Айт Элис

НЕВЕСТА БЕЗ ПРАВА ВЫБОРА

Пролог

Темные залы и коридоры дворца сменяются один за другим. Я бегу по ним, придерживая пышное платье. Скоро дыхание начинает сбиваться. Скользкий паркет и туфельки плохо подходят для бега. Время от времени по сторонам слышится смех или шепот других девушек, участвующих в отборе невесты для принца. Для них это всего лишь игра, способ убить время и заодно повеселиться. Если повезет — побывать в объятьях принца до того, как будет официально объявлена невеста, и изменить его выбор.

Для меня это вопрос жизни и смерти.

Голос преследующего меня мужчины до сих пор звучит в ушах. «Я найду тебя, иномирянка. Где ты бы ни была». Некромант с ледяным взглядом, пытающийся меня убить, тоже скрывается где-то в ночном дворце. Если я первой не найду принца Альхара — единственного, кто может меня защитить, — эта ночь станет для меня последней.

Еще одна комната, другая, третья… Альхар, где же ты? Везде только пустота. Будь проклят тот, кому пришла в голову дурацкая затея играть в прятки! Я бы испепелила его, благо уже научилась управляться со своей магией.

Мне удается проскользнуть незамеченной прямо под носом у двух соперниц. Они обсуждают, что еще никто не проверил сад и беседки в нем. Я кидаюсь туда, прикрывая себя заклинанием — не столько из-за других девушек, сколько из-за некроманта, который может быть где-то рядом.

В саду темно и тихо. Редкие фонари тускло мерцают под снежными шапками, мягкий белый покров похрустывает под ногами. Я осторожно пробираюсь по дорожкам, обхватив себя за плечи от холода. Надо было захватить меховую накидку, но время не терпит.

В беседке действительно кто-то есть. Высокий, статный, длинные волосы почти белого цвета достигают плеч. Дрожащий огонек садовой лампы обрисовывает волевой подбородок и гордый профиль.

Альхар. Я с облегчением выдыхаю и делаю шаг вперед.

В тот же миг вокруг сжимаются объятия-цепи, которым очень далеко до ласковых. Они заставляют меня биться, как птицу в клетке, но результат один — мне не вырваться из крепких мужских рук. А морок в беседке тает. Это была всего лишь умелая магическая иллюзия.

Голубые глаза некроманта жалят хуже льда. Сердце замирает от ужаса.

— Ну что, иномирянка, — усмехается мужчина. — Теперь ты моя.

Глава 1

За некоторое время до этого…

У вас когда-нибудь бывали хорошие понедельники? У меня — нет. А сегодняшний и вовсе пытался побить все антирекорды.

Простуда, которую я подхватила еще в пятницу вечером, проторчав на морозе в ожидании автобуса, испортила мне все выходные и превратила утро первого рабочего дня в ад. Поваляться в кровати и спокойно поболеть не дали — через неделю у фирмы юбилей, у руководства большой праздник, а отдуваться, естественно, должны обычные сотрудники вроде меня.

Выбора большого не было — или увольняйся, или терпи. В моей ситуации он сокращался до простого «терпи». Когда ты девушка двадцати семи лет с врожденным пороком сердца и на лекарства уходит прорва денег, а в твоем крошечном городе нет другой подходящей работы, особенно не попривередничаешь.

Когда я вышла из офиса, автобусы уже не ходили. Домой пришлось тащиться по сугробам — коммунальные службы, как обычно, до самого декабря не подозревали о приближении зимы. Медленно падающие снежинки, которые сверкали под фонарями, не радовали совсем. До постели бы доползти.

Кашель раздирал горло, еще и сердце заболело. Оно часто ныло в последнее время. Врачи ругались, говорили: с такой болезнью нельзя напрягаться, надо больше отдыхать. Вот бы еще моя начальница к ним прислушивалась!

Домой я добралась, чувствуя себя не на двадцать семь, а на все сто двадцать семь. Дверь никто не открыл, пришлось замерзшими пальцами проворачивать ключ. Пустая квартира встретила меня запахом корицы. Наверное, Юлька, младшая сестра, что-то готовила, перед тем как умчаться на свидание к жениху. Мамы тоже не было — у нее сегодня ночная смена.

Есть не хотелось, и на кухню я заглядывать не стала. Умывшись, поползла сразу в комнату, поближе к кровати. Сил не было ни на что. Следовало бы выпить лекарства, но банка выскользнула из ослабевших рук, и таблетки рассыпались по полу. «Вот черт», — уныло подумала я и шмыгнула, рассматривая, как они закатываются под шкаф.

Позже соберу. Слишком сильно меня клонило в сон. Не будет ничего плохого, если я подремлю полчасика, правда? Надо бы, правда, выпить что-нибудь от температуры, пусть и страшно лень.

Усталость я все-таки переборола, сходила на кухню, прилежно выпила все необходимое и только потом упала в постель, чтобы не вставать до утра. Среди знакомых гуляло достаточно историй о том, как сердечники заболевали какой-нибудь чепухой, махали рукой на лечение, а в результате ложились спать и больше уже не просыпались. Я долгие годы сражалась за собственную жизнь и сдаваться не собиралась. Я буду бороться. Я буду…

* * *

Меня разбудили прикосновения. Кто-то тряс меня за плечо, несильно, но раздражающе. Я нечленораздельно замычала и попыталась повернуться на другой бок. Будильник еще не звенел, а раньше этого срока меня не поднимет даже зомби-апокалипсис.

Тряска не прекратилась. Наоборот, стала настойчивее. Что за изверг пытается лишить меня нормального сна? Я дернулась и запоздало сообразила, что меня зовет мужской, а не женский голос.

— Леста! Леста, очнись!

Вот только никакой Лесты я не знала — это раз. И в квартире нашей мужчины тоже не жили — это два. Мама разъехалась с отцом, еще когда я училась в универе, а у Пашки, сестринского жениха, была собственная однушка. Он к нам и в гости-то всего пару раз приходил. Юлька, стесняясь нашей бедности, старалась водить его сюда пореже.

Низкий голос все не умолкал. Тревога заставила меня продрать глаза — и вздрогнуть.

Надо мной нависал незнакомый человек лет тридцати. Густые черные волосы падали на лоб, аристократичное лицо с прямым носом пересекало несколько старых шрамов. Они не уродовали незнакомца — так, просто едва заметные полоски на щеке и подбородке. Зато глаза… Если бы не они, мужчину можно было бы назвать привлекательным. Бледно-голубые, как лед, и жестокие, эти глаза словно заморозили меня на несколько секунд, пока я в них вглядывалась.

Откуда у меня такое впечатление, что это происходит не первый раз?

— Леста, что ты натворила? — резко произнес он.

И снова странность — за обвинением слышалась боль. Как будто бы девушка, которую он звал, причинила ему страдания.

Проблема была в том, что смотрел незнакомец на меня. А еще я наконец-то сумела оторвать взгляд от его холодных глаз и обнаружила, что моя уютная комната с диваном, шкафом и полками, на которых пылились книжки, растворилась.

Кажется, моя температура повысилась — меня знобило, на желудок накатывали волны тошноты, зрение плыло. Однако я смогла рассмотреть маленькое каменное помещение вокруг, саркофаги и крупный диск из желтого металла на противоположной стороне, каменные же сиденья, на одном из которых лежала я, повсюду свечи и оккультные рисунки мелом. Это что, склеп? Окружение, достойное фэнтезийного фильма про Дракулу. Мужчина, к слову, тоже был в старомодном наряде — черный плащ с меховой подбивкой, под ним плотная темная куртка моды века эдак шестнадцатого. Я даже не знала, как называется такая одежда. Дублет вроде бы?

Хотя гораздо больше меня беспокоил другой вопрос. Я сплю или это вызванные температурой галлюцинации?

Незнакомец не сводил с меня взгляда, измученного и рассерженного одновременно.

— Вставай. Карета ждет, чтобы увезти нас в Хенлар. Нужно торопиться.

— Эм-м… Что? — растерянно пробормотала я, ничего не понимая.

Еще и собственный голос звучал как-то… не так. В школьном хоре меня всегда ставили в ряд первого сопрано и шутили, что сама я низкая, а голос высокий. Сейчас же я вполне могла бы сыграть обольстительную красотку с грудным альтом.

Ну, приехали. Это все-таки глюки, в том числе слуховые.

— Полчаса, Леста, — процедил незнакомец. — Ты не дождалась меня всего полчаса. Карета провалилась в яму под снегом, нам пришлось ее вытаскивать. Зачем ты выпила яд? Объясни мне — зачем?

Мне стало неуютно. И это мягко говоря.

Мужчина неожиданно подался ко мне, сжав мои ладони. Страстный порыв, наоборот, заставил меня опасливо отодвинуться подальше. Бросаются тут, понимаешь ли…

— У меня ведь могло не получиться тебя вернуть, — прошептал он. — Одна ошибка — и ты исчезла бы навсегда. Неужели ты настолько не доверяешь мне, что выбрала смерть?

Глаза цвета льда промораживали меня насквозь. Я смущенно прочистила горло, некстати обнаружив, что кашель больше не раздирает мне грудь. Да и насморк тоже пропал.

— Какую еще смерть? — спросила я. — Вы вообще кто?

Мужчина побледнел.

— Что значит «кто»? Леста, если это шутка, время для нее выбрано крайне неудачно. Слуги твоего отца на подходе. Если мы не уйдем прямо сейчас, тебя отправят к принцу, и я уже ничего не смогу сделать. Это наш последний шанс сбежать и пожениться.

— Да не знаю я ничего про вашу Лесту! — не выдержала я. Холодно, голова кружится, тошнота подступает, а тут еще незнакомый мужик пытается женить меня на себе! — Меня зовут Инна. Инна Беляева, старший ассистент менеджера проектов в «ТАНО-групп». Еще раз спрашиваю: кто вы и как я оказалась в этом склепе?

Чужак отшатнулся. Кажется, до него наконец-то дошло, что он ошибся девушкой. Ну и слава богу, а то я уже решила, что передо мной сбежавший пациент психбольницы.

Впрочем, все еще нельзя было исключать такую возможность. Если предположить, что я в своем уме, то определенно что-то не так с этим голубоглазым чудаком. Здоровый человек не станет уносить бессознательную девушку в склеп и рисовать каракули на стенах. Как только ему удалось меня выкрасть из дома и притащить сюда? Не иначе как он спланировал похищение заранее и что-то подсыпал в таблетки.

Их действие, судя по всему, заканчивалось. Я все еще чувствовала себя разбитой, но постепенно приходила в себя. И чем дальше, тем страшнее мне становилось.

Сны такими реалистичными не бывают. Галлюцинациями я раньше тоже не страдала. А это значит, что я черт знает где, в лапах у психа, который может сделать со мной все что угодно. Судя по похоронной обстановке, вряд ли что-то хорошее. Расставаться с жизнью я пока не собиралась, то есть пора давать отпор.

Спустив ноги с каменной скамьи, я обнаружила, что мужчина меня переодел в пышное платье из зеленого атласа, опускавшееся до пят, и плащ из тонкой шерсти с меховым воротником. Наряд такой же древний, как его собственный. Да у нас тут не просто псих, а псих-извращенец!

Из оружия на полу склепа валялись только осколки стекла, перемешанные с пролитой жидкостью. Может, это яд, о котором говорил незнакомец? Хотя какая разница! Отраву в насильника не вольешь, а осколки слишком мелкие, чтобы ими можно было порезать.

Зато у мужчины на поясе висел меч. Что-то подсказывало, что не бутафорский.

— Значит, в ритуал все же закралась ошибка, — мрачно заключил незнакомец. — Ты иномирянка.

Ситуация большого выбора не оставляла. Я стиснула зубы и сжала кулаки. Еще оставалась надежда, что мужчина уйдет сам или удастся убедить его не трогать меня, но если нет, то просто так я не сдамся.

Сердце упало, когда я увидела, что его рука тянется к мечу, однако фортуна впервые за весь день решила мне улыбнуться. Сквозь стены донесся слабый шум — люди снаружи звали некую Целестию.

— Помогите! — крикнула я.

Тонкие губы мужчины скривились. По крайней мере ладонь с рукояти меча он убрал.

— Судьба тебе сегодня благоволит. Запомни мое имя: Джеран Мортеран — и бойся его, потому что однажды я приду за тобой и верну Лесту. Даже не думай, что можешь достаться Альхару. А пока настоятельно рекомендую беречь это тело, иномирянка. Поверь, некроманты Даллена умеют причинять жертвам такую боль, что смерть кажется спасением.

Нет, он точно повернут на всю голову. Некроманты какие-то, угрозы… Благо незнакомец уже шагнул к неприметной двери и исчез в темноте ночи. Я с облегчением выдохнула.

Придет он за мной, ага. Завтра его описание будет у полиции и во всех соцсетях страны. Жаль, снимка на смартфон нет, но рисую я тоже неплохо. Уж ради такого точно постараюсь.

Кстати, о телефонах и нормальной одежде. Я пошарила вокруг и заглянула под каменные сиденья. Ни следа моих вещей. Какое там — вообще ни единого признака цивилизации. Ни электричества, ни современных материалов типа пластика, только камень и металл вокруг. Даже лампы — и те выглядели как железные лампады, прикрученные к стенам.

Я запоздало сообразила, что не знаю в окрестностях ни одного места, похожего на это. Наш Краснокузнецск построен в советское время, вокруг тайга. Откуда бы здесь склепы такого чисто европейского вида, старательно стилизованные под старину?

Голова опять закружилась, а к горлу подступил новый приступ тошноты. Я прервала изыскания и вернулась на сиденье.

Господи, чем же таким меня накачали, что шага не получается сделать без ощущения, будто содержимое желудка вот-вот вывернется наружу? Мерзкая дурнота даже забивала страх, что я попала в какой-то дикий переплет. А завтра, между прочим, на работу!

Одно хорошо — голоса людей приближались. Я на всякий случай еще покричала, привлекая внимание, и решила дождаться, пока они придут сами. А там меня наверняка напоят горячим чаем, выдадут пледик, отвезут домой…

Когда открылась тяжелая дверь склепа, надежды благополучно рассыпались в прах. В помещение ворвались несколько человек в такой же старомодной одежде, как у похитителя, только победнее. Двое мужчин держали в руках факелы, еще двое — старинное оружие. При виде меня они успокоились и сообщили кому-то снаружи, что с госпожой все в порядке.

Единственная женщина среди пришедших сразу кинулась ко мне.

— Леди Целестия! — воскликнула эта полноватая и уже немолодая дама в чепчике и сером платье с передником, выглядывающим из-под плаща. — Ох-ох-ох, милая моя, вы целы! Видит святой Тарсус, мы уже думали, что проклятущий некромант сделал с вами что-то плохое!

Я настолько обомлела, что не успела увернуться от ее могучих объятий и была тут же прижата к пышной груди.

— Не переусердствуй, Кора, — приструнил ее один из мужчин. — Мы не для того так пеклись о леди Целестии и искали ее, чтобы ты задушила нашу госпожу от радости.

— Ох, да, — запричитала та. — Милая моя леди, вам же утром в столицу ехать, на принцевский отбор! Мы так волновались, что вы не успеете из-за ентой чехарды, что некромант устроил!

Я ошалело молчала. И эти туда же… Нет сомнений, что Леста и леди Целестия — одно лицо, то есть я. Но почему они меня с таким упорством называют чужим именем? Единственное объяснение, которое приходило на ум: я попала на съемки фильма и меня не предупредили об этом, чтобы эмоции выглядели живыми. Только как-то это жестоко, что ли.

— Какой еще принцевский отбор? — едва слышно спросила я.

Отчего-то стало страшно выйти из роли. Да и все равно похититель не отреагировал на требование объяснить, что происходит. Наверное, лучше действовать аккуратнее, задавать наводящие вопросы. Вдруг упомянутый отбор в столице — это всего лишь кастинг на участие в московском реалити-шоу.

Пухлая служанка наконец отодвинулась и оглядела меня с беспокойным видом.

— Как же так, леди Целестия? Вы все позабыли? — закудахтала она. — Вас же включили в число молодых девушек из благородных родов, которые должны пройти ентот, как его…

— Конкурс, — подсказал один из мужчин.

— Да, он самый. Отбор по-нашенски, — отмахнулась женщина. — Чтобы понравиться принцу Альхару и стать его невестой. Вы же потому сюда и побежали, к некроманту, что не хотели на отбор ехать, что-то про яд говорили. Мы уж думали, ентот злодей вас отравой снабдил. У него же вражда с принцем-то, а он и на вас еще странновато поглядывал всегда.

Картина начинала помаленьку вырисовываться. Девушка, именем которой меня называли, не хотела выходить замуж за принца, водила шашни с мужчиной с глазами цвета льда, собиралась с ним бежать, но не дождалась и предпочла выпить яд. Только тот либо не подействовал, либо некромант с помощью упомянутого им ритуала попытался воскресить возлюбленную и ошибся, вместо Лесты призвав на ее место меня.

Сюжет, достойный фэнтезийной книги. У того, кто устроил этот спектакль, отличное воображение. Найти бы еще этого человека и дать пинка. Нельзя так шутить над сердечниками.

Кстати, о сердце. В обычной ситуации оно бы уже давно глухо стучало в груди, отдаваясь эхом. И все-таки куда делись мои голос, насморк и воспаленное горло?

Я растерянно вертела головой, пытаясь понять, как себя следует вести: подыгрывать или начать угрожать судом, если ко мне сейчас же не приведут организатора этого безумия. Взгляд упал на желтый диск на стене напротив. Крупный «блин» то ли из латуни, то ли из меди был так хорошо отполирован, что в него можно было смотреться, как в зеркало.

В нем отражались мужчины, полная служанка, только что хватавшая меня, и какая-то молодая блондинка рядом с ней. Я обернулась, но других женщин в склепе не обнаружила. Девушка в отражении при этом шевельнулась вместе со мной.

Я медленно повернула шею. Блондинка сделала то же самое.

Два и два никак не хотели складываться в четыре. У меня же каштановые волосы. И черты лица совсем другие. Меня не могли перекрасить и сделать пластическую операцию. Это просто невозможно провернуть незаметно.

Я нерешительно подняла руку и помахала отражению. Оно повторило жест в точности.

Черт.

Черт-черт-черт.

Это не фэнтезийный сюжет. Я правда умерла и воскресла в чужом теле, в незнакомом мире, и должна выйти замуж за принца.

Таких отвратительных понедельников у меня еще не было.

Глава 2

Только значительно позже я поняла, насколько мудрым решением было подыграть и притвориться, что я и есть леди Целестия Тэвьера. Именно так, как выяснилось, и звали бывшую хозяйку тела.

Первый звоночек зазвенел еще в склепе, когда меня осмотрел врач — по-местному, лекарь. Сухонький старичок долго суетился вокруг меня, заглядывал в рот, а потом долго удивлялся, как я выжила после такой дозы яда.

Я не стала сообщать, что леди Целестия и не выжила.

В целом я оказалась здорова — ни простуды, ни проблем с сердцем, только отравление. Насчет сердца я уточнила отдельно. Лекарь так уставился, будто у меня открылся третий глаз, и объявил, что наблюдает за леди Целестией с детства и сердце ее никогда не тревожило.

Слуги и та самая полноватая Кора, личная служанка Целестии, нянька и дуэнья в одном лице, новостям бурно обрадовались. Все, не сговариваясь, решили, что яд в Целестию влили насильно. Тогда кое-кто обмолвился, что некромант мог бы сделать с леди вещи и похуже. Я не обратила внимания, решив, что они намекают на изнасилование.

А мужик-то всего лишь собирался на мне жениться. Бедняга…

О том, чтобы отправлять меня наутро куда-то в таком состоянии, не могло быть и речи. Тем более что уже стояла ночь. Меня провели через засыпанное снегом старинное кладбище, усадили в карету, отвезли в огромный особняк, где меня обнял «отец», а затем уложили в постель и строго наказали отдыхать до завтра. Даже охрану из слуг у двери выставили на всякий случай. Видимо, Целестия была той еще штучкой и подчиняться не любила.

Я не сопротивлялась. Бекала, мекала, играя насмерть перепуганную жертву злодея, и активно кивала только в ответ на вопросы, устала ли я. Лишь за запертой дверью я почувствовала себя спокойно. Потом осторожно подобралась к окну, отодвинула занавеску и тут же задернула ее обратно.

В лунном свете виднелись трех- и четырехэтажные дома, как будто взятые из передачи про средневековую Европу. «Острые» черепичные крыши, накрытые снегом; вытянутые, заостренные кверху окна; в них толстые мутноватые стекла. На скатах крыш серебрились сосульки.

Целый город, пусть и небольшой. Это точно были не наспех построенные декорации.

«Ну вашу ж мать», — тихо сказала я себе. Другие слова подбирались с трудом.

У меня все никак не укладывалось в голове, что я больше не дома. Что это за мир? Какие в нем действуют правила? И как мне вернуться к сестре и маме? Я вообще-то на Юлькиной свадьбе собиралась гулять, а не на своей!

В одном я с бывшей хозяйкой тела была совершенно согласна — становиться невестой какого-то там принца мне не хотелось. Тем более ради этого проходить непонятные конкурсы. Чтобы я — и мужика добивалась? А морда у него не треснет? Пусть хоть сто раз принц, если у него тяжелый характер, я лучше кого-нибудь попроще себе найду.

К тому же практика показывала, что мальчиков из богатеньких семей стоит избегать. Встречалась уже с одним, который решил, что мое единственное предназначение — это поддакивать и борщи ему наваривать.

Ну уж нет. На работе я не всегда была счастлива, да и борщ готовлю неплохо, но отказываться от себя, от своего мнения — это тоже не решение проблемы.

В тот момент мне вспомнился некромант с ледяными глазами. Джеран Мортеран, значит… Он недвусмысленно пообещал меня убить, а я тут о принцах и замужествах размышляю. Выжить бы для начала, а принцы — это уже как пойдет. Поэтому я проверила, крепко ли закрыты окна и двери, и только после этого легла спать.

Однако следующий день показал, что следовало бы беспокоиться об обеих проблемах.

Завтрак мне принесли в постель. Еда не особенно отличалась от нашей — белый хлеб, знакомые овощи вроде моркови и листьев салата, мясо на вкус напоминало курятину. Это было очень даже хорошо. А вот с гигиеной оказалось так себе. В качестве туалета мне предложили ночной горшок, умываться — с кувшина. Кора с подозрением на меня косилась, когда я об этом выспрашивала. Пришлось соврать, что яд плохо сказался на моей памяти и в ней появились пробелы. А я в очередной раз подумала: пока неизвестно, как тут обходятся с иномирянами, лучше ни в чем не признаваться.

Второй звоночек не заставил себя долго ждать.

Позавтракав и приведя себя в порядок, я решила, что отсиживаться в комнате бессмысленно, хотя и очень хочется. Так домой не вернуться. Поэтому я собралась прогуляться по особняку — и тут же сделала одну из первых ошибок.

Как крайне самостоятельное дитя двадцать первого века, я удумала одеваться сама, чем привела в ужас вездесущую Кору.

— Вы что, милая моя леди? — бросилась она ко мне, когда я изучила содержимое гардероба, нервно хохотнула над платьями с рукавами-буфами и вытащила одно из них. Оказалось оно не сильно проще. Выбор вообще не блистал разнообразием, разве что в расцветке. — Одеться желаете? Что же вы тогда молчите? Вы сегодня с утра сама не своя, как будто в вас иномирянин вселился!

— А что, это так плохо? — попыталась улыбнуться я.

Кора схватилась за сердце.

— Леди Целестия, ну вы как скажете! Только при охотниках так не шутите. Они же вас в костер кинут и не посмотрят, что вы благородного рода.

Так-так, это было уже что-то. Значит, за одно упоминание о гостях из чужих миров местная инквизиция может казнить человека, и неважно, какой у него статус. Интересно, чем им досадили «ошибки» вроде меня?

А еще это с высокой вероятностью означало, что домой вернуться не получится, иначе бы вместо костров иномирян отправляли на родину. Я покусала губы, сдерживая слезы.

Сходила я на Юлькину свадьбу. Представляю, как они там с мамой горюют. Хотя, может, Целестия заняла мое место, раз я вселилась в ее тело? Хотя даже если так, облегчение небольшое. Окружающие-то будут думать, что у Инны Беляевой поехала кукуха.

С другой стороны, у меня появился второй шанс. Целестия здорова, ей не приходится жить на таблетках, и она младше меня. В зеркало на меня смотрела девушка от силы лет двадцати. У нее, то есть у меня, впереди целая жизнь. Я ничего не могу сделать с тем, что там, в Краснокузнецке, кто-то занял мое тело, зато могу сделать здесь. И как я проведу подаренное мне время, зависит только от меня самой и от моего умения выкручиваться.

А я очень хотела жить.

Я прокашлялась, прогоняя комок из горла.

— Кора, я хочу пройтись по дому. Мне кажется, это немного развеет мое головокружение от вчерашнего яда.

Пора узнавать больше об этом мире. И о том человеке, кому я предназначена в жены.

Глава 3

Род леди Целестии определенно не бедствовал. Ночью я не успела рассмотреть особняк и теперь наверстывала упущенное, с трудом сдерживая удивленные возгласы и желание потрогать каждый предмет. Нет, я, конечно, была в исторических музеях, но тут-то все настоящее!

Похоже, я попала в век примерно шестнадцатый с поправкой на то, что этот мир развивался иначе, чем наш. По коридорам сновали слуги, во дворе ржали лошади — при особняке была собственная маленькая конюшня. Я заглянула на кухню, вдохнула пряный запах специй и поразилась огромному камину, в который можно было спрятаться целиком. Поварихи уже месили тесто и резали овощи, а в очаге жарили истекающую соком рыбу.

Слюнки при виде нее потекли сами собой. Да уж, питание здесь наверняка экологичное. И вкусное, судя по завтраку. Ну, по крайней мере для богатых людей.

Мебель в доме была деревянной, с вычурной резьбой. Над креслом главы семейства в обеденном зале, должно быть, работал настоящий мастер. И везде: в инкрустации, узорах, росписях — встречались одни и те же мотивы.

Чаще всего попадалась птица, распахивающая крылья над разожженным костром. Насколько я знала геральдику, так обозначался феникс — символ бессмертия. Он украшал в особняке все гербы, нашла я его и на себе: он был выгравирован на кольце и серьгах Целестии. Видимо, это был фамильный символ рода.

Что ж, мне он вполне подходил.

Вторым по частоте был золотой круг, похожий на диск из склепа. У некоторых слуг такой же маленький символ висел на груди, как у христиан — крест. Я заметила, как люди, спотыкаясь или роняя вещи, шептали что-то и касались этих подвесок.

Однако особо познавательной стала прогулка по галерее с вывешенными портретами семьи. Я медленно шагала вдоль картин, пристально вглядываясь в каждую из них.

Лица казались знакомыми. Впрочем, как и весь дом. У меня не исчезало ощущение, что я уже видела все это раньше, просто забыла. Наверняка Целестия действительно проводила здесь немало времени, и ее мозг еще хранил память об этом.

Я дошла до конца ряда — самых свежих портретов. Мужчина с орлиным профилем и сединой в волосах был отцом Целестии. Вчера мы уже встретились, и художник ему явно польстил. Рядом, на том же портрете, напротив мужчины, была изображена скромная светловолосая женщина с потупленным взглядом, очень похожая на Целестию.

Я отошла на шаг назад, сравнивая портреты во всем ряду. Забавная деталь: мужчины смотрели либо на зрителя, либо прямо перед собой, а их жены с неизменным смирением на лицах прятали глаза. Художественная традиция или характеристика положения женщин в этой стране? Подозреваю, второе.

Вернувшись к портрету матери Целестии, я сосредоточилась на нем. До сих пор об этой женщине не прозвучало ни слова. Умерла она, развелась с мужем — у меня не было ни единой подсказки. А если начать спрашивать, слуги в ту же секунду поймут, что я не та, за кого себя выдаю.

Закрыв глаза, я решила воззвать к спящей памяти тела. Что-то же должно было там остаться, кроме постоянно возникающего дежавю!

Ничего не произошло. Тогда я повторила процесс, мысленно нарисовав перед собой эту женщину, и на всякий случай поднатужилась.

Опять ничего.

За спиной многозначительно прокашлялась Кора. Я прикусила губу и отошла от портрета. Представляю, как мое кряхтение выглядело со стороны. Лучше поэкспериментировать с памятью в спальне, в гордом одиночестве.

Однако, как только я отвернулась, в памяти вспыхнул блеклый образ немолодой усталой женщины, которая склонилась надо мной с нежной улыбкой. Воспоминание тут же угасло, оставив послевкусие вины и гнева.

Это было настолько неожиданно, что я замерла. Какое интересное сочетание… Знать бы еще, из-за чего злилась Целестия — на бросившую ее мать или на что-то еще? И почему она чувствовала себя виноватой?

— Опять любуешься портретом матери?

По коридору шел отец Целестии — высокий, когда-то наверняка стройный, но с возрастом раздавшийся в талии мужчина. Полнота и седая борода создавали впечатление доброго дядюшки, однако в манере движений, одежде и голосе чувствовалась строгость. Мои ноги сами по себе согнулись в коленях, а голова опустилась вниз в подобии то ли поклона, то ли книксена. Спохватилась я, уже выпрямившись.

Божечки, а память-то работает! Причем это происходит исключительно бессознательно. Придется чаще доверять инстинктам.

К сожалению, они не подсказали мне, как нужно здороваться с родным отцом. Не придумав ничего лучше, я промолчала, оставив голову склоненной.

— Правильно, — одобрил он, подходя ближе. — В твоей ситуации нужно хорошенько помнить, как закончила твоя мать.

— Я не совсем понимаю…

— Кора, оставь нас, — бросил отец.

Изобразив тот же поклон, что и я только что, служанка удалилась. Отец задумчиво посмотрел ей вслед.

— Молодец, что порвала с Джераном, — тихо сказал он. — В последние дни ты себя вела настолько отвратительно, что такое благоразумие меня вчера удивило. Оставалось совсем немного до того, как кто-нибудь еще догадался о ваших отношениях.

— Я не дура, отец, — ответила я.

— Признаться, я уже начал в этом сомневаться, — он отвернулся и с задумчивым видом посмотрел на портрет. — Вы с матерью слишком похожи. Ей не хватило ума скрыть, что она занимается запрещенной магией, тебе — молча отправиться на отбор. Рад, что ты хотя бы додумалась отправить этого наглеца восвояси. Твое замужество за ним не просто вызвало бы скандал. Пока охотники всего лишь подозревают, что он практикует ритуалы воскрешения, а что если это подтвердится? Вряд ли ему хватит самообладания покончить с собой, чтобы не подставлять под удар охотников собственную семью.

По спине прошелся холодок. В голосе отца ощущался тот же сдерживаемый гнев, что в воспоминаниях Целестии. Значит, вот что сделала ее мать. Я даже не знала, как к этому отнестись — как к смелому поступку или как к безумному.

— Я больше не хочу связываться с Джераном, — честно сказала я. — Но, отец… Нет ли возможности избежать участия в отборе?

— Ты снова за свое? — нахмурился он. — Я уже не раз тебе говорил и повторю снова: ты не имеешь права отказывать в таком щедром предложении. Мы не имеем права. За нами и так наблюдают охотники после того, что натворила твоя упрямая мать, отказавшись смириться с запретами. А теперь ты хочешь рассорить нас напрямую с принцем? Он будущий король всего Меланта и, кроме того, крайне злопамятен. Если Альхар однажды вспомнит, что наша семья проигнорировала его милостивое приглашение, которого, к слову, не особенно достойна, ему будет достаточно щелчка пальцев, чтобы стереть нас самих и любое упоминание о нас с лица земли.

Ну прекрасно! И с таким напутствием я, ничего не знающая об обычаях этого мира, должна отправляться прямо в логово льва?

— Если я поеду, как бы не было еще хуже, — заупрямилась я.

— Еще не хватало мне спрашивать твоего мнения, — жестко ответил отец. — Если только ты не намерена нарочно все испортить, то хуже не будет. А я надеюсь, что твое вчерашнее просветление не прошло и ты позаботишься о том, чтобы понравиться принцу. Похоже, ты забыла все доводы, которые я тебе приводил позавчера. Не волнуйся, я напомню. Наш род на грани разорения. Ты ведь не говорила об этом своему милому Джерану? Если на отборе решат, что ты подходишь хотя бы для наложницы, нам выплатят приличную сумму, чтобы потом, когда принц к тебе остынет, тебя можно было пристроить замуж. А если ты вылетишь, мы не получим ничего, кроме воспоминания Альхара о тебе как о бесполезной и глупой девице. Наш дом уже заложен кредиторам, и ты знаешь об этом. Уже подумала, где будешь жить, если его у нас заберут? Поверь на слово: если это случится, Джеран за тобой не вернется и не спасет тебя от бедности, потому что у него самого за душой нет ни гроша.

Я стиснула зубы. Если Джеран вернется, это будет моим концом. Но и картины, описанные отцом, мне тоже не нравились.

Стать «хотя бы» наложницей? Отличная перспективка! Я не для того заканчивала университет, а потом пахала несколько лет в офисе и получала должность старшего ассистента. Мне совсем немного оставалось, чтобы стать самым молодым менеджером проектов в истории нашей консервативной компании. И все это променять на постель злобного и обидчивого принца? Разбежались!

Правда, тут явно была еще одна проблема…

Отец вернулся к созерцанию портрета своей жены.

— Леста, я понимаю, что ты обо всем этом думаешь. Но лучше один раз задорого продать себя принцу, чем потом всю жизнь за медяки продавать свое тело наемникам, скорнякам и сапожникам на улице Красных Огней. Женщины в Меланте все равно ценятся дешево, даже если они благородной крови, — его голос внезапно дрогнул. Отец прокашлялся, но продолжил уже тише. — Твоя мать проверила это на себе. У нее просто не было выбора — или умереть, или охотники добились бы того, чтобы на виселице оказались мы все, а наши владения перешли им. Принц по крайней мере способен тебя защитить. Поэтому ты отправишься в столицу завтра и сделаешь это под охраной. Надеюсь, ты уяснила себе все.

Он выдержал секундную паузу, как будто собирался сказать еще что-то, но покачал головой и направился в ту же сторону, откуда пришел, оставив меня растерянно смотреть ему вслед.

Сколько боли в его голосе было, когда он говорил про жену… Похоже, ее поступок сломал его. А охотники — что там за изверги такие, что лучше умереть, чем попасть в их руки?

Я тряхнула головой. Жесть какая. Чтоб я еще хоть раз вышла на работу с простудой. Лучше вылететь с должности, чем попасть в такой «радужный» мирок.

Тут же вспомнив, что никакая работа мне больше не светит, я скривилась. Всё, старые ошибки не исправить. Теперь главное не наделать новых. А раз у меня нет выбора, придется срочно изучать обычаи этого мира и соображать, как мне спастись не только от некроманта, но и от невероятно привлекательной судьбы стать наложницей принца, при этом не закончив на улице Красных Фонарей.

Альхара я, честно говоря, уже ненавидела. Я и простых-то донжуанов недолюбливала, хотя там обычно все происходило по взаимному согласию.

— Кора! — позвала я служанку, замершую в отдалении, и притворилась уставшей. — У меня что-то голова кружится. Можешь помочь мне дойти до библиотеки?

Следовало выяснить о Меланте — или как там называется это королевство — все что можно.

Кора замялась. Я пристально вгляделась в нее, опасаясь, что только что совершила еще одну ошибку. В доме же есть библиотека, правда?

К счастью, причина замешательства служанки оказалась иной.

— Может, вы лучше в кровати полежите и отдохнете, милая моя леди?

— Мне нужно подготовиться к встрече с принцем Альхаром и подтянуть свои знания, — соврала я. — Не могу же я допустить, чтобы он счел меня необразованной.

— Но на вас же лица нет! — жалобно произнесла она.

— О, не волнуйся, — мрачно ответила я. — Я полна сил так, будто родилась на свет только вчера.

Глава 4

Следующим утром леди Целестия Тэвьера изрядно удивила слуг, дополнив свой из без того немаленький багаж парой сундуков с книгами. Осторожные расспросы и реакция слуг показали, что предыдущая хозяйка тела не могла похвастаться званием книжного червя. Но что поделать — мне надо было как-то пополнять свои сведения о Меланте. Да и отец явно остался доволен тем, что его дочь наконец-то взялась за ум. Слуг это успокоило. Ну да, кто из детей после родительской выволочки не старался вести себя покладисто?

Книги, к моему огромному облегчению, я читать могла, пусть некоторые термины оставались за гранью моего понимания. Словарик на такие случаи я тоже прихватила и держала его поблизости. А заодно здешний «Домострой», труд по истории, нечто с многообещающим названием «Наставления для юных леди», в качестве источника по религии — краткие жизнеописания святых, собранные в одном томике…

В общем, столько увлекательного чтива я себе в жизни не набирала.

Когда тряска кареты становилась невыносимой и мешала читать, я клала книги на сиденье рядом с собой, и наблюдала за тем, как меняются пейзажи в окне. Обычно это происходило под тихий храп моей дуэньи. Кора оказалась крайне удобной спутницей — она почти все время дремала.

До столицы было четыре дня пути в карете с учетом остановок на ночь. По местным меркам — вроде как еще не окраина страны, но в столице меня бы уже считали глухой деревней. Тем не менее, чтобы не выдать себя, мне приходилось строить изнеженную и капризную дамочку, которая интересуется только собой и не желает ни с кем общаться, а решать все проблемы предоставляет слугам.

Похоже, разыгранный мной образ не особенно отличался от того, как обычно вела себя Целестия. А пока слуги занимались привычными вещами, я читала книги и впитывала всю возможную информацию, которая поступала буквально отовсюду.

Спасибо памяти Целестии, к концу последнего дня я уже немного понимала, что к чему. Мелант, в котором я оказалась, был процветающим королевством, которое по развитию стремилось к просвещенному Новому времени, но Средневековье из него еще не выветрилось. Собственные богатства и заморские колонии сделали его одним из сильнейших государств на континенте, отдаленно напоминавшем Европу.

Верили здесь в единого бога Энтара, который вырвал сердце из собственной груди и создал из него солнце, а сам умер и воскрес в новом, божественном качестве. Поэтому его символом и был золотой диск, а некромантия осуждалась — богословы считали, что сила воскрешать может быть только у бога, а людям нечего ему уподобляться. К тому же с иномирянами, чьи души из-за ошибок в сложнейших ритуалах нечаянно попадали в Мелант, было связано несколько неприятных историй.

Во-первых, иномиряне старательно подрывали религиозные устои, утверждая, что есть другие миры, в которых правят другие боги. Во-вторых, у парочки иномирян в новых телах проснулась магия настолько страшная, что она чуть не перекроила внешний вид половины континента.

В-третьих и в-главных, какое-то время назад иномирянин, попавший в королевского придворного, не проникся местными обычаями и решил, что под его управлением страна наконец-то придет к гуманистическому светлому будущему. Он умудрился собрать сторонников и убить короля, но сам пал от рук бывших союзников, справедливо рассудивших, что им и без непонятного светлого будущего неплохо. Ясное дело, следующий король озаботился, чтобы ситуация не повторилась.

Для соблюдения порядка был создан воинский Орден охотников. Эти рыцари-волшебники следили за тем, чтобы люди не занимались запрещенной магией, к которой кроме некромантии относилась магия вызова, и чтобы в Меланте не появлялись иномиряне. Всех, кого уличали в подобных проступках, могли казнить без суда и следствия.

Это сильно напоминало истории о зверствах нашей средневековой инквизиции. Похожий жуткий ореол окутывал и охотников.

Я уже начала кисло подумывать, а не сбежать ли мне из Меланта в какую-нибудь более терпимую страну. Однако отрывочные упоминания в книгах и болтовня людей в тавернах, где мы останавливались, свидетельствовали, что в соседних королевствах нравы ничуть не лучше.

То, что я слышала о принце, тоже не внушало к нему теплых чувств.

От Европы, сравнение с которой постоянно приходило на ум, здесь было одно отличие. Мелант занимал настолько уверенную позицию, что брачные связи с соседями его интересовали примерно настолько же, насколько китайских императоров. Традиции были соответствующие.

Гарем здесь куртуазно назывался консортом. Его существование оправдывали тем, что король обязательно должен быть магом, а дети с подобным даром рождались очень редко, даже если оба родителя были со способностями к волшебству.

Ходили слухи, что в этом консорте у нынешнего короля несколько десятков женщин, которые постоянно находятся рядом, но официальным браком с ним не связаны. И пусть королева была всего одна, объемчик прилагающегося к ней «довеска» не слишком радовал. Как поговаривали, принц и наследник Альхар, сам рожденный от наложницы, уже начал собирать собственный «консорт». Осталось лишь найти жену, заодно пополнив набор любовниц.

Впрочем, среди слухов отыскалась и пара хороших. Говорили, что принц — хороший полководец, к тридцати годам успевший поучаствовать в нескольких войнах, талантливый маг и прекрасно образованный мужчина. Во второе мне верилось с трудом. Где он время на образование нашел, если ему нужно регулярно наведываться к толпе наложниц?

Еще одной неприятной новостью стало то, что штаб-квартира Ордена охотников находилась недалеко от дворца. Как глупая рыбеха, я плыла прямо на рыбацкий крючок. Надежда была только на то, что такая близость испугает некроманта и он не рискнет сунуться за мной во дворец.

В общем, попала я просто по полной. Во время обязательных вечерних молитв, поднимая глаза к вывешенному на стене желтому диску, я молчаливо спрашивала бога-солнце: «Эй, нельзя было мне, что ли, какой-нибудь более дружелюбный мир подсунуть? Ну, там, чтобы местный император дракон-демон-оборотень сразу упал к моим ногам и предложил полмира, не?»

Как и подобает богу, он не отвечал. А я, как подобает нормальной попаданке, которой не очень повезло с миром, составляла план по выживанию.

Пункты менялись по мере того, как я читала книги, ловила обрывки разговоров окружающих людей и вспоминала то, что знала Целестия. Лишь одно в набросках плана оставалось постоянным — я должна участвовать в отборе.

Ведь еще принц Альхар прославился угрозами Орден охотников упразднить, а их самих покидать в тюрьму за то, что вместо защиты простых жителей они занимаются набиванием карманов золотом. Поговаривали, он и к запрещенной магии терпим.

Кажется, отец Целестии был прав. Этот человек — единственный, кто меня защитит. Надо только ему понравиться.

А там, глядишь, отыщется способ обратно обменяться телами с Целестией.

Столица с мягким женственным названием Эсьена встретила нас ярким солнцем, которое тысячами огоньков отражалось от сугробов. Я щурилась, разглядывая припорошенные снегом аккуратные домики, количество этажей в которых увеличивалось с приближением к центру города.

Он был ухожен и красив — я не заметила ни грязи, ни разбитых или заброшенных зданий. Узкие мощеные улочки, украшенные фасады, дамы, прогуливающиеся по галереям вторых этажей, радовали глаз. В окошко кареты доносились людской смех, запах булок, крики торговцев, рекламирующих свой товар. В переулках в снежки игрались дети. Повсюду встречались столбы с желтыми дисками на вершинах, у которых молились или оставляли мелкие подношения прохожие.

Странно — я совсем не заметила нищих. Может, они где-то и были, но не бросались в глаза. Жилось в Эсьене, похоже, очень даже неплохо. Но еще лучше должно было житься его хозяевам.

Эсьенский дворец поднимался на холме над городом. Я ожидала увидеть монументальную крепость, но забыла, что попала в волшебный мир. Поэтому вид дворца, как будто парящего над столицей, заставил меня с минуту просидеть с открытым ртом, разглядывая это великолепие.

Он был словно соткан из нитей, а не построен из камня. Высокий, с тонкими остроконечными башнями, огромными окнами и горящей золотом крышей, он переливался на свету и слепил глаза. Рядом примостились несколько зданий поменьше и попроще — кухня, конюшня, еще какие-то вспомогательные корпуса, предназначение которых пока оставалось неясным.

Несмотря на ажурность самого дворца, его окружала древняя крепостная стена с башнями. Там, вместе с обычной стражей, несли дозор каменные горгульи. Вряд ли это было сделано только для красоты, но как их используют, я еще не поняла.

Мне одновременно очень хотелось и было до дрожи страшно приехать во дворец. Если он такой невероятный снаружи, то каков же внутри? Подумать только, что я, обычная девушка Инна из провинциального российского городка, увижу всю эту красоту. А с другой стороны, там же собран весь цвет государства, его самые могущественные люди. Как бы не опростоволоситься со своими манерами и незнанием этикета…

Хорошим напоминанием о том, что я не имею права проиграть, стала поездка по Эсьене. А вернее, тот момент, когда карета прокатилась по площади перед дворцом, на которой расположилась штаб-квартира охотников. Ее внешний вид оправдывал мрачные слухи об ордене. «Тяжелый» фасад без излишеств, узкие окна, похожие на бойницы, у входа стража в черной форме и тоже несколько постаментов с каменными зверюгами, только размером поменьше. Над входной аркой в солнечных лучах блестела эмблема с горящим костром, а на шпиле над зданием сверкал золотой шар — символ бога Энтара.

Но гораздо хуже был костер, сложенный на площади. Он не горел — у деревянного столба всего лишь была кинута охапка соломы. И все равно я вздрогнула.

Милые ребята эти охотники.

Лошади цокали подкованными копытами по булыжникам мостовой, увозя меня подальше от неприятного места. Карета развернулась, и теперь в окне стало видно один лишь дворец и его обширную территорию.

Снова им залюбовавшись, я невольно подумала, что мне бы понравилось тут жить, даже несмотря на опасное соседство.

Экипаж медленно въехал на площадь перед дворцом и остановился недалеко от ворот. Не успел он окончательно замереть, как открылась дверца и прозвучал голос слуги:

— Добро пожаловать в королевский дворец, леди Тэвьера!

Принимая его руку, чтобы сойти с приступки, я удивилась. Они уже узнали, кто я? Неужели определили это по гербу с фениксом на карете? Ничего себе здесь вышколенные слуги…

Я уже спустилась, когда меня отвлек странный звук сверху — словно хлопали огромные крылья. Пряди волос тронуло неожиданно сильным порывом ветра. Задрав голову в поисках того, что так шумело, я снова застыла от изумления.

Над нами летел грифон. Зверь с телом льва, длинным хвостом и белой орлиной головой взмахнул огромными крыльями, грациозно опустился недалеко от кареты и припал к земле, позволяя всаднику покинуть свою спину. Мужчина сделал это с не меньшей ловкостью, легко соскочив на мостовую и развернувшись ко мне.

Честно — я не знала, от кого из них под большим впечатлением. То ли от мифического чудовища, которое смирно ждало, когда к нему подойдет конюший (или грифонюший?), то ли от всадника.

Рослый мужчина был сложен, как Аполлон. Длинные, до плеч волосы, настолько светлые, что казались почти белыми, придерживал кожаный шнур, обвязанный вокруг лба. Высокий лоб и ясные серые глаза намекали на недюжинный ум, волевой подбородок — на твердость характера, а морщинки в уголках рта и у бровей — на то, что жизнь всадника сложно назвать безмятежной. Богатая одежда и плащ, застегнутый на золотую цепь, выдавали знатное положение незнакомца.

Мое сердце слабо трепыхнулось, вспоминая, что ему неплохо бы биться. В Краснокузнецке такие красавцы водились разве что в телевизорах.

Только когда он с интересом посмотрел на меня, я сообразила, что таращиться на незнакомого человека неприлично в любой культуре. Я тут же отвернулась к слуге и задала первый же вопрос, пришедший в голову, — лишь бы отвлечься.

— Эм-м… Извините, а можно узнать, где разместят меня и моих людей?

— Вы просите у слуг прощения? — раздался голос за спиной. — Это новая мода на окраинах Меланта или черта характера?

К щекам прилила волна жара. Вот и случилось то, чего я боялась, — меня чуть не погубила элементарная вежливость. А когда слуга низко склонился и произнес: «Доброго дня, ваше высочество», я и вовсе пожалела, что не умею превращаться в невидимку.

Я с усилием развернулась и присела в реверансе. Даже по моим ощущениям вышло деревянно.

— Простите меня за манеры, ваше высочество.

— Что вы, — принц Альхар улыбнулся краем рта, снова заставляя мое сердце болезненно трепыхаться от восхищения. — Наоборот, я нахожу это очаровательным. Многим придворным не хватает скромности, которой меня часто удивляют аристократы, приехавшие издалека. Особенно если это красивые девушки.

— Спасибо, — едва слышно прошептала я.

Господи! Настолько красноречивой я последний раз была в третьем классе, когда меня впервые вывели на сцену перед публикой — наградить за победу в школьном конкурсе. Что со мной такое-то?

— Ваше высочество! — позвали со стороны входа во дворец. — Совет ждет вас!

— Хорошо, иду, — откликнулся принц и снова мне улыбнулся. — Рад, что вы приняли приглашение, леди Тэвьера. Буду с нетерпением ждать вашей победы.

Если бы после этих слов не он ушел, честное слово, я бы растеклась лужицей. Но перед глазами больше не было пронзительных глаз и сводящей с ума улыбки, и в глубине разума все-таки проснулась трезвость.

Так-так. Победы, значит, он мне желает. Он же меня впервые видит! Я специально уточняла у слуг — Целестия никогда не была в столице. Тем более ее не знакомили с наследником престола. Не того полета птица. Так что эти слова Альхар наверняка произносил перед каждой участницей. Вот же хитрый соблазнитель!

Я прищурилась. Ну ничего, главное в следующий раз — не терять голову.

И все же участие в отборе перестало казаться таким ужасным, как еще пять минут назад.

Глава 5

Распорядитель отбора невест подошел почти сразу после того, как со мной распрощался принц. Меня витиевато приветствовали и повели в дальнюю часть дворцового комплекса, забрав все мои вещи. Охрану кареты, которая путешествовала вместе со мной и ожидаемо ломанулась следом, развернули обратно на полушаге. Вместо них за вещами подошли слуги в бело-голубых ливреях с грифоном на гербе.

— Вашему сопровождению предписано жить в отдельном здании, — важно объяснил распорядитель. Этот маленький и сухонький человечек с вытянутым лицом выглядел немного смешно, но был высокого мнения о себе и выражался настолько по-канцелярски, что иногда его сложно было понять. — Непосредственно с вами может поселиться лишь одна служанка, однако во избежание недоразумений при магических испытаниях нам придется проверить уровень ее силы. Если же с вами не прибыла таковая служанка, мы можем снабдить вас оной.

Я поморгала. Еще и магические испытания какие-то.

— Ваши вещи отнесут в подготовленные для участниц отбора покои, — продолжал распорядитель. — Чтобы мы могли определить наилучшие комнаты для вас, будьте добры, назовите ваш уровень магической силы. К сожалению, в наших архивах не оказалось сведений о нем, иначе бы мы подготовили покои заранее.

Вот тут я чуть не присела.

Ага. «Уровень нулевой — бестолковая иномирянка, которая попала в магический мир и не догадалась выяснить, есть ли у нее колдовской дар». То, что в родном мире магии нет, меня оправдывало слабо. Здесь-то она была вполне естественной, и я с самого начала восприняла это как нечто само собой разумеющееся. Ну а как без магии получилось бы воскреснуть в чужом теле? И, в конце концов, я же захватила с собой в поездку «Трактат о магии в сокращениях», где приводилось описание тех самых уровней.

— Эм-м… — замялась я.

Распорядитель приподнял бровь, оглядывая меня.

— Будьте честной, пожалуйста. Сведения необходимы лишь для общего учета и соблюдения вашей безопасности. Даже если у вас первый уровень, это не ставит вас в более низкое положение, чем участниц с уровнем выше.

Мне повезло — за меня оскорбилась Кора.

— Да как вы смете подозревать мою госпожу во лжи! — возмутилась семенящая следом служанка. — У леди Целестии третий уровень владения магией. У нее даже документы с гербовыми печатями, которые енто подтверждают, есть!

Я едва не поперхнулась. Распорядитель тоже прикусил язык.

Третий уровень? Да я почти Гэндальф! Ну ладно, может быть, я польстила себе, но до мастера волшебного искусства мне действительно не хватало лишь малость. Вот бы у меня еще была склонность к ментальной магии. На этом уровне ее адепты умеют подчинять людей, пусть и на недолгий срок. Сколько бы проблем сразу решилось…

— Что же вы сразу не сказали, — пробормотал распорядитель.

— Не привыкла хвастаться, — скромно ответила я.

Про то, что уровень ни на что не влияет, мой спутник явно заливал. Он щелкнул пальцами, разворачивая тащивших вещи слуг, и направился в другую сторону сам. Небольшое здание, стоящее отдельно от дворца, начало от нас удаляться, хотя изначально мы шли именно к нему. Оглянувшись, я заметила, как туда ведут другую девушку в похожем дорожном платье и тоже с нагруженными под завязку слугами.

Я на всякий случай запомнила и эту брюнетку, и само здание. Значит, туда заселяют тех, у кого более низкий уровень магии. Интересно зачем? Чтобы те, кто посильнее, не могли с помощью колдовства избавиться от соперниц?

Да уж, такое себе преимущество. Если догадка верна, лучше бы Кора промолчала. Уровень уровнем, а в отличие от подлинной хозяйки тела я магией пользоваться не умею. Сомнительно, что этому можно научиться за пару дней или вспомнить навыки, как я «вспомнила» реверансы. Но теперь уж поздно жалеть. Остается только добавить еще один пункт в список проблем, с которыми нужно разобраться.

Распорядитель повел нас к левому крылу дворца. Оно было настолько длинным, что в него сделали отдельный вход, и я устала до него идти. Ну точно пекинский Запретный город.

Двери перед нами распахнулись сами, без помощи стражей-привратников, которые стояли как будто бы только для красоты. Шагая по коридорам, было очень сложно не вертеться и не ахать от удивления. Каждый сантиметр стен был занят украшениями — росписи, пилястры, объемный декор, вставки из мрамора, в нишах статуи… У меня быстро закружилась голова от этой роскоши. Что же будет в жилых комнатах?

— Ваши покои здесь, — распорядитель остановился у двери, украшенной позолотой. — Магическая защита внутри соответствует третьему и четвертому уровням магической силы. Просим помнить, что доступ вашему сопровождению, за исключением служанки, сюда запрещен. Если будет необходимо, обращайтесь ко дворцовой прислуге. Испытания начнутся завтра утром, после рассвета. За вами придет назначенный человек, который проводит вас к месту проведения отбора. Пока располагайтесь, пожалуйста, с удобством. У вас есть какие-то вопросы?

— А можно получить список планирующихся испытаний? — на всякий случай уточнила я.

— К сожалению, нет. Его высочество принц Альхар считают, что в испытаниях нет смысла, если о них известно заранее. Еще вопросы?

— Нет.

— В таком случае желаю вам победы и удачного времяпрепровождения во дворце.

Распорядитель поклонился и направился в обратную сторону. Проводив его взглядом, я оценила количество дверей в коридоре, идентичных с моей. Если за каждой из них покои для одной участницы, то у меня десять соперниц. Это не считая тех, кого поселят в здании для более слабых волшебниц.

Ну я попала. Хорошо хоть в комнатах выставлена защита. Можно не бояться, что кто-нибудь из соперниц устроит ночью сюрприз.

Оставалась надежда, что заняты будут не все покои. Правда, очень вялая: мое внимание привлекла темноволосая девушка, которая стояла у окна напротив соседней комнаты. Корсет делал талию осиной и подчеркивал немаленькую грудь, которую я, не удержавшись, окинула завистливым взглядом. Личико у незнакомки было сродни кукольному — пухлые губки, гладкая кожа, выразительные карие глаза. Если б еще не это стервозное выражение на нем…

Увидев, что я на нее смотрю, девушка усмехнулась.

— А вы времени зря не теряете, да? Не успели приехать в замок, а уже убедились, что принц вас заметил.

— Это была чистая случайность — все благодаря моим хорошим манерам. Прошу прощения, мы знакомы? — сухо осведомилась я.

— О, так вы не лишены острого язычка, — нахалка приподняла брови. — Нет, мы не знакомы, но поверьте, мне знакомиться с вами совершенно излишне. И не рассчитывайте на то, что острый язык вам поможет завоевать принца. Он любит покорных. В том числе в постели.

— Вам лучше знать. Похоже, у вас в этом богатый опыт. Но спасибо за полезный совет — я учту на будущее.

Она искривила пухлые губы в усмешке и отошла от окна, направляясь к своей комнате.

— Учитывайте-учитывайте, леди с окраины. Вам это не помешает. А вот еще один совет: замените слуг. В столице не любят, когда от людей пахнет… — она сморщила носик, глядя на Кору. — Коровником.

Какой изящный способ назвать деревенщинами меня и моих спутников! Я скрипнула зубами. Кора все три дня дороги кружилась вокруг меня, изо всех сил стараясь обеспечить мне уют в условиях, когда за неимением лучшего приходилось подтираться листьями капусты.

Мельком глянув на добрую женщину, которая смущенно одернула серое платье, я только еще больше разозлилась. Нравы в этом мире таковы, что прислуга не имела права отвечать даже на откровенные издевательства. Ну ничего, зато у нее есть я. Оскорблений в адрес Коры, как и в свой, я терпеть не собиралась.

— Боюсь, у вас насморк, леди, и вы не различаете запахи. Мои слуги прекрасно знают свои обязанности, а их внешний вид может обмануть лишь того, кто совсем не разбирается в людях.

И снова я была удостоена высокомерного взгляда с насмешливой полуулыбкой на губах.

— Вы правы, леди с окраины. Они наверняка полностью удовлетворяют ваши скромные потребности, — мурлыкнула она. — Удачи на отборе, и вот последний полезный совет: не думайте, что такая, как вы, сможет здесь чего-нибудь добиться.

Интересно, эта дамочка вообще умеет разговаривать без того, чтобы плюнуть ядом? Я уже намеревалась ответить что-нибудь не менее колкое, но мне попросту не дали такой возможности. Нахалка проплыла мимо и скрылась за дверью.

— Кора, ты не знаешь, что это за мымра? — шепотом спросила я.

Та помотала головой.

— Никогда ее не видела. Но, может, это леди Эвери, дочь маркиза Байры? На ее ожерелье и серьгах был акациевый лист, а это символ семьи Байра.

— И что — они влиятельные?

— Очень, — многозначительно произнесла Кора. — У них обширные владения в самом Меланте, а еще им принадлежит одна из самых богатых мелантских колоний за морем с кофейными плантациями. Ходят слухи, леди Байра и так была среди главных претенденток в принцевские жены.

Вот так соперница у меня. Светская львица, искусная волшебница и плантаторша в одном лице против скромной ассистентки менеджера проектов. И это лишь первая в длинном списке змеюк. Мне определенно светит успех!

— Давай-ка лучше осмотрим комнаты, — пробормотала я.

Слуги уже закончили вносить наши вещи и уходили, кланяясь напоследок. Я кивала каждому, борясь с позывом выдать что-нибудь вроде: «Спасибо, не надо». Здесь такого не поймут — встреча с принцем это доказала.

Второе доказательство я получила, когда зашла в покои и принялась задумчиво осматривать интерьер. Он ничем не уступал тому, что я увидела в коридоре, разве что позолоты было поменьше. Стены были светло-зелеными, с росписями в нарисованных «медальонах», каждый предмет мебели — произведение искусства.

Я как будто очутилась в Петергофе или в Версале. Ощущение было двойственным. Одна половина меня была довольна, что ей, бедной аристократке, предоставили такие шикарные покои. Вторая половина находилась в легком шоке. И, по-моему, пребывала в нем с того момента, как я проснулась в склепе. Все казалось каким-то ненатуральным, сказочным, что ли.

Вот, например, размер кровати с балдахином — в самый раз для трех таких дам, как Кора. И все это для одной меня? Я, конечно, знала, что аристократы раньше жили лучше, чем может себе позволить скромная ассистентка из маленького российского города, но все же…

Не вполне веря в реальность происходящего, я провела рукой по темной древесине, вдохнула ее запах и присела, проверяя жесткость матраса, то есть перины.

Мягко. Как в облаке сахарной ваты.

Кора еще одним облачком, потяжелее, втиснулась в спальню.

— Милая леди, тут фрукты. Не хотите откушать?

— Я не голодна. Если хочешь, сама поешь, — ответила я, предположив, что крупная служанка уж точно проголодалась быстрее меня.

Увлекшись изучением обстановки и размышлением о том, в какой из сказок я оказалась — в сказке Андерсена с мрачным концом или в добром фэнтези, которое закончится традиционным хэппи-эндом, я не заметила, что служанка не двигается и странно смотрит на меня. Спохватившись, я повернулась к ней.

— В чем дело, Кора? С фруктами что-то не так?

— Вы кто? — тихо спросила она.

Я выдавила из себя нервный смешок, стараясь скрыть то, что в эту минуту меня прошибло холодным потом.

Минуту назад я, может, и была в доброй сказке, а сейчас точно попала в ту, где злую ведьму сжигают в печи. Угадайте, кто будет на месте ведьмы?

— Кора, это что, шутка?

Она продолжала настороженно глядеть на меня.

