за нарушенные сроки выплатим прямо сейчас!

Дальнейшее обслуживание прошло без сучка без задоринки. Счет открыли, деньги зачислили, даже какой-то значок вручили — я не вникала, а вот мастер одобрил.

У меня сложилось впечатление, что каменная крепость, именуемая банком, с нашим уходом вздохнула от облегчения.

— Как думаете, мастер, что в посылке? — спросила я тихо, чувствуя себя потерянной, обескураженной.

— Дневники с экспериментами? Может, наследство? Если честно, то там может оказаться что угодно. Агата была той ещё чудачкой.

— Не нужно наследство, хочу письмо от мамы.

— Ну, это обязательно. Даже не сомневайся! — он хлопнул меня по плечу, стараясь приободрить, и двинулся прочь от банка. — Идем. Времени осталось мало, а мне ещё проинструктировать тебя нужно.

Поход по торговым лавкам был выше всяких похвал. Мало того что мастер закупал необходимое мне обмундирование и сырье для артефактов у своих, проверенных годами, поставщиков, так ещё выяснилось, что втюханный гномом значок не что иное, как символ особого расположения. При виде него гномы обслуживали нас вне очереди и делали хорошие скидки на свои товары. Да уж, репутация для бородатых не пустой звук.

Остаток вечера мы с наставником просидели в его комнате. Инструктаж по моим прямым обязанностям затянулся допоздна. Спать легла я далеко за полночь, с мыслью о маме, и вскочила ни свет ни заря из-за громкого стука в дверь. В первые секунды решила, что комнату штурмует отряд теневиков. Но нет. Это было лишь утреннее приветствие от Верховного.

Быстрый завтрак, срез знаний от господина Морригана и последние наставления от мастера:

— Будь осторожна, Иветта. Несмотря на кажущуюся безопасность, произойти может что угодно. Ни на секунду не забывай, что ты в непосредственной близости от разлома. — И, наклонившись к уху, только для меня одной добавил: — А чтобы ты не заскучала, я кое-что положил в твою сумку. Посмотришь на месте. Если разгадаешь загадку — звание гранд-мастера тебе обеспечено.

Портал Верховного мага вывел нас к пропускному пункту на границе серой зоны.

— Ну все, дальше сама, — сообщил он после того, как маги проверили мои документы о назначении. — Командиру я отписал, что направил к ним толкового артефактора, с прошлым им не повезло, так что встретят тебя как родную. Можешь не беспокоиться.

Я нахмурилась, в очередной раз увидев, что Верховный едва заметно, но улыбается. Словно сделал какую-то пакость! Такое чувство, что за его фразами кроется тайный смысл, но я слишком глупа, чтобы расшифровать его.

— Обычные почтовики там не работают, «темная энергия» сбивает векторы, послания не доходят до получателя, либо их получает не тот человек. Поэтому связь держим через командира — у него драконий почтовик.

Я мысленно присвистнула. Этот феномен мы изучали в академии, но как-то я тогда не придала ему особенного значения. Сухая теория без практики — скукотища. А сейчас вдруг осознала, что я не только изолируюсь на год от основного мира, а ещё и останусь без связи! Вот ведь засада! Что там мастер говорил про скуку? Да я взвою!

Придется что-нибудь придумать.

— Поймайте этого гада, — настоятельно попросила я на прощание. — Не хочу потом ещё год тут торчать.

Поправив лямку сумки на плече, я миновала пропускной пункт и шагнула к портальщику, который уже ждал меня, чтобы проводить до места назначения.

— Вещи? — он с удивлением поглазел по сторонам в поисках горы котомок, которыми по всем правилам должен быть навьючен артефактор.

— Я налегке, — хлопнула рукой по сумке.

Под прищуренным взглядом Верховного уточнять что-то ещё он не решился.

Мы двинулись в путь.

Я внутренне готовилась к долгой пешей дороге, а оказалось, что к разлому вела сеть порталов, несколько прыжков — и примерно через час мы вышли на горном плато, откуда можно было долго разглядывать панораму широкой долины, раскинувшейся среди торжественно величественных гор.

— Видишь дом? — темноволосый парень в форме теневика указал в сторону каменного сооружения примерно в полукилометре от нас. Я кивнула. — Тебе туда.

Что ж, туда так туда.

— Спасибо. Пока!

— Ну пока, — хмыкнул он, качая головой. Моя полупустая сумка никак не давала ему покоя. Наверное, мысленно он уже сочувствовал команде магов, к которым меня направили.

После его ухода портальное окно закрылось, а каменная арка стационарного прохода превратилась в обычный архитектурный элемент, который на удивление органично вписывался в пейзаж.

Добралась я быстро, даже не запыхалась. Вблизи дом оказался не таким уж и маленьким, но о презентабельности речи не шло. Словно его слепили на скорую руку. Надеюсь, внутри он выглядит лучше, чем снаружи.

Глубоко вздохнув и мысленно пожелав себе удачи, я толкнула дверь. Незаперто. Из глубин доносился мужской хохот, который, впрочем, моментально стих при моём появлении.

Трое мужчин, чей завтрак я прервала, уставились на меня с интересом.

— Ты кто? — поинтересовался один из них, чуть склонив голову набок.

— Иветта. Штатный артефактор, — отрапортовала едва ли не по-военному.

— Ты? — донесся до меня возмущенный голос со стороны лестницы. — Да быть не может!

Не ожидая подобного поворота, я сморщилась, как от зубной боли. Пара мгновений — и напротив меня с ехидной рожей появился давний знакомец, мерзавец Ричи.

Нет, ну что за подстава?!

— А я уж надеялась, что больше никогда тебя не увижу, — заявила, глядя на знакомую физиономию коллеги, который учился со мной в академии и год за годом портил мне жизнь. Только последний курс прошел для меня спокойно — парень был старше и выпустился раньше.

Ричи заржал, словно я выдала лучшую шутку, которую он когда-либо слышал. Тыча в меня пальцем, он хохотал во все горло, запрокинув голову.

— Ну что, парни, — обратился он сквозь смех к боевикам, которые с интересом следили за встречей давних знакомых, — пожаловались на меня? Думали, сюда гранд-мастера отправят? — он уже похрюкивал от смеха, и все тыкал в меня пальцем. — Поздравляю! К вам прислали неудачницу-артефакторку с мизерным даром! Ещё не поздно передумать, так и быть, я продлю контракт.

Я лишь закатила глаза. Собственно, ничего нового.

— Где я могу найти командира? — обратилась к хмурым бойцам.

И тут на мое плечо легла чья-то ладонь, крепко его сжав. Я едва не оконфузилась от неожиданности при всем честном народе. Вздрогнула, отскочила чуть в сторону и лихо развернулась, как учил физрук. От резкого маневра лента слетела с волос, выпуская рыжий хаос на волю.

— Давно не виделись, Иветта.

Встретившись взглядом с обладателем синих, как море, глаз, я почувствовала, как из головы вылетели все мысли. И только один вопрос не давал покоя: сегодня что, вечер встречи выпускников?! Какого дьявола он тут делает?!

9. О том, как вливалась в коллектив

Он смотрел на меня несколько мгновений с этаким дьявольским ехидством на лице. Мол, вот ты и попалась, дорогуша. Я же, в свою очередь, не могла пошевелиться или что-нибудь сказать, казалось, язык прилип к небу, а ноги приросли к полу. В душе тренькнула давно забытая струна.

— Вы что, знакомы? — нарушил тишину мой «коллега», встав сбоку.

Ещё шаг — и он оказался бы прямо между нами.

Я огромным усилием воли заставила себя отвести взгляд и сосредоточиться на Ричи. Вернуть себе былое душевное равновесие получалось с переменным успехом, мешали нахлынувшие эмоции — горючая смесь из восторженной нежности и жгучей ненависти.

— Нет, — ответила я как можно более равнодушным тоном.

— Да, — одновременно со мной произнес Касьян. Я мысленно поморщилась, понимая, что сейчас непременно возникнут вопросы. Так и получилось. Видя проснувшийся интерес на лицах команды, командир пояснил: — Пересекались пару раз в академии.

Попытка съехать с темы никого не обманула, слишком уж голос Касьяна был… Я даже не знаю! Но так не отзываются о посторонних людях, с которыми ты виделся мимоходом.

Парни хмыкнули, мол, ну-ну, все равно узнаем.

— А-а-а, я понял, — как-то нехорошо усмехнулся Ричи, переводя взгляд с меня на Касьяна и обратно, — ты решил на теплое место посадить свою девку, да?

— Не нарывайся, — с отчетливой угрозой предупредил командир.

Но Ричи уже понесло — не остановить. Я мысленно подготовилась к словесному поносу.

— Твой «дружок» так заскучал по женской ласке в этой глуши, что ты вытащил сюда потаскушку? — радостно скалился этот придурок в лицо Касьяну. — А как же остальные? — он обвел рукой пространство вокруг, указывая на парней, сидящих за столом. И обратился ко всем: — Или вы её того, будете по очер…

Договорить он не успел. Пришлось заткнуться, чтобы увернуться от кулака Касьяна, что ему, к слову, удалось. Рефлексы у говнюка что надо — тренированный. В академии частенько нарывался.

А вот от меня подвоха он никак не ожидал.

Никто не ожидал.

Я ударила изо всех сил, метя ровнехонько между глаз, не намереваясь больше терпеть ни одного оскорбления от этого мерзавца. Его нос тут же взорвался фонтаном крови. Ричи, по-моему, не сразу почувствовал боль. Он настолько опешил, что даже отступил на шаг и, споткнувшись, шлёпнулся на задницу, вытаращив на меня свои глазенки. И только потом взвыл.

Я отвернулась и тут же встретилась с ошарашенным взглядом бывшего возлюбленного. Со стороны послышался свист и улюлюканье, вот только вместо того, чтобы насладиться признанием, я и сама практически взвыла. Почему никто не сказал, что это так адски больно?!

Ощущения малоприятные, но то чувство удовлетворения, что растекалось в груди, того стоило. Я ждала этого целых семь лет!

— Дай сюда, — мою руку за запястье перехватил Касьян.

Ощутив знакомое прикосновение холодных пальцев, я дернулась и едва не выдернула руку, но почти сразу заставила себя замереть на месте. Со стороны моё поведение будет выглядеть глупо, а Касьян, не приведи боги, ещё подумает, что до сих пор имеет на меня влияние. Ещё чего не хватало!

Мне все же удалось нацепить маску ледяного спокойствия, боль отлично вытеснила из головы посторонние мысли. Я даже смогла расслабиться, когда кисть обволокли золотистые искорки целительной магии. Вскоре уже ничто не напоминало о моей выходке. А вот под глазами Ричи расцветали синяки. И на помощь ему никто не спешил.

— А ты молодец! — выкрикнул один из мужчин и напоказ одарил меня жидкими хлопками, качаясь на ножках стула.

Я лишь дернула уголком рта. Высвободив ладонь, подошла к столу и, положив на его край сумку, выудила из нутра документы, чтобы протянуть их «начальству».

Начальство вздернуло бровь.

Я мысленно усмехнулась. Думал, увидев его, я тут же брошусь обратно к порталу? Чтобы я да упустила шанс отомстить за былые обиды, имея возможность превратить его жизнь в кошмар? За кого он меня принимает? Ещё отольются кошаку мышкины слезы!

— Молодец? — зарычал Ричи, поднимаясь с пола, привлекая внимание к своей персоне. — Молодец? Она сломала мне нос!

— Очень сомневаюсь, — фыркнула я, устроившись на одном из стульев, пока Касьян изучал бумаги. — Всего лишь разбила. Не думала, что ты такой неженка. Если бы знала раньше, не оттягивала бы столь прекрасный момент.

— Думаешь, тебе это сойдет с рук?! — прошипел он с угрозой. — Да тебя вышвырнут отсюда, как только я сообщу о причинении вреда должностному лицу!

О, это что-то новенькое!

— Теперь ты прикрываешься должностью? — спросила я мимоходом, заплетая растрепанные волосы.

В академии, помнится, он прятался за именем папочки, который сидел так высоко, что мог любому магу испортить карьеру. Вот мы и не рыпались. Хотя пару раз «темную» ему устраивали. Студенты народ изобретательный, замутить коктейль из отвода глаз, иллюзий и разного рода щитов инициативным недоучкам ничего не стоит. Ни один здравомыслящий маг не полезет такое распутывать — времени пожалеет.

— Слышишь, командир, я желаю отправить жалобу! — заявил Ричи, да таким тоном, что становилось ясно — дойдет до Верховного. А что, папочка поможет!

Касьян даже взгляда от бумаг не поднял. На желания бывшего штатного артефактора ему было глубоко начхать.

— А я лично ничего не видел, — заявил вдруг один из троицы скучающим голосом, продолжая ковыряться в тарелке.

— И я. Мы ведь давно предупреждали тебя, говорили, что не надо скакать по лестнице, Ричи, — весьма реалистично посочувствовал второй. Его длинные волосы цвета вороного крыла были перевязаны на затылке тонким кожаным шнурком, а в левом ухе поблескивала серебряная серьга. Судя по количеству защитных колец-артефактов на пальцах, парень был некромантом. — Тебе срочно нужно к целителям, друг.

«Друг» прозвучало как издевка. Похоже, Ричи всех тут допек своими выкрутасами.

— Ты наш целитель, — заявил он. — Вот и выполняй свои прямые обязанности.

Я с интересом уставилась на обладателя двойного дара. Даже так? Некромантия и целительство — очень редкое сочетание.

— Увы, — пожал он плечами. — Твой контракт был расторгнут. А значит, я больше не отвечаю за твоё здоровье.

Шея и лицо Ричи покрылись красными пятнами, серые глаза полыхнули жгучей ненавистью. Но он смолчал. Видимо, понимал, что оппонент в случае чего его умертвит, потом поднимет, подлечит и скажет, что так и было.

— С документами все в порядке, — констатировал Касьян, подтверждая тем самым моё назначение. — Ричи, ты можешь отправляться домой. Сейчас я тебе выдам камень переноса.

Но едва Касьян достиг лестницы, как этот неугомонный, со скрипом отодвинув стул и усевшись на него вразвалочку, заявил:

— А знаешь, я все-таки задержусь, — Ричи гаденько улыбнулся, глядя мне прямо в глаза. — Имею право. Все-таки «коллегу» надо ввести в курс дела, проконтролировать, чтобы она ничего не напутала. Уверен, хватит и пары вылазок к разлому, чтобы вы убедились в её некомпетентности. Серьезно, парни, как вы собрались поддерживать купол? Она ведь слабосилок! — И, вновь обернувшись к Касьяну, попытался призвать к разуму: — Понятия не имею, как тебе удалось её сюда протащить, но как командир, в первую очередь, ты должен думать о работе и безопасности своих людей.

Касьян это выслушал спокойно и также равнодушно продолжил путь. Поднимаясь по лестнице, он произнес:

— В отличие от тебя я со своими обязанностями справляюсь. И Иветта тут лишь по той причине, что её рекомендовали как хорошего специалиста. У тебя таких рекомендаций нет.

— Да неужели? — выкрикнул мерзавец Ричи вдогонку, так как Касьян уже почти скрылся из виду. — И кто же её рекомендовал?

— Верховный маг, — рявкнул в ответ командир, чтобы услышали все.

Они и услышали.

Ричи наконец потерял дар речи, в помещении наступила тишина.

Я буквально кожей чувствовала устремленные на меня взгляды жаждущих услышать подробности, но намеренно игнорировала их. Меня в этот момент больше заботил факт пребывания Касьяна у границы разлома. Он же универсальный маг, считай, звезда выпуска. Ему сулили такие перспективы, какие многим и не снились, а он прозябает там, где справляются обычные боевые маги? А как же счастливое супружество?

И при чем тут я? Ведь Злата обвиняла именно меня в неудачах своего брата. Мол, испортила парню карьеру. Но каким образом разрыв наших отношений мог повлиять на это? Ничего не понимаю.

Со стороны лестницы послышался топот ног: командир возвращался. Я невольно засмотрелась на его грациозную походку, плавные движения и осанку. Вынуждена признать, с последней нашей встречи его фигура стала ещё лучше. Ничего не напоминало того светловолосого юношу, от взгляда которого я когда-то потеряла голову.

Теперь это был мужчина — высокий, широкоплечий, сильный. И чужой.

Эта мысль отрезвила не хуже пощечины.

— Держи, — Касьян протянул Ричи небольшую шкатулку, но почти сразу отдернул руку, не давая тому коснуться заветной коробочки, и с подозрением поинтересовался: — Надеюсь, ты знаешь как пользоваться камнем переноса?

— Без тебя разберусь, — мерзавец Ричи с оскорбленным видом выхватил шкатулку. — Но, как уже сказал, я задержусь.

— Да пожалуйста, — Касьян пожал плечами. — В таком случае ты вечером идешь вместе с Верроном на охоту. Раз уж из-за тебя мы лишились большей части припасов, кормить лишний рот я не собираюсь. Надеюсь, у тебя есть оружие?

Здоровяк заржал во все горло, едва не кувыркнувшись на стуле назад — успел схватиться ладонью за край стола.

— И готовить будешь сам, — мрачно добавил некромант, рассматривая перстни на пальцах. — Мы тебе тут не обслуживающий персонал.

— Ой, да ладно вам, парни, — заметил ухмыляющийся товарищ. — Раз уж его контракт закончен, значит, мы не обязаны его защищать в случае нападения. Как бы он сам не стал чьим-то ужином, это ж нам потом придется искать обглоданные кости для ритуала посмертного дознания. Доказывай еще, что этот идиот поперся без оружия и без защиты боевых магов в лес, кишащий темными тварями, которые только и ждут, чтобы тебя сожрать.

С каждым произнесенным словом голос мага звучал громче и громче, словно он пытался достучаться до разума Ричи, а «сожрать» вообще прозвенело как обещание.

Парни заржали.

Ричи, не стерпев унижения, резко развернулся и направился прочь, чтобы уже через пару секунд громко хлопнуть дверью, за которой скрылся.

С потолка что-то посыпалось. Я поморщилась. И тут мне жить целый год?

— Сделает гадость, — поставил перед фактом некромант, отсмеявшись. — Точно вам говорю.

— Главное, чтобы убрался, — произнес верзила, — он у меня уже во где, — он яростно ткнул себя растопыренными пальцами под подбородок, — иной раз так хочется почесать об него кулаки, но зашибу ведь ненароком. Удовольствия на две минуты, а проблем на всю жизнь.

Глаза говорившего вдруг полыхнули огнем, выдавая первый признак бешенства.

Ой-ёй! Огневик!

Только нестабильного мага огня мне для полного счастья и не хватало! Надо срочно решить проблему с перебоями в работе почтовика и просить Лику прислать зелье!

— Так, ладно, — слово взял Касьян. — Предлагаю познакомиться и дать новенькой время, чтобы устроиться на новом месте. А нам не мешало бы выпустить пар, пока Ричи собирает вещи. Ты, Киран, уже на грани, глаза полыхают.

— Хорошая идея, — прокомментировал один из парней. — Не откажусь от хорошей драки.

— А после соберемся и все обсудим.

Парни кивнули, признавая правоту командира.

— Я Натан, — отозвался маг с двойным даром, не дожидаясь, когда его представят. — Некромант и по совместительству целитель. Но упокоить мне проще, чем вылечить, имей в виду.

Не то пожаловался, не то припугнул, не то посоветовал следить за здоровьем.

— Киран, — верзила щелкнул пальцами, привлекая мое внимание. Нетерпеливый какой! В стороны полетели крохотные искорки, а на ладони вспыхнул огонь.

— Позер, — хмыкнул третий мужчина. — Я Веррон, маг земли.

— Иветта, — я кивнула, — мастер-артефактор…

— …только окончившая академию, — тут же снасмешничал Натан. — Вон, Ричи тоже ма-а-астер, и дар у него побольше твоего, а толку?

Оу, видимо, папочка мерзавца Ричи действительно высоко сидит, раз смог пропихнуть его на престижную должность. Да только Ричи со своим спесивым характером не смог на ней удержаться. Тут же работать надо, а не понты кидать. А Ричи привык за папин авторитет ныкаться.

Я же даже бровью не повела в ответ на провокацию, зная, что попала сюда отнюдь не за красивые глазки. Если уж на то пошло, служба у разлома — не предел моих мечтаний. И звание мастера получила заслуженно. Зачем что-то доказывать? Сами все поймут со временем.

— Ну, меня ты знаешь, — спокойно произнес Касьян, не позволяя ещё кому-нибудь проехаться по мне. — Твоя комната с зеленой дверью на втором этаже. Располагайся, осваивайся. А нас, — он переключился на парней, — ждет отличная тренировка. Киран, ты сегодня мой спарринг-партнер, — огневик сложил пальцы в замок и хрустнул костяшками. В глазах было предвкушение хорошей драки. — Все, пошли.

Загремели отодвигаемые стулья, помещение наполнилось шумом и гомоном. Я тоже решила не задерживаться и поспешила убраться, пока вновь не столкнулась с Ричи.

Лестница привела в коридор с дверьми. Все они были раскрашены в разные цвета, найти зеленую труда не составило. Я осторожно вошла внутрь. Комната была небольшая, слегка продолговатая, с низким потолком и выбеленными стенами — обставленная немногочисленными предметами мебели. Две узких, но очень высоких кровати занимали большую часть пространства, вдоль противоположной стены ютился старомодный шкаф из почерневшего от времени дуба.

Через неплотно прикрытое окно в комнату проникал прохладный воздух, выстужая спальню и развевая тонкую кремовую ткань, заменяющую шторы. Я поспешила было его закрыть, но замерла у рамы, расслышав мужские голоса. Вместо того, чтобы тренироваться, парни вовсю обсуждали новенькую.

И они были недовольны. Мною.

Самих парней видно не было, а вот их стенания не услышать не оставалось никаких шансов. Такое чувство, что они стояли прямо за углом здания, не привыкли мужики таиться.

— Командир, что происходит? — Веррон, судя по напряжению в голосе, был не в восторге от сложившейся ситуации и не ждал от моего появления в отряде ничего хорошего. — Ты поцапался с кем-то в верхах, а мы не знаем? За что с нами так? То моральный урод без грамма навыков, то фря какая-то. За что нас карают? Мне казалось, наша команда на хорошем счету у верхушки.

— Я тоже так думал, пока нам не прислали этого заносчивого придурка, — ярился огневик. — Я тут уже пять лет служу, разных артефакторов повидал. Все они чудаки, но Ричи — это что-то с чем-то, — донесся звук смачного плевка. — А сейчас эта… Её действительно порекомендовал Верховный? За что неоперившейся малявке столько чести?

«За что, за что! — передразнила мысленно. — За глупость, наивность и доверчивость! Отправили к вам, неотесанным мужланам, на перевоспитание, чтобы жизни настоящей хлебнула, не иначе».

— Не думал, что он следит за распределением, — кажется, это сказал некромант. В его голосе проскользнул едва заметный намек на дружелюбие.

Он вообще показался мне самым адекватным из всей компании, что на самом деле удивительно, учитывая его специализацию. Любой дар накладывает на личность мага отпечаток.

Здоровяк Киран, по моему скромному мнению, двинутый на голову, как и любой огневик. С ними вообще предпочитали не связываться, обходя десятой дорогой. Ну а Веррон, тот, что маг земли, угрюмый, словно носит траур по почившему смыслу жизни.

— Ну так кому, по-вашему, я отправил жалобу? — Касьян, невзирая на взвинченных подчиненных, был спокоен, как и положено начальству. — В распределительной комиссии у Ричи, по ходу дела, все на мази, пришлось обращаться к вышестоящему начальству. И Верховный не рекомендовал, поставил перед фактом. Я о её назначении сам узнал только вчера вечером.

— За-ши-бись, — прошипел огневик, словно у него из-под крышечки выходил пар.

У меня возникло непреодолимое желание связаться с Ликой и выпросить двойную дозу успокоительного для Кирана. А то разозлю мимоходом и останутся от меня одни угольки. Даже посмертного дознания не сделать!

— Только ещё одной протеже нам не хватало, — продолжал нагнетать обстановку Киран басовитым голосом. — С такими-то связями любой слабосилок карьеру в пару лет сделает. А эта еще и хорошенькая.

Комплимент не засчитан, дубина ты! Я тебе ещё устрою за такой грязный намек. Вот придумаю тебе какую-нибудь сирену, будешь знать! Киран злится — гудок гудит. Спасайся, кто может.

— Ты говори, да не заговаривайся, — одернул его Касьян.

От заступничества бывшего на душе стало спокойнее, злость поутихла. И чего разошлась, не обязаны они меня любить, как и я их.

— Действительно, — согласился с ним Веррон. Послышался шорох, словно огневика успокаивающе хлопнули несколько раз по плечу. — Верховный не дурак. На моей памяти все, что бы он ни делал, имело смысл. Просто мы его не видим. Командир, что тебе известно о девчонке?

— Умная, целеустремленная, неконфликтная, — начал перечислять Касьян, но его почти сразу остановили.

— Харэ нам её досье зачитывать, давай по существу, — с жирным намеком произнес огневик.

— Что вы хотите знать?

О-о-о! Как Касьян задал вопрос! Не глупый, сразу догадается, что ему предложили не лезть не в свое дело. Но у здоровяка с инстинктом самосохранения, похоже, было не очень, ну, собственно, как и у всякого огневика. Я даже посочувствовала — скучно мальчикам без притока свежей инфы, сплетни из-под ног собирают или кривотолки из пальца высасывают.

Эх, если бы они знали, из какого переплета я выбралась! В столице наверняка уже все газеты пестрят яркими и провокационными заголовками, а тут шиш с маслом!

— Например, почему от вас так искрило? Казалось, что вот-вот вспыхнет огонь, — не внял предупреждению здоровяк. — Ладно, не криви рожу, не хочешь рассказывать, не надо, сами все выясним. — Послышались смущенные смешки. Кто-то борзый явно не умел уважать личное пространство.

Значит, запишем: огневик — любовь к сплетням и беспардонность.

— Проблемы она нам доставит? — некромант был спокоен как мертвец. — Не хватало только изнеженной истерички для полного счастья.

— Она не истеричка. По крайней мере, раньше точно не была. Уверен, что с этим проблем не будет. Сама нарываться на конфликты не станет, провоцировать — тоже, но, как вы уже убедились, постоять за себя в состоянии.

— Действительно. Классно она этому Ричи врезала!

— Интересно, что они не поделили? Конфликт, судя по всему, давний. Видели, как его перекосило? — Это ж кто там такой догадливый? Голос из-за ветра прозвучал приглушенно, не расслышала. И не видно ведь! Но точно не Кир, этот басит, и не некромант — у того артикуляция, как у лектора формулы поднятия нежити, язык в косу завьешь. Остается только маг земли.

— А с этим… можно ладить? — уточнил некромант, не удержавшись от смачной, но нецензурной, характеристики Ричи.

— Со своей стороны могу лишь сказать, что в период нашего знакомства Ив была той ещё заучкой…

— А-а, так я прав! Вы все-таки тесно контактировали, — прозвучало с намеком на пошлость, — а не просто пересекались.

— Да угомонись ты уже, а? — перебил сплетника Веррон. — Все всё поняли, один ты, узколобый, нарываешься. Впереди целый год, чтобы понаблюдать за спектаклем с участием этих двоих. Что там дальше, командир?

— Как я уже сказал, — с прохладцей произнес Касьян, — артефакторикой она живет, вытащить Иветту из лаборатории было едва ли не подвигом. Если ничего за эти годы не изменилось, значит, мастера она получила не просто так. Да и, как я слышал, наставник у неё известный. Наверняка посодействовал.

Угу, посодействовал. Если бы не он, куковать бы вам и дальше с мерзавцем Ричи.

— Главное, чтобы она понимала, как работать с артефактами у границы, — голос Натана стал необычайно серьезен. — При вчерашнем обходе мне показалось, что купол натужно звенит, словно вот-вот лопнет.

— Уверен? — настороженно поинтересовался Касьян. — Я ничего не слышал.

— На самом деле нет. Но ты же в курсе, что у меня когда-то в роду оборотни потоптались. Они к таким вещам чувствительны. Вот и не знаю. Может, показалось, а может, нет. Ощущение было мимолетным.

— Так, тренировка отменяется, — принял решение командир, не сочтя опасения сослуживца малозначительной ерундой. — Собирайтесь, делаем внеплановый обход. Пусть новенькая взглянет, может, заметит то, что пропустил Ричи.

Я было бросилась к сумке, кинутой на кровать, но в этот момент раздался громкий хлопок, за которым последовал сильнейший выброс энергии. Я едва на ногах устояла, схватившись за подоконник.

Какого дьявола произошло? Такой выброс мог случиться, только если… От посетившей меня догадки грудь сдавило. Волосы на голове зашевелились. Нет, нет! Да быть не может!

Но, словно доказывая, что я права в своих худших подозрениях, через приоткрытое окно послышался звон рухнувшей защиты вокруг дома. Словно стеклянная стена осыпалась миллионом осколков.

На несколько мгновений наступила тишина — никто не мог поверить в произошедшее. А потом члены команды разразились таким матом вперемешку с угрозами переломать все кости говнюку, что стало понятно — рухнувшая защита не случайность.

Ответом им был повторный хлопок — сработал камень переноса.

Ричи удрал.

О чем, прости господи, этот идиот вообще думал? Что никто не свяжет его исчезновение с разрушенной защитой? Вот стояла она несколько лет, ежегодно проверялась гранд-мастерами, а тут взяла — и сама по себе рухнула без видимых причин. Да тут даже провидцем быть не нужно, сразу ясно, откуда ноги растут. Если бы бойцы не пугали Ричи, твердя, что его съедят твари, уверена, этот дурак не додумался бы до такой подставы.

А так вывернул их слова наизнанку и отомстил!

Снять защиту с крепости, где живёт отряд магов? Что с ним не так? Это вообще за гранью!

Да, отлучили от денежной и достаточно непыльной для артефактора работы — ходи себе пару раз в неделю к разлому под защитой боевых магов, меняй кристаллы да поддерживай работу бытовых артефактов в крепости. Что тут сложного? Даже самому ничего изобретать не нужно, все уже сделано до тебя! И пока артефактор спокойненько сидит в крепости, остальные члены команды рискуют своими жизнями, прочесывая территорию и уничтожая опасных тварей, которые благодаря «темной энергии» плодятся с необычайной скоростью.

Но ведь Ричи даже с этим, судя по всему, не справился! Лишиться должности из-за жалобы сослуживцев — я даже не знаю, как нужно схалтурить для этого! Но и это не повод, чтобы подставлять ребят под смертельную опасность! Такой выброс энергии не пройдет мимо ни одной темной твари! Это ж все равно что пригласить творения тьмы на обед!

Осознав масштабы проблемы, я, схватив сумку, испуганной птицей вылетела из комнаты, с грохотом пронеслась по коридору второго этажа и едва не свернула себе шею, спускаясь по лестнице, перепрыгивая сразу через две ступеньки.

— Касьян, где установлен… — я даже договорить не успела, как он махнул рукой, привлекая внимание, и тоном, не терпящим возражений, приказал:

— Идем.

Я трудом поспевала за широкими шагами командира. Парни не отставали, по пути надевая защитное обмундирование.

Если они готовятся к бою, значит, дело совсем плохо.

Комната, в которой находился артефакт, защищающий маленькую крепость от проникновения темных тварей, оказалась запертой. Запертой, мать её!

Безуспешно подергав за ручку, Касьян чертыхнулся, сделал несколько шагов назад, а затем — бабах! — просто вынес дверь с ноги. Не дожидаясь разрешения, я просочилась внутрь.

И задохнулась, замерев на месте, не то от восторга, не то от ужаса. Передо мной предстал щит Адарнехта, о котором я читала в закрытой секции библиотеки. На рисунке он был изображен лишь схематично, но это определенно был он! Каменный столб мне по пояс, испещренный рунами и символами. Только вот артефакт был не просто деактивирован, как я втайне надеялась. Вытащил бы этот гад подпитывающий кристалл, чтобы припугнуть, и дьявол с ним. Но нет, Ричи этого было мало! Засранец целенаправленно разорвал все плетения, даже держатель для кристалла сломал, чтоб наверняка!

Парни, оценив художества бывшего штатного артефактора, вновь грязно выругались. Такими темпами мой словарный запас скоро обогатится сам собой, увеличившись вдвое.

— Ты можешь что-нибудь сделать? — поинтересовался Касьян. — Или нам стоит воспользоваться камнями переноса и убраться отсюда? Это самый крайний и очень нежелательный вариант — даже если этот псих не сломал контрольку, на базе на схлопывание щита отреагируют не сразу. Надо продержаться до подмоги.

А то я не понимаю! Вновь отвоевать территорию у темных тварей проблематично, а значит, будет перекрыт безопасный путь к разлому. Не говоря уже о том, что эти самые твари могут и вовсе повредить артефакты, подпитывающие купол над ним. Придется стянуть сюда кучу магов, чтобы расчистить путь.

— Ваши леса и впрямь кишат тварями? — невпопад обратилась я к Веррону, проигнорировав вопрос Касьяна. Слишком мало информации, чтобы можно было ответить. — Какой уровень опасности в данной местности?

— Седьмой.

Из десяти. Как там говорил огневик? За-ши-бись!

— Первая волна тут будет через двадцать минут, — огневик сходу уловил мою мысль.

Вернее, уловили все, но только Киран не тратил времени на взгляды а-ля: «Сможет или не сможет? Она ж слабосилок! Решила построить из себя героиню? Довериться и рискнуть собственной жизнью?» Я ж говорю, огневики все с прибабахом. Они всегда за любой кипиш, кроме голодовки, ибо последнее — прямой путь к потере контроля.

— С ней справимся, ближайшие территории мы хорошо проредили, твари стараются сюда не соваться, — присоединился к оценке ситуации некромант. Внешне он был спокоен, но в глазах у него отражалась нешуточная тревога. — Вторая волна тварей прибудет ещё минут через пятнадцать. Уже сложнее, но выдержим. Третья будет самая большая — не сдюжим ни при каком раскладе. И отряд быстрого реагирования не справится, даже если успеет. Они нас просто затопчут.

Ага. То есть у меня есть полчаса. А на восстановление артефакта потребуется минимум три.

10. О том, как прошло боевое крещение

Погрузившись в свои мысли, я пыталась найти хоть какой-то способ выиграть время, но безрезультатно. Пока мы найдем инструкцию, пока я разберусь в плетениях засекреченной разработки, пока…

— Мне нужно больше времени, — признала я своё поражение.

— Сколько? — отрывисто спросил Касьян, просчитывая риски.

— Три часа. И то при условии, что у тебя хранится инструкция к нему, — я кивнула на артефакт, который до этого вживую ни разу не видела и с какой стороны к нему подступиться не представляла. — Там на случай поломки нарисована схема плетений.

— Документы-то есть, а вот…

— Это старая крепость, — внезапно влез в разговор Веррон. — А эти артефакты установили всего лет пятнадцать назад. Как защищали крепость до этого?

— Точно! — я аж подпрыгнула от догадки. — Это ведь новая разработка! А раньше использовали стандартные многослойные щиты, которые поддерживались артефактами, установленными вокруг защищаемого объекта.

— Сделаешь? — уточнил огневик. Хотя это больше было похоже не на вопрос, а на приказ «Сделаешь!».

— Ага, вот прям щас села и наклепала пару десятков артефактов, — фыркнула, не сдержавшись. Ещё несколько минут назад, помнится, он считал меня бездарной протеже Верховного, а тут вдруг воспылал верой в мой талант? Как быстро меняется ситуация, однако, когда начинает пахнуть жареным! — В общем, сделать кучу артефактов за такой короткий срок я не могу при всем желании. Но! — я взяла многозначительную секундную паузу. — Могу их восстановить и активировать. Скорее всего, они так и закопаны вокруг крепости — смысл их откапывать, этот тип артефактов неперенастраиваемый, а значит, бесполезный для других объектов. Думаю, их деактивировали и бросили, как есть.

— «Вокруг крепости» — слишком размытое понятие. Где искать? — уточнил маг земли.

— Нам достаточно найти только один, — вспомнила я информацию, когда-то прочитанную в учебнике по истории развития артефакторики, — остальные расположены на одинаковом расстоянии друг от друга по окружности. Сразу оговорюсь, я не уверена, что смогу восстановить щит Адарнехта, — кивнула в сторону большого артефакта.

— Но у тебя будет время, чтобы попытаться, — командир кивнул своим мыслям, приняв какое-то решение. — Давайте, парни, приступайте к поискам, — отдал распоряжение он, после чего переключился на меня: — Так, раз ты приехала без защитного обмундирования, сейчас я тебе подберу…

…и он с такой скоростью выскочил в коридор, что я даже рот открыть не успела, дабы возразить.

Ага, отпустил бы меня мастер Аврелий без костюма из кожи большой клинохвостки, которая отлично защищает от зубов темных тварей. Милая такая ящерка размером с карету, разведением которой занимаются — кто бы мог подумать! — гномы. Соответственно, и закупились мы у них. Да мастер вообще собирал меня так, словно мне самой с этими самыми тварями предстоит драться в кулачном бою!

Не теряя времени, дожидаясь пока командир вернется, я выудила из сумки костюм и быстро натянула его прямо поверх одежды, в которой прибыла сюда. Успела как раз вовремя: через пару секунд на пороге возник Касьян с потрепанной курткой в руках, размера на три больше моего. Его рот приоткрылся, словно он хотел что-то спросить, но передумал. Кивнул и махнул рукой, предлагая следовать за ним.

За пределами дома творилось что-то несусветное.

Некогда утоптанная земля за считаные минуты превратилась в перепаханное поле. Веррон двигался медленно, с опущенными руками, полностью отдавшись своей стихии. Земля вокруг него вздымалась, будто в порыве трудового энтузиазма в ней копошились десятки кротов. Остальные бойцы стояли в стороне, боясь провалиться.

— Есть! — Веррон вскинул руки вверх, и земля разверзлась, выпуская из своих объятий старый артефакт. — Это он?

— Да! — подпрыгнула я на месте, радуясь, что не ошиблась.

Как только Веррон разрешающе кивнул, я бросилась к находке, упав перед ней на колени и тут же извазюкавшись в земле. Отковырнув защитную крышку, уставилась на плетения и тут же облегченно вздохнула. Да, с этим можно работать!

— Ищи остальные, — обратилась я к Веррону, на что он только кивнул и продолжил работу. Понимая, что артефакты будут откапывать раньше, чем я активировать плетения, махнула рукой топтавшимся без дела бойцам: — Идите сюда, будете помогать. Смотрите внимательно. Эту крышку снимаете, пустой кристалл вытаскиваете, — я проделала процедуру с максимальной осторожностью. — Никаких резких движений, ясно? И заменяете его другим. Вот так. Дальше я сама.

Парни и слова против не сказали, глядя на такое самоуправство. Только обернулись на Веррона, убедились, что работа у него спорится — ещё два артефакта откопаны, — и без раздумываний забрали у меня заполненные кристаллы.

Ну-с, поехали!

Для реального мира я была потеряна, полностью сосредоточившись на активации старых артефактов. Разобравшись с одним, я давала отмашку закапывать его, а сама перемещалась к следующему. И так до тех пор, пока не услышала вой приближающихся тварей, от которого у меня по телу прошел озноб.

Сколько же их там?

— Внимание! Первая волна! — гаркнул командир. — Ив, продолжай, осталось немного.

— Не боись, мы их к тебе не подпустим! — залихватски сообщил огневик, хрустнув костяшками пальцев, после чего раскинул руки в стороны. Над его ладонями возникли немалых размеров фаерболы. Я даже впечатлилась, вот это силища!

Но любоваться демонстрацией возможностей Кирана и других ребят не было времени — я вновь склонилась над артефактом, стараясь подавить всколыхнувший душу страх. Касьян прав — большая часть работы позади. Осталось не больше десяти артефактов, которые уже прошли первичное восстановление. А значит, я должна собраться. У меня меньше пятнадцати минут.

И я в них не уложилась.

Активировать артефакты смогла, а вот соединить их в единую сеть… оказалось в разы труднее. Где-то вдалеке послышался крик командира о приближении второй волны. Пока фантазия нет-нет да и рисовала мне зубастое цунами, которое непременно накроет нас с головой, я работала над последним, замыкающим цепь плетением, запрещая себе оборачиваться для оценки обстановки.

Пока слышала скулеж раненых тварей, пока чувствовала запах горелой плоти, пока члены команды сквозь зубы сыпали отборным матом, я не собиралась оборачиваться. И останавливаться! Так я думала, пока не услышала зловещее утробное рычание прямо за спиной.

Замерла, не в силах пошевелиться. Даже глаза зажмурила, понимая, что кончина моя близка. И только шептала:

— Мамочки! Мне ещё рано умирать!

— Не в мою смену, — выплюнул где-то рядом Киран, чей голос я в первую секунду едва не приняла за божественный. Фаербол пролетел так близко от меня, что я ощутила палящий жар. Зато сразу раздался вымораживающий душу визг, который, к счастью для меня, почти мгновенно оборвался. — Эй, новенькая, не отвлекайся!

И кто-то хлопнул меня по плечу, отчего я едва не пропахала носом землю.

Если выживу, выскажу Верховному все, что думаю о его дурацкой затее! «У разлома сейчас безопасно», — заверял он. «Работка непыльная», — вторил ему мастер. Да в гробу я видала такую работу с такой безопасностью!

Злость вытеснила страх и открыла второе дыхание, не иначе. Закончив с плетением, я прислушалась и облегченно улыбнулась, когда сквозь шум боя раздался тихий спасительный гул. С каждой секундой звук становился громче и громче, оповещая о том, что защищающие крепость щиты поднимаются.

Обернувшись, я наблюдала за тем, как мерцающая защита отсекает от парней большую часть тварей. А тех, что остались на территории крепости, те ловко кромсали на стейки.

Прибив последнюю тварь размером с лошадь и с клыками как мой указательный палец, они настороженно осмотрелись по сторонам, не веря, что все закончилось. И только убедившись, что опасности нет, плюхнулись на землю. Взгляд их был устремлен на мерцающую пленку, которая поднялась вверх не меньше, чем на десять метров.

Мой взгляд был прикован к горе дымящихся тушек. Надо бы потом пройтись, собрать трофеи Лике на ингредиенты.

— А ты ничего, — отметил некромант, — небезнадежна.

— Не за что, — буркнула в ответ на невысказанное «спасибо», чувствуя, что прилив адреналина сходит на нет, а вместе с ним утекают и силы. Руки затряслись, к глазам подступили слезы.

Я, конечно, хотела вписаться в компанию, но не думала, что это произойдет столь экстремальным способом.

— Идем в крепость, — сообщил командир устало. Он выглядел потрепанным: бледный, с темными кругами под глазами, что сигнализировало о израсходованном резерве. Ещё утром аккуратно уложенные волосы сейчас походили на птичье гнездо. На коже костюма запеклась темная кровь, к счастью, не его, а тварей. — Скоро должны наши подоспеть.

— Думаешь, контролька сработала? — Веррон, судя по интонации, в это не верил.

Некромант лежал на спине и смотрел, прищурившись, в ясное небо, не обращая внимания на то, что в нескольких метрах, за щитами, бесновались монстры не в силах сцапать желанную добычу, которая, вот она, совсем рядом — а достать никак!

— Уже неважно, — отмахнулся Касьян, тяжело поднимаясь с земли и отряхиваясь. — Я успел отправить сообщение.

— Отлично, — порадовался огневик и резво подскочил на ноги, словно у него открылось второе дыхание. — Нам всем нужно отдохнуть и прийти в себя. Девчонке особенно. Это, небось, её первая встреча с темными тварями. Эй, новенькая, о чем задумалась?

Вопрос прозвучал неожиданно, и я вздрогнула. Покосилась на огневика, который неслышно подошел и присел на корточки.

— Не смотри ты на них, — он кивнул в сторону монстров, которые все продолжали прибывать. — Мы теперь в безопасности.

Я вновь перевела взгляд.

Несколько мерзких тварей пытались вскарабкаться по прозрачной стене щита, но раз за разом соскальзывали, не преодолев и пары метров.

— У вас есть стазисный ларь? — уточнила у Кирана.

— Чего? — переспросил огневик, выгибая бровь. Смотрел он на меня при этом как на сумасшедшую.

— Стазисный ларь, говорю, есть? — повторила, недовольно взглянув на него.

Что тут непонятного?

Наморщенный лоб и плотно сжатые губы здоровяка огневика изобличали усиленную работу мысли.

— Ну есть. Тебе что, он сейчас нужен?

Конечно, сейчас! Ещё чуть-чуть — и все это добро начнет разлагаться!

— Надо сохранить некоторые ингредиенты, — я кивнула на неупокоенную тварь, лежавшую неподалеку.

Теперь уже все парни уставились на меня с подозрением.

— Что? Вам жалко, что ли? — сорвалось с моих губ, и я нервно закусила нижнюю губу, уловив в своём голосе обиженные нотки.

Отчего-то очень хотелось плакать. Но ведь не из-за ингредиентов, в самом же деле!

— Слушайте, да у неё откат, — первым отреагировал Веррон. — Вон, всю трясет.

— Подлатаем, — незамедлительно отозвался некромант-целитель.

Огневик зачем-то встряхнул меня за плечи, отчего моя голова мотнулась в сторону, а мысли из неё повылетали, а затем, тяжело вздохнув, подхватил на руки и широким шагом направился к крепости. Хотела было возразить, но не стала. Было чувство, что сама не дойду.

Стоило командиру толкнуть дверь, как раздался вой сирены. Нас чуть звуковой волной не снесло.

— Что это? — обалдела я, затыкая уши. Глядя на сморщившегося Кирана, мне хотелось закрыть и его уши, да только рук не хватало. — Поставь меня, доплетусь сама.

Ответом мне был недовольный взгляд из разряда «бабе слова не давали». Ну и подумаешь!

— Сигналки. Реагируют на тварей, — коротко пояснил Касьян, первым заходя в дом.

Мы так и топтались на пороге, пока не наступила тишина.

Усадив меня за стол, Киран поплелся на кухню, куда сразу ушел Натан и сейчас уже вовсю громыхал посудой. Веррон, скинув с себя испачканную куртку, устроился рядом, вытянув ноги. Вспомнив, что у меня под защитным костюмом полный комплект чистой одежды, я тоже хотела избавиться от него, но было так лениво, что не нашлось сил даже не пошевелилась. Было такое чувство, что на меня незаметно наползла каменная плита, да так и осталась.

Через пару минут все собрались в импровизированной столовой. Киран притащил огромное — просто гигантское — блюдо с порезанным на куски мясом, Натан принес поднос с кружками. Поставив его на стол, целить обошел меня со спины и положил ладони мне на шею повыше защитного костюма. По телу тут же растеклось приятное тепло, пришло легкое расслабление, граничащее с отрешенностью. Ещё через пару минут руки-ноги мои перестали трястись, а зубы стучать. Мозги наконец встали на место и даже выдали шутку на тему артефактора, собиравшего боевые трофеи.

Закончив, Натан поставил передо мной кружку и велел:

— Пей! — От маленькой бадьи, которую почему-то приспособили под чай, исходил яркий, терпкий аромат трав. — И поешь хорошенько.

Остальные уже вовсю уплетали мясо.

Целитель обошел всех парней, диагностируя их на наличие ран, и только после этого присоединился к трапезе.

— Касьян, где я могу найти документы по щиту Адарнехта? — спросила я, прожевав последний кусок мяса и устало откинувшись на спинку стула. Сейчас бы ещё поспать! — Надо как можно скорее разобраться в плетениях.

— Не надо, — отозвался командир, отзеркалив мою позу. Он как раз сидел напротив, с другой стороны стола. — Раз уж нынешние щиты прекрасно справляются с защитой, сломанный артефакт трогать не будем. Маги должны зафиксировать намеренный вывод из строя.

Словно подгадав момент, дверь распахнулась, впуская двух мужчин. Узнала я только Верховного, да и то с трудом — таким я видела его впервые. Он был взъерошенный, встревоженный и слегка запыхавшийся, словно бежал сюда от самого портала, по пути отбиваясь от тварей. Взгляд лихорадочно скользил по залу столовой, а губы шевелились, перечисляя бойцов.

— Живы! — выдохнул он.

— А где штатный артефактор? — придушенно спросил второй визитер, на что я несмело подняла руку, не понимая, чем успела привлечь внимание неизвестного. Он лишь мазнул по мне взглядом и тут же, повысив голос, внес уточнение: — Где Ричи?

Вся команда тут же с интересом уставилась на мужчину, не пропустив произнесенное с теплотой и неподдельной тревогой имя мерзавца. Парни бросили на меня взгляды, мол, «папаша?», на что я лишь пожала плечами.

Мне почем знать? Я его ни разу не видела.

— Вот и мы хотели бы знать, где Ричи, — хмыкнул Натан, — но, полагаю, Теневой департамент вскоре займётся поисками диверсанта лично.

Не давая неизвестному что-либо сказать, Верховный тоном, не терпящим возражений, поинтересовался:

— Что у вас тут произошло? Рассказывайте!

Я про себя вздохнула. Проще поведать о том, чего не произошло. Например, не было теплого приема, который он мне обещал. И спокойной работы, на которую я рассчитывала.

— Вам рассказать о том, как Ричи намеренно повредил щит, лишив нас защиты, или о том, что случилось после того, как он удрал? — уточнил Касьян. — С чего начать?

— Ты в своём уме? — взорвался неизвестный. — Да я вас всех за такие обвинения…

— А. Вы. Вообще. Кто? — нагло перебил злющий огневик, поднимаясь со своего места.

Атмосфера в помещении одномоментно сгустилась. Я всем телом ощутила приближение проблем, и у меня паршиво засосало под ложечкой.

— Спокойно, — попытался было разрядить накаляющуюся обстановку господин Морриган, но лишь попытался — по-моему, неизвестный визитер его даже не услышал.

— Я Аллан Хартман — глава комиссии по магопсихической безопасности!

О-о-о!

Ек-макарек! Не зря все стихийники так боялись связываться с Ричи. Это ж одна-единственная запись в личном деле — и, считай, вся карьера разрушена!

— И, надо полагать, отец Ричи, — с ленцой добавил некромант.

— На что ты тут намекаешь? — прищурился мужчина, враз подобравшись.

— Да какие уж намеки! — залихватски ерничая бросил огневик, перехватывая эстафету. — Мы прямо говорим, что в этот раз прикрыть зад сыночку у вас не получится. Вместе будете отвечать!

В глазах Кирана плясали искры, на губах змеилась предвкушающая улыбка. Он вышел из-за стола, словно специально нарываясь. Вот зачем, спрашивается? Совсем не понимает, на кого бочку катит?

— Щенок, ты хоть понимаешь, с кем сейчас разговариваешь? — сделал шаг вперед седовласый толстячок-боровичок, угрожающе выпятив грудь, отчего полы мантии разошлись в разные стороны.

— С тем, кто готов подставить всех и вся ради своего высер…

— Заткнулись оба! — рявкнул Верховный с непроницаемым лицом. И что-то такое было в его голосе, отчего мне казалось, он остановил бы даже стаю тварей.

Наступила тишина, нарушаемая только тяжелым дыханием огневика и недовольным сопением всех остальных. Одна я сидела как мышь, переживая за огневика. Нарвется на неприятности, как пить дать нарвется! Не знаю почему, но к нему я испытывала особое расположение. Наверное, сыграло роль то, что именно он меня спас, когда я уже было распрощалась с жизнью. А потом ещё на руках нес. Он заботился о самом слабом, несмотря на неприязнь при знакомстве. Это подкупало.

— Господин Морриган, защита работает в полную силу, активация проведена ювелирно, — отчитались появившиеся на пороге маги, разрушая гнетущую атмосферу. — Прорыва можно не бояться.

Судя по чемоданчикам в руках, это были «коллеги», которые только что меня похвалили. Я почувствовала себя увереннее. Все сделала правильно!

— Отлично, — Верховный не сводил тяжелого взгляда с Кирана, словно требуя не лезть на рожон. — Взгляните на защитный артефакт, мне нужно знать, почему щит перестал работать. После восстановить.

И два мага в форме теневиков, не сговариваясь, двинулись в нужном направлении. Либо они тут уже бывали, либо все крепости строили по одним и тем же чертежам. Я тихо порадовалась, что за дело взялись специалисты. Меньше забот и переживаний.

— Командир, — обратился главный маг к Касьяну. — Где мы можем поговорить?

«Наедине» не прозвучало, но все всё поняли.

Беседа за закрытыми дверями продолжалась до вечера. Первые мгновения мы ещё могли следить за ходом разговора по крикам толстячка, который обвинял то «нового» артефактора, с появлением которой и рухнула защита, то командира отряда, который распустил подчиненных, так что те ведут себя как деревенщины, которым неизвестна субординация. Но в какой-то момент наступила тишина. Мы с парнями разом печально вздохнули. Сомнительно, что отец Ричи успокоился, значит, Верховный догадался повесить глушилку от посторонних ушей.

Ещё через несколько часов к беседующим присоединились артефакторы, после чего в кабинет стали поочередно приглашать членов команды. Меня так и не позвали, хотя я была готова к этому. Так что я слонялась из угла в угол, не зная, чем себя занять. К счастью, когда начало темнеть, включились артефакты света. И вот тут-то выяснилось, что так называемые «светильники» работают с перебоями — они то и дело моргали, словно им не хватало энергии для стабильной работы, что вообще-то было довольно распространенным явлением. Хотя… как-то слишком частило это моргание, неестественно.

Через десять минут у меня начал дергаться глаз, так что я плюнула на все, сняла со стен артефакты и занялась своими прямыми обязанностями. Хоть польза будет! К счастью, я знала, как с этим бороться, диплом защищала по этой теме!

И так увлеклась работой, что не заметила, как пролетело время.

— Эй, новенькая, — послышался сбоку призыв, но я лишь отмахнулась.

— Иветта…

Я даже глаз не подняла, заканчивая последнее плетение.

Ещё чуть-чуть и…

— Мастер Иветта, долго нам ещё в темноте сидеть?

— Т-ш-ш, — шикнула в ответ, недовольная, что меня отвлекают. Да сколько можно? Не видят, что ли, я занята! И только спустя пару секунд поняла, что вопрос задал не кто иной, как господин Морриган. Застыла и неуверенно подняла взгляд.

За столом сидела команда в полном составе плюс Верховный маг. Присутствовавшие с интересом смотрели на меня, обложенную «светильниками», которые заняли большую часть стола, и кучей рабочих инструментов.

— Ой!

— Ой! — передразнил меня противненьким тенорком огневик и захохотал во всю мощь своих легких. — Ой!

Я ударила его кулаком в плечо, призывая к порядку, но тот все смеялся и смеялся. Вскоре и остальные присоединились к веселью, а я лишь тихонько фыркнула. Ну да, наверное, это и впрямь было забавно. Шикнуть на Верховного… это ж надо!

Интересно, а где остальные? Неужели уже ушли? А нет, не ушли. Мимо проскочил один из артефакторов и, не притормаживая, умчался на улицу.

— Я уже закончила, — спохватилась я, осознав, что за окном стемнело так, что ещё чуть-чуть — и лиц будет не разглядеть. — Киран, поможешь?

Но куда там! Здоровяку смешинка в рот попала. Я только глаза закатила, не дождавшись нужной реакции. Дите!

— Я помогу, — отозвался с другого конца стола Касьян.

Не сказать, что я была в восторге от такого поворота, но демонстрировать это? Нет уж!

В четыре руки мы быстро развесили светильники. С новыми плетениями артефакты горели ярче, а энергии поглощали меньше. После активации парни даже чуть прищурились, и ещё какое-то время настороженно поглядывали в сторону светильников, словно ожидая… чего? А! Удивлены, что те больше не мигают!

— Вот! — известил Натан, тыкая по сторонам. — У нас в кои-то веки появился нормальный артефактор, а вы её забрать решили?

Так. Я, кажется, что-то пропустила.

— Моё назначение отменяется? — вырвалось раньше, чем я успела обдумать мысль. — Что-то случилось?

Неужели мастера Ла'Вилли уже поймали?

— А тебе не хватило? — Верховный вопросительно вздернул бровь, намекая на утреннее происшествие.

Я лишь плечами пожала. Да, я сюда не рвалась, но то было раньше!

— Ну да, было страшновато, если честно. Но ведь это нерядовой случай. Да и… интересно.

Я вновь удостоилась особого взгляда. Прямо дежавю. Именно так на меня смотрели, когда я ранее требовала стазисный ларь. Как на сумасшедшую. Вот они удивятся, когда я вернусь к этому вопросу. Но сейчас-то им что не нравится?

— Что? — нахмурилась и, чувствуя себя не своей тарелке, пошла в атаку: — Ещё суток не прошло, а я уже видела щит Адарнехта, о котором читала лишь скупые заметки в закрытой секции библиотеки, и лично провела активацию стандартных многослойных щитов! Много ли артефакторов могут похвастаться подобным? И это я ещё не была у самого разлома!

— Ты забыла сказать, что едва не умерла, — добавил Натан изумленно.

— Но не умерла же! — сложила руки на груди.

— Артефакторы все такие ненормальные? — впервые за вечер подал голос Веррон.

Парни обменялись короткими смешками. Они вообще, казалось, вздохнули с облегчением, поняв, что я не собираюсь убегать, сверкая пятками.

— Господин Верховный, мы закончили, — сообщил один из артефакторов с порога, стоя одной ногой на улице. — Щит восстановлен, твари почти все разбрелись. Пусть молодежь потом деактивирует старые щиты. Они не мешают, но зачем тратить лишнюю энергию?

— Слышала? — маг взглянул на меня, я тут же кивнула. Задача ясна. — Хорошо, — мужчина хлопнул ладонями по коленям и встал. — В таком случае мне пора. Буду держать вас в курсе хода расследования.

Верховный покинул крепость. Вскоре с улицы послышались хлопки активированных камней переноса.

— Идемте отдыхать, — предложил было командир, но парни встали в позу.

— Рассказывай, что узнал, — тут же нетерпеливо потребовал Киран. — Развели, понимаешь ли, тайны. Что ждет этого гаденыша? Что его папаша? К нам есть какие-то претензии?

— В первую очередь Ричи ждет принудительная ментальная проверка, которая выявит его намерения, — сообщил командир, понимая, что парни не отстанут. — Пока непонятно, чего он добивался. Может, его вообще переклинило, кто знает? Но очень похоже на то, что парень хотел подставить Иветту, как ответственную за защиту. Рассчитывал, что, лишившись щита, мы воспользуемся камнями переноса, а после нашествия тварей от крепости мало что останется. Хотя я все равно не понимаю, чем он думал. Ментальная проверка бы все выявила в любом случае.

— Может, считал, что папа защитит? — предложила я самый очевидный вариант. — Все же ментальная проверка в наше время — это такая редкость, что он мог банально не подумать, что его это коснется.

— Скорее всего, так и есть, — поддержал некромант.

— Хотите поржать? — вдруг улыбнулся Касьян. И после кивков парней добавил: — Папаша отправил Ричи к нам в воспитательных целях. Мол, команда боевых магов станет отличным примером для подражания. Ждал, что сыночек вернется настоящим мужчиной.

— Чего ж он нам сам этого не сказал? — разочарованно воскликнул огневик. — Я бы с удовольствием выбил из этого придурка всю дурь, будь у меня карт-бланш!

— Не думаю, что это возможно в принципе, — вздохнула, вставая из-за стола. — Его нужно было не сюда отправлять, а сразу на рудники. И бед меньше бы натворил, и, глядишь, образумился бы, — что-то я разошлась, от усталости, наверно. — Что один, что второй — так и норовят свои проблемы на чужие плечи переложить.

— Кстати, да. Что там с папашей будет? Неужели спустят такую халатность?

— Уже отстранен от должности на период следствия, — не разочаровал командир. — Но, знаете, парни, мне показалось, что он очень удивился, что сын вовсю его именем спекулировал. Да и вообще, мужик под конец разговора выглядел раздавленным.

— Да перестань, — влез огневик, — на дубочке не растут кренделечки. Удавил бы обоих, прилюдно-показательно, чтоб честь мага не поганили.

Поняв, что обсуждение переходит в стадию обмывания костей, я собрала инструменты, оглядела парней и заявила:

— Не знаю, как вы, а я с ног валюсь. Пошла я спать.

— Не думай, что будешь дрыхнуть до обеда, принцесса! — вдогонку сообщил мне огневик. — Утром идем к разлому!

— То новенькая, то протеже, то принцесса. У меня что, имени нет?

За спиной воцарилась тишина.

Упс! Кажется, я только что во всеуслышание заявила, что утром подслушала «чисто мужской» разговор. Тикать надо отсюда, тикать!

11. О том, как мстят артефакторы

Первая ночь в крепости прошла отвратительно.

После пережитого я несколько раз просыпалась от кошмаров вся в холодном поту. Сперва гномы голосом Ричи обещали, что доставят тварей прямо к месту службы, потом безобразные кровожадные монстры с легкостью перепрыгивали щиты и убивали всех парней прямо у меня на глазах, а после явился Верховный и холодным тоном заявил: «Это ты во всем виновата, принцесса». И активировал камень переноса, чтобы отправить меня на рудники.

Резко проснувшись в очередной раз, я ещё какое-то время пыталась понять, где явь, а где сон. В ушах до сих пор раздавались хлопки. Я не сразу сообразила, что это вовсе не отголоски кошмара, это парни стучат дверьми. И чего им не спится? За окном непроглядная тьма, хоть глаза выколи!

Но мысль о сослуживцах, которые находятся за стеной, к тому же не спят, меня успокоила. Страхи ушли. А я, перевернувшись на другой бок, наконец нормально уснула.

Окончательно открыла глаза, когда за окном только-только рассвело. Долго не могла сообразить, почему в комнате так прохладно, хотя, зная, что по ночам в этой местности температура сильно падает, я специально активировала обогревательный артефакт. Холод я ненавидела, поэтому о таких вещах заботилась всегда.

За дверью раздался какой-то шум, заставивший меня отвлечься от размышлений. Послышались голоса ребят, кажется, они там о чем-то спорили. И почему под моей дверью? Лучше места не нашлось? Не сдержав любопытства, я слезла с кровати и подкралась к двери, желая выяснить, о чем они там шепчутся. Но в последний момент совесть все-таки взыграла — подслушивать нехорошо! По крайней мере, преднамеренно. И я рывком распахнула дверь, рассчитывая хотя бы на элемент неожиданности. В лицо ударил морозный воздух, а представшая перед глазами картина лишила меня дара речи.

Что происходит?

— У нас пижамная вечеринка? — ляпнула первое, что пришло в голову.

Перед дверью стояли четыре бравых бойца с красными носами, по самые макушки закутанные в одеяла.

— Я ведь говорил, что она не спит! — преувеличенно-радостно упрекнул командира здоровяк Киран. — Новенькая, ради всех святых, сделай с этим что-нибудь! — и красноречиво потер под носом. — Обогревательные артефакты взбесились! — Он вдруг замер, вытянул шею, едва ли не заглядывая в комнату, после чего бросил на меня возмущенный взгляд и обвинительно поинтересовался: — Эй, а почему у тебя в комнате тепло?

И, не дожидаясь реакции, этот нахал своей огромной ручищей отодвинул меня в сторону как незначительную преграду и протиснулся внутрь. За ним ручейком последовали остальные «отмороженные», поглядывая на меня виновато. Последним на пороге замялся Касьян.

Ну, этот всегда был совестливым.

— Заходи уже, — поторопила я, — пока комнату окончательно не выстудили.

В и без того небольшой спальне стало не протолкнуться. Хорошо, что, в отличие от той же Таськи, я сплю в полностью закрытой пижаме, состоящей из брючной пары. Вот был бы конфуз!

— Классная пижамка, — шутливо прокомментировал Касьян, оценив драконий принт. Парни хмыкнули.

Я смутилась. Драконы были моими кумирами ещё с тех пор, как мне подарили книгу с легендами, где рассказывалось о том, как эти великие создания пожертвовали собой ради спасения мира. Пространственных разломов было несколько, но благодаря им остался только один. Тот самый, у которого находится крепость.

— Так что у вас там произошло? — поспешила я перевести тему.

— Обогревательная система превратилась в морозительную, — сообщил Натан, устраиваясь с ногами на второй кровати. Рядом с ним развалился Веррон. Касьян топтался подле меня, а вот Киран, ничуть не смущаясь, залез под моё одеяло, с удобством устраиваясь на кровати.

Я только глаза закатила, глядя на эту непосредственность.

— У вас тут всегда так весело? — Я вопросительно выгнула бровь.

— Последние несколько месяцев, — не обманул моих ожиданий некромант, — с тех самых пор, как к нам присоединился Ричи. То свет мигает, то стазисный ларь отключается, то сигналки начинают орать по ночам. Весело.

— Если честно, ничего не понимаю, — покачала я головой. Картинка не складывалась. — Ричи хороший артефактор, мы с ним постоянно соперничали на магических играх. Он претендовал на место ученика у известного мастера, — не к месту я вдруг поняла причину, по которой мастер Ла'Вилли из нас двоих выбрал меня. У Ричи был влиятельный отец, а у меня нет. — Уж как настраивать бытовые артефакты, он точно знает, а то, что ты перечисляешь, больше похоже на мелкую месть.

— Ты же знаешь, как стихийники относятся к артефакторам? — ухмыльнулся некромант.

— Что вы ни во что нас не ставите? — иронично изогнула я бровь. К чему он клонит?

— Ну, — Натан смутился под моим насмешливым взглядом. — Не совсем так…

Ага, не так. Из всех магов-прикладников хуже всего относились к бытовикам, которыми становились самые слабо одаренные. У них просто выбора иного не было. Зельеваров старались не трогать, чревато отравлением каким-нибудь неизвестным варевом — ходи потом в разноцветную крапинку, на радость остальным. А нас, артефакторов, вечно шпыняли, дразнили и всячески разыгрывали. На каждого шутника артефактов не напасешься. Мстили, конечно, как могли, но по большей части терпели как неизбежное зло и мечтали о выпуске. Девчонок ещё щадили, а вот мальчишкам доставалось только так.

От пришедшей догадки веселье улетело, зато очень захотелось постучаться головой о стену.

— Только не говорите мне, что свои студенческие замашки вы перенесли сюда и спроецировали на Ричи, — уточнила я, надеясь на чудо.

Пожалуйста, пожалуйста! Пусть они окажутся нормальными ребятами, а не придурками-стихийниками, у которых на фоне сильного дара зашкаливает чувство собственного величия. Мы ж не уживемся!

Увы, боги мои молитвы не услышали, чуда не произошло.

— Ну, подумаешь, пару раз пошутили! — заявил огневик таким тоном, что сразу стало понятно, кто был главным задирой.

Ещё и наверняка преуменьшил количество шуточек.

Остальные парни смутились, только подтверждая мою мысль.

— Извините, конечно, но вы идиоты? — поинтересовалась я уже без всяких шуток. — Правда не понимали, чем вам это аукнется? Сила есть ума не надо, так, что ли? Чего вы ожидали? Что Ричи будет молча сносить ваши подколы?

Это ж надо додуматься издеваться над артефактором, от которого зависят условия проживания! Четыре долбостука с зашкаливающим резервом против одного артефактора, который берет не мощью, а тонкими воздействиями.

— Вы ещё и жалобу на него накатали, — не то возмутилась, не то обвинила. — Поверить не могу!

— Ты уж совсем нас за извергов не считай, — перехватил разговор Касьян. — Пока его шалости не выходили за рамки разумного, все было в порядке. Парни шутят, Ричи мстит, все закономерно. Но я не мог не сообщить, когда он отключил сигналки — Веррон отправился на охоту, будучи абсолютно уверенным, что рядом нет тварей, и нарвался на целую стаю. Его здорово потрепали, чудо, что выжил.

Веррон молча отогнул край одеяла, показывая обнаженную грудь, исполосованную шрамами.

Меня передернуло.

— Ужас какой.

— На этом шуточки и кончились, — поддакнул Натан. — А перенастройка обогревателя скорее из недавних заготовок. Не верил, когда сказали, что отправили запрос на замену артефактора.

— И сколько ещё таких заготовок осталось в крепости?

— Рано или поздно выясним опытным путем, — ухмыльнулся огневик, словно его это все забавляло.

Угу, весело ему. А кому перенастраивать все артефакты?

— Так почему у тебя в комнате тепло? Свой обогреватель, да? — наклонившись, он заглянул под кровать. И вытащил оттуда небольшой самодельный ящик. Выглядел артефакт непрезентабельно — что получилось на первых курсах, то и осталось. Работал, и ладно. — Можно мы заберем? Хотя бы уборную согреть, а то мыться невозможно в таком холоде! Все сморщ…

— Кхм, — прервал Касьян.

— Гм, да. В общем, холодно мыться!

Парни давились смешками — Киран в кои-то веки смутился!

— Ладно, выметайтесь отсюда, мне нужно переодеться, — сообщила этим весельчакам, сама с трудом сдерживая смех.

Веселое утро, ничего не скажешь! А заочно пободаться с Ричи и опять его уделать будет все-таки приятно. Хоть и холодно.

Как только в комнате не стало обогревателя, сразу потянуло сквозняком по ногам. Собралась я в рекордно короткие сроки, однако к тому моменту уборная уже была занята, и умыться, перед тем как отправиться устранять поломку, не получилось. Хотя, учитывая, где мне пришлось ползать следующий час, чтобы восстановить плетения обогревательных артефактов, все к лучшему. Ричи не мелочился! Ребята думали, что это подлянка была специально для них, но, как по мне, Ричи мстил не столько сослуживцам, сколько тому, кто придет на его место.

Дабы постоянно не перенастраивать каждый артефакт по отдельности — а в крепости я насчитала пятнадцать обогревателей, — их все зациклили на центральный. Поставишь его на обогрев зимой или на охлаждение в жару, и остальные переключатся автоматически. Первичная установка такой цепи муторная до зубовного скрежета, но в конечном итоге оно того стоит. Удобно. И Ричи, зная это, не поленился и сбил настройки у каждого элемента цепи. Да, не мелочился — гадил с энтузиазмом и подвывертом. Все пятнадцать связей были испорчены по-разному.

Вот прибила бы, честное слово!

В общем, на второй этаж я вернулась грязная с ног до головы, лохматая, словно волосами пол подметала, и в скверном расположении духа. В уборную просто летела, мечтая лишь о горячей воде — пальцы замерзли так, что я их практически не чувствовала. И конечно, по закону подлости, уборная оказалась занята. Едва я потянулась к ручке, как дверь распахнулась. Я по инерции сделала ещё шаг вперед, нога на мокром полу поехала вперед, и моя филейная часть наверняка бы встретилась с полом, если бы не сильные руки, подхватившие меня.

Ещё до того, как увидела лицо спасителя, я уже его узнала. Хватило доли секунды. Может, по знакомому хвойному аромату, исходящему от обнаженной груди пышущей жаром после помывки, может, по пальцам, что обжигали мою кожу даже сквозь рубашку, или по тому, что давно позабытая искра волнующего ожидания, предвкушения прошла по всему телу, как только Касьян прикоснулся ко мне.

Нахлынувшие чувства не столько удивили, сколько напугали.

— Осторожнее, — произнес мой спаситель так спокойно, словно это не с его бедер вот-вот соскользнет полотенце.

Я мысленно дала себе оплеуху. Приди в чувства, Иветта!

— Непременно, — ответила я самым сухим тоном, на какой только была способна в сложившейся ситуации. Ловко вывернувшись из объятий, сделала шаг назад и, не позволяя себе пялиться на точеную полуобнаженную фигуру, прищурившись, взглянула командиру прямо в глаза. И отчитала: — Надеюсь, это первый и последний раз, когда я увидела тебя в подобном виде.

— Ну, допустим, не первый, — тонко ухмыльнулся Касьян. — И мне казалось, тебе понравилось.

Удивительно, но я даже не смутилась. Вместо этого внутри проснулось раздражение.

— Выдавал желаемое за действительное? — я слегка наклонила голову, растягивая в улыбке напряженные губы.

Какого дьявола он вдруг вспомнил наше нелепое знакомство? Решил поностальгировать? Так я в этом участвовать не желаю! В отличие от него, мои воспоминания болезненные. Как выяснилось, даже наведенной влюбленности оказалось недостаточно, чтобы окончательно забыть его.

— Не думаю, — в глазах светились озорство и лукавство. Может, отдавить ему босую ногу ботинком, чтоб не улыбался? — Но мысль я уловил, — продолжил он уже без иронии. — Мы с ребятами ещё не привыкли к тому, что правила поведения в связи с появлением в команде девушки изменились.

— Значит ли это, что надо мной «подшучивать» не будут? — и интонацией показала все, что думаю об их шутках.

Нет, они, конечно, могут попробовать, и тогда мы сразу выясним кто, чего и как. Я ведь отомщу, за себя и всех обиженных артефакторов скопом.

— Я не позволю, — голос Касьяна стал холоднее, словно я оскорбила его в лучших чувствах.

Угу. Что ж ты, голубчик, Ричи так не защищал?

— Было бы отлично, спасибо. А теперь, может, уже пропустишь меня? Или мы так и будем тут торчать до самого вечера?

Касьян, спохватившись, сделал шаг в сторону, и я наконец смогла укрыться от его пристального взгляда за дверью.

Глубокий вздох вырвался из груди и отозвался дрожью во всем теле, стоило только взглянуть в зеркало. Щеки горят, глаза блестят. И я ещё собиралась ему мстить? По-моему, я сама себя загнала в ловушку, отказавшись от предложения покинуть это место, когда представился такой шанс! Дура!

Так, ладно. Мне просто стоит почаще себе напоминать, что он тот самый Касьян, который когда-то разбил мне сердце. Ну и мой командир, конечно. И придерживаться субординации. У нас должны быть чисто профессиональные отношения, как у начальника и подчинённого, а значит, перво-наперво, никаких разговоров на отстраненные темы. Никаких общих воспоминаний. Точка.

Сделав себе внушение, я окончательно успокоилась. Помылась, переоделась, привела себя в порядок. И уже совсем с другим настроением спустилась вниз к ребятам.

У стены тихонько тарахтел мой обогревательный артефакт.

— Система отопления восстановлена, но учитывая, что дом выстудился, потребуется время, чтобы его вновь прогреть, — сообщила я, плюхнувшись на свободное место. — Спать уже будете в тепле.

— Ты наша спасительница, — вздохнул огневик, поежившись.

Остальные дружно закивали, не прекращая жевать.

— Накладывай себе еду, — сообщил Натан, кивая на пустую тарелку. — Вот тут каша, — ткнул ложкой в кастрюлю, а тут — мясо. Поторопись, пока Киран все не съел.

Я пожала плечами. До мяса в такое время мне и дела не было. Решила обойтись кашей с вареньем.

— Кстати, новенькая, как у тебя с готовкой? — поинтересовался огневик чуть погодя. — У нас тут что-то вроде дежурства, завтра твоя очередь. Надеюсь, привнесешь в наше меню разнообразие.

Я чуть не подавилась от столь прекрасной новости.

— Отвратительно, — предупредила на полном серьезе.

— Ой, да ладно тебе заливать, — отмахнулся этот смертник. — Ты ж девчонка. А девчонки все умеют готовить.

Спустя короткую паузу я весело рассмеялась. Ну и глупость!

— Будь тут мои подруги, они бы знатно повеселились, услышав такое заявление, — заметила я, стараясь не хихикать. — Одна прекрасно варит яды, другая из нежити делает стейки, у третьей пациенты после её лечебных бульонов мечтают отправиться на тот свет, чтобы не мучиться.

— Какие у тебя интересные подруги, — расхохотался Веррон, запрокинул голову. — Надо бы с ними познакомиться!

Остальные смеялись, но куда более сдержанно. Кажется, они мне не поверили. Наивные.

— В общем, я не то что готовить не умею, а не знаю, с какой стороны подойти к плите. Как её сделать — знаю, а как использовать по прямому назначению — без понятия. Артефакторика не предполагает изучения дисциплин по домашнему хозяйству, поэтому я предлагаю обмен. Кто из вас лучший повар?

— Натан, — хором произнесли члены команды. Киран даже пальцем ткнул в его сторону.

Серьезно? Некромант у плиты?

— Да, ты полон сюрпризов, — протянула я изумленно. Маг усмехнулся и уставился на меня с интересом, скрестив руки на груди, словно выжидая, что же я ему предложу. — Ты готовишь за меня, а я делаю тебе, скажем, три артефакта за свой счет. Что скажешь?

— Любых? — мужчина поддался вперед.

— Я не всесильна, — качнула головой, отодвинув пустую тарелку и потянувшись за чайником. — В рамках разумного, конечно, но, думаю, мы договоримся.

— Стазисный ларь для хранения ингредиентов сможешь сделать? Вот такой, — уточнил он, разведя руки в стороны, чтобы показать приблизительные габариты. — Мой совсем маленький, в него практически ничего не помещается.

Стазисный ларь — это вообще не проблема, работенка для шестикурсника. Я кивнула.

— И потом придумаю ещё что-нибудь.

— Идёт.

Я вздохнула с облегчением. Одной проблемой меньше.

Дальше слово взял командир. Обращался он по большей части ко мне, но остальные слушали не менее внимательно.

— Первоочередная задача на сегодня — проверка артефакта у разлома. Надо понять, действительно ли купол звенит, или Натану показалось. Потом проверяем сигналки — хочу быть уверенным, что все работает как надо. Территория огромная, сигналок пара сотен — за несколько дней должны управиться.

— Сделаю, — я кивнула.

Напоследок ребята прошлись по технике безопасности. Никуда от них не отходить, под руку не лезть, при появлении тварей держаться за спинами, а не бежать куда глаза глядят.

— Так, — командир хлопнул по коленям и встал из-за стола. — Даю десять минут на сборы, и выдвигаемся. Да, кстати, Ив, — убедившись, что я вся внимание, он продолжил: — Я тебе сейчас выдам оставшиеся кристаллы, которые изъял у Ричи после случая с сигналками. Расход энергии за последние месяцы увеличился практически вдвое, поэтому кристаллов осталось очень мало. Вечером будет свежая поставка — примешь по всем правилам.

— Расход увеличился только в этом секторе? — нахмурилась я, услышав об этом впервые.

Мастер о подобном не упоминал.

— Нет, в остальных секторах ситуация идентична. Сперва разница была незаметна, но с каждым месяцем расход растет. Умники из ваших пытаются выяснить, что изменилось, куда уходит энергия, но пока безрезультатно.

Если так, то понятно, почему Касьян так зацепился за предупреждение Натана. Если к «прожорливости» купола добавился ещё и звон, то ситуация вырисовывалась паршивая. Это, конечно, были только мои догадки, но звук мог исходить от купола лишь в том случае, если сектора, на которые он разделен, вдруг стали разнозаряженными.

И мне эта мысль совсем не понравилась.

Оказавшись на улице, я зябко поежилась. Солнце уже взошло, но воздух ещё не прогрелся. Все-таки были мы на плато.

Вокруг — величественные хребты, вершины гор, подпирающие небеса, обрывистые склоны, о которые разбивались вечные ветра. И если в непосредственной близости от крепости бушевала живая природа, нетронутая, первозданная — холмы, поросшие густой растительностью, с высокими хвойными лесами, — то, чем больше мы отдалялись, тем отчетливее я видела, как местность становится дикой, какой-то мрачной, серой, почти безжизненной. Замершей.

— Почти на месте, — предупредил командир.

Я и сама поняла, что мы уже недалеко от купола. Тропа все круче забирала вверх и почти терялась в мертвом мелком щебне. Ни травинки, ни сухостоя, лишь невысокая насыпь, широкой дугой обозначающая границу безопасности. Дальше — кратер разлома, закрытый драконьим щитом. Ещё дальше — смерть.

В первую секунду я решила, что купол черный, абсолютно непроницаемый, но, подняв взгляд выше, ахнула: вершина его оказалась прозрачной. И под солнечными лучами было отчетливо видно, как на едва видимые глазу стенки подобно волнам, бьющимся о скалы, накатывает непроглядная тьма, пытаясь разрушить преграду и вырваться наружу.

— Получается… он практически полностью заполнен этой самой тьмой? — спросила я ошеломленно, пытаясь представить глубину кратера. — Сколько же ее там, если я даже весь купол не могу охватить взглядом?!

— И что прячется в ней? — мрачным голосом продолжил мысль Веррон, похлопав меня по плечу.

Словно в ответ на этот вопрос под куполом сверкнула молния, на мгновение разгоняя тьму и позволяя разглядеть очертания нескольких десятков, а то и сотен жутких тварей, стоящих у самой границы. Они внимательно следили за нами светящимися глазами.

От неожиданности я вздрогнула и непроизвольно сделала шаг назад, едва не потеряв равновесие на неровной поверхности.

— Спокойно, — раздался уверенный голос Касьяна совсем рядом. — Ты для них недосягаема.

Я кивнула, признавая его правоту, но ответить не смогла. Умом понимала, но страх все ещё сжимал горло подобно тискам. Боги милостивые, зачем я на это подписалась? Лучше бы у гномов в горах отсидела вторую практику, честное слово! А если я сделаю что-то не так? А если поврежу артефакт? Граница рухнет — и все эти твари по моей вине…

— Эй, новенькая, — окликнул Киран, отвлекая меня от панических мыслей, — если не перестанешь так трястись, я придумаю тебе новое прозвище. Буду звать зайчонком, как тебе?

— Что? — опешив от такой наглости, я упустила нить размышлений. — Какой я тебе ещё зайчонок, верзила?

— Трусишка зайка серенький… — напел он, хохотнув, и перешел на свист.

Я прищурилась, глядя на огневика, но ничего умного в ответ придумать не могла. Да и не признать, что он мастерски меня отвлек, тоже. Тут скорее благодарить нужно.

— Вы слышите звон? — тихо поинтересовался Натан. Парни вмиг подобрались, став серьезными. Воздух сгустился от витающего вокруг напряжения. — Похоже на звук ударяющихся стеклянных бокалов.

Все замерли, прислушиваясь. Казалось, даже ветер утих, не желая мешать. Но шло время, а никто так ничего и не разобрал. Киран открыл было рот, но в этот момент звон все же прозвучал.

— Вот! — воскликнул Натан. — Слышали?

— Да, — произнесла я напряженно, испытывая неприятные ощущения, вроде бегающих по спине мурашек и холодка, следующего за ними. Мысль о том, что мои предположения могут оказаться не такими уж и бредовыми, не вселяла уверенности.

— Да? — изумился командир, взглянув на меня с недоверием. — Уверена? Я ничего не слышал.

— Я тоже, — подтвердил Веррон, разведя руками, отчего полы его незастегнутой куртки распахнулись, открывая вид на толстую вязаную кофту.

Киран лишь головой помотал, мол, ничего.

— Абсолютно, — ответила спокойно и твердо, стараясь не показывать волнения, которое испытывала. — Звук чистый, достаточно громкий. Действительно похож на звон бокалов. Как вы можете его не слышать?

Натан вздохнул с видимым облегчением. Мол, слава богам, я не сумасшедший. Нас теперь таких как минимум двое.

— Значит, не показалось, — произнес он.

— Ну, видимо, нет, — командир перевел взгляд с меня на него и обратно. — Только понять бы теперь, почему, кроме вас, этого звона никто не слышит?

— Может, у новенькой тоже кто-то из предков согрешил с двуликими? — предположил Киран.

Не похоже было, что он шутил.

Я в ответ пожала плечами. О своей семье я не знала практически ничего, подтвердить или опровергнуть предположение не могла.

— Ладно, пусть умники решают эту задачку, — подвел итог командир. — Наше дело — сообщить.

Все согласились, и мы двинулись дальше.

Но не успели сделать и десятка шагов, как звон повторился. И следом ещё раз. Мы с Натаном, не сговариваясь, обеспокоенно переглянулись, что не укрылось от внимания остальных.

— Что? Опять звон?

— Ребят, предлагаю поторопиться, — бросила я нервно, ускорив шаг. Голос дрожал, внутренности скрутило от нехорошего предчувствия.

Что-то было не так.

Парни, ни на долю секунды не выказав недоверия, тут же перестроились, взяв меня в импровизированную коробочку. А когда донесся очередной звук, грязно выругались. Это был даже не звон, а скорее скрежет стекла по стеклу. Настолько громкий, что теперь его слышали все.

— Бежим, — отрывисто бросил Касьян, и мы рванули вперед.

Только бы успеть!

12. О том, как защита пала

Наверное, это был первый раз, когда я вспомнила изнурительные тренировки в академии с благодарностью. Страх придавал мне сил, и я бежала так быстро, как никогда, стараясь не сильно отставать от парней, которые, в отличие от меня, тащили на себе ещё и холодное оружие.

Какое счастье, что я не боевой маг!

Добравшись до места, я позволила себе осмотреться, пока восстанавливала дыхание. Поверхность купола вблизи больше всего напоминала жидкое стекло. И оно, к моему ужасу, в некоторых местах шевелилось, бугрилось, словно кто-то изнутри его продавливал. Надо было успокоительную настойку выпить перед тем, как идти сюда. Все-таки впечатления не для слабонервных. Хотя я себя к последним не причисляла, по крайней мере, до сегодняшнего дня.

— Звон не из нашего сектора, — сообщил Натан, прислушавшись к очередному звуку. — Вы заметили? С этой точки он стал словно бы тише.

— Может, ветер доносил до нас звук из соседнего сектора? — предположил Киран.

— Вполне возможно, что проблемы не у нас, а у соседей, — пришел к выводу командир.

У каких именно соседей? Купол разделен на шестнадцать секторов. Чтобы проверить каждый — нужно время. А если ты ещё не знаешь, что искать… Неудивительно, что проблему до сих пор не обнаружили.

Я поймала взгляд Касьяна, который как бы говорил: за работу.

Запретив себе вновь вглядываться во тьму и проклиная дрожь в коленях, я двинулась вперед. Туда, где виднелась специальная отметка.

Крышка металлического короба, защищающего артефакт от внешних воздействий, была щедро присыпана земляной крошкой. Пришлось немного повозиться, чтобы получить к нему доступ.

Даже имея представление о том, что внутри, я все равно зависла на несколько секунд, впервые увидев мерно гудящее древнее изобретение. Язык прилип к небу — так пересохло во рту от восторга и страха перед ответственностью, нахлынувших на меня одновременно. Это ж первый драконий артефакт, чьи плетения я могу рассмотреть! И если с верхним слоем мне все было понятно — мастер Валленштайн показывал схемы, то последующие слои… были невероятно сложными. Какие-то комбинации — мизерную их часть — я понимала благодаря работам гранд-мастера Ширу, известного мага, посвятившего свою жизнь изучению драконьей магии. Как-то раз он давал в нашей академии парочку открытых факультативов для всех желающих. Но занятия были сугубо теоретическими. А как иначе, если в тебе нет и толики крови древних созданий? И сейчас большая часть действующих плетений ставила меня просто-напросто в тупик. Как это, дьявол, работает? Каким законам подчиняются эти связки? А руны? Да я таких никогда не видела ни в одном учебнике даже из закрытой секции!

Так, ладно. Ив, не отвлекаемся! Сейчас не время изучать детали.

Лунные кристаллы, подпитывающие драконий купол, и обычные, из горного хрусталя, которыми я активировала защиту у крепости, не имели между собой ничего общего. Первые — размером с мою ладонь — способны были впитать в себя столько энергии, что хватило бы на несколько десятков лет непрерывной работы какого-нибудь обогревателя. Страшно представить ценник, поступи они когда-нибудь продажу. И тем не менее на поддержание купола уходила прорва столь мощных накопителей.

Артефакт подпитывался сразу от трех лунных кристаллов, два из которых были абсолютно прозрачны. Пусты. В третьем оставались крохи энергии. Ещё бы чуть-чуть — и…

Стараясь не думать о плохом, я, вспомнив урок мастера Валленштайна, с огромной осторожностью заменила кристаллы на полные. Удивительно, но у меня даже руки не тряслись — не иначе как привычка к жесткому контролю эмоций при работе с плетениями вернулась. Когда своё место занял третий кристалл, я вздохнула с облегчением.

Не знаю, показалось мне или нет, но тихое гудение, исходящее от изобретения драконов, изменило тональность на более уверенную. И кошмарное жидкое стекло — вот оно точно уплотнилось.

— Готово, — сообщила я, убедившись, что через плетения потекла энергия из кристаллов. — Я закончила!

— Мы почти тоже, — пропыхтел откуда-то сбоку Касьян.

Не поняв, что за странные шорохи раздаются позади, я обернулась, а в следующую секунду резво вскочила на ноги и отпрыгнула в сторону. К собственной гордости, крик смогла сдержать — хотела бы я сказать, что совсем не испугалась, но, если уж начистоту, вопль просто застрял где-то в горле.

К ногам подкатилась лохматая башка чудовища. Ровно так, что глаза, свет в которых угасал, были направлены прямо на меня. Я невольно передёрнула плечами. Гадость какая! У ног командира, в руках которого полыхали огненные клинки, покоилась оставшаяся часть зверюги. Вокруг лежало ещё несколько тел.

— Откуда они тут взялись? Не было ведь!

— В этих местах никогда нельзя терять бдительность, — сообщил Веррон и пошевелил рукой. Земля взбугрилась и приняла в свои объятия останки изничтоженных чудищ.

— Ну что там? — Касьян кивнул на купол. — Есть проблемы? Ричи ничего не натворил?

