Татьяна Хабенская

Мой адмирал

Весь гонорар от продажи книги автор перечислит в Благотворительный Фонд Константина Хабенского.

* * *

Все права защищены. Любое использование материалов данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.

© Т. Г. Хабенская, текст, 2021

© Оформление. ООО «Издательство АСТ», 2021

Предисловие

Года три назад моя прекрасная неугомонная мама сказала мне: «Сынок, я хочу написать о тебе книгу воспоминаний и назвать её „Мой Адмирал“. Можно?» Через короткую паузу я ответил: «Ну конечно!»

Теперь я хотел бы озвучить свой внутренний монолог в этой паузе между вопросом и ответом: «Дорогая моя и любимая мама! Ты родила и воспитала двоих детей! Окружила себя пятью внуками! Можно сказать, что „программа максимум“ выполнена! Теперь ты можешь делать всё, что хочешь! Можешь уйти в политику, заняться дайвингом, писать книги! Всё, что хочешь! Я поддержу тебя во всём!!!»

Слава Богу, что мама выбрала книгу!

Теперь о воспоминаниях. Воспоминания хороши тем, что (если только это не сухие факты и цифры) накладываются на другие воспоминания и превращаются в нечто третье, похожее уже на художественное произведение, основанное на реальных событиях.

Итак, вы держите в руках воспоминания моей мамы. Я позволил себе лишь некоторые комментарии «на полях», чтобы вы не забывали о том, что это воспоминания!

Константин Хабенский

Всё начинается с любви:

и озаренье,

и работа,

глаза цветов,

глаза ребенка —

всё начинается с любви.

Роберт Рождественский

Почему я решила написать эту книгу

На протяжении многих лет, начиная с работы Кости в театре-студии «Суббота», студенческих гастролей в Москву в Театр на Таганке со спектаклем «Время Высоцкого», работы в Театре Ленсовета, а затем – в МХТ и заканчивая съемками в разных фильмах, я с любовью и заботой собирала программки, афиши, фотографии, вырезки из газет и журналов. Особенного богатства я за свою жизнь не нажила, но эти коробки с аккуратно уложенными материалами о сыне я берегла и перевозила из Питера в деревню Тараскино, а затем – в Москву, потом – на дачу.

Когда началась пандемия и появилось много свободного времени, я как-то перебирала старые архивы, смотрела фильмы и подумала, что жизнь проходит, а ведь я бы могла поделиться своими воспоминаниями с людьми, которым интересны судьба и творчество моего сына. Села и стала писать. Правда, по образованию я – инженер, а не гуманитарий, поэтому сложно сказать, что из этого получилось. В общем – судить вам.

Татьяна Хабенская

Лето и хоккей

Теплый июньский день 1971 года. Мы с мужем Юрием и двухлетней дочерью Наташей гуляем в Московском парке Победы города Ленинграда. Прекрасная солнечная погода, всё цветет и ошеломительно пахнет, по зеркальной поверхности пруда скользят лодки, с качелей и каруселей доносится детский смех. Год назад мы окончили Ленинградский политехнический институт имени Калинина и сразу же поступили на работу – я в институт Атомэнергопроект, а муж Юрий – в строительное управление СУ-414 Ленинградского порта.

Гуляем и радуемся, что скоро у нас будет еще один ребенок. Мальчик или девочка – это вопрос, тогда это еще не определяли. Но мы очень-очень счастливы, что у нас будет второй ребенок – что будет двое детей.

А когда 11 января 1972 года родился сын, мы решили его назвать Константином в честь легенды советского хоккея трехкратного чемпиона мира Константина Локтева. Тогда, по-моему, хоккеем болела вся страна. И муж тоже очень любил хоккей. Как пелось в хите тех лет:

«В хоккей играют настоящие мужчины,

Трус не играет в хоккей!»

Воспоминания – это настоящее путешествие во времени, можно за секунду перемахнуть лет на пятьдесят назад, и вот уже, протянув ниточку ассоциаций от хоккея к футболу, оказаться… где это я… на каком-то фестивале?

Футбол и благотворительность

Когда никто из нас и подумать не мог, что много лет спустя Фонд Константина Хабенского придумает проводить в рамках ежегодного кинофестиваля Patriki Film благотворительный футбольный матч, в котором сойдутся две команды. В звездную команду войдут коллеги Кости по работе: Анатолий Белый, Андрей Бурковский, Александр Цыпкин, Виктор и Федор Добронравовы, Павел Деревянко и другие. А капитаном этой сборной команды станет мой сын. Их соперники – жители Патриарших прудов – Петр Ануров, продюсер компании «Медиаслово», Илья Стюарт, продюсер компании Hype Production, Арчил Геловани, тоже продюсер, Максим Ползиков, ресторатор. Подопечные ребятишки в футболках фонда выведут всех футболистов под аплодисменты на площадку, матч пройдет просто во дворе. Дети будут рады, что смогут принять участие, поприсутствовать и поболеть на трибунах. Этот матч поможет очень многим ребятам, больным онкологией. У всех зрителей появится возможность оказать помощь, послав смс-сообщения с пожертвованием.

Эта игра пройдет очень весело и поднимет всем настроение. Жители соседних домов станут свешиваться из окон и стоять на балконах – кто с чашкой чая, кто с кофе, кто с бутербродом и наблюдать, будут болеть не за подопечных и не за команду фонда, а за жителей своего микрорайона. Команда Кости выиграет первый тайм, но подключатся жители соседних домов, и в итоге со счетом 9:9 победит дружба. В любом случае, фонд заработает много денег и приобретет то, что поможет детям поправиться.

А год назад в рамках этого фестиваля состоялся другой благотворительный матч – команда актеров против команды «Столото». Вот как об этой встрече на футбольном поле рассказывал мой сын:

«Я считаю, что наша команда и команда противника – настоящие герои. Не поехать в воскресенье на дачу, вырваться со съемок в кино и репетиций в театре, не сослаться на лето и каникулы – это, согласитесь, не каждый может. Спасибо актерам, которые решились на участие в такой хулиганской затее, и команде „Столото“, которая не просто помогла нашим подопечным, но еще и вовлекла в благотворительность своих сотрудников. Пусть будет больше таких красивых городских событий, как Patriki Film Festival, а еще – таких веселых и небанальных благотворительных идей, как идея нашего футбольного матча»[1].

А на фестивале Patriki Film 2020 года Константин Хабенский получит награду за одну из самых последовательных и самых профессиональных в России конвертаций кинопопулярности в большое социальное дело от главного редактора журнала «Домашний очаг» Натальи Родиковой. Отдельное спасибо организатору этого прекрасного фестиваля Фате Ибрагимбековой, которая уже не первый год его проводит.

Сейчас, с высоты прожитых лет, вся жизнь мне представляется удивительным узором, в котором связаны между собой все события, каждая мелочь, а тем более такие важные решения, как выбор профессии и замужество. Думаю, и наша встреча с мужем неслучайна, и, чтобы она произошла, мои стройные планы с поступлением в вуз были слегка… подредактированы. Но всё по порядку.

Здравствуй, Гидрофак!

Когда я в 1964 году с медалью закончила школу и приехала из Йошкар-Олы поступать в Ленинградский политехнический институт им. Калинина (ныне – Санкт-Петербургский политехнический университет), я выбрала себе специальность «Атомные реакторы». Это было логично, поскольку училась я в школе с углубленным изучением физики. Физику у нас вел заслуженный учитель Советского Союза Сергей Степанович Леухин (который, кстати, преподавал и у моего папы). Он был потрясающим педагогом, и, конечно, физику благодаря ему я знала отлично. На экзамене оказалась в первой десятке, в основном там были мальчишки. Села, вытянула билет, и минут через десять попросила разрешения отвечать. Члены комиссии, которая состояла из четырех человек – женщины и троих мужчин, переглянулись и сказали:

– Извините, но вам никаких лишних баллов не дадут ни за то, что вы девушка, ни за смелость пойти первой.

– Да, я понимаю, – говорю, – но я готова отвечать.

– Ну тогда идите.

Я ответила первые два теоретических вопроса, и они просят:

– Пожалуйста, показывайте, как вы решали задачи.

А у меня чистый лист, я ничего не успела написать.

– А где же ваша задача? – спрашивают.

– А я вам сейчас расскажу, как ее решать, – не растерялась я.

– Да? Вот так прямо всё и расскажете?

– Конечно, – отвечаю и пишу: дано вот это, по этой формуле находим эту величину, по этой – вот эту, в таких-то единицах, в таких-то измерениях. Довольно сложно было из одних единиц переводить в систему СИ и в другие единицы, но как раз этому нас Леухин прекрасно научил. Я всё блестяще решила при них. Тогда женщина, которая сидела в комиссии, попросила меня выписать за три минуты все формулы, которыми я буду пользоваться для решения второй задачи. В общем, я со всеми дополнительными вопросами хорошо справилась.

– Откуда же вы приехали? – спрашивают.

Я удивилась, думаю, зачем же им об этом знать?

– Я приехала из города Йошкар-Олы, Марийской республики.

– Школа номер 11? – смеются они.

Я думаю, ничего себе, уточнили по моей анкете, что я закончила.

– Да, – говорю, – школа 11.

– Учитель – Сергей Степанович Леухин?

Можете представить?

– Да.

– Сразу чувствуется подготовка, – и поставили мне пятерку.

Господи, как же я была счастлива! И что сдала на «отлично», и что даже в таком прекрасном институте, в Ленинграде, знают нашего Сергея Степановича по тому, как он готовит ребят. Собралась уже уходить, но они зачетку не отдают, и, слышу, шепчутся между собой. Один говорит: «Странно, что у нее четверка по письменной математике», и просит другого: «Слушай, сходи на кафедру и посмотри, в чем там дело – большая ошибка или мелочь?» Мужчина вышел, минут через 5–10 пришел и говорит: «Да там ерунда!»

– Вы видели вашу работу по математике? – спрашивают меня.

– А как же я ее увижу? Нет, не видела.

– Подойдите на кафедру, – они назвали этаж и номер аудитории, – и попросите посмотреть. Если вы сами увидите свою ошибку, то вам могут исправить результат.

– Хорошо, а так можно? – удивилась я.

– Да, – смеются, – так можно, идите скорее, подайте на апелляцию.

Я прошла по рекреациям, в которых толпились абитуриенты со всех концов Союза, нашла кафедру и попросила на руки свою работу. И сразу же увидела ошибку – она в самом деле была ерундовая. Со мной побеседовали и исправили четверку на пятерку. Так что у меня по всем экзаменам, кроме сочинения, за которое я получила четыре, теперь были пятерки.

Наступил день, когда вывесили списки. Я попала в одну группу с мальчишками – Андреем из Мурманска и Мишей из Мелитополя, так мы втроем приходили на все экзамены, обедали вместе, ужинали и как-то незаметно сдружились. Они тоже хорошо сдали вступительные – у них было по две четверки, остальные пятерки.

И вот мы стоим перед списками и не можем себя найти. Потом уже решили искать друг друга. Тоже не видим. А вокруг толчея, нас оттесняют, потому что мы уже по десятому разу всё пересматриваем с тем же успехом.

Ну и, конечно, мы разрыдались, все трое. Я – так до истерики. Сдать всё, с одной четверкой, и не попасть.

И тут к нам подходит мужчина лет пятидесяти – высокий блондин, красивый, стройный – и говорит:

– А чего это вы тут Черное море развели? Почему вы плачете?

– Мы не попали… Нас не зачислили, – всхлипываем мы.

– Ну, всякое бывает – кого-то зачисляют, кого-то нет, тут уж как повезет.

– Ну мы-то не думали, что нам настолько не повезет, – резонно замечаем мы.

– А не везет тем, кто плохо сдает, – парирует он.

– Но ведь мы сдали хорошо! – возражаю я.

– Ха, что вы мне тут вкручиваете! Если вы сдали хорошо, то вас бы и зачислили. А уж если вы сдали плохо, то извините.

Я молчу, мальчишки протягивают зачетки:

– Посмотрите.

Он взял их зачетки, потом попросил мою, изменился в лице и говорит:

– Да у меня же так ни один студент не сдал! Я возьму ваши зачетки на минутку.

Мы отдали, стоим, ждем. Он зашел в деканат, может, минут 10 там побыл, выходит, отозвал нас в сторонку и говорит:

– Ну ребята, не ваш год.

– Почему не наш?

– Есть негласное распоряжение на специальность «Атомные реакторы» не принимать после школы, а принимать только тех, кто отслужил. Пусть даже они всё сдадут на тройки, но они уже прошли два года армейской службы, были в горячих точках и, наверное, больше готовы к такой профессии, чем ребята, которые только школу закончили. Вот так.

Ну мы разревелись, естественно, ещё больше.

– А чего вы плачете? Давайте, я вас приглашу на свой факультет.

– А какой это факультет? – заинтересовались мы. Нам уже всё равно стало, честно говоря, куда поступать. Оказалось, что факультет нам предлагают гидротехнический. А возится тут с нами декан гидротехнического факультета профессор Николай Владимирович Зарубаев.

– Пойдемте, – говорит он, – я вам всё покажу и расскажу.

Мы забрали свои зачетки, вытерли слезы (через е, как Миша Трухин говорил в спектакле «В ожидании Годо») и тихонько пошли. Два или три корпуса прошли и видим огромное здание, написано – Гидрофак, Гидротехнический факультет. Поднялись в деканат, он нам показывает:

– Вот у меня есть специальность «Водные пути и порты», есть специальность «Электростанции» и есть специальность «Мелиорация», и еще две. Пять специальностей – выбирайте!

Миша, который из Мелитополя, сразу решил идти на «Мелиорацию». Там у них с водой не очень хорошо. Андрей Баяндин из Мурманска тоже сориентировался:

– А я, – говорит, – живу на море, лучше пойду на «Водные пути и порты».

А я и не знаю, что выбрать – у нас в Йошкар-Оле только река Кокшага в два шага, на ней ни электростанцию, ничего не построить. Подумала и решила, что выберу я тоже «Водные пути и порты» – буду строить причалы на Черном море, греться на солнце и плавать. Вот так нас и зачислили.

Встреча с будущим мужем

Физика у нас началась с первого курса, лекции читал отличный преподаватель, а практические занятия вела совершенно другая учительница, фамилию уже не помню, но очень строгая. Каждый урок все решали по 2–3 задачи по темам, по которым нам уже начитали лекции. Она холодно спрашивала у меня, поправляя очки безымянным пальцем:

– Таня, вы уже решили задачу?

– Да, – отвечала я честно.

И она давала мне еще задачу, а потом еще и еще, и за урок я решала штук пять.

Так мой будущий муж Юрий, отец моих детей, и обратил на меня внимание. Сидит тут, понимаешь, какая-то девчонка из бог знает какого города на и краткое и щелкает сложные задачи как семечки.

Вот и выходит, что выстроились в одну цепочку и Сергей Степанович Леухин, научивший меня физике, и год, в который не принимали никого на ту специальность, на которую я нацелилась, и декан Гидротехнического факультета, удачно притормозивший возле безутешно рыдающих абитуриентов.

Смотрины

Почти за год до свадьбы Юра позвал меня в театр (а в БДТ имени Георгия Товстоногова мы ходили почти каждую неделю), но почему-то по пути мы завернули в «Дом ткани» на Невском проспекте. Он объяснил, что ему срочно требуется присмотреть маме на день рождения материал на платье, а меня попросил быть экспертом. Мы долго изучали разные ткани – и легкие, и плотные, в итоге что-то всё-таки подобрали, и поспешили в театр.

И только через год, на свадьбе, я от его школьных друзей узнала, что мы в «Доме ткани» не столько смотрели ткань, сколько показывали меня. Я-то видела его друзей в первый раз, а они смеялись и возражали: «Ого-го, а в „Тканях“ на Невском?» И продали за три копейки всю его шпионскую затею. Сказали тогда мужу, что стройная, симпатичная, надо брать. Мой боевой характер они, конечно, тогда оценить не могли, но жизнь дала мне шанс его проявить.

Поход в военкомат

Стоял месяц март, Косте исполнилось год и два месяца, мужа на 40 дней военкомат отправил на учения под Мурманск на остров Кильдин, и я осталась с детьми одна. Холодно, ветер – Наташа заболеет ОРЗ, только поправится, Костя заболевает. Вот так они чередовались – простужались по очереди, то один, то второй. И как работать? Приходилось частенько сидеть на больничном (а тогда больничный оплачивали только три дня), но в конце концов мне предложили забрать кульман, чтобы дома выполнять работу и не подводить отдел. В основном, конечно, получалось ночами. Это было тяжеловато, и мама решила мне помочь и прислала на подмогу свою родную сестру (которой на тот момент было 70 лет), чтобы она сидела с детьми, когда кто-то из них болеет, а я бы могла в это время чертить.

Звали мою тетю Елена Ивановна, она всю жизнь проработала учительницей начальных классов и примерно неделю мне хорошо помогала, а потом ее парализовало. Я совершенно растерялась. Вызвала врача, он назначил лечение. К нам стали приходить медсестры, чтобы делать ей уколы, но ничего не помогало. Тогда врач нам посоветовал положить ее в больницу. Но как это сделать, если у нее нет ленинградской прописки? Давление у всех скачет по весне, особенно при такой погоде, как в Ленинграде. Я всё равно пошла в поликлинику, но мне там отказались выдать направление. И я решила пойти в детскую поликлинику. И сразу к главврачу. Объяснила ему ситуацию – приехал человек, чтобы помочь и случилась беда, помогите госпитализировать. Но он тоже сказал, что помочь не может. В общем, все отвернулись, но я-то понимаю, что сама не смогу ее вытащить. И я даже выйти в магазин иногда боялась – мало ли что случится, а дома только двое маленьких детей.

И кто-то мне посоветовал пойти в военкомат – в те времена там могли решить любые проблемы. Военкомат так военкомат. Отвела Наташу в сад, Костю нарядила в кроличью черную шубу, пуховую шапку, посадила в коляску, узнала, что военкомат находится на улице Алтайской, и поехала.

Приехала, захожу, стоят двое дежурных. Спрашиваю у них:

– Где я могу найти военкома?

– В этом кабинете, – показывают, – но у него там сейчас идет совещание.

С Костей на руках открываю дверь. Страшно, но чувствую, что просто нет никакого выбора уже. Отчаяние охватывает, как только подумаю, что тетя может умереть, и понимаю ведь, что это будет на моей совести.

И вот я открыла дверь, военком сразу меня увидел и спрашивает строго:

– Вы к кому?

– Извините, к вам, – говорю, а сама не знаю, войти мне к нему в кабинет или тут остаться.

Он сам ко мне вышел.

– По какому вопросу?

Я ему быстро-быстро всё выпалила:

– У меня муж на полуострове Кильдин у вас на военных сборах, а ко мне приехала мама (я уже не стала говорить, что тетя) из другого города, и ее парализовало. И ни одна больница ее не берет, а она при смерти. Я не знаю, что делать.

– А мы тут ни при чем, – говорит и холодно так смотрит на меня, оценивающе. – Сейчас позвоним в часть и вернем вашего мужа.

– Он не врач и не сможет помочь, – а у самой уже слезы наворачиваются. – Пусть дослужит, сколько ему нужно. Я вас очень прошу – помогите госпитализировать маму.

– Не могу, – развернулся на каблуках, зашел в кабинет и продолжил там свое совещание. Дверь закрыл прямо у меня перед носом, а я осталась стоять вся в слезах. И тут сообразила, что мы сейчас вернемся домой, а в холодильнике – шаром покати. Ладно, думаю, сделаю-ка я вот что. Посадила Костю на стойку, куда всякие карточки выкладывают. Говорю охранникам: «Придержите его одной рукой». Они придержали. Я проверила в сумке, сколько у меня с собой денег, и ушла.

Мне кажется, они не сразу сообразили, что вот сидит ребенок, а мамы и след простыл. Костя еще не говорил, поэтому никто не знал, ни как его зовут, ни за кого я пришла просить – ничего не было известно. А я в слезах побежала через дорогу в большой гастроном, чтобы быстро купить продукты и хоть что-то дома приготовить. В итоге я проходила где-то час или минут сорок, потому что в каждый отдел были очереди.

Возвращаюсь, и что вы думаете? Меня встречают, как самого дорогого гостя. Видимо, там уже никто и не ожидал, что я приду. Решили, что какая-то сумасшедшая мамаша привела ребенка и бросила.

– Не уходите-не уходите! – говорят, так вежливо, даже с подобострастием. – Сейчас мы все ваши вопросы решим! А довольный Костя с измазанной в шоколаде мордашкой увлеченно перебирает карточки в длинном деревянном ящике «шоколадными» ручками.

И они тут же организовали скорую помощь, нас с Костей в нее поместили, мы на ней торжественно приехали домой, носильщики взяли мою («маму» в кавычках) тетю и повезли ее в больницу, где за месяц поставили на ноги. А потом мы купили билеты и вместе уехали к моей маме. Я и не предполагала, что моя вынужденно экстравагантная вылазка в магазин поможет делу, как и Костя не ведал, что с его участием всё же спасли человеку жизнь.

Инспекция из военкомата

И вечером этого же дня, когда мы с Костей только вернулись домой – скорая помощь любезно нас подвезла – звонок в дверь. Смотрю в глазок – стоит военный. Странно, думаю.

– Кто там? – спрашиваю.

– Я из военкомата с инспекцией, – ну в смысле не обманула ли я, описывая наши жизненные обстоятельства.

– Пожалуйста, – говорю, – проходите. Вот одна комната, вот двое детей, вот больничный лист (Костя как раз болел), а вот мой кульман – я работаю на дому. Военный составил какой-то акт (то, что бабушка с инсультом, они уже видели, и это больница подтвердила), я расписалась, и он ушел. Легла спать, дети при мне. Примерно в час ночи – снова звонок в дверь. Я вскочила, смотрю в глазок – опять стоит мужчина в форме. Господи, это-то ещё кто пришел? Всё же уже вроде бы записали. Открываю осторожно. А там мой муж.

– Таня, что же ты не открываешь? – спрашивает. Зашел, раздевается. – Что тут случилось?

– Вот, положила бабушку в больницу, – скромно говорю я.

– А мне сказали, что жена устроила скандал в военкомате, давай срочно на вертолете лети разбирайся и решай сам свои проблемы.

Вот так нам аукнулся мой поход в военкомат

А спустя несколько лет, когда мы встали в очередь на кооператив и нам было нужно подзаработать на него денег, у этой истории было легкое эхо. Муж прочитал в газете, что военкомат организует стройку где-то за границей – может быть, в Германии или Венгрии, точно уже не вспомню. Строительство причалов – как раз по нашей специальности. И нужны желающие завербоваться на два-три года. Можно с детьми.

– Как тебе такая идея? – спрашивает.

– Отлично! – озвучиваю я наши общие мысли. – Поедем, заработаем деньги на кооператив.

Он пришел в военкомат. Назвал свою фамилию… Возникла неловкая пауза, а потом у него осторожно спросили:

– А вы один собираетесь или как?

– Нет, не один, – отвечает, – с женой и детьми.

– Вы знаете, жена тут такой концерт устроила несколько лет назад, мы помним, и ваша фамилия у нас в черном списке. Так что, увы, не получится.

Вот так нам аукнулся мой поход в военкомат.

Путь до Нижневартовска

Как я сказала, мы собирались купить трехкомнатную квартиру и встали, как тогда говорили, «на очередь». Время шло, очередь потихоньку двигалась, а денег у молодых специалистов не было. От военкомата нас никто не взял на заработки, но мы решили не отчаиваться и поехали не в какую-то там Германию или Венгрию, а в город Нижневартовск.

Вот как об этом писал мой муж Юрий в так называемых «стихах на случай»:

Тюменский север —

Прекрасный край,

Большая зарплата,

Дефицитный тулуп.

Загнал сюда нас

Кооперативный пай,

И вот уже год прошел,

К столу, друзья, к столу!

Или еще о том же в стихотворении на мой день рождения:

Желаем мы без лишних слов,

Чтоб дом твой в Питере был готов

Для счастья в доме трех котов —

В твой день рожденья.

А я потом переделала вторую строчку:

До пенсионных чтоб годов он был готов.

Нижневартовск недалеко от Сургута, там тоже была работа по нашим специальностям – строился огромный причал.

Папа наш уехал на Север еще в декабре, а я полетела вместе с детьми, с Костей и Наташей, уже в каникулы, где-то 2–3 января. Мы везли с собой и лыжи, и постельное белье, и детские книжки, и учебники, и рюкзаки, и кастрюли – в общем, всё по минимуму уложилось в одиннадцать мест. В Питере наше хозяйство помогли доставить в аэропорт на нескольких машинах друзья, а муж планировал нас встретить уже в аэропорту места прибытия. Летели через Москву – всего один рейс был в столицу, попали на него по знакомству, а, еще везли с собой телевизор. Тогда телевизоры были не очень большие.

В Москве мы должны были из одного аэропорта перебраться в другой. И никак я не могла поймать такси – время позднее, часов двенадцать. Тем более нам необходимо было минимум две машины – в одной я с детьми, в другой – всё остальное. И доедет ли за нами следом та другая – непонятно. Но никто из таксистов нас так и не брал, так что это просто мои домыслы. Костя уже плачет: «Мама, зачем мы куда-то с тобой едем, давай лучше вернемся домой».

Но мир не без добрых людей – останавливается старенький небольшой УАЗик, или как их там называют, выглядывает оттуда парень и спрашивает: «Вам куда?» – Я объяснила, что в аэропорт. – «Вот эти все вещи – ваши?» – «Да, – говорю, – к сожалению, это всё мое». – «А куда летите?» – «В Нижневартовск». – «А зачем?» – «Чтобы денег подзаработать».

А все предыдущие меня спрашивали только об одном – сколько я заплачу, и просили такие деньги, которых у меня с собой просто не было. А этот парень бесплатно загрузил нас со всем скарбом.

Привез в аэропорт, помог закинуть вещи на движущуюся ленту, и я все последние деньги, за перевес багажа, там и оставила. Может быть, этот добрый человек, который встретился нам на пути, когда-нибудь прочитает мою книгу. Я очень благодарна этому парню, дай Бог ему здоровья.

Тюменский Север

Летели мы очень долго, но в конце концов прилетели. Мужу, который нас встречал на машине, пришлось с нашими одиннадцатью тюками делать несколько рейсов из аэропорта и обратно, пока он всё перевез.

«Мостоотряд-69», где мы теперь жили и работали, находился не в самом Нижневартовске, а приходилось еще от города пилить несколько километров. Это был такой барачный поселок. Климат в Нижневартовске условно пригоден для проживания – там не хватает кислорода. Он окружен болотами и особенно летом от них идут страшные испарения. Становится совершенно нечем дышать, поэтому детей стараются оттуда вывезти. И ещё всё время донимает маленькая вот эта мошка, комарье, москиты. А вообще там очень холодно: в сентябре уже снег, в мае – ещё снег. Мы на демонстрацию ходили в тулупах!

Папа Кости, мой муж, работал заместителем главного инженера, начальником ПТО (производственно-технического отдела), а я была заведующей строительной лаборатории качества. В 80-м году везде по городу были растянуты лозунги «Качество в период перестройки решает всё». Работа была ответственная, и я, честно говоря, очень волновалась, потому что была с ней не особенно знакома. Поэтому мне пришлось уехать на два месяца в Екатеринбург, который в те времена назывался Свердловском, для того чтобы закончить в Политехническом институте курсы заведующих лабораторией качества, получить документы и полной знаний вернуться на свою работу.

А поселили нас в Нижневартовске в небольшую двухкомнатную квартиру, в которой раньше жил другой хозяин. Хозяин уехал, а собака осталась.

Квартира с наследством

Так она у нас и прижилась, эта собака. Звали ее Лиза. Сначала мы очень ее боялись, но потом постепенно привыкли и подружились. Она была здесь старожилом – переходила от одного хозяина к другому. Первоклассник Костя учился в третью смену с трех часов дня, а дочка – в первую, поэтому они не могли составить друг другу компанию. Но Костя был под присмотром лайки Лизы – она провожала его в школу, ждала и приводила обратно домой. Первое время мы тоже его встречали, а потом поняли, что он же может запросто прийти домой с собакой.

В нашем поселке был маленький клуб, в котором проводили разные встречи, но в основном крутили фильмы. И Костя, как правило, первый ходил разведать со своими одноклассниками и Лизой, что там дают интересного. Они всё подряд смотрели, а если одобряли, то уже мы с мужем в воскресенье шли на проверенный.

Спасибо котятам и щенятам!

Оказывается, не только в сказах всякие коты в сапогах добывают своему хозяину принцессу и замок, в жизни тоже запросто случаются подобные чудеса.

Надо сказать, у нас всегда жили собаки и кошки. Доставшаяся нам по наследству вместе с квартирой в Нижневартовске лайка Лиза за год, наверное, раза три приносила щенят, причем все они были разной породы и обитали у нас дома, потому что на улице же – лютый холод. Кошку Анфису Косте подарили ребята во дворе. И в какой-то момент так совпало, что и у собаки щенята, штук пять, и у кошки котята – ну, может, чуть поменьше. Жили они в специальных уютных гнездах, которые я им сшила.

Заглянула к нам как-то комиссия из Мостоотряда, ахнула и громко подумала: «Это же какой-то кошмар! Две маленькие комнатки, да еще кошки с собаками гнездятся и ползают по коридору, некуда ногу поставить. Надо им жилплощадь побольше дать». А на наше счастье, как раз главбух уезжала на Большую землю по окончании контракта. Профсоюзный комитет и говорит: «А давайте тогда Хабенских сюда переселим, а в их квартиру – тех, кто заново приедет». Так мы и получили благодаря кошкам и собакам трехкомнатную квартиру.

Костя вообще страшный кошатник – очень любит кошек. А собак особенно.

Константин Хабенский

Я не кошатник. Совсем не кошатник. Ну абсолютно не кошатник! Сердце мое отдано собакам!

Контейнер прибыл, доставить невозможно

Не было в городе Нижневартовске ни железной дороги, ни причала – причал мы только строили. Летом-то суда ходили, но как только Обь замерзала, всякое снабжение города останавливалось.

Когда мы приехали, то наивно полагали, что вскоре подоспеют и все наши вещи. Но нет, наш контейнер с холодильником, диваном и всем прочим из квартиры добрался до города Новосибирска, и оттуда нам пришла телеграмма: «Ваш контейнер прибыл, но доставить его сейчас невозможно – Обь замерзла. Ждите начала судоходства».

И мы целый год жили без своих вещей. Кровати у нас были с панцирной сеткой, как когда-то в пионерских лагерях, на кухне вместо стола красовались строительные козлы, я их прикрыла клеенкой, которую отдали соседи, табуретки и два маленьких письменных стола, позаимствованные из Красного уголка, – вот вся наша мебель. Кто-то из отъезжающих подарил нам еще маленький холодильник. Вот так мы и жили целый год до прибытия долгожданного контейнера.

Первая покупка на Севере

Одной из самых первых вещей, которую мы купили на севере, было пианино. Кто-то уезжал из поселка и дал объявление в газете: «Продается подержанное пианино». Наверное, оно так вот от одних к другим и гуляло. И мы купили это пианино и везли его на черной грузовой огромной машине, а Валера Козинцер, наш большой друг, сидел в кузове и играл Рахманинова. Так они и ехали к нам через весь город – грузовик, в нем фортепиано и звуки музыки. Мне кажется, это очень кинематографично.

Но надо сказать, что иногда поездка в грузовике – это красота и искусство, а иногда – риск.

Не садись в машину к незнакомцам

Строили мы причал на реке Обь, а на работу, с работы и на обед нас возили вахтовым методом. Однажды освободилась я с работы чуть раньше обычного и решила отправиться домой самостоятельно. Вышла на трассу и проголосовала, чтобы меня подбросили на попутке хотя бы до Нижневартовска. Затормозил огромный КрАЗ, залезла я с божьей помощью на такую высоту, поехали и разговорились с водителем. Я рассказала, что мы здесь совсем недавно, работаем в Мостоотряде. Водитель меня спрашивает: «А когда вы собираетесь уезжать?» Я ответила, что года через три, потому что у нас подписан контракт. И я интересуюсь: «А вы когда собираетесь?» И слышу радостный ответ: «Через месяц. Всего ничего отсидеть осталось». Я, конечно, испугалась, но виду не подала и, слава Богу, добралась домой без приключений.

Зато дома уже мне от мужа попало, потому что кто его знает, какой мог остановиться водитель и куда бы решил меня отвезти. Действительно, в наших краях жили и работали в основном заключенные.

«Вот дом, в котором живет предместком»

Вообще, народ в нашем Мостоотряде был прекрасный. Приехали молодые ребята с семьями, были среди них и москвичи, и ленинградцы, и киевляне, и краснодарцы, и калининградцы. Жили мы, что называется, большой дружной семьей. Договаривались, к примеру, что в понедельник ужинаем у Козинцера. Он всё готовил, а мы приходили. А на следующий день ужинаем у нас, и тогда я на весь большой коллектив должна была сварить постные щи, драники какие-нибудь поджарить и всех пригласить. Вот так мы всю неделю ходили в гости от одних к другим. Было весело – конечно, была гитара и песни Визбора, Клячкина, Городницкого, Окуджавы. И всегда с нами были все дети.

А на праздники мой муж писал стихи. Мы год прожили на Севере, и меня избрали председателем местного комитета (предместкомом), а день рождения у меня перед Новым годом, и вот такое забавное стихотворение посвятил мне Юра:

Вот дом,

В котором живет предместком.

А это собака Лизка,

Которая дружит с кошкой Анфиской,

В доме,

В котором живет предместком.

А вот ее дочь

Активистка-артистка,

Которая любит собаку Лизку,

Которая дружит с кошкой Анфиской,

В доме,

В котором живет предместком.

А вот ее сын Константин,

Хорошист-каратист,

Который бранится с сестрой

Активисткой-артисткой,

Которая любит собаку Лизку,

Которая дружит с кошкой Анфиской,

В доме,

В котором живет предместком.

А вот их отец, поглощающий никотин,

Что не одобряет сын Константин,

Хорошист-каратист,

Который бранится с сестрой

Активисткой-артисткой,

Которая любит собаку Лизку,

Которая дружит с кошкой Анфиской,

В доме,

В котором живет предместком.

А вот и Она,

По случаю праздника украшена.

Твое здоровье, выпьем вина,

Кроме детей, им – лимона…

А собаке и кошке —

По вкусной косточке.

Так пусть же, как чаша всегда полна,

Дом, в котором живет Она.

А вот с продуктами как раз была беда: молоко только восстановленное, его возили в огромных бидонах, и в такие же бидоны разливали сметану – наполовину замерзшую и сметаной она, честно говоря, и не пахла. Картошка, свекла и морковка доходили до нас только в сушеном виде. Мясо и колбасы – по талонам, да и то не всегда. Часто проходил месяц, а я нигде не могла, как тогда говорили, отоварить этот талон. То есть талоны оставались, а продуктов не было. Если кто-то из наших уезжал в командировку на «большую землю», то привозил на всех сливочного масла, молочных сосисок и сыра. И делили всё по-братски, чтобы всем досталось понемногу.

Это же ка-та-фо-ты!

Однажды муж привез из командировки целый ящик сгущенки, на которой я по утрам варила кашу – то рисовую, то манную, крупы там у нас были. Была страшно счастлива, что у меня теперь есть приличное молоко, потому что в магазине оно было только восстановленное и расслаивалось – в бутылке неаппетитно бултыхались лед, вода и такая белая взвесь. Так что ящик сгущенки был настоящим сокровищем.

И вот прихожу я утром в сени взять очередную баночку, а там пусто. Ну как пусто – стоит одиноко на севере диком печальная начатая банка, а в ячейках, в которых должны быть остальные целые баночки, что-то таинственно мерцает разными цветами – и желтым, и розовым, и зеленым…

Что такое?

Какие-то металлические круглые штучки со стеклышками. Занесла домой из сеней ящик, и вежливо спрашиваю у детей – что, собственно, случилось?.. Куда, вообще говоря, подевалась сгущенка?.. И откуда вот это вот всё, непонятно что?

Сдавленным от восторга голосом Костя мне всё объяснил:

– Мама! Ну ты что?! Это же ка-та-фо-ты!

Конечно, всё сразу стало понятно! Я даже слова такого не знала.

– Мама, – продолжал мне втолковывать ребенок, видимо, не замечая на моем задумчивом лице ожидаемого благоговения и радости, – ты представляешь, как мне повезло – у меня целых 12 катафотов!

Я попыталась робко напомнить, что вообще-то эта сгущенка была для того, чтобы готовить кашу, но вовремя сообразила, что вклиниваться сейчас с ностальгическими воспоминаниями бесполезно.

– Ты только посмотри, как они светятся! И желтым, и розовым, и зеленым! – Он стал крутить у меня перед носом этими стекляшками. – Это от велосипедов, – доверчиво добавил он.

Нет, со временем я выяснила, что они не только к велосипедам крепятся, но и к машинам. О, я стала профессором катафотов! Правда, мы еще долго ели кашу на воде. Но что такое каша против разноцветных стеклышек, когда тебе 7 лет? Нет, не так – что такое каша против счастья?

Горький опыт первых пельменей

Как-то к нам в Мостоотряд завезли конину, и мне тоже досталось этого дефицитного товара. Весь вечер у нас был занят: Костя или Наташа приносили миску снега, его добавляли в фарш, и мы всей семьей лепили много-много пельменей. Получилось, наверное, больше ста штук. И потом всё это решили хранить в сенях. Мороз был за 30 градусов, поэтому пельмени должны были в скором времени превратиться в камушки.

Утром я вышла в сени глянуть, как там всё подморозилось. Подморозилось великолепно, но пельмени почему-то оказались немилосердно погрызены маленькими голодными зубками. Соседи держали свиней, а свиньи – крыс, которые прекрасно примчались по теплотрассе на пельмени. Запах конины их привлек. Пришлось всё выкинуть.

С тех пор мы морозили пельмени в сенях под присмотром. Кто-то из нас дежурил, пока они подмораживались, и мы сразу складывали их в пакет и прятали в морозилку.

Вот так мы питались. Голодными не ходили, но, конечно, оглядываясь назад, мне жаль, что маленьких детей не удавалось кормить так, как положено.

Коротким северным летом мальчишки бегали на болота.

– Бэрримор, кто это так воет на болотах – собака Баскервилей?

– Нет, сэр, это Хабенский с друзьями собирает бруснику).

Провал

Север богат ягодой – брусникой, клюквой, черникой, морошкой. Костя с ребятами часто собирал ее на уже замерзших болотах. И вот как-то в сентябре, когда уже холодно, пошли они, и все провалились под лед. Как оттуда выбрались – я даже не знаю. Так и не признались. Думаю, может быть, Лиза помогла им?

Потом забрались на чердак дома, сняли теплые свои домашние шаровары с начесом и сидели сушились. Слава Богу, никто не пострадал и не заболел после этого приключения.

Но это был не первый провал в жизни Константина.

Люк и муравей. Хоррор

Моя мама, Костина и Наташина бабушка, Лидия Ивановна Никулина, каждый год нас приглашала в город Йошкар-Олу на озеро Яльчик. Там она работала дежурным врачом в спортивном студенческом лагере при Политехническом институте. Обычно летом мы всей семьей, если совпадало время отпуска, с удовольствием приезжали и отдыхали. Жили в лесу, в маленьких деревянных домиках. Озеро – живописное, домики – двухэтажные, много соревнований, разных выступлений, и кроме студентов и преподавателей, жили и дети сотрудников. То есть компания всегда и у Наташи, и у Кости имелась. И вот первый раз мы приехали в Йошкар-Олу, когда Косте было полтора года, а Наташе – четыре с половиной. Вечером сразу же после приезда мы пришли к бабушке на работу в здравпункт и собрались уже вместе идти домой. Но встретили знакомых во внутреннем дворике института и разговорились. Костя бегал кругами вокруг нас, Наташа стояла рядом, держала меня за руку, а я всё время следила за его извилистыми маршрутами. И тут обнаружила, что мой сын исчез. Дворик пустой, сына нет, я в ужасе.

С криками «Костя! Костя!» стала бегать – не отзывается.

Вдруг вижу – открытый люк горячего водоснабжения, рядом лежит огромная тяжелая крышка. Я подскочила, наклонилась, а внутри этого люка висит мой сын – маленький, с посиневшими пальчиками – и держится за бортик внутри люка. А перед его глазами ползет муравей, на которого юный натуралист и засмотрелся.

Я вытащила сына из люка, вся в слезах. Было очень страшно, и по сей день я корю себя за то, что тогда не уследила. Костя в интервью рассказывает об этом случае как о самом ярком впечатлении детства:

«Самое яркое, это когда я в люк провалился. Вот это я вам скажу! Наверняка даже перед смертью вспомню! Это было очень сильно. Я, маленький, висел на краю люка, еле держась пальцами… Понимал, что один, никого рядом нет, и я могу туда через мгновение упасть. А дна не было видно. И я почему-то очень хорошо помню муравья, который полз рядом с моим лицом…

<…>

– В какой-то момент мама поняла, что ее сына не слышно и не видно. Увидела открытый люк и… ринулась мне на помощь! Вот так, кроме того, что она меня родила, еще и спасла жизнь!»[2]

Похоже, в этот момент что-то важное произошло в сознании Кости, раз он запомнил это происшествие навсегда, но оно ничуть не отучило его рисковать жизнью – как, например, это вышло в истории с балконом, которую я расскажу позже. А сейчас вернусь к теме провианта.

Добытчик

Костю примерно с третьего класса друзья мужа, настоящие рыбаки, стали брать с собой летом на рыбалку.

– Костя, хочешь порыбачить?

– Хочу.

– Будешь семью кормить.

То, что он чем-то способен помочь семье, оказалось для него очень важно. А время стояло тяжелое – мясные продукты получали только по карточкам, так что рыбой он действительно нас выручал.

Папа купил ему удочку, и всё, что нужно для рыбалки. Костя привозил рыбу, которую наловил сам, и был этим очень горд. Но приезжал так – заходил, отдавал мне пакет с рыбой, разувался, ложился и спал сутки. Выматывался. Они куда-то далеко ездили, хотя наш городок стоял на Оби, но, видимо, были какие-то места прикормленные – не там, где народ живет, а более спокойные. Из этой рыбы я варила суп и делала котлеты. Так что Костя был добытчик.

Наступила зима. Мужчины опять собираются и спрашивают:

– Юрий, ты отправишь рыбака своего?

– Надо спросить.

Костя, конечно, с радостью.

Они на обратном пути сажали его вместе с водителем, и он клал рыбу под ноги, туда, где тормоза. Дорога была дальняя, и довозил Костя ее домой уже тухлую. Пока они ехали, она от этой жары просто уже портилась.

И вот когда он в очередной раз такую привез, гордый, что вот же наловил и всех накормил, я пошла к одному из наших друзей – к Валере Козинцеру – и говорю:

– Валер, как хочешь, но ребенок с вами всю ночь не спал, привез вот посмотри сколько много рыбы, а она вся испортилась.

– Вопросов нет, всё. Давай эту кот съест, я тебе половину своей отдам.

И потом уже они у него рыбу забирали к себе наверх, в кузов, чтобы ребенок домой всё-таки то, за чем он ездил, привез.

Но это желание помочь семье Костя пронес через годы.

Телевидение в нашей жизни

В 90-е обстановка в нашей стране была довольно сложной. Я работала в школе и получала зарплату рублей 100. Это было очень мало. Сосед работал на заводе, и им зарплату выдавали мясорубками. А кто-то получал постельным бельем или кастрюлями. Часто раздавался звонок в дверь, на пороге стоял смущенный человек и предлагал дешево купить то, чем ему заплатили за работу. Или даже обменять – дрель на чайник, например. Был такой анекдот перестроечных времен – ходит корова по дворам и продает: «Молоко, сметана, масло. Говядина, наконец».

Дочь Наташа преподавала музыку в школе и параллельно училась в Институте культуры на режиссерском факультете. А вот мой муж остался вообще без работы – Кировский завод закрыли, на котором он трудился после возвращения с Севера, в бывших цехах продавали секонд-хенд. Устроиться на новое место оказалось невозможно – всё либо уже было закрыто, либо на днях закрывалось. Муж обращался к друзьям, которые еще работали, и ему давали мелкую подработку – что-то небольшое рассчитать. Так мы и перебивались.

И тогда нас очень выручил Костя. Он учился на третьем курсе театрального института. Занятия шли с утра до позднего вечера, но, видя нашу ситуацию, он согласился вести на питерском телевидении музыкально-развлекательную передачу «Паровоз-TV». Она выходила раз в неделю. Костя сам составлял себе программу, брал интервью у известных музыкантов, придумывал связки между клипами. Помню, одним из его героев был популярный в то время Юрий Шевчук. Весь город осенью пел его песню «Что такое осень – это небо…».

К каждой передаче сын придумывал образы и перевоплощался то в машиниста, то в проводника, то в буфетчика.

«Я вел музыкальный чарт „Паровоз ТВ“ на Региональном телевидении, одну из самых популярных в тот момент программ. Это вроде бы была работа ради денег, но тем не менее я пытался искать для себя какие-то новые формы самовыражения. Затем была еще информационная программа „Кстати“, так что я успел поработать даже ведущим новостей, хоть и недолго. Придумывал какие-то смешные подводки к юмористическим, по сути, сюжетам. Одна бабушка, видимо, наша постоянная зрительница, подкараулила меня после эфира и с возмущением накинулась: „Что же вы делаете, мы же вам верим!“ Тогда-то я и понял, что не зря изучал актерское мастерство. Работа на телевидении была необходимой практикой для дальнейшей работы в кино, чтобы уверенно взаимодействовать с камерой и уверенно смотреть в объектив»[3].

