Карина Пьянкова

ЛЕДИ В СВЕТЕ

— Оливково-зеленый вам удивительно к лицу, мисс! — ворковала надо мной миссис Тернер, прикладывая отрезы ткани то того, то другого цвета.

Особенно портнихе приглянулся именно оливково-зеленый сатин. Я же считала, что этот цвет меня уродует. А учитывая, что и прежде-то я не отличалась ангельской красотой, то масштаб катастрофы действительно был неописуем.

— Как по мне, так этот цвет делает мисс Уоррингтон похожей на рыбу. Не первой свежести, — высказал свое мнение в привычной манере мистер Уиллоби.

За выбором тканей для моего будущего гардероба надзирали все племянники лорда разом. Однако, если от брата и сестры Оуэн в подобном деле толка было не так уж и много, то мистер Уиллоби в кои-то веки давал ценные советы. Причем так, что портниха даже не решалась спорить с ним.

— Хорошо, — обреченно вздохнула миссис Тернер. — Значит, изумрудно-зеленый. Он оттенит ваши удивительные глаза.

Спустя полтора часа этой пытки мы с Робертом Уиллоби переглядывались уже с полным взаимопониманием.

— Никакого зеленого, — решительно заявил джентльмен. — Да это и слишком яркие цвета для юной дебютантки.

Уж он-то как никто должен был понимать мои чувства. Зеленый — цвет фэйри, цвет магии. И меня от него просто мутило.

— Ну, насчет юной… — пробормотала едва слышно миссис Тернер.

Точнее, это она думала, что говорила очень тихо.

— Вы что-то сказали, миссис Тернер? — мягко и очень уж вкрадчиво, точь-в-точь как порой его вельможный дядя, поинтересовался мистер Уиллоби.

Женщина побледнела как полотно.

— Нет-нет, сэр. Совершенно ничего. Персиковый, быть может? И, разумеется, белый.

Меня порой забавляла манера мистера Уиллоби доводить людей едва ли не до обморока парой небрежно брошенных слов.

— Именно, миссис Тернер. Дядя желает, чтобы мисс Уоррингтон блистала. Будьте так добры, сделайте все, чтобы его желание было исполнено.

В последнее время его милость мы практически не видели: он погряз с головою в делах государственных и не имел ни времени ни сил для дел семейных, отдав их целиком на откуп племянникам.

Вынуждена была признать, что без лорда в доме становилось немного… скучно. Только он мог привнести в размеренный быт привкус постоянной паники.

— Сделаю все от меня зависящее, — со вздохом произнесла миссис Тернер с таким видом, будто оказалась на страшном суде.

Ну да, я тоже была согласна, что задачу перед портнихой поставили действительно тяжелую. Чтобы я блистала, придется очень постараться.

— Надеюсь, его милость останется довольным.

В этом я крайне сомневалась. В последнее время лорд не был довольным никогда. В особенности после того, как навещал в тюрьме мисс Дрэйк.

Не знаю, чего же он желал добиться этими визитами. Одно только оставалось несомненным: возвращаясь после них, лорд Дарроу выглядел до крайности больным и измученным. Не знаю, что стало тому виной: сочувствие ли по отношению к совсем еще юной девице, которая была даже младше мисс Оуэн, или же чувство вины за то, что не сумел уберечь ее от такого страшного поступка.

— Несомненно, — кивнул мистер Оуэн. — Вы же лучшая в своем деле.

Мисс Оуэн сегодня пребывала в меланхоличном настроении и ограничивалась односложными ответами.

Утром она получила письмо от леди Уайтберри и отказалась говорить мне, что же в нем написано. И это меня изрядно волновало, ведь Эбигэйл никогда не была присуща излишняя скрытность.

На этой благостной ноте мы и разошлись с портнихой в разные стороны, совершенно недовольные друг другом.

— Вы сегодня чрезвычайно молчаливы, Эбигэйл, — решила я, воспользовавшись случаем, попытаться расшевелить подругу.

В последнее время она взяла в привычку прятаться от меня за своими обязанностями хозяйки дома. Если в Вороньем замке всем управлял исключительно дворецкий, то в столичном особняке его милости распоряжалась всем исключительно мисс Оуэн.

— Разве? — как будто бы удивилась моим словам девушка. Все бы ничего, но за это утро она произнесла от силы десяток слов. Хотя ранее могла порой даже утомить меня своей словоохотливостью.

— Вы не заболели? — обеспокоенно поинтересовалась я у Эбигэйл.

Та даже не сразу расслышала мой вопрос. И только когда я задала его повторно, ответила неуверенно:

— Нет, вовсе нет.

Мистер Уиллоби только пожал плечами, когда я вопросительно взглянула на него. Стало быть, не знает…

— Что ж, если вы пожелаете поговорить со мною, я буду в своей комнате, — беспомощно произнесла я.

Увы, но я плохо понимала в девичьих терзаниях и не умела врачевать душевные раны.

Сказав это, я позорно сбежала, чтобы не видеть тихой обреченности во взгляде подруги. В тот момент я была готова даже выкрасть у нее злосчастное письмо леди Элинор. Быть может, если бы я узнала, что именно написала эта женщина моей подруге, я бы узнала и что делать со странной меланхолией мисс Оуэн.

В коридоре лакей сказал мне, что лорд Дарроу прибыл четверть часа назад. И, надо сказать, я обрадовалась появлению хозяина дома. Первым делом я отправилась в кабинет его милости, заранее готовясь к неприятному разговору.

Лорд откликнулся после первого же стука.

— Войдите.

И я действительно вошла…

Хотя предполагала только самое худшее.

— Мисс Уоррингтон? — изумился моему появлению мужчина.

И даже не подумал встать из-за стола. Сразу почувствовала себя жалкой просительницей.

Выглядел дядя моей подруги еще хуже. Что бы ни происходило сейчас в его жизни, это измучило его до последнего предела.

— Вы чего-то хотели?

Список желаний у меня был обширный… Но озвучила я только одно:

— Что написала леди Уайтберри мисс Оуэн?

Лорд приподнял одну бровь.

— Так она все-таки написала моей племяннице…

Стало быть, его милость был не в курсе, что бывший близкий друг семьи не разорвал связь с Эбигэйл.

— А ведь я запрещал ей… — тихо произнес мужчина, устало вздыхая.

Словно можно что-то запретить женщине, тем более такой, как леди Элинор Уайтберри… Пожалуй, я бы не удивилась, если бы эта особа без приглашения заявилась в столичный особняк лорда Дарроу. Это было бы вполне в ее духе.

— И почему же вы решили узнать о письме именно у меня? — спросил лорд, разглядывая меня подозрительно. — Мне казалось, что прежде вы не рвались говорить со мною по душам.

Резонное замечание. Чем реже я сталкивалась с его милостью, тем спокойнее мне было. Но сейчас я просто не знала, к кому мне следует обращаться.

— Мисс Оуэн не желает говорить со мной о письме. Да она вовсе перестала, кажется, разговаривать в последнее время. Я волнуюсь. И плохо представляю, что делать.

Мужчина встал из-за стола и отошел к окну.

— Неудивительно. Моя племянница расстроена. Потому что переживает о судьбе мисс Дрэйк, участь которой незавидна. И разрыв с леди Элинор также не дался ей легко, пусть это и было целиком и полностью ее решение.

Стало быть, он вольно или невольно, но обвиняет меня.

— И что теперь делать мне? — тоскливо спросила я, надеясь, что хотя бы лорд Дарроу знает, как правильно поступить в подобной ситуации.

Однако тот только беспомощно развел руками.

— Понятия не имею. Никогда не приходилось успокаивать барышень в расстроенных чувствах.

Я ушам своим не поверила.

— Но вы же забрали мисс Оуэн в свой дом после смерти родителей. Вряд ли то время было для нее беззаботным и счастливым.

— Да, но мне дали забрать детей сестры под свою опеку далеко не сразу. К тому моменту мисс Оуэн уже вполне оправилась от своей потери. Да и занималась ей по большому счету моя покойная жена.

Подозреваю, что в моем взгляде был укор.

Бессовестный и бессердечный человек. Даже не попытался понять, что на сердце у осиротевшей племянницы… Разве так можно?

— Кажется, вы тоже не стремитесь успокоить мою племянницу, так что не стоит меня осуждать. Что там с вашим гардеробом? — резко сменил тему лорд. Словно бы не желал мучить себя размышлениями над бедами Эбигэйл.

Я пожала плечами, не зная, как описать сегодняшнюю встречу с миссис Тернер.

В итоге получилась скомканная жалоба на то, что я некрасива.

— Но что же делать с мисс Оуэн? Нельзя же оставлять все как есть и ждать, когда она сама успокоится.

На лице его милости крупными буквами был написан вопрос «А почему нет?».

Мужчины… Даже самые разумные из них не всегда знают, как же следует вести себя с женщиной в расстроенных чувствах.

— Поговорите с мисс Оуэн, милорд. Прошу вас.

Мужчина многозначительно покосился на лежащие на столе бумаги, которые наверняка нуждались в его самом пристальном внимании.

Я решила, что сегодня намеков я не понимаю совершенно.

Потому что моя подруга также нуждалась во внимании лорда Дарроу.

— Между прочим, я решил взять вас в столицу именно для того, чтобы мне не приходилось вести с племянницей подобных душеспасительных бесед, — заметил его милость.

Резонно…

— Но я не знаю, что мне делать! — пожаловалась я на собственную беспомощность. — Я плохо умею говорить по душам!

— То есть, лицемерить вы умеет, но успокоить близкого человека — нет?

В такой формулировке это звучало настолько неприятно, что я даже смутилась.

— На самом деле… Да… Но…

Меня смерили недовольным осуждающим взглядом.

— Идите, мисс Уоррингтон, и занимайтесь своими прямыми обязанностями. Как я занимаюсь своими.

Я недовольно поджала губы и подчинилась.

Ну и как теперь быть? Эбигэйл совершенно не желает изливать мне душу… Его милость не снизошел до женских проблем. Какая незадача… Действительно, что же мне теперь делать? Мисс Оуэн всегда настолько жизнерадостная, что я просто не представляла, как же бороться с ее странной хандрой.

В итоге я просто сбежала в расстроенных чувствах в библиотеку, где намеревалась малодушно спрятаться от всех своих бед. Да хотя бы и за одним из столь любимых Эбигэйл романов. Быть может, так удастся понять, что же творится в голове подруге… Хотя вряд ли…

Однако, разумеется, удача была не на моей стороне, и стоило мне только устроиться в кресле за полками, как в библиотеку вошли оба племянника лорда. Причем мистер Оуэн казался до странности возбужденным. Прежде я не видела брата Эбигэйл в подобном расположении духа. Пожалуй, он был самым сдержанным из всей семьи.

— Быть может, ты просто преувеличиваешь, кузен? — отмахивался от Чарльза Оуэна мистер Уиллоби. — Зачем столько драматизма?

Я замерла в своем ненадежном убежище, полностью уверенная, что сейчас узнаю что-то действительно впечатляющее.

— Драматизирую? Я видел, как в церкви к сестре подходила служанка леди Элинор! — воскликнул мистер Оуэн.

После до меня донесся как будто бы звук удара. Впрочем, именно это уже не волновало… А вот встреча со служанкой леди Уайтберри…

— Вот так? На виду? — иронично осведомился мистер Уиллоби, который явно не принимал всерьез опасения кузена. — О да, это наверняка признак ужасного заговора.

Звук удара повторился.

— Роберт! За кого ты меня принимаешь?! Я проследил за Эбигэйл! Служанка подошла к ней, когда сестра отлучилась… Якобы ей стало дурно в церкви. Она даже запретила Кэтрин идти за ней!

Я вспомнила… Да. Действительно, в прошлое воскресение мисс Оуэн якобы стало душно, и она вышла из церкви на несколько минут. Однако ее отлучка не была слишком длительной, поэтому я не начала беспокоиться.

Как же я могла пропустить эту встречу? Очевидно, теряю хватку, погрузившись в свои беды с головою.

— Ты начал следить за собственной сестрой? — издевательски протянул мистер Уиллоби. — Ты сильно упал в моих глазах. Ну, или наоборот вырос…

— Роберт!!! — практически заорал на кузена мистер Оуэн. Услышав этот гневный вопль, я испытала огромное удовлетворение. Выходит, не только одну меня будущий преемник лорда Дарроу успешно выводил из себя.

— Ну-ну, маленький, не плачь, — продолжил издеваться над родственником мистер Уиллоби.

Ответом ему было что-то очень похожее на рык.

— Дядя же запретил Эбигэйл общаться с леди Элинор. Да и рассталась кузина с леди Уайтберри… не так чтобы слишком сердечно, — вновь серьезно заговорил несносный молодой человек.

Я боялась не то что шевелиться — дышать лишний раз, вся обратившись в слух.

— Эбигэйл отходчивая… Чересчур отходчивая… — пробормотал мистер Уиллоби. — А леди Элинор слишком долго была ей другом. Всем нам. Эта история с Маргарет… В ней слишком много неясного.

Мне тоже так казалось. Что же могло произойти, чтобы юная девушка благородного рода, каковой являлась мисс Дрэйк, пошла на убийство. Да и «кровавая комната»… Неужто мисс Дрэйк собственноручно носила ведра с кровью? Для этого у нее как минимум не было времени… К тому же она первый раз посетила Вороний замок. Не имелось ни единого шанса, что мисс Дрэйк могла тайно пронести до требуемого места злосчастную кровь: она бы просто заблудилась или столкнулась с кем-то из обитателей замка.

— Что говорит обо всей этой истории сам дядя Николас? — устало спросил мистер Оуэн.

Последовал глубокий вздох.

— Он в последнее время еще менее разговорчивый, чем обычно, — недовольно отозвался мистер Уиллоби. — За последние три дня он хорошо если сказал мне два десятка слов. В тюрьму к Маргарет он ездит в одиночку. Меня брать отказывается. А после этих визитов молчит как могильная плита…

Что ж, если даже мистер Уиллоби не знает ничего, то, вероятно, все еще хуже, чем мне казалось.

— Натрави на дядюшку Кэтрин, — неожиданно предложил кузену мистер Оуэн. — Она всегда отменно на него действует. Дядя начинает злиться. Едва удалось удержаться от возмущенного вопля.

— С каких пор ты желаешь вывести из себя нашего всемогущего дядюшку? — с насмешкой произнес мистер Уиллоби. Мне тоже было любопытно это узнать. Обычно дурное настроение его милости доводило домочадцев едва ли не до ужаса.

— С тех пор, как понял, что его уныние пугает меня куда больше, чем его злость. Вся эта история с леди Элинор и Маргарет его сильно подкосила… Ведь леди Элинор все-таки была для него близким человеком, и получить от нее такой удар в спину…

Никогда бы не подумала, что лорд Дарроу настолько… трепетный.

— Думаю, он вскоре оправится, — произнес мистер Уиллоби чересчур уж легкомысленно. Как по мне, легкомыслие это было слишком уж неестественным, наигранным. — Это же наш дядя. Лорд Николас Дарроу, ночной кошмар для половины королевства.

Мистер Оуэн был не согласен с кузеном.

— Он силен. Но и сильным требуется помощь.

Тут я была согласна.

— Поэтому мы поможем ему, отправив к нему нашу мисс Уоррингтон. Она замечательно выведет его из себя. И дядина хандра отступит. Хотя бы на время.

И именно в этот момент джентльмены решили перебраться в ту часть библиотеки, где скрывалась я. Смущение при встрече было взаимным.

— М-мисс Уоррингтон? — ужаснулся мистер Оуэн, явно составляя в голове список того, что не так давно наговорил.

— Ну вот, теперь не нужно ничего пересказывать, — тут же нашел положительную сторону в произошедшем мистер Уиллоби. Несносный человек…

Если бы взглядом можно было воспламенять — кузен мисс Оуэн давно бы уже сгорел. Но мое негодование, для которого имелось достаточно веских причин, оставило его совершенно равнодушным.

— Ну так что, отправитесь донимать дядю Николаса? — как ни в чем не бывало спросил меня мистер Уиллоби.

От возмущения у меня даже слов не было.

— Разумеется, нет! — воскликнула я. — Тем более, я только что от него…

Молодые люди переглянулись с видом заговорщиков.

— И что дядя? — неуверенно спросил мистер Оуэн.

Я удрученно вздохнула.

— Он не желает говорить с Эбигэйл… Закопался в бумаги… Как же так? Она ведь его племянница…

Если меня реакция лорда Дарроу изрядно расстроила, то вот мистер Уиллоби, напротив, сильно воодушевился.

— Ну так не оставляйте его в покое, мисс Уоррингтон! Донимайте каждую свободную минуту! Не давайте ему жить, пока он не отправится к моей кузине и не поговорит с ней, наконец, по душам. Ему по должности не положено предаваться унынию, в конце-то концов!

Легко ему говорить… Ведь мистер Уиллоби ничем не рискует, в отличие от меня. Я и так на птичьих правах… Даже если на этот раз домой меня и не отправят, то отыграться на мне лорд Дарроу сможет в любом случае. Я же всего лишь приживалка в этом доме…

— Почему вы вдруг решили, будто я могу как-то повлиять на вашего дядю? — возмутилась я.

Мистер Оуэн пожал плечами, явно не зная ответа на вопрос.

Ответил мистер Уиллоби:

— Вы его раздражаете. И это самое лучшее для нынешнего плачевного положения дел. Злость — отличное средство от хандры.

В суждениях молодого человека имелась, разумеется, определенная логика… Вот только здравый смысл подсказывал, что выведенный из себя лорд сперва отыграется на мне. А уже после начнет действовать в своей привычной манере.

— Он меня убьет… — простонала я, понимая, что этими словами только что согласилась пойти на поводу племянников лорда Дарроу.

— Вы не боитесь призраков и фэйри, но при этом боитесь обычного человека? — удивился Роберт Уиллоби, не скрывая своей иронии. Я лишь вздохнула.

— Лорд Дарроу — это не обычный человек! Это лорд Дарроу! К тому же колдун…

Перед этим мужчиной я испытывала благоговейный трепет. Да для меня он, пожалуй, был куда страшнее десятков фэйри. Хотя бы потому, что всегда был рядом. Ответом мне было скептическое хмыканье мистера Уиллоби и укоризненное молчание мистера Оуэна. Словно бы вся сложившаяся ситуация была сугубо моею виной, и теперь мне же вменяется все исправить.

— Нет, мисс Уоррингтон, — вкрадчиво начала кузен моей подруги. — Вы совершенно не боитесь нашего дяди. Ну просто ни капли. Поэтому вы пойдете к нему прямо сейчас…

— Не пойду!

— Нет, пойдете. И спросите у него какую-нибудь безделицу. К примеру, спросите у него — к лицу ли вам оливково-зеленый.

Более глупый вопрос придумать было сложно.

— Но я и так знаю, что оливково-зеленый мне не идет. Зачем еще спрашивать у лорда?

Мистер Уиллоби взглянул на меня как на полнейшую дурочку.

— Мисс Уоррингтон, вы же к нему идете не высокоинтеллектуальные беседы вести, а разгонять дядину хандру. Чем более глупый вопрос вы зададите — тем лучше.

Господи, за что мне это?

Я с тоской взглянула в окно, думая, как бы сбежать из дома на прогулку… И столкнулась с заинтригованным взглядом изумрудных глаз. Оцепенев, не сводила я взгляда с оконного стекла, откуда на меня с откровенным весельем взирал Охотник.

А ведь уже казалось, будто фэйри позабыл обо мне: целых две недели рядом не происходило ничего странного…

Охотник подмигнул мне, и я решила, что к лорду Дарроу я все-таки пойду.

— Мисс Уоррингтон, с вами все хорошо? — участливо осведомился у меня мистер Оуэн.

Я только судорожно кивнула.

— Я пойду к его милости сейчас же… — промямлила я, после чего поднялась на ноги и побрела к кабинету лорда.

На этот раз я постучала и сразу вошла, не дожидаясь, когда мне соизволят ответить.

— Мисс Уоррингтон? — удивился моему возвращению мужчина.

Надо сказать, что стопка бумаг несколько уменьшилась. Что ж, лорд Дарроу несомненно плодотворно проводил день. Пока не пришла я.

Дядя мисс Оуэн поднял на меня взгляд, и мне тут же стало не по себе.

— Вы что-то хотели?

И тут я выдала на одном дыхании:

— Ваша милость, как вы думаете, мне идет оливково-зеленый?

На пару минут в комнате повисло ошарашенное молчание. Лорд внимательно смотрел на меня, как будто пытался заметить появившиеся на моем лице следы безумия.

— Вам чудовищно не идет оливково-зеленый, — в конце концов произнес мужчина. — Но не могу поверить, что вам понадобилось мое мнение в этом вопросе. Не проще ли было спросить мою племянницу.

— Она со мной не разговаривает… — произнесла я тоскливо.

Кажется, это объяснение заставило лорда взглянуть на возникшую в доме сумятицу, под другим углом.

— Это была идея Роберта? — спросил он немного насмешливо.

— Э… Ну… Да, — мгновенно призналась я. Все равно отпираться было бы бесполезно. Лорд всегда знал, когда я лгу…

Его милость кивнул мне на кресло.

— Что ж, видимо, племянник действительно беспокоится. Но вы ведь такая бледная по другой причине, верно?

И снова я подтвердила, что вельможа прав.

— Я видела лицо Охотника в оконном стекле… Мне немного… неспокойно…

Эти мои слова встревожили лорда Дарроу, хотя и не так чтобы очень.

— Охотник благожелателен к вам, — заметил он. — Так что не стоит так сильно переживать, мисс Уоррингтон.

Ну да, он был прав. От Охотника я пока видела только добро… Но все равно я… боялась. Немного.