— Никоим разом, госпожа. Я на семью Тэвьера с малых лет работаю, а леди Целестию с рождения знаю. Уж простите, но вы на нее и близко не походите. Своим уровнем магии она так кичилась, что упоминала его по поводу и без. Еще она на второй странице книг обычно засыпает, а вы с собой целый сундук взяли и одними ими были заняты все время. Тем более леди Целестия не стала б защищать слуг перед другими господами. Она так гналась за столичной модой, что даже платья шила только у того портного, который в Эсьене бывал, хотя наш-то ничуть не хуже. А уж если бы кто-то сказал, что я под столичные мерки не подхожу, отослала бы меня домой сей же час. Она вообще меня брать с собой не хотела — стыдилась. Я слышала, как она лорду Тэвьере об ентом говорила. Только денег-то на прислугу получше все равно не было. Наоборот, как та беда с матушкой леди Целестии приключилась, всех поувольняли. Когда вы по поводу меня ни слова не сказали перед отъездом, я удивилась, но промолчала. Вы ж от яда слабые были. Я думала, в нем все дело. Да только теперь вижу, что вы и про себя ничего не помните. А такого от яда не бывает.

Я сглотнула. Всё, дорогая Инна, пришел тебе конец. И никаких некромантов не понадобилось.

— Кора, это в самом деле вина яда. Просто дай мне еще несколько дней…

Лицо служанки смягчилось.

— Вы не поняли, госпожа. Не думайте, что я сразу к охотникам побегу. Мне новая вы гораздо больше нравитесь. Вы добрая, а настоящая леди Целестия такой вздорной была, что ее мало кто мог вынести, кроме того некроманта, Джерана Мортерана. Да она ему свое истинное лицо и не показывала. Как он появлялся, шелковой становилась. Но уж я-то знаю, какой она была, — служанка тряхнула головой. — Мне ее возвращения не хочется. Если боитесь, что выдам, не говорите мне, кто вы взаправду, а я как будто и не знать буду.

Мне стало чуть полегче, но…

— А что взамен? Извини, мне плохо верится в бескорыстную помощь.

— Мне много не надо. Муж мой уже пять лет, как почил, а деток-то у нас нет. Я одна, и все, что я знаю, енто служба роду Тэвьера. Если он разорится, мне будет некуда идти, — она растерянно посмотрела на меня. — И другим слугам, которым дал работу ваш отец, тоже. Лорд Тэвьера кажется строгим, но платит он хорошо и с простым людом тоже обращается достойно. Никто не хочет голодать или быть битым за любую погрешность, как у других господ, милая леди. Я женщина простая и буду рада, если вы, став королевой, не прогоните меня. Вот и все.

Я тихонько выдохнула.

— Спасибо, Кора. И все-таки — почему ты не хочешь пойти к охотникам? В книгах написано, что они следят за чистотой веры. А у тебя, — я кивнула на нее, — на груди такой же солнечный диск, как у всех.

— А вы что, госпожа, нашего бога хулить собираетесь? — невинно поинтересовалась служанка.

— Зачем бы мне это? Я против него ничего не имею.

Если не упоминать о том, что считаю его выдумкой. Впрочем, кто его знает? Вон атеисты утверждают, что у людей души нет, а я же как-то попала в этот мир, обменявшись телом с Целестией.

Я потупила взгляд.

— В своем мире я умирала. К сожалению, не знаю, что стало с Целестией, но думаю, что второй шанс, который мне дали, это очень щедрый подарок для такой, как я. Я не хочу растратить его зря.

— Ох, леди Целестия…

Кора сочувственно коснулась моей руки, а затем, поколебавшись, крепко обняла. Голос ее зазвучал тихо и серьезно.

— Охотники только притворяются, что за веру ратуют. Скольких они в ереси обвинили и на костер отправили, только чтобы их владения к рукам прибрать. Простой люд они со свету сживать тоже не гнушаются. Особенно к женщинам у них отношение жестокое, будто каждая из нас — еретичка.

У нее на миг перехватило дыхание, словно служанке стало трудно говорить.

— Ох, что было, то было, — неловко свернула беседу Кора. — Просто поверьте: я лучше к демонам, ентим исчадиям преисподней, обращусь, чем к охотникам. Вас всему, что нужно, научу. Расскажу, что все сама знаю. А что я малообразованная, вы не смотрите. Старая Кора семье Тэвьера всю жизнь служит, я все гербы аристократические знаю, все повадки знати. Разве что в сложных церемониях помочь не смогу. Зато дружбу быстро завожу, поентому если что разведать через слуг понадобится — енто я запросто выполню. Доля наша женская сложная, перед мужчинами голову поднимать нельзя, но умная женщина всегда лазейку найдет. А тут принц целый, — она улыбнулась. — Что ж его, отпускать?

— Спасибо, — ответила я и искренне обняла ее в ответ.

Я могла положиться всего лишь на ее слово, но отчего-то казалось, что служанка честна. А я разочаровывать ее тоже не собиралась.

Невольно подумалось о том, что день прошел плодотворно. Я встретилась с Альхаром, завела врага и союзника. И последнее пока казалось самым важным моим достижением.

Глава 6

На следующий день утро началось задолго до рассвета. Для меня, привыкшей спозаранку вставать на работу, подготовка к первому дню испытаний прошла быстро и легко, несмотря на усталость после четырехдневной тряски в карете.

Другие конкурсантки к раннему подъему оказались не готовы.

Я пришла среди первых и с любопытством рассматривала просторный зал, куда меня привел слуга. У помещения был всего один вход, откуда одна за другой появлялись девушки, и целых два выхода. Со стороны входа стояли оббитые бархатом табуреты для девушек, с противоположной — длинный стол, за которым сидел уже знакомый распорядитель, а рядом с ним — секретарь, заполняющий бумаги. На краю стола в свете множества зажженных свечей блестел крупный хрустальный шар на подставке — явно магический артефакт, в котором клубился туман.

Надеюсь, с его помощью нам не собирались предсказывать будущее. А то сейчас принц прищурится, посмотрит в туман и скажет: «А вам, уважаемая леди Целестия, победить в отборе не суждено. Отправляйтесь-ка домой».

Судя по шепоткам подтягивавшихся в зал конкурсанток, они тоже не знали, для чего нужен шар. Все разговаривали тихо, здоровались со знакомыми или, наоборот, фыркали в сторону давних врагинь. Большинство собиралось в группки. Лишь немногие, включая меня, коротали время в гордом одиночестве, притворяясь, будто росписи на потолке ужасно интересны.

Нас сюда привели без служанок, предупредив, что так будет на всех испытаниях. Распорядитель вчера проверил Кору и разрешил ей остаться, убедившись, что у нее нулевой уровень силы, то есть магией она не владеет. Судя по скандалу, который вчера разразился в коридоре и который было слышно на половину дворца, некоторые девушки пытались протащить под видом служанок опытных волшебниц. Кое-кого из-за этого даже чуть не выгнали из участниц еще до начала отбора. У девушки все-таки хватило ума согласиться на предложенную распорядителем «нулевую» служанку.

А жаль.

Я смотрела не столько на потолок, который, кстати, действительно был красив, сколько на других участниц. Кора мне вчера сильно помогла, рассказав многое о самой Целестии и принятых в высоком обществе нормах, но этого было мало. Никакая теория не заменит практику, а мне следовало придумать собственную манеру поведения, чтобы не выдать себя и при этом быть непохожей на других. Мой опыт показывал, что внимание всегда обращают на необычных, даже если это всего лишь единственная черта в остальном заурядного характера.

— Тоже считаете, что в этих росписях нам дан намек?

Я вопросительно посмотрела на участницу, вставшую рядом со мной. Невысокая, худенькая, с каштановыми волосами, оттеняющими бледное лицо. Типичная аристократка. Вряд ли она была старше Целестии, а вот ее статус определенно уступал моему.

Сравнивая наряды леди Байры и стайки ее подруг из Эсьены, я с удовлетворением отмечала, что Целестия и правда старалась не отставать от столичной моды. Моя новая знакомая выглядела по сравнению с ними серенькой мышкой — минимум украшений, скромное платье. Глубокого выреза — попытки не отставать от столичных фиф — девушка, похоже, немного стеснялась. Зато в ее серых глазах, в отличие от некоторых спутниц леди Байра, читался интеллект.

— Нимфы, — пояснила она, указывая на потолок. — Сюжет с преследованием языческим богом лесной девы. Она предпочла превратиться в осину, лишь бы не доставаться нелюбимому мужчине, который хотел лишить ее чести.

Я еще раз окинула взглядом росписи. Да, и правда. Художнику прекрасно удалось изобразить ужас почти схваченной нимфы.

— Думаете, это предупреждение, чтобы мы бежали отсюда, пока не поздно? — улыбнулась я.

— Не исключено, — улыбнулась в ответ девушка и тут же спохватилась. — Простите мою невежливость. Я не представилась: леди Минна, младшая дочь барона Стэфаты. Прибыла вместо старшей сестры, которая на момент получения приглашения от принца успела обручиться с женихом. Мы из Зефрана, новости туда очень долго идут.

Неудивительно. Город Зефран располагался на одном из северных морских островов, которые находились под властью королевства. Фактически это была самая окраина королевских владений.

— Леди Целестия, дочь барона Тэвьеры, — представилась я. — Наверное, вы проделали долгий путь.

— Да, немаленький. Но я бы проделала его еще раз, лишь бы увидеть Эсьену и блистательный королевский дворец, — призналась Минна. — Обычно мы не можем позволить себе подобные путешествия.

— Тогда у нас с вами много общего.

— Вы тоже чувствуете себя здесь немного неуютно? — осторожно спросила она.

Я кивнула, заметив брошенный на нас презрительный взгляд леди Байры. Эта дамочка определенно мнила себя уже победившей в отборе. Интересно, на что рассчитывают ее прихлебательницы, вертящиеся вокруг. На места наложниц?

От этой мысли меня снова передернуло. Нет уж, я туда метить не собираюсь. Если ставить себе цель, так серьезную — стать для принца единственной. Не просто будущей королевой страны — королевой сердца Альхара.

А если не выйдет, хотя бы заведу себе знакомства среди знати. Причем среди адекватных людей, а не змей.

— Тогда нам стоит держаться вместе, — обрадовалась Минна. — Вы ведь не против?

— Очень даже за, — честно ответила я.

На этом наш разговор прервался. Правая дверь напротив нас открылась, и в комнату вошел Альхар. Комната наполнилась шелестом ткани — словно по взмаху дирижерской палочки, все присутствующие изогнулись в поклонах или реверансах.

Я снова невольно залюбовалась этим мужчиной. Природа его не обидела, когда наделяла красотой. И ведь принц получился не смазливым — наоборот, в каждом его движении сквозили мужественность и сила, до которой крайне далеко субтильным моделям с обложек популярных журналов. А его голос… Бархатный, он проникал в самое сердце.

— Я рад приветствовать в Зале нимф всех леди, принявших мое приглашение поучаствовать в отборе, — произнес Альхар после официальных приветствий. Он переводил взгляд с девушки на девушку, задержавшись на леди Байре. — Возможно, некоторые из вас решили, что эти испытания всего лишь дань традициям, спектакль, устроенный для того, чтобы замаскировать уже сделанный выбор. Это неправда.

Платья участниц зашуршали, скрывая шепотки. Многие девушки при этом косились на помрачневшую леди Байру.

Принц прошелся перед столом, продолжая всматриваться в участниц.

— Каждая из вас обладает безупречной родословной, молодостью и красотой. Но этого мало, чтобы стать моей женой, а однажды и королевой. Женщина, помогающая править такой страной, как Мелант, должна отличаться твердым характером, благородством души умом и великодушием. А еще она должна быть чистой помыслами и телом.

Его взгляд скользнул по запредельно глубокому вырезу брюнетки, которую я вчера заметила у входа в жилой корпус для невест.

— Я буду присутствовать на каждом испытании и оценивать ваши результаты. Но не думайте, что можно приблизить к себе победу откровенными нарядами или природной красотой. Мне не нужна королева-шлюха.

Резкое словечко заставило девушек заохать и покраснеть. Но не всех. Леди Байра сдержанно улыбнулась, словно говоря: «Да-да, знаем мы о твоих „нуждах“».

В этот момент я возненавидела ее еще сильнее, чем вчера. Стыда у стервы не было от слова «совсем». Ясно же, что она уже побывала у принца в постели. Хоть бы постеснялась это так явно демонстрировать! Впрочем, с ее отношением к другим людям…

Мысль оборвалась на середине. Альхар смотрел прямо на меня. Продолжительно, изучающе, а не мельком, как на большинство других девушек. Надеюсь, он просто вспомнил нашу вчерашнюю встречу, а не подразумевал что-то, когда толкал речь про шлюх. Мы же с ним вообще не были знакомы до вчерашнего дня.

Безумно длинная секунда, в которую этот невозможный красавец смотрел на меня, закончилась.

— Этим объявляю начало первого испытания — на чистоту, — объявил он. — Уважаемый распорядитель лорд Кестэла объяснит, что необходимо сделать.

Принц и распорядитель поменялись местами. Первый устроился во главе стола, наблюдать за испытанием, а второй, наоборот, вышел вперед. Участницы, не дожидаясь, уже обсуждали смысл испытания. По соседству прозвучало недоуменное «Не мыться же нас заставят?».

Распорядитель прокашлялся.

— Дорогие леди-участницы, сегодняшнее испытание призвано выявить, чистыми ли вы собираетесь вступить в брак. Поскольку нам известны случаи, когда невесты подкупали лекарей или пользовались магией, чтобы скрыть следы своей неверности жениху, мы решили устроить проверку с помощью зачарованного предмета, который не способен лгать. Просим вас по очереди подойти к хрустальному шару и положить на него ладонь. Цвет, изменившийся с белого на красный, будет означать, что вы уже были с мужчиной. Следовательно, не можете участвовать в отборе невесты для его высочества принца Альхара.

Я слегка обалдела. Нифига себе испытание! Хотя чего я хотела? В этом мире до сих пор людей на кострах жгут. До рациональности двадцать первого века им еще веков пять как минимум, а пока справедливость просто цветет и пахнет. Сам-то принц к своим тридцати годам вряд ли девственник.

Одна из девушек поднялась с сиденья.

— Лорд Кестэла, это возмутительно! Осмотр на чистоту тела всегда проводился в закрытом помещении, наедине с лекарем, а никак не прилюдно. Подобная публичная проверка — убийство репутации и позор на всю столицу!

— Девушка, которая была с другим мужчиной до свадьбы, сама виновна в пятнах на своей репутации, — парировал распорядитель. — Смеем напомнить, что подобная проверка — один из мелантских законов, а чем продиктована публичность испытания, мы объяснили. Вы не обязаны в нем участвовать, но из участия в отборе вы будете исключены. Также просим учитывать, что воздействовать на шар с помощью магии, чтобы изменить его цвет, бессмысленно. Мы предусмотрели такое развитие событий. А теперь, пожалуйста, кто готов, подходите к артефакту.

Говорившая девушка громко фыркнула и направилась к выходу, напоследок поклонившись принцу. Ее проводили осуждающими взглядами, кое-кто с презрением хмыкнул вслед.

Поступок в самом деле выглядел не супер как вежливо, но я ее понимала. Победить в отборе шансов не так уж много, а с подпорченной репутацией при здешних нравах потом замуж не выйти. С другой стороны, громкий уход с выступлениями тоже прозрачно намекал на то, что девушке есть что скрывать. Вряд ли она что-нибудь от этого выиграла. По крайней мере не стала молчать, и то молодец.

Помешкав, зал покинула вторая девушка. Секретарь вычеркнул и ее имя. Принц на это не отреагировал. Как будто его вообще не волновало, сколько останется участниц.

Я нахмурилась, наблюдая за ним. Пока слова отца Целестии об Альхаре не подтверждались. Злопамятные люди с таким равнодушием к уходу потенциальных невест не относятся. Да и на отбор для гарема непохоже — там же опыт должен только приветствоваться. Впрочем, кто знает, каковы вкусы принца. А на стульях продолжали сидеть восемнадцать человек — достаточно для выбора.

Третьей встала леди Байра. Не успела я обрадоваться, что стерва тоже испугалась проверки, как она со своей надменной улыбочкой подплыла к шару и положила на него ладонь.

Завихрения шевельнулись. Молочно-белый цвет.

— Спасибо, леди Байра, — с удовлетворением произнес распорядитель.

— Мне нечего скрывать.

Она повела плечами, бросив из-под ресниц томный взгляд на принца. А я чуть не подскочила от несправедливости.

Девственница? Та самая овца, которая вчера рассказывала мне о постельных предпочтениях Альхара? Да не смешите мои тапочки! Тут явно вклинилась магия!

Это пришло на ум не одной мне. Принц, сощурившись, посмотрел на Байру, но промолчал. Покрывает ее? Или надеялся, что испытание ее отсеет, а теперь удивлен сам? Кто бы мне еще ответил на эти вопросы.

Тем временем к шару подходили и другие участницы. Несколько раз хрусталь мутнел, наливаясь алым. Побледневшие или, наоборот, покрасневшие от стыда девушки возвращались назад. Чуть ли не бегом в коридор кинулась с горящими щеками вчерашняя брюнетка. Тех же, кто прошел испытание, направляли к левой двери.

Чем дальше, тем меньше в зале становилось людей, а я все не вставала. Чего ждала, не знала сама. Просто боялась, наверное.

Мне ведь даже не у кого было спросить, как у Целестии обстоят дела в этом отношении. Будь я тут в собственном теле, сбежала бы следом за первой «отказницей». С моей-то чуть не случившейся свадьбой, ага. И что-то у меня было дурное подозрение, что Целестия в этом плане тоже не одуванчик. Кора описала ее как страстную, порывистую, а некромант говорил о последнем шансе пожениться. Тайный роман, импульсивный характер, взрослый мужчина, устроивший побег для возлюбленной, — все вместе это плохо сочетается с «чистотой».

Когда в зале кроме нас остались две непроверенные участницы, Минна тронула меня за руку. На лице новой знакомой не было ни капли сомнения, что она пройдет испытание.

— Идем?

Я кивнула. Все равно ждать нет смысла.

Минну я пропустила вперед. Шар предсказуемо поклубился сливочным туманом, принц обаятельно ей улыбнулся, так же как всем, и девушку пригласили к левому выходу.

Я медленно приблизилась к шару и застыла, не решаясь положить на него ладонь. Еще и принц, как назло, следил за мной так внимательно, будто ему правда было дело до того, в какой цвет сейчас окрасится хрусталь.

Боже, пожалуйста, пусть меня не ждет провал еще в самом начале моего пути… Я ведь даже в старом теле никогда не изменяла жениху и ни за что не буду в новом!

Сзади красноречиво закашлялась конкурсантка — я задерживала очередь. Принц склонил голову, изучая меня.

— Вы чего-то боитесь, леди Тэвьера?

— Нет, — ответила я, посмотрела ему прямо в глаза и положила ладонь на шар.

Он… удивился? А затем улыбнулся.

— Я вижу. Можете присоединиться к другим участницам.

Я скосила глаза вниз, не доверяя его словам.

Белый! Шар был белым!

От облегчения я чуть не закачалась. Не забыв напоследок поклониться Альхару и распорядителю, на ватных ногах я зашагала туда, где только что скрылась Минна.

Истеричка Целестия была гораздо разумнее, чем я думала. Пусть и влюбилась в некроманта настолько сильно, что выпила яд, лишь бы не ехать к принцу, а невинность свою блюла. Видимо, страх осуждения обществом пугал ее сильнее, чем тянула в свои сети страсть.

Им с Джераном можно было только посочувствовать. Страшно представить, сколько еще таких несчастных влюбленных уничтожило местное консервативное общество.

За дверью находился еще один зал, попроще. Закончивший с проверкой распорядитель объявил, что слуги проводят нас до комнат, где мы можем ждать завтрашнего испытания или отдыхать. Однако покидать дворец нам запретили.

Я быстро подсчитала оставшихся девушек. Пятнадцать человек — немало. Отсеялись как претендентки с окраин, так и из столицы. Стайка подружек рядом с леди Байрой слегка поредела, чему та ни капли не расстроилась. Ну конечно, ей же меньше соперниц…

Слуги забирали с собой девушек быстро. Вот исчезла леди Байра, а затем Минна, с которой мы договорились встретиться после обеда и погулять по дворцу. Ко мне все никто не подходил.

Я растерянно наблюдала за тем, как уводят последних участниц. Может, обо мне просто забыли?

Когда в зале не осталось никого, кроме меня, распорядителя и секретаря, я занервничала. Можно было пойти в комнату и одной, но черт его знает, вдруг я нарушу какое-нибудь правило этикета.

— Извините, — неуверенно обратилась я к распорядителю. — Кажется, слуга, который должен был меня забрать, где-то потерялся.

— А вы всё извиняетесь? — прозвучал голос сбоку знакомый голос.

В дверях стоял улыбающийся принц.

— Какая досада, что слуга задерживается. Не иначе как его отвлекли срочные дела. А у меня, наоборот, сейчас как раз есть свободное время. Если вы не возражаете, я мог бы сам проводить вас до покоев.

Вот так сюрприз — Альхар уже второй раз сам проявил ко мне интерес. Готова поклясться, слуга «задержался» не просто так.

Ну что ж. Кто будет сопротивляться тому, что ценный приз сам идет в руки?

Я покорно склонила голову.

— Всё как вы пожелаете, ваше высочество.

Глава 7

Темп принц задал медленный. То ли хотел, чтобы я успела разглядеть шикарные интерьеры, меняющиеся из помещения к помещению, то ли тянул время. Первые несколько минут он вообще молчал.

Вместо интерьеров я украдкой рассматривала его. Столичная мода для мужчин была не слишком мужественна — узкие штаны, короткие куртки, которые едва прикрывали пятую точку. Зачем-то к ним еще добавляли подкладку, бугрившуюся на плечах и груди, словно мускулы. Их фальшивость было видно издалека, и оттого эффект получался обратный — вместо того чтобы восхититься, хотелось рассмеяться.

Принц был не таков. Сапоги гулко стучали по отполированному до зеркальности паркету. Куртка, закрывавшая бедра, больше походила на старинный военный китель и прекрасно сидела на подтянутом теле. Искусственные мускулы Альхару не требовались, хватало своих. При всем этом он со своими благородными чертами лица и длинными волосами умудрялся выглядеть утонченно и даже царственно, когда кивал здоровающимся придворным.

«Красив», — в очередной раз подумала я. Еще бы белого коня ему. И песни петь, как в диснеевском мультике.

— Как вам дворец? — начал светскую беседу принц.

— Очень впечатляюще. Поражает воображение.

— Правда? Вы не кажетесь достаточно пораженной для леди, которая никогда не покидала родное поместье.

Ага, только я-то не Целестия, была в музеях, смотрела фильмы и знаю, как выглядит Версаль, Нойшванштайн и другие дворцы с замками.

— Мне интереснее, что под этой красотой. Суть вещей. И еще — люди, которые здесь живут.

— Почему же?

— Потому что именно люди наполняют эту красоту смыслом, — ответила я.

— А вы философ, леди Тэвьера, — принц с любопытством глянул на меня. — И что вы можете сказать о дворце и его хозяевах?

— Пока не знаю. Я провела здесь слишком мало времени и плохо знаю вас, ваше высочество, чтобы судить о том, какой вы человек.

— Надеюсь, мы познакомимся поближе за время испытаний. И разве… — Альхар выдержал странную паузу. Его взгляд снова стал изучающим, как во время приветственной речи полчаса назад. — Разве лорд Джеран Мортеран ничего не рассказывал обо мне?

— Нет. А вы с ним хорошо знакомы? — удивилась я.

Что-то такое проскакивало, что некромант не в ладах с принцем, но тогда я не придала этому значения. Видимо, зря.

— Конечно. Странно, что он не упоминал об этом.

Принц остановился, сцепив за спиной руки, и застыл у окна. Несмотря на неторопливость, мы почти дошли до коридора с покоями конкурсанток. Пришла пора прощаться, но Альхару явно хотелось поговорить еще, причем там, где нас не будут подслушивать другие участницы. Коридор с окнами, выходящими на реку у подножия холма и город, тоже сложно было назвать уединенным местом — по нему постоянно сновали слуги. Однако они не задерживались настолько, чтобы разобрать что-то кроме обрывков фраз.

Я подошла к Альхару поближе. Опасную для меня он выбрал тему. Придется озвучивать «официальную» версию моего знакомства с некромантом, на сочинении которой настоял отец.

— Мы принимали лорда Мортерана у себя дома несколько раз, но не могу сказать, чтобы он стал другом семье Тэвьера. Особенно после того, что он сделал со мной.

— Джеран причинил вам боль? — нахмурился Альхар.

— Да. Он пытался отравить меня, узнав, что вы пригласили меня в Эсьену на конкурс невест.

На его скулах заходили желваки.

— Джеран… — процедил принц. — Он всегда был жестоким, и время не сделало его добрее. Жаль, что вы пострадали из-за нашей с ним ссоры. Много вреда он причинил? Я могу загладить его вину перед вами?

Так-так. Как-то это дурно звучало, особенно если вспомнить обещание некроманта, что принцу я не достанусь. Я с большим трудом удержала на губах вежливую улыбку.

Как бы мне не оказаться зернышком между жерновами — двумя смертельно опасными мужчинами. Надо бы поподробнее узнать о ссоре между ними.

— Спасибо за заботу, ваше высочество, но вам не о чем беспокоиться. Мои слуги успели его прогнать, а домашний лекарь сделал все необходимое, чтобы я уже на следующий день встала на ноги. Можно сказать, я отделалась всего лишь испугом.

И еще каким. Я нервно повела плечами, ощутив неизвестно откуда взявшийся холод. Мне бы благодарить некроманта за то, что я снова живая, да с учетом всех его угроз что-то не хочется.

— Вы замерзли?

Принц осторожно коснулся моего плеча. Не знаю, что он сделал, но спустя мгновение по телу начало разливаться тепло. Чувство было мягким, приятным, как от чашки горячего чая, однако я вздрогнула, не ожидая этого.

Когда до меня в последний раз дотрагивался мужчина? Если, конечно, не считать толкучки в общественном транспорте по утрам, когда автобус совершает чудо и превращается в банку с килькой. Наверное, так нежно меня кто-то касался года четыре назад, когда я еще встречалась с Марком. Только тогда нежность быстро закончилась. Если домашняя рабыня не выполняет работу вовремя, ее нужно наказывать. А я успевала не всегда.

Рука Альхара отодвинулась. Уютное ощущение мгновенно пропало.

— Простите, если напугал вас. Это было всего лишь согревающее заклинание.

Выполненное на мастерском уровне, судя по тому, что я читала в привезенных с собой книгах.

Я покусала губу. Значит, вот как ощущается магия. И правда волшебно. Жаль, нельзя попросить, чтобы Альхар повторил. Можно без заклинания.

— Что вы, ваше высочество. Мне было приятно. Но я не замерзла — я вспомнила о лорде Мортеране. Он обещал убить меня и говорил это так, как будто от своей клятвы не отступит. Возможно, это будет бестактно, но могу ли я спросить, что между вами произошло?

— Здесь нет никакого секрета. Мы были друзьями, вместе воевали, но некоторое время назад охотники начали подозревать Джерана в том, что он практикует запрещенную магию. Джеран родился на южной границе Меланта, долгое время жил за пределами королевства и забыл, что у нас закон един для всех, включая моих друзей. Охотники не нашли доказательств вины, однако Джеран решил, что я его предал, раз позволил обыску вообще случиться. Если вы знакомы с этим человеком, то понимаете, что это такое, когда ему что-то втемяшилось в голову.

Я кивнула.

— Хорошо понимаю.

— Тогда вы можете представить, с каким скандалом он покинул столицу. Я надеялся, что он успокоится вдали от Эсьены, но теперь очевидно, что я ошибся. Снова прошу у вас прощения, и спасибо, что рассказали о покушении на вас, — его серые глаза сверкнули сталью. — Мне следовало остановить Джерана сразу, а не отпускать его. Я предупрежу стражу, чтобы она была наготове.

Меня такой вариант устраивал больше всего. Я присела в реверансе.

— Спасибо, ваше высочество. Вы очень добры.

— Перестаньте, леди Тэвьера. Вы одна из моих возможных невест. Если о благополучии своей избранницы не позабочусь я, кто сделает это за меня?

Я задумчиво посмотрела в его ясные глаза. Прямота, искренность, открытость — отец Целестии точно об этом человеке говорил? Отчего-то мне не казалось, что Альхар врет.

Намеренно громкий перестук женских каблучков в коридоре помог мне опомниться. Взгляд королевской особе прямо в глаза — наглое нарушение этикета! Я тут же уставилась в пол, но опоздала.

— Ваше высочество, какая у вас приятная компания, — прожурчал голосок леди Байры. И естественно, она была не одна, а в компании подружек. — А советники вас уже обыскались. Даже его величество король мелантский в недоумении, почему вы задерживаете начало собрания. А вас, оказывается, отвлекают.

Обходительный приятный мужчина, который только что стоял рядом со мной, бесследно исчез. Вместо него появился холодный и сухой на эмоции принц, сцепивший за спиной руки. Похоже, это была привычка, сигнализировавшая о том, что Альхар «закрылся».

— Вам, должно быть, показалось, леди Байра. Меня никто не отвлекал, я сам вызвался проводить гостью. Но благодарю за напоминание, — безразлично произнес он. — Леди Тэвьера, прошу прощения, дела ждут. Пусть солнце будет к вам сегодня милостиво.

— И к вам, ваше высочество.

Приседая в реверансе, я не забывала краем глаза следить за Эвери Байрой и ее прихлебательницами. Мне были хорошо знакомы такие компашки «подружаек». Если они хотят напакостить, не остановятся ни перед чем.

Однако пока все обошлось. То ли они опасались делать это прямо во дворце среди бела дня, то ли пока не принимали меня всерьез. Дело ограничилось лишь тем, что леди Байра приблизилась ко мне и, будто давней знакомой, шепнула на ухо:

— Вот вам новый совет: следите за своими манерами. Принц к ним может относиться с небрежностью. Но он — это еще не весь Мелант, а королевский двор девочкам из деревни ошибок не прощает, — она оценивающе посмотрела на меня. — И пожалуй, я вчера была не права. Я запомню ваше имя, леди Тэвьера.

Замаскировать угрозу она и не пыталась. По плечам снова прошел холод. Да что же это такое? Как будто каждый прохожий в этом мире решил вставить мне палки в колеса.

— Запомните обязательно, — согласилась я. — Вы еще не раз обо мне услышите.

Даже если я уступлю, она ведь все равно не отцепится. Тем более мне были нужны гарантии, что принц не забудет свои обещания, как только я скроюсь с глаз.

А я за свое счастье собиралась побороться.

Глава 8

Вернувшись в свои покои, я сразу плюхнулась в кровать. Вряд ли Целестии, хозяйке в своем доме, когда-нибудь приходилось делать столько реверансов за один день. Чтобы не надеяться на память тела, я тренировала их во время поездки, на постоялых дворах, пока никто не видел, но мышцы все равно разнылись.

Дурацкий этикет. Как же я соскучилась по родному дому, где единственным строгим правилом было не хамить начальству…

При мыслях о работе, которую я, несмотря ни на что, все-таки любила, о маме и сестре на глаза навернулись слезы. Как они там, пока я в незнакомом мире пикируюсь со светскими львицами?

— Леди Целестия! Милая леди!

В спальню присеменила Кора, с которой мы договорились вести себя так, словно никакой иномирянки в теле леди Тэвьеры нет. У служанки это получалось лучше, чем у меня. Я украдкой вытерла глаза и твердым голосом спросила:

— Что случилось?

— Вам письмо передали. Запечатанное.

— У меня есть в столице какие-то знакомые? — насторожилась я.

Еще не хватало обнаружить парочку родственников, которые отлично знают Целестию, а я их — нет.

— Вашей матушки родня, но они с вами и вашим отцом после смерти леди Риаты перестали общаться. Вашего отца винили в ее гибели, — пояснила Кора. — Только енто все равно не от них. Записку дворцовый слуга принес, сказал, что от леди Байры.

— Я с ней только что разошлась в коридоре, — озадачилась я. — Даже говорила с ней. Она ни слова не сказала о записке.

— Может, забыла? Печать-то ее стоит.

Кора показала конверт. И правда, на кусочке сургуча четко выделялся лист акации.

— Дай, пожалуйста. Я посмотрю, что там.

Я протянула руку, чтобы взять письмо, но не успела коснуться, как безымянный палец с фамильным кольцом кольнуло слабым разрядом электричества. Не сообразив, что это может значить, я поднесла руку второй раз, уже осторожнее.

Точно. Странное ощущение повторилось. Чем ближе кольцо становилось к бумаге, тем сильнее щекотало кожу.

— Покалывает? — уточнила Кора, понаблюдав за моими движениями.

— Ага. Не знаешь, что это может быть?

Судя по тому, как побледнела служанка, ничего хорошего. Она бросилась к горящему камину и тут же сунула бумагу в огонь.

— Порчу на вас навести хотят, злыдни окаянные, — объявила Кора, отряхивая руки. — Хорошо, что я первая за письмо схватилась. У кого магии нет, на того енти штуки слабее действуют.

— Боже, — ужаснулась я. — Ты уверена? Еще не хватало, чтобы ты из-за меня пострадала. К кому тут надо ходить при проблемах с магией? К какому-нибудь лекарю-магу?

— К нему самому, — мотнула головой Кора, следя за тем, как чернеющую бумагу лижут языки пламени. — Я-то схожу сейчас, а вы если пойдете, над вами смеяться будут. Заклинание простое, а вы маг третьего уровня. Должны вроде как сами такую гадость уметь снимать.

Я вздохнула.

— А я умею?

— Да, только долго енто и муторно. Не ваша енто… спецальзация. Потому отец колечко ваше отдал на зачарование, чтобы оно о таких мелких кознях предупреждало. Как к вашей матушке начали охотники наведываться, так соседи как с цепи сорвались. И слуги некоторые, — неохотно признала она. — Все напакостить пытались. А страдали и вы тоже. Господин с вас один раз порчу снимал, второй, а потом решил, что лучше всего один раз на колечко растратиться. Но вы уж простите, милая леди Целестия, я на ваших соседок поглядела и думаю, что от их козней оно вас не спасет. Вам бы магию вспомнить.

— Надо, — согласилась я. — Знать бы как. Если у меня и были учебники, они остались в особняке.

— А вы во дворцовую библиотеку сходите, — посоветовала служанка. — Она так-то королю принадлежит, но государство у нас просвещенное, потому книги может кто угодно читать, кого во дворец пустили. Только книги с собой забирать нельзя.

Вот и пошли прахом мои планы отдохнуть до обеда. Я еще полежала минуту, не шевелясь, но потом собралась с силами и встала.

Сперва надо разобраться с делами, а потом отдыхать. Вон уже начались интриги — кто-то пытается стравить меня с Эвери Байрой, думая, что я поведусь на очевидный подлог.

Вспомнив о принце и его словах про заботу об избраннице, я снова вздохнула.

Я, конечно, женщина сильная. И все же иногда так хочется, чтобы проблемы за тебя решил кто-нибудь другой.

Глава 9

На Эсьену тихо падал снег. Его хлопья ложились на каменных горгулий, смягчая их черты, на деревья в Королевском саду, на плечи и волосы закутанных в меховые плащи участниц отбора, превращая нас в румяных Снегурочек.

Начало сегодняшнего испытания немного затягивалось из-за снегопада, начавшегося около часа назад. А ведь подняли нас опять задолго до рассвета. Выстроенные во дворе девушки позевывали, бродили туда-сюда, но жаловаться не осмеливались. Вдруг принц испытывает нас всех на терпение?

Он стоял тут же. Вокруг снежинками крутились девушки, пытались флиртовать, спрашивали о чем-то, но он обращал на них ровно столько же внимания, сколько на настоящие снежинки, то есть нисколько. Как всегда, Альхар был молчалив, спокоен, уверен в себе. В глазах — ни капли усталости или желания спать, руки сложены за спиной «замком».

В общем, ходячий упрек всем, кто не выспался за долгую зимнюю ночь.

Я тоже украдкой зевнула, выдохнув облачко пара. Поход в библиотеку оказался плодотворным. Старичок-смотритель, гордо назвавшийся астрологом, помог найти все необходимые книги. Читать пришлось прямо там, на столике среди стеллажей, но мне никто не мешал. Астролог по секрету сказал, что обычно здесь мало посетителей.

Странно. Королевскую библиотеку словно срисовали из мультика «Красавица и чудовище» — количество книг было просто умопомрачительным. А их обилие — и печатные, и рукописные, с кожаными обложками и тяжелыми железными окладами, маленькие и такие огромные, что еле-еле поднять вдвоем, с неповторимым запахом чернил и бумаги… Я бы там жить осталась, если бы разрешили.

В промежутке я гуляла по дворцу с Минной, которая сейчас стояла рядом и щурила заспанные глаза. Я побаивалась общаться с аристократкой, которая могла бы меня разоблачить, но Минна оказалась довольно милой. Разница между нами почти не ощущалась — как проживающая на самой окраине страны Минна ничего не знала о столичной жизни, так и я. И еще она призналась, что тоже стесняется своих «деревенских» манер, по которым уже успели пройтись подружки леди Байры.

Знала бы она, что по сравнению с остальными выглядит для меня наиболее нормальным человеком.

Группки участниц со вчерашнего дня распределились немного по-другому, но больших изменений не было. По-прежнему девушки из столицы в основном кучковались рядом с леди Байрой, а отдельно, более мелкими компаниями, общались те, кто приехал из провинций. Основной темой были догадки, что нам предстоит за испытание такое, которое требует хорошей погоды.

Впрочем, атмосферы настоящего дружелюбия и близко не чувствовалось. Во-первых, после вчерашнего дня все поняли, что через какой-нибудь час ты сама или твоя новоиспеченная подруга может с позором отправиться домой. Во-вторых, участниц со вчерашнего дня стало еще на одну меньше. Правда, ненадолго. Ходил слух, что на нее наложили магическую порчу, и сегодня она чувствовала себя так плохо, что не смогла подняться с кровати и дойти до испытания. Я не сомневалась, что сделал это тот же человек, который подослал записку мне.

Судя по косым взглядам, которые девушки бросали друг на друга, все понимали: настоящий отбор начался именно с этой несчастной жертвы порчи. Испытания принца будут по сравнению с ним цветочками.

О какой дружбе в такой ситуации вообще можно говорить?

Снежинки падали все реже и реже. Уже стало лучше видно черные стволы деревьев в саду, шпили башен. Наконец распорядитель подал кому-то знак и пригласил нас подойти поближе к нему.

— Нынешнее испытание будет сильно отличаться от вчерашнего, — объявил он. — Как вам наверняка известно, традиции обязывают королеву во всем помогать своему мужу, а если будет необходимо, и поднимать на битву войска вместо него.

— Чушь какая, — буркнула незнакомая девушка рядом со мной. — Последний раз королева в военный поход ходила лет триста назад. Наша обязанность — ждать мужа дома и заботиться о детях.

Я скользнула по ней взглядом, запоминая. Стройная, симпатичная — как все участницы. Если нас и представили друг другу, имя давно вылетело из головы. Придется про себя называть ее Домохозяйкой.

— Возможно, принц видит свою жену не такой, какой предписывают традиции, — предположила я.

Девушка косо глянула на меня.

— А вы и правда поверили в красивую фразу о том, что отбор не спектакль? Вот увидите, победительница давно определена. Мы с вами сражаемся лишь за места в консорте.

Оптимизм у некоторых бьет фонтаном…

— А кто-нибудь вообще видел консорт принца? — уточнила я.

Собеседница пожала плечами. Минна повторила ее жест.

Понятно. Все издалека, во дворце первый раз, но точно знают, что у принца есть гарем, хотя никогда его не видели.

Я поправила свой подбитый мехом плащ. На самом деле неплохо бы выяснить ответ на этот вопрос. Так, просто, для лучшего понимания, к чему мне стоит стремиться, чтобы и от некроманта спастись, и состоянием себя обеспечить.

Распорядитель многозначительно закашлялся, глядя в нашу сторону. Мы с пристыженным видом затихли.

— Одно из важных качеств, которыми должна обладать королева, — продолжал он, — это умение подчинять себе и доказывать свою власть.

— Нам придется шагать в одном строю с воинами и подбадривать их? — весело поинтересовалась одна из девушек.

— Нет, командовать отрядами вам не понадобится, — поджал губы распорядитель. — Мы нашли способ проще.

Он взмахнул рукой. Повинуясь поданному им знаку, слуги вывели во двор грифона. Мой восторженный вздох присоединился ко всеобщему аханью.

Мифический зверь выглядел великолепно: размером с настоящего льва, только вместо пышной гривы «ошейник» из белоснежных перьев, гордая осанка, мудрые птичьи глаза и внушительный клюв. Седло отсутствовало, а клюв стягивало нечто похожее на уздечку — в точности как грифон, на котором я видела принца в свой первый день в столице. Вышагивал зверь так степенно, словно пытался доказать: я не какая-нибудь скрещенная с котом курица, а настоящий правитель небес.

— Ого! — Минна вытаращила глаза. — Королевские грифоны, на которых имеют право летать только представители монаршей семьи! Бог-солнце мне свидетель, сестра от зависти позеленеет, если узнает, что я стояла рядом с ними!

— А что, на островах грифонов нет? — осторожно спросила я.

— Куда там, — с досадой протянула она. — Владеть даже самых мелкими грифонами могут себе позволить только богатейшие семьи вроде Байра или Фелита. У нас на островах таких даже диких нет, они только на юге живут. У нас вообще самый страшный зверь — это кабан. А укрощением дикой свиньи не прославишься и королевский род, как предки его высочества, не оснуёшь.

Вот откуда на королевском гербе грифон! Ну что ж, буду знать. Как и то, что сегодняшнее испытание ставило в неравное положение девушек с окраин и из столицы.

Распорядитель прокашлялся, прерывая девичьи аханья.

— Как вам должно быть известно, королевские грифоны — одни из самых гордых животных. Они уступают только сильнейшему, а сильнее них в небе и на земле никого нет. Однако они могут преклониться перед человеком, в котором чувствуют несгибаемую волю — так когда-то Даэрас Великий подчинил себе первого из королевских грифонов. Воля и смелость — именно то качество, которым должна обладать будущая королева Меланта. Поэтому на сегодняшнем испытании мы проверим, сможете ли вы подчинить себе одного из королей небес.

После восхищенных аханий гробовое молчание, которым девушки встретили его слова, звучало странно. «Мы первый раз грифона вблизи видим, какое подчинение?» — читалось на большинстве лиц. Улыбалась только леди Байра, чем я не удивилась абсолютно.

— Уважаемый лорд-распорядитель, а он нам руки не пооткусывает? — спросила все та же веселая девушка, которая уточняла про марширование вместе с войском. — Нам же потом без рук неудобно будет обнимать мужа во время первой брачной ночи!

Смешки немного разрядили обстановку. Даже распорядитель снисходительно растянул губы. Но ответить он не успел — вперед вышел сам Альхар.

— Не волнуйтесь, — его низкий, бархатный голос разнесся по площадке. — Этот грифон не дикий, его тренировал я сам. Он не причинит вам вреда, если вы не станете его провоцировать. Все, что от вас требуется, это не прикасаясь к грифону заставить его склониться перед вами. А я прослежу за тем, чтобы все прошло хорошо.

Обещание личного контроля от принца заставило нас всех приободриться. Еще бы испытание пройти с достоинством.

Вперед, как и вчера, вышла леди Байра. Слуги отошли назад, отпустив грифона и оставив их с девушкой стоящими друг напротив друга. За ними обоими пристально наблюдал Альхар.

В первые секунды ничего не происходило. Грифон не обращал на леди Байру никакого внимания. Гораздо больше его занимал снег на мощеной площадке — издав клекот, он переступал с лапы на лапу и размахивал хвостом с кисточкой, в точности как недовольный кот.

Девушка сделала шаг вперед. Грифон замер, искоса глядя на нее черным глазом.

— Сидеть, — резко приказала она.

Зверь склонил голову на другой бок и продолжал ее изучать взглядом. Эвери сделала еще шаг вперед и повторила громче:

— Сидеть!

Будь на месте грифона я, то фыркнула бы и продолжила заниматься своими делами. Увы, моим мнением полулев-полуорел не поинтересовался. Почувствовав что-то в тоне девушки, он помялся и все же склонил голову.

Леди Байра бесстрашно подошла к нему и погладила белое оперение.

— Хороший мальчик, — похвалила она и стрельнула глазами на Альхара. — Ваше высочество, прошла ли я испытание?

— Как всегда, безукоризненно, — холодно ответил он.

Реверанс, который после этого сделала девушка, был… очень низким. Так, чтобы высокий принц уж точно увидел всю глубину ее декольте, раскрывшегося из-за «случайно» распахнутого плаща. Я сама не удержалась, чтобы туда заглянуть. Что уж говорить про Альхара?

Я была не единственной, кто скрипнул зубами. Вот как с ней соперничать, если она прицельно бьет изо всех орудий сразу? Хорошо хоть Альхар не таял от ее вида, а быстро отвел глаза.

— Ожидаем следующую участницу, — объявил распорядитель.

И вот тут чуть не началась толкотня. Всем хотелось повторить успех леди Байры. Да только получилось не у всех.

Я благоразумно не стала рваться вперед и, как оказалось, была права. Следующая конкурсантка так долго и безрезультатно твердила: «Сидеть!», что заскучал сам грифон, не говоря уже про нас. Третья, наоборот, так мельтешила у него перед мордой, что он попытался ее клюнуть и был вовремя остановлен Альхаром. К четвертой зверь многозначительно повернулся задом.

Кое-кто из участниц сообразил, что можно пользоваться магией внушения. Однако и это спасло не всех, кто тут же перенял успешный метод. О том, что участница колдует, можно было догадаться по шепоту или по едва заметным жестам. Несколько раз притихший грифон вдруг разражался клекотом и делал нервные движения лапами, после чего принц строго сообщал девушкам, что колдовские эксперименты лучше ставить на ком-нибудь другом.

Пара выговоров — и следующие конкурсантки о магии внушения предпочли забыть. Лучше провалить испытание, чем получить отповедь от мужчины, за чье одобрение мы сражались.

Я кусала губы, наблюдая за теми, кто был хоть сколько-то удачлив в подчинении грифона. Я старалась найти хоть что-то общее, некий алгоритм, который можно было бы перенять и если не справиться с заданием, то хотя бы не совсем опозориться.

Однако результаты были негустыми. Успех леди Байры повторила всего одна девушка. «Дэлия Фелита», — зашептали в ряду участниц, когда она легко и непринужденно заставила грифона склониться. Еще одна представительница столичной аристократии, происходящая из не менее богатого рода, чем Байра. И если Эвери приказывала, то эта скорее уговаривала грифона уступить ей.

К ней Альхар отнесся благосклоннее. А у меня испортилось настроение.

Я с животными не ладила. Подаренный мне в детстве хомяк — и тот сдох через месяц. Какие уж тут приказы и уговоры целого грифона. И магией я пока воспользоваться не могла — сидя вчера в библиотеке, подтягивала теорию, а за практику пока не бралась.

Придется сегодня вечером наверстывать.

— Пойдемте, — я потянула Минну вперед. Подруга испуганно моргала, следя за грифоном. Пусть она и была рада его увидеть, перспектива быть клюнутой ее не впечатляла. — Ждать конца очереди смысла нет, только оттягивать неизбежное.

— Вы правы, — уныло согласилась она. — Мне все равно не на что надеяться. Приказывать я не умею, ментальной магией не владею, а магия огня тут никак не пригодится.

Я остановилась.

— Магия огня?

— Ну да. Мои предки были огненосцами, благодаря которым мелантские поселения выживали на самых северных островах, среди льдов и снега. С тех пор на нашем гербе осталось изображение факела. А это имеет сейчас какое-то значение?

Я развернулась и еще раз посмотрела на грифона.

Тот нетерпеливо переступал с лапы на лапу, как будто не мог дождаться, когда уже наконец очередная конкурсантка перестанет перед ним мельтешить. В этом «как будто» и была вся соль. Грифоны, как и львы, обитатели юга. Нас же не просто так держали во дворе, пока не закончился снегопад. Что если грифон так нервничает не из-за девушек, а из-за того что ему не нравится стоять на холодной земле?

— Леди Минна, у меня есть идея, — сказала я тихо, чтобы нас не подслушали соперницы. — Но придется сыграть в команде. Если пройдем испытание, разделим победу на двоих и утрем нос столичным аристократкам. Если проиграем — нам в сегодняшнем испытании и так ничего не светило. Вы не против?

Бледная девушка немного оживилась.

— Конечно нет. А что за идея?

Я быстро изложила свою догадку. Минна схватывала на лету, подтверждая мое первое впечатление о ней как об умнице. Теперь оставалось надеяться, что она еще и честный человек, потому что весь мой план, если уж говорить по правде, держался на ней.

Мы вышли вперед вместе, сразу после того как очередная участница отчаялась подчинить себе зверя. Альхар приподнял брови, оглядывая нас.

— Леди, мне жаль вас разочаровывать, но грифоны не умеют делить на два.

— Грифонам это и не обязательно, — вкрадчиво начала я. — Прошу прощения, в правилах этого испытания разве есть пункт, что королева обязана справляться в одиночку?

— Н-нет, — неуверенно протянул распорядитель, не понимая, к чему я клоню.

А вот Альхар понял. И с любопытством оглядел нас.

— Необычный ход, леди. Действительно, ничто не мешает королеве попросить помощи, особенно если им не приходилось раньше решать такие задачи. Ведь, насколько мне известно, никто из вас двоих раньше не сталкивался с королевскими грифонами? — дождавшись нашего подтверждения, он кивнул. — Хорошо, разрешаю вам попробовать вдвоем. Посмотрим, достигнете ли вы успеха.

Я буквально спиной почувствовала, как на нас с Минной уставились ненавидящие взгляды соперниц. Обратили на себя, внимание, называется. Теперь главное не проиграть.

Сказать было проще, чем сделать. Моя спутница уже сосредоточилась на заклинании, окутывая грифона облаком тепла. Нападавший снег под лапами начал оседать, а сам зверь замер и стал оглядываться, по-птичьи рваными движениями вертя головой.

В теории все было красиво — Минна согревает воздух вокруг грифона, а я подхожу к нему и каким-то образом заставляю благодарного зверя склониться перед нами. А как получится на практике — еще вопрос. Ведь я до сих пор не знала, какие чудеса несгибаемой воли для этого нужно проявить и умеет ли мифическая химера испытывать благодарность. Может, она вообще решит, что мы на нее нападаем.

По крайней мере, пока она не проявляла агрессии, и на том спасибо.

Воздух становился теплее. Снежинки на нашей одежде растаяли, а грифон наконец успокоился и перестал переминаться. Время пришло.

Я сделала робкий шажок вперед и тут же себя за это упрекнула. Еще со школы я знала, что животные чуют человеческий страх. Нужно показать себя хозяином положения, как Эвери Байра. Вот только как этого добиться? Я в этом мире была незваной гостьей, не знающей, что меня завтра ожидает. Да и как не бояться, когда над тобой возвышается мифическое чудовище, которое может невзначай располовинить тебя движением лапы?

К слову, ну и когтищи у него… Зря я туда посмотрела.

Грифон встряхнул крыльями и зевнул. Кто-то из девушек сзади красноречиво хмыкнул.

— Деревенщин ничто не спасет, — донесся насмешливый шепот.

Я стиснула зубы. Спасибо за напоминание о том, что меня ждет в случае провала!

Злость помогла собраться. Это Целестии едва исполнилось двадцать, а я на семь лет старше. У меня больше опыта, чем у любой из тех змеюк, что смеются за спиной. В отсутствие начальницы я фактически руководила несколькими проектами на работе, координируя людей в два раза старше себя. А зверя хуже человека, как известно, в природе нет.

Я выпрямилась и сделала шаг вперед.

— Сядь.

Грифон нахохлился и свысока глянул на меня.

— Так, — ровно произнесла я. — Значит, хочешь переговоров?

Никто не помешает мне стать первой в отборе, спастись от некроманта и охотников и устроить наконец-то свою жизнь. Тем более дрессированный зверек. Я в «ТАНО-групп» сисадмина Серегу, катастрофического бездельника, заставила наконец-то работать, хотя там ни о какой дрессировке и речи не шло. Что я теперь, разве не справлюсь с каким-то грифоном?

— А ну-ка сядь, — сказала я тем же тоном, каким выгоняла Серегу из-за монитора, на котором обычно крутились видосики с «Ютуба».

Грифон вжал голову в плечи.

— Давай-давай. Мы тебе и воздух, и мостовую согрели. Вырази благодарность, будь другом.

Он замялся. Я укоризненно посмотрела на него.

— Ваше высочество, какое его любимое лакомство?

— Кролики, — подсказал Альхар.

— Спасибо. Ты слышал, грифон? Я принесу тебе отборного кролика. Жирного, откормленного, очень вкусного кролика. Но сначала все-таки будь добр: сядь.

Он понуро курлыкнул и неохотно опустился на мостовую.

Я тихо выдохнула.

Сделано. Может, и не так изящно, как у леди Байры, но все же.

— Поздравляю, леди, — сказал принц, бросив на меня заинтересованный взгляд. — Согреть грифона было хорошей идеей. Вы обе прошли испытание.

— Спасибо, ваше высочество! А можно его погладить? — пискнула от восторга Минна.

— Можно, — разрешил он, улыбнувшись краем рта. — Только осторожнее — как бы вам не пришлось нести ему двух кроликов вместо одного.

Я перестала морально давить на грифона, и, чтобы Минна могла до него дотронуться, Альхару пришлось самому подойти к зверю и держать его за уздечку. Немного осмелели и другие девушки — некоторые присоединились к Минне, хотя я подозревала, что на самом деле они просто стараются быть поближе к принцу.

Зато ощущение ненавидящих взглядов на моей спине усилилось. Пока мы с Минной были единственными из аристократок с окраин, кто прошел испытание. А принц вдобавок шутил с нами и прервал испытание ради того, чтобы одна из нас могла просто погладить грифона.

Оставшиеся участницы взяли наш метод на вооружение и уже шептались, договариваясь между собой, как будут подчинять грифона. Я не беспокоилась о том, что им тоже удастся пройти испытание. Лучше всего запоминаются первые, а ими были мы с Минной.

Однако когда я скромно отошла подальше, чтобы не провоцировать лишний негатив от других участниц, то принц смотрел именно на меня. Долго, задумчиво, так, словно по-настоящему заметил меня лишь сейчас.

Я улыбнулась.

Ну что ж, первый шажок к победе сделан.

Глава 10

В жилое крыло дворца я вернулась только к вечеру. Сразу после испытания к нам с Минной начали подходить и знакомиться другие участницы, видимо, решившие, что уж теперь-то две никому не известных аристократки из дальних провинций стоят их внимания. А потом мы отправились к Минне — праздновать наш маленький успех. Ведь мы вошли в число пяти справившихся с заданием. Цифра была не настолько большая, чтобы наш успех остался незамеченным.

Я постаралась сделать так, чтобы подруга не чувствовала себя обиженной. Грифона подчинила я, но вряд ли у меня это получилось бы без нее. Мне хотелось, чтобы она почувствовала мою искреннюю благодарность.

После этого я мельком заглянула к себе в комнаты и отправилась в библиотеку.

У Минны был второй уровень магии, поэтому она жила в отдельном корпусе дворца, предназначенном для более слабых волшебниц. Том самом, куда сначала хотели отправить меня. Когда я как бы невзначай поинтересовалась, а куда поселили тех, кто вообще не владеет магией, на меня посмотрели с некоторым удивлением.

Среди участниц отбора не было ни одного человека без дара. В принципе логично — если принцу нужен наследник-маг, зачем ему невеста, которая не способна колдовать?

То, что я это умею лишь в теории, не могло не беспокоить. Вообще я ожидала от конкурса невест проверок на всякие женские штучки — пение там, игра на музыкальных инструментах. Однако другие девушки меня разочаровали.

Обычно «вечер изящества», где участницы демонстрировали все эти качества, проводился под конец отбора. Важнее было испытать кандидаток в том, правду ли они рассказывали о своих магических способностях. Красота — потом.

Ну, что ж, тоже логично. Для красоты существуют любовницы. Это и в нашей истории повторялось от раза к разу.

Вот только мне, во-первых, позарез надо было запасть Альхару в душу, и желательно не в качестве какой-то там любовницы. Я свое тело продавать не собираюсь. А во-вторых, сегодня я показала другим конкурсанткам, что меня нельзя списывать со счетов. Вчера по мне уже попытались нанести удар, и скоро обязательно будут новые атаки. Сто процентов без колдовства в них не обойдется.

Поэтому я приняла меры и сумела уговорить библиотекаря одолжить одну книгу по магии. В библиотеке заклинания не попрактикуешь — там я все время была на виду. В спальне на меня никто таращиться не будет, а Кора и так уже знает, что я иномирянка. Отличное место для тренировок, как по мне!

В свои покои я торопилась — не терпелось приступить к заветным занятиям магией. Казалось, что это должно быть… волшебно, наверное? Это чувство хотелось испытать как можно скорее. Понять, на что я на самом деле способна. Может быть, немножко — осуществить детскую мечту. Ведь кто не грезил о том, что он умеет двигать предметы на расстоянии, видеть будущее, совершать любовные привороты и все такое прочее, что особенно грело сердце в подростковом возрасте?

Узнав, что моя болезнь не лечится, я рассталась с изрядным количеством своих юношеских мечтаний. Даже стала немного циничной — на это, во всяком случае, жаловалась маме Юлька, обиженная за что-нибудь на «злую старшую сестру». А сейчас я как будто вернулась в тот таинственный момент в детстве, когда казалось, что чудо — вот оно, только протяни руку…

Отчасти оно уже случилось. Скажи мне кто-нибудь месяц назад, что некая офисная работница Инна, обреченная коротать старость с парой-тройкой котов, попадет в другой мир, встретится с обалденно красивым принцем и получит дар к магии, я бы лишь рассмеялась. А теперь тащила к себе толстенький учебник по азам колдовства, чтобы провести с ним крайне увлекательную ночь.

Лучше б, конечно, с принцем, но все по порядку.

В предназначенном для невест крыле дворца было тихо. Укутанный снегом город за высокими окнами накрыло зимней ночью, завтра вставать опять надо было рано, и участницы наверняка легли спать. Поэтому меня и удивил взвизг, донесшийся из-за дверей одной из женских комнат.

Спустя несколько секунд оттуда выскочила уже знакомая девушка. Палевые волосы были уложены в высокую прическу, губы искривлены в капризной гримасе, платье из желтого шелка украшено золотистым узором из цветов, на подчеркнутой корсажем груди висело золотое ожерелье. В этой участнице каждая черточка кричала о богатстве. Я хоть и была одета по местным меркам весьма неплохо, но рядом с ней почувствовала себя бедной родственницей в поношенной одежде.

Как-то так аристократка из провинции, находящаяся на грани разорения, и должна выглядеть по сравнению с одной из богатейших участниц. Передо мной стояла Дэлия Фелита, которая сегодня справилась с испытанием ничуть не хуже Эвери Байры.

А ее голос… На площадке утром она в основном помалкивала, но теперь я ее узнала. Это была именно та девушка, которая позавчера скандалила в коридоре из-за того, что ей не позволяли оставить привезенную с собой служанку.

— Так это вы! — ахнула она, возмущенно глядя на меня. — Вам не стыдно?

— Простите, что? — растерялась я. — Я всего лишь шла мимо.

— Такая мелкая подлость! — продолжала Дэлия, как будто меня не слыша. — А я уж думала, что если вы решили побеждать в испытаниях честным способом, подобных выходок от вас ждать не стоит!

— Каких выходок, леди Фелита? — раздраженно уточнила я. Еще не хватало, чтобы меня обвиняли невесть в чем. — Я шла к себе в покои. Вы в самом деле думаете, что, устроив сопернице пакость, я бы стала ждать под дверью, пока меня не обнаружат?

Дэлия прикусила губу и сложила бровки «домиком». Кажется, до ее не очень умной блондинистой головки начало доходить, что она зря на меня наехала.

— А вы никого не видели по дороге? — уже более мирным тоном спросила она. — Кого-нибудь, кто мог бы подстроить магическую подлость?

— Нет. А что случилось?

— Это ужасно! — аристократка заломила в отчаянии руки. — Кто-то запустил ко мне в комнату мышь, наложив на нее заклинание умножения сущностей! Теперь ее никак не найти среди вещей, а моя новая служанка совершенно бесполезна! Они забрали у меня мою Лири, а мне теперь страдать!

Я тяжело вздохнула. Не будь у меня перед глазами примера Минны, я бы решила, что вся местная аристократия слегка ненормальна. Впрочем, Дэлии, наверное, было простительно. Она была одной из самых молодых участниц, а я по опыту знала, насколько обычно избалованы дети, воспитанные в семьях с избыточным достатком.

— Уверена, вы сможете решить эту проблему, — вежливо улыбнулась я и попыталась проскользнуть мимо.

Однако мне преградили дорогу и огромными жалостливыми глазами уставились на меня. Ну прямо кот из «Шрека», е-мое!

— А вы не поможете мне? Вы же помогли сегодня леди Минне Стэфате!