— Нет, — я покачала головой, вообще сомневаясь, что бывший артефактор на такое способен. По крайней мере, я хотела в это верить. — Плетения в норме, а вот кристаллы пустые.

— Все? — изумился он. — Что за шутки? Мы недавно их меняли!

Ответить я не успела — вновь послышался натужный звон.

— Там, — проговорили мы с Натаном одновременно, указывая вправо, вдоль границы купола.

Парни проследили за направлением и разом нахмурились, напряженно о чем-то думая.

— Возможно, их кристаллы на грани истощения? — озвучила я самое вероятное на мой взгляд предположение. — Команда может и не догадываться об этом.

— В том секторе девятый уровень опасности, — предупредил Касьян. — Если их щит рухнет, остальные долго не продержатся.

Девятый? Практически максимальный!

— Новенькая права — проверяющие могут быть не в курсе. Мы бы тоже не узнали, придерживайся графика обходов. Предлагаю прогуляться и выяснить, что у них там происходит, — предложил Киран, почесав затылок. — Вдруг нужна помощь?

Я взглянула на него иначе. Этот парень каждый раз меня удивлял. То шалопай, то вдруг такой ответственный и серьезный, что оторопь берет.

— Я «за», — согласился Натан.

— Все равно мы хотели проверить сигналки, так какая разница, откуда начинать? — пожал плечами Веррон. — Дойдем до границы и там уже сориентируемся.

Решив не терять время, мы вновь побежали, периодически переходя на быстрый шаг. Мне пришлось затянуть лямку на сумке, чтобы она не болталась, мешая. По мере продвижения к границе звон усиливался. В какой-то момент он стал звучать практически непрерывно.

Примерно минут через пятнадцать мы увидели отметки, разделяющие сектора.

— Ребят, смотрите, — указала я на купол.

Даже на расстоянии было видно, что «жидкое стекло» в этой его части уже не просто бугрится — вспучивается волдырями. А в некоторых местах щита и вовсе образовались дыры, через которые наружу вился черный дымок тьмы.

— Тварий с… лучай! — прорычал Касьян, в последний момент сдержавшись.

Остальные выругались намного грубее, да только половины слов было не разобрать. Воздух разрезал пронзительный звук сирены, от которого у меня едва не лопнули барабанные перепонки. Резкий, громкий, предупреждающий об опасности сигнал заставил в считанные доли секунды полностью собраться.

— У нас ещё остались кристаллы, мы можем успеть! — крикнула я, сделав несмелый шаг вперед.

— Куда прешь вперед батьки? — рявкнул Киран, обгоняя меня.

Это стало толчком к действию. Не сговариваясь, все рванули к следующей точке.

Звуки завывающей сирены подгоняли, играя на туго натянутых нервах такие мелодии, что сердце заходилось в бешеном стуке. Каждый из нас понимал, что мы можем не успеть, но пока есть хоть крошечный шанс, надо действовать. А если не сможем… так и так шансы на выживание невелики.

Вскоре показалась группа магов, отбивающихся от нескольких тварей, защищая склонившегося над артефактом мастера. Я было обрадовалась — мы не одни в этой передряге! Но тут один из членов команды — девушка с шикарной белой косой до талии — обернулась и бросила огромный огненный шар.

— Не-е-ет! — вскрикнула я от ужаса, протянув руки вперед — моё тело осознало случившееся раньше разума.

В следующий миг фаербол врезался в артефактора, превращая его в кучку пепла.

Как… за что? Почему?

Время для меня остановилось. Голова опустела, а тело двигалось по инерции вперед и ощущалось каким-то чужим. Я бы свалилась как подкошенная, если бы не Касьян и Натан, что подхватили меня под локти сразу с двух сторон и, не замедляя хода, потащили вперед. Именно потащили, потому что мои ноги волочились по земле, сил идти самостоятельно не было.

— Соберись, ну же, — донесся сквозь вой сирены голос командира. — Ты нам нужна! Ты единственный артефактор в округе, Иветта!

Единственный артефактор… Нужна…

Нужна!

Эта мысль помогла собраться, ободрила и прогнала страх. Надо — значит справлюсь. Направив все свои силы на подавление эмоций, я пыталась подстроиться под бег парней, но ноги заплетались, отчего я пару раз чуть не свалилась. Но в какой-то момент все же смогла вернуть контроль над телом.

Мы уже были близко. Так близко, что Киран убил парочку тварей, Веррон отсек нескольких с помощью стены из земли. Мы почти добрались, до артефакта оставались считанные метры, — и тут раздался хлопок. В воздухе повис тонкий металлический звон, словно лопнула струна.

— Щит! — заорал незнакомец, тыкая в купол пальцем.

Все замерли.

Время замедлилось, ветер стих. Звук сирены звучал как-то особенно надрывно.

Я недоверчиво смотрела на то, как один из шестнадцати секторов купола падает на землю сверкающим и угасающим на лету крошевом.

— Все ко мне! — отдал Касьян приказ громким, твердым, непоколебимым голосом так, чтобы услышали не только мы, но и другая команда. — Ближе! Иветта, обними меня со спины! Остальные: на раз-два-три ставим щиты!

Я повиновалась, не раздумывая. Как-то быстро пришло понимание, что это единственное место, где я не буду никому мешать.

— Раз! — к нам подбежали два здоровых парня. — Два! — в круг вступил ещё один мужчина, таща за руку миниатюрную девушку. Следом за ними появились ещё двое — та самая девица, что убила артефактора, и примерно в десяти метрах от неё молодой парень. — Три!

Куполообразный щит над нашей небольшой группой появился за долю секунды до того, как из образовавшейся бреши в драконьей защите хлынула тьма.

В последний момент один из мужчин успел затащить под защиту предательницу-блондинку. А вот молодой парень… никак не успевал до нас добраться.

— Быстро! — надсадно и отчаянно орала блондинка. — Ноэль, беги! Сучий ты потрох, беги!

Но тот с выражением обреченности в глазах остановился. Замер, словно понял, что его усилия бессмысленны. Установил вокруг себя щит и взглянул на идущую на нас волну.

Через мгновение все вокруг заполонила непроглядная тьма, накрывая нас с головой.

Некоторое время стояла тишина, нарушаемая лишь звуком сбившегося дыхания и завывания тварей, вырвавшихся из заточения. Плотная темнота давила со всех сторон. Мысль о том, что нас от мгновенной смерти отделяет лишь тонкий универсальный щит, полностью зависящий от ведущего мага, приводила в ужас. Касьян, конечно, силен, но и его резерв небесконечен.

Прошептав заклинание, я запустила светлячок и, выглянув из-за спины Касьяна, к которому от страха прилипла как банный лист, осмотрелась.

Все стояли так кучно, как только позволяли оборонительные позы, и выглядели напряженными, словно ждали, что щит в любой момент исчезнет. Растерянными и, чего уж отрицать, испуганными. Никто из них с таким прорывом не сталкивался. Да, было обучение, инструктаж, тренировки. С одним большим таким «но» — похоже, что все тренинги были направлены на единичные прорывы, которые периодически случались, и предполагали целостность купола. Я видела, что эти бывалые люди с трудом держат себя в руках, а что делать мне — фаерболами не пуганной? Нервная система была на грани. Только благодаря Касу я ещё более-менее держалась. Как в прямом — вцепившись в него, — так и в переносном смысле. Утешало одно — я не выпускник боевого факультета, мне простительно.

Маги зашевелились, поняв, что прямой угрозы нет.

— Мы идём за Ноэлем! — заявила блондинка таким приказным тоном, что сразу стало ясно — отдавать команды ей не впервой. — У него ещё есть шанс!

— Какой к дьяволу шанс, Элена? — саркастично ответил мужчина, чье лицо уродовал шрам, пересекающий широкий лоб, бровь и висок справа налево. Он прижимал к себе вторую девушку, и не сказать, что та была от этого в восторге. По крайней мере, она пыталась вывернуться из этой медвежьей хватки. — Мой резерв практически пуст, как и у остальных, — он обвел рукой вокруг, указывая ни на кого конкретного и на всех одновременно. — Парень уже умер! Нам надо уносить задницы отсюда, пока мы не последовали за ним!

«Трус», — охарактеризовала я его мысленно. Товарищ на расстоянии нескольких метров, а он даже попытаться не хочет, думает только о своей шкуре!

— Ты ничего не решаешь, ни за что не отвечаешь, — припечатала Элена, смерив шрамированного презрительным взглядом. — Кас, — обратилась она к нашему командиру, словно они были знакомы сто лет и могли называться хорошими друзьями, — по праву старшинства я беру командование на себя.

Касьян обвел взглядом своих подчиненных, которые вовсе не были в восторге от открывающихся перспектив, и отрицательно качнул головой.

— Ни я, ни моя команда тебе подчиняться не будем, — не согласился он. — Понятия не имею, что у вас произошло, но в твоём секторе рухнул щит, а ты на наших глазах убила своего артефактора. Единственного, кто мог что-то исправить, и кого ты обязана была защищать.

Стоя на шаг позади, я чуть-чуть расслабилась. Подчиняться этой ненормальной? Ещё чего не хватало!

— Ты не понимаешь того, что видел! — ничуть не тушуясь, заявила Элена так уверенно, словно у нее лицензия была на сжигание подчиненных.

Удивительно, но её бойцы молчали. Что у них там произошло? Они что, считают её правой?

— Если выживем, командование разберется, — Кас не только не собирался обсуждать случившееся, тратя на это драгоценное время, но и сразу дал понять, что ему это не по чину. — Ты себя дискредитировала, поэтому сейчас будет так, как я сказал. Я командую, ты исполняешь. Это понятно?

Я ожидала, что она не согласится. И будет настаивать на своём до последнего. Все же Касьян, судя по всему, ниже званием. Однако, к моему удивлению и облегчению, Элена пусть и нехотя, но кивнула.

— Есть, командир, — бросила она.

Так же согласно кивнули двое мужчин, похожих друг на друга как близнецы. В одинаковой защитной форме их вообще было не различить, если бы не волосы — у одного белые как снег и заплетены в косу, у другого чёрные как ночь и собраны в низкий хвост. Шрамированный демонстративно сложил руки на груди, мол, ну-ну, послушаем. На вид он был старше Касьяна лет на семь-десять и, как мне кажется, собирался оспаривать любой приказ. Девушка же, напротив, была сосредоточенной и готовой выполнять все, что ей скажут.

— Хорошо. — Шире расставив ноги, Касьян огласил план действий: — Сейчас мы идём к артефакту. Нам надо закрыть брешь — чем дольше тянем, тем больше тварей выбирается наружу. По пути подбираем вашего парня, если он на том же месте.

Меня передернуло. Вполне возможно, что несчастного Ноэля уже схарчили. Или утащили.

— Это самоубийство, — резким голосом вмешался рыжий, поправив куртку, порванную в бою и местами залитую кровью. Так и знала, что не смолчит! — Я не желаю в этом участвовать. Нам надо найти безопасное место, пока ещё можем, и дождаться подмоги.

— Это приказ, а не голосование, — одернул его Кас ледяным тоном, показывая, кто тут главный. Рыжий зло выдохнул, но промолчал. Выбора у него не было. Либо со всеми, либо сам себе — а резерв у него пустой, сам сказал. — Напоминаю: в движении универсальный щит жрет вдвое больше энергии, а удерживать его сложнее — двигаться придется очень синхронно, иначе мы можем лишиться защиты в любой момент. Все помнят схему построения в таких ситуациях?

Вопрос был риторическим, ребята тут же начали перестраиваться. Я же о подобном даже не слышала, так что с интересом наблюдала, стараясь не мешать.

— У меня есть несколько накопителей, — сообщила негромко.

— Отлично, Ив, — командир явно был рад новому ресурсу, на который и не рассчитывал.

Ха, если бы он только знал, что я таскаю с собой на постоянной основе и в каких количествах! Да если понадобится, мы под этой защитой и переночевать можем. Не с роскошью, но с комфортом.

— У нас тоже есть накопители, — сообщила глава второго отряда, которую я мысленно звала не иначе как блондинкой, и дернула меня за рукав, привлекая внимание. Я лишь усилием воли не отшатнулась — перед глазами еще стоял тот роковой фаербол, который спалил моего коллегу. — Давай мне свои кристаллы и занимай вон то место, — она махнула на образовавшуюся пустоту между близнецами.

Ага, вот прямо бегу — волосы назад. Раскомандовалась.

— Нет, — пресек самоуправство чужачки Касьян. — Передай кристаллы Иветте, подпитывать меня будет она.

— Я ещё и целитель, Кас! — не то напомнила она, не то попыталась уговорить. Ещё один двойной маг? Да тут прямо кладезь талантов! — И есть опыт. У меня это получится лучше.

Даже кристалл вынула. Для убедительности, что ли?

Я затаила дыхание, нехотя признавая её правоту. Передать энергию деликатно и безболезненно, как бы это сделала она, я не смогу. Хотя, с другой стороны, кто знает, когда у огневички крышу снесет, целитель она или нет, а огонь накладывает на характер определенный отпечаток. Я бы и в спокойной обстановке ей свой резерв не доверила, не то что в смертельной опасности. Ещё и после того, как она убила одного из своих.

— Да, — согласился Касьян. У меня дыхание перехватило. — Но тебе я свою спину не доверю.

Я немного расслабилась.

Отповедь Каса блондинка приняла молча. Хмурый взгляд достался мне — изучила, кажется, каждую волосинку на моей голове, как будто там показатели моей квалификации зашифрованы. Наконец решилась — молча протянула мне свой кристалл. Но стоило только коснуться его, как я отдернула руку, обжегшись. Накопитель упал на землю.

На мне скрестились недружелюбные взгляды.

— Касьян, может, все-таки передумаешь? — Как ни в чем не бывало целительница подняла накопитель. — Ты посмотри, у неё от страха руки трясутся, она даже сосредоточиться не сможет.

Я вспыхнула. И ничего не трясутся!

Даже взглянула на ладони, желая убедиться. Только вот незадача — руки дрожали. Едва заметно, но все же. Может, она права, и я действительно слишком разволновалась?

Пытаясь понять, что происходит, вновь взяла у Элены кристалл и тут же почувствовала, как ладонь пронзило острой болью. Не сдержавшись, коротко вскрикнула, роняя дурацкий накопитель. Касьян его поймал прямо в воздухе — ему кристалл не причинял никакого дискомфорта.

— Ив, что происходит? — он был не на шутку обеспокоен.

— Понятия не имею, — покачала головой. — Но с этим накопителем что-то не так.

И, не дожидаясь порции новых вопросов, вытянула ладонь вперед: на коже появились первые волдыри.

— Чувство такое, как будто раскаленный уголек схватила.

Киран негромко присвистнул — ему ли, огневику, не понять, о чем я толкую? Натан отодвинул потрясенно застывшую Элену и осторожно перехватил мою руку за запястье.

— Это сильнейший ожог, — констатировал он, проведя диагностику, после чего принялся за лечение.

Я вздохнула с облегчением, как только боль отступила.

— Элена, вытаскивай все свои кристаллы, — приказал Касьян, нарушив вязкую тишину. Блондинка непонимающе взглянула на него, пребывая в прострации. — Живо! — рявкнул он так, что вторая девушка подскочила на месте.

Элена нелепо засуетилась, но тут подошел один из близнецов, и просто забрал у неё сумку. Порывшись внутри, он вытащил мешок с кристаллами.

— Иветта, проверь, есть ли тут ещё бракованные накопители? — попросил Касьян.

Взяв мешок, я села на корточки и просто вытряхнула содержимое на землю. Кристаллы даже в руки брать не требовалось — стоило только поднести ладонь к камню на расстояние сантиметра, как кожу тут же пронзали сотни раскаленных иголок.

— Все, — пришла я к неутешительному выводу, не в силах понять, как это работает. — Даже лунные накопители.

— Ты их даже не касалась! — обвинительно произнес близнец, словно желая уличить меня во лжи. Его злость, казалось, ослабила сияние светляка. Или это тьма за нашим щитом сгустилась? — Как ты это определила?

Мне бы кто объяснил!

— Даже на расстоянии я чувствую сильный жар, исходящий от них.

— И мы должны тебе поверить на слово? — презрительно сказал тот, со шрамом. — Возьми их все в руки, чтобы мы видели!

— Ищи другую дуру для представления! — огрызнулась я в ответ на идиотское предложение. — Мне этими руками ещё восстанавливать артефакт у разлома! Или этим хочешь заняться ты?

— Мы разберемся с этим потом, — прекратил нашу перепалку командир, ловко собрав кристаллы обратно в мешочек и передав Натану, у которого была сумка. — Ив, у тебя много накопителей?

Чтобы оценить запас, я вытащила из сумки свои кристаллы. Точно такие же, как у Элены. Только вот они не обжигали. Напротив, приятно холодили руки.

Учитывая, что израсходовала на активацию старой защиты крепости я не так много накопителей из общей массы, количество было приличным. Затаривалась-то на год!

— Этого хватит. Все, идем, — прозвучал приказ командира. Меня же Касьян привлек к себе за руку и, едва наклонившись, тихо напомнил: — Как тогда, на магических играх. Справишься?

Я подняла голову, чтобы взглянуть ему в глаза, и тихо, но твердо пообещала:

— Справлюсь.

Несколько лет назад на кону стоял ерундовый приз, сейчас — наши жизни. Конечно, я справлюсь!

13. О том, как спасали товарища

Все заняли свои места. Купол сжался. И мы, подстраиваясь друг под друга, двинулись на выручку магу. Я старалась держаться как можно ближе к Касьяну и дышать с ним в такт, готовая в любой момент начать передавать ему энергию из накопителей.

— Мы на месте, — вскоре сообщил Веррон, который отвечал за поиск Ноэля. Парень был универсалом, но для защиты призвал именно стихию земли, и Веррон чувствовал её отголоски. — По ощущениям, он должен быть именно тут. Но…

Ноэля в этом месте не было.

— Ты мог ошибиться?

— Сам ничего не понимаю. Струйка силы сочится отсюда, — он указал пальцем себе под ноги. А через секунду буквально подскочил: — Ох ё! Ну-ка, разошлись! Нужно свободное место.

Купол вновь раздвинул границы, стало посвободнее. Веррон шевельнул рукой, земля под ногами зашевелилась.

— О боги! — воскликнула Элена раньше, чем остальные вообще сообразили, что происходит.

Она упала на колени и принялась лихорадочно отгребать рыхлую землю.

— Не лезь, — рыкнула она на нашего земляного, — лучше руками… Не дай бог кокон повредишь — он задохнется.

Я круглыми глазами смотрела на то, как мужчины вытащили чудика, который ради спасения похоронил себя заживо. Девушка, обхватив лоб и затылок парня ладонями, вливала в него целительскую силу. Через пару мгновений тот, приходя в себя, закашлялся.

Элена оговорилась про кокон. Я о таком слышала, но видела своими глазами впервые. Заклинание сложное, доступно лишь универсалам и очень опасно! Хотя, это, пожалуй, единственно верное решение при истощенном резерве. Ну, голова парень! Вот это самообладание! И вера в товарищей.

Внутренне я была согласна с таким решением — лучше тихо уснуть заживо погребенным, чем накормить собой тварей. Но вслух об этом говорить и ещё сильнее накалять обстановку не стала. Нам только упаднического настроения не хватало!

— Вы пришли за мной, — первое, что сказал откопанный, отдышавшись.

И тут же получил смачную затрещину от блондинки.

— Ненормальный! — гневно прошипела она, выказывая обиду — в ней усомнились как в командире.

— Главное, живой, — оспорил тот, уткнувшись головой ей в живот.

Кто засмеялся первым, я не поняла, но вскоре хохотали уже все. Нервно, надрывно, почти срываясь в истерию.

— Ноэль? — через минуту взял себя в руки Кас. — Двигаться сможешь? — его требовательный тон немного сбил накал веселья, заставив всех вернуться в жуткую реальность. Ноэль, с которым целительница поделилась энергией, вдумчиво встряхнулся и уверенно кивнул.

— Тогда идем дальше. Мы должны попытаться восстановить защиту. — Кас протянул мне руку. — Ив, ты готова?

Сжав его ладонь, а второй рукой стиснув первый накопитель, я кивнула.

Была не была!

Выдержав первый натиск, мы почувствовали, что продвигаться стало легче, но по мере приближения к артефакту стало понятно, облегчение было временным, атаковать нас вырвавшиеся из заточения твари стали с удвоенной силой. От их бросков вздрагивал не только щит, но и воздух под ним. Из-за окружающей тьмы рассмотреть хоть что-то за пределами щита не представлялось возможным — тьма вытеснила свет, казалось, день сменился безлунной предгрозовой ночью, но глухие удары и озлобленное рычание слышали все.

С каждым таким ударом у меня в душе усиливался страх — казалось, ещё чуть-чуть — и они пробьют щит. Касьян, удерживающий его, был напряжен донельзя. Я вздрагивала всякий раз, лишь усилием воли сдерживая короткие вскрики, лишь бы не сбить ему концентрацию. В какой-то момент я просто сосредоточилась на звуках воющей сирены — почему-то именно она дарила надежду, что скоро к нам придут на выручку.

И весь этот кошмар закончится.

— Долго нам ещё идти? — поинтересовалась я, лишь бы нарушить гнетущую тишину, что установилась под щитом.

Касьян к этому моменту использовал прорву накопителей — очередной я держала наготове, а мы все шли. По моим ощущениям, мы уже давно должны были добраться до схрона с артефактом, но, учитывая скорость, с которой мы двигались…

— Почти на месте, — отрывисто сообщил Веррон, уверенно направлявший нас в нужную сторону.

Кас был полностью сосредоточен на целостности щита.

— Надеюсь, твари его не повредили, — озвучила я главное опасение.

— Не повредили, — голос мага звучал так уверенно, что я даже обернулась. Глаза его были полуприкрыты, а пальцы рук шевелились, словно он ими цеплял невидимые струны. — Когда стена начала рушиться, я слегка углубил ящик и зафиксировал. Стандартная задача. — И резкий окрик: — Кас, стоп! Мы на месте.

Команда замерла, дружно выдохнув. Кажется, не все верили, что мы доберемся до места. Щит вновь расширился, бойцы встали так, что по центру образовалось свободное пространство. Земля зашевелилась, выпуская из своих объятий металлический короб.

В этот миг, когда каждый из присутствующих под щитом уставился на меня в ожидании, я почувствовала, как тяжелой плитой придавил груз ответственности. Кас ободряюще сжал мою ладонь, после чего отпустил и слегка подтолкнул вперед.

Опустившись на колени, я положила руки на крышку ящика. Но стоило его только открыть, как к горлу подступила тошнота — артефакт был по самую крышку засыпан прахом… убитого артефактора. На секунду я зажмурилась, чтобы справиться с нахлынувшей дурнотой, а после, взяв себя в руки, сделала несколько глубоких вдохов. В следующий момент щеки коснулся легкий ветерок. Пепел, аккуратно поднятый воздушной волной, серым змеем улетел в сторону. Я вздохнула с облегчением. Надо бы потом узнать, кого поблагодарить за помощь.

Я взглянула на артефакт… Секунды хватило, чтобы понять — дело дрянь.

— Плетения порваны, — сообщила на выдохе, чувствуя, как ко мне возвращается самообладание.

А вот с какой стороны подступиться к поврежденному артефакту я не знала. И дьявол бы с тем, что внешний слой плетений разорван. Восстановлю! Да, потребуется время, но я смогу, мастер научил. А вот дальше… незнакомые схемы поразили сложностью — в нашем секторе они сияли равномерным белым светом, а тут мигали болезненно-желтым. Повреждены. И что с ними делать, я понятия не имела!

— Восстановишь?

Я обернулась к Касу. Вопрос был больше похож на риторический. Интонацией он дал понять, что не сомневается в моих способностях, и это, дьявол, подкупало. На душе стало спокойнее.

— Сделаю что смогу…

— …и будь что будет, — хохотнул Киран, перебивая.

В этот момент наш собственный щит в очередной раз дрогнул от глухого удара. Такое чувство, что на нем, как на воздушной подушке, кто-то прыгает!

— Перестраиваемся для усиления щита, — приказал Касьян. — На узлах я, Натан, Веррон и Киран. Остальные на подпитку.

— Слушайте, если бы это было возможно, я бы сказал, тварей кто-то науськивает, — напряженно произнес наш некромант.

Спасибо, Натан. Мне стало гораздо спокойнее после этой догадки!

— К счастью, это невозможно, — ответила Элена.

— Да неужели? — съязвил кто-то из близнецов. — А я вот слышал, что…

На этом я попыталась абстрагироваться от окружающего мира и не думать ни о чём, кроме поставленной передо мной задачи.

Лунные накопители, на первый взгляд, были полны до отказа. Но стоило только к ним потянуться, как я почувствовала острую боль в ладонях. Зашипела рассерженной кошкой, поняв, что и тут кристаллы бракованные. И это были уже не просто раскаленные иголки, как в малых накопителях. Боль от лунных кристаллов оказалась в десятки раз сильнее, и терпеть её не было никаких сил. Понять бы ещё, что с ними не так. Или стоит задаться вопросом, что не так со мной, раз я так реагирую?

Попытки подцепить кристаллы не увенчались успехом — я даже коснуться не могла их, не говоря уже о том, чтобы с осторожностью вытащить.

— Чем я могу помочь?

Я поморщилась, услышав голос Элены, но даже не взглянула на неё.

— Давай я вытащу кристаллы, покажи как, — предложила она.

— Нет, — ответила я резким отказом.

Доверия к блондинке не было от слова совсем. Подпустить Элену к плетениям? Я что, на дуру похожа?

— Идиотка! — нелестно охарактеризовала она, злясь. И, не спрашивая, плюхнулась за моей спиной, водрузив ладони мне на плечи. И, словно не чувствуя, как я напряглась, приказала: — Я буду обезболивать! Действуй!

Я выругалась про себя. Хотелось послать эту ненормальную с её помощью в далекие дали, но каким-то образом — чудом, не иначе, — мне удалось сдержать словесный понос. Ну что она сделает на глазах у всех? Убьёт меня? Усыпит? Не смертница же она, в самом же деле! Я окончательно примирилась, когда почувствовала знакомые волны целительской магии. Сосредоточившись, я вытащила кристаллы. Вместо резкой боли испытывала лишь неприятное жжение, волдыри исчезали, не успевая лопнуть. Как только закончила с кристаллами, повела плечами, желая скинуть руки Элены. Та намек быстро уловила и отстранилась.

Плетения вновь стали подсвечиваться белым светом, и я вздохнула с облегчением. Значит, проблема в кристаллах. Уже легче. Осталось лишь восстановить верхнее плетение и замкнуть цепь. Я благоговейно коснулась первой пары узлов, и в тот же миг какофония отвратительных звуков исчезла. Незнакомые, ни разу не виданные доселе схемы стали вдруг настолько понятными, словно я изучала их всю жизнь. Не надо было думать, как соединить плетения, на какие узлы какие векторы перенести. Казалось, драконий артефакт сам направляет мои пальцы и берет ровно столько сил, сколько нужно.

Понятия не имею, сколько времени я провозилась с артефактом, но вынырнула из транса только тогда, когда услышала на периферии тихий гул. Я прислушивалась какое-то время, боясь, что тот оборвется, но он лишь усиливался.

Артефакт заработал.

— Молодец, Ив! — Касьян тронул меня за плечо.

Уставившись на свои собственные руки, я не верила в произошедшее.

Я. Восстановила. Драконий. Артефакт.

Не имея необходимых знаний и драконьей магии. Как это вообще возможно?

В попытке найти ответы я осмотрелась по сторонам. Вокруг раскиданы инструменты — такое чувство, словно я вытащила весь набор мастера-артефактора. И когда только успела? Я поспешила их собрать в сумку. Стихийникам до меня и дела не было — взгляды всех были устремлены куда-то вверх.

Купол восстановился не в единый миг, и они завороженно наблюдали за тем, как медленно, но верно у нас на глазах снова воссоздается творение древних драконов!

— Вот тьма! — раздался над самым ухом слаженный вздох в тот момент, когда наша собственная защита пала.

Резко обернувшись, я еще успела заметить растерянное лицо Касьяна, который, судя по всему, упустил таки контроль над щитом, а уже в следующее мгновение ребята ощетинились мечами.

А я-то думала, зачем они им?! Вот зачем! На крайний случай!

— Ив! Не высовывайся! — только и успел крикнуть Касьян.

Парни одним плавным движением меня обступили, заключая в круг, и наступил мой персональный ад! Я так и не встала с колен, более того, пригнулась еще больше, стараясь сжаться и стать как можно меньше! А ребята кололи и рубили, не зная усталости. Визг тварей взвинтился так, что мне казалось, еще чуть-чуть — и я оглохну! Но в какой-то момент я позволила себе поднять голову и не сдержала крика, потому что увидела, как ко мне тянется страшная лапа чудовища, которая в следующую секунду упала обрубком в каких-то жалких сантиметрах от меня.

Я бы с удовольствием закрыла глаза, только бы всего этого не видеть, но понимала, что такое малодушие может стоить жизни.

По мере того, как граница восстанавливалась, поток тьмы ослабевал, а вскоре оборвался полностью. А та тьма, что проникла на нашу сторону, растеклась шлейфом по округе, подобно утреннему туману, постепенно растворяясь.

Твари, ослепленные белым светом, все еще бесновались, но уже куда менее активно. Их натиск сначала ослаб, а потом и вовсе сошел на нет. Теперь они скорее искали, где укрыться. Они бежали прочь от восстановившегося купола, словно боялись, что их забросит обратно.

— Теперь и я думаю, — напряженно наблюдая за бегством тварей, сказал один из близнецов, тот, что темненький, — что ими кто-то управляет. Видели, как слаженно драпанули?

— А перед этим было секундное замешательство, — угрюмо добавил второй близнец. — Словно получили приказ.

— Разве это возможно? — задался вопросом Веррон.

Ответом ему была тишина.

Остальные ещё настороженно осматривались, не выпуская из рук мечей. Честно говоря, маги сейчас сами больше напоминали порождения тьмы: так были облеплены какой-то гадостью!

— Ив, все закончилось. — Парни помогли мне подняться.

— Страшно представить, сколько тварей успели расползтись по серой зоне, — я невольно содрогнулась, оглядев поле боя. Земля вокруг была разрыхлена, словно ранее тут пробежал табун лошадей.

Для себя же решила, если Верховный предложит покинуть это место — соглашусь не раздумывая.

— Если бы не ты, было бы в разы хуже, — заявила Элена, смахивая с плеча чьи-то ошметки. — Её белоснежная коса была вымазана в крови и черной слизи.

Я удивленно уставилась на неё, не ожидая услышать завуалированной… похвалы? Мои ноги и руки все еще подрагивали, и происходящее доходило до меня с трудом. Как и раньше, я все ещё не понимала, почему она поступила столь жестоко с артефактором, но, увидев разорванные плетения, начала сомневаться в своих первичных выводах.

Вот кому-то придется поломать голову, выясняя, что произошло на самом деле.

— Молодец, принцесса, — хлопнул меня по спине Киран, вырывая из размышлений. Одной рукой верзила обнял меня за плечи, а второй взлохматил волосы. — Поверить не могу, что ты спасла наши задницы уже во второй раз!

— Эй, — вялая попытка выбраться из медвежьей хватки провалилась с треском. — Ну все, прекрати! Киран! Отпусти! Ты весь в слизи!

Я все же вырвалась из объятий, да так лихо, что влетела прямо в Касьяна. К счастью, он меня тискать не стал. Лишь устало улыбнулся.

— Нам бы теперь попасть под защиту крепости, — выдвинул предложение Кас. — Ваша ближе, — обратился он к Элене.

— Феликс ночью деактивировал защиту, — отрицательно качнула та головой.

Мы с ребятами переглянулись. Ещё один Ричи? Как-то это слишком подозрительно. Чтобы два артефактора из разных секторов вдруг слетели с катушек? Так не бывает!

Но объяснить что-либо она не успела.

— Помощь идет, я слышу, — сообщил один из близнецов. Судя по всему, он был воздушником — только они могут «слышать» на большом расстоянии. Теперь хотя бы знаю, кого благодарить.

— Эх, ударить бы навстречу! — залихватски воскликнул спасенный Ноэль. — Но сил совсем нет! Отсиживайся теперь под чужим куполом! — зло добавил он в пустоту.

— Вот, — я вытащила горсть кристаллов. Осталось их не так уж много.

— Нам не надо, — слаженно открестились Киран и Натан.

— Если доверяете Элене, вперед, — разрешил Касьян, обращаясь к членам чужой группы, махнув рукой в сторону накопителей.

Доверяют. Парни без всяких раздумий взяли накопители и повернулись к своему командиру. Элена сразу же принялась за работу.

Новый щит, попроще, поставила вторая девушка — Агнесс, которая, как оказалось, все это время была ранена. И молчала, за что Элена здорово её отругала, после чего подлечила. И даже наполнила резерв.

Остальные, с удовольствием сложив мечи, чтобы вновь орудовать магией, вышли за границы щита, чтобы без оглядки на меня уничтожать попавшихся на пути тварей. У меня была одна-единственная задача — не мешать. Ну и не подставляться.

Вот только великой битвы не произошло.

— А вот и наши, — дернула меня за рукав Агнесс. — Уже все.

Я огляделась.

По довольно пологому, покрытому крупным щебнем склону перемещалось неожиданно много народа. «Наши» выделялись своей многочисленностью — человек пятьдесят, не меньше — и стандартной экипировкой. И шли они за спинами «пришлых» магов. Я пробежалась взглядом, пересчитывая «особенных». Всего девять. И все как один в доспехах. За их спинами развевались на ветру длинные чёрные плащи. Вдобавок сами доспехи отливали особым синевато-графитовым блеском — дополнительная защита, отклоняющая все виды магии. Нам про эту краску на истории магии рассказывали, рецепт жутко засекреченный.

На них неслась целая орава самых жутких тварей, но маги лихо с ними справлялись: перед ними тут и там возникали «огненные волны» — стоило тварям лишь налететь на заклинание, как они падали замертво.

Я от удивления рот открыла. Вот это силища! Просто обалдеть!

Проследив за коротким боем магов и дождавшись его окончания, наши ребята попадали там, где стояли. Физически они устать не успели, а вот эмоционально все были вымотаны.

— Это группа зачистки? — спросила я у Агнесс.

Та посмотрела на меня с добродушной насмешкой.

— Откуда ты только взялась такая непуганая? — Я пожала плечами. Не рассказывать же ей о моих злоключениях. — Бери выше — Хранители! Отряд быстрого реагирования. Видишь, форма у них какая? — завистливо протянула она.

Хранители?!

Легендарные Хранители, про которых мы так много слышали, но никогда не видели?

Помнится, Касьян метил в их ряды. А где он, кстати?

Командир обнаружился неподалеку, стоило повертеть головой. Он почтительно беседовал с одним из Хранителей. Рядом мялась Элена, частично утратившая свою уверенность. Касьян вдруг обернулся, словно почувствовал мой взгляд, и махнул рукой, подзывая.

Меня? Я повертела головой, чтобы убедиться, и рванула вперед.

— Ив, это командир Хранителей, — имя собеседника он не назвал.

Я с интересом уставилась на незнакомца и, к собственному разочарованию, поняла, что через пять минут я его не узнаю, даже если столкнусь нос к носу. В ухе болталась крупная серьга, обеспечивающая инкогнито. Лицо незнакомца вроде обычное, ничем не примечательное, а вроде бы и нет. Глаза не то синие, не то серые, а то и вовсе зеленые — стоило только взглянуть под другим углом, как внешность менялась до неузнаваемости, вплоть до формы губ, разлета бровей, челюсти или цвета волос. В общем, если носишь магическую маску, то представляться действительно не обязательно.

— Иветта, значит? — голос был довольно дружелюбный. — И тебя покусали невинные накопители?

Я пару раз хлопнула глазами, думая, что ослышалась. Как-то от Хранителя я ожидала грубого приказа, мол, стоять, бояться и все рассказывать, а этот шутит?

— Обожгли, — ответила осторожно, не понимая, как себя вести.

Вытащив из сумки узелок с тремя лунными кристаллами, которые изъяла из артефакта, продемонстрировала Хранителю.

— Арс! — окликнул он кого-то из своих. К нам присоединился ещё один мужчина в доспехах. — Это по твоей части.

Стоило второму только взглянуть на кристаллы, как он напрягся. Прикасаться к ним не стал, а вот по мне прошелся острым, как лезвие, взглядом и спросил:

— Откуда?

Я махнула рукой в сторону купола.

— Изъяла из артефакта.

Взгляд переместился с меня на Элену. Стоя с ней плечом к плечу, я услышала, как она нервно сглотнула. Кристаллы взмыли в воздух, покрутились в демонстрации, а после исчезли.

А… куда?

Мужчины обменялись взглядами. Я про себя разочарованно застонала, вспомнив, что Хранители умеют общаться мысленно!

— Забирайте седьмой отряд на дознание, тройку Орри отправляй в крепость на проверку. А я встречу остальные отряды.

— Есть, командир! — Арс коротко кивнул и обратился к Элене: — Собирай своих. Портал через десять минут.

Блондинка отступила и сорвалась с места, за ней ушел и Арс, оставляя нас наедине со своим командиром.

— Ладони покажи, — приказал он. Я протянула обе руки под одобрительным взглядом Касьяна. — Да, множественные недавно залеченные ожоги. Бывало такое раньше?

— Нет, никогда, — растерялась я, — только сегодня, и только с чужими накопителями.

Он кивнул, отпуская мои руки.

— Так, Касьян. Твоя группа возвращается в крепость. Ждете, когда вас посетят для дачи показаний, и выполняете обычную работу. Вы как? Доберетесь? Или вам портал открыть? — смотрел при этом Хранитель почему-то на меня.

Наверное, я и впрямь выглядела жалко.

— Ив, сама дойдешь? Отсюда до крепости примерно часа полтора.

Признаться, я не смогла сдержать ужас, в который пришла, только представив марш-бросок до крепости.

Я совсем к этому не приспособлена!

— Понятно, — хмыкнул Хранитель. — Значит, портал. Оно и лучше, еще на тварей нарветесь. Собирай команду. Дальше мы сами.

14. О том, как заботятся о своих

Крепость встретила ровным теплом хорошо протопленного дома, но о давешней победе над идиотом Ричи уже не помнилось, столько всего случилось за неполные сутки. Невыносимо хотелось хоть на минуту остаться одной, а не под перекрестьем четырех пар мужских глаз.

— Ив? — донесся в спину обеспокоенный голос Каса.

— Я скоро вернусь, — крикнула, взлетая по ступенькам, чувствуя, что нахожусь на грани нервного срыва.

Захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной. Душа в себе истерику, я медленно сползла и села на пол, прижимая к себе колени. Если там, у купола, я твердила себе, что нужно сохранять спокойствие — иначе не выжить, то сейчас в контроле не было необходимости. Адреналин схлынул, оставив лишь дрожащие руки, тошноту, что скручивала внутренности в узел, и пронизывающий душу холод. Парни обсуждали произошедшее, а я…

Мне просто нужна небольшая передышка.

Разом навалилось слишком много всего. Казалось, я не успевала оправиться от одного потрясения, как жизнь преподносила очередное испытание. Учитель предатель. Ментальное воздействие. Маньяк, который охотится на меня. Посылка от мамы. Застава. Касьян в качестве командира. Восстановление защиты. Убийство артефактора на моих глазах. Рухнувший купол.

А ведь прошло… сколько? Неделя? Да у меня столько событий не было за весь минувший год!

Моё самобичевание прервал тихий стук в дверь. Когда он повторился, я все-таки поднялась с пола, смахнула слезы со щек, натянула улыбку и распахнула дверь. На пороге, прислонившись к косяку, стоял Киран.

Огневик смерил меня задумчивым, изучающим взглядом, словно пытался что-то разглядеть.

— Держи, — наконец заговорил он, вытащив из кармана небольшой пузырек. За прозрачными стенками плескалась зеленоватая жидкость.

— Что это?

Взяв бутылек с зельем, я покрутила его в руках в поиске надписи.

— Слабенькое успокоительное на травах. — Натянутая улыбка увяла сама собой. Нет необходимости притворяться, если уж весельчак Киран понял, что я на грани, то и остальные тоже не упустили это из внимания. — Её Веррон делает специально для меня, — он пожал плечами, — вроде помогает.

— Спасибо, — произнесла я тихо.

Он мог и не говорить о том, что для поддержания контроля дара принимает успокоительные настойки. Каждый огневик по-своему справляется с этой проблемой, но обычно такие вещи скрывают, стыдясь. А тут… это такая попытка показать, что я не единственная, у кого нервишки сдают?

— Полежи, пока не подействует. Потом спускайся к нам. Натан сейчас приготовит что-нибудь вкусное, — он подмигнул. — Отметим, живы остались как-никак.

Я проводила огневика взглядом, сжимая в руке флакон с успокоительным.

Последовав совету, я выпила настойку и упала плашмя на кровать, чувствуя, как отступает дрожь. Глубоко вздохнула и, должно быть, от напряжения, равно как и от нервного потрясения, незаметно уснула. Да так крепко, что проснулась только глубокой ночью, и то от голода.

Пару секунд таращилась в потолок, понимая, что выспалась. Настойка оказалась убойной. Слабенькая, как же. Надо было подумать, что раз Веррон делает это зелье специально для Кирана, то и концентрация соответствующая. И то, что огневик охарактеризовал как слабенькое успокоительное, меня вырубило на раз-два.

Но зато чувствовала я себя прекрасно. И дурных мыслей в голове не было.

Переодевшись, я выскользнула из комнаты. Умылась и тихонько спустилась на первый этаж в поисках чего-нибудь съестного. И, к собственному удивлению, обнаружила там Касьяна, склонившегося над ворохом бумаг.

Я на короткое мгновение застыла, решая, пройти мимо или что-то сказать. Былая неловкость вернулась.

— Кошмары? — поинтересовался он, заметив меня.

Его волосы были взлохмачены, вокруг голубых глаз, в которые я смотрела миллион раз, залегли темные круги, шея и плечи были напряжены.

— Нет, — медленно преодолела последние ступеньки. — Просто выспалась. А ты почему здесь в такой час?

— Не спится, — он откинулся на спинку стула и потер шею. — Вот, отчет пишу.

Я кивнула. Пауза затянулась, становясь неловкой. Не зная, что ещё сказать, я, качнувшись с носка на пятку, развернулась и отправилась на кухню.

Помещение было небольшим и даже, честно сказать, маленьким, поэтому здесь из мебели имелось только самое необходимое. Плита, мойка, вместительный стазисный ларь и разделочный стол располагались внизу, а все сухие продукты и специи занимали верхние полки, висевшие под потолком.

Я уже было собралась приготовить хотя бы яичницу, но столкнулась в проблемой — плита не включалась. А потом вспомнила, что Натан упомянул о поломке и просил починить артефакт. При мысли о том, что ужин откладывается на неопределенный срок, живот протестующе заурчал.

— Помочь?

Я обернулась. Кас стоял в проходе, сложив руки на груди и опершись о косяк. Глаза его при этом сверкали озорством, а на губах играла лукавая ухмылка.

Наверное, я выглядела растерянной и жалкой со сковородкой в руке. Я не врала, когда говорила, что готовить не умею от слова совсем. Да и кто бы научил? Пока жила с дядей — еду готовила приходящая женщина. Потом я поступила в академию, а там учили совсем другим дисциплинам.

Может, попросить Натана дать мне парочку уроков?

— Починить артефакт? — приподняла я бровь. — Думаю, с этим я справлюсь сама.

Касьян только хмыкнул в ответ. Оттолкнулся от косяка и плавной походкой подошел ко мне почти вплотную, чтобы забрать сковородку. Потом он как-то хитро повернул рычажок на плите, и вуаля, она включилась.

— Мы уже приноровились.

— Проделки Ричи?

— В точку. Когда он отказался участвовать в дежурствах, мы перестали готовить на него. Он отомстил. — Рассказывая об этом, Касьян улыбался. Потом взглянул на миску с яйцами и поинтересовался: — Ты уверена, что хочешь яйца? А то Натан там для тебя отложил ужин, строго-настрого наказав никому не трогать. Проникся даже Киран.

— Да-а?

Я обалдело воззрилась на него.

— Поищи, — он махнул рукой на стазисный ларь.

Покопавшись как следует среди загадочных свертков промасленной ткани — Натан для сохранности, не иначе, зарыл поглубже, — я нашла огромное блюдо с тушеной картошкой и мясом, кастрюльку с пирогами и потянула носом упоительный запах. Живот подвело так, что чуть слюна не закапала. Даже Касьяновы чуть насмешливые поглядывания с противоположного конца стола не мешали мне наслаждаться ужином. Оголодала я на совесть — столько часов не ела, да еще магичила. Если бы не ремень — штаны бы свалились. А Касьян пусть смотрит — мне от этого ни тепло, ни холодно. Мне вкусно. Хотя нет, и тепло тоже. Здорово все-таки, что он здесь, пусть это и немного неловко, есть в одиночестве сейчас было бы неприятно. Забота парней грела не хуже обогревательных артефактов — и успокоительное от Кирана, и припрятанный Натаном ужин. И даже готовность Касьяна приготовить для меня что-нибудь.

После позднего ужина пришлось подняться в комнату за инструментами. Следующие несколько часов я занималась ремонтом. Правда, сначала чуть погоревала — любимый стилус, который делал на камне такие тонкие ровные линии, был безвозвратно испорчен — не пережил встречи с особенным камнем драконьего артефакта. Жало утратило остроту. Ну да ладно, у меня запасное есть. Зато рукоятка цела, это целое счастье и редкая удача. Сколько этих рукояток я перебрала, пока свой набор инструментов собирала — все на мужскую руку деланы, а не на мою птичью лапку.

— Ну вот, — подвела итог проделанной работы, сделав шаг назад, — так-то лучше.

— Отлично, — раздался за спиной голос Веррона. — Сейчас и проверим.

От неожиданности я резко развернулась. Маг стоял у разделочного стола и перетирал в ступке какие-то травы, которые доставал из ящика с откинутой крышкой. Обычный стазисный ларь травника — маги земли часто увлекаются этим направлением. Очень полезное умение. Рядом с ящиком стоял самый настоящий котел, уже наполовину наполненный водой, и небольшая кастрюлька.

Сам Веррон выглядел по-домашнему. Широкие лёгкие штаны, длинная рубашка с яркой вышивкой, собранные в неаккуратный хвост тёмные волосы.

— Доброе утро. А ты почему не спишь?

Я отошла, уступая место у плиты и присела на табурет, облокотившись на столешницу. Было примерно четыре часа утра, за окном напротив начинало светать, а вместе с тем накрапывал легкий дождик.

— Я всегда встаю рано. Это Киран у нас готов спать до обеда, остальные парни ранние пташки. Скоро и Натан подтянется.

Словно в подтверждение его слов со стороны лестницы послышались шаги. В проходе появился расслабленный некромант. С его волос стекали капли воды, из-за чего верхняя часть рубашки намокла.

Завидев меня, он чуть взбодрился.

— В нашем полку прибыло? — спросил, изогнув черную бровь.

— Э, нет, — хихикнула я. — Я в команде сони Кирана. В академии никак не получалось выспаться, думала, вот выпущусь и отосплюсь за все года!

— А тут такой облом, — хмыкнул заглянувший Касьян. — Веррон, у нас бодрящего отвара не осталось? Что-то меня в сон повело. Ночь не спал, пока бумаги заполнял, да ещё Иветта, пока занималась ремонтом, что-то пела себе под нос. Лучше всякой колыбельной, ей-богу.

Я почувствовала, что щёки заливает румянец, и невольно отвела взгляд. Дурацкая привычка, от которой я никак не могу избавиться! Стоит мне только погрузиться в работу, как, сама того не замечая, начинаю что-то мурлыкать.

— Нет, но я как раз этим и занимаюсь, — Веррон водрузил котел на один из нагревательных кругов. На соседний поставил кастрюльку. — А ты шел бы да поспал, — дал он совет. — У нас все равно нет никаких планов на сегодня.

— Через несколько часов явится Верховный, так что сон откладывается, — лицо Касьяна сделалось серьезным.

— К чему готовиться? — насторожился Натан.

— Если бы я знал, — командир пожал плечами. — Скорее всего допрос.

— Ментальный? — напрягся Веррон. — В прошлый раз какой-то недотепа мне чуть мозги не сжег, считая, что я что-то скрываю.

— Для этого нас бы забрали, как и команду Элены, — покачал головой Касьян.

— У Верховного есть свой менталист, — присоединилась к обсуждению.

Парни уставились на меня так, словно видели впервые.

— А ты откуда знаешь? — в голосе Каса слышалось подозрение.

— Просто знаю — и все, — дернула плечом, не собираясь делиться подробностями.

— Ты слышала об этом или видела своими глазами? — допытывался Натан.

— Видела, — кивнула. — К слову, нормальный дядька. Работает осторожно.

— Даже так? — присвистнул Веррон, кидая в котел горсть трав. — Ты прямо девушка-загадка. Вот мне интересно, твоё назначение — это продвижение по карьерной лестнице или наказание? Насколько я могу судить, ты сюда не рвалась.

— Ни то ни другое, — развела руками, улыбнувшись. — Однако можешь не стараться, все равно не угадаешь.

— Это вызов? — глаза Веррона загорелись азартом. — На что спорим?

Он протянул руку для заключения пари.

Я колебалась всего пару секунд. Собственно, а почему бы и нет? Надо только придумать, что требовать в качестве выигрыша. Проигрыш маловероятен.

— Осторожно, принцесса, — послышался сонный голос Кирана из-за спин парней. — Он обожает споры и всегда выигрывает. И чего вам не спится в такую рань? Сами не спите и другим не даёте.

— Да кто тебе мешает? — возмутился Натан.

— Моя комната прямо над кухней. Сложно спать под непрерывное бу-бу-бу, — парировал огневик, растолкав парней локтями. — А на что спорите?

— Я как раз думаю над этим. — Прищурившись, я огляделась по сторонам. Стоило только взгляду упасть на травнический стазисный ларь, который буквально ломился от ингредиентов, как в голову пришла мысль: — Я тебе делаю ларь побольше, ну а ты, скажем, собираешь мне пять видов трав из списка редкостей. Говорят, на серых землях чего только не растет.

— Идет, — не моргнув глазом согласился Веррон.

Я мысленно поморщилась. Гадство, кажется, продешевила. А хотя…

Второй рукой притормозив Касьяна, уже готового закрепить магией спор, я добавила:

— Пять видов трав по пять пучков каждой. Срок две недели.

Веррон залихватски кивнул, соглашаясь. Командир подтвердил спор.

Я довольно вздохнула. Две недели — и у меня будет подарок для Златы, раз уж волею судьбы я запчасти от побитых тварей проворонила. А если и проиграю, не беда. Все равно Натану обещала стазисник побольше. Два или один — невелика разница, главное, чтобы мне восполнили накопители из личных запасов, которые я израсходовала в служебных целях.

Я мысленно потерла руки, размышляя, кого бы ещё подбить на спор. Желание заполучить парочку темных тварей на ингредиенты для Лики не исчезло. Под это дело можно и кухонный ларь улучшить, а то ночью замучилась свертки в этом сундучище перебирать, пока до ужина добралась. Плюс я могла бы сделать несколько артефактов, необязательных по контракту, но существенно облегчающих жизнь. Натан наверняка заинтересуется той же взбивалкой. «Водоворот» для мытья посуды поможет мне избавиться от обязательных дежурств. А вот постирочный артефакт у них наверняка допотопный, можно и улучшить. Или сделать сушилку. Тоже неплохо!

Это будет даже весело.

До визита Верховного парни страдали ерундой. Дождь лил стеной, барабаня по оконным стеклам, лишая возможности потренироваться на свежем воздухе. Так что после завтрака Киран принес несколько коробок с играми. Я какое-то время наблюдала за ними, отказавшись участвовать в забаве, при этом не зная, чем себя занять.

— Ты уже видела мастерскую артефактора? — поинтересовался Касьян, откинувшись на спинку стула, после того как выбыл из игры.

Я заинтересованно подняла голову с рук.

— Тут есть отдельная мастерская?

— Идем, покажу, — он встал из-за стола и двинулся в сторону лестницы.

На второй этаж подниматься не пришлось. Неприметная дверь нашлась прямо под лестницей.

В мастерской был страшный беспорядок, всё разбросано — книги, свитки, какие-то инструменты, запчасти, камни с рунами рассыпаны горохом по полу. У стены стоял распахнутый сундук с каким-то барахлом, повсюду травы, в углу осколки какой-то склянки.

— Ну, Ричи… — зло выдохнул Кас, оглядев это безобразие.

— Он очень торопился удрать, — произнесла я спокойно, протискиваясь в комнату. — Не страшно. Я уберу. Главное, что тут есть все необходимое.

Мастерская оказалась ещё меньше кухни. Напротив окна вдоль всей стены стоял широкий стол — за таким должно быть очень удобно работать, в академии мне постоянно не хватало места, чтобы развернуться. А ещё добротный стеллаж с полками под книги и ящиками для инструментов и запчастей. А вот обычный табурет ввел в настоящее уныние. Работая над артефактами по несколько часов кряду, я давно уже мечтала о стуле от гномов. Есть среди них умельцы, которые делают такие — большие, мягкие, ещё и на колесиках. Такой был у мастера Ла'Вилли. Я как-то попробовала посидеть на нём — интересно же, так и грежу им с тех пор. Вот только стоит такое удовольствие невообразимое количество золота! Когда я узнала цену, внутренняя жаба испуганно заверещала.

Но ничего. Ещё годик потерплю, а потом открою свою лавку и обязательно заработаю себе на это чудо. К тому же у меня есть «скидка».

— Я помогу, — сообщил Кас.

— Не надо, — поспешила я отказаться от помощи. — Справлюсь сама.

— И все же я настаиваю, — парировал он.

Я раздраженно выдохнула, но больше ничего не сказала.

Он ведет себя так, как если бы мы были хорошими друзьями. Ни намека на общее прошлое, словно он забыл, что когда-то разбил мне сердце. Или просто не считает это чем-то значительным? Хотя, может, так и нужно? Делать вид, что все нормально. Не показывать, что душу еще грызет обида и непонимание. Что маленькая черная некротварюшка, которая осталась от моей большой любви, все еще не отцепилась. А сейчас, когда он рядом, весь из себя такой заботливый, вроде как и оживилась.

Хочет Касьян делать вид, что он просто новый товарищ, это даже к лучшему. Хочет помогать — пусть помогает. Помощь приму с подобающей благодарностью. Кто я такая, чтобы запрещать командиру заниматься уборкой? Главное, держать свои эмоции в узде. И не возвращаться мыслями в счастливое прошлое.

К счастью, работали мы в тишине. Проинспектировали все ящики, рассортировали имеющиеся инструменты, расставили книги на полках. Затем Касьян, призвав магию воздуха, смел весь мусор, включая паутину с углов, пыль и мусор с пола, осколки стекла. Произнеся бытовое заклинания для утилизации, которое мне в своё время так и не далось — слишком уж заковыристое — и избавившись от кучи сора, Кас приказал:

— Сядь на стул, пожалуйста, и подожми ноги.

Я молча выполнила требуемое.

Касьян открыл окно, впуская свежий горный воздух и шум льющегося дождя. По телу сразу побежали мурашки. Кас вытянул руку и капли вдруг стали замедляться в полете, собираясь в пузырь. Который влетел в комнату и растекся по полу огромной лужей. Следующим этапом вода вдруг ожила: бурля, она, перетекая с места на место, утрачивая свою прозрачность. Зато пол там, где побывала лужа, едва ли не блестел от чистоты. Наконец Касьян махнул рукой, вода вновь собралась в пузырь — бурый от грязи — и, поднятая воздушной волной, вылетела в окно.

— Я так понимаю, дежурств по уборке в крепости не бывает? — спросила я, стараясь, чтобы голос не звучал завистливо.

Мне о подобном оставалось только мечтать. Везет же… некоторым!

— Ну почему же, — Кас улыбнулся, — бывают. Каждый справляется как может. Совершим обмен?

Я фыркнула.

— С чего ты решил, что я в этом нуждаюсь?

Может, я и не повелевала стихиями, не изучала бытовые заклинания, но кое-что тоже умела. Например, я давно сделала себе артефакт-пылесборник. Для мытья полов у меня изобретений не было, но можно доработать «водоворот», который моет посуду. Почему бы и нет? Ещё и денег потом на нем заработаю!

— Нет?

Костьми лягу, но справлюсь сама!

— Нет, — ответила равнодушно. — Спасибо, конечно, но, как уже сказала, я не нуждаюсь в помощи.

Сказав это, я тут же поморщилась. Прозвучало высокомерно, да и явная обида прозвучала в голосе.

Касьян молчал бесконечно долгую минуту, а потом сделал пару шагов ко мне и спокойно поинтересовался:

— Может, пришло время нам поговорить?

Я не успела что-либо ответить — дверь в мастерскую распахнулась. На пороге стоял серьезный Киран.

— Верховный пришел. Не один.

Надеюсь, Касьян не слышал, с каким облегчением я выдохнула.

15. О том, как заподозрили неладное

Верховный действительно явился не один. Также с ним пришел Мир — тот самый менталист, который проверял ректора и тетушку Радмилу на причастность к преступлениям Ла'Вилли — и ещё незнакомый мужчина в темно-сиреневой мантии. И мне очень не понравилось, как он смотрел на нас. Словно видел перед собой шайку преступников, мысленно вынося каждому смертный приговор.

Б-р-р! Я невольно передёрнула плечами, стряхивая липкое ощущение. Померещится же!

— Отлично, все на месте, — нарушил тишину Верховный, облаченный в стандартную защитную форму. — Рад видеть вас живыми и здоровыми! — В ответ раздался нестройный хор голосов. Господин Морриган меж тем продолжил, обратив своё внимание на меня: — Иветта, ты единственная, кто знает Мира лично. Зачем он тут, думаю, догадываешься.

— Конечно, — согласно кивнула.

Зачем ещё сюда могли пригласить менталиста? После случившегося-то!

— Тогда прошу… — Мир пододвинул к себе за спинку один из стульев и указал на него, предлагая занять место.

Я подчинилась без тени сомнений. Внутренне я уже была готова к этому.

— Для остальных поясняю, — продолжил Верховный, — в связи с произошедшим каждый из вас пройдёт как ментальную проверку, — он кивнул на Мира, — так и проверку на выявление подчиненных тьмой, — тут внимания удостоился незнакомец. — Отныне это обязательная процедура для всех, кто служит в серой зоне.

— Это ещё зачем? — с подозрением уточнил Веррон. Остальные тоже насторожились. — На магов тьма не влияет.

— Мы так думали, — ответил Верховный. — Но воспоминания членов второй команды говорят об обратном. Артефактор был подчиненным. Это подтвердили несколько менталистов.

Парни застыли, как причудливые статуи. Я же, если честно, не совсем понимала, о чем идет речь. В смысле, тьма не влияет на магов? А на кого она влияет?

Зал заполнила вязкая, напряженная тишина.

— Иветта, расслабьтесь, — привлек мое внимание менталист. — Постарайтесь ни о чем не думать.

Ага, ни о чем не думать! Да у меня в голове сейчас рой мыслей, где одна другой страшнее.

Как только его руки легли на мои виски, в голове зашумело, время и пространство потеряли смысл. На миг почудилось, будто из тихой крепости я перенеслась в огромную аудиторию с высоченными потолками, полную шумных студентов. Перед глазами плавали цветные пятна, кружились тёмные хлопья. И все бы ничего, если бы не ноющая боль, что с каждой секундой нарастала, пока в какой-то момент не исчезла.

— Мы закончили, — послышался мягкий голос Мира, мягко хлопнувшего меня по плечу.

Пришлось проморгаться, прежде чем сквозь рой мушек перед глазами я увидела обстановку. Встав со стула, покачнулась и, чтобы не упасть, вцепилась в заботливо вытянутую Миром руку.

— Спасибо, — заявила, выпрямившись. И, увидев обеспокоенные лица ребят, пояснила: — Со мной все в порядке. Просто перед глазами до сих пор мушки летают. Пройдёт.

Не совсем правда, но учитывая, что у Веррона прошлый опыт ментальной проверки был печальный, накалять обстановку не хотелось. Заняв свободное место между Кираном и Натаном, сама не заметила, как последний снял болезненные ощущения. Вот ведь, целитель!

Следующим проверку проходил Касьян. С ним возились дольше, чем со мной, оно и понятно — наше пребывание у разлома несравнимо. Командир прошел проверку с достоинством, даже ни разу не поморщился. Вот только его выдавали руки: он с такой силой сжимал боковые ручки стула, что побелели костяшки пальцев. В груди заворочалась смесь сочувствия и гордости. Кас всегда плохо переносил вмешательство во внутреннее пространство, а сегодня даже не пикнул. Все-таки он повзрослел, стал таким… Да он всегда был надежным. Для всех, кроме меня.

Когда к менталисту направился Киран, хмурый, как предгрозовая туча, меня и Касьяна Верховный отозвал в сторонку.

— У меня есть разговор к вам двоим, — заявил господин Морриган, едва мы приблизились.

Я удивилась — Касу по должности положено, но я? — однако вопросов задавать не стала, последовала за мужчинами.

Как выяснилось, крепость была полна сюрпризов. Напротив мастерской артефактора нашлась ещё комната, скрытая за дверью в цвет стен и запираемая на ключ. Ее можно было бы назвать пустой, если бы не широкий письменный стол и хороший стул — не от гномов, но уж точно лучше моей табуретки. И два стула, стоявших у стены и заваленных защитным обмундированием. Пока Верховный усаживался во главе стола — помнится, у ректора он проделал то же самое, ничуть не смущаясь, — Касьян бесцеремонно скинул все шмотки в угол комнаты, освобождая места для нас.

— Прежде чем мы начнем, я хочу напомнить, Иветта, что вы дали магическую клятву о неразглашении служебной информации.

Я кивнула. Да, действительно, подписывая контракт, я автоматически давала такую клятву. И отвесила себе мысленного пинка — нужно сосредоточиться, уж больно последствия нарушения неприятны.

— Хорошо. Самое главное, что вам нужно сейчас знать: отныне ваша команда следит сразу за двумя секторами. Это временно, — поднял руку, прося не перебивать, — так как уровень опасности сейчас максимальный, под твоё командование, Касьян, переходит команда Элены, как только проверка будет завершена. Иветта, ты остаешься на должности штатного артефактора.

— Ей здесь не место, — оспорил это решение Касьян. — Ты сам это прекрасно понимаешь!

Оу, вот это поворот!

Я переводила пораженный взгляд с одного мужчины на другого, пытаясь понять, какого лешего командир позволяет себе разговаривать в таком тоне с Верховным.

— Я бы и сам рад её забрать отсюда, но сейчас это невозможно, — спокойно, не выказывая и тени недовольства, ответил господин Морриган.

Мне даже на секунду показалось, что он испытывает вину за то, что втянул меня во все это.

— У вас что, артефакторы перевелись? — ещё больше распалялся Кас.

Да что на него нашло?

— Она одна из немногих, кто чувствует тьму. Комиссия уже включила её в спецсписок артефакторов серой зоны.

Кажется, я понимаю, что ничего не понимаю. Что за список? Почему так взбеленился Касьян?

— Ну так отмени их решение! — вскочил он со своего места, нависнув над столом.

— Сядь! — рявкнул, наконец, Верховный, и я выдохнула. А то у меня уже было желание стать невидимой, дабы не попасть под горячую руку.

Командир ещё несколько секунд сверлил начальство недовольным взглядом, после чего плюхнулся обратно на стул. Скрип ножек о деревянный пол резанул слух. Испытывая досаду, я мысленно фыркнула. Ишь, раскомандовался! Я, может, и рада бы отсюда уехать, но это решать точно не ему. И нечего разговаривать так, будто меня здесь нет, будто я пустое место!

— Как я уже сказал, — продолжил господин Верховный, спустив поведение Касьяна на тормозах, — это временная мера. Иветта, что вы знаете о тварях и влиянии тьмы?

Вопрос застал меня врасплох. Чего-чего, а экзаменовки в этот момент я точно не ожидала.

Тем не менее, собравшись с мыслями, дала ответ.

— Да ровно то, что нам рассказывали в академии, — пожала плечами. Верховный откинулся на спинку стула и махнул рукой, призывая продолжить. — Тьма, она же темная энергия, проникает в наш мир вследствие образования разлома. Точно известно, что под влиянием этой энергии некоторые животные мутируют в тварей — их называют измененными.

В день, когда Ричи снял защиту с крепости, на нас нападали именно они. Измененные были отвратительны, но в них можно было угадать привычных зверей. Пусть увеличившиеся в размерах, пусть с иными пропорциями тел, больше похожие на поднятую нежить, но они узнаваемые. А днем у бреши в куполе нас атаковали совсем иные существа. Уродство другого уровня, если можно так сказать. Эти были не похожи ни на что и в то же время смахивали на всех самых страшных хищников разом. Такое только в бреду пригрезиться может, а мне вот довелось наяву увидать. Передернув плечами, сбрасывая жуткие воспоминания, я продолжила:

— Есть ещё истинные твари — это те, что пришли к нам из разлома. Они более разумны, умеют работать сообща, а значит, представляют большую опасность. К тому же размножаются делением, но только в том случае, если есть подпитка от тьмы.

Я задумалась, что ещё добавить к сказанному. И тут вспомнила слова об одержимом артефакторе. В голове сразу всплыли детские страшилки.

— Когда была маленькой, я слышала, что твари могут вселяться в людей и управлять ими, — усмехнулась, сама не веря, что такое возможно. — Но это больше похоже на бред.

— Не совсем так, — заявил Верховный, нервно постукивая подушечками пальцев по столу. — Боевым магам эта информация выдается на последнем курсе под клятву о неразглашении, но, учитывая случившееся, вам следует знать. Утверждение, что твари могут вселяться в кого бы то ни было, не подтвержден, а вот то, что тьма влияет на простых людей — неопровержимый факт. Тщательно скрываемый. Уязвимы те, у кого нет магического дара. Этот феномен был замечен, когда случился прошлый прорыв. Те немногие, кого удалось спасти после бойни, говорили, что слышали голос, который велел им идти к куполу, нападать на магов или прыгать в разлом. Я видел этот кошмар своими глазами: простые солдаты и жители всей округи нападали на нас яростнее, чем порождения тьмы. Защиту вокруг разлома мы в итоге восстановили, но число жертв — как среди магов, так и среди простых людей, — колоссальное. Произошедшее удалось скрыть с помощью менталистов, а слухи превратили в байки сумасшедших.

Я чуть было возмущенно не воскликнула: «Ну почему? Народ должен знать!» — но тут же прикусила язык, ярко представив, сколько могло бы быть за эти годы невинных жертв, если бы люди устроили «охоту на одержимых». Страх — самое страшное оружие. История гласит, что в древние времена так охотились на первых магов.

В следующий миг я оцепенела. Сердце забилось быстрее, дышать стало трудно, а горло словно сжали невидимой ладонью.

В той самой бойне погиб мой отец.

— Иветта? — издалека донесся голос Верховного. — Вы с нами?

Я прикрыла глаза, надеясь незаметно вернуть себе самообладание.

— Извините, — с трудом сглотнула подкативший к горлу горький комок. — Слишком ярко представила события минувших дней.

Такой ответ главного мага устроил.

— К чему этот экскурс в историю? Артефактор был одаренным, он не мог быть подчиненным. Наверняка ребята надумали лишнего.

Касьян взял, что называется, быка за рога. Ему не требовалось время, в отличие от меня, чтобы переварить услышанное — он уже все это знал.

— За день до случившегося один из членов команды Элены ночью заметил отсутствие артефактора. Случайно. Подняв тревогу, ребята выдвинулись на поиски и нашли его у разлома — Феликс в последнее время то и дело требовал его туда сопроводить, буквально до скандалов. Элена тянула, не сообщала командованию, списав на дурь ученого. Вот только у разлома Феликс был не один, а с измененными. Те, как послушные псы, охраняли его, пока парень копался в артефакте. На призыв он не реагировал, а когда ребята пробились сквозь тварей, увидели, что белки глаз Феликса почернели. Он был уже абсолютно невменяем. Каким чудом его не убили в тот же момент, а решили сообщить командованию, не представляю. Притащили в крепость, Элена его погрузила в целительский сон, чтобы не буянил, заперла в подвальной комнате. А ночью ребята услышали, как сквозь защиту пытаются прорваться твари — ни одна сигналка не сработала. Они только и успели, что натянуть защитную форму, как щит вокруг крепости рухнул, а Феликс сбежал. Благо в команде сильный воздушник, вытащил коллег из западни. Остальное вы видели. Не в силах добраться до Феликса, Элена его уничтожила. Но все равно не успела предотвратить случившееся.

По мере рассказа мозаика в голове складывалась, правда, картина выходила жуткой. На мгновение стало стыдно за то, как я думала об Элене. Все мои выводы только что перевернулись с ног на голову.

— Ричи тоже подвергся влиянию тьмы? — уточнила я. Мне ещё у разлома показалось, что действия артефактов схожи. А сейчас ещё и информация про сигналки всплыла. — Поэтому он снял защиту вокруг нашей крепости?

— Его поймали? — подхватил тему Касьян.

— Да, его нашли. И да, есть признаки подчинения. Настолько слабые, что все обратимо. Он вовремя убрался отсюда, сейчас Ричи у целителей.

Известие, что Ричи поймали, не принесло той радости, которой я ожидала. Вернее, я обрадовалась, но теперь на Ричи, каким бы говнюком он ни был, злиться не получалось. Не иначе парень родился под счастливой звездой — он, в отличие от Феликса, остался жив.

— Какова вероятность, что тьма влияет только на тех, у кого слабый дар? — уточнил Кас.

— Комиссия решила именно так, — ответил Верховный.

Меня царапнул ответ. То, как Верховный дистанцировался от комиссии. Он мог сказать «мы считаем так», но вместо этого озвучил мнение комиссии. То есть сам он придерживается другого мнения?

— И после этого ты настаиваешь, что Иветта должна остаться? — Касьян подался вперед, опираясь локтями о колени. — Тебе напомнить, какой у неё уровень дара?

Я вспыхнула, как и всякий раз, когда кто-то упоминал эту особенность. Да сколько можно?! Сила артефактора не в уровне резерва! Как по мне, то лучше умный слабосилок, чем долбостук, из которого сила дурниной прет.

— Но если артефактор был заперт, — поспешила я перевести тему, — более того, погружен в сон, как он смог выбраться, сломать защиту и сбежать?

Господин Морриган щелкнул пальцами и указал пальцем на меня, мол, вот, хороший вопрос!

— Даже если допустить, — начала я выстраивать логическую цепочку под одобрительным взглядом главного мага, — что темная энергия смогла развеять наведенный сон, выбраться из запертой комнаты, не привлекая внимания, невозможно. Взлом бы услышали.

— Там такая дверь стояла, что снести её можно было разве что воздушной кувалдой, — подтвердил мужчина, довольный моей догадкой.

— Но тогда получается, что ему помогли, — тихо озвучила я вывод, что витал в воздухе. Кас замер, уставившись на меня. Что? Я и сама не хочу в это верить! Вот только Верховный никак не возразил. — Но кто мог пойти на такое?

— Тот, кто может контролировать тварей и кому по силам подчинить своей воле одаренного.

Меня обдало холодом, когда до мозга дошел смысл.

— Ты считаешь, что кто-то другой, не Феликс, управлял тварями? — включился в тему Кас.

После того как Верховный кивнул, Кас встал со стула и принялся нервно мерить шагами кабинет.

— Если бы тьма влияла на магов, подчиненных было бы гораздо больше, — пришел он к умозаключению. — Но под действие попали артефакторы из соседних секторов.

— И ещё двое пострадавших на противоположной стороне купола, — подкинул дровишек для размышлений Верховный. — Опять же, соседние сектора.

— Нет, тут что-то другое, — чертыхнулся Касьян. — Не сходится.

А я меж тем мысленно представила схему купола, поделенного на сектора.

Два рядом. Два сектора напротив? И ось через центр купола. Что-то в этом есть, чем-то на цикличность рун похоже. Эффект зеркала? Нет, данных маловато. И ведь не поделится никто, не доросла, что называется! Но раз уж я тут остаюсь, да ещё и буду контролировать сразу два артефакта — есть шанс что-нибудь выведать.

— Вы знаете, кто это делает? — не выдержала я.

Он же Верховный! Главный маг королевства! Он должен знать!

Но душу грыз червячок сомнений, ведь будь это так, этот разговор просто не состоялся бы. А Верховный специально подкидывает информацию, чтобы мы до всего дошли своими извилинами.

— Нет, — раздраженно выдохнул маг, не оправдав мои надежды. — Пока это лишь мои подозрения, бездоказательные. Собственно, я и вам рассказал это лишь для того, чтобы вы держали ухо востро. Если заметите что-то странное, подозрительное — сообщайте незамедлительно. Вот ещё что. Мы нашли почтовик Элены. Плетения изменены так, чтобы артефакт не отправлял письма, а уничтожал. Поэтому, держи.

С этими словами он протянул Касьяну мой переговорник! Тот самый, который я собрала в гильдии!

— Иветта объяснит, что это за артефакт и как работает. О нём никто, кроме нас троих, знать не должен!

Хотелось бы посетовать, мол, даже разрешения не спросили, но умом я понимала, что в нынешней ситуации Касьяну переговорник нужнее. Он командир, ему и связь держать. Не мне же болтать с Верховным по вечерам.

— Понял, — отозвался Кас, бросив на меня заинтересованный взгляд.

— Как мне быть, если тьма влияет на слабосилков? — спросила без обиняков. — Есть какая-то защита?

Внутри была какая-то иррациональная уверенность, что Верховный все продумал. Глупо, наверное, но как есть. И господин Морриган эту уверенность уловил. Усмехнулся, потарабанил пальцами, глядя на меня добродушным взглядом.

— Всех артефакторов отозвали, на их места отправлены те, кто неуязвим для темной энергии, кто может понять, если с кристаллами что-то не так. В связи с этим у меня назрел вопрос, — господин Морриган откинулся на спинку и сложил руки на животе. — Иветта, насколько я знаю, вы сирота. Что вам известно о родителях?

Я растерялась от такого перехода. Ещё не успела переварить новость, что я такая «особенная» не одна, что есть другие, как Верховный ткнул в самое уязвимое место. Что я знаю о родителях? Да лишь то, что рассказывали дядя Алек — а знал он до обидного мало — и мастер Валленштайн.

— Мама — артефактор, ученица мастера Валленштайна. Отец — маг, которого призвали во время прошлого прорыва, — я старалась говорить ровно, но на этом месте голос предательски дрогнул. Судя по тому, как изменился взгляд Верховного, он все понял. — Погиб. Мама умерла, когда я была малюткой. Кровных родственников нет, с маминой стороны точно, мастер бы сказал. Может, со стороны отца кто и есть, но мне это неизвестно. Когда закончится контракт, попробую разыскать. А к чему вы спрашиваете?

— Видишь ли, все дело в том, как ты отреагировала на кристаллы, наполненные темной энергией, — обронил он загадочно. — Ты её почувствовала, а это могут только те, в ком течет кровь драконов.

Челюсть у меня в буквальном смысле отвисла.

Драконы?!

— Драконы? Но ведь они все погибли! — я аж подалась вперед, а потом до меня, как до улитки, дошло: речь о потомках, а не о самих двуликих. — Что? Вы думаете, что во мне…

Я замолчала, вперив взгляд в столешницу, и принялась перебирать воспоминания. Например, как легко я считала драконьи плетения. Там, у разлома. Одного взгляда хватило, чтобы понять — они повреждены. Удивительно, но я как-то быстро сообразила, где именно поломка. И как её устранить. Разве может то, чего я никогда не изучала, казаться настолько знакомым и понятным? Может ли во мне говорить кровь древней расы? Мама ведь тоже была талантливейшим артефактором!

— Проверим? — прервал мои мысли Верховный.

Я оторвала взгляд от стола. Наши взгляды встретились.

Не услышав ответа, мужчина протянул мне кольцо. Старинное. Широкое. С огромным лунным камнем в центре. По внутренней стороне шла вязь символов, но они были такими мелкими, что без специальных инструментов не прочитать.

— Смелее. На безымянный палец.

Сама не знаю почему, но я медлила. Было чувство, что это кольцо может перевернуть всю мою жизнь с ног на голову. Но если я сейчас не узнаю правду, потом буду жалеть.

— Тьма! — тут же выругалась себе под нос. — Что за?..

Стоило только надеть кольцо, как оно сжалось, став точно мне по размеру, а внутреннюю сторону пальца пронзило короткой острой болью.

— Ничего страшного, проба крови, да и только, — успокоил господин Морриган.

Вот только спокойнее не стало, разве что обиднее. Могла и догадаться, как проходит проверка. Это ж очевидно! А ещё умной себя считаю!

Камень на кольце вдруг начал равномерно сиять зеленоватым светом, отвлекая от глупых мыслей.

— Что это значит? — первым спросил Кас, опередив меня буквально на секунду. — Она потомок драконов?

— Нет, — заявил Верховный. Выглядел он опечаленным, словно возлагал на меня надежды, а я их не оправдала, и весьма озадаченным, будто ему подсунули головоломку, которую он не смог решить с наскока. — Потомков кольцо идентифицирует красным. А вот что значит зеленый — я не знаю. И никто не знает. Драконы охраняли свои секреты и инструкций не оставили.

Я чувствовала себя неуютно, как человек, который что-то скрывает.

— В любом случае связь с драконами есть, иначе камень бы не среагировал. А значит, подчиненной тебе стать не грозит, Иветта.

Я шумно выдохнула, улыбнувшись. Хоть что-то хорошее!

16. О том, как гномы слово своё держат

Слушая вполуха парней, обсуждающих сложившуюся ситуацию, сразу после того как начальство покинуло крепость, я думала о том, как жизнь может перевернуться за каких-то жалких двадцать минут. У меня в голове никак не укладывалось, что я связана с древней расой драконов. Но каким образом? Почему среагировало кольцо? Что значит зеленое свечение?

— О чем задумалась, принцесса? — Киран дернул меня за косичку, привлекая внимание.

— Тебе что, двенадцать? — поддела я его, вынырнув из раздумий. — Ты ведь знаешь, что если мальчик дергает девочку за косички, то он так выражает свою симпатию?

— Упасите боги, — огневик подался назад, делано испугавшись. — Ты, конечно, красотка и все дела, но я ещё жить хочу. — Я непонимающе уставилась на него, и Киран пояснил, не забыв закатить глаза: — Какой дурак встанет на пути у Каса? Да и к тому же я уже взрослый мальчик, и методы обольщения у меня тоже взрослые. Рассказать?

Парни тихо посмеивались, слушая перепалку.

— Это даже звучит пошло, — фыркнула я, чувствуя, как от его проникновенного громкого шепота — чтобы наверняка услышали все — щеки предательски наливаются румянцем.

Ещё и двусмысленная фраза про Касьяна! Вот ведь прилип как банный лист!

— Вы только посмотрите, как она мило краснеет, — расхохотался верзила, приобняв меня за плечи, подставляясь под удар локтем в бок. Парень охнул, но шутить не перестал: — Ну и как такой цветочек селить в одной комнате с парнем?

— Что? — я обалдевшим взглядом обвела членов команды. — Это ещё зачем?

— Затем, что мест не хватает, — пояснил Касьян. — Элена будет жить с Агнесс, а тебя куда? Народу слишком много, чтобы мы могли жить по одному — комнат столько нет. Так что выбирай, кто будет твоим соседом — Веррон или я? Натан с Кираном уже скооперировались. У Веррона отличный вид из комнаты, а я буду жить в кабинете — поближе к кухне.

Про кухню он сказал специально, чтобы сгладить острые углы.

Жить с Касьяном? Да боже упаси, уж лучше под столом в мастерской! О, кстати, а это ведь идея! Если Кас переезжает в кабинет, почему я не могу переехать в лабораторию?

Я взглянула на Веррона, на Касьяна и выдала:

— У меня есть идея получше — я перееду в мастерскую.

— В кладовку? — фыркнул Киран.

— Ну, для тебя это, может, и кладовка, а для меня пусть и небольшая, но комната, — пожала плечами. — Я ж миниатюрная, а в сравнении с тобой, Киран, и вовсе как блоха на собаке. Мне много места не нужно. Зато буду жить одна. Учитывая наши опасения относительно существования неизвестного вредителя, я бы предпочла, чтобы больше ни у кого не было доступа к моим вещам.

— Она дело говорит, — согласился Натан. — На лаборатории есть замок?

— Только засов внутри, — припомнила я. — Но это нестрашно, я поставлю защиту. Поверьте, ее не взломают, — произнесла с гордостью.

В памяти свежи были воспоминания о том, как учитель на выпускном экзамене в шкатулку с моей защитой положил билет, гарантирующий «халявную» сдачу предмета. Примечательно, что открыть её так и не смогли, за что «отлично» получила я.

Это было пару недель назад, а по ощущениям прошла целая жизнь.

— Тогда решено, — Кас хлопнул по коленям, вставая с места. — К Веррону подселим кого-нибудь из парней, и девчонок сможем устроить по отдельности.

Запасные кровати в крепости имелись с тех времен, когда здесь квартировал целый гарнизон, а не группа из пяти человек. В каждой комнате по трое-четверо жили, и никаких тебе кабинетов. Обычная такая казарменная мебель — ни красоты, ни шика, один функционал. Занести и собрать такую штуку для двух рукастых парней — плевое дело. Они больше времени потратили, пытаясь развернуться, чтобы выйти из комнаты — такая образовалась теснота. Даже дверь не полностью открывалась — в спинку кровати упиралась. Какое счастье, что чистоту трудами и магией Касьяна утром еще навели. Разложить все удобненько, и можно жить.

Напряженка возникла с дополнительным постельным. Ни матраса тебе, ни подушки. Пока парни решали, кто чем поделится, я, забывшись, вытащила все это барахло из своей сумки. И матрас, который приобрела у гномов во время практики, и пуховое одеяло — на которое потратила три стипендии, потому что мне, мерзлячке, под казенным общажным было холодно. И подушку, что шла в комплекте. Вообще-то, их было даже две, но вторая мне сейчас без надобности.

Поняла, что что-то не так, когда в комнате установилась идеальная тишина.

Парни с самым настоящим обалдеванием смотрели на сумку, из которой я попутно вытащила на кровать ещё стопку книг, желая поставить их на полку. Поняв, в чем дело, мысленно дала себе затрещину. Надо ж было так увлечься, чтобы забыться!

— Правду говорят, в женской сумке можно найти что угодно, — задумчиво пробормотал Натан.

Киран поступил более бесцеремонно — просто схватил сумку, стоявшую в изножье кровати. Я не возражала, напротив, приготовилась с интересом наблюдать за представлением. Совесть у парня все же была, он пару раз оглянулся, чтобы убедиться, что я не против его любопытства, и сунул руку внутрь.

Я изо всех сил сдерживалась, чтобы не засмеяться — такое у него лицо сделалось растерянное, словно ребенка поманили леденцом, а тот оказался иллюзорным.

— А как это? — бормотал он себе под нос, раз за разом не находя в сумке ничего необычного. Дай ему волю, он бы в неё с головой залез!

Парни уже вовсю тихо хихикали, поняв, что сумка не просто с секретом, но и с отличной защитой от любопытных.

Киран вытряхнул содержимое на кровать: вылетел блокнотик, которым я пользовалась во время учебы, да пара ручек. Это не было необходимости пихать в подпространство, для ежедневных нужд мне хватало и обычного кармана. Плюхнувшись на кровать, отчего та жалобно скрипнула, парень собрал всю мелочь обратно в сумку, после чего протянул её мне и с обидой во взгляде поинтересовался:

— Защита, да?

— Конечно, — усмехнулась я, не сдержавшись.

Увиливать смысла уже не было — парни видели достаточно, чтобы сообразить, в чем секрет.

— Твоих рук дело? — поинтересовался Веррон недоверчиво.

Никак решил обменять стазисный ларь на вот такую сумку? Ага, держи карман шире!

— Нет. Это последнее творение моей мамы, — непроизвольно погладила я шершавую ткань.

— А… — хотел было что-то спросить Киран, но захлопнул рот, даже не начав.

Я лишь успела заметить, как Кас отрицательно мотнул головой, как бы говоря парням, что тему развивать не стоит.

— Пожалуйста, не рассказывайте об этом новеньким, — обратилась сразу ко всем. — Я им не доверяю.

Настроение у парней вмиг переменилось. Повеселели они, что ли. Даже Киран разулыбался как ненормальный.

— Что я такого сказала? — уточнила у Каса, после того как остальные свалили из комнаты.

— Что доверяешь нам, — улыбнулся он. — Ладно, располагайся, не буду мешать. Зови, если понадобится помощь.

Я не стала доказывать, что имела в виду вовсе не это, ведь, если задуматься, так легко мне только в компании своих девчонок. А значит, парням я действительно доверяю. Пусть даже и неосознанно.

Вечер прошел без каких-либо эксцессов. Натан притащил мини-сундук — основу под стазисный ларь, который я ему задолжала. Так что до самого отбоя я делала расчеты на основе габаритов, чтобы точно знать, в каких местах должны быть расположены руны.

Под своим одеялом да на родной подушке спалось на диво сладко. Снилось что-то хорошее и светлое, никакие монстры не тревожили мои грезы. Вроде бы даже пригрезилось, что я парю в облаках… Ровно до того момента, пока не грянул гром. Частые гулкие раскаты становились все ближе и страшнее. Проснувшись, я ещё пару секунд пыталась понять, то ли это моё сердце так грохочет, то ли так гремит в реальности. Как оказалось, мой организм был ни при чем — кто-то атаковал входную дверь.

Послышался топот ног спускающихся по лестнице парней. Выскочив в коридор, я нос к носу столкнулась с Касьяном. На какую-то секунду наши взгляды перекрестились, и, зуб даю, думали мы в этот момент об одном и том же: по нашу душу явился неизвестный доброжелатель или, хуже того, твари прорвались сквозь защиту и теперь пытаются проникнуть внутрь.

Грохот повторился. Кас, словно очнувшись, рванул к парням. Заметив в его руках защитную форму, чертыхнулась — я о ней даже не вспомнила. Вот что значит отсутствие подготовки.

— Что происходит? — напряженно поинтересовался Натан, лихо перепрыгивая ступени.

— Может, явилась команда Элены? — с сомнением в голосе предположил Веррон.

Каждый из них прямо на ходу натягивал защитную форму. Киран, сделавший это быстрее всех, сдвигал стулья, освобождая пространство для боя.

— В такой час? — усомнился Кас. — Точно не они. — Убедившись, что все собраны, приказал: — Полная боевая готовность! — Видимо, стратегия на подобный случай уже была проработана, позиции были отмечены для всех заранее. Ребята рассосались, я видела только Веррона, присевшего на корточки в тени лестницы. Командир обвел взглядом всех и остановился на мне. — В мой кабинет, живо! Закройся изнутри. В случае чего в столе есть камни переноса.

Он ещё не договорил, а меня уже подхватило волной воздуха и снесло на несколько шагов назад, подальше от линии атаки. Сглотнув горечь, я кивнула. Подобные приказы командира не обсуждаются. И только я собралась скрыться в кабинете, чтобы не быть балластом, отвлекающим в бою, как грохот повторился.

— Эй, есть кто? — вместе с тем раздалось грозное из-за двери. Мы все на мгновение застыли, услышав вполне человеческую речь, а не грозное рычание предполагаемых тварей. — Открывайте!

— Ага, щас откроем, рады не будете! — угрюмо буркнул Киран, в руках которого вспыхнули фаерболы.

Я вздрогнула от очередного грохота. Если так продолжится, створка не выдержит натиска!

— Кто вы такие? — громко спросил Кас, стоя в паре шагов от двери.

— Служба доставки! — доложили ему с другой стороны.

— Какая ещё к тварям доставка? — рявкнул командир. — За дураков нас держите? Кто вы такие, и что вам надо?

— Гномья служба доставки, — не менее грозно гаркнули с другой стороны глубоким басом. Я запоздало сообразила, кому обязана столь бурным пробуждением и экстренной боевой готовностью, но ничего сказать парням не успела. Раздраженный гном — а теперь стало очевидно, что это именно он — в очередной раз ударил по двери, и добавил ясности: — Открывай, говорю, долго нам ещё тут торчать? У меня посылка для Иветты Маркес! Есть тут такая?

Секунду стояло гробовое молчание, после чего все парни в едином порыве обернулись ко мне. Да с такими выражениями лиц, что захотелось провалиться сквозь землю, сразиться со стаей тварей, оказаться по ту сторону разлома — что угодно, лишь бы оказаться подальше отсюда.

Вот гадство!

— Ив? — бровь Касьяна поползла вверх. — Ты ждешь доставку?

Всё ещё не решив, в какой угол забиться, чтоб меня в горячке не прибили, я неуверенно кивнула. И тут же встрепенулась. Какого дьявола я веду себя как забитая мышь? Я не виновата! Это все ненормальные гномы, чтоб им пусто было. Вот пусть парни на них и злятся. Я, между прочим, за эти мгновения неизвестности страху натерпелась на пару лет вперёд!

Сослуживцы, оценив перемену в моём настроении, в том же едином порыве повернулись к двери. Позиций они не меняли, всё так же оставаясь в боевой готовности, оружие не убрали, да ещё и рожи при этом сделали страшнее, чем у бандитов с большой дороги, ибо собирались мстить за свой поруганный, самый сладкий утренний сон.