На четвертом курсе сыну предложили вести новую информационную программу «Кстати», в которой он рассказывал о самых интересных новостях культуры во всём мире. И мы всей семьей помогали ему отбирать материал. Я, Наташа и даже бабушка просматривали все газеты за неделю. Отмечали, на наш взгляд, интересные новости культуры, а потом уже Костя из них выбирал и компоновал программу. Если у него совсем не было времени, и он последней электричкой приезжал домой, то это делала Наташа. Но в эти сложные годы, конечно, всю нашу семью содержал сын.

Однако есть, есть в биографии Константина такие факты, о которых, возможно, следовало бы умолчать, но он попросил ничего не приукрашивать.

И следующая история о том, на какой компромисс, даже можно сказать, на сговор со своей совестью, однажды пошел мой сын.

Сливовый сок

На озере Яльчик, где мы отдыхали почти каждый год у бабушки, вовсю готовились к празднику Нептуна. Жара стояла страшная, а на обед иногда давали вкуснейший сок – из таких трехлитровых банок с металлическими крышками – теперь уже такого не делают. Как сейчас помню, на выбор предлагали томатный или сливовый, всего по стаканчику. Но разве же стаканчиком напьешься?! Сливовый был такой тягучий, прохладный, не сладкий и не кислый – в общем, просто сказочный сок, особенно когда на улице 38 градусов.

Так вот, на празднике Нептуна Косте и его дружбанам по блату (наша бабушка как врач должна была там за всем следить) предложили станцевать «Танец маленьких лебедей». Но почему-то никто из них особенно не воодушевился перспективой порхать в балетных пачках на глазах у всего лагеря. А Наташу уговорили, чтобы она изображала Нереиду, дочь Нептуна. Причем всё это должно было происходить на двух огромных плотах: на первом выплывали царь Нептун и Нереида в красивом костюме, а на другом плоту за ними по этому озеру плыли три лебедя, и под прекрасную музыку нашего великого композитора изображали танец.

А теперь главное – уговорить их на эту пытку удалось, только пообещав каждому по трехлитровой банке холодного сливового сока.

Вообще говоря, Константин никогда не был паинькой и маменькиным сынком. Иногда ему за это даже попадало.

«Давай закурим, товарищ, по одной…»

Четырехлетний Костя дружил с Максимом Рысковым, был такой мальчишка из его группы в детском саду, а Наташа дружила с сестрой Максима Мариной. И девчонки вместе забирали братиков и около дома, под окнами, гуляли. Или шли к нам домой.

И вот Костя с Максимом гуляли-гуляли, гуляли-гуляли под окнами, играли, катались с горки и вдруг видят – что-то ужасно интересное и привлекательное лежит на земле. Маленькое и трогательное. Они сначала потрогали его ботинком, потом подняли и внимательно рассмотрели. Это оказался настоящий окурок, а по-простому – хибарик. Взяли они сокровище, зажали его в Костин кулак и стали уже прицельно прогуливаться по территории, орлиным глазом выискивая похожие очень нужные в хозяйстве вещи. Насобирали сколько смогли. Раздобыли где-то спички – может быть, домой заскочили, может, выпросили у кого. Ну и прикурили в соседней парадной под лестницей. И когда пришел красавец домой, от него так несло табаком, что он, как говорится, получил хороший шлепок. Вот первый его урок – стать взрослым.

Первая детская любовь

В четыре года Костя пустился во все тяжкие, так что первая детская любовь пришлась на тот же период, что и первая сигарета. Детский сад – время проб и ошибок.

«А я уже и не помню, как её звали. В памяти только холод, снег, санки и ах, а имени нет»[4].

Я читала в каком-то его интервью про еще одну первую любовь, для которой он нес розу, завернутую в газету, и так крепко ее прижимал к груди, что когда он до этой любви дошел, в газете оказались уже одни опавшие лепестки и стебель. Это было уже в школе.

Так что в каждом возрасте своя первая любовь. А то, что мы перестали лазить к возлюбленным на балкон, так это неправда – был бы балкон, на него можно залезть и из чистого человеколюбия.

Константин Хабенский

Всё-таки это было не в четыре года и не в детском саду, а в первом классе, в городе Нижневартовске!

Балкон

Сколько помню Костю, он всегда готов был прийти на помощь. Однажды два брата из соседнего подъезда забыли ключи. Их мама ушла и долго не возвращалась, а на улице стоял мороз. Мальчишки уже слегка посинели и пританцовывали от холода под окнами своей квартиры, а Костя как раз шел после уроков домой – он тогда учился, кажется, в седьмом классе. И они ему рассказали о своей беде и что уже закоченели, а в квартиру попасть не могут.

Костя сразу сообразил что к чему, поднялся на четвертый этаж к соседям мальчишек, с их балкона перебрался на балкон к этим без пяти минут снеговикам, всё открыл и впустил их в теплую квартиру. Делов-то! Но дома, конечно, Костя не стал хвастаться своим бытовым героизмом.

А где-то через месяц я случайно встретилась с мамой этих ребят. Она говорит: «Ох, я спать не могла так переживала. Мои-то трусы, а ваш сын ведь мог и разбиться. Четвертый этаж, балкон, зима, скользко. Как вы ему разрешаете?» А я не то что не разрешаю, я и знать не знала об этой истории.

Правда, когда он потом снимался в фильмах «Женская собственность» и «Ирония судьбы – продолжение» ему пригодился этот ценный навык. И он сам без всяких каскадеров проделал подобный трюк.

Но кое-что из детских проделок сына настолько уникально, что он и сам, осознавая это, никогда не пытался повторить подобное.

Константин Хабенский

И всё-таки я залез не из соседней квартиры, а с первого этажа вверх по балконам. И что касается каскадеров: я никогда лишний раз не отбирал их «хлеб»!

Часы с кукушкой

Константин, как и полагается питерскому ребенку, время от времени простужался и по этому поводу прогуливал детский сад. И вот в один из таких дней он мирно играл в комнате, я же занялась домашними делами – а именно, водрузив белье в 20-литровом баке на газовую плиту, щедро настрогала туда хозяйственного мыла, прокипятила и отправилась стирать в ванную. Стирать тогда означало совсем не то, что сейчас – мне предстояло долго тереть белье на таких металлических досточках, похожих на терку. Сложно поверить, но в те не слишком далекие времена при помощи подобного нехитрого «приспособления для фитнеса» приходилось делать то, что сегодня происходит нажатием одной кнопки. Честное слово, я бы дала изобретателю стиральной машины Нобелевскую премию.

И вот я стираю, напеваю себе под нос какую-то песенку, а Костя периодически прибегает ко мне и рассказывает, что он рисует. Сначала он сидел за столом и рисовал маленький столик. Надо сказать, что бы он ни собирался сделать, он всегда спрашивал разрешения. И вот он пришел и говорит:

– Мама, а можно я нарисую часы?

– Конечно! – отвечаю я, энергично работая стиральной машиной.

Прибегает через пять минут.

– А можно – а можно я нарисую часы с кукушкой?!

– Конечно, конечно, можно! – разрешаю я с легким сердцем.

– А можно я нарисую – большие часы?

– Можно!

Еще через десять минут.

– А можно – большие-пребольшие?

– Можно!

Я достирала белье, прополоскала и пошла взглянуть на моего притихшего художника. Балансируя на спинке кресла, чумазый, взъерошенный, высунув от старания язык, он дорисовывал на белоснежных обоях «часы с кукушкой». Что-то не вполне круглое, с клювом, но действительно о-о-очень большое! Разгоряченный вдохновением и работой, с сияющими глазами Костя спрашивает:

– Мама, тебе нравится?

– Очень нравится, сынок, прекрасные часы! – говорю, а сама думаю: «Эти белые обои были такие… белые! В следующий раз, когда в ближайшем хозяйственном „выкинут“ обои, отстоять придется часа два в очереди». Тогда выбирать обои не получалось – брали то, что завезли. Ну и бог с ними с обоями. Интересно, что скажет папа?

Вечером папа привел Наташу из садика, встречаем их в прихожей – я с осознанием торжественности момента, Костя подпрыгивает от нетерпения и предвкушения восторга родственников.

– А у нас в доме обнова! – без особенных предисловий сообщаю я, – прекрасные новые часы!

– Большие! – добавляет Костя, показывая их величину руками и глазами.

– Да ты что? Ты купила?

– Нет, – гордо говорю я, – наш сын нарисовал.

– А где же можно увидеть это произведение?

– А вот как зайдешь в комнату, так сразу и увидишь.

Папа увидел, и ему тоже очень понравилось.

Наташа внесла немного здоровой критики, чтобы молодой художник не зазнавался:

– Ой, какие часы… немножко кривоватые, правда…

– Да в самый раз, – говорю я. – С кукушкой же.

Эти часы у нас где-то месяц или даже полтора красовались и радовали всех, а потом на семейном совете мы решили, что всё-таки их заклеим, воспользовавшись кусками обоев, завалявшимися от предшествующего ремонта – ну да, чтобы Костя потом мог нарисовать еще что-нибудь. Правда больше желания рисовать такие монументальные полотна у него не возникало. Но взамен этим уникальным настенным часам Константину однажды подарят часы-путешественники.

Часы, побывавшие на Луне

Мало кто помнит, что в 2003 году проходил Чемпионат мира по бобслею в швейцарском городе Санкт-Морице. Мой сын Константин Хабенский и американский астронавт Юджин Сернан были гостями этого чемпионата, и в знак благодарности и уважения к Косте астронавт подарил ему часы, побывавшие на Луне. Костя носил с любовью эти часы много лет. Но в 2018 году во время интервью у Юрия Дудя он вспомнил, что забыл подарок для слушателей дома, тогда он снял с руки эти прекрасные часы и оставил их Дудю. Позже мы узнали, кто в передаче ответил на все вопросы Константина и получил в знак благодарности швейцарские часы от астронавта и от моего сына.

Чтобы часы полетели на Луну им понадобился астронавт, а вот для полета фантазии порой достаточно одной-единственной простынки.

Константин Хабенский

Это была лимитированная серия часов Omega «Last man on the moon» (последний человек на Луне). Часы на Луне никогда не были, а вот человек, который мне их вручал в горах Швейцарии на открытии чемпионата по бобслею, был (как утверждает американская сторона).

Выдумщик

Костя в детстве много фантазировал и выдумывал. Лет в пять он снова приболел и остался дома. Тогда дети очень любили слушать пластинки: «Ухти-Тухти», сказки Чуковского. И вот он слушал сказку «Малыш и Карлсон», врач должен был прийти между четырьмя и шестью вечера, и я решила, что успею выскочить в магазин. Спрашиваю сына: «Посидишь один дома?» Он говорит: «Да! Конечно!»

Тут я вынуждена сделать маленькое лирическое отступление-пояснение. В Советском Союзе, как бы это выразиться, неважно обстояли дела с постельным бельем. Точнее, оно ценилось на вес золота. Шел 77-й год, те, кто жил в это время, помнят. Нигде – ничего – не купить. Но к приходу врача все всегда старались постелить не просто чистые простыни, но самые лучшие, какие только можно отыскать в доме. Так было принято.

И вот я быстренько постелила этот наш единственный праздничный комплект, попросила Костю ничего тут не трогать и убежала – в соседний магазин, в пятиминутной доступности. Купила молока, сыра, яиц, колбасы, сосисок, мяса, сметаны – в общем, все, что там продавалось, и возвращаюсь домой. Сказка «Малыш и Карлсон» ещё звучит, из комнаты выглядывает довольная голова и сообщает мне замогильным голосом:

– Ма-а-ама-а-а, я – привиденье-е-е!

– Прекрасно! – говорю я, снимаю пальто, разуваюсь и ухожу на кухню, чтобы положить продукты в холодильник.

Захожу в комнату.

Кое-кто взял новую хрустящую простынь, прорезал в ней дырку и летает тут счастливейшим приведеньем под звуки Карлсона, которому что? – он живет на крыше. И в этот момент по закону жанра звонок в дверь. Врач. А у меня – диван без ничего и сын привиденье.

Карлсон в жизни Константина

Перебирая материалы из своего архива, я наткнулась на одну очень старую газету. Сразу вспомнился Питер, Театр Ленсовета – я читала эту статью из прошлого века и понимала, что лучше автора сказать не смогу:

«Сейчас в Театре имени Ленсовета Константин Хабенский едва ли не премьерствует, поскольку на его счету – лучшие спектакли театра: „Войцек“, где актер играет юродивого; „В ожидании Годо“, где у Хабенского – одна из главных ролей; „Калигула“, где актер играет самого императора; „Король, дама, валет“, „Братец Кролик на Диком Западе“, „Мнимый больной“… В целом же кажется, что, несмотря на разнообразие ролей, исполняемых актером, у него есть свое амплуа».

Дальнейшее интервью с сыном заставило меня задуматься – таков ли он сейчас? Судите сами. Отрывки из этого интервью позволю себе процитировать.

«– В какой школе вы учились?

– В самой обыкновенной, как в книжке про Карлсона: „Жил самый обыкновенный мальчик в самом обыкновенном доме…“

– А в вашей жизни был такой Карлсон?

– Карлсон сидит во всех нас. И во мне. Проблема – дать ему воздуха, нажать на кнопку, чтобы заработал пропеллер, чтобы Карлсон взлетел.

– А часто ваш Карлсон вылетает?

– Он вылетает до сих пор. Иногда такие вещи творит!!! Например, отъезд в Москву в театр Райкина – один из происков Карлсона. Карлсон – это такая легкость мышления и поведения. Иногда даже чрезмерная…»[5]

В другом интервью Костя говорит:

«У меня семья была достаточно творческой. И тетя моя, и дед, и папа предпринимали попытки вступить на путь актеров. Но что-то мешало. К тому же, насколько я понимаю, раньше требования и конкурс были более жесткими и консервативными. Но я всё равно так или иначе воспитывался в несколько фантазерном направлении»[6].

Видимо, мы с мужем смогли создать для Кости атмосферу, в которой его внутренний Карлсон ощущал себя органично: мог рисовать на стене часы с кукушкой, менять сгущенку на катафоты, а поступив в театральный вуз и отучившись всего неделю, предпочел занятиям в институте гастроли театра «Суббота» в Лондоне, несмотря на грядущее отчисление. Разве же это не проделки Карлсона? Жизнь на две столицы, работа в двух театрах – Ленсовета и МХТ им. А.П. Чехова одновременно, постоянные поезда и самолеты… Как говорил несравненный Вуди Аллен: «Моя жена не желает взрослеть. Я принимаю ванну, а она топит мои кораблики».

Михаил Трухин, актер

С Хабой я познакомился на поступлении в ЛГИТМиК. Но «радость» знакомства была недолгой, так как он в первом же семестре свинтил с театром «Суббота» (где работал до поступления к Фильштинскому) на гастроли в Англию. Это было неслыханной дерзостью для студента, только поступившего в институт. Мы тогда на курсе занимались этюдами – наблюдениями за животными. Вернувшись месяц спустя, он показал, тут же им придуманный, этюд «Ворон», посвященный знаменитым тауэрским воронам.

Чуть позже он удивил нас всех, так же свалив в Москву плясать в массовке «Трехгрошовой оперы» в райкинском «Сатириконе». При этом мы уже нашей пятеркой (Хаба, Пореча, Зибрыч, Бутусов и я) очень успешно работали в питерском театре «Ленсовета». И уже были спектакли «Годо» и «Войцек».

Надо сказать, что такие экстравагантные поступки Хаба любит совершать до сих пор. Сейчас я понимаю, что это не блажь и не эгоизм – это авантюризм в высшем понимании этого слова. Актерский авантюризм, попытка стряхнуть, изменить, попробовать новое, поиграть. Все наши совместные репетиции начинались не с читок, разбора и прочих условностей, а с игры. Как играют дети – по этим же принципам. Чтобы интересно и чтобы весело. Для «Годо» мы придумали гору клоунад, из которых потом сложился спектакль.

Много что нас связывает. И гастроли с «Войцеком» по всей Европе на автобусе. В одной из этих поездок за автобусом, отъезжающим от гостиницы, бросилась барышня-немка с ресепшн и предъявила очень известному режиссеру огромный счет за платный телевизионный канал с своеобразным содержанием. Ну нажал парень не ту кнопку. И прожженный диван в парижской гостинице.

И поиски квартиры недавно умершего Феллини в Риме. Искали полдня – нас отправляли к булочникам, кондитерам, обувщикам. Нашли случайно, благодаря крохотной табличке на двери «Federico Fellini, Giulietta Masina». А там уже пусто – ремонт, албанцы таскают мешки с цементом.

И ночная поездка из Турина в Венецию на поезде. Спали на полу, потому что по ошибке купили сидячие места. В 7 утра в кафе на наши слова: «Due bottiglie di vino rosso, per favore» («Две бутылки красного вина, пожалуйста») обернулся весь вокзал. И знаменитую «калининградскую» драку. Здесь обойдусь без пояснений, поскольку все участники событий ещё живы.

И свадьбу Насти и Кости в питерской «Пурге» под «Billy’s Band», с последующим купанием Кости в Фонтанке. Много чего было. Во многие игры играли. И несмотря на то, что Костя вырос, стал филантропом, многим помог и помогает – он продолжает играть. До встречи в суперигре!

«Клоун с осенью в душе» – так говорил про себя в то время мой сын. Я это чувствовала и всегда переживала за него. Мы почти не видели Костю дома, только звонки по телефону и редкие встречи. Но не было ни одной премьеры, на которой бы мы с мужем не присутствовали. И я видела, что Карлсон продолжает жить в нашем сыне. В его ролях в кино и в театре. Герои фильмов и спектаклей в исполнении Кости всегда обладали каким-то особым чувством юмора, присущим только ему. Вероятно, этот Карлсон и заставил сына вернуться в детство и создать детские творческие студии, чтобы научить детей фантазировать, мыслить и раскрыть их творческий потенциал.

Константин Хабенский

«Клоун с осенью в душе» – это, скорее всего, относится к Енгибарову! Про себя я вряд ли такое мог сказать (не то воспитание). Вообще, клоунада – это высший пилотаж актерского мастерства! И в этом направлении я стараюсь идти в профессии.

Студии творческого развития

Косте непросто бывает отказаться от того, во что он вложил душу, особенно если это касается профессии. И конечно, открытие творческих студий не было для сына рядовым проектом.

Первоначальная задача открытия студий состояла в том, чтобы привлечь к работе возрастных актеров, еще полных сил и желания делиться своим опытом, но уже отлученных от театра. Задумывалось открыть студии в обычных школах, где есть актовые и спортивные залы, где не нужно платить деньги за аренду помещения, чтобы ученики этой школы могли в ней заниматься бесплатно. А вот педагоги будут получать какое-то денежное вознаграждение за работу.

«Изначально у меня была идея помочь моим возрастным коллегам на периферии как можно дольше чувствовать себя нужными. Это можно было сделать, только предлагая им конкретную работу. Так родилась форма, когда мои коллеги, многие из которых уже никому не нужны, приходят и занимаются с детьми.

Потом выяснилось много разных обстоятельств: не все могут, а зачастую не все хотят. Те, кто может, подключились. И это оказалось востребовано в разных возрастных эшелонах нашей профессии. Так сложился педагогический коллектив наших студий, где сегодня преподают люди в возрасте от 23 до 81 года.

Потом это всё уже переросло в некий социальный проект. Мы не отрываем детей от интернета, не разгоняем с улицы: хотят гулять – пожалуйста, одно другому не мешает. Мы начали им транслировать на наших занятиях в студиях, что есть еще и такой мир, и там чертовски интересно быть, придумывать и жить этим миром, это ещё одна возможность проявить себя»[7].

Основная задача студий состояла не в том, чтобы готовить учащихся к актерской деятельности, но постараться через актерские дисциплины, работающие с пластикой, развивающие фантазию и речь, раскрыть творческий потенциал ребенка, его индивидуальность, научить красиво и оригинально высказывать собственное мнение, чтобы потом с ним было интересно общаться. Несмотря на такую установку на общее развитие, десять или двенадцать ребят из Новосибирской студии летом 2020 года поступили в ГИТИС.

Костя мне часто говорил: «Мам, а ты помнишь, сколько было бесплатных кружков во Дворце пионеров? Все в них ходили, и никто ни за что не платил. Бесплатные кружки были и в школе. Так почему бы сейчас не придумать кружки на базе школ для тех педагогов, которые еще полны сил и творческого задора поделиться опытом с ребятами? Это было очень здорово – тебе всё показали, рассказали, и ты на сцене». Вот с этого и начались поиски.

Костя с театром МХТ гастролировал в Казани и вернувшись оттуда, он рассказывал мне, что изложил свои идеи по поводу бесплатных студий для детей мэру Ильсуру Метшину, и тот моментально откликнулся: «Пусть это будет в Казани!» Почти год Костя и мэрия Казани готовились к открытию студии. Нужно было найти актеров-единомышленников, которые бы согласились стать педагогами, деньги для оплаты их труда, школу, в которой проходили бы занятия, а также составить подробный план – чем будут заниматься дети. И в 2010 году в Казани открылась первая в стране студия творческого развития на базе обычной школы. На сегодняшний день в стране существует уже одиннадцать студий в одиннадцати городах.

А буквально через день студия открылась в Екатеринбурге, там же прошел первый фестиваль «Оперение», на котором подвели итоги работы студии и поняли, что движутся в правильном направлении. И тогда Костя разослал письма в разные города с предложениями тоже открыть там бесплатные творческие студии. Кто-то не поверил, остался равнодушен, другие решили попробовать. Так началась работа по подготовке к открытию студий в Уфе, Новосибирске, Санкт-Петербурге, Воронеже, Нижнем Новгороде, Челябинске.

А в июне 2014 года в Казани на базе деревни Универсиады состоялся театральный фестиваль «Оперение-2014». Мы с внуком Ваней тоже участвовали в этом фестивале. Костя вместе с педагогами готовил премьеру мюзикла «Поколение Маугли», в котором были задействованы шестьдесят пять учеников студии и такие звезды, как Тимур Родригес, мой сын и Гоша Куценко, у которого в тот момент рожала жена. В конце спектакля он узнал, что снова стал папой. На поклонах Костя поделился этой радостной новостью со зрителями, и зал стоя приветствовал Гошу.

На фестиваль съезжались гости из восьми существующих на тот момент студий – порядка пятисот человек. Не считая педагогов школ. Часть расходов взял на себя фонд Хабенского, а часть – администрация города Казани. Проезд ребят туда и обратно оплачивал фонд. В Казани через два года поняли, что эти студии действительно дают результат, что дети не таскаются по улицам, а занимаются прекрасным делом. Костя, как правило, открывал студии не в центре города, а где-то на окраине. Он приезжал и рассказывал мне: «Мама, ты не представляешь, в каких условиях живут дети, почти все – в общежитиях, у многих нет пап».

Константин Хабенский

Фестиваль «Оперение» сначала был в Екатеринбурге, потом в Уфе и уже после этого состоялся в Казани.

Вербатим «Папа, я тебя люблю»

«Папа, я тебя люблю» – это спектакль-вербатим, написанный самими детьми. Идея такого театрального высказывания возникла у детей в Челябинской студии творческого развития. Они написали более двадцати живых монологов, в которых обращались к своим отцам – у многих их не было. Сначала каждый хотел читать от себя, но это не получилось, они плакали. Тогда педагоги предложили поменяться историями. Кто-то написал, что папа самый лучший, кто-то, что он не помнит своего папу и не знает его, кто-то: «Папа, я тебя люблю, но, когда ты уехал в командировку, она оказалась навсегда. Папа, вернись домой». Один мальчик, помню, читал такой текст: «Папа, спасибо, что ты меня закалил, и я теперь точно знаю, каким я должен быть, чтобы не поступить с кем-нибудь так же, как ты поступил с нами». Когда смотрела, просто сердце разрывалось.

Когда Костя увидел спектакль на фестивале «Оперение», предложил действовать дальше:

Постановка произвела на меня мощное впечатление. На фестивале было принято решение, что мы доведем эту историю до конца и выпустим на большую воду в профессиональном смысле[8].

Спектакль доработали, и он был включен в программу Челябинского драматического театра. Костя потом сам участвовал в нем. Он говорил, что много бы он отдал за то, чтобы услышать снова голос отца. Они шли с ним вместе по Невскому, Костя шаркал ногами, и папа ему говорил: «Злодей, не шаркай ногами». Дорого, говорит, я бы отдал за то, чтобы еще раз пройти по Невскому, и папа бы мне сказал: «Злодей, не шаркай ногами».

Каждую реплику в спектакле ребята произносили отчетливо и спокойно, каждой добавлялась в общую картину своя краска, но, когда в финале они вместе стали вразнобой кричать «Папа, я тебя люблю», стало очевидно: всё, что они говорили до этого, даже если это были упреки и непонимание – всё это сводилось к любви. И этот нечленораздельный многоголосый крик, обнажающий главный посыл спектакля, – то, что важно знать каждому папе о своем ребенке. Через несколько лет дети с педагогом студии Марией Петровой не раз выступали с этим спектаклем в Москве на сцене театра Александра Калягина, и в зале не было ни одного свободного места.

В одном из своих интервью Костя говорил, что у него гиперответственность за дело от папы. Костя стал таким же ответственным не только за свою большую семью, но и за детишек из благотворительного фонда. Мне кажется, что самая лучшая мотивация ребенка – это успешный папа, на которого сын всегда хочет равняться.

Фильм «Оперение»

Недавно по каналу «Культура» показали фильм Ильи Зернова про историю создания студий и их работу. Фильм этот был документальный, он так и назывался – «Оперение». И я помню рассказ сына, что в каком-то городе он пришел договориться об открытии студии «Оперение». И женщина, которая с ним разговаривала, очень удивилась: как это – бесплатно учить детей? «Так в наше время не бывает», – твердо сказала она. На что Костя ответил: «У меня будет так».

И всё равно просил ее помочь, потому что он не знал этот город, но она категорически отказалась. Сначала мало кто в эти студии верил. Но вопреки всему нашлись единомышленники.

Сейчас студии развиваются самостоятельно и знают, куда им идти. Когда Костя снова решил уже в Москве поставить обновленный благотворительный спектакль «Поколение Маугли», и они должны были 1 июня 2020 года отыграть премьеру на сцене МХТ им. А.П. Чехова, началась эпидемия, и спектакль отменили. Но было приятно, что его уже повзрослевшие студийцы, которые закончили театральные вузы, пришли ему помогать в тот сложный период и проводили сами репетиции, помогали собирать ребят, оттачивать рисунок спектакля, и я поняла, что эти 10 лет сын потратил не зря.

Фестиваль «Оперение»

Каждый год, начиная с 2012-го, фестиваль «Оперение» проходил в каком-нибудь из городов. Туда слетался на неделю десант из десятков студийцев, порядка 40–50 человек от каждой студии. Это были дни плотной работы – и импровизации, и показы, и домашние задания, которые им ранее выдавались, например, в качестве опорной темы давалось «Небо над небом», и каждая студия по-разному показывала, как она это понимает. Кто-то представил задание как пластический этюд, кто-то сочинил песню, танцевальный номер, а кто-то показал небольшую пьесу.

В первые годы работы детских творческих студий сын, кажется, просто жил в самолетах. Студии открывались в Казани, Уфе, Воронеже, Перми, Челябинске, Екатеринбурге, Нижнем Новгороде, Тольятти, Сочи, Новосибирске, Петербурге. Приходилось подбирать кадры, планировать обучение, проводить подготовку к фестивалям «Оперение», летать в эти города очень часто.

Близкий Костин друг Миша Пореченков тоже принимал участие в фестивале «Оперение», дадим ему слово.

Михаил Пореченков, актер

Мы с Костяшей знакомы уже давным-давно, это очень долгая история. Поэтому я, наверное, расскажу об одной вещи, которая мне запомнилась, – о том фестивале «Оперение-2017», на который я попал, когда Костин сын Ваня был ведущим. Я приехал и обнаружил детей, которых вокруг себя собрал Костя. Я видел по-настоящему озорные веселые глаза, заряженные творчеством. Это очень сложная работа, и нужно иметь огромное сердце и болеть за свое дело, чтобы состоялся такой удивительный фестиваль.

Когда мы туда приехали, я был крайне удивлен, что все детишки рвутся работать, выступать, для всех это большой праздник. К тому же открытие студий и их работа – серьезное дело, потому что если нет творчества в детях, озорства, любви, желания работать, показывать себя, выходить на сцену, овладевать новыми знаниями и умениями, то опять будем говорить про «потерянное поколение». Организация студий – огромная заслуга Кости.

«Поколение Маугли»

Не могу не рассказать и про благотворительный театральный проект, который был поставлен в пяти городах, собрал там тысячные залы, заработал деньги, перечисленные Костей в фонд помощи онкологическим больным – детям. Костя долго думал, как соединить детей – подопечных фонда с ребятами, занимающимися в театральных студиях. Думал-думал и, наконец, придумал спектакль «Поколение Маугли».

Эти спектакли не были спектаклями-одиночками. Дети в каникулы еще играли их в своих городах по нескольку раз. И как прекрасный подарок для студийцев была поездка спектакля «Поколение Маугли» в Москву. Юные актеры сыграли его в ДК на Яузе и два спектакля с большим аншлагом в Кремле.

Костя пригласил подопечных фонда, для которых они играли в Новосибирске и в Петербурге, на премьеру в Кремль, чтобы те посмотрели спектакль. И одна девочка после спектакля вместе с мамой пришла за кулисы – одета скромно и на голове, как у всех этих ребятишек, чепчик. И вот она подошла и сказала: «Здравствуйте, я вам пришла сказать спасибо. У меня есть мама, папа и братишки, а еще у меня есть вы все, и, если бы не ваша помощь, я бы здесь сегодня не стояла. Спасибо вам огромное». Надо было видеть лица детей и преподавателей, я сама не могла сдержать слезы, просто чуть ли не навзрыд плакала, когда такой маленький ребенок, который был на грани смерти, прекрасно понимает, что ребята помогли ей своим трудом, своим потом, своим временем. Они сделали этот спектакль, собрали деньги и не пожадничали, не взяли себе, а всё перечислили в фонд. Там в конце спектакля на экране обязательно высвечиваются две или три фотографии – в зависимости от того, сколько они смогут собрать денег и кому точно помогут. И дети запоминали эти лица, и когда эта же девочка с фотографии появилась у них за кулисами, они ее сразу узнали и были страшно рады ей и тому, что все их труды не напрасны.

«А фонд – это всё-таки история реальной помощи, причем не одноразовой»[9].

Дети, участвующие в спектакле «Поколение Маугли», который проходил в Казани, Санкт-Петербурге, Уфе, Новосибирске, Челябинске с 2014 по 2016 год собрали для своих сверстников, подопечных фонда Константина Хабенского, больше 15 миллионов рублей, благодаря чему более 40 ребят смогли получить необходимое лечение. Этой статистикой на март 2021 года поделилась Алена Мешкова, которая является директором благотворительного фонда Константина Хабенского.

«Это история про те основы, которые никуда никогда не уйдут: любовь, дружба, солнце, ветер, дождь. Они были до интернета, и они останутся после того, как интернета не станет, и мы с вами останемся один на один друг с другом. Я очень надеюсь, что этот спектакль будет жить не один сезон и будет пользоваться зрительским интересом»[10].

Многие дети отказывались от поездки с родителями в отпуск, чтобы принять участие в спектакле, потому что очень хотели помочь своим сверстникам, оказавшимся в беде. И тогда родители стали планировать отпуск, учитывая даты выступлений.

«Оперение» в Петербурге

Фестиваль «Оперение» в 2015 году состоялся в Петербурге, в эти же июньские дни в городе проходил Международный экономический форум. К общей радости, благотворительный музыкальный спектакль «Поколение Маугли» был включен в культурную программу форума. В мюзикле участвовали не только дети, но и пять звезд: Тимур Родригес, Диана Арбенина, сам Костя, Алексей Кортнев (который, кстати, написал слова и музыку к постановке) и звезда футбола Александр Кержаков. Было очень приятно, что губернатор Санкт-Петербурга Георгий Сергеевич Полтавченко нашел время и вместе с участниками форума пришел в Питерский мюзик-холл поддержать детей. Зал был полон, и зрители оценили, что это не только веселый и поучительный спектакль, но и то, что дети стараются помочь своим сверстникам.

Этот спектакль в Питере сыграли еще несколько раз, все билеты были распроданы. Мы с Ваней тогда уже прилетели. Жили все в одном из пансионатов на берегу Финского залива семь дней. Ребятам предоставили огромный театральный зал, и каждому городу шатер для репетиций. Зрители, которые отдыхали в этом пансионате, приходили посмотреть спектакли. Атмосфера стояла веселая, много показов, интересные домашние задания, и даже когда предлагали какой-то альтернативный показ, это происходило обычно после ужина, а в это время всегда была дискотека, и как ни странно, процентов 80 приходили на альтернативный показ, а не на дискотеку. На дискотеку ходили в основном пятые-шестые классы, самые маленькие ребята.

Мне запомнилось замечательное представление прямо на воде. Константин в смешном костюме моряка приплыл на красивом корабле, а разные команды были одеты кто в пиратов, кто еще в кого-то, получилось театрализованное шоу на 500 человек с ведущими из театра Полунина.

А потом уже было прощание, закрытие фестиваля и подведение итогов и, как всегда, концерт мастеров, когда педагоги объединялись и делали большое шоу, чтобы показать детям, что – да, педагоги тоже еще что-то могут, и чтобы дети видели, что они прекрасные артисты. Как говорит Костя, мы всегда должны доказывать свое право стоять на сцене. Мы с Ваней и с Костей всегда принимали активное участие в капустниках и вместе с питерской студией пели песню Дольского «Удивительный вальс мне сыграл Ленинград…», читали стихи.

В один из дней организовали экскурсию по рекам и каналам. Это запомнилось всем ребятам, правда погода была довольно ветреная и дождливая, как часто бывает в июне в Питере, но все остались довольны, потому что взяли с собой телефоны и нафотографировали город и друзей.

А в день отъезда мы собрались около Петропавловской крепости, выстроились и устроили красивый флешмоб. Несмотря на то что шел дождь и дул страшный ветер, все ребята нарядились в костюмы, а Косте разрешили в честь фестиваля «Оперение» сделать полуденный выстрел из огромной пушки. Ядро, которое оттуда выпало, подарили Константину, и он себе сделал такую памятную надпись – «Оперение – 2015 год, Питер». Так чудесно закончился питерский фестиваль. Все остальные заканчивались тоже чудесно, но по-другому.

Константин Хабенский

Полтавченко действительно был на «Поколении Маугли», посмотрел весь спектакль (чем крайне удивил своё окружение) и принял участие в открытии Фестиваля. Вообще оказался очень хороший мужик!

На берегу Финского залива нам помогали мои друзья и коллеги из театра «Лицедеи»!

На Петропаловке в день закрытия Фестиваля во время флешмоба была на редкость прекрасная солнечная погода!

«Оперение» в Челябинске

На следующий год фестиваль был в Челябинске. Я по своим семейным делам не могла поехать, а Ваня прилетел и тоже участвовал со студиями во многих спектаклях, и даже в спектакле «Поколение Маугли». Он целый год разучивал роль Грея, и Костя сказал – если тебе дети из Челябинска доверят эту арию спеть в спектакле, ты будешь выступать, если дети скажут «нет», то тогда извини, потому что ребята готовили спектакль целый год и последнее слово за ними. Ваня спел хорошо, и челябинские ребята взяли его в один из спектаклей. Как же он был счастлив, когда после спектакля кто-то из зрителей подарил ему букет цветов.

Фестиваль в Челябинске тоже проходил на базе какого-то детского пионерского лагеря, было весело и интересно, и вот как раз из этого фестиваля много фрагментов вошло в документальный фильм «Оперение».

«Оперение». Обмен опытом

Надо отдать должное, Костя каждый раз ответственно продумывал программу фестиваля, давал заранее, как в КВН, домашние задания, например, чтобы студии из разных городов приезжали с визитной карточкой – представляли свой город. Многие ребята настолько ярко выступали, что в их город можно было уже не ехать – возникало полное ощущение, что мы там уже побывали. Чтобы дети из разных городов поближе познакомились, Костя стал давать задания, смешивая студии по жеребьевке. Например, соединял две студии, и они должны были сделать импровизацию на заданную тему с педагогом одной из этих студий. Или брал детей из одной студии, а педагога давал из другой. То есть и педагог должен свое мастерство показать – как он готовится с детьми, и дети в грязь лицом не ударить.

А еще проводились прекрасные мастер-классы. Каждый педагог – по речи, по пластике, по сценическому движению, музыкальный педагог – должен был за 40 минут показать, как он с группой из другого города проведет занятие. Причем ходили не только дети, но и другие педагоги, потому что им было любопытно: «Я занимаюсь сценической речью и он. Как у него проходят тренинги?» И они друг у друга учились. Через какое-то время, может, года через три, выработалась общая система преподавания в студиях. И я думаю, что именно благодаря тому, что преподаватели ходили друг к другу на мастер-классы, перенимали опыт, эта единая система преподавания и сложилась, а еще дети сдружились.

Студии постоянно наблюдали друг за другом, шел обмен опытом, если что-то интересное находила Воронежская студия или Новосибирская, на следующий год это перенимали и адаптировали под себя остальные студии.

Как-то куратор Новосибирской студии Наталья Резник сказала: «Мы приезжаем на эти фестивали и заряжаемся на целый год идеями, как можно организовать работу у нас. Смотрим на остальные студии – что там у них делается, чем они богаты, что можно взять для себя. И в то же время всё наше – пожалуйста, берите, мы вам поможем, расскажем, ответим на все вопросы». Всё прозрачно и доступно, нет конкуренции, есть только сотрудничество.

«Оперение». Дисциплина

Дисциплина на фестивалях всегда была идеальная. В 2017 году «Оперение» проходило в Сочи, в огромной гостинице «Дагомыс» на 3000 человек, из которых 500 – наши оперенцы. Гостиница этажей в двадцать, несколько лифтов, мы обедали в разных залах (для каждого города выделяли свой), но никто ни разу не потерялся, каждый знал, к какому времени и куда подходить, на репетиции и показы не опаздывали.

Единственное что – ребят, конечно, искушало и немного отвлекало от занятий море, особенно тех, кто приехал из городов, где нет моря – очень уж хотелось им искупаться. Но у нас были «окна», когда можно было сходить на пляж. Костя специально выделял по расписанию время на морские радости, потому что зарядка зарядкой, завтрак, занятия до обеда – это всё хорошо и правильно, но после обеда где-то часик можно было или в бассейне поплавать, или дети с педагогами шли на море.

На этом фестивале мы втроем – я, Костя и Ваня – за один вечер подготовили импровизированный концерт «Трио Хабенских», вместо запланированного концерта мастеров – что-то у них не сложилось в этот раз. И в течение двух часов в тридцативосьмиградусную жару в зале без кондиционера Ваня с вдохновением читал стихи Веры Полозковой, Иосифа Бродского, басни на французском языке, я пела песни и читала стихи, посвященные «Оперению», а Костя с ансамблем из Новосибирска «Завали всё» (сын шутливо их просил: «Главное, не завалите наше выступление») исполнял песни и читал рассказ Александра Цыпкина «Уважение». Нас приняли «на ура».

«Оперение». Этап взросления

Символ «Оперения» придумали сами дети – они выбрали «гадкого утенка», в надежде, что когда-то он оперится и превратится в прекрасного лебедя. На фестивале «Оперение-2017» в Сочи Костя увидел, как выросли за семь лет его студийцы, насколько глубокими и трогательными стали их показы, с каким рвением и самоотречением они участвуют в благотворительных спектаклях.

И тогда Костя решил, что обязанность художественного руководителя этих студий он может с себя снять и быть только консультантом. Создано одиннадцать студий, работа в них налажена, педагоги передают опыт, дети поступают в театральные институты – основы заложены. И он написал письмо, в котором поблагодарил всех педагогов, родителей, студийцев за время, проведенное с ними вместе.

Вот оно:

Письмо Хабенского студийцам

«Дорогие мои студийцы!

Позвольте мне в письменном виде выразить вам слова благодарности за время, проведенное с вами!

Я буду говорить и про себя, и про вас, поскольку без диалога и ощущения взаимности не бывает прогресса и движения вперед. Мы с вами совершили практически невероятную вещь – в столь короткое время (7 лет) мы смогли заявить о себе, о студии, о наших спектаклях, о наших мечтах, о детском (юношеском) участии в благотворительном движении страны.

Благодаря вам я участвовал в создании спектакля „Поколение Маугли“, прошел с ним по пяти городам, и мы все трижды гастролировали в Москве, показав высочайший уровень подготовки и наших намерений. Вместе с вами мы этим спектаклем рассказали о благотворительности более чем 50 тысячам зрителей и помогли своевременно пройти лечение 27 детям с тяжелыми заболеваниями.

Мы создали самостоятельные спектакли в ваших городах, они тоже рассказывали о благотворительности своему зрителю и частично помогли еще 26 ребятам. Я очень надеюсь, что тема милосердия поселилась в ваших сердцах надолго, вне зависимости от того пути, который вы выберете в своей жизни.

Я хочу сказать спасибо вашим родителям за доверие и всестороннюю искреннюю поддержку вашего участия в жизни студий. Счастье, когда близкие тебя понимают и становятся твоими единомышленниками. Цените это!

Я хочу вместе с вами сказать огромное спасибо команде педагогов, которые вас окружают, – это высококлассные профессионалы и очень правильные люди, которые знают, что и зачем делают! Кто-то из вас утвердился в своем желании идти по пути творчества, кто-то, наоборот, решил идти другим путем, – это не главное. Главное, что студия вас заставила задуматься над этим, ведь задачи студии многогранны и в первую очередь направлены на выход в большую жизнь людей с интересами, людей неравнодушных, искренних.

Я тоже постараюсь быть искренним с вами и очень надеюсь на ваше понимание. Мой этап творческого пути со студиями в качестве Художественного руководителя закончился. Я знаю, что вы в состоянии идти дальше самостоятельно без моих комментариев.

Вы выросли, обрели свой язык, характер, почерк и тему. И я этому очень рад!

Я приложу все силы, чтобы студии смогли существовать дальше и развиваться при поддержке городов и регионов, так как вы уже доказали свою необходимость в жизнедеятельности ваших городов.

Я же дальше пойду своей дорогой. Для себя я задачу максимум выполнил и могу смело окунуться в другие неизведанные мною области.

Студии живут – подтверждение тому наш Фестиваль в Сочи. Теперь новый самостоятельный этап для Вас и для Меня. ЭТАП ВЗРОСЛЕНИЯ! Я очень надеюсь, что дерево, посаженное семь лет назад, будет приносить свои плоды, несмотря ни на какую погоду».

Слез было много, но со временем дети успокоились и поняли, что студии не закрываются. Так что студии существуют, ставят благотворительные спектакли и каждый год проводят «Оперение». Последнее «Оперение-2020» было онлайн в прошлом году – все студии собрались. Это был юбилей – десять лет со дня открытия творческих студий. Каждый город выходил онлайн, показывал свое домашнее задание, как это было раньше, давал мастер-классы. Так что студии живы, продолжают работать, чему Костя очень рад. Хотя теперь это уже скорее студии, организованные Хабенским, нежели студии Хабенского.

Константин Хабенский

Наверное, надо немного объяснить, почему я снял с себя обязанности художественного руководителя в столь замечательно развивающемся проекте! Проект действительно был и остается замечательный! Но программу максимум в нём я сделал – умение раскрыть и развить творческий потенциал в ребенке (молодом человеке). Конечно же я это делал не один, а вместе с командой моих коллег со всей страны. И к моменту Фестиваля в Сочи моя помощь в этом разделе работы студий уже не требовалась! Второй момент – многие студии пошли дальше и уже стали сочинять и выносить на суд зрителя серьезные спектакли! Это было очень здорово, но уже требовало настоящего профессионального разбора. А применять такой разбор я считал неправильным, так как среди моих студийцев не было ни профессионалов, ни студентов театральных вузов… Одним словом, я считал (и считаю), что делать профессиональный разбор и спрашивать «по полной» с молодых людей, которые ещё не определились с выбором своего пути, было бы неправильно! Поэтому я и перешел в статус друга студий, продолжая наблюдать, радоваться и огорчаться вместе с ними.

Я всегда верила в сына

Мало кто верил в 2010 году в идею существования детских творческих студий, да еще и бесплатных, когда сын собирался открывать свою первую студию в городе Казани. И действительно, на этом пути было много трудностей. Но я всегда верила, что сила духа помогает человеку преодолевать эти трудности. Как говорил Антон Павлович Чехов: «Человек – это то, во что он верит». И я не сомневалась в том, что из любого затруднительного положения мой сын сможет найти выход. И действительно, Константин сумел воплотить в жизнь казавшуюся совершенно невероятной идею создания детских бесплатных студий по всей стране. У него получилось заразить своим энтузиазмом многих людей, которые стали его помощниками, и это не только коллеги по цеху, но и администрации городов, которые выделяли помещения для занятий, искали финансирование. Постепенно школьные студии превратились в городские студии численностью 200–300, а в каких-то городах и 400 человек. И как итог занятий, со временем в некоторых городах спектакли детских студий были включены в репертуары городских театров. Например, в городе Новосибирске в театре «Факел» с успехом шел спектакль «Жить на Севере», в Челябинске – спектакль «Папа, я тебя люблю», и Константин регулярно ездил и играл в этих спектаклях вместе со своими воспитанниками.

Фонд помощи больным детям

Фонд Хабенского оказывает помощь в организации обследования и лечения детей и молодых взрослых с опухолями головного и спинного мозга, покупает медикаменты, создает реабилитационные программы. Мало кто знает, что в 2020 году государственную премию за благотворительность – 10 миллионов рублей – сын целиком перевел на счет фонда, как раз на программу реабилитации. Фонд ведет информационную работу с родителями, но главным образом поддерживает медучреждения, осуществляющие диагностику и лечение детей с онкологическими заболеваниями головного мозга. Костя использует любой случай, чтобы найти средства для поддержки фонда, даже такая мелочь, как костюмы со съемок, идет в ход:

«– Вы что-то забираете со съемок на память?