— Строго говоря, это она помогла мне, — поправила я.

— А что это у вас в руках? — не сдавалась девушка. — Разве не учебник по магии?

Я уже собралась вручить ей книгу и посоветовать разобраться во всем самой, потому что у меня нет ни времени, ни желания ввязываться в чужие неприятности, но что-то меня остановило.

Передо мной почти ребенок. Богатый, капризный, не приспособленный к жизни. Да, она моя соперница, и мне невыгодно ей помогать. Но она мне ничего плохого сделать не успела, а я ничем не занята. Развернуться и уйти действительно будет подлостью. В конце концов, у меня появился шанс попрактиковаться в магии в буквальном смысле на подопытной мыши.

Заклинание умножения сущностей относится ко второму уровню владения магией, мысленно прикинула я. Мне такое должно быть доступно. К тому же я читала о нем только сегодня. Мудреное название на деле обозначало несложную иллюзию удвоения или утроения предмета. Нужно развеять чары — и дальше пусть несчастным грызуном занимается кто-нибудь другой.

— Ладно, — согласилась я. — Но простите, леди Фелита, я не могу пообещать, что у меня все получится. Я раньше не пробовала это заклинание, да и дар к магии у меня другой.

Дэлия сложила ладони в умоляющем жесте.

— Хотя бы попытайтесь! Я буду вам невероятно благодарна. Ненавижу мышей!

В чужие покои меня чуть ли не втолкнули. Это было излишне — я прошла бы туда и сама, тем более что планировка комнат и обстановка не отличались от предоставленных мне. Даже пастельно-зеленая окраска стен была такой же. А вот спальня… Я застряла на пороге, таращась на то, что происходило под ногами.

Мамочки, теперь я поняла, почему девушка так визжала!

Про удвоение-утроение можно было забыть. По полу в панике носилось десятка три серых мышей. Иллюзорных — натыкаясь на ножки стульев или кровати, они исчезали и появлялись уже с другой стороны преграды. Но лучше от этого, честное слово, не становилось.

Раскрасневшаяся, растрепанная молоденькая служанка прыгала по комнате с увесистой шкатулкой в руках и хлопала ей по мышам-миражам, видимо, надеясь, что ей повезет убить единственную настоящую. Успеха она пока не добилась. И вряд ли добьется, подумала я, оценив количество скачущих грызунов.

— Вы уверены, что здесь всего одна мышь? — с сомнением уточнила я.

— Да! — ответила из коридора Дэлия. — Я читала книгу, дверь неожиданно приоткрылась, и в нее шмыгнула мышка. А потом началось вот это. Когда я смогла выбраться отсюда, снаружи были только вы.

— А как быстро вы выскочили?

Девушка смутилась.

— Откровенно говоря, это заняло какое-то время.

Отлично. Пакостник давно сбежал, а разбираться с этим мне. Ну оке-ей…

К мышам я относилась равнодушно и тем не менее обнаружила себя придерживающей подол платья и отходящей в сторонку. Иллюзия иллюзией, а зрелище наскакивающих друг на друга серых тушек было малоприятным. Что ж, чем быстрее я развею чары, тем лучше.

Я открыла книгу. Плотные желтоватые страницы, пахнущие краской, листались тяжело, и нужное заклинание нашлось не сразу. К сожалению, тут не описывались конкретные случаи. Давались лишь рекомендации, как в целом себя следует вести при чтении подобных заклинаний.

Магия в этом мире была несложной — если смотреть со стороны. Основывалась она на произнесении слов, вернее, истинных имен предметов. Это значило, что, каким бы могущественным не был маг, если перед ним лежит яблоко, а в заклинании он твердит «сыр», ничего не получится. Поэтому для заклинаний пользовались особым языком, простым, как палка. Никаких метафор или двусмысленностей, исключительно ясные и однозначные смыслы.

Благодаря этому составить заклинание под конкретную ситуацию не составляло большого труда. Заглядывай в словарь — и шпарь, лишь бы природных способностей хватило.

И вот тут начинались проблемы. Волшебникам в целом были доступны любые заклинания, но существовали врожденные склонности к определенному виду колдовства. На практике это означало, что Минна, будучи огневиком, теоретически могла заставить воду в кружке замерзнуть. Однако на это у нее ушло бы гораздо больше сил и мучений, чем у мага-водника, которому хватило бы пары слов и щелчка пальцев.

У Целестии был дар к управлению стихией воздуха. Но в том же учебнике встретилось предупреждение, что у «иномирян окаянных» может проснуться совсем другой дар, нежели у старого хозяина тела. Так, к примеру, вычислили того самого придворного, который чуть не захватил власть в Меланте. Хуже того, дар может и вовсе исчезнуть, словно его никогда не бывало.

Если мои способности не изменились, все вместе это с высокой вероятностью означало, что мыши так и продолжат бегать по полу леди Дэлии Фелиты.

Впрочем, я и не обещала ничего определенного.

Пробежавшись еще раз глазами по строчкам, я захлопнула книгу и сосредоточилась. Ну-с, рискнем!

— Эрт са ани варма арен!

— Все еще бегают, — сообщила Дэлия очевидное.

Я нахмурилась и снова раскрыла томик. Результат, конечно, ожидаемый, но, может, я пропустила что-то важное? Например, не помолилась святому, который покровительствовал конкретному виду магии. А то ведь я даже не почувствовала ничего, хотя в книге написано, что должно быть покалывание или ощущение, как будто из тебя что-то тянут. Не хотелось думать, что я попала в число тех иномирян, которые вообще лишились дара.

Ноги что-то коснулось. Мышь!

Я вскрикнула и взмахнула рукой. С языка сами собой сорвались слова на древнем заклинательском языке, а подушечки пальцев действительно закололо. В тот же миг по комнате прошелся порыв ветра, заставивший затрепетать занавеси на окнах и ажурную ткань на балдахине. На столике опасно покачнулась ваза. Служанка, поправив разлетевшиеся пряди волос, озадаченно посмотрела на меня.

— Извините, — пробормотала я, мысленно ликуя.

Ура! У меня есть магия! Я все-таки Гэндальф!

Дэлия кашлянула. Моего восторга она явно не разделяла.

— Может быть, вы попробуете еще раз?

— Разумеется, — откликнулась я.

Воздушная специализация Целестии сохранилась, а это значило, что вряд ли у меня что-нибудь получится. Но надо хотя бы постараться помочь. А заодно попробовать еще раз вызвать то ощущение на кончиках пальцев. Нельзя же все время ждать, что магия проявит себя сама, а порадоваться своим способностям я еще успею.

На всякий случай я прочитала молитву нужному святому и снова заглянула в словарь учебника. Возможно, зря я употребила слово «варма», которое означало «множество». Мышь-то одна. Попробуем другой вариант…

Я глубоко вдохнула и повторила собственный жест со взмахом руки. Вдруг он важен? Судя по учебнику, движения тоже иногда играли роль в колдовстве.

— Эрт са ани каса арен.

На лице замученной прыжками служанки отразилось облегчение. Дэлия ахнула.

— Их стало меньше, леди Тэвьера! У вас получилось!

Я приободрилась. Ну-ка, еще раз прочтем заклинание!

После второй попытки стало лучше — еще несколько миражей распались на клочки тумана и растаяли в воздухе. Лишь на четвертый раз все было закончено. Чистейший, без единой пылинки пол комнаты опустел, а из-под кровати донесся слабый мышиный писк.

— Надеюсь, вы не убьете ее, — сказала я. — Эта мышка стоит того, чтобы наложить на нее похожее заклятье и отправить тому умнику, который ее сюда запустил.

— Полностью с вами согласна, — кивнула Дэлия. — Спасибо вам, леди Тэвьера! Вы буквально меня спасли.

Так-то оно так, но я внимательно вгляделась в эту девушку, не торопясь прощаться и уходить.

— Леди Фелита, я рада, что смогла вам помочь, но вы же могли сами справиться с заклинанием. Распорядитель сказал, что в этом крыле селят участниц с уровнем силы не меньше третьего.

Она отвела взгляд.

— Ой, ну конечно я могла все сделать сама! Только это не моя специализация, и я подумала, что кто-нибудь другой справится гораздо лучше.

Ага, а я Дед Мороз.

Я присела в реверансе, решив не развивать тему. Свою задачу я выполнила, свои возможности проверила, а все прочее — на совести Дэлии.

— Как скажете, леди. Пусть ваши тайны останутся с вами. Приятной ночи.

Я уже успела дойти до выхода, как меня остановил извиняющийся и немного взволнованный голос.

— Простите, леди Тэвьера. Вы помогли мне, и мне стоило быть с вами честной, — девушка виновато уставилась в пол. — Мой уровень магии ниже третьего.

— Но распорядитель… — непонимающе начала я.

— Меня здесь поселили, потому что я попросила, — перебила она. — Я богата и заслуживаю лучших покоев для невест. Моя служанка, Лири, должна была помочь с магией, но… — Дэлия с досадой посмотрела на предоставленную ей дворцовую девушку. — Пожалуйста, леди Тэвьера, сделайте мне еще одно одолжение. Пусть сегодняшнее происшествие останется между нами. А я придумаю, чем помочь вам или вашей семье. Я слышала, что вы бедны и что вашего отца осаждают кредиторы?

Я неохотно кивнула.

— Это правда.

Дэлия повела плечиками.

— Бедность — проблема решаемая. Слабый дар к магии, к сожалению, — нет, а мне не хочется, чтобы при дворе это обсуждали. Можно считать, что мы договорились?

— Конечно, леди Фелита, — заверила я. А она, однако, не такая дурочка, какой показалась сначала. — Тот, кто решил над вами подшутить, поступил глупо. Вы легко развеяли заклинание, и я это видела собственными глазами.

— Спасибо, — расцвела девушка. — Я не забуду вашу услугу.

Я улыбнулась.

— Вам тоже спасибо. И еще раз добрых сновидений.

Выходя из ее комнаты, я думала, что, возможно, зря покрываю соперницу. Обещания могут сто раз вылететь из ее легкомысленной головки, и ей ничто не помешает устроить мне пакость, если вдруг я начну обгонять ее в результатах отбора. И все-таки собственное решение помочь казалось мне правильным.

Чья-то выходка с мышью была не просто шуткой. Кто-то знал, что Дэлия врет о своем уровне, и пытался ее опозорить. Если бы не подвернулась добренькая я, ей пришлось бы обращаться к другим соседкам или идти ко дворцовому магу, а тогда правда точно выплыла бы наружу. Вряд ли из-за такой мелочи Дэлию могла ждать дисквалификация, но слухи разошлись бы по всей столице, и девушке пришлось бы пережить немало неприятных минут.

Интересно, кто так грязно играет? Вряд ли это та же самая участница, которая прислала вчера зараженный конверт, — метод не тот. Значит, нечестных игроков как минимум двое, а подозреваемых тринадцать человек, если исключить нас двоих с Дэлией.

Я тряхнула головой. Всегда ненавидела «обскакунов». У нас на работе была парочка таких, которые подсиживали начальство, выбивались на руководящие должности, а что делать дальше, не знали. Точнее, просто сидели и получали зарплату, а вкалывали за них остальные.

Раньше я опускала руки, считая, что не могу с этим ничего сделать. А сейчас я не собиралась спускать свой второй шанс в никуда и снова притворяться серенькой мышкой. Мне еще жить и жить в этом мире, и глупо сдаваться, если я могу повлиять на то, каким он будет.

С этими смелыми мыслями я дошла до своих покоев. Дверь тихонько скрипнула, открываясь. Внутри меня встретила непривычная тишина. Свечи горели, освещая комнаты, но небольшой холл и комната служанки были пусты. От входа не было видно, есть ли кто-то в спальне, и я на всякий случай спросила:

— Кора, ты здесь?

В ответ — ни слова. Странно. Кора собиралась сходить к лекарю, чтобы снять порчу, но уже должна была вернуться. Комнаты остыть не успели, а это значит, что в камин совсем недавно подбрасывали дрова.

Я рассеянно положила книгу на комод, гадая, куда могла запропаститься служанка. Она же говорила, что здесь у нее знакомых нет.

Наверное, просто пошла погулять. Я весь день отсутствовала, и неудивительно, если она заскучала в четырех стенах. Ничего, подожду ее, а если что, позову кого-нибудь другого. Все равно слуг во дворце, по-моему, раза в два больше, чем нужно.

Эти рассуждения меня немного успокоили. Я сбросила сапожки на каблуке, от которых за день успели устать ноги, сняла тяжелые серьги и, расслабленно вздохнув, зашла в спальню.

Зря я не прислушалась к интуиции, вопящей, что что-то не так.

В кресле, закинув ногу на ногу, сидел уже знакомый мне мужчина. Черные волосы непослушными прядями падали на лоб, бледное лицо пересекали едва заметные шрамы. На тонких губах играла жестокая улыбка, а глаза… Их лед снова заморозил меня, как и в первый раз, не позволяя двигаться от ужаса.

Серьги, выскользнув из рук, с перестуком драгоценных камней попадали на пол.

— Здравствуй, иномирянка, — усмехнулся некромант, щелкнув пальцами и заставив дверь за моей спиной захлопнуться.

Глава 11

Я подалась назад и дернула дверь на себя. Она не сдвинулась и на миллиметр.

Кресло под некромантом скрипнуло, когда он медленно поднялся. Услышав за спиной шаги, я резко развернулась и прижалась лопатками к холодной стене.

— Я буду кричать.

Мужчина пожал плечами.

— Попробуй. Твой рот закроется так же, как эта дверь.

Я стиснула зубы.

— Что ты сделал с Корой?

— Ничего. Я наложил на нее простенькое заклятье, и она ощутила необъяснимую потребность прогуляться. Так же как это обычно бывало перед нашими встречами. Ах да, — он склонил голову. — Ты же не помнишь. От малышки Лесты в тебе не осталось ни капли, кроме смазливой внешности.

Я осторожно сползла по стене вбок. Там, на секретере, стояла пустая ваза. Если б схватить ее и треснуть некроманта по башке…

— Даже не думай, — предупредил он. — Не сопротивляйся — и будет не больно.

— В прошлый раз ты обещал другое.

— В прошлый раз я был несколько расстроен. А сейчас будь паинькой, ложись на кровать. Не создавай нам обоим проблем.

— Да пошел ты, — прошипела я и все-таки кинулась к вазе.

Какое там! Я и ахнуть не успела, как меня перехватили сильные руки и швырнули к кровати. Я упала на перину, застонав не столько от боли, сколько от бессилия.

Силищи в Джеране было как у медведя. А ведь не такой уж крепкий на вид, но кинул меня — что соломенную куклу. Я подобралась, с отчаянием наблюдая за тем, как неотвратимо приближается некромант. Меча в этот раз при нем не было, но такой и голыми руками убьет.

Я все-таки крикнула. Без толку — очередной щелчок, и шею как будто пережало шнуром. Голос просто перестал выходить из горла, а я судорожно втянула воздух в легкие.

Боже, ну и как ему противостоять?!

Джеран чувствовал свое превосходство. Не торопясь, он приблизился к кровати и замер надо мной, бесстыже оглядывая с головы до ног.

— А ты упрямая. Продержалась так долго — добралась до самого дворца. Думала, здесь ты будешь в безопасности, выдавая себя за Целестию? — некромант насмешливо покачал головой. — Любой, кто ее знал, мгновенно поймет, что ты не она. Поэтому давай-ка исправим эту ошибку.

Я снова дернулась, и снова безрезультатно. Он просто взмахнул рукой. Меня прижало к кровати, вдавливая в мягкую перину.

А я так мечтала об этом весь день — скорее оказаться в постели. Только другим образом…

Я продолжала трепыхаться, но магия держала меня крепче, чем могли бы веревки. На все тело словно давил гигантский пресс. Мерзкое ощущение.

— Знаешь, почему на самом деле в Меланте боятся некромантов? — вдруг спросил Джеран, задумчиво разглядывая меня. Он кивнул на одну из книг, сложенных стопочкой на секретере. — Вряд ли там об этом написано.

— Почему? — слабо прошептала я.

Правильно, пусть треплется. А я пока придумаю, как мне выбраться из-под давящего на меня магического гнета. Может, тоже ударить по сволочи колдовством? В памяти еще было свежо то заклинание, которым я чуть не устроила беспорядок в покоях Дэлии.

— Потому что некромантия требует владения самыми разными магическими специализациями на высшем уровне, — ответил Джеран. — А это значит…

Я выпалила заклинание и шевельнула пальцами — единственное, что могла сделать в таком состоянии. Порыв получился слабеньким, да и его некромант легко отвел движением ладони.

— А это значит, — невозмутимо повторил он, — что неопытная девушка, пусть и с потенциалом третьего уровня, меня не остановит. К тому же ты в отличие от Лесты еще плохо понимаешь, как управлять своей силой, не так ли?

Магическое давление усилилось. На руки и ноги как будто поставили гири. Если раньше было просто неприятно, то теперь стало больно.

Я сморщилась, закусив губу. Угу, попросила защиты у принца. Откуда этот гад только взялся во дворце? Притворился кем-то другим, раз такой крутой маг? Хотя какая разница, если сейчас он со мной расправится!

— Пожалуйста, Джеран, — как можно отчаяннее простонала я, решив подавить на жалость. — Мне больно…

Словно высеченное из камня лицо некроманта на миг изменилось, а ледяные глаза потеплели. Он сел рядом со мной на кровать и провел пальцами по моей щеке.

Это было почти ласково. Внутри меня даже откликнулось что-то. Какое-то чувство, наверняка принадлежавшее Целестии и похожее на отголосок тоски.

— Леста… — прошептал Джеран. К сожалению, он тут же пришел в себя и убрал руку, сухо сказав: — Сложно помнить, что на ее месте ты, иномирянка. Но ничего. Пора отправить тебя обратно.

— Обратно? — уцепилась я за последнюю фразу. Может, я действительно зря трепыхаюсь? — Ты хотел сказать: домой, в мой родной мир?

— Нет, обратно — это во мрак смерти, — равнодушно поправил он. — Некромантические ритуалы не меняют души местами. Они возвращают уже мертвую душу в подготовленное тело. Так что извини, иномирянка, но для тебя никакого возвращения к жизни не будет.

Сердце упало куда-то далеко вниз.

Выходит, дорога домой закрыта. Я умерла там, в Краснокузнецке, и мои родственники давно оплакали и похоронили мое окоченевшее тело.

Может, мне перестать противиться естественному ходу вещей и подчиниться неизбежному? Отправиться уже наконец кормить червей, как и положено правильному мертвецу…

Кожа покрылась мурашками, а руки и в самом деле похолодели, словно ко мне уже подступал смертный холод. И тут же ладони сами сжались в кулаки, не желая соглашаться с тяжелыми мыслями.

Нет. Ничерта я не мертвец, и нет никакого «правильного» хода событий. Целестия сама выпила яд, ее никто не заставлял это делать. А я, ложась спать в родной квартире, умирать не хотела. Почему я должна сдаваться и уступать место тому, кто не ценил свою жизнь?

Слова заклятия сами пришли на ум.

Я умирать не собираюсь.

— Эндес та вира ма гирн!

Порыв ветра тряхнул занавеси на балдахине и сшиб вазу с секретера. Под звон разбившегося фарфора некромант вздрогнул. Прижимающий меня пресс ослаб настолько, что я сумела скатиться с кровати и вскочить уже с другой ее стороны.

— Ур ива сандес ирли хино!

А это было заклинание иллюзии. Пригодилось заклинание умножения сущностей. Меня стало трое — и пусть некромант еще поломает голову, которую из трех Целестий ему подчинять заклинанием.

Правда, что делать дальше, я не знала и потому сделала ровно то, что подобает леди, — истошно завизжала.

Джеран ничего из этого не ожидал. С распахнутыми синими глазами он отступил назад и растерянно смотрел на растроившуюся меня.

Оправился некромант быстро. Секунда шепота — и одна из иллюзий исчезла. Еще секунда…

В дверь ударили кулаком, а затем ногой. Слабая щеколда, не выдержав напора, вылетела вместе с гвоздями.

— Именем короля!..

Слова прозвучали уже после того, как в покои ворвались стражники. Закованные в сталь мужчины наставили мечи на Джерана.

Скрип его зубов слышала даже я. Льдистые глаза не просто жалили — уничтожали, но сделать ничего не могли. Некромант поднял руки вверх.

— Это недоразумение, — объявил он.

— В самом деле?

В наступившей тишине отчетливо прозвучал стук сапог по паркету. В покои вошел принц — и я еще никогда не была так рада тому, что в мою комнату без спроса вламывался чужой мужчина.

Тяжелый плащ прошуршал по полу, задев о порог. Альхар хмурился, глядя на Джерана. Тот тоже заметно напрягся, увидев принца.

— Здравствуй, Альхар.

— В другой ситуации я бы обрадовался твоему появлению, Джеран. Можешь объяснить, что делаешь в покоях одной из моих невест?

— А не многовато ли у тебя невест? — сухо осведомился тот.

— Достаточно, — отрезал тот. — Ты арестован.

Некромант вдруг усмехнулся, склонив голову и искоса глядя на принца. Направленное прямо в лицо оружие его как будто совершенно не беспокоило. А ведь из-за оголенной стали, мерцающей в свете свечей, нервничала даже я.

Честное слово, этот мужчина либо безумно смел, либо просто безумен.

— По обвинению в чем, можно узнать?

— В нападении на леди Тэвьеру. Дважды. Первый раз, насколько мне известно, ты пытался ее отравить. Второй раз… — принц перевел взгляд на меня. — Леди, он успел вам навредить?

— Ваше высочество, вы успели так вовремя! — выпалила я. — Он хотел меня убить!

— Ложь, — невозмутимо объявил Джеран. — Я всего лишь зашел в гости к старой знакомой, которая раз за разом пытается меня оклеветать, и не сделал ей ничего плохого.

— В самом деле? — приподняв бровь, принц оглянулся на разбитую вазу. — В любом случае ты проник во дворец без разрешения, хотя стража предупреждала, что тебе здесь не рады. Больше я на такое не собираюсь закрывать глаза, тем более игнорировать нападения на честных девушек. Стража, взять его.

Стражники сделали еще шаг, намереваясь скрутить некроманта. Но тот только взмахнул руками. Перед ним засиял огненный круг с распахнувшей крылья птицей внутри.

Я внимательнее присмотрелась к этой картинке, похожей на голограмму. Таких технологий в этом мире нет, значит, это магия. А изображение откликнулось в памяти чем-то знакомым.

Взгляд упал на сундук с моими вещами, стоявший в углу. На крышке был выгравирован феникс с герба семьи Тэвьера. Я сравнила птицу с той, что показывал Джеран.

Обалдеть. Там же тоже феникс, пусть и не совсем такой, как на гербе Целестии!

Увидев горящий круг, стражники замерли и нерешительно оглянулись на Альхара. Тот помрачнел.

— Вы не имеете права трогать посла королевства Даллен, — некромант холодно улыбнулся. — А это и есть я, потому что только его официальные представители получают этот знак. Сам король поставил подпись под документом, который разрешает мне посещать дворец в любое время, которое я сочту нужным.

— Удивлен, что тебе, урожденному мелантцу, удалось получить такой статус.

Серые глаза принца сверкали, на скулах ходили желваки. Королевство Даллен ему определенно не нравилось.

Даллен, Даллен… Что же это за государство такое? Я поковырялась в памяти. Увы, благодаря своевременному появлению Альхара мое самообладание вернулось, и выуживать что-то из воспоминаний Целестии стало сложнее. Мне удалось поймать лишь отголосок смешанных чувств внутри, по которому было совершенно не понять, что думала о королевстве предыдущая хозяйка тела. Там переплелись и страх, и надежда — странное сочетание.

— В Даллене обеспокоены тем, как здесь относятся к магам вообще и, в частности, к чужим подданным, — ответил Джеран. — Разве не отличная идея — послать разобраться с этим того, что хорошо знаком с обычаями обеих стран?

— И по удивительному совпадению это тот человек, с которым в ссоре и я, и охотники, — мрачно заметил Альхар. Тем не менее он махнул рукой, отпуская стражу. — Хорошо. Пусть в этот раз у тебя есть дипломатическая неприкосновенность, которая не позволит охотникам к тебе приблизиться. Я тоже с удовольствием посмотрю на то, как они кусают себя за локти в попытках до тебя добраться. Но никакой официальный статус не остановит меня, если ты причинишь вред моей избраннице.

— Это твоих избранниц нужно спасать от тебя, — парировал тот.

На светлом лице принца промелькнула тень грозовой тучи. Однако со своими эмоциями он справился.

— Уходи, — ровно произнес Альхар. — И запомни: если тебя увидят рядом с кем-нибудь из девушек, предназначенных мне в жены, я не посмотрю ни на посольскую неприкосновенность, ни на скандал с Далленом, ни на нашу былую дружбу.

— Последнее вас вообще никогда не останавливало, мой принц, — насмешливо ответил некромант, изогнувшись в поклоне.

Джеран зашагал к выходу, но перед тем, как скрыться за дверью, бросил пронзительный взгляд на меня. И снова меня проморозило холодом его глаз, ярко выделяющихся на бледном, оттененном смоляными волосами лице. Когда некромант исчез, на всякий случай сопровождаемый стражей, я вздохнула с облегчением.

Спустя мгновение до меня дошло, что мы остались с Альхаром наедине и он с сочувствием смотрит на меня. Я запоздало присела в реверансе.

— Спасибо, что защитили, ваше высочество.

— Как я уже говорил, это моя обязанность. Я хотел бы сделать больше, но это возможно, только если вы решите обратиться в суд.

Я тоже изучающе взглянула на принца.

Очень недвусмысленное предложение помочь ему избавиться от Джерана. Странно для человека, который еще вчера уверял меня, что между ними с некромантом обычное недопонимание. Да и случившаяся только что сцена никак в это не вписывалась.

Впрочем, моя задача — не влезать в их отношения, а избавиться от одного и понравиться второму. Обратиться в суд — отличная идея, которая решит обе проблемы…

Кажется отличной идеей, тут же поправила я себя.

Некроманту ничто не помешает объявить, что я иномирянка и специально пытаюсь его оболгать. Он сегодня уже попытался это провернуть. В любом случае у него есть дипломатическая неприкосновенность. Даже если Джерана схватят, за него вступится другое королевство, а я никто, в том числе пока и для принца. Обратившись в суд сейчас, я лишь подставлю сама себя.

Подать жалобу на некроманта лучше потом, когда я больше узнаю о Целестии и местных обычаях и получу поддержку аристократии. А это, опять же, невозможно без участия в отборе невест.

Я скромно потупила взгляд.

— Простите, ваше высочество. Я бы давно обратилась в суд, но вы сами знаете, какое в Меланте отношение к женщинам. Боюсь, если я это сделаю, разойдутся такие слухи, которые не пойдут на пользу незамужней девушке.

— Вы правы, — неохотно признал Альхар. — Но вы хотя бы можете объяснить, почему первое, что сделал Джеран во дворце, это отправился к вам? Видит бог-солнце, это непохоже на действия обычного посла. Да и если откровенно, на самого Джерана тоже. Раньше он не позволял себе поднимать руку на женщин. Наоборот, когда мы ходили в военный поход на нохайцев, он всегда останавливал бесчинства солдат в этом отношении.

Угу, прямо настоящий рыцарь. Жаль, верится в это с трудом.

— Похоже, на меня его благородство не распространяется. А что до причины… — я запнулась. Правду не скажешь, врать тоже придется аккуратно. Ну, была не была. — Я отвергла его, ваше высочество. Боюсь, не самым приятным для него способом.

— Приняли мое приглашение к участию в отборе невест, — криво улыбнулся Альхар. — Для Джерана это должно было стать серьезным оскорблением с учетом нашей с ним ссоры. Что ж, леди Тэвьера, я понял ваши затруднения.

Он склонил голову, прощаясь.

— Спокойной ночи. Не бойтесь, кровавой драмы с участием Джерана Мортерана и вас не будет. Теперь вы для меня один из самых ценных людей во дворце, и я прослежу за тем, чтобы с вашей головы не упало ни единого волоса.

— Спасибо вам еще раз, — прошелестела я.

Когда он вышел, я с бьющимся сердцем опустилась на кровать. Вот что значит «за мужчиной — как за каменной стеной».

Все-таки не бывает худа без добра. Интересно вывернулось появление Джерана во дворце — вот и внимание принца на себя лишний раз обратила. Правда, некромант попыток до меня добраться наверняка не оставит, но мне и так пришлось бы вести себя вдвойне осторожнее. Участницы отбора не дремлют, плетя интриги и заклятия.

Когда приступ волнения прошел, я встала и принялась собирать рассыпавшиеся по комнате осколки вазы. Тонкий фарфор ломался в пальцах, когда я поднимала его с пола.

Надо найти Кору и снять с нее наложенное Джераном заклинание. А потом — тренироваться в магии. Сегодня она помогла мне дважды, и кто знает, сколько еще раз спасет мою жизнь.

Глава 12

И снова, кружась, с серого неба над Эсьенским дворцом падали снежинки. От скуки я ловила особенно крупные хлопья снега на перчатку — все новые и новые, пока они не покрывали ладонь.

Рядом позевывала Минна. Ночью в корпусе для невест более низких уровней разыгралась целая драма — кто-то устроил очередную «шутку», из-за которой чуть не подрались две кандидатки, подняв на уши весь дом. Спать при таком шуме смогли лишь самые стойкие.

А утром собрала вещи и отправилась домой еще одна девушка, отказавшись от участия в отборе. Почему — никто не знал. Ходил слух, что вечером она получила загадочное письмо, которое открыла при других девушках, однако ничего не сказала, побледнела и ушла к себе.

Я окинула взглядом нашу редевшую компанию «отборных невест», снова собравшуюся во дворе под присмотром строгого распорядителя.

Ночная суматоха — это было еще не всё. Вчера нам дали выходной от испытаний. Официально было объявлено, что подготовка нового задания немного задерживается. Участницы использовали эту возможность, чтобы подготовить свои собственные испытания-пакости.

Одна из участниц, веселушка, в прошлый раз спрашивавшая, не придется ли нам маршировать с войсками, нервно вздрагивала. Кто-то наслал на нее чесотку. Другая девушка пришла закутанная с ног до головы, и даже лицо она прятала в пушистый воротник так, что было видно только заплаканные глаза. На эту наложили заклятие, которое сделало ее кожу зеленой и чешуйчатой. Снять колдовство еще не удалось, поэтому кое-кто посмеивался, поглядывая в ее сторону.

Конечно, в основном скалили зубы подружки Эвери Байры. Сама она в этом участия не принимала, однако снисходительно выслушивала чужие едкие реплики. Еще бы — удивительным образом ее не коснулась ни единая «шутка» соперниц, и Байра продолжала с превосходством поглядывать на других участниц отбора, словно уже была царицей. Как ни странно, некоторых это привлекло — сегодня ее группка пополнилась старательно поддакивающей провинциальной аристократкой.

Минна не сомневалась, что пакости устраивает кто-то из этой компании. Моей подруге тоже перепало — ей пытались испортить наряды в гардеробе, но она вовремя отловила вражеское заклинание и смогла его развеять. Теперь Минна хмуро косилась в сторону Байры и ее прихлебательниц, стараясь не поворачиваться к ним спиной. Мало ли что оттуда прилетит.

Не удержавшись, я зевнула. У меня на подлости элементарно не было времени. Тренировки в магии, сидение в библиотеке, прогулка с Минной, которая нравилась мне все больше и больше своей искренностью, — все это полностью съело вчерашний день. Хорошо, что меня загадочные пакостницы проигнорировали, а то я бы с легкостью попалась в их сети. А может, помогла защита принца, которую он обещал.

Как-то само собой получалось, что, ловя снежинки, я все время поворачивалась к высоким стенам дворца, откуда должен был появиться Альхар. Вчера он был занят, и я не видела его даже просто в коридорах. Оставалось только мечтать о нем… и стараться вместо него не столкнуться с некромантом.

Вспомнив о Джеране, я нахмурилась.

Он и правда получил должность посла Даллена. По неприятному совпадению это было одно из немногих королевств, которых всерьез опасался Мелант. Небольшая, но очень могущественная страна на юге, где спокойно практиковали запрещенную здесь магию — вызов демонов и некромантию. «Райское» местечко, наверное.

Джеран был не единственным послом. Это не мешало ему постоянно торчать во дворце и решать какие-то дела, связанные с Далленом. И наверняка искать способы добраться до меня.

К счастью, встречи с ним удавалось благополучно избежать. Но мои мысли этот мужчина, будь он проклят, покинуть никак не желал. Попробуй тут забыть о его льдисто-голубых глазах, когда он обещал меня убить.

Так я и думала о принце и некроманте по очереди: об одном — с тихими мечтательными вздохами, о другом — с проклятиями.

Рядом, нарушая мои размышления, зашуршало шелковое платье — к нам с Минной подошла леди Дэлия Фелита. Молоденькая блондинка, морща носик, выглянула из-под ажурного зонта, который закрывал ее от снега, и посмотрела на нас.

Я немного удивилась. В отличие от леди Байры Дэлия ни с кем дружбу не водила, обычно ограничиваясь простыми «здравствуйте» и «будь бог-солнце к вам милостив». Но уж мы-то с Минной точно не были птицами ее полета.

— Как вы думаете, что для нас сегодня устроили? — спросила она после вежливого обмена приветствиями. — Наверняка что-то сложное, если подготовка заняла столько времени.

— Думаю, сегодня пройдут магические испытания, — поделилась Минна. — Или хотя бы их часть.

— Так быстро? — удивилась Дэлия. — Я слышала, что отборы невест раньше могли затянуться на месяцы.

— Мне кажется, его высочество без особого интереса относится к выбору супруги, — ответила Минна. — Вы не заметили?

Я кивнула. Действительно, Альхар не выглядел увлеченным процессом.

— Вы верите в слухи о том, что на самом деле невеста уже выбрана? — Дэлия дернула плечиками. — А по моему мнению, это глупости.

— Почему же? — сразу заинтересовалась я.

Девушка огляделась и с заговорщицким видом наклонилась к нам.

— Не может такого быть, чтобы леди Байра стала королевой. Альхар однажды уже отверг ее. Я это знаю точно, от свидетелей, которые слышали их ссору. Принца она не интересует совершенно, — Дэлия закатила глаза. — Так унизительно, что она продолжает его добиваться, несмотря ни на что!

Я еле удержалась от того, чтобы присвистнуть. Так вот почему Байра так себя ведет и с таким знанием дела рассказывает о предпочтениях Альхара! Представляю, как с ее-то гордостью Эвери задел отказ.

Минна тихо ахнула.

— Невероятно! Интересно, на что она надеется?

— Не знаю, — Дэлия пожала плечами. — Но уверена, что хотя бы часть проделок, направленных против других участниц, на ее совести или ее подруг. Все они принадлежат к более бедным семьям и, должно быть, рассчитывают, что при королеве, которая будет их подругой, их статус повысится.

— Вы ведь тоже богаты, леди Фелита, — напомнила я. — И у вас тоже есть шанс стать королевой.

Она легонько стряхнула снег с зонтика.

— Меня в детстве учили, что настоящих друзей благодаря богатству не заведешь. О, а вот и его высочество! — воодушевленно воскликнула Дэлия. — Наконец-то наше ожидание закончится!

Я радостно повернулась — и почувствовала, как улыбка сползает с моих губ.

Альхара сопровождали трое мужчин. Мрачные лица, одинаковая одежда: выглядывающая кольчуга из-под темной накидки с вышитым солнцем, надвинутые капюшоны, на поясах оружие и цепь — непременный атрибут охотников. Говорили, что эти цепи заговоренные. Если надеть их на опасного мага, он не сможет ни порвать их, ни колдовать.

Я невольно сделала шаг назад. Уж не по мою ли душу явились эти товарищи…

Моего испуганного маневра никто не заметил. Участницы, как обычно, оживились при виде принца, а на охотников вообще не обратили внимания. В столице их присутствие давно стало таким же привычным, как светящее над головой солнце.

— Сегодняшнее испытание будет не совсем обычным, — объявил Альхар, после того как стихли приветствия. Его бархатный голос, как всегда, приглушил другие звуки и заставил прислушаться к себе. — Игра, которую мы для вас придумали, проверит не только ваши магические умения, но и характер.

— Я же говорила, — шепнула Минна. — Магия! Начинается самое интересное в этом отборе.

Я лишь вздохнула. У подруги горели глаза — несмотря на то что она уступала некоторым участницам в уровне, ей не терпелось показать себя. А для меня как бы сегодняшние состязания не стали полным провалом. Пока заклинания мне давались трудновато. На одних инстинктах далеко не уедешь, а вызубрить за пару дней то, чему Целестия училась несколько лет, тоже так себе идея.

— В ближайшие часы каждой из вас придется продемонстрировать свои заклинательские способности, — продолжал говорить принц. — Уже были случаи, когда это приводило к травмам среди участниц. Мне не хочется повторения трагедий, поэтому за нашей магической игрой будут наблюдать братья из Ордена охотников. Как известно, туда берут самых талантливых из магов и обучают останавливать вражеское колдовство.

Альхар замолчал и пристально посмотрел сначала на леди Байру и стайку ее подруг, а затем на меня.

— Леди-участницы, прошу вас быть осторожными и не использовать заклинания, которые охотники могли бы счесть опасными для других. В противном случае вас исключат из магических испытаний. Напомню, что достопочтенный лорд Кестэла, мой распорядитель, ведет учет ваших результатов, по которому и будет выбрана моя супруга. Нарушите правила игры — о первом месте не сможет быть и речи. Подробности игры объяснит распорядитель. Желаю всем удачи в предстоящих испытаниях.

После таких грозных предупреждений пожелание удачи прозвучало суховато. Конечно, от участниц посыпались «спасибо», но мы с Минной переглянулись.

— Вы много знаете о предыдущих отборах, — шепнула я подруге. — Как думаете, о каких травмах говорил принц?

— Несколько раз на отборах «случайно» погибали девушки, которые оказывались ближе других к победе, — так же тихо ответила та. — Правда, не понимаю, как трое охотников смогут проследить за всеми нами. Нас же пятнадцать человек. Может, они уже кого-то подозревают?

— Надеюсь на это, — проворчала Дэлия, которая до сих пор от нас не отошла. — Должны же они остановить тех, кто своими злыми шутками не дает нам спать по ночам!

Лишь бы только девушки были правы! А то если кто-то заметил мое странное поведение и доложил охотникам, будет, мягко говоря, неприятно.

Мужчины выглядели опасными. Выражение на лицах этих убийц было далеко от благодушного, и за все время они не улыбнулись ни разу. Шрамы доказывали, что охотники не раз бывали в серьезных переделках. Очень легко было представить, как кто-нибудь из них хватает меня и тащит на костер.

Вздрогнув, я посильнее укуталась в плащ и заставила себя думать о хорошем. Если бы охотники обо мне что-то знали, арестовали бы сразу. Скорее всего, догадка Минны верна — они просто следят за тем, чтобы игра прошла благополучно.

Тем временем принца сменил распорядитель, объясняющий, что нам нужно будет делать. Правила казались несложными. Нас отведут в Тюльпановые сады — парк, раскинувшийся за дворцом, где каждой придется пройти своеобразный квест — аллею препятствий. Делать это нужно будет в одиночку, а аллея определится с помощью жребия, чтобы другие участницы не успели понаставить ловушек для соперниц. За каждое выполненное задание наш статус повышался. Хорошо хоть «в минус» нельзя было уйти.

— Вы наверняка знаете эту игру эту под названием «Из пажей в короли», — пояснил лорд Кестэла. — Начиная игру слугой, нужно благодаря уму, твердому характеру и умениям достичь высшей ступени на лестнице статусов, то есть стать королем. В вашем случае, разумеется, королевой. За тем, как вы справляетесь, будет «следить» магическая брошь.

По его сигналу к нам подошли слуги и начали раздавать маленькие украшения. На вид в них не было ничего необычного — дешевая безделушка, даже не из латуни, а из железа, с прозрачным камешком в середине, похожим на стекляшку. Многие девушки морщились, очевидно, цепляя их себе на плащи только из-за того, чтобы не обидеть принца.

— А как мы узнаем, что правильно выполнили задачу? — уточнила одна из кандидаток.

— Брошь изменит цвет, — ответил распорядитель. — Оттенок будет усиливаться с прохождением каждой ступени: от пажа к рыцарю, от рыцаря к барону и так далее до того момента, пока не станет сапфировым — цветом королей.

— Мой принц, — прервал один из охотников, выйдя вперед. Из-под низко опущенного капюшона на Альхара устремился безжизненный взгляд водянистых глаз. Плотно сжатые губы, квадратный подбородок и тянущийся через все лицо шрам намекали, что слова «доброта» и «гибкость мышления» не про этого человека. — Игра «Из пажей в короли» приличествует только мужчинам благородной крови и не подобает женщинам. Вам не кажется, что подобные игры с переодеваниями идут против мелантских порядков и божьей воли, которая создала женщин женщинами, а мужчин — мужчинами?

Девушки сразу притихли. Вообще-то идея вызвала среди участниц интерес — насколько я поняла по шепоткам, игра была популярной среди придворных, но мало кому из присутствующих доводилось в ней поучаствовать. А вот она и причина, почему так произошло.

— А почему мне так должно казаться, брат Иргейд? — Альхар прищурился. — Вы можете назвать хоть один закон Меланта, в котором указано, в какие игры женщины имеют право играть, а в какие — нет? Или церковный закон, в котором приведен перечень действий, которые подобают женщинам в играх?

Охотник помолчал.

— Нет, мой принц.

— В таком случае не нужно указывать мне, наследнику трона, что мои избранницы могут делать, а что нет, — отрезал Альхар. — Вас сюда пригласили не для этого.

Губы Иргейда дрогнули — могу поклясться, чуть не сложившись в презрительную гримасу. Однако мужчина сдержался.

— Простите за наглость, мой принц. Действительно, наш орден служит богу, а не следит за распущенностью нравов. Такое больше не повторится.

И все же не уколоть он не смог. Простая игра — распущенность нравов, вот как? Таким только волю дай — и женщина из кухни не вылезет. Хорошо, что принц не такой.

Он хмуро проследил за тем, как охотник вернулся к своим собратьям. Только после этого взгляд Альхара обратился к нам и потеплел.

— Все получили броши? Не теряйте их, иначе нам придется отметить, что к концу игры вы так и остались в роли пажей. А теперь прошу вас пройти к каретам. Пора отправиться в Тюльпановые сады и выяснить, кто из вас сегодня будет королевой.

Глава 13

Спустя полчаса я уже переступала с ноги на ногу и дышала на руки, дожидаясь начала игры. Поездка и определение жребия прошли очень быстро. Дальше оставалось лишь пройти к ледяным воротам с выпавшим в жребии обозначением и дождаться, когда они откроются — в одинаковое для всех время.

Тюльпановые сады оказались большими. Настолько, что слева и справа я видела всего по две соперницы, которые тоже ждали, когда нас впустят. Минну и Дэлию вообще отправили к противоположным входам в парк. Где-то в середине него находился павильон, где мы все в итоге должны будем встретиться. И там же нас будет ждать принц.

За нашими спинами торчал один из охотников, следя за тем, чтобы никто не вздумал устроить фальстарт. Из-за этого я все никак не могла успокоиться и переминалась, борясь с желанием обернуться и проверить, а не на меня ли он смотрит.

Они здесь не по твою душу, Инна. Не по твою. Нечего так скакать и привлекать к себе внимание…

К счастью, нервничала не одна я. Каждой участнице хотелось прийти в павильон первой — и в статусе королевы. Это еще не означало, что именно ты потом станешь супругой принца, но к заветному месту приближало.

Лишь бы не облажаться на испытаниях. В том, чтобы прибежать в павильон первой, оставшись пажом, смысла не было. Разве что лишних пять минут провести с Альхаром, но это еще ничего не гарантировало.

Коротая время, я старалась угадать, что меня ждет за созданными изо льда воротами, среди высоких деревьев с черными стволами. Рассмотреть, что внутри, не удалось. Весь парк был окружен высокой стеной, а створки ворот были недостаточно прозрачными. Вдобавок и распорядитель не сказал ничего определенного. «Задания сами найдут вас. Но будьте бдительны, не пропустите их». Отличное описание! По крайней мере, нас уверили, что не будет ничего опасного — ни ловушек, ни стычек между участницами, если только те сами не сойдут со своей аллеи и не нарушат правила.

Где-то внутри парка прозвенел колокол. «Дзин-нь», — мягко разнеслось над сугробами, и ледяные ворота плавно раскрылись мне навстречу. За ними предстала узенькая аллейка, плотно усаженная деревьями и кустарником.

Я быстро зашагала вперед. Другие участницы мешкать тоже не стали — наоборот, все как будто старались меня перегнать. Я прибавила шаг, ожидая, что войду в очерченную для игры границу парка и увижу их, спешащих, по бокам. В конце концов, это не лето, деревья сбросили листву, и все должно хорошо просматриваться.

Однако, когда я зашла внутрь, меня встретили тишина и пустота. По обеим сторонам, между деревьями, высились ледяные стены выше человеческого роста. Засыпанная снегом дорожка впереди была девственно чистой. Я даже ощутила глупое детское желание побегать кругами и наследить.

Из-за того что пушистый снежный покров скрадывал звуки, стало немного неуютно.

— Хм, — вслух произнесла я.

Ворота за спиной снова бесшумно закрылись. Каждая участница осталась наедине со своими заданиями.

Я внимательно оглядела аллею. Может, пора начинать их выполнять? И где их найти? Не за деревьями же искать?

Я сделала шаг вперед и чуть не подпрыгнула, когда из-за дерева сбоку действительно кто-то вышел. Сердце уже забилось быстро-быстро — и успокоилось, когда я разобрала знакомые черты.

Принц улыбался. Его наряд изменился — на плаще тоже появилась брошь, а рассыпавшиеся по плечам светлые волосы на лбу придерживала тонкая золотая диадема. Еще не корона, но нечто на нее очень похожее.

— Простите, леди Тэвьера, не хотел вас пугать.

— А почему вы решили, что я испугалась? — невинно осведомилась я.

— Вы так держитесь за сердце, как будто оно у вас сейчас выпрыгнет наружу.

Ах, это… Я опустила ладонь. Здоровое сердце Целестии ни разу не ныло так, как мое настоящее. Вернее, бывшее. А привычка чуть что хвататься за него так и осталась.

— Ваше высочество, вы же должны быть в павильоне в середине садов.

Он стряхнул с рукавов снег. Снежинки до сих пор продолжали падать с серого неба, создавая сумеречную атмосферу, хотя до вечера было еще не близко.

— Должен, — согласился Альхар. — Но участницы доберутся туда не сразу. А как только это произойдет, брошь засияет, подавая мне знак. Пока это не случилось, ничто не мешает мне заниматься чем-нибудь другим.

— Например, помогать фавориткам? — пожурила я.

— Фаворитки? — он с притворным ужасом огляделся. — Какие фаворитки? Не произносите это слово, а то кого-нибудь из нас двоих съедят десятки леди, бесплодно мечтающих занять это место. Причем жертвой не обязательно будете вы.

Я рассмеялась и тут же спохватилась, вспомнив, что нас могут услышать участницы на соседних аллеях. И вообще, а настоящий ли передо мной принц?

Я прищурилась, пристально его оглядывая.

— Ваше высочество, вы — первое испытание?

В первую секунду он смотрел на меня с недоумением, затем его взгляд наполнился пониманием.

— А, вы решили, что я иллюзия, созданная лордом Кестэлой? Да, это был бы хитроумный ход, но слишком сложный, чтобы создавать мое отдельное подобие для каждой леди. Можете быть спокойны, я настоящий. Проверьте сами.

Он протянул мне ладонь, приглашая до нее дотронуться. Я на миг замерла в нерешительности, а потом осторожно коснулась его руки.

Крепкая, надежная, теплая. Ни одна иллюзия не способна быть настолько похожей на человека. Если только кто-то другой не наложил на себя чужой облик.

Виновато улыбнувшись, я прочитала заклинание по развеянию иллюзий. Принц изогнул бровь.

— Вот даже как? Вы прямо-таки вынуждаете меня добавить вам баллов за осторожность.

— Извините, ваше высочество, — я развела руками. — Но уж слишком подозрительно выглядит ваше появление сразу после того, как нас предупреждали не терять бдительность. Я должна была убедиться, что вы — это вы.

— И то верно. Вы правильно сделали, — одобрил Альхар.

— Зато вы, кажется, не очень серьезно относитесь к своему долгу выбрать невесту. Фавориток даже не хотите заводить, — шутливо упрекнула я.

— Забота о королевстве — моя постоянная спутница, — парировал принц. — Можно сказать, я уже женат — на своей стране. А насчет выбора невесты… Да, вы верно заметили, — он слегка поморщился. — По большей части я присутствую на испытаниях, чтобы проверить, не жульничает ли сам распорядитель, договорившись с кем-то из кандидаток.

Я склонила голову.

— Вам настолько неинтересно выбрать жену?

— Почему же? Если бы лорд Кестэла подошел к своему делу ответственно, я бы действительно получил самую подходящую королеву изо всех возможных. Другой вопрос, что я хорошо знаю привычки и характеры знати, из которой выбраны приглашенные девушки, поэтому не рассчитывал столкнуться с неожиданностями.

— Я — неожиданность? — удивилась я.

— Необычно вежливая для аристократки, привлекательная и совершенно безобидная на вид девушка, которой тем не менее угрожает смертью мой бывший друг, человек, подозреваемый в некромантии, и посол не самой дружественной нам страны в одном лице? — Альхар улыбнулся краем рта — своей фирменной улыбкой. — Да, пожалуй, вы стали неожиданностью. Но не торопитесь считать себя фавориткой. Я здесь всего лишь для того, чтобы убедиться в вашей безопасности.

Ну вот. А я уже обрадовалась…

— За моей безопасностью могли бы проследить и охотники.

— Они следят за теми, на кого упали подозрения в нечестной игре, и за тем, чтобы никто не испортил испытания. А за вами могу приглядеть и я сам. Или вам не нравится моя компания?

Его серые глаза хитро сверкнули. Эх, зараза-красавец! Догадывается ведь, что я уже почти в него влюбилась. Как в него вообще можно не влюбиться?

— Ваша компания — лучшее, чего можно пожелать, — честно призналась я.

— В таком случае вперед, — он размашистым жестом пригласил меня идти дальше по аллее. — Я бы снова предложил вам свою руку, но боюсь, что это может помешать вам выполнить задания. Поэтому буду идти рядом.

Альхар первым сделал шаг по ровному белому полотну дорожки. Я поскорее устремилась к нему.

Возле него как будто бы стало теплее. И на аллее посветлело, и настроение улучшилось…

Кажется, я начинала понимать леди Байру.

— Может, вы еще и подскажете, где искать первое задание? — понадеялась я.

— Простите, леди. Джеран опасен, он опытный маг и ветеран многих сражений. С ним могут не справиться даже охотники, если дойдет дело до схватки, а со мной он не рискнет иметь дело. Поэтому я могу присмотреть за вами, пока Джеран вам угрожает, но предпочел бы, чтобы игра прошла честно. Ничто не помешает мне проигнорировать рекомендации распорядителя отбора и сделать предложение той девушке, которая мне понравилась. Однако королева — это не просто жена. Это мать всей страны. Надеюсь, вы это понимаете.

— Понимаю, — вздохнула я.

Ладно, раз мы такие строгие, придется играть по правилам. Я все равно так и собиралась поступить.

С принцем в любом случае было приятнее, чем без него. Он, конечно, отговаривался Джераном, но я сомневалась, что некромант может угрожать мне здесь, в парке, который так тщательно готовили к испытаниям, что соорудили гигантские сугробы и ледяные стены. А это могло означать всего одно — на самом деле Альхар не так уж против побыть со мной наедине какое-то время.

Я медленно зашагала по дорожке, изучая каждый окружающий предмет. Принц, сцепив руки за спиной, шел чуть сзади меня, и я чувствовала на себе его теплый взгляд.

Приятно, черт побери. Теперь нужно не испортить о себе впечатление, провалив игру.

Счет пошел уже третьему десятку шагов, а я все не понимала, где должно быть первое задание. Аллея ничем не отличалась от тысяч своих «сестер» — ровный ряд деревьев, гравийная дорожка под слоем снега, рыхлая белая шапка на аккуратно подстриженных кустах. Несколько раз с ветвей осыпался снег, сбитый стайкой чижей. Где-то каркнула ворона. Шуршали наши плащи по снеговому покрову. Слабо пахло дымом из печных труб домов, которые окружали парк.

Вроде ничего — и в то же время что-то тревожило мое сознание. Я остановилась и огляделась.

Вот оно!

Среди черно-белого пейзажа мелькнули красные пятна, которым я поначалу не придала значения. А зря. Сойдя с дорожки и приблизившись к ним, я обнаружила небольшую яблоню с облетевшей листвой. На ветвях все еще висели крупные, налитые соком красные плоды. Они были такими аппетитными на вид, что я, не удержавшись, потянула к ним руку…

И остановилась на полпути. В Меланте климат потеплее, чем в Сибири, но и здесь зима в разгаре. На дворе месяц, аналогичный нашему декабрю, скоро местный Новый год — праздник Длинной ночи, после которой начнет увеличиваться солнечный день. Какие, блин, яблоки в декабре? Да еще такие алые, блестящие, будто только из родимой «Пятёры», что стояла у нас, в Краснокузнецке, на углу дома.

С другой стороны, я же в мире магии. Тут есть грифоны, почему бы не расти яблокам в декабре?

А мне как раз так хочется есть. Вставать пришлось рано, с утра кусок не лез в горло. Времени прошло с тех пор достаточно, а на обед с этими состязаниями мы не попадем еще долго. Подкрепиться прямо сейчас — отличная идея.

Стоило об этом подумать, как ноздри защекотал сладкий запах яблок. Воображение само нарисовало сочные дольки с желтоватой сочной мякотью. Потекли слюнки. Аристократов в этом мире кормят вкусно и сытно, даже с избытком, но я так давно не ела ничего подобного!

Я уже почти коснулась глянцевой кожуры, когда наконец-то опомнилась. Ну да, ну да. Минуту назад последнее, о чем я думала, это о еде, а сейчас того и гляди желудок заурчит от голода. Что-то тут не так.

Но руку я убрать от яблока не могла. Отвернуться — тоже. Яркое, алое, оно притягивало взгляд, которому не за что было зацепиться на невзрачном зимнем пейзаже. В желудке и правда заныло от голода.

Ветер качнул ветку с яблоком. Оно уже было готово само упасть мне в ладонь. Надо ее лишь подставить, и мои мучения будут закончены, а желания — утолены. Я почти слышала голос в своих ушах. «Съешь меня, — просил плод. — Хотя бы надкуси. Это же несложно и ничего не будет тебе стоить».

Будет. Я зажмурилась, пытаясь хоть мысленно надавать себе по щекам и привести мысли в порядок. Видимо, в этом и заключалось первое задание — противостоять желаниям. Королеву каждый день окружают тысячи соблазнов. Она должна заниматься государственными делами и помогать мужу, а не отвлекаться на мелочи.

А яблоко продолжало покачиваться на тонком черенке и ароматно пахнуть сладким летом.

Я сглотнула слюну и облизнула губы. Так. Если я сорву его, победы в игре мне не видать. А если не видать победы, до меня доберется или Джеран, или охотники. В обоих случаях — «Прощай, Инна, мы любили тебя (нет)». А во втором — еще и горячий костерок под пятками.

Видение Иргейда, сегодняшнего покрытого шрамами охотника, который тащит меня к столбу с соломой на площади, на миг перекрыло голод и превратило его в тошноту. Этого хватило, чтобы я смогла быстро отвернуться и почти побежать прочь от злополучных яблок. Лишь шагов через десять я остановилась, перевела дыхание и проверила, изменила ли цвет брошь.

Стекляшка не только приобрела светло-голубой оттенок. У нее стало больше граней, а обрамляющая ее грубая железка приобрела более утонченный вид. Я с недоверием коснулась металла. Он даже на ощупь казался другим.

За спиной прошуршали шаги принца. Альхар улыбался.

— Поздравляю с прохождением первого задания и получением статуса оруженосца. Правда, предполагалось, что яблоню нужно развеять магией, но в целом вы справились.

— Развеять? Я могла бы…

«…попытаться», — хотела сказать я и не договорила. Деревце с красными плодами бесследно исчезло. Вереница моих следов вела к пустому месту среди голого кустарника, пристыженно прикрывающегося снежным пухом.

— Задание можно пройти всего раз, — пояснил принц. — Вернуться нельзя. Поэтому не торопитесь, если решение сразу не приходит на ум. Иначе вы рискуете проиграть.

Я приподняла бровь.

— Ваше высочество, это что, подсказка? Я начинаю думать, что вы совсем не против моей победы!

Он рассмеялся.

— Почему бы и нет? Но всё, всё, вы правы, мне лучше помолчать. А вам — отправляться за вторым заданием. Не забывайте, что королевой сегодняшней игры станет та, кто придет в павильон первой.

Ну, это будет не так страшно, если Альхар готов проигнорировать результаты конкурса невест ради очаровавшей его девушки, но мне в самом деле было неплохо быть порасторопнее. Слишком старательно принц все это время намекал, что просто смазливой мордашкой его симпатии не купить.

Я закуталась в плащ и направилась дальше, мимо мраморных статуй и заснувшего на зиму маленького фонтана. Уже почти пройдя его, я задержалась и оглянулась на каменную чашу. Спешка спешкой, а нам советовали быть внимательными.

Когда-то плещущаяся в фонтане вода покрылась ледяной коркой, расчерченной на квадраты. На ней выросли оборонительные укрепления — целый лабиринт из земляных валов и высоких стен. Внутри пряталась группка костяных солдатиков в бело-голубых королевских цветах, преследуемая более многочисленной армией врагов. На моих глазах черная фигурка, обозначавшая противника, сама собой переместилась на одну клетку и настигла отставшего бойца Меланта. Тот упал навзничь, окрасившись красным.

Так-так. Значит, загадка на логику. Я пристально осмотрела «игровое поле», пытаясь понять, что нужно сделать. Принц застыл сзади, из-за моих плеч наблюдая за происходящим в чаше.

— Будущая королева не даст своим верным воинам погибнуть? — спросил он у меня.

— Ни в коем случае, — пробормотала я, уже погрузившись в обдумывание.

Специальность я получила, конечно, гуманитарную, но, окончив универ, логическими задачками не брезговала. Мне они всегда нравились больше игрушек на телефоне, в которых все решал бессмысленный и беспощадный рандом. Только игры на логику могут показать, на что я по-настоящему способна.

А потому развернувшаяся в каменной чаше задачка сложной не казалась. Лабиринт был навороченным, но выход из него обозначал крошечный кораблик с грифоном на парусе, а это уже половина решения. Оставалось лишь продумать движение своих войск и надеяться, что у магического разума, управляющего врагами, не припасено никаких сюрпризов в виде двойных ходов, умения швыряться файерболами или чего-нибудь подобного.

Я переставила одну свою фигурку. Тотчас передвинулась фигурка врагов. Снова мой ход…

Это длилось минут пять. Вражеские «пешки» ходили без промедления, но клеток было немало. Игра затягивалась. Я еще не начала замерзать, но уже захотелось подышать на руки и попрыгать. Хорошо, что сюрпризов не оказалось — противник действовал вполне предсказуемо, и я просто ждала своей победы.

Дождалась. Когда на корабль оставалось переместить всего три фигурки, из труб фонтана, откуда обычно били струи воды, вдруг вылетели три огненные стрелы. Целились они в меня. Я с визгом отскочила от чаши и увернулась от магической атаки лишь чудом, хотя наступила на подол платья и чуть не ляпнулась в снег.

Пламенные снаряды сделали крюки в воздухе и ударились о землю в паре сантиметров от меня, с шипением угаснув.

— Не очень-то это честно! — возмутилась я.

— Почему? — поинтересовался Альхар. — Настоящие враги пытаются победить любым способом. Игра игрой, а правитель должен быть внимательным, чтобы его не подстерегли в неожиданный момент.

Я мрачно оглядела на дорожке подтаявшие пятна, которые остались от стрел. Попали бы они в меня, был бы как минимум ожог.

— Ваше высочество, вы жену ищете или полководца?

— А примерная жена разве не должна разделять интересы мужа?

— Ну, если в ваших интересах прыжки от огненных ловушек, то стоило бы выдать невестам на испытания более подходящую одежду. Чтобы нам было удобнее разделять ваши интересы. Во всем, — проворчала я, одергивая платье.

Вернувшись к каменной чаше, я быстро передвинула оставшиеся фигурки воинов на корабль. На сей раз поглядывая и на сам фонтан, и на его окружение. Мало ли откуда по мне пульнут в следующий раз.

К счастью, обошлось без приключений. Как только последний костяной воин коснулся игрушечной палубы, брошь потемнела, приобретя более яркий голубой оттенок, а игровое поле внутри каменной чаши подернулось туманом и развеялось слабым ветерком. Передо мной предстал обычный, слегка припорошенный снегом пустой фонтан.

По аллее разнеслись хлопки в ладоши.

— И снова поздравляю, леди Тэвьера. Вы получили статус рыцаря. Правда, — принц выдержал паузу, — предполагалось, что от огненных стрел вы защититесь магией.