Я тихо выдохнула: пронесло. А вот гномам не поздоровится!

Или не гномам… Это была последняя мысль, когда Кас открыл дверь, впуская нежданного гостя.

У меня дыхание спёрло, не то от ужаса, не то от восхищения.

Перед нами предстал могучего телосложения чернобородый гном. Невысокий для человека, но просто гигант для представителя подгорного народа. Чёрные как смоль волосы, густые и даже на вид жесткие, были заплетены в толстую косу. Борода, доходящая до пояса с массивной пряжкой, также была заплетена, кожа цвета кофе с молоком, кустистые брови и нос картошкой довершали картину. Одет он был в походный костюм из кожи большой клинохвостки без украшений и знаков отличия. В руке держал здоровую шипастую дубину, за пояс был заткнут двуглавый топор, из сапог торчали рукояти кинжалов.

— Клан чёрной бороды? — ошарашенно, даже скорее неверяще поинтересовался Веррон, переглянувшись с парнями.

Остальные были потрясены не меньше.

— А какой идиот ещё сунется в серую зону? — глубоким рокочущим голосом отозвался вошедший. Кончик его бороды колыхнулся, среди волосков мелькнуло что-то металлическое. Неужели ещё какое-то оружие? — И мы бы не сунулись, особенно когда у вас тут такая заварушка, но выбора не было. Обязательства нужно выполнять — на кону жизнь сородича! — закончил он с гордостью.

— Что это значит? — поинтересовался Кас.

— Это значит, — вступила я, решив помочь гному, — что сотрудники банка потеряли мою посылку, которую должны были доставить ещё год назад. Я там немного поскандалила, — от накатившего смущения захотелось ножкой шаркнуть, но я сдержалась, — вот управляющий и поклялся бородой, что доставит её, где бы я ни оказалась.

— Немного? — усомнился Киран. — И поэтому они отправили к нам представителей самого воинственного клана?

— Самую малость, — я показала пальцами малюсенький зазор и задрала нос, дескать, не про меня ваши гнусные домыслы.

— Как вы вообще сюда проникли? — командир продолжил допрос. — Это закрытая зона!

— Для нас в горах не существует закрытых зон, — торжественно и многозначительно провозгласил гном.

— И всё же? — Кас всё ещё был недоволен. А как иначе! Посторонние на охраняемой территории! Если сюда проникли гномы, кого нам ещё ждать в гости? — Вы могли отдать послание, или что у вас там, через наших.

— Пытались добиться, чтобы нас провели к вам, — чернобородый гулко ударил кулаком размером с кувалду в могучую бочкообразную грудь, давая понять, что пытались очень настойчиво, — но получили от ворот поворот. Не положено, и всё тут, хорьки равнинные! Говорят, оставляйте посылку, мы сами доставим, да только куда им, хлюпикам? Как увидали — сразу в отказ! Не возьмем, не положено! Да и как отдать посылку, от которой зависит честь целого народа?! Пришлось искать обходные пути. А ночью пришли, потому что днём слишком велик риск нарваться на патруль. А оно нам надо? Вот и выжидали, когда у вас станет поспокойнее.

— Почему наши отказались от доставки? В посылке что-то запрещенное? — командир прищурился. А гном аж в лице переменился. Если бы взглядом можно было убивать, командир был бы уже топором нашинкован и под камушком навеки почивать пристроен. Так играючи задеть честь горного народа! — Я не знаю иных причин для отказа, — пояснил Касьян, ничуть не смутившись.

Гость отчего-то развеселился. Хмыкнул, повернулся к нам спиной, демонстрируя ещё и двуручные секиры, которые с шинковкой справятся лучше, чем топор, и гаркнул куда-то за дверь:

— Мужики, заносите!

В крепость ввалились два гнома — почти точные копии «главного», — с натугой волоча грубо сколоченный ящик, лишь совсем немного уступающий габаритами моей новой кровати. По бокам были вырублены овальные отверстия для рук. Следом за ними вошли ещё три представителя горного народа. Все как на подбор: могучие, чернобородые и вооружённые до зубов.

А нет, не все!

— Здравствуйте, мастер Иветта, — почтительно поприветствовал меня один из гномов.

Рыжий! Я пару секунд вглядывалась в знакомые черты лица, пытаясь понять, откуда мне известен этот гном, а потом меня осенило: клерк из банка! Тот самый, что обнаружил оплошность с посылкой.

— Здравствуйте, — улыбнулась я. — Вас отправили проследить за доставкой?

— Так и есть, — подтвердил он нехотя, давая понять, что подобному назначению вовсе не рад. Он значительно уступал габаритами чернобородым сородичам и выглядел на их фоне как белая ворона. — Приложите ладони сюда, — он вытащил из сумки — я чуть не хихикнула — нечто похожее на абсолютно плоский маленький поднос.

Каменное дерево? Пластина в три мои ладони и по краям две ручки-хваталки. По периметру незатейливая кайма из символических молоточков и монет — логотип межрасового гномьего банка. Смеяться резко расхотелось — передо мной был еще один драконий артефакт.

— Просто приложить ладонь? — уточнила я у клерка с благоговением.

— Обе! И в банке сразу узнают, что доставка благополучно осуществлена. — Рыжебородый почтительно протянул мне артефакт, аккуратно удерживая его за ручки.

Я приложила руки к гладкой поверхности — рунная вязь, до этого невидимая, засветилась и почти сразу потухла.

— Вот и всё, — с облегчением произнёс ответственный за доставку дяденька. Судя по вздоху, сорвавшемуся с его губ, с его плеч свалилась целая гора! А как же, начальник поручился бородой. Ответственность! — Надеюсь, эта оплошность никак не повлияет на наше дальнейшее с вами сотрудничество. Вам всегда рады в межрасовом гномьем банке! — закончил он свою речь стандартной фразой, которую говорят всем клиентам.

Улыбнувшись, я кивнула.

— Так, а посылку-то вы мне отдадите?

Гномы как-то странно посмотрели на меня. Я даже слегка напряглась. Ну что ещё не так?

— Так, мастер Иветта, вот же она, — указал клерк на ящик.

— Постойте-постойте! — Я выдержала секундную паузу, пытаясь понять, как такое возможно. — Вы хотите сказать, что этот ящик и есть посылка? Я думала, это какой-нибудь переносной сундук, а посылка внутри!

Чернобородый хохотнул.

— Это защитный короб, чтобы при транспортировке не повредить посылку, — пояснил он. — Мало ли, уроним, а тут горы! Назад мы его не потащим, увольте. А вещь добротная — вам пригодится.

Я кивнула, не в силах что-то ответить — от шока язык к небу прилип, — но мысленно с ним согласилась. Это ж отличная основа под кухонный стазисник! Я как раз думала о том, чтобы его улучшить! И тут же дала себе подзатыльник: боги, о чём я вообще думаю в такой момент?! Не иначе как мозг пытается справиться со стрессом.

Что же получается? Мама отправила мне не письмо или свои рабочие тетради, а что-то такое, для чего потребовалась огромная тара! У меня руки затряслись от желания разобрать короб, чтобы добраться до содержимого. Пришлось сделать парочку глубоких вдохов, возвращая себе самообладание. Успею! Теперь эта посылка от меня никуда не денется!

— Вы же понимаете, что я не имею права вас отпустить? — хмуро уточнил Кас у предводителя. — Во-первых, вы всё-таки нарушители, а у нас тут чрезвычайная ситуация. А во-вторых, — Касьян в раздражении растер лицо ладонями, — отпустить вас в заведомо опасный маршрут я не могу и поделиться штатным камнем переноса тоже.

Парни, кажется, готовы были зароптать, но под начальствующим взглядом поостереглись. Гномы недовольно забурчали — такого поворота они не предвидели, но серая зона есть серая зона. Лучше не нарываться. Да и какими бы могучими они ни были, а с магами сражаться — себе дороже.

— Садитесь, — обратился командир к гостям, — придётся подождать.

— Докладная? — скривился Натан. Кас кивнул, а некромант тут же сделал вывод: — У-у-у, это надолго! Вы как, голодные? — проявил он гостеприимство.

Командир ухмыльнулся, глядя на реакцию подчиненного с самым «жутким» даром, и скрылся в коридоре. Я было кинулась на помощь Натану — уж посуду достать могу, всё-таки это мои гости, но сообразила, что по переговорнику, которым Кас пользоваться не умеет, будет быстрее. И эффективнее, с учётом того, что на обратной связи будет сам Верховный. Подавила приступ скромности, подмигнула рыжему клерку — мол, сделаю, что смогу — и помчалась за командиром.

Кас всерьёз собрался писать докладную. Там люди сутки в пути, а то и больше, да и нам бы отдохнуть — а то с графиком какая-то чехарда! Уже вторую ночь подряд занимаемся чем угодно, только не спим! Гномы рано или поздно уйдут… но чем раньше это произойдет, тем меньше парни на меня будут бурчать. Особенно соня Киран!

Да и чего греха таить, мне самой не терпится посылку от мамы посмотреть…

— Командир, — почему-то захотелось подчеркнуть, что я тут вполне официально, а не из-за каприза, — артефакт, который тебе дал Верховный, он где? Только не говори, что ты про него забыл, — не упустила из виду легкое замешательство Касьяна.

Кажется, я попала в точку. Мужчина молча достал переговорник. Схватив его, я привычным прикосновением активировала артефакт. Пока ждали отклика, молчали. Кас с любопытством смотрел на искорку, бегающую по кайме артефакта — он же никогда не видел такого и терпеливо ждал результата, не так я планировала начать победное шествие моих разработок в народ, не так!

Из звуковой мембраны послышались проклятья: «Опять! Только уснул!»

— Иветта! Что там у вас? Это же ты произвела активацию?

— Виновата, господин Морриган, — тут же отозвалась я, чувствуя, как горят уши. Бедный Верховный, ни минуты покоя! А тут ещё мы с гномами. — Командир тоже здесь, — и дала знак Касу включаться в разговор. Как это делается, он видел.

Да только от растерянности он наклонился к переговорнику излишне резко, задев щекой мой нос. Я отскочила, как ошпаренная, а память, зараза такая, выдала — он всё ещё пользуется мылом с этим запахом. Гвоздика и горький миндаль.

— Докладываю. У нас чрезвычайная ситуация. На территории крепости шестеро посторонних. Гномы. Клан чёрной бороды. Вооружены. Доставили посылку мастеру Иветте. Проникли незаконно, гномьими тропами, в обход контрольного пункта.

Голос Каса звучал уверенно, а вот выглядел он… глаза круглые как блюдца! Бедолага пытался осознать, как такое вообще возможно, и при этом не оплошать перед начальством. Я держала лицо, хотя внутри издевательски хихикала. Приятно было видеть его таким обалдевшим, выбитым из колеи!

Не только ж мне страдать!

— И что они сейчас делают? — оторопело поинтересовался Верховный. Голос, во всяком случае, стал куда бодрее.

— Полагаю, что пьют чай, — отрапортовал Кас. — Я отказался их отпускать без распоряжения свыше.

— И они согласились? — недоумение господина Морригана было неподдельным. — Чёрные бороды?

Я развеселилась. Да кто их спрашивал?

— Не возражали, — более лаконично отозвался Касьян.

С другого конца переговорника послышался тяжелый, усталый вздох.

— Иветта! — не то посетовал, не то простонал господин Морриган. — Я уже сто раз пожалел, что предложил тебе это место! Там, где ты, никогда покоя нет! Кошмарная женщина! — Бушевал в переговорнике голос Верховного. — То государственные преступники вокруг тебя, то полчища тварей. Теперь вот чернобородые поклонники к тебе аж в серую зону притащились!

— Можно подумать, я это нарочно! — возмутилась, обиженная до глубины души. — И вообще!

Претензии, которые буквально рвались из меня, Верховный слушать не пожелал.

— Да понял, понял, — уже вполне добродушно перебил меня господин Морриган. — Кас! Отправляй гостей камнем переноса. И не жадничай. Вам группа Элены сдвоенный комплект доставит. Всё, и чтоб до утра не беспокоили! Я с вами скоро забуду, что такое сон!

Связь оборвалась.

— Что это только что было? — в полном офигении поинтересовался Касьян.

Что именно его смутило? Реплика Верховного про страшную женщину? Оговорка про государственного маньяка? Или переговорник?

Прикинув перечень вопросов, которых мне было не избежать, я мысленно застонала. А-а-а! Да за что мне это всё?!

— Пошли выгонять гномов, — махнула рукой. — Мне не терпится открыть посылку.

17. О том, как прошлое врывается без стука

Гномы покинули крепость, воспользовавшись камнями переноса сразу, как представилась такая возможность.

— Как-то вы слишком быстро решили вопрос, — заметил Натан, появившись в проеме кухни с кружкой, над которой вился пар.

— Связался сразу с Верховным, он скор на решения, — ни единым словом не соврал командир, присаживаясь на стул. — Штабные наверняка все спят, пока их добудишься, пока они решат, что делать… Ещё могли бы и посылку изъять для проверки.

Я на секунду напряглась — при мысли, что кто-то другой мог вскрыть посылку, стало не по себе — но почти сразу расслабилась. Как вовремя Верховный оставил нам переговорник!

— Ну, с этим мы и сами прекрасно справимся, — Киран шкодливо улыбнулся, глядя на меня. — Должны же мы убедиться, что внутри нет ничего опасного и запрещенного. Правда, парни?

Он даже бровями пошевелил, мол, мы ведь тут все свои, у нас не должно быть секретов друг от друга.

— Любопытство убило кошку, — отбила я попытку сунуть нос туда, куда не следует.

— Заметь, именно кошку, а не кота! — Киран развел руками, как бы оправдываясь.

— Это недолго исправить! — вступился Натан, присаживаясь напротив командира. — Тебе же сказали, это не твоё дело.

— Конечно это не моё дело. Вот почему я хочу знать!

Я демонстративно закатила глаза. Огромный, как медведь, я ведет себя хуже ребенка.

— От кого посылка-то? — поинтересовался Веррон.

— От мамы, — я осторожно провела пальцами по дереву.

Парни некоторое время молчали, осмысливая сказанное. Не так давно они узнали, что моя мама умерла, а тут посылка с того света.

— Приданое, что ли? — голосом, в котором слышалось разочарование, предположил Киран. Мы дружно уставились на него. — Что? Моя родители собирают приданое для сестренки с самого её рождения. Сундук набрался уже не меньше этого, — кивнул он на короб, — а ведь ей только двенадцать!

То, с какой нежностью в голосе он говорил о сестре, пробуждало легкое чувство зависти. Мне всегда хотелось иметь старшего брата, разве что не такого устрашающего на вид и не такого любопытного!

— Поможете мне вскрыть ящик? Нужен, наверное, ломик.

В следующую секунду массивный темный деревянный короб вдруг зашелся крупной дрожью. Испугавшись, я отскочила на пару шагов, не понимая, что происходит. Верхняя крышка с натугой отделилась вместе с гвоздями и аккуратно встала у стены, так, чтобы никто не поранился даже случайно.

— Готово, — произнес Кас.

Внутри действительно оказался сундук габаритами лишь чуть меньше самого короба.

— Ух ты, замок на крови… — присвистнул Веррон, когда сундук вытащили наружу. — Иветта, да ты полна сюрпризов.

— Ты даже не представляешь каких, — обронил Касьян. — Ну и что ты будешь делать с этим сундуком?

— Поставлю вместо кровати, — пожала я плечами. — По росту он мне в самый раз, да и дверь будет нормально открываться, а не так, как сейчас, когда нужно протискиваться в щель.

— Что, опять толкаться в твоей кладовке? — возмущенно простонал Киран. — Тогда ты просто обязана показать, что внутри!

— Никаких проблем, сама все сделаю, — заявила я упрямо, рассердившись, услышав подобный ультиматум.

Неужели так сложно понять, что посылка от умершей мамы слишком личное, чтобы этим делиться?

— Да ладно-ладно, — стушевался огневик, пробурчав: — Уже и пошутить нельзя.

— Нашел с чем шутить, — Веррон попытался отвесить товарищу подзатыльник, да только у огневика оказались на диво хорошие рефлексы — вмиг уклонился. — А ты, — ткнул маг в меня пальцем, — нашла кого слушать. Гордячка!

Я стыдливо опустила глаза. Что есть, то есть.

Буквально за двадцать минут парни все сделали — в восемь-то рук! Я скрутила матрас вместе с постельным и подушкой в рулон, освобождая кровать, парни её тут же разобрали и унесли, установив на освободившееся место сундук. Не обошлось без матерной ругани, конечно, пока его пропихивали в проем — оказалось, дверь была на пару сантиметров уже, чем требовалось, — но тем не менее.

— А ничего получилось, — заметил Касьян, усевшись на табуретку. — Даже посвободнее стало.

— Натан, — обратилась я к некроманту, решив, что он больше остальных заинтересуется моим предложением, — я могу сделать на основе короба новый стазисный ларь для продуктов. Но нужно его доработать — сделать откидную дверцу, добавить полки и закрыть вырезанные отверстия. А потом и старый ларь проверю, чего там Ричи накрутил.

— Спасибо, Ив. Это ты здорово придумала, — мужчина посмотрел на меня с благодарностью. — Я как раз голову ломал, где хранить продукты, когда к нам присоединится команда Элены.

— Этим займусь я, — заявил вдруг Веррон. — Прямо сейчас. Все равно уже ложиться спать нет смысла.

Тут он был прав. За окном светало, наступало утро.

— Ну не знаю, — протянул огневик, зевнув. — Лично я не откажусь вздремнуть ещё пару часиков. С появлением Иветты я практически забыл, что такое нормальный сон, — почти точь-в-точь повторил он слова Верховного. — Что ни день, то приключения. Кас, какие у нас на сегодня планы?

— Надо проверить сигналки, — командир не раздумывая озвучил задачу. — Ив, ты сможешь сделать дополнительные оповещалки? Хочу знать, если к крепости кто-то приближается.

— Например, гномы? — уловила я сходу мысль. — Да без проблем.

Уже имеющиеся сигналки реагировали только на тварей, а учитывая тот факт, что где-то бродит недоброжелатель, подобная мера предосторожности нам совсем не помешает. То, что гномы застали парней врасплох, им совсем не понравилось. Никто не любит чувствовать себя уязвимым.

— В общем, разбудите меня, — махнув рукой, Киран вышел из комнаты.

Натан и Веррон последовали за ним, на ходу обсуждая будущий стазисный ларь. Касьян ещё какое-то время сидел, сверля меня пристальным взглядом, словно пытаясь прочесть мысли.

— Не думай, что увильнула от вопросов, — заявил он наконец.

— Как и ты, — ответила я той же монетой. Командир состроил удивленную гримасу, мол, я открытая книга и ничего не скрываю. Ага, нашел дурочку. — Думаешь, я не заметила, как вы общаетесь с Верховным? При ребятах ещё стараетесь придерживаться субординации, но я услышала достаточно, чтобы понять, что это лишь видимость. Кто он тебе? Дядя? Друг семьи? Наставник?

— А почему уж тогда сразу не отец? — Касьян вздернул бровь, широко улыбаясь.

— Я имела честь быть представленной твоему батюшке, — сарказм сдержать и не пыталась. И дурак бы понял, что честь, на мой взгляд, сомнительная, а удовольствие от знакомства и мимо не пролетало. Всякий раз, когда я вспоминала эту «встречу», возникало чувство, словно в помоях искупалась. — Так что имею представление о том, как он выглядит. И это точно не Верховный.

На этих словах улыбка сошла с лица Касьяна, и что-то жуткое и странное появилось во взгляде.

— Что? — он быстро приблизился и навис надо мной, схватив за плечи. Мне даже не секунду показалась, что сейчас он меня встряхнет, чтобы услышать ответ, но нет. Сдержался. — О чем ты говоришь? Когда это ты успела познакомиться с моим отцом?

У меня внутри всё оборвалось, словно я спрыгнула с самой вершины горы. Ну зачем я это сказала? Вот ведь идиотка!

— Да какая разница? — попыталась увильнуть от неприятной темы, все ещё надеясь на успех.

Но я не почувствовала, что он удовлетворен моим ответом. Кас по-прежнему всматривался в моё лицо, как будто пытался что-то вспомнить.

— Когда ты с ним познакомилась? — в его голосе проскользнули рычащие нотки.

Я сделала шаг назад, спиной упершись в стену. Если он вздумает сократить и без того небольшое расстояние между нами, мне будет некуда деваться. Я в прямом смысле окажусь в ловушке, без возможности сбежать. Но я взяла себя в руки. Если Касьяну нужен этот разговор, кто я такая, чтобы запретить ему бередить воспоминания о событиях минувших лет? Вздернула подбородок, смело взглянула ему в глаза и равнодушным голосом поинтересовалась:

— А от кого бы я ещё узнала о твоей помолвке? Ни ты, ни Злата не посчитали меня достойной этой информации.

Кас молчал долгую минуту, переваривая услышанное. Лицо его было неестественно-бледным и застыло, будто окаменев. Если бы это было возможно, то я бы сказала, что он под действием стазиса, но нет. Касьян за мраморной маской скрывал злость. Он очень-очень сильно злился. Но почему?

— И ты поверила, — произнес он наконец голосом, полным укора.

Да как он смеет?! Одной короткой фразой ловко переложил всю вину за произошедшее на меня!

Это так задело, что, не желая того, я вспыхнула подобно фитилю у пороховой бочки.

— Я видела брачный договор с твоим именем и печатью рода, — заявила со злостью, которая копилась во мне все это время. Я толкнула Касьяна в грудь, заставляя отступить, потому что рядом с ним даже дышать было тяжело, а накатывающие эмоции накрывали с головой. — С самого начала ты знал, что мне нет места в твоей жизни, знал и все равно… — Разбил мне сердце! — Сделал мне предложение! Господи, да как я вообще могла в это поверить? Какая же я дура!

— Да, Ив, ты дура, — произнес он так, словно поставил диагноз. Неимоверным усилием воли я осталась на месте, не набросившись на него с кулаками. — Потому что свалила на свою практику, оставив жалкую записку и даже не пожелав меня выслушать! Если бы ты…

Ну конечно, во всем виновата я! Не желая выяснять, в чем же я там виновата, по его мнению, нагло перебила:

— А нужно было умолять тебя бросить невесту и выбрать меня, — злая ирония сочилась из вскрывшейся душевной раны, — так, что ли? Отказаться от рода, статуса, наследства?

Кас схватил меня за плечи и таки встряхнул.

— Я отказался от рода, — выплюнул он, — от статуса, — усмехнулся мне прямо в лицо, — от наследства. Даже от возможности стать Хранителем! Потому что выбрал тебя! С первого дня нашего знакомства я всегда выбирал только тебя!

— Ты врешь, — заявила я громко, пытаясь скинуть его руки, вот только Кас сжал меня ещё крепче, не выпуская. Он так прижал меня к себе, что приходилось вставать на носочки, чтобы смотреть ему в глаза, а не в шею.

— Это ты не желаешь меня слушать! — не остался он в долгу. — И просто не хочешь признать свою ошибку!

— Мою ошибку? — я задохнулась от возмущения, жалея, что не являюсь стихийником. — Вы мне лгали! И ты, и Злата, а ошибку должна признать я? — В крайней степени бешенства я толкнула его так сильно, что он не просто отступил, а едва не упал, зацепившись за угол сундука. — Больше тебе ничего не надо? Может, покаяться?

— Было бы неплохо, — холодно процедил он. — Ты не дала мне ни единого шанса объясниться. Даже бросила меня через злосчастную записку. И я не врал, когда сказал, что ради тебя отказался от всего. Думаешь, как я попал сюда? — он раскинул руки в стороны. — А теперь живи с этим, гордячка Маркес.

И не сказав больше ни слова, развернулся и вышел из комнаты, хлопнув дверью так, что от косяков посыпалась какая-то крошка.

Глаза в тот же момент наполнились слезами, а ладони сжались в кулаки. Меня трясло от переполняющей душу злости так сильно, что хотелось что-нибудь разбить. И я разбила.

Даже не поняла, что схватила в горячке. В чувство меня привел звон разбившегося стекла. Кажется, я задолжала Натану кружку.

Неожиданная ссора с Касьяном так меня раздраконила, что я ещё долго не могла успокоиться: мерила шагами комнату. Три шага в одну сторону — взглядом нахожу свежую царапинку на двери, поворот, три в другую — колени упираются в табурет, торчащий из-под стола. В какой-то момент пришлось остановиться — от постоянных поворотов закружилась голова. Или это потому, что я так плотно обхватила себя руками, что дышать стало трудно?

Меня переполняли сильнейшие эмоции и противоречивые мысли, о которых я предпочитала до этого момента не вспоминать. Но разве такая горечь проходит бесследно? Разве ответ на вопрос «за что?» получен? Разве я простила себя за импульсивность? А сегодня? Что это вообще было? Тьма тебя задери, Касьян!

Впервые с того самого дня я усомнилась в собственных решениях. Я ведь действительно оборвала все контакты, не позволив Касьяну хоть как-то со мной связаться. Узнать о предстоящей свадьбе любимого с другой, более подходящей девушкой, было больно. После беседы с его снисходительным к нищей сиротке отцом я чувствовала себя униженной, но не сломленной. Не знаю, какие боги дали мне сил с достоинством пройти это испытание, но я справилась. Ни разу не опустила сухих глаз, не позволила боли, пронизывающей сердце, вырваться наружу, не подала виду, что от каждого произнесенного мужчиной слова меня тошнит. Но я точно знала, что, если посмотрю в глаза Касьяну, услышу от него оправдания или, хуже того, предложение стать любовницей женатого мужчины, уже не оправлюсь, развалюсь на бессмысленные куски, ибо потеряю стержень.

Так что я отправила записку, деактивировала почтовик и уехала в Тмутаракань на практику, зализывать раны, зная, что когда вернусь — его в академии уже не будет.

И только вдали я дала волю эмоциям.

Днём работала как проклятая, только бы прогнать дурные мысли и сладкие воспоминания, по ночам плакала от обиды в подушку, а когда, наконец, обессиленная засыпала, мне снился Касьян, ведущий к алтарю красавицу-невесту. Я просыпалась на брачных клятвах, и день начинался заново.

С практики я вернулась совсем другим человеком. Наигранно счастливой, отстранённой, безразличной к событиям поздней весны. Притворяться оказалось не так уж сложно, достаточно было избегать девочек. От одной только мысли, что Злата будет рассказывать брату о сломленной бедняжке Ив, у меня внутри всё переворачивалось. К тому же начался пятый год обучения, и программа сильно усложнилась, это позволило с головой погрузиться в учебу, не вызывая лишних вопросов. Девочки знали о моих проблемах с маленьким резервом, так что лишний раз не лезли. Я так гордилась тем, что смогла пережить разрыв с высоко поднятой головой. Но что, если я ошиблась? Есть ли место гордости в любви?

Вот была бы мама рядом! Она бы успокоила свою глупую дочь, уберегла от решений на горячую голову, помогла разобраться. Три года назад всё могло сложиться иначе. Но… мне лишь осталось учиться на собственных ошибках.

Взгляд вновь упал на сундук.

Кончики пальцев зудели от любопытства, но я не спешила заглядывать внутрь. В то время как все мои мысли заняты Касьяном, это казалось кощунственным, неправильным. Нужно успокоиться, а значит, погрузиться в работу. Только артефакторика способна вернуть мне душевное равновесие.

Что там просил командир? Оповещалки? Вот и займусь делом, только сперва соберу осколки кружки, валяющиеся под дверью. Не хватало по неосторожности наступить на них и пораниться.

Я тихо выскользнула из комнаты в поисках веника с совком, страшась наткнуться на Касьяна. Но вместо этого увидела хмурого огневика, сидящего за столом и сверлящего взглядом стену напротив. Он был в тренировочной форме, почти такой же, что нам выдавали в академии. Взъерошенный, вспотевший и грязный.

И от него так и веяло раздражением.

— Разве ты не собирался спать? — зачем-то уточнила я.

— А с вами разве это возможно? — буркнул Киран недовольно в ответ. — Ваши крики и мёртвого бы подняли.

— О, — всё, что смогла вымолвить от неожиданности. — Мне жаль, Киран. Я не думала, что…

Я стояла с красным от стыда лицом, не в силах сказать что-либо в своё оправдание, ибо говорить было нечего. Это ж надо было так увлечься ссорой, чтобы не заметить, как перешла на крик! Как мы оба перешли на крик, забыв, что нас могут услышать.

Получается, все в курсе? Милостивые боги!

Сейчас, как никогда ранее, я мечтала оказаться как можно дальше отсюда. Позорище!

— Да ладно, — смягчился огневик, а через мгновение и вовсе ухмыльнулся. — На самом деле было даже интересно узнать столько подробностей о Касьяне. А то бок о бок служим не один год, а ничего о нём не знаем. Кто бы мог подумать, что за неприступной стеной он прячет разбитое сердце?

— Лучше бы ты думал о последствиях своей болтовни, — одернул его Натан, появившийся в кухонном проеме. — Мало было того, что он тебя, как котенка, отмутузил на тренировке? А ведь у тебя опыта куда больше! Ещё хочешь?

— На то он и командир, — Киран пожал плечами, — чтобы быть ловчее. А тренировка лишней не бывает. Ладно, я пойду в душ, пока эти двое не вернулись.

Я вытаращенными глазами посмотрела, как Киран, чуть прихрамывая, двинулся в сторону лестницы.

— Это Кас его так? — обалдев, повернулась к Натану.

— А кто ещё? — подтвердил некромант мою догадку. — И это я его уже подлечил, было хуже. В следующий раз меньше болтать будет, иногда совсем границ не видит. Ты сама как? — поинтересовался он сочувствующим тоном.

— Нормально, — ответила я как можно спокойнее, пожав плечами.

Только жалости мне для полного счастья не хватало.

— Ещё одна лгунья, — фыркнул сослуживец в ответ.

Но навязываться не стал — скрылся на кухне. В этот же момент со стороны двери послышались голоса, так что я поспешила убраться подальше, прихватив инвентарь для уборки.

В кои-то веки моя жадность до артефакторских приблуд сыграла на руку!

Собираясь писать учебник по артефакторике, я набрала кучу самых разнообразных заготовок, и теперь мне было, с чем экспериментировать. А экспериментировать придется. Идея создать стандартные оповещалки почему-то не то раздражала, не то тревожила. Именно что своей стандартностью и тревожила. Если по округе разгуливает злонамеренный чужак, то кто сказал, что он дурак? Как-то же всё это время умудрялся вредить исподтишка?! Нельзя недооценивать врагов, считая их заведомо глупее себя!

А значит, нужно креативить!

Наверняка первое, что чужак захочет испортить, — это систему сигналок, реагирующих на тварей. Логично? Учитывая, что он уже это проворачивал, вполне жизнеспособное предположение. Значит, мои оповещательные ловушки должны быть рядом, но не настолько близко, чтобы вызвать у чужака тревогу.

Я зло ухмыльнулась — лучше нужно господам магам следить за творчеством студентов, лучше. Я вот не знала, что ловушки-следилки нельзя соединять в цепь и соединила. Гномы были очень довольны, даже заплатили! Я буквально обновила всю их систему оповещения, а то к ним повадились золотоискатели по шурфам шарить, гномов убивать. Считай, первый заказ! Но учитывая, что работать студентам до получения лицензии запрещено, мы этот факт не разглашали, и, как следствие, мастер Ла'Вилли об открытии не узнал. Но кто мне помешает повторить это сейчас? Мои ловушки помощнее стандартных будут. Всего-то одна руна-резонатор, и зона покрытия увеличивается, а расход силы сокращается. Эту руну я изобрела от отчаяния, на пятом курсе, когда мне катастрофически не хватало резерва, а средств каждый раз покупать накопители не было. Откуда у студентки такие деньжищи?! В результате получилась универсальная штука, хоть и трудоемкая в исполнении. Почти в любое плетение впихнуть можно, если знать как.

Найдя свои старые записи с нужными схемами и плетениями я порадовалась — почти ничего менять не нужно, местность-то горная, как и у гномов! — и ушла в работу с головой.

18. О том, как правда ранит

Когда Натан позвал на завтрак — просто отмахнулась. Уговаривать он не стал, и я было порадовалась — хоть кто-то понимающий! Но вскоре мой чуткий нос уловил аромат выпечки и свежего травяного отвара. Подняв голову от артефактора-приемника — самого сложного элемента во всей моей затее, — я обнаружила на краю стола блюдце с парой горячих сладких булочек и кружку, над которой вился пар. Устоять было невозможно, поэтому я всё же отложила работу на то недолгое время, которое мне потребовалось, чтобы уничтожить завтрак. Крикнув в никуда «Спасибо» — почему-то была уверенность, что Натан услышит, кухня-то недалеко, — я вновь погрузилась в свой эксперимент. И в следующий раз вынырнула в реальность, когда меня позвали на обед. Отмахнуться уже не получилось, Натан, не будь дураком, отправил вместо себя Кирана.

— Я не понял, а чем ты тут занимаешься? — брякнул он так возмущенно, что я от неожиданности подскочила на табуретке.

— Работаю, — выдохнула недовольно, призывая себя к спокойствию.

Мало того что я едва не проткнула себе глаз стилусом, которым чертила руны, так ещё и почти законченную ловушку безнадежно испортила.

А-р-р-р!

Спокойствие, Иветта, только спокойствие. Это же Киран! Ребёнок в теле взрослого мужчины! А на детей не обижаются, потому что они несмышленые, глупые…

Да кого я обманываю?! Прибью паразита!

— Ну и бросай эту свою работу, пришло время обеда, — простодушно сообщил потенциальный смертник, не подозревая, что ходит по острию лезвия. — Работа от тебя никуда не убежит, а Натан отказывается нас кормить, пока ты тут сидишь.

Я закатила глаза. Ну, ей-богу, дитя!

Не слушая возражений, он взял меня за руку и потянул, заставляя подняться со своего места, после чего развернул в сторону двери и, настойчиво подталкивая в спину, повел прочь из комнаты.

— Эй, мужики, — голосом прожженного сплетника начал Киран, как только мы оказались в общем зале, — у принцессы с этого момента новый позывной. Отныне предлагаю звать её Кремень! Вот скажите, что бы делала на её месте любая девчонка, получившая приданое? Вскрыла бы сундук, перемерила все тряпки и нацепила на себя бусики, правильно? Да ладно, девчонка! Мне самому этот сундук покоя не дает. А эта что? — он подтолкнул меня в спину, отчего я тут же оказалась в центре внимания. — Сидит, обложившись каким-то барахлом, и, внимание, ра-бо-та-ет! Вы прикиньте? Мы ночью готовились к обороне из-за посылки, которую она даже не вскрыла! У тебя совесть есть, Кремень?

— Совести нет, а вот желание треснуть тебя растёт с каждой секундой! — сообщила я шутливо, еле сдерживая улыбку.

Ну вот как на него сердиться?

Несколько секунд стояла тишина, а потом громыхнул хохот. Да такой, что задребезжали стёкла в рамах.

Веселье прервал вошедший с улицы командир.

— Обедаем и идем на обход территории. — Касьян был хмур и не скрывал своего дурного настроения. — Иветта, что с оповещалками? Когда будут готовы?

— Почти закончила, — ответила спокойно, даже равнодушно.

Я могу держать себя в узде, не терять рабочего настроя в отличие от некоторых!

— Сколько их будет?

— Тридцать.

— И всё?

Я скрипнула зубами — отступившие эмоции никуда не делись и готовы были вспыхнуть подобно тлеющим углям от любого дуновения ветерка. Например, когда сомневаются в моих способностях!

— Да, и всё, — ответила с прохладцей.

Кас спрашивал так, словно поставил задачу создать оповещалки не несколько часов назад, а минимум пару дней. Но даже на самые простые потребовалось бы больше времени просто из-за того, что в силу их малой эффективности нужно сделать сто штук, если не больше! Территория-то огромная!

— Мне казалось, тебе по плечу создать хотя бы пятьдесят элементарных одноразовых артефактов.

Я подняла брови в удивлении. Мне кажется, или я слышу тонкую издевку? Прищурилась, чувствуя, как внутри булькает раздражение. Что ж, я тоже могу выставить тебя командиром-идиотом. Даже особо стараться не придётся!

— У меня не было задачи сделать элементарные одноразовые артефакты, — заявила я, откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди, — так что я взяла на себя смелость создать систему оповещения, которая эффективнее в несколько раз за счёт того, что ловушки имеют больший радиус действия и соединены в цепочку. Но если нужны оповещалки, с деактивацией которых справится любой пятикурсник, только скажите, командир. Я наклепаю, никаких проблем.

— Вот как? — хмуро произнёс он, не сводя с меня взгляда своих синих глаз. — Что ж, хорошо.

Я медленно, но верно закипала.

Ни тебе благодарности, ни тебе спасибо. Мало того что отчитал меня, как нерадивую студентку, при всей команде, так ещё и просто «хорошо»?!

Не знаю, до чего бы мы договорились, если б в разговор не влез простодушный Киран.

— Ух, как жарко! — парень обмахивался рукой, как веером. Атмосфера и впрямь накалилась. — Искры так и летят! Вы продолжайте, продолжайте!

Продолжать, естественно, резко расхотелось.

Что я там говорила про огневика? Беру свои слова обратно. Этому парню надо поставить памятник при жизни. Так ловко перевести всё в шутку ещё уметь нужно. А ведь выглядит при этом дурак дураком!

Натан и Веррон молчали, вот только уголки губ подрагивали. Сдерживали смех? И это заметила не только я, но и Касьян. Я думала, он сейчас рявкнет что-нибудь грубое, разозлится или хоть как-то выкажет своё неудовольствие, но вместо этого он улыбнулся. Улыбнулся! Я даже растерялась от такой перемены, но внутренне расслабилась. Если Кас не будет провоцировать меня на эмоции, мы сможем мирно сосуществовать.

— Приятного аппетита, — благодушно пожелал командир, заняв место во главе стола.

После обеда Касьян дал мне время, чтобы спокойно закончить ловушки и собраться. Копаясь в сумке в поисках инструментов, которые понадобятся для установки артефактов, я неожиданно наткнулась на странный свёрток.

Под тканью было что-то твердое, прямоугольное. Развернув находку, я увидела перед собой шкатулку шириной в две ладони. Ну, или что-то похожее. Крышка была очень странной — с огромным отверстием, словно туда забыли стекло вставить. А судя по рунам на боковых стенках, это не просто шкатулка, а артефакт. Деактивированный.

Я нахмурилась, не решаясь прикоснуться к вещице, которая точно мне не принадлежит. Но как она попала ко мне в сумку? Прямо в пространственный карман!

Однако, стоило лишь подумать о хитрой защите, как я мысленно хлопнула себя по лбу: всё так очевидно! Только один человек, помимо меня, знает секрет маминой разработки! Это её мастер! Да и сам господин Валленштайн говорил, что подсунул мне какую-то загадку, чтобы не заскучала у разлома.

Ага, тут заскучаешь! Что ни день, то приключение! Стыдно признаться, но о словах мастера до этого момента я даже не вспоминала!

Я вновь взглянула на подкидыша, но на этот раз уже с куда большим интересом. Ну и как эта недошкатулка поможет мне получить звание гранд-мастера?

Покрутив артефакт в руках так и эдак, я разочарованно вздохнула. Сотни рун, как снаружи, так и внутри, расположенные в хаотичном, на первый взгляд, порядке, не позволят разобраться в свойствах артефакта с наскока. Крышка эта ещё странная. Если б не дыра в центре, можно было бы предположить, что это почтовик. Дно тоже, хм, занятное. Зачем же эти выемки? Что-то подобное иногда вырезают, когда нужно сдвинуть, допустим, крышку. Не задумываясь, я надавила большими пальцами на углубления, и донышко сместилось в сторону. Ух ты! А днище-то у загадочной шкатулки с секретом. Точнее, к нему крепилось дополнение. Беглое ощупывание ничего не дало, и я принялась с азартом, но тщательно посматривать странный аксессуар. На первый взгляд, просто дощечка, довольно толстая — с мой палец. Потом я углядела тончайшую, тоньше паутинки, риску. Ну конечно! Несколько быстрых поглаживаний — и я нащупала. Вот это работа! Восхитительно! Тончайшее исполнение! Под нажимом ноготочка потайной фиксатор открылся, и дощечка разошлась на две половинки, как тончайший портсигар, или как пенал, в котором я храню свои корневертки и бурчики — любой артефактор отчасти ювелир. Случалось, и мне требовалось вынуть камень из оправы и вновь его закрепить. Это дощечка и была пеналом, в котором лежали две тончайшие металлические пластины, которые абсолютно точно укладывалась в выемку в крышке шкатулки. Глазомер артефактора не мог меня подвести. Да что там! В выемке даже специальные углубления имелись — чтобы подцепить пластину.

Это всё хорошо, но к загадке я не приблизилась. Напротив, вопросов стало ещё больше! Ну, мастер и подкинул задачку!

После короткого стука, в комнату заглянул Киран.

— Кремень, ты скоро? Мы уже готовы, ждем только тебя.

Я сморщила нос. Не нравился мне новый позывной, но сказать об этом огневику — значит остаться Кремнем на веки вечные. Лучше перетерпеть, пока Киран не придумает что-нибудь новое.

Надеюсь, ребята не подхватят эту глупое обращение!

— Иду.

Отложив шкатулку в сторону, я собрала весь необходимый инвентарь и аккуратно сложила ловушки в тряпичный мешок.

Можно выдвигаться!

Обход территории прошёл на удивление скучно и рутинно. Мне даже глазеть по сторонам было некогда. Я вновь работала в паре с Верроном: он откапывал сигналки, я проверяла плетения, меняла накопитель. Затем неподалёку устанавливала свою оповещалку. И так раз за разом. В какой-то момент мы с магом поймали ритм и продолжили работать молча, понимая друг друга без слов. И вроде бы ерунда, задача по факту плёвая, но провозились мы едва ли не до сумерек. Территория оказалась просто огромной. А мне до кучи пришлось ещё свои оповещалки устанавливать, дополнительные. Активировав цепь и проверив ее работоспособность, я облегченно выдохнула. Получилось! Вручила Касьяну приемник, который сообщит, если цепь ловушек вокруг крепости кто-то потревожит, объяснила принцип действия. Даже на примере показала, как определить зону, где обнаружен нарушитель.

Обратно я шла, еле передвигая ноги, но будучи абсолютно счастливой. А как иначе, учитывая, что такие обходы нужно проводить всего раз в две недели?!

В крепость я вернулась с пустой головой — усталость вытеснила все эмоции. Меня даже пристальный взгляд Касьяна не смущал. Хочет смотреть, пусть! Кто я такая, чтобы запрещать ему таращиться на грязную, вспотевшую девицу с растрепанными волосами? Он сам выглядел не в пример лучше. Ну ещё бы, не он же большую часть времени провёл, ползая на коленях и копаясь руками в земле.

Мне показалось, что на развилке у комнат он хотел что-то сказать, но так и не сделал этого. А я не стала спрашивать. Всё, о чём я могла думать в этот момент, как зайду в комнату и рухну спать не раздеваясь, и чтоб до утра меня никто не беспокоил!

Однако, стоило только переступить порог комнаты, как мой взгляд сам собой устремился к сундуку. В душе затрепетало нестерпимое желание выяснить, что он хранил в себе целых двадцать лет!

У меня словно второе дыхание открылось.

Что ж, у меня вся ночь впереди, чтобы удовлетворить своё любопытство!

Меня охватил легкий мандраж, и круговорот мыслей завертелся в голове. Интересно, что такого мама отдала не только на хранение гномам, но и заперла на замок на крови? Чтобы там ни говорил Киран, а в версию с приданым я не верила.

Но пора набраться смелости и решимости и встретиться уже с прошлым.

Замок сработал как часы: стоило только оцарапать палец о тонкую иглу, спрятанную за металлическим глазком, как послышался скрипучий звук шестеренок и тиканье, враз оборвавшееся громким щелчком. Крышка слегка приподнялась, образовывая сантиметровую щель.

Сделав глубокий вдох, я трясущимися руками открыла. На внутренней стороне тяжелой крышки был прикреплен конверт. Письмо? Я торопливо развернула его и вчиталась в идеально ровные строчки, написанные безупречным каллиграфическим почерком.

«Иветточка, родная моя. Привет, это мама. И раз ты читаешь это письмо, значит, я ушла из этого мира, оставив тебя совсем одну. И мне очень-очень жаль, что все сложилось именно так, поверь.

Большинство людей умирают вдруг. Мне повезло — у меня оставалось время, чтобы немного побыть с тобой. Прошедшие несколько месяцев стали самыми счастливыми в моей жизни, невзирая на то, что мое сердце болит с того самого момента, как погиб твой папа. Однако я чувствую, что моё время на исходе. Каждый день моё сознание по чуть-чуть угасает, а значит, я должна объясниться, пока не стало поздно. А главное, предостеречь тебя.

Я знаю, что ты стала артефактором. Как и я. Как твой дед. Как твой прадед. Иначе и быть не могло. И наверняка ты уже заметила, что твои знания простираются дальше, чем у кого бы то ни было. Ты мыслишь иначе, совершенно в других плоскостях. И это неспроста.

Причиной этого стало побратимство твоего прадеда с драконами. Это наивысшая награда, которой древняя раса могла удостоить людей. Это дар, за который многие готовы продать душу или пойти на преступление. Ведь вместе с уникальными магическими способностями, передающимися из поколения в поколение, носителю дается долголетие, а также возможность найти истинную любовь, что разделит с тобой вечность. Вот только мы не драконы, а лишь их отголосок. И что высшая раса считала благословением богов, для нас стало проклятием. Ведь боги не даруют нам идеальную вторую половину, мы её выбираем сами. И, наверное, это было бы прекрасно, если бы не одно но: в отличие от нас, нашим спутникам отведен короткий век. И в тот миг, когда избранник умирает, мы уходим следом. Так произошло с твоим прадедом и дедом. И, как ты уже догадалась, я не стала исключением. Но из-за того, что во мне росла новая жизнь, я получила отсрочку. И я наслаждалась каждой секундой времени, проведенного рядом с тобой.

Если тебе интересно, то нет, я не жалею, что все сложилось именно так. Да, моя жизнь была необычайно коротка. Но будь у меня возможность повернуть время вспять, я не стала бы менять ровным счетом ничего. Ведь в конечном счете мой выбор привел к твоему появлению на свет. И это лучшее, что я могла дать этому миру.

В какой-то момент тебе тоже придется сделать этот выбор. Поэтому я хочу предостеречь, как мать свою дочь, как женщина женщину. Не отдавай своё сердце тому, кто тебя не любит. Никогда не люби того, кому, по твоему мнению, нужно измениться. И не люби того, кто заставляет тебя чувствовать, будто измениться нужно тебе. Любят не за что, а вопреки.

В этом сундуке, в наших родовых книгах, я надеюсь, ты найдешь ответы на все вопросы о твоих способностях. С остальным, я уверена, ты справишься сама. Но, как и любая мать, я не могла оставить свою девочку без приданого. И речь не только о красивом свадебном платье, в котором, к слову, я выходила замуж за твоего отца, и чайному сервизу на восемь персон, а о твоём наследии.

Несмотря на то, что нас с твоим отцом нет рядом, знай: мы любим тебя. Мы всегда будем с тобой. Мы будем наблюдать и поддерживать, и, рано или поздно, вновь с тобой встретимся».

Закончив читать, я отложила письмо.

Руки и ноги онемели, дышать было трудно, хотелось кричать от боли. Не физической, а душевной. Жуткой боли потери и раздражающего чувства вины. Я ведь думала о маме плохо! Презирала за то, что она отказалась от собственного ребенка, раз позволила боли утраты победить. Я столько лет злилась на неё!

А у мамы просто не было выбора.

От этих мыслей становилось только хуже. Эмоции захлестнули меня, не только слёзы побежали по щекам, вырвался протяжный стон из самого моего естества, это был стон отчаяния. Рыдания сотрясали тело, слезы душили, сердце истерзанным куском плоти билось в груди, причиняя каждым ударом боль.

Это несправедливо! Так несправедливо!

Не знаю, сколько я так просидела. В себя пришла, когда комната погрузилась во мрак. За окном была глубокая ночь. Кожу лица чуть стянуло из-за пролитых слез, ноги одеревенели, налились тяжестью и едва слушались. Пришлось сделать небольшую разминку, чтобы вернуть себе подвижность.

Включив свет, я сложила письмо обратно в конверт. Придвинула табурет и начала перебирать содержимое сундука.

Я хотела найти книги, о которых писала мама, но вместо этого наткнулась на сверток со свадебным платьем.

Простое, на первый взгляд, оно поражало переливающейся невесомой тканью, из которой его сшили. Боги, какая красота! А этот запах. Уловив легкий аромат духов, я растерялась, а потом сообразила взглянуть на сундук. Так и есть! Замыкающий стазисный контур!

Почувствовав подступающие к глазам слезы, я отложила платье в сторону, чтобы не дай боги не испортить его, и продолжила изучать содержимое.

И, надо сказать, оно меня потрясло.

Во-первых, тут было очень много книг! Десятки толстых, в кожаных переплетах, исписанных от корки до корки артефакторских книг! Я открыла первую попавшуюся: под плотным внешним переплетом — века переживет — был еще один, рабочий. И я планировала так поступить со своими записями, снабдить из защитным, антимагическим кожухом. Каждый том был подписан, и я сразу выцепила те, что принадлежали маме. А остальные? Имена мне ничего не говорили, но фамилия везде стояла одинаковая: Маркес. Неужели дневники деда и прадеда? Перелистав парочку книг и оценив количество схем плетений, чертежей, запечатленных на бумаге, я почувствовала, как закружилась голова от открывшихся перспектив. Это ведь самые настоящие книги родовой магии! Наследие нашей семьи! А когда увидела точно такую же — защитный переплет и пустые страницы, — но с моим именем на обложке, я едва не расклеилась. Мне потребовалось сделать пару глубоких вдохов, чтобы вновь не разрыдаться. Мама в меня верила!

Под слоем книг в сундуке хранилось несколько тряпичных мешочков, заполненных дорогими материалами для артефакторики. Тут и драгоценные камни — в том числе и лунные, и основы под украшения из золота и серебра, скляночки с редкими ингредиентами. Такое ощущение, что мама переместила всю свою лабораторию в этот сундук! По нынешним меркам, эта коллекция стоила целое состояние!

На дне, под мешками, стояли четыре ларца — один меньше другого. Каждый из них, с виду не особо притязательных, сам по себе ценность. В маленьком оказались деньги. И, признаться, столько золота я ещё не видела. Во втором по величине ларце лежали документы на мамины разработки, если я правильно поняла, и мешочек с немногочисленными украшениями. В третьем была мамина лаборатория! И она оказалась куда как круче той, что подарил мне Ролан, даже невзирая на то, что некоторые детали устарели. От мысли, что этими самыми инструментами работала моя мама, внутри все трепетало от восторга и щемило от нежности.

А вот самый большой ларец был так хитро закрыт, что заглянуть в него не получилось. Однако интуиция шептала — именно в нем все самое интересное, ведь на крышке выгравирован символ драконов. Осталось понять, как отмкнуть замок.

Вскрыть мамину шкатулку оказалось сложнее, чем я рассчитывала. То, что на первый взгляд было просто замком, хитрость которого интересно разгадать, на деле стало непробиваемой защитой. Несколько часов подряд я распутывала охранное плетение, боясь лишний раз моргнуть и что-то упустить, чтобы на финишной прямой, когда оставалась всего пара узлов, облажаться. Плетение вдруг просто самовосстановилось до исходного состояния! Я так обалдела, что ещё несколько минут глупо таращилась на шкатулку, пытаясь понять, что произошло — с такой защитой я ранее не встречалась. Попробовав ещё раз и, получив точно такой же результат, разочарованно застонала, уронив голову на стол. Наставник, похоже, со своим подкидышем тоже решил проверить меня на профпригодность. Что это за артефакт? Для чего? Как его активировать? Две эти головоломки здорово портили мне настроение и убивали столь тяжело взращенное самоуважение. И это едва ли не первый раз, когда я усомнилась в своих способностях.

Что за невезение, а? Почему все не может быть просто?

Будь это возможным, первым делом я бы сейчас побежала в библиотеку за информацией. Но в серой зоне не было библиотек! А ждать ещё год, когда ты в шаге от разгадки, — сущее наказание! Есть, конечно, выход: связаться с наставником и попросить отправить энциклопедию по артефакторской защите, которую практиковали двадцать лет назад. Вот только почтовая шкатулка есть лишь у Касьяна, а я до сих пор терялась в его присутствии.

Когда за окном начало светать, усталость все же взяла своё — стоило коснуться подушки, и я тут же провалилась в глубокий, лишенный сновидений, сон.

19. О том, как решили заняться контрабандой

Из комнаты я выползла ближе к полудню. Разбитая, невыспавшаяся и с чувством легкого раздражения из-за собственной неудачи.

В общем зале были Веррон и Натан. Мужчины сортировали травы, занимающие всю поверхность огромного стола, и о чем-то вполголоса переговаривались.

— О, проснулась?! — своеобразно поприветствовал заметивший меня некромант.

— Не уверена, — я плюхнулась на один из стульев, прикрывая зевок ладонью и мечтая больше всего на свете вернуться в мягкую кровать. Но нельзя. Такими темпами я скоро день с ночью перепутаю, надо возвращаться в нормальный режим. — Откуда такое богатство? — кивнула на травы.

— Мы на рассвете в лес выбирались, — Натан махнул рукой в сторону стены, у которой я заметила ещё одну корзину с зеленью. — Запасы заканчиваются, скоро даже бодрящий отвар будет не из чего заварить.

— А можно мне в следующий раз с вами? — я непроизвольно подалась вперед, обдумывая аргументы для уговоров. Сомнительно, что стихийники захотят взять меня с собой, учитывая, что в лесу всегда есть шанс наткнуться на тварей, а боец из меня никакой. Вот только мне нужно познакомиться с местной флорой просто позарез! Это же такой шанс увеличить базу детектора ядов! А там можно и договор с теневиками перезаключить. На моих условиях. Хотя наглеть я не собиралась.

— Тебе-то зачем? — удивился Веррон. — Заработать на этом все равно не получится. Если у тебя нет разрешения от гильдии травников — все собранное на выходе изымут.

После этих слов моя челюсть резко упала на пол.

— Это как так? — опешила я.

— Очень просто. Точка для выхода из серых земель одна, а там сидит представитель гильдии, контролирует. Амулеты у них поисковые, что ли? Но коммерчески интересные объемы сырья они отслеживают, гады!

Я мысленно фыркнула. Ну да, куда же без гильдии! Конкурентов душат, а сами делают вид, что редкости от исчезновения берегут. Не сама придумала — от подруги слыхала. Только вот как им не быть редкостями, если такое ограничение на вынос? Вот же жучары! А цены-то, цены как гнут! Обдиралово! Собственно, почему бы и нет, если они серую зону в свои приватные угодья превратили?

— Постой-ка, — я прищурилась, взглянув на Веррона, — а как же наш спор? Ты пообещал мне редкие травы, но знал, что я не смогу их забрать?

— За кого ты меня принимаешь? Во-первых, я не проигрывал в спорах!

— До встречи со мной, — поумерила я его напыщенность.

— А во-вторых, у тебя сумка бездонная!

— О ней ты узнал позднее, — поймала на горячем.

— Думаешь, у меня нет способа обхитрить этих жуликов? — признался наконец Веррон.

— Ага! — воскликнула я. — Значит, лазейки все же есть!

Вот только Веррон в буквальном смысле завис. Смотрел куда-то сквозь меня. Я даже пальцами пару раз щелкнула у него перед лицом — он не реагировал. И когда я уже было занервничала, вдруг отмер.

— Сумка! — выкрикнул Веррон, уставившись на меня фанатичным взглядом. — Как я сразу не подумал?!

— Не подумал о чем?

Из нас двоих некромант сообразил первым. С громким хлопком он потер ладони, словно в предвкушении веселья. Он так фонтанировал радостью, что я не к месту вспомнила Таську — глядя на неё, тоже нельзя было сказать, что она обладатель самой жуткой магии. С виду божий одуванчик, у которого в шкафу целая коллекция скелетов. Без всяких шуток.

— Иветта, как насчет того, чтобы помочь друг другу и подзаработать? — Натан даже бровями пошевелил.

— Подзаработать меня не интересует, а вот пополнить личные запасы не откажусь, — произнесла я рассеянно, подперев рукой подбородок.

Фактически эта переправа незаконная. Травы вообще можно приравнять к контрабанде, или это как-то иначе называется? А с другой стороны, разве подобные запреты не должны прописываться в контрактах? Если уж там указано, что я могу проносить на территорию серой зоны, то должен быть и обратный пункт. Разве нет? А его не было. И вообще, больше всего это походило на то, что кто-то слишком хитровыдуманный осуществил негласный и незаконный захват территорий. В любом случае у меня в контракте и слова не сказано о подобном запрете, а что не запрещено, то разрешено, значит, я действую в рамках дозволенного. И вообще, пусть сперва поймают! На моей сумке столько разноплановых предохранителей понаверченно, включая защиту от узконаправленного интереса, что рядовой амулет-поисковик точно не страшен. Мама знала своё дело!

Вынырнув из собственных мыслей, я постучала ладонями по столешнице, принимая окончательно решение, и взглянула на парней, ожидающих ответа.

— В общем-то, я не готова отваливать кучу золота за то, что растет у меня под ногами. И вам помогу, — порадовала парней и сразу перешла к условиям, — но услуга за услугу. Собранное делим поровну, и вы мне покажете все ядовитые растения, которые здесь только существуют. По рукам?

— Идет, — не раздумывая согласился Веррон. — С тобой мы при любом раскладе в выигрыше.

Натан кивнул, соглашаясь, и тут же полюбопытствовал:

— А зачем тебе ядовитые растения?

— Для работы, — пожала я плечами.

— Ты же артефактор, а не зельевар, — удивился Веррон.

— Ты даже не представляешь, как широки и разнообразны интересы хороших артефакторов! — слово «хороших» я выделила голосом. — Слышал что-нибудь о детекторе ядов?

— Слышать-то слышал, нам по службе положено, — прищурился Натан. — А вот ты откуда знаешь?

Я подняла руку и оголила рукав, чтобы показать свой собственный браслет.

— Пытаешься повторить? — неправильно понял он, но в последний момент я решила не переубеждать.

— Что-то вроде того.

Заяви я им сейчас, что разработка моих рук дело — не поверят ведь. Да и детектор до сих пор числится за Ла'Вилли. Чтоб ему там икалось и в селезенке тренькало!

— Говорят, определитель ядов придумал какой-то жутко умный артефактор.

Ага, такой умный, что додумался присваивать себе чужие изобретения. Я сделала вид, что не услышала последнюю фразу — развивать эту тему и петь хвалебные дифирамбы лженаставнику совсем не хотелось. У меня только-только настроение более-менее в норму пришло, зачем омрачать его?

Стол слегка дрогнул, когда Веррон водрузил на него вторую корзину с травами и кореньями для сортировки. Я хотела было помочь — благодаря той же Лике какой-никакой опыт первичной обработки имелся, но Натан покачал головой и указал на притаившийся в углу транспортировочный короб. Мне стало неловко — заигралась, бросила свои обязанности. А ведь я, на минуточку, штатный артефактор крепости стражей! К тому же обещала!

Парни продолжили очищать собранное от всего постороннего, а также от частей, которые загнили и потеряли естественный цвет, и попутно обсуждали план действий. Учитывая масштабы задуманного, нам нужно было место, где мы сможем сушить травы. Я в этом мало что смыслила, так что не вмешивалась. И пока они перебирали возможные варианты, я смотрела на короб и все яснее осознавала, что не хочу, вот не хочу делать стандартный ларь-стазисник. Его поставили на попа, чтоб не мешал проходу. И выглядел он как грубоватый, но вполне цивильный шкаф-пенал. Сбегала на кухню, посмотрела еще раз на существующий. Вспомнила, как заныривала в него до самой попы, чтоб выудить нужное, и передернулась. И почему обязательно ларь? Потому что так было всегда? Вот же, стоит вполне себе удобный шкаф. И на тесной кухне посвободнее станет. Вот если и старый ларь доработать да перевернуть, то и его втиснуть в оставшееся место получится.

Идея трансформировать ларь в кухонный напольный шкаф вызвала бурный радостный отклик. Я даже не ожидала. Думала, придется доказывать, что мой вариант получится более удобным, и уговаривать Веррона, на которого свалится дополнительная работа. Но нет, не пришлось! Ребята подхватили идею и даже внесли парочку конструктивных предложений. Я аж пожалела о своей инициативе, когда поняла, сколько меня ожидает дополнительной работы. Казалось, добавь пару полок да ручку переставь, ан нет, не все так просто. И на переделку ребятам понадобится целых три часа!

— Три часа? Ну, мне это только на руку. Я как раз закончу стазисник для Натана. А то начала и все никак не доведу до ума, то одно, то другое.

Кстати, а я ведь собиралась ещё и постирочный артефакт обновить. Мой костюм так и лежал в углу каморки печальным свертком — я так и не нашла времени привести его в порядок после ползания по земле, другого способа установить сигнальную цепь не было. Принеся инструменты и собрав волосы в пучок, чтобы не мешались, я приступила к созданию стазисного ларя для Натана.

Когда дело было практически завершено, передо мной кто-то встал, загораживая свет от окна. Подняв голову, я едва не оконфузилась на месте, увидев напротив Кирана, извазюканного в крови. Она была повсюду, словно мужчина в ней искупался. В одной руке огневик держал ведро с кусками мяса, а в другой — окровавленный тесак. И глаза, как у маньяка, лихорадочно блестят!

Я, конечно, с маньяком-мясником не встречалась в своей жизни — и слава всевышнему, — но почему-то была уверена, что выглядеть он должен именно так.

— Ты позеленела, — с ухмылкой отметил огневик. — Да не боись, Рыжик, это всего лишь кабан. Наш будущий ужин.

Признаться, я испугалась до такой степени, что невольно повела себя исключительно правильно. Не вздрогнула, не отшатнулась, не заверещала. Только боролась с подкатившей тошнотой.

— Тебе пора повзрослеть, — произнесла я нравоучительно, едва справилась с собой. Сердце бешено колотилось в груди, норовя устроить мне сердечный приступ.

— Зануда, — пробурчал он с обидой и, поставив ведро, вытащил из кармана и тут же подбросил в воздух серебряную монету, которую на лету поймал ухмыляющийся Веррон. — Неужели совсем не испугалась?

Я прищурилась, глядя на этих шутников. Спорили на меня? Вот ведь паразиты!

— Что? — удивился Веррон. — Я ставил на тебя!

— Только это тебя и оправдывает! — сложила руки на груди.

— Ты закончила? — из кухни выглянул Натан. — Помогайте накрывать на стол, будем обедать.

Обед прошел плодотворно. Стоило только Касьяну услышать, что мы ищем место для трав, как он сходу выдал решение.

— Проверьте смотровую площадку. Внутренний вход в процессе обживания и перестроек завалили всяким хламом за ненадобностью, а вот с улицы туда можно подняться. Если не ошибаюсь, там даже есть что-то вроде комнат — защита от непогоды. Гляньте, может, подойдёт для ваших целей.

— Смотровая площадка? — это мне было живо интересно. — А зачем она?

— Дозорная. В ней была нужда, пока достаточное количество сигналок не распихали по округе. Но и сейчас может сгодиться.

— Видами любоваться?

Отличный релакс, когда нужно новую идею поймать за хвост!

— Визуальные сигналы, — губы Касьяна дрогнули в улыбке. — На случай, если магия откажет. Например, дымный сигнал бедствия.

Я же мысленно дала себе подзатыльник. Ага, видами любоваться в условно боевой зоне. Надо ж такую глупость сморозить!

— А ведь мелкая права, это идеальное место для свидания! — добавил Киран мечтательно, прикрыв глаза. — Только представьте: теплая летняя ночь, полная луна над головой, столик на двоих с белой скатертью, свечи, красивая девушка…

— Вместо музыки вой тварей… — подхватил Натан ехидно. Мы дружно расхохотались, представив себе такую картину. — Да вы, батюшка, романтик!

— Ну вот что ты за человек, а? — возмутился огневик. — Даже помечтать нельзя!

— Хороша мечта — тащить девушку в серую зону ради свидания. Где бы ещё такую отважную и романтичную найти?

— Натан, надо тебя с Тасей познакомить, — предложила я, не подумав.

Парни враз заулюкали и засвистели, Киран даже выкрикнул что-то вроде «попал ты, парень», а некромант смутился! Ну вы только посмотрите на него. Точно с Таськой два сапога пара!

— Главное, чтобы там была тень, — на выручку товарищу пришел Веррон, меняя тему разговора. — И сквознячок. Спасибо, командир.

Когда с обедом было покончено, и все стали расходиться по своим местам, я поспешила вслед за Касьяном. Желание вскрыть мамину шкатулку свербело на подкорке сознания.

— Командир, могу я воспользоваться почтовиком в личных целях? — поинтересовалась я, нагнав его у самой комнаты.

— Отправка писем происходит в последний день недели, — нахмурился Кас.

У-у-у! Неделя только-только перевалила за середину. Такими темпами мастер Валленштайн ни за что не успеет передать энциклопедию с командой Элены.

— Хорошо, спасибо, — кивнула, стараясь не подавать вида, как расстроилась.

Но то ли я совсем не умею скрывать эмоции, то ли Касьян очень проницательный, но едва я скрылась в своей мастерской, как раздался стук.

— Могу я узнать, с кем ты хочешь связаться? — поинтересовался Касьян, глядя на меня сверху вниз нечитаемым взглядом, когда я открыла дверь. — Это как-то связано с тем, что ты полночи плакала?

Я словно на стену напоролась. Он слышал?

Такое чувство, словно сама крепость способствует тому, чтобы раскрыть все мои секреты! Краска стыда залила моё лицо. Казалось, что даже многочисленные веснушки заполыхали предательским огнём.

— И да, и нет. Письмо для наставника, — я заправила локон за ухо, избегая смотреть Касу в глаза. — Мне нужна книга по артефакторике, чтобы вскрыть редкий замок.

Придумала же мама экзамен на профпригодность!

— Если так, то это можно приравнять к запросу в служебных целях, — Касьян сориентировался за секунды.

— Звучит как намеренная хитрость, — заметила я осторожно.

— Так и есть. Обычная корреспонденция доставляется в строго определенный день и только после стандартной проверки. Сейчас, когда случился прорыв, следят особенно строго во избежание утечки информации. Ни к чему провоцировать слухи. Если это действительно важно для тебя, то я могу воспользоваться личным магическим грифом.

— Личный гриф означает, что командир все проверил?

— Именно, — подтвердил он мою догадку. — Письмо уйдёт сразу твоему наставнику.

И он это для меня сделает? Возьмет ответственность за мою писанину на себя?

Я вскинула голову, чтобы посмотреть на Касьяна.

— Зачем тебе это? — спросила недоверчиво.

— Почему бы и не помочь, если я могу? — он пожал плечами, словно это в порядке вещей. — Душевный покой члена команды — моя прямая ответственность. Но у меня есть маленькое условие: ты перестанешь называть меня командиром. Это невероятно раздражает, — он поморщился, как от зубной боли. — В конце концов, это звание, а не имя. Касьян. И никак иначе. Договорились?

Больше всего это было похоже на своеобразную оливковую ветвь мира — попытку примирения.

— Думаю, я справлюсь, — произнесла я, несмело улыбнувшись.

Одно дело сделано, второе — на очереди.

Смотровая площадка превзошла все наши ожидания.

Просторная, с прекрасным видом и парочкой изолированных помещений, которые пусть и требовали хотя бы минимального ремонта, но идеально подходили для нашей цели, и даже больше!

Одну комнату, ту, что поменьше, мы приспособили исключительно под травы. Веррон и Натан освободили её от лишнего хлама, под потолком натянули веревки, на которых будут висеть пучки, пол заставили ящиками под корешки. Основное помещение было раза в три больше, так что там нашлось место не только большому разделочному столу и свежесколоченному стеллажу, на полках которого уже расположились какие-то котлы, баночки, бутылочки, мешочки, коробочки, но и парочке кроватей. Мысль переселиться прочно засела в головах парней, и, посоветовавшись с командиром, они таки перетащили все свои вещи на второй этаж, освобождая личные комнаты для новичков.

В ремонте, уборке и таскании мебели я не участвовала — парни меня от этого деликатно отстранили. Вместо этого я сфокусировалась на оснащении помещений артефактами. Циркуляция воздуха, хорошее освещение, обогреватели — все было необходимым. Ещё день я убила на то, чтобы оборудовать уголок зельевара. И Веррон и Натан увлекаются этой дисциплиной, вот только кухня для этого совершенно не годится — места мало, да и запахи по крепости иной раз разносятся не самые приятные. Если наши ещё терпят, то новенькие вполне могут высказать своё недовольство. И чревато опасностями… оставишь так бутылек с каким-нибудь кристаллическим белым ядом — у некромантов в запасах есть и не такое, — а другой сыпанет его в суп вместо соли. И хана — обед превратится в прощальную трапезу! Так что, недолго думая, я сделала плиту, на которой сейчас красовался мой походный чайник — пусть парни по вечерам чаи гоняют, — установила вентиляцию и поставить замок на дверь, чтобы посторонние в берлогу парней не совались.

— Да это полноценная лаборатория, — с восторгом выдохнул Натан, с интересом осматривая оснащенное артефактами помещение. Глаза его горели — сразу было видно, что ему буквально не терпится приступить к экспериментам. — Тьма, Ив, у тебя золотые руки!

— Звание мастера просто так не присуждают, — не успев как следует почувствовать себя в новом статусе, я не смогла удержаться от горделивых ноток.

Ничего особенного я не сделала, все артефакты стандартные, из учебной программы. Но доброе слово и кошке приятно!

— Понятия не имею, как оценивают артефакторов, — покачал он головой, — но я со времен академии не работал в таких условиях, — и в неожиданном порыве сгреб меня в охапку и закружил.

Дыхание перехватило, я придушено пискнула.

— Извини, — спохватившись, Натан поставил меня на ноги. — Но ты сейчас сделала меня самым счастливым человеком во всей серой зоне!

Счастливый некромант, кто бы мог подумать!

За спиной раздалось покашливание.

— Вторая команда на подходе, — невзирая на то, что говорил Кас вроде бы спокойно, у меня от его голоса ледяные мурашки пробежали вдоль позвоночника. — Ждём вас на тренировочной площадке.

— Сейчас будем, — отреагировал Натан.

Кивнув, Касьян круто развернулся на пятках и стремительно ринулся прочь. Я даже не успела спросить, как ему результат наших двухдневных трудов.

— Сожрите меня твари, — на протяжном выдохе вдруг выругался некромант.

— Ты это о чем? — поинтересовалась я, оторвав взгляд от широкой спины Касьяна.

Натан несколько секунд смотрел на меня таким задумчивым, внимательным взглядом, что я уж думала услышать от него что-нибудь ценное. Вместо этого он покачал головой и двинулся в сторону лестницы.

— Развел интригу, понимаешь ли! — пробубнила в ответ, двинувшись следом.

Далеко идти не пришлось — команда устроилась у тренировочных бревен и что-то живо обсуждала.

— То есть она из королевских гончих? — донесся шокированный голос Кирана. — Да ты шутишь! Быть того не может!

— Не шучу, я тебя предупреждаю, — Кас говорил вполне серьезно, без намека на веселье. — Фильтруй свою речь, если не хочешь проблем со здоровьем.

— Что, неужели такая крутая? — усомнился огневик.

— Ты даже не представляешь насколько, — кивнул Кас. — На тренировках все увидите. Кстати, Кир, она идеально контролирует свою стихию — попроси её дать пару уроков, тебе лишним не будет.

Киран кивнул, о чем-то крепко задумавшись.

— Мы все пропустили, — присоединился Натан. — Кому кости перемываете?

Я хмыкнула, как точно подмечено. Запрыгнув на одно из тренировочных бревен, с интересом прислушалась к разговору.

— Элене, — подсказал Веррон.

О как!

— А кто такие королевские гончие? — не смогла я сдержать любопытства.

— Персональная охрана королевских особ, — пояснил Касьян. — Гончие — неофициальное название.

Мои брови взлетели от удивления.

— Ого! Интересно, в чем Элена провинилась, что упала с такой высоты и оказалась тут?

На мне скрестились четыре удивленных взгляда. Ладно, не четыре, а три — Кас явно знал больше остальных. Но смотрел же!

— Что? Вы же не думаете, что её сюда отправили в благодарность или она вдруг решила сменить королевский дворец… — я махнула рукой, указывая на округу, — …на это?

— Тьма, а ведь Иветта права, — согласился некромант, озадаченно почесывая темечко. — Это не что иное как ссылка. Интересно, за что?

— Поговаривают, что влюбилась в принца и напала на фаворитку, — усмехнулся Касьян, выдавая своё отношение к этой версии.

— Чушь. Слишком… — земляной пощелкал пальцами, словно не мог подобрать слов, — наивно, что ли? Будь это правда, речь шла бы не о нападении, а об убийстве. Короче, не верю. Городская сплетня, не более. Но вы ведь знакомы, — обратился он к Касьяну. — Что там на самом деле случилось?

— А ты у неё сам спроси, — посоветовал командир, насмешливо изогнув бровь.

— У королевской гончей? Что-то мне подсказывает, что не стоит. — Земляные, они вообще благоразумные. — Ладно, ещё будут рекомендации? Чего ждать от её команды?

— Я не знаком с ними, думаю, разберемся по ходу. Но парни! Я знаю Элену — повседневная дисциплина там будет на уровне. Не опозорьте ме…

Касьян вдруг сорвался на шипение, резко втягивая воздух сквозь зубы. Его лицо исказила гримаса боли, по телу прошла судорога. Чтобы не упасть, он схватился за бревно.

Я так перепугалась, что сама не заметила, как спрыгнула на землю и оказалась рядом, желая помочь, но не зная, как это сделать. И напрочь забыв о том, что тут вообще-то есть целитель.

— Что с тобой? — только и смогла выдавить. От страха в горле пересохло, казалось, язык к небу прилип.

Но вот секунда, вторая, и, отдышавшись, командир наконец выпрямился. Мы все смотрели на него, ожидая пояснений.

— Тьма! В прошлый раз это было не так болезненно.

Он ещё и улыбался, словно не произошло ничего серьезного.

— В прошлый раз? — зацепился за оговорку Натан. — Как давно это длится?

— С момента, как команда Элены оказалась на нашей территории. — Кас потер запястье, на котором я сама завязала ему браслет-приемник.

— Погоди, хочешь сказать, это браслет тебя так… — от потрясения я даже слов подобрать не могла, чтобы закончить мысль. Но стоило мужчине кивнуть, как я разозлилась и быстро нашла, что сказать: — Так какого дохлого дракона ты молчал?! — рявкнула сердито, совершенно не заботясь о том, что фактически ору на своего командира.

Схватила его за запястье и трясущимися руками развязала браслет. От мысли, что моё изобретение причинило Касьяну — да хоть кому-то! — боль, внутри все переворачивалось.

Меня просто скручивало от чувства вины.

Так собой гордилась — оповещалки сверхчуткие наваяла — молодец! Деактивировать их почти невозможно без руны ключа — три раза молодец! Оповещение не звуковое, тактильное, придумала, да ещё и к браслету привязала — вообще супер!

И тут такое!

Где я, темные твари, ошиблась? У-у-у, бестолочь! А ещё в гранд-мастера намылилась!

— Да все нормально, Ив, — попытался меня успокоить Касьян, но попытка провалилась с треском.

— Не нормально, — мрачно ответила я, избегая смотреть в глаза не только Касьяну, но и остальным. Стыдно. Так оплошать! — Браслет должен был выпустить малый импульс, а не шандарахнуть так, что здоровый парень едва с ног не свалился без сознания.

— Ты же не виновата, что Элена решила устроить внеплановый обход территории и изучить незнакомый ей сектор.

Неожиданная догадка мелькнула у меня в голове.

— Хочешь сказать, они идут вдоль цепи, вместо того чтобы просто пересечь её и двинуться к крепости напрямик? — начала я раскручивать мысль. — А сила импульса зависит от того, насколько синхронно команда входит в новый квадрат…

Касьян кивнул.

— До этого браслет передавал шесть слабых импульсов, а тут, скорее всего, они просто наложились друг на друга. Случайность.

— Недоработка, — покачала головой, не соглашаясь с ним. — Я должна была предусмотреть такой вариант развития событий. Задачу пеленга отряда передо мной не ставили, упор был на одиночку, но могла бы и сама сообразить. Вон сколько народа на зачистку прорыва согнали! Без пропускных амулетов браслет будет кусать и за чужих, и за своих, пусть и случайных. Шесть одновременных импульсов — это очень больно, но не смертельно. Но будь это отряд из двадцати человек, ты мог бы умереть.

— Да кто б ему позволил, — заявил Натан, хлопнув меня по плечу, отчего я буквально влетела в объятия командира. Смутившись, сделала шаг назад. — Как умер бы, так и восстал. Тоже мне, проблема. Все, прекращай загоняться. Ничего страшного не случилось.

— В конце концов я сам виноват, — вдруг взял на себя вину Касьян. — Хотел быстрого результата, вот и получил. Надо было дать тебе больше времени на работу.

— Вот тут даже спорить не стану, — несмело улыбнулась я.

Хотя я и сама не лучше. Касьян меня действительно поторапливал — переживал, что по территории может разгуливать враг, а я решила выпендриться.

Довыпендривалась!

Не могу сказать, что перестала себя винить, но от понимания, что команда на эту ситуацию смотрит иначе, мне стало легче. Поддержке я была искренне благодарна.

20. О том, как время расставляет все по своим местам

Будто подгадав момент, впереди показалась группа людей. Кас оттолкнулся от бревна и сделал несколько шагов вперед, навстречу Элене.

— Согласно приказа командования отряд прибыл в ваше распоряжение, — громкий, четкий голос второго командира разнесся по округе.

Она протянула Касьяну конверт, прям как я когда-то. Остальные маги выстроились в шеренгу на несколько шагов позади своей старшей, и не сказать, что от них веяло благодушием. Волнуются? Или волноваться стоит нам?

Вскрыв конверт, Касьян быстро пробежался по написанному взглядом, после чего удовлетворенно кивнул.

— Я уж думал, завтрашний обход придется делать без вас, — прозвучало весьма добродушно. Совсем не по-командирски, а так, словно встретил старых друзей. — Рад, что у вас все в порядке.

Витающее в воздухе напряжение пусть не исчезло полностью, но новенькие явно расслабились.

— А уж как мы рады, — подал голос темноволосый близнец, усмехнувшись. — Думали, света белого больше не увидим. Кто бы мог подумать, что я буду скучать по серой зоне.

— Идемте в крепость, — пригласил Касьян. — Чувствую, у вас есть, что нам рассказать.

— Ты даже не представляешь, какие у меня новости, — на выдохе произнесла Элена.

Девушка вытащила из сумки пухлую газету, сложенную пополам и протянула её Касьяну.

Мы с ребятами подобрались ближе.

— Он попался, — сообщила девушка, не в силах сдержать обуревающее её волнение.

Мне даже показалось, что выдержка ей вот-вот откажет, и тогда она не то рассмеется, не то заплачет. Что могло вывести из равновесия королевскую гончую?

Стоило мне только взглянуть на газету, как я все поняла без подсказок. Новость была, что называется, сногсшибательной. С первой полосы на меня смотрел Ролан крупным планом. Заголовок гласил: «Точку в истории поставит топор палача».

Даже не знаю, что ошеломило меня сильнее — новость о предстоящей казни Ролана или то, что об этом напечатали в газете «Глашатай короля»? Я даже не рассчитывала, что эту историю предадут гласности, скорее уж замнут, как это обычно бывает с аристократами, а тут такое!

— Менталист? Как его, тёмные твари, проглядели? — обалдел Касьян, углубившись в статью. — То есть это из-за него ты…

Он вдруг замолчал, словно от прочитанного потерял дар речи. Обескураженность сменилась на тень гадливости, плечи напряглись, а пальцы так сильно сжали края газеты, что едва её не порвали. Что же там, в этой демоновой статье?!

На душе стало тревожно, нехорошо как-то.

— И я, и другие ребята, — подтвердила Элена. — Никто и подумать не мог, что во дворце ошивается тайный маг разума, — пожала она плечами. — Зато сейчас всё встало на свои места.

— Погоди, — нахмурился Кас, раздраженно сложив газету пополам и зажав её подмышкой, — так с тебя сняли обвинения или нет?

— Ага, — довольно улыбнулась Элена, перекинув косу за спину. — Чиста как стёклышко. Собственно, поэтому мы и задержались, — она махнула рукой, указывая на команду, — я общалась с командованием, решали, как поступить.

— И тебя не отозвали? — усомнился командир.

— Хотели, — девушка пожала плечом, — но я решила, что отработаю контракт до конца, осталось не так уж долго. Не бросать же команду сейчас, когда на границе проблемы.

— А можно подробнее? — заикнулся Киран.

И я за это была искренне благодарна: в кои-то веки его любопытство мне на руку.

Парни стояли плотным кольцом, не торопясь выпускать командиров и нахально грея уши. Жизнь в крепости скучна, а тут что-то интригующее. Казни на плахе у нас практикуют исключительно редко, а уж обезглавить аристократа — даже не припомню такого на своем веку, понятно, отчего ребята так оживились. Непонятно только, почему у Элены глаза фанатично блестят, как она связана с Роланом, как тут замешан Касьян и как мне добраться до этой статьи, чтобы выяснить подробности.

Склонив голову набок, Элена смотрела на нашего огневика прищурившись, как будто пыталась решить, стоит ли делиться информацией. В то же время члены второй команды заметно оживились, словно предвкушая что-то интересное.

— По личным вопросам я говорю исключительно на плацу, — заявила наконец Элена. — Победишь — отвечу на любой вопрос.

Натан удивлённо поднял брови и оттопырил губу, покивал — мол, ну ничего себе поворот.

— Прямо-таки на любой? — уточнил огневик, прищурившись.

— Если победишь, — глаза Элены смеялись, словно она знала какую-то тайну, и её это забавляло.

И я даже догадывалась, что это. Касьян ведь не зря предупреждал, чтобы Киран был с ней поосторожнее, а он, видимо, не оценил совета. Пятой точкой чую, что огневик выложит всю свою подноготную, прежде чем сможет узнать хоть что-то об Элене. Если вообще сможет…

Но как там говорят? Удача любит дураков? Это точно про Кирана!

— Готовься раскрыть все свои секреты, — с шутливой улыбкой разведя руки в стороны, демонстрируя свою мускулатуру, заявил огневик. Вот же позер!

— Такой большой, — произнесла Элена чарующим голосом, обращаясь куда-то в воздух, — и такой наивный.

Все вокруг рассмеялись, кроме командира. Он, кажется, вообще не слушал всю эту болтовню, думая о своём. И эти мысли не были приятными.

— Дьявол, это будет интересно, — заявил темненький из близнецов с лукавой улыбкой. — Делаем ставки?

Ухмыльнувшись, братья хлопнули Кирана по плечам с двух сторон, словно подталкивая вперёд, к Элене. Мол, отступать поздно. Я же едва не расхохоталась в полный голос от комичности ситуации и от того, насколько удивленным выглядел Киран. Несколько дней назад огневик спорил на меня, а сегодня сам стал объектом спора. Так ему!

— Встречаемся на площадке через два часа, — сообщил Касьян, полностью взяв себя в руки. — Уже завтра нам предстоит длительная прогулка к разлому, так что стоит узнать друг друга поближе. Проверим вашу физическую подготовку, отработаем стандартные схемы защиты и немного поболтаем, раз уж на то пошло.

Веррон, как самый уравновешенный, откололся от толпы первый. И двинулся к баулам, которые новенькие поскидывали в кучу. Два из них были такими большими, что, казалось, я в них полностью помещусь. Страшно представить, сколько они весят! Но земляной неожиданно так легко вскинул один из этих огромных тюков на плечо, что сам обалдел. Но сказать ничего не успел.

— Спасибо связям Элены, — близнец со светлыми волосами заметил заминку земляного. — За причиненные неудобства при дознании парочку транспортировочных баулов выторговала, — усмехнулся он и прошептал: — Надеюсь, о них забудут и не заставят вернуть.

— Я бы на твоём месте не рассчитывал на это, — хмыкнул Веррон. — Ив, иди-ка сюда, — поманил меня он, найдя взглядом. — Военная разработка, тебе будет интересно.

Скорее уж просто любопытно. Вес облегчили, а вот с пространством пока так ничего и не придумали. Но, похоже, это что-то новенькое, по крайней мере, в торговом городе я о таком не слышала. Но зато теперь понятно, почему Элена повела группу в обход, а не напрямик. Ведь их группа провизии принесла ни много ни мало, а на одиннадцать человек! И, судя по всему, вся эта еда уместилась в двух баулах. Остальные сумки были обычными. Можно сказать, прибыли налегке.

Крепость, в которой до этого момента мы впятером вполне себе комфортно сосуществовали, с момента появления второй команды гудела как растревоженный улей. Новенькие в едином порыве двинулись на второй этаж заселяться, отчего лестница скрипела, а потолок над головой буквально ходуном ходил. Натан с близнецами опустошали сумки с запасами, что-то бурно обсуждая. Кас с документами скрылся у себя в кабинете, прихватив газету. Если честно, меня пугало его настроение, так что я не решилась его беспокоить по этому вопросу. В конце концов газета не исчезнет, позднее прочитаю статью. А вот с доработкой браслета, который я отобрала у командира, затягивать не стоило. И без того напортачила.

Но едва я только приблизилась к своей мастерской, как дверь кабинета напротив резко распахнулась. Я даже удивиться не успела, а Кас за секунду затащил меня внутрь.

— Что ты творишь? — произнесла на выдохе, упершись спиной в дверь.

— Ничего не хочешь мне объяснить? — ответил он вопросом на вопрос, да таким тоном, словно муж застукал в спальне жены любовника и теперь требует объяснений. Светлые волосы растрепались, синие глаза сверкали гневом, а чувственные губы сжались в тонкую линию.

Словно поняв, что стоит слишком близко, он сделал небольшой шаг назад и протянул мне ту самую газету с изображением Ролана.

Гадство, что его так взволновало? Неужели в статье написали, что я встречалась с Роланом? Упасите боги!

— Это разве не твой наставник? — не выдержав, Касьян ткнул пальцем в нижнюю часть газетной полосы, где были ещё два изображения — на одном из них незнакомый пожилой мужчина, на втором — мастер Ла'Вилли. — О нём говорил Верховный?

На секунду меня затопил ужас. Газетный портрет был удивительно хорош. Знакомое до боли лицо так и лучилось фальшивой доброжелательностью. Паника нахлынула практически мгновенно: руки задрожали, перед глазами затуманилось, дыхание спёрло, словно мне перекрыли доступ к воздуху. Нахлынули воспоминания о том дне, когда правда вскрылась, а вместе с ними и поглощающий душу страх. Эмоции, которые я тогда успешно подавила, сейчас грозили обрушиться на меня подобно снежной лавине.

— Дьявол, — выругался Касьян. Голос звучал глухо, как будто из-под толщи воды. — Идём, тебе нужно сесть.

Я слабо кивнула и сделала шаг вперёд, поддавшись напору мужских рук.

Через минуту или около того мне с трудом удалось вернуть себе спокойствие, разве что сердце всё ещё отбивало чечетку. Глупая! Сама испугалась не пойми чего и, кажется, взволновала Касьяна.

Усевшись поудобнее, я положила газету на стол — из-за дрожания рук буквы прыгали перед глазами, и погрузилась в статью.

«Кто бы мог подумать, что среди благородных семейств скрывается самый настоящий рассадник зла?! Приготовьтесь к сенсационной новости: нам стало достоверно известно, что разоблачен и „пойман за руку“ один из наследников рода Максвилли! „За что?“ — удивитесь вы. И мы вам ответим: потомку одного из знатнейших и богатейших семейств оказалось недостаточно привилегий и богатств своей фамилии, и он пошёл на преступление! На ряд преступлений!

Королевский департамент теней официально заявляет: в рамках предварительного расследования по делу печально известного Подавителя, который более десяти лет терроризировал мирных граждан нашего королевства, закончено сопутствующее дело по обвинению Ролана Масквилли в утаивании от короны ментальных способностей и незаконном использовании их в преступных целях. Установлены и доказаны более двух десятков эпизодов насилия, шантажа, воровства и других преступлений, совершённых с помощью ментального внушения. За каждое из них наказание одно — лишение магических способностей, дворянства и тюремное заключение. Однако за пособничество Подавителю, который ни много ни мало оказался его дедом — основателем рода Масквилли, — в более тяжких преступлениях, а также преступлениях против короны Ролан Масквилли будет казнён. Его вина полностью доказана, решение окончательное и обжалованию не подлежит.

Что касается остальных членов рода Масквилли, за сокрытие пробудившегося ментального дара они лишаются всех титулов и привилегий. Также они подвергаются опале: в ближайшие тридцать лет семейству Масквилли запрещено появляться в столице. Магический дар каждого члена рода отныне и навсегда будет тщательно проверяться, а при обнаружении ментальных способностей в следующих поколениях — запечатываться. Все их нажитое нечестным трудом имущество будет изъято в пользу пострадавших — Её Величество заявила, что проследит за этим лично.