– Аня Меликян мне отдает одежду, в которой я снимаюсь. Мне в ее проектах прекрасно подбирают стиль, и я донашиваю костюмы за персонажами. А если серьезно, то беру какие-то вещи для того, чтобы потом их использовать в благотворительных целях. Но иногда они там не пригождаются и тогда остаются у меня. Дома хранится, например, маленький деревянный паровозик из „Собибора“, который в начале фильма держит ребенок, когда их ведут в газовую камеру. С фильма „Селфи“ – рубль, его герой в руках крутит все время. Из „Феи“ – кубик Рубика. Это всё где-то лежит. Но если кого-то заинтересует паровозик или кубик, я, конечно, уступлю, чтобы средства пошли в наш фонд, где мы помогаем детям и молодым взрослым с опухолями головного и спинного мозга»[11].

Команда фонда Хабенского часто придумывает всё новые и новые мероприятия для оказания материальной помощи детям, больным онкологией. И вот 18 декабря 2020 года в период пандемии прошла презентация книги «Необыкновенное обыкновенное чудо», которую провели создатель фонда, мой сын Константин Хабенский, и писатель Александр Цыпкин. В этой книге были помещены рассказы Дины Рубиной, Людмилы Улицкой, Наринэ Абгарян, Эдуарда Овечкина, Сергея Лукьяненко и других маститых писателей, а также ребят – подопечных фонда Хабенского из разных уголков страны. Перечислю их всех: Кристина Баркина, Лиза Батуева, Настя Белякова, Диана Кирлик, Айым Джаилканова, Арина Иголкина, Настя Конина, Владислав Наумов, Абильмансур Макыпбек, Светлана Ревякина, Евгений Сафонов. Их истории – о чуде, и даже порой не верится, что дети, находящиеся на лечении от такого тяжелого заболевания, как онкология, умеют так искренне радоваться простым вещам, быть настолько добрыми, видеть волшебство и свет там, где мы, взрослые, этого никогда не заметим. Эта прекрасная акция была специально придумана для того, чтобы как-то отвлечь детей, подарить им положительные эмоции и дать возможность почувствовать себя писателями. По 40 рублей от каждой проданной книги поступят в фонд для детей, и продажа уже началась. Многие мои знакомые эти книги уже приобрели, и не только в нашей стране.

Что дает человеку благотворительность

Не так давно я услышала интервью, которое Костя дал Ирине Шихман. Меня до слез растрогали ответы. На вопрос: «Что побуждает заниматься благотворительностью?» – Константин ответил, что благотворительность возникает тогда, когда у человека что-то случается внутри и к нему приходит понимание, что необходимо помогать другим. Константин основал свой фонд помощи детям с онкологией головного мозга в апреле 2008 года вместе с женой Настей. Они создали фонд для того, чтобы отвлечься от основной проблемы, но в то же время – помочь детям с этим же диагнозом.

Первое время Костя финансировал фонд самостоятельно, направляя нуждающимся часть средств из заработанных им денег. Встречался с представителями бизнеса и предлагал им поучаствовать в благотворительности. Люди, конечно, не отказывали, но постепенно он понял, что всё время просить нельзя. И нужна команда, чтобы подумать, как организовать работу фонда. В этом Косте помогла Алена Мешкова, директор его фонда, с которой он работает до сих пор.

На другой вопрос Ирины: «Что дает человеку благотворительность?» – сын ответил, что физических сил она не дает, но в памяти остается лицо мамы, ребенок которой уже выздоровел. У детей, говорит Костя, нет страха смерти, и это облегчает дело врачей, помогает им эффективнее работать.

«Многие обжигаются и просто не выдерживают столкновения с бедой, в которую попали дети. Я не думаю, что таких людей надо бичевать: просто человек не готов к такому испытанию. Он защищается и отходит подальше. Но при этом каждый может участвовать в благотворительности на уровне пожертвований. В век технологий это доступно любому.

А моя задача – помочь семье преодолеть трагедию. Ситуация, в которую попадает больной ребенок, в первую очередь – трагедия для родителей. Необходимо объяснить ребенку, что болезни не надо бояться, и транслировать свою уверенность родителям»[12].

Неуспех сын проходил три раза вместе с родителями детишек, которые у него лежали. Очень жаль, говорит Константин, что не всё зависит от нас, иногда не всё получается так, как хотелось бы, но есть моменты чуда. Всегда надо идти вперед, соблюдать протоколы лечения и верить, что всё будет хорошо.

Почему Костя оставил только один спектакль

Ради постановки первого благотворительного спектакля «Поколение Маугли» в Казани в 2014 году Костя попросил у Табакова целый год отпуска. Надо отдать должное Олегу Павловичу, они нашли общий язык, и он дал Косте отпуск на год, оставив за ним всего один спектакль – «Трехгрошовая опера». Но сказал: «Старик, получать будешь ровно столько – за 1 спектакль, и через год придешь обязательно с новым названием, то есть – какой-то спектакль у тебя должен быть». Так сын смог поставить в Казани «Поколение Маугли» и вместе со студийцами заработать деньги на лечение больных детей из его фонда. Он начал приучать ребят из «Оперения» к благотворительности, и слава богу, что у него это получилось.

Гегель говорил: «Через осуществление великих целей человек обнаруживает в себе и великий характер, делающий его маяком для других». Я думаю, что у каждого человека должна быть цель – цель жизни и дорога к ее достижению. Это наполняет счастьем и заряжает энергией. Чтобы воплотить в жизнь все свои, даже самые невероятные идеи, необходимо постоянно стремиться вперед.

«Мы стараемся говорить о том, что благотворительность – это история радостная. Стараемся оставлять за скобками сложность болезни и, не пугая, показывать, как можно помогать. И когда зрители понимают, что это так легко, многие втягиваются потом. В разные события, даже не обязательно связанные с нашим фондом»[13].

Кино и благотворительность

Константин и директор его благотворительного фонда Алена Мешкова часто организуют благотворительные показы и аукционы. Так было и после просмотра фильма Оксаны Карас «Хороший мальчик». Семена Трескунова, который сыграл главного героя, съемочная группа ждала несколько лет, пока мальчишка подрастет и станет походить на девятиклассника. Костя играл отца «хорошего мальчика». Этот добрый фильм для семейного просмотра очень любит мой внук Александр. Он тоже школьник и часто вечером перед контрольной или перед тестом предлагает мне с ним просто для поднятия настроения посмотреть «Хорошего мальчика». Добавлю, что этот фильм был лучшим на «Кинотавре» 2017 года.

После показа был аукцион, который прошел весело. Продавали вещи, в которых отец «хорошего мальчика» снимался в фильме. Купили всё – и очки, и куртку, и даже усы главного героя. А спортивный костюм, в котором герой Кости делал утром зарядку на балконе, приобрел кто-то из олимпийских чемпионов по фигурному катанию. Одним из лотов были два билета на спектакль «Контрабас». За них удалось выручить большие деньги. Вот так фонд совмещает приятное с полезным. Огромное спасибо за это директору фонда Алене Мешковой и ее команде.

Я восхищаюсь позицией Александра Цыпкина, который уже четыре года участвует в благотворительных чтениях и помогает фонду Константина Хабенского. Средства от концертов ребята перечисляют сразу в фонд, и они считают это не каким-то подвигом самоотречения и аскезы, а своим долгом. В «БеспринцЫпных чтениях» принимали участие и помогали фонду и другие актеры – Сергей Гармаш, Ольга Литвинова, Ингеборга Дапкунайте, Аглая Тарасова. Даже Ванюшка, когда бывает в Москве, с радостью присоединяется к подобным мероприятиям и читает с папой стихи.

Александр Цыпкин, писатель

Гастроли с Константином Юрьевичем по Америке, да и вообще любые выступления – это кладезь веселых зажигательных историй и теплого человеческого общения.

Ну начнем с самого первого концерта. Мы договорились, что выступать будем в черных костюмах, в черных галстуках, одинаковые такие, men in black. Разумеется, я как человек рассеянный, забывчивый, на первое же наше выступление галстук свой забыл. Подхожу к гримерке с чувством стыда, раскаяния и традиционной для меня попытки обмануть всех и вся. Придумал следующую «отмазу» – предложу Косте вариацию, когда он постарше, поэтому он в галстуке, а я помладше без галстука, такое вот нововведение. Захожу, понимаю, что врать в лицо как-то оказывается непросто именно этому человеку. Он смотрит на меня, ничего не говорит, и достает из своего кофра галстук, который он взял для меня, предполагая, что я свой забуду. Я, естественно, растекаюсь в благодарности, умиляюсь его отношению и забираю этот его галстук с собой домой, забываю ему отдать. На следующий день у нас концерт. Вы не поверите – я опять забываю. То есть я забываю и его галстук, и свой. Ну я просто захожу в гримерку цвета крови. Он смотрит на меня, опять ничего не говорит, и достает из кофра второй галстук. То есть он опять предполагал, что я забуду. Таким образом у меня постепенно скопилась коллекция галстуков Константина Хабенского, я периодически их возвращаю.

Что могу сказать? Он, конечно, маг, в самом настоящем смысле этого слова. Веселых историй было много, часто это связано с тем, что, когда мы выезжаем за пределы нашей родины, то особенно проявляются различия в известности. Концерты я начинаю с фразы «я знаю, ради кого вы сюда пришли», но всё равно случаются забавные истории, особенно когда стоишь у черного входа, ждешь Костю, и вдруг бежит девушка: «Ой, а можно автограф взять?» Я всё-таки избалован тем, что в России автографы у меня берут, говорю: «Да, конечно». И тут у нее меняется лицо на презрительно-недоумевающее, и она говорит: «Ну не у вас, разумеется, не у вас». Сразу ощущаешь свое место в жизни.

И наверное, последняя из веселых историй, хотя их много. Костя запрещает мне любое употребление алкоголя до сцены, во-первых, он говорит, тебя и так невозможно понять, с твоей дикцией, тебе это всё помешает, а во-вторых, должна быть перспектива вечера, когда мы закончим выступление, мы знаем, что мы сядем и выпьем по рюмке коньяка, или арманьяка, или по бокалу вина. На следующий день у нас обычно следует другое выступление, поэтому всё это очень скромно, но тем не менее вот эта фраза – «перспектива вечера», она, конечно, меня согревает в момент выступления.

В общем, что могу сказать? Мне магически повезло с таким магом, как Константин Хабенский.

Саша Цыпкин так часто терял галстуки, что в знак уважения и дружбы Костя решил подарить ему еще один красивый галстук. И даже выклянчил у меня для этого мой любимый красивый подарочный тубус. Цыпкин был доволен.

И вот еще немного статистики от директора благотворительного фонда Константина Хабенского Алены Мешковой:

«В рамках проекта „БеспринцЫпные чтения“ помощь получили 175 подопечных нашего Фонда: 83 девочкам и 92 мальчикам удалось оплатить необходимое лечение, медицинские препараты и обследование.

За все годы сотрудничества были сборы в боксы после чтений, средства от продажи билетов, и к дню рождения проекта. Чтения были благотворительными, а также онлайн активности с проектом.

Сотрудничество с проектом началось с лета 2017 года».

Не могу не сказать и о добром отзывчивом сердце Ани Меликян, у которой Костя за последние годы снялся в трех фильмах («Фея», «Нежность» и «Трое»). Во время съемок фильма «Фея» Аня решила помочь Костиному фонду, и они придумали короткометражный фильм «Я иду к тебе», а в 2017 году этот фильм был удачно продан на благотворительном вечере «Action!», организованном Светланой Бондарчук и Евгенией Поповой. В качестве лотов на этом благотворительном вечере выступают короткометражные фильмы, снятые известными режиссерами и актерами.

Фильм «Нежность», сценарий к которому написали Меликян и Цыпкин, собрал на аукционе в 2020 году 12 млн рублей. Права разделили между собой несколько участников аукциона и смогли помочь фондам «Подари жизнь» Чулпан Хаматовой, «Подсолнух» Тимура Бекмамбетова, фонду «Артист» Евгения Миронова, фонду Константина Хабенского и фонду «Живи».

Костя, Женя Миронов и Тимур Бекмамбетов являются основателями фондов, и перед премьерой фильма «Время первых» они договорились, что какой-то процент от сбора за показ фильма будет отправлен на благотворительность. Поэтому каждый их этих фондов – фонд «Артист», фонд Константина Хабенского и фонд «Подсолнух» – получил деньги. Также во время показа фильма «Собибор», когда он победоносно шел в канун 9 Мая, Костя договорился с прокатчиками, чтобы небольшой процент от каждого проданного билета получал фонд.

«Собибор»

Этот фильм занимает особенное место в жизни и творчестве сына, потому что в нем он выступил не только в привычной для себя роли актера, но и попробовал свои силы в режиссуре. А это двойная ответственность.

«Я снимал человеческую историю и не гнался за новыми форматами. Мне не хотелось ничего перемудрить, рассказывая эту историю. Не перемудрить – это очень важно, а еще важнее было не передавить, скажем так, приемами, которые называются „ниже пояса“ и которые работают стопроцентно. Вы понимаете, о чем я говорю: например, лишний раз показать истерзанное тело или что-то ещё в этом роде. Вместо всего этого я делал ставку на актерские работы и с их помощью хотел добиться той эмоции, на которую я надеялся, рассчитывал и к которой я шел»[14].

Во время съемок на площадке находились люди разных национальностей, вероисповеданий, граждане разных стран, но они все смогли объединиться и пройти путь тех, кто в годы войны оказался в этом страшном лагере смерти.

«Главный герой – это лагерь смерти. А все остальные – эпизоды в жизни главного героя. Я старался уделять одинаковое внимание всем эпизодам, сколько бы экранного времени ни было. Предположим, Михалина Ольшанска появляется в самом начале, и тут же, к ужасу многих любителей красивых женщин на экране, попадает в газовую камеру. Или история ювелира, который сходит с ума, его сыграл замечательный голландский актер… всё-таки это эпизоды. В конце фильма я попытался сделать акцент на рождении нового героя. Это мальчик Шломик. Я придумал, и мне удалось это снять в самый последний день, его пробег, его дыхание. С ним рождается новый кровавый герой-мститель»[15].

С «Собибором» Костя объехал почти целый свет: если 23 апреля «Собибор» показывали в Варшаве – стране, в которой был этот лагерь, то 24 апреля премьера состоялась уже в Ростове-на-Дону – на родине Александра Печерского, а 30 апреля с фильмом вылетели в Вашингтон. И дальше подряд: 1 мая – премьера в Вашингтоне, 2 мая – в Нью-Йорке, 3 и 4 мая – снова показ в Нью-Йорке – в ООН, 6 мая – в Праге, 7 мая – в Братиславе, 8 мая – в Вене, 9 мая – в Берлине, 10 мая – в Каннах и 11 мая – в Ницце. Больше всего я молилась за благополучный показ 9 мая в Берлине.

Волновалась, как немецкие зрители в день нашей Победы примут этот фильм о зверствах фашизма. Зрители приняли фильм.

А в начале декабря 2018 года в Риме в рамках программы фестиваля «Русские сезоны» состоялся показ «Собибора». На следующий день Константин встретился с папой римским Франциском и подарил ему диск с фильмом. Его Святейшество отметил важность темы, которую Костя поднял в своей картине, пообещал непременно ее посмотреть и передал привет российскому народу.

«Собибор» был выдвинут от России на премию «Оскар» в номинации «Лучший фильм на иностранном языке».

«Во-первых, то, что выдвинули большинством голосов, уже чертовски приятно. Во-вторых, то, что американская академия через какое-то время подтвердила, что она берет, тоже приятно»[16].

Но для меня намного важнее, что в последних титрах «Собибора» есть надпись – «Моим родителям посвящается». Я сидела и плакала, когда увидела эти слова – моим родителям посвящается. Папа уже не застал.

Когда Костю спрашивают журналисты о главном герое «Собибора», Костя отвечает, что создавал его образ с учетом качеств своего отца. Отец для Кости был эталоном и человека, и мужчины.

Костин папа

Когда дети были маленькие, то в выходные, как все мамы, я погружалась с головой в домашние дела и заботы, а муж ходил с детьми то в ТЮЗ, то на выставки, то на экскурсии. Или дома читал им разные сказки – замечательно читал! Дар выразительного чтения перешел к нему от его отца, не раз побеждавшего в конкурсах чтецов. Вообще, Юра вырос в интеллигентной питерской семье. Отец был архитектором, мама – медработником, оба увлекались искусством, театром, отец прекрасно играл на рояле, а мама пела. Позже обязательно расскажу о них подробнее.

Юра был очень хороший семьянин и помощник. Он мог остаться дома один с детьми, мог нарезать салаты, после гостей вымыть всю посуду, тогда еще не было посудомоечных машин, умел делать любую мужскую работу в доме, и к этому привлекал Костю. Поэтому Костя тоже может выполнять многие строительные, сантехнические, электрические работы по дому, и делает всё это очень качественно.

Юра был добрым и умным, с великолепным чувством юмора и невероятно компанейским. Вокруг него в нашей маленькой квартире собиралась прекрасная компания, состоящая из его школьных и наших общих институтских друзей. Он всех притягивал, создавал атмосферу легкости, праздника, взаимного уважения. И всегда на наших посиделках была гитара, а к ней я быстро сочиняла пирог, который назывался «Нищий студент», и безе. Мы читали стихи, пели песни, и дети сидели вместе с нами (часов до 10, потом, конечно, им полагалось спать) и слушали, запоминали, впитывали.

Вот стихотворение, которое Костин папа написал на свой пятидесятилетний юбилей:

К своему пятидесятилетию

Уже прошло полвека после детства,

Уже душою всё трудней раздеться,

Уже всё чаще хочется гулять,

Не за столом, а с Нюрой в нашем парке,

В котором в сентябре уже не жарко,

Уже всё чаще хочется писать,

То вольной строчкой, то упругой рифмой,

А иногда, пристроившись у грифа

Гитарного, на струнке на одной

Выпиливать мотивчик заводной

Годов семидесятых или просто

Сидеть и любоваться из окна

Микрорайоном и etc.

Уже прошло так много этих суток,

Уже так много вымыто посуды

И чуть поменьше сделано домов.

Уже не сосчитать футбольных матчей,

Уже не надо мелочи на сдачу:

Реформы денег были – будь здоров.

Уже сестра звонит из-за границы,

Уже всё просто в смысле дозвониться,

Уже журавль лучше, чем синица,

Хотя вполне возможно ошибиться,

И рифма эта к черту не годится,

Хотя плевать на рифму, или сбиться

И рассказать другую небылицу?

Или пойти во двор и там напиться?

Иль с пионерами сыграть в зарницу?

Нет, остановимся на небылице.

В 90-е годы муж остался без работы. Как и многие заводы в Петербурге, был закрыт Кировский завод, где он работал в строительном управлении после возвращения с Севера. И в довольно немолодом уже возрасте он резко сменил профессию. Заново пошел учиться в Санкт-Петербургском политехническом институте и получил специальность аудитора-оценщика. Это была совершенно новая профессия на то время – скрупулезная, методическая работа по инженерно-экономическому обоснованию и оценке имущества компаний.

Юру любили и ценили коллеги, он был отличным профессионалом и обладал незаурядными дипломатическими способностями, что помогало успешно вести диалог с заказчиками. За шесть лет работы в «Балт-Аудит-Эксперте» в новой профессии он от руководителя отдела дорос до заместителя управляющего этой консалтинговой компании. Юра окружил себя коллективом единомышленников, учился сам и помогал учиться другим. Он по-человечески относился к своим сотрудникам, помогал им и делал это очень деликатно, поэтому, когда муж тяжело заболел, коллектив принял решение не назначать нового руководителя – до последнего надеясь на его выздоровление, сотрудники выполняли всю его работу сами. Все восемь месяцев, которые он болел, ему продолжали выплачивать зарплату.

Юра умел дружить. Его готовность в любой ситуации приходить друзьям на помощь однажды сыграла с ним злую шутку.

Как Юра Юру «выручил»

На дворе июнь, а у нас сессия, экзамен по сопромату. В конце второго курса с первой попытки сопромат сдала ровно половина нашей группы из 30 человек. Как шутили в те времена, сдал сопромат – можешь жениться. Тем, кто получил двойки была назначена пересдача. Я сдала на четыре, Юра один из немногих со всего курса сдал на пять. А на курсе нас было 150 человек. После экзамена мы решили – кто с горя, а кто на радостях – отправиться на залив, подышать немножко воздухом. Купаться еще было рано, июнь, вода холодная, но мы запаслись чебуреками, бутербродами, водой, у кого-то была с собой гитара – сели на песок и стали отдыхать. И вот друг Юры, тоже Юра, но Белов, который не смог сдать сопромат и вообще не особенно понимал, что там к чему, в шутку спросил Юру Хабенского: «А не можешь ли ты сдать за меня экзамен?» Дата пересдачи уже была назначена – через день. Зачетки у всех нас были с собой, ведь мы приехали прямо с экзамена. Умники предложили сразу к корочкам Хабенского, где была его фотография, прикрепить листочки с тройками Белова. Лузгина, наш педагог по практическим занятиям, была в эти дни на больничном, так что в лицо студентов из нашей группы профессор Синицкий, читающий нам лекции, не знал. И Костин папа согласился выручить своего друга, потому что сам Белов едва бы сдал экзамен, а в результате ему грозили отчисление и служба в армии.

Через день мы всей нашей дружной группой снова собрались, чтобы поддержать тех, кто пересдавал сопромат. И конечно, все переживали, чем кончится авантюра с подменой Юр. Мы все очень любили Белова, он был умный, веселый и начитанный парень, скорее гуманитарий по своему складу, так что было удивительно, как его занесло на наш факультет гидротехники.

Мой будущий муж не стал тянуть и пошел в первую пятерку отвечающих. Ребята откуда-то приволокли огромную стремянку, приставили ее к стене, а окна в аудитории были выше дверей, и мы по очереди залезали на эту стремянку и наблюдали за происходящим в аудитории.

И вдруг, о, ужас, по коридору идет та, кого тут совершенно не ждали, – Лузгина! Она поправилась и решила проведать своих пересдающих студентов. Юра Белов, оправдывая свою фамилию, совершенно побелел. Мы все обалдели. Лузгина тем временем вошла в аудиторию, просмотрела зачетки, которых было пять, и выразила свое удивление тому, что вот же зачетка Белова лежит на столе, а где же сам Белов?

– Позвольте, позвольте, – сказал профессор Синицкий – вот же он. Прекрасный студент, уже отлично ответил теорию, решает вторую задачу.

– Да, но это же Хабенский! – воскликнула Лузгина.

Разразился скандал. Анатолий Константинович, человек уже пожилой, не оценил остроумия и красоты проделанной рокировки, и поставил в зачетку Белова жирную двойку. Затем выгнал Хабенского из аудитории и в гневе направился в деканат. Экзамен был прерван. Через некоторое время профессор вернулся и зачитал всем собравшимся приказ об отчислении со второго курса и Белова, и Хабенского – за обман.

Мы все, конечно, расстроились. Белову было хуже всех, потому что он не только вылетел из института, но и подставил друга. Он как мог извинялся перед Хабенским и предложил с ним поехать к его родителям, чтобы всё объяснить. Но Юра отказался и сам обо всем честно рассказал дома. Новость, что и говорить, была не из приятных, и маме вызывали вечером скорую. Папа тоже очень переживал за сына, но не собирался ничего предпринимать, потому что считал, что человек должен учиться на своих ошибках.

Утром следующего дня мы всей группой уже стояли у деканата и думали, как мы можем помочь Хабенскому, поскольку Белову уже помочь было нельзя. Вскоре появился профессор Синицкий, он зашел в деканат, и попросил изменить вчерашний приказ. Нет, Белова так и предлагал отчислить, но Хабенского, который два раза сдал экзамен на пять… «Нет уж, таких студентов на курсе единицы», – сказал Синицкий и попросил Хабенского оставить. Правда, без стипендии на весь третий курс. Юра тогда сразу пошел искать работу и устроился на кафедру гидравлики лаборантом. Работал там после учебы – и так до самого диплома.

Прошло много-много лет, Костя уже жил в Москве, и однажды во время гастролей в родном городе Питере после спектакля к нему подошла девушка с букетом цветов и черно-белой фотографией. Она оказалась дочерью Юры Белова, который после отчисления отслужил в армии, закончил гуманитарный институт, и всю свою жизнь помнил и рассказывал эту историю своим детям. Она передала моему сыну черно-белую фотографию, сделанную в тот самый злосчастный день на берегу Финского залива.

А вот небольшое свидетельство современников о моем муже.

Жена Башашкина, Ольга Шашкова

В далеком 76 году я впервые попала в дом Хабенских. Мой будущий муж дружил с Юрием Ароновичем с начальной школы и до самых последних дней. Оба они Юры, поэтому были Хаба и Башашкин – по своим фамилиям. Встретили нас с интересом. Вообще, вся компания специально собралась, чтобы оценить невесту Башашкина. К тому времени его друзья были уже женаты по 10 лет. И конечно, благодаря Тане с Юрой, которые взяли всё под контроль, смотрины прошли гладко. Но тем не менее участь мою облегчили два чудесных ребенка по имени Наташа и Костя, которые быстренько заняли меня своими делами. Так я с ними и познакомилась.

Наташа с Костей были неизменными участниками нашей долгой дружбы. Мы встречали вместе практически все праздники. Праздники проходили очень здорово – компания была поющая, все готовили какие-то сюрпризы, к каждому дню рождения родителей устраивали представление и вовлекали нас в него. Жизнь была веселая, небогатая, но очень душевная.

Таня искрометная, веселая, хлебосольная, Юра – неразговорчивый, мудрый, магнит и стержень всей компании, всегда больше слушал, чем говорил.

Дети росли. Однажды мы пришли в гости. Костика не было дома, припозднился. Было ему лет 15–16. Не виделись давно. Пришел бритый налысо, в ухе кольцо, как всегда, с музыкальной заготовкой ко дню рождения одного из родителей – чьего, уже не помню. Мой муж спросил, как Хабенский-старший относится к бритой голове, серьге. Был он в общем-то консервативен. «Понимаешь, Башашкин, – ответил он, – пошел я к Казанскому собору, где ребята тусуются, на гитарах играют, песни хорошие поют – ну перерастут они эти кольца свои». Впоследствии эту родительскую мудрость мы отыграли на собственных дочерях, когда пришло время в начале двухтысячных ходить по клубам. Девочки выросли, мой муж отправился в клуб, посмотрел на обстановку, поговорил с охранниками, узнал всё, после этого девчонки перестали обливаться слезами и начали ходить на хорошие концерты – туда, где папа всё заранее выяснил.

Когда Костик уже перебрался в Москву и стал делать успехи, конечно, обо всём мы узнавали от мамы Тани. Как всегда, мамы в этом смысле более щедры на эмоции, на информацию. Юра же всегда был в этом смысле скуп и не спешил делиться Костиными первыми успехами.

Но однажды, оказавшись в Москве в командировке, мы случайно встретили Юру, и он рассказал, что сходил в театр к Косте. И добавил: «Вы знаете, ребята, меня так встретили в театре, его все знают, что-то получается у парня». Это вообще высшая оценка была в устах Юры.

Ту историю об отношении мужа к Костиным серьгам и гитарам мне рассказала много лет спустя Оля Шашкова. Это действительно очень показательно, потому что муж всегда держал руку на пульсе, но давал сыну самостоятельность. Таким внимательным, наблюдающим и опекающим Юра был не только со своими домашними, но и с сотрудниками.

«И» – интеллигентность

Уже после смерти мужа я узнала историю о том, что он однажды обнаружил у своей подчиненной ошибки в расчете, остался после работы, пересчитал всё заново и прикрепил к ее столу записку: «Уважаемая, имя отчество, огромная просьба – перепишите, пожалуйста, расчет заново своей рукой». И утром, когда она пришла на работу и обнаружила его послание, то была поражена его добрым отношением. Другой бы отчитал нерадивого сотрудника. По ее словам, она больше никогда не встречала такого человечного начальника, в высшей степени интеллигентного и порядочного.

Кстати, у той истории, рассказанной Олей Шашковой, есть приквел.

Как Костю родной отец не узнал

Когда Костя учился в техникуме, он каждое лето ездил с ребятами на раскопки в Калининград. Однажды в конце августа ребенок вернулся с раскопок побритым налысо.

Муж встал рано утром, сделал зарядку, мы вместе позавтракали, он вышел из квартиры и недалеко от дома встретил молодого человека – уставшего, лысого, с серьгой в ухе, с гитарой подмышкой, с рюкзаком за плечами. Юноша с ним поздоровался – слегка запанибратски, но, впрочем, вежливо, муж ему сдержанно кивнул и прошел мимо.

Вечером, Юра вернулся с работы домой и с изумлением обнаружил, что тот же самый молодой человек, лысый и с серьгой в ухе, который утром с ним поздоровался, теперь сидит за обеденным столом на кухне. Больше того – он оказался его сыном!

«– Вас строго воспитывали?

– Не скажу, что прямо так уж строго, нет. Просто у меня был человек, по которому я мог измерять свои поступки. И который в какой-то момент жизни позволял мне совершать ошибки и самостоятельно их исправлять. Это достигается не лекциями и нравоучениями, только личным примером»[17].

Костя удивлял нас не только экспериментами со своим внешним видом, но и ставил в тупик неожиданностью и твердостью принятых самостоятельно решений.

Судьбоносное решение

Кульминацией моей в целом спокойной жизни в Петербурге стало Костино решение, связанное с резким изменением судьбы, когда он из профессии, дающей верный кусок хлеба, вдруг шагнул в полную неизвестность – на неведомую нам стезю актера, где никто ничего гарантировать не мог.

Константин бросил техникум Авиационного приборостроения практически перед защитой диплома, то есть он был без пяти минут авиаконструктором. Учился он на 4 и 5, и со стороны это выглядело несколько неожиданным. Честно скажу, что для нас с папой это был шок. Мы долго беседовали с сыном, я плакала. Говорила: «Костя, закончи, пожалуйста, техникум, получи диплом и потом уже поступай, куда захочешь». Папа говорил по-другому: «Сынок, твоя жизнь, ты сам решаешь, как тебе быть. Я в этот техникум тоже поступал, но не прошел. А ты прошел, отучился три года, специальность хорошая…» Костя возражал, что работать по этой специальности он всё равно не будет, она ему не нравилась. Специальность у него была, связанная с автоматикой и электроникой – готовить «мозги» для самолетов. Но он увлекся театром.

«Это было абсолютно нормальное для всякого свободомыслящего человека желание поскорее уйти из школы и из-под опеки родителей в вольную жизнь. Но к третьему курсу техникума я окончательно понял, что только в теории я бог, а на практике вообще ничего не понимаю в технике и с этим надо завязывать. Я осваивал множество профессий, в вечных поисках источника заработка был и дворником, и полотером, и уличным музыкантом, и монтировщиком сцены в театре-студии „Суббота“, который, кстати, жив и по сей день. Именно в „Субботе“ я сначала оказался на сцене в качестве так называемого горошка, то есть массовки, потом у меня появились какие-то слова в спектакле, и довольно скоро я почувствовал интерес к актерскому делу. Как только мне понравилось, я подумал, что, наверное, есть вуз, в котором всему этому учат, и решил пойти в него»[18].

В театральный институт в том году был конкурс 100 человек на место, блата у двух инженеров никакого не было. Армия в то время была не самая спокойная – 1989–1990 год, чеченская война, могли прямиком отправить в горячую точку и избежать службы не было никаких возможностей. Папа сказал: «Мы тебя предупреждаем, что, если у тебя что-то не получится, нам, извини, сынок, ничем не помочь. Но жизнь – твоя и решаешь ты сам».

И Костя решил сам.

Школа рабочей молодежи

Кстати, когда Костя решил бросить техникум и заниматься только театральном делом, я пришла на беседу к руководителю студии «Суббота» Юрию Александровичу Смирнову-Несвицкому и спросила, стоит ли Косте поступать в актерский вуз. Есть ли у него способности? Юрий Александрович сказал, что Костя очень талантливый, надо непременно поступать, и всё у него получится. Я, конечно, отнеслась к его словам с некоторым сомнением – подумала, может быть, он всем мамам так говорит, что дети всегда талантливы, неталантливых детей не бывает. Но всё же он немного меня успокоил.

А когда Костя пошел забирать документы из техникума, выяснилось, что у него нет аттестата зрелости, потому что он ушел из школы после 8-го класса и отметки по некоторым дисциплинам (литературе, астрономии) у него не проставлены. Ну что делать? Он пошел в вечернюю школу номер 48 Выборгского района, подал документы, досдал всё, что требовалось, и вскоре получил аттестат зрелости. Вот почему у него аттестат не обычной школы, а вечерней. Я как-то смотрела передачу о школе рабочей молодежи, и там с гордостью говорили, что здесь учился актер Константин Хабенский.

Школьные годы Константина

Про школу достаточно сказать, что она была. Об этом свидетельствует одна фотография веселого первоклассника и несколько маловыразительных фото с выпускного вечера восьмого класса. Поблагодарю школу за то, что она дала хорошие знания и в то же время не лишила сына и дочь возможности заниматься тем, что им было по-настоящему интересно.

Мы с мужем уделяли большое внимание всестороннему развитию детей. Маленьких Наташу и Костю часто водили в кукольный театр, затем – в ТЮЗ, позднее – в музеи, они видели много прекрасных фильмов, посетили великолепный Петергоф, были в Павловске, ходили по Эрмитажу. В школьные годы Костя занимался карате, велоспортом, посещал различные кружки Дворца пионеров, Школьный театральный кружок на английском языке, научился играть на гитаре, а Наташа усиленно занималась музыкой и готовилась к поступлению в Консерваторию. Учились они прекрасно, однако в пионеры Костю приняли не сразу.

Почему Костю не приняли в пионеры с первого раза? И причем здесь Мирей Матье?

В третьем классе, когда мы еще жили на Севере, пришло время Косте вступать в пионеры. Но в так называемую первую очередь его не приняли. А всё потому, что его прическа была не вполне пионерской – я сама его стригла под Мирей Матье. Сами понимаете, такая лохматая голова и звание пионера – вещи несовместные. Костя ничего мне не сказал, потому что всё решал сам. Он вооружился обычными хозяйственными ножницами и под углом примерно 15 градусов подстриг себе челку – от брови к виску. И на следующий день он уже щеголял в пионерском галстуке.

Можно сказать, что подобной тактики – сделать быстро и самостоятельно – Костя придерживался во многом.

Сочинение

Поскольку времени у Кости в самом деле было очень мало, однажды я ему предложила переписать прекрасное сочинение сестры, уже проверенное и оцененное на отлично.

– А сколько там страниц? – поинтересовался Костя.

– Девять.

– Нет, такое не годится, – с сожалением произнес Костя, – лучше уж я сам напишу две или три страницы. Столько переписывать!

Но учился Костя действительно хорошо. Даже при окончании восьмого класса получил похвальную грамоту по литературе – очень понравилось комиссии на экзамене, как он высказывал личное мнение.

Литература в школе

Вообще, подход к литературе у Наташиной и Костиной учительниц был разный. Если педагог, которая еще на Севере вела у Наташи литературу, советовала детям обращаться к критическим статьям и придерживаться мнения, которое в них высказывается, то Костина учительница говорила, что лучше писать то, что чувствуешь. И часто давала им творческие задания. Например, если они проходили Достоевского, она предлагала ребятам найти в Питере места, связанные с великим русским классиком – дом, в котором жил писатель, либо дом, который он описал в своем романе. Нужно было разузнать про этот дом во всех подробностях и написать сочинение, а еще по возможности приложить фотографию. И ребятам, конечно же, нравились такие задания. Можно быть следопытами, расспрашивать людей, которые живут в этом доме – а что здесь было? что они помнят? – или ходить в музей и там тоже самим добывать информацию. А потом выступать в классе с докладом. В итоге после всей этой поисковой работы по городу Петербургу у них получался большой альбом жизни Достоевского.

У Наташи тоже была в старших классах замечательная учительница по литературе Марина Львовна Смусина. Тогда еще в обязательную школьную программу не входили Высоцкий и Окуджава. Но она вела дополнительные уроки литературы, на которых рассказывала о замечательных бардах и поэтах, устраивала вечера с гитарой, которые дети, конечно, очень любили. До сих пор Марина Львовна жива, преподает в Санкт-Петербургском университете, и все ее бывшие ученики часто приходят к ней на квартирники, которые она раз или два в месяц устраивает. Так повезло моей дочери.

Но не всегда отношения в школе были безоблачными.

Первый опыт предательства

В восьмом классе у Кости занятия по истории вела замечательная молодая учительница, которая еще только заканчивала институт. Ребята обожали ее уроки, она всегда давала много дополнительного материала, видно было, что сама увлечена своим предметом.

Но пришло время выходить на защиту диплома, и необходимо было на пару месяцев найти ей замену в лице учительницы по этике и эстетике. Контраст был невероятный.

Уроки она вела так: открыли книжки, составили конспект по теме, которая записана на доске, а теперь отвечайте. Так задорно, увлекательно, а главное полезно проходили занятия. Тогда восьмой класс был выпускным, многим нужно было сдавать историю, и ребята между собой решили ее попросить, чтобы она лучше готовилась к урокам, больше давала дополнительного материала, а учебник они могут прочитать сами дома. Ну и Костю делегировали: «Раз у тебя мама здесь работает, давай ты обратишься к учительнице от имени класса, а мы тебя поддержим». И вот учительница приходит на урок, ребята все садятся, Костя встает и озвучивает общие пожелания.

Учительница побежала к директрисе, пожаловалась. Директриса через 5 минут уже была в классе, коротко спросила – кто? Все испугались, притихли, никто ничего не знает. Остался один Костя, который встал и сказал: «Ну я». А класс его не поддержал, все остались как бы ни при чем.

Директриса ко мне в кабинет потом пришла с упреками: «Татьяна Геннадьевна, как же так, вы же работаете в нашей школе, сами преподаете, и вот у вас такой сын!»

Костю я дома не ругала, но он очень обиделся на класс – его попросили, а потом предали. И вот после этого случая он ушел из школы. Обычно Костя рассказывает, что так решил, чтобы не подводить свою маму, которая работала в школе, но я думаю, что важнее здесь опыт первого предательства.

Константин Хабенский

Видимо, человеческая память старается максимально освободить нас от негативных воспоминаний потому, что этого момента в моей школьной жизни я абсолютно не помню!

По моим соображения я ушел из школы после восьмого класса, чтобы, во-первых, не подводить мою маму своим уже не самым лучшим поведением, во-вторых, это жажда свободы и новых ощущений! Поэтому и выбрал себе учебное заведение в противоположном конце Ленинграда.

И если свою первую сигарету Константин выкурил в 4 года, то порядочно ознакомиться с состоянием алкогольного опьянения ему довелось существенно позже.

Тамада

Когда Костя учился на третьем курсе техникума, его друг Андрей Механиков надумал жениться. Денег на тамаду у бедного студента не было, и он попросил Костю провести свадьбу. Костя подумал и согласился. Отнесся к делу крайне добросовестно, хорошо подготовился, принарядился и отправился вести свадьбу своих друзей.

Примерно в полночь нам звонят родители Андрея Механикова и спрашивают: «Можете подойти к метро и забрать тамаду?» Папа вышел, помог тамаде дойти до дому.

Утром спросили тамаду, как так могло получиться? Тамада объяснил, что работа тамады в том и заключается, чтобы всё время произносить тосты, за всем следить, всех веселить, что-то придумывать, какие-то конкурсы проводить. У него даже не было возможности поесть. Закусить, то есть. Ну что делать – никто его не ругал.

Это был первый и последний раз, когда сын был тамадой. Зато Андрей Механиков до сих пор женат на своей Наташе.

А вот история другого праздника.

Шестнадцатилетие

Косте исполнялось 16 лет. Он купил нам с папой билеты в БДТ на спектакль Георгия Александровича Товстоногова «Правда, и ничего кроме правды». Спектакль был прекрасный, правда, я уже смотрела его не один раз – в нем были заняты Кирилл Лавров, Зинаида Шарко, Людмила Макарова и Владислав Стржельчик. Но отказаться мы не могли. Бабушку Лиду, мою маму, Костя оставил в гостях у соседки, накрыв им предварительно сладкий стол. А у меня попросил тазики для салатов. Я предложила сыну, как всегда, всё приготовить, на что он мне ответил: «Мама, ничего не надо, мы всё сделаем сами, ты только приготовь мне тазики». Тогда уже Костя учился в техникуме, то есть это было после восьмого класса, и друзей у него было много – и школьные, и из техникума, и из театра-студии «Суббота», куда он уже поступил. Уходя, я сказала: «Очень прошу, чтобы в квартире после дня рождения было чисто». Когда мы поздно вечером после спектакля пришли домой, а спектакль был длинный-предлинный, в квартире навели такую чистоту, что даже у бабушки в комнате были постираны тюлевые занавески.

На следующий день соседи по площадке рассказали, что обувь гостей растянулась огромной вереницей от квартиры почти до лифта, в несколько рядов. Приходили одни гости, потом уходили, приходили другие, но всё было прилично – пели под гитару, играли на пианино. Это был последний шумный большой день рождения, где было человек сорок, дальше мы всё-таки отмечали семьей с несколькими его друзьями. Мы с мужем смеялись – всё сделал сам, всё организовал, всех задействовал, всё купил, всё приготовил вместе с друзьями и всё убрал.

На этом празднике было всего одно небольшое происшествие – Костин лучший друг, Денис Аксёнов – Ксюха, с которым он учился в одном классе, остался у нас принимать ванну прямо в одежде и заснул в ней, слава Богу, не захлебнулся и никого не затопил. Но дверь в ванную комнату мужу пришлось-таки снимать с петель, затем переодеть пловца, вызвать такси и отправить домой. Вот такой был день рождения.

Конечно, молодому человеку, чтобы устраивать посиделки с друзьями, необходима своя территория.

Ремонт своими руками

Когда Костя учился на четвертом курсе, мы с мужем купили ему комнату в коммунальной квартире недалеко от нас. Так ему хотелось скорее сделать ремонт в этой комнате и друзей туда позвать, что в праздник Пасхи, когда мы оба с ним были свободны, решили поклеить обои. Они были виниловые и клеились встык. Единственное окно уже было покрашено, потолок из пылесоса побелен, и оставалось нам сделать последний рывок для придания красоты стенам.

Утром следующего дня зашли полюбоваться результатами нашего труда и – о ужас – все обои сверху отклеились и безвольно свисали почти до пола. Но нас так просто не обескуражить! Костя сразу сообразил, что можно купить изоленту в цвет обоев и заклеить ею все швы, а потом прогладить их тут же утюгом. Я грела утюг, подавала ему, а он через белую бумагу проутюживал, и так мы целый день возились с этими швами. В итоге выкрутились, но для себя сделали вывод, что лучше всё-таки в церковные праздники, особенно в Пасху, не работать.

Когда через несколько лет Костя женился, то первое время молодая семья жила в этой комнате. А потом накопили деньги на однокомнатную квартиру-студию тоже недалеко от нашего дома в Озерках. Там сын многое сделал своими руками. Устроил гардеробную, оборудовал симпатичную вешалку из труб, полки из ламината, легкую перегородку в комнате, тоже из труб и ламинатных полочек, и всё получилось очень стильно. Многие ребята, приходящие в гости, интересовались – где же он купил такую шикарную вешалку? Она состояла из труб, и другие трубы к ней крепились, как веточки к дереву, и внизу тоже тянулись веточки – для зонтика или для сумочки.

«…я по природе своей рукодел. Но стараюсь на этом не зацикливаться, потому что могу увлечься настолько, что всё пойдет побоку, в том числе и основная профессия. Но „золотые“ руки в наличии имеются (улыбается)»[19].

А мастерить всё своими руками его научили еще в школе. Костя ходил заниматься к преподавателю труда, мастерил там табуретки – да чего они только не делали из дерева, всё пригодилось.

Мне в жизни тоже пригодилось многое из того, чему меня научили.

Как я стала школьной учительницей

Из Нижневартовска в Питер мы вернулись в 1984 году. Костя пошел в пятый класс, Наташа – в восьмой. Школа была прямо напротив нас. Но, вернувшись с Севера, я отработала в атомном институте еще два года. Как обо мне писал мой муж:

Я все вопросы освещу сполна,

Дам любопытству удовлетворенье,

Да! У меня учителка жена,

Но инженерного происхожденья.

От института квартира находилась очень-очень далеко, надо было добираться не только на метро, но еще на автобусе. Все ездили – все знают, что значит втиснуться в автобус в час пик: это или на подножке висишь, или шапку потерял, или полворотника оторвали, в общем – проблема ездить. А этот институт, где я работала, был режимный. На входе сидела женщина с ружьем. А вообще там действовала пропускная система – если ты опоздал, закрывалась вертушка, как в метро, и ты не мог уже попасть к себе в отдел. Иногда устраивали проверки – все ли сотрудники на месте. Если не дай бог кого-то не было, весь отдел лишали премии. Можете представить отношение коллег, если из-за тебя лишили всех квартальной премии? Поэтому подвести было никак нельзя.

Страшно вспомнить, но пару раз так случалось, что я не могла сесть ни в первый автобус, ни во второй, ни в третий. Потом я ехала на метро, выходила на Московском вокзале, и бегом неслась в институт – мне нужно было прийти, пройти проходную, прибежать к себе и еще раздеться. На счастье опоздавших, с другой стороны института имелись еще одни ворота, через которые привозили продукты для столовых. Представьте, туда едет, допустим, машина, я в кожаном пальто с норковым воротником держусь за машину сзади, как малолетний хулиган. Короче, въезжаю с машиной, ворота закрываются, и всё – я на территории. Но мне куда-то нужно бросить мое кожаное пальто, чтобы оно не засветилось. Уж сумка и сапоги – бог с ними. Потом необходимо было у кого-то попросить какие-то материалы и прийти к себе в отдел с озабоченным видом – вроде ты где-то что-то согласовывал. Смотрят на тебя с подозрением, но ты говоришь нет-нет-нет, вот я из соседнего отдела, несу себе документы, которые мне нужно было прихватить для дальнейших расчетов. В общем, кошмар. Поэтому два года так поездив, но опоздав только два раза, я стала искать работу где-нибудь поближе к дому и пришла в школу.