— Можно мне немного побыть с вами? — попросила я, чувствуя себя маленькой девочкой, которая испугалась ночью темноты и побежала к родителям.

Лорд легко дал согласие, правда, уточнил:

— Кого вы сейчас боитесь больше, фэйри или моих деятельных племянников?

Я только хмыкнула.

— Одинаково.

Около получаса я провела с одной из позаимствованных у лорда Дарроу книг. Слава Господу, вкусы его милости совершенно не походили на предпочтения его племянницы, и на этот раз я насладилась чтением сполна.

Однако пришло время обеда, и следовало спуститься в столовую. Судя по тому, что его милость отложил в сторону бумаги, он тоже понял это.

— Мисс Уоррингтон, вы не можете прятаться в моем кабинете вечно, — укоризненно произнес он.

Я и сама прекрасно это знала, но выходить наружу все равно не хотелось. Там были трагично молчащая Эбигэйл и ее чересчур деятельный кузен.

— Ваша милость, поговорите все-таки с мисс Оуэн, — предприняла очередную попытку по воссоединению семьи я. — Мистер Уиллоби и мистер Оуэн говорят, что она встречалась со служанкой леди Элинор. Прошу вас, сделайте что-нибудь, пока не стало слишком поздно…

На этот раз голос звучал на удивление жалобно, прямо как у нищих, что собирались около нашей церкви. Клянусь, сама этого не ожидала…

Лорд посмотрел на меня даже с некоторым опасением, как будто опасался, что я могу разрыдаться.

— Со служанкой леди Элинор, говорите? — задумчиво произнес мужчина. — С чего бы леди Элинор так старательно налаживать отношения с моей племянницей?

Вопрос был, несомненно, риторическим, но я сделала вид, что не поняла этого.

— Быть может, леди Уайтберри хочет вернуть вашу благосклонность? — довольно смело предположила я, на всякий случай пряча взгляд.

Покраснеть, к моему огромному огорчению, не удалось…

Его милость только устало вздохнул.

— Мисс Уоррингтон, невозможно вернуть мою дружбу, единожды ее потеряв, — нравоучительно произнес он. — В леди Элинор, к моему глубокому сожалению, я разочаровался полностью. И даже если она вернет себе расположение Эбигэйл, то на моем расположении это никак не скажется.

Похоже, что в это верить леди Уайтберри упорно отказывалась. Судя по тому, с каким упорством она цеплялась за попытки снова добраться до лорда Дарроу.

— Леди Элинор чересчур деятельна… — осторожно заметила я.

Вельможа только пожал плечами, направляясь к двери.

— Она всегда была именно такой. Надо сказать, прежде эта ее черта даже очаровывала…

Словно бы очаровывала именно ее деятельность, а не иные достоинства, которые черные платья скорее подчеркивали, чем скрывали.

Мне не оставалось ничего иного, как последовать за хозяином кабинета.

— Прежде очаровывала? — уточнила я, не ожидая, впрочем, от лорда никаких особенных откровений.

Его милость помолчал пару секунд, словно бы подбирая правильные слова.

— Леди Элинор чересчур сильно любит власть. Власть ради власти. Она не преследует никакой иной цели, кроме как подчинение как можно большего числа людей. Я же не намерен быть под женским каблуком.

Не сказать, чтобы я так сразу вдруг поверила в подобные слова.

— Даже если туфелька на ножке леди Уайтберри?

Мужчина весело хмыкнул.

— Особенно, если туфелька на ножке леди Уайберри. Пойдемте обедать, мисс Уоррингтон. Иначе за нас начнут беспокоиться.

Так мы и пошли в столовую. К тому времени там уже собралось все семейство. Одновременное появление хозяина дома и меня произвело на племянников лорда Дарроу довольно сильное впечатление. Даже апатия мисс Оуэн на пару минут отступила. Мистер Уиллоби же торжествовал, явно приписывая себе все заслуги по улучшению настроения его дяди. В довершение всего этот несносный человек еще и подмигнул мне. Я сделала вид, словно бы ничего и не заметила.

— Эбби, дорогая, как идет подготовка к новому сезону? Ты довольна миссис Тернер? — обратился в первую очередь именно к племяннице его милость.

Я едва не перекрестилась от облегчения.

Стало быть, лорд все-таки решил вмешаться и не дожидаться, что ситуация сама собой разрешится. И значит, мне не придется пытаться разговорить Эбигэйл… Как же было приятно дать решить проблему кому-то другому.

— Сегодня миссис Тернер снимала мерки с Кэтрин и предлагала подходящие ткани, — безучастно произнесла мисс Оуэн. — Мною портниха займется только завтра.

Пожалуй, это была самая длинная фраза из всех, что мне удавалось услышать от подруги в последние дни. Никому не удавалось добиться от нее чего-то кроме «да», «нет» и «не знаю».

— И каковы успехи с гардеробом мисс Уоррингтон? — спросил лорд, явно стараясь поддержать беседу.

На этот раз Эбигйэл лишь пожала плечами и промолчала. Судя по взгляду, ее мысли были очень далеко отсюда.

Возникшую в разговоре паузу с огромным удовольствием заполнил мистер Уиллоби, словоохотливый как всегда.

— У меня возникло подозрение, что миссис Тернер задалась целью изуродовать мисс Уоррингтон, — не упустил возможности пожаловаться на портниху кузен моей подруги. — Это же надо было придумать, оливково-зеленый!

Его милость с едва заметной насмешкой покосился на меня и задумчиво произнес:

— Оливково-зеленый, стало быть…

Еще бы немного, и я бы просто пошла красными пятнами.

— Представьте себе мисс Уоррингтон в оливково-зеленом! Да после этого выдать ее замуж уже станет непосильной задачей! — продолжал возмущаться мистер Уиллоби. Он так всплеснул руками, что едва не опрокинул свой бокал на мистера Оуэна.

Тот только страдальчески поморщился. Видимо, прекрасно понимал, что успокоить разбушевавшегося родственника — дело совершенно безнадежное.

— Я не сомневаюсь в том, что ты справишься с этой задачей, даже если миссис Тернер оденет мисс Уоррингтон в дерюгу, — отмахнулся от племянника лорд Дарроу. — Не так ли, Эбигэйл?

Мисс Оуэн только пожала плечами, снова погружаясь в свои не самые радостные размышления. Что же такое затевала леди Уайтберри? И почему Эбигэйл никому ничего не рассказывает? Что вообще происходит… Письмо… Быть может, стоит попытаться добраться до письма?

Услышав слова дяди, мистер Уиллоби начал понемногу нервничать.

— Дядя Николас, вы намекаете, что устраивать счастье мисс Уоррингтон придется именно мне? — осторожно осведомился у его милости молодой человек.

Признаться, меня тоже этот вопрос волновал. Все-таки замуж выдавать решили меня… А доверять подобную миссию мистеру Уиллоби я бы не решилась. Пожалуй, я бы вообще ничего не решилась бы доверить мистеру Уиллоби, который отличался некоторой… легкомысленностью.

— Если считаешь, что тебе это не под силу, можешь жениться на мисс Уоррингтон сам.

Мы с племянником лорд переглянулись с некоторой паникой. Пожалуй, ни один из нас не пришел в восторг от последнего предложения его милости. Хотя я, если быть до конца честной, посчитала, что вельможа просто пошутил.

Ну, я на это очень надеялась.

— Я приложу все усилия… — пробормотал молодой человек.

Мистера Оэуна этот короткий диалог явно повеселил: джентльмен с трудом сдерживал улыбку. А мисс Оуэн так и осталась совершенно безучастна.

Все-таки нужно как-то добраться до письма… Выкрасть?.. Ну или хотя бы тайно прочесть… Совесть тактично напоминала, что читать чужие письма — дурно. Но любопытство и здравый смысл подсказывали, что сделать это придется. Все равно сама она ничего, похоже, не расскажет, а узнать, что там — необходимо.

— Эбигэйл, милая, куда ты приглашена на этой неделе? — осведомился у племянницы лорд Дарроу.

Получив конкретный вопрос, Эбигэйл была вынуждена ответить:

— К Филиппсам на музыкальный вечер в четверг, дядя.

Его милость удовлетворенно кивнул и заметил:

— Крайне удачно. Надеюсь, к тому времени миссис Тернер изобразит хоть что-то пристойное, и мисс Уоррингтон не придется отправляться в гости в старом платье.

Лично я была не уверена в том, что портниха успеет.

— Я отправлю миссис Тернер записку и потороплю ее, — тут же предложил мистер Уиллоби. О да, жениться на мне он совершенно точно не желал.

Лорд удовлетворенно кивнул.

— Будь так любезен, Роберт. Мисс Уоррингтон, помните, больше пойте, меньше говорите. Когда вы поете, вы подчас кажетесь даже милой.

Со вздохом ответила:

— Да, милорд, я постараюсь. Но, боюсь, мне не удастся молчать постоянно, и эта иллюзия будет слишком быстро разрушена.

Тот покосился на меня и заявил:

— Однако же, постарайтесь сохранить эту иллюзию.

И опять-таки мисс Оуэн совершенно никаким образом не отреагировала. Словно бы и отсутствовала в комнате.

Нужно было попросить кого-то из мужчин задержать мою подругу, чтобы я могла войти в ее комнату и обыскать ее. А лучше бы, чтобы Эбигэйл уехала куда-нибудь, тогда у меня было бы больше времени для поисков послания леди Элинор.

Если только Эбигэйл не сожгла его… Остается только надеяться на наивность и неискушенность племянницы лорда. Ей ведь могло и не прийти в голову, что кто-то пожелает добраться до ее почты.

После обеда я намеревалась немного помузицировать. К несчастью, у мистера Уиллоби имелись иные планы на мой счет. Этот совершенно невыносимый молодой человек, подхватив меня под локоть, повел к выходу в сад, даже не подумав, что мне следовало накинуть шаль. Погода сегодня несколько испортилась, стало слишком ветрено, чтобы прогулка показалась приятной.

— Что скажете о нашей Эбигэйл? — заговорщицким шепотом спросил меня джентльмен, хотя вокруг не наблюдалось никого, кто мог бы подслушать наш разговор.

Я пожала плечами. На улице действительно было зябко. Следовало закончить разговор как можно скорей, иначе на грядущем музыкальном вечере я не только не смогу петь, но и говорить. Стоило мне только немного простудиться, как голос пропадал напрочь.

— Мне кажется, мисс Оуэн запуталась, — со вздохом ответила я.

Иначе у меня не получалось описать то, что происходило с моей подругой в последнее время.

— Леди Элинор шлет ей письма, присылает служанок, чтобы передать что-то… — перечисляла я. — Если бы мисс Оуэн была уверена в том, что поступает правильно, то с чего бы ей так странно себя вести, верно?

Племянник лорда кивнул, соглашаясь.

— Вы совершенно правы… Письмо… А почему бы нам не позаимствовать его? — предложил он.

Что ж, иногда разным людям приходят в голову одинаковые мысли. И пусть читать чужие письма — поступок неблаговидный, ради благой цели… Словом, я готова была пойти против собственной совести ради блага моей подруги.

— Думаю… Это разумно, — со вздохом согласилась я. — Но для этого нужно занять чем-то мисс Оуэн, чтобы она не заподозрила нашего слишком уж сильного интереса к ее личной переписке.

Мы переглянулись с племянником лорда Дарроу. Ничто так не сближает двух людей, как общее преступление.

— Чарльз готов завтра утром отвезти мисс Оуэн к их старым знакомым. А вы, к примеру, скажетесь больной. Неудивительно, ведь сейчас так ветрено, — лукаво протянул мистер Уиллоби.

Я взглянула на этого молодого человека с несколько большим уважением, чем раньше. Все продумал…. И Эбигэйл несомненно поверит в мое недомогание. Кто бы не поверил, узнав о том, что я прогуливалась в такую ужасную погоду.

— Замечательно, — одобрительно улыбнулась я. — Но лучше бы нам скорее вернуться, пока я действительно не занемогла. А завтра как раз обыщем комнату мисс Оуэн.

Мистер Уиллоби рассмеялся.

— Я просто обожаю вас за эту небольшую беспринципность, — сказал он.

И ведь не понять, то ли мне сделали комплимент, то ли оскорбили. На всякий случай я изобразила недовольство.

— Ну же, не хмурьтесь, мисс Уоррингтон. Вы просто чудо как очаровательны!

Я нахмурилась еще больше, пробормотав «шут». И все-таки, почему именно его лорд Дарроу выбрал своим преемником? Неужели не нашлось кого-то более… ответственного?

— А вы знаете, что шут при дворе — это подчас самый могущественный человек?

Мою колкость молодой человек услышал, но обижаться на нее и не подумал. Казалось, для него в порядке вещей было общаться вот так, на самой грани оскорбления.

— Знаю… — мрачно отозвалась я, поежившись.

Я в первую очередь вспомнила о том шуте, с которым мне довелось познакомиться чересчур уж близко. Шут Благой Королевы фэйри. Давно он не показывался… Не то, чтобы я соскучилась по капитану Фраю, скорее, я бы не желала видеть его более никогда, но всегда спокойней, когда твой враг на виду. А теперь же было неясно, ни где он, ни что затевает…

— Пойдемте, мисс Уоррингтон, вы что-то совершенно озябли, — поспешно повел меня в дом мистер Уиллоби. — Если вы действительно расхвораетесь, то с кем же мне осуществлять коварные планы?

В ответ я только фыркнула.

— Мне кажется, вы прекрасно справитесь и вместе с мистером Оуэном.

Джентльмен только махнул рукой.

— Осуществлять коварные планы с Чарльзом — только портить удовольствие. Он настолько праведный, что порой это становится просто невыносимым. Даже когда он со мною соглашается, смотрит так, будто я демон-искуситель, который толкнул его на дорогу в ад.

Эти чувства я могла понять. Также вел себя и мой дорогой брат Эдвард.

— Поэтому я надеюсь, что ваше драгоценное здоровье не пострадало из-за нашей прогулки.

Я улыбнулась. И промолчала.

К счастью, мое здоровье всегда было на зависть всем крепким, поэтому короткая прогулка мне ни капли не повредила, и день я провела именно так, как и планировала: сперва немного помузицировала в гостиной. В это время компанию мне составили оба племянника лорда Дарроу. Мисс Оуэн к нам не присоединилась, хотя прежде любила послушать мое пение.

Немного поразвлекав себя и молодых людей за музыкой, я написала несколько писем родным и друзьям, которым непозволительно долго не уделяла должного внимания. На пространные письма, которые присылали из дома, я отвечала слишком уж коротко. Это могли принять за пренебрежение. Однако… мне просто нечего было описывать! Несмотря на обилие произошедших событий. Разве могла я рассказать брату или родителям про то, что несколько раз едва не лишилась жизни? Или о том, что меня преследует фэйри?.. Дома сочтут, что я попросту помешалась…

После приезда в столицу же у меня появилось множество вещей, о которых рассказывать родным было безопасным. Можно было превозносить щедрость лорда Дарроу, описывать ткани, из которых мне должны были шить новые наряды… Сестры, разумеется, будут страдать, ведь мы не могли себе позволить слишком уж много обновок, но зато порадуется мама.

Стоило закончить с письмами, как я неожиданно для самой себя оказалась за карточным столом вместе с мистером Уиллоби и мистером Оуэном. Должно быть, молодые люди тосковали без мисс Оуэн, и пытались заменить ее мной. Эбигэйл сидела в этой же комнате с книгой, но возникало ощущение, что ее не было здесь вовсе.

Как по мне, так замена была неравноценной. Разве могла моя едкость сравниться с обычным жизнерадостным щебетанием…

Когда же стемнело, к нам присоединился и лорд Дарроу, который обычно игнорировал подобные «семейные» вечера, предпочитая тратить все свое время на дела куда как более важные.

Перемолвившись парой слов с мистером Уиллоби, его милость сел подле Эбигэйл и завел с ней беседу.

Что ж, все-таки он решил что-то сделать с возникшими затруднениями.

Визит мисс Оуэн и ее брат решили нанести утром, чем немало меня обрадовали: отложи они отъезд на послеобеденное время, и я бы совершенно извелась от любопытства. Лорд, которого мы с мистером Уиллоби не стали посвящать в наши коварные планы, отбыл еще до рассвета по каким-то своим таинственным делам, так что я и преемник его милости оказались полностью предоставлены самим себе.

Неудивительно, но этот бессовестный молодой человек, заявил, что обыскать комнату Эбигэйл следует именно мне. Сперва я возмутилась этому… Потом поняла, что мне будет куда легче объяснить, почему я роюсь в вещах мисс Оуэн, чем мистеру Уиллоби. В конце концов, мы близкие подруги (надеюсь, что и теперь), соответственно, я могу просто солгать, что хочу найти какую-нибудь одолженную Эбигэйл вещь.

— Не волнуйтесь, мисс Уоррингтон, я постою рядом и если кто-то пожелает войти в комнату Эбигэйл, я этому помешаю, — напутствовал меня племянник его милости с таким видом, словно отправлял меня на битву.

Впрочем, именно так я себя и ощущала: словно бы отправлялась на бой с врагами.

— Ладно, поспешим, — кивнула я своему сообщнику и пошла к дверям спальни моей подруги с таким видом, будто бы не делаю ничего особенного.

Чему научили меня мои провинциальные интриги, так это тому, как изображать полнейшую невинность.

В комнату подруги я вошла как во врата Ада, и даже была до крайности удивлена, когда внутри не обнаружилось чертей.

В комнате Эбигэйл царил идеальнейший порядок, каждая вещь находилась строго на своем месте. Когда мы прежде делили с подругой одну комнату, подобного никогда не бывало, я не любила слишком уж сильной педантичности. Должно быть, мисс Оэун в некотором роде страдала от нашего соседства.

Но, по крайней мере, я точно знала, где же стоит искать письмо. Разумеется, в секретере. Другого места и быть не могло. Вот только секретер оказался заперт. А вскрывать замки я не умела. Не потому, что считала это дело недостойным (пусть именно таковым оно и являлось), некому было научить меня.

И что же оставалось делать? Звать на подмогу мистера Уиллоби? Ну… Быть может, преемника лорда Дарроу обучали тому, как обворовывать честных граждан…

Однако до того, как я покинула комнату, краем глаза заметила, что у трельяжа что-то мелькнуло. С трудом удержавшись от того, чтобы испуганно ахнуть, я уставилась на Охотника, который смотрел на меня прямо из глубины зеркала.

Проклятие… я ведь… Я ведь уже практически поверила, что фэйри Неблагого двора оставил меня в покое! Но нет, оказывается, мне лишь давали небольшую передышку, чтобы снова заявить о своем присутствии.

Фэйри поймал мой взгляд, а после указал глазами на секретер.

Я застыла, не понимая этой странной пантомимы.

Охотник, очевидно, был расстроен моей недогадливостью, потому что чуть раздосадованно поморщился, и уже кивнул в сторону секретера мисс Оуэна, после чего исчез.

В итоге я решила все-таки сделать так, как мне подсказал фэйри…

Что ж, мне не нужно было звать мистера Уиллоби. Теперь секретер оказался открыт. Разве что… Как мне после вновь запереть его?

Но в первую очередь — письмо. Письмо леди Элинор…

Внутри секретера был идеальный порядок, все письма были рассортированы по какому-то особому принципу, который могла постичь одна только мисс Оуэн. И как же теперь отыскать здесь послание от леди Уайтберри. Рыться приходилось крайне аккуратно, чтобы все выглядело так, как было до моего вмешательства.

Письма друзьям… О Создатель, как же много друзей у Эбигэйл!.. Письма родственников… Письма подруг по пансионам… За десять минут изучения почты мисс Оуэн я узнала о ее жизни больше, чем за все время нашего знакомства! Как же мало она рассказывала о себе… А ведь светлая и такая наивная мисс Эбигэйл Оуэн говорила мне, своей лучшей подруге, только то, что желала сказать. И ничего больше.

Возможно ли, что его милость ошибался в характере своей племянницы?

Когда дверь с тихим скрипом приоткрылась, я уже было думала, что у меня сердце остановится. Но оказалось, всего лишь у мистера Уиллоби закончилось терпение.

— Чего вы столько копаетесь, мисс Уоррингтон? — зашипел он.

Я возмутилась.

— Думаете, это так легко? Так попробуйте сами! Ваша кузина получает слишком уж много писем! Я просто не в силах найти послание леди Уайтберри быстрей!

Прозвучало фактически беспомощно…

— Вам ничего нельзя доверить! — проворчал мистер Уиллоби. — Идите лучше вы пока постойте в коридоре.

Подчинилась я с изрядной долей облегчения. И только у самого порога произнесла:

— Секретер был закрыт. Думаю, если мисс Оуэн обнаружит его открытым, то может что-то заподозрить…

Уже стоя в коридоре я поняла, что, пробыв в спальне подруги едва ли больше четверти часа, вспотела как грешница в церкви. Видимо, чтобы относиться к подобному спокойно, требуется куда больше практики.

Практики…

Мерзость какая…

Вот только до воровства мне еще не приходилось опускаться, пусть дело и шло лишь об одном письме… Лучше, что в итоге стащить его пришлось именно мистеру Уиллоби…

Однако через несколько минут молодой человек вышел из спальни кузины с выражением крайнего разочарования на породистом лице.

Я сразу почуяла неладное.

— Письмо?.. — только и спросила я кузена подруги.

Джентльмен беспомощно развел руками.

— Там не было ни единого послания от леди Уайтберри, — почти что виновато произнес он. — Даже старых писем и то не было…

Происходящее казалось все более и более странным.

— Быть может, мисс Оуэн нашла другой тайник для этих писем? — предположила я, задумываясь.

— Или вовсе сожгла.

Мистер Уиллоби явно был настроен весьма пессимистично.

— Эбигэйл просто не узнать! Я не понимаю, что происходит! И меня это чертовски раздражает!