Местонахождение самого Джеймса Масквилли, действующего под качественной иллюзией и вымышленным именем Теодора Ла'Вилли, больше известного вам как Подавитель, по сей день неизвестно. В отличие от своего потомка, он имеет куда больший опыт как менталист и абсолютно беспринципен. Его хладнокровная жестокость не поддаётся осмыслению. Разработка смертельных артефактов, шантаж, убийства — каждое из этих преступлений тянет на встречу с плахой. Каждое! Однако это всё ничто в сравнении с тем, что мужчина поддался влиянию своего дара и возжелал вершить судьбы людей, прибегнув к подавлению воли и полному подчинению личности. Жертвы исчисляются десятками и, к сожалению, не все из них живы — и это только известные и доказанные случаи! Но, невзирая на то, что ментальный дар, а также талант к артефакторскому искусству, позволяют негодяю успешно скрываться, в теневом департаменте уверяют, это не продлится долго.

Хочется верить. Очень! Но сколько раз мы с вами слышали это обещание?

Все мы прекрасно знаем, что Подавитель на протяжении многих лет водил законников за нос, оставляя ни с чем. И даже за этим разоблачением стоит не кто иной, как его личная ученица, которой чудом удалось выбраться из западни и позвать на помощь. И хотя сейчас девушка находится под защитой, она согласилась дать нам эксклюзивное интервью! Сенсация уже скоро!

Продолжайте следить за нами, чтобы быть в курсе всех подробностей этого громкого дела, а до тех пор просим вас быть предельно осторожными, для вашей же безопасности.»

Статья закончилась, а я ещё какое-то время таращилась в текст, пытаясь всё осознать.

— Какое, к тёмным тварям, ещё интервью? — возмутилась вслух, не сдержав возмущения.

— Так тебя здесь действительно прячут! Ив, как же ты умудрилась так вляпаться? — Стоит отдать должное, на этот раз голос Касьяна звучал участливо, а во взгляде читалась искренняя обеспокоенность. — И как ты его вычислила?

Решив, что раз уж обо мне раструбили на всю столицу — знающие люди быстро вычислят, кто был ученицей Ла'Вилли, — то и самой нет смысла о чем-то умалчивать.

— Я вообще удивлена, что ты помнишь моего наставника, — хмыкнула, стараясь скрыть волнение.

— Ты не поверишь, как много я всего помню, — заявил он с горьким смешком, словно моя фраза задела его за живое. — Расскажешь? — И предупреждая мое еще не сформировавшееся неудовольствие, добавил: — Ровно столько, сколько захочешь. Пожалуйста, Ив, мне это важно…

И столько в этом его «важно» было обеспокоенности, что мне не оставалось ничего иного. К тому же очень хотелось хоть с кем-то обсудить случившееся. Как ни странно, мне почему-то казалось, что Кас идеально подходит на эту роль. Что бы ни было между нами, но я ему доверяла.

Это глупо, наивно, иррационально! Но это так.

К счастью, разговор крутился вокруг наставника, про Ролана Касьян ничего не знал, а я не спешила его просвещать, оттягивая этот момент до последнего. Что может быть унизительнее, чем признаться бывшему жениху, чувства к которому по сей день тлели в глубине души, что тебя приворожили и использовали? Меньше всего я хотела видеть в его глазах жалость или, хуже того, отвращение.

— Зачем они написали про интервью? — это вопрос никак не давал мне покоя. — Нужно быть дурой, чтобы выйти в свет, когда на тебя охотится маньяк.

— Если он тебя ищет, а я полагаю, так и есть, раз Верховный спрятал тебя тут, то, скорее всего, это что-то вроде ловли на живца.

— Ловушка для Подавителя? — Я была полна скепсиса. — И он на это купится?

— Я бы не повёлся, — равнодушно заявил Кас, — но он свихнувшийся менталист, считающий себя умнее других. Столько лет уходить от теневиков, любой бы загордился. Плюс сейчас он не в лучшем положении — его раскрыли, у него нет денег и на него идёт охота. Время играет против него, так что он будет спешить, а значит, и ошибаться. И это лишь моё предположение, но, думаю, он объявится. Как минимум чтобы убедиться, что тебя там действительно нет, а в идеале узнать твоё настоящее местоположение.

— Надеюсь, план сработает, и этот кошмар скоро закончится, — грустно вздохнула я. — Хочу вернуть свою прежнюю жизнь. У меня было столько планов…

— Я только одного не понимаю, — перебил Касьян. Он стоял, небрежно опершись о спинку стула и смотрел на меня. — Куда, демоновы отродья, смотрел твой парень? — в его голосе промелькнула скрытая злость. — Разве он не заметил, что с тобой происходит что-то неладное? Что ты изменилась? Что ведёшь себя не так, как обычно?

— Парень? — Сердце тут же зачастило.

Касьян на пару секунд замешкался с ответом, на лице отразилась внутренняя борьба, будто он спорил сам с собой и не находил правильного ответа.

— Злата сообщила, что ты встречаешься с одногруппником и по уши в него влюблена, — наконец, произнёс он нехотя, взъерошив пятернёй волосы и отведя взгляд. — Я не поверил.

— Почему? — спросила я с вызовом.

Неужели думал, что он весь из себя такой исключительный, что ему и замены не найдётся?

— Не знаю, не хотел, наверное, — он обошёл стул и плюхнулся на своё место. — Да и к тому же решил, что это обычная провокация от Златы, чтобы я вернулся домой. Заставить меня помириться с родителями у неё не вышло, шантаж не сработал, ультиматумы я проигнорировал, и она решила давить через тебя.

— Как глупо, — с деланым равнодушием отозвалась я, хотя ладошки, признаться, взмокли от волнения.

— Ну почему же? — Он смотрел на меня, как-то странно улыбаясь. — Злата знает мои болевые точки, сестра как-никак. Мы два года почти не общались, а тут вдруг месяцев десять назад сама начала писать. И в каждом демоновом письме вскользь упоминалось, как этот тип эффектно за тобой ухаживает и какое у вас взаимопонимание, прямо воркующие голубки, — и вроде говорил спокойно, но я не могла не услышать язвительных ноток, которые нет-нет, да и прорывались в тоне. Или это горечь?

Кас о чём-то задумался. Мне и хотелось продолжения разговора, и страшно было. А вдруг я в нём ошиблась? Не так поняла его слова? Какой же дурой я тогда буду выглядеть? Сердце колотилось как сумасшедшее и едва не выпрыгивало из груди. А ещё до зуда хотелось узнать, что же там произошло у них со Златой? Подруга открылась мне с новой стороны.

Касьян как-то устало и отчаянно растёр лицо ладонями. В этом жесте было столько мужского и забытого, что я глаз не могла отвести.

— Я готов был вернуться раньше, Ив! Будь у меня такая возможность, я бы вернулся! — Кас заглянул мне в лицо, как будто хотел убедиться, что я ему верю. — Но мой трёхлетний контракт истекал только через пару дней после вашего выпуска. — Касьян протянул руку через стол и накрыл мою ладонь. — Оставалось только ждать и надеяться, что ты не выскочишь замуж за этого своего одногруппника до того, как я вернусь и разыщу тебя. Наверное, это жутко эгоистично напоминать о себе, спустя столько времени, когда ты уже вроде как счастлива с другим, да?

Он говорил так, словно хотел оправдаться. Вот только за что? Ничего из этого не произошло, одни слова!

— Смысл об этом сейчас рассуждать, если ты не вернулся? — даже не упрекнула — обвинила. — Иначе мы бы не встретились тут, ты уже должен был отправиться в столицу. Не так ли? — я вырвала ладонь и, не сдержавшись, зло выпалила: — Да и знаешь, ты бы в любом случае не успел.

— О чём ты сейчас?

— Я собиралась замуж. Свадьба должна была состояться на следующий день после вручения дипломов, — выпалила это на одном дыхании и почти сразу пожалела.

Касьян дёрнулся всем телом, словно я ударила его наотмашь. Отстранился — не только физически, когда откинулся на спинку стула, но и эмоционально. Я буквально чувствовала, как он запечатывает все свои эмоции, пряча их в глубины души. И меня так напугало то, что он сейчас закроется и мы вернёмся к холодному нейтралитету, что я пошла на попятный.

— Извини. Сама не знаю, зачем это сказала.

И правда, чего я добивалась? Хотела заставить Касьяна испытать ту же боль, что и я, когда узнала о его невесте? Задеть за живое? Посмотреть на реакцию? Ну, судя по всему, у меня это отлично получилось. Дура! Вот только стоило ли оно того?

— Да ладно, Ив, — Касьян покачал головой. — Мы оба понимаем, зачем ты это сделала.

— Но я не должна была, это жестоко. И по-детски.

— Может быть. По крайней мере, я узнал это от тебя. Зато теперь хотя бы могу представить, что ты испытала, когда к тебе заявился мой папаша, — последние слова он буквально выплюнул.

Разговор сам собой затих, и мы некоторое время молча смотрели друг на друга. Я вдруг подумала, что проклятущие ментальные способности — это не всегда плохо. Я бы многое сейчас отдала, чтобы узнать мысли Касьяна.

— Вот и не верь после этого в судьбу, — ни с того ни с сего заявил он, нарушив неловкое молчание.

— В каком смысле?

— Я уже собирал вещи, как Верховный вдруг в последний момент отдал приказ задержаться на пару недель. Как я понял, что-то у них там с заменой не срослось. И, как мы сейчас выяснили, у меня не было и шанса вернуть тебя, ты бы вышла замуж ещё до моего появления. Но одна нелепая случайность — и все планы твоего наставника летят к тварям. И вот ты уже в серой зоне, в моём отряде. И у нас есть целый год, чтобы во всём разобраться. Я бы сказал, что это знаки судьбы.

Ага, как же! Если б судьба знала, сколько на неё всего списывают, она бы очень удивилась! Скорее уж это были происки Верховного. Может, я слишком мнительная, но как-то это всё подозрительно. Один раз Касьян ушёл от ответа, кем ему приходится господин Морриган, но в этот раз я припру его к стенке. Не отбрешется!

— Ответишь на один вопрос? — Касьян меня опередил.

Я думала всего секунду, прежде чем согласиться.

— Валяй. Но потом ты ответишь на мой. Честно.

Касьян кивнул и ненадолго задумался.

— Кто он? Ну, твой жених. Злата ни разу не упомянула, как его зовут, но сказала, что мы заочно знакомы.

Я вздохнула, поняв, что тот самый момент настал. И к стенке припёрли меня.

— Он перед тобой, — кивнула на газету, не став увиливать. Все равно узнает.

Касьян не сразу догадался, на что я намекаю. Хмурился, смотря на статью о богатом отпрыске, который вздумал вершить судьбы людей.

— Масквилли? — Касьян поднял ошалевший взгляд, не иначе как ожидая заявления, что я пошутила. Но я только неуверенно кивнула.

Мужчина мгновенно напрягся, на скулах проступили желваки, так сильно были сжаты челюсти. И он таким ненавидящим взглядом сверлил изображение Ролана, что я даже не удивилась, когда проклятая физиономия вспыхнула огнём. Лишь подскочила со своего места, испугавшись, что Касьян потерял контроль над магией. Если контроль теряет огневик — беги прочь, если это происходит с универсалом, тем более таким сильным, как Касьян, — бежать уже нет смысла. Остаётся только молиться, даже если в богов ты не веришь.

Но обошлось. И хорошо, потому что, в отличие от Таськи, я не знаю ни одной молитвы.

Кас почти сразу пришёл в себя. Потушил газету или, вернее, то, что от неё осталось, отряхнул руки и взглянул на меня так, что захотелось покаяться в преступлениях, которых я не совершала.

— Ну не везёт мне в любви, что тут ещё сказать? — попыталась я разрядить обстановку шуткой.

Которую Кас не оценил. К счастью, за спиной раздался короткий спасительный стук, и дверь распахнулась. Обернувшись, я увидела Элену в тренировочной форме.

— Все готовы, ждём только вас.

Ого, вот это мы тут засиделись!

— Сейчас будем, — Касьян отодвинулся назад, ножки стула издали отвратительный скрежет. Открыл ящик, вытащил вещевой мешок и протянул мне. — Кристаллы и посылка от наставника.

Перехватывая мешок, я лишь диву давалась, как быстро он переключился на роль командира. Ещё б не этот взгляд, который как бы говорил «мы не закончили», вообще было бы хорошо.

21. О том, как правильно мотивировать

— Иветта, а ты тренируешься с ребятами? — поинтересовалась Элена, когда я оказалась в коридоре.

— Нет, — прозвучало несколько вопросительно. — Я ж артефактор.

— Тренируется с этого дня, — заявил Касьян приказным тоном, для которого разговор не стал секретом. — Ей не помешает научиться парочке приемчиков, чтобы всякие уроды обходили стороной.

Я возмущенно уставилась на командира.

Чего? Какие тренировки? Где я, а где эти амбалы-боевики! Да они зашибут меня, даже не напрягаясь!

— Марш переодеваться, — добавил он.

Схватив сумку, я развернулась и двинулась на выход. Что ж, ладно. В нынешних обстоятельствах умение постоять за себя действительно не помешает, но я не я буду, если однажды не уложу самого командира на лопатки. В конце концов, физрук и нас, хлюпиков-артефакторов, кое-чему научил.

Как оказалось, о своей физической подготовке я думала лучше, чем оно было на самом деле. Физрук с нами — хлюпиками с артефакторского — явно нянчился! И это ещё мягко сказано.

И тем не менее первая тренировка в компании боевых магов началась достаточно бодро. Я даже порадовалась, что её ведет Элена, решила, что обойдусь малой кровью. Ага, куда там! Касьян присоединился к ней через пару минут, и я поняла, что рано расслабилась. Мы бегали, прыгали, кувыркались, отжимались, приседали… После тридцатиминутной зарядки перешли на брусья, потом на полосу препятствий и перекладины. Не могу сказать, что упражнения были очень сложными, но вот количество подходов… Я мысленно себе твердила: «Еще один подход, Иветта, всего лишь один. И все!» В тот момент, когда я уже готова была просто взвыть от усталости и боли в мышцах, Элена наконец захлопала в ладоши, привлекая внимание команды.

Выдохнув, я опустила голову и уперлась руками в колени. Наконец-то пытка завершена!

— Закончили разминку, — прозвучало совсем не то, чего я ожидала. Мои глаза от удивления непроизвольно округлились.

Да вы издеваетесь! Это была всего лишь разминка? Мне конец!

— У вас есть двадцать минут на отдых, — продолжила Элена, когда ребята подошли ближе, — потом собираемся тут же, будем знакомиться.

Последнее прозвучало несколько зловеще, словно она придумала какую-то мелкую каверзу. Киран удостоился особого взгляда. Новички это заметили и дружно заулюлюкали.

— Ты попал, парень, — близнецы хлопнули огневика по спине с двух сторон, прежде чем последовать за своим бывшим командиром.

— Что? — Киран выглядел растерянным.

— Говорю, готовься выложить все свои постыдные секреты, — пропел Янис, даже не обернувшись.

— О чем это вы? Да постойте же! — последнее он выкрикивал уже на бегу.

Я смотрела ему вслед с толикой зависти. Меня ноги едва-едва держат, а у него есть силы на бег! Боевикам вообще известно, что такое усталость?

— Ты идёшь? — из-за спины появилась Агнесс.

— Не-а, сил нет совсем, — сказав это, я рухнула на траву и завалилась на спину. Блаженство!

Девушка мягко рассмеялась, устроившись неподалеку и подставив лицо солнцу.

— А ты молодец! Не ожидала, что продержишься до поединков.

— Надеюсь, меня не заставят драться с кем-то из вас. Боюсь, этого я не переживу.

— Не заставят. Считай, нормативы на выносливость ты сдала, сверх этого Элена требовать не станет, если только сама не попросишь.

Или если командир не прикажет.

— Тебе ещё повезло с наставником по физической подготовке. Феликс был таким хлюпиком, что ему потребовалось два месяца, чтобы он справился с нашей разминкой и Элена от него отстала. В нашем секторе уровень опасности был одним из самых высоких, иной раз твоя жизнь зависит от того, как быстро ты бегаешь. К слову, мы с Эленой по утрам тренируемся, отдельно от парней. Присоединяйся.

— Она не будет против?

— Нет, ты чего? Будет здорово. Поболтаем, посекретничаем. Обсудим парней. Нам, девочкам, нужно держаться вместе.

Повернув голову, я с интересом взглянула на собеседницу. Агнесс выглядела так, словно и не тренировалась вовсе. Ни пота, ни одышки. Напротив, её дыхание было ровным и размеренным, разве что щеки слегка порозовели. И волосы немного растрепались.

— Я «за». Почему бы и нет? Если, конечно, переживу этот день. Мышцы гудят. — Приподнявшись на локтях, я иронично поинтересовалась: — Слушай, мы точно проходили одну и ту же полосу препятствий?

Агнесс потребовалось пара секунд, чтобы понять, к чему я клоню.

— Это ты меня ещё после боев не видела, — усмехнулась она по-доброму. — Вставай, покажу одно упражнение — меня ему Элена научила. Ага, вот так, встань ровно. Теперь повторяй за мной и следи за дыханием.

Через пять минут я с удивлением отметила, как перестают болеть натруженные мышцы и уходит слабость. К моменту, когда остальные вернулись с перерыва, я действительно чувствовала себя лучше. Утром наверняка будет паршиво, но я хотя бы смогу встать с кровати!

— Ну что, все собрались? Итак, прежде чем мы приступим к отработке построения и схем взаимодействия с учетом нового состава команды, — начал Касьян, — нам стоит получше узнать друг друга. И у Элены есть прекрасная традиция на этот случай.

— Во времена моей учебы наставник проводил игровые спарринги, — взяла слово Элена. — Суть в том, чтобы выложиться во время боя на полную, ведь победитель может задать любой вопрос либо попросить раскрыть свой постыдный секрет. В случае отказа вы получаете штрафные от командира. Все понятно?

Раздался нестройный хор голосов. Новенькие явно предвкушали веселье, в то время как наши выглядели слегка растерянными. Что на самом деле совсем не удивительно — у каждого из нас есть тайны, которые не хотелось бы раскрывать. Тем более вот так.

И только Киран, как всегда, выделился:

— Ух, и повеселимся сейчас! — с громким хлопком он потер руки.

— Ну вот с тебя и начнем, весельчак, — заявила Элена, пригласив огневика в круг.

Касьян отступил, мы посторонились, освобождая пространство, после чего сели прямо на песок.

Киран и Элена осторожно кружили по площадке, приглядываясь друг к другу. На фоне здоровяка Кирана Элена смотрелась как тростинка, которую можно переломить одним движением. Но я даже понять не успела, как она уложила Кирана на лопатки. Вот он смотрит на неё чуть насмешливо, мол, давай нападай, и хоп, сам уже валяется на песке, глотая пыль.

Новенькие разразились дружным гоготом. Элена выпрямилась и обескураженно обернулась к Касьяну.

— Серьёзно? Ты что, вообще их не тренируешь?

— Не расслабляйся раньше времени, — посоветовал он, бросив на огневика прищуренный взгляд. Мол, какого ты нас позоришь? Примерно так на него смотрела вся наша команда.

— Итак, огонек, я слышала, ты тут торчишь уже не один год. Почему? — вновь обернувшись к сопернику, поинтересовалась Элена.

Она наверняка хотела задеть его этим пренебрежительным «огонек», но ничего не вышло. Киран лишь растянул губы в широкой улыбке: похоже, он обожал не только давать прозвища, но и получать их. Во всяком случае, от девушек.

Перекатившись на спину, парень одним плавным прыжком встал на ноги. Я даже засмотрелась. Не думала, что с его габаритами это вообще возможно.

— А что, есть варианты? Деньги нужны. — Огневик встал в боевую стойку, давая понять, что на этот раз намерен победить. — Ещё!

Ни слова не говоря, девушка шагнула навстречу надвигающемуся на неё, словно гора, здоровяку и… Дальнейшее от меня заслонила широкая спина. Потом хоровой раздался «ох», и мой дружок нелепо сверзился на песок. Он что, в нокауте?

— Очнулся? Надеюсь, с магией ты управляешься лучше, — через несколько секунд ожидания абсолютно ровным тоном произнесла гончая. — Вставай. — Она протянула ему руку. — У тебя есть последний шанс задать мне свой вопрос.

Киран издал болезненный стон и поднялся уже без картинной резвости. Я поморщилась — парня было искренне жаль. Ну и методы!

На этот раз бой продлился заметно дольше. Было видно, что Киран собрался и просчитывает каждое движение, как своё, так и соперницы. Но во время очередного выпада Элена ловко перехватила его руку, отступила левой ногой назад, отвела локоть огневика и нанесла удар по колену. Попыталась. Киран уклонился и, не предпринимая попыток вырваться из захвата, нанес ей удар коленом в живот. Это было ошибкой, ясной даже мне. Девушка отклонилась в сторону, пропуская удар мимо, а затем провернулась, не выпуская ладонь соперника. Рывок, наклон — и Киран перелетел через соперницу. Вывернув руку здоровяка, в завершение она усилила его падение своим весом. Огневик в очередной раз упал, да так сильно, что даже песок не заглушил звука удара. А Элена еще и шею парня коленом придавила.

Б-р-р-р! Какой кошмар!

— Плохо, — отчитала она здоровяка без всякой насмешки. Больше всего это походило на то, как если бы наставник сделал выговор нерадивому ученику. И как-то сразу стало понятно, что игра игрой, но послаблений не будет. Элене неинтересны наши секреты, она проверяет, кто на что способен, и показывает это остальным.

Касьян стоял мрачнее снежной тучи. Под его суровым взглядом хотелось заныкаться за широкие спины. Хорошо, что так смотрят не на меня.

— Да ладно тебе, — встала на защиту Элена, оценив картину «убийственный взгляд командира». — Мои, — кивок в сторону, где кучковались новички, — тебе тоже не ровня.

— Я бы поспорил с этим утверждением! — светленький близнец вальяжно двинулся к центру круга. Рэйдан, кажется. — Ну что, командир, продемонстрируешь свои способности?

— Как насчет двое на одного? — Касьян мотнул головой в сторону сидевшего Яниса. — Мне интересно, правда ли то, что между близнецами существует особая связь, или брехня это все?

Близнецы заинтересованно переглянулись и, словно в подтверждение слов командира, кивнули друг другу, явно придя к одной и той же мысли.

Команда оживилась, назревало что-то интересное.

Янис и Рэйдан действительно работали как слаженная команда. Я только диву давалась, глядя на то, как они выполняли великолепные акробатические прыжки и перевороты, ловко и умело уворачивались от ударов Касьяна и сами совершали ответные быстрые и всегда точные выпады. Даже мне было понятно, что парни хороши неимоверно. Кас держался, но явно не без труда, работая сразу на два фронта. В какой-то момент я даже решила, что победу ему не одержать, и так распереживалась, что сама не поняла, как вскочила на ноги, забыв про измученное тело, и закричала:

— Задай им трепку!

Ещё и руку, сжатую в кулак, подняла.

В ответ я получила… громогласный хохот команды. На краткий миг я успела перехватить взгляд Касьяна — он был ошарашен и смотрел с веселым недоумением, прежде чем до меня дошло, что я сделала. Под пристальным вниманием вмиг стало неловко, но, невзирая на расползающуюся по щекам краску смущения, я только нос вздернула и заявила:

— Что?! — И прозвучало это так: мол, попробуйте мне только что-то сказать!

Киран вновь заржал. Запрокинув голову назад, он не удержался и свалился на спину. И даже ногами задрыгал, сквозь смех выдавливая что-то вроде: «Ой не могу!»

У-у-у! Мало ему Элена врезала!

Тем временем бой продолжился, но не продлился долго. Командир ловко ушел из-под очередной двойной атаки и буквально столкнул близнецов. Врезавшись со всего маха, парни отлетели друг от друга и свалились на песок. Прямо под ноги победителю. Ух!

Поверженные некоторое время не то приходили в себя после столкновения, не то переваривали тот факт, что так позорно проиграли.

— Я, конечно, читал ваше дело, но не думал, что вы так хороши, — подсластил пилюлю командир. — Что вы забыли в этой дыре с такими талантами? — протянув руку, он помог соперникам подняться на ноги.

Близнецы вновь переглянулись и, глазам своим не верю, смутились!

— Э-э-э, командир, а может, лучше штрафные? — попытался увильнуть от ответа темноволосый Янис.

Я буквально кожей почувствовала, как возрос градус любопытства. Теперь все внимание было приковано к проигравшим. Я вздохнула с облегчением.

— Ну уж нет! — заявил Веррон.

— В конце концов, сами вызвались, — поддержал товарища Касьян, сложив руки на груди. — Рассказывайте.

— Да нечего особенно рассказывать. Прозвучит глупо, но нас сюда бабка отправила, — приоткрыл занавес секретности Рэйдан. И задрал подбородок почти как я несколько минут назад.

Неужели боится насмешек?

— В смысле, бабка? — не въехал Ноэль.

— В прямом. Она у нас из рода видящих, — пояснил Янис.

— Это которые раньше якобы могли в будущее заглядывать, а сейчас карты раскладывают? — голосом, полным скепсиса, уточнил Киран, взъерошив волосы пятернёй.

— Вроде того, — голос Яниса стал прохладнее.

— Ну и, в общем, она сказала, что, если мы хотим, чтобы наша мечта исполнилась, то во что бы то ни стало должны попасть к разлому, — закончил его брат.

— И о чем вы мечтаете? — решила дожать Агнесс.

— Стать Хранителями.

— И вы поверили в этот бред? — Мирон даже и не пытался сгладить грубость. — Тут вы скорее станете ужином тварей. Какие ещё Хранители? По-моему, ваша бабка просто свихнулась, а вы доверчивые идиоты.

Вот же гад! Зачем его только вернули после расследования?

— Может, и так, но на твой счёт она высказалась ясно, — отозвался Янис абсолютно буднично.

Рэйдан подхватил и продолжил:

— Ага. Так и сказала, в вашей команде будет самовлюблённый эгоистичный придурок. По-моему, твоя точная характеристика.

Да эта характеристика настолько хороша, что её стоит занести в личное дело! Не знаю, как у остальных, а у меня перед глазами сразу всплыл эпизод, как Мирон был готов бросить Ноэля на верную смерть, даже не попытавшись помочь.

Зарождающуюся перепалку прервал Натан.

— Элена, сразишься со мной? Мне всё же любопытно: тебя действительно выперли за нападение на фаворитку принца?

Правда это или всего лишь людские домыслы парни так и не выяснили. Элена просто не давала им шанса, укладывая на песок одного за другим. Зато ребята в полной мере впечатлились её физической подготовкой, осознавая, что уступают ей при всех своих немалых габаритах. Во правду говорят — чем больше шкаф, тем громче падает! А уж после новости о том, что отныне тренировки будут на регулярной основе, и вовсе приуныли. Один Киран радовался как ребенок — каждая тренировка это шанс выведать все секреты гончей. Как по мне — шанс призрачный.

Первая неделя с момента появления второго отряда прошла относительно спокойно. Мы присматривались к новым членам команды, они к нам. Новенькие, надо признать, не особо охотно шли на контакт, а мы со своей стороны не навязывались. Чувствовалось, что смерть коллеги и последующее расследование далось ребятам непросто — в первые дни все были несколько подавлены, если не сказать, угрюмы. Да и чему радоваться — новый командир, новая команда, да и тесно же! Крепость стала напоминать студенческое общежитие, если бы не дополнительные спальные места в лаборатории, пришлось бы совсем тяжко.

Общение в основном крутилось вокруг бытовых мелочей: дежурства, уборка, места за столом, предпочитаемая посуда, — и тренировок, ребята без устали отрабатывали схемы построений с учетом увеличенного состава. Я тоже не отсиживалась в стороне — первая же вылазка к разлому показала, что легко не будет.

На обход выдвинулись рано утром. Сперва шли молча, настороженно прислушиваясь и приглядываясь, готовые защищаться от возможного нападения тварей. Зачистка — это, конечно, хорошо, но малоэффективно в случае изменённых, учитывая, сколько тьмы разлилось по округе во время прорыва. Но, похоже, удача была на нашей стороне — тварей встречалось не так много, как мы ожидали, и парни легко убивали их ещё на подходе. Вскоре мы перешли на легкий бег. Вот только бег по протоптанной дорожке и по скользкой или каменистой тропе — совершенно разные вещи. Мы ещё даже до разлома не добрались, как я уже выдохлась и пару раз едва не упала, оступившись. А ведь нам предстояло проверить артефакт не только в нашем секторе, но и в соседнем, плюс ребята просили подняться к их крепости — мало ли, может, что-то из личных вещей уцелело? В общем-то, это маловероятно, но не отказывать же.

Крепость представляла собой жалкое зрелище.

Это даже не развалины, когда над строением трудится время, это груда камней. Как будто рассвирепевший гигантский ребенок неистово крушил игрушечный домик, заодно поливая груду обломков магическим пламенем, сравнимым с огнём легендарных драконов. То тут то там на закопченных обломках посверкивали потеки расплавленного металла. Вот тут, наверное, была кухня. Наивной обидой блестели лужицы меди, оставшиеся от кухонной утвари, отливали специфическим рыжим даже сквозь гарь. А там, скорее всего, была чья-то спальня — угадывался оплавленный, уже начавший ржаветь остов кровати. А главное, от крепости шел неприятный запах гнили и разложения — страшно подумать, сколько тварей лежало под руинами.

— Твою ж богиню, — прошипел Ноэль. — Что тут произошло? Я думал, твари забрались в крепость, все поломали, но это! Тут словно…

— …группа зачистки поработала, — поморщившись, закончила Элена, запрыгнув на большой валун и вглядываясь вдаль. — Ладно, давайте по-быстрому осмотримся и возвращаемся.

Члены второй команды отправились на поиски сокровищ. Натан и Веррон двинули в сторону лесополосы — изучить травы, мало ли, вдруг найдется что-то интересное? Как мы поняли, в команде Элены не было травника или зельевара, а значит, природные дары, вероятнее всего, остались нетронутыми. Если, конечно, после нашествия тварей хоть что-то уцелело.

— Только время зря тратят, — задумчиво обронил Киран, как только мы нашли место, клочок живой травы с одиноким деревом, где можно дождаться остальных.

Мы с Касьяном почти сразу уселись в тени дерева, в то время как огневик, зажав травинку зубами и перекидывая её из одного уголка губ в другой, смотрел в сторону разрушенной крепости.

— Почему? — с ленцой отозвался Касьян.

— Потому что живой огонь после себя ничего не оставляет.

— Живой огонь? — я в недоумении уставилась на огневика. — Впервые о таком слышу.

— Стыдно признать, но я тоже, — присоединился Касьян. — Можно подробнее?

— Это запрещенное заклинание высшего порядка, — необычайно серьезный огневик зацепил большие пальцы за карманы штанов и понизил голос: — Маг собирает огненный эфир в определённой точке, после чего происходит мощный взрыв, расплескивающий жидкий огонь в радиусе нескольких десятков метров. Все, что соприкасается с жидким огнем, мгновенно воспламеняется, поэтому его очень сложно потушить. Чаще всего маг, призвавший жидкий огонь, погибает ещё в процессе, а заклинание без контроля уничтожает всё вокруг. В последний раз, когда его использовали, был стерт с лица земли крупный торговый город, прежде чем магам на выручку пришли ледяные драконы.

— Жуть какая! — я невольно передёрнула плечами.

— Это только предисловие, Иветта, — протянул Киран таким голосом, словно подметил что-то неладное и собирался с силами, чтобы сообщить об этом. Стало не по себе. — А теперь задайтесь вопросом: какая тварь выползла из разлома, если наши пошли на столь отчаянный шаг, как запрещённое заклинание высшего порядка?

Или что нас ждёт, если купол рухнет полностью, учитывая, что через небольшую брешь к нам вылезла тварь, требующая столь кардинальных мер?

Этот вопрос не прозвучал, но все мы о нём подумали.

От одной только мысли ладони стали влажными, сердце глухо, тяжело забилось, а во рту пересохло. Враз захотелось убраться отсюда подобру-поздорову.

— Ты уверен в том, что говоришь? — Касьян весь подобрался, мгновенно став серьёзнее.

— Я не полный кретин, чтобы шутить такими вещами, — резко отозвался огневик. — Мой прадед в родовых книгах собрал много любопытной информации, а дед продолжил его дело. Видишь, какой круг идеальный? — он рукой указал на землю, где была отчетливо видна граница между зелёной травой, на которой мы сидели, и обугленной землей. Если смотреть со стороны, чётко видно, что выжжен…

— Идеальный круг, — закончил командир, поднявшись на ноги и проследив за взглядом огневика.

— Да. В центре которого была когда-то крепость. Это значит, что тут установлен заслон, который не позволил заклинанию распространиться за его пределы. А все заклинания, требующие подобных мер безопасности, потребляют и огромную силу — не всякий огневик сможет не столько призвать, сколько проконтролировать жидкий огонь.

— Что бы это ни было, оно уничтожено, — уверенно заявил Касьян, поймав мой взгляд.

— Уверен? — усомнился огневик.

— Да. Ты заметил, как мало тварей мы сегодня встретили? Команда зачистки постаралась на славу. Но я попробую выяснить детали. Не рассказывай пока ребятам, я сам это сделаю в случае необходимости.

Мы все трое переглянулись, словно у нас появился общий секрет.

Киран ошибся лишь в одном — огонь уничтожил не всё.

Близнецы нашли колокол, что привлёк внимание, сверкая золотым боком в лучах солнца, и радовались так, словно он действительно был отлит из золота. А Элена у самой границы совершенно случайно обнаружила обломок артефакта, торчащий из земли. Немного не добежав до нас, девушка об него запнулась.

— Да чтоб тебя! — выругалась она, пока летела вперед, выставив руки.

Первым сориентировался Киран — поймал ту, что ещё накануне вечером безжалостно лупасила его на плацу, буквально у самой земли и тут же дернул за руку, словно заправскую танцовщицу. Элена сделала оборот вокруг своей оси и упала прямиком в его объятия. Девушка от этого маневра, кажется, слегка потерялась в пространстве. По крайней мере, пару секунд или около того она выглядела растерянной, после чего оттолкнула огневика.

— Что ты творишь?!

— Ты, наверное, хотела сказать спасибо? — ухмыльнулся Киран, глядя на спасенную сверху вниз.

— Спасибо, — улыбнулась она. И, не переставая посмеиваться, угрожающе продолжила: — Но ещё раз выкинешь что-то подобное…

— Все-все, — Киран обезоруживающе выставил руки перед собой. — В следующий раз я позволю тебе вспахать носом землю. Никаких проблем!

Элена прикрыла на мгновение глаза — видимо, чтобы не прибить шутника на месте. И тут… совсем немелодично хрюкнул от смеха Касьян. Он сразу же зажал рот ладонью — грозный взгляд Элены не предвещал ничего хорошего, но все усилия пошли прахом: секунда, вторая — и смеялись уже все. Это и в самом деле выглядело забавно. Но больше меня радовал тот факт, что с появлением новеньких, объектов для шуток Кирана стало больше. Главное, чтобы Агнесс и Элена в порыве благодарности не прибили его ненароком.

Мы уже двинулись в обратную сторону, прочь от разрушенной крепости, как моим вниманием завладела железяка, о которую споткнулась Элена. Под силой удара она выскочила из земли. На серебристом боку была рунная вязь.

22. О том, как правильно мотивировать

Я присела на корточки, чтобы поднять осколок и рассмотреть гравировку, да так и застыла.

— Что там? — поинтересовался Касьян.

Ребята столпились вокруг, загораживая свет. Я поднялась на ноги.

— Обломок артефакта, — пробормотала недоуменно.

— Единственное, что осталось от Феликса, — с грустью произнесла Элена. — Можно мне? — она протянула руку, желая забрать железяку. — Хочу оставить на память.

Я не торопилась отдавать находку, изучая руны.

— Ничего не понимаю…

Особой уверенности не было, рунический став оказался оборван, но два начальных и ясно видимых символа настораживали диким сочетанием: первый — орстан — означал «глубокий сон», это на драконьем, вторая руна расшифровывалась как «мелкая поступь». Третья вообще была мне неизвестна. Она даже выглядела неправильной, словно незаконченной.

— Что именно? — уточнила Элена, выводя меня из задумчивости.

Я покачала головой и, вместо того чтобы дать обломок девушке, сунула его Касьяну.

— Если честно, я и сама пока не уверена, но мне кажется, что это нужно показать Верховному.

— Иветта! — рыкнула Элена.

Я перевела взгляд на командира, не уверенная, что стоит озвучивать догадку. Но тот неожиданно кивнул.

— Если это то, что я думаю, то… — усомнившись, я все же уточнила: — Элена, это точно не твой артефакт?

Девушка красноречиво промолчала, не спуская с меня глаз.

— Извини, просто ты целитель, я и подумала… А наговаривать не хочется. Имейте в виду, что это лишь предположение, ясно? В общем, что-то подобное я делала со своим наставником для нашего целительского корпуса. Бывают случаи, когда больных нужно срочно погрузить в крепкий сон, и тогда прибегают к специальным артефактам. Это был единственный раз, когда я использовала драконью руну «глубокий сон».

— То есть он нас усыплял? — сообразила наконец Элена.

— Вот почему мы не замечали его вылазок, — зло сплюнул Мирон. — Гаденыш!

— Мирон! — одернула его Агнесс, но тот только плечом повёл, сбрасывая с локтя её руку.

— Я бы так и предположила, — заявила я осторожно, — но две другие руны кажутся бессмысленными. Вот вместо этой, — я указала пальцем на «мелкую поступь», — должен стоять ограничитель. Условно — радиус действия, а его нет. Но это… белиберда какая-то. Так что давайте не будем гадать и делать поспешных выводов, — попыталась я сгладить ситуацию. — Я могла ошибиться. Это лишь фрагмент артефакта, руны другие, да и опыта у меня не то чтобы… Лучше показать эту штуку знатокам. Уверена, они разберутся.

— А заодно отправят нам глушилку на случай, если ты вздумаешь провернуть нечто подобное, — вдруг заявил Мирон, глядя прямо на меня.

Удивительно, но завуалированное обвинение меня ничуть не задело. Может, дело в том, что мнение этого мужчины мне было глубоко безразлично, а может, это потому, что я знала истинное положение дел. Тьма мне не страшна, мой рассудок под защитой крови и магии драконов. Так сказал Верховный, и у меня нет причин ему не верить.

Вот только Мирон этого не знал, а я не собиралась что-то ему доказывать.

Сама не знаю как, но я уловила момент, когда Касьян собрался заступиться за меня — выставила руку, не позволяя ему выйти вперед и перехватить разговор. Прятаться за спиной командира? Ещё чего! Стоит один раз показать слабину, потом будет только хуже, это я усвоила ещё в академии.

— Не хочешь объясниться? — мой голос был твёрд, а тон достаточно требователен. Жаль только, что рост мелковат — рядом с Мироном я как блоха напротив собаки, это портило всё впечатление.

А задира, кажется, только и ждал моей реакции. Он иронично вскинул исполосованную шрамом бровь и выверенным жестом раскинул руки, привлекая к себе внимание.

— Я просто высказал то, о чём думают остальные, не так ли?

Ответом ему была тишина — все как будто в рот воды набрали.

— Да неужели? — уточнила я с насмешкой и сложила руки на груди. — Что-то они не спешат подтверждать твои слова.

— Но и не опровергают, а это весьма показательно, — Мирон был доволен, как кот, обожравшийся сливок. — Феликс не единственный сбрендивший артефактор, и это лишь вопрос времени, когда тьма подействует и на тебя. Ты слабее его, значит, много времени для изменений не потребуется. Просто знай, — он сложил руки за спиной и слегка наклонился вперёд, так, чтобы наши лица оказались на одном уровне, — я слежу за тобой. Дай мне только намек…

От его маньячной улыбки на шрамированном лице по спине пробежал холодок, а от предвкушения в голосе и вовсе стало не по себе. На долю секунды я почувствовала страх, но быстро взяла себя в руки. Что он мне сделает?

— Ну хватит, — вступил Касьян. — Я всё понимаю, — серьёзно и с нажимом произнёс он, обводя новеньких взглядом. — Вы потеряли товарища и едва не погибли. Правда, понимаю. Но это не даёт тебе права, — Касьян сосредоточился на Мироне, — разбрасываться пустыми обвинениями и уж тем более угрозами. Это понятно?

— Да разве ж я угрожал? — мужчина делано удивился. — Я лишь говорю, что нам нужно быть осторожнее. Как там говорят, в тихом омуте…

— Угомонись, Мирон, — одернул товарища Янис. — Ты, наверное, забыл, что это именно Иветта обнаружила у нас бракованные кристаллы. Если бы не она…

— Вот именно. Как она это сделала? — сплюнув, поинтересовался шрамированный. И постучал указательным пальцем по виску: — Вы бы пораскинули своими извилинами и задумались, почему эта девица чувствует тьму? — Сделав шаг вперед и, оказавшись слишком близко, мужчина, глядя на меня сверху вниз, со злостью поинтересовался: — Уж не потому ли, что уже переметнулась на другую сторону?

Он так пристально смотрел мне в глаза, словно искал там признаки тьмы. Я выдержала взгляд, но невольно захотелось оказаться от него подальше.

— Ты перегибаешь палку, — Касьян толкнул задиру в плечо, отчего тот отступил на пару шагов, увеличивая расстояние.

— Ещё тьму чувствовали Хранители, — нашлась Элена. — Это я видела своими глазами.

— Да, потому что у Хранителей огромная сила, — проговорил с издевкой Мирон, найдя объяснение. — А какое оправдание у этой? Она ж слабосилок!

Раздражение полоснуло по нервам. С какой такой радости я вдруг должна оправдываться перед этим неотесанным чурбаном?!

— Мне не нужно ничего объяснять ни тебе, ни кому бы то ни было из вас, — мой голос звучал грубо, даже не знала, что способна на такое. Зато внимание привлекла на раз. — Меня проверяла комиссия во главе с Верховным. — Не совсем правда, но если бы Хранители или сам Верховный сочли меня опасной, разве была бы я сейчас здесь? — Или для вас это ничего не значит?

— Всё в порядке, Ив, — миролюбиво произнесла Элена, выступив чуть вперёд и положив руку на плечо Мирону. — Мы просто все немного на нервах. Это место всколыхнуло воспоминания.

— Если у тебя или у твоих ребят проблемы с самоконтролем, держитесь от меня на расстоянии, — даже и не думала спускать на тормозах. — Не хочу из-за необоснованных обвинений получить фаербол в спину. А если что-то не нравится, пишите докладную. С удовольствием свалю отсюда при первой возможности.

Мирон промолчал в ответ, но его так перекосило — думала, челюсть вывихнет! Остальным моя тирада тоже не понравилась, я прям чувствовала витающее в воздухе недовольство. Ничего, мне тоже не нравится чувствовать себя девочкой для битья.

— Закончили, или вам ещё есть что сказать? — вмешался командир, да таким голосом, что даже если бы я и хотела ещё что-то добавить, то не рискнула бы. Элена тоже уловила посыл — качнула головой, мол, нет, всё в порядке. — Отлично. Возвращаемся в крепость.

Обратный путь прошёл в тишине. Не знаю, о чём думали остальные, но, судя по косым взглядам, ответ очевиден. Слова Мирона среди членов второй команды посеяли если не смуту, то обоснованные сомнения. Наткнувшись на парочку изучающих взглядов, я лишь плечи расправила и, покрепче перехватив сумку, двинулась вслед за командиром. Пусть их! Мне лишь важно, что обо мне думает моя команда: Кас, Киран, Натан и Веррон. И, судя по тому, как парни вновь заключили меня в коробочку, они на моей стороне. А вот недооценивать здорового, агрессивно настроенного мага, у которого не пойми что в голове, не стоит. Интуиция подсказывала, что это ещё не последний выпад.

Как показала практика — женская интуиция иной раз не уступает дару видящих.

Следующее утро началось крайне необычно.

Снаружи прозвучал громкий тягучий звук, отзываясь звоном в моих ушах. Я в испуге распахнула глаза и с замиранием сердца подскочила с кровати, не понимая, где сон, а где явь.

Что происходит? Боевая тревога? На нас напали?

Попыталась быстро подняться с кровати, но ноги запутались в одеяле, и я вместо того, чтобы встать, как положено нормальному человеку, со всего маху завалилась на пол, при этом сильно ударившись локтем. Остатки сна слетели моментально. Кое-как выбравшись из пуховой ловушки, я принялась одеваться. Меньше чем через минуту уже выскочила в общий зал в полном обмундировании — в защитном костюме и с сумкой наперевес, на ходу собирая непослушные волосы в култышку.

— Я готова! — отчиталась, ожидая, что все ждут только меня, копушу.

— К чему? — уточнил Янис, ошалело хлопая глазами.

Рэйдан, сидящий за столом, при моём появлении неожиданно поперхнулся напитком: жидкость пошла носом. Я было рванула постучать по спине, но заметила странность. Они оба были в пижамных костюмах, словно только что проснулись. Даже не похоже было на то, что они умывались. Тёмные, почти чёрные волосы Яниса в обычное время были собраны в идеальный хвост, из которого не выбивался ни один волосок, но сейчас они больше походили на гнездо взбесившейся вороны. А главное, мужчины никуда не спешили.

— Какого лешего тут происходит? — поинтересовалась я у товарищей. — Почему вы не собраны?

— Ив? — с кухни выглянул озадаченный Натан. В правом ухе некроманта покачивалась серьга в виде черепа, а вот привычных колец на руках не было. Вместо этого он держал пучок трав. Оценив мой внешний вид, мужчина нахмурился. — Ты куда-то собралась?

— Я думала, у нас боевая тревога, — произнесла растерянно, осознав, что это всё какое-то недоразумение, и угрозы нет.

— Всего лишь утренний колокол, — сообщил Рэйдан, убирая за ухо светлую прядь волос.

Я перевела взгляд на источник моей экстремальной побудки и убийственного настроения. Колокол красовался на косяке оконного проёма, насмешливо поблескивая золотым боком в лучах утреннего солнца, льющегося через окно. Я мысленно застонала, припомнив, что Элена действительно грозилась установить найденный у разрушенной крепости колокол — что-то там с магическими тренировками связано, которые меня вообще никаким боком не касаются. Мне бы ещё спать и спать! После двух дней интенсивной физической нагрузки тело жутко болело — каждая мышца, каждая косточка… Я ещё и спала плохо. Снилась какая-то ерунда. Видимо, забег к разлому и конфликт с Мироном давали о себе знать. Сперва убегала от тварей: петляла, падала, катилась кубарем и всё время чувствовала — догоняют, догоняют, догоняют! Потом Мирон с Эленой, чьи глаза были чернее ночи, решали, что со мной делать. В общем, ночью я совсем не отдохнула. Наоборот, проснулась ещё более уставшей.

Настроение было таким, что хоть табличку на себя вешай «Не подходи, убьёт!».

Я уже собиралась вернуться к себе, чтобы попробовать вновь уснуть, как столкнулась с Эленой. Белоснежные волосы собраны в две аккуратных косы, спускавшихся до талии, на губах играет легкая улыбка, а стройную фигуру обтягивает тренировочная форма, явно сшитая на заказ, обрисовывая контур тонкой талии и высокой груди. В этот ранний час она выглядела на диво свежей и весьма довольной, чего не скажешь обо мне.

Да такими темпами можно комплекс неполноценности заработать!

— Всем доброе утро! О, ты уже собралась, — заметила она с одобрением, ловко обойдя меня, даже не притормаживая. — Отлично! Агнесс спустится с минуты на минуту.

— Только не говори, что вы с ней тренируетесь в такую рань, — протянула я сокрушенно, осознав, что наверстать упущенное ночью не получится. И кто меня только за язык тянул?

— Я думала, ты ради этого и встала, — Элена выразила своё удивление чуть приподнятой бровью.

— Нет, — хохотнул Янис. — Иветта услышала колокол и решила, что у нас боевая тревога.

— Очень смешно, прям обхохочешься, — пробурчала я недовольно.

Парни прыснули. Ясно. История моей ошибки разлетится по крепости за считанные мгновения. Был один весельчак Киран, теперь их трое.

Тренировка вроде немного успокоила мой пыл, но стоило приступить к завтраку, как я оказалась под прицелом солнечного зайчика. Дурацкий колокол!

— А давайте повесим его на втором этаже, а? — собственный голос прозвучал жалобно. — Я едва не убилась, от испуга свалившись с кровати. Касьян и без колокола прекрасно просыпается, а вы все живете на втором! Не лучше ли перенести его к вам?

— Ни за что! — раздался жутко недовольный голос огневика, поднявшего взгляд от тарелки. И глянул так, что сразу стало ясно — он сильно не в духе.

— Да ладно вам, привыкнете, потом вообще замечать перестанете, — добродушно заметила Элена.

Мы с Кираном переглянулись и одновременно скривились. Скорее источник зла бесследно исчезнет, чем мы к нему привыкнем.

— Командир, отдай колокол мне, а? — зашёл с другого бока товарищ по несчастью. И надавил: — По-хорошему прошу.

— Для тренировок? — уточнил Касьян, за что тут же получил возмущенный взгляд Элены.

— Для каких ещё тренировок?

— По контролю над стихией, — поделился Киран. — Я с металлом люблю работать. А материала не хватает.

— Плавить и корежить? — добродушно подначила Агнесс коллегу.

— Э-э, нет. В этом деле он мастер каких поискать. С металлом он работает очень тонко, — дал оценку Натан.

— Огневик и тонко? — подняла бровь Элена не поверив. — Этот темпераментный верзила?

— Но-но! — фыркнул Кир и указал глазами на ложечку в своей руке.

На ней плавно скручивался покрасневший от нагрева черенок. Да не простой спиралькой, а затейливо — длинный виток три коротких, опять длинный. Кончик заострился и увенчался шариком.

Вся компания завороженно наблюдала за метаморфозой. Да что там, у меня самой глаза были квадратными. Всё это время прямо под носом скрывался такой талант, а я не догадывалась! Вернее, не так. То, что Натан всерьёз занимается зельеварением было чем-то логичным, как и Веррон, изучающий травы. А Киран… навесила я на него ярлык шалопая, которому бы только хихоньки да хаханьки, а тут самородок чистой воды! У каждого артефактора случаются ошибки, особенно в начертании рун, и я не исключение. Там линию не доведешь, там излишне углубишь. У меня столько накопилось испорченных медных пластин, что и не сосчитать! В столице я такие пластины таскала на обмен в соотношении один к десяти. За одну хорошую десять порченных забирали, тати узаконенные. Обидно было — жуть! Особенно на первых курсах, когда в кармане не оказалось ни одной лишней монетки, а навык работать чисто ещё не был отработан! Эх, мне бы тогда такого знакомца, как Киран!

Ему бы в ювелиры податься, а не в тварей магической сталью тыкать.

— А теперь раскрути! — потребовал Натан строго, не давая другу насладиться триумфом. — Нечего мне тут имущество казенное портить!

— Ты хуже коменданта общаги, честное слово, — пробурчал огневик. — Такой же зануда. Что было под рукой, то и использовал.

Мог и колокол сплавить!

Обратный процесс занял больше времени и усилий — Киран сверлил взглядом бедную ложку и пыхтел, доводя её до исходного состояния. А как закончил, отложил ту в сторону и глянул на друга взглядом обиженного ребенка, мол, ну что, доволен?

— Это дешёвое художество с ложкой даже наполовину не показывает степень твоего мастерства, — добродушно заметил Натан. И, обведя взглядом остальных, добавил: — Вот его работа.

На столе появилась фигурка, которая моментально пошла по рукам. Думала, не дождусь, когда подойдет моя очередь, но парни — Веррон и Касьян — ухмыльнулись и выложили каждый свою.

Мне удалось ухватить фигурку Натана. О да! Он такой! У Кирана явный талант не только к металлу! Пусть гротескное, но портретное сходство налицо. И характерные черты все схвачены. Длинный нос принюхивается, бровки домиком недоумевают, а с тонких губ вот-вот сорвется поучительная сентенция. Вообще, наш Натан — второй из множества знакомых некромантов, который рвёт шаблоны. Не хмурый и вечно недовольный, а заботливый и по-своему весёлый. Прямо как моя Тася! Фигурку Касьяна захотелось немедленно присвоить. Кир над ним даже не очень подшучивал, если только напружиненная привычной выправкой спина была нарочитой и выдавала природный аристократизм. А так Касьян во всей красе. И слегка вьющиеся волосы, и породистый нос, и взгляд чуть исподлобья. Я невольно скосила глаза на командира, сидящего напротив, сравнивая. И столкнулась с ним взглядом. Он словно отслеживал мою реакцию на фигурку и, судя по дрогнувшим в улыбке уголкам губ, остался доволен.

— Надо же, — Элена, обменяв у близнецов поделку некроманта на земляного и то и дело поглядывая на «моделей», высказала общее мнение: — Очень достойно. Теперь понятно, как ты контролируешь свой дар.

Киран вскинулся недоверчиво, словно не ожидал услышать похвалу от скупой на эмоции Элены, и задорно улыбнулся.

— Но колокол на растерзание не отдам, — тут же обломала его она. Киран только усмехнулся, мол, я и спрашивать не стану. Элена прищурилась и всё же пошла на уступку: — Унесем на тренировочную площадку. Пригодится.

Киран мне подмигнул, мол, дело сделано. Я с благодарностью посмотрела на друга, теперь это чудовище не будет будить меня по утрам ни свет ни заря. Переполняющая меня благодарность отчего-то вылилась в следующие слова:

— Кир, так тебе прямой путь в ювелиры! — заявила я уверенно, отложив, наконец, фигурку Касьяна, разглядев в ней каждую деталь. — А ты в серых землях прозябаешь! Сам ведь говорил, что деньги нужны.

— Да ну, — отмахнулся он. — Мне же для тренировки. А цепочки-колечки — это нудно. Я пока Натану перстень мастерил — раз пять чуть не психанул. Ещё дважды переделывал, но проигрыш есть проигрыш. Но на этом всё. Да и много ли на побрякушках заработать можно?

Я собиралась сообщить, что ювелирка — это не только бусики-колечки, как оказалась наглым образом перебита.

— Вы трепаться до обеда будете? — пренебрежительно поинтересовался Мирон, вставая из-за стола. — У нас, кажется, были планы на сегодня.

Он выразительно глянул на меня и, передернув плечами, отправился на выход. Ещё со вчерашнего дня у него появилась идея фикс: проверить все сигналки. Подобное недоверие к моей работе задевало, но я не возражала. Лишняя проверка в нашем случае точно не помешает. А если это поможет новеньким чувствовать себя комфортнее — ещё лучше!

23. О том, как пришли кошмары

Быстрее, Иветта, быстрее!

Стоп!

Седьмое чувство, усиленное страхом, заставило прервать безумный бег и рухнуть на колени, съежившись в комок — тварь перелетела через меня. Но это только была отсрочка — встать я просто не успевала, — монстр с огромными клыками, с которых стекала ядовитая слюна, и с алыми глазами, полными злобы ко всему людскому, развернулся быстрее. Ну вот и всё, мне конец!

Я резко открыла глаза.

Замерла, вглядываясь в наполненную предрассветными сумерками комнату, ища признаки присутствия тварей. Сердце колотилось неестественно быстро и яростно, но душа постепенно обретала спокойствие.

Это просто дурацкий сон!

Очередное утро. Очередной кошмар. Боги милостивые, когда же это прекратится? Благо сегодня удалось проснуться до того, как тварь начала меня терзать, а значит, обошлось без криков. Иначе Касьян уже стучал бы в мою дверь. Или прямо тормошил. Мы договорились, что больше я не запираюсь — ночные мороки заставляют меня орать и подолгу не отпускают. Долбёж в дверь — гарантированная побудка для всей нашей команды, а на меня и без того уже косо смотрят. Хватило одной «веселой» ночи, когда я разбудила всех своим ночным криком. Прибежавший с остальными Мирон заметил:

— Помнится, у Феликса тоже были проблемы со сном…

И всё. От ребят из группы Элены вновь повеяло настороженным отчуждением.

Если честно, мне было не до них — в конце концов, наше совместное пребывание лишь временное неудобство, не более того. К тому же внешне всё было пристойно, придраться не к чему. Беспокоил лишь тот факт, что я стала чем-то вроде камня преткновения для двух команд. Ребята деловито хлопотали и дружелюбно переговаривались, но в помещении всё равно чувствовалось напряжение. Но и это отошло на второй план на фоне непрекращающихся кошмаров. Они приходили ко мне каждую ночь, мучая и изводя. Первую пару дней, признаться, я не придавала этому значения. Ну, снятся нехорошие сны, и что с того? Я ведь живу в непосредственной близости от разлома, полного жуткий чудищ, плюс пару раз едва не стала чьим-то обедом.

Для такой впечатлительной особы, как я, этого более чем достаточно.

Дошло до того, что я обратилась к Натану — попросила сварить зелье для спокойного сна. Сварить-то он сварил, но не помогло. Больше самих кошмаров меня пугало то, что они повторяются. На наведенный сон похоже, а не на случайность. Я гнала от себя мысли о том, что это действие тьмы на мой разум, но сейчас, когда вновь проснулась в поту ещё до рассвета, задыхаясь от ужаса, поняла, что время пришло. Пора побеседовать с Верховным. Возможно, у меня паранойя, но лучше перебдеть, чем недобдеть. Что-то мне совсем не хочется закончить как бедолага Феликс.

Страх наконец отступил, но адреналин ещё гулял в крови, хотя голова была на диво ясная. Жаль только, что эффект не продлится долго. Пятнадцать-двадцать минут, и я начну клевать носом. А вновь засыпать страшно — сны слишком реалистичные! Надо как-то продержаться до утра, покемарю днём в лаборатории у парней пару часиков, пока они будут на охоте.

Включив свет, я задумалась. Может, поработать?

Бросила взгляд на стол, где стояла загадочная шкатулка мамы, которая никак не желала раскрыть мне свои тайны.

Книга, которую прислал мне наставник, действительно содержала статью о нужном мне типе замков. Драконий — кто бы сомневался. Самый сложный из всего многообразия. Трехкомпонентный драконий. Или, как написано в старом фолианте, «три ступени открывания имеющий, дабы вероятия на удачу злоумышляющему не оставлять». Ну, с защитным самовосстанавливающимся плетением я более или менее разобралась. Со вторым компонентом проблем быть не должно — требуется кровь дракона. Были сомнения — хватит ли в моей крови драконьей составляющей, чтобы замок сработал? Но пока это вопрос риторический — практика покажет. А как к этой самой практике, то бишь к открыванию маминого ларца, подступиться, я пока не знала — не хватало третьего компонента — ключа. И как он должен выглядеть — в фолианте ни малейшего намека. Да на ларце даже замочной скважины не обнаружилось, чтобы этот самый ключ использовать. Как я ни билась, осматривая, — ни малейшей подсказки. Ни отверстий, ни щелей, ни перспективных впадинок. Ничего!

Чего я только ни делала, разве что не облизала зловредную коробку, но слюнками потерла — не удержалась от детской проверки. Мне бы хоть намёк, какую форму сей загадочный предмет должен иметь. Не банальный ключ — точно. Это может быть что угодно из маминого сундука, осталось лишь понять — что! И вот уже которую ночь подряд я надеялась найти если не ответ, то хотя бы подсказку в записях своих предков. Пока безуспешно. Да мне пока слово «ключ» ни разу не попалось! Впрочем, ничего удивительного — продвижение от страницы к странице шло медленно, потому что было трудно не увлечься полётом гениальных фантазий, воплощенных в схемах плетений. Некоторые я узнавала с ходу — классика артефакторской науки, над иными подвисала, пытаясь разобраться.

От мыслей отвлек странный шум. Я хотела проигнорировать, мало ли кто ночью встал за водой? Но стоило услышать, что дверь соседа приоткрылась, любопытство одолело. Странно, почему Касьян не спит в такой час? Снова заработался или кошмары в эту ночь преследуют не только меня?

Не сдержавшись, я выглянула из комнаты, но вопрос застрял в горле, стоило увидеть, что в коридор вышел отнюдь не Касьян, а Элена. Он уже собирался закрыть за девушкой дверь, как увидел меня. В этот момент захотелось провалиться под землю. Вот зачем нам нужно было встретиться взглядами? И именно сейчас. Я… я словно подглядывала, и меня застали за этим позорным занятием. Хотя, собственно, что такого я увидела? Завершение ночного свидания? Обета безбрачия никто здесь не давал, насколько я знаю. Да и Касьян с Эленой много общаются и знакомы давно, как я поняла, и смотрятся вместе просто отлично. Разве есть, чему удивляться? Вот только почему я сейчас испытываю этот всепоглощающий стыд? Уши и щёки горят, в носу свербит от подступающих слёз, а Касьян продолжает смотреть на меня и молчать.

Сколько длилась эта немая сцена?

Мужчина напротив меня вряд ли стеснялся того, что я его застукала. Его не смущало то, как он выглядит сейчас: наполовину расстегнутая рубашка, обнажающая светлую кожу груди, растрепанные волосы, словно Элена запускала в них свои пальцы, чтобы…

В душе зашевелилось что-то такое, что буквально выворачивало наизнанку. И это неправильно! Мы давно никто друг для друга! А потому я не собираюсь и дальше об этом думать!

— Извините, — зачем-то ляпнула я, видимо, больше не в силах терпеть эту тишину.

Что ж, я знаю отличный способ исчезнуть. Достаточно юркнуть обратно в свою комнату, из которой я совершенно зря высунула нос, и захлопнуть дверь.

— Я так понимаю, вам есть что обсудить…

Насмешливый голос Элены звучал чуть приглушенно, ведь я уже успела закрыть дверь и прижаться к ней спиной. Дыхание сбилось. Закатила глаза к потолку и хватала воздух. Такое чувство, что я вновь оказалась в кошмаре. Картинка другая, ощущения те же. Если не хуже.

Стук в дверь заставил вздрогнуть. И убедиться, что это никакой не кошмар, а самая настоящая реальность. Вот что ему надо?

— Ив…

Тихая, но твёрдая интонация. Я знаю, что мне нужно это сделать. Спокойно, без суеты. Показать, что мне всё равно.

— Открой дверь.

Конечно, это не приказ. И я не обязана подчиняться.

Но я делаю это. Просто потому, что… Потому что это он. Потому что он говорит это таким тоном. И потому что я хочу увидеть его. Возможно… только возможно, хочу услышать какую-нибудь глупую и такую очевидную отмазку «это не то, чем кажется». Даже не знаю зачем, учитывая, что мы давно не вместе. Что прошлое должно оставаться в прошлом.

Я только на миллиметр приоткрыла дверь, и Касьян с уверенностью толкнул её, чтобы зайти в мою спальню.

С появлением незваного гостя я только острее почувствовала, насколько у меня тесная комнатушка. Как там говорил Киран? Кладовка? Она и есть! Взгляд мой растерянно скользнул по немногочисленной мебели, по стенам и половицам. И, куда ни посмотри, я всё равно видела Касьяна. Отойди я к противоположной от двери стене, я бы по-прежнему стояла слишком близко к нему. Эти несколько шагов никак бы не повлияли на чувство неловкости от того, что мы оказались вдвоём. Ночью в моей спальне. За плотно прикрытой дверью.

— Опять кошмары?

Я несколько растерялась. Вскинула голову, не веря, что он действительно спросил об этом. Зато выдохнула с облегчением. Сменить тему — отличная идея.

— Становится только хуже, — призналась я, точно зная, что перед этим человеком мне нет смысла юлить. — Я пробовала лекарство Натана, но не думаю, что оно помогает.

Замолчала, стараясь взвесить каждое своё следующее слово, понимая, что так больше не должно продолжаться.

— И что ты думаешь с этим делать?

Касьян не собирался облегчать мне задачу. Что, неужели хотел, чтобы я сама всё решила, а не заставляла его это делать?

— Думаю, нужно связаться с Верховным, — выдавив из себя фразу, поджала губы, демонстрируя твердость. — Бывает ещё такое… не знаю, неудобство, наверное, словно кто-то за мной наблюдает, но увидеть, кто это, не удаётся. Мне кажется, я схожу с ума.

Даже сейчас я чувствовала это незримое присутствие. Не видела, но ощущала каждым нервом. Касьян уйдёт, я вновь закрою глаза и снова проснусь от очередного ужаса, который будет раздирать изнутри.

— Это всё из-за недостатка сна, — мужчина вытянул руку, чтобы дотронуться до моего плеча, но я отпрянула, больно ударяясь бедром об угол стола. Тихо зашипела, сморщив нос. — Пойдём, ляжешь в моей комнате.

— Ещё чего, — фыркнула, не собираясь никуда идти. — Меня и моя постель вполне устраивает.

— Ты устала. И плохо соображаешь, — настоял Касьян, недовольный моим ответом. — Может, если рядом будет живой человек, получится не так страшно? Я бы мог и тут покараулить твой сон, но места маловато.

Ага. Ещё бы сказал, что разделит со мной мои кошмары. Сложила руки на груди, давая понять, что с места не сдвинусь. Не силком же он меня к себе потащит.

— Если забыла, я твой командир, — заметил мужчина. — Тебе надо поспать хоть немного, Ив. И это приказ.

— Элена к тебе по ночам тоже по приказу заходит? — огрызнулась я, не до конца понимая, что ему от меня надо. Меньше всего сейчас я хотела поднимать тему увиденного в коридоре. И сама же на неё напросилась. Ещё и в таком хамском тоне. Я ли это? Не иначе как недосып сказывается — самоконтроль побоку, а накопленные эмоции отчего-то невыносимо терпкие.

Может, я действительно устала?

— Утром тебе будет стыдно за эти слова, — пообещал Касьян без злобы. — Когда я расскажу своей кузине, что ты думаешь о наших с ней ночных встречах.

Я вскинула голову.

Кузина?! Элена и Касьян родственники? Злата не рассказывала ни о каких кузинах-гончих!

Но я даже пикнуть не успела, как мужчина обхватил моё запястье, с твёрдым намерением отвести к себе. И желание упираться и дальше куда-то испарилось. Видимо, я действительно уставшая, обессиленная и, вероятно, безвольная, раз позволила это сделать. Даже из вредности не рыпнулась. Открылась дверь, мы прошли коридор, зашли в комнату Касьяна. В голове поселилась необычная лёгкость и какой-то радужный туман. И ещё билась одна мысль — «кузина». И ничего такого, что я успела себе придумать. Хотелось улыбаться, но тёплые пальцы на запястье смущали и, как ни странно, возвращали самообладание.

— Я всё равно не понимаю, что я тут делаю, — когда мы дошли до кровати Касьяна, подала я голос.

Покои командира были куда просторнее моих, и всё равно здесь имелось лишь одно спальное место.

— Нет, если тебе тоже хочется всю ночь не спать, то конечно…

— Помолчи, — строго велел Касьян. — Просто ложись.

От командного тона я моментально села на край кровати, потеряв дар речи.

— Умница. Теперь ляг. И спи. Просто попробуй заснуть, Ив. Тут ты в безопасности.

— Но… — Нет, я, конечно, легла. Хотя и не думала, что Касьян когда-нибудь решит пользоваться своим положением в подобном ключе. — А ты?

Вновь обвела комнату взглядом, чтобы убедиться, что Касьян мог улечься разве что на свой стол. Но не будет же он…

Мужчина ловко подвинул меня к стене и лёг рядом, молча накрыв нас одеялом и закинув руку за голову.

— Может…

— Спи, — оборвал он меня. Горячее дыхание Касьяна лизнуло кожу на моей шее, отчего волоски на руках встали дыбом и умиротворенно опали.

Хотелось возразить. Привести десяток аргументов, что это неправильно, и задать ещё сотню вопросов о том, зачем Касьян это делает. Какой в этом всем смысл, ведь я всё равно не смогу уснуть. Или смогу, но очень ненадолго. Пройдет несколько минут, и я подорвусь со своего места, разбужу своим криком его и… Было ещё много мыслей, тревог, слов, которые рвались наружу. Только всё быстро исчезло. Я опустила голову на подушку, чувствуя, как тело расслабляется, и сама не заметила, как, забыв обо всех тревогах, уснула.

Проснулась от солнечных лучей, бьющих в глаза сквозь окно.

Наступило утро? Да быть такого не может!

Свет наполнял не только комнату. Мне казалось, что и в голове словно кто-то прорубил окно, чтобы впустить эти тёплые, разгоняющие тьму лучи. Я в первый раз за две неполных недели почувствовала, что выспалась.

Касьян всё ещё был рядом. Его рука лежала на моей талии, а нос упирался в мою шею.

Я до сих пор не могла поверить ни в то, что за ночь не увидела ни одного кошмара, ни в то, что снова лежу в одной постели с ним. Осторожно повернулась на спину, не желая будить мужчину. Будь я чуть-чуть романтичнее и наивнее, как та же Тася, подумала бы, что это он отогнал жутких тварей своим присутствием. Только так не бывает… разве что в любовных романах.

Нет, всё-таки интересно: первый здоровый сон за столько времени. И это без настойки и магии… Вчера я перехватила часок в лаборатории у парней, а позавчера прикорнула прямо за столом, мешая дежурным убирать послеобеденную посуду. И тогда подумала, что кошмары просто не успели прийти из-за кратковременности сна. Сегодня же я проспала несколько часов. И должна была успеть «насладиться» всеми прелестями ночных кошмаров. С каких пор жуткие сны не в состоянии преодолеть небольшой коридор или стесняются чужого присутствия, чтобы влезать в чужое сознание? А что, если…

А что, если всё дело в помещении?

От озарившей мысли я приподнялась на локтях и посмотрела на дверь. Возможно ли такое, что кошмары посещают меня исключительно в той комнате? И это не из-за тьмы, а из-за того, что кто-то подкинул мне какую-нибудь пакость типа амулета наведенных запахов? Ну, вроде того, что мы подсунули лаборантке на кафедре истории магии. Кто ж виноват, что Старая дева злоупотребляла духами и дышать там на занятиях было нечем! Нет, это не моя работа, честно! Я только идею высказала. Это парни преподнесли ей бутоньерку с интересными свойствами — вся еда для этой мадам отныне пахла сиренью. Маленькая месть немного примирила их с головной болью от её резких духов после лабораторок.

Из постели Касьяна выскользнула тихо и ловко, не потревожив сна командира. Прям удивительно с моей-то неуклюжестью! Догадка, которая меня посетила, не позволила и дальше валяться в кровати, всё нутро зудело от желания проверить — вдруг я права?

К себе перебежала, не издав ни единого звука. Даже постаралась дверь открыть и закрыть так, чтобы она не заскрипела. Не хватало, чтобы ещё кто-то из команды узнал, что я спала в постели командира. Скабрезных шуточек не оберешься!

В свою комнату ворвалась настоящим ураганом. Хорошо, что она такая маленькая. Полноценный обыск не займёт много времени. А искать я собиралась максимально тщательно! Плотно прикрыв дверь, на секунду замерла и осмотрелась по сторонам, решая, с чего начать. Со стен! Я просмотрела каждый сантиметр от пола до потолка в поисках любых символов и рисунков, не поленилась и отодвинула сундук, стол, проползла на коленях каждый сантиметр, собрала всю имеющуюся пыль. Закончив, переключилась на пол. С кинжалом проверила каждую щель, не спрятаны ли в пустотах амулеты, обыскала стол, перетрясла все ящики, осмотрела каждую плоскость шкафа, выпотрошила подушку и матрас.

Комната после обыска выглядела так, словно в посудную лавку впустили дракона, а я так ничего и не нашла. Ни-че-го. Ни амулетов, ни артефактов, ни ведьминых мешочков. А я так надеялась! Верила, что разгадка близка, но ошиблась.

Может, Верховный был неправ, и я действительно схожу с ума, как Феликс или Ричи?

Любой, кто зайдет в мою комнату сейчас, убедится в этом.

Настроение моментально пропало, и я расстроенно плюхнулась на развороченную постель. Я потратила уйму времени и внутренних сил, и всё впустую. Касьян всё ещё спит… Да и возвращаться к нему в комнату казалось неправильным. А находиться в таком бардаке… Желудок заурчал, подсказывая, куда на самом деле нужно сходить после такого здорового и крепкого сна. Я просто умираю от голода! Может, хотя бы горячий завтрак поднимет мне настроение и подкинет новые идеи?! Что-то я упускаю!..

Однако настроение мне поднял, кто бы мог подумать, некромант! Натан уже вовсю крутился на кухне, готовя завтрак и напевая себе под нос какой-то весёлый мотивчик.

— …Зашевелились могилы и кресты, запахло тошнотворным трупным ядом, — мужчина наклонился к кастрюле, в которой что-то помешивал и упоенно поводил носом, принюхиваясь. Кивнув сам себе, он щедро сыпанул приправы и продолжил петь: — Сквозь землю лезли мертвецы…

— …Клацая зубами, — подхватила я, прислонившись к косяку, — мерзко и коварно хватались за ограды и кусты. Могилы свои спешно покидали, оставив рядом жуткие следы…

Резко обернувшись, Натан расплылся в улыбке и отсалютовал мне ложкой.

— Утро! Откуда знаешь балладу Жмура?

— Я семь лет прожила в одной комнате с его поклонницей, — припомнила исполнителя некромантской песни. — До сих пор не понимаю, что она в нём нашла. Тощий, как скелет, бледный, как покойник, ещё и диадема эта с черепами. — От воспоминания об этой немощи с белёсыми жидкими волосёнками меня передернуло. — Жуть, в общем. Да и некромант никакой, как позже выяснилось.

— Зато мотивчики интересные, — усмехнулся Натан.

— Только это его и спасло от неминуемой расплаты, когда Тася выяснила, что он променял её на какую-то девицу из благородных.

— Слушай, а это не тот ли случай, когда на Жмура со спутницей напала нежить высшего порядка в самый интересный момент? — некромант поиграл бровями, намекая на то самое.

Я чуть воздухом не подавилась.

— Ну и балабол этот Жмур! Нечисть высшего порядка. Ха! Да всего лишь несколько дохлых крыс видела своими глазами! Сам ведь знаешь, что некроманты мстительные. У Таськи девиз: с обидой в сердце жить нельзя. Поэтому она отомстила и простила. Зато как этот Жмур визжал, убегая в чём мать родила. Лучшее представление, на котором я бывала.

— Ещё немного, и я влюблюсь в твою подругу заочно, — признался некромант, тихо посмеиваясь. Я задорно подмигнула, мысленно себе пообещав во что бы то ни стало познакомить этих двоих! — А ты чего не спишь в такую рань? Опять кошмары? — Натан понизил голос, словно боялся, что нас услышат.

Ну да, вторая команда очень настороженно присматривает за моим состоянием. Особенно Мирон. Вроде всё невинно, а чувство, что он за мной следит через целик арбалета. Каждый раз мурашки по коже.

— Сегодня они меня не навещали. — Натан удивился, а потом светло улыбнулся. Ну какой же он хороший, даром что некромант! — Может, тебе помочь? Мне несложно. Да и отвлечь себя чем-то даже приятно. Главное, не отрезать себе конечности. А то будут на завтрак запечённые пальчики в кляре!

— Не откажусь.

Натан занял своё место у плиты, а мне кинул толстый, наполовину сточенный тесак. Сердце на мгновение замерло от такого обращения с режущими предметами. Неприятно видеть, как в твою сторону летит столь внушительный ножичек, который некромант не глядя кинул из-за плеча. Оцепенела и пришла в себя только тогда, когда лезвие вонзилось в столешницу. Приятный звон металла немного отрезвил.

— Овощи там, — Натан кивнул в сторону кладовки, а сам принялся за корзинку с яйцами. Пока в его кастрюле что-то мирно кипело и наполняло кухню приятными пряными ароматами, некромант выставил толстостенное металлическое блюдо на раскаленную поверхность. — Я всё подготовил. Порежь.

В сравнении с Натаном меня виртуозом ножа и топора не назовешь, но я справилась. Не так страшен кухонный тесак, как его малюют! Перетащила на стол кочан капусты, связку моркови и корзинку картофеля.

— Ты не думал, что на готовку для всей нашей оравы надо бы себе помощников раздобыть? — Я шинковала капусту сосредоточенно, не собираясь нечаянно лишить себя пальцев. — Что ты всё на себя взвалил?

Работы-то на кухне валом! Отряд кормили хорошо, если не сказать отлично. Натан редко повторялся в течение недели, и пусть мы все ели без изысков, некромант радовал разнообразием. Вот сегодня… Только утро, а похлёбка, думаю, скоро будет готова. Овощи… Натан тушил капустку с мясным соком, запекал яйца. Краем глаза я заметила, что в большом чане в углу уже поднялось тесто. А значит, всех нас ещё и пирожки ждут.

Как только всё это успеть?

Натан ничего не ответил, но, судя по всему, задумался.

Нарезав всё, что подготовил некромант, я с опаской взглянула на белую воздушную массу.

— С этим я сам, — мужчина потеснил меня, зная о моих поварских талантах, а вернее, об их отсутствии.

Из груди вырвался облегченный вздох. Остаток времени я просто наблюдала или выполняла что-то легкое, например, смазывала маслом выпечку.

24. О том, как стала подозреваемой

Тема дежурств оказалась слишком животрепещущей, все оживились и норовили скинуть ненавистную работу на другого. Всего-то и требовалось, чтобы Натан за завтраком прямым текстом сказал, что дежурство по кухне недурно бы удвоить. Ответственных за завтраки-обеды-ужины назначили ещё в первый день, но хватило лишь пары трапез, чтобы наши, избалованные талантами Натана, взвыли. Некромант и сам был не в восторге от кулинарных навыков новых товарищей, поэтому взял дело в свои руки. Но разница в шесть ртов была весьма ощутима.

— Кормить одиннадцать человек в одиночку и на постоянной основе без нормальной помощи я не согласен! — заявил главный по поварёшкам, когда все поели и готовы уже были расходиться по своим делам. — Ладно — стряпать, а чистить-потрошить-разделывать, это без меня. Либо вы помогаете, либо возвращаемся к стандартным дежурствам.

Команда Элены зароптала: только-только прибалдели в свободе от кухни — и опять! Я же мысленно порадовалась, что вовремя подсуетилась и избавила себя от работ на кухне.

— Вот-вот! — Натан воинственно потряс грязной разделочной доской в сторону Кирана. — Цените, ироды!

— А что сразу я? — вскинулся огневик, едва не подавившись булкой.

— А ты всегда от чистки овощей отлыниваешь! — фыркнул Веррон мстительно.

— Но у тебя же лучше получатся! — возмутился Киран. — Ты же у нас привык с листочками-корешками возиться. Ведь знаешь, что я не по этому делу!

— Ты травник? — перебила Элена Кирана вскинувшись. Её глаза горели неподдельным интересом.

— Не, я больше по зельям. Травник он, — Натан кивнул на Веррона.

— Заказы принимаешь? — Элена сразу пошла в наступление.

— А пронести сможешь? — мимоходом поинтересовался земляной, напоминая о «проверке» на контрольном пункте.

— Обижаешь! — блондинка едва ли не оскорбилась.

И в самом деле. Нашел кого спрашивать! Ей и сумка, как у меня, не нужна, наверняка на выходе покажет какой-нибудь знак принадлежности к гончим, и её даже проверять не станут, побоятся связываться.

Касьян на завтрак вышел последним, когда остальные уже почти закончили с трапезой. Украдкой посмотрела на него и тут же отвела взгляд, не совсем представляя, насколько прилично теперь засматриваться на своего командира, после того как провела ночь в его кровати и сбежала.

Нет, в таком ключе лучше об этом не думать. Звучит… неправильно.

— Боги милостивые, я не верю, что этот день наконец настал! — радостно выдохнул Натан, закидывая на стол сумку, чтобы переложить в неё мясо, оставшееся на столе.

— Никогда не думал, что буду так радоваться охоте, — поддержал Веррон.

Могу их понять. За последние две недели Касьян и Элена всех загоняли своими тренировками. Тут кто угодно взвоет и добровольно к тварям побежит, лишь бы не снова в спарринг с королевской гончей. А охота у мужчин была чем-то вроде развлечения, приобретенного во время пакостничества Ричи — сколько он еды перепортил, сломав ларь! Будь тут озеро, они бы ещё и на рыбалку сходили!

— Поможешь убрать? — обратился Натан ко мне, зная, что я остаюсь в крепости. Он кивнул на тарелки, брошенные на столе.

— Конечно.

Посмотрела на Касьяна, который только-только устроился за столом, чтобы перекусить. Мне хотелось поговорить с ним, но сделать это после того, как остальные уйдут. Не думаю, что командир сбежит за то время, как я доберусь до кухни и обратно.

Подхватила несколько тарелок и спешно направилась на кухню. Загрузила тарелки в раковину, набрала воды и запустила водоворот для мытья посуды.

Вернулась в общую комнату и не нашла Каса. Исчез!

Меня же не было всего минуту!

— А… — только начала вопрос, как Натан перебил, уловив направление моего взгляда:

— Ушёл к себе.

— А он с вами пойдет? — Если Касьян собирается на вылазку, то лучше его сейчас не трогать, наверное.

— Нет, остаётся, — ответил Нат.

— Хорошо, спасибо, — направилась в сторону комнат, чтобы нагнать Каса, раз получается поговорить тет-а-тет. — Удачной охоты, — бросила, чуть не забыв об элементарной вежливости.

В дверь постучалась осторожно.

— Привет, — поздоровалась с мужчиной, который открыл дверь и теперь смотрел на меня сверху вниз. — Мы вчера так и не поговорили, и я хотела узнать…

Как же много вопросов вертелось у меня в голове! С чего бы начать? Что у вас там с Эленой, и как так получилось, что никто не знает, что вы с ней родственники? Почему она приходила так поздно, и всё ли в порядке? И наконец, что со мной творится, если всего несколько часов назад я готова была признаться в собственном безумии?!

— Извини, Ив, сейчас не могу, — Касьян качнул головой. — Я обещал провести тренировку с Кираном и близнецами.

Киран… Что б тебя! Вот надо было зацепиться с Эленой в этом дурацком споре! Как бы он ни пытался, ему не удавалось одолеть девушку! Зато вон сколько стремления! Все сбежали на охоту, лишь бы командиры опять в благородном порыве вылепить из них супербойцов не взяли их в оборот. А этот сам рвётся!

— С Верховным я поговорил, информацию передал. Сказал, постарается вечером с нами связаться — у него для тебя есть информация по поводу того обломка, который Элена нашла у крепости.

— О, отлично! Значит, до вечера? — получилось полувопросительно. Я мигом покраснела.

— До вечера, — усмехнулся Кас.

Ещё пару секунд мы таращились друг на друга, после чего я буквально заставила себя развернуться на пятках и скрыться в комнате.

И чем теперь заняться? Осмотрев учиненный бардак, отмахнулась. Нет, точно не уборкой!

Поразмыслив, взяла сумку и направилась в лабораторию. В конце концов пора создать сушильный артефакт. Займусь хоть чем-то полезным.

Элена появилась в травнической так тихо, что я не сразу и заметила. Она внимательно, с вивисекторским интересом меня рассматривала, заставляя нервничать.

— Ты что-то хотела? — уточнила у неё, чтобы заполнить паузу.

— Не я. Касьян. Просил посмотреть, нельзя ли что-либо сделать с твоими кошмарами. Я ведь целитель.

— Мне уже делает зелья Натан.

— И они не работают, — отмахнулась она. — Я, конечно, не зельевар, но в целительских снадобьях разбираюсь чуточку лучше. А в остальном — вопрос доверия. Решишься принять зелье из моих рук?

Хороший вопрос. Ещё вчера я бы ни за что не согласилась. Но если Касьян доверяет Элене, то, наверное, и мне стоит?

— Думаю, можно попробовать, — согласилась, но без ложного энтузиазма.

Элена прошлась мимо полок, взяла несколько трав и принялась смешивать их в ступке, медленно водя пестиком круговыми движениями.

— Так вам с Касьяном удалось поговорить вчера? — спросила она осторожно, украдкой взглянув на меня.

— О том, что вы с ним родственники? — уточнила я уклончиво. — Да.

— И всё? — удивилась Элена, она даже оторвалась от своего занятия.

— Нам как-то не до разговоров было, — ляпнула, уязвленная этим её «и всё?». Словно Касьян собирался провести со мной обстоятельную беседу о личном, а я всё проспала.

— Да? Что ж, я рада, что у вас всё так хорошо складывается.

Кажется, я не подумала, как прозвучал мой ответ. Стыд тут же дал о себе знать, кровь прилила к лицу, щеки вспыхнули румянцем.

— Ой, да брось, — отмахнулась Элена. — Я не подумала ничего такого. Уж поверь, я знаю Касьяна, да и о тебе… наслышана. Просто хотела сказать, что из-за меня не стоит становиться в стойку и показывать шипы.

— Даже не думала, — произнесла ровно, поджав губы. — Так о чём Касьян должен был со мной поговорить?

— О нет, — девушка отмахнулась, давая понять, что ждет продолжения. — Это тайны Касьяна, пусть сам разбирается. Меня в это вмешивать не надо. Лучше скажи-ка мне, — обратилась Элена, помешивая варево, — ты во время учёбы стимулирующими зельями не злоупотребляла?

— Не-у, — промычала я в ответ. Говорить явно не могла, во рту была зажата волосяной толщины проволочка, положи на стол и не найдешь.

— Поясни.

— Да всё просто, — пришлось освобождать рот и отвечать. В конце концов, Элена для меня старается — варит зелье в надежде избавить от кошмаров. — Моя подруга была лучшей на своем курсе, и она зельевар. Она нам усиленные бодрилки пить не давала даже в сессии. Только тоники для улучшения соображалки. А что?

— Да никак природу твоих кошмаров понять не могу. Была бы ты ветераном, у которого ожидание смерти в такую побочку трансформировалось, так нет.

Это точно. Я тварей видела лишь несколько раз — по пальцам можно пересчитать. Так Элене и сказала.

Вспомнив тварей, я невольно обернулась к открытому по случаю тепла окну. В который раз. Из лаборатории был отличный обзор и наши могли появиться с любой стороны. Пора бы им уже. Ребята надеялись на большую добычу, поэтому пошли на охоту впятером, прокормить одиннадцать здоровых организмов — задачка нетривиальная, а на одних крупах далеко не уедешь. В пайках было и мясо, конечно, но мало, только для аромата. И сегодня команда впервые разделилась. Вроде и волноваться не о чем — пять обученных боевых магов — смертоносная сила, но тем не менее в душе поселилось необъяснимое, смутное чувство тревоги.

— Что-то наши задерживаются, — задумчиво пробормотала я.

Время к ужину, а главного кухаря всё нет. А с ним Веррона, которого я ждала, собираясь упросить опять поработать столяром, Ноэля и парочки неразлучников, Мирона с Агнесс. Ну, без Мирона мне и дышалось легче — пусть хоть до ночи гуляет.

Элена бросила взгляд в окно, но ничего не сказала. Хотя тревожилась, это было видно, даже несмотря на её выдержку.

Я вновь погрузилась в работу. Через десять минут проволочка намертво впаялась в медяшку с рунами, примирив действие двух стихий — воздуха и огня. Эта часть будущего сушильного артефакта закончена. Продолжить без Веррона не получится, но я всё равно была довольна — выкрутилась, вспомнила древнюю схему сушилок. Громоздкая, трудоемкая, зато не требующая дорогущих расходников. При наличии времени и терпения её можно было сделать из того, что есть под ногами. Ну, почти. Кое-что у меня в запасах всё же имелось.

Отложив инструменты в сторону, я походила по лаборатории, подвигала шеей, плечами, снимая напряжение. Остановилась у окна. Скоро уже начнёт темнеть, а ребят всё нет. Хотя… вдалеке было какое-то движение.

— Элена, глянь туда.

Гончая вяло обернулась и вся подобралась — от неё повеяло магией. Лицо стало напряженно-сосредоточенным, а прищур угрожающим. Только взгляд направлен в ту сторону, что я указала — заклинание «острого глаза» кастует, не иначе.

— Агнесс, — прошептала Элена. — Ранена. Ив, подними тревогу, — приказала прямо на бегу.

Несколько секунд я тупо наблюдала, как Элена широкими, с подлетом, скачками несется к маленькой фигурке, и подивилась её технике бега. Потом очнулась — надо доложить! Едва не рванула к лестнице, но вспомнила, что можно ударить в колокол — один тут, под навесом смотровой площадки. А то, пока спущусь по внешней лестнице и пробегу до ребят, только время потеряю.

Отзвук колокола ещё отдавался в ушах, а я уже бежала вниз. Кас вынырнул из-за угла, со стороны тренировочной площадки. Следом бежали близнецы, а за ними и Киран.

— Там! — крикнула я, не добежав, и жестом перенаправила в сторону девушек. Элена как раз подскочила к осевшей на землю Агнесс.

Дальнейшее от меня не зависело. Моя задача не мешать.

Агнесс — умничка, смогла дойти, чтобы сообщить, что они неожиданно напоролись на стаю тварей, сигналки по какой-то причине не сработали, и им пришлось принять неожиданный бой с большой стаей тёмных тварей. Натан как старший отправил Агнесс за подмогой — Мирон вытолкнул её из эпицентра воздушной волной, а ранило её уже после того, как она отделилась от группы — не повезло наткнуться на измененного.