Школа находилась совсем рядышком: у нас – Композиторов, 11 корпус 1, а школа – корпус 2. Попросилась – возьмите меня кем-нибудь, хоть кем. «А что вы умеете?» – «Три года работала воспитателем в пионерском лагере». – «Приходите, мы вас на продленку возьмем». Хорошо, продленка так продленка. В общем, сначала я пришла на продленку, а потом оказалось, что учительницу труда перегрузили часами. Выяснили, что я умею шить и добавили мне полставки трудов.

Прошло еще какое-то время, и рядом с нашей школой построили шестнадцатиэтажный дом. И в конце августа все дети из этого дома тоже пришли в нашу школу, потому что она была в этом районе единственная. Классов у нас получилось до буквы «ж». Директор школы уже не знала, где найти педагогов – и математику надо преподавать, и русский, а уже нагрузки у всех выше крыши. Вызвала меня, говорит: «Татьяна Геннадьевна, вы инженер?» – «Инженер». – «Считать умеете?» – «Умею». – «Ну вот, будете вести математику». – «Как же я буду вести, если я никогда ее не вела?» – «Ну считать вы умеете?» И дали мне пятый «ж» класс в классное руководство, и еще несколько пятых классов и один восьмой. Но чтобы преподавать математику в школе, необходимо знать методику преподавания. И нужны были конспекты. И мы скооперировались с двумя молодыми учительницами математики, которые пришли в школу только после пединститута, и писали на троих конспекты под копирку, одна, например, – по математике (для классов помладше), вторая – по алгебре, а третья – по геометрии, и менялись. И так мы за первый год все конспекты себе сделали, а потом, когда года за три набрались опыта, уже спокойно работали. Правда, мне приходилось еще заменять на несколько месяцев учительницу по английскому – она повредила себе спину, нужно было выручать. И вела «Историю Древнего мира» у шестых классов.

Но вернемся к моему сыну.

Первая в жизни работа

Когда Косте исполнилось 14 лет (мы на тот момент уже три года как жили в Ленинграде), он решил пойти работать. Так как Костя был несовершеннолетним, за него оформился папа. Они вместе походили посмотрели, куда можно пристроить человека в 14 лет, раз уж так он хочет иметь свои деньги. Единственным местом, где его согласились взять, оказалась палатка при кафе на проспекте Энгельса, недалеко от нашего дома.

Костя стоял под огромным зонтиком, и торговал: «Выпечка, бутерброды, вода, соки». К нему отовсюду начали стекаться его друзья и одноклассники. А тут как получается – у кого-то есть деньги, у кого-то нет. И что же человека теперь без пирожка оставлять по такому случаю? Поэтому, отработав месяц, он почти ничего не получил. То подарит товарищу пирожок, то ветром опрокинет этот зонтик, под которым он стоял, и проливался сок, и пирожки грязные были.

В конце концов он понял, что торговля – это не его призвание.

Вторая Костина работа

После того как Костя поработал в сфере торговли, у него случилась отличная чисто трудовая практика. У его близкого друга Дениса Аксенова, с которым они на тот момент учились в восьмом классе, папа сломал то ли руку, то ли ногу – сейчас уже не помню – и вынужденно ушел на больничный. И вот Денис, который был в семье старшим из детей, спросил у Кости, не поможет ли тот ему подстраховать отца. А отец, чтобы прокормить многодетную семью, трудился на многочисленных работах, в том числе подрабатывал, натирая до блеска паркет в ресторане «Невский» и сторожа где-то еще двери. Могли его оттуда и уволить. Ведь сколько он проболеет – неизвестно. Костя спросил у нас, разрешаем ли мы ему помочь другу. Мы, конечно, разрешили, хотя он предупредил, что иногда его не будет дома ночами.

И после уроков мальчишки шли в ресторан. Их там сначала кормили, а потом они надевали прямоугольные щетки для натирки полов и скользили на них до утра. А еще они частенько ночевали на складе, где сторожили двери. В общем, как честно сразу и предупредил нас сын, он работал в ночную смену и дома не ночевал.

Но как же судьба вывела Костю на дело его жизни?

Как Костя попал в студию при театре «Суббота»

В 1988 году, будучи еще студентом Авиационного техникума, Костя регулярно собирался вместе с другими ребятами в переходе Гостиного Двора и пел под гитару песни Цоя, их тогдашнего кумира. На одно из таких выступлений приехало телевидение – шла в то время такая передача «Зебра». И журналисты предложили нашим неформалам, поющим в переходе, посетить студию при театре «Суббота».

И все 50 человек, как были с гитарами, из подземного перехода переместились в театр. Посмотрели спектакль, узнали, чем ребята занимаются. В итоге из пятидесяти осталось в студии только двое – Костя и Денис Аксенов. Дадим слово Юрию Александровичу Смирнову-Несвицкому, основателю и художественному руководителю театра-студии «Суббота»:

«Наш театр всегда ориентировался на постановки о молодежи и для молодежи. В конце 1980-х спектакль „Козлова и Курицына“ заинтересовал Ленинградское телевидение, а конкретно очень популярную на тот момент передачу „Зебра“. Редакция этой программы предложила снять показ нашего спектакля на неформальную аудиторию с последующим обсуждением. Пригласили группу неформалов – полухиппи-полупанков, длинноволосых, наглых, многие из них пришли почему-то с крысами. Среди этих ребят и находился Костя Хабенский. В процессе обсуждения мы предложили им прийти к нам в театр и принять участие в спектаклях. На следующий день вся эта тусовка появилась у нас. Вначале их было много, через какое-то время осталось десять человек, а затем – двое. Одним из этих двоих был Константин. Конечно, он сильно выделялся своей одаренностью, поэтому сразу же был введен в спектакли театра. Ему досталась роль Прораба Сиварда в спектакле „Кто там в крови“ – такая была современная трактовка „Макбета“. Потом он играл Роберта в „Трех товарищах“, Чингиза в „Окнах. Улицах. Подворотнях“. Очень талантливый молодой человек!»[20]

Чем они занимались в театре «Суббота»? Строили декорации, мыли полы, настраивали освещение. Потом им начали давать маленькие роли, так называемый горошек. А где-то через год у Кости была уже главная роль. Я со своими учениками ходила на его спектакли, и мы с удовольствием их смотрели. Ученикам нравились наши театральные вылазки, они всегда интересовались: «Татьяна Геннадьевна, когда в „Субботе“ будет какой-нибудь новый спектакль?» И вот Костя года два или три параллельно с техникумом ходил в этот театр и там играл.

Поступление, отчисление и гастроли в Лондон

Поскольку до поступления в театральную академию Костя работал в театре-студии «Суббота» осветителем, монтажником, плотником, а позднее актером, то у него уже была трудовая книжка с записью «актер третьей категории». Когда стали известны результаты зачисления в ЛГТМиК (теперь – РГИСИ) – а конкурс в тот год был 100 человек на место – мы с папой были очень рады. О том, как сын поступал, я расскажу отдельно. Костя продолжал заниматься в театре-студии «Суббота», и когда в сентябре 1990 года начались занятия у первокурсников, он предупредил мастера, что в конце сентября поедет со студией «Суббота» в Лондон на десятидневные гастроли. А в академии было правило – не отпускать студентов, тем более первокурсников, ни на какие гастроли или съемки. И сыну доходчиво объяснили, либо он учится, либо его отчислят. А Костя играл в спектаклях главные роли, например, в спектаклях «Три товарища» Э.М. Ремарка, «Самоубийца» Николая Эрдмана, «Окна, улицы, подворотни» Аллы Савенковой (Новгородовой) и других и, конечно, не мог подвести своих коллег по театру «Суббота». Они поехали и успешно выступили в Лондоне. Жили там в семьях, ходили по музеям, театрам, вернулись в Питер очень довольные. Прошла почти неделя после возвращения, когда домой позвонила второй педагог Фильштинского с вопросом «Почему ты не ходишь на занятия?» Костя удивился: «Ведь вы меня отчислили!» И услышал в ответ: «Приходи с завтрашнего дня».

Пройдет более 20 лет, и Костя обратится сам к Владимиру Андрееву, преподавателю ГИТИСа с просьбой отпустить на съемки фильма «Собибор» первокурсника и Костиного бывшего студийца из Новосибирска Ивана Злобина, играющего роль Шломика. И, к счастью, Ивану дадут разрешение.

Иван отснялся за 2 месяца и сразу поехал наверстывать пропущенные занятия в институте. Помню лицо Владимира Андреева на премьере фильма «Собибор» в 2018 году. Он гордился успехом своего первокурсника.

«Понравилось – это сказать мало и не точно. Это удивительный документ, с вкраплениями художественного существования. Этот фильм не похож ни на какие другие. Это о том, что забывается, а забывать нельзя. Мы все, в том числе те, кто отвечает за наши судьбы, должны посмотреть этот фильм», – сказал Андреев. Он также похвалил своего ученика Ивана Злобина за роль в фильме[21].

А вот что о фильме «Собибор» сказал в одном из интервью Мастер Константина Вениамин Михайлович Фильштинский:

«Картина мне очень понравилась. У меня нет сомнений в том, что он талантливый режиссер. То, что Костя сам потрясающе сыграл главную роль, понятно всем. Но его заслуга как режиссера ещё в том, что все актеры, возможно, за исключением некоторых актрис, играют замечательно. <…> Я рад, что кинематограф в лице моего ученика Константина Хабенского приобрел ещё и настоящего режиссера»[22].

У Фильштинского Костя учился на курсе, и студенческие годы были очень счастливыми. Курс получился дружным, ребята пропадали в институте целыми днями, и им, конечно, невероятно повезло с Мастером – Вениамином Михайловичем, воспитавшим не одно поколение известных артистов.

ЛГИТМиК на Моховой в Петербурге (1990–1994)

Вениамина Михайловича Фильштинского в прессе называют «учитель звезд». Недавно была передача Урганта, и он Косте задал вопрос: «Скажи, пожалуйста, что есть у Вениамина Михайловича особенного, что он воспитал сразу четырех звезд – Мишу Пореченкова, Мишу Трухина, Ксению Рапопорт и тебя?».

Прошло много лет, и Вениамин Михайлович собрал выпускников шести своих курсов на тридцатилетие мастерской номер 51. Приехали все, независимо от того, кто в каком городе живет, кто в каком театре играет. Конечно, были там и Ксюша Рапопорт, и Миша Пореченков, и Андрей Зибров, и Костя, и Миша Трухин, и Вилле Хаапасало, и Илья Шакунов и многие другие.

К каждому студенту во время обучения Вениамин Михайлович имел индивидуальный подход, был всегда требователен, считал, что артист – это достоверное физическое бытие, воображение и мышление. Мастер верил, что наступят времена, когда России понадобятся настоящие художники и духовные люди. Это его слова.

Если на каникулах студенты других курсов отдыхали, ездили на море, то студенты 51-й мастерской продолжали приезжать в институт, чтобы привести всё в порядок. После третьего курса ребята построили себе сцену, зрительный зал, как в театре (с материалами помог Костин папа), сделали новое освещение. Всё своими руками. Поставленные Вениамином Михайловичем за время учебы спектакли, позже закрепились в репертуаре театра на Крюковом канале.

Театр на Крюковом канале

Когда Костя закончил Театральную академию на Моховой, весь курс выпускников полным составом (а из 30 поступивших окончили его всего 12 человек) стал труппой нового театра на Крюковом канале. Этот театр организовал Мастер курса Вениамин Михайлович Фильштинский. Ребята играли спектакли, учились мастерству и продолжали дружить. В репертуаре театра были и «Шутки» Чехова, где Костя играл Ломова, и чеховские же «Три сестры», где он исполнял роль Чебутыкина, и «Дорога» по сценарию Федерико Феллини – ему досталась роль канатоходца Матто, и «Время Высоцкого», и «В ожидании Годо» Беккета, где сын исполнил роль Эстрагона. Этот театр просуществовал всего год, время было тяжелое, и ребята стали показываться в другие театры Петербурга. Так что вместо положенных четырех лет обучения Вениамин Михайлович проучил своих ребят ровно пять. Хочется поблагодарить Мастера за его труд и пожелать сил, здоровья и всего наилучшего!

Театр «Ленсовета»

Театр Ленсовета Костя попал последним из их компании – Миша Пореченков, Миша Трухин и Андрей Зибров уже туда поступили. Ребята пришли со спектаклем «В ожидании Годо» в постановке Юрия Бутусова и играли его несколько лет. Кстати, он так и остался визитной карточкой молодых артистов. На него трудно было достать билеты, часто приезжали зрители из Москвы. Спектакль стал лауреатом Всероссийской национальной премии «Золотая маска» в номинациях «Лучший режиссер» и «Приз критики и театральных журналистов» (1998).

«– Режиссер ведет всю историю от начала до конца. Результат зависит от его затрат, от его неудовлетворенности тем, что получилось. Так мы работаем с Юрием Бутусовым.

– Выходит, у театра есть что-то общее с футболом?

– Конечно. Игра команды. Если она красиво играет, за этим приятно наблюдать»[23].

Помню, после возвращения из Москвы с «Золотой маски», ребята рассказывали, как сильно волновались, увидев в первом ряду выдающихся театральных деятелей – Олега Табакова, Марка Захарова, Галину Волчек, Михаила Ульянова, Анатолия Смелянского. Костя отзывался об этом спектакле так: «Мы играли людей, которые веселят себя на краю пропасти».

После того московского показа актеры Хабенский, Пореченков, Трухин, Зибров в одну минуту стали знаменитыми. Так писала студентка ГИТИСа Ольга Коршакова, проходившая практику в то время на «Золотой маске». На вопрос, что это был за спектакль, сын отвечал: «Грустный, но очень светлый». В нем было то, что больше всего любит Костя, – трагифарс, трагикомедия. Люди плачут, смеются, задумываются, слушают текст, наслаждаются картинкой, это и есть самый сокровенный театр.

Спектакль шел полтора часа без антракта, мы с папой всегда волновались – легко ли это выдержать актерам. Когда мы спрашивали у него, как, на его взгляд, сегодня всё прошло, он либо был чем-то недоволен, либо отвечал, что нормально – но это в том случае, если они в этот раз смогли найти что-то новое, продвинуться вперед. Мне посчастливилось быть и на сотом спектакле «В ожидании Годо», это было незабываемо.

За время работы в Театре Ленсовета Костя участвовал во многих спектаклях.

Например, в 2000 году он сыграл стоматолога Валентайна в спектакле «Поживем – увидим» по Бернарду Шоу в постановке Владислава Пази (он занял пост художественного руководителя после ухода Игоря Петровича Владимирова). Бабушка Кости проработавшая всю жизнь стоматологом, снабдила его всеми медицинскими инструментами, а также рассказала, как себя должен вести врач, принимая пациента и удаляя у него зуб. Даже свой белый колпак ему подарила для этой роли. И конечно, в знак любви к бабушке Костя приглашал ее на все свои спектакли, чем она очень гордилась.

Очень забавной и смешной, на мой взгляд, получилась постановка спектакля «Братец Кролик на Диком Западе» по пьесе Эдуарда Гайдая в постановке Владислава Пази. Миша Пореченков играл черепаху. Он два часа лежал на коврике и долго-долго соображал, что бы ответить на вопросы своих товарищей. Костя играл опоссума, Андрюша Зибров – Братца Лиса. Произошла эта история на Диком Западе в эпоху диких нравов. Это один из тех чудесных спектаклей, которые любили и дети, и взрослые. Я часто приводила на него своих учеников. Ребята-актеры сохранили в себе много детского. Тогда ещё совсем юные «ленсоветовцы», как их называли, в этой ковбойской басне не играли, а со всей своей талантливой удалью и азартом веселились на сцене – пели, замечательно проводили время и дарили нам, зрителям, незабываемые радостные эмоции.

Константин Хабенский

Всё правильно, но в обратном порядке! Сначала я поступил в труппу (я был последним актером, которого лично Владимиров взял в театр), а уже потом мы перенесли на сцену Ленсовета наш спектакль «В ожидании Годо» и наша четверка была снова вместе!

«Время Высоцкого»

Спектакль «Время Высоцкого» был поставлен в 1994 году, когда ребята учились на третьем курсе. Мастер дал им задание сделать этюды на песни Высоцкого – «Кони привередливые», «Протопи-ка мне баньку по-черному», «Про речку Вачу».

Вача – это речка с мелью

во глубине сибирских руд,

Вача – это дом с постелью,

где стараются артелью,

много золота берут.

Протопи-ка мне баньку по-белому,

я от белого свету отвык.

Угорю я, и мне, угорелому,

пар горячий развяжет язык.

Я коней напою, я куплет допою,

хоть немного ещё постою на краю.

Долго ребята работали над этюдами, и в итоге получился мощный спектакль.

«Каждая новая роль – экзамен, который я сдаю самому себе, потом родным и друзьям»[24].

К нерву песни в исполнении Высоцкого добавлялось яркое сильное пластическое повествование, и спектакль понравился зрителям. Однажды на него пришел Валерий Золотухин, который снимался в Санкт-Петербурге, и услышал от кого-то, что студенты сделали такой спектакль. Он был в восторге и предложил Вениамину Михайловичу гастроли на Таганку ко дню рождения поэта. Начались репетиции, и Вениамин Михайлович попросил нас с мужем и других родителей, которые были частыми гостями на прогонах своих детей, прийти еще раз и поддержать молодых артистов и посоветовать ему, какой из вариантов лучше повезти в Москву. Сколько было споров, волнений и репетиций! Слава Богу, зрители «Таганки» очень тепло встретили спектакль, был аншлаг. Спектакль получил спонтанное продолжение: после его окончания актеры с гитарами собрались в фойе театра, к ним подходили зрители, и они уже все вместе пели песни Высоцкого.

Было два счастливых спектакля в Москве. На один из них пришла мама Высоцкого, Нина Максимовна. Как рассказывал Костя, она пригласила их после спектаклей к себе домой на чай с сушками. Ребята сидели за тем самым столом, пили чай из самовара, и она делилась с ними своими впечатлениями от спектакля. Нина Максимовна была счастлива и сказала, что, если бы Володя был жив, ему бы спектакль точно понравился. На прощание ребята услышали, что, если когда-нибудь они окажутся в Москве, чтобы приходили непременно в гости. Только нужно произнести кодовые слова: Санкт-Петербург, «Время Высоцкого».

Первая жена Высоцкого, Людмила Абрамова, которая тоже посмотрела спектакль, пригласила весь курс на экскурсию в Музей Высоцкого. Много добрых слов она сказала о спектакле и каждому артисту подарила открытку со словами благодарности. Так и началась счастливая судьба этого спектакля. Несколько раз спектакль «Время Высоцкого» гастролировал в Финляндии, потому что на курсе учился финский актер Вилле Хаапасало. Вообще-то он собирался поступать в Англию, и даже оплатил обучение, но что-то там ему помешало. Зато он закончил курс Вениамина Михайловича Фильштинского, много снимался в России, и в 2003 году уже получил Государственную премию в области литературы и искусства за фильм «Кукушка». Ребята выступали со спектаклем еще в Калининграде и в Москве – в учебном театре ГИТИСа.

За время учебы друзья Кости часто приходили к нам домой, правда, больше летом. Меня заранее предупреждали, и я жарила тазик котлет, картошку, готовила салатики, кормила ребят. Они у нас были все как родные – делились своими театральными проблемами, кто-то – даже личными. Потом шли купаться на озеро. Мы жили в новостройке в нескольких минутах от озер.

До сих пор я слежу за работами в театре и в кино однокурсников сына и радуюсь за них. Радуюсь работам Ксюши Рапопорт, которая часто тоже у нас бывала, Миши Пореченкова, Миши Трухина, Андрея Зиброва, Ильи Шакунова и Вилле Хаапасало. Очень было приятно, когда Миша Пореченков пришел к нам в гости и познакомил нас с мужем со своей будущей женой Олей. Я поддерживаю добрые отношения с семьями Костиных друзей и по сей день.

Общаясь с ними ещё на заре их творческой карьеры, я чувствовала в каждом огромный творческий потенциал, готовый реализоваться в прекрасных ролях.

Удивительно, что так много Костиных ролей и в театре, и в кино оказалось связано с музыкой.

Уроки музыки

Наташа занималась музыкой, к нам домой приходила учительница. И когда Костя пошел в первый класс, мы решили его тоже присоединить к занятиям. Всю осень он исправно занимался. Но в один прекрасный зимний день, когда выпало много снега, мой сын решил отказаться от уроков музыки в пользу других восхитительных занятий – в частности, катаний на горке и игры в хоккей.

«После первых двух месяцев занятий на фортепиано я сказал – всё, прощай, музыкальная школа, я пойду на улицу. Так и было. Сейчас, конечно, я очень об этом жалею. По-моему, это прекрасно, сесть за рояль и сыграть что-то. Жалею, когда вижу, как люди, чьей профессией музыка вовсе не является, чудесно играют, и умеют это делать очень хорошо»[25].

Ни с кем из домашних не поделившись своими планами, он сообщил учительнице, что вынужден прекратить уроки. И где-то полдекабря я считала, что он занимается музыкой, а он уже завязал с этим.

«…я играл с друзьями в космонавтов, а ещё в партизан, в мушкетеров. Мы истово верили в свою игру. Вот родители ищут тебя по улицам, волнуются, а ты просто спрятался, и тебя не должны обнаружить, ведь ты – партизан. А ты уже отморозил руки, ноги, но терпишь, потому что не дай бог обнаружат! Вот такая вера в предлагаемые обстоятельства. Дай бог всем нам, тем, кто занимается актерской профессией, так верить»[26].

Когда в конце месяца я, оставив учительнице деньги, обнаружила, что она не взяла половину, то удивилась и позвонила ей домой. Она-то мне и разъяснила положение дел. Между тем Костя меня до сих пор корит, что мы с папой не настояли на том, чтобы он учился музыке.

Музыка

Хотя в семь лет мой сын принял решение бросить музыку, музыка не оставила его. Не зря же в свое время Екатерина Рождественская увидела в нем сходство с композитором и органично вписала лицо сына внутрь картины Делакруа «Поздний портрет Шопена», а позже он сыграл Сергея Прокофьева в фильме Анны Маттисон «Прокофьев: Во время пути». Музыка сопровождала его и в «Гамлете» с Владимиром Юровским, и с Валерием Гергиевым в симфонической сказке «Петя и волк» Прокофьева, и с Юрием Башметом в «Калигуле» и «Карнавале животных» Сен-Санса, в «Семи словах спасителя на кресте» Гайдна, в «Параллельных мирах», и в опере «Евгений Онегин» Юрия Башмета. Это не только выступления с музыкантами, но и спектакли: «Трехгрошовая опера» в МХТ, «Не покидай свою планету» в «Современнике», а также фильм о забытом певце Петре Лещенко. Если посмотреть на сегодняшний день, то музыкальных спектаклей у сына гораздо больше, чем драматических. Всё, что было упущено в детстве, Костя наверстал с лихвой. И я думаю, что это еще не финал, хотя нотной грамоты он совсем не знает.

«Параллельные миры»

В мае 2014 в рамках фестиваля «Черешневый лес» Костя и Юрий Башмет представили проект «Русское искусство. Параллельные миры. XX век». Это трехмерный перформанс, объединивший живопись, музыку и поэзию, и предлагающий слушателям переместиться в непростой прошлый век и понять, чем жили люди и что они чувствовали. На сцене одновременно находились оркестр, Костя, читающий стихи и огромный экран, на котором экспонировались картины – зрители смотрели их в специальных очках.

Удивительный синкретичный жанр, по-новому открывающий соединенные в нем виды искусства. И этот интерес к познанию новых форм искусства приведет Константина в 2017 году к съемкам первого в России виртуального путешествия в прошлое Эрмитажа.

Виртуальные миры. «Эрмитаж. Погружение в историю»

Сыну предложили роль гида в фильме «Эрмитаж. Погружение в историю», который снял Михаил Антикеев. В этом новом удивительном проекте с помощью современных технологий соединились и история, и виртуальная реальность, и кино. Костя так загорелся идеей, что стал выкраивать часы из своих выходных (как раз в это время у него шли съемки сериала «Троцкий» в Петербурге).

Мне посчастливилось в числе первых посмотреть этот фильм. Надеваешь очки 3D, садишься на стул и сразу попадаешь в Зимний дворец. Константин с улыбкой, в длиннополом сюртуке и высоком черном цилиндре ведет экскурсию, рассказывая историю создания Эрмитажа и встречая то Екатерину Великую, идущую со своими придворными на прогулку, то Николая I отдающего распоряжения. Затем гид вежливо предлагает спуститься в святая святых музея – запасники, куда ни при каких условиях не допускают экскурсантов. И там уже сам Михаил Пиотровский знакомит нас с нюансами хранения картин – при какой температуре и влажности воздуха находятся эти драгоценные полотна. И в завершение путешествия мы оказываемся на крыше Эрмитажа, мечте любого питерского мальчишки.

«Это абсолютно новаторская история – другой и не могло быть у Эрмитажа. Ведь те правители, благодаря которым в Петербурге есть один из самых прекрасных музеев мира, вели исключительно новаторский образ жизни. Я счастлив находиться у истоков новых форм искусства»[27].

Я не раз была на экскурсиях в Эрмитаже со своими внуками или учениками, но ощутить себя участницей тех давних событий, побывать на балах и стать свидетельницей пожара 1837 года в музее мне довелось впервые. Я так старалась рассмотреть все в радиусе 360 градусов и докрутилась до того, что чуть не упала со стула. Фильм с успехом прошел в Москве, Екатеринбурге, Владивостоке, и до сих пор его можно посмотреть в главном штабе Эрмитажа. Из главного музея Петербурга Константин попал в главный музей Москвы – Третьяковскую галерею, но это случилось уже в 2020, когда все музеи были временно закрыты для посетителей.

Третьяковка с Хабенским

Константин в одежде начала XX века разгуливает по залам знаменитой галереи и ведет диалоги о русском авангарде с гендиректором Третьяковки Зельфирой Трегуловой. Они останавливаются у «Черного квадрата» Казимира Малевича, у картин Марка Шагала, Петрова-Водкина, Василия Кандинского.

Точки зрения экскурсовода и экскурсанта порой оказывались противоположны, Костя задавал вопросы, высказывал свое мнение, но интересный и подробный рассказ профессионала давал возможность по-иному взглянуть на картины.

Живопись живописью, но интерес Константина к музыке всё нарастал.

Башмет и Хабенский. «Калигула»

Вот уже почти двенадцать лет, как Костя с Юрием Абрамовичем Башметом создали свой проект «Калигула» на стыке музыкального и театрального жанров. Основой стал фрагмент пьесы Камю «Калигула», положенный на музыку Густава Малера и Франца Шуберта.

«Маэстро отметил, что восхищается талантом Константина Хабенского и очень высоко ценит его дружбу. Юрий Абрамович рассказал, что идея совместного прочтения Шуберта и Калигулы принадлежит Константину, и признался, что музыкальная линия квартета очень сложна в исполнении»[28].

А родился этот проект из десятиминутного выступления на благотворительном вечере, который проводила Чулпан Хаматова для поддержки своего детского фонда. На огромном видеоэкране было видно лицо Кости, читающего Камю, а на сцене – камерный ансамбль «Солисты Москвы» Башмета. В тот день собирали деньги на лечение онкобольных детей, и смотреть и слушать без слез это представление было невозможно. Я была свидетелем тому, что выступление произвело фурор, и тогда они поняли, что движутся в правильном направлении и что это надо развивать. Через несколько дней Юрий Абрамович передал Косте запись музыки Шуберта. Задача сына состояла в том, чтобы все слова с математической точностью ложились на музыку. Костя долго подбирал разные кусочки из текста, сверял с музыкой новые отрывки, и всё время смотрел, получается ли гармоничная история в музыкальном и театральном смысле.

Вот как об этом вспоминает сам Костя:

«Готовясь к выступлению с Юрием Башметом, я полгода ходил повсюду с переносным плеером, с записью исполнения его коллективом квартета Шуберта „Девушка и смерть“. Полгода, как мог, изучал эту музыку, старался в нее войти. Ведь предстояло соединить ее с чтением фрагментов из драмы А. Камю „Калигула“. И мне надо было распределить прозаический текст по ходу жизни шубертовской музыки, определить те моменты, когда на первый план может выйти слово, не перекрывая звучание струнных, своеобразно соединяясь с ним. Но сначала мне надо было ощутить и запомнить, где находятся и каковы паузы, некие „разрежения“ музыкальной ткани, для того чтобы, не нарушая движения, развития музыки, создать сложное соединение ее со словом»[29].

С этой программой Костя и Юрий Абрамович часто выступают на музыкальных международных фестивалях, в Русском музее, в разных городах и странах. Когда я смотрела ее, наверное, в десятый раз, после завершения «Калигулы» огромный зал в Крокус Сити Холле замер – люди в антракте просто остались на своих местах, потрясенные услышанным, сидели и плакали.

Именно за эту работу Юрий Абрамович Башмет и Константин Хабенский были награждены премией Олега Янковского «Черешневый лес». Премия «Черешневый лес» была учреждена на десятом юбилейном фестивале в 2010 году. Ее вручают за самые яркие творческие открытия года в различных областях искусства. В состав совета и жюри в то время, в 2012 году, входили Олег Табаков, Ирина Антонова, Галина Волчек, Инна Чурикова, Олег Меньшиков, Владимир Спиваков и другие. Я была с Костей на вручении этой премии в доме Пашкова. На пригласительном билете значилась дата – 32 мая. Эта несуществующая дата – любимый день барона Мюнхгаузена, которого сыграл когда-то Олег Янковский.

После церемонии награждения все высаживали черешневые деревья.

Сейчас расскажу, как Костя потратил премию, но сначала два слова о моем знакомстве с Галиной Борисовной Волчек.

Знакомство с Галиной Борисовной Волчек

Мы познакомились с Галиной Борисовной на семидесятилетии Олега Павловича Табакова в МХТ. Костя оставил мне пригласительный билет, а сам вместе с Мишей Пореченковым еще днем уехал на репетицию.

Юбилейный капустник, замечательный сценарий к которому написал Евгений Писарев, был забавным: Костя с Мишей Пореченковым играли женские роли, которые когда-то исполнял Табаков. Миша – Мери Поппинс, а Костя – буфетчицу из ларька Соки-воды. Номер получился зажигательный, Миша в шляпе, в пальто с меховым воротником, в туфельках, а Костя – в платьице с белым передником, в колготках и тоже на высоких каблуках. И оба при макияже – да еще каком!

Приглашенные актеры из разных театров – и «Современника», и «Ленкома», и «Вахтангова» – приготовили оригинальные поздравления юбиляру. Костя с Мишей после капустника пошли переодеться, я вышла с ними. И по пути нам встретилась Волчек. Она сказала ребятам, что у них был лучший номер на этом капустнике, чему и они, и я были очень рады. И в тот раз Костя представил меня Галине Борисовне.

Потом Сергей Гармаш пригласил нас с Костей на премьеру спектакля «С легким паром», где они с Леонидом Ярмольником играли главные роли. Это было как раз перед Новым годом. После премьеры Костя зашел к худруку «Современника», где его уже ждали Гармаш и Ярмольник, которые хотели узнать его мнение о спектакле. А я осталась ждать в холле. Но вскоре сын за мной вернулся, и мы вместе зашли в кабинет. За столом сидела Наина Иосифовна Ельцина, актеры театра и Волчек. Галина Борисовна познакомила нас с Ельциной и предложила попробовать ее крошечные вкусные пирожки. Это настоящее произведение искусства! Они были с разными начинками и просто таяли во рту. Я к тому времени об этих пирожках слышала от многих, но попробовала их впервые. Неожиданно зашел сын Волчек – Денис Евстигнеев. И, посмотрев на него, Галина Борисовна с укором сказала: «Сколько раз вижу Костю, и он всегда ходит с мамой. А ты меня никуда не зовешь». Но Костя пришел Денису на помощь, возразив, что она видит его только в те дни, когда он бывает с мамой, а в другие дни она его не встречает.

Мы часто созванивались с Галиной Борисовной, она приглашала меня на премьеры. И очень тепло всегда отзывалась о Косте. Говорила, что актеры «Современника» любят звать именно его на свои прогоны и премьеры, чтобы он высказал свое мнение, подсказал, если что-нибудь нужно изменить. Когда Костя и Юрий Абрамович Башмет были выдвинуты на премию «Черешневый лес» за «Калигулу», Галина Борисовна представляла моего сына на вручении и сказала о нем много теплых слов. После торжественной части все награжденные отправились сажать черешневые деревья, а я подошла и поблагодарила ее за доброе отношение к моему сыну. Она улыбнулась и сказала: «Костя достоин».

Последний раз я была в «Современнике» на премьере спектакля Галины Борисовны «Двое на качелях» с Кристиной Орбакайте и Кириллом Сафоновым. И когда я после спектакля пошла с букетом цветов поблагодарить Волчек, я встретилась с мамой Кристины, Аллой Борисовной. Поздравила ее с премьерой дочери, а Алла Борисовна сказала, что и ей повезло с дочерью, и мне с сыном.

Галина Борисовна была очень добрым, отзывчивым человеком, прекрасным организатором. Мы с Костей и Наташей пересмотрели почти весь репертуар «Современника», Галина Борисовна была очень гостеприимной и приглашала на все премьеры. Я благодарна ей за то, что «Современник» – это театр для женщин. В каждом ее спектакле я неизменно узнавала в героинях себя, замечала пересечения в наших судьбах и характерах. Все струны женской души задеты, спектакли про нас и для нас. Мы с Костей часто приходили к ней в театр, а последний раз были там в день ее похорон. Светлая ей память!

На что потратить 300 тысяч?

На премии «Черешневый лес» каждому лауреату выдали по 300 тысяч рублей. И я на следующий день немножко размечталась, хотя это на меня и не очень похоже. Подумала, что на эти деньги можно было бы что-нибудь купить, или съездить в Крым отдохнуть, или еще что-нибудь сделать приятно бесполезное. И озвучила Косте за завтраком свои соображения. Но практически сразу раздался телефонный звонок. Звонила бабушка мальчика, который раньше лежал с онкологическим заболеванием в клинике. Она воспитывала внука одна, его родители погибли. Тогда, как я поняла из разговора, ему необходима была финансовая помощь на реабилитацию. Деньги были нужны через два-три дня.

Узнав, какая требуется сумма, Костя сразу сказал:

– Оформляйте документы, справки, узнавайте реквизиты, куда нужно сделать перевод, деньги будут. – И, положив трубку, улыбнувшись, добавил, – вот, мама, и разрешился твой вопрос, что нам делать с этими деньгами. На реабилитацию нужно ровно 300 000 рублей. А мы отдохнем в другой раз, и платья купим в другой раз. Ведь здоровье пацана важнее, чем какие-то наши удовольствия.

Мне стало стыдно за свои желания, ведь в самом деле, с собой ничего не заберешь, так что если есть возможность помочь кому-то, то надо помочь. Так всегда говорит мой сын.

Так делал и его отец.

Как папа отдал всю зарплату

Мой муж был совершенно безотказным человеком. Если у людей случались проблемы, то он всегда старался им помочь, а о себе думал в последнюю очередь.

Однажды Юра пришел домой и с порога мне сказал, что он очень-очень перед нами виноват. Я не поняла, в чем дело. Он говорит:

– Я не принес зарплату.

– Ну и что? Она же будет тогда завтра? – ответила я.

– Нет, и не завтра.

И рассказал о том, что не смог отказать пожилой сотруднице в помощи. В те годы люди записывались в очередь на покупку мебели, и его коллега как раз сегодня получила открытку на оплату мебельной стенки. Она стояла в очереди на нее почти два года, а деньги были на сберегательной книжке, а книжка оформлена на фамилию мужа, а муж в длительной командировке. А деньги нужны завтра.

Сегодня, в день получки, все работники стояли в длинной очереди, и по ведомости, так было раньше заведено, получали зарплату. Она подошла почти к самому окошечку кассы, и спрашивала у своих коллег, не займут ли они ей денег. Мой муж был почти последний в очереди и наблюдал, как она просит каждого и каждый ей отказывает. Она уже чуть не плакала и собиралась идти домой. Юра ее остановил и говорит:

– А почему вы у меня в долг денег не просите?

– Да у тебя же двое маленьких детей, я и не думала просить.

– Вот и напрасно, потому что я-то вам их и дам.

И отдал сотруднице всю свою зарплату. Счастью ее не было конца. Конечно, я не то чтобы очень обрадовалась, потому что мы перед зарплатой сидели совсем без денег, и даже уже все молочные бутылки сдали, но наша ситуация не была безвыходной – я заняла денег у соседки. А через месяц Юра пришел домой с двумя зарплатами и огромным тортом в благодарность за его доброту.

Мэкки-Нож и Петр Лещенко

Мой муж обладал прекрасным голосом и отличным слухом. На всех праздниках он великолепно исполнял романсы Вертинского и Лещенко, пел Высоцкого и всех наших бардов. Любовь к пению передалась и Косте, поэтому, когда Кирилл Серебренников ставил в МХТ «Трехгрошовую оперу» и пригласил Константина на роль Мэкки-Ножа, сын с радостью согласился. Но поскольку Костя не владел нотной грамотой (предпочел же занятиям музыкой другие, более насущные), то выучил на слух все зонги и так их и пел. Брехт как-то написал, что если актер берет нужную ноту и попадает в нужную тональность в нужном месте, то это уже чудо. Так что Костя опирался на эту утешительную мысль.

Он так и считал, что умеет петь, до тех пор, пока не согласился сняться в фильме «Петр Лещенко» в главной роли.

«Вот какое дело: я думал, что я пою, – а оказывается, как сказали специалисты, я вовсе не пою! А эдак декламирую…»[30]

Вот тогда-то у них вместе с Иваном Стебуновым открылись глаза. Они несколько месяцев брали уроки вокала у педагогов и поняли, что петь они вообще не умели. Костя говорил, что если бы он знал, что так тяжело правильно держать дыхание при пении, в жизни бы не согласился на этот сериал. Но в конце концов голос им более или менее поставили, и все песни ребята исполняли в фильме сами.

Шекспир, Юровский и Хабенский

В то время я еще жила в Питере, работала в педиатрической академии, преподавала математику детям, которые там лежали, и накануне 23 февраля 2008 года мне позвонил сын и пригласил в Москву на свое выступление с Владимиром Юровским. Это был Шекспир. Костя читал наизусть отрывки и за Гамлета, и за Клавдия, и за Офелию.

«Это мой первый опыт чтения стихов с симфоническим оркестром. Так что это я со страху так тонко чувствовал»[31].

Как рассказывал Костин директор Владимир Хабалов, Хабенский появлялся то на сцене, то сидел в партере, то его голос раздавался с балкона. Я сама, к сожалению, не смогла в тот раз поехать в Москву, но Володя утверждает, что это был бенефис Хабенского.

«Слушателям удалось не только почувствовать правду, боль, страсть каждого из персонажей, но и музыка звучала по-новому. Тому способствовало ее умное сочетание с очень тактичной подачей текста и музыкальностью, и в ощущении нужной точки вступления слова, и в тембре, и в интонации произведения»[32].

По рассказам сына, они с Володей Юровским заранее наметили, какие отрывки из произведения Шекспира он будет читать. А вот места, где эти отрывки будут звучать, определял сам Костя. На репетиции отводилось только три дня. Выступление проходило в зале Чайковского, был задействован российский национальный оркестр, певцы и Константин в качестве чтеца. В интернете есть симпатичная видеоистория Кирилла Набутова «Один день Константина Хабенского и Михаила Пореченкова». В нее как раз попал первый день репетиции Константина с Юровским. Костя ведет машину, беседует с Кириллом Набутовым об Олимпиаде, которая проходила тогда в Турине, но параллельно одним ухом умудрятся слушать текст Шекспира.

Через несколько дней Костя пригласил Юровского в МХТ посмотреть спектакль «Гамлет» Юрия Бутусова, где он играл только роль Клавдия.

«Володя отметил, насколько разнятся ритмы в спектакле от ими придуманных. Ведь на концерте получилось новое смысловое решение»[33].

Позже я услышала симфоническую сюиту «Египетские ночи» Сергея Прокофьева. За дирижерским пультом был Владимир Юровский, а чтецами выступили Чулпан Хаматова и Константин Хабенский. Это было прекрасно. Так Косте не один раз выпало счастье обратиться к музыке Сергея Прокофьева.

«Музыка от А до Я»

В детстве Костя с удовольствием посещал детскую филармонию при Ленинградской консерватории. Там шел замечательный детский проект – «Музыка от А до Я». Малыши отправлялись с любимыми сказочными персонажами в волшебную страну, где правят только семь нот. Мы оказывались там по выходным с Наташей, Костей и Костиным другом Максимом Рысковым – с тем самым, с которым они покурили в четыре года, а в шесть пошли слушать симфоническую музыку.

Честно сказать, ребят привлекала в филармонии не только духовная пища. Дело в том, что на одном из этажей Октябрьского зала находился буфет с соками, бутербродами и лимонадом «Буратино», куда юные любители музыки после первого отделения сосредоточенно спешили и выбирали себе что-нибудь вкусненькое: Наташа и Максим обычно брали бутерброды с икрой, а Костя бессменно – только лимонад и бутерброды с докторской колбасой (мне кажется, она до сих пор у него в почете).

Помню, как малышей в филармонии знакомили со сказкой «Петя и волк» на музыку Прокофьева. Прошло больше сорока лет, но благодаря нашим сегодняшним мэтрам музыки сказка Прокофьева «Петя и волк» переместилась в рамки пасхального ежегодного фестиваля. Маэстро Валерий Гергиев расширил его рамки за пределы Санкт-Петербурга и предложил Константину поучаствовать в фестивале в качестве чтеца в Кемерове, Владивостоке и других городах.

Но время покажет, что это только начало пути к Прокофьеву.

«Прокофьев: Во время пути»

Но вот однажды Константин уже не просто слушал музыку Прокофьева, и даже не просто читал под музыку Прокофьева, а можно сказать, стал Прокофьевым, когда режиссер Анна Матисон предложила ему роль композитора в своем документальном фильме «Прокофьев: Во время пути». Фильм вышел в 2016 году, в нем задействованы и Валерий Гергиев, и Денис Мацуев, и оркестр Мариинского театра. Снимали на даче Сергея Прокофьева по дневникам, которые композитор вел 26 лет со дня возвращения в Россию. Дневники свидетельствуют о его бесконечных переездах, гастролях, спектаклях. И в этом тоже есть пересечения и сходство с жизнью моего сына.

«Я сейчас стопроцентный пассажир – пассажир самолетов, поездов, кораблей – всего, чего угодно»[34].

«Петя и волк»

К 125-летию со дня рождения Сергея Прокофьева Костя получил от Валерия Гергиева предложение поучаствовать в симфонической сказке для детей «Петя и волк» – в роли чтеца. Выступления должны были проходить в нескольких городах, в том числе и во Владивостоке, куда в назначенный день прилетел Костя, подготовился, осторожно выглянул из-за кулис и обнаружил, что в тысячном зале уже полно любопытных малышей.

И вдруг ему сообщили, что сказка откладывается примерно на час в связи с задержкой рейса, которым должен прилететь оркестр Мариинского театра и сам Валерий Гергиев. Что же делать? Костю тем временем попросили пока занять чем-нибудь развеселого маленького зрителя.

Тут Косте, конечно, невероятно пригодился опыт работы с детьми в студиях.

Он решил поискать в зале таланты и предложил желающим прочесть со сцены любое стихотворение. Сначала все стеснялись, самым смелым оказался малыш трех-четырех лет. Он бойко выбежал на сцену, но до микрофона не доставал, и Косте пришлось его приподнять. Малыш прочел «Зайку бросила хозяйка». После его триумфа все остальные настолько осмелели, что к сцене через весь зал выстроилась длиннющая очередь. Ее и увидели изумленные оркестранты и Валерий Гергиев, когда вышли на сцену. Гергиев был в восторге от Костиной находчивости.

Малыш, который первым выбежал на сцену, чтобы прочесть стихотворение, напомнил мне, как мы в 1975 году ездили на Черное море. Костя был тогда таким же крошечным, и у него тоже совершенно отсутствовали комплексы, зато, бесспорно, он уже обладал невероятной харизмой.

Кистинтин из Ленинграда

Черное море, Гагры, 1975 год, мы всей семьей приехали отдыхать на две недели. Снимали комнату на берегу моря у симпатичного хозяина грузина Тенгиза. Жили на первой линии. Вскоре к нам буквально на несколько дней прилетел школьный друг мужа Юра Шашков – отдохнуть и покупаться. Ему хозяева сдали веранду.

Юра в те годы еще не был женат, и всё время присматривался на пляже к девушкам. Если вдруг он видел симпатичную, белую, как сметана, девушку, только что, видимо, приехавшую, он просил Костю добежать до нее, поздороваться и сказать: «Как же вы хорошо загорели!» Костя был очень исполнительный, следовал досконально всем инструкциям, делал комплимент девушкам, а на вопрос – как тебя зовут, всегда отвечал: «Кистинтин из Ленинграда». Дня через три-четыре, стоило нам только прийти на пляж, как все молодые девушки кричали: «Кистинтин, привет!»

Так что Костя был там звездой.