— А за то, что я просто отпрыгнула, снимут баллы? — расстроилась я.

— Нет, — Альхар вдруг коснулся моего подбородка, приподнимая его вверх. — Не волнуйтесь, я прослежу за этим. Главное, что вы справились с заданием, не потеряв ни одного воина.

Я затаила дыхание. Принц был без перчаток, и его теплые пальцы на моей замерзшей коже ощущались ласковыми огоньками. Но еще больше грел обращенный на меня заинтересованный взгляд серых глаз. Поэтому, когда Альхар убрал руку, я испытала сожаление.

Мне бы так хотелось, чтобы это мгновение длилось подольше!

— До финала игры вам нужно получить еще немало статусов, — напомнил он. — Надеюсь, остальные задачи вы тоже будете щелкать как орешки.

— Увидим, ваше высочество, — скромно ответила я.

Да уж, я бы предпочла понравиться мужчине просто так, без задач, потому что я — это я, а не потому что я лучшая из кандидаток. Но чем богаты… Мне все равно нужна защита Альхара. А потому я развернулась и зашагала дальше, вглядываясь во все, что встречалось на пути.

Принц несколько раз многозначительно намекнул, что нужно больше пользоваться магией. К сожалению, для меня это все еще представляло сложность, а доставать шпаргалку, на которую я выписала основные слова для заклятий, при Альхаре было неудобно. Видимо, придется выкручиваться, как в двух предыдущих заданиях, и думать, как применить те крошечные знания, которые у меня есть.

Следующее задание показало, что шансов на это не так уж и много.

Снежный ком вылетел на дорожку неожиданно. Он отделился от сугробов и понесся на меня со скоростью разгоняющегося автомобиля, который вот-вот собьет замешкавшегося пешехода. Шар был высотой мне до пояса, с ледяной коркой. Такой грозил не только свалить с ног, но и наставить синяков.

Я застыла, растерявшись. Первым порывом было просто отскочить в сторону, но как же тогда быть с предпочтениями принца?

Выставив вперед ладонь, я выкрикнула то же заклинание, которым отвлекла некроманта, когда он напал на меня в собственных покоях во дворце.

Порыв ветра всколыхнул подол и разбросал комья снега передо мной, но мчащийся шар не остановил. Я еле успела отскочить, и то он задел край платья. Скрипнув зубами, я развернулась — и обнаружила, что пролетевший мимо шар резко встал и начинает катиться обратно, снова набирая скорость.

— Да твою ж мать! — пробормотала я.

Я не помнила наизусть ни одного заклинания посильнее, которое могло бы остановить эту махину. Принц делать ничего явно не собирался — он стоял на обочине и смотрел, как я справляюсь.

Я скрипнула зубами во второй раз. Ладно. Придется побеждать в испытании своим способом.

Подобрав подол, я тоже кинулась на обочину, к ряду деревьев. Спрячусь за ними, и пусть шар разбивается о ствол. И я буду цела, и препятствие преодолено.

Однако скорость снежного кома я недооценила. Или скорость собственного бега по сугробам. А может, и то и другое, потому что опасный шум приблизился ко мне, когда я еще и близко не добралась до спасительных стволов. Когда я оглянулась, увязнув в глубоком снегу, шар уже почти накатывался на меня. Я втянула голову в плечи и сжалась, ожидая удара…

Альхар взмахнул рукой. Снежный ком рассыпался горстью муки, которая осела на мысках сапожек. Я была спасена от синяков, вот только цвет броши не изменился ни на каплю.

— К сожалению, задание не выполнено. Но по меньшей мере заклинаниями второго уровня вы точно владеете, — подвел итог принц.

Минимум эмоций — только факты. От досады я не знала, куда деваться. Вот и прошла, блин, отбор невест с достоинством.

Кажется, мысли отразились на моем лице, потому что взгляд Альхара смягчился. Принц подошел ко мне и протянул ладонь.

— Обопритесь. Вам так легче будет выбраться из этого сугроба.

— Спасибо, ваше высочество, — неловко поблагодарила я, принимая помощь.

— Не за что. Он бы все равно рассыпался, коснувшись вас. У нас не было цели навредить участницам. К тому же на самом деле не так важно, победите ли вы во всех без исключения испытаниях. Как я уже говорил, личное впечатление важнее, чем рекомендации распорядителя.

Ох, точно… Я украдкой поправила растрепавшиеся волосы и отряхнула платье от снега. Надеюсь, мои щеки не совсем красные, а то Целестия, несмотря на бледную кожу, куда румянее, чем я.

Альхар вдруг нахмурился, глядя на свою брошь. Она замерцала синим, как будто подавая ему сигнал.

— Простите, леди Тэвьера. Мне нужно вас покинуть — кто-то из участниц уже приближается к павильону, где я должен всех ожидать.

— Так быстро? — поразилась я.

Впереди должно быть еще три или четыре задания. Я и предыдущие проходила не так уж медленно. Кто же успел выполнить все, тем более за такой короткий срок?

— Не удивлюсь, если кто-то из леди отчаялся победить и решил подождать в павильоне остальных, — пояснил Альхар. — Еще раз прошу прощения, я обязан ее встретить, даже если эта кандидатка отказалась от участия.

— Ничего страшного, но как же Джеран? — напомнила я. — Он не достанет меня здесь?

Принц хитро улыбнулся.

— Если охотники заметят, что кто-то без спроса пытается попасть в парк, то поднимут тревогу. Но если вы чего-то испугаетесь, зовите меня. Павильон недалеко, я услышу и приду на помощь.

От сердца немного отлегло.

— Хорошо, ваше высочество. Так я и сделаю.

Все-таки я с некоторой грустью смотрела, как статный светловолосый Альхар уходит прочь. С другой стороны, если опять опозорюсь, как со снежным шаром, он хотя бы этого не увидит.

Вздохнув, я тоже зашагала дальше, только медленнее. Новое задание пропустить нельзя.

Оно опять нашло меня само. Собравшись сделать очередной шаг, я вдруг поняла, что нога не отрывается от земли. Подошва сапога словно приклеилась к чему-то спрятанному под снегом. В первую секунду, не сообразив, я дернула ногой посильнее, чтобы высвободить ее, но ничего не добилась. Наоборот, я лишь еще глубже погрузилась под снег.

Поморщившись, я склонилась посмотреть, к чему прилипла. Лишь бы целью задания была не проверка на терпение, а то после прошлого провала и ухода принца у меня его оставалось не так уж много.

Осмотр результата не дал. Я продолжала погружаться под землю, с каждой секундой все быстрее. Ощущение было таким, словно я проваливаюсь в яму, присыпанную сверху песком.

В животе расцвел ядовитый цветок беспокойства. Как решить эту задачу, я не представляла вообще. Стихия земли в местной системе магии противоположна воздуху, а это означает, что она хуже всего поддается Целестии. Даже если бы у бывшей хозяйки тела и были какие-то способности в этой специализации, я все равно не знала ни одного земельного заклинания. В голову не приходило ничего, благодаря чему я могла бы вылезти или хотя бы остановить погружение.

И это совершенно точно была не иллюзия. Я чувствовала, как чулки промокают от снега и как морозная земля начала засыпаться в сапожки, когда они погрузились под почву. Вокруг не было ничего, за что я могла бы уцепиться — ни ветки, ни корней, ни тем более веревки. Все попытки выбраться ни к чему не приводили. А я, к сожалению, не барон Мюнхгаузен, чтобы вытащить себя за волосы.

Я успела погрузиться по колено, когда утопление прекратилось так же внезапно, как и началось. Я уже сдуру спокойно выдохнула — всё, до невидимых арбитров дошло, что я не знаю, как выбраться, и меня оставили в покое. Принц же обещал, что нам не причинят вреда. Теперь нужно только вытащить ногу из этой земляной каши, затем вторую, и все будет хорошо. Подумаешь, испачкалась одежда, так я отряхну и дальше пойду.

Ага, если бы.

Стоило шевельнуться, как подо мной как будто что-то порвалось. Вскрикнув, я провалилась сразу по пояс.

— Эй, я сдаюсь. Сдаюсь! — выкрикнула я. Если судьи не видят, что я не могу выбраться, теперь-то они уж точно должны услышать!

Ноль эмоций. Земля продолжала осыпаться, утягивая меня за собой. Я задрожала. Не столько от холода, сколько от страха. Чем дальше, тем меньше игра становилась похожа на безобидные задания на логику и силу воли.

— Ваше высочество! — с отчаянием позвала я.

Слишком слабо. Принц уже скрылся за поворотом аллеи и не услышал меня. Вместо него откликнулась долбаная ловушка, и я провалилась уже по грудь.

Я попыталась уцепиться за землю, вгрызаясь пальцами в смешанный с гравием снег. Тонкие кожаные перчатки — дорогое удовольствие, доступное в этом мире лишь аристократам, — вряд ли такое переживут, но себя мне было жалко гораздо больше. Испытание переходило все разумные границы.

— Альхар! — взвизгнула я.

Он услышал, услышал! Из-за поворота показалась его высокая фигура в белом плаще. На красивом аристократическом лице читалась тревога.

С беспомощным писком я провалилась еще глубже. Теперь комки мерзлой земли посыпались мне в рот, когда я сочла хорошей идеей еще раз позвать принца, а гравий уткнулся в нос, наполняя его запахом почвы. Я сплюнула, но стало только еще хуже.

— Альх…

Перед тем как меня с головой утянуло под землю, я увидела бегущего ко мне принца. Однако было уже поздно. Он не успевал меня вытащить.

От ужаса я затрепыхалась. Зря — каждое мое движение ускоряло утопление. Там, внизу, почва перестала быть мягкой. Она давила мне на грудь, забила рот и нос, не позволяя дышать. Воздуха не хватало. В последний момент мне почудилось, что кто-то хватает меня за вытянутую руку, которая еще оставалась на свободе, но я не была уверена. Это могла быть просто шутка бесплодно надеющегося на спасение разума.

А потом я потеряла сознание и перестала что-либо чувствовать вообще.

Глава 14

Очнуться меня заставил резкий запах, бьющий в ноздри. Он был настолько мерзкий, что я содрогнулась, а содержимое желудка отозвалось тошнотой.

— Вы очнулись? Как вы себя чувствуете?

Склонившегося надо мной мужчину с глупыми усиками я раньше не видела. Своими дурацкими вопросами он только вызвал у меня раздражение. Откуда мне знать, как я себя чувствую, если я толком не пришла в себя?

Я машинально отмахнулась от него и огляделась мутным взглядом. Голова немного кружилась, хотя и не так, как при первом пробуждении в Меланте. Лишь бы только опять не оказаться в какой-нибудь заднице на краю Вселенной, где на дух не переносят иномирян.

Вверху серым полотном простиралось пасмурное зимнее небо, а вокруг высились все те же деревья и сугробы аллеи. Людей прибавилось. Кроме усатика-лекаря, совавшего мне в нос нашатырь, появились растерянный распорядитель отбора, несколько стражников в стороне, мрачные охотники, принц и…

Я закашлялась, выплевывая остатки земли изо рта.

Джеран? Так это он опять пытался меня убить?

— Тише, тише, — засуетился лекарь, убирая нашатырь подальше. — Вам нельзя так быстро вставать, иначе вы опять упадете в обморок. Полежите хоть чуть-чуть.

Я была очень даже не против. И не только потому, что наконец-то осознала: чувствую я себя отвратительно — мокрой, грязной и уставшей.

Альхар и Джеран еще не заметили, что я очнулась. Они ругались, и фразы, которыми они бросались друг в друга, как метательными ножами, могли о многом мне рассказать.

— Да, конечно, — зло говорил принц. — А теперь еще заяви, что ты здесь оказался совершенно случайно. По удивительному совпадению, именно в тот момент, когда чуть не погибла одна из участниц отбора.

— Нет, представь себе, я оказался здесь не случайно, — огрызнулся Джеран. Он был весь в черном — прекрасный выбор цвета для некроманта. Только плащ забыл, словно на дворе не стояла зима. — Да, я проник сюда без разрешения, следил за твоей «игрой», и тебе следовало бы меня поблагодарить за это. Если бы не я, по твоей вине погибла бы еще одна девушка.

Альхар побледнел от гнева.

— Ты поставил на нее ловушку, а теперь опять пытаешься свалить все на меня? Думаешь, она не рассказала мне, что ты угрожал ей смертью за то, что она тебя отвергла? Поразительно знакомая история! В этот раз она не сойдет тебе с рук, Джеран.

— Отверг? — некромант фыркнул. — Если бы это было так, я бы сейчас глушил тоску за вином в Даллене. Ты и близко не знаешь правды.

— О, вот как? Тогда объясни, пожалуйста, какого демона ты уже второй раз пытаешься ее убить?

— Да, лорд Джеран, — вступил в беседу уже знакомый мне охотник с квадратной челюстью и шрамом через все лицо. — Будьте так добры, объясните причину покушения.

Некромант мрачно посмотрел на Иргейда. От ледяного взгляда мне снова стало не по себе, но охотник встретил его с невозмутимостью.

— Узнаю потрясающую глухоту охотников, которые слышат только то, что им нужно. Я спас эту девушку. Если бы я с помощью магии не вытащил ее из-под земли, она была бы уже мертва, — Джеран перевел взгляд на Альхара. — Уж с этим-то ты не будешь спорить?

— Нет, — неохотно согласился принц.

— Тогда это вы должны мне объяснить, зачем, по-вашему, мне вытаскивать девушку, на которую я поставил ловушку и которую собирался убить, — рявкнул некромант.

Над мужчинами повисло молчание. Охотник скривился, чувствуя, что добыча уходит из его рук.

— Вам все равно придется ответить за то, что вы проникли в сад.

— Отвечу, да не перед вами, — холодно отозвался тот. — А тебе, Альхар, лучше найти того, кто чуть не убил одну из твоих драгоценных невест, потому что в следующий раз меня может не оказаться рядом. Если, конечно, это все не твоих рук дело. Снова.

Сверкнув глазами на принца, он развернулся и зашагал в сторону выхода. Иргейд направился было за ним, но, к моему удивлению, принц его остановил.

— Пусть уходит.

— Но ваше высочество…

— Никуда он не денется, — раздраженно прервал Альхар. — По поводу того, что он вломился в сад, я с ним разберусь сам. А вам и вашим людям было бы неплохо поработать над своей внимательностью. Вы проворонили смертельную ловушку, расставленную без вашего ведома, и пропустили в сад чужака. Не надейтесь, что такие вещи могут остаться без внимания.

Охотник коротко поклонился.

— Мы допустили ошибку и примем наказание со смирением, мой принц.

— Да пошли вы к демонам! — прошипел он. — Если бы леди Тэвьера погибла, достойное наказание для вас было бы всего одно — смерть от удушения. Сомневаюсь, что вы приняли бы его со смирением. Убирайтесь отсюда, не мозольте мне глаза.

И снова Иргейд лишь поклонился. Затем он сделал знак своим собратьям, и их угрюмая троица направилась к выходу следом за некромантом. По напряженным спинам было видно, что выговором от принца они недовольны, но я им не сочувствовала ни капли. Не знай я, что охотники и некромант никак не могут играть на одной стороне, решила бы, что они помогли ему до меня добраться.

Принц наконец-то заметил, что я очнулась, и подошел ближе. Сдержанность, только что трещавшая по всем швам, вернулась в его облик, ненадолго уступив место беспокойству.

— Леди Тэвьера, как вы?

— Сносно, — скупо ответила я.

Во рту еще стоял вкус мерзлой земли. Я понимала, что Альхар в этом вроде как напрямую и не виноват, но изображать влюбленную дурочку сейчас не было ровно никакого желания.

— Простите, что не присмотрел за вами, как обещал. Я был уверен, что сад проверили много раз и что охотники не пропустят незваных гостей.

— Если я все правильно услышала, этот незваный гость меня спас, — напомнила я.

— Да, — принц склонил голову, с непонятным выражением глядя на меня. — И это очень странно с учетом того, что вы мне о нем рассказывали.

— Ваше высочество, он в самом деле мне угрожал! — нервно ответила я. — Вы его бывший друг, вам лучше знать, почему он так себя ведет. И потом, вы в самом деле собираетесь обвинить меня во лжи сразу после того, как меня чуть не убили? Может, лучше поищете того, кто это сделал? Это уже не первое нападение на ваших невест, только раньше все ограничивалось мелочами вроде наведения порчи. Не поверю, что вы об этом ничего не знали. Не пора ли принять меры, пока еще все живы?

Альхар посмурнел. Кажется, он не ожидал, что в этот раз его обаяние не произведет на меня впечатления. А я, уже выдав тираду, сообразила, что зря это сделала. Наорать на принца — затея хуже не придумаешь. Вряд ли он решит, что пережитый страх меня извиняет, и плевать, что меня действительно до сих пор слегка потряхивает.

— Вы правы. Приложу для этого все усилия. Но сначала я хочу убедиться, что вы в порядке, — Альхар перевел взгляд на мужчину с усиками, который все это время вертелся вокруг меня и что-то шептал. Мне казалось, что он просто бормочет себе под нос, и только сейчас я поняла, что это были заклинания. — Лекарь, что скажешь?

— Повреждений нет, ваше высочество. Леди Тэвьере рекомендуются тепло, горячее питье, плотная еда, крепкий сон и хороший отдых. Чем быстрее ее привезут во дворец, тем лучше. Тогда попадание в земляную ловушку не скажется на ее здоровье.

А что, неплохо. Я посмотрела на лекаря другими глазами. Он определенно знал толк в лечении.

— Игра! — спохватилась я и попыталась встать. — Мне нельзя во дворец, мне нужно продолжать испытание!

— Об этом не может быть и речи, — перебил Альхар, останавливая меня. — На вас только что совершено нападение, а вы собираетесь и дальше подвергать свою жизнь риску?

— Кто-то хотел исключить меня из участников, — заспорила я. — Если я не пройду магические испытания, он добьется своей цели.

— Целестия, — принц вдруг сел на корточки, оказавшись на одном уровне со мной, и ласково провел ладонью по моим волосам. — Я видел, что произошло. «Кто-то» не добьется ничего, а когда я выясню, кто это, он еще и отправится на плаху. Я уже понял, что вы смелая и самостоятельная девушка. Хватит подвигов на сегодня. Позвольте теперь мне позаботиться о вас — отправляйтесь домой.

— Вы поедете со мной? — прошептала я, мигом забыв, что не собиралась изображать влюбленную дурочку.

— К сожалению, нет, — Альхар встал, разбив интимный момент и немножко мое сердце. — Я все еще должен проследить за тем, как испытание проходят другие участницы.

— Но… — попыталась возразить я.

На сей раз меня прервал распорядитель. Он и так достаточно долго мялся рядом с перепуганным видом и наконец-то поймал момент, чтобы встрять.

— Мы приносим наши искреннейшие извинения, леди, — зачастил он. Голос у низкорослого бедняги срывался. Похоже, лорд Кестэла переживал за меня сильнее, чем я сама. Ну, или за свою репутацию, во что мне верилось куда охотнее. — Плетения заклинаний на вашей аллее в любом случае нарушены, поэтому ваше дальнейшее участие сегодня никак не возможно. Безусловно, мы не будем расценивать прерванную игру как проигрыш. Вероятно, мы… — он растерянно оглянулся на принца. — Сможем устроить магические испытания для леди Тэвьеры в других условиях, позже?

— Так и сделаем, — решил Альхар. — Леди Тэвьера, стража проводит вас до покоев. Лекарь отправится с вами, проследит, чтобы все рекомендации были соблюдены. Если вам что-нибудь понадобится — только скажите.

— Спасибо, — неуверенно ответила я.

Принца это удовлетворило. Он добавил несколько ободряющих слов, отдал распоряжения стражникам и быстро ушел к концу аллеи, где находился павильон.

Я проводила Альхара взглядом. На душе было как-то странно. Вроде обо мне позаботились, а с другой стороны, можно было и больше внимания проявить. Впрочем, кто я ему? Всего лишь одна из оставшихся пятнадцати участниц отбора. Мы знакомы не так давно, чтобы принц взаправду начал меня ценить. Я вон еще и выговоры пытаюсь делать — кому из облеченных властью мужчин такое может понравиться?

В общем, нужно просто подождать. И надеяться, что неведомый злодей только что не добился своего, сбросив меня со счетов.

Я медленно, пошатываясь, встала на ноги и лишь сейчас поняла, что все это время лежала на чьем-то плаще. Черный, с подбоем из соболиного мха, он явно принадлежал богатому человеку.

В памяти всплыла наша первая встреча с Джераном. Кажется, в склепе на нем был такой же плащ, а сегодня некромант ушел из сада подозрительно легко одетый.

Я скосила глаз на плащ, не желая соглашаться с тем, что меня все это время спасала от холода вещь грозившего мне смертью человека.

— Вы не знаете, чье это? — на всякий случай уточнила я у лекаря.

Тот рассеянно повертел головой.

— Извините, леди, когда меня вызвали к вам, он уже был тут.

Ясно. Поморщившись, я подняла плащ с земли и свернула, собираясь забрать с собой.

Пригодится. Мне все равно надо выяснить, о какой такой погибшей невесте толковали Джеран с Альхаром.

Глава 15

Остаток дня и следующие за ним сутки прошли лениво. У меня разболелось горло, и лекарь притаскивался чуть ли не каждый час, чтобы проверить состояние здоровья. Вставать с кровати мне запретили, поэтому пришлось скучать, почитывая книги из библиотеки, принесенные доброй Корой, и тренироваться в магии.

В это пустое время я вдвойне, нет, даже втройне ощутила тоску по современным технологиям. Ни нормальных лекарств (врач, на корню уничтожив первое положительное впечатление, всерьез меня убеждал, что коровья моча спасает от головной боли!), ни электричества (читать при свечах — то еще мучение), ни интернета, в котором можно найти любую информацию. Хорошо что под боком была хотя бы королевская библиотека. А то так можно и на стену полезть.

Несколько раз ко мне заходили Дэлия и Минна, развеивая тоску и веселя свежими новостями.

Соседка-блондинка чувствовала себя виноватой — оказывается, это из-за нее принц покинул меня в Тюльпановых садах. Дэлия не удержалась на первом задании и надкусила яблоко, потеряла всех воинов в логической игре, ничего не смогла сделать с катящимся комом снега, расстроилась, поэтому решила не мучиться и посидеть в тепле рядом с принцем.

Зато Минна гордилась собой. Она показала один из лучших результатов, срезавшись лишь на одном из последних заданий, когда нужно было победить очередное стихийное препятствие — небольшое торнадо.

Я ей немного завидовала. Судя по тому, что рассказывали подруги, к которым я теперь причисляла и Дэлию, с моим «великолепным» владением магией у меня не было ни единого шанса дойти до конца в статусе королевы.

Это вообще удалось всего лишь трем девушкам. Второе место на пьедестале победителей, естественно, заняла леди Байра.

Кое-кто из участниц тоже столкнулся со странностями в игре принца — или оправдывал этим свою неспособность победить. Одну поймали с поличным на попытке испортить задания сопернице, и ее дисквалифицировали. Убить больше никого не пытались, но после того, что случилось со мной, все были на взводе. «У нас же просвещенные времена, — с круглыми глазами говорила Дэлия. — Никто не думал, что при выборе невесты опять будут погибать девушки!»

Ага. Времена могут быть какими угодно, а люди, к сожалению, во все эпохи одинаковы.

Лорд Кестэла и принц пообещали во всем разобраться. К делу подключили королевских магов, не обошлось и без охотников. Говорили, их участие навязано королем, уже немолодым человеком, который к старости стал набожным и не видел в действиях ордена ничего плохого. Представляю, как скрипел зубами принц, когда получил подобный приказ от собственного отца.

Так или иначе, пока разгул «шалостей», которые друг другу устраивали соперницы, притих. Несмотря на это, еще одна леди решила, что игра не стоит свеч, и сообщила о своем возвращении домой. Нас осталось тринадцать человек. А я ждала, когда лекарь сочтет меня достаточно здоровой, чтобы разрешить прогуляться по дворцу, и сдержанно реагировала на суету подруг, гадавших, какие испытания в отборе будут следующими.

После расставленной черт знает кем ловушки у меня снова появились сомнения в том, что драться за брак с принцем — хорошая идея. Может, стоило плюнуть на гордость и не претендовать ни на что большее, чем место в гареме? Или вообще вернуться в родной город Целестии и думать, как спасти остатки состояния семьи Тэвьера нормальными способами, не требующими раздвигать перед кем-то ноги? Что-то подсказывало, что это лучший вариант, чем стать любовницей Альхара при такой жене, как Эвери Байра, и быстро погибнуть при загадочных обстоятельствах.

Я надеялась, что сегодня у меня будет возможность определиться.

В коридорах было шумно. Дворец уже вовсю готовился к Длинной ночи — слуги вешали повсюду еловые и сосновые ветви, украшали помещения, меняли занавеси и драпировки на праздничные. Среди придворных только и слышалось, что обсуждения о том, кто в каком наряде придет на устраиваемый во дворце бал-маскарад.

Я притворялась, будто просто прогуливаюсь, на самом деле стараясь не отходить далеко от Посольского зала. В нем король сегодня принимал дипломатов из нескольких стран, включая Даллен. «Заседание», как я его мысленно называла, не должно было затянуться, и я подскакивала, когда в зале открывались двери. Но до сих пор это были всего лишь слуги.

— Милая леди, вы уверены, что енто точно нужно сделать? — спросила Кора, нервно поглядывающая в ту же сторону.

— Не знаю, — честно ответила я. — Других идей у меня нет.

Напоминая себе о том, что уйти нельзя, я посмотрела на свернутый черный плащ в руках служанки.

Каждый раз, когда ноздрей касался запах этого плаща, когда я трогала теплый мех, просыпались воспоминания Целестии. То о том, как Джеран крепко прижимал ее к себе под плащом, то как укутывал ее, то как она из окна высматривала, не появится ли фигура возлюбленного в воротах дома. Эти картины, черт бы их побрал, лезли настойчивее всех остальных образов из памяти бывшей хозяйки тела. Нет бы я вспоминала что-нибудь о ее родителях!

Щемящая слабость, которая при этом возникала в груди, мне тоже не нравилась. Не такие чувства нужно испытывать к человеку, дважды пытавшему меня убить.

В этот момент двери зала опять распахнулись. На сей раз оттуда вышли три богато одетых человека с брошами в виде феникса на груди. Двое из них, как на подбор, были смуглые, с темными волосами и карими глазами. Третий, хоть и был черноволос, отличался бледной кожей и яркими льдистыми глазами.

Сердце при виде Джерана затрепыхалось. Я нервно оглянулась на коридор позади, трусливо раздумывая, а не вернуться ли, пока не поздно, но в конце концов взяла себя в руки. Не нападет же на меня некромант прямо у всех на глазах.

Трое мужчин о чем-то довольно переговаривались между собой на чужом языке. Кажется, король либо удовлетворил их прошения, либо пошел на уступки. Что бы там ни было, а на меня послы обратили внимание, только когда я, покашляв, преградила им дорогу.

Двое далленцев с удивлением посмотрели на меня. Джеран, кинув на меня хмурый взгляд, сказал что-то друзьям, и те направились дальше, оставив нас вдвоем посреди коридора.

— Надо отдать должное — смелости тебе не занимать, — неприветливо произнес некромант. — Вот так подходить ко мне после всего, что было… Не боишься, что у Альхара взыграет ревность?

Да тут, судя по тону, ревнует кое-кто другой.

— У него еще двенадцать невест, — ответила я. — Переживет как-нибудь, что тринадцатая заговорила с другим мужчиной.

Джеран хмыкнул и медленно пошел дальше, позволяя моим мелким женским шажкам приноровиться к его длинным ногам.

— С чем пожаловала? Вряд ли просить вернуть Лесту на ее законное место.

— Я пришла вернуть кое-что, — согласилась я. — Но не Лесту, которая уже сделала свой выбор, а твой плащ. Ты забыл его в аллее.

Я взмахом руки подозвала семенящую за нами Кору. У некроманта распахнулись глаза, однако вещь он принял, с благодарностью кивнув Коре. Та, надув щеки, поскорее от него отошла. Злилась на то, что он накладывал на нее заклинания — сначала, как выяснилось, для встреч с Целестией, а затем для нападения на меня во дворце.

Джеран осмотрел плащ.

— Думал, ты сожжешь его на магическом огне, читая какое-нибудь изощренное проклятие из своих учебников.

— А я думала, этим только некроманты занимаются. Почему спас меня в Тюльпановых садах?

— Умри ты там, и мне не досталось бы твое тело. Без него ритуал воскрешения не подготовить.

Ответ пришел слишком медленно. Сейчас в коридоре было мало людей, и никого из них — близко к нам. Джеран просто обдумывал ложь.

— Не ври, — упрекнула я. — У тебя это не очень хорошо получается для посла.

— А у тебя для иномирянки — очень даже неплохо. Никто до сих пор не догадался, кто ты такая. Даже Альхар поверил, что ты меня отвергла и поэтому я решил отомстить за обиду. Я восхищен, честное слово дворянина.

Я бросила на него косой взгляд. Ага, восхищен он.

Пора прекращать эту глупую светскую болтовню.

— О какой девушке, погибшей по вине Альхара, вы с ним говорили на аллее?

— А, так вот что тебя на самом деле заинтересовало, — некромант усмехнулся. — Не поверю, что ты, при твоем уме, еще ничего не вызнала о ней во дворце.

— Я пыталась, — признала я. Кора ради этого напрягла все свои недавно заведенные знакомства во дворце. — Никто не слышал ничего достоверного. Якобы Альхар когда-то был влюблен, но потом эта девушка то ли уехала, то ли принц к ней остыл. Мне даже имени ее не назвали.

Джеран отвернулся.

— Ее звали Наэви. Мелантка лишь наполовину, простолюдинка, маг, интересующийся запрещенной в Меланте магией. Не было ни единого шанса, чтобы мелантские аристократы могли принять такого человека в свое общество. Я встретил ее, когда мы были в Канталаиме. Это на юге, граница с Хешваном, — пояснил он для меня. — Альхара туда отправили решать дипломатические вопросы, а я поехал с ним как переводчик. Я был влюблен в Наэви, добивался ее руки и сдуру познакомил с ним, надеясь, что лучший друг мне поможет. А он уже через два дня затащил ее в постель. Врал, что заберет ее в столицу и сделает первой и единственной в консорте.

— А это разве невозможно?

— Лучше учи мелантские законы, если хочешь выжить, — мрачно посоветовал некромант. — Как думаешь, почему участвовать в конкурсе невест пригласили исключительно аристократок? Знать еще готова признать своим королем ребенка, который происходит из благородной семьи, пусть и не от королевы. Рожденного от черни — нет. Они скорее собственное дерьмо будут жрать, чем это сделают. Наэви законы тоже знала плохо, поэтому поверила. Она позволила себе еще и забеременеть. Угадаешь, что произошло, когда Альхару стало об этом известно?

Мне стало не по себе. Не очень приятно слышать, что у мужчины, который тебе нравится, был ребенок от другой женщины.

— Он отослал ее от себя?

— В этом не было нужды. К тому моменту мы уже разобрались с дипломатическими затруднениями и вернулись в столицу. Наэви осталась в Канталаиме ждать, когда Альхар подготовит почву для того, чтобы ее приняли во дворце. Получив письмо, Альхар отправил за Наэви корабль. Канталаим близко к морю, но это все равно был странный выбор. Морские пути ненадежны, корабли постоянно тонут, их грабят пираты. Тем более начинался сезон штормов. Я просил отправить меня проследить за тем, чтобы все прошло гладко. Альхар заупрямился и нашел для меня тысячу срочных поручений в столице. После этого не прошло и двух недель, как мы получили весть, что корабль «Дельфин», на котором плыла Наэви, попал в шторм. Судно спаслось, но многие утонули. В их числе беременная Наэви.

Я пожала плечами.

— Соболезную, но такое случается. Роковое стечение обстоятельств. Причем тут принц?

— При том, — резко ответил Джеран, — что я решил проверить все сам и поехал по очереди во все порты, куда заходил «Дельфин» по пути из Канталаима. Открылись удивительные подробности — и что корабль в пресловутом шторме даже не потрепало, и что никто из его пассажиров не тонул. Кроме одной-единственной беременной женщины, которая исчезла уже в порту и чье тело нашли на берегу. А Альхара уже через несколько дней после этого видели в объятиях молодой аристократки. Как только я вернулся и спросил у него, какого демона происходит, охотники вдруг заинтересовались, чему я в юности учился у далленских колдунов, хотя до этого ордену долгие годы было наплевать, что я всю молодость провел в Даллене. Случился первый неожиданный обыск, второй, и мне пришлось уехать из Эсьены, чтобы не попасть в тюрьму по идиотскому поводу, с помощью которого очень легко избавиться от любого неугодного аристократа. По-твоему, это все еще роковое стечение обстоятельств?

— Не похоже на то, — неохотно согласилась я.

В голову пришла неожиданная догадка, заставившая меня ахнуть.

— Так Целестия из-за тебя покончила с собой? Ты рассказал ей, что принц — убийца, и она решила, что лучше умереть, чем стать наложницей такого человека!

— Тише! — прошипел Джеран.

Я торопливо прикрыла рот. Мимо важной походкой прошелся аристократ, из дверей выскочил и умчался куда-то слуга, бряцнули доспехами стражники, которые охраняли Посольский зал. Все они были недостаточно близко, чтобы услышать мои слова, но ляпни я это чуть громче, и пересудов было бы не избежать.

— Послушай, Лес… Инна, — некромант остановился и посмотрел на меня. Ледяные глаза впервые не ранили — в них отражалась боль. — Может быть, я действительно слегка сгустил краски, рассказывая Лесте об Альхаре. Я понятия не имел, что она так поступит. Я всего лишь не хотел терять очередного дорогого мне человека.

— Знаешь, я бы даже посочувствовала тебе, если бы ты не пытался при этом убить меня, — буркнула я. — У тебя нет никаких гарантий, что Целестия не покончит с собой вновь. Ее род на грани разорения, принца она ненавидит, а у тебя, насколько мне известно, за душой ни гроша. Я привыкла жить в бедности, Целестия — нет. Если вернешь ее, только сломаешь ей жизнь.

Джеран наклонился ко мне. Я невольно отступила назад, чтобы не чувствовать на своей шее его дыхание. Но от проникающих прямо в душу глаз деться было некуда, и выражение их, к сожалению, изменилось.

— Сейчас у нее нет вообще никакой жизни, — прошептал он. — А я не так беден, как считают некоторые. Поэтому не заговаривай мне зубы. Если понадобится, я объявлю перед всем дворцом, кто ты такая.

— А палки о двух концах не боишься? — я заставила себя выпрямиться и смело посмотреть ему в лицо, хотя хотелось прямо обратного. — Скажешь, что я иномирянка, и сразу станет ясно, кто меня призвал. Так что если я и буду гореть, то с тобой на соседнем костре.

На красивом бледном лице не дрогнуло ни мускула.

— Ты снова ошиблась, иномирянка. Этим миром правит тот, кто сильнее, а Даллен не слабее Меланта. Здесь не посмеют поджарить одного из послов. Поэтому разворачивайся, иди в свою комнату и жди, когда я приду за телом Целестии, потому что так легко я больше не отступлюсь.

— Что же ты до сих пор не пришел, раз такой могущественный? — тихо спросила я, не сдавая позиций.

Он усмехнулся, отстраняясь от меня.

— А ты действительно куда смелее и умнее, чем она. Только это ничего не изменит, — Джеран развернулся и зашагал прочь, издевательски помахав на прощание рукой. — Не забудь крепко запереться на ночь, малышка.

Он произнес это достаточно громко, чтобы обернулась пара человек. Я сжала кулаки. Вот же паразит! Думает, если нельзя меня заполучить, так хоть репутацию мне испортить?

Добрая Кора подошла ближе и ободряюще сжала мою ладонь.

— Видит святой Тарсус, все-таки не лучшая то была идея, госпожа.

— Но и не самая плохая, — возразила я.

Как минимум я узнала интересные детали о личности Альхара и его пристрастиях. Вернее то, как их представлял себе Джеран.

Я вздохнула и посмотрела в окно. В отражении на меня смотрела светловолосая девушка, к которой я до сих пор не привыкла.

Да, история с Наэви вышла некрасивой. Честно говоря, мне с трудом верилось, что все это правда, но в изложении некроманта она звучала так гладко, что не придерешься. Мой пыл в отношении отбора ослаб еще больше.

Однако, в отличие от Наэви, я аристократка. К тому же Джеран мог что-то понять неправильно и додумать остальное, потому что уже был настроен против принца. А у меня все равно выбора нет — или стать невестой Альхара, или погибнуть от рук некроманта.

— Идем в покои, Кора, — позвала я. — Скоро очередные испытания в отборе. Пора мне еще потренироваться перед сном.

Глава 16

— О-о-о-а-а-а, — мычала я, глядя в разрисованный потолок чужой спальни.

Комната принадлежала Дэлии, которая пригласила нас с Минной к себе. А стон был выражением снедающей меня тоски.

Распорядитель назначил мне прохождение прерванной игры «Из пажей в короли» на сегодняшнее послеобеденное время. Специально для меня зачаровали часть небольшого Королевского сада, который раскинулся за дворцом. Так как Минна и Дэлия успели во всех подробностях рассказать мне о задачах, их поменяли — и порядок, и суть. Теперь за мной еще и следил по меньшей мере десяток глаз — сам принц, распорядитель, королевские маги и охотники.

Нервничала я — как ни на одном из университетских экзаменов. Нужно было и игру пройти на «пятерку», и не выдать свою иномирность перед охотниками.

Конечно, я облажалась. Магия давалась мне с каждым днем все легче, но заклинательский язык я до конца еще не выучила, и колдовать приходилось в прямом смысле по бумажке, на которой были записаны полезные слова. Только пользоваться шпаргалками оказалось некогда, потому что многие из заклинаний вроде огненных стрел или снегового кома, с которыми я столкнулась еще в прошлый раз, были рассчитаны на реакцию и быстроту ума. А толку с того, что я соображала, но сделать все, как надо, все равно не могла?

В итоге добралась я лишь до статуса графини. Даже Минне удалось стать маркизой. До успехов Эвери Байры мне вообще было как до Китая пешком.

— Не страдайте, Целестия, — Дэлия погрозила мне пальчиком. — У вас все равно хороший результат в целом.

— Что-то не верится, — пробормотала я, развалившись в кресле у камина в не очень подобающей для местной леди позе и продолжая грустно изучать потолок.

— Дэлия права, — Минна подала мне кубок с пряным вином. Второй по счету — мелантский аналог глинтвейна с ароматными корицей и имбирем отлично согревал и тело, и душу после проведенных на холоде тяжелых магических испытаний. — Главное, что принц обратил на вас внимание.

— А он обратил? — тускло поинтересовалась я, не отвлекаясь от потолка. — Мне кажется, он каждой из нас улыбается изо всех сил.

— Не каждой, — возразила Дэлия. — Он старательно игнорирует леди Байру и при ее появлении корчит такие морды, что впору испугаться морскому дракону.

Мы рассмеялись.

— Леди Байра и правда лидирует, — признала она, когда стихло девичье хихиканье. — Но другие девушки подобрались к ней очень близко, того и гляди обгонят. Например, леди Вентари, которая подчинила грифона и в Тюльпановых садах пришла третьей «королевой». Или вы, Минна. Вы тоже были среди подчинивших грифона, а в игре получили статус маркизы. Вы, Целестия, тоже не сильно отстаете. Вас высоко оценили за то, что вы придумали, как вместе с Минной справиться с грифоном. Вдобавок статуса графини добилось немного участниц, поэтому вы не так далеко от первых мест списка, как вам кажется.

— Вы видели результаты? — удивилась Минна. — Но их запрещено показывать участницам!

Дэлия игриво взмахнула ресницами.

— Я поулыбалась одному из секретарей нашего многоуважаемого распорядителя и выяснила, что у него небольшой долг перед кое-кем из друзей моей семьи. Мне оказалось несложно договориться о том, чтобы о долге забыли. Теперь у меня есть доступ ко всем документам отбора, которые попадают в руки этому очаровательному юноше.

— Вы ведь не будете их подтасовывать? — уточнила Минна.

— Зачем? — она снова захлопала ресницами, теперь с искренней растерянностью. — Я не рвусь в победительницы, а подкупить меня, дочь одного из богатейших мужчин Меланта, сложно. Мне всего лишь нравится следить за ходом событий.

— Дэлия, вы же умная девушка, — удивилась я. — Как вы в Тюльпановых садах умудрились прийти к концу «пажом»?

Она закатила глаза.

— Это было ужасно нудно. И учителя, и родители ругают меня за нехватку терпения, но я ничего не могу с собой поделать. К тому же, как я уже сказала, мне совсем не хочется побеждать в этом конкурсе.

— Почему? — спросила Минна.

— Очевидно же — мне не нужны деньги, а с его высочеством я знакома достаточно давно, чтобы понять: я не готова влюбляться в этого мужчину. Мне вообще не нравится традиция консорта, — она пожала худенькими плечами. — Почему все женщины могут иметь всего по одному мужу, а для королей и принцев делается такое исключение? Это ужасно несправедливо, вам так не кажется? Я хочу быть единственной для своего мужа. А достойных претендентов на мою руку и так хватает. Увы, родители считают, что самый лучший из них — наследник трона, но я собираюсь их разочаровать в этом отношении.

— У меня все иначе, — Минна с грустью отвернулась к потрескивающему камину, ловя его тепло. — Пять лет назад на островах была лютая зима, а потом дождливое лето, уничтожившее урожай. Несколько деревень восстали из-за голода. Мы и так не особенно богаты, а тот год стал ударом по нашему состоянию. Что еще хуже, при подавлении мятежа погиб жених моей старшей сестры. Нового искали очень долго, отец с трудом собрал приданое, и на меня ничего не осталось. Если я не попаду хотя бы в консорт, то придется доживать век старой девой или ждать того, кто равнодушен к размеру приданого. А женщин из консорта обеспечивают всегда очень хорошо, и жить можно в столице, — она подняла смущенный взгляд на нас. — Мне обидно из-за того, что леди Байра и ее подруги говорят обо мне и других девушках из провинций. Но только здесь, в Эсьене, я поняла, что Зефран и есть деревня. Мне не очень хочется туда возвращаться.

— У меня похожая беда, — поделилась я. — Как и Дэлии, мне не нравится мысль делить своего мужа с другими женщинами. Но мой род на грани разорения, еще и у лорда Мортерана на меня зуб.

— О, что вы, это было так романтично, когда он спас вас в Тюльпановых садах! — вздохнула Дэлия.

— Романтично? — я поморщилась. — До этого он столько раз обещал меня убить, что я сбилась с подсчетов. Он и следил за мной в садах только затем, чтобы устроить какую-нибудь гадость.

— Ах, Целестия, больше слушайте влюбленных мужчин! Он от вас без ума, оттого и говорит глупости.

Мне тут же вспомнился чуть не пущенный в ход меч в склепе и невидимые прессы, придавливающие меня здесь, во дворце. Н-да, Джеран глупости не говорит, он их вовсю вытворяет.

— Надеюсь, того подлеца, который поставил на меня ловушку, найдут и сделают с ним что-нибудь не менее плохое, — буркнула я.

— Если это леди Байра, ее никогда не найдут, — весомо ответила Дэлия.

— Но как она могла бы поставить ловушку? — спросила Минна. — Она же все время была с нами и не покидала свою аллею, когда началась игра. И вообще ее стихия — вода.

— Она могла подкупить кого-нибудь, — объяснила Дэлия. — Как я того секретаря. И потом, если и отыщется достаточно улик, никто не пойдет против могущественного рода Байра. Даже сам принц. В худшем случае леди Байру дисквалифицируют, но это не гарантирует, что ловушки не будут расставлять другие участницы.

— Зато пакостей с тех пор стало меньше, — обнадеживающе произнесла я.

Найти плюс в этой ситуации было непросто, но я все-таки справилась. И тут же Минна свела все мои усилия на нет.

— Эти злыдни просто стали осторожнее. На меня сегодня опять насылали болезнь, — пожаловалась она. — Очень неприятную и неприличную, между прочим. Хорошо, что я привезла с собой целуй сундук охранных амулетов. Наверное, я лишь поэтому до сих пор ничего не подцепила.

Я кивнула. На самом деле со мной утром тоже пытались провернуть нечто подобное. К счастью, после Тюльпановых садов я была начеку и прочитала очищающие заклинания, как только почувствовала, что что-то не так.

— Не волнуйтесь, терпеть осталось недолго, — Дэлия успокаивающе тронула каждую из нас за руку. — Скоро «вечер изящества» — последние испытания. Затем еще несколько дней — и Длинная ночь, когда объявят имя избранницы Альхара. После «вечера изящества» насылать друг на друга понос станет бессмысленно, потому что принц либо уже сделает свой выбор, либо будет выбирать между двумя-тремя девушками. А после Длинной ночи мы сможем забыть об отборе как о страшном сне и общаться только с теми из участниц, кто нам нравится. Ну а пока, может быть, еще вина? — бодро спросила она.

Все синхронно кивнули. Несмотря на невеселый тон наших последних обсуждений, сидели мы неплохо.

Пожалуй, мне стоило даже порадоваться, что в Эсьене я нашла подруг, с которыми мне было по-настоящему приятно вот так сидеть, болтать обо всем подряд и не бояться плевков в спину. Каждая из них оказалась честной и искренней, а чего еще можно желать от друзей?

В Краснокузнецке у меня таких не было. Со школьными и университетскими подругами дороги давно разошлись — кто вышел замуж, кто уехал, у кого поменялись интересы. Если бы еще забыть о некроманте с охотниками — и вот он, идиллический момент, когда ноги греет камин, в кубках источает пар ароматное вино, а рядом интересные собеседницы, которых не хочется покидать…

В дверь постучали, разрушая установившуюся атмосферу приятного зимнего вечера.

— Кого там святые к порогу привели? — вздохнула Дэлия, отставляя кубок.

Снаружи оказалась одна из участниц отбора — та самая девушка, которая любила пошутить. Чесотку с нее сняли, и она снова весело улыбалась, сверкая глазами.

— Доброго вечера, леди Фелита! О, леди Тэвьера и Стэфата тоже здесь? Тем лучше!

— И вам доброго вечера, леди Геторна, — поздоровалась Дэлия, с легкой прохладностью оглядывая незваную гостью. — Лучше для чего?

— Мы узнали, что его высочество принц Альхар свободен нынешним вечером, и уговорили его устроить небольшое развлечение. Но он сказал, что согласится лишь в том случае, если участие примут все леди, приглашенные на конкурс невест. Вы же пойдете?

Мы переглянулись.

— Хорошая возможность лишний раз попасть на глаза принцу и очаровать его, — шепнула Минна. — Если мы надеемся хотя бы на место в консорте, не стоит ее терять.

— Мне место в консорте не нужно, но это должно быть весело, — поддакнула Дэлия. Ее щеки раскраснелись от вина. — Принц обычно предпочитает женскому вниманию унылые королевские советы и встречи с послами. Если он решил уделить нам всем целый вечер, то готовится что-то интересное!

Я вздохнула. После сегодняшнего провала на испытаниях мне меньше всего хотелось видеть Альхара и соперниц, но так я действительно рисковала упустить его из рук. Отдельные участницы отбора чересчур предприимчивы в способах завоевать видного жениха.

— Пойдем, — подытожила я и посмотрела в глаза веселушке. — Спасибо за приглашение, мы его принимаем.

Глава 17

Небольшой зал, где мы собрались, был исполнен в красных тонах, а в его орнаменте повторялся мотив яблок. Как красные яблоки, горели и щеки Дэлии, которая вертелась рядом и никак не могла успокоиться, предлагая одну игру за другой.

— Кости?

— Игра бедняков, — скривила нос одна из участниц отбора.

— Карты?

— Они не одобряются церковью, — с придыханием осудила другая.

— О бог-солнце! — подруга закатила глаза. — Камешки?

— Для этого нужна целая поляна! Где вы возьмете посреди дворца места для лунок и камни?

Дэлия застонала. Мы с Минной тихо хихикали, боясь, что она обидится. Идея объединить нас всех — тринадцать оставшихся девушек и принца — какой-нибудь игрой принадлежала не ей, но она ухватилась за нее с невиданным энтузиазмом. А ведь сначала даже не хотела сюда идти.

— Прятки, — громко сказала леди Байра.

Она тоже не могла пропустить такое событие. Создавалось даже впечатление, что Байра его специально ждала, потому что надела новое платье, а ее прическа и макияж были идеальными, словно она только-только вышла из салона. Если бы в этом мире, конечно, существовали салоны.

Принц прочистил горло, с сомнением оглядывая собравшихся в Яблочном зале участниц отбора.

— Лучше что-нибудь…

«…другое», — наверняка хотел предложить он, но договорить ему не дали. Альхар стоял в центре зала, возвышаясь над нами, как скала, и мог бы раскидать окруживших его девушек одной рукой. Это в теории. В действительности я давно не видела такого зрелища, чтобы мужчина на голову выше самой высокой из нас, с военной выправкой и возрастом гораздо старше с такой растерянностью отступал от наседающих на него девиц. По сравнению с ним они походили на цыплят — правда, их не самую безобидную версию, которая может наскочить волной и проглотить беднягу полностью. Кажется, принц этого и опасался.

— Прятки! — подхватывали девушки друг за другом.

— Прятки — хорошая мысль!

— Да-да, прятки!

— Может, не надо? — слабо произнес кто-то, но за всеобщим гулом этот голос услышала едва ли пара человек.

— Ладно, — сдался Альхар, отступивший почти к самой стене. — Давайте поиграем в прятки. Но у меня будет несколько условий.

— Каких? — закудахтали девушки.

— Да-да, каких?

— Каких же?

— Первое: жилые помещения и здания исключены. Дворец на ночь пустеет, но мы не должны мешать тем, кто здесь живет. Особенно моему отцу, поэтому к королевским покоям не приближаемся и не шумим. Если какая-то дверь закрыта, взламывать ее нельзя, — принц строго посмотрел на всех нас. — За замками прятаться тоже нельзя. Второе: никакой вредящей магии. Прикрываться иллюзиями вы можете, кидаться ледяными копьями в соперниц, чтобы прийти к победе первой, нет. Тот, кого ищут, тоже может использовать маскирующие заклинания, чтобы спрятаться. Третье: территорию дворца покидать нельзя. Можно выйти в сад, но не дальше. Всё понятно?

Кое-кого запрет на вредящую магию явно огорчил, но возражающих не нашлось. «Да, ваше высочество», «Конечно, ваше высочество» звучало со всех сторон. Кивнула и я. Разумные требования, ничего криминального. Особенно если учесть, что все мы обученные маги.

— А кого будем искать? — спросила веселушка Геторна.

— Надо кинуть жребий!

— Пусть выберет принц!

— Да, — ухватился Альхар за эту мысль. — Я выберу. Искать будем меня.

— А приз?

— Да-да, какова будет награда той, которая вас найдет?

— Победа в отборе? — хихикнул кто-то.

— Поцелуй!

Некоторые смущенно заахали, но большинство оживились. «Поцелуй! Поцелуй!» — раздавалось со всех концов зала.

— Ладно, — согласился принц. — Поцелуй так поцелуй. Правила вы все знаете: считаете до трехсот, а потом идете меня искать. Я предупрежу дворцовую стражу, чтобы она не вмешивалась в ход игры. Но если стражники куда-то не будут вас пускать, значит, туда доступа нет. Соответственно, я в таких местах прятаться не буду. Игра должна быть честной.

— А кто проследит за тем, чтобы мы не подглядывали? — спросила деловитая участница, которую я про себя еще со второго дня испытаний называла Домохозяйкой.

— Вас тринадцать соперниц. Готов поспорить, вы станете лучшими стражами друг дружке, — ответил Альхар, как мне показалось, с сарказмом. — Пусть леди Байра, как предложившая игру, начинает отсчет. И да сопутствует вам удача.

Он торопливо покинул зал под хмурый взгляд Эвери Байры. Похоже, она не ожидала, что ее сделают ответственной. Но деваться некуда — не идти же против воли принца, которого эта змея так стремилась завоевать. Поэтому стоило ему шагнуть за порог, как в зале зазвучал мелодичный голос:

— Раз. Два. Три…

Вмиг кудахтающие курочки, которые только что наседали на Альхара, превратились в коршунов, высматривающих, не сунулся ли кто-нибудь за дверь или не отслеживает ли принца магией. Даже совершенно мирная Минна поерзала и неодобрительно глянула на девушку, которая как будто бы невзначай слишком близко подошла к дверям.

— Отойдите от дверей, пожалуйста, — сухо сказала она провинившейся участнице.

— Да-да, что это такое, отойдите оттуда! — подхватила другая.

— Правильно, давайте играть честно!

Что забавно, последнее требование слетело с языка леди, которую на днях поймали на попытке напакостить мелким колдовством сопернице. К счастью, она была настолько неудачливой, что навредила лишь себе.

Я хмыкнула.

— Кажется, принц предложил искать самого себя только затем, чтобы спастись от нашей компании.

— Не могу сказать, что я его не понимаю, — досадливо сказала Минна, слушая квохтанье соперниц.

— Да бросьте вы! — всплеснула руками Дэлия. — Это должно быть очень весело. Вы как будто не знаете, зачем на самом деле проводятся прятки.

— Зачем? — спросила Минна. — На островах в них не играют.

— Потому что у вас, на Севере, такие дома, что в них спрятаться негде, и живете вы тесно. А здесь, в Эсьенском дворце, представляете, сколько пустых комнат и потаенных уголочков, где можно спрятаться вдвоем? — Дэлия от переизбытка чувств замахала руками, как будто пыталась обнять всю столицу. — Это прекрасный способ «случайно потеряться» и побыть наедине со своим возлюбленным.

— Интересно, с кем решит побыть наедине принц, — пробормотала я.

— С Королевским советом или бумагами? — предположила Минна.

Мы прыснули. Засмеялась и Дэлия.

— Кстати, а ведь у его высочества нет никакого консорта, — вдруг сказала она.

— А вы откуда знаете? — уточнила Минна. — Новый друг сообщил?

— Другой друг, — подмигнула леди Фелита. — И я всеми святыми могу поклясться, что это надежные сведения. История, между прочим, очень романтичная: одна девушка, которую принц встретил на войне, разбила ему сердце, — она картинно поднесла ладонь тыльной стороной ко лбу и затрепетала веками. — С тех пор он в сторону женщин не смотрит, даже леди Байре отказал. Поэтому, дорогие мои подруги, если вам повезет найти принца первыми, не торопитесь являть его свету.

Скромная Минна покраснела. Сомнительно, что она целовалась хоть раз в жизни. А я намотала историю Дэлии на ус.

Так-так. Не исключено, что та роковая встреча случилась с Наэви. Тогда почему Джеран решил, что Альхар сразу после ее смерти пошел по бабам? Некромант ошибся? Или принц успешно прячет любовную связь с кем-то?

Мне больше верилось в то, что Джеран что-то не так понял. Альхар при всей его вежливости и обаянии ну никак не походил на бабника.

— Триста! — досчитала леди Байра.

Яблочный зал наполнился стуком каблучков по паркету. Девушки так стремились первыми выбежать на поиски принца, что я тоже ощутила порыв мчаться за ними, лишь бы не остаться последней. Однако Эвери Байра продолжала сидеть на стуле, с холодной улыбкой и легким презрением наблюдая за остальными. Напомнила и я себе о достоинстве, встав только тогда, когда в дверях стало посвободнее.

— Леди, — горячо зашептала нам с Минной Дэлия. — Я бы с удовольствием приняла участие в игре вместе с вами, но, как вы знаете, победа мне не слишком интересна. Поэтому, надеюсь, вы будете не против того, что в коридоре мы разойдемся.

— Отправитесь к одному из новых друзей? Дэлия, не заставляйте принца ревновать! — пожурила я.

Она повела плечиками.

— Он и не заметит моего отсутствия. Пусть святой Аркитис поможет вам в поисках!

И Дэлия выпорхнула из зала, исчезнув в сумрачных коридорах, многие из которых ночью не освещались. Мы с Минной вздохнули.

— Меньше соперниц для нас, — тихо сказала подруга и, как будто лишь сейчас осознав собственные слова, растерянно повернулась ко мне. — Ведь и мы с вами тоже, получается, сейчас соперницы.

— Судя по тому, с какой скоростью принц отсюда убежал, он уже за пределами дворца и его никто не найдет до самого утра, — засомневалась я. — В крайнем случае, если именно нам повезет его отыскать, можем попросить приза для нас обеих. Или остаться без приза вообще, чтобы было честно.

— Логично. Тогда так и сделаем, — лицо Минны посветлело, а затем она опять покраснела от смущения. — Но лучше все-таки попросить о поцелуе для нас двоих. Куда направимся сначала?

— Как насчет западного крыла? Вроде бы туда мало кто пошел.

— Тоже логично, — кивнула подруга. — Тогда идемте. И пусть, в самом деле, бог-солнце подарит нам победу.

Глава 18

В коридоре стояла тишина. Над головой, очерчивая границы предметов, маячил огонек, созданный Минной для освещения. Мы нарочно не стали пользоваться обычными свечами и светильниками. Подруга так ловко управлялась с огненной магией, что загасить волшебного «светлячка» и спрятаться от соперниц, следя за ними, было проще, чем тушить-зажигать фитиль.

Я дернула ближайшую ко мне дверь за ручку. Заперто. Сделала знак Минне, и мы перешли к следующей. Здесь дверь подалась, и мы, переглянувшись, юркнули внутрь.

В маленьком зале не было ничего необычного. По левую сторону стояли книжные шкафчики и ларцы для бумаг. По правую сторону жались в ряд несколько столов с подставками для бумаг. Деревянные столешницы были заляпаны чернилами, на полках лежали связки гусиных перьев. Кажется, здесь работали переписчики или секретари невысокого ранга.

Принцу тут негде было спрятаться, однако на всякий случай Минна увеличила волшебный фонарик. Его дрожащий свет помогал мне, пока я обходила помещение и читала заклинания, развеивающие иллюзии. Надежды было мало, но вдруг?

— Пусто, — с уверенностью подытожила я, закончив обход.

— Опять, — вздохнула Минна. — Это последняя комната в коридоре. Осталось не так много непроверенных мест.

Я развела руками.

— Участниц тринадцать человек, а дворец хоть и велик, но не бесконечен. Удивляюсь, что нам вообще хоть что-то перепало.

— Тогда надо поторопиться. Его высочество ведь еще не нашли, — Минна задумалась. — Может, место, где он затаился, уже проверили, но не заметили его там? Он же обещал, что будет пользоваться магией, а не все из нас умеют читать развеивающие заклинания.

Я кивнула. Да, мне повезло с тем, что у Целестии третий уровень владения магией. Пусть и слабенько, но нужное заклинание у меня получалось. Минна со своим вторым уровнем не могла и того. Зато мне пришлось бы трудно без ее «светлячков», которые умели увеличиваться до размера ламп и давать достаточно яркий свет.

— Может быть, и пропустили. Но так нам придется заново обходить полдворца. Давайте лучше подумаем, где еще никого не было.

— Библиотека? — Минна пожала плечами. — Там много темных уголков, и для участниц это не самое очевидное место.

— Думаете?

Подруга скривилась.

— А вы заметили среди участниц много любительниц почитать? Нет, у всех есть классическое образование, но…

И правда. За все время, что я проторчала среди книг на пару со стареньким астрологом-архивариусом, мне не встретилось там ни одной соперницы. Только я наивно решила, что им, в отличие от незнакомой с миром попаданки, посещать библиотеку незачем.

— Но ведь я тоже не блещу знаниями, — криво улыбнулась я, подумав о том, какого, наверное, Минна обо мне мнения.

— Вы другая, — серьезно ответила девушка. — Вы как будто старше нас всех, и знаний у вас много, но они иного рода. Может, поэтому его высочество и пришел в Тюльпановых садах именно к вам?

Приятно, конечно, но лучше перевести тему с моего настоящего возраста.

— У меня была непростая жизнь. Смерть матери… — я потупила взгляд, намекая, что мне неохота дальше это обсуждать.

Хорошо, что Минна была сообразительной девочкой.

— Соболезную. Простите, что подняла эту тему. Значит, идем к библиотеке? Если только ее не успели занять.

Я кивнула, и мы выскользнули обратно в коридор.

Библиотека находилась в отдельном здании, соединенном со дворцом длинным крытым переходом. Стражники, охранявшие покой обитателей королевской резиденции, провожали нас взглядами, никак не реагируя. Мы уже на собственном опыте убедились, что каждый страж во дворце получил приказ не вмешиваться в девичью забаву. Они даже разговаривать с нами не желали!

Впрочем, оно было и к лучшему, так как означало, что никто из соперниц не воспользуется их помощью и не обгонит других в поисках Альхара. А игра затягивалась. Без часов я затруднялась сказать, сколько в точности времени прошло, и лишь с тревогой поглядывала на луну, которая виднелась из окон крытого перехода. По венам пока гулял бодрящий глинтвейн, воображение еще рисовало картины волнующего поцелуя с принцем, но уже начинало хотеться в кровать.