Задело девушку довольно сильно. Кас предложил эвакуацию, но Элена отмахнулась. Сказала, что рёбра зарастить нетрудно, и рана на ноге уже не представляет опасности. Девушка лечила прямо на ходу, пока ребята несли Агнесс в крепость, и главным образом переживала о потере крови, но и это считала восполнимым. Незачем тратить камень экстренного переноса — угрозы жизни нет. Закончив, Элена погрузила пострадавшую в целительный сон, оставляя её прямо на обеденном столе — переносить гончая не позволила, хотя Киран и порывался. Не стоит тревожить срощенные рёбра.

На сборы ушли считанные минуты. Элена внимания на меня не обращала, близнецы смотрели со злым недоумением — мол, мы же тебе верили! — но высказываться не спешили. Киран хмурился, что-то обмозговывая. И только Касьян нашёл секунду, чтобы ободряюще сжать моё плечо.

— Мы во всём разберёмся. Не накручивай себя.

И они отправились в спасательный рейд, оставив меня присматривать за пострадавшей. Перед уходом Элена сжалилась и шепнула:

— Агнесс будет спать, за неё не переживай.

Это я знаю. Целительский сон глубокий и надёжный, похож на беспамятство.

— Так, может, я с вами?

— Сигналки проверить хочешь? — Элена вглядывалась в моё лицо с исследовательским интересом. — Понимаю. Но сейчас ты будешь только мешать.

И все. Ни упреков, ни злой или доброй подначки. Просто констатация факта — обуза. Обидно, но это правда. Силы и боевой подготовки во мне никакой.

Зато голова при мне, а в ней, как известно, мускулов нет.

Неподвижная Агнесс смахивала на труп. Сходства добавляло то, что лежала она на обеденном столе, временно ставшем операционным. Находиться рядом с этой печальной инсталляцией не хотелось, поэтому, прихватив куртку — как только солнце скрывается, в горах сильно холодает, — я вышла на воздух подумать. Устроилась на тренировочной площадке — наличие второго колокола, того самого, что нашли в руинах, успокаивало. Его всё-таки приспособили для тренировок. И обзор, опять же. С этой точки просматривались и дверь, и подлесок, в котором скрылись наши.

Думала я, думала, и так и эдак крутила мысль, но озарения не случилось. Вопросов было столько, что голова пухла. Главный из них: почему не сработали сигналки общего оповещения? Мы ведь их проверили! Не только те, что в непосредственной близости от крепости, но и вообще все. Выкопали каждую. Учитывая, что подконтрольная зона простиралась на несколько километров от крепости во все стороны, нам потребовалось несколько дней. Всё было в полном порядке! А сейчас вдруг выясняется, что они не сработали?!

Да где же ребята?

Я, вглядываясь в дальний подлесок, сходила с ума от мысли, что они не возвращаются. Успели? Не успели? А если… сделай я ещё один переговорник, и сейчас не изводила бы себя, думая о худшем. Неизвестность хуже всего! В такие моменты связь просто необходима! Раньше в ней не было особой нужды. Это сейчас у нас бригада в одиннадцать человек, а стандартная команда, если и расстается, то строго в пределах контролируемой территории. Да и то, по мелочи и никогда поодиночке: поохотиться на съедобную дичь, травки пособирать. А нынче следилки не сработали. Ребята думали, что территория чиста, а оно вон как обернулось!

Надо придумать, как усовершенствовать уже изобретенный переговорник. Чтобы общаться можно было целой командой, Касьян сказал — и все услышали! Вон, почтовые шкатулки благодаря адресным пластинам распознают, куда отправлять письмо, осталось придумать, как это применить для переговорника.

Подкравшиеся сумерки принесли прохладу и туман. Видимость ухудшилась, зато тишина стала прямо осязаемой. Даже ночные насекомые ещё не завели свой нескончаемый хор. Наверно, поэтому ребят я услышала раньше, чем увидела: ругань Кирана ни с чем нельзя спутать. Здоровенный огневик в потёмках казался ещё больше. Один, два, Касьян, четыре… восемь. Паника захлестнула душу — должно быть девять! Запустила навстречу нашим несколько светляков. Раз сами себе дорогу не подсветили, значит, сил совсем нет.

От сердца отлегло — Киран казался таким огромным, потому что тащил на закорках Веррона. И ругался себе под нос:

— Ты человек вообще, или телега с щебенкой?

Веррон что-то отвечал в том же тоне, но очень тихо. Это успокаивало — раз перебребрехиваются в обычной своей манере, значит, ничего катастрофического.

— Ив! — голос Натана был усталым и спокойным. Некромант покачивался, да и остальные были не бодрее, особенно Ноэль с Мироном. — Тащи синий флакон с экстренной полки. Веррону.

Да, есть у нас такая в новом стазиснике. Там собрано всё, что может понадобиться для первой помощи, и синий флакон я хорошо помню. Это зелье для поддержки мага, который выплеснул слишком много сил. Так вот что с земляным! Если у остальных и были ранения, то Элена их, скорее всего, уже подлечила, Вон, сами идут.

Кинулась открывать дверь, зажигать свет и выполнять поручение. Лучше такая деятельность, чем виноватое стояние в сторонке. Да, я чувствовала себя виноватой, хотя, в чём моя вина, и не понимала. В неисправности следилок или в том, что осталась цела, а они пострадали?

— Неси его ко мне, — скомандовала Кирану, прижимая синее стекло к груди. Ну не на верхотуру же Веррона тащить? Вот зельем отобьется, поест и через часок сам подняться сможет, а у меня хлопот полон рот — нужно команде помочь. Бедолаг стоит как минимум накормить.

Мирон, замерший над спящей Агнесс, выглядел сломленным. Как ни неприятен был мне этот человек, но сейчас его стало жаль. За минувшие дни я так и не смогла понять природы их отношений. Таскаются друг за другом как привязанные, но при этом ни одного намека на романтику. А сейчас я смотрела на Мирона и ясно понимала: любит. И очень переживает за любимую.

— Не расстраивайся так. Она просто спит, — подошла ближе, желая подбодрить. — Элена сказала, что угрозы жизни не…

Договорить не успела — отлетела к стене. Дух вышибло махом, и я начала оседать по шершавой каменной кладке, силясь вздохнуть и задать вопрос: за что? Мирон упасть не дал — схватил за грудки, вздел на ноги и прошипел:

— Тебе конец!

Я всё ещё не могла вдохнуть живительный воздух, а он тряс меня, как мешок с мукой, отчего голова каждый раз ударялась о стену. В глазах начало темнеть.

25. О том, как произошел раскол

— Что ты делаешь? Отпусти меня! — прошипела, безрезультатно пытаясь высвободиться из захвата.

В следующий миг шрамированный отлетел от меня, словно его сдернули какой-то нечеловеческой силой. Парень перелетел через стол со спящей Агнесс и, ударившись о противоположную стену, свалился на пол. Но это я отметила лишь краем сознания, потому что наконец смогла вдохнуть живительный воздух.

Голова кружилась, затылок гудел, от страха внутри будто всё сжалось, стало трудно дышать.

Но стоило поднять взгляд, и всё отошло на задний план.

Глаза командира… Они пылали яростью. И это точно не какая-то обычная почти семейная раздраженность, когда парни лажают на тренировке. То, что я видела сейчас, заставило бы съежиться любого, на кого Касьян так посмотрит. Даже ребята застыли каменными изваяниями, словно боялись шелохнуться. Может, они решили, что Кас на грани потери контроля? Но нет, пока нет. Разве что командир был неимоверно злым, я бы даже сказала, пребывающим в крайней степени бешенства. И это при, том что универсалов учат держать эмоции при себе, как никого другого, ведь несдержанность чревата магическим срывом.

Остальные это поняли, а вот Мирону оставалось только пожелать не подниматься и не нарываться. Но разве тот угадает мои мысли? Парень уже начал вставать, демонстрируя всем хищный оскал и готовность продолжить то, что начал.

— Предупреждаю, Мирон, — проговорил Кас ровным очень холодным голосом, — любое движение, которое можно расценить как нападение, и у тебя будут проблемы. Слово командира — под суд пойдешь, и не факт, что здоровым. Язык тоже советую придержать, чтобы потом позором не давиться.

— Да пошел ты! — прорычал Мирон. — Мы по уши в дерьме из-за этой… — бросив на меня взгляд, он замолчал. Судя по всему, у него на языке крутилось какое-то оскорбление, но мужчина сдержался, буквально проглотил его. — А ты говоришь, что я должен успокоиться?

— Она здесь ни при чем, — процедил Касьян, все еще меня защищая.

— Как же! За целую неделю мы не встретили ни одной твари, а тут сразу целая стая! Организованная, натравленная кем-то. Ну? Или скажете, что мне показалось от страха? Померещилось, что они предугадывали все наши действия?! — Мирон обвел взглядом остальных в комнате. Присутствующие переглядывались между собой, словно желая удостовериться, все ли считают так же, как Мирон. — И она, — мужчина вновь указал на меня пальцем. — Она единственная, кто оказался в безопасности! Удобно, не правда ли?

— То есть, по-твоему, Иветта виновата только потому, что мы не взяли её на спасательную операцию? — поставленный командирский голос звучал холодно и властно. — Тебе напомнить, что она штатный артефактор, а не боевой маг?

— Она хотела пойти, — добавила Элена.

— Очень удобно заявить о своём желании, заранее зная, что ей откажут, — сыронизировал Мирон.

Кажется, ему что ни скажи, я в любом случае останусь виновата. У него на все есть ответ!

— Я ничего не делала! — я выступила вперед, не все командиру прикрывать меня. — Даже если допустить, — последнее подчеркнула голосом, — что я одержима тьмой, зачем мне это?

— Зачем? — Мирон довольно улыбнулся, будто ждал, что я пойду в атаку. — В прошлый раз именно мы помешали избавиться от купола. Разве для этих целей не здорово сначала уничтожить всех боевых магов? Чтобы больше никто не помешал чокнутой…

— Да неужели? — произнесла с издевкой, грубо перебив, не желая слушать весь этот бред. — А мне-то казалось, что это из-за вас, из-за всех вас, — я указала на каждого члена команды Элены, буквально прожигая их гневным взглядом, — пала одна из секций купола. И только благодаря нашей команде вы все остались живы. А благодаря мне купол был восстановлен! Тебе напомнить, — я обернулась к Мирону так резко, что волосы хлестнули по щеке, — как ты кричал, что надо сматываться? Ты так сильно желал спасти свою шкуру, что тебе было наплевать на последствия. А может, ты именно этого и желал? Чтобы защита пала, а, Мирон?!

— Что ты несешь?! — прорычал маг, приподняв губу, словно желая продемонстрировать оскал.

Все его нарочитое превосходство как ветром сдуло.

— То-то же! Ситуацию можно интерпретировать по-разному!

Разъяренный мужчина сделал шаг вперед, и я за какую-то долю секунды приняла боевую стойку, немного согнув ноги в коленях и выставив ладонью вперед левую руку. Все, как учила Элена. Абсолютно бесполезная реакция, учитывая, что боец из меня никакой, но это вышло непроизвольно, машинально. И не осталось незамеченным.

Я прямо кожей ощущала, как все взгляды скрестились на мне.

— Отставить! — Элена встала прямо перед своим пылающим агрессией товарищем. — А не забыл ли ты, драгоценный друг, чего мне стоило вернуть тебя в серые земли? Я-то твою роль в истории спасения Ноэля не забыла. И не забуду. Тогда труса праздновал, а сейчас храбро с девушкой воюешь? Она даже не боец, Мирон!

— Угомонись, — Янис оказался возле Мирона и хлопнул его по плечу, давая понять, что действительно пора остыть. — В этой ситуации нужно разбираться с холодной головой.

— Хорошо, — скандалист на удивление легко согласился. Выдвинул стул из-за стола, сел и вытянул ноги, демонстрируя ботинки с засохшими кусками грязи. Скрестил руки на груди, вперился взглядом в потолок и начал свою речь так, словно он тут неразумным детям пытается объяснить истину: — Давайте рассуждать с холодной головой. Раз. Симптомы. Прошлый артефактор свихнулся точно так же, как это сейчас происходит с Иветтой. Все началось с кошмаров. Два. Нападение на отряд было спланированным и направленным. Нас только чудо и спасло, ведь твари то и дело пресекали попытки Агнесс уйти за помощью. Вспомните, как те же самые твари охраняли Феликса! Он ими управлял! Три. Мы не ожидали нападения. Проверяли все сигналки еще накануне, но сегодня ни одна не сработала. — Он опустил голову и, глядя на всех нас и ни на кого конкретно, поинтересовался: — Ну-ка, расскажите мне, кто, кроме Иветты, мог вывести сигналки из строя?

Я напряглась, мысленно подбирая контраргументы, но тут громко рассмеялся Натан, вызывая у всех недоумение.

— Нет, ты послушай себя… Такое чувство, что Ив у нас и сердце вселенского зла, а еще чудо-спринтер.

— Да, — Киран согласился. — У нас больше двухсот сигналок по периметру. — Он был сосредоточен, словно мысленно просчитывал площадь подконтрольных территорий. — И мы не говорили, куда идем.

— Думаешь, Иви была бы в состоянии сломать их все? — Натан насмешливо вздернул бровь, словно говоря, мол, да вы, батенька, фантазер.

Я украдкой бросила взгляд на Касьяна. Найдет ли он в этих обвинениях что-то достойное внимания? Решит ли, что я все-таки виновата? Огонь в его глазах постепенно угасал, ярость сменялась привычным холодным рассудком. Вот только что было в мыслях капитана? Хотела бы я знать.

Вздохнула и вновь обратила внимание на ребят.

— А мне почем знать? — продолжал упрямиться Мирон. — Кто говорил, что она та-лант-ли-ва-я? — Из его уст это прозвучало как очередное обвинение. Гадство, мне что, нужно ещё оправдываться за собственные мозги? — Посидела в лаборатории, собрала какую-то свою фигню артефаторскую и сделала все, не выходя из крепости. А?

Да все, чем я была занята с последние дни, — это создание постирочного и сушильного артефактов! Чтобы перестать наконец мучиться с той древней рухлядью, что была в крепости! И делала это на виду у всех!

Если по лицу Касьяна не удавалось угадать его мысли, то с остальными оказалось проще. К счастью, открыто враждебность уже никто не демонстрировал, видимо, начали думать собственной головой, а не слепо верить байкам Мирона. Но меня все ещё подозревали. К счастью, их было меньше: близнецы, Ноэль и, собственно, сам Мирон. Агнесс спала, а Элена, к моему удивлению, была на моей стороне. Причем без всяких сомнений. Смотрела открыто, мол, не волнуйся, разберемся.

— Ты несешь какую-то чушь, — Натан даже не рассматривал версию, что я могу так подставить команду.

— Если бы вы меня послушали и установили слежку за этой… — Мирон, кажется, терял терпение. — Этого разговора сейчас вообще не было бы!

У меня дыхание перехватило от таких новостей.

Посмотрела на ребят, не веря своим ушам. Они за моей спиной говорили о том, что за мной требуется слежка? Наверное, меня должно успокаивать то, что эта инициатива была отклонена, но… Очевидно, я не совсем тот человек, которому тут доверяют. Иначе почему я даже не в курсе?

— Если бы сделали, как я предлагал, мы бы точно знали, чем занимался штатный артефактор сегодня ночью.

Боги, я надеюсь, Касьян не скажет, чем именно я занималась в обозначенный промежуток времени. И где я это делала. От одних только мыслей кровь прилила к лицу, а на лбу выступила испарина.

Но, похоже, я зря переживала. Командир даже бровью не повел, а рот, по всей видимости, раскрывать не собирался. Вероятно, ему распространяться о подобных вещах хотелось не больше, чем мне. Субординация!

— Насколько я понимаю, — Касьян вновь взял слово. — Выносить приговор на основании того, что обвинить больше некого, не самое разумное поведение.

— Как ты не понимаешь, командир, что она единственная, кто мог все это провернуть! — упирался Мирон. — Кто нахваливал цепь оповещалок, которая предупредила бы о появлении чужака? Чужаков-то не было, не так ли?

— Феликса тоже не сразу раскрыли, — осторожно заметил Рейдан. — И он выглядел абсолютно нормальным.

Отлично. Просто отлично. Я сложила руки на груди, словно желая защититься от новых обвинений.

— Возможно, нам стоит пригласить проверяющих? — предложил Янис, бросив возмущенный взгляд на брата. — Чтобы уже точно знать, влияет ли на Иветту тьма или нет.

— В прошлый раз Элена пренебрегла своими обязанностями, — подстегнул Мирон. — И мы все знаем, чем это для нас обернулось.

— Феликс не показывал никаких признаков… — Элена отреагировала резче, чем я могла от нее ожидать. Сомнительно, что её задело обвинение, я скорее поверю в то, что девушка до сих пор казнит себя за случившееся.

— Ну да, — засмеялся Мирон. — Особенно когда вечно таскал нас к куполу, как одержимый, да?

— Это не было странным, — возразил Янис. — Просто чудачество ученого, не более. Они ж все того, — парень слегка покрутил пальцем у виска, — на своей науке помешанные. Рвутся на границу ради исследований. И раз ты сам об этом заговорил — Иветту к куполу вообще не тянет. И, кроме пары кошмаров, девочка ведет себя вполне разумно и адекватно.

Вот уж спасибо! Хотя бы сумасшедшей чудачкой не считают.

— А я говорю, — Мирон поднялся на ноги и сделал шаг в мою сторону. — Что если кто-то крякает как утка и выглядит как утка, еще и плавает как утка, — каждый аргумент — новый шаг в мою сторону, отчего хотелось отступить, ощущая угрозу, — то это утка. А не «тебе кажется, Мирон». И, значит, нужно сделать то, что должно. А не распускать нюни, потому что она девчонка.

— Ещё шаг и…

Тихий голос Касьяна звучал не как угроза, но как обещание. Обещание непременной расправы, если Мирон попробует заняться самоуправством. Ему даже заканчивать фразу не пришлось, хватило одной интонации, чтобы все поняли посыл.

— Нам точно нужно всем остыть, — сообщил Киран, стараясь разрядить обстановку.

Надо заметить, несколько забавно, что именно огневик советует всем успокоиться.

— Как бы там ни было, никто, — Натан выделил последнее слово, глядя на Мирона, — не станет нападать на хрупкую девушку, а иначе…

Я чуть улыбнулась, услышав предупреждение из уст некроманта. И расслабилась. Не все так плохо!

— И никто не собирается оставлять ситуацию без должного внимания, — напомнил Касьян. — Я сообщу командованию, проверке быть в любом случае. Но учти, Мирон, проверят не только Иветту, но и тебя. Уж если и говорить о странном поведении, то твоя агрессивность по отношению к окружающим — верх неадекватности. Что-то мне подсказывает, что тебе пора домой.

— Это еще о чьей агрессивности говорить, — буркнул парень уже без прежней бравады.

Кас только выгнул бровь, давая понять, что Мирону пора наконец заткнуться.

— Проверка покажет, что я прав, — напоследок заверил он, направляясь к Агнесс и поднимая ее на руки, чтобы вскоре скрыться на втором этаже.

— Отлично поохотились, — произнес Натан негромко.

Да уж, выходной, что называется, не задался.

Как только стало понятно, что разборки позади, все расслабились и поспешили разойтись кто куда. Да и я сама устала, словно вместе с ребятами участвовала в бою. Переживания за команду и стычка с Мироном высосали из меня все силы. К тому же мне было над чем подумать — требовалось наконец разобраться, каким же образом из строя вывели все сигналки разом!

В комнату возвращалась, совершенно не думая о том, что там меня будет ждать сюрприз. Во всей этой перепалке я совсем забыла, что велела Кирану разместить обессиленного Веррона у себя — дождаться, пока подействует зелье и к нему вернутся силы. Но проблема не в этом. Стоило открыть дверь и обозреть пространство, как я вспомнила, какой бедлам устроила утром. В комнате ни одна вещь не лежала на своем месте. Я так яростно пыталась найти то, что отравляло мне сон, что оставила после себя настоящий хаос!

И весь этот кавардак видели парни. Нет, я сегодня точно сгорю со стыда.

Заходила тихо, на цыпочках, ведь Веррон все еще лежал на моей кровати и, кажется, пытался дремать в ожидании, когда подействует зелье. Тут же нагнулась, чтобы поднять с пола наволочку и брюки, перекинула их через плечо и нагнулась еще раз, чтобы взять чернильницу. Чудо, что из нее ничего не вылилось. Дошла до стола, поставила ее на место, принялась складывать вещи, чтобы убрать их аккуратной стопкой.

— Если ты пытаешься не шуметь, не стоит, — произнес Веррон. Он не открывал глаз, только закинул руку за голову, чтобы лежать было удобнее. — Там такой ор стоял, что спать все равно невозможно.

— Значит, слышал? — я на секунду замерла, перестав складывать наволочку. Прихватила ткань, чтобы сделать аккуратный сгиб, да только так и застыла.

— Прости, не было сил присоединиться к беседе. Даже встать не могу.

— Ничего. В любом случае ты в курсе происходящего, — отмерла и быстро расквиталась с тканью, чтобы продолжить наводить порядок. Меня уже считают предательницей, не хватало прослыть еще и неряхой. — И… что ты думаешь по этому поводу?

— Не слышал всего, но, если ты про то, что тебя считают зачинщицей…

Голос Веррона звучал спокойно, и я не бралась угадывать его настроение. Да и должна ли была?! Мне своих проблем хватает!

Уперлась обеими руками в стол, кожа на костяшках натянулась, мышцы подрагивали.

— Да. Меня считают зачинщицей, — отрезала чуть грубовато, разворачиваясь. — Я артефактор, схожу с ума, могу уничтожать сигналки пачками и управлять тварями, так что попыталась всех вас убить, потому что, видимо, вы все меня достали.

— Про «достали» — верю, — Веррон улыбнулся, так и не открывая глаз. — А вот в то, что ты местный псих, нет. Ничего глупее в жизни не слышал.

— Расскажешь, что произошло на охоте? — спросила я спустя несколько мгновений.

— Да не о чем рассказывать, — Веррон подтянулся на локтях, принимая положение полусидя. — Все было как обычно. Забрели достаточно далеко, но за пределы подконтрольных территорий не выходили. Все было спокойно. Даже слишком. Но в какой-то момент нас со всех сторон окружили твари. Мы даже понять ничего не успели, как оказались в западне.

— Мирон сказал, что они действовали организованно…

— Кто их разберет, — признался Веррон. — Но в этот раз действительно было как-то… по-другому, что ли. Не знаю… Нас зажали со всех сторон, мы никак не могли прорваться, они словно знали все отработанные схемы атак. Потом повезло — удалось в одном месте проредить тварей и перекинуть Агнесс через свору с помощью воздушного толчка. Думали, она позовет на помощь. Но за ней следом рвануло несколько тварей. Мы сразу решили, что ей каюк. Знаешь, достаточно мерзкое чувство, когда думаешь, что отправил кого-то на смерть…

— А потом? — я села на стул, переключившись на ящики стола, в которых все перевернула.

— Пришла подмога. Как раз вовремя. Сама видела, меня Киран на себе притащил. Ещё немного… и спасать было бы некого.

— Ясно. И теперь все думают, что это я виновата, — посетовала, вздохнув.

— Допустим, не все, — голос Натана прозвучал со стороны двери. Я обернулась. — Можно?

Не дожидаясь разрешения, некромант зашел в комнату.

— Я имела в виду команду Элены, — заправила локон за ухо, чувствуя себя донельзя глупо. — Они так смотрят на меня…

— Не переживай по поводу этого придурка. И всех остальных, — поправил себя Натан. — Они просто не знают тебя так, как мы. Если бы на тебя действительно влияла тьма, мы бы непременно заметили. А они боятся повторения истории с Феликсом. И сближаться не хотят… Им было тяжело потерять своего друга в прошлый раз. К тому же Мирон мутит воду, ни одна тренировка не проходит без его болтовни, — Натан меня чуть приобнял. — Не обращай внимания.

— Сложно игнорировать, когда на тебя нападают без предупреждения, — пробурчала я из вредности. — И что, вы действительно собирались устроить слежку?

— Охрану. Мирон предложил на одной из тренировок, — заявил Веррон. — Но Кас сразу его послал. Какая охрана, когда комната командира прямо напротив твоей, и Касьян в состоянии сам проследить… Прости, не так выразился.

Я скривилась.

— Да и смешно это — защищать команду боевых магов от хрупкой девушки-артефактора.

Значит, никакой охраны у меня нет. Но как бы есть. Касьян присматривает за тем, чтобы психованный артефактор Иветта не сорвалась и не натворила бед. Просто отлично.

— Слушай, я ведь уже сказал, это бред, — Натан положил руку на мое плечо и потряс в попытке прогнать мою тоску.

— Поэтому вы умолчали? — уточнила с сомнением.

— Не сказали, чтобы ты не переживала по этому поводу. Все эти обвинения — чушь.

— Серьезно, не заморачивайся, — искренне посоветовал Натан. — А того, что произошло сегодня, никто не ожидал. Но подобного больше не повторится, за Мироном теперь все приглядывать будут.

Ага, будут. Пока не решат, что все устаканилось. Или пока не уйдут на охоту. Или… Слишком много «или» я могу придумать, чтобы поверить, что этот психованный боевик не представляет никакой угрозы для меня. Да и потом… Мирон не единственный, кто недоволен положением дел. И почем мне знать, что кто-то из ребят не переметнется в лагерь «давайте избавимся от Ив»?

Уж лучше я сама как-нибудь позабочусь о своей безопасности. Я ж талантливая, в чем меня сегодня упрекнул Мирон. Что-нибудь да придумаю. Да даже особо думать не нужно, достаточно вспомнить, как я налажала с артефактом, когда Касьяна разрядом шандарахнуло едва ли не до потери сознания! Тогда это была недоработка, но сейчас это можно использовать себе на пользу. Вот подойдет ко мне кто-нибудь с недобрыми намерениями, а я их артефактом — вжух! — и нет недоброжелателя. Вернее, есть, но безобидный и без сознания — или валяющийся на полу и мычащий, прося извинения.

Улыбнулась, стоило представить Мирона в этой роли.

— Так-то лучше! — Натан дернул меня за хвост, отчего моя голова слегка запрокинулась. Я непроизвольно улыбнулась. — Мы там вроде как ужин приготовили, никаких изысков, просто мясо пожарили. Может, пойдем поедим? На сытый желудок всяко лучше.

— Я «за»! — Веррон осторожно сел на кровати, словно проверял, достаточно ли окреп, чтобы передвигаться. — Пожрать точно нужно. Я готов съесть сейчас даже твой травяной салат.

— Тогда пошли, — Натан помог встать товарищу, а после и мне руку протянул.

— Я, наверное, пас, — покачала головой. Под всеми этими взглядами мне и кусок в горло не полезет! — Не…

— Даже слышать не хочу, — перебил некромант и все-таки заставил меня встать. — С утра ничего не ела, пойдем. Удостоверишься, что все не так плохо, как кажется.

Была б моя воля, отсиделась бы в комнате и пряталась бы, наверное, целую вечность, лишь бы никого не видеть.

Вопреки моим опасением, на поздний ужин спустились немногие. Видимо, не у каждого нашелся такой друг, как Натан, чтобы вытащил трапезничать. И все равно я задерживаться надолго не стала. Аппетита не было, пусть румяные кусочки мяса, блестящие от сока, и выглядели весьма привлекательно. Посидев минут десять-пятнадцать и поковырявшись в тарелке для вида, я вернулась в свою комнату.

Мне было чем заняться.

И для начала стоило понять, что же случилось с сигналками.

В одном Мирон действительно прав — кто-то должен был вывести их из строя. Всякое случается, всякое бывает, но сигналки не связаны в единую цепь. Сломай одну — остальные будут работать. Возникает вопрос: из рабочего состояния вывели вообще все сигнальные артефакты, или только те, что были на маршруте следования отряда? Да и испортить можно одну-две, но не двести ведь! Испортить… Испортить… Сходить к Касьяну, попросить карту со схемой размещения? Хотя зачем? Если я уверена в рабочем состоянии сигналок, то что?

26. О том, как получили задание

Когда в дверь постучали, на землю уже опустилась ночь. А я, сидя за своими чертежами, мало того, что так и не разобралась с сигналками, так ещё и вовсю клевала носом. Мозги уже не работали, а глаза слипались.

— Да? — бросила через плечо, не готовая нестись к двери, чтобы показать себя гостеприимной хозяйкой.

— Ив…

Касьян. Поднялась со стула так быстро, что тот чуть не упал, и растирая лицо ладонями, чтобы прогнать сон, я нелепо поправила растрепавшиеся волосы, подошла к двери и взглянула на позднего гостя.

— Что-то случилось? — мужчина выглядел мрачным, хмурился, отчего внутри у меня опять начала возрастать тревога. Только ведь успокоилась! — Верховный уже здесь?

Точно, он ведь обещал сегодня заглянуть к нам!

— Нет, — Кас покачал головой. — Зайди ко мне. Нужно кое-что тебе показать.

Развернувшись на пятках, Касьян направился в свою комнату, вынуждая следовать за ним.

— Взгляни, — произнес он, едва я закрыла за собой дверь комнаты командира.

На его столе стоял лишь один предмет — почтовик.

Подойдя ближе, я провела пальцами по крышке. Дерево оказалось теплым, подушечками пальцев ощутила гладкий лак, который заставлял стенки чуть поблескивать.

— И что не так?

— Я надеялся, ты мне скажешь, — складывая руки на груди, произнес мужчина. — Он не работает. Совсем.

Я мгновенно напряглась, припомнив, что у Элены была такая же ситуация. Феликс вывел из строя почтовик, чтобы девушка не смогла связаться с командованием.

— Слушай, я очень устала за сегодня. Если ты думаешь, что это моих рук дело, то… — замолчала, потому что Кас посмотрел на меня, прищурившись и едва заметно поджав губы. В его взгляде промелькнуло что-то… Словно ему было неприятно услышать подобный выпад в свою сторону.

Только сейчас заметила, что мы стоим на расстоянии полушага друг от друга, и как только поняла это — поспешила отвести взгляд в сторону.

Я задумалась. Касьян был со мной минувшей ночью. Не оставил на милость кошмаров. И защищал от нападок Мирона. Как командир Кас приказал бы меня запереть, если бы подозревал хоть в чем-то. Но он этого не сделал. И сейчас позвал не для того, чтобы обвинить, а в качестве специалиста по артефактам.

Ну почему я сперва говорю и только потом думаю? Скольких проблем можно было бы избежать, будь я чуточку сдержаннее!

Так, ладно. Не работает почтовик. Хорошо, Ив, давай разбираться, что с ним не так.

Я сняла нижнюю пластину, что скрывала плетения, и первое, что бросилось в глаза — незнакомый символ, которого тут быть не должно. Сложно не заметить, учитывая, что его нанесли поверх драконьих рун, тем самым нарушив несколько плетений сразу.

— Этот символ тут лишний, — я нахмурилась, стараясь вспомнить хоть что-то похожее, но не получалось. Ни единой ассоциации. — Что ты… что ты творишь?

Ощутив теплую волну, что прошла по всему телу, сбилась с мысли и интуитивно отступила от Каса на пару шагов.

— Как ты себя чувствуешь? — Кас проигнорировал вопрос, но я, кажется, поняла. Он же у нас целитель. Пока я сконцентрировалась на изучении странного символа, он просто немного поколдовал. Помнится, Мирон знатно меня пару раз приложил головой о каменную кладку.

— Нормально. И часто ты так делаешь? — спросила, стараясь сдержать улыбку, в которую так и норовили растянуться губы.

— Тайком проверяю, цел ли единственный артефактор во всей округе? — Кас ухмыльнулся, и я вздохнула с облегчением. Это лучше, чем хмурый мрачный взгляд, от которого сразу понимаешь — перед тобой командир, а не друг или парень, почти такой же, как все остальные в отряде. — Иногда. Бывает. Сегодня был тяжелый день.

И, возможно, предстоит не самая легкая ночь. Не прошло и суток, а я уже второй раз в комнате Касьяна. Один на один с ним.

— Я в порядке, — пришла моя очередь прочищать горло легким покашливанием, чтобы перестать чувствовать себя неловко. О чем только думаю? — Как я уже сказала, этого символа тут быть не должно, — вернулась к деловому тону. И озадачила командира вопросом: — Кто-то проник в твою комнату, чтобы оставить его?

Кас задумчиво обхватил подбородок ладонью — крайняя степень растерянности, насколько я помню.

— Проник — это сильно сказано. По большому счету любой мог зайти в комнату. У меня замок обычный, не чета твоему, к тому же старый. И при определенных навыках вскрыть его не составит проблем.

В этот самый момент я дотронулась до символа, желая ощутить неглубокие бороздки, почувствовать, как они были сделаны. Не выжжены, вырезаны на дереве чем-то острым, но не сделаны слишком глубокими, чтобы стать заметнее. Доля секунды, и пальцы пронзило болью.

— Ой! — я отдернула руку, неверяще глядя на рисунок.

Такое со мной уже было, когда я притрагивалась к бракованным кристаллам. Не может быть!

Сердце лихорадочно забилось от волнения. Символ напитан тьмой?!

— Только не говори, что… — начал было Касьян. Невысказанный вопрос повис в воздухе.

— Это плохо. Это очень-очень плохо, — пробормотала, сделав шаг от шкатулки. И тут на меня снизошло озарение. Ситуация из плохой резко стала паршивой. — Но это значит, что… да нет, быть не может!

Наверняка этому есть иное толкование, чем то, что пришло в мою бедовую голову. Ну же, командир, скажи, что я неправа!

— Это многое бы объяснило, — вместо этого сообщил Касьян, придя к тем же выводам. — И раз уж в крепости чужаков не было, значит, это кто-то из нас.

Впервые меня пробрал страх до самых пяток. Даже Мирон со своими закидонами отошел на второй план.

От мысли, что предатель — один из нас, становилось по-настоящему жутко. Это кто-то из тех, с кем мы каждый день общаемся, проводим время, принимаем пищу, тренируемся. И даже больше. На наших дверях замки, которые легко взломать и которые почти никто не запирает. Любой из команды может оказаться под ударом в самом беззащитном состоянии.

Кажется, теперь я понимаю, что чувствовали остальные, когда видели врага во мне. И уже не виню их в малодушии.

Кас резко напрягся и поднял руку с браслетом оповещения.

— А вот и Верховный прибыл.

Мы переглянулись. Определённо, отдохнуть сегодня не получится.

— Мы не пойдем его встречать? — уточнила, как только поняла, что Касьян не спешит покидать комнату.

Вместо этого он убрал все лишнее со стола, оставив только почтовик и стопку бумаг, сложил вещи в шкаф, поправил и без того идеально застеленное покрывало на кровати.

— Он знает, куда идти.

Я в очередной раз удивилась такому поведению, но промолчала, решив, что это не простой заскок — столь наплевательски отнестись к визиту второго человека после короля.

Потерев переносицу, Кас добавил:

— Если все действительно так, как мы думаем, я не хочу, чтобы предатель знал, что у нас, помимо почтовика, есть иные способы связи.

А ведь действительно!

Ох, не зря Верховный в своё время запретил светить переговорником, точно знал наперед, что нам понадобятся козыри. И если предатель решил проиграть тот же сценарий, что и в прошлый раз, оставить команду без подкрепления — его ждет неприятный сюрприз!

— Ты прав, — согласилась после недолгих раздумий.

Пока ждали Верховного, я места себе не находила от волнения. Неужели мы и впрямь готовы заявить командованию, что среди членов отряда есть диверсант?

Через несколько минут раздался короткий стук в дверь, и в комнату вошел господин Морриган.

— Доброй ночи, — Верховный прошел внутрь, кивнув мне, и пожал руку Касьяну. Следом за ним появился Мир, верный помощник. Менталист остался стоять у двери, словно часовой на карауле. — Извините за столь поздний визит, но раньше не было возможности вырваться, — заявил мужчина, усевшись на место Касьяна и вытянув ноги, словно они гудели от бесконечной ходьбы.

Мягкая часть стула осела под весом важного гостя с тихим свистом. И мне показалось, что господин Морриган и сам с облегчением выдохнул, как только устроился с комфортом. Присмотревшись, я поняла, что он выглядит уставшим и изможденным. Наверное, нелегко ему на такой должности… Это как иметь работу, которая никогда не заканчивается, и такие же проблемы. Ты должен бдеть все то время, когда правитель в тебе нуждается, но когда тот устает и желает отдохнуть, именно Верховному остается выполнять все задачи. Интересно, когда он сам в последний раз нормально отдыхал?

— Ну что ж, я к вам с хорошими новостями, но чувствую, что они подождут, — начал господин Морриган, расстегивая плащ. Следом он оттянул ворот черной рубахи, как будто та мешала ему дышать. — Мне следует знать, почему команда так обрадовалась моему визиту? — Ироничный голос и вздернутая бровь выдавали изумление мужчины. — Знаете ли, очень неожиданная реакция. Непривычно.

— Извините, не успел отправить доклад, — спокойно отреагировал Касьян. — Господин Верховный, у нас сегодня произошло чрезвычайное происшествие.

Мгновение — и господин Морриган весь подобрался. Недавнее благодушие и расслабленность исчезли без следа, и от его фигуры повеяло арктическим холодом.

— Рассказывай.

— Отчет на столе.

Архимаг на это заявление кивнул и потянулся за документом, при этом махнув рукой Касьяну, мол, продолжай, я слушаю.

Командир повиновался:

— Если вкратце, сегодня во время вылазки отряд подвергся серьезному и неожиданному нападению тварей. Все члены отряда живы, есть пострадавшие — уже подлатали своими силами. По всем признакам нападение было хорошо спланировано, очень похоже на засаду. В округе не сработала ни одна сигналка, а твари атаковали так, словно знали все наши действия наперед. Учитывая всю ситуацию с подчинением Феликса, некоторые члены команды посчитали, что виновница — Иветта. Команда требует проверки артефактора на предмет подчинения тьмой.

— Уже выяснила, почему не сработали сигналки? — поинтересовался Верховный, не поднимая взгляда от бумаг.

Осознав, что глава даже мысли не допустил о моей причастности к произошедшему, я на секунду потеряла дар речи. Чувство упоительного облегчения затопило с головой, унося все недавние опасения, переживания и панику.

— Я крутила и так и эдак, но причины не нашла, — ответила без энтузиазма, чувствуя себя ученицей на экзамене, которая не до конца выучила материал и сейчас не знает ответа на заданный профессором вопрос. Было крайне некомфортно, это ведь моя работа, а я ничего не смогла выяснить!

— Как бы действовала сама, если бы тебе приспичило быстро и качественно нарушить оповещение?

Вот что значит свежий взгляд на проблему! Я задумалась, перебирая варианты. Ничего умного в голову не приходило. Но тут взгляд упал на почтовик, и меня словно молнией ударило.

Пусть себе цепь следилок работает и не вызывает тревоги у штатного артефактора. Нужно добиться чего? Да чтобы сирены не было! То есть просто отключить звук, элементарно добавить к нужной руне маленькую петельку, тем самым исключив ее из цепочки последовательных взаимодействий. Все будет происходить как первоначально задумано создателем, только сигнальные колебания не попадут на звуковую пластину и резонатор не сработает. Так бы сделала я. Но для этого нужно как минимум знать основы рунографии и иметь твердую руку. Стилус не терпит дилетантов! А если навыков нет, тогда как? Да как с почтовой шкатулкой — руна с конфликтной энергией!

Мысли запрыгали с ужасной скоростью, выстраивая всю имеющуюся информацию в единую схему. Я ведь ранее не рассматривала варианта с отключением сигналок из крепости. Даже мысли не допускала, что враг может быть среди нас! И связующий артефакт мы не проверяли.

Какая же я идиотка! Даже без аудита могу поклясться, что сигналки сработали. Не реагировало само оповещение!

По всему выходило, что испортили связь намеренно. Но кто?

Не совладав с волнением, я вскочила со стула, обогнула его и сжала ладони на деревянной спинке. Подняла взгляд на Верховного, что терпеливо ждал моего ответа, и заявила:

— Есть один способ.

Перевела взгляд на Касьяна, ища поддержки.

— Что не так? — от главы не укрылось наше переглядывание.

— Все сигналки разом можно отключить только из крепости, — произнесла я со вздохом. А, уловив непонимание на лицах мужчин, углубилась в подробности: — Сигналки — это малые артефакты-индикаторы. Они улавливают эманации тьмы в определенном радиусе, создают магический фон, отпугивающий тварей и передают сигнал тревоги на главный артефакт, что расположен в самом защищенном месте всего сектора — в крепости. И именно он запускает звуковое оповещение и информирует командование о внештатной ситуации на определенном участке. Отключить все сигналки разом практически невозможно — их слишком много. Да это и не требуется на самом деле. Нужно лишь испортить связь между индикаторами и главным артефактом — приёмником. И раз уж твари не гуляют у нас во дворе, значит, функция отпугивания работает, следовательно, и функция оповещения в порядке. В том смысле, что у каждой отдельной оповещалки три неотключаемых по отдельности функции: идентифицировать тварь, отпугнуть ее по возможности и подать сигнал на основной артефакт слежения-оповещения. Не сработает одна следилка, сработает та, что рядом.

— Хочешь сказать, что враг проник в крепость? — скептически поинтересовался Мир, привлекая наше внимание. — Как это возможно?

— Насколько я уловил, речь не о постороннем. Верно? — глухо произнес Верховный, сделав верные выводы из моей сумбурной речи. Я кивнула.

— Я считаю, что предатель, скорее всего, скрывается в команде Элены, — заявил Касьян. — За своих я готов поручиться. А вот их команда… Там уже произошел инцидент. И как только они присоединились к нам — проблемы начались и здесь.

— Вы готовы назвать конкретное имя? — спросил господин Морриган прямо.

— Нет, — Касьян покачал головой. — Единственный, чье поведение вызывает подозрения — это Мирон. Он ведет себя настороженно, цепляется к Иветте с самого начала и так яростно сыплет обвинениями, что создается впечатление, будто пытается её подставить. Или отвести внимание.

— А еще это может быть просто неприязнь ко мне, — пожала я плечами. — Мы с первой встречи как-то не поладили — Мирон не доверяет артефакторам. Излишняя бдительность, после того что случилось с Феликсом.

— Подозрений это не снимает, — Кас мотнул головой.

— Что про остальных скажете? — Верховный отложил бумаги, откинулся на спинку кресла и сцепил пальцы в замок на животе.

— Да они все подозрительные, если так рассуждать, — сказала спокойно. — Близнецам бабушка якобы предсказала, что, пребывая в серых землях, они станут Хранителями. Она вроде как из рода Видящих, однако Мирон высмеял эту версию.

— Вот тут я с ним согласен, — усмехнулся Мир. — Звучит весьма бредово.

— И ещё Ноэль, — подхватил Касьян. — Очень скрытный, не самый общительный. Почему-то делает вид, что не понимает, что команда его едва не бросила погибать. Я бы не простил, даже если бы понял мотивы. Остальные ведут себя в пределах нормы, никаких странностей я не замечал.

— Насколько я могу судить, странности — еще не показатель, — заметил Верховный.

— Ты забыл про Элену, — добавила я негромко, обращаясь к Касьяну.

Правая бровь Верховного взлетела вверх, прямо как у Каса. Я перевела взгляд с одного на другого и обратно, невольно отметив, что они чем-то едва уловимо похожи. Где-то на периферии сознания царапала смутная догадка, но углубиться в размышления не получилось.

— А что с ней? — выдернул меня из задумчивости господин Морриган, на губах которого блуждала не то ухмылка, не то улыбка.

У меня иногда создавалось впечатление, что Верховный и сам прекрасно умеет читать мысли, а Мира использует для прикрытия. Вот и сейчас стало не по себе от его лукавого взгляда.

Словно он ждал чего-то от меня!

Тряхнув головой, я сосредоточилась на текущем разговоре.

— Ребята сказали, что она до последнего не сообщала о странностях Феликса командованию. К тому же артефактор каким-то образом сбежал, хотя Элена погрузила его в целительский сон. А ещё тот обломок, который я нашла у разрушенной крепости. Помнишь? — повернулась к Касьяну. — Он принадлежал целительскому артефакту. А Элена у нас целитель.

— Этот артефакт мог сделать сам Феликс, — заступился Касьян за кузину. — Он все же артефактор.

— Мог, — не стала спорить, лишь плечами пожала. — Никого обвинять я не собираюсь, но, как ни крути, получается, что мы должны подозревать каждого, разве нет?

— А Агнесс? — напомнил Верховный о последнем члене команды Элены.

Мы с Касом переглянулись, припоминая, не наблюдалось ли чего-то настораживающего в манерах огневички. Но на ум ничего не приходило. Ну, разве что она слишком спокойна для своей стихии, особенно на фоне припадочного Мирона.

— Ребята, вы понимаете, что это очень серьезное заявление? — вздохнул мужчина устало. — Прежде чем подобным разбрасываться, нужно иметь больше доказательств. А их у вас нет, одни догадки и домыслы.

— Доказательства, к сожалению, есть, — Касьян пододвинул к Верховному почтовик. — Я обнаружил это совсем недавно. Кто-то испортил его, лишив нас связи.

Верховный протянул руку, чтобы посмотреть на шкатулку внимательнее.

— Этого символа тут быть не должно, — уточнила я аккуратно. — И от него веет тьмой. Я обожглась, как тогда, с кристаллами. А вы сказали, что кристаллы были наполнены тьмой.

27. О том, как узнали о последователях

Настроение Верховного мгновенно переменилось. С чуть насмешливого, словно мы тут в детективов заигрались, на настороженное, даже я бы сказала, хищное. Мир негромко выругался и впервые проявил настоящий интерес: сделав несколько шагов вперед, чтобы остановиться ровнехонько между мной и Касьяном, и вперился взглядом в почтовик.

— Вот, значит, как! — произнес Верховный так мрачно, что у меня от его голоса ледяные мурашки по коже поползли. — Добрались и до серой зоны, заразы! И как им только удается?

Вопрос, судя по всему, адресовался помощнику, но Кас не сдержал любопытства:

— Кто?

— Последователи! — выплюнул Верховный. И, не в силах усидеть на месте, встал и подошел к окну. — Старый я болван, — бормотал мужчина раздраженно, — на поверхности же лежало! Мы посчитали, что тьма разлома подчиняет слабых магов. Только никому в голову не пришло, что это орудует не подчиненный, а приверженец! — взорвался верховный небывалой экспрессией.

Мир вопросительно хмыкнул, а Кас опять не удержался от вопроса:

— И в чем отличие?

— А сам не понимаешь? Приверженец или, как их чаще называют, последователь — тот же маг, только силу черпает у тьмы.

Я была ошарашена и заинтригована — ни о чем подобном я ранее не слышала. Последователи? Манипуляторы темной силой? Непонятно. Я думала, тот, кто оставил неправильные руны, использовал что-то вроде штампика с накопленной тьмой. Напитали же они нормальные кристаллы этой гадостью! Но если догадка господина Морригана верна, то что же получается?

— Этот гад использует обе магии что ли? И светлую и темную? — я растерянно посмотрела на сильных и опытных. — Разве может быть раздвоение магии? Кас? Ну скажи! Ты же проводишь магические тренировки!

— Проблем с обычной магией ни у кого нет, — моментально отозвался командир. — Поверь, такое я бы точно заметил.

— Вероятно, есть различия, которых мы не понимаем, — сделал вывод Верховный. — Покойный Феликс везде ходил и не тревожился. Да и кристаллы… Элена целый подсумок порченых таскала, и ничего. Только ты и обнаружила.

— А если все дело в концентрации? — выдал догадку Мир. — Ну, сами подумайте, сигналки реагируют на здоровенных тварей, которые насквозь пропитаны тьмой. И сколько этой самой тьмы было в кристаллах? В Феликсе? Если бы сигналки реагировали на каждую крупицу тьмы, они бы с ума сходили круглосуточно.

— В этом есть рациональное зерно, — промолвил Верховный. — А ведь и те сигналки, что стоят в городах на случай прорыва, точно такие же! Неудивительно, что они не реагируют на последователей! Всплеск энергии улавливают, но пока Хранители доберутся — ищи ветра в поле!

— Эх, проверить бы! — вздохнула я чуть ли не мечтательно и тут же поймала подозрительные мужские взгляды. — Тогда можно поисковик создать. Наверное. Я бы смогла, если бы мне условия задачи сформулировали. — Меня обуял азарт. В конце концов, схемы индикаторов есть, тут снизить порог чувствительности, там изменить радиус охвата — и вот тебе уже переносная сигналка! — Господин Морриган, а можно мне порченный кристалл? Для экспериментов!

— Уймись, заполошная! Без тебя умники найдутся. В защищенных лабораториях. Испытания она на коленке проводить собралась! — пробухтел глава всех магов, а Кас и Мир улыбнулись, радуясь, что усталый Верховный нашел силы на шутку.

Только я ведь и не шутила вовсе!

Ну и ладно. Зато появился проблеск надежды — есть шанс отследить этих партизан! Правда, это не отменяло насущных проблем здесь и сейчас — один из них где-то рядом.

— Если все обстоит действительно так, то в одном ты абсолютно права, Иветта. Подозревать стоит каждого. Символ на обломке артефакта, который вы обнаружили у разрушенной крепости, не что иное, как язык последователей. И этот, — он указал на шкатулку, — я полагаю, тоже.

— И много их? — уточнила я, не будучи уверенной, что хочу знать ответ.

Ответил, как ни странно, Мир — Верховный витал в своих мыслях, о чем-то крепко задумавшись.

— Неизвестно. Знаем только, что они поклоняются Темному богу. — Оценив наши вытянутые физиономии и усмехнувшись, менталист добавил: — Да-да, той самой твари, что сидит в разломе. Впервые они попали в поле нашего зрения несколько лет назад, после череды жестоких ритуальных убийств. Обнаружить последователей весьма проблематично, на удивление, они очень хорошо скрываются среди простых людей, в связи с чем известно нам до абсурдного мало. Как ни поймаешь — сами себя уничтожают своей же магией, лишь бы секретов не раскрыть. А магия у них, как вы уже могли понять, темная. Мы накрыли несколько их убежищ, даже спасли парочку жертв, но главную информацию — откуда у них сила? — так и не получили. И если тут один из этих гадов, вычислить его будет действительно сложно.

Мы немного помолчали — каждый обдумывал всплывшую информацию.

Лично я размышляла о том, что мы конкретно влипли.

— Так, — начал Верховный, вынырнув из своих дум, — сейчас важно действовать осторожно и не спугнуть тварь. Вычислить предателя — ваша важнейшая и наисложнейшая задача, — окинул нас серьёзным взглядом. — Мы со своей стороны сделаем, что в наших силах: поднимем личные дела, разузнаем все, что можно и даже больше. Но вы здесь, рядом с противником, проводите каждый день бок о бок. Поэтому, думаю, что успех мероприятия напрямую зависит от вашей бдительности.

— Подождите, — недоверчиво, если не испуганно воскликнула я. Ещё бы! От таких новостей у кого угодно волосы встанут дыбом. — Вы хотите сказать, что не устроите проверку? Не заберете никого?..

— А что она, по-вашему, даст? — хмуро поинтересовался архимаг. — Всю команду Элены проверяли и ничего не обнаружили. Целители. Хранители. Менталисты. Комиссия, в конце концов. И ни-че-го! При этом вы заявляете, что враг все это время был среди команды. Это уже не просто подчиненный тьмой, как Феликс. Это нечто иное. Хитрое, раз так долго скрывается, не привлекая к себе внимания. Хуже всего то, что мы и понятия не имеем о возможностях последователей. Если мы заберем команду на повторную проверку, враг может понять, что мы напали на след. И в таком случае, боюсь, поймать предателя станет в разы сложнее. Нам же надо выяснить, как враг умудряется прятаться у всех на виду. И узнать это крайне важно, чтобы мы могли вычислить всех остальных приверженцев не только в серых землях, но и на территории королевства, как и то, что они задумали. И этим придется заняться вам, — Верховный поморщился как от зубной боли. Я его понимала — мне бы тоже не понравилось зависеть от двух желторотиков. Кас, конечно, командир, но на фоне великих Хранителей… в общем, даже сравнивать нельзя. Про себя вообще молчу. А тут на кону судьба мира, можно сказать.

— Может, какого-нибудь спеца на помощь пришлете? — получилось у меня жалобно, аж от самой себя противно стало. Дав себе мысленный подзатыльник и обругав за малодушие, я собралась с мыслями и стала предлагать более конструктивные идеи: — В качестве нового члена команды, к примеру. Или артефактора, который будет разбираться, почему не сработали сигналки? Я слабосилок, ребята не заподозрят, если пришлют более опытного специалиста.

— Ну, Иветта, взбодрись! Не узнаю тебя. Та ли это самоуверенная девица, которая грандмастерам мозги вывернула?! — Я так обалдела, что плюхнулась обратно на стул. А Верховный, смягчившись, добавил: — Сейчас любые изменения могут спугнуть врага. Нельзя этого допустить, второго такого шанса может и не быть. Нам бы зацепку, хотя бы намек. Понять, как выявлять последователей.

— Или это все-таки чужак, — вздохнул Мир, взъерошив рукой волосы. — Как-то это все… слишком сложно, не находите? Может, последователь и есть, но только не среди членов команды. Все же пройти все проверки, контролировать себя ежесекундно…

— Нет, — не согласился Касьян. — После ночного визита гномов Иветта разработала охранную систему оповещений. Так мы узнали, что вы уже на территории. Приблизься к крепости чужак — мы были бы в курсе.

— Тогда у нас нет других вариантов, — подытожил Верховный, откидываясь на спинку стула. — Последователь здесь. И он пытается влиять на Иветту, как уже проделывал с Феликсом. Но тебе, — мужчина поймал мой обеспокоенный взгляд, — переживать не о чем. Я с нашей последней встречи навел справки и узнал, что кошмары, беспокоящие тебя, не что иное, как реакция драконьей крови. Как мне сказали, будь ты прямым потомком, кошмаров не было бы. Но связь с драконами слаба, отсюда и побочные эффекты. Ты у нас, как выяснилось, потомок драконьего побратима, — мужчина выдержал паузу, словно ждал моей реакции, но я лишь кивнула — ничего нового я для себя не услышала, зато впервые увидела, как от удивления вытягивается лицо самого Верховного. А я-то думала, его ничем не удивишь! — Ты уже знаешь?

— Да, совсем недавно выяснила. Побратимом дракона был мой прадед.

— Вот как. Могла бы и сообщить, — укорил мужчина. — Я весь королевский архив перерыл, чтобы разобраться в твоём наследии.

— Извините, — смутилась, чувствуя себя крайне неловко. Вот вообще не до того было!

— Забудь, — отмахнулся господин Морриган, и я выдохнула. — В общем, нападение на команду — лишь следствие того, что последователь не смог получить того, что хотел, через Иветту, как в прошлый раз, когда заставил Феликса выполнять всю грязную работу, при этом оставаясь в тени, — рассуждал он. — План с кристаллами, наполненными темной энергией, провалился. Повторять он его не станет, во-первых, слишком долгий процесс, во-вторых, доступа к кристаллам нет. Он точно придумал что-то другое, надо выяснить что. Но проверку мы все же проведем, — подсластил пилюлю. — Только ментальную. Под предлогом того, что хотим узнать, что именно произошло во время охоты. И действительно ли твари вели себя необычно. Заодно посмотрим на ситуацию глазами ребят. В конце концов, они же сами требовали проверить Иветту. А мы проверим всех. Возможно, Мир заметит что-то, что вы упускаете.

— Уделите особое внимание Мирону, — попросил Касьян. — Что-то с ним все равно не так.

— Можешь приступать, — велел Верховный, давая дозволение Миру идти. — Кас. Сопроводи.

Мужчина покинул комнату стремительно и тихо.

— Господин Морриган, — привлекла я внимание Верховного. — Вы сказали, что последователь пытается на меня влиять. Но как именно это можно сделать? Я считаю, что источник влияния в моей комнате, но все обыскала и не нашла никаких посторонних предметов или символов.

— Если бы это было так просто понять, мы бы не оказались во всей этой истории, — вздохнул мужчина. — Как я уже сказал, возможности последователей нам неизвестны.

— А избавиться от этого влияния как-то можно? — спросила с надеждой. — Я уже начала думать, что схожу с ума. Что за мной постоянно кто-то наблюдает, и… и…

— Вполне возможно, что это чутье дракона срабатывает, — озвучил он возможный вариант. — На след последователей первыми вышли как раз потомки — они как-то чувствуют темную энергию, если она в непосредственной близости. Если уделишь этому дару особое внимание, может, и врага сумеешь почувствовать, когда он призовет силу. Маловероятно, конечно, учитывая, что ты не прямой потомок, но мало ли? Всякое бывает.

Верховный вернулся за стол, с комфортом откинувшись на спинку кресла. А я вдруг вспомнила свой первую и единственную встречу с Хранителями. Одному из них было достаточно взглянуть на кристаллы, чтобы все понять, тогда как мне потребовался полноценный контакт. Получается, тот мужчина — потомок? Дьявол, что ж мне так с даром-то не везет! То слабосилок, теперь вот могла бы стать Хранителем, да крови драконов во мне кот наплакал!

— А… можно ещё один вопрос? — поинтересовалась, чувствуя себя неловко. Тут и менталистом быть не нужно, чтобы оценить вид мужчины и понять, что он дико устал и держится на чистом упрямстве. Но упустить такой шанс я не могла. — Мой наставник. Его удалось поймать?

— Увы, — Верховный виновато улыбнулся вместо извинений. — Была у нас одна уловка с газетной статьей, но она провалилась. Ла'Вилли появился, но что-то почуял и улизнул. Не переживай, найдем мы его, просто сейчас все наше внимание приковано к происходящему тут, это важнее. Что-то ещё?

Я отрицательно качнула головой. Мужчина расслабленно откинулся на спинку кресла и прикрыл веки.

То время, пока ждали результатов проверки, мы пробыли в полной тишине. Я старалась сидеть мышкой, понимая, что, возможно, это те самые минуты, когда Верховный может хоть немного отдохнуть. Учитывая, сколько информации мы ему подкинули, сомневаюсь, что он сегодня вообще доберется до кровати.

Вернулись Касьян и Мир через полчаса. Выглядел менталист на порядок хуже, чем до проверки. Резкие складки морщин на крупном, мужественном лице стали ещё явственнее, тёмные круги под глазами — заметнее, а ещё он был крайне раздражен.

— Я закончил.

— Быстро вы, — пробурчал господин Морриган.

— Так все сидели и ждали, что будет с Иветтой, — ухмыльнулся усталый Мир. — Я сказал, что она прошла проверку легко и непринужденно. Чаяния и надежды некоторых не оправдались.

Вот даже спрашивать не нужно чьих, сразу понятно, что Мирона обломали! Представляю, какое лицо у него было от постигшего разочарования!

— Что-нибудь удалось выяснить? — Верховный точно не любил церемониться и спрашивал все прямо.

— Команда проверку прошла спокойно. По моему мнению, все чисты, подозрений, во всяком случае, не вызывают. Слишком глубоко считывать не стал — боялся, что заподозрят неладное, но по свежим воспоминаниям все чисто.

— И даже Мирон?

— К сожалению, — ответил Касьян.

— А Агнесс? — поинтересовалась я, вспомнив, что она, вообще-то, спит и ни сном ни духом о происходящем в стенах крепости.

— Она тоже, хотя Мирон пытался помешать. Тоже мне, защитничек, рыцарь в сияющих доспехах, — менталист недовольно поморщился, с потрохами выдавая источник своего раздражения. — Правда, из сна ее не выводили, так даже лучше, считывать было легче. Девушка серьезно пострадала, чудо, что добралась до крепости и предупредила о нападении. Во время воздушного прыжка неудачно приземлилась, ударилась головой, затем отбивалась от твари, что увязалась за ней. Но даже с помутненным от боли сознанием она продолжала держаться. Это восхищает. Удивительно, что она нашла в этом… впрочем, неважно. — Менталист взял секундную паузу, чтобы побороть эмоции. — Что касается нападения… Твари действительно вели себя нестандартно. Но вот о причинах такого поведения не берусь судить. Их могла подпитывать Тьма, что разлилась по округе в момент последнего прорыва, что-то вроде эволюции. Я бы не стал торопиться с выводами, но и версия с последователем имеет место быть.

— Хорошо, — кивнул Верховный. — Думаю, можно расходиться. Иветта, ты говорила, что проверяла свою комнату самостоятельно. Позволишь и мне взглянуть?

— Конечно, — я облегченно выдохнула. Вдруг Верховный найдет что-то, что я пропустила? — Моя комната напротив.

Верховный первым вышел из кабинета Касьяна и остановился возле моей комнаты, по достоинству оценив артефакторский замок, который я смастерила для защиты.

— Я так понимаю, что эта диковинка все еще работает?

Кивнула.

— Значит, единственный путь проникновения — окно?

На этот раз кивнула уже не столь уверенно, все же высота до земли была приличной. Но поспешила открыть дверь, чтобы Верховный смог пройти в комнату. В отличие от меня, мужчина, оказавшись внутри, не принялся переворачивать все вверх дном — я с этим и сама успешно справилась, — а целенаправленно прошел прямо к окну, из которого высунулся на полкорпуса.

— Я так понимаю, что здесь ты не проверяла? — уточнил он, взывая к моему любопытству. — Подойди, посмотри сама.

Мужчина уступил место, и вот уже я высовывалась навстречу свежим прохладным ночным ветрам… Найти то, о чем говорил Верховный, не составило труда. На оконной раме красовалась целая вязь непонятных символов. Прикасаться к ним я не рискнула.

— Вот же… — прошипела зло. — Их можно убрать? — вернулась в комнату.

— Не стоит, — покачал головой мужчина. — Если продолжать делать вид, что мы не в курсе происходящего, больше шансов поймать предателя. Единственное, не советую оставаться в этой комнате на ночь. Касьян, в крепости есть еще свободные комнаты?

— Я решу этот вопрос, — пообещал командир.

Я посмотрела на него и потеряла дар речи, когда Кас мне подмигнул.

И что бы это значило? Хотя… В крепости с местом действительно проблемы. Минувшей ночью Кас уже решал вопрос, где меня разместить. Так что как минимум один вариант у него точно должен быть.

От этой мысли я почувствовала, как к щекам приливает краска. О боги! Думать о таком… в такой момент! Да что со мной такое?

— Что ж, с этим разобрались. А нам уже пора. Мне нужно еще раз напоминать, какие надежды я возлагаю на вас двоих?

— Мы поняли, — заверил Касьян.

А у меня по коже мурашки пошли. Не нравится мне быть ответственной в столь серьезном деле! Я ведь простой артефактор, у меня шпионских навыков нет! Но кто меня спрашивает?

— Отлично. Будьте предельно осторожны. Как я уже и сказал, все наши на подхвате. Будем здесь, как только получим отмашку. Держим связь.

— Я провожу, — сообщил Касьян, но Верховный его остановил.

— Не стоит. Не заблудимся.

Когда мы вновь остались вдвоем, меньше всего я хотела ощутить давящую на нас с Касьяном тишину и заговорила первой:

— М-да… ситуация, — протянула, нервно потирая руки. — Что думаешь по поводу всего этого?

— Будем работать, — пожал плечами Касьян, не сдвинувшись ни на миллиметр.

Он не уходил. И не было похоже, что собирался заняться решением вопроса спальных мест.

— Интересно, если ни Хранители, ни менталисты, ни целители не смогли ничего определить, то каковы шансы, что мы с этим справимся? — горько усмехнулась я, обхватив себя руками. Все-таки мысль о том, что враг совсем рядом, свободно ходит по нашим комнатам и незаметно ломает спокойную жизнь, заставляла ощутить какой-то мертвецкий холод, пробирающий до костей.

— А у нас выбора иного нет, — Касьян, как обычно, оставался спокойным. — Оказались в неудачное время в неудачном месте… Ты замерзла?

— Нет. Просто это все жутко. — Кас кивнул, соглашаясь. — Может, если ты доверяешь своим, хотя бы им расскажем? — предложила, сама не до конца понимая — будет ли это правильным ходом или все-таки ошибкой. С одной стороны, чем больше союзников, которые помогают найти врага, тем быстрее дело сдвинется с мертвой точки. С другой… Можем спугнуть. Или ошибиться. Вера в ребят — это одно, а вот что и как на самом деле — кто его знает.

— Не думаю, что стоит торопиться, — Кас, вероятно, имел те же опасения. — С этого момента мы подозреваем каждого. Мы уже видели, что бывает, когда стараешься решать проблемы с наскока.

Я усмехнулась.

— Артефакторов начинают прижимать к стенкам и душить? — предложила я, памятуя о вечернем происшествии.

— Этого больше не повторится, — пообещал напарник таким голосом, что я поверила. И впрямь не допустит. В его глазах вновь появился недобрый огонек.

— Конечно, не повторится, — хмыкнула, пытаясь избавиться от этой гнетущей атмосферы. — Он просто застал меня врасплох. В следующий раз Мирон сильно пожалеет, если сунется. — Кас с интересом уставился на меня, приподняв бровь. — Ну… Помнишь ту историю с браслетом, когда тебя било током? Я придумала, как сделать из него оружие, которое будет подавать разряды при необходимости. Буду ходить с такой вот игрушкой в ближайшее время.

— Да… Мирон явно тебя недооценивает, — усмехнулся маг, на всякий случай делая шажок назад. — Даже не знаю, чего мне больше хочется: чтобы он внял предупреждению или все-таки попробовал еще раз полезть на рожон.

— И спасибо тебе, — я, нерешительно коснулась плеча командира.

Даже не помню, успела ли я поблагодарить Каса за то, что он вовремя вмешался? Или впервые произнесла такое простое, но такое важное «спасибо». Ярость, с которой защищал меня бывший парень, грела сердце — я буду это помнить.

Касьян молчал некоторое время, сверля меня проникновенным взглядом. Смотрел так, словно хотел что-то спросить, но не решался. И все же сказал:

— Почему ты убежала ни свет ни заря? Так неприятно находиться со мной рядом?

— Что? — я самым натуральным образом обалдела. — О чем ты… — и тут вспомнила, с какой скоростью я ломанулась проверять свою догадку о подброшенном артефакте. — Нет, все совсем не так! Мне просто пришла в голову мысль, которую я поспешила проверить.

— Об этом ты говорила Верховному? — уточнил мужчина чуть растерянно.

Я кивнула, чувствуя себя донельзя неловко. Зато Кас наконец открыто улыбнулся и провел ладонью по лицу, прогоняя усталость и смурные мысли.

— В общем, пока действовать будем самостоятельно. В конце концов, не в первый раз. А мы с тобой, помнится, уже работали в команде, и у нас неплохо получалось. В первую очередь надо будет сгладить конфликт, который возник сегодня. Вновь наладить контакт с каждым членом команды.

— Задушевные посиделки? — хмыкнула, слабо представляя, как предатель будет делиться сокровенным.

— Ты всегда была такой язвой? — Касьян пребывал в хорошем расположении духа.

Я пожала плечами. Что есть, того не отнять.

— Тебе завтра нужно будет проверить связующий артефакт. Нужно убедиться, что ты не ошиблась. И если так…

— Знаю.

И… вот она, неловкая пауза, которой я так пыталась избежать.

28. О том, как бывает неловко

— Ладно, уже поздно, — не дождавшись ни слова от Касьяна, я подошла к полке, чтобы взять какую-нибудь из книг. Без разницы какую. — Раз мне здесь спать нельзя, буду в общей комнате. Сделаю вид, что читала и случайно задремала прямо там.

Уверенным шагом направилась к двери, но не успела моргнуть, как Касьян остановил меня, схватив за запястье.

— А еще можно сделать вид, что ты точно знаешь, где можешь спокойно выспаться и не собираешься упускать такую замечательную возможность.

Ни тени фривольной игривости в голосе, только дружелюбие и искренняя забота.

— Скажи честно, — Кас сделал шаг вперед, оказываясь совсем рядом со мной. Так близко, что мой взгляд уперся в его грудь. Пришлось поднять голову, чтобы увидеть, как он чуть тревожно смотрит на меня сверху вниз и придвигается еще ближе, так, что мне удается ощутить его тепло. — Ты ведь знаешь, что я не позволю тебе спать в гостиной? Есть моя комната.

— И твоя кровать, — напомнила я на тот случай, если Касьян не понимает, как звучит подобное приглашение.

— Тебя не устраивает хозяин или формулировка? — уточнил парень. Уголки его губ еле заметно приподнялись вверх. — Можешь не волноваться. Я постелю себе на полу. Чтобы ты не испытывала неловкости. Так будет… лучше.

Почему-то мне так не казалось. И все-таки вариант спать на кровати меня радовал больше, чем перспектива ютиться на неудобном стуле.

— Думаю, можно принести еще одну кровать. Может, где-то в подвалах…

— И как ты себе это представляешь? Это еще и мой рабочий кабинет, куда, как мы уже поняли, могут заходить все, кто пожелает. Две кровати вызовут вопросы. И наш темный недруг догадается, что ты свою комнату покинула. Лучше прихвати своё одеяло и подушку, — посоветовал Кас, покидая мою «кладовку».

Я выдохнула, быстро собрала, что понадобится для ночевки и, ощутив непонятную слабость в коленках, прислонилась к стене и прикрыла глаза. Кто бы мог подумать, что я сама пойду в комнату к человеку, которого до недавнего времени считала предателем. Но, глядя на него сейчас, я терялась, не понимая, как с нами могло случиться все то, что пришлось пережить.

Я стукнулась затылком о стену и отогнала неуместные мысли — сейчас и без личных переживаний есть о чем думать! Резко оторвалась от стены и вышла из своей каморки. Вот только в комнату к Касу я входила уже не так уверенно и проскользнула мимо задумчивого парня, не поднимая головы.

— Располагайся.

Он повернулся ко мне спиной, заодно занявшись собственным лежбищем на эту ночь. Открыл шкаф, бросил на пол тонкий плед, после потянулся за собственной подушкой и одеялом.

— Послушай, — я опустилась на край кровати. — Ты не можешь спать на полу. Это… глупо.

— Тогда у меня есть твой вариант с книжкой, — парень перехватил из моих рук томик, что я взяла с полки, не глядя. — Пойду делать вид, что зачитался. «Типовые рунные связки и их значение в артефакторском деле»? Ничего интереснее нельзя было выбрать?

И это он ещё меня язвой называл?! Да он мне сто очков форы даст!

— Стой, — настала моя очередь ловить парня, пока он не ушел в своем порыве благородства. Ситуация с каждой секундой все больше походила на театр абсурда. — Что мы действительно как дети. Кровать широкая. Места на двоих, как мы уже убедились, — к щекам подступил румянец, — тут хватает. Если тебя ничего не смущает, и меня тоже, то смысл усложнять. Неудобств нам в ближайшее время хватит с головой. А мы взрослые… — что-то у меня ладони вспотели, пришлось срочно вытирать их о брюки, — люди.

— Взрослый человек, ляг уже, — Касьян легонько скользнул пальцам по моему носу, от переносицы до кончика и щелкнул по нему. — Это просто сон. Поводов так краснеть — никаких.

Ага. Поэтому после его слов я, кажется, по цвету стала больше походить на свеклу. Во всяком случае, уши и щеки горели огнем. Еще чуть-чуть, и правда вспыхну. Так что спорить с Касьяном не стала. Юркнула к стенке и зажмурилась, желая поскорее уснуть и не гадать, обнимет Кас меня сегодня ночью или нет, а в следующее мгновение уже провалилась во тьму.

Но стоило только утром открыть глаза, как меня настигла запоздалая мысль, что есть миллион причин, из-за которых ночевать в одной постели с бывшим парнем не самая хорошая идея. Особенно когда прах ваших былых чувств не так уж и глубоко закопан. Но на миллион минусов я, определенно, могу назвать один плюс — пробуждение. Те несколько мгновений абсолютного счастья, когда просыпаешься, вернее, начинаешь просыпаться, еще не открыла глаза, и сознание все еще плавает где-то на границе сна и бодрствования, но ты уже чувствуешь теплые объятия, в которых тебе уютно, комфортно и безмятежно настолько, что ты всеми силами стараешься ухватиться за это мгновение и не отпускать.

А оно все равно ускользает, потому что, кажется, создано для того, чтобы причинять страдания.

Я осторожно перевернулась на другой бок, чтобы увидеть лицо Касьяна. Понаблюдать за ним, пока он об этом не подозревает.

Почему у меня такое чувство, что наша встреча — это происки судьбы? Нас буквально столкнули лбами, заперли на краю мира, подкинули проблему, сплотившую нас, словно давая возможность во всем разобраться. Осознать, что совершили ошибку и, возможно, найти новые пути — дорожки друг к другу?

Я выдохнула, отгоняя от себя наваждение. Вот почему никогда нельзя ночевать с бывшим в одной постели: тебе начинает мерещиться всякая ерунда, которая сбивает с толку, не так давно я была уверена на все сто процентов, что в нашей истории поставлена точка. А теперь пригрезилось многоточие.

— Ты подглядываешь за мной? — Касьян не поднимал веки, но изогнул одну бровь, будто давая мне шанс смущенно отвести взгляд в сторону.

Ешки-матрешки, такого стыда я за всю жизнь не испытывала! Кровь прилила к лицу. Кожа полыхнула настолько сильно, что неровен час кровать загорится. Натянула одеяло повыше, чтобы скрыть собственный позор. Надо ж так спалиться! Ладно хоть ума хватило не касаться его лица! Вот тогда я бы точно сквозь землю провалилась!

Касьян перехватил одеяло и медленно потянул его обратно, открывая своему взору мои большие перепуганные глаза.

— Не прячься от меня…

Смешно, учитывая, что мы в одной постели. И сейчас я максимально беззащитна. И открыта перед человеком, которого когда-то любила настолько, что на полном серьезе переживала за свое психологическое здоровье, когда мы расстались.

Касьян протянул руку и аккуратно убрал прядь волос, больше она не закрывала мои губы. Чуть подался вперед, блуждая взглядом от моих глаз к губам и обратно. Сердце забилось чаще, дыхание… Кажется, я забыла, как дышать. Что он делает? Неужели мы сейчас…

Стук в дверь заставил меня не просто подскочить с кровати, я почти взлетела, подобно птице, перемахнув через мужчину. И рысью направилась к двери, чтобы спрятаться прямо за ней — ну не под кровать же нырять, в самом-то деле!

— Минуту, — заспанный Касьян лениво сел на кровати, взъерошил волосы и недовольно фыркнул. — Кого там тьма в такую рань несет?

Я еле сдержала улыбку. Уже и не помню, когда последний раз видела Касьяна таким. Расслабленным, абсолютно естественным. Да его вообще мало кто таким видел. Принадлежность к богатому аристократическому роду накладывает свои обязательства и ограничения.

Кас поднялся и направился к двери.

— Да? — вот и все, на сцене вновь командир отряда. — Элена?

— Впустишь?

По теням заметила, что она попробовала зайти, но Касьян горой встал на пороге, не пропуская.

— Что-то случилось?

— Кто-то сегодня не в духе? — кокетливо уколола девушка.

Не знай я, что она его кузина, решила бы, что заигрывает!

— Я предпочел бы еще поспать, и раз у тебя ничего важного… — Кас уже собирался закрыть дверь, но не успел.

— Тебя какая муха укусила? — судя по голосу, Элена насторожилась. — Я лишь хотела узнать, как прошел визит дяди. Мирона отзывают из отряда?

Мысли закружили в дикой пляске. Если Верховный дядя Элены, а Элена с Касьяном… Так это что получается, Касьян — сын Верховного?!

Да нет, быть не может. Наверное, я что-то не так поняла. Может, речь о Мире? А то как-то в голове не укладывается…

Но тут мозаика наконец сложилась. Все те странности, все недосказанности, мои подозрения… А я ещё удивлялась, что Касьян слишком вольно ведет себя в присутствии Верховного! К тому же никакого сходства с тем немолодым надменный мужчиной с легкой сединой на висках, что смотрел на меня как на таракана под его ботинком, нет. А вот с Верховным…

Едва я закончила переваривать мысль, как Касьян захлопнул дверь. От я неожиданности вздрогнула. Тьма, я все прослушала! О чем они там с Эленой говорили?!

— Верховный — твой отец? — спросила прямо, взглянув на Касьяна с вызовом.

Для полноты образа уперла руки в бока, всем видом демонстрируя, что он попался и на этот раз не отвертится! Если понадобится, к стулу привяжу, но все узнаю!

Парень взъерошил волосы, пробежался взглядом по комнате и, чуть улыбнувшись, заявил:

— А я-то надеялся, что мы продолжим то, на чем остановились. — Прищурив глаза, я сделала шаг вперед, намереваясь получить информацию во чтобы то ни стало. Касьян это понял. Вздохнул, словно собирался нырнуть в воду, и заявил: — Ты верно все поняла. Я сын господина Морригана.

Честное слово, я до последнего не верила. Как это возможно?

— Как? — выдавила из себя еле слышно, слишком шокированная открывшейся тайной. Но с каждой секундой в голове все быстрее мелькали образы из прошлого, напоминая о встрече с «родителем» Касьяна, отчего внутри нарастало раздражение. — Тогда что за престарелый… — возмутилась громким шепотом, в последний момент проглотив рвущееся с языка оскорбление, — представился твоим отцом три года назад?

— Отчим, — Касьян поморщился, словно лимон надкусил. — Я все тебе расскажу, обещаю. Но вечером, хорошо?

— Пытаешься увильнуть?

— Всего лишь напоминаю, что у тебя скоро тренировка с девочками. И если не хочешь, чтобы вся крепость обсуждала, кто с кем спит, — Касьян хитро улыбнулся, словно сам он вовсе не против такого развития событий, — самое время начать собираться.

— Тьма! — выругалась себе под нос и, обогнув Каса, вылетела из комнаты как ошпаренная.

В свою комнату прошмыгнула так быстро, что, кажется, будь коридор набит людьми, меня бы не заметили. Захлопнула дверь, отдышалась. Если я так и буду продолжать ночевать в комнате Касьяна, нужно завести привычку вставать раньше. Только сплетен мне не хватало для полного счастья!

После ночи едва ли не в полном облачении хотелось почувствовать свежую ткань на коже. И умыться. Мне было жизненно необходимо освежиться. Так что, прихватив форму для тренировок и мыльно-рыльные принадлежности, направилась на второй этаж, к душевым.

Я еще поднималась по лестнице, когда заметила Агнесс.

Девушка, как и я утром, явно хотела остаться незамеченной и передвигалась на полусогнутых, скрывшись за дверью своей комнаты со всей возможной поспешностью. Наверное, поэтому я проглотила свое «доброе утро» — не хотела ее смущать и допускать неловкость между нами. Лучше притормозить и дать девушке уйти. А еще понаблюдать, хоть это и не совсем порядочно. В конце концов, время сейчас неспокойное, и такое поведение как минимум настораживает.

Как только горизонт оказался чист, продолжила следовать по намеченному маршруту. Умылась быстро, привела в порядок волосы, посмотрела на себя в зеркало, проверяя, нет ли огрехов в одежде, и не забыла ли я чего. Удовлетворившись своим внешнем видом, бросила полотенце в корзину и направилась на выход.

И опять коридор не был пуст. На этот раз из комнаты, которую еще совсем недавно покинула Агнесс, выходил Мирон. И вот теперь мне действительно захотелось остаться незамеченной. И не для того, чтобы не задевать его нежных чувств, а ради собственного спокойствия и безопасности.

Вот только Мирон на мое появление никак не отреагировал. Даже злобно не зыркнул, как он умел. Вряд ли на Мирона так подействовал приказ Касьяна, скорее уж повлияла беседа с менталистом. Убедился, что я невиновна, и успокоился. И слава богам, если так! Вот только браслеты, бьющие током, я все-таки себе сделаю. Мне совсем не нравится чувствовать себя испуганной мышью!

— Ив, привет!

Агнесс догнала меня у самого выхода.

— Привет! — улыбнулась я, не собираясь подавать вида, что уже видела ее сегодня. — Как ты себя чувствуешь? Мы вчера все жутко за тебя перепугались.

— Нормально, — огневичка подхватила меня под локоть, и мы вместе вышли на улицу. — Лечебный сон творит настоящие чудеса. Пробыла в нем до самого утра, зато теперь тело как новое, даже не болит ничего. Непривычно.

— Рада, что для тебя все обошлось, — сказала искренне. — Но тебе не кажется, что сегодняшнюю тренировку стоит пропустить? Не думаю, что Элена будет против…

— Брось, — отмахнулась Агнесс. — Наоборот, стоит разогнать кровь. Столько спать — умом тронуться можно! Да и потом, ты сама-то хочешь оставаться один на один с Эленой на тренировке?

Точно нет! Она ж меня загоняет до седьмого пота! И так уже устала слушать одно и то же.

— Тебе надо лучше стараться!

Вот оно.

Не прошло и пятнадцати минут с начала тренировки, как Элена произнесла свое коронное.

Видите ли, мне надо лучше стараться. Конечно. Это ведь так легко! Если замучить слабенькую магичку до смерти на тренировках, она наверняка превратится в крутого боевика. А ещё лучше — сразу в гончую!

Да физрук в академии так не издевался над нами!

— Я артефактор, а не боевой маг, — напомнила Элене, когда я вновь оказалась на песке плашмя.

— Мы все на войне, девочки, — буркнула королевская гончая подбадривающе. — Ив, поднимайся и давай попробуем еще раз.

Еще раз…

Мы уже провели разминку, после которой я взмокла словно после паровой комнаты, а теперь и того хуже — меня лупят, как ребенка. Я и Агнесс должны по очереди нападать на Элену, которая отбивается и выводит каждую из нас на выставление правильной защиты корпуса от боковой атаки.

— Ай!

Удар пришелся по ребрам. Да сколько ж можно!

— Ив! — рявкнула Элена. — В каких облаках ты летаешь? Соберись! Будь мой удар сильнее, я могла бы сломать тебе ребра! Я, конечно, потом их сращу, но оно тебе надо? Ты сама решила с нами тренироваться, вот и не отлынивай.

— Ты, кажется, уже, — растерла свой бок, понимая, что тренировка у меня совсем не получается.

Что поделать, если мысли далеки от поля притворных сражений?!

За последние сутки на меня обрушилось столько шокирующей информации, что хоть за голову хватайся! И словно мало того, что среди нас затаился враг, так ещё и прошлое, от которого я несколько лет успешно скрывалась, в гости пожаловало! Господин Морриган отец Касьяна! С ума спрыгнуть! А ведь Верховный с самого начала вел себя так, будто давно меня знает. Я это отметила ещё при первой нашей встрече в кабинете ректора. И меня удивляло, насколько Касьян свободно разговаривает со столь высокопоставленным человеком. Грешила, что это просто Кас такой наглец, словно забыла, что такая линия поведения ему совсем не свойственна. Даже в родственных связях подозревала, думая, что Верховный ему дядя. Но такое?! А мне теперь гадай, а не специально ли меня отправили именно в эту крепость? В конце концов, я могла получить назначение куда угодно. А оказалась здесь, рядом с Касьяном, с которым у нас не самая простая история. Интересно, как много знает Верховный?

— Ай! — воскликнула снова, когда в очередной раз пропустила удар.

— Мне начинает казаться, что ты делаешь это специально, — произнесла Элена устало. — Может быть, у тебя есть желание раскрыть парочку своих постыдных секретов? Поиграем?

— Это нечестно! — заметила резонно. — У тебя ребята выиграть не в состоянии…

— Так я ж не в полную силу. Может, хоть так получится тебя расшевелить.

Не самая лучшая затея. Но она так смотрела, что я поняла: выбора у меня нет. Да и прослыть трусихой не хотелось. Достаточно и того, что я слабачка. Стыдно вспомнить, что когда-то грезила навалять Касьяну. Ага! Куда там!

— Может, хотя бы в четверть силы? — предложила я, не представляя, что смогу противопоставить Элене. Она быстрее, сильнее и опытнее меня. Мы закружили с ней по площадке, я старалась ни о чем не думать, концентрироваться на плавных движениях девушки и вспоминать все, чему она меня учила. Не знаю, что опаснее: руки Элены или ее ноги. Сотню раз видела, с какой легкостью она выставляет подножки, чтобы уложить противника, и какие подсечки делает. Парочку я даже смогу повторить. Наверное.

Первый удар пришелся в выставленный мной блок, но нанести ответный выпад я не успела. Грозная тренерша направила колено в сторону моего живота, попутно опуская руки на мои плечи. Пришлось снова ставить блок, чтобы мышцы не скрутило от попадания колена в солнечное сплетение. Зато получилось сдвинуть ногу так, что Элена могла бы споткнуться, если я толкну…

Но разве все может быть настолько просто? Элена и сама шустро сменила позу, опрокидывая меня на спину.

— Почему ты здесь?

Тряхнула головой, не уверенная в том, что правильно расслышала. Рывок вперед, чтобы сесть.

— В смысле? — уточнила я, поднимаясь на ноги.

— У тебя слабый дар. Таких сюда вообще не определяют. А если артефакторы и стремятся попасть сюда, то делают это ради купола и драконьих артефактов. Но они тебя не интересуют. Так как ты оказалась здесь?

Похоже, что Элена подразумевает сразу «как», «зачем» и «с чьей помощью». Это точно больше одного вопроса. Я бы с удовольствием отмахнулась, но нам с Касьяном нужно наладить контакт с ребятами. Что ж… Начинать надо с себя? Может, откровенные разговоры помогут.

— Поверишь, если скажу, если я тут по программе защиты свидетелей? — поинтересовалась с лукавой усмешкой.

Судя по тому, как вытянулись лица Элены и Агнесс, такая версия произвела на них впечатление.

— Как? Что случилось? — спросила Агнесс, но я подмигнула, покачивая головой.

— На вопрос я ответила.

— Вот как? — Элена быстро оказалась рядом и, выставив подножку, опрокинула меня на обе лопатки. Да что ж такое! — Теперь расскажешь подробности?

— Нет уж, — посмеиваясь, я поднялась и стряхнула песок с куртки. — Вот теперь точно нечестно было.

— Ты опять ловишь ворон, как ставить защиту, я показывала сотню раз, — возразила Элена. Да кто вообще сможет противостоять атаке королевской гончей? — Так что давай. Рассказывай.

— Я пас, — подняла руки, мол, сдаюсь. — Я уже говорила, мне против вас двоих точно не выстоять. Так что это игра в одни ворота. А поговорить можно и без этих ваших…

Элена закатила глаза, после чего подошла и помогла стряхнуть остатки песка со спины.

— О чем говорить? — бурчала она под нос, то ли недовольно, то ли заинтересованно.

— О своем, о девичьем, — пожала плечами. — Нам же не обязательно постоянно говорить только о работе и тренировках. Сигналки, купол, твари, конец света… На этой крепости жизнь не заканчивается!

— У кого как, — хохотнула Агнесс. — Я вот чуть душу древним не отдала!

Получилось весьма злободневно. Мы с Эленой шутку не оценили.

Тренерша подошла к столу и налила из кувшина воды в стакан, желая освежиться. Я устроилась рядом на скамье, вытянув гудящие ноги, позволяя солнцу согреть кожу. Ощутив тепло, почувствовала, как расслабляюсь и начинаю улыбаться.

— О девичьем? — Элена плюхнулась рядом. — Как будто остается хоть шанс быть «девочкой», когда все так… Вы вообще представляете, сколько я тренировалась за свою жизнь, чтобы здесь оказаться? С четырех лет! Тренировки, учеба, этикет, потом обязанности во дворце, «потому что так принято», — Элена передразнила один из голосов из своего прошлого. — Потом снова тренировки. Из подружек — такие же твари, как тут, на границе. Липучие пиявки, которым хотелось к принцу поближе. По-девичьи, да?

Положила руку на плечо девушки, чтобы она ощутила, что не одна. По себе знаю, что такое одиночество. И как непросто, когда тобой пытаются воспользоваться. Не счесть, сколько раз со мной пытались «дружить», чтобы я помогла с какой-нибудь контрольной по профильному предмету, а ещё лучше — сделала за них. По дружбе, разумеется.

— А здесь? — продолжила девушка. — Сплошные мужики, которые или под юбку залезть пытаются, или выжить к чертовой бабушке с должности, чтобы мальчикам не мешала. Нынешний состав хороший, а до них таких придурков присылали, жила как на пороховой бочке.

— Ну так и к черту тогда этих мальчиков, — выдохнула я. — Устроим себе небольшой перерыв, чисто для нас, девчонок. Нам за места и принцев не сражаться, а вот перемыть косточки кому-нибудь можно… Хоть душу отвести, — закончила мрачно.

— О, я даже предчувствую, о ком пойдет речь, — Элена подмигнула, видимо, догадавшись, что мне не терпится пожаловаться на мерзавца Мирона. — Агнесс, ты как? С нами? — девушка с энтузиазмом кивнула. — Но только после тренировки. Пока все не выложимся по полной — никаких бесед. Перерыв закончен.

Кажется, из моего горла вырвался стон. А я-то надеялась, что мучения закончены!

— У меня уже все болит! Честное слово, это совсем не мое. Рукопашный бой? Какому артефактору это вообще нужно? Мне, как артефактору, вообще-то руки нужно беречь!

— Ты забыла, что я целитель? — Элена иронично приподняла бровь.

Веселится, понимаешь ли!