Первые аплодисменты

Однажды вечером мы отправились с Юрой Шашковым и с Костей на главпочтамт, чтобы позвонить домой в Ленинград и рассказать, как же мы прекрасно отдыхаем. Разговор заказывали, и ждать, пока пригласят в кабинку, приходилось довольно долго. Посреди комнаты стоял огромный стол с бланками и чернильницами, вокруг него сидели люди, ожидающие телефонных переговоров, кто-то отправлял телеграммы. Меня первую пригласили в кабинку. Связь была плохая, приходилось переспрашивать, громко говорить, но вскоре и Юру вызвали для разговора с его мамой, и Костя остался один на один с ожидающими переговоров загорелыми людьми. Вдруг я услышала шум, крики и топот, оборачиваюсь – мой сын лихо отплясывает на столе среди чернильниц и во всё горло распевает песню – как он тогда называл «песенку про Костю»: «Шаланды полные кефали в Одессу Костя привозил».

Я выбежала, схватила сына на руки и понесла к выходу, а он продолжал радостно голосить эту песню под непрекращающиеся овации. Так где-то в три с половиной года он получил первые аплодисменты жителей Гагры.

Потом аплодисменты станут постоянной составляющей Костиной жизни. Дай бог, чтобы так продолжалось!

Хочу рассказать еще об одном спектакле – «Калигула», который шел в Ленсовете.

«Калигула» в Театре Ленсовета

Еще работая в театре у Константина Райкина, Костя получил приглашение на главную роль в спектакле «Калигула» в театре Ленсовета. Ну кто бы смог отказаться от такого предложения? Сын купил огромный букет цветов и после спектакля подошел к Константину Аркадьевичу, поблагодарил его и сообщил о своем решении уйти из театра. Так он вернулся в Питер. Начались долгие репетиции. Потрясающие декорации для спектакля построил Александр Шишкин, который всегда работает с Юрой Бутусовым.

Костя играл Калигулу, Миша Пореченков – Геликона, Ирина Ракшина – Цезонию. Репетиции были сложные, часто они продолжались до ночи. Перед Костей стояла задача показать, как юноша превращается в тирана, осмыслить и воплотить на сцене эту трансформацию. Хотя все, конечно, по-своему считывают образ, созданный сыном на сцене. Например, Евгения Пропп пишет, что это спектакль:

«…о первых впечатлениях очень юной души, открывшей несовершенство мира, жестокость жизни, обрывающейся смертью, ужас перед тем равнодушием, которым заканчивается невыносимое горе. Герой Константина Хабенского, конечно, не тиран, а мальчишка-экспериментатор, еще недавно обрывавший крылышки у мух, а теперь делающий то же самое с людьми. Он проверяет себя и других: до чего могу дойти я в своей жестокости, до какой подлости и униженности от страха дойдут все остальные?»[35]

Время, отпущенное на репетиции, истекало, а финальная сцена спектакля еще не была придумана, и в конце концов, режиссер дал Косте задание самому сочинить финал. Вообще, обстановка была накалена, ребята еще на стадии репетиций сильно устали, потому что все спектакли Юрия Бутусова рассчитаны на отличную физподготовку, каждый его спектакль – это всегда как хорошая тренировка в тренажерном зале. Как-то Костя мне сказал о Юрии Бутусове, что «это человек, который помог мне воплотить в жизнь все, чему научил нас мастер Фильштинский».

Помню, мы с мужем пришли на премьеру, билеты были на балкон, огромный зал был битком набит – люди сидели даже на стульчиках в проходах. Когда открылся занавес, и я увидела своего худенького сына, очень заволновалась – сможет ли он удержать внимание такой большой аудитории, ведь до этого он работал на маленьких сценах. Слава Богу, премьера прошла хорошо, и потом спектакль имел успех – на протяжении десяти лет он шел с неизменными аншлагами, на него часто целенаправленно приезжали зрители из Москвы.

«Многоликий Калигула-Хабенский предстал блистательным комедиантом, актером по призванию, способным с равным успехом разыграть и тирана-императора, и философа, и друга-возлюбленного, да кого угодно. И при этом сохранить в вечной игре хотя бы намек на непростую человеческую сущность, внутренний раздрызг, где главный страх – одиночество, несмотря на всю браваду. Для этого Калигулы весь Рим – театр, где он – премьер, а все прочие – массовка или зрители. Калигула меняет одежды, гримируется, исполняет „номера“, обращается к публике в зале и даже объявляет антракт»[36].

Помню, что творилось в зале, когда ребята играли спектакль «Калигула» в Петербурге. Это было что-то невероятное. Зал аплодировал стоя, скандировал и плакал. Злодей Калигула в исполнении Кости вызывал жалость. Вообще, я заметила, что у Юры герои могут быть негодяями, преступниками и даже такими тиранами, как Калигула, но в них всегда остается что-то человеческое, остается надежда. С «Калигулой» ребята побывали на многих фестивалях, в разных городах и странах.

На следующий день после премьеры «Калигулу» играли повторно, и Костя взял с собой камеру, поставил ее перед сценой и записал весь спектакль. Вернувшись вечером домой, предложил мне за компанию с ним еще посмотреть спектакль в записи и, может быть, сделать какие-то замечания. Папа в этот день улетел в командировку в Благовещенск, и мы остались одни. Помню, Костя взял блокнот и карандаш, как учил его Вениамин Михайлович Фильштинский, и сделал пометки по ходу просмотра. На следующий день они встретились с Юрой Бутусовым, он рассказал о своих наблюдениях, и они всё разобрали и потихонечку кое-что поменяли.

«С Юрием Николаевичем мы периодически сходимся снова и снова, я всегда готов к сотрудничеству с ним. Назвать его постановки спектаклями теперь уже даже сложно, это, скорее, театральные Мистерии с большой буквы. Наберусь наглости назвать себя его актером. Я не очень понимаю интеллектуальный театр, предпочитая ему эмоциональный. Такой, который не даст уснуть и достучится до зрителя в тридцать втором ряду. Если человек в театре смеется и плачет – цель достигнута. Дальше идет только клоунада, это вообще высший пилотаж»[37].

Юра Бутусов не бросает свой спектакль, он придумывает дополнительные смыслы героям, ставит ребятам новые задачи в уже идущем спектакле, и получается, что от раза к разу он отшлифовывает спектакль до блеска. Костя говорит, что в театре Бутусова все актеры – Миша Трухин, Миша Пореченков, Андрей Зибров и он – очень разные, и Юра для каждого находит роль, которая показывала бы его сильную сторону. В его театре возможно только полное погружение в процесс. В этом весь Юра Бутусов.

Как бабушка Лида смутила Виктюка

В конце 90-х годов режиссер Роман Виктюк, посмотрев спектакль «Калигула» в Петербурге, загорелся желанием пригласить Константина поработать у него в театре. Не сумев застать его на работе, решил позвонить нам домой. Трубку на этот раз взяла Костина бабушка Лида. И на просьбу пригласить артиста к телефону вежливо уточнила:

– Вам какого артиста? У нас тут все артисты.

– Спасибо, я перезвоню позже, – помедлив, произнес режиссер.

Вот так наша бабушка Лида смогла смутить Романа Виктюка.

Знакомство с Настей

Говоря о «Калигуле», не могу не упомянуть, что именно этот спектакль познакомил Костю с его будущей женой Настей. Однажды в сезон прекрасных белых ночей, когда в Питер отовсюду съезжаются люди полюбоваться на город, созданный вдохновением Фальконе, Трезини и многих других гениальных зодчих, в театре Ленсовета взяли и отменили спектакль, не помню, по какой причине. В этот день Костя вместе с Мишей Пореченковым и Андреем Зибровым спустились в кафе вниз выпить чашечку кофе, и сын обратил внимание на одну из девушек, беседующих с подружками за соседним столиком. Друзья Кости уже ушли домой, а сын еще допивал кофе, докуривал сигарету – тогда еще разрешалось в общественных местах курить – и наблюдал за понравившейся ему девушкой. Девушка тоже не спешила выходить, хотя подружки ее были уже на улице. Насладившись чашечкой кофе, она вышла из кафе, а следом за ней выбежал и мой сын. Он поздоровался с девушками, две из них был питерские, узнали его, а третья – москвичка, о нем даже ничего не слышала. Набравшись смелости, Константин пригласил всех трех на следующий день на спектакль «Калигула». Москвичка, звали ее Настя, сразу отказалась, потому что в этот день у нее был вечерний поезд в Москву, но подруги принялись ее уговаривать, чтобы она поменяла билет и осталась. Под их напором Настя сдалась. Как позднее она мне рассказала, они с девчонками были в ужасе от Калигулы – жестокого, своенравного, резкого. Ей тогда на минуту показалось, что и Костя может быть такой же по характеру. После спектакля они с трепетом стояли у выхода и ожидали тирана и деспота. Но вышел веселый, улыбчивый молодой человек, правда, очень уставший. Костя проводил Настю на вокзал, они обменялись телефонами, и началась переписка. А в январе следующего года ребята расписались. Свадьба была очень скромной, оба в джинсах и рубашках.

Настя устроилась работать редактором на радио FM, жили в коммунальной квартире. У сына почти каждый месяц было 28 спектаклей плюс съемки «Убойной силы», он очень уставал. Когда съемки сериала «Убойная сила» почти на три месяца переместились в Африку, Настю пригласили работать переводчиком, так как она прекрасно знала английский язык. И если у Кости были какие-то выходные, то Настя работала каждый день. Ей нужно было выстроить работу и русской группы с русским режиссером, и африканской группы с африканским режиссером, дать им задание, рассказать все команды, и только тогда уже начинались съемки. Так что она была ключевой фигурой съемочного процесса. А в 2002 году они с Костей уехали в Москву, так как Костя поступил в театр к Олегу Павловичу Табакову.

Олег Павлович Табаков

Мое знакомство с Олегом Павловичем Табаковым произошло на юбилейном вечере в МХТ, где отмечали его 70-летие – том самом вечере, на котором Костя и Миша Пореченков играли его женских персонажей – няню из «Мэри Поппинс» и продавщицу соков.

«Две леди переругивались между собой исключительно стихами. У Табакова от смеха выступили слезы на глазах»[38].

А уже на 75-летии Олега Павловича с поздравлением выступала питерская тройка: Миша Пореченков, Костя и Миша Трухин, которого пригласили на роль Гамлета в постановку Юрия Бутусова. Кстати, в этой постановке за роль Клавдия Костя был удостоен трех премий: премии фонда Табакова 2006 года «За остросовременную, талантливую интерпретацию шекспировского Клавдия в спектакле „Гамлет“», премии «Чайка» за 2006 год – «Лучший исполнитель отрицательной роли в спектакле „Гамлет“» и в 2007 году – Международной премии К.С. Станиславского «За театральные работы в спектаклях МХТ „Утиная охота“, „Белая гвардия“, „Гамлет“».

Костя был очень рад роли Клавдия. Он смотрел много постановок «Гамлета», и ни в одной не было равноценного соперника Гамлету.

«Мне сегодня Клавдий интереснее. Мне он кажется сложнее. У него своя трагедия, свой выбор, даже свои понятия о долге, если угодно. И написано, и сказано о нем меньше, чем о Гамлете»[39].

Так случалось довольно часто, когда я на спектаклях оказывалась рядом с Эмилем Верником, папой Игоря и Вадика. И в этот раз мы сидели вместе и вместе радовались тому, как душевно, с любовью и с юмором выступали наши дети и все актеры МХТ.

Все московские театры со своими худруками прибыли в МХТ, было много долгожданных гостей, и Олег Павлович ходил из одного зала в другой и принимал поздравления. С пятой попытки сын смог улучить момент, когда Табаков ни с кем не разговаривал и, держа меня за руку, сказал:

– Олег Павлович, это – моя мама.

Я ужасно растерялась и, почти как в фильме «Сельская учительница», сказала что-то вроде:

– Вот стою я перед вами, Олег Павлович, простая питерская учительница, – и поздравила его с юбилеем.

Олег Павлович посмотрел на меня с улыбкой и произнес:

– Хорошего сына воспитали.

В свое время Олег Павлович писал о Косте:

«Мне кажется, Костя – человек совестливый, и все свои внетеатральные работы он старается сводить к минимуму. Еще он человек, старающийся быть обязательным, а это сегодня редкость: последние 17 лет всё разваливается и проваливается в тартарары, и Хабенский – один из тех странным образом сохранившихся „островов“»[40].

Помню, я как-то спросила Костю, когда он только пришел в МХТ, как ему работается с новым руководителем. И Костя сказал: хорошо то, что сам Олег Павлович – актер и понимает все актерские проблемы – не только финансовые, но и проблемы актерского роста. Для Кости было важно каждый спектакль открывать новые грани своего персонажа. И это не самоедство, а необходимость – нужно, чтобы спектакль был свежим, интересным и зрителю, и самому актеру. И Олег Павлович всегда поощрял такой подход и всячески ему способствовал.

А вот как познакомился с Табаковым сам Костя.

Роль Зилова в «Утиной охоте»

Олег Павлович Табаков долго искал актера на роль Зилова. Перепробовал почти всех московских актеров, никто не подходил, и тут ему рассказали, что сейчас все ездят в Питер смотреть Хабенского в спектакле «В ожидании Годо». И Олег Павлович организовал кого-то из мхатовцев смотаться в Театр Ленсовета, посмотреть и передать свои впечатления. Смотались, посмотрели, передали. И Табаков пригласил Костю поговорить о спектакле «Утиная охота».

Вообще Олег Павлович очень любил творчество Вампилова и, насколько мне известно, лично был с ним знаком и мечтал поставить все его пьесы. Мне образ Зилова в исполнении сына необычайно понравился. Я смотрела спектакль несколько раз – и в Москве, и в Питере, когда театр приезжал на гастроли, и каждый раз «Утиная охота» не оставляла меня равнодушной. Костин Зилов экспрессивный, нервный, саркастический, он не может не нравиться, ему хочется всё прощать. Он любит и ненавидит, смеется и плачет. И всё это совершенно искренне.

Константин Хабенский

Мое знакомство с Олег Палычем началось чуть раньше: я отказался от предложения главной роли в новой постановке МХТ по пьесе Павича «Вечность и ещё один день». Отказался по творческим соображениям, аргументируя всё это Табакову. И уехал обратно в Питер. Спустя недели две-три Олег Палыч позвонил и предложил роль Зилова!

Михаил Пореченков, актер

Те спектакли, которые нами были сыграны, уже вошли в историю сначала Театра Ленсовета, а потом театра МХТ имени Чехова. И «Белая гвардия», и «Утиная охота», и гастрольные поездки – сколько спектаклей мы сыграли на гастролях! Как это было весело, как мы хулиганили, как озорничали, и вместе с тем делали очень хорошее серьезное дело. Конечно, здорово вспоминать все поездки, всю хулиганку и то, с какой радостью мы встречались со зрителями. Я вспоминаю «Утиную охоту», которую мы сначала поставили на Малой сцене, потом перенесли на Большую, это было очень круто, и Костян играл великолепно. А главное, что у нас был такой эпизод с Костей, когда мы сидим и разговариваем про утиную охоту, и вдруг в какой-то момент замолкаем, и то, о чем мы думаем, видит зритель. И Костя тогда сказал: «Хорошо, когда есть возможность с кем-то просто помолчать на сцене». И это было здорово. Жалко, что этого спектакля уже нет, что это уже история. С «Утиной охотой» нас пригласили – вернее, Костю пригласили тогда в театр МХТ, и меня уже подтянули, как говорится, самосвалом. Это была наша первая большая работа на легендарной площадке театра МХТ имени Чехова.

Зилов в Костином прочтении напомнил мне тогда Лаевского из фильма «Плохой хороший человек» по повести Чехова «Дуэль», и я плакала весь спектакль – и в первый, и второй, и в двадцать пятый раз.

«Утиная охота» шла с огромным успехом, и вскоре этот спектакль перенесли с Малой сцены, которая вмещает всего 250 зрителей, на основную. Всего было сыграно более 100 спектаклей. Костя мне рассказывал, что секрет успеха «Утиной охоты» в том, что, во-первых, центральный монолог Зилова про утиную охоту совершенно гениален, а во-вторых, в этой пьесе правильно расставлены пустоты, чтобы зритель мог в них встроить себя и чувствовать, что пьеса про него.

Расскажу о нашей первой поездке в МХТ на премьеру этого спектакля.

Первая поездка в МХТ на премьеру «Утиной охоты»

Так сложилось, что мы с мужем посещали все Костины премьеры, которые были в институте, а позже и все театральные премьеры в Театре Ленсовета.

В первом спектакле, который мы посмотрели в МХТ, с Костей играл его друг Миша Пореченков, поэтому с нами приехала и его мама, Галина Георгиевна.

В поезде я вспомнила, как перед отъездом мы все сидели на кухне, пили кофе, и Миша сказал: «Хаба, мы должны в Москве землю рыть и всего добиться сами, потому что наши родители инженеры, а не известные артисты».

Приехав, мы с Галиной Георгиевной заглянули в общежитие «Мосфильма», где обитали наши дети: маленькие комнатушки, кровать с панцирной сеткой, крошечный холодильник, столик. Я жутко волновалась, зная, что спектакль сложный, а перед глазами у меня стояла работа Олега Даля, соперничать с которым невозможно.

Мы с мамой Пореченкова переживали на протяжении всего спектакля. Я нервничала потому, что Костя надрывался и внутри роли, и на подсобной работе, требующей грубой физической силы – ему по техническим обстоятельствам пришлось крутить огромную круглую сцену, которая была разделена на три части: на одной стоял автомобиль, на второй – огромное кафе, на третьей – комната героя. Это была просто картина «Бурлаки на Волге». Мама Миши тоже огорчалась, но по противоположной причине. Дело в том, что Миша, которому досталась роль друга Зилова, официанта в кафе «Незабудка», расхаживал в белой рубашечке и в беленьких носочках, вальяжно стоял с подносиком, отставлял ножку в сторону и иногда приносил заказы. В общем, была в этом разного порядка несправедливость: один тащит на себе весь спектакль, и ещё вот сцену поворачивает, другой – отдыхает, роль у него совсем крошечная, а деньги получают одинаковые.

Мы с мамой Миши Пореченкова дружим и перезваниваемся до сих пор, а недавно договорились, что в 2022 году сходим на какой-нибудь спектакль к ребятам в МХТ, потому что грядет юбилей – ровно 20 лет «Утиной охоте» в стенах МХТ. Уже задумываемся о новых нарядах.

Премьера оказалась громкой, получила много откликов, и когда осенью спектакль приехал в Питерский ТЮЗ на гастроли, народ в огромном зале стоял в проходах.

У меня до сих пор на даче висит афиша «Утиной охоты» как моя награда.

Кое-что о фанатизме

Раньше, когда я со своими коллегами, учителями из школы, Светланой Меньшениной и Натальей Скурихиной, ходила на Костины фильмы и спектакли в Питере, мы всегда просили афишу, а если нам ее не давали, то мы сами осторожненько со стены снимали одну штучку, закручивали в рулончик и тихонечко помещали в тубус. И у меня в трёхкомнатной квартире, той самой, на которую мы зарабатывали на Севере, было очень много постеров – да просто весь коридор был завешан фильмами и спектаклями: тут тебе и «Женская собственность», и «Статский советник» и ночной и дневной «Дозоры», и «Ирония судьбы 2», и «Утиная охота». И когда однажды ко мне по вызову пришёл сантехник и увидел на стенах всё это роскошество, то он посмотрел на меня со смешанным чувством восхищения и презрения и сказал: «Такая старая, и такая фанатка».

Но если уж речь зашла о фанатизме, то есть один спектакль, который я никогда не устану пересматривать.

«Маленький принц»

После совместного удачного выступления Кости и Юрия Абрамовича Башмета с «Калигулой» и «Карнавалом животных» Сен-Санса, они долго придумывали, что бы можно было ещё сделать совместно, чтобы было интересно. И остановились на «Маленьком принце» Экзюпери. Они участвуют в этом спектакле, – сказала Екатерина Березовская на канале «Культура», – «бросая каждый раз вызов себе самим, ведь музыкант на время становится немного актером, а актер – почти музыкантом»[41].

Долго искали режиссера, и, слава богу, нашли Виктора Крамера. Костя у него в Петербурге когда-то играл Горацио в спектакле «Гамлет». Витя и Костя не один месяц зимой сидели в кафе Санкт-Петербурга и сочиняли сценарий спектакля, учитывая, что «Маленький принц» – это совсем не детская сказка, как привыкли думать. Все декорации и видеоряд сделал сам Виктор Крамер. Я смотрела этот спектакль много-много раз, и мне кажется, что их совместная работа не только не растеряла содержание книги Экзюпери, но и добавила в сокровищницу собственные жемчужины. Например, мне показалось, что их находкой было показать, что маленький принц и пилот – это один человек, а их диалог происходит внутри одного сознания. И вся история обернулась историей взросления – маленький принц же улетает (умирает).

«Когда-нибудь ты поймешь, что бывают люди, которые никогда не предают… Но для этого придется пройти через очень много предательств.

Когда-нибудь ты поймешь, что внешний блеск – ничто по сравнению с внутренней красотой. Потому что всё, что снаружи, – это до первого дождя… А то, что внутри, – горит всегда! Пусть даже оно угасло до еле видных угольков. Но достаточно сложить губы трубочкой и ласково подуть – огонь постепенно разгорится и согреет тебя.

Когда-нибудь ты поймешь, что многие формулы и афоризмы, которых ты нахватался в окружающем мире, – пустые, пусть и красивые, наборы слов – не более того. Важны лишь те истины, до которых ты сам дошел.

Когда-нибудь ты поймешь, что доброта, нежность, ласка и забота – это проявление внутренней силы, а не слабости»[42].

Каждый раз я наслаждалась музыкой Малера, игрой Юрия Абрамовича и гордилась собственным сыном. Часто во время спектакля наворачивались слезы не только у меня, но и у моих соседей – так просто в нем рассказывалось о серьезных вещах.

Юрий Башмет, дирижер

Мне трудно говорить о Косте вне связи с тем, почему он вырос такой талантливый, такой порядочный, такой верный. У него гениальная мама. Таким она его воспитала, и самое главное, продолжает воспитывать. Для Кости невероятно важно ее мнение – после каждого спектакля, после каждой роли. Самый большой авторитет для него – это она.

Костя, конечно, трудоголик. Артист невероятно высокого профессионального уровня, высочайшего. Но самое основное в нём – его живая совесть, и профессиональная, и человеческая.

Не могу не вспомнить первую встречу с ним, когда играли «Девушку и смерть» Шуберта, и он читал «Калигулу» и невероятно чутко реагировал на все музыкальные нюансы, на все паузы. У него особенным образом работает скоростной счетчик – сколько слов в минуту будет сказано, с какой интонацией и где возникнет пауза в музыке и, соответственно, в тексте. Он меня этим совершенно покорил.

А в «Маленьком принце» есть такой момент, когда Костя меня берет за руку, усаживает на сцене и говорит: «Я тебя никогда не забуду, не брошу». Я каждый раз думаю – он сейчас это говорит как великий актер или как великий друг?

Надеюсь, что у нас еще будут совместные проекты. Огромное счастье находиться с ним на сцене, участвовать в его благотворительном фонде. В общем, он очень-очень хороший, а другой у Татьяны Геннадьевны и не мог бы вырасти сын.

Не раз «Маленький принц» становился благотворительным спектаклем, и все вырученные деньги отдавались в фонд помощи детям, страдающим онкологическими заболеваниями.

Всё не решу, как и когда перейти к теме, о которой так много в свое время писала желтая пресса. Но я чувствую необходимость хотя бы кратко рассказать об этом, потому что знаю ситуацию изнутри.

Радость и горе

Летом 2007 года, как обычно, я, моя мама Лидия Ивановна, Настя и собака Фрося провели в деревне Тараскино под Псковом. Прекрасная природа, чудесное озеро с родоновыми источниками, совсем небольшая деревушка, тишина и благодать. Костя был на съемках фильма «Адмирал», а мы ждали появления на свет малыша. Настя периодически ездила в Москву на обследование. В августе я со своей мамой вернулась в Питер (пора было выходить на работу), а Настя осталась в деревне со своей мамой, которая прилетела к ней из Америки. На одном из последних плановых обследований в Москве Насте стало плохо, и врачи приняли решение срочно вызвать роды. Так появился на свет мой внучок Ванюшка. Состояние Насти не улучшалось. Врачи забили тревогу, понадобилось более серьезное обследование, и нам очень помогли его организовать Никита Сергеевич Михалков и Константин Львович Эрнст, я испытываю к ним за это огромную благодарность. В результате обследования был поставлен страшный диагноз – онкология. Костя старался быть рядом с Настей и сыном, и параллельно снимался в двух фильмах – «Адмирал» и «Домовой». Началась долгая изнурительная борьба за жизнь Насти.

Две жизни

Когда Ваня был еще в родильном доме, врачи сказали, что ребенку обязательно нужно чувствовать рядом родного человека, и Костя приезжал каждый день к ночному кормлению и давал малышу смесь из бутылочки. Было больно смотреть, как Костя разрывался между спектаклями, съемками, Ванюшкой, дежурством у Насти, сменяя ее родителей. Он работал без выходных, чтобы содержать всю нашу большую семью, в которой был единственным кормильцем. Мне казалось, что сын проживает две жизни. Одну – с семьей, крошечным сыном и борьбой за здоровье Насти, а вторую – в творчестве, в жизни своих театральных и киногероев. Я до сих пор не понимаю, как мой сын в тот тяжелый период смог воплотить на экране персонажей, которые радуются, танцуют, влюбляются, смеются, когда он сам находился в состоянии безысходности. Но все свои чувства он хранил внутри, был как сжатая до предела пружина.

Лучик надежды

Лучик надежды появился, когда Настю после операции выписали домой, а дома ее уже ждал Ванюшка, и вся семья собралась вместе. Вот тогда, оставив на несколько дней дома свою 90-летнюю маму и работу, я смогла приехать в Москву, впервые увидеть своего внука и засветившиеся радостью глаза Настеньки, принимавшей от меня букет ее любимых роз – белых с нежным оттенком зелени.

К сожалению, радость была недолгой. Последовала повторная операция, врачи сделали всё возможное, но состояние не улучшилось. Семья приняла решение продолжить лечение за границей, в Америке, где жили родители Насти. Летели все вместе – Костя, Настя, Ванюшка, мама Насти Инна Глебовна, и даже Фрося, наша любимая собака, проделала этот далекий путь. Благодаря принятому решению Настя смогла насладиться своим недолгим материнством.

Последний месяц

Сын летал из России в Америку и обратно на работу, так как лечение требовало очень больших денег. Огромную помощь оказали коллеги по цеху – и московские, и питерские. Низкий поклон вам, ребята! Ситуация тем временем ухудшалась. Костя вынужден был обратиться к Табакову с вопросом – как ему поступить? Может ли он оставить на время театр и побыть с женой и сыном? Олег Павлович его поддержал и сказал, что в такой ситуации он поступил бы аналогично.

А я очень благодарна Олегу Павловичу Табакову, который позволил моему сыну провести с Настей последние месяцы ее жизни.

В начале августа 2008-го у меня умерла мама в возрасте 91 года. И Костя с Наташей прилетели в Петербург на похороны своей любимой бабушки Лиды. А вскоре после этого я получила визу и отправилась в Америку поддержать своих родных. Гуляла с годовалым Ванюшкой, играла с ним. Мы были все рядом, все вместе.

В начале декабря 2008 года Насти не стало. Похоронили ее в Москве на Троекуровском кладбище. Именно в эти тяжелые дни знакомые и незнакомые люди помогали Косте. И он не раз мне тогда говорил: «Мама, я даже не предполагал, что у меня так много друзей».

Ванюшка

Вскоре в Россию вернулась и Настина мама, Инна Глебовна, с Ванюшкой. Ванюшка рос в Подмосковье, недалеко от дачи Марины Голуб и Миши Пореченкова, где мы снимали небольшой дом. Через полтора года у него обнаружили сильную аллергию на холод, и врачи посоветовали сменить климат для ребенка на более теплый. На семейном совете решили поступить так, как будет лучше для Вани, и бабушка с Ваней полетели обратно в Америку, а Косте пришлось на время разлучиться с сыном. Когда Ванюшке было пять лет, родители Насти переехали в Испанию. Ваня ходил сначала в детский сад, а потом там же в Барселоне пошел в школу. До пандемии он часто прилетал к нам на каникулы, и на фестивалях «Оперение» с 2014 года по 2017 был одним из самых ярких участников, а на фестивале 2017 года в Сочи – даже ведущим. Костя сидел в зале рядом с Михаилом Пореченковым, а сын за него отдувался и вел всю церемонию открытия фестиваля.

Я очень рада тому, что внук принимает активное участие в благотворительной деятельности. Когда он приезжает в дни благотворительных чтений, то с удовольствием присоединяется и читает стихи. К сожалению, из-за эпидемии мы не так часто видимся, вот этот год почти не виделись, только связывались по интернету. Но я надеюсь, что скоро всё это закончится, и мы снова будем все вместе. Ваня занимается шахматами, ходит в театральный кружок, и я верю, что он вырастет умным, образованным и добрым человеком.

Возвращение на сцену. Ольга

Самое тяжелое время для нашей семьи наступило после ухода Насти. Угнетали боль утраты и безысходность, было трудно и морально, и материально. И только заботы о годовалом Ванечке поддерживали нас. Костя очень много работал, чтобы содержать семью. Работа помогала ему хотя бы на время забыть о боли и пустоте. Его поддерживали друзья, коллеги по театру, – Миша Пореченков, Миша Трухин, Марина Голуб и другие, все старались быть рядом. Помню, как Олег Павлович сказал Косте после нашего возвращения из Америки: «Старик, беду лечит только работа». И назначил премьеру спектакля «Трехгрошовая опера» на июнь 2009 года, предложив сыну роль Мэкки-Ножа. Костя с головой ушел в работу и заботу о сыне.

В начале февраля 2009 года полный зал МХТ собрался на показ «Белой гвардии» Сергея Женовача, чтобы искренне поддержать Константина – все знали, почему спектакль не шел почти четыре месяца. Кто сказал, что нет на свете преданных и верных зрителей? Находясь в зале среди этих людей, я видела, как они искренне любят моего сына и сопереживают ему, я очень им благодарна.

«Актеров приветствовали стоя не только партер с амфитеатром, но и бельэтаж с балконом. Цветов на поклонах было столько, что Хабенскому пришлось поддерживать „благоуханные снопы“ подбородком. Верный друг и партнер по сцене Михаил Пореченков <…> помогал со сбором букетного урожая, а сам Хабенский одними губами шептал: „Спасибо… спасибо…“ Он выдержал это испытание – впервые после трагедии, ставшей всеобщим достоянием, выйти к живому зрителю, попасть под огонь взглядов. И зритель его не подвел»[43].

А на следующий день Костя уже играл Клавдия в спектакле «Гамлет», а еще через несколько дней он был награжден кинематографической премией «Золотой орел» за лучшую мужскую роль в фильме «Адмирал».

Очень помогла Костиному возрождению замечательная девушка с ямочкой на щеке, стройная, нежная и интеллигентная, с большой душой и открытым сердцем, коллега по театру Ольга. Она своей заботой, вниманием и позитивностью вернула Костю к жизни. Постепенно их дружба переросла в новые чувства. И в 2013 году они тихо и скромно расписались. И к моему большому счастью, подарили мне двух очаровательных внучек, а Ванюшке двух сестренок. Ольга поддерживает моего сына и помогает ему в благотворительной деятельности, участвует в «БеспринцЫпных чтениях». Костя и Оля вместе с солистами Большого театра, музыкантами симфонического оркестра «Новая Россия» выступают в роли чтецов в музыкально-литературной композиции «Евгений Онегин» – в авторской версии Юрия Башмета. Но следует отметить, что их совместная работа на сцене МХТ началась еще в 2002 году со спектакля «Утиная охота», в котором Ольга очень трогательно сыграла Ирину. А позже она исполнила роль Офелии в спектакле «Гамлет». Один из моих любимых спектаклей с Олей «Эмма» в театре Олега Павловича Табакова, где она играла мадам Бовари и прекрасно пела. У нее не так много ролей в кино, но мне очень нравится ее работа в сериале «Обнимая небо», небольшая, но яркая роль в фильме «Экипаж» и главная роль в детективном сериале Дмитрия Брусникина «Ищейка-3». В период пандемии они с Кристиной Бабушкиной и двумя актерами из МХТ организовали группу «Сладкий мед» и с большим задором и юмором исполняли свои песни. Ольга – скромный человек, она прекрасная актриса и добрая любящая мать. Всё свое свободное время она посвящает семье, воспитанию и развитию детей. И я ей очень благодарна за заботу, которой она окружила и меня. Мое материнское сердце спокойно, ведь для родителей самое главное, чтобы их дети были здоровы и счастливы. Дай Бог, чтобы у них было всё хорошо!

Вообще, считается, что любой человек может написать одну действительно хорошую книгу – о своей жизни. Думаю, о Костиной жизни можно было бы написать несколько романов. Один из них мог бы называться, например, так: «Д’Артаньян и три… встречи с Дмитрием Месхиевым».

Встреча с Дмитрием Месхиевым на «Ленфильме». «Женская собственность»

Как говорит современный французский писатель Гийом Мюссо: «Бывают в жизни минуты, когда внезапно распахивается волшебная дверь и жизнь дарит вам встречу, на которую вы никогда не надеялись».

Однажды, озвучив главного героя в фильме «Американка» и проходя длинным коридором «Ленфильма», Костя встретил незнакомца. Незнакомец притормозил, внимательно взглянул на Костю и задумчиво произнес:

– Что-то я тебя никогда не видел и не знаю.

– А я вас, – довольно дерзко парировал Костя.

Этим незнакомцем был Дмитрий Месхиев. Зайдя в кабинет, где проходила озвучка, он увидел за пультом усталого звукорежиссера.

– Что это за наглец, который вышел отсюда минуту назад? – спросил его Дмитрий Дмитриевич, сжимая эфес воображаемой шпаги.

– Да это же известный театральный актер из Ленсовета Константин Хабенский! – воскликнул звукорежиссер, чуть не подавившись… чаем.

– Тысяча чертей! Догоните его и… пригласите ко мне в кабинет. Мне как раз нужен такой наглый и дерзкий.

А дело было в том, что Месхиев собирался снимать фильм «Женская собственность» с Еленой Сафоновой в главной роли. И ему требовался молодой актер на еще одну главную роль. Костю утвердили без проб. Ему не нужно было ничего изобретать и изображать, просто подыгрывать Елене Сафоновой.

По сценарию его герой Калинин, вернувшись из армии, идет на вступительные экзамены в театральный институт. Он должен бить там чечетку. Костя нашел учителя, сделал специальные набойки на ботинки и каждый день брал уроки танцев. В итоге он так хорошо в этом преуспел, что в фильме бил чечетку и за своего героя, и за героя Александра Абдулова – снимали Костины ноги, а лицо показывали Абдулова.

Блистательная Елена Сафонова играет председателя комиссии в театральном вузе. Герой Кости юн и очень хорош собой. Вспыхивает страстный роман между студентом и педагогом. Месхиев показал зрителю, как жестока может быть судьба с теми, кто любит и любим. В этой драме о любви и смерти Костя сыграл свою первую заметную роль в кино. Фильм получился талантливый, яркий и очень грустный.

Итак, первая встреча с Дмитрием Месхиевым состоялась в 1997 году, а вообще, можно сказать, что он открыл Костю как актера и снял в трех своих фильмах. Кстати, сам Дмитрий Месхиев происходит из известной творческой семьи, его отец, которого тоже звали Дмитрий, был оператором-постановщиком на киностудии «Ленфильм», заслуженным деятелем искусств Российской Федерации. На его счету такие фильмы, как «Дама с собачкой», «Звезда пленительного счастья», «Максим Перепелица». Мама, Наталья Трощенко, тоже работала на «Ленфильме».

Дмитрий Месхиев, режиссер

Я познакомился с Костей Хабенским, когда он пришел ко мне на озвучание. Пришел худенький, совершенно незнакомый мне молодой парень и стал пробоваться на то, чтобы начитывать закадровый голос для картины «Американка». И я тогда сразу понял, насколько он притягательный человек, обаятельный, была в нем настоящая актерская глубина. Я почувствовал тогда это совершенно интуитивно, но вот эти чувства запали мне в душу, и когда я начинал картину «Женская собственность», то позвал Костю сниматься. Продюсеры в то время не очень хотели, чтобы он работал на этой картине, мне стоило довольно больших трудов их убедить, уговорить, чтобы он начал работать в этом кино, и слава богу, я победил. Так Костя оказался в нашей съемочной группе и со мной вместе на съемочной площадке. Ну а дальше мы много с ним работали вместе, придумывали, потом он стал у меня сниматься в разных фильмах, мы подружились, полюбили друг друга, потом мы, собственно, построили дома рядом в деревне. Это была такая история. Когда мы снимали фильм «Свои» (Костя у меня там был занят), мы приехали в деревню, где у меня уже был дом, Костя посмотрел и говорит: «Вот бы я тоже здесь купил участок и дом построил». И в этот же день моя соседка сказала, что есть участок, который продается, и можно его купить. И он купил, и там построил дом, и мы довольно долго были еще и соседями по деревне.

Костя по своим человеческим проявлениям не похож на артиста. Он и стоит в актерской среде, с моей точки зрения, несколько особняком. Потому что он вообще-то и какой-то не артист. Он в жизни совершенно не играет, у него нет такой жизненной роли, как у многих артистов, он не старается как-то себя преподать в жизни. Да и в актерской работе он человек в общем очень скромный, никогда не выпячивающий себя, человек очень профессиональный. Я прямо видел, как он у меня на глазах от картины к картине (а мы подряд снимали несколько картин с ним), набирался профессионализма, как он замечал какие-то вещи, всё время себе что-то отмечал, ставил себе флажки – вот так можно делать, так нужно делать, так нельзя и так далее, и так далее. Он очень серьезно относится к своей работе, очень серьезно. И от этого у него дисциплина, поэтому он готов всегда, и он задает правильные вопросы. То есть он не работает на съемочной площадке спонтанно: «Ой, а вот мне сейчас пришло это в голову, я решил это предложить режиссеру». Он всегда свой вопрос или свое предложение, приносит «со вчера», то есть, это пришло ему в голову, он это обдумал, он с этим, скажем так, провел ночь, и потом на утро, уже на следующий съемочный день он что-либо предлагает. Мне кажется, это очень редкий дар для актера. Я помню, как мы в фильме «Свои» снимали его последний кадр. Он играл комиссара, который остается, потому как он ранен и не может идти дальше, и, в общем, мы понимаем, что он остается на верную гибель. И Костя мне задал вопрос: «А это как? Как сделать так, что нужно почувствовать, чтобы сыграть вот этот последний взгляд?» Меня, честно говоря, он этим несколько обескуражил, и даже немножко поставил в тупик, потому что я был не готов к такому вопросу. И мы потом с ним на какое-то время отошли в сторону, и… я никогда в жизни не забуду, как мы друг друга «накачивали» на этот последний кадр, на этот последний взгляд, и он меня, и я его. Я уж не знаю, насколько это хорошо, интересно и правильно получилось, но вот эти вещи, связанные с Костей Хабенским, незабываемые.

Никогда не забуду, как мы с ним работали на картине «Механическая сюита», как придумывался образ Эдика. Мы, кстати, Костю узким кругом до сих пор зовем иногда «Эдик», играем в такую игру, что он до сих пор Эдик из «Механической сюиты». Он придумал разные важные мелочи в своем образе в «Механической сюите»: рукавчики у рубашки длинные, которые велики и налезают на ладошки, и еще какие-то совсем мелкие вещи, которые очень много для его образа сделали. Я вообще считаю, что это одна из его лучших ролей в кино, но, честно скажу, это не моя заслуга, это полностью его заслуга.

Он вообще человек, которого хочется уважать, с которым хочется общаться и которого хочется любить. Потому что он не только своей работой и своим талантом, своей известностью притягивает. Он притягивает еще к себе как очень серьезная сильная личность, как человек, делающий очень много добрых дел и совершенно не выпячивающий это. И вот Хаба, как мы зовем его в дружеских кругах, вызывает уважение, и он значителен, и он как-то серьезен, даже в рекламных роликах. В нем всегда есть внутренняя, мужская, человеческая значительность. И обаяние. Он, конечно, человек очень обаятельный, безмерно обаятельный, а в кино это ещё очень важно и нужно, и ещё он очень быстрый, умеющий реагировать и схватывать на лету – с ним прекрасно работать, ещё и потому, что он очень быстро понимает. Вот ему что-то кидаешь, какую-то мелочь, и он тут же понимает, что ты имеешь в виду, и превращает это уже в какую-то общую линию. Вот как в «Женской собственности» его маленькие эпизодики с волосинкой, когда я ему только-только про этот волос на губе сказал, и он тут же всё понял. Он схватывает всё на лету и умеет правильно воспользоваться профессиональными тонкими, очень, казалось бы, незначительными вещами, которые по большому счету и создают незабываемые сцены и роли. Вот такой Костя. Прекрасный, хороший, талантливый человек. Я его люблю.

«Механическая сюита»

Вторая встреча Кости с Дмитрием Месхиевым произошла в 2000 году на съемках фильма «Механическая сюита», сценарий к которому по повести Сергея Чихачева написал Геннадий Островский. Украшает фильм замечательная музыка Лени Федорова и великолепный актерский состав. В фильме заняты Сергей Гармаш, Михаил Пореченков, Сергей Маковецкий, Андрей Зибров, Елена Розанова, Евгения Добровольская. Нелепая абсурдная ситуация 90-х годов, черный юмор, не пошлый, а веселый. Костя играет Эдика – жалкого прилизанного трусливого типа с бегающими глазками, потеющего и неприятного, к чему бы он ни прикасался, за что бы ни брался – всё обречено на погибель. Герой Кости так настрадался от героев Гармаша и Пореченкова, что мне его было жалко. А вот Месхиев как-то за обедом сказал Косте: «Ты так вжился в свою роль, что с тобой неприятно даже обедать». Костя в самом деле, пока шли съемки, сделался таким же невзрачным и несимпатичным, как Эдик.

Завязка сюжета следующая: начальник цеха посылает двух своих сотрудников забрать и привезти тело их одинокого коллеги, умершего в захолустном городке. В поезде они напиваются вдрабадан, по пьяни же отдают все деньги приютившей их библиотекарше (по широте души – чтобы она могла уехать и начать новую жизнь), и труп им приходится выдать за опять-таки сильно напившегося пассажира, чтобы спокойно доставить его на верхней полке. Но спокойно не получается, потому что Эдик случайно роняет его с верхней полки, и чтобы замести следы, выбрасывает в окно.

Вообще, импульсом ко всей этой истории послужила заметка в газете о том, как труп закатали в ковер, чтобы перевезти из города в город, не оформляя многочисленные документы. И вот, уже подъезжая к месту назначения, водитель и его спутник зашли в магазин, а тем временем ковер со всем содержимым у них стащили.

Мы пришли всей семьей на премьеру этого фильма в питерский Дом кино. Зал задыхался от смеха. Во-первых, приключения покойника, хоть и грех над таким смеяться, получались очень уж смешными, во-вторых, рядом со мной сидела Нина Усатова и так заразительно хохотала, что невозможно было к ней не присоединиться.

Дмитрий Месхиев снимал фильм в Псковской области, где прошло его детство – недалеко от Пушкинских гор жила его бабушка. Ровно в этих местах А.С. Пушкин отбывал ссылку, писал стихи, а позже был похоронен в Святогорском Свято-Успенском монастыре. Месхиев убедил Костю купить здесь участок земли и построить дом. И мы почти 12 лет всей семьей отдыхали в этих местах, а наша собака Фрося провела тут почти всю свою жизнь.

«Свои»

Третья встреча Кости с Дмитрием Месхиевым произошла на съемках военной драмы «Свои», которая снималась под Псковом в 2003 году. Действие в фильме разворачивается на деревенском хуторе в августе 1941 года. Оказавшись в плену, политрук (его играет Костя) и энкавэдэшник (Сергей Гармаш) бегут с молодым снайпером (Михаил Евланов) в дом его отца (которого играет великолепный мощный Богдан Ступка). Дом специально построили для Ступки, он назывался «дом старика». Богдан Сильвестрович Сталоне-младший, как он сам представлялся, никогда не отсматривал снятый материал, а тихонечко сидел в стороне, хотя все остальные сразу же бежали полюбопытствовать, что же там вышло. Объяснял он это тем, что полностью доверяет режиссеру и посмотрит потом на большом экране всё целиком.

К сожалению, я не смогла попасть на премьеру фильма, мы с мужем смотрели его позже в кинотеатре.

Это необычный фильм о войне, о переплетении людских судеб, о выборе стороны, о жизни на оккупированной территории. Война здесь у каждого героя своя – у кого-то за Родину, у кого-то – за семью, у кого-то – за самого себя. По мнению жюри премии «Ника», «Свои» – один из самых откровенных фильмов о войне, рассказывающий не о подвигах на передовой, а о жизни в тылу. Сидя в зале, задумываешься над тем, кто здесь «свой», а кто «чужой».

Режиссер собрал прекрасную актерскую команду. Я наблюдала, как в кризисной ситуации проявляются характеры героев. Герой моего сына ценой своей жизни спасает товарищей. Вообще, в кинокартине нет ни плохих, ни хороших – есть обыкновенные люди со своими страхами, героизмом, желаниями и страстями.

Фильм получил огромное количество наград, в том числе премию «Серебряный святой Георгий» за лучшую режиссуру на XXVI Московском кинофестивале. Председателем жюри был Алан Паркер. Вручая Месхиеву «Святого Георгия», он сказал:

«Мы единогласно присудили Гран-при не просто лучшему фильму фестиваля, но одной из лучших картин, какие я видел за много, много лет»[44].

На премьере фильма Костя расстроился, потому что много сцен с его участием вырезали, правда, за счет этого укрепили роль Богдана Ступки. Но, когда через несколько лет сын пересмотрел фильм, он понял, что режиссерское решение было верным, картина от этого только выиграла.

Фильм «Свои» победил сразу в четырех номинациях самой престижной национальной кинопремии «Ника».