Что ж, хотя бы племянник его милости теперь почувствует, каково же мне жить вместе с ними. Меня уже которую неделю раздражало буквально все… Однако, как же дознаться, чего добивается леди Уайтберри от моей подруги? Ну не пытать же Эбигэйл в самом деле…

— И что нам теперь делать? — риторически спросила я.

Однако мистер Уиллоби относился к тем людям, которые отвечали и на риторические вопросы тоже. Он буквально волоком дотащил меня до библиотеки, которой, видимо, судьба уготовила стать местом для обсуждения всевозможных коварных планов.

— Надо проследить за ней! — тут же предложил молодой человек.

Я едва удержалась от стона.

— Ну и как вы это себе представляете? — недовольно спросила я. — Мало того, что мы рылись в почте мисс Оуэн, так теперь еще следить?! Попросите об этом дядю, уверена, у лорда найдется пара-другая специалистов подходящего профиля. А я приличная барышня!

Мистер Уиллоби оглядел меня с ног до головы и произнес:

— Так бы и сказали, что в платье потом убегать будет неудобно.

Я открыла рот, чтобы разразиться гневной отповедью… Но ведь…

— Не без того.

Молодой человек озадаченно взглянул на меня, а потом оглушительно расхохотался.

— И все-таки вы настоящее чудо, мисс Уоррингтон. По-другому и не скажешь! — отвесил он мне, крайне сомнительный по моему мнению, комплимент.

Я тяжело вздохнула и уселась в кресло.

— Я ненавижу вас.

Мистер Уиллоби удивленно покачал головой.

— Только меня?

— Нет, — с огромным удовольствием произнесла я. — И ваших родственников тоже. Я за всю жизнь не сделала столько предосудительных вещей, сколько за то время, которое путешествую с вашим славным семейством!

Высказывать свое недовольство племяннику лорда Дарроу оказалось на диво увлекательным занятием. Джентльмен же, как мне показалось, с огромным удовольствием слушал мои возмущения.

— Ну прелесть же, — широко и довольно улыбнулся он мне. — Но так и быть, я не буду вас брать на слежку за Эбигэйл. Снова отправлю к дяде. Посидите с ним, пообщаетесь. Кажется, в последнее время ваше общество сказывается на нем благотворно.

То, что начиналось как неприязнь, постепенно перерастало в какие-то странные приятельские отношения, которые связывали меня в далеком детстве с соседскими мальчишками. Но с мистером Уиллоби мы не ловили вместе лягушек.

— Не волнуйтесь, мисс Уоррингтон, вы еще сделаете множество предосудительных вещей, — радостно заверил меня джентльмен. Чем меня совершенно не обрадовал.

— Однако вам придется внимательно присматривать за Эбби, пока она в доме, — уже более серьезно продолжил племянник его милости. — А я и Чарльз будем следить за ней, если она решит по какой-то причине покинуть особняк.

Я кивнула, соглашаясь с молодым человеком. Если мисс Оуэн не оставила нам ни единой зацепки, придется следить за ней.

Мистер и мисс Оуэн вернулись после обеда, причем, кажется, Эбигэйл была чуть оживленней обычного. Я почувствовала, как изнутри гложет червячок ревности. И обиды. То есть с кем-то другим ей сейчас лучше, с кем-то она разговаривает, веселится… Но в чем же я перед ней виновата?

Мистер Уиллоби каким-то шестым чувством понял, что мое настроение быстро портится, и предложил мне провести время в гостиной за музицированием. Я согласилась. Все равно развлечений не предвиделось больше никаких, а моих сил уже просто не хватало, чтобы снова пытаться достучаться до подруги.

— Не стоит так сильно расстраиваться, — попытался меня успокоить мистер Уиллоби, подцепив меня под локоть. — Просто Эбигэйл сейчас нелегко…

Можно подумать, словно мне легко.

Но, разумеется, вслух я говорить ничего не стала. Тем более, что откровенничать с Робертом Уиллоби или же жаловаться ему на мою нелегкую судьбу, желания не было никакого. Он не был мне другом. Он даже не нравился мне.

— Не хмурьтесь так, — продолжал увещевать меня племянник лорда. — Вам это не идет.

Я искоса посмотрела на него, после чего ответила:

— Мне ничего не идет. В особенности, оливково-зеленый.

Особое пожелание лорда сотворило самое настоящее чудо, и портниха закончило одно мое платье как раз перед музыкальным вечером. Слава Господу нашему, наряд оказался нежного персикового цвета, и, глядя в зеркало, я могла признаться, что выгляжу в новом наряде даже мило. По крайней мере, лучше обычного.

Горничная Нэнси, которую ко мне приставили, и вовсе твердила, что я на диво хорошенькая, и наверняка джентльмены, которые будут на вечере, непременно заметят это.

Я только отмахивалась. Какое внимание, когда рядом будет мисс Эбигэйл Оуэн, красавица, да еще и богатая наследница? Однако все равно на лице против воли расцветала улыбка. Оказывается, выслушивать искренние комплименты приятно…

Вниз я спустилась раньше мисс Оуэн, и тут же напоролась на взгляд лорда. Как ни странно, одобрительный.

— Что ж, все не так безнадежно, как казалось, — вынес свой вердикт вельможа… и я, кажется, покраснела от удовольствия. — Подчас подходящий наряд творит чудеса.

Из-да угла, как чертик из табакерки, появился мистер Уиллоби и с удовольствием кивнул.

— Мила, не так ли? Разумеется, не как Эбигэйл… Но уже не то, что было. Главное, мисс Уоррингтон, не напугайте поклонников. Да, вот именно таким взглядом смотреть на мужчин не стоит.

Лорд Дарроу наблюдал за мною и племянником со снисходительной улыбкой, словно за возней двух щенков.

— Роберт, сегодня ты будешь сопровождать мисс Уоррингтон. Вы в последнее время слишком уж дружны…

После этой фразы дяди мистер Уиллоби как-то занервничал.

— Дядя, я не хочу жениться на мисс Уоррингтон! — тут же воскликнул он. — Надеюсь, ты…

Кажется, женитьба была одним из поводов для переживаний для племянника лорда Дарроу. Все-таки верно я оценила его при первой встрече: подобный ему будет до последнего избегать брачных уз.

Его милость только махнул рукой.

— Сегодня ты кавалер мисс Уоррингтон. Против этого ты ничего не имеешь?

— Нет…

— Вот и славно. Сходи, поторопи Эбигэйл. Что-то она собирается дольше обычного.

Стоило только мистеру Уиллоби уйти, как его милость тихо спросил у меня:

— Надеюсь, сегодня вы будете внимательно присматривать за Эбигэйл, мисс Уоррингтон?

Я бы не сводила глаз с подруги в любом случае, и мужчине это было прекрасно известно. Неужели он предполагает, будто бы с племянницей что-то может случиться? Но зачем тогда согласился на этот визит? В какие игры играет его милость?

— Разумеется, милорд, — заверила его я.

Мистер Уиллоби вернулся спустя несколько минут вместе с мистером Оуэном и мисс Оуэн. Эбигэйл сегодня выглядела куда прелестней обычного, пусть и была чрезвычайно бледна.

— Что ж, все готовы, — пришел к выводу его милость. После чего мы вышли из дома и уселись в экипажи. В одной карете устроились мы с моей подругой и мистер Уиллоби, который, должно быть, решил, что если я останусь с его кузиной наедине, то меж нами повиснет тягостное молчание. Он же может прекрасно говорить сразу за троих.

Этим, собственно говоря, молодой человек и занялся. За все время пути он не молчал и минуты.

Я же… Я же волновалась. И, к стыду своему, не за благополучную будущность Эбигэйл, которой угрожала опасность.

Просто мне снова казалось, что я совсем юная дебютантка, отправляющаяся на первый в своей жизни бал. В душе снова ожило ожидание чуда. Разум твердил, что чуда мне ждать бесполезно, но, к несчастью, именно в этот момент голос моего разума оказался чересчур тих.

— Мисс Уоррингтон, вы улыбаетесь чересчур уж мечтательно, — разумеется, заметил неладное мистер Уиллоби. — С вами все в порядке?

Именно этот вопрос вернул меня с небес девичьих мечтаний на грешную землю.

В первую очередь я должна думать о безопасности Эбигэйл.

— Да, разумеется, я в полном порядке, — заверила я джентльмена и улыбаться перестала.

Тем более, что мисс Оуэн был мрачна, как осенние тучи, и выражать при ней радость казалось просто-таки неприличным.

Дорога заняла около получаса, за которые я успела узнать бездну слухов и даже несколько удачных анекдотов, которые постаралась запомнить. Ничто так не помогает сгладить неловкую ситуацию, как вовремя рассказанная забавная история.

Когда карета остановилась, я сперва глубоко вздохнула и попыталась перебороть вновь накатившее волнение. В конце концов, мне уже давно не семнадцать лет…

После того, как мне помогли спуститься, я в первую очередь огляделась, отметив большое количество гостей.

Я иначе представляла себе музыкальный вечер. Слишком уж вокруг было многолюдно… Но, вероятно, в столице так принято…

Мистер Уиллоби взял меня под руку, решив вести себя как и положено моему кавалеру на этот вечер.

— Хозяева дома Вудвиллы. У них трое детей: сын Теренс и две дочери-погодки Агата и Агнесс.

Я раздраженно покосилась на спутника.

— За кого вы меня принимаете? Я прекрасно помню это!

Джентльмен довольно ухмыльнулся.

— Вот теперь я точно вижу прежнюю мисс Уоррингтон.

Кажется, выводить меня из состояния душевного равновесия стало чем-то вроде увлечения для будущего преемника его милости.

— Вы готовы? — с легкой тенью недовольства поинтересовался у нас лорд Дарроу.

Под его осуждающим взглядом хотелось вытянуться по струнке как солдату на плацу.

— Да, дядя, — бодро отрапортовал мистер Уиллоби.

Я же ограничилась кивком.

— Тогда идемте. Не стоит заставлять хозяев дома ждать.

Богатство Вудвиллов резало глаза, слепило. Хозяева дома выставляли его напоказ так беззастенчиво, что мне это казалось едва ли не неприличным. Позолота сияла повсюду, мне даже стало странно, почему Вудвилллы не покрыли ей ко всему прочему и пол.

Про себя я отметила, что все это слишком уж отдавало безвкусицей, и его милость, который вряд ли был бедней Вудвиллов, предпочитал куда скромнее обставлять свое жилище.

— Вижу, вы не оценили, — понял мои чувства мистер Уиллоби. — Хозяева дома милейшие люди, но слишком уж много внимания уделяют достатку.

Я тонко улыбнулась.

— Подозреваю, что своих знакомых они оценивают именно по достатку?

Молодой человек неопределенно хмыкнул. Я все поняла… Стало быть, на меня будут смотреть в лучшем случае как на пустое место.

Что ж, его милость настаивал на том, чтобы я как можно меньше разговаривала, так я и собиралась сделать.

Мой спутник подвел меня к хозяевам — тучному мужчине в летах и моложавой светловолосой женщине. Как ни странно, но одеты они оказались изысканно и с большим вкусом, чего я, признаться, не ожидала.

— Мистер и миссис Вудвилл, позвольте представить мисс Кэтрин Уоррингтон, мою кузину.

Я присела в положенном реверансе, и выпрямилась, выжидающе глядя на хозяев дома. Как же они среагируют на новую знакомую?

— Уоррингтон? — удивленно переспросила миссис Вудвилл, окинув меня заинтересованным взглядом. — Давно в столице не появлялись члены вашей семьи, мисс Уоррингтон. Чрезвычайно рада знакомству.

Я обозначила на лице улыбку, однако, подозреваю, что выглядела она слегка натянуто.

Мистер Вудвилл кивнул.

— Быть представленной вам — большая честь, — произнесла я.

Племянник лорда Дарроу вновь взял меня под руку и повел в зал, где уже собрались гости.

— Ну что ж, вы были довольно милы, — отметил он.

Я лишь пожала плечами. Возможно, он и был прав.

Однако все мысли о новом знакомстве напрочь вылетели у меня из головы, потому как я увидела среди собравшихся старых знакомых… И появление этих людей никак не могло порадовать.

— Мисс Уорриннгтон, вы побледнели! — заметил неладное мистер Уиллоби. — Вам дурно?

Я покачала головой и произнесла:

— Рэймонд и Оливер Греи… Здесь.

Тут побледнел уже и сам мистер Уиллоби. Очевидно, для него появление эти людей здесь тоже стало неприятной неожиданностью.

— Дядю хватит удар… — произнес молодой человек.

Тут и сомнений быть не может… У его милости давние счеты с этим семейством…

— Быть может, лучше уехать? — неуверенно предположила я.

Братья Греи тем временем скрылись из виду.

— Невежливо… — трагично произнес мой спутник.

Я согласно кивнула… Уехать вот так, спустя несколько минут после появления, было бы невежливо просто до неприличия.

— Значит, нужно как-то сделать так, чтобы его милость и Греи не столкнулись… — пробормотала я под нос.

Мистер Уиллоби согласно кивнул.

— Возможно, это будет не так и тяжело… Дядя никогда не был душой компании и не станет обходить весь зал… — произнес он задумчиво. — Если он столкнется с Греями, то выйдет некрасивая ситуация…

Учитывая тяжелый характер его милости, я готова была поспорить, что ситуация выйдет невероятно некрасивая…

— Нужно предупредить Чарльза!

Брат и сестра Оуэны обнаружились поодаль, вокруг них уже образовалась компания из молодых людей, которые всеми способами пытались привлечь к себе внимание богатых наследников.

— Воронье… — коротко бросил мистер Уиллоби, глядя на всю эту толпу.

Я же видела, что всем этим людям Эбигэйл ясно и радостно улыбается. Обида в моей душе уже давно пустила корни. Сейчас же показались и побеги.

Пробраться сквозь толпу к брату и сестре Оуэн было нелегко, но мы с мистером Уиллоби все же справились. Правда, нам досталось изрядное количество недовольных взглядов.

— Позвольте представить вам мисс Кэтрин Уоррингтон, нашу кузину, — произнес мистер Оуэн. — Это весьма достойная молодая леди.

Теперь отчасти я понимала, что же чувствовала Эбигэйл. Стоило только называть меня племянницей лорда Дарроу, как меня тут же начали оценивать. Как лошадь перед скачками.

Один из молодых людей, до неприличия рыжий, сказал:

— Уоррингтон? Никогда не слышал ничего о вашей родственнице с подобной фамилией.

Я сжала зубы. Разумеется, большинство уже забыло о прежней славе моей семьи. Это не могло меня удивить.

— У нас много родственников, о которых мы редко рассказываем, — равнодушно пожал плечами мистер Уиллоби.

Разумеется, подобное объяснение породило еще больше вопросов.

Мистер Уиллоби быстро наклонился к кузену и начал шептать ему на ухо. Должно быть, рассказывал о появлении на вечере братьев Грей. С каждой секундой мистер Оуэн мрачнел все больше и больше. Эбигэйл глядела на него непонимающе и до крайности встревоженно.

Воспользовавшись тем, что молодые люди были заняты, один из джентльменов пригласил на танец мисс Оуэн, получив небрежный кивок ее брата, которому в тот момент не было дела до кавалеров сестры.

Тем более, что джентльмен, пригласивший Эбигэйл, показался мне весьма достойным молодым человеком и не вызывал никаких особенных подозрений.

Однако, когда музыка смолкла, мисс Оуэн не вернулась к нам. И тут я начала переживать…

— Мистер Уиллоби, — тихо окликнула я своего спутника.

Тот не сразу понял, что обращаются именно к нему.

— Что такое?

— Мистер Уиллоби, Эбигэйл куда-то запропастилась, — встревоженно произнесла я. — Вы пока займитесь его милостью. А я поищу мисс Оуэн. Вряд ли с ней что-то случилось… Но…

Джентльмен кивнул, соглашаясь со мной.

— Мы поищем дядю.

Я заметалась среди гостей, пытаясь найти свою подругу. На музыкальный вечер она надела коралловое платье, так что найти ее не должно было составить труда.

Спустя несколько минут мне удалось заметить ее среди гостей… И в этот момент я почувствовала, что мне становится дурно… Потому что мисс Оуэн говорила с Рэймондом Греем…

Но кто мог их представить друг другу?.. Кто осмелился?.. А если же никто их не представлял, то сама беседа мистера Грея и мисс Оуэн была возмутительным нарушением приличий.

Но кое-что меня пугало куда больше того, что Эбигэйл говорила с мужчиной, которому, возможно, не была представлена…

Я начала так быстро, как только можно, пробираться к подруге. Господи, если лорд увидит свою племянницу с этим человеком… Я даже не решалась представить, что же сделает его милость в подобном случае.

— Эбигэйл, вас ищет брат! — выпалила я первое, что пришло в голову, когда оказалась рядом с подругой. Однако же смотрела на Рэймонда Грея.

— Эбигэйл? — растеряно произнес он, отступив на шаг от девушки. — Если… Выходит, вы мисс Оуэн?..

Моя подруга казалась смущенной до крайности.

— Я… Да, сэр…

Мне захотелось закрыть лицо руками. Господи… Они завязали разговор, даже не узнав сперва имен друг друга? Разве такое вообще бывает?

— Эбигэйл, позвольте представить вам мистера Рэймонда Грея, — мрачно произнесла я и подцепила мисс Оуэн под локоть. В тот момент мне было глубоко безразлично, что девушка со мной вроде бы в ссоре.

Племянница лорда Дарроу побледнела как полотно, навалившись на меня. Кажется, бедняжке стало дурно от подобных новостей. И я могла понять ее чувства.

— Как же… Рэймонд Грей… Такого просто не может быть. Такого не должно быть! — произнесла она.

Это ее состояние мне совершенно не нравилось. Оно грозило большими неприятностями в будущем.

— Эбигэйл, ваш брат ищет вас, — повторила я, и буквально поволокла девушку прочь, не обращая внимания на то, что гости смотрели на нас со слишком уж большим любопытством.

— Но… Почему Грей? — спросила она то ли у меня, то ли у Господа Бога. — Почему именно Грей?

Я тяжело вздохнула. Скорее всего, уехать с вечера придется. Есть вещи куда важнее приличий…

Найти мистера Оуэна оказалось не так чтобы и слишком сложно. Достаточно было просто пойти на звук самой оживленной беседы, в которой то и дело проскакивали восхищенные женские восклицания.

Ну надо же, наш исключительно правильный мистер Оуэн отлучился от сестры ради чьих-то прекрасных глаз. Нескольких пар прекрасных глаз, если быть до конца честными.

Эбигэйл была словно бы в прострации, и казалась до крайности расстроенной. Когда же до ее брата оставалось всего несколько шагов, девушка зашептала мне:

— Кэтрин, умоляю, ради нашей дружбы не говорите никому о том, что я говорила с мистером Греем!

Эта просьба мне пришлась совершенно не по вкусу… Я бы смогла солгать ради подруги, тут я не сомневалась, но только если это будет ложь во благо. Сейчас же у меня не было уверенности в том, что я не наврежу мисс Оуэн, если соглашусь сделать так, как она того желает.

— Это Рэймонд Грей, Эбигэйл, — также тихо произнесла я. — Как можно не сказать обо всем случившемся вашим родным, если тут замешан Грей?

Разумеется, моя бедная наивная подруга не знала, с кем имела неосторожность заговорить себе на беду. Но как мог не знать об этом Грей? Нет… Должно быть, он просто что-то задумал. Не зря же они тогда слонялись с младшим братом поблизости от Вороньего замка. И вот, стоило лорду с семейством перебраться в столицу — и Греи снова тут…

Хотя где им быть, если начался сезон?..

Но он все же не мог не задумать чего-то подлого…

— Прошу вас, Кэтрин. Ради меня! Не говорите дяде и Чарльзу с Робертом. Ведь не вышло ничего дурного… Он лишь поднял платок, что я обронила… Прошу, Кэтрин, не надо рассказывать!

В голосе мисс Оуэн явственно слышались слезы. И этого стерпеть я уже просто не могла.

Пусть и понимала, что, вероятнее всего, совершаю опасную глупость, однако же отказать подруге, когда она так просит, я не могла.

— Хорошо, Эбигэйл. Я не скажу. Но это первый и последний раз, — обреченно произнесла я. — Если вдруг этот молодой человек снова по какой-то причине окажется подле вас, ваш дядя узнает обо всем.

Девушка начала жарко и сбивчиво меня благодарить… И мне показалось, что она услышала только первую часть моей фразы.

Возникшие у меня подозрения становились все сильнее и сильнее с каждой секундой: стоило только взглянуть на разрумянившуюся мисс Оуэн. Больше я не видела ни единого следа прежней апатии. Нет, напротив, теперь в голубых глазах моей подруги горел лихорадочный огонь, который не сулил в будущем ничего…

Зачем я дала подруге столь неосторожное обещание!

Заметивший свою сестру и меня мистер Оуэн почувствовал что-то неладное. Должно быть, он правильно трактовал выражение моего лица.

— Что-то случилось, мисс Уоррингтон? — спросил он сперва меня.

Я покачала головой.

— Нет, мистер Оуэн.

Не так часто мне было стыдно за ложь.

— Все хорошо, Чарльз.

У мисс Оуэн лгать выходило на этот раз куда как убедительней.

О Создатель… Но если с ней что-то случится?.. И что делать, если обо всей этой неприятной истории узнает лорд? Его милость меня убьет, если поймет, что я помогла Эбигэйл скрыть ее встречу с Рэймондом Греем…

Мне казалось, что еще немного — и я все-таки лишусь чувств от волнения. Но фамильная гордость заставляла держаться. А еще понимание того, что его милость в любом случае добьется от меня правды… И тогда мне уже не придется бояться шута Благой королевы фэйри. Мертвецам уже нечего бояться.