29. О том, как испортить план врага

К тому моменту, как тренировка была завершена, остальные жители крепости проснулись и спустились к завтраку. И когда я присоединилась к остальным, оказалась приятно удивлена — настроения в коллективе заметно переменились. Во всяком случае, в мою сторону больше никто не косился, никто украдкой не пытался разглядеть во мне то самое зло, которым стращал всех Мирон. Появление Верховного сотворило чудо, не иначе!

Я даже осторожничала некоторое время, ожидая, что кто-нибудь что-нибудь да ляпнет! Но нет, казалось, все успокоились. Даже Мирон. Хотя он нет-нет да и поднимал задумчивый взгляд на меня. Не скажу, что меня это как-то нервировало, но я бы не отказалась узнать, какие мысли гуляют по его извилинам.

Касьян отчего-то не торопился с распоряжениями, и Киран не утерпел:

— Как сегодня живем, командир? — поинтересовался он, размазывая ложкой кашу.

— Приходим в себя после вчерашнего, а вечером отработаем ошибки, которые допустили в бою.

Киран поник, словно ожидал чего-то другого. И это заметила не только я.

— Тебе заняться нечем? Тогда ступай на кухню помогать Натану.

Я едва чаем не подавилась — Кас пытается шутить? Киран и кухня — все равно что вода и огонь!

— Не-ет! — истошный стон нашего кухаря не только подтвердил мои мысли, но и вызвал улыбку у всех, даже у Мирона. Появившись в проходе, Натан пояснил свой вопль: — Спасибо, но я лучше как-нибудь сам справлюсь. Его нельзя подпускать к кухне. У меня продуктов и так немного, а он криворукий и с плохим глазомером, без шуток! Кожуру срезает таким толстым слоем, что половина картофеля в ведре оказывается, яйца то и дело разбивает, а от лука ревет хуже девчонки. Книжку ему лучше дай — пусть читает.

— Зануда, — отбрыкнулся огневик, встал из-за стола и двинулся на второй этаж.

— Я в лабораторию, — отчитался Веррон. — Нат, подтягивайся, я без тебя не справлюсь.

Вопроса, с чем таким вдруг не справится наш земляной, вроде он вполне выздоровел, я задать не успела. Меня опередила Элена.

— С чем? Моя помощь нужна?

— Запас зелий после вчерашнего здорово обеднел, надо восстановить, мало ли когда пригодится. Восстанавливающее зелье в четыре руки готовится — один помешивает и силу вливает, второй ингредиенты добавляет каплями.

— Поняла, — девушка кивнула. — Присоединюсь чуть позднее. — И, устремив взгляд на Касьяна, мотнула головой, мол, «поговорим?».

Остальные, закончив завтракать, тоже стали расходиться. Я же намеревалась проверить артефакт, сигнализирующий об опасности. Верны ли мои догадки?

В подвалы крепости спускалась не спеша, собирая на ходу волосы, чтобы не мешались и мысленно настраивая себя на работу. Внутри зрело чувство, что меня ждет адова работенка — судя по записям, артефакт не только древний, но и дремучий по части сборки. Одно дело — читать схемы, тут особого ума не надо, но ведь мне потом ещё и ремонтировать эту древность придется! А артефакторика за последние десятилетия здорово ушла вперед. Сейчас главное не напортачить, а то мне точно голову открутят. И уже не Мирон, а сам Верховный.

Зайдя в небольшую комнатушку, где стоял щит Адарнехт, защищающий маленькую крепость от проникновения темных тварей, я сразу же направилась к одной из стен — туда, где, если верить схеме, расположен артефакт-приемник.

— Так-так, посмотрим, что с тобой…

Артефакт нашелся легко — мимо не пройдешь. Вот только он был здоровее нового вертикального стазисника! Огромная металлическая пластина, прикрученная к стене на высоте метра над землей. Учитывая, что я сама ростом метр в прыжке, — ситуация удручающая.

Ладно, чтобы провести визуальный осмотр, стремянка не требуется, а там видно будет!

Достав инструкцию, я принялась тщательно проверять символ за символом, схему за схемой, чтобы понять — что именно было нарушено в работе охранной системы. И было ли? Задача несложная, но работа кропотливая. Пропусти строчку — а их тут несколько десятков, — и потом окажется, что она-то была самой главной, самой важной. Где-то на середине пластины я, кажется, нашла искомое. Взгляд остановился на непонятной руне, коей тут быть не должно. Она, не она? Не поймешь! Но можно определить опытным путем. Сверяясь с картинкой в руках, полезла проверять нужный элемент. Даже приподнявшись на носочках, еле дотянулась рукой. Кончики пальцев скользили по гладкой поверхности пластины, пока я не ощутила неприятное жжение. Такое отвратительно знакомое, что я тихо выругалась — можно было на ощупь искать, а не мозги сушить.

Да чтоб тебя, вражина ты темная! Нашел, падлюка, место. В самом центре, где самое большое количество связок! Знала, что легко не будет, но такой подставы не ожидала! И что теперь делать?

С надеждой, что починка займет не больше нескольких минут, пришлось распрощаться. Пластину надо снимать, без вариантов. Я ещё не придумала, как убрать символ, напитанный темной энергией, но ситуации это не меняло. Работать на стремянке не смогу — увлекусь и упаду, свернув себе шею врагу на радость. К тому же тут негде разложить схемы и инструменты.

Возвращаясь на жилой этаж, я рассчитывала найти Касьяна, чтобы попросить о помощи с переносом пластины, но на глаза попался Киран. Огневик бродил туда-сюда, подбрасывая яблоко и насвистывая себе под нос какую-то мелодию. Явно скучал!

Вот оно, Киран! Он-то мне и поможет! Боги милостивые, почему мне раньше не пришло это в голову?! Огневик! И силен, и работой по металлу увлекается! Всего-то и нужно огнем символ темных испортить, а поверх вплавить мою медяшку с правильными рунами. Ну, или сначала вплавить, а потом я расстараюсь с начертанием — неважно.

— Скучаешь? — закинула удочку страдающему от безделья.

— Скучаю, — вздохнул парень, вновь подбросив несчастный фрукт в воздух.

— А я про тебя кричалку придумала, с намеком, — заявила хитро и немедля зачитала крутящиеся в мыслях строки: — Киран — лучший огневик, а еще силен как бык!

— Мне нравится, — просиял парень, как начищенный золотой. И чуть растерянно добавил: — А что за намек?

— Помощь твоя нужна, балда, — со стороны кухни послышался насмешливый голос Натана. Через пару секунд некромант вышел к нам, вытирая руки о фартук. — На быках раньше тяжести перевозили, — продолжил он иронизировать. — Я прав?

— И вовсе я не это имела в виду! — Я с неподдельным возмущением уставилась на некроманта. Я, между прочим, хотела быть деликатной, а не в лоб рубить. — То есть да, нужно кое-что перенести, но…

— Не обращай на него внимания, — остановил меня Киран, забыв и о яблоке, и о прилипчивой мелодии. — У некромантов юмор специфический, надо привыкнуть. А он сегодня к тому же не в настроении. Идём!

Натан с извиняющейся улыбкой развел руками, мол, виноват, не хотел. И не иначе, как в приступе совестливости, увязался за нами следом. В четыре руки парни легко сняли пластину со стены и перенесли её в столовую. Артефакт занял ни больше ни меньше, а половину стола! Что-то в последнее время я только тут и работаю… моя лаборатория отпадает по понятным причинам, а на второй этаж в лабораторию парней не набегаешься.

Прежде чем подпустить огневика к артефакту, я решила подстраховаться и подсунуть ему что попроще. Так за каких-то полчаса он мне все испорченные медные пластины возродил! Заплавил риски так чистенько, что лучше новых заготовок получились. Если бы я своими глазами не видела процесс, подумала бы, новенькие и свежеизготовленные, потому что без поверхностного окисла, такие яркие, оттенка заката. А проволока? Этот компонент не все артефакторы используют, ибо дорого безумно. Выделка нужной толщины — иной раз тоньше волоса! — сложная и муторная работа. Гномы вот научились, но метод хранят в строжайшей тайне. Ушлые эти коротышки, и до золота охочи. А нашим магам терпения не хватает — у огневиков характер взрывной для такой ювелирной работы. А вот Кирану работа с металлом нравилась куда больше, чем он показывал. Стоило мне продемонстрировать свою катушку с жалкими остатками гномьей работы, как парень с энтузиазмом ввязался в эксперименты по переплавке медной пластины в проволоку. Получалось с переменным успехом — навык-то не отточен — так что либо толщина получалась неравномерной, либо металлическая нить обрывалась. И всякий раз, когда ничего не выходило, огневик тихо бурчал себе под нос ругательства. Пару раз я всерьез опасалась, что Киран вот-вот вспыхнет, подобно факелу, но он лишь делал глубокий вдох, прикрывал глаза и через минуту предпринимал очередную попытку.

Я не теряла надежды, что Киран-таки переквалифицируется в ювелира. Ведь если он так старается на голом энтузиазме, то что будет, когда я ему сообщу, сколько за это платят?!

Казалось, я проверила все руны, но внутренний параноик — кто посмеет меня упрекнуть после истории с ЛаВилли?! — нашептывал, что я могла что-то упустить. Недолго думая, я убедилась, что Кир занят своей медной куделью, и решилась: поводила ладонью над темным символом — поближе, подальше, наискось, стараясь запомнить ощущения, и приступила к повторной проверке. Каждый просканированный ряд рун я на всякий случай сверяла со схемами, так, вскользь, вдруг глаз за неправильность зацепится. Но в этот раз моя паранойя сработала вхолостую — боги миловали. И только последний ряд просмотрела небрежно — в общей комнате стало слишком людно.

— Над чем трудитесь? — с полуулыбкой уточнил Веррон, занимая место напротив увлеченного Кирана. Тот даже головы не поднял.

Сдув прядь со лба и дождавшись момента относительной тишины, чтобы не перекрикивать остальных, сказала:

— Устраняю неполадку, из-за которой мы лишились сигналок. Видишь, — я демонстративно потыкала в аметист сомнительной чистоты чуть отросшим ногтем, — помутнел. Аметист хорош по магической проводимости, но слаб при больших нагрузках. Когда в куполе образовалась брешь, сработало слишком много сигналок разом, не все камни выдержали нагрузку.

Конечно, это было неправдой, но кому тут под силу уличить меня во лжи? Правду узнает только Касьян. Ребята спокойны, а враг будет думать, что его проделки остались незамеченными.

— А паники-то навели, — уколола Агнесс, закатив глаза. — Надо было всего лишь дождаться утра и дать Иветте сделать свою работу…

«А не набрасываться на неё с кулаками» не прозвучало, но все уловили посыл.

— То есть мы едва к прародителям не отправились, потому что ты не выполнила свою работу? — с подозрением уточнил Мирон.

Он, казалось, только и ждал повода, чтобы выплеснуть своё раздражение.

— А это не моя обязанность — предугадывать износ старых камней, — произнесла таким холодным тоном, что даже возгордилась собой. — Не думаю, что их вообще хоть раз за двадцать лет меняли, так что все претензии в письменном виде руководству.

Ох, как полыхнули его глаза! Будь рыжий огневиком, остались бы от меня лишь угольки!

— И что, одна сумеешь починить всю сеть сигналок? — поинтересовался Мирон, сбавив обороты.

— Ну, ты же сам сказал, что я талантливая, — пожала плечами. — Откуда вдруг сомнения?

— Так да или нет?

— Мне не нужно чинить всю сеть, достаточно заменить камни, — выдохнула устало, — чем я сейчас и занимаюсь. И вы, — я обвела всех взглядом, — здорово отвлекаете.

— А вы нам поесть не даёте, — призвал нас к совести Натан, ставя на стол корзину с чесночными пампушками. — Время обеда, брысь со своим металлоломом!

Я обалдело бросила взгляд на часы — ну ничего себе, время пролетело!

Работу пришлось отложить, тем более что самая скучная часть — диагностика — была завершена. К практической приступаю после обеда. Авось к вечеру закончу.

Стоило только отвлечься и проявить небрежность в жестах, и я тут же за это поплатилась. Собирая с пластины разложенные схемы и инструменты, случайно коснулась злополучного символа и обожглась. Я прикусила губу и шумно вздохнула, не желая привлекать внимание, а затем оглянулась по сторонам, чтобы убедиться, что этого больше никто не заметил.

Удача сегодня была на моей стороне, не иначе.

После обеда мы с Киром продолжили заниматься артефактом.

— Вот смотри, — я указала на область, обведенную чернильным карандашом, — можешь мне ее заплавить, чтоб гладко было?

— Зачем? — Киран удивлялся вполне справедливо. — Руны как руны. Выглядят нормально.

— Отличные руны, — согласилась я с энтузиазмом, — но мне нужно камни поменять. Этот и этот, и еще вот этот выглядит не очень. Но у меня аметистов нет, только аквамарины, а под них немножко другие руны нужны. Ты бы этот фрагмент заплавил, а я бы по глади новый начертала. Поверь, сделать заново быстрее, чем каждую завитушку ювелирно поправлять. Сможешь, а?

Я состроила самую милую рожицу, что была у меня в арсенале. Врать Кирану в глаза было тошно, но правды — про черную метку — даже командир пока не знал.

— Темнишь ты что-то, подруга. — Внутри у меня так и похолодело. — Чтоб у тебя и запаса не было?!

— Такого размера нет, — я изобразила смущение, чувствуя облегчение. — Можно, конечно, заказать через почтовый артефакт, но пока они раскачаются и пришлют, не один день пройдет. А так, если ты поможешь, часа через два все будет.

— Ну, как скажешь, — согласился Киран, пожав широкими плечами. Он хрустнул костяшками рук и добавил: — Ты отойди в сторонку пока, не мешай.

— Только, Кир, делай так, чтобы камни не пострадали, ладно? Не дай боги, повыскакивают от перегрева!

— Иветта! Не держи меня за идиота, — огневик закатил глаза, словно я его оскорбила в лучших чувствах. Хотя, может, так оно и было — я сама реагирую не лучше, когда сомневаются в моих навыках. Обхватив за плечи, Киран отодвинул меня в сторону и заявил: — Стой тут и смотри, как работает мастер!

Вместо того чтобы успокоиться, я, напротив, напряглась. Обычно после фраз в стиле «Смотри, как я умею» происходят самые идиотские вещи. Боги милостивые, надеюсь, я не ошиблась, и Киран не испортит артефакт!

Но он справился. Выделенный участок после того, как огневик закончил, выглядел идеально ровным. Киран даже сообразил, что, когда вырезали руны, часть металла превратилась в мелкую стружку — из-за этой недостачи могла образоваться впадина. По итогу Киран слегка залез за чернильный контур, да и ладно — соседние строки рун не задел и отлично. А задел бы — я бы поправила, не беда! Зато пока огневик пил холодную воду на кухне, у меня была возможность, не привлекая внимания, провести рукой над проблемным участком. Не жжет. Просто горячо, как припекало бы от раскаленной кочерги, но не жжет. Теперь только дождаться полного остывания металла, и можно работать!

Нашла в инструкции нужную страницу, посмотрела, подумала и решила потренироваться на бумаге. Где-то на дне сумки у меня должен быть клочок миллиметровки…

— Ты чего сопишь? — вернувшийся Киран, держал в руке огромный ковш с водой и с любопытством рассматривал мои приготовленные к работе инструменты. Даже руку свою стал к ним тянуть. Еле успела отнять наголовный обруч с артефакторским моноклем.

— Не-не-не, Кир, потом поиграешь. Он под меня настроен. — И, упреждая очевидный вопрос, пояснила: — Это чтобы толщину и глубину начертания контролировать.

— А чего ты сидишь тогда? — уточнил Кир, наклоняясь над миллиметровкой.

— Горячо.

— О, я не подумал об этом, — Кир положил ладонь на отреставрированное пятно, прикрыл глаза, сделал глубокий вдох и шумно выдохнул через рот. — Потерпи еще несколько минуточек, быстро охлаждать я опасаюсь, структура металла измениться может.

Я от удивления рот разинула. Так можно было?! Ну ничего себе!

Работать по еще теплому металлу было даже приятно. В комнате стало как-то очень уютно. Вроде стою, согнувшись, дышу через раз, пальцы от напряжения ноют, а хорошо. Потому что спокойно. И, как ни странно, спокойствие излучал Киран. Темпераментный огневик самозабвенно терзал мои старые медные пластины и продолжал пытаться создать проволоку. Получалось не ахти — если бы это было так просто, цена не стала бы такой заоблачной, но, судя по сосредоточенно-упрямому выражению лица Кирана, это пока. Так мы и трудились, пока свежая линия восстановленной руны не влилась в изначальный символ. Теперь проверить… Если бы не сияние свежей меди, никто и никогда бы не догадался, что этот участок рунного става реконструирован. Даже жутко затекшая спина не мешала мне наслаждаться. Хорошая работа, Ив. Мама была бы довольна.

Спектакля с заменой камней Киран, кажется, даже не заметил — так был увлечен. Просить его опять таскать тяжести было неловко, да и одному Киру плиту на стене не закрепить, будь он хоть сто раз силач. Парни наверху зелья варят, капли считают. А мне не терпелось проверить свою работу.

— О чем задумалась, Ив? — Касьян подошел тихо-тихо и даже говорил едва ли не шепотом, наверное, боялся сбить нас с рабочего настроя.

— Я закончила. Теперь думаю, кого припахать, чтоб водрузить эту штуку на место. Кирана я уже замучила, Нат и Веррон заняты с зельями. Остальных надо искать, а мне даже вставать из-за стола не хочется, если честно. Жду, когда жертва сама явится. Лучше — две. Плита тяжеленная.

— Нашла о чем печалиться. Я сойду за жертву? — Я делано обвела его взглядом, словно оценивая возможности, и кивнула. Касьян усмехнулся и подмигнул: — Показывай, что делать.

Маг-универсал — это маг-универсал. Кас доставил плиту-артефакт в подвалы быстрее, чем я прогулялась туда ножками. Казалось, усядься я на эту металлическую махину, Касьян пролевитировал бы двойной груз с такой же легкостью. Крепежные костыли сами собой встали в положенные пазы и заняли свое изначальное место. Осталось напитать начальную руну малой толикой магии.

— Так из-за чего не сработали сигналки? — уточнил Кас. — Твои опасения подтвердились?

— К сожалению, — я вздохнула, испытывая раздражение от мысли, что враг действительно затаился среди нас. — Та же демонова руна. Не знаю, понимал ли враг, что нужно делать, но место выбрали удачно, — я указала на пятно в центре плиты. Сейчас, когда артефакт был закреплен вертикально, стало особенно хорошо видно нашу с Кираном «заплатку», которая горделиво румянилась свежей, не окисленной медью. — Я вроде как насочиняла с три короба, объясняя, почему артефакт не сработал. Остается только гадать, поверил ли в мои россказни виновник. Если нет, боюсь, он ускорится.

— Пусть, — кивнул Кас, засунув руки в карманы. — В спешке допускаются ошибки, а нам это только на руку. Как и вновь активная система оповещения. Думаю, это станет для него неожиданностью. Артефакт ведь работает?

— Да. Во всяком случае, должен, — я все же слегка усомнилась в своей работе. — Узнаем наверняка, когда твари окажутся в непосредственной близи от сигналок.

— Вот даже не сомневаюсь, что они сработают, — парень слегка покачал головой. — Но, признаться, я удивлен тем, как быстро ты все сделала.

— Киран очень помог — заплавил испорченный участок, заодно выжег черную магию. Я на всякий случай участок с запасом определила в переделку. Камни, правда, можно было не менять, но, раз уж наврала, поменяла для достоверности. — Я указала на аквамарины, очень заметные среди аметистов. — Не хочу наговаривать, но Мирон вновь пытался свалить на меня вину за нерабочие сигналки. И очень интересовался, смогу ли починить их. — Я устало потерла лицо ладонями. — Мне кажется, я скоро параноиком стану. Страшно представить, что предателем может оказаться кто-то из команды. Даже подозревать их кажется чем-то неправильным, чувствую себя ужасно.

— Не ты одна, — отозвался Касьян. — Мне тоже все это не нравится, но выбора у нас нет. К тому же я уверен, что ребята все поймут, когда правда вскроется. Не терзай себя чувством вины.

Я кивнула, не зная, что на это сказать. Гадкое чувство никуда не исчезло, но с этим ничего не поделать. Нужно вывести темную тварь на чистую воду, а потом… потом я извинюсь перед ребятами.

— Я тоже сегодня за ними наблюдал, — признался Касьян словно бы нехотя. И я его понимала: кому понравится следить за своими? — Никаких странностей не заметил, разве что у Ноэля какие-то проблемы с магией. Но с этим у него и так были сложности, иногда сила ему словно не подчиняется. Я списывал на слабый дар, но, может, дело в другом?! Надо будет поинтересоваться у Верховного, как Ноэль сюда попал, странно это, если честно. Ладно, идём. А то там тебя, кажется, ищут.

Я прислушалась и действительно различила голос Элены, зовущей меня по имени. Точно, девичник!

30. О том, как искать врага среди своих

На улице уже начало темнеть, когда мы с девочками поднялись на смотровую площадку, ища уголок для уединения. В крепости не так много мест, где можно спокойно посидеть, не боясь быть подслушанным, полюбоваться красивым видом, да так, чтобы тебя лишний раз не дергали. Здесь было хорошо. Багровый закат окрасил стены крепости в желто-оранжевый цвет, выделив при этом тенями рельефность выступающих камней, придавая таинственности и грубой красоты одновременно, легкий ветерок трепал волосы, а какой вид отсюда открывался на тёмные вершины гор и долину внизу… Просто изумительный!

И не скажешь, глядя на всю эту красоту, что это самые опасные земли в мире.

— Хорошо тут, — произнесла на выдохе, прикоснувшись к шершавым камням парапета и слегка прикрыв глаза. А когда обернулась, увидела три стула вдоль дальней стены. — А вы неплохо подготовились!

— Ну, не на холодном камне ведь нам сидеть, — пожала плечами Элена, ставя на пол корзину, из которой доносились дурманящие ароматы выпечки.

Агнесс поставила на каменный выступ чайник с отваром. Откинула ткань с корзины, вытащила из неё стаканы и в полной тишине принялась разливать напиток. Я же, зная, как в горах бывает холодно после захода солнца, раздала девочкам прихваченные пледы.

— Слушай, Ив, — заговорила Агнесс, вручая мне стакан с отваром. — Я только сегодня узнала о том, что натворил Мирон. Ребята на тренировке обсуждали. Мне так стыдно…

— Брось, — отмахнулась я, но огневичка только головой покачала.

— Поверить не могу, что все проспала, — посетовала она. — А то, как он поступил с тобой, вообще в голове не укладывается!

— Ты в любом случае за Мирона не отвечаешь. И уж точно не тебе за него извиняться, — поспешила успокоить огневичку. И, раз уж мы заговорили о шрамированном, заодно решила осторожно прощупать почву: — Не подумай, что я осуждаю, но странные у вас какие-то отношения. У меня иногда создается впечатление, что он контролирует каждый твой шаг.

Стакан с горячим отваром звякнул о камень, выдавая реакцию Агнесс с головой.

— Да нет у нас никаких отношений, — пробубнила она как-то невнятно, устремляя взгляд на темнеющее небо.

— Я тебя умоляю, — с усмешкой произнесла Элена, заворачиваясь в плед. — У нас в крепости слепых нет, а вы как птички-неразлучники, — целительница, удерживая руками горячий стакан и булку между зубов, осторожно села на стул, подогнув ноги под себя каким-то ужасно неудобным с виду способом. — Брось, я уже не твой командир, докладывать никому не собираюсь. Да и Иветта тоже. Так ведь?

С готовностью кивнула. Еще не хватало, чтобы девочки думали, что мы друг друга можем кому-то сдавать. Ну да, отношения среди состава запрещены. Но когда проводишь вместе столько времени, живешь вместе, каждый день бок о бок рискуешь жизнью… В общем, всякое может случиться. И что, это повод тут же с доносами бегать? В конце концов, я сама не идеальна. Вон утром едва с командиром отряда не поцеловалась!

— Ты точно что-то недоговариваешь, — подтолкнула Элена огневичку к продолжению беседы.

Агнесс все еще выглядела зажатой, словно не в своей тарелке оказалась, обычно она куда смелее.

— Нет между нами ничего. И вообще, мы с ним с детства знакомы, так что никаких шуры-муры и быть не может.

— Почему я об этом не в курсе? — Элена нахмурилась и, сама того не замечая, перешла на командирский тон.

Агнесс подобрала под себя ноги, скрыв их под пледом, и, обвив руками колени, заговорила:

— Давняя история, к службе никакого отношения не имеет. Когда я была маленькой, на мою семью напали. Какие-то отморозки ворвались в дом, убили родителей и старшего брата. Я плохо помню тот день… Только знаю, что Мирон с его отцом нашли меня. Вроде как я шаталась по улицам в ночном платье, вся в крови. Они тогда отвели меня к теневикам, а те решили обвинить в убийстве самого Мирона! — выплюнула она со злостью. — Но после встречи с менталистом его отпустили.

От воспоминаний огневички мне стало неуютно. В горле пересохло, я не могла выдавить из себя не то что слова — звука. Бедная Агнесс… Пережить такое… Неудивительно, что Мирон оберегает её. Возможно, раз их разлучили в детстве, сейчас чувство защитника взыграло с новой силой, и поэтому он такой неадекватный? Чувствует угрозу не столько для себя, сколько для Агнесс?

— Тех людей нашли? — спросила Элена таким тоном, будто загорелась желанием поучаствовать в расправе.

— Нет, — Агнесс покачала головой и вцепилась в стакан так, что пальцы побелели. — Не было никаких зацепок.

— И ты осталась в семье Мирона? — подтолкнула я к продолжению. Спросила, и сама не знала — хотелось услышать, что после у Агнесс все сложилось хорошо, или все еще пыталась выпытать подробности про человека, который сейчас может быть тем самым последователем тьмы!

Девушка грустно улыбнулась, отбросив волосы с лица.

— Лишь ненадолго, — она закусила нижнюю губу. — Его семья жила в квартале бедняков. Я же… Не то чтобы аристократка голубых кровей, но все-таки положением повыше. Отец Мирона хотел меня удочерить, но ему запретили, а меня саму позднее отправили в приют. Здорово же, да? — съёрничала она, подняв глаза вверх. — Если ты из «этих», то почему-то считается, что лучше торчать в королевском приюте и быть одной среди толпы, чем оказаться в семье, готовой любить и заботиться о тебе…

Я положила руку на плечо девушки, желая поддержать, но Агнесс тут же скинула её.

— Не надо, — едкий тон сменился на жесткий, решительный. — Было и было.

— Все равно, не могу себе представить… — я ощутила, как волна возмущения и негодования нарастает в душе. — Как это — никого не нашли? В смысле, убийцу или убийц… Ты говоришь, что у тебя не простая семья была, неужели дело просто бросили?

— Представь себе. Не могу сказать, что я до сих пор переживаю из-за этого. Раньше переживала, теперь… Теперь понятнее стало. Времена были такие. Купол рухнул, повсюду творился хаос, гражданская война и жуткая паника. Нет ничего ужаснее людского страха. Таких убийств происходило по десятку каждый день… И никто ничего не видел, никогда. А я сама оказалась слишком маленькой, чтобы менталисты смогли посмотреть мои воспоминания и, быть может, найти хоть какую-нибудь зацепку. Так что мне оставалось не так много вариантов. Когда проснулся дар, из приюта меня перевели в академию. Так стала боевым магом. С момента пробуждения дара знала, что хочу быть здесь, чтобы не допустить очередного прорыва. Чтобы больше никто не пострадал, как моя семья. На нас ведь даже не твари напали, а люди, воспользовавшиеся творящимся на улицах хаосом. А, оказавшись тут, вновь встретилась с Мироном. Удивительно, как тесен мир.

На лице Агнесс появилась мягкая и очень нежная улыбка. Сразу понятно, насколько короткая, но очень важная встреча с этим человеком в детстве, оставила добрый след в душе.

— Мирон сразу узнал меня, как только имя услышал, — Агнесс вновь смущенно опустила взгляд. — Рассказал то, что сам помнил, что-то помог вспомнить мне. Сказал, что считает меня сестрой, тьма знает почему, мы же и не знали друг друга совсем. Я его толком и не помнила, мелкая же была. И он действительно относится ко мне как к младшей сестре. Иногда бесит своей гиперопекой, я ж к такому не привыкла. Всю жизнь одна против целого мира, сама за себя, и такое!

Чудеса, да и только.

— Сложно поверить, что Мирон может быть заботливым и чутким, — протянула я с сомнением в голосе.

— Нормальный он, хороший, — буркнула девушка, но, поймав мой взгляд, сникла и нехотя добавила: — За исключением некоторых моментов.

На языке крутился язвительный ответ, но я его проглотила. И без того Агнесс себя винит за выходку Мирона.

Если посмотреть на все глазами Агнесс, он настоящий герой. Защитник. Заботливый, оберегающий… Засранец, который готов всего себя отдать одной, а вторую похоронить на месте, потому что увидел угрозу.

— А ты уверена, что он не влюблен в тебя? — немного поразмыслив над услышанным, выдала Элена. — По крайней мере, со стороны это выглядит так.

— Глупости, — тут же отмахнулась Агнесс, посчитав идею совершенно вздорной. — Да и потом, какая разница? Мирон не в моем вкусе!

— А кто в твоем? — спросила я, не зная о том, что через секунду пожалею об этом.

Агнесс хитро улыбнулась, ее глаза вспыхнули огоньком.

— Даже не знаю… — девушка подперла подбородок двумя руками, опершись локтями на согнутые колени, и мечтательно замерла. — Касьян, например. Вот это мужчина…

Элена никак не отреагировала, что и неудивительно — они ж родственники. А у меня, кажется, ком в горле застрял. И как-то воздуха сразу не стало хватать.

— Сильный, статный. Сдержанный. И такой властный… У меня от одного его взгляда мурашки по коже! Честное слово, девочки. Если бы не опека Мирона и все эти заморочки с запретами, я бы уже давно…

Она с таким придыханием говорила о Касьяне, словно только и мечтала о том, чтобы оказаться с ним рядом, один на один. Перед внутренним взором так явно промелькнули картинки их возможной встречи тет-а-тет, что пришлось сделать над собой усилие, чтобы вернуться к разговору. Даже не ожидала, что будет так неприятно. Картинка вырисовывалась какая-то особо яркая и въедливая.

— Давно что? — спросила и тут же отвесила себе мысленный подзатыльник. Язык мой — враг мой! — Впрочем, не продолжай, — я передернула плечами, испытывая отвращение. — Не хочу знать! У меня слишком живое воображение, так что оставь детали при себе, пожалуйста.

Моя реакция не укрылась от Элены. Она всегда была особо проницательна. Я поймала на себе ее пристальный взгляд в тот самый момент, когда та с уверенностью заявила:

— Относительно Касьяна можешь губу закатать, — Элена подмигнула Агнесс. — Этот жеребчик несвободен. Его сердце давным-давно занято.

— И что? — фыркнула Агнесс. — Что-то я не вижу кольца на его пальце. Или невесту, которая сторожит по вечерам его спальню. Кем бы она ни была — она далеко, а я здесь. Сами говорили — долгие одинокие ночи помогают забыть о правилах. Как говорится, жена не гора, а невеста не стена. Подвинутся.

— Ага, — протянула Элена лениво. — Ради этой «стенки» Кас отрекся от рода. Поверь мне, пробовать двигать эту «стенку» себе дороже.

Нужно быть идиоткой, чтобы не понять, в чей огород камень летит. Но я сделала вид, что пропустила выпад мимо ушей.

— Ладно, — отмахнулась Агнесс, делано скривив губы во вселенской скорби. — Я уже поняла, что ничего не светит… Вот почему всех нормальных мужиков сразу разбирают?! Где справедливость?

— Таких смолоду караулить надо, — поделилась Элена мудростью, подняв вверх указательный палец. Я негромко рассмеялась, уж больно она комично выглядела в образе мудреца.

— Ага! — возмутилась Агнесс, раскачиваясь на задних ножках стула. — Это когда, интересно? В приюте были исключительно девчонки, в академии — одни придурки, только и норовящие доказать, что женскому полу на их факультете не место. После уже здесь… Думала, встречу кого-нибудь нормально, и этот один — и тот занят.

Тут пришла моя очередь вставить свои пять медяков.

— Серьезно? У нас в крепости семь свободных мужиков, один на тебя запал. И ты недовольна? И нормальные же вроде все. Хотя бы тот же Натан — отличный парень! Красавчик, хозяйственный, рукастый. Сильный маг. Еще и с чувством юмора. Черным, правда, но, как по мне, это его только красит.

— О, Натан… — от того, как Элена протянула имя некроманта, мы обе уставились на нее с удивлением и немым вопросом. Он ей нравится? — Жаль, что некромант, — выдохнула она с сожалением.

Некроманты точно на любителя. Не зря я хотела его с Тасей свести.

— Хорошо, — Агнесс начала загибать пальцы. — Кас занят. Натан… Нет, я лучше одна останусь, чем с некромантом свяжусь. — Я тихо фыркнула. Что за дискриминация по дару?! Впрочем, тьма с ними. Я его с Таськой познакомлю, пристрою в хорошие руки, что называется. Обоих. — Веррон? Не в моем вкусе. Мирон в ту же группу, — девушка закусила губу и продолжила свой пересчет: — Киран прикольный, но он запал на тебя, Элена, — Агнесс кивнула на магичку. — Так что и тут я в пролете.

— А я на него и не претендую, — отозвалась она, протягиваю руку к пирогу.

— Будто это важно, — хихикнула я.

Того, как Киран втюрился в Элену, только слепой не заметил. У него настоящая охотничья стойка на эту женщину. Если бы мог — ни на шаг не отступал бы, стараясь привлечь к себе ее внимание.

— Тут парень попал так попал, — согласилась Агнесс. — Киран как заколдованный. В состоянии вижу цель — добьюсь любым способом. Перед ним сейчас хоть голой танцуй, он не заметит. И ни слова не услышит, даже если в ухо кричать «я вся твоя». Кто там остается?

— Ноэль? — подсказала я тихонько.

— Симпатичный, но слишком скромный и тихий, — отвергла Агнесс этот вариант. — Не удивлюсь, если у него и девчонки никогда не было. А я люблю, чтобы мужчина брал инициативу в свои руки, проявлял напористость, был лидером. Феликс… — Агнесс запнулась на полуслове и замолчала.

Мы все притихли, памятуя о том, что с ним случилось.

— Жалко его, — первой прервать молчание решилась Агнесс. Вот только веселья в ее голосе больше не было слышно. — Он действительно был очень хорошим.

— Тогда остаются близнецы, — напомнила Элена, поскорее уводя разговор с грустных нот.

— Нет! По крайней мере, до тех пор, пока у нас не разрешат двоемужество, — губы Агнесс вновь растянулись в хитрой улыбке. — Они оба слишком хороши, чтобы сделать выбор.

Элена хмыкнула так, словно понимала, о чем говорит Агнесс. Я, пусть и с запозданием, тоже поняла. И тут же ощутила жар смущения. Возникло такое чувство, что я для подобных тем и разговоров еще не доросла.

— А как насчет тебя, Ив? — с хитринкой во взгляде поинтересовалась Элена, давая понять, что точно не отстанет. — Кто в твоем вкусе?

Я с растерянностью взглянула на гончую. А то она не знает!

— В моем? — голос как-то резко сел. Покачала головой, прокашлялась. — Я даже и не рассматривала ребят в этом ключе…

— Не скромничай! — Агнесс мне не поверила, но не объяснять же ей, что в моих мыслях очень даже конкретный парень — командир отряда. — Понятно, что заводить отношения нельзя, но фантазировать-то никто не запрещает. Не может быть, что ты ни на кого из ребят не заглядывалась. В конце концов, речь же не обязательно про «долго и счастливо»? Может, хоть так… На разок… Чтобы приснился во сне про страстные поцелуи…

— Агнесс? Кто-нибудь видел…

Голос Мирона донесся снизу, и та, которую он искал, тут же закатила глаза.

— Я же говорила, — она перешла на шепот. — И минуты одной посидеть нельзя, сразу поиски устраивает. Словно самый занудный в мире старший брат… Иду! — крикнула девушка, поднимаясь со своего места. — Я скоро вернусь, — пообещала Агнесс пригрозив мне пальцем, мол, «не соскочишь», после чего побежала по лестнице вниз.

Мы с Эленой высунулись через каменный парапет. Не прошло и минуты, как к Мирону навстречу выскочила Агнесс.

— Хотела бы я себе старшего брата, — призналась я, по-новому глядя на отношения Мирона и Агнесс. Он заботился о ней и, судя по всему, действительно ничего не желал взамен.

Они простояли внизу несколько минут, после чего она козырнула нам двумя пальцами, словно прощаясь, и парочка удалилась. Видимо, Агнесс все-таки не вернется.

— Поверь, ты не знаешь, о чем просишь, — отмахнулась Элена, возвращаясь на своё место. — Такого никому не пожелаешь.

— Почему? — удивилась я, поворачиваясь к ней всем телом.

— У меня трое старших братьев, — призналась девушка без единой толики радости. — Плюс я оказалась поздним ребенком. Так что среди этих кабанов я всегда была самой мелкой, вечно «мешающей» «настоящим мужчинам и воинам». Не детство, а бесконечные тычки. А когда у тебя старшие братья, родители вечно беспокоятся именно о них. О тебе-то чего переживать? «У тебя вон сколько защитников». А мальчиков надо беречь, им нужно время и внимание.

Элена отставила пустую чашку на стол.

— Так что я все детство пыталась с ними подружиться. Не знаю зачем, но пыталась. И к мастеру по боевым искусствам пошла тоже из-за них, лишь бы доказать, что я «своя». И в академию вслед за ними собиралась, ладно хоть тут повезло — отговорили. Учитель подсказал, направил к своему другу, который обучал будущих гончих. Думала, что будет здорово. Стану частью королевской охраны, и точно завоюю уважение братьев. Думаешь, получилось?

Смотрела на Элену, не зная, что сказать. Она казалась мне сильной, не зависящей от чужого мнения. Эдакой девушкой-скалой. Но сейчас я увидела ее в другом свете.

— Судя по тону, нет, — предположила я осторожно.

— Конечно, нет, — выдохнула девушка. — Они вообще перестали со мной общаться. На этот раз не потому что я «обуза» и «слабачка», а потому что утерла им носы. Мужчины не умеют радоваться чужим заслугам.

— А как же Касьян? — удивилась я. Зная его, в жизни не поверю, что он мог так отреагировать на успехи Элены. Да и общаются они так здорово и так близко, что подумать можно всякое. Эти двое точно друг друга любят. Как брат с сестрой.

Мне показалось, что Элена с облегчением выдохнула. Все-таки я единственная в крепости, кто знал про них с Касом правду. И со мной можно было спокойно поговорить на эту тему.

— О его существовании я узнала лишь пару лет назад. Так что это не совсем считается. — Элена сцепила руки в замок и посмотрела на меня прямо. — Когда вы уже обсудите с ним эту тему? Не хочу сболтнуть лишнее раньше времени.

— Надеюсь, что сегодня… — призналась я.

В конце концов Касьян и сам мне сегодня обещал откровенную беседу. И про Элену, и про Верховного.

— Тогда хватит здесь сидеть, — командным тоном велела девушка, поднимаясь на ноги. — Все равно уже поздно, всем пора идти по комнатам. Да и без Агнесс с ее языком без костей, посиделки точно уже не те. Жаль, что она так рано ушла. Не успели выудить из тебя секреты. Соберемся еще раз?

— С удовольствием, — я кивнула и перехватила уходящую девушку за руку. — Мне действительно понравилось, как мы сегодня посидели. Было весело.

Элена постаралась сохранить вид неприступной скалы, но сама же мягко пожала мою руку, давая понять, что и ей было приятно.

— Пойдем уже, — подтолкнула она меня в сторону лестницы. — А то еще окажется, что Кас спать лег, опять все отложите на потом.

К Касу я шла на негнущихся ногах, одновременно страшась и ожидая предстоящего разговора, который назревал уже несколько недель. Остановилась лишь у самой двери, чтобы собраться с духом, а затем постучала и заглянула внутрь.

— Ты вовремя, проходи, — произнёс он одними губами и махнул рукой, указывая на стул.

Я проскользнула внутрь, тихо прикрыв за собой дверь. И тут же заметила переговорник, над которым склонился Кас.

— Господин Морриган, Иветта тут.

— Доброй ночи, — послышался голос Верховного.

— Здравствуйте, господин Морриган, — подала я голос, занимая стул напротив командира.

— Касьян уже успел мне рассказать, что произошло с главным артефактом. Молодец, Иветта! Надеюсь, твоя идея с заменой камней не спугнет эту тварь. Хорошо сообразила, как внимание отвлечь. И обязательно передам твой способ ремонта военным артефакторам. Думаю, им будет очень интересно узнать, что его предложила вчерашняя студентка и самый молодой мастер артефакторики в этом столетии, — он усмехнулся, но потом снова стал очень серьезным. — Что касается твоих подозрений насчет Мирона… Мы роем носом землю, но, сама понимаешь, сейчас все зависит от вас с Касом. Может, было еще что-то подозрительное?

Ненадолго в комнате повисла тишина, мы с Касом переглянулись, а затем я рассказала то, что мне удалось узнать об Агнесс и Мироне.

— Странно… — в голосе Верховного прозвучало неприкрытое удивление, и в наступившей тишине послышалось шуршание бумаги. — Запретили опекунство? Любопытно. Об этом ничего не написано в их личных делах. Информация об Агнесс как раз датируется пребыванием в приюте. Хотя тут как раз ничего удивительного — за те годы в архивах настоящий бардак, половина документов сгорела во время бунтов. Но я попробую выяснить подробности, спасибо за наводку. Ещё что-то?

Я пожала плечами, ну не сыщик я. Эстафету перехватил Касьян:

— Близнецы, кажется, правда верят в ту чепуху, что им предсказала их бабушка. Что служба в серых землях поможет им стать Хранителями.

— А вот это мы уже проверили, — сообщил Верховный. — Мои ребята приехали под прикрытием в город близнецов и порасспрашивали старушку. Оказалось, что она правда видящая, артефакты подтвердили. Женщина заявила, что мальчики на перепутье: либо погибнут, либо станут Хранителями. Сейчас молится за них всем богам. С учетом родословной Иветты шанс на то, что предсказание сбудется, конечно, есть, но он мизерный. Иветта слишком слаба для ритуала.

— Ага, понял, — отрапортовал Касьян, бросив на меня взгляд. А вот я ничего не поняла, совсем. — А на Ноэля есть что-нибудь? — спросил Кас, сменив тему. — Такое чувство, что у него барахлит дар.

— А вот с ним не все чисто, — протянул мужчина со всей серьезностью. Я сразу же напряглась, не понравились мне его слова. — Не зря он такой тихий, парень не тот, за кого себя выдает. Мы еще всего не узнали, но могу сказать, что легенда у него практически идеальная. Кто-то очень сильно хотел скрыть его реальные данные. Кто-то очень могущественный. А ректор академии сказал, что этот Ноэль сам вызвался на границу. Все это очень подозрительно. Мы продолжим копать в этом направлении, но, может, вам удастся что-то выяснить. В любом случае Ноэль — темная лошадка.

Я слушала и все сильнее обалдевала. Что там про него Агнесс говорила? Тихий скромный мальчик? Как бы этот мальчик не оказался волкодавом с кучей скелетов в собственном шкафу.

— Если честно, я даже не знаю, как все разузнать, не привлекая внимания. Ребята уже и без того косо смотрят, я сегодня на тренировке едва допрос не устроил, — виновато поморщился Кас. — У меня есть идея, но… в общем, нужно ваше разрешение.

— Выкладывай. Сейчас сгодятся даже самые сумасшедшие идеи. Чувствую, времени у нас не так уж и много осталось.

— Нам повезло. По легенде Ноэля, у него на днях именины, — Кас открыл одну из папок на столе, сверяясь с данными. — Можно использовать это как предлог для веселья и добавить в чаловку немного калицы. Разумеется, если вы дадите свое разрешение.

На том конце переговорника наступила тишина. Да что там, я сама в шоке вытаращилась на Касьяна.

— Напоить всех решил? — обалдел Верховный, подозревая, что ослышался.

— Разве чаловкой кого-то напоишь? Тут ведро выпить нужно. Но калица расслабит, а небольшой градус чаловки развяжет язык. Если их смешать, может получиться. К тому же вариантов у нас особенно и нет. Момент подходящий, повод есть.

Касьян замолчал, ожидая ответа. С той стороны артефакта послышался тяжелый вздох мужчины, которого поставили перед непростым выбором. В конце концов употребление любых увеселительных веществ на территориях серых земель запрещено контрактом — слишком опасно для жизни. И в обычной ситуации он бы ни за что на это не пошел, но…

Мы определенно не в обычной ситуации.

— Хорошо, — я слышала, с каким нежеланием мужчина дал отмашку. — Но без фанатизма. Сам понимаешь, ослаблять бдительность нельзя — твари не дремлют. Сигналки должны работать как часы, так что все проверить, ясно? И вы должны контролировать ситуацию. Вы оба. Держи при себе переговорник, если что-то пойдет не так, сразу же сообщить мне. Я предупрежу своих, чтобы были наготове.

— Разумеется.

— И, Касьян, присмотри за Иветтой. Чтоб глаз с нее не спускал. Возможно, мы не единственные, кто попытается использовать эту уловку в своих целях. Она не должна пострадать. До связи, как что узнаю — сообщу.

Связь оборвалась, переговорник потух.

31. О том, как все было на самом деле

— Поверить не могу, что ты это предложил, — усмехнулась я. — А что такое калица?

Касьян смотрел на меня в упор немигающим взглядом несколько секунд.

— Ты была хоть на одной студенческой вечеринке? — уточнил он с подозрением.

— Была, и мне не понравилось. Я поскользнулась на чьей-то блевотине и растянулась на полу, — я передёрнула плечами от отвращения. — Смешно тебе, да?!

— Прости, — простонал Кас, прикрывая лицо ладонями и сотрясаясь от смеха. Я постучала пальцами по столу, ожидая, пока он успокоится. Реакция Каса — ничто в сравнении с тем, как надо мной ржала половина общаги, что собралась на той тусовке. Так опозориться могла только я! — В общем, калица — это трава, которая вызывает внезапный прилив радости и счастья, блаженства и болезненно-повышенного настроения. Из неё делают самокрутки или добавляют в настойки — в последнем случае эффект слабый, практически незаметный. Вот это я и хочу провернуть. Если честно, не ожидал, что Верховный одобрит.

— Ну, похоже, он очень тебе доверяет.

Ты ж его сын, как-никак.

Этого я не произнесла, но слова повисли в воздухе. Касьян сразу понял, на что я намекаю. Усмехнулся, но отнюдь не весело.

— Нам надо это обсудить, не так ли?! — не то спросил, не то поставил перед фактом. Встал, убрал переговорник в карман брюк. Некоторое время мы молча смотрели друг на друга, не решаясь начать разговор. Оба понимали, что это изменит все. Вот только в лучшую или худшую сторону? Я снова почувствовала ту неловкость, которая была между нами когда-то. Но Кас наконец протянул мне руку и предложил: — Только давай не здесь, а? Прогуляемся? Бери свой плед, — он кивнул на сверток, что я принесла с собой после пикника.

Но вместо того, чтобы пойти к двери, Касьян потянул меня к окну. Я решила не спрашивать, куда он меня ведет и почему мы сбегаем через окно, словно пара нашкодивших подростков. Касьян выпрыгнул первым и приготовился меня ловить. Я спорить не стала — все же расстояние до земли было внушительным, а магией воздуха я не обладала. И лишь когда меня поймали крепкие, сильные руки, и мы с ним оказались невероятно близко, сердце забилось как сумасшедшее. Вцепившись в ткань мужской рубашки, я практически утонула в бездонных глазах. Затем шумно сглотнула и отвела взгляд, позволив опустить меня на землю и испытав легкое разочарование, когда это все-таки случилось.

Касьян, ничего не говоря, повел меня вдоль стены, крепко держа за руку. Можно было бы посопротивляться, поиграть в самостоятельность, потому что выглянувшая луна давала достаточно света, но мне отчего-то не хотелось. Вот он остановился, взглянул куда-то вверх и заговорщически шепнул мне над самым ухом:

— Только не кричи.

Я судорожно сглотнула, поняв, что он что-то задумал. Не успела что-либо сказать, как Касьян хитро подмигнул, быстрым движением прижал меня к своей груди, и мы взлетели. Ветер засвистел в ушах, заставляя зажмуриться и вцепиться в Касьяна изо всех сил. Я не закричала лишь потому, что крик застрял в горле. И тут все закончилось. Мы опустились на какой-то выступ на крыше крепости. Места было немного, поэтому сесть пришлось так близко, что мы без труда могли коснуться друг друга.

— Крыша? — уточнила я, уже зная ответ, под рукой ощущалась замшелая черепица.

— Ага. Ты только потише говори, Натан и Веррон спят почти под нами.

— Но как?

Кас понял мой вопрос — конусообразная крыша башни имела весьма крутой скат и была круглой, но мы не скользили, сидели удобно, как на низком широком топчане.

— Слуховое окно. Его снизу не видно. Эта часть чердака совсем заброшена, но окно крепкое, и я устроил себе здесь логово.

— Тайное?

— А то! Иногда, знаешь ли, хочется побыть одному. Совсем одному. Даже отдельная комната такого уединения не дает. А лазить по крышам я с детства люблю. Нашел это окно, устроил сидушку и прихожу сюда отдохнуть душой. Посмотри, какая красота.

С вершины было видно всю округу, даже драконий купол мерцал где-то вдали. Удивительно, но ночью он был завораживающе красив. Голубоватая дымка переливалась и сияла, будто подсвечивалась тысячей магических огней.

— Всполохи — это места, где тьма пытается прорваться… — сказал Кас, указывая вдаль, на более яркие места.

От напоминания о том, какая угроза таится за этой красотой, по спине побежали мурашки.

Какое-то время мы просто молчали, наслаждаясь ночным воздухом, а затем я спросила то, ради чего мы здесь оказались:

— Так ты расскажешь, как так вышло, что твой отец — Верховный?

На губах Каса появилась грустная улыбка.

— Помнишь, как меня перед самым ритуалом Хранителей вызвали домой? — Я кивнула. Конечно помню, да так отчетливо, словно это было вчера. — Ну вот тогда-то мне «отец» и сообщил, что как глава рода заключил брачный договор от моего имени, и жениться нужно прямо сейчас. До того, как стану Хранителем.

— Значит, ты не знал… — я едва узнала свой голос. В нем были и боль, и сожаление, и злость на себя, на его отца и на обстоятельства.

А еще грусть от невозможности вернуться в прошлое и поступить иначе.

— Это стало для меня очень неприятным сюрпризом, ведь до полного совершеннолетия я абсолютно и полностью завишу от главы рода. — Кас взлохматил волосы. — Отчим считал себя вправе так распорядиться моей судьбой, решив, что я ему должен.

— Должен? За что?

— За то, что он дал мне свою фамилию. Я, уже давно знал, что брак моих родителей договорной, в высшем свете обратное скорее исключение, чем правило. Вот только не знал, что предмет этого договора — я. И уж точно не ожидал, что отчим решит, что получил от этого брака недостаточно и мной можно торговать. Рассказывал, как много потерял, отказавшись от своей невесты, которую безумно любил, ради того, чтобы прикрыть позор моей матери! Только за эти годы почему-то ни разу не постеснялся воспользоваться ее богатым приданым, высоким положением в обществе, которое занял благодаря этому браку, и обширными связями деда. Теперь вот ему показалось этого мало, и он посчитал, что я должен повторить его судьбу и ради его выгоды отказаться от тебя и жениться по его указке! — Касьян был напряжен и еле сдерживал подкатившую ярость.

Я давно уже молчала, прикрыв рот руками.

— Отказался от любви… — прошептала я, не веря, что этот папаша так все перевернул в свою пользу. А потом взорвалась яростным шепотом: — Да если бы любил, разве выбрал бы деньги? Он ведь просто использовал вас с матерью, а делает вид, что он тут жертва! Вот же негодяй!

— Ну, я ему примерно то же самое сказал, — хмыкнул Кас, усмиряя свою злость на отчима. Перехватил мою ладонь и крепко сжал. — Конечно, я пошел в отказ. Меня не волновали ни его планы, ни последствия — когда он понял, что я не собираюсь следовать его приказам, мне пригрозили отлучением от рода. Но и это не сработало. Во-первых, у меня сильный дар, хорошее образование. И я думал, что всего в жизни смогу добиться сам. А еще… был уверен, что ты меня полюбила не за статус, к тому же я вот-вот должен был стать Хранителем. Сама знаешь, какую силу это дает. Посчитал, что мы с тобой со всем справимся, а потому спокойно уехал в храм, чтобы пройти ритуал, решив, что вопрос закрыт.

Кас прервался. Замолчал, громко дыша. Он снова был напряжен, вокруг витала аура тщательно сдерживаемой ярости. Я чувствовала, что ему нужно немного времени, чтобы собраться с мыслями. Его слова про отъезд из отчего дома прозвучали так странно… словно после этого случилось что-то ужасное. Я подцепила парня под локоть, переплела наши руки и уткнулась лбом в его плечо, пытаясь хоть как-то выразить поддержку.

— Представь моё удивление, когда перед самым ритуалом прямо в храме ко мне подходит какой-то разодетый престарелый хрен и заявляет, что, если я здесь и сейчас не подпишу магический брачный контракт с его дочерью, Хранителем мне не быть. Я ему не поверил тогда. Посмеялся, сказал, что отрекся от рода, а его дочь меня не интересует. А во время ритуала потерял контроль над своей силой, — Кас осекся и громко сглотнул, — и едва не убил всю команду.

— Но обошлось ведь? — уточнила негромко.

— Обошлось. Такие ритуалы проводятся под контролем старших Хранителей, они в случае чего перехватывают потоки. Если бы не они… В общем, очнулся я через несколько дней в госпитале в состоянии поднятого некромантом мертвяка. А у кровати отчим. Ставит перед фактом, что он все исправит, уладит, и я таки стану Хранителем…

— Если женишься, — закончила я за него.

— Да. И я в тот же момент понял, что потеря контроля вовсе не случайность, не моя вина. В конце концов я ради этого дня тренировался не один месяц, прошел кучу отборов! Единственное объяснение — мне в ритуальный бокал что-то подсыпали, чтобы проучить. И потом надавить, поманить мечтой, как осла морковкой. Знаешь, почему им было так важно, чтобы я женился до ритуала? — поинтересовался Касьян с какой-то горечью. — Почему вообще маги стремятся стать Хранителями? И кто вообще такие Хранители?

Вопросы были риторические, но я все же поинтересовалась.

— Откуда бы?!

— Если упрощенно, то это команда телохранителей, а их объект — потомок дракона. Это способ защитить оставшуюся драконью кровь, Иветта. Таких, как ты. Тех, в ком теплится древняя магия. Весь ритуал строится вокруг потомков. Потому что, когда появился этот гребаный разлом, королевская видящая сказала, что спасение принесет потомок. Кто это будет, когда, откуда придет, женщина это будет или мужчина, каким образом спасет мир от тьмы — вообще ничего неизвестно. Только то, что в спасителе течет древняя кровь. И тогда маги придумали этот ритуал, насочиняли вокруг него баек для народа, возвели Хранителей чуть ли не в статус героев. А по факту все просто: потомок получает защиту, а хранители — усиление дара и долголетие. Взаимовыгодный обмен. А так как Хранители вместе с силой приобретают долголетие, для их избранников есть особый ритуал. Вот и получается, что, если бы я женился до ритуала, магия бы сама перешла на мою супругу, а после все зависело бы только от меня — захочу ли я сам провести ритуал долголетия для супруги, переплетая наши жизни навсегда. Ну и раз план папаши и его дружка не сработал, они сделали так, что я не стал Хранителем.

— Тебя подставили…

— Да. И как только целители дали разрешение, я сразу отправился в академию. И тут же получил твоё письмо.

На секунду я даже забыла, как дышать, а затем сердце заколотилось с новой силой. Он выбрал меня. А я… отвернулась без объяснений, убежала, как маленькая девочка.

Я не могла найти подходящих слов. Да и не была уверена, что они вообще существуют.

— Мне так жаль, Кас, — осознав сказанное, я отстранилась и потерла руками лицо, силясь не заплакать от горечи, что ощущалась на языке. — Из-за меня ты испортил отношения с семьей, лишился мечты и оказался здесь.

— Не совсем так, — со вздохом поправил меня Касьян. — Да, все началось с тебя, но, как ты уже успела понять, это не единственная причина. На самом деле во всей этой ситуации я сам виноват. Наверное, можно было как-то договориться с отчимом полюбовно, что-то решить. Но у меня взыграла гордость, обида. Было горько узнать, что для того, кого я всю свою жизнь считал отцом, я был лишь разменной монетой… у меня почва из-под ног ушла. Потом я лишился мечты. Тебя… И как-то все это так враз навалилось.

— Прости меня, — вырвались из груди слова. — Я не должна была так уезжать! Какая же я дура!

— Брось, Ив. Я не виню тебя. Винил раньше, но не сейчас. Отчим приложил максимум усилий, чтобы разрушить мою жизнь. И у него это получилось. До кучи выяснилось, что он отозвал деньги за обучение, и мне светит практика. И не абы где, а у разлома. У меня даже времени на размышления не было, я уже оказался в списке. Я тогда психанул, знал, что это еще одна попытка манипуляции, и назло уехал. Он устранил тебя, видимо думал, что это поможет. А я уже просто из принципа решил, что не пойду на поводу. Но знаешь, что было самое паршивое во всей этой ситуации?

— Можно подумать, перечисленного недостаточно, — буркнула я недовольно.

— Я не мог ничего рассказать Злате. В последнюю нашу встречу отчим явно дал понять, что мне стоит держать язык за зубами. Дочь он действительно любил и гордился ею. И прекрасно понимал, что она такого не простит. Отвернется. Не хочу, чтобы из-за меня они поругались, с него станется и на ней отыграться. Я до сих пор не знаю, как ей преподнесли моё отречение и отъезд, она ведь мне бойкот на два года устроила, не хотела ничего слышать.

— Да что тут думать, — хмыкнула я. — Судя по тем обвинениям, что Злата вывалила на меня в нашу последнюю встречу, меня выставили негодяйкой, ради которой ты отказался от семьи, а я бросила тебя сразу после этого. А вскоре и вовсе переключилась на другого богатенького мальчика. Неудивительно, что она так злится на меня.

— Скорее всего, ты права. Но ничего, вот вернемся, и я ей все расскажу. Уже можно, она самостоятельная.

— А Верховный? — напомнила о настоящем родителе. — Как ты узнал, что он твой отец?

— С господином Морриганом познакомился уже здесь. Как я понял, моя мать была в ужасе, что я оказался в серых землях, так что она пошла на поклон и попросила присмотреть за мной. — Узнав об этом, я почувствовала облегчение. Пусть отчим Каса и урод, каких поискать, но мать его любит. — Оказывается, они встречались еще в академии. Тогда, забеременев, она обратилась к семье, ничего не рассказав ему. Он пытался вернуть ее, но его даже на порог не пустили. Обвинили в том, что он ее опозорил, назвали недостойным… Мой дед вообще его чуть не убил, как выяснилось.

— Если бы тогда они знали, чего он добьется…

Сложно было поверить в то, что когда-то Верховного сочли недостойным. Касьян кивнул, и добавил с полуулыбкой и долей восхищения:

— Он был из простой семьи, но очень талантлив. Шел к своей цели, пока не сделался самым главным человеком в королевстве. Но и после не стал вмешиваться в дела семьи моей матери, чтобы не подвергать меня опасности. У Верховного много власти, но и врагов не меньше. После моего отречения все изменилось.

— Кас, я… — слова застряли в горле. Я смотрела на его гордый профиль, на такие родные и любимые черты лица. Хотелось столько всего ему сказать, но отчего-то все это сейчас казалось неважным, не тем… А когда он посмотрел на меня, сама отвела взгляд. Было до ужаса неловко и стыдно. И так глупо!

Мазнула взглядом по равнине внизу и вершинам гор вдалеке, и тут что-то чиркнуло по подсознанию. Я присмотрелась, пытаясь понять, что увидела. И тут же заметила фигуру Мирона, спешно покидающего крепость и бегущего в ту сторону, где вдалеке мерцал купол над разломом. Толкнула Каса в плечо, привлекая внимание.

— Неужели началось?

— Вот ведь зараза, — пробормотал Кас. — Умеет подобрать момент, чтобы все испортить!

Мы переглянулись и, не сговариваясь, решили за ними проследить. Кажется, мы с поличным поймали эту тварь. Вот теперь не отделается, засранец!

Плавно спустившись, мы, держась за руки, короткими перебежками отправились следом, прячась то за валунами, то среди редкой растительности. И каково же было наше удивление, когда на полпути к разлому, буквально на границе подконтрольных территорий, мы настигли не только Мирона, но и Агнесс!

Мирон её буквально сгреб в охапку, прижимая к себе и целуя.

— Я так и знала! — восторженно прошептала. — Уж больно активно Агнесс открещивалась от отношений с Мироном. А ведь менталист тогда обмолвился, что она к нему неравнодушна. Вот ведь шифровальщики!

— Кажется, мы поспешили с подозрениями, — с легкой улыбкой заметил Касьян.

Я была вынуждена согласиться. Это больше походило на свидание, чем на замысел темной твари. Мы уже собирались обратно в крепость, как я случайно пнула подвернувшийся камень. И он, зараза, словно специально, покатился по наклонной, увлекая за собой гравийную крошку, создавая весьма отчетливый шум.

Ну, Иветта! Слов нет, одни междометия!

Мирон мигом насторожился. Ну, в его защиту можно сказать, что это не то место, где можно проявить беспечность. Оглянувшись по сторонам, он подошел к нашему укрытию почти вплотную, держа Агнесс за руку чуть позади себя. Ещё бы пара шагов, и мы бы точно были обнаружены, но тут Кас шевельнул пальцами, привлекая магию воздуха — в противоположной от нас стороне раздался какой-то треск. Мирон резко обернулся на звук.

— Надо убираться отсюда, — раздался его напряженный голос. — Идем.

Агнесс ничего не ответила, но почти сразу послышался звук удаляющихся шагов.

Я облегченно вздохнула. Боги милостивые, не заметили!

— Кажется ушли, — заявила шепотом, оборачивая к Касу. И в этот же момент осознала, насколько близко мы друг к другу прижались, пытаясь слиться с валунами. Тепло его тела окутало со всех сторон, а внезапно сбившееся дыхание шевелило волоски на затылке, отчего по телу побежали предательские мурашки.

А в следующий миг Касьян развернул меня к себе, накрыл мои губы своими, и все вокруг показалось неважным. Ни купол, ни предатели, ни даже драконы. Ничто не имело значения. Время обернулось вспять, словно и не было этих лет порознь.

— Нам надо возвращаться, — произнес Касьян хрипло, на мгновение разорвав поцелуй. — Не дай бог хватятся, а нас нет.

Он был слишком близко, чтобы думать о последствиях, глаза слишком манящие, губы слишком влажные…

— Плевать… — прошептала, схватив его за воротник и притягивая ближе.

— Этот твой взгляд… Думал, больше его никогда не увижу… — со стоном выдохнул Кас и, сам себе противореча, снова припал к моим губам.

В этот раз поцелуй был уже не таким робким, а более смелым и глубоким. Вскинув руки, я обхватила его затылок и зарылась пальцами в густые волосы, растворяясь в ощущениях.

Я бы пошла на что угодно, лишь бы этот момент никогда не прекращался.

Но Кас разорвал поцелуй. Пусть и с трудом, но все-таки оторвался от меня и, тяжело дыша, прижался своим лбом к моему. Мне бы такой контроль над собой!

— Пошли… — выдохнула я, взяв себя в руки. В конце концов, в комнате нам будет намного удобнее! Хотя видят боги, мне сейчас было все равно.

Вернулись мы точно тем же путем. Стоило только закрыть окно, как Кас сел в кресло и утянул меня к себе на колени и заскользил губами по скуле. Только я уже приготовилась к продолжению, как нас прервал громкий стук в дверь. Долбили так, что не проигнорируешь! Хочешь не хочешь, а оторваться друг от друга все-таки пришлось, наскоро приводя одежду и волосы в порядок.

Кас пошел встречать гостя, а я села за стол и попыталась придать себе самый безмятежный вид, хотя прекрасно понимала, что, стоит только взглянуть на меня, и любой поймет, чем мы тут занимались. Губы слегка покалывало.

— Ты видел Иветту? — раздался напряженный голос Мирона, как только Кас распахнул дверь. — Ее нигде нет. И в комнате тоже.

У меня в тот момент тоже была масса вопросов. Например, какого демона Мирон забыл ночью в моей комнате, и чего ему вообще нужно?!

Касьян сделал шаг в сторону, открывая обзор на меня.

— Ну вот она я, — буркнула я недружелюбно. — Чего хотел среди ночи?

Мирон застыл на месте с глупым выражением лица, словно не ожидал меня тут обнаружить. Потом прищурил глаза, сжал губы в тонкую нить и, в конце концов, тяжело вздохнул.

— Извиниться хотел, — буркнув это, Мирон поморщился, как от зубной боли. — Мы можем поговорить?

Ага, как же. Извиниться! Прям так и веет извинениями!

— Надеюсь, это действительно так, — в голосе Каса прорезались предупреждающие нотки. Мирону хватило одного взгляда, чтобы понять, что с ним будет, если он снова распустит руки.

Выйдя из комнаты, я осторожно прикрыла за собой дверь и вдруг поняла, что готова ко всему, кроме извинений. В раскаяние Мирона верилось слабо, особенно после того, как меня пару раз приложили о стену и чуть не задушили, и он это почувствовал.

— Слушай, я понимаю, что переборщил, — нехотя признал он. В голосе мага сквозило раздражение, и все же он выдавил из себя: — Прости.

Я лишь кивнула, не зная, что ему ответить. Помявшись на месте, переступая с ноги на ногу и смотря куда угодно, но только не на меня, Мирон ушел, оставив меня с одним-единственным вопросом: что это было?

Верить ли? Как-то это подозрительно. Часто ли члены отряда стучатся к товарищам среди ночи, чтобы попросить прощения или поболтать по душам? Больше это было похоже на то, что он едва не поднял тревогу. Да ещё и с такой уверенностью заявил, что меня нет в крепости, словно искал целенаправленно, а не найдя, подумал самое худшее и готов был воскликнуть: «Ну я же говорил!»

Видимо, горбатого только могила исправит. В случае с Мироном, кажется, и это не поможет.

Вернувшись в комнату и прикрыв за собой дверь, я прижалась к ней спиной, сцепив руки за поясницей.

— Как думаешь, Верховный знал о нас с тобой, когда отправил меня сюда?

Касьян бархатно рассмеялся, и его смех всколыхнул давно забытые воспоминания и чувства. Перед глазами встали те самые, наполненные теплом и нежностью моменты, связанные с нами, которые я долгое время запрещала себе вспоминать.

— Думаю, моя мать могла рассказать, — заявил Кас, подойдя ко мне практически вплотную. — Но, если честно, я без понятия. Думаю, у нас ещё будет время все разузнать и в случае чего поблагодарить. — Он легко чмокнул меня в нос, а когда я потянулась за нормальным поцелуем, отстранился и с улыбкой заявил: — А пока давай ложиться, на сон осталось всего ничего.

32. О том, как нашла родовой артефакт

Невзирая на то, что уснули мы действительно поздно, проснулась я ни свет ни заря. Правду говорят — любовь окрыляет. Меня переполняли чувства, казалось, энергия бьет фонтаном, хотелось со всем миром поделиться своей радостью.

Но я лежала тихонько, стараясь не шевелиться, чтобы не разбудить безмятежно спящего Касьяна.

— А я тебя подловил! Ты подглядывала. Опять, — сонно пробормотал он, не открывая глаз. И подтянул меня ближе, так, что я оказалась прижатой к его боку. Сонно проморгался и улыбнулся: — Но я не жалуюсь, мне нравится так просыпаться. И ты больше не пытаешься спрятаться от меня под одеялом.

А что тут возразишь? И зачем, когда можно просто, без всяких слов прижаться теснее. Сегодня все иначе, хоть и смущает до алых ушей.

Я согласно угукнула, потому что Кас явно ждал ответа.

— Ты даже не представляешь, как я рад, — выдохнул он в мою макушку. — И как жаль, что нам надо вставать.

— Что будем делать с поисками предателя? — Встать — это значит опять встретить день в тревоге и настороже.

— А что мы, собственно, можем сделать? Только наблюдать. Близнецов, я думаю, можно исключить. Сегодня моим объектом внимания станет Ноэль. Попробую разговорить его, мало ли. Надо выяснить, кто этот парень такой и что ему нужно в серых землях.

— Ага, поняла. А мне все же не дает покоя появление Мирона. Эти извинения среди ночи… Ты ведь понимаешь, что он вовсе не ожидал меня увидеть в твоей комнате? И выкручивался просто на ходу. Все это слишком подозрительно, особенно на фоне того, что предатель уже пробирался в мою комнату и мог попытаться сделать это снова. Если я права, это делает его главным подозреваемым. Хотя… — я подумала и вздохнула. — Думаешь, я слишком мнительная? Может, сказываются нервы и моя неприязнь, и я просто хочу, чтобы виноватым был он?

— Просто старайся не оставаться с ним наедине. Договорились? Держись поближе к Агнесс, она тебя в обиду не даст, а ты заодно присмотришь за ней самой.

— Ты все же ее подозреваешь? На нее же твари напали!

— И тем не менее она жива. Я рад, конечно. Но… — Кас не стал продолжать, видимо, затрудняясь подобрать аргументы, но я и так поняла — меня саму что-то беспокоило в прекрасной огневичке.

У Элены не меньше тайн, но, несмотря на некоторые странности, тревоги бывшая гончая не вызывала. Может, родство с Верховным и Касьяном влияло, может, более близкое знакомство — не такая уж она и девушка-скала, как я ожидала. Просто привыкла маску носить. Киран, Веррон и Натан тоже вне моих подозрений. Хотя я могу быть необъективна. Да и на счет Агнесс тоже — в ушах все ещё отдаются её слова о Касьяне и о том, как бы она хотела заполучить его. Вполне возможно, что это банальная женская ревность к более красивой и сильной сопернице, особенно сейчас, когда у нас с Касьяном вроде как все стало налаживаться.

— Ивусь, — тон Касьяна, был каким-то неуверенным, — у меня есть к тебе просьба, но она тебе не понравится. Мне и самому затея не по душе, но надо.

— Да говори уж, — я даже нашла в себе силы оторвать щеку от теплого плеча, чтобы заглянуть парню в лицо, но увидела только подернутый светлой щетиной подбородок.

— Ну, раз уж ты у нас почти драконица, — пошутил он, — то…

— Хочешь использовать мою способность ощущать тьму? — помогла я ему с формулировкой. — Конечно! А как?

— Надо бы осмотреть крепость, Ив. Хотя в твоем случае — скорее ощупать. Но и глаза использовать по полной. Мало ли что тебя смутит. Нетипичный предмет, посторонняя руна… Ну, да ты лучше меня в этом соображаешь.

— И в личных комнатах тоже?

— Особенно там. Я устрою сейчас тренировку по взаимодействию членов команды. Прямо на полный регламент.

— Бедненькие, — усмехнулась я, уже понимая, к чему Кас ведет.

— Выживут. Зато им некогда будет даже подумать, чтобы на полминутки в крепость вернуться. А у тебя будет часа полтора свободы.

— Ну, если по регламенту, вроде как и я обязана присутствовать. Нет?

— Ты охраняемый объект. Заменим тебя на мешок с травой. Для облегчения тренировочного процесса. Пусть благодарны будут.

— Почему для облегчения? — не поняла я иронии.

— Потому что девушка, которая не ноет, когда ее хватают и тащат вниз головой, — мечта любого телохранителя.

Я хотела его укусить. Честно. Даже рот открыла. А потом оказалось, что мы целуемся. Да так, что я позабыла обо всем на свете и в голове зазвенело от нехватки воздуха.

— И-ив! — прохрипел Кас прямо мне в губы и отскочил вместе с одеялом.

Очень тонкий намек, что пора вставать. Ага. И быстро. А то мой эксклюзивный тренинг от королевской гончей станет невыносимо эксклюзивным. Но как хорошо-то, эх… была бы иллюзионистом, бабочек бы запустила. Радужных, как магия Каса.

На волне невероятного душевного подъема даже тренировка прошла на удивление здорово. Более того, я впервые получила похвалу от Элены и не сразу поверила своим ушам! Хорошая причина улыбаться во весь рот, ведь правда же? Вот пусть так и думают. Завтрак прошел как в тумане, и я даже удивилась, когда недовольный народ засобирался на выход под суровое понукание командира. Вот это я замечталась — даже не пришлось делать вид, что засиделась над чаем. Неугомонные близнецы попытались зубоскалить на предмет странной задумчивости Иветты, но верный Натан велел им заткнуться и не мешать девочке придумывать очередной шедевр. Водоворот для мытья посуды нравится? А стиральный артефакт? Вот и молчите!

Обожаю Натана!

Чай допит. Пора двигаться. Первым делом я спустилась в подвал и тщательнейшим образом, обеими руками протестировала медную пластину на стене. Черных меток не обнаружилось. Странное это занятие — обыск. Одновременно хочется найти и не найти. Начала с лаборатории парней — но это так, для вящей справедливости. Натан и Веррон вне подозрений, хотя им могли что-нибудь подкинуть. Но нет, чисто. В комнате близнецов артефактов вообще не обнаружилось, одно острое железо, хотя им бы не помешала какая-нибудь магическая уборщица. Может, изобрету когда-нибудь. Спальня Элены буквально пахла стерильностью — видимо, вытренировали в королевском дворце — даже в комнате ничего личного. Ни одной лишней вещицы, даже небольшой шкаф на две трети пустой. В комнате Агнесс удивила коллекция миниатюрных статуэток-дракончиков. Крошечных, размером с мизинец. Над этой красотой я зависла надолго, а когда очнулась, отругала себя за упущенное время. Яркие фигурки амулетами не были. Просто искусство. У каждого свои причуды. Но больше всего меня смутил арсенал амулетов Натана. К моему облегчению, темной магии в них не было, это я готова гарантировать, а остальное меня не касается. Хотя руки чесались рассмотреть парочку повнимательнее — уникальные вещи, нутром чую.

В комнату Мирона заходила с опаской, интересом и брезгливостью. Ну его. Первым делом осторожно выглянула в окно, чтобы убедиться, что тренировка идет полным ходом — Касьян так всех навьючил, что им было не продохнуть, не то что в крепость плестись. Самым честным образом просканировала все руками. В книжку на столе не заглянула, а вот мимо открытого блокнота с карандашными рисунками пройти не смогла. А он очень неплох. Я не знаток рисунка, но хорошую графику оценить могу — профессия обязывает. Что наброски пейзажей, что шаржевые портреты товарищей по команде были хороши. А лучше всех Агнесс: вот она сидит и расчесывает волосы, вот наблюдает за стрекозой, вот уходит вдаль с неким безликим мужчиной. И нигде нет самого Мирона. Как будто он даже на бумаге не смеет соединить себя с нею. Странный, конечно, парень. Положив блокнот на место и убедившись, что в комнате нет ничего подозрительного, я покинула второй этаж с огромным желанием смыть с себя грязь плохого, неправильного поступка, хотя и понимала, что это для дела.

Да, я не нашла ничего, что могло бы идентифицировать последователя, но зато удостоверилась, что посторонних предметов в крепости нет. Уже хорошо.

Управилась с важным заданием командира я достаточно быстро, времени до возвращения команды ещё было навалом, так что я решила использовать его с пользой. А заодно создать себе алиби, изобразив вселенскую занятость.

Новый артефакт я решила назвать боевым импульсаром малого круга действия. Боевые артефакты — вообще довольно редкая вещь, так что я собой гордилась. Хотя идея пришла случайно — из ошибки, которую я же допустила, делая Касьяну браслет-приемник от второй цепи следилок, нацеленных на чужака. Перед глазами еще стояло перекошенное болью лицо командира — сигнальные импульсы наложились друг на друга, и боль оказалась слишком сильной, чтобы ее стерпеть, не подав виду. Этот эффект я и решила использовать, только вывернув его наоборот. Главное, не переборщить с эффективностью. А то так шандарахнешь негодяя, и писец котенку — посадят за непредумышленное убийство.

Решить-то решила, а вот с исполнением не заладилось. Сначала я просто не могла сосредоточиться — то и дело проваливалась в мечты о будущем. Мы с Касьяном ещё это не обсуждали, но в душе теплилась вера, что это будущее таки настанет. Теперь, когда все обиды и недопонимания позади, преград не было. Вернее, кое-что все-таки было. Мама писала, что у потомков более долгий срок жизни, а вот у их половинок такой роскоши нет. И что обернуться все может очень плохо для обоих. Но Касьян упомянул, что есть некий ритуал для обретения долголетия супругами Хранителей, по которому сами Хранители обретают силу от связи с потомком. По-моему, все логично.

Я тряхнула головой. И о чем я только думаю?

Вот уж действительно: он меня поцеловал, а я уже мысленно сыграла нашу свадьбу и родила двоих детей. Тоже, блин, нашла время. Рядом где-то бродит последователь, а я в мечтах витаю. Если его не остановим, не будет никакого будущего! И ладно, если только у нас, а не у всего королевства!

Я вновь вернулась к боевому импульсару. По ходу дела испортила пару внешних пластин-носителей, но не огорчилась — у меня теперь был под боком уникальный реставратор. Но на этом мои злоключения не закончились. В какой-то момент, выводя особо сложную руну, я сломала инструмент и от обиды отшвырнула его в сторону и выругалась, устало прикрыв глаза. Инструмент был сделан на заказ, специально под мою руку, и я знала, что другой такой так просто не найти. Хотя…

И как я раньше об этом не подумала? У меня ведь теперь есть мамин набор инструментов!

В свою комнату я практически бежала, так не терпелось скорее зарыться в сундук и вернуться к работе, и с благоговением выдохнула, когда вынула из него мамин набор.

И хоть я уже и видела его ранее, до конца не верилось, что я могу работать теми же инструментами, которые держала в руках моя мама! Он был восхитительным! Сразу видно, что изготовлен уникальным профессионалом из материалов, которых я себе позволить не могла. Гномья сталь, она тоже разная. Все инструменты аккуратно разложены и разделены по секциям, выглядят как новые, несмотря на то, что им гораздо больше лет, чем моим. А еще от них веяло чем-то теплым, и будто давно знакомым.

Любовно перебирая инструменты, я наткнулась на кое-что любопытное. У одного из них была фигурная ручка в форме дракона не то из застывшей смолы, не то из какого-то лака. Простенькое шильце, и такая красота вместо банальной ручки. Некоторое время я просто любовалась, дивясь несоответствию исключительной работы и довольно тупому жалу инструмента. Вертела его в руках, рассматривая под разными углами, пока меня не осенило — именно этот символ я видела на той самой шкатулке, которую никак не могла открыть!

Неужели…

Как оказалось, ручка была вполне себе съемная. Отделив «ключ» от инструмента, я присоединила его к крышке маминой секретной шкатулки, которую тут же достала все из того же сундука. Несколько секунд ничего не происходило, и я уже едва не расстроилось, как вдруг ключ наполовину втянулся внутрь. Словно подчиняясь внутреннему приказу, я капнула на ключ своей кровью. Осталось только распутать дивное самовосстанавливающееся плетение защиты, и вуаля — я услышала заветный щелчок.

Внутри на бархатной подложке покоились два безумно красивых браслета. Они были широкими и, судя по диаметру, рассчитанными на предплечья. С внутренней стороны их украшала тонкая вязь, а снаружи на каждом из них сверкал маленький камень.

И стоило только взять их в руки, я будто впала в транс. Больше не воспринимала окружающую реальность, не ощущала себя собой, словно и не существовала вовсе. Я не помнила, как надела браслеты, зато со всей ясностью почувствовала обжигающую боль, что немного привела в чувство, дав возможность мыслям медленно ворочаться в голове и хотя бы фиксировать происходящее. Кожа под браслетами просто горела, казалось, металл раскалился. Внезапно на меня обрушился огромный водопад силы, который в мгновение затопил с головой, лишая возможности вздохнуть. Казалось, еще чуть-чуть — и мое тело не выдержит и разлетится на кусочки. И тут я увидела глаза: огромные, нечеловеческие, чем-то похожие на змеиные, с вертикальным зрачком. Они изучали меня с таким же вниманием, с каким некроманты препарируют трупы. В этот же самый миг со мной кто-то заговорил, строго и чуть ехидно. Голос множился на отдельные шепотки — сперва тихие, едва различимые, они становились все громче и громче, и гневно твердили одно и то же:

— Лишь достойному откроется сила… С чего ты решила, что достойна?

А затем ко мне вернулась ясность разума.

Всего на секунду, но этого хватило, чтобы в панике сдернуть с рук браслеты и отбросить их в другой конец комнаты.

Обхватив горящие предплечья руками, я отползла в самый дальний угол. От пережитого ужаса тело сотрясала судорога подавляемого плача. Потребовалось несколько секунд, чтобы осознать: дрожала вовсе не я, а сама крепость, будто под землей зашевелился великан. Инструменты, вынутые мною из своих пазов и кармашков, тревожно позвякивали по полу, со стола упали книги и кое-какие чертежи, и я сидела посреди этого безумия до тех пор, пока все не прекратилось и в комнату не вбежал взъерошенный Кас.

— Ты в порядке? Я слышал крик.

Его взгляд скользнул по комнате и остановился на мне. Я даже думать не хотела о том, как сейчас выгляжу. Перепуганная до смерти, забившаяся в угол. Взгляд безумный, это и без зеркала ясно. А на предплечьях, под ладонями, я чувствовала что-то горячее и липкое. Кажется, проклятые браслеты поранили меня до крови.

— Что это было? — только и смогла спросить я, оглядываясь по сторонам.

— Скорее всего, рядом случился камнепад. Такое иногда происходит в горах, — хмуро ответил Кас, подходя ближе. В этот момент крепость вновь тряхнуло, но Кас отреагировал так, словно это было в порядке вещей. Хотя, учитывая, что он тут живет аж три года, наверное, стоит ему довериться. — Что с твоими руками?

Я скривилась, но все же убрала ладони, позволив ему рассмотреть следы от браслетов. Чтобы было удобнее, мы переместились на край сундука, и с каждой секундой осмотра Касьян становился все мрачнее. Да чего уж там, я и сама была не в восторге от происходящего.

— Расскажешь, что произошло? — спросил он, залечивая рану на правой руке. Боль стала постепенно отступать, и я ответила:

— В мамином сундуке была шкатулка, которую я очень долго не могла открыть. Уже и не надеялась, если честно, но сегодня неожиданно нашла ключ, — я нахмурилась, пытаясь понять, как при прошлом осмотре вещей могла его не заметить?! Я ведь буквально перетряхнула весь сундук! — Он был в маминых инструментах. А в шкатулке — они, — я показала на валяющиеся на полу браслеты.

— Это от них?! — Касьян ещё раз взглянул на мои раны. — Иветта, от них же веет силой! Ты на кой… — парень проглотил ругательство и, выдохнув, закончил фразу, — зачем надела неизвестные артефакты? Ты же сама артефактор, должна знать, как это опасно!

— Не ругайся, пожалуйста, все я знаю. Просто стоило только к ним прикоснуться, как я сразу почувствовала что-то странное… Они будто звали меня, приказывали. Кас, клянусь, я сама не знаю, как надела их, а затем… — от воспоминаний меня мелко затрясло, но я быстро взяла себя в руки. Сглотнула и продолжила: — Я увидела глаза. Большие. Желтые. И услышала голоса…

— Я не ругаюсь, просто волнуюсь, — Кас залечил одну руку и приступил к исцелению другой. — Что за голоса?

— Они повторяли «Лишь достойному откроется сила…» Не знаю, что это значит, но в какой-то миг я почувствовала, что меня переполняет магия. Казалось, она вот-вот разорвет меня на части… К счастью, я успела вовремя снять браслеты, и все прошло.

Закончив со второй рукой, Касьян поднялся на ноги, шагнул в сторону стола и взял в руки пустую шкатулку.

— Они лежали здесь?

— Да, — я была в ужасе от одной только мысли, что вновь придется прикоснуться к злополучным браслетам или шкатулке, поэтому осталась на кровати. Ровно до тех пор, пока Кас не сказал:

— Здесь какая-то надпись…

Я ожидала найти инструкцию, предупреждение или какое-то объяснение того, что произошло, однако и тут меня ждало разочарование — текст оказался не просто на драконьем языке, который я хоть поверхностно, но знала — большинство рун к нам пришли именно от драконов, и в артефакторике без рун никак. Но тут был древнедраконий язык. Так что я не поняла ни буковки.

— У тебя случайно не завалялся учебник по древним драконьим письменам?

Кас сказал это в шутку, но я вспомнила о дневниках предка, самого первого побратима, и тут же опустилась на пол, распахивая сундук.

— Чувствую, это надолго, — вздохнул Кас, обозрев огромную стопку книг. Дневники были внушительных размеров в черных переплетах с окованными углами. — Иди-ка ты со всем этим добром в мой кабинет. Не стоит здесь оставаться.

Перенеся дневники, Кас позвал Веррона и ушел — нужно было проверить последствия землетрясения. Только зря это они. Драконы не могли причинить вреда, даже если недра отозвались на их магию. Земляному не достанется работы. Я уверена. Но пусть проверят, не рассказывать же мне о собственных догадках и подозрениях — возникнет слишком много вопросов, а я пока и сама всего не знаю. Я бы предпочла, чтобы Кас остался со мной, но…

С комфортом устроившись за командирским столом, принялась изучать старые записи предков в поисках ответов.

Учитывая, что дневники оказались толстенными, а почерк их обладателей был далек от каллиграфического, мне потребовалось немало времени, чтобы найти упоминание о браслетах. Вернее, глаз зацепился даже не за упоминание — к тому времени у меня строчки перед глазами плясали, а за рисунок! Браслеты, изображенные на странице дневника, были точной копией тех, что я обнаружила в шкатулке.

Первое, на что я обратила внимание, — на интересующий меня перевод с древнедраконьего!

Сила моя доступна не всем, достойного я сберегу от проблем.

Лишь чистого сердцем со светлой душой с силою этой ждет мир и покой.

Но если ты власть захотел обрести, тогда от беды тебя не спасти.

Далее шло короткое пояснение о самом браслете. Как оказалось, это не просто красивое украшение, а самые настоящие артефакты-усилители с частичкой души дракона, который и создал их и преподнес в качестве дара первому побратиму много лет назад за спасение драконицы, его единственной дочери. Вопрос, как человек мог спасти драконицу, остался нераскрытым, но предок сообщил, что реликвия привязана к нашему роду и сама решает, кому служить, а кому нет. Первый побратим описывал, что артефакт увеличил его силу, за счет чего он сделал много открытий в любимой сфере — артефакторике. Последующие записи были испещрены какими-то символами, графиками, таблицами и схемами. Судя по всему, это были как раз те самые исследования моего предка.

Следующее упоминание о браслете я нашла в дневнике сына первого побратима. И не сказать, что оно мне понравилось. Как оказалось, реликвия не приняла следующего носителя. Для моего деда артефакт был бесполезным украшением, которое он решил продать в особенно сложный период своей жизни. Но тот проявил своеволие — едва не убил покупателя, который решил примерить браслеты, и исчез.

— Поверить не могу… Это безумие какое-то… — пробормотала я, растирая лицо ладонями. — Разве артефакт может думать, разговаривать, обижаться? Выбирать кому служить, а кому нет?

На эти вопросы ответил Кас по возвращении, стоило мне вывалить на него все то, что я узнала.

— Если в нем действительно частичка души дракона, то все возможно… — пробормотал он, задумчиво перебирая записи. — Мы многого не знаем об их магии и народе.

С этим я была вынуждена согласиться.

— Получается, артефакт выбрал тебя…

Касьян был прав. Теперь мне казалось, что и ключ в инструментах мамы обнаружился неспроста. Зуб даю, что раньше его там не было! Вот только почему сейчас? Но, как бы то ни было, повторять опыт с браслетами я не хотела.

— Может, и так, вот только счел меня недостойной и попытался убить! Давай пока уберем их подальше? — попросила я, потирая уже исцеленные предплечья. — Мне до сих пор не по себе…

Кас захлопнул шкатулку. Ключ выскочил из углубления и покатился по столу, пока я его не перехватила у самого края.

— Верховному расскажешь?

— Ты ему доверяешь? — я уставилась на Каса.

— Ну, пока он действовал исключительно в твоих интересах. Да и о драконах он, как оказалось, знает намного больше нашего.

Верховный ответил не сразу. Похоже, мы оторвали его от каких-то важных дел. Но, услышав, что мы нашли способ усилить мои способности, тут же собрался и начал нас расспрашивать. Я рассказала ему все то же, что и Касу: про ключ, шкатулку, браслеты, про переполняющую меня силу и голоса, и про предсказание, которое мы нашли в дневниках моих предков. Из всего перечисленного по-настоящему господин Морриган заинтересовался лишь упоминанием о том, что в артефакте заключена частичка души дракона.

Больше всего я боялась, что он будет настаивать на том, чтобы я вновь надела браслеты. Я даже честно приготовилась отпираться, но этого не потребовалось.