Увы, исследование библиотеки должно было занять немало времени. Она представляла собой длинный зал высотой в два этажа с несколькими ответвлениями по бокам — казалось бы, классическая планировка, в которой сложно запутаться.

Проблема состояла в том, что книг здесь было гораздо больше, чем предназначенного для них места. Основное собрание находилось в другой резиденции, однако года два назад там случился пожар, и книги временно перевезли сюда. В итоге из стеллажей получился целый лабиринт — зрелище, которое в другие дни радовало глаз, а сейчас навевало тоску. Придется залезть в каждый уголок и потратить уйму сил на заклинания, чтобы проверить, нет ли где-то тут, в тенях, Альхара.

Мы обе застыли на входе в библиотеку, оценивая силы. Отсюда зал казался темным. Если где-то и горел свет, его было не видно. Только прямая дорожка впереди, а по краям — махины стеллажей, среди которых прятались подставки для книг, вывешенные на стенах карты, звездные сферы и многие другие интересности, думать о которых сейчас совершенно не было времени.

— Слышите? — шепотом спросила Минна. — Голоса справа.

Я кивнула. Там тихо переговаривались две женщины — наверняка кто-то из участниц отбора.

— Надо бы узнать, проверили ли они левую часть, — продолжила подруга.

— Правду они все равно не скажут.

— Тогда надо подобраться к ним и подслушать.

— А если они не будут это обсуждать? — возразила я. — Мы рискуем потерять время.

Минна помялась.

— Тогда давайте так: вы проверяете левую сторону, а я пойду послушаю, о чем они болтают. Где встретимся?

— У золотых водяных часов пойдет?

— Да, я знаю, где они. Договорились.

Мы разошлись, устремившись в противоположные стороны. Мне не очень нравилось, что мы разделились, однако нам оставалось лишь довериться друг другу. Как я могла найти Альхара и не упомянуть о помощи Минны, так и она могла выяснить, что принца здесь нет, и сбежать, бросив меня бессмысленно бродить среди книжных лабиринтов.

Волшебный огонек улетел вместе с подругой. Мне пришлось вернуться в коридор, чтобы позаимствовать из прикрепленного к стене светильника одну свечу. Позевывающий стражник, сторожащий библиотеку, косо глянул на меня, но я лишь гордо вскинула подбородок. Выкручиваемся, как можем!

А дальше началось самое тяжелое. Коридоры из книг казались бесконечными. Одни корешки вокруг, витающий запах древности, блестящие цепи, которыми к полкам были прикованы самые ценные книги…

Я чувствовала исходящую от некоторых из них силу. Опасные магические трактаты здесь не хранили, но на отдельные фолианты было наложено зачарование. Слабые колдовские колебания особенно остро ощущались сейчас, когда меня окружала темнота, а из звуков раздавались только шум шагов и шорох платья. Я отдалилась от того места, где было слышно двух соперниц, однако старалась не шуметь, чтобы не выдать свое присутствие. Другие участницы отбора не удержатся от того, чтобы не напакостить.

Чем дальше я ходила, изредка касаясь корешков на полках, тем сильнее меня нервировал мрак в библиотеке. Аристократкой быть хорошо, тем более на содержании принца, который заботился о том, чтобы участницы отбора получали все самое лучшее. Для нас готовили вкусную еду, стирали вещи, выполняли за нас тысячи мелочей, даже постель — и ту взбивали. Но как же все-таки иногда не хватало земной цивилизации! Сейчас бы включить электрический свет во всем зале и не дергаться от каждой тени, потому что в ее очертаниях чудятся демоны.

К слову, как выяснилось, это были совершенно реальные существа. Злобные и мерзкие, поэтому демонологию в Меланте запретили вместе с некромантией. Но если днем по дворцу могли спокойно расхаживать некроманты, почему бы здесь не взяться и демонам?

Поэтому я вздрогнула, когда услышала тихие мужские голоса, доносящиеся из бокового зала-ответвления. В следующую секунду я узнала скрипучий голос астролога, присматривающего за библиотекой, и успокоилась. Даже приободрилась — собеседником старичка вполне мог оказаться Альхар.

Чересчур обрадовавшись, я задела одну из цепей и чуть не сбросила с полки книгу. Железо звякнуло, том потянул за собой соседние. Я быстро их поймала и вернула на место, но шум показался оглушительным.

Голоса тут же стихли. Вот блин!

С досадой глянув на свечу в руках, я задула фитиль. Еще не хватало, чтобы принц ушел у меня из-под самого носа прямо в руки к двум девицам на второй стороне зала. А ну-ка, пора стать незаметной и подкрасться к тому месту, откуда звучали голоса…

Дойти я не успела. Зайдя за один из поворотов стеллажей, я чуть не уткнулась носом в старичка астролога, который шел навстречу и, по-моему, испугался ничуть не меньше.

— Да что ж это такое-то! — охнул он. — Кто тут ходит по ночам? А ну покажись!

В его пальцах загорелся огонек. Астролог был, разумеется, еще и магом.

Я тяжело вздохнула.

— Простите, что помешала.

— Леди Тэвьера? — старик прищурился, не доверяя собственному зрению. — Вы что тут делаете в такой час?

— Мы с другими леди играем в прятки и ищем его высочество принца Альхара. Вы его не видели?

— Нет. Что бы он мог забыть среди ночи в библиотеке? — удивился астролог.

— А с кем вы разговаривали? — продолжала выспрашивать я, стараясь ненавязчиво заглянуть ему за спину.

Если Альхар там и был, он наверняка уже ушел, но мне все равно хотелось проверить. Просто чтобы быть уверенной, что я ничего не пропустила.

— Со старым знакомым, — уклончиво ответил старик.

За стеллажом раздались шаги. Широкие, тяжелые, явно мужские, и звук был жесткий, как от сапог, которые носил принц. Я подалась вперед, надеясь, что милый смотритель библиотеки не сочтет такое поведение невежливым. Мне сюда еще одолженные книги возвращать.

Сердце на миг застыло. Я всерьез ждала, что из-за поворота появится Альхар. Он услышал, что это я, и решил сам выйти ко мне, потому что я ему по-настоящему нравлюсь…

Отмершее сердце рухнуло вниз.

— Кого я вижу, — с ухмылкой протянул Джеран. — Не поздновато ли для молодой леди гулять среди ночи? Так недолго попасть прямо в сети к какому-нибудь злодею.

Божечки, да я уже попала! От страха забыв о вежливости, я кинулась прочь от некроманта. Он попытался схватить меня за локоть, но я вырвалась.

— Далеко не убежишь, — донесся вслед опасный шепот. — Я найду тебя, иномирянка. Где бы ты ни была.

Увы, ему для этого нужно было совсем немного. Я буквально кожей почувствовала, как в спину летит заклинание. Дернулась — и оно пролетело мимо, с шипением ударившись о книжные переплеты.

Бросившись к выходу, я прокляла сама себя. Как можно было в моем положении настолько забыть об осторожности, чтобы разгуливать по дворцу в гордом одиночестве? С чего я взяла, что Джерана тут не будет только потому, что он живет где-то в городе?

В темноте я задела несколько углов и наверняка набила себе синяков, но под адреналином не ощущала никакой боли. Выскочив на дорожку в середине зала, я поискала глазами Минну. Клепсидра, у которой мы собирались встретиться, находилась совсем рядом, однако подруги там не было. Где же она? А я так надеялась, что при ней Джеран не посмеет меня тронуть!

Других участниц тоже было не видно — огонек, которым они освещали себе путь, погас. Звук тяжелых шагов тем временем приближался с неотвратимостью судьбы. Пока меня выручало то, что некромант не настолько хорошо знал лабиринты стеллажей, в отличие от меня, в последние дни облазившей весь зал.

Задерживаться и давать Джерану отличный шанс меня поймать, я не собиралась, поэтому помчалась к дверям. Двое дежуривших стражников равнодушно посмотрели на запыхавшуюся меня.

— На меня хотят напасть! — выпалила я. — Там, в библиотеке!

Мужчины переглянулись. Один из них пожал плечами, второй все-таки повернул голову к библиотеке и скорчил красноречивую гримасу.

— Там никого нет, леди. Пожалуйста, не отвлекайте нас от работы своими играми.

Я стиснула зубы. Вот черт! Это ж надо было, чтобы вполне разумный приказ Альхара вывернулся для меня таким образом!

— Если здесь появится лорд Джеран Мортеран, пожалуйста, задержите его, — процедила я и, развернувшись, побежала по крытому переходу к основной части дворца.

Ничего другого мне не оставалось. Из дворца меня все равно не выпустят, закрываться в своих покоях бессмысленно — как только Джеран поймет, что стража сегодня не склонна спешить на помощь, я тут же окажусь в его плену.

Мне бы остановиться и трезво подумать о том, как следует поступить, чтобы не наломать дров, но глинтвейн и страх оказались дурным сочетанием. Я могла думать лишь о том, что мне нужно найти принца.

Он меня спасет. Он единственный, кто может меня защитить.

Темные коридоры и пышные залы неслись мимо один за другим. Ночью они имели свое очарование, манящий блеск тайны, но мне не было до этого никакого дела. Спотыкаясь, скользя по паркету в неудобных для бега туфлях, я залетала в открытые помещения, отчаянно надеясь, что увижу там Альхара. Однако максимум, чего я добилась, это удивленные взгляды соперниц, на которых я наталкивалась.

В какой-то момент мне повезло. Проскользнув под носом у двух конкуренток, я уловила обрывок обсуждения, не стоит ли сходить в сад при дворце и проверить, нет ли Альхара там. Снаружи ударил морозец, сложно представить, чтобы принц решил спрятаться на таком холоде. С другой стороны, ему ведь подвластна магия огня, и он способен согреться ей.

Рациональное зерно в этом было. С трудом восстанавливая дыхание после бега, я направилась к саду. По пути встретились еще несколько конкуренток. На всякий случай я скрыла себя от их глаз заклинанием. По счастью, девушки шли в другую сторону, но доносящийся от них смех раздражал. Для них все это шутки и забавы. А я могу очень даже всерьез умереть.

На то, чтобы захватить плащ или меховую накидку, я время тратить не стала. Джеран вроде бы отстал — по крайней мере, больше за спиной тяжелые мужские шаги не шумели, — однако медлить было опасно.

Снег заскрипел под ногами, когда я выскочила наружу. Изо рта вырвалось облачко пара. Это меня немного отрезвило. Сразу же захотелось вернуться обратно, но, как мне казалось, не было ни единого шанса, что некромант меня обогнал, поэтому соблазн найти принца первой пересилил. Обхватив себя за плечи, я зашагала к саду.

Это был небольшой участок земли, для развлечения обитающих во дворце дам усаженный яблонями, грушами и другими плодовыми деревьями, которые красиво цвели весной. Сейчас, ночью, в нем было страшновато.

Горело всего несколько фонарей, которые не рассеивали мглу, а делали ее лишь гуще. Обнаженные черные ветви тянулись ко мне и цепляли за плечи, словно тянущиеся из темноты руки мертвецов. Я невольно замедлила шаг, оглядываясь по сторонам.

По дорожке было не понять, ходил ли тут кто-нибудь недавно. Снег сегодня не выпадал, а за день здесь успели пройти много раз, все испещрив следами. Может быть, и принц тоже.

По спине прошла дрожь от холода. Я сжалась, поправила ворот платья и снова заторопилась. В саду две беседки — два места, где может ждать Альхар. Чем быстрее я туда доберусь, тем быстрее вернусь в тепло.

Скоро впереди показались деревянные стены первой беседки, увитые тугими веревками плюща. К одиноко мерцавшему огоньку фонаря, создававшему ореол на снегу, добавился новый — кто-то зажег лампу в беседке.

Я с облегчением выдохнула. Альхар. Это действительно он. Уже был виден его благородный профиль, разметавшиеся по плечам светлые волосы, край белого плаща. Принц решил не скрываться за иллюзиями, предположив, что здесь его долго не найдут. Его расчет полностью оправдался.

Я сбросила с себя маскирующее заклятье и подбежала к беседке.

— Ваше высочество. Вы…

Всего за секунду до катастрофы я сообразила, что здесь что-то не так, и дернулась вбок. Слишком неподвижным выглядел Альхар. Но было поздно. Вокруг меня сомкнулись цепи-объятья, из которых не вырваться, как бы я ни старалась. Крик в горле умер, не родившись, — мне закрыли рот заклинанием. А принц расплылся и растворился в воздухе — это была всего лишь искусная иллюзия.

Ледяные глаза некроманта пронзали насквозь.

— Ну что, иномирянка, — усмехнулся он. — Теперь ты моя.

По щеке скатилась слеза. Ну все, допрыгалась, глупая курица по имени Инна. Сама виновата. Надо было еще додуматься попереться в одиночку в сад. Теперь получай, что заслужила…

Но секунда шла за секундой, а ничего не происходило. Джеран молча смотрел на каплю слезы, упавшую ему на рукав.

— Ну что, убивать будешь или нет? — шмыгнув, прошептала я. Перед лицом смерти во мне неожиданно проснулся черный юмор. Умирать — так с музыкой. — Холодно. Я так скоро сама окочурюсь, без твоей помощи.

За спиной раздался вздох. Железная хватка ослабла. Вместе нее мне на плечи лег тяжелый…

Я скосила глаза, не веря, что это происходит на самом деле. Но чувства не обманывали. На моих плечах действительно лежал черный плащ Джерана с меховым подбоем. Некромант, в отличие от меня, теплые вещи захватить не забыл.

— Я умерла и попала в рай, где существуют исключительно добрые некроманты? — с сомнением спросила я.

Он опустился на сиденье в беседке, где за минуту до этого восседала иллюзия Альхара, и с приподнятой бровью посмотрел на меня.

— Давай, пошути еще. Нужно быть полной идиоткой, чтобы после покушения на свою жизнь понестись в темное уединенное место, где твой крик никто не услышит. А если услышит, на помощь прийти все равно не успеет.

Я дернула плечами.

— Так радуйся, что я идиотка. Примчалась прямо в расставленную тобой ловушку. Можешь возвращать свою драгоценную Лесту.

— Сядь, — прервал Джеран.

Своего убийцу лучше не злить. Я покорно исполнила приказ.

— Я все равно не смогу подготовить обряд здесь и сейчас, — неохотно произнес некромант. — А во дворец тебя мимо стражи не протащить.

— Тогда зачем заманивать меня сюда?

Он опять промолчал, продолжая изучать меня взглядом. Я против воли отметила, что Джеран хорош собой. И пусть его красота была немного угрюма из-за буйных черных волос и шрамов, он оставался притягательным мужчиной.

И конечно, это именно то, что нужно думать о человеке, который многократно обещал меня убить и в подробностях объясняет, как именно это сделает и почему это придется отложить. Больше я не буду пить местный глинтвейн. Такого помутнения мозгов со мной давно не случалось.

— Зыбучие пески, в которые ты попала в Тюльпановых садах, создала не одна из девушек, участвующих в отборе, — вдруг сказал некромант. — Это был кто-то, кто готовил аллею к испытаниям.

Я нахмурилась. Неожиданный поворот беседы.

— На что ты намекаешь?

— Скорее всего, одна из соперниц подкупила секретаря или мага, отвечающего за колдовскую составляющую испытаний. А это означает, что на тебя нападут снова.

— Спасибо за беспокойство обо мне, Джеран. Боишься, что кто-то успеет вперед тебя? Тебе это должно быть только на руку.

— Это что, попытка убедить меня не помогать тебе? Я уже начинаю думать, что ты вопреки собственным словам мечтаешь умереть.

— Я просто пытаюсь понять, чего ты от меня хочешь, сначала обещая убить, а потом внезапно кидаясь на помощь.

— В некромантических книгах пишут, что иномиряне не всегда теряют память тех, чье место заняли. У тебя осталось что-то от воспоминаний Лесты?

Я чуть не взвыла. Нет, этот мужчина категорически невозможен! Ну вот каким образом вопрос о бывшей хозяйке тела связан с моими словами? Логику, по которой Джеран меняет темы, способен понять только сам Джеран.

— Осталось, — резко ответила я. — Я знаю, как вы с Целестией встречались на кладбище и что там делали, когда ее отец уезжал в деревню проверить дела. Фамильный склеп не самое подходящее место для таких вещей.

Некромант ухмыльнулся.

— Мы просто целовались.

— Ага, и Целестия бы потом от позора не отмылась, если бы вы не успели удрать от могильщика и он вас застукал, — возмутилась я.

Только что во все зубы ухмыляющийся Джеран помрачнел и опустил взгляд вниз. На лоб упали густые пряди черных волос.

— Не было бы никакого позора, — тихо сказал некромант. — Я собирался на ней жениться. Даже приходил к лорду Тэвьере, спрашивал, чего он хочет за дочь. Мне дали от ворот поворот. По его мнению, быть наложницей принца лучше, чем выйти замуж за преследуемого охотниками человека, чье состояние к тому же не в Меланте, а в Даллене, куда лорд Тэвьера переезжать не намеревался. Ему нужны были гарантии здесь и сейчас.

— А Леста решила, что ты ее бросил, и предпочла выпить яд, помня, что ты рассказывал о принце, — я отвернулась, устремив взгляд за грань светлого полукруга, очерчиваемого садовым фонарем. — Мне жаль, Джеран. Но невозможно оживить каждого умершего человека, только чтобы объяснить ему, что он совершил ошибку.

— Каждого — нет, — согласился он. — Но ты бы что, не обратилась к некромантии, чтобы вернуть любимого человека?

— Может, и обратилась бы. Ну а моим родителям и сестре что делать, чтобы вернуть меня? У нас некромантию не практикуют. И что делать всем остальным мелантцам, которые не могут обратиться к некромантам, чтобы оживить своих родственников? Вы же, наверное, и в Даллене не всех возвращаете к жизни.

Джеран покачал головой.

— Не всех. Только самых важных. Таковы правила.

— Правила, — жестко повторила я. — А теперь представь, что будет, если ты вернешь Целестию и заберешь ее в Даллен. Допустим, вы с ней будете счастливы, она не будет скучать по родине и спокойно перенесет переезд в чужую страну. А ее семье как быть? Я — последняя надежда на то, что род не будет разорен. Если я войду хотя бы в консорт принца, благодаря его деньгам десятки слуг и рабочих дома Тэвьера смогут сохранить работу. Если нет, их ждет голод, а таким, как Кора, вообще некуда будет возвращаться. Не слишком ли эгоистично обрекать их в обмен на собственное счастье?

— А ты хочешь сказать, что ляжешь в постель к Альхару только из-за них, превозмогая отвращение к принцу? — парировал Джеран.

— Я…

Уже собравшись выдать гневную тираду, я осеклась.

А ведь он прав. Все это время я думала о себе, о собственной безопасности и личных предпочтениях, а не о том, что от меня зависят люди, оставшиеся в родовом гнезде Целестии. Не мне обвинять некроманта в эгоизме.

Не знаю, до чего бы мы дошли в этой беседе. Где-то в саду, недалеко от нас, сдавленно вскрикнула девушка. И крик этот был хоть и тихий, но отчаянный.

Джеран отреагировал первым. Он вскочил, глядя в ту сторону.

— Сиди здесь, — отрывисто бросил некромант. — Это или ловушка, или попала в беду очередная участница. Я проверю, что там.

— Ну уж нет! — ответила я, тоже поднимаясь. — Ты только что обзывал меня идиоткой за то, что я отправилась в сад в одиночку. Лучше я пойду с тобой и помогу. Мало ли что там случилось.

— Ладно, демоны с тобой. Иди. И постарайся не лезть никуда.

Шагнув из полукруга света, он нырнул во тьму так, словно всегда ей принадлежал. Определить, где Джеран, можно было только по хрусту снега под сапогами. Я тихо выругалась и помчалась следом, придерживая волочившийся по снегу тяжелый плащ и проваливаясь в снежный покров.

К счастью, бежать пришлось недолго. Следом за некромантом я вылетела на узкую садовую дорожку, посередине которой в странной позе застыла женская фигура. Лишь когда мой спутник зажег небольшой огонек-фонарик наподобие тех, что создавала Минна, я смогла понять, что с ней не так.

Девушку оплетали ветви деревьев, струясь по телу черными змеями и обхватывая ее за горло, запястья и ноги. Она стояла на цыпочках и слабо хрипела, пытаясь поднести руку к пруту, который пережимал шею, но не могла вырваться из тугих древесных объятий. Ей явно оставалось недолго — лицо покраснело от натуги, глаза закатывались. Счет шел на секунды.

Жертва была мне знакома — леди Армири, та самая, которая постоянно жаловалась на нестандартные испытания для невест и которую я про себя называла Домохозяйкой. Я застыла, не зная, как ей помочь. Ножа у меня с собой не было, а трогать ветки я боялась — не дай бог сделаю только хуже, нечаянно затянув петлю на шее бедняжки. Ни одно полезное заклинание в голову тоже не приходило. Я могла лишь закричать, подзывая на помощь кого-то получше меня. И как хорошо, что такой человек уже был рядом.

— Держи ее! — приказал Джеран.

Он выхватил кинжал из ножен и рубанул по веткам, сплетающимся на горле девушки. Они поддались лишь со второго раза и, обвиснув, наконец-то перестали извиваться червями.

Я подхватила леди, не давая ей упасть, пока Джеран перерезает остальные «веревки». Весила она, мягко говоря, немало, вдобавок на меня пахнуло густым парфюмом. Кое-кто переборщил с духами, пытаясь очаровать принца.

Заставив себя не думать об этом, я одной рукой придержала за талию с трудом держащуюся на ногах девушку, а второй ослабила прутья на ее шее. Дыхание бедняжки сразу стало более глубоким, и ее перестало шатать. А как только Джеран обрубил ветки, стягивающие ее запястья, она сама сбросила с себя остатки «удавки», с хрипом заглатывая морозный воздух.

— Вы не ранены? — спросила я.

— Н-нет, — она прервалась, ощупывая свое горло.

— А кто на вас напал, видели?

— М-мужчина. Я видела какого-то мужчину, — девушка закашлялась. — Н-низкорослого. Он убежал через кусты.

В этот же миг в кустах раздался шум. Кто-то ломился через них, приближаясь к нам. Реакция Джерана снова была молниеносной. Не успел человек появиться перед нами, как некромант швырнул в ту сторону заклятие.

Кто бы там ни был, магией он владел превосходно и легко отразил заклинание. Джеран, выбранившись, уже подготовил новое, но до того, как он произнес последние слова, над кустами зажегся крупный волшебный фонарь. В переплетении ветвей показался высокий светловолосый мужчина. Тот самый, кого я так стремилась найти.

— Какого демона здесь происходит? — рявкнул Альхар, выходя на дорожку.

— Ваше высочество! — ахнула леди Армири, покачнулась и с закатившимися глазами начала падать ровнехонько по направлению к принцу.

Альхар, не ожидавший такого выверта, поймал ее в последний момент, почти у самой земли. Гнев в серых глазах наследника трона сменился на растерянность. Что делать с потерявшими сознание девушками, он явно не знал.

— Происходит то, что можешь сказать спасибо, Альхар, — мрачно произнес некромант. — Я спас очередную из твоих невест.

Глава 19

Кабинет принца был просторным и красивым. В синих тонах, с изящной инкрустированной мебелью, шикарными каминными часами, которые в этом мире все еще были страшной редкостью и оттого притягивали взгляд.

Разглядывала я их и по другой причине. Смотреть на Альхара, который вышагивал перед нами с некромантом туда-сюда, сцепив за спиной руки, было стыдно.

— Можете объяснить, что вы вдвоем делали в саду? — сухо спросил принц, не останавливаясь и не глядя на нас.

— Я искала вас, ваше высочество, — быстро ответила я. — Это было одно из немногих мест, которые еще не проверили другие участницы отбора невест.

— И конечно, на Джерана вы наткнулись совершенно случайно.

— Ну, вообще-то да…

— Тебя это волнует больше, чем то, что чуть не погибла еще одна девушка? — перебил некромант.

Я зло зыркнула на него. Вопрос, конечно, справедливый, но задан так, будто кое-кто усиленно пытается перевести тему с того, что невесту принца застукали с мужчиной, которого вообще не должно быть во дворце.

Если бы только Минна не задержалась, пытаясь подслушать, о чем у книжных стеллажей говорят соперницы! Я встретилась с ней, растерянной и перепуганной, уже когда поднялась шумиха из-за леди Армири. Минна все это время ждала меня у библиотеки и даже не думала, что я могла оказаться в саду.

Альхар остановился и развернулся к Джерану.

— Да, представь себе, меня волнует, что ты по удивительному стечению обстоятельств опять оказался рядом с местом покушения. И опять одна из участниц выжила лишь благодаря тебе.

— Ты так и не сказал спасибо.

— Обращайся ко мне подобающе, — отрезал принц. — Покидая дворец в последний раз, ты сам объявил, что больше мне не друг.

— О да, ваше высочество Альхар, принц Мелантский, Зерраимский и Талирский, господин Северных островов, — язвительно ответил тот. — Видите ли, по вашей вине погиб важный для меня человек, а несколько дней назад это чуть не случилось со вторым важным для меня человеком.

— Теперь леди Армири для тебя тоже внезапно окажется важной? Потому что леди Тэвьеру, насколько мне известно, ты сам обещал убить, а потом кинулся спасать. К слову, нарушив границы запретной для тебя территории.

— Наши отношения с леди Тэвьерой не твое дело.

— Очень даже мое! — рявкнул Альхар. — Это меня вы пытаетесь выставить дураком, играя в свои игры с ложью и ревностью. Леста среди моих невест, но уже второй раз она почему-то оказывается наедине с тобой. Причем в твоем плаще, и это несмотря на все твои угрозы в ее адрес.

Вот как. Внезапно я перестала быть леди Тэвьерой и превратилась в просто Лесту.

Я кашлянула. Хорошо, что еще в саду я всучила плащ обратно Джерану.

— Наэви была моей возлюбленной, но ничто не помешало тебе затащить ее в свою постель, — парировал некромант, проигнорировав мой кашель.

— Так ты, раз за разом чуть не срывая конкурс невест, пытаешься отомстить за Наэви, я правильно понял?

Я кашлянула еще громче.

— Прошу прощения. Мне кажется, мы несколько отклонились от темы. Наэви давно мертва, а участницы отбора живы. Пока еще. Ваше высочество, вы ведь позвали нас сюда для того, чтобы выяснить подробности нападения, а не для ссор?

Мужчины замолчали, глядя на меня. Мне очень хотелось надеяться, что они делают это пристыженно, а не зло из-за того, что я посмела в их присутствии открыть рот.

Строго говоря, принц никак не объяснил то, зачем вызвал нас с Джераном в кабинет. Наше общение в саду было недолгим, запутанным и суетливым. Почти сразу после того, как появился Альхар, на шум прибежали стража и несколько дежуривших во дворце охотников, и толком обсудить случившееся нам не дали.

Естественно, никто не заметил низкорослого мужчину, которого видела леди Армири, она же Домохозяйка. Девушку отправили к лекарю с просьбой позвать принца, если она вспомнит что-нибудь еще, но надежд на это не было. Вернее, я не сомневалась, что принца она вызовет. Вот только будет это точно не для того, чтобы сообщить что-нибудь ценное.

— Она знает о Наэви? — моргнув, осведомился Альхар у Джерана.

— Да, — тот дернул плечами. — Мне пришлось рассказать.

— Пришлось ему, — проворчал принц. — Держать язык за зубами ты никогда не умел.

Он вздохнул и наконец-то перестал мельтешить перед глазами, сев в кресло за рабочим столом. Правда, от этого я начала чувствовать себя еще неудобнее. Словно меня привели на допрос.

Впрочем, почти так и было.

— И много вы слышали о Наэви? — спросил принц.

— Только то, что говорил Джеран. Но не беспокойтесь, ваше высочество, — успокоила я. — Я не считаю вас убийцей.

— Это радует, потому что я не убийца, — строго произнес он. — Поэтому и собираюсь заняться расследованием нападений сам. А для этого мне необходимо выяснить, какого демона вы оба забыли ночью в саду. Это вдвойне интересный вопрос с учетом того, что страже был отдан приказ не пускать ночью во дворец чужих людей, к которым, между прочим, теперь относишься и ты, Джеран. Только что, пока вы ждали меня в кабинете, я успел переговорить с командиром стражи и капитаном, который представляет во дворце Орден охотников. Оба обвиняют во всех бедах тебя. Я бы так и решил, если бы не то, что рядом с тобой находилась целая и невредимая леди Тэвьера, которую ты, по заверениям охотников и по ее собственным клятвам, пытался убить.

Некромант откинулся назад и устало провел ладонью по лицу.

— Разумеется, охотники и стража будут обвинять во всем меня. Я уже навлек на себя твою немилость, а им нужен козел отпущения.

— Тогда объясните, что вы делали в саду. Я должен знать правду, даже если вы занимались непотребствами, — настойчиво произнес принц.

При этом он так глянул на меня, как будто я жена, изменившая ему с любовником.

— Как я уже сказала, по условиям игры в прятки я искала вас, — повторила я.

— Это я ее заманил в сад, — признался Джеран. — Я намекнул другим участницам, что там тебя еще никто не искал, и сделал так, чтобы они обсудили это при ней. Затем дождался ее в садовой беседке.

— Зачем?

Некромант сложил руки на груди. А я ощутила, как мои собственные ногти впиваются в кожу ладоней. Лишь бы он не ляпнул, что призвал меня из иного мира!

— Хотел поговорить. Мы в ссоре с тех пор, как в имение лорда Тэвьеры пришло твое приглашение поучаствовать в конкурсе невест.

Я немного расслабилась. Слава богу, Джерану хватило ума скрыть мою истинную природу. Значит, он все же боится охотничьего костра.

— Допустим, — согласился Альхар. — Но это не объясняет того, что ты забыл во дворце среди ночи, когда должен быть на далленском подворье с остальными послами.

Некромант отвел взгляд.

— Я встречался со старым знакомым. Астрологом. Король недавно назначил его смотрителем библиотеки.

По непонятной причине принц нахмурился.

— Джеран! Ты хоть знаешь, за что его вышвырнули из королевских магов и сделали простым библиотекарем? Из-за охотников! А ты мне святым Айкосом клялся, что еще после Даллена бросил свои исследования.

— Какие исследования? — спросила я.

Судя по тому, как оба сразу подобрались и замолчали, это было не то, о чем меня следует ставить в известность. Только я уже догадалась, о чем речь. Принц, похоже, не в курсе, что его старый недобрый друг до сих пор практикует некромантию.

— Как я уже сказал, я всего лишь общался со знакомым, — продолжил Джеран, словно моего вопроса не существовало. — Мы с Лестой встретились в библиотеке случайно, когда участницы решили, что ты можешь прятаться там. Леста испугалась и убежала. Что было дальше, я уже рассказал. Мне всего лишь хотелось поговорить с ней наедине, а она отказывалась.

— Еще бы, — пробормотала я. — После всего того, что ты со мной пытался сделать, последнее, чего мне может хотеться, это встреча с тобой.

Некромант косо посмотрел на меня, но промолчал.

— Но вы сами инициировали встречу с ним недавно, когда передавали плащ, — напомнил Альхар.

Да уж, дворцовые шпионы не спят. Я с показным равнодушием пожала плечами.

— Всего лишь вежливость. Мне нужно было вернуть чужую вещь и заодно поблагодарить за свое спасение. Пусть даже я в ссоре со своим спасителем.

Принц кивнул.

— В вашей вежливости я уже убедился и под сомнение ее не ставлю.

— А ты сам что делал в саду? — задал встречный вопрос Джеран.

— Сидел во второй беседке, читал официальные послания от совета и ждал, пока кто-нибудь из участниц меня найдет. Времени прошло много, письма закончились, мне надоело ждать, и я решил вернуться во дворец, чтобы закончить игру. Когда вышел из беседки, услышал крик впереди и увидел вас.

Я чуть не застонала. Во второй беседке! Вот почему я сразу туда не отправилась? Победа была так близка!

— С нами было то же самое, — подтвердил Джеран. — Только мы начали разговаривать, как раздался крик. Прости, что швырнул в тебя заклинанием. Девушка сказала, что напавший убежал в кусты, а ты как раз появился оттуда.

Альхар скривился.

— Повезло, что это был я, а не кто-то менее умелый в отражении боевых заклинаний. Тебе стоит помнить, что войны, в которых мы участвовали, давно закончились.

— А битвы все еще идут, — возразил он. — Если не за территории, то за влияние и богатство. На леди напал мужчина, а не девушка. Кто-то из участниц не стесняется нанимать убийц и подкупать распорядителей отбора.

— Подкуп возможен, — согласился принц. — Хотя я надеялся, что до убийств не дойдет. Всех, кто занимается отбором невест, включая лорда Кестэлу, я много раз предупреждал, что, если поймаю на подобном, отправлю на плаху. Мне не нужен такой грех на душе, как смерть невинных девушек, всего лишь мечтающих выйти за меня замуж.

— Но эти смерти случались на каждом отборе, — напомнила я то, о чем мне не раз говорила Минна. — Зачем вы его вообще устроили?

— Традиции, — Альхар поморщился. — И потом, мне нужна королева. Женщина, которая будет мудро править страной. С помощью отбора я хотел лично убедиться, что кандидатки обладают должным характером, а не устраивать договорной брак только затем, чтобы сразу после свадьбы обнаружить пустоголовость жены.

— Поздравляю, — ядовито произнес Джеран. — Среди кандидаток нашлась настолько умная, что решила устранить всех хоть что-то представляющих собой соперниц.

— Леди Армири в конце списка, — возразил принц. — Она плохо справилась с заданиями и не представляет опасности для большинства участниц. Не понимаю, зачем кому-то понадобилось ее убивать.

— А нападение не могло быть совершено по личным причинам? — предположила я. — Отбор — удобное время для того, чтобы свести счеты с обидчиком, обвинить в этом кого-нибудь другого и выйти сухим из воды.

— Может быть все что угодно. У каждого из благородных родов десятки врагов среди других семей. Я не могу исключать даже того, что на самом деле мужчина, которого видела леди Армири, поджидал Джерана, а девушка попалась в сеть заклинания случайно. Леди Армири мне ничего внятного не сказала, поэтому надежда только на то, что вы заметили больше, чем она.

Я сокрушенно покачала головой.

— Простите, ваше высочество. Я ничего не заметила.

— Как и я, — подал голос некромант. — И я по-прежнему считаю, что пора прекратить фарс с выбором жены. Ты все равно не будешь ей верен.

Лицо принца исказилось. Он ударил кулаком по столу, заставив чернильницу подпрыгнуть, а меня — вздрогнуть от неожиданности.

— Я был верен Наэви и с тех пор не прикасался ни к одной женщине! Не знаю, кто и что наплел тебе после возвращения из Канталаима, но все слухи — ложь, и я повторил тебе это уже тысячу раз. Хватит нести чушь, Джеран. В противном случае мне станет наплевать на твой посольский статус.

Некромант встал и оперся на столешницу, нависнув над Альхаром. Отповедь не испугала его ни капли.

— И что — убьешь меня так же, как Наэви?

— Хотел бы от тебя избавиться, не сдерживал бы охотников, когда они пришли по твою душу, — процедил принц. — Как думаешь, почему при обысках у тебя каждый раз было время уйти? Потому что я задерживал охотников! А теперь они точат на меня зуб, считая, что я покрываю преступников.

— Ты именно этим и занимаешься, продолжая отбор. Отпусти девушек по домам. Хотя бы Лесту! Заклинание-сеть, в которое попалась леди Армири, готовится не по щелчку пальцев, на это нужно время. А дорожка в той части сада одна. Нельзя исключать, что пытались убить именно Лесту, которая направлялась к тебе и задержалась потому, что ее отвлек я.

— Не надо меня никуда отпускать! — возмутилась я. — Я хочу дальше участвовать в отборе.

— Как видишь, леди против, — Альхар сверкнул глазами на Джерана. — Она не твоя собственность, чтобы ты ей распоряжался.

— Моя! — вырвалось у него.

Он спохватился уже в следующую секунду и плотно сжал губы, словно боялся, что оттуда вылетит еще какая-нибудь глупость. А я, наоборот, застыла с открытым ртом.

Ничего себе у некроманта самомнение! Да даже если бы он успел жениться на Целестии, это не повод считать ее своей вещью.

И все же в этот миг в груди что-то откликнулось.

«Моя»… Сколько раз я мечтала услышать такое от мужчины? Но, конечно, не от того, кто мне угрожал.

Принц перевел тяжелый взгляд на меня.

— Подобное можно утверждать лишь в одном случае. Вы успели тайно пожениться?

— Нет!

— Я так и думал. Джеран, убирайся отсюда, пока у меня не лопнуло терпение. Иначе стража тебя вынесет отсюда вперед ногами.

Он сказал это таким тоном, что остался бы только круглый дурак. Некромант им не был, поэтому скрипнул зубами, окатил меня ледяным водопадом своего взгляда и ушел, хлопнув дверью.

В кабинете установилась тишина. Альхар сидел за столом, закрыв глаза и прижав пальцы к переносице. Прошло несколько секунд, прежде чем он опустил руку и со вздохом повернулся ко мне.

— Леста… я ведь могу звать вас так? Вы не сочтете это излишне фамильярным?

— Наоборот, ваше высочество. Мне будет очень приятно.

— В таком случае я буду рад, если вы тоже начнете звать меня Альхаром, а не высочеством.

— Как пожелаете, ваше выс… — я смущенно прервалась. С самого момента осознания, что вокруг чужой мир, я так старалась следить за манерами, что отказаться от них теперь было сложно. — Альхар.

— Спасибо, Леста. Я не знаю, как у вас теперь просить прощения за все случившееся и за то, что было сказано в этой комнате. Боюсь, как бы всего этого не оказалось слишком много для хрупкой девушки.

— Я крепче, чем кажусь.

Принц улыбнулся.

— Вижу. Вы вообще крайне необычная девушка. Понимаю, почему Джеран так не хочет вас отпускать, что изо всех сил мне дерзит, — уголки его губ опустились вниз. — И представляю, что он рассказывал обо мне и Наэви.

— Он обижен, — признала я. — Но, пока ваша вина не доказана, я не хочу вас ни в чем обвинять. Все мы когда-то были влюблены.

И я тоже. Пусть мне неприятно каждый раз слышать имя погибшей возлюбленной Альхара, я сама однажды чуть не выскочила замуж. По местным меркам я вообще падшая женщина. Полгода прожить с мужчиной вне брака — нонсенс!

— Спасибо, Леста, — снова поблагодарил принц. — Вы очень добры.

— Тем не менее, — я скромно кашлянула. — Джеран рассказывал мне о леди, с которой вас застали вскоре после смерти Наэви. Если вы не сочтете этот вопрос наглым, могу ли я узнать, кто это был?

— Разумеется. В этом нет большого секрета.

— Да? — изумилась я.

Надо же, как быстро он ответил.

— Вы прекрасно знаете эту девушку, а слухи гуляют по столице уже давно, — принц пожал плечами. — Если вы узнаете их не от меня, вам обязательно расскажут подруги. Это была леди Байра. Когда мы оба были детьми, мой отец вел переговоры о нашем обручении. Договор так и не был заключен, но она с чего-то взяла, что это уже решенный вопрос. Когда погибла Наэви, Эвери взбрело в голову, что нужно срочно меня «утешать», и тогда она займет освободившееся место в моем сердце. Слухи об этой сцене и дошли до Джерана. Увы, он не поверил, что в тот же день Эвери была выставлена из дворца с просьбой не возвращаться.

Вот как… И правда, Дэлия мне об этом уже говорила. Только я и не подумала связать ее историю с тем, что поведал некромант. Значит, он все же ошибся в своем суждении об Альхаре. На душе от этого стало чуть легче.

— Благодарю вас за откровенность, — я опустила взгляд. — Наверное, вы до сих пор в трауре?

— Был долгое время. Но я будущий король и должен идти вперед. Передо мной лежат другие заботы, — твердо произнес Альхар. — В частности, по этой причине я включил леди Байру в отбор, хотя когда-то сам выставил ее из дворца. Вне зависимости от моего личного отношения к ней она могла оказаться лучшей из кандидаток в королевы. И, к сожалению, я вижу, что по той же причине покушение могло быть организовано на вас. Я не могу так рисковать вашей жизнью. Вы уверены, что не лучше отправить вас домой, в безопасное место?

Я нервно поднялась и прошлась по комнате, совсем как недавно сам Альхар.

Мысль отправиться домой выглядела очень соблазнительной. Подальше от интриг, нападений, необходимости помнить о манерах и прочей белиберде, поближе к покою и размеренному быту. Однако нельзя было забывать, что дом Целестии — это не мой дом.

Я замерла у окна, глядя на раскинувшиеся за рекой ночные кварталы. Эсьена — столица и самый крупный город страны. Живущие здесь родственники Целестии не горят желанием с ней общаться, иначе бы уже объявились. А из национальностей в Эсьене смешался такой винегрет, что мои иномирные привычки, если не высовываться, будут выглядеть не более чем аристократическими причудами.

Конечно, остаются охотники, но пока у них не было причин заинтересовываться букашкой вроде меня. Несмотря на угрозу для жизни, участие в отборе казалось более безопасным, чем возвращение домой, где меня обязательно раскусят отец и прислуга, хорошо знающие настоящую Целестию.

— Прошу вас, ваше высочество, — взволнованно произнесла я, забыв, что мы договорились обращаться друг к другу по именам. — Не отсылайте меня.

— Вы так хотите участвовать в отборе? — удивился он.

— Да.

— Почему? Вы готовы настолько далеко зайти, чтобы стать королевой?

Я задумалась, продолжая смотреть на уходящие за горизонт городские районы. Хотела ли я править ими и заодно всем Мелантом? Моя голова все время пребывания в этом мире была так занята собственным спасением, что я никогда не представляла себя в такой роли. Откровенно говоря, она вообще мне не подходила.

Работая в «ТАНО-групп», я планировала однажды занять руководящую должность. Но ведь стремиться к этому я начала только после того, как разошлась с Марком. К тому же командовать раздолбаем сисадмином Серегой не то же самое, что управлять страной. Я даже о слугах Целестии умудрилась забыть. Хорошо, что Джеран сегодня мне об этом напомнил.

— Нет, — честно ответила я. — Я никогда взаправду не думала о том, чтобы надеть корону. Все, о чем я мечтала, это о жизни рядом с любимым мужчиной и его защите.

Плеча коснулась теплая ладонь. Погрузившись в мысли, я и не заметила, что Альхар покинул кресло и приблизился ко мне.

— Знаете, какой обычай существует у советников перед их вступлением в должность? — спросил он.

— Какой?

— Им три раза предлагают взять на себя обязанности советника. Два раза претендент должен отказаться и согласиться только на третий. Сейчас это не более чем фикция, дань традициям, но в основе лежит справедливое предположение. Тот, кто изо всех сил рвется к власти, будет худшим правителем, чем тот, кто считает себя недостойным.

— Спорно, — пробормотала я. — Возможно, у второго действительно нет к этому способностей.

— Или природная скромность не позволяет ему увидеть свои преимущества.

Альхар потянул меня за плечи, разворачивая к себе. Я подняла взгляд и тут же смущенно потупилась.

До чего же он красив! Совсем не так, как Джеран, — черты лица у принца более утонченные, и на нем не так отразились жизненные невзгоды. Но он все равно мужественный, и взгляд серых глаз серьезный, понимающий. Мечта, а не мужчина. В такой близи я чувствовала и его запах — заснеженного сада и терпкого имбиря, напиток с которым нам всем недавно подали, чтобы согреться. Щеки у меня разгорелись только сейчас, и совсем не из-за питья.

— Леста, — тихо произнес принц. — Если вы не хотите уезжать, мне придется усилить вашу охрану. В том, что на вас напали, могу быть виновен я. Я старался не выделять никого из участниц, чтобы не обострять соперничество, но на днях обмолвился перед секретарями, чтобы они обратили на вас пристальное внимание.

— Почему? — едва дыша, спросила я, и боясь, и надеясь услышать ответ.

— Вы мне нравитесь, — он улыбнулся и коснулся ладонью моей пылающей щеки. — Не из-за хороших результатов в испытаниях, а потому что вы — это вы.

— Я… ну… спасибо…

Из-за невозможности подобрать подходящие слова щеки заполыхали только еще сильнее. Я уставилась на свои туфли. Какого черта я краснею, как школьница? Мне же на самом деле двадцать семь, а не двадцать, как Целестии. Могла бы уж… это самое… ну…

«Инна, ты безнадежна», — обреченно сообщила я себе.

Принца, кажется, мое «многословие» не разочаровало. Он улыбался, глядя на меня, и продолжал держать за плечи. Сбоку потрескивал огонь в камине, а свечи в канделябрах создавали уютный сумрак, который очень удачно сгущался здесь, у окна. Желтые огоньки отражались в стекле и озорно плясали в глазах Альхара.

Я затаила дыхание. Идеальный момент для поцелуя. О таком в юности мечтает, наверное, каждая девушка. И надо же мне было действительно встретить принца!

Он немного наклонился. Я уже чувствовала на своих губах его дыхание…

В дверь постучали.

— Ваше высочество! Прибыли охотники и стражники, изучившие место нападения на леди Армири. Что им делать?

Романтичная атмосфера растаяла вмиг. Альхар, поморщившись, выпрямился. А я украдкой грустно вздохнула. Ну, что ж, в другой раз исполню мечту юности.

— Пусть ждут, я их сейчас впущу, — ответил принц слуге за дверью. — Простите, Леста. Чем быстрее я с этим разберусь, тем быстрее вы окажетесь в безопасности. Если вам будут угрожать, вы вспомните что-то подозрительное или узнаете, кто мог подкупить секретарей, срочно сообщите мне.

— Обязательно. Не буду вас отвлекать. Я могу идти?

Он кивнул. Я успела пройти до середины комнаты, когда меня остановил его голос.

— Леста…

Я обернулась.

— Да?

— У вас есть еще достаточно времени до окончания отбора, чтобы решить, хотите вы стать королевой или вернуться домой. Я пока чувствую в вас некоторую неуверенность, но вы должны знать: я постараюсь сделать все возможное, чтобы вам ничего не угрожало. Только прошу вас, будьте осторожнее.

— Вы все еще рассчитываете на мою победу? — пошутила я, вспомнив слова, сказанные им при нашем первом знакомстве.

— По меньшей мере на волю к ней, — серьезно ответил принц. — Стража проводит вас до покоев и будет сторожить их всю ночь. Пусть бог-солнце пошлет вам спокойный сон.

— Спасибо, Альхар, — я склонилась перед ним. — Пусть и вам снятся приятные сны.

Надеюсь, с моим участием. В том, кто будет главным героем моих сегодняшних сновидений, я не сомневалась.

Глава 20

Предчувствия меня обманули. Заснула я быстро, но вместо сладких эротических снов пришли кошмары, в которых меня то засыпало землей, то душило ветками, то я вообще превращалась в жабу из-за проклятия соперницы.

В некоторых снах меня успевали спасти. В некоторых — нет, и я металась по кровати, подскакивая и потом долго еще ворочаясь в огромной холодной кровати.

Героем-спасителем во снах ни разу не был Альхар. Ерзая в поисках удобной позы, в которой мне бы не являлись гадости, я думала о нем, о его широких плечах и немного холодной красоте, но мысли каждый раз незаметно переплывали на чертова некроманта.

Его лохматая черная шевелюра, его аристократичное лицо с бледными шрамами, его сильные руки, а не принца, заставляли кошмары отступить. От его ледяного взгляда выли, скукоживаясь, порожденные разумом чудовища, а острый меч и метко брошенные заклинания уничтожали любое зло, которое осмеливалось ко мне приблизиться.

Утром я проснулась измученной, с головной болью. Кора ситуацию не улучшила. Она решила, что мне обязательно поможет воскурение душного ладана, и устроила в спальне дымовую завесу. Распахивая окно, чтобы впустить в комнату свежий воздух, я радовалась, что она хотя бы не додумалась лечить меня коровьей мочой, как недавно настоятельно советовал лекарь!

Плюхаясь обратно в кровать и накрываясь одеялом, я понимала, что злюсь зря. И причина не в отсталых представлениях этого мира о медицине или в кошмарах. Она во мне самой.

Что меня заставляло думать о Джеране, а не об Альхаре? Неужели виновата память влюбленной в него Целестии? Да будь она проклята, если это правда! Некромант — последний, кого мне вообще стоит представлять рядом с собой!

Еще сильнее настроение ухудшилось, когда стража за дверями устроила шум-гам. Я уже и забыла, что меня снабдили охраной. Не выделилась, называется, среди других участниц.

Я уже успела одеться, поэтому решила разобраться со стражниками сама. Одернула платье, состроила самую строгую мину, на какую была способна, широко распахнула дверь, твердо намереваясь вылить раздражение на стражу, шагнула за порог…

И чуть не запнулась. С охранниками в коридоре ругался не кто иной, как Джеран.

Слова, которые в этот момент пришли на ум, не подобали изысканной аристократке, выращенной в тепличных условиях. Поэтому все, что мне удалось из себя выдавить, звучало так:

— Что ты тут делаешь?!

Джеран, только что в подробностях объясняющий раскрасневшемуся от гнева стражнику, куда ему следует идти со своими приказами, мигом присмирел и сдержанно поклонился мне.

— Доброго утра, уважаемая леди Тэвьера. Как спалось?

— Превосходно, — буркнула я. — Спасибо за заботу, достопочтенный лорд Мортеран. Вы почтили меня своим визитом только для этого?

— Я хотел с вами обсудить кое-что важное. Вчерашнее нападение, в частности.

— Обсудите это с охотниками, — на повышенных тонах произнес один из стражников. — Вам запрещено появляться здесь и приближаться к леди Тэвьере.

— Запретил это человек, по вине которого на нее напали? — парировал Джеран.

Стражник не нашелся, что ответить. А я тяжело вздохнула.

— Отпустите его, — обратилась я к охране.

— Госпожа, он один из подозреваемых, — уперся тот же краснолицый стражник.

— И кто его подозревает?

— Охотники, госпожа.

Некромант развел руками с лицом, красноречивее любых слов сообщавшим: «Что и требовалось доказать».

— В таком случае охотникам следует подозревать и меня, потому что вчера мы вдвоем с лордом Мортераном спасали леди Армири, — отрезала я. — Отойдите и дайте мне с ним поговорить.

— Но это же лорд… — с сомнением начал стражник.

— Да-да, это знаменитый барон Мортеран, герой Эльвадена, в Кесатилах в одиночку остановивший вражеский отряд, угрожавший королю, — перебила я. — Я лучше вас знаю о его достижениях. Вы в самом деле считаете, что если бы такой человек хотел меня убить, то не придумал бы способа сделать это скрытно, а не средь бела дня прямо на ваших глазах?

Охранники переглянулись. Наконец-то в их головах с одной извилиной, и той от шлема, начали крутиться винтики. Не было абсолютно ничего плохого в том, что они старательно исполняли отданные им сверху приказы. Но можно же иногда и мозг включать?

— Хорошо, госпожа. Вы можете поговорить с ним, но так, чтобы мы могли вас видеть. Иначе мы не успеем прийти к вам на помощь.

— Вы все равно не успеете, — отмахнулась я, вспомнив, как стремительно Джеран кидался заклинаниями. — Пожалуйста, не мешайте нам.

Слава богу, они все-таки отошли. А я направилась к окну на другой стороне коридора, уводя некроманта подальше от них и от дверей в комнаты соперниц. Утро наступило давно, по дворцу ходили слуги, и участницы отбора вряд ли спали. Мне не хотелось, чтобы содержание нашего с Джераном разговора к вечеру передавали по всему дворцу. Хватит и того, что все наверняка слышали громкую ссору со стражниками.

Только я открыла рот, чтобы выяснить, что такого нужно было нахалу, как он удивленно спросил:

— Как ты узнала, что случилось в Кесатилах? Лесте я об этом не рассказывал.

Я с упреком посмотрела на него.

— Представь себе, ты успел прославиться при дворе. А я должна знать, кто угрожает мне смертью. Между прочим, может, объяснишь, что забыл с утра пораньше у моих покоев? Или я опять попала в рай с добрыми некромантами, которые заходят к своим жертвам вежливо пожелать им доброго утра?

Настала его очередь недовольно смотреть на меня.

— Представь себе, я кое-что знаю о хороших манерах. Слухи о том, что нас с тобой несколько раз заставали наедине, все равно пойдут по дворцу. Мне не хотелось усугублять их, обращаясь к тебе, как к дворовой девке.

— Джеран, ты…

Я оборвала себя, сжала кулаки и ненадолго зажмурила глаза.

Этот мужчина невозможен. Просто не-воз-мо-жен! Сперва обещать убить, потом спасать, громко называть меня «малышкой» перед Посольским залом, где его могло услышать полдворца, расставлять на меня ловушки, а теперь беспокоиться о манерах! Это не говоря о вчерашних воплях перед принцем, что я «его»!

И снова при воспоминании об этом в груди ухнуло. Я дернула плечами, стряхивая с себя снова наплывшее на меня странное ощущение.

— Что? — невинно поинтересовался некромант.

— Ты в курсе, что в твоем отношении ко мне нет никакой логики? — процедила я. — Ты уж определись, какой я тебе нужна, живой или мертвой. А то я не знаю, как реагировать, когда ты появляешься перед моими дверями: спасать тебя от стражников или бежать как можно дальше.

Он с шумом втянул носом воздух. Голубые глаза с непонятным выражением уставились на меня.

— Не надо никуда бежать. Я тебя не трону.

— Это что, попытка усыпить мою бдительность?

— Нет, — он дернул плечами. Странно было видеть этого резкого, вспыльчивого и, без сомнения, сильного мужчину таким растерянным. — Да, я немного запутался в отношении к тебе. А чего ты хотела? Ты сама как бы на моем месте поступила, если бы по твоей вине погиб жених, а его внешность присвоил себе незнакомый человек?

— Не знаю. Но точно не стала бы его убивать!

— Тебе так кажется, — мрачно сказал Джеран, — потому что ты не занималась некромантией. В первые мгновения, в склепе, ты для меня была не человеком, а всего лишь тенью, которая влезла на чужое место, туда, где ее не должно быть.

— И что изменилось?

— Многое, — неохотно ответил он. — Я следил за тобой все эти дни. Я не хладнокровный убийца, чтобы поднять руку на обычную девушку, которая просто хочет устроить свою жизнь и виновата только в том, что я по ошибке призвал ее вместо дорогого мне человека. И я не чудовище, чтобы спокойно наблюдать, как кто-то раз за разом пытается убить невест Альхара.

Я покачала головой.

— Мне приятно, конечно, что ты наконец-то увидел во мне человека. Но я не Наэви и не Целестия. Не надо помогать мне только потому, что когда-то ты их любил.

— Я тебе помогаю не поэтому, — сразу нахохлился Джеран. Видимо, я все-таки попала в цель. — Ты не похожа ни на одну из них. Даже на Целестию, хотя носишь ее внешность. Мне не нравится, что могут погибнуть девушки, и я хочу доказать охотникам, что я здесь ни при чем.

— Если то, что я слышала об ордене, правда, они все равно от тебя не отстанут. Почему ты просто не уедешь?

— Не могу. Чтобы добраться до тебя во дворце, я принял на себя обязательства перед Далленом в делах, которые еще не решены.

— Значит, ты помогаешь мне найти преступника, и мы оба в прибыли. А дальше что?

— Когда это «дальше» наступит, тогда и разберемся.

— Ты даже ничего не попросишь в обмен на помощь?

Он помолчал, пристально изучая меня голубыми глазами.

— Попрошу. Позже.

— Умереть? — хмыкнула я.

— Нет. Думаю, обойдемся без этого.

Обнадеживающе, ничего не скажешь.

— Ладно, будь по-твоему, — сдалась я. Все равно лучших условий он мне не предложит. — Так что ты хотел обсудить насчет вчерашнего нападения?

Некромант наклонился ближе ко мне.

— Возможно, я уже нашел преступника.

— И ты пришел с этим ко мне, а не к принцу? — вытаращилась я.

— Я был у него перед тобой. Там битком набито охотниками, и меня даже на порог его кабинета не пустили, — раздраженно откликнулся он. — Надеюсь, Альхар выслушает хотя бы тебя.

Я нахмурилась. Не очень-то это вязалось со вчерашними обещаниями принца сделать все возможное, чтобы я быстрее оказалась в безопасности.

Впрочем, это же Джеран. С его порывистостью все, что он говорит, стоит делить на два.

— Ну хорошо. И кто это?

— Одна из твоих подруг, Дэлия Фелита. Вчера, пока вы играли в прятки, ее видели обнимающейся с одним из секретарей, которые помогают распорядителю отбора с документами. Угадай, какого он роста?

Вот черт! Из-за пряток, покушений и всего остального у меня напрочь выскочило из головы, что Дэлия получила доступ к бумагам конкурса невест. Вот только мне совсем не верилось, что это она.

— Этот секретарь — маг? — спросила я.

— Нет. Но ловушку мог подготовить кто-то другой, а он остался проверить, что прошло, как нужно. Он мог и впустить Дэлию в Тюльпановые сады, чтобы та заранее расставила ловушку из зыбучих песков.

— Что-то не сходится, — пробормотала я. — Вчера Дэлия сама нам с Минной рассказала, что она подкупила секретаря и видела списки возможных победительниц. И что вместо пряток она пойдет к новому другу, тоже не скрывала. Дэлия иногда бывает капризна и нетерпелива, но она не дурочка. Наоборот, ей хватило бы ума скрыть все это, если бы я была ее целью.

— Ей восемнадцать. Она молода, неопытна и могла сделать ошибку, — возразил Джеран. — Сама подумай: магов третьего уровня, имеющих доступ по дворец и заинтересованных в отборе невест, не так много.

— Почему именно третьего?

— Потому что зыбучие пески и сплетающиеся ветви — сложные заклинания, которые относятся к разным школам магии. На втором уровне их не выполнить.

Я расслабилась. Ну вот, а я уже испугалась, что одна из новоприобретенных подруг оказалась предательницей. Хорошо, что и Минну с ее вторым уровнем в огненной специализации подозревать не в чем.

— Это не она, Джеран. У нее еле-еле первый уровень.

— Уверена? Зачем тогда ее поселили здесь, среди сильных волшебниц?

— Затем, что она богата и захотела себе лучшие покои. Как я уже сказала, Дэлия бывает капризна.

Некромант сложил руки на груди и прислонился к стене.

— Значит, не она. Жаль. Я рассчитывал на быстрое решение проблемы. Но тебе в любом случае стоит рассказать об этом Альхару. Он должен знать, что происходит у него под носом.

— Кстати, а ты об этом как узнал?

Он пожал плечами.

— Когда-то мы с Альхаром были лучшими друзьями. Половина королевского двора старалась завоевать мое расположение, чтобы я в свою очередь обратил на них внимание принца. Когда мы с ним разругались и орден открыл на меня охоту, большинство старых знакомых решило, что общаться с опальным бароном слишком опасно. Тем не менее еще есть люди, которые не забыли, сколько я для них сделал. Ночью, уйдя из кабинета Альхара, я нашел кое-кого из них. Мне подсказали, что слуги видели Дэлию с человеком, который при нормальном ходе вещей рядом с ней оказаться не мог никак. У них слишком разное положение в обществе.

— Друзья помогли тебе забраться и в Тюльпановые сады во время проведения испытаний?

Джеран сдвинул брови.

— Без помощи не обошлось. Хотя, честно говоря, я сомневался, что мне это удастся даже с помощью.

— Неужели есть что-то, чего великий лорд Мортеран, могущественный некромант Даллена и герой Эльвадена, не может? — съязвила я.

Он с укором глянул на меня.

— Не знаю, как в твоем мире, а в нашем всесильных людей не бывает. Над садами очень неплохо поработали королевские маги, и за вашей игрой следили охотники. Одни из лучших в ордене, между прочим. Я был удивлен, что они не заметили брешь в охранных заклятиях, которую я сделал для прохода внутрь.

— Значит, не так уж они хороши, как о них говорят.

— Или они поленились проверить целостность заклятий после того, как прибыли из дворца к садам. Что, впрочем, не опровергает твой вывод.

— А ты попал на мою аллею до начала игры? — насторожилась я.

— Конечно, — ответил Джеран так, словно это само собой разумеется.

— Как ты узнал, какая из аллей моя? Мы же тянули жребий!

Он фыркнул.

— Это вам так сказали. Пошевели мозгами: зачем тянуть жребий, если испытания на всех аллеях одинаковые? Порядок был распределен давно. Понятия не имею, зачем понадобилось устраивать спектакль со жребием. Разве что запутать вас самих, чтобы вы не знали, кто на какой аллее окажется, и не могли подложить сопернице свинью.

— Ну прекрасно, — проворчала я. — Обман на обмане. Великолепный отбор. Одного понять не могу: зачем ты туда сунулся, если был уверен, что тебя поймают?

— Во-первых, я не был уверен, а допускал такую возможность, — поправил Джеран. — Во-вторых, я привык рисковать и решил, что возвращение девушки, которую я любил, стоит того.

Я вздохнула. Самоотверженно. Жаль только, что это о Целестии, а не обо мне.

Взгляд скользнул по его щетинистой щеке вниз, к мускулистой груди и сильным рукам. Само по себе всплыло воспоминание — на сей раз мое собственное — о том, как некромант вчера около беседки прижимал меня к себе.