Эбигэйл, на первый взгляд, вновь держалась, как и прежде, отстраненно, ни ее брат, ни кузен не должны были ничего заподозрить… Но, проклятие, что же я видела в ее глазах… Будь это увлеченность, можно было бы не беспокоиться. Мне уже приходилось бороться с опасными склонностями у младших сестер. Если молодую девушку отвлечь, то вся эта романтическая ерунда легко вылетает из головы.

Но на этот раз произошло что-то куда более ужасное: мисс Эбигэйл Оуэн полюбила с первого взгляда… Нет, няня когда-то говорила, что любовь делает сильных добрыми, а добрых мудрыми… Но это только сказки. А в реальности, чем сильней страсть — тем она гибельней.

Гибели ни Эбигэйл, ни, тем более, себе я не желала.

Как так вообще вышло, что братья Грей оказались в списке гостей? Не может же быть, чтобы хозяева дома не знали о случившемся с родителями брата и сестры Оуэн? Чего эти люди добивались, сводя в одном доме лорда Дарроу с домочадцами и братьев Грей?

И почему среди всех людей сердце бедняжки Эбигэйл выбрало именно Рэймонда Грея?! И как вообще можно было полюбить кого-то с первого взгляда? Такого просто не может произойти в реальности!

Наверняка все это от тех глупых книг, что подруга читает с утра до ночи! Она заранее придумала себе Истинную любовь, а этот проходимец Грей просто больше всех походил на образ из грез…

Я против воли выискивала взглядом в толпе лорда. Все же рядом с его милостью становилось куда спокойней: ведь если он поблизости — то и все проблемы решает именно милорд, а не я.

— Мисс Уоррингтон, вы кажетесь немного рассеянной. Но хотя бы, похоже, помирились с моей племянницей.

Хорошо, что я не взяла бокал у проходящего мимо лакея. Точно бы выронила.

Привычка его милости подходить сзади определенно когда-нибудь будет стоить мне седых волос.

— Да, мы действительно помирились, — поспешно согласилась я.

Теперь Эбигэйл не решится молчать и бегать от меня по всему столичному дому ее дяди. Напротив, теперь она станет следить за каждым моим шагом, опасаясь, как бы я не обмолвилась лорду Дарроу о случившемся.

— Вы не договариваете… — задумчиво произнес он.

Я похолодела. Да… Скрыть что-то от этого человека невозможно…

— Почему вы так решили? — попыталась я отпираться до последнего. Все равно хуже от этого не будет. А так хотя бы удастся оттянуть казнь до последнего.

Мужчина обошел меня и наконец-то встал передо мною.

Лицо его милости имело выражение крайне скептическое.

— Потому что вы говорите совершенно особенным образом, когда лжете, — пояснил он, недобро улыбаясь.

— Разве? — спросила я, приняв вид полной невинности.

Дядя моей подруги закатил глаза и обреченно вздохнул.

— Вздорная самонадеянная девчонка… — вынес он свой вердикт в отношении моей скромной персоны. — Я ведь все равно узнаю!

Вот и пусть сперва узнает.

— Вы ко мне несправедливы, — трагично произнесла я.

— Напротив, я знаю вам цену лучше, чем кто-либо другой! — процедил лорд, чуть наклонившись вперед. — И все ваши уловки мне известны, мисс Уоррингтон!

Я упорствовала и не желала расставаться с ролью оскорбленной добродетели. Если признаюсь — все равно будет хуже.

— Тогда вам известны и все мои прегрешения куда лучше меня самой, — вздернула я подбородок. — Я не понимаю, что же вы желаете услышать от меня, милорд? Вы хотите, чтобы я придумала грех, за который вы могли бы меня наказать?

Оставалось только надеяться, что прозвучало не слишком пафосно, и моей игре поверят.

Взглянув в глаза его милости, я поняла, что своей цели не добилась. Скорее уж наоборот. Прежде глаза лорда казались мне двумя черными безднами… Теперь же там явственно разгоралось адское пламя.

Эбигэйл придется долго расплачиваться со мной за этот вечер. Очень долго.

— Прекратите свое кривляние! И немедленно отвечайте, что произошло?

Начало казаться, что еще немного, и лорд Дарроу попытается меня задушить.

Нет, скорее всего, ничего подобного он не сделает (хотя я и не была в этом полностью уверена), однако выражение на его лице было соответствующим.

— Ничего, — покачала головой я, не отводя взгляда. И это я сделала вовсе не для того, чтобы лорд поверил в мою честность: просто гаденький голосок на самом краю сознания приговаривал, что стоит мне только отвернуться — и мужчина все-таки кинется меня убивать.

— Вы же понимаете, что вам придется дорого заплатить за вашу выходку? — уже более-менее спокойно уточнил дядя моей подруги.

Словно я не успела изучить обыкновения опекуна Эбигэйл… Когда (именно «когда», а не «если») вельможа узнает, что его любимая племянница встретилась с Греем, чья семья замешана в гибели родителей Эбигэйл, и не просто встретилась с ним, а еще и влюбилась в этого человека, я наверняка пожалею обо всем. О том, что встретила когда-то мисс Оуэн, о том, что отправилась вместе с нею в столицу… Да даже о том, что появилась на свет!

— Да, милорд, — кивнула я.

Он усмехнулся.

— Тогда не жалуйтесь потом, — произнес зловеще лорд Дарроу.

— Я не стану жаловаться.

Я вообще не жалуюсь, если сама же и виновна в собственных бедах.

Мужчина удовлетворенно кивнул и скрылся в толпе. Но я была практически полностью уверена, что теперь до самого конца вечера останусь в его поле зрения.

Создатель, помоги мне…

Через полчаса хозяйка дома попросила меня спеть, и я устроилась за роялем, испытывая огромное облегчение. По крайней мере, то время, которое я проведу, развлекая собравшихся пением, мне не нужно будет следить за Эбигэйл.

Спев две баллады, я уступила свое место другой молодой леди, получив положенную долю восхищений. Сама же я принялась искать мисс Оуэн, надеясь, что кто-то из мужчин присмотрел за девушкой в мое отсутствие.

Как выяснилось, к бедняжке Эбигэйл все были преступно равнодушны. Его милость в очередной раз исчез. Нет, я не сомневалась, что его отвлекли от судьбы племянницы какие-то несомненно важные государственные дела… Но почему бы хотя иногда не поставить на первое место именно семью? Мистер Оуэн где-то запропастился. Мистер Уиллоби был неподалеку, но его увлек разговор с какой-то богато одетой красоткой, прицельно стреляющей в племянника лорда глазами.

Эбигэйл же стояла среди группки щебечущих молодых девушек. Впрочем, едва ли она слышала хотя бы единое произнесенное слово. Взгляд ее блуждал по залу, словно она искала кого-то среди гостей. Впрочем, почему же кого-то? Он искала Рэймонда Грея.

Не мешкая ни секунды, я заняла свое привычное место рядом с мисс Оуэн, не обращая внимания на недоуменные взгляды других девиц. Эбигэйл опомнилась, и все же представила меня. Что ж, не все еще она забыла из-за этой нелепой и опасной страсти.

Я опасалась, что ко мне отнесутся с презрением… Однако же подобного не произошло. Об Уоррингтонах в столице уже мало кто знал, соответственно, неизвестно было и то, что семья наша обеднела. Так что перед знакомыми мисс Оуэн я предстала как еще одна подопечная могущественного лорда Дарроу, да и благодаря его милости выглядела я не как дуэнья или приживалка.

— Эбигэйл, дорогая, мне кажется, вы устали, — произнесла я украдкой. — Не лучше ли вернуться домой?

Эти слова разом вырвали девушку из мира ее грез.

— Но еще так рано! — воскликнула она с явным расстройством. — Да и я вовсе не устала! С чего бы мне устать?

Я тихо вздохнула. Кажется, встреча с тем недостойным молодым человеком лишала мою подругу не только благоразумия, но и даже ума.

Подцепив мисс Оуэн под локоть, я отвела ее в сторону, где мы могли поговорить без лишних ушей. Интуиция подсказывала мне, что беседа будет не из легких.

— Эбигэйл, надеюсь вы не забыли, что я буду хранить вашу тайну лишь в том случае, если вы не станете больше встречаться с тем человеком. Однако сейчас я вижу, что вы высматриваете его среди гостей. Не вынуждайте меня…

Подруга взирала на меня с обидой и непониманием. Вероятно, она действительно быстро позабыла о выдвинутом мною условии. Или она вовсе пропустила эту часть моей речи мимо ушей, убедившись лишь в том, что я не побегу немедленно к ее дяде с доносом.

— Вы не можете предать меня. Вы же моя подруга. Вы не станете!..

Как можно вести себя настолько по-детски? Были озвучены правила игры, но теперь мисс Оуэн не хочет им следовать, и еще и возмущается, узнав, что за их нарушение последует неминуемое наказание.

— Хотите поспорить? — спросила я, глядя ей прямо в глаза.

Имея двух младших сестер я быстро научилась быть строгой. И я слишком любила Эбигэйл, чтобы своим попустительством дать ей попасть в беду.

— У вас нет сердца!

Мисс Оуэн практически рыдала.

— Зато у меня есть голова, — парировала я. — А вы устали, моя дорогая.

После этого я пошла искать его милость. При этом Эбигэйл от себя отпускать я не стала. Опасалась, как бы она не наделала глупостей. У влюбленных девиц в голове всегда гуляет ветер, уж имея двух младших сестер, я успела это усвоить.

Его милость что-то вполголоса обсуждал с хозяином дома. Вероятно, это не предназначалось для женских ушей или вообще чужих ушей, потому что, завидев нас, джентльмены тут же смолкли.

Лорд вопросительно взглянула на меня.

— Ваша милость, мисс Оуэн устала и хотела бы вернуться домой, — сообщила ему я.

Мистер Вудвилл казался удивленным и даже немного расстроенным таким сообщением.

Эбигэйл стояла подле меня молча и не поднимала взгляд от пола.

Губы лорда Дарроу дрогнули словно бы в улыбке.

— Эбби, дорогая, вы устали? — поинтересовался он у племянницы.

Я чуть сильнее сжала ее локоть. И только после этого моя подруга ответила:

— Да, дядя Николас. Я устала, и голова так сильно болит…

Ну, по крайней мере, прозвучало это достаточно трагично… И эту интонацию прекрасно объясняла внезапная мигрень.

Лорд в упор посмотрел на меня. Словно гвоздями к полу прибил, иначе и не скажешь.

— Мисс Уоррингтон, не будете ли вы столь любезны, чтобы найти моих племянников? — спросил мужчина. — Эбигэйл пока останется со мной. Верно, моя милая?

— Да, дядя, — пролепетала девушка и встала около него.

Что ж, отставив эту несчастную влюбленную рядом с ее опекуном, я могла вздохнуть спокойно. Можно было не сомневаться в том, что мистер Грей до нее не доберется.

Но почему же мне казалось, что его милость обо всем догадывается? Или же просто, пробыв в его «свите» столько времени, я вся насквозь пропиталась благоговейным трепетом перед этим человеком и готова была приписать ему все мыслимые и немыслимые способности?

Впрочем, я пока решила не думать над всей этой ужасной ситуацией и сделать то, что мне велели. Просто найти мистера Уиллоби и мистера Оуэна среди гостей и сообщить им, что мы покидаем гостеприимный дом Вудвиллов.

Затруднений с поиском молодых джентльменов у меня не возникло. И тот, и другой находились в центре внимания. Разве что сложно оказалось пробиться к ним. Но, несмотря на всеобщее внимание, сообщение об отъезде оба молодых человека восприняли без тени недовольства. А мистер Уиллоби так и вовсе отнесся к этому едва ли не с облегчением.

— Почему вы оставили без внимания Эбигэйл? — раздраженно напустилась я на него, пока мы шли к лорду.

Мистер Уиллоби пожал плечами.

— Потому что присматривать за ней должен был Чарльз. Чарльз, почему ты не следил за сестрой?

Второй племянник спокойно ответил:

— Но она этого не захотела. К тому же мисс Уоррингтон в любом случае приглядывала за Эбби.

Я наградила обоих возмущенными взглядами. Господи, как же они справлялись без меня?

— Что-то случилось? — спросил меня мистер Уиллоби с подозрением.

— Да! — выпалила я недовольно.

Молодые люди встревоженно переглянулись.

— Что же? — обратился ко мне мистер Оуэн.

Я тяжело вздохнула.

— Не могу сказать. Я обещала вашей сестре молчать… Но теперь с нее нельзя спускать глаз ни днем ни ночью.

Молодые люди переглянулись. И мистер Уиллоби заявил кузену:

— Это ты во всем виноват.

— Почему я?!

Я только многозначительно закатила глаза.

— Потому что это именно твоя сестра. И ты должен был сопровождать ее!

— А ты и мисс Уорригтон, где были? — не посчитал нужным признавать свой промах мистер Оуэн.

— Ты оглох, Чарльз? Это твоя сестра. Так что отвечаешь за нее в первую очередь ты!

Я вздохнула и просто пошла к его милости, оставив этих двоих разбираться промеж собой, кто же больше повинен в том, что Эбигэйл в очередной раз попала в беду.

Краем глаза я заметила братьев Грей, стоящих поодаль. Оба смотрели на меня. Сделав вид, что не заметила их, я продолжала идти.

Мистер Уиллоби и мистер Оуэн догнали меня буквально сразу. Должно быть, поделили вину пополам.

Лорд Дарроу, удостоверившись, что все домочадцы в сборе, попрощался с хозяином дома и скомандовал войскам отступление. На мисс Оуэн было невозможно смотреть без слез: она выглядела так, словно у нее кто-то только что умер. И как Эбигэйл с такими «выдающимися» актерскими способностями надеялась скрыть от опекуна свою влюбленность? Даже если удастся утаить от него предмет увлечения племянницы, то само увлечение он наверняка заметит.

На обратном пути мне пришлось делить карету с лордом Дарроу. Тот так пожелал — и никто не осмелился перечить. Причем обоим племянникам мужчина велел ехать с Эбигэйл.

У меня сердце упало от подобной перспективы. Наверняка его милость желал со мной серьезно поговорить… И повезет, если после этого «серьезного разговора» я все еще буду жива и в столице.

Лорд помог мне усесться, после чего устроился на сидении сам.

— Итак, мисс Уоррингтон, — мягко и вкрадчиво начал он, — теперь нам никто не помешает.

Я сглотнула и вжалась в сидение, готовясь к худшему.

— Я слушаю вас, милорд, — произнесла я.

Улыбка мужчина показалась мне до дрожи зловещей.

— Могу начать за вас, мисс Уоррингтон. Моя наивная и романтичная племянница влюбилась сегодня в какого-то молодого человека. И вы не одобряете этого увлечения всей душой. Зная вас, могу предположить, что для этой неприязни имелась достаточно веская причина. А судя по тому, как вы сейчас стремительно бледнеете, по вашему мнению, я отнесусь к сердечной склонности Эбби еще хуже, однако предпочли ничего не говорить мне. И упорно настаиваете на том, что ничего не происходит.

Мне казалось, что я на грани обморока. Разумеется, лорд обо всем догадался… Не мог не догадаться. Он слишком хорошо успел изучить Эбигэйл. Да и меня — тоже.

— И для того, чтобы узнать всю историю, мне нужно всего лишь имя, мисс Уоррингтон. Назовите его.

Но я молчала. Не только из-за обещания, данного подруге, но также и из-за того, что мне хотелось жить. Если пока история лишь неприятная… то стоит мне сказать, что Эбигэйл влюбилась в Рэймонда Грея… Да его милость меня задушит тут же. В карете! И выбросит тело по дороге к особняку!

— Значит, собираетесь продолжать молчать… — сделал верный вывод мужчина. — И сколько надеетесь продержаться?

Я зябко поежилась под его взглядом, который, казалось, мясо с костей сдирал.

— Столько, сколько будет возможно, ваша милость, — отозвалась я убито.

Если успею поговорить с мистером Уиллоби до того, как тот скажет лорду о Греях на музыкальном вечере, то времени у меня будет немного больше. Возможно, достаточно для того, чтобы заставить Эбигэйл выбросить все эти романтические бренди из головы. В конце концов, удавалось же мне проделать подобное с моими сестрами. Вряд ли Эбигэйл так уж сильно отличается от Энн и Эмили. Нужно просто отвлечь ее, найти более подходящий объект для увлечения…

— Вижу, вы потеряли и страх, и совесть… — задумчиво произнес лорд Дарроу.

Я нервно поежилась и вжалась в сидение еще сильнее.

— Простите, милорд.

Мужчина тяжело и недовольно вздохнул.

— Вы просите прощения, но не желаете говорить правду. Вам не кажется, что это несколько… странно?

Я кивнула.

Но предавать подругу я вовсе не желала. Да и подобные проблемы решать мне уже приходилось, и я не сомневалась, что смогу заставить Эбигэйл позабыть о Рэймонде Грее.

— Как же меня утомило ваше своеволие… — удрученно покачал головой мужчина. — Я так поседею.

Вспомнилась шутка мистера Уиллоби о том, что его милость еще сведет в могилу не одну девицу. И я не удержалась от смешка.

Вельможа недовольно покачал головой.

— Может, посадить вас под домашний арест? Вместе с моей племянницей.

Угроза привела меня в полный восторг.

— Посадите, милорд. Это будет очень своевременно! — обрадованно воскликнула я.

Если лорд Дарроу действительно запрет нас в доме, то не будет ни единого шанса, что мисс Оуэн встретится с мистером Греем вновь. А я заодно не буду в этом виновата. К тому же и леди Элинор в таком случае не сможет добраться до воспитанницы лорда Дарроу.

— Не устаю вам удивляться, — слегка озадаченно произнес лорд.

Про себя я отметила, что опекун моей подруги настроен был весьма благодушно. Даже несмотря на мое поведение.

Отвечать на слова лорда я не стала, опустив взгляд. Пожалуй, мне даже было стыдно за свои неосмотрительные поступки…

— Простите, милорд… — еще раз покаянно извинилась я перед мужчиной. — Но…

Продолжать дальше просто не решилась. Любое мое слово будет только во вред.

— Мисс Уоррингтон, вы же рассудительная и разумная девушка. К чему вся эта ребячливость, скажите на милость? Я еще могу понять поведение моей племянницы, она избалованный, любимый ребенок, сперва для родителей, а потом и для меня. Она юна, наивна и плохо знает мир… Но вы — совсем другое дело.

Голос его милости звучал мягко, вкрадчиво, доверительно… Что ж, дядя Эбигэйл умел не только запугивать, угрожая карами небесными. Такому лорду Дарроу хотелось подчиниться, хотелось получить его одобрение.

Я укоризненно посмотрела на мужчину и стиснула зубы, хотя слова буквально рвались наружу.

— Ваша милость, я не могу… Эбигэйл… — вздохнула я беспомощно.

Если сказать про Грея, то беды точно не миновать… И, что самое страшное, подруга никогда не простит мне этого.

— Мисс Уоррингтон, вы же понимаете, что так будет лучше. И в первую очередь для вас самой. Я не стану щадить вас… Собственного говоря, я уже сейчас могу наказать вас.

Скептически хмыкнула.

И что же его милость сможет сейчас сделать со мною? Запереть в комнате и не выводить в свет? И кто же тогда станет присматривать за Эбигэйл? Его племянники? Или он сам? Домой меня отослать лорд не рискнет: капитан Фрай может снова попытаться убить меня, а дядя мисс Оуэн пусть и суров, однако же не настолько, чтобы обречь меня на смерть.

Сажать меня на хлеб и воду его милость тоже не станет. В этом я была полностью уверена.

Неожиданно для себя я поняла, что страх перед лордом Дарроу уже давно стал для меня всего лишь привычкой и не более того.

— Разумеется, вы можете наказать меня, — пожала плечами я.

Выражение на лице лорда после моих слов стало просто неописуемым. Тут и досада, и усталость, и возмущение…

— Мисс Уоррингтон, вы не боитесь погубить и себя, и Эбигэйл? — попытался мужчина в очередной раз достучаться до моих совести и здравого смысла.

— Боюсь, — честно ответила я.

— Стало быть, вы скажете мне правду?

Было неприятно разрушать надежды своего покровителя… Но сделать это все-таки пришлось.

— Нет, — покачала головой я, и повернулась к окну, чтобы хоть как-то спрятаться от этого укоряющего взгляда.

— Как же меня утомило ваше упрямство. Своевольная глупая девица. И зачем я только взял вас с собой?

Я отозвалась:

— Чтобы я присматривала за мисс Оуэн. Это я и делаю. И пытаюсь поступать так, как будет лучше для нее. Вы же не так давно вовсе не считали нужным замечать вашей племянницы. Карету сильно подбросило на выбоине, и я бы наверняка свалилась с сидения, если бы не своевременная помощь лорда.

— Именно. Присматривали за ней, а не устраивали совместные заговоры!

— Но никаких заговоров… — попыталась было оправдаться я перед лордом. Однако тот только махнул рукой, заставляя замолчать, и более не проронил ни единого слова до самого конца поездки.

Почему-то от напряженной тишины в карете стало куда неприятней, чем от недавних расспросов. Казалось, я разочаровала его милость. И почему-то меня это расстраивало. Но почему? С каких пор меня вообще стало волновать мнение дяди Эбигэйл о моей скромной персоне?

Как же все это было неприятно…

Когда карета остановилась, мне помог выйти наружу лакей. Лорд же даже не взглянул на меня.

Стоило только мужчине скрыться в доме, как ко мне подошла испуганная едва ли не до потери сознания Эбигэйл. Должно быть, она всю дорогу домой не находила себе места от беспокойства и гадала, сколько же я продержусь под напором ее дяди.

