Анастасия Некрасова

Последняя Дверь

Посвящается моей дочери Ладе, которая не только вовремя выдернула меня из этого чудесного сна, не позволив его забыть, но и подарила имя новой расе.

Хочу, чтобы ты мной гордилась.

Фаза 1. Запуск

Бетонно-серые будни в Этажах текли размеренно и однообразно. Всё согласно Распорядку, а Распорядок, как известно, не нарушить такой мелочью, как приход в Учебную Секцию новенькой, будь она хоть трижды ладка.

Она вошла в класс, и тут же – Наставница ещё даже не успела затянуть своё привычное «ученики, хочу представить вам…» – все уставились на неё. Типичная представительница своей расы – медовые волосы, глаза такого же цвета, оливковая кожа. Для идеала, пожалуй, чересчур крепкая, однако Джейс не сомневался, что большую часть парней это не остановит от того, чтобы потерять голову. Впрочем, все их попытки привлечь к себе внимание заранее обречены на провал: не орка какая-нибудь всё-таки. Не стоит даже заморачиваться.

– Ученики, хочу представить вам…– начала Наставница.

Джейс еле удержался от того, чтобы закатить глаза. Всё как обычно, слово в слово.

Он оторвался от созерцания ладки и вновь уткнулся в доклад, который ему предстояло защищать через урок. Речь Наставницы Джейс слушал вполуха, но главное уяснил: вновь прибывшую зовут Серси и она, что логично, будет учиться с ними.

Что же, пусть. Вряд ли это как-то повлияет на его жизнь. Тем более что лады редко задерживаются в Этажах надолго. Если их вообще сюда заносит.

Едва Наставница закончила представлять новенькую, Торхай, серокожий орк, одобрительно хрюкнул. Серси тут же перевела взгляд в его сторону: будто сквозь него посмотрела, ей-богу.

«М-да, вот кому уж точно ничего не светит», – подумал Джейс.

Серси меж тем плавно подошла к свободному месту. Если бы не ритмичное постукивание каблуков, можно было бы подумать, что она скорее скользила по полу.

Мико, одноклассник-людоорк, к которому она подсела, едва не уронил челюсть на стол. Впрочем, кажется, на счету Торхая было больше очков: Мико Серси не удостоила даже взглядом.

Джейсу лишь оставалось надеяться, что появление ладки не внесёт полного разлада в их и без того нестройный коллектив. Не в том они мире живут, чтобы выяснять отношения друг с другом. Тем более из-за девушки.

* * *

Уже почти месяц привычный ритм жизни был всё так же строен и крепок. Вот захочешь придраться, а не найдёшь, к чему. Если что-то и происходило, то касалось исключительно взрослых жителей Этажей. Ученики же, как обычно, участвовали в Церемонии Оглашения по утрам, а после – учились, обедали, затем возвращались в свои Секции, где занимались домашними делами, готовились к новому дню, а изредка могли позволить себе встретиться с друзьями – если все обязанности были выполнены и находился вдруг такой же беззаботный счастливчик.

У кого была ещё и работа – те работали. Однако Джейс не входил в их число. Трудоустройство не являлось обязательным для подростков в Этажах, так что родители Джейса здраво рассудили, что их сын вполне может позволить себе ещё один относительно беззаботный год.

Вообще, как он уже давно заметил, на производстве Дверей – а именно там трудилось большинство населения Этажей – были заняты в основном орки, что само по себе странно: ребята они, конечно, крепкие, но вот интеллектуальных способностей им с трудом хватало на то, чтобы связывать слова друг с другом. А о работе так вообще никто ничего внятно рассказать не мог, причём не только орки, а даже, к примеру, родители Джейса: мама в ответ на все вопросы раздражённо махала рукой и говорила: «Всё!», а отец просто как можно скорее менял предмет разговора. И ведь не сказать, что человек он был скрытный и необщительный, однако едва тема касалась Дверей или их производства, так словно выключатель невидимый щёлкал.

Таким образом, о потенциальном месте своей будущей работы Джейс в пятнадцать лет не знал практически ничего и не мог добиться информации ни от одноклассников, ни от родителей. Даже Наставники, вместо того чтобы отвечать на вопросы по существу (или вообще хоть как-то), делали страшные лица, выпучивали глаза и начинали, как заведённые, твердить о невероятной важности той миссии, что возложена на Мастеров-Плотников и всех, кто помогает им.

«Ещё бы, – думал Джейс. – Ведь Двери соединяют все Секции в Этажах и даже некоторые места снаружи».

Если бы у Джейса было ещё немного времени для размышлений, то он, вероятно, пришёл бы к выводу, что Наставники и сами не знают, что происходит на производстве – откуда ж им, вечно сидящим в Учебных Секциях, знать. А ещё, скорее всего, задался бы вопросом, на кой атом ему ввязываться после окончания учёбы в дело, окружённое столь неоднозначным ореолом таинственности, и не лучше ли выбрать для себя что-нибудь более простое и понятное. Однако Распорядок был составлен так, что времени на подобные раздумья у Джейса не было, как, впрочем, и желания углубляться в анализ окружающего мира и пытаться обхитрить судьбу, казалось бы, давно предопределённую.

Так Джейс и жил, без особых размышлений, будто бы всё давно уже было решено за него – Церемония Оглашения, Учебная Секция, Домашняя Секция № 25. Вполне себе неплохо, без раздражений и лишних затрат энергии – лишь бы Двери работали исправно. Впрочем, если и случался сбой, то Мастера-Наладчики (среди которых были тоже главным образом орки) быстро устраняли неполадку.

В число вещей, не занимавших ум Джейса, быстро вошла и Серси. В первую неделю он ещё мог иной раз обратить на неё внимание: авось выкинет или скажет что-нибудь интересное? Ни для кого не секрет, что лады живут в основном в Столице, и кто ж их знает, как у них всё по жизни устроено? Столица для большинства жителей Этажей – высота недосягаемая. Если кто уедет – назад уже не возвращается.

Вот и было поначалу любопытно наблюдать за новенькой и ждать чего-нибудь… необычного. Однако на практике даже не очень умный Торхай был куда интереснее новой одноклассницы, которая вообще порой казалась заторможенной. Её лишённый эмоций взгляд изредка обводил класс, ни на чем конкретном не останавливаясь, и даже когда она отвечала на вопросы Наставников – всегда правильно, но неизменно равнодушно и сухо, – она словно бы смотрела сквозь них.

Голос ладки одноклассники слышали только во время ответов на занятиях. После уроков она всегда уходила в свою Домашнюю Секцию (никто, кстати, не мог сказать, какую именно), никуда не сворачивая, нигде не задерживаясь. За отсутствие желания подружиться с ними девушки приписывали Серси снобизм, и даже пыл самых заинтересованных юношей в конечном счёте поугас. Впрочем, глупо было ожидать чего-нибудь другого – лады периодически приходили к ним в класс и раньше, и все вели себя примерно таким же образом. К тому же никто из них никогда не оставался в Этажах надолго, так что у всех были основания полагать, что и с Серси история повторится, и потому не сильно набиваться к ней в друзья.

Джейс, наверно, одним из первых понял, что ждать от ладки проявления тёплых чувств не приходится, а потому перестал ждать чего-либо вообще. Оказалось, это довольно просто – не обращать внимания на девушку. Пускай даже симпатичную.

Лишь один раз, утром, во время Церемонии Оглашения, Джейс всё же отступил от своей позиции. В тот день местные Стражи Порядка по каким-то лишь им ведомым причинам решили устроить обход в их Учебной Секции.

Всем жителям Этажей известно, что отряды Стражей Порядка, с определённой периодичностью сменяющие друг друга, прибывают прямиком из Cтолицы. Да не просто из Столицы: все они – выходцы непосредственно из личной Охраны Императора. А кто служит в Императорской Охране? Верно, лады. Согласно Хроникам, это занятие было их основной обязанностью, и монопольное право оберегать Его Величество закрепилось за ладами едва ли не с самого отслоения их генома от человеческого. Кто-то из тех чудиков, что продолжали верить в древнее искусство Генной Инженерии, даже утверждал, будто бы лады были специально выведены именно для этой цели. Впрочем, Наставники не одобряли среди учеников подобных суеверий.

Сами же лады ничего не отрицали и не подтверждали, да и вообще крайне мало вступали в контакт с представителями других рас. Именно поэтому Джейс решил всё же обернуться и бросить взгляд на Серси, стоявшую через ряд позади него. Интересно, как она отреагирует на своих?

Ветер, гулявший по внутреннему дворику Учебной Секции, где выстроились шеренгами ученики и их Наставники, слегка шевелил медовые волосы ладки, а лицо её оставалось неподвижным. Казалось, она вовсе не замечает сородичей, несмотря на их, прямо скажем, выразительные красно-золотые одежды, громоздкие шлемы с гирляндами позолоченных перьев и высоко развевающиеся Императорские Штандарты. Лишь когда Стражи, внимательно оглядывавшие всё вокруг, но при этом ни единым звуком не мешавшие ходу Церемонии, готовы были перейти к следующему блоку учеников, Серси всё же сфокусировала на них взгляд. От Джейса не ускользнуло, что один из Стражей коротко кивнул ладке. А она… кивнула в ответ? Если да, то настолько неуловимо, что Джейс сам бы перед собой за это не поручился.

Отряд ладов-стражей тем временем прошёл дальше, взгляд Серси снова расфокусировался, а Церемония продолжалась своим чередом.

Это происшествие (если уместно называть происшествием обмен кивками, которого, возможно, и не было) никак не отразилось на жизни Джейса и его одноклассников. Наставники бубнили всё так же скучно, ребята шутили всё так же плоско, а Серси продолжала молчать. Случаи, когда она отвечала на занятиях, не в счёт. Так Джейс практически забыл о том, что вместе с ними училась новенькая. Как, впрочем, практически все вокруг.

В один из последних дней лета (по крайней мере, в его Домашней Секции было лето, а как в других – он не знал) Джейс возвращался с занятий, как делал он каждый день. Впереди уже маячил невзрачный многоэтажный дом, в котором он жил, – там его ждали остатки вчерашнего ужина, ворох домашних заданий и…

Кто-то легко, но уверенно схватил Джейса за локоть и потянул.

– Пойдём!

Фаза 2. Инициация

– Пойдём!

Незнакомый голос. Знакомый. Чей? Вместо того, чтобы безропотно подчиниться, как он привык делать, Джейс остановился и, словно заворожённый, повернулся.

Позади него стояла Серси. Прямые волосы чуть пушились и сияли на солнце, широкие плечи расправлены и… Она улыбалась? Сама по себе ситуация настолько выходила за рамки привычных представлений о мире, что Джейс лишь, как болван, спросил:

– Что, прости?

– Я говорю, пойдём! – повторила ладка, продолжая при этом улыбаться.

Он задал самый, наверное, уместный в данной ситуации вопрос:

– Почему?

– Ой, да ладно тебе! – отмахнулась Серси, словно бы её желание пройтись после уроков с Джейсом было вполне в порядке вещей. – Разве нужна какая-то особая причина?

Джейс уже не сопротивлялся, так что Серси отпустила его руки и теперь просто шагала рядом.

Цок-цок-цок – стучали по асфальту её каблуки.

Джейс оглядел свою спутницу. На ней было ярко-синее платье чуть выше колен и туфли в тон на высоких и тонких каблуках, кажущихся крайне неустойчивыми. Несколько фривольный наряд, если честно. Не то чтобы это было запрещено, однако так в Этажах никто не одевался. Впрочем, лады всегда могли позволить себе несколько больше, чем остальные.

«Наверно, это такая столичная мода, – подумал Джейс. – Хорошо хоть, что она на занятия так не ходит».

– Ты вообще знаешь, кто я? – спросил он Серси.

– Ну разумеется. Ты – мой одноклассник, Джейс Салливан. Отличник, в прошлом увлекался шахматами. Нареканий по поведению не имеешь. Твои родители, Игнат и Сания, работают Мастерами на производстве Дверей, и ты, я думаю, пойдёшь туда же, если, конечно, не получишь низкий балл на выпускных экзаменах. Впрочем, это тебе вряд ли грозит, – добавила ладка, будто бы успокаивая.

Джейс выдохнул от удивления.

– Исчерпывающе, – только и смог сказать он.

Серси снова улыбнулась, на этот раз довольно сдержанно.

Цок-цок-цок.

– Ты всё про всех знаешь? – спросил Джейс.

– Только то, что важно, – невозмутимо ответила Серси.

«А что важно?» – хотел спросить Джейс, но не стал. Кто их разберёт, этих ладов и их приоритеты.

Тем временем она продолжала идти, всё приближаясь и приближаясь к выходу из Домашней Секции Джейса. Наконец он решился задать главный вопрос:

– Куда мы идём?

– Навестить кое-кого.

– И кого же?

Каждую крупицу информации приходилось вытягивать из неё, словно клещами, и это уже начинало раздражать.

– Мою старую Наставницу.

– Твою… кого?! – впрочем, заставлять Серси повторять было бы глупо. – Твою Наставницу – здесь?!

– А что такого? Ведь я довольно долго жила в Этажах.

Вот это новость! Впрочем, стоило радоваться, что узнал о ней хоть что-то.

– А я думал, что ты из Столицы, – озвучил Джейс общепринятую версию о происхождении Серси.

Он только сейчас понял, что данное предположение было по факту ни на чём не основано. Просто большинство ладов приезжали из Столицы, вот и её отнесли к их числу – за компанию.

– В Столице я провела лишь последние несколько лет, – пояснила ладка. – А родилась и выросла здесь. И вот теперь, когда родители решили вернуться, я, соответственно, последовала за ними.

– А чем занимаются твои родители? – решил поинтересоваться Джейс.

Серси не ответила. Даже цоканье каблуков, казалось, стало звучать менее уверенно.

– Мне бы не хотелось… обсуждать это, – наконец сказала она.

Джейс пожал плечами – мол, не хочешь – не будем.

Может быть, её семья связана с Охраной Императора, или же они из высших чинов Стражей Порядка. О таких вещах распространяться не принято.

Перед ними встала высокая серая стена без окон с одной единственной дверью. Её можно было бы назвать убогой, однако Джейс знал, что это не просто дверь – это Дверь, а следовательно, проявление самых высоких технологий, доступных человечеству после Падения.

– Так твоя Наставница – она в другой Секции? – спросил Джейс.

– Ну да. А что?

– Да так, ничего. Просто…– пока Джейс размышлял, стоит ли говорить Серси о том, что он не привык пользоваться Дверями без особой нужды, его спутница уже бодро шагала к цели.

Цок-цок-цок.

Джейсу ничего не оставалось, кроме как последовать за ней.

Ладка уверенно взялась за ручку, потянула Дверь на себя и скользнула внутрь. Джейс – следом.

Несколько секунд спустя, когда прошло лёгкое головокружение, почти всегда вызываемое перемещением, Джейс узрел во всей красе Секцию Перехода.

На самом деле, «краса» – это очень громкое слово. Секция Перехода представляла собой серую и обшарпанную лестничную клетку с потёртыми и ветхими от времени перилами и местами мигающими лампами, которые, похоже, никто и не думал чинить. Две лестницы с общими центральными площадками соединяли бесчисленное множество этажей – именно поэтому комплекс и получил своё название, – на каждой площадке – Дверь, изредка – две или три.

Этажи не являли собой единого здания в стандартном смысле этого слова. Если искать аналогию в Хрониках, комплекс скорее напоминал вокзал, из которого можно было попасть практически куда угодно, а транспортом при этом служили Двери. Они открывали доступ в совершенно разные здания и разные места, а насколько те были удалены друг от друга географически – Джейс не знал. Изобретение Дверей в своё время сделало географию наукой совершенно ненужной рядовому ученику и гражданину – она стала уделом Мастеров-Плотников высшего ранга и, пожалуй, ещё Императора.

Джейс знал только то, что не так много осталось на планете мест, доступных для человека. Впрочем, видя кажущиеся бесконечными лестницы, уходящие на сотни пролётов вверх и вниз от тех нескольких ярусов, которые привык посещать Джейс, поверить в это было крайне трудно.

Навстречу ребятам – прямо к той Двери, из которой они только что вышли, – двигался человек. На удивление высокий – наверное, наполовину лад. Он окинул взглядом наряд Серси, но ни словом, ни даже выражением лица не показал удивления, а лишь продолжил идти, куда шёл. Поступки ладов не принято обсуждать. Джейс посторонился, пропуская его.

Серси же тем временем поспешно зацокала по лестнице, ведущей вверх.

– А зачем мы, кстати, к ней идём – к твоей Наставнице? – спросил Джейс, догоняя её. – Просто так или?..

– Я хочу передать ей подарок, – ответила Серси.

Только сейчас Джейс заметил у ладки в руке пакет такого же цвета, как платье и туфли. Странно, ещё минуту назад ему казалось, что в руках у неё ничего не было.

Спрашивать, что внутри, он не стал – не его дело. Хотя забавно, конечно, что ему так внезапно пришлось сопровождать хозяйку синего пакета в её визите вежливости.

– А далеко?.. – начал было Джейс.

– Вовсе нет, – не дав ему закончить, ответила Серси.

И действительно, не прошло и минуты, как ладка уже столь же уверенно, как и предыдущую, открывала Дверь, расположенную парой этажей выше. Та легко поддалась – это означало, что в доступе им не отказано, – и двое перешагнули порог.

– Странно, – протянул Джейс.

– Что странно? – спросила Серси, обернувшись.

Она уже унеслась почти на пол-улицы вперёд, и даже «ходули» ей были не помеха.

– Эта Секция так сильно похожа на мою… Только солнце здесь будто бы желтее, а дома темнее. А всё остальное – почти один в один.

– И что же в этом странного? – поинтересовалась ладка, чуть сбавляя шаг, чтобы Джейс мог догнать её.

– Ну знаешь, я один раз был в гостях у своего друга, Рэя… Так там не было вообще ничего похожего. Несколько довольно низких красных домов с покатыми крышами. Смешными такими, словно загнутыми вверх к краю. На стенах узоры, древние, как само Падение… Но, думаю, их подкрашивают местные, а то за столько лет не осталось бы ничего. И лес, зелёный… К самым домам подступает. Как там люди живут, ума не приложу. Ладно ещё орки…

Серси терпеливо выслушала самую длинную речь, произнесённую Джейсом с момента их «знакомства».

– И что с того? – спросила она, когда он закончил.

– Я думал, что похожих Домашних Секций не бывает, – признался Джейс.

– Разные есть, – пожала плечами Серси. – В Древности, когда существовали разные государства, культуры многих из них значительно отличались друг от друга. Этим можно объяснить наличие таких непохожих Секций. Но некоторые государства были столь обширны, что глупо было бы полагать, что после Падения в них останется лишь один пригодный для жизни район. Если такие районы располагались слишком далеко друг от друга, то открыть к ним доступ, используя лишь одну Дверь, не представлялось возможным. Так части некогда единой страны становились разными Секциями.

Джейсу понадобилось некоторое время, чтобы переварить полученную информацию.

– Выходит, что, не будь Падения, мы с твоей Наставницей жили бы в одной стране? – заключил он.

– Ну, если не принимать во внимание тот факт, что за прошедшие тысячелетия государственные границы могли множество раз измениться и совершенно неизвестно, кто из ныне живущих тогда вообще появился бы на свет, то да, – подтвердила Серси. – А с другом твоим ты бы, вероятно, жил в разных странах, причём очень далёких друг от друга в культурном и географическом смысле, – добавила она.

Услышанное казалось чем-то невероятным. Вот как, оказывается, бывает. Испещрённый границами неведомых государств Мир при Падении был в мгновение ока разбит на множество крохотных осколков. А потом всё соединили Двери. Гораздо крепче, чем было раньше.

«Сколько их ещё, этих доступных человеку мест? – подумал Джейс. – Сколько всего существует Дверей? Сколько их ещё будет сделано? Много ли есть комплексов, подобных Этажам, скрепляющих то, что осталось людям в этом Мире, который мы сами сделали враждебным себе?»

Ответов у него не было. Не было их, скорее всего, и у Серси. Должно быть, только Императору известны такие вещи.

– А вот и её дом, – объявила ладка, вырывая Джейса из раздумий.

Она проворно юркнула под козырёк подъезда, самого близкого к вершине угла между двумя стоящими впритык многоквартирными домами. На панели, расположенной на чёрной металлической двери, Серси нажала какие-то кнопки так быстро, что Джейс не успел запомнить ни единой цифры. Издав пронзительный писк, дверь открылась.

Ступив в прохладный полумрак подъезда, Джейс едва перевёл дыхание, как понял, что успел отстать от спутницы, которая, не теряя времени, энергичным шагом поднималась по ступенькам. К моменту, когда он нагнал её, она уже вызвала лифт.

– Интересно, почему такие штуки не установят в Этажах? – сказал Джейс. – Это значительно упростило бы дело.

– Зато тогда не было бы так интересно, – ответила Серси, входя в подоспевшую кабину.

Джейс лишь пожал плечами: он не очень понимал, что интересного в том, чтобы тратить треть жизни на карабканье по лестницам вверх-вниз.

Ладка нажала на цифру девять, кабина тронулась. Она ехала медленно, однако прежде, чем Джейс успел спросить, что же, собственно, он должен делать теперь, когда цель их маршрута достигнута, лифт остановился, и Серси выскочила наружу.

– У меня будет просьба к тебе, Джейс, – начала она, будто бы отвечая на невысказанный вопрос. – Подожди меня, пожалуйста, здесь. Я обещаю, что не задержусь надолго.

Джейс кивнул:

– Хорошо…

Серси улыбнулась, позвонила в дверь, расположенную слева, – ей открыли тут же, словно ожидали звонка у самого порога, – и скрылась в квартире прежде, чем Джейс успел что-либо добавить.

Фаза 3. Зелёный лес

Несколько удивлённый таким поворотом Джейс – как будто до этого всё было в порядке вещей, – прислонился спиной к ближайшему косяку, приготовившись к длительному ожиданию. Даже в свои пятнадцать лет он уже знал: девушки всегда говорят, что они «не задержатся надолго». На сколько же это затянется на самом деле, не известно даже самому Императору.

Однако не успел Джейс пожалеть о столь легкомысленно данном обещании, как дверь снова отворилась и из-за неё выскользнула Серси – уже без пакета в руках. Всё произошло настолько стремительно, что Джейс не заметил даже, стояла ли за дверью та самая Наставница, которую ладка пришла навестить.

– Ну что, я достаточно быстро справилась? – с улыбкой спросила Серси.

– Не то слово, – удивлённо покачал головой Джейс.

– Вот и отлично, – кивнула ладка и, не тратя времени даром, понеслась вниз по лестнице.

Цок-цок-цок.

– Куда?! – в недоумении окликнул её Джейс, указывая на лифт так, словно собеседница могла его видеть.

– Вниз я предпочитаю спускаться пешком! – крикнула в ответ Серси, понявшая всё и без жестов.

Делать нечего – пришлось скакать по ступенькам за ней следом.

Догнать Серси у него получилось только на улице.

– Теперь по домам? – спросил он.

Ладка с интересом посмотрела на него, даже шаг немного замедлила.

– А тебе так хочется домой?

Джейс был несколько обескуражен вопросом.

– Я… не знаю, – наконец проговорил он.

– Вот и отлично, – удовлетворённо заключила Серси.

Узнать, что же отличного в том, что он не уверен в своём желании возвращаться в собственный дом, Джейс не успел: ладка снова припустила вперёд так, будто у неё внутри был моторчик.

В Дверь Джейс вошёл несколько позже, чем она. Когда в глазах прояснилось, он увидел, что Серси не стоит рядом, а ждёт его пролётом ниже – на той площадке, где лестницы соединялись.

– Эй, Джейс! – весело крикнула ладка. – Что ты скажешь насчёт ещё одного путешествия?

– О чём ты?!

Но Серси снова побежала вниз, не удостоив его ответом. Предчувствуя недоброе, Джейс бросился следом.

Его Домашняя Секция находилась всего на два этажа ниже, однако, подтверждая его опасения, ладка не стала останавливаться у нужной Двери, а продолжила спуск.

– Куда ты?! – позвал её Джейс. – Мне вообще-то сюда!

Ответом ему был заливистый смех. Сам не зная почему, Джейс продолжил погоню.

Он бежал за ней этажей шесть, не меньше. Вести точный счёт Джейс не успевал, зато успел врезаться в стайку ребятишек из младшей Учебной Секции, с писком бросившихся врассыпную при его приближении, чуть не сбить с ног угрюмого орка в форме младшего Мастера-Плотника, крикнувшего ему вслед: «Куда прёшь?!», и примерно раза четыре пожалеть о том, что вообще ввязался в эту сумасшедшую гонку.

Как ладке удавалось держать такой темп (да ещё и на каблуках!) – вопрос, достойный отдельного исследования. «Вероятно, стоит выяснить это у Камиллы или ещё у кого из одноклассниц, – подумал Джейс. – Если, конечно, выживу».

На одной из площадок Серси наконец остановилась. С хитрой улыбкой она держалась за ручку уже приоткрытой Двери, и едва Джейс приблизился, вытянув руку, чтобы схватить её, – скрылась за нею.

Джейс, разгорячённый погоней, шагнул следом раньше, чем успел подумать о том, стоит ли это делать.

В глаза ударил ослепительно яркий свет. Прохладный ветер пробежал по коже, а пронзительно свежий аромат, казалось, рисовал в мозгу Джейса образы ещё более яркие, чем до этого временно утраченное зрение.

Когда способность видеть вернулась, Джейс содрогнулся от ужаса. Вокруг – ни единого здания, под ногами – ни куска асфальта, ни булыжника, ни даже просто протоптанной тропинки. Его окружали одни лишь высоченные и прямые, как спины ладов, покрытые мхом деревья (несомненно, очень старые), под ногами толстый слой тёмно-зелёной листвы, а голубое небо без единого облачка над головой настолько светлое, что напоминало глаза Надин – младшей сестрёнки Джейса. Говорят, у матери в детстве были точно такие же, но этого Джейс подтвердить не мог.

Но самое страшное – позади не было больше Двери!

– Куда ты нас привела?.. – дрожащим голосом спросил Джейс у Серси.

Ладка стояла чуть поодаль, закрыв глаза и подставив лицо дикому белому солнцу.

– Туда, куда и хотела, – спокойно ответила она. – Волноваться не о чём – я хорошо знаю это место. И как уйти отсюда, тоже знаю, – добавила Серси, открыв глаза и проследив направление взгляда Джейса.

Откровенно говоря, верилось в это с трудом: уж больно странной оказалась внезапная спутница Джейса. Впрочем, отсутствие сомнений в её голосе всё же вселило в его сердце некоторую надежду.

Ладка тем временем уже отошла от оцепенения и твёрдым шагом устремилась в чащу. Теперь уже у Джейса не было выбора – идти за ней или нет, – так что он, вздохнув, поплёлся следом.

Довольно долго они шли молча. Деревья росли всё гуще, и местами, чтобы продраться сквозь сплетённые ветви, приходилось помогать себе руками. Джейс касался их нехотя и старался отпустить как можно быстрее, за что и поплатился: одна из веток больно хлестнула его по лицу.

– Ай! – вскрикнул он.

Серси, не останавливаясь, обернулась, но ничего не сказала. Джейсу показалось, что он заметил скользнувшую по её губам тень улыбки.

Ладка, в отличие от него, трогать деревья не боялась, да и сам Джейс после удара в лицо стал гораздо осторожнее, так что инцидент не повторился.

Под ногами в такт шагам хрустели ветки и сухие листья. Джейс заметил, что Серси передвигается гораздо тише, чем он – вероятно, действительно была тут не раз и приловчилась.

Порой где-то вверху, шумно хлопая крыльями, с дерева на дерево перелетали стайки небольших птиц – тёмно-изумрудных, как и всё вокруг. Разглядеть их Джейс толком не успевал – помимо прочего, приходилось постоянно смотреть под ноги, чтобы не угодить в ямку или не споткнуться о подвернувшийся корень. Это занятие настолько поглощало мысли Джейса, что он даже не задался вопросом, есть ли в лесу другие животные, кроме птиц, – крупные и недружелюбно настроенные по отношению к гостям. Впрочем, оно и к лучшему – а то, быть может, совсем бы голову потерял от волнения.

Внезапно деревья расступились, и только тут Джейс понял, что уже долгое время к треску ветвей и голосам птиц примешивался ещё один звук – шум воды. Прямо пред ними, всего в метре внизу у крутого склона бежала река. Воды её были зелёными, в тон земле и лесу, который точно так же рос и на другом берегу – величественный, девственный и совершенно дикий.

Серси подошла к самому краю и задумчиво уставилась на воду. И пусть она не двигалась, Джейс нутром почувствовал, что она собралась сделать.

– Не прыгай туда! – в ужасе взмолился он.

Ладка словно только сейчас его заметила. Она повернулась к Джейсу, и удивлённое выражение её лица тут же сменилось улыбкой.

– Ой, да тут совершенно не опасно! Смотри!

Джейс рванулся к ней, чтобы остановить, но, как и возле Двери, не успел – Серси сделала шаг вперёд и ухнула вниз, с громким всплеском уйдя под воду с головой.

Ошарашенный Джейс наблюдал за тем, как по поверхности воды расходятся круги в том месте, где река только что поглотила Серси. Однако не успел он опомниться и чересчур испугаться, как ладка вынырнула – метрах в десяти правее и значительно ближе к середине реки.

– Видишь?! – крикнула она, убирая с лица прилипшие мокрые волосы. – Давай за мной! – и тут же нырнула вновь.

«А может, действительно?..» – пронеслось в голове у Джейса.

И не успел его внутренний голос закричать что есть силы о возможной опасности, как Джейс тоже сделал шаг вперёд и, повторяя путь Серси, устремился навстречу реке. Секунда – и мутные воды сомкнулись над ним.

Когда дышать стало нечем, в первую секунду Джейс подумал, что это конец. Он плавал всего раза два в жизни – много лет назад под присмотром опытного инструктора и в специально приспособленном бассейне. Здесь же, в настоящей реке с её течением и нулевой видимостью, стало ясно, насколько безумным поступком было кидаться в воду вот так. К счастью, руки сами вспомнили нужные движения, и буквально в пару мощных гребков Джейсу удалось преодолеть расстояние, отделявшее его от поверхности.

Вынырнув, Джейс заметил, что его совсем недалеко отнесло от того места, где он вошёл в воду – течение, похоже, было очень слабым, на его счастье.

Серси уже вышла из воды на другом берегу и начала подъём по невысокому, но довольно крутому склону к ближайшим деревьям. Джейс поплыл к ней.

Пусть река и была довольно узкой, он с первых же гребков почувствовал себя очень неопытным пловцом и понял, что так же быстро, как ладка, не преодолеет это препятствие.

Через несколько минут Джейс всё же выбрался на берег, пускай и немного дальше, чем Серси: его снесло течением. Когда он, мокрый и выбившийся из сил, добрался наконец до деревьев, то увидел, как ладка, сидя на одном из поваленных стволов, отжимала свои длинные волосы. Её платье потемнело от воды, а туфли, по-прежнему ярко-синие и жутко неудобные на вид, стояли рядом.

– А ты молодец, – сказала она, окинув Джейса беглым взглядом. – Быстро управился.

Он в ответ лишь хмыкнул и опустился рядом прямо на землю. Видя, что ладка пока никуда не собирается, Джейс закрыл глаза.