После получения премии (в то время премии ещё были большие) вся съемочная группа решила передать деньги в Дом ветеранов сцены Санкт-Петербурга. Выброшенные из профессии коллеги по цеху страшно бедствовали. В одном из интервью Костя сказал, что

«в определенный момент каждый человек, мне кажется, придет к мысли, что помогать другим – естественно, что милосердие – правильно, поскольку это история развития души»[45].

Я, честно говоря, уже не помню, кто предложил эту идею, но это была одна из первых благотворительных акций, за которой последовали остальные.

Самые же первые Костины попытки помочь нуждающимся начались задолго до «Своих» и продолжаются до сих пор.

Мужской хор творцов (МХТ) им. Гагарина

В прошлом 2020 году, когда мы все сидели на карантине, а артисты всё ещё не имели возможности работать, сын вновь удивил меня своим поступком. Он решил оказать посильную материальную помощь пожилым коллегам по театру – тем, кто был рожден до 1961 года. За точку отсчета был взят год, когда Юрий Гагарин полетел в космос. Кроме денежной помощи Костя придумал сделать забавное музыкальное видеопоздравление, чтобы как-то поднять настроение ветеранам сцены.

«Я предложил таким образом организовать поддержку тем людям в театре, кто из-за отмены спектаклей оказался в тяжелой ситуации. Все, кого я попросил поучаствовать, тут же отозвались. Мы определили, кому необходимо помогать. Сначала туда вошел актерский цех, потом включили гримеров, костюмеров, осветителей, реквизиторов. Думали, как лучше подать, и решили приурочить ко Дню космонавтики. Сочинили стихотворные строчки и выдали премию – символическую сумму поддержки от участников хора. Назвали премию гагаринской. Затем стали подобное делать каждый месяц. И мне кажется, это создало в театре очень правильное единение. Пускай даже мы не ходили на службу, не встречались лично, но единение случилось и вовремя. Веселая история веселенького дела, как говорил Олег Палыч Табаков»[46].

Первое свое выступление «гагаринцы», так их уже стали называть, приурочили к 12 апреля, Дню космонавтики. Костя привлек друзей из МХТ, которые часто снимались в кино, и они договорились о размере денежной премии каждому ветерану. Игорь Верник написал целую космическую оду, и все артисты с удовольствием репетировали дома, записывали, отправляли Косте свои видео, он монтировал, и так получился первый увлекательный фильм. Свой хор ребята назвали МХТ имени Гагарина – Мужской Хор Творцов имени Гагарина. Вот наши «гагаринцы»: Игорь Верник, Константин Хабенский, Михаил Пореченков, Михаил Трухин, Евгений Миронов, Анатолий Белый, Алексей Кравченко, Андрей Бурковский, Стас Дужников и Юрий Стоянов.

12 апреля 2020 года на сайте театра «гагаринцы» выложили свое первое поздравление ветеранам сцены и перечислили им на карты денежные премии. Забота и внимание молодого поколения очень тронули старших коллег. Но «гагаринцы» не остановились на этом и продолжали свои выступления во время пандемии, оказывая моральную и материальную помощь не только своим старшим товарищам, но и другим сотрудникам театра. Молодых мам они поздравили в июле, подготовив им прекрасную программу «Мама, хорошая такая», и каждый вспомнил свою маму.

Ко Дню рождения А. С. Пушкина «гагаринцы» придумали программу с интригующим названием «А был ли Пушкин?». В космосе встретились Ю.А. Гагарин и А.С. Пушкин, а как именно произошла их встреча, описал Игорь Верник в своей книге «Брошенные тексты. Автобиографические записки. Дневники. Стихи».

Ребята сделали великолепный материал к открытию нового театрального сезона 2020–2021. Особенно трогательным мне кажется фрагмент, посвященный памяти актеров-мхатовцев, ушедших из жизни. Резо Габриадзе с красивым грузинским акцентом читал стихи Николоза Бараташвили в переводе Бориса Пастернака, и на экране сменяли друг друга фотографии легендарных актеров МХТ. Слезы текли рекой.

Через несколько дней я совершенно случайно на сайте театра прочитала благодарственное письмо, написанное дочерью одной из известных актрис МХТ. Дочь пришла на Троекуровское кладбище и увидела, что у мамы на могиле вместо старого довольно символического надгробия стоит красивый новый, поставленный «гагаринцами» памятник. Родственники актрисы не могли позволить себе памятник, а обратиться в театр постеснялись, потому что и в театре наступили не самые лучшие времена, но «гагаринцы» помогли.

В каком-то смысле ребята следовали традиции, заложенной ещё Табаковым. Помню, Костя рассказывал, что Олег Павлович всегда внимательно относился к тому, чтобы могилы актеров были ухожены и у них стояли достойные памятники. Для меня очень важно знать, что Костя и его друзья чтут память ушедших, и, конечно, я горжусь тем, насколько глубоко благотворительность вошла в их жизнь. Спасибо вам, ребята.

Самый молодой «гагаринец» в МХТ – Андрей Бурковский. Он и в благотворительных футбольных матчах участвовал с Костей не один раз, и в этом году вышли два их совместных проекта – художественный фильм «Доктор Лиза» и сериал «За час до рассвета». Вот как Андрей рассказал об их совместной творческой работе в кино и не только.

Андрей Бурковский, актер

Костя – это огромный айсберг, о котором можно рассказывать часами.

Что я хочу сказать про Костю? Костя, Константин Юрьевич – великий человек. Это в первую очередь. То, что он необыкновенный, потрясающий мегаартист – мы об этом не говорим. Знаете, есть такая фраза «Хороший человек – это не профессия». Для меня профессия. И от этого он становится ещё больше артистом. Потому что человек в нём настолько огромен, что это выводит актера на какой-то совершенно иной уровень. Я всегда привожу Костю в пример. Глядя на Костю, я стал замечать такую тенденцию – чем круче артист, тем он более ранимый, более сомневающийся, более интеллигентный и что ли терпеливый, помогающий. Костя невероятно чуток к партнерам, к ситуации. Поэтому, чем больше я вижу его человеческие качества, тем больше понимаю, какого уровня этот артист.

Мне посчастливилось сняться вместе с Константином Юрьевичем в двух проектах. Первый проект – «Доктор Лиза», второй – «За час до рассвета». А познакомились мы в театре. Я пришел в театр, где он был уже суперзвездой. И конечно, когда ты выходишь в одном пространстве со звездой такого масштаба, ты всё равно нервничаешь. Как Костя может разрядить ситуацию, как он может всё сделать настолько дружеским и настолько творческим – это надо уметь. А потом мы, что называется, в долгую встретились в проекте «За час до рассвета», и каждый день, который мы провели вместе, был просто невероятен. Мы вместе уходили на перерыв, всё время общались, шутили, хохотали, встречались после смены. Та творческая атмосфера, которая была и на площадке, и за её пределами, во многом заслуга именно Кости. Он такой партнер, о котором можно только мечтать. И это не просто слова. При этом он не берет на себя внимание, не тянет одеяло на себя, он всегда вместе с тобой. Новичок ты или звезда – он с тобой всё время, как настоящий партнер, этого очень не хватает в нашей профессии. Поэтому я Костю просто обожаю. Костя не только замечательный человек, прекрасный артист, но и невероятно крутой организатор. Да-да, он организовал наш «Мужской хор творцов имени Гагарина», и мы с удовольствием провели пандемию вместе с Костей, его творческими идеями, все сдружились, объединились и до сих пор общаемся.

Кланяюсь в пояс, Костя, тебе и говорю, что я тебя бесконечно люблю. Ты потрясающий во всех проявлениях. Дай Бог тебе здоровья и чтоб ты был всегда! Мечтаю и люблю с тобой партнерствовать. Ты замечательный. Вот.

А на Новый год было настоящее чудо, когда в мини-фильме мы, родители, увидели своих сыновей «гагаринцев», в коротких штанишках встающих на маленький стульчик и с волнением читающих новогодние стихи своего детства. Если мы живем в стране Дедов Морозов, настоящих и будущих, значит, всегда будут случаться чудеса.

Не знаю, что ждет «гагаринцев» впереди, но надеюсь, что это будут только светлые дни, заслуженные их добрыми поступками.

Играть – всегда прекрасно, и когда ты встаешь на табуретку, чтобы прочитать стишок ветеранам сцены, и когда притворяешься ученицей собственного внука.

Я с внуком и «Контрабасом»

Впервые я читала «Контрабас» Зюскинда много лет назад со своим внуком Александром. Он тогда учился в музыкальной школе, знал много терминов, ужасно этим гордился и стремился во всех подробностях разъяснить их мне. Фрагменты с любовными фантазиями я, разумеется, опускала. Так за неделю мы освоили эту книжку – в каких-то местах веселились, где-то грустили. Помню, сидели мы на улице, в беседке, и я с выражением читала вслух, чтобы моему пятикласснику было интереснее, и заодно старалась, чтоб он поведал мне обо всех бемолях, диезах и известных ему композиторах. Вечером он с восторгом делился с мамой: «Ты представляешь, бабушка наша не выучила ни Брамса, ни Бетховена! Но ничего, я ей о них рассказал».

Костя очень скучал по спектаклю «В ожидании Годо», долго искал материал для нового спектакля, который он пообещал Табакову и остановился на «Контрабасе» Зюскинда.

И вот я уже на премьере «Контрабаса».

«Констрабас» и контрабасист

После премьеры «Контрабаса» мне потребовалось время, чтобы обдумать спектакль, разложить по полочкам увиденное, почувствовать послевкусие. Повезло тем, кто сидит в партере, потому что они могут видеть малейшие изменения мимики актера, здесь это важно. Вообще, работа сына показалась мне многогранной, главный герой вызывал у меня то восхищение, то сочувствие, то жалость, а в конце спектакля так просто отвращение.

Надо отдать должное Константину, во втором акте он вполне профессионально играет на контрабасе, благодаря урокам, полученным от контрабасиста из оркестра Башмета. Юрий Абрамович был на одном из спектаклей, и благожелательно отозвался о Костином музыкальном исполнении, и я была свидетелем, как однажды он разрешил Косте сыграть на контрабасе со своим оркестром в Зале Чайковского.

Зрители встретили спектакль овациями и долго-долго не отпускали Костю со сцены. Уже в коридоре я подслушала, как люди делятся своими впечатлениями. Одна симпатичная пожилая дама забавно резюмировала опыт просмотра для своей подруги: «Да, мы с тобой ничего не поняли, но зато нам очень понравилась игра актера».

Константин Хабенский

У Петра Ильича Чайковского опера «Евгений Онегин» начинается с контрабаса (не очень сложно даже для меня). Мы с Юрием Абрамовичем Башметом любим веселиться и импровизировать, поэтому он доверил мне небольшую партию вступления, затем я передал инструмент профессионалу и уже выступал в качестве чтеца.

«Контрабас» и цветные носки

Все считают, что в «Контрабасе» задействован один человек. Ха! На самом деле там еще 20 тружеников! Они находятся за кулисами во время спектакля и помогают Константину. Молниеносная смена костюмов, шум верхней соседки, звуки музыки – всё это они.

Костя привнес небольшую нотку азарта и благотворительности в этот моноспектакль. Его герой ходит каждый раз в цветных носках, там и зеленые, и голубые, и синие, и розовые, и желтые, и красные (почти как катафоты). До начала спектакля никто не знает, какой цвет носков выберет Костя, включая самого Костю. И все ставят деньги на выбранный цвет и ждут, какие же сегодня сыграют носки. Сделав выбор, Костя узнает, кто ставил на этот цвет. И неважно один человек, два или все двадцать, но в течение спектакля их имена звучат со сцены в монологах. А они стоят за этими матрасами, прислушиваются и ждут, как же сегодня Костя встроит в текст их имена.

Все собранные деньги потом переводят в его благотворительный фонд.

Так что даже такая, казалось бы, мелочь, как выбор цвета носков, оказала серьезную помощь – за четыре театральных сезона (17–18, 18–19, 19–20 и 20–21 гг.), по данным, предоставленным директором Фонда Константина Хабенского Аленой Мешковой, собрано 210 350 рублей и оказана помощь 23 детям.

За 13 лет работы Фонда адресная помощь была оказана более 3000 детям и молодым взрослым, свыше 8500 подопечных и членов их семей получили своевременную психологическую поддержку, более 7000 врачей при поддержке Фонда приняли участие в различных образовательных проектах, а 108 поставок современного высокотехнологичного оборудования были реализованы для 10 медицинских учреждений Москвы и Санкт-Петербурга.

Я сама видела, как на большом столе лежат носки – друг за другом, рядышком, все чистенькие, отглаженные, похожие на цветные карандаши, лежат и ждут своей очереди. Мне кажется, что это мило и весело. Он подходит и решает, ага, буду сегодня в желтых. Какие захотел – такие и взял. Может даже два раза подряд желтые выбрать.

Очень хорошая там у него команда, дружные ребята. Они всегда ждут этот спектакль, и после спектакля идет разбор полетов: что-то не состыковалось хотя бы на минуту, кто-то немного не успел. Один раз нечаянно упали матрасы раньше времени. А он ещё не успел постирать свой костюмчик. Пришлось герою бежать по этим матрасам и быстро стирать.

Я всегда переживала, когда Костя проделывает эти манипуляции с костюмом зимой: снимает его, мочит в холодной воде и совершенно не отжимая, надевает на себя и фрак, и брюки. На сцене холодно и чудовищные сквозняки, а он потом ещё играет на контрабасе. Я говорила сыну: «Неужели нельзя нормально отжать? Чтобы хотя бы не капало…» На что он мне отвечал: «Мама, мой герой уже ничего не соображает, он уже дошел до грани безумия. Он не чувствует, что у него не отжат костюм».

Парадоксально, но факт – в плохо отжатом костюме можно великолепно отыграть спектакль, а в грязноватом – запросто поступить в театральный вуз. Возможно, всё дело в шляпе.

Константин Хабенский

Делать ставки на носки придумали наши прекрасные костюмеры! И переводить деньги в Фонд – это тоже их решение! Я же придумал только вплетать в текстовую ткань спектакля имена победителей. Сначала было две или три пары носков, потом их стало около десяти с разными цветовыми оттенками!

Такой неновенький костюм на нем

Вспоминаю один забавный случай, связанный с поступлением Кости в театральный институт. Сначала сын ездил в Москву и пробовался в несколько институтов – туры начинались там раньше. И прошел первый тур, если мне не изменяет память, к Армену Джигарханяну. А когда пришло время ехать в столицу на второй тур, передумал и решил попробовать поступить в Питере. Тем более, курс набирал известный педагог В.М. Фильштинский, а кроме того, Костя узнал, что его школьный друг Денис Аксенов, с которым он работал в театре-студии «Суббота», натирал полы в ресторане, сторожил строительные материалы на складе, тоже собирается поступать к Фильштинскому.

На мой взгляд, не последнюю роль на экзамене в актерский вуз играет внешний вид абитуриента, поэтому в день первого тура мы с бабушкой и Наташей помогли сыну определиться с выбором одежды, ответственно проинспектировали, чтобы она была свежей и элегантной. Дочка ушла в институт, а мы с бабушкой остались ждать Костю дома. Очень волновались. Уже и муж вернулся с работы, и Наташа из института, а сына всё не было. И ближе к часу ночи, сияя от счастья, что прошел первый тур, появился Костя. А через несколько дней дочка, вернувшись домой с очередных экзаменов, рассказала, что ее подружки видели Костю на первом туре крайне неопрятно одетого и попросили передать маме, чтобы она следила за его внешним видом. Мы с бабушкой переглянулись в недоумении.

А дело было так.

Они с Денисом перед экзаменом зашли в театр-студию «Суббота» и, чтобы отличиться от других, решили позаимствовать театральный реквизит. Денис в белом костюме, белой шляпе, белых туфлях и с тростью, а Костя во всём том же самом, но только черного цвета. Black and white. И отправились на экзамен, как им казалось, предельно элегантными. Но понятно, что реквизит – это то, что только со сцены выглядит нормально, в обычной жизни такая одежда – пыльная, поношенная, нестиранная, тех размеров, что есть, а не тех, что нужно – призвана вводить в ступор случайных прохожих.

Денди сидели около аудитории в шляпах, в руках держали трости и ожидали показа своей десятки – запускали на экзамен по 10 человек. Вышедший педагог попросил всех снять пиджаки и головные уборы, чтобы видеть фактуру каждого. Денис остался в условно белых брюках и в некогда белой рубашке. А Костя в черных брюках на два размера больше, затянутых ремнем, в ботинках на два размера меньше и в такой же «свежей» белой сорочке. Уверена, это было эффектно.

К полуночи показы закончились, все абитуриенты в волнении ожидали на большой лестнице результатов. Когда прозвучали фамилии Кости и Дениса, они уже снова были целиком облачены в свои сценические костюмы. И на вопрос: «Что же мы вас таких на показах не видели?» – ребята ответили: «Вы же попросили снять и пиджаки, и шляпы».

Также успешно и монохромно прошел второй тур, после которого они вышли на улицу, с облегчением сняли брюки и счастливые сфотографировались около института в трусах.

К несчастью, на следующий день Денис в метро сломал ногу и не смог прийти на третий тур. Как потом рассказал Вениамин Михайлович на творческом вечере у Кости в МХТ, Константин был так одинок и печален, потеряв друга, что Фильштинский взял его просто из жалости. А Костя добавил: «На роль человека с улицы».

Жизнь актера, увы, состоит не только из фестивалей, премьер и променадов по красным дорожкам, как тебе кажется, когда ты только поступаешь в театральный институт.

Ангина и нарушение больничного режима

Помню, как-то зимой Костя подхватил сильную ангину. Поднялась температура под 40, вызвали домой врача из поликлиники. Он назначил лечение и, естественно, постельный режим, выписал больничный лист. Врач предупредил, что ангина чревата осложнениями, поэтому больной должен лежать в постели, даже не приходить на прием, а через три дня врач сам придет к нему домой.

А через эти самые три дня у Константина в репертуаре театра значился спектакль «Калигула», на который все билеты были давно распроданы. Администрация театра не раз, как свидетельствовала потом бабушка, звонила домой и просила отыграть спектакль. Они гарантировали Косте машину, которая доставила бы его до театра, а за кулисами дежурного врача, при необходимости оказавшего бы ему медицинскую помощь. Я была в ужасе от этих предложений и сказала сыну, что есть больничный, спектакль можно заменить другим, поправишься и выступишь. Прошло три дня, я утром ушла на работу, днем забежала домой, накормила и сына, и бабушку, и снова убежала.

Вечером, вернувшись домой, обнаружила, что Кости нет. А бабушка, моя мама, рассказала, что был звонок по телефону, после которого Костя быстренько собрался и уехал на машине. А через какое-то время пришел врач, и увидев, что больного нет дома, забрал больничный лист, сказал, что это нарушение режима, больничный вам никто не оплатит, и лечитесь сами, как хотите. Вечером, в одиннадцать ночи, сын приехал домой. Но очень-очень долго потом восстанавливал свое здоровье. Вот эта преданность творческому коллективу, обязательность и ответственность у него с детства.

Артист остался, а семья уехала

Костя и Наташа каждый год с мая по сентябрь отдыхали в детском круглогодичном санаторий «Золотой ключик», путевки в который выдавали от работы мужа. В этом невероятно красивом месте на берегу Финского залива дети всю неделю готовили для родителей выступления, родители же приезжали к детям по выходным.

И вот в один из таких сезонов мы приехали за Наташей и Костей, но не для того, чтобы полюбоваться их талантами, а чтобы забрать их из санатория, вместе с ними отправиться к бабушке Лиде и провести у нее отпуск. Маме каждое лето предлагали работать в огромном спортивном лагере на озере Яльчик – между Казанью и Йошкар-Олой. Прекрасное место, тихое, спокойное, с деревянными коттеджами, в которых жили студенты. Массовики-затейники проводили много спортивных соревнований и просто веселых игр, отдыхали интересно. Мама всегда была рада нас принять в доме, в котором сама жила. Но Костя (а ему на тот момент было четыре года) наотрез отказался ехать с нами. Он сообщил, что никак не может этого сделать, потому что скоро будет концерт и он играет на дудочке в оркестре. Какой же праздник без оркестра? И какой оркестр без дудочки? Нет-нет. Как его ни уговаривали мы с мужем, а потом уже подключились заведующая, воспитательница, повар и даже физрук, но никто его так и не сумел переубедить. Он остался, а мы втроем уехали на целый месяц. Ну не мог он подвести ребят из оркестра и, конечно, остался.

А мы уехали в спортивный лагерь, где нас ждала бабушка Лида, веселые старты, праздники, футбол, лапта, шахматы и сторожевая собака Дуся, которая охраняла лагерь и играла со всеми детьми. Маленькие ребятишки часто после обеда угощали ее косточками, она знала каждого. Так что Костя остался с дудочкой, а мы с собакой Дусей. А много лет спустя у него появилась собака Фрося.

Как у нас появилась Фрося

Как-то раз, сидя в самолете, Настя рассеянно перелистывала газету «Комсомольская правда». Перевернув страницу, она заметила фото трехмесячной собачки Фроси под заголовком «Неужели не найдется доброго человека, чтобы приютить эту собачку и найти для нее мисочку с супом?».

Настя возвращалась в Москву из Праги, где проходили съемки фильма «Ирония судьбы – продолжение» (в то время это было намного дешевле, чем съемки в России) и куда она прилетела на несколько дней поддержать Костю.

Войдя в квартиру, Настя сразу же позвонила Косте, и они приняли решение – Фросю, красавицу-брюнетку с белыми лапками, взять.

Так у нас и появилась Фрося.

У бездомных животных сложная жизнь, и она отразилась на Фросином здоровье, мы ее долго лечили. Привычки у нее тоже уже сложились нецивилизованные, поэтому первое время она регулярно убегала с прогулок, где-то бродила, все ее искали, но к вечеру непонятно как приезжала на лифте на нужный этаж или прибегала по черной лестнице, видимо, на запах. Радостно лаяла и, грязная, заваливалась в дом.

Как Фрося обиделась

Помню, как мы с Костей поехали в IKEA за покупками, а Фросю (ей тогда было около трех лет) оставили в квартире, в которую мы только переехали. И не предупредили ее, что уходим. Хотя обычно предупреждали. Когда вечером мы вернулись, никто нас у дверей не встречал, не подпрыгивал и не норовил лизнуть в нос. На Костину команду «Фрося, ко мне!» неспеша, нога за ногу, из комнаты появилась Фрося, рассеянно подошла, села и отвернулась к стене, всем своим видом говоря: «Ну-с, я жду объяснений». Тогда Костя достал кусочек сыра, который она очень любила, положил его на ладонь и протянул Фросе. Она медленно, нехотя взяла этот кусочек, пожевала и тут же выплюнула ему снова в ладошку. Развернулась и ушла. Костя понял, что Фрося очень обиделась на нас. Постепенно она, конечно, оттаяла. Но больше мы не позволяли себе уйти куда-то и не предупредить ее.

Чьи-то черные уши, или Как Фрося стала актрисой

Однажды Костя приехал в театр на машине, вышел из нее, но, захлопывая дверцу, вдруг заметил, что на заднем сиденье мелькнуло что-то необычное. Как будто бы там были чьи-то… черные уши. Не веря своим глазам, он открыл дверцу и обнаружил хитрую и одновременно невинную Фросину морду. Как она забралась в машину? И что теперь с ней делать? Оставить в машине – невозможно. Зима, она тут замерзнет до вечера. Везти обратно домой – тоже не вариант. Сейчас уже начиналась репетиция «Чайки» (они готовили этот спектакль с Олегом Павловичем Табаковым, Мариной Зудиной, Сергеем Сосновским), а почти сразу после нее следовала репетиция «Трехгрошовой оперы» Брехта в постановке Кирилла Серебреникова, а вечером – спектакль.

Поводок остался дома, ведь Фрося никак не принарядилась для выхода в свет, а просто прогуливалась во дворе во всём домашнем. И Костя забрал ее из машины без поводка, в одном ошейнике, и, что делать, пошел с ней на репетицию – сначала одну, потом вторую. В спектакле «Трехгрошовая опера» был задействован оркестр, который вживую играл на сцене, но это уже вечером. А на репетиции оркестра не было. Фрося сидела на сцене и с явным любопытством наблюдала за тем, как ребята репетируют. И пока Фрося следила за происходящим на сцене, Леша Кравченко, который играл главного полицейского, следил за Фросей. Репетиция как раз остановилась на моменте, когда все готовились к коронации королевы. И Леша предложил Косте: «А давай Фрося вместе с нами, с полицейскими, прибудет на коронацию королевы?» Костя одобрил: «Давай попробуем». Кравченко взял Фросю за ошейник, и они вместе вышли и сыграли эту сцену. Фросе ничего не нужно было делать, она просто пару раз бодро гавкнула, стоя рядом с Лешей. Сцена была довольно длинная – происходило выяснение отношений с главным героем, все шумели и кричали, а нищие даже пели. Полицейские же призывали их к порядку и просили соблюдать тишину. Репетиция закончилась, все были довольны, представляя, что вечером Фрося спокойно выйдет и так же идеально сыграет собаку.

Костя купил в буфете сосиски и накормил проголодавшуюся Фросю, а в 7 часов вечера начался спектакль. Фрося сидела в гримерке, и когда подошло третье действие, Костя привел ее к Леше и сказал – вот, артистка пришла.

Но когда Фрося услышала грохот оркестра, а потом выйдя на сцену с Лешей, увидела полный зал, она прижала свои черные уши, которые так задорно торчали ещё утром с заднего сиденья машины, сделала самое несчастное лицо, на какое только была способна, и стала похожа на бедную овечку, но сцену свою она сыграла до конца, единственное что – не лаяла.

В отличие от Фроси, которая так и не подала голос во время этого спектакля, я кричала на весь зал – несмотря на то, что Костя дома показал мне видео с фрагментом повешения Мэкки-Ножа, чтобы меня подготовить. Но когда наступил момент казни на спектакле, Мэкки на шею накинули петлю, а из-под ног с шумом выбили табуретку, на которой он стоял, тут я «подготовленная» кричала от ужаса. И так было всякий раз, когда я смотрела «Трехгрошовую оперу». Надо сказать, что репетировали спектакль долго, больше года ушло у Кости и его коллег на освоение музыкального материала. Косте очень хотелось как-то по-другому, по-новому сыграть роль Мэкки-Ножа, и мне кажется, ему удалось показать обаятельного циника, он сделал это легко и изящно. До сих пор у меня перед глазами стоит картина, как Мэкки-Нож победоносно шагает по отвесной красной дорожке ввысь. Но никто из зрителей и не догадывался, как это тяжело было выполнить физически. Было очень забавно, когда во время одного из зонгов зрителей приглашали сфотографироваться со звездой (с Хабенским), в зале наступала задумчивая тишина, потом кто-то один поднимался на сцену и делал селфи. Вспышка – и мгновенно выстраивалась длиннющая очередь желающих запечатлеть себя с Мэкки-Ножом.

А Фрося тем временем провела в театре весь день. Ушастой артистке после спектакля подали машину, отвезли, к ее сердечной радости, домой и накормили заслуженным мясом.

Через некоторое время в прессе появились статьи, что надо же, в Московском художественном театре в «Трехгрошовой опере» даже собака настоящая играла! И Олег Павлович, который репетировал «Чайку» в то время, предложил: «Костя, а раз она сыграла у тебя в „Трехгрошовой опере“, может быть, и нам подыграет?» Потому что там по пьесе где-то был лай собаки за оградой. Но Фрося наотрез отказалась от театральной карьеры.

Фросина любовь

Когда Костя возвращался со спектаклей, Фрося чувствовала это на расстоянии и заранее бежала к дверям, отталкивала меня, неслась к лифту, и как только двери лифта открывались, она вбегала туда, бросалась с визгом на Костю с поцелуями своими собачьими, роняла букеты из его рук. Так она его любила.

Фросиной любви хватало на всех. Она год прожила с Костиной семьей и с его новорожденным сынишкой Ванечкой в Америке. Ваню она не только любила, но и ответственно охраняла и всячески берегла. А когда вечером ему в ванночку наливали воду для купания, она, как человек, опускала туда свою лапу, чтобы проверить подходящая ли температура.

Фрося прожила счастливую жизнь – тринадцать лет, и, как говорит одна моя приятельница, врач по профессии: «Если бы я верила в реинкарнацию, я хотела бы быть Фросей, но жить обязательно в семье Хабенского».

Кстати, о семье Хабенского.

История семьи. Дедушка по материнской линии

Костин дедушка, мой папа, Геннадий Александрович Никулин, закончил летное училище города Борисоглебска. В том же училище, кстати, учился актер Николай Рыбников – помню, на главном здании висела большая мемориальная доска. В годы войны папа бомбил врага под Воронежем. В 1946 году демобилизовался по состоянию здоровья. Уехал на Родину в Йошкар-Олу, где закончил Казанский юридический институт, а позднее – еще Московский профсоюзный университет. Работал председателем обкома профсоюзов Марийской республики. Папа имеет награды за участие в войне, в том числе Медаль за победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.

История семьи. Бабушка по материнской линии

Бабушка Кости, моя мама, Лидия Ивановна Никулина, была врачом-стоматологом высшей категории. Закончила Воронежский государственный медицинский институт, и в годы войны работала стоматологом в летном училище под Воронежем.

Бабушка Лида так любила свою работу, что не расставалась с ней до 70 лет. А затем она переехала жить к нам в Питер. С внуками у нее сложились самые теплые отношения, и она старалась всем, чем могла, им помогать.

Будучи медиком, она научила всю семью поддерживать порядок в доме, даже в мелочах. Прошло много-много лет, как ее нет с нами, но и Костя, и Наташа до сих пор внимательно следят за тем, чтобы все вещи лежали на своих местах и вокруг царила чистота.

Я уверена, что трогательное и такое трепетное отношение к старикам у Кости возникло благодаря бабушке Лиде. Из всех бабушек и дедушек только она смогла увидеть, как ее маленький Костик стал известным артистом.

Костя работал в Театре Ленсовета и приглашал бабушку на все театральные и кинопремьеры, и она этим очень гордилась. А у Кости была четкая позиция или установка – бабушке Лиде ни в чем не отказывать, исполнять все ее желания и все мечты, чтобы она доживала свою длинную и нелегкую жизнь в любви и радости. Может, это и позволило бабушке встретить свой 91-й год рождения в полном здравии.

Вспоминается забавный случай. Как-то Костя забежал к нам с подарками после завершения съемок «Убойной силы» и возвращения из Америки. Пока мы с сыном пили кофе (а бабушка отказалась от нашего предложения присоединиться), она успела заштопать джинсовую бейсболку внуку, и сожалела только о том, что не смогла зашить ему джинсы. Надевая заштопанную бейсболку, Костя хохотал, потому что эти дырки были последним писком моды.

История семьи. Дедушка по отцовской линии

Другой дедушка Кости, Арон Миронович Хабенский, был руководителем архитектурной мастерской в институте Лензнииэп. Он – автор многочисленных проектов домов и культурных центров. За восстановление послевоенного Севастополя и строительство объектов культуры в районах вечной мерзлоты в Воркуте и Мурманске неоднократно получал гранты. Был членом Союза архитекторов Советского Союза. Награжден почетной грамотой управления по делам архитектуры при Совете министров РСФСР 1951 года. Преподавал в архитектурном техникуме и долгие годы был участником самых первых команд КВН в Ленинграде. Прекрасно играл на рояле Baker. Очень любил поэзию Маяковского и не раз побеждал в конкурсах чтецов с его стихами. Был очень скромным и добрым человеком. К сожалению, очень рано ушёл из жизни из-за медицинской ошибки.

История семьи. Бабушка по отцовской линии

Бабушка Женя, Евгения Яковлевна, была медиком, прекрасно пела под аккомпанемент мужа, чудесно готовила, любила внуков, ушла из жизни через три года после смерти мужа, от воспаления легких. Когда родился Костя, бабушка Женя взяла Наташу на месяц и уехала с ней в отпуск к друзьям. На следующий день после приезда Наташа, которой на тот момент было всего три года, увидела клетку с хомячками и, пожалев их, выпустила на волю. Когда дети друзей вернулись из школы, то пришли в ужас – как теперь найти маленьких питомцев?! И два дня бабушка Женя с Наташей и с детьми находили семейство хомячковых, слава богу, всех удалось разыскать.

Отвлекусь на похожую историю с крысятами, которая произошла позже.

Карманные крысята

Когда Наташа и Костя были маленькими, папа принес в верхнем кармане пиджака двух крошечных декоративных крыс с очаровательными мордашками. Размером они оказались меньше спичечного коробка. У кого-то из сотрудников мужа жили такие питомцы, и они (сотрудники) всем вокруг щедро раздаривали потомство. Дошла очередь и до нас.

Крысята жили у нас сначала в трехлитровой баночке, потом они подросли, стали легко из нее вылезать и гулять в пампасах нашей квартиры особенно по ночам. Тогда мы купили пятилитровую банку, в которой тогда можно было встретить овощи-ассорти, стремительно съели их и переселили в нее крысят. Сначала всё шло отлично, но однажды ночью я, холодея от ужаса, почувствовала, что кто-то маленький и нахальный резвится в нашей постели.

Мы потом своими глазами увидели, как они выбираются из пятилитровой банки. Сообразительные ребята вставали на длинные хвосты, подтягивались на крошечных лапках и вылезали.

После того как юные путешественники покорили эверест нашей кровати, Юра бережно, но решительно отнес их на работу в живой уголок.

Но вернемся к истории семьи Хабенских.

Принципиальный дедушка Гена

Порой меня удивляют бескомпромиссность и принципиальность моего сына. Чего в этом больше – воспитания или генетики? Но вспоминаю, каким принципиальным и честным был дедушка Кости и Наташи, мой папа Геннадий Александрович Никулин.

Очень жаль, что Костя в этой жизни не встретился с моим папой, не застал его в живых, но некоторые черты характера ему достались по наследству – порядочность и гипертрофированное чувство ответственности. Как я уже сказала, мой папа работал председателем обкома профсоюзов Республики Марий-Эл. Естественно, некоторые нерадивые руководители иногда старались хоть чем-нибудь его расположить и задобрить.

Мы 15 лет прожили в старом деревянном доме, в 9-метровой комнате, да еще и с удобствами во дворе. Но зато с русской печью и с подпольем, где хранились заготовки на зиму, и папа особенно этим гордился. Он считал, что многие люди живут ещё хуже, чем мы, и не мог себе позволить хорошей квартиры. Такой же честный и принципиальный папа был и в быту. Никаких подарков, никакого блата, не только для него, но и для мамы. Вот, например, была такая история.

Во дворе трава

Одно из ярких воспоминаний – мы с ребятами играем во дворе и к нам подъезжает грузовик с березовыми дровами. Водитель сказал, что эти дрова для Никулина и попросил помочь разгрузить машину. Мы, как юные тимуровцы, с азартом взялись за работу, передавая поленья по цепочке. И вскоре все дрова были уложены в сарае. А когда папа вернулся на обед домой, я с гордостью передовой пионерки похвалилась нашим благородным поступком. Но, к моему удивлению, папа не очень обрадовался. А даже наоборот – рассердился. Куда-то позвонил, и вскоре во двор приехал другой грузовик. Папа попросил тимуровцев загрузить дрова обратно в машину – а нам что? Такая работа только в радость! На самом же деле, как я потом узнала, это проштрафившийся директор одного из леспромхозов решил сделать такой «подарок» Геннадию Александровичу. Но не вышло.

Не вышло и у бабушки Лиды.

Несостоявшееся варенье бабушки Лиды

А вот другое воспоминание из моего йошкар-олинского детства. Стоял август, мама купила много ягоды и решила сварить варенье. Но вся беда заключалась в том, что с сахаром в то время были проблемы – его просто негде было достать. Стоматологический кабинет, где работала моя мама, располагался в одном из студенческих общежитий, и там же находился буфет. И вот в этот день буфетчицы предложили маме, как и другим врачам медпункта, купить у них сахар. Мама согласилась, чтобы доставить семье радость, и купила две небольшие сетки сахарного песка.

Вечером папа пришел с работы, помытая и ко всему готовая ягода в тазиках стояла на подоконнике. После ужина услышав о том, что мама всё-таки где-то раздобыла сахар, и узнав, где именно, папа предложил ей погулять, тихонько прихватив с собой этот злосчастный сахар. Две авоськи висели на одной руке, а другой он взял под руку маму, и так они гуляли по городу. Прогуливаясь по бульвару, дошли до студенческого общежития, и папа, протянув маме авоськи, попросил: «Отнеси, пожалуйста, этот сахар в буфет. Будущим студентам надо сдавать экзамены, и очень плохо, если они будут пить пустой чай. Им нужны знания и хорошая память». Мама расстроилась – а как же ягоды, ведь их так много? Но вопрос был решен в одну минуту – а мы съедим их свежими, в них ещё больше витаминов.

И я чувствую связь между моим папой и Костей. Они оба склонны прежде всего думать о людях, и даже ради благополучия собственной семьи не смогут смириться с несправедливостью, а тем более – совершить ее сами.

Праздники и домашние традиции

К каждому дню рождения мы готовили выступления: все сочиняли поздравительные стихи, дочка играла на фортепиано и на гитаре, украшали всю квартиру. Причем так красочно – и воздушные шарики, и дружеские шаржи на листах ватмана, пожелания и поздравления на дверях комнат, так что, входя в квартиру ты сразу чувствовал праздничную атмосферу. К каждому подарку обязательно прилагалось стихотворное поздравление, а Юра сочинял поэмы.

«– Ваша семья имеет отношение к театру?

– Отец – инженер, мама – преподаватель математики. Но семья у меня очень актерская – в неформальной обстановке. Есть такое понятие – „итальянская семья“, это примерно то же самое, что актерская. Иногда она затихает, а иногда все собираются и начинается прекрасное… представление»[47].

Перед Новым годом, где-то, может, за полчаса до боя курантов, сложилась у нас такая традиция – за столом каждый рассказывал, что хорошего и значимого он сделал в этом году. Начинали всегда с бабушки – со старшего. Она уже вышла на пенсию, когда с нами жила, и рассказывала в основном про свои домашние подвиги – что она сделала по дому, кому что зашила, где что-то почитала, где что-то посмотрела, когда за кого помолилась. Потом мы с мужем рассказывали о работе. Я могла поделиться, например, тем, как вместе с детьми работаю над книжкой «Математические тайны Санкт-Петербурга», у мужа были свои строительные дела, о которых он нам рассказывал. А потом – ребята. Сначала это были учебные подвиги, как они закончили четверть, например. Потом что-то посерьезнее.

Мне кажется, что этот способ рефлексии за праздничным столом – а что хорошего я сделал за год? – и сейчас помогает Косте не потребительски относиться к жизни, а оглядываться на свой путь, оценивать свои поступки и стремиться к лучшему себе. И Костя перед Новым годом теперь сам говорит ребятам, участвующим в спектакле «Поколение Маугли»: «Не забудьте, провожая Старый год, с гордостью сказать своим родителям за праздничным столом, что вы спасли в этом году чью-то жизнь».

О Наташе и внуках

Дочь Наташа тоже закончила Ленинградский институт культуры по специальности «Режиссер», а до этого получила диплом преподавателя музыки. Дети очень дружны между собой, правда, судьба разбросала их по разным странам, но это не мешает им общаться и встречаться. Наташа не раз организовывала концерты брата с Юрием Башметом в Вене, там же ее усилиями давали оперу «Евгений Онегин» ко дню рождения Пушкина, а также премьеру фильма «Собибор».

Моя старшая внучка, дочка Наташи, Аня, закончила в Вене институт прикладного искусства по специальности «Живопись и анимация». Будучи студенткой второго курса, Аня получила грант на иллюстрацию детских сказок. Это был благотворительный проект, и на вырученные деньги в Африке построили детский дом для бездомных детей, так что благотворительность в семье Хабенских продолжается. В Италии она получила грант на иллюстрацию детской книги «Робин Гуд». А недавно вышла ее книга в Австрии, бестселлер, австрийские народные сказки, где она делала иллюстрации, а в книге о-го-го сколько страниц!

Но вернемся к театру.

Сатирикон

В биографии моего сына был период, когда он работал в театре «Сатирикон» у Константина Аркадьевича Райкина. Попал он туда так. Сокурсница Кости однажды попросила сына немного подыграть ей на показах в «Сатириконе» в спектакле «Шутки Чехова». После нескольких показов в Москве и Питере Райкин пригласил в театр их обоих, и они согласились. По совету мастера Фильштинского Костя оставил за собой три спектакля в Театре Ленсовета, где был занят в главных ролях.

Он играл в спектаклях «Войцек», «Братец Кролик на Диком Западе», «В ожидании Годо», а у Константина Аркадьевича – только в двух спектаклях: «Трехгрошовая опера» Брехта и «Сирано де Бержерак» – правда, ему дали второстепенные роли. Однажды наша родственница приехала в Москву посмотреть «Сирано де Бержерака». Была в восторге от спектакля, но очень сожалела, что Костя в нем не участвует. Она просто его не заметила в крошечной роли.

В «Сатириконе» Костя проработал недолго, но всё это время, как он сам говорил, учился у Райкина мастерству, умению держать зал. Это были уроки большого учителя.

«Я взял некое понимание пластического развития, пропитался актерской дисциплиной. Я впитал понимание того, что такое большая сцена, именно от Константина Аркадьевича»[48].

В период работы в «Сатириконе», как я уже сказала, у сына не было больших ролей в театре, но судьба преподнесла ему первую главную роль в кино.

Первая главная роль в кино

Часто бывая в Москве в связи с работой в театре Райкина, Костя встал на учет на «Мосфильме», и через некоторое время ему позвонил венгерский режиссер Томаш Тот. Он закончил ВГИК, мастерскую Сергея Соловьева, написал сценарий фильма «Наташа» и разыскивал актера на роль самого себя – хотя бы немного похожего внешне. Томаш много часов провел на «Мосфильме» и рассматривал фотографии актеров до тех пор, пока не дошел до буквы Х. Тем же вечером он позвонил Косте, они встретились, и началась работа.

Это получился достаточно автобиографичный фильм: Москва, 90-е годы, общежитие МГУ, студенты всех национальностей готовятся к Новому году, и венгерский студент Ференц – эту роль и играл Костя – встречает свою первую любовь Наташу, девушку из Сибири. Томаш сам признавался, что во время своей учебы в России, он так полюбил Москву, что считает «Наташу» признанием в любви к столице. У Кости на съемках появился опыт общения с замечательными профессионалами – с Максимом Сухановым, Натальей Аринбасаровой и Арменом Джигарханяном. Сын с огромной теплотой вспоминал о работе с Арменом Борисовичем – как тот помогал ему так стать в кадре, чтобы правильно падал свет, и давал много-много разных подсказок, поддерживающих дебютанта.

Часть фильма снимали в Будапеште. Я сейчас боюсь ошибиться, но, кажется, в процессе съемок возникли какие-то финансовые проблемы, и режиссер не смог полностью закончить фильм так, как он был задуман. Тогда он продал свою машину, и рано утром на самолете в тайне от всех увез Костю вместе с оператором в Будапешт, чтобы на родине доснять материал. Остановились они у него дома и договорились с зоопарком о прокате тигра, у которого была очень большая роль. У меня много фотографий, где Костя с тигром просто нос к носу.

В итоге получились красивые кадры: мост, тигр, Костя и восход солнца. Всё это в удивительном Будапеште. Когда съемки закончились, Костя купил билет на самолет и прилетел домой. Жили в Будапеште они практически впроголодь, деньги экономили для съемок, поэтому из питерского аэропорта он поехал сначала попить чаю к другу, квартира которого находилась недалеко от Пулково, чтобы хватило сил доехать до мамы. А потом всё ещё голодный-преголодный добрался домой и рассказал, как экономно они жили особенно последние три дня, лишь бы закончить фильм.

Константин Хабенский

Это был не тигр, а рысь. Ручная, домашняя. Но, как показала практика, любая домашняя рысь во время съёмочного процесса звереет и превращается в дикое животное. За время съёмок мы сменили трёх таких «кошек».

В 1997 году мы с мужем ходили в Питере на премьеру фильма. Нам он понравился. Да и как может не понравиться первая роль твоего сына в кино? Фильм «Наташа» так и не вышел на большие экраны, но какие-то фрагменты можно найти в Интернете.

Если на съемках первого фильма Костя недоедал, то на спектакле «Войцек» его ожидало испытание другого рода.

Спектакль «Войцек» и производственная травма

В 1997 году 8 февраля мы с мужем попали на премьеру спектакля Юрия Бутусова «Войцек» по роману Георга Бюхнера. Главную роль играл любимец Юрия Бутусова Миша Трухин, Миша Пореченков – военного, а Костя – рассказчика – Карла-дурачка, который всё знает наперед. Всякое появление Карла на сцене служило напоминанием о театре. В пьесе описывается история полкового брадобрея, который из ревности убил свою возлюбленную. В оригинале у Бюхнера много пустот, которые по-своему заполняли разные режиссеры.

На сцене в декорациях была пропилена огромная треугольная прорезь. Сама же декорация, откуда обычно выпрыгивал герой Кости и сообщал очередные новости, была изготовлена из чугуна. И Костя естественно постоянно бился коленями об этот чугун. Наколенников тогда не было, охраны труда – тем более. И на каком-то из спектаклей он получил сильную травму колена, так что даже вынужден был делать операцию. Несколько дней после этого просидел дома, потом вернулся в строй. Слава богу, театр купил наколенники, и работа продолжалась. Но после больницы ковылял на костылях.

Константин Хабенский

Костыли? Нет! До этого не дошло.

«И вот опять дают задержку рейса…»

На одном творческом вечере у Кости спросили, почему всегда видеозапись спектакля оказывается хуже, чем сам спектакль? Костя рассказал такую историю.