— Я предлагаю пока не трогать артефакт… Мы должны убедиться в том, что он больше не причинит тебе вреда. Спрячьте его и никому не рассказывайте. Потом вместе разберемся, что с ними делать.

Я расслабилась и с чистой душой сложила все обратно в сундук.

За остаток дня я все же успела закончить импровизированный шокер на основе прошлых разработок — мамиными инструментами работать было одно удовольствие! Похоже, у неё тоже руки были птичьими лапками, прям как у меня — инструменты ложились в ладонь так, словно их делали специально под мои пальчики.

Я проверила настройки — браслет весело затрещал, и я едва не подпрыгнула от радости.

— Что это? — с любопытством спросила Элена. Парни молчали, но тоже поглядывали на браслет с интересом. Они уже некоторое время наблюдали за мной, ожидая, когда Натан закончит возиться с ужином.

— Защита, — с гордой улыбкой ответила я и, покосившись в сторону Мирона, добавила: — От всех, кто распускает руки. Каждого, кто полезет ко мне, ударит разрядом. Убить не убьет, но приятного будет мало.

— Да разве этим кого-нибудь остановишь? — фыркнул он, с сомнением глядя на боевой импульсар, и я не смогла удержаться. Протянув руку с браслетом, с самой милой улыбкой поинтересовалась:

— Раз так, может быть, станешь первым подопытным? Вот и посмотрим, поможет или нет… Мне все равно нужно убедиться, что я все сделала правильно.

Как я и думала, Мирон отказался. Молча закатив глаза, буркнул что-то вроде: «Я тебе что, кролик подопытный?» — и ушел.

— Если сделаешь из этого, — Киран указал на мой браслет и осклабился в пошловатой усмешке, — пояс верности, зуб даю — озолотишься!

На губах парней заиграли улыбки, которые постепенно переросли в тихие смешки.

— Ага, — я кивнула с важным видом, — но только мужской. Обещаю, твоей супруге я подарю его лично!

Киран нарочито испуганно вытаращил глаза и скрестил руки на промежности. Общий зал наполнился неудержимым хохотом.

33. О том, как обнаружить личину

Следующий день начался с мерзкого звука, смешанного с ругательствами всех членов команды, это орали вновь заработавшие сигналки, причем ещё громче и истошнее, чем раньше. Подозреваю, от этого с кроватей повскакивали все, даже наши сони.

Мы с Касом и вовсе стукнулись лбами, после чего долго потирали ушибленные места.

— Зато работают, — сонно буркнула я, вновь укрываясь одеялом. В конце концов имею право. Мое дело маленькое — починить сигналки, с чем я успешно и справилась. А рубить тварей на стейки — уже прерогатива боевых магов, а значит, я не собираюсь вставать в такую рань.

К слову о боевых магах! Надеюсь, Мирон от испуга язык себе прикусил и больше не будет сомневаться в моих профессиональных навыках!

Вскоре сигналки утихли, сообщая, что твари ушли с подконтрольных территорий, а значит, и команде никуда бежать не нужно — опасности нет. И я с чистой совестью проспала до самого завтрака, пропустив даже тренировку. Хотя, пожалуй, если бы Кас не разбудил меня, я бы проспала и его. Весь режим сбит к троллевовой бабушке! Да и в кровати Каса спалось удивительно сладко, особенно когда он рядом, обнимает, целует в шею и шепчет на ухо разные нежности.

— Может, пропустим завтрак? — предложила я, хоть и понимала, что это просто невозможно. Кас лишь тихо рассмеялся и забрал у меня одеяло. А затем, когда это не помогло, и вовсе принялся щекотать. Незаметно это переросло в шуточную неравную борьбу, из которой, понятное дело, победителем вышла не я.

— Давай, Ив, подушка никуда не денется, а вот завтрак тебе может не достаться! — поторапливал он, пока я собиралась и приводила себя в порядок. — На мою порцию никто не посмеет посягнуть, а вот твою слопают запросто!

Он был прав. При желании Кир и остальные могли оставить нам дырку от бублика, так что я решила поторопиться. В общем зале мы появились по очереди, чтобы никто ничего лишнего не подумал.

За завтраком, как и планировали, Касьян как бы мимоходом поздравил Ноэля с днем рождения. Бедный парень от неожиданности подавился и закашлялся, а среди команды поднялся самый настоящий ажиотаж. Ребята загудели в предвкушении праздника, но оно и понятно — в конце концов здесь, у границы, не так много поводов для веселья. Мне ещё только предстояло узнать, как парни веселятся в таких случаях.

— Да! — воскликнул Киран, выбросил в воздух сжатый кулак. — Да! Да! Да! Я уж думал, скоро совсем на стену от скуки полезу. У меня как раз есть одна идея…

Ему явно не терпелось поскорее приступить к подготовке, но у нас была еще запланирована работа, о чем Кас и поспешил напомнить:

— Первым делом — обход территорий. Веселье будет вечером.

Не сказать, чтобы это напоминание кого-то обрадовало, но спорить никто не стал. Правда, в перерывах между ложками с кашей ребята все же переговаривались, переходя на шепот. Так Натан пообещал к вечеру «накрыть поляну», а ребята обсуждали идеи подарков для Ноэля. Первой тему затронула Элена, мне кажется, у неё к этому парню вообще очень теплые чувства. Не в плане романтики, нет. Но стоит только вспомнить, как она настаивала на его спасении, когда молодого человека уже практически списали со счетов, как защищала его, словно младшего брата — со старшими-то ей не повезло, — и становилось понятно, что они хорошие друзья.

На обход территории отправились вместе — мне предстояло вновь проверить работу артефактов, особенно после камнепадов. Маловероятно, но сдвиг пород мог повредить сигналки, и нужно удостовериться, что это не так. Так что я прихватила свою любимую сумку и не забыла положить в нее мамин набор инструментов, мой с недавних пор был неполным.

К счастью, в этот раз все прошло без проблем. Купол был цел и невредим — хотя Касьян очень долго присматривался к нему, ища что-то неординарное, а я прислушивалась — в прошлый раз же уловила резонирование секторов! Но все было в порядке. С одной стороны, это хорошо, а с другой — мы и понятия не имели, что задумал последователь, и когда он приступит к реализации своего плана. Почтовик уже несколько дней как выведен из строя. Если Кас в скором времени не поднимет этот вопрос, не сообщит, что команда осталась без связи с внешним миром, это будет подозрительно. Сигнальные артефакты тоже работали в штатном режиме, по пути на нас никто не напал, так что ребята вовсю планировали, как оттянутся во время празднования. По-моему, им вообще было неважно, у кого день рождения, главное, есть повод повеселиться и разбавить однообразие будней.

Хорошее настроение исчезло ровно в тот момент, когда мы уже собирались идти обратно в крепость. Касьян вдруг застыл, глядя прямо на Ноэля таким холодным цепким взглядом, что команда за секунды ощетинилась, чувствуя напряжение командира.

— Что-то не так? — поинтересовался виновник.

— Это ты нам сейчас и расскажешь.

Взметнулся воздух, и десятки полупрозрачных воздушных лент надежно спеленали Ноэля по рукам и ногам. Да так туго, что парень шевельнуться не мог. Упал бы как подкошенный и расшиб себе голову, но в последний момент прямо в полете замедлился — не иначе как Касьян магией придержал.

— Если не хочешь, чтобы мы ушли, оставив тебя на обед тварям, лучше рассказывай, кто ты такой.

— Что? — глаза Ноэля бешено вращались. — Я не понимаю, о чем ты!

Парень извивался на земле и больше всего смахивал на гусеницу.

— Касьян, что происходит? — вступилась Элена. Пока она держала себя в руках, но чувствовалось, что девушка на взводе.

— Посмотри на него, — командир махнул рукой, указывая, на что конкретно нужно обращать внимание: — Цвет шеи, размах плеч, волосы. Ничего не замечаешь?

Следуя подсказкам, я пыталась понять, что его так насторожило. Шея у парня пошла пятнами, но не красными, как это бывает от аллергии, а белыми, словно с него сползал загар. А плечи… при определенном ракурсе было видно, что они задваиваются, будто поверх Ноэль нацепил какое-то толстое, но полупрозрачное защитное обмундирование.

— Какого хрена?! Личина! — в голос заявили Натан и Элена.

— Угу. И, судя по всему, она сползает, — фыркнул командир. — Волосы посветлели не от того, что выгорели на солнце, а потому что родной цвет проявляется.

Команда со зверскими рожами окружила неизвестного. Ноэль громко сглотнул, видимо, решил, что его сейчас запинают всей командой. Конечно, этого не случится, но он не мог этого знать наверняка.

— Ну что — говорить будешь? — вновь обратился Касьян к валяющемуся на земле парню, присев на корточки.

Как ни странно, тот расслабился. Перестал извиваться, пытаясь высвободиться из воздушных пут. И спустя долгих десять секунд идеальной тишины заговорил:

— Ноэль — моё второе имя. Полное имя звучит как Арней Ноэль лаФогрэ-Митлаунтский.

— Быть не может! — Элена была ошарашена этим признанием. — Наследник лаФогрэ уже много лет считается пропавшим без вести!

— Потому что иначе я бы числился мертвым.

— Чем докажешь? — гончая не повелась на громкое заявление.

— Командир, руку освободи, — потребовал этот… я теперь даже не знала, как к нему обращаться! Ноэль или Арней?

Касьян ослабил воздушные ленты на груди парня и протянул ему руку, помогая сесть.

Ноэль расстегнул защитную куртку и вытащил длинную цепочку, скрывавшуюся под горловиной рубашки. На цепочке висел перстень. Стоило Ноэлю нацепить его на средний палец, как рисунок на кольце засиял, словно приветствуя хозяина.

Близнецы присвистнули.

— Кас, освободи его, пожалуйста, — со вздохом произнесла Элена.

— Может, для тех, кто не вращается среди знатных господ, объясните, кто этот залетный голубчик? — сыронизировал Киран, хрустя костяшками.

— Мне тоже о-о-очень интересно, — добавил Мирон таким голосом, словно жалел о том, что позволил когда-то Элене откопать парня из земли.

Настроение в группе вообще было напряженным, Элена, видимо, решив и дальше не накалять обстановку, начала с фактов:

— Наследник богатого рода, на чьих землях находятся целые залежи редчайших и ценных ископаемых, — отрапортовала гончая. — Глава рода погиб в одной из шахт во время обвала, а наследник через пару лет исчез без вести. Искали всем королевством. Сперва считали, что мальчика похитили ради выкупа, а когда требований не поступило, семья предложила огромную награду за любую информацию о его местоположении.

— Под моей семьей ты подразумеваешь Сафизмунда лаНерто? — с издевательским смешком уточнил Ноэль. — Ну, конечно, он меня искал. Ведь пока родовой реестр определяет наследника рода как живого, он не может распоряжаться нашим имуществом. Хватит с него и того, что в шахты руки запустил. И то, что мою мать, вдову своего лучшего друга, окольцевал.

— Ноэль, — участливо, как к маленькому ребенку, обратилась к нему девушка. — Было расследование, и твой отчим не имеет отношения к обвалу шахты. Что бы ты там в детстве ни увидел, тебе показалось.

— Четыре покушения за два года мне тоже показались? — фыркнул он. — Боюсь, не исчезни я из дома, на пятый раз он меня бы прикончил. А расследование липовое, я уверен.

— Вот подонок! — зло выплюнул Янис, пнув мыском сапога ближайший кусок щебня. Тот с гулким стуком улетел в кусты.

— Мне повезло, что не все купились на его лживые улыбки, помог конкурент отца. Несмотря ни на что, я за все свое детство ни разу не слышал, чтобы родитель плохо о нем отзывался. Наоборот, говорил, что такие конкуренты помогают расти, развиваться. Поступил в академию уже под его фамилией, тяжело было привыкнуть к новой жизни, но ничего, справился.

— А как здесь оказался? — поинтересовался Натан.

— Да не планировал я сюда, но перед самым выпуском заметил слежку. Да и парни с курса сказали, что в последнее время мной настойчиво интересовались какие-то мутные личности. Раскрыли, короче. Я матери письма писал, видимо, как-то вычислили. Вот и напросился на практику в серые земли, тут меня достать проблематично. А если уж умирать, то я выбираю смерть из-за тварей, чем от руки отчима.

В этом я была с ним солидарна. Но меня интересовал еще один вопрос:

— Неужели твоя мать ни о чем не догадывается?

Ноэль помрачнел. Какое-то время он молчал, глядя себе под ноги, а затем ответил:

— В те годы она была слишком разбита после смерти отца, чтобы это замечать… Тот случай в шахте подкосил ее, и она ухватилась за того, кто был рядом, как за спасательный круг. Для нее он лучший друг мужа. Тот, кто поддержал в трудную минуту. Она просто не может разглядеть в нем чудовище… Я по детской наивности пытался до неё достучаться, но мне потом объяснили, что, если у меня это получится, жить ей останется недолго.

Среди ребят повисло молчание, и я уже пожалела о том, что задала этот вопрос, как вдруг на помощь пришел Кир:

— Так и сколько тебе исполняется? — Рэйдан по-дружески приобнял «младшего» товарища за плечи, уходя от опасной темы. Воздушные ленты растворились без следа.

— Двадцать, — отозвался Ноэль с улыбкой. — Поэтому и личина начала сползать, срок истек. Да и с даром не все нормально — он наполовину был запечатан, и сейчас силы прорываются.

Кас глянул на меня, едва заметно закатив глаза, мол: «Опять не угадали».

— Ого! Полное совершеннолетие?! То есть теперь этот Сафизмунд получит дырку от бублика? — уточнил Киран.

— Точно. Последний год практики я выкуплю, наконец-то у меня есть доступ к банковским счетам. И отправлюсь домой наводить порядок.

— Командир, — весело заявил Киран, — ничего не знаю, но это надо обмыть! В конце концов полное совершеннолетие бывает раз в жизни. Такой повод! — И члены команды тут же поддержали его слаженным гомоном. — Да и жизнь парня потрепала!

А Касу только это и было нужно! Если бы они только знали, что мы уже все продумали заранее, более того, согласовали с руководством…

— Знаете, после истории Ноэля я даже возражать не буду, — проговорил он, а потом обратился к самому виновнику: — Ты прости за реакцию, сам понимаешь, в голову лезет все самое худшее.

…то так бы не удивлялись!

На мгновение все замолчали, глядя на командира широко распахнутыми от удивления глазами, а затем среди парней послышалось радостное улюлюканье.

А сам Ноэль кивнул и протянул Касу руку:

— Порядок. Сам бы так поступил.

Натан и Веррон недолго пошептались, а затем предложили сварить ту самую чаловку на основе трав. А Элена, которая быстро пришла в себя, никак не ожидая такого поворота событий, предложила парням помощь в приготовлении зелья от похмелья. Все же целитель как-никак, знает, что делать в таких случаях.

— Оно как раз настоится за ночь и будет готово к утру, — с улыбкой сказала она. — Не позволю отлынивать от тренировки, даже не рассчитывайте.

На том и порешили. Все складывалось как нельзя лучше. Круг подозреваемых сузился — Ноэля можно смело вычеркивать из списка.

В крепость все вернулись в приподнятом настроении. Даже Мирон, который в моих глазах был и ворчуном, и задирой, и даже подозреваемым, перекидывался какими-то шутками и идеями вместе со всеми.

После обеда все, кроме Ноэля, разбрелись по своим делам — ребята заявили, что ему как имениннику полагается выходной. Близнецам предстояло стандартное дежурство. Натан вовсю хлопотал на кухне, периодически отгоняя Кира от миски с кремом для торта. Он же должен был «накрыть поляну», как и обещал.

Остальные члены команды поднялись на смотровую, чтобы обсудить подарки.

Идей было много, но воплотить вышло бы не все. Во-первых, времени не так много, а во-вторых, ресурсы ограничены тем, что можно добыть на территории серой зоны. К сожалению, магазинов здесь не имелось.

— Нет… — Элена покачала головой, отметая очередное предложение. — Подарок должен быть крутым и полезным. Пусть даже один, но от нас всех.

Ее слова и недавняя находка натолкнули меня на интересную мысль. А что, если создать что-то вроде усилителя, совместив все виды магии? Ноэль ведь универсал! Если взять шесть камней и наполнить каждый силой…

Я мысленно присвистнула. Идея сама по себе не нова, но такой артефакт стоит целое состояние!

Ребятам моя мысль понравилась, согласовали за три секунды. А главное, реализовать задумку не так уж и сложно! Так что вскоре у меня было шесть заряженных камней. В затее приняли участие все, кроме Касьяна, Мирона и Агнесс. Сборка, понятное дело, была на мне. И, как финальный штрих, я рискнула добавить в него маячок — на случай, если ребятам вновь придется доставать Ноэля из-под земли.

С артефактом я провозилась до самого вечера. Долго не знала, куда пристроить камни — не в мешочке же на поясе Ноэлю их таскать? Нужен был простой, но эффективный способ держать артефакт при себе, даже оставаясь налегке, без страха выронить его из кармана в разгар боя. В конце концов я приспособила под артефакт один из наручей — Элена подсказала и даже показала, где можно найти один подходящий, конечно, у помешанных на оружии близнецов. Могла бы и сама догадаться. Мне оставалось лишь все собрать и сформировать плетение. Но закрепить камни на кованом наруче выгнутой формы оказалось той еще задачей. Пришлось звать Кирана, жестоко оторвав его от миски с кремом. Натан послал мне полный признательности взгляд. Огневик покрутил железяку, но это я из вредности, красивая вещь, и заявил, что хорошую работу портить не станет — думай, Иветта, как сделать, чтоб наруч не ослабить. А ведь есть способ, только драгоценной проволоки много уйдет: наварить на железо гнезда для закрепа камней, сделать из нее связи, чтобы не по металлу знаки царапать. Я со вздохом начала отмерять первый кусок тонкой меди, с тоской припоминая, сколько потратила на эту тоненькую проволочку и что осталось ее у меня совсем немного.

Кир внезапно сорвался с места и через пять минут послышался топот — огневик возвращался.

— Вот! — На стол передо мной грохнулась каменная шпулька с намотанной на нее проволокой.

Неимоверным количеством ровненькой радостно оранжевой мечты артефактора!

— Откуда? — это единственное слово, что пробилось сквозь мое восхищение.

— Так сделал. Такой тонкой, как твоя, у меня не получилось. Надо практиковаться. Ну, пока только такая и вышла.

— И это просто отлично! Кир, ты лучший на свете огневик! — я от радости подскочила и чуть было не расцеловала приятеля, вовремя опомнилась. В голове всплыл эпизод, как Касьян отреагировал, когда Натан в порыве благодарности меня покружил. Лучше, пожалуй, я воздержусь. — А проволока разных сечений нужна. Я по привычке покупаю самую тонкую, как во времена безденежья, хоть она самая дорогая — прижимистые гномы продают свое рукомесло только катушками, хочешь покупай, хочешь — нет. Но зато из тонкой при необходимости можно жгут свить и станет как надо, а вот наоборот — никак.

— Так вот что ты задумала! — въехал в технологию Киран. — Погоди! — И снова сорвался с места. — Я… я сейчас…

Через час Киран сварганил из медной пластины аккуратное кольцо под шесть камней и приклепал его к наручу. Мне осталось только вставить камни, маячок и прорисовать связи. Это я запросто, по меди-то. Дело привычное.

Довольные друг другом и результатом, мы стали собираться. Сложив в сумку все свои инструменты, я протянула Кирану катушку с проволокой.

— А мне-то она зачем? — удивился огневик. — Оставь, тебе пригодится.

— Ты уверен? — протянула с сомнением.

— Конечно! Только ещё меди порченой мне подкинь, если есть, милое дело концентрацию тренировать. И как я раньше не догадался — все песок плавить пытался.

— А зайди-ка прямо сейчас.

Пластины у меня имелись, но не в них дело. Из сундука, к удивлению Кира, появилась не медь, а стандартный полотняный мешочек с логотипом гномьего банка.

— Держи. Не гномья цена, конечно, но хоть что-то.

— Ивка! — Кир уставился на золотые монеты как нечисть на ловца. — Ты сбрендила? Не возьму!

— Именно столько ты бы получил за эту катушку в столице. Все честно! И вообще, очень советую не бросать это дело, у тебя явно талант к металлам, и открыть счет в банке. Считай, у тебя постоянный источник дохода образовался. Чур — я первый клиент!

Парень так обалдел, сверля взглядом заработанное, что завис не меньше, чем на минуту. Поднял на меня ошарашенный взгляд и выдал многозначительное:

— О!

Подумал ещё, а затем с неясной мне решимостью отсчитал половину монет из мешочка, затянул тесемки и протянул его мне:

— И не спорь! И то, остальное беру только для того, чтобы закупить пластины. Во-первых, считай, ты меня этому научила, без тебя я бы до такого в жизнь не додумался. Во-вторых, я работал на твоих материалах. В-третьих, проволока получилась не идеально ровной, считай, с браком. Ивка, — вдруг заявил Киран с самым растерянным выражением лица, какое я когда-либо видела, словно до него только сейчас дошел весь смысл произошедшего, — забери их все, а? — И пихнул мне в руки оставшиеся монеты. — Ты ведь даже не понимаешь, что сделала для меня! Ты ж жизнь мою изменила! Да моя семья тебе по гроб жизни будет благодарна.

— Ой все, — я спрятала руки за спиной. — Вдох-выдох! Дыши уже, а то такое чувство, что тебя сейчас кондратий хватит. Нормально? Соображаешь?

— А я и не переставал, — едва ли не обиженно заявил верзила. — Знаешь, мне хороший друг-кузнец оружие делает по себестоимости, по цене материала, значит. Вот и с тобой мы будем работать так же, — заявил Киран. Но только я хотела возмутиться, как он со всей решимостью заявил: — И слушать ничего больше не стану. Я так решил. А делать другие сечения научусь, вот увидишь. Гномов за пояс заткну!

И такое счастливое выражение лица у него при этом стало, что я не сдержалась и рассмеялась.

— Ох, Киран, теперь я в этом уверена! Ну и повезло же мне с тобой! Только я тебя за язык не тянула!

Мы еще некоторое время поперешучивались, парень постепенно приходил в себя, а я делала последние штрихи на браслете. За всеми этими приготовлениями мы и не заметили, что на крепость опустился вечер, и пришло время поздравлять именинника.

Отмечать решили на улице — все сошлись во мнении, что нечего прозябать в общем зале в такую чудную погоду. Наверное, нам всем не хватало праздника — каждому досталось за эти недели, кого-то даже нехило потрепало. Да и я сюда ехала чуть ли не на «каникулы», а попала на поле боевых действий. Так что веселье началось ещё до застолья. Даже не веселье, а баловство: воздушники — Мирон и Рэйдан — устроили перетягивание стола, пока Веррон мимоходом не врастил столярное изделие прямо в дерн лужайки. Агнесс устроила небольшие костерки на переносных жаровнях — оказывается, в крепости нашлись и такие. Я думала, у нас на чердаке могильник хлама, а оказалось — склад раритетов. Огонь — это здорово. Не то что бездушные магические светильники. Да и Кас вместо салюта запустил вверх рой крошечных искристых фаерболов и не давал им упасть магией воздуха. Ну а я принесла музыкальный артефакт — записей баллад было не так уж и много, но все же не в тишине сидеть. А Натан?! Наш Натан — золото! Нет, я таки познакомлю его с Таськой, парню не отвертеться. Он не просто накрыл стол, но еще и застелил его самой настоящей скатертью. Умереть не встать!

Серые земли, суровые горы, рубиновый закат спорит с огнем жаровен, стол под открытым небом и торт, увенчанный длинными шпажками вместо свечей, на белой скатерти. Хорошая посуда у Натана тоже нашлась, вернее сказать, приличная. Во всяком случае, красивый кувшин для напитков имелся. Вот что значит практичный подход к долгой изоляции на краю мира. Напиток, правда, подкачал — настои трав редко выглядят аппетитно, уж я-то знаю, насмотрелась у подруги. Но в сумерках не видно.

Чаловка с калицей сработали как надо: народ вовсю балагурил. Мне кажется, что столько смеха в этой крепости не было за весь минувший год. Вспоминали учебу в академии, дружно содрогались при упоминаниях об экзаменах или «любимых» преподавателях. Все мы, можно сказать, однокашники. Я самая мелкая — вчерашняя выпускница, но и ребята недалеко ушли. Разница не такая уж и большая, от года до семи лет. Веррон у нас самый «престарелый» — ему двадцать семь, Мирон младше его на год, хотя за счет шрама на лице я бы дала ему все тридцать. Поэтому веселились все дружно и с удовольствием. Киран, который громче всех радовался нарушению сухого закона, неожиданно отказался пить, только за именинника пригубил — рискованно, мол, огневику так расслабляться. Ну, ничего, ему простительно, он и без всяких увеселительных напитков навеселе по жизни, а вот остальные расслабились, чего мы, собственно, и добивались.

— Короче, поздравляем тебя, Ноэль, — заявил огневик, когда на улице окончательно стемнело, — расти большой, держи подарок. А что за подарок, расскажет Иветта.

О таком мы не договаривались, так что я на несколько секунд растерялась. Но достаточно быстро взяла себя в руки, пояснила, от кого конкретно подарок и дала краткую инструкцию. По ошарашенному выражению его лица поняла: Ноэль был так удивлен, что даже особо и не вникал — оказался не в состоянии. Кажется, наши травники переборщили с крепостью чаловки.

Слова Кирана стали чем-то вроде спускового крючка, поздравлять бросились все. Агнесс поцеловала товарища в щеку и вручила ему какой-то пузырек.

— Это сильное восстанавливающее зелье, — смущённо сказала она. — Спасет, даже если будешь на волосок от смерти. Учитывая, что ты собираешься ввязаться в войну со своим отчимом… В общем, дарю и желаю, чтобы оно тебе не пригодилось.

— Спасибо, — Ноэль благодарно сжал её руки и переключил внимание на подошедшего Мирона. Я сама не заметила, как напряглась, слишком ярки были воспоминания о том, как Мирон был готов бросить друга на смерть.

Мужчина протянул набор метательных ножей.

— Это на удачу. Они много раз спасали мне жизнь. Надеюсь, тебе тоже послужат.

Ноэль ненадолго растерялся, а затем поблагодарил его, и парни пожали друг другу руки.

— Думаю, можно считать это актом примирения, — с улыбкой сказала Элена, внимательно глядя на них. Вокруг послышалось улюлюканье.

Последним подарок вручал Касьян. Правда, никто так и не узнал, что он подарил, подойдя к Ноэлю, Кас шепнул ему что-то, и они отошли в сторону, так что слышать, о чем они говорят, мы не могли. Вернулись парни донельзя серьезными, Ноэль вообще выглядел каким-то пришибленным.

Чуть позднее я не выдержала и спросила Касьяна:

— Так что ты ему подарил?

— Шанс восстановить справедливость. Я связался с отцом, рассказал ему о том, что нам удалось разузнать, и он пообещал лично проконтролировать расследование смерти отца Ноэля. Если его отчим виновен, он ответит за то, что сделал. В общем, парню помогут.

Ого! Пожалуй, это самый лучший подарок из всех.

Праздник закончился глубоко за полночь. Мы с Касом и Кираном, как единственные ровно стоящие на ногах, остались убирать мусор и грязную посуду. Будет полнейшим свинством, если вместе с похмельем Натану достанется ещё и гора грязной посуды. Так что я активировала водоворот и занялась делом.

— Нас ждет очередной отчет Верховному? — широко зевнув, спросила я, едва только переступила порог кабинета своего командира. — Вечер получился хорошим, но мы так ничего и не узнали.

— Он ещё не закончен. Я у входной двери замаскировал сигналку, если кто-то ночью захочет покинуть крепость — мы узнаем. А сейчас ложись спать, Верховного я беру на себя.

Подавив очередной зевок, я уснула, стоило только голове коснуться подушки.

34. О том, как ошиблись

Утро после праздника выдалось недобрым. Для всех, кроме меня и Кирана.

Касьян был необычно хмурым и задумчивым — сигналка у двери не сработала, хотя, как я поняла, он на это рассчитывал. Ребята выглядели уставшими и невыспавшимися. Некоторые из них морщились, потирая виски, так что варево Элены пришлось как нельзя более кстати. Горькое, с чуть солоноватым привкусом, оно бодрило и снимало неприятные последствия вчерашней невоздержанности — только потому ребята и продолжали пить эту бурду, тогда как мы с парнями — Касом и Кираном — тихо радовались, что избежали этой участи. Глядя на выражение лиц товарищей, мне меньше всего хотелось лично пробовать эту дрянь.

Натан, даже страдая последствиями минувшего вечера, не бросил свои обязанности — встал раньше всех, приготовил завтрак и даже испек какие-то крендельки к чаю. Так что я наслаждалась сладкой кашей, а Киран и вовсе уплетал уже вторую порцию и подтрунивал над товарищами.

Мирон был единственным, кто так и не вышел на завтрак, и все решили, что он все еще отсыпается после попойки. А в его случае это была именно попойка — он так перебрал, что бедной Агнесс пришлось его чуть ли не со скандалом укладывать спать. Короче, если у трезвого Мирона характер не сахар, то у чуть подвыпившего — тертое стекло, не иначе.

— Я пойду проверю его, — предложила огневичка с кислым выражением лица, вставая из-за стола. С собой на подносе она прихватила стакан с зельем Элены и тарелку с завтраком.

— Давай, — согласилась Элена. — И предупреди, что, если опоздает на разминку, будет бежать дополнительные круги! — бросила вдогонку она.

Я покосилась на нее со смесью страха и уважения.

— А ты никому спуску не даешь, да? — спросила я с тенью улыбки.

Элена сделала очередной глоток своего же пойла и невозмутимо пожала плечами. А в следующий миг в общий зал вернулась бледная Агнесс. Не просто вернулась, она перескакивала ступеньки с такой скоростью, что едва не навернулась. Уже без подноса, и с тревогой сообщила:

— Мирона нигде нет…

Мы с Касом переглянулись. Уверена, в тот момент мы думали об одном и том же.

— Неужели и вправду он? — негромко спросила я у него. Мы стояли чуть в отдалении, пока ребята обсуждали, куда же делся Мирон. Кто-то даже шутил, что тот с пьяных глаз забрел не туда.

— Не знаю, — хмуро ответил командир, бросая хмурые взгляды на Агнесс. — Но мне это не нравится…

Допрос девушки не заставил себя долго ждать — в конце концов они с Мироном были близки, даже слишком. Кто, как не Агнесс, могла заметить странности в его поведении?

Когда парни по второму разу проверили крепость, шутки кончились. До команды стало доходить, что что-то тут не так. Да ещё и Касьян со злым прищуром смотрел на Агнесс.

— У тебя есть догадки о том, где он может быть? — Огневичка сидела на стуле, а Кас нависал над ней, точно скала, сложив руки на груди и буравя ее хмурым взглядом.

Агнесс перевела растерянный взгляд на меня, нервно сжав ткань брюк, а затем затрясла головой.

— Нет. Откуда я могу?..

— Мы знаем о ваших отношениях и ночных прогулках, — резко отрезал Кас, и она вздрогнула. Остальные недоуменно уставились на командира, не понимая, о чем речь. Взгляд девушки заметался, подбородок задрожал, но тут Агнесс словно собралась с духом. Выпрямилась, даже задышала ровнее и спокойно ответила:

— Я не хотела говорить… Мирон, он не плохой. Он никому не хотел зла…

— Он мог быть не в себе, — уже мягче намекнул Кас и повторил вопрос: — Что ты знаешь?

Агнесс ответила не сразу. Было видно, что в ней борется любовь и беспокойство за Мирона с ответственностью перед командой, пока она наконец не решилась. Чтобы хоть как-то поддержать, я заварила для нее чай и вручила горячую чашку. Она обхватила ее обеими руками, поблагодарила взглядом и начала свой рассказ.

— Это случилось недавно. Мирон стал звать меня гулять по ночам. Я решила, что это романтично. Звезды, сверчки, разговоры под луной… Но с каждым разом мы стали уходить все дальше от крепости. Сначала я думала, что он не хочет, чтобы нас видели вместе. Но со временем его все больше и больше манило к разлому. Мирона будто тянуло к нему магнитом, понимаете? А вчера он был не в себе. Что-то бормотал, глядя в пустоту, но я решила, что просто перебрал этой вашей ча-ло-вки, — произнесла с презрением. — Попыталась увести его в комнату, так он начал толкаться. Мы и поругались. Но клянусь, я уложила его спать! Утром, когда он не вышел к завтраку, я была уверена, что Мирон просто обижен на меня, поэтому и пошла к нему. Хотела помириться.

Все это время я молча слушала ее и чувствовала, что что-то не сходится. Можно назвать это чуйкой, интуицией, но я была уверена, что что-то не так, пусть пока и не понимала что именно. Внутри будто кошки скребли, предупреждая о надвигающейся опасности.

— Это все я виновата. Если бы я только рассказала раньше… Но я не хотела верить в то, что с ним происходит то же, что и с Феликсом, понимаете? Он самый близкий мне человек. Если с ним что-нибудь случится…

Касьян дернул головой, словно его все эти оправдания не волновали и даже больше — бесили.

— Агнесс, мы найдем его, — пообещала элена. — И сделаем все, чтобы вернуть Мирона. Даю слово.

Вчерашнее праздничное настроение команды резко сменилось тревогой. Больше не было той веселой беззаботности, в которую мы вчера окунулись. Все ребята вновь были собраны и готовы к чему угодно. Все, кроме меня.

И поспешили на поиски, покинув крепость.

Кое-какие полезные артефакты я все же припасла. Да и инструменты на случай, если потребуется срочный ремонт. Но этого было мало. Я понимала, что, если начнется настоящий бой, как тогда, когда пала часть купола, я не смогу помочь и вновь стану обузой. Но было одно отличие, теперь я знала, что могу изменить расклад сил, если надену браслеты. От одной мысли об этом меня начинало потряхивать и хотелось, как и вчера, забиться куда-то подальше в уголок. Но все же после прочтения дневников своих предков я уяснила, что вреда эти артефакты принести не должны, если я докажу свои намерения помочь, а не использовать мощь ради корысти, сумею усилиться. Это может спасти жизни ставших уже такими близкими друзей.

Я остановилась, пропуская вперед поисковую группу и остановила командира:

— Кас, мне нужно вернуться в крепость.

— Зачем? — он сдвинул брови.

Крепость виднелась за кронами деревьев. Все спешили как можно скорее осмотреть территорию, найти хоть какие-то следы пропавшего. И мое внезапное решение насторожило Касьяна.

— Я чувствую, что сегодня что-то произойдет, — произнесла тихо и с опаской оглянулась. — Это сейчас просто витает в воздухе! И я обязана сделать все от меня зависящее, чтобы не допустить самого ужасного.

— Ив, я не понимаю, — Кас нахмурился. — Ты артефактор, твоя задача состоит в другом! Как ты можешь на что-то повлиять?

— Ты же знаешь, — и будто в омут головой кинулась, — я могу стать полноценным побратимом драконов, если надену браслеты. Мирон пропал не просто так. Он последователь. Маг тьмы. А кто, как не дракон, сможет противостоять этой тьме? Я обязана, понимаешь?!

Взгляд парня потяжелел:

— Не говори ерунды. Я видел тебя вчера и лично лечил раны после того, как ты их примерила! Если ты и сможешь принять эту силу, то явно не сейчас.

— Может быть… Только у нас нет времени ждать! Зачем-то же они позволили вчера себя обнаружить! Не в нашем случае пренебрегать такими знаками.

Он смотрел мне в глаза, явно подбирая слова, чтобы меня отговорить, а я… Я уже решила. И, прочитав это в моем взгляде, он сдался.

— Хорошо. Но… — он хотел сказать что-то еще, однако ребята заметили, что мы отстали, и начали возвращаться.

Времени спорить больше не было.

— Ладно, — будто подводя итог под спором, который вел у себя в голове, произнес Касьян. — Я не могу сейчас оставить команду, но одну тебя все равно не отпущу. Мало ли что… — Элена! — позвал он кузину, которая уже почти подошла к нам, и в двух словах обрисовал ситуацию, не вдаваясь в подробности.

Девушка нахмурилась, явно не понимая, что вообще тут происходит. Будь на месте Касьяна кто-то другой, она бы уже прижала его к ближайшему дереву и вытрясла все подробности.

— Хорошо, — она приняла приказ командира. А потом обратилась ко мне. — Идем. Только быстро.

Я нетерпеливо шагнула в сторону крепости. Мысль о том, что мне просто необходимы эти браслеты прямо здесь и сейчас, засела в мозгу острой занозой. Нужны.

Тихий голос Каса раздался за спиной. Он обращался к кузине:

— Присмотришь за ней, ладно?

— Спрашиваешь! — так же фыркнула она. И в два счета нагнала меня: — Идем, Ив, чем скорее заберем то, что тебе нужно, тем скорее нагоним ребят.

Я боялась, что она пристанет с расспросами. Но Элена не стала донимать пустой болтовней.

Меня тянуло вперед с такой силой, что я запоздало поняла одну простую вещь: это опять влияние драконьих артефактов. Влияния души одного из тех, чья кровь течет в моих венах.

До крепости мы не дошли — добежали, сдавая всевозможные нормативы. Молнией пролетев по коридорам, я ворвалась в свою комнату, распахнула сундук и достала шкатулку. Лишь на секунду заколебалась, вспомнив, чем все закончилось вчера, но выдохнула и надела браслеты. Сейчас, когда Мирон, а может, и все члены команды, были в опасности, я не могла дать волю страху и сомнениям.

Но сей раз все было иначе. Нахлынувшая сила не испугала меня. Я была к ней готова, насколько это вообще возможно, когда на тебя обрушивается настоящий водопад мощи и возможностей, но сейчас отчего-то во мне крепла уверенность, что артефакт примет и не подведет. Сейчас он нужен мне. И я убедилась в этом, когда вновь увидела те самые глаза, услышала все то же нарастающее многоголосие, которое спустя несколько мгновений слилось для меня в один-единственный голос: — С чего ты решила, что достойна этой силы?

Я ответила, ни секунды не сомневаясь в своих словах: — Потому что хочу помочь своим друзьям избавить этот мир от тьмы.

В голове кто-то хмыкнул: — Это не твоя война, девочка. Но если ты настолько глупа… это будет даже интересно.

И водопад, который только что не давал дышать, превратился в живительный поток, затопив силой. Голова закружилась от осознания тех возможностей, что открылись передо мной так быстро и неожиданно. На мгновение показалось, что артефакты не просто поделились силой, но и сделали меня выше на целую голову! Легкость. Веселье. Огромная мощь и знания… знания, которые так гармонично появились в голове, будто я всегда знала эти тайны, но забыла о них.

А затем вдруг я почувствовала что-то темное, злое…

Внутренности скрутило в тугой узел, в горле возник противный ком, стало нечем дышать. Я ощутила тьму так явно, так четко, будто она была материальной. Душила меня. И так же резко вспомнила, что вообще тут делаю. Как оказалась в своей комнате, почему поглаживаю подушечками пальцев гладкую прохладную поверхность браслетов, защелкнутых на предплечьях. Вспомнила, для чего приняла силу, которой все еще совершенно не могу управлять, но просто обязана научиться.

Новый отголосок чего-то темного пробрал до самых внутренностей. Но в этот раз я выдержала и отчетливо ощутила, откуда она исходит. Эта тьма рядом. В крепости. Под нами.

На мгновение я замерла, ошарашенно глядя себе под ноги. Так близко… такая тьма…

Элена дожидалась меня в коридоре и бросила недовольный взгляд, когда я выскочила ей навстречу.

— Чего так долго?.. — это все, что она успела спросить, прежде чем я схватила ее за руку и потащила за собой в сторону спуска в подвалы.

Она пыталась узнать, что происходит, но я бы не смогла внятно объяснить. Знала только, что тьма тут — на расстоянии вытянутой руки. И я просто обязана выяснить, откуда она исходит. Потому что именно для этого просила силу. Именно для этого душа дракона позволила мне воспользоваться артефактами.

И с каждым шагом уверенность в том, что я поступаю правильно, только крепла.

Скатившись по каменным ступеням в самый низ, я попыталась осмотреться в темноте. Мрак тут был таким густым, таким удушающим… Но Элена этого, похоже, не замечала. И только в последний момент я осознала, что все это время на стенах слабо помигивали кристаллы. Они давали достаточно света. Ей, но не мне.

А в следующее мгновение…

— Какого демона?! — выдохнула целительница, замерев на месте.

Я проследила за ее взглядом и ощутила такое давление на виски, что перед глазами заплясали вспышки.

И только когда зрение вернулось в норму…

— Мирон? — недоверчивый шепот сорвался с моих губ, а колени подогнулись.

Парень, которого мы искали всей командой, который пропал из крепости… был тут. Спеленатый чарами, запертый в огромной пентаграмме, нарисованной прямо на камнях подземелья.

В самом дальнем углу помещения. Там, куда практически не дотягивался свет от артефактов. Он был там и… не дышал…

— Давай, надо вытащить его отсюда! — приказала Элена, не церемонясь.

— Он… — голос надломился, я испуганно отступила, не веря собственным глазам. Не веря тому, что мы нашли его… здесь.

— Он жив! — голос девушки заставил меня вздрогнуть. — Не стой столбом! Помоги же мне!

Я несколько раз тряхнула головой, стараясь избавиться от назойливого звона в ушах. И поспешила вперед, выполняя приказы целительницы.

Она какими-то чарами разорвала край пентаграммы и злобно зашипела. Кожа на ее правой руке пошла пузырями. Но чары почти моментально вылечили травму.

Подхватив под руки парня, нам кое-как удалось вытянуть его из магического круга. Тяжелый!

Стоило Мирону покинуть пентаграмму, как он зашевелился. Слабо дернул рукой, попытался открыть глаза и в полубреду прошептал всего одно слово:

— Агнесс…

Элена уже стояла рядом с ним на коленях, пытаясь обнаружить раны и залечить их. Вернуть его в сознание. А я застыла на месте, лихорадочно размышляя…

Как такое возможно? Как он может быть тут? Что могло произойти? Мы ведь проверили всю крепость! Или…

— Элена, кто проверял подвал? — дрожащим голосом спросила я, отчетливо понимая, что могло бы произойти, не реши я вернуться за браслетами.

Он бы не выжил. В боку огромная дыра, кровь хлещет так, что мама не горюй. И это только видимая рана… Что еще с ним тут произошло?

Элена дернулась от моего вопроса, обернулась. На ее лице отразилась секундная растерянность:

— Я не знаю. Мы разделились. Не уверена, что сюда вообще заглядывали. Никому и в голову не пришло, что Мирон мог оказаться именно здесь.

— Это сделала Агнесс? Мирон, это она сделала с тобой? — попыталась я достучаться до еле живого парня.

Мне нужно было знать наверняка. Он не просто так назвал ее имя, или… просто? В бреду. В горячке. На пороге смерти позвал ту, которую любил.

Мирон попытался пошевелиться, за что тут же получил от Элен нагоняй.

— Не дергайся! Мне нужно закончить сращивать каналы.

Он слабо кивнул. Но рана на боку уже закрылась. О ней напоминала только пропитавшаяся кровью рубашка. Мирон был спасен.

Я присела рядом на корточки и все же вновь попыталась до него достучаться. От его ответа зависела безопасность всех тех, кто сейчас ищет Мирона по прилегающим территориям. Если враг среди них… Ох, даже думать не хочу!

— Мирон, пожалуйста, — позвала я его. — Я должна знать. Кто это с тобой сделал?

Рыжий кашлянул, прикрыл глаза и сбивчиво заговорил. Его голос звучал слабо, мне пришлось затаить дыхание, чтобы не пропустить ни звука.

— Я проснулся среди ночи, — прохрипел он, вновь закрывая глаза. — Пошел за водой… Заглянул к Агнесс, но ее в комнате не оказалось.

Элена бросила на меня злобный взгляд, мол, мешаешь! Но ничего не сказала. И не стала прерывать рассказ Мирона.

— Она с самого детства бродит во сне, что-то бормочет, — тем временем продолжал откровенничать Мирон. — Как тогда, когда я нашел её на улице. Мой отец водил её к целителю, но тот сказал, что это травма — последствие того, что девочка видела убийство своих родителей.

Парень закашлялся. Несколько мгновений помолчал, собираясь с силами, и продолжил:

— Папа собирался подзаработать денег, чтобы ей помогли, но Агнесс забрали в приют. Наверное, там ее вылечили. Потому что тут она вела себя как здоровая. Я даже забыл о том… Пока однажды чисто случайно не увидел её ночью из окна, бредущей прочь из крепости. Решил, что из-за смерти Феликса случился рецидив. Я поймал её, успокоил, осторожно отвел обратно. С тех пор присматривал за ней, старался заглядывать по ночам, проверять.

Последние несколько предложений он выдал на одном выдохе. И вновь расслабился, договорив.

— Ты должен был сообщить об этом! — грубо заявила Элена, вливая ему в рот какое-то снадобье.

— Чтобы её вышибли из отряда? За лунатизм? — мужчина поморщился и вновь попытался встать. — Это и было-то всего пару-тройку раз!

— Самонадеянный кретин! — Элена так яростно сверкнула глазами, что даже мне стало не по себе. — Куда она ночью брела? В какую сторону?

— В сторону… — Мирон замолчал. Поочередно посмотрел вначале на целительницу, потом на меня. И так резко побледнел, что стал похож на мертвяка. Даже веснушки, казалось, обесцветились, — разлома.

— Что случилось вчера? — тихо спросила я, начиная нервничать.

Мы тратим слишком много времени. Агнесс сейчас со всей командой движется к разлому… Нужно предупредить Каса!

— Нашел ее в кухне, она отвар хотела сделать. Я даже понять ничего не успел, как она меня вырубила, — скривившись, он встал. Не без помощи Элены. — Видимо, ей стоит все же показаться лекарю.

— Она тебя вырубила?! — в иной раз я, наверное, не удержалась бы от подколок, но сейчас нам всем было не до шуток.

— Проклятие! — Элен выругалась сквозь зубы. Неожиданно свечение от ее пальцев потускнело, будто она истратила весь резерв. Элена растерянно посмотрела на свои руки и резко вскочила на ноги. — Она не заваривала гребаный отвар, она в чайную смесь добавила травы, блокирующие магию! Это ловушка, мы должны предупредить команду!

Что?! ЧТО?!

В первые секунды я даже не поняла, о чем толкует целительница. Медленно перевела взгляд на ее руки. Сердце ухнуло в пятки, а все пазлы наконец сложились в одну общую удручающую картинку.

— Подожди! Ты куда?! — бросила я ей вдогонку, когда Элен рванула к лестнице, ведущей из подвала.

Даже после ее вмешательства Мирон все еще выглядел плохо, поэтому я подставила ему свое плечо, помогая подняться. К счастью, спорить он не стал. Вместо этого в глазах мага отразилась благодарность. — Целительской помощи бедолаге явно не хватило — Элена ведь тоже пила утром чай. Мирону все еще было плохо.

— В свою комнату! — не оборачиваясь ответила она. — Ждите тут! У меня есть кое-какие зелья, они ослабят действие блокиратора!

Она вернулась быстро, мы даже до лестницы доковылять не успели, как девушка белкой перепрыгнула через несколько ступеней и оказалась рядом. Строгость во взгляде, сосредоточенность в движениях.

Вот как выглядит готовая к битве королевская гончая.

Без церемоний, не тратя времени на просьбы и объяснения, она влила в рот Мирона что-то из маленькой склянки и отбросила флакон в сторону.

— Ты еще слаб, тебе лучше остаться здесь, — строго произнесла она. — Это должно помочь восстановиться, но подействует не сразу, так что я не смогу быстро привести тебя в порядок. Мою магию тоже сковало.

Мирон с усилием, но встал ровнее, я втихаря выдохнула — тяжелый он.

— И пропустить все самое интересное? — хмыкнул мужчина, давая понять, что спорить бесполезно — его не переубедить. — Нет уж, я с вами. Тем более что в том, что случилось, виноват я, — уже без тени улыбки добавил Мирон. — К тому же, похоже, я единственный, кто не пил блокиратор.

Странно, но я совсем не винила его. Какими бы неприятными ни были наши прежние отношения, я понимала, почему он так поступил. Мирон по-своему заботился об Агнесс и оберегал ее. И я уважала его за это. Не знаю, что по этому поводу думала Элена, но она не стала тратить время на бессмысленные обвинения и нравоучения.

К куполу бежали так, будто за нами гнались самые страшные и кровожадные твари. Мирон оступался, подворачивал ноги, на наши косые взгляды отмахивался. Перепрыгивая через камни и коряги, мы спотыкались, но все же продолжали путь. Даже когда легкие горели огнем, а сердце стучало в ушах, я ни на секунду не подумала о том, чтобы остановиться, только мысленно благодарила Элену за тренировки.

И все это время в моей голове билась одна мысль: «Только бы успеть!»

Элена задавала темп и направление, но опыт командира оказался бесполезен — ребят мы не нашли. Впервые я видела гончую такой растерянной. Граница разлома уже рядом. Еще вчера на плановом обходе я этого не чувствовала, а сейчас меня опять начинало корежить, как совсем недавно в крепости, когда мы нашли Мирона. Тьма все ближе…

— Стойте! — попросила я, задыхаясь и складываясь пополам. — Мне нужна минута.

Мирон, зашипел: «Потом отдохнем», — но Элена, спасибо ей, его заткнула.

— Это не только усталость. Что еще? — уточнила она с нарочитым спокойствием.

— Там тьмы больше, — рука, помимо моей воли, указала направление.

— Откуда такая уверенность? — нахмурилась гончая.

Я задрала рукав, показывая на усилитель.

— Я не просто уверена. Я это чувствую.

Элена нахмурилась, сверля меня подозрительным взглядом. И тут Мирон добавил:

— В той стороне был прошлый прорыв.

Отвечать не стала — экономила силы. Лишь кивнула. Затем поймала направление, четкое, как вектор поисковика, и потрусила в ту сторону. Забег предстоял длинный.

Вначале ребята последовали за мной, не задавая больше вопросов. Но потом командирский голос Элены стеганул по спине:

— Стой! Идём в обход. Там есть место, откуда можно оценить обстановку. Мало ли что, будет глупо идти прямо в лапы врага.

Мирон порывался оспорить решение, но, обдумав ситуацию, нехотя согласился. И нам пришлось сделать немалый крюк, чтобы остаться незамеченными. Команда нашлась там, где Элена и предполагала.

Сев за большими валунами, мы осмотрелись.

То, что все скверно, стало понятно сразу: раньше здесь был просто довольно ровный участок склона с редким в этих местах выходом крупного серого песка. Как только его не выдуло? Наверное, жесткая цеплючая трава не дала. На этом месте мы, случалось, отдыхали во время обходов. А теперь полянка была изуродована. Восемь вытянутых небрежных клякс серого пористого стекла окружали девятую — особенно зловещую на вид. Эдакая уродливая ромашка. Агнесс ходила между застывшими кляксами, которых тут ещё вчера не было — от одного лепестка к другому, и рисовала на них незнакомые символы старинным кинжалом, после чего проливала собственную кровь. Да с таким ожесточением. С таким наслаждением, что у меня мурашки ползли по рукам. С каждой каплей крови все сильнее проступали темные нити, тянущиеся от одного камня к другим. Они напоминали плотный дым, образуя кривоватый октагон, в чьем центре оказался… небольшой алтарь?!

Понимание обрушилось на нас троих разом — ритуальное капище с жертвенным местом по центру.

Гончая не знала о предателе. Не знала о последователе. Но все поняла и без рассказа. Или хотя бы часть того, что на самом деле скрывалось за происходящим.

Проклятие, где все остальные?! Почему Агнесс одна?!

— Тварь, — прокомментировала увиденное Элена, перейдя на злое шипение и спрятавшись за валуном, который стал нам относительно надежным укрытием от глаз огневички, — догадалась же песок сплавить.

Я мысленно выругалась. Этому её Киран обучил в целях контроля дара!

А потом я увидела всех остальных.

Меня прошибло холодным потом, руки предательски задрожали, а перед глазами поплыло.

Ребята сидели неподалеку. Безоружные, ослабленные отравой до такой степени, что некоторые даже не сидели, а уже просто лежали на земле, окруженные тварями. Последние прибывали медленно, прятались за такими же валунами и кустами. Потому и не сразу бросались в глаза, как Агнесс с ее подготовкой к ритуалу на открытой плоскости. Исчадия тьмы не спешили нападать на ослабленных магов, скалились, принюхивались и облизывались, капая густой слюной на землю.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять — им дали приказ охранять.

Но почему Кас не вызвал подмогу, как только понял, как плохи дела?

— Что делать будем? — спросил Мирон. Он, казалось, окреп окончательно. И готов был вступить в битву.

Но обдумать возможные варианты нам было не суждено — прямо за спиной послышалось низкое утробное рычание.

Нас обнаружили!

35. О том, как бороться за жизнь

Мы медленно, без резких движений, обернулись и застыли — сразу три огромных твари. Настолько пугающих, что у меня даже закричать не вышло — язык к небу прилип. Кажется, за все время это первый раз, когда я оказалась так близко к врагу. Впервые во всех деталях смогла рассмотреть порождение тьмы.

Отвратительное создание, которое невозможно сравнить ни с чем существующим.

— Начнем бой, нас заметят, и сюда прибежит ещё стая этих уродцев, — сквозь зубы прошипел Мирон, медленно разминая пальцы. — Лучше просто подчиниться и идти ко всем. Разведаем обстановку, вы дадите команде зелья. Продержимся, а там нападем.

План звучал как нечто безумное. Мы не для того спешили сюда, чтобы просто сдаться. Но…

Спустя несколько коротких мгновений я впервые согласилась с мужчиной. Отбиваться сейчас бесполезно — тварей слишком много, Элена все еще слишком слаба, чтобы дать им отпор, от меня пользы как от козла молока, а один Мирон долго не протянет. К тому же нам все равно было нужно к ребятам.

Монстры не нападали. Стояли так близко, что я вновь начала задыхаться от той тьмы, что они излучали. Элена встала первой, подняв над головой руки. При этом я услышала, как она недовольно скрипнула зубами. Я была второй. Мирон встал последним, опершись на валун.

Одна из тварей угрожающе рыкнула, указав отростком в сторону остальных.

Неужели они хоть на какую-то каплю разумны? Даже думать об этом не хочу!

Шли быстро. Стоило на мгновение замедлиться, твари начинали угрожающе клацать зубами, подгоняя нас. И если Мирон с Эленой такое игнорировали, то я буквально каждый раз подпрыгивала, боясь, что от моего филейного места отхватят кусок.

Агнесс повернулась еще до того, как мы подошли. Будто почувствовала приближение. Замерла на месте и оскалилась в жуткой, несвойственной ей манере. Впрочем, от Агнесс в ней мало что осталось: бледная кожа местами стала серой, покрытой паутиной темных вен, а глаза девушки налились тьмой, полностью лишившись белков.

Да, она больше не была похожа не только на себя, но и на человека.

Труднее всего в тот момент пришлось Мирону. Он стоял, вглядываясь в лицо девушки, и тщетно пытался разглядеть в ней хоть что-нибудь от прежней Агнесс, какой-нибудь намек на то, что она все еще здесь… И не находил.

Мне впервые стало его жалко.

— Ну наконец-то… — грубым, каким-то низким голосом пророкотала девушка, поманив нас пальцем.

Словно по немому приказу твари придвинулись к нам, заставляя сделать шаг в сторону команды. Еще. И еще.

— Вы вовремя, — криво усмехнулась она. — Самое время присоединиться к товарищам. Уже почти все готово, дело осталось за малым. — В голосе Агнесс звучала насмешка. Девушка была довольна. — Команда воссоединилась — можно продолжить ритуал.

Она отвернулась, оставив нас на попечение своих безропотных слуг. Так, будто мы были овечками, приведенными на заклание.

Я вовремя отдернула руку, чтобы не выдать касанием артефактов на предплечьях. Недооценила нас эта тварь.

Те из команды, кто был в сознании, посмотрели на нас с долей обреченности и смирения. Только Касьян хмурился, пытаясь бороться с тем состоянием, в котором мы оказались.

— Пейте, — шепот Элены был настолько тихим, что его заглушил порыв ветра.

Целительница сунула первый же флакон с зельем в руки Касу. Второй достался Натану.

Мы старались не говорить. Члены команды принимали помощь без вопросов. Старались пить незаметно. Несколько раз нас чуть не спалили. Твари-охранники взрыкивали, привлекая внимание Агнесс. Но та настолько уверилась в своей непобедимости, что даже ни разу не взглянула в нашу сторону.

Но наглеть было рано. Нам приходилось затихать на время, надеяться, что это время у нас еще есть. И передавать новую порцию зелья следующему человеку.

И только когда почти все выпили свою порцию, я шепотом обратилась к Касьяну:

— Что здесь произошло? Ты вызвал подмогу?

— Не вышло, — также тихо отозвался он. — Как только мы добрались до этого места и не обнаружили Мирона, я собирался сообщить Верховному. Но тут все как-то разом произошло — напала огромная стая тварей, щит поставить не получилось — магия не отзывалась. А потом появилась она, — он кивнул в сторону Агнесс, — со спины ударила темной силой, тварь. Никто даже за оружие схватиться не успел. Еще и переговорник нашла. Но не думаю, что она поняла, что это за артефакт, иначе уничтожила бы.

К нашему разговору прислушивались сидящие рядом. И случилось то, чего я боялась больше всего.

— Нет, вы только посмотрите, как эти двое понимают друг друга! — зашипел всегда уравновешенный Веррон, совершенно не боясь привлечь внимание твари-Агнесс. — Ладно, новички, — члены команды Элены взглянули на него с недовольством. — Они под подозрением автоматически, но нам-то можно было сказать! Вы, конечно, не перерожденцы, но предатели точно!

Я съежилась — в словах Веррона была горькая правда — доверься мы хотя бы им, и они были бы настороже. Хуже всего подтекст сказанного, если бы вы не таились, мы все не оказались бы в этой заднице.

— Я уже говорил, — Кас хоть и шептал, но делал это очень по-командирски. — Мы получили прямой приказ от Верховного мага. Молчать и стараться выявить поклоняющегося тьме с помощью новых способностей Иветты. Ясно? Тема закрыта.

— Что хоть за способности? — спросил Киран, да таким тоном, как будто я ему всю душу заплевала.

Мы с Касом переглянулись, и я кивнула — говори, чего уж теперь.

— Наша Ив — потомок драконов. Цыц! — прервал командир начавшийся было неуместный кипиш. — Она узнала об этом уже здесь, в серых землях.

— Так бабка была права! — чуть ли не в один голос заявили близнецы, смотря на меня восторженными глазами.

Кто о чем, а эти о предсказании своей бабки!

— Судя по всему, успехи птички так себе, — хмыкнул Киран чуть насмешливо, здраво оценив мои новые возможности.

— А еще, Ив — бывшая девушка Касьяна, из-за которой он страдал все это время, — ни с того ни с сего сдала нас Элена, видимо, желая сбить накал страстей.

— И умрут они в один день… — закончил на веселой ноте Натан. — И мы с ними за компанию.

Я бросила взгляд в сторону Агнесс, которая была слишком уж поглощена подготовкой к ритуалу. Взглядом нашла кучу оружия сбоку от одной из застывших клякс. И там же… где-то там должен был быть и переговорник.

— Мы должны вернуть его, — прошептала я, обращаясь к Касьяну. — Без помощи нам не справиться.

Кас кивнул, а в следующий миг Агнесс вновь повернулась в нашу сторону. Для меня этот взгляд был осязаем почти до боли. В пустых, темных глазах отразился какой-то хищный интерес.

Касьян инстинктивно напрягся, готовый в любой момент заслонить меня собой, но на это тварь лишь жутко рассмеялась.

— Знаешь… Не ожидала встретить здесь потомка драконов, — пророкотала она, а ветер донес голос до нас. — Даже глазам не поверила, когда слабачка вроде тебя отреагировала на тьму. Такой план испортила, а ведь почти сработало! Жаль, что в остальном была бесполезна: влиянию не поддавалась. Ты только мешала! Я уже подумывала о том, чтобы попросту перебить всех вас, чтобы прислали новеньких, как вдруг ты меня порадовала… Полагаю, кровь пробудилась? Как нельзя более вовремя!

Она облизнулась и спустя мгновение добавила:

— Для меня.

Насмешливый вопрос твари я попросту проигнорировала, буравя ее ненавидящим взглядом, но ей и не требовался мой ответ. Выведя символы на последнем камне, она продолжила:

— Ну вот и все. Время пришло. Знаешь, раньше я планировала оставить в живых лишь Касьяна — он слишком хорош для простой жертвы, не находишь? Ему предстояло стать единственным сосудом… А теперь у меня нет нужды убивать всех. Достаточно и одной тебя, разве не чудесно? — её губы растянулись в ужасающей, неестественной улыбке. — Так что считай, что ты спасешь своих друзей от смерти. Разве это не благородный поступок, которым бы гордились твои предки?

— Хрена с два! — выругался Киран, поднимаясь на ноги.

— Ты ее и пальцем не тронешь! — поддержал друга Натан, похрустывая пальцами.

Следом за ними, чуть пошатываясь, поднимались и другие. И это при том, что зелье Элены ещё не вошло в полную силу.

Твари угрожающе зарычали, но зловещая улыбка не исчезла с лица Агнесс. Тогда вперед шагнул Мирон.

— Агнесс, если ты еще там, внутри, борись! — крикнул он. — Приди в себя! Ты сильнее этой твари!

Она расхохоталась, будто в жизни не слышала ничего смешнее.

— Ты так наивен… — пророкотала тварь, наклонив голову и посмотрев прямо на мужчину. — Думаешь, сможешь разбудить ее красивыми словами? Поклянешься в вечной любви, и она вернется к тебе? — насмешливо спросила она, сделав первый шаг в мою сторону.

Вместо ответа Мирон окружил меня магическим щитом, вставая рядом.

Улыбка сползла с ее лица, девушка покачала головой, отчитывая его, точно ребенка:

— Глупец… Ты и правда думаешь, что сможешь помешать мне? Я ведь могу начать убивать твоих друзей одного за другим. Всего-то и нужно, что дать команду моим питомцам, они с радостью разорвут каждого из них на куски — хоронить будет нечего.

Тварь дала нам пару секунд, будто на размышления, а затем вновь заговорила таким тоном, словно разговор ей наскучил:

— Ну так что, милый Мирон, будешь паинькой и приведешь ее ко мне? Или мне сказать «фас» своим милым зверушкам?

— Веди, — тихо произнесла я.

— Ив, ты с ума сошла? — раздался раздраженный шепот Элены.

— Там переговорник, — одними губами ответила я. — Нужно забрать его любыми способами.

— Не такими, — рык в голосе Касьяна отозвался волной тепла, разлившейся в груди.

— Никто не сдается, — так же тихо ответила я, делая первый шаг.

Мирону ничего не оставалось, кроме как последовать за мной, делая вид, что это он меня ведет, а не я тащу его за собой.

Монстры расступались перед нами, образуя некое подобие коридора. А я… да, мне было страшно. Но от неизвестности, а не от близости тварей. Первобытный страх, которые они вызывали у меня несколько мгновений назад, куда-то пропал. И только потом я ощутила тепло, исходящее от браслетов на моих предплечьях.

Когда последние твари расступились, пропуская нас к краю октагона, я покосилась в сторону вещей, сгруженных рядом. Там было и оружие, и походные сумки — словом, все, что отобрали у плененных ребят. И там же, среди всего этого разнообразия, я заметила отблеск переговорника.

— Мирон, там, — тихо, так, чтобы услышал только он, шепнула я. — Нужно подобраться ближе. Тогда я смогу связаться с Верховным и вызвать подмогу.

Маг едва заметно кивнул, не поворачивая головы, и вскоре мы остановились в двух метрах от цели — подойти ближе, не привлекая к себе внимания тварей, мы не могли. Агнесс ждала, лениво наблюдая за тем, как медленно мы идем.

— Сейчас, — шепнула я, решившись на безумие.

Рыжий в мгновение ослабил щит, дав мне выскочить из-под хоть какой-то, но все же защиты. В два прыжка я оказалась возле вещей, присела и схватила артефакт. За спиной раздался такой рык, от которого у меня ноги на мгновение перестали слушаться.

Агнесс нахмурилась, глядя на меня. И махнула рукой, указав в мою сторону. Твари уже протянули свои отростки, но я каким-то чудом увернулась от них и с бешено бьющимся сердцем нырнула обратно под щит. Рука через мгновение вспыхнула болью. И я только потом поняла, что ни от чего не увернулась. Огромная глубокая царапина кровоточила на плече. Но боль притуплялась.

— Ты в порядке? — спросил он, уплотняя щит. Я поморщилась, но все же кивнула. — Царапина…

— Переживу, — отмахнулась я, надеясь только на то, что в окруживший нас щит влито достаточно силы. А Агнесс не подозревает, что именно я взяла.

— Думаешь, это спасет тебя? — в ту же секунду раздался насмешливый голос твари. — Что там у тебя? Нож?

Она покачала головой, явно давая понять, что мои действия ее вообще нисколечко не интересуют.

— Иди сюда, — рыкнула она так, что воздух задрожал. — Быстро. Или первым умрет… м-м-м… он, — Агнесс указала пальцем на Ноэля.

Я судорожно нажала на центральный камень, по круглому контуру побежали огоньки. Медленно набирая обороты… так медленно… так…

— Думаешь, я шучу? — хмыкнула Агнесс.

А у меня волоски на загривке встали, когда тишину разорвал крик Ноэля. Одна из тварей его цапнула!

Проклятие! Проклятие-е-е!

— Он еще жив, — вроде радужная новость от Мирона, но мне от нее легче не стало.

Ну же! Давай! Давай!

Твари рычали, скреблись о стены защиты, но не могли пробиться, пока я пыталась связаться с Верховным. Секунда-другая — и с той стороны послышался встревоженный голос мага.

— Касьян? — спросил он, прежде чем я успела что-либо сказать. — Все нормально?

Облегченный короткий вздох. И я затараторила:

— Это Иветта. Докладываю. Последователем оказалась Агнесс. Мы в ловушке, в том же секторе, где случился прошлый прорыв. Ребят вывели из строя, напоив блокиратором. Приняли противоядие, но оно подействует не сразу. Мы в каком-то ритуальном кругу из черных камней, и она собирается принести меня в жертву, а из Каса сделать сосуд! Нам очень нужна подмога! Счет на минуты!

— Понял, — голос Верховного был серьезным и собранным. Послышались какие-то звуки, чьи-то голоса на заднем фоне, хлопанье дверей.

Я знала, что он уже начал действовать. Но сердце колотилось как ненормальное, и что-то подсказывало — помощь не успеет.

Движимая каким-то чувством, я не стала отключать переговорник, медленно опустила его на землю, постаралась прикрыть камнями. И посмотрела на Агнесс, которая, как оказалось, прекрасно слышала весь разговор. И смотрел на меня не то с удивлением, не то с презрением.

Но сказать она мне ничего не успела, Мирон перевел ее внимание на себя:

— Как давно это происходит? Как давно это с Агнесс?

Тварь хмыкнула, дернув плечом:

— С самого детства. Пришлось потрудиться, чтобы заполучить над ней контроль, но оно того стоило. Только вы чуть все не испортили. Пришлось наябедничать комиссии по усыновлению, чтобы Агнесс отгородили от твоей любопытной семейки. Ведь так она была только под моим контролем. Пусть она и не такой хороший сосуд, но самый удачный, что мне на тот момент удалось найти.

Я вздрогнула, вспоминая, с каким теплом Агнесс — настоящая Агнесс! — отзывалась о семье Мирона. Как ей хотелось остаться с ними. И попросту не смогла промолчать.

— Мирон, не слушай ее, — я дернула его за рукав. — Агнесс больше всего хотела остаться с вами. Она любила тебя!

— Отступи сейчас и останешься жив! — произнесла она, медленно приближаясь к нам и бросая взгляд на переговорник, который лежал у моих ног. Отступи, и я отпущу тебя. Ты же не хочешь, чтобы, очнувшись, Агнесс увидела твой труп? — в последний раз прорычала она, но Мирон не собирался сдаваться.

Он не ответил. Вслух. Зато его глаза говорили все за него.

Я видела, что, несмотря ни на что, он не потерял надежду. Мирон верил, что Агнесс справится, и ни на секунду не усомнился в своем решении стоять до самого конца.

— Что ж… Значит, так тому и быть. — Тварь в теле Агнесс пожала плечами.

Она остановилась рядом со щитом и медленно, даже как-то демонстративно, опустила на него ладони. После чего прошептала заклинание на незнакомом языке. В следующую секунду на нас обрушилась неистовая, разрушительная тьма.

Меня раздавило ее тяжестью. Прижало к земле с такой силой, что я даже вдохнуть не могла.

И слышала, как закричали ребята, но из-за звона в ушах не сумела разобрать ни слова.

Мирон держал защиту до последнего, я видела, как блестят стенки щита в этом мраке. Но у каждого есть предел. И в ту секунду, как он наступил для парня, Агнесс одним ударом вонзила в него кинжал.

Я задохнулась от этого. Мир треснул для меня на «до» и «после». Перед глазами стояли перепачканные в крови руки девушки. Алые тяжелые капли, срывающиеся с блестящего острия кинжала. И я… я не могла поверить, что все это происходит на самом деле.

Всего на миг в глазах парня отразилось такое же неверие. Глядя на Агнесс он, кажется, хотел что-то сказать, но стоило ему открыть рот, как из уголка рта потекла кровь. Закапала на рубашку.

Мирон медленно опустил взгляд, наблюдая за тем, как одежда пачкается в его же крови. А потом закатил глаза и как подкошенный рухнул на землю. Щит лопнул, разлетевшись блестящими осколками, которые на несколько мгновений повисли в воздухе, переполненном тьмой.

Я дернулась через силу, переборов всю ту боль, что рухнула на плечи. И каким-то чудом подхватила Мирона, чтобы смягчить падение. От шока путались мысли, меня трясло, а Мирон… Мирон не дышал.

Где-то вдалеке, словно сквозь пелену, я слышала голос Верховного. Но все мое внимание было приковано к магу, которого я все это время подозревала, которого боялась и опасалась. Магу, который в самый нужный момент защитил меня ценой своей жизни.

В душе клокотала сама настоящая ярость. Не на Агнесс, которой управляет какая-то тварь. Нет, вовсе нет. Я злилась на дракона, что обещал помочь и пропал! Где он, где его сила, когда она так нужна?! Передумал помогать?

Как мне победить последователя, если я обычный слабосилок?!

Подняв голову, я взглянула на тварь. И увидела нечто странное. Агнесс как завороженная смотрела на нож в своих руках, испачканный в крови. На ее лице отразилась внутренняя борьба, словно она не могла поверить в случившееся, а в следующий миг из ее горла вырвался жуткий крик боли.

Вот только это был не крик твари. Это кричала Агнесс.

Вокруг неё разбушевалась тьма, словно вышла из под контроля, но девушка этого, кажется, не замечала. Кинжал выпал из ослабевших пальцев, зазвенел, ударившись о камни. Обхватив дрожащие плечи руками, она рухнула на колени и запричитала:

— Нет! Нет-нет-нет! Мирон!.. Это неправда! Неправда!..

Ее глаза вновь стали нормальными — тьма отступила. По девичьим щекам заструились слезы. Она неловко подползла к Мирону, провела дрожащей рукой по его бледной щеке, будто не веря собственным глазам.

Я резко развернулась, пытаясь найти взглядом Элену. Она должна помочь! Она просто обязана помочь Мирону! Гончая уже один раз выдернула парня почти с того света.

Голос раздавшийся из разговорника одернул меня, вернул в реальность:

— Иветта! Мы здесь!

И вместо Элены я увидела приближающийся отряд. Они были относительно недалеко, но на их пути встало слишком много тварей. Я не знала, сколько времени потребуется, чтобы пробиться к нам. И, честно говоря, после того, что случилось с Мироном, вообще не была уверена в том, что у нас есть это время.

Я повернулась к Агнесс за мгновение до того, как она затихла. Девушка все так же сидела на коленях. Так близко, что я могла коснуться ее, подавшись вперед. Она дернулась слишком резко, слишком неестественно и медленно подняла на меня взгляд. Полный тьмы взгляд.

Тварь вернулась.

— Это твоя вина! — презрительно выплюнула она, поднимаясь с колен. — Это ты его сюда притащила.

Я попыталась отползти, но тело не подчинялось. А в следующее мгновение тонкие пальцы с острыми когтями впились мне в волосы. В один жест тварь намотала их себе на руку и дернула меня на себя.

Удар о камни выбил из меня последние силы.

— Каких интересных гостей ты к нам привела, — фыркнула она, потащив меня за собой. Оставив Мирона просто лежать. Так, будто он…

Нет! Я даже думать об этом не могла!

Она тянула меня за собой за волосы, что-то бормоча под нос. Столько силы в хрупком теле Агнесс…

Я забилась, из последних сил пытаясь вырваться из хватки подчиненной огневички. Но нажим только усилился, волоски выдирались с надсадным скрипом, из глаз покатились слезы. Однако я каким-то чудом смогла схватиться за огромный валун и дернула тварь на себя, рискуя остаться без волос. Но лучше без волос, чем без жизни.

Агнесс оступилась. Отпустила меня. Но всего на мгновение. Только для того, чтобы схватить за запястье. И… коснулась браслета. Того самого, что боевой импульсар малого круга действия.

Ее отбросило от меня с такой силой, что девушка отлетела на целый метр. Рухнула на камни, но почти сразу поднялась. Темная сетка вен на ее коже отступила, а глаза посветлели. В них была боль и вина, но главное — это вновь была Агнесс!

Наверное, это глупый и отчаянный порыв, но в следующий миг я сама прыгнула на нее, прижимая браслет к отбивающейся твари, желая ослабить контроль над девушкой. Вышвырнуть тварь из её тела. Помогло, но лишь ненадолго. Когда в сантиметре от моего лица угрожающе клацнула пасть огромной черной зверюги, пришлось откатиться в сторону — так, как учила Элена на тренировках.

Тварь-Агнесс отряхнулась с насмешливым оскалом, поднимаясь на ноги, и бросила с нотками уважения:

— Неплохая попытка. Но этого недостаточно.

Твари обступили меня со всех сторон, заключив в кольцо, и мне не оставалось ничего, кроме как спешно последовать под их давлением в центр пентаграммы. Но сколько бы Агнесс ни твердила, что это бесполезно, я видела, что действие шокера ей не понравилось.

Мне бы еще одну попытку. Немного потянуть время. Тьма побери, да где же подмога?!

— Садись. Лучше тебе послушаться, иначе первой закуской для тварей станет ваш любимый повар! — с угрозой заявила тварь, глядя на Натана. Тот дернулся, но, как ни хотел, не мог мне помочь, как и остальные.

Я села, молча глядя на то, как тварь ходит вокруг меня кругами, поигрывая старинным кинжалом — тем самым, которым ударила Мирона.

— Пора это заканчивать, — осклабилась она. — Руку!

Вот с этим я не спешила подчиняться. Тьма обхватила меня в кокон так резко, что я и заметить не успела. Только почувствовала чужие пальцы, задирающие рукав куртки. Осторожно избегающие шокера. А потом… кожи коснулось что-то острое и холодное.

Бороться и с тьмой, и с Агнесс я не могла. Тьма рассеялась в момент, когда кинжал коснулся уже второй руки. Я не могла пошевелиться, не могла закричать от боли. И при этом отчетливо видела странные символы, вырезанные у меня на коже. Кровь струилась вниз, смазывая надписи, стекала по пальцам аккурат на такие же символы, вырезанные в камне алтаря. Наполняя их.

Скосив глаза я увидела, как ребят ведут к другим камням, и едва прислонившись к ним, я видела, как их окутывает тьма.

— Ты же сказала, что не тронешь их! — прошипела я, стараясь сбросить оцепенение. Но оно будто впиталось в кожу…

— Разве? — тварь насмешливо приподняла одну бровь, глядя на скованных магией ребят, а затем оскалилась и вкрадчиво прошептала: — Я сказала, что не убью, но не обещала, что не трону… Чем больше сосудов, тем лучше.

Я очень хотела ей ответить, но Агнесс уже не слушала. Отступила, вскинула руки к куполу. С ее уст полился незнакомый речитатив. Я не понимала ни слова, но от одного звучания внутренности скручивало в тугой узел.

Тварь вновь коснулась кинжала, не замолкая ни на мгновение и направилась к остальным членам команды. Первым ей под руку попался Янис. Через мгновение и на его руках появились какие-то символы. Элена попыталась залечить раны, протянула к пострадавшему близнецу руку. И тут же получила мощную затрещину и рухнула на землю. Ее тело сдалось. Но во взгляде читалась такая борьба, что она и мне придала сил. Она хотела потянуть время, помешать ритуалу, но этого мало. Тьма была вокруг нас — ее частицы летали в воздухе, отчего было сложно дышать, а с каждым произнесенным словом, я чувствовала, как из меня утекают силы. Словно их кто-то выкачивает.

Темные нити, что тянулись от одного камня к другому, уплотнились, переплетаясь друг с другом, а затем от них в небо взвились столбы темного дыма. Соединившись сверху, прямо над нашими головами, они образовали огромную черную воронку. Втягивая в себя тьму со всей округи, она расширялась и меняла форму, пока не образовался купол, гораздо меньше того, что защищает разлом, но он был полностью из тьмы. Нити тьмы потянулись к большому куполу, присасываясь к нему, словно мерзкие щупальца, что медленно, но верно отравляли то единственное, что ограждало наш мир от Тьмы и населявших ее тварей.

Купол стал мигать, как светильники, что я чинила не так давно. Словно энергия, поддерживающая защиту, стала шалить. Зато купол из тьмы лишь усиливался, расширялся, а его стенки чернели, становясь все менее прозрачными.

Вдруг один из близнецов через силу пробурчал себе под нос:

— Хотели стать Хранителями, а станем сосудами для тварей и виновниками мирового коллапса…

— Мы не можем просто сдаться! — прорычал Кас. — Мы еще способны ей помешать!

— Как? Очнись, командир, все кончено. Мы с этими штуками даже пошевелиться толком не можем. Как ты собрался ее победить? Заговорить до смерти? — фыркнул второй близнец, кажется, чары обездвиживания говорить ему совершенно не мешали.

Или просто ослабевали?

— Кас прав! — поддержал командира Кирон. — Если у нас есть шанс помешать тварям, мы должны сделать все! Если барьер падет — все, кто рядом, будут в опасности!

— Мы с тобой, — подтвердил Натан. — Кас, что ты предлагаешь?

— Использовать последний шанс. Провести ритуал Хранителей. Нас девять, и у нас есть носитель драконьей магии…

Что? Что он вообще говорит? Разве это может сработать? Да для проведения таких ритуалов готовятся если не годами, то месяцами! А он… безумец!

На какое-то мгновение я даже смирилась с тем, что сделать ничего нельзя. Что все закончится вот так.

А с другой стороны, может, оно и к лучшему? Если мы умрем во время ритуала Хранителей, последователь не получит наши силы. Наши тела. Купол останется цел, а люди живы.

— Ив, когда после заклинания почувствуешь отклик, ты должна силой дотянуться до каждого из нас и переплести потоки, — отдал приказ командир. — Остальные должны делать то же самое и повторять заклинание за мной. Будьте внимательны. У нас не будет права на ошибку…

— Да закрой ты рот! — Агнесс пнула Каса по ребрам. Да с такой силой, что парень чуть не отлетел в сторону, невзирая на удерживающую его тьму.

Но это не остановило его. Я видела, как шевелятся губы. Как Кас читает заклинание. А другие… другие подхватывали его на лету. Агнесс крутанула кистью, уплотняя тьму, сгустившуюся в воздухе, голоса стали тише, ребята кривились от боли, но продолжали проговаривать заклинание.

Вначале мне показалось, что ничего не получается. Как я должна что-то уловить? Как понять?.. Но тут браслеты на предплечьях нагрелись, а чужой голос в голове прошептал.

Смотри лучше, девочка. Смотри.

И я увидела. Увидела нити, которые тянулись ко мне. Нити магии сверкающие светом. От Каса, от близнецов, от Элены. Следом появилась нить Веррона, Натана, Кирана. И только Ноэль… его взгляд лихорадочно метался от одного члена команды, к другому, словно искал помощи.

— Накопитель, — одними губами подсказала я, догадавшись, что ему не хватает сил, чтобы закончить ритуал. У него и без того дар слабый, невзирая на то, что универсал, а тут ещё блокиратор, чтоб его!

Парень зажмурился. По его лбу заструился пот. И… я увидела его нить. И то, как тускнеют камни в нашем подарке.

Не знаю, как мне удалось так долго оставаться в сознании, так долго соображать, сопротивляться. На меня давила тьма, словно желала пробраться под кожу, а внутри копилась незнакомая мощь. Сила была чужой, непривычной, но я не могла подвести ребят. Все они рискнули, поверив в меня. А значит, и я не могу сомневаться. Ради них, ради Мирона и ради Агнесс, в чьем теле сейчас сидела эта тварь. И я потянулась к нитям, переплетая их, соединяя, представляя, что создаю артефакт. Соединяю связи между рунами, объединяя их в одно целое. Сама бы… сама бы я в жизни не справилась! Но у меня был помощник. Наставник. Дух представителя самой древней и мудрой расы. Он ничего не делал за меня, но подсказывал и направлял. И, кажется, только благодаря ему я и оставалась в сознании.

Спасибо.

В какой-то момент мне показалось, что я не справлюсь. Нити ускользали, узлы расплетались, а я то и дело теряла контроль над собственной силой. Но я лишь сцепила зубы и продолжила, понимая, что другого шанса не будет. Наконец, нити стали единым целым. Круг Хранителей замкнулся.

Не успела облегченно выдохнуть, как откуда-то из груди вырвалась вспышка. Такая яркая, такая ослепительная. Она разлетелась в стороны, разгоняя тьму вокруг, рассеивая ближайших тварей, как пыль. Агнесс отлетела в сторону, как тряпичная кукла, а я наконец смогла вздохнуть полной грудью, чувствуя, что больше из меня силу не высасывают.

Но вспышка исчезла так же быстро, как и появилась.

Ребята без сознания, но живы. А вот Агнесс… кажется, эта тварь непрошибаемая. Девушка уже рядом. Так близко, что должно быть страшно. Но мне не страшно, даже при виде кинжала в её руке. Главное — круг Хранителей уже сформировался, я отчетливо видела, как наши силы с ребятами были переплетены. Тьма развеяна, купол цел. Тварей больше нет и ничто не помешает Верховному закончить то, с чем мы не справились.

Девушка совсем рядом со мной упала на колени. Однако вместо того, чтобы вонзить кинжал мне в грудь, вложила его в мою ладонь.

— Убей меня, пожалуйста. Убей, пока оно не вернулось.

И тут я наконец посмотрела в её глаза. Они были абсолютно чисты, но в них пылало столько боли и страха, но я не нашлась с ответом.

Я не знала, что сказать Агнесс. Но была уверена в том, что надо делать.

Браслеты нагрелись. Я схватила девушку за оголенное запястье и призвала силу. Девушка выгнулась мне навстречу, запрокинула голову и закричала от боли. И это было движение чистой агонии.

— Ты будешь жить, — произнесла я, когда она без сил упала на землю.

Я и сама была уже не в состоянии держаться за реальность, сил не осталось совсем. В свои объятия меня принял свет. И в ярком мареве всего на мгновение мне пригрезились глаза с жутким вертикальным зрачком. И кажется, в них было одобрение…

36. О том, как служить и повиноваться

В одном из переходов магической академии раздались гулкие тяжелые шаги по каменному полу, эхо которых поднималось к самым сводам серого замка, рассекая ночную тишину.

На развилке мужчина остановился, думая, как ему поступить.

Ему очень хотелось свернуть в коридор, что вел в целительское крыло, где под присмотром главного королевского лекаря боролся за жизнь сын и члены его команды. Но… он не только отец. И у него есть обязанности.

Кивнув самому себе, словно подтверждая решение, он продолжил путь, погрузившись в размышления.

О детишках есть кому позаботиться, они выкарабкаются — иначе и быть не может. Вопрос — в какой реальности они очнутся. С момента получения силы Хранителей, они больше не вольны распоряжаться своей судьбой. И мужчине было необходимо решить, как сделать так, чтобы ребята не чувствовали себя пленниками на золотых цепях. Хотя, и золотых не особо гарантировалось. Король ясно дал понять: если он не придумает вариант, как сохранить все в тайне на ближайшие пятнадцать лет, то участь ребят незавидна — их отправят в такую глушь, что никто не найдет.

Господин Верховный — а это был он — крепко подозревал, что король беззастенчиво манипулирует старым соратником и его отцовскими чувствами. Либо группу Касьяна ждет почетная ссылка в тайное убежище и беспросветные тренировки, либо… Вот это либо и нужно было придумать всего за одну ночь. Решение нужно было представить уже утром, фактически через несколько часов, а в голове ни одной дельной мысли.

Было у Верховного мага еще одно подозрение касательно короля. Скорее, догадка. Как трудно было ее принять и как досадно, что она не возникла раньше. Ведь столько фактов, наблюдений и просто интуитивных озарений указывало на то, что его величество обладает редчайшим и опаснейшим даром — даром предвидения. Прямо не спросишь, но его величество дал достаточно намеков, чтобы его доверенный маг мог сложить пазл воедино.

Первый намек Верховный получил неделю назад, в кабинете его величества. Хотя нет! Все началось гораздо раньше. Примерно месяца два назад, когда из-за талантов одной особы по счастливой случайности стала известна личность Подавителя — сумасшедшего артефактора, терроризирующего королевство и его подданых, которого не могли найти лучшие из лучших сотрудники теневых ведомств. А девчонка — дитя с мизерным уровнем дара! Не удивительно, что Луи заинтересовался талантливой выпускницей. И во время обсуждения, как уберечь девушку от мести её коварного наставника, словно бы в шутку заявил, что в сложившейся ситуации лично он бы предпочел оказаться в серых землях, рядом с тварями. Так больше шансов выжить. Но, как гласит мудрость, в каждой шутке есть доля… шутки. И припомнив количество убитых руками Подавителя, Морриган стал прокручивать идею уже на полном серьезе. Да чего уж… в тот момент ему показалось, словно сама судьба карты подтасовала. На рабочем столе лежал запрос на нового артефактора в один из отрядов. И какой! Тот самый, где служит Касьян. Двух зайцев одним выстрелом! И о безопасности Иветты думать не нужно и сыну поможет распутать тот клубок интриг, в котором эти двое запутались.

Господин Морриган пусть и с неудовольствием, но простил себе невнимательность в данном случае. Ну пошутил король, подумаешь. В конце концов, до всего остального он додумался сам. Но дальше… дальше все было шито белыми нитками и трещало по швам! А Верховный даже не почуял подвоха! Стареет, что ли?

Неделю назад король срочно-обморочно потребовал к себе мага, тогда как обычно они общались через магпочту. Верховному некогда было отчитываться перед Его Величеством за каждый чих. И король это понимал. Морриган терялся в догадках, что такого важного произошло, в то время как Луи лишь изволил гневаться на Гильдии. Опять распоясались. Все привилегии себе выбивают. То рассрочку по налогам клянчат, то перспективных выпускников академии переманивают, а потом молодых зажимают. Канцелярия завалена жалобами от магов, которых по молодости загнали в договорную кабалу. Не Верховный ли маг должен следить за использованием интеллектуального ресурса? А Кристоф лишь недоумевал: неужели это сейчас важнее расследования происшествия в серых землях? Разумеется, нет! И он решил, что этот наезд короля просто предварительная разминка перед действительно серьезным разговором. Такая вот манера у его величества. Они слишком давно знакомы и умели работать в паре, а потому Верховному магу оставалось только терпеливо ждать, когда Луи Четвертый отыграет задуманный спектакль. Король прав в одном — распределение молодых специалистов, даже тех, кто свободен в выборе, нужно брать под контроль… Но не стал бы монарх отвлекать его ради такой рядовой проблемы — в этом маг был уверен. Тогда что?

От мыслей Верховного отвлек посторонний звук — заработал переговорник Иветты. Король уже был наслышан о новой разработке, но вот видеть в работе этот артефакт ему ещё не приходилось. И проявил заинтересованность: магу не оставалось ничего иного, как активировать артефакт в присутствии монарха.

Доклад девушки, которая волей обстоятельств оказалась в самом проблемном участке серых земель в роли штатного артефактора, был коротким. Стоило услышать лишь первые фразы, как Морриган весь подобрался и стал просчитывать план действий: портал из дворца не открыть даже ему, Верховному. Но надо торопиться, спасать, организовывать рейд Хранителей. Мыслями в этот момент мужчина был уже в серых землях и очень удивился, когда получил приказ о невмешательстве.

— Остынь, сами справятся, — заявил король абсолютно равнодушно, словно не осознал масштабов надвигающейся катастрофы, и вернулся к документам. — Лучше найди мне того, кто сливает в гильдии информацию о талантливых небогатых студентах.

— Да какие гильдии сейчас, когда купол под угрозой! — недоумение мага уступило место злости.

Сейчас, идя по темным коридорам академии, Морриган вспоминал свой экспрессивный выговор монарху с некоторым смущением — прорвалось-таки отцовское. Да и внутренняя чуйка верещала не хуже сигналок в тех самых серых землях — счет шел на минуты! И Верховный впервые пошел наперекор приказу — не дожидаясь разрешения ринулся к двери.