Да, он боялся этого места. Да, он не привык к подобной обстановке, к подобным занятиям, но…

Где-то там, за много километров отсюда, вот-вот должны вернуться с производства родители. Скоро они начнут беспокоиться (или уже начали – вдруг вернулись раньше?), в домашних делах ещё орк не топтался, и ведь завтра новый учебный день, а он здесь, в этом лесу, с чокнутой ладкой, о которой совершенно ничего не знает, промок до нитки и не имеет ни малейшего понятия о том, как вернуться домой. Всё это так дико-дико-дико и… Прекрасно. Казалось, впервые за много лет Джейс вздохнул полной грудью.

– Хорошо здесь, да? – спросила Серси, будто бы чувствуя его настроение.

– И часто ты здесь бываешь? – ответил Джейс вопросом на вопрос.

– Периодически.

Прозвучало довольно расплывчато, но Джейс не стал требовать точности.

– Скажи, ты ведь в курсе, что этот лес – зелёный? – спросил он о том, что давно мучило его.

Ладка молчала.

– Я сейчас имею в виду не цвет, – на всякий случай уточнил Джейс.

Зелёными называли места, которые подверглись наиболее мощному воздействию при Падении, в результате чего до сих пор являлись малопригодными или вовсе не пригодными для нахождения там людей и представителей других рас.

Хроники гласили, что когда-то, в Древние времена, леса были зелёными сами по себе, то есть словосочетание «зелёный лес» являлось чем-то естественным и не вводящим людей в состояние ужаса. Однако после множества взрывов атомных бомб, поразивших всю планету и предопределивших ход эволюции на многие сотни лет вперёд, облик лесов претерпел колоссальные изменения. Они успели побывать рыжими, красными, фиолетовыми и даже синими, так что теперь наименование зелёный характеризует не их естественное состояние, а очередной виток мутаций.

– Понятно, что не цвет, – задумчиво протянула Серси. – Да, похоже, ты прав.

«Ну как она могла не замечать?!» – мысленно изумился Джейс.

– И тебя не волнует, что здесь опасно находиться? – спросил он вслух.

– И это говорит мне человек, который только что искупался в местной реке? – с иронией в голосе спросила Серси.

Джейс рассмеялся – с ней не поспоришь.

– Тише, – внезапно шикнула на него ладка. – Кто-то идёт сюда.

Данное известие мигом вернуло Джейса к реальности, и он открыл глаза. Нет, ему уже не было страшно, напротив, скорее интересно: кто же, кроме них, решится сунуться в такую глушь? Случайно он здесь или по умыслу?

Серси сидела, нахмурившись: её явно не прельщала мысль, что их уединение будет нарушено. Взгляд ладки был направлен куда-то за спину Джейса.

Он обернулся, чтобы понять, на что она смотрит. Сначала Джейс не увидел ничего, кроме замшелых стволов вековых деревьев, но, приглядевшись, заметил вдалеке фигуру, передвигавшуюся между ними.

Надо отдать Серси должное: человек (если это был человек) шагал по подлеску бесшумно – даже ещё тише, чем она сама, – так что если бы не острый глаз ладки, то незнакомец оставался бы незамеченным до приближения к ним вплотную.

Впрочем, это мало что значило – убегать подростки всё равно не собирались, ведь они, по сути, не нарушили никаких запретов: войти в незапертую Дверь официально имеет право любой гражданин. Те, куда доступ разрешён лишь ограниченному кругу лиц, обычно заблокированы, в них просто так не войдёшь. Да и страха встретить в незнакомце проявление враждебности у ребят не было – общеизвестно, что уже много столетий в Этажах и прилегающих к ним территориях снаружи (таких, как, к примеру, этот зелёный лес) не наблюдалось случаев насилия, кроме, пожалуй, периодических несерьёзных драк между подростками – что поделать, гормоны.

Джейс много раз думал о том, как же странно всё устроено. Согласно Хроникам, в Древности поведению людей были свойственны ярко выраженные деструктивные наклонности – насилие, хотя официально и порицалось, являлось нормой жизни. Государства могли посылать своих граждан на смерть тысячами и даже миллионами, и всё ради клочка земли или удовлетворения личных амбиций их лидеров – это у них называлось «война». Нечто подобное, если верить всё тем же Хроникам, и стало в конечном итоге причиной Падения.

Слово «падение» выбрано для обозначения произошедшей катастрофы не просто так. Человечеству пришлось в буквальном смысле рухнуть на самое дно и утянуть весь мир за собой, чтобы понять, насколько разрушительную жизнь оно вело, и встать на путь исправления уже не на словах, а на деле. Людей осталось слишком мало, а условия жизни были слишком суровы, и это вынудило прекратить вражду, объединиться и научиться жить и созидать в мире. К всеобщему удивлению, это оказалось вполне возможно.

Таким образом, Джейс и Серси сидели и молча смотрели, как незнакомец приближается. Он стал двигаться медленнее и осторожнее – очевидно, тоже их заметил. Подойдя чуть ближе, он остановился.

– Ба, какие люди! – донёсся до Джейса и Серси его возглас.

Ошеломлённый Джейс узнал этот голос.

– Рэй?! – сам себе не веря, спросил он.

Человек – а это всё же был человек – направился к ним, на этот раз быстрым шагом и совершенно не таясь.

Когда он был уже рядом, все увидели его длинные – чуть ниже плеч – каштановые волосы, которые слегка вились, смуглую кожу, плоский широкий нос и немного раскосые тёмно-серые глаза, искрящиеся неподдельным любопытством. Таков был Рэй Тао, лучший друг Джейса, и основной его чертой действительно был неутомимый интерес ко всему и ко всем.

– Какая неожиданная встреча, леди, – обратился Рэй к ладке, учтиво склонив голову. – Не ожидал увидеть здесь столь ослепительное создание.

Эти старомодные цветастые слова Рэй вычитал в какой-то из древних книг – Джейс знал это точно. Его друг был всегда избыточно церемонен, когда речь заходила о девушках, и зачастую невозможно было понять, шутил Рэй или был искренен.

Впрочем, главное, что настороженность в глазах Серси мгновенно сменилась заинтересованностью.

– Я присяду, если позволите, – вежливо сказал Рэй, устраиваясь по левую сторону от друга. Может, в выборе места сыграл роль ракурс, открывавший прекрасный вид на ноги Серси, а может, и нет.

– Что ты забыл здесь?! – спросил Джейс, который никак не мог оправиться от удивления.

Рэй вздохнул и повернулся к Серси:

– Прежде чем этот человек окончательно разрушит вашу веру в наличие у существ нашей расы хороших манер, позвольте представиться: меня зовут Рэй Тао, и мы с этим гражданином, – он кивком указал на Джейса, – старинные друзья.

Тот закатил глаза.

– Серси Траст, – коротко ответила ладка. – Мы с Джейсом одноклассники.

– Вот как, – присвистнул Рэй. – Что-то я не припомню, чтобы он об этом рассказывал.

– Да не о чём было рассказывать… – выпалил Джейс, но тут же осёкся. Впрочем, его бестактность осталась незамеченной.

– Я не припомню, чтобы видела тебя в Учебной Секции, – сказала Серси, обращаясь к Рэю.

– Ну, это как раз вполне объяснимо, – пожал плечами Рэй. – Я на год младше, поэтому ученики наших ступеней редко пересекаются.

Серси кивнула, довольная объяснением, но изучающе разглядывать Рэя не перестала.

– И всё-таки, каким ветром тебя занесло сюда? – повторил свой вопрос Джейс.

– Ты расстроишься, но в моей истории нет решительно ничего особенного. Я просто гулял.

– В зелёном лесу?! – опешил Джейс. Какие ещё сюрпризы подготовил для него этот день?

– Если напряжёшь память, то вспомнишь, что практически такой же лес окружает мою Домашнюю Секцию.

– Кажется, Джейс говорил об этом, – вставила ладка.

– Как мило, что, прогуливаясь с прекрасной дамой, он ведёт с нею беседы о моей скромной персоне, – ещё один небольшой поклон, теперь уже в сторону Джейса, и в этот раз, несомненно, шутовской. – Вот это, я понимаю, узы дружбы.

Тот закатил глаза снова, однако Серси улыбнулась шутке.

– Но если говорить серьёзно, – продолжил Рэй совсем уже в другом тоне, – то я не понимаю, почему все так боятся зелёных лесов. Слухи об их опасности значительно преувеличены и категорически не соответствуют реальности.

– Как хорошо, что есть человек, который понимает это, – закивала Серси.

Джейс переводил ошеломлённый взгляд с одного своего спутника на другого. Зелёный лес – неопасен? Что они вообще такое говорят?

– Вот ты смотришь на меня такими глазами, а подумай сам: моя Секция, к примеру, много лет окружена таким лесом. И что? Женщины рожают, дети растут – без лишних рук и ног, со всеми глазами и зубами на месте, – пустился в объяснение Рэй. – А медикаменты? Известно ли тебе, что в основе девяноста восьми процентов лекарств, которые мы используем, лежат ингредиенты, добытые именно в местах, подобных этому? Или ты думал, что всё выращивают в Земледельческих Секциях Мастера-Фермеры? – он рассмеялся. – Зелёный, чтобы ты знал, – естественный цвет природы. Так испокон веков было, и когда нас не станет, тоже так будет.

Мир возвращает себе свой облик, Джейс. Он не враждебен нам, это мы сами его таким когда-то сделали. А то, что боимся теперь его и дрожим при одном только слове «зелёный» – это своего рода попытка снять с себя ответственность. Не мы такие – мир такой. Знакомая позиция? – Рэй усмехнулся, и эта усмешка была полна неподдельной горечи. – И пока мы будем думать так, никогда не преодолеем последствий Падения – ни за сто поколений, ни за тысячу.

Мы и Мир – единое целое, Джейс, вот что нужно понять. Вот что действительно важно.

Около минуты все трое сидели молча, погружённые в раздумья над смыслом его слов. Слышно было лишь, как журчит река и как далеко вверху перекликаются птицы.

– Твоя точка зрения значительно отличается от общепринятой, – сказала наконец Серси.

– Так на то она и моя, – улыбнулся Рэй. – На самом деле, ты не смогла бы жить там, где живу я, и думать иначе, – добавил он, словно оправдываясь. – Наша Секция стоит слишком близко к лесу, и мы слишком тесно с ним связаны… Впрочем, кажется, заболтал я вас, – с этими словами Рэй встал. – Джейс, – хлопнул друга по плечу, – Серси, – вежливо кивнул ладке, – надеюсь, что скоро увижу вас снова. Провести с вами время было невероятно приятно, но у меня осталось его не так много, и хотелось бы завершить свою уединённую прогулку. До встречи.

И Рэй двинулся дальше, идя вдоль линии берега вверх по течению. Серси провожала его взглядом, пока он не скрылся из виду.

– Интересный у тебя друг, – задумчиво протянула она.

– Да уж, – только и смог проговорить Джейс.

К нему пришло осознание, что до сегодняшнего дня он и не понимал насколько.

– Ну что? Ты готов продолжить путь? – спросила Серси, возвращая Джейса к реальности. В голосе её слышалось лёгкое нетерпение.

Да Джейсу и самому, если быть честным, хотелось выбраться отсюда поскорее. Как бы ни были заразительны речи Рэя, не так-то просто победить страх, внушаемый тебе годами.

– Да, конечно, – ответил Джейс, поспешно вставая.

Он протянул ладке руку, помогая подняться, и они двинулись дальше.

На вершине ближайшего холма Серси остановилась:

– Посмотри во-о-он туда, – она указала рукой вперёд и немного вправо, туда, где между деревьями виднелось что-то тёмное. – Видишь?

Джейс напряг зрение и тут же понял, что «что-то тёмное» – это серые каменные стены, такие же древние, как, вероятно, и сам это лес.

– Вот туда нам и надо, – сказала Серси. – Там Дверь.

Джейс вздохнул с облегчением. Каким пустяковым казалось это расстояние по сравнению с тем, сколько он уже прошёл в этот казавшийся абсолютно безумным день!

Фаза 4. Соглашение

Камилла вошла в класс, всем видом демонстрируя, что чрезвычайно горда собой.

– А я сделала тату! – торжественно объявила она.

По классу прокатился удивлённый шёпот. Даже Джейс оторвался от учебника и поднял глаза.

– Да, – подтвердила Камилла.

Её глаза так и говорили: «Ну попросите меня, ну попросите показать!»

Она всегда была охоча до чужого внимания – по мнению Джейса, так даже болезненно охоча, – и вот, нашла новый способ выделиться.

Безмолвно умолять не пришлось долго.

– Ну, – хрипло сказал Торхай, ради такого случая даже поднявшийся со своего места и подошедший поближе, – показывай, что у тебя там.

Камилла, светившаяся от осознания собственной значимости, подняла левую руку и закатала рукав.

На её предплечье красовалось яркое изображение грозди мелких сиреневых цветов разных оттенков, несколько причудливых резных листьев и веточка светло-зелёных полосатых ягод. Нежность и неоднородность цвета, будто бы нанесённого красками на водной основе, вкупе с утончённостью линий придавали рисунку изящество и воздушность. Даже Джейс, хотя и не был большим любителем искусства, – впрочем, как и практически все в Этажах – отошла на него мода после Падения, – вынужден был признать, что татуировка вышла хорошая и, главное, очень шла хозяйке. Кажется, одноклассники были с ним солидарны.

– Красиво, – оценила светловолосая Мирта, сидевшая на последнем месте первого ряда.

– Ага, – поддакнул людоорк Мико, сосед Серси по парте.

– Девчачья лабуда, – хмыкнул Торхай. – Впрочем, для тебя, Ка, самое оно.

Несмотря на кажущуюся грубость, из его уст это был практически комплимент высшей степени – что тут поделать, этикет – не удел орков.

Тут и там в классе раздавались восторженные возгласы, и Камилла буквально сияла от счастья. Она вечно искала способ заслужить любовь окружающих (по большей части безрезультатно) и теперь, наконец, добилась успеха.

– Это сирень и шиповник, – радостно пояснила она, обнаружив в одноклассниках благодарных слушателей. – В Древности они росли по всей Земле, но сейчас их, конечно, нигде не встретишь.

Девушки, услышав это, принялись с умным видом кивать, а парни лишь вежливо улыбались – вот уж кому, по большому счёту, не было никакого дела до названий цветов, тем более давно исчезнувших.

Джейс внутренне порадовался за Камиллу – хорошо, когда чьи-то мечты наконец сбываются, – и вернулся к чтению учебника – он был уверен, что всё самое интересное уже позади.

– Красивая татуировка, – внезапно подала голос Серси.

Её слова прозвучали подобно грому среди ясного неба – пожалуй, это древнее выражение пришлось бы здесь весьма к месту. И дело отнюдь не в том, что она говорила громко – как раз наоборот. Просто это был первый случай, когда Серси заговорила с одноклассниками.

В кабинете наступила тишина, все удивлённо уставились на ладку, а она как ни в чём не бывало продолжала:

– И про сирень ты всё правильно сказала. Только вот с ягодой ошиблась: та, что у тебя на руке, называется «крыжовник». Шиповник выглядит иначе.

Надо отдать должное Камилле – она хоть и оторопела, но не стала по-глупому переспрашивать, а сразу уловила суть проблемы.

– Откуда ты знаешь?! – ошеломлённо спросила она ладку.

– Прочла в книге по ботанике, – невозмутимо ответила Серси. – И ты могла бы это сделать, если бы захотела.

Воцарилось молчание. Теперь все взгляды были устремлены на Камиллу – одноклассники ждали, как она парирует этот выпад.

Бедная девушка выглядела по-настоящему загнанной в угол: она переводила взгляд с одного лица на другое, но тщетно – здесь ей было не найти поддержки.

– Ты неправа, – только и нашлась она, что сказать Серси.

– Отнюдь, – возразила та. – Впрочем, если хочешь, то можешь продолжать называть крыжовник шиповником – у каждого есть право на личные заблуждения.

Кто-то из одноклассников засмеялся, и этот удар оказался решающим. Щеки Камиллы вспыхнули, она резким движением одёрнула рукав, развернулась и, оттолкнув Торхая, который преграждал ей путь, опрометью бросилась вон из класса. Теперь смеялся уже не один человек.

Повеселившись вдоволь, ребята переключили внимание на другого участника этой словесной дуэли – на Серси. Некоторые аж ёрзали от нетерпения, ожидая, что, раз уж решилась нарушить свой «обет молчания» единожды, она скажет ещё что-нибудь, но напрасно – ладка уже уткнулась снова в свои конспекты и, казалось, погрузилась в них с головой – как будто ничего не произошло.

Джейсу было непонятно, зачем Серси при всех унизила Камиллу, однако у него к ладке был другой, гораздо более важный с его точки зрения вопрос: повторится ли их приключение? И если да, то когда?

Три дня назад вернулись они из спонтанного путешествия по зелёному лесу, и с тех пор от Серси не было ни слуху ни духу, будто бы ладка вообще покинула Этажи – хотя она сидела здесь, прямо позади Джейса. А он меж тем жаждал продолжения.

Джейс чувствовал, что Серси может быть неприятно, если он заговорит с ней сейчас, когда все взгляды устремлены на неё: не просто же так, в конце концов, она молчала среди одноклассников, как закрытая Дверь – поэтому решил подождать, пока ребята, разочарованные, отвернутся и займутся каждый своими делами, и лишь потом повернулся к ней.

– Скажи, мы повторим это? – спросил он вполголоса.

Не поднимая головы, Серси стрельнула глазами сначала вправо, потом влево – не слушает ли кто? Удостоверившись, что всем всё равно, она так же тихо отозвалась:

– Я бы предпочла не вести обсуждение здесь. Вернёмся к этому вопросу позже, когда не будет посторонних, – и снова уставилась в тетрадь, показывая, что разговор окончен.

Джейс слабо представлял, когда это вокруг не будет посторонних, ведь жизнь в Этажах – явление на редкость общественное, – однако понял, что спорить не имело смысла. Оставалось ждать, когда ладка решит, что подходящий момент настал.

Она схватила его за руку так же, как и в прошлый раз, только теперь это случилось в Секции Перехода, в нескольких шагах от Двери, что вела к дому Джейса.

– Думаю, нет нужды спрашивать, о чём ты говорил, – начала без лишних предисловий Серси. – Только скажи мне сначала: ты действительно хочешь это повторить?

Джейс ответил, не колеблясь:

– Да.

– Но зачем это тебе?

В голосе ладки не было удивления – лишь искреннее желание узнать ответ.

Вопрос был задан непростой. Джейс и сам-то себя раньше не спрашивал: «Зачем?» А чужому человеку ведь объяснить ещё труднее.

Серси не торопила его с ответом: молча стояла и выжидающе смотрела на Джейса.

Наконец, он нашёл нужные слова.

– Я хочу лучше узнать мир, в котором живу. Понять, что меня окружает и как всё устроено, – сказал Джейс. – Я слушал в прошлый раз тебя и Рэя, и мне стало ясно, что вы с ним понимаете этот мир, осознаёте нашу с ним связь и влияние, которое мы друг на друга оказываем. Я же не знаю абсолютно НИ-ЧЕ-ГО! Я даже не имею представления, что скрывается за большинством Дверей, а ведь провёл в Этажах всю жизнь!

Серси молчала.

– Покажи мне! – почти взмолился Джейс. – Просто покажи то, что сама считаешь важным, и расскажи, что знаешь об этом. Пожалуйста, Серси…

– Хорошо, – кивнула ладка. – Думаю, что тебе это и вправду нужно. Только одно условие: время и место выбираю я.

Джейс тут же воспрял духом.

– Идёт! – выпалил он.

Счастью его не было предела.

– А теперь, раз уж мы встретились здесь, давай я тебя провожу? – предложил он ладке, окрылённый своим успехом.

– Нет, быстро ответила она. – Я и сама дойду. А сейчас тебе лучше пойти домой, Джейс.

Он не стал ей перечить, не желая, чтобы это отразилось на достигнутой ими договорённости. Сдержанно попрощавшись, Джейс продолжил прерванный путь и отворил Дверь своей Домашней Секции.

Серси не сдвинулась с места, пока он не переступил порог.

Фаза 5. Возобновление

Прошёл день. Другой, третий. Ещё чуть-чуть, и счёт бы уже вёлся на недели, а Серси всё не подавала сигнала к старту нового путешествия.

Джейс был терпелив, он не боялся ждать. Он боялся только, что ладка может передумать – или даже уже передумала, кто её знает. Мысли об этом заставляли его немного нервничать.

Когда прошло уже пять дней с момента их последнего разговора, случилось непредвиденное – Серси пропала. Просто перестала ходить на занятия, а все вокруг при этом вели себя так, как будто ничего не произошло – даже имени её ни разу не упомянули.

Джейс был настолько занят переживаниями о возможном крушении своих грандиозных планов, что даже не подумал о том, что молчание одноклассников можно было объяснить очень даже просто: за те полтора месяца, что ладка проучилась с ними, она не оставила о себе ровно никакой памяти, кроме разве что истории с татуировкой Камиллы. Над бедной девушкой, кстати, до сих пор посмеивались, а та в ответ краснела и нервно теребила рукав – татуировку она после своего конфуза стала прятать.

Терзания Джейса не остались незамеченными. Однажды за завтраком отец, время от времени поглядывающий на него из-за производственного информационного бюллетеня, который он по привычке листал по утрам, спросил:

– У тебя всё в порядке, сын? Ты какой-то сам не свой.

Джейс побледнел и на эмоциях тут же засунул в рот полную ложку каши.

– Шет, шапа, ши што, – прошамкал он. – У шеня вшё шофмально.

Отец ещё раз с подозрением взглянул на сына и вернулся к чтению бюллетеня, а Джейс в свою очередь проглотил кашу, залпом влил в себя стакан сока текайо – экзотического фрукта, который выращивали Мастера-Фермеры в отдалённых Земледельческих Секциях, – и поспешил покинуть дом.

Хорошо ещё, что на его состояние обратила внимание не мать. Она хоть и гораздо менее чувствительна к его настроениям, чем отец, но зато если начнёт расспрашивать – не отвяжешься.

На пути в Учебную Секцию Джейс всерьёз размышлял о том, что пора что-то менять в своём поведении, раз окружающие начали замечать странности. Серси исчезла, а вместе с ней – надежда узнать и понять родной мир – и что с того? Жил же он как-то без этого раньше. И другие живут.

В конце концов, можно ведь обратиться с той же самой просьбой к Рэю, недаром он тоже…

Но что это?

Выйдя во внутренний дворик Учебной Секции, где несколько сотен учеников уже готовились внимать Распорядку текущего дня на Церемонии Оглашения, в рядах своих одноклассников Джейс увидел Серси.

Застыв на секунду, чтобы удостовериться, что ему не померещилось, он на ватных ногах подошёл к своим и занял место среди них.

Церемония должна была начаться с минуты на минуту, Верховный Наставник их Секции уже навис над трибуной. Ладка в два лёгких движения оказалась рядом с Джейсом – со стороны это должно было выглядеть как чистая случайность.

Когда Верховный Наставник начал говорить, Серси, не поворачивая головы, шепнула:

– Сегодня.

Джейс ушам своим не поверил, у него даже голова на секунду закружилась от восторга, однако он молчал – боялся пропустить, что же она скажет дальше.

– Сразу после занятий ты должен будешь спуститься на двадцать шесть этажей в Секции Перехода, причём сделать это нужно будет по противоположной лестнице, – продолжала ладка. – Перейти на неё лучше этажей через восемь или даже ниже – так меньше шансов, что это заметит кто-нибудь из знакомых.

Сердце Джейса уже сейчас готово было ухнуть вниз на… да, на эти самые двадцать шесть этажей. Он никогда не забирался и в четверть так далеко, а здесь ещё и по противоположной лестнице!

Или это будет что-то невыразимо потрясающее, или она вознамерилась его убить.

Ладка меж тем раздавала последние инструкции:

– Будешь ждать меня там. И не вздумай использовать Дверь без меня!

На этом указания кончились, Серси замолчала и в течение всего учебного дня не сказала больше ни единого слова.

А Джейс всё ждал и не мог дождаться окончания уроков, чтобы как можно скорее приступить к величайшему в своей жизни нисхождению.

Спустившись уже на шестнадцать этажей, Джейс возблагодарил судьбу за то, что идти надо вниз, а не вверх. О том, как он будет возвращаться назад, думать пока не хотелось.

На восемнадцатом по счёту этаже Джейс решил, что предосторожности уже достаточно соблюдены, а потому перешёл, наконец, по серединной площадке, где не было Дверей и две лестницы сходились воедино, на противоположную сторону.

Ничего там на самом деле особенного не было – те же серые стены с местами осыпавшейся штукатуркой, тот же бетонный пол без изысков. Просто считалось, что чем дальше друг от друга этажи, тем на большее расстояние переносят Двери, а на лестницах с противоположных сторон дистанция вообще становилась колоссальной. Так это на самом деле или нет, Джейс не знал – как уже говорилось, его опыт в делах такого рода было нельзя назвать большим – однако сердцем он чувствовал, что Серси приготовила для него что-то необыкновенное.

Спустившись наконец до нужного этажа, Джейс понял, что нарушить запрет и войти в Дверь, не дожидаясь ладки, он не смог бы при всём желании – как минимум потому, что Дверей на площадке было целых три. Какая из них ему нужна – он не знал, а заходить бездумно в первую попавшуюся не собирался – а ну как там тоже, как и в зелёном лесу, хитро запрятан выход? И блуждай потом до скончания жизни, ищи дорогу домой.      На самом деле, до того похода Джейс вообще был уверен, что все Двери с обеих сторон выглядят и располагаются одинаково. Что нельзя, к примеру, войти в одну из них, а после оказаться посреди чистого поля и топать до выхода приличную дистанцию. По крайней мере, во всех Секциях, которые он посещал ранее, таких чудес не было – и это только лишний раз подтверждало, как мало Джейс видел и мало знал. Дополнительный повод не совать нос в незнакомую Дверь без проводника.

Джейс посмотрел вверх – туда, откуда пришёл, – там никого не было. Бросил взгляд на ступеньки, уходящие вниз – тоже никого. Только сейчас он подумал о том, что даже не знает, с какой стороны Серси должна появиться.

«Интересно, почему в прошлый раз она не разрешила проводить её?» – подумал Джейс.

Впрочем, размышлять об этом долго ему не хотелось. У него совершенно не было в планах становиться вдохновенным поклонником, который будет бегать за ней по пятам, таская её сумочку и вознося хвалу её прекрасным глазам – такое поведение вообще больше подошло бы Рэю, чем ему, – так что даже лучше, если она сама того не хочет. Просто скрытность Серси Траст превосходила всё, с чем он сталкивался ранее. Хотя Джейс чувствовал, что в её компании ему предстоит ещё много удивлений.

Для этого он и пришёл – чтобы удивиться.

Джейс отошёл от лестницы и оперся спиной на стену между второй и третьей Дверью. Ему хотелось верить, что ожидание не продлится долго – так же, как в тот раз в доме Наставницы Серси, – однако так ли это будет на самом деле, он не знал.

Так Джейс и стоял, твёрдый в решимости дождаться свою «соучастницу» и отправиться вместе с ней в новое путешествие, которое будет, несомненно, ничем не хуже предыдущего, а скорее даже наоборот.

Сколько времени прошло – Джейс точно не знал, однако ему казалось, что идёт оно ужасно медленно. Не приходилось сомневаться в том, что процесс значительно затянулся по сравнению с эпизодом у Наставницы.

От нечего делать Джейс взялся за ручку Двери слева от него и осторожно потянул.

Ну ничего себе!

Дверь оказалась заперта! Любому было известно, что это означало: Ограниченный Доступ!

Выходило, что целью их маршрута была определённо не она. Или?..

Может ли быть так, что Серси собиралась устроить им прогулку по закрытой территории? А что, если остальные Двери тоже заперты?

Прежде чем любопытство Джейса раскалилось настолько, что он решился проверить это предположение, в безлюдной тишине лестницы послышались шаги.

Джейс быстро занял своё исходное положение – спиной к стене. Ещё не хватало, чтобы кто-нибудь из посторонних заметил, как он пробует открыть заблокированную Дверь.

На его счастье, по лестнице спускалась Серси.

– Прошу прощения, что заставила ждать, – вежливо и несколько отстранённо сказала она, едва взгляд её золотистых глаз коснулся Джейса. – Ну что, ты готов к новому путешествию?

Он оглядел ладку. Та была одета куда более сдержанно, чем в их прошлом походе: чёрное свободное платье приемлемой длины и кожаные босоножки без диких каблуков.

Значило ли это, что теперь им предстояло скакать по бездонным ущельям или штурмовать отвесные скалы?

Как бы то ни было:

– Да, – ответил Джейс без малейших колебаний.

– Вот и отлично.

Не задавая больше вопросов, Серси подошла к Двери, – по счастью, не к третьей, запертой, а ко второй. Она поддалась сразу.

Джейс уже только что руки не потирал от предвкушения, устремляясь в неизвестность следом за ладкой: что же ждало его впереди, на целых двадцать шесть ярусов ниже привычной жизни?

Лицо Джейса обдало жаром. Приятным таким, сухим. Он не припоминал, чтобы ему приходилось испытывать нечто подобное раньше.

За спиной скрипнула и с шумом захлопнулась Дверь – обернувшись, Джейс увидел, что её закрыла Серси.

«Ага, – отметил про себя он, – значит, Дверь с этой стороны всё же расположена на своём обычном месте».

Что же, одной потенциальной неприятностью меньше.

Вокруг Двери от хлопка поднялось облачко пыли, – это говорило о том, что ею не пользовались очень и очень давно.

Джейс огляделся. Их окружали невысокие – в четыре, максимум пять этажей – дома из щербатого от времени камня, побелевшего на солнце. В оконных рамах кое-где ещё торчали осколки стёкол, однако целого ни одного не было. Неровности вокруг окон и дверных проёмов свидетельствовали, что когда-то дома были богато украшены разнообразной лепниной, однако ничего не сохранилось.

Видя замешательство своего спутника, Серси поторопила его:

– Пойдём! Наглядеться по сторонам ты ещё успеешь.

А поглядеть, действительно, было на что.

Между плитами искрошившегося булыжника у них под ногами рядками росла густая и жёсткая жёлтая трава. Вообще любой, даже самый крохотный пятачок земли был занят растительностью. Попадались и деревья, хотя они были все как одно невысокие, тонкие и с совсем маленькими листочками – должно быть, из-за жары.

По покрытым трещинами стенам с безглазыми впадинами окон откуда-то с крыш спускались побеги неведомых вьющихся растений. Местами на них можно было заметить гроздья гладких тёмных ягод – Джейс бы с удовольствием их попробовал, если бы мог поручиться, что они не ядовиты.

За поворотом им попался дом, крыша которого обвалилась вместе с частью стены. Было видно, что внутри, как и снаружи, поселилось солнце, одновременно обжигая и давая жизнь совсем ещё молодым деревьям, проросшим на обломках.

Запустение было повсюду, куда бы они ни шли. И всё же…

– Серси, этот город, он… – начал Джейс и тут же замолчал, не уверенный в правильности своих выводов.

– Он что? – спросила ладка.

Пришлось всё же озвучить своё предположение, пусть и рискуя показаться глупцом.

– Он же совсем не зелёный, верно?

Серси кивнула:

– Да, так и есть.

– Но… где же тогда все люди?! – изумился Джейс. – Почему его оставили?