В ответ на ее умоляющий взгляд, я только с ободряющей улыбкой покачала головой, дав понять, что мне удалось сохранить ее страшную тайну. По крайней мере, на этот раз.

Еще вчера мисс Оуэн скрылась бы в своей комнате и не показалась бы мне до утра. Сегодня — совсем другое дело. Эбигэйл вцепилась в мою руку и потащила за собою. Девушка держала меня так крепко, словно бы боялась, что я сбегу от нее при первой же возможности.

И лишь когда за нами закрылась дверь спальни мисс Оуэн, она облегченно перевела дух.

— Вы ничего не сказали моему дяде? — спросила она, чтобы еще раз удостовериться в сохранности своего секрета.

Я села в кресло и устало взглянула на подругу.

— Нет. Но милорд разумный и проницательный человек, — мрачно произнесла я, — он уже о многом догадывается, а вскоре будет и знать. Мистер Уиллоби видел братьев Грей на вечере. И наверняка сообщит об этом лорду Дарроу. Надо сказать, что эти безрадостные для мисс Оуэн новости я говорила с изрядной долей злорадства. Кажется, за последние дни Эбигэйл все же удалось изрядно меня измучить.

— Я попрошу Роберта молчать! — тут же ответила мисс Оуэн.

В ее голосе явственно звенели слезы.

Ну да. Разумеется, может. Но не думаю, что в этом случае мистер Уиллоби пойдет навстречу желаниям своей романтичной кузины. Несмотря на все свое мальчишество этот молодой человек мыслит здраво. И привык подчиняться своему дяде.

— И не смотрите на меня так! — воскликнула девушка.

— Как? — недоуменно поинтересовалась я.

— Так, словно уже знаете все наперед!

Практически то же самое говорили мои сестры. Они также трагично заламывали руки, так же расхаживали по комнате, пытаясь унять душевный трепет. Все девичьи трагедии на удивление похожи между собой.

— Вы не настолько уж и старше. И повидали в жизни, возможно, даже меньше меня!

Я поднялась на ноги. Единственное, в чем я превосходила мисс Оуэн — это в росте. И этим преимуществом я собиралась воспользоваться.

— Вы привели меня сюда, чтобы поссориться? — спросила я подругу.

В отличие от нее, голоса я не повышала.

— Так в чем же я провинилась, по-вашему, Эбигэйл? В том, что мешаю вам погубить себя?

Кажется, мой вполне закономерный вопрос поставил девушку в тупик. Она и хотела бы найти причину для своего поведения, вот только ее не было. И мы обе это прекрасно знали. Все, что я делала, было направлено только ей на благо.

— Вы… Вы не понимаете моих чувств! — воскликнула мисс Оуэн, в конце концов. — Я полюбила! Полюбила так сильно, как только может полюбить женщина! Моя жизнь ничего не стоит без него!

Должно быть, моя улыбка была слишком уж саркастичной, потому как Эбигэйл смолкла, глядя на меня с праведным возмущением.

Увы, я всегда была до крайности приземленной натурой, и не верила в то, что можно отдать свое сердце, не обменявшись и двумя дюжинами слов.

— Дорогая, полюбить с первого взгляда можно только в тех романах, которыми вы так сильно увлекаетесь, — нравоучительно произнесла я. — Вы виделись с этим человеком первый раз в жизни и говорили едва ли больше двух-трех минут. Вряд ли вам удалось разглядеть даже цвет его глаз, не то что узнать свойства натуры.

Мисс Оуэн всплеснула руками и принялась расхаживать из угла в угол.

— Эбигэйл, он Грей. Не мне вам напоминать, в чем замешана эта семья, — попыталась хоть как-то достучаться до здравого смысла подруги я. — Поймите же, союз между вами попросту невозможен. Будьте благоразумны!

Или мне придется обо всем рассказать лорду… А я этого не хочу… Совершенно не хочу.

— Вы просто не любили, Кэтрин!

Я хмыкнула.

— Ну и что с того, Эбигэйл? — и не подумала смущаться я.

То свое давнее увлечение любовью я не считала. Всего лишь склонность молодой девицы, что ничего не знала о мире. Первый же знак внимания был мной воспринят как знак подлинной страсти… И разумеется, я ошиблась.

— Как вы можете судить о том, чего даже не знаете? — продолжила напирать с прежде несвойственной ей горячностью мисс Оуэн.

Пожав плечами, я ответила:

— Зато я прекрасно знаю вас. И вашего дядю, к слову, знаю в достаточной мере, чтобы предугадать дальнейшее развитие событий. Поэтому, прошу, дорогая, выбросьте из головы все эти глупости. Вы еще встретите множество молодых людей, которые почтут за счастье предложить вам руку и сердце.

В глазах девушки я заметила слезы. Никогда не выносила чужих слез…

— Но мне не нужен никто другой. Я уже полюбила! Это навсегда. Я умру без него!

Говорила Эбигэйл настолько громко, что я начала опасаться того, что наш разговор услышат посторонние. Или хуже того — не посторонние.

— Энн и Эмили с шестнадцати лет влюбляются навсегда раз в месяц. И пока все живы. И вы тоже выживете, можете не сомневаться. Я не позволю вам погубить себя, Эбигэйл. Если уж вы сами не можете позаботиться о своем благополучии. Не сомневайтесь, отныне я не спущу с вас глаз. И если вы попытаетесь каким-либо образом связаться с тем молодым человеком, то я не стану медлить и сообщу обо всем вашему дяде.

После этих моих слов мисс Оуэн начала беззвучно плакать, глядя на меня с такой болью, что у меня даже сердце зашлось. Но всего лишь на несколько секунд. Сестры часто пытались манипулировать мною подобным образом. И пусть, глядя на их расстроенные лица, я страдала каждый раз, однако же управлять собою при помощи подобных безыскусных уловок не позволяла.

— Ложитесь спать, Эбигэйл. Утром все произошедшее будет выглядеть для вас совершенно иначе, — посоветовала я и пошла к двери.

Когда я уже переступил порог комнаты, девушка произнесла:

— Это не глупость. Я и правда его люблю… Так сильно люблю…

Мне оставалось только вздохнуть и отправиться к себе.

Ох уж эти барышни… Совершенно не могут жить без трагедий.

Вдруг словно бы что-то прохладное скользнуло по моей щеке, заставив испуганно озираться. Разумеется, я никого не увидела. Зато услышала тихий смех фэйри. Охотник никак не желал оставляться меня в покое, играя в какие-то свои, совершенно непонятные игры.

Чем фэйри Неблагого двора могла привлечь обычная человеческая девушка, не обладающая никаким особенными достоинствами, так и оставалось загадкой. Было бы еще понятно, если бы Охотника прельстила Эбигэйл, девица редкостной прелести, да еще и с чистой душой. Но нет, привязаться нужно было ко мне, ее мало чем примечательной старшей подруге.

— Совершенно бессовестное создание, — укоризненно произнесла я, вздохнув.

Хотелось бежать сломя голову в комнату… Но какой в этом был смысл? От нечисти так легко не убежать, да и двери и замки тут не помогут…

— Ну почему бы просто не оставить меня в покое?

Кто бы мне ответил на этот вопрос?

Однако в комнате мне тоже не было покоя: там расположились племянники его милости, которые в ожидании меня играли в карты. Причем так увлеклись процессом, что даже не заметили моего появления.

— Джентльмены, это вообще-то комната незамужней девушки! — возмутилась я такому их поведению.

Мистер Уиллоби, который явно выигрывал, посмотрел на меня с изумлением.

— Мисс Уоррингтон, но не встречаться же нам с вами в другом месте? Дядя может застать там нас.

Словно он не может с той же легкостью застать нас в моей комнате. В отношении членов своей семьи и почему-то меня лорд вообще не считал нужным придерживаться правил этикета.

— Ну не хмурьтесь так, мисс Уоррингтон, вам это не идет, — залебезил кузен моей подруги, откладывая в сторону карты.

Я уселась на кровать и недовольно ответила:

— Мне вообще ничего не идет.

Мистер Уиллоби не поддался, и продолжил поливать меня сомнительными комплиментами:

— Ну что вы такое говорите, дорогая мисс Уоррингтон. Сегодня вы были просто обворожительны! Множество знакомых желали быть представленными вам в этот вечер. И если бы не наш внезапный отъезд…

Я не собиралась верить в подобное, поэтому лишь отмахнулась от молодого человека.

— Но что же все-таки произошло с моей сестрой? — спросил встревоженно мистер Оуэн.

После этих слов мистер Уиллоби разом растерял всю свою мальчишескую веселость.

— Эбигэйл влюбилась, — убито произнесла я.

Молодые люди ошарашено переглянулись, явно не понимая, насколько же ужасно произошедшее.

— Она влюбилась в Рэймонда Грея! — воскликнула я.

Вероятно, не стоило этого делать… Но, проклятие, мне нужно было поделиться хоть с кем-то.

— Она твердит об истинной любви. Что мне делать?! Если об этом узнает его милость…

Теперь уже племянники лорда Дарроу уяснили истинный масштаб произошедшего…

Когда мистер Оуэн смог заговорить, выдавить ему удалось только ошарашенное «Что?!».

Мистер Уиллоби же подскочил, явно намереваясь покинуть мою комнату. И именно этого я допустить никак не могла. Ведь было совершенно ясно, что молодой человек намеревается отправиться прямиком к дяде. Но если лорд узнает…

Я быстро поднялась на ноги и встала перед дверью, пытаясь остановить кузена подруги.

— Мистер Уиллоби, я прошу вас, не нужно сообщать его милости о произошедшем! — буквально взмолилась я. — Оно того не стоит… Вместе нам удастся удержать вашу кузину от необдуманных поступков! Но если Эбигэйл поймет, что я выдала ее тайну… Я потеряю ее. Мы потеряем ее!

Джентльмен укоряюще смотрел мне в глаза.

— Это чрезвычайно серьезно, чтобы скрывать от дяди, мисс Уоррингтон. К тому же, если он дознается, точнее, когда он дознается…

Разумеется, мистер Уиллоби был прав… Но только с одной стороны. С другой же… Если мисс Оуэн посчитает себя преданной, то удержать ее от ужасных глупостей уже не удастся не только мне, но и ее родственникам.

— Это лишь увлечение! Оно вскорости пройдет! А доверие Эбигэйл мы потеряем безвозвратно, если сейчас сообщим лорду! — настаивала я, прекрасно осознавая, чем еще и лично для меня будет это разоблачение.

Молодой человек нахмурился.

— Мисс Уоррингтон, прошу вас, отойдите в сторону. Вы вынуждаете меня быть невежливым, — слишком уж серьезно произнес он.

Кажется, с дороги меня уберут не слишком деликатно.

— Роберт! — внезапно подал голос мистер Оуэн. Он обычно был не так словоохотлив, как его кузен. Поэтому каждое произнесенное им словом воспринималось иначе, более уважительно, более внимательно.

— Роберт, мисс Уоррингтон права!

Я ушам своим поверить не могла. Брат Эбигэйл — и вдруг принял мою сторону? Возможно ли подобное?

— В своем ли ты уме, Чарльз? — возмутился мистер Уиллоби. — Это не кто-нибудь, а Рэймонд Грей! Неужели ты все позабыл?!

Мистер Оуэн подошел к кузену и положил руку ему на плечо.

— Роберт, кем бы он ни был, не забывай, что в Эбигэйл течет та же кровь, что и в нашем дяде, что и в нас с тобой. И в ней есть то же самое проклятое упрямство. Стоит лишь запретить ей встречаться с кем-то, и Эбигэйл из кожи вылезет, но пойдет наперекор. Дядя же не станет увещевать ее, а просто запрет.

К словам родственника мистер Уиллоби отнесся иначе. Он прислушался.

— Ты считаешь, нам лучше умолчать? Дядя после убьет. Всех нас. И мисс Уоррингтон, к примеру, будет первой жертвой гнева дяди Николаса.

Я только хмыкнула на это замечание. Уж если его милость не убил и даже не искалечил меня из-за всего произошедшего… То думаю, у меня все же есть некий шанс пережить вспышку его гнева.

— Думаю, переживу. Все мы переживем. Следует лишь внимательнее следить за мисс Оуэн. Она юная девушка, которая не слишком много знает о жизни. В ее арсенале не так уж много уловок.

Мистер Уиллоби беспомощно переводил взгляд с меня на кузена и обратно.

— Вы должны знать, что все это мне чертовски не нравится. И если вся эта история нас погубит, то в этом виноваты будете исключительно вы, вы с мисс Уоррингтон, Чарльз. А не глупышка Эбигэйл.

Мистер Оуэн внимательно выслушал слова кузена, а потом изрек:

— Мы учтем это. Но дяде лучше пока действительно ничего не знать.

Поняв, что мистер Уиллоби не станет немедленно бежать к лорду, я снова присела. Вечер изрядно утомил меня, как и переживания о судьбе моей дорогой подруги.

— И все же, что нам делать? Ведь не можем позволить Эбигэйл погубить себя! — воскликнул кузен моей подруги. — Как будто бы мало нам было происков леди Элинор… Теперь еще и Греи!

Да, я была согласна с тем, что за последнее время на родных лорда Дарроу свалилось слишком уж много неприятностей. И, по нелепому стечению обстоятельств, все они были связаны именно с Эбигэйл. Словно бы не только сам лорд был проклят, но и его племянница тоже.

— Да, все складывается крайне неблагоприятно… — согласился мистер Оуэн. — Боюсь, что нам придется отложить наши выезды… Хватит уже внезапных встреч.

Мистер Уиллоби сложил руки на груди с видом полнейшего неодобрения.

— Чтобы встретиться с Греем, твоей сестре достаточно выйти из дома под любым предлогом. К примеру, она может якобы отлучить в модную лавку. Или отправиться на прогулку. Она же женщина! Они всегда так изобретательны, когда творят глупости.

Я возмущенно взглянула на джентльмена. Что еще за возмутительные замечания в адрес женщин?

Молодой человек виновато улыбнулся.

— Вы исключение, мисс Уоррингтон. Вы изобретательны всегда.

Не сказала бы, что такие слова понравились мне больше, но… Но — о ужас! — я поняла, что понемногу начала привыкать к возмутительным манерам мистера Уиллоби.

— Мисс Уоррингтон, а что знает о произошедшем дядя Николас? — спросил у меня более спокойный и рассудительный мистер Оуэн.

Оставалось только виновато развести руками.

— Милорд знает, что Эбигэйл влюблена в кого-то… И что я не одобряю этих ее чувств. Ему никто не сказал, что на вечере были и братья Греи. Может быть, все еще и обойдется…

Молодые люди переглянулись. В благополучный исход этой истории они не слишком верили.

— Если речь идет о нашем дяде, то не стоит рассчитывать на благополучный исход, — обреченно произнес мистер Оуэн.

Мистер Уиллоби был целиком и полностью согласен с родственником.

— Дядя все равно узнает… Вопрос только в том, раньше или позже…

Совершенно безрадостная перспектива…

— Его милость меня убьет? — обреченно осведомилась я у мужчин.

Ответом сперва мне было лишь молчание. Ужасно мрачное молчание.

А после того, как я вопросительно взглянула на брата моей подруги, он все-таки произнес:

— Мне кажется, что попробует, мисс Уоррингтон…

Однако, несмотря на все эти ужасы, мы трое решили, что нужно самим постараться решить возникшую проблему с мисс Оуэн. Я обмолвилась, что лорд обещал запереть нас, но мистер Уиллоби лишь отмахнулся. По всему выходило, что даже при таком тяжелом характере, его милость никогда не поступал так строго с любимой племянницей.

— Дядя Николас всегда попустительствовал моей сестре, — согласился с кузеном мистер Оуэн. — Она слишком сильно похожа на нашу покойную матушку, привязанность к которой у дяди Николаса была необычайно сильной. Неудивительно, что после того, как он стал нашим опекуном, любое желание Эбигэйл исполнялось в мгновение ока. Дядя просто не может быть строгим с Эбби. Боюсь, что даже ради ее же собственного блага.

Вот это уже изрядно меня удручало.

— То есть… То есть, если она сама скажете, что полюбила Рэймонда Грея, то лорд в итоге примет ее выбор? — осторожно поинтересовалась я.

Быть может, мы зря так драматизируем происходящее?

Мистер Уиллоби покачал.

— Нет. Такого никогда не произойдет. Эбигэйл может привести к дяде Николасу хоть последнего нищего. И дядя благословит ее. Но только не человека, носящего фамилию Грей.

— Трагичная ситуация, — вздохнула я, понимая, что моя погибель близка. И все из-за прихоти Эбигэйл. — Трагичная для нас. И что мы будем делать?

Кузены переглянулись. У них совершенно точно не имелось никакого конкретного плана.

— Ну… Нужно чем-то занять дядю. И Эбигэйл. И… — начал не слишком-то уверенно промямлил мистер Оуэн.

Я скептически хмыкнула, давая понять, что думаю о подобной стратегии.

Меж тем за окном завывал ветер и звучали раскаты грома. И это полностью соответствовала изменениям в моей жизни, которая, оказывается, еще и была спокойной в последнее время.

— Ну и чем вы надеетесь занять его милость, да еще так, чтобы он не понял, что это просто часть хитроумного плана? — поинтересовалась я у молодых людей.

Губы мистера Уиллоби растянулись в предвкушающей улыбке.

— Быть может, его следует натравить на леди Элинор? — предложил он.

Мистер Оуэн тяжело вздохнул и уселся на постель рядом со мной.

Я уже стала отмечать, что оба племянника лорда стали чувствовать себя в моем обществе слишком уж спокойно. И стали напрочь игнорировать требования этикета. Если в случае мистера Уиллоби я уже примирилась с неизбежным, то подобные же изменения в поведении мистера Оуэна уже немного шокировали. — Он уже знает о том, что делает леди Элинор. И отдал все на наш откуп. С чего бы ему сейчас изменить свое отношение?

Леди Уайтберри… Леди Уайтберри…

— А если… если сгустить краски? — осторожно произнесла я. — Если нам убедить его милость, что леди Элинор действует куда решительней, чем есть на самом деле?

Разумеется, если нам вообще удастся обмануть милорда… Водить за нос опытного интригана за тридцать — это вовсе не то же самое, что лгать юной девице.

— Это будет сложно… — тяжело и мрачно вздохнул мистер Уиллоби. Играть в подобные игры с его дядей было чревато крупными неприятностями. Однако, пусть и вынужденно, согласившись со мной и своим кузеном, молодой человек тут же начал просчитывать дальнейшие действия. — Но легкости никто и не обещал. Не сдаваться же, верно?

Мы с мистером Оуэном согласно кивнули. Сдаваться уже было поздно. И слишком опасно.

— Завтра я попробую слегка… ввести в заблуждение дядю. Будем надеяться на лучшее… А вы, мисс Уоррингтон, будете надзирать над нашей Эбигэйл.

Будто бы у меня был выбор. Я в любом случае собиралась приглядывать за подругой.

И все же брат моей подруги был человеком куда более чутким, чем второй племянник лорда. Он заметил, насколько я устала за вечер, и произнес:

— Думаю, пока что нам лучше лечь спать. Доброй ночи, мисс Уоррингтон. Спите крепко.

Доброй ночи джентльменам я пожелала с изрядной долей облегчения. Все же этот день дался мне тяжело: слишком много волнений и переживаний.

Однако стоило мне только улечься и закрыть глаза, как я поняла, что в комнате не одна… Кто-то безмолвно укрывался в темноте. И смотрел на меня. Казалось, будто я всей кожей чувствую этот взгляд.

Несколько минут я просто лежала, боясь не то что лишний раз пошевелиться, а даже и дышать слишком часто. Однако неизвестность оказалась для меня слишком уж мучительной, поэтому через несколько минут я не выдержала и тихо произнесла:

— Кто здесь?!

Господи, как же жалко и испуганно звучал мой голос…

— А раньше была куда смелей, — еле слышно прошелестел голос.

Против воли из моей груди вырвался вздох облечения. Не капитан Фрай… Охотник относился ко мне куда как более милостиво, и хотя бы не пытался убить…

— Куда же теперь подевалась храбрость, дитя человечье? — спросил меня нечистый.

Я не видела его, не слышала шагов, но зато отлично почувствовала, как по моему лбу скользнула прохладная ладонь.

Оставалось только сжать зубы.

— Зачем ты уехала из родного дома с этим людьми? На одном из них проклятие… Страшное проклятие.

Что? Проклятие?

— На лорде? — тут же спросила я фэйри, сев на кровати.

Нечисть тихо рассмеялась. Голос Охотника звенел серебряными колокольчиками.

— Какое мне дело до титулов и имен, которые вы, люди, так любите давать друг другу? — произнес он.

Да, наверняка и знатность, и все прочее были Охотнику совершенно безразличны. Как и все материальное.

— Но что же за проклятие! — пристала я к нему, надеясь получить хотя бы кроху информации. Знание в моем положении никогда не бывает лишним.

Фэйри вновь рассмеялся.

— Никогда не упустишь своего, да, дитя человечье? — лукаво произнес он. — Это проклятие от большой любви. Но такой любви, которая приносит лишь зло и погибель. Беги прочь, пока оно не коснулось и тебя тоже.

Как будто бы у меня была хоть единая возможность вернуться домой и остаться при этом живой. Но что за проклятие от большой любви? Нет, что сердечная привязанность могла принести много зла, я не сомневалась. И Эбигэйл была тому ярчайшим примером. Но чтобы из-за любви прокляли?

— С чего бы меня должно коснуться чужое проклятие… — пробормотала я, передергивая плечами. — И с чего бы тебе помогать мне? Ты же из Дикой Охоты! Такие, как вы, приносят гибель людям!

В темноте мне никак не удавалось разглядеть фэйри. От этого казалось, что все происходит не в реальности, а лишь во сне. Странном бредовом сне, после которого утром остается лишь недоумение.