Монарший кабинет был достаточно обширен — требование безопасности. Только поэтому разгневанный король успел накинуть на верного соратника сковывающее заклинание и щелчком пальцев захлопнуть двери перед самым его носом. Верховный всегда считал, что его сила практически не уступает монаршей, к тому же на его стороне был страх повторения катастрофы двадцатилетней давности и ярость родителя, вот только… Дома, говорят, и стены помогают. Для королевской резиденции это правило тоже справедливо, причем в буквальном смысле. Пока король здесь, ему обеспечена постоянная подпитка от артефакта под названием «дворец».

— Сядь. Я тебя не отпускал. И молчи! — Спеленутый силовыми жгутами Кристоф почувствовал, как его под колени подбила банкетка, и он не устоял на ногах.

Потом было мучительное ожидание, когда король соблаговолит явить милость. Только многолетняя привычка к самоконтролю помогла Верховному сдерживать бушующую внутри магию. Если он сорвется, никакие родовые артефакты королей не спасут этот дворец.

Прошло около пятнадцати минут, прежде, чем путы ослабли. В один момент монарх перебирал документы, не обращая внимания на «задержанного» — а именно так себя в тот момент ощущал Верховный, а в другой маг получил возможность двигаться и распоряжение:

— Свободен, — сказал король и бросил в его руки камень разового портала. — Жду отчет о происшествии.

Не думая ни секунды о самодурстве монарха, Верховный активировал переход в родные пенаты, собрал команду и рванул на выручку, остро ощущая, что безбожно опоздал. И он не ошибся. Картина представшая перед глазами по-настоящему ошеломила. Черная магия присосалась к куполу, по всем признакам вытягивая из него магию. Но прежде, чем Верховный с командой прорвался к Касьяну, все закончилось. Невзирая на то, что ритуал на крови был завершен, тьма по каким-то причинам рассеялась, а твари осыпались пеплом. Ребята же валялись без сознания, все, кроме Ноэля. Но и этот несчастный не мог объяснить произошедшего. Он из последних сил полз к раненому товарищу и отключился ровно в тот момент, когда вылил содержимое маленького пузырька в приоткрытый рот Мирона, на груди которого растекалось огромное кровавое пятно.

Не ошибся и король. Команда Касьяна справилась — угроза была устранена, купол цел, Агнесс, судя по алой печати на запястье, отныне не представляла опасности. Но какой ценой?!

Шесть дней целители выхаживали членов команды, однако их состояние лишь ухудшалось. Шесть долгих дней в сердце Кристофа надежда боролась с отчаянием.

— Физически они в полном порядке, — тихим, извиняющимся тоном говорила декан целительского факультета, которая лично курировала лечение. — Однако, их магические потоки дестабилизированы. Вы же сами видите.

Да, Кристоф видел. Перекрученные, смещенные, а кое-где оборванные линии силы находились где угодно, но только не там, где им надлежало быть у здорового, энергетически сбалансированного мага. Такое чувство, что силовой центр вкупе с резервом разорвало и разнесло по всему телу. Целительница подобрала очень щадящий термин. Это не просто дисбаланс, это сравнимо с необратимым увечьем. Не может же нормально существовать человек, у которого вдруг рассосались все крупные сосуды и остались только капилляры? Даже на магической поддержке не сможет.

— К сожалению, мы бессильны, — прозвучало как приговор. — Но вы… вы можете пригласить королевского лекаря. Возможно ему удастся коррекция.

Мужчина встрепенулся и перевел взгляд на женщину.

Последнее она произнесла на полтона тише обычного, но Верховного не просто так за глаза звали королевским цербером. Этого хватило, чтобы вычленить главное — она говорила вовсе не о расфуфыренном шуте, что с кичился громким званием «королевский целитель» и раздавал нюхательные соли придворным дамам, а подразумевала настоящего королевского лекаря, в чьих руках было здоровье монаршей семьи, и о существовании которого знали лишь единицы.

И Верховному стало нестерпимо интересно: это протечка секретных данных, или леди сама настолько умна, чтобы сделать выводы. Скорее всего второе. Он точно знал, что свою должность она занимает не за красивые глазки и ладную фигуру.

— Вы знакомы с дворцовым лекарем? — уточнил он как можно небрежней.

— С дворцовым, — леди-целитель выделила слово голосом, — знакома. Учились вместе.

Рефлексы, выработанные за много лет, требовали увести даму на подземные этажи и вытрясти правду. Однако, это подождет. Главное — она не знает истинного главного лекаря королевства. Но умна — этого не отнять. Правильные выводы сделала.

А вот встреча с его величеством не терпит отлагательств. И отправился на неё мужчина с мрачной решимостью, приняв для себя одно очень важное, можно сказать судьбоносное, решение. Верховный лишь надеялся, что его былых заслуг будет достаточно, чтобы монарх оказал милость и позволил своему лекарю побороться за жизнь ребят.

Просить не пришлось — лекарь ждал его у дверей кабинета монарха. Не сказать, что Морриган удивился — глаза короля повсюду. А вот то, что при лекаре был чемоданчик, с которым этот человек выполнял вторую часть своих обязанностей, еще более тайную, не касаемую здоровья короля — говорило о многом. И вселяло надежду.

Но не отменяло принятого решения.

— Ваше величество, — Морриган смотрел прямо в лицо сюзерену и говорил твердо, — я прошу освободить меня от занимаемой должности Верховного мага. Я твердо убежден, что этой работе нужно отдаваться целиком и полностью, однако, я больше не могу этого себе позволить. Последние дни я хочу провести с сыном, я слишком долго пренебрегал отцовскими обязанностями.

— Уверен, Альв ему поможет.

— Даже если так — магом Касьяну уже не быть. Не с такими повреждениями магических потоков.

— Это ведь не все, — его величество изогнул бровь, словно подталкивая на откровенность. — Я больше не могу рассчитывать на твою преданность, не так ли?

— Трудно быть преданным слепо, — кивнул маг. — Да я и не слепец. Ваши приказы, порой, лишены всякой логики, это трудно принять. Еще труднее принять, когда подобным решением ломают жизнь моему ребенку. Без всяких объяснений.

Верховный и сам понимал, что глупо требовать ответов от его величества. Но этой фразой он словно давал старому соратнику шанс — объясни, оправдай свой поступок, не рушь окончательно мое доверие.

Не предавай.

Ответом ему была минутная тишина и испытывающий взгляд.

— Я тебя услышал, Кристоф. Предлагаю вернуться к этому разговору завтра, уверен, ты передумаешь.

Кристоф Морриган покинул кабинет с горькой ухмылкой на губах и твердым убеждением: нет ничего на этом свете, что заставит его изменить решение. Однако, уже через два часа он осознал, что связан по рукам и ногам — и занимать ему должность Цербера до гробовой доски. Наверное, именно в этот самый момент пазл в голове мага сложился, а поступки его величества обрели ясность и логику. А всего-то и нужно было маленькое невероятное допущение…

Теперь цепочка событий была предельно ясна.

Король навел Кристофа на мысль, что Иветту нужно спрятать в серых землях. Он же вызвал Верховного мага к себе из-за какой-то ерундовой причины, отвлекая от по-настоящему важных дел, и задержал на несколько минут, мешая организовать спасательную операцию, но давая ребятам возможность образовать команду Хранителей. Луи, словно наперед знал о визите Кристофа, и заранее вызвал своего целителя, который по совместительству курирует всех Хранителей. Тайно, разумеется. А главное, король наверняка знал, что дети выживут, раз был уверен, что Верховный от него никуда не денется.

Этим утром Верховный отозвал свое прошение, признав, что его величество во всем был прав.

Вот что значит иметь дар Предвидения.

Поразительная догадка о том, с кем уже двадцать лет бок о бок стоишь на страже интересов королевства, ошеломила даже больше чем известие, что его сын и вся его группа теперь Хранители! Необученные, конечно, неопытные, но уже получившие огромную силу. И что теперь?

А ничего хорошего.

Протокол полной секретности и сутки на то, чтобы решить, куда пристроить свежеиспеченных Хранителей, чтобы не привлекали лишнего внимания ближайшие пятнадцать лет.

Вот только откуда такой срок?

И опять же, король был уверен, что его соратник обязательно найдет решение этой задачки. Решение отчего-то не находилось. Вместо этого в голову лезли какие-то глупости, не иначе, как нервишки шалили — последняя неделя выдалась сумасшедшей. Но мысль и впрямь была забавной: вот теперь-то Иветта точно никуда от его сына не сбежит. Ни единого шанса. Узы Хранителей будут покрепче любых брачных обетов.

Мужчина вынырнул из своих мыслей, оказавшись у огромных дверей. Табличка гласила, что перед ним кабинет ректора академии. Невзирая на поздний час, Верховный был уверен — его примут. Может хоть Фрэнк подскажет чего дельного? Посвященных в случившееся можно пересчитать по пальцам и Кристоф Морриган был искренне рад, что старому другу повезло стать одним из избранных.

Хотя какое уж тут везение. Впору за голову хвататься от свалившихся на их плечи проблем.

Френк и впрямь нашелся у себя в кабинете. В настроении «Не подходи, убьет». От него разве что искры не сыпались. Мужчина преклонных лет в напряженной позе сидел за своим рабочим столом, но так увлекся, что не заметил вошедшего. Или заметил, но дал рассмотреть себя, такого занятого — а вдруг посетитель усовестится и свалит? Хотя, этот не свалит. И ждать ничего хорошего от его появления в столь поздний час не приходилось, но он до последнего надеялся.

Ректор действительно был занят. Хаос административных проблем, который на него свалился, любого был способен довести до ручки. Даже супермага, даже бывалого Хранителя, который дорос аж до ректорства Академии, которая этих самых Хранителей готовит. И не только хранителей. Новый учебный год не за горами а у него, в вверенном учреждении смута и хаос.

Тьма задери этого Подавителя!

Фрэнк немного лукавил. Если бы не проверки, инспирированные королевскими дознавателями, он бы еще долго не подозревал о целом пласте теневой деятельности некоторых преподавателей. Ха, некоторых! Добрая треть была так или иначе замазана. Пусть, к мерзавцу Ла'Вилли они отношения не имели, но мздоимство от студентов, поборы с родителей, подлоги оценок в ведомостях. Учим какого-нибудь зельевара или некроманта, готовим. Хорошо готовим! А ему потом — хоба — и низкий бал в диплом. И пойдет этот грамотный и хорошо выученный выпускник работать не туда, куда планировал, а прямиком в лапки недобросовестного мастера, да на кабальный договор. И наоборот — недобросовестные ученики идут на тепленькие места, работа в которых им не по зубам.

То-то он стал получать намеки, что качество обучения в Академии упало! Фрэнк всегда радел за репутацию вверенного ему учебного заведения и будь он проклят, если не восстановит её. Даже если ему придется отозвать дипломы выпускников за последние годы и устроить тотальную проверку знаний! Марать имя академии он не позволит никому!

Фрэнк запечатал очередное приглашение на работу, вычеркнул ещё одно имя из списка и вздохнул. Пока Хранители и вся королевская рать борются с распространением Тьмы из-за купола, всякая шваль чувствует себя вольготно. Хорошо, что их вычислили и вычистили. Очень хорошо. Но, кто будет преподавать, если младший и средний преподавательский состав проредили едва ли не на половину? А кому решать кадровый вопрос? Ректору! Даже письма приходится самому рассылать! И не потому, что его секретаря арестовали, а потому что так вернее. Преподаватели позарез нужны! А на что человек лучше отреагирует? На личное приглашение самого ректора или на сухое предложение из канцелярии? Грандмастеру Валленштайну придется писать третий раз. Или лучше заявится к нему на порог дома? Не соглашается своенравный старик на деканскую плаху — так и заявил! Говорит, у него ученица уникальная, ему и так интересно жить.

Морриган немного постоял, наблюдая. Хорошо, что старый друг был крупным мужчиной, иначе его не было бы видно из-за бумажного бархана на огромном столе. Зачем Фрэнку две почтовых шкатулки сразу? Одна явно со стола секретаря. Видимо, серьезный аврал, а рук не хватает. Не хотелось добавлять проблем хорошему человеку, но на кону судьба девяти молодых ребят, которых он знает не понаслышке.

— Ты-то мне и нужен, Морриган, — сходу пошел в наступление ректор, когда понял, что в покое его все равно не оставят, и отложил документы в сторону. Откинувшись на спинку шикарного и невероятно удобного кресла гномьей работы, он едва заметно поморщился — шея затекла. Пора бы уже на боковую, Радмила опять завтра прочитает нотацию, что нельзя так наплевательски относится к собственному здоровью в его-то годы. Права жена, права. Но дел столько, что казалось и жизни не хватит их разгрести, а до вступительных осталось чуть больше месяца! Ещё и ночные визитеры отвлекают. — Проходи уже. С каких пор тебе нужно разрешение?

Верховный маг с усталой улыбкой опустился в кресло и вытянул ноги.

Два уставших сильных мужчины помолчали, каждый о своем.

— Нужен ассистент преподавателя по огневой боевке. Не подскажешь? — огорошил вопросом ректор, поднимая на него глаза.

Нет, чтобы о проблемах гостя спросить!

Верховный, естественно, знал о жесткой проверке в академии и её последствиях, поэтому кадровому голоду не удивился, даже посочувствовал старому боевому товарищу.

— Все настолько плохо? — неверяще уточнил он.

— Слухи беспощаднее лесных пожаров, — поморщился ректор. — О ментальных проверках и нескольких арестах уже всем известно, да и газетные статьи заметно потоптались по нашей репутации. Учитывая менталистов, с нами боятся связываться. Это ж нужно работать честно, а кто так сейчас умеет, чтоб с полной отдачей и без личной выгоды?

— Я даже про себя не могу такого сказать, — иронично хохотнул Верховный. — Но я поспрашиваю среди своих, может кто откликнется. Ты мне сразу скажи, кто нужен, я потяну за ниточки, может и помогу.

— Отлично, — воодушевился пожилой маг. — Может ты и Ларгофа ко мне отправишь? Хотя бы на годик, иначе не вытяну факультет артефакторов.

— Может мне самому поработать у тебя преподавателем? — сыронизировал Верховный. — Ларгофа захотел, моего главного разработчика. Губа не треснет?

— А у тебя? — пробухтел ректор. Не сказать, что рассчитывал на иной результат, но попытаться стоило. — Всех высококлассных специалистов затащил в свои подземелья! Кого мне ставить на место Ла'Вилли прикажешь?

— Валленштайна! — не моргнув глазом предложил Верховный.

— И как я без тебя такого умного не додумался? — съязвил Фрэнк.

— Старческий склероз? — мрачно пошутил Верховный.

— Очень смешно! Вот, видишь? — ректор потряс двумя письмами перед собой. — Отказывается! Не хочет преподавать. Ждет возвращения своей подопечной, чтобы вплотную взяться за её продвижение. Он там уже нацелился довести ученицу до грандмастера. А ведь я даже не могу объяснить ему, что это невозможно — полная секретность! Да и есть у меня подозрения, что куда бы ты не сослал команду, Валленштайн последует за ними. Одну свою ученицу он упустил, со второй такого не допустит. Я надеялся сам Иветту заполучить, ради нее Валленштайн, глядишь, и с должностью декана смирился бы. Вела бы на факультете новый класс для слабосилков — её работы просто уникальные, гильдию до сих пор лихорадит от её метода наслаивания контуров! Да что теперь говорить! — в расстроенных чувствах ректор махнул рукой, понимая, что все его планы полетели коту под хвост.

Верховный и сам расстроился — идея Фрэнка действительно могла сработать. Валленштайн в паре с Иветтой смогли бы исправить отношение к факультету артефакторов после выкрутасов Подавителя. Но сказать ничего не успел, дверь отворилась, и в кабинет вошел королевский целитель.

Морриган мысленно присвистнул. Отправь Альва сейчас к некромантом, приняли бы его за учебное пособие. Мужчину заметно шатало от усталости, казалось, он вот-вот упадет, а бледное, немного осунувшееся лицо, полузанавешенное длинной, слипшейся от пота сосульками чёлкой, говорило о крайней степени истощения. На кушетку он не сел — завалился. Прислонился спиной к стене, прикрыл глаза и, наконец, расслабился. Даже как будто задремал, во всяком случае — задышал глубоко и размеренно. Любой маг узнал бы в этом ритме простейшее и самое действенное упражнение для прокачки опустевшего резерва. Целитель дышал, восстанавливая силы, а Верховный изводился от нетерпения. Проще было подойти и поделиться резервом, чем ждать, когда целитель восстановится достаточно, чтобы начать говорить.

Целитель чувствовал себя совершенно разбитым. В последний раз он был в таком состоянии года три назад, когда во время ритуала один из участников потерял контроль над своей силой и едва не убил всю команду. Отдача была такой мощи, что Альв сперва решил — не жильцы. Да что уж, все так решили. Никто и не надеялся, что хоть кому-то под силу вытащить с того света стольких магов сразу. Но Альв вытащил. Вот этими самыми руками, что сейчас подрагивают от усталости, вытащил. Он не забывал о том периоде, но старался не вспоминать. И переступая порог целительского крыла в академии, никак не ожидал, что ситуация повторится. Целитель даже не сразу понял, в чем дело, пока не увидел среди пострадавших Касьяна! Следуя интуиции пересчитал пострадавших, проверил наличие связи, которая образуется только у Хранителей и красочно выматерился. Первым желанием было добить парня. Он же не дурак, сразу понял, кто стал инициатором ритуала. У остальных просто не было необходимых знаний, а Касьяна целенаправленно готовили!

Альв был в ярости.

Как этот паршивец мог подвергнуть команду такому риску?! Неужели забыл, что было в прошлый раз? Да, контроль над силой он потерял не по своей вине, но та ситуация должна была стать сильным жизненным уроком, напоминая, чем все может обернутся.

А что сделал Касьян?!

Провел опаснейший ритуал без какой либо подготовки и поддержки со стороны старших Хранителей! И с кем? Целитель осматривал участников и просто диву давался, как они вообще умудрились установить связь! Два универсала — просто невероятно, что второй не перетягивал связь на себя, два огневика — увеличение риска на потерю контроля, некромант с целительским даром — это даже в обычной жизни противоестественно, а в ритуале…

«Убью! Вот вытащу из лап смерти, поставлю на ноги и убью! И пусть потом этот самый некромант его поднимает» — в гневе пообещал себе целитель.

Казалось, эта мысль его несколько примирила с действительностью, пока Альв не обратил внимание на того, вернее ту, за кого цеплялись все ниточки силы. Потомок драконов — слабосилок! Вот те раз! Но как она вообще всю эту компанию удерживает? А это кто тут… близнецы?! Со своей уникальной дородовой связью?! Боги милостивые, да вы издеваетесь!

— Ну, Касьян, ну…

У декана целительского корпуса, что стояла в уголке и старалась не отсвечивать, боясь, что её выставят вон, раскраснелись щеки. Кто бы мог подумать, что такая легендарная личность, как тайный королевский лекарь столь красноречив в ругательствах?! Краснеть-то краснела, а парочку фраз постаралась запомнить. Пригодится! Иной раз так хочется приложить словцом, а словарный запас до обидного скуден.

Альв тем временем накрутил себя так, что драконий артефакт, поддерживающий связь между Хранителями установил и настроил на ребят просто на автомате. Удостоверившись, что образовавшиеся связи укрепились, мужчина осмотрелся, словно решая, с кого начать основную работу и заметил притаившуюся в углу женщину. Вот ведь, совсем забыл! Он постарался припомнить, не сболтнул ли чего лишнего вслух, но вроде нет. А даже если и сболтнул, Морриган своё дело знает.

Достал магическую шкатулку из чемоданчика и отправил короткий отчет его величеству. Остальное не его забота.

Не обращая внимания на непрошеного свидетеля, мужчина подхватил стул и решил, что выравнивать потоки в первую очередь нужно у девушки. И приступил к работе, что затянулась до поздней ночи и полного опустошения резерва. Идя по темным коридорам в сторону ректорской вотчины, мужчина вдруг осознал, что больше не злится на Касьяна. У него было достаточно времени подумать и прийти к мысли, что парень слишком ответственный, чтобы провести столь опасный ритуал из самолюбия и жажды власти. А вот причиной такого безрассудного поступка он поинтересуется у его папаши, чей пристальный взгляд целитель ощущал сейчас даже в состоянии транса.

Морриган терпеливо ждал. Правда недолго. Пять минут, десять, пятнадцать… спустя полчаса он не выдержал.

— Ну?! Рассказывай уже, что там с ребятами?

Альв сделал глубокий вдох, словно собираясь с силами, а после растер лицо руками, сбрасывая сонливость.

— Мне хочется верить, что у него была веская причина, чтобы подвергнуть себя и свою команду такому риску, — на то, чтобы в интонации прорезались нотки раздражения, у мужчины сил не хватило. Так что голос прозвучал глухо.

Но Верховный понял. Потемнел лицом, словно туча набежала на погожий день, и некоторое время молчал.

Он, конечно, полной картины случившегося ещё не знал — ребята были в таком плохом состоянии, что подпускать к ним менталистов все равно, что собственными руками подписать смертный приговор. Но воспоминания Агнесс, если не все, то многое прояснили.

Сперва они удивлялись, как Иветта умудрилась поставить драконью метку, а оказалось, что помог тот самый пресловутый ритуал Хранителей. И Морриган в очередной раз с неудовольствием отметил, что король все сделал правильно. Ювелирно, можно сказать.

Не случись ритуала Хранителей, Агнесс со стопроцентной вероятностью была бы уже мертва. Как и других носителей, темная магия убила бы её, едва почувствовав угрозу. Вот только выброс энергии от установления драконьей связи был такой силы, что сущность, что управляла Агнесс как марионеткой, просто вышибло, а печать, что несла в себе чистую силу драконов, не позволила вернуться обратно и уничтожить носителя. Девушка осталась жива, у Верховного, наконец, появился источник информации, а у короля новая команда Хранителей.

Сейчас сотрудники теневого ведомства пытались выяснить, почему проверки не выявили подселенца и как этого не допустить вновь. Версии были разными, но по мнению Морригана лишь одна из них имела логику: все эти годы сущность была в неактивной фазе. Грубо говоря, спала, выжидая, когда сосуд вырастет. И пробудилась, когда Агнесс переступила границу серых земель. Если бы менталисты знали, что девушка страдает лунатизмом, то они бы несомненно обратили на это внимание после происшествия с погибшим артефактором. Но они не знали. Да и во время лунатизма воспоминания сохраняются так глубоко в сознании, что добраться до них весьма проблематично. Любое неосторожное движение менталиста и подопытный может стать дурачком.

— Выбора действительно не было, Альв. Мне кажется, Касьян даже не верил, что ритуал сработает, скорее, это была возможность умереть на собственных условиях.

Целителя такой ответ не то что удивил — потряс. Такого варианта он даже представить не мог. Но зато на душе полегчало — не ошибся он в этом парне три года назад, не ошибся.

— Все с ними будет в порядке, недели за три оклемаются. Вот только ребятам требуется постоянный присмотр, а я не могу тут торчать сутками — есть и другая работа. Так что ищите мне помощника…

— Невозможно, — начал было Верховный, но Альв не дал закончить.

— … А если вы планируете их куда-то отослать, то уже сейчас нужно подобрать для них личного целителя. Я его за эти недели поднатаскаю, объясню специфику работы с потоками Хранителей. Потом такого шанса не будет.

Верховный поморщился. Вот ведь, очередная проблема!

— Да вон, хотя бы декана целительского факультета! — предложил Альв кандидатуру. — Она и без того уже знает больше положенного, а так и память стирать не придется, клятву даст и все.

— Не отдам! — вспылил ректор, шарахнув ладонью по столу, словно Верховный уже согласился и подписал документ о переводе его особо ценной сотрудницы. — У меня и так преподавать некому, а вы решили последние кадры себе захапать?! — не на шутку разошелся глава академии. — Вон, у твоего сына вообще-то сестра целитель! Чем не личный куратор? Своя, родная, тайну не выдаст!

— А ведь вариант неплохой, — вот теперь Морриган действительно согласился.

Идея оказалась настолько не дурна, что, не в силах усидеть на месте, мужчина начал мерить кабинет шагами и просчитывать возможности.

Вспомнил, как в это самом кабинете пару месяцев назад познакомился с Иветтой и её подругами. И как они его поразили. Одна — гениальный артефактор — помогла раскрыть личность Подавителя. Вторая — потрясающий зельевар — разработала зелье, подавляющее эмоции, чем уже спасла несколько жертв Ла'Вилли и парочку огневиков. Зелье уже протестировали в его департаменте и на текущий день его признали лучшим средством для усмирения разбушевавшихся магов. Так. Кто там ещё? Некромантка и целительница. С целительницей тоже все ясно — на его глазах спасла ректора от сердечного приступа. А вот о достижениях некромантки Верховный не слышал, но может это и к лучшему? Предупреждение о непростом характере девчонки из уст ректора он прекрасно помнил. Как он тогда сказал? Лучшие выпускницы?

Верховный чувствовал себя так, будто у него пыльный мешок с головы сдернули. Идея еще не оформилась, но душу затопили надежда и робкая вера в удачу.

— Ну-ка, Фрэнк, дай мне список дисциплин, куда тебе нужны преподаватели.

Ректор без лишних вопросов протянул документ. Не в первый раз он видел своего друга в таком состоянии — тут главное не сбить с мысли.

Целитель вновь погрузился в полудрему — ему все это было не интересно, а вот ректор наблюдал за магом, на чьем лице с каждой секундой проступало озарение. Неужели он придумал, как решить проблему с нехваткой кадров?

Верховный меж тем рассуждал. Если оставить команду в академии, то это решит все проблемы! Ребята будут в безопасности, под присмотром, а главное, они смогут обучаться. Не академическим дисциплинам, конечно, но их тренировки ни у кого не вызовут подозрений! Мастера смогут приходить тайными переходами или вообще, можно заслать сюда парочку на должности наставников молодняка.

Подхватив стилус, Морриган напротив каждой должности стал делать пометки.

Прав был король, решение Верховный нашел. Самый надежный способ спрятать команду Хранителей и отвести от них подозрения — выставить их на самом видном месте!

— Считай, что я нашел тебе новых сотрудников на ближайшие пятнадцать лет. С хорошим образованием и реальным опытом. А рекомендации у них самые лучшие, какие только могут быть.

— Да неужели? — с сомнением уточнил ректор, не веря своему счастью. — И чьи же?

— Твои, Фрэнк.

37. О том, как круто изменилась жизнь

Я смотрела на портрет в человеческий рост, занимающий всю витрину артефакторской лавки и рассуждала, какая же странная штука жизнь…

Ещё не так давно я была никем.

Магичкой-слабосилком, которая каким-то чудом закончила академию и получила заветный диплом. Девчонкой с большими амбициями, которым не суждено было сбыться. Серой мышью без семьи и связей, исчезновения которой никто и не заметил бы.

Однако, за последние месяцы судьба сделала такой вираж, что голова шла кругом.

Не успела я покинуть академию, как вновь в неё вернулась. Правда, в бессознательном состоянии, на грани жизни и смерти. А когда пришла в себя, выяснила много интересного.

К примеру, что мы с ребятами теперь Хранители. И наша жизнь отныне нам не принадлежит!

К новому статусу мне еще привыкать и привыкать, а вот одинокой и бессемейной я уже не была. Теперь у меня такая семья… что закачаешься! Сестра-воительница и семь братьев-богатырей. Хотя иной раз кажется, что побольше, потому что близнецы по производимому кипишу на пятерых потянут. Это если забыть про Кирана, который близнецов за пояс заткнет. Эта троица чуть с ума меня не свела, когда я очнулась в лечебнице. Да и сестра у меня не одна, как выяснилось позднее.

На самом деле, я тогда сильно пожалела, что пришла в себя — от новостей захотелось немедленно свалить в бессознанку, да куда там… От Златкиной заботы еще никто не уворачивался. Когда я увидела ее у своей постели, подумала — мерещится, уж очень доброжелательной она выглядела. А Злата была вполне себе реальной и вела себя так, как будто размолвки нашей и не было вовсе. Ухаживала с полной ответственностью — напоила, помогла дойти до туалетной комнаты. Все было проделано в высшей степени профессионально, но без былой отстраненности. Я чувствовала искреннюю заботу, видела прежнюю яркую улыбку, открытую и веселую. Вот только глаза у подруги были грустными, и как будто виноватыми. Мне это показалось странным — раньше я за собой такой обостренной эмпатической чувствительности не замечала. Как следует обдумать эту важную мысль мне не довелось — в палату ворвался Касьян.

При виде меня он будто бы в стену врезался. Застыл на несколько мгновений, рассматривая меня с ног до головы, и с шумом выдохнул:

— Очнулась!

Ответить ничего не успела — двери вновь распахнулись, впуская остальных парней. Не ожидая препятствия на своём пути в виде командира, они чуть всей гурьбой не свалились на пол.

Каково же было моё удивление, когда ребята восторженно загалдели! Шум поднялся такой, что у меня даже в голове зазвенело.

Своё состояние на тот момент я оценила как «средней паршивости»: ощущения были такие же, как после пятого года обучения — первый и единственный раз, когда я до паники боялась экзаменов из-за своего слабого дара. Продержаться четыре года в академии в моем случае уже было немалым достижением, но хотелось большего. И я с каким-то остервенением сутками напролет рылась в библиотеке, ища способы, как преодолеть такой серьезный изъян, как слабый дар. Библиотека была огромная — понадобится не один десяток лет, чтобы изучить все, что она хранит, а времени было в обрез. Так что в ход пошли стимулирующие зелья. Лика была ярой противницей стимулов — как их называли студенты — так что пришлось действовать в обход и покупать зелья у выпускников. И то ли зельевары были неучами, то ли это стандартная побочка, но все, что я успела изучить под действием стимулов, мне потом ещё несколько недель снилось вязкими кошмарами: сведения из разных дисциплин дробились и сплетались в немыслимую путаницу, не желая разбиваться на стройные параграфы. Я тогда спать боялась.

Вот и в этот раз очнулась в том самом разбитом состоянии, будто бы накануне сдала экзамен экстерном, впихнув в себя годичную программу за неделю. Казалось, я все ещё слышу шелест переворачиваемых страниц огромного учебника, а в мыслях крутятся какие-то незнакомые схемы, формулы, определения. И от этой информации голова пухла значительно сильнее, чем от осознания, что нахожусь я в целительском крыле родной академии.

Так что когда Киран растолкал всех локтями и рванул ко мне раскинув широко руки, с желанием заграбастать мою бедную тушку в объятия, я попыталась отгородится подушкой — как хрустят косточки под напором Кирановой радости мне известно доподлинно.

Помощь пришла неожиданно.

— Руки убрал, — приказала Златка.

И вроде сказала она пусть и твердым, но тихим голосом, однако проняло всех без исключений. Да что там, она даже бровь не приподняла, как делала это с особо непонятливыми пациентами! Я обалдело наблюдала, как огневик прямо на ходу сменил курс и плюхнулся на соседнюю койку, словно так изначально и планировал.

Скосила взгляд на подругу. Что она сделала с моими парнями, что они такие шелковые?! Страшная женщина!

— Ну ты и напугала нас, мелкая! — выразил Киран общее мнение.

Ребята поддакнули и спокойно расположились вокруг — кто на соседних койках, кто прямо на полу. Касьян устроился рядом со мной и сразу же взял за руку, переплетая пальцы — Веррон и Ноэль как-то по-доброму ухмыльнулись на этот жест. Сейчас, когда все угомонились, я смогла их всех рассмотреть. Бледные как поганки, где только растеряли здоровый «провинциальный» загар, осунувшиеся, как будто похудевшие. Даже Элене изменила ее обычная выправка. Потом я поняла в чем дело. Обычная городская летняя одежда. Ни кожаных курток, ни клепаных ремней с крючками для кинжалов и фляжки… Совсем штатские. Но веселые. Как же я рада их видеть!

— Долго я была в отключке?

— Дольше, чем остальные, — отвечает Златка. — Так как твой дар был слабым, организму потребовалось больше времени чтобы восстановиться, к тому же, ты потеряла очень много крови. И перестроиться под новую магию.

— Новую магию? — уцепилась за непонятное.

— Каким-то чудом ритуал Хранителей сработал. Отец говорит, — Кас на секунду задумался, словно смаковал новое обращение к Верховному, — что нас нашли в отключке. Доставили сюда и неделю пытались понять, что происходит.

Кажется, я пропустила очень многое. Если мы стали Хранителями, то что тут делает Златка? Напряжения между братом и сестрой не чувствуется. Они помирились или это временное затишье? И почему Касьян при всех так спокойно называет Верховного отцом, разве это не было секретом? Парни больше не злятся, а помнится у разлома они высказывались весьма и весьма язвительно!

— Что произошло, когда я отключилась? — решила во всем разобраться с самого начала. Я хорошо помню, как Агнесс бросилась на меня с кинжалом, а потом — темнота… — Что с Мироном и Агнесс?

Спрашивала скорее для того, чтобы удостовериться. На счет Агнесс я даже не сомневалась — девушка жива. А вот Мирон… Сердце болезненно сжалось. Сначала Феликс, потом он…

— Без паники, все живы! — заявил Касьян с непробиваемой уверенностью, словно знал, о чем я думаю. Я тут же вскинула взгляд, желая убедиться, что он не шутит.

— Но я же видела!

— А это все наш герой — Ноэль! — похвалила парня Элена, положил руки ему на плечи. Парень улыбнулся. — Ему Агнесс на день рождения зелье подарила, помнишь? — я кивнула. Конечно, помню! Такие подарки на вес золота! — Она словно знала, что зелье понадобится. Вот только без последствий все же не обошлось. Кинжал был напитан тьмой, так что магические потоки Мирона очень серьезно пострадали. Полное восстановление невозможно.

Я сразу поняла, что это значит. Для мага это, конечно, сильный удар, но…

— Главное, живой! — заявила уверенно, на собственном опыте зная, что статус слабосилка вовсе не приговор! — А Агнесс?

— Все, что нам известно, что она жива. Ни её состояние, ни расположение, ни то, что с ней будет дальше нам не сообщают. Сама понимаешь.

Это была последняя хорошая новость, остальные, те которые на меня вывалили были, мягко говоря — спорными, но не хорошими точно.

— Наши контракты отозвали.

На секунду, всего на секунду я испытала облегчение, а затем пришел ужас.

— Но там же сундук! Все мамины вещи, мои инструменты и…

— Спокойно! Мы с парнями уже все забрали. Сундук твой в безопасности. Хранилище артефактов при канцелярии Верховного мага тебя устроит?

Меня-то устроило бы, если бы не страх, что назад я свои сокровища не заполучу, уж больно организация серьезная. Но выбора нет.

— И что теперь?

Пробежалась глазами по родным лицам. Я так привыкла к команде, что расставаться с ними совершенно не хотелось.

— Ну, учитывая что мы провели ритуал Хранителей без разрешения и должной подготовки, заграбастав себе одного из последних потомков драконов… — как-то неуверенно начал вещать Касьян, что я разнервничалась.

— Нас накажут? — спросила прямо.

Когда от этого зависели наши жизни, я и не думала о возможном наказании, а теперь чувствовала, как нарастает обида. Разве это справедливо? Накрутить себя как следует, я к счастью, не успела.

Неожиданно дверь распахнулась и в палату вошел Верховный. Я опять поразилась его сходству с Касьяном. Вот только выглядел господин Морриган не лучшим образом. У меня возникло острое желание уступить ему свою койку. Волосы были взлохмачены, лицо покрыто серебристой щетиной, а под глазами залегли тёмные круги. Интересно, когда он в последний раз отдыхал?

— Конечно, накажут! А вы что думали? Знаете как мало потомков и как долго формируются составы для команд Хранителей? Сколько они тренируются, прежде, чем провести ритуал? Каждый участник должен получить королевское одобрение, там отбор, как… А вы вот так, мало что без разрешения, так ещё и без подготовки! Вы хоть осознаете, что могли умереть? Такие ритуалы проводятся под контролем других Хранителей… — грозно выговаривал мужчина, а затем улыбнулся и добавил, уже мягче. — Так что сейчас вам предстоят ежедневные тренировки, будете учиться пользоваться возросшей силой — особенно это касается Иветты и Ноэля! Думаю, пары годиков на обучение хватит…

Я мысленно застонала. Ну сколько можно? Я же только закончила академию! А как же моя лавка?!

И тут мне мысленно, с раздраженной ехидцей, ответила Элена:

«Если бы только учеба! Мы теперь входим в преподавательский состав!»

Широко распахнув глаза я уставилась на девушку. И уже было собиралась уточнить, не страдаю ли я слуховыми галлюцинациями, как все повторилось.

«Контракты на пятнадцать лет! — простонали близнецы хором, отчего у меня глаз дернулся. — Да если бы мы только знали, ни за что бы не послушали нашу бабку! Старая карга! Она по-любому это предвидела и не сказала нам!»

Я схватилась за виски, не понимая что происходит. Мамочки, я схожу с ума?!

И тут в мысленный разговор вмешался Касьян:

«Заткнитесь, она ещё не в курсе. Вы её пугаете!»

— Благодаря ритуалу у команды образовалась мыслесвязь, — продолжил он уже вслух. — Слушать их болтовню просто невыносимо, они же трещат без умолку!

«Командир, это несправедливо» — обиженным тоном заявил огневик. — «Мы терпели, и она пусть потерпит немного. Мы хотя бы говорим понятные вещи, а не читаем во сне фолианты по четырехмерным матричным конструктам!»

Все члены команды натурально содрогнулись при упоминании этого ужаса.

— Четырехмерным? — задушено пискнула я.

— И не только, — Элене хватило такта говорить вслух. — Ты, наверное очень умная.

— Она потомок дракона, ты когда-нибудь слышала о глупых драконах? — Заговорил обычно сдержанный Натан.

Особо умной я себя не ощущала, совершенно напротив, могла только хлопать ресницами и молча ждать разъяснений. Единственное, что поняла — из-за образовавшейся мыслесвязи сохранить что-то в секрете будет весьма проблематично!

— Тебе снилась учеба, Ив, — поддержал беседу Киран, — очень заумная и очень интенсивная. А так как во сне ты мысли не контролировала, учились мы вместе с тобой. В принудительном порядке! Иногда было даже интересно, да и наставники нарадоваться не могут — думали, мы вообще силу контролировать не сможем, а мы как-то с ходу все понимаем и делаем правильно. Только голова после таких снов гудит хуже, чем после самого жесткого кутежа.

— Днем бы поспали, — пробурчала я.

Чего жалуется? Сам же сказал, на пользу все!

— Днем было еще хуже, — вступил скромный Ноэль, — после дневных снов еще и мышцы болели. Такое чувство, что мы проходили курс молодого бойца!

Мышцы болели и у меня, просто я списывала это на долгое лежание. А оно вон как, оказывается. Надеюсь, знания отложились у меня где-то в голове, потому что сейчас я ничего конкретного не помню. Какие-то обрывки сна, ощущения… не более того.

— Зато теперь мы выспимся, — мечтательно заявил Веррон.

— Это если курс обучения Ив закончен, — оборвал Кас, — сегодня ночью узнаем.

— Курс обучения? — Боги, как же неприятно чувствовать себя самой тупой в компании!

— Целитель Альв сказал, что дело в твоих родовых артефактах, — молчавшая до этого момента Злата указала на браслеты на моих предплечьях, о которых, если честно, я до этого момента и не вспоминала даже. — Таких артефактов существует всего три и в каждом заложена не только огромная сила, но и частичка души дракона. После ритуала твое тело стало способно принять их силу, вот дракон и учит тебя пользоваться ею.

— Обалдеть!

Я помассировала рукой шею, пытаясь принять информацию. Слов не было. Это определенно надо обмозговать. Но не сейчас. Тихим хмыком внимание привлек Верховный.

Проклятие, с такими новостями я совсем про него забыла! Но господин Морриган не сердился, напротив, лишь улыбнулся. Кажется, он и сам с интересом слушал ребят.

— Полагаю с вами уже поделились последними новостями? — поинтересовался он несколько лукаво, склонив голову на бок.

— Работа в академии? — обреченно уточнила я, как бы говоря взглядом: «Может не надо, а?..» — и по ответному взгляду догадалась, что мне не отвертеться.

— Именно, — кивнул он, подтверждая слова… То есть мысли ребят. — Вопрос не обсуждается. С тех пор, как вы стали Хранителями, — он обвел взглядом всю команду, словно желая в очередной раз донести мысль для особо непонятливых, — вы лишились свободы действий в некоторых вопросах. Конкретно ты, Иветта, заменишь своего бывшего наставника на посту. Разумеется, эту должность вы получите не сразу. До тех пор, пока вы не будете готовы, этот пост будет занимать грандмастер Валленштайн. Кажется, вы с ним планировали написать учебник по артефакторике с новыми методами? — задумчиво припомнил мужчина. — Вот и будете практиковать эти самые методы вместе со студентами…

Верховный был убийственно серьезен, и до меня начало доходить, что разговоры о преподавании совсем не шутка. Не представляю себя за кафедрой перед студентами. Ла'Вили был на должности декана факультета артефакторов. Да я себя даже ассистентом преподавателя не представляю!

Тогда это казалось чем-то нереальным. Где я, а где преподавание?! Ха!

Верховный был убедителен. Либо преподавание в академии и жизнь нормального гражданина, либо сплошная секретность в закрытой тренировочной зоне на пятнадцать лет и никакой жизни кроме тренировок. Разумеется, мы согласились. Верховный и не сомневался.

Сразу активизировался ректор и начал бурную деятельность по легализации нашей группы в академии. Работа нашлась для всех.

Я, под руководством одуванчика, буду пахать на благо родного факультета. Нам предстояло в спешном порядке проинспектировать артефакторскую и руническую части защиты Академии. Мало ли какие бреши оставили уволенные сотрудники, в частности Ла'Вилли. Киран первое время будет нам помогать в качестве «агрегата для точного литья», а после откроет спецкласс по контролю дара у огневиков. Даже не класс, лабораторию, в которой огневики будут работать с металлами — ректор очень впечатлился достижениями самого Кирана. От идеи заткнуть за пояс гномов парень не отказался. Напротив, действовать будет с размахом. Считай, у него ж в подмастерьях будут все студенты с даром огня! Мы даже задумали сделать так, чтобы огневики и артефакторы работали вместе. Главное, чтобы они по первости не поубивали друг друга. А то огневики считают артефакторов ни на что не способными пустышками, а артефакторы про огневиков всегда говорят «сила есть, ума не надо». Да что там, я сама так про Кирана думала по первости!

Касьян, Элена и близнецы вливаются в руководство боевого факультета. Вернее, деканом будет Касьян. Элена заместитель, парни будут помогать отрабатывать навыки командной работы боевиков разной стихийной направленности. Учитывая навыки этих четверых можно смело сказать, что получилась убойная смесь. Во всяком случае Верховный возлагал на них большие надежды, сообщив, что текущий уровень подготовки боевых магов никуда не годится. С тех пор, как пять лет назад декан покинул свой пост, уступая дорогу молодому заместителю, все пошло по наклонной.

Веррону и Натану, которые довольно давно окончили академию, было сложнее всех и Ректор нашел каждому личного помощника. Тем более, что парням помимо стандартной программы вменялось разработать дополнительные курсы по своим дисциплинам — с использованием приобретенного у разлома опыта. Знакомство с помощниками вышло эпическим. В кабинете ректора нас дожидались две стройных девушки. Одна строгая и элегантная, вторая вызывающе модно одетая. Обе ехидненько так улыбались. Парни приняли эти улыбочки на свой счет, но я-то знала, что сей дружелюбный оскал предназначен мне. Сдержаться не было никакой возможности и мы с Ликой, Таськой и Златой, что пришла вместе со мной, бросились обниматься. Верховный — человек слова. Обещал сюрприз — сделал. Обещал, что приятный — да не то слово! Подруженьки мои! Мы опять вместе!

Веррону и Лике предстояло разработать отдельный курс по зельеварению из растений серой зоны. Более того! Натан с Таськой брались за аналогичный курс по некромантии с использованием ингредиентов, полученных из измененных тварей и их останков. Ректор с Верховным даже договорились, что у студентов будет возможность посещать серую зону в качестве экскурсии. Под жестким контролем, но все же.

Ноэля тоже не обделили вниманием — парень стал помощником ректора. Прошлого, как оказалось, арестовали за какие-то махинации. Близнецы по-дружески потешались — мажорчику самое тепленькое местечько, но практичный Веррон быстро их укоротил — идеальный вариант для наследника — лучшую школу практического управления, как при ректоре, трудно себе представить. Не важно, что эта деятельность далека от добывающей промышленности. Важны принципы. И связи, завести которые у Ноэля будет куча возможностей.

В общем, трудовые договора мы подписали. На деле все оказалось не таким ужасным, как мы изначально предполагали. Спокойная жизнь и любимое дело — по-моему, отличный расклад в сложившихся условиях. А что там будет через пятнадцать лет, а именно тогда начнутся наши приключения в качестве Хранителей… до этого светлого момента ещё дожить нужно.

Зато пару недель после официального трудоустройства и знакомства с существенно поредевшим коллективом, мы уже помогали приемной комиссии отбирать талантливых студентов. И вот сейчас, когда до начала учебного года остались считанные дни, я стояла на улице, изучая собственное изображение за стеклом артефакторской лавки и не верила своим глазам.

Овальное лицо обрамлено золотисто-рыжими прядями волос. Они спускаются легкими волнами на плечи и спину. На лице выделяются миндалевидные искрящиеся озорством глаза насыщенного зеленого оттенка. Их обрамляют длинные пушистые ресницы, отбрасывающие тени на покрытые веснушками щеки. Новомодный артефакт «Переговорник» на золотой цепочке привлекает внимание к изящным рукам с длинными пальцами. Прямая спина придает мне аристократическую осанку, а вздернутый подбородок говорит об уверенности в себе. И вообще, весь мой вид показывает, что не обращая внимания на препятствия, я стремлюсь воплотить свои мечты в реальность.

Собственно, так оно и было. Но кто бы мог подумать, а? Никогда не считала себя страшной, напротив, находила свою внешность нетипичной, но весьма интересной. Но на портрете я была… по-настоящему красивой.

— Чего встала, немочь рыжая? — словно в насмешку, из-за спины раздался сердитый юношеский голос. — Дай пройти!

Если бы не упомянули цвет волос, то я бы и не поняла, что обращаются ко мне. Во всяком случае, не с первого раза. Я обернулась, чтобы удостовериться; за моей спиной стоял мальчишка лет тринадцати, худющий, лопоухий, в тонких очках, кажется, очень смущенный поведением своего хамоватого друга. На шее висел медальон академии магии, который не только сообщал, что его обладатель под защитой, но и давал скидку в ряде лавок. Например, в специализированной лавке «тысяча мелочей для артефактора», у дверей которой мы и столкнулись. Второй парень, что не обременял себя банальной вежливостью, был постарше, на голову выше, с копной черных волос, собранных в хвост, и аналогичным медальоном на груди.

Мои брови поползли вверх. Неужели это мои будущие ученики? Миленько!

Меня, собственно, тоже рассмотрели. А младший, судя по тому, как его лицо вытянулось, словно увидел перед собой темную тварь из серых земель, а не милую девушку в легком платье, видимо узнал.

Я вновь скосила взгляд на витрину магазина.

Страшно вспомнить, сколько потребовалось сделать магических слепков, прежде, чем от меня отстали. Вот только я думала, что это для стенда, где перечислен весь преподавательский состав академии, но никак не для рекламы артефакторского факультета! Надпись на портрете гласила: «…стала знаменитым артефактором, обладая всего лишь вторым уровнем дара. Приходи в академию и я научу тебя всему, что знаю!». И более мелким шрифтом указано моё имя, которое благодаря газетчикам сейчас известно каждой собаке, и статус преподавателя.

— Ты ещё и глухая что ли?! — с раздражением поинтересовался старший, не дождавшись реакции. И тут же отвлекся на товарища, тот неистово дергал его за рукав, привлекая внимание: — Чего тебе?

Мелкий указал пальцем на витрину. Хам без особо интереса мазнул взглядом по изображению и вновь уставился на меня. Собирался уже что-то сказать, но в этот момент, его, наконец, озарило. Раздражение сменила растерянность.

— И-извините, — сконфуженно пробормотал парень.

Я с интересом наблюдала, как брюнет, огибая меня по дуге, вместе с улыбающимся другом скрылись в лавке. Сразу бы так! А то дороги ему, понимаешь ли, мало. А вообще, очень интересный эффект от моего нового статуса. Непривычно!

— Тебя и на минуту нельзя оставить одну, — негромко проворчал Касьян, протягивая мне рожок мороженого, — тут же поклонники в очередь выстраиваются!

Я расхохоталась. Поклонники, как же!

— Вот и не оставляй, — заявила ему смело и чмокнула в щеку, тут же залившись румянцем. Кас расплылся в улыбке и приобнял меня за плечи.

— Знаешь, а ничего, хорошо получилось, — заявил он вдруг, с интересом изучая портрет. — Надо будет озаботиться выкупить, станет началом семейной галереи. Только приврали они, у тебя веснушек поболе.

Как он мог, по самому больному! И я ткнула его локтем в бок, стараясь скрыть дурацкую улыбку, что норовила растянуться от уха до уха. Фраза «семейная галерея» отзывала трепетом в груди.

— Осторожно! — возопил Кас с притворным ужасом, и указал на мою пространственную сумку, которую добросовестно нес все это время. Сумка сама по себе была немаленькой, из грубой ткани и совершенно не подходила под мое платье, а вот на плече Касьяна выглядела очень гармонично. Когда-нибудь я ему подарю такую же. — Посуду побьешь!

Я лишь закатила глаза. Да в маминой сумке и алхимические колбы не разобьются, не то что эта керамика. Привалилась к мужской груди и устало поинтересовалась:

— Куда теперь? В академию?

— Нет, надо ещё кое-куда заглянуть, — и не увидев, как вытянулось моё лицо, перехватил мою ладонь и потянул вниз по улице.

Я мысленно застонала. Еще в одно место? С утра гуляем по торговым рядам, а ему все мало. А на улице уже вечереет между прочим! Но я тут же одернула себя: ну что я ворчу, как старая бабка?! Когда ещё получится так погулять? Скоро начнутся занятия в академии, наши личные тренировки и времени не останется ни на что!

Во всяком случае, все действительно важные места мы посетили. Ранним утром мы с Касьяном первым делом отправились в банк. Я как вкладчик — у меня ж на руках мамино наследство. Деньги должны работать и приносить доход, а не пылится в сундуке. Страшно представить, сколько на наследство могло накапать процентов за двадцать лет! Можно было бы купить уже не одну лавку. Касьян же, наоборот, намеревался немного распотрошить собственный счет — в серых землях золотые ему были ни к чему, а вот сейчас понадобились.

Количество золотых на собственном банковском счету меня весьма и весьма порадовало. По договорам, которые я подписала в гильдии, уже несколько месяцев стабильно капала денежка. Плюс мамино наследство, ну и королевские премиальные за участие в двух прорывах тьмы были более чем приятной суммой — не иначе как Верховный расстарался!

После банка прошлись по магазинам с одеждой. Хотя, прошлись, слабо сказано!

Учитывая, что отныне и на ближайшие пятнадцать лет мы представляем лицо академии, выглядеть должны соответствующе своему статусу. Среди моих подруг главной модницей всегда была Таська. Она таскала меня с собой по всем самым модным лавкам и заставляла на протяжении нескольких часов оценивать все её примерки! Но, как выяснилось, это сущая ерунда в сравнении с подходом Касьяна: вместо того, чтобы выбрать себе парочку платьев, как я делала это обычно, мне пришлось перемерить почти весь ассортимент, какой только предлагали торговые ряды! Час за часом я примеряла новые модели и все никак не могла взять в толк, почему Касьян хмурится? Но, в отличие от меня, он был аристократического происхождения и в статусной одежде понимал по более моего. Так что, доверяя его мнению, я молча подчинялась и примеряла все, что мне давали. И лишь в шестой по счету лавке я раскусила этого наглого, бессовестного жука, совершенно случайно подслушав, как он расплачивается за добрый десятоков платьев и просит отправить их в академию на моё имя. Втихаря!

Уж не знаю, какие боги оберегают Касьяна, но я его не пришибла лишь каким-то чудом — так рассвирепела! А главное, не могла ответить самой себе, что задело меня больше: пострадавшая самооценка от его неодобрения или то, что он оплатил мои наряды, будучи ограниченным в средствах! Так и не определившись, я разобиделась вусмерть. И решила отомстить! Выдумывать ничего не стала — затащила его в одну из самых дорогих мужских лавок. Смотреть на него с недовольным лицом у меня не получалось — хорош, зараза, чтобы не нацепил на себя, и все костюмы, как назло, сидели на нем как влитые. Так что после примерок, я, с гордо задранным носом, расплатилась за костюмы, которые, как мне показалось, сидели на нём лучше всего.

И мы едва не поругались!

— Ты не будешь тратить на меня свои деньги! — вспылил Кас, нависая надо мной, стоило нам покинуть лавку и отойти чуть в сторону, чтобы не мешать прохожим.

— Вот еще! Хочу и трачу! В конце концов, ты ведь не спрашивал моего мнения, так почему я должна? — поинтересовалась, будучи абсолютно довольной покупкой.

Касьян отрекся от рода и больше не имел доступа к семейной кормушке, а значит, все его состояние — трехгодичный заработок за службу в серых землях. И он так необдуманно сорит деньгами! Вот нужны мне эти кучи тряпья? Приятно, конечно, спору нет. Вот только мне бы и пары платьев хватило! А ведь мы теперь живем в академгородке и нам нужно обставлять предоставленное ректором жилье. Сразу две квартирки, потому что вместе жить могут лишь семейные пары. А квартирки пустые. Совсем! И если бытовыми артефактами я нас обеспечу, то на ремонте, приобретении мебели, посуды и текстиля разориться можно!

— Я могу позволить себе сделать тебе подарок!

— Ничего себе подарок! Да это полноценный гардероб, который не всякой жене покупают! — и прежде, чем он решит, что я напрашиваюсь в законные супруги, продолжила: — Думаешь, мне будет приятно красоваться в этих платьях, зная, что ты потратил на них все свои деньги и остался без гроша в кармане?

— То есть, ты переживаешь, что мне будет не на что жить? — удивленно уточнил Касьян, сбавляя обороты. — Не потому, что я… ну, как бы предъявил права на тебя?

Я моргнула, сбитая с толку.

— О чем это ты сейчас?

— В высшем свете принято считать, что даря женщине одежду, мужчина словно бы говорит, что готов её обеспечивать всю оставшуюся жизнь. Стоимость подарка дает характеристику мужчине — будет ли он баловать свою избранницу, или он скряга, каких поискать. И если женщина принимает подарок, значит, она не против видеть дарителя в роли супруга. Ну а дальше все зависит от того, как договорятся две семьи.

— Деньги, деньги, деньги… — фыркнула с чувством гадливости. — А как же чувства?

— Чувства — это роскошь, которую позволить себе могут очень немногие, — усмехнулся Касьян.

— Погоди, то есть, ты купил мне гардероб, чтобы прощупать почву? — поинтересовалась с сомнением.

— Нет! У меня не было такой цели! — тут же запротестовал Кас, словно я обвинила его в чем-то нехорошем. Хотя, хорошего мало. Обозначить девушке цену, за которую мужчина готов купить её… боги милостивые, ну и нравы в этом высшем свете! — Я купил платья потому что они тебе очень идут. Выбрать самое лучшее было сложно, поэтому я оплатил все, что мне понравилось. Ты же сама сказала, что доверяешь моему вкусу!

— Понравились? Да неужели? А чего тогда кривился, словно лимон съел?! — ткнула пальчиком ему в грудь.

— Кривился? — Касьян выглядел удивленным. — Правда что ли? — я нетерпеливо кивнула, желая услышать ответ. А Касьян вдруг смутился! Отвел взгляд и заговорил: — Это видимо я представлял, как на тебя все глазеть будут. Ты теперь и без того знаменита, а в этих платьях и вовсе выглядишь так, что глаз не отвести. И от мыслей о твоих поклонниках аж бурлит все внутри от злости!

Я совсем растерялась, даже вопрос не смогла сформулировать, в голове был полный разброд. Никак не ожидала получить такое признание!

— Так зачем тогда купил все эти роскошные наряды?

— Потому что они понравились тебе, — прозвучало как само собой разумеющееся. — Да и не ходить же тебе теперь в мешке для картошки, чтобы я чувствовал себя спокойно? — фыркнул парень. — Пусть любуются, а если кто руки протянет к чужому добру, я эти самые руки быстренько переломаю. И спать буду спокойно!

Я тихо рассмеялась, обнимая его за пояс, утыкаясь лицом в твердую грудь и чувствуя, как меня обнимают в ответ. Моя самооценка воспряла духом. На душе стало светло-светло, что я наверняка могла бы одними эмоциями зарядить несколько освещающих артефактов.

— Теперь и я буду волноваться о твоих поклонницах. Ты и раньше был звездой академии, а уж сейчас… Даже не представляешь, сколько студенток мечтает поймать в свои сети декана магической академии! — от одной мысли меня передернуло. — Начитались любовных романов! Думаю, будет не лишним поставить тебе дополнительную охранку на квартиру, чтобы никакая пробивная, наглая студентка взломать не могла! Лично займусь!

Касьян заливисто расхохотался запрокинув голову. Так заразительно, что я не смогла сдержаться и захихикала в ответ.

— Я знаю способ, как отвадить всех поклонников и поклонниц! — неожиданно заявил Касьян, отсмеявшись.

— Да? — я заинтересованно задрала голову, утыкаясь подбородком в мужскую грудь и заглядывая парню в глаза. — И что за способ?

Кас смотрел в мои глаза несколько мгновений, погладил ладонью мою щеку, от чего я словно кошка потянулась за лаской. Светло улыбнулся и предложил:

— Выходи за меня замуж.

Я думала лишь один удар сердца.

— А вот возьму и выйду! — зявила весело, чувствуя, как губы растягиваются в огромной улыбке. В конце концов, он уже три года как должен быть моим мужем! — На артефактах сэкономим!

Я сразу почувствовала, как Кас расслабляется. Даже не заметила, что все это время он был напряжен.

— А когда? — поинтересовался парень, бросая взгляды куда-то мне за спину. Я обернулась, чтобы увидеть крышу храма в нескольких кварталах от нас.

— Сейчас? — я пару раз хлопнула глазами, не веря, что все поняла правильно. Но нет, кас смотрел с напряженным ожиданием, словно ему был важен сам факт, что я согласна стать его женой прям здесь и сейчас. Даже плечами пожал, мол, а что такого?

И я задумалась. А собственно, почему бы и нет?! Роскошная свадьба мне не нужна, свадебное платье благодаря маме имеется. Костюм Касьяну купили.

— Нет, сейчас нельзя, — сказали мы вдруг хором и непонимающе уставились друг на друга.

— Если я лишу девочек священной ночи, вместо свадьбы будут похороны, — заметила я, вовсе не шутя.

— Аналогично. Парни не простят. Мы ж теперь как одна семья. — Я прищурилась, нутром чуя, что он что-то недоговаривает. Но решила не любопытничать. — Тогда завтра? — улыбнулся Кас вопрошающе.

— Чем быстрее, тем лучше! — согласилась я и подставила губы для поцелуя. Будущий муж не разочаровал.

Остаток дня, как и планировали, мы потратили на то, чтобы закупиться всем необходимым, для налаживания быта. Только с этого момента — совместного. И мы с головой нырнули в планирование будущего семейного гнездышка. Как будет выглядеть дом, в который нас заселят, мы пока не представляли, так что купили лишь самое необходимое на первое время. Посуду, постельное, минимальный набор мебели. Все казалось веселой игрой, которой мы оба искренне наслаждались. Продавцы охотно нам подыгрывали, желая счастья. Игривость испарилась, когда Кас заказывал огромную кровать и затеял мастером деловитое обсуждение свойств матраса. Не передать словами, как я была смущена. Да, мы уже спали вместе в крепости, но то было совсем другое. Фантазия у меня что надо… что делают муж и жена за закрытыми дверьми я прекрасно знала, не маленькая ведь. Так что кровь бурлила от одной только мысли! Да и Касьян то и дело бросал на меня более чем красноречивые взгляды. В общем, остаться равнодушной не было ни единого шанса!

Выкинуть из головы яркие картинки будущей семейной жизни удалось лишь тогда, когда я переступила порог артефакторской лавки. В голове словно рубильник переключили. Учитывая, что мои запасы после серых земель существенно пострадали, а будущий дом нужно было оснастить бытовыми артефактами по полной, затарилась я основательно. Мне даже отдельного консультанта гнома выделили, стоило только показать значок, который когда-то получила в банке в качестве особого расположения. Товар мне достался наилучшего качества и с хорошей скидкой. Что ещё для счастья надо? Ну, кроме Каса в качестве мужа.

Последним пунктом назначения оказалась — вот вообще не ожидала — нотариальная контора! Касьян попросил меня подождать в общем коридоре, а сам скрылся в кабинете владельца и пробыл там не менее получаса. Вышел, имея на руках какой-то документ, но прежде, чем я успела поинтересоваться содержимым, убрал его во внутренний карман куртки.

— Вот теперь можно и в академию! — довольно выдохнул жених и подхватив меня под локоток, потянул на улицу.

Пресветлые драконы, как же хорошо! Будущее предопределено, солнышко, любимое мороженое и Кас рядом! Все просто идеально!

38. О том, как все должно быть на самом деле

Новость о том, что следующим утром мы с Касьяном намереваемся пойти в храм и обменяться клятвами, стала по-настоящему неожиданной.

Пустующее по каникулярному времени крыло цлителей место по-своему романтичное, особенно для проведения священной ночи. Это Таська так надо мной подтрунивала. А меня после серых земель любое безопасное помещение устроит. Чем плоха лечебка? Все есть. Даже для подушечной баталии, если приспичит размяться, инвентарь найдется. К тому же, пикник на сдвинутых кроватях, это весело. Да и вообще, главное не место, а компания.

Компания подобралась у нас просто отличная! Тот же состав, что и в прошлый раз плюс Элена. Девушка в наш женский коллектив вписалась, как родная.

Священная ночь началась не с поздравлений, как это обычно происходит, а с покаяний Златки. И я от всей души ее простила. Ну, не винить ведь подругу в том, что доверяла родителям? Ей вот такой папаша достался, с гнильцой. Нервов она нам с Касом потрепала, это так, но мы виноваты не меньше. Ладно Кас, у него уговор с отчимом был, а у меня какие оправдания собственному молчанию? Юность? Гордость? Мысль о том, что по собственной глупости упустила три года с Касом, приводила в отчаяние. Все могло быть совсем иначе! Вот только толку сейчас думать об упущенных возможностях? Прошлому место в прошлом, а смотреть нужно в будущее.

— Лика, а у тебя как дела? — поинтересовалась у подруги, что пострадала от деяний Ролана больше всех. — Выглядишь… счастливой. И свободной.

Она действительно изменилась с нашей последней встречи. Словно сбросила с души груз и расправила даже плечи, а крылья за спиной. Вся такая легкая, воздушная, будто нимфа!

— А знаете, все замечательно! — Лика искренне улыбнулась, откинувшись на подушку. — Как правда про Ролана раскрылась, так я сразу из всеми презираемой «девицы, желающей женить на себе наследника богатого рода через постель» стала героиней и завидной невестой. Газеты, что поливали меня помоями, вдруг стали писать о том, какая я смелая, раз не побоялась общественного порицания, рассказав о негодяе правду. Даже напечатали извинения. Почтовая шкатулка не справляется с работой — приглашения на званые вечера присылают пачками. Я не шучу, ими можно камин топить! Даже мой несостоявшийся жених объявился, представляете?

— Да ты что! — подпрыгнула на месте впечатлительная Таська, отчего тарелки на кровати качнулись. — Долго извинялся?

— Извинялся? — Лика насмешливо изогнула бровь. — Ага, дождешься от него!

— А чего тогда хотел? — растерялась тетушка Радмила.

— Заявил, цитирую: что раз в глазах общественности моя репутация теперь чиста, то он так и быть, готов на мне жениться.

— Вот же гад! А ты что ему в ответ? — интересуется Злата, прищурив глаза.

Лика открыла рот, скосила взгляд на подругу-целительницу, и тут же захлопнула его. Смутилась до красных щек и, словно прыгнув в прорубь в жгучий мороз, с вызовом в голосе заявила:

— А я ему в глаз дала и дверь захлопнула, чуть нос не прищемив! Так этот дурак с первого раза не понял, пришел на следующий день и говорит: я не держу обиды! Но если ты уже остыла, может, обсудим наше будущее?

— А ты? — Таська аж вперед поддалась. В глазах блестело любопытство.

— А что я? — Лика приняла самый невинный вид и выдала: — Полюбовалась на шикарный фингал у него под глазом и сказала, что если несостоявшийся жених не уберется вот прям сейчас с глаз моих, то поставлю ему второй для симметрии. Он назвал меня бешенной и больше не появлялся.

— Лика! — не то с восторгом, не то с осуждением, выдохнула ошарашенная Златка. — Ну ты даешь! К целителю-то потом хотя бы обратилась? Рука не пострадала?

Таська вдруг хрюкнула и залилась звонким смехом. Я и сама уже слезы утирала от хохота — главная моралистка Злата перешла на темную сторону! Ну кто бы мог подумать?

— Лика, — обратилась к девушке Элена, когда смех стих, — приходи ко мне как-нибудь, я тебе удар поставлю, чтоб в следующий раз тебя понимали с первого раза.

Тетушка подавилась чаем, а мы с девчонками взорвались в новом приступе смеха.

Элена, чтобы не отставать от компании, решила поделиться историей о том, как перешла дорогу доморощенному менталисту и чем все это закончилось.

— Обещаете не рассказывать парням? — прищурила девушка глаза.

Вопрос был больше к девчонкам, что уже навострили уши и приготовились слушать. Я, за минувшие недели, научилась закрывать свои мысли от остальных членов команды, а значит, дальше меня секрет не уйдет. А вот девчонки могут проболтаться.

— Долго ты ещё собираешься мурыжить Кирана? — поинтересовалась лукаво. — Агнесс ведь была права, он запал на тебя как котенок на миску сметаны. Да и ты, раз до сих пор не остановила его поползновения, не так уж и равнодушна к парню, как хочешь казаться.

— Так-то оно так, вот только размениваться по пустякам я не собираюсь, — гончая отправила в рот ягоду и уставилась в потолок. — А серьезных намерений он пока не доказал. Жизнь у нас теперь длинная, посмотрим как все сложится. Торопиться некуда. Ну так что, рассказывать?

Я еле сдержалась, чтобы не начать спорить, приводя в доказательство себя и три потерянных года без Касьяна, но удержалась. Элена старше и опытнее, раз чувствует, что еще не готова, то так тому и быть.

— Ещё спрашиваешь! — возмутилась Таська и придвинулась ближе, боясь пропустить хоть слово.

Как оказалось, нападение со стороны Элены таки было. Вот только не на фаворитку принца.

— Пару лет назад по поводу дня рождения его высочества были недельные гуляния, во дворце собралась вся аристократия. У принца есть близкий друг — Эрион Хантер. Хороший парень, не заносчивый, невзирая на высокое положение, веселый. Но в этот вечер он раздражал меня буквально одним своим видом, взглядом, голосом. Гончих на протяжении многих лет учат контролировать эмоции, но у меня буквально руки сжимались в кулаки от непреодолимого желания задушить парня. Сперва эта мысль зудела лишь на краю сознания то пропадая, то появляясь вновь. Но когда я поймала себя на том, что начала формировать файербол, по-настоящему испугалась. Повезло, что у меня наставник хороший. Он ничего не понял, но перевел меня в другое крыло, обещая во всем разобраться, как только гости разъедутся. Все было хорошо, но в последний день мы с Эрионом все же пересеклись. Я и без того сдерживала непонятные порывы, но тут крышечку снесло и я напала. Парень чудом остался жив — успел выставить щит. Меня, как вы понимаете, арестовали и после проверки обнаружили попытку внушения. В то время во дворце была делегация из другой страны, и все решили, что менталист был среди них. Но, невзирая на это, мне собирались запечатать магию и выставить с волчьим билетом — так требовал отец Эриона. Спасло заступничество принца. Сошлись на том, что я должна исчезнуть, дабы не мозолить глаза, пока все не утихнет. Правда вскрылась, когда поймали Ролана Масквилли. Насколько я поняла, ему чем-то помешал Эрион Хантер и он решил убрать соперника моими руками.

— Слушайте… — задумчиво протянула Таська, перекидывая волосы за спину. — Мне одной кажется фамилия Хантер знакомой? О! — она подняла палец вверх. — Я вспомнила! Мы когда разговор этих мерзавцев слушали, Ролан говорил, что нацелился на какую-то девушку, а та собиралась выйти замуж за Хантера! Неужели тот самый?

— Ну и память у тебя, Тасьяна, — я глянула на девушку с уважением. — Но ты права. Ролан расчищал себе путь к залежам лунного камня.

— Нет, ну как все-таки тесен мир! — покачала головой тетушка Радмила. — Хотите верьте, хотите нет, но без вмешательства богини Аширы тут не обошлось. Это я вам точно говорю.

— Ага, — поддакнула Лика. — Если так подумать, то мы с вами вернулись в изначальную точку. Только теперь все идет так, как и должно. Враг наказан, любовь восторжествовала, а наша дружба крепка, как никогда прежде!

— Ещё бы его деда поймали, — невесело заметила тетушка Радмила. — Хотя что это я, поймают гада, никуда он не денется!

— Звучит как отличный тост! — заявила Златка и под дружное «Ура» мы с девчонками стукнулись кружками с чаем.

— К слову о том, что мы с вами снова вместе… — я стушевалась под их внимательными взглядами, но продолжила: — Вы же не против, правда? А то вам эту работу фактически навязали, и все из-за меня, а у вас свои планы были.

— Не глупи, Ив! — Злата закинула руку мне на плечо, обнимая. — Никто нам ничего не навязывал, все на добровольной основе. К тому же, в госпитале мне бы работать все равно не дали. Заведующий, что годится мне чуть ли не в деды, решил, что я буду отличной женой, коих у него уже было три. Моим мнением даже не поинтересовался, пошел сразу к отцу. А тот и не против — жених родовит и богат — что плохого? Насели на меня с двух сторон — не продохнуть, но я встала в позу. Нет и все! Отец разозлился, стал угрожать отречением от рода, но тут вмешалась мама. Девочки, я не припомню ни одного раза, когда она хотя бы голос повысила, и тут она такой скандал учинила! Кричала так, что люстры звенели, а пока она швыряла в отца вазы, высказывая все, что думает о его методах воспитания, я и узнала всю историю. Так разозлилась, что чуть сама не отреклась, но мама убедила не пороть горячку, я ж сейчас единственная наследница. И тут предложение от Верховного. Да я никогда так быстро вещи не собирала! Так что своим текущим положением более чем довольна! И с братом помирилась!

— И я! — поддакнула Тасьяна и хитро улыбнулась: — К тому же, Натан просто душка. Уверена, что через годик мы с вами повторим эти посиделки, только в роли невесты уже буду я!

— Кто о чем, а Тася снова о парнях, — развеселилась тетушка Радмила, подтрунивая над некроманткой.

— Мне тоже все нравится, — заговорила Лика. — Я пока замуж не планирую, а вот сделать пару открытий на ниве зельеварения и защитить статус грандзельевара не откажусь. А лучше лаборатории, чем в академии, не сыскать! Так что Иветта не забивай голову глупостями! И вообще, за окном уже светает, тебе надо хоть немного поспать, если не хочешь выглядеть как ожившее пособие для некромантов!

— И правда светает, — согласилась тетушка. — Невестушка, иди-ка ты спать, мы сами тут все уберем!

Остаток ночи мне предстояло провести в женском общежитии, в той самой комнате, которую я занимала в студенческие годы. Очередная традиция гласила, что жениху нельзя видеть свою невесту до свадьбы, иначе брак будет неудачным. В подобные глупости я не верила, но было что-то в этой традиции романтичное и таинственное, так что я повиновалась.

Там, в шкафу на мягких плечиках уже «отдыхало» свадебное платье. Мамино. Тонкое, кружевное, с вырезом сердечком. На полу стояли аккуратные туфельки на небольшом каблучке — потому что с моей координацией большой каблук вполне вероятно может стать причиной перелома ноги. А девочки утром помогут соорудить прическу и нанести макияж.

Я счастливо зажмурилась. Внутри все бурлило счастьем и предвкушением ещё большей радости. Но стоило только переступить порог комнаты и подумать, что этот день уже ничто не испортит, как боги напомнили о своём специфическом юморе.

Плечо до боли сдавила чья-то рука.

— Ну здравствуй, — около уха раздался знакомый до дрожи в печенке старческий голос. — Вот мы снова и встретились, моя дорогая ученица. Рада меня видеть?

Последний вопрос был задан с насмешкой, мол, наивная глупышка, думала, уйдешь от меня?

Наверняка, он рассчитывал вызвать у меня страх. Но его не было.

Напротив, меня затопило сумасшедшее веселье. Думала уже не явится!

Ха! Да разве мне позволил бы Верховный разгуливать так свободно, не будучи уверенным, что я в полной безопасности и контролирую ситуацию?! Ведь Подавитель до сих пор был на свободе, а обо мне теперь не знает разве что слепой. О чем только думал этот самоуверенный старик, явившись сюда? Неужели что самый умный и всех переиграл?

Кажется, кое-кого ждет сюрприз!

Я широко улыбнулась, глядя бывшему наставнику прямо в глаза и весело заявила:

— Вообще-то, очень! Соскучилась — жуть! Надеюсь, вы не забыли подарок к моей свадьбе?

Он почуял… понял, что что-то не так. Но уже было поздно. В этот же миг я активировала портальную магию наручей и перенесла нас в оборудованную по последнему слову магии… клетку. Не простую, а ту, что полностью подавляет ментальный дар. Любая попытка использовать недозволенные способности, и маг испытывает ни с чем не сравнимую боль. Переход был мгновенным — драконья магия это вам не какие-то примитивные порталы. Об интересном свойстве наручей догадалась, когда вспомнила, что артефакт по собственному желанию может перемещаться в пространстве. Изучила дневник первого предка, потренировалась и теперь пользовалась портальной магией так же легко, как дышала.

Узрев знакомое подземелье, я растянула губы в улыбке, которая как бы говорила: «Попался, голубчик». Ла'Вилли растерялся лишь на мгновение, а когда понял, что угодил в хорошо подготовленную ловушку, решил действовать по старинке… и с громким стоном свалился на пол, хватаясь руками за голову.

Жаль его не было. Мерзавец наконец на собственной шкуре испытал ту боль, что причинял другим.

— Ты была права, когда сказала, что он явится именно сегодня, — Верховный открыл дверь и вошел в клетку. Я поразилась выражению его лица. Оно было жестким и чуть брезгливым, как у человека, решившегося на необходимое и крайне неприятное действие. Подавитель все еще стонал, но господина Морригана это не беспокоило.

— Он бы не позволил, чтобы я обменялась магическими брачными клятвами, — почему-то в этом я была абсолютно уверена. — Вы тоже отлично сработали, господин Морриган.

Несколько часов назад мы с Касом примчались в офис его отца, чтобы поделиться радостной новостью — завтра мы женимся! Получили теплую улыбку, шутливое благословение и крепкие объятия. Когда господин Морриган обнял меня, я успела тихо ему шепнуть: Ла'Вилли придет, если узнает. Кас, к счастью, этого не услышал.

Почему-то я была убеждена в том, что враг появится именно в этот момент, хотя мы поджидали его появления каждую минуту в течение последних трех недель. И если он не клюнет на свадьбу, то я уже и не знаю, как его выманить.

Не представляю какие ресурсы задействовал Верховный, чтобы в около академической среде в кратчайшие сроки пронесся слушок о том, что я выхожу замуж. И вот теперь я наблюдала за корчащимся на полу стариком и думала о том, сколько он успел принести зла.

Жалости не испытывала. Скорее какое-то мрачное удовлетворение. Так ему и надо и еще столько же за каждого замученного!

— Ты молодец, все инструкции выполнила четко. Испугалась? — участливо поинтересовался мужчина.

— На короткое мгновение, — я передернула плечами, чувствуя, как по спине ползут запоздалые мурашки. — Вроде знала, что встречи не избежать, а все равно…

— Понимаю.

— Вы обещали, что я получу ответы на свои вопросы.

— Сейчас? — обалдел он. — У тебя свадьба через несколько часов, а ты ещё и спать не ложилась!

— Ничего страшного, отоспаться я ещё успею. А тащить эту грязь в новую жизнь не хочу! — заявила упрямо.

Верховный посмотрел на меня с какой-то обреченностью, пробормотал что-то о том, что Касьян со мной ещё хлебнет большой ложкой, вздохнул и согласился.

Наверное, это был магический захват, потому что Ла'Вилли пусть и вращал бешено глазами, но был не в силах сопротивляться, когда ему влили в рот зеленовато-черное зелье. Мой будущий свекор педантично закупорил флакон, убрал его в карман, и мы вышли. Едва оказались за пределами решетки, металлическая дверь с громким лязгом закрылась. Активировалась магия, прутья едва заметно засветились, контуры двери размылись. Теперь и сами боги без двойной порции вина не разберутся, как выбраться из этой клетки.

Я смотрела сквозь прутья и понимала, что вот он — мой первый свадебный подарок. Куда только девался благообразный, всегда добродушный ученый муж, в чьих глаза я раньше видела лишь заботу и понимание? Время показало, что они были насквозь фальшивы, но тогда я в них верила и считала этого человека своим кумиром. Сейчас же за железными прутьями бесновался безумный зверь, лишь слегка напоминавший человека. Всего-то пары месяцев жизни в бегах хватило, чтобы обнажить его гнилую натуру и сорвать покровы благообразности. Насупленные брови, гневно трепещущие ноздри, седые космы, которые лжедекан растрепал в приступе боли. Жалкое зрелище.

Господин Морриган указал мне на лавку, стоящую у стены. Я устроилась и стала ждать, когда подействует зелье правды и начнется допрос. Ролан как-то спросил у деда, что во мне такого особенного, раз старик прилагает столько усилий. И мне было действительно любопытно узнать ответ!

Как оказалось, история началась ещё с моей матери. Заинтересовался Ла'Вилли ею с подачи своего друга и тогдашнего декана факультера артефакторов, расхваливающего талантливую студентку. Мужчина уже имел небольшую группу рабов-артефакторов и решил, что Аглая станет жемчужиной его подпольной лаборатории. Вот только ментальная магия на девушку не действовала! Ла'Вилли это воспринял как вызов собственным способностям и стал выяснять, откуда у студентки такая мощная защита. И нарыл кое-что совсем удивительное: информацию о первом предке, который обладал магическими усилителями. Но прежде, чем менталист успел предпринять хоть что-то, случилось непредвиденное — прорыв. И девушка растворилась на просторах королевства, унося с собой все семейные тайны. Про её беременность он не знал, и в академию устроился лишь с целью организовать себе постоянный поток одаренных невольников. Но когда на его факультете появилась талантливая Иветта Маркес — заинтересовался. Сперва знакомой фамилией, затем уникальными способностями. План был идеальным — второй раз он свой шанс не упустит! Вот только эта дрянь все испортила, обрушив на него весь гнев теневого департамента. Единственным шансом выбраться из этого переплета были браслеты-усилители. С ними он получил бы такую власть, с которой все остальные вынуждены были бы считаться.

Получив ответы на свои вопросы, я вздохнула с облегчением.

Больше он никому не причинит вреда!

39. О том, как сбываются мечты

Поспать так толком и не удалось. Но я была так счастлива, что вступаю в новую жизнь, в которой остались позади все темные пятна, недопонимания и неприятности, что не только сборы, но и брачный ритуал прошел в какой-то счастливой дымке, в которой я видела лишь глаза любимого человека. Касьян не закрывал мыслей и я слышала: единственная, самая красивая… А после ритуала к этим чувствам добавилось — моя!

Потом были поздравления на ступенях храма, где нас ожидали самые близкие и родные люди. Наша команда в полном составе. Мои лучшие подруги. Господин Морриган, мама Касьяна, наставник Валленштайн, а так же тетушка Радмила с супругом. На лицах ожидание и беспокойство. Но стоило продемонстрировать парные брачные браслеты высоко подняв руки, как гости взорвались такими криками, что их эхо явно докатилось до серой зоны!

Казалось, я готова была обнять весь мир! И мир отвечал мне тем же!

Вскоре мы со всеми распрощались.

Нас с Касьяном уже ждала повозка, которая должна была доставить нас в только ему одному известное место. Сказал — сюрприз! Друзья же отправились обратно в академию, чтобы прихватить вещи и навестить родных. До учебного года осталось совсем мало времени, а некоторые дома не бывали годами. Касьян о чем-то беседовал с родителями и Златкой, а моё внимание привлек наставник Валленштайн.

Мужчина явно собирался мне что-то сказать, но так нервничал, что на лбу выступили бисеринки пота.

— Вам плохо? — всполошилась я не на шутку.

— Нет, просто волнуюсь. У меня есть для тебя важная информация, но я вовсе не уверен, что сейчас удачное время для разговора.

— Новость плохая? — напряглась я, не зная, чего ожидать.

Мужчина думал пару мгновений.

— Да нет, скорее хорошая, — прозвучало не совсем убедительно.

— Тогда рассказывайте, — махнула рукой, понимая, что если не узнаю, в чем дело, потом вся изведусь.

Одуванчик нервно пригладил волосы и негромко заговорил:

— Это касается твоего отца, — на секунду улыбка исчезла с моего лица, но тотчас же я заставила себя дышать медленно, пока самообладание вновь не вернулось ко мне. Кивнула, давая знак продолжать. — И его родителей. Понимаешь, когда ты мне рассказала про свою мать, я никак не мог понять, почему твои бабка и дед не разыскали вас? И связался с ними. История оказалась весьма запутанной, пришлось даже разыскать твоего дядюшку, к счастью, в академии были данные и ректор оказал нам содействие. Мы провели целое расследование. Как выяснилось, твоя бабка очень плохо перенесла известие о смерти старшего сына, чуть следом за ним с горя не ушла. Дед не мог оставить её одну и поручил младшему брату Ирвана разыскать вас. Он и нашел, да только передал, чтобы Аглая не возвращалась, что знать её и её ребенка-ублюдка не желают. Что терпели её, безродную выскочку, лишь ради Ирвана. Родителям же сказал, что ребенка она скинула и уже нашла себе нового мужчину. И все поверили. Бабка с дедом никак не думали, что младший сын может обмануть. Аглая потому, что родители Ирвана и впрямь приняли её достаточно прохладно. И попросила друга мужа позаботился о тебе, не приплетая родственников. В общем, так вас судьба и развела.

— Зачем брат папы так поступил? — голос звучал взволнованно и удивлённо одновременно. — Он ненавидел его?

— Скорее всего просто не хотел делиться с тобой наследством.

— Скорее всего?

— Узнать наверняка уже невозможно, — сказал мастер Валленштайн, — твоего родного дядю убили пять лет назад в пьяной драке.

— Спасибо, что выяснили правду, — в глазах закипали слезы, но я нашла в себе силы говорить спокойно.

— Это меньшее, что я мог сделать для тебя, — грустно улыбнулся наставник, сжимая мою ладонь. — Может, встретишься со своими бабкой и дедом?

— А они хотят? — уточнила с сомнением.

— Ещё как! — Одуванчик яростно закивал, отчего пушистые кудряшки на его голове запрыгали. — Просто дают тебе время. Если решишься, я организую встречу.

Я кивнула, принимая информацию, но ответа не дала. Как-то все слишком неожиданно.

— Ну что, едем за сюрпризом? — со спины подкрался муж и сжал меня в объятиях, целуя в макушку.

Мастер Валленштайн пожелал нам повеселиться и двинул в сторону господина Морригана.

— Ещё спрашиваешь! — заявила Касьяну, разворачиваясь в его руках.

Я до последнего не обращала внимания, куда мы едем — слишком уж увлеклась поцелуями со своим — теперь уже — мужем! И когда пришлось покинуть уютную кабину повозки, с удивлением поняла, что находимся мы в торговых рядах!

Народ таращился на меня как на чудо или, скорее, чудачку! Пришла на базар в свадебном платье!

Перед нами был двухэтажный домик, с магазинчиком на первом этаже и жилой зоной на втором. Домик этот я узнала. Заприметила его, когда гуляли с Касьяном. Домик как домик, но я была очарована. Все в нем дышало гармонией. Окно — витрина радушно показывало нутро пустующей лавки: прилавок с надежной столешницей и старенькой кассой-арифмометром, светлые стены, а на них добротные полки для товаров… как хорошо на них бы смотрелись красивые шкатулки для моих артефактов. И никак иначе, потому что мои изделия были бы сплошь уникальными… Но, больше всего мне нравился фасад из темно-желтого глазурованного кирпича. Он был похож на леденцовые подушечки, опрятно уложенные в подарочную коробку. Этот домик был воплощением моей мечты, которую я лелеяла все семь лет учебы. А на ручке коричневой филенчатой двери висела заветренная пыльная вывеска «Продается».

Кас посмотрел на недоумевающую меня с загадочной полуулыбкой и, не дожидаясь ответа, снял табличку с двери. Не успела я поинтересоваться, что он творит, как муж вытащил из кармана брюк затейливый бронзовый ключ явно гномской работы. И протянул его мне на широкой, такой родной ладони.

— Зайдем?

Я все еще не понимала.

— Ну что ты так растерялась? Тебе не нравится мой подарок?

— Это наше?

Радоваться было страшновато, мечты, ведь, никогда не сбываются так буквально! Если вообще сбываются!

— Ну да, наше. Я вчера внес первый взнос. Ты вроде всегда мечтала о таком, чем не свадебный дар?

Трясущимися руками я вставила в замочную скважину ключ. Приветливо щелкнул замок. Дверь открывала с чувством, что это дверь в новую жизнь. Жизнь, полную счастья и любви.

Радостно вспыхнули магические светильники.

Мы дома.

40. О том, как начинаются приключения

15 лет спустя.

Девять представителей академии стояли полукругом перед толпой детворы, поступившей на первый год обучения в академию магии, и пытались понять, на кого же сработал артефакт, определяющий тьму?

Под хмурыми взглядами новые студенты чувствовали себя крайне неуютно. А преподаватели тем временем вели мысленный диалог.

— Может, артефакт барахлит? — предположил мужчина, на чьей груди висел медальон факультета огневиков. — Я ничего не чувствую. Ни единого отголоска тьмы.

— Это у тебя в голове что-то барахлит! — с едва уловимым раздражением ответила ему девушка с ярко-рыжими волосами, которую все знали как декана факультета артефакторов. — Если сработал, значит была причина!

— Да тут этих потенциальных причин несколько сотен! — разнервничался заместитель ректора. — Как искать будем?

— Думаете, время пришло? — ни у кого конкретно и сразу у всех спросила женщина с белой косой, у которой на запястье был такой же брачный браслет, как и у здоровяка-огневика.

— Ну, если верить бабке, то да, — заявил один из близнецов. А второй продолжил мысль: — Вопрос, как понять, кто из них приспешник тьмы, а кто луч света?

— Напомните, а с чего мы вообще решили, что это два разных человека? — задумчиво поинтересовалась рыжая, выцепив из толпы худую фигурку. — Это случайно не дочь Мирона и Агнесс?

Взгляды всех преподавателей устремились к девочке, стоящей чуть в отдалении от общей толпы. От такого внимания ей стало нехорошо.

— Точно, она! — возликовал декан боевого факультета. — Вылитая копия Мирона!

— Вот и я думаю, что она, — вздохнула его супруга, — наша проблема.

Content

Диана Милехина
ЛОВУШКА ДЛЯ АРТЕФАКТОРА

1. О том, как прошла священная ночь

2. О том, как тайное становится явным

3. О том, как беды объединяют

4. О том, как угодила в ловушку

5. О том, как тесен мир

6. О том, как планы изменились

7. О том, как лицензию получала

8. О том, как гномы напортачили

9. О том, как вливалась в коллектив

10. О том, как прошло боевое крещение

11. О том, как мстят артефакторы

12. О том, как защита пала

13. О том, как спасали товарища

14. О том, как заботятся о своих

15. О том, как заподозрили неладное

16. О том, как гномы слово своё держат

17. О том, как прошлое врывается без стука

18. О том, как правда ранит

19. О том, как решили заняться контрабандой

20. О том, как время расставляет все по своим местам

21. О том, как правильно мотивировать

22. О том, как правильно мотивировать

23. О том, как пришли кошмары

24. О том, как стала подозреваемой

25. О том, как произошел раскол

26. О том, как получили задание

27. О том, как узнали о последователях

28. О том, как бывает неловко

29. О том, как испортить план врага

30. О том, как искать врага среди своих

31. О том, как все было на самом деле

32. О том, как нашла родовой артефакт

33. О том, как обнаружить личину

34. О том, как ошиблись

35. О том, как бороться за жизнь

36. О том, как служить и повиноваться

37. О том, как круто изменилась жизнь

38. О том, как все должно быть на самом деле

39. О том, как сбываются мечты

40. О том, как начинаются приключения