Ладка пожала плечами:

– На этот вопрос я не могу дать тебе точного ответа. Возможно, люди переехали, чтобы быть ближе к другим уцелевшим, а может, в плане радиации во времена Падения тут было не столь чисто, как сейчас… Однако всё это не так важно, как может показаться, – неожиданно сменила тему Серси. – В любом случае мы здесь не из-за города, – вернее, не совсем из-за него.

– А из-за чего же тогда? – поинтересовался Джейс.

Но ладка не хотела опережать события.

– Увидишь, – только и сказала она.

Ребята продолжили путь.

Вывернув из-за угла, они увидели перед зданиями несколько поваленных и разбросанных металлических предметов. Когда Джейс подошёл ближе, он понял, что раньше это были столы и стулья – вероятно, до Падения здесь располагался местный отдел питания, также именуемый «кафе». Это частично подтверждалось длинными железными штырями, что были кронштейнами закреплены на стене на высоте нескольких метров – скорее всего, на них был натянут тент – а как иначе спасаться от такой жары? Но теперь, разумеется, от него ни клочка не осталось.

Наставники рассказывали, что в Древние времена места, подобные «кафе», являлись источников дохода для их хозяев, тогда как люди, желающие там перекусить, должны были отдать за это часть своих денежных ресурсов – и не для всех это было осуществимо.

Сейчас это казалось чем-то странным, если не сказать диким. В нынешние времена Император организовал всё так, что любой гражданин, трудящийся во имя всеобщего блага, получал довольствие автоматически – а трудились все без исключения. Даже подростки и дети, только посещавшие Учебные Секции, входили в этот список – ведь знания, получаемые ими, будут, несомненно, применены в будущей профессиональной деятельности. Такой же категории, как пресловутые «деньги», в мире вообще теперь не существовало, поэтому многим даже понять было трудно, что это и зачем нужно, однако Джейс вроде бы разобрался.

Примерно об этом главным образом он и думал, пока они с Серси пробирались по душным покинутым улицам к неведомой цели их путешествия: о мире, в котором было всё, но не для каждого. Однако стоило им свернуть снова, как мысли Джейса резко потекли – а вернее сказать, понеслись – совсем в ином направлении.

Вид, открывшийся им, не имел в памяти Джейса ничего даже относительно равного. Колоссальное строение своей громадой возвышалось над всем, что было вокруг. Оно состояло из четырёх ярусов, три из которых представляли собой ряды арок с массивными колоннами.

Снаружи здание было когда-то облицовано некоей разновидностью светлого декоративного камня – местами он потемнел, а много где и вовсе отвалился, однако если учитывать, сколько прошло лет, то состояние его можно было назвать весьма приличным.

– Вот это да, – только и смог выговорить Джейс, который от удивления даже замер.

– Это и есть цель нашего сегодняшнего маршрута, – сказала Серси, останавливаясь рядом с ним.

Некоторое время они вдвоём молча созерцали каменную громаду. Но через пару минут ладка нарушила затянувшуюся тишину.

– Ну что, пойдём? – нетерпеливо спросила она.

– Куда? – не понял Джейс. – Ты же сказала, что мы пришли!

– Я думаю, будет лучше, если мы зайдём внутрь, – как ни в чём не бывало пояснила Серси.

– Внутрь?! – опешил он. – А ты уверена, что нам нужно внутрь?

Вместо ответа ладка молча двинулась вперёд – Джейс уже понял, что она предпочитала по возможности заменять слова делом.

– Оно не обвалится прямо на нас? – спросил он, догоняя спутницу.

Серси отрицательно покачала головой:

– На этот счёт можешь не беспокоиться.

Что ж, уже легче.

Они ступили под своды аркады, ненадолго спасаясь от удушающей жары, которая, казалось, усиливалась с каждой минутой.

– Так, мы внутри. Куда теперь? – осведомился Джейс.

Вновь не говоря ни слова, Серси повернула направо.

Они шагали, погружённые в тень, мимо гигантских колонн. Напротив некоторых из них на постаментах с отколотыми краями иногда можно было увидеть остовы искажённых и оттого уродливых каменных фигур. Скорее всего, они были человеческими – когда-то давно.

– Статуи богов и героев, – сказала Серси, проследив направление взгляда Джейса.

– Бо… кого? – это слово было ему незнакомо.

– Тех, кто, согласно верованиям Древних, управлял их миром.

– Они и вправду существовали?

Ладка пожала плечами:

– Кто знает. Большинство исследователей склоняется к тому, что Древние сами их и придумали.

– Но зачем?! – такие вещи категорически не укладывались в голове Джейса.

– Скорее всего, для того, чтобы снять с себя ответственность за происходящее в мире, – высказала предположение ладка, и это напомнило Джейсу то, о чём говорил Рэй в зелёном лесу. – А ещё, я думаю, Древние периодически искали у своих богов помощи.

«Плохо же боги помогли им, когда пришло Падение», – подумал Джейс.

Ему неоткуда было знать, что к тому времени Древние давно уже отринули всех богов.

Как оказалось, Серси вела их к лестнице, ведущей наверх. По наполовину стёртым ступенькам спутники поднялись на третий ярус титанического сооружения. Затем ладка повела Джейса между колоннами к местам, которые, очевидно, были предназначены для сидения, – по крайней мере, сейчас они подходили для этого наилучшим образом.

Беспощадное солнце снова полило свои жгучие лучи на их непокрытые головы, стоило им устроиться бок о бок на чём-то, что уместнее всего было бы сравнить со скамьёй.

– Сидеть здесь долго в таких условиях нельзя, – проинформировала Джейса Серси. – Поэтому я, как смогу, коротко расскажу тебе самое главное из того, что знаю, и мы двинемся в обратный путь.

– Такая погода – следствие катаклизма, вызванного Падением? – уточнил Джейс, вытирая выступивший на лбу пот.

– Если да, то лишь в незначительной мере, – отрицательно покачала головой ладка. – Насколько мне известно, в этом районе планеты всегда было жарко. В Древности у людей, живущих здесь, даже был закон, согласно которому никто не выходил из дома в промежуток примерно с часу до трёх часов дня, а это время уже близится.

– Как – близится? – не понял Джейс. – Когда мы покидали Секцию Перехода, дело уже шло к шести часам вечера!

Серси посмотрела на него очень внимательно.

– Тебе что-нибудь известно о часовых поясах? – спросила она.

Джейс хлопнул себя ладонью по лбу: какой же он глупый!

– Ну, конечно! Естественно, в них-то всё и дело!

По всему получалось, что Джейс сейчас находился на много тысяч километров западнее своей Домашней и Учебной Секции. Всё-таки Двери – чудесная вещь.

Однако было видно, что Серси не испытывает радости от отвлечения на не относящиеся к делу темы, а потому Джейс наконец замолчал и приготовился внимать «самому главному».

Фаза 6. Экскурс

– Во времена настолько давние, что в Хрониках этот период получил название Ранней Древности, – начала свой рассказ Серси, – здесь собирались люди, чтобы вместе посвятить время грандиозному зрелищу.

– Кажется, я понимаю, – кивнул Джейс. – Это что-то вроде старинного варианта Секции Мероприятий.

– Не совсем, – отрицательно покачала головой ладка. – Это скорее Секция Досуга.

– Такая большая? – Джейс обвёл удивлённым взглядом длинные ряды-скамьи, замыкающие в кольцо причудливый каменный лабиринт внизу.

Понятия «мероприятие» и «досуг» в Этажах различались по нескольким важным аспектам. Во-первых, досуг подразумевал нечто исключительно развлекательного характера, тогда как мероприятиями называли события, имеющие практическую значимость, причём зачастую с всенародной точки зрения. К ним относили, к примеру, Всеобщие Церемонии Оглашения, в ходе которых зачитывался не Распорядок какой-то малой группы граждан на текущий день, а общий План развития социальных и производственных структур на ближайшие несколько лет. Или Собрание Единения, где ежегодно к народу с воодушевляющей речью обращался Император – не лично, разумеется, но его послания зачитывали специально уполномоченные лица.

Мероприятия имели цель показать людям, что они – едины, публично вознести хвалу их успехам и задать курс для дельнейших свершений, обозначить цели. Всё это считалось чрезвычайно важным, и отсюда вытекало второе кардинальное отличие мероприятий от досуга – они привлекали к участию огромное количество граждан, если не вообще всех, а вот досуг, на который из-за постоянной борьбы за выживание, выражавшейся в неустанном выполнении социально значимых функций, практически не осталось времени, приобрёл характер чего-то личного, тихого и совершенно немасштабного.

Осталось у тебя время и силы после тяжёлого рабочего дня – сядь в уголок, почитай книжку. Или в шах-маты сыграй, если найдёшь с кем. Или цветочек посади под окном, если уверен, что будет возможность его вовремя поливать – а то не на дождь же надеяться в таких важных вопросах.

Совершенно очевидно, что при подобном подходе гигантское здание, в котором находился Джейс, абсолютно не вызывало у него ассоциаций с досугом.

– Сколько же человек здесь могло поместиться? – спросил он, оглядывая казавшиеся бесконечными ряды таких же скамейкоподобных выступов, как тот, на котором сидели они с Серси.

– Примерно пятьдесят тысяч.

– Сколько?! – ошеломлённо переспросил Джейс. – Это же почти всё население Этажей!

– И лишь крупица в мире Древних, – пожала плечами Серси. – Впрочем, в чём-то ты прав: сооружений, подобных этому, практически не было ни до, ни после него.

– Что же это за досуг такой, что он собирал так много народу? – не унимался Джейс.

Да, он пообещал себе, что не будет перебивать Серси лишними вопросами, но она говорила настолько невероятные вещи, что он никак не мог остановиться.

Однако ладка была на удивление терпелива.

– Здесь проходили игры.

– И во что же играли? – что-то подсказывало, что явно не в столь любимые Джейсом шах-маты. – В фут-бол?

Наставники рассказывали, что в Древности этот вид спорта был чрезвычайно популярен. Удивительно только, как у людей, достигших того уровня прогресса, что наблюдался до Падения, хватало времени на подобную ерунду.

– Это лишь называлось играми. На деле же это были бои.

Джейса передёрнуло. Естественно, о былой любви народа к бойцовым видам спорта Наставники упоминали тоже. Ещё одно свидетельство деструктивной направленности культуры Древних.

Впрочем, в этот раз он удержался от комментариев, а потому ладка продолжала:

– О Ранней Древности в Хрониках сохранилось немного упоминаний. Однако происходившее здесь описывается довольно подробно – наверное, потому, что весьма исчерпывающе характеризует человечество в те времена.

– Что же именно происходило? Люди просто дрались друг с другом зрителям на потеху? Не томи, Серси! – взмолился Джейс.

– О-о-о, это была не просто потеха, – протянула ладка. – Это был самый настоящий праздник. Свободные люди тех сословий, на которые делилось тогдашнее общество, всеми силами стремились попасть сюда.

Джейс поморщился. Мало того что люди, среди которых тогда не было ни ладов, ни орков, всё равно умудрялись найти способ «делить» друг друга на группы, так ещё и не все из них были свободными. Снова дикость.

– Несмотря на то, что в те времена, как, в принципе, и всегда до Падения, всё упиралось в деньги, пропуска на игры за них было не достать, – рассказывала меж тем Серси. – Все они распространялись через различные профессиональные союзы, общественные организации и учреждения, через влиятельных людей. Таким образом, чтобы попасть сюда, нужно было обзавестись связями и проявить изрядную сноровку. Впрочем, по всеобщему мнению, оно того стоило. Для обывателей, облачавшихся по такому случаю в свои лучшие наряды, это было торжеством, для тогдашнего Императора этого государства – символом собственной власти, а для сражавшихся… – тут она замолчала.

– А для сражавшихся – что?

– Жизнь и смерть, – коротко сказала ладка. – Так как большинство из них, особенно на первых порах, составляли рабы, преступники и военнопленные, то победитель при определённых обстоятельствах мог получить свободу, тогда как проигравший… Проигравший ни на что уже не мог рассчитывать.

Джейс понурил голову. Как же всё это было глупо… Глупо и нелепо.

– Наверху, – продолжала ладка, – там, где нет арок, а только сплошная стена с маленькими окошками, находилась чернь – самая низшая категория свободных граждан. Там даже не было мест для сидения – люди должны были стоять, причём так тесно друг к другу, что порой даже трудно было пошевелиться. Чем ниже ярус – тем выше было общественное положение его занимавших. А вон там, на почётном месте, ближе всего к арене, – Серси указала куда-то вниз, – сидел сам Император.

– Как? – не понял Джейс. – Император? Просто так, у всех на виду?!

Дело в том, что в нынешние времена Император по каким-то особым соображениям не показывался гражданам – хотя, разумеется, неотрывно следил за их успехами и неустанно работал ради их блага, как постоянно повторяли на всех мероприятиях. Никто даже не знал, на самом деле, лад он или человек – вариант с орком почему-то вовсе не рассматривался.

– Ага, – подтвердила ладка, не углубляясь в дальнейшее обсуждение этой темы. – Когда в бою наступал решающий момент, один соперник был обезоружен и разбит, а другой торжествовал, зрители определяли судьбу проигравшего. Для этого существовали специальные жесты – показывая один, они демонстрировали желание оставить человеку жизнь, показывая другой – велели сопернику убить его. Финальное решение было за Императором, но при этом сохранять жизнь всем было нельзя – это считалось признаком жадности, ведь бойцы и их вооружение стоили денег.

– Постой-постой! – перебил её Джейс. – Ты сейчас сказала «убить»?!

Ладка посмотрела на него и, казалось, в золотых глазах на секунду мелькнуло раздражение:

– Когда я сказала «жизнь и смерть», ты, выходит, счёл это фигурой речи?

Джейс смотрел на неё, широко раскрыв глаза и рот.

– Разумеется, я не шутила и не говорила метафорами! Для подобных глупостей не стоило тащить тебя в такую даль.

Да, тысячи лет назад здесь, в этом самом месте, одни люди убивали других людей, а также животных. И это считалось нормальным, почиталось за развлечение и объединяло посильнее, чем многие из мероприятий, проводимых сейчас.

Джейс был шокирован её словами. Услышь их в этот момент Наставники, Серси бы непременно наказали – и не посмотрели бы даже, что она – ладка.

– Вон в тех лабиринтах, которые ты видишь на месте арены, бойцы ожидали своего выхода, скованные цепями, – говорила дальше Серси. – Когда это место только построили, игры в честь его открытия длились девяносто семь дней. Было загублено столько жизней, сколько уносила не каждая война…

Война. Вот оно – это слово, объясняющее всё.

Теперь Джейс, кажется, понял. Понял, что война – это не просто историческое событие, война – это суть, сама человеческая природа Древних. А как иначе объяснить тот факт, что то, о чём рассказывала Серси, было возможным, причём для этого не требовалось ни глобальных конфликтов, ни роковых потрясений?

Вопрос в другом: действительно ли люди сумели изжить это в себе?

– … Для организации боёв был учреждён специальный орган – Министерство Игры…

Хотелось закрыть уши руками и не слушать этот ужас больше…

Однако Серси всё говорила, говорила и говорила:

– … Ажиотаж вокруг игр возрос до такой степени, что в бойцы поступали добровольно свободные люди. Но даже при этом профессия Наставника бойцов считалась самой отвратительной из всех, даже хуже, чем торговец доступными женщинами…

«Какое лицемерие!» – подумал Джейс.

– … Доподлинно известен случай, когда на арене сражался правящий Император того времени…

«Они что там все, с ума посходили?!» – хотелось крикнуть Джейсу.

Голова его кружилась от ощущения сюрреалистичности данной истории, однако он чувствовал, что всё это – правда, и от этого становилось по-настоящему тошно.

– … Приверженцы единого бога всегда пытались убедить власти, что игры – это зло…

«Неужели для того, чтобы это понять, людям нужен был бог?!» – поразился Джейс.

– … Однажды один из них выскочил на арену во время боя – он пытался остановить сражавшихся, чтобы избежать кровопролития.

– Они… убили его? – дрожащим голосом спросил Джейс.

– Убили, но только не они. Несчастный был растерзан разъярённой толпой. – Серси на минуту замолчала, словно давая спутнику прочувствовать сказанное. – Зато это послужило толчком к тому, чтобы бои между людьми наконец были отменены. Хотя животных на арене продолжали убивать ещё в течение многих лет.

Они погрузились в молчание.

Джейсу хотелось встать и уйти. Уйти подальше от этого ужасного места, которое зачем-то уцелело при Падении, когда столько всего хорошего и доброго рухнуло и превратилось в пыль.

Пятьдесят тысяч человек, которые надевали свои лучшие одежды, чтобы идти и смотреть, как подневольные бойцы убивают друг друга… Император, считавший это опорой своей власти… Разъярённая чернь, готовая растерзать любого, кто посмеет мешать её развлечению…

Обо всём этом было невыносимо думать. Однако Джейс думал и продолжал сидеть на месте.

А Серси не торопила его и сидела рядом, молча скользя взглядом по изгибам лабиринта на месте арены.

Наконец Джейс решился нарушить тишину.

– Отведи меня домой, – негромко попросил он.

– Как скажешь, – пожала плечами ладка. – Всё равно пик жары наступит с минуты на минуту.

Надо же. А Джейс, безотчётно увлечённый её рассказом, совсем этого не заметил.

Фаза 7. Контраст

Переступая порог своего дома, Джейс был так же погружен в себя, как когда сидел на трибуне древней Арены Смерти. Он не помнил даже, как они с Серси дошли обратно до Двери, но готов был поклясться, что за всё это время ими не было сказано ни единого слова.

Мысли Джейса были до такой степени заняты тем, что он в этот вечер узнал от ладки, что он даже не заметил сидящую за столом Надин, когда зашёл на кухню.

– Привет! – весело сказала сестрёнка, устремив на него свои кристально-голубые глаза.

Джейс на секунду остановился.

– Привет, – с трудом ответил он.

И тут же направился к холодильнику, чтобы, во-первых, утолить внезапно разыгравшийся голод, а во-вторых – замять как можно быстрее грозящий начаться разговор.

– Что-то ты сегодня поздно, – болтая ногой, заметила Надин.

Рука Джейса замерла в сантиметре от бутылки молока.

– Меня… Задержали после занятий, – солгал он после небольшой заминки.

Надин удивлённо подняла брови, однако от комментариев воздержалась: подобные изменения в Распорядке были делом практически небывалым, однако всё же Джейс учился в выпускной ступени – мало ли, как всё происходит у старших.

Джейс взял, наконец, из холодильника бутылку и сел за стол напротив сестры. Кажется, Надин со свойственной ей непосредственностью спрашивала у него ещё что-то, однако, не получив ответа, вскоре отстала и, удивлённая, ушла в свою комнату.

Джейс понимал, что его поведение может возбудить подозрения, но, как бы ни старался, думал сейчас только об одном. Он больше не был уверен, что его желание узнать об окружающем мире как можно больше – такая уж хорошая идея.

* * *

Утром, за завтраком, Джейс по-прежнему был молчалив и угрюм. Надин, в силу легкомысленной юности уже давно выкинувшая из головы события вчерашнего вечера, что-то увлечённо щебетала, а вот отец вновь украдкой подозрительно на него поглядывал – однако в этот раз от вопросов решил воздержаться.

Транс продолжался и на Церемонии Оглашения, и даже на первом уроке. Вплоть до перемены, когда Серси, проходившая рядом с партой Джейса, незаметно для остальных сунула ему под руку записку. Красивым округлым почерком на клочке бумаги было написано:

«Сегодня снова».

По идее, Джейсу стоило бы порадоваться, однако он не радовался. Скорее даже наоборот. После того, что он услышал в полуразрушенной Секции Досуга Древних, он чувствовал себя категорически неготовым к новым похождениям.

Чудное дело: он так просил Серси начать путешествовать с ним, так как же теперь сказать о том, что он хочет всё закончить? И это после первого же раза?

Джейс вздохнул и устремил взгляд на свои сложенные на парте руки. Ему следовало найти подходящие слова до того, как ладка, взявшаяся за дело с энтузиазмом, затащит его куда-нибудь ещё. Он был более чем уверен, что не выдержит подобных откровений снова.

Так как в записке не было никаких указаний касательно того, куда Джейс должен идти, то он решил просто отправиться домой, посчитав, что Серси, очевидно, снова перехватит его на полпути.

На автомате переставляя ноги со ступеньки на ступеньку, Джейс, уже который раз за день, был настолько погружён в себя, что не замечал ничего вокруг. Казалось, пройди мимо отряд Стражей Порядка при полном параде, даже они не привлекли бы его внимания. Впрочем, может, они действительно проходили – кто их знает? Уж точно не Джейс, чьи мысли были по-прежнему заняты поисками приемлемой формулировки для того, чтобы сказать Серси, что их путешествие не состоится.

Когда его уже практически ставшим привычным жестом схватили за руку, то Джейс обернулся так резко, что точно ударил бы Серси, не отскочи она – у ладов, по счастью, отличная реакция.

– Кажется, ты сегодня не в духе, – несколько озабоченно констатировала она.

В её голосе не было ни одной осуждающей нотки.

– Нет… То есть, да… В общем, извини! – принялся неуклюже объясняться Джейс.

Нужно было взять себя в руки, причём срочно, иначе разговор грозил превратиться в фарс.

Вдохнув поглубже, чтобы собраться с мыслями, Джейс выпалил:

– Я не хочу никуда идти, Серси.

Ладка удивлённо подняла брови:

– Тебя не устроил мой выбор даты? В таком случае мы можем…

– Нет, – решительно сказал Джейс. С момента их знакомства он впервые перебил её. – Я не хочу никуда идти с тобой ни сегодня, ни завтра. Вообще никогда.

Серси несколько секунд смотрела на него молча, и во взгляде её читалась неподдельная озабоченность.

– Могу я узнать, в чём причина столь категорического отказа? – вежливо спросила она.

– Лучше уж жить и умереть неучем, чем узнать такое о своих предках. И о себе.

Если говорить честно, то Джейс до сих пор не вполне решил, насколько рассказы о варварском прошлом его расы имеют отношение лично к нему, однако чувствовал, что отмыться от грязи, в которую он окунулся вчера, ему не поможет даже самый сильный ливень.

Видя, что Серси не отвечает, Джейс опустил глаза.

– Прости… – сказал он виновато. Я знаю, что сам просил тебя об этом, но теперь…

Ладка, казалось, напряжённо что-то обдумывала. Джейс же стоял и ждал – он чувствовал, что не может просто развернуться и уйти, пока она не скажет, что не держит на него обиды. Или что он – дурак. Или просто не скажет хоть что-нибудь!

– Ну вот что, – подала, наконец, голос Серси. – Похоже, я перегнула палку с мрачными красками в нашем предыдущем путешествии… И меньше всего бы мне хотелось, чтобы из-за моей оплошности весь этот негатив исказил твой взгляд на Мир и на человечество. Поэтому я прошу тебя отправиться со мной в ещё одно место.

«Только не это!» – готов был взмолиться Джейс, но Серси опередила его:

– Пожалуйста! Всего один раз!

Её тон казался почти отчаянным, и, очевидно, по какой-то причине ей было очень важно то, о чём она просила. Почему так?..

Этого Джейс не знал, но зато понимал, что у него нет морального права отказать ей. В конце концов, она же ему не отказала.

– Хорошо, – вздохнул он. – Но только в этот раз.

Серси просияла, но тут же поспешила вернуть своему лицу прежнее сосредоточенно-серьёзное выражение.

– Я даю слово, что если после этого ты не изменишь своего мнения, то больше я не стану звать тебя с собой. А теперь – вперёд! Не будем тратить время напрасно.

С этими словами ладка взяла руку Джейса в свою и потянула за собой вверх по лестнице. Он нехотя поплёлся следом.

Они поднимались так долго, что Джейс уже начал думать, будто это и есть их путешествие. Сколько этажей они прошли – он не считал, и, хотя ему казалось, что гораздо больше, чем в прошлый раз, поручиться за это он не мог – возможно, всё дело было в медленном темпе их ходьбы.

Всё это время ладка крепко сжимала его ладонь, будто боялась, что он может ускользнуть. Но Джейс бы, разумеется, этого не сделал, пускай ему и очень хотелось – слово есть слово.

Наконец на одной из площадок они остановились. Перед ними была одна-единственная Дверь, и Серси поспешила отворить её. Однако она не шагнула за порог, как раньше – в этот раз ладка легонько подтолкнула в спину Джейса, чтобы он сделал это первым. Тот, вздохнув, подчинился.

В ушах пронзительно засвистел ветер. Джейс невольно поёжился от холода, норовившего заползти под кожу – и это повезло ещё, что он был в толстовке.

Вопреки собственным ожиданиям, открыв глаза, Джейс не увидел ни снега, ни других признаков холодного времени года – лишь бескрайний и ничем не испорченный простор.

Они с Серси стояли на гребне довольно высокого холма, а под ними простиралась, до куда хватало глаз, покрытая ковром слегка пожелтевшей травы равнина. Погода была не сказать чтоб приятная – подгоняемые ветром по серому небу лениво ползли расплывчатые облака, то и дело заслоняя и без того неяркое солнце, и казалось, что в любую секунду может пойти дождь. Однако, несмотря на это, вид всё же был завораживающим.

– Ты это хотела мне показать? – спросил Джейс Серси, кутаясь плотнее в толстовку и накидывая капюшон.

– Не совсем. Обернись.

Он последовал её совету.

Взору открылось, что прямо за его спиной на точно такой же равнине на приличном расстоянии от них устремлялись в небо огромные столбы, на вершинах которых словно нехотя вращались конструкции, больше всего напоминавшие лопасти гигантских вентиляторов.

– Что это? – спросил Джейс.

– Давай присядем, – предложила Серси. – Тогда я расскажу тебе.

В этот раз они не стали никуда идти, а устроились на земле прямо под Дверью – с этой стороны она напоминала вход в крошечную сторожку, расположенную на самой вершине холма. Столь удачная позиция позволяла им не только не терять из виду столбы с вентиляторами, но и укрыться от пронизывающего ветра, гуляющего в поисках компании.

Серси начала издалека.

– В Древние времена, а именно когда потребность в электричестве приобрела массовый характер, было изобретено множество способов добычи энергии в промышленных масштабах, – говорила она своим мягким голосом, словно рассказывая сказку ребёнку. – Появилось множество видов электростанций, которые различались не только способом добычи энергии, но и характером своего влияния на окружающую среду. К примеру, тепловые электростанции в обилии выбрасывали в атмосферу продукты горения топлива, отравляя воздух, гидроэлектростанции перегораживали реки, приводя тем самым к их засорению, а затем к застою и обмелению. Опаснее всех, пожалуй, были атомные электростанции – халатность, допускаемая Древними в их отношении, порой приводила к тому, что уже в те времена произошло несколько аварий, создавших в определённых областях локальный вариант Падения.

Джейс поёжился, но вовсе не от холода.

Древние, Древние… Был ли предел у их жестокости и разгильдяйства?

– Однако наука не стояла на месте, – продолжала Серси. – Сколь бы неосмотрительными ни казались их действия, люди до Падения не могли не понимать, что, разрушая свою среду обитания, они разрушают самих себя. Это подстегнуло их к поиску альтернативных источников энергии.

То, что ты видишь перед собой, – она кивнула в сторону исполинских вентиляторов, – это ветровые электростанции. Благодаря тому, что воздушные потоки вращают лопасти, возможно получать электричество, не совершая каких-либо выбросов, наносящих вред окружающей среде.

И это был далеко не единственный подобный способ: Древние также научились преобразовывать в электричество энергию солнца, приливов, землетрясений и вулканов. Говорят, велись даже работы по тому, чтобы получать электричество из радиации в космосе, но тут грянуло Падение, перечеркнув всё… Хотя вот эти ветряки, к примеру, работают и сейчас, давая энергию Дверям.

Джейс слушал её, поражённый.

– Это всё просто невероятно, Серси! – сказал он. – Но я хочу спросить: почему ты рассказываешь мне об этом именно сегодня?

– Ты имеешь в виду, почему не вчера? – вздохнула ладка. – Возможно, так и надо было сделать. Начать с чего-то конструктивного, полезного, умного… Чтобы ты понял, что люди – это не кровожадные звери. Да, в них сильно деструктивное начало – и Падение тому свидетельство, – однако дело не ограничивается этим. Когда захотят, люди могут взаимодействовать позитивно и друг с другом, и с окружающим миром. Это подтверждают Этажи, и они, – Серси махнула рукой на ветряки, – это тоже подтверждают.

Джейс слушал её очень внимательно – так горячо она говорила, что невозможно было не почувствовать то же, что и она, и невозможно было ей не поверить.

– И, конечно же, я ни в коем случае не хотела, чтобы то, что я говорила о Древних, ты принял на свой счёт, – добавила ладка извиняющимся тоном. – Просто я стремилась рассказать тебе больше о людях, Джейс. А люди – они ведь разные. И сложные. О них никак нельзя судить однобоко.

Джейс, всё это время завороженно наблюдавший за вращением гигантских лопастей, кивнул. Пожалуй, он был готов с ней согласиться.

Фаза 8. +1

– …И тогда мне досталось по полной программе, – вещал Рэй Тао на весь отдел питания.

У Джейса от смеха на глазах вот-вот грозили выступить слёзы.

– И сколько бы я ни повторял, что такие звери НЕ ВОДЯТСЯ в нашем лесу – меня никто просто не хотел слушать, всё было бесполезно!

– Ты мог принести его из другого леса, – улыбаясь, заметила Серси.

– Мог, – не стал отрицать Рэй. – Но, клянусь, я этого не делал!

Ладка закрыла рот рукой, но это, разумеется, не помогло ей подавить очередной приступ хохота.

– Вот вам смешно, – обиженно проворчал Рэй. – Посмотрел бы я на вас, окажись вы на моём месте!

Джейс и Серси только закатились ещё пуще прежнего. Уязвлённым тоном их было не пронять – Рэю нравилось быть в центре внимания, и ребята прекрасно об этом знали.

Джейс украдкой взглянул на Серси.

Вот уже около двух недель они практически ежедневно путешествовали, однако интересного в этом было мало: чаще всего вылазки совершались в различные Домашние Секции. Ладка утверждала, что для понимания Мира крайне важно знать, как живут люди в разных его частях. Правда, до сего момента они навещали главным образом близлежащие Секции, но Джейс не спорил: он помнил их уговор.

А ещё верил, что самое интересное ждёт его впереди: как показал опыт первых трёх приключений, далеко не весь мир застроен скучными панельными многоэтажками.

Когда Джейс предложил, ради эксперимента, взять с собой Рэя, он был практически уверен, что Серси ответит отказом. Однако она, вопреки его ожиданиям, тут же согласилась. И теперь, наблюдая за тем, как ладка хохочет над незатейливыми историями Рэя, Джейс ясно видел, что его друг пришёлся Серси по душе.

Пока Джейс отвлекался на изучение меню, пытаясь решить, чем же ему ещё подкрепиться, тема беседы уже ушла далеко от рассказа про то, как кто-то подкинул соседке Рэя под дверь альфа-ежа: чудесное создание с белёсыми глазами и серо-синими иглами, порождённое радиацией.

– … Метание копья, плаванье, подъём гирь… – методично перечисляла Серси.

Как понял Джейс, ладка говорила о тех видах спорта, которыми она успела позаниматься – и это, к тому же, был список не с самого начала.

– … Ах, да, ещё понемногу разных единоборств, – подытожила она.