— Для фэйри нет правил, дитя человечье, в отличие от вас, смертных, — еле слышно ответил он мне. — И мы можем делать то, что сами пожелаем. Мне нравится твоя храбрость. Ты смешная.

Самый сомнительный комплимент, какой я когда-либо получала. Но, признаться, радовал он меня куда больше всех прочих. Потому что это означало, что Охотник и в дальнейшем не попытается причинить мне вред.

— Берегись, ты делишь с этими людьми не только кров, но и опасности, — услышала я, и с растерянностью поняла, что стремительно засыпаю.

— Что?.. — только и успела спросить, я и провалилась во тьму.

Утром я встала неожиданно рано и чувствовала себя просто прекрасно. Обычно, если ложилась я спать поздно, да еще и была при этом уставшей, на следующий день чувствовала себя совершенно разбитой.

Наскоро умывшись и одевшись, я обнаружила, что мне совершенно нечего было делать. Часы показывали шесть утра. Хозяева дома еще спали, стало быть, в моем обществе никто не нуждался. Нежданная свобода почему-то не принесла никакой радости. В голове появились странные и не слишком радостные мысли, на которые прежде просто не было времени.

Что будет со мною, когда лорд узнает о внезапной влюбленности племянницы в Рэймонда Грея? Разумеется, самой Эбигэйл не грозит ничего серьезного, она всеобщая любимица… Господи, опять я угодила в историю, которая грозит мне только лишь множеством неприятностей…

В груди поселилось омерзительное чувство, очень уж похожее на тревогу. И никак не желало уходить. Я чувствовала себя совершенно несчастной и беспомощной, чего со мною уже, признаться, давно не случалось.

Тихо вздохнув, я направилась в гостиную, намереваясь немного помузицировать. Это позволило бы хоть как-то занять себя и перестать думать о своем мрачном будущем.

Я шла по особняку, удивляясь, как же сильно меняется дом в тишине и безлюдности. Сейчас, несмотря на все богатство обстановки, все выглядело таким… мрачным. Или же это просто мое настроение так влияет на меня?

В гостиной я уселась за рояль и медленно рукой по клавишам.

Инструмент отозвался мягким чистым звуком. Дома я и мечтать не смела о чем-то подобном. Наше пианино то и дело начинало хрипеть и фальшивить… А тут такая роскошь… Да, говорят, что в деньгах нет счастья… Но в чем же тогда оно есть? В любви? Стоило только Эбигэйл влюбиться — и она уже стала несчастной…

Я усмехнулась своим мыслям и начала играть любимую балладу. Как ни странно, о любви. Несчастной.

Когда же допела, то услышала вялые аплодисменты.

Обернувшись, с растерянностью увидела лорда Дарроу, который стоял поодаль и смотрел на меня.

— Доброе утро, ваша милость, — встала я из-за рояля, чтобы поприветствовать хозяина.

Кто бы мог подумать, что лорд тоже жаворонок. Учитывая, во сколько он ложится спать…

— Доброе утро, мисс Уоррингтон. Вы удивительно рано встали сегодня. Совесть не дает покоя?

Оставалось только удрученно вздохнуть.

— Должно быть, сложно жить, подозревая всех вокруг?

Мужчина уселся в кресло и только после этого отозвался:

— Должность обязывает, мисс Уоррингтон. Тем более, что в отношении вас я никогда не ошибался. Впрочем, сейчас я не настроен на обличительные беседы. Лучше спойте еще.

Обрадовавшись отсрочке приговора, я поспешила выполнить пожелание лорда. Сейчас я готова была петь до хрипоты.

После получаса музицирования, я пришла к неутешительному выводу, что больше просто не могу. Горло уже болело, и мечтала я только о том, чтобы молчать ближайшие пару суток. В идеале неделю.

— Вы удивительно стойкая молодая леди, — иронично заметил лорд Дарроу, который, разумеется, не мог не заметить моих страданий. — Достаточно, мисс Уоррингтон. Мне не слишком нравится пытать женщин.

Какая дивная фраза. Не слишком нравится, стало быть… Это звучало чересчур уж двусмысленно, чтобы я не начала немного переживать за свое благополучие. И пусть даже ни разу у меня не возникало и тени подозрения в этом отношении…

Однако милостивым соизволением я воспользовалась и решила просто немного поиграть этюды. Беседовать с его милостью мне все так же, как и прежде, не хотелось.

Когда в гостиную влетела Эбигэйл, я даже промахнулась мимо клавиши, и изумленно уставилась на подругу. Столько в ней было тревоги, растерянности…

— Кэтрин… — начало было она. И я испуганно зажмурилась, понимая, что мы как никогда близки к провалу. Лорд сидел в стороне от двери и сразу заметить его Эбигэйл не могла.

Я в панике посмотрела в глаза девушке, не решаясь сказать даже слово.

Та, заметив, что я слишком уж нервничаю, тут же смолкла — все-таки она понятливая!

А потом уже принялась осматриваться.

— Какое удивительное взаимопонимание, — прокомментировал эту небольшую сцену мужчина, поднимаясь на ноги. — Эбигэйл, ты не желаешь ничего мне рассказать?

Мисс Оуэн начала стремительно бледнеть, и уже через пару секунд мне стало казаться, что девушка вот-вот упадет в обморок.

— Эбигэйл! — подскочила я, когда бедняжка начала оседать на землю.

Лорд оказался куда быстрее.

— Какая впечатлительная, — недовольно вздохнул он. — С этими юными девицами — сплошные беды.

Покосившись на меня, его милость добавил:

— Впрочем, с неюными — тоже. Но вы хотя бы не падаете в обмороки.

Я с грустью посмотрела на совершенно измученную подругу. Под ее глазами залегли глубокие тени. Должно быть, всю ночь не смыкала глаз. Ох уж эти влюбленности…

— Надо уложить ее в постель… — произнесла я. — Эбигэйл нужно прийти в себя.

Мужчина согласно кивнул и поднял племянницу на руки.

— Нужно. Но эта глупышка все равно себя измучает. Женщины любят терзаться.

Последнее замечание я решила оставить без ответа. Хотя именно в данном конкретном случае готова была согласиться с его милостью. Мисс Оуэн, кажется, решила сама себя извести. И у нее это прекрасно выходило.

Когда лорд доставил свою драгоценную ношу в ее спальню, я решила, что останусь с подругой, пока она немного не оправится и попросила его милость, чтобы завтрак нам доставили сюда.

— Проявляете дружескую заботу? — как-то слишком уж странно спросил он. Как будто можно строить козни с человеком, пребывающим без чувств.

— Разумеется, — немного возмущенно ответила я, устраиваясь в кресле подле кровати.

Лорд смерил меня тяжелым взглядом.

— Не нахватайтесь от моей племянницы юношеской глупости. Мне вполне достаточно и вашего упрямства.

Разумеется, мне оставалось только кивнуть.

Что ж, по крайне мере, Эбигэйл на этот раз не выдала сама же свою страшную тайну дяде. Это было бы довольно забавно, если бы все раскрылось именно по ее вине.

Мисс Оуэн приходила в себя долго, неохотно, словно бы пребывала в обмороке она по собственному умыслу. Даже нюхательные соли — и то не сразу подействовали. Казалось, будто Эбигэйл попросту пытается сбежать от проблем. А вот мне поступить подобным же образом невозможно. Ведь Уоррингтоны не падают в обморок… Сейчас это казалось попросту несправедливым. Как легко бы было трагично лишиться чувств и позволить другим людям разбираться со всей этой неудобной ситуацией…

Когда Эбигэйл открыла глаза, первым ее словом было «Кэтрин». Я бы, может, и растрогалась, но столько треволнений пришлось на мою долю в последнее время из-за подруги, что я лишь мрачно ответила:

— Кэтрин, не сомневайтесь.

Мисс Оуэн приподнялась на локтях, в панике оглядывая комнату.

— А что дядя?

Пожав плечами, произнесла:

— Ушел и оставил меня присматривать за вами. В последнее время все только и делают, что оставляют меня присматривать за вами…

Прозвучало практически как жалоба. Да жалобой это и было, по сути. Приключения, которыми так щедро обеспечивала меня племянница лорда Дарроу, понемногу начинали утомлять.

— Я не просила… — гордо отвечала мне мисс Оуэн, на что я только устало вздохнула.

— Вы — нет. Другие — да. Вы хотите погубить меня?

В кои-то веки моя милая и добродушная подруга гневно сверкнула глазами.

— А вы — хотите, чтобы мое сердце разбилось?

Если Эбигэйл надеялась на то, что этими словами сможет растрогать меня, то зря.

— С разбитым сердцем жить можно. А со свернутой шеей — точно нет.

Девушка побледнела.

— Не думаете же вы, будто дядя Николас может…

Я перебила Эбигэйл.

— Я стараюсь вообще об этом не думать. Но знаете, учитывая, кто… тот, о ком нам не следует говорить вслух, то его милость может и попробовать убить меня.

Нет, разумеется, в такую кровожадность лорда я не верила… Но что, если он отошлет меня после того, как эта история всплывет? И тогда до меня в любой момент сможет добраться капитан Фрай.

Подруга вздохнула и вновь улеглась. А потом еще и повернулась на бок так, чтоб даже не видеть меня.

— Эбигэйл, — продолжала я попытки увещевать мисс Оуэн, — ну поймите же вы наконец. По сути, вы влюбились в первого встречного. Что вы знаете об этом человеке? Ничего. Сомневаюсь даже, что вы хорошо запомнили, как он выглядит.

Девушка дернула плечом.

— Уходите, Кэтрин, не желаю этого слушать…

Ну да, всегда неприятно слушать голос разума. Особенно, когда он говорит правду.

— Я пришлю к вам служанку, — бросила я напоследок.

Надеюсь, все эти глупости вскорости вылетят из головы мисс Оуэн. Иначе я просто сойду с ума.

К тому времени, как я дошла до столовой, я уже ощущала необычайное раздражение. Все-таки мое терпение далеко не бесконечно. По дороге я встретила горничную Эбигэйл и попросила присмотреть за девушкой.

Джентльмены уже сидели за столом, и крайне удивились моему появлению. Вероятно, предполагали, будто я все утро проведу у подруги. Мистер Оуэн первым делом осведомился о состоянии своей сестры. Я же… в ответ крайне невежливо предложила ему после завтрака навестить Эбигэйл самому.

Мистер Уиллоби после этих моих слов широко улыбнулся и предположил, что мисс Оуэн уже пришла в себя.

— Как же вы догадались? — спросила я у молодого человека.

— Будь кузина все еще в обмороке — вы бы вели себя куда более сдержанно. Очевидно, что она вас совершенно замучила.

Неплохие выводы. Абсолютно верные.

— Вы бы могли прекратить плести интриги, молодые люди, — мрачно произнес его милость. — И наконец-то сказать мне правду.

И племянники лорда, и, подозреваю, я сама, приняли вид настолько невинный, что это уже само по себе казалось подозрительно. Вельможа переводил взгляд с одного лица на другое… И, кажется, продумывал варианты казни для каждого из нас.

— Интриги? — переспросил мистер Уиллоби. — О чем вы?

Лорд только вздохнул, но выражение его лица не предвещало нам ничего хорошего.

— Роберт, прекратите паясничать!

В этот момент я начала подозревать, что решение присоединиться к мужчинам за завтраком было опрометчивым. И куда безопасней было бы остаться и «наслаждаться» унынием подруги.

— Паясничать? О чем вы, дядя Николас?

Лорд Дарроу пронзил племянника гневным взглядом и смолчал. И больше никто не рискнул даже рта открыть.

Следовало как можно скорей отвлечь хозяина дома от наших замыслов. Иначе нам несдобровать…

И тут словно небо услышало мои молитвы: вошел слуга и сообщил, что мисс Оуэн принесли письмо. Лорд потребовал послание и, получив его, помрачнел еще больше.

Мы с мистером Оуэном и мистером Уиллоби напряженно переглянулись. Кто мог прислать письмо мисс Оуэн? Леди Уайтберри? Так… открыто? Разве это вообще возможно?

И я, и мистер Уиллоби, и мистер Оуэн не сводили с его милости напряженных взглядов. Думаю, не одна я чувствовала в тот момент панику. В последнее время держать себя в руках мне помогала лишь родовая гордость. А нервы понемногу сдавали…

— С каких пор миссис Тамлин начала писать Эбигэйл? — озадаченно спросил лорд, пробежав глазами по имени отправителя на конверте. — Мне казалось, она не склонна к тому, чтобы общаться с родственниками.

Кто такая эта миссис Тамлин я не знала. Но судя по тому, какими озадаченными выглядели племянники после слов дяди, эта дама действительно не отличалась общительностью.

— Быть может, что-то изменилось? — нахмурился мистер Уиллоби.

Лорд отдал письмо слуге и велел ему отнести письмо мисс Оуэн.

— Мисс Уоррингтон, будьте любезны подняться к Эбигэйл, — приказал мне мужчина.

Я подскочила и отправилась исполнять высочайшее повеление.

Если письмо странное, то нужно всенепременно проследить за подругой. Возможно, что-то нечисто… Проще бы было распечатать послание… Но я прекрасно понимала, почему лорд Дарроу так не сделал. Если Эбигэйл увидит — то взрыва не миновать. И тогда она наверняка решит сделать что-то на редкость глупое.

Когда я вошла в спальню мисс Оуэн, та уже вскрыла конверт и была увлечена чтением. Увидев меня, девушка вздрогнула, и первым ее порывом стало спрятать письмо. Но она быстро взяла себя в руки.

— Я думала, вы уж не вернетесь, — произнесла она с тенью недовольства.

Устроившись подле подруги, я вперила в нее бесстрастный взгляд, под которым та, пусть и не сразу, но смутилась.

— Ну как же я могла вас оставить в таком состоянии? — спросила я. — Кто написал вам, дорогая?

Мисс Оуэн побледнела.

— Вы что, стали моею надсмотрщицей? — возмущенно воскликнула она, гневно сверкая глазами. — Я считала, что вы моя подруга!

Вот Эбигэйл и выдала себя. Теперь у меня не имелось и тени сомнения. Родственница не случайно написала моей подруге. Это часть какого-то хитроумного плана… Который не принесет никому ничего хорошего.

— А вы считаете, что я стала прислугой, которая не может спросить о такой малости как письмо? — парировала я холодно. — И я вам не равна? Не имею права задавать вопросы? Быть может, скоро мне будет недозволено садиться с вами за один стол?

После этих моих слов Эбигэйл словно бы опомнилась.

— Кэтрин… Вы…

— Достаточно. Я уже достаточно от вас выслушала.

Я развернулась и покинула спальню подруги, не слушая более ее слов и объяснений. Следовало как можно быстрее найти мистера Уиллоби или мистера Оуэна. В идеале, обоих.

Первым делом я направилась в библиотеку, которая в последнее время слишком часто служила нам своеобразным место сбора. Интуиция меня не подвела: оба племянника лорда обнаружились там.

— С письмом нечисто, — выпалила я с порога.

— Вы прочли? — спросил мистер Оуэн.

— Каким образом? — всплеснула руками я. — Эбигэйл не дала. Да еще и обвинила меня в том, что я стала ее тюремщицей. Не отнимать же было…

Молодые люди посмотрели на меня едва ли не с сочувствием.

— Неужели вы поссорились с Эбби? — спросил меня с изумлением мистер Оуэн.

Словно бы с его сестрой вообще невозможно поссориться… Нет, не спорю, я сама думала также долгое время. Пока не подругу не нашло помрачение, зовущееся любовью.

— Но вы же такая терпеливая, — сказал совершенно не то, на что я рассчитывала, брат Эбигэйл. — Мне казалось, что вас едва ли возможно вывести из себя.

Первый раз кто-то оценил мою выдержку. Обычно все вокруг считали, будто терпение для меня — естественная черта.

— Меня можно вывести из себя, мистер Оуэн, — тяжело вздохнула я. — Более того, вашей сестре это удалось в полной мере. И я не могу предположить, что не так с этим письмом. Сомневаюсь, что оно написано на самом деле не вашей родственницей. Ведь лорду могло взбрести в голову и проверить содержимое.

Племянники его милости были со мною полностью согласны.

— Странен сам факт, что эта леди решила написать… Быть может… Быть может, ее кто-то надоумил это сделать? — предположил мистер Уиллоби. — К примеру, леди Элинор также ее родственница.

Почему бы и нет… Не могла же леди Уайтберри так легко отступиться? Она не показалась мне дамой, которая быстро сдается. Напротив, такая как она, будет до конца идти к своей цели.

— Нам нужно письмо… — пришел к закономерному выводу мистер Оуэн. — Я пошел.

Мы с мистером Уиллоби растеряно переглянулись.

— Куда? — спросила я.

— Зачем?

Мистер Уиллоби явно понял, куда же решил отправиться кузен, и его гораздо больше интересовала цель.

— Пойду забирать у Эбигэйл письмо, — пожал плечами мистер Оуэн.

Подобное заявление до крайности изумило меня. Что значит «забирать у Эбигэйл письмо»? Разве это вообще возможно?

— Вот так просто? — иронично уточнил мистер Уиллоби, полностью разделяя мои сомнения.

Брат моей подруги только развел руками.

— Я все еще любимый брат. А это все-таки письмо от родственницы. Почему бы не прочесть его, верно? Там ведь не должно быть ничего… особенного подозрительного.

Что же, это звучало вполне разумно. Стоило попытаться.

— Тогда удачи тебе, Чарльз, — благословил на подвиг кузена мистер Уиллоби. — Надеюсь, тебе удастся осуществить твой коварный замысел. А мы с мисс Уоррингтон пока прогуляемся по саду и передохнем от всех этих семейных трагедий.

Признаться, подобный план меня устраивал. В последнее время общество мистера Уиллоби становилось все более и более приятным.

— Как вы думаете, вашему кузену удастся заполучить письмо? — поинтересовалась я у молодого человека, когда мы с ним сделали уже третий круг по саду.

На этот раз я оделась по погоде, и прогулка была только в радость.

— Ставлю на Эбби. Влюбленная женщина по упрямству превосходит десяток мужчин, — вынес свой вердикт мистер Уиллоби.

Я нахмурилась.

Уж кто-кто, а мой спутник неплохо разбирался в характерах своих родственников. Да и мне казалось, что для своей цели мистер Оуэн чересчур мягок.

— И что же нам тогда делать?

Молодой человек беспомощно развел руками.

— Можно попробовать проследить за кузиной. Она все равно себя выдаст. Рано или поздно.

Я нахмурилась еще сильней.

— Боюсь, что «поздно» нам не совсем подходит.

Мистер Уиллоби тяжело вздохнул и поежился.

— Ну не пытать же ее в самом деле… Хотя…

Истинный племянник своего дяди. Когда лорд Дарроу шутил, у него тоже выходило чересчур уж мрачно и угрожающе даже.

— Не вариант, — равнодушно ответила я, с тоской смотря на окна Эбигэйл. — Придется наблюдать за тем, как мисс Оуэн последовательно губит себя, чтобы выручить ее в последний момент… Не вижу другого выхода. Она настроена всенепременно уничтожить свою жизнь. Какой мужчина этого стоит?

Вопрос был риторическим и в ответе не нуждался. Но мистер Уиллоби, разумеется, не смолчал.

— Любимый, должно быть.

Вздоха сдержать не удалось.

— Никогда не замечала за вами особой романтичности. Да и неужели вы верите, будто Эбигэйл действительно любит того человека?

Ветер постепенно усиливался и становилось зябко. Я начинала подумывать о том, чтобы вернуться в дом и там уже дожидаться результатов авантюры мистера Оуэна.

— Я не то чтобы романтичен…

После этих слов я начала немного нервничать.

— Но все же в любовь верю, пусть и не в этом случае. Эбигэйл просто слишком долго пробыла взаперти, общаясь только с родными. Теперь же, стоило только кузине вздохнуть свободно — как она тут же вообразила, что без ума от первого же смазливого молодого человека, оказавшегося поблизости. Его фамилия добавила еще немного трагичности — и в результате мы имеем то, что имеем.

Подобное объяснение… Оно мне нравилось. Хотя бы потому, что совпадало с моим собственным мнением по поводу происходящего с мисс Оуэн безобразия.

— К счастью, вы девица благоразумная, пусть и подчас чересчур, — заметил молодой человек, — и романтические бредни вам безынтересны.

— Все верно, — согласилась я. — К великому сожалению моего брата и родителей, я не склонна к тому, чтобы… влюбляться в первого встречного.

Мистер Уиллоби с пониманием хмыкнул. Кажется, мы друг друга понимали все лучше и лучше. Даже удивительно, учитывая наше знакомство.

— Давайте вернемся в дом. Скоро должны подавать ланч. Дядя не одобрит, если мы опоздаем.

Я со вздохом кивнула. Не то, чтобы его милость был таким уж педантом… Но порой становился излишне требовательным к подобным мелочам. В особенности, если он пребывал в дурном расположении духа. Как сейчас.

Когда мы вошли в столовую, мистер Оуэн уже сидел за столом. К счастью, лорд Дарроу пока что не появился, и мы могли свободно беседовать.

— Так что же, Чарльз? — азартно спросил у кузена мистер Уиллоби.

Мистер Оуэн торжествующе улыбнулся.

— Эбби показала мне письмо, — сообщил молодой человек.

Я с облегчением вздохнула. Признаться, не надеялась на благополучный исход… Однако…

— Письмо действительно написано миссис Тамлин, нашей дальней родственницей, что проживает за городом. Пожилая леди почему-то пожелала видеть у себя Эбигэйл.

Мистер Уиллоби красноречиво хмыкнул.

— А ты случайно не скопировал письмо для нас?

Его кузен казался растерянным.