Я заставила себя отвернуться. Чего это я жалею, что он говорит о Целестии? Мне вообще надо об Альхаре думать, а не о чудаковатом пройдохе, который никак не может определиться с отношением ко мне.

— Надо идти к принцу, — сказала я. — Он обещал с этим разобраться, вот пусть и разбирается, почему в его отборе все наперекосяк.

Джеран, склонив голову, посмотрел на меня.

— Ты так наивна, что все еще ему веришь?

— Хватит уже на него наговаривать! — не выдержала я. — Он мне ничего плохого, в отличие от тебя, не сделал. И в то, что он отдал приказ убить Наэви, я тоже не верю. Та девушка, на которую Альхар якобы вешался, — Эвери Байра. Она вешалась на него сама, а он ее послал к демонам. Этому даже есть свидетели!

— Допустим, — неожиданно согласился некромант. — Может быть, в тот раз я выдал желаемое за действительное. Но Альхар не пушистый зайка, как отчего-то считают молоденькие леди. Я его знаю лучше многих. Он жесткий человек и никогда не забывает обид. Если ты все еще хочешь за него замуж или в его консорт, буду молить богов, чтобы тебе никогда не довелось узнать его с этой стороны.

— Хватит уже, — буркнула я. — Пойдем к нему и проверим, кто из нас прав.

И пусть Джеран хоть сто раз его закадычный друг, я не сомневалась, что права именно я.

Глава 21

Альхара я нашла во дворе, следящим за тем, как седлают его грифона. Рядом толкались двое помощников, тоже ждущих, когда для полета подготовят зверей поменьше, слуги и другие грифоны. И все это — в жидкой кашице, которая после ночного снегопада образовалась на земле.

В общем, время для разговора было не самое удачное, но я медлить не стала. Чем быстрее принц обо всем узнает, тем скорее поймают преступника. По крайней мере, будет чиста моя совесть, потому что я сделала все, что могла.

Помня о напряженных отношениях Альхара с Джераном, некроманта я оставила позади, а сама, придерживая подол платья, чтобы оно не извозилось в грязи, направилась к принцу. За мной грохотали доспехами охранники, внося еще больше шума в царящую во дворе суматоху.

— Ваше высочество! — окликнула я Альхара. — Мне очень надо с вами поговорить. Срочно.

Уверена, если бы я не добавила про срочность, меня бы развернули на полпути. Вид у принца был занятой, и моему появлению он, похоже, не обрадовался. Поэтому я пересказала накопанную Джераном информацию вкратце, умолчав лишь об одном. Пока у меня не будет железных доказательств предательства Дэлии, я ее подставлять не буду. В ее вину не верилось категорически.

Хмурое лицо Альхара, когда он меня слушал, слегка беспокоило. Но хотя бы делал это не перебивая. А вот реакция его помощников мне не понравилась совсем.

— И вы поверите женщине на слово? — удивился один из них, когда я закончила говорить и Альхар пообещал со всем разобраться.

Слово «женщина» в этой фразе прозвучало как ругательство.

— Мне не нужно верить на слово, — не вытерпела я. — Устройте проверку и сами убедитесь в моей правоте.

— Выдергивать с мест несколько десятков людей из-за женской прихоти? — фыркнул второй помощник. — Честность лорда Кестэлы и его помощников уже многократно доказана. А кто подвергает его работу сомнению, позвольте узнать?

Он обвел меня таким взглядом, что зарделась бы любая местная девушка. К счастью, я выросла в другом мире, поэтому гордо вздернула подбородок в ответ.

— Удивительно, я вас впервые вижу, — насмешливо добавил второй помощник. — И в Королевский совет вы, как ни странно, не входите.

— Хватит разговоров, — оборвал Альхар. — Мы торопимся. Я пообещал разобраться, значит, я это сделаю. Проверка секретарям не помешает — пусть другие видят, что я не позволю держать дела в беспорядке. Леди Тэвьера, спасибо за сведения. Надеюсь, вы успешно подготовитесь к «вечеру изящества».

Почти сразу после этого он взлетел, заставив своих помощников с руганью поспешно впрыгивать в седла и следом за ним устремляться вверх. Я задумчиво проводила их взглядом, пока они не превратились в три маленькие точки на небосводе.

С одной стороны, хорошо, что Альхар неотесанных аристократов все-таки приструнил. С другой — он же не потребовал от них относиться ко мне уважительно. Получалось, что меня оскорблять можно, а его решение подвергать сомнению — нет. Еще хуже все это выглядело вместе с как бы невзначай брошенным замечанием, что мне стоит готовиться к «вечеру изящества». Дескать, не твое это дело, лучше иди на арфе тренькай, или на чем тут принято играть девушкам.

Не таким передо мной принц предстал вчера.

Зато стало ясно, почему каждый раз на отборах умирали участницы. Не только потому, что это клубок змей, в котором каждая пытается укусить соседку побольнее. Всем остальным на гибель девушек наплевать с высокой колокольни — вот главная причина. Женщина — это же вообще не человек.

Со двора я уходила мрачной. Джеран, зараза, вертелся неподалеку и все видел, поэтому моей кислой мине усмехнулся.

— Что довольный такой, — мгновенно огрызнулась я. — Если Альхар не уделит этому достаточно внимания, на тебя же всех собак повесят.

— Не повесят, если мы за это дело возьмемся вдвоем. А ты, надеюсь, будешь теперь больше мне доверять.

Я отмахнулась. Ага, еще не хватало этому чучелу некромантскому доверять больше, чем принцу.

— Ты допустила ошибку, — тише и серьезнее произнес Джеран. — И не одну. Пошла к Альхару без мужского сопровождения, говорила от себя, прилюдно намекнула на то, что у его подчиненных непорядок в делах и что они пытаются обвести его вокруг пальца. Это подрыв репутации.

Да, с репутацией нехорошо как-то получилось. Тут я дала маху и даже была готова с этим согласиться. Но насчет остального…

— Идиотский у вас мир, — буркнула я. — Унижать женщину лишь за то, что она осмеливается соображать что-то сама и открывать рот в присутствии мужчин? Бред.

— И ругаться вам тоже нельзя, — хмыкнул Джеран. — Таковы обычаи Меланта. Хочешь задержаться при дворе — придется их учитывать, или тебя отсюда быстро выживут. Не факт, что ты при этом останешься жива. Здесь очень любят стряпать поддельные доказательства вины, чтобы избавиться от соперников.

Я резко остановилась. С губ сорвался тяжелый вздох.

Господи, как же хотелось сказать, что Джеран вешает мне лапшу на уши, чтобы втереться в доверие! Но я тысячу раз могла убедиться, что он прав. Эвери Байра в первый же день предупредила, что принц любит покорных. А я ей еще не поверила. Не зря она сама — стерва, сильная и умная женщина — при Альхаре становилась шелковой.

Может, он потому ее и отшил, что она оказалась слишком сильной для него, в то время как он ждал слабую, беспомощную девушку, которую нужно защищать? И я попалась в ту же ловушку — дала понять, что сама могу найти преступника.

У меня не получалось связать это с тем, что принц говорил о выборе жены, которая будет править королевством. То ли он умалчивал, что к жене необязательно испытывать нежные чувства, то ли я не до конца понимала, как устроен этот мир. Причем второе вероятнее, чем первое.

— Почему ты мне сейчас все это объясняешь? — неохотно спросила я, продолжая шагать ко дворцу.

Он мог сделать это и заранее, но, если подумать, я сама виновата. Могла бы и сообразить, что самостоятельность от женщины в этом мире не потерпят. Зато некромант вообще не обязан был раздавать мне советы.

Джеран пожал плечами.

— Я уже говорил, что не тот злодей, каким ты меня считаешь. Я буду рад, если ты разочаруешься в Альхаре, но, представь себе, удовольствия от чужих страданий не получаю. А с твоим характером в Эсьенском дворе будет нелегко.

— Экие мы заботливые, — проворчала я.

Он с интересом глянул на меня.

— У вас, на Земле, все женщины такие, как ты?

Я снова остановилась как вкопанная и пораженно уставилась на него. Потребовалось немаленькое усилие воли, чтобы дождаться, пока мимо пройдут несколько слуг.

— Как ты узнал, откуда я?

Джеран самодовольно усмехнулся.

— Логика, моя дорогая. Простая логика. Некроманты Даллена подробно описывают каждого иномирянина, чтобы знать, кого лучше сразу вернуть во тьму, а с кем можно найти общий язык. Миров, откуда к нам прибывают души, немного, и не каждый из них населяют человекоподобные расы. Очнувшись в склепе, ты начала двигаться так, будто тело тебе хорошо знакомо. Даже не сразу поняла, что ты не дома и что вообще ты — это не ты. Моему внешнему виду не удивилась. Значит, ты человек. Обычаи и культура Меланта тебе в основном понятны, даже если какие-то моменты вызывают сложности. Значит, ваша цивилизация похожа на нашу, хотя, возможно, находится на другой ступени развития. Под это описание подходит всего один мир — Земля.

— И много у вас, в Даллене, людей из моего мира? — с надеждой спросила я.

Хоть бы увидеть кого-нибудь из соплеменников! Вместе пострадать по отсутствию электричества, смартфонов и интернета… А если это будет женщина, то еще по отсутствию тампонов и разных косметических штучек.

— Сейчас — вряд ли, — разбил мои чаяния Джеран. — Наши ученые пытались этим заниматься — искать людей именно с Земли, даря им вторую жизнь в обмен на технологии. Так, например, в Даллене появились и разошлись дальше по миру очки, астрономические трубы и карандаши. Я сам участвовал в подобных призывах. Но некромантия не настолько простая наука, как тебе могло показаться. Возвращать людей к жизни опасно само по себе, тем более притаскивать сюда иномирян. Не все из них — потерянные девушки, которые думают только о том, как выжить и выйти замуж за хорошего мужчину. Даже те, кто был безобиден раньше, может сойти с ума и устроить катастрофу.

Я вздохнула.

— Да, я читала об этом. И так, на всякий случай предупрежу: я не из тех, кого легко свести с ума.

— Вижу. Адаптировалась ты быстро. И характер у тебя огненный.

При этом он снова посмотрел так, будто не на Целестию, а на меня. Оценивающе, заинтригованно.

— Ты до сих пор не ответила на вопрос.

— Какой?

— У вас все женщины такие?

— Такие — это какие? Повернутые на голову идиотки, которые день за днем суют голову в петлю, разгуливают под носом у своих врагов, попадают в глупейшие ловушки и рушат репутацию будущего короля перед его подчиненными?

— Нет. Я имел в виду сильные, смелые и умные.

— Особенно ума во мне завались, — проворчала я. — Джеран, не будь ты собой, я бы решила, что ты со мной заигрываешь.

Он рассмеялся, заставив пару прохожих на нас оглянуться.

— Женщинам я оказываю знаки внимания иначе. Это всего лишь утверждение очевидного. Знаешь, сколько удается продержаться иномирянам, которых сразу, без подготовки, выпускают в мир? В среднем не более суток. Затем они либо выдают себя с головой, либо лишаются рассудка. А ты в здравом уме и успешно скрываешься уже около месяца. Конечно ты умна.

— Мне просто повезло.

— Тогда держи свою удачу покрепче за хвост. Если она будет при тебе, мы найдем преступника раньше, чем он нанесет следующий удар, и раньше, чем за дело возьмется Альхар, если он вообще за него возьмется. Внимательно наблюдай за участницами отбора: что они делают, куда ходят. Несколько девушек получали угрозы, кое-кто после них уехал. Постарайся узнать, на что давили шантажисты. Возможно, у кого-то уже есть подозреваемые.

— Я тебе и так могу сказать, кого все подозревают. Эвери Байру. С самого начала все только и говорят о том, что она собирается добиться Альхара любой ценой. У нее как раз высокий уровень магических способностей и хватило бы денег на подкуп. К тому же она невзлюбила меня с первого дня.

— Это вполне может быть Байра, — согласился Джеран. — Я давно ее знаю. Она любую юбку рядом с принцем считает смертельным врагом, даже если это престарелая поломойка. Но нам нужны доказательства получше, чем чьи-то домыслы. Род Байра слишком силен, чтобы его можно было просто так обвинить в покушениях на убийство.

— Я могла бы попросить других девушек из отбора помочь. Байру много кто не любит.

— Попробуй. Но обращайся только к тем, у кого нет причин тебя устранить и кому доверяешь безоговорочно.

— Дэлия и Минна — они обе подходят.

— Дэлия? — на лице некроманта отразилось сомнение. — Ну, если ты так считаешь. Ты ведь не стала докладывать Альхару о том, как она зажималась с секретарем?

— Это не она, уверяю тебя. Кстати, почему бы не обратиться к ней и за другой помощью? Если она общается с помощником распорядителя, он может что-то знать о подкупе или пошпионить для нас.

— Хорошая мысль. Значит, идем к ней.

— Вместе? — я криво улыбнулась, почуяв подвох. — Джеран, нас сегодня и так достаточно видели вместе. Хочешь окончательно взбесить принца?

Тот дернул плечом.

— Пусть бесится. Единственное, чего я на самом деле боюсь, это что на тебя опять нападут, а меня не будет рядом.

— Как трогательно, — съехидничала я. — Зато у тебя появится отличный шанс вернуть Лесту.

— Ты хоть что-нибудь читала о некромантии или из нынешних учебников повыдирали страницы с разъяснением, как она действует? Истории о бродячих скелетах — глупые сказки. После смерти счет идет на мгновения. Опоздаешь — и вместо здорового человека получишь мычащего идиота, который гадит под себя. А прождешь час-два — и проще будет заставить бегать по потолку вчерашний завтрак, чем вернуть жизнь в эту груду разлагающегося мяса.

Живописно он объясняет, ничего не скажешь.

— Если ты умрешь где угодно, кроме как на моих руках, — продолжал Джеран, — Лесту в это тело будет не вернуть никогда. Поэтому я бы предпочел быть с тобой рядом столько, сколько возможно.

— Ну уж нет. Извини, дорогой, но чем больше ты проводишь со мной времени, тем меньше мне доверяют все остальные. Мало того что ты в опале у принца, на тебя точат зуб охотники, так ты еще и посол страны, у которой с Мелантом политические трения. Скоро меня объявят далленской шпионкой. И как тогда искать преступника?

Теперь пришла очередь останавливаться Джерану. Я немного приврала насчет шпионки — в основном мне не хотелось злить Альхара, однако на некроманта это подействовало. Похоже, он изредка забывал, что стал во дворце парией.

— Да, наверное, ты права. Хорошо, так и быть, иди к Дэлии одна, а я пока займусь собственными расследованиями. Только прошу: Инна, будь осторожна.

— Разумеется. Мне еще дорога моя жизнь.

Он галантно поклонился на прощание, тряхнув темными волосами, и ушел. Несмотря на легкий морозец, я ненадолго замерла, следя за тем, как его черная фигура исчезает на спуске с холма, на котором стоял дворец. Чувства во мне в этот момент клубились странные, совсем не такие, как когда я смотрела на отлет Альхара.

Джеран был прямо-таки антиподом принца: и по внешности, и по характеру. Но удивительное дело, человеку, который обещал меня убить, я сейчас доверяла больше, чем обещавшему меня защитить Альхару.

Жаль только, что некромант делал все это исключительно ради возвращения Целестии. Хотя прогресс наблюдался — и разговаривали мы уже нормально, без угроз, и обращался Джеран ко мне по моему настоящему имени, а не звал Лестой.

Может, однажды он все-таки откажется от своей идеи повторить ритуал…

Глава 22

Джеран.

Солнце закатывалось за Эсьенский холм, где стоял королевский дворец. Скоро на город опустится ночь. Кто-то скажет, что это время для грехов, нечистой силы и черных колдунов. Я скажу, что это лучшее время для того, чтобы заняться делами. В конце концов, по мнению охотников, я и есть черный колдун.

Я бы с удовольствием выждал до того момента, когда сумрак на улицах окончательно загустеет и превратится в обволакивающую тьму, но нужно спешить. У девчонки, иномирянки, сегодня «вечер изящества» — последние испытания в отборе. Надо ей помочь.

Шагая по узкой улице, которая вела к престижному речному кварталу, одному из самых дорогих в Эсьене, я думал об Инне.

В последнее время я вообще мало о чем думал кроме нее.

Зря я взялся за ней следить, чтобы вернуть Лесту. Бросил бы все, уехал бы в Даллен, как собирался. Тогда бы все это так не жгло душу. Кто же знал, что эта девчонка, похожая на Лесту так же, как огонь — на воду, окажется на порядок превосходящей ее по всем статьям?

Леста всегда была слабой. Этим она и подкупила меня, вызвала желание защитить, вытащить из того гадюшника, который устроил в доме ее отец. Но одно дело — искать помощи, и другое — отказаться бороться, как это сделала Леста.

Инна дойдет до конца, в этом я был уверен. Даже если я сегодня приду ни с чем, она не отступится. В омут кинется и погубит сама себя. Или ее — чистую, невинную душу, маленький красивый огонечек — уничтожат интриги королевского двора.

Я не могу позволить ей проиграть.

Я свернул с улицы. Это была старая часть города, с переулками настолько узкими, что иногда приходилось протискиваться боком, рискуя сбить головой наросшие на окнах сосульки. Дорога привела к небольшой площадке за двухэтажным домом. Из окон лились музыка и смех, крики и сладострастные стоны. Обычные звуки дорогого борделя.

На углу ждал мужчина. Он нервничал. Под плащом виделся нагрудник, а на том был нарисован атакующий грифон — символ королевской стражи.

— Лорд Мортеран? — удивился мой старый знакомый. — Быстро вы.

— Знаю, что у вас могут быть из-за меня проблемы, капитан, — я достал набитый золотом мешочек и протянул ему. — За услугу.

На меня устремился оскорбленный взгляд.

— Бросьте. Если бы не вы, мне бы в жизни не видать этой должности. Считайте, что мы квиты.

— Спасибо.

Остались еще в Меланте честные люди, которые не пляшут под дудку охотников.

— Но очень прошу: поторопитесь, — предупредил он. — Мои люди на подходе. Я не смогу их долго задерживать. А когда мы вломимся, лучше вам быть подальше отсюда.

— Хорошо. Вы знаете, где он?

— Второй этаж, третья комната слева.

— И снова спасибо, капитан.

Наложить на себя заклятие — дело нескольких мгновений. Хотя я был чужаком, который зашел через черный вход и, оставляя за собой вереницу грязных следов, прошагал через наполненную сладкими запахами кухню, где каждое блюдо густо посыпали специями для пробуждения мужской силы, на меня никто не обратил внимания.

Во время подъема по лестнице навстречу шли обнаженные куртизанки. Женщины с идеальными, соблазнительными формами жадно улыбались, будто бы невзначай касались меня, рассчитывая приобрести еще одного клиента.

Они ошибались. Сопровождая Альхара в военных кампаниях, я повидал много таких мест и из каждого поутру вытаскивал солдат. Ни у одной из шлюх нет того, что действительно может меня зажечь.

Перед глазами вновь предстал непрошеный образ хрупкой светловолосой девушки с испуганным взглядом. Тогда, в ночном саду, я вдруг понял, что проще наложить на самого себя руки, чем причинить ей боль.

Я отогнал видение и ногой открыл дверь на втором этаже, в третью комнату слева.

По помещению разливался запах вина, и не какого-нибудь прокисшего пойла. Это был аромат ардорийского — лучшее, что могут подать в подобном заведении. Кровать занимала почти все пространство — настоящий плацдарм любви. Полный лысоватый человек, который мне нужен, развалился на нем, окруженный тремя голыми девицами. Одна вовсю скакала на мужчине, заставляя его живот трястись, как желе, и даже не пытаясь скрыть притворство в стонах. Похоже, не так уж много он ей заплатил.

С моих губ сорвался смешок. Целых трое для этого жирного борова? Он переоценил свои силы.

Мое появление внесло каплю хаоса. Женщины прервали ласки, вытаращились на меня. Они или были пьяны, или настолько отупели от работы, что туго соображали.

— Дамы, а ну-ка прогуляйтесь, — рявкнул я и хлопнул несколько раз в ладони, чтобы их подогнать. — Именем короля, прочь отсюда!

Что-то они все-таки понимали, потому что их след тут же простыл. Имя короля упоминает только стража, а это не лучшие посетители для борделя, пусть и недешевого.

— Эй, вы кто? — возмутился мужчина. — По какому праву?

Я холодно улыбнулся и заклинанием, не дотрагиваясь до двери, со стуком ее захлопнул. По опыту знаю, что это производит впечатление.

— Бруссий Литара?

Мужчина побледнел. Ну конечно, это он, один из секретарей, которые занимались всеми связанными с отбором невест документами. Именно Бруссий следил за тем, чтобы задания в Тюльпановых садах были одинаковыми и чтобы среди ловушек не проскочило лишних. По удивительному совпадению недавно он получил неоправданно большую сумму денег, которую тут же принялся пропивать. Вернее, протрахивать.

Если бы не Инна, я бы подонка не нашел. Это она договорилась с Дэлией, а та — со своим источником среди секретарей. Парнишка подсказал, что у Бруссия обнаружились деньги, которых прежде в помине не было. Ну а дальше в дело вступил я.

Хорошо, что я не обвинил Дэлию сразу перед Альхаром. Пары взглядов на краснеющую девчонку и парнишку-секретаря, теряющего дар речи при виде нее, хватило, чтобы понять, что она не предавала Инну и не подстраивала ловушки. Но мысль о том, что кто-то другой мог тронуть мою иномирянку, сводила меня с ума.

Несколько слов заклинания, пара движений — и секретаря распластало по кровати. Воздушные веревки заставили колыхаться телеса, глубоко врезаясь в кожу. Мужчина тихонько взвыл.

Удержаться от кровожадной улыбки было сложно. Я солгал Инне, сказав, что не люблю чужие страдания. Мне нравится их причинять ублюдкам, которые пытались убить невинных девушек.

Невидимые веревки стянулись туже. Я добавил и еще кое-что — чтобы быть убедительнее.

— Дорогой мой Бруссий, вам не кажется, что жалования секретаря не хватит на регулярный отдых в подобных заведениях, м?

— Я заработал эти деньги!

В этом даже сомнения нет. Все зависит от того, как он их заработал. К уже действующим вредоносным заклинаниям добавилась еще парочка.

И кляп. Чтобы стоны не казались с той стороны двери не очень-то сладострастными.

— У меня немного времени, — признался я. — Если вы не будете отвечать на мои вопросы быстро и честно, мне придется ускорить их получение. Понимаете, о чем я? Или хотите, чтобы винный букет смешался с запахом вашей крови?

Скорее, дерьма, судя по тому, как он затрясся.

— Ч-чего в-вы хотите? — проблеял Бруссий.

— Кто вам заплатил деньги и за что?

— Я п-просто работал с док-кументами…

Мозгом бог-солнце этого мужчину обидел. Я с сожалением покачал головой и потер щетину на подбородке.

Надо бы побриться. Лесте нравилась небритость, но Инне? Интересно, какие у нее вкусы?

Опять дурацкие непрошеные мысли.

— Скажите, Бруссий, вы меня узнаете?

Он сощурился, вглядываясь в мое лицо. Казалось невозможным, чтобы боров задрожал еще сильнее, но это произошло.

— Лорд Д-джеран М-мортеран? — прошептал он. — Об-бвиненный в н-некромантии?

— Ага. Собственной персоной. Прямиком из обители демонов. То есть, простите, из Эсьенского дворца.

В моих руках возник призрачный клинок. Тончайшее лезвие из воздуха — одно из опаснейших магических оружий. Оно тоньше волоса, но в руках умелого мага способно перерезать почти любой материал. Бруссий замер, как только его увидел. На всякий случай я продемонстрировал действие клинка на вазе с цветами в углу комнаты.

Взмах — и бутоны роз попадали на пол. Идеально ровно разрезанные стебли могли бы послужить копьями для втыкания в секретаря. Продолжая улыбаться, я поднес призрачный клинок к Бруссию.

Надеюсь, угрозы хватит и мне не придется действительно испробовать магическое оружие на этом идиоте.

— Раз уж вы меня узнали, давайте поговорим напрямик. Своими уклончивыми ответами вы лишаете меня драгоценного времени, поэтому за каждую чушь я буду лишать вас чего-нибудь не менее важного. Как насчет ноги? Для начала левой. Или что-нибудь такое, что больше не позволит вам тратить деньги в подобных местах? Все равно эта штука вряд ли впечатлит хоть одну из бордельных девок.

Свинья завизжала раньше, чем я успел хотя бы взмахнуть лезвием.

— Это Кестэла! За отбором пристально следит принц, Кестэле пришлось бы подделать слишком много бумаг! Он не мог разорваться, поэтому попросил меня помочь! Закрыть глаза на то, что в Тюльпановых садах были поставлены лишние ловушки, убрать это из документов! И то, что жеребьевки на самом деле не было, хотя принц требовал, чтобы участницы не знали, кому какая аллея предназначена, и не могли рассчитывать на помощь! И то, что на некоторых аллеях задания были проще, чем на других!

— На чьих?

— Леди Б-байры и еще двух, — почти прошептал ублюдок. — Но остальные две — для отвода глаз, если дойдет до расследования. Они думали, что я не знаю, но я видел, как Эвери Байра встречалась с лордом Кестэлой. Байра обещала ему помощь в покупке земель на юге Меланта. Он давно хочет, но его брат — вы, наверное, слышали, — игрок. Совсем пропащий, спустил все, что у него было, и Кестэла из-за этого не мог купить владения. А т-теперь…

— На деньги семьи Байра он купит больше земель и будет менее зависим от прихотей короля и принца, которые заставляют его заниматься такими глупостями, как конкурс невест, — закончил я под испуганный кивок секретаря.

Это даже немного разочаровывало. Загадка могла оказаться хоть чуть-чуть сложнее, но ответ лежал прямо на поверхности. Как Инна и сказала, виновна Байра с ее безумным желанием заполучить Альхара в мужья.

Впервые мне в голову закралась мысль, что Альхар может не иметь отношения к смерти Наэви. С другой стороны, он знал Байру с детства, мог бы и предположить, что она захочет чужой крови.

— Нападение на леди Армири тоже ваших рук дело? — спросил я.

— Н-не мое! Я ничего не знаю! Спрашивайте у Кестэлы!

А затрясся-то как… Похоже, здесь он в самом деле был ни при чем.

Не торопясь развеивать призрачный клинок, я достал чернильницу, лист бумаги и подал их Бруссию.

— Запишите все, что только что рассказали, и поставьте свою подпись. Шевелитесь. Иначе все-таки пострадает какая-нибудь важная часть вашего тела.

Колдовское лезвие у причинного места его подстегнуло — я еще не видел, чтобы кто-нибудь выводил строчки быстрее, пусть даже настолько же кривые. Слава солнцу, идиот не додумался поинтересоваться, почему я заставляю его спешить.

Снаружи уже раздавался шум, который за буйным весельем борделя можно было услышать, только если точно знать, на что обращать внимание. Для меня лязг доспехов королевской стражи звучал почти как родной. Такой узнаешь из тысячи, если сам провел немало лет в железе, защищая жизнь наследника трона.

— Быстрее, — процедил я Бруссию.

Если меня застукают вместе с ним, то схватят как сообщника. В итоге все равно отпустят, хотя бы потому что я посол Даллена, но к Инне я уже не успею. А тогда все будет насмарку.

Я выхватил бумагу у секретаря за несколько ударов сердца до того, как дверь в комнату распахнулась и в нее ввалились стражники. Но я уже был снаружи — прыгнул прямо в окно. Они не увидели и края моего плаща.

Этажи в борделе были невысокие, а я владел магией воздуха в достаточной мере, чтобы подхватить воздушные потоки и не ушибиться. Хотя приземление было не самым мягким, меня больше волновала бумага. Не размазалось ли признание Бруссия?

Все цело. Можно спешить к девчонке-иномирянке.

Карета с двумя верными людьми ждала меня в квартале отсюда. Я влетел в кузов и, не успев закрыть за собой дверь экипажа, тут же стукнул по крыше, давая кучеру знак, что пора двигаться.

— Во дворец!

— Постойте, господин, — слуга на противоположном сиденье предостерегающе выставил руку. — Прибегал мальчишка-посыльный.

— С какой вестью?

— Сказал, что на окраине есть еще одна девушка. Умрет в ближайшие часы. Нужно поторопиться, если вы хотите получить свежее тело.

Я стиснул зубы.

Проклятье. Отсюда до окраин по демоновым кривым улицам Эсьены ехать и ехать. А потом еще готовить ритуал…

Передо мной снова возник образ Инны, напряженно всматривающейся в меня: помогу я или ударю исподтишка? Она все равно полезет прямиком в пекло, даже если меня не будет рядом. Сумасшедшая девчонка. Ни разу не задумалась о том, чтобы начать играть нечестно, искренне верит своим подругам, Альхару, даже мне — чудовищу, которое заслуживает пыток гораздо больше, чем оставшийся в борделе жирный боров.

Я не могу ее подвести. Не могу бросить одну во дворце. Не из-за возвращения Лесты в нужное тело, и не только потому, что эта девчонка — дело моих собственных рук. Этот огонь, который в ней горит… Он сжигает меня.

Наверное, я идиот. Время не бесконечно — чем больше его утекает, тем сложнее вернуть мертвую душу и тем труднее ей будет прижиться в теле. Но иначе я не могу.

— Во дворец, — повторил я и захлопнул за собой дверь экипажа.

Глава 23

Инна.

— Кора, все готово?

— Да, милая госпожа!

— Тогда выходим.

Несмотря на собственные слова, я задержалась у зеркала, чтобы покрутиться и еще раз проверить, как выгляжу. Кора сочувственно покачала головой — она весь день уговаривала меня поменьше нервничать. Но как мне было успокоиться? Сегодня «вечер изящества» — последнее официальное испытание отбора невест.

Минна — настоящий кладезь знаний — рассказывала, что обычно это испытание проводилось первым, но у Альхара оказались очень специфические вкусы. Девушки в своих лучших платьях представали перед женихом, рассказывали о себе, демонстрировали женские умения: кто — игру на музыкальных инструментах, кто — вышивку или сотканную собственными руками ткань.

К счастью, Целестия была мастерицей в искусстве создания гобеленов и заранее позаботилась о том, чтобы среди взятых во дворец вещей оказался сундук с ее лучшим творением. Мне не придется позориться, потому что из музыкальных инструментов я умею играть только на нервах, и то по большей части на собственных, а местных песен не знаю.

Однако помучиться все равно надо будет. Вечер должен завершиться танцами — принц выберет одну из участниц и станцует с ней, а остальным девушкам составят пары мужчины-придворные. Я, конечно, потренировалась с Корой, но из служанки, которая отплясывала исключительно в деревенских тавернах, да и то в далекой молодости, так себе учитель старинных великосветских танцев. А их не один и не два — целый вагон, и у каждого маленький прицеп с вариациями. На память тела надеяться тоже не приходилось — от страха я легко могла все перепутать.

И вот как тут не нервничать? Даже если меня выберет не принц, то за отдавленные ноги засмеет кто-нибудь другой. Мне еще повезло, что это испытание оказалось последним, потому что будь оно первым, я бы сразу вылетела из отбора.

— Пора идти, — подогнала я сама себя и отвернулась от зеркала.

Слуги вынесли массивный сундук с гобеленом. Следом вышли мы с Корой. На «вечере изящества», в отличие от других испытаний, разрешалось присутствовать не только участницам и судьям. Я взяла Кору, чтобы она помогла мне с представлением гобелена, но на самом деле ждала кое-кого еще.

Взгляд пробежался по коридору. За дверями в комнату Дэлии слышались голоса — подруга не спешила на самое скучное, по ее словам, испытание. Зато леди Байра уже шагала по направлению к Залу невест — тому самому, где проходило первое испытание, с хрустальным шаром, и где сегодня пройдет «вечер изящества».

Я проводила ее мрачным взглядом. Джеран советовал не торопиться с выводами, но с каждым днем мое мнение, что в нападениях виновата она, укреплялось все сильнее.

Байра вела себя подозрительно смирно после того, как во время пряток чуть не задушили леди Армири. Прямо как вел бы себя человек, которого чуть не поймали на преступлении и который теперь боится высунуться. Я аккуратно опросила всех остальных участниц. Почти все так или иначе сталкивались друг с другом, но Эвери Байру никто не видел. Она исчезла в самом начале, после того как девушки разбежались по разным углам дворца. Одна из ее подруг подтвердила, что какое-то время Байра была с ней, но сделала это, как мне показалось, слишком неуверенно. Так, словно ее заставили.

Подружки Байры вообще притихли и появлялись с ней все реже. То ли до них наконец-то стало доходить, что она легко ими пожертвует ради своей выгоды, то ли они догадывались, что их обожаемая товарка не стесняется марать руки в крови.

К Альхару я со своими идеями идти не стала, высказав их одному Джерану. После сцены с помощниками во дворе обращаться к принцу больше не хотелось. Он же пообещал разобраться, пусть даже пока было незаметно, что он что-то делает. Зато некромант, кажется, ко мне прислушивался.

Он собирался зайти сегодня перед «вечером изящества». Говорил, что у него для меня, возможно, что-то будет. Его я и искала в коридоре.

Отсутствие Джерана меня огорчало. Осознав это, я мысленно упрекнула себя в глупости. Чересчур быстро я к нему привыкла. А ведь он оставался для меня опасен.

До начала испытания еще было время, и я бы с удовольствием его потянула, но слуги уже понесли сундук вперед. Со вздохом отправилась за ними и я, но не успела сделать нескольких шагов, как вдали все-таки показался знакомый черный силуэт.

— Джеран! — вырвался у меня радостный возглас.

Я тут же прикусила язык, заметив, как на меня глянула Кора.

В самом деле. Замуж я вроде за принца намыливаюсь, а от радости воплю так, будто за некроманта…

Но я ничего не могла с собой поделать. И причиной были не остаточные чувства Целестии.

В последние дни Джеран уделял мне внимания больше, чем Альхар, хотя это принц клялся, что не даст меня в обиду. И где он был, когда соперницы перед последним испытанием удвоили пакости, пытаясь испортить соседкам подготовленные гобелены и вышивки, устроить нашествие жуков-древоточцев на лютни и изобрести прочие мелкие подлости? Не кто-то другой, а Джеран притащил нам с Минной из города кучу охранных амулетов. Причем отказался брать за них деньги, сообщив, что на Далленском подворье, где живут послы, этого добра все равно выше крыши.

Джеран тоже улыбнулся, увидев меня. Он сегодня выглядел немного усталым. На подбородке отросла трехдневная темная щетина, у глаз пролегли морщины, словно некромант мало спал.

— Что, мне все-таки стоит побриться? — спросил он, заметив, как я изучаю его лицо.

Я рассмеялась.

— Не надо. С этой щетиной ты очень даже соблазнителен. Смотри, как бы у тебя тоже не образовалась парочка страждущих выйти замуж воздыхательниц.

— Девушки в Эсьенском дворце расчетливее, чем ты считаешь, — фыркнул Джеран.

— Некоторым тоже неплохо бы думать о последствиях, — проворчала Кора, бросив на меня красноречивый взгляд.

Я только вздохнула. Да, Альхару о нашей встрече с Джераном обязательно доложат. Ну и пусть.

— Не будем стоять, — предложил некромант. — Идемте в Зал невест, заодно и поговорим.

— Ты хочешь попасть на испытание? — удивилась я.

— Туда пускают не всех, но послов не должны задерживать. А я предпочту убедиться, что с тобой на этом испытании ничего не произойдет.

— А может? Мы же будем всего лишь показывать свои достижения и танцевать.

Он покачал головой.

— Ты плохо представляешь себе, на что способны дворцовые интриганы. К тому же у тебя будет вот это.

Джеран протянул мне сложенный лист бумаги. Так-так, послание некоего Бруссия Литары. Я с недоумением вчиталась в кривые, кое-где размазанные строчки. И чем дальше, тем ниже падала моя челюсть.

— Как ты это достал?!

— Тише, — Джеран наклонился ко мне. Мы уже вышли из крыла с покоями участниц в основную часть дворца. Здесь людей по коридорам ходило больше. — Как достал, неважно. Важно, чтобы ты постаралась быстрее передать это Альхару. Почти наверняка через час-другой у него будут те же сведения. Следом за мной к Бруссию заявилась королевская стража. Вряд ли затем, чтобы поднести ему кубок вина.

— Значит, принц исполнил обещание со всем разобраться.

— Исполнить исполнил, но не полагайся на это. Он не единственный крупный игрок в этой игре. В нее всегда может включиться кто-нибудь другой, и секретарь неожиданным образом скончается по дороге в тюрьму, не успев ни в чем признаться страже. Главное — мы знаем, кто виновен, и у нас есть доказательство. От меня Альхар бумагу не примет, поэтому, что с этим делать, решать тебе. Или ты отдаешь бумагу Альхару сразу и смотришь, как он поступит, или ждешь, пока он все выяснит сам. Если выяснит.

И если захочет с этим что-то сделать. Я повертела в руках желтоватый пергамент. Байра и Кестэла, надо же. Рискнет ли Альхар признать, что главная фаворитка отбора и распорядитель спелись против остальных участниц, или предпочтет все замять?

— А ты бы на моем месте что выбрал? — спросила я у Джерана.

— Я бы громко объявил о подкупе распорядителя в начале испытания, а потом ткнул сволочам доказательства прямо в лицо, чтобы видели все. Но я мужчина и раньше имел вес при дворе, поэтому мне скандал сошел бы с рук. Тебе — нет. Ты для придворных никто, Байру, наоборот, знают очень хорошо, а некоторые даже боятся. Выступишь против нее прилюдно, и тебя втопчут в грязь так, чтобы ты в ней там же захлебнулась. Вдобавок не забывай, что на вечере вас будут оценивать со стороны. На испытание не зря приглашают придворных и устраивают танцы. Принц никогда не выберет леди, которая не понравится двору, иначе ей не дадут спокойно жить во дворце, не говоря уже об управлении страной.

Да уж, так себе перспективка. В том, как бы с проблемой разобрался Джеран, был определенный шарм. Однако в моем положении привлекать к себе такое внимание точно неразумно.

— Значит, предлагаешь провернуть все по-тихому?

— Именно. На твоем месте я бы вообще подстроил все так, чтобы Байру обвинил кто-нибудь другой, а ты была бы как будто ни при чем. Тогда и мстить будут не тебе.

— На это нет времени, — с сожалением сказала я. — Перед объявлением невесты соперничество между главными фаворитками всегда обостряется. Было уже две попытки убийства, наверняка будет и третья. Мы с леди Армири спаслись благодаря чистой случайности, и нет гарантии, что в следующий раз жертве снова повезет. Я не могу позволить, чтобы это произошло. Даже если нападут не на меня.

— Тогда действуй. Я буду рядом и прикрою.

— Думаешь, в меня начнут швыряться заклинаниями? — ужаснулась я.

— На людях, скорее, острыми словами, — хмыкнул Джеран. — Учти: я не мастер красноречия, хорошо обращаюсь только с магией. Кстати, в картах мне обычно тоже везет, — он вдруг задумался. — Всегда выигрывал в них большие суммы, хотя редко играю.

Наверное, местные боги так компенсируют ему катастрофическое невезение с женщинами…

— Ладно, герой, — улыбнулась я. — Буду знать, что на тебя можно положиться, и спасибо за помощь. Помнится, ты говорил, что хочешь чего-то взамен. Я уже могу узнать, что это?

— Еще нет. Но я все же хотел бы задать тебе один важный вопрос, — он пристально посмотрел на меня. — Ты еще не разочаровалась в Альхаре? Действительно хочешь всего этого — победы, замужества или статуса консорта, ребенка?

Удивительно было слышать подобные вопросы именно от него. Кто бы дал залезть к нему в голову, выяснить, что там творится?

— Джеран, — я ответила ему прямым взглядом. — Ты так спрашиваешь, будто у меня целое море вариантов, как устроить свою жизнь. Мне забыли дать право выбора, когда призвали в этот мир. Я, конечно, все еще могу сама сдаться охотникам, но предпочту им принца.

— К слову об охотниках, — проворчала Кора. — Вам не кажется, что их стало многовато даже для королевского дворца?

Мы огляделись, прервав разговор.

Мрачные, иссеченные шрамами лица охотников действительно в последние дни встречались в коридорах все чаще. Орден то по просьбе короля проверял магические испытания отбора, то сопровождал послов, то решал во дворце какие-то собственные проблемы. Мы с Минной сталкивались с охотниками во время пряток. Угрюмых магов я видела во дворе, когда докладывала Альхару на грифоне о том, что разузнал Джеран. Торчали они у входа в Зал невест и сейчас.

По обеим сторонам от распахнутых позолоченных дверей замерли стражники — зрелище уже привычное, поскольку молчаливая, больше похожая на статуи королевская стража всегда наполняла дворец. Их блестящие парадные доспехи так хорошо вписывались в праздничное украшение дворца — серебряную утварь, хвойные веночки и золотистые солнечные символы, которые повсюду развешивали в ожидании нового года и увеличения светового дня, — что стражников я едва замечала.

На их пестром фоне темные одежды охотников и свисающие с поясов заговоренные цепи выглядели пятнами уныния среди ярких горящих огней и буйства красок. Мужчин у входа в зал было двое — столько же, сколько и обычных стражников.

Я невольно замедлила шаг.

— Надеюсь, они не пронюхали, что во дворце появились гости из других миров.

— Енто не по вашу душу, госпожа, — успокоила Кора.

— Почему ты так думаешь?

— У них бы тогда анмулеты особые были, которые начинают светиться, как что-то такое чувствуют.

— А ты откуда о них знаешь? — Джеран вдруг остановился и схватил служанку за руку, увлекая нас обоих в нишу, где нас бы никто не услышал. Голубые глаза окатили Кору потоком льда, не сулившим ничего хорошего. — Эти амулеты — вещь редкая, о ней кому попало не болтают, потому что их для ордена зачаровывают действующие некроманты. Знаешь, дорогая Кора, пока мы не дошли до охотников, я бы очень хотел услышать твою версию истории о том, откуда тебе это известно, если ты сама не некромант.

Я пораженно уставилась на свою полноватую добродушную помощницу. Вот так сюрприз!

— Кора, пожалуйста, только не говори, что ты сама участвовала в некромантских обрядах!

Она испуганно покосилась на охотников и сделала от них шажок в сторону. Те тоже глянули на нас с подозрением, но, к счастью, были слишком далеко, чтобы уловить хотя бы обрывки нашей беседы.

— Вы что, госпожа моя милая! — запричитала служанка. — Вы же господина распорядителя сами слышали: нулевая у меня магия. Как бы я в ентих обрядах участвовала?

— Да как угодно, — резким тоном произнес Джеран. — Хоть ингредиенты для зелий подавала. Или ты на охотников работала? Может, и на мать Целестии им донесла?

— Ну уж нет, господин, — Кора, вдруг разозлившись, выдернула из его ладони свою руку и демонстративно отряхнула рукав в том месте. — Вот не надо тут ваших домыслов. Хотите знать? Хорошо, расскажу. Мою сестренку младшую охотники со свету сжили. Она травницей в деревне была, подумывала на лекаря выучиться, но денег не хватало. В нее сын старосты деревенского влюбился. Они пожениться хотели, все честь по чести. Но Невии моей позавидовала другая девушка, которая на сына старосты тоже виды имела. Как-то раз Невия ребенка вылечила, который уже при смерти лежал. Та гадина наврала охотникам, что мальчик уже мертвенький был, а сестра его запрещенными обрядами с того света вернула. Только колдовского дара у нее еще меньше, чем у меня, было. Иначе б ее лекарскому искусству и без денег учить взялись — лишь бы дар свой использовала.

Голос у нее дрогнул. Она перевела дыхание и заговорила снова.

— По справедливости охотники с Невией сделать ничего не могли, но жизнь испортили. Ходили, угрожали, по проверкам таскали, ненадолго даже в темницу бросили. Староста деревенский испугался и сыну жениться запретил на такой девушке. Другую супругу ему навязали, ту самую, что мою сестру подставила. На другой день, как енто объявили, Невия пошла и в речку бросилась. Три дня искали. А как нашли, так и старостин сын на чердаке повесился.

Кора вызывающе посмотрела на Джерана.

— Я когда шла в семью Тэвьера работать, то уже знала, что леди Риата, матушка Целестии, запрещенным искусством пробавляется. Потому и пошла — молодая была, злая, готова была что угодно делать, лишь бы назло охотникам. Даже если бы сестра моя мальчика того не вылечила, а воскресила, что плохого в том, чтобы ребенка родителям вернуть? От леди Риаты я про анмулеты и услышала. Она их для охотников делала, пока те не решили, что пора от нее избавиться. Думаю, они ее и отравили, а не она сама яд выпила, как лорд Тэвьера решил.

— Кора! — ахнула я. — Почему ты мне это раньше не рассказала?

— Боялась, что вы ентим демоновым отродьям мстить будете, — она потупилась. — А вам нельзя к ним приближаться. Если они и вас заберут, лорд Тэвьера совсем с ума сойдет. Он хоть человек и не лучший, жену свою мог бы уберечь и за вашим воспитанием приглядывать, а не рукой махнуть. Но нельзя же так. И остальным слугам тогда куда деваться?

Я тяжело вздохнула. Ну и новости, однако.

— Джеран, ты знал, что мать Целестии была некроманткой?

— Да, но, когда собрался в ваш город, не знал, что она уже мертва. В роду Тэвьера очень давно были аристократы из Даллена. У вас даже гербы похожие — и там феникс, и там. В юности я учился у одного из дальних родственников Лестиной матери. Меня попросили, чтобы перед возвращением в Даллен я забрал у нее архивы ее предков-некромантов. Я подумывал заодно предложить ей вместе перебраться на юг, где она могла бы спокойно заниматься своими исследованиями. Риата все равно никогда не практиковала ритуалы и изучала только теорию. Но охотники, очевидно, разницы не видят. Поэтому я и спросил тебя сейчас, хочешь ли ты остаться при дворе. Рано или поздно кто-нибудь предаст огласке, чем занималась твоя мать, и от пристального интереса охотников тебя не защитит даже Альхар.

— Или он, наоборот, единственный, кто может меня спасти, — возразила я. — Мне все равно некуда возвращаться — или ехать в отцовский дом, чтобы меня потом продали в бордель, или сидеть здесь. Ничего другого мне, презренной женщине, сделать просто не позволят.

Джеран нахмурился.

— Уверена? Не может быть, чтобы все было настолько плохо.

Я криво улыбнулась. Ага, и говорит мне об этом человек, который изначально донельзя усложнил мое положение, устроив на меня целую охоту.

— Если ты еще не бросил идею по возвращению Целестии в это тело и не подумываешь о том, чтобы забрать меня из Эсьены в собственный дворец на берегу моря, где я буду жить долго и счастливо, то да, все действительно настолько плохо.

— Извини, у меня нет дворца на берегу моря.

О возвращении Целестии он благополучно умолчал. Ну, что ж… Я развела руками.

— Значит, хватит болтать и идемте наконец в Зал невест, потому что на нас уже начинают странно посматривать.

И не только слуги с моим сундуком, но и другие люди, шедшие понаблюдать за испытанием. По коридору промчалась улыбчивая леди Геторна, приветственно помахавшая мне рукой. Девушка явно хотела подойти, но оценила наши напряженные лица и промчалась мимо.

— Ты танцевать-то научилась? — тихо поинтересовался Джеран, проводив взглядом музыкантов, которые тоже направлялись в зал.

— Нет, — буркнула я. Нашел, что спросить! И ведь догадался же как-то, что у меня с этим образовалась проблема. — Как-нибудь выкручусь.

Он усмехнулся.

— Придется тебя выручить и пригласить на танец. Если повезет, твое тело само вспомнит, как нужно двигаться.

Или я окончательно оцепенею и буду похожа на вылезшую из пирамиды мумию. Не каждый день выдается сплясать с некромантами. Особенно настолько сексуальными. Черт, да от Джерана искрит, даже когда он не сверкает на меня своими синющими глазами!

Впрочем, я надеялась, что танцев просто не дойдет. Спрятав в сумочку признания секретаря Бруссия, я зашагала к залу.

Слуги с сундуком уже прошли вперед и ждали в зале. Однако стоило приблизиться к дверям нам троим, как охотники выступили вперед, преграждая путь. Блеклые глаза одного из орденских магов устремились на Джерана.

— Вы не можете войти, лорд Мортеран.

— В самом деле? — отрывисто поинтересовался некромант. — По чьему это распоряжению?

— Из соображений безопасности участниц чужеземных магов на испытание пускать запрещено, — неэмоционально ответил тот.

Джеран сверкнул на него голубыми, чисто мелантскими глазами.

— С каких это пор я чужеземец?

— Вы перестали быть послом Даллена?

— Нет, — процедил он.

— В таком случае, если у вас есть вопросы, обращайтесь к распорядителю отбора. Я всего лишь выполняю приказ.

Я растерянно оглянулась на заскрипевшего зубами Джерана. Пусть я на него только что злилась, с некромантом было спокойнее, чем без него.

Он, взяв за локоть, отвел меня в сторону.

— Думаешь, лорд Кестэла что-то знает о бумаге, которую ты достал? — прошептала я.

— Нет. Уверен, это распоряжение Альхара. Мое присутствие во дворце и так его раздражает. Надо было догадаться, что на испытание он меня тем более не пропустит. Я мог бы устроить скандал и все-таки пройти…

— Не надо, — прервала я, положив ладонь на его грудь. — Ты и так в опале. Демоны знают, каких еще собак на тебя спустят, если начнешь ругаться с устроителями отбора. Не усугубляй свое положение.

Джеран несколько секунд молча смотрел на мою ладонь. Смутившись, я убрала руку и спрятала ее за спиной.

— Волнуешься за своего убийцу? — ухмыльнулся некромант.

— Не обольщайся, — проворчала я. — Что будем делать с бумагой?

— Как ты и сказала, тебе придется выкручиваться. Определись, хочешь ли ты показывать ее Альхару, выбери момент и действуй, — Джеран внезапно улыбнулся. — Если сделаешь все правильно, будет уже не так важно, насколько плохо ты танцуешь.

— Ну спасибо! — фыркнула я.

— Всегда пожалуйста. Я все равно буду в соседних коридорах. Если что-то случится — зови на помощь.

— Спасибо, — уже серьезным тоном поблагодарила я. — Надеюсь, необходимость в этом никогда не возникнет.

Не успела я развернуться и уйти в зал, как теплые пальцы снова коснулись моего локтя. Я вопросительно посмотрела на некроманта.

— Инна, будь осторожна, прошу тебя, — шепнул он.

По сердцу разлилось странное, приятное чувство. Такое, какое точно нельзя испытывать к человеку, охотящимся за твоим телом.

Я кивнула, подавив дурацкий трепет в груди.

Пожалуйста, Боже. Пусть Джеран когда-нибудь все-таки забудет Целестию…

Глава 24

Лютнист нежно водил пальцами по струнам, рождая струящуюся по Залу невест мелодию. Ее очарование немного портил слабенький, иногда не попадающий в ноты голосок леди Армири, но я все равно не могла сосредоточиться на музыке. Мимо ушей я пропускала и тихие жалобы Дэлии на то, что у Домохозяйки нет вокальных данных.

Сама Дэлия выступила на испытании хорошо. Она тоже пела — к типичным женским занятиям у нее склонности не было, и подруга решила ограничиться песнями. И хотя она не стремилась впечатлить Альхара и занять первое место в отборе, утром мне пришлось ей помогать. Кто-то очень «остроумный» наслал на нее заклинание воздушной школы, из-за которого пропадал голос.

Отлично справилась и Минна. Она показывала свои вышивки на мифологические темы — великолепные работы, честное слово. Подруга закончила выступление как раз перед леди Армири и теперь ерзала, пытаясь погасить остаточное волнение.

Я шепнула ей несколько ободряющих слов, но на большее сейчас способна не была. Я не могла оторвать взгляд от противоположной стороны зала, где сидели семь из тринадцати оставшихся участниц.

За их спинами, как и за нашими, темной массой колыхались рассевшиеся на местах для зрителей придворные. Людей было много, почти исключительно мужчины в возрасте до сорока лет, что подогревало обстановку состязания. Они примерно одинаково встречали выступление каждой девушки, но я знала, на кого смотрят чаще, чем на других.

На Эвери Байру.

Она улыбалась так, словно уже одержала верх над соперницами. Ее представление действительно было впечатляющим. Тут тебе и магия, и вышивка, и игра на маленькой арфе — полный набор достоинств. Еще и выступила Байра удачно — в самом начале испытания. Зрители и судьи поневоле сравнивали всех последующих девушек с ней.

Якобы ее место в очереди определил жребий, но я не сомневалась, что он так же «случаен», как жребий в Тюльпановых садах, и что распорядитель точно так же приложил к этому руку, как к расставленной на меня ловушке с зыбучими песками. Победа Байры, может, и будет заслуженной, но уж никак не честной. И обмытой чужой кровью.

При мысли об этом рука сильнее сжимала край сумочки, в которой лежало признание Бруссия.

Я собиралась подойти к принцу еще до испытания, однако он задержался и пришел в зал, когда лорд Кестэла уже объявлял начало. Настроение у Альхара сегодня явно было не благодушным. Он хмурился, особенно когда его взгляд падал на охотников, думал о чем-то своем, тоже почти не обращая внимания на выступления невест. Но мне принц улыбался, и это вселяло надежду.

Увы, напополам со страхом. Байра тоже видела эту улыбку, и можно было руку на отсечение дать, что стерва отомстит.

Я еле дождалась момента, когда леди Армири закончила завывать и лорд Кестэла сообщил, что первая часть испытания завершена. После того как центр зала освободят от стульев и вещей, которые участницы использовали для выступлений, наступит вторая часть — танцы. Сейчас объявлялся перерыв.

Как только прозвучали эти слова, я встала с сиденья и направилась к принцу, оставив подруг удивленно глядеть мне вслед. Они надеялись обсудить испытание, посплетничать, и я бы с удовольствием поучаствовала в дружеской болтовне, но не хотела ждать самого конца испытания.

По мнению Джерана, я таким образом спровоцирую на себя следующий удар Байры? Да она в любом случае не оставит меня в покое.

Альхар наблюдал за выступлениями, сидя за столом в передней части зала. Во время перерыва он поднялся и стал ходить по залу, здороваясь с придворными. Все жаждали его внимания, вокруг вертелись участницы, и мне не сразу удалось поймать принца в одиночестве. К счастью, завидев меня, он сам распрощался с собеседником и подошел поближе.

— Хорошее выступление, леди Тэвьера, — похвалил Альхар.

Я сразу заработала уничтожающие взгляды от оказавшихся рядом девушек. Да уж, не от одной Байры мне придется защищаться… И было бы из-за чего. Выступление как выступление, такое же, как у многих.

— Спасибо, ваше высочество, — я склонилась в реверансе. — Извините, мы могли бы поговорить наедине? Хотя бы относительно наедине, — добавила я, заметив, как он оглянулся на полный зал людей.

На секунду сердце сжал страх. А что если Альхар откажет? Тут целая толпа симпатичных девушек, которые вертятся вокруг него. Я ничем не лучше других. Что делать тогда? Может, вообще забыть о признании Бруссия и дождаться, пока дело как-нибудь решится само? Джеран сказал, что королевская стража этим уже занялась. Не лучше ли предоставить все кому-нибудь другому, а самой посидеть тихой мышкой…

Вот только мышкой я не была. И Джерана подвести не могла. Он рисковал ради меня, старался добыть сведения настолько быстро, насколько возможно.

— Идемте в коридор, — согласился принц.

От сердца у меня отлегло. С другой стороны, это значило, что назад пути уже нет.

Снаружи было прохладнее, чем в зале. Свежий воздух коснулся моих щек, снимая с них печать духоты и придавая уверенности.

Как только мы оказались достаточно далеко от вездесущих гостей испытания, я вручила принцу сложенный лист бумаги.

Альхар с улыбкой повертел его в руках.

— Надеюсь, здесь признание в любви?

— А если бы было признание, как бы вы на него ответили? — шутливым тоном поинтересовалась я.

— Удивился бы, потому что вы определенно не та девушка, которая, краснея, передает мужчине любовные записки, — рассмеялся Альхар. — Но здесь ведь не признание, я прав?

Я кивнула. Что-то в моем серьезном виде ему не понравилось, потому что принц вздохнул.

— Значит, и на легкомысленном «вечере изящества», на котором предполагалось развлекаться под музыку и танцы, меня догнали дела. Что ж, посмотрим, что тут у вас.

Бумага зашуршала, распрямляясь. Брови принца сдвинулись к переносице, когда он начал читать. Чем дальше по тексту он продвигался, тем больше краски уходило с бледного аристократичного лица.

Нас попытались прервать — в коридор вышел придворный с кубком вина в руках, весело позвавший Альхара обратно. «Позже», — процедил тот, даже не глянув на него.

Длинные пальцы безжалостно смяли бумагу, когда принц закончил читать. На меня уставился взгляд серых глаз, настолько холодный, что мне захотелось поежиться. Сейчас ни за что нельзя было бы сказать, что этот человек владеет магией огня.

Голос принца звучал еще хуже — как ледяная пустыня.

— Даже не буду спрашивать, где вы это достали. Джеран постарался?

— Да.

— Кто-то знает об этой бумаге, кроме вас двоих?

— Нет. Вы не злитесь на меня, ваше высочество?

— Злюсь? — гримаса исказила его лицо так, что на миг оно стало страшным. — Я в ярости. Но не бойтесь — не на вас. Вы с Джераном как раз таки поработали отлично.

Принц шагнул к стражникам и шепнул им что-то. Попавшийся навстречу аристократ, похоже, тоже собиравшийся звать Альхара назад, побледнел и предпочел молча развернуться. Спустя полминуты стража вывела в коридор леди Байру и лорда Кестэлу. Оба хмурились, не понимая, что происходит.

— Этого — в темницу, — кивнул принц на распорядителя.

— Простите, ваше высочество… — замяукал испуганный распорядитель.

— Я не прощаю убийц! — рявкнул Альхар. Костяшки пальцев побелели, когда ладонь сжалась в кулак, но сжавшегося распорядителя принц так и не ударил. Казалось, ему стало противно это делать. — Стража, уберите его.

Подчиненные исполнили приказ мгновенно. Кестэла попытался сопротивляться, но его ткнули с такой силой, что он чуть не покатился по полу под взглядами удивленных гостей. Мне даже стало его немного жаль.

— Это ошибка! — попытался снова мяукнуть лорд, но принц красноречиво развернулся к нему спиной и мрачно посмотрел на Байру.

— А ты — ко мне в кабинет.

Эвери была умнее Кестэлы. Она просто кивнула, поджав губы.

Затем, к моему изумлению, принц вполоборота бросил:

— Леста, вы тоже.

— Да, ваше высочество, — согласилась я, хотя и занервничала.

Я-то ему в кабинете зачем? Мог бы с Байрой и сам разобраться. Например, отдать ее страже, как лорда Кестэлу.

Ох, не нравилось мне все это, ох, как не нравилось…

Однако, когда Альхар пошел впереди, а Эвери повернулась ко мне и злобно прошипела: «Ты что наделала, деревенщина?», я спокойно посмотрела ей в глаза и ответила:

— То, что должна была.

Глава 25

Разъяренный Альхар шел так быстро, что уже через минуту мы были в его кабинете, хотя он находился в другой части дворца. В этот раз у меня не было ни времени, ни желания разглядывать интерьер или любоваться каминными часами. Переводя дыхание после попыток успеть за длинными ногами принца и не сорваться на спринтерский бег, я опасливо следила за отражением эмоций на лице Альхара.

Теперь мне отлично верилось в истории о том, что принц жесток. Глаза у него полыхали похлеще, чем у Джерана, а кулаки до сих пор сжимались до такого состояния, что на руках выступали жилы.

Оставалось радоваться, что его гнев направлен не на меня. На месте Эвери я бы уже сама залезла в разожженный камин и закидала себя дровами, однако выдержка у нее была лучше моей. У девушки только сбилось дыхание из-за спешки, а в кабинет она зашла с видом полноправной хозяйки и царственно уселась в кресло для гостей, не дожидаясь приглашения.

— Мне кто-нибудь объяснит, почему меня сюда привели? — спросила Эвери у Альхара таким тоном, будто это она здесь королевских кровей, а не он.

Принц молча швырнул ей признание Бруссия.

— И что это? — всмотревшись в бумагу, она капризно искривила губы. — Понятия не имею, кто такой Бруссий Литара. Ваше высочество, вы хотя бы проверили, существует ли такой человек? Некоторые участницы отбора ни перед чем не остановятся, чтобы очернить соперниц.

— Хватит прикидываться дурой, — рявкнул Альхар. — Мы оба прекрасно знаем, что нападения на участниц — твоих рук дело. Ты чуть не убила двух девушек. Двух ни в чем не повинных девушек! У меня есть полное право отправить тебя на плаху, и клянусь богом, я так и поступлю, если ты продолжишь корчить из себя святую невинность!

Наконец-то Байра слегка побледнела.

— Мой отец этого не допустит. Повторяю: я ни в чем не виновна.