– Ого, – восхищённо присвистнул Рэй. – Да ты мощная, как ладоорк! Таким только в Охрану Императора и дорога!

Серси поморщилась, словно перед ней на стол положили нечто дурнопахнущее.

– Ладоорки не служат в Императорской Охране, – сказала она. – Туда берут только чистокровных ладов.

– Ну, конечно, я просто не так выразился, – принялся оправдываться Рэй.

Джейс за свою жизнь знал немного ладов, однако, насколько он мог судить, для большинства из них тема чистоты крови являлась весьма болезненной. Удивительно, откуда при таком отношении вообще брались ладоорки и людолады – потомки от смешанных браков.

Ребята пробовали обсуждать что-то ещё, однако разговор не клеился, из чего стало очевидно, что пора отправляться по домам. Они дружно встали со своих мест, поблагодарили орку, подошедшую, чтобы убрать со стола – та в ответ лучезарно улыбнулась, демонстрируя все свои клыки. Платить за еду было не нужно – в Этажах, как уже говорилось ранее, не знали денег, так что ребята просто направились к выходу, чтобы затем разбрестись по своим Секциям.

Не успели они далеко уйти, как Серси извинилась, сославшись на неотложные дела, включила скорость, в Древних текстах носящую название «первой космической», и в мгновение ока скрылась из виду.

Чувствовалось, что Рэй был несколько сбит с толку таким поворотом – он рванулся было за ладкой, однако тут же остановился, поняв, что его, в конце концов, никто не звал. А Джейс – а что Джейс? Он уже успел привыкнуть к избыточной таинственности, окружавшей жизнь и дела Серси Траст, и прекрасно помнил, что она не любит, когда ей пытаются навязаться в провожатые, и потому не повёл и бровью.

Оставшуюся дорогу до Двери друзья молчали, и только в Секции Перехода, где Рэй увязался зачем-то за Джейсом, хотя ему было нужно вообще на противоположную лестницу, Тао подал голос.

– Мне кажется, она обиделась на меня, – сказал он.

Джейс вопросительно посмотрел на него.

– Ну, Серси, – пояснил Рэй. – За то, что сравнил её с ладоорком.

Джейс не позволил себе фыркнуть лишь из уважения к достоинству своего друга.

– Ты просто плохо её знаешь, – успокоил он его. – Она всегда вот так исчезает, в этом нет твоей вины.

– И всё равно, – не унимался Рэй. – Нехорошо как-то получилось. Ты её чаще видишь, поговори с ней, пожалуйста, ладно?

– Хорошо, поговорю, – пообещал Джейс.

Лицо Рэя заметно посветлело. Он тут же завёл беседу на какую-то лёгкую и ничего не значащую тему, а когда друзья дошли до Двери, ведущей в Домашнюю Секцию Джейса, весело попрощался с ним и пошёл своей дорогой.

* * *

– … В общем, он считает, что ты на него обиделась, – подытожил Джейс своё объяснение, касавшееся вчерашней просьбы Рэя.

Серси удивлённо изогнула бровь.

– Он сделал совершенно неправильные выводы из моего поведения. Обязательно скажи ему об этом – вы ведь наверняка встретитесь раньше, чем мы отправимся в следующее путешествие.

Джейс просиял:

– Так, значит, ты планируешь взять его с собой снова?

– Конечно. Почему бы и нет?

Джейс сидел вполоборота к Серси, и они беседовали, практически не понижая голоса, прямо посреди класса. Это оказалось возможным благодаря тому, что в последнее время ладка стала неожиданно для всех проявлять чудеса общительности и периодически заговаривать с одноклассниками. Поэтому теперь, когда Джейс хотел поговорить с ней, это можно было сделать, не таясь – на них, конечно, поглядывали, но смерть от удивления уж точно никому не грозила.

Дверь хлопнула, извещая, что кто-то вошёл.

– О, шиповниковая! – издевательски крикнули с задней парты.

Остальные громко засмеялись.

Значит, это Камилла. Её теперь так встречали практически всегда.

– Знаешь, я бы хотел показать Рэю то место с ветряными электростанциями, – сказал Серси Джейс, не вмешиваясь, но и не присоединяясь ко всеобщему веселью. – Если ты, конечно, не против, – добавил он.

Сквозь гвалт голосов, окружавших их, Джейс слышал, как вошедшая медленно проследовала к своему месту.

– Не вижу смысла отправляться в одно и то же место дважды, – отрицательно покачала головой ладка.

Скрипнул стул.

– Ну пожалуйста, – попросил Джейс. – Мне так понравилось там. Хотелось бы поделиться этим с другом.

Он буквально кожей чувствовал, как с соседнего ряда на Серси, а заодно и на него, устремилась волна жара и молчаливого гнева. Если бы это было физически возможно, ладка бы точно обуглилась до костей.

Однако Серси, казалось, совершенно этого не замечала, а потому непринуждённо ответила:

– Если ты хочешь устроить для друга незабываемое путешествие, то у меня есть пара неплохих идей касательно того, как это можно сделать.

* * *

В условленный день ребята собрались у Двери, которую указала Серси. Все трое пришли туда по отдельности, и, когда они встретились, было заметно, что Рэй немного нервничает, ведь ему было обещано особенное приключение. Джейс нервничал тоже – в конце концов, это он пообещал, так что именно ему, в случае чего, нести ответственность.

Одна только Серси, главная зачинщица, была спокойна и невозмутима.

– Ну что, готовы? – спросила она.

Парни одновременно кивнули, и ладка открыла Дверь.

– Что это за запах? – услышал Джейс откуда-то слева голос Рэя.

– Йод, соль. Разлагающиеся водоросли, – донёсся ответ Серси.

Звучало не очень романтично, однако Рэй произнёс:

– Я никогда в жизни не вдыхал ничего прекраснее.

И, атом его побери, он был прав.

Открыв глаза, Джейс увидел, что мир вокруг был погружен в густую фиолетовую ночь, однако миллиарды звёзд и луна, сверкавшие в небе, не давали темноте лишить ребят прекрасного вида.

Они находились на узкой полосе песчаного пляжа, позади них крутой стеной взмывали вверх чёрные скалы, у подножия которых небольшими группками росли забавные деревья, каких Джейс раньше не встречал – с ребристыми стволами без единой ветви, зато с пучком будто бы изрезанных ножницами листьев на вершине. Впереди до самого горизонта простиралась водная гладь, и сияние небесных светил отражалось в ней, как в зеркале – только поверхность зеркала не могла покрываться рябью от ветра.

– Это… море? – понизив от волнения голос, спросил Джейс.

Он никогда прежде его не видел, только читал в учебнике по естествознанию.

– Да, – подтвердила ладка. – Это море.

Она стояла, как и когда-то в зелёном лесу – закрыв глаза и неподвижно вдыхая воздух, пропитанный ароматом воды и ночи.

Джейс ещё раз огляделся вокруг – до того тяжело было поверить в реальность этого волшебного мира под небом, усыпанным звёздами.

– Ты права, Серси, – признал он. – Это круче, чем ветряные электростанции.

– Да это круче, чем что угодно! – выпалил отошедший от шока Рэй.

Словно сорвавшись с цепи, он побежал по пляжу сначала в одну сторону, потом в другую, при этом истошно вопя от восторга, словно маленький ребёнок, которого родители впервые в жизни выпустили погулять во двор.

– Он не привлечёт так хищников или ещё кого? – украдкой поинтересовался Джейс у Серси.

– Нет, – успокоила она его. – Здесь совершенно безопасно.

Сама ладка меж тем уверенным шагом направилась к воде. Оставив сандалии у самой кромки прибоя, она босыми ногами ступила в море.

Джейс последовал за ней. Он решил, что ничего страшного не будет, если он немного побродит у берега, а потому тоже оставил обувь на песке.

Вода оказалась на удивление прохладной, но приятной. Первая же волна, накатившая с моря, обрызгала брюки Джейса – пришлось закатать их, чтобы совсем не намокли. Приняв меры предосторожности, Джейс почти так же смело, как ладка, зашлёпал по прибрежной кромке, при каждом шаге зарываясь пальцами в песок. Плавать он, памятуя о всё том же зелёном лесе, не собирался – впрочем, и Серси не отходила от берега далеко.

Когда Джейс выходил на берег, отряхивая в меру возможностей ноги от песка и засовывая их назад в ботинки, ладка тоже направилась следом. Только Серси, в отличие от Джейса, не стала надевать сандалии.

– Ты не простудишься? – обеспокоенно спросил он.

Ладка в ответ лишь поморщилась.

Рэй, к тому времени набегавшийся, напрыгавшийся, наоравшийся и сидящий на берегу, встретил их улыбкой до ушей.

– Вот это ты молодец, – обратился он к Серси. – Место нашла просто потрясающее! А я, признаться, сколько ни бродил, на такое ни разу не натыкался.

– И много Дверей ты открыл? – поинтересовалась ладка, – устраиваясь рядом с ним.

– Если честно, то я не считал, – пожал плечами Рэй. – Но точно знаю, что больше, чем многие.

Это высказывание ни к кому конкретно не относилось, однако всё равно Джейс принял его на свой счёт. Ему стало стыдно за то, что он до недавнего времени вообще, можно сказать, пользовался Дверями исключительно по дороге на учёбу и домой, а ведь был старше Рэя на целый год.

Ощущение собственного невежества на фоне этих двоих заставило Джейса поскорее сменить тему.

– Что это у тебя? – спросил он, указывая на стоящие на песке возле Рэя изящные стаканы на тонких ножках.

– О-о-о, – протянул, ухмыляясь, его друг. – Это ты сейчас узнаешь.

– Они похожи на старинные, – сказала Серси, и глаза её загорелись.

– Так и есть, – подтвердил Рэй, перебирая содержимое своей сумки. – Но гвоздь программы вовсе не они, поверь мне.

Джейс и Серси смотрели на него с интересом. Наконец Рэй воскликнул:

– Нашёл!

– Ну, что нашёл? – нетерпеливо спросил Джейс. – Не томи, Рэй!

Ладка ничего не сказала, но по её глазам было видно, что она с ним солидарна.

– Не торопи меня, – огрызнулся Рэй. – Это всё не просто так делается.

На секунду воцарилось молчание, но, к счастью, оно не затянулось надолго, и Рэй продолжил.

– Джейс и Серси, – торжественно объявил он. – Мои дорогие, не побоюсь этого слова, друзья! Невозможно описать, как я рад, что вы позвали меня присоединиться к вам в ваших замечательных прогулках, и поэтому я нашёл то, что, по моему мнению, отблагодарит вас лучше всяких слов!

Сказав это, он извлёк из сумки непримечательную на первый взгляд бутыль из тёмного стекла без этикеток и украшений, закупоренную деревянной пробкой.

– Ты решил нас отравить! – воскликнул Джейс.

– Да чтоб тебя на атомы разорвало! – выругался Рэй. – Это пойло готовит моя соседка Мэг – та самая, которой подкинули альфа-ежа, – у неё все подряд это берут! Ты вообще в курсе, как трудно было его достать?!

– Так все подряд берут или трудно достать? – вкрадчиво поинтересовался Джейс.

Однако прежде чем Рэй взорвался от негодования, вмешалась Серси.

– Это отличная идея, Рэй, – сказала она. – Разливай!

Джейс смотрел на неё, выпучив глаза и не веря своим ушам. Однако не было в этот момент человека счастливее, чем Рэй Тао, который, не заставляя себя просить дважды, бросился разливать содержимое бутылки по «стаканам». Когда дело было сделано, Серси благодарно кивнула и взяла свой за высокую ножку.

– Неужели ты и вправду будешь это пить? – спросил ошеломлённый Джейс.

– А почему нет?

– Но ведь Императорский указ № 14 категорически призывает граждан отказаться от контакта со всякими веществами, потенциально приносящими вред здоровью… Не говоря уже о том, что мы…

Он только хотел произнести «несовершеннолетние», но ладка, поморщившись, перебила его.

– К атому всё, – сказала она и практически залпом влила в себя содержимое «стакана».

Джейс едва не потерял челюсть.

Рэй же, напротив, засмеялся:

– Вот это да! Не ожидал от тебя, честное слово! Только вот это совсем не так делается, – с этими словами он наполнил её «стакан» снова. – Нужно всем поднять их вверх, затем кто-то – пускай на первый раз это буду я – скажет какие-нибудь хорошие слова, тогда мы стукнемся ими, а только затем выпьем. Всем понятно? – Рэй строго оглядел присутствующих.

– Понятно, – серьёзно кивнула Серси, поднимая свой «стакан».

Джейс нехотя последовал её примеру.

– Итак, что бы такое сказать, ребята… – задумчиво протянул Рэй, берясь за тонкую ножку, и тут же просиял. – О! Придумал!

Давайте выпьем за то, чтобы у нас с вами всегда был этот Мир!

Поколебавшись долю секунды, Серси повторила:

– За этот Мир.

«А, ладно! – подумал Джейс. – Если даже ладка согласилась, то неужели я буду в стороне?!»

– За этот Мир! – громко сказал он.

«Стаканы» звякнули, соприкоснувшись. Когда ребята осушили их, воцарилась тишина, нарушаемая лишь мягким плеском волн. Все трое, как один, смотрели на море. Розовая полоска вдали возвещала, что скоро в этой части света взойдёт солнце.

– А следующее путешествие будет за мной, – проговорил, не отрывая взора от волн, Рэй.

И никто ничего не имел против.

Фаза 9. Блокировка

В это утро Джейс Салливан встал с постели в крайне возбуждённом состоянии духа. Причиной тому было предстоящее путешествие, возглавить которое взялся не кто иной, как его лучший друг.

Они собирались посвятить походу весь день, а потому очень тщательно выбирали дату – ведь для этого требовалось прогулять занятия, что в Этажах строго порицалось. Однако Рэй взамен обещал им что-то совершенно, по его словам, «бомбическое», а потому ребята решили пойти на риск.

Когда Джейс усаживался за стол со своей семьёй, его мысли были так заняты готовящимся путешествием, что он даже поначалу не замечал хитрых взглядов, периодически бросаемых на него сестрой и матерью. Лишь когда мать едва не пролила на него чай, он встрепенулся:

– С тобой всё хорошо?!

Та поспешно отвела глаза и начала бормотать что-то малоразборчивое.

– Ой, конечно… Конечно, сынок, всё хорошо… Лучше и быть не может… – на секунду она замолчала, словно раздумывая, стоит говорить или нет, но затем всё же добавила: – Ты, главное, знай, что мы с папой очень-очень рады.

Отец в ответ на это лишь уткнулся ещё глубже в информационный бюллетень, сам же Джейс удивлённо изогнул бровь.

– Рады чему? – осведомился он.

– Ну как… – застенчиво улыбнулась мать. – Тому, что у тебя появилась девушка.

Джейс поперхнулся, Надин нервно заёрзала на стуле.

– Чего?! – опешил он.

– Я, пожалуй, пойду… – начала было сестра, вставая.

– Стоять! – выпалил Джейс. – Это что, твоих рук дело?!

– Не повышай голос на сестру! – строго одёрнула его мать. – Да, это она рассказала мне всё. Жаль только, что ты сам этого не сделал… Неужели ты думал, что мы с отцом будем тебя осуждать?

Отец вновь промолчал.

– Что за чушь ты наговорила родителям, Надин?! – не унимался Джейс.

– И вовсе не чушь! – вспылила сестра. – Я говорила правду, ты и сам знаешь! А что рассказала… – она на секунду замялась. – Ты ведь везде и всегда теперь со своей ладкой ходишь, только что не за ручку держишься… Разве я могла предположить, что это – секрет?

Джейс хотел было продолжить спор, но вместо этого лишь рассмеялся от бессилия. А ведь Надин, забери её Падение, права. Интересно, сколько ещё знакомых видели их вместе и приняли за пару?

В этот момент некоторые не понятые ранее шуточки одноклассников разом приобрели смысл. Впрочем, вот до них Джейсу уж точно не было никакого дела.

Он бросил взгляд на часы: без пятнадцати восемь. Вот-вот начнётся Церемония Оглашения, а они с друзьями договорились встретиться как раз в это время.

– Ладно, – вздохнул Джейс. – Я опаздываю. Удачи вам всем!

Мать проводила его светящимся от гордости взглядом, и Джейс понимал, что теперь легче будет жениться на Серси Траст, чем убедить родню, что она не его девушка. Продолжать эту дискуссию не имело смысла.

А отец меж тем так и не оторвал глаз от бюллетеня.

Встреча была назначена неподалёку – всего-то надо было спуститься на два этажа, только что по противоположной лестнице. Приходилось внимательно следить, не идёт ли навстречу кто из других учеников его Секции, однако, по счастью, в это время все они уже должны были строиться для Церемонии Оглашения – опаздывать туда было категорически не принято, так что все приходили заранее. Поэтому, собственно, Рэй и предложил выбрать для отбытия именно это время.

Также, как уже было упомянуто, было не принято пропускать уроки. Каждый пропуск наказывался многочисленными отработками, а ещё крайне негативно сказывался на успеваемости. К образованию юных граждан здесь подходили всерьёз, ведь от него во многом зависел успех в их будущей профессиональной деятельности, а значит, и благополучие всех жителей комплекса.

За успеваемость свою Джейс не боялся – он всегда был одним из сильнейших учеников своей ступени. Объективно говоря, самое страшное, что Наставники могли сделать в его случае – это рассказать о пропуске родителям, хотя и в отработках, конечно, было мало приятного. Однако эту проблему обещала решить для них Серси, что оказалось весьма кстати: лады всегда на удивление легко находили общий язык как с Наставниками, так и с другими административными работниками.

Когда Джейс достиг нужной площадки, друзья уже ждали его там. Прервав шедшую между ними задушевную беседу, Серси сдержанно улыбнулась вновь прибывшему, а Рэй, как ему было свойственно, просиял, демонстрируя свои белоснежные зубы.

– Здорово, друг! – весело поприветствовал он Джейса. – А мы с тобой сегодня, как два истинных джентльмена, помогаем даме, – он лучезарно улыбнулся Серси. – Переносим вещи из одной Секции в другую. Её семья переезжает, что уж тут поделать. Круто, правда?

Бред какой. Обычно для подобной тяжёлой физической работы нанимают пару-тройку крепких орков, а не зовут ребят из Учебной Секции. Впрочем, озвучивать свои мысли Джейс не стал – в конце концов, дарёной Двери петли не разглядывают.

– А теперь к нашему сегодняшнему путешествию, – сменил тему Рэй. – Я, как уже говорил, не сомневаюсь, что вы получите незабываемый и уникальный опыт, однако должен вас предупредить. В ходе прогулки у вас неизбежно возникнет огромное множество вопросов… Так вот – ответов на них у меня НЕТ.

Джейс удивлённо изогнул бровь, хотя сделанное другом заявление скорее возбудило его любопытство, нежели чувство осторожности. Серси же на это откровение не отреагировала вообще никак, словно подобное было абсолютно в порядке вещей.

– Ну что, вы готовы начать? – спросил ребят Рэй.

Было видно, что он тоже взволнован.

Джейс и Серси, переглянувшись, кивнули.

– Тогда вперёд, – скомандовал Рэй, указывая на левую из двух находящихся на площадке Дверей и отступая в сторону.

По выжидающему взгляду обоих друзей Джейс понял, что право открыть эту Дверь предоставлялось ему. Ничего не имея против, он подошёл к ней, взялся за ручку и…

– Какого атома, Рэй?!

– Что такое, Джейс? – встревожилась Серси.

– Эта Дверь заперта! – ответил тот. – Может, ты ошибся и нам нужно в другую?

– Я не ошибаюсь в таких вопросах, – отрицательно покачал головой Рэй. – К тому же они здесь обе заперты.

Джейс недоверчиво подошёл ко второй Двери и несколько раз дёрнул за ручку. Рэй оказался прав.

– Что за шутки, Рэй? – мрачно поинтересовался Джейс.

– Никаких шуток, друг мой. Я обещал вам потрясное приключение, значит, оно у вас будет. И не где-то, а именно здесь.

– Но как мы обойдём Ограниченный Доступ?! – не унимался Джейс. – Здесь, должно быть, только административные работники да Мастера-Плотники и могут находиться…

Он был так возбуждён, что даже сам не заметил одну занятную деталь: прежде в подобной ситуации Джейс бы в первую очередь постарался оказаться как можно дальше от Секции, в которой ему нельзя находиться. Теперь же он всерьёз был готов обсуждать способы туда попасть.

Рэй подошёл к другу и положил ему руку на плечо.

– Это, Джейс, пожалуй, единственный вопрос, на который я могу тебе дать ответ, – сказал он. – И ты должен слушать меня очень внимательно.

Джейс вопросительно посмотрел на него.

– Никакого Ограниченного Доступа не существует, – коротко сказал Рэй.

Несколько секунд Джейс, поражённый, молчал.

– Ты с ума сошёл, – сказал он, когда дар речи вернулся к нему.

– Отнюдь, – возразил Рэй. – Всё дело в том, что твой мозг с детства забивали россказнями о существовании так называемых «закрытых» Дверей, вот ты и привык верить безоговорочно.

– Допустим, – нехотя уступил Джейс. – Но запертые Двери действительно есть, это факт, ты не можешь с ним спорить! Выходит, есть какие-то замки, ключи от которых даны не всем.

А итог всё равно один – нам туда путь заказан, мы зря теряем здесь время!

– Зря ты терял время, когда с утра до ночи внимал с открытым ртом своим пустоголовым Наставникам, вместо того чтобы пытаться хоть что-то узнать самостоятельно о месте, в котором живёшь, – Рэй старался держаться спокойно, однако было видно, что он понемногу начинает раздражаться.

Серси меж тем в диалоге не участвовала, но внимательно следила за спорящими, стоя в стороне.

– Если, как ты говоришь, существует ключ, то где же тогда замочная скважина?

Джейс, уже готовый возражать, осёкся. Действительно, скважины никакой не было – причём не только у этой Двери, а вообще ни у какой из них. И самое странное – Джейс прекрасно это знал. Знал, но почему-то не думал.

– А ключ-то, однако, действительно есть, – продолжал Рэй. – Он есть у каждого из нас – у тебя, у меня, даже у Серси.

– Ага, вручается в качестве подарка на окончание Учебной Секции, – попытался сострить Джейс.

– Ты зря иронизируешь. Лучше воздержись – это не красит человека, который не понимает, что вокруг него происходит, – посоветовал Рэй. – Этот ключ – он не в коробке в шкафу лежит. Он – в твоей голове, и только оттуда ты можешь им воспользоваться.

– Ты хотя бы понимаешь, как дико это звучит? – спросил Джейс.

– Понимаю, – ответил Рэй. – Но именно так всё и есть. Эти Двери как-то – я не знаю как – настроены на нас – на то, о чём мы думаем, во что верим, чего мы хотим. И до тех пор, пока в нашей голове живо убеждение, что есть-де такие Секции, куда нам путь заказан – некоторые Двери не будут открываться. При этом даже не обязательно знать, какие именно под запретом – механизм работает безукоризненно. Но он – этот механизм – в нас самих. Стоит поверить, что его можно обойти, или вдруг сильно-сильно захотеть это сделать, или даже просто не знать о нём, как – бац! И Дверь откроется тебе.

– Чушь, – фыркнул Джейс, собираясь уйти. – Я даже больше не хочу это слушать.

– Постой! – неожиданно воскликнула Серси, подаваясь вперёд и хватая его за плечо.

Джейс удивлённо посмотрел на неё, но сказать ничего не успел, так как снова заговорил Рэй.

– Ты хорошо меня знаешь, Джейс, – начал он. – Тебе известно, что я способен иной раз пошутить. Но также тебе известно, что я не буду нагло врать в лицо своему лучшему другу. И если всё, сказанное мной до этого, ещё можно было принять за розыгрыш, то послушай меня сейчас.

Я, Рэй Тао, простой ученик десятой ступени, открывал эту Дверь. Эту и многие другие, подобные ей. И я клянусь, что это – правда.

Как я это сделал? У меня нет иного ответа, кроме того, что я тебе уже дал.

Серси отпустила Джейса и отступила на шаг.

– Теперь выбор за тобой – уйти или попытаться сделать то же, что и я, – закончил свою мысль Рэй.

Джейс замялся. Да, у него действительно не было оснований считать Рэя Тао лгуном. Но всё, о чём говорил его друг, было однозначно запрещено, неправильно и атомно…

Интересно.

Всё ещё не до конца уверенный в правильности своего решения, Джейс медленно подошёл к нужной Двери. Внимательно оглядев её, спросил:

– Что я должен делать?

– Думаю, раз ты знаешь о запрете и веришь в него, то выход один: захотеть его обойти.

И Джейс захотел.

Фаза 10. Коллекция

Он просто не мог иначе – неистовое желание узнать, что же там – за запертой Дверью – буквально жгло его изнутри. А тот факт, что друг уже видел всё это, лишь сильнее подливал масла в огонь.

Дверь поддалась, и Джейс, не дожидаясь реакции товарищей и не оборачиваясь, перешагнул порог.

Там, где он оказался, был день – утро, если быть точным. По погоде и воздуху Джейс понял, что эта Секция, должно быть, находится совсем недалеко от его Учебной – и это заставило предположить, что на удалённость Секций влияют скорее этажи, нежели разные лестницы, но Джейс не стал зацикливаться на размышлениях. Окружающая обстановка интересовала его гораздо больше.

Он сразу заметил, что здесь отсутствует Дверь. Не только за его спиной, но и вообще в обозримом пространстве. А это значило, что её придётся поискать.

– Не бойся, – ободрил его Рэй. – Я всё тут знаю, так что без труда найду дорогу до Двери.

Джейс улыбнулся уголком рта – Рэй говорил почти как Серси в их первом путешествии.

Сама же ладка стояла по другую сторону от Джейса – снова молчаливая и спокойная.

Что это была за вспышка с её стороны там, на площадке – Джейс так и не понял. Впрочем, в этом он разберётся позже.

Они стояли под крышей крохотного строения со стенами из листов рифленого железа, окрашенного в синий. Передняя стена отсутствовала – было ясно, что это результат умышленной планировки, а не несчастного случая, – а вдоль задней протянулась узкая и длинная скамья.

Слева и чуть впереди на торчащем из земли металлическом шесте красовалось ярко-жёлтое табло, испещрённое какими-то символами и рядами цифр. Приглядевшись, Джейс понял, что большинство из них – это, очевидно, время, а вот что означают остальные, было для него загадкой.

Прямо перед ними пролегала широкая асфальтовая дорога, а за ней возвышались панельные дома – точно такие же, как в Домашней Секции Джейса и во многих других. Однако одно существенное отличие всё же имелось и в домах, и во всей улице – нигде не было ни единого человека или даже следа присутствия людей, хотя всё было в идеальном состоянии. Кажется, этого места не только не коснулось Падение, но также на протяжении всех прошедших веков за ним тщательно следили, чтобы сохранить в надлежащем виде.

Вопрос только – зачем?

Пока Джейс оглядывал окрестности, Рэй уже шагал вверх по безлюдной улице. Серси, впервые за время их совместных путешествий принявшая на себя роль не проводника, а скромной гостьи, безмолвно двигалась следом.

На секунду Рэй остановился.

– Ты идёшь? – спросил он Джейса, обернувшись.

Разумеется, тот шёл. Пришлось ему поспешно догонять друзей, чтобы не остаться одному в этом незнакомом месте.

Их путь по пустынной дороге оказался недолог. Вскоре по левую сторону им открылась довольно обширная площадь, по центру которой располагались большие клумбы с цветами в несколько ярусов, а рядом с ними – скамейки, протянувшиеся с каждой стороны. На правом краю площади возвышалась причудливая будка, построенная в виде какого-то неизвестного Джейсу белого зверя с чёрными глазами, но самое главное, несомненно, было на противоположном конце открытого пространства – огромные ворота с небольшими прилегающими зданиями справа и слева. Над воротами были установлены массивные буквы, но язык оказался Джейсу не знаком. Это было странно, ведь он знал, что в мире после Падения остался лишь один язык, сформировавшийся из многих существовавших до этого в ходе совместной борьбы за существование людей с разных концов света. Так что непонятная надпись над воротами скорее сбивала с толку, чем проясняла что-либо.

Там, где ворота заканчивались, в стороны убегала высокая чёрная ограда, причём если левый её край в относительной близости загибался под прямым углом и уходил уже вдаль от ребят, то правый вскоре исчезал из поля зрения за другими небольшими постройками. Что было за оградой – понять не представлялось возможным. Сквозь железные прутья были видны деревья, но больше ничего.

– Нам нужно туда, – сказал Рэй, хотя Джейс уже понял это и без него.

– Как мы попадём внутрь? – подала голос Серси. – Так же, как вошли в Дверь?

Рэй лишь улыбнулся:

– Сейчас увидишь.

И он пошёл вперёд, мимо клумб и рядов скамеек прямиком к воротам. Однако когда до них осталась примерно четверть пути, Рэй неожиданно завернул немного вправо, к близлежащему зданию.

Теперь друзья заметили, что у всех имевшихся здесь небольших построек очень широкие окна с пластиковыми рамами, с обратной стороны сверху до низу обклеенные плакатами с различными изображениями – преимущественно зверей – и полотнами непереводимого текста. Это всё явно предназначалось для внимания гостей или работников этого места, только вот кто из ныне живущих в Этажах мог понять давно умерший язык? И с какой целью?

Загадка за загадкой.

Подойдя к небольшой форточке, расположенной почему-то снизу окна, Рэй постучал.

– Что ты делаешь?! – в ужасе прошипел Джейс.

Но было, разумеется, поздно. Форточка открылась, и в ней друзья увидели лицо немолодой орки с чёрной кожей.

– Чего хотели, ребятки? – приветливо спросила она.

Джейс так и застыл на месте, Серси же, казалось, наблюдала за происходящим с интересом.

– А мы вот, пришли зверей посмотреть, – непринуждённым тоном сообщил Рэй.

– Зверей? Ну, это всегда пожалуйста! Сколько вас там?

– Трое, – ответствовал Рэй.

– Держите тогда три билета! – с этими словами орка протянула ему три небольших кусочка бумаги с всё теми же буквами на неизвестном Джейсу языке. – Удачной вам прогулки!

– Спасибо! – поблагодарил Рэй.

Форточка закрылась.

– Что это? – спросил Джейс, указывая на бумажки в руках у друга.

– Не знаю, – пожал плечами тот. – Наверное, что-то вроде пропуска. Без них нам не попасть туда, – он махнул рукой в сторону ворот, куда компания тут же и направилась.

Как выяснилось при ближайшем рассмотрении, ворота всё это время были открыты. Узкий проход за ними перегораживал лишь недлинный металлический штырь, торчавший из странного аппарата. Рядом стоял угрюмого вида мужчина-орк, одетый в чёрное.

– Билеты есть? – строго спросил он.

– Конечно, – лучезарно улыбнулся Рэй, протягивая ему листки.

Орк недоверчиво осмотрел все три, и лишь затем нехотя сказал:

– Ладно… Проходите.

Рэй шагнул к аппарату первым. Он легонько толкнул металлический штырь, и тот, повернувшись, открыл проход. Правда, стоило Рэю войти внутрь, как на место убранного штыря встал другой, точно такой же. Как заметил Джейс, всего их в аппарате было три, и благодаря специальному механизму они прокручивались все вместе, по очереди закрывая путь.

Следующей к аппарату устремилась Серси, а Джейс был замыкающим. Когда он толкнул штырь, механизм поддался легко, плавно освобождая ему дорогу.