МХТ со спектаклем «Белая гвардия» приехал на гастроли в Екатеринбург. Успешно отыграв Булгакова, Костя и Миша Пореченков улетали ночью в Москву, поскольку на следующий день был спектакль «Утиная охота» по Вампилову.

Стоял февраль, сильный ветер, вьюги, рейсы отменяли и переносили. А утром оказалось, что Москва вообще не принимает. И можно долететь до столицы только сделав крюк через какой-нибудь другой город. Как в песне Высоцкого, которую пел Костя на вручении премии «Своя колея»:

Сказали мне: «Сегодня не надейся —

Не стоит уповать на небеса!»

И вот опять дают задержку рейса на Одессу:

Теперь обледенела полоса.

Опять дают задержку до восьми —

И граждане покорно засыпают…

Мне это надоело, чёрт возьми,

И я лечу туда, где принимают!

А принимали в тот день только в Нижнем Новгороде. И вот они из Екатеринбурга полетели в Нижний Новгород, а там точно такая же обстановка. Москва не принимает. А в 19 часов у них спектакль! Зрители ждут, билеты все распроданы. Тогда Костя с Мишей решили добраться на такси. Пересчитали последние деньги, которые у них остались от гастролей, нашли какой-то старенький москвич. Уговорили водителя, описав ситуацию, и с богом помчались. Позвонили в театр, объяснили, что едут, стараются, но поездка на машине также непредсказуема, как и погода. Ровно в 19.00 такси подъехало к МХТ. Замученные долгой дорогой и нервотрепкой, они быстро переоделись, буквально на бегу из гримерки глотнули чаю, и Костя вышел на сцену. Лег на кровать, взял трубку телефона, занавес открылся, и он увидел несколько камер. В зале стояли камеры телеканала «Культура». И Костя подумал про себя: «Да уж, самое время снимать!»

Это я к тому, что бывают разные моменты в жизни и разные обстоятельства. И хотя актеры всегда стараются выдать на все 100, не всегда это возможно.

Вообще, в жизни нередко складываются такие ситуации, в которых нас видят искаженно, и тогда различить в нас, например, актерский талант удается далеко не каждому.

Константин Хабенский

Мы играли в Екатеринбурге спектакль «Калигула». На свой страх и риск полетели обратно в Москву в день спектакля «Утиная охота»… Москва не принимала, и нас посадили в Нижнем Новгороде. Там уже стояло штук пятнадцать подобных бортов. Все стремились любым способом добраться до Москвы! Михаил Евгеньевич и я договорились с сержантом, дежурившим в здании аэропорта, вручили ему весь наш гонорар за спектакли в Екатеринбурге, он снял форму и на время стал таксистом. Автомобиль Иж-Комби не самый удобный для поездок на длинные расстояния… в состоянии рыбок из консервной банки мы влетели в театр, когда прозвучал третий звонок!

Большое человеческое спасибо сержанту из Нижнего Новгорода! Надеюсь, он благополучно добрался обратно и купил подарки своей жене и детям!

История одного мальчика, который писал хорошие стихи

Костины студии дали дорогу многим одаренным ребятам, и часто сам Костя умеет разглядеть талант там, где другие его в упор не видят.

Костя, Миша Пореченков и Миша Трухин приезжали на все юбилеи Вениамина Михайловича Фильштинского – и на личные, и на юбилеи его мастерской 51, как они ее называли, встречались там со студентами, отвечали на их вопросы, давали мастер-классы, выступали, показывали свои фильмы и просто общались. И вот, выступая на одном из юбилеев Мастера, Костя рассказывал о своих студиях. А в зале находился его ученик, который в свое время не поступил в Ленинградский театральный институт. На первом же туре ему сказали: «Тебе играть некого». И не взяли его ни с первой попытки, ни со второй, так что он, в конце концов, пошел в Санкт-Петербургский университет на литературный факультет и там спокойно учился. Мальчишечка был из Уфы – худенький, очень скромный, сутулился, не слишком верил в себя, но писал замечательные стихи и хорошо их читал. Костя совершенно случайно с ним познакомился ещё в Уфе, когда набирал ребят в студию. Парень пришел и прочел свои стихи. Костя удивился: «Как здорово написаны стихи, как они продуманы, и столько души в них вложено!» И попросил этого мальчика остаться, рассказал ему, что стихи прекрасные, но читать их можно чуть-чуть по-другому. И прочитал так, как их видел. Мальчик поступил к нему в студию, несколько лет там учился, а потом, когда его не взяли в театральный институт на Моховой, Костя предложил Питерской студии принять этого мальчика и дать ему попробовать одну из главных ролей в спектакле «Поколение Маугли», чтобы мальчишка как-то утвердился. Он действительно отлично сыграл Маугли в тот раз, когда зрителями были участники Санкт-Петербургского экономического форума.

И когда Костя выступал у Вениамина Михайловича, сказал: «Вот сидит мальчик из студии, давайте послушаем, как он читает свои стихи», что для самого мальчика было полной неожиданностью. И педагоги, послушав его, были потрясены великолепным чтением и сказали: «Да, зря мы два года назад его не взяли».

На следующий год этот мальчик без всякого блата поступил на курс Брусникина в МХТ. А зовут его Аскар Нигамедзянов. Позже, уже будучи студентом, он снимался с Костей в фильме «Хороший мальчик». А ещё он играл в фильмах «Гоголь», «Гоголь. Страшная месть», сериалах «Колл-центр» – 1-й и 3-й сезоны, «Мир! Дружба! Жвачка!» – 1-й и 2-й сезоны, «Ищейка» – 2-й сезон.

Прошло уже более четверти века, но духовная и творческая связь Фильштинского и Кости сохраняется по сей день, и ученик очень дорожит мнением своего учителя. Вот один из фрагментов их переписки.

Вениамин Михайлович Фильштинский:

Переписка продолжается…

Дорогой Костя! Когда-то мы с тобой затеяли странную, и в чем-то, может быть, даже смешную, переписку. Это случилось на страницах моей книжки «Заметки по случаю», вышедшей уже много лет назад. А вот теперь будет книга, посвященная тебе. Как я рад! И знаешь, мне захотелось повторить кое-что из тех наших страничек. А может, что-то и добавить…

В.М.

…Костя, я перечитал. А ведь неплохо мы тогда с тобой зацепились. Причем зацепились за важные вещи. Смотри, вот ты написал:

«…Дело было, когда мы служили уже в театре Ленсовета, то есть я со своими сокурсниками как-то прогуливался по Литейному, и тут, как черт из табакерки, выскочил Мастер, ухватил нас, затащил между припаркованными машинами и стал спрашивать: „Я вам преподавал сквозное действие?“ Мы говорим: „Ну да, Вениамин Михайлович, преподавали“. – „Так вот я вам скажу, что никакого сквозного действия нет! Есть только вот что: Человека несет судьба, человека ведет его рок. Все остальное – мимо!“ – И тут же смылся. Мы переглянулись, поняли, что мастер жив, что мастер меняется, что продолжает что-то искать. Вот такая забавная история… В тот момент он как раз ставил „Гамлета“ в „Приюте комедианта“, но об этом я узнал чуть позже. В общем, я думаю, что, отталкиваясь от каких-то открытий во время этой постановки, он нам сделал вот такое судьбоносное заявление… Я думаю, что в тот момент он был так увлечен, что немного погорячился с выводами. Совсем отменить сквозные действия – это, наверное, не очень правильно. Да, конечно, человека несет рок, судьба, но это никак не относится к сквозному действию – если принимается такой запоздалый ответ Мастеру. Сквозное действие – это, скорее, желание и стремление того или иного героя что-то сделать и чего-то добиться, а уже что у него получается, как получается – это уже судьба, это уже рок…»

Но я тебе, Костя, тогда ответил:

«Спасибо тебе за то, что ты задаешь мне существенные профессиональные вопросы. Это и не могло быть иначе – за это я тебя, кроме всего прочего, и люблю. Именно поэтому верю в тебя, в твои грядущие успехи в искусстве. Однако отвечу всё-таки про „сквозное действие“.

„Сквозное действие“ – понятие, по-моему, схоластическое. А уж следование по „сквозному“, пунктуальное выполнение „сквозного действия“, как показывают многолетние мои личные опыты и размышления, а также наблюдения за работой большинства актеров и коллег-режиссеров, – всё это мало кому помогало, а многих и сковывало… Я не спорю, нужен обдуманный событийный ряд, нужна действенность в нескольких сценах, но в целом, повторю, нужен экзистенциальный движущийся поток жизни, а никак не „сквозное действие“.

Да, Костя, всё это интересно. Но уже 9 лет пролетело. И мы, ты и я, работяги, которые за это время много дел сделали. Вот ты… Ты работаешь с потрясающей интенсивностью. Зрители только успевают смотреть твои яркие, а порой и просто взрывные актерские работы в театре и кино. Ты заслужил всеобщую любовь не случайно! Все оценили также и твой прекрасный режиссерский дебют („Собибор“). А удивительная и благороднейшая деятельность твоего благотворительного фонда. Когда я про это читаю, всегда наполняюсь волнением и гордостью.

Ты можешь спросить: „Вениамин Михайлович, а что теперь Вы думаете о 'сквозном действии'?“

Сейчас я думаю, что ты был в чем-то прав в нашем споре… И вот совсем недавно я стал уточнять формулировки в области „сквозного действия“. В общем, если бы мы с тобой встретились нынче „между припаркованными машинами“, я бы тебе сказал о моих последних соображениях. Но сперва повторю: „сквозного действия“ по-прежнему, по-моему, не существует, однако есть „сквозное существование“. Это когда ты и действуешь (иногда), но и когда ты впадаешь в рефлексию (чаще). Когда ты бываешь упрям и энергичен на некоторых жизненных отрезках, а когда, наоборот, бываешь растерян и безволен. А иногда ты даже плачешь или смеешься, сам не зная отчего.

Может быть, чаще других наших проявлений нами овладевает „хотение“ (тоже, кстати говоря, термин Станиславского). Но даже и „хотение“ порой отключается. „Ничего не хочу“ – говорит иногда измученный герой пьесы. „Ничего я не хочу, ничего мне не нужно, никого я не люблю“ – говорит Астров в „Дяде Ване“.

Так что я, Костя, за „сквозное существование“. Вот только бы догадаться, что происходит с человеком в каждой из сцен серьезной пьесы или хорошего киносценария.

Итак, „да здравствует сквозное существование“! Без него, конечно, не обойтись. Без него любая роль может стать нарочитой и дырявой. А у тебя, кстати говоря, дырявого существования не бывает никогда».

«– Вы учились в мастерской Вениамина Фильштинского. Чему самому главному он научил вас?

– Меня радует, что он до сих пор сам продолжает учиться. Мне кажется, что это самая главная черта его характера. Он до сих пор продолжает что-то для себя открывать в процессе обучения. Мне кажется, что на сегодняшний день он один из лучших театральных педагогов.

Но я не могу сказать, чему он конкретно меня научил. Основам ремесла он научил, но это наша кухня. Главное – научил думать»[49].

А ещё тебя беспокоили в нашей тогдашней переписке вопросы этики. Помнишь? (Это даже удивительно, что уже тогда тебя волновали два, может быть, самых сущностных вопроса профессии и нашей жизни в искусстве.)

Ты писал, что об этике надо заботиться постоянно: «Детей учат мыть руки перед едой не один день, и даже не два-три дня, учат на протяжении определенного времени, до тех пор, пока это не становится для них привычкой, жизненной необходимостью! Так ведь? Собственно, так же должно быть и с применением „Этики“ Станиславского… А вот, например, то, что делается актерами во время театрального действия, совершенно напрочь убивается обстановкой, энергетикой и отношением „закулисья“ во время самого спектакля. Всё это, естественно, транслируется в зал, и я сейчас наблюдаю явное непонимание или недопонимание этой ситуации со стороны коллег-актеров и со стороны работников технической поддержки спектакля. Это ведет к тому, что во время спектакля обстановка и отношение „закулисья“ зачастую не только не помогают тому, что транслируется в зал, не помогают атмосфере, но и очень легко убивают всё на корню».

А я тогда тебе написал:

«В нашей театральной жизни проблема заключается не только в атмосфере вокруг идущего спектакля, но она гораздо шире… Любить искусство, чувствовать свою художническую миссию – вот что главное. Именно идею о миссии я пытаюсь внушить студентам на последних наших курсах (но признаюсь, это слабовато получается). А вот до этики вокруг спектакля, о чем ты пишешь, надо ещё дожить. До этого ведь есть еще репетиции, есть серьез театра по отношению к тому, что хотят сделать режиссер и художник и, конечно же, прежде всего актеры…»

Но и сегодня, Костя, мне приходится задумываться об этике в нашей театральной жизни. И в каком смысле? По-моему, самое неэтичное нынче – это заниматься в театре или в кино ерундой, развлекаловкой, «лишь бы не скучно». Если зритель уходит после спектакля равнодушным, о какой этике можно говорить? А ведь сейчас это модно. Как бы, упаси Бог, не «морализировать», как бы оставить зрителя «свободным»? Но, я спрошу, свободным от чего? От чувств, от каких бы то ни было волнующих мыслей? А если есть устремленность к смыслу, напряженный поиск человечности, тогда и «закулисье», и поклоны после спектакля, и любое наше интервью, и весь ритм творческого бытия актера – всё становится безукоризненно этичным. Впрочем, зачем я это пишу тебе? По первым секундам твоего появления в спектакле, в любом кадре фильма видно, что хочет сказать зрителям Хабенский. Ты добавляешь в любой творческий проект смысл. А в бессмысленных делах вообще не участвуешь.

Вот что я захотел добавить к нашему разговору об этике. А вообще, скучаю по тебе. Мы виделись последний раз уже больше года назад и, помнишь, договаривались, что ты дашь у меня в мастерской два-три урока по работе актера в кино.

Жду. Позвоню, напомню.

Любящий тебя В. М.

Работа в кино

Сегодня в век смартфонов каждая мама старается запечатлеть своего ребенка в самые разные моменты жизни, а потом охотно делится с родственниками и знакомыми, умиляется, восхищается, радуется. Мое поколение бережет черно-белые и чуть поблекшие цветные фотографии наших детей, тех, кому уже далеко за сорок. У меня есть счастливая возможность, благодаря творчеству сына, открыть в плохую погоду или грустную минуту интернет и погрузиться в мир его героев, увидеть через призму его ролей, как Костя из дерзкого юноши превращался в мужчину, готового принять на себя ответственность за всё, что происходит рядом с ним.

Многие помнят, что в 60-е годы прошлого века шла интересная телевизионная передача «Кинопанорама». Ведущие Зиновий Гердт, позднее – Алексей Каплер, Олег Табаков, Олег Ефремов, Эльдар Рязанов и другие рассказывали о новостях кино, вели репортажи со съемок, встречи с актерами. Я наберусь смелости и приглашу вас в свою кинопанораму, в которой расскажу о кинематографической жизни моего сына, его друзей, интервью актеров и режиссеров и о разных происшествиях на съемках.

«Огонь»

К моему юбилею сын подарил мне диск с фильмом «Огонь», снятый талантливым режиссером Алексеем Нужным. Еще до начала съемок Константин убедил режиссера и продюсеров в том, что герои фильма «Огонь» – это не супергерои из блокбастера, а обычные люди, которые, как все, водят детей в детский сад и ходят в магазин «Пятерочка». Их долг – честно выполнять свою работу и бороться с природными стихиями. Как говорит герой моего сына в фильме: «Леса горели, горят и будут гореть».

Съемки проходили в Карелии, в специально выстроенном павильоне, где стояли заранее спиленные деревья, но горели-то они по-настоящему. По воспоминаниям молодого актера Ивана Янковского, сыгравшего в этом фильме одну из ролей:

«Сниматься было реально горячо, а иногда страшно. Кто-то обжигался, и мы постоянно дышали угарным газом, теряли вес»[50].

А потом я узнала, что почти все опасные трюки актеры выполняли сами. Тогда мне стало еще страшнее, потому что с огнем, как известно, шутки плохи. Съемочная группа посвятила фильм «Огонь» своему консультанту из МЧС, который трагически погиб на настоящем пожаре за день до окончания съемок.

Было приятно прочитать интервью актера Антона Богданова о работе с моим сыном на съемочной площадке:

«Константин Юрьевич, он и в жизни, в силу опыта и нашего к нему огромного уважения, был наставником и главным человеком в команде. Он понял, что нужно брать ответственность на себя и вести за собой актеров в течение фильма, как в кадре, так и вне его. И мы все здорово сработались»[51].

Я считаю, что этот фильм надо смотреть всей семьей, потому что он будит в нас самые лучшие человеческие качества. Очень благодарна сыну за пережитые мною чувства и горжусь его очередной ролью.

Константин Хабенский

Все опасные трюки конечно же выполняла прекрасная команда каскадеров! Мы же сталкивались с несложными испытаниями, но, опять же, под четким контролем каскадеров!

Огонь, вода и кончился кислород

Костя старается особенно не распространяться о разных происшествиях на съемочной площадке, чтобы лишний раз меня не волновать.

«– А почему ты не пригласил маму на вечер, и она смогла посмотреть его только в записи? Она мне сказала, что ей очень хотелось прийти, но ты был категорически против.

– Сейчас объясню. Когда ты первый раз прыгаешь с парашютом, не обязательно брать с собой маму. Если ты приземлишься и тебе понравится, в следующий раз ты ее возьмешь. Не нужно рисковать психическим состоянием близких. Сначала попробуй, потрать свои нервы, пойми, что можешь, а потом приглашай»[52].

Но так или иначе что-то до меня доходит из интервью, которые либо он сам дает, либо этими историями делятся его коллеги.

Вот я наткнулась недавно на беседу с режиссером Алексеем Нужным, в которой он рассказывал, как написано в заголовке, «о съемках одной из самых напряженных сцен фильма „Огонь“»:

«В очередной раз мы снимали сцену в горящем лесу и решили, что Костя должен вбежать в огонь сам, без дублера. Задача – продержаться в огне и вырубить топором заготовленное горящее дерево, мешающее проходу. Мы закрепили камеру на теле артиста, и я скомандовал режиссерское „начали“. Костя без всякого испуга вбежал в горящий лес и пропал в дыму. Мы понимали, что он жив только по сигналу, который приходил с камеры на монитор. Он рубил дерево, а по его лицу на мониторе было понятно – там адовая жара. Я просто обалдел от красоты кадра и смелости артиста»[53].

Все на съемочной площадке так залюбовались кадром, что просто забыли о том, что Костя ждет от них отмашку, чтобы закончить сцену. В конце концов, ему пришлось самому принять решение и выбежать, но это случилось только в тот момент, когда одежда на нем уже начала гореть.

А с водой на съемках у Кости вообще сложились особенные отношения. Например, в фильме Ани Меликян «Трое» герой Хабенского по сюжету должен броситься с набережной в холодную грязную воду Фонтанки. В сентябре. Он сам бросается, без всяких каскадеров. Затем уже в конце октября, когда все ходят по-зимнему, он раздевается и плавает по Москва-реке. Я вот, честно говоря, не могу понять, зачем рисковать своим здоровьем, если есть каскадеры.

«– Ваш герой всё время оказывается в разных водоемах. Это было весело снимать?

– Это было холодно. Аня придумала, что мой герой – рыба, и его стихия – вода. Вика Исакова, играющая жену, – кошка, а Юля Пересильд (новая возлюбленная) – птица. Это в цветовой гамме считывается. Пересильд летала в поэзии, Вика выцарапывала меня из нового чувства, а я благополучно плыл по течению. То это была Фонтанка, то бассейн, то ванна, то какой-то водоем в области, когда там снимали, как раз выпал первый снег»[54].

А в 2014 году в программе «Кино в деталях» Денис Шведов рассказал, как они однажды забыли заправить Косте акваланг кислородом. Это произошло на съемках фильма «Авантюристы» на Мальте. Режиссер этого фильма Константин Буслов рассказал:

«Хабенский так здорово нырял с аквалангом, что временами даже помогал нам профессиональными консультациями».

Но Костя, бедный, тогда еле спасся, просто чудом вынырнул. Слава Богу, сын в свое время заканчивал курсы аквалангистов на съемках приключенческого фильма «Черное море» Кевина Макдональда, поэтому не растерялся.

Константин Хабенский

Воздух в баллоне был. Но каждый счел своим долгом проверить открыт или закрыт кран подачи… В результате он оказался закрытым, как выяснилось уже под водой. Это был баллон для поддува жилета, чтобы всплывать на поверхность. Погружения под воду в той сцене не предполагалось, соответственно каскадеров и инструкторов не вызывали… Вот такая была импровизация.

«Географ глобус пропил»

Не всегда купание в холодной воде проходит без последствий – со съемок фильма «Географ глобус пропил» сын вернулся сильно простуженный. И рассказал, что погода в начале мая в Перми, где проходили съемки, стояла очень холодная, почти все дети болели – вечером лечились, а утром работали. Велединский писал об этом:

«Пять градусов! Конечно, были гидрокостюмы, но ведь они спасают секунд на 15–20. А нужно было сниматься с головой в воде!»[55]

Что дети болели, Костя рассказал, но про то, что сам сын снимался с температурой 39 и купался в ледяной воде, я узнала из интервью Александра Велединского значительно позже. Герою Константина по сценарию нужно было спрыгнуть с плота и проплыть по реке с сильным течением. Велединский решил не снимать этот эпизод из-за погоды и состояния здоровья актеров. Но Костя убедил его сделать с ним хотя бы один дубль, потому что и он больной, и дети больные, и оставлять больных детей на съемки из-за того, чтобы себя пожалеть, не стоит. Пусть у ребят на один съемочный день будет меньше. И так все простуженные, с температурой, и ждать подходящую погоду не имеет смысла. И он убедил Велединского.

О работе Кости с детьми Велединский тоже рассказал:

«Они знали, что будет большая звезда, но не знали, что – Костя. Но мы же выбирали ребят раскрепощенных! И когда Костя пришел впервые, они были скорее наглыми: „Можно с вами сфотографироваться“. Но Костя сказал: „Нельзя“. И я подтвердил: „Нельзя“. Объяснил: „Вы же с ним будете в одном кадре, потом наделаете кучу скриншотов“. А во взаимоотношениях помогал Хабенский: в нем совсем нет никакой звездной болезни. Советовал, учил, репетировал с ними. Общий язык они нашли очень быстро»[56].

Велединский страшно переживал за фильм, когда его показывали на «Кинотавре». Во время премьеры он бродил вокруг кинотеатра и слал Косте эсэмэски: «Ну что? Какой идет эпизод?» И только когда Костя сказал, что зал реагирует хорошо, что фильм очень понравился, после всех титров режиссер зашел в зал и услышал аплодисменты. Фильм получил много наград и премий: премию «Золотой орел», три премии «Ника», главный приз фестиваля «Кинотавр» и премию кинокритиков «Белый слон».

Александр Велединский часто в процессе съемок придумывал и предлагал замечательные штрихи к образу, к ситуации. Например, когда ученики успешно без географа проходят смертельно опасные пороги, Велединский нашел гениальную фразу: «Матери тысячу лет не звонил». То есть он вспоминает ее, когда всё хорошо, всё обошлось. А мне Костя, слава Богу, звонит часто.

На мой взгляд, фильм «Географ глобус пропил» не фестивальный, в нем о сложном рассказано самым простым языком, он очень человечный. Служкин и должен был подставляться, иначе его ученики никогда бы не превзошли своего учителя, не прошли бы порог.

Константин Хабенский

Ещё раз большое спасибо каскадерам, что убедили меня в той сцене прицепить к поясу страховочный тросик. Без него я бы очень долго плыл по течению вниз…:))

«Фея»

Фильм Анны Меликян «Фея» – это первая большая работа Ани с Костей. Снимался фильм очень долго, и монтаж затянулся. К сожалению, премьера пришлась, как я уже писала, на период пандемии. В кинотеатрах фильм не шел, просто потому, что они были закрыты, и я посмотрела его на платформе Ivi. Фильм мне настолько понравился, что я долго не могла прийти в себя. Аня во все свои работы привносит любовь, которой так не хватает нам в жизни.

«Все фильмы Ани Меликян – фильмы о любви или о поисках любви. Работать на площадке с этим уникальным человеком для меня – огромное удовольствие»[57].

А как Ане работалось с моим сыном, расскажет она сама.

Анна Меликян, режиссер

Большой

Для меня главное слово, которое я бы соединила с Костей – это «Большой». У него вообще всё большое, уши большие, как у слоника, нос приличный, глаза, большая душа, большое сердце, и он весь для меня Большой. И мысли всегда чуть больше, чем у простого человека, и должен ты как будто этому миру чуть больше, чем все остальные, и осознаешь это и отдаешь, и когда ты не грустишь, оттого что ты такой большой и проблемы у тебя чуть больше, ты просто это принимаешь и идешь дальше, распространяя вокруг себя исключительно радость, смех, добро, красоту и любовь. Большой он, ну просто Большой.

Чудо

Для меня встреча с ним на площадке – это всегда момент счастья. И всегда какое-то таинство, когда ты не знаешь, как это будет, и он не знает, и никто не знает, но потом включается камера, он входит в кадр, и что-то происходит, какое-то чудо, и ты понимаешь, что ты – счастливый человек, потому что ты здесь и ты это видишь, что-то необъяснимое, что-то, что больше человека, когда он выходит за рамки, а ты просто фиксируешь это на камеру. А потом всё заканчивается, и он, конечно, сразу шутит, это его любимый защитный слой, и ты шутишь, и все шутят, но ты уже знаешь, что только что видела чудо. И так каждый раз. Просто чудо.

Друг

Когда мы впервые стали работать вместе, на фильме «Фея», вначале всё было не так радужно. Костя человек очень осторожный и не из тех, кто будет безрассудно кому-то доверять, в данном случае – режиссеру. Все первые съемочные дни, всю неделю, наверное, были с его стороны безупречно профессиональные, но между нами была такая холодная интеллигентная дистанция, он как будто меня изучал и проверял. Для меня это было что-то совершенно новое, потому что я своих актеров обычно обожаю сразу и у нас всегда очень дружеские отношения, а здесь – холод, внешне всё выглядит очень интеллигентно, даже не придерешься, но внутри холод, да такой, что я думала, лучше лишний раз не подходить к нему, пусть что-нибудь сыграет, а я потом что-нибудь смонтирую. И после смены я возвращалась домой и все ночи плакала, потому что не понимала, как я досниму это сложное долгое кино с таким его недоверием ко мне.

А потом у него случились гастроли в Америку, и он на неделю улетел, и мы снимали пока без него какие-то сцены. И уж я не знаю, о чем он там подумал в Америке, к каким выводам пришел, я его никогда не спрашивала, но знаю, что через океан и правда иногда видится всё лучше. Так что когда он вернулся к нам через неделю, я очень хорошо помню этот день, этот объект, эту сцену, когда он вошел и сел в кадр, и я вдруг увидела, что это уже совсем другой человек. И я поняла, что я прошла проверку у него. Не знаю, как поняла, просто почувствовала это. И с этого дня рядом со мной на площадке оказался мой самый большой друг, без которого я этот фильм никогда бы не сняла, который верил в меня, даже когда я сама уже переставала верить и продолжала держаться только на его вере.

Костя невероятно командный человек, он всегда болеет за результат, он на площадке для того, чтоб помочь тебе снять твое кино, чтоб у тебя всё получилось. Это какая-то бесценная поддержка, она может и не проявляться, но просто ты всегда это знаешь, что ты не одна, что у тебя на площадке друг, и ещё какой, и значит, всё будет хорошо.

«Трое»

Я посмотрела Фильм Анны Меликян «Трое» в интернете, сидя на даче. Как и все фильмы Ани, он решен в эстетике советского кинематографа, она берет оттуда всё самое лучшее, но в то же время это современная история. Вечная история, в центре которой – классический любовный треугольник. Актёры Юлия Пересильд, Виктория Исакова и мой сын талантливо передают переживания интеллигентных людей, попавших в сложную ситуацию выбора, каждый из них понимает, что своим поведением приносит боль другому человеку. Режиссер ставит вопросы и находит на них ответы в стихах Вероники Тушновой:

Кто же скажет, моя отрада,

что нам надо,

а что не надо,

посоветует, как же быть?

Нам никто об этом не скажет,

и никто пути не укажет,

и никто узла не развяжет…

Кто сказал, что легко любить?

Стихи звучат актуально, а между тем написаны они уже более полувека назад. На мой взгляд, они не просто украсили историю, но вознесли ее на высоту, с которой становится естественным не осуждать героев, а сочувствовать им, ненадолго становясь ими. Стыдно признаться, но до того, как я услышала стихи в фильме, мне было незнакомо имя Вероники Тушновой. А теперь я купила себе сборник ее стихов.

Лежат между нами

на веки вечные

не дальние дали —

года быстротечные,

стоит между нами

не море большое —

горькое горе,

сердце чужое.

Вовеки нам встретиться

не суждено…

А мне всё равно,

мне всё равно,

а у меня есть любимый, любимый!

Тема любви остается вечной. Фильм у Ани с открытым финалом, и это режиссерское решение кажется мне точным и чутким. Прописанный однозначный финал всё бы огрубил, а так Аня продлила историю за пределы фильма, и мы можем размышлять о ней и сами закончить ее на свой лад.

«Небесный суд»

Помню, в 2011 или 2013 году Костя читал сценарий фильма «Небесный суд», и его заинтересовал материал. Алена Званцова не только написала сценарий, но потом сама же решила снимать по нему фильм. Мне кажется, «Небесный суд» внятно рассказывает о вещах, важнее которых ничего нет. Взгляд с того света как-то расставляет всё по местам, задает единственно верный ракурс. Умершие судятся не по совокупности своих свершений за всё время жизни, а по тому единственному поступку, который они совершили непосредственно перед кончиной. Думаю, нет лучше способа сделать нас внимательнее к каждому своему действию – ведь оно может оказаться последним.

Костя до этого еще не снимался в истории, в которой так удачно сочетались бы юмор, мистика и глубокая мудрость. Его напарником стал Михаил Пореченков, и они оба с радостью приступили к работе. Кстати, за символическую плату, но, когда речь идет об интересных проектах, это не имеет значения.

Как сказал однажды Альберт Эйнштейн: «Стремитесь не к тому, чтобы добиться успеха, а к тому, чтобы ваша жизнь имела смысл». Это в полной мере относится к жизненной позиции моего сына, главное для него – творчество. Он соглашается играть в дипломных работах студентов, малобюджетных фильмах, потому что всё время ищет что-то новое, чего он ещё не играл.

Костя и Миша – друзья по жизни, ещё с института, и в фильме они тоже дружат, но находятся по разные стороны баррикад, и оба являются участниками небесного суда, где решается вопрос, куда направить души умерших: в сектор покоя или в сектор раздумий. Обозначения «рай» и «ад» у них запрещены.

Посмотрев фильм, я подумала, что в нашей земной жизни в самом деле нужно не столько гордиться хорошими поступками, сколько стараться завершить каждое начатое тобой дело и успеть сказать «спасибо» или «прости».

Вспоминаю, как я вместе со своим внуком, в то время учеником начальных классов, посмотрела небольшой фрагмент этого фильма о предательстве, совершенном в школьные годы, о страхе признаться в содеянном, о подлости, когда осознанно подставляешь друга и портишь этим ему всю жизнь. Мой внук тогда закричал: «Бабушка, я даже не знал, что там, наверху, все наши дела записываются на пленку. Я завтра же всем ребятам скажу, что врать нельзя».

Сериал «Убойная сила»

Мне кажется, широкая известность пришла к Косте вместе с милицейскими погонами – с ролью Игоря Плахова в сериале «Убойная сила». А попал он в этот сериал очень забавно.

«Я на этот сериал пробовался в совершенно „никаком“ состоянии. Только что закончился спектакль, – сил не было вообще! Режиссер мне объясняет концепцию, а я стою, молчу и только улыбаюсь. Вдруг он говорит: „Ясно, берем, даже пробовать не стоит!“»[58].

Прошло много лет, и очень приятно, что до сих пор сериал идет нон-стоп по разным каналам страны, и зрители, я думаю, любят Игоря Плахова, который подкупает своим обаянием, самоиронией, искренностью.

«– В этом году исполнилось 20 лет сериалу „Убойная сила“, где вы играли Игоря Плахова. С какими эмоциями вспоминаете проект?

– 20 лет? Ничего себе. Ностальгии нет, но ощущения очень добрые. Прекрасное время. Первые пробы в такой долгоиграющей истории, множество вопросов: как готовиться, как в этом существовать. Некоторые ответы нашлись сразу, некоторые пришли позже. „Убойная сила“ дала мне серьезный старт»[59].

Вообще, в сериале собралась отличная актерская команда: Андрей Федорцов, Сергей Кошонин, Евгений Ганелин. Ребята часто приходили к нам домой во время съемок, если снимались в Озерках. Я кормила их обедом, поила чаем. Дома у нас в то время был ремонт, и они здорово нам помогли с ним.

Где только этот сериал ни снимали – и в Америке, и во Франции, и в Африке, даже в Чечне. А ещё в Каннах. И на роль комиссара полиции в городе Канны режиссер Сергей Снежкин пригласил замечательного французского актера Жерара Депардье. Позже, когда он приехал в Москву с благотворительной миссией (в детском реабилитационном центре не было лифта, и они с Костей купили специальное подъемное устройство, чтобы дети с ДЦП могли подниматься на верхние этажи не по ступенькам), Костя пригласил его к нам в гости, тем более что наш дом оказался в двух шагах от здания Центра. Поздно вечером сын сказал:

– Мама, завтра в гости придет Депардье с друзьями, накрой, пожалуйста, на стол.

– А сколько будет человек? – поинтересовалась я.

Услышав в ответ, что четыре и все французы, я согласилась и всё приготовила.

К двенадцати часам стол в доме Хабенского был красиво сервирован фруктами, нарезками, французским вином и прочими вкусностями. Гости пришли с огромным букетом цветов. Фрося доброжелательно их встретила и сразу же уселась на пол рядом с Депардье, положив морду ему на колено, и не отрываясь смотрела ему в глаза, а он потихонечку подкармливал ее сыром. Собаки чувствуют хороших людей, но дополнительно Фросю и Депардье объединила любовь к сыру.

А чеченские серии для меня были самые тяжелые. Костя рассказывал, как им до съемок показывали фильмы о заложниках, захваченных там в плен. Это просто ужас. Чеченские серии я переживала так, словно это происходило с моим сыном. Мне кажется, Костя просто прожил судьбу своего героя, пропустил через свое сердце, поэтому его роль так трогает. Особенно мне тяжело смотреть сцену про возвращение группы в Питер и встречу с мамой мальчика, погибшего на глазах Игоря Плахова. Маленькая грустная тихая мама просит Плахова рассказать ей о последних днях сына. Без слез невозможно смотреть. Я уже не говорю о тех зверствах, которые пришлось претерпеть Плахову в чеченском плену. Тяжелейший сериал, но я его тоже очень люблю.

Забавно, что Костина слава в «Убойной силе» коснулась даже папы. Когда муж полетел в командировку в Благовещенск брать заказ по аудиторской работе огромного деревообрабатывающего комбината, у него там все просили поставить автограф на кассету с «Убойной силой». Муж вернулся домой и потешался над курьезностью ситуации, но было видно, что ему очень приятно.

Ночной и дневной «Дозоры»

Во время съемок «Ночного дозора» тяжело заболел Костин и Наташин папа. И Костя после двенадцатичасовой ночной смены утром мчался в аэропорт, прилетал в Питер, бежал в больницу, чтобы поддержать папу, купить лекарства, организовать консультации и просто посидеть рядом, побеседовать. В то время я сутками дежурила в больнице, а вечером сын снова мчался в аэропорт, чтобы улететь на съемки. И так несколько раз в неделю. Мы пытались сделать всё, что могли, но, к сожалению, болезнь победила.

Костя работал с Тимуром Бекмамбетовым в «Ночном и Дневном Дозорах». Сын рассказывал, когда они приступали к съемкам, договорились, что Антон Городецкий – не супергерой, а герой поневоле, и злодей тоже поневоле. Воином он был больше в «Ночном дозоре», а в «Дневном дозоре» раскрылись все его душевные качества, он взял и влюбился. Фильм снимали по роману Сергея Лукьяненко о тайной борьбе между темными и светлыми силами.

В одном из интервью Тимур Бекмамбетов вспоминал:

«Любопытно, но на съемках „Ночного дозора“, в котором Костя играл Светлого Иного Антона Городецкого, мы с ним даже не говорили ни о какой мистике. Спокойно снимали жизнь человека, который каждый день ходит на службу, выезжает в командировки, выполняет задания. Мы не играли ни магов, ни волшебников»[60].

Помню, как я закрывала глаза от страха в финале «Ночного дозора», когда под песню «Уматурман» «И треснул мир напополам, идет война…» гостиница раскалывалась, а Городецкий стоял над пропастью. Смогла этот момент посмотреть, только когда пошла на «Ночной дозор» второй раз.

«– Константин, вы ожидали, что у фильма „Ночной дозор“ будет такой успех?

– Честно говоря, нет. Я видел материал, видел монтаж, это было достаточно хорошо, в некоторых местах даже очень хорошо. Но я не рассчитывал, что в результате будет продукт хорошего качества для нашего кино. Мне казалось, что будет хорошая середина»[61].

В прокате фильм имел огромный успех, его даже называли «первым российским блокбастером», и, на мой взгляд, он отлично снят – увлекательно, остроумно, профессионально и, конечно, актеры подобраны прекрасно: Виктор Вержбицкий, Владимир Меньшов, Гоша Куценко, Маша Порошина, Жанна Фриске. И музыка талантливая.

Алексей Герман

Алексей Герман был председателем экзаменационной комиссии в институте, когда ребята защищали диплом. Это происходило в 1994 году – мальчишки показывали ему свой дипломный спектакль «В ожидании Годо». И Алексею Юрьевичу тогда так понравилась игра Кости и Миши Трухина, что он пригласил их в свой новый фильм «Хрусталев, машину!», который как раз в то время снимал. Даже специально написал для них небольшой эпизод – сын сыграл дирижера, а Миша Трухин – музыканта. Снимались они два дня с утра до вечера, а в фильме этот эпизод длился ровно три минуты. Помню, Костя вернулся со съемок очень счастливый, что удалось поработать у такого великого Мастера.

«– Какие были ощущения, когда вам позвонил Алексей Герман и предложил сняться у него?

– Это было на уровне мистики. Потому что как раз в то самое время, когда он позвонил, я говорил о Германе с друзьями.

– Вы как-то признались, что у Германа на съемочной площадке была фантастическая атмосфера. Может, это просто по молодости вам так показалось, оттого что вы были рядом с мэтром?

– Да, так всё и было. Но я наберусь наглости и скажу, что такие же ощущения испытываю и у других режиссеров. Не думаю, что это связано с моим возрастом. И по сей день на съемочной площадке бывает праздник. Редко, но случается. А бывает и просто работа»[62].

Позже Алексей Герман пригласил Константина на главную роль в фильме «Трудно быть Богом» по книге братьев Стругацких. И несколько дней сын ходил на фотопробы. С «Ленфильма» потом позвонили и сказали от имени Германа, что Костя получился на пробах слишком юный. Через несколько лет эту роль прекрасно сыграл более взрослый Леонид Ярмольник.

Константин Хабенский

Алексей Юрьевич с другой формулировкой закончил мои пробы в фильме! Он сказал: «Константин, вы слишком красивый для моего фильма».

Иногда я тоже использую эту фразу для изящного отказа…:))

«Бедные родственники»

У Кости много разных ролей, но авантюриста остапобендеровского толка он сыграл именно в фильме Павла Лунгина «Бедные родственники» – и даже ботинки, как великий комбинатор, он там носит на босу ногу, и Пушкина цитирует. Ничто чичиковское, впрочем, этой истории тоже не чуждо. Особенно, если учесть, что Лунгин буквально перед «Бедными родственниками» снял по Гоголю сериал «Дело о мертвых душах», к тому же тут тоже мошенник Эдуард Летов, которого играет Костя, приезжает в провинциальный городок и затевает там сложные махинации – найти богатых иностранных родственников с русскими корнями и разбогатеть на зове крови.

«В сцене с „поросятами“ Эдику подыгрывал 15-летний Грегуар Лепренс-Ренге – восходящая звезда французского кино. Он сыграл одну из главных ролей в фильме Андре Тешине „Затерявшиеся“ и вместе с этим экстраординарным режиссером уже прошелся по лестнице Каннского фестиваля. От знакомства с нашими звездами парень был в восторге.

– В общении есть, конечно, языковой барьер, – сетовал Грег. Посредником в этой беседе выступила ещё одна француженка со знанием русского языка, помощник режиссера Соня Массон. – Иногда его сложно преодолеть, но, поскольку здесь хорошая атмосфера, оказывается, что для кино можно и без этого обойтись. Ещё у меня великолепные партнеры. Хабенский – настоящий профессионал, очень много чего-то мне говорит на площадке, чего я не понимаю, но тем не менее мне это очень помогает – у него такая актерская фантазия, что это всех подталкивает на хорошие импровизации. Я уже многому научился у Кости. В том числе и водку пить. Я так понял, что это целое искусство в России. Тостов пока не выучил, но знаю, как правильно закусывать. Домой наверняка вернусь другим человеком»[63].

На Кинотавре 2005 года фильм «Бедные родственники» был признан лучшим фильмом фестиваля и получил сразу три главных приза: «За лучший фильм» (Павлу Лунгину), «За лучший сценарий» (Геннадию Островскому) и «За лучшую мужскую роль» (Константину Хабенскому). Этим фильмом открыли XXVII Московский международный кинофестиваль.

«Коллектор»

Мало кто знает, что ещё до принятия закона о коллекторах, фильм «Коллектор» уже вышел. При скромном бюджете и всего за семь ночных смен Алексей Красовский снял необычный и достойный фильм, вызывающий множество противоречивых эмоций.

«– Мой герой – талантливый человек, попавший в эту профессию… Хотя я считаю, что это и не профессия вовсе, – говорит Хабенский. – Все воспринимают коллекторов как врагов, а на самом деле мой герой – обычный человек, который просит другого человека исполнить обещание, данное при подписании договора, и вернуть деньги, которые он занимал.

Может сложиться ощущение, что актер оправдывает своего героя. Но это не совсем так.

– Он слишком заигрался, поэтому и получает по заслугам. Если ты себя чувствуешь богом и виртуозом, но это приносит другим людям несчастье, то рано или поздно ты получишь от судьбы рикошет. Мой герой это начинает понимать, когда от него отворачиваются близкие друзья. Это тот правильный и необходимый момент, который бывает в жизни любого человека, когда нужно остановиться и подумать, кто рядом с тобой, для чего тебе всё это нужно, следует ли идти дальше или нужно остановиться и подумать над дальнейшей дорогой. Многие просто не замечают такие моменты…»[64]

Коллектор Артур неоднозначен, но в нём завораживает как раз внутренняя эволюция, которую он проделывает. И затаившие дыхание зрители, которые следят за его метаморфозами, тоже выходят из зала другими.

Алексей Красовский принял вызов – снял отечественный монофильм. Костя рассказывал мне, что сложность съемок и основная задача фильма состояли в том, чтобы не наскучить зрителю – в кадре всё время один и тот же человек, в одной и той же комнате, и он просто разговаривает. Как провести два часа, чтобы зрителю это было интересно? Но всё получилось, раз на «Кинотавре» 2016 года Красовский получил приз «За лучший фильм», а Костя – «За лучшую мужскую роль».

«Время первых»

Первый режиссер этого фильма, Юрий Быков, говорил: «Тандем Хабенский-Миронов бывает раз в жизни». Для подготовки к фильму «Время первых» Женя Миронов предложил Косте пойти в спортивный зал, так как роль подразумевала сцены, связанные с невесомостью. Занимались они в тренажерном зале по специальной программе, делали упражнения на выносливость, работали в скафандрах весом около 40 килограммов. Сниматься в невесомости было сложно, и по большому счету, это должны были делать каскадеры. Костя и Женя парили на тросах, создавая впечатление полета, и стараясь по возможности уберечь от травм руки, ноги и спину. Во время съемок было много экстремальных моментов, например, приземление на парашютах, когда их отнесло далеко от съемочной площадки, или в капсуле актеры проводили ни один месяц, это при том, что рабочий день в кино длится 12 часов.

Сам Костя рассказывал, что фильм для него в первую очередь

«о взаимоотношениях двух непохожих людей, оказавшихся в едином сжатом пространстве и вынужденных выживать, спасая себя и друг друга. При этом конфликт характеров и мировоззрений сохраняется до конца фильма. Это кино о подвиге людей, которых наша огромная прекрасная страна, чтобы быть впереди планеты всей, отправила практически на смерть – с вероятностью 50 на 50»[65].

Мы смотрели этот фильм на весенних каникулах с Ванюшкой, который прилетел в Москву. Оба расплакались в финале. Очень нервничали и переживали – спасут ли наших героев в тайге в такой страшный мороз. Когда закончился фильм, мы заплаканные вышли из зала, и Ваня сразу позвонил папе: «Папа, как круто, какие вы герои, я горжусь вами». Это, наверное, самая высокая оценка, когда сын тебя хвалит.

«Мечтаю, чтобы и сын, и дочка в какой-то момент сказали: ты молодец»[66].

Не актер одной роли

Смотрю фильмы сына, и передо мной проходит целая галерея образов. Косте везло в кино на исторических персонажей – это и Александр Колчак, и Лев Троцкий, и певец Петр Лещенко, и космонавт Павел Беляев. Все эти образы, как говорит сын, скорее, собирательные, но сколько же судеб прошло через его душу и сердце. Это и полковник Алексей Турбин, и учитель географии Виктор Служкин, и оперуполномоченный Игорь Плахов, и журналист Саша Гурьев, и телезвезда Александр Сашин, и пожарный Алексей Соколов, и композитор Сергей Прокофьев, и врач Константин Лукашин, и детский тренер Слава Колотилов, и писатель Антон Праченко, и политрук Лившиц, и многие другие.