— Нет… А разве следовало?

Я тяжело и трагично вздохнула. Все же лорд Дарроу мудр, чрезвычайно мудр, раз решил передать сыну любимой сестры только деньги и титул. Мистер Уиллоби все же куда больше подходит на место преемника его милости. Он мыслит более здраво и не находится во власти иллюзий подобно Оуэнам.

— Чарльз… Ты слишком наивен. Быть может, письмо написано под диктовку. И там имелись тайные знаки… к примеру, от леди Уайтберри.

— Но…

И все-таки брат и сестра были похожи. По крайней мере, оба отличались некоторой наивностью, которая редко встречается у взрослых людей.

— Чарльз, ты неисправим, — прокомментировал поведение родственника мистер Уиллоби. Мы с ним переглянулись, и я в очередной раз удивилась нашему взаимопониманию.

Тут в столовую вошел хозяин дома, и мы предпочли начать обсуждать погоду.

Разумеется, его милость все понял… И наши игры его изрядно забавляли.

— Как здоровье Эбби? — спросил он.

Ответил ему мистер Оуэн.

— Она чувствует себя гораздо лучше, но предпочла пока побыть у себя в комнате. Сестра хочет отправиться навестить миссис Тамлин. Та ее пригласила.

Улыбка лорда стала чрезвычайно… недоброй.

— Только если с нею отправится мисс Уоррингтон, — произнес мужчина. — И будет приглядывать.

Я почувствовала себя так, словно меня только что приговорили к смертной казни. Но подобное предложение лорда было вполне предсказуемым. Не приходилось сомневаться в том, что его милость никуда не отпустит любимую племянницу без моего присмотра.

— Милорд, быть может, лучше вовсе никуда не отпускать мисс Оуэн? — осторожно спросила я, надеясь, что лорд Дарроу не отпустит свою подопечную.

— У меня нет ни единой причины отказывать Эбигэйл, — пожал плечами мужчина.

Я буквально онемела от подобного заявления. Неужели он не знал… Да нет, совершеннейшая глупость. Его милость просто не мог чего-то не знать. Я беспомощно взглянула на сперва на мистера Уиллоби, затем на мистера Оуэна. Те казались изумленными не меньше меня самой.

— Но, милорд… — начала я, но слушать меня хозяин дома не стал.

— Вы можете отказаться сопровождать мою племянницу, — невозмутимо произнес он.

Отказаться? О Господи… Я могу… Но тогда получится, что это по моей вине подруга не сможет покинуть дом. И я стану смертельным врагом. Если уже не стала…

— Это подло… — тихо пробормотала я под нос.

— Вы что-то сказали? — поинтересовался лорд Дарроу, взглянув на меня.

Я поежилась от его взгляда и поспешно ответила:

— Нет, милорд. Вам показалось.

— Замечательно, — подвел итог он.

Возникло странно ощущение, что меня одурачили. Фактически, вельможа вывел себя из-под удара, предоставив мне почетное право стать для Эбигэйл крайней. И пусть даже мне нечего, по сути, терять, и подруга и так зла на меня… Это не означает, будто мне хотелось портить наши отношения еще больше.

Но как было противостоять лорду Николасу Дарроу?

Племянники вельможи смотрели на меня с сочувствием, но не спешили выступать против решения дяди.

— А я могу отправиться вместе с Эбби и мисс Уоррингтон? — поинтересовался мистер Уиллоби.

И я почувствовала изрядную долю облегчения. Если вместе с нами будет кузен мисс Оуэн… то при необходимости вину мы с ним поделим на двоих.

— Тебе так этого хочется, Роберт? — произнес задумчиво и как будто недобро лорд Дарроу, пристально глядя в глаза племяннику.

Тот словно бы смутился, но на попятный не пошел.

— Да, дядя. Если вы позволите.

Мужчина только усмехнулся после этих слов мистера Уиллоби.

— И… я тоже желал бы навестить миссис Тамлин, — тихо произнес мистер Оуэн.

Все-таки родственная любовь — это великое и чрезвычайно выгодное чувство. Выгодное для меня. Раз уж оно позволяет мне не нести в одиночестве ответственность за судьбу Эбигэйл.

— Какое трогательное единодушие… Что ж, насколько я понял, вы собираетесь к миссис Тамлин, не так ли, мисс Уоррингтон?

Я лишь обреченно кивнула, признавая очевидное.

Пресвятая дева, во что же я на этот раз ввязалась… С легкой руки лорда.

На следующий день я собирала вещи, готовясь к очередному путешествию. Миссис Тамлин жила в пригороде столицы. Мистер Уиллоби упомянул, что эта почтенная леди жила затворницей последние несколько лет, с тех пор, как преставился ее супруг.

Страшно представить, что же пришлось сделать леди Элинор, чтобы добиться помощи от этой дамы. А я ни капли не сомневалась в том, что очаровательная родственница лорда была замешана в этой истории.

Как я и думала, Эбигэйл не обрадовалась тому, что вместе с ней в путь отправляется такая вот «свита». Но его милость высказался предельно ясно: или она едет с нами или же не едет вообще. Мисс Оуэн пришлось подчиниться, но поездка явно потеряла для нее большую часть прелести.

Все верно. Я не собиралась спускать с нее глаз. Ничего хотя бы отдаленно подозрительного не должно было произойти близ мое подруги. Пусть даже она возненавидит меня.

На этот раз мы четверо устроились в одной карете. Не то чтобы это оказалось действительно удобно, но все же куда лучше, чем если бы я и Эбигэйл остались одни. Всему есть предел — даже моему терпению, закаленному борьбой с глупостями двух младших сестер.

Мистер Оуэн был молчалив, зато его кузен говорил за двоих, а то и за четверых. Мисс Оуэн не произнесла ни единого слова, кроме «да» и «нет», да и я словоохотливостью не отличалась. Впрочем, я никогда не была слишком разговорчива.

— А какова миссис Тамлин? — решила все же узнать я о даме, что пригласила к себе мою подругу.

На это мистер Уиллоби лишь развел руками.

— Понятия не имею. Я видел ее лишь пару раз, когда был еще совсем ребенком. Тогда она показалась мне заурядной личностью, обделенной какими бы то ни было достоинствами, кроме кроткого нрава.

Мисс Оуэн взглянула на родственника с осуждением.

— Роберт, ты слишком пристрастен. И, мне кажется, для тебя все вокруг лишены каких бы то ни было достоинств. Помимо тебя самого.

Молодой человек взглянул на кузину с иронией.

— Ну что ты, моя дорогая. К примеру, я считаю, что мисс Уоррингтон чрезвычайно умна и предприимчива. А Чарльз терпелив и добродушен. Достоинства нашего дяди… Думаю, я потрачу слишком много времени, чтобы перечислить их все. Но в одном ты права: я действительно считаю, что являюсь кладезем разнообразных достоинств. А вы как считаете, мисс Уоррингтон.

Улыбнувшись, я ответила:

— Вашим наиболее весомым достоинством, несомненно, является скромность.

Племянник лорда Дарроу расхохотался.

— Ваше чувство юмора восхитительно.

Кажется, сегодня я получила больше комплиментов, чем за последние несколько лет.

— И ты ничего не сказал обо мне, — тихо произнесла Эбигэйл, опуская глаза. Сейчас она казалась мне почему-то совершенно несчастной. Неужели только из-за того, что кузен решил не воспевать ее совершенств по какой-то совершенно непонятной мне причине?

— Не хочу, — развел руками мистер Уиллоби. — Я не хочу сейчас ничего о тебе говорить.

Миссис Тамлин жила в странном доме, как мне показалось. Он выглядел слишком уж запущенным. И сад вокруг него наводил на мысли, что садовник заблудился в этой чащобе и так и умер где-то там.

Мне оставалось только растеряно оглядываться.

— Господи Боже мой… — произнесла я. — Вы уверены, что здесь вообще кто-то живет?

Племянники лорда Дарроу казались растерянными не меньше меня. Даже уже ставшее привычным отстраненное безразличие Эбигэйл отступило.

— Быть может, мы приехали не туда? — немного растеряно произнес мистер Оуэн.

Но кучер заверил, что мы прибыли именно туда, куда должны были.

— Мне как-то не по себе, — сказал мистер Оуэн, когда мы оказались на крыльце. Хозяйка дома и не подумала нас встречать. — Быть может, это дом с привидениями?

Предположение было настолько абсурдным, что я даже готова была в него поверить…

— Не волнуйся, Чарльз, мисс Уоррингтон не боится привидений и наверняка нас спасет.

Я возмущенно ахнула после такого вот заявления.

— А кто спасет меня?

Молодые люди переглянулись, после чего мистер Оуэн предположил:

— Дядя Николас, быть может?

— Очень смешно, — отозвалась я со вздохом.

Не так давно прошел дождь и похолодало, поэтому стоять на крыльце мне было не слишком приятно. А ветер все усиливался.

Однако нам все же открыли спустя несколько минут.

Старая служанка выглядела так, будто готова была преставиться в любой момент. И, казалось, появление гостей ее до крайности удивило.

— Мне кажется, тут вообще никого не ждали… — прокомментировал вполголоса мистер Уиллоби, беря меня под руку.

У меня также возникло такое подозрение. Разве так встречают гостей?

Мисс Оуэн казалась смущенной больше всех прочих.

Внутри дом не казался таким запущенным, как снаружи, но я чувствовала тот странный, чуть сладковатый запах, который неотступно следует за старыми людьми. И старыми вещами.

Миссис Тамлин, хозяйка дома, с трудом спускалась по лестнице, тяжело опираясь на перила.

Господи, я бы назвала ее… древней.

— Здравствуйте, мои дорогие… — скрипуче поприветствовал она племянников лорда Дарроу. О том, что к ней явился еще и кто-то незнакомый, старушка, должно быть, даже не поняла.

Вряд ли ей могло прийти в голову приглашать в дом гостей.

— Мне кажется, что мы не вовремя, — еле слышно пробормотал мистер Уиллоби. — Эбигэйл, ты ничего не напутала?

За младшую сестру ответил мистер Оуэн.

— Нет… Я сам читал это письмо.

Миссис Тамлин улыбалась нам вполне любезно, но не казалось, будто она действительно ожидала приема гостей.

— Вы нас… приглашали? — чуть растеряно спросила мисс Оуэн у хозяйки дома.

Там сперва задумалась, а потом подтвердила, что действительно посылала дальней родственнице то злополучное письмо.

Я переглянулась с молодыми людьми. Было вообще непонятно, зачем мы здесь…

— А… зачем вы меня приглашали? — спросила Эбигэйл. Кажется, она понимала в происходящем примерно столько же, сколько и остальные. То есть вообще ничего не понимала.

Утешало только то, что в доме миссис Тамлин нас не встретила еще и леди Уайтберри. Хотя… мы ведь только приехали… И у этой достойной дамы есть все шансы еще присоединиться к нашему обществу.

Комната была подготовлена только одна. Письмо Эбигэйл, в котором упоминалось о том, что она приедет в сопровождении родственников и подруги, то ли не было получено миссис Тамлин, то ли старушка о нем попросту забыла.

Слуги в доме были немногим моложе хозяйки, так что… так что мы с подругой снова оказались вынуждены делить одну спальню на двоих. Для джентльменов также подготовили лишь одну комнату, что совершенно никуда не годилось… но мистер Уиллоби и мистер Оуэн только махнули рукой, понимая, что спорить бесполезно. Почти вся прислуга была туга на ухо. Особенно, если у них просили чего-то трудоемкого…

В итоге мы вчетвером устроили «военный совет» в спальне, приготовленной для мисс Оуэн. Разумеется, сама мисс Оуэн нам изрядно мешала, но выгонять девушку в коридор мы посчитали неуместным.

— По-моему, нас все-таки никто не ждал… — пессимистично произнес мистер Уиллоби, растирая виски. — Старуха, кажется, если не выжила из ума, то в шаге от этого. Зачем ей Эбигэйл?

Девушка тяжело вздохнула и подошла к окну.

— Эбби, ты рассчитывала на встречу с леди Элинор? — прямо задал вопрос мистер Оуэн.

Эбигэйл еле слышно вздохнула, но все же ответила.

— Рассчитывала. Но… я не уверена, что леди Элинор могла бы приехать… в подобное место.

При всей ее доброте, мисс Оуэн явно не слишком нравилось находиться в старом доме.

Мистер Уиллоби также склонен был считать, что леди Уайтберри не снизошла бы до жилища миссис Тамлин.

— Я видел на стене такую громадную трещину, что не удивлюсь, если вскоре этот дом вовсе развалится, — передернув плечами, — заметил молодой человек. — Думаю, завтра нам лучше уехать. Раз уж этот визит в сущности не нужен никому.

Я видела, что мисс Оуэн хотела возмутиться… Но все же передумала.

— Соглашусь с тобой, Роберт, — кивнул мистер Оуэн. — Мне в этом доме неспокойно… Думаю, стоит вернуться в столицу как можно скорей. А вы что скажете, мисс Уоррингтон?

Удивительно, что мое мнение по этому вопросу заинтересовало племянников лорда Дарроу.

— У меня нет ни единой причины, чтобы желать остаться в этом доме, — пожала плечами я.

Эбигэйл никто ни о чем не спрашивал. Но, кажется, это ее не удивило и даже не особо расстроило.

— Отлично, — подвел итог мистер Уиллоби. — Значит, завтра уезжаем сразу после завтрака. Мисс Уоррингтон, Эбби, не распаковывайте багаж.

Мисс Оуэн и не подумала спорить или просить задержаться в доме миссис Тамлин. Она даже, казалось, была немного встревожена.

Да и меня не оставляли странные дурные предчувствия. Кому понадобилось, чтобы Эбигэйл оказалась здесь… Да и Эбигэйл ли? Ведь ясно же, что одну ее дядя бы никуда не отпустил, непременно отправил бы ее брата… и меня. Уже долгое время я практически неотлучно следовала за подругой.

От этой мысли я едва не рассмеялась.

Словно бы нужна была кому-то бесприданница Кэтрин Уоррингтон. Какая редкостная нелепость.

Молодые люди попрощались, пожелали нам с Эбигэйл доброй ночи, и вышли из комнаты.

— Кэтрин, скажите, мы попали в беду? — внезапно спросила меня подруга, когда мы с ней уже готовились ко сну.

Горничной к нам также не приставили, и пришлось все делать самим. Меня это не то чтобы затруднило… Однако же я уже привыкла к некоторым привилегиям, которые получала в доме лорда Дарроу, и внезапно оказаться без них оказалось неприятно.

Я пожала плечами.

— Вроде бы нет ни единой причины предполагать подобное.

Эбигэйл всплеснула руками.

— Кэтрин, просто скажите!

Тяжело вздохнув, я спокойно и почти что безмятежно произнесла:

— Как по мне, так да. Мы попали в беду. И, думаю, большую.

В комнате повисло неловкое напряженное молчание. Мисс Оуэн беспомощно смотрела на меня и явно плохо понимала, что же ей следует говорить.

— Это я во всем виновата? — спросила девушка.

— Да, — и не подумала лгать я.

Сама я не прекращала переодеваться в ночную рубашку. Дорога была нелегкой, я устала, и тело требовало законного отдыха.

— Но… — тихо начала мисс Оуэн.

Кажется, она собиралась оправдываться. Словно бы это как-то нам помогло.

— Не стоит, Эбигэйл, давайте спать.

Подруга словно бы ушам своим не верила.

— Вы говорите, мы попали в беду… И при этом собираетесь лечь спать?!

Пришлось объяснять очевидное.

— От беды мы попробуем отгородиться комодом.

Племянница лорда Дарроу смотрела на меня так, будто я сошла с ума.

— О чем вы? Какой комод?! — воскликнула она. В голосе мисс Оуэн звенела с трудом сдерживаемая истерика.

Я кивнула вправо.

— Вот этот комод. Помогите мне его придвинуть к двери.

Мисс Оуэн едва не расплакалась.

— Вы думаете, что нас спасет комод?!

— Я думаю, что если от этой беды нельзя спастись при помощи комода, то не будет иметь значения, спим мы или бодрствуем.

Когда мы наконец улеглись, я обреченно поняла, что сон не идет. И, возможно, не придет вообще. Слишком уж сильно я волновалась… Эбигэйл тоже ворочалась.

Через полчаса мучений я услышала:

— Простите меня, Кэтрин.

Было чему удивляться.

— За что мне нужно простить вас? — решила на всякий случай уточнить я, чтобы не возникло недопонимания. После многих лет общения с младшими сестрами я пришла к выводу, что во время примирения лучше сразу выяснить, кто и в чем является неправым.

— Я дурно вела себя с вами с тех самых пор, как мы приехали в столицу… И потом… я не имела права всего этого говорить вам… Ведь… Я знаю, кто такой мистер Грей… И все понимаю… Но это так больно… Я действительно люблю его…

Говорила Эбигэйл с горячностью, постоянно сбиваясь… И это показалось бы мне даже трогательным… Если бы не раздражало так сильно.

— Вы же понимаете, что брак между вами невозможен… Даже если каким-то чудом окажется, что этот джентльмен вообще пожелает просить вашей руки, — устало произнесла я, тихо вздохнув. — Ваш дядя меня убьет… А вас поспешно выдаст замуж…

Ну, даже если не убьет… То точно заставит меня пожалеть о том, что я не доглядела за подругой.

— Дядя… Он должен понять… — не слишком-то уверено пробормотала девушка. — Он же… Он же любит меня…

— Именно поэтому он костьми ляжет, но не допустит того, чтобы ваша склонность… развилась в нечто большее.

Эбигэйл тихо всхлипнула. Так тихо, что мне сперва даже подумалось, будто это только померещилось. Однако всхлип повторился.

— Но что же мне делать?

Я грустно улыбнулась. В темноте можно было позволить себе любую гримасу.

— Ждать. Время все лечит и все стирает. Через пару-другую месяцев вы будете вспоминать свои нынешние чувства как дурной сон.

Какое-то время мисс Оуэн ничего не отвечала. Молчала. Только дышала тяжело, словно бы пыталась сдержать рыдания.

— Вы… Вы так уверены… Вас время вылечило?

Вопрос был неприятным…

— С чего вы решили, будто бы мне вообще нужно было исцеление? — с растерянностью спросила я у подруги.

Та в темноте нашла мою ладонь и чуть сжала.

— Потому что… Я знаю. И все тут.

Почему бы и не ответить правду?

— Вылечило. И довольно быстро. Едва зародившаяся влюбленность — это пламя, которое горит ярко, но и сгорает быстро, если не подбрасывать дров. Вы встретите иного джентльмена, куда более достойного. Которого одобрит ваш всесильный дядя. И будете совершенно счастливы в браке.

— Ах, если б… — тихо и горько ответила мисс Оуэн и отпустила мою руку.

Оставалось только надеяться на то, что разум в ней возьмет верх над пагубной страстью.

И тут в коридоре раздался как будто бы какой-то стон… или же не стон… Но звук показался мне до крайности подозрительным…

— Кэтрин, что это? — прижалась ко мне мисс Оуэн. Бедняжка дрожала… Если бы я была одна — тоже дрожала бы, просто не смогла бы удержаться. Но нельзя было показывать свой страх Эбигэйл…

— Если б я знала… — пробормотала я, усаживаясь на постели.

Еще месяц назад я бы непременно отправилась выяснять, что же происходит. Сейчас… Сейчас я поняла, что мне чудовищно лень отодвигать комод назад. Да и не оставлять же одну мисс Оуэн.

Та дрожала и изредка всхлипывала.

— Мне страшно… — тихо произнесла подруга.

Наверное, я должна была ее утешить, сказать, что все будет хорошо… Но утешать я никогда не умела. А теперь еще и не хотела.

— Мне тоже страшно, — сообщила я Эбигэйл, тяжело вздохнув.

— И что нам делать?

Что делать?

— Ждать, — откликнулась я, пожав плечами.

Изумление мисс Оуэн словно бы стало ощутимым.

— Ждать?! Кэтрин, вас что, подменили?! Вы — и ждать?! Вы же никогда ничего не боялись!

Не удалось сдержать нервный смешок.

— Я никогда ни во что не верила. А вот теперь — верю. Что бы там ни было, я пока лучше посижу и подожду. Прежде мне не была присуща подобная… безынициативность, верно…

Снаружи раздался как будто бы вскрик. И голос, к несчастью, оказался знаком и мне, и моей подруге.

— Чарльз! — ахнула Эбигэйл, вскочив с кровати и кидаясь к злополучному комоду. Благо, чтобы отодвинуть его самостоятельно у хрупкой мисс Оуэн попросту не хватало сил. — Кэтрин, нам нужно наружу! Брат…

Я покачала головой.

— Вы думаете, будто можете помочь чем-то мистеру Оуэну? — уточнила я. Уже и так прекрасно зная ответ.

— Нет! Но разве это причина?! Вы думали о том, что можете поймать призрака, когда побежали за ним?

Господи, нашла о чем вспоминать…

— Я тогда не верила в призраков! — недовольно воскликнула я. — Я побежала за обманщиком!

Эбигэйл всплеснула руками.

— И что вы собирались ему сделать?!

На этот вопрос у меня не было ответа. Поэтому пришлось опять молча двигать комод, хотя здравый смысл подсказывал, что это просто невероятно огромная ошибка.

Дверь в коридор я открыла, внутренне содрогаясь. Стоны из коридора все также продолжали доноситься. Пришлось вспомнить о родовой гордости, прежней храбрости…

— Кэтрин… — тихо всхлипнула Эбигэйл, когда я уже собиралась сделать шаг наружу. — Мне страшно…

Со вздохом спросила:

— Возвращаем комод на прежнее место?

Девушка упрямо мотнула головой.