Внутри их взору открылась вторая площадь, значительно меньше первой и с обилием разномастных будок по краям. От некоторых из них пахло очень даже аппетитно.

– Не хотите перекусить? – спросил друзей Рэй. – Сейчас там внутри никого нет, но если позвать…

– Не нужно, – замотал головой Джейс.

По его мнению, они и так слишком много привлекли к себе внимания – а это всё же закрытая Секция!

– Серси? – обратился Рэй к ладке.

– Нет, – сказала она, мягко улыбнувшись. – Спасибо.

– Ну, значит, идём дальше, – пожал плечами Рэй.

Прямо вглубь территории уходила асфальтовая дорога – по ней друзья и двинулись. Чуть дальше, за площадью, они увидели несколько огромных фигур, стоящих по обе стороны от дороги. Все они изображали страшных ящероподобных существ, но двух одинаковых среди них не было: у кого-то наблюдались клыки, у кого-то – рога, длинная шея и так далее. Те создания, что были справа, находились в центре небольшого заболоченного пруда, – их позы изобличали, что существа сражаются друг с другом. По наличию у них ласт Джейс понял, что они, очевидно, относятся к водоплавающим животным.

– Кто это? – спросил он, совершенно забыв, что Рэй предупреждал – у него нет ответов.

Но внезапно подсказка пришла от Серси:

– Это животные, населявшие нашу планету давным-давно.

– В Древние времена?

– Нет, – отрицательно покачала головой ладка. – Раньше. Гораздо раньше.

– Когда ты говорил, что мы идём смотреть на зверей, ты имел в виду их? – обратился Джейс уже к Рэю.

И тут, словно бы отвечая на его вопрос, из глубины территории раздался рык, громкий и низкий. Мурашки пробежали у Джейса по коже, а Рэй лишь хитро улыбнулся.

– Увидишь, – таинственно сказал он.

Томиться в ожидании не пришлось долго. Уже за ближайшим поворотом ребята обнаружили ряд клеток. По первой из них расхаживали потрясающе изящные птицы, белые от клюва до кончика хвоста. Этот хвост, пожалуй, и был самым примечательным в них: ажурный, пушистый, будто бы из тонко нарезанной бумаги. На клетке была закреплена табличка, где Джейс увидел изображение точно таких же птиц, только с причудливым сине-зелёным окрасом и хвостом, раскрытым подобно вееру. Надписи рядом были, как и везде, на всё том же вышедшем из употребления сотни лет назад языке. Впрочем, Джейс уже начал сомневаться, такой ли он вышедший из употребления, как принято считать.

Посмотрев дальше, Джейс увидел, что в соседней клетке тоже сидят птицы, большие и чёрные – кажется, это были знакомые ему вороны. Вообще все клетки в обозримом пространстве были заняты пернатыми, причём совершенно не похожими друг на друга.

– Наслаждайтесь, – весело констатировал Рэй. – В конце концов, мы здесь именно для этого.

Джейс так и не понял, что имел в виду его друг под «здесь» – удивительное место, в котором они оказались, или весь их Мир в целом.

Как вскоре выяснилось, они не ошиблись, решив посвятить прогулке весь день. Территория оказалась поистине огромной, с множеством разветвляющихся тропинок, окружённых клетками с разнообразными животными.

Кого только они не увидели: и птиц, – от мелких и проворных всевозможных расцветок до больших с причудливыми клювами, – и зверей всех мастей, и даже рыб – под содержание последних отводилось целое подвальное помещение с огромными аквариумами. Идентифицировать видовую принадлежность хоть кого-то из них Джейс и Рэй были бессильны, однако Серси и тут поразила их своими знаниями: к примеру, в небольших серых копытных с жёсткой шерстью и длинными ушами она распознала ослов – тягловых животных Ранней Древности, а в плоских и быстрых рыбах, стремительно проносящихся по расположенному над головами посетителей тоннелю из одного аквариума в другой – скатов.

Рэй не переставал поражаться её осведомлённости:

– Откуда ты знаешь столько того, о чём мы даже не слышали? – восхищённо спросил он.

– Скажем так… Лады получают особое образование, – нехотя ответила она.

– Все? – поинтересовался Джейс.

– Все, – кивнула Серси.

– А есть возможность для представителей других рас получить его? – полюбопытствовал Рэй.

– Пока нет. Но мы работаем над этим.

И больше на данную тему ладка не сказала ни слова.

Спустя несколько часов блужданий Джейс уже начал жалеть о том, что не принял предложение Рэя подкрепиться. Однако вернуться без посторонней помощи Джейс бы не смог – точно бы заблудился, а разворачивать ради собственных нужд весь их небольшой отряд ему не хотелось.

– Значит, ты не знаешь, что это за место? – спросил он Рэя.

– Я уже говорил, друг – понятия не имею. Ни что это за место, ни для чего оно нужно.

– Мне кажется, оно называется «зоо-парк», – задумчиво протянула Серси. – Ну, в подобных местах содержат животных, чтобы люди могли ходить и смотреть на них, – пояснила она в ответ на вопросительные взгляды Джейса и Рэя. – Но вот что меня удивляет, – продолжала ладка, – животных, которых мы тут видели, объединяет одно: абсолютно все жили на Земле до Падения. Большинство из них в наше время уже считаются вымершими, и нет ни одного из видов, появившихся под воздействием радиации – ни, к примеру, альфа-ежей, ни кро-котов, ни стрекалок… И, я уверена, дело отнюдь не в том, что мы ещё не дошли до клеток с ними.

– Ну, положим, стрекалок было бы просто опасно держать вот так, – сказал Джейс.

Это были отвратительные серые птицы, практически не летающие, мимикрирующие под кору деревьев и плюющиеся ядом. Человека этот яд, конечно, убить был не в силах, но вот уродливые шрамы от ожогов после него оставались на всю жизнь.

Твари, подобные стрекалкам, были одной из причин, почему люди не жаловали зелёные леса.

– Не все животные, содержащиеся здесь, безобидны, – возразила Серси.

Джейс вынужден был признать, что она права – к примеру, оказалось, что ужасный рык, так его напугавший, издавали крупные четвероногие животные с густой тёмно-коричневой шерстью. Более того – рычали, играя друг с другом, их ДЕТЁНЫШИ – Джейс подумал про себя, что не хотел бы ни за что столкнуться с такими малышами снаружи. Звери эти очень напоминали современных урсаров, страшных диких хищников – вероятно, виды состояли в родстве, причём довольно близком.

Да и у потрясающе красивых животных с чёрно-рыжей полосатой шкурой, неподалёку от которых ребята решили передохнуть, на клетке висел знак, изображающий открытую пасть с длинными клыками. Не нужно было понимать надпись под ним, чтобы догадаться о его значении.

– Как получилось так, что животные, которых, по официальным данным, больше нет на Земле, оказались собраны здесь? – спросил Джейс.

Рэй лишь развёл руками – не было смысла вновь повторять, что у него нет ответа.

Серси молчала – очевидно, в этот раз версий не имелось и у неё.

– Может, здесь расположены лаборатории Мастеров-Биологов? – не сдавался Джейс.

– А вот это вряд ли, – отозвался Рэй. – Я всё здесь облазил и ничего подобного не нашёл.

– Так, может, хорошо спрятали?

– Какой смысл? – задал встречный вопрос Рэй. – Секция-то и так закрытая, никто тут особо не ходит.

Резонно. За всё время, что ребята здесь были, они видели только пару орков (не считая тех, что были на входе) – один подметал листья, покрывавшие тротуар, а другой засыпал зерно в кормушки для птиц.

– И как только нас пропустили? – подивился Джейс.

– Скорее всего, решили, что у нас есть Доступ, раз мы сумели открыть Дверь, – отозвался Рэй.

Он встал со скамьи, на которой все трое сидели, и, подойдя к клетке, в которой был заключён особенно крупный рыже-чёрный зверь, перемахнул через невысокий барьер, расположенный примерно на расстоянии метра от железных прутьев. Очевидно, барьер этот был предназначен для безопасности посетителей – чтобы зверь случайно или умышленно не достал когтистой лапой до зазевавшегося гостя, – однако Рэй Тао, похоже, решил презреть меры предосторожности.

– Рэй, не надо! – испуганно вскрикнула Серси, вскакивая с места.

Хищник повернул голову на звук. Увидев Рэя, он медленно направился к нему.

– Рэй, что ты делаешь?! Уйди оттуда! – ладка в мгновение ока оказалась рядом и схватила друга за рукав.

Джейс, соображавший куда медленнее, тоже двинулся к ним, но он чувствовал, что, случись что-то, он не успеет.

– Я говорю, уйди!!! – в панике Серси попыталась утянуть Рэя от клетки, но он словно не замечал её. Хищник меж тем подошёл вплотную.

– Интересно, каково это – жить на воле, а потом оказаться запертым вот так? – спросил Рэй, глядя тому в глаза.

Зверь не шелохнулся.

– Должно быть, диким животным несладко приходится, когда они понимают, что отныне их удел – стальная решётка.

Рэй, подросток человеческой расы, и могучий хищник Древности несколько секунд безмолвно играли в гляделки. Слышно было только, как шумно дышит Серси, всё ещё сжимавшая рукав Рэя.

И тут случилось то, чего никто не ожидал – зверь, не издав ни звука, отвернулся и пошёл прочь, всё так же грациозно и плавно.

У Джейса, наблюдавшего эту сцену, пропал дар речи. Серси, отпустив рукав Рэя, поспешно отошла к соседней клетке, находящейся в некотором отдалении от первой – там на деревянном помосте в паре метров над землёй возлежал точно такой же полосатый зверь, только чуть меньше.

Рэй же не двинулся с места, провожая взглядом своего несостоявшегося «собеседника».

– Говорят, в зоо-парках звери живут дольше, – сказала, наконец, Серси. Дрожь в её голосе практически не была заметна. – Здесь их регулярно кормят, лечат от болезней, тогда как в естественных условиях их выживание становится порой делом счастливого случая.

Рэй поморщился:

– Что толку в выживании, если у тебя нет свободы?

Ладка пожала плечами и хотела ему что-то ответить, но вдруг вскинула руку.

– Смотрите! – воскликнула она, указывая на животное на деревянном помосте. – Это самка, и у неё малыши!

Джейс и Рэй поспешно подошли к Серси и увидели, что она была права: в безопасном окружении могучих лап действительно копошились несколько крохотных комочков. Цвет и узор их шкур был точно такой же, как у матери – потому-то их и не заметили сначала.

«Удивительно, – подумал Джейс, наблюдая за тем, как один из малышей пытался переползти через мать. – Всё-таки жизнь всегда берёт своё. Даже здесь».

Фаза 11. Вирус

– Да, – в который раз повторила Серси, когда они с Джейсом шли бок о бок по коридору Учебной Секции. – Я всё равно настаиваю на том, что следующее приключение требует от нас отказа от занятий. Поверь, посещение места, в которое мы отправимся, займёт не меньше времени, чем зоо-парк.

За последние четыре недели они уже не единожды покидали учёбу, и хотя ладке каждый раз удавалось придумывать для этого новые бредовые оправдания, данная ситуация никак не могла нравиться Джейсу, который относился к учёбе очень серьёзно. И всё же…

– Ладно, – вздохнул он. – Убедила.

… К путешествиям он с некоторых пор относился ещё серьёзнее.

– Отлично, – просияла Серси. – Осталось только предупредить Рэя.

– Думаю, это можно доверить тебе? – спросил Джейс.

Как он недавно совершенно случайно узнал, Рэй и Серси теперь периодически совершали совместные вылазки в отдалённые Секции. Ладка даже древнюю Арену Смерти ему показала – правда, Рэй, в отличие от Джейса, не разочаровался от услышанного во всём человечестве, а, напротив, был воодушевлён масштабностью грозного строения. Он потом долго говорил, что вовсе не удивительно, что люди, воздвигшие столь грандиозное сооружение, дошли в итоге до создания такого гиперкомплекса, как Этажи – и, слушая это, Джейс испытывал некоторый стыд за своё малодушие.

Щёки Серси потемнели – это у ладов означало примерно то же, что красный цвет у людей.

– Да, – коротко ответила она, опустив глаза.

– Ну вот и здорово.

Несколько одноклассников, проходящих мимо, бросили на Джейса и Серси ехидные взгляды – откуда ж им было знать, что они мыслят не в том направлении. Кто-то толкнул ладку плечом, да так, что она пошатнулась и могла бы упасть, если бы друг не поддержал её. Джейс увидел удаляющуюся быстрым шагом девушку с пучком густых тёмно-каштановых волос, собранных заколкой с крупными разноцветными каменьями. Камилла.

– Почему эта особь столь явно демонстрирует агрессию по отношению ко мне? – недоумённо спросила Серси, провожая одноклассницу взглядом.

Использование слова «особь» в данном случае означало, что ладка действительно рассердилась.

Джейс внимательно посмотрел на неё:

– А то ты не понимаешь.

– Представь себе, нет.

– Не стоило цепляться к ней с этим крыжовником. Над ней до сих пор полкласса смеётся.

– Просто я не люблю, когда кто-то выставляет на показ свою необразованность, – пожала плечами Серси. – Впрочем, если считаешь, что это важно, я могу извиниться перед ней, – добавила она после секундного молчания.

Предложение было интересным, однако после некоторого раздумья Джейс вынужден был отказаться.

– Ну уж нет. Представляю я, как ты перед ней извинишься. «Дорогая Камилла, прости меня, я совершенно не виновата в твоём невежестве», – сказал он, пародируя малоэмоциональный и оттого кажущийся надменным тон ладки. – Так что лучше не надо.

Серси в ответ фыркнула, однако к разговору об извинениях больше не возвращалась.

* * *

Взявшись за ручку Двери, Джейс тут же понял, что она из закрытых. Однако это его не остановило, и причиной тому был отнюдь не вопросительно-нетерпеливый взгляд стоящей рядом Серси Траст – просто он успел уже наловчиться.

– Ай да молодец! – послышался одобрительный возглас Рэя Тао, едва Дверь отворилась. – С самого начала бы так, честное слово.

Джейс в ответ лишь усмехнулся.

Воздух был свежий и прохладный, почти как на пляже, только что морем не пахло. Отсутствие шелеста ветвей также подсказывало, что они не в лесу.

Когда ослепительная пустота наконец сгустилась, приняв вполне себе определённые очертания, перед ребятами предстал безлюдный городской пейзаж. И хотя на небе виднелся лишь тонкий серп луны, что значительно затрудняло обзор, Джейс сразу же отметил, насколько неоднородна здешняя архитектура – каменные пятиэтажки с причудливо украшенными дверными и оконными проёмами, как та, из которой они вышли, соседствовали с гладкими стеклянными высотками, не отягощёнными дополнительными элементами дизайна, но от этого не менее величественными в своей строгости.

Части стёкол, разумеется, не хватало, однако даже малоопытному в таких вопросах Джейсу не могло не броситься в глаза, что этот город, пускай и покинутый, пустует не так уж давно – пару-тройку лет, вряд ли больше. Даже окраины ныне заселённых Домашних Секций подчас выглядели гораздо хуже.

Серси, по-прежнему молчаливая и целеустремлённая – ребята уже давно заметили, что во время путешествий на неё находил азарт сродни охотничьему, словно что-то влекло её каждый раз к неведомой цели, – повернула налево, явно намереваясь обогнуть здание, из которого их вывела Дверь.

– Люди ушли отсюда не во времена Падения, верно? – спросил её Джейс, шагая следом. – Никак ведь не тысячи лет назад! Выходит, тут жили ещё совсем недавно?

– Хорошее предположение, – улыбнулась ладка. – Однако не думаю, что верное.

– Это почему же?

– Здесь можно отыскать некоторые технологии, применяемые ещё Древними. Я имею в виду те, что считались утраченными после Падения. Живи тут кто-то недавно, им бы либо нашли применение, либо утилизировали.

– Технологии Древних?! – не поверил своим ушам Рэй. – Погоди-ка, а ты, часом, не шутишь?!

– Юмор – не моя стихия, – невозмутимо сказала Серси. – Впрочем, ты скоро увидишь всё сам.

– Но как могло выйти, что эти технологии уцелели? – недоверчиво поинтересовался Джейс. – Как ВСЁ вокруг уцелело?!

Ладка ничего не ответила.

Они едва прошли квартал, как прямо перед ними словно ниоткуда возникла белая каменная колонна. Джейс был так увлечён попытками рассмотреть в темноте окружающие дома, что совершенно её не замечал до тех пор, пока чуть в неё не врезался.

Колонна возвышалась посреди небольшой треугольной площади. Прищурившись, Джейс заметил на её вершине что-то вроде золотого яйца в ажурном обрамлении из металлических лепестков – лучше разглядеть не представлялось возможным. Ближе к основанию колонны была прикреплена массивная табличка, однако слова на ней, как и в зоо-парке, оказались Джейсу не знакомы. Хотя само наличие надписи наводило на мысль, что это – нечто вроде памятника, а не просто украшение улицы.

Джейс остановился напротив колонны, Серси – рядом с ним. Рэй уже хотел пройти мимо, но, когда увидел, что друзья решили задержаться, не стал продолжать путь без них. Был заметно, что ему не терпится пойти дальше и не очень интересно стоять здесь – что поделать, Рэй Тао всегда больше любил леса и горы, нежели урбанистические пейзажи, да и вообще довольно холодно относился к результатам деятельности человека – если, конечно, она не была напрямую связана с природой.

– Что это такое? – спросил Джейс Серси, не сводя глаз с отполированных граней колонны и букв незнакомого языка.

– Это скорбный монумент, – ответила ладка, также не поворачивая головы. – Он был возведён, чтобы напоминать людям о трагедии.

– О Падении? – осведомился переминавшийся с ноги на ногу поблизости Рэй.

– Нет, что ты. Задолго до него.

Падение ведь не было единственной катастрофой в истории человечества.

– Но оно стало самой масштабной, – уточнил Рэй.

– Не буду спорить, – согласилась Серси. – Однако, как я уже сказала, этот монумент посвящён большому пожару, произошедшему в городе, а вовсе не Падению.

– Пожару? – переспросил Джейс. – Это когда огонь и всё горит?

В Этажах современные системы безопасности позволяли уже много лет не вспоминать о том, что такое пожары, наводнения и даже землетрясения, так что само значение этих слов для большинства граждан утратило свою актуальность. Но детям в Учебных Секциях о подобных явлениях, разумеется, рассказывали – для общего развития.

– Угу, – угрюмо буркнул Рэй. – Огонь, и всё горит. Точнее и не скажешь.

Джейс и Серси вопросительно уставились на него.

– В прошлом году, по весне, в одной из Секций, соседних с нашей, несколько гектаров леса сгорело, – пояснил Рэй всё таким же мрачным тоном.

– Как? – изумился Джейс. – Ведь у нас же…

– Да-да-да, знаем-знаем, – перебил его Рэй. – «Совершенная безопасность», «идеальная защита». Да только это всё для людей. А до зверей и птиц никому нет дела, если только их нельзя съесть или пустить на лекарства…

Серси потянулась к его плечу.

– Мне очень жаль… – начала было она.

Но Рэй, вопреки ожиданиям, отстранился.

– Да ладно, что там. Забудь, – резко бросил он и скрылся из поля зрения.

Выражение лица Серси осталось бесстрастным, а ночь мешала Джейсу заметить, как слегка посветлели её скулы, но он и без этого понял, что ни её, ни Рэя сейчас трогать не стоит.

Однако ладка не двинулась с места.

– Примерно за семь веков до Падения, – продолжила она прерванный рассказ, – на рабочем месте одного Мастера-Кулинара вспыхнул пожар. Тогда их тушили весьма оригинальным способом – вокруг горящей постройки разрушались соседние дома, чтобы огонь не перекинулся на другие здания. Но в тот раз управляющий города решил, что эти меры нецелесообразны, и локализовать очаг не успели.

Огонь полыхал три дня. В результате свои дома потеряли семьдесят тысяч человек.

Джейс присвистнул. Это как если бы крова лишились разом все жители Этажей. Или даже ещё больше.

– Смертей в пожаре, по официальным данным, было немного, – сказала Серси, будто бы утешая. – Однако всё самое страшное только начиналось.

Приближалась зима, а людей, что остались ни с чем, было негде разместить. Император этой страны – или не Император, но это не важно – важно, что он был самым главным, – призывал погорельцев покинуть город.

– Но почему?!

– Он боялся бунтов. Ведь голодные, замёрзшие и лишённые всего люди могли быть способны на что угодно.

Джейс поёжился.

А ладка рассказывала дальше:

– В специальных лагерях, организованных для жертв пожара, люди умирали от холода, от нехватки пищи. Доподлинно известно, что даже один из известных писателей того времени умер так вместе со своей женой.

– Как это ужасно! Наш Император никогда бы подобного не допустил! – с жаром воскликнул Джейс.

– О да. Наш Император категорически не любит расставаться со своими гражданами, – усмехнулась Серси, и было в её усмешке что-то странное.

Несколько секунд они молчали, а затем ладка, будто бы подводя итог, сказала:

– Однако нет худа без добра. В те года в городе свирепствовала эпидемия, а пожар уничтожил вирус.

– Ага, – подал голос Рэй, всё это время топтавшийся неподалёку. – Жаль только, что не уничтожил главных вредителей, – с этими словами он пнул подвернувшийся камушек, и тот, отлетев, стукнулся о стену ближайшего дома.

Серси посмотрела на Рэя так, как если бы он сказал, что сбросить ещё одну атомную бомбу на остатки человечества – не такая уж плохая идея. Однако от комментариев воздержалась.

Взглянув в последний раз на монумент, друзья двинулись дальше.

Сразу за площадью они резко свернули вправо, ещё через квартал – влево, и оказались на широкой асфальтовой дороге, уходящей вперёд, насколько хватало глаз. Вскоре дома по обе стороны уступили место виду на реку – ребята поняли, что вышли на мост.

Справа от них лежал массивный железный остов чего-то красного. Подойдя ближе, Джейс понял, что это – древнее транспортное средство, из тех, что были наделены мотором, только оно было опрокинуто на бок – вместо того чтобы касаться земли, колёса оказались в воздухе на одной стороне. И это было не единственное транспортное средство, что попалось им на пути.

Дойдя до середины моста, друзья остановились у левого бортика. Река, по всей видимости, была гораздо шире когда-то давно – в песчаных отмелях угадывалось её прежнее дно, а на границе между водой и сушей вдали виднелся накренившийся корабль, севший на мель. Поверхность реки была покрыта ряской, течение почти отсутствовало.

Пока Джейс, перегнувшись через бортик, пытался угадать, насколько эта река зелёная, и параллельно любовался изящными башенками соседнего моста, едва проступавшими в темноте, Серси осторожно подкралась к Рэю, остановившемуся чуть поодаль.

– Скажи, – тихо спросила она. – Ты действительно считаешь, что людей лучше было бы истребить?

Рэй виновато понурил голову.

– Ну, конечно же, нет, – вздохнул он. – Но вредить у них, я считаю, точно не должно быть возможности.

Ладка кивнула. Такой ответ её устроил.

Фаза 12. Забытые технологии

Широкая полоса асфальта, уходя с моста, практически сразу на другом берегу исчезала под очередной эстакадой.

– Что там, сверху? – спросил Джейс.

– Железная дорога, – ответила Серси.

– Как? Прямо вся железная? – удивился Рэй.

– Это такой термин, – пояснила ладка. – По ней ездил особый транспорт, для которого обычная дорога не подходила.

– И зачем же он, такой прихотливый, был нужен? – шутливо поинтересовался Рэй.

– Он перевозил бóльшие партии груза на бóльшие расстояния и делал это гораздо быстрее, чем авто-мобили, – на полном серьёзе объяснила Серси.

– Ну да… – задумчиво протянул Рэй. – Просто я порой забываю, каким же необъятным был мир Древних.

– Не то слово, – подтвердил Джейс, глубоко вдыхая прохладный воздух ночи. – Необъятным…

Подойдя ближе к одной из массивных опор эстакады, ребята увидели, что это был вовсе не монолитный столб, а скорее здание в миниатюре. В наличии имелись и окна, и дверь, и даже вывеска непонятного содержания над нею.

– А зачем нам идти под железной дорогой? – спросил Рэй. – Давайте пойдём по ней! Уж больно интересно, какая она из себя.

Едва Джейс успел подумать, что это не такая уж и плохая идея, как Серси ответила:

– Мы и не пойдём под ней. Потому что к первому пункту назначения мы уже пришли, – сказала она, разрушая не успевшие ещё толком оформиться стремления своих друзей.

Рэй пожал плечами – мол, как скажешь, так и будет.

Нетрудно догадаться, что ладка повела их к тому самому зданию в опоре железнодорожного моста, которое привлекло внимание Джейса минутой раньше.

Дверь под вывеской оказалась не заперта, так что ребята легко вошли внутрь. Кромешная темнота поглотила их, но через секунду щёлкнул выключатель и взору друзей предстала обстановка помещения.

Всё кругом было перевёрнуто – очевидно, отсюда уходили в большой спешке. Кое-где на стенах ещё висели большие вышитые штандарты: Джейс сразу разглядел на одном из них стоящее на задних лапах животное с пышной гривой, золотое на красном фоне, а на другом – какую-то птицу, серебряную на голубом. Рядом, скомканный, словно тряпка, валялся ещё один, зелёный – когда Джейс поднял его, то увидел изображённую на нём змею. Был ещё и четвёртый гвоздь, но он оказался пуст, и того, что на нём должно было висеть, нигде поблизости не наблюдалось.

Джейс аккуратно повесил флаг со змеёй на гвоздь, предварительно расправив. Может, это было глупо, но он чувствовал, что подобные вещи не должны валяться вот так.

Серси, заметившая это, фыркнула:

– Хозяева, будь они здесь, сказали бы тебе «спасибо».

Джейс не стал ничего отвечать. Его внимание привлекли книги, что ровным рядком стояли в шкафу неподалёку.

Он подошёл ближе.

Одной книги на центральной полке не хватало. Опустив глаза, Джейс тут же обнаружил пропажу на полу – том оказался довольно увесистым. Как и следовало ожидать, он идеально встал на пустующее место перед последней из книг. Всего их на полке было семь.

Разумеется, в шкафу имелись и другие, однако этим явно было уделено особое место – потому-то они, находясь в центре, и бросились Джейсу в глаза.

Он взял в руки самую первую. Красивая, в глянцевой обложке с изображённым на ней строением, фиолетовым с горящими окнами на фоне сиреневого неба. Джейс обратил внимание на то, что все семь книг вместе узорами на своих корешках образовывали точно такое же строение с причудливыми остроконечными башенками. Из курса истории он знал, что оно называется «замок», но уж больно это слово было непривычным в текущих реалиях.

Открыв книгу, Джейс получил подтверждение тому, в чём и так был уверен – ни одного знакомого слова. А жаль, ведь было бы очень интересно узнать, о чём она.

– Ребят, глядите! – окликнул друзей Рэй.

В руках у него была приличных размеров тыква с вырезанными в ней треугольными глазами, носом и зубастым ртом.

– Интересно, чем её таким обработали, что она до сих пор не сгнила? – поинтересовался он, подбрасывая тыкву и ловя её другой рукой.

– Ничем, – откликнулась Серси, усердно что-то искавшая в груде всякого хлама в углу. – Просто она из пластмассы, вот и всё.

– А-а-а, – протянул Рэй, водружая тыкву на ближайший стол. – Тогда всё ясно.

– Ура! – воскликнула ладка, выползая, наконец, из своего импровизированного убежища. – Нашла!

На ней был длинный мятый балахон, когда-то, вероятно, чёрный, но теперь линяло-серый.

– Ты это искала? – с сомнением спросил Джейс, оглядывая её.

– Не совсем. Просто тут прохладно.

Не вдаваясь в дальнейшие объяснения, Серси подошла к небольшому плоскому ящичку, стоявшему на тумбочке у одной из стен. В руке у неё что-то сверкнуло, но подробностей Джейс не разглядел – ладка закрыла всё своей спиной и ультрамодным нарядом.

Меньше чем через пару минут экран, подвешенный над головой у Серси, засветился. Джейс только теперь заметил, что он вообще там был.

– А вот и технологии Древних! – присвистнул Рэй.

И действительно, подобных вещей в Этажах не то что не видели – даже не слышали о них никогда.

– Ага, – подтвердила Серси, отходя на несколько шагов назад.

– И что же оно делает? – поинтересовался Джейс.

– Сейчас увидите, – пообещала ладка. – Но сначала, мальчики, давайте-ка вернём в исходное положение вот это, – она указала на перевёрнутый диван посреди комнаты.

Повторять дважды не пришлось. Серси и сама бросилась было друзьям на подмогу, но Рэй тут же отстранил её:

– Простите, леди, – шутливо произнёс он. – Эта работа не для прекрасных дам.

Ладка усмехнулась, озорно сверкнув глазами, однако навязывать свою помощь не стала. Да и незачем было – Рэй и Джейс, пусть и не без некоторых усилий, прекрасно справились с задачей вдвоём.

Серси отряхнула, как смогла, пыльную серо-синюю обивку дивана и устроилась в центре. Друзья заняли места слева и справа от неё.

– Ну, ребята, приготовьтесь, – сказала ладка. – Вас ждёт настоящая магия.

Джейс и Рэй не знали, что такое магия, но готовы были на слово поверить, что это очень круто.

Затем Серси нажала что-то на небольшой чёрной штуке, предварительно направив её на экран.

По экрану пробежала рябь, сквозь которую проступили очертания невысоких домов. Почти сразу всё это уступило место большому знаку с двумя буквами в центре.

А потом началась музыка.

Всего несколько нот, прозвучавшие незатейливым перезвоном, похожим на тот, что издаёт ксилофон, проникли в сознание Джейса и словно заворожили его. В этот момент он уже точно знал, что его ждёт что-то чудесное.

К моменту, когда перед ним появился незатейливый пейзаж тёмной безлюдной улицы, освещённой лишь горсткой фонарей по краям дороги, Джейс был погружен в наблюдаемую картину с головой.

Несколько часов к ряду, в тишине, не нарушаемой ничем, кроме звуков, исходивших от экрана, Джейс неотрывно следил за развитием удивительной истории. Он в это время даже почти забыл, что рядом друзья, и совершенно не чувствовал холода – в отличие от Рэя, который, чтобы согреться, придвинулся поближе к Серси и даже частично завернулся в её балахон.

Это была история про мальчика, почти такого же, как сам Джейс – худого, черноволосого и невзрачно одетого. Этого мальчика почему-то терпеть не могли родители, и старший брат не давал никакой жизни, но, по счастью, каждый раз пареньку удавалось сбежать от злобной семейки. А когда он сбегал, то попадал в необыкновенный мир, где его окружали воистину выдающиеся ровесники и взрослые. Кто-то из них был к мальчику добр, кто-то, напротив, строил козни, явно имеющие цель сжить парнишку со свету, но одно было неоспоримо: жизнь его была наполнена невероятными чудесами.

В чём-то приключения этого мальчика напоминали Джейсу его собственные, разве что опасностей и врагов за Дверями было не встретить – впрочем, оно и к лучшему. Самое большое сходство заключалось, пожалуй, в том, что главного героя в его похождениях беспрестанно сопровождали друзья. Их, кстати, тоже было двое – парень и девчонка.

Джейс не знал точно, сколько времени они наблюдали за ходом чужой жизни в подвешенном на стене экране, но за этот период большая эмблема с двумя буквами успела показаться трижды, а на улице, когда они с Серси и Рэем покинули здание, было уже совершенно светло.