Конечно, в актере важна яркая внешняя и внутренняя индивидуальность, он должен быть харизматичен. Но если в театре прежде всего ценится искусство перевоплощения, то под увеличительным стеклом кинокамеры актеру необходимо быть предельно убедительным и достоверным, искренним и органичным. Здесь важны микродвижения, мимика, выражение глаз, ему следует не только точно произносить реплики, но и наполненно молчать. Может быть, я субъективна как мать, но мне кажется, что мой сын во многом соответствует этим характеристикам. Пересматривая один за другим фильмы сына, я снова и снова убеждаюсь в том, что Константин – не актер одной роли.

«Мы с друзьями определили мое амплуа как „комическая старуха“. В него входит и комик-неврастеник, и романтический герой, и драматический, и трагикомический, и актер театра и кино, и просто хороший человек. Хорошо, что театральные критики навешивают мне разные ярлыки. Это говорит о том, что я овладеваю разными жанрами»[67].

Райдер Хабенского

Философ Георгий Плеханов как-то заметил: «Почти всегда скромность прямо пропорциональна талантливости». Надо сказать, что и мой муж, и мой папа были очень скромными людьми, чего я не могу сказать о себе. А вот о Косте могу.

Как-то до меня дошли слухи, что на съемках фильма, в котором тогда был занят Костя, молодая актриса включила в свой райдер экзотические фрукты, смузи, йогурты, нарезки, а у сына, как я знаю, в райдере только вода. Ест он кинокорм вместе со всей съемочной группой. Волнуясь о его здоровом питании, я решила похлопотать и позвонила его директору, чтобы в райдер Кости тоже добавили что-нибудь вкусное и полезное, ведь съемочный день длится 12 часов плюс дорога в оба конца, и надо хорошо питаться.

В первый раз, когда всё это принесли, сын решил, что произошла ошибка, ни к чему не притронулся и всё вернул в буфет. Когда же на следующий день обнаружил на столе такие же деликатесы, стал выяснять, откуда они берутся с такой завидной регулярностью. В итоге он узнал, что это забота мамы. Но, несмотря на это, отказался и спросил, зачем я это сделала?

– Почему молодая девочка заботится о своем здоровье, пьет сок и фрукты, а ты ешь только вредный кинокорм? – возразила я.

И услышала шутливый ответ:

– Видимо, она сюда приходит есть, а я работать.

«В движении»

Читая график занятости сына на несколько месяцев вперед, я переживаю – а сумеет ли он в этом водовороте съемок, спектаклей и встреч найти время для личной жизни, чтобы не стать похожим на своего героя – журналиста Сашу Гурьева из первого фильма Филиппа Янковского «В движении». Как рассказывал позже режиссер:

«Когда я первый раз прочитал сценарий „В движении“, то сразу понял: для того чтобы сделать этот фильм, на главную роль нужно найти такого актера, который сумеет сыграть не только отношения с другими персонажами, но и отношения с самим собой. Мне кажется, Константин Хабенский именно такой актер»[68].

Гурьев пребывает в бесконечной погоне за самим собой, но убегает от себя и не может найти то, что ему по-настоящему дорого. Слава Богу, что сын не суетится, делает добрые дела и всех любит. Кстати, Костя получил приз за лучшую мужскую роль в фильме «В движении» на кинопремии «Золотой орел – 2003».

Костя говорил мне, в этой роли ему прежде всего было интересно разглядеть человека, который хочет любить и быть любимым, хочет простых человеческих чувств.

Герой Хабенского, модный журналист, должен уметь с лоском носить пиджак и ходить по ресторанам, чего Костя не умел. И на протяжении съемок всей этой богемной жизни его учил Филипп.

«…во время съемок первую неделю я потратил на то, чтобы привыкнуть к дорогим костюмам»[69].

Роли, не сыгранные по моей вине

Я виновата перед Костей за то, что он по моей вине лишился многих ролей. В первые годы, когда мы жили ещё в Петербурге и Костя работал в Театре Ленсовета, он часто давал мне прочитать сценарии фильмов, которые ему предлагали. Но как я заметила, если я прочту сценарий, то его потом в этот фильм не приглашают. И я приняла решение – не читать.

В те далекие времена у Кости не было своего агента, а в театре он играл примерно по 30 спектаклей в месяц, домой возвращался очень поздно, и мне порой приходилось брать на себя функции агента и секретарши.

Не помню точно в каком году несколько раз нам звонили по поводу фильма «72 метра». Нет, ну это потом я уже узнала, как назывался фильм. Звонили и спрашивали телефон Кости. Называли фамилию, она звучала невнятно и напоминала мне фамилию одного пьющего актера из ТЮЗа. И я даже удивлялась – как же он в таком состоянии, всё время пьет и собирается ещё что-то снимать. Звонками мне надоели, и я телефон не дала, а сыну ничего не сказала. Позднее Костя меня укорил, сказал: «Мама, представляешь, тебе звонили несколько раз, а ты так и не дала моего телефона. Лишился я роли в фильме Владимира Хотиненко „72 метра“, правда, ее блестяще сыграл Сергей Маковецкий».

Вот такая я мама, взяла и всё испортила сыну.

«Доктор Лиза»

Как вовремя вышел на экраны фильм Оксаны Карас «Доктор Лиза». В период карантина остро встал вопрос о терпимости друг к другу, взаимопомощи, бескорыстной заботе о больных и беспомощных. На мой взгляд, фильм получился искренний, добрый и печальный.

«Хорошее, умное кино, которое оставляет светлое, теплое чувство. Мне кажется, оно внутренне подстегивает, чтобы люди сами себе повышали самооценку. Не так: „Всё плохо! Мы ничего не можем (а тут ещё и коронавирус)!!!“ Да, сложно всем. Но этот фильм вселяет надежду, что мы всё преодолеем»[70].

Впервые Константин в кинофильме исполнил роль врача. Режиссер Оксана Карас предлагала сыну следователя, но он отказался и выбрал небольшую эпизодическую роль врача в детском онкологическом отделении, так как в течение 13 лет он связан с прототипами своего героя и, мне кажется, ему было важно изнутри узнать их, почувствовать и понять. Герой моего сына на протяжении всего фильма ведет внутреннюю борьбу между чувством долга и состраданием. Доктора Лизу прекрасно сыграла Чулпан Хаматова – кому, как не ей, основательнице фонда «Подари жизнь», известны все беды и страдания больных детей.

Доктор Лиза для всех нас была каким-то неземным человеком, для нее благотворительность являлась образом жизни, порой это происходило даже в ущерб интересам собственной семьи. Но помогать тем, кто нуждается в твоей помощи, – это так же естественно, как дышать. Доктор Лиза не перевоспитывает людей, не делает их из бедных богатыми, она просто помогает всем, кому сейчас плохо. Я считаю, что фильм Оксаны Карас – это добрая память о Елизавете Глинке и надежда, что пока существуют такие неравнодушные люди, как она, у человечества есть шанс выжить.

Константин Хабенский

До этого фильма я уже встречался с персонажем, который был врачом по своей профессии. Это был Алексей Турбин из «Белой гвардии». Кино снимал прекрасный режиссёр Сергей Олегович Снежкин.

«Статский советник»

К 75-летнему юбилею Никиты Сергеевича Михалкова Первый канал показал фильм Филиппа Янковского «Статский советник», и я вспомнила родной Питер, кинотеатр «Аврора», оркестр, красную ковровую дорожку, по которой прошли актеры, снявшиеся в фильме: Олег Меньшиков, Фёдор Бондарчук, Оксана Фандера, Михаил Ефремов, Эмилия Спивак, Олег Павлович Табаков и мой сын. Помню, зрители в зале угадывали актеров под толстым слоем грима, у многих были приклеены усы, кто-то с повязкой на глазу, и радостный шёпот то и дело прокатывался по залу: «это – Олег Меньшиков»… «это – Федор Бондарчук»…

У меня в памяти остался образ террориста Грина, которого играет Константин. Он холоден и опасен, у него есть свои убеждения и своя борьба, и, глядя на него, становится понятно, почему красавица графиня Добринская (ее прекрасно играет Оксана Фандера) пополняет ряды террористов.

«Моего героя немного „перечеловечили“. Я считаю, это было лишним»[71].

Какими удивительными штрихами показана в фильме нежная и исполненная страсти любовь Грина и графини – легким соприкосновением их рук над готовой взорваться самодельной бомбой. Помню, как мои девчонки-старшеклассницы, посмотрев этот фильм, мечтали о такой же любви.

За роль Грина Костя был награжден премией «Золотой орел» в номинации «Лучшая мужская роль второго плана».

«Петр Лещенко. Всё, что было»

В 2013 году мы, люди послевоенного поколения, получили большой подарок от Первого канала – телевизионный многосерийный художественный фильм «Петр Лещенко. Всё, что было». Фильм о трагической судьбе певца Петра Лещенко снят режиссером Владимиром Коттом по последнему сценарию Эдуарда Володарского. Конечно, я испытываю ностальгию по тому времени, когда мы детьми с нашими ещё молодыми родителями слушали песни Петра Лещенко. Эти песни звучали почти в каждом доме с патефонных пластинок несмотря на то, что Лещенко был тогда запрещен. Не случайно этот самородок, сделавший себя сам, стал звездой мирового уровня.

После того как фильм вышел на экраны, было много разных отзывов, в том числе критические, отмечающие, что не всё соответствует исторической правде. Но в архивах нет ни одной кинозаписи концертов Петра Лещенко, основным источником информации служили воспоминания его жены Веры.

«Трудно судить о Лещенко: кинопленок с его выступлениями не сохранилось, есть только фотографии. Существует и немало звукозаписей, но эти звукозаписи с грампластинок довольно сильно отличаются от реальности, они тембрально искажают то, что было в прошлом. К тому же при теперешнем воспроизведении иногда быстрее темп звучания, иногда медленнее, оттого голос звучит то выше, то ниже, да и помехи, хрипы. Поэтому мы придумывали своего героя: не молдавского, не кишиневского, а какое-то сегодняшнее, собственное о нем представление – более универсальное, более обобщенное. И в звуке, и во внешнем облике это отразилось…»[72]

За год до своей кончины Вера сказала, что очень хотела бы, чтобы её мужа в фильме сыграл актер из фильма «Адмирал», который по манере держаться в реальной жизни очень напомнил ей Петю.

«Адмирал»

Всегда с болью вспоминаю о съемках фильма «Адмирал». Это один из моих самых любимых фильмов. Почему же с болью? Потому, что съемки этого фильма совпали с тяжелейшим периодом нашей жизни. Я не понимала, откуда мой сын берет силы, хотела ему помочь, но не знала, как. После премьеры возникло много споров о том, как преподнесли образ Колчака, но мне было не особенно интересно углубляться в это. Меня тронула история любви Колчака и Анны Тимиревой – сдержанной, благородной, прекрасной. Костя смог невероятно точно передать зрителю сущность русского адмирала, его сильную бесстрашную натуру и умение любить.

«Это фильм про человека, который, рискуя чужими жизнями, рискует и своей. Но при этом любовь берет верх над всем остальным.

Для меня роль Колчака была дико интересна. В ней было всё, чего я раньше почти не делал, начиная от осанки и заканчивая какими-то простыми словами, которые надо было очень просто сказать в глаза другому человеку. А не глядя куда-то на проезжающий поезд, в раскинувшиеся степи или что-то в этом духе. Слова, в простоте которых заключена правда. За которыми не стоит никакого другого смысла, кроме сказанного. Это сделать страшно. Очень. И очень тяжело. А ещё страшно посмотреть потом на экран и не поверить самому себе».[73]

Когда я пошла с Костей на предпоказ фильма «Адмирал», он мне сказал: «Мама, возьми на всякий случай полотенце побольше». И оказался прав. Я проревела весь фильм, особенно последние минуты. Мне было страшно жалко и героиню Лизы Боярской, и героиню Анны Ковальчук.

Моему сыну выпала почетная роль – создать первый положительный образ Колчака в российском кинематографе. Адмирал – настоящий пример благородного офицера – сдержанного, мужественного, сильного духом, у которого долг превыше всего.

Журналистка Алена Лаптева брала интервью у продюсера этого фильма Анатолия Максимова, и он сказал:

«Мы не делали фильм из серии „Жизнь замечательных людей“. У нас кино про любовь. К человеку, к стране, к дару жизни, в целом. Это – его содержание, история – только форма, обстоятельства, в которых разворачивается действие»[74].

Стажировка на корабле

Перед началом съемок фильма «Адмирал» Костя много читал о жизни Александра Колчака – уникально образованного человека, владеющего восемью языками, полярного исследователя и океанолога. И попросил продюсеров и режиссера дать возможность познакомиться со службой на корабле, узнать, каковы порядки на судах и каким образом в разных ситуациях действует адмирал. Я помню, в начале июля 2006 года Костя был участником выхода в море на гвардейском крейсере «Москва», чтобы пройти военные учения на Черном море под командованием контр-адмирала О. Гарамова.

В одном из интервью Дмитрий Быков поговорил с Костей об этой роли:

«– А какие ваши герои вообще на вас похожи?

– Те, которые больше всего непохожи. Объясню. Я не знаю себя, не знаю, где я. Мне всё время интересно, какой я. Если по роли видно, что я сам себе удивляюсь, – тогда да, это про меня. Если я смотрюсь органично – значит, играю другого человека, с другим опытом. Не знаю, насколько у меня получилось это объяснить.

– Вполне получилось. Вот Адмирал – вполне вы.

– Там это требовалось. Обычно как? Играешь одно, думаешь другое. Но Андрей Кравчук, поставивший „Адмирала“, – настаиваю, серьезный режиссер. У него надо играть Колчака и становиться Колчаком. То есть не совсем Колчаком, конечно, – не то мне пришлось бы для полного перевоплощения учить восемь языков и наживать ревматизм в ледяных водах, – но действительно становиться этим обобщенным Адмиралом. Носить корсет до кровавых мозолей на плечах. Делать обреченное дело. Я к „Адмиралу“ отношусь как к очень серьезной работе – и в сериальном, в полном варианте она такая и есть»[75].

О нашей подруге Алле Позиной

Фазиль Искандер в одном из своих романов написал: «…люди стремятся друг к другу по признаку душевной близости, где нету разницы в нациях, профессиях и даже в уровне благосостояния». Хочу рассказать историю о том, как Костина почитательница стала моей близкой подругой. Алла Игоревна часто бывала на спектаклях Кости, а поскольку по профессии она врач, то заметив, что у артиста сорван голос, оставляла ему на вахте записку, как можно быстро подлечиться. А когда на день рождения она подарила собственноручно вышитую икону, Костя попросил меня позвонить ей по номеру телефона, который был в оставленной визитке, и поблагодарить. Так мы подружились. Алла Игоревна оказалась очень отзывчивым, добрым, открытым человеком, всегда готовым прийти на помощь. Не раз по возвращении из деревни Тараскино с Фросей домой, а Костя был на съемках или гастролях, я понимала, что там меня ждет пустой холодильник. И каково же было мое удивление, когда около двери квартиры я обнаруживала сумки с продуктами и кормом для Фроси и с сопроводительной запиской «Не трогать, для Хабенских». А живет Алла Игоревна в другом конце Москвы, и она на метро и автобусах ехала с этими сумками через весь город.

Ещё до знакомства со мной она вязала шапочки для ребятишек из Костиного фонда, помогала разносить новогодние подарки и ежемесячно делала и делает пожертвования из своей пенсии.

Алла Позина, врач

«Я благодарна судьбе, что фильм „Адмирал“ помог мне познакомиться с семьей Хабенских. Мы знали о Косте с его первого большого фильма „Женская собственность“ и поняли, что у нас в стране появился большой артист. Но, к сожалению, не видели его спектаклей, да и фильмы с его участием редко шли по ТВ. Но „Адмирал“ просто потряс. А главное, порадовала игра Константина, потому что чувствовалось, что это не просто профессиональная игра, а проявление человеческой сущности этого актера – порядочности, верности слову, силы духа. Да ещё в это время был очень тяжелый период в личной жизни Константина, и мы поражались, как этот молодой мужчина так стойко и достойно смог его пережить. И стали уважать его не только как большого актера, но и как человека с большой буквы. С тех пор мы постоянно и с интересом наблюдаем за его творчеством, пересмотрели и не по разу все его спектакли, фильмы, выступления, очень радуемся, когда ему вручают награды и призы. И еще больше стали восхищаться неутомимой работой в благотворительном фонде. И даже сами стали принимать участие в некоторых благотворительных акциях.

А восемь лет назад мне посчастливилось познакомиться с мамой Кости, Татьяной Геннадьевной. Ещё раньше, читая интервью с Константином Хабенским, я просто почувствовала, что у нас очень много общего с семьей Хабенских. И так произошло, что мы подружились с Татьяной Геннадьевной, стали вместе ходить в кино, храм, на Костины премьеры, в гости друг к другу, и Фросю мы полюбили как родную. И она даже гостила у нас, когда они уезжали. Таких семей, как Хабенские, не так много на свете – глубоко порядочных, доброжелательных и интеллигентных, и неудивительно, что у этих необыкновенных родителей выросли замечательные и талантливые дети.

Меня восхищает отношение к детям Татьяны Геннадьевны. Это высшая форма любви, беспредельная степень самопожертвования. После того как произошла беда у сына, она без раздумий оставила родной город, работу, друзей, свою с таким трудом заработанную и с такой любовью обустроенную квартиру и с одним чемоданом переехала в огромную незнакомую Москву. И полностью погрузившись в жизнь сына, стала его тылом, плечом, помощником. И немудрено, что теперь Константин делает всё, чтобы мамина жизнь была удобной и счастливой, не только выполняя, но и предугадывая её желания».

Мой адмирал

Я очень рада, что мой сын стал не только народным артистом, лауреатом Государственной премии, но и настоящим мужчиной, который берет на себя ответственность за семью, всегда держит слово и первым приходит на помощь. Я думаю, что правильное отношение к семейной жизни у моих детей сформировалось ещё в детстве, когда они видели, как общаются между собой папа и мама, помогают во всём друг другу, не разделяя обязанности на мужские и женские, как они все силы и средства отдают своим детям и родителям, а главное, любят и уважают друг друга и детей. Сейчас Костя является главой нашего большого семейства. И несмотря на огромную занятость – в кино, театре, фонде – он всегда в курсе дел всех родственников. Для всех он – главный советчик и помощник.

А ещё Костя обожает делать подарки и сюрпризы, чтобы доставить своим близким радость. Одним из таких неожиданных сюрпризов было его появление всего на несколько часов на юбилее сестры Наташи, которая живет в Австрии, с красивым букетом ее любимых цветов. Для дочери это был самый лучший подарок.

При первой возможности Костя летал к сыну Ване в Барселону. Они вместе ходили в музеи, театры, катались на лыжах, даже пандемия не разлучила отца и сына, они использовали ее для игры в шахматы и бесед.

С особой радостью Костя занимается со своими дочками, хотя это бывает, к сожалению, не так часто. Он любит читать им сказки, они придумывают истории, и даже специально для них озвучил образ папы в «Малышариках».

«Озвучивать анимационные фильмы сложнее, чем обычные. В обычных изначально действуют живые люди, а в анимации – нарисованные. Их нужно озвучить так, чтобы зритель поверил, что перед ним человек, а не картинка. Нужно поработать. Но работать мегаответственно здесь нельзя, надо веселиться, веселить партнеров на съемочной площадке и звукорежиссера. Да и самому необходимо держаться в хорошем настроении, для того чтобы получилась многовариантная история – забавная, наивная, трогательная»[76].

Теперь, когда Кости нет дома, дочки с удовольствием смотрят эти мультики.

А в наших с ним отношениях произошли изменения – мы поменялись местами. Если в детстве я заботилась о своем сыне, то теперь он заботится обо мне. Я очень благодарна ему за это. Сейчас сын – главный мужчина в моей жизни, моя опора, мой Адмирал.

Послесловие

В старых романах хорошим тоном считалось в эпилоге рассказать о том, что же потом случилось с героями. Пожалуй, и я поступлю так же, хотя бы потому, что жизнь продолжается и точку поставить невозможно – Костя по-прежнему, слава Богу, играет в театре, снимается в фильмах, занимается благотворительностью. Назову несколько проектов, которые сейчас находятся в процессе осуществления.

Перезапуск «Поколения Маугли»

Я писала о благотворительном детском спектакле «Поколение Маугли», но считала, что он уже в прошлом. Так вот – недавно его перезапустили! Костя уверен, что спектаклю есть куда расти.

«У нас есть такой театральный проект „Поколение Маугли“ – с его помощью мы в разных городах ищем средства на спасение детишек, которые оказались между жизнью и смертью, и участвуют в этом проекте их ровесники. Из них вырастают люди, которые с детства знают, что такое спасти человеческую жизнь. По сути, формируется и обучается новая молодая армия, армия милосердия»[77].

Прогоны для прессы и зрителей уже успешно прошли. Остается пожелать ста двадцати юным и пяти взрослым актерам благополучных премьер в «Крокус Сити Холле» и в МХТ им. А.П. Чехова. Дай бог, чтобы всё получилось!

Фильм «Чемпион мира»

Ещё одна прекрасная новость: в декабре 2021 года ожидается выход художественного фильма «Чемпион мира» (режиссер Алексей Сидоров). Это фильм об одном из самых драматических поединков в истории шахмат, легендарном матче за звание чемпиона мира между действующими чемпионами мира Анатолием Карповым (которого играет Иван Янковский) и Виктором Корчным (роль которого исполняет Константин Хабенский). Происходило шахматное сражение на Филиппинах в 1978 году, турнир длился 110 дней. Для этой картины консультантом выступил сам Анатолий Карпов.

Для самых маленьких зрителей

А ещё Константин готовит премьеру четвертого сезона «Малышариков», младших друзей смешариков. Сын уже не первый год с удовольствием озвучивает папу этих забавных и симпатичных героев и даже поет.

Интуиция

С волнением жду, как пройдут премьеры спектакля «Интуиция» в театре драмы Василия Шукшина в Барнауле. Постановка приурочена к столетию театра и вошла в его репертуар. Спектакль поставлен по оригинальной пьесе Александра Цыпкина. Автором идеи и художественным руководителем является мой сын. Режиссер Даниил Чащин. Это первая интерактивная пьеса-рассказ-опрос с вариативным финалом, а ещё это спектакль-бенефис 15 актеров разных поколений.

Самый добрый фильм года

Недавно состоялась мировая премьера из России «Байкал. Удивительные приключения Юмы». Документальный фильм снимали и монтировали целых пять лет. Это фильм для семейного просмотра, он о приключениях маленькой, но очень любопытной и смелой байкальской нерпы по имени Юма. Роли в фильме озвучивают Чулпан Хаматова и Константин Хабенский.

«Враки, или Завещание барона Мюнхгаузена»

Открою ещё один секрет Полишинеля: в МХТ идут репетиции спектакля «Враки, или Завещание барона Мюнхгаузена», режиссер – Виктор Крамер. В роли Мюнхгаузена – Константин Хабенский. Мюнхгаузен жил в непростом мире и своими фантазиями очень старался этот мир изменить.

Но подробно, пожалуй, напишу об этом спектакле и ещё о многом другом уже в своей следующей книге. Очень бы этого хотелось!

Послесловие литературного редактора, или Как мы работали над книгой

Книга «Мой Адмирал» для начала была рассказана мне Татьяной Геннадьевной Хабенской по телефону и параллельно записана мной на диктофон. Пока я слушала и потом вместе с Еленой Кукиной (Лена, спасибо за помощь!) расшифровывала, понимала, что моя основная задача – не испортить. Не испортить живые истории, всплывающие одна за другой в памяти удивительно радостного, энергичного, стойкого, умного и доброго человека. Сохранить неподражаемую интонацию – доброжелательную и ироничную. Передать деликатность и в то же время природную бойкость характера, и главное, любовь к сыну, которой дышит каждое ее слово.

Мы созванивались с Татьяной Геннадьевной ежедневно, обсуждали разные подробности, она присылала мне фотографии, ссылки на статьи и интервью, видеозаписи. Мы продумывали структуру и сошлись на том, что истории расположатся ассоциативно, а не в хронологическом порядке; что мы дадим слово друзьям Константина, его учителям и коллегам; что непременно включим фрагменты интервью с Хабенским, коль скоро речь зайдет о том, о чем он уже говорил; что, конечно же, будут фотографии, много фотографий; и что чудесно было бы, если бы Константин потом, когда все уже будет написано, согласился бы написать маленькое предисловие и (ну а вдруг? случаются же чудеса?) дать внутри текста комментарии. И ура, чудо случилось, так что это книга воспоминаний о Константине Хабенском с его настоящим присутствием.

Думаю, не могло не отразиться на тексте то, как хорошо нам было работать над ним и как жалко с ним расставаться – мы все дописывали и улучшали его, и отправляли бесконечные «Последние», «Самые последние», «Итоговые» и «Самые самые самые» варианты Татьяне Чурсиной, которой я бесконечно благодарна за терпение и за то, что она предложила мне принять участие в этом проекте. Для меня это было честью, счастьем и прекрасным новым опытом.

Я уверена, что с выходом книги «Мой Адмирал» мир станет немножечко лучше, и от всего сердца желаю ей хорошей судьбы и неслучайных читателей.

Надя Делаланд

Иллюстрации

Константин Хабенский. 1973 г. Фото из семейного архива

Татьяна Хабенская. 1970 г. Фото из семейного архива

Юрий Хабенский. 1970 г. Фото из семейного архива

Мой папа Геннадий Александрович Никулин, мама – Лидия Ивановна Никулина, Татьяна Никулина, тетя – Елена Ивановна Попова. 1948 г. Фото из семейного архива

Юрий Аронович, Татьяна Геннадьевна, Наталья и Константин Хабенские с бабушкой Лидией Ивановной. 1983 г. Фото из семейного архива

Бабушка Константина Лидия Ивановна Никулина. 1980-е гг. Фото из семейного архива

Костя с мамой Татьяной Геннадьевной

Костя Хабенский. Гагры. 1975 г.

Костя Хабенский. 1976 г. Фото из семейного архива

Наташа и Костя с мамой. Пионерский лагерь в Гаграх. 1984 г. Фото из семейного архива

Татьяна Геннадьевна с подругами. Премьера фильма «Ночной Дозор». 2004 г.

Татьяна Геннадьевна Хабенская в окружении зрителей на спектакле в МХТ им. А.П. Чехова. Фото – Екатерина Цветкова

Константин Хабенский. Гастроли театра им. Ленсовета в Венеции. Середина 1990-х. Фото из личного архива

Любимая собака Фрося

«Костя ничего мне не сказал, потому что всё решал сам. Он вооружился обычными хозяйственными ножницами и под углом примерно 15 градусов подстриг себе челку – от брови к виску. И на следующий день он уже щеголял в пионерском галстуке». 1983 г. Фото из семейного архива

Поступление в театральный институт. С Денисом Аксёновым. 1990 г. Фото из семейного архива

Четвертый курс ЛГИТМиКа. Этюды. Фото из семейного архива

Команда Благотворительного Фонда Константина Хабенского. 2020 г. Фото из личного архива

Благотворительный футбольный матч. 2020 г. Фото из личного архива

Детский музыкальный спектакль «Поколение Маугли». Фото из личного архива

Ольга Литвинова, Анастасия Приц, Сергей Гармаш, Александр Цыпкин, Константин Хабенский, Иван Хабенский, Аглая Тарасова. Фото из личного архива

С Александром Цыпкиным. 2018 г. Фото из личного архива

Проект «Эрмитаж. Погружение в историю» с Константином Хабенским. 2017 г.

«Дом для богатых». 2000 г. Фото из личного архива

«Наташа». 1997 г. Фото из личного архива

Пробы к фильму «Трудно быть богом». 1994 г. Фото из личного архива

«В движении». 2002 г. Фото – Юлия Белякова

«Убойная сила. Предел прочности». Евгений Ганелин, Константин Хабенский, Андрей Федорцов. 2001 г. Фото – Антон Вербин

«Женская собственность». Константин Хабенский, Нина Усатова. 1998 г. Фото – Ольга Моисеева

«Женская собственность». Дмитрий Месхиев, Константин Хабенский, Елена Сафонова. 1998 г. Фото – Ольга Моисеева

«Свои». Константин Хабенский, Сергей Гармаш. 2004 г. Фото – Юрий Зайцев

«Бедные родственники». Павел Лунгин, Константин Хабенский. 2005 г. Фото – Елена Перова

«Есенин». В роли Троцкого – Константин Хабенский. 2005 г. Фото – Николай Ежевский

«Гибель Империи». 2005 г. Фото – Ирина Середа

«Статский советник». 2005 г. Фото – Игорь Гневашев

«Статский советник». Оксана Фандера, Константин Хабенский. 2005 г. Фото – Игорь Гневашев

«Механическая сюита». Константин Хабенский, Сергей Гармаш. 2002 г. Фото – Юрий Зайцев

«Чудо». Константин Хабенский, Полина Кутепова. 2009 г. Фото – Сергей Павлов

Со съемок к/ф «Адмирал». Режиссер – Андрей Кравчук, Елизавета Боярская, Константин Хабенский, Анна Ковальчук. 2008 г.

«Адмирал». Александр Клюквин, Константин Хабенский. 2008 г.

«Адмирал». 2008 г.

«Дневной Дозор». 2006 г. Фото – Ирина Середа

«Небесный суд». Ингеборга Дапкунайте, Константин Хабенский. 2011 г. Фото – Олег Кутейников

«Петр Лещенко. Все, что было…». 2013 г. Фото – Анастасия Глинская

Константин Хабенский, Анна Меликян. На съемках фильма «Фея». 2017 г. Фото из личного архива

На съемках фильма «Трое». 2019 г. Фото из личного архива

«Собибор». 2018 г. Фото – Эльмира Айнулова

На съемочной площадке фильма «Огонь». 2019 г. Фото – Сергей Коротков

«Метод». 2020 г. Фото – Роман Галасун

«Калигула». Режиссер – Юрий Бутусов. Театр им. Ленсовета. 1998 г. Фото – Виктор Васильев

«Калигула». Режиссер – Юрий Бутусов. Театр им. Ленсовета. 1998 г. Фото – Виктор Васильев

«Калигула». Михаил Пореченков, Константин Хабенский. Режиссер – Юрий Бутусов. Театр им. Ленсовета. 1998 г. Фото – Эдгар Зинатуллин

«Смерть Тарелкина». Режиссер – Юрий Бутусов. 2002 г. Фото – Александр Гнедич

«В ожидании Годо». Михаил Трухин, Михаил Пореченков, Константин Хабенский. Режиссер – Юрий Бутусов. Театр им. Ленсовета. 1997 г. Фото – Виктор Васильев

«Братец Кролик на Диком Западе». Режиссер – Владислав Пази. Театр им. Ленсовета. 1998 г. Фото – Эдгар Зинатуллин

«Войцек». Режиссер – Юрий Бутусов. Театр им. Ленсовета. 1997 г. Фото – Виктор Васильев

«Трехгрошовая опера». Режиссер – Кирилл Серебренников. МХТ им. А. П. Чехова. 2009 г. Фото – Екатерина Цветкова

«Гамлет». Режиссер – Юрий Бутусов. МХТ им. А. П. Чехова. Константин Хабенский, Марина Голуб. 2005 г. Фото – Екатерина Цветкова

«Белая гвардия». Режиссер – Сергей Женовач. МХТ им. А. П. Чехова. 2004 г. Фото – Екатерина Цветкова

«Белая гвардия». Михаил Пореченков, Константин Хабенский. Режиссер – Сергей Женовач. МХТ им. А. П. Чехова. 2004 г. Фото – Екатерина Цветкова

«Белая гвардия». 2004 г. Фото из личного архива

«Утиная охота». Константин Хабенский, Михаил Пореченков. Режиссер – Александр Марин. МХТ им. А. П. Чехова. 2002 г. Фото – Екатерина Цветкова

«Утиная охота». Константин Хабенский, Марина Зудина. Режиссер – Александр Марин. МХТ им. А. П. Чехова. 2002 г. Фото – Екатерина Цветкова

«Не покидай свою планету». Фото – Алексей Молчановский

«Не покидай свою планету». Константин Хабенский, Юрий Башмет. Режиссер – Виктор Крамер. 2016 г. Фото – Екатерина Цветкова

«Не покидай свою планету». Режиссер – Виктор Крамер. 2016 г. Фото – Екатерина Цветкова

«Контрабас». Режиссер – Глеб Черепанов. МХТ им. А. П. Чехова. 2014 г. Фото – Екатерина Цветкова

«Контрабас». Режиссер – Глеб Черепанов. МХТ им. А. П. Чехова. 2014 г. Фото – Екатерина Цветкова

«Контрабас». Режиссер – Глеб Черепанов. МХТ им. А. П. Чехова. 2014 г. Фото – Екатерина Цветкова

«Чайка». Олег Табаков, Константин Хабенский. Московский театр Олега Табакова. 2011 г. Фото – Екатерина Цветкова

Юбилейный вечер Олега Табакова. Михаил Трухин, Константин Хабенский, Михаил Пореченков. 2010 г. Фото – Екатерина Цветкова

Юбилейный вечер Олега Табакова. Михаил Пореченков, Константин Хабенский. 2005 г. Фото – Екатерина Цветкова

«Трехгрошовая опера». Режиссер – Кирилл Серебренников. МХТ им. А. П. Чехова. 2009 г. Фото – Екатерина Цветкова

Примечания

1

Константин Хабенский о благотворительном матче: «Спасибо актерам, которые решились на участие в такой хулиганской затее». Sportweek.org

2

Из интервью Наталии Котовой «Героев не играю». Rusactors.ru

3

Константин Хабенский: «Хочу разрушить стереотипный положительный образ». Собака. ru

4

Полина Еременко. Правила жизни Константина Хабенского // Esquire. 2014. Декабрь.

5

Вениамин Буженинов. «Неизвестный Хабенский» // Невское время, Телевик. 2000.

6

Интервью на канале «Россия-24», статья «Помощь друг другу должна стать привычкой».

7

Константин Хабенский: «Я не гонюсь за тем, чтобы студий было как можно больше». Wday.ru

8

khabenskiy.ru

9

«Я еще не сделал в профессии все, чтобы спокойно от нее отказаться» // Psycholigies. 2017. № 16.

10

«Константин Хабенский возобновит спектакль „Поколение Маугли“». Style.rbc.ru

11

Константин Хабенский: «Донашиваю одежду за своими героями» // wday.ru. 2020. 28 ноября.

12

Константин Хабенский: «Простить – значит идти дальше». Симпобедиши. рф

13

Константин Хабенский: «Своих детей мы не бросаем». Goodhouse.ru

14

Егор Москвитин. АфишаDayly. 2018. 4 мая. URL: https://daily.afisha.ru/cinema/8894-konstantin-habenskiy-o-sobibore-mne-ne-stydno-pokazat-etu-istoriyu-obychnomu-zritelyu/

15

Meduza.io

16

«Чертовски приятно». Хабенский оценил выдвижение «Собибора» на «Оскар» // LIFE. 2018. 21 октября.

17

«Я еще не сделал в профессии всё, чтобы спокойно от нее отказаться» // Psycholigies. 2017. № 16.

18

Константин Хабенский: «Хочу разрушить стереотипный положительный образ». Собака. ru

19

«Я – Козерог!»// Телевик. 2002. № 10.

20

«19 актеров о Константине Хабенском» // Собака. ru. 2014. 2 октября.

21

«Собибор» Хабенского восхитил знаменитостей. В Москве состоялась общероссийская премьера дебютного фильма Константина Хабенского. News.ru

22

«Учитель Хабенского высоко оценил его фильм „Собибор“» // Вечерняя Москва. 2018. 13 июня.

23

«Актерская профессия – не окончательный диагноз» // Культпоход. 2006. № 5(06). Май.

24

«Нет таких ролей, где я играю себя» // Эгоист. 2006. № 11.

25

Музыкальная жизнь. 2013. № 9.

26

Наталья Николайчик. «О звездной болезни, воспитании детей и полетах в космос» // 7 дней. 2017. № 15. 10–16 апреля.

27

«Назад в будущее вместе с Эрмитажем» // Фонтанка. ру

28

«Константин Хабенский прочел монолог „Калигулы“ на открытии фестиваля Башмета». Dvhab.ru

29

«Чувствую восхищение, трепет и восторг перед тем, чего я не умею». Интервью Елены Петрушанской с Константином Хабенским о первой работе с Башметом Камю «Калигула» // Музыкальная жизнь. 2013. № 9.

30

Интервью Константина Хабенского Елене Петрушанской // Музыкальная жизнь. 2013. № 9.

31

«Актерская профессия – не окончательный диагноз» // Культпоход. 2006. № 5(06). Май.

32

Елена Петрушанская Название? // Музыкальная жизнь. 2013. № 9. С. 26.

33

Там же.

34

Вадим Верник. Закон сохранения энергии // ok-magazine.ru. 2017. № 13. 23 марта.

35

Евгения Тропп. «Метаморфозы» // Петербургский театральный журнал. 1999. № 17.

36

Ирина Алпатова. Lensov-theatre.spb.ru

37

Константин Хабенский: «Хочу разрушить стереотипный положительный образ». Собака. ru

38

Юбилей Табакова. 70 лет. Kp.ru. 2005. 17 октября.

39

Константин Хабенский: Профессия очень сволочная. Собеседник 18.01.2006.

40

«Константин Хабенский. Глазами десяти» // ОК. 2008. № 39. 25 сентября.

41

Новости. 2016. 21 апреля.

42

Удивительные цитаты Константина Хабенского. Resfeber.ru

43

Елена Ямпольская. «За встречу, господа!» // Культура. 2009. № 23. 11 февраля.

44

В. Кичин. «При своих» // Русская народная линия. 2004. 28 июня.

45

Tass.ru

46

Константин Хабенский: «Донашиваю одежду за своими героями» // wday.ru. 2020. 28 ноября.

47

Интервью Валерии Кузнецовой с Константином Хабенским. «Герой поколения Next». Habenskiy.narod.ru

48

Программа «2 ВЕРНИК 2» Телеканал «Культура». 2018. Smotrim.ru

49

Константин Хабенский: «Иногда путают „звездную болезнь“ с элементарной усталостью». Zen.yandex.ru

50

Вести ру. «Кино». 27 декабря 2020 г.

51

Волгоград-ТРВ. «Героическая история о пожарных и спасателях: в прокат вышел фильм „Огонь“». 2020. 25 декабря. Volgograd-trv.ru

52

Интервью с Константином Хабенским опубликовал журнал «ОК!».

53

«Эхо Москвы». Я. Розова: «Режиссер Алексей Нужный поделился подробностями о съемках одной из самых напряженных сцен фильма „Огонь“».

54

Константин Хабенский: «Донашиваю одежду за своими героями» // wday.ru. 2020. 28 ноября.

55

Валерий Кичин. Интервью с Велединским: «Без любви правда – ложь» // Российская газета. 2013. № 248.

56

Валерий Кичин. Интервью с Велединским: «Без любви правда – ложь» // Российская газета. 2013. № 248.

57

Хабенский рассказал Урганту о фильме «Фея» он сыграл разработчика игр. 2020. 2 мая. Kanobu.ru

58

«Я – Козерог!» // Телевик. 2002. № 10.

59

Константин Хабенский: «Донашиваю одежду за своими героями» // wday.ru. 2020. 28 ноября.

60

«19 актеров о Константине Хабенском» // Собака. ru. 2014. 2 октября.

61

Константин Хабенский: «Иногда путают „звездную болезнь“ с элементарной усталостью». Zen.yandex.ru

62

Константин Хабенский: «Иногда путают „звездную болезнь“ с элементарной усталостью». Zen.yandex.ru

63

Хабенский и его крымские «родственники»: что осталось за кадром. Crimea.mk.ru

64

«Хабенский показал, как отбирать деньги». Mirnov.ru

65

«Я ещё не сделал в профессии всё, чтобы спокойно от нее отказаться» // Psycholigies. 2017. № 16. Май.

66

Константин Хабенский о Табакове, съемках в плохих фильмах, смерти первой жены и о том, как напивался на сцене. Kp.ru

67

«Актер никому ничего не должен» // Сериал. 2002. № 51.

68

«19 актеров о Константине Хабенском» // Собака. ru. 2014. 2 октября.

69

«Выдвиженец» // Gentlemens. 2003. № 3. Март.

70

«Кино не о боли, а о людях». Константин Хабенский – о фильме «Доктор Лиза» // Аргументы и Факты. 2020. № 43. 21 октября.

71

«Звездный советник» // Ваш тайный советник. 2005. № 15. 18 апреля.

72

Елена Петрушанская. Интервью с Константином Хабенским // Музыкальная жизнь. 2013. № 9.

73

«Время Х: Константин Хабенский» // Inflight Review. 2008. № 10. Октябрь.

74

Комсомольская правда. 2008. 8 октября.

75

Собеседник. 2014. № 13.

76

«Я не сижу часами и не наслаждаюсь своим голосом». Kommersant.ru

77

Симпобедиши.рф

Content

Татьяна Хабенская
Мой адмирал

Предисловие

Почему я решила написать эту книгу

Лето и хоккей

Футбол и благотворительность

Здравствуй, Гидрофак!

Встреча с будущим мужем

Смотрины

Поход в военкомат

Инспекция из военкомата

Вот так нам аукнулся мой поход в военкомат

Путь до Нижневартовска

Тюменский Север

Квартира с наследством

Спасибо котятам и щенятам!

Контейнер прибыл, доставить невозможно

Первая покупка на Севере

Не садись в машину к незнакомцам

«Вот дом, в котором живет предместком»

Это же ка-та-фо-ты!

Горький опыт первых пельменей

Провал

Люк и муравей. Хоррор

Добытчик

Телевидение в нашей жизни

Сливовый сок

«Давай закурим, товарищ, по одной…»

Первая детская любовь

Балкон

Часы с кукушкой

Часы, побывавшие на Луне

Выдумщик

Карлсон в жизни Константина

Студии творческого развития

Вербатим «Папа, я тебя люблю»

Фильм «Оперение»

Фестиваль «Оперение»

«Поколение Маугли»

«Оперение» в Петербурге

«Оперение» в Челябинске

«Оперение». Обмен опытом

«Оперение». Дисциплина

«Оперение». Этап взросления

Я всегда верила в сына

Фонд помощи больным детям

Что дает человеку благотворительность

Почему Костя оставил только один спектакль

Кино и благотворительность

«Собибор»

Костин папа

Как Юра Юру «выручил»

«И» – интеллигентность

Как Костю родной отец не узнал

Судьбоносное решение

Школа рабочей молодежи

Школьные годы Константина

Почему Костю не приняли в пионеры с первого раза? И причем здесь Мирей Матье?

Сочинение

Литература в школе

Первый опыт предательства

Тамада

Шестнадцатилетие

Ремонт своими руками

Как я стала школьной учительницей

Первая в жизни работа

Вторая Костина работа

Как Костя попал в студию при театре «Суббота»

Поступление, отчисление и гастроли в Лондон

ЛГИТМиК на Моховой в Петербурге (1990–1994)

Театр на Крюковом канале

Театр «Ленсовета»

«Время Высоцкого»

Уроки музыки

Музыка

«Параллельные миры»

Виртуальные миры. «Эрмитаж. Погружение в историю»

Третьяковка с Хабенским

Башмет и Хабенский. «Калигула»

Знакомство с Галиной Борисовной Волчек

На что потратить 300 тысяч?

Как папа отдал всю зарплату

Мэкки-Нож и Петр Лещенко

Шекспир, Юровский и Хабенский

«Музыка от А до Я»

«Прокофьев: Во время пути»

«Петя и волк»

Кистинтин из Ленинграда

Первые аплодисменты

«Калигула» в Театре Ленсовета

Как бабушка Лида смутила Виктюка

Знакомство с Настей

Олег Павлович Табаков

Роль Зилова в «Утиной охоте»

Первая поездка в МХТ на премьеру «Утиной охоты»

Кое-что о фанатизме

«Маленький принц»

Радость и горе

Две жизни

Лучик надежды

Последний месяц

Ванюшка

Возвращение на сцену. Ольга

Встреча с Дмитрием Месхиевым на «Ленфильме». «Женская собственность»

«Механическая сюита»

«Свои»

Мужской хор творцов (МХТ) им. Гагарина

Я с внуком и «Контрабасом»

«Констрабас» и контрабасист

«Контрабас» и цветные носки

Такой неновенький костюм на нем

Ангина и нарушение больничного режима

Артист остался, а семья уехала

Как у нас появилась Фрося

Как Фрося обиделась

Чьи-то черные уши, или Как Фрося стала актрисой

Фросина любовь

История семьи. Дедушка по материнской линии

История семьи. Бабушка по материнской линии

История семьи. Дедушка по отцовской линии

История семьи. Бабушка по отцовской линии

Карманные крысята

Принципиальный дедушка Гена

Во дворе трава

Несостоявшееся варенье бабушки Лиды

Праздники и домашние традиции

О Наташе и внуках

Сатирикон

Первая главная роль в кино

Спектакль «Войцек» и производственная травма

«И вот опять дают задержку рейса…»

История одного мальчика, который писал хорошие стихи

Работа в кино

«Огонь»

Огонь, вода и кончился кислород

«Географ глобус пропил»

«Фея»

«Трое»

«Небесный суд»

Сериал «Убойная сила»

Ночной и дневной «Дозоры»

Алексей Герман

«Бедные родственники»

«Коллектор»

«Время первых»

Не актер одной роли

Райдер Хабенского

«В движении»

Роли, не сыгранные по моей вине

«Доктор Лиза»

«Статский советник»

«Петр Лещенко. Всё, что было»

«Адмирал»

Стажировка на корабле

О нашей подруге Алле Позиной

Мой адмирал

Послесловие

Послесловие литературного редактора, или Как мы работали над книгой

Иллюстрации

Примечания