Когда я открыла дверь, первые несколько секунд мне не удалось произнести ни единого слова… Зато потом…

— Мистер Уиллоби, позвольте спросить, что вы делаете посреди ночи на полу в коридоре? — настороженно спросила я у кузена подруги.

Тот мученически посмотрел на меня и продолжил растирать ногу.

— Миссис Тамлин экономит на свечах… — простонал он. — И этот чертов рассохшийся пол!

М-да… Вот тебе и мистика.

— Вывих? — предположила я.

Учитывая, как молодой человек стонал, можно было заподозрить и перелом… Но я решила в кои-то веки понадеяться на лучшее.

— Думаю, растяжение, — отозвался мистер Уиллоби. — Нелепость какая…

Возник другой вопрос.

— А зачем вы решили ночью побродить по дому?

Мистер Уиллоби должно быть недовольно взглянул на меня… Но из-за темноты я этого увидеть не могла.

— А вы зачем решили из комнаты выйти?

Тут я смутилась, не зная, что же ответить… Ну не говорить же, что по наущению Эбигэйл я решила пойти искать неприятности? Это бы испортило мою репутацию в глазах племянника его милости.

— Вот и я решил прогуляться по дому по той же причине, — совершенно правильно истолковал мое молчание мистер Уиллоби. Наше взаимопонимание понемногу начинало пугать.

— И каковы же ваши успехи? — решила осведомиться.

Было попросту интересно, насколько далеко кузену моей подруги удалось уйти от порога комнаты.

— Скромны… — откликнулся он. — Кажется, слышал что-то странное. И вроде бы какая-то тень мелькнула в конце коридора.

Ну, нам вот тоже странные звуки послышались. И во что это в итоге вылилось?

— Слуга, должно быть…

Молодой человек громко фыркнул.

— Здешние слуги так быстро не ходят: боятся на ходу рассыпаться.

Резонное замечание, тут уж не поспоришь… Все обитатели дома отличались редкостной… неторопливостью.

— Роберт, но где мой брат? Где Чарльз? — испуганно спросила кузена Эбигэйл.

Благополучие мистера Оуэна сейчас девушку беспокоило куда больше странностей дома.

— Спит Чарльз. Спит, — недовольно произнес мистер Уиллоби, как будто своей безучастностью к тайнам дома миссис Тамлин мистер Оуэн совершает поистине страшное преступление.

— Что ж, хоть кто-то здесь разумен, — философски отозвалась я.

Если быть до конца честной, то мне бы сейчас тоже хотелось просто уснуть. И ни о чем не беспокоиться. Но, увы, на это можно было не надеяться.

— Роберт, ты можешь встать?

Мистер Уиллоби тяжело вздохнул и решил проверить на практике, насколько же сильно он пострадал. Вставал молодой человек медленно, осторожно, словно опасаясь упасть снова. Однако племянник лорда оказался на редкость удачлив: его нога действительно не слишком сильно пострадала.

— Может, еще побегаю за здешними… привидениями, — легкомысленно пожал плечами мистер Уиллоби.

Я выразительно фыркнула. Лично мне казалось, что сегодня этот джентльмен уже добегался.

— Тебе нужно немедленно лечь! И приложить к ноге что-то холодное! Да и какие привидения, о чем ты, Роберт? Должно быть, тебе просто померещилось, и ничего больше, — быстро залепетала Эбигэйл, поддерживая кузена под руку. Не то, чтобы это ему действительно требовалось… но редко проявляемая мистером Уиллоби тактичность на этот раз дала о себе знать. Отталкивать мисс Оуэн он не стал.

— Эбигэйл, я не впечатлительная барышня, чтобы мне мерещилось невесть что, — недовольно произнес он. — Мне ничего не мерещится. Никогда. Я действительно видел какую-то странную тень…

Шпильку на тему впечатлительной барышни Эбигэйл покорно проглотила.

— Между прочим, это еще хуже, — прокомментировала я слова мистер Уиллоби. — Как по мне, так лучше бы уж вам померещилось.

Из другого конца коридора донесся стон… И на этот раз куда более… душераздирающий, чем те, что издавал племянник его милости.

— А может быть, мистер Оуэн все-таки вышел из комнаты? — осторожно поинтересовалась я у мистера Уиллоби. — И также, как и вы, растянул ногу?

Признаться, я очень надеялась на то, что это будет действительно лишь мистер Оуэн, но молодой человек поспешил меня разочаровать.

— Нет, мой кузен совершенно точно спит…

Я тяжело вздохнула и передернула плечами.

— А кто же тогда стонет?

Мистер Уиллоби нервно хохотнул.

— Ну, быть может, кто-то из слуг все-таки развалился?

Ну разумеется… Так и поверила.

— Жаль, что здесь темно, — удрученно вздохнул племянник лорда Дарроу. — Думаю, у вас сейчас совершенно дивное выражение лица.

Не удержалась и сказала:

— Порой мне хочется вас убить… Сильно.

Молодой человек рассмеялся.

— Какая же это радость — знать, что твои чувства полностью взаимны.

Можно было бы посмеяться… Вот только не выходило. Слишком уж страшно было. Вокруг словно бы сгущалась тьма… И эти проклятые стоны… Словно бы там кто-то умирает.

— Мне кажется, или оно приближается? — дрожащим голосом спросила мисс Оуэн, стискивая мою руку до боли.

Звук действительно как будто бы приближался… И мне становилось уже, откровенно говоря, страшно.

Но что же делать? Куда бежать? Да и как бежать? Ведь тогда придется бросить мистера Уиллоби. Не то чтобы я испытывала к нему особо теплые чувства, однако же нельзя бросать человека на произвол судьбы.

— Кэтрин, мне страшно… — выдохнула мисс Оуэн, явно намереваясь коварно упасть в обморок.

И это меня совершенно не устраивало. Что же, опять со всем справляться мне одной? Один калека и одно бесчувственное тело…

— Держите себя в руках, Эбигэйл! — велела я подруге, искренне надеясь на то, что она подчинится.

Затем мы услышали шаги. Не тяжелые… Вовсе нет. Но… все равно жуткие. Словно бы кто-то подволакивал ноги при ходьбе…

— Может, вам лучше вернуться в комнату и запереться? — почти что спокойно предложил нам с мисс Оуэн мистер Уиллоби.

Признаться, предложение было до крайности соблазнительным… Вот только…

— А вы? — осведомилась я, всматриваясь в темноту. — Я вас не смогу перенести…

Молодой человек вздохнул.

— Ну… А я останусь здесь…

Подобная перспектива не особенно радовала мистера Уиллоби, но он явно не желал подвергать опасности свою кузину и меня.

— Тогда я тоже останусь здесь, — приняла решение я. — Эбигэйл, вернитесь в спальню и закройтесь.

Да, вряд ли я смогу хоть чем-то помочь племяннику его милости… Но…

Но и бросить его я не смогу. Мне потом он до конца жизни сниться будет в кошмарах.

— Кэтрин, но как же… — всхлипнула мисс Оуэн. Я только упрямо мотнула головой. Меня можно обвинить во многом, однако не в трусости.

Моя подруга тихо всхлипнула, но упрямо осталась на своем месте.

Звуки все приближались… Зубы стучали все громче. Увы, не только у Эбигэйл, мне также отказало самообладание.

— Мисс Уоррингтон, быть может, вам стоит вернуться… — тихо произнес мистер Уиллоби, когда уже казалось, что существо совсем близко. — Вместе с Эбигэйл. Сейчас не время для нелепого геройства.

Да, он был совершенно прав. Что бы ни происходило в доме миссис Тамлин, добром для нас это вряд ли обернется. Так шуметь посреди ночи будут точно не ангелы…

— Эбигэйл, уходите, — вновь потребовала я, вглядываясь в темноту.

Мисс Оуэн замялась, словно бы раздумывая, как именно следует поступить. Я надеялась, что здравый смысл окажется в ней сильней благородных порывов… Увы, я оказалась неправа. Любая другая давно бы уже спряталась в шкафу, но Эбигэйл упорно храбрилась, пусть и казалось, что бедняжка вот-вот лишится чувств.

— Мисс Уоррингтон, я уже начинаю сомневаться в выборе дяди, — недовольно буркнул мистер Уиллоби, напряженно вглядываясь в темноту. — Вы должны заботиться о безопасности моей кузины!

Я только пожала плечами. Перечень моих обязанностей никто и никогда со мною не оговаривал. А раз так — то я была совершенно свободна в своих поступках и суждениях. По крайней мере, пока его милость лорд Дарроу не сказал обратного.

Когда из-за поворота показалась сгорбленная тень, я пожалела обо всем и сразу. Но бежать уже точно было некуда, да и бросать мистера Уиллоби и мисс Оуэн… этого я сделать просто бы не смогла. Не смогла бы — и все тут.

— Живая душа… — весьма отчетливо услышала я.

Сказаны эти слова были с таким выражение, что живая душа была в шаге от того, чтобы стать безнадежно мертвой. Эбигэйл позади меня испуганно ахнула, но звука падающего тела я не услышала. Стало быть, все еще держится. Смелая девушка.

Тень ужасала. В том числе и потому, что в темноте не удавалось ее толком разглядеть. Бурное воображение в подобных ситуациях никогда не помогает… Тем более, когда ему предоставлен полный простор.

— Живая душа… — вновь повторило жуткое существо, и как будто бы стало двигаться гораздо быстрее.

Всякой смелости и всякому упрямству есть предел. Я это поняла очень ясно. В тот момент я истово начала молиться Создателю, прося о спасении для себя и тех, кто вместе со мною оказался под крышей негостеприимного дома миссис Тамлин. Однако мои грехи, видимо, оказались чересчур велики. Небеса не откликнулись.

Темноту на миг разрезала молния серебряного клинка — и тень исчезла с ужасающим воем. Передо нами стоял Охотник, столь же прекрасный, сколь и пугающий. Он будто бы источал мертвенное сияние…

— Создатель… — прошептала еле слышно мисс Оуэн.

Фэйри еле заметно поморщился. Вера Эбигэйл оказалась куда крепче моей.

— Ты любишь попадать в беду, дева, — с улыбкой обратился ко мне нечистый дух. Я же не знала, как вести себя… Благодарить? Но не принесет ли благодеяние Охотника куда больше бед, чем то неизвестное чудище, от которого он нас спас?

— Фэйри, — то ли восхищенно, то ли испуганно ахнула мисс Оуэн.

Реакция мистера Уиллоби оказалась куда как определенней: он просто выругался, забористо и с душой. Романтических иллюзий по поводу дивного народа у него не имелось. Равно как и надежд на то, что Охотник решил помочь нам бескорыстно, из одного лишь милосердия. У фэйри всегда есть свой интерес.

— Вы попали в дурное место, смертные. Тут только смерть, — произнес Охотник, с которого слетела вся его напускная веселость. — Вы погибнете тут.

Племянник лорда Дарроу горько рассмеялся.

— Мы как-то уже это поняли.

Я смотрела в глаза Охотнику, понимая, что он не просто так сказал все это. Фэйри что-то предлагает. Сделку, быть может? Но какую цену может это существо попросить за наше спасение? И сможем ли мы ее оплатить? Меня понемногу начинало трясти. От страха ли, от волнения — я совершенно не понимала. В тот момент фэйри показался мне куда страшней того неизвестного чудища, которое он победил. Потому что раньше от нашего — моего — выбора не зависело практически ничего, сейчас же мне придется принимать решение, от которого будет зависеть моя будущность и будущность племянников лорда Дарроу.

— В этом доме все давно мертвы, — тем временем продолжал рассказ Охотник. — И лишь память о жильцах наполняет этот дом.

Мертвы?

— Но миссис Тамлин?.. Как же?.. — тихо спросила мисс Оуэн. И вцепилась до боли в мое плечо. Неожиданно это ощущение помогло мне прийти в себя, вновь вернуть привычное самообладание.

Фэйри хмыкнул.

— Умерла в собственной постели. Отпета и похоронена на кладбище. Вот уже три месяца как. Большинство слуг, что работали в доме, также отошли в иной мир. А дом пустует. Наследники не рискуют приезжать сюда. Слишком много дурных слухов ходит о доме. И большая часть из них правдива.

Мертвы…

Мы приехали по приглашению давно и безнадежно мертвой старухи в пустующий дом, который населен то ли привидениями, то ли… Создатель… Это все больше и больше походило на ловушку, которую приготовили для мисс Оуэн. А, может, и не для нее одной. Ведь вряд ли кому-то придет в голову, что молодая девушка будет путешествовать без старших родственников.

— Вам не выбраться отсюда самим, — подтвердил мои худшие опасения фэйри.

Не выбраться самим — значит, с чужой помощью нам удастся покинуть проклятый дом.

— Это предложение? — сразу перешла к делу я.

Охотник усмехнулся и кивнул.

— Ты права, дева. Я предлагаю помощь. Вам четверым. Вы покинете мертвый дом целыми и невредимыми. С моей помощью.

А теперь пришло время для самого интересного.

— Что взамен? — спросила я, не отводя взгляда.

Охотник рассмеялся.

— Не бойся, смертная. Я не попрошу невозможного. За мою помощь ты станешь моей дамой на Осеннем балу. Как видишь, ничего ужасного.

Слишком уж все казалось простым. На лице буквально против воли появилась хмурая гримаса.

— Кэтрин, не вздумайте! — прошептал мне мистер Уиллоби едва ли не с паникой.

Фэйри остался невозмутим, однако, произнес:

— Другой платы я не приму.

Все казалось слишком уж простым и безобидным, чтобы быть таким на самом деле. Фэйри Неблагого двора не станут проявлять бескорыстие, тут и сомневаться не приходилось. Как и любые фэйри. Сказки, которые доводилось слышать в детстве, я прекрасно помнила.

— И в чем подвох? — мрачно спросила я, не рассчитывая особо на честный ответ.

Нечистая сила обманывает, даже если не врет открыто.

— А он должен быть? — задумчиво произнес Охотник. Его лицо сохраняло полнейшую безмятежность. Разве что во взгляде полыхало адово пламя.

— Кэтрин, прошу вас! — практически умолял меня мистер Уиллоби. — Это в любом случае ловушка! Он обманет вас!

Словно бы я сомневалась… Но выбора все равно не было. Если я откажусь — погибнем мы все. Даже если в итоге я сгину… то в любом случае остальные трое спасутся. И это главное.

— Никакого подвоха, дева, — мягко и вкрадчиво произнес фейри. Ты будешь моей леди на балу. И за это я спасу вас всех.

Я тихо вздохнула.

— А когда я вернусь назад с этого вашего… бала?

Охотник ответил, не раздумывая:

— Как только бал закончится.

— Кэтрин! — закричал мистер Уиллоби, даже пытаясь подойти поближе. Первый же шаг едва не обернулся падением, что, однако, не помешало молодому человеку продолжать протестовать против моего решения.

— Кэтрин, я не позволю! Вы…

Словно бы он на самом деле мог мне хоть что-то не позволить…

— Я согласна, — сказала я, внутренне содрогаясь.

Он несомненно меня обманул. Фэйри не мог не обмануть, я даже не надеялась на иное. Но ради мисс Оуэн, ее брата и кузена я готова была пойти на эту сделку.

— Ты уверена, дева? — переспросил меня Охотник.

— Да! — решительно кивнула я, стараясь не думать о том, что же я наделала и как придется расплачиваться за помощь фэйри Неблагого двора.

Я попыталась сделать шаг вперед, но в мою руку вцепилась Эбигэйл, которая едва не рыдала. Кажется, все ее иллюзии исчезли.

— Кэтрин, молю… — всхлипнула моя подруга, удерживая меня на месте. — Не надо.

Я решительно высвободилась. Лучше отделаться малой кровью. Что бы ни сделали со мною фэйри, вряд ли создания, населившие дом миссис Тамлин будут ко мне милосерднее…

— Так нужно, Эбигэйл, — произнесла я. И голос мой все же дрогнул. Какой бы смелой я ни была, всему есть предел.

Фэйри протянул мне руку.

— Мои спутники!.. — потребовала я, глядя на ладонь Охотника как на ядовитую змею.

Тот усмехнулся.

— Я выполняю свои обещания.

И мистер Уиллоби исчез, как и его кузина. Я не знала, что же с ними случилось на самом деле. Оставалось только довериться Охотнику и надеяться на то, что тот сдержит слово.

— А что с мистером Оуэном?

Нечисть рассмеялась.

— Не бойся, дева. Я не забыл о втором мужчине. Все твои спутники ныне уже дома. Настало время для платы. Дай мне руку.

Фэйри говорил мягко и уверенно, он убеждал умело. Я подчинилась, чувствуя, как внутри все обрывается.

Создатель… Во что я ввязалась?

Ладонь Охотника была прохладной, словно вода в ручье летом.

Едва я коснулась руки фэйри, как мир вокруг меня начал стремительно меняться. Краски сперва поблекли, потом вдруг обрели удивительную яркость, после чего все как будто заволокло туманом.

— Что это? — испуганно ахнула я, вцепившись в руку моего спутника.

Как бы ни относилась я к охотнику, как бы ни боялась его, однако в тот момент он оказался единственной для меня точкой опоры.

— Это наши пути. Пути фэйри, — мягко пояснил Охотник, чуть сжимая мою ладонь. — Не бойся. Ты в безопасности, ведь ты моя дама.

Хотелось ему верить. А еще хотелось верить, что я вновь окажусь в доме лорда Дарроу, рядом со своей подругой. Или вообще окажусь в мире людей.

Когда туман рассеялся, я увидела, что стоим мы посреди длинного пустого коридора. Белые мраморные стены. Белый мраморный пол. И белый потолок, который словно излучал сияние. Люди не могли сотворить подобного.

«Создатель всеблагой… Я же в чертогах фэйри…»

Наверное, это было заветной мечтой Эбигэйл, оказаться среди народа холмов. Вот только она наверняка представляла себе в качестве спутника рыцаря из благих фэйри, а не того, кто ночами несется по бездорожью, приводя в ужас людей.

Хотя лично меня в ужас приводил шут Благой королевы…

— И все же тебе страшно. Почему? — разумеется, почувствовал мое смятение дивный.

Я отвела взгляд. Смотреть в глаза нечисти опасно.

— Потому что вы обманули меня, — тихо откликнулась я.

Сомнений в правдивости этих слов не имелось. Не удавалось понять, как именно, но Охотник несомненно обманул меня, и я еще успею десять раз пожалеть о своем опрометчивом поступке.

Прохладные пальцы подцепили моей подбородок. Охотник заставил меня смотреть ему в глаза.

— То есть ты изначально была уверена, что ты попадешь в беду? — вкрадчиво спросил фэйри.

Я на мгновение опустила веки, признавая его правоту. Я была уверена, что он обманул меня, пусть и пыталась надеяться на лучшее. Но верить в благополучный исход сложно, если связался с неблагим фэйри.

— И все равно согласилась… Ради них? Своих спутников?

И снова я согласилась.

— Удивительно… Я наблюдал за тобой. Долго наблюдал. И не считал, что ты можешь вот так пожертвовать собой… Смертные порой умеют изумлять.

В ответ я рассмеялась. Разве же это жертва? Отвергни предложение охотника — и погибли бы все. Я просто дала нам шанс.

— Я не зря выбрал тебя своей дамой, — удовлетворенно кивнул фэйри, взяв меня под руку. — Осенний бал важен. Приходит время моего народа, наши благие собратья уступают место.

Что ж… Меня только утешало, что время благих фэйри заканчивалось.

— Когда я вернусь домой? — тихо спросила я.

Охотник ухмыльнулся и сказал то, что я слышала от него прежде:

— Когда закончится Осенний бал, дева. Только тогда ты вернешься в тварный мир. Ты мне обещала.

Разумеется, я обещала… И это обещание держать придется, хочу я этого или нет. Фэйри просто не позволит мне сбежать из холмов.

— Тебе понравится, — без тени сомнения произнес фэйри, беря меня за руку.

Он вел меня по бесконечному коридору и с каждым шагом одежда моя менялась. Вместо ночной рубашки и накинутого поверх теплого халата на мне оказалось дивное платье странного кроя, будто созданное из лунного света. Дыхание перехватило от восторга. Никогда не доводилось мне видеть ничего подобного, да и наверняка человеческие руки были неспособны создать такую красоту.

Издалека доносилась музыка. Чудесные звуки, которые просто не могли издавать инструменты, созданные людьми. Мелодия завораживала, погружала сознание в счастливые грезы.

— Это… бал? — изумленно спросила я у спутника.

Тот лишь кивнул. И тут я поняла, что, пожалуй, первый раз в своей жизни иду на бал в прекрасном наряде, с кавалером… Не будь мой спутник фэйри, я могла бы, пожалуй, даже порадоваться такому повороту событий…

Охотник подвел меня к возникшей в стене двери и собирался уже открыть ее… Но тут мы услышали:

— Кэтрин, домой!

Даже если бы это было сказано мирно, и то бы я испугалась Я слишком привыкла бояться его милость за прошедшие недели.

Но как его милость оказался в Стране Холмов?

Я резко обернулась и увидела, как по белоснежному коридору шествует лорд Дарроу, как всегда одетый во все черное. Мужчина казался разъяренным.

— Она дала слово, — неуверенно произнес Охотник, глядя на моего нынешнего опекуна с некоторой опаской.

Милорд даже не снизошел до разговора с фэйри. Просто схватил меня за руку и потянула на себя. Нечисть казалась одновременно изумленной и озадаченной. Спорить с лордом Дарроу Охотник больше не пытался. Фэйри даже отпустил мою руку, когда его милость дернул меня к себе.

— Мисс Уоррингтон, мы еще поговорим о вашем вопиющем неблагоразумии! — процедил мужчина и буквально потащил меня за собой по коридору.

Стало совершенно ясно, что на бал мне уже не попасть.

Content

Карина Пьянкова
ЛЕДИ В СВЕТЕ