Теперь ребята шли по железнодорожной эстакаде, любуясь чередой поперечных деревянных и продольных железных перекладин под ногами, а также бросая периодически взгляды на улицы покинутого, но всё ещё весьма пригодного для жизни города.

Подняться сюда было идеей Рэя, который, объявив, что идти внизу ему скучно, начал взбираться вверх прямо по одной из опор, цепляясь пальцами за выбоины и щели в кирпичной кладке.

Не успел Джейс сказать, что считает подобный способ восхождения опасным, как Серси уже карабкалась следом – пришлось присоединяться. По счастью, обошлось без травм и казусов, что при отсутствии как минимум у Джейса соответствующей подготовки было даже удивительно.

– Что это мы такое видели? – задал наконец Рэй Тао вопрос, мучивший их обоих. Разумеется, он говорил об истории с экрана.

Впрочем, Джейс-то вовсе не мучился, скорее наоборот. Он испытывал нечто, похожее на сладостный транс, и всё настоящее казалось ему зыбким и напускным – настолько сильно он был очарован. Больше всего это походило на вид развлечения Древних, носивший название «театр» – когда-то давно Наставница рассказывала о нём на занятиях, и ученики даже разыгрывали несколько сцен из истории Падения, но после, разумеется, оставили это бесполезное дело и продолжили изучение вещей более прикладных. Однако увиденное ребятами сегодня лишь отдалённо напоминало то, что из себя представлял «театр», а потому разобраться в сути произошедшего Джейсу, безусловно, хотелось не меньше, чем Рэю.

– Это называется «кино», – пустилась в объяснения Серси. – У Древних был такой вид развлечения. Они записывали на специальное приспособление – камеру – различные истории, вымышленные и реальные, после особым образом всё обрабатывали и затем наслаждались результатом.

– Я не понял… Сами записывали и сами же смотрели? – удивился Рэй.

– Это делали разные люди, – пояснила ладка. – Узкая группа лиц создавала кино, а затем готовые фильмы – отдельные заснятые и обработанные истори – становились продуктом массового потребления.

– А-а-а… Тогда понятно.

Скажи, а люди в Древности правда умели всё это?

– Что – всё? – не поняла Серси.

– Ну… Махать палочками и творить всякое, – Рэй попытался изобразить на пальцах, как это делали в фильме. Вышло довольно забавно.

Ладка рассмеялась.

– Ну, конечно же, нет. Это у них называлось «магией» и по правдоподобности занимало примерно то же место, что и существование богов.

– Ясно, значит, лабуда… – разочарованно протянул Рэй. – А жаль, я бы с удовольствием освоил такой метод борьбы со злом! – и он снова принялся размахивать руками, отбрасывая невидимых противников с помощью магии, а ладка заливалась смехом.

Пока его друзья развлекались, Джейс заметил кое-что особенное по правую сторону эстакады. Он подошёл ближе к краю, чтобы разглядеть лучше.

– Ребята, смотрите, – негромко позвал он.

Прервав веселье, Рэй и Серси тут же оказались рядом. Несколько минут они вместе молча изучали гигантский небоскрёб, прочно устроившийся на нескольких рядах белых ножек-опор, а затем взмывающий в небо, постепенно сужаясь кверху. Крыша как таковая отсутствовала – конец небоскрёба был совсем острым.

Строение сверкало на солнце, так как представляло собой сплошную поверхность окон. Оно казалось абсолютно монолитным, и даже несколько разбитых стёкол не могли испортить это впечатление.

– Грандиозно, – заключил Рэй, вдоволь насладившись видом. – Оно похоже на большой осколок стекла, торчащий из земли.

Серси, услышав это сравнение, почему-то улыбнулась.

– Он высокий, как Этажи, – озвучил Джейс то, о чём подумал, едва увидел небоскрёб.

– Ерунда, – отмахнулся Рэй. Созерцание рукотворного чуда ему уже порядком надоело, а потому он двинулся дальше. – Этажи гораздо выше.

– Откуда ты знаешь? – удивлённо спросил Джейс, догоняя друга.

Самое интересное заключалось в том, что никто никогда не видел гиперкомплекс, в котором жили ребята, со стороны. На лестничных площадках не было окон, и ни одна Дверь не вела к его подножию. Джейс вообще бы не поручился, что Этажи не вкопаны, к примеру, по самую крышу в землю, но почему-то ему было гораздо приятнее сравнивать Секцию Перехода с этим прекрасным высотным зданием, уходящим в небо, чем с безмерно разросшимся бункером.

– Я считал, – спокойно пояснил Рэй. – В Этажах сто шестьдесят четыре яруса. Это если брать в расчет подвальные помещения, куда не пробиться из-за кишащих там орков, и верхнюю площадку, на которой ничего нет. А этот домик так, малыш – в нём и сотни-то этажей, должно быть, не наберётся.

– Если быть точным, их тут восемьдесят, – поправила друга Серси. – Когда его только возвели, он был самым высоким зданием в этой части света. Разумеется, рекорд впоследствии был побит.

– Ишь, какая умная, – Рэй шутливо пригрозил ладке пальцем. – Всё-то тебе известно.

Джейс в который раз подивился их осведомлённости и не стал продолжать беседу об особенностях архитектуры, тем более что друзья успели вернуться к обсуждению такого феномена, как кино.

– … Но вот чего я не пойму, – рассуждал Рэй, – зачем им было нужно так много придумывать? Изобретать людей, места, ситуации? Эту, как ты говоришь, «магию»? Ведь они жили в изобильном мире, где в ЛЮБУЮ его точку можно было прилететь на само-лёте, приплыть на корабле, приехать на авто-мобиле! У них ведь было всё, всего хватало, так для чего же тогда сочинять ещё больше?!

– Я думаю, это было что-то вроде их психологической проблемы, – пожала плечами Серси. – Неагрессивная среда порождала потребности, не ограниченные рамками жизненной необходимости, и отсюда возникало чрезмерное потребление продуктов как материальной, так и духовной культуры, а в их числе было и кино.

– Тебя слушать – как будто учебник читать, – усмехнулся Рэй. – Впрочем, суть мне ясна – жили они слишком хорошо и не знали, чем себя занять.

– В точку, – улыбнулась ладка. – Ты даже и не представляешь насколько. Впрочем, скоро я покажу вам…

Сказав это, она направилась к противоположному краю железнодорожного моста.

– А вот и он… – пробормотала Серси, перегибаясь через перила. – Мы пришли, пора спускаться! – крикнула она ребятам.

– Ага. Только вот я не вижу как, – отозвался Рэй, тоже изучающий землю под ними.

Серси внимательно посмотрела на него:

– Помнишь, что ты говорил Джейсу у Двери в Секцию с зоо-парком?

Рэй нахмурил брови, вспоминая.

– Главное – поверить, что это возможно… – произнесла ладка.

В глазах Рэя за доли секунды непонимание сменилось вспышкой ужаса, он рванулся к Серси, но та оказалась быстрее. Миг – и она уже перепрыгнула через перила моста и летела вниз – чёрный плащ, позаимствованный на прежнем месте их стоянки, развевался у неё за спиной.

Глухой звук удара. Сердце Джейса замерло – он был уверен, что домой они понесут в лучшем случае ладкин труп – если, конечно, сами найдут, как спуститься с эстакады, не переломав костей. На Рэя, бледного как смерть, так вообще было страшно смотреть.

Но секунду спустя Серси, ко всеобщему удивлению, выпуталась из плаща и, глядя вверх, закричала:

– Ребя-ята-а-а! Давайте сюда!!!

Лицо Рэя мгновенно прояснилось, и не успел Джейс собраться с мыслями, как он уже заорал в ответ:

– Иду!!! – и ринулся следом за ладкой.

Его приземление тоже оказалось удачным.

– Вы оба – больные!!! – закричал на них Джейс. – Здесь высота минимум в четыре этажа!!! Вы что, хотите у…

– А ты хочешь остаться там один?! – перебил его Рэй.

– Давай, Джейс, прыгай! – махала ему рукой Серси.

Джейс колебался.

– Погляди на нас! – вновь крикнула ладка. – Мы же живы!

И тогда он прыгнул.

А что ещё ему оставалось делать?!

Самого падения Джейс даже не заметил. Удар, пришедшийся на ноги, отдался болью в спине, от чего в глазах потемнело.

«Ну всё, – подумал Джейс. – Я что-то сломал».

Однако чернота стала уходить, а вместе с нею и боль. Когда всё обрело чёткость, Джейс увидел склонившегося над ним Рэя.

– Гляди-ка, живой, – усмехнулся тот, протягивая Джейсу руку. – Вставай, нечего тут разлёживаться.

Фаза 13. Ключевое слово

Прямо напротив того места, где ребята прыгали с эстакады, располагалось широкое, но не очень высокое здание с прозрачной крышей – туда-то они и направились.

Оказалось, что при падении Джейс всё-таки ушиб ногу, но, к счастью, не сильно – когда они с друзьями дошли до вращающихся стеклянных дверей, он уже практически перестал хромать.

Выяснилось, что это не одно строение, а скорее комплекс зданий с единой центральной галереей и под общим сводом.

– Вот это красота! – присвистнул Рэй, оказавшись внутри. – Вот бы Этажи были устроены подобным образом, а не просто как гигантская лестница!

– Думаю, архитекторы будущего могут учесть твоё пожелание, – отозвалась Серси, и было непонятно, шутит она или говорит серьёзно.

– Эти здания были жилыми? – спросил Джейс, оглядываясь.

Вокруг располагалось множество дверей – совершенно обычных и в основном прозрачных, – рядом с некоторыми из них он видел застывшие человеческие фигуры без лиц и в причудливой одежде кричащих цветов. Могло бы быть жутковато, если бы Джейс не догадался сразу, что люди не настоящие.

– Не-е-ет, – усмехнулась Серси. – Это – она раскинула руки в стороны, словно пытаясь охватить сразу всё вокруг, – Торговый центр. В былые времена здесь можно было за деньги приобрести практически что угодно – одежду, косметику, технику, мебель, игрушки, книги, еду, лекарства… – казалось, она могла перечислять бесконечно, вот только дыхания не хватило. – Люди проводили здесь целые дни, и это было одним из любимых видов их развлечений.

– Развлечений? – недоверчиво переспросил Рэй.

Ладка кивнула.

– Покупать еду?

– Да.

– Одежду?

– Да.

– Лекарства?

Плохо сдерживаемый смех в тоне Рэя уже становился заметным.

– Ага, – хихикнула Серси, поддаваясь его настроению.

– Ты шутишь?!

– Нет!

И они оба буквально согнулись от хохота, только что по полу не покатились.

Джейс в целом разделял недоумение друга, но всё же был склонен считать, что слоняться по торговому центру – это гораздо лучше, чем наблюдать смертельные поединки на арене.

– Именно это я и имела в виду, когда говорила, что уровень потребления в безоблачном мире Древних дошёл до критической отметки, – объяснила Серси, отдышавшись. – Но, мальчики… Пускай это и глупо… Сколько же всего здесь есть! – её глаза алчно сверкнули. – Пойдёмте, я покажу вам!

И перед ними потянулась нескончаемая череда павильонов, отделов, закоулков, мелькали пестрые товары в стеклянных ящиках, разноцветные вывески, прозрачные двери. Некоторые из них были закрыты, и тогда Рэй разбивал их причудливо изогнутым железным прутом, подобранным им в центральной галерее, – и это был единственный раз на памяти Джейса, когда в своих путешествиях они прибегали к разрушению.

Внутри же они находили брюки, платья, сандалии, часы, мягкие игрушки, бесчисленные бутыльки с чем-то вонючим…

Когда за очередной разбитой дверью оказалось что-то вроде ювелирного отдела, – в Этажах носили украшения, но нигде прежде Джейс не видел такого изобилия, – Рэй с улюлюканьем сгрёб всё, что попалось под руку, и тут же понёсся вон – развешивать награбленное на причудливой скульптуре в холле. Серси, смеясь, помогала ему в этом.

Джейс же стоял и смотрел, как лучи солнца играют в стеклянных ячейках крыши, и голова его кружилась от того, сколь много нового он увидел и узнал в этот день.

– Ну что же, начнём, – сказала Серси, усаживаясь перед ребятами прямо на пол.

В руках у неё была высокая стопка тоненьких прямоугольных коробочек, которые она до этого старательно отбирала в ближайшем отделе, пока парни, уставшие от погромов, отдыхали на небольшом диванчике напротив.

– Вы интересовались кино – получайте, – ответила она на немой вопрос во взгляде Рэя. – Например, вот это… – Серси взяла первую коробочку, самую верхнюю. – История про то, как группа людей, управлявших боевыми само-лётами, сражалась на войне. Очень трогательно – там и любовь, и дружба, и подвиги – в общем, всё как надо.

– История реальная? – с любопытством спросил Джейс.

– История вымышленная, война – реальная, – ответила Серси. – Одна из самых масштабных в периоде до Падения, между прочим…

Так, что ещё?

Вот рассказ о девушке, в которую влюбился мужчина из высшего класса общества. В финансовом, разумеется, смысле – тогда всё измерялось именно деньгами. Весь фильм он осыпает её дорогими подарками, устраивает для неё незабываемые развлечения, а она взамен удовлетворяет его естественные потребности.

– Бред какой, – фыркнул Рэй. – Я, конечно, не знаток культуры кино, но что-то мне подсказывает, что этот сюжет ни разу не оригинален.

– А так и есть, – не стала спорить ладка. – Ситуация вполне себе бытовая – за исключением, пожалуй, размаха, с которым главный герой тратился на свою женщину – к тому же, на мой взгляд, весьма непримечательную.

Вот ещё, кстати, целый сонм фильмов бытового содержания на романтическую тематику, – Серси взяла целых три коробочки, на которых было изображено сразу множество мелких картинок с названиями. – Они все, насколько я поняла, ориентированы на комический эффект, поэтому смотреть, не зная языка, довольно трудно, но даже при таком раскладе любой из них в разы интереснее, чем тот, что я описала до этого.

– А о приключениях есть что-нибудь? – нетерпеливо поинтересовался Рэй.

– Да сколько угодно, – ладка принялась поочерёдно откладывать коробочки в сторону. – И в нашем мире, и в вымышленных, и с магией, и без магии, и в космосе…

– В космосе?! – оживился Джейс.

– Ага, – кивнула Серси. – Далёкие звёзды и миры, сокрытые за ними, всегда будоражили воображение Древних. Вот, к примеру, моё любимое на эту тему.

Она протянула Джейсу коробочку, где на пастельного цвета фоне с далёкими пиками заснеженных гор были изображены двое людей в громоздких костюмах и шлемах со стеклами в области лиц.

– Название переводится на наш язык как «Межзвёздный», – пояснила Серси. – Сюжет повествует о том, что люди решили покинуть Землю, ставшую малопригодной для жизни, и отправили группу исследователей, чтобы те нашли подходящие для колонизации планеты за пределами нашей Солнечной системы.

– Ух ты! – восхитился Рэй. – А идея-то что надо! Почему у нас не додумались так сделать?

– Увы, планеты, на которых смогла бы существовать человеческая раса, не известны науке, – вздохнула Серси. – А даже если бы и были известны, то жить на них люди бы не смогли по ряду других причин… Но это всё теория.

Тема космоса раскрывается по-разному от фильма к фильму. Порой между ними сложно обозначить вообще хоть что-нибудь общее…

Вот ещё, глядите: история об ужасном инопланетном монстре, пожирающем людей. Мало того: он ещё умудрялся через пищевод откладывать яйца в свои жертвы, и личинка, вылупляясь, разрывала человеку грудную клетку.

Джейс поморщился: какая мерзость!

Рэй же, напротив, выглядел воодушевлённым:

– Ну и фантазия! – рассмеялся он. – Одно только странно: ну ладно, магия, ладно, космос, приключения, любовь. Но страшилищ-то зачем самим для себя изобретать?!

– И как они делали их реалистичными? – добавил вопрос Джейс. – Неужто находилось в нашем мире что-то действительно похожее?

– Не совсем. Сначала в этом людям помогали костюмы – и довольно неплохие, надо сказать, – а после эффекты стали создавать с помощью компьютера.

– Компьютера? – переспросил Джейс. – А что такое компьютер?

И вдруг укол боли резко пронзил его висок. Джейс даже на секунду зажмурился.

Серси внимательно посмотрела на него, но вопроса не задала и ему не ответила.

– А что до цели, Рэй… – задумчиво протянула она. – Думаю, Древним, живущим в тепле, достатке и сравнительной безопасности, просто не хватало адреналина.

Ты загляни, если хочешь, в отдел сам. Такое там найдешь, жуть.

Джейс неодобрительно покачал головой, однако ему тут же стало за это стыдно. Как будто он сам принял решение отодвинуть в сторону свою жизнь прилежного ученика и послушного сына, пустившись в странствия по неизведанным пространствам за Дверями, по иной причине.

Когда солнце уже начало клониться к закату, ребята, порядком уставшие и изрядно оголодавшие, лениво перерывали содержимое очередного отдела с одеждой на втором этаже всё того же торгового центра.

Они практически перестали удивляться тому, как можно было проводить в подобных местах по целому дню – если изучать весь ассортимент досконально, то тут и не на один день можно застрять.

Теребя в руках светлые брюки из непривычно тонкого материала, Джейс думал о том, что он понятия не имеет, сколько времени сейчас в его Домашней Секции – и, что самое ужасное, ему абсолютно всё равно. Даже если его уже хватились и ищут с отрядом Стражей Порядка – ему плевать, пусть так и не должно быть. Это путешествие того стоило.

Каждое путешествие того стоило.

– … И всё-таки это – безумие, – доносился из другого конца отдела голос Рэя, – так много времени уделять потреблению.

– Безумие, не безумие – а так было, – отвечала ему Серси. – Самые первые торговые центры были вообще очень забавно устроены – отделы с товарами одного типа располагались на разных концах, так что если ты, к примеру, купил нитки, то за иголками должен идти совершенно в противоположную сторону.

– И зачем? – не понял Рэй.

– А затем, чтобы ты увидел как можно больше других отделов и непременно захотел купить что-нибудь ещё, а не только то, за чем пришёл.

Рэй рассмеялся:

– Хитро придумано!

Джейс нехотя встал и направился к друзьям – а то эти двое, чего доброго, забудут, что он тут с ними.

– А ты, Джейс, что об этом думаешь? – спросил Рэй, завидев его. – Вот, примерь-ка кофточку! – и он, смеясь, запустил в друга чем-то скомканным.

Джейс это легко поймал – «чем-то» оказалась толстовка приятного светло-коричневого цвета. Молния отсутствовала, пришлось натягивать через голову. Справившись, он повернулся к зеркалу.

– А, между прочим, неплохо, – сказал Рэй уже без издёвки.

Серси же лишь молча окинула его оценивающим взглядом.

Толстовка была на пару размеров велика, но Джейс считал, что так даже лучше. На груди красовался рисунок из нескольких чёрных окружностей – все разных размеров и меньшая внутри большей, – вдоль которых многократно повторялось одно и то же слово из четырёх букв.

– Интересно, что это значит? – вслух спросил Джейс, не особо надеясь получить ответ.

Однако Серси удивила его и в этот раз.

– Я, конечно, не владею Древними языками, – сказала она. – Но это слово знаю. Оно означает «надежда».

Джейс благодарно кивнул. Он считал, что это очень даже хорошее слово.

Фаза 14. Справка

– Ну, признавайтесь, – шутливо потребовал Джейс у Рэя и Серси. – Куда ходили на этот раз?

Дело в том, что ладки вчера снова не было в Учебной Секции. Джейс уже давно понял, что это означало: она упорхнула в неведомые дали с его лучшим другом Рэем Тао.

Серси смущённо заулыбалась и устремила взгляд в окно, прикрытое ажурными занавесками, а Рэй же, напротив, со свойственной ему энергией пустился в объяснения, отчаянно при этом жестикулируя:

– Ты не представляешь! – воскликнул он. – Мы снова были в том городе, где мост, небоскрёб и памятник пожару. Смотрели кино.

Это было просто что-то атомное! Целая толпа одних и тех же людей, но всё время с разными лицами, в разных местах, и всё перемешано, и все в движении, бегут, стреляют, спасаются, спасают, влюбляются, ссорятся, снова влюбляются…

Скажу честно, друг, – Рэй положил руку Джейсу на плечо. – Я НИ-ЧЕ-ГО не понял, но более крутой вещи в жизни не видел! – доверительно сообщил он.

От столь неожиданного откровения Джейс, не выдержав, рассмеялся во весь голос. Несколько стоявших неподалёку одноклассников удивлённо обернулись, и он поспешил взять себя в руки. Впрочем, это была скорее привычка, нежели сознательное стремление не выделяться, как раньше.

И когда это ему стало всё равно, смотрят другие или нет?

– Не хочется быть навязчивым, ребята, – обратился Джейс к друзьям, – но всё же берите меня с собой, хотя бы иногда. А то боюсь пропустить всё самое интересное.

– Если ты думаешь, что мы о тебе забыли, то ошибаешься, – подала голос Серси, всё ещё смотрящая в окно. – А что до интересного – то не стоит переживать, – она наконец повернулась к Джейсу и одарила его очаровательной улыбкой. – У нас ещё много Дверей для тебя припасено.

Удивительное дело – Серси, практически единолично верховодившая в их путешествиях, никогда не отводила Джейса в одно и то же место дважды. При этом он прекрасно знал, что с Рэем они периодически повторяют прогулки по особо понравившимся маршрутам.

Впрочем, он не жаловался. Джейс был полностью уверен, что неисследованных Секций и мест снаружи в Этажах ещё столько, что на его век уж точно должно хватить с лихвой – и от этой мысли в душе поселялось странное спокойствие с нотками сладостного предвкушения.

– Не сомневаюсь, – ответил он Серси, возвращая ей улыбку. – Это я так, на всякий случай сказал.

В этот момент раздался сигнал к началу очередного занятия, звонким эхом прокатившийся по коридорам, и учащиеся начали поспешно втягиваться в кабинеты.

Джейс тоже направился к классу, не дожидаясь ладки, которой явно хотелось обменяться ещё несколькими фразами с его другом.

Во время следующего перерыва Джейс вновь обернулся к Серси, чтобы как можно скорее выведать у неё время следующего путешествия. Спрашивать о месте и прочих подробностях, как он уже давно усвоил, было бессмысленно: эту информацию ладка озвучивала исключительно по прибытии.

Однако не успел он толком начать беседу, как их (и не только их) внимание привлёк настойчивый и громкий кашель справа.

Джейс обернулся – оказалось, таким экстравагантным способом к «зрителям» взывала Камилла.

Она стояла, присев на край своей парты, а руками прижимала к животу громоздкую, изрядно потрёпанного вида книгу.

– Я тут наведалась в библиотеку, – объявила во всеуслышание она.

– Какая ты молодец, – с иронией отозвалась с другого конца класса Мирта.

Ребята дружно заржали, а Камилла бросила на блондинку взгляд практически такой же ласковый, как до этого изо дня в день на Серси, однако сбить себя с пути не позволила.

– … И взяла там вот эту книгу, – закончила она свою мысль. – Это ботанический атлас Древней Земли. Сейчас мы откроем его и увидим, кто из нас прав, – Камилла испепеляюще зыркнула на Серси. На лице ладки не дрогнул ни один мускул.

Медленно, словно уже победив в этом непонятно кем и для чего начатом споре, Камилла прошествовала к первой парте и торжественно положила книгу на стол. Пока она столь же неторопливо открывала оглавление, а затем искала нужную страницу, некоторые одноклассники, из самых любопытных, подошли поближе и наблюдали за её действиями из-за плеча.

Кто-то тихонько похихикивал, не покидая своего места, но происходящему не мешали, предчувствуя возможное развлечение.

– Вот! Шиповник! – наконец торжественно воскликнула Камилла.

Однако уже через секунду выражение её лица изменилось. Она вновь склонилась над книгой, будто бы не веря своим глазам. Простояв так секунд десять, она подняла взгляд на одноклассников.

Разумеется, никто ещё ничего не успел понять, но Камилла и не стала этого дожидаться: со всех ног она бросилась вон, даже книгу, не захватив, так и оставила на столе.

Кто-то из стоявших ближе всех заглянул в атлас, усмехнулся. Даже Джейс, не выдержав, встал и подошёл к книге.

Всю страницу занимало изображение растения с немного вытянутыми красными ягодами с забавными хвостиками на дальнем от черенка конце.

– Что и требовалось доказать, – хмыкнул у Джейса над ухом Торхай.

Серси же, как обычно, от комментариев воздержалась.

Фаза 15. Резервная копия

– Да куда же ты так несёшься?! – кричал Джейс вслед Серси, скачущей вниз по лестнице, перепрыгивая через несколько ступенек.

– А ты догоняй! – весело крикнула ладка в ответ. – Нечего тратить время зря!

Это был первый раз за долгое время, когда они выбрались куда-то без Рэя. Джейс толком и не понял, почему так вышло: то ли его друг оказался занят, то ли ещё что-то помешало, – а теперь было уже не до вопросов.

– О, атом, что за ужасные каблуки! – выругалась ладка. – Как вообще на этом можно ходить?!

– У тебя были точно такие же в день нашего первого путешествия, – напомнил Джейс.

– Да? – Серси даже остановилась, наморщив лоб. – Я не помню, – сказала она после недолгого раздумья и тут же понеслась дальше.

Джейс подивился такой короткой памяти и бросился вдогонку.

– Куда ты меня ведёшь?! – спросил он. – Мы уже спускаемся о-о-очень долго. Ты что, вознамерилась дойти до самого низа?

– А почему бы и нет? – переспросила ладка.

– Забавно, – хмыкнул Джейс. – Надеюсь, там интереснее, чем на самом верху.

– А ты был наверху?

– Ага. Один раз и очень давно. Вместе с Рэем и ещё парой ребят. Сама понимаешь, кто был главным зачинщиком, – Джейс усмехнулся. – Мне тогда лет семь было, а ему, соответственно, шесть. Помню, разочарованы мы тогда были жутко – пролётов двести, наверное, отмахали, и всё для того, чтобы поглядеть на пустую площадку. Впрочем, что я рассказываю – ты сама, должно быть, прекрасно знаешь, что на последнем этаже ничего нет.

– Угу, – коротко ответила Серси. – Знаю.

Бег, между тем, продолжался.

Они спускались и спускались, пока ладка неожиданно не схватила Джейса за руку:

– На другую лестницу! Быстро!

Он мгновенно повиновался. Лишь когда они оказались на противоположной площадке, да ещё и присели зачем-то на корточки, Джейс тихонько спросил:

– Что там такое?

– Орки, – также шёпотом ответила Серси.

– И что? – не понял Джейс. – Да мы их десятка полтора видели, пока спускались!

– Тише!!!

Из-за перил, где притаились друзья, было видно, как по параллельной лестнице действительно поднималась группа взрослых орков, одетых в форму Мастеров-Плотников. Они шли, негромко о чём-то переговариваясь, и до ребят периодически доносился их лающий смех.

Когда шаги орков стихли наверху, Серси поднялась из их с Джейсом нехитрого укрытия и потянула друга за собой:

– Пойдём.

– И всё же что такого в орках? – повторил Джейс свой вопрос.

– Мы приближаемся к Мастерской, – пояснила Серси. – Они будут не слишком рады, если застанут нас тут.

– Как?! – Джейс даже застыл на месте от изумления. – Мастерская – здесь?!

– Ну надо же ей где-то быть, – резонно ответила ладка. – Давай, идём! – поторопила она его.

Когда ребята спустились буквально на несколько пролётов, их взору открылось то, чего Джейс никогда прежде не видел в Этажах. Лестница заканчивалась, причём не на боковых площадках, а на центральной, но самым интересным было отнюдь не это: на нижней площадке не было ни единой двери – ни из тех, что вели в Секции, ни даже обычной. Зато имелся тускло освещённый коридор, уходящий куда-то влево, а напротив него – совсем тёмный закуток. Именно туда Серси мгновенно утянула Джейса, когда в глубине коридора послышались голоса.

Вскоре на площадке показался ещё один небольшой отряд орков. Четверо из них несли на своих плечах… Дверь.

Самую настоящую.

Джейс едва не ахнул от удивления, но ладка предупреждающе схватила его за рукав.

От орков их сейчас отделяли лишь пара метров и клочок неплотной темноты. Взгляни Мастера в сторону ребят – и конец их маскировке, однако, по счастью, обошлось.

Когда орки поднялись выше, Серси безмолвно направилась к коридору, то и дело оглядываясь.

Вскоре дорога изогнулась, и друзья вышли в небольшой полутёмный зал, в котором не было практически ничего, кроме нескольких стоящих у стены пыльных станков.

– Серси, – тихонько позвал её Джейс.

– Что?

– Выходит, что это и есть Мастерская?

– Вроде того. Что-то не так?

– А я всегда думал, что Мастерская – это Секция, – смущённо признался Джейс.

Ладка лишь пожала плечами – мол, оно и не удивительно.

– Раз это Мастерская, значит, где-то здесь должны быть мои родители, – продолжал рассуждать Джейс. – Что будет, если мы их встретим? – забеспокоился он.

– А ты думай об этом поменьше, – посоветовала ладка. – Глядишь, тогда и не встретим.

Коридор здесь не заканчивался – в противоположной стене виднелся проём, где дорога продолжалась, утопая во тьме, однако Серси, вопреки ожиданиям (и опасениям) Джейса, повела его не туда. Их путь лежал в другой конец зала.

Там, практически в самом углу, ребята остановились у Двери – первой и, возможно, единственной, установленной в этой части комплекса.

– Неплохо её запрятали, – оценил Джейс. – И куда же она ведёт?

– Хочешь проверить? – лукаво спросила Серси.

Разумеется, вопрос этот был излишним.

Перешагнув порог, Джейс оказался в помещении, подозрительно напоминавшем то, которое они с ладкой только что покинули.

Или оно было абсолютно идентичным?

– Куда теперь? – спросил он Серси, стоящую рядом.

Та молча повела его по коридору. Очень скоро они вышли к крайне знакомой площадке с тёмным закутком и двумя расходящимися лестницами. Здесь ребята начали путь наверх.

Завидев на следующих этажах Двери, Джейс был крайне удивлён:

– Выходит, Дверь внизу ведёт в другой комплекс, подобный Этажам?

Это могло оказаться крайне интригующим открытием. Разумеется, Джейс знал, что Этажи – не единственный оплот человечества в мире после Падения, – как минимум существовала ещё Столица, – однако об иных местах обитания людей и представителей других рас было известно удручающе мало.

Оказаться самому в одном из них было бы чрезвычайно волнительно, однако, вопреки всем догадкам, Серси ответила:

– Не торопи события, Джейс. Скоро ты всё поймёшь.

Немного разочарованный, он пожал плечами, но ещё один из интересующих его вопросов всё же задал:

– Скажи, как долго нам подниматься?

– Так же долго, как до этого спускались, – бесстрастным тоном сообщила ладка.

Что ж, это хоть немного конкретизировало задачу. Но, разумеется, радости от предстоящего восхождения Джейс не ощущал.

Примерно этажей через десять он начал испытывать смутное предчувствие чего-то… тревожного.

– Серси, где все обитатели этого комплекса? – осторожно поинтересовался Джейс.

Ладка ничего не ответила.

– Мы находимся здесь уже довольно долго и до сих пор никого не встретили, – повторил Джейс.