— О да, твой отец, — принц уперся обеими руками в столешницу, нависнув над Эвери. — Великий маркиз Байра, правая рука короля, его верный советник и друг, человек, не допустивший Эннантского кризиса и много сделавший для укрепления и обогащения Меланта. Именно из-за твоего отца ты пока в моем кабинете, а не в тюрьме, как Кестэла. Мне будет жаль расстраивать старика, но, если мы не решим вопрос здесь и сейчас, я это сделаю. И мне будет плевать на его любимые угрозы насчет колоний, потому что я лучше казню несколько человек, разваливающих страну изнутри, и потерплю нехватку некоторых товаров, чем позволю дорваться до власти людям, способным на подкупы и подлые убийства исподтишка.

— Да никого я не пыталась убить! — выдержка Эвери впервые дала трещину. Девушка вскочила с кресла, ноздри ее затрепетали, ладони, как недавно у Альхара, сжались в кулаки. — Это была случайность! Магу в Тюльпановых садах я заплатила не за убийство, а за то, чтобы он с помощью зыбучих песков задержал леди Тэвьеру. Вот и всё! Я понятия не имею, почему его заклинание так подействовало, и уже наказала его за это. Не веришь — я могу сообщить имя этого человека, найди его сам и допроси. А к нападению на Армири я не имею никакого отношения. Зачем мне вообще нападать на эту безмозглую курицу? Ты бы не выбрал ее победительницей даже в пику мне!

— Ты расставила ловушку на Лесту, — медленно и четко произнес он. — Армири попалась туда случайно. Или это была ловушка на кого-то другого? Времени между тем, как ты ушла из беседки, и покушением на Армири было достаточно для того, чтобы сплести это заклинание.

— Значит, вы все-таки были в саду? — вырвалось у меня.

Эвери с досадой глянула на меня. Кажется, она забыла, что я тоже нахожусь в кабинете.

— Представьте себе, да. Я знаю Альхара лучше всех. Догадаться, где он, не стоило усилий. Я первая его нашла и победила в прятках, но кое-кто, — она метнула злой взгляд на принца, — решил, что это перебор, и отправил меня обратно.

— Поэтому ты и решила отомстить Лесте, увидев, что она тоже приближается к победе? — продолжал гнуть свою линию Альхар.

— Ах, так ты ее уже начал называть Лестой? И под юбку тоже уже наверняка залез? А не боишься, что до тебя там уже побывал твой любимый друг? — съязвила Эвери. — Не задумывался, что они делали в беседке ночью, во время пряток, раз так удачно оба оказались рядом с Армири?

В камине внезапно полыхнул огонь. Затрещали, ломаясь, поленья, а жар наполнил всю комнату. Само по себе такое произойти не могло бы — это наверняка постарался принц. В его глазах действительно зажглось опасное пламя.

— Чистота Лесты была доказана первым испытанием. А какие ухищрения ты использовала, чтобы обойти магию хрустального шара, даже знать не хочу. Поэтому если с твоего ядовитого языка сорвется еще хоть одно грубое слово о Лесте, я могу нечаянно забыть о своем решении не выносить эту ситуацию за пределы кабинета. Ты меня поняла?

Она пожевала губы, бросив на меня ненавидящий взгляд.

— Да. Но я правда не связана с нападением на Армири. После того как ты заставил меня уйти, я вернулась в свои покои во дворце, махнув рукой на твои дурацкие игры. Меня видели слуги, они подтвердят мои слова. А ты, пожалуйста, не упрекай меня в бесчестной игре, раз уж сам решил притвориться, будто моей победы в прятках не было.

— Даже если бы я признал твою победу в глупой игре, королевой ты стала бы только через мой труп, — отрезал Альхар. — Зря я поддался на уговоры включить тебя в отбор. Ты дисквалифицирована — это раз. Ты принесешь извинения перед леди Тэвьерой — это два. Прямо сейчас. В качестве искупления вины ты выполнишь все, о чем она тебя попросит, — три. Затем ты выйдешь отсюда, соберешь вещи и исчезнешь из Эсьенского дворца навсегда — это четыре.

Ее глаза расширились. Первые несколько секунд она безмолвно таращилась на Альхара, не в силах выдавить и слово. А я никак не могла понять: неужели у нее действительно настолько незамутненный совестью рассудок, что она, после ее-то поступков, и представить не могла дисквалификацию?

— Исключить из отбора? Меня? Из-за вот этой?.. Как я могу выполнить требования какой-то… — Эвери запнулась под взглядом принца, но я не сомневалась, что дальше ничего лестного для меня не последовало бы. — Требования незнакомого мне человека? Ты сам-то много знаешь о своей избраннице, кроме того что она якшается с человеком, которого подозревают в занятиях запрещенной магией?

— Она «якшается» с человеком, с которым мы спина к спине сражались на поле боя в десятках сражений, и тебе стоило бы помнить об этом. В леди Тэвьере достоинства и чести в сто раз больше, чем в тебе, мстящей соперницам исподтишка. Зная Джерана, я тем более в этом не сомневаюсь, потому что он скорее отрежет себе руку, чем будет иметь дела с гнилыми людьми.

— Вот именно, — возмутилась я. Очень приятно слышать, как тебя походя с грязью мешают! — Мне от вас ничего не нужно, Эвери. Это не я с первого дня знакомства начала бросаться угрозами, унижать вас и подстраивать ловушки. Все, чего я хочу, это чтобы вы оставили меня в покое. И других участниц тоже.

— Даже не потребуете денег? — она дернула плечами. — Я слышала, они вам отчаянно нужны, и именно поэтому вы так липнете к Альхару — из-за состояния, которое выплачивают девушкам из консорта. Так ведь? Поэтому вы решили от меня избавиться — поняли, что я вас обхожу и денег вы не получите?

— Да я сама вам заплатить готова, чтобы вы наконец заткнулись и перестали меня оскорблять, — огрызнулась я. — Не меряйте всех вокруг по себе. Наэви вы тоже деньги предлагали и убили ее, когда она предпочла любовь золотым монетам?

— Хороший вопрос, — тихо, угрожающе произнес Альхар. — Что ответишь на него, Эвери?

— Что я не имела к ее смерти никакого отношения, точно так же как к нападению на Армири! Гибель сделала из нее мученицу, а это худшее, что могло случиться. Видят все святые, — Байра сверкнула на него глазами, — если бы в тот момент я могла предложить ей деньги, лишь бы она навсегда исчезла из Меланта, я бы так и сделала. Может быть, это прочистило бы твой разум от розового тумана и ты перестал бы страдать по деревенщине, которая из всех присущих королеве качеств обладала только самым незначительным — красотой. Может быть, ты наконец задумался о том, что на троне рядом с тобой должна быть женщина, которая понимает, как править, а не ковыряется целыми днями в книгах. Может быть, ты…

— Хватит! — одернул ее Альхар. Однако в голосе вместо гнева звучала смертельная усталость, словно одно упоминание о погибшей любви высосало из принца все силы. — Ты-то уж точно знаешь, как править — кровью и подкупами. Побойся бога, очерняя погибшую женщину, которая, в отличие от тебя, в жизни мухи не обидела.

Байра снова открыла рот, но заговорить ей принц не дал возможности. Он тяжело опустился в кресло, махнув рукой на дверь.

— Убирайся отсюда. Сейчас же. Если, конечно, Леста не хочет получить от тебя настоящие извинения, а не поток грязи.

Я покачала головой. Мне даже извинений не хотелось, лишь бы эта тварь поскорее исчезла из моей жизни.

— Вот и прекрасно, — сухо подчеркнул Альхар. — У меня тоже нет больше сил тебя видеть, Эвери. Напоследок напомню, что, если с Лестой или другими участницами конкурса совершенно внезапно случится какая-нибудь беда, копия этой бумаги, — он указал на признание Бруссия, — ляжет на стол к твоему отцу, а потом обойдет всю Эсьену. Так что тебе лучше уехать из города, и подальше.

Байра гордо вздернула подбородок и процокала каблуками мимо нас, но у выхода все же остановилась и обернулась.

— Ты еще пожалеешь об этом, Альхар. Я была твоей первой женщиной. Я не покину твое сердце никогда.

Лишь после этого за ней захлопнулась дверь. В любимом стиле Байры — последнее слово осталось за ней. Даже если бы у нас с принцем был колкий ответ, лететь он мог уже только в стену.

Альхар тяжело вздохнул, закрыл глаза и помассировал веки. Я расслабляться не торопилась. Слишком уж дурно пахли последние брошенные Байрой фразы.

— Вы уверены, что этого хватит, ваше высочество? Простите, но она не очень похожа на пристыженную и сдавшуюся.

— Мы с вами договаривались называть друг друга по имени, — тихо сказал он.

— Да… После всего, что произошло, мне не хотелось обидеть вас неуважением. Извините, Альхар.

— Спасибо, так лучше. И это не неуважение. Наоборот, так мне гораздо приятнее, — принц отнял пальцы от лица и устремил взгляд на огонь в камине. — И вообще, это я должен у вас просить прощения. Не стоило приглашать вас на этот разговор. Я рассчитывал показать Эвери, что у нее больше не получится решать подобные проблемы с глазу на глаз со мной и придется считаться с моей невестой, но из-за моих сложных отношений с ней и ее отцом вы не получили ни заслуженной мести, ни вменяемых извинений, только ушат словесных помоев.

Я заставила себя улыбнуться.

— Ничего страшного. От таких помоев даже отмываться не придется — сплошная экономия, видите? Меня вполне устроит, если леди Байра действительно больше не будет вмешиваться в мою жизнь, но, как я уже сказала, у меня есть некоторые сомнения насчет этого. Как и насчет ее виновности в нападении на леди Армири и убийстве Наэви. То, что она отрицала свою причастность, еще ничего не значит.

— Она не виновата в этом. Здесь я ей верю. Эвери подобные вещи считает своими достижениями и с готовностью о них рассказывает, если представляется повод. Ей бы хватило ума промолчать, если бы она поняла, что у нас нет доказательств ее нападения в Тюльпановых садах. Но если уж появилась возможность, она бы призналась во всем, чтобы причинить нам обоим боль и показать свое превосходство.

Похоже на то. Особенно если вспомнить, как она в первый день нашего знакомства, толком не зная, кто перед ней, болтала о предпочтениях принца в постели.

Да уж… Я поежилась. О таких вещах я бы тоже предпочла узнать иным способом, чем от бывших любовниц.

— Вам больше ничего не угрожает, — успокоил Альхар. — По крайней мере, со стороны Эвери. Она хорошо знает меня, ну а я — ее. Самый большой ее страх — испорченная репутация. Одна из причин, почему она спустя столько лет продолжает цепляться за чувства ко мне, — всеобщее недоумение, как она, умница и красавица, умудрилась упустить такую партию, как я. После дисквалификации она не рискнет показываться во дворце, где ее могут засмеять за провал. И не беспокойтесь из-за того, что она ушла безнаказанной. Пока что по некоторым причинам я не могу ссориться с ее отцом, но как только почувствую, что угроза миновала, Эвери поплатится за все, что натворила.

— Надеюсь на то, — пробормотала я.

Хотела бы я быть в этом настолько же уверенной, как принц. Однако что-то подсказывало, что Байра не отступится, даже если Альхар женится и наплодит десяток детей от законной супруги. Дэлия вроде бы говорила, что с момента заключения их помолвки, позже разорванной, прошло лет десять, если не больше? А Байра до сих пор не могла его отпустить.

На секунду мне стало ее жаль, несмотря на то что она пыталась меня убить. Больше десяти лет сходить с ума по мужчине, которому на тебя давно плевать, — это уже не любовь, это мазохизм чистой воды. Болезнь, от которой страдает не только Байра, но и принц, и люди вокруг.

Вот только стоит ли винить в этом саму Байру? Учитывая патриархальность Меланта, ей, сильной и, чего уж скрывать, умной девушке, запросто могли внушить мысль, что без замужества за наследником она будет никем, пустышкой. Вот она и добивалась этого всеми способами.

Отчего-то подумалось, что я ничем не лучше Байры. Тоже ведь изо всех сил стремлюсь пройти отбор до конца. А ведь сначала вообще не собиралась тут задерживаться, но чем дальше, тем больше прогибаюсь под местные правила…

— Вас проводить до покоев? — спросил Альхар.

Он все еще выглядел уставшим, а печальный взгляд почти не отрывался от пляшущих в камине язычков пламени. Интересно, что принц там видел? Наблюдал, как сгорает их с Байрой давняя влюбленность? Или вспоминал Наэви, которую тоже зацепило безумной страстью этой стервы?

— Разве мы не вернемся в Зал невест? — удивилась я. — Испытание ведь еще не окончено.

— Точно, танцы… — он поморщился. — Я успел забыть о них. Придется участницам танцевать без меня.

— Уверены, что без вас не наступит хаос?

Я попыталась улыбнуться, но он только грустно покачал головой.

— Помощники лорда Кестэлы знают, что делать в подобных случаях. Ни одна девушка не останется без внимания или танца. Я не жадный, консорт заводить не собираюсь, поэтому пригласил на «вечер изящества» всех достойных неженатых мужчин среди аристократов Эсьены, кого мог. А уж эти не откажутся от праздника, даже если будет рушиться дворец.

Значит, Альхар решил позаботиться даже о тех участницах, кто проиграет. Великодушный поступок.

— Я не вернусь в зал, — продолжил принц. — Но вы, если хотите, можете присоединиться к подругам и потанцевать. Вы заслужили отдых.

— А вы? Разве нет?

И снова в ответ печальная улыбка. Альхар хлопнул ладонью по стопке бумаг на столе.

— У меня еще дела. Орден охотников очень странно ведет себя в последнее время. Кажется, они догадались, что я планирую их расформировать, как только приду к власти, и пытаются перепрятать награбленные у честных людей богатства. Сейчас — самое правильное настроение, чтобы заняться изучением докладов об их махинациях и вынести парочку отрицательных решений по их прошениям.

Толще намека на то, что он предпочтет остаться один, не придумать. Я поднялась с кресла и склонилась в реверансе.

— Не заработайтесь, Альхар. Приятного вам вечера.

— Спасибо, Леста. Я обязан вам — и вашей настойчивостью, и вашим терпением. Честно говоря, даже впечатлен. Вы добились результата быстрее, чем моя собственная стража, — он кривовато усмехнулся. — Как бы мне не пришлось нанимать вас с Джераном в охрану. В общем, если вам от меня что-то понадобится, просто пришлите слугу с просьбой. Я появлюсь в тот же миг.

Я еще раз благодарно поклонилась и вышла за дверь, уже в коридоре переведя дыхание.

Все прошло совсем не так, как я думала. Разочаровывающе, пожалуй. На извинения от Байры и рассчитывать не было смысла, но вместе с этим не будет ни ее публичного разоблачения, ни настоящего наказания. Вдобавок она теперь точно знает, кому мстить за дисквалификацию. Удовольствие, испытанное от ее ошарашенного вида, — так себе плата за нервотрепку.

Реакция Альхара тоже не обнадеживала. Если он жесткий, то не по отношению к бывшим любовницам. И этот тянущийся за ним шлейф из женщин — Эвери Байра, Наэви… Принц их обеих еще не забыл. Иначе бы не включил Эвери в отбор и не пытался сейчас забыться в работе, вместо того чтобы уделить время кандидатке в будущую супругу. Которая, между прочим, пострадала из-за его решения, хотя он отлично знал, что Байра будет строить козни соперницам, если ее допустить к конкурсу невест.

Из отворенных окон в коридоре просачивался морозных воздух. Я обхватила себя за плечи.

Ощущения были тоскливыми, невзирая на решенную проблему с Байрой. Абсолютно не то настроение, чтобы отплясывать на «вечере изящества» с незнакомыми мужиками и шутить с подружками. Пойду-ка я в сторону своих покоев…

За углом я остановилась. В коридоре недалеко от кабинета принца стояли Джеран и Кора. Некромант — гибкий, настороженный, посматривающий по сторонам, служанка — взволнованная, немного растрепанная, как испуганная за своего птенца наседка. Заметив меня, оба выпрямились и зашагали ко мне.

Губы сами собой растянулись в улыбке, а в груди потеплело. Вот на кого всегда можно положиться!

— Милая госпожа! — Кора пристально всмотрелась в мое лицо. — Как все прошло?

— Мы видели, как мимо прошла Байра, — сказал Джеран. — Злая, но одна и без стражи. Она сумела убедить Альхара, что невиновна?

— Не сумела, — успокоила я. — Принц вышвырнул ее из отбора и заставил покинуть город.

— Всего-то? — ахнула Кора. — За все, что она натворила, — всего лишь уехать из Эсьены?

— Да, — я закатила глаза. — Политическое решение. Нельзя расстраивать ее отца, великого маркиза. И еще Байра уверяла, что напала на меня один раз, в Тюльпановых садах, и то не хотела моей смерти.

— Мы могли ошибиться насчет леди Армири, — признал Джеран. — Если это не нападение на тебя, а чье-то сведение личных счетов с самой Армири, то Байра в самом деле невиновна.

— Альхар тоже так считает. Но… — я невразумительно пожала плечами, не в силах выразить чувства, которые мной владели. — Я не знаю. Наверное, мы решили эту проблему.

— А что принц сказал по поводу вас? — спросила Кора. — Вы теперь победительница?

— Понятия не имею. Он разругался с Байрой и намекнул, что хотел бы остаться один. Вот и всё.

— Альхар как он есть, — вздохнул Джеран. — Никогда не скажет, что он чувствует. А ты чем теперь займешься? Вернешься в Зал невест?

— Мне там делать нечего. Пойду в свои покои отдыхать.

— Ясно. Значит, главная угроза твоей жизни устранена…

Он не договорил и оглянулся на лестницу в конце коридора так, словно собирался уйти. Это было логично — мне больше ничего угрожало, участие Джерана не требовалось. Наверняка у него была куча собственных, посольских дел, поважнее, чем у одной иномирянки. Но как-то так получилось, что у меня с языка само собой сорвалось:

— Не уходи!

Уже произнеся это, я прикусила губу. Не стоило мне это говорить. Удивленные взгляды и Джерана, и Коры это подтверждали.

Но я правда не хотела, чтобы он уходил. Совершенно дикое ощущение — я чувствовала себя защищенной только с человеком, который в первые же минуты знакомства с ним обещал меня убить. Хуже того, я вдруг испытала почти непреодолимое желание уткнуться ему в мускулистую грудь, обнять, вдыхать его запах и не отпускать, и чтобы он тоже крепко прижал меня к себе. Отбросить эту мысль стоило немалого труда.

Кора грустно, с пониманием улыбнулась. А Джеран бросил последний взгляд на лестницу и, склонив голову, посмотрел на меня.

— Ладно. Какое-то время у меня есть, но твоей репутации повредит, если я задержусь на всю ночь. Да и дворцовая стража будет недовольна.

Я покачала головой, уже пожалев о собственных словах.

— Я не прошу тебя задерживаться надолго, тем более если ты занят.

— Не занят, — мягко ответил некромант. — Я мог бы обучить тебя чему-нибудь полезному при дворе. Например, игре в крок. Целестия тоже не умела в него играть, поэтому тебе даже вспомнить будет нечего.

— Крок? — оживилась я. Дэлия предлагала как-то поиграть нам с Минной, но выяснилось, что мы обе не знаем правил, а Дэлии лень было объяснять. — Я за!

— А я послежу, чтобы вы не устраивали непотребств, — проворчала Кора. — А то знаю я вас, молодых.

Я рассмеялась. Настроение наконец-то начало улучшаться. Пусть это и не жаркие объятия, но хоть что-то.

— Никаких непотребств, Кора. Исключительно обучение и наше взаимное удовольствие!

Глава 26

Дни до Длинной ночи пролетели за один миг. Казалось, только вчера я первый раз восхищенно смотрела на сверкающий Эсьенский дворец, окруженный каменными статуями, а сегодня я уже собиралась кружиться в его лучшем зале — Сапфировом.

Пахло хвоей. Еловые и сосновые ветки, присыпанные фальшивым снегом, висели на стенах, люстрах, обвивали подсвечники и кувшины, хорошо сочетаясь с синими оттенками, которые преобладали в интерьере зала. Но главным украшением были золотые изображения солнца, которое с завтрашнего дня начнет прибавлять в силе. Ими сверкал весь зал. Каждый человек в зале носил лучистые амулетики в виде солнечной сферы, и даже я с удовольствием последовала этой традиции, добавив их к своим аксессуарам.

Несколько часов назад, на закате, завершилась всеобщая молитва о том, чтобы следующий год был удачным. Ночью было принято праздновать, наряжаясь в маскарадные костюмы, чтобы запутать бродящую по земле нечисть и отпугнуть ее безудержным весельем. Правда, церковь не то чтобы одобряла такой подход — ярые приверженцы религиозных догматов в это время постились и защищались от нечисти молитвами. Но где в королевском дворце можно было встретить таких людей? Нет, местный народ предпочитал отвязное веселье в его мелантском понимании: вино, музыка, танцы, шутки, флирт, а под утро наверняка и что-нибудь пожарче, но уже не в Сапфировом зале, а в уединенных уголочках и личных покоях. Даже охотники из ордена, вальяжно расхаживающие мимо, сменили вечно унылые лица на довольные.

Праздник уже вот-вот должен был начаться. Люди еще прибывали, хотя огромный зал, конец которого я видела с трудом, почти заполнился. Некоторые из гостей занимали свои места за столами, некоторые ходили здороваться со знакомыми — если, конечно, узнавали их под масками.

Дэлия относилась ко второму разряду гостей. Столичная жительница, она знала почти всех гостей, легко определяла под масками большинство из них и потому порхала по залу от одной группки людей к другой. Мы с Минной, наоборот, скромно встали у стеночки. У обеих из нас друзей здесь не было, а если бы и были, то все равно бы нас не узнали.

Минна пришла в нежно-зеленом платье с вышитыми на нем цветами. Она изображала фею цветов — одного из светлых духов — и потратила много сил на то, чтобы приколотые к маске бутоны оставались свежими долгое время. У нее это удалось. Образ получился очень милым, подходящим юной и застенчивой подруге. Я даже немного завидовала ей, ведь она сама вышивала свое платье, а оно получилось настоящим шедевром. Уже несколько незнакомых дам остановились, чтобы искренне похвалить ее наряд.

Дэлия нарядилась в серебристое платье — она была звездой. Я совсем не удивилась, когда подруга сообщила о выбранном для маскарада образе. Он ей тоже очень подходил.

Ну а я была морозной феей. Выбор костюма делала еще Целестия. Его сшили дома, до отбора невест, и я привезла его сюда готовым, только подправив некоторые детали, чтобы наряд лучше соответствовал придворной моде. Платье было красивым — тончайшая вышивка в виде морозных узоров покрывала мои руки, заходила на спину, оставляя большую ее часть открытой, и спускалась на пышную юбку светло-голубого цвета.

Подруги ахали, рассказывая, что я неотразима. По правде говоря, мне в этом платье было неуютно. Ну какая из меня морозная фея? Такая же, как снежинка на детском утреннике, блин! А прозрачное кружево а-ля ришелье, голая спина заставляли меня чувствовать себя обнаженной перед гостями. В вырез едва не вываливалась грудь! И плевать, что это последний писк моды. Неужели Целестия не могла выбрать наряд поскромнее? На него таращился каждый проходящий мимо мужик!

Из-за платья я вертелась и никак не успокаивалась. Сегодня же Длинная ночь — не просто отмечание Нового города, а время, когда будет объявлена будущая супруга принца. Весь вечер нас, оставшихся невест, будут оценивать гости, пытаясь угадать, кто станет королевой. Для этого нам выдали специальные брошки, такие же, в которых мы проходили испытания в Тюльпановых садах. И у меня, и у Минны, и у Дэлии на груди были приколоты эти изящные металлические цветки с синими камнями — еще одна причина, почему гости на нас оборачивались. А я в таком платье… Что о нем скажут придворные, Альхар? И, главное, Джеран?

Стыдно было признаться, но его мнение волновало меня гораздо больше, чем все прочее. Он сказал, что на Длинную ночь пригласили всех послов Даллена, включая его. Но что у него будет за костюм, Джеран так и не раскололся, хотя я мучила его вопросами несколько дней.

Я не сомневалась, что это опять будет что-нибудь черное. Теперь взгляд останавливался на каждом темном пятне в толпе, а сердце предательски екало.

Праздник сейчас начнется. Где же ты, Джеран?

Дэлия, обойдя всех знакомых, наконец-то прибежала к нам и хихикнула, заметив, как я всматриваюсь в гостей.

— Леста, готова поклясться, что вы ищете вашего далленского посла! Смотрите осторожнее — не заморозьте принцу сердце, — пошутила она, намекнув на мое «морозное» платье. — После того как из отбора выгнали леди Байру, вы самая вероятная претендентка на победу.

— Мы этого еще не знаем, — смущенно пробормотала я. — После «вечера изящества» принц так и не намекнул на свои предпочтения, а результаты конкурса были пересмотрены. Если вы помните, кое-кого даже заставили перепроходить испытания. Новых итогов не знает никто.

— Вряд ли что-то сильно поменялось, — Дэлия легкомысленно повела плечами, продолжая блуждать глазами по залу и махать руками знакомым. — Я так и осталась в конце списка, при этом моя репутация не пострадала, чему я очень довольна. Сомневаюсь, что и вас двоих кто-то потеснил на первых местах. Ведь все три «королевы» в Тюльпановых садах победили исключительно благодаря вмешательству распорядителя.

Слухи о подкупе лорда Кестэлы уже начали расползаться по столице. Об участии Байры в них благополучно умалчивалось, но я рассказала подругам правду. Они имели право ее знать. Нам всем перепало от этой мегеры.

— Дело не только в результатах, — сказала я. — Разве принц не должен был показать своей будущей жене, что он в ней заинтересован? Узнать свою избранницу получше? Он же взрослый и умный, это не первые его отношения. Он должен понимать, что брак может превратиться в безумие для каждого из супругов, если с этим поспешить или выбрать неправильную пару.

— Принц — занятой человек, — возразила Минна. — А мы, согласившись принять участие в отборе, по сути дали согласие на свадьбу. Зачем его высочеству выяснять у девушек, прошедших испытания до конца, не передумали ли они? Если бы это было так, они бы уже заявили об отказе от участия. И потом, это долг жены — ждать и любить. Все логично.

— Логично, — пробормотала я, повторив одно из любимых ее словечек.

Делия, рассмеявшись, легонько ткнула меня в плечо указательным пальчиком.

— Леста, ну в самом деле! Вы самая здравомыслящая из нас троих, но иногда мне кажется, что вы свалились с луны. Наверное, ваши родители поженились по любви и готовили вас к тому же, раз вы так плохо представляете себе, что такое договорной брак?

— Да, мои родители очень любили друг друга, — соврала я. — Я мечтала, что в моей жизни все будет настолько же романтично.

— Ну, кто знает, вдруг принц все же выберет леди Армири. Тогда у вас еще будет возможность прочувствовать все прелести влюбленности. Не стоило вам уходить с «вечера изящества». Многие начали присматривать новых женихов прямо там, — Дэлия указала на главную веселушку отбора — леди Геторну, которая восторженно чирикала рядом с высоченным широкоплечим мужчиной в маске медведя. Этот лорд на «вечере изящества» хлопал после ее выступления громче всех. — Минна, вам бы тоже стоило к кому-нибудь присмотреться. Ну, так, хотя бы на всякий случай!

— Но я правда хочу стать супругой принца, — рассеянно ответила она. — Альхар так трагичен! Подумать только — две несчастные любви: одна из его невест погибла, а вторая — леди Байра. Неудивительно, что он все время такой грустный.

— В жизни каждого человека случаются трагедии, — заспорила я. — Разница только в том, находит ли человек в себе силы, чтобы подняться с колен и идти дальше. И простите, леди, но я не чувствую, чтобы Альхар их нашел.

— Это потому что рядом с ним не было хорошей девушки, — уверенно сказала Минна, этим только вызвав у беззаботной Дэлии новый шквал шуток и уговоров.

А я, тихонько вздохнув, наблюдала за ними обеими. Знали бы они, что я в каком-то смысле действительно свалилась к ним с луны.

Чем дольше времени я проводила во дворце, тем яснее становилось, что счастья мне здесь не найти. В том числе с принцем. Доводы Минны были понятны, но я, воспитанная в другом веке, в другой культуре, не смогла бы смириться с таким отношением к женщине. То, что для подруги было логично, для меня было дико.

Выяснение отношений с Байрой на «вечере изящества» показало, что, как бы мне не нравилось внешнее очарование Альхара, внутри этот мужчина далеко не так прост и ласков. Он все еще опутан любовными сетями других женщин, а я давно вышла из того возраста, когда хочется исцелить сердце суровому мужчине, который к тебе равнодушен.

Я до сих пор сильно сомневалась, что мне надо за него замуж. И он-то сам этого хотел или ему действительно все равно, на ком жениться? Все эти слова о том, что я ему нравлюсь, что он просил секретарей обратить на меня внимание, — как это расценивать?

Все последние дни я лелеяла жалкие надежды, что нам с принцем удастся пообщаться до Длинной ночи, наладить хоть какой-то эмоциональный контакт друг с другом, но он и не думал приглашать меня на свидание. А когда я пыталась его найти и спрашивала у слуг, где он, Альхар оказывался за пределами дворца.

Варианта было два. Либо принц передумал и выбрал другую участницу, а мы просто не знали, что они проводят время вместе, либо Минна права и для Альхара это в порядке вещей. Но увы, для меня это было не так.

И как в таком случае поступить, если после полуночи на торжественной церемонии завершения конкурса невест назовут мое имя? Ведь дело было не только в моих сомнениях насчет того, что мы с Альхаром банально уживемся, не говоря уже о любви.

Дело было еще и в другом мужчине.

Прошло достаточно времени, чтобы понять — моими мыслями на самом деле владеет Джеран, а не принц. Некромант являлся в моих снах, а не Альхар; при виде него трепетало мое сердце, а не при виде наследника трона. Джеран столько раз меня спасал, так старательно помогал с разоблачением Байры, что я уже заподозрила в нем какие-то чувства… но он упорно отмалчивался насчет того, не бросил ли идею воскресить Целестию в этом теле. А в последние два дня Джеран и вовсе исчез. Пообещал, как обычно, заглянуть ко мне, когда пойдет во дворец, и не пришел.

Встревожившись, я отправила на Далленское подворье Кору. Та вернулась слегка растерянной и сообщила, что Джерана завалили посольскими делами и он просит прощения за свое отсутствие.

Вроде бы никакого подвоха не было, но у меня создалось такое впечатление, будто мне что-то не договаривают. Вот только что? Кора была хоть и простоватой, но отнюдь не дурой и ни в чем не призналась. А мне оставалось лишь гадать.

Поэтому сегодня, на ночи, которая по идее должна была стать лучшей в моей жизни, я чувствовала себя по-идиотски. Впервые сразу двое мужчин проявляли ко мне интерес, но не было никакой уверенности, что я нужна хоть кому-то из них. А тот, кто стал мне дорог, вообще до сих пор не появился на празднике.

Где ты, единственный в мире добрый некромант? Может, он просто не узнает меня в маске и потому не может найти?

Я скосила глаз на Минну, которая заболталась с одной из участниц отбора, и потихоньку отцепила маску, закрывавшую верхнюю половину лица. Предполагалось, что в образе нужно пребывать как минимум до момента, когда всех пригласят к еде, но тогда мы с Джераном точно не встретимся до начала праздника.

Мимо шли люди. Я снова выхватывала взглядом среди пестрых нарядов темные пятна, ожидая увидеть одетого в черное некроманта, но все было тщетно.

Хотя удивленного возгласа, называющего мое имя, я все же дождалась. Увы, голос был женским.

— Целестия? — охнули сбоку. — Целестия, это ты?

Ко мне против людского потока прорывалась высокая женщина лет пятидесяти в костюме нимфы. Когда-то ее волосы наверняка были золотисто-пшеничного цвета, но с годами стали наполовину седыми, и леди стыдливо прятала их под замысловатым головным убором.

В чертах лица ее промелькнуло что-то знакомое, но я не смогла сразу понять, что именно. Меня же эта гостья знала совершенно точно, раз обращалась не только по имени, но и на «ты».

На всякий случай я быстро нацепила маску и отошла подальше, спрятавшись за Минной. Жаль, дальше только стена и отступать некуда. Еще не хватало встретить в Сапфировом зале друзей настоящей Целестии. Авось они не заметят меня за подругой или решат, что обознались.

Но не тут-то было. Женщина и ее спутник в костюме водяного, по-видимому, муж, упрямо двигались ко мне, отрезая пути отхода. В конце концов меня в прямом смысле слова прижали к стене. Слева нависала незнакомка, а справа, оттеснив удивленную Минну, — одышливый супруг-«водяной».

— Целестия, дорогая! — женщина схватила меня за руки, не заметив, как я от нее отпрянула. — Ты в столице? Мы слышали, что тебе поступило предложение от его высочества принца Альхара поучаствовать в отборе, но не думали, что ты действительно приедешь. Дай на тебя посмотреть! Ты так выросла с нашей последней встречи!

Она бесцеремонно завертела меня перед собой, осматривая с головы до ног. А я тем временем мучительно соображала, что это за люди.

— В самом деле, неожиданно, — добавил «водяной». К счастью, он был сдержаннее жены. — Как отец? Наши отношения несколько ухудшились после смерти твоей матери, но я недавно писал ему, приглашал к нам на Длинную ночь. Странно, что он отказал, зная, что ты будешь в Эсьене. Неужели он до сих пор обижен на нас?

— Н-ну… — промямлила я.

Я могла поклясться, что Целестия уже видела этих людей, и не раз. Но в памяти не всплывали ни определенные картины с их участием, ни имена. Должно быть, для бывшей хозяйки тела они ничего не значили или она знала их слишком плохо.

— Мы переживаем трудные времена, — солгала я. — Отец не захотел бросать дом, поэтому предпочел остаться там.

— Но он же терпеть не мог то место, — женщина наморщила лоб. — Это Риата всегда мечтала поселиться в глухой провинции. Ох, моя дорогая сестра… — ее губы расплылись в плаксивой гримасе. — Это ее, наверное, и погубило. Будь она здесь, мы бы не допустили такого отношения к ней.

Я похолодела. Так эта «нимфа» — тетка Целестии! Кора говорила, что в Эсьене живут какие-то ее родственники с той стороны, но после смерти матери отношения между ними ухудшились до полного разрыва. А если учесть, что участниц отбора не выпускали с территории дворца, встречи можно было не бояться. Ага, конечно!

— Раз уж ты в столице, заходи к нам, — продолжала тарахтеть тетка. — Мы будем рады принять тебя у себя. Между прочим, как твои успехи в конкурсе невест?

При этом она так уставилась на меня, как будто это было не «между прочим», а главное, что ее интересовало. Вот и раскрылся секрет внезапного интереса родственников ко мне. Нищая племянница из провинции и племянница, к которой проявляет внимание будущий король, — абсолютно разные вещи.

— Ох, вы знаете, результаты держат в строгом секрете, — я подпустила в голос огорчения, которого и близко не испытывала. — Все выяснится после полуночи.

— Даже если ты не станешь победительницей, не расстраивайся, — тетка всплеснула руками. — Мы в любом случае ждем тебя в гости. Твои кузены будут счастливы увидеть, что ты выросла в такую красавицу. А что ты будешь делать, если не победишь? — она опять перескочила с темы на тему. — У тебя уже есть запасные варианты женихов?

Ага, так я и рассказала. Глаза обоих родственничков всматривались в меня чересчур жадно. Наверняка уже прикидывали, как урвать выгоды из забытой связи, которая внезапно оказалась полезной.

— Есть несколько предложений, но думаю, что о них пока рано говорить что-то определенное, — снова солгала я.

— Но ты же можешь поделиться с дорогими родственниками, правда? — спросила тетка.

В этот миг ее аккуратно отодвинули в сторону. Между ней и мужем протиснулся высокий мужчина в черном костюме и вороньей маске. Торчащие во все стороны черные перья придавали образу диковатое очарование, но ни один наряд не смог бы скрыть гибкости и ловкости движений этого человека.

— Простите, леди Тэвьеру срочно требует к себе принц, — объявил он, распихав родственников Целестии. — Леди, позвольте вас сопроводить к нему.

Сердце сладко трепыхнулось. Вытянутый «клюв» искажал голос, но мне и не понадобилось его слышать. Джерана я узнала с первого взгляда.

— Да-да, конечно, — активно закивала я, вцепляясь в крепкую ладонь «ворона» и делая поспешный прощальный реверанс для ошарашенных родственников. — Простите, дела зовут!

Последнюю фразу пришлось едва ли не прокричать, потому что Джеран утаскивал меня прочь с неимоверной скоростью. Даже сквозь маску я видела сверкающие голубые глаза и чувствовала его веселье. Он остановился, только когда мы достигли другой половины зала — той, где за длинными и высокими окнами клубилась ночь.

— Я вас обманул, леди. Вас звал вовсе не принц, — глухим голосом заговорил «ворон». — На самом деле я собираюсь вас утащить в темное и страшное место…

— Все ниши для поцелуев во дворце уже заняты, — со смехом перебила я. — Спасибо, что в очередной раз меня спас, Джеран.

— Ты меня узнала? — огорчился он, вернув своему голосу нормальные интонации. — А я так старался! Это костюм виноват, да? В кого еще может нарядиться некромант, если не в ворона?

— Я тебя узнаю из тысячи. И да, ворон — предсказуемый образ для тебя, — не удержавшись, я показала ему язык.

— Это всё другие послы, — проворчал Джеран. — Нас всех пригласили на праздник, и мы договорились выбрать одинаковые костюмы. Остальные решили, что прийти воронами будет хорошей шуткой над мелантцами.

Я кивнула. Вороны и здесь были символом смерти. Мрачновато, но такова уж политика, что с нее взять.

— Я уже боялась, что ты не придешь. Или ты нарочно ждал, пока придется опять меня спасать? — пожурила я.

— Спасать тебя — одно удовольствие, моя снежинка.

Он вдруг покрепче схватил меня за руку и закружил вокруг себя. Я снова рассмеялась, напрочь забыв о том, что на нас смотрят все приглашенные. Хорошее расположение духа Джерана заражало.

— Ты сегодня в необычно приподнятом настроении. Что случилось? — поинтересовалась я. — Это магия Длинной ночи или что-то другое?

— Вообще-то мне положено быть злым и желчным черным колдуном. Да и обстоятельства не располагают к веселью. Но я увидел тебя и понял, что все это чушь.

Он снова меня крутанул вокруг оси, заставляя развеваться подол платья, а затем прижал мою обнаженную спину к своей груди. Мне на талию легла горячая ладонь.

— Ты великолепна в этом наряде, — шеи коснулось дыхание некроманта, заставив оголенные участки кожи покрыться мурашками. — Посмотри — мужчины с тебя глаз не сводят. Не боишься, что кто-нибудь сойдет с ума от твоей красоты и правда утащит в темный угол, чтобы сотворить с тобой парочку дурных вещей?

Жар от моих щек был готов затопить все тело до самых пяток. Я невольно повела плечами, жалея, что нельзя спрятаться или хотя бы поменять чересчур откровенное платье на что-нибудь более закрытое. Но вот что странно — в то же время мне хотелось, чтобы один человек, наоборот, продолжал на меня смотреть и делал это как можно дольше.

— Только если этим кем-нибудь будешь ты, — шепнула я. — Ты ведь не причинишь мне вреда, правда?

Джеран отстранился и аккуратно развернул к себе лицом. Несколько неимоверно долгих мгновений прошли в молчании. За маской я не видела выражение его лица, только непонятный взгляд льдистых глаз. И снова по спине прошли мурашки, но уже по иной причине.

Почему некромант не отвечает? Неужели на самом деле все это лишь затем, чтобы усыпить мою бдительность, убить и вернуть Целестию?

Но, глядя в эти глаза, которые за последний месяц из ненавистных стали дорогими, я вдруг подумала, что ну и пусть. Пусть все это не ради меня, а ради Целестии. Пусть он собирается уничтожить меня, чтобы вернуть любимую девушку.

Сомнения, которыми я мучилась еще пять минут назад, внезапно развеялись.

Я хочу, чтобы этот мужчина был счастлив. Жизнь была к нему несправедлива еще больше, чем к Альхару. Сначала у Джерана забрали Наэви, затем Целестия так глупо покончила с собой. Если у принца благодаря высокому положению оставались десятки молодых и красивых аристократок, готовых прыгнуть к нему в постель, то у Джерана ничего подобного не было. Из-за охотников он пария в обществе, его защищает только посольский статус. А я в этом мире все равно не приживусь. И если цена за его счастье — моя жизнь… Что ж, я ее заплачу.

— Инна, я никогда не смогу сделать тебе больно, — тихо сказал Джеран, снимая маску.

На секунду шум вокруг исчез. Превратились в неразборчивые цветовые пятна яркие костюмы гостей, украшения Сапфирового зала и огни свечей. Четким оставался лишь Джеран прямо передо мной и его глаза, которые впервые не обдавали холодом, а окутывали теплой морской волной.

Я улыбнулась.

— Спасибо тебе.

Он улыбнулся в ответ, и мир вокруг снова ожил. Зазвучали голоса гостей, зашуршали дорогие ткани, повеяло ароматами хвои и духов проходящих мимо дам. Нас с Джераном слегка толкнули, и нам пришлось отойти чуть ближе к окнам. Там было чуть поспокойнее.

Я кашлянула, пытаясь возобновить беззаботную беседу.

— Так и что у тебя за обстоятельства? Случилось что-то плохое?

— Ну, как… — он пожал плечами, пристально глядя на меня. — Разные мелочи, рабочие и бытовые. Главное, что меня беспокоит, это что сегодня я могу навсегда потерять одну девушку, которая неожиданно стала для меня очень важной.

— Да? — едва слышно спросила я.

Дыхание отчего-то прервалось.

— Да, — твердо произнес Джеран. — Наше знакомство с самого начала пошло вкривь и вкось, но мне казалось, что в последние дни я смог это исправить и доказать, что я способен тебя защитить. Я знаю, что вел себя не лучшим образом, угрожая тебе, но… — он запнулся и с непонятной, удивительной для него беспомощностью посмотрел на меня. Его крепкие руки сжали меня так сильно, словно некромант боялся, что меня сейчас кто-нибудь взаправду от него утащит. — За эти дни я увидел тебя по-другому. Ты необычная. Умная. Невероятная. И я хочу услышать от тебя ответ на вопрос. Возможно, это не лучшее время и место, чтобы его задавать, но я не хочу снова отдавать такие вещи на откуп судьбе.

— И какой же это вопрос?

— О нас. О том, не разочаровалась ли ты в дворцовой жизни и не хочешь ли оставить красивую жизнь в Эсьене и уехать куда-нибудь. Например, в Даллен — место, больше подходящее нам обоим. О том, как ты относишься ко мне. Может быть, я тебе противен или ты меня до сих пор боишься. Об Альхаре… О том, любишь ли ты его. Если тебе нужны только деньги, чтобы семья Тэвьера не разорилась, то я могу помочь. Последние дни я не заходил к тебе, потому что мне нужно было удостовериться, что я смогу обеспечить тебя и вытащить из долговой ямы лорда Тэвьеру. Сейчас, когда во всем уверен, я хочу знать, кого из нас двоих ты выберешь: меня или Альхара?

— И правда, — внезапно прогремело над ухом. — Я бы тоже не прочь услышать ответ на этот вопрос.

Я вздрогнула и резко обернулась.

В шаге от нас стоял Альхар. Понятия не имею, как он, с его высоким ростом и широкими плечами, умудрился к нам незаметно подобраться. Разве что прикрылся магией?

Его руки были сцеплены за спиной, сминая сложенные на спине золотистые крылья. Тонкие губы плотно сжимались. Верхняя часть лица скрывалась под маской, обладавшей поразительным сходством со львиной мордой, но можно было дать руку на отсечение, что брови принца нахмурены.

Он выбрал личину грифона — закономерный образ с учетом того, как его династия заняла трон. И «зверь» перед нами был настроен отнюдь не благодушно.

Джеран выступил вперед, закрывая меня от Альхара плечом.

— Пытаешься защитить ее от меня? — неприятно удивился принц. — Очень интересно, особенно если вспомнить, что это я был тем, у кого Леста искала защиты от тебя.

— С тех пор многое изменилось, — отрывисто произнес Джеран.

— О, я вижу. Тогда ты угрожал ее убить, чтобы она не досталась мне, а теперь соблазняешь. Забавно, что это происходит всего за пару часов до того, как Леста может стать моей официальной невестой. Совпадение? — он криво улыбнулся. — Некое чувство подсказывает, что нет.

— Ты прав, это не совпадение. Я не хочу, чтобы она сделала большую ошибку.

Глаза принца сузились.

— По-твоему, стать моей супругой, будущей королевой Меланта, — это ошибка?

Голос Альхара звенел от напряжения, но Джерана это ни капли не смутило. В отличие от некроманта с его безрассудной смелостью, если не сказать наглостью, я похолодела.

На нас уже начали оглядываться гости, а кое-кто — и перешептываться. Принц легко узнавался даже под маской. Только член монаршей семьи осмелился бы нарядиться в королевского грифона, а длинные светлые волосы и военная выправка не оставляли сомнений в том, кто это. Сапфировая брошь на моем платье свидетельствовала, что я участница отбора невест. Джеран и вовсе сжимал свою маску в руке, являя истинную внешность всем гостям.

Ссору между наследником трона, далленским послом, подозреваемым в занятиях запрещенной магией, и одной из невест будут мусолить в кулуарах добрый месяц. А если эти два дурака всерьез сцепятся друг с другом, то и дольше. Джерану вполне хватит «ума» броситься в драку.

Его неудержимость на самом деле меня восхищала, но сейчас был не тот случай. Скандал не нужен никому из нас троих.

Я выскользнула из-за его плеча и встала перед Альхаром.

— Ваше высочество, мы могли бы поговорить? Если возможно, наедине.

Даже если победительницей выбрана другая девушка, мой долг — объяснить принцу, что я больше не готова участвовать в игре. Стыдно признаться, до сих пор я именно так и воспринимала вероятное супружество за наследником трона. Дальше это продолжаться не может.

— Да, нам действительно стоило бы поговорить, — сухо согласился Альхар и протянул мне руку. — Идемте.

Я сделала шаг вперед, когда мое плечо сжала ладонь некроманта. Не больно, но так, что сделать следующий шаг у меня уже не получилось бы. В глазах Джерана застыла боль.

— Пожалуйста, отпусти, — тихо попросила я. — Я вернусь.

— Зачем тебе вообще уходить? — он тряхнул гривой темных волос. — Могли бы решить все здесь и сейчас.

Я покачала головой. Так дела не делаются — не на глазах у толпы гостей. А недавняя очаровательная беседа с принцем и Байрой на троих лучше всего продемонстрировала, что некоторые вещи лучше обсуждать наедине.

— Просто дождись меня, Джеран. Пожалуйста.

Его взгляд опустел. Ладонь соскользнула с моего плеча. Некромант развернулся и молча побрел в другой конец зала.

Я прикусила губу, наблюдая за тем, как он уходит. Лишь бы только Джеран не натворил бед, пока я отшиваю будущего короля одной из богатейших стран континента!

— Так мы идем? — недовольно переспросил Альхар.

Я вложила ладонь в его руку.

— Идем, ваше высочество.

Глава 27

Принц повел меня на галерею, которая соседствовала с Сапфировым залом. Она была открытой, на перилах лежал свежий снег, но я не мерзла, несмотря на то что вышла в одном платье. Альхар сразу окутал нас коконом тепла, не подпуская зимний холод к телам.

В первую минуту нас сопровождало молчание. На галерее были всего два гостя — расслабленно облокотившиеся на перила охотники в масках и с бокалами вина в руках. Нас никто не слушал. Обсуждай что хочешь, хоть правительственный переворот, но ни я, ни принц отчего-то не решались заговорить.

Когда мы медленно шли среди белых мраморных арок, через огромные окна можно было наблюдать за тем, что происходит внутри. К гостям наконец-то вышел седой король в сверкающем золотом костюме — он изображал солнце. Высокий и еще крепкий старик, почти точная копия Альхара, только старше, прочитал короткую речь, поднял кубок с вином и объявил начало праздника. Сразу загремела музыка, и первые, самые нетерпеливые пары отправились в танец.

Я тихонько вздохнула, следя за тем, как по залу расходятся люди, поднимая тосты и весело общаясь друг с другом. Каждый костюм был произведением искусства, а какие темы поднимались элитой мелантского общества…

— Хотели бы быть там? — спросил принц, заметив, что я не отрываю взгляд от окон.

— Немного. Я никогда не бывала на подобных праздниках.

— Тогда прошу прощения, что забрал вас оттуда. Я от них уже успел устать.

— Ничего страшного, — честно ответила я. — Наш разговор намного важнее.

Альхар задумчиво кивнул, продолжая смотреть перед собой и шагать вперед. Мы уже почти достигли края галереи — лестницы, которая спускалась во двор. Оттуда дорожка вела в уже знакомый маленький дворцовый сад с беседками.

Здесь, на галерее, еще стояли королевские стражи, но за садом никто не следил. В точности, как в прошлый раз, когда меня поджидал Джеран и когда напали на леди Армири.

Мне из-за этого стало неуютно. Я нерешительно оглянулась на статных мужчин в доспехах.

— Нам не нужно взять с собой стражу?

— Надеюсь, вы не от меня собираетесь защищаться? — без тени шутки в голосе спросил принц.

— Нет, что вы! Просто, ну… Вам разве не нужна охрана?

— Я в родном дворце, где родился и вырос, а боевого опыта у меня побольше, чем у некоторых стражников. Вдобавок последнее, чего мне сейчас хочется, это чтобы за нами тащился хвост из людей, которые будут нас слышать.

Я поникла. Ну нет, так нет, чего так строго-то со мной разговаривать…

Принц явно был не в духе. Весь его облик кричал об этом: и сцепленные за спиной руки, и неласковый тон, и маска на лице, хотя я свою давно сняла. Чем дальше мы шли, тем меньше я понимала, почему меня сюда позвали. В моих представлениях встреча с девушкой, которую ты собираешься сделать своей женой, выглядела иначе. Или Альхар злился из-за того, что увидел меня рядом с Джераном? Так ведь принц, в отличие от него, не сделал ровным счетом ничего, чтобы завоевать мое внимание!

Злость придала мне немного решительности. Лишь теперь я осознала, что на самом деле боялась предстоящего общения с принцем. Он мог отреагировать на мой отказ как угодно, особенно если учесть, что я собралась променять Альхара на его бывшего друга, с которым они сейчас находились в контрах.

Однако только я набралась достаточно смелости, чтобы открыть рот, как голос принца нарушил тишину.

— Знаете, а я ведь всерьез хотел назвать сегодня ваше имя при объявлении победительницы.

Настал мой черед растерянно молчать.

— Но передумали? — выдавила я после паузы.

— Зависит от того, как повернуть вопрос: я передумал или вы на самом деле этого не хотите, — он усмехнулся. — Я видел, как вы смотрите на Джерана и слышал ваш разговор. Признаюсь, я использовал магию, но надеюсь, что мне, считавшему вас своей невестой, это можно простить.

— Вас не за что прощать. Мы говорили в присутствии гостей, нас все равно мог услышать кто угодно. Если вы думаете, что мы таким образом пытались вас оскорбить, то это не так.

— Я понимаю. Я хорошо знаю Джерана — мы с ним не зря провели столько лет вместе в военных походах и дипломатических миссиях. Поэтому не удивлен, что он, как обычно, поддался чувствам и не стал думать головой. Если откровенно, мне всегда нравилась эта его черта. Джеран второй сын в семье, он не наследник рода, не слишком богат, чтобы рисковать огромными деньгами или репутацией семьи, при этом умен, прекрасно образован и привлекателен для женщин, — идеальное сочетание для сорвиголовы. Ему разрешались многие вольности, которые не мог позволить себе я. Обиду на то, что гораздо менее именитый и состоятельный друг свободнее меня в поведении, я давно преодолел и научился уважать разницу между нами.

Что бы он ни говорил, в его голосе чувствовалась грусть. Догадываясь, что в этом есть и моя вина, я уставилась себе под ноги. Мы уже спустились с лестницы, миновали двор и входили в сад, поэтому под моими усыпанными стразами туфлями блестел снег.

— Правда, в нашей дружбе с Джераном была одна проблема, — продолжил Альхар. — Нам всегда нравились похожие девушки. Неправильные девушки. Это началось намного раньше Наэви, но она стала апофеозом. Нечистокровная мелантка, простолюдинка, еще и интересующаяся запретной магией — вызовом демонов. Джеран мог себе позволить подобные отношения. Я — нет, но меня это не остановило. В итоге случилась трагедия.

— Мне жаль, Альхар.

— Спасибо, но мне не нужно, чтобы меня жалели. Я рассказываю о Наэви не для этого, а чтобы вы поняли, почему, услышав об интересе Джерана к некой Целестии Тэвьере, которая приглянулась мне самому, я начал выуживать о ней любые сведения, какие мог.

Невзирая на кокон теплого воздуха вокруг, мне стало до неприятного холодно. Не снаружи, а внутри, у сердца.

— Сведения эти были чем дальше, тем любопытнее, — принц упрямо шел дальше, притворяясь, что не видит, как я ежусь и оглядываюсь на сверкающий огнями дворец. — Целестия, о которой мне докладывали, обращалась со слугами небрежно, ни во что их не ставила. Целестия, которую я встретил во дворце, боялась оскорбить их невежливым обращением. Первая Целестия пришла в ужас, узнав о приглашении в Эсьенский дворец на конкурс невест, и устроила дома истерику. Отцу насильно пришлось собирать дочь в столицу. Вторая Целестия с рвением включилась в соревнования, намереваясь если не победить, то войти в консорт, еще не зная, что никакого консорта не будет. Но самым интересным во всем этом стало поведение Джерана. Разведчики донесли, что он организовал побег из дома для первой Целестии, очевидно, намереваясь после этого на ней жениться, но по неизвестной причине все сорвалось. Вторую Целестию во дворце он преследовал явно не с мирными намерениями. И не надо убеждать меня, что вы были в ссоре, — Альхар поднял руку, останавливая поток слов, готовых сорваться с моего языка. — Я уже упоминал, что много лет провел рядом с Джераном. Его обида и злость не приводят к намерению убить. А еще, сколько бы он ни уверял меня в обратном, я знаю, что время от времени его исключительно «теоретический» интерес к некромантии превращался в очень даже практический. Очень сложно иным способом объяснить то, что некоторые наши общие друзья, которых за день до того я видел бесповоротно убитыми на поле боя, внезапно оказывались живыми и за что-то страшно благодарными Джерану.

Мы дошли до первой беседки. Принц остановился и махнул рукой на скудно освещенное фонарем сиденье.

— Садитесь.

— Альхар, послушайте…

Мне уже было откровенно нехорошо, но принц жестко повторил:

— Садитесь.

Мне очень хотелось бы опуститься на деревянное сиденье изящно, но из-за негнущихся ног я плюхнулась на него со всей своей неуклюжестью. Принц устроился напротив.

— Мне было бы интересно услышать ответ на вопрос Джерана, любите вы меня или Эвери была права и вам нужны только деньги. Все же вы нравитесь мне, больше, чем любая другая девушка на конкурсе. Но гораздо сильнее меня сейчас волнует другой вопрос, — Альхар внимательно посмотрел на меня серыми глазами. Я вдруг подумала, что на самом деле они у него гораздо холоднее, чем у некроманта. — Кто вы?

— Я Целестия Тэвьера, — дрожащим голосом ответила я и тут же прокляла себя за выдающий меня идиотский озноб.

— Вы определенно в теле этой леди, — согласился принц. — Это я вижу. В последние дни я до полного изнеможения гонял шпионов, чтобы они выяснили, действительно во дворец приехала Леста или ее подменили по пути другой, похожей девушкой, которая не в таком ужасе от перспективы выйти замуж за будущего короля.

— Вы поэтому постоянно оказывались заняты перед Длинной ночью? — едва слышно спросила я.

— В том числе. Мне хотелось наконец-то выяснить, на ком я собираюсь жениться. Получилось бы крайне неприятно, если бы все это открылось уже после того, как сегодня после полуночи я назвал бы ваше имя перед гостями.

Я закрыла глаза и откинулась на спинку сиденья. Насыпавшийся в беседку снег холодил открытую спину, но я почти не замечала покалывания кожи.

Это фиаско. Полное и чудовищное. Зря я не послушала Джерана. Лучше бы я объявила о своем отказе прямо в зале, а не дала заманить себя в ловушку. Тут, в саду, без свидетелей, меня легче легкого сцапать и отправить в тюрьму к ордену так, чтобы никто не узнал.

— Поздравляю, до правды вы докопались, — мой голос был непривычно глухим. Слова выходили из горла с нежеланием, но я должна была сказать то, что собиралась. — Я иномирянка. Целестия выпила яд, чтобы не ехать на отбор. Джеран пытался ее вернуть и нечаянно призвал меня. Зовите охотников, готовьте костер. Только прошу вас, не трогайте Джерана. Он иногда бывает вспыльчивым, но не заслужил такого отношения к себе.

Я шмыгнула. Проклятые слезы! Кто просил их появляться и жечь глаза? Дурацкое тело! А ведь могла бы и сохранить каплю достоинства перед тем, как мне зачитают смертельный приговор.

Чего я точно не ожидала, так это того, что теплые пальцы коснутся моей щеки, нежно смахивая слезы.

— Джерану ничего не грозит. Как и вам. Конечно, если вы оба будете соблюдать осторожность.

Я изумленно распахнула глаза.

— Вы не сдадите нас охотникам?

Губы принца искривились.

— Это я сам создал у вас такое плохое мнение о себе или Джеран постарался? Ответ, хотите ли вы за меня замуж, я увидел на вашем лице еще в зале, когда вы ворковали с Джераном и думали, что вас никто не слышит. Не буду лгать — я расстроен, потому что надеялся, что с вами смогу наконец забыть о Наэви. Теперь мне придется объявить после полуночи, что невеста еще не выбрана. Но я не настолько низок, чтобы из-за одного этого отправлять вас обоих на костер. Если бы я хотел, Джеран там сгорел бы еще до того, как познакомился с вами.

— Извините. Просто это… — я помотала головой, не в силах подобрать слова. — Если все это правда, то не выдать нас очень благородно с вашей стороны.

— Благородно? — он с горечью усмехнулся. — О каком благородстве речь? Это чистый расчет. Я не могу жениться на вас — это грозит дворцовым переворотом, как только всплывет истина. Сдать вас охотникам и признать, что я чуть не сделал своей женой иномирянку, а мой лучший друг, много лет проведший при дворе, пробавляется некромантией — еще один великолепный повод для грандиозного скандала, который подорвет мою власть. Я сейчас не могу позволить, чтобы произошло хоть что-нибудь, бросающее на меня тень.

— Почему? — не удержалась я от вопроса. — Вам что-то угрожает?

Альхар помолчал, глядя на меня так, будто раздумывал, стоит ли мне доверять.

— Охотники, — наконец произнес он. — Став королем, я собираюсь расформировать орден и не смогу этим заниматься, если у них будут такие козыри в игре против меня, как вы с Джераном. Кроме того, одновременно с выяснением правды о вас я возобновил давнее расследование гибели Наэви. Как и вы, я сначала подозревал в этом Эвери, но здесь определенно замешаны какие-то иные силы. Какие, пока неизвестно, но уже точно ясно, что Наэви убили. Еще одна причина моего беспокойства — нападения на невест. Что-то здесь не так, — принц покачал головой. — Я нашел мага, к которому Эвери обращалась, чтобы поставить на вас ловушку. Даже под пытками он клялся, что его заклинание не могло привести к чьей-то гибели. Нельзя исключать, что он ошибся, но мне все это не нравится.

— А заклинание можно было перенастроить? Вмешаться в него, чтобы сила изменилась? — уточнила я.

Он печально улыбнулся.

— Вот, еще одно доказательство, что вы не настоящая Целестия. Она бы точно знала, что это возможно. Более того, по «отпечатку» колдовства можно найти преступника, если заклинание свежее. Но ничто из этого в нашем случае уже не поможет. А пока мы не обнаружили виновника, боюсь, вы или Джеран снова можете оказаться под ударом. И для меня, и для вас будет спокойнее, если вы оба как можно скорее уедете из Эсьены. А лучше — вообще из Меланта.

Я опустила взгляд.

— Джеран как раз предложил уехать с ним в Даллен.

— Хорошая мысль. Вам стоит согласиться — это решит наши общие проблемы, — Альхар вздохнул и откинулся назад. — Хотя мне будет не хватать ваших светлых глаз, искренности и доброты.

— Это я-то добрая?

Я криво улыбнулась, вспомнив, сколько раз желала Байре смерти и как именно.

— Вы плохо знаете королевский двор, — возразил он. — Эвери с ее кознями и подкупами еще цветочек по сравнению со многими, кто окружает короля. Впрочем, хватит об этом. Не хотите позвать сюда Джерана? Я рад, что поговорил сначала с вами, как с более здравомыслящей частью вашей пары, но все же предпочел бы обсудить ваш отъезд с вами обоими.