Вновь тишина.

Серси, как и всем ладам, которых ему доводилось встречать, была чужда чрезмерная словоохотливость – говорила она чаще всего если и много, то исключительно по делу. Так что Серси не впервые игнорировала задаваемые ей вопросы – как правило, это означало, что ответ или что-то к нему ведущее находится уже совсем близко.

Ровно через сорок этажей, если считать от самого низа, Джейс и Серси остановились. Перед ними была Дверь, облик которой заставил Джейса почувствовать, как по коже пробежал холодок.

Не дожидаясь, когда его спутница даст соответствующую команду, он на ватных ногах шагнул вперёд и отворил для них Дверь.

Едва зрение вернулось, его догадки подтвердились.

– Это что – какой-то розыгрыш? – спросил Джейс, ошарашено озираясь по сторонам.

– А я часто занимаюсь подобными вещами? – осведомилась Серси.

Они оба знали ответ.

– Пойдём, – вновь поторопила его ладка, цокая каблуками по асфальту. – Есть ещё кое-что, что тебе стоит увидеть.

– Куда уж ещё, – буркнул Джейс, однако всё же поплёлся за ней.

То место, где они оказались, при всей его невзрачности было абсолютно не тронуто разрухой. Ни единого выбитого окна, ни перевёрнутых скамеек, ни разломанных дверей подъездов – всё чинно и ровно. Его нельзя было сравнить ни с Городом-с-Небоскрёбом, ни тем более с Городом-с-Ареной-Смерти, от которого остались одни руины. Уместнее всего было бы провести аналогию с Городом-с-Зоо-Парком – так же безлюдно и чисто, даже архитектурные стили определённо похожи, – вот только Джейс знал, что в сравнении нет нужды.

Он знал, что перед ним – его собственная Домашняя Секция.

Дойдя вперёд Джейса до его подъезда (и откуда только узнала, ведь никогда не была у него в гостях!), Серси остановилась сбоку от входной двери.

– Набирай, – велела она.

Джейс на автомате, не видя цифр, набрал на панели код. Дверь открылась.

Не нужно было быть мудрым, как Император, чтобы понять, куда ладка вела его. Само собой, ключ от квартиры подошёл идеально.

В прихожей всё, вплоть до мелочей, было так же, как у него дома. Так же висел на крючке старый зонт – слева от отцовского пальто, – так же были разбросаны по полу тапки вперемешку с уличной обувью, так же виднелась ваза с цветами на столе в кухне напротив.

Только вот людей не было. Ни матери, ни отца, ни Надин. И не было похоже, чтобы кто-то внезапно собирался появиться.

– Что это за место? – в ужасе спросил Джейс.

Серси наконец удостоила его ответом:

– Ну… Нечто вроде запасной базы, – сказала она после небольшой заминки.

– Но для чего?!

Джейсу начинало казаться, что чем больше он видит и слышит, тем меньше понимает.

– На случай непредвиденных обстоятельств, – расплывчато пояснила ладка.

Джейс вздохнул.

– Ты имеешь в виду, на тот случай, если что-то произойдет с Этажами?

– Вроде того, – кивнула Серси.

– Но к чему такая точность?!

– Чтобы жителям было… комфортнее.

Час от часу не легче. А комфортнее всех в данный момент, очевидно, было самому Джейсу.

– И много ещё таких… баз? – стараясь не выдавать своё волнение, осведомился он.

– Не то что бы. Их содержание весьма дорого обходится.

– Понимаю, – задумчиво протянул Джейс.

– Сомневаюсь, что понимаешь, – возразила ладка довольно резко.

Друг удивлённо посмотрел на неё, и Серси поспешила добавить:

– Должна предупредить тебя, Джейс, что я не на все вопросы могу тебе дать ответы.

Надо же, заговорила прямо как Рэй в зоо-парке.

Вместе они прошлись по всей квартире, заглянули в каждую комнату, раз за разом убеждаясь в очевидном – квартира Джейса в Этажах и её копия здесь не имели различий.

Ему было даже немного забавно оттого, что ладка впервые оказалась у него в гостях при таких, прямо скажем, необычных обстоятельствах.

Последней каплей для Джейса стал мягкий игрушечный урсар, обнаруженный им на кухне – любимая игрушка Надин, которую та буквально везде таскала с собой.

– Ну всё, с меня хватит, – сообщил он спутнице. – Веди меня назад.

Уже в Секции Перехода (вернее в её двойнике) Джейс задал Серси ещё один вопрос:

– Скажи, а расположение остальных Дверей тоже идентично? Я имею в виду, каждая из них здесь прокладывает ту же дорогу, что и в Этажах?

Ладка внимательно на него посмотрела.

– Ты хотел бы это проверить? – вкрадчиво спросила она. – Мы могли бы, к примеру, заглянуть в нашу Учебную Секцию.

– Ну уж нет, – Джейс аж содрогнулся от такой перспективы. – Поверю тебе на слово.

Серси кивнула, принимая к сведению его отказ, и вновь понеслась вниз. Стук её каблуков был единственным звуком, нарушавшим гробовую тишину лестничной клетки.

Фаза 16. Доверие

Джейс поднялся значительно раньше обычного. Его целью было улизнуть из дома до того, как проснутся родственники – его ждал крайне важный и ответственный день, и начинать его с многозначительных взглядов, вздохов и попыток матери заговорить о «его девушке» он не хотел.

Однако побег не удался – едва Джейс, стараясь производить как можно меньше шума, начал шуршать обувью возле входной двери, на кухне щёлкнул выключатель.

– Доброе утро, сын, – послышался голос отца.

Поняв, что избежать диалога не удастся, Джейс нехотя поплёлся на кухню.

– Доброе утро, пап, – сказал он, протягивая руку к чайнику.

Нажимать кнопку не было нужды – тот оказался уже горячим.

– Я бы хотел поговорить с тобой, – сообщил отец.

Джейс, доставший из шкафа свою любимую кружку, закатил глаза.

– Пожалуйста, только не снова про девушку, – почти взмолился он.

До сих пор в беседах на данную тему отец сохранял молчаливый нейтралитет и держался довольно отстранённо, за что Джейс был ему весьма признателен. Однако, очевидно, вечно так продолжаться не могло.

– Нет, – отрицательно покачал головой отец. – Вернее, не совсем.

Джейс уже сделал себе чай – хотел и отцу предложить, но напротив того уже стояла практически полная кружка, – и как раз садился за стол.

– Интригуешь, – протянул он, отпивая обжигающий напиток. – О чём же тогда?

– Давай начистоту, сын, – вздохнул отец. – Ты уже взрослый, а потому я не буду тратить время и пустые слова на поиск обтекаемых формулировок.

Джейс согласно кивнул. Дело, похоже, обещало принять интересный оборот.

– Тогда я скажу прямо: меня вовсе не интересует твоя, с позволения сказать, сексуальная жизнь. Хочешь встречаться с девушками – на здоровье, встречайся, сколько влезет. Я не собираюсь тебя отговаривать или, напротив, подначивать в таком деле. И тем более не буду настаивать, чтобы ты представил свою пассию семье. Я убеждён, что, когда придёт время, ты сделаешь это сам, без давления со стороны.

Джейс облегчённо вздохнул. Да, действительно, отец всегда понимал его гораздо лучше, чем мать.

– Однако при всём при этом меня не может не волновать твоя жизнь как таковая, – заметил отец.

– Ты считаешь, что ей что-то угрожает? – Джейс, не удержавшись, улыбнулся.

Отец посмотрел ему прямо в глаза, и всякое желание шутить ту же отпало – он был серьёзен как никогда.

– А вот не надо иронии, – попросил отец. – Ты думаешь, я что, не знаю ничего, Джейс?

Мне известно, что ты стал пропускать занятия. И не одно или два, а по целым дням, причём с завидной регулярностью.

Джейс напрягся. Разумеется, этого разговора следовало ожидать давно. Однако существуют вещи, к которым решительно невозможно быть готовым.

– Моя успеваемость не упала, – нерешительно произнёс он, пуская в ход свой, пожалуй, единственный козырь.

– Плевал я на твою успеваемость! – рявкнул отец, пожалуй, чересчур громко. – Плевать я хотел на твою успеваемость, – повторил он уже тише. – Есть вещи гораздо важнее отметок.

Джейс молчал, ожидая дальнейших вопросов. Вопросов, на которые чувствовал, что не сможет дать ответов.

И они последовали.

– Где ты бываешь? И с кем? Только со своей ладкой или с вами есть кто-то ещё?

– Она не моя, – поправил Джейс.

Отец лишь поморщился, давая понять, что ему нет дела до таких подробностей.

– Чем вы занимаетесь? Почему это отнимает целый день? – продолжал расспрашивать он. – Ведь тебя мало того что на занятиях – и дома-то уже давным-давно не бывает!

У меня, конечно, нет желания запереть тебя на всё то время, что ты не в Учебной Секции, но, атом тебя разорви, хочется иметь хотя бы смутное представление о том, где ты и чем занят!

Джейс не отвечал, предавшись тщательному изучению узоров на своей любимой кружке.

А что он мог сказать? «Папа, я убиваю своё время на то, чтобы бегать по заброшенным городам Древности, инспектировать самые отдалённые Домашние Секции и знакомиться с фауной зелёных лесов и полей»? И это ещё к тому же весьма сокращённый список. Впрочем, чтобы добить родителя окончательно, достаточно было бы добавить ко всему вышеперечисленному повествование об относительно недавнем визите в запрятанную в Мастерской копию Этажей. В красках.

– Не пойми меня неправильно, Джейс, – вздохнул отец. – Я не стремлюсь ограничить твою свободу. Единственное, о чём я тревожусь – это безопасность. Всеобщая безопасность, но твоя – прежде всего.

– Моей безопасности ничего не угрожает, – поспешил заверить его Джейс.

На самом деле было несколько опрометчиво говорить такие вещи, однако он чувствовал – если бы что и могло случиться с ним или с его друзьями в их путешествиях, уже бы давно случилось.

– Ты ещё совсем юн, Джейс, – сокрушённо покачал головой отец. – Не хочется называть тебя ребёнком, но, увы, это так. Ты столь многого не знаешь… Но есть вещи, о которых не знаешь не только ты.

Я интересуюсь твоими делами не из пустого любопытства или стремления к контролю. Я знаю, что в том, чем ты занимаешься, что бы это ни было, замешана ладка. Так вот, я сейчас скажу тебе то, что не известно практически никому в Этажах: связываться с ладами НЕЛЬЗЯ.

Джейс удивлённо посмотрел на него. И об этом был весь разговор? Выходит, его отец – банальный расист?

Однако тот поспешил продолжить прежде, чем Джейс успел ощутить горечь разочарования.

– Лады – опасны. За спиной у других они проворачивают какие-то свои, тёмные дела, последствия которых могут оказаться непредсказуемыми и даже разрушительными для всех!

Джейс ушам своим не верил – то, что он слышал, тянуло на самую настоящую ересь.

– Лады – защитники Императора, основа его власти… – неуверенно начал он.

– Они – угроза для Императора! – перебил его отец. – К тому, чем они занимаются, Император не имеет никакого отношения, и, поверь, он бы пресёк их деятельность, если бы мог.

Что за безумие? Самая привилегированная раса – угроза для Императора? Император не может пресечь что-то? Или, что ещё более невероятно – о чём-то не знает? Как это вообще осуществимо?

Однако по лицу отца Джейс видел, что тот был очень взволнован, так как искренне верил в то, о чём говорил.

– Но… откуда у тебя такая информация?! – с трудом подбирая слова, спросил Джейс.

– Не важно – откуда, – ответил отец неожиданно резко. Однако, обратив внимание на степень озадаченности сына, он немного смягчился, – Я не могу управлять твоими действиями, Джейс. Как не могу заставить поверить в то, чему не в состоянии представить подтверждения. Но я прошу тебя, сын – послушай меня, прими мой совет, как отца, как старшего друга, в конце концов, как гражданина – не води дел с ладами!

Помедлив несколько секунд, Джейс кивнул:

– Хорошо, отец. Я услышал тебя.

Поняв, что большего ему не добиться, отец обречённо вздохнул.

– Ладно. Иди, – он махнул рукой, отпуская сына. – И удачи тебе сегодня.

День у Джейса, как уже было упомянуто, предстоял непростой: сегодня его ступень сдавала первый из выпускных экзаменов, и нельзя было сказать, что утренняя беседа с отцом стала для него хорошим напутствием.

Однако при всём уважении, которое Джейс искренне испытывал к своему родителю, слова Игната Салливана были настолько безосновательны, если не сказать нелепы, что держать их в голове долго было решительно невозможно.

Но думал Джейс вовсе не о предстоящем экзамене – хотя стоило бы, ведь все уже давно заняли свои места, а Наставник должен был раздать листы с проверочными вопросами с минуты на минуту. Джейс же сидел и прокручивал в голове события прошедшего учебного года, а точнее – грандиозного тура по Дверям, в который он превратился.

Чего только они с Рэем и Серси не видели! Им доводилось многократно бывать в лесах, степях, покорять горы. Они оказывались даже на палубах брошенных кораблей, дрейфующих в открытом океане, могли в один день посетить землю, покрытую снегами и овеянную ледяным ветром, и тут же отправиться в выжженную солнцем пустыню, где было трудно дышать. Видели неисчислимое количество памятников Древности, от руин фабрик до дворцов некогда могущественных Императоров, поражались роскоши, осуждали расточительность, восхищались изобретательностью.

Всё это перемешалось в голове Джейса, словно цветные стёклышки в причудливом калейдоскопе, порой соприкасаясь так плотно, что трудно было понять, где заканчивается одно и начинается другое. Пожалуй, будь его воля, он бы предпочёл чуть более щадящий режим, но Серси, распоряжаясь их временем, приняла решение не рассиживаться подолгу без дела, а Джейс не стал ей перечить.

Пожалуй, воспоминания о путешествиях в целом можно было назвать приятными, – хотя гораздо больше подошло бы слово «захватывающие», – так как они действительно хватали и накрывали с головой, не оставляя в жизни и даже в желаниях места ни на что другое. Только один эпизод почему-то довлел над всеми остальными нестираемым чёрным пятном – это был состоявшийся несколько недель назад визит в безлюдную версию Этажей. Вспоминать об этом было необъяснимо неприятно, и потому Джейс всеми силами старался этого не делать.

Так он и сидел – в его жизни вот-вот должен был наступить самый ответственный, по всеобщему мнению, момент, а Джейсу было всё равно. Странно, ведь раньше он относился крайне ответственно к роли, отведённой ему в общественном устройстве Этажей – так когда же всё так изменилось?

Вместо того, чтобы мысленно повторять материал, который мог бы пригодиться на экзамене, Джейс прокручивал в голове самые запомнившиеся моменты своих путешествий, и не было вокруг ни единого человека, который мог бы догадаться, что заботит его на самом деле.

Не было человека, зато была ладка.

– Джейс, – тихонько позвала она.

Он никак не отреагировал.

– Дже-е-ейс, – повторила Серси, мягко касаясь его плеча.

«Нашла время!» – с раздражением подумал он.

Обычно у неё хватало дисциплины, чтобы не трогать его даже на уроках, а тут приспичило поговорить перед самым экзаменом!

– Джейс! – Серси нетерпеливо дёрнула его за рукав.

Игнорировать это дальше не представлялось возможным.

– Чего ты хотела?! – спросил он, оборачиваясь.

– Джейс, мне нужно, чтобы ты пошёл со мной, – шепнула ладка. – Прямо сейчас.

– Погоди, – отмахнулся тот, отворачиваясь. – Вот напишем экзамен, и тогда пойду с тобой куда угодно.

Серси ткнула его ручкой в спину, чего отродясь не делала.

– Совсем сдурела?! – прошипел Джейс.

– Это важно! Правда! Очень! – её восклицания самую малость смахивали на мольбу. – Разве я часто тебя просила поступиться своими интересами ради меня?

Джейс на секунду замялся.

– Нет, – признал он. – Но это не меняет того факта, что уходить сейчас – безумие.

– Неужели тебе совсем не интересно? – не уступала ладка.

Этот аргумент оказался решающим.

– Ладно! – махнул рукой Джейс. – Атом с тобой. Выходим по очереди, сначала ты, потом я. Только быстро – не хватало ещё, чтобы Наставники прицепились.

Во время подъёма, который казался невероятно долгим, Джейс продолжал анализировать их похождения.

– Мы столько всего повидали, – задумчиво протянул он. – Кажется, что мы несколько сотен Дверей обошли за этот год!

– Четыреста двадцать семь.

– Что? – не понял Джейс.

– Столько Дверей в Этажах, – невозмутимо пояснила Серси.

– Погоди… – ему даже дышать на мгновение стало трудно. – Ты хочешь сказать, что мы обошли их все?

– Именно.

Бурная радость, охватившая Джейса, практически сразу сменилась замешательством.

– Но… Ведь мы не видели ни одной Производственной Секции. И ни одной Медицинской. Да и Земледельческих и Животноводческих – считанные единицы! Откуда же тогда берётся еда, одежда, бытовые принадлежности? Не могут же всё поставлять нам из Столицы?!

– Разумеется, – не стала спорить с ним ладка.

– Да даже если и из Столицы, – продолжал размышлять вслух Джейс, – то каким образом оттуда бы всё доставляли? Ведь Транспортных Секций по факту тоже нет!

– Серси, ты уверена, что ничего не путаешь? – вкрадчиво поинтересовался он.

– Это не я путаю, – отозвалась его подруга. – Это ты не всё знаешь.

Джейс нахмурился. Она была не первой, от кого он это сегодня слышал.

– Может, в таком случае объяснишь? – попросил он.

Серси ответила ему своей коронной фразой:

– Всему своё время.

А подъём меж тем продолжался, продолжался и продолжался.

– Мне начинает казаться, что ты тащишь нас на самый верх, – попытался пошутить Джейс.

– Так и есть, – невозмутимо сказала ладка.

– Что?! – он был так ошарашен, что даже остановился. – Какого атома, Серси?! – взвился Джейс. – Сейчас там, внизу, начнётся экзамен, и наши результаты могут аннулировать, а всё ради чего?! Там ведь ничего нет, и ты сама это не хуже меня знаешь!

Ладка тоже остановилась, медленно подошла к нему. В её взгляде читалась непоколебимая уверенность.

– Скажи, Джейс, ты мне доверяешь? – спокойно спросила она.

Разумеется, у него был на это только один ответ:

– Да.

– Ну вот и хорошо.

Серси отвернулась и восхождение возобновилось.

Последний лестничный пролёт несколько отличался от всех предыдущих. Две лестницы, как и везде, выходили на центральную площадку, однако дальше вверх шла только одна, левая.

Джейс поднимался сюда когда-то давно, ещё будучи ребёнком, и это путешествие запомнилось ему и его спутникам как самое нудное и бессмысленное. Само собой, в его памяти намертво отпечаталось, что на последней площадке нет Двери, и теперь, оказавшись тут снова, он был абсолютно уверен, что…

Не ступив ещё на самую последнюю лестницу, Джейс поднял глаза, а затем замер и простоял около минуты молча, открыв рот.

Серси его не торопила.

– Что это такое? – наконец просил он.

Ладка не сочла нужным комментировать очевидное.

Они бок о бок поднялись по ступенькам и остановились на площадке. Перед ними была самая настоящая Дверь.

Джейс внимательнейшим образом принялся её осматривать. Она была явно не новая, железная, от косяка по штукатурке местами разбегались трещины. Он сам не верил в то, что собирался сказать, но другого объяснения найти не мог:

– Её установили недавно, верно?

– Ты сам видишь, что нет, – покачала головой ладка.

– Как долго она здесь?

– Дольше, чем все остальные. По сути, она была самой первой.

– Но это же невозможно! – воскликнул Джейс. – То есть… Как такое возможно?!

– Открой её, и я расскажу тебе всё, – пообещала Серси.

– А почему ты сама не можешь этого сделать?

Ладка была непреклонна:

– Открой.

– Мне это не нравится, – счёл он нужным сообщить своей подруге.

– Ты доверяешь мне? – повторила Серси вопрос, который уже задавала ему сегодня.

Джейс вздохнул и взялся за ручку. Дверь пошла туго, но всё же поддалась.

Когда она открылась, Джейса ждало новое удивление – за этой Дверью не оказалось белой пустоты, как за всеми другими. За порогом была хорошо видна комната, и Джейс с Серси вошли в неё столь же обыденно, как могли бы, к примеру, войти в класс после перерыва. Кто-то другой, вероятно, решил бы по этой причине, что дверь была самой обычной, однако Джейс твёрдо знал, что это не так. Эта Дверь, пожалуй, была самой НЕобычной из всех, что ему доводилось открывать.

Внутри было не намного светлее, чем в Мастерской на самом нижнем ярусе. Не утонуть в темноте помещению не давали главным образом сияющие экраны, рядами расположенные на стенах.

– Что это? – спросил Джейс, зачарованно наблюдая, как движущиеся изображения на одном из них сменяют друг друга.

– Это – Император, – коротко ответила Серси.

Фаза 17. Правда

Серси Траст решила начать свой рассказ с вопроса.

– Как ты считаешь, Джейс, какой сейчас год? – поинтересовалась она, параллельно нажимая какие-то кнопки на панели, расположенной перед одним из экранов.

– 2149 год после Падения, – без колебаний ответил он, усаживаясь в небольшое крутящееся кресло неподалёку от неё. – Тебе это скажет любой.

– И любой ошибётся, – отрицательно покачала головой ладка. – Впрочем, кое-что примечательное в названной тобой дате всё-таки есть.

Всем известно, что Падение стало величайшей катастрофой в истории Земли, причём не только для человечества, но и для окружающей среды. Мир был заражён – мутациям подверглись животные, растения, стала токсичной вода, почва, даже воздух. Места, оставшиеся пригодными для жизни людей, можно было пересчитать по пальцам.

Джейс кивнул. Пока что его подруга не сказала ничего такого, чего бы он не знал.

– Человечество в буквальном смысле пряталось по углам мира, некогда безраздельно ему принадлежавшего, в течение многих веков, – продолжала Серси. – Все жили в ожидании позитивных изменений, которые могли бы поспособствовать новому рассвету расы людей, но они всё не наступали. Примерно за семьдесят лет до того года, который ты назвал, учёные сделали новое мрачное открытие: в ближайшие века планету ожидала очередная волна катаклизмов, настолько разрушительная, что ставила под вопрос выживание человека как вида.

– Семьдесят лет назад… – шёпотом повторил Джейс. – Выходит, учёные ошиблись? Или эти катаклизмы вот-вот наступят?

– Они уже наступили, – бесстрастным тоном сообщила Серси.

– Как такое возможно?!

– Узнав, что наше существование под угрозой, лучшие умы оказались поставлены перед сложнейшей задачей: придумать, как избежать катастрофы.

– И они придумали? – взволнованно спросил Джейс.

– Придумали, – кивнула ладка. – Ради сохранения вида было решено погрузить большую часть выживших в крио-сон до тех самых пор, пока катаклизмы не отступят и жизнь на планете вновь не станет возможной.

Однако здесь возникла другая проблема: в крио-сне мозг человека способен существовать где-то две, самое большее три сотни лет. По истечении этого срока мозг, в котором прекращены всякие процессы, просто отмирает, что делает дальнейшее сохранение физического тела бессмысленным.

Для того чтобы обеспечивать разуму хоть какую-то деятельность, было изобретено специальное устройство. Оно позволяло подключать сохранённых людей к компьютеру, который с помощью посылаемых в мозг импульсов моделировал в сознании человека различные образы.

– Как фильм?

– Лучше. Это была не просто неподвластная воле череда звуков и картинок – импульсы активировали все органы чувств: и осязание, и обоняние, и даже вкусовое восприятие… Больше того – на эти образы можно было воздействовать, изменять. А учитывая то, что все, погруженные в крио-сон, были подключены к единой системе, то в её рамках они могли вступать в контакт также и друг с другом.

– Звучит, как будто для них создали целый мир, – заметил Джейс.

– А это и есть целый мир, – подтвердила Серси. – Идеальный мир, в котором нет ни болезней, ни возможности получить травму, ни конфликтов, ни лишений. А чтобы людям было интересно внутри, чтобы подстёгивать человеческую тягу к познанию, их мир разнообразили местами, специально воссозданными согласно данным об истории Земли.

Правда, позже эти места закрыли от широких масс во избежание культурного шока, вызываемого хронологическими и прочими нестыковками этих мест и текущей реальности. Но те, кто настроен соответствующим образом, кто морально готов, всё же могут попасть туда.

Джейс молчал.

– А компьютер, занимавшийся поддержанием этой системы, назвали Императором – опять же по аналогии с иерархией Древних, – добавила в завершение Серси. – Это символизировало его главенствующее положение в симуляции и обязанность заботиться о благосостоянии вверенных ему граждан.

– Это невозможно, – произнёс Джейс.

– Я понимаю твоё неприятие, – отозвалась Серси, не отворачиваясь от символов, мелькавших на экране.

– Да нет же, послушай! – воскликнул он. – Если ты говоришь, что мы находимся в так называемом «идеальном мире», то как ты объяснишь стихийные бедствия?

– Которые происходят исключительно на нежилых территориях, а потому обходятся без жертв.

– Неправда! Снаружи ежегодно гибнет или получает травмы множество людей, занятых исследованием зелёных территорий.

– Ага, и именно поэтому в Этажах нет, как ты и сам заметил, ни одной Медицинской Секции. Все пострадавшие – фикция.

– Не может быть, – уверенно повторил Джейс. – Я некоторых из них лично знал.

– Ну, положим, ты и орков немало знаешь лично.

– А при чём здесь орки? – не понял Джейс.

Ладка вздохнула и пустилась в объяснения снова:

– В Этажах принято считать, что две из существующих рас – лады и орки – появились из людей в процессе эволюции, приправленной радиационным воздействием. Применительно к ладам это отчасти верно – мы на самом деле и есть люди – а точнее, те, кем люди, такие как ты, станут через четыре тысячи лет.

– Четыре тысячи лет… – шёпотом повторил Джейс.

Хотелось за голову схватиться от такой информации.

– Тогда как орки – это в чистом виде порождение программы. Император создал их, чтобы они помогали следить за работой составляющих частей симуляции и препятствовать их выходу из строя.

Картинка постепенно начинала складываться:

– Двери…

– Именно, – кивнула ладка. – Как ты мог заметить, орки работают на их производстве и занимаются обслуживанием.

– Но ведь не только они! – не хотел уступать Джейс.

– Только, – безапелляционно заявила Серси. – На самом деле в Этажах вообще никто, кроме них, по-настоящему не работает – людей просто отключают на непродолжительные периоды от поля зрения остальных, а затем самую малость подчищают память.

Кажется, Джейс начал понимать, почему он никогда не мог нормально обсудить с родителями их работу.

Неужели это и его ждало?

– Иллюзия занятости нужна для того, чтобы все чувствовали себя полноценными, ощущали свою значимость. Без этого настоящее счастье, создание и поддержание которого является одной из основных задач Императора, просто невозможно.

– Поддержание счастья? – недоверчиво спросил Джейс.

– А ты как хотел? Счастье – одна из неотъемлемых человеческих потребностей. Будь она хоть трижды экзистенциальной, а её неудовлетворение сказывается на биологических характеристиках организма, которые Император просто обязан поддерживать в идеальном состоянии.

– Плохо что-то у него получается, – заметил Джейс. – Далеко не все люди в Этажах счастливы.

– Далеко не все люди в Этажах – настоящие. Орки – помощники Императора, потомки от смешанных браков – фикция. Я бы сказала, шутка программы. Люди тоже не все реальны, и, поверь мне – все, кто действительно лежит в крио-капсулах, чувствуют себя отлично. А определённый процент несчастных, увечных и погибающих ежегодно – это умелая фальсификация. Неизбежные жертвы. Люди никогда не поверили бы в утопию. Хватит с них и того, что им подавляют гормоны, отвечающие за агрессию – отсюда отсутствие насилия.

– Так, значит, это – искусственно?.. – упавшим голосом просил Джейс. – А я-то думал, что это результат осознания людьми ошибок прошлого…

– К сожалению, подобное в реальности невозможно, – вздохнула Серси. – Такова природа человека.

Они погрузились в молчание. Пальцы ладки (или, как выяснилось, обычной человеческой девушки из будущего-настоящего) продолжали стучать по кнопкам, а Джейс безмолвно изучал окружавшие их экраны. Как он понял, в каждом из них отображались сцены из жизни граждан Этажей в реальном времени. Сцены эти постоянно сменяли друг друга, однако он краем глаза успел заметить Надин, прыгавшую через скакалку во дворе Учебной Секции. И его класс – кажется, ребятам только что раздали экзаменационные материалы. Было ли это важно теперь? Джейс не знал.

А на соседнем экране поджарый немолодой орк спускался куда-то в Секции Перехода. Дитя программы, чтоб его на атомы разорвало.

– Кто ещё в этом мире реален? – задал Джейс вопрос, не отрывая глаз от экрана. – Из тех, кого я знаю.

– Все лады реальны, – начала перечислять Серси. – Они загружаются в симуляцию из внешнего мира, чтобы иметь представление о положении дел внутри, и могут выгружаться обратно когда угодно. А из местных – твои родители. Твоя сестра. Рэй Тао. Инга Уайт. Джефф Морган. Камилла Спайкс, – последнее имя Серси, при всём её хладнокровии, не смогла произнести без капельки желчи. – Ах да – наша Ведущая Наставница тоже настоящая. Обожает свою работу и предана Императору всей душой.

Джейс нашёл в себе силы улыбнуться – это он и так прекрасно знал.

– Всего в крио-сне, а соответственно и в Этажах, находится приблизительно двадцать тысяч человек.

– Так мало… – вздохнул Джейс.

Да, пусть все его близкие и оказались настоящими, но смириться с мыслью о том, что более двух третей всего населения комплекса – по сути, говорящие куклы, было крайне трудно.

– Ладов и того меньше. Всего пара тысяч избранных осталась в своё время в реальном мире, чтобы охранять тех, кого погрузили в сон. И Императора.

– Выходит, меня тоже погрузили в сон? – спросил Джейс. – Но ведь я помню всю свою жизнь! – воскликнул он. – Неужели?..

– Нет, – поспешила заверить его Серси. – Все твои воспоминания настоящие, насколько это возможно в смоделированной реальности.

Тело, мозг которого продолжает работу, не может быть заморожено полностью. Отсюда следовало, что все, кого когда-то подключили к симуляции, рано или поздно должны были умереть – через многие сотни лет, но всё-таки. Проблему воспроизводства решили с помощью искусственного оплодотворения – когда здесь создавалась подходящая для размножения пара, их биоматериал соединяли, и в лабораторных условиях выращивали плод, который впоследствии тоже подключался к системе.

Так что ты, Джейс Салливан, представитель второго поколения детей, «рождённых» в Этажах. И самый настоящий сын своих родителей. Твоя крио-капсула находится рядом с ними, я видела это своими глазами.

Новости были вроде бы обнадёживающие. Однако от подробностей Джейса почему-то передёрнуло.

– Ладно, – поспешил он сменить тему. – Допустим, с внутренним устройством Этажей всё более-менее ясно. Но как быть с ладами? И, в частности, с тобой? Не просто же так ты мне это всё рассказываешь!

Серси вздохнула.

– Ну, разумеется, не просто, – она наконец оторвалась от панели с кнопками и повернулась к собеседнику. – У меня особая миссия здесь, Джейс. И её успех напрямую зависит от тебя.

Он невольно сглотнул.

– Что за миссия?

– Как я уже сказала, когда запускали Императора, в реальном мире осталось совсем мало людей. Первое время они справлялись довольно неплохо – если это слово вообще применимо к тому ужасу, что творится там, – Серси содрогнулась. – Но позже выяснилось, что мы стали меняться вместе с окружающим миром. Превращаться в тех, кого здесь принято называть ладами. Мы становились крепче, сильнее, умнее, ведь нам приходилось выживать, постоянно совершенствуя себя и свои навыки. Но один из механизмов всё же дал сбой – один, но самый важный: мы стали терять способность к воспроизводству.

Мы столкнулись с тем, что в каждом последующем поколении всё больше ладов были бесплодны. И мы поняли, что спасти нас может только одно – нужно как можно скорее выгрузить людей из Императора.

– Всё это отлично… – начал было Джейс. – То есть, прости, разумеется, это плохо. Очень. Только я всё ещё не понимаю – при чём здесь я?

– Спустя века непрерывной работы Император поумнел. Я бы даже сказала, приобрёл определённую самостоятельность в суждениях и действиях. И он не хочет отпускать людей, ведь единственный смысл его существования – их защита. Он убеждён, что, как только с его задачей будет покончено, его отключат, и противится этому, как только может.

Император запрограммирован на безоговорочное подчинение людям. Однако, воспользовавшись тем, что лады теперь, технически говоря, уже не совсем люди, он ограничил нам доступ к управлению.

Да, разумеется, мы может по-прежнему входить в программу, можем даже вносить кое-какие несущественные модификации, однако выполнить столь серьёзную операцию, как выгрузка людей, можно лишь отсюда, – ладка обвела рукой пространство вокруг себя. – Это – Главная Комната Управления. Всё, что понадобилось сделать Императору – это закрыть нам доступ к ней.

– Не только вам, – напомнил Джейс. – Я до сегодняшнего дня эту комнату даже не видел.

– Как и никто другой. Для того чтобы попасть сюда, чтобы хотя бы просто увидеть эту Дверь, должны быть соблюдены несколько простых правил. Первое – искатель должен быть человеком. Второе – он должен предварительно пройти через ВСЕ Двери, расположенные в комплексе.

– Так вот почему ты со мной возилась целый год, – протянул Джейс с лёгкой обидой в голосе.

– Именно, – не стала спорить Серси. – Однако я не совру, сказав, что не жалею ни о едином дне.

Джейс улыбнулся.

– И есть последнее условие, самое важное, – продолжала ладка. – Искатель должен искренне ХОТЕТЬ открыть эту Дверь, стремиться узнать, что за ней скрыто…

– Примерно так же открываются Двери с Ограниченным Доступом, – вспомнил Джейс.

– Смысл тот же, – кивнула Серси. – Помнится, я была удивлена, когда Рэй продемонстрировал, что разгадал этот механизм самостоятельно.

– Тебе следовало выбрать его для своей миссии, а не меня.

– Будь моя воля, я бы так и сделала. Рэй с его решимостью и целеустремлённостью подошёл бы идеально. Без обид.

– Какие могут быть обиды, – ухмыльнулся Джейс. – И всё же мне интересно – почему я?

– До того, как в симуляцию отправили меня, Комнату Управления уже дважды пытались открыть. Оба раза, как понимаешь, неудачно. Проблема заключалась в том, что эти попытки предпринимались со взрослыми людьми, которые слишком свыклись со своей жизнью в Этажах, слишком «срослись», если так выразиться, с этим миром. Они не допускали для себя кардинальных перемен, которые ждали их здесь, НЕ ЖЕЛАЛИ их, а потому Дверь им не открылась.

Исходя из предыдущего опыта, третий раз было решено попытаться с кем-то из молодых. У юных ребят психика куда более гибкая, и тяга к неизведанному ещё жива – на то была основная ставка.

– И всё? – удивился Джейс. – Меня выбрали исключительно потому, что я молод?

– Не совсем. Дело в том, что последним из тех, с чьей помощью пытались открыть эту Дверь, был твой отец…

Джейс был ошарашен, зато ещё один фрагмент головоломки встал на своё место.

– … Решили, что у тебя подходящая наследственность, – заключила ладка.

С минуту они молчали, задумавшись каждый о своём.

– Я бы не сдалась просто так, – первой нарушила тишину Серси. – Не вернулась бы ни с чем. Не вышло бы с тобой – попробовала бы с Рэем. Пусть бы меня наказали, но слишком велика цена этого эксперимента.

Джейс внимательно посмотрел на неё, но ладка тут же отвернулась. По осколкам горечи, блеснувшим в её золотых глазах, он понял, что речь идёт не только о судьбе человеческого рода.

– Какую цену заплатила лично ты? – осторожно спросил он.

– Моя семья осталась там.

– И что? Разве ты не можешь вернуться?

– Отчего же? Могу – даже обязана. Просто… – её голос дрогнул. – Время здесь и там течёт по-разному.

Кажется, Джейс начал понимать.

– И… Сколько лет прошло там?

– Порядка девяноста.

И это чуть больше чем за год…

Для человеческой жизни девяносто лет – большой срок. Было ясно, что, вернувшись, Серси не встретит в реальном мире никого из тех, кого знала. Никого из тех, кто был дорог ей.

– Я должна была согласиться на эту миссию, – словно оправдываясь, призналась Серси. – С каждым поколением количество бесплодных ладов растёт, а я – одна из немногих, что ещё способен к деторождению.

– Выходит, твоей обязанностью было ещё и сохранить себя?

– Вроде того.

Джейс чувствовал, что в сложившихся обстоятельствах у него не было морального права отказать ей в помощи, о которой она, по сути, просила.

– Хорошо, – кивнул он. – Я сделаю, что нужно для того, чтобы выгрузить людей. Но для начала у меня есть вопрос.

– Задавай.

– Наши граждане… – Джейс запнулся. – Я имею в виду, реальные граждане… Что, если они не готовы к выгрузке? А тут – бац! Ваш мир – фикция, ваши друзья – подделка. Так ведь и с ума сойти недолго.

– Об этом тебе не стоит беспокоиться, – заверила его Серси. – Во-первых, нам не нужны все. Для начала тысячи человек будет вполне достаточно. А во-вторых, для отбора этой тысячи буду проведены тщательнейшие психологические проверки. Мы ведь не хуже Императора печёмся о здоровье граждан, а потому в реальный мир ни за что не попадут те, кто к нему не готов.

– Понятно, – снова кивнул Джейс. – Раз так, то я готов. Говори, что я должен сделать.

– Я уже составила текст соответствующей команды, – ладка указала на экран. – Чтобы Император занялся исполнением, тебе нужно лишь нажать сюда, – она коснулась рукой одной из серых клавиш на панели.

Внешне та ничем не отличалась от множества других, расположенных вокруг. Не желая больше тратить время впустую, Джейс надавил на неё. И пускай он не почувствовал каких-либо изменений, на душе у него вдруг стало необъяснимо тоскливо – словно подошло к концу самое захватывающее приключение в его жизни.

– Что теперь будет, Серси? – немного испуганно спросил он, переведя взгляд со сменяющих друг друга изображений на спутницу. – Я имею в виду, со мной?

Ладка посмотрела на него очень внимательно.

– Всех, кто захочет отправиться с нами, мы примем, – ответила она со всей искренностью, на какую была способна.

Фаза 18. Послевкусие

Не далее как вчера всем ученикам их ступени сообщили, что они успешно сдали выпускные экзамены и теперь могут продолжить повышать свою квалификацию непосредственно на выбранном производстве.

Ха, производство. Ха, квалификация. Теперь, когда Джейс знал всё, его было не так просто обвести вокруг пальца.

Сегодня был единственный день, когда ученикам (а ныне уже Младшим Мастерам) официально дозволялось бездельничать, а потому все собрались в Зале Мероприятий их Учебной Секции – праздновать. Джейс чувствовал себя уже физически неспособным продолжать пожирать расставленные на столах закуски и конвульсивно дёргаться под то, что его ровесники упорно называли музыкой, а потому спешил убраться вон с глаз одноклассников и Наставников.

Довольно быстро найдя пустующий кабинет этажом выше, Джейс вошёл внутрь и, не включая свет, захлопнул за собой дверь и сел прямо на пол, привалившись спиной к стене.

Столько всего произошло. Столько всего нужно было переварить и разложить по полкам.

В считанные дни население комплекса Этажи уменьшилось ровно на тысячу человек. Всё случилось незаметно для других, но не для Джейса. Кто-то, по официальной версии, переехал в Столицу, получив «повышение». Кто-то отправился в долгосрочную экспедицию по исследованию зелёных территорий – из которой, естественно, не вернётся. А о ком-то просто забыли – вычеркнули человека, как будто его и не было. В общем, Император их, Единый и Благостный, постарался на славу.

Джейс же, как можно догадаться, решил остаться. По его ощущениям, тех внутренних перемен, что уже произошли в нём за последний год, было вполне достаточно для счастливой жизни и осознания своего места в мире – а большего и желать не стоило. Однако он всё помнил – и Серси обещала, что так и будет впредь, воспоминания не исчезнут. А ещё у него остался доступ к Главной Комнате Управления – не очень понятно, правда, зачем, но ладно – с него не убудет.

Вдруг кому-нибудь в будущем понадобится его помощь? Век в Этажах долог, всякое может произойти.

Сама Серси, разумеется, исчезла. А вместе с ней и Рэй Тао. Джейс так и не смог до конца решить, рад он за друга или нет – по крайней мере, когда они виделись в последний раз, глаза Рэя озорно блестели и он казался очень счастливым. Он уже знал тогда, что скоро уйдёт.

Обрёл ли он то, что искал? Счастливы ли они оба там, снаружи?

Джейс заново учился смотреть на окружающий мир. Теперь он знал, что подлинные Стражи Порядка – это недалёкие работяги-орки, а расфуфыренные лады в мундирах и со штандартами – безобидные проверяющие, которые и сами не хотели выделяться, да Император не упускал случая подшутить над своими создателями.

Оказалось, кстати, что и Серси носилась на своих бешеных каблуках по той же самой причине. И рада бы была их снять, но что поделать – среда диктовала условия.

Как они смеялись, когда она рассказывала им эту и другие истории из тех, что они сами не знали о своих собственных приключениях! Так смеялись, словно больше им в жизни было не суждено.

Впрочем, кто знает, как оно сложится.

Мать наконец перестала выедать мозг разговорами о «его девушке» – забыла, как и все остальные. Отец порой поглядывал на него украдкой поверх производственного бюллетеня, однако о заговорах больше не упоминал – но Джейс чувствовал, что он ничего не забыл.

Эх, папа, папа! Знал бы ты, какой шанс упустил! Хотя Джейс и сам был не намного лучше.

Его теперь ждала его старая-новая жизнь здесь. В Этажах.

Обо всём об этом Джейс думал, когда дверь открылась.

В луче света внутрь проскользнула девушка. Дверь за собой она тут же захлопнула, вновь погрузив кабинет в темноту, однако и пары секунд хватило, чтобы Джейс её узнал.

Девушка всхлипывала, и он, не желая становиться нечаянным свидетелем чужого горя, поспешил обозначить своё присутствие:

– Здравствуй, Камилла.

Девушка замерла.

– Джейс? – спросила она, шмыгнув носом. – Это ты тут?

И как она его опознала так сразу?

– Ага.

Он думал, что Камилла сразу же уйдёт, как только поймёт, что она не одна, однако вместо этого та осторожно, чтобы не споткнуться в темноте, приблизилась и села на пол рядом с ним.

– Они снова издеваются, – со слезами в голосе поведала она. – За что они так со мной, Джейс?

– А зачем ты их слушаешь? – спросил он, пожав плечами.

Камилла была сбита с толку.

– Ну а как?..

– Скажи мне, только честно, – Джейс повернулся к ней. – Ты татуировку для кого делала – для них или для себя?

Она на секунду задумалась, после чего ответила:

– Для себя. Но ведь…

– И она тебе нравится? – прервал её Джейс.

– Да…

– Тогда зачем ты позволяешь ИМ решать, что для ТЕБЯ важно?

В воздухе повисла тишина.

– Ты сделала тату для СЕБЯ. Она ТЕБЕ нравится. Так какое ИХ мнение в таком случае имеет значение?

Камилла вновь шмыгнула носом.

– Ты действительно так считаешь? – с надеждой спросила она.

Джейс придвинулся ближе, протянул руки и привлёк её к себе.

– Да, – шепнул он над плечом Камиллы. – Я так считаю.

Кажется, он и сам не так давно начал понимать, что в жизни действительно является важным.

Глоссарий

Двери – проходы, позволяющие без временных затрат перемещаться от одной точки планеты к другой. Большинство из этих точек являются безопасными для людей и представителей других рас. Двери были созданы для того, чтобы избежать длительного нахождения в зонах, заражённых радиацией, которое было неминуемо при использовании транспортных средств, применяемых до Падения, а также для облегчения коммуникаций между поселениями уцелевших в катастрофе. Позже Двери оказались неоценимы при транспортировке рабочей силы и ресурсов между населёнными пунктами (Домашними Секциями) и районами, в которых располагалось производство (Производственные, Животноводческие, Земледельческие Секции и т.д.).

Досуг – личные занятия в свободное время, на которые имеет право любой гражданин. Единственная оговорка заключается в том, что времени, не занятого образованием, работой или другими общественно полезными делами, у граждан практически нет, так как выживание в современном мире требует максимального использования всех ресурсов. Как правило, досуг носит характер индивидуальных занятий какими-либо видами искусств (чтением или созданием литературы, игрой на музыкальных инструментах, живописью) или ремёсел (вышивание, художественная лепка, мыловарение, макраме). Так как большинство из этих занятий практически не несут практической пользы, то они сохраняются исключительно в виде досуга, утратив свойственную им в Древности массовость и элитарность.

Древность – исторический период до Падения. Подразделяется на Раннюю Древность (период до 1450 года до Падения по летоисчислению Этажей), Среднюю Древность (с 1450 г. до Падения по 460 г. до Падения) и Позднюю Древность (с 460 г. до Падения и до самого Падения). Людей, населявших мир в это время, называли Древними. Период до формирования первых государств считается Первобытным и не входит в Древность.

Зелёные территории – районы, которые во время Падения подверглись наиболее сильному воздействию радиации. Являются в разной степени опасными для нахождения там людей и представителей других рас, так как в определённой мере радиация сохраняется там до сих пор, оказывая влияние на окружающую среду и обитающие в данных зонах живые организмы.

Император – Единоличный Верховный Правитель Объединённого Общества Людей и Представителей Других Рас. Также именуется Единым и Благостным. Его резиденция находится в Столице, куда мало кто попадает в связи с крайне низкой географической мобильностью населения. Облик Императора, так же как его раса, имя, возраст и даже пол, неизвестны, однако, несмотря на то, что сам он сокрыт, ничего не остаётся сокрытым от него. Император регулярно обращается к народу на различных мероприятиях, его послания публично зачитываются административными работниками высших рангов.

Императорская Охрана (Охрана Императора) – особое подразделение военных высшего ранга, главной и единственной задачей которого является обеспечение безопасности Императора. В подразделение входят исключительно чистокровные лады.

Императорский Штандарт (он же Герб) – символ всего Объединённого Общества Людей и Представителей Других Рас и власти Императора над ним. Представляет собой полотно ярко-алого цвета, на котором изображена золотая птица с распростёртыми крыльями, взмывающая ввысь. Эта птица – феникс. Некоторые предания Древних гласили, что феникс мог, умирая в пламени, после возрождаться из пепла – так же и человечество, погибнув в каком-то смысле в огне Падения, восстало из собственного пепла, чтобы продолжить жить и переродиться в общество более высокоорганизованное и эффективное.

Информационный бюллетень – печатное средство информации, выходящее ежедневно и распространяемое в определённых кругах (напр., производственный информационный бюллетень – на производствах определённого профиля, учебный информационный бюллетень – в Учебных Секциях, районный информационный бюллетень – в конкретных Домашних Секциях и т.д.). Выпуски не являются обязательными к прочтению, однако при регулярной неосведомлённости о происходящем в его непосредственном окружении и в обществе в целом гражданин может получить взыскание.

Лады – одна из рас, произошедших от людей в ходе мутаций, порождённых радиацией. Лады высокие, их кожа смуглая, оливкового, золотистого или светло-коричневого цвета, глаза от золотого до светло-карего, волосы от светло-русого до тёмно-каштанового, изредка почти чёрного. Близки по физической силе к оркам, намного превосходя людей. Считается, что у ладов также наиболее высокий среди трёх рас уровень интеллекта, однако проверить это на практике обывателям удаётся редко, так как лады нечасто сталкиваются с остальными расами в быту или на производстве. Являясь самой привилегированной расой, – лады наиболее приближены к Императору, что вызывает предположение, что и сам Император – тоже лад, – они также наиболее обособлены от всех остальных, а потому об их быте, характере и привычках меньше всего известно. Основное место обитания ладов – Столица.

Мастера – квалифицированные специалисты определённых областей. К примеру, Мастера-Кулинары занимаются приготовлением пищи для общественных отделов питания, Мастера-Биологи проводят исследования различных форм органической жизни, чтобы в дальнейшем результаты их работы были применены в животноводстве, медицине и других областях, а Мастера-Земледелы возделывают участки, предназначенные для сельского хозяйства, а также выращивают культуры, употребляемые в пищу или являющиеся сырьём для других производств. Особое место в иерархии Этажей занимают Мастера-Плотники, занимающиеся изготовлением Дверей, а также Мастера-Наладчики, обеспечивающие их установку и обслуживание.

Мастера любой специальности подразделяются на три категории: Младшие, Средние и Старшие. Младшим автоматически становится любой начинающий специалист, закончивший Учебную Секцию и распределённый на производство. В текущей системе отсутствуют промежуточные ступени между общим базовым образованием и переходом непосредственно к работе, так как считается, что получение узконаправленных специальных знаний не должно быть отделено от их практического применения, что позволяет сразу же и приносить пользу обществу, и оттачивать навыки. Младшие Мастера всё время работают под присмотром Мастеров более высокого ранга, тогда как Старшие Мастера уже сами могут брать себе на попечение учеников. Это является не просто привилегией, а обязанностью Старших Мастеров – никто из них не имеет права работать более трёх лет, не имея при этом учеников. Средняя ступень является промежуточной – Мастер уже не нуждается в постоянном контроле со стороны, но ещё не имеет права брать на себя ответственность за образование новых специалистов. Как правило, Младшую ступень среднестатистический гражданин минует примерно за три года. Если по истечении этого срока продвижения не происходит, проводится производственное расследование касательно причин этого явления. По результатам данного расследования может быть предъявлено взыскание как самому Младшему Мастеру, так и Старшему Мастеру как его непосредственному руководителю, который оказался неспособен направить молодого специалиста. В исключительных случаях Младший Мастер, не продвинувшийся по служебной лестнице, переводится на другое производство, будучи признанным не подходящим для выполняемой им прежде работы.

Мастерская – специальное место, в котором Мастера-Плотники занимаются созданием новых Дверей, а Мастера-Наладчики чинят те из них, которые не представляется возможным отремонтировать на том месте, где они установлены. Местоположение Мастерской обывателям не известно, но принято считать, что Мастерская – это отдельная Секция.

Мероприятия – общее название для различных собраний и церемоний, требующих обязательного внимания и участия граждан. Мероприятия могут быть как масштабными, собирающими вместе население целого комплекса (напр. Всеобщие Церемонии Оглашения и Собрания Единения), так и более локальными (Церемонии Оглашения в Учебных Секциях или на производстве). Чем масштабнее мероприятие, тем реже оно проводится и больше времени занимает, тогда как маленькие мероприятия могут проводиться даже ежедневно и занимать менее получаса.

Места снаружи – зоны, не являющиеся населёнными пунктами – например, леса, степи, горы, тундра и т.д., – иными словами, неурбанизированные природные зоны. Места снаружи могут быть как зелёными, так и не подвергшимися воздействию радиации.

Наставники – специалисты, ответственные за общее базовое образование юных граждан. Подразделяются на Наставников различного профиля, отвечающих за узкие учебные дисциплины. Ведущий Наставник отвечает за образование и социализацию конкретного класса, а Верховный Наставник руководит определённой Учебной Секцией.

Объединённое Общество Людей и Представителей Других Рас – официальное название нынешнего цивилизованного общества. Практически не применяется в повседневной речи из-за крайне длинной формулировки, однако неизменно фигурирует в посланиях Императора и других административных документах. Название «человечество» является не вполне корректным в силу того, что это слово применяется прежде всего к людям, тогда как современное общество составляют также лады и орки, и представители всех трёх рас имеют гарантированные законом равные права.

Ограниченный Доступ – замок, установленный на некоторые из Дверей, не дающий гражданам без специальных полномочий заходить в них. Считается, что Ограниченный Доступ наложен, прежде всего, на Двери, ведущие в самые зелёные места, а также на некоторые особо секретные производства. Большинство граждан убеждено, что Мастерская и Транспортная Секция, ведущая в Столицу, тоже заблокированы.

Орки – одна из рас, произошедших от людей в ходе мутаций, порождённых радиацией. Орки могут быть как высокими, так и коренастыми, преимущественно широкоплечи, кожа тёмных оттенков коричневого, серого и даже зелёного цвета, ярко выражены клыки, волосы тёмные и жесткие. Будучи грубыми в поведении, со слаборазвитым интеллектом и неприятной внешностью, орки знаменуют собой эволюционную деградацию. Однако по физической силе и выносливости орков не превосходят даже лады.

Падение – ядерная война, произошедшая в 2312 году н. э. по старому летоисчислению и ставшая точкой отсчёта для новой истории. Падение стёрло с лица Земли большую часть городов, уничтожило границы между государствами, вынудив немногих выживших сплотиться и создать Объединённое Общество Людей и Представителей Других Рас, которое возглавил Единый Император.

В результате радиационного заражения большинство мест на планете стали непригодны для жизни и получили статус зелёных. Положение во многих из них со временем смягчилось, но мало где этот статус впоследствии был снят. Именно это и послужило главным толчком к созданию Дверей, обеспечивающих безопасный переход от одного места к другому. Впоследствии домом для выживших в катастрофе стали комплексы, подобные Этажам, объединяющие в себе количество Дверей, достаточное для поддержания функционирования конкретной конгломерации граждан.

Также именно из-за Падения эволюция привела к тому, что из одной разумной расы – людей – появились ещё лады и орки. Первые ознаменовывали эволюционный прогресс, вторые – регресс.

В результате Падения была утрачена религия и практически исчезли искусства, сохранившись лишь в крайне малом объёме, будучи представленными лишь как досуг отдельных граждан, но не как полноценная сфера общественной жизни. Это произошло в связи с тем, что люди после катастрофы были слишком заняты практическими вопросами выживания, а на всё остальное не осталось ни времени, ни места в размышлениях.

Потомки от смешанных браков – граждане, чьи родители или более далёкие предки являлись представителями разных рас. Существуют людолады – дети людей и ладов, людоорки – людей и орков, и ладоорки – ладов и орков. Наиболее уважаемыми среди полукровок являются ладоорки – при феноменальной физической силе, унаследованной от орков, они благодаря генам ладов обладают также высоким интеллектом. Ладоорки высоко ценятся во всех боевых структурах, в которых нет расового ценза, как к примеру в Императорской Охране. Наименее же одарёнными являются людоорки – физическими данными, в которых нет ничего выдающегося, они, как правило, рождаются в людей, а вот интеллект у них зачастую орочий, то есть крайне низкий.

Распорядок – список конкретных дел отдельной группы граждан с учётом отведённого на их выполнение времени. Как правило Распорядок подразумевает под собой регламентированный отрезок длинною в день, но бывают и более долгосрочные варианты. Одно из основных свойств Распорядка – стабильность: если он оглашён, то изменения в нём крайне маловероятны.

Секции – обособленные территории, предназначенные для нахождения там людей и представителей других рас, соединённые с общим комплексом Дверями. Секции подразделяются на Домашние, предназначенные для проживания граждан, и Временного Пребывания – Учебные, Производственные, Медицинские, Транспортные и т.д. Среди Секций Временного Пребывания также выделяют Собственно Производственные (Производственные, Животноводческие, Земледельческие и т.д.) и Обслуживающие (Учебные, Мероприятий, Медицинские и т.д.). Вне этой классификации находится Секция Перехода, так как она, строго говоря, не предназначена ни для временного, ни для постоянного нахождения в ней, а является лишь связующим звеном между остальными, поскольку именно в ней собраны все Двери.

Собрание Единения – массовое мероприятие, проводимое один раз в год. Основная его цель, как и следует из названия – показать народу, что он – един, что его не оставила милость Императора, а впереди – светлое будущее для всех и каждого. Собрание Единения является, пожалуй, если не самым зрелищным мероприятием, то как минимум одним из них – только здесь не считается зазорным публично отдавать дань различным видам искусств, таким как танцевальные представления, музыкальные номера и изредка даже театральные зарисовки. Всё это демонстрируется гражданам для того, чтобы они чувствовали особый дух этого мероприятия, а также не забывали, что Император благоволит им. В один из годов он даже велел организовать для своего народа фейерверк, однако это привело к массовой панике – увидев огни и услышав взрывы, зрители подумали, что это повторяется Падение. Стражам Порядка едва удалось успокоить толпу. Однако этот эпизод был впоследствии вычеркнут из официальной истории, так как о промахах Императора говорить не принято (скорее всего, это упоминание также будет удалено цензурой, так что вряд ли вам доведётся узнать о нём!).

Столица – административный центр Объединённого Общества Людей и Представителей Других Рас. Именно там обитает большинство ладов и находится резиденция Императора, откуда он раздаёт указания административным работникам в комплексах. Никто точно не знает, как выглядит Столица, так как мало кто имеет возможность посетить её, – считается, что это – высшая честь, знак признания выдающихся заслуг, – а попав в Столицу однажды, из неё уже не возвращаются обратно в комплексы. Исключение составляют опять же лады – только они могут беспрепятственно и въезжать в Столицу, и покидать её. Среди граждан Этажей ходят слухи, что население Столицы гораздо меньше, чем в их комплексе.

Стражи Порядка – отряд официально уполномоченных граждан с военной подготовкой, целью которого является обеспечение порядка и урегулирование конфликтов, выходящих за рамки устных разбирательств. В отряды Стражей Порядка входят преимущественно лады – многие из них ранее служили в Императорской Охране, а кто-то только будет служить в ней в дальнейшем, – но, в отличие от всё той же Охраны Императора, здесь нет жесткого расового ценза, так что в рядах Стражей можно изредка встретить и людей, и орков, и потомков от смешанных браков.

Отряды Стражей Порядка формируются в Столице, и лишь затем отправляются на службу в комплексы. С определённой периодичностью они вновь отправляются в Столицу на переформирование, и одни и те же Стражи, как правило, не возвращаются в один и тот же комплекс дважды.

Форма Стражей Порядка значительно отличается от неяркой и скромной одежды, которую принято носить в Этажах: Стражи облачены во всё золотое с ярко-алыми акцентами, у многих из них наличествуют громоздкие и броские аксессуары вроде шлемов, перьев, брошей, медальонов, наручей и т.д. Большинство из данных аксессуаров являются исключительно декоративными и не несут никакой функциональной нагрузки. Обязательным для каждого отряда является ношение над собой Императорского Штандарта. Всё вышеперечисленное призвано выделить Стражей среди окружающих и донести до граждан две истины: первое – что Стражи Порядка находятся на особом положении как представители власти в целом и Императора в частности, и второе – что представители закона не должны скрываться, так как выполняющим благую миссию не пристало быть скромными.

Так как конфликты, переходящие в акты насилия, в Этажах уже давно стали пережитком прошлого, то регулярные обходы Стражей Порядка в комплексе являются скорее данью традиции, нежели необходимостью.

Ступень – уровень знаний, освоенных юным гражданином в процессе обучения. Так как этот уровень тесно связан с учебной программой, то одна ступень приравнивается к одному году занятий. По истечении этого срока обучающийся сдаёт экзамены для подтверждения своих знаний и получения права перехода на следующую ступень. Крайне редко случается так, что ученик, не сдав экзамен, оказывается вынужден пройти обучение на своей ступени повторно – чаще всего, так происходит с орками, да и то на их результаты обычно стараются закрыть глаза, ведь орки по окончании Учебной Секции, как правило, идут на те производства и службы, где требуется их выдающаяся физическая сила, а не интеллект.

Всего до поступления на производство юный гражданин должен пройти одиннадцать ступеней обучения. Поступая по достижении пятилетнего возраста в Младшую Учебную Секцию, он осваивает первые пять ступеней. Далее, в десять лет, гражданин переходит в обычную Учебную Секцию, где ему предстоит проучиться ещё шесть лет – то есть пройти ещё шесть ступеней, после чего он вместе с остальными учениками его ступени будет сдавать самый объёмный экзамен по всем пройденным годам, по результатам которого все окажутся распределены на соответствующие их уровню знаний, возможностям и склонностям производства и получат статус Младших Мастеров.

Хроники – исторический документ, главный источник информации о событиях Древности и Падения. Известно, что до Падения существовало огромное количество различных и порою противоречащих друг другу исторических источников, однако по приходу к власти Императора их все переработали, унифицировали, отсекли несущественное и скомпоновали в собрание из нескольких томов, которое и получило название Хроник.

Церемония Оглашения – мероприятие, в ходе которого до сведения граждан доносят Распорядок или какие-то объявления. Церемонии Оглашения бывают Частными, если они проводятся ежедневно в Секциях Временного Пребывания перед началом трудового дня, а также Всеобщими, которые проводятся раз в несколько лет в специально обустроенных Секциях Мероприятий для жителей всего комплекса сразу. В ходе Всеобщей Церемонии Оглашения озвучивается Долгосрочный Распорядок для всех общественных структур, а также подводятся итоги работы, проделанной за какой-то период.

Также действующим законодательством предусмотрены так называемые Экстренные Церемонии Оглашения, которые могут быть проведены в любое время и в любых Секциях, включая Домашние, в случае возникновения непредвиденной ситуации. Однако благодаря совершенной системе безопасности Этажей в проведении Экстренной Церемонии Оглашения не возникало необходимости вот уже несколько веков.

Этажи – один из комплексов, объединяющих в себе большое количество Дверей, ведущих в Секции различного назначения, а также в ряд мест снаружи. По разным данным, население Этажей варьируется где-то от шестидесяти до семидесяти тысяч людей и представителей других рас, которые постоянно проживают и работают в комплексе, то есть в каких-то из относящихся к нему Секций. В это число не входят представители отрядов Стражей Порядка, а также административные работники, прибывающие из Столицы для временного выполнения своих служебных обязанностей.

Content

Анастасия Некрасова
Последняя Дверь

Фаза 1. Запуск

Фаза 2. Инициация

Фаза 3. Зелёный лес

Фаза 4. Соглашение

Фаза 5. Возобновление

Фаза 6. Экскурс

Фаза 7. Контраст

Фаза 8. +1

Фаза 9. Блокировка

Фаза 10. Коллекция

Фаза 11. Вирус

Фаза 12. Забытые технологии

Фаза 13. Ключевое слово

Фаза 14. Справка

Фаза 15. Резервная копия

Фаза 16. Доверие

Фаза 17. Правда

Фаза 18. Послевкусие

Глоссарий