— Конечно, ваше высочество. И спасибо вам. Вы один из лучших людей, которых я знала за всю свою жизнь.

Поднявшись, я склонилась перед принцем в реверансе. Не думаю, что теперь, когда он знал о моем истинном происхождении, это было необходимо, но мне хотелось показать ему мое уважение.

Что бы Альхар ни говорил о расчете, его поступок был благородным. Не представляю, что я сама сделала бы, узнав, что мой жених не тот, за кого себя выдает, и в придачу ко всему его увела моя лучшая подруга. Уж точно я бы не стала помогать им вместе сбежать.

— Буду ждать вас здесь, — напоследок сказал принц, наложив на меня еще одно тепловое заклинание — чтобы я могла добежать до дворца и не замерзнуть. — Пожалуйста, поторопитесь. Во дворце привыкли, что я небрежно отношусь к церемониалу и не люблю участвовать в празднествах, но на мое отсутствие рано или поздно обратят внимание. А мне бы хотелось поговорить с вами обоими подальше от гостей, там, где нас не начнут искать.

— Будет исполнено! — пообещала я и кинулась во дворец.

Я мчалась так быстро, что несколько раз едва не растянулась в снегу. Вряд ли местным леди дозволялось приличиями носиться как угорелым, но в данный момент мне было плевать на этикет с высокой колокольни. Стражники на галерее с удивлением посмотрели мне вслед, но ничего не сказали, когда я взлетела по лестнице и ринулась к распахнутым дверям в Сапфировый зал.

На мое счастье, за столами расселись еще не все. Многие ходили по залу, искали свои места, и на меня никто не обратил особенного внимания. Кроме, само собой, тех двух почтенных леди, что я чуть не сбила с ног.

Я ненадолго остановилась, высматривая Джерана. Его место рядом с далленскими послами пустовало. Куда же он опять запропастился, когда так нужен?

Взгляд упал на трех человек недалеко от входа. Мои подруги тоже до сих пор не сели за стол. Минна нервно ходила туда-сюда, а Дэлия, очевидно, пыталась ее успокоить, хотя гораздо больше времени уделяла крутящемуся вокруг нее парню в маске и костюме, напоминающем греческого сатира. Заметив меня, Минна устремилась ко мне, а я — навстречу ей.

— Принц решил выбрать вас? — выпалила девушка, не успели мы дойти друг до друга. Она пристально — и достаточно ревниво — всматривалась в меня, ожидая ответа. — Я видела, что вы ушли на галерею!

Я прыснула со смеху и горячо ее обняла.

- Нет, Минна! Не переживайте. Мы с его высочеством обсуждали совсем другие дела. Он сказал, что так и не выбрал невесту, поэтому у вас еще есть шанс. Лучше скажите, вы не видели Джерана? Мне нужно срочно привести его к принцу, а он куда-то пропал.

Минна, заметно успокоившись, расслабила плечи.

— Простите, я его не встречала.

— Я встречала! — весело объявила Дэлия, с интересом изучая меня. — Пусть принц остался без невесты, вы, кажется, нашли себе жениха, так ведь?

— Ну, это еще вилами по воде писано… — смущенно пробормотала я.

«Звездочка» рассмеялась.

— Лорд Мортеран в коридоре, — с улыбкой объяснил за Дэлию ее спутник.

Голос выдал в нем молодого секретаря, к которому подруга убегала во время пряток и который помог Джерану с поисками подкупленного помощника распорядителя. Похоже, у этого парня с Дэлией все было серьезно.

— Спасибо!

Я благодарно кивнула и кинулась к противоположному выходу из зала.

— Мы будем здесь — чтобы первыми вас поздравить! — донеслось вслед веселое обещание Дэлии.

Я стыдливо отмахнулась, но на самом деле была ужасно рада. Впервые за два месяца в новом мире впереди яркими красками радугами переливалось по-настоящему светлое будущее. А главное — вместе с человеком, в которого я по уши влюблена…

Джеран и правда оказался в коридоре. И не один — он на повышенных тонах разговаривал с незнакомым господином в пестром птичьем наряде. Оба выглядели так, будто вот-вот собирались вцепиться друг другу в глотки. Или, вернее, повыдергивать друг другу перья, учитывая костюмы обоих.

— Я вызову вас на дуэль! — прошипел незнакомец, тыча в некроманта пальцем.

— Вызывайте, если хотите еще больше опозориться! — резко произнес Джеран. — Вы даже меч не сможете удержать.

Лорд-«птица» открыл рот, чтобы выдать новую порцию угроз, но тут подоспела я, бесцеремонно схватив некроманта за руку и потащив прочь.

— Он извиняется, — объявила я. — И очень сожалеет о случившемся.

— Что? — растерялся Джеран. — Почему-то это я извиняюсь? Что ты тут вообще делаешь? Ты должна быть с Альхаром, а не срывать мне отличную драку.

— Это не извинения! — рявкнул лорд-«птица». — Я лучший фехтовальщик Эсьены! Вы так просто не отделаетесь!

Я закатила глаза. Ох уж эти мужчины! Им обязательно нужно доказывать, что они самые-самые.

— Конечно вы лучший! Поэтому мы и уходим, — я незаметно пнула Джерана в колено и процедила: — Попроси уже наконец у него прощения! Нас ждет принц, чтобы обсудить, как мы с тобой уедем в Даллен.

Он замер, уставившись на меня.

— Но ты же ушла, чтобы дать Альхару согласие.

Я тяжело вздохнула. «Ох уж эти мужчины — 2». Трудно им поверить в женскую верность. Сразу надо ввязываться в драки и с горя рисковать жизнью в дуэли, когда можно просто дождаться и спокойно поговорить!

— Уйти с мужчиной еще не значит выйти за него замуж. Я не собиралась давать ему согласие, а Альхар не собирался на мне жениться. Он знает, кто мы. Оба. И хочет поговорить.

— То есть ты… — Джеран все еще смотрел на меня с сомнением. — Ты отказала ему?

Я положила обе ладони ему на согнутую руку, привстала на цыпочки и почти коснулась губами некромантского уха.

— Да. И это в том числе ответ на вопрос, который ты задавал в зале. Я выбираю тебя.

В тот же миг меня от пола оторвала неведомая сила и закружила по коридору. Джеран стиснул меня в объятиях так, что у меня едва получалось дышать. Но я не стала его одергивать и лишь сжала настолько крепко, насколько могла, с закрытыми глазами уткнувшись ему в плечо.

Он пах пряностями и пламенем страсти, которое уносило прочь все мое благоразумие. Мне было абсолютно наплевать, кто нас видит и что думает. Все, чего мне хотелось, — это вдыхать сумасшедший, дурманящий аромат моего мужчины.

Спустя почти бесконечную минуту меня нежно поставили обратно на пол. Длинные ловкие пальцы начали отстегивать серебристо-синюю брошь с моего платья.

— Мне нравится твоя предприимчивость, — задумчиво произнесла я, наблюдая за Джераном. — Но я бы все-таки предпочла, чтобы ты раздевал меня в своей спальне, а не на глазах у всего эсьенского общества.

Он ухмыльнулся.

— До этого мы еще дойдем. Для начала я хочу избавиться от знака чужой власти на тебе. Теперь ты моя и только моя. Поняла?

— Конечно, — прошептала я. — Твоя и только твоя.

Джеран не удержался и поцеловал меня даже раньше, чем отцепил украшение. Я с охотой потянулась к его губам, немного жестким, требовательным, ловя горячее дыхание.

Целоваться Джеран умел. Ох как умел…

Нас прервал громкий кашель.

— Я получу свои извинения или нет? — мрачно осведомились сбоку.

Я с огромным трудом оторвалась от некроманта и первые несколько секунд озадаченно смотрела на лорда-«птицу», вспоминая, кто я, где я и что это за человек передо мной.

Точно! Нас же ждет принц!

В ладонь упала отцепленная Джераном брошь. Недолго думая, я сунула ее лорду-«птице».

— Это сойдет за извинения? Простите, мы очень спешим!

Когда я утаскивала Джерана к галерее, лицо лорда-«птицы», переводящего взгляд с меня на украшение, отражало высшую степень недоумения. Вряд ли он понял, что произошло, но меня это не волновало совершенно.

Мы проскочили по залу в последний момент перед началом какого-то представления с волшебниками-акробатами, однако перед самыми дверями на галерею Джеран остановился.

Снаружи, в саду, что-то вспыхнуло. Словно кто-то в одну секунду зажег небольшой костер и тут же его потушил. Странно, но это произошло примерно там, где находилась беседка с принцем.

Я вспышке значения не придала. Мало ли Альхар просто пытается согреться? Тем не менее Джеран тянул с выходом, пристально всматриваясь в сад, укутанный непроглядной ночной мглой.

— Ты сказала, что Альхар знает о нас и хочет поговорить? Уверена, что это не ловушка?

— Уверена. У него была целая куча возможностей нас сдать, а он не воспользовался ни одной. Ты правда все еще считаешь, что Альхар злодей?

— После того что случилось с Наэви, мне сложно ему доверять. Ладно, идем. На месте разберемся. Но если что-то случится…

Джеран не договорил, нежно поцеловав меня в лоб и заставив зардеться. Тут же за нашей спиной снова многозначительно прочистили горло. Некромант, ухмыльнувшись, примкнул к моим губам назло всем, у кого вдруг проснулся кашель. Я ответила на поцелуй, но быстро отодвинулась.

Альхар просил поспешить. Будет неблагодарностью не выполнить его просьбу после того, как он согласился нас отпустить.

Но, шагая по истоптанной снеговой дорожке, я никак не могла выкинуть из головы мысль о ловушке. Я все еще верила в благие намерения Альхара, однако зародившееся в животе беспокойство никуда не исчезало.

В конце концов, все несчастья со мной случались именно в садах. То в Тюльпановых, то здесь, в Королевском. Против воли будешь ожидать, что следующую ловушку снова поставят в саду.

Из-за дурного предчувствия я больше не могла спешить и шла медленно, неуютно ощущая себя под звездным небом и вглядываясь в темноту под кронами деревьев. Что там сверкает в кустах — серебристое украшение из тех, что развесили по ветвям, поймало свет фонаря или это блестят глаза охотников, ждущих, когда мы беспечно войдем в капкан?

Джеран тоже скорее крался, чем шел. Напряжение в его мускулах и смутное чувство на подушечках моих пальцев, как будто наэлектризованность, выдавали, что некромант готов в любую секунду швырнуть в обидчиков заклятие.

Но мы шли, а ничего не происходило. Мне лишь стало холоднее — иссякала сила у наложенного Альхаром заклинания. Заметив краешек золотистого камзола, который был на принце и сейчас лежал на сиденье, я с облегчением выдохнула.

Рано. Жизнь меня, похоже, не учила ничему.

Беседка оказалась пуста. Единственным, что напоминало об Альхаре, был тот самый маскарадный камзол с пришитыми к нему грифоньими крыльями. Его как-то уж слишком небрежно бросили на сиденье для такой драгоценной вещи — рукав пачкался в грязном снегу, крылья помялись.

— Может, он отошел по нужде? — с сомнением предположила я, не желая признавать очевидное.

Джеран неожиданно присел, коснулся темного пятна на снегу, а затем приблизился к одиноко горящему фонарю, рассматривая свою руку.

Я вздрогнула. По пальцам некроманта растекались красные разводы.

— Нет, — уверенно ответил некромант. — На Альхара напали.

Глава 28

Я секунду непонимающе смотрела на Джерана.

На принца. Напали. В его собственном дворце.

Что за чушь?

А потом все встало на свои места.

— Охотники, — прошептала я.

— Что? — переспросил некромант.

— Охотники, — твердо повторила я. — Это были они.

— С чего ты взяла? Альхар не с ними единственными в ссоре.

Я помотала головой.

— Помнишь, ты удивлялся, что смог попасть в Тюльпановые сады незамеченным? Готова поспорить, охотники все прекрасно знали, только ошиблись в твоих намерениях. Зачем еще опальному другу принца пробираться в сад, кроме как отомстить за обиду и смерть уведенной у него из-под носа женщины? На тебя хотели свалить смерть Альхара, но все пошло не по плану. Сначала Альхар не стал в одиночестве сидеть в павильоне, где его легко было убить, а пошел ко мне. Потом я вляпалась в земляную ловушку. Еще и ты вместо того, чтобы убивать принца, полез спасать меня. Дальше — ситуация с леди Армири.

— Ну а она-то чем охотникам не угодила?

— Да не в ней дело! — нетерпеливо отмахнулась я. — Армири попалась в ловушку нечаянно. Помнишь, ловушка была расставлена на тропе? Она вела от беседки, где сидел Альхар. Он обязательно должен был по ней пройти, но первой это успела сделать Армири, догадавшаяся, где принц. Мужчина, которого она видела, — это наверняка один из охотников. Они снова хотели свалить смерть на тебя, но из-за Армири второе покушение тоже провалилось.

— Зато третье удалось, — мрачно подытожил Джеран.

— Да… Когда мы с Альхаром шли сюда, на галерее стояли двое охотников. Должно быть, они сообразили, что принц один, и воспользовались этим. Только что теперь делать? — я растерянно посмотрела на некроманта и тут же спохватилась. — Точно, в вашем мире же есть стража! Надо позвать ее!

Я уже дернулась бежать обратно, но Джеран схватил меня за локоть.

— Даже не думай. Ты последняя, кто видел Альхара живым. А с кем ты только что при всех миловалась в Сапфировом зале? Правильно, с человеком, которого и так обвиняют в нарушении закона. Позовешь стражу — и передашь охотникам все карты в руки для того, чтобы они могли обвинить нас с тобой в убийстве наследника трона.

— Тогда какие есть идеи?

Он скривил губы.

— Варианта два. Первый, предпочтительный: мы уходим из дворца прямо сейчас, пока никто не поднял шумиху, и быстро уезжаем в Даллен. Это сложно устроить, но можно. И лучше поторопиться, потому что суматоха Длинной ночи — единственное время, когда мы можем уйти от ордена. Второй: мы ищем Альхара сами. Если он, конечно, жив, в чем я сильно сомневаюсь.

— Джеран! — возмутилась я. — Альхар столько всего для нас сделал. Он твой друг, в конце концов! И ты хочешь его бросить?

— Инна, — некромант со вздохом прижал меня к себе. — Если это заговор, охотникам незачем оставлять Альхара в живых. Мы навредим себе, и это будет единственным, чего мы добьемся.

— Но его здесь нет! Зачем бы охотникам уводить принца отсюда, если им нужна только его смерть? — я потрясла его за лацканы. — Ты же далленский некромант, могущественный маг, герой Эльвадена! Неужели ты не справишься с поисками? Просто нужно поторопиться, его ведь похитили прямо перед нашим приходом!

Джеран с укором глянул на меня.

— Ладно. Давай поищем следы крови вокруг. Может, они нас приведут к охотникам.

Но других пятен не нашлось. Чья бы ни была рана, ее тут же перевязали. И снова, как в прошлый раз, было невозможно что-то определить по следам — последний раз снег выпадал несколько дней назад, и все было истоптано чужими ботинками.

Оторвав взгляд от белеющей во мгле дорожки, я беспомощно посмотрела на Джерана.

— Ничего нет. Куда его могли увести? Дальше в сад? Во дворец? В главный штаб ордена?

— Куда угодно. Если хоть один из тех, кто напал на Альхара, владеет заклинаниями иллюзии, то провести его через стражу они смогут в два счета.

— А отследить его по заклинанию? Мы видели огненную вспышку — это наверняка был Альхар. Он говорил, что возможно найти преступника по следу колдовства, — вспомнила я.

Джеран печально покачал головой.

— Все верно, только это умеют лишь те, кто обучался на мага-стихийника и обладает даром к той же стихии. А я не огневик.

— Мы можем позвать Минну — она огневик.

— Долго, слишком долго, — некромант прикусил губу, о чем-то задумавшись.

Заметив, как я зябко повела плечами — тепло от принцевского заклинания стремительно уходило прочь, а вокруг было совсем не лето, Джеран рассеянно снял камзол и накинул его на меня, оставшись в одной рубашке.

— Если они не стали убивать Альхара, он им зачем-то нужен, — пробормотал некромант. — А Альхар из тех, кто бьется с врагом до последнего. Одной вспышкой он бы не обошелся, значит, на него надели зачарованные оковы. Накрыть иллюзией самого Альхара можно, а оковы магию отторгают, поэтому с ними ничего сделать не выйдет. Любой, кто на них взглянет, поймет, что перед ним преступник или жертва охотников. Стража на воротах вряд ли даст охотникам так просто покинуть дворец с неизвестным пленником в разгар Длинной ночи.

— А если их подкупят? Или вдруг они пьяны?

— Все возможно, но король в страже дураков не держит, в Длинную ночь они будут бдеть, как у постели своей умирающей матери. В любом случае, если охотники уже увели Альхара через главные ворота, мы ничего сделать не можем. Наш шанс — если он им зачем-то понадобился прямо во дворце.

— Решения по делам охотников! — встрепенулась я. — В «вечер изящества», после того как Альхар выгнал Байру, он распрощался со мной, чтобы разобраться с какими-то тяжбами, в которые был втянут орден.

— Это вариант. Провести пленника прямо во дворец, соврав, что это ради маскарада, проще, чем вывести его из дворца совсем.

— Но в какую часть? Дворец огромен, в него не один вход!

— Они не будут рисковать, поэтому пойдут в ближайший, но не в главный, потому что там больше стражи. Таких входов несколько, но важно не это, важна их цель. А скорее всего, это кабинет принца — именно там он держит все свои бумаги, — Джеран резко выпрямился, сверкнув синими глазами. — Вперед! Чем быстрее мы туда попадем, тем больше шансов, что мы застанем Альхара живым.

Он схватил меня за руку, утягивая ко дворцу. Я еле успела схватить горячую ладонь, прежде чем Джеран сорвался с места. И он еще не хотел помогать принцу? Да я болталась за ним, как поводок за гончим псом!

И все же я была рада пробежаться вне зависимости от того, что мы торопились спасать Альхара. Пришло самое время немножечко разогреть кровь — от холода и нервов меня уже начинало трясти, а темнота и переплетающиеся ветви деревьев производили тяжелое впечатление. Чем быстрее я попаду в теплый дворец, тем спокойнее мне будет, пусть он будет под завязку набит охотниками.

Под скрип снега и шорох задеваемых веток мы выскочили к правому крылу дворца. Сверху, из Сапфирового зала, доносилась мелодичная песня — там продолжались выступления перед гостями. Охотники выбрали донельзя удачный момент для свершения темных делишек.

Джеран замер перед стражей у крыльца.

— Вы не видели двух охотников, ведущих пленника?

Мужчины переглянулись.

— Лорд Мортеран, это же вы? — спросил один из них. — Так ведь Длинная ночь, господин. В костюмах много кто ходит.

— А только что никто не проходил?

— Никак нет, господин. Все гости уже в Сапфировом зале.

— Может, они прошли через другой вход, — тихо сказал в мою сторону Джеран, но я уловила сомнения в его голосе.

Если мы ошиблись с целью, то просто-напросто теряли время. С другой стороны, если мы кинемся обыскивать сразу всю гигантскую территорию дворца, то потеряем еще больше времени. Недавние прятки уже показали, что здесь невероятное количество потаенных мест, где можно скрыться от чужих глаз, особенно если владеть заклинаниями иллюзии. А уж охотники в этой игре вряд ли были новичками.

— Если увидите охотников с человеком в зачарованных оковах, задержите их, — сказал Джеран.

— Мы не обязаны исполнять приказы чужеземных послов, — раздраженно отозвался второй стражник.

Первый, тот, кто нам уже отвечал, виновато посмотрел на некроманта.

— Мы будем бдительны, лорд Мортеран. Это все, что мы можем обещать.

Скрип зубов Джерана был слышен даже мне. Заставив себя благодарно кивнуть, он резво шагал дальше. Я засеменила следом, придерживая пышное платье.

Зато стало теплее. Замерзшие ноги в туфельках начали потихоньку оттаивать, напоминая о себе покалыванием в пальцах.

Увы, до кабинета принца было достаточно далеко. Снова, как в ночь пряток, мимо проносились залы, комнаты и чужие покои. В этот раз вокруг было больше света — праздник, все уголки должны быть освещены! Однако людей по пути почти не встречалось. Вся жизнь дворца сейчас концентрировалась у Сапфирового зала, а он находился в другой стороне. Сюда некому было носить огромные подносы с замысловатыми блюдами или бегать по мелким поручениям.

Нам пришлось преодолеть несколько лестниц, прежде чем мы добрались до кабинета принца. У дверей стояли подтянутые стражники с мечами, вставшие теснее при виде нас, запыхавшихся и вспотевших от спешки.

Вернее, такой была я. Джеран не бежал — он медленно летел и не выказывал ни единого признака усталости. Он первым подскочил к стражникам, охранявшим кабинет.

— Его высочество там?

— Его высочество на празднике, — отчеканил светловолосый мелантец. — Кабинет в его отсутствие закрыт.

— Вы уверены? Здесь не было охотников?

— Уверены, — настойчиво повторил мужчина. — Праздник в другой стороне, посол. Вам нечего здесь делать.

Джеран, как будто не услышав, подошел ближе. Второй стражник красноречиво положил руку на меч, пристально наблюдая за мной и некромантом. Я уже испугалась, что драки не миновать, как Джеран вдруг отошел и с угрюмым лицом направился обратно.

— Нет его здесь, — процедил он на мой невысказанный вопрос. — За дверью не горит свет. Не будут же они сидеть в темноте, подписывая новые документы.

— Значит, мы пропустили что-то, — расстроилась я. — Может, все-таки обо всем расскажем стражникам?

Некромант поморщился.

— Ты сама слышала, как они упирали на то, что я посол. Мне не поверят. Подозреваю, что и тебе тоже, а мы единственные, кто знает об исчезновении Альхара. Знаешь что? Все же найди свою подругу-огневика. Что-то мне это не нравится…

Глава 29

Все время, пока я объясняла Минне ситуацию, она нервно ходила по коридору туда-сюда, не в силах остановиться. Дэлия с ее секретарем Эрнаром, которого она ласково звала Эрни, наоборот, притихли и слушали в оцепенении.

Незадолго до этого мы с Джераном ввалились в Сапфировый зал прямо во время выступления, и на нас злобно шикали гости, пока мы искали друзей. Слава богу, и подруги, и секретарь пошли с нами, как только увидели наши лица. Задача все рассказать легла на меня — некромант решил попытать счастья кое с кем из своих знакомых, рассчитывая, что нам все-таки окажут более существенную помощь. Однако судя по тому, что он до сих пор не появился, надежды пошли прахом. Поэтому я не стала терять время и прямо спросила подруг:

— Ну так что, вы поможете?

— Конечно! — воскликнула Минна, не успела я договорить. — Что нужно сделать?

— С помощью огненных заклинаний выследить принца. Это возможно?

— Не знаю. Ну, то есть искать я умею, но не уверена, что это получится во дворце, — девушка схватилась за голову, продолжая мельтешить перед глазами. — Здесь столько колдовства! Надо скорее попробовать, иначе мы опоздаем.

— Постойте! — Дэлия подняла руку, пытаясь нас задержать, и печально опустила плечи. — А я что буду делать? Я не могу колдовать, но очень-очень хочу помочь принцу!

Молодой секретарь тронул ее за плечо.

— У тебя есть связи, милая. А я видел других секретарей среди приглашенных. Мы могли бы разнести по залу новость, что его высочества нигде нет. Если постараемся, его отправятся искать не только стражники, но и все гости.

— Отличная мысль! — обрадовалась я. — Чем больше людей вы охватите, тем быстрее мы найдем Альхара и поймаем охотников. Джеран, ты вернулся! Ну как, получилось что-нибудь?

Судя по нахмуренным бровям моего возлюбленного, вышедшего из Сапфирового зала, улов если и был, то невеликий.

— Я попросил кое-кого из старых знакомых об одолжении, но нет никаких гарантий, что они действительно помогут, — он раздраженно посмотрел на свой маскарадный костюм далленского посла. — Проклятье, я уже жалею, что рассорился с Альхаром!

— Будем молиться, чтобы ты еще успел с ним помириться, — я торопливо зашагала навстречу, перехватывая Джерана и направляя его к выходу. — Минна, идемте. Дэлия, Эрнар, удачи вам!

— И вам милости бога-солнца в поисках, — церемонно ответил секретарь, поклонившись на прощание. — Сделаем все что сможем.

Мы ненадолго задержались, чтобы захватить теплые вещи, а затем снова выскочили на морозный воздух. Если раньше мне приходилось собачкой на поводке бежать за Джераном, то теперь даже Джеран еле успевал за Минной. Придерживая платье, она неслась впереди, и я видела только ее хрупкую спину с наполовину сползшим плащом. Подруга так спешила на помощь принцу, что не замечала, как ткань с драгоценным меховым подбоем волочится по грязи.

Наблюдая за Минной, я вдруг поняла, что теперь буду волноваться еще и за нее. Приехав в Эсьену только затем, чтобы устроить себе сытную жизнь, она, похоже, всерьез влюбилась в Альхара. Если его убьют, ее сердце будет разбито, а жизнь — сломана.

Лишь бы только охотники не торопились избавиться от принца…

К беседке Минна прибежала, тяжело дыша, но сразу принялась бродить возле деревянной постройки, бормоча под нос заклинания.

— Здесь! — сказала она, остановившись недалеко от того места, где сидел Альхар. — Тот, в кого он целился, стоял здесь, но отбил атаку.

— А отследить хотя бы примерное направление, куда они пошли, вы можете? — уточнил Джеран.

Девушка нарезала еще пару кругов около беседки и с отчаянием в голосе ответила:

— Повсюду слишком много источников волшебства. Будь я магом хотя бы третьего уровня, или если бы была обычная ночь, а не Длинная с этим дурацким маскарадом…

Она внезапно прервалась, задумалась, затем сняла с груди серебряную брошь невесты и с закрытыми глазами зашептала новые заклинания. Джеран, приподняв бровь, оценивающе посмотрел на нее.

— Что она делает? — тихо спросила я, ощутив весьма неуместный укол ревности.

— Пытается по теплу рук, которое помнит брошь, найти Альхара. Проще говоря, использует вещь, которая побывала у него, как компас. Я так искал тебя в Тюльпановых садах. Не думал, что у мага второго уровня может получиться нечто подобное.

— Если любить, еще и не то получится, — пробормотала я.

Тем временем Минна покрутилась вокруг своей оси и замерла, глядя влево.

— А что в той стороне, за деревьями?

— Мраморный павильон, — сказал некромант. — Там был пожар несколько месяцев назад. Из-за зимы ремонт не начинают, поэтому здание закрыто. Если его не решили каким-то образом использовать в сегодняшнем празднике, то оно пустое.

Мы переглянулись.

— Отличное место, чтобы спрятаться, — заключила я. — И принца мимо стражи вести не надо, и внутри им никто не помешает.

— Логично, — согласилась Минна. — Идемте.

— Постойте, — остановил ее Джеран. — Вам точно не стоит туда соваться. Если охотники осмелились покуситься на наследника трона, убить никому не известную молодую леди из провинции им раз плюнуть. Вам лучше вернуться во дворец.

— Но как же его высочество? — ахнула она.

— Приведите сюда стражу, — перебил некромант. — Наврите им что-нибудь, скажите, что слышали крики из Мраморного павильона или что он загорелся. В одиночку вы все равно охотникам не соперница. В ордене нет магов слабее третьего уровня. Им щелчка пальцев хватит, чтобы превратить вас в лужицу крови на полу.

Суровые слова возымели воздействие. Минна плотно сжала губы, так что они побелели, но кивнула.

— Хорошо.

Секунда — и она уже опять мчалась прочь, только теперь не от дворца, а к нему. Я благодарно улыбнулась Джерану — мне тоже будет спокойнее, если подруга не станет подставляться под удар, — и сделала шаг в сторону Мраморного павильона. Однако меня остановила вытянутая рука некроманта.

— Иди за Минной, — сказал он. — Тебе в павильоне тоже нечего делать.

— А тебе есть чего? — рассердилась я. — Охотников там не меньше двух. А скорее всего, намного больше. Уж ты-то, конечно, хорошо подготовлен для сражений в одиночку с людьми, которые руку набили на поимке таких, как ты!

— Мне есть что им противопоставить. А ты едва владеешь магией. Кроме того, я не прощу себе, если ты пострадаешь.

— Ты меня вернешь с того света, — упрямо повторила я.

— Боже, Инна, ты что, думаешь, что я всесилен? — возмутился Джеран. — А если и со мной что-нибудь случится?

— Тем более мне лучше пойти с тобой.

— Ну уж нет.

Он неожиданно отступил на шаг назад, сделав резкий взмах рукой. С языка слетели слова заклятия. Покачнувшись, я с недоумением посмотрела себе под ноги, а затем — распахнутыми от удивления глазами — на этого упрямца.

Увы, действие этого заклинания было мне слишком хорошо знакомо.

— Ты что, приклеил меня к земле?!

— Ага. Не бойся, купим потом тебе новые туфли, — с ухмылкой ответил Джеран и чмокнул меня, перед тем как исчезнуть в темных зарослях сада.

В спину ему полетели такие ругательства, которые приличной мелантской леди знать не положено. Только ему-то что с того? Пара секунд — и его стройный силуэт растворился в ночи. Сволочь еще и ручкой помахала напоследок.

Материться больше смысла не было, поэтому я, скрипя зубами, сконцентрировалась на удерживающем заклинании. Ноги засосало под землю по самую щиколотку, а учитывая, что сверху на мерзлой почве лежал слой снега, ощущение было совсем гадким. Хватит пяти минут постоять на зимнем холоде, чтобы потом болеть неделю. О чем Джеран только думал? Ясное дело, ни о чем!

Упустил он и еще один важный момент — девушки с Земли учатся на своих ошибках. Чуть не погибнув в земляной ловушке в Тюльпановых садах, я вдоль и поперек изучила учебник по колдовскому искусству в поисках противодействующих заклинаний. К тому же наспех сооруженное заклятие Джерана было жалким подобием того, что устроила Эвери Байра.

Я присела, коснулась земли и произнесла слова на древнем языке. Ногам стало свободнее, но не так, чтобы вытащить их и пойти. Даже разбросай я землю, в которой «утонула», это не помогло бы — нужно было в первую очередь ослабить удерживающее заклятие. А Целестия, увы, была не магом земли, чтобы справиться с этим быстро. Слава богу, что третий уровень вообще позволял ей с этим справиться.

Пришлось потратить не меньше минуты на то, чтобы наконец сойти с проклятого места. Музыка, доносящаяся сюда из Сапфирового зала, к этому моменту стихла. Шум, шедший от дворца, больше походил на гул голосов. Я очень надеялась, что это не новое представление для гостей, а результат стараний Дэлии, Эрнара и Минны, но ждать только ради того, чтобы проверить, не могла. Поэтому, игнорируя то, что стопы начинают окоченевать, бросилась следом за Джераном. Надеюсь, он еще не успел встрять в какой-нибудь очередной смертельный бой!

Скоро впереди, недалеко от границы сада, показались очертания погруженного в темноту здания. При свете дня это был двухэтажный помпезный павильон с колоннами, напоминающий древнегреческие храмы, но сейчас вход в него казался распахнутой звериной пастью с рядом клыков — проглотит и не заметит.

Стражи рядом не было. В самом деле, зачем охранять небольшое заброшенное здание, которое ждет ремонта? Ни внутри, ни снаружи не горело ни огонька. Если охотники и прятались внутри, они додумались замаскироваться.

Было бы неплохо поступить точно так же и мне. Я прикрылась иллюзией и подкралась к павильону сбоку, не торопясь вламываться с парадного входа. Сначала загляну в окно, а потом решу, что делать дальше.

Мне повезло. Стекло в раме отсутствовало — очевидно, его разбили при пожаре. Изнутри все еще слабо пахло гарью и отсыревшим деревом.

Павильон мягким одеялом окутывала обманчивая тишина. Не поверив ей, я прочитала заклинание воздушной школы — просьбу ветру, чтобы он на своих крыльях принес мне звуки. Из глубины здания тут же зашелестели знакомые голоса.

Хотя разобрать отдельные слова было невозможно, я сразу узнала одного из говоривших. Джеран резко, коротко что-то отвечал собеседнику, который звучал вкрадчиво, с издевкой, как будто был совершенно уверен в своей победе.

Черт. Охотники все же здесь.

Не то что недолго — не думая вообще, я полезла в окно. Платье зацепилось за раму, но я дернула его на себя, плюнув на треск ткани. Зачем мне вся эта красота, если любимый мужчина умрет? Я-то не некромант, чтобы вернуть его к жизни!

Пока удача мне улыбалась. Туфли тихо ступали по каменному полу, остатки мебели, не уничтоженной пожаром, были оттащены к стене и не мешали пройти к обугленной двери. Она оказалась приоткрыта. Я обволокла ее воздушной подушкой, чтобы не дай бог не заскрипели петли, высунулась из щели и осмотрела коридор.

Слева был тупик с окном — на сей раз целым. Справа дорога выводила в просторный зал, в котором тускло горели несколько свеч. Оттуда и доносились голоса.

— Тянете болтовней время, лорд Мортеран? — насмешливо уточнил охотник. — Можете заниматься этим сколько угодно. К вам на помощь никто не явится.

— Не сомневаюсь, что вы постарались уничтожить мою репутацию до основания, — мрачно ответил Джеран.

— Вы сами с этим отлично справились. Мы только довершили начатое. Какая досада, что его высочество не успеет узнать о вашей верности и самопожертвовании!

И снова издевка. Кто бы там ни был, я его уже ненавидела. Джерану никто не придет на помощь? Ха! Сейчас докажем этому козлу, как он заблуждается.

Я осторожно двинулась к залу, все еще прикрывая себя иллюзией и приглушая магией шаги с шорохом одежды. Пальцы защекотало атакующее заклинание воздушной школы. Я уже собралась швырнуть им в подонка-охотника, однако, выглянув из-за угла, поняла, что слишком поторопилась с выводами. Ситуация была куда опаснее.

По прямоугольному залу с колоннами по краям кружили три человека, ни на миг не оставаясь неподвижными. Охотников было двое, и внешность одного из них оказалась знакомой. Водянистые глаза, квадратный подбородок, шрам через все лицо — этот человек наблюдал за испытаниями в Тюльпановых садах и спорил с Альхаром насчет того, приемлема ли подобная игра для женщин. Кажется, его звали Иргейд?

Второго охотника я тоже наверняка уже встречала, хотя вспомнить не смогла. Оба пытались прижать Джерана к стене, но тот ловко уходил в сторону, видимо, удерживая их на расстоянии каким-то заклинанием. В руках некромант держал созданное магией оружие — воздушный клинок, настолько тонкий и прозрачный, что о его существовании можно было догадаться лишь по положению рук Джерана и по слабому искажению пространства.

Что-то подсказывало, что даже такая опасная вещь в схватке с охотниками не поможет, несмотря на то что у них не было мечей, только кинжалы — на праздник в честь Длинной ночи запрещалось приносить боевое оружие. Если только я отвлеку хотя бы одного из них…

Джеран вдруг поймал мой взгляд. Шут знает как, но любимый догадался, что я здесь, хотя я наложила на себя всю колдовскую маскировку, какую могла.

Он едва заметным кивком указал наверх. Губы шевельнулись, беззвучно произнося: «Альхар».

Я сглотнула. Ну да, слова охотника означали, что принц еще жив. Но бросить Джерана?..

Что-то почувствовав, охотник со шрамом начал поворачиваться в мою сторону. Я успела убраться раньше, чем он меня увидел, вот только эффект внезапно был безнадежно испорчен.

Оставалось одно — исполнить просьбу Джерана и освободить Альхара. Может, так будет даже лучше. Раз оба охотника внизу, принца никто не охраняет, а из него точно лучший боец, чем из меня. По крайней мере, нас будет больше, чем охотников.

Благо лестница была неподалеку и, чтобы подняться на второй этаж, не пришлось возвращаться в зал. Не забывая об осторожности, я оглядывалась по сторонам в поисках комнаты, где держат Альхара. Что если охотников на самом деле больше?

Долго блуждать не пришлось. Уходя к Джерану, чертовы инквизиторы забыли закрыть за собой дверь, и в темный коридор из комнаты лился свет. Подобравшись к проему, я заглянула внутрь.

Второй этаж в пожаре пострадал меньше, чем первый, здесь и запах горелого ощущался не настолько сильно. В этой комнате сохранилось достаточно мебели, чтобы Альхара удалось усадить за стол и заставить работать над документами. В дрожащем свете единственной свечи виднелась его спина, склоненная над бумагами, и — уголком — красивое лицо с застывшим на нем злым выражением.

Из-за скрюченных рук принц с трудом выводил буквы. Запястья были скованы тесной зачарованной цепью, которая мешала движениям. С ужасом я обнаружила, что несколько пальцев на левой руке Альхара вывернуты под неестественным углом.

Эти сволочи его пытали?! Да они еще хуже, чем я о них думала!

Опасения оказались справедливыми — уродов все-таки было больше. Двое остались следить за пленником. Они тоже оказались знакомыми — эти охотники присутствовали среди наблюдателей в Тюльпановых садах.

Первый охотник снял маскарадный костюм и перевязывал рану, сидя в углу и мрачно поглядывая на Альхара. Бедро мужчины было разодрано до мяса — очевидно, это его кровь Джеран заметил у беседки. Второй мужчина в костюме гончего пса стоял боком к двери. Этому тоже перепало — на камзоле виднелись подпалины.

Второй охотник был опаснее первого. В отличие от раненого, сконцентрированного на своем бедре, этот не сводил с принца глаз. Пока он не отвернется, нападать было слишком опасно. Я не знала, ни какой стихией этот маг владеет, ни какой у него уровень, а потому не могла заранее подготовить контратакующие или защитные заклинания, иначе они могли оказаться бесполезными, а силы будут уже потрачены. Ну а на реакцию без боевого опыта полагаться не приходилось.

Помог случай.

Дописав текст, Альхар отбросил перо.

— Всё. Забирайте и подавитесь.

Охотник-«пес» кинулся к столу и схватил бумагу. Однако то, что там было написано, его не порадовало. Он медленно поднес документ к свече, поджег краешек и ткнул почти в лицо принцу, заставив его отшатнуться.

Скотина усмехнулась, кинув бумагу догорать в камин. Второй охотник тоже злорадно оскалился.

— Хватит тянуть время, ваше высочество, — произнес «пес». — Пишите заново. Иначе будет очень неприятно, если вы погибнете в устроенном вами же пожаре. Кто бы мог подумать, что наследному принцу придет в голову уединиться с любовницей в пустом павильоне и так глупо погибнуть от собственной стихии? Хорошо, что у короля есть и другие, более трезвомыслящие сыновья, которые так не поступают.

— Любовницей, я так понимаю, будет случайная гостья Длинной ночи? — мрачно поинтересовался Альхар. — Совесть не мучает столько невинных душ губить?

Охотник пожал плечами.

— Невинных не бывает. Все мы грешны пред ликом бога-солнца. К тому же любовницу не обязательно должны найти, хватит и упоминания о ней. Жаль только, что по второму разу нельзя убить вашу хешванскую шлюху.

Принц дернулся. Тут же ему в лицо почти уткнулось острие кинжала.

— Но-но, ваше высочество — хмыкнул охотник, грозя ему пальцем. — Вы не в том положении, чтобы сопротивляться.

— Так это вы убили Наэви? — прохрипел Альхар.

— А вы в самом деле думали, что если вы будущий король, то можно сделать своей любовницей простолюдинку, занимающуюся призывом демонов, и запросто притащить ее в Эсьенский дворец, тем самым подавая пример всем нечистым магам Меланта? Если да, то вы идиот, ваше высочество, каких я еще не видывал. Считайте, мы оказали вам услугу, по-тихому убрав девку с глаз высшего общества. Если бы она им попалась, о вашем спокойном правлении можно было бы забыть.

Принц побледнел. Имя Наэви, слетающее с уст охотника, причиняло ему гораздо больше боли, чем сломанные пальцы.

— Не смейте так говорить о ней, — тихо, угрожающе произнес он. — Весь ваш клятый орден не стоит и ее мизинца.

— Наш орден десятилетиями поддерживает спокойствие в государстве, — напомнил охотник. — Иначе бы Мелант уже давно захлестнула волна живых мертвецов и демонов. Вы как будто не были в Эльвадене и не видели, сколько вреда может причинить один-единственный демон. Один-единственный, — повторил он. — А ваша хешванская шлюха могла вызывать их по несколько штук. Магов призыва ограничивают даже в Даллене с их хваленой свободой. И вы правда думаете, что вам бы позволили иметь под рукой подобную бочку с порохом? На кого бы Наэви натравляла своих демонов? На ваших врагов? Или на вас же, после того как вы станете королем?

Поглощенный истечением яда, он забылся, наклонился и слишком близко придвинулся к пленнику, давая тому шанс напасть. И принц его упускать не стал.

Альхар резко поднялся, лбом ударив противника в подбородок. Тот отшатнулся, на миг потеряв ориентацию. Схватив охотника за шею, Альхар рывком подтащил его к камину и со всей силы ударил головой об угол.

Раздался противный хруст. По плиткам, которыми был облицован камин, потекла кровь. Мужчина, обмякнув, глухо повалился на пол.

Увы, оставался еще второй охотник.

Невзирая на рану, он резво вскочил со стула и кинулся к принцу, на ходу сплетая какое-то заклинание. Наверное, оно действовало на внутренние органы, потому что Альхар тут же со стоном согнулся. Я стремительно оплела охотника воздушными петлями. Самую тугую пришлось затянуть на горле — чтобы он не мог позвать на помощь или произнести новое заклинание.

Похоже, я переборщила. Захрипев и выпучив глаза, мужчина судорожно дернулся. Тут же его поймал Альхар. Крепкие руки принца сомкнулись на шее мага, окончательно лишая его воздуха.

Мужчина еще какое-то время сопротивлялся, но против моего заклинания и силы Альхара у него не было ни единого шанса. Под конец я отвернулась, не в силах на это смотреть. Конечно, он был тем еще дерьмом, но мне все равно было не очень-то приятно оказаться причастной к чьей-то смерти.

Отпустив затихшего инквизитора, Альхар пошатнулся и прислонился к стене. У него на волосах тоже запеклась кровь. То ли его приложили еще в саду, то ли во время пыток не ограничились пальцами.

— Леста? — он слабо улыбнулся. — И почему я не удивлен? Можете помочь снять наручники?

Ключи оказались прицепленными к поясу мертвого охотника, но я быстро их сдернула, преодолев рвотный позыв, и принялась подбирать к замку на оковах.

— Вы в порядке, Альхар?

— В достаточном, чтобы убить еще парочку сволочей. Их отвлекает Джеран?

— Да. И я не уверена, что он протянет долго.

Принц кивнул.

— Вниз, скорее.

Щелкнул замок, и цепь упала рядом с мертвыми магами. Альхар немного неверным шагом устремился в коридор. Я, обогнав, первой спустилась с лестницы и кинулась к залу, где оставила своего возлюбленного.

Беспокоиться об эффекте неожиданности все равно было уже поздно. Охотники внизу наверняка услышали шум драки и лязг зачарованной цепи, если только эти звуки не заглушил грохот их собственной схватки. Судя по звону и вскрикам, братья ордена уже перешли от слов ко вполне реальному оружию.

Влетая в зал, я старалась просто не думать о том, что сейчас увижу. Если драка еще идет, значит, Джеран жив. Поэтому у меня екнуло сердце, когда я застала ту страшную сцену.

Джерана все-таки зажали в угол. Один из охотников, чей рукав со времени моего ухода успел окраситься кровью, поймал его зачарованной цепью и тянул на себя, не давая ни вырваться, ни применить заклинание. Иргейд уже делал замах кинжалом, целясь прямо в грудь моему любимому мужчине.

С моих губ сорвался крик.

А вместе с ним — слова заклинания.

Оно было похожим на то, которое вырвалось у меня при нашествии мышей в комнате Дэлии, только гораздо, гораздо мощнее, и теперь у него была цель. Выставив вперед руку, я направила поток воздуха на исшрамленного охотника. Толчком его отбросило назад на несколько шагов, а во всем помещении с пола клубами поднялась пыль.

Поспевший Альхар процедил несколько слов заклинания и заставил загореться одежду на втором охотнике. Закричав, мужчина выпустил удерживающую Джерана цепь. Но это было еще не всё.

Иргейд, изменив цель, кинулся ко мне. На перекошенном от ярости лице читалось твердое намерение убить сегодня хоть кого-нибудь. Я, беззащитная, в неудобном для боя пышном платье, подходила для этого лучше всего.

Я еле успела произнести заклинание, создающее передо мной магический щит — уплотненный воздух. Охотник, не сбавляя скорости, разбил его одним ударом зачарованной цепи, которую держал в левой руке как второе оружие. Альхар швырнул в него сгусток пламени, но тот пролетел мимо отклонившегося мага, горстью искр разбившись о стену.

Я отступила назад и уперлась в колонну, с замершим сердцем наблюдая за тем, как прямо на меня несется враг с оголенным кинжалом. Альхар и Джеран ранены, и оба слишком далеко. Я не успевала больше прочесть ни одного заклинания. Неужели так и будет выглядеть мой конец — уже в новом мире?..

Охотник замер всего в шаге от меня. Занесенная для удара рука вдруг безвольно повисла на боку. Оружие, выпав из ладони, со звоном покатилось по мраморным плитам. Лютая злость на лице мужчины сменилась удивлением, с которым он смотрел на торчащее из груди почти прозрачное острие клинка.

Джеран, не иначе как по волшебству прыжком преодолевший весь зал, дернул магический меч вниз, удлиняя рану и разрезая внутренности охотника. Издав глухой стон, он упал на колени, а затем, съежившись, затих на полу.

Мои колени так ослабели от страха, что я чуть было не присоединилась к нему. В последний момент Джеран подхватил меня за талию, не давая упасть.

— Кажется, ты должен научить меня призывать такое же оружие, — пробормотала я, утыкаясь ему в грудь.

— Научу, — сдавленным голосом ответил он, крепко-крепко прижимая к себе. — Всему, что хочешь, научу. Только не здесь, а где-нибудь там, где нет охотников и больше никто никогда не поднимет на тебя руку. Я не могу тебя потерять…

Нас прервал звон стекла. Мы умудрились напрочь забыть о втором охотнике, который, сбивая с одежды огонь, откатился в темный участок зала и притих, дожидаясь, когда мы отвлечемся. Как только это произошло, он метнулся к окну и выскочил наружу.

Альхар, выбранившись, кинул в него новым файерболом, но слишком ослаб, чтобы попасть в цель. Комок огня даже не задел охотника, благополучно скрывшегося во мраке ночи.

И именно в этот момент, словно по закону подлости, раскрылись двери парадного входа в павильон, впуская нескольких стражников, а впереди них взволнованную Минну.

— Ваше высочество! — ахнула она при виде растрепанных, измученных нас и окруженного пятном крови охотника. Подол нежно-зеленого платья окрасился красным, когда подруга со слезами бросилась к Альхару. — Вы в порядке? О боже, вы ранены! Лекаря, позовите же кто-нибудь лекаря!

Принц ошеломленно посмотрел на нее. Минна не осмелилась ни на что большее, кроме как застыть рядом, с закушенной губой испуганно глядя на Альхара. Тот вдруг улыбнулся, о чем-то догадавшись, и здоровой рукой погладил девушку по плечу.

— Со мной все хорошо, леди Стэфата. А сейчас простите, но лекарь подождет. Стража! Вы видели, куда побежал удравший через окно охотник?

Естественно, никто ничего не видел. Судя по лицам стражников, они вообще не ожидали, что действительно найдут в Мраморном павильоне принца.

Он раздраженно тряхнул длинными волосами и, все так же пошатываясь, зашагал к выходу.

— Ваше высочество, постойте! — спохватилась я, устремившись за ним. — Во дворце же есть и другие охотники. Наверняка в заговоре участвовал не только сбежавший. Что вы теперь будете делать?

— Что делать? — переспросил он, и на его губах заиграла жестокая, не предвещавшая ничего хорошего улыбка. — Сейчас сами увидите.

Выйдя на холод, Альхар прислонился к колонне у входа и с закрытыми глазами начал читать незнакомое заклинание. Один из стражников за нашими спинами, слышавший слова заклятия, нервно выругался. Джеран притянул меня к себе, стиснул, будто пытаясь от чего-то защитить, и молча указал на статуи-горгульи, подсвеченные факелами, на крепостной стене вокруг дворца.

Я еще в первый день в Эсьене гадала, для чего они нужны, уже тогда понимая, что это не просто декор. Однако за все время так и не довелось прочитать или спросить, что это за скульптуры. Сейчас же мне предстояло узреть их предназначение воочию.

Одна за другой крупные статуи зашевелились, стряхивая с себя тонкую каменную оболочку, словно скорлупу, и заставляя дозорных на стенах с криками расступаться. Звук при этом был таким, словно перекатывались гигантские валуны, собиравшиеся смести все на своем пути. С грохотом спрыгнула с постамента первая горгулья, затем вторая, третья… И все они с неестественной для каменных созданий скоростью двигались к Королевскому саду, где исчез сбежавший охотник.

Скоро раздался первый, пробравший до самых костей крик ужаса. А за ним последовали и другие.

— Эту Длинную ночь, — мрачно улыбаясь, предсказал Альхар, — однажды назовут Самой Короткой Для Охотников.

Эпилог

В лицо подул ласковый морской бриз, принесший с собой солоноватый запах волн и растущего у дома гибискуса. Я вытянула ноги на деревянной лежанке, разложенной на балкончике небольшого особняка, и сделала глоток охлажденного сока, любуясь бескрайним лазурным морем.

Джеран не соврал, говоря, что у него нет имения возле моря. По крайней мере, так было на тот момент.

С тех пор мы успели уехать из Меланта приобрести небольшой дом на побережье, недалеко от столицы Даллена. Принц не забыл, что мы, рискуя жизнями, пришли к нему на помощь, и задействовал свои связи, поэтому особнячок достался нам совсем дешево. Правда, большую часть времени мы проводили не здесь, а в Керхене — главном далленском городе, в королевском дворце.

Старания Джерана в роли посла высоко оценили при далленском дворе, а среди некромантов он заслужил уважение, вернув им старинные архивы, когда-то увезенные из Даллена и надежно спрятанные потомками семьи Тэвьера от охотников. Именно эти архивы нашла мать Целестии, заинтересовавшись запретными в Меланте науками, и именно их искал Джеран, впервые познакомившись с Целестией. Если бы не Кора, служившая правой рукой леди Риаты и знавшая, куда та перепрятала документы, они были бы утеряны снова.

Мы пытались отблагодарить старую добрую служанку, вручив ей деньги и отпустив туда, куда она сама захочет. Однако добродушная женщина только фыркнула, сообщила, что другого ремесла все равно не знает, и отправилась с нами в Даллен пестовать новую прислугу. Потому что тут, разумеется, никто ничего не умеет и все совсем не так, как в Меланте! Ну и как мы будем без Коры среди чужеземных неучей?

Нам и правда было приятно видеть рядом знакомое лицо. Для меня весь этот мир был чужим, а Джеран хоть и любил эту страну, но по прошествии лет отвык от нее.

К счастью, здесь мы пришлись ко двору. Джеран стал королевским советником, к его мнению о Меланте прислушивался весь дворец. В конце концов, это он поспособствовал тому, что ненавистный свободолюбивым далленцам Орден охотников был разгромлен.

Мелант все еще штормило, но за прошедшие полгода Альхар достаточно укрепился во власти и фактически правил страной вместо отца, который глупо полагался на чуть не убивших его сына охотников. А Альхар куда благосклоннее относился к соседям, чем предыдущие правители Меланта.

Я неустанно работала, помогая мужу обустроиться в новой стране. Да-да, нас поженили сначала в Меланте — скромно, с небольшим количеством гостей в лице Дэлии, ее секретаря Эрнара, Минны, Коры и самого Альхара, а потом в Даллене, уже более пышно, с участием придворных. Я занималась домом, разбирала для Джерана часть документов, но это было еще не все. Моими знаниями о более развитом мире заинтересовались местные ученые, и часть времени я проводила с ними, рассказывая о наших, земных реалиях, о телефонах и интернете, космических спутниках и автомобилях. Смею надеяться, я вдохновила кое-кого на новые изобретения, которые улучшат жизнь простых далленцев.

Однако сегодня мы устроили выходной. Джеран скоро должен был вернуться из города, куда ненадолго уходил по делам, а я пока валялась на лежанке, подставляя бледную кожу лучам горячего южного солнца.

Несмотря на более свободные нравы, загорать на пляже здесь было не принято, поэтому приходилось довольствоваться балконом. Хотя я, конечно же, делала это не голышом и даже не в нижнем белье, такой отдых все равно вызвал кучу пересудов среди соседей — и заодно заставил понервничать Джерана, что на его молодую жену кто-то может покуситься. Тем не менее некоторые из живущих по соседству аристократов уже оценили прелесть солнечных ванн. Кажется, я нечаянно завела в Даллене новую моду.

Дверь в комнату хлопнула. По мне прошелся легкий сквознячок. Я подскочила, думая, что вернулся любимый, но это была всего лишь Кора. С важным видом старшей по дому она приблизилась ко мне и протянула серебряное блюдо с двумя письмами.

— Почта из Меланта, госпожа.

— Правда? Спасибо! — обрадовавшись, я схватила письма и тут же вскрыла первое, на котором стояло имя Минны.

Кора только головой покачала из-за того, что я сделала это «не по-господски», без специального ножа для бумаги. Но здесь, у себя дома, мне было нечего бояться и незачем притворяться аристократкой. Я получала удовольствие от каждой секунды, когда была той, кто я есть.

— Так-так, посмотрим, что пишет Минна…

Не удержавшись, Кора устроилась рядом и приготовилась слушать. Она страшно любила новости из родного королевства.

— О, Альхар назвал ее своей невестой! — восхитилась я. — Свадьба будет осенью. Они приглашают нас приехать.

— Ох, я так рада за них, так рада! — запричитала служанка. — Они такая достойная пара!

Я кивнула. Минна в Альхаре души не чаяла, да и он всерьез ей заинтересовался после Длинной ночи, когда узнал, кто на самом деле нашел его в Мраморном павильоне. А уж ее характер и положение полностью соответствовали требованиям принца к избраннице. Я не сомневалась, что, даже если брак будет заключен больше по политическим соображениям, однажды Альхар по-настоящему полюбит скромную и умную Минну.

— Так, дальше ничего особенного интересного… — я пролистнула рассказ о появлении в Эсьене иномирца с темной кожей и татуировками на лице, который называл себя эльфом по имени Хейс. Джерану уже сообщили об этом странном существе, но «эльф», кем бы он ни был на самом деле, исчез на следующий день после того, как появился. — О! Дэлия выходит замуж за Эрнара. Хм, надо же, а она боялась, что родители не позволят этому браку случиться.

— Из-за их разного положения? — догадалась Кора.

— Да, Эрнар всего лишь секретарь, и он намного беднее Дэлии. Минна пишет, был какой-то скандал по этому поводу. Зная Дэлию, совсем не удивляюсь, — пробормотала я. — Но все-таки они женятся. И тоже зовут нас на свадьбу, благо она в тех же числах, что у Альхара с Минной, — я помахала разноцветной карточкой. — А вот и официальное приглашение.

— Вот это да! — Кора заерзала, наверняка уже строя планы, в каких нарядах мы все поедем. — А что во втором письме, госпожа?

Прочитав имя на нем, я нахмурилась. Надпись на месте отправителя гласила: «Лорд Ортан Тэвьера». Отец Целестии.

Джеран честно пытался ее воскресить. Меня беспокоили его старания. Нет, не из-за ревности — к тому моменту у меня были тысячи возможностей убедиться, что мужу нужна именно я, а не девушка, чье место я заняла. Просто Джеран пытался поднять ее из мертвых в чужом теле, и было неизвестно, как она воспримет подобную метаморфозу и как отнесется ко мне, ведь я по сути украла и ее тело, и ее мужчину.

Честно говоря, я испытала облегчение, когда попытки Джерана ничем не увенчались. Он расстраивался, считал, что смерть Целестии — его вина, пусть она и помогла ему встретиться со мной. А я решила, что нет худа без добра и что это была судьба. Судя по обмолвкам Коры, Джеран никогда не был бы счастлив с Целестией. Наверное, мироздание таким образом воздало нам обоим за нелегкую прошлую жизнь. И кто знает, куда отправилась сама Целестия? Может, и для нее в одном из миров нашлось местечко…

С ее отцом нам удалось договориться. Он все равно рано или поздно понял бы, что перед ним не его дочь. Джеран оплатил часть семейных долгов, а лорд Тэвьера взамен помалкивал о том, кто я такая.

Это не мешало мне напрягаться каждый раз, когда от него приходили письма. Лорд Тэвьера тяжело перенес потерю жены с дочерью, и у него были все причины мстить за свои беды нам с Джераном. Однако он удивил и нас, и собственное окружение, решив пустить остаток жизни на борьбу с Орденом охотников. Немолодому лорду без семьи и почти без состояния стало нечего бояться, и Альхар неожиданно приобрел верного сторонника — яростного противника ордена.

В письме лорд Тэвьера сообщал, что скоро вернет выданную Джераном ссуду, и рассказывал некоторые новости об ордене, которые могли быть нам интересны. В Меланте еще оставались провинции, где до сих пор было сильно влияние охотников, но почти от всей верхушки заговорщиков удалось избавиться. К счастью, некоторые маги вышли из ордена, когда узнали, что их собратья покусились на наследника трона, и открестились от всех связанных с братством дел, облегчив Альхару и лорду Тэвьере борьбу.

Зачитав Коре, внимательно следящей за падением ордена, пару самых важных новостей, я отпустила служанку, а сама задумалась, пока солнце и морской бриз продолжали ласкать мою кожу.

То, что Альхар добился расформирования ордена, было хорошо, но это не делало некромантию и вызов демонов безобидными. Любопытно, как принц поступит дальше? Он уже связывался с Далленом через Джерана, чтобы выяснить, как здесь регулируют подобные вещи. Конечно, сразу обезопасить себя не получится, но будет здорово, если это послужит установлению крепкого мира между двумя государствами.

Погруженная в мысли, я не заметила, как задремала, разомлев в поднимающейся к полудню жаре. Скоро сквозь сладкие грезы стали пробиваться смутные приятные ощущения. Далеко не сразу я поняла, что меня ласкают не солнце с ветерком, а кое-кто гораздо более живой.

Ловкие пальцы бегали по всему телу — мягкими прикосновениями щекотали пятки, проходились по бедрам, очерчивали круги на животе и дразнили чувствительные места на груди. Зажмурившись, я замурчала и перевернулась на живот, подставляя мужу для нежностей новые участки своего тела. В этот же миг носа достиг запах роз, стоявших где-то совсем близко. От неожиданности я резко распахнула глаза и привстала.

Синие. Они были синими. Джеран где-то достал розы, которых не бывает в природе даже в таком волшебном мире, как этот, поставил их в вазу и принес на балкон, зная, что меня это обрадует. Я и правда не удержалась от восторженного вздоха.

Джеран рассмеялся и поцеловал меня в щеку.

— Вставай, засоня. Будущим мамам вредно долго валяться на солнце. А нам еще танцам учиться — помнишь?

— Эй! — заспорила я. — Мы еще не знаем, беременна ли я!

— Конечно беременна, — он ткнулся мне в волосы. — Ты до сих пор путаешься в далленском календаре, а я — нет.

Я насупилась. Что поделать, если в этой стране поистине инопланетянская система исчисления дней и месяцев?

Тем не менее я была бы счастлива, если бы Джеран оказался прав. Признаться, поначалу меня немного пугала предстоящая беременность — вокруг чужой мир, медицине далеко до земного уровня развития, да и непонятно, как у нас все сложится с мужем. Однако за почти полгода, что мы провели вместе, не было ни секунды, в которую я бы пожалела о своем выборе во время Длинной ночи.

Случались моменты, когда мне хотелось дать Джерану хорошего такого пинка, но у каких супругов такого не бывает? После всего, что произошло со мной, принцем и охотниками, Джеран сделал выводы и искренне старался стать лучше. А я ему изо всех сил помогала, и во всех мирах не было другого мужчины, для которого я бы делала это охотнее.

Забавно, чего только не бывает в жизни — тот, кто при первой встрече угрожал мне смертью, стал для меня самым дорогим человеком, а в его обращенном на меня взгляде вместо льда теперь плескалось только тепло…

Когда он начал активно подталкивать меня, чтобы я ушла с балкона, в голову пришла совсем другая причина его уговоров.

— Так ты просто хочешь, чтобы меня никто не видел из соседей? — возмутилась я. — Так нечестно! Мы же все равно ходим к ним в гости.

— Ну и что, — удивился Джеран. — Мне что, теперь и поревновать нельзя?

— Можно, но немного! — я погрозила ему пальцем. — Я же все равно теперь твоя.

— Моя, — согласился он, крепко меня обнимая и прижимая к себе. — Только моя — единственная во всех мирах и самая любимая моя иномирянка.

Content

Айт Элис
НЕВЕСТА БЕЗ ПРАВА ВЫБОРА

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Эпилог